Бен Бова

На краю пропасти. Старатели

На краю пропасти

Мемфис

– Господи! – продолжал бормотать пилот. – Господи Боже мой!

Вертолет летел на север. Кабина машины тряслась и подпрыгивала при малейшем порыве ветра. Внизу лежала покрытая гигантскими трещинами земля, сверху проносились тяжелые серые тучи. Они словно пытались догнать «Интерстейт-55», преследуя его от международного аэропорта города Мемфис до руин разрушенного землетрясением города.

Автомагистраль напоминала огромный ковер, сплошь покрытый многотысячными потоками спасающихся беженцев и машинами, которые пытались объехать обезумевшую толпу. Среди бесконечного количества легковых автомобилей, грузовиков, автобусов и фургонов словно муравьи сновали люди. Многие были ранены и передвигались с трудом, почти все насквозь промокли под ливнем. Женщины везли коляски с детьми, мужчины тянули телеги с тем скудным скарбом, который успели впопыхах забрать из домов. Вода постепенно окружала возведенную когда-то насыпь и беспрерывно поднималась, смывая несчастных людей, дома, машины, навсегда унося с собой надежды и мечты. Отчаянные попытки спастись от беспощадной стихии с каждой минутой казались все более тщетными.

Дэн Рэндольф чувствовал, как ремни защитного снаряжения больно врезаются в плечи при малейшем движении, особенно когда он наклонялся вперед, силясь отчетливее разглядеть в иллюминатор происходящее внизу. Однако впереди сидели пилоты, поэтому большую часть времени приходилось смотреть лишь в боковое окно. В голове уже стучали молотки, а в ноздрях снова чувствовалась боль от фильтров. Дэн забыл, что, возможно, и сам находится на волоске от смерти. Небольшую кабину подбрасывало сильными порывами ветра, но Дэн думал совсем о другом, молча глядя вниз на всевозрастающий поток обезумевших людей. Напоминает зону активных боевых действий, подумал он. Единственная разница заключалась в том, что в роли врага теперь выступала сама мать-природа. Наводнение было действительно мощным, однако самым ужасающим оказалось землетрясение.

Дэн поднес к глазам электронный бинокль и принялся в безумной, тонущей толпе искать взглядом ту самую, единственную, дорогую сердцу женщину, ради спасения которой и прилетел сюда. Нет, наверное, это невозможно. Внизу почти полмиллиона человек или даже больше. Найти Джейн будет равносильно чуду!..

Вертолет подпрыгнул и, развернувшись в другую сторону, снова попал в мощный порыв ветра. Бинокль больно ударил Дэна в бровь, а сам он едва не вылетел из кресла. Рэндольф принялся что-то кричать пилоту, однако тут же понял, что экипаж ни при чем, и замолчал. Тяжелые, огромные капли дождя быстро покрывали стекла вертолета, сводя видимость почти к нулю. Рассмотреть что-либо внизу стало практически невозможно.

Пилот задвинул прозрачную перегородку, отделявшую кабину пилотов от салона, где сидел Дэн, и тот едва сдержался, чтобы в порыве гнева не стукнуть по ней кулаком. Зачем вообще нужны эти стерильные перегородки, если в кабину все равно поступает нефильтрованный воздух?

– Надо возвращаться назад, сэр! – крикнул пилот.

– Нет! – ответил Дэн. – Пока не найдем ее, о возвращении не может быть и речи!

Развернувшись вполоборота, чтобы посмотреть в лицо пассажиру, летчик показал пальцем в сторону покрытого каплями лобового стекла.

– Господин Рэндольф, можете уволить меня, как только мы приземлимся, но я не стану вести машину при таких погодных условиях!

Посмотрев на вяло работающие автоматические стеклоочистители, Дэн увидел четыре убийственных тонких смерча, которые зловеще вращались по другую сторону вышедшей из берегов Миссисипи. Пыль и обломки взлетали в воздух и неистово кружились, ведомые страшной, таинственной силой разбушевавшейся природы. Издалека смерчи напоминали гигантских извивающихся змей, ползущих по земле и сметающих все на своем пути. Здания вмиг превращались в руины, деревья вырывались с корнем, автомобили кружили в воздухе, как сломанные детские игрушки. Парки, стройки, торговые центры разрушались от одного прикосновения этой страшной, нечеловеческой силы. Беспощадная стихия разрушала все мгновенно и безжалостно.

Врагом планеты выступает мать-природа, напомнил себе Дэн, глядя в окно на приближающиеся торнадо. Он ничего не мог с этим поделать и отлично осознавал горькую истину. Торнадо нельзя купить, уговорить, задобрить или подчинить. Оставалось лишь смириться. Впервые с тех пор, как кончилось детство, Дэн Рэндольф почувствовал себя по-настоящему беспомощным.

Он снова задвинул прозрачную перегородку и начал неуклюже рыться в карманах в поисках антисептического аэрозоля. Вертолет повернул и направился в сторону международного аэропорта, вернее – того, что от него осталось. Национальная гвардия штата Теннесси поставила полицейский кордон: аэропорт остался последним связующим звеном между Мемфисом и остальной страной. Наводнения одно за другим лишили район электроэнергии, разрушили мосты и покрыли все дороги густым, вязким слоем непроходимой грязи и озерами коричневатой, мутной воды. Большая часть некогда процветающего американского города оказалась затоплена.

Однако наводнение оказалось не единственной напастью. Сразу после него произошло землетрясение, которое достигло девятибалльной отметки по шкале Рихтера. Все здания от Нэшвилла до Литтл-Рока и почти до самого Сент-Луиса на границе штата разрушились как карточные домики. Новый Орлеан уже несколько лет был погребен под толщей воды: непрерывно возрастающий уровень Мексиканского залива метр за метром неумолимо присваивал себе береговую линию от Флориды до Техаса. Ненасытная Миссисипи тоже разлилась и затопила города до самой границы штата. С каждым днем вода поднималась все выше и выше.

Теперь, когда вышли из строя линии связи, миллионы бездомных людей в условиях непрекращающихся дождей оказались оторваны от всего мира. Ученые предсказывали, что последующие толчки землетрясений окажутся еще сильнее и сровняют с землей оставшиеся небоскребы Америки. Однако все это в данный момент не волновало Рэндольфа. Он искал того единственного на Земле человека, который что-то для него значил, – свою единственную, любимую женщину.

Бессильно откинувшись на спинку кресла, Дэн позволил биноклю выпасть из рук на пол кабины. Безнадежно, все безнадежно! Найти Джейн в толпе среди нескольких сотен тысяч мокрых, раненых, испуганных людей просто невозможно…

Второй пилот повернулся на кресле и отодвинул пластиковую перегородку.

– Что? – спросил Дэн.

Летчик не стал пытаться перекричать рев моторов и просто показал Дэну на наушники шлема. Тот сразу понял жест и тут же включил радио, которое еще минуту назад едва не швырнул на пол от злости. Побрызгав наушники антисептическим аэрозолем, Дэн быстро надел их и напряг слух.

Через несколько секунд сквозь помехи послышался металлический голос репортера. По радио передавали последние новости.

«…была с точностью опознана как Джейн Сканвелл. Бывший президент Соединенных Штатов Америки по трагическому стечению обстоятельств найдена на Президентском острове. По словам очевидцев, она лично помогала семьям пострадавших беженцев спасаться от разлившейся из берегов Миссисипи. Очевидно, лодка, в которой находилась бывшая глава государства и другие люди, перевернулась и была унесена течением вниз, где и застряла в ветках прибрежных деревьев. Джейн Сканвелл, пятьдесят второй президент Соединенных Штатов Америки, погибла, пытаясь спасти жизни других людей от страшного наводнения и последовавшего за ним землетрясения. Вы слушали последние новости из разрушенного стихией Мемфиса, штат Теннесси».

Ла-Гуайра

Когда Дэн Рэндольф наконец вернулся в свой штаб в Венесуэле, там тоже шел дождь. С Карибов приближался очередной ураган, который уже привел к серьезным разрушениям на Барбадосе и Наветренных островах. На острове Ла-Гуайра и в Каракасе несколько часов назад выпало двадцать пять сантиметров осадков, у материка же еще все впереди…

Дэн сидел за своим большим старинным письменным столом, так и не сняв мятые брюки и свитер, в которых прилетел из Штатов. От непрекращающихся дождей в кабинете снова пахло плесенью. Не спасала даже внутренняя система контроля микроклимата. Однако здесь Дэн снял защитные носовые фильтры: несмотря на запах, воздух в его кабинете постоянно фильтровался и очищался ультрафиолетовыми лампами, а потому был безопасен.

Откинувшись на мягкое крутящееся кресло светло-коричневого цвета, он смотрел в окно на моторные лодки, качавшиеся на причале под порывами ветра. Ракеты, которые испытывала корпорация, давно отбуксировали обратно в надежное укрытие близ Ассамблеи. В такой шторм нельзя использовать даже мощные летательные аппараты типа «Клиппершип». Пусковые вышки качались от штормового ветра.

Крыши некоторых из них уже унесло, как и крыши нескольких малых зданий поблизости, на берегу. За пусковыми вышками море представляло собой поистине страшное зрелище: огромные волны с гигантскими гребнями пены становились все выше и выше. Ветер завывал, как хищный зверь, сотрясая толстые двойные рамы окон в кабинете Рэндольфа.

Приближается уже третий шторм, а ведь еще не прошел даже День независимости. Хорошо хоть бизнес еще держится, но мешают проклятые ураганы.

«Да, кажется, мы проигрываем, – подумал Дэн. – В этой борьбе со стихией мы неизбежно проиграем… Можно сказать, мы уже практически погибли. Наверное, и вовсе нет смысла убеждать себя в обратном и тешиться пустыми иллюзиями».

От сырости у Рэндольфа стали ныть кости. Скорее всего прогрессирует артрит. Болезни, связанные с радиацией, большую дозу которой он получил годы назад, все чаще стали напоминать о себе. Да, человек с почти уничтоженным иммунитетом не должен оставаться на Земле, если в том нет крайней необходимости…

Дэн просидел так несколько часов, не двигаясь, пристально глядя в окно. Там, вдалеке, он видел лицо Джейн Сканвелл. Вспоминал ее голос, тепло ее рук, нежную бархатистость кожи, неповторимый запах и волшебное ощущение близости. Когда она была рядом, помещение словно озарялось светом. Рэндольф думал о том, как эта женщина наполнила смыслом его жизнь, хотя по большому счету они редко бывали вместе. Обычно провести в идиллии удавалось лишь несколько коротких часов, а потом между ним и Джейн неизбежно начинались яростные споры. Их слишком многое разделяло. После того как закончился ее президентский срок и она покинула Белый дом, влюбленные получили возможность иногда проводить вместе по нескольку дней на безлюдном тропическом острове, но даже там их общение неизбежно заканчивалось ссорой.

И все же когда-то они относились ко многим вещам одинаково, имели одни цели, боролись за одну и ту же идею. Начавшийся кризис парникового эффекта означал войну.

Войну, которая бросила всю мировую человеческую цивилизацию на борьбу против безумной силы природы. Джейн, как и Дэн, понимала страшные последствия экологической катастрофы. Они собирались воевать в этой схватке вместе, бок о бок, однако стихия погубила Джейн.

«Должен ли я продолжать?» – спрашивал себя мысленно Дэн. Какой теперь смысл? Есть ли выход? Хотелось разрыдаться от горя, но слезы не лились.

Дэн Рэндольф всегда казался сильнее, чем был на самом деле. Он был крупным, больше среднего веса и все еще в хорошей физической форме, хотя ему уже перевалило за шестьдесят. Чтобы поддерживать себя в форме, приходилось проводить долгие часы в спортивных залах. Только тренажеры помогали ему оставаться молодым и бодрым.

Когда-то рыжеватые волосы давно поседели, и сотрудники корпорации между собой называли шефа «серебряным лисом». У Рэндольфа было лицо боксера: сильный, упрямый подбородок; слегка приплюснутый нос, сломанный в прошлом, когда Дэн работал простым космическим конструктором. Несмотря на богатство и широкие возможности, он так и не подкорректировал себе форму носа. Недоброжелатели объясняли это извращенным чувством мужественности. Светло-серые глаза, в которых часто плясали озорные искры, теперь были унылы и печальны.

Зазвучал звон колоколов, гладкий дисплей компьютера медленно ожил и тихо выдвинулся из поверхности рабочего стола.

Дэн развернулся в кресле и сел напротив монитора. На экране возникло молодое загорелое лицо его помощницы. Тереза происходила родом из Каракаса: высокая, длинноногая, с кожей цвета шоколадного крема. У нее были красивые темно-карие глаза с миндалевидным вырезом и густые волосы цвета воронового крыла. Еще несколько лет назад Дэн обязательно попытался бы заманить девушку к себе в постель, и скорее всего это удалось бы. Теперь же она помешала его воспоминаниям, чем невероятно разозлила шефа.

– Время ленча, сэр! – сообщила она.

– Ну и что?

– Мартин Хамфрис целый день ждет встречи с вами. Тот самый человек, с которым вам посоветовал встретиться Зак Фриберг.

Дэн сделал недовольную гримасу: Зак первым предупредил Дэна о надвигающемся кризисе парникового эффекта.

– Не сегодня, Тереза! – сказала он. – Я никого не хочу видеть!

Молодая женщина немного помешкала, затем почти робко спросила:

– Вам принести обед?

Дэн покачал головой.

– Я не голоден.

– Но вам надо поесть!

Он посмотрел на ее обеспокоенное лицо. Тереза часто опасалась, что начальник сгоряча может принять какое-либо необдуманное решение, и сейчас был как раз тот самый момент. Рэндольф чувствовал, как злость медленно закипает в нем и превращается в безрассудный, слепой гнев.

– Нет, черт вас всех там побери! Я сказал, нет! – рявкнул он. – Что значит «надо»?! Я делаю все, что хочу и когда хочу, ясно вам?! Если желаете сохранить работу, оставьте меня в покое!

Помощница открыла рот, но разумно промолчала. Дэн ударил кулаком по столу, и экран тут же погас. Еще один удар по кнопке, и монитор плавно опустился в свою нишу в столе из красного дерева.

Дэн снова откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза. Он попытался мысленно отгородиться от всех воспоминаний, но безуспешно.

Два века глобального потепления неизбежно привели к парниковому эффекту, и наступило резкое изменение мирового климата. Все скрытые резервы тепла мирового океана хлынули в атмосферу. Ледники Гренландии и Антарктиды таяли с невероятной скоростью. Перемена климата превратила плодородные земли в пустыни и погребла под толщей воды сотни когда-то процветавших городов.

В голове один за другим проносились вопросы, требовавшие ответов. Что дальше? Используем для решения проблемы космические ресурсы. Но откуда брать энергию? Построим мощные спутники, работающие на солнечной энергии. Где найти сырье? Разработаем рудники на Луне и астероидах: в космосе гораздо больше природных ресурсов, чем на всей Земле. А пищевая промышленность? Да, с ней могут возникнуть серьезные трудности, и все это отчетливо понимали! Но, владея достаточной энергией и сырьевыми ресурсами, мы снова сможем орошать плодородные земли, которые вследствие перемены климата превратились в пустыни.

Конечно, все так и есть. Однако когда половина основных городов планеты оказалась затоплена наводнениями, что люди смогли сделать? Что, собственно говоря, вообще возможно сделать? Когда землетрясения и цунами смыли японский Центр современных технологий, что мы смогли сделать? Развести руками? Когда землетрясения сровняли с землей Средний Запад, что мы сделали? Помогали спасти выживших, в результате Джейн и сама погибла…

Дверь в кабинет громко распахнулась, и вошел огромный мужчина с рыжей бородой, неся в руках красочно разрисованный узорами поднос из тикового дерева с дымящимися от жара блюдами. В его больших руках поднос походил на миниатюрную детскую тарелочку.

– Тереза говорит, что надо поесть, – сказал он высоким красивым тенором и поставил поднос на стол Дэна.

– Я же сказал ей, что не голоден!

– Нельзя морить себя голодом! Съешь хоть что-нибудь.

Дэн посмотрел на поднос. Там стояла тарелка с супом, салат и что-то, накрытое крышкой из нержавеющей стали, а также кофейник с кофе. Ни вина, ни других алкогольных напитков не было.

Он отодвинул поднос в сторону рыжебородого гиганта.

– Съешь лучше ты, Джордж.

Пододвинув один из обитых бархатом массивных стульев, Большой Джордж посмотрел боссу в глаза и пододвинул еду Рэндольфу.

– Ешь! Это полезно.

Дэн смотрел на Джорджа Амброза. Он знал его с тех пор, как был изгнанником на Луне и скрывался от властей города Селены со своими соратниками, которые называли себя «Лунным подпольем». Теперь Большой Джордж – личный телохранитель Дэна Рэндольфа – вместо грязных лохмотьев носит модно сшитые костюмы, но по-прежнему выглядит как простой колонист – большой мохнатый мужлан, способный с легкостью одной рукой оторвать голову любому негодяю, при этом не испытывая ни малейшей злобы.

– Знаешь что? Давай-ка я поем вместе с тобой, – наконец сказал Дэн, чувствуя, как губы слегка изгибаются в улыбке.

Джордж улыбнулся в ответ.

– Отличная идея, босс!

Несколько минут они ели в тишине, если не считать того, что Джордж ел быстро и громко чавкал. От основного блюда, которое оказалось жирным куском баранины, вскоре не осталось ничего, кроме груды костей.

– Лучше, чем в старые времена, а? – сказал Джордж, доедая кусок мяса. – Раньше были только отвратительные соевые бутерброды и переработанная гадость, называемая водой.

Дэн проигнорировал попытку развеселить его.

– Тереза ушла домой?

– Не-а.

Дэн раздраженно посмотрел на наручные часы.

– Она не сиделка мне, черт побери! Ненавижу, когда вокруг меня суетятся!

– Этот парень, Хамфрис, все еще ждет встречи с тобой, – сказал гигант.

– И сейчас? Он все еще тут? Почти девять часов вечера! Ради всего святого, что ему нужно?! Может, он торчит здесь из-за шторма? Неужели Тереза не догадается отвести его в один из гостевых номеров?

Великан покачал косматой головой.

– Он сказал, что будет ждать в приемной до тех пор, пока ты его не примешь! У него ведь была назначена эта встреча, так?

Дэн громко вздохнул. «Не успел вернуться с похорон, а они уже хотят, чтобы я выполнял свой график, который составлен несколько недель назад!» – подумал он.

– Тереза говорит, что этот тип нервирует ее.

– Нервирует?

– Ну да. Пристает к ней. Да я и сам видел.

Нахмурившись, Дэн отвернулся в сторону.

– Вообще-то Тереза вполне способна постоять за себя.

– Ты говоришь так, исходя из личного опыта? – усмехнулся Джордж.

В какой-то момент Дэн с удовольствием представил картину, как Джордж выталкивает назойливого визитера из здания. Но затем осознал, что наглец наверняка придет и на следующий день. Надо все-таки возвращаться к делам! Не удастся избегать работы вечно!

– Унеси поднос и пригласи этого парня сюда, – сказал он Джорджу.

– Я могу принести десерт и кофе, – предложил великан, причмокнув губами.

– Отлично. Так и сделай, – отозвался Дэн, решив не спорить.

Посмеиваясь, Джордж подхватил одной рукой покрытый крошками поднос и направился к двери. Посмотрев на стол, Дэн недовольно смахнул рукой оставшиеся крошки и, откинувшись на спинку кресла, стал ожидать гостя.

Через минуту в дверях показалась Тереза.

– Мистер Мартин Хамфрис, – объявила она.

Да, слишком она напряжена! Наверное, парень действительно надоел ей.

Мартин Хамфрис оказался довольно молод, худощавого телосложения и на несколько сантиметров ниже Терезы. Он выглядел излишне мягкотелым простаком с сутулой спиной и небольшим животом, угадывающимся под яркой фланелевой курткой безупречного покроя. Несмотря на столь аккуратную внешность, казалось, энергия так и била в нем ключом. Он уверенно прошел к столу Рэндольфа. Дэн встал с кресла и протянул руку через стол.

– Извините, что заставил вас ждать, – сказал он, выдавив из себя улыбку.

Хамфрис слегка пожал руку Дэна.

– Понимаю ваше состояние. Простите, что помешал вам в столь тяжелый момент.

Однако взгляд гостя говорил Дэну, что эти слова – не более чем вынужденная вежливость. Круглое, почти мальчишеское лицо Мартина Хамфриса никак не сочеталось со строгим, холодным взглядом серых глаз. Он походил на живое воплощение бушевавшего за окном шторма.

Как только они сели, Джордж снова вошел в кабинет, на сей раз неся в руках поднос с пирожными, новый графин кофе и пару чашек и блюдец из фарфора. Несмотря на мощную комплекцию, великан пронес угощение с легкостью балетного танцора и быстротой вора-домушника. Дэн и Хамфрис молча ждали, пока Джордж поставит поднос на стол и покинет кабинет.

– Надеюсь, я не лишил вас ужина, – сказал Дэн и пригласил гостя отведать сладостей.

Хамфрис даже не посмотрел на угощение.

– Не проблема! Я с удовольствием поболтал с вашей секретаршей.

– Да?! – сухо отозвался Дэн. Беззаботно пожав плечами, Хамфрис сказал:

– Не важно. Я пришел сюда поговорить с вами о сложившейся обстановке.

– Вы имеете в виду парниковый эффект? – спросил Рэндольф, показав на окно, за которым бушевало море.

– Я имею в виду мировую экономику. Надо найти какое-то решение. Бесконечный ущерб расшатывает ее. Мы можем поддержать международную индустрию и одновременно получить выгоду.

Дэн почувствовал, как брови сами поползли вверх. Он взял с блюда одно из маленьких пирожных и налил кофе.

«Астро» – корпорация Рэндольфа – находилась на грани банкротства, и вся финансовая элита мира знала об этом.

– Я мог бы вложить приличные средства, – осторожно сказал он.

Хамфрис улыбнулся, но Дэн не увидел искренности в улыбке.

– Что вы задумали? – спросил он.

– Из-за внезапной перемены климата Земля пребывает в хаосе, – продолжил гость.

– С парниковым эффектом все понятно, – вставил Дэн.

– Несмотря на это прискорбное обстоятельство, Селена и другие общины на Луне продолжают вполне благополучно существовать.

Дэн кивнул.

– На Луне нет дефицита энергии или сырья. Там имеется все необходимое для жизни, и теперь тамошние жители вполне экономически самостоятельны и независимы.

– Они могли помочь и Земле! Построить, например, спутники, работающие на солнечной энергии, или прислать сырье. Даже простейшие промышленные товары, в которых люди нуждаются, невозможно теперь производить на Земле, потому что почти все фабрики и заводы разрушены, – сказал Хамфрис.

– Мы попытались помочь и пытаемся до сих пор, но ведь этого недостаточно, – заметил Дэн.

– А все потому, что вы ограничивали себя ресурсами, которые можно найти на Луне.

– И на БЗА, – добавил Дэн.

– Но от Близлежащих к Земле Астероидов толку тоже мало!

– Что же вы предлагаете?

Хамфрис обернулся, словно опасаясь, что кто-то может подслушать.

– Пояс! – сказал он почти шепотом.

Дэн долго смотрел на Хамфриса, затем развалился в кресле и принялся хохотать.

Космическая станция «Галилей»

Они догоняют ее.

Все еще одетая в скафандр, Панчо Лэйн промчалась через лабораторный отсек, перепугав инженеров-японцев. Девушка летела вперед и вниз по центральному коридору, резко отталкиваясь руками от лабораторного оборудования. Сзади доносились гневные реплики.

«Если кто-нибудь из этих заумных „ботаников“ догадается выйти в открытый космос, чтобы отрезать мне путь, – подумала она, – я превращусь в тост».

Все началось как игра. Они поспорили о том, кто из пилотов способен дольше всех продержаться в вакууме. На борту станции находились шесть пилотов, ожидавших обратного возвращения на Селену: четверо мужчин и две женщины: Панчо и новичок – Аманда Каннингем.

Панчо, конечно же, подбила всех на спор. Это являлось частью их бесцельного времяпрепровождения. Люди слонялись по столовой и, когда не пристегивали себя к ввинченным сиденьям и единственной ножке столика, плавали в невесомости. Разговор зашел о дыхании в условиях вакуума и о том, как долго человек способен задерживать дыхание в космосе без ущерба для здоровья.

– Рекорд составляет четыре минуты, – заявил один из ребят. – Этого гениального парня зовут Гарри Кершбаум.

– Гарри Кершбаум? Это еще кто такой? Я даже не слышала о нем!

– Он умер совсем молодым.

Все засмеялись.

Аманда, которая лишь недавно присоединилась к команде после окончания технического колледжа в Лондоне, считалась особенной личностью. Она являлась не только одним из лучших пилотов, но и обладала сказочной внешностью: ангельским лицом прилежной школьницы, вьющимися светлыми волосами и большими невинными голубыми глазами, а ее соблазнительная фигура заставляла всех мужчин трепетать.

– Однажды на занятиях в школе мне пришлось переодевать шлем в резервуаре с вакуумом, – сказала она.

– И сколько времени это заняло?

Она пожала плечами, и даже Панчо заметила, как от этого движения колыхнулись ее пышные формы под рабочим комбинезоном.

– Может, секунд десять или пятнадцать.

Аманда не понравилась Панчо с первого же взгляда. Она была просто маленькой кокеткой, которая любила изъясняться в великосветской манере. Бросив на нее один-единственный взгляд, мужчины напрочь забывали о Панчо, что страшно злило девушку, к тому же здешние парни оказались вполне в ее вкусе.

Панчо была худощавой, жилистой, с длинными стройными ногами, которые достались ей в наследство от предков африканских корней. Ее кожа была покрыта светло-коричневым загаром, который с легкостью можно получить на западе Техаса, но лицо яркой красотой не отличалось. Она считала, что у нее впалые щеки и маленькие некрасивые карие глаза. Панчо всегда носила короткую стрижку, и про нее даже ползли слухи, что она лесбиянка. Но это, конечно же, было неправдой. Длинные мускулистые ноги и руки делали девушку прыткой и проворной. Она никогда не позволяла мужчинам хоть в чем-то себя обогнать и обладала гипертрофированным чувством собственного достоинства.

Небольшой космический челнок, который должен был отвезти их обратно на Селену, пришел с опозданием. Судно попало в небольшую аварию, и теперь шестеро пилотов «Астро» будут чинить корабль около сорока пяти дней – все время полета к Луне.

Все шестеро сидели в столовой и болтали о возможности задерживать дыхание в условиях вакуума. Один из ребят заявил, что как-то провел в вакууме целую минуту.

– Наверное, данный факт биографии как раз и объясняет твой коэффициент интеллекта, – шутя сказал другой.

– Никто еще не находился в вакууме целую минуту!

– Шестьдесят секунд, понимаешь?! – упрямо отстаивал свои слова парень.

– Да ладно! У тебя бы легкие лопнули!

– Эй, я же говорю – просидел в вакууме целых шестьдесят секунд! Секунда в секунду!

– И что – никаких последствий?

Тот немного помешкал и внезапно покраснел.

– Ну?

– Левое легкое вышло из строя, – попытавшись беззаботно пожать плечами, признал он.

Раздался смех.

– Может, и я смогла бы просидеть так шестьдесят секунд, – заявила Панчо.

– Ты?! – удивился сидевший рядом пилот и грубо хохотнул. – Посмотрите-ка, теперь, когда здесь Мэнди, у нее вдруг появились невероятные способности!

Аманда скромно улыбнулась. Панчо едва сдерживала злость.

– Девяносто секунд! – спокойно сказала она.

– Девяносто? Это невозможно!

– Поспорим?

– Никто не сможет выдержать в вакууме девяносто секунд! Да у тебя просто глаза вылезут из орбит!

Панчо широко улыбнулась.

– Сколько решитесь поставить на кон?

– Интересно, как мы сможем получить деньги после твоей смерти?!

– Или помешательства!

– Да она и так сумасшедшая, если думает, что может просидеть в вакууме девяносто секунд!

– Я отправлю деньги на специальный счет в банке, и вы сможете получить их оттуда в случае моей смерти или лишения рассудка, – спокойно ответила Панчо.

– Ага, конечно! Так мы и поверили!

Показав на телефон на стене рядом с автоматом продажи бутербродов, она сказала:

– Фонды электронного перевода. Операция занимает всего лишь пару минут.

Все замолчали.

– Сколько? – снова спросила Панчо, глядя всем по очереди в глаза.

– Недельную зарплату, – предложил один из пилотов.

– Лучше месячную! – предложила Панчо.

– Зарплату за целый месяц работы?!

– А почему бы и нет? Вы все так уверены, что я не смогу этого сделать! Так почему бы не поставить на кон всю зарплату? Я-то ставлю в пять раз больше, так что никто из вас не потеряет.

– Целая месячная зарплата!..

В конце концов они согласились. Панчо знала: они предполагают, что через двадцать – тридцать секунд она от страха рванет оттуда и все пятеро с легкостью получат ее денежки.

Но она замышляла совсем другое…

Итак, взяв коммуникатор, Панчо позвонила в свой банк в Лаббок. Нажала несколько кнопок на аппарате, и появился новый счет, на который она тут же перевела пять месячных зарплат. Остальные пилоты неотрывно смотрели на небольшой экран, дабы убедиться, что Панчо действительно не шутит. Затем каждый из них позвонил в свой банк и положил зарплату на новый счет Панчо.

Когда все было готово, Панчо предложила использовать воздушный шлюз в дальнем конце технического отсека.

– Вдруг какой-нибудь ученый придурок высунется к нам в самый неподходящий момент и поднимет на уши сигнализацию! – объяснила она.

Все согласились с таким разумным предложением. Они проплыли в невесомости два лабораторных отсека, старый, давно изношенный жилой сектор, где жили исследователи, и наконец оказались в похожем на пещеру техническом отсеке. Там, около воздушного шлюза, Панчо выбрала скафандр из полудюжины стандартных моделей, висевших вдоль переборки, и быстро юркнула в него. Остальные даже помогли ей надеть ботинки и проверить системы обеспечения скафандра.

Надев шлем на голову, она нажала на кнопку на вороте.

– Ладно, кто будет следить за временем? – спросила она в открытое забрало шлема.

– Я, – сказал один из мужчин, показав на руку, где красовались цифровые часы последней модели.

– Заходи в шлюз, откачай воздух и открой внешний люк, – сказал стоявший рядом с ним товарищ.

– А вы наблюдайте за мной через окно, – сказала Панчо, дотронувшись рукой в перчатке до толстого круглого стекла внешней двери в шлюз.

– Как только я дам знать – открывай забрало.

– А я засеку время, – сказал парень с модными часами. Панчо кивнула.

Аманда выглядела серьезной.

– Точно уверена, что хочешь попробовать? Ты ведь можешь погибнуть, Панчо!

– Назад пути нет! – заботливо заметил один из мужчин.

– Да уж, если только она не хочет потерять свою зарплату за пять месяцев!

– Ребята, я серьезно! – сказала Аманда. – В конце концов, можно отменить спор, ведь…

Панчо слегка дотронулась до светлых волос коллеги.

– Не волнуйся, Мэнди! Все будет нормально.

С этими словами она шагнула в шлюз и опустила забрало. Махнув рукой, показала, чтобы за ней закрыли люк, и через секунду услышала, как машина принялась откачивать воздух. Звук быстро затихал по мере того, как из помещения с металлическими стенами исчезал кислород. Когда сигнальный свет на внутренней стороне люка стал красным, Панчо нажала на кнопку и открыла внешний люк.

В какой-то момент, увидев представшую внизу ослепительную красоту Земли, она чуть не забыла, что намеревалась делать дальше. Планета сверкала под солнечными лучами: волшебная, с синим океаном и невероятным количеством облаков – таких белых, что слепило глаза. Потрясающая панорама, от которой захватывало дух и учащалось сердцебиение.

«Я сделаю это!» – твердо напомнила себе Панчо.

Повернувшись к внутреннему люку, она увидела пять лиц, припавших к небольшому круглому отверстию окна. Девушка знала, что никто из них не догадался найти радио, и молча показала пальцем на забрало шлема. Все энергично закивали, и парень с часами поднял руку так, чтобы Панчо увидела их. Он показал четыре пальца, затем три… два…

Панчо все поняла.

… два, один. Он шутя направил на Панчо руку, изображая пистолет, показав тем самым, что настал момент поднять забрало.

Однако вместо этого Панчо подошла к внешнему люку и вышла в открытый космос.

Ла-Гуайра

Мартин Хамфрис выглядел раздраженным.

– Что, по-вашему, такого смешного в Поясе Астероидов? Дэн покачал головой.

– Да нет, это вовсе не смешно. Просто… Я никак не ожидал услышать подобное от вас – человека с репутацией практичного и трезвомыслящего бизнесмена.

– Можете не сомневаться! – сказал гость.

– Тогда забудьте о Поясе. Это по меньшей мере глупости. Пояс слишком далеко, и затраты на такую авантюру превысят любую возможную выгоду в сотни тысяч раз!

– Но попытки уже были, – настаивал Хамфрис.

– Только однажды. Ганн тогда едва не погиб в результате своей несуразной выходки!

– Тот астероид стоил почти триллион долларов, когда он перенес его на лунную орбиту.

– Да, а МЭС присвоил себе права на него и обанкротил Ганна!

– На сей раз подобное не повторится!

– Откуда такая уверенность? Вы действительно верите, что МЭС не захватит ресурсы, которые мы принесем для Земли? Именно такова причина создания Мирового Экономического Совета: они стремятся контролировать всю международную торговлю Земли.

Хамфрис холодно улыбнулся.

– Я беру МЭС на себя! Можете не беспокоиться! Несколько секунд Дэн изучал собеседника. Наконец, покачав головой, он ответил:

– Не имеет значения. Я даже готов позволить МЭС заправлять всем проектом.

– Неужели?!

– Да, черт побери! Сейчас планета находится в чрезвычайной ситуации. Кто-то должен распределять ресурсы, контролировать цены и следить за тем, чтобы никто не извлекал выгоды из этого кризиса и не набивал карманы грязными деньгами.

– Полностью согласен с вами, – сказал Хамфрис. – Однако уверен, что, разработав рудники на Поясе Астероидов, мы получим бешеные деньги.

Дэн кивнул.

– Несомненно, там кроются огромные ресурсы. К тому же тяжелые металлы и органические соединения нельзя добыть на Луне.

– Да, ресурсы, которые сейчас так необходимы Земле! Поэтому МЭС будет готов заплатить за них!

– Разработка рудников на астероидах? – задумчиво произнес Дэн. – Серьезное предприятие! Очень серьезное!

– Потому-то я и здесь! «Астро» владеет всем необходимым для организации проекта.

– «Астро» на грани банкротства, и вы прекрасно знаете об этом!

– Я имел в виду не финансовую сторону, – сказал Хамфрис, махнув рукой.

– Интересно! – усмехнулся Дэн.

– Да-да. Вовсе не финансы.

Показав рукой на бушующий океан за окном и прыгающие в гигантских волнах пусковые вышки, Хамфрис сказал:

– У вас есть технические ноу-хау, хорошо подготовленный персонал и самое совершенное оборудование для полета в космос.

– И это обобрало меня до нитки. Никто не может позволить себе купить электронику, произведенную на Луне, уж тем более после того, как почти все население планеты осталось без крыши над головой вследствие ужасных катаклизмов!

Хамфрис вопросительно поднял брови.

– Знаю, знаю, – продолжил Дэн. – Конечно, еще существует рынок энергии. Но сколько спутников, работающих на солнечной энергии, мы можем разместить на орбите? Проклятый МЭС просто наложит на них лапу. Сейчас мы достраиваем последний, наверное. Дальше никаких спутников я больше производить не буду.

Прежде чем Хамфрис спросил о причине, Дэн продолжил:

– Консорциум Большой Азии по Энергетике подал жалобу на то, что наши спутники сбивают их цены, а тупоголовые европейцы поддерживают их. Посмотрю я на них, когда исчезнет Гольфстрим и подморозит их как следует!

– Гольфстрим? – удивленно спросил Хамфрис. Дэн невесело усмехнулся.

– Это только один из проектов. Парниковый эффект уже начал менять океанские течения. Когда Гольфстрим исчезнет, Европа задрожит от холода, а в Англии будет такая же погода, как и на Лабрадоре.

– Когда? Скоро? – оживился Хамфрис.

– Лет через двадцать. А может, и через сотню. Спросите об этом сто разных ученых и получите тысячу разных ответов.

– Это реальная возможность? – тихо спросил гость то ли Дэна, толи себя. – Погрузить в зиму всю Европу!.. Подумать только, какая блестящая перспектива!

– Вообще-то я считал, что это беда! – резко отозвался Дэн.

– Так может думать только недальновидный человек! Дэн едва сдержался, чтобы самолично не вышвырнуть юного авантюриста из кабинета. Однако вместо этого откинулся на спинку кресла и пробормотал:

– Напоминает древнегреческие трагедии. Глобальное потепление вмиг заморозит всю Европу. Какая ирония!..

– Итак, мы с вами говорили о рынке энергии, – напомнил о себе Хамфрис. – Как насчет лунного гелия-3?

«Интересно, может, этот тип просто пытается выведать у меня какие-то важные сведения?» – подумал Рэндольф.

– Держится сам по себе. Благодаря идиотам, выступающим против атомной промышленности, теперь не так много действующих атомных электростанций. А вообще добывать гелий-3 из лунного реголита вовсе не так уж дешево. Существующие ныне цифры звучат привлекательно только для химика, но не ведут к коэффициенту большой прибыли, скажу я вам!

– Значит, для начала разработки рудников на астероидах вам нужны инвестиции, вливание капиталов, – сказал Хамфрис.

– Не вливание, а полное переливание крови! – пробурчал Дэн.

– Что ж, это не проблема.

Рэндольф в очередной раз почувствовал, что вот-вот его брови сами поползут вверх от удивления.

– Правда?

– Да, я могу обеспечить эти капиталовложения, – спокойно сказал Хамфрис.

– Но речь идет как минимум о сорока, даже пятидесяти миллиардах.

Гость махнул рукой, как будто отгоняя раздражение.

– Для экспериментального полета вам не понадобится столько денег.

– Даже один полет будет стоить не менее двух миллиардов, – сказал Дэн.

– Возможно.

– И где же вы собираетесь достать такую сумму? Никто раньше не был готов вкладывать инвестиции в «Астро».

– Есть люди, которые будут рады инвестировать большие деньги в развитие рынка сырья на астероидах.

В какой-то момент Дэн почувствовал луч надежды. Может, действительно сработает?! Открыть Пояс Астероидов и принести найденные там ресурсы на Землю, к людям!.. Но тут в мыслях вновь всплыли цифры затрат, такие же неумолимые, как законы Ньютона.

– Знаете, если бы мы смогли покрыть хотя бы расходы, я соглашусь попытаться сделать это.

На лице Хамфриса появилось разочарование.

– Покрыть ваши затраты?

– Да! Людям нужны ресурсы. Если мы сможем найти их, не обанкротившись, то при необходимости я полечу даже на Плутон!

Хамфрис заметно повеселел.

– Я знаю, как нам осуществить это и получить в придачу приличный куш!

Дэн невольно поймал себя на мысли, что заинтригован.

– Как?

– Ядерный двигатель!

Ради всего святого! Да этот парень просто сумасшедший! Нет, скорее страстный фанатик.

– Никто еще не делал ядерных двигателей, – сообщил он гостю. – Атомные генераторы слишком громоздки и тяжелы для дальних полетов. Это известно всем!

С усмешкой кошки, которая только что съела на обед несколько жирных канареек, Хамфрис ответил:

– Все очень ошибаются!

Дэн обдумывал разговор около минуты, затем положил руки на стол вверх ладонями и предложил:

– Что ж, докажите!

Молча гость вынул из кармана микрочип с информацией и передал Дэну.

Космическая станция «Галилей»

Оставив пятерых своих коллег-астронавтов разинув рот ошеломленно смотреть в окно люка технического отсека, Панчо в невесомости подплыла к металлической ручке крана-робота и медленно выплыла в открытый космос. В тот момент кран оказался свободен, без груза для сохранения устойчивости. Ручка была длинной, тонкой и подвижной. Панчо взяла ее в обе руки и, как акробатка, подпрыгнула вверх к усеянной рукоятками внешней оболочке отсека.

Интересно, остальные уже поняли, что их одурачили, или нет? Она прошла вдоль корпуса отсека, карабкаясь как проворная обезьянка от одной перекладины к другой. Если бы кто-то наблюдал за ней из космоса, ему бы показалось, что она бегает вдоль корпуса вверх ногами. Панчо чувствовала себя ребенком в детском гимнастическом снаряде «джунгли» или каком-то аттракционе. Станция мощно нависала над ее головой.

Она смеялась, даже когда достигла конца технического отсека, и с легкостью протиснулась через соединительный сектор, который пролегал в жилой модуль.

– Эй, Панчо! Что ты там делаешь?!

Ха! Они наконец нашли радио, но отвечать она не собиралась. С ней-то все в порядке, а вот они пускай поволнуются! Нет, так нельзя. Надо все же ответить.

– Прогуливаюсь наверху, – сказала она, немного задыхаясь от напряжения.

– Как насчет пари? – спросил один из мужчин.

– Вернусь через несколько минут, – соврала она. – Держитесь!

– Что ты задумала, Панчо? – тревожным голосом спросила Аманда.

Панчо снова притворилась, что не понимает.

– Ничего.

Радио замолчало. Панчо добралась до шлюза в конце лабораторного отсека и нажала на панели управления стандартный код. Внешний люк плавно открылся. Она проскользнула внутрь и закрыла его за собой, даже не подождав, пока шлюз наполнится воздухом. Затем открыла внутренний люк и тут же его за собой захлопнула. Сигнализация сработала мгновенно, но как только атмосферное давление в отсеке нормализовалось, тут же стихла. Сорвав с себя неуклюжие защитные перчатки, Панчо подняла забрало и подошла к телефонной трубке на стене.

Обладая превосходной памятью, она тут же набрала номера счетов пяти коллег и их личные идентификационные коды. Мать всегда говорила, что ей следует стать музыкантом. Панчо быстро перевела все деньги со счетов на свой, оставив ровно по одному доллару, чтобы банковские компьютеры не запустили процесс аннулирования счетов.

К тому времени как она закончила свою хитрую операцию, люк на другом конце жилого отсека открылся, и пятеро астронавтов бросились к ней.

– Что происходит? – потребовал объяснений пилот, шедший первым.

– Ничего, – снова повторила любимое слово Панчо и юркнула в ближайший люк, ведущий в другие модули станции.

Это оказался сектор японских лабораторий. Набирая скорость, она отталкивалась гибкими пальцами от всего, что только попадалось на пути: полок с оборудованием на обеих сторонах центрального коридора и даже удивленных инженеров и лаборантов. Посмеиваясь над одураченными пилотами, она думала о том, сколько времени им потребуется, чтобы обнаружить свои пустые счета.

Понадобилось не много. Когда Панчо добралась обратно до столовой, они уже в бешенстве мчались за ней.

– Доберусь до тебя и переломаю все кости! – раздавалось сзади одно из наиболее вежливых обещаний.

Даже Аманда была так зла, что забыла о своем великосветском акценте и кричала ей вслед:

– Ты ответишь за это, стерва!

«Да уж, пока я держусь на расстоянии от них, то все в порядке», – думала Панчо, плавно несясь вдоль сектора европейской лаборатории и далее в обсерваторию, проскальзывая между громоздкими телескопами и электронными шкафчиками с оборудованием.

Сзади все еще орали. Неужели ее до сих пор преследуют? Прошло уже достаточно времени, чтобы хоть кто-то из них догадался надеть скафандр и, пройдя по внешней обшивке станции, перерезать ей путь…

Так и произошло. Когда Панчо влетела в русский жилой сектор, двое парней появились в другом конце отсека в скафандрах со снятыми шлемами в руках. Рядом с ними стояли двое вооруженных полицейских.

Панчо плавно остановилась. Один из личных мониторов выдвинулся, и на экране возникло небритое лицо явно не отличающегося умом мужчины с затуманенным взглядом. Затем монитор погас. Раздалось какое-то бормотание, наверное, славянские ругательства.

Остальные трое – Аманда и пара пилотов – вошли в отсек сзади Панчо. Да, кажется, ее окружили.

– Что ты делаешь, Панчо?

– Ты обчистила наши банковские счета!

– Мы тебя вздернем!

Панчо улыбнулась и мирно развела руками.

– Нет, ребятки! Вы не можете повесить человека и прекрасно знаете это!

– Ничего смешного! – снова закричала Аманда.

– Я возмещу ущерб, хорошо? – предложила Панчо.

– Чтоб ты провалилась!

– К тому же ты проиграла спор. Так что каждый из нас должен получить обещанную сумму!

– Нет! – сказала Панчо совершенно спокойно. – Мы никогда не спорили о дыхании в вакууме, так что пари не имеет силы!

– Тогда верни нам деньги со своего банковского счета!

– Отлично.

Аманда показала на настенный телефон около люка.

– Ты что-то говорила про возмещение ущерба!

С кротким видом Панчо подплыла телефону и нажала несколько кнопок.

– Для этого вам нужно сказать мне номера своих банковских счетов. Только так я смогу перевести деньги.

– Нет уж! Мы сами наберем номера! – сказала Аманда.

– Не доверяете? – спросила Панчо с невозмутимым видом.

Раздались гневные крики.

– Да ладно, я же пошутила! Я совсем не хотела забирать все ваши деньги!

– Ну-ну, мы так и поняли! – саркастически заметил один из мужчин. – Если бы Мэнди не догадалась о твоем подлом плане, то…

Панчо кивнула Аманде.

– Очевидно, среди них ты – самая умная, – заметила она, как будто действительно так считала.

– Да ладно, – ядовито заметила Аманда и повернулась к мужчинам. – Теперь всем нам следует изменить свои идентификационные коды, а то она их знает.

– А я вообще поменяю номер счета! – сказал один из парней.

– Ха! Я лучше поменяю банк! – заметил другой.

Панчо кивнула и постаралась изобразить понесшего наказание преступника. На самом же деле она едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Вот умора! Никто из этих тупиц не понял, что за полчаса или час, пока они бегали за ней по станции, Панчо получила проценты с общей суммы! Конечно же, это не такие уж большие деньги, но все же и не маленькие!

Оставалось надеяться, что простофили не обнаружат этого, пока будут лететь на Луну.

Ничего. Если они попытаются применить физическую силу, она просто познакомит их с Элли!..

Город Ченсу, провинция Сычуань

Дэну пришлось кричать, чтобы его услышали сквозь шум машин, работавших на стройке.

– Зак! Я просто спрашиваю: может он сделать это или нет?

Он знал Зака Фриберга больше двадцати лет, со времен, когда Зак был еще молодым серьезным планетарным геохимиком, специализирующимся на исследованиях астероидов. Тогда Дэн переманил его к себе, и тот, оставив работу в университете, перешел в «Астро». После того как Фриберг присоединился к «большому и плохому» Дэну Рэндольфу – жадному капиталисту и основателю крупнейшей корпорации, ему пришлось выслушать в свой адрес множество нелестных реплик от бывших коллег. Но спустя годы между Фрибергом и другими учеными все же возникло обоюдное уважение, а позднее и доверительная дружба. Зак первым предупредил Рэндольфа о приближающемся кризисе парникового эффекта и его последствиях.

Кризис уже был в самом разгаре. Политики и крупные бизнесмены Земли ощутили на себе его мощные последствия так же, как и остальные жители планеты. Земля медленно падала в катастрофическую пропасть. Зак больше не был тем упитанным, круглощеким юнцом, которого много лет назад впервые встретил Дэн. Его рыжеватые волосы поседели, хотя по-прежнему были густыми и вьющимися. Последние несколько лет закалили его, сделали более худым, крепким и превратили в настоящего мужчину. На протяжении последних лет Зак наблюдал за тем, как его формулы и уравнения воплощаются в реальность и причиняют страдания всему человечеству.

Двое мужчин стояли на краю горного хребта и смотрели через пустырь, где тысячи китайских рабочих трудились не покладая рук. Как же они похожи на армию неугомонных суетливых муравьев, подумал Дэн. В середине когда-то плодородной долины четыре высоченные дымовые трубы мощной электростанции изрыгали в подернутое дымкой небо столбы серого дыма. Огромные горы угля лежали около железнодорожного полотна, которое проходило вдоль электростанции. Вдалеке, на горизонте за дальним горным хребтом тоже располагалось истощенное месторождение. Там река Янцзы блестела на утреннем солнце, как змея, медленно ползущая вслед за своей жертвой. Легкий теплый ветер пах углем и машинным маслом.

Дэн внутренне содрогнулся, подумав о том, сколько миллиардов микробов пытаются проникнуть сквозь его гигиеническую маску и фильтры в ноздрях, стремятся проложить себе путь в его ослабленную иммунную систему и прочно обосноваться в теле.

– Дэн, у меня действительно нет на это времени! – крикнул Фриберг, пытаясь перекричать рев большого грузовика с двадцатью тоннами грязи и отходов, ползущего по долине. Рядом с его большими колесами люди напоминали карликов.

– Мне просто нужно, чтобы ты уделил мне пару часов своего времени, – сказал Дэн, чувствуя, как от постоянных криков начинает першить в горле. – Господи! Я проделал такой путь, чтобы узнать твое мнение!

Работы в этой провинции были запоздалыми мерами китайского правительства, которое только сейчас осознало, что парниковый эффект опустошит Китай, как и весь остальной мир. Власти страны попросили Фриберга лично возглавить программу национальной реконструкции. На одном конце долины китайские инженеры и простые жители строили дамбу для защиты главной электростанции от наводнений и вышедшей из берегов Янцзы. На другой стороне команда из компании «Ямагата Индастрис» строила комплексную насосную станцию, чтобы собирать углекислый газ, выделяемый дымовыми трубами электростанции, и хранить его глубоко под землей в опустевших угольных шахтах.

– Послушай, я помню, что все еще получаю зарплату в «Астро», но это не означает, что я буду отзываться на малейший твой свист! – недовольно нахмурившись, сказал Фриберг.

Дэн посмотрел в светло-голубые глаза собеседника и увидел там боль, разочарование и настоящий страх. Очевидно, Зак винит себя за разразившуюся катастрофу. Дэн понимал это. Именно он, проведя расчеты, предсказал наступление кризиса парникового эффекта, поэтому и ведет себя так, словно это его личная вина. Когда-то давно недалекие и суровые правители казнили гонцов, приносящих дурные вести. Теперь гонцы и сами хотели лишить себя жизни.

– Понимаешь, Зак, ты должен время от времени питаться, так ведь? – начал Дэн так спокойно, как только мог.

Фриберг осторожно кивнул. В прошлом он часто попадал под влияние красноречивого Рэндольфа и в итоге делал вещи, которые вовсе не собирался.

– Так вот: я принес тебе завтрак, – сказал Дэн, махнув рукой в сторону стоявшего поодаль большого трейлера. Его крыша блестела от гладких панелей солнечных батарей. – Когда прозвучит сигнал на обед, приходи, и поедим вместе. Это все, что я прошу.

– Хочешь, чтобы я обдумал твое предложение во время обеда? Думаешь, я могу принять решение за час или даже меньше?

Дэн пожал плечами.

– Нет, так нет. Единственное, о чем прошу, – просто взгляни.

Фриберг бросил на Рэндольфа далеко не счастливый взгляд. Однако через пять минут после сигнала на обед он осторожно постучал в дверь фургона.

– Мне следовало догадаться, – пробормотал он, проходя внутрь вслед за Большим Джорджем.

Трейлер был обставлен роскошно. Молодая симпатичная японка, маленькая и тихая, помешивала горячие овощи в электрическом котелке. Дэн сидел в кресле из кожзаменителя рядом со складным обеденным столом. На плечах у него был замшевый пиджак, несмотря на относительное тепло в фургоне. На лице Дэна виднелся небольшой след, оставленный гигиенической маской, которую он недавно снял.

– Выпьешь? – спросил Дэн, вставая с кресла.

Перед ним на столе стоял полупустой стакан с чем-то пенистым.

– Что у тебя? – поинтересовался Фриберг, усаживаясь в кресло напротив.

Стол был накрыт на двоих.

– Имбирное пиво. Джордж приобщил меня к нему. Алкоголь почти не присутствует, и к тому же полезно для пищеварения.

Фриберг пожал плечами.

– Ладно, налей и мне.

Джордж быстро вынул из холодильника коричневую бутылку, открыл и налил гостю целый стакан.

– Хорошо сочетается с бренди, кстати говоря, – заметил он и передал стакан Фрибергу.

Ученый молча взял пиво, и Джордж вернулся обратно к своему посту у двери, держа большие руки у груди, как профессиональный вышибала.

Сделав небольшой глоток, Дэн спросил:

– О чем тебе следовало догадаться?

Фриберг махнул рукой, показывая на мобильные апартаменты.

– Что ты даже здесь не обойдешься без роскоши.

Дэн засмеялся.

– Если приходится отправляться в глушь, бери с собой хоть немного созданного человечеством комфорта.

– По-моему, здесь слишком тепло, – мягко пожаловался Фриберг.

Дэн вновь устало улыбнулся.

– Просто ты уже привык жить в диких условиях, Зак, а я – нет.

– Да, наверное, ты прав, – произнес Фриберг и посмотрел на картину над головой Дэна: маленькая девочка стоит около дерева. – Это настоящая картина?

– Нет, голограмма.

– Красиво.

– Где ты здесь живешь?

– В палатке, – сухо ответил Фриберг.

Дэн кивнул.

– Так я и думал!

– Кстати, очень удобная палатка. Но, конечно же, не такая удобная, как твой фургон.

Его глаза быстро оценили богатую обстановку столовой.

– Сколько здесь еще комнат?

– Только две: кабинет и спальня. С большой кроватью.

– Да, надо полагать…

– Если тебе нравится, то это – твое.

– Что? Голограмма?

– Нет, весь фургон. Вся эта хибарка твоя! Я уезжаю сегодня вечером. Если найдешь кого-нибудь отвезти нас с Джорджем на взлетно-посадочную полосу, можешь оставить фургон себе.

Фриберг от удивления едва не подскочил.

– Ты можешь так просто отдать этот фургон? Из того, что я слышал… – начал растерянно бормотать он.

– Для тебя, Зак, отдам последнее, если потребуется! – перебил Рэндольф.

На лице Фриберга появилась ироническая насмешка.

– Пытаешься дать взятку?

– Ну да. А почему бы и нет?

– Хорошо, давай выкладывай, что ты хотел предложить?

– Эй, Джордж! – позвал Дэн. – Принеси мне ноутбук.

Почти час спустя Фриберг поднял взгляд с экрана ноутбука и сказал:

– Вообще-то я не специалист по ракетам и двигателям. Мои знания об атомных реакторах поместятся в наперсток, но то, что ты рассказал, звучит вполне реально.

– Думаешь, получится? – спросил Дэн.

– Откуда мне знать? – раздраженно ответил Фриберг. – Зачем вообще нужно было проделывать такой путь, чтобы узнать мое мнение о том, в чем я абсолютно не разбираюсь?!

Дэн ответил не сразу.

– Потому что я доверяю тебе, Зак. Хамфрис – скользкий тип. Все эксперты, с которыми я консультировался, утверждают, что ракета с ядерным двигателем вполне может выполнить задачу, но откуда мне знать, не подкупил ли он их?! Он что-то скрывает, какую-то секретную программу. По-моему, идея о ядерном двигателе – лишь верхняя часть айсберга. Думаю, он хочет прибрать к рукам всю корпорацию «Астро».

– Ну и ну! – сказал Фриберг, усмехнувшись. – Сколько метафор!

– Я говорю серьезно! Хамфрису я не верю, я верю тебе.

– Дэн, мое мнение ничего не решает. С тем же успехом можешь советоваться с Джорджем или своим поваром.

Согнувшись над столом, Дэн сказал:

– У тебя связи, свяжись с экспертами, которых использует Хамфрис, и разузнай у них правду. Поговори с другими людьми, с настоящими специалистами в этой области и посмотри, что они скажут. Ты поймешь, где правда, даже если они просто намекнут. Ты можешь…

– Дэн! – холодно сказал Фриберг. – Я работаю двадцать пять часов в сутки!

– Я знаю, знаю.

Фриберг полностью посвятил себя работе. Он бросил все силы на то, чтобы смягчить кризис парникового эффекта и сократить выбросы газов промышленными электростанциями, работающими на твердом топливе.

Столкнувшись с разрушительными изменениями в климате вследствие парникового эффекта, народы мира оказались застигнуты врасплох и теперь всеми жалкими силами пытались остановить катаклизмы. Мировой Экономический Совет возглавил промышленников и предпринимателей всего мира и безуспешно пытался перевести автомобили и другие транспортные средства на электрические двигатели. Но это означало втрое увеличить мировую мощность электростанций, а предприятия, работающие на твердом топливе, строились гораздо дешевле и быстрее, чем атомные станции. В мире все еще имелись достаточные запасы нефти, однако по сравнению с запасами угля они казались ничтожными. Атомные станции, использующие принцип деления ядра, были дорогими, сложными и к тому же вызывали яростный протест многих общественных организаций, как и все, что связано с атомной промышленностью.

Таким образом, строилось все больше и больше электростанций, особенно в наиболее развитых странах, таких как Китай и ЮАР. Мировой Экономический Совет настаивал на том, чтобы новые электростанции собирали выбросы углекислого газа, парниковых газов и закачивали их специальными насосами глубоко под землю.

Закари Фриберг посвятил свою жизнь труду по уменьшению и смягчению парниковых катастроф. Он отошел от активной деятельности в «Астро», где возглавлял группу ученых, и отправился на другой конец планеты руководить масштабными проектами восстановления планеты. Жена бросила его, детей он не видел уже больше года. Личной жизни у ученого практически не было, но он неотступно следовал своему призванию и пытался сделать все возможное, чтобы уменьшить последствия настигшей Землю катастрофы и замедлить уже почти необратимый процесс парникового эффекта.

– Так как все идет? – спросил его Дэн.

Фриберг покачал головой.

– Все равно что плевать против ветра. Наши усилия почти не видны, а способа уменьшить парниковый эффект практически не существует.

– Но я думал…

– Мы работали как лошади на протяжении… скольких лет? Десяти? А толку? Когда только начинали, твердое топливо при сгорании выбрасывало шесть миллиардов тонн углекислого газа в воздух каждый год. Знаешь, сколько выбрасывается в атмосферу сегодня?

Дэн отрицательно покачал головой.

– Пять и три десятых миллиарда тонн, – с нескрываемой злостью в голосе сказал Фриберг.

Дэн вздохнул.

Показав на большие грузовики, проносящиеся мимо, Фриберг проворчал:

– Ямагата пытается перевести весь свой арсенал машин на электричество, но китайцы все еще используют машинное масло. Некоторые люди просто не обращают внимания на предупреждения! Русские опять говорят о культивировании того, что называют «целиной» в Сибири. Там уже тает даже вечная мерзлота. Они считают, что могут превратить тот район в новый пшеничный пояс, как Украину.

– Значит, что-то хорошее из этого все же выйдет, – пробормотал Дэн.

– Ничего не выйдет! – рявкнул Зак. – Океаны продолжают нагреваться, Дэн! Если мы не остановим рост температуры, случится непоправимое! Если начнет выходить метан, который в них заморожен…

Дэн открыл рот, чтобы ответить, но Фриберг продолжил свою тираду:

– Знаешь, сколько метана таится в недрах океана? Двадцать септильонов тонн! Этого достаточно, чтобы создать такой парниковый эффект, который вмиг растопит ледники Гренландии и Антарктиды. Каждую льдинку в мире! Мы все утонем!

– Тем более! – сказал Дэн. – Надо попытаться использовать Пояс Астероидов! Мы сможем найти все металлы и минералы, в которых нуждается Земля, Зак! Мы переместим мировые промышленные центры в космос, где они не будут причинять вреда нашей окружающей среде.

Фриберг бросил на Рэндольфа скептический взгляд.

– Мы можем сделать это! – настаивал Дэн. – Если только запустить этот корабль! Может, это и есть ключ ко всей истории: эффективное движение вперед сведет затраты на разработку рудников на астероидах к нулю и станет вполне экономически жизнеспособным предприятием.

Фриберг долгое время молчал. Он смотрел на Дэна зло и в то же время печально. Наконец он произнес:

– Я сделаю для тебя несколько звонков. Это все, что в моих силах.

– О большем я и не прошу, – отозвался Дэн, заставив себя улыбнуться. – И еще надо отвезти нас с Джорджем на взлетную полосу.

– А как насчет поварихи? Рассмеявшись, Дэн ответил:

– Достается тебе в комплекте с фургоном. Она говорит только по-японски, зато готовит бесподобно. Кстати, в постели эта цыпочка тоже хороша!..

Фриберг густо покраснел, однако не отказался от подарка Рэндольфа.

Селена

Офицер-таможенник с удивлением смотрел на пластиковую клетку и четырех маленьких мышей, съежившихся в углу среди упаковок с едой и круглых шариков драже.

Его лицо нахмурилось, и он посмотрел на Панчо.

– На Селену нельзя привозить домашних животных!

Другие астронавты свободно проплыли мимо таможенника без задержек, оставив Панчо наедине с суровым на вид инспектором. Они прибыли на Луну без проблем. Никто из пятерых так и не обнаружил, что Панчо сняла со счета каждого проценты за те полчаса или час. Панчо знала, что даже если бы они и догадались об этом хитром трюке, сумма не такая уж и значительная, чтобы раздувать из-за нее скандал. Для нее же имела значение не столько сумма, сколько игра в находчивость.

– Это не домашние животные, – холодно сказала она инспектору. – Это еда.

– Еда?

Темные брови мужчины изогнулись от удивления.

– Да, еда. Для моего телохранителя. Большинство таможенников уже знали ее, но этот парень был, очевидно, новичком, по крайней мере раньше Панчо его никогда не видела.

«А он довольно симпатичный! – подумала она. Темно-синий комбинезон очень подходил к цвету его глаз. – Немного староват, однако». На висках начала пробиваться седина. А может, работает день и ночь, чтобы скопить достаточно денег на омолаживающую терапию.

Словно догадавшись о ее мыслях, он сердито спросил:

– Ваш телохранитель питается мышами?

– Да, сэр, именно так.

– И где же этот ваш телохранитель? – раздраженно спросил он.

Панчо подняла ногу в легкой туфельке и поставила на стол инспектора. Задрав вверх одну из штанин, она развела руки в стороны прямо напротив расширившихся от удивления глаз инспектора. Змея была около тридцати пяти сантиметров длиной. Она посмотрела на инспектора своими круглыми блестящими глазками и злобно зашипела. Мужчина отскочил почти на метр.

– Элли – генетически модифицированная змея. Она не вырастет больше этого размера. Кстати говоря, очень послушная и смертельно ядовитая.

К чести инспектора, тот быстро оправился от шока или по крайней мере постарался это сделать.

– Вы… сюда нельзя привозить змей. – Его голос едва заметно дорожал. – Это против правил и…

– Существует специальное исключение, – спокойно сказала Панчо. – Можете проверить. Статья семнадцать, пункт «Д», поправка одиннадцать.

Нахмурившись, инспектор открыл указанную статью закона на своем наручном мини-компьютере. Панчо точно знала, что такая поправка существует: она лично дошла до комитета Селены по вопросам здоровья и безопасности и добилась того, чтобы ее вписали в закон. Это стоило ей кучу сил и времени, невероятного количества ужинов с мужчинами, годившимися Панчо в дедушки. Что интересно, единственное сексуальное домогательство, которому она подверглась, произошло со стороны возглавлявшей комитет женщины.

– Что ж, давайте посмотрим, если вы настаиваете, – сказал инспектор, глядя на маленький экран. – Каким образом вам удалось заставить их изменить закон?

Панчо ослепительно улыбнулась.

– С огромным трудом!

– Так, значит, эта маленькая штучка ядовитая?

– Яд модифицирован, чтобы уменьшить его смертельный эффект, но он все еще смертелен, если вовремя не принять противоядие.

Панчо аккуратно вынула тонкий стеклянный пузырек из своей сумки и помахала им перед глазами изумленного инспектора.

Таможенник покачал головой в удивлении и молча встал, словно окаменелый, пока Панчо возвращала змею на место.

– Он ест мышей?

– Не он, а она! – ответила Панчо, поправив брюки и выпрямившись. – Если я нахожусь на Селене больше месяца, то вынуждена заказывать мышей с Земли, а это стоит немало.

– Да уж, наверное.

– Мыши никогда не выходят за пределы своей клетки, – добавила Панчо. – Раз в неделю я запускаю к ним Элли.

Инспектор скривился от отвращения. Он взял документы из рук девушки и провел их через электронное считывающее устройство. Машина пискнула. Панчо прошла таможенный контроль. Инспектор поместил прозрачную клетку с мышами обратно в дорожную сумку и застегнул молнию.

– Проходите. С прибытием на Селену! – сказал он, словно сам себе не веря.

– Спасибо.

Прежде чем она повесила сумку на плечо, он нерешительно спросил:

– А-а… что вы делаете сегодня вечером? Панчо еще раз ослепительно улыбнулась.

– Я бы с удовольствием поужинала с вами, но у меня уже назначено свидание.

Одевшись в белый брючный костюм и накинув на плечи розовый шарф, Панчо направилась по маршруту, который ей прислал Мартин Хамфрис.

В земных городах высота означала престиж. В гостиницах и особняках чем выше этажом ты живешь, тем выше и твоя цена. Пентхаусы считались самыми престижными и, соответственно, самыми дорогими. На Луне же поселения людей располагались под поверхностью, и чем ниже ты жил, тем богаче считался. Поверхность Луны не имеет атмосферы и потому опасна. Между ее солнечными и темными сторонами температура колеблется до четырехсот градусов. Поверхность постоянно находится под воздействием сильных лучей радиации из космоса, нередко проливается метеоритный дождь.

Мартин Хамфрис, наверное, безумно богат, подумала Панчо по дороге в лифте на самый нижний ярус Селены. Согласно биофайлам систем, Хамфрис считался одним из самых богатых людей системы Земля – Луна, но, может, это просто дутая реклама… Газеты и скандальные сайты писали о нем больше, чем биофайлы. Они называли его просто Хамп или Хампер. Он имел репутацию охотника и интригана, дважды женатого, который встречался с множеством медиазвезд и «девочками с обложек». Просмотрев журнальные иллюстрации его «свиданий», Панчо отметила преобладание высоких, длинноногих, томных и ярких женщин со стильными прическами и яркой одеждой, едва прикрывающей тело.

Сделав это открытие, Панчо почувствовала себя относительно надежно. Хампер вряд ли заинтересуется девчонкой с мальчишескими замашками. К тому же, если он и попытается применить свои грязные штучки, Элли сможет ее защитить.

Он позвонил лично, без всяких посредников и попросил прийти к нему домой, чтобы обсудить некое деловое предложение. Может, хочет переманить ее из «Астро» в свою компанию? «Астро» платила хорошие деньги, но если Хамфрис предложит больше, Панчо будет работать на него. Все просто: где деньги, там и работа.

Но почему он позвонил сам, а не поручил своим администраторам провести с ней интервью?

На ярусе имелось только несколько жилых комплексов, прочно возвышавшихся над грунтом. Панчо прошла по хорошо освещенному тоннелю, впереди показались роскошные особняки. Стены коридора покрывал искусный барельеф на астрономические мотивы, но среди них попадались и земные ландшафты. Она насчитала около ста шагов между дверями, что означало, что жилые комплексы по другую сторону коридора больше, чем целые районы на верхних уровнях. Двери были тоже красивыми: двойные, почти все так или иначе оригинально оформлены. Некоторые походили на настоящее дерево.

Все это впечатлило Панчо. Она оказалась совсем не готова увидеть таким дом Мартина Хамфриса. В самом конце коридора находилась металлическая дверь из материала, внешне похожего на полированную сталь. Проход выглядел как люк воздушного шлюза или дверь хранилища в банке. Дверь плавно открылась с легким шипящим звуком, как только Панчо приблизилась на расстояние вытянутой руки.

«Оптическая система распознавания объектов, – подумала она. – А может, за коридором следят его люди?!»

Она шагнула в открытый проход и тут же почувствовала, что попала в какой-то другой мир. Девушка оказалась в широкой, с высокими сводами пещере природного происхождения глубоко под поверхностью Луны. Кругом благоухали цветы: красные, желтые, голубые. По обеим сторонам росли деревья с густой зеленой листвой. Настоящие деревья! Панчо, в изумлении разинув рот, смотрела на молодые деревья ольхи, клена и березы, аккуратно посаженные папоротники и красный жасмин. Единственные деревья, которые она видела на Луне, находились только в отеле «Гранд Плаза» и по сравнению с этими казались просто жалкими пустынными колючками. После серого однообразия запутанных коридоров Селены и плотно расположенных жилых комплексов пространство, яркий цвет и насыщенный аромат растущих в таком изобилии цветов потрясли Панчо до глубины души. Тут и там выступали валуны, отдаленные стены пещеры и своды высокого потолка оказались лунными скалами. Все это великолепие освещали мощные лампы.

«Господи, я словно очутилась в сказке!» – подумала Панчо.

В сказке про страну Оз… И, как в сказке, вдоль аккуратно подстриженных кустов, покрытых цветами, шла дорожка, сплошь покрытая лепестками цветов. Да, это гораздо более волшебное зрелище, чем желтый кирпич.

Панчо вдруг поняла, что единственное, чего здесь не хватает, – это поющих на деревьях птиц. Среди густой листвы не слышалось никаких звуков жужжания насекомых, листву не колыхал легкий свежий ветерок. Столь роскошный сад оказался просто большой искусной оранжереей, которая стоит, наверное, баснословных денег!

Девушка плавно скользила по тропинке, пока за последним поворотом, в самом сердце огромной пещеры не показался дом, окруженный аккуратными клумбами с розами, ирисами и пионами. Маргариток и ноготков нет, заметила Панчо. Наверное, эти цветы сочли слишком простыми для такой резиденции!

Дом был огромным! Невысокий, но просторный, с покатой крышей и стенами из лунного камня с большими широкими окнами. Широкий внутренний двор, обрамляющий большие двойные двери парадного входа, с фонтаном, журчащим посередине. Подумать только! Фонтан на Луне!

Панчо медленно подошла к двери и дотронулась до ее резной поверхности. На ощупь она оказалась из пластика, имитирующего дерево. Несколько секунд девушка стояла около двери, затем снова повернулась к внутреннему двору и посмотрела на деревья, цветы, фонтан. Какой же человек может тратить столько денег на подобное жилище?! Какой человек вообще может иметь столько денег?!

– Добро пожаловать, мисс Лэйн!

Звук голоса заставил Панчо вздрогнуть. Мужчина бесшумно открыл дверь, пока она стояла спиной к дому и любовалась зеленью вокруг. Хозяин дома оказался на вид почти ее ровесником, невысокого роста и с очевидной склонностью к полноте. Он был одет в светло-желтую тунику, доходящую ему до бедер. Коричневые брюки плотно обтягивали ноги и бедра. Дорогие начищенные кожаные ботинки бросались в глаза. Кожа мужчины была неестественно белой, темные волосы гладко зачесаны назад.

– Я пришла на встречу с мистером Хамфрисом, – сказала она. – По приглашению.

Он засмеялся.

– Я и есть Мартин Хамфрис. Сегодня вечером я дал отгул своему обслуживающему персоналу.

– О!

Хамфрис жестом пригласил Панчо пройти в дом. Зная, что Элли уютно примостилась на ее ноге, девушка спокойно прошла вслед за хозяином.

Обстановка в доме оказалась не менее роскошной, чем территория вокруг. Просторные комнаты уставлены самой прекрасной мебелью, которую когда-либо видела Панчо. Гостиная такая большая, что в ней впору устроить спортивную арену, диваны обиты превосходной тканью, голографические окна показывали эффектные земные пейзажи: Большой Каньон, гора Фудзи, Манхэттен перед тем, как его поглотили наводнения.

Стол в столовой, такой огромный, что за ним с легкостью уселись бы около двадцати человек, сейчас был накрыт только на двоих. Хозяин дома сначала провел гостью в библиотеку, где единственное голографическое окно показывало необъятную глубину космического пространства.

В углу библиотеки стоял бар.

– Что хотите выпить? – спросил Хамфрис, пригласив Панчо сесть в одно из обитых плюшем кресел.

– Что угодно, – пожала плечами Панчо.

Один из лучших способов узнать об истинных намерениях мужчины – позволить ему выбрать тебе напиток.

Он бросил на нее быстрый пронизывающий взгляд, и Панчо почувствовала себя словно под рентгеновскими лучами. Серые глаза мужчины казались холодными и безжизненными, как лунный камень.

– У меня есть отличное шампанское! – сообщил он.

Панчо улыбнулась.

– Отлично, спасибо.

Он нажал кнопку на поверхности бара, и откуда-то снизу появился серебряный поднос с открытой бутылкой шампанского в ведерке со льдом и двумя бокалами на длинных ножках. Хамфрис достал бутылку из ведерка и налил пенящуюся жидкость в бокалы. Панчо заметила, что ледяная бутылка быстро покрылась капельками воды. Бокалы выглядели хрустальными. Наверное, сделаны на заводе Селены.

Пузырьки шампанского щекотали нос, но вино оказалось действительно отличным: холодное, бодрящее и с изысканным вкусом, который очень понравился Панчо. Она молча потягивала шампанское, сидя рядом с Мартином Хамфрисом на мягком высоком стуле около бара.

– Вы, наверное, безумно богатый человек, если все это принадлежит вам! – сказала она.

Его губы изогнулись в хитрой улыбке.

– Если честно, это не мое.

– Разве?

– Официально здание является исследовательским центром и принадлежит концерну Хамфрисов. Им управляет Консорциум университетов Земли и Исполнительный Комитет Селены.

Панчо отпила шампанского, раздумывая над словами Хамфриса.

Он продолжил:

– Я живу здесь, когда бываю на Селене. Научные сотрудники работают в другой части здания.

– Но они не живут здесь, так ведь?

Он рассмеялся.

– Нет, их жилой комплекс располагается на несколько уровней выше, в… более скромных условиях.

– А вы живете здесь совершенно бесплатно?

– Что ж, это одно из преимуществ богатства, – махнув рукой, отозвался он.

Кивнув, Панчо спросила:

– А что здесь исследуют ученые?

– Экологию Луны. Пытаются узнать, как можно создать условия, максимально приближенные к земным.

– То есть такие места, как «Гранд Плаза»?

– Да, однако полностью автономные. Пока что нам приходится время от времени поставлять новые запасы воды и других ресурсов.

– А все эти деревья и цветы?

– Мы смогли создать поистине потрясающий сад, но стоит он невероятно дорого. Пришлось приложить немало усилий, ведь здесь нет ни птиц, ни насекомых, чтобы опылять деревья. Идиоты, которые возглавляют Комитет охраны окружающей среды на Селене, не разрешают поместить сюда ни одного жука. Как будто похудеют от этого! Люди здесь настолько глупы и недальновидны, что, наверное, даже в замочную скважину смотрят сразу обоими глазами.

Панчо улыбнулась, вспомнив, с каким трудом она убедила чиновников Селены позволить привозить Элли и мышей. «Должно быть, я умнее его, – подумала она. – А может, чиновники Селены просто не любят миллиардеров, которые пытаются заправлять всем и вся».

– Лампы широкого спектра требуют немалой электроэнергии, – продолжил Хамфрис.

– Однако электричество не дорогое, не так ли?

Магнат сделал большой глоток шампанского, затем ответил:

– Дешевое, но только если использовать солнечную энергию, получаемую с поверхности, и сверхпроводящие аккумуляторы, чтобы хранить электрическую энергию в течение ночи. А все вместе это стоит немало денег.

– Да, но если у вас есть оборудование, то эксплутационные расходы не так уж велики.

– В общем-то вы правы, хотя их поддержание требует немалых средств.

– Вы имеете в виду сохранение солнечных батарей на поверхности? Тогда, конечно, это дорогое удовольствие…

– Любая работа на поверхности требует огромных затрат, – проворчал Хамфрис, поднося бокал к губам.

– Сколько же тогда составляет ваше состояние? – внезапно спросила она.

Хамфрис не подавился шампанским, но проглотил его с явным с трудом.

– Я имею в виду, вы владеете частью этой роскоши или она просто находится в вашем пользовании? – добавила она.

Хамфрис помедлил, прежде чем ответить.

– Мой дед сколотил состояние на компьютерном буме примерно в начале века. Он был достаточно умен, чтобы выйти на мировой рынок, пока тот еще развивался, и быстро покинуть его, прежде чем тот понес существенные потери.

– А что именно вы подразумеваете под компьютерным бумом? – спросила Панчо.

Проигнорировав вопрос, Хамфрис продолжил:

– Отец получил два высших образования – биологическое и юридическое. Он купил полдюжины компаний, занимающихся биотехнологиями, и со временем сколотил одно из самых больших состояний на Земле.

– А вы что оканчивали?

– Я получил образование в Уортонской коммерческой школе и в Йельском университете.

– Значит, вы юрист.

– Да, но правом никогда не занимался.

Панчо почувствовала какую-то смутную тревогу. Слишком уклончивый ответ… с другой стороны, что еще можно ожидать от юриста? Она вспомнила старую шутку: юрист лжет, как только открывает рот.

– А чем вы занимаетесь? – спросила она как можно более беззаботно.

Хамфрис улыбнулся, и в его улыбке даже мелькнула тень искренности.

– О, в основном я делаю деньги! Кажется, у меня талант.

– Я бы сказала, что и тратить деньги вы тоже мастер! – обведя взглядом роскошную библиотеку, заметила Панчо.

Хамфрис громко засмеялся.

– Да, наверное, так и есть. К тому же я очень много трачу на женщин.

Словно по мановению волшебной палочки в приоткрытых дверях библиотеки показалась изящная рыжеволосая девица в облегающем серебристом платье. В руке с замысловатым маникюром она держала бокал с аперитивом.

– Эй, Хампи, когда подадут обед? – спросила она обиженным тоном. – Я уже проголодалась!

Его лицо побледнело от злости.

– Я же сказал, у меня важная деловая встреча! Приду, как только закончу!

– Но я голодна! – капризно повторила девица.

Она оглядела Панчо с головы до ног, усмехнулась и резко закрыла за собой дверь.

– Извините, – стараясь сдержать гнев, сказал Хамфрис.

Панчо пожала плечами. Значит, ее к обеду не пригласят. Что ж, этого и следовало ожидать.

– Ваша жена? – холодно спросила она.

– Нет.

– Но ведь вы женаты, не так ли?

– Был женат. Дважды.

– А сейчас?

– По закону – да. Наши юристы как раз заняты бракоразводным процессом.

Панчо посмотрела прямо в его ледяные серые глаза. Он все еще зол, но уже контролирует себя. Через минуту Хамфрис снова сидел с невозмутимым видом.

– Ладно, – сказала она, – давайте закончим нашу деловую встречу, и вы сможете успеть к обеду.

Магнат взял в руки бокал, осушил его и поставил на стойку бара.

– Хорошо, перейдем сразу к делу. Я хочу нанять вас на работу.

– У меня уже есть работа.

– Да, вы пилот корпорации «Астро» и работаете там больше шести лет.

– И что?

– Вам вовсе не придется оставлять работу в «Астро». В общем-то, я даже заинтересован в том, чтобы вы там остались. Работа, которую я хочу вам предложить, требует, чтобы вы оставались в «Астро».

Панчо сразу поняла, к чему он клонит.

– Шпионаж?

– Ну, сказано не слишком красиво!.. Но вообще-то да. Мне необходимо быть в курсе деловых планов корпорации, а ваша должность в «Астро» предполагает наличие определенной информации.

Панчо раздумывала не долго.

– И в какую сумму вы оцениваете подобные услуги?

Гуэнка

Дэн Рэндольф стоял у окна своего гостиничного номера и смотрел вниз на изрезанную линию реки Джукар. Голова слегка кружилась.

«Глупо, – твердил он себе. – Я ведь бывал и на гораздо больших высотах, чем эта, – на самом верху ракетных пусковых вышек, в Гранд-Каньоне, работал на орбите в открытом космосе. Господи, да я налетал сотни миль над Землей даже без страховки!»

Тем не менее сейчас он чувствовал слабость и легкое головокружение, просто стоя у окна. Нет, не от высоты. В какой-то страшный момент Рэндольф подумал, что опять проявился один из симптомов лучевой болезни, затем пришел к выводу, что причина в другом. Отель находился на краю ущелья, шесть этажей от самого края, и это обстоятельство вполне объясняет легкое недомогание.

Старый город Гуэнка построили еще в средние века вдоль края глубокой пропасти, на головокружительной высоте. С улицы гостиница казалась одноэтажной, как и все другие здания вдоль узкой тропы. Однако на самом деле все дома уходили вниз на несколько десятков метров. К нижним этажам, расположенным под поверхностью земли, вели узкие лестничные пролеты, а продолговатые окна выходили прямо в пропасть, в глубине которой голубой лентой блестела река.

Отвернувшись от окна, Дэн подошел к кровати и открыл молнию на дорожной сумке. Он прибыл в самое сердце Испании, чтобы найти ответ на страшнейшую беду человечества, отыскать ключ, который откроет дверь в счастливое будущее Солнечной системы.

«Прямо как рыцарь в поисках приключений, – подумал он, саркастически улыбнувшись пришедшей в голову ассоциации. – Да уж, ищу свой Святой Грааль… Нет, ты просто усталый пожилой человек, который силой заставляет себя что-либо делать, ибо ничего больше в жизни у него не осталось!»

Полет из Мадрида навеял ему мысли о старых рыцарских легендах. Челнок пересек Атлантический океан всего за двадцать пять минут, но увидеть синее полотно воды внизу не удалось. Никаких иллюминаторов в прочном корпусе корабля не было, а видеосюжеты, которые показывали в салоне, скорее походили на иллюстрации к лекциям по астрономии. Дорогу в Гуэнку Дэн проделал на старомодном летательном судне, которое пыхтело и гремело, как автомобиль прошлого века.

Дэн достал бритву, и тут зазвонил телефон. Дэн щелкнул пальцами и обнаружил, что гостиничные средства связи не запрограммированы на звуковое распознавание. Перегнувшись через кровать, он нажал кнопку «Включить».

– Мистер Рэндольф?

Лицо, которое появилось на экране размером с ладонь, напоминало Мефистофеля: густые черные волосы почти полностью закрывали такие же густые брови, узкие глаза с острыми скулами и заостренный подбородок, маленькая козлиная бородка. Угольно-черные глаза незнакомца слегка поблескивали, как будто он знал такие вещи, о которых остальное человечество могло только догадываться.

– Да, – ответил Дэн. – А вы?..

– Лайл Дункан. Я пришел, чтобы проводить вас до испытательного полигона, – сказал звонивший с явным шотландским акцентом.

Дэн глубоко вздохнул. Здесь не теряют времени зря. Еще не успел распаковать вещи, а они тут как тут.

– Вы готовы, сэр? – спросил Дункан. Дэн отправил бритву обратно в сумку.

– Готов.

Дункан оказался маленького роста и худой как щепка. Он чрезвычайно серьезно относился к своей работе и бесконечно болтал на протяжении всего пути. Они ехали на пыльном старом «фольксвагене» в сторону солнечных загородных районов. Тут и там виднелись фермы и террасы холмов. Земля потрескалась от засухи, а ведь в течение долгих тысяч лет здесь год за годом выращивались сельскохозяйственные культуры. По крайней мере, размышлял Дэн, эти земли расположены достаточно далеко от моря и наводнение им пока что не грозит. Поля медленно превращались в выжженную солнцем пустыню.

– …пытались много лет найти кого-нибудь, чтобы посмотреть на нашу работу, – говорил Дункан. – Университеты слишком заняты своими крупными реакторными проектами, и все зависят от государственного финансирования. Никакой настоящей самостоятельности! А частные компании даже не желают говорить, если за нами не стоит какой-нибудь престижный университет.

Дэн понимающе кивнул, пытаясь не заснуть от монотонной трескотни Дункана. Его мягкий шотландский картавый акцент действовал гипнотически.

На дороге почти не встречалось других машин, и тихий гул мотора все больше погружал Дэна в сон. Хорошо, что электрические двигатели почти бесшумны, порадовался он. Производители автомобилей вроде «Дженерал Моторс» и «Тойота» пытались встроить звуковые системы, имитирующие работу двигателя внутреннего сгорания, чтобы привлечь любителей старых гоночных моделей. Мировой Экономический Совет запретил это делать: «искусственные машины второго сорта» сильно проигрывали по сравнению с бесшумными, экономичными и экологически чистыми электромобилями.

Они ехали навстречу виднеющимся вдалеке холмам.

– … никто из них не хотел посмотреть на компактный, легкий и доступный ядерный генератор, который способен работать так же эффективно, как и те бегемоты, что они производят! – продолжал жужжать над ухом Дункан. – Никто даже не обратил внимания, пока о нас не услышал господин Мартин Хамфрис.

При упоминании имени Хамфриса Дэн поднял голову.

– Как вы его нашли? Он ведь очень далек от простых смертных…

Дункан хитро улыбнулся.

– Через женщину! А как же еще?! Он приехал в Глазго выступить с речью в честь годовщины передачи в дар его отцом нового биологического центра или чего-то вроде того. Там его внимание привлекла одна молодая особа – наша новая сотрудница. Она получила степень магистра биологии и была заинтересована в дальнейшем развитии проекта.

– Так, значит, она выступила в роли Далилы? – рассмеявшись, спросил Дэн.

– Мы попросили ее помочь ради блага науки.

– Она согласилась?

– Охотно! Не каждый день простая девчонка из Бирмингема спит с миллиардером!

– Наверное, она англичанка?

– Ну да. Мы не посмели бы просить шотландку пойти на такое, сами понимаете!

Мужчины все еще продолжали смеяться, когда машина наконец остановилась на парковке автомобилей сотрудников испытательной базы.

Не ахти какое место, подумал Дэн, выходя из машины. Просто открытая, ровная земляная площадка с шаткими на вид, похожими на перевернутые консервные банки небольшими ангарами. Со всех сторон базу окружали скалистые холмы, а вдалеке возвышались горы Сьерра-Невады, окутанные легким таинственным туманом. Дэн с удовольствием подставил спину горячим лучам солнца. Небо было на удивление голубым и почти безоблачным. Дэн глубоко вдохнул чистый горный воздух с ароматом хвои, который чувствовался даже сквозь фильтры в ноздрях. Хотелось вынуть их и насладиться чистотой воздуха, но все же он не решился.

Около ангара, который, очевидно, служил офисом, стояли шесть человек: четверо мужчин и две женщины. Все были молоды и одеты в поношенные свитеры и мятые джинсы. Дэн почувствовал себя неловко: он выглядел чересчур наряженным рядом с ними в элегантных брюках и замшевом спортивном пиджаке. Одна из женщин – высокая, с длинными светлыми волосами и слишком широкими плечами – походила на жительницу Калифорнии или шведку. Другая – явно японских кровей или кореянка: маленькая, коренастая, с улыбкой во весь рот.

Они были явно довольны тем, что сам Дэн Рэндольф приехал к ним на базу, хотя во взглядах считался смутный страх: а вдруг не получится? Вдруг Рэндольф не оценит важности их разработок?

Самый старший член научной группы – очевидно, профессор – был одет в мешковатый твидовый костюм. Вытянутое лицо обрамлено бородой с проседью. Дункан представил его как доктора Вертиентеса.

– Рад встрече с вами, сэр, – сказал Дэн, машинально перейдя на испанский язык, и пожал руку ученого.

Вертиентес от удивления вскинул брови.

– Вы отлично говорите по-испански, сэр!

– Мой главный офис расположен в Венесуэле, – объяснил гость, едва не добавив, что когда-то даже был женат на местной жительнице.

– Мы представляем собой весьма интернациональную группу, – сказал Вертиентес, переходя на британский английский с заметным кастильским акцентом, – но между собой общаемся по-английски.

– Да, только ругаемся на родном, – шутливо заметила японка.

Все дружно засмеялись.

Высокий видный Вертиентес оказался специалистом по физике плазмы. Дункан был инженером-ядерщиком и главным вдохновителем проекта.

– Вы знаете принципы ядерных устройств? – спросил шотландец по дороге к офису – ангару размером чуть больше, чем лаборатория.

– Четыре атома водорода встречаются, образуют атом гелия и выделяют энергию, – кивнув, ответил Дэн.

– Выделяют ядра, – поправил Дункан. – Не атомы, а их ядра. Плазма полностью ионизируется.

– Да, извините. Немного перепутал.

– Семь десятых одного процента массы четырех первоначальных протонов превращается в энергию. Солнце и звезды уже триллионы лет держатся на этих семи десятых.

– Пока переплавляют водород в гелий, – сказал Дэн и, чтобы не показаться совсем неграмотным, добавил: – А позднее станут переплавлять гелий в более тяжелые элементы.

Дункан бросил на него взгляд из-под черных бровей.

– Да, но нас интересует только водородный сплав.

– Ага, – пробормотал Дэн.

Ангар, где располагалась лаборатория, оказался небольшим, но оборудование там стояло вполне современное. Чуть дальше было большее здание, невидное со стоянки автомобилей. Группа прошла по лаборатории, бросив лишь поверхностный взгляд на оборудование, и направилась к следующей постройке.

– Вот где делается вся грязная работа, – сказал Дункан с улыбкой.

Дэн кивнул и посмотрел по сторонам. Станки, машины, большой грузоподъемный кран на тяжелых стальных платформах. В воздухе витал острый запах машинного масла, а пол ангара покрывали куски проводов и металлическая стружка. Да, работа здесь явно шла полным ходом.

– А там, – показал Дункан рукой на пыльное окно, – находится результат наших трудов.

Устройство не производило сильного впечатления. Даже когда они вышли наружу и прошли к строительным лесам, Дэн увидел лишь широкую двухметровую металлическую сферу с множеством отверстий и паутиной проводов. Металл сверкал чистотой.

Дэн постучал по нему костяшками пальцев.

– Нержавеющая сталь? Дункан кивнул.

– Только внешний резервуар высокого давления, а внутренняя сфера состоит из сплава бериллия.

– Бериллия?

– Да, этот сплав запатентован нами. Мы подали заявление на получение международного патента, но сами знаете, сколько времени занимают все формальные процедуры.

Дэн с хмурым видом согласился, затем спросил:

– Это все?

– Самые интересные вещи всегда незаметны, – сказал тот, ухмыльнувшись.

Они вернулись в лабораторию, и шесть сотрудников молча заняли свои места на пультах вдоль обеих стен ангара. Все стояли, хотя перед каждым монитором был стул. Дэн заметил, что люди нервничают. Все, кроме Дункана, который выглядел спокойным и вполне уверенным в себе. Он многозначительно взглянул на Рэндольфа, как картежник, который перетасовывает карты.

– Вы готовы увидеть наше маленькое чудовище в действии? – спросил Дункан.

Устав от перелета, дорог и прогулок по ангарам, Дэн пододвинул один из стульев и сел. Скрестив руки на груди, он коротко кивнул.

– Можете запускать.

Дункан повернулся к Вертиентесу.

– Тогда начинайте!

Дэн услышал, как начал пыхтеть насос, на экране пульта Вертиентеса появились какие-то цифры. Другие экраны тоже ожили, выдавая информацию о запуске устройства, графики и цифровые данные.

– Давление приближается к оптимальному, – певучим голосом сообщила блондинка. – Плотность идет по кривой вверх.

– Топливные элементы подключены.

– Конденсатор готов.

Дункан стоял рядом с Дэном, поочередно посматривая на пульты операторов.

– Приближаемся к температуре воспламенения, – сказал Вертиентес.

Немного наклонившись к Дэну, Дункан сказал:

– Он настроен на автоматический запуск, хотя у нас готов и запасной вариант.

Дэн встал со стула и посмотрел из окна на стальную сферу на лесах. В лаборатории нависло тяжелое напряжение, и он даже почувствовал, как волосы на затылке медленно встают дыбом.

– Запуск! – скомандовал Вертиентес.

Дэн ничего не увидел. Металлическая сфера не двинулась с места. Никакого рева двигателей, облака дыма или даже вибрации. Он посмотрел на Дункана, затем на шестерых членов группы, неподвижно стоявших у своих пультов. На экранах одни цифры сменялись другими, ползли кривые графиков, но, насколько видел и чувствовал Дэн, больше ничего не происходило.

– Все в порядке, – сказал Вертиентес.

– Тридцать секунд ровно, – проговорил кто-то из мужчин.

– Выходная мощность? – спросил Дункан.

– Предельная расчетная. Я достиг пятидесяти мегаватт после четырех секунд и держал так до конца.

Вертиентес сиял лучезарной улыбкой. Он повернулся и схватил Дункана за плечи.

– Отлично! Наша девочка ведет себя просто превосходно!

– Правда? – недоверчиво спросил Дэн.

Дункан тоже улыбался, впрочем, как и все остальные.

– Но ведь ничего не произошло! – настаивал Дэн.

– Неужели? – спросил Дункан, схватив Дэна под руку и показав в сторону пультов. – Посмотрите на график выходной мощности!

Нахмурившись, Дэн вспомнил, что когда-то ученые объясняли ему, что вся физика сводится к данным приборов.

– Но сфера так и осталась на месте! – сказал он. Все засмеялись.

– Это же не ракета. По крайней мере пока. Мы просто тестируем ядерный реактор.

– И только! – добавила японка.

– Тридцать секунд не совсем достаточно для испытания! – заметил Дэн.

– Нет, тридцать секунд просто огромное время для испытания! – сказал Дункан.

– Плазма приходит в равновесие за пять секунд или даже меньше, – сообщил Вертиентес.

– Чтобы быть годным для ракеты, реактор должен испытываться на протяжении нескольких часов безостановочно! А иногда и недель, и месяцев!

– Да, мы знаем, – согласился Вертиентес, – но за тридцать секунд мы получаем достаточно информации, чтобы посчитать теплопередачу и параметры потока плазмы. Мы можем экстраполировать на часы и даже недели и месяцы.

– Я не доверяю экстраполяции, – пробормотал Дэн. Блондинка встала между Дунканом и Рэндольфом.

– Конечно же, мы собираемся построить модель в натуральную величину и испытывать ее на протяжении месяцев. В этом нет сомнений. Доктор Вертиентес хочет сказать, что мы провели достаточное количество испытаний и теперь полностью удостоверились, что система работает!

Дэн внимательно посмотрел на девушку. Она точно родом из Калифорнии и определенно имеет шведские корни.

– Мы намереваемся создать реактор с МГД-генератором, – сказал Вертиентес, пытаясь убедить Дэна в правоте своей позиции. – Когда ресурсы плазмы в реакторе уменьшаются, обеспечивается электрическая энергия и сила тяги.

– Магнито… – попытался выговорить трудное слово Дэн.

– Магнитогидродинамика, – закончил за него Дункан.

– Взаимодействие между проводящими электроэнергию ионизированными газами с магнитным полем, – добавила блондинка.

Дэн улыбнулся.

– Да, спасибо.

«Вот рисуется! – подумал он. – Небось хочет, чтобы я знал – она умная блондинка, несмотря на внешность любящей виндсерфинг цыпочки».

Дэн в очередной раз поймал на себе взгляд Дункана. Хитрый взгляд этих черных глаз ему очень не нравился. Рэндольф вспомнил рассказ про студентку из Бирмингема, которая убедила Хамфриса обратить внимание на проект. Он слегка покачал головой, показывая, что его такими методами не убедишь!

В виде исключения он мог бы пофлиртовать с молодой свободной девицей и получить удовольствие от краткого приключения, но не сейчас. Какие странные повороты происходят в жизни. Когда Джейн была жива, он бегал за каждой юбкой, а теперь, когда ее больше нет, никто другой ему не нужен. Не сейчас! А может, вообще никогда больше!

Селена

– Ты намереваешься когда-нибудь вернуться на Землю?

Мартин Хамфрис откинулся на спинку своего сделанного на заказ кресла с откидной спинкой и попытался спрятать невольный страх, который чувствовал, глядя на изображение отца на настенном экране.

– Я здесь работаю не покладая рук, отец!

Почти три секунды приходится ждать, пока радиоволны пройдут путь с Земли и обратно. Мартин Хамфрис использовал это время, чтобы изучить лицо старика – нездоровое и заметно осунувшееся. Несмотря на все богатство, которое Хамфрис-старший заработал на биотехнологиях, он все же отказывался от омолаживающей терапии, утверждая, что «эти новинки еще недостаточно изучены и рискованны», и носил белоснежные парики, чтобы прикрыть свою облысевшую голову, чем напоминал Джорджа Вашингтона. Уилсон Хамфрис был не простым человеком: все, кто имел с ним дело, знали, что стоит пересчитать пальцы на руке, прежде чем поздороваться с этим старым волком.

– Ты нужен мне здесь! – недовольно сказал старик.

– Я нужен тебе?!

– Подонки из «Новой Морали» проталкивают через Конгресс все новые и новые законы. Они не успокоятся, пока не обанкротят все корпорации в стране!

– Тем более мне лучше остаться на Селене, – заметил Мартин. – Здесь я могу защитить свое имущество!

– А как насчет моего? Как насчет меня? Мне нужна твоя помощь, Марти! Я не в силах противостоять этим распевающим псалмы фанатам в одиночку!

– О, перестань, отец! У тебя в несколько раз больше юристов, чем у них!

– Зато под их дудку пляшет весь Конгресс! – закричал старик. – И кстати, Верховный суд тоже!

– Отец, если ты прилетишь сюда, то сможешь избавиться от всех этих проблем!

Лицо Хамфриса-старшего стало багровым от гнева.

– Я не собираюсь никуда бежать!

– Пришло время признать, что твой корабль идет ко дну! Надо сматываться, пока не поздно! Здесь, на Луне, я строю новую цивилизацию! Я создаю «Космические системы Хамфриса», и ты можешь принять в этом участие… огромное участие!

Старик смотрел на сына гораздо дольше, чем требовалось на то, чтобы слова поступили по линии связи. Наконец он прогремел:

– Если останешься там надолго, твои мускулы настолько ослабеют, что ты никогда уже не вернешься на Землю нормальным человеком!

Словно и не слышал его слов, подумал Мартин. Он всегда говорит, но никогда не слушает других!

– Отец, я скоро проверну очень выгодное дело и поэтому не могу покинуть Селену. По крайней мере сейчас!

Помедлив, добавил:

– Возможно, я вообще больше никогда не вернусь на Землю!

Как только Хамфрис-старший услышал ответ сына, выражение его лица приняло поистине свирепое выражение.

– Ты нужен мне здесь! Здесь твое место, и здесь ты и должен быть! Я все сказал!

– Отец! – попросил Мартин, чувствуя, что уже знакомые ему страх и разочарование бурлят внутри, как водоворот, и утягивают куда-то вниз. – Приезжай сюда и оставайся! Пожалуйста, поторопись, иначе будет поздно!

Старик выглядел мрачнее тучи.

– Сдавайся! – просил Хамфрис-младший. – Земле пришел конец, и все там, внизу, скоро погибнет, неужели ты не понимаешь?!

Старик, брызгая слюной, принялся изрыгать проклятия.

– Мартин, если не будешь слушать меня… – Он запнулся на середине фразы, очевидно, не зная, что сказать.

– Может, хоть раз в жизни ты послушаешь меня? – повысил тон Мартин и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Я пытаюсь построить здесь, наверху, империю, границы которой протянутся до самого Пояса Астероидов и дальше! Сейчас я как раз создаю свою схему. Я стану самым богатым человеком в Солнечной системе, богаче, чем ты и все твои братья, вместе взятые. Может, тогда ты станешь относиться ко мне с уважением?!

Прежде чем отец ответил, Хамфрис-младший приподнялся с кресла и нажал кнопку в подлокотнике, чтобы отключить линию связи. Лицо старика исчезло с настенного экрана, оставив голограмму с видом на Юпитер, снятую двадцатиметровым телескопом обсерватории Фарсайд.

Долгое время Хамфрис сидел в одиночестве, задыхаясь от ярости. Старик вообще потерял чувство реального времени. Он по-прежнему живет прошлым и скорее погибнет, чем признает, что сын прав.

В голове снова всплыли воспоминания о прошлом. Ему девять лет. Отец настаивает, что тримаран находится в отличном состоянии и что, несмотря на черные тучи приближающегося шторма и поднявшийся ветер, который бешено кидает судно из стороны в сторону, вполне справится с управлением. Волна уносит Мартина за борт. Ледяная вода мгновенно смыкается над головой. Отчаянно пытаясь выплыть на поверхность, он понимает, что невидимая сила утягивает его вниз. Он тонет, дышать невозможно, вокруг наступает темнота…

Мартин Хамфрис погиб в возрасте девяти лет. После того как его воскресили, он узнал, что один из моряков команды нырнул в Зунд, чтобы спасти его. Глядя, как сын исчезает в темной воде, отец стоял на борту тримарана и предлагал вознаграждение любому, кто сможет спасти мальчика. Сам прыгать за ним не стал. С тех пор Хамфрис навсегда уяснил, что нет в мире человека, которому можно доверять, а защитить могут только деньги.

Он рос наедине со своими страхами и желаниями, которые вели его за собой. Беседы с отцом всегда мысленно возвращали его к тем ужасным моментам и воскрешали в памяти то, что он пытался забыть. В такие минуты судорожный, душащий паралич сковывал грудь, словно беспощадное чудовище. Мартин Хамфрис добрался до верхней полки шкафа, где лежал ингалятор, и впустил в легкие струю прохладного лекарства.

Ладно, подумал он, ожидая, когда дыхание придет в норму. Пусть остается там, на Земле, и попробует сразиться с «Новой Моралью», пока эти фанатики не сожгут его заживо на костре. Никакие слова не изменят его решения. Что ж, очень хорошо.

А он живет на Селене, где все находится под контролем. Никаких штормов, никаких дождей. Этот мир создан, чтобы соответствовать всем желаниям в мельчайших деталях. Отсюда можно дергать за веревочки и так же эффективно добиваться поставленных целей, как сидя где-нибудь в Нью-Йорке или Лондоне. Даже намного эффективнее! Незачем больше появляться на Земле!

«Ах да! Разве что для слушаний по бракоразводному процессу, – вспомнил он. – Но даже это я могу сделать отсюда. Мои юристы найдут какую-нибудь вескую причину, доказывающую, что я не могу вернуться на Землю. Например, скажут, что я слишком долго пробыл на Луне и теперь земная гравитация может нанести непоправимый вред моему здоровью. А чтобы подтвердить это, я приведу целую дюжину врачей! Нет проблем!»

Хамфрис громко рассмеялся. Ему не придется больше находиться даже в одном помещении с этой стервой! Как же здорово осознавать свои возможности!

Он снова откинулся на спинку стула и посмотрел на потолок, оформленный в виде купола планетария. Вверху виднелось небо, такое, какое и было оно над Селеной. Захотелось поставить какой-нибудь порнофильм, но Хамфрис тут же передумал и решил просмотреть последние новости Международного управления астронавтики о микрозондах, которые ранее исследовали Пояс Астероидов.

Международное управление астронавтики заявляло, что цель исследований – выявить те из них, которые могут когда-нибудь в будущем столкнуться с Землей. Уже расставлены датчики на сотнях астероидов на орбитах, близких к Земле, и теперь они выявляли в Поясе те, которые способны причинить наиболее серьезные разрушения при столкновении.

К счастью, до сих пор так и не нашли астероидов, близких к Земле, которые могли бы угрожать столкновением, хотя камни Пояса Астероидов постоянно подвергаются воздействию гравитации Юпитера и других планет, и их орбиты в любой момент могут неожиданно сместиться в ту или иную сторону. Неустанные наблюдения за этими небесными телами являлись одной из важнейших задач астрономов.

Но гораздо лучшей новостью оказалось то, что в результате этих наблюдений МУА получала подробные данные о составе крупных астероидов. Железо, никель, медь, фосфор, азот, золото, серебро, платина и даже вода были обнаружены в немалых количествах. Вот оно – богатство! Все это ждет, чтобы превратиться в деньги, мысленно повторял себе Хамфрис, плотоядно ухмыляясь.

«Дэн Рэндольф отправит команду в Пояс на корабле с ядерным двигателем. Первая экспедиция, конечно же, погибнет, и тогда всем стану управлять я! Я – Мартин Хамфрис – возьму корпорацию „Астро“ в свои руки, а Рэндольфа вышвырну на улицу. Там ему и место!»

Тут его предвкушение радости и удовлетворения подернула дымка. Прошло уже шесть месяцев, как он нанял Панчо Лэйн следить за Рэндольфом! Так почему же до сих пор от нее нет никаких сведений?!

Ла-Гуайра

– Нервничаешь? – спросила Аманда.

Они сидели рядышком в челноке, следующем на Землю. Панчо покачала головой.

– Нет, а ты?

– Еще как!

– Я имею в виду встречу с главой корпорации. Такое волнующее событие, правда?

Панчо и Аманду вызвали в главный офис корпорации «Астро» в Ла-Гуайру, на остров, отделенный проливом от Каракаса. Предполагалось обсуждение нового соглашения, которое собирался подписать Дэн Рэндольф.

– Ну да. Наверное, встреча с главным боссом важна, – проговорила Панчо как можно более беззаботно.

Они летели от старой космической станции «Новая Венесуэла» к посадочной полосе на Ла-Гуайре. В удобном, почти пустом салоне с пассажирами, а не в кабине пилотов, как привыкли. Аманда наслаждалась мягким просторным креслом и развлекательными видеофильмами. Панчо понимала, что их ждет нечто очень важное. Что-то настолько важное для «Астро», что позволило забронировать им бесплатные места в лучшем салоне самого первоклассного корабля с Селены.

Что ж, пилоты в своей кабине тоже летят бесплатно, успокоила себя Панчо. Челноки летали на автоматике, полностью управляемые с Земли или Луны. Пилоты на борту таких кораблей нужны не более чем оружие массового уничтожения. И все же даже по прошествии стольких десятилетий политики запрещали использовать в перелетах беспилотные суда. Так что персонал корабля находился в своей кабине просто в качестве пассажиров.

«Не жалуйся! – сказала себе Панчо. – Если бы аэрокосмическим линиям не были нужны пилоты, ты не получила бы работы и тогда все еще сидела бы перед дисплеем в центре управления в Лаббоке, выполняла мелкую работу по технической поддержке и зарабатывала деньги, которых едва хватало на поддержание жизни сестры».

Аманда щелкала, переключая развлекательные каналы, ее глаза неотрывно следили за маленьким раскладным экраном. Панчо откинулась назад в удобном кресле и закрыла глаза.

«Почему именно я? – спрашивала она себя. – Почему президент корпорации „Астро“ вызвал меня с Селены для личной встречи? Если бы одну Аманду, это я бы поняла. Одного взгляда на ее личный файл в видеоархиве достаточно, чтобы босс запыхтел, как дикий жеребец».

И все же Панчо не могла не признать, что Аманда – первоклассный пилот и профессионал в своей области, хотя и выглядит как секс-бомба. За последние шесть месяцев работы с Мэнди Панчо стала действительно уважать ее как отличного профессионала и коллегу. Конечно же, лучший пилот «Астро» – Панчо, но все-таки что же нужно от нее боссу? Почему ему вдруг понадобилось так срочно встретиться?

Может, это как-то связано с Мартином Хамфрисом? Он хочет, чтобы Панчо шпионила в корпорации, а это означает непосредственное наблюдение за Рэндольфом. Так может, он устроил эту встречу, чтобы у нее появилась возможность разузнать побольше?! Вдруг Хамфрис невидимо манипулирует всеми сотрудниками корпорации Рэндольфа?

Панчо и в голову не приходило, что Дэн Рэндольф может когда-либо вызвать ее для встречи по каким-то личным причинам…

Корабль плавно вошел в атмосферу. Воздух в кабине накалился. Падающая звезда… Наверное, в этот самый момент какой-нибудь ребенок на Земле, глядя в ночное небо, загадывает желание.

– Приземлимся через четыре минуты, – раздался приятный баритон капитана корабля. – Не обращайте внимания на некоторые незначительные неудобства и гул. Это разворачиваются тормозные двигатели и шасси.

Панчо улыбнулась. Вот для чего здесь нужен экипаж: делать объявления.

Заработали тормозные двигатели, и Панчо с силой вдавило в кресло. Затем последовал еще один толчок – настолько короткий, что пассажиры даже не успели его почувствовать.

– Мы на Земле, – сообщил капитан.

Панчо ожидала, что ее с Амандой сразу же по прибытии отправят в офис Рэндольфа для какого-то важного разговора или по крайней мере в отдел размещения персонала для брифинга или чего-то в этом роде. Однако вместо этого на аэровокзале их встретил симпатичный латиноамериканец в деловом костюме и проводил в гараж, где ждал блестящий седан.

– Ваш багаж уже взяли. Он будет доставлен в ваши апартаменты в жилом комплексе сотрудников корпорации, – сообщил парень на безупречном английском, открывая дверь автомобиля перед молодыми женщинами.

Устроившись на заднее сиденье машины, Панчо и Аманда увидели за рулем шофера. Латиноамериканец сел рядом с ним на переднем сиденье.

Панчо усмехнулась.

– А я думала, нас встретят на лимузине!

Молодой мужчина повернулся к ней и вполне серьезным тоном ответил:

– Мистер Рэндольф не любит лишнюю роскошь. Эта машина вполне удобна, не так ли?

– Да, вполне, – отозвалась Аманда.

К тому времени когда они подъехали к исследовательскому центру, Аманда уже была приглашена симпатичным молодым латиноамериканцем на ужин в тот же вечер.

Исследовательский центр стоял на вершине зеленого холма, который спускался вниз к теплому Карибскому морю. Чувствовался соленый морской воздух, теплый приятный ветерок на лице, издалека доносился шум прибоя. Тропический рай, подумалось Панчо. Или был бы таковым, если бы не механические конструкции, установленные в центре поля.

Следуя за провожатым, женщины направились к небольшой группе людей. Рядом с ними стоял подъемный кран, похожий на покрытый льдом дьюар, множество труб и оборудования, средних размеров грузовик, наполненный конденсаторами и листами рифленого железа. Еще несколько автомобилей и грузовиков были припаркованы на стоянке неподалеку.

Когда подошли ближе, Панчо увидела, что люди собрались вокруг маленького аппарата на двух подпорках. Древняя крылатая ракета или беспилотный реактивный самолет.

Панчо знала, что их использование объявили незаконным в связи с договорами о разоружении. Только у миротворческих войск имелись такие ракеты, и эта как раз выглядела настолько старой, что, несомненно, когда-то принадлежала именно войскам ООН. Опознавательные знаки на ней давно стерлись, а серийный номер был нанесен по оставшимся едва заметным линиям, словно по трафарету.

Прежде чем Панчо успела задать вопрос, из толпы, стоявшей вокруг ракеты, выступил опрятный мужчина с серебристыми волосами и волевым лицом боксера. На нем была светло-коричневая куртка, застегнутая на молнию до самого горла, несмотря на теплые солнечные лучи, бейсболка, небрежно сдвинутая на затылок, поношенные джинсы и ковбойские сапоги. Провожатый застыл на месте, словно солдат в ожидании приказа генерала.

– Сеньор Рэндольф, – сказал он, – хочу представить вам…

– Вы, должно быть, Аманда Каннингем? – с улыбкой спросил Дэн Рэндольф.

Он протянул руку, и Аманда ответила на его рукопожатие.

– Я Дэн Рэндольф.

Поздоровавшись с Амандой, он повернулся к Панчо.

– А вы, очевидно, Присцилла Лэйн.

– Панчо Лэйн, – поправила девушка.

Рука мужчины оказалась теплой и дружеской.

– Присцилла звучит слишком вычурно. Держу пари, некоторым так и хочется назвать меня Прю или Присей.

– Панчо! – повторил Рэндольф и широко улыбнулся. – Я запомню это имя!

– А в чем, собственно говоря, дело? – спросила девушка. – Зачем вы пригласили нас сюда?

В глазах Дэна мелькнуло удивление, но он лишь пожал плечами и сказал:

– На ваших глазах будет вершиться история! Если, конечно, эта штука сработает правильно…

Он представил Панчо и Аманду Лайлу Дункану и другим, собравшимся вокруг ракеты. Почти все инженеры и техники оказались мужчинами. Панчо отметила, что одна из двух женщин была высокой блондинкой и составляла явную конкуренцию Аманде. Дункан показался ей странным типом. Даже улыбаясь, он походил на маленького злобного гнома или тролля.

Заинтригованная и озадаченная Панчо позволила Рэндольфу проводить себя и Аманду к ангару. Внутри помещения располагались пульты операторов и невероятное количество различных приборов. В середине стояли старый, шаткий на вид стол и кривобокий стул.

– Просто оставайтесь здесь и смотрите, – сказал Рэндольф, загадочно улыбаясь. – Если сработает, вы станете свидетелями чуда. А если что-то пойдет не так, то здесь вы будете в относительной безопасности и не пострадаете.

Черноволосый тролль, который представился Дунканом, захихикал.

– Экспериментальная физика… Сами понимаете, разное случается. Опасность взрыва есть всегда!

Подъемный кран стоял на гусеничной платформе. Двое техников использовали его, чтобы поднять ракету с земли и отодвинуть почти на полкилометра в сторону. Через некоторое время они осторожно поставили ракету на траву.

Пульты операторов активировались. Инженеры разговаривали между собой на своем почти непонятном для других профессиональном жаргоне. Панчо следила за Рэндольфом. Мужчина выглядел вполне спокойным и, засунув руки в карманы куртки, наблюдал за ракетой и краном.

Дункан сновал по ангару, словно пчела по цветочной клумбе. Напряжение явно нарастало, Панчо почти физически чувствовала его.

– Думаешь, дождь начнется? – прошептала Аманда. Панчо посмотрела сквозь окно на собирающиеся тучи.

– Рано или поздно точно пойдет! Наконец Дункан обратился к Рэндольфу:

– Мы готовы к старту.

– Хорошо. Начинайте, а то скоро начнется дождь.

– Старт! – решительно скомандовал Дункан.

Панчо переключила свое внимание на стоящую на траве ракету. Некоторое время ничего не менялось, однако через несколько мгновений ее хвост выпустил шлейф огня, и ракета устремилась ввысь. Послышался пронзительный вой, затем мощный гул. Ракета рванула вверх под углом к почти скрывшемуся за облаками небу, выпустив за собой волну дыма.

От набирающей высоту ракеты что-то отделилось. Оборудование, которое использовали, чтобы поднять «птичку» в воздух, поняла Панчо.

Ракета выровнялась на высоте нескольких сотен метров и сделала круг над полем.

– Запланированный полет, – выкрикнул один из инженеров.

– Ядерный двигатель готов? – спросил Дункан.

– Готов.

– Активировать!

В какой-то момент показалось, что ракета застыла в воздухе. Панчо видела, как дымовой шлейф стал меньше, и услышала визгливый звук удаляющейся ракеты. Теряя высоту, ракета плавно скользила вниз. Затем снова уцепилась за что-то невидимое в воздухе, подняла нос и стала набирать высоту, издавая ровный гул.

– Запрограммированная траектория полета.

Ракета летела в сторону моря, пока не превратилась в едва различимую точку, затем повернулась назад и направилась в сторону людей, достигнув почти самых границ облаков. Гул исчез. Ракета сделала круг и снова направилась в сторону моря.

В небе показалась первая вспышка молнии.

– Приближается к двухминутной отметке! – сказал один из инженеров. – Отмечаю: две минуты ровно!

– Верните ее! – скомандовал Дункан.

– Автоматическая траектория! – послышалась команда.

Панчо смотрела, как ракета приближалась к ним, выбросив в сторону подпорки, замедлила полет и стала плавно опускаться на ту же платформу, с которой стартовала. Трава под ней мгновенно обгорела от жара.

Немного повернувшись, Панчо увидела, что Дэн стоит уже за дверью ангара и, сжав руки в кулаки, неотрывно следит за объектом.

Когда ракета приземлилась, двигатели еще не остановились. Еще несколько раз она поднималась вверх на несколько метров и снова опускалась. Наконец уткнулась носовой частью в грязь, выбросив облако дыма, и перевернулась на бок так резко, что оторвалось одно из крыльев. Создалось впечатление, что с неба свалилась целая груда металлолома.

Несмотря на такое приземление, все инженеры и техники принялись прыгать от радости, поздравлять друг друга, похлопывать по спине, кричать и размахивать руками, словно команда, которая только что завоевала золотую медаль на Олимпийских играх. Рэндольф снял кепку и подбросил ее вверх, присоединяясь к радости остальных.

– О-о, ну и ну! – закричал Дункан.

Он бросился к открытой двери вслед за Рэндольфом и так неистово обнял, что почти повис на нем. Рэндольф пошатнулся, и в следующую секунду оба упали на землю и принялись хохотать словно сумасшедшие.

Панчо посмотрела на Аманду, которая пребывала в еще большем замешательстве, чем она.

– Думаю, любое приземление, после которого ты еще стоишь на ногах, можно считать вполне удачным, – пожав плечами, сказала Панчо.

Аманда покачала головой.

– Если бы ты находилась на борту такого объекта, то вряд ли смогла бы теперь самостоятельно передвигаться!

Рэндольф встал на ноги и принялся отряхивать песок и грязь с брюк и куртки. Широко улыбаясь, он подошел к девушкам. Дункан, подпрыгивая как мальчишка, поскакал следом за ним к ангару.

– Она работает! – радостно сообщил Рэндольф. – Вам удалось стать свидетелями поистине исторического события, леди! Первый полет судна с ядерным двигателем!

– Ядерным? – удивилась Панчо. – Вы хотите сказать, в этой маленькой «птичке» ядерный двигатель?

– Но я думала, что ядерные генераторы просто огромных размеров, такие, как на электростанциях, – сказала Аманда.

Дункан подбежал к ним, размахивая бутылкой из темного стекла. Все остальные медленно собрались вокруг. Панчо удивляло, почему никто даже не подошел к маленькой, несчастной, разбитой, лежащей на земле ракете.

Кто-то принес пластмассовые стаканчики, и Дункан стал разливать напиток. Сначала Панчо думала, что это шампанское, но бутылка имела неправильную форму. Наверное, виски – продукт, подаренный миру шотландцами.

– Эй! – сказал Рэндольф. – Мне нужен лед!

Дункан беззаботно пожал плечами.

– Лед? С хорошим виски? Ну вы даете, американцы! Панчо сделала маленький глоток из своего стаканчика.

– Ой! – еле выдохнула она.

– За двигатель Дункана! – провозгласил Рэндольф и поднял свой стакан.

– За звезды! – присоединился к тосту Дункан. – Когда-нибудь с помощью этого двигателя мы сможем отправиться к альфе Центавра!

Рэндольф засмеялся.

– Для начала неплохо бы попасть в Пояс Астероидов!

Оба мужчины мигом осушили свои бокалы, затем поспешили к разрушенной крылатой ракете. Остальные направились в ангар.

– Проверьте камеры! – крикнул им вслед Дункан.

– Эта маленькая ракета содержит в себе ядерный двигатель? – снова переспросила Рэндольфа Панчо.

– Да, он находится на месте предполагаемой боеголовки.

– Неужели настолько мал?

– Но ведь это только экспериментальный образец, – вмешался Дункан. – Мы запустили эту ракету, только чтобы убедиться, что он действительно работает! Теперь можем построить и настоящую ракету, которая в состоянии доставить настоящий груз к Поясу Астероидов, – сказал Рэндольф.

– Да, если только найдем на это деньги! – добавил Дункан.

Панчо взглянула на Аманду и затем, повернувшись к главе «Астро», спросила:

– Но почему же вы вызвали сюда нас с Амандой? Просто чтобы собрать побольше публики?

Улыбка Рэндольфа стала еще шире.

– Конечно же, нет. Я хотел, чтобы вы обе видели это, потому что вам-то и предстоит пилотировать первый в мире корабль с ядерным двигателем к Поясу Астероидов!

Новый Киото

Поместье семьи Ямагата располагалось на склоне холма, возвышаясь над всеми деловыми центрами и многоквартирными домами Нового Киото. Дом был построен в стиле средневековой японской крепости. Столь массивные и вместе с тем изящные здания всегда ассоциировались у Дэна с застывшими в камне легендами. Он знал, что замок несколько раз пострадал от землетрясений, однако никаких следов разрушений не заметил. Искусный ремонт вернул зданию его первозданный вид.

Большую часть внутреннего двора занимал великолепный сад, за которым бережно ухаживали садовники. Деревья и кустарники простирались до самых границ поместья. Сквозь листву высоких старых деревьев вдалеке виднелся пруд, в водах которого играли лучи вечернего солнца.

Маленький самолет приземлился на площадке перед внутренним двором. Дэн надел свою гигиеническую маску и расстегнул ремень безопасности. Он вышел из люка прежде, чем пилот успел заглушить двигатель. Быстрыми шагами Рэндольф прошел через облако пыли, поднятое двигателями, и увидел впереди стоящего у ворот Нобухико Ямагата. Хозяин поместья был одет в удобное кимоно темно-синего цвета с узорами в виде белых цапель – эмблемой семьи Ямагата.

В какой-то момент Дэну показалось, что его встречает сам Саито Ямагата – отец Нобухико. Во времена, когда Дэн был простым инженером-конструктором первого японского спутника, работающего на солнечной энергии, Саито являлся его боссом. Нобо, его сын, в молодости стройный и подтянутый, с годами значительно поправился. Он был высоким: почти на тридцать сантиметров выше своего отца и даже выше самого Рэндольфа.

Оба мужчины одновременно поклонились друг другу, затем дружески обнялись.

– Рад видеть тебя, дружище Нобо!

– И я тебя тоже! – сказал Нобухико, широко улыбнувшись. – Долго же тебя здесь не было!

У японца был глубокий, сильный и уверенный голос.

– Отлично выглядишь! – сказал Дэн, когда Ямагата вел его через аллею с цветочными кустарниками к крыльцу старого фамильного особняка.

– Я слишком потолстел и прекрасно знаю об этом, – ответил Нобо, похлопав себя по животу. – Слишком много часов провожу за столом, никаких физических упражнений… Все это сказывается.

Дэн сочувственно кивнул.

– Думаю отправиться на Селену для курса нанотерапии.

– О-о, перестань, Нобо! Все не так плохо!

– Мои врачи постоянно придираются!

– Пройдохи врачи только ерундой занимаются, еще с медицинских школ начинают всех критиковать. Каким бы здоровым ты ни был, всегда найдут у тебя какую-нибудь болячку!

Они медленно шли по извилистой каменной дорожке посреди тщательно подметенного от листьев сада. Дэн заметил миниатюрное оливковое дерево на одном из поворотов. Это дерево он много лет назад подарил отцу Нобухико. До того как грянул кризис парникового эффекта, даже в июне дерево покрывали теплым прозрачным колпаком, чтобы защитить от случавшихся заморозков. Теперь зимы стали настолько теплыми, что дерево целый год не приходилось утеплять.

– Как отец? – спросил Дэн, когда они сняли обувь перед парадным входом.

Двое слуг – женщины в красных одеждах – тихо стояли у дверей. Хозяин и гость вошли в огромную прихожую с большими раздвижными панелями.

– Медицинские эксперты удалили опухоль и очистили кровь от раковых клеток. Теперь готовы начать процесс воскрешения.

– Это может быть опасно.

Десять лет назад Саито Ямагата лично объявил о решении подвергнуться клинической смерти с последующим замораживанием в жидком азоте, чтобы дождаться дня, когда врачи смогут найти лекарство от рака и вернуть его к жизни.

– Другие разморозились вполне удачно, – сказал Нобо, когда они вошли в просторную спальню.

Стены комнаты были обшиты древесиной тикового дерева, а полы – сосной. Мебель строгая: кровать в западном стиле, в углу – стол и два удобных кресла. На одной из стен располагались раздвижные ширмы. Дэн заметил, что они закрывают стенной шкаф с многочисленными полками и умывальную комнату. Дорожную сумку Дэна уже поставили на складную полку у подножия кровати.

– И все же разморозка рискованна.

Ямагата повернулся к нему, и Дэн увидел такие же спокойные карие глаза, как и у Саито. Хорошее происхождение, знатность и привилегии со временем накладывают на человека отпечаток уверенности в себе и природного благородства.

– Мы тщательно провели подготовку, – сказал Нобо, слегка улыбнувшись. – Большую часть мы же и спонсировали. Я считаю, что отца можно воскресить.

– Это здорово! – выпалил Дэн. – Сай будет снова с нами…

Нобухико поднял руку.

– Подожди, не все так просто. Есть две проблемы, Дэн.

– Какие?

– Первая: на Земле существуют влиятельные политические силы, которые активно противостоят воскрешению замороженных людей.

– Противостоят?! Ради всего святого! Опять выходки идиотов из «Новой Морали»?

– Здесь, в Японии, действует боковая ветвь этой организации под названием «Новое Движение Дао». Они также называют себя «Цветами Солнца».

– Ха! «Цветы Психов»! – проворчал Дэн.

– Это движение постепенно увеличивает свое политическое влияние в стране. Власти вполне могут в скором времени запретить использование нанотехнологии в Японии так же, как это уже сделали лидеры «Новой Морали» в Соединенных Штатах.

– Так, значит, теперь они выступают против воскрешения трупов!

На лице Ямагата появилась ухмылка.

– Очень мило с твоей стороны, Дэн. По-твоему, мой отец – труп?

– Прости, ты же знаешь, я вовсе не хотел обидеть тебя. Я глубоко уважаю Саито, – принялся оправдаться Рэндольф.

– Знаю, знаю. Но что еще хуже: эти так называемые «Цветы Солнца» хотят заставить парламент принять закон о полном запрете криоконсервации, и тогда любая попытка воскресить замороженного человека будет считаться преступлением и преследоваться по закону.

– Господи, зачем им это понадобилось?! И вообще, на каких основаниях можно внедрить такой дурацкий закон?

Нобухико пожал плечами.

– Они утверждают, что все ресурсы надо направить на восстановление разрушенных городов, и заявляют, что общество не нуждается в воскрешенных людях, так как стране нужны не возрожденные к жизни богачи, а здоровое молодое поколение, которое может восстановить Японию.

– Ну и ну! – задумчиво пробормотал Дэн и через секунду вдруг добавил: – Эй, я, кажется, знаю, как их обойти! Отправь отца на Селену, и там его воскресят. Если понадобится, на Луне могут применить даже самые современные разработки нанотехнологии.

Нобо присел на кровать и опустил плечи.

– Я уже думал об этом, Дэн. И склонен так и сделать, прежде чем правительство запретит вывоз замороженных из страны.

– Не посмеют!

– Они наверняка осуществят свои планы, причем еще до окончания следующей парламентской сессии.

– Проклятие! – выругался Дэн. – Неужели весь мир сходит с ума?!

– Это еще не все, – сказал Нобо почти шепотом. – Есть новость хуже.

– Что может быть ужасней этой?

– Я упоминал, что двоих людей недавно воскресили. Дело в том, что… они потеряли память.

– Потеряли память? В каком смысле?

Нобухико беспомощно развел руками в стороны.

– Полностью потеряли. Как выясняется, тело оживить можно, но память мозга в результате заморозки полностью стирается. Те, кого мы разморозили, по своему умственному развитию – настоящие младенцы. Их даже надо заново учить самостоятельно ходить в туалет.

Дэн медленно опустился на обитую плюшем спинку кресла.

– Ты хочешь сказать, что мозг Саито… его личность… погибли безвозвратно?

– Да, этого мы и боимся. Очевидно, нервные окончания мозга в процессе заморозки разрушаются, и мозг, по существу, превращается в tabula rasa.

– Вот ужас! – едва выговорил Дэн.

– Наши ученые, конечно же, сейчас работают над этой проблемой, но, кажется, нет способа воскресить отца, пока мы не будем знать точно, насколько его мозг так или иначе пострадал во время заморозки.

Дэн пододвинулся вперед.

– Ладно, теперь я понял, но все же тело Саито следует переправить на Селену. Немедленно! Надо успеть, пока религиозные фанатики не закрыли путь!

Нобухико мрачно кивнул, соглашаясь с гостем.

– Я уже несколько недель обдумываю, как лучше это сделать. Спасибо, что придерживаешься того же мнения.

– На следующей неделе я направляюсь на Селену, – сказал Дэн. – Если хочешь, я возьму тело Саито с собой.

– Нет, это наша семейная проблема, и я сам позабочусь о ней.

Дэн понимающе кивнул.

– Хорошо, как знаешь. Но если понадобится хоть какая-то помощь – сразу дай мне знать!

Нобухико улыбнулся, и впервые за встречу Дэн почувствовал, что улыбка от души.

– Обязательно, Дэн. Спасибо тебе.

Японец потер глаза, затем снова посмотрел на Рэндольфа.

– Ладно. Я рассказал тебе про свои дела, теперь рассказывай ты. Что тебя принесло в наши края?

Дэн ухмыльнулся.

– Да так. Ничего особенного. Мне просто нужна парочка миллиардов долларов.

Некоторое время лицо Нобухико не выражало ровным счетом ничего.

– И это все? – наконец спросил он.

– Да. Двух миллиардов вполне хватит.

– А что я получу взамен?

– Горстку камней, – усмехнувшись, сказал Дэн.

Ла-Гуайра

Панчо отвела глаза от экрана на своем столе и посмотрела вверх затуманенным взором. В другом конце комнаты за столом сидела Аманда. На ней были очки виртуальной реальности и наушники.

– Я иду прогуляться, – громко сказала Панчо, надеясь, что Аманда услышит ее.

Мэнди кивнула. Панчо искоса посмотрела на экран, но на нем не было ничего, кроме путаницы букв и цифр. То, что видела там Мэнди, появлялось непосредственно перед ее глазами, а не на компьютерном экране.

Их комната выходила прямо во внутренний дворик. Вот так штука: уже наступил закат! Панчо так долго просидела перед монитором, что не заметила, как быстро пролетело время. Наступивший вечер был, как всегда в тропиках, теплый, особенно это чувствовалось после помещений с прохладным кондиционированным воздухом.

Панчо подняла вверх руки, словно пытаясь достать до закрытого облаками неба, и попробовала размять затекшие мышцы спины. Да, слишком много просидела за этим дурацким столом! Мэнди может сидеть часами, пока под ней не вырастет трава. И вообще она похожа на этот тупой ящик под названием «компьютер»: так же бесконечно принимает и перерабатывает информацию.

Дэн Рэндольф заставил их изучать строение ядерного двигателя и работать с группой инженеров. Девушки редко видели Дэна. Он бывал в разных точках планеты, и каждый раз оставалось только догадываться, где же Рэндольф окажется сегодня. Когда он приезжал в Ла-Гуайру, то требовал от команды работать вдвое эффективнее, лично подавая пример.

Необычное место для главного штаба корпорации, думала Панчо, идя по дорожке от жилого комплекса мимо качающихся на ветру пальм к дамбе. Ла-Гуайра больше подходила для туристического курорта, нежели для главного центра по запуску новейших космических кораблей. Рэндольф обосновал здесь главный штаб корпорации несколько лет назад в основном по причине того, что близость к экватору давала ракетам дополнительный разгон. А также потому, что с правительством Венесуэлы гораздо проще договориться, чем с бюрократами Вашингтона.

И все же странно… Ходили слухи, что у Рэндольфа был страстный роман с президентом Сканвелл и что они то сходились, то вновь расходились, и так продолжалось вплоть до смерти экс-президента во время землетрясения в большой долине реки Теннесси.

Сейчас все это казалось Панчо таким далеким. Она шла по тропе навстречу ветру к дамбе. Под легкой обувью скрипели камешки гравия. Солнце почти село, превратив Карибское море в красноватое полотно. Огромные облака становились все крупнее, приобретая фиолетовый и малиновый оттенки. Легкий ветер с моря заставлял пальмы изящно кланяться, и все это напоминало Панчо тропический рай, который она часто представляла себе, будучи в космосе.

Однако дамба напомнила ей о суровой реальности. Высотой сооружение доходило ей до плеча – некрасивое, укрепленное бетонное заграждение, защищавшее от выходящей из берегов воды. Сначала его, видимо, покрасили в розовый цвет, но краска облезла на солнце, и в некоторых местах уже виднелся бетон. Все старые пляжи давно ушли под воду. Прибой теперь обрывался здесь, высокие волны на глубокой воде бросались на стену и пенились с несмолкающим шипением. Несмотря на все усилия, уровень моря продолжал повышаться и с каждым годом становился все выше и выше.

– Красиво, правда?

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась и увидела стоящего позади Рэндольфа. Он с хмурым видом смотрел вдаль, на море. На нем была светлая рубашка и темные брюки, которые помялись за долгие часы поездки.

– А я и не видела, как вы шли по дорожке, босс! – сказала Панчо. – Кстати говоря, и не слышала тоже!

– Я шел по траве, – ответил он вполне серьезно. – Тайные уловки – мое хобби!

Панчо рассмеялась.

– Когда ледники Гренландии растают, все это тоже уйдет под воду, – хмуро сказал он.

– Весь остров?

– Да, до последнего сантиметра! Какие-то башни, может, и будут виднеться над поверхностью воды, но только самые высокие. Остальное безвозвратно исчезнет!

– Ну и ну!

– Знаете, когда-то Ла-Гуайра являлась частью большой земли. Когда я только начал основывать здесь штаб компании, пролива и в помине не было. Вот как поднялось море за последние двадцать лет!

– И все еще поднимается, – тихо промолвила Панчо.

Рэндольф мрачно кивнул и провел руками по стене дамбы.

– Как идет работа?

– Нормально. Только слишком много надо еще изучить про все эти ядерные штуки.

– Да, вам необходимо изучить все до последней мелочи, Панчо! Если что-нибудь пойдет не так, когда вы будете там, вы должны быть способны провести квалифицированную диагностику и устранить неполадку! – устало сказал Рэндольф.

– На борту будет инженер, так ведь? – спросила она.

– Возможно, но независимо от того, будет он или нет, вы должны разбираться в каждой мелочи системы!

– Да, я понимаю.

– А также надо досконально знать всю навигационную технику, – добавил он.

– Так и будет, босс!

С ядерным двигателем их космическому кораблю не придется путешествовать в энергосберегающем эллипсе от Земли к Поясу. Траектории ракет с двигателями на ядерном топливе представляют собой почти прямые линии, и полет займет не месяцы, а дни.

– Несомненно, изучить предстоит немало, – еще раз повторил Рэндольф.

В его глазах читалась усталость и что-то еще, едва уловимое… «Наверное, надежда, – подумала Панчо. – А может, простое мужское упрямство. Он жаждет, чтобы полет корабля удался, и доверил пилотировать его мне. Мне и Мэнди».

– Мы могли бы отдохнуть хотя бы на выходных, – сказала она. – Или, например, вечером погулять в городе.

Солнце уже село за горами на материке. Постепенно загорались разноцветные огни города.

– Прости, детка, не получится. – Рэндольф принялся ходить взад-вперед вдоль стены дамбы. – Я объяснил тебе, когда ты согласилась принять это предложение, что придется все время подготовки находиться здесь, на базе.

– Нуда… Секретность и все такое… Я понимаю, – отозвалась Панчо и направилась вслед за ним.

– К тому же здесь позаботятся о твоей личной безопасности. Ты сейчас представляешь собой немалую ценность, и я не хочу, чтобы ты подверглась хоть малейшему риску!

Панчо обдумывала слова начальника. Он так доверяет им! Предложив возглавить полет, босс действительно отлично охраняет их и заботится обо всех нуждах. И все же…

Она посмотрела на пролив, на огни города вдалеке. Внезапно ее поразила мысль: а знает ли Рэндольф, что она должна следить за ним? Может, он держит ее здесь взаперти, чтобы она не могла связаться с Хамфрисом?

– Могу я спросить вас о кое-чем?

В сумерках она разглядела на его лице слабую улыбку.

– Конечно, спрашивай!

– Ходили слухи, что вы… ну, что у «Астро» финансовые трудности.

Улыбка растворилась в темноте. Немного помолчав, Рэндольф ответил:

– У больших корпораций всегда есть какие-то финансовые трудности.

– Нет, я имею в виду, говорят, будто «Астро» на грани банкротства.

– Да, действительно на грани, – признал он.

– Так зачем же вы столько денег вкладываете в этот корабль?

Сумерки начали сгущаться. Панчо едва видела в темноте лицо босса.

– По двум причинам! Первая: если все выйдет, «Астро» получит первые ресурсы Пояса, и тогда наши акции резко поднимутся вверх, а доходы вырастут до невероятных высот. Единственной нашей проблемой станет вопрос, куда потратить деньги.

Панчо молчала в ожидании второй причины.

– А во-вторых, – продолжил Рэндольф, – открытие месторождений в Поясе Астероидов станет решающим событием в истории человечества.

– Вы действительно так думаете?

Он остановился и повернулся к ней.

– Мы не сможем выдержать большего повышения температуры на Земле. Уже погибли миллионы людей, десятки миллионов, а худшее все еще впереди. Если Гренландия…

– И Антарктида, – перебила Панчо.

– Да, и Антарктида, – согласился Дэн. – Так вот, если они растают, то погибнет вся человеческая цивилизация. Погибнут миллиарды. И не только от наводнений, но и от голода и болезней. Мы не в состоянии помочь населению Земли! На одной части планеты уже наступает голод, ситуация с каждым днем только ухудшается.

– Вы действительно верите, что астероиды помогут?

– Нам необходимы природные ресурсы. Надо восстановить индустриальную базу, богатства.

– В космосе.

– Да, именно там мы должны были работать в течение последних пятидесяти лет!

– Ну и ну! Это большое дело, босс!

– Да, детка, ты права! Если мы провалим его, погибнет все человечество! Тогда грядущие потрясения смогут пережить лишь десятки людей, и затем эти несчастные будут вынуждены вернуться обратно в доиндустриальную эру. Натуральное хозяйство, никакого электричества, никаких машин, медикаментов и так далее.

– Практически средние века…

– Нет уж, скорее – каменный! – буркнул Рэндольф.

– Теперь понимаю, почему вы вложили все оставшиеся у корпорации средства на разработку этого полета.

Она не видела в темноте его лица, но почувствовала, как он кивнул в ответ.

– Да, вложил всё, что имею…

Всё! Панчо внезапно представила весь масштаб брошенных усилий и размер средств. Услышанное словно открыло ей глаза, чувства нахлынули как снежная лавина. Этот человек рискует всем, что у него есть: компанией, достижением всей жизни. Он готов рискнуть всем, для чего работал все годы жизни, ради одного этого полета. И он доверил ей возглавить его. Ей!

Ответственность легла на ее плечи словно вся тяжесть мира.

– Можно я задам другой вопрос? – спросила Панчо слегка дрожащим голосом. – Почему вы выбрали именно меня для этой миссии? У вас есть множество других пилотов с гораздо большим опытом.

Рэндольф засмеялся.

– Да, безусловно, имеются гораздо более опытные люди, но у них есть семьи, которым надо помогать, родственники, дети.

«А у меня сестра!» – подумала Панчо, но промолчала.

– К тому же ни у кого из них нет твоих способностей.

– Моих способностей?

– Послушай, детка, я изучил досье каждого из пилотов «Астро» до последней детали. Ты первая в списке, ты – лучшая!

Панчо едва не задохнулась. Господи, она знала, что хорошо работает, но действительно ли настолько хорошо?

– Прежде чем ты попросишь о прибавке к зарплате, я должен сказать тебе, что остальные мои служащие не согласны с моим выбором, они считают тебя ненормальной.

– Что значит «ненормальной»? – возмутилась Панчо.

– Утверждают, что ты несерьезно относишься к работе, любишь рисковать и играть в опасные игры.

– Но не при исполнении обязанностей!

– Неужели? А как насчет того случая, когда ты устроила гонки вместе с Уолли Стинсоном от Селены до Фарсайда?

– Ах, перестаньте, босс! Я просто немного развлеклась. К тому же Уолли думал в тот момент не головой, а неизвестно чем!

– А пари, которое ты устроила несколько месяцев назад по поводу дыхания в вакууме?

– Обычная шутка. Рэндольф рассмеялся в темноте.

– Панчо, ты мошенница! Именно твой неуемный азарт и пугает наш персонал.

– Но я вполне серьезно отношусь к возложенной на меня миссии!

Некоторое время они молчали, затем Дэн сказал:

– Я знаю, потому и выбрал тебя!

– А как насчет Аманды? – спросила Панчо неожиданно для себя. – Она лучше меня, так ведь?

– Аманда получила лучшее образование и более осторожна, но это не означает, что она лучше тебя. В любом случае, если ты полетишь, я хочу, чтобы рядом с тобой была еще одна женщина. После нескольких недель в закрытом пространстве у мужчин появляются весьма интересные идеи!

Согласно плану, на борту корабля должен находиться инженер-техник и по крайней мере один геолог и астроном. Предполагалось, что в ходе миссии надо не только протестировать новый двигатель, но и привезти назад ценные результаты. Результаты, которые спасут мир!

– Я сумею справиться с парнями! – спокойно сказала Панчо.

– Да уж, не сомневаюсь. И все же, зачем лишние проблемы?

– А вы не считаете, что эти самые проблемы может доставить как раз Мэнди?

Рэндольф снова рассмеялся.

– Понимаю, что ты имеешь в виду. Она порой накаливает обстановку.

– Причем даже не замечая этого.

– Вчера у меня с ней был долгий разговор. Она будет вести себя правильно и пристойно: никаких томных глаз, обтягивающих костюмов. Твоя напарница пообещала быть хорошей девочкой.

Панчо была крайне удивлена. Маленькая стерва ни словом не обмолвилась о разговоре с боссом.

– Она пообещала серьезно отнестись к возложенной на вас задаче.

– Не знаю, справится ли она с собой?! – с сарказмом отозвалась Панчо.

– Считаешь, я должен отозвать ее с миссии?

– Нет, я считаю, что надо снять меня, – буркнула Панчо.

– Тебя? Почему?

«Не делай этого! – мысленно потребовало внутреннее „я“. – Не болтай лишнего! Он просто запустит тебя отсюда как ракету и позаботится о том, чтобы тебя нигде больше уже не приняли».

Но ведь он доверяет ей! Он действительно всецело доверяет ей и возлагает на нее надежды! Рэндольф даже пошел против своего персонала!

– Так почему я должен снять тебя с миссии?

Мысленно проклиная себя за несдержанность, Панчо все же выговорила:

– Мартин Хамфрис нанял меня, чтобы шпионить за вами.

– Правда? И когда же это произошло?

Его голос прозвучал гораздо менее удивленно, чем она ожидала.

– Более шести месяцев назад, во время моей последней поездки на Селену.

Рэндольф замедлил шаг. Панчо шла рядом с ним, прислушиваясь к звуку ветра, шуму прибоя и ожидая, пока босс не разразится ругательствами, заворчит или вообще скажет хоть что-нибудь.

Наконец Рэндольф разразился смехом. Но это был отнюдь не веселый смех, а тихое циничное хихиканье.

– Я знал, что этот подонок попытается внедрить ищеек в мою корпорацию, но никогда не предполагал, что он наймет тебя!

– Если хотите, можете уволить меня!

– И что же он предложил?

– Деньги.

– Это все, что тебя интересует?

Панчо перевела дыхание и ответила:

– У меня… есть семья, о которой я должна заботиться.

– Да-да, я знаю про твою сестру.

– Знаете?

– Я же сказал, что изучил каждую мелочь в твоем досье. И о сестре знаю тоже.

– Но…

Панчо с трудом могла найти нужные слова.

– Можете уволить меня, если считаете нужным, – повторила она.

Сказать это оказалось невероятно сложно.

– Зачем?

Голос Рэндольфа прозвучал крайне удивленно.

– Потому что предполагается, что я должна следить за вами.

– Все в порядке. Не стоит паниковать, детка. Продолжай шпионить, если хочешь. Я прекрасно знаю, что он расширяет вокруг меня сеть своих агентов, и рад, что ты честно рассказала мне об этом. Я отправлю тебя и Аманду на Селену. Ведь там живет этот подонок, верно?

– Да.

– Вот и хорошо. Да и мне неплохо бы слетать на Луну. Тем более что там гораздо лучшие условия для здоровья, чем здесь.

– Лучше?

– Я имею в виду контролируемый климат, очищенный воздух. Когда я нахожусь на Селене, нет необходимости носить в ноздрях эти дурацкие фильтры.

Прежде чем Панчо успела спросить, зачем боссу носить фильтры, Рэндольф положил ей руку на плечо и показал на потемневшее небо. Полумесяц медленно выплыл из-за густых облаков, и немигающие бриллиантовые огни Селены стали видны гораздо ярче.

– Туда ты отправишься, детка. На Селену.

Панчо так и не смогла понять, действительно ли босс доволен ее признанием или специально отправляет ее в самое отдаленное место, какое только мог найти.

Селена

На этот раз проблем с таможней не было. Тот же самый офицер провел беглый осмотр ее вещей, даже не взглянув на мышей в пластиковой клетке.

Зато он уделил немалое внимание Аманде. Панчо едва слышно ворчала, пока парень нарочито медленно осматривал содержимое сумки Мэнди, то и дело улыбаясь девушке и краснея от попадавшихся среди одежды деталей нижнего белья.

Очевидно, будь у него хоть малейший повод, он непременно бы провел детальный осмотр ее тела.

Мэнди просто стояла у его стола и, широко открыв глаза, смотрела на офицера невинным взглядом.

– Не понимаю, почему всегда так тщательно осматривают мои личные вещи?! Я действительно не понимаю, Панчо!

– После стольких полетов на Селену они могли бы просто дать нам пройти, – отозвалась Панчо.

– Да, но он не рылся в твоем нижнем белье!

– Просто твое намного красивее! – сказала Панчо, выдавив кислую улыбку.

Инспектор сделал вид, что не слышал этого разговора, и продолжил с умным видом осматривать одежду Мэнди, однако Панчо заметила, как внезапно покраснели его уши и шея.

– Все другие пассажиры уже давно прошли, – заметила Аманда. – Мы – самые последние.

– Остальные либо туристы, либо местные контрактные служащие, а мы все время летаем туда-обратно, поэтому нас можно принять за контрабандистов.

– Контрабандистов? Нас? Меня?

Аманда была явно шокирована словами коллеги. Панчо подошла к столу инспектора и хлопнула парня по плечу.

– Я права? Чего вы там ищете? Наркотики, семена или нелегальные емкости с кислородом?

От неожиданности офицер что-то невнятно пробормотал и, закончив проверку, быстро застегнул сумку и подтолкнул ее к другому концу стола, где стояла Мэнди.

– Вот и все, мисс Каннингем! Извините, что заставил вас ждать. Я просто исполняю свои обязанности, мисс.

Аманда вежливо поблагодарила его и, поправив молнию на сумке, надела ее через плечо. Панчо видела, что офицер не мог побороть инстинктов и неотрывно смотрел на роскошную грудь Мэнди. Даже в форме она выглядела неотразимо сексуально.

Наконец, борясь со смятением, инспектор выговорил:

– Э-э… мисс Каннингем, могу ли я пригласить вас на ужин в любой вечер, пока вы здесь, на Селене? Ну, чтобы как-то компенсировать причиненные вам неудобства…

Мэнди одарила его неотразимой улыбкой.

– Почему бы и нет? Очень мило с вашей стороны. Позвоните как-нибудь.

– Обязательно, мисс!

В душе Панчо кипел праведный гнев, пока они с Амандой покидали таможенный отдел и направлялись к электромобилям, которые доставляли вновь прибывших через тоннель от космического порта в город под землей.

«Когда я была одна, он пригласил меня на ужин, но как только этот идиот увидел пышногрудую красотку Мэнди, сразу же забыл обо всем! Ха, я могла бы сегодня пронести через пропускной пункт Эйфелеву башню, и он даже не заметил бы!»

Шесть лет назад – Панчо тогда только поступила в корпорацию «Астро» – пилоты получали личные квартиры, когда работали на Луне. Теперь все поменялось. В Ла-Гуайре ходили слухи, будто Рэндольф будет снимать для своего персонала гостиницу.

«Почему бы ему просто не уволить нас всех?» – удивлялась Панчо.

Они открыли дверь в свою квартиру и увидели, что телефон, стоящий на ночном столике между двумя их кроватями, мигает. Аманда кинула сумку на пол, и та опустилась вниз с характерным на Луне глухим звуком. Мэнди растянулась на постели и, схватив телефонную трубку, приложила ее к уху. Затем с удивленным выражением передала ее Панчо.

– Это тебя, – сказала она, видимо, сама себе не веря.

Панчо увидела на маленьком экране телефона, что звонит Мартин Хамфрис, и немного отодвинулась, чтобы не попасть в объектив аппарата.

– Панчо, это ты? Тебя не видно на экране!

Она встала между кроватями и повращала корпус телефона.

– Да, это я, – ответила она, сев на свою кровать.

– Я слышал, что Рэндольф отправил тебя сюда, но почему-то мне доложили совсем другие источники, нежели я ожидал! За все эти месяцы я так и не услышал от тебя ни слова!

Взглянув на Мэнди, которая изучала коллегу с неподдельным удивлением, Панчо осторожно ответила:

– Теперь я здесь.

– Кто ответил на звонок? Ты не одна?

– Нет, я с Амандой Каннингем.

– Она тоже работает в корпорации?

– Да.

Мэнди старалась посмотреть на экран, чтобы увидеть лицо Хамфриса, но Панчо специально повернула корпус к себе.

– Надо поговорить. Я платил за информацию, но так и не получил ее!

Панчо попыталась изобразить на лице слабую улыбку.

– Я бы тоже хотела встретиться, мне нужно многое рассказать.

– Отлично! Немедленно спускайтесь сюда!

– Приглашение на ужин? – с радостью в голосе отозвалась Панчо.

– Ужин? – недоуменно повторил Хамфрис. – Хорошо. Через два часа.

– Вечером? – спросила воркующим голоском девушка. – Очень хорошо. Увидимся в 19.00, ладно?

– Договорились.

– До встречи!

Панчо положила трубку.

– Я побегу в душ первая, Мэнди! У меня свидание.

С этими словами она покинула комнату, оставив Аманду с широко раскрытыми от удивления глазами.

Мартин Хамфрис выключил телефон и откинулся на спинку кресла. Вдруг она гораздо умнее, чем он думал? Может, не связывалась с ним до этого момента, потому что не хотела, чтобы ее засекли? Ладно, это вполне разумно. Девчонка осторожна. Вокруг нее постоянно крутились люди Рэндольфа, с ней даже в квартире кто-то живет.

На лице Хамфриса появилась довольная улыбка. «Рэндольф расселяет свой персонал по двое, чтобы экономить деньги. Ему приходится ограничиваться в средствах, и глупец полагает, что я помогу ему избежать банкротства».

Хамфрис громко рассмеялся.

«Я? Я – спаситель Дэна Рэндольфа? Вот умора!»

Он все еще продолжал смеяться, набирая номер Нобухико Ямагата.

Судя по картинке, глава корпорации «Ямагата Индастрис» находился в своем офисе в Токио. Хамфрис видел позади японца, за окном, несколько подъемных кранов и стальные конструкции новых зданий. Восстанавливают город после последнего землетрясения. «Хорошо бы они строили коробки попрочнее! – ехидно подумал Хамфрис. – Хотя даже это не поможет им!»

– Господин Ямагата, – сказал он, вежливо кивнув японцу, – спасибо, что нашли время поговорить со мной.

Хамфрис подумал вывести изображение на настенный экран, но от этого фигура японца станет просто невероятных размеров, поэтому он предпочел уменьшенное изображение.

– Мистер Хамфрис, – сказал Нобухико почти три секунды спустя и кивнул в ответ, – всегда рад побеседовать с вами.

Чушь собачья, подумал Хамфрис. Никогда не знаешь, что на самом деле думают эти проклятые японцы. Надо вести милые вежливые разговорчики почти целый час, прежде чем догадаешься, к чему они клонят.

Однако, к его удивлению, Ямагата сразу понял, о чем пойдет речь.

– Дэн Рэндольф попросил меня об инвестициях в его новый проект.

– Попробую догадаться. Он хочет построить ракетную систему с использованием ядерных технологий.

И снова приходится ждать, пока волны достигнут Земли и вернется ответ.

– Да, он хочет направиться в Пояс Астероидов и начать там разработку природных месторождений.

– И что же вы ответите ему?

Как только Ямагата услышал вопрос Хамфриса, на его обычно спокойном лице появилась тень раздражения.

– Я буду вынужден сообщить ему, что «Ямагата Индастрис» полностью посвятила себя восстановлению городов, пострадавших во время недавнего сильнейшего землетрясения и цунами. У нас нет лишних средств для космических проектов.

– Отлично.

Казалось, Ямагата застыл как камень. Наконец он пробормотал:

– Я отвечу ему так, как мы с вами договоримся.

– Вам бы хотелось помочь ему, не так ли?

Секунды тянулись долго и утомительно.

– Он мой старый друг, – наконец сказал Ямагата.

– Когда-то вы были конкурентами…

– «Ямагата Индастрис» больше не занимается космическими проектами, – медленно произнес японец. – Все наши силы брошены на развитие Земли.

– Да, понимаю.

– Но я согласен с Дэном. Если мы сможем найти в космосе ресурсы, это станет огромным достижением и существенно поможет планете.

– Я тоже так считаю.

Казалось, Ямагата пытается разглядеть что-то в глазах собеседника, разгадать его истинные мысли.

– Тогда почему вы настаиваете на том, чтобы я отказал ему в помощи?

– Вы неправильно меня поняли, – сказал Хамфрис с выражением оскорбленного самолюбия. – Я хочу, чтобы проект Рэндольфа удался, и намерен лично помочь ему необходимыми средствами.

– Да-да, понимаю. Но все же мне не ясно, почему вы заставляете меня отказывать ему?

– А могли бы вы помочь ему при всем вашем желании? Ямагата помедлил с ответом.

– Я мог бы найти для него два миллиарда, которые он просит, – наконец сказал японец.

– И от этого не пострадали бы ваши восстановительные проекты на Земле?

На этот раз японец долго молчал.

– Ну, некоторые осложнения, конечно, были бы…

– А я могу предоставить ему нужную сумму без всяких проблем, и вам не придется платить ни пенни из личных средств!

Нобухико Ямагата молчал почти несколько минут.

– Вы оказали немалое давление на все крупные банки, чтобы помешать мне получить эти два миллиарда. Я хотел бы знать наверняка, зачем вы это сделали.

– Потому что я верю в то же, что и вы, – ответил Хамфрис. – Я верю, что средства вашей корпорации должны быть брошены на восстановление Японии и поддержание вашего народа. Проект по запуску корабля на ядерном топливе весьма рискован и очень дорогостоящ. А вдруг ничего не выйдет? Ваши деньги просто улетят на ветер!

– Значит, вы хотите рисковать собственными средствами?

– У меня есть средства, которыми можно рисковать!

Ямагата молчал довольно долго.

– Вы могли бы вложить эти два миллиарда в Японию и помочь обрести крышу над головой несчастным людям, накормить их, помочь заново построить города.

Хамфрису пришлось сделать немалое усилие, чтобы сдержать ехидную усмешку. «Вот наглец!» – подумал он и сказал вслух:

– Да, вы правы. Давайте сделаем так: я дам один миллиард Рэндольфу, а другой миллиард «Ямагата Индастрис». Как вам идея?

В глазах японца появилось радостное оживление.

– Вы хотите вложить миллиард в Фонд Восстановления Японии?

– Это благотворительность?

– Организация не приносит доходов и занимается безвозмездной помощью обездоленным людям, пострадавшим от природных катаклизмов.

На сей раз паузу сделал Хамфрис. Он хотел, чтобы японец пришел к выводу, будто он раздумывает над его словами и сомневается в правильности своего решения. Вот идиот! Думает, что очень умный и благородный, предостерегая меня от вложений инвестиций в свою компанию! «Ладно, мы еще посмотрим, помешаешь ли ты мне пролезть в „Ямагата Индастрис“ или нет! Рано или поздно все будет моим!»

Наконец, изобразив на лице самое озабоченное выражение, какое только смог, Хамфрис сказал:

– Господин Ямагата, если вы считаете, что это самый лучший способ помочь Японии, то я так и сделаю. Один миллиард Рэндольфу и один для Фонда Восстановления Японии.

К концу разговора Ямагата почти улыбался. Как только экран телефона погас, Хамфрис снова принялся безудержно хохотать.

Какие же они все тупые! Глупые слепцы! Ямагата мечтает восстановить Японию, Рэндольф – спасти эту гнусную планету. Идиоты! Никто из них не понимает, что у Земли нет будущего и ничто уже не спасет их. Пришло время строить новую цивилизацию за пределами Земли, новое общество, где безопасно, где будет позволено жить только избранным. Пришло время строить новый мир и… править им!

Лондон

Исполнительный комитет Мирового Экономического Совета проводил встречу в просторном конференц-зале на самом последнем этаже небоскреба, в котором располагался деловой центр и главный штаб МЭС. Сначала он базировался в Амстердаме, но беспрерывно возрастающий уровень океана и штормы на Северном море сделали город непригодным для жизни. Пока голландцы тщетно пытались сдержать стихию и наблюдали за тем, как их город с его маленькими узкими улицами и домами с остроконечными крышами заполняется водой, как разливаются каналы и безжалостное море забирает себе землю, которая на протяжении веков принадлежала людям, МЭС перебрался в Лондон.

Однако и Лондон не считался безопасным местом от неистовых штормов и наводнений. Просто Темзу легче контролировать, нежели Северное море. Большая часть столицы Великобритании находилась выше поднявшегося уровня океана.

Встречи МЭС обычно ограничивались совещанием между девятью постоянными членами и несколькими привилегированными лицами, которых приглашали для выражения своих позиций по тем или иным вопросам. Представители средств массовой информации на эти встречи не допускались, остальная публика тоже оставалась за дверями здания.

Однако Василий Маликов страшился сегодняшней встречи исполнительного совета. На этот раз ее созвал Дэн Рэндольф, а он всегда причинял неприятности.

Василий Сергеевич Маликов был достаточно симпатичным мужчиной и вполне мог сойти за телезвезду. Он был гораздо выше среднего роста, около ста восьмидесяти сантиметров, широкоплечий и мускулистый, примерно того же возраста, что и Рэндольф. Маликов держался в отличной физической форме и ежедневно занимался спортом, однако многие подозревали, что помимо этого он тайно принимает сеансы омолаживающей терапии в Москве. Некоторые считали, что он красит давно поседевшие волосы, но никто не догадывался, что именно уколы вернули ему энергию молодости. Маликов никому не раскрывал своего секрета и втайне гордился им. Его голубые северные глаза всегда искрились юмором.

Всегда, когда он не думал о Рэндольфе. Когда-то они были смертельными врагами на политической арене, в бизнесе и даже в личной жизни. Страшный кризис парникового эффекта заставил их вступить в вынужденное сотрудничество. Старые распри были отложены в сторону. Не забыты, а просто временно отложены в сторону, пока каждый из них прилагал усилия по спасению того, что осталось от земной цивилизации.

«Мы не должны думать одинаково!» – сказал себе Маликов, заняв место у стола. На этой сессии он выступал в качестве председателя и понимал, что главный огонь Рэндольф направит на него. «Ничего личного! – снова и снова повторял про себя Маликов. – Старое осталось позади. Теперь наши расхождения – это расхождения во мнениях, взглядах и ожиданиях».

Однако желудок по-прежнему связывался в тугой узел при мысли о Рэндольфе.

Конференц-зал был уютный, без всякой показной роскоши. Ковер на полу простого серого цвета, хотя толстый и, безусловно, очень дорогой. Широкие окна вдоль стены осмотрительно зашторены, длинный буфет из полированного красного дерева уставлен множеством различных напитков: от простой воды до водки со льдом. На резном подносе всевозможные закуски. Стол, вокруг которого сидели члены совета, также сделан из красного дерева, напротив каждого сидящего в полированную поверхность встроен компьютер и электронные письменные принадлежности.

Рэндольф настоял, чтобы в зале до начала совещания распылили дезинфекционный спрей. Маликова убедили, что данная процедура необходима и что спрей не имеет запаха. Несмотря на это, усаживаясь на свое место в центре стола, он недовольно сморщил нос. Как только все девять членов расселись по местам, Маликов кивнул стоявшему у дверей в зал охраннику в форме, показав, что заседание начинается.

Дэн Рэндольф вошел в зал последним и быстро направился к столу. Маликову он показался достаточно решительным и в хорошей физической форме. Строгий темно-синий деловой костюм подчеркивал важность предстоящего обсуждения. Подбородок Рэндольфа слегка по-боевому вздернут вверх. «Наверное, ожидает жарких диспутов», – подумал Маликов.

За Рэндольфом вошли двое других. Один из них походил на темноволосого карлика. Очевидно, эксперт Рэндольфа по техническим вопросам. Маликов взглянул на программу встречи, отображенную на экране встроенного компьютера. Так, значит это Лайл Дункан, инженер. Высокая блондинка казалась слишком молодой, чтобы быть экспертом хоть в чем-нибудь, кроме разве что постели Рэндольфа. Маликов нажал несколько кнопок на клавиатуре, и на экране высветилась информация об интересной незнакомке. Надо же, она числится в списке в качестве инженера-электронщика из Калифорнии!

Маликов поймал взгляд Рэндольфа, когда тот усаживался в свое кресло у стола. Едва заметные морщинки говорили о том, что на лицо надета прозрачная гигиеническая маска. Странно, но обычная самодовольная усмешка Рэндольфа на сей раз отсутствовала. Он выглядел полным решимости и невероятно серьезным.

Сдержав едкую реплику, Маликов объявил заседание открытым.

Сначала, согласно программе встречи, они обсудили ряд заранее вынесенных на обсуждение пунктов. Рэндольф сидел напряженно и смотрел на остальных, как леопард, определяющий размер стада антилоп. Наконец дошли до вопроса, указанного Рэндольфом: просьба о финансировании новой космической программы.

Маликов вполне формальным тоном представил собравшимся членам совета Рэндольфа, однако большинство собравшихся уже давно знали его. Затем, мысленно мечтая побыстрее оказаться подальше отсюда, попросил Рэндольфа изложить суть предложения.

Рэндольф обвел собравшихся долгим взглядом. На столе перед ним не лежало ни бумаг, ни слайдов, ни видеокассет. Ничего, кроме серебряного графина с водой и хрустального стакана. Он медленно встал с кресла.

– После наступления кризиса парникового эффекта, после того, как климат планеты начал катастрофически меняться… нет, даже еще до наступления этого тяжелого периода стало очевидно, что населению Земли необходимы ресурсы, находящиеся за пределами планеты. Энергия, сырье, металлы, минералы и все другие ресурсы, в которых так нуждается Земля для восстановления пошатнувшейся экономики, в огромных количествах присутствуют в космическом пространстве.

Он сделал паузу и снова продолжил:

– В общем-то если у нас есть хоть какая-то надежда стабилизировать климат планеты и избежать еще большего потепления, то большая часть тяжелой промышленности должна быть перенесена за пределы Земли.

– Это невозможно, – перебил Рэндольфа представитель Северной Америки, мягкотелый седой профессор в характерном для людей науки твидовом пиджаке.

Рэндольф мрачно посмотрел на него. Когда-то место представителя Северной Америки в совете занимала Джейн Сканвелл.

– Это невыполнимо по экономическим причинам, – спокойно продолжил Дэн, – но если вы поможете в финансировании, проект станет реальным уже в течение года.

– Одного года?

– Невозможно!

– Как вы?..

Маликов постучал рукой по столу, призывая членов совета к порядку, и голоса немного стихли. Рэндольф слегка улыбнулся ему.

– Спасибо, господин председатель!

– Пожалуйста, объясните подробнее свое заявление! – сказал Маликов.

– Ключ к экономическому развитию космоса лежит в затратах на получение природных ресурсов Пояса Астероидов. Открыв на астероидах металлы и органические вещества, жители Земли получат доступ к неиссякаемому источнику богатств, которые гораздо больше размером, чем того требуется для спасения Земли!

– Жители Земли? – спросил один из представителей азиатского региона. – Или корпорация, которая наконец доберется до астероидов и начнет разработку?

– Люди! – спокойно ответил Рэндольф. – Если вы поможете с необходимым финансированием, моя корпорация сделает все возможное, чтобы окупить эти расходы!

– Окупить расходы?

– Да.

– Мы, несомненно, хотим, чтобы наши финансисты проверили все показатели себестоимости и план издержек, – серьезным тоном сказала женщина, представлявшая африканский регион.

– Конечно, – согласился Рэндольф.

– Подождите-ка минуточку! – вмешался Маликов. – А что мы, собственно говоря, должны финансировать? Вы еще не сказали нам, что именно предлагаете сделать!

Рэндольф сделал глубокий вдох.

– Мы собираемся создать ракету, способную пересекать космическое пространство на двигателе с ядерным топливом.

Совет принялся оживленно обсуждать услышанное, и Маликову пришлось вновь призвать собравшихся к тишине.

– Двигатель на ядерном топливе? – переспросил он Рэндольфа.

– Мы уже разработали и протестировали небольшую модель такой системы, – сказал Рэндольф и, повернувшись к Дункану, продолжил: – Доктор Дункан объяснит все подробнее, если хотите. Мы отправили отчеты каждому из вас, когда просили о внеочередном собрании. Уверен, что ваши технические эксперты уже имели возможность изучить их.

Собравшиеся одновременно утвердительно кивнули.

– Готов продемонстрировать вам видеозапись пробного полета, который мы провели.

– Это необязательно, – заметил Маликов.

– Операции в космосе вполне окупают все издержки на полет. Малые корабли, которые разработала компания «Мастерсан Аэроспейс», в полной мере возместили стоимость дальнейшего развития и всех последующих полетов на Луну. Именно они в свое время открыли путь к развитию системы Земля – Луна.

– Да, и теперь Селена возомнила себя неизвестно чем! – недовольно возразил представитель Латинской Америки.

– Но зачем нам нужны двигатели с ядерным топливом? – спросил Маликов, повысив голос, чтобы прервать все возможные отклонения от темы и споры по поводу политики Луны и ее желания оставаться независимой от Мирового Экономического Совета.

– Затраты на столь дальний перелет, – быстро ответил Рэндольф. – Двигатели на ядерном топливе сократят затраты на топливо для полета к астероидам и сделают их вполне выгодными.

– Выгодными для кого?

– Для всего человечества! – резко и устало отозвался Дэн. – Я уже сказал, что собираюсь разработать двигатель на ядерном топливе и направить экспедицию в Пояс Астероидов с минимальными затратами!

– Под руководством Мирового Экономического Совета?

Рэндольф едва не заскрежетал зубами.

– Нет. Это повлечет за собой различные бюрократические неразберихи, однако я согласен проводить проект под надзором МЭС. Вам будет предоставлен доступ ко всем планам проекта. Думаю, это вполне справедливо!

Маликов пододвинулся к столу и позволил другим членам совета «допрашивать» Рэндольфа. Большинство вопросов оказались достаточно банальными и пустыми. Многие члены совета выступали, только чтобы лишний раз напомнить о себе, и Маликов это отлично знал.

Он уже видел видеозапись пробного полета, о котором говорил Рэндольф, и проанализировал технические данные по новейшей системе с лучшими учеными и инженерами мира. Двигатель Дункана – действительно уникальная разработка. Не было никаких оснований для технических противопоказаний и опасений о возможных неполадках или провале полета. Корабль представлялся отличным межпланетным транспортом. Он сможет пересечь расстояние до Пояса Астероидов за несколько недель или даже меньше.

Маликов склонялся к необходимости помочь с финансированием проекта. Надо поддержать Рэндольфа, но, конечно же, этого не произойдет.

– А что представляет собой топливо для корабля? – задал очередной вопрос один из членов совета.

– То же самое, что и топливо для ядерных станций, которые производят электрическую энергию на Земле, изотопы для водорода и гелия, – как можно более спокойно ответил Рэндольф.

– Как гелий-3, который производят на Луне?

– Точно.

– Это очень дорогостоящее топливо, – проворчала представительница Великой Индии. – Очень дорогостоящее!

– Чтобы получить прибыль, надо для начала вложить в дело средства! – заметил Дэн, выдавив улыбку.

Представитель Исламской Лиги тоже вмешался в дискуссию.

– Селена поднимала цену на гелий-3 дважды за последний год! У меня нет сомнений в том, что они готовятся сделать это и в третий раз! – раздраженно заметил он.

– Мы можем получать топливо прямо из космоса, – заметил Дэн, немного повысив голос.

– Из космоса?

– Как?

– Солнечный ветер дует через межпланетное пространство. Именно он образовывает гелий-3 и изотопы водорода на лунной поверхности.

– Вы имеете в виду реголит, – заметил представитель Объединенной Европы.

– Правильно. Реголит, – согласился Рэндольф.

– Ну и как же вы собираетесь получать топливо из солнечного ветра?

– Мы будем собирать его по мере движения. Маликов видел, что инженер-шотландец, сидящий рядом с Рэндольфом, беспрерывно ерзает на своем кресле.

– Собирать? Правда?

– Да, безусловно. Мы будем использовать так называемый электромагнетический ковш… большое воронкообразное магнетическое поле. Таким образом можно собирать необходимое для пути топливо.

– А какого размера требуется ковш?

– Это определят инженеры. Для первой миссии к Поясу Астероидов мы возьмем топливо в резервуарах, как обычно, но со временем сможем вырабатывать его прямо из солнечного ветра. Это позволит брать с собой больше полезного груза.

Затем, повернувшись к шотландцу, спросил:

– Я прав, Дункан?

Инженер производил впечатление мрачного и подозрительного типа.

– Совершенно, – отозвался он.

Взглянув на наручные часы, Маликов постучал по столу автоматическим пером.

– Спасибо, мистер Рэндольф, за столь интересное предложение.

Рэндольф посмотрел на Маликова, и тот продолжил:

– Совет обсудит этот вопрос и проинформирует вас о своем решении.

– Хорошо, только помните – время идет!

– Мы понимаем, но нам надо тщательно обсудить ваше предложение, прежде чем вынести окончательное решение о финансировании.

Рэндольф неохотно встал с кресла.

– Понимаю. Что ж, спасибо за то, что выслушали меня! У вас появилась невероятная возможность… Впрочем, и ответственность тоже немалая…

– Мы очень осторожны, мистер Рэндольф. Еще раз спасибо за интересную речь.

Дэн кивнул и направился к дверям. Следом за ним поспешили шотландец и блондинка.

Теперь Маликову предстояло провести формальную процедуру обсуждения с членами совета и принять решение по вопросу. Он знал, каким оно будет, это решение. Рэндольф еще не дошел до двери из конференц-зала, а председатель совета уже составлял ответ.

* * *

Уважаемый господин Рэндольф!

На данный момент финансирование проекта, который вы предложили, представляется нам технически невозможным и неосуществимым. Мировой Экономический Совет не может предоставить вам столь крупную сумму из своих фондов на то, что фактически является космической авантюрой. Все ресурсы МЭС на следующие пять лет распределены на различные программы, целью которых является смягчение последствий глобальной перемены климата и помощь правительствам разных стран в восстановлении городов и возвращении на прежнее местожительство тысяч оказавшихся без крова людей.

Селена

Дэн направился на поезде метро от здания Мирового Экономического Совета к космическому порту, располагавшемуся на месте прежнего аэропорта Хитроу. Он сел на космический челнок и направился к космической станции «Галилей», а там пересел на скоростной корабль, принадлежащий «Астро», и полетел на Селену. К полуночи по Гринвичу он уже находился в здании, которое «Астро» снимала для своих сотрудников.

Дункан и инженер-электронщик поехали обратно в Глазго в надежде, что МЭС в скором времени предоставит нужную сумму на финансирование проекта или по крайней мере на строительство образца ракеты. Дэн же видел глаза Маликова и сразу понял, что МЭС не даст на проект ни гроша.

Он прошел по комнате. Лампы на потолке в той или иной части помещения начинали гореть ярче по мере передвижения и становились тусклее, когда человек уходил в другой конец комнаты. Дэн смотрел на пустые столы персонала и голографические окна. Он дошел до дверей в свои личные апартаменты на Селене, снял пиджак, бросил дорожную сумку на большую кровать и направился в душ, даже не сняв верхнюю одежду – теплый свитер и клетчатые брюки. Скинул ботинки и включил воду. Вынул из носа фильтры и снял одежду. Постепенно теплая вода стала снимать напряжение в мышцах спины и плеч.

Долгий теплый душ был его старой привычкой. В те времена, когда он еще мальчишкой работал на первых строительных объектах орбиты Земли и позднее – на Луне, горячий душ являлся для Дэна редкой роскошью. Во второй раз ему сломали нос как раз в драке за горячий душ. На протяжении многих лет, прежде чем лунная база превратилась в независимое поселение, душевые кабины на Луне были так же редки, как десятиметровые вышки на Земле. В те дни, даже если удавалось найти на редкость роскошное жилье с настоящим душем, поток воды прекращался автоматически ровно через две минуты, и подача возобновлялась только через час.

Даже сейчас состоять членом в Водном Совете Селены считалось очень престижно, эти люди имели большую политическую силу и влияние.

Рэндольф выключил воду и стоял в кабине, пока потоки горячего воздуха из встроенных в стену кабины отверстий не высушили мокрое тело. Вообще-то он любил старомодные полотенца, но сушка воздухом была гораздо дешевле.

Нагишом Дэн залез под одеяло и попытался заснуть, однако мозг не хотел отдыхать. В голове перемешались мысли, планы и надежды, разочарования и опасения.

Он осознавал, что Ямагата не станет вкладывать деньги в проект. Если бы Нобо хотел помочь, то уже давно бы позвонил и сообщил об этом. Однако Ямагата не позвонил: видимо, не хотел сообщать плохие новости и предпочел молчать. Маликов и Мировой Экономический Совет тоже не помогут. Даже не стоило тратить время и пытаться убеждать их. Однако когда ядерный двигатель заработает, можно будет напомнить этим бюрократам, как они отказали ему. Это будет хорошим аргументом на все возможные в будущем претензии.

Корпорация «Астро» переживает самые трудные свои времена и балансирует на грани банкротства. Необходимо каким-то образом найти два миллиарда и запустить проект: только так можно спасти корпорацию и ее служащих. Хамфрис настойчиво предлагает свои деньги, но в обмен планирует в скором времени отхватить большой кусок корпорации. Надо искать инвестиции в другом месте. Где? У кого можно попросить на проект такую сумму?

У Селены! У них нет капитала, зато есть хорошие специалисты и необходимые ресурсы. Если бы только удалось договориться!

Однако на смену этой мысли тут же пришла другая: надо каким-то образом обойти правительство Селены или хотя бы не открывать все карты. Дуглас Ставенджер все еще является первым официальным лицом Селены, и авиационно-космическая компания его семьи – «Мастерсон» – весьма успешна. Если Ставенджер согласится помочь, то «Мастерсон» вложит часть своих средств, и в итоге Селена одобрит и поддержит проект.

Да! Дуг Ставенджер! Вот кто способен помочь!

Дэн заснул, раздумывая о реальных шансах запуска проекта. Ему снилось, как он пролетает Марс и летит дальше, в сторону Пояса Астероидов…

– Кто твой парень? – спросила Аманда.

Она и Панчо тренировались в гимнастическом зале спортивного комплекса Селены, разрабатывая мышцы ног на тренажерах. В продолговатое окно в одной из стен Панчо видела двух мужчин в центрифугах. Они были привязаны ремнями и строили недовольные гримасы, по мере того как крутились и набирали скорость. Одного из них Панчо знала: техник из тракторного гаража, весьма милый парень.

Гимнастический зал был полон потных пыхтящих мужчин и женщин с напряженными лицами людей, занимающихся однообразным механическим трудом. Кто-то сидел на велосипеде, другие тренировались на беговых дорожках, многие качали пресс. Только дети улыбались и пребывали в приподнятом настроении: они бегали от одного тренажера к другому, громко смеялись, шутили и порой так визжали, что взрослым приходилось покрикивать на них.

Каждый житель Селены – и взрослый, и ребенок, и гость – должен был следовать обязательному режиму физических упражнений. В ином случае им запрещалось возвращаться на Землю или даже просто посещать ее. Малая сила тяжести Луны быстро расслабляла мышцы и доводила их до такого состояния, что гравитация Земли для человека могла стать смертельной. Ежедневные упражнения были единственным способом поддержать сносную физическую форму, но страшно утомляли.

Панчо надела огромную бесформенную майку, Аманда же оделась так, будто собиралась на модельную съемку к известному фотографу: абсолютно новые спортивные ботинки, светло-розовые ворсистые носки и облегающее трико, которое заставляло мужчин глазеть на нее, разинув рот, и постоянно спотыкаться. Даже женщины не могли удержаться от соблазна лишний раз посмотреть на сногсшибательные формы Мэнди.

– У меня нет никакого дружка, – ответила Панчо и застонала от тяжести, потирая ладони.

Излюбленным занятием туристов было фотографироваться во время упражнений со штангой, на которой значился просто невероятный по земным меркам вес, и позднее хвастаться этим на Земле. То, что для простого землянина казалось чудом, для лунных жителей являлось обычным делом, учитывая, что лунная гравитация составляет лишь одну шестую земной.

– Ты ходила ужинать уже дважды, пока мы здесь, и сегодня снова уходишь, так?

Не дожидаясь ответа, Аманда добавила:

– У меня создается впечатление, что каждый раз ты встречаешься с одним и тем же парнем.

Мэнди сидела на соседнем с Панчо тренажере и качала пресс. Через несколько минут она пересела на другой тренажер и принялась тренировать мышцы грудной клетки.

Да уж, подумала Панчо.

– Ну! – настаивала Аманда. – Так кто твой загадочный дружок?

– Это просто деловые встречи, бизнес, – ответила Панчо.

– Правда? И какой же бизнес, интересно?

Панчо едва сдержала острое желание ударить напарницу.

– Послушай, – сказала она, едва не зашипев от злости, – ты ведь сама ходишь неизвестно куда каждый вечер, не так ли? Так почему я не могу делать то же самое?

Лицо Мэнди смягчилось.

– Конечно, можешь. Честное слово, Панчо. Мне просто интересно, вот и все! Я думаю, здорово время от времени тоже развлекаться, а не только работать.

– Да уж, тебя просто удивляет, кто же это может быть, потому что все остальные мужчины на Селене бегают за тобой, да?

– Панчо, это неправда!

– Да ладно!

– Я не виновата в том, что нравлюсь мужчинам! Я никогда не поощряю их ухаживания!

Панчо громко расхохоталась.

– Правда! Почему ты не веришь?!

– Мэнди! Все, что тебе нужно, это просто вздохнуть, и мужики сами к тебе начнут липнуть, как мухи на навоз.

От такого грубого сравнения щеки Аманды вспыхнули, но она справилась с собой и через секунду понимающе улыбнулась.

– Я скорее шучу, чем флиртую. Если мужчины хотят пригласить меня на ужин, почему бы и нет? Я просто делаю вид, что ничего не понимаю. Пусть считают себя умными и неотразимыми…

– Нуда, а потом ты бежишь с ними в постель, и все остаются довольны, да?

Аманда явно разозлилась. Она хотела что-то ответить, но остановилась, так и не сказав ни слова. Несколько секунд она смотрела себе под ноги и наконец тихо произнесла:

– Ты действительно так думаешь?

– Но ведь это правда, не так ли?

– Панчо, я не девица легкого поведения! Я не сплю с ними!

– Да?! – саркастически заметила Панчо.

– Ну… очень редко, действительно редко.

Панчо посмотрела на Аманду другими глазами. Перед ней была красивая молодая женщина. Настолько красивая, что мужчины действительно едва ли могли устоять. Эта женщина пытается добиться чего-то в этом мире, где видят в ней только красивую куклу. «Господи! – подумала Панчо. – Наверное, половину жизни Мэнди только и делает, что отбивается от назойливых парней. Может, она и вправду подшучивает над ними, немного флиртует и сбегает, прежде чем ситуация станет серьезной? Либо так, либо надо просто носить с собой оружие, чтобы противостоять натиску грубых мужланов… Или змею…»

– Так может, попробуем немного изуродовать тебя? Аманда печально улыбнулась.

– Дэн Рэндольф тоже так сказал.

– А-а! Рэндольф!

– Он сказал, что если я хочу лететь, то должна прекратить прихорашиваться перед мужчинами из нашей летной группы.

Панчо кивнула.

– Надо найти тебе большие мешковатые рубахи. Или сиди в скафандре весь полет.

Обе женщины рассмеялись, но через минуту Аманда спросила:

– Так скажи, Панчо, кто твой парень?

– Если хочешь, пойдем сегодня вечером со мной, и сама увидишь его, – раздраженно ответила Панчо.

– Правда? Ты разрешаешь?

– Конечно. Почему бы и нет? Могу поспорить, ему будет приятно познакомиться с тобой!

Панчо знала, что Хамфрис потянется к Мэнди, и это будет для нее просто спасением. Он постоянно требовал поскорее добыть важные сведения о Рэндольфе и его планах и становился просто невыносим. Во время их первого ужина Хамфрис даже позволил себе повысить голос. Это был первый день Панчо на Селене. Сначала, когда Хамфрис пригласил ее в свой большой официальный зал для ужинов, то казался вполне добродушным. Но как только начал спрашивать о том, какую информацию она смогла добыть, и Панчо ответила, что у нее мало нужных ему сведений, его хорошее настроение тут же испарилось.

– И это все? Все, что вы можете мне сказать? – рычал Хамфрис.

– Он почти запер нас в Ла-Гуайре для подготовки к полету, – ответила Панчо, беспомощно пожав плечами.

– Я плачу вам немалые деньги и не получаю взамен ни капли нужной мне информации! Ничего! Большой круглый ноль!

Не такие уж и большие деньги, подумала Панчо, но все же попыталась успокоить Хамфриса.

– Кроме испытательных полетов этой дурацкой ракеты он почти ничем не занимается!

– Рэндольф облетел за это время почти весь мир! – закричал Хамфрис. – Побывал от Киото до Нью-Йорка, от Женевы до Лондона! Он говорил с банкирами и агентствами международного развития, даже с Мировым Экономическим Советом, который просто ненавидит! И вы говорите мне, что Рэндольф ничего не делал?

– Послушайте, я лишь пилот. Да, руководить полетом должна я, однако не исключено, что этот полет состоится лишь через несколько лет! – попыталась благоразумно ответить Панчо.

– И чем он заставил вас заниматься в данный момент? – допытывался Хамфрис.

– Ничем особенно важным. Он отправил нас с Мэнди сюда, на Селену. Это его личный приказ. Мы должны изучать все известное науке об астероидах в Поясе, с нами занимается астроном из обсерватории Фарсайд.

Лицо Хамфриса стало задумчивым.

– Может, он знает, что ты работаешь на меня, и хочет держать на коротком поводке, пока не придумает способ избавиться от тебя?

Панчо не хотела, чтобы Хамфрис допустил другую возможность: что она уже все рассказала Рэндольфу.

– Тогда ему проще уволить меня! – осторожно предположила она.

– Сейчас он уже на подлете к Селене, – сообщил Хамфрис.

– Да? – не скрывая удивления, спросила Панчо.

– Вы даже не знаете, где он!

– Я ему недруг по переписке, и он не сообщает мне, когда и куда направится! – отозвалась Панчо.

– А теперь послушай меня, дорогая! Это я включил твое имя в список лучших сотрудников «Астро», чтобы Рэндольф назначил тебя пилотом миссии! Это я продвинул тебя по службе! А теперь мне нужны результаты! Ясно? Мне нужно знать все и даже больше: когда Рэндольф ходит в туалет, сморкается, делает вдох или выдох! Понятно или нет?

– Тогда поищите себе другого шпиона, – сказала Панчо, пытаясь сохранять самообладание. – Что бы он там ни планировал, мы почти все время находимся на разных континентах. Я видела его только один раз во время первого испытательного полета ракеты в Венесуэле. По-моему, вы наняли не того человека, господин Хамфрис. Вам скорее подойдет кто-то из числа его любовниц, а не пилотов!

Хамфрис оглядел ее с ног до головы.

– Возможно, это имеет смысл. И все же… я хочу, чтобы именно ты занялась этой работой. Рано или поздно он все же отправит вас в экспедицию, и тогда-то ты станешь по-настоящему полезной мне. Просто я слишком рано нанял тебя, вот и все…

Хамфрис выдавил кислую улыбку.

Пыхтя и потея на тренажере, Панчо вспоминала ту встречу. Да, наверное, пришло время познакомить Хамфриса с Мэнди. Это сразу решит все проблемы.

Девушка улыбнулась пришедшей в голову мысли. Вот способ! Хамфрис наймет Аманду шпионить за Рэндольфом, а она еще не знает, что Рэндольф уже в курсе. Мэнди непременно доложит о предложении Хамфриса боссу: вряд ли она упустит случай побывать в его постели!

А в это время Панчо будет шпионить за Хамфрисом в пользу Рэндольфа. Как это называется? Двойной агент. Точно, она будет двойным агентом! Вот здорово!

А вдруг Хамфрис вообще «откажется от ее услуг», как только увидит Аманду? Что ж, такая возможность существует! Тогда Панчо вновь станет свободной птицей!

«Ну и ладно! – сказала себе Панчо. – Ты просто не будешь получать деньги от Хамфриса. Придется поддерживать жизнь сестры на зарплату в „Астро“. На протяжении нескольких лет я так и делала, продолжу жить, как жила раньше».

«Подожди-ка минуточку, – сказал внутренний голос. – Хамфрис ведь не может просто так „уволить“ меня. Если он попытается это сделать, то сразу испугается, что я доложу обо всем Рэндольфу. Хамперу придется платить мне и дальше… или избавиться – раз и навсегда…»

Панчо слезла с тренажера и подошла к велосипеду. Быстро крутя педали, она продолжала думать. Ее могут уволить и Хамфрис, и Рэндольф. Этого нельзя допустить, она не хочет остаться ни с чем! Нет, Хамфрису не представится случай обрадоваться, узнав о моем самоубийстве. Не дождется!

Авиакосмическая корпорация «Мастерсон»

– Тебе не удастся разглядеть их, Рэндольф!

Дэна удивили слова Дугласа Ставенджера.

– Это желание так явно написано на моем лице?

Ставенджер понимающе улыбнулся.

– Так ведет себя большинство людей, когда впервые встречаются со мной, однако наноботы надежно упрятаны внутри меня. Не заразишься, не волнуйся!

Двое мужчин сидели в просторном кабинете Ставенджера, который походил скорее на уютную гостиную, чем на деловой центр. Две из четырех стен кабинета представляли собой огромные окна. Никакого стола или даже компьютерного экрана, только обитые тканью стулья и небольшой диван в одной из частей кабинета, а также маленькие чайные столики, стоящие тут и там. Дэн напомнил себе, что окна действительно прозрачные, а не голографические. За ними открывался вид на главный отель Селены «Гранд Плаза» – единственное зеленое общественное место на протяжении почти полумиллиона километров.

Офис Дугласа Ставенджера располагался не в нижних уровнях Луны, а на пятнадцатом этаже одного из трех высотных зданий, где находились бизнес-офисы. Башни служили гигантскими куполами, которые покрывали «Гранд Плазу». Авиакосмическая корпорация «Мастерсон» целиком занимала пятнадцатый этаж.

Недалеко от здания располагалась и сама шестисотметровая «Плаза» – покрытое зеленой травой пространство с выложенными кирпичом дорожками, цветистыми кустарниками и даже небольшими деревьями. Дэн видел, как по дорожкам прогуливаются люди, время от времени останавливаясь у торговых рядов. Кто-то играл в лунный баскетбол в большом огороженном поле с куполом. Дети совершали поистине невероятные прыжки в воду с тридцатиметровых вышек у огромного бассейна. Они крутились и переворачивались в воздухе в каком-то таинственном замедленном темпе, прежде чем плавно опуститься в воду. Парочка туристов парила за окном на ярких пластмассовых крыльях, как гигантские птицы. Они летели за счет своих мускулов: лунная гравитация превратила мечту многих в реальность.

– Прекрасный вид, не так ли? – спросил Ставенджер. Дэн кивнул. В то время как многие на Луне стремились жить как можно ниже уровнем, Ставенджер продолжал обитать на самой поверхности, где от опасностей из космоса защищали лишь бетонные стены да купол «Плазы» плюс метр или чуть больше остатков реголита, которым он когда-то был покрыт.

«А почему бы и нет? – подумал Дэн. – Ставенджер и его семья – первые основатели базы на Луне. Им даже пришлось вести небольшую войну против бывшей Организации Объединенных Наций, чтобы отстоять свою независимость и право на использование нанотехнологий, которые ранее запретили на Земле».

Тело Ставенджера содержало наноботы. Повернувшись к нему, Дэн увидел перед собой улыбчивого молодого мужчину около тридцати лет с загорелым лицом и блестящими голубыми глазами. Ставенджер был ненамного старше самого Дэна, хотя казался более крепким. Однако Дэн прекрасно знал, что Дугласу уже минуло шестьдесят. Наноботы – микроскопические роботы размером не больше вирусов – разрушали любые микробы, попадавшие в тело, сохраняли кожу гладкой и молодой, выводили шлаки, расщепляли жировые отложения в кровяных сосудах. Они, несомненно, сохранили его молодость и энергию гораздо лучше, чем любая омолаживающая терапия, которую рассматривал Дэн. В этом способе «сохранить вечную молодость» таился только один недостаток: Дуглас Ставенджер не имел права возвращаться на Землю. Правительства, религиозные институты, средства массовой информации и безумные толпы людей боялись, что наноботы могут каким-то образом «вырваться из тела носителя», стать причиной нескончаемых болезней и навлечь проклятие на все живое. Или, что страшнее, – превратиться в новый вид биологического оружия для массового истребления людей.

Итак, Ставенджер считался изгнанником и постоянно жил на Луне, Земля стала для него только далеким манящим шаром в темном лунном небе. Он никогда не сможет вернуться на свою родину, однако вовсе не выглядит обреченным или опечаленным, подумал Дэн, внимательно изучая лицо собеседника.

– Не знаю, как именно они действуют внутри, но выглядишь ты вполне здоровым. И счастливым, кстати говоря.

Ставенджер дружелюбно улыбнулся.

– Предполагаю, что являюсь самым здоровым человеком во всей Солнечной системе.

– Да, возможно… Плохо, что остальным людям запрещено делать инъекции наноботов.

– Что ты! Можно, только раз и навсегда придется отказаться от поездок на Землю.

Дэн кивнул.

– Мы даже не вправе использовать нанотехнологии для ускорения реконструкции и восстановления разрушенных городов от наводнений и землетрясений. Это строго преследуется по закону.

Ставенджер сочувственно развел руками.

– Власти трудно винить в такой ситуации. На Земле живет больше десяти миллиардов. Подумать страшно, сколько среди них маньяков, мечтающих о диктатуре.

– Слишком много! – пробормотал Дэн.

– Боюсь, вам и в дальнейшем придется восстанавливать планету без нанотехнологии. Нам не разрешают посылать на Землю даже оборудование, созданное с помощью наноботов. Боятся, что оно «заражено».

– Знаю, – сказал Дэн.

Селена конструировала космические корабли из превосходных материалов с помощью нанотехнологии, но им позволялось приближаться к Земле не ближе, чем находящимся на орбите космическим станциям. Как глупо, подумал Рэндольф. Просто невежественное суеверие…

Космические корабли, которые «Астро» использовала для полетов от Земли на орбиту, строились тем же старым способом, который ввел Генри Форд, – без всяких нанотехнологии. Обычное мышление недалеких политиков, подумал Дэн, кланяться самой влиятельной группе, поворачиваться спиной к современным технологиям, отказываться от новых возможностей и следовать старым дедовским способам производства. Даже после наступления кризиса парникового эффекта на половине земного шара они все еще мыслят по старому и не способны принять эффективные меры для решения накопившихся проблем.

Откинувшись в кресле, Ставенджер сказал:

– Я так понимаю, ты ищешь деньги на ядерный двигатель. На лице Рэндольфа появилась вялая улыбка.

– Что ж, ты хорошо информирован.

– Это не сложно. Я знаю, что ты уже беседовал с Нобухико Ямагатой и большинством крупных банков.

– Да, и с Мировым Экономическим Советом, чтоб он провалился!

Брови Ставенджера удивленно изогнулись.

– Теперь ты решил поговорить со мной, – секунду спустя констатировал он.

– Да.

– Что я могу для тебя сделать?

– Ты можешь помочь мне спасти землян. Они достойны этого!

Ставенджер сидел напротив Рэндольфа с серьезным лицом и ждал, что скажет гость дальше.

– Я хочу исследовать Пояс Астероидов. Надо перенести всю индустриальную базу с Земли на орбиту, насколько это возможно. Для такой задачи требуются ресурсы Пояса Астероидов.

– Это просто красивая мечта. Я и сам в нее верил когда-то, но потом выяснилось, что она стоит слишком дорого, неизмеримо больше, чем заслуживает на самом деле.

– Селена уже отправляла космические корабли к близлежащим астероидам, – заметил Дэн.

– Это продолжалось недолго и требует невероятных капиталовложений. Мы давно пришли к выводу, что способны прожить и на тех ресурсах, что имеются на Луне. Иного выбора нет, ни о каких астероидах не может быть и речи.

– Однако при использовании ядерных двигателей эта задача становится экономически осуществима, и в будущем действительно можно получать ресурсы не только с близлежащих астероидов, но и с Пояса.

– Ты так уверен?

– Абсолютно. То же самое и с космическими челноками. Ваши корабли давно окупили стоимость полетов к орбите и обратно, теперь вполне можно строить космические станции, и солнечные спутники, и полномасштабные индустриальные производства.

– Но это не мои космические корабли, Дэн!

– Корпорация «Мастерсон» – ваше семейное предприятие, не так ли?

Ставенджер поерзал в кресле, и улыбка с его лица вмиг исчезла.

– Корпорацию действительно основала моя семья, и я все еще владею большой частью ее акций, но я лишь почетный член совета директоров. На самом деле я давно не принимаю участия в крупных операциях компании.

– Однако члены совета прислушиваются к твоему мнению.

Улыбка вновь вернулась на лицо Дугласа.

– Иногда.

– Меня интересует, могла бы корпорация «Мастерсон» поддержать мой проект или нет? Он действительно равносилен золотой жиле!

– Мне сказали, что проект поддерживают «Космические системы Хамфриса».

– Да, Мартин Хамфрис действительно предложил свою поддержку, – признал Дэн.

– Насколько я понимаю, тебя не устраивает его помощь?

– Не уверен, что ему можно доверять. Он спокойно приходит ко мне в офис и практически кладет готовую идею на стол. Зачем? Почему он сам ее не осуществил? Что ему нужно?

– Может, хочет получить всю корпорацию «Астро»?

Дэн мрачно кивнул.

– Это меня и беспокоит. За Хамфрисом прочно закрепилась репутация хапуги. Он создал «Космические системы Хамфриса», постепенно заглатывая одну за другой крупные компании.

– Хамфрис на грани того, чтобы получить большой пакет акций корпорации «Мастерсон», – немного помедлив, сообщил Ставенджер.

– Что? – Дэн едва не подпрыгнул от удивления.

– Вообще-то я не должен был узнать о таком повороте событий, так как все происходит в полной секретности. Хамфрис собирается купить пакеты акций двух из наших крупнейших акционеров. Если получится, у него будет достаточно влияния, чтобы заполнить совет директоров только своими преданными людьми!

– Ну и дела!

– Боюсь, нравится вам это или нет, все же «Астро» придется иметь дело с Хамфрисом, к тому же игра будет вестись явно на его поле!

Едва сдерживаясь, чтобы не вскочить и не забарабанить кулаками по стенам, Дэн услышал собственный голос:

– А может, и нет!

– ?!

– Есть другая возможность.

– И какая же?

Ставенджер снова улыбнулся, как будто заранее знал, что скажет Дэн.

– Селена!

– А-а! – отозвался Дуг, удобнее усаживаясь в кресле. – Я так и думал.

– У Селены есть отличный технический персонал и промышленные возможности. Я бы мог привезти сюда своих специалистов, и мы объединили бы усилия в строительстве ядерного двигателя.

– Дэн, а кто будет платить техническому персоналу Селены? И кто оплатит оборудование?

– Можно разделить расходы… Я временно приостановлю несколько проектов, финансируемых «Астро», и таким образом найду наличные деньги. А Селена могла бы безвозмездно предоставить…

Дэн оборвал фразу из-за выражения на лице собеседника. Ему вдруг вспомнился школьный учитель геометрии, который точно так смотрел на него, когда ученик давал неправильный ответ.

– Кажется, ты знаешь что-то, чего пока еще не знаю я, – нахмурился он.

Ставенджер тихо рассмеялся.

– Не совсем. Ты тоже в курсе, но забыл об одном важном обстоятельстве.

Дэн удивленно посмотрел на Дугласа.

– Ты смотришь прямо на решение своей проблемы, – продолжил Ставенджер.

– Вообще-то я смотрю на тебя. К чему вдруг ты?..

Внезапно догадка озарила мысли Рэндольфа.

– Господи, Боже святый! Нанотехнологии!

Ставенджер кивнул.

– Именно с помощью нанотехнологии вы можете построить свой ядерный двигатель, причем сделать это быстрее и дешевле.

– Нанотехнологии! – задумчиво повторил Рэндольф.

– Однако это автоматически будет означать, что корабль не сможет приближаться к Земле ближе чем до орбиты.

– И что? Этот корабль предназначен для дальних полетов. Он никогда не полетит на Землю и вообще не приземлится ни на одну планету.

– Ну, тогда проблемы вряд ли возникнут.

– Хочешь сказать, Селена поддержит проект?

– Я считаю, что Правительственный Комитет предоставит персонал и оборудование главным образом, чтобы продемонстрировать, что ядерный двигатель можно построить и с помощью нанотехнологии.

Дэн широко улыбнулся.

– Да, и если эксперимент окажется удачным, у Селены появится новая отрасль производства: ядерные двигатели.

– И доступ к астероидам.

– Ты совершенно прав! А также ко всем кометам, которые попадутся на пути!

– Итак, Селена и корпорация «Астро» будут партнерами! – сказал Ставенджер.

– Партнерами! – согласился Дэн, протягивая руку. Сделка состоялась!

Катакомбы

Все начиналось как временный склад небольшого госпиталя Селены, расположенного наверху, около главного шлюза и гаража, где стояли тракторы и другое оборудование для работы на поверхности.

Вдоль пустых стен длинного коридора хранились тела людей, помещенные в защитные металлические емкости. Здесь они спали вечным сном в ожидании обратной транспортировки на Землю. В ранние дни освоения Луны большинство умиравших на Луне людей были рабочими, погибшими в результате несчастных случаев, или посетителями земного спутника, которые имели неосторожность сделать какую-либо роковую ошибку во время прогулки на поверхности. Почти никто не умирал от природных явлений или катаклизмов. Только позднее люди стали лишаться жизни по иным причинам, когда стали селиться на Луне, выбирая ее в качестве постоянного места жительства.

Так тела хранились здесь, в длинном коридоре между госпиталем и гаражом, в непосредственной близости от тоннеля, ведущего к космопорту, ожидая перевозки на Землю.

В конце концов со временем люди, прожившие всю жизнь на Луне, захотели находить последнее пристанище на Луне. Их хоронили в основном на фермах, которые обеспечивали Луну продуктами и кислородом. Однако зачастую родственники, оставшиеся на Земле, требовали переправки тел усопших, даже несмотря на волю последних. Некоторые судебные тяжбы по этому вопросу затягивались на долгие годы, а тела тем временем хранили в металлических емкостях, заполненных жидким азотом. Таким образом они находились замороженными в криогенном состоянии, пока юристы ожесточенно спорили между собой, решая их дальнейшую судьбу.

Исполнительный Комитет Селены только через несколько лет понял, что начинается новая тенденция – крионоконсервация. Люди прибывали на Селену, чтобы их признали легально умершими, и затем замораживали себя с тем, что бы вернуться к жизни в отдаленном будущем, когда смертельные болезни, которыми они страдали, станут излечимы.

Почти во всех странах Земли крионоконсервация запрещалась законом, большинство религиозных людей считало это явление греховным желанием соперничать с самим Всевышним. Попытки перейти границы дозволенного и искусственно увеличить срок жизни человека, не принимая божественную волю, жестоко карались. Сеансы омолаживающей терапии все же могли проводиться, хотя и в строгой секретности, однако спрятать тело человека, подвергшегося крионоконсервации, на Земле было практически невозможно. К тому же, учитывая кризис парникового эффекта и, как следствие, бесконечные природные катаклизмы по всему миру и воцарившиеся в большинстве регионов планеты голод и страх, попытки противостоять смерти и продлить жизнь казались по меньшей мере странными.

Итак, желающие избежать смерти, при условии наличия достаточной суммы денег, могли добраться до Луны, а именно прилететь на Селену и провести там последние годы, месяцы или дни жизни, после чего изъявить желание быть замороженными в ожидании дня, когда приведшая к смерти болезнь станет излечимой. Катакомбы расширялись все больше и больше, появлялись все новые ярусы лежащих в емкостях с жидким азотом человеческих тел, которые в один прекрасный день вновь вернутся к жизни.

Панчо Лэйн тоже привезла свою сестру на Селену. Девочка была еще подростком, когда у нее обнаружили злокачественную опухоль мозга. Сестра начала постепенно терять память, контроль над собственным телом, появились серьезные проблемы с речью, и со временем она стала недееспособной. Панчо привезла ее на Селену и собственноручно сделала девочке последний укол, а затем смотрела, как безжизненное неподвижное тело опускают в азот и медицинский персонал опечатывает дьюар. Панчо до сих пор помнила соленый вкус своих слез и каждый день вспоминала тот миг, когда в последний раз видела лицо Сьюзан.

С тех пор минуло уже шесть лет. Панчо медленно шла вдоль коридора, в котором стояла мертвая тишина, и искала глазами табличку с именем сестры на длинных рядах металлических табличек, встроенных в каменные стены коридора.

Ходили слухи, что некоторых прошедших криоконсервацию людей уже вернули к жизни. Однако, как гласили все те же слухи, эксперимент оказался менее удачным, чем предполагалось ранее. Возвращенные к жизни люди навсегда утрачивали память и разум. Они были как чистые листы бумаги, как новорожденные дети, которых приходилось заново учить всему, в том числе есть, говорить и самостоятельно справлять нужду.

«Ничего! – подумала Панчо, прочитав наконец на одной из табличек имя сестры. – Я верну тебя к жизни, дорогая! Научу ходить, говорить, смеяться и радоваться жизни. Обещаю, сестренка! Не важно, как долго понадобится мне ждать этого дня. Чего бы мне ни стоило, я верну тебя! Пока я жива, жива и ты!»

Она молча смотрела на маленькую металлическую табличку на крышке дьюара. «Сьюзан Лэйн». Вот и все, что там написано. Рядом с именем выгравирован штрих-код, в котором крылся ключ ко всей занесенной в главный компьютер информации о сестре. Да уж, не очень-то богатое описание жизни человека, пусть даже и семнадцатилетнего…

Часы на руке Панчо неприятно завибрировали. Смахнув нахлынувшие слезы, девушка увидела на маленьком дисплее информацию о том, что у нее всего лишь час на сборы перед встречей с Хамфрисом у него дома.

На этот раз она пойдет с Амандой!

Аманда надела белоснежное платье без рукавов с оранжевым воротником, довольно короткое и весьма обтягивающее, что подчеркивало все прекрасные изгибы ее превосходной фигуры. Волосы уложила в высокую прическу по последней моде, и, как любая другая прическа, эта поразительно ей шла. Панчо надела свой лучший брючный костюм из перламутровой ткани с таинственным сероватым отливом. И все же, несмотря на столь эффектный наряд, по сравнению с Амандой она явно проигрывала.

Девушка несколько раз звонила Хамфрису, чтобы сообщить, что придет на встречу вместе с напарницей, однако каждый раз попадала на автоответчик. Уже по дороге из катакомб Хамфрис перезвонил ей и недовольным тоном потребовал объяснить, кто такая Аманда Каннингем и почему Панчо решила вдруг привести ее с собой.

Пришлось сдержаться, чтобы не ответить грубостью на грубость, и как можно более обоснованно ответить на вопросы. Говорить в маленький экран на руке оказалось не так уж и удобно, но Панчо постаралась объяснить свое решение, сказав, что Аманда назначена вторым пилотом миссии к астероидам и ее личным помощником. А также дала понять Хамфрису, что тот вполне может попробовать завербовать и ее.

Глядя на маленький экран часов, Панчо не могла определить выражение лица Хамфриса, но тон магната заметно смягчился.

– Хорошо, – сказал он неохотно, – приводите ее с собой, если действительно считаете, что она может быть полезна. Все нормально!

Панчо мило улыбнулась, поблагодарила собеседника и отключила телефон. Все нормально? Ха, это мы еще посмотрим! Как только он увидит Аманду, сразу поймет, что «нормально» уже не будет! Вот тогда и посмеемся!

Пока девушки ехали на эскалаторе на самый нижний уровень Селены, Панчо рассказала Аманде все, что знала о Хамфрисе. Все, кроме того, что тот нанял ее следить за Рэндольфом.

– Он ведь миллиардер, да? – спросила девушка, широко раскрыв большие голубые глаза.

– Он владелец компании «Биотехнологии Хамфриса», «Трест Хамфриса» и кто знает скольких еще! Если тебе интересно, поищи информацию в финансовых источниках.

– Значит, ты встречаешься с ним?

– Я же говорила, у нас чисто деловые отношения! – ответила Панчо с плохо скрываемым раздражением. – Ну… он пытается меня завербовать…

– Правда? – таинственным голосом спросила Аманда.

– Вообще-то – да! – хмуро отозвалась Панчо.

Как только они вошли в похожую на воздушный шлюз дверь и вступили в подземный сад Хамфриса, Аманда раскрыла рот от удивления.

– Вот это да! Похоже на рай!

– Вполне.

Хамфрис стоял у открытой двери в дом, и, по всей видимости, отнюдь не случайно.

– Мартин Хамфрис, – сказала Панчо самым официальным тоном, каким только смогла, – хочу познакомить вас с…

– Мисс Аманда Каннингем! – широко улыбаясь, сказал Хамфрис. – Рад вас видеть. Я посмотрел ваше досье, как только Панчо сообщила, что вы присоединитесь к нам сегодня вечером.

Панчо, потрясенная словами Хамфриса, молча кивнула в знак согласия. Оказывается, этот тип свободно листает досье сотрудников «Астро»! Значит, корпорация Рэндольфа уже давно под наблюдением и напичкана шпионами, как старая древесина жуками.

Хамфрис взял Аманду за руку и галантно припал губами к ее нежной белой коже. Мэнди выглядела так, словно в любой момент потеряет сознание.

– Проходите, леди! – сказал хозяин дома, беря Аманду за руку. – Добро пожаловать!

К удивлению Панчо, Хамфрис не спешил приставать к Мэнди и внешне вел себя как джентльмен. Наверное, все еще впереди… Дворецкий принес аперитив и вернулся к бару в углу гостиной.

Магнат принялся демонстрировать свои коллекции.

– Некоторые из них достаточно редки, – хвастайся он. – Я храню их здесь, потому что на Луне отличная система климатического контроля. Дома, в Коннектикуте, такая система стоила бы немалое состояние. К тому же в старом фамильном имении такую систему вообще невозможно установить. А здесь, на Селене, она действует автоматически.

– Да уж, а то нам всем пришлось бы дышать в вакууме, – заметила Панчо.

Аманда бросила на нее многозначительный взгляд.

Дворецкий пригласил хозяина и его гостей пройти в обеденную комнату, где девушки сели по разные стороны от Хамфриса. Пара небольших роботов с плоскими головами быстро двигались на колесах от одного конца стола к другому, принося в металлических руках-зажимах тарелки и бокалы. Панчо пристально смотрела на хрусталь и фарфор в неуклюжих конечностях роботов. Они ни разу не уронили ни одного столового прибора, хотя, когда убирали со стола тарелки от салата, один из них нечаянно толкнул тарелку Панчо, и та едва не упала со стола. Прежде чем кто-либо успел опомниться, робот быстро отреагировал и, аккуратно подхватив тарелку, тут же отправив ее в нишу в своей нижней части.

– Отличное оптическое распознавание, – сказала Панчо.

– Не думаю, что дело только в оптике, – возразила Аманда и, обратившись к Хамфрису, спросила: – Так ведь?

– Вы совершенно правы, – сказал он. – На поверхности тарелок есть мономолекулярные маяки, и роботы улавливают эти радиоволны.

Панчо подняла свой стакан с водой и принялась осматривать дно.

– Микрочип невозможно разглядеть невооруженным взглядом, – заметил Хамфрис.

– А откуда берется энергия?

– Из тепла, выделяемого пищей. Возникают проблемы только с холодными напитками и блюдами вроде салата, например.

Панчо несколько секунд молчала.

– Тарелки берут и тепло наших рук, когда мы держим их, да? – спросила она.

– Угадали.

Один из роботов поставил перед ней тарелку горячих лягушачьих лапок, и она улыбнулась. Не хочется, чтобы Аманда думала, будто она тут самая умная.

На протяжении всего ужина Хамфрис излучал обаяние, был заботливым, внимательным и невероятно улыбчивым.

Он уделял Панчо столько же внимания, сколько и Аманде, а концу ужина предложил Мэнди рассказать о своей жизни. Девушка начала говорить сначала осторожно и медленно: о детстве в Лондоне, поступлении в Международный Космический Университет.

– Это было нелегко, – сказала она почти по-детски искренне. – Все мужчины почему-то считали, что мне больше подходит профессия модели, а не астронавта.

Хамфрис сделал сочувственный жест. Панчо кивнула, начиная понимать, что внешность Аманды не только помогает ей, но и по-своему мешает.

– И все же у меня получилось, – подвела итог Аманда, окончив рассказ. – Таким образом я тут и оказалась.

– Очень хорошо, – сказал Хамфрис, похлопав ее по руке. – Вы действительно талантливая.

Подали десерт – свежие фрукты из ботанического сада, политые холодными сливками из соевого молока. Аманда поинтересовалась, где находится ванная комната, и через минуту оставила Хамфриса и Панчо наедине.

Как только она покинула зал, Панчо наклонилась поближе к магнату и тихим голосом спросила:

– Ну, что вы думаете?

Хамфрис недовольно нахмурился.

– О чем?

– Не о чем, а о ком. Я имею в виду Мэнди.

Панчо едва не добавила «болван», но вовремя замолчала.

– Удивительная девушка, – сказал он, улыбнувшись. – Красивая и вместе с тем умная. Такое сочетание редко встречается.

«Женщины не показывают, что умны, если могут обойтись и внешностью!» – подумала Панчо, а вслух сказала:

– Считаете, она сможет разузнать у Рэндольфа все, что вас интересует?

– Нет! – резко ответил он.

– Нет? – удивилась Панчо. – Но почему?

– Я не хочу, чтобы она даже приближалась к Рэндольфу! Он может соблазнить ее!

Панчо не верила своим ушам. Идея познакомить Аманду с Хамфрисом казалась ей удачной, и она надеялась, что тот найдет ей правильное применение. Ведь это и требовалось сделать – отправить Мэнди к Рэндольфу в постель. Панчо думала, что именно такого «шпиона» искал Хамфрис.

– Она слишком хороша, чтобы ее так использовать! – добавил после некоторой паузы Хамфрис.

О Господи! Панчо едва не дала волю своему возмущению. Да он по уши влюбился в нее! Этот парень, который относится к женщинам как к красивым атрибутам жизни и не более, вдруг попал под чары Аманды! Он влюбился в нее. Вот это да!

Административный совет Селены

Дэн мысленно сравнивал проведенные за последние недели встречи и консультации. В данный момент он вспоминал заседание Мирового Экономического Совета, на котором побывал некоторое время назад.

Встреча проходила в театре Селены. Члены совета Селены сидели за партами студентов, расставленных в форме полукруга. Зал заполнился почти полностью, хотя ложи были еще пусты. Может, их просто по каким-то причинам закрыли?! Наверное, в зале больше двух тысяч человек, подумал он, выглянув из-за кулис. Скорее всего все жители Селены, имевшие право голосовать, собрались здесь сегодня, чтобы выразить свое мнение.

Пока Дэн смотрел из-за кулис, члены совета – шесть женщин и пятеро мужчин – уже стали рассаживаться по своим местам вокруг так называемого «круглого стола». Большинство выглядели слишком молодыми и даже юными. Ни единого седого волоса, ни единая морщинка не омрачала лицо. Двое из мужчин оказались лысыми. Наверное, инженеры, подумал Дэн. Членство в совете являлось временной работой, на которую избирались путем жребия. Никому из членов не разрешалось уклоняться от общественной работы, однако разрешалось время от времени брать отпуск и заниматься другими делами.

– Нервничаешь?

Дэн обернулся и увидел Дугласа Ставенджера.

– Если тебе довелось участвовать в стольких заседаниях, сколько и мне, то вряд ли поверишь мне, если я скажу, что нервничаю. Просто хочется поскорее покончить с этим и наконец перейти к делу.

Ставенджер дружески похлопал Рэндольфа по плечу.

– На этот раз все будет по-другому, Дэн. Наше заседание скорее походит на старомодные собрания в Старой Англии, чем на традиционный административный совет.

Дэн коротко кивнул и мысленно назвал совет скучным собранием. Но на сей раз он действительно должен отличаться от всех предыдущих.

Так и произошло!

Ставенджер являлся почетным членом, но не имел права голоса. Внешне все слишком помпезно, а на эффективность посмотрим позже! – подумал Дэн.

Председатель поднялся на трибуну, установленную на одном конце сцены всего в нескольких метрах от места, где стоял Рэндольф, и ждал своей очереди выступить перед собравшимися. План заседания высветился на большом экране, установленном в центре сцены. Дэн не на шутку встревожился, увидев, что в списке девяти выступающих стоит последним.

Первые пять тем обсуждения заняли довольно мало времени. Шестая касалась нового закона по распределению и использованию питьевой воды. Некоторые из присутствующих в зале громко возражали против нового закона, вскакивали с мест и выкрикивали не совсем доброжелательные эпитеты.

Один из членов совета являлся одновременно и председателем Водного Совета. Это был краснощекий, круглолицый и упитанный лысеющий мужчина в красной мантии с эмблемой Департамента по туризму. Стол, за которым он сидел, по сравнению с массой его тела казался почти игрушечным.

– Об этом не стоит и говорить! – сказал толстяк. – Не важно, насколько эффективно мы очищаем воду, стопроцентно чистой она все равно никогда не будет! А чем больше людей становится на Селене, тем меньше воды разрешается расходовать остальным жителям.

– Почему бы нам не прекратить туризм? – раздался гневный возглас.

– Туризм и так на грани, – ответил председатель Водного Совета. – На самом деле он составляет лишь десятую часть проблемы. Основная причина – иммиграция!

– Беженцы! – пояснил кто-то таинственным голосом.

– Не принимать их!

– А ведь правда! Они сделали из Земли помойку, вот пусть и варятся там в собственном соку! Нечего к нам бежать!

– А мы можем найти новые ресурсы воды? – спросил один из собравшихся граждан.

– Нашим исследовательским отрядам не удалось обнаружить ничего, кроме тех ледниковых шапок, которые мы и используем.

– Надо взять немного льда с Земли, – предложил еще кто-то.

– Может, они сами для нас его выделят?

– Если не остается выбора, что еще мы можем сделать?

Аудитория заволновалась. Председатель Водного Совета повысил голос, пытаясь перекричать толпу.

– Мы ведем переговоры с Мировым Экономическим Советом на Земле по поводу поставок воды, но они хотят, чтобы в нашем Водном Совете появился их представитель. Такая вот, можно сказать, сделка…

– Этого еще не хватало!

– Ни за что!

– Мерзавцы пытались командовать нами с самого начала!

Присутствующие в зале завопили еще громче.

Ставенджер, все еще стоя на трибуне, нажал ладонью кнопку, встроенную в панель приборов, и раздался громкий свистящий звук. Люди мигом смолкли. Дэн заткнул уши.

– Приходится поддерживать здесь порядок! – сказал Ставенджер в мертвой тишине зала. – Иначе так и не сдвинемся с места!

Неохотно согласившись, присутствующим пришлось признать факт того, что распределение воды можно немного сократить и тем самым сэкономить. После того как почетный член совета сообщил собравшимся плохую новость, на трибуну вышел председатель Водного Совета и попытался взбодрить людей.

– В течение нескольких месяцев у нас появится новая система рециркуляции, – сказал он, нервно постукивая пальцами по столу. – Если она окажется настолько же эффективна, как продемонстрировали предварительные эксперименты, мы сможем вновь вернуться в предыдущей системе распределения воды. Для этого потребуется по меньшей мере год.

– А что будет, если новая система рециркуляции окажется неудачной? – спросила пожилая женщина с суровым лицом.

– Такое невозможно, мы тщательно ее протестировали, – ответил председатель.

– Это лишь на пользу тем, кто владеет гостиницами. Им всегда мало воды для своих процедур и бассейнов! – крикнул долговязый гражданин с длинными волосами. Эдакий физик. – Туризм постепенно сводится к нулю, вот они и хотят придумать новые завлекательные штуки, чтобы привлечь отдыхающих!

Дэн задумался. Туризм на Селене не развивается, потому что мир катится в пропасть. Однако парень по-своему тоже прав. Владельцы туристических баз будут и дальше из кожи вон лезть, чтобы привлечь туристов.

На этом этапе совет решил утвердить сокращение потребления воды до тех пор, пока новая система рециркуляции не проработает по крайней мере три месяца безостановочно. После окончания этого срока совет соберется вновь, чтобы вернуться к прежней системе потребления воды.

Еще два вопроса были рассмотрены довольно быстро, и наконец Ставенджер сказал:

– Последний пункт в нашем сегодняшнем заседании – предложение Дэна Рэндольфа, главы корпорации «Астро».

Пригласив Рэндольфа к микрофону, он сошел с трибуны.

Раздались приглушенные аплодисменты.

У Рэндольфа не было каких-либо письменных заметок. Несколько секунд он молча стоял на трибуне, собираясь с мыслями. Сидящие в зале принялись шептаться и переговариваться.

– Комета Галлея через несколько лет вновь вернется в Солнечную систему. Когда она приблизилась к нам в прошлый раз, то выбросила почти тридцать миллионов тонн водяного пара за шесть месяцев. Если память мне не изменяет, в момент своей максимальной близости к Солнцу она теряла около трех тонн воды в секунду, – начал Рэндольф.

Он сделал паузу и задал вопрос:

– Как вы думаете, смогли бы мы найти применение этому водяному пару?

– Конечно! – раздались крики из зала.

Дэн улыбнулся, увидев, что кричала Панчо Лэйн, сидевшая в первом ряду балкона.

– Тогда давайте сделаем это! – призвал Рэндольф.

Следующие пятнадцать минут он описывал систему ядерного двигателя и убеждал присутствующих в том, что все летные испытания тот прошел безупречно.

– Космический корабль с ядерным двигателем может собрать весь пар, который вам нужен, не только с комет, но и с астероидов, имеющих в своем составе воду. Мне нужна ваша помощь, чтобы построить космический корабль с таким двигателем и отправить его в испытательный полет.

– Вы просите Селену профинансировать этот проект? А почему бы вам не взять деньги из своих собственных ресурсов? – спросила одна из женщин в совете.

Дэн заставил себя улыбнуться даме.

– Этот проект стоит на Земле около двух миллиардов международных долларов. Ни один банк или иной источник финансирования, к которым я обращался, не станет рисковать такой суммой. Они ведут работы по восстановлению и реконструкции городов и проблемам миграции населения. Все крупные организации заняты устранением последствий парникового эффекта, космические проекты их абсолютно не интересуют.

– Вот идиоты! – раздалось в зале.

– Согласен, – ухмыльнувшись, сказал Дэн. – Они слишком заняты срочными делами, чтобы подумать о будущем – о самом важном.

– Наверняка из всех существующих на Земле корпораций найдется хоть одна, которая захочет заключить сделку! – послышался новый возглас.

Дэн решил оборвать начинающуюся в толпе оживленную дискуссию.

– Послушайте, возможно, мне бы удалось заключить с какой-нибудь компанией на Земле эту сделку, однако я решил предоставить вам шанс участвовать в ней. Эта та самая возможность, которую вы давно ждали!

– У Селены нет в распоряжении таких средств! – заявил один из членов совета.

– Я знаю, но у вас есть хорошие специалисты и оборудование для строительства ядерного двигателя с применением нанотехнологий.

В зале наступила тишина. Нанотехнологий! Все понимали, что с ними проект действительно реально осуществить, и все же…

– Нанотехнологий вовсе не волшебная палочка, господин Рэндольф! – заявил член совета, ближе всего сидевший к трибуне, худой молодой человек с внешностью фанатика.

– Понимаю.

– Когда-то мы думали, что нанотехнологий помогут нам производить воду путем сбора водорода из солнечного ветра и соединения его с кислородом из реголита. Теоретически все казалось вполне осуществимо, однако на практике – полнейший провал.

Очевидно, этот член совета страдал излишним самолюбованием: манера его разговора давала понять, что данная тема, как, впрочем, и любая другая, почти не интересует его.

– Если наноботы способны строить целые космические челноки, то наверняка смогут построить и ядерный двигатель, – коротко заметил Рэндольф.

– Меня практически заставили занять пост казначея совета. Теперь я понимаю, что это вряд ли можно назвать наградой за мой честный труд в качестве бухгалтера! – с юмором заметила женщина со светлыми рыжеватыми волосами и изящной фигурой ирландки.

Зал засмеялся, Дэн тоже.

– Очень жаль, что у нас нет достаточных средств, чтобы вложить в ваш проект, господин Рэндольф! Предложение звучит заманчиво, но у нас действительно на данный момент нет такой суммы.

– Мне не нужны деньги, – повторил Дэн.

– Тогда что же?

– Я ищу добровольцев. Мне нужны люди, которые могли бы посвятить свое время участию в самом большом проекте нашего века: поиске и добыче ресурсов для всей Солнечной системы!

– Да, но это все равно сводится к деньгам, не так ли?

– Нет! – громко сказал чей-то голос из глубины зала. Дэн увидел, как плотный темноволосый мужчина поднялся с места и обвел взглядом присутствующих.

– Меня зовут Берни Джеймс. Я уволился из лаборатории нанотехнологий в прошлом году. Я всего лишь лаборант, но надеюсь помочь в этом проекте!

Через несколько рядов от него встал еще один мужчина – высокий блондин.

– Я – Ральф Аркест, сотрудник Департамента космических перевозок, – сказал он красивым тенором. – С радостью потрачу накопившийся за несколько лет отпуск на работу в вашем проекте.

Дэн улыбнулся первым волонтерам.

– Благодарю вас!

– Доктор Карденас тоже заинтересуется строительством ядерного двигателя, – продолжил Аркест и, оглянувшись по сторонам, спросил: – Доктор, вы здесь?

Ответа не последовало.

– Я найду ее. Жаль, что она не присутствует на сегодняшнем заседании, – сказал блондин.

Дэн смотрел на зал в надежде, что найдется еще несколько желающих, но больше никто не изъявил желания.

– Благодарю вас! – после некоторой паузы произнес он и сошел с трибуны.

Ставенджер кивнул ему и, поднявшись на трибуну, затронул последний вопрос повестки дня: просьбу некой пожилой пары увеличить их жилую площадь, дабы они могли начать небольшой частный бизнес.

По окончании заседания Ставенджер сказал:

– Если бы Крис Карденас была где-то на Селене, я бы обязательно вас познакомил. К сожалению, сейчас она на одной из космических станции около орбиты Земли, работает над усовершенствованием наноботов, чтобы окупить расходы на исследовательские центры Марса.

– А на какой именно станции? – поинтересовался Рэндольф.

– На той, что над Южной Америкой.

Дэн улыбнулся.

– А-а, «Новая Венесуэла»! Я помогал строить эту старушку! Может, пришло время проведать ее?

Альфонс

Панчо внимательно следила за демонстрацией мер предосторожности. Несмотря на доскональное знание механизмов скафандра и неоднократный опыт работы в открытом космосе, она внимательно прислушивалась к каждому слову автоматического инструктора. На сей раз предстоит выйти на поверхность Луны, а это существенно отличается от работы на орбите.

Сидевшие в автобусе туристы, по-видимому, не волновались. Наверное, у этих столько денег, что провести отпуск на Луне для них все равно что зайти к соседу, и уж наверняка они на сто процентов уверены, что здесь-то с ними точно ничего не случится, а если и случится, то их юристы вытрясут из туристического агентства кучу денег!

Все надели скафандры в ангаре, прежде чем сесть в автобус. Так было легче: в автобусе слишком тесно, чтобы четырнадцать пассажиров толкались, натягивая на себя скафандры. Затем, со шлемами в руках, они направились на «Рэнджер-2».

Прошло уже столько лет, а они все никак не могут придумать ничего лучше этих дурацких тяжелых скафандров, подумала Панчо. Эти ученые парни продолжают болтать о легких скафандрах и даже специально разработанной коже из наноботов, но разговоры так и остались пустой болтовней.

Даже подростки затихли после того, как дверь ангара открылась и автобус выехал на шероховатую, кое-где потрескавшуюся поверхность Луны. На некоторых участках виднелись специальные обозначения. Кольцевые горы выглядели старыми и мрачными, немного осевшими от вечности и отшлифованными постоянным падением метеоритов и метеоритной пыли.

Именно эта пыль и беспокоила Панчо. При работе в открытом космосе находишься в вакууме, а на поверхности Луны приходится идти по пыльному реголиту, словно по песчаному пляжу. Только этот «песок» вздымается вверх и покрывает башмаки мелкой серой пылью. Причем не только башмаки, вспомнила Панчо. Она слышала истории о том, как лунная пыль забивалась в швы скафандра и даже в портативную систему жизнеобеспечения на спине. Пыль заряжалась от солнечного ветра и от этого становилась просто неконтролируемой. Если она набивалась в шлем, то могла ослепить человека, а попытки стереть пыль руками в перчатках лишь размазывали ее еще больше.

Панчо пришлось испытать несколько не очень приятных минут. Еще в ангаре оказалось, что подходящего для нее размера скафандра нет. В конце концов, после долгих поисков, обслуживающему персоналу удалось найти на складе совершенно новый скафандр. Он подошел ей, хотя рукава оказались немного велики. Запах нового материала с примесью пластика не очень понравился Панчо, но иного выхода не было. Когда автобус остановился и гид попросил туристов надеть шлемы, Панчо сделала это с явной неохотой. Даже воздух, поступавший через специальное устройство, казался новым, нетронутым.

Гид и водитель автобуса проверили каждого туриста на предмет герметичности шлема, прежде чем люди вышли из автобуса на лунный реголит. Встроенные наушники Панчо сразу наполнились охами и ахами восторженных туристов, сошедших на древнюю поверхность спутника Земли. Люди вмиг подняли вверх облако серого реголита, медленно оседавшего в малой лунной гравитации.

– Посмотрите, какие белые у меня следы! – восторженно закричал кто-то.

– Верхний слой реголита Луны за миллионы лет воздействия сильной солнечной радиации постепенно темнеет. Ваши следы открывают настоящий цвет реголита. Пройдет еще несколько миллионов лет, и эти следы тоже станут темными, – пояснил гид.

За годы работы в космосе Панчо ни разу не гуляла по поверхности Луны. Прогулка показалась ей интересной, особенно после того, как она отключила линию связи. Пустая болтовня туристов прекратилась, и девушка принялась с интересом слушать рассказ автоматического гида про «Рэнджер-9».

Для других в автобусе Панчо – обыкновенный турист, каких приезжают сюда сотни. На сей раз в экскурсию отправилось целых три автобуса. Панчо знала, что в одном из них Мартин Хамфрис. Именно поэтому она и приехала сюда: не развлекаться, а отчитаться перед ним о «проведенной работе».

Группа туристов уже ушла далеко вперед, а она все продолжала крутиться недалеко от автобусов. Механический гид рассказывал о лунных кратерах, которые были разбросаны на поверхности рядом с местом старого крушения космического корабля. Извилистые трещины на поверхности то утончались, то становились глубже в таинственных призрачных облаках аммиака и метана.

Одна из причин, послуживших для расположения первоначальной Лунной Базы на череде кольцевых гор, названных Альфонсом, – надежда на утилизацию этих летучих частиц с целью…

В этот момент Панчо увидела Хамфриса, шагающего ей навстречу, поднимая с поверхности целые тучи пыли. Наверное, это он, потому что его скафандр немного шире и тяжелее. На швах установлена система саморегуляции, которая помогала двигаться быстрее. Наверное, и более совершенная система защиты от радиации. Хамфрис чересчур заботится о своей шкуре.

На скафандре не значилось таблички с именем, и пока он не подошел совсем близко, Панчо так и не смогла разглядеть через стекло шлема его лицо. Мужчина шел прямо ей навстречу до тех пор, пока почти не столкнулся с ней. Она узнала его лицо: круглое, с вздернутым вверх носом, как у веснушчатого сорванца, но с холодным, сердитым взглядом.

Девушка подняла левую руку, а правую поднесла к кнопочной панели, жестами спрашивая Хамфриса, какую радиочастоту он хочет использовать для разговора. Тот поднял вверх руку в перчатке и показал свернутый провод. Медленно, с осторожностью человека, не привыкшего работать в космическом скафандре, он вставил провод в штепсельный разъем в шлеме и показал на другой конец провода. Панчо взяла его и вставила в свой шлем.

– Отлично, – услышала она голос Хамфриса так же отчетливо, как будто они сидели одни в уютной комнате, – теперь можем говорить, не опасаясь, что нас подслушают.

Панчо вспомнила свое детство, когда вместе с другими соседскими детьми делала игрушечные телефонные линии из бумажных трубочек и веревок. Они использовали тот же принцип: связали свои шлемы одним проводом, чтобы разговаривать, не используя радио. Это сработает, если только не отходить слишком далеко друг от друга, подумала Панчо. Девушка заметила, что провод длиной не более трех метров.

– Волнуетесь, что нас могут подслушивать? – спросила она Хамфриса.

– Не совсем, но рисковать все же не стоит.

Слова Хамфриса показались ей не лишенными смысла.

– А почему нельзя встретиться у вас внизу, как и раньше?

– Не нужно, чтобы лишний раз видели, как вы спускаетесь ко мне. Вот почему! – раздраженным тоном ответил мужчина. – Не думайте, что Дэну Рэндольфу понадобится много времени, чтобы обнаружить ваши постоянные визиты ко мне!

– Ну и что? Он подумает, что вы просто приглашаете меня на ужин, – ехидно заметила Панчо.

Хамфрис хмыкнул в ответ. Девушка знала, что он уже дважды приглашал на ужин Аманду и именно по этой причине перестал встречаться с Панчо у себя дома. Теперь они встречались в заранее установленных местах и в определенное время: во время прогулок по «Гранд Плазе», во время низкогравитационного балета в театре Селены, во время экскурсии по лунным кратерам на поверхности.

Если бы скафандр не мешал, Панчо саркастически пожала бы плечами.

– Рэндольф сделал свое предложение административному совету Селены, – сказала она.

– Я уже знаю. И они отказали ему.

– Ну да, в каком-то смысле…

– Что ты имеешь в виду? – вспылил Хамфрис.

– Несколько граждан Селены изъявили желание работать в проекте. Он собирается отправиться на станцию «Новая Венесуэла» и попытаться уговорить доктора Карденас возглавить группу.

– Карденас?!

– Она лучший эксперт по нанотехнологиям, – сказала Панчо.

– Да, Карденас получила Нобелевскую премию, прежде чем нанотехнологии запретили на Земле, – пробормотал Хамфрис себе под нос.

– Именно с ней он и собирается поговорить.

Некоторое время Хамфрис молчал. Он выглядел скорее как статуя в скафандре.

– Использовать для строительства корабля наноботы… Такого поворота событий я не предполагал, – сказал он после затянувшейся паузы.

– Это обойдется дешевле и, возможно, окажется эффективнее.

Она почувствовала, как Хамфрис слегка кивнул.

– Я должен был учесть этот вариант. Если Рэндольф сможет построить корабль с помощью наноботов, ему не понадобятся мои деньги. Мерзавцу не удастся оставить меня с носом, после того как я сам лично подкинул ему эту блестящую идею на блюдечке!

– Не думаю, что он так поступит.

– Да? – Хамфрис начинал злиться все больше и больше. – Это я предложил ему проект с ядерным двигателем, я предложил профинансировать его! А он играет в грязные игры за моей спиной, пытаясь найти деньги из других источников! Мало того, теперь он планирует построить корабль вообще без моего участия! Этот подонок хочет обмануть меня!

– Но…

– Заткнись! Меня не волнует, что ты думаешь! Рэндольф считает, что может выкинуть меня из проекта! Что ж, ему придется дорого заплатить за это! Я уничтожу его!

Хамфрис выдернул провод из шлема Панчо, резко повернулся спиной и зашагал к автобусу, поднимая облака серой пыли, которые почти скрыли его от глаз Панчо. Если бы не столь тяжелый скафандр, он, наверное, подпрыгивал бы на целых два метра с каждым шагом вперед. Казалось, злоба переполняла все его существо. В каждую секунду он мог упасть от такой спешки.

Панчо видела, как Хамфрис что-то сказал водителю автобуса и поднялся в кабину. Водитель зашел вслед за ним, закрыл люк, и автобус тронулся в сторону ангара Селены.

Интересно, Хамфрис позволит парню вернуться и забрать других туристов или оставит их разгуливать здесь? В любом случае люди могут с горем пополам втиснуться в оставшиеся два автобуса.

Панчо решила, что от нее в данном случае мало что зависит, и приняла решение с пользой потратить оставшееся от экскурсии время. Девушка поспешила вперед, догоняя остальных туристов. Следует немедленно рассказать Дэну о случившемся. Хамфрис действительно взбешен и, вполне возможно, способен совершить нечто ужасное. Например, убийство…

Космическая станция «Новая Венесуэла»

После долгой разлуки Дэн словно оказался дома. «Новая Венесуэла» являлась одним из первых крупных проектов корпорации «Астро», осуществленных на заре ее становления. В те дни Дэн как раз перенес главный офис из Техаса в Ла-Гуайру и женился на дочери будущего президента Венесуэлы.

Космическая станция оказалась намного прочнее его брака и смогла вполне благополучно просуществовать все эти годы. И все же время отложило на ней свой отпечаток: станция выглядела постаревшей и износившейся. Как только челнок, на котором Рэндольф летел с Селены, приблизился к станции, Дэн отчетливо смог разглядеть металлическую обшивку внешнего корпуса, помутневшую и покрывшуюся пятнами от постоянного воздействия радиации и града небольших метеоритов. Тут и там виднелись новые части корпуса более светлого цвета, указывающие, где именно технический персонал обновил старый заржавевший металл. Похоже на косметическую подтяжку лица, подумал Рэндольф и улыбнулся. Наверное, теперь используют металлокерамический сплав вместо алюминиевого, с которым техники работали годы назад. Новый материал легче, прочнее и скорее всего дешевле, если учитывать тот период времени, за который износился прежний.

«Новая Венесуэла» была построена в виде серий концентрических кругов, гнездящихся друг в друге. Внешний вращался с той же самой скоростью, что и Земля, что давало ее обитателям ощущение нормальной земной гравитации. Другие два кольца расположены так, что имитировали гравитацию Марса и Луны. Стыковочный отсек в центре станции имел нулевую гравитацию. Техники называли такую точку микрогравитацией, но Дэн всегда считал ее нулевой.

Отличное место для занятий любовью! – вспомнил Дэн. Он не смог удержаться и тихо засмеялся. Конечно, только после того, как приспособишься к здешним условиям и воздушной легкости собственного тела! Кроме того, многие в первые часы пребывания на станции испытывали тошноту и сильное головокружение. Невесомость на всех влияет по-разному.

Дэн быстро миновал таможню. Офицер просмотрел содержимое его дорожной сумки, в то время как Дэн пытался справиться с неуклюжими движениями собственного тела в непривычной обстановке. Он чувствовал, как начинает подскакивать давление, а вся жидкость в организме приспосабливается к состоянию невесомости. «Никакой паники!» – сказал себе Дэн, однако понимал, что пройдет еще некоторое время, прежде чем исчезнет начавшаяся головная боль и тело полностью адаптируется к новым условиям.

Главное – делать как можно меньше движений головой. Он не раз видел, как люди вдруг подвергались сильнейшим приступам рвоты всего лишь от неосторожного движения или просто кивка.

Инспектор задержал Рэндольфа не больше нескольких минут, и Дэн продолжил свой путь по длинному коридору, который вел «вниз» к «лунному» кольцу.

Он кинул сумку на пол маленькой комнаты, которую арендовал на время своего пребывания на станции, и направился по наклонному коридору, ведущему через центр, проверяя по пути таблички на дверях.

«Доктор Кристин Карденас» – гласила аккуратно выгравированная надпись на одной из дверей. Дэн постучал и повернул ручку двери.

Перед ним предстал маленький кабинет, в котором едва вмещались стол и два простых пластмассовых стула напротив. За столом сидела симпатичная молодая женщина с длинными, до плеч, светлыми волосами, синими глазами и широкими плечами, красноречиво свидетельствовавшими о ее славном спортивном прошлом. На ней был скромный спортивный костюм светло-желтого цвета, полинявший за годы стирки.

– Я ищу доктора Карденас, – сказал Дэн. – Она ждет меня. Я – Дэн Рэндольф.

Молодая особа улыбнулась и протянула руку.

– Здравствуйте. Я – Крис Карденас. Дэн вытаращил глаза от удивления.

– Вы… но вы слишком молоды, чтобы быть той самой доктором Карденас!

Молодая женщина звонко рассмеялась. Пригласив Дэна сесть на один из стульев, она сказала:

– Уверяю вас, господин Рэндольф, что я и есть «та самая» доктор Карденас.

Дэн внимательно посмотрел в ее невероятно синие глаза.

– Значит… вы тоже? Наноботы?

Она поджала губы, затем признала:

– Не смогла устоять перед таким искушением. К тому же каким еще эффективным образом можно испытать нанотехнологии? Только опробовав на себе!

– Так же, как в свое время Пастер испытал на себе вакцину от полиомиелита?

Она бросила на него косой взгляд.

– Ваши познания в истории науки немного устарели, но в общем-то основную идею вы поняли правильно.

Дэн откинулся на спинку пластикового стула. Тот немного заскрипел, но выдержал.

– Может, и мне стоит попробовать?! – спросил Рэндольф то ли себя, то ли Карденас.

– Только если не планируете в дальнейшем возвращаться на Землю! – с внезапной резкостью в голосе заметила женщина.

Дэн сменил тему разговора:

– Насколько я знаю, вы работаете над новой программой исследования Марса.

Карденас кивнула.

– Бюджет этих исследований практически исчерпан, и если мы в ближайшее время не сможем направить нанотехнологии на поддержку систем жизнеобеспечения на базах, то им придется спешно закрываться и сворачивать исследования, а ученым возвращаться на Землю.

– Но если на базах станут использоваться нанотехнологии, то персоналу нельзя будет вернуться на Землю!

– Только в случае, если наноботы попадут в их тела, – сказала Карденас, подняв указательный палец. – МАА великодушно позволила исследователям использовать нанотехнологии для усовершенствования оборудования.

Дэн уловил в ее голосе сарказм.

– Держу пари, «Новая Мораль» подняла страшный шум вокруг этого решения!

– Они не все решают! По крайней мере пока.

Дэн фыркнул.

– Веская причина жить подальше от Земли!

– Да.

– Не думаю, что смогу навсегда расстаться с Землей, – сказал Дэн. – Я хочу сказать, что… это мой дом!

– Но не мой! И не для полудюжины исследователей на Марсе! Они признали эффективность нанотехнологий, и теперь у них нет намерений возвращаться на Землю.

– Я не знал, – удивился Дэн.

– Этот факт не получил публичной огласки. Новые моралисты и их фанатики последователи держат почти все СМИ в крепком кулаке!

Дэн изучал лицо собеседницы на протяжении нескольких минут, которые показались ему вечностью. Доктор Карденас слишком молода и достаточно привлекательна. Перед ним нобелевский лауреат, лидер в области науки. И все же чувствовалось в ней что-то хищное…

– Что ж, в любом случае я благодарен, что вы нашли время побеседовать со мной. Я знаю, что вы очень заняты.

На ее лице появилась довольная улыбка.

– Ваше послание было немного… – она сделала паузу, раздумывая над дальнейшими словами, – загадочным. Почему вы захотели встретиться со мной лично, а не поговорить по телефону?

Дэн улыбнулся в ответ.

– Я пришел к выводу, что некоторые вопросы легче обсуждать лицом к лицу. Телефон, почта, даже виртуальные встречи не могут заменить личных контактов.

Карденас понимающе кивнула.

– Порой человеку гораздо труднее сказать «нет» в лицо.

– Вы правы. Коротко говоря, мне нужна ваша помощь, и я вовсе не хотел говорить на эту тему по телефону.

Видимо, его слова понравились Карденас: откинувшись на спинку кресла, она довольно улыбнулась и спросила:

– И что же это за дело, заставившее вас прилететь сюда с Земли для встречи со мной?

– Нет, я летел с Селены.

– Так в чем заключается ваша просьба? Я настолько поглощена работой на Марсе, что перестала следить за происходящими в мире событиями.

Дэн сделал глубокий вдох и начал:

– Насколько вы знаете, я возглавляю корпорацию «Астро». Карденас кивнула.

– Мне удалось собрать небольшую группу, которая готова построить корабль с ядерным двигателем, используя нанотехнологий.

– Ядерный двигатель?

– Мы уже создали небольшие модели и успели их протестировать. Результаты просто отличные – двигатель работает. Теперь нужно построить корабль в натуральную величину и протестировать его. Мы планируем полет к Поясу Астероидов и…

– Но космические корабли летали к Поясу и без ядерных двигателей. Зачем вам такой корабль?

– То были беспилотные корабли, а в эту миссию отправится экипаж из четырех – шести человек.

– А зачем нужен этот полет?

– Чтобы начать поиски и добычу металлов и минералов, в которых так нуждаются жители Земли.

Лицо Карденас вмиг переменилось. Вместо понимающей улыбки появилась каменная непреклонность.

– Чего вы добиваетесь, господин Рэндольф?

– Я пытаюсь спасти Землю. Знаю, это звучит напыщенно, но если мы не…

– Не вижу причин спасать Землю, – коротко сказала Карденас.

Дэн не поверил своим ушам.

– Они сами докатились до этого. Погубили всю планету и погрязли в последствиях парникового эффекта. Политики, бизнесмены, СМИ – никто из них и пальцем не пошевелил, чтобы вовремя предпринять необходимые меры, а теперь уже слишком поздно.

– Это не совсем верно, – мягко возразил Дэн, вспомнив, как сам пытался заставить мировых лидеров осознать приближающуюся катастрофу еще до того, как она наступила. Усилия оказались тщетны: они действительно не желали замечать очевидного.

– Абсолютно верно! А сейчас на Земле и вовсе командуют фанатики из «Новой Морали». Зачем вам спасать их?

– Но они же люди! Такие же, как и мы с вами!

– Пусть варятся в каше, которую заварили! – с негодованием в голосе сказала Карденас. – Это именно то, чего они заслуживают.

– Но… – попытался возразить Дэн. – Я не понимаю…

– Они изгнали меня, – почти рявкнула она. – Только из-за того, что я сделала себе инъекцию наноботов, они запретили мне когда-либо возвращаться. Их фанатики проклинали любого, кто выступал в защиту нанотехнологий. Вы знали это?

Дэн молча покачал головой.

– Они атаковали Лунную Базу еще до того, как она стала называться Селеной. Один из убийц-смертников взорвал величайшего ученого – профессора Циммермана в его собственной лаборатории. А вы хотите, чтобы я помогала им?!

Потрясенный внезапной горячностью, Дэн едва выговорил:

– Но ведь прошло уже много лет…

– Я была там, господин Рэндольф! Я видела разорванные на клочки тела собственными глазами. А потом, когда мы победили, даже бывшей Организации Объединенных Наций пришлось признать нашу независимость. Однако лицемерные и упрямые невежды приняли законы, которые предписывали изгнание всем, кто опробовал на себе наноботы.

– Я все понимаю…

– У меня был муж, – продолжила она, сверкая синими глазами, – две дочери. У меня есть четверо внуков, которые уже оканчивают школу, а я даже никогда не держала их на своих руках! Никогда не нянчила их, не сидела за одним столом! Это вы понимаете?!

Дэн подумал, что другая на ее месте разрыдалась бы от горя, однако Карденас была слишком разгневана. Как же убедить ее?

Наконец она взяла себя в руки и заговорила более спокойно:

– Извините за несдержанность. Я просто хочу, чтобы вы поняли, почему лично я не заинтересована в спасении Земли.

– А как насчет помощи Селене и ее жителям?

– Что вы имеете в виду?

– Эффективный ядерный двигатель позволит достаточно экономно добывать гидраты из углеродистых астероидов и даже собирать водяной пар из комет.

Карденас задумалась.

– Или добывать ядерное топливо с Юпитера, насколько я понимаю.

Дэн едва не подскочил. Вот это идея! А ведь он даже и не подумал об этом! Действительно, атмосфера Юпитера наверняка полна изотопами водорода и гелия.

Карденас слегка улыбнулась.

– Вы можете сколотить приличное состояние на этих проектах.

– Я предложил сделать это по себестоимости. Она подняла брови.

– По себестоимости?

Рэндольф помедлил, но все же сказал:

– Я хочу помочь людям на Земле. Уже почти миллион из десяти миллиардов погиб в результате наводнений, эпидемий и голода. Не все они плохие ребята!

Карденас устремила взгляд куда-то в сторону.

– Да, возможно, вы отчасти правы.

– Ваши внуки тоже живут там.

– Это удар ниже пояса, господин Рэндольф!

– Называйте меня просто Дэн.

– Нечестно манипулировать личными переживаниями.

Он попытался улыбнуться.

– Мне в самом деле нужна ваша помощь!

Она не ответила на его улыбку, но все же смягчилась.

– Хорошо. Я постараюсь передать работу по Марсу некоторым своим ученикам. Теперь самое главное позади, и дальше предстоит обыкновенная рутина. Постараюсь вернуться на Селену в течение недели.

– Спасибо. Уверяю вас, это действительно правильный выбор.

– Мне бы вашу уверенность! Рэндольф встал со стула.

– Посмотрим, что нам удастся сделать.

– Да, – согласилась женщина.

Они пожали друг другу руки, и Рэндольф вышел из офиса. Всегда надо идти к цели. Если решение принято, передумать уже нельзя. Он получил согласие Карденас, пусть и неохотное.

Итак, у него есть необходимая команда. Дункан и его люди могут оставаться на Земле. Карденас будет руководить конструированием.

Теперь осталось встретиться лицом к лицу с Хамфрисом.

Селена

– …и он зол, как дьявол! – закончила Панчо.

Дэн мрачно кивнул в ответ. Они ехали в электрическом микромобиле по тоннелю из космического порта в черту города. Панчо приехала в космопорт, чтобы встретить босса, возвратившегося из полета на «Новую Венесуэлу». Рэндольф увидел в ее глазах беспокойство и даже страх и сразу понял, что это как-то связано с Хамфрисом.

– Мне кажется, на его месте я бы тоже вышел из себя, – заметил Дэн.

Они ехали одни. Дэн намеренно подождал, пока четверо других пассажиров, прибывших вместе с ним, уедут на первой машине. Только когда те скрылись в тоннеле, он и Панчо сели на борт второй.

– Что вы намерены делать? – спросила Панчо.

– Позвоню ему и назначу встречу, – усмехнулся тот в ответ.

– Где?

– Не волнуйся. Все будет хорошо.

– Вам действительно так необходима эта встреча? Ведь теперь мы договорились с лабораторией нанотехнологий и можем, наверное, обойтись без него… Разве нельзя самостоятельно работать над проектом и забыть о Хамфрисе?

– Не думаю, что это мудрое решение. В конце концов, именно он подкинул мне идею о ядерном двигателе, и если я попытаюсь вывести его из игры, он может найти легальные рычаги, чтобы остановить проект.

– Очевидно, именно этого подлец и ждет!

Дэн смотрел, как по лицу Панчо бегают тени по мере того, как микромобиль плавно летел вдоль тоннеля. Лицо то заволакивало темнотой, то вновь освещало проблеском света, напоминая Рэндольфу выходящее из-за облаков и вновь скрывающееся за ними солнце.

– В этой игре я играю по другим правилам, – сказал наконец Рэндольф. – Мне вовсе не хочется, чтобы его юристы нашли способ заморозить проект на следующие девяносто девять лет!

– Юристы! – с ненавистью выдохнула Панчо.

– Хамфрис подкинул мне идею, потому что хочет завладеть «Астро», и я прекрасно знаю, как именно проворачиваются подобные дела. Он предполагает, что профинансирует всю работу в обмен на пакет акций корпорации. Затем выманит еще часть акций, внедрит парочку своих людей в совет директоров и в конце концов рано или поздно выкинет меня из собственной компании. У этого мерзавца все просчитано заранее!

– Он действительно может так сделать?

– Да. Это его метод. Он уже использовал его и в результате присвоил себе целую дюжину довольно больших корпораций. В данный момент он взял в свои руки все управление аэрокосмической корпорацией «Мастерсон».

– «Мастерсон»?! – переспросила Панчо, едва не подскочив от удивления.

– Да. Полмира гибнет, а остальная половина получает выгоду и наживается на последствиях проклятого кризиса парникового эффекта. Негодяи вроде Хамфриса даже рады тому, что происходит. Это проходимец и вампир, который высасывает жизнь из всего, к чему только прикасается.

– И что вы собираетесь делать?

– Попытаюсь сделать так, чтобы его инвестиции в проект были минимальны, и обязательно отделю проект от корпорации.

– Надеюсь, нам повезет, – мрачно заметила Панчо.

– Эй, не грусти! – усмехнулся Рэндольф. – У меня уже всякое в жизни бывало, и подобные приключения тоже. По верь мне – законы бизнеса почти не отличаются от законов джунглей!

– Да, но боюсь, что если дела пойдут не по его сценарию, он может взбеситься. По-настоящему.

– Вот почему рядом со мной всегда находится Большой Джордж, – заметил Рэндольф.

– А кто этот Большой Джордж?

Рэндольф отправился на «Новую Венесуэлу» без своего верного друга. Он считал, что телохранитель нужен ему в основном на Земле, и не видел Джорджа почти с того самого дня, когда они вместе прилетели на Селену для встречи с Дугом Ставенджером.

– Придется вас познакомить!

Микромобиль доехал до конца тоннеля и автоматически остановился. Дэн и Панчо вылезли из удобной кабины и направились к пропускному пункту. Двое инспекторов все еще проверяли четверых других пассажиров с прибывшего рейса. По другую сторону ворот пропускного пункта пожилая пара прощалась с молодой семьей с двумя детьми, один из которых жалобно хныкал на руках матери.

– Так что мне сказать Хамфрису? – спросила Панчо. – Он захочет знать, как прошел разговор с доктором Карденас.

– Скажи правду: Карденас присоединяется к работе над проектом и прибудет на Селену в течение ближайших дней.

– Мне передать, что вы хотите с ним встретиться? Дэн несколько минут размышлял и наконец ответил:

– Нет. Я сам ему позвоню, как только приеду.

Хамфрис выглядел удивленным, он явно не ожидал звонка от Рэндольфа, но все же нашел время для встречи. Он настоял, чтобы встреча состоялась в офисе компании «Космические системы Хамфриса» в том же самом бизнес-центре, где располагался офис компании Дуга Ставенджера.

Дэн согласился на место встречи, поняв, что Хамфрис хочет вести игру на своей территории. Тем же утром он позвонил Джорджу и, наткнувшись на автоответчик, оставил ирландцу сообщение. Затем принял душ, разделся и лег спать.

Ему снилась Джейн. Они были вдвоем на тропическом острове Тетиароа, лежали на теплом песке под звездным небом, ходили по песку вдоль берега и слушали, как ветер гуляет по верхушкам пальмовых деревьев. По небу медленно плыл серебристый полумесяц. На Джейн было прозрачное, словно дымка, платье, а распущенные рыжеватые волосы развевались за плечами. Он видел, как она прекрасна; чувствовал, как желанна и близка.

Странно, но он не мог и рта открыть, чтобы сказать ей это. Дэн изо всех сил пытался произнести хоть звук, однако попытки оказались тщетны. «Это глупо! – сказал себе Рэндольф. – Как же я могу сказать ей, что люблю ее, если не могу говорить?»

Облака медленно заволакивают небо. Вокруг все темнеет, месяц и звезды куда-то исчезают. За туманным профилем Джейн Рэндольф видит, как заволновались вдруг волны океана. Огромная волна с молниеносной скоростью приближается к берегу и, неумолимо нарастая, настигает их. Он хочет предупредить Джейн, закричать, но не успевает. Волна обрушивается на них с невероятной силой. Он ищет Джейн, пытается нащупать ее тело, ее руки и вытянуть из глубины океана – и внезапно видит себя на берегу с безжизненным телом любимой женщины на руках.

Рэндольф проснулся в холодном поту. В горле все пересохло, словно он на протяжении нескольких часов кричал что есть силы. Дэн даже не понял сначала, где находится. В темноте спальни он смог разглядеть только зеленые светящиеся цифры на часах, стоявших на ночном столике. Он потер глаза и попытался вспомнить. Ах да! Он на Селене, в апартаментах, принадлежащих компании. Этим утром предстоит встреча с Хамфрисом.

А Джейн мертва…

– Вы, оказывается, очень занятой человек! – заметил Хамфрис с откровенно ехидным выражением лица.

Вместо того чтобы провести встречу в личном кабинете, он пригласи. Дэна в небольшой конференц-зал, где не было ни одного окна. На стенах не виднелось даже голографических изображений. Лишь несколько картин и фотографий Мартина Хамфриса со знаменитостями разного уровня. Тут и нынешний президент Соединенных Штатов – пожилой мужчина с мрачным выражением лица, и Василий Маликов – глава Мирового Экономического Совета.

Откинувшись на спинку удобного, обитого плюшем кресла, Дэн сказал:

– Кажется, с тех пор как мы виделись, я действительно немного заработался.

Хамфрис, сидевший напротив, принялся слегка постукивать по полированной поверхности стола.

– Если честно, у меня появилось ощущение, что вы пытаетесь исключить меня из участия в проекте!

– Я бы не стал этого делать, даже если бы и мог, Мартин! – рассмеявшись, сказал Дэн. – Кстати, ответьте мне на один вопрос, пожалуйста. Вы случайно наткнулись на Дункана, не так ли?

Хамфрис улыбнулся.

– Не совсем. До того как начал создавать «Космические системы Хамфриса», я долгое время оказывал поддержку нескольким небольшим исследовательским группам. Я выяснил, что одна из них находится на пороге важного открытия. Пришлось преодолеть с ними немало трудностей!

– Да, представляю, – сказал Дэн.

– Мне повезло с Дунканом и его ядерным двигателем! – самодовольно продолжил Хамфрис.

– Думаю, это больше чем удача. Вы проявили мудрость.

– Возможно, – согласился Хамфрис.

– К тому же на стадии начальной разработки эта работа стоит не так дорого.

– Если бы побольше компаний участвовало в таких пробных разработках, дела бы двигались намного быстрее, – заметил Хамфрис.

– Я должен был и сам начать проект, – признал Дэн.

– Да уж…

– Наверное, в этом была моя ошибка.

– Итак, на чем мы сейчас остановились?

– Ну… вы финансировали работу Дункана на первом этапе.

– Включая тот самый пробный полет, который вы видели, – заметил Хамфрис.

Дэн кивнул.

– Я пытался найти средства, чтобы построить космический корабль в натуральную величину и отправить команду испытателей к Поясу Астероидов.

– Готов дать вам всю необходимую сумму.

– Да, но это будет стоить мне довольно большой части акций «Астро», не так ли?

– Мы можем договориться о приемлемой цене.

– В конце концов вы захотите завладеть всей корпораций, – откровенно сказал Дэн.

На миг в глазах Хамфриса промелькнуло недовольство, однако он быстро собрался, и на его лице появилась натянутая улыбка.

– Как же я могу завладеть «Астро», Дэн? Я ведь знаю, что вы не расстанетесь больше чем с пятнадцатью или двадцатью процентами акций.

– Скорее мы можем говорить о пяти – десяти.

– Что ж, тем хуже для меня. Стану самым малым акционером. В таком случае, насколько я понимаю, я даже не могу поместить своего представителя в совет директоров. Разве что себя…

Дэн молчал.

– Я слышал, что вы обращались в лабораторию нанотехнологий.

– Верно. Доктор Карденас возвращается на Селену и в скором времени возглавит работу над проектом.

– Я и не подумал об использовании наноботов. А это выгодно!

– И дешевле.

– Значит, от меня требуется еще меньше денег, – сказал Хамфрис, усмехнувшись.

Устав от спора, Дэн наконец проговорил:

– Видите ли, я могу рассказать вам, каким вижу выход из создавшейся ситуации. Мы просто берем Селену в качестве нашего партнера, и она предоставит нам оборудование и персонал.

– Вы нанимаете на работу ушедших на пенсию специалистов.

– Да, но все же нам требуется помощь Селены в полном масштабе.

– Итак, у нас появился третий партнер, – недовольно сказал Хамфрис.

– Я бы хотел основать новую компанию, отдельную от «Астро». У этой компании будет три владельца: вы, я и Селена.

– В чем дело? Вы не доверяете мне, Дэн?

– Да уж, не могу похвастаться такой роскошью, как доверие.

Другой бы на месте Хамфриса рассмеялся, однако тот едва не покраснел от злости. Некоторое время он молча изучал Рэндольфа, затем взял себя в руки и беззаботно пожал плечами.

– Вы не хотите, чтобы хоть какая-то часть ваших акций попала в мои руки, не так ли?

– Я постараюсь сделать все, чтобы этого не произошло!

– Тогда что же вы вносите в этот общий проект? Я вкладываю деньги, Селена – персонал и оборудование, а вы?

Дэн широко улыбнулся.

– Мои управленческие способности. В конце концов, именно я разработал идею использовать нанотехнологии в этом проекте.

– А я думал, это Дуг Ставенджер предложил.

Брови Дэна едва не поднялись от удивления. Определенно, у Хамфриса отлично работает разведка. Панчо не могла ему этого рассказать. Может, в кабинете Дуга есть подслушивающие устройства?

– Чтобы вы не считали меня одержимым подозрительностью, договоримся так: я вложу в новую компанию пять процентов собственности «Астро» и моих личных сбережений.

– Десять!

– Пять!

– Послушайте, Дэн, вам не удастся так легко выкрутиться! Рэндольф сделал глубокий вдох и посмотрел в ледяные глаза Хамфриса.

– Семь, – произнес он.

– Восемь!

Дэн сжал зубы, но через секунду сдался.

– Договорились.

Хамфрис улыбался: он был явно доволен собой.

Мужчины пожали друг другу руки, и Рэндольф, мысленно ухмыльнувшись, напомнил себе пересчитать после этого пальцы на руке. От Хамфриса можно ждать чего угодно!

Лаборатория нанотехнологий

Дэн внимательно наблюдал за тем, как пальцы Крис Карденас с безупречным маникюром колдуют над приборами. Ее глаза внимательно следили за экраном, на котором высвечивались данные микроскопа.

На мониторе появилось смутное изображение, которое через секунду приобрело более отчетливые очертания. Он разглядел два топливных резервуара с трубой, ведущей к сферической камере. С другой стороны сферы виднелся узкий прямой тоннель, который заканчивался в расширенном раструбе ракеты.

– И это вся сборка? – спросил он.

Карденас повернулась к нему и ослепительно улыбнулась – так, как умеют только жители Калифорнии.

– Неплохо для месяца работы, а?

– Да, только, по-моему, размер слегка маловат, – отозвался Рэндольф.

Время давно перевалило за полночь. В лаборатории остались Рэндольф и Карденас. Рабочие места перед экранами мониторов опустели, свет почти везде выключен. Только в том углу зала, где сидели на вращающихся стульях Карденас и Дэн, свет оставался достаточно ярким. Массивный серый лабиринт трубопровода и проводов сканирующего микроскопа грозно нависал над ними, как неуклюжий робот-гигант. Дэн восхищался тем, как столь большая и громоздкая машина способна выявлять и выводить на экран отдельные атомы.

– В данный момент размер не имеет значения. Самое главное – схема.

– Вы просто гений! Если мне захочется отправить к Поясу Астероидов отряд бактерий, вы и это сможете устроить.

– Дэн, не говорите глупости!

– Извините, я просто хотел немного пошутить.

Очевидно, Карденас не очень любила юмор. Нажав одну из кнопок своим изящным пальцем с голубым маникюром, она сообщила:

– Мы запрограммировали эту группу наноботов на распознавание схемы системы ядерного двигателя, резервуара топлива, реактора и МГД-генератора.

– Вдобавок к системам жизнеобеспечения.

– Да. Теперь, когда схема полностью ясна, дело лишь за программированием. После этого уже можно строить корабль в полную величину.

– А корабль выдержит все уровни давления и температур? – почесав подбородок, задумчиво спросил Дэн.

– Большая часть его систем будет иметь алмазные детали.

– Это поможет?

Карденас сжала губы в тонкую линию. Очевидно, что-то ей не нравилось.

– Какие-то проблемы? – поинтересовался Дэн.

– Не совсем, но…

– Что «но»? Крис, поймите, мне нужно знать! В этом проекте я рискую всем, что у меня есть.

Подняв руки в признак невиновности, она сказала:

– Это все Дункан. Он отказывается прилететь на Селену. Причем не только он, но и вся его группа.

Дэн знал, что Дункан, профессор Вертиентес и остальные предпочли остаться на Земле и держать связь с Карденас и сотрудниками лаборатории нанотехнологий при помощи электронных средств связи.

– Вы общаетесь с ним ежедневно, так?

– Конечно. У нас даже проходят виртуальные встречи и совещания, мы поддерживаем интерактивное общение.

– Так в чем же проблема? – спросил Дэн, чувствуя нависшее в воздухе напряжение.

– Дело в этом трехсекундном интервале, – сказала Карденас. – Как можно назвать общение интерактивным, если приходится каждый раз ждать, когда до тебя дойдет ответ собеседника. Каждый раз ждать!

– Это настолько тормозит работу?

Карденас сделала гримасу и надула губы.

– Не тормозит, но уж слишком неудобно и занимает массу лишнего времени. Иногда приходится дважды переспрашивать, чтобы убедиться в том или ином ответе или фразе. Такие вещи занимают массу времени и заставляют всех нервничать и раздражаться.

– Может, мне удастся уговорить их переехать сюда хотя бы на некоторое время? – задумчиво проговорил Дэн.

– Я уже пыталась сделать это, но Дункан не сдвинется с места, впрочем, как и его люди. Они смертельно боятся наноботов.

– Неужели?

– В том-то все и дело. Даже профессор Вертиентес, хотя в его возрасте уже пора разбираться в таких вещах.

– Ушам не могу поверить! Господи! Они боятся наноботов!

– Безусловно, они не признают этого факта. В качестве оправданий говорят, что, мол, им запретят возвращаться на Землю, если узнают, что они работали на Селене с наноботами. По-моему, просто отговорка, не более.

– А может, и нет. Бюрократы действительно время от времени вводят все новые и новые сумасбродные законы, особенно это касается сферы нанотехнологий. Я, к примеру, тоже скрываю, что имею дело с наноботами.

Карденас вскинула брови.

– Но ведь все знают, что…

– Все знают, что вы и ваши сотрудники строят космический корабль с ядерным двигателем. Уверяю вас, никто и не подозревает, что и я кручусь недалеко от этого. Я «важная шишка» и не ввязываюсь в грязные авантюры. Для всех остальных я даже ни разу не был в вашей лаборатории.

Карденас кивнула в знак понимания.

– Так вот почему вы обычно пробираетесь сюда поздно ночью.

– Я никуда не пробираюсь, – сказал Дэн, гордо вскинув голову. – И вообще никогда здесь не был!

– Ну да, конечно, – улыбнулась Карденас.

– Крис! – сказал Дэн серьезно. – Я считаю, что Дункан и остальные действительно имеют веские причины избегать поездок на Селену и работы с вами. Наверное, придется смириться с трехсекундным интервалом связи.

– Ладно, если иначе нельзя.

– Вы уже добились больших результатов за эти четыре недели.

– Наверное, вы правы. Просто… легче было бы работать всем вместе под одной крышей.

– Я никогда не обещал вам такой роскоши! – улыбнулся Дэн.

Не успела Карденас что-то сказать в ответ, как дверь в коридор открылась настежь. Дэн встал и начал инстинктивно пятиться назад, чтобы спрятаться за микроскопом, опасаясь незваных гостей, которые могут в будущем разболтать о его пребывании в лаборатории Карденас. Однако секунду спустя он разглядел в полумраке крупную фигуру Джорджа Амброза.

– Это ты, Дэн? – спросил Джордж и направился вперед мимо оборудования. – Я тебя везде ищу.

Несмотря на массивное телосложение, Джордж двигался плавно и даже изящно. Во многом, конечно же, благодаря легкой лунной гравитации.

– Меня нет! – резко отозвался Дэн.

– Ладно, ладно. Но если бы ты находился здесь, я сказал бы, что Панчо исчезла.

– Как исчезла?

– Ее нет в своей комнате, – сказал Джордж, приблизившись к боссу. – И не только там! Ее вообще нигде нет: ни в офисе «Астро», ни в космопорте, ни в «Гранд Плазе». Я уже везде смотрел. Блиливен волнуется за нее.

Фрэнк Блиливен был главой службы безопасности «Астро». Дэн посмотрел на Карденас, затем обратился к Джорджу».

– Она ведь может быть у кого-то другого!

На лице Джорджа появилось неподдельное удивление.

– Панчо? У нее нет парня, и она всегда спит у себя.

– Я бы на твоем месте так не волновался…

– Она за весь день даже не зашла в офис. Вы же знаете, что она никогда не пропускает и минуты работы, не говоря уже о целом дне!

После этого аргумента забеспокоился и Дэн.

– Никто не видел ее?

– Я уже всех спрашивал. Никто целый день не видел Панчо. Я ищу ее всю ночь, но пока без результатов.

– Ты спрашивал ее соседку?

– Мэнди Каннингем? Она вечером ужинала с Хамфрисом.

– Но сейчас-то наверняка уже вернулась к себе!

– Может быть… а может, и нет, – ухмыльнувшись, отозвался Амброз.

Дэн нахмурился и, повернувшись к Карденас, сказал:

– Наверное, мне стоит лично разобраться с этим. Джордж прав: Панчо никогда еще не пропускала и часу работы.

– Может, просто решила немного отдохнуть? – предположила Карденас.

– Может быть, – согласился Дэн, хотя в действительности вовсе так не считал.

Бар «Пеликан»

Весь день Панчо играла в невидимку.

Накануне вечером она отправилась в бар «Пеликан», чтобы немного отдохнуть после долгого утомительного дня работы и последующих занятий в спортзале.

Бар со столь неуместным на Селене названием принадлежал уроженцу Флориды, который невероятно скучал по родине. Он приехал на Луну еще в те дни, когда на месте нынешней Селены основали Лунную Базу. Дослужившись до чина управляющего, он со временем заработал себе гипертонию, что не позволяло ему вернуться на Землю до тех пор, пока с помощью специальных упражнений и процедур давление не придет в норму.

Он предпочел упражнениям принятие таблеток и на месте своего дома создал бар «Пеликан» в качестве нелегального пивного заведения для близких друзей. Спустя несколько лет он превратился в круглого пузатого человека с лысиной, которая светилась в фосфорическом свете ламп заведения, и почти беззубой улыбкой. Он часто говорил клиентам, что нашел свое истинное призвание, которое заключалось в содержании этого «милого заведения». Как он называл свою миссию на Луне: «Щедро дарить радость и добрые советы».

Бар располагался на несколько уровней ниже «Гранд Плазы» и занимал территорию не больше двух обыкновенных квартир, вырезанных в лунном камне. Здесь было тихо. Лишь иногда кто-нибудь из посетителей изъявлял желание сесть за старый пыльный синтезатор в углу и что-нибудь сыграть. Единственный звук царил в помещении: непрерывный гул от бесконечных дискуссий посетителей.

Пеликаны были везде. Голографический сюжет за стойкой бара иллюстрировал, как эти птицы плавно пролетают на уровне нескольких сантиметров от поверхности воды безмятежного Мексиканского залива. Вдалеке возвышались башни отелей и бизнес-центров, которые уже давно покоились на дне. Картины с пеликанами покрывали все стены. На каждом столике стояли статуэтки пеликанов, а с потолка свисали чучела птиц. Около компьютера бармена стояла почти метровая статуя пеликана в диковинном блестящем одеянии. Чучело смотрело на посетителей сквозь темные солнцезащитные очки и вызывало улыбку даже у самых мрачных клиентов.

Панчо любила бар «Пеликан». Она предпочитала это тихое место маленькому бистро в «Гранд Плазе», где обычно сидели туристы и местные жители. «Пеликан» казался домом; девушка настолько часто бывала здесь, что уже давно считалась завсегдатаем.

Она обменялась приветствиями с другими постоянными клиентами заведения. Владелец, как всегда, стоял за стойкой бара и с кем-то оживленно разговаривал. Увидев Панчо, он улыбнулся и сделал ее любимый коктейль «Маргарита» с настоящим лаймом из фруктового сада Селены. Несмотря на несколько пустых столиков в глубине комнаты, стойка у бара оказалась почти полностью занята. Стульев не было, и многим приходилось пить стоя, в прямом смысле до упаду; потом более трезвые товарищи отвозили их домой. Таковы правила «Пеликана».

Панчо втиснулась в толпу между незнакомцем и инженером-пенсионером, которого знала под именем Исаак Вальтон. Лицо Вальтона всегда выглядело немного искаженным или даже косым. Одна сторона лица как бы немного не сочеталась с другой. Даже седеющие волосы на одной стороне головы казались гуще, чем на другой Он считался вполне умеренным любителем алкоголя и веселым человеком, однако сегодня выглядел мрачным. Положив локти на стойку, инженер молча смотрел на высокий бокал с прозрачной жидкостью и кубиками льда.

– Привет, Айк! – поздоровалась Панчо. – Почему такое грустное лицо?

– Годовщина, – пробормотал Вальтон.

– А где же супруга?

Исаак бросил на Панчо затуманенный взгляд.

– Не годовщина свадьбы.

– А чего?

Вальтон немного выпрямился. Ростом он был почти с Панчо и весьма гибким для своего возраста.

– Сегодня восьмая годовщина с того дня, как я получил Премию Селены за достижения.

– Премию за достижения? А что это такое?

Тут вмешался в разговор владелец бара:

– Айк, тебе не кажется, что ты уже достаточно выпил?

– Да, ты прав, – отозвался Вальтон.

– Почему бы тебе не отправиться домой к жене и детям? – предложил владелец «Пеликана».

В его голосе Панчо услышала нечто большее, чем дружелюбие.

– Ты прав, дружище. Абсолютно прав. Все, я иду домой.

Сколько я тебе должен?

Владелец бара махнул рукой.

– Забудь. Считай это подарком на годовщину.

– Спасибо! – поблагодарил Исаак и повернулся к Панчо. – Не хочешь проводить меня?

Панчо бросила взгляд на владельца бара, который сегодня выглядел довольно угрюмо, и пожала плечами.

– Конечно, Айк. Я провожу тебя.

Вальтон оказался не настолько пьян, как выглядел в баре. Как только они вышли, она заметила, что он вполне устойчиво держится на ногах и находится скорее в депрессии, чем под воздействием алкоголя. Несмотря на мрачное настроение, Вальтон приветливо здоровался со всеми знакомыми.

– Что это за премия? – спросила Панчо.

– Ну, она немного секретна.

– О-о!

– Я сделал для них невозможное, но сделал это слишком поздно, и теперь мое открытие оказалось ненужным. Они даже не хотят, чтобы кто-нибудь узнал о нем, поэтому, наверное, и дали мне эту премию в качестве взятки, чтобы я держал язык за зубами.

– А что ты должен скрывать? – спросила удивленная Панчо.

Впервые за вечер на лице Вальтона появилась улыбка.

– Мой плащ-невидимку! – прошептал он.

Так, слово за словом, девушка узнала от инженера всю историю в подробностях. Вальтон работал с профессором Циммерманом, гением нанотехнологии, в то время когда бывшая ООН отправила на Лунную Базу свои войска для «наведения порядка».

– Ставенджер всеми силами пытался разработать оружие нового поколения, чтобы жители Базы могли защитить себя, не причиняя войскам ООН существенного вреда, – рассказывал Вальтон, становясь все мрачнее и мрачнее. – Циммерман обещал создать такую одежду, которая может быть невидимой, но негодяи убили его во время атаки. Один из смертников проник в лабораторию и взорвал старика.

– И себя тоже?

– Ну я же сказал: смертник. Короче говоря, так называемая война закончилась довольно быстро, мы получили независимость и из Лунной Базы превратились в Селену.

– Да, знаю.

– Какое-то время я даже не знал, чем заняться. Я был ассистентом Циммермана и после его смерти находился в некоей прострации.

Итак, по прошествии некоторого времени Вальтон продолжил дело Циммермана по поиску метода, который позволит делать солдат невидимыми. И… в результате сумел это сделать.

– Ну и кому теперь надо быть невидимкой? – спросил Вальтон, и прежде чем Панчо успела ответить, сказал: – Только тому, у кого на уме недобрые мысли: убийцам, сумасшедшим, ворам и так далее.

Административный Совет Селены решил законсервировать изобретение Вальтона, упрятать его так, чтобы никто и никогда не узнал о существовании грандиозного изобретения.

– Поэтому они и выдали мне эту премию, чтобы я молчал. Похоже на пенсию. Я могу жить в полном комфорте, но только пока остаюсь на Селене и держу язык за зубами.

– Звучит заманчиво, – сказала Панчо, пытаясь подбодрить его.

Однако Вальтон лишь покачал головой.

– Ты не понимаешь, Панчо. Я гений, и никто даже не подозревает об этом. Я сделал потрясающее открытие, а оно так и не принесет никому пользы. Я даже не имею возможности никому рассказать о нем.

– Но ведь ты рассказал об этом мне!

– Ну надо же хоть кому-то рассказать о нем. Если бы я сегодня не сделал этого, то, наверное, просто сошел бы с ума. К тому же тебе можно доверять. Ты ведь не собираешься его украсть и использовать в злых целях.

– Конечно, нет, – быстро ответила Панчо.

Однако в этот момент она уже думала о том, как здорово время от времени скрываться от всех таким интересным способом.

– Хочешь посмотреть на него? – спросил Вальтон.

– На плащ-невидимку?

– Да.

– Как же я увижу его, если он невидимый?

Вальтон рассмеялся и, хлопнув Панчо по спине, ответил:

– Это мне в тебе и нравится, Панчо! Ты отличный друг, друг с большой буквы «Д».

Вальтон повернул в один из разветвленных коридоров и повел девушку на уровень ниже «Гранд Плазы», где находились все системы жизнеобеспечения Селены: многочисленные трубы, наносы, системы снабжения и очистки воздуха, очистки и рециркуляции воды, электрические станции, которые черпают энергию со специально установленных на поверхности солнечных батарей. Кругом все гудело и шипело, техника ни на секунду не прекращала свою деятельность. Потолки этого уровня были неровными, кое-где виднелся отделанный лунный камень, а сами помещения напоминали лабиринты. Вдоль коридора, по которому они шли, располагались катакомбы.

– А разве этот уровень не на замке? Я думала, вход сюда воспрещен. – Вальтон молча вел ее, открывая одну за другой разные двери. – Да и твое изобретение тоже должно охраняться…

– Они даже не знают о его существовании. Я сказал, что уничтожил его. Уничтожил!.. Не дождутся от меня такой радости! Этот плащ – единственный во всей Солнечной системе!

– Вот это да!

Вальтон кивнул с почти отсутствующим видом.

– Не что-то там, а настоящий плащ-невидимка!

– Да, плащ-невидимка… – как эхом повторила Панчо.

– Он выглядит как обыкновенный дождевик и закрывает человека с головы до ног, – объяснял Вальтон тихим голосом, как будто опасаясь, что его могут услышать.

Панчо пришлось напрячь слух, чтобы расслышать последнее слово. Гул машин мешал разговаривать.

Она следовала за Вальтоном по длинному коридору вдоль множества металлических дверей. В коридоре пахло пылью: в помещениях на этом уровне редко появлялся обслуживающий персонал. Лампы над головой располагались так высоко, что через каждые несколько метров Вальтон и его спутница попадали в полосу тени. Наконец он остановился напротив двери, которая, по всей видимости, открывалась только с помощью тайного кода.

– А тут нет охраны? Разве никто не патрулирует эти коридоры? – спросила Панчо, чувствуя себя отнюдь не уютно в такой мрачной атмосфере.

– Нет. А зачем? Во всех концах коридоров есть камеры наблюдения, но этот старый тоннель скорее походит на чулан или чердак. Здесь хранят только ненужный хлам, а обслуживающий персонал работает на несколько ярусов ниже.

Вальтон быстро набрал код на электронной панели двери и потянул на себя тяжелую металлическую дверь. Она жалобно всхлипнула, словно от недовольства, и поддалась.

– Вот мы и пришли! – прошептал он.

Внутри просторного шкафчика висел аккуратный плащ черного цвета.

– Разве не красавец? – спросил Вальтон и, нежно погладив его, повертел вешалку в руках.

– Да, вполне похож на обыкновенный плащ, – сказала Панчо, мысленно удивляясь, как может этот кусок ткани сделать человека невидимым.

Плащ блестел при слабом свете ламп, как будто сотканный из блесток.

– Поверхность ткани плаща покрыта нанокамерами и микропроекторами толщиной всего лишь в молекулу. При шлось изрядно попотеть, чтобы заставить их работать, скажу я тебе! Этот плащ я заработал потом и кровью, так что награда заслужена.

– Не сомневаюсь! – сказала девушка, осторожно дотрагиваясь до одного из длинных блестящих рукавов.

Ткань оказалась легкой и мягкой на ощупь, однако немного твердоватая, словно в ней застыли песчинки.

– Камеры фиксируют происходящее вокруг тебя со всех сторон, – объяснял Вальтон, – а проекторы воспроизводят изображение. Стоящий перед тобой увидит происходящее за тобой, а стоящий слева увидит происходящее справа и так далее. Таким образом люди будут видеть происходящее словно сквозь тебя, понимаешь?

– Он действительно работает?

– В пояс встроен компьютер. Батарейки, может, и сели, но их можно легко заменить на новые или просто зарядить.

Он показал на электронную коробку на гладкой каменной стене шкафчика.

– Неужели действительно работает? – продолжала удивляться Панчо.

Вальтон улыбнулся, как гордый отец.

– Хочешь попробовать?

– Конечно! – живо отозвалась девушка.

Пока Панчо надевала плащ, Вальтон поместил в электронную коробку на стене пару небольших батареек из пояса плаща. К тому времени, как она натягивала перчатки из того же материала и капюшон, он вынул батарейки и снова поместил в пояс.

– Хорошо, – сказал задумчиво Айк, внимательно проверяя, насколько аккуратно застегнут плащ. – А теперь надень маску на лицо и прикрепи ее к капюшону.

Плотные защитные очки закрыли глаза Панчо.

– Наверное, я выгляжу как террористка, да? – спросила она перед тем, как мягкая ткань закрыла ее рот.

– Через минуту ты вообще перестанешь как-либо выглядеть! – усмехнулся Айк. – Открой защитное покрытие на поясе и нажми выключатель.

Панчо нажала тонкое пластиковое покрытие и нажала выключатель.

– Сделано. А теперь?

– Подожди пятнадцать секунд.

– Дальше?

– А теперь протяни перед собой руку и внимательно посмотри на нее, – ухмыльнувшись, сказал Вальтон.

Панчо подняла вверх руку, и ее спина покрылась холодным потом.

– Я не вижу ее!

– Точно! Ты невидима. Поздравляю!

– Правда? Мне даже не верится.

– Ты видишь себя?

Нет, Панчо себя не видела. Руки, ноги, даже ботинки вдруг словно испарились. Она чувствовала свое тело, но не видела его.

– В этом шкафчике есть большое зеркало? – спросила она возбужденным от нового ощущения голосом.

– А зачем оно мне здесь?

– Не знаю. Я очень хочу посмотреться в зеркало.

– Панчо, да ты все равно ничего не увидишь! Ты полностью исчезла для посторонних глаз, впрочем, и для своих тоже.

Панчо засмеялась. В этот момент она уже решила ненадолго «одолжить» плащ Айка, конечно же, втайне от владельца…

Научно-исследовательский центр Хамфриса

С головы до ног укутанная в плащ, Панчо медленно и бесшумно шла по коридору роскошного подземного дома Мартина Хамфриса. Она пришла сюда вниз с Амандой, хотя напарница даже и не подозревала об этом.

Уже недели напролет Панчо пыталась вновь проникнуть к Хамфрису в дом. Этот человек настолько богат, самоуверен и властен, что Панчо не сомневалась – за ним кроется много грязных дел и тяжких грехов. Она надеялась отыскать что-нибудь, что может помочь Рэндольфу в борьбе с мерзавцем. А может, и материальную выгоду для себя. Или, на худой конец, немного ограбить дом Хамфриса. Это будет здорово: хоть какое-то развлечение в череде длинных трудовых будней. Надо бы ненадолго стереть эту самодовольную ухмылку с лица Хамфриса.

Итак, она все же «одолжила» плащ-невидимку Вальтона из шкафчика на следующее утро после того, как Айк раскрыл ей свой секрет. В ту ночь Панчо ворочалась в постели и спорила сама с собой, стоит ли ей спрашивать разрешения у Айка или нет, и проснулась с полным убеждением, что чем меньше будет знать Айк, тем лучше для его же спокойствия. Итак, вместо обычного рабочего дня с Мэнди она, взяв с собой большую хозяйственную сумку, направилась в катакомбы по длинным пыльным коридорам, где еще вчера ходила с Вальтоном. Панчо хорошо запомнила код шкафчика и смогла без труда открыть хитрый замок.

Взглянув на маленький красный глаз камеры, расположенный в конце коридора на потолке, она быстро положила плащ себе в сумку. Служба безопасности, конечно же, не способна следить ежесекундно за всеми камерами одновременно. К тому же даже если хоть один из них заметит ее, то вряд ли подумает, что девушка делает что-то незаконное.

Взяв плащ, Панчо отправилась к себе. Аманда была целиком поглощена работой в лаборатории, поэтому квартира оказалась в ее полном распоряжении. Не теряя ни минуты, девушка надела плащ. Он работал! Панчо медленно и осторожно двигалась по коридорам Селены, стараясь обходить наиболее оживленные места. Время от времени в ее сторону бросали удивленные взгляды, словно смутно заметили что-то углом глаза. Наверное, случайное отражение от ламп, подумала Панчо, неизбежный мгновенный блеск, отражающийся от нанокамер и проекторов. Однако на самом деле ее никто не видел, она плыла через толпу как незримый и неуловимый фантом.

Девушка провела весь день, просто прогуливаясь по Селене, набираясь уверенности и опыта в обращении со странным одеянием. Плащ отлично подходил к ее фигуре, однако обувь, которая прикреплялась к плащу, годилась скорее Айку. Панчо решила эту проблему, надев на ноги толстые носки. Удобнее не стало, но по крайней мере можно было ходить.

Проголодавшись, она увидела впереди киоск с соевыми бутербродами. В кафе быстрого обслуживания никого не было, кроме глупого робота-официанта, и она решила воспользоваться этим и взять что-нибудь перекусить. Однако представив, как будет выглядеть со стороны летающий в воздухе бутерброд, отказалась от этой мысли. Быстро осмотревшись по сторонам, девушка тут же выбросила бутерброд в урну, прежде чем кто-либо успел заметить.

К середине вечера Панчо вернулась домой, сняла плащ и принялась ужинать. За целый день она успела проголодаться как волк. Оказывается, прогулки в этом плаще возбуждают зверский аппетит!

Через некоторое время вернулась Аманда и принялась одеваться к ужину с Хамфрисом. К этому моменту Панчо уже успела вновь облачиться в плащ и тихо сидела в углу спальни, ожидая, когда Мэнди закончит прихорашиваться.

«Как же здорово в плаще-невидимке! – думала Панчо, стоя на эскалаторе рядом с Амандой. Они спускались на нижний уровень Селены. – Как же называли эти волшебные плащи во времена тореадоров? Кажется, Плащ Света. Ну что ж, тогда на мне Плащ Тьмы».

Погрузившись в разные мысли, она не забывала смотреть по сторонам, чтобы не наткнуться на прохожих. Если кто-нибудь столкнется с ней на дороге, то сразу поймет это, даже если и не увидит. Как же хорошо, что на Селену нельзя завозить животных. Собака наверняка бы с легкостью учуяла ее.

По мере того как они спускались все ниже и ниже, эскалаторы становились все менее оживленными. К самому нижнему ярусу на эскалаторе остались только они с Амандой. Немного обогнув напарницу, она спустилась вниз и подождала ее, а затем тихо пошла следом. Мэнди шла на маленький тайный ужин с Хамфрисом. На приватный ужин… впрочем так считали только они. Панчо улыбнулась. «Если Хамфрис попробует сделать с Амандой что-то, что той не понравится, я быстро поставлю его на место. Вот умора! Что ж, ладно, побуду немного ее ангелом-хранителем. Интересно, как далеко Мэнди позволит ему зайти в ухаживаниях? Как долго сможет дразнить его, не ввергая себя в неприятности? Все это не так уж и безопасно с этим психом!.. Впрочем, Мэнди не маленькая девочка и сама знает, как ей следует поступать, по крайней мере – должна знать».

Мэнди походила на сказочную принцессу. На ней было платье нежно-голубого цвета с короткими рукавами, довольно простое, но достаточно элегантное. Наверняка Хамфрис сможет оценить наряд. Любопытно, Панчо раньше не видела этого платья у Мэнди. Наверное, та купила его совсем недавно в одном из магазинов Селены. Однако здесь такие вещи стоят довольно дорого. Может, Хамфрис покупает ей одежду? Странно, но до сих пор он не подарил ей драгоценностей, иначе бы Мэнди давно рассказала.

Аманда решительно шагала по коридору прямо перед Панчо и наконец зашла в грот, за которым скрывались научно-исследовательский центр Хамфриса и дом магната. Хамфрис уже стоял в дверях и ждал свою гостью. На лице хозяина сияла довольная улыбка. Панчо осторожно проскользнула прямо перед носом у Мэнди, едва не коснувшись рукой Хамфриса, который быстро закрыл входную дверь. Если он и почувствовал что-то странное, то не показал этого. Во всяком случае, она в его доме, а он и не подозревает.

Хамфрис повел гостью к бару, а Панчо тихо осталась стоять в прихожей. Наверное, у такого богача есть ультрасовременная система сигнализации. Не важно, что дом находится на Селене, он мог настоять и на запрещенных методах охраны. Скорее всего на этот вечер он отпустил весь обслуживающий персонал и охрану домой, но вряд ли отключил автоматическую сигнализацию. Больше всего Панчо опасалась сверхчувствительных датчиков. Из прихожей, где она стояла, виднелась дверь в гостиную, небольшой коридор к столовой вдалеке – бар и библиотека. Туда направились Хамфрис и его гостья.

В другой стороне холла виднелась дверь. Скорее всего она ведет в личную спальню Хамфриса или его кабинет, подумала Панчо. Спальню? Панчо усмехнулась собственной мысли. Вот уж точно та комната, где отключены все сверхчувствительные датчики! Ну а если нет, то…

Медленно, почти на цыпочках, несмотря на ворсистый ковер, Панчо направилась к двери, по всей видимости, ведущей на второй этаж. Главную спальню в доме найти оказалось весьма просто: двойные двери с замысловатыми узорами в конце коридора сразу привлекли ее внимание. Она осторожно приоткрыла одну из дверей. Никаких сирен и сигналов тревоги. Может, здесь датчики с бесшумным сигналом? Однако если Хамфрис отпустил персонал на ночь, то в случае тревоги он поднимется сюда сам, и справиться с ним будет не так уж и сложно.

Комната оказалась поистине роскошная. Кровать Хамфриса была настолько огромна, что едва не превосходила размерами теннисный корт. Через полуоткрытую дверь Панчо увидела рабочий стол со встроенным компьютером, на экране которого светилась заставка: портрет обнаженной женщины, очевидно, принадлежавший перу старинного мастера. Панчо осторожно приблизилась к двери и открыла ее настежь. Изображение на экране сменилось еще одной картиной на ту же тему. Вот любитель искусства! – саркастически усмехнулась девушка.

Панчо села за стол и увидела, что к дисплею прикреплена клавиатура. Панчо нерешительно нажала кнопку «Ввод». Картина тут же исчезла, и послышался сладкозвучный женский голос.

– Добрый вечер, господин Хамфрис! Сейчас ровно восемь часов двенадцать минут, и я, как всегда, готова работать, как только пожелаете.

Нахмурившись, Панчо снизила звук до отметки «ноль» и вошла в меню компьютера. Подумать только! У Хамфриса нет никакой блокировки и защиты программ! Она представила несдержанного и раздраженного Хамфриса, сидящего с кислым лицом напротив экрана, изрыгающего ругательства не в силах справиться с замысловатым кодом. Наверное, он считает, что этот дом – неприступная крепость и сюда никто никогда не рискнет залезть. Тем более в его личную спальню…

Довольно улыбаясь, Панчо открыла компьютерную папку с документами.

Как оказалось, большинство личных файлов имели секретные коды. Значит, в его компьютере все же есть некая защита. Для открытия большинства файлов требовались специальные пароли. Тщательно поискав, она обнаружила, что один из них не требовал пароля и имел вполне однозначное название «Постель». Заинтересовавшись, Панчо открыла его. На миг экран потемнел, и появились слова «Вводятся голографические данные». Прошла еще секунда, и появилась новая надпись «Введено». Экран снова потемнел, и внизу появилась панель инструментов.

Панчо увидела на экране странные отблески и повернулась назад. Присмотревшись к изображению, она увидела, что принятый ею поначалу за предмет искусства цилиндрический стеклянный предмет – лишь голограмма обнаженной женщины и Хамфриса. Изображение было трехмерным и цветным.

Вот подонок! Он записывает на камеру собственную интимную жизнь! Несколько мгновений Панчо смотрела на экран. Пара на экране не делала ничего особенно интересного, и девушка нажала кнопку «Ускорить».

Было невероятно смешно смотреть, как Хамфрис и его подружка кувыркаются в ускоренном темпе. Женщина, конечно же, выглядела гораздо приятнее, чем он. Недаром Хампер в переводе означает «землекоп». Бедняжка, вряд ли ей было приятно с ним. Скорее всего Хамфрис привлекал женщин только деньгами. Она узнала в незнакомке на экране ту самую рыжеволосую девицу, которую видела во время своего первого визита к магнату. Интересно, эти женщины подозревают о том, что их записывают?

Просмотрев около полудюжины файлов «домашнего видео» Хамфриса, Панчо стало скучно. Она закрыла программу, вернулась в меню на экране и открыла программу под названием «Виртуальная реальность – личное». Через минуту с гневом закрыла и ее. Ничего, кроме отвращения, после таких просмотров ощущать нельзя. Какой же мерзавец Хамфрис!

Он использовал снятые на камеру постельные сцены с разными девушками в качестве моделей для своих извращенных фантазий в виртуальной реальности. То, что ему не удается реализовать в реальной жизни, негодяй с легкостью восполняет в своих грязных виртуальных играх. Оставив в покое сексуальную жизнь Хамфриса, Панчо попыталась взломать несколько кодов и войти в другие файлы.

Посмотрев на цифровые часы в углу экрана, она с удивлением обнаружила, что прошло уже почти два часа с тех пор, как она пробралась в спальню. Однако время проведено плодотворно. Теперь деньги на содержание Сьюзан в криогенной жидкости снимались со счетов научно-исследовательского центра Хамфриса. Таким образом, большой груз с плеч Панчо снят, а для счетов Хамфриса и его центра эта сумма столь незначительна, что ее даже вряд ли заметят.

Большинство файлов остались для Панчо непонятными. Многие содержали лишь уравнения и математические вычисления, в других значилась информация о деловых сделках. В них было настолько много профессиональной лексики, что для расшифровки потребуется целая группа юристов и других специалистов. Все же эти файлы наверняка содержали важную для Рэндольфа информацию. Скопировав несколько папок, Панчо напомнила себе об осторожности. Хамфрис не должен слишком быстро понять, что кто-то залезал в его компьютер. Такой, как он, в состоянии молниеносно определить, кто и когда проник в его документы. Он может запросто нанять «удалых парней», которые найдут «преступника» и вправят ему мозги…

Наконец, удовлетворенная своей работой, Панчо вышла из меню компьютера и покинула комнату. Дверь она предусмотрительно оставила слегка приоткрытой. Интересно, Мэнди и Хамфрис до сих пор ужинают? – спросила себя Панчо, осторожно спускаясь по ступеням.

Да, они все еще сидели за столом. Девушка заметила остатки какого-то изысканного десерта, таявшего в тарелках, и неполные бокалы шампанского, сверкающего под приглушенным светом хрустальной люстры на потолке.

– … безусловно, прекрасно, Мартин! Я очень благодарна тебе за заботу, но не могу принять от тебя такой дорогой подарок. Правда не могу!

Панчо подошла ближе и посмотрела на объект разговора. Хамфрис держал в руках открытый футляр, в котором сверкало неотразимое сапфировое колье.

– Я приобрел его специально для тебя, – говорил он почти умоляющим тоном.

– Мартин, ты очень хороший человек, но я не вправе связывать свою судьбу в данный момент с кем бы то ни было. Ты лучше остальных должен понимать это!

– Но я не понимаю. Почему?

– В скором времени я отправляюсь к Поясу Астероидов. Кто знает, вернусь ли я.

– Тем более! Еще одна веская причина брать все здесь и сейчас, пока счастье в наших руках.

Аманда выглядела расстроенной.

– Я не могу, Мартин. Извини, не могу.

– Я могу снять тебя с миссии. Тогда ты останешься здесь, со мной! – сказал Хамфрис таинственным шепотом.

– Нет. Пожалуйста, не делай этого!

– Да, я так и сделаю! – сказал он громче.

– Прошу тебя, не надо, – встревоженно просила Аманда.

– Тебе вовсе не обязательно лететь туда, – настаивал Хамфрис. – Я знаю, это опасно. Я и не подозревал, что ты боишься…

– Боюсь? – возмутилась Аманда? – Это вовсе не страх. Я просто…

– Тогда в чем проблема? – спросил Хамфрис. – Во мне?

Аманда молча сидела, рассматривая полированную поверхность стола. Панчо показалось, что более несчастного выражения лица она никогда прежде у Мэнди не видела. Ей даже показалось, будто по щеке девушки пробежала слеза. Выражение на лице Хамфриса представляло нечто среднее между разочарованием и злостью.

– Мартин, пожалуйста! – наконец сказала она. – Мы едва знаем друг друга. Прошло только несколько недель. Ты прекрасный человек, но я действительно еще не готова к серьезным отношениям. Слишком рано. Может быть, после миссии… когда я вернусь. Не знаю. Может быть, потом…

Хамфрис сделал глубокий вдох. Панчо видела, что он всеми силами пытается сохранять самообладание.

– Я не люблю ждать, – сказал Хамфрис, – и не привык ждать!

Нет, подумала Панчо. Ты привык только затаскивать женщин в свою постель, записывать происходящее там на видео и в последующем использовать их в экспериментах виртуальной реальности…

– Пожалуйста, подожди, Мартин! Прошу тебя! – чуть не всхлипывая, умоляла Аманда.

«Если он попробует применить с Мэнди силу, я тут же вышибу ему мозги!» – подумала Панчо. Жаль, что она не взяла с собой Элли! Плащ слишком неудобный для змеи, и она оставила Элли в клетке.

Хамфрис так громко хлопнул крышкой футляра, что Панчо показалось, будто прозвучал выстрел.

– Хорошо, – сдержанно сказал он. – Я подожду. Лучше бы я никогда не начинал этот проект с ядерным двигателем.

Аманда грустно улыбнулась.

– Тогда мы бы не встретились, правда?

Он пожал плечами, затем встал и проводил Мэнди до двери.

– Я увижу тебя снова?

– Лучше повременим, Мартин. Давай отложим встречи до того момента, когда я вернусь.

Хамфрис кивнул, хотя лицо его стало еще мрачнее. Взяв девушку за руки, он тихо сказал:

– Я люблю тебя, Аманда. Действительно люблю.

– Знаю, – отозвалась она и быстро поцеловала его в щеку.

Мэнди так быстро пустилась вперед, что Панчо едва успела выскочить вслед за ней, прежде чем Хамфрис закрыл входную дверь.

Квартира

Панчо пришлось перепрыгивать сразу через несколько ступеней эскалатора, чтобы вернуться домой раньше Аманды. Дважды она спотыкалась и едва не падала. Еще бы! Не так-то просто бежать, не видя своих ног!

В поздний час коридоры были почти пусты. Панчо с легкостью растолкала нескольких людей, которые так и остались стоять с разинутыми от удивления ртами. Наверняка они поняли, что между ними кто-то пробежал, однако никого не увидели. Девушка добралась до их с Амандой квартиры, намного опередив напарницу, быстро переоделась в обычную домашнюю одежду и закинула плащ себе под кровать. Элли мирно спала в клетке. Панчо покрыла ее несколькими сантиметрами песчаного реголита, поставила искусственный кактус и всегда держала в клетке свежую воду. Для Элли были созданы все мыслимые условия комфорта.

В тот момент, когда Аманда открыла дверь, Панчо как раз склонилась над пластиковой клеткой и наливала змее воду. Обернувшись, она заметила, что глаза Аманды покраснели, и сразу поняла: девушка плакала.

– Как прошло свидание? – невинным тоном поинтересовалась Панчо.

– О Панчо, думаю, он хочет жениться на мне, – встревоженно сказала Мэнди.

– По-моему, он не из тех, кто женится, – заметила, вставая с колен, Панчо.

– Но он был женат, даже дважды.

– Это-то я и имею в виду.

– Он… он отличается от всех мужчин, с которыми я когда-либо встречалась, – сказала Мэнди, садясь на кровать.

– Да уж, у него куча денег.

– Дело не в этом. Он…

– Важный?

– Нет, властный. В его глазах есть что-то, что пугает меня.

Вспомнив «любительские фильмы» Хамфриса, Панчо кивнула.

– Я не могу больше встречаться с ним. Точно не могу! Аманда говорила так, словно пыталась убедить себя.

– Он привык получать все, что пожелает, – продолжила девушка, не столько обращаясь к Панчо, сколько к себе. – Ему не нравится, когда его отвергают.

– Это вряд ли кому-то нравится.

– Он… С другими мужчинами я могла флиртовать, не задумываясь о последствиях, и относиться к этому с шуткой. Но Мартину этого мало. Он знает, чего хочет, и, если не получит желаемого, может даже… Не знаю, что он способен сделать, но он начинает пугать меня.

– Думаешь, он и вправду хочет жениться на тебе?

– Сказал, что любит.

– Мэнди, не будь такой наивной! Мужчины и мне это говорили, однако на самом деле все, что им нужно, – залезть тебе под юбку.

– Думаю, он действительно считает, что любит меня.

– Странная постановка вопроса!

– Панчо, я не могу встречаться с ним. Мне кажется, он способен на все. Надо держаться от него подальше.

Девушка выглядела очень испуганной. Ей действительно стоит опасаться этого типа! – подумала Панчо.

На следующее утро Панчо первым же делом позвонила Дэну Рэндольфу и попросила его о встрече. Один из помощников – большой рыжеволосый краснощекий парень с красивым тенором – сказал, что перезвонит ей через некоторое время, чтобы передать ответ босса. Через пять минут раздался звонок, и парень передал, что Рэндольф примет ее в своем кабинете в четверть одиннадцатого.

Офисы корпорации «Астро» находились в другом конце коридора, где располагались квартиры сотрудников. В большинстве компаний служебные помещения были гораздо роскошнее, чем квартиры кадровых сотрудников. Но в «Астро» дела обстояли наоборот. В коридоре, в одном конце которого находились офисы корпорации, а в другом – квартиры для сотрудников, все было довольно просто. Панчо шла по коридору в кабинет Рэндольфа и постепенно пришла к выводу, что не расскажет ему о плаще-невидимке. Сразу после звонка начальнику она сходила в хранилище и положила плащ на место, в шкафчик Вальтона. Айк и не подозревал, что она брала его детище.

Панчо вошла в кабинет босса и увидела, что тот весьма напряжен. Он разговаривал по телефону, рядом сидел его друг и телохранитель Джордж.

– Здравствуйте, босс! – бодро сказала она.

Кабинет был маленький, особенно учитывая то обстоятельство, что принадлежал главе крупнейшей корпорации. В одном углу находился стол, Рэндольф стоял около дивана и пары кресел в другом конце. Стены украшали фотографии ракет и космических кораблей, произведенных корпорацией «Астро». На многих запечатлен тот момент, когда объект взмывает в воздух и выпускает длинный шлейф дыма. Никаких личных фотографий, даже самого Рэндольфа. Стол босса завален кипами бумаг, несмотря на то что в него встроен компьютер. Да, офис без бумаг – такой же миф, как и многие другие в современном мире, подумала Панчо.

– Присаживайся. Ты уже завтракала? – сказал Рэндольф, приглашая гостью сесть на диван.

– Это что, вопрос на засыпку? Вы же знаете, что сотрудники «Астро» встают ни свет ни заря, – вместо ответа парировала Панчо.

Рэндольф рассмеялся.

– Что будешь? Чай? Кофе?

– Можно я на минутку воспользуюсь вашим компьютером?

Рэндольф заметно удивился, но кивнул.

– Конечно, пожалуйста, – сказал он и обратился к устройству: – Компьютер, прими голос гостя!

Панчо подошла к столу и наклонилась над вертикально поднявшимся дисплеем. Она произнесла свое имя, и экран активировался. Через несколько секунд девушка пригласила Рэндольфа взглянуть на монитор.

– Что это? – спросил он, уставившись в экран.

– Меню компьютерных программ Мартина Хамфриса.

– Хамфриса?

Дэн плавно опустился в кресло.

– Да. Прошлым вечером я залезла в его компьютер. Можете заглядывать сюда, когда пожелаете.

Рэндольф посмотрел на Панчо и снова вернул взгляд к дисплею.

– И он об этом не знает?

– Конечно же, рано или поздно он поймет, что к нему залезали, но в данный момент вряд ли догадывается.

– Каким образом тебе удалось это сделать, Панчо?

– Магия! – улыбнулась девушка.

– Эх, жаль, ты не сделала этого на несколько дней раньше, – вздохнул Дэн.

– А что?

– Теперь мы с ним партнеры.

– Вы и Хамфрис? Партнеры?!

– Да. Хамфрис, Селена и «Астро» участвуют проекте в равных долях. Мы заключили сделку, основав новую совместную компанию под названием «Старпауэр».

– Боже праведный!

– Об этом пока еще неизвестно широкой публике. Если все получится, то, ко всему прочему, проект даже может существенно понизить налоги на Селене.

– В деле участвуют только важные персоны? – недовольно спросила Панчо.

Рэндольф улыбнулся.

– Наверное, да. Надеюсь, нам удастся найти ресурсы, чтобы осуществить задуманное.

– Вроде полета к Поясу и обратно?

Дэн кивнул.

– Ладно, – сказала Панчо. – Пока что все-таки можете просмотреть файлы Хамфриса.

Рэндольф очистил экран и нажал «Выход».

– Детка, ты теряешь время, работая пилотом. Из тебя может получиться отличный шпион!

– Лучше уж летать, чем заниматься такой ерундой!

Рэндольф внимательно смотрел на нее. У него удивительно проницательные глаза: серые, но вовсе не холодные. В глубине зрачков иногда плясали веселые золотистые точки. Да, у босса определенно красивые глаза! И добрые…

– Я не уверен, что хочу изучать файлы Хамфриса, – сказал он.

– Правда?

– Человек по имени Стимсон был Государственным секретарем Соединенных Штатов больше века назад. Когда он выяснил, что Государственный Департамент США перехватывает почту иностранных посольств в Вашингтоне, то положил этому конец. Он сказал так: «Джентльмен не читает чужих писем» или что-то в том роде.

– Если вы джентльмен, то Хамфрис вряд ли.

– Думаю, ты только наполовину права.

– Как – наполовину?

Вместо ответа Рэндольф нажал клавишу на панели телефона, и в дверь офиса тут же вошел Джордж.

– Вы знакомы друг с другом? – спросил Рэндольф и, не дожидаясь ответа, представил их друг другу.

– Очень приятно! – сказал Джордж, улыбнувшись.

– Джордж, у нас есть кто-нибудь, кто может загрузить целый жесткий диск с компьютера так, чтобы хозяин ничего не заподозрил?

Большой Джордж посмотрел на Панчо, затем спросил:

– Ты хочешь, чтобы это осталось в тайне, так?

– Абсолютно точно!

– Ну тогда я сделаю это сам.

– Ты?!

– Не смотри такими удивленными глазами! – сказал Джордж. – Прежде чем мы встретились, я был самым настоящим инженером.

– Ты был беглецом от правосудия!

– Правильно, но инженером я был еще до того. Я прибыл на Луну, чтобы управлять работающими на поверхности тракторами, однако защитился по специальности «программное обеспечение». Ради всего святого, Дэн, ты не веришь мне?!

– Извини, просто не знал.

– Теперь знаешь. Ну так что надо сделать?

– Я хочу, чтобы ты работал вместе с Панчо. Она объяснит суть вопроса.

Джордж посмотрел на девушку и поинтересовался:

– Ладно. Когда начинаем?

– Прямо сейчас, – ответил Рэндольф и, повернувшись к Панчо, добавил: – Ты можешь рассказать Джорджу все, что рассказала мне.

– Конечно, – отозвалась Панчо, но про себя добавила: «Может быть».

Завод № 4

– Теперь уже похоже, – сказал Дэн.

В его наушниках послышался нервный смешок Крис Карденас.

На полу завода стояли пятеро одетых в скафандры людей, похожих на отряд астронавтов или туристов, вышедших на поверхность Луны. Перед ними на широком просторном полу пустого завода стояли несколько топливных резервуаров сферической формы, небольшой резервуар с ядерным топливом и еще не законченный МГД-генератор. Все это соединялось хитросплетениями проводов и труб. Вокруг стояли ящики с различными измельченными металлами и емкости с сажей, которая представляла собой угольную пыль. Дэн, Карденас и трое специалистов по нанотехнологиям стояли в скафандрах и смотрели на результаты бесконечной работы наноботов.

Дэн знал, что снаружи уже наступил день. Через окна проникал яркий солнечный свет, освещающий пустынный лунный ландшафт. Однако в самом здании завода, крыша которого не пропускала солнечный свет и сияние Земли, компоненты ядерной системы для уникального космического корабля выглядели мрачно и уныло, словно неотшлифованный бриллиант.

– На следующем этапе работ мы займемся насосами, – сказала Карденас. – Приступим к этим работам, как только закончим с МГД-генератором, а потом займемся самим корпусом.

Дэн услышал в ее голосе нервные нотки. Наверное, ей не очень нравилось находиться на поверхности. Несмотря на годы жизни на Луне или частично как раз по этой причине, на поверхности ей было не по себе.

Заводы Селены располагались на поверхности и были приспособлены к работе в вакууме почти на полном автоматическом управлении. Операторы, следившие за их работой, спокойно сидели за своими мониторами внизу и контролировали процесс, не поднимаясь наверх.

– Вы в порядке, Крис? – спросил Рэндольф.

– Внизу я чувствую себя намного лучше, – честно заметила она.

– Хорошо, тогда пойдем. Извините, что вытащил вас наверх. Просто хотел лично посмотреть, как у нас идут дела.

– Все нормально, – сказала она, но все же развернулась и направилась в сторону трактора, который подвез их к заводу. – Я знаю, что вакуум во многом способствует различным технологическим процессам для промышленности на Луне, и все же не могу справиться с волнением. Поверхность пугает меня почти до смерти.

– Даже в уютном и милом скафандре? – спросил Дэн.

– Может, дело как раз в нем? Наверное, я просто боюсь закрытого пространства, страдаю клаустрофобией…

Больше всего переселенцы с Земли боялись загрязнения. Существование на планете, которая изобилует различными формами жизни – начиная с бактерий и заканчивая китами, – с воздухом, который разносит споры, пыль, смог, влажность и разное другое, сделалось невыносимым, и теперь, на Луне, они стремились оградить себя от всех этих негативных явлений. Вот почему Дэн со своей иммунной системой, ослабленной дозами радиации, которым он подвергся в космосе, постоянно носил фильтры в ноздрях и гигиеническую маску во время пребывания на Земле.

В жестком вакууме лунной поверхности, что в тысячу раз лучше вакуума орбиты Земли, окружающая среда была чиста от внешних частиц загрязнения. Заводы Селены находились на поверхности Луны.

– Нам не обязательно проходить снова через предыдущие цехи. Можем сразу направиться к трактору, – сказал Рэндольф, слегка дотронувшись до руки Карденас.

Он обошел вокруг большого воздушного шлюза, спрыгнул с бетонной плиты, из которой состоял пол завода, и в малой лунной гравитации плавно спустился на три метра вниз. Его ботинки мягко опустились на реголит и подняли вверх облако серой пыли, медленно оседавшей на скафандр.

Карденас подошла ближе и прыгнула туда, где ее ждал Дэн.

Как и все заводы на лунной поверхности, этот был построен на бетонной платформе, чтобы держать здание над пыльной поверхностью. В условиях полного отсутствия ветра опасность привнесения загрязняющих частиц по-прежнему оставалась. Крытая крыша из ячеистого лунного алюминия защищала завод от постоянных падений микроскопических метеоритов и сильной солнечной радиации.

Наиболее опасный источник загрязнения исходил от землян, которые время от времени попадали в здания заводов. Несмотря на защитные костюмы, каким-то образом им все же удавалось принести с собой различные опасные частицы. Прежде чем получить допуск в здание завода, Дэну и остальным пришлось пройти процедуру «мойки» в специальном закрытом помещении, оборудованном электростатическими очистителями и порошковыми дезинфекционными средствами, которые снимали с поверхности частицы масла, пота и других элементов, прилипавших к скафандру после соприкосновения с телом человека и различными механизмами внешних объектов. Трактор медленно ехал в сторону главного въезда в тоннель, ведущий к Селене, а Рэндольф думал о том, что ему довелось осмотреть на поверхности. МГД-генератор рос на глазах. Медленно, но все же заметно. Он все увеличивался и увеличивался, по мере того как наноботы размером с вирус брали углерод и другие атомы из резервуаров с ресурсами и строили из них нужные схемы, как дети строят игрушечный замок из кубиков.

– Долго еще? – спросил он.

Карденас, сидевшая рядом с ним, сразу поняла смысл вопроса.

– Три недели, если все пойдет по плану.

– Три недели? Уже сейчас он выглядит так, будто готов.

– Еще надо закончить генератор, что само по себе весьма объемная и сложная работа. Электроды с высокой плотностью тока, сверхпроводниковые магниты и прочее. Затем насосы, с которыми тоже придется попотеть, и сопла ракеты, достаточно сложные, учитывая особенность двигателей нашего аппарата: микротрубки с криогенным водородом, который бежит в нескольких сантиметрах от потока плазмы около десяти тысяч градусов тепла. Потом…

– Ладно, ладно, – сказал Дэн, поднимая вверх руки в перчатках. – Три недели так три недели.

– Таков план.

Дэн знал план до последних мелочей, однако надеялся услышать от Карденас особо приятные новости. За последние шесть недель его юристы проработали все детали нового проекта – компании «Старпауэр». Юристы Хамфриса придирались к каждой мелочи, официальные власти Селены проявляли дружелюбие и содействие, а также отнеслись к проекту не просто как к любопытному эксперименту. Во многом такое отношение объяснялось поддержкой Дугласа Ставенджера.

Итак, теперь все на месте. У Дэна есть необходимые деньги для финансирования и строительства настоящего корабля с ядерным двигателем, он все еще сохранял контроль над «Астро». Корпорация испытывала значительные финансовые трудности, но Дэн подсчитал, что она сможет продержаться до тех пор, пока новый проект не начнет приносить плоды.

И все же, несмотря на успехи, он подталкивал Карденас завершить строительство быстрее планируемого. Это будет нелегкое испытание: «Астро» уже начала строительство нового спутника, работающего на солнечных батареях. Дэн знал, что, когда строительство будет завершено, придется балансировать практически на краю пропасти. При таких обстоятельствах никаких иных проектов для корпорации не предвиделось.

– Эта развалюха способна ехать быстрее? – раздраженно спросила Карденас.

– Она двигается на своей полной мощности, мэм, – отозвался хладнокровный техник за пультом управления.

Чтобы как-то отвлечь женщину от страха пребывания на поверхности, Дэн спросил ее:

– Вы смотрели сегодня новости с Земли?

– Вы имеете в виду мятеж голодающих в Дели? Да, смотрела.

– Они страдают, Крис! Если муссоны снова будут дуть в этом году, начнется страшнейший голод, который распространится уже по всей планете.

– Мы мало что можем сделать для помощи, – сказала Карденас.

– Но…

– Они сами втянули себя в это, – строго сказала она. – Размножаются как кролики и не хотят ничего понимать.

Она действительно жестока, подумал Рэндольф. Интересно, как бы она говорила, если бы ее муж и дети решили остаться с ней на Луне? Наверное, у нее действительно есть причины для желчи…

Большой Джордж ждал Дэна в его личном кабинете, сидя на диване. Столик напротив был завален кипой бумаг и распечаток.

– Что это? – спросил Дэн, садясь на стул рядом.

– Материалы, которые я достал из файлов Хамфриса. – Джордж был явно встревожен. – Он всерьез за тебя взялся, знаешь?

– Догадываюсь.

Показав на распечатки, Джордж сообщил:

– Он скупает все акции «Астро», какие только может найти. Это делается очень тихо и почти незаметно, но его агенты не скупятся и покупают за любую цену.

– Здорово, – отозвался Дэн. – Может, акции хоть немного поднимутся в цене.

Джордж усмехнулся.

– Да уж, а то мы давно плаваем в стоячей воде.

– Ты ведь не думаешь продавать свою долю, правда?

– Она настолько мала, что вряд ли сыграет кому-либо на руку, – заметил Джордж.

Дэн не удивился услышанному.

– Если когда-нибудь решишь продать, первым делом придешь ко мне, понятно? Я куплю их по рыночной стоимости.

– Хамфрис дает за них чуть ли не вдвое больше!

– Да?

– Ну, не обязательно. Лишь в некоторых случаях, когда дело связано с большим пакетом акций.

– Вот подонок! – с яростью сказал Рэндольф. – Он знает, что у меня нет наличных, чтобы выкупить акции мелких акционеров.

– Не все так плохо. Я сделал некоторые расчеты. Ему потребуется около двух лет, чтобы получить большинство акций.

Дэн смотрел в какую-то точку и размышлял о сложившейся ситуации.

– И тогда Хамфрис завладеет «Астро», а я окажусь на улице…

– Сначала я оторву ему голову! – рявкнул Джордж.

– Очень мило, дружище, но тогда нам придется иметь дело с его юристами.

Джордж развел руками в саркастическом жесте и грустно усмехнулся.

«Гранд Плаза»

Это глупо, подумала Панчо. Хамфрис не доверяет телефонам и электронным средствам связи. Их слишком легко подслушать. Так что придется встретиться с ним лично, но в таком месте, где их не заметят вместе.

Он давно перестал приглашать Панчо к себе домой, объясняя это тем, что могут заметить ее слишком частые ужины с ним. Однако Панчо знала, что это связано с Мэнди. Выходит, встретиться у него дома не получится.

Снова ездить в туристические туры – глупо. К тому же рано или поздно кто-нибудь из туристов узнает в своем автобусе великого и могущественного Мартина Хамфриса. А сотрудник «Астро» не может брать выходные, когда хочется.

Итак, она шла по асфальтовым тропинкам «Гранд Плазы». Кругом росли деревья, цветы, а площадки густо покрывала зеленая сочная трава. Не так роскошно, как внизу у Хамфриса в его гроте, но все же красиво.

Для города, в котором живут всего лишь три тысячи человек, здесь слишком много снующих посетителей, подумала Панчо. Она уже с легкостью могла отличать постоянных жителей города от редких туристов: местные жители прогуливались медленно и прекрасно себя чувствовали в условиях малой лунной гравитации, а также, как правило, одевались в спортивные костюмы. Туристы же носили броские майки, летние шорты и передвигались достаточно неуклюже, даже несмотря на специальную обувь. Некоторые женщины в дорогих платьях из магазинов «Плазы» щеголяли по окрестностям, аккуратно переступая по извилистым тропинкам парка.

Селениты улыбались и приветствовали друг друга при встрече, туристы были более осторожны и не уверены в себе. Смешно, подумала Панчо, все, у кого есть достаточно денег и свободного времени, приезжают сюда на каникулы, а поэтому должны быть вполне беззаботными.

Панчо увидела впереди открытый театр и вспомнила сводки новостей о танцевальном клубе Селены, который недавно репетировал балет при «малой гравитации». Впрочем, в обычный вечер в «Плазе» ничего сверхинтересного не происходило.

Все тропинки между зелеными лужайками вели к длинным окнам купола. Сделанные из лунного стекла и стали, они превосходно просвечивали и в то же время по прочности не уступали бетону, из которого состояла остальная конструкция. Снаружи еще день, и до его конца оставалось около двух сотен с лишним часов. Несколько туристов остановились, чтобы посмотреть на покрытый трещинами, некрасивый пол Альфонса.

– Он выглядит таким мертвым! – сказала одна из проходивших мимо женщин.

– И пустым, – пробормотал ее муж.

– Интересно, почему тут когда-то стали жить люди?! Панчо нетерпеливо фыркнула. «Попробуй-ка пожить в Хьюстоне, где тебя запросто может смыть наводнением, – подумала она, – тогда и Луна покажется раем!»

– Добрый вечер! – поздоровался Мартин Хамфрис.

Панчо даже не заметила, как он подошел: она смотрела из окна и слушала болтовню туристов.

– Как дела?

Он был одет в темные широкие брюки и бежевый пуловер, на ногах – сандалии. Маскируется под «простого парня», подумала Панчо. Она была в том же голубом платье, в котором проходила весь день. На кармане на левой части груди значилась эмблема «Астро», а над ней – ее имя.

– Давай сядем. Здесь нет камер, которые могли бы нас зафиксировать, – сказал Хамфрис, показав жестом на одну из бетонных скамеек в дальней части тропы.

Они сели. Мимо прошла семья местных жителей с двумя детьми около четырех-пяти лет. Селениты. Наверное, дети родились уже здесь, подумала Панчо.

– Что тебе удалось узнать за последнее время? – небрежно спросил Хамфрис.

– Мы начали детальное изучение плана миссии к астероидам. Рэндольф выбрал пару астероидов, с которых мы должны взять пробы, и теперь мы с Мэнди вычисляем нужную траекторию, устанавливаем временные сроки, количество необходимых для полета ресурсов, пробуем определить возможные случаи поломки тех или иных механизмов корабля и прочее, – честно сообщила Панчо.

– Звучит довольно скучно.

– Да, но от этих данных зависит жизнь!

Хамфрис коротко кивнул.

– Строительство корабля вписывается в ранее определенные сроки?

– Думаю, вы знаете об этом больше меня.

– Да уж, наверное, – отозвался он.

– Вот и все, что у меня есть. Дэну не понравится какая-либо задержка в строительстве.

– Аманда отказывается встречаться со мной, – внезапно сказал Хамфрис.

От неожиданности Панчо едва не лишилась дара речи. Однако, быстро собравшись, тут же ответила:

– У Мэнди очень много дел. Сейчас ей некогда связывать себя с кем-то отношениями.

– Я хочу снять ее с миссии.

– Вы не можете так поступить с ней! – возмутилась Панчо.

– Почему нет?

– Это поставит крест на ее карьере, вот почему! «Снята с первой миссии к астероидам» – как такая надпись будет выглядеть в ее резюме?!

– Ей не нужно никакого резюме! Я собираюсь жениться на ней!

– На какой срок? – холодно поинтересовалась Панчо.

В глазах Хамфриса вспыхнули недобрые искры.

– Если два моих первых брака оказались неудачными, это вовсе не означает, что и нынешний будет таким же!

– Да, возможно.

– К тому же, если ничего не выйдет, она получит от меня вполне солидное содержание, и ей никогда больше не придется работать.

Панчо промолчала. Она думала. Если ничего не выйдет, негодяй использует лучших юристов, чтобы оставить Мэнди без гроша в кармане, и будет ненавидеть ее так же сильно, как и двух предыдущих жен.

– Я хочу, чтобы ты помогла уговорить ее выйти за меня замуж, – сказал Хамфрис.

Панчо напряженно думала. Здесь нельзя допустить ошибки, иначе он просто взбесится от злости.

– Мистер Хамфрис, вряд ли у меня получится. Это ведь не деловая сделка, к тому же я не могу заставить Мэнди сделать то, чего она не хочет. Никто не может этого сделать. Кроме вас, наверное…

– Но она не желает встречаться со мной!

– Знаю, знаю, – сказала она максимально сочувственным тоном. – На нее сейчас и так давит масса проблем.

– Вот почему я и хочу снять ее с миссии.

– Не делайте этого, пожалуйста!

– Я уже решил.

– Что ж, тогда вам надо поговорить с Дэном Рэндольфом. Он начальник, а не я.

– Это-то я и сделаю! – коротко сказал Хамфрис.

– И все же надеюсь, что вы не станете так поступать. Почему вы не хотите отпустить нас к Поясу Астероидов? Когда мы вернемся, Мэнди отдаст вам все свое внимание.

– Нет. Вы можете не вернуться.

– Мы обязательно вернемся!

– Я сказал, что все возможно! Существует вероятность того, что вы не вернетесь. Я не хочу рисковать ею!

Панчо взглянула ему в глаза. Они все еще были холодными, как глаза профессионального игрока в кости, которого она когда-то знала. Это было в те времена, когда она училась в университете штата Невада в Лас-Вегасе и вечерами подрабатывала в казино. Нет, это вовсе не глаза влюбленного с разбитым сердцем.

– Тогда поговорите с Рэндольфом, – сухо повторила она.

– Так и сделаю.

Чувствуя усталость и беспокойство за судьбу Мэнди, Панчо резко встала со скамейки. Хамфрис последовал за ней, и она заметила, что он гораздо ниже ростом, чем казался ранее. Посмотрев на его сандалии, она саркастически подумала: «На ботинках негодяя, должно быть, специальная подошва».

– Кстати, кто-то залез в мои личные файлы, – тихим голосом произнес Хамфрис.

Панчо была искренне удивлена, что он обнаружил это так быстро, и удивление скорее всего отразилось на ее лице.

– Рэндольф гораздо умнее, чем я думал, но даже это не поможет ему.

– Вы хотите сказать, что это он залез в ваши файлы?

– А кто еще? Скорее всего один из его людей. Я хочу, чтобы ты выяснила, кто и как это сделал.

– Я не могу, – пробормотала Панчо.

– Почему?

– Меня поймают, я не сумасшедшая.

Хамфрис смотрел на нее долгим изучающим взглядом.

– Ты узнаешь, кто этот человек и как ему это удалось, или…

– Или что?

– Или мне в голову могут прийти разные странные мысли, – ответил он с мрачной усмешкой.

Офис корпорации «Астро»

– Если он обнаружит счет, который я открыла от его имени для оплаты расходов на содержание сестры, я погибла! – твердила Панчо, меряя шагами кабинет Рэндольфа.

– Я попрошу Джорджа уничтожить эту программу, – сказал Рэндольф, сидя за столом. – Расходы на сестру может оплачивать «Астро».

Панчо покачала головой.

– Это лишь привлечет внимание.

– Не привлечет, если мы полностью сотрем программу. Он никогда не узнает.

– Нет! Даже не приближайтесь к этому. Такие действия, несомненно, насторожат его.

Дэн понимал ее беспокойство.

– Хочешь оставить все, как есть? Но тогда он может наткнуться в любую минуту.

– Хамфрис знает, что это дело моих рук, – сказала Панчо, снова отмеряя шагами комнату. – Наверняка уже догадался. Просто решил поиграть со мной в кошки-мышки.

– Не думаю. Он не такого типа. Хамфрис скорее из любителей «незамедлительной расправы».

Девушка внезапно остановилась и повернулась к Дэну. Ее лицо стало белым как полотно.

– Господи Иисусе! Он может отключить сестру от системы жизнеобеспечения! Он же выместит зло на ней!

Дэн знал, что она права.

– Или угрожать этим.

– Шантаж даст ему власть надо мной, он заставит меня выполнять свои требования.

– А что ему надо?

– Он хочет получить Мэнди. Хочет снять ее с миссии и уговорить выйти за себя замуж.

Дэн откинулся на спинку стула и смотрел в потолок. Он проверил офис на наличие подслушивающих устройств, однако неприятное чувство, что Хамфрис в курсе всего, что он делает и говорит, не пропадало. Панчо не единственный сотрудник «Астро», которого негодяй завербовал, и Дэн прекрасно это понимал. Вся его корпорация уже превратилась в сборище шпионов и предателей. Кому же можно доверять?

Он пододвинулся на кресле к столу и взял в руки телефонную трубку.

– Вызвать Джорджа Амброза. Он нужен мне здесь немедленно!

Не прошло и минуты, как в кабинет вошел Большой Джордж.

– Дружище, надо еще раз проверить все помещения корпорации на предмет наличия «жучков».

– Снова? Мы ведь проверили все только час назад!

– Я хочу, чтобы это сделали еще раз. Выполни это лично. Я никому не доверяю.

Почесав свою густую бороду, Джордж согласился.

– Как скажешь, босс.

Прошли долгие, мучительные полчаса. Панчо наконец заставила себя сесть на диван, пока Джордж обыскивал офис с помощью специального темного сундучка в массивной руке.

– Здесь все чисто, – сказал он наконец.

– Хорошо. Закрой дверь на ключ и садись.

– Но ты же хотел, чтобы я проверил все помещения, – запротестовал Джордж.

– Подожди немного. Садись.

Джордж покорно сел в одно из дорогих кресел напротив стола.

– Я долго думал и решил: сегодня ночью мы трое перенесем дьюар сестры Панчо из катакомб, – сказал Дэн.

– Мою сестру? Но куда?

– Я придумаю что-нибудь. Может, еще куда-нибудь здесь, на Луне. Или перевезем ее на одну из космических станций.

– Но для этого понадобится специальная аппаратура! Дэн махнул рукой.

– Нам потребуется криостат, чтобы поддерживать нужное состояние азота. Не более того.

– А также мониторы, которые будут следить за процессами внутри дьюара, – заметила Панчо.

– Причем с автономной системой поддержания.

– Дело не только в оборудовании. Я хочу сказать, что нам нужен человек, который будет каждые несколько дней проверять, чтобы все было в порядке.

– Это лишнее. Придется платить еще больше, к тому же нам это вовсе не понадобится.

– Ну да, наверное, вы правы, – неохотно согласилась Панчо.

– Ладно, Джордж, иди проверь остальные помещения, – сказал Дэн. – Можем встретиться здесь на ужин в полдесятого.

– На ужин? – переспросила Панчо.

– Нельзя заниматься тяжелой работой на голодный желудок, – заметил Дэн, озорно улыбнувшись.

– Куда же мы несем ее? – спросила Панчо, как только отсоединила провод, по которому в дьюар подавался свежий азот.

Несмотря на сложную систему изоляции, трубка с жидким азотом обледенела. Холодный белый пар выходил из ее открытого конца до тех пор, пока Панчо не запечатала ее конец.

– Ш-ш-ш! – зашипел Дэн, показывая на красный глазок камеры наблюдения, расположенной в пятидесяти метрах по коридору.

В это ночное время они были полностью одни в катакомбах, но Дэн все равно волновался по поводу камер. В конце коридора с обеих сторон над потолком висели средства наблюдения. По стенам располагались длинные ряды дьюаров с висящими над ними табличками. Несмотря на полумрак, камеры прекрасно все фиксировали, и ситуация в катакомбах ежесекундно передавалась на мониторы зала наблюдения, где двадцать четыре часа в сутки дежурила охрана. Панчо успела еще ранее выяснить, что, как и все остальные службы охраны, мужчины и женщины, следившие за мониторами, редко уделяли чему-либо особое внимание. Лишь когда загоралась красная предостерегающая лампочка или автоматический наблюдатель металлическим голосом сообщал о подозрительных движениях, зафиксированных датчиками, они бросались осматривать территорию. Поэтому первым делом Панчо и ее помощники аккуратно отсоединили от дьюара сестры провода с датчиками.

Дэн и Джордж, пыхтя от напряжения, выдвинули резервуар с телом Сьюзан Лэйн и поставили его на тележку. Даже в условиях малой лунной гравитации резервуар из нержавеющей стали был тяжелым.

– Куда мы идем? – повторила вопрос Панчо.

– Увидишь, – усмехнулся Дэн.

Панчо вставила трубку в переносной криостат, который они взяли из лаборатории «Астро», находящейся на несколько уровней ниже катакомб.

– Ладно, все готово, – прошептала она.

– Как дела, Джордж? – спросил Дэн.

Бородатый австралиец выглянул из-за другого конца дьюара.

– Готов, босс!

Дэн вновь взглянул на красный глазок камеры наблюдения и сказал:

– Пошли!

Колеса тележки слегка скрипнули от напряжения, когда трое людей подтолкнули ее к длинному темному коридору.

– А у этих камер наблюдения нет функции записи? Вдруг, узнав об исчезновении дьюара сестры, они станут прокручивать назад записи камер? – спросила Панчо.

– Та камера будет показывать только тихую милую лунную ночь, – сказал Дэн, с усилием подталкивая громоздкий дьюар по коридору. – Это стоило всего лишь пару баксов. Думаю, мне попался действительно честный охранник. Ну, я имею в виду в нужном нам смысле! Он сотрет наше изображение и вместо этого поставит кассету с записью предыдущего вечера. Так что все будет выглядеть тихо и мирно, – успокоил Дэн.

– Честный охранник?

– Да, честный. Это тот, кто за деньги делает только то, о чем его просят.

– А на место дьюара твоей сестры я помещу пустой, – сказал Джордж. – Как только мы определим ее в надежное место.

Панчо заметила, что на лице австралийца не виднелось и тени усталости или даже усилия.

– Но куда же мы ее везем? – снова спросила Панчо. – И зачем шептаться, если по поводу камеры беспокоиться не стоит?

– Мы говорим шепотом, потому что в катакомбах могут находиться и другие люди, – немного раздраженно ответил Дэн. – Нет смысла так глупо рисковать.

Это действительно опасно. Вдруг поблизости и вправду какие-нибудь любители ночных прогулок по катакомбам?

Они дошли до конца линии катакомб и продолжили путь по едва освещенному коридору, пока не остановились у двери, напоминавшей воздушный шлюз.

Дэн потянулся вверх. Панчо слышала, как хрустнули хрящи.

– Я становлюсь слишком старым для подобных приключений, – сказал он, подойдя к люку и нажав цифры электронного замка. Люк слегка приоткрылся, и Панчо уловила дуновение застоявшегося пыльного воздуха. Одним легким движением руки Джордж без малейшего усилия открыл тяжелый люк на полную ширину.

– Хорошо, теперь двигаемся в глубь тоннеля, – сказал Дэн, закрепляя небольшой фонарик, висевший над люком с другой стороны, к себе на ногу.

По дороге он рассказал Панчо, что этот тоннель начали строить еще в те давние дни, когда Селена называлась Лунной Базой. Тогда присланные с Земли менеджеры решили провести тоннель через кольцевые горы, чтобы соединить дно «Альфонса» с широкой территорией Моря Спокойствия.

– Я помогал рыть этот тоннель, – сказал Дэн. – По крайней мере ту часть, которую успели сделать.

Лунный камень оказался гораздо тверже, чем предполагалось. Расходы на тоннель, даже с использованием плазменного оборудования, быстро возросли, и инвесторы прекратили работу. Таким образом, тоннель остался незаконченным. Вместо дороги здесь устроили фуникулеры.

– Я ездила на фуникулерах до самой вершины горы Игер. Вид оттуда просто потрясающий.

– Да уж, – согласился Дэн. – О тоннеле забыли, но он все еще здесь, хотя никто им давно не пользуется. Впрочем, как и входными шахтами.

Входные шахты были проложены вверх к поверхности горы. Первая из этих шахт выходила в защитное укрепление, где хранились скафандры, компенсирующие костюмы и запасные емкости с кислородом на случай, если система фуникулеров сломается.

– Ну, вот мы и пришли! – сказал Дэн.

В тусклом свете фонаря, которым Дэн и Джордж поочередно освещали стены тоннеля, Панчо увидела ряд металлических ступенек, ведущих к другому люку.

– Прямо над нами находится грот, – сказал Дэн, когда Джордж начал взбираться по лестнице. – Мы залезем в его источник энергоснабжения, чтобы присоединить криостат дьюара.

– Эта информация не окажется сразу на мониторах службы безопасности?

– Нет. Тут есть свои автономные солнечные батареи. Они совершенно независимы от систем жизнеобеспечения Селены. Электрощиты расположены даже на полюсах, чтобы защититься от пыли реголита.

Панчо услышала, как, слегка скрипнув, открылся люк. Посмотрев вверх, она увидела, как Джордж с трудом протиснул мощное тело через узкий вход.

– А каким образом мы сможем протащить сестру сквозь такое маленькое отверстие? – обеспокоенно спросила девушка.

– Неподалеку расположен специальный люк для оборудования. Не волнуйся, – успокоил ее Дэн.

Словно в подтверждение его слов, гораздо больший по размеру люк открылся над их головами. Тусклый свет заполнил пространство.

Даже без помощи специального инструмента Джордж с легкостью протащил громоздкий резервуар через люк для оборудования. Панчо опасалась, что сестра ударится о стенку корпуса или сместится с места в емкости с жидким азотом. В конце концов они установили дьюар в специально освобожденном для него месте. Он стоял на полу, на его поверхности светились небольшие зеленоватые лампы, что означало, что все функции в полном порядке.

– Придется приходить сюда раз в месяц или около того, чтобы проверять, как обстоят дела. А через каждые шесть-семь месяцев надо пополнять запасы азота.

– А когда я буду в полете?.. – спросила Панчо, поразившись внезапно пришедшей в голову мысли.

– Я буду делать это, – сказал Джордж. – Можешь не волноваться.

– Ребята, как я могу вас отблагодарить?!

Дэн рассмеялся.

– Детка, я просто защищаю своего лучшего пилота от грязного шантажа и от такого негодяя, как Мартин Хамфрис. А Джордж…

Большой Австралиец немного смутился.

– Когда-то я жил в одном из этих местечек, – произнес он своим красивым тенором, и его голос стал добрым и ласковым. – Еще в те дни, когда я был простым изгнанником, скрывавшимся на Лунной Базе, задолго до того, как встретился с Дэном и тот взял меня под свое крылышко.

– Так что для Джорджа это что-то вроде возвращения домой, – пошутил Дэн.

– Да, – подтвердил тот. – Напоминает старые добрые времена опасностей и приключений!

Дэн рассмеялся, Амброз присоединился к нему. Панчо просто стояла, чувствуя огромную благодарность к обоим мужчинам.

Корпорация «Старпауэр»

Дэн предложил предоставить новой компании ряд офисов из принадлежащих «Астро». Хамфрис, наоборот, настаивал на том, что «Старпауэр» должна располагаться в здании его компании. Ставенджер предложил обоим компромисс, и небольшие офисы новой компании открылись в башне «Гранд Плаза», где располагались государственные институты Селены.

И все же Ставенджер не был приглашен на первую рабочую встречу. Дэн сидел на одном конце стола для конференций, Мартин Хамфрис – на другом. Окна зала были закрыты, мебель строго деловая.

– Я слышал, у вас возникли некоторые проблемы с хакерами, – сказал Дэн.

На какую-то долю секунду Рэндольфу показалось, что в глазах Хамфриса мелькнуло удивление.

– Кто вам сказал? – спокойно спросил он.

Дэн многозначительно улыбнулся.

– Здесь мало что остается без огласки.

Хамфрис откинулся на спинку кресла. Дэн заметил, что оно оборудовано специально и выпадает из стиля остальной мебели в кабинете. В отличие от простых пластиковых сидений кресло Хамфриса обито дорогой, даже чересчур роскошной тканью.

– Мои эксперты быстро засекли их. Никакого вреда моим программам не причинили.

– Очень хорошо, – отозвался Дэн.

– Вернемся к последним новостям. Я узнал кое-что интересное сегодня утром.

– Правда? И что же?

– Говорят, вы и парочка ваших сотрудников прошлой ночью стащили дьюар с замороженным телом из катакомб.

– Неужели?

– Звучит как сцена из старого фильма ужасов.

– Представить трудно! – отозвался Дэн.

– Очень любопытно, не так ли? Интересно, зачем вам заниматься подобными глупостями?!

Пытаясь усесться на стуле как можно более удобно, Дэн постарался ответить максимально спокойно.

– Давайте не будем сейчас обсуждать дурацкие слухи! Мы собрались здесь, чтобы обсудить расходы бюджета на наш проект.

Хамфрис кивнул.

– Я попрошу моих людей проверить все документы. «Или одного из моих людей, – подумал Дэн. – Однако все в порядке, пока негодяй не обнаружит, где мы спрятали тело сестры Панчо. Только она, Джордж и я знаем, в каком месте находится дьюар».

– Ладно, сделайте это. А теперь поговорим о бюджете проекта!

Следующий час они провели за обсуждением бюджета «Старпауэр», который для новой компании разработали сотрудники Хамфриса. Дэн видел, что лишних затрат не предвидится, что вполне его устраивало: никаких отчислений на общественные брифинги или рекламу. Только строительство корабля, его ядерного двигателя и других внутренних систем. Все работы в дальнейшем должны быть одобрены МАА.

– Я подумал, что лучше отправить в полет экипаж из шести человек, – сказал Дэн.

Хамфрис недовольно вскинул брови.

– Шесть? Зачем нам экипаж из шести? Два лишних человека на борту – это лишние расходы.

– На данный момент у нас два пилота, инженер и геолог. Два геолога на борту смогут сделать гораздо больше.

Можно добавить какого-нибудь другого специалиста. Например, геохимика.

– Это пять, а кто шестой?

– Я хочу оставить одно место на борту свободным. Надо готовит корабль для шестерых. Возможно, по мере приближения к старту мы решим отправить в миссию еще какого-нибудь специалиста. Лишняя голова в таком проекте никогда не помешает.

На лице Хамфриса читалось недовольство и подозрение.

– Добавляя к экипажу еще двух людей, мы автоматически увеличиваем расходы, вы понимаете? К тому же дополнительная масса…

– Мы можем решить этот вопрос. Масса не так уж и велика.

– А стоимость затрат. Вы подумали об этом?

– Небольшая добавка к уже установленной стоимости проекта.

Дэн понимал, что убедить Хамфриса не так-то просто. Однако вместо споров осведомился:

– Вы выбрали подходящий для исследований астероид? Дэн нажал кнопку на своем ручном компьютере, и вмиг на одной из стен кабинета засветился большой монитор. Перед глазами возникла подробная карта Пояса Астероидов. Тысячи мелких точек, жизненно важных для всего оставшегося человечества. Многочисленные линии эллипсов обозначали орбитальные маршруты.

– Похоже на рисунок ученика детского сада, – саркастически заметил Хамфрис.

– Да. Там множество полезных нам объектов.

Он снова нажал одну из кнопок наручного компьютера, и на экране остались лишь маленькие светящиеся точки.

– Вот как выглядит Пояс на самом деле. Не так уж и много этих астероидов, как можно подумать.

– Некоторые из этих точек достигают нескольких километров в диаметре, – заметил Хамфрис.

– Верно. Самый большой из них…

– Церера. Ее открыл священник в первый день 1801 года.

– Вы отлично справились с домашним заданием, – заметил Дэн.

Хамфрис довольно улыбнулся.

– Она немногим больше тысячи километров в длину.

– Если такая штука когда-либо столкнется с Землей…

– Тогда прощай все на свете! Это как удар кометы, когда-то уничтоживший динозавров.

– Только этого еще не хватало! – едко заметил Дэн.

– Давайте вернемся к работе, – решительно сказал Хамфрис. – Никакого большого небесного тела, которое может налететь на Землю, пока не предвидится.

– Да, пока нет.

– Знаете, – задумчиво произнес Хамфрис. – если бы мы были по-настоящему умными, то давно бы снарядили пробный полет на Марс и немного поискали на его двух спутниках. В конце концов, это такие же астероиды, как и те, что в Поясе.

– МАА объявила всю систему Марса вне зоны исследований. В том числе Деймос и Фобос.

Пододвинувшись ближе к столу, Хамфрис сказал:

– Но мы бы могли снарядить просто экспедиционную миссию. Отправили бы туда парочку геологов, чтобы взять образцы пород, проверить их, осмотреться на месте…

– О Марсе уже собрано достаточно данных, – заметил Дэн.

– Зато потенциальные инвесторы сразу заинтересуются таким проектом. Они поверили в возможности ядерного двигателя и в то, что использование ресурсов Пояса Астероидов вполне реально. Гораздо реальнее, чем может показаться на первый взгляд.

– Даже если бы мы смогли убедить МАА дать согласие на такой проект…

– Я могу это сделать!

– Даже если так, люди на протяжении уже многих лет летают к Марсу. Инвесторы не будут впечатлены таким полетом.

– А если наш корабль с ядерным двигателем долетит туда за неделю?

– Нам надо попасть именно в Пояс Астероидов! Только это может заинтересовать инвесторов. Так они поймут, насколько кардинально ядерный двигатель способен изменить ход всей мировой экономики!

– Что ж, может быть…

– К тому же во что бы то ни стало надо найти металлический астероид типа железо – никель. Такие ресурсы нельзя добыть ни на Луне, ни на Марсе, ни даже на близлежащих астероидах.

– А золото? – спросил Хамфрис, внезапно оживившись. – А еще серебро и платина. Вы представляете, что произойдет на мировом рынке металлов?!

Дэн молча смотрел на него. «Я пытаюсь переместить мировой промышленный рынок в космос, а он только и мечтает играть в игры с кусочками золота! Удивительно! Этого человека ничего не трогает! У нас абсолютно разные взгляды на вещи: никаких общих целей, ценностей, убеждений».

– Мы можем сделать хорошие деньги, продавая все это тем, кто имеет достаточное количество денег! – хитро улыбаясь, сказал Хамфрис.

– Я сомневаюсь, что правительства стран мира смогут оплатить это. Страны обнищали, люди голодают, лишились крова, материальных ресурсов почти не осталось.

Хамфрис пожал плечами.

– Но мы не собираемся решать все мировые проблемы!

– Надо хотя бы попытаться!

– Мы очень разные и имеем абсолютно разные точки зрения на положение вещей, – сказал Хамфрис, показав указательным пальцем в сторону Дэна. – Вы желаете быть спасителем, а я лишь хочу заработать.

Дэн молча изучал лицо собеседника. Хамфрис прав. Однажды Дэн тоже мечтал только о деньгах и личной выгоде. А теперь его это не волнует. Больше не волнует. Ничто на свете не имеет смысла! «Господи, с тех пор как умерла Джейн, я действительно превратился в спасителя!» – подумал Рэндольф.

Лицо Хамфриса вновь стало серьезным и даже открытым.

– Послушайте, Дэн. Нет ничего плохого в желании заработать деньги. Поймите, вы не можете спасти мир! Никто уже не может это сделать, при всем желании! Лучше всего просто заботиться о себе и своем гнездышке.

– Я должен попытаться, даже если и не получится! – перебил его Дэн. – Не могу просто сидеть и наблюдать за тем, как люди умирают от голода, болезней, катаклизмов разбушевавшейся природы. Мир катится в каменный век. Я не хочу допустить этого!

– Ладно, ладно, – сказал Хамфрис, подняв обе руки в успокаивающем жесте. – Пожалуйста! Продолжайте стучать головой об стену, если хотите. Вдруг астероиды и впрямь помогут. Вдруг вам все же удастся спасти этот жалкий мир тем или иным образом?! Однако в то же самое время мы можем сделать на этом вполне приличные деньги.

– Да, – коротко сказал Дэн.

– Если мы не сумеем извлечь из проекта выгоду, то точно никому не поможем. Мы просто обязаны заработать на этом деле или просто-напросто вообще уйти из бизнеса, и вы это прекрасно знаете!

– Постараемся, – процедил Дэн.

– Хорошо, теперь надо убедить финансовое сообщество в нашей состоятельности и в перспективах проекта.

– Вернее, то, что осталось от этого сообщества.

Хамфрис едва не рассмеялся.

– Эй, не волнуйтесь о финансовом сообществе, Дэн! Такие люди, как мой отец, всегда будут в порядке независимо от того, что творится в мире. Даже если весь мир погибнет, они будут спокойно сидеть на какой-нибудь вершине горы, толстые и довольные, и ждать того момента, когда спадет уровень воды.

Дэн едва сдержался, чтобы не ударить его по самодовольной физиономии.

– Ладно, давайте вернемся к работе. Хватит на одно утро философии.

Хамфрис кивнул и улыбнулся.

Несколько часов спустя Дэн покинул конференц-зал. Хамфрис вернулся в свой офис и сел на стул с высокой спинкой. Он откинулся на спинку и посмотрел в потолок. Кресло медленно приняло форму его тела. Хамфрис расслабился и широко улыбнулся. Этот дурак ничего не заметил! Вот болван! Цифры лежали прямо перед ним, а он даже не придал им значения, словно те написаны бесцветными чернилами.

Как же легко обмануть бдительность Рэндольфа! Просто дать ему возможность раздувать свою демагогию и пустую браваду! Тогда он забывает про все на свете. Он хочет лететь к Поясу, чтобы спасти мир. Звучит, как мечта Колумба достичь Китая, плывя в противоположном направлении.

Хамфрис громко захохотал. Все там, в бюджете, а Рэндольф вообще не придал ему значения! Может, он надеется, что это просто дополнительные расходы на случай чрезвычайной ситуации? В конце концов, это не такая уж незначительная сумма. Как только наноботы завершат строительство корабля и двигателя, дело останется лишь за малым – построить еще один точно такой же! Больше всего расходов уходит на дизайн и программирование, а все это сделано и оплачено в первом проекте. Остальные дополнительные расходы пойдут на сырье; потребуется время, чтобы процесс контролировался несколькими людьми. Наноботы не создают хлопот и делают всю работу практически самостоятельно.

Он снова засмеялся. «Рэндольф считает себя очень умным. Даже вытащил сестру Панчо из катакомб. Боится, что я отключу ее навсегда? Что ж, теперь мне не удастся использовать девчонку в своих целях. Ну и что? Кому нужна эта глупая марионетка? Я построю второй корабль с ядерным двигателем, и никто даже не догадается об этом!»

Космический порт «Армстронг»

Панчо смотрела через заброшенный, покрытый рубцами от метеоритных дождей пустырь и недовольно почесывала нос.

– Выглядит как какая-то развалюха.

Дэну пришлось согласиться. Он стоял рядом с ней в небольшой обсерватории и смотрел в иллюминатор. Ядерный двигатель выглядел как работа пьяного водопроводчика: выпуклые сферы не совсем правильной формы и трубы, немного поблескивавшие от алмазного напыления при прямом солнечном свете, падающем на лунную поверхность, представляли собой нечто бесформенное. Странные, необычные формы МГД-генератора, насосы, которые подают топливо в реакторный отсек, панели радиаторов и несколько ракетных сопел, связанных между собой неким в какой-то мере сюрреалистическим лабиринтом труб и проводов. Все это хитрое сооружение установили на широких опорах на платформе из гладкого лунного камня, мощно и безмятежно покоившейся на круглой стартовой площадке. Внутри прозрачного купола обсерватории, где стояли Рэндольф и Панчо, с трудом умещалось даже два человека. Помещение соединялось с центром управления длинным тоннелем.

– Мы построили его не для красоты! – сказал Дэн. – К тому же он будет выглядеть гораздо лучше, как только соединится с другими модулями корабля.

Из громкоговорителя двусторонней связи, встроенного в стену отсека над крышей прозрачной обсерватории, раздался голос пилота приближающегося судна:

– Паназиатский 019 пошел на финальный спуск.

– Приветствуем вас, 019! Приземляетесь на четвертую линию.

– Понял вас. Есть четвертая линия.

Дэн посмотрел вверх на усыпанное звездами небо и увидел огни идущего на посадку корабля.

– Вижу вас на линии, – сказала диспетчер.

Огни стали ярче, и Дэн разглядел приближающийся корабль – темную угловатую форму, плавно опускающуюся на поверхность.

– Садитесь, 019! – сказала женщина-диспетчер. Ее голос звучал устало и скучающе.

Все происходило будто в замедленном действии. Корабль сел на дальнюю стартовую площадку с другой стороны платформы, на которой стояла еще не завершенная ракета с ядерным двигателем, ожидавшая своего часа.

– 019 приземлился. Двигатели потушены, – наконец сообщил пилот корабля.

У Панчо вырвался подавленный вздох облегчения.

– Волнуешься? А я и не знал, что ты способна на это, – сказал Дэн.

– На самом деле я всегда волнуюсь, если только в момент полета сама не нахожусь за штурвалом.

– Ну ладно, нам надо завершить проверку всех систем в кратчайшие сроки и получить разрешения, как только разгрузят шаттл, – посмотрев на наручные часы, сказал Дэн.

– Пойду надену защитный костюм, – кивнула в знак согласия Панчо.

– Хорошо.

Установка ядерного двигателя находилась на стадии завершения. Топливные баки и модули со снаряжением уже стояли наготове. Панчо должна была проверить роботов, занимавшихся установкой компонентов.

Дэн пошел с ней по тоннелю в раздевалку. Аманда уже находилась там и готовилась помочь напарнице надеть скафандр. Дэн только сейчас понял, как же давно он никому не помогал застегивать скафандр и прикреплять запасные устройства, да и сам не надевал его. Полеты в космос стали настолько обычным делом, что при поездке с Земли на Луну и обратно люди не надевали никаких специальных костюмов, да и вообще катались туда-обратно, как на трамвае или автобусе. Однако другой голос в голове напомнил, что он уже слишком стар для работы в открытом космическом пространстве. За эти годы Рэндольф получил такие большие дозы облучения, что их хватит на весь остаток жизни.

Внезапно он почувствовал себя старым и бесполезным. Дэн молча наблюдал за тем, как Аманда и Панчо управляются с замысловатыми скафандрами и проверяют, насколько плотно закрыты швы. Как и Панчо, Аманда была одета в легкий обтягивающий костюм пилота, туго облегающий ее совершенные формы.

«Что ж, – мысленно сказал себе Дэн, – по крайней мере ты еще не настолько стар, чтобы не замечать женской красоты».

Он повернулся и зашагал по тоннелю, соединявшему космопорт с городом. В душе царили усталость и беспомощность. Может, Хамфрис действительно прав и он просто бьется головой о глухую стену?

Не успел он пройти по тоннелю и нескольких метров, как увидел идущего на встречу молодого энергичного Дуга Ставенджера.

Вот дела! Дуг Ставенджер старше него, а выглядит почти как мальчишка. Может, и ему пора заняться нанотерапией?

– Собираешься следить за запуском? – бодрым голосом спросил Дуглас.

– Лучше пойду в центр полетов и понаблюдаю оттуда.

– А я хочу посмотреть из обсерватории.

– Я только что там был.

– Дружище, давай посмотрим все вживую! Какой интерес таращиться на экран?

Энтузиазм Ставенджера оказался настолько заразителен, что через несколько секунд Дэн уже шагал рядом с ним обратно в сторону обсерватории.

Они прошли через открытый шлюз в тесное помещение. Ставенджер поднялся на несколько ступенек вверх и, улыбаясь, стал смотреть на стартовую площадку. Дэн втиснулся рядом с ним, прислонившись к толстому стеклу.

– Когда-то в детстве я тайком пробирался сюда, чтобы любоваться запусками и посадками кораблей, – улыбаясь, сказал Ставенджер. – До сих пор будоражит кровь.

Дэн вежливо улыбнулся в ответ.

– Я имею в виду, что мы провели почти половину жизни около этих мест. Время от времени полезно выглядывать наружу, на поверхность.

– Да, но только пока не треснет купол.

– Для этих целей и существуют запасные люки.

– Надо еще успеть проникнуть в них, прежде чем они автоматически заблокируются!

– Да уж, ты прав! – сказал Ставенджер и громко рассмеялся.

Они стояли плечом к плечу в тесном пузыре наблюдательного центра обсерватории и слушали голоса диспетчеров, ведущих обратный отсчет. Ставенджер был возбужден, как ребенок, и Дэн даже завидовал ему. Небольшой трактор бесшумно проехал через дно кратера к стартовой площадке. Из него выпрыгнула Панчо в скафандре, плавно приземлившись, подняла столб пыли и быстро залезла в модуль для экипажа.

– Это просто завершение сборки, да? – спросил Ставенджер.

– Да. Она никуда не полетит, просто проверит работу на месте.

Как только обратный отсчет подошел к концу, Рэндольф неожиданно для себя почувствовал облегчение. Надо успокоиться, сказал он себе, все будет в порядке! И все же сердце билось все чаще и чаще.

– … три… два… один. Пуск! – сказал автоматический голос.

Космический корабль оттолкнулся от площадки, подняв за собой облако пыли, которое улетучилось так же быстро, как и поднялось. Секунду назад корабль стоял на бетонной платформе и в следующую уже молниеносно взмыл вверх.

– Мы взлетели. Все индикаторы горят зеленым. Системы корабля в норме, – сообщил один из диспетчеров через определенный промежуток времени.

– Есть все системы в норме! – послышался голос Панчо. – Вывод на орбиту через десять секунд.

Все шло по заведенному порядку, и все же Дэн не мог расслабиться, пока Панчо наконец не объявила:

– Порядок, ребята! Модули функционируют по плану, так что теперь пора приступать непосредственно к делу!

– Проверка завершена. Начинаем процедуру окончательной сборки! – вновь послышался голос диспетчера.

– Голоса этих диспетчеров звучат почти как у роботов, – усмехнулся Дэн.

– Хорошо, Панчо. Увидимся сегодня в баре «Пеликан», – добавила женщина-диспетчер.

– Да уж, – поддержал приятеля Дуг. – Может, вместо алкогольных напитков она пьет смазочное масло?!

Они прошли по коридору к тоннелю, ведущему назад в Селену, и поехали к городу, до которого оставалось около километра.

– Как скоро вы будете готовы к полету в Пояс? – спросил Ставенджер, когда они ехали к Селене.

– Мы запрограммировали месяц беспилотных проверочных полетов и показательных мероприятий для получения разрешений от МАА. Как только бюрократы дадут нам зеленый свет, тут же полетим!

– А ваш корабль может достичь Юпитера? Дэна удивил столь неожиданный вопрос.

– Теоретически – да, – ответил он, – однако у нас не будет на борту дополнительных топливных и других ресурсов. Юпитер в два раза дальше Пояса Астероидов.

– Знаю.

– Тогда почему спрашиваете?

Ставенджер немного помедлил. Машина неслась вдоль высоких темных стен тоннеля почти бесшумно, электромотор едва слышался.

– Рано или поздно придется лететь и на Юпитер… или к другим газовым гигантам.

Теперь Дэн понял, к чему клонит Ставенджер.

– Ядерное топливо…

– Да, атмосфера Юпитера богата водородом и изотопами гелия.

– Крис Карденас говорила об этом, – вспомнил Дэн.

– Мы разговаривали с ней. Ядерное топливо может стать главным пунктом товарооборота Селены, а также весьма доходным источником для «Старпауэр».

– Разработки рудников на астероидах обойдутся гораздо дешевле. К тому же это проще, чем выуживать газы из атмосферы Юпитера.

– Однако ваша идея перемещения всех крупных индустриальных и промышленных объектов с Земли на орбиту – лишь часть решения проблемы глобального потепления, Дэн!

– Да, но довольно значительная.

– Следующая часть вашего замысла заключается в том, чтобы прекратить использование горючего ископаемого топлива. Надо остановить выбросы парниковых газов в атмосферу, если люди хотят хоть как-то затормозить начавшийся процесс.

– Да. Ядерное топливо в какой-то мере и есть решение этой проблемы, – сказал Дэн.

– Нет, это единственный выход из ситуации! Ваши солнечные генераторы могут обеспечить только небольшую часть энергии, в которой нуждается Земля, а ядерные ресурсы способны полностью решить проблему.

– Если мы сумеем достать нужное количества гелия-3.

– Существуют и другие способы, еще более действенные, чем процесс сжигания дейтерия с гелием-3, но все они зависят от изотопов, которые весьма редки на Земле.

– Зато в избытке содержатся на Юпитере, – закончил фразу Дэн.

– Верно, дружище.

Рэндольф задумался. А ведь Ставенджер прав! Ядерные ресурсы могут решить все проблемы. Если поменять источники электричества, работающие на жидком и твердом ископаемом топливе, и прочие тепло – и электростанции на ядерные объекты, то со временем люди действительно смогут затормозить парниковый эффект. А может, даже и свести на нет все его последствия. Ядерные станции будут вырабатывать электроэнергию для электромобилей и таким образом решат одну из причин постоянного загрязнения атмосферы.

Рэндольф посмотрел на Ставенджера с уважением. Этот человек был изгнан с Земли, однако сумел не озлобиться и хочет помочь людям на планете. К тому же он гораздо более дальновиден.

– Хорошо, после полета к Поясу Астероидов слетаем и на Юпитер. Я прямо сейчас намечу план.

– Договорились. Скажите, это будет проект «Старпауэр» или вы хотите приберечь его для «Астро»?

От неожиданности вопроса Дэн едва не лишился дара речи.

– Вы намерены оставить Хамфриса вне игры? – удивленным голосом спросил он.

– Со временем Хамфрис попытается положить себе в карман все добытые на астероидах ресурсы. Думаю, гораздо благоразумнее сделать все, чтобы этого не произошло! – ледяным тоном сказал Дуглас.

«Господи, вот так дела! А ведь этот парень хочет начать с Хамфрисом войну!» – подумал Дэн.

Заседание совета директоров

От распухших в ноздрях фильтров у Дэна началась головная боль.

Он вернулся на Землю неохотно, осознавая, что приехал только ради заседания совета директоров корпорации. Дэн чувствовал, что мог бы превосходно править советом «Астро», если бы этот самый совет постоянно не вставлял палки в колеса. Однако акционеры всегда совали нос во все, что только можно. Членов совета почти всегда не устраивали дела корпорации, они жаловались на то, на другое, что-то просили, на чем-то настаивали и неустанно требовали, чтобы Рэндольф следовал их малейшим указаниям и советам.

Впрочем, Дэн владел контрольным пакетом акций. В его руках концентрировалось хотя и не все имущество компании, но все же значительная его часть, которая позволяла получить перевес в голосах. Совет не мог обходиться без Рэндольфа, так как тот, основатель компании, являлся его председателем. Они могли лишь продолжать нападки, тратить его время на всякие глупости вроде нынешнего заседания и вызывать раздражение.

Ко всему прочему, теперь к совету директоров присоединился и Мартин Хамфрис. Негодяй постоянно всем улыбался, пожимал руки, дружелюбно разговаривал и вообще старался казаться «своим парнем».

Члены совета некоторое время беседовали у буфета, где расставили напитки и закуски, и только затем заняли свои места за столом в центре конференц-зала.

Хамфрис сделает все, чтобы получить контрольный пакет акций. Дэн прекрасно это понимал и подсознательно чувствовал приставленный к горлу нож.

Сквозь широкое окно виднелись вздымающиеся волны Карибского моря, сверкавшие под лучами утреннего солнца. Море выглядело спокойным, однако Дэн знал, что оно поднималось все выше, медленно и неумолимо погребая под собой сушу.

Хамфрис расположился спиной к окну и был целиком поглощен беседой с тремя сидевшими поблизости пожилыми членами совета.

Дэн прилетел в Ла-Гуайру специально для этой встречи. Он мог бы остаться на Селене и держать с заседанием электронную связь, но трехсекундная задержка аудиосообщений сводила его с ума. Он понимал чувства Крис Карденас, когда та общалась с Дунканом и его группой, ежедневно подвергаясь этой трехсекундной пытке.

Дэн стоял на одном конце стола под большой фотографией первого спутника «Астро», блестевшего яркими огнями на фоне темного бесконечного пространства. Дэн сделал глоток аперитива и как можно более дружелюбно продолжил беседу с сидящими рядом акционерами. В совете директоров «Астро» состояли четырнадцать мужчин и женщин. Мужчины – лысые или седовласые, большинство женщин – юные и привлекательные благодаря чудесам омолаживающей терапии. Дэну стало смешно: слабый пол предпочитает прибегать к омолаживающей терапии, а мужчины по-прежнему относятся к ней настороженно. «Впрочем, я и сам такой же», – подумал он. Глупое мужское упрямство. Что плохого в том, чтобы отсрочить физическое старение организма? Это ведь не подтяжка лица, а настоящее замедление процесса старения клеток.

– Дэн, можно с тобой поговорить? – спросила Гарриет О'Баниан.

О'Баниан являлась членом совета уже более десяти лет, с тех пор как Дэн выкупил ее небольшую компанию по изготовлению солнечных батарей.

– Конечно, – сказал он, отводя женщину в дальний конец конференц-зала. – Что случилось?

Со стройной рыжеволосой Гарриет О'Баниан у Дэна в некий период даже возникла любовная связь. Оба относились к роману не совсем серьезно: мудрая Гарриет понимала, что, кого бы Рэндольф ни пускал в свою спальню, любил он только Джейн Сканвелл.

Посмотрев через плечо, Дэн убедился, что никого поблизости нет.

– Мне предложили довольно кругленькую сумму за пакет акций «Астро». Несколько других членов совета получили такие же предложения, – почти шепотом сказала Гарриет.

Дэн бросил взгляд на другой конец зала, где Хамфрис беззаботно болтал с членами совета.

– Кто предложил?

– Подставное лицо, но настоящий покупатель Хамфрис.

– Я так и думал.

– Проблема в том, что предложение действительно очень выгодное. Цена в несколько раз выше рыночной.

– Он поднял ее до пяти, так?

– Учитывая, что дела идут не так уж благополучно, предложение просто грандиозное.

– Да, понимаю.

Она внимательно смотрела на него. Вместо обычной смешливости и задора Дэн увидел в ее глазах невероятную серьезность и озабоченность.

– Хамфрис может купить достаточное количество акций, и тогда в следующий раз перевес в голосах окажется в его пользу.

– Именно этого он и добивается.

– Дэн, если у тебя на этот случай нет какого-нибудь припрятанного в шляпе кролика и ты не покажешь его совету, то половина совета директоров продаст свои акции Хамфрису.

Дэн попытался улыбнуться, но улыбка оказалась похожа скорее на гримасу.

– Спасибо за предупреждение, Гарриет. Посмотрим, каких кроликов я смогу сегодня вынуть…

– Удачи, Дэн!

Рэндольф вернулся к своему месту во главе стола заседаний, нажал кнопку звонка, и все члены совета начали занимать свои места. Немного поерзав на стуле, Хамфрис пожаловался на яркий солнечный свет и попросил опустить оконные шторы.

Программа заседания была достаточно ясна. Доклад казначея оказался довольно мрачным: доходы от последнего спутника, который построила корпорация, подходили к концу, а новых проектов, которые в обозримом будущем могли принести реальные доходы, не предвиделось.

– А как насчет бонуса за окончание работы ранее обозначенного срока? – спросил краснолицый лысый мужчина, которого Дэн мысленно назвал Санта-Клаусом с признаками гипертонии.

– Заплатят, когда закат солнца сможет давать энергию Земле, – сказал казначей.

– Однако это значительная сумма!

– Я буду держать корпорацию на плаву несколько месяцев, – сказал Дэн.

– А потом?

– А потом мы должны будем существовать на доходы от ранее заключенных договоров. На данный момент у нас нет новых заказов на строительство космических объектов.

– Это наш последний спутник? – спросил еще один член совета, которого Дэн назвал про себя Пучеглазым.

Дэн хлопнул ладонями.

– Несмотря на то что еще есть несколько орбитальных координат для спутников, Мировой Экономический Совет отказывается давать разрешение на какой-либо новый проект.

– Все из-за проклятых китайцев! – громко выкрикнул один из седовласых членов совета.

– Виноват не один Китай! – сказала пухлая восточная женщина.

Дэн мысленно окрестил ее Мама-сан.

– Многие страны предпочитают строить электростанции на своей территории, а не в космосе, – продолжила она.

– Причем даже несмотря на то обстоятельство, что цена за электроэнергию из космоса в два раза дешевле, – заметил Дэн. – Особенно если учесть, к чему привели все эти станции на Земле.

– Так или иначе, людям придется платить за это.

– А как насчет поставок энергии с Луны?

– Тут ведь не потребуется, чтобы МЭС давал разрешение на запуск новых спутников! – стукнул по столу кулаком Санта-Клаус.

– Возможно. Я беседовал об этом с официальными лицами Селены.

– Но Селена не владеет всей Луной! Давайте построим энергетические станции в Океане Бурь и таким образом покроем все другие издержки.

– Мы уже обдумали этот вариант, – сказал Дэн.

– И что?

– Где бы электроэнергия ни производилась, она должна поставляться сюда, на Землю.

– Это не новость!

Дэн едва сдержался, но продолжил, мысленно призывая себя сохранять спокойствие.

– Паназиатский блок не хочет импортировать энергию ни с Луны, ни с ближайшего Магелланова Облака. Они не позволят нам построить приемные станции на своей территории. Европейцы полностью с ними согласны. А помимо этих противников, не следует забывать о Мировом Экономическом Совете.

– Как мы сможем производить энергию на Малом Магеллановом Облаке? – спросил Пучеглазый. – Оно ведь находится так далеко!

«Господи, дай мне силы!» – мысленно попросил Дэн. Наконец он выслушал несколько пустых докладов и около тысячи глупых вопросов и предложений.

– По крайней мере здесь у меня есть хорошие новости, – сказал Дэн. – Наш корабль с ядерным двигателем прошел испытательный полет на орбите Луны с большим успехом.

– Вы готовы направиться к Поясу Астероидов? – спросила Мама-сан.

– Как только получим требуемую аккредитацию экипажа от МАА. Это должно произойти в течение двух-трех недель, учитывая возможные задержки.

– Задержки?

– Да, непреднамеренные. Отказ оборудования и тому подобное.

Или вмешательство какого-нибудь назойливого инспектора МАА, подумал Дэн.

– А в какую сумму нам обойдется миссия в Пояс? – спросил энергичный, щегольски одетый швед, которого Дэн назвал про себя Банкиром.

– Миссия полностью спонсируется компанией «Старпауэр», – ответил Дэн.

– «Астро» владеет третьей частью пакета акций «Старпауэр», – заметил Хамфрис.

– А остальным владеете вы? – поинтересовался у него Банкир.

– Нет. «Космические системы Хамфриса» владеют одной третью, а еще одной третью – Селена.

– Как может город владеть частью компании?

– Все детали сделки изложены в докладе, который раздали каждому из вас, – заметил Дэн.

– Да, но…

– Я объясню все после совещания, – галантно сказал Хамфрис.

Банкир кивнул, однако удовлетворения на его лице не появилось.

– Как только будет осуществлен полет к Поясу, акции «Астро» начнут неуклонно расти в цене. Мы сделали первый шаг в начале разработки огромной базы ресурсов, гораздо крупнее всех разработок на Земле.

– По-моему, вырастут акции «Старпауэр», а вовсе не «Астро»! – едко заметил Санта-Клаус.

– «Астро» тоже, потому что ей принадлежит ведущая роль в строительстве ядерных двигателей.

– А разве не «Космическим системам Хамфриса»? – раздались приглушенные голоса, и собравшиеся обернулись к Мартину Хамфрису.

Тот многозначительно улыбнулся.

– Нет, это детище «Астро». Моя корпорация просто спонсирует проект.

Дэну показалось, что Хамфрис похож на кота, который жадно смотрит на попавшуюся в лапы канарейку.

Селена

– Ну, вот и она! – сказал наконец инспектор МАА. – Система действует с невероятной точностью, как и описано в докладе.

Они сидели в единственном конференц-зале «Старпауэр» – небольшой комнате с овальным столом посередине, который был настолько мал, что казалось, все присутствующие за ним не вмещаются. Экраны дисплеев всех четырех голографических стен показывали данные испытательных полетов нового корабля с ядерным двигателем. Первые несколько запусков контролировались из космического порта «Армстронг», последующие пилотировались непосредственно Панчо и Амандой.

– Мы продемонстрировали вам скорость, тягу, специфические импульсы, подконтрольность, режим остановки и пуск… все аспекты полномасштабного испытательного полета, – подвел итог Дэн, показав на экраны.

Инспектор – молодой человек с очень светлой кожей и светлыми глазами – кивнул. Одет он был довольно мрачно: темно-серая строгая рубашка и черные брюки. Густые светлые волосы спускались ниже плеч. Несмотря на консервативный внешний вид, в ушах юноши виднелись небольшие серебряные сережки, на руках – серебряные кольца и браслет, а на шее – толстая цепь с массивным кулоном, большая часть которого угадывалась под рубашкой.

Панчо и Аманда сидели по обеим сторонам от Дэна, Хамфрис расположился на другом конце небольшого стола рядом с инспектором. На некоторое время в зале воцарилась тишина. Дэн слышал гул работающего электрического оборудования и шелест воздуха, пролетавшего через вентиляторы.

– Ну, что вы об этом думаете, мистер Гринлиф?

– Доктор Гринлиф! – поправил инспектор. – Я доктор социологических наук.

Дэн почувствовал, как его брови невольно поползли вверх. Зачем МАА понадобилось присылать на проверку ядерного двигателя социолога?! И почему именно этого, едва оперившегося юнца?!

Гринлиф скрестил перед собой пальцы на руках.

– Вас удивляет, что данные об испытательных полетах оценивает специалист по социологии? – спросил он.

– Ну, вообще-то да, – ответил Дэн, чувствуя себя в неловком положении.

– Могу заверить вас, мистер Рэндольф…

– Называйте меня просто Дэном.

– Так вот, мистер Рэндольф, могу заверить вас, что эти данные были проверены лучшими инженерами и физиками, которые есть у нашей организации. Мы серьезно относимся к этому запросу.

– Я не имел в виду ничего подобного, – сказал Дэн, понимая, что парень явно не так прост, как может показаться.

Гринлиф перевел взгляд на стоящий перед собой экран.

– Насколько я понимаю, ваше судно достаточно четко спроектировали по ранее утвержденному дизайну.

– Да, – с некоторым облегчением кивнул Дэн.

– Все хорошо, за одним исключением, – продолжил Гринлиф.

– Что вы хотите сказать?

– Я имею в виду промежуток времени, – сказал инспектор. – Самый длительный полет едва превысил две недели, да еще на малой скорости.

– Извините, но эту скорость трудно назвать «малой» – заметил Дэн. – Вашей организации очень понравились данные, которые мы предъявили после испытательных полетов.

Панчо и Аманда пилотировали последний испытательный полет по параболической траектории вокруг Венеры. Корабль имел на борту снаряжение в полном объеме, чтобы проводить исследования планеты по мере полета на расстоянии нескольких тысяч километров над мерцающими облаками Венеры. Команда астрономов обеспечила миссию необходимым оборудованием и контролировала полет с Земли. Все задействованные специалисты были профессионалами в своей области, многие из них – видные деятели различных университетов, принадлежащих МАА.

– Две недели – вовсе не достаточное время для испытательного полета, – коротко заметил Гринлиф.

– Он оправдал все расчеты, и мы уверены, что корабль благополучно доставит нас к Поясу, – сказала Панчо.

– На полной скорости.

– Что еще нужно?

– Я не могу дать разрешение на полет астронавтов к Поясу Астероидов до тех пор, пока вы не предъявите доказательства того, что двигатели вашего корабля способны исправно функционировать на полной мощности весь период, который потребуется для полета миссии туда-обратно.

Дэн чувствовал, как накаляется от злости. На лице Панчо появилось желание тут же прыгнуть через стол и как следует врезать парню. Странно, но Аманда смотрела не на Гринлифа, а на Хамфриса, который спокойно сидел на своем месте с абсолютно ничего не выражающим лицом. Наверное, такая физиономия бывает у профессиональных шулеров, в рукаве у которых лежит козырная карта.

– Даже ваш полет к Венере стал нарушением правил МАА, – сказал Гринлиф.

– Мы передали план полета в вашу организацию, – жестко заметил Дэн.

– А дождались ли вы разрешения?

– Но ведь это же просто испытательный полет! – в сердцах сказал Дэн.

Лицо Гринлифа вспыхнуло и стало пунцовым. Только тут Дэн понял, к чему клонит этот тип. Господи Боже мой, да он же фанатик из «Новой Морали»! Значит, они уже проникли в МАА и теперь медленно подчиняют себе все государственные и общественные организации на Земле.

– Я не собираюсь спорить с вами! – сухо сказал Гринлиф. – Вы должны провести еще один испытательный полет длительностью четыре недели на полной мощности, прежде чем получите разрешение на миссию с экипажем к Поясу Астероидов!

Он отодвинул стул и осторожно встал: даже несмотря на ботинки с толстой тяжелой подошвой, в низкой лунной гравитации парень с трудом контролировал движения собственного тела.

– Четыре недели! За это время мы можем слетать к Поясу и обратно!

– Так и сделайте, – самоуверенно сказал Гринлиф. – Но сделайте с помощью дистанционного управления. Без участия экипажа!

После этих слов он направился к двери, оставив Дэна сидеть за столом, сгорая от злости и отчаяния.

– Пойду-ка я лучше за ним, – сказал Хамфрис. – Если он разозлится, лучше не станет.

– Пусть убирается! К чему вообще уделять ему столько внимания?! – рявкнул Дэн.

Хамфрис молча покинул конференц-зал, и Рэндольф устало откинулся на спинку кресла.

– Беспилотный полет к Поясу не имеет никакого смысла. Это просто трата времени, которая к тому же потребует огромных материальных затрат, почти равных пилотируемому полету.

– Вообще-то четыре недели – не так уж много, – сказала Панчо.

– Достаточно, чтобы вплотную приблизиться к банкротству, детка! Уже через три недели Хамфрис может забрать себе всю корпорацию!

– Во всем случившемся виновата я, – тоненьким голоском сказала Аманда.

Дэн удивленно посмотрел в ее сторону.

– Мартин… Мартин не хочет, чтобы я числилась в составе миссии. Уверена, у него есть определенное влияние на Гринлифа.

– Он не хочет, чтобы ты летела? – переспросил Дэн.

– Если честно, босс, Хамфрис с ума сходит по Мэнди, – пояснила Панчо.

Несколько секунд Дэн молча переваривал информацию.

– А как ты относишься к этому типу, Мэнди? – спросил он.

– Я ощущаю себя в ловушке, – ответила она. – Наверное, на Земле и Луне нет места, где я могу от него скрыться. Я чувствую себя как загнанное в угол животное.

Дэн оставил подчиненных и отправился к себе в кабинет. Он сел в кресло и попросил по телефонной связи найти своего главного советника – женщину, которая возглавляла юридический отдел корпорации «Астро».

Телефонная компьютерная система нашла ее на лыжном курорте в Непале. Изображение на экране обозначилось нечетко, то и дело пропадая. Наверное, держит наручный коммуникатор прямо перед лицом, подумал Дэн. Сзади нее на экране виднелся клочок голубого неба. Солнечные лучи падали на яркую спортивную одежду. На лице советника явно не читалось радости оттого, что ее потревожили в момент отдыха.

– Подумать только! И что занесло тебя в горы Непала? – раздраженно спросил Дэн.

Ему пришлось сделать глубокий вдох и сдержаться, чтобы вновь не ругнуться на трехсекундный интервал связи.

– Пытаюсь немного покататься на лыжах, пока еще на Земле есть снег, – ответила женщина с таким же раздражением.

– Покататься на лыжах?

– К твоему сведению, иногда у меня бывают выходные, только на этот раз я решила наконец-то посвятить себе немного времени и по-настоящему отдохнуть!

Следующие пару минут Дэн рассказывал ей о встрече с инспектором и в точности передал его слова.

– Ты можешь подать просьбу о пересмотре вопроса, однако в ожидании ответа пройдет еще больше времени, чем потребуется на новый испытательный полет!

– Мы вправе попросить их о еще одной встрече, но уже с другим инспектором? Этот парень – фанатик «Новой Морали», а они делают все, чтобы остановить эксплуатацию космоса.

Услышав слова Дэна, женщина нахмурилась.

– Господин Рэндольф, – подчеркнуто начала она, – я тоже член «Новой Морали», хотя и не фанатик! А также, к вашему сведению, вовсе не против космических проектов!

Почувствовав, что со всех сторон его окружают только враги, Дэн сказал:

– Ладно-ладно, я так.

Женщина молчала.

– Мы можем объявить собственностью астероид, исследования которого проводились беспилотным кораблем?

– Исключено.

Такого ответа Дэн и ожидал.

– Ни планеты, ни луны, ни астероиды – никакое космическое тело не может считаться собственностью при исследованиях беспилотными кораблями. Это утверждено международным договором по космическим исследованиям от 1967 года.

Да, от юристов тоже толку нет, мрачно подумал Рэндольф.

– Отдельным индивидуумам можно получить право на эксклюзивное использование части или целого небесного тела, но только с целью разработки залежей природных ресурсов. Корпорациям тоже дают порой такое право.

– Так может корпорация получить разрешение на использование ресурсов определенного астероида, если его достигнет непилотируемый корабль, или нет?

Спустя три секунды раздался ответ:

– Нет.

– Но ведь корабль будет контролироваться с Селены! Вновь пауза, и вновь последовал ответ советника:

– Нет Дэн. Это запрещено законом. В ином случае корпорации могли бы рассылать микрокорабли с исследовательским оборудованием по всей Солнечной системе и присваивать себе все что угодно. Это похоже на попытки патентовать отдельные части ДНК.

– Значит, беспилотный испытательный полет к Поясу ничего хорошего нам не сулит, – задумчиво произнес Дэн.

– Не знаю, что сказать. Решение принимать тебе, я просто юрист, ты же – глава корпорации.

– Спасибо за консультацию, – поблагодарил Дэн и отключил связь.

Мартин Хамфрис вовсе не стал догонять инспектора. Да и зачем? Молодой бюрократ сделал все, как его просили. Едва сдерживая радость, Хамфрис встал на эскалатор, ведущий на нижний уровень Селены. Дело сделано, пора домой!

Все идет просто отлично! – похвалил он себя. Скоро окончательно удастся раздавить Рэндольфа. Можно считать, что все акции «Астро» уже в кармане: остальные члены совета с радостью согласятся продать ему свою долю, как только узнают, что миссия откладывается на неопределенный срок. К тому времени, когда корабль полетит, он уже будет владеть «Астро», а Рэндольф станет нищим. А еще он сделает все, чтобы Аманда осталась здесь. С ним!

Орбита Луны

– Теперь он выглядит гораздо лучше, правда? – спросил Дэн, когда их небольшой челнок подлетел к только что завершенному космическому кораблю с ядерным двигателем.

Панчо кивнула в знак согласия. Судно все еще не блистало превосходной отделкой, но казалось уже солидным и внушительным, сверкая новенькими сферическими топливными баками и модулями. На жилом модуле для экипажа аккуратно вывели большие белые буквы: «Старпауэр-1».

Челнок, на борту которого находились Дэн и Пончо, был обыкновенным малогабаритным судном, одним из тех, что используются на Селене в большом количестве. Эти летательные аппараты достаточно быстро пересекали пространство от города до орбиты и обратно, а потому были очень удобны.

Дэн и Панчо, одетые в коричневую форму с логотипами «Астро», стояли у большого иллюминатора отсека для экипажа и смотрели на детище корпорации. Сиденья в челноках не предусматривались: полет к орбите занимал мало времени, тем более в условиях лунной гравитации. В передней части модуля находился пульт управления, однако им почти никогда не пользовались, так как полет челноков проходил в автоматическом режиме. И все же Дэн чувствовал себя спокойнее, зная, что Панчо – пилот высокого класса.

По мере приближения к топливным бакам нового корабля Панчо даже засвистела от удивления.

– Да у нас море горючего!

– Пришлось немало потрудиться! – заметил Дэн. – Расторг два контракта по гелию-3 с земными электростанциями, чтобы заполнить эти емкости!

– Расторгли контракты? – удивилась Панчо.

– Да, теперь мы в двух шагах от банкротства.

Поняв, что для шефа это очень болезненная тема, Панчо решила сменить разговор.

– Так что вы решили насчет четырехнедельного испытательного полета, о котором говорил инспектор?

Дэн покачал головой.

– Последние несколько дней я искал выход из ситуации.

– И?..

– Ничего. Никто и пальцем не пошевелит, чтобы сказать хоть слово против МАА.

– Значит, нам придется выполнить их требование?

– Похоже на то, – задумчиво отозвался Дэн.

– Тогда зачем мы сейчас прилетели сюда?

На лице Дэна мелькнула тень улыбки. Он вспоминал время, когда пришлось быть пиратом, угонять беспилотные корабли и брать товар на их борту. Это происходило так много лет назад, что кажется, и вовсе было не с ним. Все начиналось как веселая авантюра, как единственный способ, которым Дэн Рэндольф мог выйти на космический рынок, закрытый монополистами. Он выиграл эту войну против монополий и открыл Солнечную систему для свободной конкуренции между отдельными индивидуумами, корпорациями и правительствами. Однако за это пришлось дорого заплатить. Лицо Дэна вмиг помрачнело, как только он вспомнил людей, погибших в этой борьбе. Он и сам не раз висел на волоске от гибели.

– Так что? Это просто прогулка или как?

Оставив мысли о прошлом глубоко в душе, Дэн ответил:

– Я хочу лично осмотреть жилой модуль. А еще мы встретимся с космическим геологом, которого нашел Зак Фриберг.

– Специалист по астероидам?

– Да. Он сейчас на борту корабля. Прилетел на Селену только вчера и сразу же отправился на корабль. Даже ночевал там сегодня.

– Вот усердный работник! Наверное, только что из колледжа?

– Ты права. Недавно с отличием окончил Политехнический институт в Цюрихе.

Диспетчеры мягко состыковали челнок с кораблем. Наконец открылся люк жилого отсека. Слева Дэн увидел раздвижные двери к нескольким личным каютам членов экипажа. Впереди располагались продуктовый отсек и что-то вроде кухни, далее – кабина командира экипажа со столом посередине и шестью небольшими, но удобными стульями. За еще одним открытым люком находился топливный отсек. Справа – санитарное помещение, рядом склад и хранилище для оборудования.

Дэн направился налево, к кухне.

– Стулья? – спросила Панчо, с удивлением глядя на кабинет.

Она парила в нескольких сантиметрах над ковром.

– Во время пути придется постоянно либо ускоряться, либо тормозить, – заметил Дэн. – В нулевой гравитации мы проведем не так уж много времени.

– Я понимаю, но все же настоящая мебель – это сюрприз.

Дэн сотни раз видел отделку жилых помещений в самых разных кораблях и даже принимал участие в проектировании, однако реальность давала совсем другие ощущения. Даже в воздухе чувствовалась новизна металла и ткани. Рэндольф задумчиво провел рукой по пластиковым панелям потолка. Кабина пульта управления была небольшой, но сияла: по панелям уже бегали электрические огни ламп.

– А где же наш юный коллега? – спросила Панчо, озираясь по сторонам.

– Вы, наверное, обо мне говорите? – послышался мужской голос сзади.

Обернувшись, Дэн увидел рослого крепкого парня, держащегося за ручку люка обеими руками. Он оказался лишь немного ниже ростом Дэна, зато шире в плечах и походил на борца: широкое лицо, тонкие губы, глубоко посаженные глаза. Волосы острижены настолько коротко, что почти невозможно угадать, каков их цвет. В ухе сиял небольшой камень – либо бриллиант, либо цирконий, а может, просто стекло.

– Слышал, как вы вошли. Я был в лабораторном отсеке, проверял там оборудование, – сказал он с американским среднезападным акцентом, настолько четко, что можно подумать, будто языку он учился в иностранной школе.

– О-о! – сказала Панчо.

– Меня зовут Ларс Фукс, – сказал парень, протягивая руку Дэну. – А вы, наверное, Дэн Рэндольф.

– Рад видеть вас, доктор Фукс! – сказал Дэн, ответив на рукопожатие.

Рука Ларса оказалась сильной и крепкой.

– Познакомьтесь! Панчо Лэйн – главный пилот миссии.

Фукс слегка напрягся.

– Мисс Лэйн и вы, сэр, знаете, я еще не доктор.

– Не важно. Вас рекомендовал Зак Фриберг.

– Да, я очень благодарен профессору Фрибергу.

– Меня зовут Дэн. Если будете называть меня мистером Рэндольфом, то я стану чувствовать себя стариком.

– Извините, сэр, я вовсе не хотел обидеть вас!

– Тогда называйте меня просто Дэном.

– Отлично, как скажете. А вы меня просто Ларс.

– Договорились, Ларс! – весело сказала Панчо и протянула руку.

Фукс аккуратно пожал ее, испытывая небольшое замешательство.

– А Панчо – это женское имя в Америке? – поинтересовался он.

– Нет, это имя только этой женщины, дружище! – засмеялся Дэн.

– Панчо, – задумчиво произнес Ларс, словно привыкая к странному имени.

– Кстати, хорошо держитесь в невесомости! – похвалил его Дэн. – Зак говорил, что для вас это первый полет.

– Спасибо, сэр… э-э… Дэн! Я приехал сюда вчера вечером, так что успел приспособиться к микрогравитации до вашего прибытия.

– Небось всю ночь провел в туалете? – сочувственно спросила Панчо.

– Нуда, несколько раз рвало, – признался Фукс.

– Ничего, со всеми случается, – успокоила девушка. – Тебе нечего стыдиться.

– Да, все нормально, – отозвался Ларс.

– Уже выбрал себе апартаменты? – спросил Дэн. – Ты первый прибыл на борт, значит, имеешь право выбора.

– Эй! Я еще раньше бывала на этой посудине! – заявила Панчо. – Вы же знаете, босс! И Аманда тоже!

– Личные каюты все одинаковы, – сказал Фукс. – Так что разницы нет.

– Я выбираю себе последнюю каюту слева, – сказал Дэн, глядя на коридор, шедший вдоль всего отсека. – Она ближе всех к туалету.

– Вы? – удивилась Панчо. – С каких это пор вы в составе экипажа?

– Уже четвертый день. Тогда-то я и пришел к разным выводам…

Бар «Пеликан»

– Таков мой план! – закончил Рэндольф.

Он и Панчо стояли за одним из небольших столиков в дальнем уголке бара, подальше от шума разговоров других посетителей. Они беседовали тихо, склонив головы друг к другу, словно что-то замышляли.

На самом деле так оно и было. Дэн чувствовал себя почти счастливым. Проклятые бюрократы пытались связать его, как только могли, причем за ними стоит Хамфрис. Именно он командует МАА и идиотами из «Новой Морали» как марионетками. Эти глупые псалмопевцы не хотят, чтобы люди летели к астероидам. Им, видите ли, нравится Земля такой, какая она есть: несчастная, голодная, безнадежная и погибающая. В какой-то мере кризис парникового эффекта пришелся «Новой Морали» только на руку: они еще яростнее стали кричать о том, что «пришло время наказать грешников», и тому подобную чушь.

Смутно Дэн вспоминал свое детство и уроки истории. Тогда им рассказывали о неком существовавшем в двадцатом веке движении под названием «нацизм». Оно пришло к власти в результате экономической депрессии, нехватки продовольствия и безработицы. Если, конечно, он правильно помнил историю.

«Итак, „Новая Мораль“ уже охватила своими щупальцами МАА. Наверное, и Мировой Экономический Совет тоже, – думал Дэн. – А Хамфрис управляет ими, как симфоническим оркестром, используя всех этих дураков для того, чтобы связать мне руки и полностью завладеть „Астро“ и „Старпауэр“. Но это вовсе не так уж и легко, партнер!»

– В чем дело? Вы почему-то смеетесь, – спросила Панчо.

– Смешно.

– Что смешного? Вы сказали «вот мой план», а потом стали смеяться.

Дэн сделал глоток бренди.

– Панчо, я всегда говорил, что из любой ситуации рано или поздно появляется выход. Так вот – я лечу с вами!

– Вы?!

– Да.

– К Поясу?

– Вам все равно нужен бортовой инженер, а я знаю системы этого корабля не хуже любого другого специалиста.

– Боже праведный!

– Да, я квалифицированный астронавт и лечу с вами. Экипаж таков: ты, Аманда, Фукс и я.

– Но ведь все равно придется ждать, когда корабль вернется из экспериментального полета, – заметила Панчо, взяв в руки пиво.

Дэн допил содержимое своего стакана.

– Босс, а что вы пьете? – поинтересовалась Панчо.

– Пусть думают, что все идет по плану. Только когда корабль полетит в экспериментальный полет, на его борту будет наш экипаж! – заговорщическим тоном произнес Дэн.

– Так просто?

– Да, так просто. А уже на борту придумаем новый план полета. Вместо ускорения в одну шестую скорости света, как планировали ранее, мы полетим на одной третьей и укоротим время полета вдвое!

У Панчо появились сомнения.

– Лучше пришлите на борт навигатора.

– Нет, – сказал Дэн, показав пальцем. – Ты – наш главный навигатор, ты училась на протяжении долгих недель и теперь являешься настоящим профессионалом. Если ты не способна принять командование кораблем, значит, я просто выкидывал деньги на ветер!

– Способна!

– Отлично, я и не сомневался.

– Просто мне было бы легче, если бы на борту находился настоящий специалист.

– Никаких специалистов! Никого, кроме нас, на борту не будет! Никто даже знать об этом не должен, включая в первую очередь Хамфриса!

Панчо махнула рукой.

– Не волнуйтесь. Он и слова мне не сказал с тех пор, как мы перенесли сестру.

– Думаю, ему неизвестно теперешнее местонахождение дьюара.

– Вряд ли. Он знает все.

– Возможно, но только не про этот полет. Никто не должен о нем знать, детка! Понимаешь? Не говори даже Аманде и Фуксу. Это наш с тобой секрет.

– Да, а как же диспетчеры?

– Что?

– Как вы собираетесь скрыть это от диспетчеров? Не удастся просто так проникнуть на борт «Старпауэра» и улететь без их ведома! Мы не сможем даже долететь на челноке до корабля, если они будут против.

Некоторое время Дэн сидел молча, небольшими глотками отпивая бренди.

– Об этой проблеме я еще не думал.

– Вот именно! А она не из разряда простых.

– Да, ты права!

– Входим в азарт, а, босс? – покачав головой в знак неодобрения, спросила Панчо.

– А почему бы и нет? Мир катится в бездну, «Новая Мораль» постепенно подчиняет все правительства и организации. Хамфрис пытается выкинуть меня из моей же собственной компании. Что может быть в такой момент веселее, чем угон собственного корабля и несанкционированный полет к Поясу Астероидов?

– Странно все как-то…

Стакан Дэна был уже пуст. Он нажал на кнопку на краю стола, чтобы подозвать одного из сновавших между столиков роботов-официантов.

– О диспетчерах не волнуйся! Найдем какой-нибудь способ.

– Найдем?

– Да, я и ты.

– Босс, я пилот, а не преступник!

– Из тебя получился бы отличный шпион.

– Мне пришлось тогда согласиться, и мы оба это знаем!

– Ты с успехом залезла в файлы Хамфриса.

– Ага, и он обнаружил взлом уже через несколько секунд!

– Ладно, что-нибудь придумаем.

Панчо хмуро кивнула, но мысленно улыбнулась: она уже придумала!..

Центр управления полетами

Все подсчеты должны быть верными.

Даже несмотря на плащ-невидимку, который скрывал ее от посторонних глаз, Панчо нервничала. Бесшумными шагами она вошла в здание космического порта «Армстронг». Часы показывали почти два пополуночи. В центре управления полетами было тихо. Дежурили лишь два диспетчера, да и те дремали, откинувшись на спинки кресел. Откуда-то доносился запах свежезаваренного кофе.

Панчо никому не сказала о своей ночной прогулке. Лучшим выходом из ситуации она сочла вновь «позаимствовать» плащ и выполнить самую трудную задачу самостоятельно, не вовлекая других, включая Рэндольфа. Чем меньше людей знает о плаще, тем лучше.

В этот поздний час ни посадок, ни взлетов не планировалось. Основной персонал всегда находился в главном зале центра, так как график и правила требовали, чтобы на экстренный случай там дежурили специалисты.

Но какой экстренный случай мог произойти? Панчо перебирала в уме все возможные ситуации. Девушка уже миновала сонных диспетчеров первого зала и двигалась дальше. Странные правила все-таки… Космические корабли не прилетают и не улетают в одну секунду, а скоростные экспрессы с Земли прибывают только через шесть часов, рано утром. Достаточно времени, чтобы собрать персонал, если возникнет необходимость. Единственно возможный экстренный случай мог произойти, если какая-нибудь группа на одном из постов на поверхности Луны потеряет связь с остальными.

Или, может, у какого-нибудь астронома в обсерватории «Фарсайд» на темной стороне Луны случится приступ аппендицита, а радиосвязь нарушится, и они отправят несчастного на баллистической развалюхе к Селене без предупреждения. Единственный «экстренный случай», который мог прийти Панчо в голову.

А может, такой случай, когда женщина-невидимка пробирается в центр полетов и подменяет данные в завтрашнем списке планируемых полетов? Нет, не в завтрашнем, подумала Панчо. Уже два часа утра, значит – в сегодняшнем.

Она села в одну из пустых кабин диспетчеров как можно дальше от дремавшего персонала и стала ожидать того момента, когда из открытой двери в буфет появится третий и принесет товарищам кофе. Один из дежурных – полный парень – откинулся на спинку кресла и почти спал. Его глаза были закрыты, а в ушах виднелись наушники – не рабочие, а наушники плейера. Значит, он слушает музыку. Парень ритмично, в такт музыке, покачивал головой.

«Надеюсь, играет колыбельная!» – подумала Панчо. Наконец со стороны буфета подошла женщина-диспетчер. Сев на свое место, она отпила кофе и скорчила гримасу, затем повернулась в сторону Панчо и посмотрела прямо ей в лицо. Девушка замерла на месте, по спине пробежал мороз. Через секунду взгляд женщины обратился в другую сторону, и она вновь принялась пить кофе. Панчо с облегчением вздохнула.

Дежурная заглянула в кабину парня, неодобрительно сдвинула брови, заметив его занятие, и надела рабочие наушники.

Хорошо, подумала Панчо. Однако в пустом зале ей не нравилась даже тишина. Днем, когда центр функционировал в полном рабочем режиме, корабли все время прилетали и улетали. Будь в зале больше диспетчеров, гул разговоров только сыграл бы на руку: никто не услышал бы постукивания ее пальцев о кнопки клавиатуры. Однако в этом случае вряд ли нашлась бы хоть одна пустая кабина, так как в дневные часы работы всем сотрудникам строго предписывалось находиться на рабочих местах.

Панчо осторожно нажала несколько кнопок на клавиатуре, чтобы в первую очередь отключить голосовую систему, а затем вызвать график полетов. Женщина в кабинке диспетчера ничего не услышала, а если и услышала, то, вероятно, не придала никакого значения. Парень уже полностью погрузился в сон: его голова склонилась на плечо, объемистый живот мерно поднимался и опускался.

В графике стоял только один планируемый полет на Селену. Согласно плану, корабль должен приземлиться через пять часов. Достаточно времени, чтобы сделать все, что нужно, и уйти, прежде чем диспетчеры начнут прибывать к началу рабочего дня.

Медленно, очень осторожно, одновременно следя за женщиной-диспетчером, Панчо нажала еще несколько кнопок на клавиатуре. Закончив свое дело, она встала и тихо покинула зал, вернувшись в катакомбы. Оставив плащ в шкафчике, девушка с грустью подумала о том, когда теперь он сможет еще понадобиться. Не оставить ли его у себя? Но тогда Айк обнаружит, что плащ исчез, и это может плохо кончиться. Пусть лучше лежит на своем месте. Лишь бы Вальтон не вздумал поменять комбинацию цифр кода.

Панчо вдруг охватила внезапная паника: Элли исчезла из контейнера, в котором она оставила ее несколько часов назад. Змея могла вылезти, почуяв прохладный воздух, но Панчо только вчера скормила ей мышь, а это обстоятельство гарантировало, что в последующие дни Элли будет спокойно отдыхать и переваривать пищу. Наверное, нарушился ее сон и она выползла через одну из щелей.

Несколько минут Панчо искала змею и наконец нашла ее. Элли свернулась кольцом и лежала на полу около вентилятора. Когда девушка попыталась взять ее в руки, та едва не укусила хозяйку.

Панчо встала на колени и нахмурилась.

– Эй, не смей шипеть на меня, девочка! Я знаю, что помешала твоему сну, но это еще не причина бросаться на собственную мамочку.

Змея высунула тонкий язык.

– Да уж, давай, понюхай. Это я! Успокойся, дорогая, я снова нежно оберну тебя вокруг своей ноги, и мы вернемся домой! Хорошо?

Через несколько минут Элли успокоилась и опять свернулась в блестящее серебристое кольцо. Панчо протянула руку и, увидев, что змея задремала, осторожно взяла ее.

– Давай, девочка, пошли! Мы пойдем домой, и там ты будешь спать сладким сном.

Но не долго, добавила про себя Панчо.

Исследовательский центр Хамфриса

Пронзительный звонок телефона вырвал Хамфриса из приятного сна, в котором он видел Аманду.

Сон был не эротический. Странно, Аманда никогда не снилась ему в эротических снах. На этот раз они плыли на яхте по спокойному лазурному морю и смотрели вдаль, стоя у борта. Хамфрис немного нервничал, впрочем, как всегда на море, не в силах избавиться от страха утонуть.

Аманда стояла рядом в прекрасном светло-голубом платье, свежий ветер развевал ее волосы. Она молча смотрела на него грустными глазами.

– Я скоро улетаю, – тихо сказала она.

– Ты не можешь просто так покинуть меня! Я не позволю!

– Я совсем не хочу покидать тебя, дорогой, но меня заставляют! Я должна лететь, у меня нет выбора.

– Кто тебя заставляет? Кто? – настаивал Хамфрис.

– Ты знаешь кто! Мало того, ты им даже помогаешь!

– Да, это Рэндольф! Он хочет отнять тебя!

– Да, – сказала Аманда, потупив взгляд.

Когда она вновь подняла глаза, он увидел в них слезы и мольбу о спасении.

В этот момент раздался звонок телефона.

Хамфрис проснулся и сел на кровати, злобно озираясь вокруг.

– Вывести изображение на экран! – скомандовал он.

Картина Пикассо с изображением обнаженной женщины исчезла, и на экране возникло хмурое лицо шефа службы безопасности.

– Извините, что разбудил вас, сэр, но вы приказали сообщать вам лично в любое время дня и ночи о передвижениях мисс Каннингем.

Взглянув на цифровые часы на ночном столике, Хамфрис снова повернулся к экрану на стене.

– И куда она собирается в четыре часа утра? – рявкнул он.

– Сэр, сейчас она спит в своей комнате, но…

– Тогда зачем понадобилось будить меня, идиот? – заорал Хамфрис, бледнея от гнева.

Шеф службы безопасности судорожно сглотнул и ответил:

– Сэр, ее имя появилось в списке одного из экипажей.

– В списке экипажей? Каком еще списке?

– Она и еще трое людей числятся в составе экипажа корабля «Старпауэр-1», который находится на орбите Луны.

– Сегодня? Сейчас?

– Да, сэр. Полет назначен на восемь часов утра. Значит, остается еще четыре часа, подумал Хамфрис.

– Список выявлен только что?

– Обозначился час назад, сэр.

– Зачем им понадобилось лететь к «Старпауэр-1»? – вслух задался вопросом Хамфрис.

– Этот корабль в девять часов должен отправиться в экспериментальный полет.

– Я знаю! – снова рявкнул Хамфрис. – Длительный беспилотный полет.

– Может быть, они направляются туда, чтобы сделать последнюю проверку систем, прежде чем корабль покинет орбиту?

– Ты говоришь, с ней еще трое? Кто?

– П. Лэйн – первый пилот, Л. Фукс – ученый, и С. Н. Бернард – врач, – зачитал список шеф службы безопасности.

– Я знаю Лэйн, а кто остальные двое?

– Фукс – выпускник Политехнического института в Цюрихе, только что прибыл на Селену. Бернард, наверное, медик.

– Наверное?! Что значит «наверное»? Мне нужно знать точно и немедленно!

– Он сотрудник корпорации «Астро», – сконфузившись, ответил мужчина на экране. – У нас нет данных на него, никаких документов, фотографий. Мы смогли лишь найти его имя в числе сотрудников «Астро», а также информацию о занимаемой должности, отпечатки пальцев и сетчатки глаза.

– Дэн Рэндольф! Это вымышленное имя Рэндольфа.

– Сэр?

– Срочно проверить отпечатки, сравнить их с данными Рэндольфа!

– Слушаюсь, сэр.

– А также срочно отправить двоих людей к квартире мисс Каннингем и доставить ее ко мне!

– Будет сделано!

Экран погас, и снова появилась картина Пикассо. Хамфрис выскочил из постели вне себя от гнева.

– Этот подонок считает, что может просто так улизнуть к Поясу, взяв с собой Аманду! Мы еще посмотрим, куда он отправится!

Дэн уже оделся и ждал в белом скафандре наподобие тех, что носит медицинский персонал «Астро». Личность «С. Н. Бернард» и несколько аналогичных он создал и хранил в списках сотрудников корпорации на всякий случай: своего рода напоминание о тех днях, когда был вне закона.

У него все еще оставались небольшие счета в банках Земли под различными именами на случай, если когда-либо придется на время «исчезнуть».

Дэн улыбнулся и направился по тоннелю, ведущему к космопорту. «Я ненадолго исчезну. Исчезну из всей системы Земля – Луна, оставлю позади Марс и направлюсь к Поясу Астероидов. МАА и Хамфрис окончательно сойдут с ума, когда узнают, что мы на борту „Старпауэра-1“.

Акции «Астро» должны резко подскочить, как только мы вернемся с положительными результатами исследования астероидов. Юристы могут спорить о деталях, но несколько миллиардов долларов стоят того, чтобы рискнуть и начать разработку рудников на Поясе. Общественность тоже поддержит проект».

Однако улыбка Рэндольфа исчезла, когда он увидел, что около электромобиля, который отвезет их в порт, нет ни Панчо, ни Аманды. Дэн разозлился не на шутку. Они договорились встретиться здесь ровно в пять. Ах, женщины, женщины…

– Давай скорее, Мэнди! – торопила напарницу Панчо. – Дэн наверняка уже ждет нас.

– Сейчас, подожди еще минуточку, пожалуйста! – ответила Аманда из санитарного отсека. – Мне нужно…

В этот момент кто-то нетерпеливо постучал во входную дверь.

– Это еще кто?! – возмутилась Панчо.

– Я готова, – сказала Аманда, выйдя из ванной. Вместо ответа Панчо открыла входную дверь. Однако там оказался вовсе не Дэн Рэндольф, а два незнакомца в одинаковых темно-серых деловых костюмах. Один из мужчин был с длинными светлыми волосами и густыми усами, другой – выше ростом и по-военному коротко пострижен. Оба походили на копов.

Наверное, узнали, кто залез в файлы центра полетов, подумала Панчо.

– Аманда Каннингем? – спросил блондин. – Пройдемте с нами, пожалуйста.

Панчо показала на напарницу.

– Она никуда с вами не пойдет. Мы и так уже опоздали на работу.

Парни молча прошли мимо Панчо.

– Вам придется пойти с нами, мисс Каннингем! – повторил блондин.

– Куда? И по чьему приказу?

– Господин Хамфрис желает вас видеть, – ответил блондин, и напарник неодобрительно посмотрел на него.

– Подождите-ка минутку! – сказала Панчо.

– Не вмешивайтесь! – рявкнул длинноволосый. – У нас приказ доставить мисс Каннингем в резиденцию господина Хамфриса. Именно это мы и сделаем.

– Мэнди, позвони в службу безопасности! Эти парни работают на Хамфриса, – сказала Панчо.

Аманда обошла кровать и взяла со столика телефон, однако блондин оказался быстрее и выхватил аппарат.

– Мы вовсе не хотим применять физическую силу, но у нас есть задание, и мы должны выполнить его, мисс.

– А насколько мы будем вежливы – зависит от вас! – заметил его напарник.

Аманда смотрела на них, широко раскрыв глаза, в которых угадывались страх и замешательство. Блондин сделал еще один шаг к Аманде.

– Так что пойдем, детка! Мы никому не хотим причинять вред!

Мэнди отступила назад. Заметив, что все внимание парней сосредоточено на Аманде, Панчо мгновенно наклонилась и сняла с ноги Элли.

– Эй, умники! – позвала она и кинула змею.

Парень успел заметить ее движение и отскочил в сторону, инстинктивно закрывая лицо рукой.

– Что за?..

Элли ударилась о руку брюнета и упала на пол. Гневно шипя, она поползла в сторону парня.

– Господи, Боже! Что это?

Где-то в кармане его куртки зазвенел телефон. Брюнет медленно опустился на пол, и змея направилась к нему. Казалось, несчастный одеревенел от страха.

Панчо махнула Аманде, и та, перешагнув через брюнета, подошла к напарнице.

Парень на полу отодвинулся назад, но змее оставалось до него лишь десять сантиметров. Хищные глаза следили за малейшим движением жертвы.

– А-а-а! – завопил брюнет.

Второй вытащил из кармана пистолет, но рука тряслась от страха.

– Ей не нравятся громкие звуки. Просто сиди тихо и не двигайся, – сказала Панчо.

Парень глянул на девушек и снова уставился на змею. Элли медленно двигалась к нему, злобно шипя.

– Сделайте… что-нибудь, – хрипло зашептал он.

– Лучше брось оружие. Если промахнешься, она точно укусит твоего дружка!

Блондин кинул пистолет на кровать.

– Уберите ее! – взмолился он.

Панчо наклонилась вперед к Элли. Телефон продолжал звонить, что только сильнее раздражало змею. Брюнет нервно отмахнулся и попытался вскочить на ноги. В этот момент Элли одним быстрым движением впилась в мясистую часть его ладони.

Брюнет закричал и рухнул на пол, потеряв сознание. Панчо наклонилась и взяла змею на руки, осторожно держа ее так, чтобы она не укусила и ее.

– Если ему на протяжении часа не введут противоядие, он умрет, – сообщила она.

Посыльный Хамфриса беспомощно смотрел на напарника, не зная, что делать.

– Отвези его в больницу!

Панчо быстро взяла дорожную сумку и, по-прежнему держа Элли в руках, принялась там рыться. Наконец, найдя небольшую ампулу, кинула ее парню.

– В больницу! Немедленно! Расскажи, что случилось, и дай им этот пузырек. Это противоядие!

Затем, схватив все еще расстегнутую сумку, она направилась к двери. Аманда последовала за ней. Когда они быстрым шагом шли по коридору, Панчо оглянулась назад и увидела, как блондин, взвалив на плечи мощное, но безжизненное тело напарника, направился в другую сторону коридора, к больнице.

– Хорошая девочка Элли! – сказала Панчо. Змея спокойно обвила ее ногу и задремала.

Когда они наконец прибыли к тоннелю, ведущему в космопорт, Дэн Рэндольф пребывал в бешенстве.

– Где вы были? Мы уже опаздываем!

– Расскажем позже, босс, – сказала Панчо, быстро забираясь в электромобиль.

– Это все Мартин, – сказала Аманда.

– Хамфрис?!

– Да, он хочет получить Мэнди и, я думаю, в курсе наших планов.

– Что там у вас произошло? – настаивал Дэн.

Пока электромобиль летел по тоннелю, девушки кратко рассказали о случившемся.

Мартин Хамфрис сидел за столом и холодно смотрел на испуганное лицо блондина. Лоб парня покрылся потом, он нервно теребил усы.

– Значит, вы позволили ей уйти? – сказал Хамфрис, после того как подчиненный в третий раз объяснил причину провала.

– Мой напарник умирал! Его укусила змея!

– Вы позволили мисс Каннингем уйти! – ледяным тоном повторил Хамфрис.

– Я спешил отвезти его в больницу! Иначе он бы умер.

– Вы не позвонили мне, или в службу безопасности, или кому-нибудь другому, кто смог бы помешать им!

– Но я звоню вам сейчас, – с пылом сказал блондин. – В эту минуту они как раз, наверное, пристыковываются к кораблю. Вы можете позвонить в центр управления полетами и попросить задержать вылет.

– Да? Ты так считаешь?

– Время ведь еще есть.

Хамфрис отключил связь. Тупица! Отправили на простейшее задание, а он умудрился все провалить!

– Отменить полет! – вслух произнес Хамфрис и покачал головой.

«Я должен позвонить в центр управления полетами и сказать им, что Дэн Рэндольф угоняет мой корабль и забирает с собой мою женщину. Отличный заголовок для скандальной статьи! То-то все повеселятся».

Хамфрис стукнул кулаком по столу. Аманда убегает с Рэндольфом! Наверное, он давно положил на нее глаз и просто ждал удобного случая сбежать с ней. Что ж, хорошо. Теперь они могут быть вместе. Она предпочла этого неудачника, тогда пусть и умрет вместе с ним!

Он так сильно стиснул зубы, что послышался скрежет. От боли начала раскалываться голова. Шея и плечи напряглись от усилия, а кулаки так сжались, что ногти до крови впились в ладони.

«Значит, Аманда убежала с Рэндольфом… Я получу „Астро“, но ее потерял навсегда. Они умрут все вместе, ничто их уже не спасет. Я не хотел кого-нибудь убивать, они сами виноваты».

Жаль, что он не умеет плакать. Вместо этого Хамфрис посмотрел на список главных акционеров «Астро» на экране и со всей силы стукнул по нему кулаком, подняв фонтан искр.

«Старпауэр-1»

Фукс встретил их в космопорте, удивившись, почему все трое собираются на корабль за час до того, как он покинет орбиту и направится к Поясу Астероидов.

– Планы поменялись, Ларс, – сказал Дэн, увидев удивленное лицо. – Мы тоже летим.

Брови Фукса поднялись от удивления.

– МАА дала разрешение?

– Не имеет значения, – сказал Дэн, когда все четверо садились в кар, который должен подвезти их к челноку.

Фукс помедлил, стоя у открытого люка.

– Мы отправляемся! С тобой или без тебя, – повторил Дэн.

На лице молодого сотрудника появилась слабая улыбка.

– Как это без меня? Конечно же, со мной! – сказал он и запрыгнул в кабину.

Дэн улыбнулся в ответ и удивился скорости, с которой Ларс перепрыгнул шесть ступеней до кабины. Аманда и Панчо уже заняли свои места. Фукс сел поближе клюку, а Дэн – позади кресла водителя, сидевшего за специальной перегородкой.

Панчо, надев наушники, стала ожидать приказа из центра. Дэн знал эту процедуру и надеялся, что центр управления даст разрешение на отправку к челноку. Если они хотят задержать их, сейчас самый удобный момент.

Прошло несколько секунд, водитель запустил двигатель и направил машину в сторону стоянки челноков. Некоторое время спустя они уже находились в кабине небольшого космического судна, а еще через несколько минут, состыковавшись с кораблем, медленно плыли по переходному люку, ощупывая руками его стенки и низкие потолки.

Наконец Аманда и Панчо заняли места у пульта управления.

– Некоторое время мы будем в невесомости, так что используйте зажимы для ног.

Фукс кивнул. Сжав губы в тонкую линию, он о чем-то размышлял. Дэн тоже задумался, прекрасно понимая, что их могут остановить в любую минуту. Впрочем, с каждым мгновением эта возможность становилась все более призрачной. Они должны победить!

– Пять секунд до отсчета, – сказала Панчо.

Как только Дэн схватился за один из поручней на стене кабины, челнок почти беззвучно направился к кораблю, ожидавшему их на орбите. Дэн удержался, но Фукс от неожиданности едва не упал, и Рэндольф поддержал его за локоть.

– Я… прошу прощения, – сказал Фукс. – Просто не ожидал.

– Все в порядке, – сказал Дэн, впечатленный твердыми мускулами астронома. – Это ведь только второй твой полет?

Фукс выглядел немного бледным.

– Мой второй полет с поверхности Луны. До этого я летел на шаттле с Земли до Селены.

Дэн видел, что в невесомости Фукса начинает тошнить.

– С тобой все нормально? – спросил Дэн участливым тоном.

Рэндольфу вовсе не улыбалось, чтобы во время стыковки с кораблем Фукса вырвало прямо на него.

– Я принял все необходимые меры на экстренный случай, – со слабой улыбкой ответил Фукс.

– Очень хорошо.

– А еще у меня есть вот что. – Ларс показал несколько гигиенических пакетов в кармане скафандра.

– Молодец! – сказал Дэн, надеясь, что Фуксу не представится возможность использовать их по назначению.

Под контролем центра управления полетов Селены челнок состыковался со «Старпауэром-1», и Дэн с радостью услышал, как открылся люк в корабль.

– Подтвердить стыковку! – приказала Панчо. – А вы, ребята, проделали отличную работу. Мне даже не пришлось и пальцем дотронуться до панели управления.

Диспетчер что-то ответил Панчо, и девушка рассмеялась.

– Да, знаю. Поэтому вы и получаете большие деньги! Ладно, мы пошли на борт корабля.

– Я поставлю автоматическую программу отстыковки челнока и его возвращения в порт, – сообщила Панчо, обернувшись к Дэну.

– Хорошо, – сказал он, подняв держатели, и поплыл в невесомости к люку.

Диспетчеры в центре полетов были уверены, что четверо отбывших на челноке людей летят к кораблю, чтобы проверить все системы на месте, перед тем как судно покинет орбиту. Как ожидалось, в скором времени четверо пассажиров челнока вернутся в порт.

– Да, там очень удивятся, когда увидят, что в челноке никого нет, – сказала Панчо, улыбаясь.

Дэн проплыл через люк в тесный переходной отсек и набрал код доступа в корабль.

– Ладно, давайте перебираться на борт нашего звездного экспресса к Поясу.

– Вы первый, босс. Вы – самый главный, к тому же владелец.

– Один из трех владельцев, если быть точным. Кстати, один из двух остальных наверняка придет в бешенство, узнав о нашем плане.

– Думаю, он уже в курсе, – сказала Аманда.

– Да. Иначе зачем ему понадобилось отправлять этих парней за Амандой? – кивнула Панчо.

– Странно все же. Почему тогда он не поднимает тревогу? Почему не пытается остановить нас?

Фукс смотрел то на Аманду, то на Панчо, то на Дэна, ничего не понимая в их разговоре.

– Ладно, давайте перебираться на борт, пока он не действительно не поднял шум, – сказала Панчо, направляясь к люку.

Внезапно почувствовав беспокойство, Дэн первым проплыл через люк и оказался в «Старпауэре-1». Он тут же начал проверять запасные люки, а Панчо направилась к пульту управления в пилотской кабине. Аманда замешкалась, едва не ударившись о крышку люка, однако Фукс быстро схватил ее за плечи и помог сохранить относительное равновесие.

– Спасибо, Ларс, – поблагодарила Мэнди.

Дэну показалось, что лицо Фукса немного покраснело. Он отпустил девушку, и та быстро проплыла через оба люка, даже не коснувшись стен. Ларс последовал за ней и тут же ударился. Дэн едва не рассмеялся над неуклюжими движениями молодого выпускника. Он понимал желание Ларса блеснуть перед девушками своей физической силой.

Однако, зайдя в корабль, Дэн помрачнел. Хотя Аманда одета в обычную космическую форму пилота, ему, видимо, все же придется играть роль буфера между двумя молодыми людьми.

Он направился к пульту управления, плавно передвигаясь в невесомости и слегка отталкиваясь от стен отсеков.

Панчо уже сидела в кресле первого пилота, быстро пробегая пальцами по клавиатуре панели управления. Через толстые стекла передних иллюминаторов виднелась мертвая, серая поверхность Луны и далее, за ней, сияние земной поверхности, освещаемой Солнцем.

– Я отсоединила управление челноком, – сказала Панчо. – Там уже, наверное, вовсю орут нам по радио «что случилось?».

– Выведи их на громкую связь, – сказал Дэн.

Аманда плавно опустилась в кресло второго пилота и надела ремень безопасности. Фукс стоял сзади, благоразумно зафиксировав ноги в держателях.

– У нас есть сигнал об отсоединении нескольких линий, – послышался мужской голос.

Диспетчер был явно недоволен и раздражен. Панчо посмотрела через плечо на Дэна, который приложил указательный палец к губам, призывая к молчанию.

– Молчи, пока что не отвечай, – сказал он шепотом. Закрыв микрофон рукой, Панчо ответила:

– Я готова отстыковать челнок.

– Тогда приступай!

– Начинается операция по отстыковке челнока! – громко сказала Панчо в микрофон.

– Вы на борту челнока? – спросил диспетчер. – Мы не можем посадить судно, пока есть сигнал обрыва связи. Потеряно управление челноком.

На панели управления зажглась красная лампочка и снова погасла.

– Отстыковка челнока! – повторила Панчо.

– Ответьте: вы на борту или нет? – снова послышался вопрос диспетчера.

– А где же еще нам быть?! – невинным голосом ответила Панчо и тут же отключила линию связи с Селеной.

Аманда быстро ввела программу автоматического старта. Ее пальцы с красивым маникюром быстро перебегали по кнопкам панели управления.

– До отправления три минуты, – сказала она.

– Отлично, – отозвалась Панчо.

Несмотря на самообладание, Дэн все же ощутил, что ладони вспотели от волнения. Он стоял около двух пилотов, готовясь лететь туда, где еще ни разу не бывал человек. «Все, что у меня осталось, – полет на этой „птичке“! – думал он. – Если ничего не выйдет, у меня не будет причины возвращаться сюда! Ни единой причины!»

Он посмотрел на Фукса. Молодой астроном улыбался во весь рот и походил на средневекового рыцаря, который скалится в ожидании момента, когда враги подойдут ближе. Да, у этого парня есть выдержка! Он выбрал правильного человека.

– Две минуты, – объявила Аманда.

– Там, наверное, уже все в панику ударились, – усмехнулась Панчо.

– Жаль только, что сделать уже ничего не могут. Сбить, например, – сказал Дэн.

– Они могут отправить за нами корабль миротворческого контингента? – спросил Фукс.

– Как только мы активируем ядерный двигатель, ничто во всей Солнечной системе уже не сможет остановить нас! – спокойно ответил Дэн.

– Только до тех пор, пока не вернемся, – заметила Панчо.

Дэн нахмурился, но через секунду его лицо снова просветлело.

– Когда мы вернемся, мы будем уже богаты.

– Это вы будете богаты, босс, – отозвалась девушка. – А мы останемся такими же простыми сотрудниками вашей корпорации, как и раньше.

Дэн рассмеялся.

– Вы тоже будете богаты. Я позабочусь об этом. Вы тоже будете богаты!

– Да, или мертвы, – усмехнулась Панчо.

– Одна минута до взлета, – сказала Аманда. – Давайте лучше обратим внимание на отсчет!

– Ты права, – сказала Панчо.

Дэн смотрел на дисплей панели управления. Сигнальный значок ядерного двигателя зажегся, как и должен по плану. Горячая плазма, вырабатывая энергию, двигалась через МГД-генератор, где малая часть этой энергии превращалась в электрическую. Внутренние аккумуляторы прекратили свою работу и начали подзаряжаться. Жидкий водород и гелий побежали по трубам, охлаждая сопла двигателя.

– Зажигание! – сказала Аманда, которая любила использовать это слово, невзирая на его неточное значение.

Дэн наблюдал за тем, как менялись данные на дисплеях, но изменения ощущались даже не глядя. Вес снова возвращался в норму, под ногами чувствовалась твердая поверхность.

– Отбываем, – объявила Панчо. – Следующая остановка – Пояс Астероидов.

Космопорт «Армстронг»

В сопровождении начальника личной службы безопасности Мартин Хамфрис прибыл в порт как раз в тот момент, когда «Старпауэр-1» покидал орбиту.

Он стоял в главном зале порта, скрестив руки на груди, и наблюдал за кораблем по большому монитору. Зрелище оказалось вовсе не столь захватывающее: четыре двигателя немного светились, но судно настолько медленно покидало орбиту, что Хамфрис глянул на экран с данными, чтобы удостовериться в его движении.

Небольшой дисплей над монитором показывал медленно приближающийся к порту челнок. В зале стояли четыре ряда диспетчерских кабин, но только три кабины оказались заняты персоналом. Хамфрис заметил, что диспетчеры пребывают в крайне удрученном состоянии.

– Челнок номер шесть, прием! – почти закричал в микрофон сидевший поблизости диспетчер.

Бородатый диспетчер что-то оживленно зашептал сидевшему поблизости коллеге, затем оглянулся по сторонам и взял наушники с рабочего стола.

– Панчо! – гаркнул он в микрофон басом. – Куда вы там все пропали? Что происходит?

В отличие от него Хамфрис прекрасно понимал, что происходит.

Женщина-диспетчер оглянулась и увидела стоящего сзади магната. Скорее всего она узнала его, потому что ее лицо тут же побледнело, и она толкнула плечо сидящего рядом напарника, показав в сторону Хамфриса.

Начальник диспетчерской службы практически вскочил с места, едва не упав на пол, однако, будучи коренным жителем, справился с ситуацией и удержался от плавного лунного падения. Стул в отличие от него все же упал на пол с громким звуком.

Начальник службы безопасности Хамфриса инстинктивно бросился к диспетчеру и помог ему встать, пока Хамфрис и его юрист молча наблюдали за идиотской сценой.

Начальник службы безопасности почти подтащил диспетчера к своему начальнику.

– Господин Хамфрис, – залепетал диспетчер, – мы не знали, что происходит.

– Не мой ли это корабль так стремительно покидает орбиту Луны? – ледяным тоном спросил магнат.

– Да, сэр, но заявка на полет внесена лишь пару часов назад. Я думаю, что Панчо Лэйн и трое других на борту. У них нет разрешения на полет. МАА будет…

– Есть ли способ вернуть их? – спросил Хамфрис с пугающим спокойствием.

Диспетчер потрогал бороду и беспомощно заморгал.

– Ну? Отвечай!

– Нет, сэр. Способа вернуть их не существует.

– Кто еще на борту корабля?

– Но мы точно не уверены, есть ли кто-нибудь на борту… Может, они в челноке и просто не отвечают?! Может, у них повреждено радио…

– Они на борту «Старпауэра-1»! – спокойно сказал Хамфрис. – Кто еще, кроме Панчо Лэйн?

Главный диспетчер и его помощники замешкались.

– Аманда Каннингем – второй пилот, Ларс Фукс – астроном, и С. Н. Бернард – бортовой врач.

– И вы позволили им спокойно взойти на борт моего корабля? – ледяным тоном спросил Хамфрис.

– У них имелись все нужные разрешения! – сказал, покрываясь потом, главный диспетчер. – В частности – разрешение МАА.

Двое стоявших рядом диспетчеров кивнули в знак согласия.

– Аманда Каннингем точно была с ними? Все трое кивнули.

Хамфрис повернулся к экрану и через секунду снова посмотрел на испуганных людей.

– Я хочу, чтобы вы знали: так называемый бортовой врач – не кто иной, как Дэн Рэндольф!

Трое диспетчеров вытаращили глаза от удивления.

– Вы даже не проверили их личные данные!

– Но мы не… – начал вновь лепетать главный диспетчер, однако тут же замолчал, увидев свирепый взгляд магната.

– Я понимаю, что вы работаете на Селену, а не на меня, тем не менее уверяю вас: я сделаю все возможное, чтобы вы – трое некомпетентных идиотов – больше не приблизились к центру управления полетами ближе чем на километр!

После этих слов он оставил позади ошеломленных диспетчеров и направился обратно на Селену.

– Начать процедуру скупки всех акций «Астро»? – спросил юрист.

Хамфрис мрачно кивнул в ответ.

– Когда Рэндольф вернется, то обнаружит, что не владеет ни одной! – с довольной улыбкой заявил юрист.

– Он никогда не вернется! – мрачно сказал Хамфрис. – Никто из них не вернется!

Сидя в небольшой каюте, Дэн Рэндольф наконец-то впервые за долгие годы чувствовал, что может по-настоящему расслабиться. Корабль медленно набирал скорость. Фукс уже выглядел намного лучше, к нему вновь вернулось ощущение собственного веса, что очень его радовало. Никакой невесомости больше не будет, теперь они могут спокойно сидеть в креслах, не прикрепляясь предварительно к поверхности пола.

Дэн наслаждался спокойствием. «Земля гибнет, корпорация на грани полного краха, Хамфрис готов в любую секунду снять с тебя скальп, перечеркнуты все правила МАА, корабль летит неизвестно куда, а ты сидишь и сам себе улыбаешься!» – думал Рэндольф.

Он знал причину этой улыбки.

«Я свободен! Всего лишь на несколько недель, но я свободен от всех и всего! Мы сами по себе, и никто нам не помешает!»

Панчо зашла в каюту и направилась к холодильнику.

– Как дела? – спросил Дэн.

– Все системы работают отлично, – сказала она, налив в стакан прохладительного напитка, и села рядом с Дэном.

– Охотно верю. Если ты спокойно покинула пульт управления, чтобы немного подкрепиться, то скорее всего дела обстоят именно так.

– Там Мэнди осталась. Следит за мониторами. На самом деле «птичка» полетит самостоятельно, и нам вовсе не нужно ежесекундно находиться на мостике.

– Какие-нибудь сообщения поступали? Панчо пожала плечами.

– Ну, каких-то там шесть-семь миллионов. На связь выходили все, начиная от Дугласа Ставенджера до Агентства мировых новостей. Все желают поговорить с вами.

– Агентство мировых новостей? – удивился Дэн.

– Да, и еще много других СМИ.

Дэн задумчиво почесал подбородок.

– А что? Вовсе не плохая идея. Если мы собираемся дать интервью, то делать это нужно до того, как улетим туда, откуда беседа в реальном времени невозможна.

– Тогда давайте поторопимся! Как только «птичка» наберет скорость, мы действительно умчимся вперед.

Дэн кивнул и, показав на переговорное устройство, встроенное в перегородку между отсеками, сказал:

– Можешь меня соединить с ними?

– Без проблем, босс.

– Хорошо. Тогда для начала я переговорю с Ла-Гуайрой.

Глава отдела по международным связям корпорации «Астре» – симпатичная и даже слащавая на вид брюнетка – на самом деле была старше и гораздо полнее, чем выглядела на экране. Дэн попросил ее организовать пресс-конференцию с основными крупнейшими информационными агентствами.

– Непременно сегодня! – жестко потребовал он. – Мы летим так быстро, что к завтрашнему дню не сможем разговаривать с Землей без пятиминутного интервала связи.

– Поняла вас, – сказала женщина.

– Организуете?

Она подняла вверх нарисованные брови.

– Организовать крупную пресс-конференцию с человеком, который угнал собственный суперкорабль, не имеющий аналогов, и вскоре оставит позади Марс и направится к Поясу Астероидов для разработки рудников? Не сомневаюсь, что это будет легко, так что давайте на время расстанемся, босс, и я тут же приступлю к делу.

Дэн рассмеялся и помахал рукой. Как хорошо, что он оставил нетронутым свой отдел по международным связям, несмотря на сокращения в других отделах корпорации. Можно уволить бухгалтеров и юристов, избавиться от бумагомарателей и бездельников – счетоводов, но людей, которые следят за твоим имиджем, необходимо беречь. Они последние, кого надо увольнять в экстренных случаях, не считая, конечно, тех, кто занимается реальной работой, – инженеров и ученых.

Панчо наблюдала за Рэндольфом и пила сок. Когда связь с Ла-Гуайрой оборвалась, она наконец спросила:

– Что теперь?

– А теперь будем ждать, пока мои люди займутся своей работой.

– И сколько времени на это потребуется?

– Через час узнаем, – ответил Дэн. – Если потребуется больше, значит, возникли какие-то сложности.

Панчо кивнула в знак согласия.

– Да, я слышала. Потом разрыв во времени будет увеличиваться и может дойти до пяти минут. Интервал в связи, который был сейчас между вами, уже больше, чем обычный промежуток в разговорах между Землей и Лунной.

Дэн встал с кресла и подошел к автомату с кофе. Хотелось бы взять стаканчик «амонтильядо» или сухого хереса, как его называли в Европе, но на корабле не оказалось алкогольных напитков.

Вспомнив историю, которую рассказали ему девушки о своих ночных визитерах, Дэн спросил:

– А что случилось с твоей змеей?

– Элли?

– Да. Ее ведь так зовут, если я не ошибаюсь.

– Ага.

– Так куда ты ее дела?

Панчо подняла вверх правую штанину, и он увидел на ноге девушки голубовато-серебристое кольцо – змея мирно спала на своей хозяйке.

Дэн едва не отскочил назад.

– Ты взяла это животное на борт?

– Я собиралась оставить ее у Пистоля Пита, владельца бара «Пеликан», но из-за бандитов Хамфриса и утреннего приключения у меня не оставалось времени, – смущенно пожав плечами, сказала девушка.

– Ну и ну! У нас на борту ядовитая змея!

– Расслабьтесь, босс! – спокойно сказала Панчо. – У меня есть четыре мыши. Этого достаточно, чтобы Элли была сыта и счастлива на протяжении всего полета.

Дэн недоверчиво покосился на змею. Она проснулась, маленькие хищные глазки сконцентрировались на чужаке.

– Мне не хочется, чтобы эта штука находилась на корабле, Панчо, – покачал он головой.

– Элли не создаст хлопот. Я буду держать ее в милом прохладном местечке, и основную часть времени малышка будет спать. И переваривать пищу, – усмехнувшись, добавила девушка.

– А если что-нибудь произойдет…

Лицо Панчо вмиг стало серьезным. Дэну показалось, что она борется с собой.

– Может, ее заморозить на период полета, а когда прилетим обратно – разбудим? – предложил Рэндольф.

– Она не ядовита, – тихо произнесла Панчо после долгой паузы.

– Что?!

– Я не хотела раскрывать кому-либо тайну, но это действительно так и есть. Элли не ядовита, и я утверждаю обратное, только чтобы ее боялись. Да и подумайте сами: разве Совет Селены позволил бы привезти в город ядовитую змею?

– Но ты говорила…

– Эй, босс, не стоит верить любому моему слову! Девочка должна уметь постоять за себя, понимаете? – почти извиняющимся тоном сказала Панчо.

– А как же насчет того парня, которого она укусила?

– Элли генетически модифицирована. Вместо яда она вырабатывает транквилизатор.

Дэн сурово посмотрел на девушку. Интересно, правда, что ей не всегда можно верить?

– Ученые хотели использовать ее для укрощения диких животных, которых ловили для дальнейшего изучения, но эксперимент не получился.

– И ты взяла ее в качестве домашнего животного, да?

– Нет, в качестве телохранителя.

– А как насчет противоядия? Что же было в ампуле? Панчо рассмеялась.

– Просто соляной раствор, абсолютно безвредное вещество. Парень в любом случае проснулся бы через несколько часов.

Дэн тоже засмеялся.

– Из тебя получился бы хороший мошенник.

– Да, наверное, – признала она.

– Поступил вызов с Ла-Гуайры, – сообщила Аманда по системе внутренней связи.

– Переведи его сюда, – сказал Дэн.

Прошло несколько беспокойных часов, но начальник отдела по международным связям корпорации наконец смогла организовать несколько интерактивных часов конференции с репортерами почти всех крупных каналов новостей Земли и Луны, включая главного редактора новостей Селены – Эдит Элгин, которая вне работы была известна как миссис Дуглас Ставенджер.

Дэн откинулся на спинку пластикового стула в гостиной каюте и улыбался в небольшую камеру встроенного в стену коммуникатора. Глава отдела по международным связям играла роль посредника, выбирая, когда и какой репортер будет задавать вопрос. Интервал в интерактивном общении, как оказалось, играл Дэну только на руку: у него было достаточно времени тщательно обдумать вопрос и дать ответ.

Надо всегда прежде подумать и только потом отвечать! – еще раз напомнил себе Рэндольф.

Интервью

«Кабельные новости»: Почему вы угнали собственный корабль?

Дэн Рэндольф: Как же это может называться угоном, если вы сами утверждаете, что корабль мой? Хотя на самом деле он лишь частично мой. «Старпауэр-1» принадлежит компании «Старпауэр», у которой три владельца: «Космические системы Хамфриса», корпорация «Астро» и жители Селены. Насколько я знаю, ни Хамфрис, ни власти Селены не жалуются на произошедшее, поэтому я не вижу причин называть мой полет «угоном».

«Кабельные новости»: Однако Международная ассоциация астронавтов утверждает, что у вас нет прав находиться на борту судна.

Д.Р.: Издержки бюрократии. Нет никакой причины, оправдывающей запрет экипажу находиться на своем корабле. МАА просто пытается связать нам руки.

Би-би-си: А почему МАА отказалась дать вам разрешение на полет экипажа?

Д.Р.: Хотел бы я знать! По-моему, ответ на этот вопрос надо узнать у них.

Би-би-си: Но у вас ведь есть собственное мнение на этот счет!

Д.Р.: Знаете, бюрократы очень любят зря тратить бумагу и вообще всячески усложнять простейшие процедуры. При всяком новом начинании существует риск неудачи, а бюрократы рисковать не любят. По их мнению, гораздо безопаснее ответить «нет» и потребовать новых и новых экспериментов и подтверждений. А главное – переложить ответственность на кого-нибудь другого и остаться в тени. Если бы МАА руководила переселением американцев на Запад в девятнадцатом веке, то, наверное, до сих пор бы спорили о том, строить Чикаго и Сент-Луис или нет!

Японское агентство новостей: Вы уже выбрали, какие именно астероиды собираетесь исследовать?

Д.Р.: Да, но я не намерен в данный момент раскрывать эту информацию. Не хочу, чтобы нам помешали.

Сразу несколько репортеров одновременно: Что вы имеете в виду? Чего вы боитесь? Какие конкуренты могут помешать вам?

Д.Р.: Ребята, давайте по очереди! Я не в состоянии отвечать на несколько вопросов одновременно! В основном я опасаюсь того, что, если мы объявим, какие именно астероиды собираемся исследовать, МАА найдет причину объявить о запрещении исследований именно этих объектов. Так же, как в свое время объявила запрещенными для любых разработок близлежащие астероиды и спутники Марса.

Агентство новостей «Иберия»: Значит, вы хотите сказать, что у МАА есть и другие причины для запрета? Запрещенные программы?

Д.Р.: Если и существуют тайные планы, то МАА их очень тщательно скрывает. Они отрицают ресурсы близлежащих астероидов и запрещают их использовать, несмотря на то что Земля остро нуждается в помощи. Если бы они могли, то запретили бы и разработку ресурсов в Поясе Астероидов. А по какой причине? Лучше спросить об этом у них.

«Новости Луны»: Вы пытаетесь сказать, что МАА действует против интересов Земли?

Д.Р.: Я не пытаюсь это сказать, а открыто заявляю! МАА всеми своими указами свидетельствует, что работает против интересов Земли.

«Новости Луны»: Если так, то на кого же они работают, по вашему мнению?

Д.Р.: На статус-кво, конечно же. Именно это всегда поддерживают бюрократы. Их цель – чтобы завтра было точно такое же, как сегодня и вчера, и никогда не менялось, даже в лучшую сторону!

Паназиатское информационное агентство: Вы претендуете на роль защитника интересов Земли. Не кажется ли вам, что истинные цели проекта – заработать миллиарды долларов для собственной корпорации?

Д.Р.: Конечно! Но главное: мы докажем, что жители Земли могут пользоваться всеми бесценными ресурсами Пояса Астероидов, и будем рады, когда и другие компании направят свои корабли в эту часть Солнечной системы для разработки месторождений и переправки добытых минералов, металлов и других элементов на Землю.

Агентство новостей «Колумбия»: Конечно же, вы будете рады, когда другие компании займутся разработкой месторождений в Поясе Астероидов, но только после того, как первыми присвоите себе большую часть объектов.

Д.Р.: Это умозаключения очень недалеких людей. В Поясе Астероидов миллионы, даже сотни миллионов объектов, если учесть и самые малые. Мы можем объявить своими тысячу или несколько тысяч, однако по сравнению с общим количеством – это просто ничтожная часть.

Агентство новостей «Колумбия»: Вы говорите «объявить своими»… Разве можно владеть каким-либо небесным телом?

Д.Р.: С 1967 года считалось, что владеть или брать во временное владение или аренду какой-либо объект в космосе – нелегально, но после основания Селены владеть разработкой месторождения полезных ископаемых вполне законно.

«Евроньюс»: Скажите, действительно ли в прошлом вы обвинялись в пиратстве? Разве вы не угоняли космические суда, следовавшие с Луны на Землю и к станциям на земной орбите?

Д.Р.: Это было очень давно, и все обвинения сняты.

«Евроньюс»: А разве сейчас вы не повторяете прошлых ошибок? Вы же делаете то же самое: захватили корабль и летите присваивать себе ресурсы, которые принадлежат всему человечеству!

Д.Р.: Послушайте, любезнейший! Я владелец этого судна, по крайней мере одной трети его. А ресурсы в Поясе Астероидов, о которых вы говорите, не смогут принести ни малейшей пользы человечеству, если останутся там, где они сейчас. Кому-то надо за ними отправиться и начать разработку!

Телеагентство «Анзак»: А правда ли, что «Старпауэр-1» движется на ядерном двигателе?

Д.Р.: Да. Чтобы подробно узнать о так называемом двигателе Дункана, вам нужно поговорить с Лайлом Дунканом, который возглавил группу по разработке всех внутренних систем корабля. Он работает в университете города Глазго.

Телеагентство «Анзак»: Вы действительно собираетесь достичь Пояса Астероидов в течение двух недель?

Д.Р.: Если полетим на скорости в одну шестую световой и затем немного снизим ее, то да.

Агентство мировых новостей: Вы полагаете, полет окупит расходы на проект и поднимет стоимость акций вашей корпорации?

Д.Р. (усмехаясь): Вы, наверное, один из акционеров?.. Если мы будем успешны, то, думаю, стоимость акций существенно возрастет. Но это пока что мои предположения. У нас достаточно проблем с МАА, не хотелось бы, чтобы к ним добавились проблемы с Мировым Экономическим Советом.

Агентство мировых новостей: Сколько людей в вашем экипаже? Вы не могли бы их представить?

* * *

Усевшись в кресле, Хамфрис смотрел интервью, едва сдерживая эмоции. Пытаясь кое-как сохранить спокойствие, он с холодным презрением наблюдал за Рэндольфом и его самодовольными ответами. Как же он ненавидит его и Аманду Каннингем!

Однако когда Аманда появилась на экране, сидя вместе Панчо Лэйн за пультом управления с деловым, серьезным видом в своей летной форме и собранными в прическу волосами, ненависть магната мигом растаяла.

«Как ты могла? – мысленно спрашивал он. – Как ты могла так со мной поступить? Я предложил тебе все, а ты повернулась ко мне спиной!»

Вытерпев эту пытку лишь минуту, он вырвал провод, и монитор на стене погас.

Все кончено, возврата к прошлому нет, подумал он и, повернув к себе настольный календарь, с гневной усмешкой нашел нужную дату очередного совета директоров «Астро» и обвел красным. К тому времени Рэндольф будет уже мертв. Они все будут мертвы, и Аманда тоже! А он – Мартин Хамфрис – станет полноправным владельцем корпорации!

В гневе от дрожи в руках Хамфрис вызвал свою самую любимую справочную любовных агентств и принялся просматривать фотографии доступных женщин.

Нет, никто так не привлекателен, как Аманда… И все же он решил на сегодня кого-нибудь выбрать…

Внешняя зона

Женщина глубоким контральто пела про потерянную любовь. На мостике «Старпауэра-1» тихо звучала музыка в стиле кантри.

– Вы провели отличную пресс-конференцию! – сказала Панчо.

Она сидела за пультом первого пилота. Дэн сел слева от нее, отделенный перегородкой с различными кнопками, проводами и другими устройствами. Он заметил, что Панчо любит заставки: экраны показывали данные на фоне изображения Гранд-Каньона, глянцевого виража летательного аппарата и мускулистых мужчин, улыбающихся на фоне солнечного пляжа.

– Ты про интервью? – усмехнулся Дэн. – Я просто заранее знал две трети будущих вопросов.

Он смотрел на открывающийся впереди вид через иллюминаторы перед панелью управления. Слева, сзади Панчо, находилось Солнце. Его сияние не проникало внутрь благодаря защитному покрытию иллюминаторов, но все же немного слепило глаза. В свете отблесков Панчо выглядела так, словно над ее головой светился ореол. Зодиакальный свет простирался от середины поверхности Солнца через все иллюминаторы и смотровые экраны, в нем плыли клубы пылинок. То были напоминания о первых моментах становления Солнечной системы, когда из таких же точно песчинок постепенно стали образовываться будущие планеты. А там, впереди, простиралась темнота бескрайнего космического пространства. Только несколько наиболее ярких звезд сияли на плотном черном полотне.

– Вы правда считаете, что акции корпорации резко подорожают? – спросила Панчо, не отрывая глаз от экранов.

– Они уже подорожали, хотя лишь на несколько пунктов, – сказал Дэн. – Это одна из причин моего интервью.

Она кивнула.

– Из того, что я потом услышала, МАА хочет быстренько поместить вас в тюрьму, как только вы вернетесь в зону их юрисдикции.

– Не первый раз меня поместят под стражу, – заметил Дэн.

– Да, но это не очень-то приятно?

– Панчо, ты говоришь как взволнованный владелец акций.

– Так и есть.

– Ты волнуешься?

– Я? Волнуюсь? – шутливым тоном спросила девушка. – У меня нет времени на волнения, но мне бы хотелось знать точно, куда именно мы летим.

– Правда?

– Ладно, босс, вы можете пудрить мозги репортерам, но я нисколько не сомневаюсь, что вы уже выбрали объект или даже парочку.

– Вообще-то три, если точнее.

– Три?

– Да, три астероида разного типа: металлический, каменный и углеродный.

– И как далеко в Пояс нам нужно лететь?

– Лучше узнать у Фукса, он ведь специалист по этому вопросу.

Через несколько минут все четыре члена экипажа сидели за столом в гостиной корабля. С одной стороны Аманда и Фукс, с другой – Дэн и Панчо. Перед ними на большом дисплее светилась электронная карта Пояса Астероидов – полоса точек между кругами, изображавшими орбиты Марса и Юпитера. Яркими точками горели крупнейшие из небесных тел.

– Итак, вы видите, что металлические астероиды находятся в основном на внешнем кольце Пояса. Этот район ранее не исследовался, впрочем, как и остальные, – рассказывал Фукс.

– Поэтому конкретного металлического астероида мы еще не выбрали, – сказал Дэн.

– О чем мы здесь говорим? – спросила Панчо. – Три астрономические единицы? Четыре?

– Четыре, – ответила Аманда. – Плюс-минус немного.

– И вы хотите бесцельно кружить там в поисках подходящего объекта? – скептически поинтересовалась Панчо.

– У нас достаточно топлива для маневров? – спросил Дэн.

– Думаю, позволителен только небольшой маневр. В том районе особо не разгуляешься, – сказала девушка, вынимая карманный компьютер.

– Мне нужен астероид с железом и никелем. Не обязательно большой, достаточно и нескольких сотен метров в диаметре.

Фукс улыбнулся, и его лицо с жесткими чертами стало почти по-детски озорным.

– Думаю, я понял. Кусок железа и никеля длиной около нескольких сотен метров содержит достаточно руды, чтобы на целый год обеспечить сырьем всю промышленность Земли.

Дэн показал на него пальцем и подмигнул.

– Молодец, Ларс. Это-то я и хочу им показать, когда вернусь.

– А никто ранее не перемещал такой астероид в район, близкий к системе Земля – Луна? – спросила Аманда.

– Это сделал Ганн, – сказал Фукс. – Он даже назвал астероид Питсбургом в честь центра сталеварения в Соединенных Штатах.

– Да, а Мировой Экономический Совет выкинул Ганна из игры и разрушил объект, – горько заметил Дэн.

– Но ведь нельзя приближать к Земле такие опасные тела, – сказала Аманда. – Представьте, что этот Питсбург вдруг нарушит орбиту Земли и столкнется с планетой. Просто ужасно!

Дэн сердито посмотрел в ее сторону.

– Прошло уже больше четырех веков с тех пор, как Ньютон выявил законы гравитации и движения! Мы можем сделать все необходимые расчеты. Питсбург ничему не угрожал, просто Мировой Экономический Совет никак не в силах успокоиться.

Панчо подняла взгляд от своего мини-компьютера.

– У нас достаточно топлива для маневра только на три дня, если будем находиться на расстоянии четырех астрономических единиц.

– Этого хватит. Продолжим сканирование на протяжении всего пути по Поясу, а может, нам так повезет, что мы прямо сейчас найдем нашу железно-никелевую малютку!

Фукс мрачно покачал головой.

– Там сейчас полная пустота, – сказал он и, показав на экран, продолжил: – Мы привыкли считать, что в Поясе пруд пруди астероидов. На самом деле Пояс – не что иное, как чрезвычайно малая концентрация вещества в бескрайнем океане пустоты. Если бы эту карту нарисовали в полном масштабе, то астероидов никто бы не разглядел, разве что под микроскопом.

– Как несколько иголок в стоге сена, – добавила Аманда.

Дэн пожал плечами.

– На это у нас есть радары, телескопы и другие датчики.

– Ладно. Значит, надо искать металлический астероид. А как насчет остальных, босс?

– Ларс уже выбрал их.

Нажав несколько кнопок на мини-компьютере, лежавшем перед ним на столе, Ларе показал на два астероида на стене с дисплеем. Вокруг них светились светло-красные кольца. Через минуту на мониторе зажглась еще одна небольшая точка – «Старпауэр-1».

– Ближайший к нам объект сейчас – 26—238, астероид каменного типа. Такие астероиды богаты силикатами и легкими металлами: магнием, кальцием и алюминием.

Дэн посмотрел на дисплей. Точка, обозначавшая «Старпауэр-1», двигалась вперед. Господи, как же быстро они летят! Он знал все реальные возможности ядерного двигателя, но, увидев своими глазами на экране стремительное продвижение вперед, просто остолбенел.

– Наш второй объект – 32—114, астероид, содержащий углерод и гидраты.

– Воду, – сказала Панчо, вставая из-за стола и направляясь к холодильнику.

– Да. Воду, только не в жидком виде.

– Молекулы воды связаны с другими молекулами, – сказала Аманда. – Чтобы выделить воду в чистом виде, необходимо применить нагревание или другие методы получения энергии.

– И все же это вода, – сказал Дэн, наблюдая за тем, как Панчо вынимает запечатанный в фольгу обеденный паек. – Селена нуждается в воде, как и станции, которые работают в космосе.

– Скажи, как ты снова могла проголодаться, Панчо? – спросила Мэнди. – Ты же несколько часов назад плотно пообедала?!

Панчо усмехнулась.

– Знаешь, мне вовсе не нужно следить за своей фигурой, и я отлично сжигаю калории!

– Но эти расфасованные порции… Они такие… не совсем уж полезные.

– Мне нравится!

– В любом случае, – оборвал Дэн разговоры, – это уже два астероида, к которым мы полетим. Возьмем с них пробы, окончательно убедимся в своих предположениях, а потом направимся к внешней границе Пояса и найдем там металлический объект.

– Интересно, а будут ли иметь реальную юридическую силу все наши пробы? Если МАА решит, что наш полет нелегальный, то… Я хочу сказать, что если мы будем объявлены преступниками…

– Они могут аннулировать все наши пробы на астероидах, – закончил за нее Дэн. – Я уже думал об этом.

– И что тогда?

Послышался неожиданный звук со стороны рубки. Панчо быстро отошла от микроволновой печи и отправилась в командный пункт.

Через несколько секунд она вернулась, явно чем-то озабоченная.

– Вспышки на Солнце, – сказала она.

Аманда встала и, обойдя Панчо, направилась в рубку. На лице Фукса тоже появились волнение и тревога.

– Я проверю электронные проекторы, – сказал Дэн.

– Может, нас и не достанет, – сказала Панчо. – Плазменное облако еще слишком далеко, чтобы точно определить, попадем мы в него или нет.

– Ладно, я в любом случае пойду и проверю электронные проекторы. – Дэн встал со стула. – Я уже получил достаточно доз радиации, хватит на всю оставшуюся жизнь.

Ресторан с видом на Землю

Как только Мартин Хамфрис увидел Крис Карденас, он понял, что ее мучают угрызения совести. Ну и ну! Выдающийся ученый выглядит так, словно за последнее время не провела ни одной спокойной ночи: темные круги под глазами и бледное лицо красноречиво об этом свидетельствовали.

Он медленно встал и галантно усадил женщину за столик. Карденас не ответила на его улыбку.

– Это самый лучший ресторан на ближайшие четыреста миллионов километров! – сказал Хамфрис, обведя рукой шикарный зал.

Давняя шутка на Селене. На самом деле ресторан с видом на Землю – единственный на Селене. Два остальных заведения, где можно пообедать, считались просто кафе. Десять лет назад корпорация «Ямагата» открыла на Селене шикарный отель высшего класса, и этот ресторан вскоре пришлось закрыть: кризис парникового эффекта на Земле практически положил конец туристическому бизнесу. Теперь в ресторан приходили лишь единицы.

По крайней мере она прилично оделась, отметил про себя Хамфрис. На Карденас было зеленое платье без рукавов, отделанное зелеными камнями, однако, несмотря на столь изысканный внешний вид, она выглядела так, словно собралась на похороны, а не на шикарный обед.

Без вступления она сразу перегнулась через стол и зашептала:

– Их надо предупредить! Слышите?

– Для этого просто уйма времени! – непринужденно сказал Хамфрис. – Расслабьтесь и получайте удовольствие от обеда.

По правде говоря, ресторан действительно был необыкновенным. Обслуживающий персонал молод, не считая мэтра, который добавлял интерьеру ощущение старины. Здание высечено из лунного камня на высоту четырех уровней над поверхностью Луны. Глядя из окон, казалось, что смотришь на мрачную пустыню. Земля находилась неизменно на своем месте в темном небе – огромный прекрасный бело-голубой шар.

В ресторане не было роботов, меню и перечень вин появились на встроенном в стол небольшом дисплее. Вместо скатерти на столах лежали небольшие куски блестящего лунного металла, тонкие, как шелк.

Хамфрис заказал вина. Как только молодой официант отошел от столика, Карденас снова наклонилась вперед и зашептала:

– Сейчас же! Скажите им не откладывая! Чем быстрее они узнают, тем меньшей опасности подвергнутся!

Он мрачно посмотрел на Карденас и скривился в недовольной гримасе. Похоже, наноботы в ее крови не в силах справиться с недостатком сна. А может, у нее ночные кошмары? Нет, определенно дурацкие угрызения совести!

– Мы договорись с вами, доктор Карденас, что не будем их пока предупреждать, а сделаем это, как только они приблизятся к Поясу. Еще больше суток, – как можно более мягко сказал Хамфрис.

– Я хочу, чтобы вы предупредили их немедленно! Меня не волнует, о чем мы договорились! – настаивала она.

– Боюсь, я не могу этого сделать, – ответил Хамфрис, покачав головой. – В будущем вы тоже будете рады, что выполнили наш уговор.

Как же легко он склонил ее на свою сторону! Хамфрис давно понял, что у него просто талант находить слабую сторону противника и пользоваться ею в своих интересах. Так получилось с Дэном Рэндольфом и его страстным желанием спасти Землю, сработало с Крис Карденас и гневом на Землю и ее обитателей – людей, которые изгнали ее из своего общества и разлучили с семьей.

Наконец принесли вино. Хамфрис попробовал и вопросительно взглянул на официанта. «Карденас, возможно, не понимает, что происходит, по крайней мере на сознательном уровне. Однако она интуитивно чувствует, что командую парадом здесь я. Я принимаю решения, я раздаю премии и выношу приговоры!»

Они сидели в гробовом молчании. Смущенный официант забрал вино и быстро принес другую бутылку. Вино оказалось даже хуже, но Хамфрис уже все решил.

– То, что надо! – сказал он. – Можете наливать в бокалы.

Затем они заказали обед, но Карденас только едва пригубила вино. Блюда приносили одно за другим. Хамфрис ел от души, он почти наслаждался дискомфортом Карденас. Наконец, после того как официант принес десерт и отошел от стола, Карденас сказала:

– Что ж, если их не предупредите вы, это сделаю я!

– Мы так не договаривались!

– Мне плевать, о чем мы там договаривались! Не знаю, зачем я вообще послушала вас!

– Вы послушались меня, потому что я обещал вернуть вас в Калифорнию под вымышленным именем, без проблем провести через все посты таможни и пограничников и сделать так, чтобы вы встретились со своими детьми и внуками. Можете даже навестить бывшего мужа, если хотите.

– Он женат во второй раз, – с горечью в голосе заметила она. – Я не имею права переворачивать с ног на голову всю его жизнь. Я уже сделала это однажды.

Хамфрис почти улыбнулся. Да, ее переполняет чувство вины.

– А как же ваши внуки? Их вы тоже не хотите видеть? Если желаете, я могу устроить их приезд сюда.

– Я уже просила их об этом однажды, умоляла приехать ко мне в гости. Но дети никогда не пойдут на такой шаг: боятся, что власти запретят им возвращаться обратно и они станут изгнанниками, как и я.

– Но я могу организовать секретную поездку и гарантировать их спокойное возвращение обратно, – мягко заметил Хамфрис.

В глазах Карденас на миг вспыхнула надежда.

– Правда, могли бы?

– Без проблем.

Она сидела молча, пока ее десерт медленно таял в тарелке. Хамфрис уплетал свою порцию с отменным аппетитом.

– Только подумайте! Они ведь летят далеко за Марс! Там нет никого, кто сможет помочь!

– Рэндольф не дурак, – резко сказал Хамфрис. – Когда системы корабля начнут отказывать, он повернет назад.

– Не знаю… Я не уверена, что…

– К тому же его пилот – профессионал высокого уровня. Она не наделает глупостей.

Карденас либо не слушала его, либо не слышала.

– Как только наноботы начнут действовать, ничто их уже не остановит, – как во сне, задумчиво произнесла она. – Они быстро разъедят защитный щит от радиации, атом за атомом, и потом…

– У них не будет времени, – настаивал Хамфрис. – Вы забыли, с какой скоростью летит корабль? Они тут же примчатся обратно.

– И все же…

– Послушайте, я знаю, что игра нечестная, но это бизнес, понимаете? Я хочу, чтобы миссия провалилась и я мог скупить все акции корпорации. Я вовсе не хочу убивать их, я – не убийца! – сказал как можно более уверенно Хамфрис.

«По крайней мере пока! Но обязательно им стану, иначе и быть не может. Глупую женщину надо скорее заставить замолчать, пока чувство вины не зайдет слишком далеко!»

Невольно ему на ум пришла мысль об Аманде. Это еще больше укрепило его в правильности принятого решения. «Это он, негодяй Рэндольф, заставил меня убить ее! Он заставил меня убить Аманду!»

Посмотрев через стол на Карденас, Хамфрис увидел, что женщина пребывает в прострации. Да, если позволить ей самодеятельность, она точно предупредит Рэндольфа об опасности и сорвет весь план. Этого нельзя допустить!

Солнечный шторм

Миссии кораблей типа «Аполлон» на Луну в середине двадцатого века организовывали так, чтобы не попасть в период, когда на Солнце происходят вспышки, насквозь пронизывавшие Солнечную систему волнами смертельных доз радиации. Позднее корабли, курсировавшие между Луной и Землей во время солнечных бурь, прятались: либо возвращались под защиту магнитного поля Земли, которое способно выстоять и отразить огромные потоки протонов и электронов, либо делали посадку на Луне и экипажи спасались под поверхностью.

Самые первые космические корабли, которые стали перевозить людей за границы системы Земля – Луна, не имели такого выбора, так как транзитные полеты к Марсу были настолько длительными, что они неизбежно сталкивались с солнечной бурей за время своего путешествия, далеко от «тихой гавани». Судна снабжались специальными укрытиями – помещениями, в которых экипаж был защищен от мощных волн солнечной радиации, излучаемой во время вспышек. Первые исследователи Марса проводили целые дни в таких убежищах, пока облако из плазменных частиц не минует их.

У «Старпауэра-1» такого защитного убежища не имелось. Весь жилой модуль имел ту же защиту, что и отдельный отсек для убежища. Модуль отделали тонкими проводами из необычного химического соединения на основе иттрия, которые образовывали высокопроводящий магнит, генерировавший постоянное магнитное поле вокруг жилого модуля, и таким образом создавали миниатюрную версию магнитного поля Земли. Однако этого было мало для отражения самых опасных частиц солнечной бури – протонов высокой энергии.

При столкновении с большим облаком смертельных внутриатомных частиц, выпускаемых в результате вспышек на Солнце, корабль насыщался положительным потенциалом электрофильтров от электронных проекторов. «Горячие» протоны в облаке отталкивались положительным зарядом корабля Магнитного поля хватало, чтобы отталкивать самые легкие частицы облака, менее «горячие» электроны, и таким образом сдерживать отрицательно заряженные частицы от разрушения положительного заряда корабля.

Надежно спрятанный под защитной оболочкой магнитного поля, экипаж «Старпауэра-1» наблюдал за стремительным приближением плазменного облака.

– Оно будет здесь примерно через шесть часов, – сказала Панчо, снимая шлем и поворачиваясь в кресле к Дэну.

Он нахмурился: новость его не радовала.

– Это точно?

– Более или менее. Ранний предупреждающий датчик на орбите Меркурия вычислил предварительные данные. Если направление внезапно не изменится, облако пройдет в точности через нас.

– Электронные проекторы готовы к запуску, – сказал Дэн.

– Лучше включить их прямо сейчас, – предложила Панчо. – Нет смысла ждать последней минуты.

– Хорошо, – кивнул Дэн, выйдя в пустую гостиную, и направился в кормовую часть, где располагались электронные проекторы.

Панчо контролировала их с помощью кнопок на пульте управления, но Дэн хотел лично осмотреть оборудование и находиться на месте на тот случай, если возникнут какие-либо неполадки.

– Пришлите сюда Аманду, ладно? – крикнула Панчо вслед боссу. – Я бы немного отдохнула.

– Ладно, – отозвался из глубины модуля Дэн. Интересно, а где Аманда? – мысленно спросил себя Рэндольф. Гостиная пуста, двери в личные отсеки по коридору закрыты. И где Фукс? – думал Дэн, начиная сердиться.

Он нашел их в лабораторном отсеке; Ларс что-то объяснял девушке про рентгеновский проектор.

– Небольшое ядерное устройство поможет нам гораздо больше, – говорил астроном вполне серьезным тоном. – Это самый надежный способ генерации рентгеновских лучей и гамма-излучения одновременно. Но, как мы знаем, использовать подобные устройства запрещено.

– Да, я знаю, конечно, – кивнула Аманда, внимательно глядя на Фукса.

– Ты нужна Панчо на мостике, – сказал Дэн, неожиданно помешав их беседе.

Аманда удивилась, увидев босса, но тут же ответила:

– Хорошо.

Когда она поспешила в сторону мостика, Дэн обратился к Фуксу:

– И для чего тебе потребовалось использовать ядерные проекторы?

– Я вовсе не собираюсь ничего такого использовать. Всем известно, что это запрещено.

– Но ты только что говорил…

– Я просто объяснял Аманде систему рентгеновской спектроскопии, как использовать рентгеновские лучи для определения химического состава небесного тела. Рентгеновские лучи солнечной вспышки могли бы помочь нам, если бы мы находились ближе к Поясу.

– А как насчет этого устройства?

Фукс развел руками.

– Просто пример того, как при необходимости можно создавать рентгеновские лучи и гамма-излучение. Просто пример. У меня нет намерения использовать в космосе взрывоопасные ядерные вещества.

– Не знаю, не знаю, – задумчиво пробормотал Дэн, потирая подбородок. – Может, ты и прав кое в чем. Мы могли бы уговорить МАА позволить нам использовать такое устройство в качества средства для спектроскопического изучения…

Лицо Фукса выражало настоящий страх, однако Дэн хлопнул его по плечу и улыбнулся. Поняв, что Рэндольф лишь пошутил, Фукс успокоился и тоже улыбнулся в ответ.

Однако на ум Дэну шли мрачные мысли. Он двигался по узкому коридору к концу модуля. Мысль о приближающемся облаке ему совсем не нравилась. Он получил достаточно радиации за свою жизнь, с юности работая в космосе. Еще немного опасного излучения может стать для него концом, и Дэн прекрасно это понимал.

Подняв чехлы с электронных проекторов и проверив их уже в одиннадцатый раз с момента вылета, Дэн вдруг подумал о том, что Ставенджер вполне прав. Небольшая инъекция наноботов избавит его от болезней, которые вызваны радиацией, и восстановит поврежденные ткани. Но тогда он никогда не вернется на Землю… Ну и что? Ему незачем теперь туда возвращаться. Что там особенного?

Однако Рэндольф все равно знал ответ на этот вопрос. Тихий шум волн океана, голубое небо над головой, птицы, цветы, огромные, полные жизни города, виноградники и сады… Дэн внезапно подумал о том, что на Луне еще никто не пытался вырастить виноград. Может, он этим и займется, когда уйдет на пенсию? Осядет где-нибудь в тихом местечке и будет наблюдать за тем, как растут его виноградники…

– Дэн, вы готовы? Я включаю электронные проекторы, – послышался голос Панчо из встроенного в стену аппарата внутренней связи.

С проекторами оказалось все в порядке, впрочем, как и прежде, когда он проверял. Снова накрыв их защитным чехлом, Дэн ответил в микрофон:

– Можешь включать, если готова!

– Я не могу активировать их, пока вы плотно не накроете механизмы обоими чехлами и не защелкнете замок, – возразила Панчо.

– Есть, капитан! – отозвался Рэндольф.

К тому времени, когда он вернулся на мостик, Панчо уже ушла отдыхать. Аманда сидела в кресле второго пилота, в отсеке раздавалась громкая музыка. Как только Мэнди увидела приближающегося босса, то сразу отключила музыку.

– Панчо пошла немного поспать, – сообщила она, когда Дэн опустился в кресло первого пилота.

– Как там буря? – без энтузиазма поинтересовался он.

– Идет намеченным курсом, – ответила девушка, посмотрев на один из экранов с данными, в углу которого высвечивалась упрощенная карта Солнечной системы, а орбиты Земли и Марса отмечались красными и голубыми линиями. «Старпауэр-1» виднелся где-то между ними в виде ярко-желтой точки. Неровное, асимметричное серое облако смертоносных частиц почти соприкасалось с этой точкой.

У Дэна пересохло во рту.

– Как же я ненавижу эти штуки! – прошипел он.

– Облако уже миновало Землю и Марс, – сказала Аманда.

– Скоро догонит нас.

– Вообще-то нас оно не так уж сильно затронет. Несколько часов, и все.

– Это хорошо.

– Знаете, высокая скорость корабля очень помогает нам. Обычный космический корабль летел бы в облаке несколько дней.

Дэну не хотелось находиться в облаке и десяти минут, однако он промолчал. И поменял тему разговора, чтобы хоть немного отвлечься от мрачных мыслей.

– Как у тебя дела с Фуксом?

Брови Аманды резко взлетели вверх.

– С Ларсом? Ну, он очень хороший человек, профессионал в своей области. Мы подружились. Так, ничего больше, если вы имеете в виду личные взаимоотношения.

– И все?

– Да.

Дэн молча обдумывал ситуацию. Двое здоровых молодых людей закупорены в консервной банке на протяжении нескольких недель… Конечно, есть еще он и Панчо, чтобы приглядывать за ними. «Господи, я чувствую себя отцом двух подростков!»

Через некоторое время в кабину пилотов вернулась Панчо.

– Эй, босс, может, освободите мое место?

– Да, мэм! – шутливо отозвался Рэндольф, нехотя поднимаясь.

Менее чем через час их накрыло плазменное облако. Не прозвучало никаких ударов, сирен и вообще ничего, что свидетельствовало о том, что их накрыли волны мощной радиации. Лишь несколько индикаторов на панели управления зажглись предупреждающим красным светом да на мониторах появился сигнальный значок.

Панчо спокойнее всех отнеслась к настигнувшей корабль буре. Она ушла в гостиную и села с остальными ужинать. Дэн ел почти машинально, не чувствуя вкус еды и не обращая внимания на разговоры. «Проклятая радиация! – думал он. – Как же я ненавижу эти вспышки!»

Даже выпив две чашки обжигающего кофе, он продолжал испытывать озноб.

Остальные трое не придавали происходящему никакого значения. После ужина, пожелав всем спокойной ночи, Дэн ушел в свою каюту. Ему снилось, что он беспомощно летит в открытом космосе и медленно замерзает в лучах сияющего вдалеке Солнца.

Лаборатория нанотехнологий

Далеко за полночь Крис Карденас сидела одна в своей лаборатории на Селене. Остальные сотрудники давно разошлись по домам, в залах почти не горел свет.

Она согласилась пойти на ужин с Мартином Хамфрисом, желая лишь одного: убедить его предупредить Дэна Рэндольфа и экипаж «Старпауэра-1» о наноботах, которые внедрены в корабль, – мельчайших, размером с вирусы, известных под названием «пожиратели».

Именно из-за них на Земле запретили нанотехнологии, а на Селене разрешили использовать только под жестким контролем.

«Кто будет смотреть за смотрителем?» – спросила себя Карденас. Люди издавна задавались этим вопросом.

Все разработки нанотехнологий велись на Селене под жестким наблюдением. Никому не разрешалось работать с «пожирателями»: они уже когда-то уничтожали людей и даже специально использовались для убийства. Если они вырвутся на свободу, то уничтожат всю Селену. За всеми разработками наблюдали нанометры, так как терапевтические «наножучки», которые расщепляли тромбы в человеческих артериях или рассасывали опухоли, также являлись одной из разновидностей «пожирателей». Если они когда-либо вырвутся на свободу, если их программирование хотя бы незначительно видоизменится…

Вот почему первая обязанность Крис Карденас заключалась в защите всего живого на Селене от подобной катастрофы. Она следила за каждым этапом работ в лаборатории.

Но кто будет смотреть за смотрителем? Она вывела для Хамфриса микроскопическую группу «пожирателей», специально запрограммированных на разрушение «Старпауэра-1» до такой степени, что Дэну придется развернуть корабль на полпути и тут же возвращаться на Селену. Хамфрис пообещал, что взамен за эту услугу получит для нее разрешение посетить Землю, чтобы встретиться с детьми и внуками.

Теперь он предлагал устроить для них поездку на Селену. Это даже лучше, чем предыдущий вариант. Но какова цена! Дэн Рэндольф и трое других людей на корабле могут погибнуть!

А может, именно их смерти и желает Хамфрис? – мысленно задала себе Карденас мучивший ее в последние часы вопрос. Если предупредить Дэна сейчас, ему придется возвращаться на Селену. Все ясно и просто. Но Хамфрис хочет подождать еще день или два, чтобы корабль достиг Пояса Астероидов, и только потом сообщить ему, что миссия вот-вот провалится.

А может, он и вовсе не собирается предупреждать!

Карденас села, вытянувшись как струна. Так вот в чем дело! Он хочет убить Рэндольфа и остальных членов экипажа. Мысль оформилась ясно и четко. Вот она – страшная правда!

Но что можно сделать?

Надо срочно предупредить Дэна об опасности! Немедленно предупредить!

А как? – снова появился вопрос. Нельзя просто поднять телефонную трубку и позвонить на корабль. К этому времени они уже миновали орбиту Марса.

Надо связаться с кем-нибудь из офиса корпорации «Астро». С кем-нибудь, кто соединит ее с Дэном. Может, найти этого большого австралийского телохранителя? Как же его имя? Ах да, Джордж, кажется…

Мартин Хамфрис не мог заснуть, несмотря на усталость после бурно проведенных нескольких часов с лежащей рядом черноволосой красоткой. Она числилась в штате его сотрудников как «специалист по вопросам окружающей среды», однако на деле ее «окружающей средой» являлась спальня, в частности – кровать. Женщина уже давно мирно спала рядом, Хамфриса мучила бессонница.

Все из-за Карденас. Она не на шутку беспокоила его. Даже несмотря на соблазн встречи с внуками и детьми, доктор не могла избавиться от чувства вины и теперь хочет предупредить Рэндольфа. Скорее всего Карденас уже поняла, что он нужен Хамфрису только мертвым.

Хамфрис сел на кровати и посмотрел на спящую рядом женщину. Медленно и осторожно снял с ее плеч шелковое покрывало. Даже в темноте он видел прекрасные совершенные формы. Жаль, что через несколько дней ей надо лететь на Землю!..

Карденас – вот проблема! – быстро напомнил себе Хамфрис. Он точно знал, что она собирается предупредить Рэндольфа об опасности. А может, это к лучшему? Если Рэндольф вернется сейчас, то вернется и Аманда. Но она вернется с ним! Она вернется вовсе не к Хамфрису, она не хочет его, поэтому и сбежала с этим негодяем!

Он зажмурил глаза и попытался выкинуть из головы образы Рэндольфа и Аманды. Нет, надо обо всем подумать. Логически поразмыслить…

Карденас не в состоянии самостоятельно связаться с Рэндольфом, для этого ей понадобится чужая помощь. Скорее всего она отправится в офис «Астро» к людям Рэндольфа. Если она попросит, чтобы ее соединили с кораблем, там обязательно поинтересуются о причине столь срочного звонка. Рано или поздно она расскажет: Мартин Хамфрис начинил «Старпауэр-1» наноботами. Тогда все узнают о случившемся, и начнется переполох.

Итак, вывод таков: для собственной безопасности необходимо остановить ее! Остановить, пока она не спутала все карты!

Когда Дэн проснулся от беспокойного сна, солнечная буря уже закончилась, облако пролетело мимо. С затуманенными глазами он вошел в гостиную. Панчо уже сидела там.

– Утро в самом разгаре, босс! – весело сказала девушка, держа в руках чашку горячего кофе.

– Как погода? – спросил Дэн, направляясь к автомату с соком.

– Все тихо и спокойно. Лишь несколько небольших камешков минуют нас вечером.

Дэн улыбнулся.

– Неудивительно, мы же почти в Поясе.

– Пока нет, но будем там примерно через шестнадцать часов. Точно по графику, как любит говорить Мэнди.

– Отлично. Просто здорово! А где Фукс? Надо согласовать дальнейший курс.

Через десять минут все четверо сидели вокруг стола в гостиной.

– Сначала я хочу найти металлический астероид, – сказал Дэн.

Фукс пожал своими широкими плечами.

– Металлические тела в основном находятся на дальней границе Пояса.

– Значит, туда и полетим! – заявил Дэн. – Надо обнаружить металл, ребята! А на обратном пути залетим на каменный и углеродный.

– Но тогда нам придется лететь дальше четырех астрономических единиц, – заметила Аманда. – Так далеко еще никто не забирался!

– У нас есть для этого необходимые ресурсы, в том числе топливо! – сказал Дэн. – К тому же все идет нормально, так ведь?

– Серьезных проблем нет, – согласилась Панчо.

– А какие проблемы есть? – недовольным тоном спросил Дэн.

– Ну, например, кофе просто ужасный! Есть немного работы по техническому обеспечению. Ерунда – один неисправный насос, разные другие пустяки. Мы с Мэнди в состоянии справиться.

Аманда кивнула в знак согласия. Дэн перевел взгляд с нее на Панчо и не заметил на их лицах никакого беспокойства. Хорошо, подумал он, если пилоты спокойны, значит, и ему не стоит волноваться.

– Все приборы функционируют отлично, – сказал Фукс. – Я уже записываю различные данные.

– Ты выбрал место назначения? – спросил Дэн.

– Только в общих чертах. Дальняя часть Пояса не имеет точной карты, большинство расположенных там астероидов даже не пронумеровано! Объект я пока не определил.

– Ты сообщил Панчо нужные координаты?

– Я дал их Аманде, – сказал Фукс, немного покраснев.

– Я занесла данные в главный компьютер, – быстро отозвалась девушка, обернувшись к Панчо.

– Ладно, пойду проверю, – сказала та.

– Вперед! – сказал Дэн. – А то все, что мы сделаем, – рекорд по скорости.

– Да уж, четыре астрономические единицы! – заметила Панчо, вставая с места.

Она направилась к пилотской кабине, Дэн последовал за ней. Аманда и Фукс остались сидеть за столом.

Панчо медленно опустилась в кресло первого пилота и включила пульт управления главным компьютером. Стоя позади нее, Дэн увидел, как картинка с изображением мускулистого красавца на фоне пляжа плавно сменилась данными навигационной системы. Однако Панчо смотрела на другой монитор, где медленно мигал желтый свет.

– Что это? – спросил Дэн.

– Не знаю. Он что-то диагностирует…

– Что?

– Сообщает, что есть какой-то проблемный участок на одном из сверхпроводящих кабелей с внешней стороны корпуса.

Дэна охватила тревога.

– Сверхпроводящий кабель? Наша защитная оболочка?

Она посмотрела на него.

– Босс, не надо нервничать! Время от времени всякое случается. Может, там утечка размером с иголку в охладителе, может, просто повреждение от мини-метеора.

– А если охладитель…

– Скорость утечки будет очень мала, – спокойно сказала Панчо. – Мы развернемся через шесть часов. Я смогу так повернуть корабль, что этот участок будет защищен от дальнейшего повреждения, а если к тому времени проблема останется, то я и Аманда выйдем в открытый космос и починим участок.

Дэн кивнул и попытался поверить в ее слова.

Театр

Крис Карденас всегда удивляла готовность толпы покидать уютные дома и набиваться в узкие ряды театра на открытом воздухе. Внушительная масса народа продолжала потоком литься в театр, построенный в «Гранд Плазе». Почти тысяча мест располагалась на территории под небольшой аркой вокруг изящного волнистого каркаса, который закрывал сцену сзади.

Даже при наличии трехмерного интерактивного видео и программ виртуальной реальности, которые уже с трудом отличались от реальности настоящей, люди все еще посещали подобные представления с большим удовольствием. «Может, потому, что по своей сущности мы – млекопитающие? – думала Карденас. – Мы хотим постоянно чувствовать тепло других себе подобных, рождены для этого и навсегда связаны собственными инстинктами».

В собравшейся толпе был один определенный человек, с которым собиралась встретиться доктор Крис Карденас, – Джордж Амброз. Нынешним утром она позвонила в офис «Астро» и узнала его адрес. Поздно вечером того же дня он перезвонил. Когда она сказала, что хочет поговорить с ним лично, как можно скорее и желательно в каком-либо общественном, людном месте, Джордж почесал густую бороду и предложил встретиться в театре.

– Со мной будет подружка, – сказал он довольным тоном, – но мы сможем немного побеседовать наедине.

Карденас быстро дала согласие и только потом поинтересовалась, какое представление дают в театре.

Джордж покачал головой и после небольшой паузы ответил:

– Какую-то дурацкую греческую трагедию. Моя новая подружка просто обожает классику.

Обычно билеты в театр раскупались сразу же, независимо оттого, какое представление показывали. До кризиса парникового эффекта, наступившего на Земле, когда туризм еще процветал, правительство Селены приглашало на гастроли самых известных артистов, симфонические оркестры, танцевальные группы и лучших драматургов мира. Теперь же большинство представлений организовывалось местными талантами и в значительной мере уступало землянам.

«Медея» в постановке артистов с «Альфонса» казалась по меньшей мере смешной. Карденас никогда бы не отправилась на столь сомнительное зрелище, касайся дело ее личного выбора, однако в данный момент речь шла не о вкусах.

Чтобы достать билет, пришлось звонить Дугласу Ставенджеру и просить его об услуге. Однако он с радостью отдал ей свой билет, так как не имел ни малейшего желания идти в театр.

В течение всего первого действия Карденас почти ни разу не взглянула на сцену. Она сидела в четвертом ряду и искала взглядом Амброза.

Когда закончилось первое действие, она медленно в потоке людей направилась вдоль рядов. Карденас с удивлением заметила среди посетителей лиц пожилого возраста: седые и почти белые волосы то и дело мелькали в толпе зрителей, направившихся в буфет. Да, Селена стареет, подумала она, очень мало желающих использовать нанотерапию для сохранения молодости. Наконец среди общей массы показался Джордж Амброз, почти на целую голову возвышавшийся над остальными. Он шел наверху, у последнего ряда, где прямо около сидений росли розовые кусты сада «Гранд Плазы». Робот-охранник катился вдоль рядов, призывая зрителей к порядку и чистоте.

Джордж покинул зрительный зал под открытым небом и зашагал к бару. Карденас пустилась за ним, ожидая, когда он возьмет свой напиток и направится обратно на верхний ряд. Наконец Джордж взял большой пластиковый стакан пива и начал подниматься вверх. Под руку с ним шла пухленькая рыжая девица с впалыми глазами. Стакан в ее руке был гораздо меньше стакана ее спутника, но с тем же логотипом «Напитки Селены».

Большой Джордж увидел Карденас и, оставив подругу около цветущих кустарников, направился к Крис.

– Доктор Карденас! – сказал он, вежливо кивнув головой. – Чем могу быть вам полезен?

– Мне необходимо отправить послание Дэну Рэндольфу! Это очень срочно!

– Без проблем, доктор. Зайдите в наш офис завтра утром или сегодня вечером попозже, если хотите.

– А есть ли какой-то способ поговорить с Рэндольфом, не приходя в офис? Мне кажется, за мной следят.

Лицо Джорджа выражало скорее удивление, чем беспокойство.

– Позвоните мне, и я постараюсь соединить вас с кораблем, – сказал он, отхлебнув из стакана.

– Мы можем сделать это сегодня вечером?

– Конечно. Прямо сейчас, если хотите. Я бы рад уйти с этого представления. Ужасно скучная вещь, вам не кажется?

– Нет-нет, не сейчас, – быстро ответила Карденас. – Это привлечет излишнее внимание. Давайте после окончания. Я пойду домой к знакомым и позвоню вам в офис прямо оттуда.

– Вы действительно боитесь? – настороженно спросил Джордж.

– Думаю, жизнь Рэндольфа в опасности.

– Вы хотите сказать, что кто-то собирается убить его?

– Да, Хамфрис.

Лицо Джорджа сразу стало серьезным.

– Вы уверены?

– Я… совершенно уверена!

– Тогда, конечно же, Дэна надо предупредить как можно скорее. Причем из надежного места, где в телефоне нет встроенных «жучков».

– Вы правы.

– Хорошо, – сказал Джордж, вздохнув, – не нужно таких сложностей. После представления вы просто пойдете со мной и устроитесь в одной из гостевых комнат «Астро». Так я смогу защитить вас.

Карденас категорично покачала головой.

– Это очень мило с вашей стороны, но не думаю, что мне грозит опасность.

– Зачем тогда вы так оделись: плащ, шляпа и так далее? Вы ведь маскируетесь.

– Не хочу, чтобы Хамфрис знал, что я предупреждаю Дэна. Если он узнает, у меня возникнут проблемы.

Джордж на мгновение задумался.

– Ладно, – сказал он наконец. – Тогда вернемся к плану «А». Я поеду в офис сразу после этого дурацкого представления и буду ждать вашего звонка. Договорились?

– Да, отлично. Спасибо.

– Вы уверены, что не нуждаетесь в охране? – снова спросил Джордж.

– Спасибо, это действительно лишнее. У меня много работы. Из гостевых апартаментов «Астро» я не могу руководить лабораторией.

– Хорошо, но если передумаете – сообщите!

Когда позвонил телефон, Мартин Хамфрис сидел в кресле и смотрел любимый фильм. Недовольно нахмурившись, он взглянул на экран телефона: звонок с пометкой «срочно». Взяв трубку, он увидел на экране женщину, которую попросил следить за Карденас, – мелкого клерка отдела связей «Астро», нуждавшуюся в деньгах для того, чтобы привезти младшую сестру из руин Молдавии на Селену.

– Что? – спросил Хамфрис, даже не поздоровавшись.

– Она поговорила с Джорджем Амброзом, а потом вернулась на представление.

– У вас есть видеозапись их встречи?

– Да, конечно.

– Тогда показывайте!

Вместо женщины на экране появились Джордж и Карденас.

– Они вернулись в театр вместе?

На экране снова появилось лицо женщины.

– Нет, по отдельности. С Джорджем пришла другая молодая особа.

Посмотрев на цифровые часы на столе, Хамфрис спросил:

– Когда заканчивается представление?

– Не знаю.

Глупая корова!

– Оставайтесь там и продолжайте следить, – сказал он вслух. – Я отправлю к театру пару своих людей, чтобы взять ее. Держите телефон включенным, они уловят ваш сигнал и придут точно на место. В любом случае, если им не удастся успеть до окончания, они смогут вас найти, и ее тоже.

– Но здесь запрещено держать телефон включенным во время представления, – возразила женщина.

– Меня не волнует, что там запрещено, а что – нет! Я велел держать телефон включенным и следить за Карденас! Иначе я отправлю вас назад в вашу Молдавию!

Глаза женщины расширились от страха.

– Да, сэр, я поняла! – печально сказала она.

– Как там наша утечка? – спросил Дэн.

Он уже несколько часов беспокойно мерил шагами гостиную, стараясь не мешаться на мостике и не беспокоить пилотов. Утечка в сверхпроводнике пугала его. Без сверхпроводника они могут заживо сгореть во время следующей солнечной бури.

Когда на мостик пришла Аманда, Дэн снова задал тот же вопрос.

– Утечка? – спросила она удивленно.

– Да, в охладителе реактора.

– А, вы об этом! Там просто ерунда. Панчо выйдет в открытый космос и заделает все, как надо.

– Одна Панчо? Сама?

– Утечка совсем маленькая. Панчо решила, что справится с ней самостоятельно.

Дэн кивнул и встал со стула.

– Думаю, мне следует пойти и проверить, как дела у Фукса.

«Если буду сидеть без дела, стану нервничать еще больше», – мысленно добавил он.

Фукс находился в лабораторном отсеке. Что-то тихо напевая себе под нос, молодой ученый склонился над рабочим столом, на котором лежали снимки, снятые инфракрасной камерой.

– Как дела? Что-нибудь сломалось? – спросил Дэн. Фукс посмотрел на босса и улыбнулся.

– Нет-нет, я просто решил увеличить чувствительность датчиков, чтобы получить более точные данные.

– Скоро будем делать разворот. Ты должен положить куда-нибудь все свои снимки, чтобы они не разлетелись по разным углам.

– Я уже заканчиваю.

– Правда?

Взглянув на босса с некоторой гордостью, Фукс утвердительно кивнул.

– Конечно!

Парень вновь склонился над рабочим столом и осторожно начал подбирать детали с уверенным видом специалиста. Дэн молча смотрел за его работой, затем, тихо покинув отсек, направился в личную каюту. В коридоре он встретил Аманду.

– Идешь помочь Панчо одеться в скафандр? Я могу…

– О-о, еще уйма времени! – веселым тоном перебила она. – Просто хотела забежать к Ларсу на несколько минут и помочь ему подготовиться к развороту корабля.

Дэн вскинул брови.

– Между вами что-то происходит, верно? На лице Аманды отразилось удивление.

– Ларс – настоящий джентльмен! – серьезным тоном сказала она. – И даже если вы не верите, я все же знаю, как следует себя вести!

Девушка направилась вперед, подняв подбородок и демонстрируя оскорбленную гордость. Дэн усмехнулся. И все же что-то происходит… Может, Фукс и сам об этом не догадывается?..

Маневр

– Разворот корабля через тридцать минут! – раздался голос Панчо в коммуникаторе на стене.

Дэн сидел в своей каюте. Он только начал впадать в сон после долгого, утомительного разглядывания потолка. Кажется, пролетело уже несколько часов.

«Мы в Поясе Астероидов, – думал он. – Все системы корабля работают отлично. Сейчас мы летим к дальнему рубежу Пояса, чтобы найти астероид металлического типа».

Однако в охладителе есть утечка, напомнил себе он. Эта утечка угрожает целостности магнитного поля вокруг корабля которое защищает от солнечных бурь. «Кажется, я уже начинаю разговаривать сам с собой», – горько подумал Рэндольф и решил вставать.

Он быстро выбрал сменную одежду и направился в санитарный узел. Надо принять душ и побриться. Скорее бы устранить неисправность!

Мрачные мысли сами лезли в голову и портили настроение. Ну почему он не может сохранять такое же спокойствие, как Панчо и Аманда?

Да, Аманда, безусловно, очень красивая женщина. Даже в широкой мешковатой форме второго пилота она невероятно сексапильна… Надо принять не просто душ, а холодный душ.

Единственный неприятный момент во время разворота корабля связан с тем, что придется на некоторое время отключить все основные двигатели, кроме ядерного. Цель этой процедуры – остановить движение корабля на время маневра и использовать ракетные струи двигателей для разворота, выпуская их частично через рули системы маневрирования.

Сразу после душа Дэн направился к кабине пилотов. Панчо и Аманда сидели на своих местах, никакой музыки не слышалось.

– Системы готовы к маневру, – сообщила Аманда.

– Еще раз все проверь, – сказала Панчо.

– А где Фукс? – поинтересовался Дэн, встав сзади.

– Наверное, еще в лабораторном отсеке, – отозвалась Панчо. – Играет со своими игрушками.

– Разворот через пять минут. – Аманда взглянула на экраны мониторов и немного нахмурилась.

– Босс, вам надо куда-нибудь сесть, – сказала Панчо, посмотрев на начальника.

– Детка, я и раньше бывал в условиях невесомости, – заметил Рэндольф.

Еще до того, как ты родилась, едва не добавил он. Панчо улыбнулась.

– Хорошо, вы – босс, вам виднее! Зажимы для ног на палубе, поручни для рук – над головой.

– Да, господин капитан! – саркастически подмигнул Дэн.

– Две минуты, – объявила Аманда, глядя на экран.

Когда двигатели приостановили работу, Дэн почувствовал удивительную легкость и свободно поднялся в воздух над мостиком. Взявшись за один из поручней, он смотрел, как пилоты что-то нажимают, глядя в мониторы.

– Интересно, как там Фукс, – пробормотала Панчо. Аманда нажала кнопку на пульте главного экрана, и все увидели Ларса, сидящего на стуле в лабораторном отсеке с немного побледневшим лицом.

– Через две минуты корабль произведет маневр, – сказала Аманда.

– Проверка! – скомандовала Панчо.

Дэн аккуратно вставил ноги в специальные зажимы в палубе корабля, не отпуская рук от поручней над головой. Двигатели остановились, и за работу принялись рули… Рэндольф почувствовал, как невидимая сила столкнула его с места. Вспомнились детство и первый полет: он стоял около люка, и, когда судно тронулось с места, едва не упал и наверняка бы свернул себе шею, но, к счастью, его подхватили стоявшие рядом люди.

– Фу! – сморщилась Панчо. – Эта «птичка» переворачивается как слон: так же медленно и неуклюже!

– Не забывай, что ты летишь не на челноке! – сказал Дэн.

– Скорость разворота почти на нуле, – заметила Аманда, показывая на экран пальцем с красивым маникюром.

– Да, – отозвалась Панчо. – Кажется, будто мы толкаем груз.

– Так и есть: это все гелий-3 и тяжелый водород! Топливо действительно прилично весит, осознал Дэн.

Смешно. Все привыкли считать, что водород и гелий – невесомые как перышко, а это вовсе не так! На самом деле они весят тонны, десятки тонн в баках корабля.

В иллюминатор почти не на что смотреть: ни мириад звезд, ни астероидов. Одна пустота.

– А где Солнце? – спросил неожиданно для себя Дэн.

– На месте, босс, – захихикала Панчо. – Никуда не денется, не волнуйтесь. Просто мы сейчас под таким углом, что его не видно.

Словно в подтверждение ее слов через иллюминатор прорезался луч света.

– Восход солнца затерялся где-то там, – сказала Панчо. Дэн почувствовал еще один толчок, на этот раз с другой стороны.

– Разворот корабля закончен, – сказала Аманда.

– Поток в главные двигатели! – скомандовала Панчо.

– Есть поток в главные двигатели!

На мостике снова появилось гравитационное поле. Дэн мягко опустился на палубу.

Аманда счастливо улыбнулась.

– Отлично, – сказала Панчо. – А теперь пойдем и посмотрим поближе на нашу утечку.

Крис Карденас почти дошла до своего дома, когда прямо перед ней внезапно возникли двое молодых мужчин в темных деловых костюмах.

– Доктор Карденас? – спросил один из них.

Она повернулась в сторону незнакомца. Мужчина, назвавший ее по имени, был выше своего напарника, стройный, даже худощавый, с короткими темными волосами. Другой – немного ниже ростом, с длинными светлыми волосами и по-детски розовыми щеками.

– Пройдемте с нами, пожалуйста! – сказал темноволосый.

– Куда? Зачем? Кто вы такие?

– Господин Хамфрис хочет вас видеть.

– Сейчас? В такой час? Это…

– Пожалуйста, мэм! – Блондин медленно вынул из кармана пистолет.

– Стреляет транквилизаторами, – пояснил второй. – Вы проснетесь со страшной головной болью. Прошу вас, мэм, не заставляйте нас его использовать!

Карденас посмотрела в оба конца коридора. Единственным человеком, кроме нее и незнакомцев, оказалась женщина, которая, заметив разыгравшуюся сцену, быстро повернулась и пошла в другую сторону.

– Ну! – сказал блондин, направив на Карденас пистолет.

Смирившись и опустив плечи, она кивнула в знак согласия. Блондин убрал оружие, и они пошли по коридору вниз, к эскалаторам.

– У этой хоть нет с собой змей! – прошептал блондин товарищу.

Второй не ответил.

Открытый космос

Панчо чувствовала, как ее переполняет возбуждение, и нетерпеливо засунула руки в рукава скафандра. После пяти дней, проведенных в закрытом пространстве, она наконец выйдет в открытый космос! Все равно что в детские времена школьный звонок на перемену.

Стоя у воздушного шлюза, где хранились скафандры и все необходимое для работ в космосе снаряжение, девушка быстро натягивала свою спецодежду.

Дэн выглядел обеспокоенным. Его взгляд был мрачным и недовольным.

– Завидуете? – пошутила Панчо, пытаясь поднять настроение боссу.

– Нет. Волнуюсь, – ответил он. – Мне не нравится, что ты пойдешь туда одна.

– Да это же просто здорово, босс!

– Мне нужно пойти с тобой или Аманде.

– Мэнди должна остаться у пульта управления. Нельзя, чтобы оба пилота одновременно покидали корабль, по крайней мере – нежелательно.

– Тогда я быстро надену скафандр и…

– Эй, босс! Я уже видела вашу медицинскую карту. Никаких прогулок в открытом космосе!

– Правила безопасности гласят, что выход в открытый космос должен всегда производиться двумя астронавтами!

– При возможности, – заметила Панчо.

– А с каких это пор вы цитируете правила, установленные МАА?

– Безопасность жизни – не шутка!

Панчо чувствовала себя в скафандре, как рыцарь из фильма, который сражается со злом и побеждает.

– Со мной все будет в порядке! – сказала она и взяла шлем из рук Рэндольфа. – Не стоит беспокоиться!

– Если возникнут сложности…

– Знаете что, босс? Оденьтесь и стойте здесь у выхода. Если у меня возникнут проблемы, вы быстренько догоните меня и спасете! Как вам нравится такая идея?

– Отлично, очень хорошая идея! – сказал он, немного успокоившись.

Они вызвали Аманду, и девушки помогли Дэну натянуть снаряжение для работы в открытом космосе. К тому времени, как он оделся, Панчо уже начала испытывать нетерпение.

– Ладно, – сказала она, защелкнув шлем. – Я готова.

Аманда быстро вернулась к пульту управления. Дэн стоял в полном снаряжении и беспомощно смотрел на Панчо, отгоняя от себя мрачные мысли.

Девушка открыла первый люк и вышла из отсека в проход, ведущий ко второму люку наружу. Сквозь шлем она услышала, как начал работать насос, откачивая воздух, и увидела, как панель индикатора сменила цвет с зеленого на красный. Даже сквозь толстые подошвы ботинок чувствовалась небольшая вибрация. Наконец панель стала полностью красного цвета, показывая, что воздуха в отсеке больше нет и можно открывать второй люк.

– Готова открыть внешний люк! – сказала она, нажав на кнопку в стене.

Раздался голос Аманды:

– Открываю внешний люк!

Люк медленно открылся, и перед Панчо предстала темная пустота космоса. Толстое защитное стекло шлема имело специальное напыление, защищавшее глаза от радиации, поэтому сразу разглядеть ничего не удалось. Однако через несколько секунд глаза привыкли к темноте, и девушка увидела десятки, сотни, тысячи звезд, сверкавших в темноте бескрайнего пространства. Слева от нее светилась легкая дымка зодиакального света, напоминая протянутую руку.

Панчо повернулась спиной к сиянию и прикрепила страховку к корпусу корабля.

– Выхожу в космос, – сообщила она по линии связи.

– Продолжай! – отозвалась Аманда.

– Дай мне координаты утечки, – сказала Панчо и, держась за поручни, направилась вдоль корпуса корабля.

– Готово. Данные на твоем мини-экране.

Панчо посмотрела на левую руку. На экране появилась схема сверхпроводников модуля в виде переплетений проводов и красным кругом обозначились координаты места утечки.

– Есть. Вижу ее.

Даже зная, что корабль находится под воздействием ускорения, а не стоит на месте, Панчо удивилась, что ей приходится держаться за поручни, чтобы забраться по лестнице к обозначенному на экране месту утечки. Поначалу она полагала, что предстоит плыть в невесомости.

– Ладно. Я на месте, – сообщила она через несколько минут.

– Ты прикрепила страховочные ремни? – послышался обеспокоенный голос Дэна.

Панчо все еще была прикреплена только тросом, соединявшим ее с внешним шлюзом. Слегка улыбнувшись над страхами Рэндольфа, она вынула из рюкзака со снаряжением еще один ремень и присоединила его к ближайшему поручню.

– Не волнуйтесь, папочка! Я вся в страховочных ремнях, как в паутине.

Осталось лишь найти место утечки, подумала она. Наклонившись, девушка включила лампы на шлеме и на внешней обшивке модуля. Странно, никаких признаков повреждения среди хитросплетений проводов не видно: никаких обожженных или обуглившихся участков, куда мог бы попасть предполагаемый миниметеор, никаких фонтанов водорода. Наверное, утечка не больше булавочной головки.

– Я нахожусь в том самом месте?

Ответ пришлось ждать несколько секунд, пока Аманда уточняла по бортовому компьютеру.

– Положи свою руку на провод, который сейчас осматриваешь, Панчо!

Она положила правую руку на вычисленный по координатам отрезок, а левую продолжала держать перед собой, чтобы видеть мини-экран.

– Да, ты как раз в том самом месте, – наконец сказала Аманда.

– Но я не вижу никаких повреждений на этом участке!

– Тогда просто замени его и принеси сюда на исследование.

– Хорошо. Так и сделаю.

И все же, удаляя цельный кусок провода без единого пятнышка, она чувствовала себя в глупом положении. «Что-то здесь не так. Может, это вовсе не то, что мы думаем…»

Большой Джордж теребил свою рыжую бороду и хмурился. Сидя в одной из кабин диспетчеров в космопорте, он уже начал волноваться. Почему Карденас так долго не звонит? Она же сама настаивала на скорейшей связи с Рэндольфом!

Этот ряд кабин обычно занимали служащие «Астро», которые контролировали с Луны полет «Старпауэра-1». Они сидели отдельно от остальных диспетчеров Селены, следивших за маршрутами с Земли на Луну и обратно.

Джордж хотел отправить послание Дэну в полной секретности. Все, что могли для него сделать диспетчеры «Астро», – дать шлем и посоветовать говорить потише.

Жаль, что они так и не успели создать секретный код для связи, прежде чем Дэн улетел. Джордж поднес к губам микроскопический, по его мнению, микрофон и быстро проговорил:

– Дэн, это Джордж! Доктор Карденас исчезла. Прошлой ночью она сказала мне, что волнуется, так как знает, что Хамфрис хочет убить тебя. Когда я позвонил сегодня утром, ее не было ни в офисе, ни дома. Не могу ее нигде найти. Службе безопасности Селены я еще ничего не сообщил. Что посоветуешь предпринять?

Он снял наушники и молча протянул их сотруднику «Астро», сидевшему в соседней кабине.

Парень повернулся лицом к Джорджу.

– Так быстро? – спросил он удивленно.

– Как долго придется ждать ответа?

Диспетчер нажал несколько кнопок на своей клавиатуре и показал на экран.

– Семнадцать минут и сорок две секунды уйдет на то, чтобы послание дошло до них, затем потребуется еще некоторое время на получение ответа, плюс несколько дополнительных минут. Они летят удивительно быстро!

– Значит, примерно тридцать пять минут, – подвел итог Джордж.

– Да. А еще надо учесть, что им нужно время на прослушивание вашего сообщения и обдумывание ответа. Так что скорее всего ответ придет только через час.

– Я подожду.

Мартин Хамфрис, задумавшись, сидел в кресле. Как же он ненавидел беседы со своим старым занудливым отцом с его вечно кислым выражением лица! И все же иногда приходилось спрашивать его совета.

– Ты похитил ее? – На морщинистом лице Вильсона Хамфриса появилось удивление. – Похитил нобелевского лауреата?

– Я привез ее сюда, в свой дом, – ответил Хамфрис, выпрямившись как струна и едва сдерживаясь, чтобы не заорать на старика. – Я не мог позволить ей предупредить Рэндольфа.

Диалог между отцом и сыном шел с помощью специального лазерного луча коммуникационного отдела «Космических систем Хамфриса», направленного с вершины кратера кольцевых гор под «Альфонсом» прямо к крыше особняка Хамфриса-старшего в Коннектикуте. Никто не мог подслушать их разговор без повреждения луча, а тогда сигнал тревоги мгновенно поступал на главный компьютер центра.

– Убить Рэндольфа – не такая уж и плохая идея, – сказал старик. – Теперь тебе придется убить и ее.

– Я никого не убивал! – сухо проговорил сын. – Если у Рэндольфа есть хоть немного мозгов, он повернет обратно.

Ответ отца пришлось ждать три секунды.

– Слишком сложно! Если решил убрать его, так и убирал бы!

Хамфрис не мог больше сдержать раздражения.

– Я не маньяк-убийца! Рэндольф – это просто бизнес, и если он погибнет, все будет выглядеть как несчастный случай. Корабль останется в Поясе, экипаж тоже. Никто не узнает о том, что случилось, никто не сможет провести расследование. Месяцы, даже годы пройдут, а тайна останется нераскрытой!

Он попытался успокоиться и стал ждать ответа.

– Чтобы получить «Астро», можно и рискнуть! Особенно если никто не сумеет позднее уличить тебя в причастности к этому… несчастному случаю! – послышался хриплый голос старика.

– Она может помешать моим планам. Хамфрис заранее знал, что ответит ему отец.

– Значит, нужно избавиться от нее!

– Убивать вовсе не обязательно. Я не хочу этого делать! Она ценная, ее можно использовать в своих целях.

Это не было сиюминутным решением. Доктор Карденас и ее знания в области нанотехнологий являлись частью его плана.

«Лишь этот кризис заставил меня ускорить процесс и отойти от первоначального плана!» – отметил про себя Мартин Хамфрис.

– Использовать? Как?

– Нанотехнологий! Она же лучший специалист в этой области! Если бы не она, на постройку корабля с ядерным двигателем понадобились долгие годы!

– Ха! У тебя просто кишка тонка убрать ее! – усмехнулся отец.

– Не будь идиотом, отец! Она нужна мне живая!

– Значит, ты хочешь, чтобы она стала одной из твоих пешек?

– Да, мне бы хотелось, чтобы Карденас стала членом моей команды. Но у нее вдруг начался приступ честности. Она боится за Рэндольфа, и, если ее не остановить, доктор расскажет всем о нашем плане, даже понимая, что ее ждет в этом случае – ведь она имеет к произошедшему прямое отношение.

Старик рассмеялся, услышав слова сына.

– Приступ честности? Есть много способов с ним справиться.

– Какие?

Как же раздражала эта пауза в три секунды!

– Сделай ей предложение, от которого она не сможет отказаться.

– Что?

Снова пауза.

– Предложи ей что-то, в чем она действительно нуждается. Сделай заманчивое предложение, которое ей понравится, но которое она не сможет принять. Тогда ты покажешь, что ты уступчивый парень, а она несговорчивая дура. После этого наш лауреат поймет, что ей придется согласиться на твое следующее предложение.

– Это… просто какое-то дьявольское коварство.

– Да уж, и, кстати говоря, дает хорошие результаты.

Хамфрис мысленно усмехнулся хитрости старого лиса.

– В чем ее слабое место? – спросил старик. – Что хочет Карденас и не может получить без твоей помощи?

– Своих внуков. Они будут нашими заложниками. О-о, я сделаю это в очень элегантной и изящной форме! Либо она станет работать на меня, либо пострадают ее внуки на Земле. Таким образом она сделает все, что я захочу!

– Ты и вправду мечтаешь править миром, Мартин, верно?

– Твоим миром? Ты с ума сошел! Земля еле дышит, и ничто на ней теперь уже не изменится к лучшему! Можешь оставить этот жалкий мир себе! Наслаждайся им на здоровье! Если я буду править, то только здесь, на Селене. Я буду править Луной, астероидами. Здесь лежит будущее, настоящее будущее! А я стану его властелином!

Долгое время старик молчал.

– Да поможет нам всем Бог! – наконец тихо произнес он.

«Старпауэр-1»

Ларс Фукс напряженно смотрел на экран монитора.

– Ну, что там? – снова спросил Дэн.

Двое мужчин стояли в тесном лабораторном отсеке, где Фукс, вооружившись датчиками и разными хитрыми приспособлениями, пытался вытащить один из масс-спектрометров из держателя и положить на рабочий стол. Он собирался использовать его для исследования образца светло-серого провода, который принесла Панчо. Тонкая небесно-голубого цвета трубка охладителя лежала рядом с проводом, который проходил внутри нее.

– Никакой утечки нет, – сказал Фукс. – Я пропустил азот, и ни малейшего признака повреждения даже самая точная аппаратура не обнаружила.

Дэна одолевала смутная тревога.

– А что же тогда вызывает перегрев?

– Состав провода полностью в норме: иттрий, барий, медь, кислород – все элементы находятся в нужных пропорциях. Никаких отклонений от нормы, – показав на массу изогнутых проводов на экране монитора, сообщил Фукс.

– Но это не меняет сути вопроса. Что-то в проводе все равно не так, – сказал Дэн.

– Уровень меди кажется немного ниже, чем нужно, – пробормотал Фукс, внимательно посмотрев на дисплей с данными.

– Ниже?

– Вероятно, просто небольшой производственный дефект. Может, в этом-то и вся проблема?

– Утечки точно нет?

Фукс задумчиво потер свой квадратный подбородок.

– Да, исходя из данных всех приборов, которые у нас в наличии. На самом деле на корабле нет нужного оборудования для подобных исследований. Требуется гораздо более мощный микроскоп и…

– Дэн, поступил звонок! – сообщила Аманда по линии связи. – От Джорджа Амброза. Значится под грифом «секретно и конфиденциально».

– Ладно, я пойду к пульту управления, – сказал Дэн. – Ларс, попытайся сделать все возможное, чтобы установить причину!

Ларс мрачно кивнул. Как может человек чего-то добиться, не имея под рукой необходимого для диагностики оборудования? – мысленно задавался он вопросом.

С тяжелым сердцем астроном повернулся к столу, а Рэндольф направился к мостику.

Какие еще датчики можно использовать для исследования этого провода? На корабле есть приборы лишь для измерения общего количества химических компонентов в астероидах, а не состава тонких сверхпроводников.

Не найдя ничего лучшего, Фукс включил масс-спектрометр и принялся снова исследовать провод. Когда через минуту на экране появился ряд уточняющих данных, глаза Ларса вытаращились от удивления.

* * *

Джордж поддерживал наушники руками и пытался расслышать голос Дэна. Изображения на экране не было: Дэн отправил только голосовое сообщение.

– …сходи с Блиливеном к Ставенджеру и расскажи ему о том, что случилось. Ставенджер способен многое сделать, заставить службу безопасности Селены перевернуть Луну вверх дном и найти ее. На такой небольшой территории, как Селена, трудно что-то утаить. Доктора Карденас наверняка быстро найдут… или ее тело.

Джордж кивнул, мысленно соглашаясь с шефом. Когда-то, десять лет назад, он жил в качестве беженца на окраинах Селены – изгнанник среди многих других себе подобных, которые назывались «Лунным Подпольем». Эти люди не мешали «легальному» населению Селены и могли жить на окраинах города, потому что никто не обращал на них внимания до тех пор, пока они не поднимали лишнего шума.

Джордж согласился с Дэном. Если полицейские Селены хотели найти какого-нибудь человека, это всегда удавалось.

Но мертвое тело могли вывезти наверх и похоронить в пустынных местностях поверхности Луны.

– Ладно, Дэн. – Он почти прошептал в микрофон. – Я пойду к Ставенджеру, и мы найдем Карденас… если она еще жива.

Фрэнк Блиливен был главой службы безопасности «Астро» – круглый, краснощекий, веселый на вид мужчина с редеющими светлыми волосами до плеч. На его лице всегда светилась по-отечески добрая улыбка. Джордж едва не вышел из себя, увидев, что при упоминании об исчезновении Карденас лицо Блиливена по-прежнему выражало радость.

– Это уже не в нашей компетенции. У нас всего дюжина людей. Мы занимаемся проблемой шпионажа, кражами, но не похищениями! Только этого еще не хватало!

Джордж прекрасно знал, как служба безопасности «Астро» решала проблему хищений: «Лунное Подполье» жило за счет небольших «заимствований» от складов корпорации.

– Дэн велел нам сходить к Ставенджеру, – сказал Джордж.

Довольно кивнув, Блиливен взял телефонную трубку и позвонил в офис Ставенджера.

Когда Джордж и Блиливен пришли на верхний этаж «Гранд Плазы», за широким стеклянным столом помимо самого Ставенджера их ждал полный мужчина. Ставенджер представил его как Ульриха Мааса, директора службы безопасности Селены. Джордж про себя отметил, что Маас выглядит как настоящий коп: мускулистое тело, темные, подозрительные глаза, лысый череп.

– Вы понимаете, что, возможно, паника напрасна? – спросил Ставенджер, когда все четверо сели за стол. – Однако Крис Карденас не из того типа людей, которые любят порой спрятаться от посторонних глаз, так что я склонен начать ее поиски.

– Она в доме Хамфриса, на самом нижнем уровне, – просто сказал Джордж.

Ставенджер откинулся на спинку кожаного кресла. Маас, сощурившись, изучал Джорджа. Блиливен, как всегда, выглядел так, словно его вновь посетили какие-то приятные воспоминания. Через широкие окна кабинета виднелась огромная территория «Гранд Плазы». Несколько детей летали на небольшой высоте в зеленом пространстве над парком, словно птицы, взмахивая арендованными пластиковыми крыльями.

– Вы уверены? – нахмурившись, спросил Ставенджер.

– Она боялась Хамфриса, – ответил Джордж. – Где еще он может ее надежно спрятать?

– Территория на нижнем ярусе является собственностью его корпорации. Власти Селены не могут просто так спуститься и учинить обыск, – заметил Маас.

– Даже если ее жизнь висит на волоске? – спросил Джордж.

– Рик, я думаю, ты должен начать поиски, – сказал Ставенджер, повернувшись к Маасу.

– Обыскать территорию Хамфриса?

– Всю территорию подземелья Селены. Владение Хамфриса – другой вопрос, – сказал Ставенджер и, взяв в руки телефон, попросил секретаря соединить его с магнатом.

* * *

– Доктор Карденас? – переспросил Хамфрис, глядя на появившегося на экране Ставенджера. – Вы имеете в виду знаменитого ученого?

– Да, – коротко ответил тот. – Она пропала.

Хамфрис встал с шезлонга, на котором сидел, пересматривая каталог владений отца в Ливии.

– Не понимаю, – сказал он, делая удивленный вид. – Почему вы рассказываете об этом мне?

– Служба безопасности Селены обыскивает город. Я буду рад, если вы позволите осмотреть и ваш ярус.

– Мой дом?

– Чистая формальность, господин Хамфрис, – сказал Ставенджер, стараясь непринужденно улыбнуться. – Вы же знаете полицейских – они любят осмотреть все углы до единого.

– Да, наверное, так и есть, – ответил на улыбку Хамфрис. – Может, кто-то и кроется где-нибудь в саду?!

– Или в вашем доме. Он достаточно большой, в нем можно спрятаться.

– Хм-м… да, возможно, большой, но только по меркам Селены. Ну что ж, – вздохнув, сказал он, – пускай полицейские приходят. Я не против ваших проверок.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – ответил Хамфрис и нажал кнопку отключения связи.

Войдя в дом, он вновь активировал линию.

– Вызвать Блиливена сюда немедленно! Для него есть работа.

Море спокойствия

Трактор медленно ехал по мрачному пространству Моря Спокойствия, удаляясь от кольцевых гор, «Альфонса» и Селены.

Крис Карденас боролась с одолевавшим ее страхом. Она чувствовала, как от ужаса дрожит каждая клетка тела, к горлу подступает комок, а сердце бьется так сильно, что заглушает все остальные звуки.

– Куда вы меня везете?

Водитель молчал. Может, он не услышал ее, потому что в ее шлеме отключена связь. Да, конечно же, так и есть. Они отключили радиосвязь в шлеме! Отличный способ обезвредить ее.

Двое парней, которые захватили Карденас в ночь после спектакля в театре, привели ее в роскошную резиденцию Хамфриса на нижнем ярусе города. Мартин Хамфрис не вышел к ней, но она догадывалась, в чьем владении оказалась. Прислуга была очень вежлива, ей предлагали еду и питье и отвели в прекрасные гостевые апартаменты, где Карденас и провела ночь. Дверь в коридор, конечно же, закрыли на ключ. Карденас стала пленницей и понимала это, несмотря на всю роскошь камеры.

Странно, ночь она спала хорошо. Однако утром, раздумывая над случившимся, после того как служанка принесла ей завтрак, она пришла к выводу, что Хамфрис убьет ее. «Ему придется это сделать. Он не может отпустить меня на свободу, потому что знает, что я расскажу о том, кто убил Дэна Рэндольфа и остальной экипаж корабля, полетевшего к Поясу Астероидов. С моей помощью! Я – соучастник убийства, и теперь уже не важно, знала я о готовящемся преступлении или нет. Слепое, глупое упрямство не позволило понять очевидного, а теперь уже слишком поздно. Убьют и меня. Иначе зачем было похищать и привозить сюда, где никто никогда не найдет?»

Мысль о том, что впереди ждет смерть, пугала Карденас невероятно. Находясь на поверхности Луны, в пространстве без воздуха, под волнами космической радиации, здесь, где никогда не должны бывать люди, она чувствовала, как страх возрастает. У маленького трактора не было герметичной кабины для пассажиров, и для выживания в этих условиях единственной защитой служил скафандр.

Мертвый мир, думала Карденас, оглядывая пустынное пространство. Серая поверхность Луны была действительно мертва, лишь кое-где оставались едва заметные следы тракторов. Ни ветер, ни другие погодные условия не нарушали царившей здесь безмятежности. Следы на реголите останутся на поверхности до тех пор, пока существует Луна. Сзади от колес трактора поднимались вверх небольшие облака пыли и медленно оседали в низкой лунной гравитации.

Вдалеке не виднелось ничего, кроме волнообразной равнины, кусков лунного камня, больших и малых кратеров. Кругом лежали глыбы лунного камня, словно игрушки, разбросанные шаловливыми детьми.

Горизонт был как на ладони, и это заставляло Карденас чувствовать себя еще более взвинченной. Кругом опасность, неизвестность впереди. В вакууме не было и тени ветерка, а горизонт впереди выглядел как последняя черта жизни. Ее жизни…

– Куда мы едем? – снова спросила она, понимая, что спрашивать бесполезно.

Фрэнк Блиливен уже не улыбался. Он вел трактор и потел. Сделка с Хамфрисом состояла в том, что он позволит магнату залезать в линии связи корпорации Рэндольфа. Кругленькая сумма и практически никакого риска!.. Теперь он вез похищенную женщину – нобелевского лауреата! Так они не договаривались! Хамфрису придется заплатить еще столько же!

Однако Блиливен должен был признать, что у Хамфрис умен. Ставенджер ищет Карденас, поэтому тот смекнул, что никто лучше, кроме главы службы безопасности Рэндольфа, эту хитрую работу не сделает. Обслуживающий персонал даже не задал ему вопроса, когда он появился в гараже, одетый в скафандр, еще с одним человеком в снаряжении для выхода на поверхность.

– Надо проверить коммуникационные антенны в Море Спокойствия, – просто объяснил Блиливен охраннику. – Вернемся примерно через шесть часов.

Через три часа бесцельного путешествия по пустынной поверхности Луны наконец раздался звонок от Хамфриса.

– Все в порядке. Возвращайтесь, – коротко велел магнат. Снова заулыбавшись, Блиливен повернулся к Карденас и сказал громко, чтобы та услышала:

– Мы возвращаемся. Нас встретит специальная группа. Когда прибудем в гараж – ведите себя правильно!

Крис Карденас почувствовала, как с плеч упал камень. «Возвращаемся! Слава богу! Наконец снова в безопасность, под поверхность, в город!»

Однако потом она осознала, что все еще пленница Хамфриса и о безопасности в такой ситуации не может быть и речи.

Дэн почувствовал страшный гнев, увидев сообщение Джорджа на экране дисплея в гостиной.

– Я был во время проверки дома Хамфриса вместе с полицейскими. Дом огромен настолько, что в нем можно спрятать дюжину людей! Мы не нашли и следа Карденас, – мрачно доложил он.

– Значит, она еще жива, – сказал Дэн и тут же нахмурился, поняв, что Джордж услышит его слова только минут через двадцать, и то – в лучшем случае.

Панчо сидела рядом, задумчиво глядя на экран.

– Если они не нашли тела, значит, возможно, Карденас еще жива, – сказал ей Дэн.

– Или ее труп вытащили и спрятали на поверхности, – предположила девушка.

Дэн мрачно кивнул, понимая, что она права.

– Зачем Хамфрису понадобилось убивать Карденас? – спросила Панчо.

– Затем, что она нашла что-то, о чем хотела сообщить мне.

– А что это может быть?

– Откуда мне знать?

– Да, вы правы. Глупый вопрос.

Дэн потер подбородок и откинулся на кресло.

– Хамфрис понимал, что полицейские придут обыскивать его дом, и просто на время куда-то ее переместил, пока не закончится проверка. Даю руку на отсечение, что в этот момент Карденас уже снова в его доме. Он будет держать ее рядом, чтобы помешать ей предпринять нежелательные для него действия.

– Да, наверное, – согласилась Панчо.

– Жаль, что нет способа отправить кого-нибудь туда секретно, – сказал Дэн.

Панчо выпрямилась как струна.

– Вообще-то есть, – сказала она, хитро улыбнувшись.

Джордж принял это за дань уважения к Карденас: Ставенджер пригласил его на личную встречу.

– Невидимка? – переспросил Ставенджер. – Плащ-невидимка?

– Знаю, это звучит глупо, но Дэн сказал мне, что…

– Вовсе не глупо. Я просто удивлен, что Вальтон все же кому-то рассказал.

– То есть это правда? Настоящий плащ-невидимка существует?

Ставенджер внимательно разглядывал Большого Джорджа. – Да, вполне. Однако я сомневаюсь, что он подойдет вам по размеру. Придется снова вернуть Вальтона к работе.

Жаль, что Джордж находится так далеко и нет возможности поговорить нормально.

Дэн уже несколько раз кругами обошел жилой модуль, не находя себе места. Аманда и Панчо дружески болтали, автоматические системы корабля самостоятельно выполняли всю работу. Фукс сидел в лабораторном отсеке и исследовал кусок принесенного Панчо провода. Последнее сообщение Джорджа звучало почти как сказка.

– Ставенджер нашел парня, который придумал плащ, и тот увеличит размер этой штуки, чтобы она на меня налезла. Сейчас лаборатория нанотехнологий как раз занимается этим вопросом. Он сказал, что я смогу пробраться в дом Хамфриса уже завтра утром, если все пойдет по плану.

Да, как в сказке, подумал Рэндольф, расхаживая взад-вперед по коридору модуля. Неужели действительно существует плащ, о котором они говорят?!

Панчо точно знает, что это правда. Ну и мошенница! И какие только тайны ей известны?! Молодец девчонка: умна, быстра и использует каждый данный ей шанс.

Он снова подошел к лабораторному отсеку. В помещении не было стула. Фукс стоял около стола и смотрел на монитор так же, как и в тот момент, когда Рэндольф подходил к двери в прошлый раз.

– Что-нибудь интересное?

Фукс выглядел так, словно только что очнулся от сна. Судя по встревоженному выражению его лица, сон скорее всего оказался кошмаром.

– Что случилось, Ларс?

– Я обнаружил причину перегрева на этом участке провода, – тихим голосом ответил Фукс.

– Это хорошо, – отозвался Дэн.

– Нет, не хорошо. Совсем ничего хорошего! – сказал тот, покачав головой.

– Что такое?

Показав на данные, обозначившиеся на дисплее монитора, Фукс вновь повернулся к боссу.

– Количество меди в проводе постоянно уменьшается.

– Что?

– Сверхпроводник остается сверхпроводником только до тех пор, пока его состав неизменен.

– И охлажден жидким водородом, – добавил Дэн.

– Да, конечно. Но этот отрезок провода… утончается.

– То есть?

– Посмотрите на экран, – с пылом сказал Фукс. – За последние два часа количество меди в проводе понизилось на шесть процентов.

– Но как…

– По мере того как уменьшается количество меди, провод перестает быть сверхпроводником и становится обычным проводом. Он начинает нагреваться и перегреваться. От жара холодный водород утекает, а участок нагрева растет. Сначала территория нагревания была микроскопическая, но постепенно расширилась, и датчики смогли установить причину.

Дэн слушал разинув рот, не в силах поверить услышанному.

– Наномеханизмы? – едва выдохнул он. Фукс мрачно кивнул.

– Провод был начинен наноботами, которые стали поедать атомы меди. Они и в эту минуту разрушают провод.

– Господи, Боже милосердный! – прошептал Дэн. – Если бы только один этот провод был заражен…

– Надеюсь, что только этот, – сказал Фукс. – Иначе мы все умрем.

Исследовательский центр Хамфриса

Джордж направлялся в коридор, ведущий в дом Хамфриса. Австралиец стоял на эскалаторе, одетый в плащ-невидимку, который специально для него расширил Вальтон. Он не видел даже собственных ног и в какой-то момент едва не полетел вниз по ступеням, запутавшись в плаще.

Когда Ставенджер позвонил Вальтону и попросил срочно расширить плащ до размера Джорджа, инженер походил на хитрого шалуна, которого поймали в тот момент, когда он рассматривал картинки для взрослых.

Краснощекий Вальтон, запинаясь, сообщил, что ему потребуется помощь сотрудников лаборатории нанотехнологий; к тому же может выплыть сам факт существования плаща.

– Ничего не поделаешь, – ответил Ставенджер. – Секретность уже нарушена.

В итоге Ставенджер лично отправился с Джорджем и Вальтоном в лабораторию, попросил главного техника очистить помещение от всех сотрудников и работать с Вальтоном лично и в полной секретности. Как только она поняла, что жизнь доктора Карденас в опасности, тут же согласилась без лишних вопросов.

– До меня доходили слухи о существовании такого плаща, – певучим голосом сообщила женщина, когда Вальтон объяснил, что именно от нее требуется.

Вальтон хранил программы для наноботов в своих архивах. На протяжении нескольких часов он и главный технолог лаборатории следили за ростом блестящего черного плаща, медленно увеличивающегося в размере. Ткань лежала на столе. Джордж стоял немного поодаль, вытаращив глаза, и с удивлением наблюдал за происходящим.

Теперь же он стоял на эскалаторе, спускаясь на нижний ярус к резиденции Хамфриса. Наступил полдень. Надо поразмыслить о том, как проникнуть через главные ворота незамеченным. Большая пещера, где располагалась резиденция Хамфриса, освещалась яркими лампами. Интересно, может быть, все завтракают, подумал Джордж, приближаясь к воротам.

Внезапно ворота распахнулись, и от неожиданности Джордж отпрянул в сторону. Оттуда вышли сотрудники Хамфриса в рабочей одежде. Очевидно, люди возвращались с работы домой или шли на обед. Они громко обсуждали цикл жизни какого-то растения или животного с мудреным латинским названием. Джордж быстро прошмыгнул мимо них и успел оказаться по ту сторону ворот до того, как они снова захлопнулись. Два охранника в синей форме, стоявшие возле тяжелых дверей, ничего не заметили и продолжили обсуждать вчерашний футбольный матч.

Навстречу Джорджу вышел пожилой мужчина в темном костюме с каменным выражением лица профессионального дворецкого. Джордж бесшумно миновал охранников и, пробравшись в дом, принялся заглядывать во все открытые двери в коридоре первого этажа. Многие сотрудники исследовательского центра бегали туда-обратно из одного офиса в другой. Неужели у них нет перерыва на обед?

Джордж явственно почувствовал аромат жареных стейков. Давно он не пробовал такого ароматного мяса, почти с тех пор как покинул Землю. Да, Хамфрису, очевидно, не жаль тратить такие огромные деньги, заказывая мясо с Земли на Луну для своих сотрудников.

Коридор закончился огромной красивой кухней, которая вполне могла принадлежать дорогому ресторану. Судя по уютным столикам в соседнем с кухней залом, работники центра едят именно тут. Повара и их помощники носились от кастрюли к кастрюле, быстро приготавливая пищу, со сковородок лился невероятный аромат, на огромном филе жарились куры. Да, еды тут на целую армию! – подумал Джордж.

Обойдя всю кухню, австралиец заметил, что один из официантов ставит на поднос гораздо более скромные блюда: салат, небольшой бутерброд, кусок арбуза и стакан чая. Наверняка еда для женщины!

Официант прошел мимо Джорджа и направился к лестнице на второй этаж. Телохранитель Рэндольфа направился следом за ним. Одну из дверей коридора второго этажа стерег молодой охранник в деловом сером костюме. Увидев официанта, он тут же открыл запертую дверь.

Джордж прислонился к стене в нескольких метрах от скучающего охранника, который снова сел на деревянный стул и вынул из кармана мини-компьютер. По звукам, который издавал прибор, было понятно, что тот играет в какую-то игру.

Ладно, подумал Амброз, скрестив руки на груди. Значит, Карденас жива и находится тут. Теперь надо сообразить, как ее вызволить.

Он провел почти целый час, осматривая близлежащие лестничные пролеты и разглядывая сонного охранника. Хамфрис наверняка использовал систему личных кодов для каждого своего сотрудника. К тому же весь персонал носил строго определенный вид одежды: охранники – деловые костюмы, повара и официанты – специальную форму. Ученые работали в другой части здания и вряд ли будут помехой, решил Джордж.

Официант вышел из двери с почти полным подносом: Карденас ничего не съела. Скорее всего женщина устроила голодовку.

Через некоторое время в коридоре показался и сам Хамфрис, одетый, как всегда, в белый пуловер и синие брюки безупречного покроя. Охранник вскочил со стула и быстро спрятал в карман мини-компьютер. Хамфрис недовольно взглянул на парня и махнул рукой, приказывая открыть дверь в комнату.

Как только босс зашел в помещение, охранник снова опустился на стул и продолжил играть в электронные игры. Заметив, что парень всецело поглощен игрой, Джордж приблизился к двери и, резко открыв ее, проскользнул внутрь.

Хамфрис услышал скрип и накинулся на охранника:

– Ты можешь закрыть дверь как следует или нет?! Едва сдерживая смех, Джордж затаился в углу. Доктор, напряженная как струна, стояла возле единственного в помещении окна. Комната была роскошная: старинная мебель из настоящего дерева на Селене – огромная редкость. Наверное, всей зарплаты сотрудников Центра за десять лет и то не хватило бы на эту мебель, подумал Джордж.

– Как вы себя чувствуете сегодня? – спросил Хамфрис женщину, приближаясь к ней по ворсистому ковру.

– Я хочу домой, – коротко сказала она, очевидно, понимая, что положительного ответа на подобную просьбу не последует.

Естественно, Хамфрис повел себя так, словно не слышал ее слов.

– Извините, что пришлось свозить вас наверх. Полагаю, вам это не понравилось.

– Я хочу домой! – повторила Карденас. – Вы не можете держать меня здесь взаперти вечно.

– У меня есть для вас предложение. Если вы согласитесь, то вернетесь на Землю и снова будете жить со своими детьми и внуками.

Она закрыла глаза.

– Я просто хочу вернуться в свою квартиру на Селене. Отпустите меня! Немедленно!

Хамфрис сделал драматичный жест и сел в одно из кресел у окна.

– Боюсь, в данный момент это невозможно. Наверное, вы понимаете, по какой причине.

– Я никому ничего не скажу, – пообещала Карденас, отойдя от окна. – Просто хочу вернуться к нормальной жизни.

– И не станете предупреждать Рэндольфа?

– Уже слишком поздно, и вы прекрасно это знаете.

Хамфрис развел руками в стороны.

– На самом деле лучший для вас вариант – вернуться на Землю. Вам обеспечат великолепные условия жизни, и я лично гарантирую, что доставят детей и внуков.

– Таким же образом, как вы доставили меня сюда?

– Вам не причинили вреда, не так ли? С вами обошлись максимально тактично.

– Однако я все же ваша пленница.

Джорджу показалось, что Хамфрис едва сдерживает гнев.

– Если вы сделаете то, что я попрошу, – продолжил он, – то сможете вернуться на Землю и снова жить со своей семьей. Что еще вам нужно?

– Я не хочу возвращаться на Землю! – крикнула Карденас. – Пешкой в вашей игре я больше не стану!

– Вы даже не знаете, каков мой план.

– Меня это не волнует! Я не хочу ничего знать!

– Но он же остановит парниковый эффект на Земле! Спасет планету!

– Уже ничто не спасет Землю, и вы в курсе!

Хамфрис на миг отвернулся в сторону, словно в поисках нужных слов.

– Вы способны спасти Землю, доктор Карденас. Именно по этой причине я и привез вас сюда. Мне нужно, чтобы вы руководили всей операцией. Нужен лучший специалист! Этот специалист – вы! Никто другой не справится!

– Не знаю, о чем вы говорите, но я не собираюсь принимать участие в ваших планах!

– Даже ради спасения Земли?

Она надменно взглянула на магната.

– С чего вы взяли, что я горю желанием спасать Землю?

– А как же ваши внуки? – с улыбкой спросил Хамфрис.

Карденас вмиг поняла к чему клонит мерзавец.

– Вы угрожаете моей семье?

– Разве я угрожал? – с невинным видом спросил он.

– Вы невыносимы!

– Доктор Карденас, вы не понимаете. Выслушайте меня, пожалуйста! – попросил Хамфрис, медленно поднимаясь с кресла.

– Я же сказала, что никому ничего не скажу!

– Сейчас я говорю о другом.

Она хотела что-то возразить, но передумала.

– По крайней мере выслушайте меня!

Женщина молчала.

– Подумайте о своих детях и внуках, которые остались на Земле! Их будущее в ваших руках.

Не говоря ни слова, она села на диван.

– Так-то лучше, – улыбнулся Хамфрис. – Мы ведь оба разумные люди и, я уверен, сможем договориться.

Джордж бесшумно подошел ближе и стал слушать.

«Старпауэр-1»

Панчо сидела на своем рабочем месте.

– Как убедиться, что эти наноботы не продолжают разъедать сверхпроводники и сейчас? – спросила она.

Дэн никогда раньше не видел девушку такой угрюмой. Ее вытянутое лицо с обычно смешливым выражением теперь стало мрачным как туча, а улыбка исчезла.

– Они поедали медь, – сказал Дэн. – Мы избавились от этого отрезка провода, и «пожиратели» улетели вместе с ним в открытый космос.

– Надеюсь.

– Точно!

– Ладно, в корпусе корабля и внутри модулей нет медных проводов, – более оптимистичным тоном сказала Панчо.

– Да, все здесь волоконно-оптическое.

– Однако кое-где элементы с медью все же есть. Может, и совсем немного, но если «пожиратели» едят медь, то могут и повредить половину микропроцессоров на борту.

– Веселенькая перспектива! – пробурчал Дэн.

– МГД-генератор! – воскликнула вдруг Панчо. – Вокруг него проходил сверхпроводник!

– Господи Иисусе!

– Если… то магнит сбросит всю энергию и…

– Будет взрыв?

– Да, мы взорвемся, как бомба!

– Отлично, просто потрясающе! – пробормотал Рэндольф. – И мы ничего не в состоянии сделать, так ведь?

– Да, абсолютно ничего. Остается только надеяться, что другие провода не инфицированы.

Дэн почувствовал, как его начинает трясти.

– Если все так и есть, то мы уже бессильны что-либо изменить, – сказал он, проглотив застрявший в горле комок.

– Могло быть и хуже, – сказала Панчо с долей черного юмора. – Если есть наноботы, поедающие медь, то могут быть и такие, которые уничтожат нас.

Дэну ее реплика не показалась смешной.

– Где Аманда? – спросил он, показывая на пустое кресло второго пилота. – Разве она не должна быть на своем посту?

– Мэнди снова с Ларсом.

– В лабораторном отсеке?

– Да. Он пытается модифицировать электронный микроскоп для исследований наноботов.

– И тогда мы сможем установить, есть ли они или нет?

– Наверное.

– Эти двое много времени проводят вместе, – пробурчал Дэн.

– Если задуматься, то да.

Дэн промолчал. Ему не нравилось, что Аманда и Фукс постоянно уединяются, но предъявить какие-либо претензии он не мог. Фукс производил впечатление человека, любящего свое дело, и много работал. Однако никогда нельзя быть уверенным, напомнил себе Дэн. Очевидно, Аманде нравится проводить время с этим парнем.

Панчо показала пальцем на один из экранов.

– Что ж, по крайней мере с нашим защитным полем все в порядке, – сказала она. – Солнечные бури для нас не опасны, во всяком случае, на данный момент.

«На данный момент!» – повторил про себя мысленно Дэн.

– А как МГД-генератор? – спросил он вслух. Девушка вновь показала на экран с данными.

– Все в порядке.

– Значит, «пожиратели» до него не добрались.

– Может быть.

– Думаю, мне следует сходить в лабораторию, – сказал Дэн. – Надо проверить, как там дела.

– Стали им нянькой? – пошутила Панчо.

– Так заметно по моему виду?

– Да, босс. Вы прямо как заботливая матушка.

– Может, им как раз и не хватает зоркого взгляда.

– Но Мэнди в состоянии о себе позаботиться, а Ларс вовсе не похож на Хамфриса.

Рэндольф кивнул.

– Тогда просто проверю, как идут дела с электронным микроскопом.

– Хорошая отговорка! – улыбнулась Панчо.

Дэн мечтал забыть обо всех проблемах, возникших с появлением «пожирателей», но не мог. Подойдя к автомату с кофе, он налил себе чашку горячего напитка и направился по коридору к лаборатории. Через открытый люк он увидел фигуры Аманды и Фукса. Молодые люди стояли около стола с инструментами и светящимися экранами, поглощенные разговором.

Боже, они напоминают Красавицу и Чудовище, подумал Дэн. Даже в мешковатом костюме Аманда с ее длинными золотистыми волосами была неотразима. Большие голубые глаза неотрывно смотрели на Фукса. Крепко сложенный Ларс в своем обычном темном пуловере походил на мощное дикое животное, однако на Аманду вовсе не рычал и не скалился.

– Как дела?

Они были удивлены его внезапным появлением. Показав на серый корпус миниатюрного электронного микроскопа, Дэн выдавил из себя улыбку и спросил:

– Нашли их?

Фукс отвернулся.

– Нет, все бесполезно. Эта штука никогда не сможет различать такие малые объекты.

Слова Фукса не удивили Дэна.

– Он же не приспособлен для этого!

– Но я думал, мне удастся хоть немного увеличить мощность!.. Кажется, это была пустая трата времени.

– Мы снова просматривали всю информацию, полученную нашим главным датчиком. Искали подходящий астероид, – сказала Аманда.

– И как успехи?

Фукс довольно улыбнулся. Это было настолько неожиданно, что Дэн удивился.

– У нас просто изобилие металлических астероидов. На расстоянии примерно одного дня полета прямо перед нами лежит около пары десятков таких камешков.

– Мы пытались решить, какой же из них следует выбрать, – сказала Аманда.

– Все очень просто: выбирайте самый большой! – улыбнулся в ответ Дэн.

Джордж, пытаясь дышать потише, подошел к тому углу комнаты, где сидели Хамфрис и Карденас. Оба выглядели напряженно, на лице пленницы читались страх и гнев.

Джордж знал, что они не могут увидеть его, однако все же немного нервничал и даже побаивался. Быть так близко к людям и не показать своего присутствия, пусть даже и в плаще-невидимке, – не так-то просто. Лишь бы не чихнуть, думал он. И дышать бы надо потише!

– Хорошо, – наконец заставила себя сказать Карденас. – Я слушаю.

Развалившись на диване, Хамфрис скрестил руки и начал:

– Представьте, что я сооружу вам свою личную лабораторию где-нибудь в укромном месте на Земле. У моего отца есть владения в Ливии. Можно попробовать там, например. Со временем мы смогли бы привезти внуков, чтобы те жили вместе с вами.

– И что же, предполагается, я должна делать в этом вашем укромном месте? – спросила Карденас.

Ее голос звучал почти как у робота, без всякой интонации.

– Наноботы можно заставить выбирать из атмосферы углекислый газ, правда? Разрушать молекулы на углерод и атомы кислорода. Углерод можно уничтожить, а кислород выпустить снова в атмосферу или продавать для промышленной газификации или еще чего-нибудь. Это могло бы остановить парниковый кризис за год или два!

Выражение лица Карденас не изменилось.

– Нанотехнологии запрещены, и вы это знаете. Не важно, в каких целях вам нужно использовать их: нигде на Земле нельзя применять такие технологии! Вам придется пойти против Мирового Экономического Совета, властей, религиозных конфессий. Фанаты и вовсе свихнутся, если вы намекнете на то, что хотите использовать подобный метод спасения планеты.

Хамфрис улыбнулся улыбкой всезнающего старца.

– А мы болтать не будем, а просто начнем работать! Втайне от всех, где-нибудь в песках Сахары, в центре океана или Антарктиде. Где угодно! За год или даже меньше станет видно, что уровень углекислого газа в атмосфере снижается. Мы можем уменьшить уровень и других парниковых газов. Со временем люди поймут, что кризис закончился, тогда к нам сами и придут! Им придется признать результаты нашей работы, другого выхода не останется.

– А вы не думали о том, что может случиться, если наноботы поведут себя не так, как мы предполагаем? Вдруг они станут разрушать другие углеродные соединения? Такие, например, как мы с вами? Вы ведь тоже сделаны из атомов углерода!

– Такого не произойдет!

– Я знаю, что не произойдет, – резко сказала она. – Потому что не стану этого делать! Это просто бред!

– И что же здесь бредового?

На лице Карденас появилась небольшая саркастическая улыбка.

– Вы даже не представляете, насколько велика атмосфера Земли! Знаете ли вы, сколько тонн углекислого газа вам придется переработать? Миллиарды! Десятки миллиардов! И это по самым скромным меркам! Вам придется покрыть всю Африку наноботами, чтобы разрушить такое количество углекислого газа.

– Уверен, вы преувеличиваете! – нахмурившись, сказал Хамфрис.

Карденас тут же вскочила на ноги, чем удивила Джорджа.

– Вам придется покрыть ими всю пустыню Сахару. Вы все еще не верите?

– Но…

– И вы никогда не сможете сохранить это в тайне. Программу такого масштаба нельзя утаить!

– Но она реальна, не так ли? – продолжал настаивать магнат.

– Ее можно начать, – признала Карденас. – Пока какой-нибудь фанатик не применит против вас ядерное оружие или не заразит питьевую воду бациллами.

– Я в состоянии защитить вас от террористов!

Карденас снова подошла к окну, очевидно, раздумывая над услышанным.

– Использовать наномеханизмы в таком масштабе – все равно что дать зеленый свет дальнейшим несчастьям на Земле. Какой-нибудь сумасшедший сможет украсть несколько наноботов, перепрограммировать их на то, чтобы они разъедали пластмассу, например. Или бензин. Или использовать их в качестве оружия против политиков или простых людей, может быть, целых народов. Вы же говорите о «пожирателях»!

– Я знаю, о чем говорю, – холодно заметил Хамфрис.

– Ничего не выйдет. Не следует забывать и о масштабе проекта. Власти Земли никогда не позволят использовать наноботов. Никогда! И трудно их за это осудить.

– Значит, вы отказываетесь даже попробовать? – спросил Хамфрис, решительно вставая с дивана.

– Это бесполезная трата времени.

– Что ж, я пытался вас убедить. Думал, что мы можем сотрудничать.

– Отпустите меня домой! – сказала Карденас, и Джорджу в ее голосе послышалась мольба.

– Если бы вы согласились, вы могли бы быть со своими детьми и внуками, как и хотели.

– Просто отпустите меня!

Он посмотрел на нее грустным взглядом и театрально вскинул руки.

– Вы ведь знаете, это слишком рискованно.

– Но нельзя же держать меня здесь вечно!

– Готовы предложить вариант решения этой проблемы? – пожав плечами, спросил Хамфрис.

Она уставилась на него с открытым ртом.

– Наверняка вы понимаете всю сложность ситуации. Как я могу вас отпустить, если на все сто процентов уверен, что вы сообщите о случившемся с Рэндольфом и кто тому причина.

– Я тоже причастна к этому!

– Да, конечно. Но вы сознаетесь в своей вине, не так ли?

– Я… – Она помедлила. – Рано или поздно – да.

– Вот-вот!

– Вам придется убить меня.

– Не хотелось бы, я не хладнокровный убийца! На самом деле я бы предпочел, чтобы вы благополучно жили со своими детьми и внуками. Надеюсь, мы все же сможем сотрудничать и каким-то образом решить проблему.

– Не вижу никаких путей решения!

– Ладно, подумаем, – сказал Хамфрис, направляясь к двери. – Главное – желание найти компромисс.

Он улыбнулся, открыл дверь и вышел в коридор. Охранник тут же вскочил с места и быстро закрыл дверь на ключ.

Хамфрис удалялся по коридору, бормоча себе под нос: «Все могло бы получиться! Все могло бы получиться!»

«Я в состоянии прекратить парниковый кризис за пару лет. Они будут стоять на коленях и благодарить меня!» – думал он.

Хамфрис решил собрать небольшую группу экспертов, которые изучат возможные последствия задуманного проекта. В конце концов, Карденас не единственный специалист по нанотехнологиям на Селене!

Побег

После ухода Хамфриса Крис Карденас несколько минут молча смотрела на запертую дверь, затем внезапно разразилась слезами. Закрыв лицо ладонями, она упала на диван и принялась безудержно, отчаянно рыдать.

Джордж в нерешительности стоял в другой части комнаты, не зная, как поступить. «Она в истерике, и если я сейчас подойду, хлопну ее по плечу и скажу: „Привет! Я человек-невидимка!“ – то и вовсе лишится чувств», – подумал Джордж.

Не оставалось ничего другого, как ждать. Он тихо стоял в углу до тех пор, пока Карденас не успокоилась. Прошло всего несколько минут. Пленница выпрямилась, сделала глубокий вдох, затем встала и направилась в ванную, там умылась и подправила макияж, однако красные опухшие глаза свидетельствовали о ее женской слабости.

Прежде чем он успел обдумать свои дальнейшие действия, Карденас вновь подошла к окну и прислонила руки к стеклу. Затем повернулась и что-то поискала глазами. Обведя взглядом комнату, нашла стул и, подойдя, подняла его с пола. Он был слишком тяжел, но она все же донесла его, хоть и не без труда, к окну.

Хочет разбить окно и выброситься! Джордж тут же понял ее намерения. Не хватало еще, чтобы она покалечилась!

Австралиец осторожно подошел к ней сзади и прошептал:

– Извините, пожалуйста!

Она резко обернулась, широко раскрыв глаза от удивления.

– Кто здесь?

Джордж кашлянул и сказал на этот раз немного громче:

– Это я, Джордж Амброз. Я…

– Где же вы?

– Я невидим, – ответил он, чувствуя себя совсем неловко.

– Я схожу с ума! – пробормотала Карденас и медленно опустилась на стул, который несколько секунд назад поставила у окна.

– Нет, это не так! – сказал Джордж, стараясь не повышать голоса. – Я друг Дэна Рэндольфа. Я здесь, чтобы спасти вас!

– Это шутка?

– В комнате есть подслушивающие устройства или камеры наблюдения?

– Я… не думаю…

– Смотрите, – сказал Джордж, сразу же поняв, что выбрал не лучший способ заставить женщину успокоиться. – Я сниму капюшон, и вы сможете увидеть мое лицо. Не бойтесь!

Карденас выглядела скорее удивленной, чем испуганной. Джордж снял капюшон и маску с лица. Наконец-то его кожа смогла почувствовать прохладный бодрящий воздух!

Карденас явно не ожидала увидеть лишь одну его голову.

– Господи Боже! – вскрикнула она, вскочив со стула.

– Нет-нет, это я – Джордж Амброз. Я работаю на Рэндольфа, вы же знаете!

– Плащ Вальтона?! Так он не уничтожил его? – вдруг тихо промолвила Карденас.

– А-а, значит, вы знаете о нем!

– Да, я и еще четыре человека.

– Ну, вообще-то теперь их стало немного больше.

– Как же вам удалось?..

– Сейчас нет времени на долгие объяснения. Нужно вывести вас отсюда.

– Как?

Джордж почесал свою густую бороду.

– Да, хорошенький вопрос!

– Вы не захватили с собой еще один плащ для меня?

– Мы просто не подумали об этом. Если честно, даже не были уверены, что вы находитесь здесь.

– Так что делать?

Несколько секунд Джордж молчал, раздумывая.

– Они все время держат вас в этой комнате?

– Да. Снаружи сидит охранник. Полагаю, он вооружен.

Лицо Джорджа сразу посветлело.

– А когда вам принесут еду в следующий раз?

Несколько часов спустя у двери послышались разговоры, открылся замок. Карденас мигом бросила взгляд в дальний угол комнаты, но Джорджа не увидела.

Дверь отворилась, и та же самая тихая, с сердитым лицом женщина в темной униформе вошла с подносом в руках. Карденас видела в приоткрытую дверь молодого мужчину, стоящего у двери. Служанка поставила поднос на стол около дивана и молча покинула комнату. Охранник закрыл дверь на ключ.

Карденас села. Впервые за последние дни у нее появился аппетит. Она чувствовала, как большое тело Джорджа опустилось рядом с ней на диван.

– Пахнет отлично! – сказал австралиец.

Она взяла небольшую тарелку с рыбным филе и овощами.

– Выглядит тоже неплохо! – заметил он.

– Вы голодны?

– Вообще-то не ел с самого завтрака!

– Тогда угощайтесь.

Джордж не стал дожидаться второго приглашения. Он снова снял маску и взял столовый прибор. Карденас смотрела, как вилка с ножом поднялись в воздух и, опустившись на тарелку, принялись разрезать пищу. Приглядевшись повнимательнее, она поняла, что видит небольшое мерцание – отражение света на потолке, которое попадало на микрочипы плаща. И все же простой человек никогда не догадается, что сейчас здесь сидит невидимый человек.

– А вы не хотите?

– Нет-нет. Ешьте.

– Попробуйте хотя бы овощи! – сказал он.

– Спасибо. Я возьму салат.

Поднос был пуст уже через несколько минут. Джордж надел маску и полностью исчез.

– Вы сообщаете им, когда закончите еду, или за подносом приходят через определенное время?

– Я говорю охраннику, а он посылает за официантами.

– Хорошо. Тогда скажите ему, что уже поели, пусть заберут поднос.

– Он пошлет за прислугой.

– Скажите, что не хотите ждать официанта. Придумайте какую-нибудь причину.

Карденас кивнула и, встав с дивана, направилась к двери. Она чувствовала дыхание идущего за ней Джорджа.

– Я закончила. Возьмите поднос, пожалуйста! – сказала она, постучав рукой по двери.

– Сейчас позвоню на кухню, – послышался скучающий голос охранника.

– Я не могу ждать! Мне нужно в туалет: возникли проблемы с желудком. Возьмите поднос!

Немного помедлив, охранник все же отпер замок, и дверь открылась.

– В чем дело? Что-то в…

В этот момент Джордж рванул дверь на себя и выпрыгнул в коридор. Послышался громкий стук его ботинок. Глаза парня вытаращились. От испуга или неожиданности он тут же потерял сознание и медленно сполз на пол. Невидимые руки затащили тело в комнату.

– Выходите! – прошептал Джордж.

Они вышли в коридор. Дверь захлопнулась. Карденас взяла Джорджа под руку и пошла в сторону лестницы.

Холл внизу оказался пуст, хотя откуда-то доносились голоса людей; насколько она смогла различить, ни один из них не принадлежал Хамфрису. Они вышли в фойе. Двое мужчин в серых костюмах явно удивились, увидев приближающуюся к ним Карденас.

– Доктор Карденас, что вы?.. – начал один из них.

Одного удара Джорджа хватило, чтобы парень тут же растянулся на полу. Второй охранник замер от неожиданности, однако в следующую секунду невидимый Амброз уложил и его.

Входная дверь распахнулась, и Джордж прошептал:

– Давайте быстрее!

Карденас побежала по тропинке, ведущей в сад и далее – в ворота, которые открывались в самый низкий коридор Селены. Она слышала, как Джордж бежит рядом с ней. Как только они достигли ворот, он потянул ее за руку, показывая, что надо остановиться.

– Вряд ли нас преследуют.

– Сколько, по вашему мнению, понадобится времени, чтобы побег обнаружили?

– Думаю, вовсе не так уж много! – сказал он.

– Что же теперь делать?

– Дайте-ка я вылезу из этого плаща, – пробормотал Джордж. – Здесь так жарко, что еще немного, и я поджарюсь в собственном соку.

Через несколько секунд показалось его лицо, а затем и вся голова.

– Так-то лучше! – сказал он, вытирая лоб платком. – Я едва мог дышать.

– Куда мне направиться теперь? Где укрыться? Хамфрис перевернет всю Селену вверх дном, чтобы найти меня! – сказала Карденас, когда они снова поспешили в сторону главных ворот.

– Мы можем пойти к Ставенджеру и попросить его выделить для вас охрану.

Она покачала головой.

– Не стоит вмешивать в это Дугласа. К тому же у Хамфриса скорее всего есть свои люди и в правительственном комитете.

– Да, наверное, вы правы, – сказал Джордж, когда они дошли до эскалатора. – В «Астро» тоже небезопасно по этой же причине.

– Куда же мне идти? – едва не плача, спросила Карденас.

Джордж ласково улыбнулся.

– У меня есть для вас прекрасное местечко! Если, конечно, вы не против разделить его с трупом…

Золотое дно

– Красиво, – сказал Дэн, глядя на экран радара.

– Да, в некотором смысле, – согласилась Панчо. Изображение радара показывало удлиненную форму большого астероида.

– Похоже на картошку, правда? – спросила Аманда.

– Да, большая железная картофелина, – отозвался Дэн.

Фукс вошел в отсек, и тут же создалось впечатление, что на мостике собралась целая толпа.

– Вот и он! – сказал астроном, показав на экран.

– Да, вот и он, – выглянула из-за его плеча Панчо. Девушка нажала несколько кнопок на клавиатуре, и на другом экране высветились данные.

– Это уже четырнадцатый астероид, обнаруженный в нынешнем году.

– Его официальное название будет «41—014 Фукс», – сказала Аманда.

– Каково это, когда твое имя носит астероид, а? – спросила Панчо у Ларса.

– Отличное ощущение!

– Ты первый за последние годы человек, имя которого носит недавно открытый астероид, – сказала Аманда.

Дэну показалось, что она просто сияет от радости.

– Большинство астероидов открыты искателями знаменитой «версии столкновения планет», – сказала Панчо. – Эти маленькие камешки не увековечили их имена в истории.

– Астероид «41—014 Фукс»! – снова повторила Аманда. Он заулыбался и пожал плечами от смущения.

– Официальное название – это другое дело, – сказал Дэн. – Я назову ее «Золотое дно».

– Ее? – спросил Фукс.

– Астероиды разве женского пола? – спросила Аманда.

– Эй, мы говорим о матушке-Земле! А Венеру называют сестрой Земли, так?

– А как насчет Марса? – спросила Панчо.

– И Юпитера! – подхватила Аманда.

Показав на лежащий перед ними на одном из экранов миниатюрный снимок астероида, Дэн ответил:

– «Золотое дно» сделает нас богатыми! И очень счастливыми! Она и ее сестры спасут мир, поэтому она – женщина!

– Да, она точно женского пола, вы ведь мечтаете овладеть ею! – сказала Панчо.

– Панчо! – вспыхнул Ларе.

– Ты иногда такое говоришь!.. Но я все равно обожаю тебя! – улыбнулся Дэн.

Через три часа они приблизились к «Золотому дну» настолько близко, что смогли разглядеть его в иллюминатор: темная бесформенная глыба немного светилась от отблесков Солнца. Астероид закрыл собой остальное звездное пространство.

И в этом плавающем в космосе огромном камне заключается спасение Земли!

«… восемнадцать тысяч сорок четыре метра – длина оси, – читала Аманда появившиеся на экране данные. – Семьсот шестьдесят два метра – максимальная ширина».

– Почти два километра в длину! – довольно повторял Дэн. Он сидел на мостике с тех пор, как корабль приблизился к металлическому астероиду.

– Остаток тяги, – сказала Аманда, внимательно наблюдая за экранами пульта управления.

– Падает к нулю, – подтвердила Панчо.

Когда пилоты остановили корабль на орбите ожидания, астероид исчез из виду. Дэн проплыл по кабине и взялся за поручень на потолке.

– Ларс, некоторое время мы будем находиться в нулевой гравитации, – сказал он.

– Я знаю. Думаю, уже постепенно привыкаю.

– Хорошо. Просто не делай никаких резких движений, и все будет в порядке.

– Да, спасибо. Господи, вот она! – внезапно сказал молодой ученый.

В переднем иллюминаторе вновь показалась огромная, похожая на гигантского монстра глыба астероида. Дэн почувствовал, как внутри поднимается волна тревоги. Так в сказках герои сталкиваются с гигантскими чудовищами, подумал он.

– Посмотрите на эти борозды! – сказал Фукс. – Наверное, она когда-то откололась от гораздо большего астероида, может, еще в начале становления Солнечной системы. Надо выйти и взять пробы, пробурить поверхность.

Дэн рассмеялся. Фукс повернулся к нему со смущением на лице.

– Что смешного, босс?

– Ничего, – сказал Дэн, пытаясь себя успокоить. – Ничего.

Как ни странно, представшая в иллюминаторе картина вернула его к воспоминаниям детства.

– Давайте оденемся и отправимся за пробами, – сказал Фукс.

Дэн кивнул и последовал за ученым. Парень уже забыл про нулевую гравитацию, понял Дэн; теперь он не боится непредвиденных реакций своего организма, впереди у него много интересной работы.

Аманда осталась у пульта управления, Панчо последовала за Дэном.

– Вы ведь не собираетесь отправляться в открытый космос? – спросила она Рэндольфа.

– Я стал квалифицированным астронавтом еще до того, как ты родилась, девочка!

– Но вам туда нельзя!

– Какая чепуха!

– Я говорю серьезно! Ваша иммунная система не выдержит еще одной дозы облучения!

– Фукс не может выйти туда в одиночку!

– Это моя забота! Я пойду с ним.

– Нет, ты останешься здесь. За Фуксом пригляжу я! – настаивал Рэндольф.

– Я – капитан этого корабля и могу приказать вам остаться на борту! – сказала Панчо.

– А я владелец и могу уволить тебя! – подмигнул Дэн.

– Только когда вернемся на Селену, босс!

– Ладно, Панчо, прекрати этот детский сад! – нетерпеливо сказал Дэн.

– В вашей медицинской карте черным по белому написано, что…

– Выкинь ты эту карту! Меня не волнует, что там написано! Я выйду в космос вместе с Фуксом, хочу лично увидеть нашу девочку! Потрогать ее своими руками, понимаешь?!

– Без перчаток?

Когда они дошли до отсека со снаряжением, Фукс уже одевался. Дэн достал из шкафчика скафандр, на котором была табличка с его именем, и сел рядом.

– Я думала, вы боитесь радиации, – сказала Панчо.

– В скафандре мне ничего не угрожает. Погода снаружи спокойная, никаких бурь.

Фукс поднял глаза, посмотрел на обоих, но ничего не сказал.

– Правила гласят…

– Правила гласят, что нельзя брать на борт животных! – оборвал ее Дэн и с улыбкой принялся одеваться. – А если каждое утро, прежде чем застегнуть обувь, мне приходиться просматривать ее на предмет наличия там змей, то… Понимаешь, да?

– Змей? – едва не подскочил Фукс.

Панчо уперлась руками в бока и долго сердито смотрела на Рэндольфа.

– Ладно, босс, – сказала она наконец. – Наверное, я действительно не имею морального права приказывать, однако я буду следить за каждым вашим шагом по мониторам, и если скажу, что надо возвращаться, вы так и сделаете. Договорились?

– Договорились.

Какой-то странный голос в голове продолжал посмеиваться: «Договорились? Ты доволен? Ты доказал всем, что не старая развалюха. Это хорошо. А как ты станешь себя чувствовать, когда снова начнет мучить озноб, заноют кости во всем теле?»

«Не важно, – мысленно сам себе ответил Дэн. – Я не буду сидеть здесь взаперти, как в консервной банке! Если суждено умереть, то лучше умереть от действия, чем от бездействия. Какая разница, в конце концов?!»

– Готовы к выходу в открытый космос! – послышался голос Аманды в шлеме Дэна.

Он стоял у воздушного шлюза в полном снаряжении, чувствуя себя металлическим роботом.

– Открываю внешний люк! – сказал Рэндольф, нажав рукой в перчатке красную кнопку на панели управления.

– Есть открыть внешний люк!

Как же давно он не выходил в открытый космос! С тех пор как получил последнюю дозу облучения, устанавливая спутники на радиационном поясе Земли.

Десять лет! Целых десять лет! Слишком долго!

Дэн подошел к люку и прыгнул в пустоту. Вселенная окружила его со всех сторон: звезды мягко мерцали вдалеке, некоторые настолько яркие, что слепили глаза даже через защитное стекло шлема. Немного повернувшись в другую сторону, он увидел Солнце, необычно маленькое и бледное.

Свобода. Он знал, что находится в скафандре и без него не выживет и секунды. И все же, несмотря на это, Дэн чувствовал какую-то непонятную свободу, пугающую своими масштабами. Наконец-то снят груз всего мира, и теперь он летит в космосе, ощущая его неповторимую музыку. Невероятная свобода! Если бы не радиация, Дэн чувствовал, что мог бы летать в открытом космосе вечно и оставить все негативные эмоции человеческого мира позади, в прошлом. Что ж, вовсе не самая плохая смерть.

Тут он вновь увидел перед собой астероид. Огромная, тяжелая, темная, смутно вырисовавшаяся масса угрожающих размеров нависала над ним, как огромное облако, как гора в космосе. «Старпауэр-1» на фоне нее выглядел маленьким, жалким и беспомощным, словно насекомое рядом со слоном. Дэн внезапно представил, что, наверное, ощущал библейский пророк Иона, которого проглотил кит.

«Тебе меня не испугать! – мысленно сказал он астероиду. – Ты – двухкилометровая глыба железа. Многим на Земле ты покажешься самой красивой и желанной на свете. Ты – деньги в банке! Ты – надежда на возрождение планеты, рабочие места для миллионов людей. Золотое дно – таково твое имя и такова твоя сущность».

– Готов к выходу! – послышался голос Фукса в наушниках.

– Есть! – раздался быстрый ответ Аманды.

Дэн сжал правый кулак на портативном пульте управления движениями в скафандре. Холодный газ бесшумно хлынул из баллона, и он вновь повернулся лицом к кораблю. При свете звезд судно все еще выглядело как новенькое и блестело, как начищенная серебряная ложка. Ни царапинки на гладкой, безупречной поверхности. Люк снова открылся, из него медленно выплыл в открытое пространство Ларс.

– Здорово! – У Фукса немного дрожал голос.

– Эй, Ларс! Посмотри, правда, красавица? – сказал Дэн.

Фукс направился в сторону Рэндольфа. Сбоку на его скафандре среди прочего снаряжения были прикреплены специальные инструменты для взятия проб с астероида: топорики, дрель и прочее.

– Она просто огромна! – потрясенно сказал молодой астроном.

– На самом деле «Золотое дно» – небольшой по космическим меркам кусок руды, и чем скорее ты отколешь от нее кусок, тем быстрее мы заявим о своих правах на малютку.

Фукс не стал медлить, хотя любые действия в скафандре, даже самые простые, давались ему с трудом. Сначала Дэн полагал, что ученый станет откалывать кусок металла топориком, но тот запустил специальный аппарат и слегка взлетел на два метра над бугристой поверхностью.

Дэн подошел к нему, нажав несколько кнопок на скафандре, и опустился рядом на поверхность астероида. Вверх поднялись клубы пыли и остались плыть над поверхностью.

После трех попыток Фуксу удалось наконец пробурить поверхность. Дэн похлопал его по плечу.

– Не пытайся ходить здесь, гравитация слишком мала, ты попросту улетишь.

– А как тогда?..

– Просто скользи ногами. – Дэн лично продемонстрировал, как это делается, подняв еще несколько клубов пыли. – Представь, что танцуешь.

– Вообще-то я не очень хорошо танцую, – признался Фукс.

– Да ладно! Здесь не самая лучшая танцевальная площадка в Солнечной системе!

Бугристую и неровную поверхность астероида покрывала густая пыль, как и поверхность Луны. Да, стоять здесь – все равно что на палубе корабля.

– Как думаешь, сколько здесь железа? – спросил Дэн.

– Когда вернемся на корабль, можно будет сказать с большей уверенностью, – уклонился Фукс.

Дэн задумался. Он ученый и наверняка знает свое дело. Спросишь у него что-нибудь простое, а парень выдает целую кучу формул, так и не ответив на вопрос.

– Ларс, а какова масса этой штуки?

Фукс развел руками. В скафандре он выглядел еще более неуклюже.

– Ну? – нетерпеливо поторопил Дэн.

– Учитывая размеры… железо-никелевые астероиды обычно не содержат более семи-восьми миллиардов тонн железа и восьмидесяти тонн никеля.

Глаза Дэна расширились от удивления.

– Это в пять или шесть раз больше, чем все мировое производство стали за год, да и то – в лучшем случае! Так было разве что в дни до потопов и других катаклизмов.

– Конечно, присутствуют и разные примеси, – заметил Фукс. – Платина, золото, серебро, другие тяжелые металлы.

– Ясно, – крякнул Дэн.

Мысли в его голове крутились с бешеной скоростью. Одного астероида достаточно для снабжения мировой промышленности на год! А таких астероидов в Поясе тысячи! Господи, значит, все как он и предполагал! Все, на что надеялся, обещания, которые давал людям, – все станет реальностью и воплотится в жизнь!

– Я бы хотел посмотреть на поверхностные борозды, – сказал Фукс, повернувшись лицом к дальней части астероида.

Усилие, сделанное при движении, подняло его над поверхностью, и Дэну пришлось помочь парню снова опуститься.

– Сначала возьми пробу здесь, – сказал Дэн. – Тогда мы сможем тут же заявить свои права на наше «Золотое дно».

Свет был настолько тусклым, что Дэн едва различал лицо Фукса сквозь пластик шлема. Астроном кивнул и медленно, настолько медленно, насколько возможно, попытался встать на колени. Затем вынул топорик из сумки с оборудованием и отколол кусок астероида. Это действие вновь подняло вверх клубы пыли, однако Фукс сумел сохранить равновесие и остаться на месте.

– Ларс, прикрепи себя страховкой к поверхности! – велел Рэндольф.

– Да, конечно, – пробормотал тот, дотягиваясь до очередного инструмента в сумке.

– Аманда, сделай запись: корпорация «Старпауэр» начала брать пробы с астероида «41—014 Фукс». Согласно уставу Международной Ассоциации Астронавтов, а именно пункту 2021, корпорация «Старпауэр» заявляет свои эксклюзивные права на данное небесное тело.

– Записала, – послышался голос девушки. – Ваше заявление автоматически отправлено в главный офис МАА на Землю.

– Очень хорошо, – довольным тоном произнес Дэн.

Он почему-то вспомнил историю школьных лет про испанского исследователя Бальбоа. Когда Бальбоа впервые увидел Тихий океан, то не успел войти в его воды, как тут же заявил, что весь океан и земли, которые тот омывает, принадлежат Испании. В те дни мыслили масштабно, никаких МАА не существовало, никто не мешал.

Наконец Фукс приспособился передвигаться не поднимая ног и почти два часа собирал образцы пород и делал видеозаписи поверхности. Дэну не нравилась взлетавшая вверх пыль, она могла забиться в швы скафандра. Однако пыль просто повисала в пространстве, не опускаясь. Наверное, для этого потребуется год или больше, подумал он.

Справа от себя Рэндольф увидел выступ, похожий на небольшой холм. Фукс наконец-то прикрепил себя к поверхности и был всецело поглощен откалыванием кусков различной величины, поднимая вверх все новые и новые клубы пыли.

– Пойду к тому выступу, – сказал Дэн, показывая вправо. – Надо посмотреть, что на той стороне.

– Хорошо, – отозвался астроном, не поднимая глаз.

Дэн аккуратно, едва передвигая ноги, чтобы не оторваться от поверхности, направился вправо, хмурясь от клубов пыли. На Луне похожая пыль, но она электростатически притягивалась и прилипала к скафандрам и стеклу шлема. Наверное, здесь то же самое.

Внезапно Дэн приподнялся над поверхностью. Что-то шло не так. Ботинки словно выскользнули из-под него, и он упал. Это происходило медленно, как во сне, и, падая, он смог выбросить вперед руки и остановить падение, однако завис над астероидом и остался висеть словно надувной шар.

Старая закалка Дэна взяла верх над его чувствами. Умом он прекрасно понимал, что происходит. Гравитация на этой штуке настолько низкая, что можно летать над поверхностью! Астероид лежал прямо под ним.

Дэну пришлось приложить усилие, чтобы заставить себя опуститься на поверхность. Медленно и аккуратно он вновь встал на ноги. Фукс все еще работал топориком, забыв про все на свете. С каждым его движением вверх поднимались клубы пыли. Он и сам полетел бы вверх, подобно Дэну, однако его удерживала прикрепленная к твердой поверхности страховка.

Тяжело дыша, Дэн осторожно подошел к Фуксу и помог ему собрать пробные образцы пород в сумку.

– Пора возвращаться, ребята! – послышался голос Панчо.

– Подожди, осталось взять еще один экземпляр породы, – отозвался Фукс.

– Немедленно возвращайтесь! – приказала Панчо.

– Ладно, ладно, капитан! – сказал Дэн и похлопал Фукса по плечу. – Пошли, Ларс! Ты достаточно поработал. Эта штука никуда отсюда не улетит, сможешь вернуться к ней еще раз.

Аманда уже ждала их у входа в люк, чтобы помочь снять снаряжение. Дэн уловил странный запах пыли, как только снял шлем. Прежде чем он успел задуматься над природой вещества, в отсек вошла Панчо. Она выглядела такой мрачной, что Дэн невольно встревожился.

Девушка прервала веселую беседу Аманды с Ларсом и без вступлений сказала:

– Плохие новости! Еще один отрезок сверхпроводника нагревается. Если накал достигнет критической отметки, разрушится все магнитное поле.

Дэн почувствовал, как сердце в груди подскочило и ударилось о грудную клетку. Без магнитного поля в следующую солнечную бурю корабль вспыхнет как спичка.

– Надо возвращаться на Селену! Причем быстро, пока не началась еще одна буря, – сказала Панчо.

– Каковы наши шансы? – хрипло спросил Дэн.

– Пятьдесят на пятьдесят… если повезет, – ответила девушка.

Грот

– Нам не придется выходить наружу? – нервно спросила Карденас.

Она шла за Джорджем через переплетения труб на самом верхнем уровне Селены. Разноцветные провода и электрические кабели смешались в лабиринт. Карденас удивлялась, как люди могли ориентироваться в такой путанице.

Помещение наполняли различные звуки: гул, шум генераторов, аппаратуры и гидравлических машин. Наверное, с другой стороны свода находились зеленые просторы «Гранд Плазы».

– Наружу? – спросил Джордж. – Существует шахта, которая соединяет грот и тоннель. Еще бы найти этот тоннель!.. А, вот и он!

Он быстро открыл небольшой люк в стене и переступил через нижний выступ, затем подал руку Карденас и пригласил ее следовать за ним. В тоннеле царила тьма, лишь небольшой фонарик Джорджа освещал путь. Карденас приготовилась увидеть в темноте злые красные глаза крыс или услышать дикий рев какого-нибудь чудовища. Однако ничего подобного не произошло. Селена в этом плане была безопасным местом. Даже на полях практиковали искусственное опыление, потому что насекомых на Луне не водилось.

Пока что! – мысленно поправила себя Карденас. Рано или поздно это случится. Раз уж людям начали разрешать перебираться сюда с Земли, то вскоре они принесут оттуда своих паразитов и микробов.

– Ну, вот мы и пришли! – сказал Джордж.

При свете его фонарика она увидела ведущие вверх по стене тоннеля металлические ступени лестницы.

– И далеко?.. – спросила она шепотом, хотя понимала, что, кроме них, никого здесь больше нет.

– Не очень, – ответил Джордж. – Корпорация «Ямагата» хотела пробурить путь через кольцевые горы к самому Морю Спокойствия, но проект стоил очень дорого. Позднее они пришли к выводу, что автоматические трассы для мини-машин по поверхности обойдутся гораздо дешевле.

Он взбежал вверх по лестнице весьма быстро и проворно для своего веса.

Карденас последовала за ним.

– Подождите минутку! Надо еще открыть…

Через несколько секунд лязгнула металлическая дверь.

– Ладно, теперь можете подниматься, – послышался сверху голос австралийца.

Лестница закончилась закрытым помещением, размером с ее квартиру на Селене. Грот был цилиндрической формы, как модуль космического корабля.

– Мы на поверхности? – спросила Карденас, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

– Примерно в метре от слоя реголита, – сказал Джордж веселым голосом. – Здесь абсолютно безопасно!

– Но мы же почти на поверхности!

– На склоне кольцевых гор, прямо под линией кабелей. Первоначально предполагалось, что в случае проблем с электрическим транспортом люди смогут остаться здесь до прихода помощи.

Карденас тревожно осмотрелась по сторонам. В дальнем углу стояли несколько кроватей, небольшая кухня с холодильником и микроволновой печью, раковина, пара стульев, стол с компьютером и табуретка. Часть оборудования оказалась ей незнакома. Посередине помещения лежал большой металлический цилиндр, занимавший почти все свободное пространство. Один конец цилиндра был присоединен к емкостям и мини-криостату.

– Это дьюар? – спросила Карденас.

Джордж кивнул.

– Пришлось спрятать здесь от Хамфриса одну женщину.

– Она мертва?

– Не совсем. Заморожена. Есть надежда вернуть ее к жизни в будущем.

– Да, компания как нельзя кстати!

– Вы правы, но я буду заходить к вам каждые два дня.

Она отошла к столу, пытаясь сохранять спокойствие.

– Сколько мне здесь придется находиться?

– Не знаю. Нужно поговорить с Дэном, обсудить, что в наших силах.

– Позвоните Дугласу Ставенджеру. Он защитит меня.

– Я думал, вы не хотите вмешивать его в это дело.

Обхватив себя руками, Карденас затряслась, то ли от холода, то ли от страха и волнения.

– Тогда я не знала, что вы приведете меня сюда.

– Эй, перестаньте! Здесь не так уж плохо! Раньше я жил в подобных помещениях месяцами.

– Правда?

– Да, я и мои товарищи. Так что для меня это место почти как дом родной.

Карденас снова посмотрела по сторонам. Помещение показалось даже меньше, чем сначала. Потолок и стены медленно смыкались над ней, грозя раздавить. От мертвого вакуума поверхности отделяли лишь тонкое металлическое перекрытие крыши и слой пыли на поверхности, а труп в центре грота занимал почти все жилое пространство ее нового убежища.

– Позвоните Ставенджеру, – попросила она. – Я не хочу оставаться здесь надолго.

– Да-да, не волнуйтесь. Сначала я поговорю с Дэном, а потом пойду к Ставенджеру.

– Постарайтесь сделать все побыстрее!

– Магнитное поле разрушится? – спросил Дэн едва ли не в тридцатый раз.

Панчо сидела за столом кают-компании «Старпауэра-1». Аманда находилась на своем рабочем посту, программируя корабль на возвращение к Селене и увеличивая скорость. Фукс в лаборатории исследовал образцы пород с «Золотого дна».

– Вы знаете, как работают сверхпроводники, – мрачно сказала Панчо. – Они должны находиться в охлажденном состоянии при температуре гораздо ниже критической. Если температура превысит норму, энергия в проводе сбросится в зону нагрева.

– И все взорвется, – пробормотал Дэн.

– Да, как бомба. В сверхпроводниках огромная энергия, босс. Ситуация действительно опасная!

– Сколько таких участков нагрева? Больше одного?

– На данный момент уже четыре. Не удивлюсь, если через некоторое время их станет еще больше. Тот, кто начинил корабль «пожирателями», не хотел, чтобы мы вернулись.

Дэн постучал пальцами по столу.

– Не могу поверить, что Крис Карденас пошла на это!

– За всем стоит Хамфрис. Он способен на любое преступление.

– Но чтобы осуществить такой план, ему требовалась помощь Карденас.

– Послушайте, какая разница теперь, кто за этим стоит. У нас серьезные проблемы, и надо придумать способ спастись, прежде чем мы вспыхнем, как рождественская елка!

Дэн еще никогда не видел Панчо в таком настроении.

– Ладно, ты права. Что посоветуешь делать?

– Надо отключить магнитное поле.

– Отключить? А как же наша защита от радиации?!

– Нам не нужна эта защита, пока нет вспышек. Возможно, удастся добраться до Селены прежде, чем начнется еще одна буря.

– Возможно… – тихо повторил Дэн.

– Да, у нас есть шанс. Я всегда предпочитаю действовать и рисковать, а не сидеть и жаловаться на обстоятельства.

– Хорошо.

– Тогда пойду отключу.

– Подожди минутку! – сказал Дэн, похлопав ее по руке. – А как насчет МГД-генератора?

Панчо пожала плечами.

– Пока проблем нет. Может, до него они не добрались.

– А если все-таки добрались, то шансов у нас нет, так?

– Ну, можно сбросить энергию. Это не повлияет на двигатели.

– Но мы лишимся электричества!

– Продержимся на топливе и батареях.

– Долго ли?

Панчо устало улыбнулась и направилась к выходу.

– Пока они в состоянии выдержать такую нагрузку.

– Вот закон подлости! – еле выдохнул Дэн.

– Да. Когда тебе кажется, что все идет хорошо, то жди подвоха. И все же, если мы отключим поле, очередная вспышка на солнце точно поджарит нас!

Переговоры

Джордж выгнал из центра управления полетами всех, кроме начальника, который отчаянно настаивал на том, что в любое время в центре должен находиться хотя бы один диспетчер.

Если бы этот начальник был мужчиной, Джордж, конечно же, нашел способ убедить его удалиться, однако им оказалась женщина – тонкая как спичка и упрямая, как мул. Он понимал, что выпроводить ее не удастся.

Сдерживаясь, чтобы просто не вынести ее из центра, Джордж продолжал настойчиво убеждать:

– У меня очень личное, секретное послание для Дэна Рэндольфа! Я не могу позволить кому-либо слушать его!

– А почему нет? – настаивала она, уперев руки в бока и гневно раздувая ноздри.

– Это уж не ваше дело! – повысил голос Джордж. – Вот почему! Ясно вам?

Несколько секунд они стояли, испепеляя друг друга взглядами. Австралиец возвышался над женщиной, как гора, но ее это ничуть не смущало.

– Таковы указания самого Дэна! У меня очень секретное сообщение!

Поразмыслив, женщина сказала уже более спокойно:

– Займите самую последнюю кабину. Я предоставлю вам секретный канал. Никто не узнает об этом, а подслушивать ваш разговор я вовсе не собираюсь! Договорились?

Джордж хотел отказаться, однако понял, что другого варианта ему не предложат. Не успел он согласиться, как, распахнув двери, вошел Фрэнк Блиливен все с той же неизменной улыбкой на лице.

– Что здесь происходит? – спросил глава службы безопасности «Астро», проходя между пустыми кабинами диспетчеров. – До меня дошли слухи, что ты выгоняешь весь персонал центра.

Сгорая от нетерпения, Джордж еще раз объяснил, что ему нужно срочно отправить Рэндольфу секретное сообщение.

Блиливен попытался принять важный вид, но Джорджу он по-прежнему напоминал Санта-Клауса.

– Отлично, – сказал Блиливен. – Отправляй сообщение, а я посижу у двери в коридор и позабочусь, чтобы никто не помешал.

Джордж удивился такой неожиданной любезности, но отправился к последней кабине, на которую показала начальник центра управления полетами. Блиливен отошел к дверям, сел на ближайший стул в одной из кабин и нажал несколько кнопок на аппаратуре. Когда Джордж отправил свое послание и стер его из памяти компьютера, у Блиливена уже имелась точная копия письма, которая вскоре попадет в руки Хамфриса.

Дэн невероятно волновался, наблюдая затем, как Панчо и Аманда отключают защитное поле корабля. Его беспокоил вовсе не сброс всей электрической энергии, а мысль о том, что теперь они беззащитны от новых солнечных бурь и единственное, что отделяет их от возможного радиационного облака, – это тонкий корпус корабля.

– Отключение завершено. Нулевое магнитное поле, – подтвердила Аманда.

– Теперь мы голые перед нашими врагами!.. – пробормотал Дэн.

– Что? – переспросила Панчо.

– Я чувствую себя голым, – ответил Дэн.

– Не беспокойтесь. Солнце на данный момент вполне спокойно. А если и выпустит облако, то мы всегда успеем надеть скафандры и нырнуть в один из баков с топливом.

– Не поможет, – сказала Аманда, не понимая, что напарница шутит. – Высокоэнергетические протоны будут выделять из атомов топлива всевозможные вторичные элементы!

Панчо хмуро посмотрела на нее. Аманда перевела взгляд на Дэна и затем вновь повернулась к экранам мониторов.

– Пойду посмотрю, как там Ларс, – сказала она, вставая со стула.

– Удачи! – отозвалась Панчо.

Дэн молча смотрел, как Аманда удаляется по коридору, затем медленно опустился в свободное кресло второго пилота.

– Не хмурьтесь так, босс! Мы летим с одной третьей скорости света без всяких проблем и на орбите Луны будем не позднее чем через четыре дня.

– Я хотел остановиться и взять пробы с двух других астероидов, – сказал Рэндольф.

– Рисковать нельзя. Лучше воспользоваться шансом. Так, это что еще? А-а, сообщение с Селены. Джордж Амброз.

– Я прочту его здесь. Кстати, ты сообщила в центр управления полетами, что мы отключили магнитное поле?

– Пока еще нет, они сами увидят с помощью телеметрических датчиков. Информация автоматически высветится на их экранах.

Дэн кивнул, и через секунду на мониторе перед ним возникло лицо Джорджа. Быстро громким шепотом он объяснил, как вывел Карденас и спрятал ее во временном убежище.

– Она хочет видеть Ставенджера, – в конце сказал Джордж. – Я сказал, что сначала переговорю с тобой. Карденас проведет в безопасности в гроте несколько недель, если это необходимо. Ну… что ты посоветуешь мне делать, Дэн?

Изображение на экране замерло. Рэндольф разглядел на заднем плане кабины центра управления полетами. Хорошо, значит, Джордж позаботился о том, чтобы не подслушивали.

Теперь надо отправить ответ, зашифровав его. Наше общение уже походит на разговоры старых мафиози.

– Джордж, думаю, Карденас права. Сделай, как она говорит, только максимально осторожно. Доктор очень важна для нас. Мне нужно будет с ней о многом поговорить, когда вернусь. На корабле возникли проблемы, и мы летим обратно. На лунную орбиту выйдем примерно через четыре дня. Я буду держать тебя в курсе событий, ты тоже держи связь.

Дэн еще раз пересмотрел свой ответ и затем нажал кнопку «Отправить».

Едва он встал с кресла, как послышался еще один небольшой звуковой сигнал.

– Другое письмо, – сказала Панчо.

На экране появилось лицо молодого человека с обеспокоенным видом.

– Срочное сообщение для всех космических судов и работников на поверхности. Ранние радары на орбите Меркурия зафиксировали на Солнце вспышку четвертой степени. Предварительные подсчеты показывают, что возникшая в результате радиационная буря достигнет системы Земля-Луна в течение двенадцати часов. Всем судам немедленно вернуться в ближайшие доки. Работы на поверхности Луны прекратить! Всем людям, находящимся на поверхности, – спуститься вниз!

Дэн откинулся в кресле. Панчо попыталась выдавить улыбку.

– Вы же сами сказали, босс… закон подлости.

Убежище от бури

За столом сидели четыре человека. На экране в гостиной «Старпауэра-1» высветилась карта Солнечной системы. Радиационное облако обозначилось на ней в виде бесформенного серого пятна, которое стремительно приближалось к Земле и Луне. В глубине Пояса Астероидов мерцала желтая пульсирующая точка – корабль.

– Показать прогноз на ближайшие два дня! – приказал Дэн компьютеру.

Облако на экране увеличилось и вместе с тем стало тоньше, через секунду миновало Марс, захватило внешнюю часть Пояса Астероидов, прошло через желтую пульсирующую точку, обозначающую «Старпауэр-1», и двинулось дальше в глубь Солнечной системы.

Панчо издала звук, похожий на стон.

– Выхода нет, нас накроет.

Аманда подняла глаза от своего мини-компьютера.

– Если бы ухитриться перекачать оставшееся топливо в один бак, то другой можно использовать в качестве убежища.

– А разве вторичные элементы не опасны для нас? – спросил Дэн.

– Да, их концентрация огромна, однако если спрессовать топливо, оно поглотит большинство вторичных элементов, прежде чем они доберутся до нас, – сказала девушка.

– Если мы проберемся в середину бака, – заметила Панчо.

– Да, естественно, в скафандрах.

– А смогут ли скафандры вынести такую температуру? Мы ведь говорим здесь о жидком водороде и гелии, которые близки к абсолютному нулю.

– Скафандры достаточно хорошо изолированы, – сказала Панчо. – Правда, никто еще не пробовал нырять в жидкий водород, – добавила она после некоторой паузы.

– К тому же находиться там придется неизвестно сколько времени! – добавил Дэн.

Фукс молчал. Склонив голову над мини-компьютером, он о чем-то напряженно думал.

– Насколько эффективно нас защитит топливо? – мрачно поинтересовался Рэндольф.

– После того как все будет позади, нам потребуется госпитализация. Придется автоматически настроить курс корабля на лунную орбиту, – немного помедлив, ответила Аманда.

– Настолько плохо? Аманда кивнула.

«А я буду уже мертв, – подумал Дэн. – Еще одну дозу радиации мне не выдержать».

– Что ж, это лучше, чем сидеть опустив руки. Панчо, начни переливать топливо! – сказал он вслух.

– Ладно, пошли, надо…

– Подождите! – сказал Фукс. – Есть способ получше.

Дэн обернулся к Ларсу. Глаза Фукса стали такими впалыми, что различить их выражение было невозможно. Он не улыбался, губы сжались в тонкую линию.

– Компьютер, показать расположение астероида «32—114»! – попросил Ларе.

Желтая точка замигала на другой стороне Пояса.

– Нам нужно туда! – коротко сказал Фукс.

– Но ведь это почти половина дня дороги домой! – запротестовала Панчо.

– А почему туда, Ларе? – спросила Аманда.

– Мы можем использовать его в качестве защиты от бури.

Дэн покачал головой.

– Когда нас настигнет облако, радиация будет изотропной. Она пойдет со всех сторон, спрятаться за каким-то камнем от нее невозможно.

– Не за ним, – сказал Фукс, заметно взбодрившись, – а в нем!

– Внутри астероида?

– Да! Мы закопаемся в него, и тело астероида послужит нам защитой от радиации.

– Отлично! Если бы у нас имелось оборудование для бурения скважины такого размера и несколько дней на раскопки. Но у нас нет таких возможностей, Ларе!

– А нам это и не нужно!

– Что ты болтаешь? Думаешь прорыть подземный тоннель в астероиде своим топориком для взятия пробных образцов?

– Нет-нет, вы не понимаете! Этот астероид – пористый.

– То есть? – удивилась Панчо.

– Он мягкий! Это не камень, как «Золотое дно», а скопление маленьких камней, которые удерживаются рядом посредством гравитационного поля!

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросил Рэндольф. – Мы слишком далеко от него, чтобы…

– Посмотрите на данные! – сказал Фукс, показывая на большой экран.

– Какие данные?

Экран все еще показывал карту Солнечной системы с радиационным облаком возле Меркурия.

Фукс направил свой мини-компьютер на большой экран, словно пистолет, и настенный дисплей выдал таблицу цифр и букв.

– Вот данные плотности, – возбужденно воскликнул Ларс и, вскочив с места, подбежал к экрану. – Посмотрите! Астероид пористый! Это скопление небольших камней! Как… – он запнулся в поисках подходящего слова, – как корзина с семечками!..

Дэн посмотрел на цифры, затем повернулся к Фуксу.

– Ты уверен?

– Цифры врать не могут! Просто не могут! Панчо присвистнула.

– Нам нужно что-то более убедительное!

– Без проблем! Астероид «Матильда» в главной части Пояса и «Евгения» – череда астероидов из близлежащих к Земле – они тоже пористые, а вовсе не твердые. Микророботы, бравшие там пробы, исследовали их и даже проникали внутрь!

– Пористые… – тихо повторил Дэн.

– Да, именно!

– Значит, мы можем проникнуть в него без специального оборудования?

– Скорее всего.

Дэн почесал подбородок, пытаясь принять какое-то решение. Если Фукс прав, то этот вариант гораздо лучше, чем плавание в топливном баке с жидким водородом. Но только если он прав! Если они действительно смогут проникнуть в астероид и использовать его в качестве защиты от бури. А если он ошибается – они все умрут.

– Я за то, чтобы направиться к астероиду, босс! – сказала Панчо.

Дэн посмотрел в ее решительные карие глаза. «Интересно, она говорит так, потому что знает, что в ином случае я не выживу? Неужели она готова рисковать собственной жизнью, понимая, что вариант Фукса единственный, который может спасти жизнь мне?»

– Согласна, – кивнула Аманда. – Астероид – наш единственный реальный шанс.

Дэн повернулся к Фуксу.

– Ларс. Ты уверен в своих данных?

– Совершенно! – без тени сомнения в голосе ответил тот.

– Ладно, давайте тогда менять курс к… Как там его название?

– Астероид «32—114», – в один голос ответили Аманда и Ларс.

– Полетели, ребята! – сказал Дэн, однако в душу его темной, холодной змеей заползло нехорошее предчувствие.

Рэндольф попытался заснуть, пока «Старпауэр-1» летел к астероиду. Сны его были полны каких-то людей и тревожных событий прошлого. Он проснулся, чувствуя себя еще более разбитым и усталым, чем когда ложился.

Ныли все мышцы. Это от напряжения, сказал себе он. Но тот же саркастический голос в голове вновь вмешался в мысли: «Возраст! Ты просто стареешь!»

Дэн кивнул изображению в зеркале ванной. «Если выживу в этом полете, начну курс омолаживающей терапии! – пообещал он себе. – Если выживу!»

Надев свежую одежду и взяв чашку кофе, Дэн направился к мостику. Аманда сидела в кресле первого пилота, справа от нее – Фукс.

– Панчо спит, – сказала девушка, прежде чем Дэн задал вопрос. – Мы подлетим к астероиду «32—114» через, – она посмотрела на один из экранов, – семьдесят три минуты. Я разбужу ее через полчаса.

– Астероида еще не видно? – спросил Дэн, всматриваясь в темную пустоту за стеклом иллюминатора.

– Только в телескоп, – ответила Аманда, нажав несколько кнопок на клавиатуре.

На экране возник неуклюжий объект, похожий на сдувшийся пляжный мячик темно-серого, почти черного цвета.

– У нас превосходные данные, – сказал Фукс. – Масса и плотность подтвердились.

– Он действительно пористый, как ты и предполагал?

– Да, скорее всего именно так!

– Конечно, ничего красивого в нем нет, – заметила Аманда.

– Не знаю, – отозвался Дэн. – Мне нравится. Думаю, надо назвать его «Рай».

– Рай!.. – повторила Аманда. Дэн кивнул.

– Это рай, который должен спасти нас от бури!

«Если цифры действительно говорят правду, как считает Фукс!» – мысленно добавил он.

Селена

Самое ужасное – ожидание. Оставалось лишь мерить шагами помещение из угла в угол и иногда смотреть коммерческие каналы, которые ловила установленная снаружи антенна.

С ума можно сойти! Ко всему прочему, в середине стоял саркофаг с замороженной женщиной. В полумраке помещения дьюар немного поблескивал, и от этого становилось еще страшнее.

Когда люк открылся, Карденас едва не подпрыгнула от радости. В какой-то момент ей даже стало не важно, кто войдет. Убийца в некотором смысле спасет ее от скуки. День и ночь взаперти в живой могиле довели Карденас почти до отчаяния.

Однако когда вошел Джордж Амброз, она все же вздохнула с облегчением. Австралиец закрыл за собой люк и улыбнулся.

– Дэн сказал, что я должен проводить вас к Ставенджеру.

– Отлично! – обрадованно воскликнула доктор.

* * *

Дуглас Ставенджер не проявил радости от встречи с Карденас. Он сидел за своим столом и разочарованно смотрел на нее. Джордж стоял у двери в офис, скрестив мощные руки на груди.

– Вы начинили корабль Рэндольфа «пожирателями»? – снова спросил Ставенджер с оттенком недоверия в голосе.

– Да, специально модифицированными для разъедания медных соединений, – тихо ответила она. – И все.

– А по-вашему, недостаточно?

– Это сделано с целью разрушить защитное поле корабля, – защищаясь, сказала Карденас. – Обнаружив неисправность, они должны были повернуть обратно.

– Но они обнаружили ее, только когда уже находились в Поясе Астероидов!

– И теперь летят без всякого защитного поля! – добавил Джордж.

– Это равнозначно убийству! – сказал Ставенджер непреклонным тоном. – Четырем убийствам!

Карденас закусила губу и кивнула.

– За всем стоит Хамфрис, – утвердительно произнес Ставенджер.

– Да, он хотел, чтобы проект Рэндольфа провалился.

– Почему?

– Надо спросить его.

– Он основной инвестор проекта, зачем ему понадобилось это делать?

– Надо спросить его, – снова тихо повторила она.

– И спрошу. Он уже направляется сюда. В этот момент зазвонил телефон.

– Прибыл господин Хамфрис, – сообщил автоматический голос аппарата.

– Впустите, – сказал Ставенджер и нажал кнопку открытия дверей в кабинет.

Джордж отошел в сторону. В кабинет вошел Хамфрис. Карденас повернулась к нему, затем снова посмотрела на Ставенджера. Пожав плечами, магнат сел в кресло.

– В чем дело? – спросил он. – Что происходит?

– Мы тут говорим о попытке убийства, – сухо ответил Ставенджер.

– Убийства?

– Да, четыре человека подвергнутся солнечной буре в Поясе Астероидов, а у корабля нет защитного поля!

– Вы имеете в виду Дэна Рэндольфа? – Хамфрис чуть не улыбнулся. – Очень на него похоже – вести себя как слон в посудной лавке!

– Вы не просили доктора Карденас начинить его корабль «пожирателями»? – повысил тон Ставенджер.

– «Пожирателями»?!

– Да, так называемыми лженаноботами.

Хамфрис посмотрел сначала на Карденас, затем вновь на Ставенджера.

– Я интересовался у доктора Карденас способом, который мог бы немного помешать полету. Таким способом, который заставил бы Рэндольфа повернуть обратно и прекратить полет к Поясу.

Карденас хотела что-то возразить, однако ее перебил Ставенджер.

– Если они погибнут, если хоть кто-нибудь из них погибнет, я заставлю вас ответить за умышленное убийство! – ледяным тоном сказал он Хамфрису.

– Голословное обвинение, – с легкой улыбкой ответил ему Хамфрис.

– Вы так полагаете?

– Я действительно хотел помешать Рэндольфу осуществить полет и заставить повернуть обратно. Признаю. Любой нормальный человек сразу же повернул бы, как только понял, что происходит. Любой, но не Рэндольф! Он ринулся вперед, зная, что защитное поле повреждено. Он сам принял такое решение! Если и есть преступление, то преступник он! Он патологический самоубийца, который тянет за собой весь свой экипаж!

Едва сдерживая гнев и сжав кулаки, Ставенджер процедил сквозь зубы:

– А зачем вообще вам понадобилось мешать его полету?

– С тем, чтобы цены на акции «Астро» упали в цене, разве не понятно? Просто бизнес!

– Ах, бизнес…

– Да, бизнес. Мне нужна корпорация «Астро», и чем ниже цена акций, тем легче их скупить! Доктор Карденас хотела встретиться со своими внуками. Я предложил ей устроить эту встречу в обмен на горстку наноботов.

– «Пожирателей»!

– Они не были запрограммированы на причинение вреда людям, – запротестовала Карденас. – Просто модифицированы на разъедание медных сплавов в сверхпроводниках!

– Моего отца убили «пожиратели», – сказал ледяным тоном Ставенджер. – Убили!

– Это давняя история, – отмахнулся Хамфрис. – Не смешивайте Рэндольфа со своими семейными проблемами, пожалуйста!

Было заметно, что Ставенджер изо всех сил пытается сохранять спокойствие. Он долгие несколько секунд молча смотрел на Хамфриса. Казалось, в офисе разразится гром. Джордж решил, что если Ставенджер вдруг вскочит с места и примется душить Хамфриса, он позаботится о том, чтобы дверь осталась заперта и никто не пришел мерзавцу на помощь.

Наконец Ставенджер справился с собой и, сделав глубокий вдох, более спокойным тоном проговорил:

– Я направлю это дело в юридический департамент Селены. Никто из вас двоих не получит разрешения покинуть Селену до окончания расследования.

– Вы заставите нас предстать перед судом? – спросила женщина.

– Если бы все зависело только от меня, я одел бы вас в тонкие скафандры, отвез в Море Спокойствия и навсегда оставил там.

Хамфрис рассмеялся.

– Рад, что вы не судья! К тому же на Селене нет смертной казни!

– Пока нет! – рявкнул Ставенджер. – Но если здесь появятся еще несколько таких же, как вы, то скорее всего законы изменятся!

Хамфрис встал с кресла.

– Можете угрожать, если вам нравится, но я не думаю, что суд отнесется к делу с таким же предубеждением.

С этими словами он направился к выходу. Джордж отошел в сторону, не открыв дверь. Он заметил, что над верхней губой Хамфриса выступил пот.

Автоматическая дверь закрылась, и Карденас тут же разразилась рыданиями. Склонившись в кресле, она закрыла лицо и беззвучно тряслась.

Ледяное выражение лица Ставенджера смягчилось.

– Крис, как же ты могла сделать так? Как ты позволила ему?..

Он покачал головой в недоумении. Не поднимая лица, она ответила:

– Я была зла, Дуг! Ты не представляешь, как зла! Я даже не знала, что во мне столько ненависти!

– Ненависти? К кому? К Рэндольфу?

– Нет! К этим сумасшедшим, которые привели Землю к кризису парникового эффекта. К фанатикам, которые изгнали нас, навсегда разлучили меня с семьей, с детьми, с внуками! Моим родным даже запрещено прилетать ко мне в гости! Я хотела наказать их, поквитаться!

– Убив Рэндольфа?

– Дэн пытался помочь им! – сказала она, отведя руки от лица. – Я не хотела, чтобы им помогали! Это они виноваты в том, что происходит на Земле! Меня выгнали из земного общества. Пусть теперь задыхаются от своего смрада, пусть гибнут! Заслужили!

Ставенджер осуждающе покачал головой и протянул доктору салфетку. Она вытерла свои мокрые, покрасневшие от слез глаза.

– Я рекомендую посадить тебя под домашний арест, Крис. Тебе будет разрешено посещать на Селене все, кроме лаборатории нанотехнологий.

Она понимающе кивнула.

– А Хамфрис? – спросил Джордж, по-прежнему не отходя от двери.

– То же самое, я полагаю. Но, думаю, он прав, мерзавец. У нас нет смертной казни, на Селене даже нет тюрьмы.

– Домашний арест для него – ерунда, – сказал Джордж.

Ставенджер выглядел крайне недовольным, однако внезапно его взгляд просветлел.

– Надо потрясти его бумажник.

– Что?

На лице Ставенджера появилась улыбка.

– Если его признают виновным в убийстве или даже попытке убийства, суд может приговорить его к лишению доли в корпорации «Старпауэр» и предотвратить скупку акций «Астро».

– Да уж, пусть только попробует! Я переломаю ему все кости!

– Я тоже не позволю! – согласился Ставенджер. – Но, думаю, он скорее согласится услышать хруст собственных костей, чем выпустить такую птичку из рук.

Рай

– Вот и он! – сказала Панчо. – Как навигация?

Дэн немного придвинулся на кресле и посмотрел в иллюминатор. Астероид, слегка освещенный слабыми лучами далекого Солнца, можно было разглядеть уже без телескопа. Фигура в виде восьмерки, с одного конца немного кривая.

Фукс стоял рядом с Дэном, держась руками за кресло Аманды.

– Это два астероида вместе, – сказал он. – Как «Кастилия» и ряд других.

– Похож на арахис, – заметил Дэн.

– Да, сделанный из камня, – кивнула Панчо.

– Нет-нет, – поправил их Фукс, – сделанный из тысяч мелких камешков, которые держатся вместе посредством гравитации.

– Ага.

– Посмотрите, на поверхности видны кратеры.

Дэн просмотрел все глаза. Как можно разглядеть кратеры на этой темной штуке при таком тусклом свете?

– У них нет краев, – продолжил Фукс, быстро тараторя от возбуждения. – Меньшие объекты сталкивались с астероидом, но не сделали кратеров, подобных тем, что на твердых телах. Они просто буравят поверхность и исчезают внутри.

– Так же, как сделаем и мы, – сказала Панчо.

– Наше убежище от бури! – восхищенно охнула Аманда.

Наше убежище от бури, только если он прав, мысленно заметил Дэн.

– Сколько еще до прихода волны радиации? – спросил он вслух.

– Четыре часа плюс-минус несколько минут, – ответила Панчо. – Времени предостаточно.

«Надеюсь», – подумал Дэн.

Корабль подошел ближе к орбите астероида, и все четверо в нулевой гравитации корабля поплыли к люку, где Дэн и Фукс уже приготовили шесть дополнительных баллонов с воздухом. Как только надели скафандры, Фукс первым попросился выйти в космос, за ним Дэн.

– Ларс, первой пойдет Панчо! Ты еще недостаточно опытен!

На лице Фукса отразилось удивление.

– Правда?

– Мы можем пойти вместе, как только вы, мальчики, будете готовы.

– Слушаюсь, капитан! – попытался пошутить Дэн и дотронулся рукой до шлема, словно отдавая честь.

Панчо и Фукс прошли через люк первыми, затем Аманда и Дэн. Рэндольф встал на металлическом покрытии у выхода и услышал восхищенный возглас Фукса.

– Он как песочный торт!

Дэн мысленно поблагодарил Бога за посланный шанс. Может, и правда удастся прорваться и выжить?!

«А выглядит как твердое тело», – подумал он, приближаясь к темной массе. Да, Ларе прав. Виднеются кратеры, но у них нет краев: просто отверстия в поверхности, как будто чья-то гигантская рука засовывала пальцы в небесное тело.

Посмотрев вправо, он увидел шлем и плечи Фукса: тот, будто маленький ребенок, копал поверхность.

Казалось, поверхность астероида покрыта дымкой. Отчего это, интересно?

– Или у меня что-то с глазами случилось, или поверхность действительно словно измазана кляксами, – сказал Рэндольф в микрофон внутри шлема.

– Пыль, – последовал немедленный ответ Фукса. – Частицы, которые приносит солнечный ветер, дают пыли электростатический заряд, и это делает ее летучей.

– Но на Луне такого не происходит, – возразил Дэн.

– Луна – очень большой объект, а гравитация астероида слишком мала, чтобы держать пыль на поверхности.

Дэн чувствовал себя так, словно погрузился в гору с тальком. Ноги увязли в темной пыли почти до колена, хотя он опускался на поверхность медленно и осторожно. Боже, да этот астероид похож на таитянские пляжи!

Дэн повернулся в другую сторону и увидел Панчо, высокую и стройную даже в скафандре. Она медленно двигалась по направлению к Рэндольфу.

– Вынь резервуары с воздухом, Мэнди! – сказала Панчо по линии связи.

Аманда поплыла к люку корабля и через минуту появилась снова со связкой из шести цилиндров. В своем светлом скафандре она напоминала робота-врача.

– Давайте начнем копать! – сказала Панчо.

Дэн кивнул, но потом понял, что никто этот жест не увидит. Поверхность немного освещалась, поэтому все дружно решили отключить на время лампы, чтобы сэкономить батареи.

– Закапываться будем по парам, – сказал Дэн. – Ты со мной, Аманда с Ларсом.

– Да, – отозвалась Мэнди.

Копать было совсем не так легко, как песок на пляже, они скорее ковырялись в гигантском куске темного швейцарского сыра. В поверхности виднелись дыры: тоннели, которые, очевидно, проделали камни, попадавшие в астероид.

– Вот уже готовый тоннель для двух человек, – сказала Панчо.

В следующий момент она скрылась внизу. Тоннель действительно оказался достаточно широк для двоих.

– Как далеко он тянется? – спросил Дэн, медленно залезая в кратер, когда-то оставленный упавшим небесным телом. Он старался двигаться осторожно, чтобы не потерять по дороге рюкзак со снаряжением.

– Не знаю, – отозвалась снизу Панчо. – Достаточно глубокий, тут действительно можно спрятаться от бури. Давайте начнем засыпать тоннель вверху, босс.

Он кивнул и еще сильнее сжал свою импровизированную лопату: панель от старой электронной кабины. Им пришлось покрыть себя по крайней мере метровым слоем пыли, чтобы защититься от приближающегося облака радиации.

Рэндольф ожидал, что по мере раскапывания мелкие камни начнут сыпаться вниз, в их убежище. Так случилось бы на Земле и даже на Луне. Однако гравитация астероида оказалась настолько мала, что стены тоннеля не осыпались.

Довольно скоро он и Панчо, работая бок о бок, смогли закопаться по пояс. Дэн знал, что этого недостаточно. Пока что рано останавливаться, надо продолжать.

– Как у нас… со временем?

– Сейчас посмотрю, – сказала девушка, вынимая мини-компьютер.

В темноте Дэн увидел яркий свет маленького дисплея.

– Уровень радиации пока не растет, – сказала она.

– А сколько еще?.. – нетерпеливо спросил Дэн.

– Полтора часа, может, немногим меньше.

Дэн продолжил копать. Пот покрыл его лоб и начал заливать глаза. Он мечтал вытереть лицо… увы, в скафандре не получится. Надо было надеть специальную повязку. Раньше при выходе в открытый космос Рэндольф всегда брал ее с собой. Это было так давно, что он уже начал забывать свои привычки.

– Нам нужен по крайней мере метр слоя камней сверху, – сказала Панчо, продолжая закапываться.

– Да.

– А после того как облако пройдет, надо еще суметь вылезти отсюда.

– Да, – повторил Дэн.

Он не мог разговаривать, когда работал. Сил хватало только на физический труд. Мышцы давно отвыкли от такого напряжения, и после нескольких минут Дэн почувствовал невероятную усталость во всем теле.

Кажется, прошло несколько часов, прежде чем он снова услышал голос Панчо через наушники в шлеме.

– Как у вас там дела, ребята? Мэнди, слышишь меня?

– Отлично. Мы нашли уютную пещерку и почти закончили.

– Как только полностью скроетесь под поверхностью, радиосвязь прервется, – сказала Панчо.

– Конечно.

– Не забыли резервуары с кислородом?

– Нет. Резервуары с нами.

Дэн видел, что их с Панчо баллоны все еще лежат на поверхности и до них можно достать рукой.

– Ладно, держи связь. Если окончательно потеряем связь, сидите в своем тоннеле четырнадцать часов. Поняли?

– Да. Четырнадцать часов.

– Отсчет времени пошел с этой минуты.

– Ясно.

– Желаю удачи, ребята!

– Увидимся через четырнадцать часов! – сказал Фукс.

– Отлично, договорились, – сказал Дэн.

«Вот только живыми или мертвыми – никто не знает!» – добавил он мысленно.

– Лучше я возьму баллоны с кислородом сюда. Прежде чем Панчо успела возразить, Рэндольф вылез из тоннеля и пополз по темной поверхности. Он оглянулся по сторонам, но не смог разглядеть убежище Аманды и Фукса. «Отличная работа!» – подумал он.

Хотя баллоны оказались почти невесомыми, Дэн все же отправил их вниз аккуратно. Да, веса почти нет, зато есть масса и инерция. Если бы одна из таких штук выскользнула из рук, то наверняка разбила бы шлем Панчо или повредила скафандр.

К тому времени как он снова спустился, тело покрыл холодный пот, появилась одышка.

– Не привыкли к таким усилиям, босс, правда? – спросила Панчо.

Дэн покачал головой.

– Как только вернемся на Селену, начну курс омолаживающей терапии, – сказал он.

– Я тоже.

– Ты? В таком-то возрасте?

– Думаю, чем раньше – тем лучше. Да и врачи так советуют.

– Лучше поздно, чем никогда, – добавил Рэндольф.

– Уровень радиации начинает медленно повышаться, – сказала Панчо, вновь разрушая стенки тоннеля со всех сторон. – Давайте скорее закапываться, а то никому из нас курс омоложения не потребуется!

– Да уж, – пробормотал Дэн.

Заживо погребенные. Похоже на истории Эдгара Алана По, подумал Дэн. Он знал, что Панчо всего в нескольких сантиметрах от него, и баллоны с кислородом тоже, но ничего разглядеть не мог. Они находились в чреве астероида, сверху лежал почти метр мелких твердых камней. Ничего не видно и не слышно. Остается только ждать.

– … как у вас дела? – донесся едва различимый голос Аманды.

– Все хорошо, – ответила Панчо. – Может, потанцуем парами?

Дэн застонал. Только юмора здесь не хватало!.. И внезапно, неожиданно для самого себя рассмеялся. Как странно, что в такой ситуации люди еще сохраняют чувство юмора!

Он чуть поднял вверх правую руку и с помощью своего мини-компьютера соединился с датчиками на корабле. Они запрограммировали скафандры так, чтобы время от времени дисплеи панели управления «Старпауэра-1» передавали данные на их мини-компьютеры.

– Который час? – спросил Дэн.

Хорошо, что можно поговорить хотя бы с Панчо! Даже если радиосвязь полностью прервется, они смогут общаться.

– Еще тринадцать часов впереди, босс!

– Ты хочешь сказать, мы тут провели только полчаса?

– Если быть точным – сорок девять минут.

– Ну и ну! – вздохнул Дэн.

– Вздремните немного. Это самый лучший способ скоротать время.

– Да, больше ничего не остается!

Он услышал, как Панчо усмехнулась.

– Что смешного?

– Я думаю о Мэнди и Ларсе. Может, они сейчас озадачены тем, как им перебраться в один скафандр?

Дэн тоже рассмеялся.

– Может, и нам попробовать, а?

– Босс, это называется сексуальное домогательство! – в притворном ужасе запротестовала Панчо.

– А что еще делать?! В этом дурацком скафандре даже почесаться невозможно! Как твое самочувствие, Панчо?

– Нормально. Немного устала, скучно и слишком неудобно спать. А вы?

– То же самое. Все болит.

– Как ваше давление?

– Откуда мне знать?!

– Вы слышите пульс в ушах?

– Нет.

– Значит, все в порядке.

– Спасибо, доктор Панчо!

– Ладно, ложитесь спать, босс! Я лично собираюсь.

– А я думал, тебе неудобно.

– Да, но я попытаюсь. Закрою глаза и постараюсь вспомнить что-нибудь приятное.

– Удачи!

– Попробуйте заснуть тоже.

– Хорошо.

Дэн закрыл глаза, однако мысли были далеко не самые приятные. Он снова открыл глаза и подождал, пока на мини-экране появится информация с радиационных датчиков корабля. Данные на экране прыгали, появились помехи. Дэн попытался сфокусировать взгляд. Итак, на корабле вроде бы все в порядке.

Надо попытаться заснуть, организм требовал отдыха. Надо расслабиться и подумать над тем, что предстоит сделать после возвращения на Селену. Первым делом хотелось бы лично как следует врезать Хамфрису. Дэн представил, как негодяй удивится, когда он одним хорошо поставленным ударом сломает ему нос.

Где-то в голове промелькнула мысль: месть – это блюдо, которое подают холодным.

Да, врезать Хамфрису будет здорово, но что же действительно может ранить мерзавца? Если Дэн умрет, тот завладеет «Астро». Как помешать этому? Как?!

Дэн усмехнулся. Да он уже практически в могиле! Что можно вообще теперь сделать?!

Лаборатория нанотехнологий

Чарли Энглс выглядел крайне расстроенным. Он нервно откинул светлые волосы со лба.

– Крис, я не имею права пропускать тебя сюда!

Уже давно пробило полночь. Карденас удивилась, увидев, что в лаборатории еще кто-то работает. Служба безопасности Селены даже не подумала о том, что следует поменять коды доступа на дверях. Она просто нажала привычный набор цифр и символов, и дверь медленно открылась. Но в здании работал Энглс, и, едва увидев Карденас, быстро пересекающую главный вестибюль по дороге в свой кабинет, он выскочил из-за рабочего стола и попытался ее остановить.

– К нам поступили указания от службы безопасности. Тебя нельзя пропускать в лабораторию до поступления дальнейших указаний.

– Знаю, Чарли, – сказала она. – Просто хочу освободить свой рабочий стол.

Чарльз Энглс был молодым выпускником Нью-йоркского университета. Родители отправили юношу на Селену, после того как тот остался калекой в результате автомобильной аварии. Даже сознавая, что после курса нанотерапии сын никогда не вернется на Землю, родители больше всего на свете хотели, чтобы он вновь стал полноценным человеком и смог самостоятельно ходить.

– Камеры наблюдения, – начал Энглс, показывая на маленькую красную точку над лестницей наверх. – Как только тебя увидит охрана, сразу же прибудет сюда.

– Ничего, – сказала она, пытаясь не показать своего волнения. – Я буду здесь не более нескольких минут. Вернись к работе.

Однако вместо этого Энглс пошел рядом с ней по дороге в кабинет начальника лаборатории.

– А в чем дело, Крис? Почему тебя не хотят подпускать к лаборатории?

– Долгая история, расскажу ее как-нибудь в другой раз. Извини, Чарли, мне нужно несколько минут побыть одной.

– Если я что-нибудь могу сделать… – произнес он. Карденас почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

– Очень мило с твоей стороны, Чарли! Спасибо.

– Если бы не ты, я никогда бы не смог ходить.

Она кивнула и молча добавила: «Зато теперь ты никогда не сможешь вернуться на Землю…»

– Ладно, – сказал молодой человек, переминаясь с ноги на ногу, когда они подошли к двери ее кабинета. – Если что-нибудь понадобится – дай знать.

– Спасибо, Чарли! Непременно.

Энглс постоял еще немного, пока Карденас молча раздумывала о том, сколько службе безопасности потребуется времени, чтобы обнаружить ее. Наконец повернулся и направился к своему рабочему месту. Карденас зашла в кабинет.

Однако как только коллега скрылся из виду, Карденас тихо открыла дверь кабинета и выскользнула в коридор. Быстро пересекла его, спустилась в подвал лаборатории и прошла мимо таблички, на которой красными буквами значилось: «Доступ только уполномоченных сотрудников!» То была территория, где испытывались самые последние разработки наноботов. Здесь кабинеты сотрудников в отличие от верхних этажей закрывались на индивидуальные коды. Коридор освещался ультрафиолетовым светом: каждый нанобот был запрограммирован так, чтобы прекращать функционирование при интенсивном ультрафиолетовом освещении, которое являлось дополнительным средством безопасности. Карденас прошла три двери по коридору и остановилась перед четвертой. Она быстро набрала секретный код, и стальная дверь открылась. Женщина проскользнула в тускло освещенное помещение и дрожащими руками заново набрала защитный код и еще один дополнительный, тем самым предотвращая чей-либо доступ в секретное помещение. Им придется ломать дверь, сказала она себе, потребуется время.

Она уже будет мертва.

Дэну снилась Земля. Это был скорее кошмар, чем сновидение. Он участвовал в гонках на яхтах. В лицо дул прохладный морской ветер, тропическое солнце палило плечи и спину. Он держался за румпель, а компьютер улавливал малейшее изменение ветра.

Лодка рассекала волны… но внезапно Дэн очутился в машине, на которой с высокой скоростью гнал по шоссе с интенсивным движением. Место совершенно незнакомое: какой-то большой город, кругом бесконечное множество машин и автобусов, огромные трубы выпускают в серое небо длинные столбы дыма и копоти. Кондиционер в машине не работал, с каждой минутой становилось все жарче. Дэн хотел открыть окно, но понял, что этого делать нельзя: снаружи нет воздуха. Странная мысль: он же не в космосе, а на Земле. Начал душить кашель.

Дэн проснулся. Кашель душил наяву. Перед ним склонилось лицо Панчо в шлеме с мокрыми от слез глазами.

– Перезарядите свой баллон, босс! У вас падает уровень кислорода!

Темнота. Некоторое время Рэндольф чувствовал, как зарождается паника. Погребенный в астероиде!.. Надо перезарядить баллон. В темноте, на ощупь.

– Дайте, я помогу вам! – сказала девушка.

Дэн почувствовал, как ее руки нервно ищут нужные кнопки. Что-то стукнуло по баллону сзади.

– Ой! Простите.

Дэн тоже принялся нащупывать в темноте запасные баллоны с кислородом. Куда же он их положил?

– Нашел!

– Хорошо, дайте мне шланг.

– Я сам.

– Лучше позвольте мне, ладно? Вы устали и можете ошибиться.

– Со мной все в порядке.

– Конечно, но все же я помогу вам. Подождите, не открывайте пока, а то попадут частицы пыли.

– Знаю.

Казалось, прошло несколько часов. Дэн пытался остановить кашель, однако тот не останавливался. Воздух в скафандре загустел, в груди начались боли. Он представил, как нелепо они выглядят с Панчо, на ощупь в темноте отыскивающие баллоны с воздухом, пытаясь не задохнуться в этой живой могиле.

Через минуту он уже смог сделать глубокий вдох кислорода. Через несколько секунд Панчо подсоединила к себе новый баллон и тоже глубоко вдохнула.

– Самый лучший воздух во всей Солнечной системе! – сказала она счастливым голосом.

– Сколько времени? Долго еще нам сидеть?

– Сейчас посмотрю… Семь с половиной часов.

– Мы пробыли здесь уже так долго?!

– Нет, нам осталось столько сидеть! – поправила его Панчо.

– Еще семь с половиной часов?!

Панчо засмеялась.

– Вы похожи на ребенка, которому надоело на заднем сиденье машины родителей.

Он вздохнул и усмехнулся.

– Наверное, я хныкал, да?

– Немножко.

Дэну пришла в голову внезапная мысль.

– После того как время истечет, как мы узнаем, действительно ли облако радиации прошло и можно возвращаться на корабль?

– Я как раз думала об этом. Направим свои раздвижные антенны к поверхности, получим связь с кораблем и считаем информацию с датчиков.

– А если система связи вышла из строя?

– Вряд ли.

– И все же – что тогда?

– Придется мне вылезти наружу и посмотреть, что покажут датчики на скафандре.

– Как в старом ковбойском кино: высунуть голову и проверить, выстрелит кто-нибудь или нет.

– Эй, босс, а вы вправду шутник!

В столь поздний час на пульте наблюдения за камерами в главном офисе службы безопасности Селены сидел только один человек. Это был тучный лысеющий полицейский из Лондона, который потратил все свои сбережения, чтобы отправиться вдвоем с женой на Луну и зажить там вполне благополучной, обеспеченной жизнью пенсионеров. Он обнаружил, что пребывание на пенсии так скучно, что попросил властей Селены дать ему хоть какую-то работу.

Англичанина взяли в службу безопасности города и выдали форму: костюм из простой ткани со знаком отличия на левом рукаве и табличкой с именем на нагрудном кармане. По крайней мере теперь он мог проводить три ночи в неделю в одиночестве и спокойно смотреть фильмы, которые так не нравились жене. И в то же время он чувствовал себя важным и востребованным работником. Толстяк дремал, откинувшись на спинку вращающегося стула. Перед ним на полукруглой стене мигали экраны, куда выводили сигналы сотни камер наблюдения Селены. На самом деле только девятнадцать из них передавали изображение той или иной части Селены. Прямо перед ним на экране шла прямая трансляция футбольного матча из Ванкувера.

Всю настоящую работу производил компьютер. Щеголи в главном офисе запрограммировали компьютер на выявление многих вещей, которые могут показаться подозрительными или противозаконными. Если машина улавливала хоть одно из подобных действий, автоматически включалась сирена и на всех экранах появлялось изображение данного участка.

За четыре минуты до конца второго периода матча зазвучал сигнал тревоги. Охранник открыл глаза и недовольно нахмурился. Дисплей напротив перестал показывать футбольный матч, на мониторе возникла фигура женщины, идущей по зданию лаборатории нанотехнологий. Внизу экрана появилась надпись: «Несанкционированный доступ!»

Понадобилось несколько минут, прежде чем компьютер предоставил более полную информацию. Охранник тут же позвонил начальнику и, разбудив его, сообщил, что в лаборатории находится Крис Карденас. Недовольный шеф гневно посмотрел на англичанина.

– Спасибо. Сейчас отправлю туда кого-нибудь.

Положив трубку, охранник вновь принялся смотреть футбол.

Рай

Панчо попробовала связаться с Амандой и Фуксом; ответа не последовало.

– Наверное, снаружи жарковато, – сказала она после очередной неудачной попытки.

Дэн заметил, что девушка встревожена. Может, просто устала? И все же Панчо не похожа на себя. Наскучило сидеть?

Но как может наскучить, если буря бушует всего в метре от твоей головы? Буря без молнии и грома, абсолютно беззвучная, если не включать радио и не слышать помехи.

Тишина. Мертвая тишина.

Рэндольф вспомнил про трубочку с водой около ворота и сделал небольшой глоток. Теплая и безвкусная – переработанная гадость!

Ждать еще больше семи часов! К тому времени он с ума сойдет, станет окоченевшим трупом.

Вдруг во рту почувствовался вкус крови. Дэна словно громом ударило. Все другие мысли мгновенно вылетели из головы.

«Кровоточащие десны! – подумал он, пытаясь противостоять охватившему его ужасу. – Первые симптомы лучевой болезни! Может, случайно прикусил язык? – лихорадочно побежали мысли в голове. – Конечно! У тебя уже не раз были раньше приступы лучевой болезни, и ты прекрасно понимаешь, что это значит! Только в отличие от предыдущих случаев сейчас некуда бежать за помощью».

– Панчо! – прохрипел Дэн, удивившись изменившемуся звуку собственного голоса.

– Я здесь, босс.

– Можешь включить свой диктофон?

– Да. Думаю, что да.

Дэн почувствовал, как она что-то ищет. Его начало подташнивать.

«Господи помилуй! Неужели я сварюсь в этом скафандре, заживо закопанный, да еще собственноручно?!»

– Раз, два, три, – сказала Панчо, проверяя исправность диктофона.

Через несколько секунд Дэн услышал то же самое.

– Работает, – сказала она.

– Хорошо. Дай его мне.

Он откашлялся, но легче не стало. Постаравшись сделать голос более-менее нормальным, он начал:

– Я – Дэн Рэндольф, председатель совета директоров корпорации «Астро», находясь в здравом уме и твердой памяти, оглашаю свое завещание. Это моя последняя воля. Записывающее устройство автоматически поставит дату и время.

– Босс, все будет хорошо! Не спешите! – вмешалась Панчо.

– Не перебивай, детка! На чем я остановился? Ах да! Итак, это моя последняя воля. Я завещаю все свое состояние и долю акций корпорации верному другу и сотруднику Присцилле Лэйн, а также…

Панчо была настолько потрясена услышанным, что даже не возмутилась, услышав свое полное имя.

– Мне? Босс, вы с ума сошли?!

– Я же сказал – не перебивай! – крикнул на нее Дэн. – Итак, свое состояние и долю акций «Астро» я завещаю Присцилле Лэйн, а также все остальное личное имущество и недвижимость.

Он остановился, чтобы отдышаться, и продолжил:

– Я также завещаю Присцилле Лэйн свое место в совете директоров корпорации «Астро».

Взяв небольшую паузу, он немного подумал, затем кивнул, очевидно, довольный принятым решением.

– Такова моя последняя воля. Можешь выключать диктофон.

– Зачем вы это делаете? Как вам?..

– Я не выберусь из этой передряги, детка! – усталым голосом произнес Рэндольф. – Радиация на сей раз доконает меня. Я хочу, чтобы ты заняла мое кресло в совете директоров корпорации и боролась с этим подонком Хамфрисом всеми силами, которые у тебя есть!

– Я? Но я ведь простой инженер, пилот и… и все!

– Ты – моя наследница, Панчо! Ты стала мне как дочь. У меня нет семьи, нет детей, которым я мог бы оставить нажитое мной на этом свете, к тому же ты знаешь «Астро» лучше многих.

– Но… совет директоров?!

Дэн слабо улыбнулся.

– Ты нужна ему, детка! Ему нужны свежие мозги. Тебе, конечно же, придется бороться с Хамфрисом. Он планирует завладеть всем, как только меня не станет.

– Вы говорите так, словно находитесь на пороге смерти, – тихо сказала девушка.

– Думаю, так и есть. Десны уже кровоточат, я чувствую головокружение и тошноту, в ушах звенит.

– Держитесь. Буря подходит к концу.

– Я тоже.

– Как только вернемся на корабль, долетим до Селены за двое суток или даже быстрее! Я могу набрать скорость до половины световой!

– А как потом будешь тормозить? Врежешься прямо в «Альфонса»?

Панчо некоторое время молчала. Дэн был рад, что она не видит его: руки наверняка трясутся, как у дряхлого старца. Хорошо, что их придавили камни астероида.

– На Селене лучевая болезнь излечима. Они используют наноботы.

– Если бы только вернуться туда!

– Осталось лишь семь часов. Уровень радиации снижается.

– Мне и этого хватит! – сказал Дэн.

– Вы уже бредите?

– Нет-нет. Ладно, я посплю немного, детка, а то устал.

– Хорошая идея.

– Разбуди меня, когда все закончится.

Крис Карденас удивилась, как трясутся ее руки. Программирование наноботов для превращения в «пожирателей», разрушающих углеродные соединения, шло по намеченной схеме. Небольшая модификация в процедуре, которую они ежедневно проводили для строительства алмазных соединений из обыкновенной сажи, – и готово!

Женщина сидела за столом, смотрела, как микроскоп показывает процедуру модификации на настольном экране, и раздумывала над последствиями.

«Пожиратели». Она создает горстку «пожирателей». Если отпустить их на волю…

«Успокойся! Надо мыслить логически. Ладно, они разбредутся по крови и убьют меня. Оставлю записку на экране компьютера, напишу ее крупными буквами, чтобы бросилось в глаза. Я просто делаю немного наноботов. Они не будут обладать способностью объединяться друг с другом и размножаться, „пожиратели“ останутся в моем теле… Или они смогут выбраться оттуда? Тело будет разлагаться изнутри. Что же помешает им выбраться в конце концов наружу?»

Стук в дверь мигом нарушил мысли.

– Доктор Карденас, мы знаем, что вы тут! Откройте, пожалуйста!

Она быстро стерла с экрана данные о модификации наноботов и начала писать предсмертную записку.

«Внимание! Осторожно! Я приняла внутрь микрограмм наноботов-„пожирателей“. Они запрограммированы на расщепление углеродных соединений. Следует предотвратить их проникновение за пределы этого кабинета. Продезинфицируйте всю лабораторию ультрафиолетовым светом высокой интенсивности, прежде чем выносить тело или даже дотрагиваться до него! Сообщите…»

Кто-то громко постучал в дверь.

– Крис! Это Дуг Ставенджер. Не надо! Выходи, прошу тебя!

Она сделала крупные буквы на экране красными и стерла последние слова «сообщите Ставенджеру». Это лишнее: он уже здесь.

– Крис! Ты не виновата! – Голос Ставенджера звучал не очень громко: мешала стальная дверь. – Крис, выйди, поговорим!

Она встала со стула и пошла к другому концу стола, где в держателе стояла пробирка. Прозрачная емкость из лунного алюминия, наполовину наполненная водой с наноботами, которые станут ее убийцами.

– Крис! – кричал Ставенджер. – Ты всю жизнь посвятила разработке нанотехнологий! Не бросай свое дело на ветер! Не давай им еще одного повода говорить, что наноботы всего лишь убийцы!

Она взяла емкость в руки. «Я не смогу жить с чувством вины! Я совершила убийство! Убила четырех людей!» Ставенджер продолжал кричать в закрытую дверь:

– Они ведь только и ждут этого! Ты все прекрасно понимаешь! Они будут говорить, что наноботы убили лучшего специалиста, будут использовать этот факт для того, чтобы убедить всех, что оказались правы, когда запретили нанотехнологий на Земле!

Она подняла взгляд от пробирки и посмотрела на закрытую дверь.

«Это была идея Хамфриса, но осуществила ее я! Добровольно! Он просто дернул за веревочки, а я послушно исполнила его волю, как глупая марионетка».

– Не выкидывай жизнь на ветер, Крис! – просил Ставенджер. – Ты уничтожишь все, ради чего работала, дашь им повод воплотить заветную мечту – вернуться сюда и заставить нас подчиняться их законам!

«Хамфрис! – подумала Крис. – Как только я умру, он сможет целиком переложить всю вину на меня. Его адвокаты найдут способ вывести негодяя сухим из воды. Он уйдет от правосудия, не ответит за четыре убийства! Пять, включая мое».

Карденас поставила пробирку в держатель и закрыла сверху алюминиевой крышкой. Как только пробка встала на место, она отправила емкость в печь для отходов и закрыла дверцу. Внутренние стенки печи осветились ярким ультрафиолетовым светом.

«Почему я должна умирать по вине Мартина Хамфриса? Кто-то должен ему противостоять, кто-то должен рассказать правду о случившемся! Не важно, какова цена, я должна посмотреть ему в лицо, всем посмотреть в лицо!»

– Крис, открой дверь!

Наблюдают через камеру слежения, поняла Карденас. Женщина вернулась к компьютеру и стерла записку. Кто-нибудь из персонала завтра уничтожит «пожирателей», а пока что они надежно постоят в печи.

Медленно она подошла к двери и остановилась у пульта с кнопками на стене.

– Дуг!

– Я здесь, Крис! Открой дверь, пожалуйста!

– Глупо, но я не помню последовательность набранного дополнительного кода, – сказала она, чувствуя себя действительно глупо.

По другую сторону двери послышались голоса, затем вновь заговорил Ставенджер:

– Ладно, Крис. Служба безопасности пришлет сюда анализатор. Откроем через несколько минут.

– Дуг! – позвала она снова.

– Что?

– Спасибо.

– Да ладно!

К тому времени, когда дверь открыли, Карденас была удивлена собственным спокойствием. Еще несколько минут назад она смотрела смерти в лицо и поняла, что достаточно сильна, чтобы жить дальше.

В коридоре толпились мужчины и женщины в форме сотрудников службы безопасности, несколько сотрудников лаборатории, врачи.

– Ты в порядке? – взволнованно спросил Ставенджер.

– Теперь – да, – ответила Карденас и слабо улыбнулась.

Смерть

– Босс, проснитесь!

Голос Панчо звучал словно издалека, еле слышно. Глаза Дэна отекли и слиплись, сразу открыть их он не смог. Рэндольф хотел потереть их, но руки крепко застряли в камнях астероида.

– Дэн, проснитесь!

Он услышал ее голос ближе, в нем была нескрываемая тревога.

– Да… Хорошо…

Желудок сводило от боли.

– Все позади, – сказала Панчо. – Как вы себя чувствуете?

– Нормально, – соврал он.

На самом деле он чувствовал себя слишком слабым, чтобы двинуться с места, и слишком усталым, чтобы волноваться об этом.

– Надо выбираться, – сказала девушка и принялась раздвигать камни.

Дэн хотел помочь, однако едва мог пошевелить руками. Хотелось только спать! Внезапно волна тошноты захлестнула его.

– Мы здесь, уже вылезли! – послышался голос Аманды.

– Мне нужна помощь. Дэну очень плохо! – отозвалась Панчо.

Рэндольф пытался держаться, чтобы не вырвало. «Скорее бы в корабль! – молил он беззвучно. – Не хочу, чтобы меня вывернуло наизнанку в этом скафандре!» И все же даже в жалком и беспомощном состоянии где-то в глубине души он горько над собой посмеивался. «И это все, что тебя сейчас волнует! Все, ради чего ты работал всю жизнь, не стоит и выеденного яйца, а ты беспокоишься только о том, чтобы не потерять контроль над собственным организмом!»

Дэн почувствовал, как прямо над ним кто-то разгребает камни, чьи-то сильные руки подняли его, вытаскивая из плена. Фукс. Он вытащил Дэна, и двое мужчин медленно взлетели над поверхностью астероида. Дэн успел увидеть корпус «Старпауэра-1», затем сильнейшая волна желчи поднялась в горле, и его вырвало прямо на стекло шлема. Рвоту остановить было невозможно. Не успел он выпрямиться, как его вырвало снова.

– Держитесь, босс! – сказала Панчо.

Рэндольфу показалось, что он услышал, как вырвало кого-то еще. Да, увиденное вполне может поспособствовать такому!

Он боролся с собой, чтобы не потерять сознание. Они будут смотреть с такой жалостью, что тебе даже захочется умереть. Нестерпимо хотелось вытереть лицо, но мешал скафандр.

– Так, люк открывается, – донесся голос Панчо.

– Давайте его сюда! – На этот раз голос Аманды.

– Ведите его в каюту.

– Да-да… так… Осторожнее!

Дэн не посмел открыть глаза.

– Снимайте скафандр! – сказала Панчо. – Пойду посмотрю, насколько сильно радиация повредила системы корабля.

Через некоторое время что-то прохладное и мягкое вытерло его лицо. Открыв глаза, Дэн увидел склонившиеся над собой встревоженные лица Аманды и Фукса. Оба выглядели мрачнее тучи.

– Как вы себя чувствуете? – спросила девушка.

– Отвратительно!..

– Мы уже в пути. Панчо увеличивает скорость.

– С кораблем все в порядке?

– Некоторые датчики и оборудование связи повредились, но ядерный двигатель функционирует без проблем, – ответил Фукс.

– Наноботы не добрались до МГД-генератора? – спросил Дэн, и на этот вопрос ушли почти все оставшиеся его силы.

– Нет, все в порядке, – успокоил его Ларе. – Слава богу!

«Мы летим домой!» – подумал Дэн.

Он закрыл глаза. «Мы летим домой!»

– На Селене есть все необходимое оборудование. Надо лишь скорее доставить его сюда! – сказал главный врач Селены. – Пока давайте ему таблетки от тяжелых отравлений и антиоксиданты.

Панчо смотрела на расстроенное лицо врача, сидя в кресле первого пилота. На установление контакта с Селеной ушло больше часа. Главную антенну корабля повредило, и пришлось использовать запасную лазерную антенну. В остальном корабль функционировал нормально; кое-какие узлы отреагировали на радиоактивное облучение, но ничего серьезного. Слава богу, наноботы не добрались до сверхпроводника, ведущего к МГД-генератору!

Состояние Дэна было тяжелым, и врачи на Селене ничем не могли помочь. Надо скорее доставить его на Селену! Но успеют ли?

Элли умерла. Прежде чем покинуть корабль, Панчо прямо в клетке положила ее в холодильник, зная, что холод введет Элли в спячку, и надеясь, что холодильник станет для змеи защитой. «Надо было взять ее с собой! Даже если бы она укусила меня! А теперь радиация убила ее вместе с оставшейся мышью».

Мысли Панчо вновь вернулись к Дэну. Скверное дело. Они все получили некоторую дозу радиации, и всем потребуется медицинская помощь. Но Дэн может не выдержать. Он уже выглядит живым трупом.

На мостик пришла Аманда и тихо села в кресло второго пилота.

– Как он? – спросила Панчо.

– Мы умыли его, теперь спит. У него выпадают волосы… целыми прядями, – потрясенно добавила она.

Панчо едва держалась, чтобы не броситься в каюту Рэндольфа. «Ты ничем ему там не поможешь», – сказала она себе.

– Как Ларс?

– Кажется, нормально.

– Он принял таблетки?

– Да, конечно. Сейчас пошел к главной антенне.

– Антенные усилители должны были выдержать! – сердито буркнула Панчо. – Я еще разберусь с производителем!

– Но уровень радиации был очень высокий!

– Все равно.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказала Аманда.

– Нам всем нужно отдохнуть.

– Я побуду здесь. Иди и поспи немного!

– Может, ты и права…

– Давай-давай, иди.

Некоторое время она смотрела на Аманду, затем встала с кресла и удивилась тяжести в собственном теле.

– Если не проснусь через два часа – разбуди!

Аманда кивнула.

– Я говорю серьезно, Мэнди! Два часа!

– Я разбужу.

Панчо остановилась у двери в свою каюту, однако прошла еще несколько шагов к двери Рэндольфа и осторожно приоткрыла ее. Дэн спал. Тело его было мокрым от пота, голова покрылась проплешинами. Боже, как он плох!

Рэндольф открыл глаза и посмотрел на нее.

– Привет, детка!

– Как вы себя чувствуете, босс?

– Не могу похвастаться…

– Вам что-нибудь нужно? Что-нибудь поесть?

– Не надо, через минуту мой желудок выплюнет все обратно.

– Мы будем на Селене меньше чем через двое суток. Просто отдыхайте, врачи позаботятся об остальном!

– Ты отправила мое завещание? – спросил Дэн.

Панчо покачала головой.

– У нас проблемы с главной антенной. Ларс сейчас пытается починить ее.

– А как лазерная?

– Запасная антенна в порядке. Мы используем ее для…

– Отправь мое завещание! – сказал Дэн.

– Не нужно. С вами все будет хорошо!

– Отправь! – настаивал Дэн уже почти шепотом. Он попытался привстать на кровати, но не смог.

– Отправь!

Девушка кивнула.

– Да, обещаю, босс.

– Вот и хорошо, – сказал он, слабо улыбнувшись. – Иди и отправь. Немедленно!

– Если таково ваше желание, я так и сделаю!

– Да, именно таково мое желание, – прошептал он. – И заяви наши права на «Рай».

Панчо почти улыбнулась. Это уже больше похоже на Дэна Рэндольфа.

– Еще один день, – сказал Фукс.

Он и Аманда сидели в гостиной. Мужчина ковырял вилкой в яичнице с соевым мясом. Аманда молча смотрела в тарелку с овсяными хлопьями.

– Еще один день, – тихо отозвалась она.

– Ты не рада.

– На Селене ждет Хамфрис. Как только мы вернемся, все начнется снова.

– Не начнется, если ты выйдешь за меня замуж, – вырвалось у Фукса.

Она подняла на него глаза. Ларс выглядел серьезным и через секунду с надеждой улыбнулся.

Прежде чем она что-либо ответила, Фукс продолжил:

– Я люблю тебя, Аманда! Я предлагаю тебе руку и сердце не только, чтобы защитить от Хамфриса. Я люблю тебя больше всего на свете и всей душой хочу, чтобы ты стала моей женой!

– Но мы знакомы всего несколько недель, Ларс! Так мало…

– А сколько времени достаточно? Я влюбился в тебя сразу и безнадежно. С первого взгляда, как только увидел!

Она была потрясена. Этот спокойный, умный, ответственный, интеллигентный мужчина смотрит на нее с такой надеждой! Казалось, в голубых глазах мелькала вся его жизнь. «Мы даже ни разу не целовались, а он считает, что любит меня! Он любит меня? А я люблю его?»

Фукс нервно закусил губу.

– Я знаю, что я всего лишь молодой специалист и у меня не очень радужные финансовые перспективы, но, может, ты… то есть…

Он не находил нужных слов. Просто сидел и смотрел на нее, словно боялся нарушить чары.

Девушка думала, не отрывая взгляда от его глаз. Он волевой. Он часто хотел начать этот разговор, но держал себя в руках. Ларс никогда даже пальцем не дотронулся до нее, слова ни сказал о своих чувствах. Он честный, порядочный и достойный человек.

Кажется, прошла вечность, прежде чем она услышала собственный голос:

– Да, Ларе. Я буду счастлива выйти за тебя замуж.

«Я смогу научиться любить его, – сказала себе Аманда. – Главное, я знаю: на него можно положиться, он добрый, он защитит от Хамфриса».

Фукс приблизился к ней и сильной рукой обнял за талию. Мэнди закрыла глаза, и они слились в поцелуе: сначала нежном, затем – жарком и страстном. Девушка обвила руками его шею. Когда они оторвались друг от друга, Аманда почувствовала, как колотится в груди сердце.

Фукс сиял от счастья.

– Надо сказать Панчо и Дэну!

Улыбаясь, он помог Аманде встать и потянул к мостику.

– Панчо, Ларс сделал мне предложение!

– Ну и ну! А я все думала, когда вы уже созреете?!

– Скажем Дэну!

Панчо кивнула, просканировала панель инструментов и, убедившись в том, что системы корабля функционируют нормально, встала и пошла за счастливой парочкой к каюте Дэна.

– Надо провести церемонию прямо здесь, официально зарегистрировать вас мужем и женой до прибытия на Селену.

– А это возможно?

– Капитан корабля имеет полномочия регистрировать браки? – спросил Фукс.

– Наверное, да, – пожав плечами, сказала Панчо. Они дошли до каюты Дэна и тихо открыли дверь. Рэндольф, мокрый от пота, лежал с закрытыми глазами.

– Спит, – промолвила Аманда.

Глаза Дэна открылись.

– Как больной человек может спать при шуме, который вы создаете? – спросил он шепотом.

Аманда закрыла лицо руками, Фукс начал извиняться. Дэн махнул рукой, призывая к тишине.

– Если наладите связь, то найдете кого-нибудь на Земле, кто сможет провести церемонию.

– А это идея! – сказала Панчо.

– Хотите Папу Римского? У меня есть некоторые связи, – сказал Рэндольф и, глядя на Аманду, добавил: – А может, епископа Кентерберийского?

– Сойдет и кто-нибудь на Селене, – потупив взгляд, сказала девушка.

– Будет сделано. Действительно, мы же спешим, – сказал Дэн, облизнув потрескавшиеся губы.

Фукс покраснел.

– Отлично! – сказала Панчо – Пойду настрою связь. Гораздо больше времени заняли приготовления, чем сама церемония, даже при двенадцатиминутном интервале связи между кораблем и Селеной. Аманда и Фукс стояли возле постели Дэна, Панчо – сзади. Цветов не было, свадебных нарядов тоже. На экране в каюте Рэндольфа появился представитель Селены, пастор-лютеранин: высокий худощавый молодой немец с такими светлыми волосами, что они казались почти белыми. Аманда видела, что он сидит в своем кабинете, а не в церкви. Немец говорил на хорошем английском.

– Берете ли вы друг друга в законные супруги?

– Да! – незамедлительно ответил Фукс.

– Да! – сказала Аманда.

Они стояли напротив экрана и чувствовали себя немного глупо в те шесть минут, которые требовались для получения ответа с другой стороны линии связи. Наконец пастор произнес:

– Итак, объявляю вас мужем и женой. Примите мои поздравления! Жених может поцеловать невесту!

Аманда шагнула к Фуксу, и они обнялись. Экран погас. Все повернулись к лежащему на кровати Дэну.

– Он заснул, – прошептала Аманда, но тут же уставилась взглядом на его грудь.

Дэн не дышал.

Фукс наклонился над кроватью и прижал пальцы к артерии.

– Я не чувствую пульса…

Панчо взяла Дэна за руку.

– Пульса нет, – подтвердила она.

– Он умер? – спросила Аманда, чувствуя, как слезы застилают глаза.

Фукс коротко кивнул.

Жизнь

Сердце Панчо билось так, что звенело в ушах, и не только из-за земной гравитации. Вот-вот начнется очередная встреча совета директоров компании «Астро». Исполнят ли они волю Дэна, примут ее или нет? А если примут? Что она знает об управлении крупной корпорацией?

Не так уж и много!.. Но Дэн считал, что она справится, значит, надо хотя бы попробовать.

Она посмотрела на других членов совета, которые медленно прохаживались по залу, угощались напитками, брали с дорогих подносов еду и закуски. Все выглядят самоуверенными и невероятно богатыми; большинство женщин одеты в элегантную одежду, сверкают драгоценности. Панчо в своем скромном наряде чувствовала себя на фоне этой роскоши не совсем уютно. Вместо драгоценностей на ней были простые серьги и браслет из лунного алюминия.

На нее не обращали внимания. Разделившись на небольшие группы по двое-трое, члены совета тихо беседовали. Никто и не смотрел в сторону девушки, однако у Панчо было ощущение, что говорят именно о ней.

Даже пухлая азиатская женщина в красном платье не поздоровалась с ней, а уж она-то, наверное, знает, каково быть изгоем в обществе.

Мартин Хамфрис вошел в зал в светло-голубом деловом костюме. Взглянув на широкое окно с видом на море, он повернулся и направился в сторону Панчо. Остановившись в метре от девушки, с презрением оглядел ее с ног до головы.

– Ты действительно считаешь, что мы позволим такой мелкой сошке занять место в совете директоров?

– Скоро посмотрим, кто кому и что позволит! – ответила Панчо, пытаясь удержаться, чтобы не дать ему пинка.

– Да уж!

На своих каблуках он был все же на несколько сантиметров ниже ее.

– Меня лично интересует одно: как они позволяют оставаться в совете директоров отъявленному убийце! – проговорила Панчо, специально растягивая слова.

– Я убийца? – спросил Хамфрис, понизив голос.

Панчо пожала плечами.

– Тебя ведь признали виновным в убийстве Дэна Рэндольфа, правда?

– Я виновен в непредумышленном убийстве. Об этом позаботились мои адвокаты.

– Суд Селены был слишком мягок к тебе. Я бы тебя повесила, и, кстати говоря, не только за шею!

– Меня заставили отдать долю «Старпауэр»! – рявкнул Хамфрис. – Заставили отдать целую треть компании! Меня изгнали! Выгнали с Селены и запретили возвращаться в течение двадцати лет!

– Ты легко отделался. Доктор Карденас получила действительно страшное наказание – ей навсегда запретили работать в лаборатории нанотехнологий.

– Она не меньше меня ответственна за произошедшее. Кстати, как и ты!

– Я?!

– Ты была капитаном корабля и могла повернуть назад, обнаружив неисправность в защитном поле.

– А неисправность возникла благодаря тебе!

– Если бы Рэндольф взял на борт квалифицированного медика, если бы он не полетел без разрешения МАА…

– Да уж, давай, делай из жертвы виноватого!

– Вы даже не заморозили его тело, после того как он умер! Даже не попытались!

– Это не помогло бы! Мы не могли в нужные сроки снизить его температуру.

Она, Мэнди и Фукс думали об этом и даже решили одеть Дэна в скафандр и положить его в один из топливных баков, но быстрый подсчет показал, что криогенное топливо к тому времени, как они прилетят на Луну, будет израсходовано и тело Дэна начнет разлагаться еще до перемещения в дьюар.

Хамфрис улыбнулся.

– А может, ты хотела его смерти, чтобы поскорее получить наследство?!

Панчо невольно сжала кулак. Хамфрис вскинул руки вверх и отошел на несколько метров. Все вокруг замерли. В зале нависла тишина, лица присутствующих повернулись к ним.

Панчо опустила руку. Хамфрис выпрямился. Другие члены совета директоров вновь отвернулись, возобновив свои беседы и стараясь делать вид, что ничего не произошло.

Злобно ухмыляясь, Хамфрис отошел от Панчо. Остальные расступились перед магнатом, словно боялись, что он коснется их.

– Полагаю, пора начать заседание, – сказала маленькая рыжеволосая женщина в ярко-зеленом костюме.

Члены совета директоров подошли к длинному полированному столу в середине зала и стали занимать свои места. Панчо смущенно наблюдала за тем, как они усаживаются. Когда все сели, осталось два свободных кресла: одно во главе стола, другое – на конце. Вспомнив детские уроки религии и беседы о скромности, Панчо взяла меньшее по значению кресло и села в конце стола. Рыжеволосая женщина села справа от пустого кресла, Хамфрис сел напротив нее, спиной к окну.

Все посмотрели по сторонам, словно раздумывая, что делать дальше. Рыжеволосая медленно встала.

– Для тех, кто не знает, – сказала она, посмотрев прямо на Панчо, – меня зовут Гарриет О'Баниан, я заместитель председателя совета директоров «Астро». Думаю, именно мне предстоит вести сегодняшнее заседание и последующие – до тех пор, пока не будет избран новый председатель.

Все кивнули. Панчо увидела небольшой экран, встроенный в зеркальную поверхность стола напротив каждого сидящего. На мониторе высветилась повестка заседания.

– Я оставлю разные формальности и приступлю сразу к…

– Позвольте? – спросил Хамфрис, подняв руку вверх.

– Конечно, – промурлыкала женщина.

– К сожалению, я не смог принять участия в заседании, которое проводилось сразу после известия о смерти Дэна Рэндольфа, – начал он, встав с места.

«К сожалению?! – возмутилась про себя Панчо. – Вот подлец!»

– Все вы знаете, что его смерть – отчасти моя вина. Я слишком грубо сыграл эту партию в бизнесе, и последствия оказались чересчур серьезны. Поверьте мне, я никогда не хотел гибели Рэндольфа!

Да уж, конечно!

– Настоящее мое преступление состоит в том, что я хотел получить «Астро» и позволил амбициям возобладать над здравым смыслом. Я видел, как Рэндольф ведет ко дну эту корпорацию, и знал, что могу спасти ее.

Он замолчал, на мгновение склонив голову. «Да, этот подонок вполне мог бы стать актером!» – подумала Панчо.

– Я действительно от всей души сожалею о гибели Рэндольфа и чувствую свою ответственность за произошедшее. Я всю жизнь буду расплачиваться за эту ошибку.

Панчо едва сдерживалась, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь тяжелым. Однако остальные вполне спокойно и положительно отнеслись к выступлению магната.

Хамфрис сделал паузу и продолжил:

– Я знал, что мы сможем спасти «Астро» от временного кризиса. Несмотря на скоропостижную смерть Рэндольфа, миссия к Поясу Астероидов была успешной. Корпорация «Старпауэр» имеет права на два астероида, которые стоят несколько миллиардов международных долларов на сегодняшних мировых рынках, и «Астро» владеет третью этой суммы.

– Половиной! – поправила его Панчо. Хамфрис посмотрел на нее долгим взглядом.

– Половиной, – сказал он наконец. – Правильно. «Астро» владеет теперь половиной корпорации «Старпауэр».

– А второй половиной владеет Селена, – добавила Панчо.

Хамфрис фыркнул. Панчо, усмехнувшись, посмотрела на его кислое лицо.

Гарриет О'Баниан прервала затянувшуюся паузу.

– Спасибо, господин Хамфрис! Итак, прежде чем мы начнем наше заседание, я прошу вас приветствовать мисс Присциллу Лэйн.

Панчо заметила, как Хамфрис недовольно вскинул брови.

– Мисс Лэйн еще не принята в члены совета директоров! – заявила азиатка, сидящая рядом с ним.

– Уверена, мы можем решить этот вопрос, – сказала О'Баниан. – В конце концов, Рэндольф лично…

– Согласно правилам, вопрос о принятии нового члена в совет решается голосованием, – проговорил краснощекий толстяк с седой бородой. – Кресло совета директоров не наследуется. – Он напомнил Панчо Санта-Клауса, только злого. – Нельзя наследовать кресло в совете директоров только потому, что вам его завещали!

На лице О'Баниан появилось недовольство.

– Очень хорошо. В таком случае, думаю, нам надо предоставить слово мисс Лэйн.

Все лица повернулись к Панчо. Она встала.

«Мои люди считают тебя несерьезной, Панчо!» – вспоминала девушка слова Рэндольфа.

Наверняка члены совета директоров видели ее персональный файл.

«Ладно, пришло время повзрослеть и стать серьезнее. Теперь я в высшей лиге! Надо показать им, чего я стою!»

Девушка сделала глубокий вдох и начала:

– Я также, как и вы, была удивлена, когда Дэн Рэндольф решил завещать мне свое место в совете директоров. Я простой инженер и пилот, а не банкир или юрист, но Дэн считал, что в совете нужна свежая голова, кто-то новый. Таким образом я оказалась здесь.

Выдержав взгляды, она продолжила:

– Думаю, что знаю, почему Дэн выбрал именно меня. Вовсе не из-за моей внешности.

На лицах появились улыбки, О'Баниан едва не рассмеялась.

– Со всем уважением к вам, я считаю, что совет директоров мог бы использовать человека, имеющего практический опыт работы в «Астро». Дэн имел этот опыт, несомненно, и я думаю, что никто из вас, кроме него, не знаком так близко с операциями «Астро». Я летаю на космических судах этой корпорации уже около семи лет, я летала к Поясу Астероидов. Там-то и находится наш шанс существенно повысить цену акций. Полагаю, я смогу помочь совету принимать правильные решения, когда начнутся работы в Поясе. Спасибо за внимание.

Она села. Никто не аплодировал. Хамфрис презрительно посмотрел в ее сторону и принялся рассматривать лица других членов совета, пытаясь угадать сложившееся о девушке мнение.

– О, извините, я забыла еще кое-что! – сказала Панчо, не вставая с места. – Если вы изберете меня в члены совета, я предлагаю голосовать за назначение мисс О'Баниан председателем.

Теперь Хамфрис откровенно испепелил ее взглядом.

– Очень хорошо. Итак, давайте голосовать! Кто за то, чтобы принять мисс Лэйн в совет директоров, – прошу поднять руки.

Два часа спустя, когда встреча закончилась, Хамфрис снова оказался рядом с Панчо.

– Что ж, теперь ты член совета директоров. Перевес всего в два голоса.

– А мисс О'Баниан – глава совета!

– Ха! Думаешь, она помешает мне?

– Посмотрим.

– Я все равно получу «Астро»! И «Старпауэр» тоже!

– Возможно, и нет!

Он рассмеялся.

– Послушай, Хампи! – процедила сквозь зубы Панчо. – Меня не волнует, как твои юристы вытащили тебя сухим из дела по убийству Рэндольфа, но я позабочусь о том, чтобы ты не знал покоя всю свою оставшуюся жизнь!

– Я не верю в привидения!

– А придется поверить, Хампи, придется! – усмехнулась она.

Старатели

Ведь каждый, кто на свете жил,

Любимых убивал,

Один – жестокостью, другой —

Отравою похвал,

Коварным поцелуем – трус,

А смелый – наповал.

Один убил на склоне лет,

В расцвете сил – другой.

Кто властью золота душил,

Кто похотью слепой,

А милосердный пожалел:

Сразил своей рукой.

Оскар Уайльд «Баллада Редингской тюрьмы»

Перевод Н. Воронель

Пролог: Селена

Когда на вечеринку в честь бракосочетания вошел Мартин Хамфрис, Аманда в страхе инстинктивно прижалась к мужу. Хамфрис пришел без приглашения, никого не предупредив.

Посетители бара «Пеликан» мигом притихли. Толпа, которая за минуту до этого шумно поздравляла молодоженов и веселилась, распивая «лунные напитки», застыла, словно помещение залил вихрь жидкого азота. Фукс ласково похлопал жену по руке и неприязненно посмотрел на непрошеного гостя. Даже Панчо Лэйн застыла у стойки, в одной руке держа напиток, а другую невольно сжав в кулак.

Бар «Пеликан» был неподходящим местом для таких, как Хамфрис. Здесь собирались рабочие, водители, инженеры и техники. Жители Луны заходили сюда отдохнуть после тяжелого рабочего дня, поболтать с такими же простыми парнями. Магнаты же вроде Хамфриса проводили время в обществе себе подобных, отдыхали в роскошных местах типа «Гранд Плазы» со знаменитостями, богачами и туристами с Земли.

Хамфрис умышленно не замечал недоброжелательных взглядов. Он понимал, что слишком бросается в глаза: холеный, небольшого роста, одетый с иголочки франт в эксклюзивно пошитом синем костюме – среди обыкновенных шахтеров и водителей в рабочей дешевой одежде. У многих в ушах были серьги с небольшими лунными камнями. Даже женщины здесь выглядели значительно мощнее Хамфриса.

Круглое розовощекое лицо мало сочеталось с холодными серыми непроницаемыми глазами, твердыми и безжалостными, как лунный камень.

Хамфрис прошел сквозь притихшую толпу туда, где за столиком сидели Аманда и Фукс.

– Я знаю, что не приглашен на вашу вечеринку, – произнес он спокойным громким голосом. – Извините за вторжение. Я буквально на минутку.

– Что вам нужно? – спросил широкоплечий коренастый Ларс. В его левом ухе блестел бриллиант, купленный во времена студенчества в Швейцарии.

– Вообще-то мне нужна ваша жена, – сказал магнат с саркастической улыбкой, – но, к сожалению, она предпочла вас.

Фукс медленно встал с места. Глаза всех присутствующих в баре обратились к нему, гости затаили дыхание.

Аманда переводила взгляд с Хамфриса на мужа. Невеста отличалась потрясающей притягательностью: большие голубые глаза, невинное, почти кукольное личико, роскошная фигура, при одном взгляде на которую мужчины теряли голову… Даже в незамысловатом брючном костюме она выглядела как королева красоты.

– Ларс! – прошептала Аманда. – Пожалуйста, не надо!

Хамфрис поднял руки вверх в примирительном жесте.

– Вы меня не так поняли. Я пришел сюда вовсе не для того, чтобы затевать драку.

– Зачем же вы тогда пришли? – недовольно спросил Фукс.

– Чтобы преподнести вам свадебный подарок, – ответил Хамфрис, снова улыбаясь. – Так сказать, в знак дружбы. Дабы убедить, что между нами нет вражды.

– Подарок? – удивилась Аманда.

– Да. Надеюсь, вы примете его.

– И что же это за подарок?

– «Старпауэр-1».

От неожиданности Аманда едва не подскочила.

– Корабль?!

– Да, теперь он ваш. Я даже оплачу ремонт оборудования и модернизацию внутреннего дизайна. Судно вновь станет пригодным для космических путешествий.

Толпа загудела. Фукс посмотрел на жену и прочитал на ее лице крайнюю растерянность: предложение Хамфриса прозвучало как гром среди ясного неба.

– Можете вернуться в Пояс Астероидов и начать работу. Там уйма объектов, которые ждут, чтобы их отыскали и зарегистрировали.

Фукс был поражен не меньше жены.

– Это… очень щедро с вашей стороны, сэр! Хамфрис снова улыбнулся.

– Вы – молодожены, и вам нужен источник дохода. Так что отправляйтесь в Пояс, найдите там парочку камешков и начинайте работу. Хватит на всю жизнь, – беззаботно махнув рукой, сказал он.

– Очень щедро с вашей стороны, – вновь повторил Фукс.

Хамфрис протянул руку. Немного помедлив, Ларс ответил крепким рукопожатием. Рядом с его мощной рукой рука Хамфриса казалась почти игрушечной.

– Спасибо, господин Хамфрис. Огромное спасибо!

Панчо Лэйн осторожно прошла сквозь толпу и вышла вслед за магнатом. Тот направлялся по коридору к эскалаторам, ведущим на нижний уровень Селены. Двумя большими шагами – лунная гравитация! – Панчо догнала магната.

– А я думала, тебя давно вышвырнули из Селены.

Хамфрис оглянулся.

Высокая и стройная, со смуглой кожей южанки и коротко стриженными кудряшками, Панчо была далеко не робкого десятка.

Магнат сделал кислое лицо.

– Мои юристы уже подали на апелляцию. Вам не удастся меня выгнать!

– Хочешь растянуть процедуру на несколько лет?

– Да, по крайней мере так.

Панчо с удовольствием собственноручно затащила бы мерзавца в какую-нибудь старую развалюху и отправила на Плутон. В первый полет «Старпауэра» к Поясу Астероидов он едва не погубил весь их экипаж. Именно по вине Хамфриса погиб Дэн Рэндольф. Каждый раз при виде наглеца девушка едва сдерживалась, чтобы не задушить его голыми руками.

– Какая необычайная щедрость. С чего бы?

– Знак настоящей искренней любви, – ответил он, не замедляя шаг.

– Ага, конечно!

– Что еще тебе надо?

– Знаешь, вообще-то корабль – не твоя собственность, чтобы дарить его. Он принадлежит…

– Принадлежал! – перебил Хамфрис. – В прошлом. Мы его списали.

– Списали?! Когда? Как ты?..

Хамфрис едва не рассмеялся.

– Видите ли, мисс директор, существует ряд весьма эффективных бизнес-трюков, которых таким, как ты, не понять, даже если всю жизнь просиживать штаны в совете директоров.

– Не волнуйся. Я быстро выучу все твои трюки!

– Посмотрим.

Несмотря на интриги Хамфриса, Панчо все же избрали в члены совета директоров «Астро». Такова была последняя воля главы корпорации Дэна Рэндольфа.

– Значит, «Старпауэр-1» списали сразу же после первого полета?

– Он сделал свое дело – испытал ядерный двигатель. Теперь мы можем строить гораздо более современные корабли, специально сконструированные для разработки рудников на астероидах.

– Решил стать для Аманды и Фукса добрым волшебником?

Хамфрис пожал плечами.

В конце пустого коридора показался эскалатор, ведущий вниз. Панчо схватила Хамфриса за плечо почти у первой ступени.

– Я знаю, что ты замышляешь!

– Правда?

– Думаешь, Ларс полетит к Поясу и оставит Аманду на Селене?

– Вполне вероятно, – сказал он, стряхнув с плеча ее руку.

– И тогда ты будешь снова за ней увиваться, так?

Магнат начал что-то говорить, но передумал. Его лицо стало серьезным.

– А ты никогда не допускала, что я действительно люблю Аманду?

Панчо прекрасно знала репутацию Хамфриса. Он слыл бабником, причем женщины значили для него не больше, чем вещи. Девушка не раз видела его глупых подружек.

– Ты можешь убеждать себя, что любишь ее, но только потому, что она – единственная женщина, которая не прыгнет к тебе в постель!

Он холодно ухмыльнулся.

– Значит, ты прыгнешь?

– Мечтать не вредно!

Хамфрис рассмеялся и ступил на эскалатор. Некоторое время Панчо смотрела, как он медленно удаляется, затем повернулась и зашагала обратно в сторону бара «Пеликан».

Магнат спускался на эскалаторе и размышлял. «Фукс – ученый, причем нищий ученый. Пускай летит себе в Пояс Астероидов. Пускай узнает, сколько можно заработать там денег и что на эти деньги можно купить! А пока глупец занят, я буду рядом с Амандой! С моей Амандой!»

К тому моменту, когда вдалеке показался роскошный особняк, Хамфрис чувствовал себя почти счастливым.

База данных: Пояс Астероидов

Миллионы кусков камня и железа летают в межпланетном пространстве. Самый крупный из них – Церера, которая достигает всего лишь тысячу километров в диаметре. Остальные гораздо меньших размеров, а их площадь колеблется от нескольких квадратных метров до нескольких квадратных километров. В Поясе Астероидов кроется больше металлов и минералов, чем в состоянии потребить вся Земля.

Пояс Астероидов – золотое дно, Эльдорадо для человечества. Сотни миллионов, миллиардов, триллионов тонн бесценных элементов. Тут столько несметных богатств, что каждый человек на планете от ребенка до старика может стать миллионером.

Первый астероид был открыт в первый день девятнадцатого столетия – в ночь на первое января 1801 года. В обсерватории города Палермо астроном Джузеппе Пиацци, занимаясь составлением каталога звезд в созвездии Близнецов, обнаружил слабую звездочку примерно седьмой звездной величины, которая ранее отсутствовала на картах. Пиацци назвал ее Церерой – по имени древнеримской богини плодородия, покровительницы Сицилии. Странный выбор для монаха, но Пиацци прежде всего являлся сицилийцем. К концу XXI века земными астрономами было открыто более двадцати шести тысяч астероидов, а к тому времени, когда люди начали заселять Луну и исследовать Марс, – еще миллионы этих небесных тел.

На самом деле астероиды – маленькие планеты из камня и металла, которые движутся в космическом пространстве со времен рождения Солнечной системы около пятисот миллионов лет назад. Пиацци правильно описал открытое небесное тело, как планетоид или малую планету. Однако в 1802 Уильям Гершель, который ранее открыл Уран, назвал эти небесные тела астероидами, потому что в телескоп они выглядели скорее как звезды. Прав был Пиацци, зато Гершель был гораздо более знаменит и влиятелен, а потому и по сегодняшний день данные тела называются астероидами.

Несколько сотен астероидов летят по орбитам, которые подходят близко к орбите Земли, однако большинство вращается вокруг Солнца в глубине Солнечной системы между орбитами Марса и Юпитера. Пояс Астероидов располагается более чем в 600 миллионах километров от Земли, что в четыре раза больше расстояния от Земли до Солнца.

Несмотря на название, Пояс Астероидов представляет собой густое скопление небесных тел, весьма опасное для космической навигации. До изобретения двигателя Дункана Пояс оставался недосягаемым для Земли и не представлял экономической ценности. А с появлением ядерного двигателя стал местом, где искатели и шахтеры либо сколачивали состояния, либо погибали.

Многие погибли. И многие были убиты.

1

Три года спустя

– Я сказал, что будет не трудно, – повторил Ларс, – но я не говорил, что будет легко.

Джордж Амброз, или Большой Джордж, как его все называли, задумчиво чесал густую бороду и смотрел в иллюминатор «Старпауэра-1» на виднеющуюся впереди Цереру.

– Я прилетел сюда не для того, чтобы участвовать в сомнительных проектах, Ларс, – сказал он.

У Джорджа был высокий и красивый голос, неожиданный для столь мощной комплекции.

Некоторое время единственным звуком в помещении был гул электрического оборудования. Фукс прошел мимо кресел пилотов и направился к Джорджу.

– Все получится! Дай мне только время и ресурсы! – быстро сказал он шепотом.

– Это почти безумство, – проворчал Джордж, продолжая задумчиво изучать испещренную кратерами поверхность астероида.

Со стороны они казались странной парой: большой мощный Амброз с рыжей бородой, возвышающийся над коренастым, похожим на боксера Фуксом. Три года в Поясе Астероидов изменили Фукса: каштановые волосы отросли до плеч, вместо маленького бриллианта в ухе поблескивал кусок астероидной меди, а на руке красовался такой же браслет. Каждый по-своему, оба мужчины выглядели сильными, уверенными в себе и даже в некотором смысле опасными.

– Жизнь в глубине Цереры вредна для здоровья, – сказал Фукс.

– Зато камень отлично защищает от радиации, – заметил Джордж.

– Микрогравитация не способствует хорошему физическому состоянию организма.

– Мне она нравится.

– Но вредит костям. Доктор Карденас говорит, что уровень травматизма резко возрастает. Ты и сам это знаешь, не так ли?

– Возможно, – почти согласился Джордж, – но секс тут – просто фантастика!

– Джордж, я говорю серьезно!

– Ладно, ты прав. Я все прекрасно знаю, однако строительство орбитальной базы…

– База вовсе не обязательно будет такой же большой, как «А-5» около Земли, хотя достаточной для нескольких сотен людей, работающих на Церере. По крайней мере поначалу.

Джордж покачал головой.

– Ты хоть представляешь, каков масштаб этого проекта?! Одно только оборудование для поддержания систем жизнеобеспечения обойдется в кругленькую сумму. А сколько еще всего нужно!

– Нет-нет, в этом-то и преимущество моей идеи, – улыбнулся Фукс. – Мы просто купим несколько космических транспортов и соединим их в единую систему. Горючее нам не понадобится, так что затраты будут гораздо меньше, чем ты думаешь.

– Значит, ты хочешь приблизить гравитацию к земной?

– К лунной. Одна шестая земной вполне достаточно. Доктор Карденас тоже согласна.

Джордж задумчиво почесал лохматую бороду.

– Не знаю, не знаю, Ларс. Мне и так хорошо жилось. Зачем тебе понадобились такие сложности и затраты?

– Это необходимо, – настаивал Фукс. – Жизнь в микрогравитации опасна для здоровья. Мы во что бы то ни стало должны построить для себя безопасное жилище.

– Лунная гравитация? – повторил едва слышно Джордж, которого явно не убедили аргументы друга.

– Одна шестая нормальной земной силы тяжести. Не более того.

– А сколько это будет стоить?

– Купим списанные суда у «Астро». Панчо предлагает их по очень приемлемой цене.

– Сколько?

– По предварительным подсчетам… Мы сможем осуществить проект, если все искатели и шахтеры внесут десять процентов своего дохода, – сделав глубокий вдох, сказал Фукс.

– Что-то вроде дани? – спросил Джордж.

– Десять процентов – не так много, дружище.

– Многие старатели вообще не имеют никакого дохода на протяжении долгого времени.

– Я знаю, – кивнул Фукс, – и учел это в своих подсчетах. Естественно, нам придется выплачивать деньги за аренду в течение двадцати – тридцати лет. Как закладную на дом.

– Значит, ты хочешь, чтобы все на Церере взяли на себя долг и выплачивали его двадцать лет?

– Наверняка мы сможем расплатиться гораздо раньше. Парочка крупных месторождений быстро решит все проблемы.

– Ага. Конечно.

– Ты согласен? Если согласишься, большая часть других старателей последует твоему примеру! – с пылом сказал Фукс.

– Почему бы не предоставить это дело корпорациям? «Астро» или Хамфрису? – спросил Амброз, наконец внимательно посмотрев на Фукса.

– Только не Хамфрису! Ему – никогда!

– Ладно. Тогда «Астро».

Фукс нахмурился.

– Я уже говорил об этом с Панчо. Совет директоров «Астро» вряд ли примет предложение. Они дадут нам списанные корабли, но не станут участвовать в строительстве базы, так как считают проект неприбыльным.

– Да уж. Их не волнует, что мы можем тут протянуть ноги, – вздохнул Джордж.

– Зато тебя волнует, – улыбнулся Фукс. – Это ведь наша проблема в конце концов, и решать ее предстоит нам. Уверен, мы справимся. Если ты, конечно, согласишься.

Джордж провел рукой по своей густой шевелюре.

– Для работ по сборке модулей и интеграции понадобится команда инженеров и техников. Эту твою базу сделать совсем нелегко.

– Я все учел.

– Ладно, Ларс, – махнул рукой Джордж. – Согласен. Наверное, действительно здорово построить здесь, в Поясе, базу с более-менее нормальной гравитацией.

Фукс улыбнулся.

– А сексом можешь заниматься на борту своего корабля.

Джордж подмигнул.

– Непременно! Непременно, дружище!

Фукс пошел к главному люку корабля и помог товарищу одеться в тяжелый скафандр.

– Знаешь, на Селене уже проводят испытания скафандров нового поколения, – сказал Джордж, засовывая руки в рукава, – какие-то мягкие и легкие.

– А как насчет защиты от радиации?

– Вокруг скафандра действует магнитное поле. Говорят, очень эффективное.

Джордж постучал кулаком по металлокерамическому покрытию на груди.

– Понадобятся еще годы испытаний, прежде чем можно будет купить такие штуки, – вздохнул Фукс.

– Да уж…

– Спасибо за помощь, Джордж, – сказал Фукс, подавая другу шлем. – Поверь, твоя поддержка очень много для меня значит.

Амброз кивнул.

– Я все понимаю, друг. Вы с Амандой хотите завести детей.

– Дело не в этом, – запротестовал Ларс, покраснев.

– Ты уверен?

– Ну… в общем… Я волнуюсь за Аманду. Никогда не думал, что она захочет остаться со мной, и уж тем более не предполагал, что мы пробудем здесь так долго.

– В Поясе можно заработать кучу денег!

– Не спорю. Но я очень за нее волнуюсь. Мне бы хотелось, чтобы она жила в более безопасном месте, с хорошей гравитацией.

– И с надежной защитой от радиации, чтобы начать настоящую семейную жизнь, – улыбнувшись, добавил Джордж и надел шлем, прежде чем Фукс успел ответить.

2

Джордж проплыл через люк «Старпауэра» и вернулся на борт «Вальсирующей Матильды», а Фукс направился по узкому центральному коридору корабля в каюту, где работала жена.

Аманда оторвала взгляд от экрана и обернулась к открывшейся двери. На экране шел показ мод откуда-то с Земли. Стройные, точеные модели в платьях с оригинальным дизайном гордо прогуливались по подиуму. Фукс саркастически усмехнулся: половина жителей Земли находится на волоске от гибели, а богачи по-прежнему продолжают играть в свои игры!

– Джордж уже ушел? – спросила Аманда, выключив компьютер.

– Да. Он согласился. Девушка слабо улыбнулась.

– Правда? Тебе не пришлось долго убеждать его?

Она все еще говорила с легким оксфордским акцентом, который приобрела за годы учебы в Великобритании. На ней были простая, немного выцветшая от времени майка и рабочие брюки. Золотисто-светлые волосы уложены в высокую прическу, макияж на лице отсутствовал. И все же она превосходила красотой любую модель с экрана. Фукс обнял жену и горячо поцеловал ее в губы.

– Через два года, а может, и меньше у нас будет настоящая база на орбите вокруг Цереры. Причем с лунной гравитацией.

Аманда что-то искала в глазах мужа.

– Крис Карденас обрадуется, узнав эту новость.

– Да, Карденас будет рада, – согласился Фукс. – Надо сообщить ей, как только приедем.

– Конечно.

– Но ты еще даже не одета!

– Не волнуйся. Это займет не больше минуты. Мы же не на королевский прием направляемся и даже не на вечеринку.

Фукс заметил, что жена не так сильно обрадовалась известию, как он предполагал.

– В чем дело, милая? Что-то беспокоит?..

– Нет, все в порядке.

– Родная, когда ты так говоришь, я сразу понимаю, что не все в порядке!

Она слегка улыбнулась.

– Ты меня слишком хорошо знаешь.

– Не слишком, а достаточно, – сказал он, поцеловав ее. – А теперь объясни, что случилось. Прошу тебя!

– Я думала, что к этому времени мы уже будем дома, Ларс, – промолвила она, положив голову ему на плечо.

– Дома?

– На Земле. Или хотя бы на Селене. Я не предполагала, что мы останемся в Поясе на целых три года.

Фукс посмотрел на обветшалые стены небольшой каюты, вдохнул застоявшийся воздух с резкой примесью озона, почувствовал едва уловимую вибрацию корабля, гул оборудования, насосов и вентиляторов и словно издалека услышал собственный голос:

– Ты здесь несчастлива?

– Ларс, я счастлива с тобой где угодно. Но…

– Но тебе хочется вернуться на Землю или Селену.

– Это ведь лучше, чем постоянная жизнь на корабле!

– Он все еще на Селене.

Аманда немного отстранилась и посмотрела мужу в глаза.

– Ты имеешь в виду Мартина?

– А кого же еще?

– Это не имеет значения.

– Точно?

– Ларс, ты ведь не считаешь, будто он что-то значит для меня?! – Аманда сердито нахмурилась.

Фукс невольно оробел. Мужчины способны потерять голову от одного взгляда такой девушки.

– Я знаю, что Хамфрису нужна ты. Думаю, ты вышла за меня замуж, отчасти чтобы избавиться от его преследований и…

– Ларс, это неправда! – Да?

– Я люблю тебя! Ради всего святого, ты же знаешь! Неужели ты до сих пор ничего не понял?!

Лед вмиг растаял. Ларс обнимал самую прекрасную женщину на свете. Она провела столько времени на этом корабле, чтобы находиться рядом с ним, помогать ему, любить его…

– Прости меня, – пробормотал он, осознав, что оскорбил жену глупыми обвинениями. – Просто я… очень тебя люблю, милая.

– И я тебя, Ларс. Правда! Ты должен верить мне.

– Знаю. Просто иногда не могу взять в толк, почему ты со мной связалась…

Аманда с улыбкой провела ладонью по его щеке.

– А ты почему со мной связался?..

– На самом деле я считал, что к этому времени мы уже разбогатеем и вернемся на Землю.

– Но мы богаты. Разве нет?

– На бумагах – да. Мы более успешны, чем другие искатели. По крайней мере этот корабль – наша собственность.

Фукс замолчал, и они оба знали причину наступившей паузы: корабль – их собственность только потому, что его подарил Хамфрис.

– Но расходы растут, – сказала Аманда, пытаясь сменить тему разговора. – Я просматривала счета. Вряд ли нам удастся в скором времени избежать больших трат.

Фукс развел руками.

– Если посчитать, какой суммой мы располагаем в общей сложности, можно подумать, будто мы – мультимиллионеры.

Такова типичная для многих работающих в Поясе проблема. Старатель мог найти астероид, который на бумаге стоил миллионы и даже миллиарды, однако стоимость разработки, переправка ресурсов на Землю и Луну, сортировка, стоимость пищи, топлива и кислорода были так высоки, что люди почти все время находились на грани банкротства. Старатели не сдавались. Они боролись с трудностями, находясь в постоянном поиске своей «золотой жилы», которая в будущем поможет оставить тяжелый труд и благополучно жить где-нибудь в безопасном уголке на Земле. И все же сколько бы денег ни зарабатывали, их хватало ненадолго.

«А я еще десять процентов хочу у них отнять! – подумал Фукс. – Хотя дело стоит того! Когда проект будет окончен, они сами обрадуются».

– Мы и так экономим. Денег на ветер не выкидывали, ничего лишнего себе не позволяли.

– Не следовало мне тебя брать сюда, милая!

– Нет! Я хочу быть с тобой рядом, Ларс! Всегда и везде!

– Это не самое подходящее место для такой женщины, как ты. Ты должна жить в комфорте.

Аманда приложила палец к губам мужа.

– Мне комфортно только рядом с тобой, и я очень счастлива.

– На Земле или Селене жить гораздо легче!

Она помедлила, затем сказала:

– Даже тебе?

– И мне. Конечно! Но я не вернусь туда, пока не заработаю достаточно денег, чтобы ты могла себе позволить все.

– Милый, мне нужен лишь ты!

Фукс долго влюбленно смотрел на жену.

– Да, наверное. Но для жизни необходимо гораздо больше.

Аманда молчала.

– Пока мы живем тут, я по крайней мере постараюсь создать тебе вполне сносный дом на орбите Цереры.

Она улыбнулась.

3

– Построить базу для всех живущих на Церере? – удивленно спросил Мартин Хамфрис.

– Да, таковы слухи, – ответила помощница, привлекательная брюнетка с миндалевидными глазами, обрамленными длинными ресницами.

Впрочем, помимо эффектной внешности у нее был острый ум.

Хамфрис смотрел на изображение помощницы, высветившееся на экране в спальне.

Он откинулся на подушки и попытался сосредоточиться на бизнесе. Утро началось с бурных постельных упражнений с пышногрудой программисткой, которая числилась сотрудницей отдела транспортировок «Космических систем Хамфриса». Всю ночь девица провела в постели с боссом, однако даже в высшие пики удовольствия Хамфрис ловил себя на мысли, что представляет рядом с собой Аманду.

Сейчас ночная пассия скрылась в ванной. Все мысли о ней и об Аманде отодвинулись на второй план: Хамфриса озадачили слова Дианы Вервурд.

– Странно… Насколько достоверна эта информация?

Женщина слегка улыбнулась.

– Вполне достоверна, сэр. Старатели только об этом и говорят. Слухи о новом проекте уже облетели весь Пояс.

Выражение лица Вервурд осталось непроницаемым.

– И все же это нелепо, – проворчал Хамфрис.

– Полагаю, стоит прислушаться к этой информации, сэр.

– Правда?

– Если они смогут построить базу и создать искусственную гравитацию, близкую к лунной, это станет существенным достижением. Люди живут там на протяжении долгих месяцев. Длительная микрогравитация не приведет ни к чему хорошему.

– Хм-м…

– К тому же база будет иметь тот же уровень защиты от радиации, что и самые современные корабли. Или даже лучше.

– Но им все равно придется летать в Пояс и регистрировать новые астероиды.

– Да, по закону в момент заявки необходимо находиться непосредственно на объекте, однако в дальнейшем работы можно вести на дистанционном управлении.

– В Поясе слишком большие расстояния для подобных операций. Проходят часы, прежде чем сигнал пересечет пространство.

– Почти пять тысяч астероидов, содержащих руду, не дальше чем в одной световой минуте от Цереры. Достаточно близко, сэр.

Хамфрис не хотел показывать помощнице, что согласен с ее мнением.

– Что ж, отправьте туда людей, и пусть они заявят права на эти астероиды, прежде чем до них доберутся искатели. Все должно стать нашим!

– Займусь немедленно, – сказала Вервурд, улыбкой давая понять, что позаботилась об этом заранее. – Надо также организовать группы шахтеров.

– Добыча ресурсов сейчас не так важна.

– Поняла вас, – кивнула она и добавила: – Заседание совета директоров начнется утром в десять. Вы просили напомнить.

Хамфрис хмуро кивнул.

– Знаю, – крякнул он и отключил связь.

Было слышно, как в ванной поет девица. Да уж, музыкальные способности – не главный ее талант!

Фукс… Мысль о Ларсе Фуксе отодвинула на задний план остальные мысли и желания. Фукс там, с Амандой! Хамфрис никогда не предполагал, что она захочет остаться с мужем в астероидной глуши. Ей там не место! Нищенская жизнь в убогом корабле и скитания в пустынном космосе!

«Аманда должна быть здесь, со мной! Ее место здесь! Да, я совершил тогда ошибку! – думал Хамфрис. – Недооценил его. А ведь малый не дурак! Он не только находит приличные астероиды и занимается разработками месторождений, но и намерен строить в Поясе базу! Империю! Наверняка с помощью Панчо Лэйн».

Наконец девица показалась в дверях ванной. На голом безупречном теле блестели капли воды. Ночная пассия встала в соблазнительную позу и улыбнулась.

– У нас есть время на продолжение?

Улыбка превратилась в дерзкую кокетливую ухмылку. Несмотря на вновь проснувшееся сексуальное желание, Хамфрис угрюмо ответил:

– Не сейчас. У меня дела.

«Эта дурочка может стать надоедливой! – подумал он. – Надо отправить ее куда-нибудь на Землю».

Мартин Хамфрис нетерпеливо постукивал пальцами по столу. Когда же техники наладят связь с заседанием совета директоров?

После стольких лет виртуальная встреча с дюжиной идиотов, которые опасаются покидать Землю, не такое уж простое дело! Хамфрис ненавидел ожидание и терпеть не мог зависимость от обстоятельств.

Магнат отказался покинуть Селену. Его дом на Луне, а не на Земле. По крайней мере так он считал. Все, что ему нужно, находилось здесь – в подземном городе, а чего на Луне не достать – можно привезти с Земли. Магнат использовал все свое влияние и деньги, чтобы остаться на Селене, после того как его сочли причастным к гибели Дэна Рэндольфа – основателя корпорации «Астро».

Земля погибала. Наводнения смыли почти все прибрежные территории, превратили сотни миллионов людей в бездомных и нищих скитальцев. Некогда плодородные поля вследствие непрекращающейся засухи превратились в пустыни. Тропические лихорадки осваивали все новые и новые районы планеты. Электроснабжение везде было нарушено, а в городах почти не функционировало. Помимо природных катаклизмов, планету захлестнула новая волна терроризма. Над человечеством как никогда остро нависла угроза ядерной войны, способной в считанные секунды стереть с лица земли остатки цивилизации.

На Луне гораздо безопаснее. Лучше находиться подальше от царящего на планете хаоса.

Хамфрис сидел в своем любимом кресле с высокой спинкой. Кабинет располагался в двадцати метрах от спальни. Большинство членов совета директоров переселились на Селену; они жили на верхних уровнях города и встречались с магнатом только в офисах корпорации, расположенных в «Гранд Плазе». В гости он к себе никого не звал.

Пустая трата времени! Совет директоров – просто кучка легко управляемых идиотов. Единственный, кто доставлял ему в прошлом проблемы, – Дэн Рэндольф, но теперь он мертв. Наверное, сейчас учит святого Петра управлять раем на небесах. Или, что более вероятно, спорит с дьяволом в аду!

– Мы готовы, сэр! – сообщила по внутренней линии связи вкрадчивым голосом Вервурд.

– Тогда начнем.

– Вы надели прибор видения виртуальной реальности?

– Да, уже пятнадцать минут назад! – рявкнул он. Спустя секунду перед глазами магната появился длинный стол в виртуальном конференц-зале, за которым уже сидели члены совета директоров. Несколько секунд большинство присутствующих имели растерянный вид, однако, приспособившись к виртуальной реальности, тут же принялись оживленно разговаривать. Члены совета, жившие на Земле, испытывали небольшое неудобство: сигнал с Земли на Луну и обратно занимал три секунды. Но Хамфрис не намеревался откладывать ради них заседание: шесть стариканов имели слишком ничтожное влияние на совет, чтобы о них стоило беспокоиться. Конечно, каждому хотелось высказаться, и это раздражало. Хорошо бы заткнуть им всем рот. Навсегда!

К тому времени, когда началось заседание, Хамфрис пребывал в мрачном настроении: усталость после ночных упражнений давала о себе знать. В повестке дня не было ничего достойного, одни рутинные вопросы, не требующие долгих размышлений. В конце концов магнат связался с помощницей и переложил все функции на нее.

Через некоторое время он уже был в ванной. Умыв лицо и пригладив волосы, вернулся в кабинет как раз в тот момент, когда в дверь вошла Вервурд. Брюнетка была, как всегда, в безупречном костюме, сейчас – в голубом с отделкой из астероидных сапфиров.

Отец Дианы был датчанином, мать – индонезийкой. Девушка привлекла внимание Хамфриса еще в те времена, когда работала моделью в Амстердаме. Он оплатил ее учебу в университете и наблюдал за тем, как она взбирается по служебной лестнице, ни разу не оступившись и не поддавшись его ухаживаниям. Вервурд нравилась ему своей независимостью, он мог ей доверять и часто прислушивался к ее мнению, что было немаловажно. «Рано или поздно она сдастся и прыгнет ко мне в кровать. Диана – не дурочка и понимает, что это будет означать конец ее работе в „КСХ“. И все же однажды ночью сдастся. Просто я еще не выяснил, чего именно она хочет. Ни деньги, ни положение в обществе не имеют для нее большого значения. Может быть, власть?» Он усмехнулся. Если Диана захочет власти, то может стать опасной. Что ж, баловство нитроглицерином тоже порой забавно… до определенной степени.

– Надо избавиться от искателей, – сказал он вслух, убрав остальные мысли в сторону.

– Почему? – спросила она без малейшего удивления.

– В целях экономии. Их там развелось слишком много. Они заявляют права на все большее количество астероидов, и в результате цена на металлы и минералы чересчур понизилась. Спрос и предложение – вот что важно! А спрос постоянно увеличивается.

– Да, цены на товары тоже существенно упали, – добавила Вервурд.

– И продолжают снижаться. Если мы возьмем под контроль поставку сырья…

– То автоматически получим контроль над всеми искателями и шахтерами в Поясе.

– Да.

– А если прекратить поставку оборудования и материалов? – предложила Вервурд.

Хамфрис махнул рукой.

– Тогда они станут покупать их у «Астро», а я этого не хочу.

Женщина кивнула.

– Нашим первым шагом должно стать учреждение операционной базы на Церере.

– На Церере?

– Склад для оборудования, которое мы станем продавать старателям, – сказал Хамфрис, усаживаясь поудобнее.

Вервурд сделала вид, что обдумывает слова босса.

– База – лишь прикрытие для наших людей. На самом деле это будет штаб по ликвидации независимых старателей.

Женщина холодно улыбнулась.

– А как только мы создадим базу, тут же снизим цены на оборудование и товары широкого потребления.

– Зачем?

– Чтобы покупали у нас, а не у «Астро»! Таким образом, привяжем их к себе.

– Хм-м… и предоставим им выгодные условия на аренду космических кораблей.

Вервурд села в одно из кресел напротив.

– Неплохо бы и упростить условия получения ссуды, – сказала она, положив ногу на ногу.

– Ну нет! Я не собираюсь отдавать им корабли! Пусть арендуют. Надо их прочно связать с «Космическими системами Хамфриса».

– С помощью контрактов?

Хамфрис откинулся в кресле и скрестил руки за головой.

– Да. Я хочу, чтобы эти люди работали на меня, и только на меня!

– По тем расценкам, которые вы установите.

– Именно. Мы позволим ценам на руду медленно снижаться и таким образом подтолкнем независимых старателей добывать все больше и больше. Справиться со снижением цен они не смогут, и рано или поздно мы вытесним всех конкурентов из Пояса.

– Оставив лишь тех, кто работает по контракту с «Космическими системами Хамфриса».

– Мы получим контроль не только над ценами, но и над всем остальным. Ас другой стороны, станем контролировать поставку металла и других ресурсов, необходимых Земле и Селене.

– Независимые старатели могут продавать добытые ресурсы и самостоятельно, – заметила Вервурд.

– Ну и что? Они будут сбивать цены друг друга, пока не выйдут из бизнеса. Сами себе перекроют кислород.

– Предложение и спрос… – задумчиво повторила Вервурд.

– Да. Когда все старатели станут работать на нас, мы будем контролировать весь мир! Все деньги будут нашими!

– Сложноватый механизм, – улыбнулась Вервурд.

– У Рокфеллера похожая схема отлично сработала.

– Только до тех пор, пока не приняли антитрестовский закон.

– В Поясе нет таких законов. Там вообще нет законов, если хорошенько подумать, – сказал Хамфрис. – Жаль, что потребуется некоторое время, чтобы избавиться от независимых старателей.

– К тому же еще существует «Астро».

– Придет время – займусь и «Астро».

– Да, тогда мы действительно получим полный контроль над Поясом!

– А значит, база на Церере обойдется нам почти бесплатно.

Это прозвучало как неоспоримое утверждение.

– Вряд ли финансовый отдел корпорации будет придерживаться того же мнения.

Хамфрис рассмеялся.

– Меня это не волнует!

Диана внимательно и долго смотрела на босса. «Я знаю, ты о многом умалчиваешь. Какая-то тайна у тебя есть, и я почти уверена, что разгадала ее!» – говорил взгляд женщины.

– Мы также можем использовать базу на Церере как центр технического обслуживания кораблей, – сказала она вслух.

– Хорошая идея! – согласился магнат.

– Тогда надо составить максимально привлекательные контракты.

Досье: Оскар Джиминес

Незаконнорожденный сын таких же незаконнорожденных родителей, Оскар Джиминес попал в руки полиции в результате одной из периодических чисток в горах Манилы, когда ему едва исполнилось семь лет. Мальчик был слишком мал ростом и физически неразвит, но уже стал профессиональным попрошайкой и вором-карманником. Он умел пробираться в самые немыслимые щели и даже через электронную систему охраны.

Обычные методы полиции заключались в безжалостном избиении дубинками, насилии над женщинами и наиболее привлекательными юношами, затем дальнейшей их переправке в заброшенную местность, где несчастные оказывались предоставлены сами себе. До тех пор, пока их снова не поймают…

Оскар оказался счастливчиком. Маленький тощий ребенок не привлек внимания даже самых извращенных полицейских. Его выбросили из фургона для арестантов прямо на ходу, и мальчик, весь в синяках и рубцах, упал на обочину.

По счастью, его выкинули недалеко от входа в региональное отделение «Новой Морали». Филиппинцы в большинстве своем являлись католиками, но Святая Церковь все же позволила большинству протестантских реформаторов управлять островным населением при условии минимального вмешательства во внутренние дела. В конце концов, епископы-консерваторы, управлявшие филиппинской церковью, и консерваторы «Новой Морали» привлекали в страну инвестиции. Некоторые даже снисходили до помощи бедным.

Итак, Оскар Джиминес стал служителем «Новой Морали». Под неусыпным оком наставников его преступной жизни наступил конец. Мальчика отправили в школу «Новой Морали», где он уяснил, что психологические методы могут быть гораздо больнее и безжалостнее, чем избиение дубинками.

Очень быстро Оскар стал примерным учеником.

4

Крис Карденас по-прежнему выглядела не старше тридцати лет. Даже в убогих жилых отсеках, вырубленных в бесконечных природных трещинах и изломах Цереры, она была неотразима и блистала как звезда. Прекрасная фигура, синие глаза, роскошные волосы – настоящая калифорнийская серфингистка.

Секрет неувядающей красоты и молодости Карденас заключался в специально модифицированных для медицинских целей наноботах, имплантированных в ее тело. Микроскопические, размером с вирус, наноботы расщепляли в кровеносных сосудах молекулы жира и холестерина, восстанавливали поврежденные клетки и ткани, сохраняли кожу гладкой и упругой, действовали как дополнительная иммунная система и защищали организм от всевозможных микробов. На Земле нанотехнологии запретили. Доктор Кристин Карденас, нобелевский лауреат и глава – в прошлом – лаборатории нанотехнологии на Селене, теперь жила изгнанницей в Поясе Астероидов.

И все же для отшельницы, которая выбрала жизнь на самой дальней границе человеческой цивилизации, она выглядела вполне жизнерадостной. Улыбнувшись, женщина поприветствовала Аманду и Ларса.

– Как дела? – спросила она и пригласила гостей войти.

Извилистый тоннель за дверью являлся природным образованием из лавы, лишь немного отшлифованным человеком. Воздух казался немного туманным от мелкой астероидной пыли. Каждый раз, когда кто-то проходил по тоннелям, пыль поднималась вверх и стояла потом долгие часы – настолько мала была гравитация астероида.

Аманда и Фукс сели на диван в комнате Карденас. Пол представлял собой неотделанный камень. Диван – два соединенных между собой кресла из космического корабля, когда-то прилетевшего на Цереру. На сиденьях до сих пор оставались защитные ремни.

Фукс кашлянул.

– Сейчас выключу вентилятор, – сказала Карденас, дотронувшись до пульта на стене. – Пыль немного осядет и дышать станет легче.

Гул вентилятора слышался откуда-то из-за стены. Несмотря на теплую одежду с длинными рукавами, Аманда почувствовала озноб. Голый камень на ощупь всегда казался ледяным. Карденас попыталась сделать свое жилище светлее, установив голографические окна с изображением лесов и оранжерей на Земле. В воздухе витал какой-то аромат, напоминавший Аманде ванну времен детства. Да, настоящая ванна с кранами, горячей водой и душистым мылом!

Карденас отодвинула стул от стола и села, положив ногу на ногу.

– Ну, как дела? – спросила она снова.

– Как раз по этому поводу мы и пришли, – ответил Фукс, бросив взгляд на жену.

– А, вы про здоровье! – улыбнулась Карденас. – Об этом лучше поговорим завтра в клинике. А как жизнь вообще? Какие новости?

– Думаю, можно начинать проект по строительству базы.

– Правда? Панчо согласилась?..

– Нет. Мы проведем его самостоятельно, без помощи «Астро».

– Ларс, вы серьезно? – прищурив глаза, спросила она.

– На самом деле у нас просто нет выбора. Панчо помогла бы, но как только она вынесет этот вопрос на заседание совета директоров, поперек дороги встанет Хамфрис. Улучшение наших жизненных условий явно не в его интересах.

– Он собирается открыть здесь склад, – сказала Аманда.

– Значит, вы и другие искатели будете заниматься проектом самостоятельно?

– Да, – решительным тоном заявил Фукс. Карденас задумалась, откинувшись на спинку кресла.

– Мы действительно можем справиться, – настаивал Фукс.

– Понадобится группа специалистов. Такой проект не по силам одним искателям.

– Я знаю.

– Ларс, пока ты работаешь над проектом строительства базы на орбите Цереры, тебе придется находиться здесь… – медленно проговорила Аманда.

Он кивнул.

– Я уже подумал о сдаче «Старпауэра-1» в аренду. Пока проект не будет окончен, поживем на Церере.

– А как вы собираетесь зарабатывать себе на жизнь? – спросила Карденас.

Фукс развел руками. Прежде чем он успел ответить, вмешалась Аманда:

– Кажется, я знаю.

Ларс с удивлением посмотрел на жену.

– Мы можем стать поставщиками для других искателей. Открыть собственный товарный склад, например.

Карденас одобрительно кивнула.

– Дела можно вести через «Астро», – продолжила Аман – да, с каждой секундой все больше воодушевляясь. – Будем получать оборудование и материалы от Панчо и продавать их искателям и шахтерам.

– Большинство шахтерских отрядов работают на Хамфриса или «Астро», – мрачно заметил Фукс.

– Им все равно нужны материалы и оборудование, – настаивала Аманда. – Нужны предметы личного пользования: мыло, видеофильмы, одежда, продукты питания и многое другое.

– Вряд ли тебе стоит знать, какие фильмы покупают искатели! – с гримасой отвращения на лице заметил Фукс.

– Ларс, пока ты работаешь над строительством базы, мы могли бы посоревноваться на этом рынке с «Космическими системами Хамфриса».

– Соревноваться с Хамфрисом!.. – задумчиво повторил Фукс и усмехнулся. Его обычно каменное, суровое лицо просветлело. – Соревноваться с Хамфрисом… Да, любопытно!

Аманда почувствовала в его словах иронию.

Дочь владельца небольшого магазинчика из Бирмингема, она выросла с неприязнью к своему прошлому. Семья Аманды принадлежала к среднему классу, однако отец, как правило, имел дела с низшим сословием. Соседские мальчишки были хулиганами и повесами, многие отличались жестокостью. Девчонки все как одна – распутные и коварные. Аманда рано поняла, что красота может быть не только преимуществом, но и недостатком. Ее замечали, куда бы она ни пошла. Оставалось лишь улыбаться и томно вздыхать. Внутренний мир никого не интересовал, роль играла лишь притягательная внешность.

Уже в подростковом возрасте девочка научилась использовать красоту, чтобы заставлять мальчишек выполнять свои желания. Ум она прятала под внешностью смазливой куклы, и именно таковой ее и считали. Она ушла из родительского дома и отправилась в Лондон, где выучилась отличному английскому языку и, к своему удивлению, поняла, что способна получить первоклассное образование и стать астронавтом первой категории. Аманда поступила на работу в «Астро» и пилотировала корабли, курсировавшие между Луной и Землей. Глядя на ее сногсшибательную внешность и кажущуюся наивность, почти все считали, что она добилась успеха способом, которым обычно пользуются смазливые пустышки. Однако на самом деле все обстояло иначе: ей довелось немало работать, чтобы пробить себе путь. Нередко приходилось отбиваться от домогательств мужчин и даже женщин, которые в обмен на свою помощь пытались ею обладать.

С Мартином Хамфрисом Аманда впервые встретилась на Селене. Магнат жаждал заполучить ее и был готов на многое, чтобы добиться цели. Аманда вышла замуж за Фукса отчасти для того, чтобы избежать преследований Хамфриса, и Ларс это знал.

– Мартину идея вряд ли понравится, – заметила Карденас после нескольких минут затянувшейся тишины.

– Вот и хорошо! – сказал Ларс.

– Это ведь в интересах самих искателей, – выйдя из задумчивого состояния, промолвила Аманда. – И в интересах шахтеров. Снизятся расходы на товары.

– Несомненно. Но все же Хамфрис будет вне себя.

– Вот и хорошо! – снова повторил Фукс.

5

Два года спустя

Фукс вышел на поверхность Цереры и осознал вдруг, что впервые за долгие месяцы надел скафандр. От него даже пахло новизной: Ларс надевал его всего два раза. Тело отвыкло от груза снаряжения, скафандр сидел как-то неуютно.

Впервые он полетел в космос пять лет назад на «Старпауэре-1». Миссия в Пояс Астероидов тогда едва не провалилась. В те дни Фукс, молодой выпускник университета, мечтал о докторской диссертации по космической геохимии. Однако к учебе он не вернулся, а женился на Аманде, стал искателем и, как многие другие, принялся обшаривать Пояс в поисках своей удачи. Прошло почти два года с тех пор, как Ларс оставил это занятие, чтобы возглавить проект по строительству постоянной жилой базы на орбите астероида.

Новая торговая компания, зарегистрированная в соответствии с правилами в Международной Ассоциации Астронавтов, получила название «Гельветия». Фукс являлся главой «Гельветии», а Аманда – заведующей финансовым отделом. Панчо Лэйн числилась заместителем директора новой компании, однако лишь изредка посещала Цереру. «Гельветия» оптом скупала у «Астро» различные товары и продавала их старателям. Фукс закладывал минимальную прибыль, заставляя и Хамфриса снижать цены. Конкуренция становилась все острее, кто-то из двоих рано или поздно неизбежно должен был покинуть Пояс.

Старатели предпочитали иметь дело с Фуксом. К радости Ларса, «Гельветия» процветала даже несмотря на то, что он считал себя новичком в бизнесе. Фукс часто не раздумывая предоставлял кредиты в обмен на заверения людей выплатить долг при первой же возможности. Печатям и договорам он предпочитал дружеское рукопожатие и честное слово. Аманда критиковала такие методы ведения дел, но все же доверие всегда оправдывалось. «Мы богатеем!» – радовался Фукс, наблюдая за тем, как увеличивается банковский счет.

Глядя на унылую, испещренную кратерами поверхность Цереры, он осознавал, как одиноко и пустынно это место во Вселенной, как далеко оно от цивилизации. Звезды усеивали небо так густо, что среди них терялись все знакомые созвездия. Старая добрая Луна и голубая Земля были невероятно далеко, даже Солнце выглядело маленьким и тусклым из-за огромного расстояния. Странное, чужое небо…

Поверхность Цереры была темной, холодной, покрытой тысячами мелких кратеров. Горизонт лежал так близко, что складывалось впечатление, будто стоишь на тонкой платформе, а не на твердом теле. Иногда казалось, что если сейчас не ухватиться за что-нибудь, то упадешь в неизведанную пучину бескрайнего космоса.

Почти потеряв голову от пьянящего чувства безмерности пространства, Фукс поднял голову и увидел еще незаконченную базу на орбите. Гигантская конструкция висела над горизонтом, слегка мерцая в тусклом солнечном свете. Для кого-то – просто соединение обветшалых, использованных и списанных кораблей, но для многих – малая частица человеческой цивилизации в этом диком, неизведанном крае Солнечной системы.

Тусклый луч света в небе сверкнул отчетливее – на небольшом космическом судне к астероиду летели Панчо и Рипли. Фукс ждал приземления корабля, стоя около воздушного шлюза, ведущего в жилой комплекс под поверхностью.

Шаттл исчез за горизонтом, но через несколько секунд показался с другой стороны так близко, что стали видны тонкие подпорки и купол жилого модуля. Панчо настояла на том, что будет пилотировать судно самостоятельно, желая «вспомнить прошлую сноровку». Корабль мягко опустился на гладкую посадочную платформу в сотне метров от шлюза.

Фукс без труда понял, какая из двух вышедших фигур в скафандрах Панчо. Высокая, стройная, атлетически сложенная девушка угадывалась даже в снаряжении. Впервые за последний год она прибыла на Цереру. Ей приходилось совмещать работу в совете директоров «Астро» и «Гельветии» одновременно.

Активировав линию связи, Фукс услышал ее разговор с Рипли – главным инженером строительства базы.

– … что вам действительно нужно – так это новый набор сварочного лазерного оборудования, – говорила Панчо. – Ваше старье уже никуда не годится.

Фукс не рискнул пойти им навстречу: в столь малой гравитации он передвигался слишком неуклюже. Вместо этого он взял пульт управления снаряжением и сжал его в руке. Подпрыгнув над поверхностью, Ларс проплыл над головами Панчо и инженера и едва не коснулся обшивки корабля. Когда он опустился на поверхность рядом с ними, вверх устремились клубы астероидной пыли.

– Господи, Ларс, когда ты только научишься управлять системами скафандра? Летать тоже надо аккуратно! – пошутила Панчо.

Ларс улыбнулся.

– Извини. Мало практики.

Несмотря на плотные тяжелые подошвы, поверхность Цереры казалась неровной и каменистой.

– Да ты вообще никогда не практиковался, дружище!

Ларс предпочел сменить тему разговора.

– Итак, мистер Рипли, сможет ли ваша команда выполнить план с учетом последних поправок?

– Не волнуйтесь, справимся! – улыбнулся инженер.

Найлз Рипли, американец с нигерийскими корнями, получил хорошее образование и считался отличным специалистом в своей области. Кроме того, он увлекался джазовой музыкой и в свободное время играл на трубе. Искатели и шахтеры очень любили его импровизации, однако порой находились и недоброжелатели, особенно в барах, где продавались горячительные напитки. Добродушный малый умело обходил острые углы, стараясь не сердить драчунов игрой на своей любимой трубе. И все же на Церере он пользовался всеобщим уважением и любовью.

– Закончим в срок, – сказал Рипли. – Даже учитывая последние поправки.

– Тогда ваша команда получит еще и премию, несмотря на постоянные жалобы по поводу «изменчивости» плана!

Панчо прервала их добродушное подшучивание.

– Я говорила старине Рипли, что работа пойдет быстрее, если использовать усовершенствованные лазерные установки.

– Нам такие траты не по карману, – сказал Ларс. – Бюджет проекта и так немалый!

– «Астро» могла бы предложить аренду на выгодных условиях.

Фукс тяжело вздохнул.

– Об этом надо было думать два года назад, когда мы только начинали проект!

– Два года назад лазерные установки такого типа были слишком громоздкими и не столь эффективными. Наши специалисты совсем недавно создали модели маленькие и компактные, их можно присоединить к мини-трактору. К тому же они почти не требуют топлива. Есть и ручные инструменты, которые, конечно же, обладают меньшей мощностью, но вполне пригодны для разных работ.

– Панчо, мы прекрасно справляемся и с тем оборудованием, которое есть.

– Ладно, только не говори потом, что я тебе не предлагала. В ее голосе слышалось разочарование.

– Мы ведь и так молодцы, как считаешь? – Фукс махнул рукой на видневшуюся на горизонте базу.

Некоторое время Панчо молча смотрела на плавно скользящую в небе базу, походившую на колесо: несколько космических кораблей, соединенных друг с другом длинными переходами. Сооружение медленно вращалось вдоль своей оси по мере продвижения вдоль горизонта.

– Если честно, дружище Ларс, мне это напоминает кладбище старых автомобилей в Лаббоке, – сказала Панчо.

– Кладбище старых автомобилей?

– Да. Или летающую свалку.

– Свалку?!

– Не слушай ее, Фукс! – рассмеялся Рипли. – На самом деле Панчо все понравилось. Она просто шутит!

– Подожди. Все еще впереди.

– Расскажи-ка подробнее об этих ручных лазерных установках. Какова их мощность? – сменил тему Рипли.

– Они могут разрезать стальной лист толщиной три сантиметра.

– За какой промежуток времени?

– Всего за несколько наносекунд. Прибор работает в импульсном режиме. Сталь не плавится, лазер разрезает ее ударной волной.

По дороге к люку они еще немного поболтали о последних новостях. База исчезла из виду. Далекое бледное Солнце поднялось выше, и в звездном небе появился зодиакальный свет – длинные тонкие руки потянулись из середины солнечного диска. Это сияла пыль – микроскопические астероиды, оставшиеся со времен зарождения планет.

– Надо обговорить все дела, – сказала Панчо, когда они подошли к воздушному шлюзу.

Девушка подняла руку и, нажав кнопку на рукаве, переключилась на другую частоту. Теперь Рипли не мог слышать их разговора.

– Ты попросил снизить цены на монтажные платы снова, но мы и так уже снизили до предела, Ларс.

– Хамфрис пытается продавать еще дешевле.

– «Астро» не может торговать себе в убыток! Совет директоров не поддержит такое решение.

– Хамфрис все еще член вашего совета? – с саркастической улыбкой спросил Ларс.

– Да. Он обещает больше не понижать цены.

– Врет. «Космические системы Хамфриса» предлагают монтажные платы и другое оборудование, а также технические услуги практически за гроши. Он пытается вытеснить меня с рынка.

– А как только добьется этого, поднимет цены по максимуму.

– Естественно. Тогда у него в Поясе будет монополия.

Шлюз был слишком мал для трех одетых в скафандры людей; Рипли пропустили вперед.

– Ларс, на самом деле Хамфрису нужна «Астро». Он уже давно пытается прибрать к рукам корпорацию Рэндольфа.

– И получить монополию над всеми крупными операциями в космосе. Не только в Поясе, но и во всей Солнечной системе, – пробормотал Фукс, чувствуя, как внутри нарастает гнев.

– Именно.

– Надо помешать его планам во что бы то ни стало!

– Извини, я не могу продавать товары ниже себестоимости. Совет директоров на такое не пойдет.

Фукс устало кивнул.

– Значит, надо найти другой выход.

– Какой?

– Хотел бы я знать!..

6

«Я начинаю зависеть от этой женщины», – подумал Хамфрис, глядя на Вервурд.

Они стояли на эскалаторе, направляясь на нижний уровень Селены, к дому магната. Вервурд зачитывала с палмтопа список дел на день и уточняла у шефа некоторые вопросы.

Хамфрис редко покидал дом. Он превратил свое жилище в надежно охраняемый райский уголок. Половину роскошного особняка занимали его личные апартаменты, остальную часть – ученые и специалисты, поддерживавшие микроклимат нижнего уровня Селены. Хамфрис уговорил правительство Селены продать ему три сотни гектаров нижнего уровня и создал там оазис. Самый глубокий грот под поверхностью Луны стал его маленьким царством. Официально территория принадлежала «Исследовательскому центру Хамфриса», который проводил важный экологический эксперимент. Требовалось установить, может ли на Луне существовать искусственно сбалансированная экология при минимальном вмешательстве человека. Однако самого Хамфриса ответ на этот вопрос не интересовал. Главное – спокойная жизнь среди благоухающего сада, подальше от радиации и других опасностей на поверхности Луны.

Магнат считал, что сумел всех обмануть, и эта мысль его несказанно радовала. Даже основатель Селены Дуглас Ставенджер попался на удочку. Хамфрис умел заставить всех плясать под свою дудку. Ему даже удалось уговорить административный совет Селены отменить решение о его изгнании, которое было принято после того, как стало известно, что он виновен в смерти Дэна Рэндольфа. Однако обмануть Диану Вервурд не так легко. Казалось, эта женщина видит его насквозь.

Хамфрис пригласил ее на ленч в новое бистро, недавно открытое в «Гранд Плазе». Ранее она отвергала подобные приглашения, но «бизнес-ленч» за пределами дома босса проигнорировать она не смогла.

Вервурд едва притронулась к соевым котлетам, наотрез отказалась от десерта и сделала лишь несколько глотков вина.

Теперь они спускались на эскалаторе. Диана обсуждала дела компании, неотрывно следя заданными на экране палмтопа.

Со временем Вервурд стала почти незаменимой, и Хамфрис сознавал это. «Может, она играет со мной в какую-то игру? – думал он. – Пытается войти в доверие, чтобы я перестал желать ее как женщину и видел в ней лишь делового помощника? Она – не дура и наверняка знает, что после того, как женщина побывает в моей постели, я в скором времени с ней расстаюсь».

Мартин усмехнулся. Вы играете в опасную игру, мисс Вервурд! Однако играете превосходно! Пока что…

Хамфрис отказывался признать поражение, хотя затея с ленчем провалилась. Он почти не слушал помощницу. В голове вертелась только одна мысль: рано или поздно ты сдашься! А я подожду! Но недолго – ни одна женщина не достойна, чтобы ее ждали. «Впрочем, одна все же достойна, – напомнил себе Хамфрис. – Аманда!»

Они спустились на нижний уровень, и Вервурд сказала нечто такое, что наконец привлекло внимание Хамфриса.

– …а Панчо Лэйн на прошлой неделе отправилась на Цереру. Сейчас она уже летит обратно.

– На Цереру? Что ей там понадобилось?

– Наверное, побеседовать с партнерами по бизнесу – мистером и миссис Фукс, – ровным тоном ответила Вервурд. – Предполагаю, разговор шел о том, как сбить наши цены.

– Сбить мои цены?!

– А о чем еще? Если они вытеснят из Пояса «Космические системы Хамфриса», то астероиды перейдут к ним. Вы – не единственный, кто хочет взять под контроль старателей.

– «Гельветия»! Какое глупое название для серьезной компании!

– Это лишь прикрытие для деятельности «Астро», вы же знаете!

Он смотрел на гладкие стены коридора нижнего уровня и молчал. Незваные гости сюда никогда не спускались. Единственным звуком в этом коридоре от эскалатора к большим воротам в «царство» Хамфриса был мерный гул электрического оборудования.

– Панчо использует Фукса и его компанию, чтобы усложнить вам процесс получения контроля над «Астро». Чем больше сделок она провернет через «Гельветию», тем большим героем станет в глазах членов совета директоров «Астро». Возможно, ее даже изберут председателем, когда О'Баниан отойдет от дел.

– Вытеснить меня из Пояса?! – сквозь зубы процедил Хамфрис.

– Да. То же, что пытаемся сделать с ними мы. Надо поторопиться, прежде чем нас опередят.

Хамфрис кивнул: Вервурд, как всегда, права.

– Следует разработать план действий, который раз и навсегда положит конец «Гельветии».

Магнат пристально посмотрел на свою помощницу – впервые с тех пор, как закончился ленч. «А ведь Диана уже все обдумала! – осознал он. – Она водит меня за нос!» Хамфрис видел это в ее миндалевидных глазах: Вервурд все рассчитала и точно знает, что нужно делать.

– Что предлагаешь? – с интересом спросил он.

– Старый проверенный метод кнута и пряника, – ответила молодая женщина, хитро улыбнувшись.

– Расскажи-ка подробнее!

Придя в офис, Хамфрис открыл календарь и, откинувшись в кресле, принялся думать. Мысли о Диане исчезли: он представлял Аманду с Фуксом. «Нет, Аманда не захотела бы вредить мне! А вот он наверняка что-то замышляет. Фукс уже забрал себе мою девушку, а теперь хочет вытеснить меня из Пояса Астероидов и прикарманить „Астро“. Подонок и вправду пытается уничтожить меня! Диана права: надо действовать, и действовать немедленно! Что ж, применим метод кнута и пряника».

Он резко выпрямился и вызвал по внутренней линии связи начальника службы безопасности. Через несколько секунд в дверь кабинета осторожно постучали.

– Входи, Григорий!

Начальник службы безопасности только недавно прибыл с Земли и вступил в должность. Хамфрис нанял его через одно из крупнейших охранных предприятий, испытывающих финансовые сложности в связи с общей обстановкой. Этот худощавый тихий мужчина с темными волосами и почти непроницаемыми черными глазами всегда носил серые деловые костюмы; в таком костюме легко остаться незаметным, особенно тому, кто сам склонен замечать все до мелочей.

– Мне интересно твое мнение по поводу одного вопроса. – Хамфрис повернулся к вошедшему.

Григорий выпрямился как струна. Он находился на испытательном сроке – и помнил об этом.

– Старатели в Поясе Астероидов все чаще предпочитают покупать у «Гельветии», – сказал магнат, внимательно наблюдая за реакцией подчиненного.

Григорий молчал, выражение его лица осталось каменным.

– Я хочу, чтобы «Космические системы Хамфриса» получили эксклюзивный контроль над всем тамошним товарооборотом.

Григорий безучастно слушал босса.

– Эксклюзивный контроль, понимаешь? Мужчина кивнул.

– Что, по-твоему, нужно предпринять?

– Для получения полного контроля необходимо ликвидировать конкурента, – хриплым голосом ответил подчиненный.

– Да, но каким образом?

– Существует много способов. Один из них – насильственный. Думаю, потому вы и интересуетесь моим мнением.

– Я не против насилия, но нужно действовать с большой осторожностью. Не хочу, чтобы впоследствии меня заподозрили.

– Тогда надо мешать независимым старателям, а не самой «Гельветии», – подумав, сказал Григорий. – Постепенно ликвидировать потребителей, тогда и компании придет конец.

Хамфрис кивнул.

– Правильно.

– Потребуется время, сэр.

– Сколько?

– Несколько месяцев. Может быть, год.

– Нужно быстрее! Год – слишком долго!

– Тогда мы должны быть готовы прибегнуть к насилию. Сначала займемся независимыми старателями, а потом перейдем к объектам на Церере.

– Объектам?

– Ваш конкурент строит там орбитальную станцию, не так ли?

Хамфрис едва сдержал довольную улыбку: Григорий подготовился и имеет четкое представление о ситуации. Очень хорошо.

– Остановка строительства базы поможет дискредитировать человека, который его затеял. По меньшей мере станет ясно, что ваш конкурент не в состоянии обеспечить безопасность собственных людей.

– Все должно выглядеть как несчастный случай. Никаких намеков на мою причастность, никаких следов!

– Не беспокойтесь!

– Я никогда не беспокоюсь. Просто свожу счеты! Григорий молча покинул кабинет.

«Кнут и пряник! – снова подумал Хамфрис. – Пусть Диана занимается пряниками, а люди Григория возьмут на себя кнут».

Месяц спустя. «Фея озера»

– О Рэнди! – воскликнула Синди. – Ты такой большой!

– И сильный! – добавила Минди.

Рэндал Макперсон лежал на горе маленьких подушек, обнаженные близнецы ласкали его мускулистое тело. Некоторые любили заниматься сексом в микрогравитации, но Рэндал для свидания с близнецами довел силу тяжести почти до земного стандарта. Напарник, Дэн Фоджерти, жаловался на стоимость топлива для подобных нагрузок на системы «Феи», но Рэндал игнорировал его. Фоджерти был известен среди шахтеров под прозвищем Толстяк: за время, проведенное в Поясе, он растолстел до немыслимых размеров. Микрогравитация отнюдь не способствовала похудению. Макперсон, наоборот, проводил все свободное время в тренажерном зале корабля или усиливал тягу судна, чтобы мышцы не теряли форму. Рэндал очень себя любил и считал, что Фоджерти крупно повезло с таким напарником, как он.

На самом деле в данный момент близнецы находились на Церере, а Рэндалл реализовывал свои фантазии с помощью системы виртуальной реальности. Между мысленной просьбой и ее исполнением проходило не больше нескольких секунд.

Когда голос Фоджерти прорезался в наушниках, Рэнди не на шутку рассердился.

– Эй, к нам приближается какой-то корабль! – сообщил Толстяк.

– Что? – спросил Макперсон.

Он так резко встал, что виртуальные фигуры близнецов остались прыгать на подушках, хотя объект их ласк уже исчез.

– Корабль, – повторил Фоджерти. – Просят разрешить стыковку.

Близнецы исчезли. Макперсон тихо выругался.

– Простите, девочки! – пробормотал он, сгорая от злости.

Сняв прибор видения виртуальной реальности, он вновь оказался в неряшливой каюте, требовавшей срочного ремонта и модернизации. Четырнадцать месяцев в Поясе – слишком долгий полет.

Неуклюже сняв с себя высокочувствительный сенсорный костюм, специально созданный для подобных встреч, Макперсон надел обычную одежду и направился к мостику.

– Толстяк, если это одна из твоих дурацких выходок, я сверну тебе шею! Так и знай! – крикнул он напарнику.

Фоджерти сидел в кресле пилота и с аппетитом уплетал мясной пирог. На пульте управления перед ним красовалась гора крошек. За последнее время он настолько раздался в ширину, что в своем оранжевом костюме напоминал Мак-персону перезрелую тыкву. «Да и пахнет от него соответствующе! – От запаха мясного пирога у него свело желудок. – Ладно, наверное, и я пахну не лучше», – подумал Макперсон, пытаясь держать себя в руках.

Фоджерти повернулся в кресле к напарнику и показал толстым пальцем на главный экран. Впереди виднелся двухкилометровый астероид, который они недавно открыли. С другой стороны медленно приближался серебристый корабль, слишком новенький, чтобы принадлежать искателям.

– Отряд шахтеров?! – предположил Толстяк.

– Так быстро? Мы же только что отправили заявку в МАА!

– Но ведь прилетели!

– Нет. На корабль шахтеров не похоже.

Фоджерти недоуменно пожал плечами.

– Дать им разрешение на стыковку с нами?

– Кто они вообще такие и что им нужно? – возмутился Макперсон, усаживаясь в кресло первого пилота. – Пояс – бездонная пропасть, а им понадобилось крутиться здесь, у нашего астероида!

– Так спроси их! – усмехнулся Толстяк.

– Говорит «Фея озера». Назовите себя! – проворчал Макперсон по внешней линии связи.

Экран одного из дисплеев тут же активировался, и на нем возникло бородатое мужское лицо. Макперсону незнакомец показался крайне подозрительным: высокие скулы, прищуренные глаза, щетина.

– Это «Шанидар», – представился незнакомец. – У нас на борту полно видеофильмов. За последнее время мы смотрели их столько раз, что знаем почти наизусть. У вас есть что-нибудь на обмен?

– А какие у вас диски? – живо поинтересовался Фоджерти.

– В основном эксклюзивные записи. Очень пикантные, если вы понимаете, что я имею в виду. По обычным каналам их не получить. Когда мы покидали Селену шесть месяцев назад, они считались новинками.

– Можем обменяться один к одному, но наши – старые, – расплылся в широкой улыбке Фоджерти, прежде чем успел ответить его напарник.

– Ладно. Для нас они все равно будут новыми, – сказал бородач.

– А что вы здесь делаете? – спросил Макперсон. – Этот астероид наш, мы отправили заявку.

– Мы – искатели, – последовал ответ. – Свой джек-пот мы уже нашли и заключили договор с «Космическими системами Хамфриса» на разработку месторождений. Просто решили избавиться от надоевших дисков, прежде чем отправимся домой.

– Конечно. Все ясно, – отозвался Толстяк.

Макперсон испытывал смутную тревогу, однако, поймав игривый взгляд напарника, немного успокоился. После четырнадцати месяцев полета в Поясе они почти погасили все затраты, и теперь требовалась еще одна неделя на заключение контракта с одной из корпораций. Макперсон предпочитал не спешить и не хотел принимать первое же предложение, которое им сделают. Цены на руду продолжали снижаться. Им повезет, если они заработают достаточно денег хотя бы на полгода благополучной жизни, прежде чем снова придется лететь на поиски «золотого дна».

– Ладно, – неохотно сказал он. – Пристыковывайтесь к главному шлюзу.

Фоджерти сиял от счастья и походил на ребенка, который дождался прихода Санта-Клауса.

7

Аманда вновь думала о том, насколько жизнь и ведение домашнего хозяйства на Церере отличается от жизни на корабле. И дело вовсе не в том, что их жилище теперь гораздо просторнее. Комната, в которой они жили вместе с Ларсом, на самом деле была слегка расширенным природным гротом. Стены, пол и потолок отшлифовали и придали им квадратную форму. Комната была больше жилого модуля «Старпауэра-1», однако везде летала пыль. В микрогравитации Цереры при малейшем движении в воздух поднимались надоедливые мелкие серые частицы. Когда они переедут на орбитальную базу, пыли там не будет, и это радовало Аманду. Однако пока ничего по-настоящему чистого в квартире не найти. Даже лежавшая в шкафах посуда всегда покрыта тонким слоем серого налета. Каждый раз, вынимая посуду из шкафа, приходилось промывать ее сильной воздушной струей. От пыли постоянно першило в горле и хотелось чихать, поэтому Аманда, как и многие другие жители Цереры, носила специальную гигиеническую маску.

И все же жизнь на Церере в отличие от корабля имела одно важное преимущество – общество, компанию людей. Рядом были такие же старатели, которые могли прийти в гости, поболтать. Можно встретить знакомых и соседей, поздороваться, сказать «привет».

Коридоры, соединяющие помещения, были узкими и извилистыми; тоннели, полные пыли. Пыль парила везде и повсюду. Однако в последнее время отношение людей к неудобствам заметно изменилось. Витало невидимое всевозрастающее оживление, характерное для наступающих новогодних праздников. Это радостное ожидание Аманда помнила еще с детства. Орбитальная база постепенно росла; она медленно вращалась в темном небе над астероидом и привлекала взоры сотен людей, наблюдавших за ее строительством с помощью настенных экранов. «Мы будем там жить! – говорил себе каждый обитатель Цереры, радостно предвкушая предстоящее событие. – Будем жить в новом чистом доме!»

Когда Ларс впервые рассказал Аманде об идее строительства базы на орбите, она испугалась радиации. Единственным плюсом жизни в толще астероида был тот факт, что он защищал от солнечного и космического излучения.

Ларс убедил жену: базу оборудуют самой надежной защитой. Аманда лично изучила все данные и удостоверилась, что жизнь на орбитальной базе будет такой же безопасной, как и под поверхностью. Но только до тех пор, пока действует магнитное поле.

Фукс снова отправился на базу вместе с Найлзом Рипли. Сейчас они занимались системой рециркуляции воды, которая упорно не хотела функционировать согласно намеченному плану. Аманда управляла работой в офисе: обрабатывала заказы искателей и шахтеров на оборудование, проверяла загрузку товаров на борт кораблей и своевременную доставку. Помимо прочего, она вела финансовые дела. Шахтеры проблем не создавали: большинство людей работали на ту или иную корпорацию. Таким образом, вся оплата автоматически снималась с их счетов. С искателями дела обстояли иначе; они постоянно находились в поисках подходящего для разработок астероида, своего джек-пота, однако им тоже требовался кислород и продукты. По настоянию Ларса, Аманда вела таблицу, где записывала их долги, ожидая того момента, когда покупатели поймают свою удачу и смогут наконец расплатиться.

Удачу!.. Как только искатели находят подходящий астероид, им нужно заключить сделку на добычу из его недр руды. Тогда-то они и понимают, что будут удачливыми, если смогут хотя бы избежать убытков.

Цены на металлы и минералы постоянно то повышались, то понижались. В последнее время – только понижались. Все зависело от того, как развивается процесс искательства в Поясе и насколько ценны находки. Товарные биржи на Земле были центром невероятных спекуляций. Несмотря на усилия Мирового Экономического Совета держать все под контролем, время от времени некоторым счастливчикам удавалось сделать действительно поразительные находки. Подобные случаи вдохновляли остальных. Они продолжали искать тот единственный астероид, который обеспечит им дальнейшую жизнь в достатке.

Аманда пришла к выводу, что заработать состояние можно, лишь став поставщиком для искателей и шахтеров, число которых постоянно увеличивалось. Они занимались поиском астероидов, добычей руды, сортировкой – но богатели только те, кто жил на Церере. Ларс уже накопил некоторую сумму – небольшой доход «Гельветии». Старатели Хамфриса тоже наращивали свои банковские счета. Даже близнецы благодаря виртуальному борделю стали миллионерами.

И все же основные доходы от работ в Поясе доставались корпорациям. Большая часть денег уходила к «Астро» или «Космическим системам Хамфриса», и лишь малая часть шла таким, как Ларс Фукс.

Аманда потерла рукой занывшую от многочасового сидения перед экраном компьютера шею. Устало посмотрев на экран, девушка решила, что на сегодня хватит. Скоро должен прийти Ларс. Надо сходить в ванную и переодеться к ужину. Может, им даже удастся сегодня прогуляться в паб.

Прежде чем окончить работу, она решила просмотреть почту. Обычное дело: срочных писем в списке не значилось. Однако ее внимание привлекло сообщение, которое пришло с Селены, а именно из офиса «КСХ». Первым желанием было проигнорировать его или просто стереть. Однако письмо адресовано Ларсу, а не ей. Пометки «личное» не значилось, подписи Хамфриса не стояло. «Ничего страшного, если я его прочитаю. – Аманда взглянула в зеркало, висевшее возле кровати. – Я так одета, что вряд ли могу кому-нибудь понравиться. Даже если письмо от Мартина, оно отправлено несколько часов назад и он меня не увидит».

Недолго думая она вызвала сообщение на экран, даже не сняв с лица защитную маску от пыли.

Настенный дисплей моментально замерцал, затем появилась симпатичная брюнетка с высокими скулами, которые так не нравились Аманде. Внизу на экране появилась подпись: Диана Вервурд, помощник председателя совета директоров «Космических систем Хамфриса» по особым поручениям.

– Мистер Фукс, – сказала женщина, – по поручению совета директоров «Космических систем Хамфриса» я уполномочена предложить вам сделку. Мы готовы купить вашу компанию «Гельветия», включая торговую базу на Церере, оборудование и материалы, и возьмем на себя все операции, которые в данный момент выполняет компания. Уверена, что наши условия весьма привлекательны. Буду ждать вашего звонка. Спасибо.

Экран погас, и на нем высветился логотип «КСХ».

Аманда не могла поверить своим ушам! Купить «Гельветию»! «Значит, мы сможем вернуться на Землю и будем обеспечены на всю оставшуюся жизнь! Ларс продолжит образование в университете и займется докторской диссертацией!»

Она так обрадовалась, что даже не обратила внимание на срочное сообщение от грузового судна, которое к этому моменту должно было встретиться с «Феей озера».

8

– Ларс, неужели ты не понимаешь? – с пылом говорила Аманда. – Мы сможем вернуться домой! На Землю! Ты получишь возможность продолжить учебу, написать диссертацию!

Фукс сидел на краю кровати, сжав губы в тонкую линию. Они несколько раз просмотрели сообщение Вервурд, в котором та предлагала десять миллионов международных долларов за «Гельветию», все ее склады и оборудование.

– Это взятка! – процедил он сквозь зубы.

– Нет, это возможность, которая предоставляется только раз в жизни! Ты подумай – десять миллионов! Лишь нужно подписать договор, и они наши!

– И покинуть Цереру!

– Да. Вернуться на Землю. Отправимся в Лондон или Женеву – куда хочешь!

– Это взятка! – упрямо повторил Фукс.

Аманда взяла его большие мозолистые ладони в свои руки.

– Ларс, дорогой, мы начнем новую счастливую жизнь! Он молча смотрел на погасший экран, как будто ждал, что оттуда появится дуло автомата.

– Ларс, мы могли бы завести детей!

Это его тронуло. Он повернулся к жене и посмотрел ей в глаза.

– Да, я хочу ребенка, Ларс. Твоего ребенка! Ты ведь знаешь, здесь нельзя иметь детей.

Он мрачно кивнул.

– Гравитация…

– Там мы создадим настоящую семью.

– На Селене хранятся наши замороженные зиготы.

Аманда обвила руками шею мужа.

– Зиготы не понадобятся, дорогой, если мы будем жить нормальной жизнью на Земле.

Фукс хотел обнять жену, но внезапно на его лицо легла гримаса боли.

– Они хотят, чтобы мы покинули Цереру!

– Неужели ты хочешь остаться тут? – спросила она почти шутливым тоном, хотя даже ей самой вопрос показался обидным.

– А как же искатели и шахтеры? – сказал он почти шепотом. – Все наши друзья, соседи?..

– Придется расстаться с ними. На Земле у нас будут новые друзья. Искатели поймут…

Он отстранился и резко встал.

– Мы оставим их на произвол судьбы, отдадим прямо в лапы Хамфрису.

– И что?

– Как только мы уйдем с его пути и негодяй получит «Гельветию», он станет единственным поставщиком товаров во всем Поясе. Никто не посмеет с ним тягаться.

– Может, «Астро»… Панчо…

– Не забывай, что он состоит в совете директоров «Астро». Рано или поздно мерзавец получит и корпорацию Рэндольфа, получит контроль над всем и вся.

Аманда знала, что Ларс заведет об этом разговор. Она пыталась отогнать от себя неприятные мысли, однако невидимая стена прочно встала между ними.

– Ларс, – медленно начала она снова, осторожно выбирая слова, – какие бы чувства ни испытывал Мартин ко мне в прошлом, они уже давно прошли. Между ним и тобой нет личного соперничества.

Фукс отошел от жены, пересек комнату и повернулся. На его лице появилось недоверие.

– Есть, Аманда. Только соперничество между «КСХ» и «Гельветией», а если говорить яснее – между Хамфрисом и «Астро». Хотим мы того или нет, мы оказались в эпицентре борьбы.

– Так давай выйдем из нее! Давай вернемся на Землю! Ларс подошел к кровати и встал перед женой на колени.

– Милая, я тоже очень хочу домой! Я знаю, как ты мечтаешь улететь отсюда, и горжусь тем, что ты у меня такая смелая и оставалась здесь так долго. Оставалась со мной, несмотря на все трудности…

– Я люблю тебя, – сказала она, проведя рукой по его длинным темным волосам. – Я хочу быть рядом с тобой всегда.

Фукс помрачнел.

– Тогда мы должны остаться здесь. По крайней мере еще на некоторое время.

– Но почему?

– Из-за наших товарищей – искателей. Нельзя их сейчас бросать.

В глазах Аманды выступили слезы.

– Ларс, нельзя упускать такую возможность! Пожалуйста, прими это предложение!

Он упрямо покачал головой, потом, взглянув в глаза жены, встал с колен и сел рядом с ней на кровать.

– Родная, я не могу предать людей, которые доверяют мне, зависят от меня. Я нужен здесь.

– Ты нужен мне! Мы живем здесь уже пять лет. За все это время я ни разу не жаловалась, но…

– Да, ты умница.

– А теперь я прошу тебя, умоляю: пожалуйста, согласись на предложение «КСХ»! Давай вернемся домой!

Он долго смотрел в глаза жены. Аманда видела, что он напряженно думает, мучительно ищет выход из создавшейся ситуации. Фукс пытался найти решение, которое успокоило бы жену и в то же время не стало предательством по отношению к товарищам.

– Я поговорю с Панчо, – сказал он наконец.

– С Панчо?! Зачем?

– Может, «Астро» сделает аналогичное предложение.

– А если нет?

– Тогда примем предложение Хамфриса, – с болью в голосе тихо ответил Фукс.

– Правда?!

Он кивнул и грустно улыбнулся.

– Да. Возьмем деньги и отправимся на Землю.

Досье: Джойс Такамайн

На самом деле в свидетельстве о рождении ее звали Йошико Такамайн, но как только девочка пошла в школу, все стали называть ее Джойс. Родители были не против: американцы в четвертом поколении, ностальгии по японским корням они уже почти не испытывали. Когда Джойс однажды обозвали япошкой, она даже не поняла, что имелось в виду.

Отец перевез семью в холмистую местность возле местечка Сосалито, однако когда наводнения разрушили все электростанции побережья, они, как и многие тысячи людей в округе, оказались в полнейшей тьме и хаосе. То были тяжелые времена. Почти половина жителей страны стали безработными. Выпускной вечер в школе Джойс прошел при свечах, но отнюдь не романтично. Долгое время ходили слухи, что в районе будут бурить сверхглубокие скважины для поиска природного газа.

Чтобы помочь семье, детям пришлось забыть о дальнейшем образовании и искать работу. Джойс стала заниматься тем же, чем занималась более века назад ее прабабушка: унизительным, почти рабским трудом на фермах богачей в Калифорнии. Наводнения не добрались до внутренней части страны, удаленной от моря, однако фруктовые сады и виноградники пострадали от жестокой засухи.

Собирать овощи и фрукты под палящим солнцем, пока мрачные вооруженные люди следили за голодными измученными работниками, стоило немалых усилий. Наиболее молодые и симпатичные девушки постоянно подвергались сексуальному насилию. Джойс быстро поняла, что лучше подчиняться грубым мужланам, нежели голодать.

Когда в ту зиму девушка вернулась домой, ее потрясло, насколько постарели родители. Эпидемия тропической лихорадки прошлась по всему побережью и коснулась даже холмистых районов. Мать по ночам беззвучно плакала, отец часами смотрел в раскаленное безоблачное небо и задыхался в приступах кашля. Глядя на дочь, он испытывал стыд и чувствовал себя виноватым в постигшем семью несчастье.

– Я мечтал, чтобы ты стала инженером, – сказал он Джойс, – чтобы ты жила лучше, чем мы с матерью.

– Так и будет, отец, – заявила она с беззаботным юношеским пылом и, посмотрев в небо, подумала о далеком Поясе Астероидов.

9

– Он звонил Панчо Лэйн, – сообщила Вервурд.

Она и Хамфрис медленно прогуливались по внутреннему двору особняка. Огромный высокий грот наполняло благоухание цветущих кустарников. Кругом пестрели красные, желтые, синие цветы, почти закрывая собой стены из лунного камня. Над кустарниками возвышались деревья: крепкие клены, ольха. Ветер не колыхал листву этих деревьев, птицы не пели на их ветвях, в траве не жужжали насекомые. Это был огромный искусно сделанный парник, микроклимат в котором поддерживался человеком. С высокого свода свешивались лампы дневного света. Вдалеке, за роскошным фонтаном, виднелся почти сказочный сад. По сравнению с серыми неприметными постройками города дом и сад казались настоящим раем в центре холодной мрачной пустыни.

Квартира Вервурд находилась на несколько уровней выше грота и считалась одной из самых лучших, однако по сравнению с этой роскошью проигрывала даже «Гранд Плаза».

Хамфрис говорил, что любит прогулки на свежем воздухе. Единственным другим местом на Селене, где могли прогуляться простые смертные, была «Гранд Плаза», открытая для всех желающих. Грот Хамфриса являлся частным владением и действительно непревзойденным творением человеческих рук на Луне. Магнату до безумия нравилась мысль о том, что все это принадлежит ему.

Удовольствие от прогулки мигом улетучилось после слов помощницы.

– Звонил Панчо? Зачем?

– Она стерла и его сообщение, и свой ответ, поэтому на данный момент точных слов мы не знаем. Специалисты по криптографии сейчас как раз занимаются этим вопросом.

– Только одно сообщение?

– Его послание и ее ответ.

– Хм-м…

– Нетрудно догадаться, о чем шла речь.

– Да уж. Он ждет, что «Астро» сделает более выгодное предложение. Мерзавец ведет двойную игру.

– Похоже, так.

– Если «Астро» предложит более высокую цену, то с покупкой «Гельветии» получит полный контроль в Поясе, – сказал магнат.

Вервурд нахмурилась.

– Он уже использует «Астро» в качестве поставщика. Какую выгоду получит Панчо от этой сделки?

– Помешает мне! Нанесет ответный удар.

– Значит, надо увеличить цену.

– Нет, увеличить давление! – отрезал Хамфрис.

Сайд Кура радостно улыбался, глядя в иллюминатор на свое сокровище, свою жемчужину, награду за долгих два года насмешек, борьбы и нищенского существования. Он едва мог оторвать взгляд от иллюминатора. Впереди виднелся астероид: серовато-коричневый в той части, где на него падал солнечный свет, испещренный кратерами и покрытый глыбами камней.

– Великий Аллах! – громко сказал он, мысленно благодаря Создателя за щедрость и милосердие.

Датчики показывали, что астероид содержит гидраты и воду, связанную с силикатами камня. Вода! В пустыне, которой являлась Луна, вода ценилась дороже золота. А на Церере еще дороже, хотя спрос нескольких сотен жителей Цереры, конечно же, не мог сравниться со спросом тысяч обитателей Луны.

Кура вспомнил презрение и насмешки родственников. Дома только смеялись при известии о том, что он отправляется искать удачу в Поясе. Самые благожелательные отзывались о нем так:

– Синдбад – мореход, Сайд – идиот!

Даже когда он добрался до Цереры и взял в аренду небольшой корабль, его по-прежнему называли дурачком. Что ж, теперь они поймут, что ошибались!

Как же обрадуется Фатима его возвращению в родной Алжир! Теперь они будут богатыми и счастливыми! Он сможет осыпать ее бриллиантами, одеть в самые дорогие ткани, а может, даже заведет вторую жену.

Сайд испытывал такое счастье, что решил наконец-то впервые за долгие месяцы плотно пообедать, не экономя продукты. Несколько ложек кус-куса в день – все, что он мог позволить себе съесть из скудных запасов продовольствия на борту.

Однако сначала надо отправить в МАА заявку на астероид. Это очень важно! Нет, прежде всего надо помолиться Аллаху и поблагодарить его за великую щедрость. Да, вот что важнее!

Внезапно он понял, что разговаривает сам с собой. Сайд сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок. Итак, сначала – молитва, затем – регистрация астероида и только потом обед.

Почти все время Кура поддерживал на корабле лунную силу тяжести, сознательно увеличил нагрузку на генератор, чтобы не проводить долгие месяцы в невесомости. Благодаря этому мышцы и кости остались в хорошей физической форме, и теперь по возвращении на Землю ему не нужно проходить долгий восстановительный период.

Молитвенный ковер аккуратно лег на пол, и Сайд, преклонив колени, приготовился вознести Аллаху благодарственную молитву. В этот момент по линии связи прозвучал сигнал поступившего сообщения.

Сообщение? «Странно, кто это вспомнил меня в такой глуши? – подумал он. – Только Фатима и МАА знают, где я нахожусь, ну и, конечно, диспетчеры на Церере тоже в курсе. Все равно – зачем кому-то понадобилось звонить одинокому искателю?.. Фатима! Наверное, с ней что-нибудь случилось!»

– «Звезда Востока» слушает. Назовите себя, пожалуйста! – сказал он дрожащим от волнения голосом по линии связи.

На главном коммуникационном экране появилось бородатое лицо азиата или испанца.

– Это «Шанидар». Находясь на территории, принадлежащей «Космическим системам Хамфриса», вы нарушаете права чужой собственности.

– Вы имеете в виду этот астероид? Нет, сэр! На него нет заявок. Я только что собирался отправить в МАА свой запрос.

– Уже связывались с МАА?

– Как раз собираюсь!

– Не удастся, – покачал головой бородач.

Это были последние слова, которые услышал Кура. Лазерная вспышка со стороны «Шанидара» мгновенно пробила брешь в обшивке «Звезды Востока», и предсмертный крик Сайда потонул в тишине.

Паб

Джордж Амброз держал большую каменную кружку пива в обеих ладонях. «И эту гадость называют пивом! – думал он. – С тех пор как я здесь, о настоящем пиве приходится только мечтать!»

Импортное спиртное на Церере тоже продавалось, но стоило так дорого, что Джорджу оставалось лишь стиснуть зубы и утешаться пивом местного разлива.

Паб был вовсе не плох и напоминал Амброзу бар «Пеликан» на Селене. Ко всему прочему там радовали глаз близнецы в ярких бикини. Девушки работали за стойкой бара под зорким взглядом владельца заведения. Увы, «Пеликан» находился в 260 миллионах километров отсюда – почти неделя полета даже на самом быстром корабле.

Единственное пивное заведение на Церере тоже располагалось в природном гроте. Пол отшлифовали, но стены и потолок мало кого интересовали, и их оставили нетронутыми. «Стыдно бросать заведение в столь удручающем состоянии, когда мы переедем жить на орбитальную базу!» – подумал Джордж. Паб ему очень нравился. Почти все было сделано из астероидных материалов. Джордж сидел на старом ящике от оборудования, покрытом твердым пластиком. Стол, на который Амброз положил свои мощные руки, был отшлифованным куском камня, как и чашка. Некоторые посетители заведения пили из матовых алюминиевых кружек, но Джордж предпочитал камень. Гордостью паба являлась стойка бара из настоящего дерева, привезенная сюда владельцем заведения. «Может, не такой уж он дурак! – размышлял Джордж. – По крайней мере достаточно умен, чтобы зарабатывать больше меня и многих других на Церере и в Поясе!»

Амброз оглядел толпу. Вокруг стойки толпились мужчины и женщины. Многие стояли вдоль стен с напитками в руках, потому что мест для всех не хватало. За столиком Джорджа сидели две женщины и крупный парень, но они были ему незнакомы. Троица оживленно болтала и не замечала никого вокруг.

Странные тут люди, подумал Амброз. Искатели и шахтеры всегда представлялись ему грубыми типами с натруженными руками, как в старых фильмах. Однако эти парни в большинстве своем – выпускники колледжей, хорошо образованные, добрые семьянины. Женщины наряду с мужчинами умели управлять космическими кораблями и работать с оборудованием для бурения. Конечно же, никто из них не использовал кирку или лопату, тем не менее они прекрасно умели справляться с различными трудностями. Однако в последнее время на Церере появились и люди другого типа: неприятные скользкие типы, которые держались в стороне от остального населения. Казалось, у них нет определенного занятия, хотя они утверждали, что работают на «КСХ». Эти темные лошадки слонялись вокруг, словно чего-то выжидая.

В дальнем конце паба парочка ребят распаковывали музыкальные инструменты и подсоединяли их к усилителям. Найлз Рипли улыбнулся друзьям и с трубой в руках поспешил в их сторону. Джордж встал с места и неуклюжей походкой направился к бару за добавкой. Несколько парней поздоровались с ним, и, пока Синди ходила за пивом, между ними завязалась небольшая беседа. Или Минди?.. Джордж так и не научился определять, кто из них кто. Взяв у девушки очередную полную до краев кружку, он вернулся к своему столику.

Рипли, который аккомпанировал другим музыкантам, наконец встал и заиграл соло. Звуками его музыки наполнился весь грот. Труба эхом отзывалась в каменных стенах. Люди принялись вскакивать с мест, подтанцовывать и хлопать в такт мелодии. Когда он закончил, все дружно зааплодировали и потребовали продолжения.

Вечер незаметно подходил к концу. Джордж забыл о корабле, на который копил деньги, о том, что рано утром вставать и ремонтировать главный дистанционный манипулятор «Вальсирующей Матильды»… В скором времени он планировал покинуть Цереру и продолжить добычу руды, на которую заключил контракт. Надо уложиться в срок, иначе придется платить штраф «Астро». Забыв обо всем, Большой Джордж сидел в гуще толпы, размышляя под музыку, и время о времени подходил к бару за добавкой.

Уже давно пробило полночь, когда группа музыкантов наконец закончила свое выступление. Ребята стали убирать инструменты и акустическое оборудование. Посетители, усталые, но довольные, покидали паб. Близнецы, как всегда, незаметно ретировались. На самом деле к ним никто не приставал: они были доступными девицами только в виртуальной реальности.

Джордж протиснулся через толпу и направился к Рипли.

– Дружище, позволь угостить тебя пивом?

Рипли закрыл футляр инструмента и поднял взгляд на Джорджа.

– Лучше пепси-колой, – улыбнулся он.

– Отлично, Рип! Одну минутку!

Около стойки бара стояли еще несколько людей с напитками в руках, очевидно, не намереваясь расходиться по домам. Среди них было четверо новичков. Они тихо переговаривались между собой о чем-то серьезном. У каждого на груди висел значок с логотипом «КСХ».

– Еще пиво для меня и колу для Рипли! – громко сказал Джордж.

– Колу? – засмеялись парни. Рипли улыбнулся.

– Не могу пить спиртное после полуночи. Утром предстоит работа на орбитальной базе.

– Ага, конечно, – саркастически отозвались четверо. Джордж недовольно нахмурился. Эти дураки, видно, здесь совсем недавно, если не знают, что импортируемая кола стоит гораздо дороже любого пива.

– Ну и вечерок ты сегодня устроил! – восхищенно сказал Джордж, обращаясь к Рипли.

– Да. Кажется, всем понравилось.

– А ты когда-нибудь думал о карьере профессионального музыканта? Слишком хорошо играешь, чтобы прозябать на астероидах!

Инженер отрицательно покачал головой.

– Нет, я играю только для души. Если бы думал заниматься музыкой серьезно, то, наверное, выбрал себе другую профессию.

– Ха! У меня чуть барабанные перепонки не лопнули от твоей дурацкой музыки! – сказал один из парней.

– Да! Слишком громко играешь! – презрительно заявил другой.

– Извините, ребята. Может, в следующий раз сыграю на флейте.

Блондин подошел к Рипли.

– Я тебе сейчас покажу «следующий раз»!.. А как насчет моей головы, которая теперь просто раскалывается, а?

Высокий, атлетического телосложения, с короткими светлыми волосами, собранными на затылке в смешной хвостик, парень был достаточно молод, но учить его приличным манерам было уже поздно.

Улыбка Рипли стала более натянутой.

– Думаю, что смогу найти вам парочку таблеток аспирина, – вежливо сказал он.

– Да пошел ты со своим аспирином! – рявкнул парень и плеснул содержимое своего бокала в лицо растерянному инженеру.

Рипли растерялся. Он недоуменно смотрел, как пиво, стекая по лицу, капает на рубашку.

– Эй, парень, это ты зря сделал! – процедил сквозь зубы появившийся в толпе Джордж.

– Я не с тобой разговариваю, рыжий, а с этим наглым умником!

– Он – мой друг, так что, думаю, тебе стоит немедленно принести ему свои самые искренние извинения.

– А я думаю, тебе стоит отойти отсюда подальше, а то и ты схлопочешь!

Джордж самодовольно улыбнулся. Вот это уже интересно!

– Мистер Рипли не из того сорта людей, которые ввязываются в драки. А вдруг он поранит себе губу и не сможет играть на трубе? Нелегко тогда придется его обидчикам! Здешние ребята не простят такую выходку!

Парень осмотрелся. Паб почти опустел. Горстка зевак остановилась у выхода, наблюдая за происходящим. Владелец бара отошел к другому концу стойки; выражение на его лице было тревожным и любопытствующим одновременно.

– Меня не волнует, кого тут чего прощает, и ты меня тоже мало волнуешь! – прорычал блондин.

Трое его товарищей встали с ним рядом. Джордж быстрым движением руки схватил парня за шиворот и поднял вверх. В глазах типа вспыхнуло удивление от неожиданной силы соперника. Остальная троица застыла на месте.

– Ладно, дружище, давай не будем затевать драку, – сказал Рипли, осторожно дотронувшись до свободной руки Большого Джорджа.

Амброз перевел взгляд с блондина на трех его товарищей и усмехнулся.

– Да уж. Нет смысла ломать мебель в нашем единственном пабе о чью-то тупую голову!

Разжав кулак, он швырнул парня на пол и медленно направился в сторону двери. Как Джордж и предполагал, в следующую секунду все четверо набросились на него сзади. Однако вряд ли они имели представление о том, что такое драка в условиях малой гравитации.

Джордж резко развернулся и ударил кулаком одного из наглецов. Тот отлетел на несколько метров в сторону и с глухим звуком упал. Двое оставшихся попытались одновременно скрутить Амброзу руки, но он без труда справился и с ними. Инициатор ссоры, используя прием карате, попытался ударить Амброза по лицу, однако был схвачен за ногу и брошен прямо в барную стойку. С грохотом ударившись о декоративную витрину, парень со стоном сполз на пол.

– Эй, Джордж, мое имущество стоит немалых денег! – закричал владелец заведения.

Однако Джордж не слышал его: он уже был занят поднявшимися на ноги тремя типами. Все трое бросились на него одновременно, однако свалить Амброза с ног было не легче, чем каменную статую. Размахнувшись, он с громким ревом отшвырнул одного из нападавших на пол, а двоих других с силой столкнул лбами и кинул к стене.

Наступила тишина. Около его ног лежали двое мужчин без сознания, третий стонал, лежа лицом на полу у стойки. Владелец заведения склонился над разбитым стеклом и громко возмущался.

– Так-так, кому-то придется заплатить за это хулиганство!

– Джордж, с тобой все в порядке? – спросил Рипли.

Амброз заметил в его руках складной стул.

– Что ты собираешься с ним делать? Отправишь обратно на Землю в качестве посылки? – засмеялся он.

Рипли тоже засмеялся, и они покинули паб. Когда через минуту музыкант вернулся за забытым футляром с трубой, владелец паба разговаривал по телефону с Крис Карденас – единственным квалифицированным медиком на Церере. В руках он держал кредитную карту одного из пострадавших: вопрос о компенсации ущерба был решен.

Даже проработав пять лет в совете директоров «Астро», Панчо Лэйн считала себя недостаточно опытной. Предстоит еще многому учиться! – говорила она себе каждый день.

И все же у нее постепенно выработались свои привычки, набор определенных правил поведения. Она старалась проводить как можно меньше времени в офисах «Астро» и как можно больше – в обществе инженеров и астронавтов. Когда-то и сама Панчо была простым астронавтом и даже не предполагала, что поднимется по служебной лестнице, будет читать доклады на заседаниях совета директоров, изучать документацию и заниматься прочими бюрократическими делами. Лучше работать среди рабочих и техников, пачкать руки. Она предпочитала запахи машинного масла и пота утонченным ароматам духов и интригам в корпоративных офисах.

Одно из установленных ею для себя правил гласило: принимать решения только после детального изучения всей информации, а приняв их – тщательно выполнять. Другое правило: лично сообщать плохие новости, а не искать для неприятной работы посыльных.

И все же она медлила с ответом Ларсу. Панчо знала, что новости его расстроят, поэтому позвонила Аманде. Пять лет назад они вместе вели «Старпауэр-1» к Поясу Астероидов и едва не погибли в результате коварных интриг Хамфриса. Им пришлось беспомощно смотреть на смерть Дэна Рэндольфа, погибшего от радиации. «Организовал» его смерть Мартин Хамфрис, Панчо не забыла об этом.

Теперь магнат предлагал Ларсу продать «Гельветию», тем самым вынуждая его покинуть Пояс. Хамфрис собирался стать единственным поставщиком товаров для старателей. Панчо намеревалась бороться, сделать «Астро» сильным конкурентом «КСХ» и отчасти – с помощью компании Фукса. Увы, у противника возможностей больше…

Злясь на себя, девушка пересекла офис «Астро» в Ла-Гуайре и, сев за стол в своем кабинете, позвонила Аманде. Панчо не обращала внимания на открывавшийся прекрасный вид из окна. Зеленые горы, укрытые сверху облаками, и спокойное лазурное море не радовали ее. Закинув ноги в ботинках прямо на стол, она начала диктовать компьютеру письмо подруге.

– Мэнди, боюсь, у меня плохие новости. «Астро» не в состоянии предложить вам с Ларсом аналогичную сделку. Совет директоров никогда за это не проголосует. Прости, дорогая! Если прилетите с Фуксом на Селену – обязательно найдите меня. Надеюсь, мы сумеем провести вместе некоторое время и отвлечься отдел! Пока.

Закончив, Панчо удивилась, обнаружив, что почти полчаса сидит перед экраном, погрузившись в собственные мысли и забыв отправить письмо на Цереру.

– Отправить! – приказала она.

Главный штаб Международной Ассоциации Астронавтов все еще официально находился в Цюрихе, но основные офисы располагались в Санкт-Петербурге. В результате глобального потепления растаяли почти все ледники Швейцарии, снежные шапки Альпийских гор превратились в мощнейшие источники наводнения. Сотрудники МАА, перебравшиеся в Россию, жаловались на вынужденный переезд и неутихающий кризис парникового эффекта.

Однако, к их удивлению, Санкт-Петербург оказался красивым, хоть и немного суетливым городом, а вовсе не серым погибающим гигантом, каким они его себе представляли. К этому району планеты природа была милосерднее: зимы стали гораздо теплее и короче, снег начинал падать только в декабре, а лето приходило уже в апреле. Русские строили дамбы и плотины через Финляндский залив и Неву, чтобы сдерживать нарастающий уровень океана.

Позднее зимнее солнце безуспешно боролось с грязновато-серым слоем снега на крышах. День выдался хороший. Закинув руки за голову, Эрик Зар посмотрел на блестящую гавань вдалеке и подумал, что неплохо бы окончить все дела к обеду и провести выходные вместе с семьей в Кракове.

Эти приятные планы нарушил вошедший в кабинет Франческо Томазелли. Итальянцы считались веселым и улыбчивым народом, однако Томазелли всегда выглядел хмурым и недовольным. Зар, который порой чувствовал себя шекспировским Юлием Цезарем, считал коллегу нервным и втайне называл его «спагетти» из-за худобы.

– В чем дело? – спросил Эрик, надеясь, что проблемы не помешают его радужным планам на выходные.

Томазелли опустился в одно из кресел и нахмурился еще больше.

– Еще один корабль искателей пропал в Поясе.

Зар тоже нахмурился. Он активировал компьютер и вызвал на экран последнюю сводку данных о маршрутах судов в Поясе Астероидов. Исчезло судно под названием «Звезда Востока». Его маяк-астроориентатор погас, телеметрические данные отсутствовали.

– Уже третий корабль за последний месяц! – сказал Томазелли.

– Они находятся на краю света, летают в одиночку. Когда на корабле случаются неполадки, рядом никого нет. А что ты ожидал? Такова реальность, – сказал Зар, разведя руками в стороны.

Томазелли покачал головой.

– Когда на корабле неполадки, как ты говоришь, это отражается на данных телеметрии. Пилот отправляет сигнал бедствия, спрашивает совета, просит помощи, в конце концов!

Зар пожал плечами.

– Были случаи гибели экипажа в результате отказа систем корабля. Бог знает, что там могло случиться!..

– Но эти корабли даже не подавали сигналов бедствия. Они просто исчезли. Раз – и нет!

– Суда, о которых ты говоришь, успели зарегистрировать какие-нибудь астероиды? – немного помолчав, спросил Зар.

– Только одно – «Фея озера». Через две недели после ее исчезновения заявка была аннулирована, и астероид зарегистрировало судно «Космических систем Хамфриса» под названием «Шанидар».

– Ничего странного в этом не вижу.

– Всего две недели!.. Такое впечатление, что корабль «КСХ» ждал исчезновения «Феи озера», чтобы взять астероид себе.

– Ты драматизируешь, Франко. Это же обвинение в пиратстве!

– Надо провести расследование.

– Расследование? Как? И кто должен его проводить? Хочешь, чтобы мы отправляли туда поисковые группы? У нас нет ни лишних средств, ни судов для таких целей.

Томазелли молчал, в его глазах читались задумчивость и упрек.

– Хорошо, Франко. Сделаем так: я поговорю с людьми Хамфриса. Посмотрим, что они скажут, – нахмурился Зар.

– Естественно, они станут все отрицать.

– Но ведь и отрицать нечего! Нет ни единого доказательства каких-либо противозаконных действий с их стороны.

– Я проверю все заявки, которые подали корабли «КСХ» за последний месяц.

– Зачем?

– Чтобы узнать, находились ли они поблизости от исчезнувших кораблей или нет.

Зар хотел кричать от злости на дотошного коллегу. Глупый подозрительный итальянец везде видит мошенничество и обман, интриги и преступные планы! Однако вместо этого он сделал глубокий вдох и сказал более спокойным тоном, чем сам от себя ожидал:

– Хорошо, Франко. Проверяй заявки, а я поговорю с людьми Хамфриса в понедельник утром, когда вернусь после выходных.

10

На Церере не было конференц-зала; не было вообще никакого места для публичных собраний. Да, собственно, в собраниях и не имелось необходимости: местные искатели и шахтеры, техники, торговцы и клерки никогда не собирались вместе. Неким подобием органа правления можно было считать лишь пару диспетчеров МАА, которые контролировали взлет и посадку кораблей, ежечасно прибывающих за товарами и оборудованием на Цереру и затем вновь исчезающих в темной пустоте Пояса.

Фукс решил созвать общее собрание. Потребовалось приложить немало усилий, чтобы убедить старателей, что встреча необходима. Лишь сорок мужчин и женщин из нескольких сотен пришли в паб, который Фукс выбрал местом встречи. Десятки человек связались с собранием по линии связи, находясь на своих кораблях. Среди них был и Джордж, который покинул Цереру и отправился на «Вальсирующей Матильде» в глубь Пояса.

К пяти часам вечера в пабе собралась довольно благодушная компания. Как и на большинстве кораблей и базах вне Земли, на Церере следовали Универсальному времени. Владелец заведения разрешил использовать паб для встречи только тогда, когда Фукс пообещал, что встреча займет не больше часа.

– Я не оратор, – начал Фукс, встав на стойку бара, чтобы все присутствующие его видели.

В стены паба были вмонтированы три больших плоских экрана. На них то и дело мелькали лица независимых искателей, которые не смогли присутствовать на встрече лично. Однако многие отказались даже от виртуального присутствия, объясняя свое решение тем, что скрываются в неизведанных районах Пояса втайне от МАА.

– Я не оратор, – повторил Фукс громче.

– Что ты тогда делаешь на стойке? – послышался голос из задних рядов.

Все захохотали.

– Да, это неблагодарное занятие, – усмехнулся Ларс в ответ и взглянул на Аманду, стоявшую справа, около стены.

Она ободряюще улыбнулась мужу. Рядом с ней стояли соблазнительные близнецы в серебристых обтягивающих комбинезонах. Но даже в простой повседневной одежде жена казалась Фуксу прекраснейшей женщиной на свете.

– Итак, нужно обсудить один очень важный вопрос, который большинство из нас считает неприятным, – сказал он, как только толпа затихла.

– В чем дело, Ларс? Опять проблемы с канализацией?

– Неполадки в системе рециркуляции?

– Нет, – ответил он. – Хуже. Пришло время подумать о формировании на Церере органа управления, администрации.

– О-о! Этого еще не хватало!

– Мне тоже не нравится идея установления здесь неких законов, но общество растет и нуждается в них все больше. Сейчас у нас здесь нет никакого порядка.

– И не надо!

– Мы и без законов неплохо справляемся! Фукс покачал головой.

– За последний месяц в пабе произошло две драки. На прошлой неделе кто-то намеренно повредил корабль Юрия Кубасова.

– Юрий ухлестывал за чужой подружкой! – раздался возглас из задних рядов.

Некоторые захихикали.

– Затем кто-то взломал дверь моего склада, – продолжил Фукс. – Причинен серьезный ущерб: мы потеряли оборудования более чем на сто тысяч международных долларов.

– Да ладно, Фукс! Все знают, что ты пытаешься соревноваться с «Космическими системами Хамфриса»! Вот конкурент и вставляет тебе палки в колеса. Нас ваши разборки не касаются! – прозвучал возмущенный женский голос.

– Да, если решил воевать с Хамфрисом, то сам и разбирайся с ним!

– Это не я воюю, а мы воюем!

– Нет, Фукс, не вмешивай нас в свои личные счеты с «КСХ»!

– Это вовсе не так, и вы убедитесь в моих словах.

– Что ты хочешь сказать?

– Я и Аманда скоро покинем Цереру. Мы возвращаемся на Землю.

Фукс почти выдавил из себя эти слова.

– Уезжаете?!

– Хамфрис сделал предложение о покупке «Гельветии», и мы его принимаем. Склад и все остальные владения компании перейдут к «КСХ», – с болью в голосе сообщил Фукс.

Несколько секунд в зале стояла мертвая тишина.

– Значит, нашим поставщиком будут «Космические системы Хамфриса»? – спросил с экрана Большой Джордж.

– У них будет монополия! – закричал кто-то в толпе.

– Вот почему так важно создать здесь правительство: некую группу людей, которая будет отстаивать ваши интересы, – мрачно заметил Фукс.

– Пожар! – вдруг раздался громкий электронный голос из встроенных в стену передатчиков. – Пожар в секторе «4С»!

– Это же мой склад! – воскликнул Ларс.

Толпа бросилась к выходу в тоннель. Ларс спрыгнул со стойки, схватил жену за руку и последовал за другими.

Каждый сектор подземного поселения был связан с другими сетью тоннелей. Герметически закрытые люки располагались строго через сто метров; они были запрограммированы на автоматическую блокировку в случае падения давления или других отклонений от искусственных условий подземелья. К тому времени, когда Фукс и Аманда добежали до входа на склад, люк в грот склада уже автоматически захлопнулся. Ларс прошел через толпу, задыхаясь от кашля и пыли, и дотронулся до металлической обшивки люка. Металл оказался раскаленным.

– Камеры наблюдения на складе полностью вышли из строя, – сообщил один из техников. – Огонь, наверное, очень сильный.

Фукс мрачно кивнул.

– Придется ждать, покатам закончится кислород и огонь не потухнет сам.

– Внутри никого нет? – спросила Аманда.

– Думаю, нет. Все находились в пабе на встрече.

– Что ж, тогда будем ждать.

Несколько человек выразили соболезнования. Большинство направились обратно в сторону паба, тихо беседуя друг с другом. Слышался кашель.

– Это дело его рук! – пробормотал Фукс.

– Кого? – удивилась Аманда.

– Хамфриса. Его люди подожгли склад.

– Нет… Зачем ему?..

– Чтобы заставить нас поскорее покинуть Цереру. Деньги, которые он предлагал, были просто уловкой. Мы пока не ответили на его предложение, и он решил применить силу.

– Ларс, я не могу в это поверить!

– Зато я могу!

– Сейчас мы все равно бессильны что-либо сделать. Пойдем домой, – сказала она, оглядевшись по сторонам.

– Нет. Я буду ждать здесь.

– Но у тебя нет с собой даже маски!

– Уходи, а я останусь тут.

– Хорошо, я подожду, – сказала она, пытаясь ободряюще улыбнутся.

– Не стоит…

– Я останусь тут! – твердо сказала Аманда, взяв мужа за руку.

Стоя возле входа на свой склад, кашляя и чувствуя беспомощность, Фукс ощущал, как в нем медленно закипает злоба.

Грязная скотина! Подлец! Устроить пожар! В таком закрытом подземном поселении, как Церера!.. Если бы не сработали люки, в огне погибли бы все люди. Все до одного! Пламя могло распространиться в считанные секунды и гореть до тех пор, пока не закончится кислород.

«Убийца! Я собирался заключить сделку с убийцей! С хладнокровным подлецом, смерть невинных людей для которого ничего не значит! А я еще серьезно думал о том, чтобы взять его грязные деньги и бежать отсюда как последний трус!»

– Ларс, что с тобой? – спросила Аманда, обеспокоено глядя на мужа.

– Ничего.

– Тебя трясет! Ты… я никогда не видела у тебя такого лица! – испуганно сказала она.

Он попытался контролировать кипящий внутри гнев, спрятать его.

– Ладно, ты права. Сейчас мы бессильны. Потом откроем люк и посмотрим, что осталось внутри.

Они вернулись домой, и Аманда быстро приготовила ужин.

Ларс не мог спать.

На следующее утро он с парой техников отправился к складу. Чтобы открыть люк, пришлось использовать одну из лазерных установок для бурения. Затем люди подождали, пока большой грот наполнился воздухом, и только потом зашли внутрь.

Склад превратился в черные дымящиеся руины. Техники, совсем недавно прибывшие на Цереру, от удивления раскрыли рты.

– Боже мой! – пробормотал один из них, когда люди осветили грот фонарями.

Фукс тоже едва мог поверить собственным глазам. Стеллажи обвалились и сгорели дотла, металлические опоры расплавились, тонны оборудования превратились в бесформенные глыбы шлака.

– Что же могло стать причиной такого пожарища? – удивился один из техников.

– Не что, а кто! – мрачно поправил его Фукс.

11

«Хорошо, что существует интервал связи, – подумала Аманда, – иначе Ларс набросился бы на нее с ругательствами».

Лицо Ларса было испачкано сажей, и выглядел он мрачнее тучи. Сначала они позвонили в страховую компанию, чтобы сообщить о пожаре, затем Диане Вервурд в офис «КСХ» на Селене.

Даже несмотря на то, что сообщения летели со скоростью света, ждать ответа пришлось почти час. Учитывая огромное расстояние, о разговоре в режиме реального времени мечтать не приходилось. Линия связи была скорее видеопочтой.

– Мистер Фукс, – начала Вервурд свое послание. – Спасибо, что сообщили нам о произошедшем пожаре. Надеюсь, никто не пострадал.

Фукс открыл рот, чтобы ответить, однако Вервурд продолжила:

– Прежде чем мы возобновим переговоры о покупке «Гельветии», необходимо узнать размер причиненного ущерба. Насколько я понимаю, большая часть имущества вашей компании состояла из оборудования, хранившегося на складе. Оно застраховано, но, думаю, страховая компания не возместит вам больше половины стоимости утерянного. Как только сможете, сообщите о ходе дел, а я тем временем свяжусь с вашей страховой компанией. Спасибо.

Изображение на экране сменилось логотипом «КСХ».

Лицо Фукса напоминало грозовую тучу. Он сидел за рабочим столом, молча глядя на монитор. Аманда не знала, как развеять мрачное настроение мужа.

– Мы не получим десять миллионов. И даже половины не получим.

– Ничего, Ларс. Три или четыре миллиона вполне достаточно, чтобы…

– Чтобы бросить все и убежать с поджатым хвостом?

– Что же еще мы можем сделать?! – спросила она, сама поразившись своему вопросу.

Фукс опустил голову.

– Не знаю… Не знаю. Мы разорены. Склад полностью уничтожен. Тот, кто совершил поджог, хорошо знал свою работу.

– Ты уверен, что это сделали с умыслом? – осторожно спросила она.

– Конечно! Подлец и не собирался нам платить десять миллионов! Это была лишь уловка, приманка! Хамфрис гонит нас с Цереры, из Пояса вообще!

– Но… зачем тогда понадобилось делать предложение о покупке «Гельветии»?

– Чтобы ввести в заблуждение, дать привыкнуть к мысли об отъезде домой. Теперь он ждет, что приползем к нему на коленях и станем умолять хоть о какой-то части первоначальной суммы.

– Мы не станем этого делать. Не поползем и не попросим, – покачала головой Аманда.

– Придется уезжать. У нас нет выбора, – мрачно проговорил Ларс.

– У нас есть корабль.

– «Старпауэр-1»? Ты хочешь сказать, что готова снова заняться искательством?

Аманда точно знала, что не хочет больше вести плачевную жизнь в Поясе, но все же кивнула.

– Да. Почему бы и нет?

Фукс повернулся к жене с горящими от обуревавших эмоций глазами.

Найлз Рипли так устал, что едва передвигал ноги. Он направлялся к воздушному шлюзу на поверхности Цереры, спеша домой, в подземное поселение. Четыре часа работы на орбитальной станции можно сравнить с неделей тяжелого труда в любом другом месте. Полет на челноке к поверхности астероида тоже требовал нервного напряжения: наземные службы вели маленький челнок автоматически, а без пилота на борту Рипли чувствовал себя неуверенно. Небольшое судно приземлилось в нескольких метрах от корабля «Космических систем Хамфриса», который нагружали товарами.

«Надо пойти в паб и пропустить кружку-другую пива, – подумал инженер. – Наверное, я даже раскошелюсь сегодня на импортное».

Работа по строительству орбитальной базы шла успешно. Медленнее, чем ожидал Фукс, но Рипли был все же доволен результатами. Подняв голову вверх, он увидел ее сквозь стекло шлема – медленно вращающуюся, поблескивающую в слабых солнечных лучах.

Новое жилище выглядело неуклюже, тем не менее всем нравилось. Совершенно разные по форме и размеру космические корабли расположили по кругу. Проект был почти завершен. В скором времени люди смогут переехать туда и жить в условиях почти лунной гравитации. Осталось лишь установить противорадиационную защиту. Шестнадцати комплектов сверхпроводников не хватало для формирования магнитного поля нужной силы. К тому же еще предстояла наладка.

Раньше земляне думали, что работа в микрогравитации легка и даже забавна: летаешь себе беззаботно и хлопот не ведаешь. На самом же деле приходилось рассчитывать и прорабатывать малейшую деталь. Чтобы держать руки прямо или сделать хотя бы несколько шагов в тяжелом скафандре, нужно обладать немалой выдержкой. «Да, я смог бы прыгнуть с Цереры и пуститься в полет как супермен, если бы не знал, что, приземлившись, переломаю все кости! – думал Рипли. – Слава богу, на сегодня работа окончена!»

База медленно исчезла за изогнутой линией горизонта. Церера такая маленькая!.. Рипли покачал головой в шлеме, продолжая удивляться, как ему удается что-то создавать в этой глуши, не приспособленной для жизни человека. Инженер направлялся к шлюзу, поднимая вверх клубы серой пыли. Он устало смотрел под ноги, замечая, как скафандр покрывается пылью почти до самого пояса. Рукава и перчатки тоже приобрели характерный темноватый оттенок. Придется, как всегда, потратить добрых полчаса на чистку скафандра!..

Люк был встроен прямо в камень. Неподалеку стояли два корабля. Рипли почти дошел до люка, когда тот вдруг открылся и наверх медленно поднялись три фигуры в скафандрах. На нагрудном кармане каждого под табличкой с именем светился опознавательный значок с логотипом «КСХ». Интересно, не те ли самые это парни, которых отделал в пабе Большой Джордж?

В руках незнакомцев были тяжелые ящики с оборудованием. В малой гравитации Цереры человек мог нести на себе груз, который в земных условиях осилит только подъемный кран. На поясе у каждого висели различные инструменты.

– Куда собрались, ребята? – поинтересовался Рипли по радио.

– Загружаем шаттл, – последовал ответ.

– Как всегда, одно и то же, – вяло сказал другой. – Оборудование для кораблей на орбите.

– Бушанан, Санторини, Гиап, – прочитал на табличках Рипли. – Привет! А я – Найлз Рипли.

– Знаем, – кисло сказал Бушанан.

– А, трубач! – отозвался Санторини.

Рипли дружелюбно улыбнулся, хотя знал, что при тусклом освещении вряд ли кто-либо заметит его улыбку.

– Извините за потасовку, которая произошла несколько дней назад в пабе, – мягко сказал инженер. – Мой друг немного погорячился.

Все трое медленно опустили ящики на поверхность.

– Тебя называют Трубачом, да?

– Иногда, – осторожно ответил тот.

– И где же твоя труба?

– Дома. Я не ношу инструмент с собой, – улыбнулся Рипли.

– Жаль, а то я с радостью затолкал бы его тебе в глотку!

– Эй, ребята, вы что? Право, не стоит…

– Из-за твоего дружка-гориллы Карл теперь лежит в медицинском изоляторе с тремя сломанными ребрами.

– Но я же не начинал ту ссору! И сейчас не хочу ни с кем ссориться.

Рипли попытался обойти враждебно настроенных парней, однако ему преградили путь и схватили за руки. В какую-то секунду инженеру даже стало смешно: не будут же они драться с ним в скафандрах!

– Эй, перестаньте, ребята! – сказал Рипли, пытаясь освободить руки.

Бушанан сбил его с ног. Рипли медленно начал падать. В небе стелились звезды, безмолвно глядя на происходящее. Наконец он коснулся поверхности, больно ударившись головой в шлеме. Густое облако пыли заволокло пространство вокруг.

– Ладно, Трубач, посмотрим, как тебе понравится вот это! – сказал Бушанан и принялся со всех сил пинать инженера ногами. Другие двое засмеялись и через минуту присоединились к товарищу.

Сначала боль почти не ощущалась, но с каждым новым ударом становилось все больнее. Рипли испугался, что нападавшие порвут трубку от баллона с кислородом. На губах почувствовался вкус крови. Мерзавцы стояли над жертвой и злорадно улыбались.

Бушанан отстегнул от пояса один из инструментов.

– Знаешь, что это? – спросил он зловещим голосом.

Инженер увидел гладкий зеленоватый предмет прямоугольной формы с рукояткой пистолетного типа. Тяжелый черный провод от рукоятки вел к батареям, прикрепленным на поясе Бушанана.

– Это «Марк-4» – гигаватный импульсный лазер. Его используют для проделывания маленьких отверстий в металле. Как думаешь, где лучше сделать отверстие в тебе?

– Эй, Трэйс! – сказал Санторини. – Не горячись, дружище!

Рипли попытался сдвинуться с места, отползти в сторону, но тело не слушалось его. Из прибора вышел луч лазера.

– Трэйс, не надо!

Бушанан плавно опустился на одно колено возле Рипли и внимательно посмотрел в его испуганные глаза. Тот поднял руку, пытаясь оттолкнуть мучителя, однако смог только сорвать матерчатую табличку с его именем.

– Нам не велели убивать! – настаивал Санторини. Бушанан лишь усмехнулся в ответ.

– Помолчи, болтун!

Рипли умер мгновенно. Лазерный пистолет в пикосекунду превратил его мозг в желеобразную массу.

12

Ларс Фукс сидел за столом и беседовал с арендатором «Старпауэра-1». Женщина отказывалась вернуть корабль до истечения срока договора через четыре месяца.

– Парни из «КСХ» меня уже лишили двух отличных астероидов, – сердито сказала она. – Я направляюсь в дальнюю часть Пояса, и если ко мне еще хоть кто-то приблизится, я просто начну стрелять!

Фукс изучал лицо на экране. Наверное, ей не больше тридцати. Такая же выпускница университета. Макияжа на лице нет, волосы коротко острижены, глаза усталые.

– Могу организовать для вас аренду другого судна, – сказал Ларс.

– Нет! Я уже в полете. Завтра в это же время интервал связи будет составлять полчаса. Пока, Ларс.

Экран погас. Фукс откинулся в скрипучем кресле, мысли в голове перемешались. «Я не могу заставить ее отдать корабль. Она приняла решение и раньше чем через четыре месяца не вернется. По возвращении у нее либо будет заявка на хороший астероид, либо она не сможет даже оплатить последний взнос за аренду. Как же решить эту проблему? При отсутствии корабля придется лететь на Землю в качестве пассажиров на чужом судне…»

Аманда вошла в квартиру как раз в тот момент, когда прозвучал телефонный сигнал. Ларс машинально активировал линию связи и только потом заметил выражение лица жены.

– Что случилось? – спросил он и встал с кресла.

– Рипли… – произнесла она испуганно. – Его нашли снаружи у люка. Мертвым.

– Как?! – потрясенно спросил Фукс. – Что произошло?

– Об этом-то я хочу поговорить! – сказала появившаяся на экране Карденас.

Супруги повернулись к дисплею на стене.

– Тело Рипли принесли ко мне в изолятор, – мрачно сообщила женщина.

– Что с ним? – повторил Фукс, на этот раз обращаясь к Карденас.

Та многозначительно покачала головой.

– Найлз погиб не от удушья и не от декомпрессии. Скафандр сильно поцарапан, но цел, и все системы жизнеобеспечения в норме.

– Тогда почему он умер? – спросила Аманда. Кристин нахмурилась.

– Я проведу мультиспектральное сканирование и попытаюсь выяснить причину. А позвонила я, чтобы узнать, не было ли у него врагов.

– Вряд ли. Я перешлю вам его личный файл.

– Он работал над проектом по строительству орбитальной базы? – спросила Карденас, заранее зная ответ на вопрос.

– Да, – с растерянным видом сказал Ларс. – Теперь проект придется остановить, пока не подыщем бедняге замену.

– Мы сейчас придем в изолятор, Крис, – сказала Аманда. – Через пять минут.

– Подождите. Мне нужен еще час на сканирование.

Обычно жизнерадостная и веселая, Крис Карденас была мрачной и сердитой. Изолятор являлся единственным заведением на Церере, где можно получить квалифицированную медицинскую помощь. Кристин успешно справлялась с не очень серьезными несчастными случаями и небольшими вспышками инфекций. В сложных случаях людей отправляли на Селену. Сама Карденас никогда не покидала Пояс Астероидов.

Она была дважды изгнанницей. В крови Кристин присутствовали наноботы, и власти Земли запретили ей возвращаться на Землю. Молодость и красота стоили Карденас детей и внуков, с которыми ее навсегда разлучили. Подавляющее большинство людей боялись, что наноботы смогут каким-либо образом покинуть тело носителя и распространиться по планете, уничтожая все на своем пути, принеся пандемии, уничтожая города, превращая мир в серое месиво.

Обида на Землю и беспочвенные страхи ее обитателей завели Карденас слишком далеко. Хотя и неумышленно, она оказалась причастна к смерти Дэна Рэндольфа. Власти Селены запретили ей работу в лаборатории нанотехнологий в наказание за преступные действия и в качестве предупреждения всем, кто попытается использовать наноботы не по назначению. Кристин покинула Селену и добровольно заточила себя на Церере среди искателей и шахтеров, где использовала свои знания в медицине и психологии для помощи людям.

– Вам удалось установить причину смерти Рипли? – спросила Аманда, когда они сели напротив Кристин.

– С огромным трудом. Я не патологоанатом, поэтому причина едва не ускользнула от моего внимания.

Кабинет врача в изоляторе был таким маленьким, что даже трое людей в нем создавали толпу. Карденас нажала несколько кнопок, и стена напротив превратилась в изображение тела Найлза Рипли.

– На первый взгляд ничего особенного не заметно, – начала она. – Никаких травм. Лишь несколько царапин и синяков на спине и груди.

– Отчего они появились? – спросил Фукс.

– Возможно, от падения в тяжелом скафандре.

Ларс скептически нахмурился.

– Я тоже падал не раз, но царапин при этом не получал.

Карденас понимающе кивнула.

– Знаю. Сначала я думала, что он умер от инфаркта или острой сердечной недостаточности. Я просканировала тело, однако коронарные артерии выглядели вполне здоровыми, да и в самом сердце нет патологии.

Фукс внимательно смотрел на экран, но, как ни старался, не мог понять, что в этом снимке является нормой, а что – нет. Он видел контуры черепа, внутри него – розоватую массу мозга. Линии, которые он принял за кровеносные сосуды, переплетались как тонкие провода.

– Видите? – спросила Карденас.

– Нет. Я не вижу… Минутку!

Фукс заметил, что в то время как большая часть мозга имела розоватый оттенок, узкая полоса от лба до затылка горела почти оранжевым.

– Вы имеете в виду этот оранжевый участок?

– Да, именно.

– А что это? – спросила Аманда.

– Причина его смерти – разорванные нервные и глиальные клетки. Удар имел эффект пули, хотя и не повредил кожу.

– Микрометеор? – спросил Фукс, понимая, что версия звучит глупо.

– Скафандр не поврежден, – напомнила Аманда.

– Что бы это ни было, оно беспрепятственно проникло сквозь шлем и кожу, затем через черепную коробку и уничтожило клетки мозга.

– Боже мой!

– У меня есть и иные улики, – сказала Карденас с видом настоящего криминалиста.

Изображение на экране сменилось мертвым лицом Рипли. Фукс почувствовал, как жена вздрогнула, и взял ее за руку. Глаза инженера остекленели, рот был разинут, загорелая кожа неестественно побледнела. «Лицо смерти!» – подумал Ларс и сам едва не вздрогнул.

Карденас нажала еще несколько кнопок, и возникло увеличенное изображение переносицы.

– Видите небольшое пятно на коже?

Фукс не заметил ничего странного, зато заметила Аманда.

– Да. Похоже на… ожог.

Карденас мрачно кивнула.

– Еще одна загадка. – Она вынула небольшой кусок ленты около десяти сантиметров длиной. – Вот, прилепилось к правой перчатке покойного.

«Бушанан» – гласила надпись на ленте.

– Бушанан – механик из «Космических систем Хамфриса», у которого есть доступ к ручному лазеру, – холодным безжалостным тоном, словно зачитывая приговор, сказала Карденас.

– Ручной лазер? – удивился Фукс.

– У меня есть образец со склада «КСХ», и я уже опробовала его на соевом мясе. Клетки погибли в одну пикосекунду – так же, как это произошло с мозгом Рипли.

– Значит, Бушанан… убил Рипли?! – сделала вывод потрясенная Аманда.

– Да, именно это я и хочу сказать, – ответила ледяным, как сама смерть, голосом Кристин.

13

К тому времени когда супруги вернулись домой, Фукс был вне себя от злости. Первым делом он направился к кухонному шкафу и принялся там рыться.

– Ларс, что ты собираешься делать?

– Убийцы! – сквозь зубы прорычал он, роясь среди инструментов. – Вот кого присылает сюда Хамфрис! Наемных убийц!

– Что ты делаешь?

Фукс вынул беспроводную электрическую отвертку.

– Эта штука достаточно эффективная…

Аманда в ужасе подбежала к разъяренному мужу, но тот ее аккуратно отстранил.

– Что ты задумал, Ларс?!

– Надо найти этого Бушанана.

– Ты пойдешь один?!

– Конечно, один! Кому еще это нужно?.. Надо успеть, пока подонок не покинул Цереру на одном из кораблей своего босса.

– Не смей! Пусть этим занимаются правовые инстанции!

– Аманда, что ты говоришь? Какие права, какие инстанции? Здесь нет даже самоуправления!

– Ларс, если он и в правду наемный убийца, то он убьет и тебя!

Фукс остановился у входной двери и положил инструмент в карман брюк.

– Я не такой дурак, милая! Не волнуйся, я не позволю ему убить ни меня, ни кого бы то ни было другого!

– Но как же ты?..

Он открыл дверь и вышел в тоннель. В воздух поднялись клубы пыли.

Когда Фукс пришел в паб, там, как всегда, толпились посетители. Он протиснулся между людьми и подошел к стойке. Владелец заведения поздоровался, но не улыбнулся.

– Привет, Ларс. Еще одно собрание хочешь провести?

– Нет. Знаешь парня по фамилии Бушанан?

– Очень скользкий тип!

– Не волнуйся. Я не собираюсь устраивать проблем, – сказал Фукс и почти поверил, что это правда.

– Бушанан сидит в конце стойки. Вон там!

– Спасибо.

Фукс взял бокал с холодным пивом и пошел к концу стойки. Парень, на которого показал владелец заведения, весело болтал с двумя товарищами и тремя полуголыми девицами. Перед шумной компанией стояли напитки. Бушанан оказался высоким, широкоплечим и довольно молодым. У него были короткие светлые волосы со смешным хвостом на затылке и худощавое лицо.

– Вы – мистер Бушанан? – спросил Фукс, поставив стакан на стойку.

Парень обернулся и презрительно посмотрел на Ларса. Тот показался ему глуповатым коренастым типом с кислым выражением лица. На незнакомце был старый велюровый пуловер и выцветшие от времени рабочие брюки. На поясе висел какой-то инструмент.

– Да. Я – Бушанан, – наконец ответил блондин. – А ты кто такой?

– Друг покойного Найлза Рипли.

Фукс сказал фразу тихо и быстро, но прозвучала она так, словно он крикнул в громкоговоритель. Разговоры, смех, движения – все замерло, в гроте нависла тишина.

– Да, Рипли не будет теперь трубить в свой рог! – усмехнувшись, сказал Бушанан и с довольным видом положил локти на стол.

Один из его дружков нервно хихикнул.

– В руке Рипли нашли табличку с твоим именем.

– А-а! Так вот где она, оказывается! А я-то гадал…

– Ты убил его.

Бушанан залез рукой в карман, медленно вынул лазерный пистолет и демонстративно положил его перед собой на стол. Провод от рукоятки вел к батареям на поясе.

– А если и так, что ты станешь делать? – нагло усмехнулся он.

Фукс глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. Кипящая ненависть и злоба превратились в лед.

– Предлагаю отправиться на Селену и позволить властям провести расследование. Я поеду тоже.

Бушанан явно не ожидал таких слов. Некоторое время он, вытаращив глаза, смотрел на Фукса, который стоял с непреклонным видом, затем вскинул голову и громко захохотал. Двое товарищей последовали его примеру.

Кроме них, никто в пабе не смеялся.

Фукс со всей силы замахнулся и дал мерзавцу пощечину. Оторопев от неожиданности, парень потрогал медленно опухающую губу и схватил лазер. Фукс ожидал такого поворота событий. Одной рукой он припечатал руку Бушанана к столу, а другой сдернул с пояса отвертку.

Лазер все же успел выстрелить. Алюминиевый стакан Ларса лопнул, и пиво полилось из маленького отверстия на стойку. Фукс молниеносно включил отвертку и вогнал конец инструмента в грудь мерзавца. Кровь хлынула фонтаном. На лице Бушанана появилось удивление, а через секунду он замертво рухнул на пол.

Все еще держа в руках испачканную кровью отвертку, Фукс поднял с пола лазерный пистолет. Упав, негодяй выронил смертельную игрушку.

Ларс безучастно посмотрел на мертвое тело, затем бросил взгляд на двоих растерянных товарищей Бушанана, в страхе попятившихся назад.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и молча покинул паб.

14

Три недели спустя

Присяжных избрали путем жеребьевки; никому из них не разрешили отказаться от исполнения своего долга. Адвоката Фукс отвел: он защищался сам. Владелец бара согласился выступить в роли государственного обвинителя.

Суд, который прошел в пабе, занял всего лишь сорок пять минут. Практически все, кто на тот момент находился на Церере, втиснулись в грот, чтобы собственными глазами увидеть сие событие. Стулья и два стола перенесли к барной стойке, чтобы предоставить место обвиняемому и советникам. Шесть разных свидетелей рассказали почти одно и то же: Фукс попросил Бушанана отправиться на Селену для проведения официального расследования обстоятельств смерти Рипли. Тот выхватил лазерный пистолет, и Фуксу пришлось защищаться. Даже оба дружка покойного подтвердили, что именно так все и произошло.

Продырявленный бокал Фукса послужил вещественным доказательством намеренного использования пистолета. Единственный вопрос, который чрезвычайно интересовал обвинителя, заключался в следующем: почему Фукс пришел в паб с потенциально опасным инструментом?

– Я знал, что Бушанан убил Рипли.

– Подобные отговорки недопустимы! В данный момент на скамье подсудимых находитесь вы, мистер Фукс! – резко оборвал судья.

– Мне сказали, что этот человек сидит в пабе с несколькими товарищами и представляет угрозу для окружающих.

– Поэтому вы принесли с собой опасный инструмент? – спросил обвинитель.

– Я предполагал, что он может пригодиться, если дело дойдет до потасовки; я не намеревался использовать его для убийства.

– Но именно это вы и сделали!

– Да. Когда он выстрелил в меня, я отреагировал мгновенно, не задумываясь. Это самозащита.

– Очень эффективная, надо сказать, – проворчал судья.

В вердикте почти никто не сомневался. Убийство было признано неумышленным и непреднамеренным, Фукса оправдали. По окончании заседания обвинитель, он же владелец паба, заявил, что всем присутствующим бесплатно раздадут напитки.

Аманда была счастлива, однако Фукс несколько дней ходил хмурый.

– Это еще не конец, – сказал он ей однажды ночью, когда они ложились спать.

– Ларс, милый, не расстраивайся! Ты просто защищался!

– Я бы на самом деле полетел с ним на Селену; впрочем, я не сомневался, что мерзавец не согласится.

– Милый, не твоя вина, что он мертв! Все знают: тебе пришлось убить, чтобы самому не погибнуть. Не вини себя, пожалуйста!

– А я и не виню, – повернулся он к жене.

В комнате царил полумрак, поэтому он не увидел удивления в ее глазах.

– Я не чувствую ни малейшей вины за убийство этого подонка, – произнес Ларс тихим, но твердым голосом. – Я заранее знал, что мне придется убить. Он – законченный негодяй.

Удивление в глазах Аманды сменилось испугом.

– Но Ларс…

– Никто бы и пальцем не пошевелил. Я знал, что, кроме меня, никто не заставит его ответить за преступление.

– Знал?! Ты все заранее?..

– Да, я хотел убить его! – с пылом сказал Ларс. – Он заслужил смерть!

– Ларс… я никогда не видела тебя таким!

– Меня интересует, какова будет реакция Хамфриса. Очевидно, переговоры о покупке «Гельветии» остались в прошлом. Бушанан являлся лишь частью его плана. Интересно, что он предпримет дальше?

Аманда почти не слышала его слов. Она с ужасом думала о том, что муж превратился в мстителя. Ларс отправился в паб, чтобы убить человека. Это его совсем не пугало и не волнует до сих пор! Боже, что же делать? Как остановить превращение в зверя некогда самого доброго и нежного человека? Ларс не заслуживает такого! Нечестно, несправедливо позволить ему превратиться в монстра!

Все тщательно обдумав, она нашла единственный выход из ситуации.

– Ларс, почему бы тебе открыто не поговорить с Мартином?

– Открыто?! С ним?

– Да, лицом к лицу.

– На таком расстоянии это все равно невозможно.

– Тогда полетим на Селену.

– Я не хочу, чтобы ты к нему приближалась!

– Мартин не причинит мне вреда, – сказала она, проведя рукой по широкой груди мужа. – Единственный мужчина, которого я люблю, – это ты! В этом плане можешь не опасаться ни Мартина, ни какого-либо другого мужчину во всей Вселенной.

– Я не хочу, чтобы ты летела на Селену! – твердо заявил Фукс.

– Но мы не можем лететь на Землю: придется пройти многонедельный период восстановления организма.

– Да. Центрифуги…

– Если хочешь, я останусь здесь, а ты отправляйся на Селену один и поговори с ним.

– Я не оставлю тебя здесь одну!

– А…

– Ты полетишь со мной. Хорошо, я поговорю с Хамфрисом – если он, конечно, согласится на встречу.

Аманда улыбнулась и поцеловала мужа в щеку.

– Мы должны положить этому конец, пока не началась настоящая война.

– Надеюсь, – отозвался он, обняв ее. – Очень надеюсь.

«Ну вот, – подумала Аманда, – теперь он больше походит на самого себя».

Однако Фукс продолжал размышлять. Хамфрис хочет получить Аманду. Вот что ему в действительности нужно!

– Летит сюда?! – переспросил Мартин Хамфрис, не веря собственным ушам. – На Селену?

Диана Вервурд слегка сдвинула брови.

– С мужем, – отметила она.

Хамфрис встал с кресла и едва не запрыгал вокруг стола от радости. Несмотря на хмурое лицо помощницы, он ощущал себя ребенком в ожидании праздника.

– Аманда летит на Селену! Аманда летит на Селену!

– Фукс планирует поговорить с вами лицом к лицу, – сказала Вервурд. – Сомневаюсь, что он позволит жене приблизиться к вам меньше чем на километр.

– Пусть попробует! – усмехнулся магнат.

Он повернулся к электронному окну на стене за рабочим столом и нажал несколько кнопок на наручном мини-компьютере. Изображение на экране сменилось. Хамфрис просмотрел несколько картин и остановился на изображении деревни у склона Альпийских гор. Вдалеке виднелась маленькая церковь и сказочные снежные вершины.

«Как давно это было! – подумала Вервурд. – В Альпах нет снега еще со времен Великих Лавин».

– Фукс летит сюда, чтобы признать свое поражение. Он попытается выклянчить хоть какую-то часть десяти миллионов, а Аманду везет с собой намеренно, так как понимает, что на самом деле мне нужна она.

– Думаю, следует посмотреть на ситуацию более реалистично, – сказала Вервурд, подойдя к столу.

– По-твоему, я – не реалист?

– Полагаю, Фукс собирается обсудить продажу своей компании. Сомневаюсь, что жена является частью сделки.

Хамфрис рассмеялся.

– Это лишь твои догадки, а я думаю совсем иначе. Главное, что думаю я!

Вервурд едва сдержалась от сарказма. «Он помешался на этой женщине, действительно помещался! – Диана мысленно усмехнулась. – Что ж, грех не воспользоваться его сумасшествием».

Досье: Оскар Джиминес

Когда Джиминес окончил школу «Новой Морали», ему стукнуло уже семнадцать. Юношу отправили в далекий Бангладеш на обязательную двухлетнюю службу, которую «Новая Мораль» считала частичным возмещением затрат на образование своих воспитанников.

Оскар работал в Бангладеш добросовестно. Повышающийся уровень океана и ужасающие штормы, сопровождавшие летние муссоны, затопили низко расположенные земли. Тысячи людей были смыты наводнениями и вышедшим из берегов Гангом. Оскар стал свидетелем того, как нищие обездоленные люди начали поклоняться даже реке, прося пощады и милости. Все тщетно.

Когда двухлетний срок службы подошел к концу, ему снова улыбнулась удача. Глава отдела «Новой Морали» в Дакке, американец из Канзаса, убедил Оскара остаться на дальнейшую службу, но уже в космосе.

– Я же не астронавт! – удивился Оскар, хотя спорить с начальником не решился.

Американец улыбнулся.

– Наши люди должны занимать разные должности и вакансии. Ты прекрасно квалифицирован и подготовлен для большинства из них.

– Я?!

Насколько понимал Оскар, его «квалификация» состояла в умении послушно исполнять приказы.

– Да. Есть много угодной Богу работы и различных миссий, которые надо выполнять среди безбожников.

Кто посмеет отказаться выполнять угодную Богу работу?! Так Оскар Джиминес отправился на Цереру и нанялся рабочим на склад «Гельветии».

15

В те первые дни, когда лунное общество завоевало независимость, туризм стал главным источником финансовых поступлений города. Корабли компании «Мастерсон» постепенно снизили цены на билеты с Земли на Луну и обратно, тем самым сделав поездку доступной не только для богачей, но и для представителей среднего класса. Однако на Селену прилетали в основном экстремалы: любители отдыха в Антарктике, лесах Амазонки и других опасных и необычных уголках планеты.

К сожалению, открытие отеля «Луна» совпало с первыми страшными последствиями кризиса парникового эффекта на Земле. После почти пятидесяти лет научных споров и политической полемики скопившиеся в земной атмосфере и океанах парниковые газы начали глобальную эволюцию мирового климата. Чудовищные наводнения молниеносно затопили большинство прибрежных городов.

Землетрясения невиданной разрушительной силы потрясли Японию и американский Средний Запад. Ледники и снежные шапки начали таять, неуклонно повышая уровень Мирового океана. Электростанции по всей планете выходили из строя. Сотни миллионов людей оказались погружены в холод и темноту доиндустриальной эры. Более миллиарда людей лишились крова, привычного образа жизни и всего, ради чего работали. Многие миллионы погибли и продолжали гибнуть.

Никакого туризма. Теперь поездки на Луну могли себе позволить только самые богатые, которые стабильно получали доходы от своих финансовых пирамид и жили в роскоши и комфорте, даже несмотря на постигшую планету беду. Отель «Луна» опустел, но все же не прекратил свое существование. С надеждой и даже в какой-то мере с упрямой глупостью его владельцы один за другим пытались получать хоть какие-то доходы.

Искушенные посетители понимали, что роскошный вестибюль гостиницы немного обветшал, требовал ремонта и модернизации. Ковры покрылись пятнами, столы и стулья в восточном стиле требовали смены обивки, богато украшенные искусственные цветные дисплеи нуждались в замене.

Однако Ларсу Фуксу вестибюль гостиницы показался невероятно шикарным и изысканным. Он и Аманда на эскалаторе поднимались в здание гостиницы. Аманда вспомнила ресторан и его голографические окна; когда-то ее приглашал сюда Мартин Хамфрис. Рыба, которая плавала в здешних искусственных водоемах, присутствовала и в ресторанном меню, однако теперь выбор стал гораздо меньше.

Они сошли с эскалатора в вестибюле. Из акустической системы на потолке доносилась музыка. Фукс безошибочно узнал квартет Гайдна. Превосходно! И все же Ларс чувствовал себя не совсем уютно: в сером простом костюме он, наверное, походил на пробравшегося во дворец простолюдина. Впрочем, пока рядом с ним Аманда, все это не имеет значения. Аманда надела строгий белый костюм, однако даже застегнутая на все пуговицы блузка не могла скрыть ее безупречных форм.

Фукс не обратил внимания, что просторный холл почти пуст. В зале царила умиротворяющая тишина. Слышался только постоянный гул вентиляторов и звук далеких насосов – неотъемлемый шумовой фон Селены.

Супруги подошли к стойке регистратора, и Фукс снова вспомнил, что их проживание в гостинице оплатил Хамфрис. Ларс хотел отказаться от подобной «щедрости» сразу, как только они взошли на борт корабля «КСХ», но Аманда отговорила мужа.

– Пусть оплатит нам отель, если ему так хочется! – сказала она с многозначительной улыбкой. – Уверена, он вычтет эту сумму при покупке «Гельветии».

С неохотой Фукс все же позволил жене убедить себя. Однако сейчас, у регистрационной стойки, он вновь испытал горькое чувство раздражения.

Когда корпорация «Ямагата» впервые распахнула двери отеля, в нем работали многочисленные носильщики и служащие всех категорий, одетые в аккуратную униформу. Те времена остались далеко в прошлом. Клерк сидел в гордом одиночестве за столом из полированного черного базальта. При виде новоприбывших гостей он нажал несколько кнопок на клавиатуре, и из невидимой ниши выкатилась самоходная тележка. Аманда и Ларс поставили чемоданы на хитрое приспособление и направились в свой номер.

При виде отведенных им апартаментов Фукс не смог сдержать восхищения.

– Да, это и есть настоящая роскошь! – Невольная улыбка озарила его обычно хмурое лицо.

– Я никогда раньше не бывала в гостиничных номерах, – сказала Аманда.

– Он наверняка напичкал эту комнату «жучками». – Фукс внезапно нахмурился.

– Мартин? Зачем?

– Чтобы заранее знать наши планы.

Он хотел добавить еще кое-что, но промолчал. Панчо как-то намекнула, что Хамфрис записывает на видео свои сексуальные похождения. Почему бы ему не установить камеры и здесь?!

Фукс резко направился к телефону и связался с регистратором.

– Да, сэр, – сказал клерк с экрана, на котором за секунду до этого пестрела картина с бабочками.

– Этот номер нам не подходит. У вас имеются другие свободные номера? – спросил Фукс, не обращая внимания на удивленный взгляд жены.

– М-да, сэр… У нас есть свободные номера. Можете выбрать любой.

Фукс коротко кивнул. Вряд ли Хамфрис начинил «жучками» все номера…

– Я рад, что вы решили со мной встретиться, – сказал Мартин Хамфрис, хитро улыбаясь. – Думаю, таким образом мы гораздо быстрее и эффективнее уладим все наши дела.

Магнат сидел в кресле далеко от рабочего стола; Фукс даже подумал, что тот закинет ноги на полированную поверхность. Да, несомненно, Хамфрис чувствовал себя настоящим королем. Дворец в подземном гроте Селены произвел на Ларса сильное впечатление. Фукс настороженно сидел в кресле напротив и чувствовал себя крайне неуютно в деловом костюме, который выбрала для него Аманда в шикарном магазине отеля.

Жена осталась в гостинице. Фукс не хотел, чтобы она находилась в одном помещении с Хамфрисом, и Аманда уступила его просьбе, сказав, что сходит за покупками в «Гранд Плазу».

Хамфрис ждал, что скажет Фукс, однако тот молчал. Магнат снова заговорил:

– Надеюсь, вы хорошо спали.

Фукс снова подумал о возможных камерах наблюдения.

– Да, спасибо, – сухо ответил он.

– Отель вам понравился? Все в порядке?

– Все отлично.

Третьим человеком в кабинете была Диана Вервурд. Она сидела напротив стола, повернувшись так, чтобы видеть Фукса. Ее наряд кремового цвета производил более скромное впечатление, нежели темно-красный костюм магната с замысловатым узором из серебряной нити. Юбка простого покроя едва доходила до колен и открывала взгляду длинные стройные ноги.

Снова наступила тишина. Фукс смотрел в голографическое окно за креслом Хамфриса. Там виднелся цветущий сад с яркими цветами и аккуратными деревьями.

В высшей степени изысканный, изощренный до предела райский уголок. Показная, нарочитая демонстрация богатства и власти. Скольким нищим, бездомным, голодающим и больным людям мог бы помочь Хамфрис, если бы хотел!.. Вместо этого он построил себе фальшивый Эдем.

– Итак, мы собрались здесь, чтобы обсудить окончательные условия покупки «Гельветии».

– Нет.

– Нет?! – выпрямился в кресле магнат.

– Для начала нужно разобраться в нескольких убийствах, – сказал Фукс.

Хамфрис бросил взгляд на помощницу. На миг в его глазах блеснула ярость, однако он сумел взять себя в руки.

– Что вы хотите этим сказать? – с невозмутимым видом спросил он.

– По крайней мере три корабля независимых искателей пропали за последние несколько недель. Впоследствии астероиды, вблизи которых находились на момент исчезновения эти суда, были зарегистрированы «Космическими системами Хамфриса».

– Мистер Фукс, вы превращаете случайное совпадение в тайный умысел. «КСХ» имеют несколько десятков кораблей, которые исследуют Пояс, – улыбнулась Вервурд.

– Да, и весьма хорошо оборудованных! – заметил Хамфрис.

– Далее: убийство Найлза Рипли, которое совершил один из ваших подчиненных, – решительно сказал Фукс.

– Насколько я знаю, вы лично позаботились о возмездии, не так ли?

– Суд признал самозащиту.

– Суд? Вы называете судом сборище себе подобных старателей? – фыркнул Хамфрис.

– Ваш подчиненный убил Найлза Рипли!

– Не по моему приказу! – с пылом ответил магнат. – Если кто-то из моих сотрудников ввязывается в грязную историю, я не имею к этому отношения!

– Однако выходка негодяя явно пошла вам на пользу!

– И как же вы пришли к такому выводу, мистер Фукс? – холодно спросила Вервурд.

– Рипли – главный инженер проекта строительства орбитальной базы на Церере. С его смертью работа остановилась.

– И что?

– Как только вы приобретете «Гельветию», единственная компания, которая окажется способной завершить проект, – «КСХ».

– И какова же моя выгода? – настаивал Хамфрис. – Проект по строительству вашей дурацкой базы не принесет мне и гроша дохода!

– Возможно, не сразу, но безопасная и относительно комфортная жизнь на Церере привлечет людей в Пояс, а «КСХ» будет контролировать поставки продовольствия, кислорода, оборудования и всего прочего. Неужели в этом нет выгоды?!

– Вы обвиняете меня…

Вервурд перебила начальника:

– Джентльмены, мы собрались, чтобы обсудить покупку «Гельветии», а не будущее Пояса Астероидов!

Хамфрис бросил сердитый взгляд на помощницу и вздохнул.

– Верно.

– Что сделано, то сделано, – продолжила она. – Прошлого не изменить. Если наш сотрудник и совершил убийство, то вы уже поквитались с ним, мистер Фукс.

Ларс хотел что-то сказать.

– А теперь вернемся к нашему делу и обсудим цену вашей компании.

Тут же вмешался Хамфрис:

– Мое первоначальное предложение основывалось на общей стоимости вашего имущества, которая с момента пожара на складе упала почти до ноля.

– Это был умышленный поджог.

– Поджог?!

– Да.

– А доказательства у вас есть?

– На Церере нет криминалистов и судебных экспертов.

– Значит, и доказательств у вас нет.

– Мистер Фукс, мы готовы предложить вам три миллиона международных долларов за оставшееся имущество «Гельветии». Учитывая последние события, подобная сумма основывается в основном на репутации фирмы среди шахтеров и искателей.

Фукс долгие несколько секунд смотрел на Вервурд. «Какая же самоуверенная! – думал он. – Холодная, невозмутимая и красивая, как айсберг. Почти как вырезанная изо льда скульптура».

– Ну?! Если говорить откровенно, то три миллиона – даже слишком высокая цена. На самом деле ваша компания не стоит и половины суммы!

– Триста миллионов, – сказал Фукс.

– Что?! Что вы сказали?

– Можете предлагать и триста миллионов, и три миллиарда. Это не имеет никакого значения. Я не собираюсь ничего продавать.

– Чушь! – фыркнул Хамфрис.

– Я не продам «Гельветию» ни за какие деньги. Никогда! Мы вернемся на Цереру и начнем все заново.

– Сумасшедший!

– Возможно, но не настолько, чтобы отдать все вам!

– Вы подвергаете себя смертельной опасности! – сказал Хамфрис.

– Вы мне грозите?

Хамфрис вновь бросил взгляд на Вервурд и повернулся к Фуксу.

– Не грожу, а обещаю! – улыбнулся он.

Фукс встал с кресла.

– Тогда и я кое-что пообещаю! Хотите войны – будет война! И вам не очень понравится, как я буду бороться. Я прошел неплохую военную подготовку!

Хамфрис громко расхохотался.

– Можете смеяться, но учтите: вам терять гораздо больше, чем мне!

– Ты – покойник, Фукс!

– Насчет этого поспорим. Хотя кто-то из нас им точно станет!

С этими словами он покинул кабинет. Несколько минут Хамфрис и Вервурд молча смотрели на приоткрытую дверь.

– Хорошо хоть дверью не хлопнул! Ненавижу, когда хлопают! – с ухмылкой сказал магнат.

– Вы его разозлили, – нахмурилась Вервурд. – Он загнан в угол и теперь чувствует, что терять уже нечего. Фукс намерен бороться.

– Смешно! Ха! Он прошел военную подготовку!

– Может, и так.

– И что дальше? Да он же из Швейцарии! Подумаешь, какая воинственная страна! Закидает меня сыром или придумает что-нибудь поинтереснее?

– Я бы на вашем месте отнеслась к его словам более серьезно, – сказала Вервурд, задумчиво посмотрев на дверь.

16

– Пиратство?

Гектор Уилкокс вытаращил глаза от удивления. Эрик Зар чувствовал себя не совсем удобно. Они шли по тропинке в парке у здания МАА. В воздухе пахло весной, на деревьях уже стали распускаться почки. Жители славного города Санкт-Петербурга заполнили парк, радуясь первым по-настоящему теплым солнечным лучам. Женщины, лежа на траве, загорали; даже толстушки, расстегнув пальто, выставили свои прелести в ярких соблазнительных бикини. «Да, такого зрелища вполне достаточно, чтобы заставить мужчину не только дать обет безбрачия, но и навсегда отказаться от сексуального общения!» – подумал Уилкокс, с отвращением глядя на чересчур пышные женские формы.

Зар, обычно спокойный и умиротворенный, всегда хотел лишь одного: провести выходные дни в кругу семьи в Польше. Сейчас его пухлое лицо с румяными щеками было как никогда серьезным и озабоченным.

– Вот в чем он обвиняет! – повторил Зар. – В пиратстве.

– Кто этот человек? – спросил Уилкокс.

– Его зовут Ларс Фукс. По словам Томазелли, Фукс обвиняет «Космические системы Хамфриса» в пиратстве на территории Пояса Астероидов.

– Но это же просто смешно!

– Согласен. Однако Томазелли отнесся к заявлению вполне серьезно и даже завел официальное дело.

– Томазелли, – презрительно повторил Уилкокс. – Итальянец чересчур подозрителен. Когда Ямагата сделал «Астро» предложение о слиянии, он тоже увидел в этом какие-то «происки».

– Но то предложение не было принято, – заметил Зар. – Томазелли убедил МЭС выступить с рекомендациями против такого шага.

– А теперь он решил раздуть из мухи слона по поводу какого-то дурацкого обвинения в пиратстве в Поясе!

– Томазелли утверждает, что есть доказательства для вполне обоснованного обвинения, но я уверен, что это лишь случайные совпадения.

– И что ему нужно от меня?

Уилкокс принадлежал к числу людей, которые редко теряют самообладание, а точнее – не теряют никогда. Если бы по каждой ерунде он выходил из себя, вряд ли бы так высоко поднялся по служебной лестнице МАА.

– Дело уже возбудили, – извиняющимся тоном сказал Зар.

– Ну что ж, надо взглянуть на него. Пиратство в Поясе Астероидов!.. Даже если это и правда, что мы сможем сделать? Во всем Поясе нет филиала МАА.

– У нас есть два управляющих полетами на Церере.

– Ха! Искатели слишком гордятся своей независимостью. Когда мы попытались открыть там свой офис, они выступили против, а теперь жалуются на пиратов!

– Только один человек жалуется – Фукс.

– Может, он сумасшедший?

– Скорее просто неудачник, – кивнул Зар.

«Вальсирующая Матильда»

Желудок Амброза жалобно застонал. Джордж медленно выпрямился, что не так уж легко сделать в тяжелом скафандре, и посмотрел вокруг. «Матильда», как гигантские гантели, висела над его головой в усеянном звездами небе. Жилой модуль и технический отсек находились на противоположных концах конструкции, медленно вращаясь вокруг двигателя.

«Да, прошло уже слишком много часов с тех пор, как ты ел, дружище! – мысленно сказал он ноющему желудку. – Что ж, придется подождать, пока не заработаешь себе на пропитание!»

Астероид, на поверхности которого стоял Джордж, принадлежал к углеродному типу, был богат гидратами, минералами и органическими соединениями. Наверное, на Селене за него дадут хорошенькую сумму. Однако на первый взгляд так не сказать: кажется, что это просто необработанный кусок пустой породы, испещренный кратерами и покрытый камнями. Сила тяжести здесь с трудом удержала бы на поверхности и перо.

«Мы на расстоянии миллионов километров от цивилизации, – думал Амброз, – одни в холодной темноте. Хорошо хоть Турок со мной! – Напарник Джорджа находился на борту „Матильды“ за пультом управления. – Ползаю тут на карачках и потею, как юнец на первом свидании!»

И все же Амброз был доволен. Свободен как птица! Он едва сдерживался, чтобы не запеть от радости. Впрочем, с вокальными данными лучше не экспериментировать. Турок испугается: бедняга не привык к таким выходкам.

Джордж саркастически покачал головой и вернулся к работе. Он устанавливал лазерную установку для бурения, соединяя модуль электропитания с агрегатом, аккуратно очищал медные зеркала от прилипающей пыли и закреплял их в нужной позиции. Это был тяжелый физический труд, даже несмотря на то, что в столь низкой гравитации оборудование было почти невесомым. Поднять руки, нагнуться, выпрямиться – простейшие движения требовали невероятных усилий и гораздо большего напряжения, чем можно себе представить. Наконец Джордж завершил установку оборудования и навел лазерные зеркала на выбранный для бурения участок. Через несколько минут сверхпроводник модуля электропитания зарядился и был готов к использованию.

Джордж собирался отрезать куски астероида и перевозить их на «Матильде» на Селену. Искатель, который зарегистрировал астероид, станет получать прибыль только после того, как Амброз начнет поставлять руду для продажи, а тот уже намного отставал от графика, потому что старая лазерная установка то и дело выходила из строя. Нет руды – нет денег: таков принцип работы. «И нет еды!» – грустно подумал Джордж. Почти как игра на выживание: сможет ли он переправить приличную партию руды на Селену, прежде чем холодильник полностью опустеет?

Амброз вспомнил далекое детство в Аделаиде и почти забытый стишок про одиночество, ночь и звезды. Еще раз проверил фокус лазера. Да, голод, ночь, звезды… Тут этого добра полным-полно! Пустой мертвый мир… «Может, в твоих глубинах и золотишко припрятано?» – снова подумал он об астероиде. Хотя на Селене гораздо дороже ценится вода. Цена на золото давно упала, и почти все ювелиры на Земле, наверное, обанкротились.

– Джордж! – послышался голос Турка в наушниках. – Что?

Напарника на самом деле звали Нодон, однако Джордж решил, что парню не помешает подходящее прозвище, и упорно называл его Турком.

– Радар системы дальнего разрешения зафиксировал неподалеку какое-то движение.

– Движение?!

– Тело имеет значительную скорость и направляется в нашу сторону.

Обычно немногословный Нодон говорил быстро и взволнованно. За все время полета он не использовал фразы длиннее двух-трех слов.

– Ладно, следи за мониторами. Может, это корабль.

– Скорее всего так и есть.

– Сообщения от него поступали?

– Нет.

– Хорошо. Поприветствуй гостей и попроси представиться. Я начинаю бурение.

– Да, сэр.

Парень был всегда очень вежлив и безмерно уважал Джорджа.

Перебирая в уме, кто или что может приближаться к «Матильде», Джордж включил активатор, и лазер глубоко врезался в каменную поверхность астероида. В темном безвоздушном пространстве не раздавалось ни звука, не ощущалась даже вибрация большой неуклюжей машины. Мертвая скала начала бесшумно трескаться вдоль тонко очерченной линии. Режущий лазер ИК диапазона врезался в поверхность, но тонкий красный луч оставался невидим, пока вверх не поднялось достаточное количество пыли, способной отражать свет.

«С применением наноботов работа пошла бы гораздо быстрее! – мечтательно подумал Джордж. – По возвращении надо переговорить об этом с Крис Карденас. Микроскопические наноботы смогли бы разделять и сортировать различные химические элементы, а нам бы оставалось только собирать их и загружать на корабли».

Джордж откалывал тяжелые, величиной с двухэтажный дом куски астероидного камня по мере продвижения лазерного луча, затем скреплял их вместе и переправлял в объемный грузовой отсек «Матильды», оборудованный специальными узлами крепления для подобного груза. Он оттащил три таких куска к устройству подъема в корабль и чувствовал себя суперменом.

Массивные, хотя и невесомые глыбы руды имели внушительный вид, однако Джордж потел при малейшем движении в тяжелом скафандре.

– Чувствую себя куском грязи! – возмутился он вслух. – И пахну соответствующе!

– Это корабль, – сообщил Нодон по линии связи.

– Уверен?

– Да, вижу его на экране монитора.

– Тогда поприветствуй их еще раз и попроси назвать себя.

Амброз опустился на поверхность на расстоянии пятидесяти метров от того места, где лазер разрезал камень.

«Зачем кораблю понадобилось лететь в нашу сторону?! Что это вообще за корабль?!»

Дорик Харбин сидел за пультом управления «Шанидара». Его загорелое бородатое лицо не выражало ни одной эмоции, черные глаза неотрывно следили за экранами оптических датчиков. Виднелись отблески лазера, разрезающего каменную поверхность астероида, и огни «Вальсирующей Матильды». Информация Григория, как всегда, оказалась точной. Вот и корабль именно там, где он сказал.

В раннем детстве оставшись сиротой, Дорик Харбин уже давно был близко знаком со смертью. Когда мальчик впервые взял в руки автомат, то уступал ему в росте. Вместе с другими подростками он прошел ураганом по вражеской деревне. Отца убили еще до рождения Дорика, беременную мать изнасиловали. Мальчишки даже иногда злобно посмеивались над ним и говорили, что на самом деле Дорик зачат одним из насильников.

Он и его шайка оборванцев однажды напали на вражескую деревню и убили всех: мужчин, женщин, детей и младенцев. Харбин от злости расстрелял даже деревенских собак, а потом поджег дома. Они поливали тела живых и мертвых людей бензином. Некоторые раненые притворялись мертвыми, чтобы избежать страшной участи, но и это их не спасло.

Харбину до сих пор иногда слышались по ночам предсмертные крики…

Когда миротворцы в голубых касках прибыли в регион, чтобы положить конец этнической резне и восстановить мир, Харбин убежал из деревни и примкнул к отрядам национальной освободительной армии. Прожив долгие месяцы в горах, прячась от миротворцев, он пришел к выводу, что так называемая освободительная армия – не что иное, как банда головорезов и изменников, обкрадывающих собственный народ, нападающих на беззащитные деревни своих же сородичей.

Он снова сбежал. На это раз – в лагерь беженцев, где хорошо одетые чужаки из благотворительных организаций раздавали еду. Впрочем, проходимцы из близлежащих деревень по-прежнему продавали беженцам гашиш и героин. В конечном итоге Харбин присоединился к миротворцам, набиравшим в свои ряды добровольцев среди местного населения. За сравнительно легкий труд они предлагали стабильную заработную плату. Его хорошо обучали, тренировали, а главное – отлично кормили и платили деньги. Юноше попытались привить понятия дисциплины и чести, однако время от времени Харбин не мог унять свой характер и так часто попадал на гауптвахту, что сержант закрепил за ним прозвище «уголовник».

Сержант пробовал усмирить дикую жестокость Харбина, сделать из него достойного солдата. Тот брал еду и деньги, пытался понять странные правила и принципы, которым его учили… но урок давался с трудом. Например, когда человека можно убить, а когда – нет? За несколько лет службы в жалких нищих регионах Азии и Африки Харбин уяснил только одно: убей ты или убьют тебя!

Дорика выбрали для курса специальных тренировок и с небольшой группой других миротворцев отправили на Луну для наведения порядка среди вышедших из-под контроля колонистов. Начальники даже позволили некоторым избранным, особо отличившимся прежде, употреблять наркотики, которые «помогут адаптироваться к условиям низкой гравитации». Харбин понимал: это просто взятка, дабы волонтеры оставались довольными и беспрекословно подчинялись всем приказам.

Бороться с упрямыми защитниками Лунной Базы приходилось в скафандрах. Миссия миротворцев провалилась, хотя лунным колонистам едва удалось избежать больших потерь. Солдаты вернулись на Землю – если не поражение, то уж точно унижение. Следующим местом службы Дорика Харбина стал Дели, в котором в связи с массовым голодом произошел бунт среди населения. Там-то он и перестал быть миротворцем. Харбин спас свой отряд от визжащей толпы мятежников, но убил столько «невооруженных мирных граждан», что командование международных миротворческих сил уволило его со службы.

Снова оставшись «никому не нужным сиротой», Харбин расстался с военными организациями. Он научился управлять космическими кораблями и сразу уяснил, насколько они хрупкие. Один-единственный лазерный выстрел способен вывести судно из строя. Можно убить экипаж, находясь на расстоянии тысяч километров от объекта, и жертвы даже не успеют понять, что их атакуют.

В конце концов Харбина пригласили в офис «КСХ». Это произошло, когда он во второй раз прилетел на Лунную Базу. Шеф службы безопасности магната, русский по имени Григорий, сказал, что хочет предложить трудную, но чрезвычайно высокооплачиваемую работу, которая по силам только смелому и хладнокровному человеку.

– Кого нужно убрать? – спокойно поинтересовался Харбин.

Григорий изложил суть задачи: избавляться от независимых искателей и шахтеров в Поясе Астероидов. Тех, кто работал по контракту с «КСХ» или «Астро», не трогать, всем остальным – «препятствовать».

Харбин усмехнулся, услышав это слово. Такие, как Григорий, могут использовать деликатные слова и выражения, но от этого смысл не меняется: убивать! Когда жертв будет достаточно, остальные либо покинут Пояс, либо подпишут контракт с «КСХ».

Этот корабль тоже должен погибнуть…

– Говорит «Вальсирующая Матильда»! – послышалось по внешней линии связи.

На экране возникло лицо юного бритоголового азиата. На щеках парня виднелись татуировки.

– Назовите себя, пожалуйста!

Харбин не хотел отвечать. Зачем? Чем меньше разговоров с жертвой, тем меньше знаешь о них, а это к лучшему. Точно так же, как в компьютерных играх, в которые приходилось играть во время тренировок с миротворцами: уничтожь цель и заработай дополнительные очки. В этой игре очками были деньги – международные доллары. За деньги можно купить почти все: красивый уютный дом в безопасном местечке, дорогое вино, податливых женщин, наркотики, помогающие избавляться от воспоминаний прошлого.

– Мы занимаемся разработками, – сказал юноша, и в его голосе послышались высокие нотки. – Объект уже зарегистрирован в МАА.

Харбин сделал глубокий вдох. Желание ответить едва не перевесило все остальное. «Не важно, что ты там делаешь и кого зарегистрировал! – мысленно сказал он. – Ничто уже не изменит твоей судьбы».

Мольбы и слезы не смоют предначертанного в книге смерти…

К тому времени когда Джордж совершил восьмую по счету переправку руды, усталость навалилась на его плечи, как все эти вместе взятые глыбы камня. Голод мучил все сильнее.

Амброз выключил лазер и активировал линию связи с «Матильдой».

– Я возвращаюсь, – сказал он.

– Хорошо, – отозвался Турок.

– Уже сварился в этом скафандре. К тому же надо перезарядить модуль электропитания.

– Понял.

Джордж отстегнул модуль электропитания и понес его в руках к люку корабля. Модуль был в два раза больше Джорджа; несмотря на невесомость, приходилось нести его с максимальной осторожностью: подобная масса могла раздавить человека даже в условиях отсутствия гравитации. Закон инерции еще никто не отменял!

– Что делает наш незваный гость? – спросил Амброз, когда приблизился к внешнему люку и принялся закачивать в шлюз кислород.

– Идет прямо по курсу.

– Сообщения поступали?

– Нет.

Это беспокоило Джорджа, однако, когда он наконец снял скафандр и поставил громоздкий модуль электропитания на перезарядку, первой его мыслью была мысль о еде.

Джордж плавно переместился к холодильнику.

– Нодон, увеличь тягу, – сказал он и направился к мостику, – пока я ем, мне необходимо ощущение собственного веса.

– Одной шестой «же» хватит?

– Угу, вполне достаточно.

К Джорджу вернулось приятное чувство тяжести. Он вынул скудную расфасованную порцию пищи из холодильника. Надо было взять с собой побольше еды…

Внезапно из кабины пилотов раздался крик Нодона. Зазвучал сигнал, предупреждающий о падении давления. Все люки в корабле закрылись в аварийном режиме. Свет погас, судно погрузилось в полную темноту.

17

Аманда была вне себя от злости.

– Ты отказался продать за любую сумму?!

Фукс мрачно кивнул. Часть гнева, который кипел во время встречи с Хамфрисом, улетучился, но угли внутри остались тлеть. Схватка началась. По дороге от дома Хамфриса в отель Фукс решил для себя раз и навсегда: любой ценой он сотрет эту самодовольную улыбку с лица магната!

Когда он распахнул дверь в номер, Аманда сидела в гостиной. На ее лице читались тревога и ожидание. Ларс сразу понял, что все это время она прождала его в гостинице и не ходила ни по каким магазинам.

– Я не мог поступить иначе, – сказал он тихо. Аманда молчала.

– Я не могу продать ему «Гельветию». Ни за какие деньги, – повторил он, кашлянув.

– И что ты собираешься теперь делать?

– Не знаю.

Это была неправда; Фукс просто не знал, что именно можно сказать жене. Он сел рядом и взял ее за руки.

– Я решил вернуться на Цереру и начать все заново.

– Заново? Но как?!

– У нас по-прежнему есть «Старпауэр-1».

Ларс пытался спрятать свои истинные мысли за легкой улыбкой.

– Снова жить на корабле?

– Я знаю, что это шаг назад… – Он помедлил, затем набрался мужества и произнес: – Тебе не обязательно возвращаться со мной. Ты можешь остаться на Церере или… там, где хочешь.

– Ты полетишь без меня? – с болью в голосе спросила Аманда.

Фукс знал, что, если откроет ей свои истинные планы, жена придет в ужас. Станет отговаривать или, что еще хуже, удостоверится в его непоколебимости и примет решение идти с ним до конца рука об руку.

– Милая, было бы нечестно с моей стороны просить тебя вновь вести такую жизнь. Я сделал слишком много ошибок и теперь должен сам…

– Ларс, он убьет тебя!

В голосе Аманды слышался неподдельный ужас.

– Если ты полетишь в Пояс один, он наймет убийц и тебя где-нибудь подстерегут.

«Ты – покойник, Фукс!» – вспомнил Ларс слова Хамфриса.

– Не волнуйся! Я могу за себя постоять! – сказал он вслух.

«Я должна быть рядом с ним. Мартин не станет нападать на Ларса, если существует вероятность ранить меня», – думала Аманда.

– Знаю, милый. Но кто постоит за меня? – Она обняла мужа.

– Ты полетишь со мной?

– Конечно.

– Ты уверена, что хочешь этого? – спросил Ларс, чувствуя, как сердце переполняет радость.

– Да, я хочу быть с тобой, где бы ты ни был! – нежно сказала она.

«Мартину нужна я! – осознавала Аманда. – Я – причина всего произошедшего, и Ларс теперь в опасности по моей вине!»

Фукс тоже размышлял.

«Она хочет быть подальше о Хамфриса! Она боится его. Боится, что меня не будет рядом и никто не защитит ее. Он хочет украсть мою жену».

Тлеющие угли гнева раскалились вновь…

«Вальсирующая Матильда»

Зажглось аварийное освещение. Свет был очень тусклый, но все же рассеивал мрак. Джордж на ощупь направился через тени, вдоль узкого коридора к закрывшемуся люку в кабину пилотов. Набрал код на панели у люка, и тот медленно открылся.

«Хорошо хоть на мостике нормальное давление!» Нодон сидел в кресле пилота с широко раскрытыми от страха глазами. Его пальцы быстро перебегали по кнопкам.

– Что, черт побери, происходит? – Джордж плюхнулся в кресло рядом с напарником.

– Меня ударило током. От пульта управления отскочила искра, и свет погас.

Турок проверял исправность систем корабля: на экране перед ним непрерывно сменялись данные. Глаза Нодона молниеносно пробегали по строкам. Диагностика продолжалась.

«Молодец! – подумал Джордж, наблюдая за юношей. – Я не ошибся, выбрав его!»

Нодон был худощавым парнем и говорил, что ему двадцать пять лет, но Джордж понимал, что скорее всего напарнику нет и двадцати. Никакого опыта, кроме работы в компьютерном центре на Церере, юноша не имел, зато обладал энергией и острым желанием добиться успеха. Это Джордж и разглядел в нем. На самом деле Нодон происходил родом из Монголии, а специфические татуировки на его щеках были национальной традицией. Парень рассказывал, что родился на Луне в семье шахтеров, которые покинули Землю, когда пустыня Гоби вытеснила предков с привычных пастбищ. Турок был худощавым и жилистым, с кожей цвета старого пергамента, бритой головой и большими круглыми глазами. По мнению Джорджа, если бы не дурацкие шрамы и татуировки, он выглядел бы вполне симпатичным. Напарник пытался отрастить усы, однако пока, кроме нескольких волосков, которые создавали не очень эстетичное впечатление, ничего не выросло.

– Силовой генератор вышел из строя, поэтому и свет погас, – сказал Нодон.

– Значит, надо перевести корабль на…

Сигнал тревоги прервал их беседу, и в следующую секунду раздался громкий хлопок. Люк снова автоматически захлопнулся.

– Господи Иисусе! – закричал Джордж. – Этот подонок в нас стреляет!

Дорик Харбин усмехнулся и посмотрел на другой дисплей. Первый удар должен был попасть в жилой модуль, но они нарастили тягу за секунду до выстрела, и попадание оказалось не фатальным.

Лазерной установке требовалось несколько минут на перезарядку. За это время Харбин должен тщательно рассчитать цель. У него имелась полная схематика «Вальсирующей Матильды» на одном из экранов – разведывательные данные Григория. Харбин всегда знал, где находится очередная жертва, каковы ее планировка и схема.

Не такой уж интересный вызов для настоящего солдата… С другой стороны, какому солдату нужен опасный противник?! Когда работа связана с риском, то чем меньше риск – тем лучше. На какую-то долю секунды Харбин подумал о том, что стреляет в безоружных людей. Может, на борту даже есть женщина… Ну и что? Это всего лишь цель. Лучше убивать так, чем глядя жертве в глаза, как в Дели.

Да, в Дели было настоящее месиво – и в итоге фиаско. Один батальон наемников пытался защитить продуктовый склад от целого города. Командир батальона был просто идиот! Глупый француз! Харбин до сих пор помнил обезумевшие лица изможденных индусов, которые с голыми руками шли на вооруженных до зубов солдат. Голодная толпа снесла чуть ли не весь батальон. Харбин по неосторожности подпустил одну из женщин слишком близко, и та едва не пырнула его ножом. Он выстрелил в нее и потом продолжал стрелять в толпу до тех пор, пока автомат не перегрелся.

Харбин отбросил в сторону неприятные воспоминания и сосредоточился на своей задаче. К тому времени, когда он был готов выстрелить снова, «Матильда» повернулась таким образом, что жилой модуль оказался частично закрыт большими кусками руды, прикрепленными к центральному грузовому отсеку. Зато коммуникационная антенна виднелась как на ладони. Харбин нажал кнопку. Конденсатор лазера громко разрядился, и яркая вспышка в последний раз осветила антенну. Попал!

«Теперь займемся запасной антенной! – сказал себе Харбин. – Надо подойти ближе».

– Стреляет? – спросил Нодон, вздрогнув от неожиданности.

– Да. Проклятый подонок стреляет в нас! Скорее! Надевай скафандр!

Нодон вскочил с кресла и побежал клюку. Быстро нажав код, он потянул люк на себя.

– Давление падает! – крикнул юноша через плечо бегущему вслед за ним Амброзу.

Джордж лихорадочно думал. «Будь у нас лазер, мы показали бы подонку, где раки зимуют». Но лазерная установка стояла на поверхности астероида, а ее модуль электропитания перезаряжался. По крайней мере так было до удара.

– Лучше отключить все системы корабля. Надо экономить батареи, – сказал он, натягивая скафандр.

Турок уже надевал шлем.

– Сейчас сбегаю!

– Выключи все! – крикнул ему вслед Джордж. – Пусть думает, что нам конец!

Вообще-то это недалеко от истины…

– Не вздумай использовать внутреннюю связь! Притворимся мертвыми, – сказал он, прижавшись шлемом к шлему напарника.

Юноша выглядел крайне испуганным, но заставил себя слегка улыбнуться. Они подошли к воздушному шлюзу и выплыли наружу. Амброз взял Нодона за руку и направился к глыбам руды, прикрепленным к грузовому отсеку «Матильды». «Надо спрятаться в тени этих камешков! – подумал он. – Прижаться к ним поближе. Тогда, быть может, убийца не заметит нас!»

Эта задача была не столь легка в микрогравитации, но в конце концов Джордж с напарником добрались до ближайшего куска руды.

Стал виден корабль-убийца – гораздо меньше «Матильды», чуть больше стандартного жилого модуля. К кабине пилотов крепились баки с горючим, благодаря чему судно походило на гроздь винограда. Джордж безошибочно узнал очертания мощной лазерной установки, расположенной прямо под жилым модулем. Вне сомнений, корабль имел только одну функцию – уничтожать.

Луч лазера прошелся по жилому модулю «Матильды». Корабль свободно сманеврировал, зловещая красная точка на какое-то мгновение исчезла в бескрайнем космическом пространстве, но прошло еще несколько секунд, и сердце Джорджа едва не подскочило в груди: адский луч двигался по тому самому куску руды, за которым скрылись он и Турок.

«Он знает, где мы! – Амброз покрылся холодным потом. – Мерзавец расщепит нас на атомы!»

Однако луч прошелся по глыбе камня в десяти метрах от их ног и остановился на двигателе. Раздалась вспышка, и Джордж зажмурился от ослепительного света.

– Двигатель! – едва выдохнул Нодон, прижавшись к напарнику.

Еще одна вспышка. На этот раз от двигателя отлетели куски металла и, блестя в тусклом солнечном свете, унеслись в пустынную бездну.

Снова удар. На это раз попадание в капиллярные трубы, по которым в двигатель поступал криогенный водород.

Подонок знает свое дело! Три удара – и двигатель окончательно выведен из строя.

Внезапно атакующий корабль исчез.

Джордж и Нодон пролежали, казалось, целую вечность на глыбе камня, боясь шелохнуться. «Что же теперь делать? – думал Амброз. – Как лететь без главного двигателя?»

Прежде чем он успел найти ответ на мучивший его вопрос, снова вспыхнул лазерный луч. Немного приподнявшись, он увидел, что корабль-убийца проделывает пробоины в баках с горючим. Тонкие холодные струйки водорода и гелия-3 беззвучно вылетали в вакуум. Белые шлейфы газа мгновенно исчезали в пустоте.

– Мы движемся, – вслух отметил Джордж, хотя Нодон не слышал его.

«Матильда» медленно летела, как детский воздушный шарик, из которого выпускают воздух. Газ, покидая поврежденные баки с горючим, толкал судно прочь от астероида.

– Похоже, нам предстоит турне по Солнечной системе, – сказал Амброз. – Жаль, если в круиз отправятся лишь наши трупы!..

18

– Интересно, почему он до сих пор не выгнал нас из гостиницы?! – мрачно произнес Фукс.

Панчо Лэйн попыталась улыбнуться. Ларс и Аманда выглядели расстроенными, а точнее – сбитыми с толку. Слишком много событий, слишком много эмоций…

– Об этом не волнуйтесь! – сказала Панчо, пытаясь хоть немного отвлечь и развеселить друзей. – Если Хамфрис сделает подобную гадость, ваше пребывание здесь оплатит «Астро».

Фукс все еще был в деловом костюме, в котором ходил на встречу с Хамфрисом, Аманда – в бирюзовом платье до колен. И все же, несмотря на довольно скромное одеяние подруги, рядом с ней Панчо чувствовала себя неловкой и неуклюжей. На фоне Мэнди любая девушка выглядела простолюдинкой.

– Мы возвращаемся на Цереру, – сказала Аманда. – Снова займемся искательством.

– А как насчет «Гельветии»? Вы ведь не позволите Хамфрису вытеснить вас из бизнеса?

– Из какого бизнеса? – буркнул Фукс. – Все оборудование превратилось в кучу пепла.

– Да, но страховая компания возместит часть ущерба, и вы потихоньку можете начать все заново.

Фукс неуверенно покачал головой.

– На Церере у вас много клиентов. Нельзя пустить это на ветер!

В глазах Аманды вспыхнула надежда.

– Ты же не хочешь позволить Хамфрису получить там монополию! Правда, Ларс?!

– Предпочитаю не стоять на его пути, – хмуро ответил он.

Панчо вытянула длинные ноги и откинулась на спинку дивана.

– Знаешь, что я тебе скажу? «Астро» предоставит кредит на пополнение запасов склада «Гельветии». Сумма кредита будет равна той, что выплатит тебе страховая компания.

– Ты действительно можешь это устроить? – оживился Фукс.

– Да. Как видишь, постепенно учусь управлять советом директоров. Некоторые из членов совета уже твердо на моей стороне. Не всем нравится идея создания в Поясе монополии «Космических систем Хамфриса».

– А ты уверена, что твоя группа проголосует за такое предложение? – спросила Аманда.

– Даю руку на отсечение!

– Ларс, мы сможем снова возродить «Гельветию», – повернувшись к мужу, с надеждой в голосе сказала Аманда.

– С гораздо меньшим количеством оборудования, – проворчал он. – Не забывай, страховая компания возместит только часть ущерба.

– Но ведь это лишь начало! – улыбнулась жена.

Фукс не ответил на улыбку. Он смотрел куда-то в сторону.

«Наверное, Ларс что-то скрывает от Аманды, какую-то тайну», – подумала Панчо, внимательно разглядывая друга.

– Я вернусь к искательству, – решил он, разглядывая стены гостиной.

– Но…

– Возьму «Старпауэр-1» и полечу в глубину Пояса, как только закончится срок аренды.

– А как же «Гельветия»?

– Компанией придется управлять тебе. Можешь находиться на Церере, пока я буду летать, – сказал он, посмотрев на жену.

Панчо молча изучала обоих. Между ними что-то происходило…

– Ларс, ты уверен, что хочешь поступить именно так? – как можно более мягким тоном поинтересовалась Аманда.

– Я должен так поступить, милая. Должен!

Панчо пригласила друзей в ресторан «С видом на Землю».

– У нас будет строго дружеский ужин! Никаких разговоров о Хамфрисе, Церере или бизнесе, хорошо? – сказала она шутливо-грозным тоном.

Нехотя Ларс и Аманда согласились.

Однако весь ужин они проболтали именно о делах, только на этот раз – о делах Панчо.

Посетители ресторана часто шутили, что в радиусе четырехсот тысяч километров лучше заведения не найти, и это было правдой. Два других предприятия питания на Селене считались просто кафе или бистро. Расположенный ниже поверхности Луны, ресторан имел большие окна с голографическими пейзажами поверхности и неизменной Землей, сияющей в темном небе, как драгоценный шар. Панчо считала, что в настоящем первоклассном ресторане на столах должны лежать скатерти, однако здесь использовались блестящие покрытия из лунного ячеистого металла, тонкие и мягкие, как шелк.

Никто из троих к ужину не переоделся: Фукс остался в деловом костюме, Аманда в бирюзовом платье. Панчо с утра ходила в коричневых брюках, желтом свитере и желто-коричневом замшевом жилете.

Как только симпатичный молодой официант принес напитки и принял заказ, за столом наступила неловкая тишина. Они договорились не обсуждать дела за ужином, но о чем еще можно сейчас говорить?!

Панчо сделала глоток «Маргариты» и посмотрела в спину удаляющемуся официанту. «Симпатичный паренек, – подумала она. – Интересно, женат или нет?»

– Чем занимаешься в свободное время? – спросила Аманда, чтобы как-то нарушить затянувшуюся паузу.

– Я? Пытаюсь осуществить кое-что из планов Дэна Рэндольфа. Помнишь, он говорил о возможности поставлять ядерное топливо с Юпитера?

– Ядерное топливо? – удивился Фукс.

– Да. Гелий-3, тритий, другие изотопы. Этого добра на Юпитере хоть отбавляй. Ко мне уже обратились несколько сумасшедших, которые хотят различными способами изучить атмосферу Юпитера. Даже привели с собой спонсора.

– Какая глупость! – фыркнул Фукс.

– Вот и я так сказала. Еще я разговаривала с учеными, которые хотят построить исследовательскую станцию на орбите Юпитера, изучить его спутники и т. д.

– Спонсировать проект будет «Астро»?

– Нет, конечно! – выпалила Панчо. – Это сделают университеты, но станцию будем строить мы!

– И используете как базу для исследований атмосферы Юпитера? – спросила Аманда, красноречиво улыбнувшись.

Панчо улыбнулась. «Порой я забываю, какой острый у нее ум! – подумала она, глядя на подругу. – Многих, наверное, вводят в заблуждение соблазнительные формы…» Переведя взгляд на Фукса, она заметила, что тот не сделал ни одного глотка. Ларс задумчиво смотрел куда-то вдаль.

«Вальсирующая Матильда»

Вернувшись на корабль, Джордж и его юный напарник потратили несколько часов на проверку систем и латание пробоин в корпусе. К тому времени, когда мужчины наконец сняли скафандры и осторожно прошли на мостик, они просто падали с ног от усталости.

Джордж сел в кресло первого пилота, Нодон опустился в соседнее.

– Продиагностируй силовой генератор, а я займусь навигационным компьютером и посмотрю, куда нас несет, – сказал Амброз.

Следующие двадцать минут они провели в тишине.

– Генератор ремонтоспособен. Повреждена часть электродов, но у нас есть запасные, – сказал после затянувшейся паузы Нодон.

– Хорошо. Если сможешь вернуть к жизни генератор, нам не придется волноваться об электроэнергии для систем жизнеобеспечения.

– Отлично.

– Ага. Только есть и плохие новости: мы летим без двигателя.

Нодон молчал, стараясь сохранять невозмутимый вид, хотя Джордж заметил, что от волнения вспотела даже бритая голова юноши. Вряд ли это из-за температуры, отметил Амброз, в кабине пилотов достаточно прохладно.

– А вытекающее из пробоин горючее несет нас еще глубже в Пояс, – мрачно добавил Джордж.

– Тогда мы погибнем.

– Видимо, ты прав, дружище. Если только не получим помощи.

– Система связи выведена из строя. Наверное, он стрелял в антенны.

Сидя за пультом управления, Джордж пытался найти выход из создавшейся ситуации. Половина кнопок светилась красным, предупреждая о чрезвычайной ситуации на судне.

– С жизнеобеспечением корабля все в порядке, – сказал он вслух.

– Да, но для начала нужно запустить генератор. Батареи сядут через… одиннадцать часов, – произнес Нодон, глядя на дисплей.

– Тогда займись этим в первую очередь.

– А во вторую? – спросил юноша, вставая с кресла.

– А потом надо выяснить, сможем ли мы подтолкнуть «Матильду» на траекторию, которая приблизит нас к Церере, прежде чем мы тут медленно умрем.

19

Аманде хотелось остаться на Селене еще на несколько дней, но Фукс настоял на скорейшем возвращении в Пояс Астероидов. Панчо сообщила, что одно из судов «Астро» как раз на следующий день отправляется на Цереру с грузом оборудования по заказу «Гельветии», сделанным еще до пожара. Они воспользовались случаем.

– Мы полетим обратно на этом корабле, – сказал Фукс жене.

– Но это грузовой корабль! На нем не предусмотрены каюты для пассажиров, – заметила Аманда.

– Мы полетим на этом корабле, – повторил он.

Не одобряя спешку мужа, Аманда неохотно собрала чемоданы. Фукс позвонил Панчо и попросил ее договориться с капитаном корабля.

На следующее утро они уже ехали на маленьком электромобиле по тоннелю в космопорт, откуда направились на челноке к ожидавшему на орбите «Гарперу».

– Это самый современный корабль во всей Солнечной системе! – гордо сообщил капитан судна, приветствуя незапланированных пассажиров.

Молодой симпатичный мужчина с восхищением смотрел на Аманду, не в силах оторвать взор от ее соблазнительной фигуры. Фукс заметил взгляд капитана и собственническим жестом взял жену за руку.

– Однако, боюсь, корабль не рассчитан на пассажиров, – сказал капитан, провожая их в глубь жилого модуля. – Могу предложить лишь это, – добавил он, открывая перед ними рифленую дверь.

Помещение было таким маленьким, что в нем с трудом могли уместиться два человека.

– Конечно, она слишком мала, но другой нет… – извиняющимся тоном сказал он, улыбаясь Аманде.

– Сойдет. Всего-то шесть дней полета, – буркнул Ларс и, потянув за собой жену, зашел в каюту.

– Покидаем орбиту Луны через тридцать минут, – сообщил молодой капитан.

– Хорошо, – коротко отозвался Фукс и закрыл дверь прямо перед носом мужчины.

– Ларс, ты слишком груб с ним! – возмущенным тоном заметила Аманда.

– Да? У него чуть глаза на лоб не вылезли, когда он таращился на тебя! Надо же так пялиться! – буркнул Фукс.

– Тебе, наверное, показалось. Неужели он и вправду так… смотрел?

– Да, представь себе! Аманда лукаво улыбнулась.

– Ну и о чем же он думал, по-твоему?

– Сейчас покажу! – подмигнув, сказал Ларс и крепко обхватил жену.

Даже несмотря на прекрасные романтические пейзажи тропической природы Ла-Гуайры на берегу Карибского моря, ежеквартальные встречи совета директоров «Астро» перетекали в небольшую конфронтацию. Мартин Хамфрис создал тесный круг своих людей и из кожи вон лез, чтобы подчинить себе весь совет. Его главным противником оставалась Панчо Лэйн, которая за последние пять лет тоже научилась «дирижировать» командой.

Председатель совета, Гарриет О'Баниан, старалась избегать влияния обеих групп. Она считала, что ее главная задача – обеспечить процветание корпорации. Большинство идей Хамфриса, безусловно, были выгодны, хотя Панчо категорически протестовала против любого его предложения.

Однако на этот раз Панчо предложила совершенно новый для «Астро» проект, и наверняка выгодный, но протестовал уже Хамфрис.

– Черпать газы из атмосферы Юпитера?! – насмехался он. – А чего-нибудь более рискованного ты не могла придумать?

– Могла. Например, позволить кое-кому отхватить кусок рынка космических технологий.

О'Баниан уже давно привыкла к подобным вспышкам нравов, но не позволяла им мешать ходу заседаний. Не выдержав, она стукнула кулаком по столу.

– Давайте говорить по очереди! Слово предоставляется мистеру Хамфрису.

Панчо недовольно кивнула в знак согласия. Она сидела почти напротив магната. О'Баниан испытывала к Панчо добрые чувства и сейчас, глядя на нее, едва сдерживалась от улыбки. Панчо проделала большой путь с тех пор, как пять лет назад ее выбрали в совет. Под внешностью техасской озорной девчонки скрывались острый ум, смекалка, способность сосредоточиться на деталях дела с точностью лазерного луча, упорство и многие другие качества.

С помощью Гарриет Панчо научилась одеваться как настоящая бизнес-леди. Сегодня она щеголяла в темно-розовом брючном костюме и подходящих по стилю украшениях. «И все же, – думала Гарриет, – долговязая фигура девчонки-сорванца иногда проглядывает». На лице Панчо читалось желание броситься на Хамфриса и как следует ударить его. Магнат же выглядел вполне спокойным и, как всегда, выделялся среди остальных необычным нарядом: на этот раз он надел шерстяной костюм темно-синего цвета и ярко-желтую водолазку. «Умеет одеваться, – отметила Гарриет, – впрочем, скрывать свои истинные мысли умеет еще лучше!»

– Мартин, вы хотите что-нибудь добавить?

– Конечно! – ответил он с легкой улыбкой на лице и, бросив взгляд на Панчо, вновь повернулся к председателю совета. – Я категорически против рискованных планов, которые сулят золотые горы, а на самом деле являются просто дурацкими авантюрами. Подобное чревато многими проблемами, в том числе – угрозой для жизни людей. Идея отправить к Юпитеру корабль для сбора водорода и изотопов гелия из атмосферы – просто бред сумасшедшего!

Некоторые одобрительно закивали. О'Баниан заметила среди них и тех, кто обычно не поддерживал магната.

– Мисс Лэйн, вам есть что сказать в поддержку своего предложения?

Панчо выпрямилась в кресле и дерзко взглянула на Хамфриса.

– Безусловно. Я представила вашему вниманию факты, технический анализ и результаты исследований, смету и перспективную оценку прибыли. Выкладки показывают, что процесс сбора ядерного топлива вполне осуществим в рамках современных научных технологий. Ничего нового в этой связи изобретать не требуется.

– Корабль, способный отправиться в атмосферу Юпитера собирать газы?! – саркастически фыркнул один из пожилых членов совета, толстый, лысый и краснощекий джентльмен.

– Судно пойдет с орбиты Юпитера. Проект вполне реальный, – сказала Панчо, выдавив вежливую улыбку.

– В том районе Солнечной системы нет базы – откуда же вести управление? Для начала нужно основать базу.

– Верно, – невозмутимо кивнула Панчо. – Построим базу и опробуем ее на деле.

– А каков бюджет? – спросила седовласая женщина.

– Все расходы подробно изложены в моем докладе, – ответила Панчо и, повернувшись к О'Баниан, добавила: – С вашего позволения прошу присутствующих не перебивать меня, пока я не закончу свое выступление.

О'Баниан кивнула.

– Прошу не перебивать мисс Лэйн!

– Спасибо, – поблагодарила Панчо и продолжила: – Итак, Земля нуждается в энергоресурсах, которые предотвратят поступление в атмосферу парниковых газов. Выход один – ядерный синтез. На данный момент самый эффективный синтез – на основе гелия-3. Триллионы долларов польются в ту компанию, которая сможет поставлять на Землю ядерное топливо. Не будем забывать и про Селену, базы на Марсе, Цереру и множество других объектов за пределами Земли. Они тоже будут покупать это сырье. Не говоря уже о рынке горючего для космических кораблей.

– Селена продает нам дейтерий-3, – вставил краснолицый. – Они добывают его из-под поверхности.

– На Луне нет достаточного количества дейтерия, чтобы удовлетворить потребности рынка, – парировала Панчо.

– Но… полеты к Юпитеру – дорогое удовольствие. Цена получится заоблачная, не так ли?

– Нет. Нужно только как следует наладить систему. Полет туда длительный, и работа пойдет в конвейерном режиме. Примерно по тем же ценам, что Селена, мы предложим в миллион раз больше!

Краснощекий мужчина что-то пробормотал. Доводы Панчо его явно не убедили.

Панчо взглянула на О'Баниан, однако, прежде чем председатель открыла рот, снова продолжила:

– Я хотела сказать еще кое-что: если этот проект не начнем мы – его начнут «КСХ».

Хамфрис вскочил с места и ткнул пальцем в сторону Панчо.

– Это уже оскорбление!

– Нет, это правда! – крикнула в ответ Панчо.

В зале раздались гневные возгласы.

– Тишина! Соблюдайте тишину! – стукнула по столу О'Баниан.

– Могу я продолжить? – спросила Панчо, как только голоса стихли.

Хамфрис испепелял ее взглядом с другого конца стола.

– Да, но прошу без нападок на других членов совета, – строго сказала председатель.

– Налицо проблема. У мистера Хамфриса четко обозначенная позиция: он выступает против любых новых идей в «Астро», а позднее воплощает их в жизнь с помощью своей корпорации.

– Еще одно обвинение в мой адрес! – вскричал Хамфрис.

– Подумаешь, какая неприкосновенная личность! Да ты просто боишься правды как огня!

– Подождите! Тихо! – громко потребовала О'Баниан. – Я не позволю превращать заседание в арену для сведения личных счетов!

– Похоже, мы имеем дело с конфликтом интересов, – промолвил самый старый член совета, худощавый седовласый джентльмен, который почти всегда молчал.

– Ха! Какая чушь! – усмехнулся Хамфрис.

– Полагаю, надо тщательно обсудить этот вопрос, – предложила Гарриет.

Председатель попыталась примирить или по крайней мере утихомирить разбушевавшихся, но не собиралась подробно обсуждать поставленный на заседании вопрос. Она сознательно не смотрела на Панчо в надежде, что та поймет ее позицию.

Дискуссия затянулась почти на два часа. Практически все члены совета директоров захотели высказаться, многие просто повторяли уже сказанное другими. О'Баниан терпеливо ждала, когда каждый покажет свое эго, и размышляла над тем, как подвести беседу к голосованию. Исключить Хамфриса из совета директоров? С радостью! Но вряд ли за это проголосует большинство. Оставалось надеяться, что удастся сократить ряды единомышленников магната.

Хамфрис был отнюдь не дурак. Он выслушал болтовню членов совета с невозмутимым спокойствием, по-видимому, подсчитывая своих сторонников. Когда наступила его очередь, он уже пришел к определенному выводу.

– Я не собираюсь отвечать на оскорбление, которое нанесла мне мисс Лэйн, и не собираюсь защищаться. Думаю, факты говорят сами за себя…

– Да уж! – вставила Панчо.

– Тем не менее, – продолжил он с непоколебимым спокойствием, – я беру назад свои слова о несостоятельности данного проекта.

О'Баниан поймала себя на мысли, что напряглась, словно в ожидании неприятного сюрприза. Она сделала глубокий вдох, втайне надеясь, что Хамфрис поступит по-джентльменски и решит покинуть совет директоров, где многие так его недолюбливают.

– Однако скажу вам вот что: когда цены взлетят до потолка и ваш проект рассыплется как карточный домик – не говорите, что я не предупреждал!

Конечно же, вся свита Хамфриса в совете директоров дружно проголосовала против идеи Панчо. Единственное, на чем они согласились, – найти партнера, который возьмет на себя хотя бы четверть бюджета проекта. В ином случае совет директоров не позволит начать программу.

– Партнера?! – возмутилась Панчо.

О'Баниан бросила на нее предупреждающий взгляд. Если Панчо открыто намекает на то, что никто не захочет участвовать вместе с «Астро» в строительстве базы на орбите Юпитера, это косвенно подтверждает точку зрения Хамфриса.

– Думаю, вы можете начать диалог с одной из крупных компаний, – предложила Гарриет. – В конце концов, многие захотят получать прибыль от поставок ядерного топлива.

– Да. Вы совершенно правы, – кивнула Панчо.

Когда заседание закончилось и члены совета стали покидать конференц-зал, шумно обсуждая между собой различные вопросы, Хамфрис подошел к О'Баниан.

– Ну, довольны? – ехидно спросил он.

– Сожалею, что все так получилось, Мартин.

– Знаю я, как вы сожалеете! – усмехнулся он, бросив взгляд в другой конец зала, где Панчо разговаривала с краснолицым толстяком. – Вы хорошо все продумали, используя эту глупую девчонку в качестве ширмы!

О'Баниан была шокирована его словами.

– Я?.. Использовала?..

– Да ладно, – хитро улыбнулся магнат. – Я готов к таким нападкам. Это ведь просто часть игры, так?

– Мартин, я не понимаю…

– Конечно-конечно. Валяйте, продолжайте эту чушь вокруг проекта с Юпитером, если найдете идиота, который рискнет участвовать в такой авантюре! А я использую тот же проект, чтобы выкинуть вас из совета директоров! И эту дурочку тоже!

«Вальсирующая Матильда»

– Меня интересует, откуда этот подонок узнал, где расположены наши запасные антенны, – сказал Джордж.

После пяти часов работы в открытом космосе они с Нодоном наконец сняли скафандры. Амброз и его молодой напарник продолжили латать дыры, оставленные лазерным лучом в баках с горючим. Несмотря на некоторые успехи, большая часть водорода и гелия-3 уже вытекла. Коммуникационные антенны, включая запасные, были выведены из строя.

– Скорее всего у него есть подробная схема нашего корабля, – сказал Турок. – Нападавший знал корабль до малейших деталей.

– Да уж, точно, – согласился Джордж.

Он сидел на скамейке у шкафа со снаряжением, полностью закрыв ее своим телом; Нодон примостился на самом краю. В отличие от юного товарища Джордж чувствовал такую усталость, что не мог заставить себя нагнуться и снять ботинки.

– Значит, кто-то предоставил ему эту информацию, – вслух размышлял Джордж.

– Да, – через минуту вяло согласился Нодон, направляясь вслед за Амброзом по коридору к кабине пилотов. Коридор был слишком узким, и пройти по нему вдвоем было невозможно.

– Но кто? Корабль – частная собственность, его схема не является общедоступной. Параметры судна нельзя найти даже на сайте мировой компьютерной сети.

– А может, он имеет доступ к данным производителя? – задумчиво почесав щетинистый подбородок, предположил юноша.

– Или к базе технического обслуживания на Церере, – добавил Джордж.

– Вот именно.

– В любом случае это кто-то из «КСХ». Техническим обслуживанием занимаются в основном они.

– А разве не «Астро»?

– Нет. Некоторое время назад «КСХ» предложили мне заманчивые условия, если я подпишу договор на техническое обслуживание судна.

– Значит, на нас напали действительно люди Хамфриса, – согласился Нодон. – Наверное, чтобы аннулировать заявку на этот астероид.

Джордж раздраженно покачал головой.

– Хамфрис – самый богатый мошенник во всей Солнечной системе, а в Поясе миллионы астероидов. Зачем ему понадобился именно этот?

– А может, не ему, а кому-то другому из его корпорации? – предположил Турок.

– Может быть. В любом случае мы занимаемся гаданием, – пожал плечами Джордж.

– Наших запасов хватит только на двадцать два дня – или на сорок четыре, если мы сократим рацион вдвое, – сказал Нодон, показав пальцем на маленький экран, на котором высветились данные о запасах продовольствия.

– Нет смысла морить себя голодом, – сказал Джордж. – Так или иначе мы скорее всего погибнем.

20

На протяжении недельного полета на «Гарпере» Аманда чувствовала в муже странное напряжение. С ним что-то происходило, но что именно – она уловить не могла. Нельзя сказать, что он отдалился, однако его мысли оставались для нее тайной. Почти весь полет он провел с Амандой в постели, занимаясь любовью с невиданной прежде неистовостью.

И все же даже в самые страстные моменты их близости что-то в нем оставалось странным и чужим. Ларс что-то скрывал. Аманда всегда могла читать мысли мужа: одного взгляда было достаточно, чтобы понять, о чем он думает. Однако сейчас лицо Фукса было невозмутимым и отчужденным. Глубоко посаженные глаза ничего не выражали. Аманду пугала мысль о том, что у Ларса есть тайна. Может, даже не одна…

Как только они зашли в свою квартиру на Церере, она решила открыто обо всем поговорить.

– Ларс, в чем дело?

– В чем дело? – переспросил он, убирая в шкаф одежду. – Что ты имеешь в виду?

– Ты что-то скрываешь от меня.

Ларс отложил в сторону рубашки и подошел к Аманде.

– Просто обдумываю все, что нам предстоит сделать: дела со страховой компанией, пополнение запасов склада, подготовку «Старпауэра»…

Аманда сидела на кровати рядом с открытым чемоданом.

– Да, но есть еще что-то. Он отвел взгляд в сторону.

– Разве этого мало?

– Нет, Ларс. Тебя что-то беспокоит с тех пор, как мы покинули Селену.

Фукс повернулся к чемодану, ругая куда-то запропастившийся бритвенный набор.

Аманда дотронулась рукой до его плеча.

– Ответь мне, пожалуйста!

– Есть вещи, которые тебе не обязательно знать, милая!

– Какие вещи? – испуганно спросила она.

– Если я скажу тебе, ты уже будешь их знать.

– Это как-то связано с Мартином, да? Ты изменился после встречи с ним.

Фукс вздохнул и, отодвинув чемодан, сел рядом с женой на кровать.

– На протяжении всего этого времени я размышлял о том, как остановить его, не позволить ему получить контроль над Поясом.

– И все?

Он кивнул, но Аманда чувствовала, что муж по-прежнему утаивает от нее нечто очень важное.

– Хамфрис хочет завладеть всем и всеми в Поясе. Он жаждет абсолютной власти.

– Ну и что? Ларс, это не означает, что мы должны фанатически с ним бороться. Ты – лишь простой человек и не сможешь остановить его!

– Кто-то же должен!

– Но не ты! Не мы! Давай возьмем деньги, которые нам выплатит страховая компания, вернемся на Землю и забудем обо всем.

– Если ты можешь забыть, то я не могу! – слегка покачав головой, сказал он.

– Или не хочешь?

– Не могу.

– Тебя ослепляет глупая мужская гордыня. Это ведь не борьба между тобой и Мартином. Вам не о чем спорить! Я люблю тебя, все здесь давно ясно! Прошло уже пять лет, а ты еще сомневаешься. Не веришь мне?

– Дело давно вышло за рамки простого соперничества, – мрачно сказал он.

– Вышло за рамки?!

– Он убивает людей. Наших людей! Вспомни Рипли, экипажи исчезнувших кораблей… Хамфрис – убийца!

– Но что же ты можешь сделать?

– Бороться.

– Бороться? Как? Чем?

Теперь Аманде стало по-настоящему страшно. Фукс медленно сжал руки в кулаки.

– Даже голыми руками, если потребуется!

– Ларс, но это же глупо! Какое-то сумасшествие!

– Думаешь, я не понимаю? Я – цивилизованный человек и живу не в джунглях!

– Тогда зачем?..

– Затем, что должен. Во мне кипят злость, обида и бешенство, которые просто так уже не исчезнут! Я ненавижу его! Ненавижу его самоуверенность! Ненавижу мысль о том, что негодяй может нажать кнопку и убить людей, которые находятся в миллионах километров от него! А он в это время сидит во дворце и обедает за роскошным столом!.. И, кстати говоря, мечтает о тебе!

Сердце Аманды упало. «Это я, я во всем виновата! Я превратила этого доброго, любящего человека в злобного мстителя!»

– С удовольствием разбил бы его самодовольную морду! Убил бы его, как и он убил столько невинных людей!

– Или как того парня в пабе? – невольно вырвалось у Аманды.

Фукс посмотрел на жену так, словно она дала ему пощечину.

– О Ларс, прости! Я не хотела…

– Ты права. Совершенно права. Если бы я мог убить и Хамфриса, непременно бы убил!

Она ласково коснулась его щеки.

– Милый, пожалуйста, не говори так! Все, чего ты добьешься… Скорее он убьет тебя!

Фукс оттолкнул руку жены.

– А ты не подумала о том, что на мне уже лежит эта печать? Хамфрис уже пообещал, что я стану покойником.

Аманда закрыла глаза. Она бессильна. Муж будет бороться с ветряными мельницами, остановить его невозможно. Его могут убить! Да и сам он превращается в убийцу! Ларс отдаляется, становится чужим. Аманда не узнавала в нем мужчину, которого любила. Это пугало ее.

– Чем обязан вашему визиту? – спросил Карлос Вертиентес.

«Вылитый дьявол-искуситель! – подумала Панчо. – Аристократические испанские черты лица, аккуратные скулы, бородка с проседью. Действительно похож на профессора, не то что скользкие типы в Техасе!»

Панчо шла по главной улице Барселоны рядом с главой кафедры динамики плазмы – высоким, представительным физиком, который в свое время помогал Лайлу Дункану в создании ядерного двигателя. Теперь на этом двигателе летают все космические корабли за пределами Луны. Вертиентес выглядел очень элегантно в бежевом костюме. Панчо так и прилетела – в салатовом рабочем комбинезоне.

Барселона, несмотря на повышающийся уровень океана, нестерпимую жару и миллионы беженцев, еще полнилась жизнью. Кругом царили шум и суета. На бульвар приходили за отменным вином и местными пряными блюдами. Панчо нравилось гулять по шумным улицам гораздо больше, чем сидеть в скучном офисе, хотя порой толпа была такой, что приходилось прокладывать путь локтями. И все же она предпочитала эту шумную толпу кабинетам, которые могли оборудовать подслушивающими устройствами.

– Ваш университет тоже владеет акциями «Астро», – сказала она, отвечая на его вопрос.

Брови Вертиентеса изящно поднялись вверх.

– Мы – часть мирового консорциума университетов, который инвестирует во многие крупные компании.

Профессор был немного выше Панчо и стройным, как рыцари Толедо. Да, с таким мужчиной приятно идти рядом!

– Я смотрела список акционеров…

– Вы прибыли в Барселону специально, чтобы продать новую часть имущества корпорации? – ослепительно улыбнулся Вертиентес.

– Нет, – засмеялась Панчо. – У меня есть предложение для вас и вашего консорциума.

– И что же это за предложение? – спросил он, аккуратно потянув ее за локоть, чтобы отвести в сторону от приближающейся группы туристов из Азии.

– Как вы относитесь к идее создать исследовательскую станцию на орбите вокруг Юпитера? «Астро» профинансирует три четверти проекта, а может, и больше, если мы немного подкорректируем бюджет.

– Исследовательскую станцию? Вы имеете в виду – с человеческим экипажем?

Профессор остановился, давая толпе сзади обойти их.

– Давайте зайдем в кафе, где можно спокойно сесть и обсудить этот вопрос, – предложил он через секунду.

– Отлично! Я согласна, – с довольной улыбкой отозвалась Панчо.

«Вальсирующая Матильда»

Джордж мрачно смотрел на экран монитора.

– Четыреста восемьдесят три дня? – переспросил он.

– Так говорит навигационный компьютер, – почти извиняющимся тоном сказал Нодон. – Мы находимся на эллиптической траектории, которая может повернуть в сторону Цереры только через четыреста восемьдесят три дня.

– И как близко к Церере?

– На расстояние семидесяти тысяч километров плюс-минус три тысячи, – ответил Нодон, глядя на высветившиеся данные.

– Достаточно близко, чтобы связаться с ними с помощью внутренней линии связи, – задумчиво почесав голову, сказал Джордж.

– Возможно. Если к тому времени мы еще будем живы.

– Да. Разве что живыми скелетами.

– Скорее всего мы умрем.

– Так, какие альтернативы у нас имеются? – спросил Джордж.

– Я уже обдумал все возможности. Топлива у нас только для короткой пробежки. Вряд ли мы приблизимся к Церере быстрее.

– Кажется, ты прав. Двигатель выведен из строя. Все бесполезно.

– Можно попробовать его починить.

– Если мы израсходуем топливо на бесполезный последний рывок, не останется ничего для силового генератора. Не останется энергии даже на системы жизнеобеспечения корабля.

– У нас достаточно топлива в резерве на функционирование силового генератора. В этом плане можете не волноваться. Электроэнергию мы не потеряем.

– Здорово! Значит, когда наши трупы подойдут к Селене, эта консервная банка будет отлично освещена всеми огнями.

– Может, все же попытаемся починить двигатель? – повторил Нодон.

Джордж снова задумчиво почесал бороду. Она так сильно чесалась в последнее время, что создавалось впечатление, будто там поселились маленькие «незваные гости».

– Я слишком устал, чтобы выходить наружу и заниматься чертовым двигателем! Давай сначала отдохнем немного.

– И поедим, – добавил Турок.

– Ну да, если можно так выразиться, – взглянув на перечень оставшихся продуктов, отозвался Джордж.

21

Аманда оторвала взгляд от монитора и улыбнулась вошедшему в комнату мужу.

Ларс не ответил на улыбку. Все утро он занимался инспектированием остатков на складе «Гельветии». Огонь превратил грот в настоящую печь, расплавив все, что не смог уничтожить, – все, над чем работал Фукс, все планы и надежды, превратив их в золу и куски расплавленного металла. Если бы не сработал аварийный режим, огонь молниеносно распространился бы по тоннелям подземелья и убил всех на Церере.

Эта мысль приводила Фукса в бешенство. Хамфриса вовсе не тревожило, что он может уничтожить столько невинных людей. Даже если на Церере погибнут все, мерзавец и бровью не поведет. Главное для него – расчистить для себя Пояс, достичь цели.

«А я – помеха на его пути. Небольшое недоразумение в грандиозных планах по завоеванию мира… Нет уж, я так просто не уйду с твоего пути! Я сделаю все, чтобы помешать тебе, чтобы заставить почувствовать всю ту боль, которую ты принес другим! Клянусь!»

По дороге домой, кашляя от летавшей в воздухе пыли, Ларс размышлял над тем, как он попал в этот водоворот, почему вся тяжесть мщения упала на его плечи. Нет, это не месть, а правосудие. Кто-то должен заставить негодяя заплатить! Нельзя позволить Хамфрису подчинить весь мир и командовать Вселенной! Он должен считаться с остальными!

Открыв дверь, Фукс увидел улыбающееся лицо жены, и злость превратилась в бешенство. Хамфрису нужна и она…

Аманда встала из-за стола и подошла к нему. Ларс взял ее за руку.

– У тебя лицо в саже, – сказала она, нежно улыбаясь, и поцеловала мужа в губы. – Ты похож на мальчишку, который возился на улице.

– Испачкался на складе, – сказал он холодно.

– У меня хорошие новости.

– Да?

– Страховая компания сегодня перевела на наш счет деньги. Теперь не придется просить у Панчо в долг.

– Сколько?

– Лишь немногим меньше, чем мы ожидали. Примерно сорок восемь процентов ущерба.

– Сорок восемь, – задумчиво повторил Ларс, направляясь в ванную.

– Это даже больше той суммы, с которой мы начинали «Гельветию», дорогой!

Фукс понимал, что жена пытается поднять ему настроение.

– Да, – отозвался он с улыбкой.

Он умылся, теплый воздух высушил его лицо и руки. Сушилка громко тарахтела, и Ларс, как всегда в такие минуты, подумал о том, какое удовольствие пользоваться настоящими полотенцами.

– Есть какие-нибудь новости со «Старпауэра»? – спросил он, выйдя из ванной.

– Возвращается. Прибудет точно в срок – в конце месяца.

– Хорошо. Аманда помрачнела.

– Ларс, ты правда хочешь вновь заняться искательством? Может, лучше нанять экипаж?

– Экипажу надо платить зарплату, к тому же еще и делиться всем, что найдем. Я и сам справлюсь.

– Но ты будешь там один!

Он понимал, чего так боится жена. В Поясе продолжали исчезать корабли, а Хамфрис недвусмысленно дал понять, что пойдет на все ради достижения цели.

– Не волнуйся. Никто не будет знать, где я. Аманда покачала головой.

– Достаточно лишь заглянуть в данные МАА, чтобы увидеть твой сигнальный радиомаяк. Вычислить координаты труда не составит.

Ларс едва не улыбнулся.

– Если радиомаяк полетит на беспилотном судне, которое я выпущу через несколько часов после отбытия…

– Но ведь это нарушение правил МАА! – сказала потрясенная Аманда.

– Да, конечно. Зато моя жизнь будет намного спокойнее.

Работа по расчистке сгоревшего склада заняла несколько дней. Нелегко оказалось найти людей для такой грязной работы: все требовали за уборку такую же плату, как пилоты и операторы компьютерных диспетчерских. Поэтому Фукс нанял четырех подростков, которые в свободное от школы время искали себе занятие. Помогая Ларсу, они не только отдыхали от надоевших уроков, но и получали деньги. И все же большую часть работы Ларс делал сам, так как ребята были свободны лишь пару часов в день.

Через несколько дней четверо юнцов пропали. Фукс позвонил каждому домой и услышал одни и те же отговорки:

– Родители против того, чтобы я работал.

– У меня много уроков.

Только один из подростков сказал правду:

– Отец получил письмо с предупреждением: если он позволит мне и дальше помогать вам, его уволят с работы.

Фукс даже не спросил мальчика, где работает его отец. Ответ был очевиден.

Таким образом, Ларс приводил грот в порядок один. Очистив его от ставшихся обломков, он соорудил новые полки из кусков металла.

В один из вечеров, когда он возвращался домой после тяжелого рабочего дня, к нему пристали двое мужчин в рабочих комбинезонах с логотипами «КСХ».

– Ты – Ларс Фукс? – спросил тот, что повыше. Парень был на вид молод и похож на подростка: коротко стриженные светлые волосы, закатанные до локтей рукава, татуировки на предплечьях.

– Да, – ответил Ларс, не замедляя шаг.

Мужчины шли рядом, по обеим сторонам от него. Тот, что ниже ростом – смуглый, длинноволосый, – явно был тяжеловесом.

– Знаешь, я тебе дам совет: забирай свои деньги из страховой компании и лети подальше от Цереры! – сказал высокий.

– Кажется, вы в курсе моих дел, – заметил Фукс.

– Убирайся из Пояса, пока не нажил себе проблем покрупнее! – добавил с явным латиноамериканским акцентом второй.

Фукс остановился и оглядел незнакомцев с ног до головы.

– Проблем? Проблемы здесь можете затеять только вы.

– Это не имеет значения. Важно лишь, кто победит в итоге.

– Спасибо. Ваши слова послужат мне отличным доказательством.

– Каким еще доказательством? – удивились оба.

– Думаете, я дурак? Я отлично знаю, что у вас на уме. У меня с собой радиопередатчик, который отправляет каждое ваше слово в штаб-квартиру МАА в Женеве. Если со мной хоть что-нибудь случится, то помните – ваши голоса уже записаны.

Фукс развернулся и пошел прочь. Двое парней остались стоять ошарашенные и удивленные. Фукс шел неспешно, поднимая как можно меньше пыли. Он не хотел, чтобы те двое подумали, будто он убегает, или догадались, что слова про радиопередатчик – просто блеф.

Когда он пришел домой, у него тряслись руки, однако постепенно волнение уступало место злобе. Жена сидела за экраном компьютера и встретила Ларса радостной улыбкой. Фукс заметил, что она заказывает новый инвентарь для склада. Большую часть оборудования и аппаратуры Аманда заказала в «Астро», а после технического оснащения занялась продуктами и одеждой, заказав их у других компаний. Когда Фукс пошел в ванную, она все еще задумчиво просматривала демонстрационную программу последних новинок на Земле.

Фукс вернулся через несколько минут. Компьютер был уже выключен. Обняв мужа за шею, Аманда нежно поцеловала его в губы.

– Что хочешь на ужин? Кстати, я только что заказала партию морепродуктов с Селены.

– Без разницы, – бросил он, садясь за монитор.

Аманда заметила, что он изучает инструкцию по обращению с ручным лазером.

– Похоже на лазер, которым убили Рипли, – сказала она, немного нахмурившись.

– Да, и которым хотели отправить на тот свет меня, – отозвался Фукс, не отрывая взгляд от экрана.

– Я уже заказала шесть таких пистолетов для продажи и позднее планирую купить еще несколько.

– Думаю, и мне такая штука не помешает.

– Для оборудования «Старпауэра»?

– Нет, мне лично. В качестве оружия.

22

«Старпауэр-1» медленно плыл по темному, усеянному звездами небу над Церерой. «Странно, – думал Фукс, – несмотря на звезды, небо все равно кажется темным. Тысячи, миллионы солнц вдалеке, а пыльная неровная поверхность Цереры по-прежнему остается мрачной».

Он взошел по трапу и нырнул в люк шаттла. Нет смысла снимать скафандр; полет к «Старпауэру», ожидающему на орбите, займет всего несколько минут.

Жилой модуль шаттла представлял собой пузырь из стали и стекла. Два других искателя уже ждали на борту. Они тоже направлялись к своим кораблям. Фукс вежливо поздоровался по внутренней линии связи.

– Эй, Ларс, что будешь теперь делать с базой на орбите? – спросил один из них.

– Да, – поддержал его другой. – Мы вложили немалые деньги в ее строительство. Когда сможем переехать в новый дом?

Фукс видел их лица через стекло шлема. Мужчины выглядели вполне дружелюбно и безобидно.

– Пока не удалось найти человека на замену Рипли.

– Да, жаль беднягу Трубача!

– Ты правильно поступил, Ларс. Тот мерзавец был просто хладнокровным убийцей.

Фукс коротко кивнул. Управляющий полетами диспетчер МАА сообщил по линии связи, что шаттл стартует к орбите через десять секунд. Компьютер начал отсчет. Трое мужчин в скафандрах стояли у иллюминатора жилого модуля, рядом с возвышением в виде буквы «Т», на котором располагался пульт управления. На самом деле корабль не нуждался в этих кнопках: столь простым полетом управляли диспетчеры с Цереры.

Отрыв от поверхности почувствовался не сильнее, чем небольшой толчок. Судно так быстро отдалилось от Цереры, что Фукс вдруг ощутил тошноту. Он даже не успел проглотить застрявший в горле комок, как настала невесомость. За годы работы в космосе он так и не смог привыкнуть к ней, но все же со временем немного приспособился. Диспетчер МАА аккуратно приблизил шаттл к одному из ожидавших на орбите кораблей и подождал, пока не сошли двое искателей. Затем челнок направился к «Старпауэру-1», расположенному немного дальше по курсу.

Фукс подумал о необходимости найти Рипли замену. Финансирование проекта орбитальной базы было достаточным. Фукс во всем положился на жену, которая наметила дальнейший план действий. «Аманда должна справиться! – говорил себе он. – У меня теперь другая задача, а ей придется полагаться на собственные решения».

Своей задачей он считал борьбу с Хамфрисом. «Я прошел военную подготовку, я умею воевать. Но что ты собираешься делать? – спросил он себя. – Стрелять в корабли „КСХ“? Убивать людей? Чего ты этим добьешься, кроме того, что в итоге тебя или арестуют, или убьют?.. Ладно, ты слишком много думаешь, Ларс Фукс! Слишком быстро впадаешь в гнев, а потом долго мучаешься угрызениями совести».

Оставалось одно: найти астероид, сделать на него заявку в МАА и ждать убийц Хамфриса. Тогда у него появится реальное доказательство, которое так необходимо для того, чтобы заставить МАА предпринять официальное расследование простив «КСХ».

Если он, конечно, выживет в этом суровом испытании…

Челнок состыковался с кораблем, Фукс перешел в «Старпауэр» и начал снимать скафандр. Как же приятно ощущение собственного веса!.. Однако мысли снова вернулись к Хамфрису. «Негодяй! Я стану приманкой, лишь бы заставить его ответить за содеянное зло».

Ларс вошел в кабину пилотов и увидел на экране значок с пометкой «Новое сообщение». Наверняка письмо от Аманды. Как только он вызвал изображение на экран, появилось ее красивое грустное лицо, такое родное и милое! В глазах жены читались тревога и волнение.

– Ларс, милый, исчез корабль Джорджа Амброза. Связь оборвалась еще несколько дней назад. МАА не располагает даже их телеметрическими данными. Там опасаются, что он погиб.

– Джордж?! – не сдержавшись, крикнул Фукс. – Они убили Джорджа?!

– Похоже на то…

Аманда изучающе разглядывала мужа. Мрачный как туча, отметила она.

– Значит, они убили Джорджа… – повторил Ларс.

– Мы тут бессильны, – с поникшим видом сказала Аманда.

Ее слова прозвучали скорее как оправдание, чем утверждение.

– Да?! – вскричал Фукс.

– Ларс, пожалуйста, не делай ничего… опасного!

– Быть здесь живым – уже довольно опасно! – сказал он.

Дорик Харбин сидел в кабине «Шанидара» и изучал навигационные данные. Мигающая оранжевая точка, обозначавшая его корабль, находилась в точности на тонкой голубой кривой – маршрут встречи с грузовым кораблем.

«Шанидар» больше двух месяцев бороздил Пояс. Все это время Харбин находился в полном одиночестве. Наркотики и программы виртуальной реальности были его единственным развлечением в сером однообразии дней. Наркотики усиливали электронную иллюзию и помогали быстро заснуть, отгоняя прочь кошмары, в которых он снова и снова видел убитых им людей, слышал их крики.

Корабль летал втайне от МАА. Ни телеметрические данные, ни радиомаяк не выдавали его присутствия в Поясе Астероидов. Харбин имел четко определенную задачу – найти и ликвидировать указанные корабли искателей и шахтеров.

Он шел на встречу с одним из грузовых кораблей «КСХ» – пополнить оскудевшие запасы продовольствия и горючего и получить новые указания. Надо залить и баки – после нескольких месяцев рециркуляции переработанная вода стала на вкус удивительной гадостью.

Он произвел стыковку с судном «КСХ», но задержался не дольше, чем требовалось для пополнения запасов. Харбин покинул «Шанидар» только для короткой встречи с капитаном другого судна. Та передала ему запечатанный пакет, который он тут же положил в нагрудный карман комбинезона.

– Вы очень торопитесь? – поинтересовалась капитан, женщина лет тридцати на вид.

«Не красавица, но довольно симпатична, – подумал Харбин. – Самоуверенная кошка».

– У нас на борту есть разные… м-м… развлечения.

– Нет, спасибо, – коротко покачав головой, сказал он.

– А также новейшие стимуляторы.

– Я должен вернуться на «Шанидар».

– Даже не пообедаете?! Наш повар…

Харбин молча взялся за ручку двери.

– Вам нечего опасаться! – промолвила она с понимающей улыбкой.

– Опасаться?! Вас, что ли? – Посмотрев на женщину, он издал короткий презрительный смешок и, не попрощавшись, вернулся к себе на судно.

Харбин оставил грузовой корабль позади и вновь полетел в глубь Пояса. Только тогда он открыл запечатанный конверт и вынул оттуда микрочип, который содержал перечень жертв, курс их полета и детали конструкций кораблей. «Еще один список смерти», – подумал Харбин, изучая сменяющиеся на экране изображения кораблей.

Внезапно вместо перечня данных на экране появилось меланхоличное лицо Григория.

– Этот корабль добавлен в список в самый последний момент. – На экране возник чертеж корабля. – Судно называется «Старпауэр-1». Его точного курса мы пока не знаем. Сообщим координаты позднее, когда выясним.

Харбин нахмурился. Значит, придется оставить заранее намеченный план и слоняться, пока не пришлют данные. Ждать Харбин не любил.

– Этим кораблем надо заняться в первую очередь, – звучал голос Григория.

На экране высветились детали конструкции судна. «Жаль, что нельзя задать вопрос, потребовать больше информации», – подумал Харбин.

– Если уничтожишь это судно, можешь даже не утруждать себя другими. Ликвидируй «Старпауэр-1» и, если хочешь, возвращайся на Землю, – сказал Григорий, снова появившись на экране.

«Вальсирующая Матильда»

– Есть хорошие новости, – сказал Нодон, когда Джордж появился в кабине пилотов. – Пока вы работали снаружи, я встроил в коммуникационную систему запасной лазер.

Джордж втиснулся в соседнее кресло за пультом управления.

– Запасной лазер?..

– Из грузового отсека.

– Работает?

– Да, – счастливо улыбаясь, ответил молодой человек. – Ну что? Подадим сигнал о помощи?

– Конечно! Направь его на Цереру!

– Есть некоторые проблемы с наведением. На таком расстоянии от Цереры фокусировка луча не сохранится.

– Значит, надо направить его прямо на оптические приемники.

– Постараюсь.

– А этот чертов астероид совершает оборот только за девять часов, да?

– Наверное. Уточнить?

– Выходит, нам нужно попасть в оптические приемники точно в тот момент, когда те повернутся в нашу сторону…

– Да.

– Похоже на игру в дартс, только кидать придется на расстояние нескольких тысяч километров.

– Сотен тысяч!

– Еще лучше! – грустно усмехнулся Джордж.

Турок нагнул голову, и Амброз подумал, что юноша молится. Однако через секунду Нодон спросил:

– А как там двигатель? Можете его починить?

– Да, несомненно! – пробурчал Джордж.

– Правда?! – оживился Нодон.

– Ага! Если бы у меня была тут ремонтная мастерская, полдюжины сварщиков, слесарей и многое другое.

– О-о!

– Так что остается надеяться только на лазер, дружище. Двигатель к жизни не вернуть!

23

Ларс Фукс провел не более пяти минут, решая, что делать дальше. Джордж и его напарник нашли астероид углеродного типа средней величины. Согласно последним телеметрическим данным МАА, они начали разработки как раз в тот момент, когда оборвалась связь. Все попытки связаться с их судном оказались бесполезными.

«Доказательства! – думал Фукс, изучая информацию на главном экране. – Если я смогу обнаружить местонахождение „Матильды“ и найти доказательства того, что судно атаковали, правительству Земли придется начать серьезное расследование обстоятельств исчезновения и других кораблей».

Ларс вызвал на экран координаты астероида… и его рука застыла над кнопкой запуска программы.

«Хочу ли я, чтобы МАА знала, куда я направляюсь?» – спросил себя Фукс. «Нет!» – последовал четкий и ясный ответ. Тот, кто уничтожает корабли искателей, наверняка имеет информацию об их местонахождении. Фукс и раньше в этом не сомневался: чтобы вычислить курс, достаточно использовать телеметрические данные, которые автоматически отправляет в главный штаб каждый корабль.

Фукс понимал, что должен лететь «тихо». Даже Аманде не следует знать, где он. Мысль о возможном риске не волновала его. Что хорошего в том, что МАА известны его перемещения? Все равно, когда корабль попадает в беду, никто не приходит на помощь. Пояс Астероидов слишком велик. Если возникнет трудная ситуация, выпутываться предстоит самому. А телеметрические данные лишь сообщат МАА время и место гибели…

Большую часть дня Фукс занимался отсоединением радиомаяка и установкой его в маленький аварийный челнок, имевшийся на борту каждого корабля. В челноке могли прожить около месяца до шести человек. Такими «мерами безопасности» ограничивались в МАА. На самом деле это было бесполезно и даже смешно. Спасательные капсулы и челноки могли реально помочь только в системе Земля – Луна; там через несколько часов их подбирали спасательные корабли. Но в Поясе Астероидов о спасении нельзя и мечтать: расстояния слишком велики, а спасательных судов и вовсе нет. Старатели понимали, что, покинув Цереру, они остаются один на один с бескрайним пространством.

Фукс усмехнулся, вспомнив, сколько функций встраивали в пульт управления подобных спасательных капсул: огромную компьютерную память, дополнительное место для экипажа и даже любовное гнездышко с микрогравитацией.

– Ты будешь приманкой, – пробормотал Фукс, устанавливая радиомаяк в маленький челнок. – Пусть думают, что это «Старпауэр-1», а я тем временем отправлюсь к астероиду Джорджа.

Наконец Фукс завершил работу и занял место пилота. Его мысли вернулись к жене. Сказать ли ей про планы? Есть вероятность, что сообщение перехватят люди Хамфриса. Очевидно, они уже внедрились в МАА. Может, диспетчеры на Церере тоже втайне работают на него.

«Если что-нибудь случится со спасательной капсулой, Аманда решит, что я погиб. Что она станет делать? Мстить, оплакивать меня – или побежит в объятия Хамфриса? Этого-то он и добивается. Вот зачем ему моя смерть! Уступит ли ему Аманда, если будет думать, что меня больше нет?»

Он ненавидел себя за эти мысли, но не мог выкинуть их из головы. Лицо исказила злость. Ларс так сильно стиснул зубы, что свело челюсть, быстро нажал кнопки клавиатуры и выпустил капсулу в открытый космос на длинную параболическую траекторию, в бесконечное путешествие по Поясу.

Второе решение потребовало еще большей силы воли: он не отправил жене сообщение о своих планах.

«Теперь я один», – подумал Фукс и задал курс к астероиду, на котором работал Джордж Амброз в момент своего таинственного исчезновения.

Диана Вервурд читала любимый отрывок из Библии: притчу о неверном управителе.

Когда у нее возникали сомнения в собственных действиях, она всегда заглядывала в Евангелие от Луки. Это придавало ей сил. «Мало кто понимает истинный смысл притчи», – думала она, читая древние слова на настенном экране в гостиной своей квартиры.

Работник в итоге был изгнан, когда его господин узнал об обмане, но суть в том, что украденное слугой было не так уж и велико и не требовало мести. На протяжении всех лет работы у своего господина слуга отложил достаточно денег, чтобы вести в дальнейшем безбедное существование. Небольшой секрет, о котором хозяин и не подозревал…

Вервурд задумчиво откинулась в любимом кресле-массажере, которое принимало форму тела. Сначала оно принадлежало Мартину Хамфрису, но Вервурд посоветовала ему купить новое. Магнат попросил помощницу избавиться от старого кресла. Она перевезла его к себе в квартиру.

С помощью голосовой команды компьютер показал ее личный банковский счет. Цифры мгновенно высветились на экране. «Что ж, неплохо для простой девчонки из Амстердама!» – поздравила она себя мысленно. На протяжении этих лет Диана избегала обычных женских просчетов: торговли собственным телом, пристрастия к наркотикам, роли любовницы какого-нибудь богача.

Она произнесла еще одну голосовую команду, и компьютер выдал перечень ее астероидов. Всего лишь несколько небольших камешков, но они превосходно поставляли руду и неустанно увеличивали банковский счет. Налоги отняли бы немалую часть этих доходов, однако ни одно правительство не может требовать налоги с того, чего у тебя формально нет!

Мартин, конечно же, полагал, что эти астероиды принадлежат «КСХ». При таком-то объеме собственности пропажа каких-то нескольких штук совершенно незаметна. К тому же если он захочет проверить, то даст поручение помощнице. И ничего не узнает об этой мелкой краже.

Вервурд стерла с экрана перечень своего тайного имущества, и на мониторе вновь появились строки из Евангелия от Луки.

«Через пару лет я смогу спокойно оставить работу, – сказала себе Вервурд. – Все будет отлично, если действовать без перебора и не спускать с Мартина глаз. Как только я поддамся ему как женщина, мои дни в империи „КСХ“ будут сочтены».

Диана посмотрела на свое отражение в зеркале и улыбнулась. «Может, я и подпущу его, когда решу уволиться. „Выходное пособие“ не помешает. Или по крайней мере небольшой прощальный подарок. Мартин в принципе человек не жадный…»

Она отвернулась от зеркала и, посмотрев на экран, начала читать: «Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и маммоне…»

«Возможно, – подумала Вервурд. – Но я не служу Мартину Хамфрису. Я просто работаю и получаю неплохие деньги. Я служу только себе!»

Она очистила экран. Отрывок из Библии исчез, и на его месте возникла репродукция картины с изображением матери с младенцем.

Досье: Джойс Такамайн

Чтобы получить работу на Селене, надо иметь образование. На Луне ценились инженеры и техники, а не сборщики фруктов. «Путевкой» на Луну для Джойс стал старый мини-компьютер, который ей оставил отец. С его помощью она получила доступ ко всем университетам мировой сети. Девушка занималась каждую ночь, даже когда на плечи наваливалась усталость после тяжелого рабочего дня в полях.

Другие работники жаловались на свет небольшого экрана мини-компьютера, и Джойс стала выходить из барака и продолжать занятия прямо под открытым небом. Девушка смотрела на Луну и, глядя на маяки Селены, думала о том, что яркий лазерный луч зовет именно ее.

Однажды парень, с которым она имела короткую интимную связь, украл ее мини-компьютер. В панике Джойс бросилась вслед за ним по горячим следам и нашла его на соседней плантации. Девушка тогда чуть не удушила вора. Охранники не препятствовали ей, и, как только Джойс подробно рассказала о случившемся, ее отпустили.

Через три года она получила диплом Калифорнийского университета по программированию и отправила резюме на Селену.

Ее не взяли. На должность претендовали 427 человек, большинство – такие же нищие и отчаянные, как и она.

День, в который Джойс узнала об отказе, совпал с известием о гибели родителей. Землетрясения уничтожили ряд маленьких городков около Сан-Франциско; не пощадили они и ее малую родину.

24

Ничего. Кругом лишь пустота.

Фукс хмуро посмотрел на экран дисплеев, затем в иллюминатор. Никаких следов «Вальсирующей Матильды». Ничего, кроме глыбистой, неровной поверхности астероида.

Это и есть последние координаты, в которых был отмечен корабль Джорджа Амброза. Здесь оборвались все телеметрические сигналы.

Фукс вывел «Старпауэр-1» на орбиту вокруг астероида. Был ли здесь Джордж? Если и был, то, видимо, не очень-то задержался…

Внезапно Ларс заметил на поверхности три аккуратно вырезанных прямоугольника. Значит, Джордж все-таки был здесь и начал разработку рудников. Дав максимальное увеличение, Фукс увидел, что на астероиде осталась часть оборудования. Значит, Амброз покидал астероид в спешке. Он так спешил, что даже не забрал лазерную установку, которая стояла на краю одного из прямоугольников.

«Надо взять оборудование „Матильды“ на борт, – подумал Фукс. – Возможно, оно пригодится в качестве доказательства».

Одеться в скафандр и отправиться на установкой? Но отставлять корабль без пилота нельзя, поэтому Фукс решил пойти другим путем. Не отрывая взгляда от навигационного экрана, он осторожно подвел судно на расстояние нескольких метров от каменной поверхности, ловко подхватил лазерную установку манипулятором и отправил ее в грузовой отсек. Ларс весь вспотел от волнения, но испытывал гордость за собственную сноровку.

Хотелось связаться с Церерой и узнать, есть ли новая информация о корабле Джорджа… «Нет! Я должен оставаться инкогнито!» – напомнил себе он.

Что же делать теперь?

Фукс вышел из кабины пилотов и отправился в каюту подкрепиться и отдохнуть: на голодный желудок много не придумаешь. Рубашка пропиталась потом. Что ж, работа проделана немалая. Надо принять душ и переодеться.

Прошло несколько часов. Он поел, отдохнул, однако по-прежнему не решил, какими будут его следующие действия.

Найти Джорджа! Но как?

Он вернулся на мостик и активировал компьютерную поисково-спасательную программу.

Стандартная процедура поисковой миссии заключалась в отправлении широкополосного сигнала из последнего местонахождения исчезнувшего корабля. Фукса волновала лишь возможность того, что Джордж резко поменял направление. Несколько дней полета на большой скорости могут отнести корабль обратно к Земле или, наоборот, далеко за Юпитер.

Не оставалось ничего другого, как отправить сигнал, активировать все радары дальнего и ближнего действия и покинуть астероид. Джорджа здесь нет и скорее всего не будет…

Фукс настроил корабль на выбранный курс, затем надел скафандр и пошел в грузовой отсек. Проход к грузовому отсеку был достаточно просторный даже для крупного человека, но не имел герметизации. Тоннель длиной почти километр в скафандре одолеть не так-то просто, и все же Ларс очень хотел собственными глазами взглянуть на оставленный Джорджем лазер.

Дорик Харбин тоже вел поиск.

Он поймал телеметрический сигнал «Старпауэра-1» почти сразу, как тот покинул Цереру, и сел «на хвост» своей жертве, двигаясь вслед за ней на некотором удалении. Однако не прошло и нескольких часов, как сигнал резко оборвался. Харбин уже решил подойти к судну поближе, чтобы разглядеть его в иллюминатор, но, прежде чем он это сделал, сигнал появился снова. Корабль летел по диагонали через Пояс на высокой скорости.

«Шанидар» следовал за кораблем, оставаясь на удалении, чтобы жертва не заметила. «Даже если Фукс и заподозрит что-нибудь, его зондирующий луч будет слишком слабым, и он меня не увидит», – думал Харбин.

Вновь вспомнились слова Григория: «Уничтожь этот корабль – и можешь считать, что задание выполнено».

«Я получу деньги и отправлюсь на Землю, найду какое-нибудь безопасное райское местечко и заживу там как король. Интересно, какое же место выбрать?! Мне нужен теплый климат, спокойное море, стабильная ситуация. Жить надо в богатой стране, которая не устраивает революции и благополучно развивается. Может, в Канаде? Или в Австралии? Там строгие иммиграционные правила, но, имея кучу денег, можно купить все что угодно. Или выбрать Испанию? Барселона – один из самых благополучных городов континента, да и Мадрид давно не испытывал никаких потрясений…»

25

Главной проблемой для Аманды стал поиск надежных людей для работы в «Гельветии». Терзала и тревога за мужа, который в полном одиночестве бороздил Пояс, как и многие другие искатели, пытаясь найти «богатый» астероид. А может, он занимается вовсе не этим? Мысль о том, что Ларс решил мстить Хамфрису, уничтожая корабли, пугала Аманду до смерти. В таком случае его либо убьют, либо он станет преступником и изгнанником.

Она пыталась отогнать эти мысли и занять себя работой по восстановлению бизнеса на деньги, выплаченные страховой компанией.

Большинство прибывающих в Пояс людей, мечтая разбогатеть, отправлялись искать еще не открытые астероиды – даже те, кто уже имел горький опыт и знал, что искатели часто и вовсе остаются без гроша, а доходы от продажи руды получают крупные компании. Отчаянные смельчаки вновь и вновь отправлялись в Пояс в поисках удачи. Многие работали шахтерами, добывая руду из уже зарегистрированных астероидов; некоторые работали по контракту с корпорациями, другие – на себя. Шахтеры разбогатеть не могли, но и не голодали.

В годы учебы в колледже Аманда прошла курс экономики. Она понимала, что чем больше астероидов будут разрабатывать, тем ниже станет цена руды. Корпорации вроде «Астро» или «КСХ» могли позволить себе закладывать незначительную прибыль, так как располагали огромными запасами руды, а простому искателю приходилось туго.

Аманда одевалась почти машинально. Начинался новый рабочий день. Почему все-таки Ларс отправился в Пояс? Он ведь знает реальные шансы подобных «поисков удачи» лучше, чем кто-либо другой. Почему молчит? По прошествии нескольких дней все же мог хотя бы сообщить, что с ним все в порядке!

Ответ становился очевиден, но верить в плохое не хотелось. Ларс занимался вовсе не искательством. Он решил бороться, пустился в какую-то сумасшедшую авантюру, чтобы поквитаться с Мартином. В одиночку сопротивляться самой могущественной корпорации в мире!..

Больше всего мучило чувство собственной беспомощности. Она не могла защитить любимого человека, не имела ни малейшей возможности что-либо узнать о нем или как-то помочь. «Ларс оставил меня, – думала она. – Не просто улетел в Пояс, а презрел наш брак, нашу любовь, позволил гневу ослепить себя. А теперь жаждет мести, не понимая ее реальной цены!»

Сдерживая слезы, Аманда включила компьютер и вернулась к тому, на чем остановилась прошлой ночью: просмотр резюме желающих получить работу в «Гельветии». Но желающих по-прежнему было очень мало. В порыве отчаяния она даже отправила письмо Панчо, а сейчас, открыв почту, увидела, что подруга прислала ответ.

– Показать сообщение Панчо Лэйн!

На экране появилось лицо Панчо. Девушка сидела в офисе. Из окна виднелся почти сказочный тропический пейзаж. Очевидно, это штаб-квартира «Астро» в Венесуэле.

– Мэнди, я получила твое грустное письмо, дорогая. Представляю, как тяжело найти надежных людей для работы на складе. Я бы с радостью отправила тебе на подмогу парочку ребят из «Астро», но никто не поменяет работу на Селене на Пояс Астероидов. Разве что отчаянные фанаты…

Сев поближе к камере, она продолжила:

– Хочу тебя предупредить: будь внимательна! Некоторые «соискатели» могут оказаться тайными сотрудниками «КСХ». Тщательно проверяй досье каждого! Меры предосторожности сейчас совсем не помешают!

Аманда покачала головой. «Мало мне проблем!» Панчо вновь откинулась на спинку вращающегося кресла.

– Я отправляюсь в Канзас, на встречу с международным консорциумом университетов. Будем обсуждать проект строительства исследовательской станции на орбите Юпитера. Может, повезет и я смогу найти добровольцев. Посмотрим, вдруг и тебе я чем-то помогу! А пока будь осторожна! Хамфрис не оставляет надежды получить «Астро», а вы с Ларсом прочно встали на его пути.

Махнув рукой на прощание, она исчезла с экрана. Аманде захотелось залезть под одеяло и сидеть там, спрятавшись ото всех и всего до возвращения Ларса. Если он вернется, конечно…

«Как долго придется искать?» – спросил себя мысленно Фукс. Прошло уже три дня, а никаких новых следов Джорджа не обнаружено. Никаких!

Он понимал, что на самом деле Пояс – огромное пустое пространство. На первом курсе университета профессор по астрономии сравнивал его с безлюдным театром, в котором летают лишь несколько пылинок. Теперь Ларс имел возможность осознать это как никогда прежде. Он вглядывался в иллюминатор, изучал данные на экранах радаров, мониторе телескопа и видел, что впереди нет ничего, кроме пустоты и мрака.

Наверное, точно так же себя чувствовал Колумб посреди Атлантического океана, где не было ничего, кроме бескрайнего синего моря.

Вдруг коммуникационная антенна поймала модулированный сигнал.

От внезапно прозвучавшего звука Фукс едва не подскочил на месте. Повернувшись к дисплею, он увидел, что по оптической коммуникационной системе поступило сообщение.

Оптический сигнал? Испытывая крайнее удивление, он попросил компьютер вывести информацию на экран.

На мониторе появились помехи, послышалось шипение и свист. Наверное, какая-то ошибка. Сбой, вызванный солнечной бурей или вспышками излучения.

Однако другие датчики говорили о том, что Солнце спокойно и никаких отклонений от нормы снаружи не наблюдается. К тому же коммуникационная антенна не способна улавливать вспышки гамма-лучей.

Фукс настроил навигационный компьютер корабля на курс в направлении, откуда пришел странный сигнал. Надо обязательно поймать его отчетливее!

Быстро это сделать не удалось – нелегко развернуть такой большой корабль, как «Старпауэр-1». Однако маневр был успешно завершен, и через несколько минут судно уже направлялось в сторону поступившего сигнала.

Тишина. Коммуникационная система молчала.

«Всего лишь случайность, – сказал себе Фукс. – Аномалия. Может, я просто хочу верить, что это сигнал корабля, тешу себя иллюзиями? Да, кажется, надежды начинают побеждать здравый смысл».

Значит, ошибся… И все же Фукс следовал по новому курсу час, два, а затем… Экран коммуникационной антенны осветился слабым светом, и возникло нечеткое изображение лысого человека с азиатскими чертами лица.

– Говорит «Вальсирующая Матильда»! Мы потеряли управление! Срочно требуется помощь!

Фукс, не веря своим глазам, смотрел на экран. Затем, придя в себя, молниеносно принялся действовать: установил координаты «Матильды» и направился в сторону дрейфующего судна. Одновременно с этим он принялся посылать ответный сигнал по всем каналам, на которые могли выйти его антенны.

Дорик Харбин был в бешенстве.

«Трюк! Всего лишь глупый трюк, а я попался на него, как настоящий дурак! Летел сломя голову на край света! Идиот!»

Харбин развернул «Шанидар» в обратную сторону от объекта, который еще несколько минут назад считал «Старпауэром-1», скорее от злости, чем по логике. Он следовал за телеметрическим сигналом «корабля» несколько дней, намереваясь выяснить, куда тот направляется. Согласно инструкциям Григория, следовало подождать, пока корабль займет орбиту некоего астероида, и только тогда уничтожить жертву. Харбин знал, что затем «КСХ», как обычно, зарегистрируют астероид на себя.

Однако прошло несколько дней, а жертва не предпринимала никаких попыток активного поиска. Судно на большой скорости просто летело вдоль Пояса как туристический челнок. Единственная разница заключалась в том, что никаких туристов на борту не было, да и осматривать в Поясе нечего.

Теперь Харбин отчетливо видел на своих экранах: то, за чем он все эти дни летел, вовсе не «Старпауэр-1», а спасательная капсула. Пустая…

Это не случайность. Фукс намеренно ее выпустил, а сам тем временем отправился в совершенно другую сторону. Но куда?

Григорию вряд ли понравятся такие новости. Харбин мысленно поклялся во что бы то ни стало найти проклятый корабль и разнести его на куски.

«Шанидар» так отклонился от курса, что теперь требовалось снова заправляться. Впрочем, лучше не ждать, а поспешить в обратном направлении, туда, где «Старпауэр-1» выпустил спасательную капсулу. Наверняка мерзавец связывался с Церерой по другим каналам связи или общался с каким-то кораблем.

«Шанидар» активировал все коммуникационные приемники и направился в ту часть Пояса, где потерял жертву.

Везет только хладнокровным и подготовленным людям, которые никогда не теряются, – так считал Харбин. И так, после двух часов полета на полной скорости, он уловил слабый сигнал Фукса, который отправлял ответ «Вальсирующей Матильде».

«Вальсирующая Матильда»

Джордж задремал в кресле второго пилота. Нодон следил за системами корабля самостоятельно. Они по-прежнему дрейфовали в бескрайнем космосе.

Запасы еды, несмотря на строжайшую экономию, постепенно оскудевали.

– Сигнал! – вдруг закричал юноша.

Сон, в котором Джордж обедал в ресторане с явно симпатизирующей ему красоткой, мгновенно испарился. Амброз сонно открыл глаза, все еще раздумывая, чему же отдать предпочтение в первую очередь: женщине или жареной бараньей ноге.

– Какой сигнал? – пробормотал он.

– Посмотрите! – ликуя от радости, кричал Нодон, показывая на экран трясущимися от волнения руками. – Посмотрите!

Джорджу захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться в правдоподобности происходящего. Прямо перед ним на дисплее возникло серьезное лицо Ларса Фукса. Никто на свете в этот момент не казался Амброзу прекраснее и род нее, чем старый друг!

– Получил сигнал о помощи. Лечу в вашем направлении на полной скорости. Продолжайте подавать сигналы, чтобы навигационная система «Старпауэра-1» установила координаты «Матильды».

Пальцы Нодона уже бежали по клавишам пульта управления.

– Спроси, сколько времени ему потребуется, чтобы добраться до нас. – Амброз довольно улыбнулся напарнику.

– Я уже ввел данные в компьютер, сейчас посмотрим… Пятьдесят два часа.

– Чуть больше двух суток. Продержимся! Правда, дружище?

– Конечно, сэр!

26

Харбин внимательно слушал послание Фукса. «Если бы болван не воспользовался лазерным сигналом, вряд ли бы я нашел его». Радиосигналы распространяются в космосе подобно тому, как бутон расцветает под утренними лучами солнца, – пришло на ум поэтическое сравнение. Расцвет смерти!

Надо экономить запасы горючего. Харбин не мог ринуться вперед на полной скорости. И ладно. «Пусть Фукс спасает оставшийся в живых экипаж, а я просто полечу им навстречу и перехвачу по дороге на Цереру».

Он оставил коммуникационные приемники активированными и скоро услышал радостное сообщение Фукса на Цереру: «Вальсирующая Матильда» найдена, оба члена экипажа живы. «Что ж, недолго вам всем осталось!» – усмехнулся Харбин.

Корабли искателей довольно часто пропадали в Поясе. «Шанидар» уничтожил несколько судов, другие гибли без его вмешательства. Такой корабль, как «Вальсирующая Матильда», мог потерять связь, исчезнуть, и никто бы не узнал причину гибели. Конечно же, ходили слухи о пиратстве, но никто серьезно их не воспринимал.

С другой стороны, если экипаж «Матильды» жив, они наверняка расскажут о том, что произошло. Сообщат в МАА, что их намеренно атаковали с целью уничтожить. Нет, их нельзя оставлять в живых!

Возникал еще один немаловажный вопрос: как будет воспринята гибель корабля, который спас экипаж «Матильды»? Это действительно заставит МАА начать масштабное расследование.

Харбин покачал головой, пытаясь привести мысли в порядок. «Я здесь один, звонить Григорию за указаниями нельзя, поэтому принимать решение предстоит самостоятельно».

Долго думать он не стал. Уже через минуту Харбин определился в своих действиях: позволить Фуксу спасти экипаж «Матильды», а затем, перехватив корабль, убить одним ударом всех трех. Может, удастся ликвидировать их, прежде чем они успеют разболтать о случившемся.

Когда Аманда вызвала на экран поступившее сообщение и увидела лицо мужа, ее сердце едва не выскочило из груди.

Ларс выглядел усталым и напряженным, под глазами лежали круги, но он улыбался.

– Я нашел их! Джордж с напарником живы! Направляюсь к ним на помощь.

– А что с ними случилось? – спросила она, забыв что муж находится слишком далеко и интерактивная связь невозможна.

– Корабль потерял управление, – продолжил Фукс. – Это все, что я знаю на данный момент. Как только ребята будут на борту «Старпауэра-1», сообщу больше.

Экран погас, оставив Аманду с тысячами вопросов, ни один из них в данный момент не имел значения. Главное, что с Ларсом все хорошо и он не натворил ничего непоправимого. Он спасет Амброза и его напарника, а потом вернется на Цереру, к ней.

Тяжесть последних дней наконец упала с плеч.

Как только Джордж и Нодон появились в жилом модуле «Старпауэра-1», тот стал таким маленьким и тесным, словно в него ринулась толпа. Едва они сняли громоздкие скафандры, Фукс чуть не задохнулся от запаха давно не мытых тел.

– Ребята, вам обоим нужно срочно принять душ, – сказал он, забыв о деликатности.

Джордж ехидно улыбнулся.

– Да уж, наверное, мы не очень приятно пахнем.

Азиат молчал, на его лице читалось смущение. Напарник Амброза был почти мальчишкой.

Фукс повел их к санитарному отсеку.

– Надеюсь, у тебя полный холодильник? – спросил Джордж.

Ларс кивнул, едва сдерживаясь, чтобы не зажать нос руками.

– Что с вами произошло?

Толкнув Нодона в душевую кабину, Джордж повернулся к другу.

– Что произошло? Нас атаковали – вот что!

– Атаковали?!

– Да, и вполне намеренно. Какой-то подонок с мощной лазерной установкой на борту.

– Я так и знал, – пробормотал Фукс.

Нодон осторожно зашел в душевую кабину и снял одежду. Послышался звук льющейся воды.

– Думаю, мы не первые, кого решили разнести на кусочки, – сказал Амброз. – «Фея озера», «Асуан» и еще около пяти других по крайней мере.

– Нужно сообщить в МАА. Надеюсь, хотя бы сейчас там начнут тщательное расследование.

– Сначала пообедаем! У меня желудок уже к спине прилип.

– Только после душа!

Джордж рассмеялся.

– Согласен. Если, конечно, сможем выгнать оттуда мальчишку, – сказал он, махнув в сторону душевой кабины.

Харбин тренировался в спортзале «Шанидара»; военное прошлое заставляло его неустанно поддерживать физическую форму. Прямо перед ним на стене располагался специальный экран для тренировки боевых искусств. Харбин уже перепробовал все виды, но каждый раз находил в программах что-то новое, какую-то маленькую деталь, которую прежде просмотрел. После обязательных двадцати кругов на велосипеде он снова активирует программу и пройдет все испытания еще раз от начала до конца.

Однако мысли его неустанно возвращались к стоящей задаче: помешать Фуксу информировать Цереру о случившемся с «Вальсирующей Матильдой». «Старпауэр-1» уже отправил короткое послание на Цереру, а как только сообщит все подробности, МАА развернет полномасштабное расследование.

«Если это случится, моя карьера в „КСХ“ окончена. Может, начальники Григория даже решат, что меня дешевле убрать. Нет, нужно как можно скорее заставить этот проклятый корабль исчезнуть! Но как? Ускорить полет до максимальной скорости и ударить по ним, прежде чем неудачники снова выйдут на связь с Церерой? Тогда я израсходую все горючее и не дотяну до танкера „КСХ“. Придется просить помощи Григория. А это самый эффективный способ раз и навсегда от меня избавиться: они просто оставят меня дрейфовать в одиночестве, пока я не умру голодной смертью».

Мрачно покачав головой, Харбин решил продолжить полет по заданному курсу, не меняя скорости. Он догонит «Старпауэр-1» и уничтожит его! Оставалось лишь надеяться, что он успеет выполнить свою задачу, прежде чем Фукс отправит на Цереру подробное сообщение о случившемся.

Пусть все решит провидение. На ум пришло четверостишие из Омара Хайяма.

В этот мир мы пришли, как птицы в силок.

Здесь любой от гонений судьбы изнемог.

Бродим в этом кругу без дверей и без кровли,

Где никто своей цели достигнуть не мог.[1]

«Да, – подумал Харбин. – Было бы приятно разбить мир на атомы и переделать во что-то гораздо лучшее. А еще иметь рядом женщину, которая любила бы меня, поддерживала, помогала… Глупые мечты! – резко одернул он себя. – Реальность заключается в этой забытой Богом пустоте. Жизнь учит убивать, только убивать!»

Он глубоко вздохнул. Реальность очень похожа на этот велотренажер: никуда не двигается, но энергию высасывает.

27

Фукс сидел в гостиной, с удивлением наблюдая, как Джордж уплетает еду, которой хватило бы нормальному человеку на целую неделю. Его напарник, Нодон, ел более скромно, но тоже поглотил немалое число порций.

– …потом он уничтожил наши антенны, – рассказывал Джордж с полным ртом овощных бутербродов и картошки, – а в конце концов пробил баки с горючим.

– Не дурак! – сказал Фукс.

– Наверное, думал, что мы находимся в жилом модуле. Мы притворились, что мертвы. Когда мерзавец улетел, «Матильда» дрейфовала в направлении к альфа Центавра.

– Убийца подумал, что вы погибли.

– Нуда.

– Все это надо сообщить в МАА.

– Если бы на борту была лазерная установка, я бы обязательно выстрелил в ответ. Когда мерзавец прилетел, оборудование стояло на поверхности астероида.

– Ваш лазер у меня, – сказал Фукс. – В грузовом отсеке.

– Я потом проверю его, – отозвался Нодон, на секунду оторвавшись от еды.

– Хорошо. А я позвоню в МАА, на Цереру, – пробубнил Амброз.

– Нет, позвоним в главный штаб МАА на Землю! – решил Фукс. – Сообщить нужно самым высокопоставленным лицам, и незамедлительно!

– Хорошо, сейчас только десерт доем. Что у тебя еще есть на сладкое?

– Кстати, у меня на борту тоже есть лазерная установка для работ на поверхности. Лежит в грузовом отсеке рядом с твоей.

– Если хотите, я могу обе подсоединить к источнику питания, – сказал юноша.

Фукс заметил в его глазах решительность и серьезность.

– Да, не помешает.

Джордж понял, что они имеют в виду.

– И как же ты собираешься стрелять из грузового отсека? – поинтересовался он.

– Открою люки.

– Тогда лучше надеть скафандр.

Нодон молча кивнул.

– Ага, значит, вы оба предполагаете, что тот подонок еще вернется.

– Возможно, – мрачно сказал Нодон.

– Тогда давайте подготовимся, – пробурчал Джордж, изучая на экране данные о содержимом холодильника. – Не хочу снова изображать из себя мишень. Это может плохо кончиться!

Диана Вервурд видела, что босс начинает нервничать. Мартин Хамфрис выглядел не лучшим образом. Они медленно вошли в гостиную его дома.

– Как я выгляжу? – неожиданно спросил он.

На нем был безупречный смокинг, галстук-бабочка и роскошный плед в руках.

Девушка улыбнулась, едва сдержавшись, чтобы не ответить, что он похож на круглолицего пингвина.

– Очень мило.

– Неужели нельзя придумать что-нибудь другое для официальных мероприятий?!

– Вы весьма оригинально завязали бабочку.

– Проклятая штука завязана слишком туго, и ты прекрасно это знаешь! Лесть в данном случае неуместна!

Вервурд была одета в серебристый костюм с длинной, до пола, юбкой.

– Ставенджер пригласил меня на проклятую оперу вовсе не из доброты сердечной, – жаловался Хамфрис, направляясь к двери. – Хочет из меня что-то вытянуть. Думает, я приду без телохранителей.

– Коктейли, ужин, – пропела Вервурд. – Это отлично вас развлечет.

– Ненавижу оперу!

– Зачем вы тогда приняли приглашение? – спросила она, вслед за боссом выходя в сад.

– Ты знаешь зачем! Там будет Панчо Лэйн. Ставенджер готовит какой-то сюрприз. Официально он отошел от дел, но по-прежнему руководит Селеной. Стоит ему только бровью повести, и все тут же бросаются выполнять его желания.

– Интересно, что Ставенджеру понадобилось на этот раз? – спросила Вервурд, идя вдоль цветущих кустарников.

– Я плачу тебе, чтобы ты мне отвечала на такие вопросы! – сказал Хамфрис, бросив на нее кислый взгляд.

Фуршет устроили на открытом воздухе, под куполом «Гранд Плазы», рядом с амфитеатром. Здесь проходили все театральные постановки на Селене. Когда Хамфрис и Вервурд прибыли, Панчо уже стояла возле бара и о чем-то беседовала со Ставенджером.

Основатель Селены был почти в два раза старше Хамфриса, однако выглядел подтянутым и энергичным, как тридцатилетний мужчина. В его крови тоже были наноботы, которые сохраняли молодость и здоровье.

Семья Ставенджера основала первоначальную лунную базу и превратила маленькую исследовательскую станцию в крупный промышленный центр по строительству космических кораблей с использованием современных нанотехнологий. Ставенджер лично руководил короткой, но яростной и победоносной борьбой против бывшей ООН, которая закончилась провозглашением независимости поселения на Луне. Именно он назвал этот город Селеной.

– Привет, Мартин! – сказал Ставенджер, непринужденно улыбнувшись.

Дуглас Ставенджер был, несомненно, красив – той грубоватой красотой, которая так привлекает женщин.

– Кажется, ты собрал здесь сегодня пол-Селены, – сказал Хамфрис, не утруждая себя представить Вервурд.

– Вторая половина участвует в опере, – пошутил тот.

Хамфрис заметил, как Панчо и Вервурд обменялись оценивающими взглядами. Они скорее напоминали гладиаторов перед боем, чем зрителей оперы.

– Кто твоя подруга? – спросила Панчо магната.

На ней было длинное черное вечернее платье, короткие волосы блестели гелем. «Бриллиантовое колье и браслет на руке – очевидно, из месторождений в Поясе», – подумал магнат.

– Диана Вервурд… Панчо Лэйн… Дугласа вам представлять не надо, я думаю?

– Наслышана, – ослепительно улыбнулась Вервурд. – Приятно познакомиться, мисс Лэйн.

– Просто Панчо.

– Панчо убеждает меня инвестировать в проект создания исследовательской базы на орбите Юпитера, – сказал Ставенджер.

«Ага, вот как, значит!» – подумал Хамфрис.

– Селена уже много заработала на строительстве кораблей, а на добыче ядерного топлива заработает еще больше! – сказала Панчо.

– Соблазнительно, – улыбнулся Ставенджер. – Как думаете, Мартин?

– Я категорически против этого проекта!

«Делает вид, что не знает моего мнения!» – подумал магнат.

– Да-да, я слышал.

Раздались звонки.

– Пора приступать к ужину. – Дуглас подал руку Панчо. – Пойдем, Мартин, продолжим разговор за едой.

Хамфрис последовал к столам, установленным на аккуратном газоне за амфитеатром. Вервурд шла рядом с боссом, уверенная, что беседа о проекте продолжится и во время оперы.

Ну и что! Она все равно терпеть не могла оперу.

28

Нодон отправился в грузовой отсек, Фукс и Джордж пошли в кабину пилотов.

– Ты должен сообщить о случившемся официальным лицам МАА, – сказал Ларс, усаживаясь в кресло капитана.

Джордж сел в кресло второго пилота, а точнее – накрыл его своим мощным телом. Хоть Амброз и голодал несколько Дней, он ничуть не похудел.

– С радостью! – оживился Амброз. – Только свяжись с ними для начала.

Фукс попросил компьютер связаться с Франческо Томазелли из штаба МАА в Санкт-Петербурге.

– О-о! – вдруг воскликнул Джордж, показывая на экран радара.

В верхнем правом углу экрана появилась точка, обозначавшая корабль.

– Он здесь! – сказал Амброз.

– Может, это астероид?

– Корабль.

Фукс нажал несколько кнопок на пульте управления.

– Да, – согласился он через пару секунд. – Летит прямо на нас.

– Надену скафандр и пойду в грузовой отсек. Ты тоже оденься на всякий случай.

По дороге к отсеку со снаряжением Фукс услышал компьютерный голос коммуникационной системы:

– Господин Томазелли в данный момент занят. Желаете оставить сообщение?

Через пятнадцать минут Фукс вернулся, чувствуя себя средневековым рыцарем в доспехах.

Точка, обозначавшая корабль, переместилась на середину экрана. Ларс попытался разглядеть что-нибудь в иллюминатор, однако впереди лишь стелилась темнота.

– Приближается? – послышался голос Джорджа в наушниках шлема.

– Да.

– Мы подсоединили твой лазер к главному источнику питания. Наш не работает. Наверное, выведен из строя.

– Мой-то работает?

– Да. Разверни корабль так, чтобы мы могли четко видеть подонка.

– Джордж, а вдруг это не тот корабль, который на тебя напал?

– Неужели ты допускаешь, что в этой глуши может встретиться случайный корабль? Исключено, дружище!

– Не стреляй в него первым.

– Ты говоришь, как чертов янки, – проворчал Джордж.

– Тем не менее нельзя…

Коммуникационный экран внезапно ярко вспыхнул и погас. Фукс мигом активировал программу диагностики, хотя в перчатках это оказалось не легко.

– Попадание в главную антенну!

– Разверни корабль, чтобы я мог прицелиться!

Давление воздуха упало, зазвучала сирена тревоги. Фукс услышал, как сзади захлопнулся люк в кабину пилотов: начала действовать аварийная система корабля.

– Он попал в носовую часть!

– Разверни же скорее!

Надеясь, что основные системы еще работают, Фукс подумал: «Господи, да мы участвуем в самой настоящей космической битве!»

– Что он делает? – спросил Джордж.

– Несколько раз выстрелил, – ответил Фукс по внутренней линии связи. – Кажется, планирует уничтожить жилой модуль.

– Сначала займется антеннами, как было с «Вальсирующей Матильдой».

– Антеннами?

– Естественно! Чтобы мы могли подать сигнал о помощи.

Фукс не был согласен с таким мнением. Какой смысл просить помощь? Сигнал достигнет Цереры только через десять минут. Да и как там смогут помочь?

– Вижу его! – закричал Нодон.

– Наконец-то я тоже могу выстрелить! – радостно сообщил Джордж. – Ну держись, подонок!

Фукс пытался контролировать позицию корабля. Мысли проносились в голове одна за другой. «Если мы лишимся связи, подумают, что просто еще один корабль исчез по странному стечению обстоятельств, не более того. А если нам удастся отправить сигнал о помощи, все узнают, что и другие корабли намеренно уничтожались. Все узнают, что Хамфрис – убийца».

Он активировал программу диагностики коммуникационной системы и увидел, что антенны серьезно повреждены. На экране дисплея высветились предупреждающие красные надписи.

«Что можно сделать? – спрашивал себя Фукс. – Что?»

Джордж покрылся потом.

– Готов? – крикнул он напарнику.

Они встали по обеим сторонам лазерной установки. Агрегат выглядел слишком неуклюжим, чтобы функционировать, однако такое впечатление было, конечно же, обманчивым.

– Готов? – снова спросил Джордж.

Он взглянул на экран датчиков и подтолкнул установку к люку грузового отсека. Все показатели были в пределах нормы. Хорошо! В открытый люк он увидел очертания атакующего корабля: несколько враждебных огней в темной пустоте пространства.

– Огонь! – крикнул Джордж и с такой силой нажал на красную кнопку, что приподнялся над палубой. Затем, оттолкнувшись от стены, вновь опустился на пол и стал ждать результата.

Лазерная установка работала на незатухающей волне для разрезания твердых поверхностей, однако система наведения была настолько примитивна, что Амброзу пришлось прицеливаться на глаз. Инфракрасный луч был невидим и исчезал в пустоте космоса без следа. В вакууме грузового отсека не слышалось ни звука, не чувствовалось ни малейшей вибрации.

– Попадем? – спросил Нодон.

– Откуда мне знать? Я даже не уверен, что эта чертова штука сработала!

– Сработала! Посмотрите на экран!

Значит, выстрел все-таки был. Остается узнать, насколько эффективный…

Когда на пульте управления вспыхнули предупреждающие огни, Харбин догадался, что в него стреляют, и сразу отвел «Шанидар» в сторону. Выстрел противника не попал в цель, однако повредил один из баков с горючим.

«Старпауэр-1» находился прямо по курсу, люк в грузовой отсек был открыт. Значит, их лазерная установка находится там. Скорее всего примитивный инструмент, который используют шахтеры.

Харбин проверил системы корабля и направил «Шанидар» к грузовому отсеку противника. К счастью, бак, который пробили, оказался почти пуст, поэтому потеря не велика. Он мог себе позволить избавиться от ненужной ноши, однако начал опасаться, что наглецы попадут в оставшиеся целые баки.

Глядя на корабль противника, медленно летящий на фоне далеких звезд, Харбин садистски улыбнулся.

– Убей или будешь убит! – вслух сказал он.

29

После нескольких дней самостоятельного управления «Гельветией» Аманда пришла к выводу, что искать замену Найлзу Рипли нет необходимости. Она сможет выполнить эту работу сама.

База на орбите уже почти готова. За время работы в «Астро» Аманда многому научилась и теперь чувствовала, что данная задача ей по плечу. Единственный вопрос, который волновал девушку: сможет ли она руководить отрядами техников и рабочих, занятых на базе?

Большинство из них – мужчины, почти все молоды и горячи. По общим подсчетам, мужчин на Церере почти в шесть раз больше, чем женщин. В строительстве базы участвовало в два раза больше мужчин, чем женщин.

Она сидела за столом и думала. Будь Ларс здесь, проблемы не возникло бы: скорее всего он нанял бы кого-нибудь на место Рипли. «Решать мне! – подумала она, покачав головой. – Ты должна сделать это. Ради Ларса, ради всех других людей на Церере. Ради себя!»

Аманда встала и подошла к зеркалу. «Как всегда, проблема одна: мужчины видят во мне лишь сексуальный объект, а женщины – соперницу. В этом обстоятельстве, конечно, есть свои преимущества, но все же недостатки перевешивают. Пришло время носить мешковатые свитеры и штаны, закалывать волосы и забыть про косметику. Я смогу завершить проект! Ларс будет гордиться мной».

Надо поставить себе цель – вести проект так, чтобы по возвращении муж захотел доверить ей полное его завершение.

Однако, несмотря на самообладание, Аманда не могла избавиться от пугающей мысли: если Ларс вернется…

– Приближается! – закричал Нодон.

– Вижу! И слышу тоже, поэтому не ори! – буркнул Джордж. Двое мужчин с усилием развернули лазерную установку.

Неуклюже передвигаясь в громоздких скафандрах, они медленно нацелили орудие на корабль противника. Лазер не предназначался для подобных целей, поэтому сфокусировать луч на объекте было невероятно сложно, тем более на движущемся.

– Ларс, мы не должны терять его из виду!

– Стараюсь. Приходится все делать вручную. Программы для таких ситуаций нет.

Изрыгая страшные ругательства, Джордж пытался сфокусировать луч точно на корабле противника.

– Держись, – сказал он напарнику. – Подонок летит прямо на нас.

– Скажите, когда активировать луч.

– Сейчас! Стреляй!

Однако шли секунды, и ничего не происходило. Атакующий корабль по-прежнему приближался.

Вдруг объект дрогнул и резко повернулся.

– Корабль маневрирует!

– Не стреляй пока! – скомандовал Джордж и, обращаясь к Фуксу, потребовал: – Развернись вправо!

Фонтан красных огней пробежал по пульту управления. Баки с горючим! Противник стреляет в баки!

Харбин надел скафандр, как только понял, что «Старпауэр-1» ведет ответный огонь, и, подготовившись, вновь пошел в атаку.

Рулевое управление стало барахлить. В программах корабля происходил сбой. Мерзавцы попали в почти полный бак, и теперь горючее, покидая резервуар, мешало точному маневрированию. Времени на перепрограммирование систем не было, к тому же бак к тому моменту полностью опустеет. И все же утечка кое в чем помогла: «Шанидар» поворачивало самым неожиданным образом, осложняя противнику процесс прицеливания.

«Они пытаются уничтожать меня!»

Стимуляторы, которые он обычно принимал, уже не помогали. Харбин был достаточно взвинчен – до безумия. Теперь, наоборот, требовались успокоительные препараты. На борту имелись запасы различных медикаментов, но в скафандре достать их невозможно.

«Ничего, справлюсь и так!» – сказал себе он.

Увеличив электронное масштабирование до максимума, Харбин наметил план действий. Нужно резко подняться вверх и затем, неожиданно спустившись справа, выстрелить прямо в грузовой отсек, а потом снова уйти вверх и стать недосягаемым.

«Я разнесу их на куски, превращу в атомы!»

Экраны дисплеев полукругом располагались вокруг пульта управления. Атакующий корабль временно исчез из видимости. В темном пространстве впереди осталась лишь тонкая струя горючего, вытекшая из его баков.

– Джордж, ты попал! Я вижу! – сказал Фукс по внутренней линии связи.

– Тогда развернись, чтобы я врезал ему еще раз! – с пылом отозвался Амброз.

Фукс нажал несколько кнопок на пульте, жалея, что не столь искусен в маневрировании и что «Старпауэр-1» не предназначен для быстрых маневров. Не зря Панчо когда-то предупреждала, что этот корабль медлителен и неуклюж, как старая черепаха.

– Куда делся этот мерзавец? – зарычал Амброз, вглядываясь в пустоту.

– Корабль все еще в зоне видимости, – послышался ответ Фукса.

– Тогда повернись так, чтобы мы увидели его.

– Системе охлаждения требуется время. У нас неадекватный расход теплоносителя, – сказал Нодон.

– Всего несколько секунд, – сказал Амброз. – Пока он не появится вновь.

Джордж подошел почти к краю люка грузового отсека и посмотрел вниз, туда, где исчез корабль противника.

– Вот он! Снова летит прямо на нас! Огонь!

– Есть огонь! – отозвался Нодон.

Слепящая вспышка света сбила Джорджа с ног. Он словно оказался в котле с горящими углями, затем почувствовал сильный удар и сквозь пелену перед глазами увидел, как мимо пролетела чья-то рука и хлынула кровь. Все поплыло, голова закружилась. Амброз услышал чей-то крик боли и понял, что кричит он сам.

«Мне конец! – подумал Харбин. Странно, но эта мысль не пугала. Он сидел в скафандре за пультом управления, постепенно успокаиваясь. – Интересно, знают ли они об этом?»

План ликвидации лазерной установки противника не сработал. Луч противника уничтожил два оставшихся бака с горючим и повредил обшивку жилого модуля.

«Придется оставаться в чертовом скафандре. Но как долго? Пока не кончится кислород. Несколько часов?.. Конечно, можно подключиться к резервуарам корабля. Тогда я умру от голода, а не от удушья. Что дальше? Дрейфовать? Топлива почти не осталось, самостоятельно до ближайшего танкера „КСХ“ не добраться».

Он склонился над пультом управления. Согласно данным бортового компьютера, силовой генератор все-таки цел. Значит, электричество есть и его хватит на все системы жизнеобеспечения. Что ж, можно попробовать залатать пробоину в жилом модуле и стабилизировать давление.

Но зачем? Чтобы лететь неизвестно куда и умереть в глубинах Пояса?

Или связаться с ближайшим танкером и попросить помощи?

Компьютер хранит в памяти все нужные координаты, запасная антенна функционирует.

А придут ли на помощь? Сначала наверняка проконсультируются с начальниками. Григорию вряд ли понравится новость о провале. К тому времени Фукс и его товарищи скорее всего уже доложат о случившемся в МАА.

«Прикажет ли Григорий спасти меня – или решит избавиться навсегда?»

Харбин улыбнулся. Да, вот в чем весь вопрос.

Он активировал канал связи и позвонил Григорию.

30

Очнувшись, Джордж увидел склонившихся над собой Фукса и Нодона. Юноша широко раскрыл испуганные глаза, на лице Фукса отражалась крайняя озабоченность.

– Значит, я не в раю, да? – пробормотал Амброз, пытаясь улыбнуться.

Голос звучал слабо и как будто издалека.

– Пока нет, – ответил Фукс.

Джордж огляделся по сторонам и увидел, что лежит в одной из кают «Старпауэра», уже без скафандра.

«Либо они связали меня, либо я действительно так слаб, что не могу пошевелиться».

– Что случилось?

Нодон взглянул на Фукса, облизнул пересохшие губы и ответил:

– Негодяй ударил по нашей лазерной установке. Зеркала наведения разбились и… осколками вам отрезало руку.

Последние слова парень выпалил в спешке, как будто стыдился их.

Джордж удивленно посмотрел вниз и увидел, что левая рука заканчивается чуть ниже локтя и перевязана пластиковым бинтом.

Странно, он не почувствовал ничего, кроме удивления. Рука почти не болела, страха не было. «Наверное, меня напичкали обезболивающими препаратами».

– Остальная часть твоей руки находится в холодильнике, – сказал Фукс. – Мы идем к Церере на максимальной скорости. Я сообщу о случившемся Крис Карденас.

Джордж закрыл глаза и вспомнил, как рука пролетела мимо в направлении открытого люка. Он взглянул на Нодона.

– Ты остановил кровь, да?

Юноша кивнул.

– А еще он бросился в открытый космос и поймал твою руку. Несколько секунд я думал, что потерял и его, – добавил Ларс.

– Ты правда это сделал?! Спасибо, дружище!

Нодон почти покраснел от смущения.

– Кажется, вы здорово попали в тот корабль! – сказал он, сменив тему разговора. – Ему сразу же стало не до нас.

– Это хорошо.

– Будем на Церере через четырнадцать часов, – сказал Фукс.

– Да.

Джордж не мог говорить. Дальним уголком сознания он понимал, что должен кричать от боли. Однако лекарства убрали болевые ощущения, убрали даже чувства. В данный момент он хотел лишь, чтобы его оставили в покое и дали поспать.

Слава богу, Фукс понял это.

– Ну ладно, отдыхай, а мы пойдем, – сказал он. – Как только починим одну из антенн, я пошлю в МАА подробный отчет.

– Опять этот Фукс! – возмутился Гектор Уилкокс. Эрик Зар и Франческо Томазелли сидели в креслах напротив.

Зар выглядел определенно растерянным, Томазелли – взволнованным и возмущенным.

Кабинет Уилкокса впечатлял роскошью. Впрочем, для генерального консула МАА подходил только такой кабинет. Стройный, одетый в безупречный коричневый костюм, Уилкокс сидел за рабочим столом и разглядывал гостей. Он, несомненно, гордился собой. Уилкокс имел в подчинении множество людей, которые проделывали за него всю работу. Бюрократы занимались формулированием новых правил безопасности и регистрацией судов в Солнечной системе. Он взошел по служебной лестнице ступень за ступенью, ни разу не оступившись, и являлся для своих подчиненных образцом дотошности и упорства.

Теперь предстояло иметь дело с обвинением в пиратстве, и это крайне раздражало Уилкокса.

– Фукс отправил подробный отчет, – сказал Томазелли, сверкая темными глазами.

– Он заявляет, что его корабль атаковали, – добавил Зар.

– Атаковали не только его корабль, – поправил коллегу Томазелли, – но и корабль его товарища. Один из людей на борту серьезно ранен.

– Напал частный корабль?

– Да, так он говорит, – сказал Зар, и его круглое краснощекое лицо стало еще краснее обычного.

– Какие доказательства?

– Судно серьезно пострадало, – ответил Томазелли, прежде чем Зар успел снова открыть рот. – Раненого везут на Цереру.

– О каких кораблях идет речь? – спросил Уилкокс с явным недовольством.

Зар нервно провел рукой по волосам.

– Корабль Фукса называется «Старпауэр-1». Другой корабль, который якобы атаковали, – «Вальсирующая Матильда».

– Он тоже летит сейчас к Церере?

– Нет, – ответил Томазелли. – Им пришлось покинуть его. Все трое на борту «Старпауэра»: Фукс и два члена экипажа «Матильды».

Уилкокс бросил на итальянца кислый взгляд.

– И этот Фукс обвиняет «Космические системы Хамфриса» в пиратстве?

– Да, – одновременно ответили Зар и Томазелли.

Уилкокс постучал пальцами по столу и задумчиво посмотрел в окно.

Впереди виднелась набережная Санкт-Петербурга. Жаль, что это не Женева или Лондон. Так хочется убраться подальше от этого офиса, двух идиотов и дурацкого обвинения в пиратстве!.. Пиратство! Ха! В двадцать первом веке! Просто чушь какая-то. Искатели в Поясе Астероидов затеяли между собой вражду, а теперь пытаются втянуть в свои склоки и МАА.

– Полагаю, необходимо расследовать происшествие, – нехотя сказал он.

– Фукс уже подал иск, – заметил Томазелли. – Он просит провести слушания.

«Придется председательствовать на этих слушаниях, – подумал Уилкокс. – Что ж, по крайней мере будет над чем посмеяться».

– Он должен прибыть на Цереру через несколько часов, – сказал Зар.

Уилкокс посмотрел на недовольное лицо Зара, затем повернулся к Томазелли.

– Вы должны отправиться на Цереру.

– Я буду проводить слушания там? – спросил итальянец, заметно оживившись.

– Нет, – последовал строгий ответ. – Вы допросите этого человека и его товарищей, а затем привезете их сюда. Возьмите с собой нескольких миротворцев.

– Солдат?!

Уилкокс холодно улыбнулся.

– Я собираюсь всем показать, что МАА серьезно относится к данному вопросу. Если эти люди действительно подверглись нападению пиратов, мы должны предоставить им защиту, не так ли?

– Один из них серьезно ранен. К тому же все трое долго жили в условиях низкой гравитации, и им потребуется несколько недель на адаптацию к земным условиям.

Уилкокс нахмурился, едва сдерживаясь от возмущения.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда везите их на Селену.

– Я буду вести слушания там? – спросил Томазелли.

– Нет, – резко ответил Уилкокс. – Я буду их вести!

– Вы полетите на Селену? – удивился Зар.

– Я занимаю столь высокий пост в МАА не за тем, чтобы избегать трудностей, – отрезал Уилкокс, высокомерно подняв брови.

Конечно же, это была наглая ложь, но Уилкокс почти верил в собственные слова, а Зар был готов принимать все, что говорил ему начальник, за чистую монету.

31

По лицу Карденас Джордж прочитал, что новости отнюдь не утешительные.

Как только корабль приземлился на Церере, Фукс и Нодон отвезли раненого в офис Кристин. Нодон нес в руках пластиковый медицинский контейнер с замороженной рукой. Жители астероида собралась возле клиники. Некоторые из простого любопытства, но большинство, узнав о ранении Большого Джорджа, бросили дела и примчались, чтобы увидеть его. Амброза все любили. Карденас вежливо выпроводила зевак.

Фукс наконец подошел к жене. Она бросилась ему на шею и крепко обняла.

– Ларс, милый, с тобой все в порядке?

– Да. Ни царапины!

– Я так за тебя беспокоилась!

– Как видишь, досталось лишь Джорджу.

Карденас провела диагностическое сканирование пострадавшей руки, затем взяла у Нодона контейнер с замороженной конечностью и исчезла в лаборатории, оставив Джорджа лежать на койке. Рядом стояли Аманда, Фукс и Нодон.

– Вас действительно атаковал другой корабль? – спросила Аманда, еще до конца не веря в произошедшее.

Джордж помахал тем, что осталось от левой руки.

– Не термиты же сгрызли!

– Я отправил полный отчет о событиях в штаб-квартиру МАА на Землю, – сказал Фукс.

– Да, они прислали подтверждение. Сюда летит их представитель, чтобы взять тебя, Джорджа и вас, мистер Нодон, на Селену. Там проведут специальные слушания.

– Слушания? Отлично!

– На Селене.

– Еще лучше! Мы прижмем Хамфриса в его собственном логове.

– А Джордж сможет лететь?

– Почему бы и нет? – отозвался тот.

В этот момент вернулась Карденас, лицо ее было мрачным.

– Плохие новости, да? – спросил Джордж, сразу поняв, в чем дело.

Карденас покачала головой.

– Боюсь, что рука слишком пострадала. Нервные окончания сильно повреждены, а к тому времени, когда долетите до Селены, деформируются окончательно.

– Здесь ее срастить нельзя? – спросил Амброз.

– Я не хирург, Джордж. На самом деле я даже не врач, просто иногда приходится заниматься практической медициной. Зато на Селене есть отличные специалисты по регенерации тканей. Взяв парочку твоих клеток, они нарастят руку за несколько месяцев.

– А нельзя это сделать с помощью наноботов? – спросила Аманда.

Карденас бросила на женщину странный взгляд. В нем читались и злость, и вина, и разочарование.

– Регенерация возможна и с применением наноботов, – строго сказала она, – но я не могу этим заниматься.

– Но ведь вы лучший специалист по нанотехнологиям, нобелевский лауреат! – сказал Фукс.

– Все это в прошлом. К тому же я поклялась, что никогда больше не стану заниматься нанотехнологиями.

– Поклялись?! Кому?

– Себе.

– Я не понимаю…

Очевидно, у Карденас шла внутренняя борьба.

– Сейчас не время рассказывать грустную историю моей жизни, Ларс, – промолвила она после длительной паузы.

– Но…

– Отправляйтесь на Селену. Там очень хорошие специалисты. Не волнуйся, Джордж, тебе нарастят руку!

Амброз добродушно улыбнулся.

– Надеюсь, только после слушаний. Пусть болтуны из МАА полюбуются!

– Не забывай про Хамфриса! – напомнил Фукс.

Всю ночь Ларс и Аманда занимались любовью. Ни слов, никаких разговоров о случившемся, ни планов на будущее. Ничего, кроме необузданной животной страсти.

Позднее, лежа в постели в полумраке комнаты, Фукс подумал о том, что занимался с женой любовью так, словно видит ее в последний раз. Да, он многое понял. Первая встреча с неминуемой смертью научила его, что жить надо так, словно в каждую следующую секунду можно ее потерять.

«У меня нет будущего! – сказал он себе в тишине. – Пока идет война с Хамфрисом, я не вправе ни на что рассчитывать и должен жить так, словно этот день последний, чувствовать каждый миг, ничего не ожидать и быстро реагировать на происходящие события. Лишь так я смогу избежать страха. Только забыв о будущем, я сумею справиться с настоящим».

Он вспомнил про замороженные зиготы, хранившиеся на Селене. «По крайней мере в случае моей гибели Аманда сможет родить нашего ребенка. Если захочет, конечно…»

Аманда притворялась, что спит, но она тоже размышляла. Чего добьется Ларс этим заседанием на Селене? Даже если Хамфриса признают виновным в атаках на корабли, ничего не изменится. Что могут с ним сделать?! Каков бы ни был результат, Мартин лишь еще больше разозлится.

Может, тогда Ларс забудет дурацкую идею о войне с «КСХ»? Нет, вряд ли. Он продолжит борьбу, пока его не убьют. Пока не станет таким же кровожадным, как они.

«Сколько бы я ни умоляла, все зря. Ларс отдаляется, становится чужим. Даже в постели он уже другой…»

32

– Значит, он добился проведения слушаний… – пробормотал Хамфрис, смешивая водку с тоником.

Бар в его доме занимал довольно просторный зал, который одновременно являлся библиотекой. Вдоль двух стен стояли книжные полки, поднимавшиеся ввысь до самого потолка, вдоль третьей – полки с видеодисками и литературой на микрочипах. Между ними на стене располагалось большое голографическое окно, в котором каждые несколько минут сменялись космические пейзажи.

Хамфрис не обращал внимания на столь любимый им прекрасный марсианский закат и облака вокруг Юпитера. Он думал о Ларсе Фуксе.

– Заседание пройдет в офисе МАА здесь, на Селене, – сказала Диана Вервурд.

Она сидела на обитом плюшем кресле около бара из красного дерева. В руках женщины мерцал бокал с зеленоватым на цвет ликером. Вервурд была в своей обычной одежде: белой блузке без рукавов, коричневатом пиджаке и темных брюках, которые эффектно подчеркивали длинные стройные ноги. Хамфрис уже переоделся в простую майку и легкие домашние брюки.

– Жена прилетит с ним? – спросил магнат, отойдя от бара.

– Возможно.

Диана повернулась в кресле так, чтобы видеть босса, который лениво прогуливался вдоль рядов с книгами в кожаных переплетах.

– А точно ответить можешь?

– Я выясню.

– Вряд ли он оставит ее одну на Церере, – пробормотал магнат.

– В прошлый раз Фукс привез ее с собой, но вам это не помогло, – заметила Вервурд.

Он бросил на нее ядовитый взгляд.

– У нас есть и другая проблема – Харбин.

Выражение лица Хамфриса почти не изменилось.

– Вот почему ты захотела поговорить наедине…

– Я просто согласилась немного выпить с вами, – поправила она.

– А поужинать?

– У меня другие планы на вечер. К тому же вам нужно решать, что делать с Харбином, и решать быстро!

– Что там произошло?

Она деликатно пригубила, затем поставила бокал на стойку.

– Он не смог ликвидировать Фукса.

– Да уж. И это – мягко говоря! Насколько я знаю, Фукс едва не ликвидировал его!

– Корабль оказался поврежден, и ему пришлось прекратить атаку на «Старпауэр». Скорее всего Фукс готовился к нападению. По крайней мере так считает Харбин.

– Меня не волнует, что там считает этот болван. Я плачу ему и хочу видеть результат! А теперь придется иметь дело с МАА.

Хамфрис отшвырнул в сторону стоявшее на дороге между полками кресло и плюхнулся на диван.

– Надо подумать, как поступить с Харбином.

– То есть? – искоса посмотрел он на помощницу. – Что ты имеешь в виду?

– Он слишком много знает. Могут быть проблемы. Большие проблемы.

– Но этот тип никогда меня не видел. С ним вел дела Григорий.

– Если Харбин расколется… Неужели вы думаете, что в МАА не поймут, кто именно отдавал приказы?

– Нет никаких…

– Там сидят достаточно умные люди. Вряд ли они поверят, что атаки на корабли были идеей Григория.

Хамфрис посмотрел на помощницу так, словно в следующий момент кинет в нее свой бокал. «Да, сообщать плохие новости – опасное занятие», – подумала Диана.

– Значит, Харбина надо убрать, – сказал он наконец. – А может, и Григория заодно.

«А потом меня», – подумала женщина.

– Харбин предусмотрел такой вариант развития событий. Он сказал, что отправил копии бортового журнала своего корабля нескольким друзья на Землю.

– Чушь! Как он мог?..

– С помощью плотного лазерного луча. Зашифровал данные. Обычное дело – мы таким же способом связываемся с нашими танкерами в Поясе.

– Отправил сообщения на Землю?!

– Обычное дело, – повторила она.

– Блефует!

Вервурд встала с кресла и подошла к дивану, где сидел босс. Перевернув упавшее кресло одним движением ноги, она медленно в него опустилась.

– Даже если и блефует, мы рисковать не можем. Ликвидировать его не так-то просто. Он опытный и тренированный боец.

– Этот тип летит на Селену на корабле «КСХ», не так ли? Вот там пусть и займутся им.

Вервурд посмотрела на босса с видом школьного учителя, обнаружившего несделанное домашнее задание.

– Тогда появится еще несколько людей, у которых будет на вас компромат. К тому же наверняка с ним не справиться и целому экипажу. Харбин слишком силен и хорошо обучен. Если попытаемся убрать его, заварим еще большую кашу.

– И что ты предлагаешь? – спросил Хамфрис.

– Предоставьте этот вопрос мне. Лично.

– Тебе?

– Да. Пусть Григорий держится подальше. Харбин ждет, что мы уберем его, особенно после провала с Фуксом. Он знает достаточно, чтобы уничтожить нас всех. Я докажу ему, что дело обстоит иначе, и, помимо крупного банковского счета, предложу ему приличное вознаграждение.

– И он будет шантажировать меня всю оставшуюся жизнь?

– Конечно. Именно так он думает. А мы не будем пока его переубеждать. Пусть спокойно поживет на Земле некоторое время…

– Ну и Далила!

Вервурд поняла, что план Хамфрису понравился. Она сделала глоток ликера и улыбнулась.

– Далила, – согласилась она.

«Ты еще не знаешь, чьи волосы я остригу, Мартин! – подумала она. – Существует множество способов заставить мужчин плясать под свою дудку, и даже таких, как ты!»

Фукс страшился этого момента, однако понимал его неизбежность. Назад пути нет. Через несколько часов на Цереру прибудет официальный представитель МАА.

Он начал собирать чемодан. Когда Аманда вынула из шкафа сумку и поставила ее на кровать рядом с чемоданом, Ларс сказал, что полетит на Селену один.

– Как – один? – удивилась Аманда.

– Да так. Полетим я, Джордж и Нодон. Я хочу, чтобы ты осталась тут.

– Ларс…

В ее глазах читались боль и недоверие.

– Ты со мной не полетишь! – оборвал Фукс.

Пораженная его резкостью, она смотрела на мужа и не верила собственным ушам. Слова Ларса прозвучали как пощечина.

– Решение окончательное!

– Но, Ларс…

– Никаких «но»! Ты остаешься здесь и пытаешься спасти то, что сохранилось от нашего бизнеса.

– Ларс, ты не можешь лететь без меня! Я не пущу!

«Что ж, придется быть грубым, – подумал он. – Это самое трудное! Нужно причинить ей боль: другого способа не остается».

– Аманда, – сказал он, пытаясь говорить твердо, оставить сомнения. – Все решено. Я не маленький мальчик, который везде таскает с собой мамочку!

– Мамочку?!

– Понимай, как хочешь! Лечу один – и точка!

– Но… почему?

– Потому что я так хочу! – ответил он, повысив тон. – Я понимаю: ты считаешь, что с тобой рядом я буду в большей безопасности. Считаешь, что Хамфрис не нападет на меня, если будет существовать вероятность ранить тебя… Чушь! Мне не нужна твоя опека!

Аманда ударилась в слезы и убежала в ванную, оставив мужа в душевных терзаниях.

«Если мерзавец захочет убить меня, ему будет наплевать, со мной Аманда или нет. Чем ближе я к цели, тем безрассуднее и необузданнее он становится. На Церере она в относительной безопасности – рядом друзья, люди, которые ее хорошо знают. Хамфрис намерен разделаться со мной, а не с ней. Я встречусь с ним один. Так будет лучше!»

Ларс был уверен, что прав. Если б только не слышать рыдания за тонкой дверью в ванную!..

Гектору Уилкоксу совсем не нравилась мысль о полете на Селену. Несмотря на все заверения сотрудников «Астро», полет из космопорта в Мюнхен оказался просто ужасным. Маленький челнок выглядел невероятно обветшалым. Проводник, который проводил важного пассажира к месту, неустанно рассказывал о необыкновенных возможностях корабля и его особой конструкции. Уилкокс сел в удобное кресло и, положив руки на подлокотники, с напряжением слушал обратный отсчет перед взлетом. За несколько минут до этого ему подали виски и наклеили на внутреннюю сторону локтя специальный медицинский пластырь.

Взлет ощутился почти как взрыв. Уилкокс почувствовал, как кресло сдавило тело, однако не успел он высказать и слова возмущения, как наступила невесомость. Несмотря на медицинский пластырь, к горлу подступила тошнота. Глотая застрявший комок, он дотянулся до гигиенических пакетов и припал лбом к спинке впередистоящего кресла.

К тому времени, когда челнок состыковался с космической станцией, Уилкокс уже горько жалел о том, что не настоял на проведении заседания на Земле. Персонал «Астро», вежливо улыбаясь, помог ему перейти на борт большого комфортабельного корабля, следующего на Селену.

Радовало одно: как только судно на полной скорости полетело к Луне, частично вернулось ощущение собственного веса. Однако через несколько минут оно исчезло, и остальные несколько часов Уилкокс думал лишь о том, выживет он в этом полете или нет. Постепенно ему стало лучше. Когда он не поворачивал голову и не делал резких движений, нулевая гравитация казалась даже приятной.

Наконец они приземлились в космопорте «Армстронг», и от лунной гравитации у Уилкокса вновь возникло неприятное чувство. Он ухитрился кое-как отстегнуть защитные ремни и встать с кресла самостоятельно.

Роскошь отеля «Луна» подняла ему настроение; шик и богатство всегда действовали на него расслабляюще. Несмотря на то что чистота фойе оставляла желать лучшего, общая атмосфера заведения казалась вполне приятной. «Здорово! – подумал Уилкокс. – И как хорошо, что проживание здесь оплатят налогоплательщики, а не я!»

Носильщик проводил его в номер, распаковал чемоданы и даже вежливо отказался от чаевых. Персонал отеля предусмотрел все, включая полный бар дорогих напитков. Один глоток отменного виски – и Уилкокс вновь почувствовал себя превосходно.

В дверь постучали. Не успел он сказать и слова, как служащий гостиницы вкатил столик, на котором стояли накрытые блюда и несколько бутылок старого вина.

– Я не заказывал… – изумился Уилкокс.

В этот момент в номер вошел, широко улыбаясь, Мартин Хамфрис.

– А я думал, тебе понравится хороший ужин, Гектор! Все приготовлено на моей личной кухне, а не в отеле. Кстати, вино тоже из моего погреба.

Уилкокс расплылся в довольной улыбке.

– Не стоило так беспокоиться, Мартин! Хотя очень мило с твоей стороны.

Официант молча накрыл на стол.

– Нас не должны видеть в ресторане вдвоем. Пригласить тебя к себе я тоже не мог: неправильно истолкуют… – объяснил Хамфрис.

– Да уж. Слишком много вокруг любителей грязных слухов.

– Поэтому я решил привезти ужин прямо сюда. Надеюсь, ты не против.

– Нет, конечно! Сколько же мы не виделись?

– Я живу на Селене больше шести лет.

– Так долго? Но… э-э… мы не рискуем? Ведь завтра заседание, – заметил Уилкокс, пригладив рукой усы.

– Никакого риска! Официант – преданный мне человек, на персонал отеля тоже можно положиться, – успокоил его Хамфрис.

– Понимаю.

– В наше время надо быть очень осмотрительным, особенно таким видным фигурам, как ты!

– Нуда, – улыбнулся Уилкокс, глядя как официант открывает бутылку с вином.

33

Дорик Харбин огляделся по сторонам. Недурная квартирка!.. Он знал, что чем ниже уровнем ты живешь на Селене, тем престижнее. На самом деле это обыкновенная чушь: и в пяти метрах от поверхности, и в пятидесяти защита от радиации одинакова. Однако людям свойственно поддаваться эмоциям и преувеличивать. На Земле, наоборот, предпочитают покупать жилье на верхних этажах, хотя пейзаж из окна будет ограничиваться таким же невзрачным небоскребом напротив.

Весь полет из Пояса на Луну Харбин держался настороже. Оставив разбитый «Шанидар» у танкера «КСХ», он получил от Григория приказ направляться на Селену. Ему предоставили маленькую каюту на борту грузового корабля, перевозившего руду. Харбин понимал, что если его решили убить, то более подходящего случая врагам не найти.

Видимо, Григорий и его начальники поверили, что он отправил полную копию бортового журнала нескольким друзьям на Землю. У Харбина не было друзей. Знакомые – да: несколько человек в разных частях планеты, более или менее достойные его доверия.

Харбин отправил копии журнала трем людям, которых знал много лет. Первый из них – сержант, тренировавший его в миротворческих силах; он вышел в отставку и жил где-то в Пенсильвании. Второй – пожилой имам из родной деревни, а третьим была вдова человека, за убийство которого он отомстил, когда в последний раз приезжал на родину.

Инструкции, отправленные им вместе с копией журнала, заключались в просьбе передать полученную информацию в средства массовой информации в случае его гибели. Харбин понимал: если его решили убить, на Земле никто никогда не узнает. И все же слабая надежда на то, что бортовой журнал «Шанидара» будет представлен публике, оставалась.

Убийство можно сохранить в тайне, если бы его убрали на корабле по пути к Селене. Раз он сейчас размещен в этой квартире, значит, убивать не собираются. По крайней мере сейчас…

Он почти расслабился. Комната была очень уютной, а по сравнению с маленькими каютами на кораблях – даже огромной. Холодильник и буфет набиты до отказа. Впрочем, Харбин решил выкинуть все и купить продукты заново.

Когда в дверь тихо постучали, он исследовал ванную на предмет каких-либо нежелательных устройств.

«Григорий, – подумал он. – Или один из его людей».

Харбин встал с пола около раковины, вышел в коридор и подошел к двери, чувствуя приятную тяжесть электрокинжала, прикрепленного к внутренней стороне правой руки под широким рукавом рубашки. Однако, кинув взгляд на небольшой дисплей возле двери, он увидел вовсе не Григория, а женщину.

Харбин медленно открыл дверь, готовясь отпрыгнуть в сторону, если женщина направит на него оружие.

Гостья выглядела удивленной – почти с него ростом, стройная, с гладкой смуглой кожей и темными вьющимися волосами до плеч. На ней были обтягивающие брюки и прозрачная кофта без рукавов, которая подчеркивала контуры безупречного тела.

– Вы – Дорик Харбин? – спросила незнакомка певучим голосом.

– А вы кто?

– Меня зовут Диана Вервурд, – сказала она, входя в квартиру и заставляя его невольно отступить назад – Я – личный помощник Мартина Хамфриса.

Перед ней стоял высокий стройный мужчина довольно свирепого вида, с темной бородой и подозрительными холодными голубыми глазами. «Странные глаза, – подумала она. – Почти как глаза покойника. Или глаза убийцы». На нем была простая одежда, выцветшая от времени, но чистая и безупречная, как военная форма. Под одеждой угадывалось сильное мускулистое тело истинного хищника. Впечатляющий экземпляр наемного убийцы.

– Я ждал Григория, – произнес Харбин.

– Надеюсь, вы не разочарованы? – Незваная гостья села в кресло.

– Вы сказали, что являетесь личным помощником мистера Хамфриса.

– Да.

– Я могу с ним встретиться?

– Нет. Вы будете иметь дело со мной.

Харбин молчал. Подойдя к холодильнику, он вынул бутылку вина, открыл ее и стал искать глазами бокалы. «Интересно, он тянет время, чтобы обдумать свои дальнейшие слова?» – размышляла Диана.

Наконец он нашел два простых стеклянных стакана и налил в них вино.

– Я прибыл лишь несколько часов назад. – Придвинув второе кресло, Харбин сел напротив женщины.

– Надеюсь, вам здесь удобно, – промолвила она.

– Да. Сойдет.

Вервурд ждала, что он скажет больше, но Харбин молча изучал ее своими холодными глазами. Его взгляд отнюдь не раздевал. Он был… контролируемый – вот подходящее слово. Харбин был сдержан и полностью владел собой. Каждое слово, каждый жест будто проходили через фильтр. «Интересно, как он выглядит без бороды? Принадлежит к типу мужчин, обладающих притягательной грубой красотой, или на самом деле густая растительность на лице скрывает слабый подбородок? Нет, он наверняка красив», – решила она.

Тишина затянулась. Диана сделала глоток вина. Харбин к своему не притронулся. Он держал стакан в левой руке и молча смотрел на гостью.

– Нам нужно многое обсудить, – сказала она наконец.

– Думаю, вы правы.

– Насколько я понимаю, вы опасаетесь, что вас убьют.

– По крайней мере на вашем месте я бы так и сделал. Теперь я для вас лишняя обуза.

«Он груб и прямолинеен!» – отметила она.

– Мистер Харбин, поверьте, у нас нет намерения причинять вам вред.

При этих словах он улыбнулся, показав белые зубы.

– Мистер Хамфрис поручил мне выплатить вам премию за проделанную работу.

– К чему этот фарс? Я не сумел убить Фукса, и теперь он здесь и готов доказать, что за атаками на корабли искателей стоит «КСХ». За что же мне премия?

– Мы платим за молчание, мистер Харбин.

– Опасаетесь, что в случае моей смерти бортовой журнал станет известен широкой публике?

– У нас нет намерения убивать вас, – повторила она.

– Мисс Вервурд…

– Зовите меня просто Дианой, – попросила она неожиданно для самой себя.

Он кивнул.

– Хорошо. Диана, позвольте объяснить, какой ситуацию вижу я.

– Пожалуйста.

Она отметила, что он не предложил называть себя по имени.

– Ваша корпорация наняла меня, чтобы посеять панику среди независимых старателей в Поясе Астероидов. Я уничтожил несколько кораблей, но Фукс поднял шум. Затем вы попросили меня ликвидировать его, а я провалил задание.

– Мы, несомненно, разочарованы, мистер Харбин, но это вовсе не означает, что вам следует опасаться за свою жизнь.

– Правда?

– Слушания для нас не трагедия. С какой-то стороны это возможность поквитаться с Фуксом другими способами. Ваша миссия выполнена. Мы лишь хотим заплатить за работу и поблагодарить. Я знаю, это было нелегко.

– Такие люди, как вы, не приходят к таким, как я, для столь простых вещей.

«Он не боится, – заметила Диана. – Не злится, не показывает недовольства. Не человек, а кусок льда: никаких эмоций. Как превосходный хищник, контролирует каждый мускул своего тела, каждый нерв. Он мог бы убить меня в одну секунду, если бы захотел».

Вервурд чувствовала себя невероятно заинтригованной. Интересно, какой он, когда ослабляет контроль? Каково это, когда вся сдерживаемая внутри энергия вырывается наружу?

«Нет, не сейчас… – сказала она себе. – После слушаний. Если все закончится удачно, я позволю себе побаловаться с ним. Не хотелось бы получить приказ о его ликвидации. Для этого потребуется целый отряд. Впрочем, не надо сейчас думать о ликвидации. Могу ли я переманить его на свою сторону? Сделать верным слугой? Использовать в личных целях? Было бы здорово!.. И даже очень приятно!»

– Для вас есть еще одна работа, прежде чем вы… отойдете отдел, – сказала она вслух.

– Какая? – спокойно спросил Харбин, не отрывая взгляд от незваной гостьи.

– Я организую для вас полет на Цереру. О задании никто не должен знать. Даже Григорий.

– Даже Григорий? – переспросил он после минутного молчания.

– Да. Вы будете докладывать непосредственно мне. Харбин улыбнулся, и она опять задумалась о том, как он выглядит без бороды.

– Вы когда-нибудь бреетесь? – спросила она вдруг.

– Как раз собирался заняться этим, когда вы постучали.

Несколько часов спустя уставшая, но довольная Диана лежала рядом с ним в постели. «Да, – усмехнулась она, – быть Далилой невероятно забавно!»

– Что там насчет Цереры? – спросил Харбин, удивив ее неожиданным вопросом.

– А?

– Кого нужно убить?

34

К неудовольствию Гектора Уилкокса, Дуглас Ставенджер тоже пришел на заседание. Днем ранее он пригласил Уилкокса на обед в ресторане «С видом на Землю». Тот понимал, что это не просто дружеский ужин. Если моложавый основатель Селены хотел присутствовать на слушаниях, официальный представитель МАА не мог запретить ему, не подняв бури общественного негодования.

Ставенджер был, конечно, хорошим дипломатом. Он предоставил для слушаний конференц-зал в одной из башен «Гранд Плазы». Негласная цена за такое гостеприимство – разрешение присутствовать на заседании.

– Довольно скучное будет мероприятие, – заметил Уилкокс за ужином.

– О, я так не считаю, – возразил Дуглас. – Все, что касается Мартина Хамфриса, не лишено интереса.

«Так вот в чем дело! – подумал Уилкокс, попробовав фруктовый салат. – Значит, Ставенджер активно интересуется делами Мартина».

– Знаете, мистер Хамфрис не будет присутствовать, – сказал он вслух.

– Неужели? А я думал, что Фукс обвиняет его в пиратстве.

– В пиратстве?! – усмехнулся тот. – Да это же просто чушь!

Ставенджер улыбнулся.

– Как раз об этом и пойдет речь, не так ли? Необходимо установить, насколько обоснованно подобное обвинение.

– Да, конечно.

Первые две ночи на Селене Фукс не мог уснуть, а ночь перед заседанием тем более не ожидал провести спокойно, однако до утра спал как младенец. Прилетела Панчо и пригласила его на отличный ужин в ресторане. Наверное, сну поспособствовало вино.

Когда раздался телефонный звонок, Фукс подумал, что звонит Панчо – она обещала заехать за ним перед заседанием. Однако на экране появилась Аманда. Ларс очень обрадовался, увидев жену, хотя она выглядела усталой и хмурой.

– Милый, я просто хочу пожелать тебе удачи и сказать, что люблю тебя! У меня все в порядке. Работы очень много, старателей прибывает в Пояс все больше и больше. Служащие «КСХ» пока проблем не создают.

«Да уж, – подумал Ларс, – вряд ли им на пользу лишний шум во время слушаний!»

– Удачи тебе, родной! Буду ждать твоего звонка. Очень скучаю по тебе!

Экран погас. Фукс посмотрел на часы, затем попросил компьютер записать ответ.

– Заседание начнется через полчаса, – сказал он, зная, что, когда Аманда получит это письмо, слушания уже будут идти полным ходом. – Прости, что не взял тебя с собой! Я тоже скучаю по тебе. Очень скучаю! Позвоню, как только все закончится. Я очень тебя люблю, моя девочка!

Снова раздался звонок.

– Время пришло, дружище Ларс! Пора показать этому негодяю, где раки зимуют! – сказала Панчо.

Фукс разочаровался, узнав, что Хамфрис на заседание не придет, тем не менее заранее допускал такую возможность. Этот человек – трус, который отправляет других делать грязную работу.

– Посмотри! Здесь Дуг Ставенджер, – сказала Панчо, когда они вошли в конференц-зал.

Ставенджер и несколько других людей устроились в удобных креслах вдоль одной из стен. Круглый стол отодвинули к дальней стене и накрыли блюдами с закусками и подносами с различными напитками. В другой части зала поставили стол поменьше, за которым уже сидели двое мужчин в деловых костюмах. Один из них полный, круглолицый и рыжеволосый, другой – стройный и строгий, как участник скачек на лошадях. У каждого в руках виднелся мини-компьютер. Позади стола на настенном экране светился серебристый логотип МАА. В середине зала расположили два ряда стульев. Джордж и Нодон уже сидели там. Фукс заметил, что один из рядов почти полностью занят персоналом «КСХ».

– Удачи, дружище! – прошептала Панчо и направилась в сторону Ставенджера.

Интересно, кто заплатил за все эти угощения?! Фукс занял место между Большим Джорджем и Нодоном. Не успел он сесть, как один из сидящих за столом напротив мужчин объявил:

– Заседание считаем открытым! Вести его будет мистер Гектор Уилкокс, генеральный консул МАА.

Все встали. В зал вошел седовласый видный джентльмен в дорогом костюме и занял место между двумя представителями МАА. Он вынул мини-компьютер из кармана и, открыв его, поставил перед собой.

– Прошу занять свои места! – сказал Уилкокс. – Давайте приступим к рассмотрению сегодняшнего вопроса.

«Начинается!» – подумал Фукс и почувствовал, как сердце забилось быстрее и внезапно вспотели ладони.

– Кто из вас Ларс Фукс? – спросил Уилкокс, посмотрев в его сторону.

– Я, – ответил Фукс.

– Вы обвиняете «КСХ» в пиратстве, не так ли?

– Нет.

Брови Уилкокса недоуменно изогнулись.

– Нет?!

Фукс и сам удивился своей дерзости.

– Я обвиняю в преступных действиях не корпорацию, а определенного человека – главу этой корпорации Мартина Хамфриса.

Удивление Уилкокса сменилось явным недовольством.

– Итак, вы заявляете, что действия, которые вы называете пиратством – что еще не доказано, – были осуществлены по приказу Мартина Хамфриса?

– Да, сэр.

С другой стороны зала неспешно встала высокая темноволосая женщина.

– Ваша честь, я – личный помощник мистера Хамфриса. Категорически отрицаю состоятельность подобных заявлений. Это просто смешно!

Большой Джордж вскочил на ноги и помахал своей левой рукой.

– Это вы тоже называете смешным?! Я потерял руку вовсе не на лугу, собирая цветочки!

– Порядок! – стукнул Уилкокс тыльной стороной руки по столу. – Садитесь на свои места!

Вервурд и Джордж сели.

– Что ж, хорошо. Прежде чем мы обратимся к фактам так называемого пиратства, нам предстоит выяснить еще один вопрос. Вы заведомо обманули МАА, скрывая местонахождение и курс вашего корабля. «Старпауэр-1», не так ли?

– Я должен был лететь втайне, – ответил Фукс. – Ради собственной безопасности. Они бы…

– Кстати о безопасности. Правила безопасности МАА требуют, чтобы каждый корабль имел на борту радиомаяк, дабы диспетчеры имели постоянную информацию о местонахождении судна.

– Ха! Много же пользы от таких правил в Поясе! – саркастически сказал Амброз.

– Тем не менее таковы правила безопасности! – повысил тон Уилкокс. – А вы нарушили их, капитан Фукс!

– Ради собственной безопасности, – упрямо повторил тот. – Чтобы остаться незаметным для убийц, которых нанял Мартин Хамфрис.

Уилкокс бросил на него раздраженный взгляд, затем сквозь зубы процедил:

– Если у вас имеются доказательства – предъявите их. Мы заставим виновных понести ответственность, если убедимся, что факты нападения действительно имели место.

Фукс встал, чувствуя, как внутри начинает закипать злость.

– У вас есть описание битвы моего корабля с нападавшим судном. Вы видели повреждения «Старпауэр-1». Мистер Амброз потерял в той битве руку.

Уилкокс бросил взгляд через плечо на круглолицего эксперта из МАА, который коротко кивнул.

– Ранее тот же корабль атаковал судно мистера Амброза «Вальсирующую Матильду» и оставил моего друга и его напарника медленно умирать на разрушенном судне.

– У вас есть какие-либо доказательства, кроме собственных слов?

– «Вальсирующая Матильда» дрейфует в космосе. Мы можем предоставить приблизительные координаты для поисковой группы, если вы пожелаете найти судно.

Уилкокс покачал головой.

– Сомневаюсь, что существует необходимость в этих поисках.

– Ранее были атакованы другие корабли: «Фея озера», «Асуан», «Звезда Востока»… – продолжил Фукс.

– Нет никаких доказательств атак на эти корабли! – с места сказала Вервурд.

– Они бесследно исчезли, – громче сказал Фукс. – Сигналы просто внезапно оборвались. Раз и навсегда.

– Это не доказательство атаки!

– Да, верно, – согласился Уилкокс.

– В большинстве случаев астероиды, которые ранее регистрировались кораблями искателей, позднее записывала на себя корпорация «КСХ».

– Ну и что? – перебила Вервурд. – У «КСХ» несколько сотен астероидов. Если вы внимательно изучите данные, то увидите, что в четырех из шести данных случаев астероиды зарегистрированы другими компаниями.

Уилкокс повернулся к сидевшему слева ассистенту.

– Три из них зарегистрированы корпорацией «Компаньоны Бандунг», а четвертый – «Церковью Священного Писания». Я проверил: ни одна из названных организаций не связана с «Космическими системами Хамфриса».

– Итак, вы утверждаете, будто вас атаковали. Но кто? Вот в чем вопрос.

– Корабль «КСХ» по приказу Мартина Хамфриса, – сказал Фукс, полагая, что для всех это очевидно.

– Можете ли вы доказать свои слова?

– Никто из сотрудников «КСХ» не пошел бы на такое без личного разрешения Хамфриса. Он также заказал убийство одного из моих людей.

– Вы имеете в виду убийство Найлза Рипли?

– Да. Намеренное хладнокровное убийство, имевшее целью остановить проект по строительству орбитальной базы…

– Мы допускаем, что мистер Рипли был убит одним из сотрудников «КСХ», однако в результате личной ссоры. Убийство не было заказным. А мистер Фукс лично покарал убийцу, совершив акт самосуда, – сказала Вервурд.

Уилкокс бросил на Фукса суровый взгляд.

– Самосуд, значит?! Вы поступили очень дурно, убив того человека. Его свидетельские показания могли бы помочь сегодня.

– А кто еще получил бы выгоду от всех этих преступлений, если не Хамфрис, по-вашему? – чувствуя негодование, спросил Фукс.

– Я думал, что вы мне ответите на этот вопрос, мистер Фукс. Поэтому-то мы и организовали здесь заседание, несмотря на многочисленные сложности. Может, вы скажете нам, в чем суть дела?

Фукс закрыл глаза. «Аманду вмешивать нельзя – они сочтут, что существует личная вражда между мной и Хамфрисом».

– У вас есть что добавить, мистер Фукс?

Не успел он ответить, как Джордж снова вскочил с места.

– Все на Церере знают, что Хамфрис пытается выгнать Фукса из Пояса Астероидов. Можете любого спросить!

– Мистер… э-э… – Уилкокс взглянул на экран мини-компьютера, – Амброз, слова «все знают» не могут служить доказательством ни в зале суда, ни на слушаниях.

Джордж сел на место, возмущенно бормоча себе под нос.

– Факт остается фактом, – сказал Ларс. – Кто-то убивает людей, атакует корабли независимых старателей. МАА должна предпринять конкретные шаги, должна защитить нас!

Он остановился, осознав, что просит, почти умоляет. Уилкокс откинулся на спинку кресла со скучающим видом.

– Мистер Фукс, я согласен, что Пояс Астероидов – окраина цивилизации, дикое место, где правит беззаконие. Но у МАА нет ни силы, ни легальных полномочий, чтобы действовать в качестве полиции. Жители Пояса сами должны заботиться о своей безопасности и самостоятельно обеспечивать порядок.

– Мы систематически подвергаемся атакам со стороны персонала «КСХ»! – настаивал Фукс.

– Прошу вас, не преувеличивайте! Говорите за себя, а не за других! Это вы подвергаетесь атакам, – с легкой улыбкой заметил Уилкокс. – И скорее всего вашими врагами являются представители того общества, где вы сейчас живете. Не вижу никаких доказательств связи «КСХ» с вашими проблемами.

– Просто не хотите видеть!

– Заседание окончено! – холодно сказал Уилкокс.

– Новы даже не…

– Окончено! – повторил резким тоном Уилкокс.

Он встал, взял со стола мини-компьютер, закрыл его, положил в карман пиджака и, повернувшись, вышел из конференц-зала, оставив Фукса сгорать от злости и беспомощности.

35

Сдерживая улыбку, Диана Вервурд вывела группу сотрудников «КСХ» из зала. В коридоре она вежливо обменялась ничего не значащими фразами с Дугласом Ставенджером и Панчо Лэйн. Вервурд знала, что Панчо – главный оппонент Хамфриса в совете директоров «Астро». Магнат не успокоится, пока не получит контроль над корпорацией покойного Дэна Рэндольфа, а это значит, что после того, как он уничтожит Фукса, следующей его целью станет мисс Лэйн.

Прибыв в офис, Вервурд активировала компьютер и по тайной линии связи с помощью плотного лазерного луча позвонила Дорику Харбину. Через час-полтора он уже прибудет на Цереру.

Прошло почти двадцать минут, прежде чем на экране появилось его лицо, уже бритое. Выразительные черты лица, сильный подбородок и холодные голубые глаза притягивали Диану, словно магнит.

– Я знаю, что ты сможешь ответить, только когда приземлишься. Просто хочу пожелать тебе удачи. Я буду считать минуты до твоего возвращения! – Томно вздохнув, она добавила: – Я договорилась с людьми «КСХ» на Церере. Тебя ждут.

Вервурд оборвала связь. Экран погас.

Только тогда она улыбнулась. Надо держать его на коротком поводке и как можно сильнее привязать к себе. Использовать все его слабые и сильные стороны. Он еще пригодится, очень пригодится! Особенно когда наступит время защищаться от Хамфриса.

Повернувшись к зеркалу, Вервурд внимательно посмотрела на свое отражение. «Далила!» – повторила она мысленно и громко расхохоталась.

– Что теперь будем делать? – спросил Джордж. Он, Фукс и Нодон спускались на эскалаторе. Ларс безучастно покачал головой.

– Не знаю. Это заседание – просто фарс! МАА дала зеленый свет Хамфрису на дальнейшие злодеяния. Теперь мерзавец совсем обнаглеет.

– Да. По-моему, ты прав, – сказал Джордж, задумчиво почесав густую бороду.

Нодон молчал.

– Я должен рассказать обо всем Аманде. Даже о неудаче надо сообщать, – произнес Фукс.

Харбин внимательно оглядел восьмерых мужчин, которые на данный момент являлись его командой. В лучшем случае – оборванцы и хулиганы. Жалкие существа! Ни один из них не имел военной подготовки, боевой выправки, не был приучен к настоящей дисциплине. Но тут он вспомнил, что предстоит не совсем военная операция, а точнее – просто воровство и не более.

Во время полета на Цереру он изучал план и сопроводительную информацию, которую предоставила Диана. Однако Харбин предполагал работать с надежными людьми, а не с кучкой хулиганов. Готовясь к предстоящему делу, он мысленно повторял мантры о том, что работник не может винить свой инструмент, а воин обязан драться всем, что имеет под рукой. Первая задача – быстро научить этих оборванцев дисциплине.

– Помните, что сделал Фукс с Трэйсом Бушананом? – спросил Харбин перед заданием.

Все кивнули, но без особого энтузиазма. Болван Бушанан не умел контролировать свой буйный нрав. У него не было друзей, его боялись. Никто из них не жалел о покойном.

Харбин чувствовал, что должен немного взбодрить свою группу. Он собрал всех восьмерых вместе в небольшом офисе на складе «КСХ». Каждый из них специально прилетел на Цереру согласно полученному приказу и был знаком с насилием не понаслышке.

– Сегодня ночью мы все сделаем как надо. Нападем на склад Фукса и обчистим его раз и навсегда.

– Есть идея получше! – сказал Санторини.

Харбин почувствовал, как закипает знакомый гнев. Санторини был немногим умнее обезьяны и невероятно раздражал.

– Какая?

– Почему бы не заняться его женушкой, а?

Остальные усмехнулись: мысль им явно пришлась по душе.

«Неужели Диана не смогла найти никого поумнее?! – подумал Харбин. – Откуда она только взяла этих тупоголовых ослов?!»

– Нам строго-настрого приказано оставить ее в покое, – сказал он тоном, не допускающим возражений. – Приказ поступил с самого верха. Даже не приближайтесь к ней, понятно? Тот, кто хоть посмотрит в ее сторону, наживет себе крупные проблемы. Ясно или повторить еще раз?

– Эй, никак она кому-то приглянулась там наверху? – сказал один из шайки.

– Да, небось с ума по ней сходит, хе-хе… – согласился другой.

– Этот «кто-то» вас заживо поджарит, если не будете четко выполнять приказы! Наше дело – склад. Быстро выполняем задачу и тут же летим обратно. Если все сделаем как следует – вернетесь на Землю с толстым кошельком.

Пусть лучше думают о деньгах. Диана четко высказалась на этот счет: жене Фукса нельзя угрожать, даже близко подходить к ней нельзя. Только склад!

– Где ты была? – недовольно спросил Хамфрис.

– Обедала. Праздновала победу, – ответила Вервурд, слегка улыбнувшись.

– Что? До самого вечера?

Хамфрис сидел в столовой, во главе большого стола из красного дерева. Помощницу он сесть не пригласил.

– Я ожидал, что ты придешь сразу после слушаний.

– Вам и без меня сообщили о результатах, – холодно сказала она. – К тому же исход заседания вы знали заранее.

Магнат нахмурился.

– Ты что-то сегодня слишком дерзкая!

– Фукс уже летит на Цереру. К тому времени, когда он вернется, склада у него не будет. Компания обанкротится, он окажется опозорен, а вы станете королем Пояса Астероидов. Что еще вы хотите?

Она знала что – Аманду Каннингем. Поэтому просто уничтожить Фукса ему мало. Наверное, придется его убить.

Хамфрис немного смягчился. На его лице появилась хитрая улыбка.

– Ну и с кем ты спишь теперь, когда твой бравый солдатик улетел на Цереру?

Вервурд попыталась не выдать своего удивления. «Грязный подонок за мной следит!»

– Вы установили в квартире «жучки»? – холодно спросила она, не ожидая ответа.

– Хочешь посмотреть запись? – усмехнувшись, спросил Хамфрис.

Несколько секунд Диана пыталась вернуть внутреннее самообладание.

– Харбин довольно интересный человек. Цитирует персидские стихи, – наконец сказала она.

– Особенно в постели, не так ли?

Все еще стоя перед обеденным столом босса, Вервурд внимательно посмотрела на магната, затем кивнула. «Наверное, Хамфрис и в моей квартире установил камеры, – подумала она. – Интересно, знает ли он про компанию „Компаньоны Бандунга“».

– У меня есть к тебе предложение.

– Какое предложение?

– Я хочу, чтобы ты родила мне ребенка.

– Что?!

Вервурд почувствовала, как глаза невольно вылезают из орбит.

Увидев потрясенное выражение на ее лице, магнат лишь рассмеялся.

– В постель ко мне ложиться не придется. Просто станешь сосудом для моего будущего наследника.

Диана машинально пододвинула ближайший стул и медленно села.

– Что вы сказали?

– Я решил завести ребенка. Сына. Мои медицинские эксперты уже выбирают самые лучшие яйцеклетки для оплодотворения. Я собираюсь себя клонировать. Сын будет похож на меня как две капли воды: современная биология способна творить настоящие чудеса.

– Но… клонирование человека запрещено, – едва выговорила Вервурд.

– Да, в большинстве стран Земли. И даже там есть районы, где при желании человек со средствами может себя клонировать. На Селене тоже. Почему бы и нет?

«Еще один – маленький – Мартин Хамфрис…» – подумала Диана, однако вслух ничего не сказала.

– Процедура клонирования все еще немного рискованна и ненадежна, – продолжил он так спокойно, словно обсуждал прогноз погоды.

– Зачем же вам понадобилась я?

Он махнул рукой.

– С физической точки зрения ты – отличный экземпляр и сможешь стать хорошим сосудом для моего младенца. К тому же это весьма романтично, не так ли? Ты будешь носить моего сына-клона, ни разу не вступив со мной в сексуальную связь. Так что твой солдатик – не единственный, у которого поэтичная душа. А?

– Понимаю, – сказала Вервурд, немного потрясенная его прямотой.

– Мне нужно несколько доноров, чтобы выносить клонов. Я подумал, что ты отлично подойдешь: молода, здорова и т. д.

– Я? – спросила она, все еще не веря собственным ушам.

– Да. Я просмотрел твой медицинский файл и историю твоей семьи. Можно сказать, изучил тебя «от и до».

Она не удивилась.

– Ты выносишь моего ребенка и получишь приличное вознаграждение, – продолжал Хамфрис без тени улыбки на лице и тоном, не допускающим возражений. – Я даже переведу еще несколько астероидов на имя «Компаньонов Бандунга».

От этих слов у Вервурд едва не потемнело в глазах.

– Ха! А ты думала, что сможешь обвести меня вокруг пальца? Украсть целых три астероида без моего ведома? – спросил он, снова улыбнувшись.

Вервурд знала, что ситуация безвыходная. Хорошо хоть, что у нее есть Дорик.

36

Они подъехали на нескольких мини-тракторах к входу на склад «Гельветии». В этот час там дежурили всего два человека. Одна из сторожей – пожилая седая женщина с морщинистым лицом – была коренастой и явно не робкого десятка.

– Что вам здесь нужно? – спросила она, когда Харбин спрыгнул с мини-трактора.

– Не мешайся, бабуля! Просто делай, что тебе скажут, и все будет отлично!

«Да, работа лицом к лицу с жертвой гораздо сложнее, чем стрельба по космическим кораблям! – подумал он. – Там все походит скорее на игру, а здесь перед глазами скорее всего прольется настоящая кровь. Отойди, не мешайся! – мысленно попросил он старуху. – Не заставляй меня убивать!» Однако внутри уже кипел знакомый гнев, где-то в глубине вновь пробуждалось почти маниакальное бешенство. Кровожадное существо проснулось и требовало утоления голода.

– Что вы здесь делаете, оборванцы? – повторила женщина. – Кто вы такие?

Изо всех сил стараясь сдерживаться, Харбин подал знак своему недисциплинированному отряду отправляться к входу на склад. На всех были гигиенические маски, что для прогулок по тоннелям подземного поселения являлось обычным делом. Каски на головах скрывали волосы незваных гостей. Харбин также убедился, что никто не забыл снять таблички с именами. Никаких опознавательных знаков на их костюмах не было. «Если бы Трэйс Бушанан предпринял простейшие меры предосторожности, сейчас, несомненно, был бы жив», – подумал Харбин.

– Что за дурацкий парад тракторов? – настаивала женщина.

На ней тоже была гигиеническая маска. Немного поодаль в полумраке вереницы длинных полок склада стоял ее напарник – худощавый юнец.

– Мы собираемся очистить ваш склад, – спокойно сказал Санторини, направляясь прямо к ней.

– Что вы имеете в виду? – сердито спросила женщина, пытаясь дотянуться до телефонного аппарата.

Одним ударом Санторини повалил старуху на пол. Ее напарник тут же поднял руки вверх, показывая, что сдается.

– Пошли, – сказал Санторини товарищам.

Харбин кивнул. Группа двинулась на склад. Напарник старухи застыл на месте от ужаса, боясь сделать хоть одно движение, в его глазах читался неподдельный страх. Санторини ударил парня в живот с такой силой, что тот отлетел от полок на несколько метров и ударился о каменный пол, застонав от боли.

– Ну как? – усмехнулся Санторини через плечо. Остальные включили мини-тракторы и двинулись на склад, поднимая клубы темной пыли.

«Старая ведьма!» – подумал Харбин, глядя на пожилую женщину.

Ее разбитая губа кровоточила, но в глазах читались неподдельные ненависть и презрение. Она вскочила на ноги и снова бросилась к телефону.

Харбин схватил ее за плечо.

– Осторожно, бабуля, а то худо будет!

Женщина почти зарычала от злости и свободным кулаком со всей силы двинула ему в лицо. Неожиданный удар скорее удивил Харбина, чем причинил боль. Злость закипела еще сильнее.

– Ты что? – заревел он, тряся ее как тряпичную куклу. Она попыталась ударить его еще раз. Харбин увернулся, не раздумывая, вынул из кобуры электрокинжал и полоснул ей по горлу.

Женщина захлебнулась в крови и замертво рухнула на пол.

К тому моменту, когда Фукс и Нодон взошли на борт корабля «Огни Лаббока», принадлежащего «Астро», настроение у обоих упало еще больше.

С Джорджем они попрощались в баре «Пеликан» накануне вечером.

– Вернусь в Пояс, как только вырастет рука! – несколько раз пообещал Большой Джордж, не прекращая обниматься с огромной кружкой пива.

Панчо оплатила все их напитки, да и сама не отставала от товарищей, мрачно поглощая стакан за стаканом.

Теперь, с сильнейшей головной болью и разрастающейся ненавистью в душе, Фукс начал четырехдневный полет к Церере. В душе пылал гнев запертого в клетке дикого зверя.

Когда поступило сообщение от Аманды, он пытался заснуть, лежа в тесной каюте, в которой едва умещалась узкая кровать.

Каждый раз, закрывая глаза, он видел перед собой презрительно усмехавшегося Мартина Хамфриса. «Мерзавец не ответит за убийство, за пиратство. Никто не может остановить его, никто не посмеет и слова против него сказать. Кроме меня. А я беспомощен. Жалкий беспомощный дурак – Ларс Фукс!»

Несколько часов он ворочался в постели. В каюте было жарко. Фукс разделся до шорт, но по-прежнему обливался потом. На лице отросла двухдневная щетина. «Надо прекратить этот бред! – ругал он себя. – Бесполезно биться головой о стену. Надо все спокойно обдумать, подготовиться. Если хочешь заставить Хамфриса заплатить за содеянное, обхитри его, хладнокровно разработай план». Однако каждый раз, когда он пытался мыслить логически, гнев снова подступал, как раскаленная лава, побеждая все остальные чувства и здравый смысл.

Раздался телефонный сигнал. Фукс сел и попросил компьютер показать входящее сообщение.

На дисплее возникло лицо Аманды. Жена пыталась улыбаться, однако в глазах застыло напряжение.

– Здравствуй, милый! – сказала она, убрав прядь волос со лба. – Со мной все хорошо, но… склад ограбили.

– Что?! Ограбили?!

Конечно же, она не слышала его слов.

– Они убили Ингу. Просто так, из кровожадности… Так сказал Оскар. Помнишь Оскара Джиминеса? Это молодой паренек, которого я наняла помочь следить за товаром.

«Она в ужасе!» – понял Фукс, глядя в глаза жены и вслушиваясь в ее слова.

– Пришли ночью, когда дежурили только этот мальчик и Инга. Человек девять-десять. Оскара избили, а Инге перерезали горло. Полностью опустошили склад – унесли все коробки, все-все, что у нас было. Не осталось ничего. Ничего.

Фукс так сильно сжал зубы, что заболели челюсти. Аманда на экране едва удерживалась от слез.

– Ты не волнуйся, – говорила она. – Все случилось вчера ночью… Утренняя смена обнаружила Ингу в луже крови; Оскара связали и бросили в глубине склада. Вот и вся история. Я в порядке, меня никто не трогал. Наоборот, теперь все меня опекают.

Она снова поправила волосы.

– Милый, поторопись домой! Я люблю тебя!

Экран погас. Фукс со всей силы ударил кулаком по стене и зарычал от злости и бессилия. Вскочив на ноги, распахнул дверь каюты и в одних шортах бросился по коридору к кабине пилотов.

– Нужно лететь к Церере как можно быстрее! – закричал он на второго пилота, одиноко сидящего у пульта управления.

Женщина вытаращила глаза от удивления.

– Немедленно! Увеличивайте скорость! Мне нужно успеть на Цереру до того, как убьют мою жену!

Она посмотрела на Фукса как на сумасшедшего. В кабину вошел капитан судна, проснувшийся от криков.

– Моя жена в опасности! – заорал Фукс капитану. – Мы должны лететь как можно быстрее!

Ларс быстро рассказал капитану о случившемся, и тот, наконец поняв, в чем дело, позвонил в МАА и попросил разрешения увеличить скорость корабля. Ждать ответа пришлось мучительных полчаса. Все это время Фукс ходил по мостику взад-вперед, мысленно проклиная Хамфриса и его головорезов и клянясь отомстить. Капитан предложил ему переодеться и сам отправился снять халат. Нодон тоже прибежал на мостик и через несколько секунд молча принес Фуксу одежду.

Сев в одно из кресел, Ларс попросил второго пилота активировать канал связи с Церерой. Она тут же выполнила просьбу.

– Аманда! Я уже лечу. Сейчас мы просим разрешения увеличить скорость корабля, чтобы прибыть раньше запланированного времени. Оставайся дома, никуда не ходи. Пусть несколько наших друзей подежурят у двери до моего приезда.

Капитан умылся, причесался, переоделся в форму и вернулся на мостик.

Наконец пришел ответ из МАА: корабль «Лаббок Лайте» должен лететь с прежней скоростью и, следуя графику, прибыть на Цереру через три с половиной дня.

Трясясь от бешенства, Фукс перевел взгляд от изображения роботоподобного инспектора МАА на капитана.

– Простите, – извинился тот, сочувственно пожав плечами. – Ничего не могу поделать.

Фукс несколько секунд смотрел на побледневшее лицо капитана, затем ударил мужчину кулаком правой руки в челюсть. Тот упал на палубу, из носа хлынула кровь. Повернувшись к его остолбеневшей помощнице, Фукс приказал:

– Максимальную скорость! Сейчас же!

Она взглянула на лежавшего без чувств капитана, затем снова на Фукса.

– Но… я не могу…

На лице Ларса появилось свирепое выражение. Вынув большой фонарь из держателя на стене, он направился в ее сторону.

– Отойдите от пульта управления!

– Но…

– Отойдите, я сказал! – заорал Фукс.

Она вскочила с места и отошла в сторону.

– Нодон! – позвал Фукс.

Молодой азиат вошел на мостик. Он бросил взгляд на лежащего без сознания капитана, затем на испуганную женщину.

– Следи за тем, чтобы никто сюда не входил! – сказал Фукс, давая ему тяжелый фонарь. – Если кто-нибудь хотя бы попытается – используй эту штуку.

Нодон знаком велел женщине покинуть свое место, а Фукс, усевшись в кресло первого пилота, принялся изучать кнопки на пульте управления.

– Что будет с капитаном? – спросила женщина.

Тот как раз в этот момент застонал и пошевелил ногами.

– Не волнуйтесь! Пусть пока полежит тут.

Она вышла, и Нодон закрыл люк.

Капитан очнулся, потер шею и злобно посмотрел на сидящего за пультом управления Фукса.

– Это уже переходит всякие границы! Что вы себе позволяете?

– Пытаюсь спасти жизнь своей жене, – ответил Фукс, увеличивая скорость до максимальной.

– Это пиратство!

– Да, – коротко отозвался тот. – Пиратство. Сегодня оно становится довольно популярно. Вам так не кажется?

37

– Он… что?! – спросил Уилкокс, не веря собственным ушам.

– Захватил «Лаббок Лайте» и на полной скорости летит к Церере, – повторил Зар с растерянным видом. – Диспетчеры потребовали от него снизить скорость, но он не обращает внимания.

– Боже, этот тип занялся пиратством! – удивленно пробормотал Уилкокс.

– Кажется, да. По словам наших людей, на Церере кто-то ворвался на склад Фукса и полностью его опустошил. Воры убили одного из сторожей – женщину.

– Его жену?

– Нет, просто сотрудницу компании. Но вы понимаете, почему Фукс рвется как можно скорее вернуться.

– Пиратству нет оправдания, – отрезал Уилкокс. – Как только он прибудет на Цереру, наши люди должны арестовать его!

– Но они же просто диспетчеры, а не полицейские! – недоуменно возразил Зар.

– Все равно! Я никому не позволю нарушать правила МАА! Это дело принципа!

Диана Вервурд все утро проверяла квартиру на наличие «жучков». Ни одного найти не удалось, и это ее весьма насторожило. Вервурд была уверена, что Хамфрис ведет за ней наблюдение. Иначе как он мог узнать, что она делает?!

И все же, несмотря на все усилия, найти спрятанные микрофоны, микрокамеры и другие виды подслушивающих устройств не удалось.

Неужели Мартин просто догадался об «Ассоциации Бандунг»? Она полагала, что скрыла махинацию достаточно хитро. «Наверное, зря все-таки я назвала компанию в честь родного города матери! – подумала Диана. – Ладно. Мартин знает, что я его обманула и лишила нескольких астероидов, но он согласен смотреть на это сквозь пальцы… если я выношу его клона».

При мысли об этом она содрогнулась. Внутри нее будет жить инородное тело!.. Напоминает фильмы ужасов из детства: страшные истории о женщинах, которые носили в чреве клонированных уродцев. Плод достигал таких размеров, что во время родов женщина неизбежно погибала.

Однако прагматическая часть ума говорила другое: из этой ситуации можно извлечь и выгоду. Помимо материального вознаграждения, она получит некоторую власть над Мартином Хамфрисом. Мать его клона!.. Может, даже удастся получить место в совете директоров. Конечно, при условии правильного расчета!

«И если выживу!» – подумала она, содрогнувшись.

Мысли снова вернулись к Харбину. Под неприступной, почти свирепой внешней оболочкой скрывался настоящий вулкан страстей. Если правильно вести с ним игру, он станет совершенно ручным и будет готов выполнить любую просьбу. Рядом должен быть именно такой мужчина, особенно если после рождения ребенка придется иметь дело с Мартином.

Ребенок… Вервурд нахмурилась. Надо ли говорить Дорику? В итоге – конечно. Но не сейчас. Он слишком рьяный собственник и вряд ли спокойно примет тот факт, что спит она с ним, а носит ребенка от другого. Такую новость надо сообщать осторожно.

Диана ходила по комнате, раздумывая над своими следующими действиями и одновременно машинально осматривая стены и потолки, словно могла обнаружить «жучков» силой воли. Наверняка Хамфрис следит за каждым ее шагом.

Придется найти специалистов для обследования квартиры. Проблема в том, что все лучшие эксперты по этому вопросу – сотрудники «КСХ». Как договориться с ними?

Диспетчеры МАА ждали в гроте, который служил залом встречи прилетающих на Цереру. Фукс оставил «Лаббок Лайте» на орбите вокруг астероида, вернув судно капитану, и полетел к поверхности на челноке. Оба диспетчера бросили свои посты в небольшом центре полетов и отправились его встречать.

Не успел Фукс выйти из шаттла и пройти по узкому тоннелю, соединяющего люк шаттла с гротом, как на пути возник старший контролер – рыжеволосая женщина тридцати лет с известной среди посетителей паба репутацией. Она нервно кашлянула.

– Мистер Фукс, МАА требует, чтобы вы сдали себя властям и предстали перед судом по обвинению в пиратстве.

Не обратив на нее внимания, Фукс зашагал по тоннелю, ведущему в жилые кварталы подземелья.

Женщина взглянула на напарника – полного молодого человека с круглым лицом и смешным «конским хвостом», и оба последовали за Фуксом.

– Мистер Фукс, не усложняйте нашу задачу! – попросил парень.

– Я вам облегчу ее. Убирайтесь и оставьте меня в покое! – сказал он, удаляясь по коридору в клубах пыли.

– Но, мистер Фукс!..

– У меня нет желания пачкать о вас руки. Оставьте меня в покое, не доводите!

Оба диспетчера остановились так резко, что облака пыли скрыли их до пояса. Фукс продолжил идти по тоннелю, направляясь домой, где ждала Аманда.

Он уже не чувствовал себя разъяренным зверем или куклой, судьба которой зависела от того, как дернет за веревочки Мартин Хамфрис. Гнев не исчез, но теперь стал ледяным, спокойным, расчетливым. Долгие часы полета к Церере Фукс провел, обдумывая дальнейшие действия, готовясь противостоять нападкам Хамфриса и его бандитов. Теперь он точно знал, что нужно делать.

У двери в квартиру никто не дежурил. Дрожащими руками Ларс открыл дверь. Аманда сидела за рабочим столом и, увидев мужа, едва не подскочила от удивления.

– Ларс! Мне даже не сообщили, что ты прилетел! – сказала она, бросившись к мужу и крепко его обняв.

– С тобой все в порядке? – спросил он, поцеловав ее. – Никто не обижал?

– Все хорошо. Ты как?

– МАА обвиняет меня в пиратстве. Вероятно, ждут, что я вернусь на Селену и предстану перед судом в качестве посмешища.

Она мрачно кивнула.

– Да, знаю. Мне прислали сообщение. Ларс, не стоило угонять корабль. Со мной ведь все в порядке.

Несмотря на проблемы, Ларс улыбнулся. Когда жена была рядом, большая часть страхов улетучивалась.

– Да, с тобой все хорошо, милая. Теперь я вижу.

– Ты забыл закрыть дверь, – сказала она, улыбнувшись в ответ.

Он выпустил жену из объятий, но вместо двери подошел к столу. На экране было письмо из страховой компании. Фукс дочитал сообщение и выключил компьютер.

– Мне нужно на склад. Там уже ждет Нодон.

– Нодон? Напарник Джорджа?

– Да, – отозвался Ларс, просматривая архив сотрудников «Гельветии». – Он тоже присутствовал на этом фарсе, которое назвали заседанием комиссии МАА.

– Я знаю.

– Кто из них свидетель убийства Инги? – спросил Фукс, показывая жене на список персонала.

– Оскар Джиминес, – ответила она, усаживаясь на соседний стул.

– С ним-то мне и нужно побеседовать.

Встав со стула, Фукс направился к двери, оставив Аманду в полном недоумении.

Нодон ждал на складе, а с ним еще двое молодых сотрудников «Гельветии».

– Через день или два мы отправимся на склад «КСХ» и заберем оттуда все, что они у нас взяли, – сказал Фукс.

Мужчины нервно переглянулись.

– Мы также справедливо накажем того, кто убил Ингу.

– Они уже улетели, – сказал Джиминес.

– Улетели?

– Да. На следующий день после ограбления склада, – подтвердил другой. – Девять сотрудников «КСХ» покинули Цереру на одном из кораблей утром следующего дня.

– Куда направляются? На Селену?

– Неизвестно. Может, и на Землю.

– Если они долетят до Земли, мы уже никогда не поймаем их.

– Все равно мы вернем все, что у нас украли! – сказал Фукс.

Досье: Джойс Такамайн

– Дело не в объеме твоих знаний, а в количестве полезных знакомых! – повторял он.

Джойс больше не собирала фрукты на плантации. Ее «повысили в должности», и теперь она помогала управлять одной из больших фермерских компаний. Получив диплом программиста, девушка осмелилась попросить работу у руководителя местного филиала компании. Он предложил обсудить этот вопрос за ужином у себя в вагончике, и вечер окончился в его постели. Джойс получила работу и следующие два года прожила с ним. Бойфренд неустанно напоминал ей о «великом американском ноу-хау».

Когда Джойс последовала его же совету и ушла к мужчине постарше, который по случайности оказался высокопоставленным лицом в «КСХ», бойфренд был шокирован и растерян.

– Ты сам меня учил! – напомнила она.

– Да, но я не знал, что ты воспримешь мои слова так буквально!

Джойс оставалась подружкой пожилого богача до тех пор, пока не получила работу в офисе «КСХ» на Селене. Наконец она покинула старую изможденную старушку-Землю и переехала жить на Луну.

38

Прошло два дня.

Все это время Аманда тщетно пыталась выяснить дальнейшие планы мужа. Она понимала, что Ларс что-то замышляет, хочет поквитаться с Хамфрисом, однако он молчал, и ей приходилось гадать.

Ларс стал другим человеком, затаился как хищное животное, ожидая способа вырваться на свободу. Она едва узнавала собственного мужа. Он был твердо намерен отомстить ворам, ограбившим склад и убившим Ингу, но свои планы не открывал.

В постели Ларс немного расслаблялся, хотя все же оставался себе на уме.

– Законы здесь устанавливаем мы! – сказал он однажды ночью, лежа в постели рядом с женой. – Если мы не будем способны постоять за себя, он превратит нас в рабов.

– Ларс, он нанимает профессиональных убийц, бандитов!

– Хамфрис просто подонок, а я знаю, как нужно поступать с подонками.

– Они убьют тебя!

Фукс повернулся к ней, и она почувствовала жар его тела.

– Аманда, милая, они в любом случае сделают все, чтобы убить меня! Именно этого добивается Хамфрис. Он не успокоится, пока не уберет меня с пути.

– Если бы только…

– Гораздо лучше напасть на него, когда он не ожидает. Иначе мы так и будем сидеть, как бараны, пока нас всех не перережут.

– Что ты собираешься делать? Он приложил палец к ее губам.

– Тебе лучше не знать, дорогая. Ты не будешь в этом участвовать!

Они занимались любовью пылко, горячо и неистово. Она наслаждалась его страстью, но чувствовала, что даже в самые упоительные моменты он не может забыть о мести. Ларс собирается бороться с Хамфрисом и его корпорацией, мстить за убийства старателей. Аманда не сомневалась, что муж идет на верную смерть, и ее сердце обливалось кровью.

Утром третьего дня пришло сообщение из штаб-квартиры МАА на Земле. К Церере летел корабль с отрядом миротворцев. Они должны будут арестовать Фукса и сопроводить его на Землю, дабы он предстал перед судом по обвинению в пиратстве.

Когда Аманда показала сообщение мужу, тот лишь усмехнулся.

– Пиратство!.. Хамфрис уничтожает корабли, грабит и совершает убийства, а МАА утверждает, что пират – я. Меня обвиняют в пиратстве! Ха!

– Милый, лучше отправляйся с миротворцами! Я тоже полечу с тобой. Ты скажешь, что принял командование в эмоциональном порыве, под давлением обстоятельств. Они наверняка поймут…

– Ты забыла, кто дергает за веревочки в МАА? Да они повесят меня и даже разбираться не станут!

«Бесполезно, – подумала Аманда. – Бесполезно…»

В пустом складе «Гельветии» Фукс и Нодон еще раз обговаривали план действий.

– Все зависит от людей, которых ты нанял.

Нодон понимающе кивнул.

Они сидели на столе у входа на склад в свете яркой лампы. Остальная часть грота тонула в темноте. Кроме двух мужчин, никого в помещении не было. Далее тоннель спускался к жилым кварталам Цереры и системам жизнеобеспечения подземного поселения, а с другой стороны – к складу «КСХ» и далее к выходу на поверхность и крошечному космопорту.

– Ты уверен, что люди надежные? – спросил Фукс уже в который раз за вечер.

– Да, – терпеливо отозвался юноша. – Это мои хорошие знакомые, я знаю их семьи много лет. Все они достойные, честные люди и будут четко выполнять ваши приказы.

– Честные, – задумчиво повторил Фукс. Честность в данном случае заключалась в том, что берут деньги – и совершают преступление. «Я нанимаю убийц. Как Хамфрис. Зло можно победить только злом».

– Они поняли, что от них требуется? Нодон позволил себе улыбнуться.

– Я повторил несколько раз. Они не очень хорошо говорят на европейских языках, но суть своей задачи понимают.

Фукс кивнул. Нодон нанял шестерых азиатов: четырех мужчин и двух женщин. Панчо помогла им сесть на грузовой корабль «Астро», летевший на Цереру. Теперь они ждали указаний на еще не законченной орбитальной базе. Панчо и другие считали, что эти люди будут заняты строительством базы; только Фукс, Нодон и сами «работники» знали правду.

– Хорошо, – сказал Фукс, несмотря на одолевавшие сомнения. – Встречаемся в полночь.

– В полночь! – кивнул Нодон.

– Надо успеть сделать все до прибытия миротворцев, – с саркастической улыбкой заметил Ларс.

– Справимся!

Да. Так или иначе все будет кончено уже через несколько часов.

Рестораном на Церере называли паб, где установили автоматы с едой и напитками.

В тот вечер Фукс пригласил Аманду на ужин. В пабе было, как всегда, шумно, но чувствовалось какое-то странное напряжение.

Это беспокоило Фукса. Вдруг просочились слухи о предстоящем нападении на склад Хамфриса? Тогда их наверняка ожидает ловушка. Он перебирал в уме возможные варианты выхода из подобной ситуации.

Аманда изучала лицо мужа с явным волнением.

– С тех пор как ты вернулся с Селену, ты почти ничего не ешь!

– Ерунда, – сказал он, попытавшись сделать беззаботный вид. – Зато сплю хорошо. Благодаря тебе!

Даже при тусклом освещении паба он увидел, как вспыхнули румянцем ее щеки.

– Не пытайся сменить тему, Ларс! – сказала Аманда, все же не удержавшись от улыбки.

– Нет, я просто…

– Не возражаете, если я присяду к вам за столик? – раздался голос Крис Карденас.

В руках женщина держала поднос с ужином.

– Конечно, нет. Присоединяйтесь, пожалуйста! – сказала Аманда.

Карденас поставила поднос на столик.

– Много народу здесь сегодня! – сказала она, сев на свободный стул.

– Но почему-то тихо. Как будто на похоронах, а не в пивном заведении, – заметила Аманда.

– Завтра прибудут так называемые миротворцы. – Карденас попробовала салат. – Что мало кого радует.

«Ах да, – внутренне успокоившись, осознал Ларс. – Вот почему все такие хмурые».

– Люди боятся, что это первый шаг к захвату Пояса Астероидов, – продолжила Карденас.

– К захвату? – удивилась Аманда. – Кто может захватить Цереру? МАА?

– Или правительство Земли.

– Но у них нет никакого права командовать поселениями за пределами геосинхронной орбиты Земли!

– Однако именно их «миротворцы» прибывают завтра!

– За мной, кстати говоря, – усмехнулся Ларс.

– Что будешь делать?

– Естественно, я не собираюсь устраивать с ними драку, – взглянув на жену, ответил Фукс.

– А на Селене было иначе, – заметила Карденас.

– На что вы намекаете, Крис? – недоуменно спросила Аманда.

– Ни на что. Просто хочу подчеркнуть, что шесть миротворцев в аккуратной голубой форме не могут заставить Ларса вернуться на Землю, если он того не хочет.

– По-вашему, мы должны драться с ними? – испугалась Аманда.

Карденас придвинулась ближе.

– Я могу без труда назвать сотню-полторы людей, которые защитят вас от них. Ларс, тебе не обязательно лететь!

– Они вооружены. Это солдаты!

– Шесть солдат против половины жителей Цереры! Неужели вы думаете, что они посмеют открыть огонь?!

Аманда посмотрела на мужа, затем вновь повернулась к Карденас.

– Если мы помешаем шести, пришлют еще больше!

– Тогда, не сомневаюсь, Селена окажется на нашей стороне.

– Но зачем Селене?..

– Если правительство Земли подчинит себе Цереру, им наверняка захочется повторить успех. Жители Луны сочтут, что следующими в списке стоят они, и не так уж ошибутся. Такое уже происходило однажды, помните?

– Тогда у них ничего не вышло. Луна осталась независимой.

– На Земле достаточно сумасшедших, которые считают, что Селена должна быть колонией, и не более.

Фукс закрыл глаза. Мысли крутились в голове с бешеной скоростью. Он и предположить не мог, что Луна может втянуться в эту борьбу! Подобное приведет к войне, к настоящей кровопролитной, разрушительной войне.

– Нет! – сказал он.

Обе женщины взглянули на него.

– Я не стану причиной войны!

– Значит, ты завтра сдашься миротворцам?

– Я не стану причиной войны! – повторил он.

После ужина Фукс и Аманда пошли домой. Жена повисла на его плече, сонно зевая и еле передвигая ноги.

– Боже, я так хочу спать! – бормотала она.

Фукс знал это. Когда Карденас села за их столик, он испугался, что не сможет высыпать снотворное в вино жены. Однако, к счастью, поглощенные разговором женщины ничего не заметили… Теперь Аманда засыпала прямо на ходу.

Дома он аккуратно раздел ее и уложил в постель.

Фукс сел рядом и долго смотрел на жену, едва сдерживая слезы боли. Как же она прекрасна!

– Прощай, родная! – прошептал он. – Не знаю, увидимся ли мы когда-нибудь снова. Я слишком люблю тебя, чтобы рисковать твоей драгоценной жизнью. Спи, моя красавица!

Он встал и вышел из квартиры, осторожно закрыв за собой дверь. В тоннеле царил полумрак. Фукс направился к складу, где его уже дали Нодон и остальные.

39

Оскар Джиминес явно встревожился, когда Фукс повел Нодона и четырех других по тоннелю к складу «КСХ».

– Нас лишь шестеро, – тихим дрожащим голосом произнес юноша, шагая по тоннелю рядом с Фуксом. – Сейчас уже полночь, у них могут дежурить в это время и десять человек!

Фукс и Нодон несли заряженный ручной лазер, у других были ножи и дубинки, сделанные из тяжелых подпорок для стеллажей. На всех были гигиенические маски, защищавшие от пыли.

– Не волнуйся, – спокойно сказал ему Фукс. – Тебе не придется драться. Если все пойдет по плану, драки вообще не будет.

– Но зачем тогда…

– Я хочу, чтобы ты опознал убийцу Инги.

– Его там нет, – едва не хныкал подросток. – Они улетели, я же говорил!

– Возможно. Посмотрим.

– Они все равно были в масках. Я не смогу его опознать!

– Посмотрим, – повторил Фукс.

Группа остановилась у одного из запасных люков, которые располагались на расстоянии сотни метров друг от друга. Фукс кивнул технику – специалисту по системам жизнеобеспечения, и тот ловко снял внешнюю обшивку люка с датчиками.

– Сделано, – доложил он через несколько минут.

Внезапно в тоннеле раздался сигнал тревоги. Фукс вздрогнул, хотя и ожидал сигнала. Техник юркнул в люк, прежде чем тот снова автоматически закрылся.

– Быстро! – скомандовал Фукс и помчался по тоннелю. Несколько взбешенных сотрудников «КСХ» выбежали в тоннель перед входом на склад, оглядываясь по сторонам, пытаясь обнаружить источник тревоги. Они были в легких комбинезонах с логотипами «КСХ», без санитарных масок.

– Эй, что там происходит? – закричал один, увидев бегущих.

Ларс направил на охранников лазер. Он казался ему неуклюжим, однако придавал уверенности.

– Не двигаться!

Пятеро из шести застыли на месте. Двое даже подняли руки.

– Какого… вы здесь делаете? – заорал шестой и попятился назад ко входу на склад.

Фукс выстрелил ему под ноги. Мужчина вскрикнул от боли и упал лицом в пыль. Фуксу понравилось: от лазера не было ни рикошета, ни дыма.

Они повели шестерых на склад; двое тащили своего раненого товарища. За компьютером в помещении сидели еще двое, пытаясь установить причину сигнала тревоги. Очевидно, их смущало то, что сигнал тревоги звучал, несмотря на горевшие зеленым индикаторы.

Когда Фукс направил на них свой лазер, они вскочили от удивления и подняли руки вверх. Охрана поняла, что попала в ловушку, и на лицах людей появилось раздражение. Фукс приказал всем сесть на пол, положив руки на колени.

Перед входом на склад стояли четыре мини-трактора. Люди Ларса завели двигатели и принялись сгребать с полок все, на чем значились логотипы «Гельветии».

– Сейчас прибудет отряд наших людей. Они наверняка уже на подходе к складу! – дерзко заявил раненый, сидевший на полу вместе с остальными своими товарищами.

– Никто сюда не придет, – спокойно сказал Фукс. – Сигнал прозвучал только в этой части тоннеля. Ваши дружки мирно спят у себя по домам.

Наконец тракторы были нагружены украденными на складе «Гельветии» товарами.

– Думаю, это все, – сказал Нодон.

– Не совсем, – заметил Фукс и, обернувшись к Оскару, спросил: – Узнаешь кого-нибудь из этих людей?

Юноша испуганно покачал головой.

– Они были в масках, я же говорил.

– Может, этого, например? – показал Фукс на раненого.

– Не знаю, – захныкал Джиминес.

– Хорошо. Поехали обратно, – вздохнул Фукс.

Оскар тут же выскочил в тоннель, радуясь, что все позади.

Больше всего ему хотелось оказаться подальше от склада «КСХ».

– Думаете, все это так просто сойдет вам с рук? – заорал раненый. – Фукс, да тебя просто на куски порвут! Тебя заставят смотреть, что сделают с твоей женушкой! Мы ее…

Одним прыжком Фукс оказался около заводилы и со всей силы ударил его ногой в лицо. Другие отшатнулась.

– Не двигаться! – приказал Нодон, направив на пленников лазер.

Бешеный от злости, Фукс бросился к одному из бункеров возле стены и вытащил кусок медного провода. Обмотал одним концом провода шею раненого и потащил его к полкам. Тот стонал, кашлял, сплевывал кровь и изрыгал ругательства.

Остальные наблюдали за происходящим, широко раскрыв глаза. Фукс завязал провод на горле мужчины и обвил второй конец вокруг одной из стальных опор полок. С силой натянул провод, и раненый взмыл вверх с вышедшими из орбит глазами. Руками он тщетно пытался ослабить врезающийся в горло провод. В небольшой гравитации Цереры несчастный весил всего несколько килограммов, но и этого было достаточно, чтобы медленно задушить человека.

Сгорая от ненависти, Фукс бросил свирепый взгляд на других сотрудников «КСХ», сидевших в пыли на полу и с ужасом наблюдавших за казнью своего лидера. Тот уже дергал ногами и издавал дикие, нечеловеческие хрипы.

– Смотрите! – заорал им Фукс. – Смотрите, подонки! Вот что произойдет с любым, кто посмеет угрожать моей жене! Если кто-нибудь из вас хотя бы посмотрит в ее сторону, я собственноручно вырву ему кишки!

Силы покинули повешенного. Он потерял контроль над собственным телом, мышцы расслабились, и через секунду поползло зловоние. Казненный затих. Люди на полу смотрели на мертвого товарища с неподдельным ужасом. Даже Нодон почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Пошли! – сказал ему Фукс. – Мы закончили здесь свое дело!

40

Когда раздался телефонный звонок и на экране появилось сообщение с пометкой «срочно», Диана Вервурд лежала в постели с Дориком Харбином. Она нехотя отстранилась от любовника и села.

– Почти два часа ночи! – проворчал Харбин. – У тебя когда-нибудь бывает свободное время?

Диана уже смотрела на экран, где что-то бессвязно тараторил перепуганный сотрудник «КСХ». Затем возникло изображение повешенного мужчины с вытаращенными из орбит стеклянными глазами и высунутым изо рта языком.

– Боже! – потрясенно сказал Харбин.

Вервурд выскользнула из постели и принялась одеваться.

– Нужно рассказать Мартину. Такие новости не сообщают по телефону!

Когда она пришла домой к магнату, тот еще не спал.

– У нас проблемы, – начала женщина, войдя в огромную игровую комнату.

Хамфрис склонился над бильярдным столом с кием в руке.

– Проблемы? – спросил он, намереваясь загнать шар. Через секунду тот уже лежал в лузе. Только после этого Хамфрис выпрямился и спросил: – Какие проблемы?

– Фукс ограбил наш склад на Церере и убил одного из рабочих. Повесил на виду у всех.

Хамфрис едва не подскочил от удивления.

– Повесил?!

– Остальные не хотят больше работать. Отказываются участвовать в этой войне, как они выразились.

– Трусы поганые!

– Их наняли запугивать, а не воевать. Они не предполагали, что Фукс нанесет ответный удар.

– Наверное, думают, что я еще оплачу им обратные билеты?!

– Это не все.

Хамфрис повернулся спиной и продолжил игру.

– Фукс угнал корабль «Астро» – «Лаббок Лайте». Он улетел…

– Как угнал?

– По словам капитана… – начала Вервурд, благоразумно соблюдая дистанцию между собой и боссом.

– А-а, тот мерзкий макаронник, который позволил Фуксу вести судно на полной скорости к Церере!

– Да. Тот самый, – сказала Вервурд. – Он сообщил МАА, что несколько азиатов взошли на борт под предлогом загрузки руды. Они оказались вооружены и захватили корабль. Затем прибыл Фукс с еще одним парнем. Вероятно, с тем, который присутствовал вместе с ним на слушаниях. Они посадили капитана и других членов экипажа на челнок и отправили их на Цереру.

– Подонок! – презрительно выдавил Хамфрис.

– К тому времени, когда прибыли миротворцы, Фукс уже исчез.

– На одном из кораблей Панчо! – едко усмехнулся магнат.

Вервурд сжала губы. Ей хотелось немного позлить босса, но в то же время она опасалась его непредсказуемой реакции.

– Теперь это его корабль, а не корабль «Астро».

Хамфрис злобно посмотрел на помощницу. Диана по-прежнему сохраняла невозмутимость. Улыбка в такой момент могла только довести его до бешенства, и она прекрасно это понимала.

Несколько секунд Хамфрис стоял молча, побледнев от злости.

– Ладно. Значит, сопляки, которых ты наняла, хотят выйти из игры?

– Вообще-то их нанял Григорий. Да, они больше не хотят в этом участвовать. Фукс заставил их наблюдать за смертью товарища.

– А что с Амандой? Поехала с ними?

– Нет, она все еще на Церере.

– Он оставил ее на Церере? Одну?

– Фукс повесил того парня, потому что тот позволил себе какую-то грязную шутку в адрес его жены. Не волнуйтесь, к ней никто и близко не подойдет.

– Пусть только посмеют! Я хочу, чтобы никто ее не трогал. Это приказ!

– С ней все в порядке. Ей никто и ничто не угрожает.

– Да, за исключением придурка, который посмел открыть свой рот перед Фуксом…

– Болтуна повесили как простого преступника.

Хамфрис положил обе руки на стол и опустил голову.

Вервурд не поняла, от горечи или от переполнявшей злости. Наконец он поднял голову и хрипло произнес:

– Нужно кого-то отправить за Фуксом. Кого-то, кто не боится настоящей драки.

– Никто даже не знает, куда он отправился! Пояс Астероидов – огромная территория. Угнанный корабль не отправляет телеметрических данных, маяк молчит. МАА не в состоянии определить его местонахождение.

– Рано или поздно у него кончится топливо, и придется лететь обратно на Цереру.

– Может быть, – неуверенно сказала Диана.

Указав на нее пальцем, словно дулом пистолета, Хамфрис заявил:

– Мне нужен такой, кто сможет его найти, ясно? И убить! Кто умеет драться и не боится смерти!

– Профессиональный воин, – подсказала Вервурд.

– Да. Как твой любовник, – ехидно усмехнулся Хамфрис.

Едва узнав о произошедшем на складе «КСХ», Диана поняла, чем все закончится.

– Хорошо, – промолвила она как можно более спокойно. – Харбин отлично подходит для этой работы, но…

– Что?

– Он захочет еще больше денег, чем раньше.

– А ты его адвокат?

– Скажем так: теперь я знаю его гораздо лучше, чем несколько недель назад, – заставив себя слегка улыбнуться, сказала она.

– С интимной стороны, да?

Улыбка тут же слетела с лица женщины. Вервурд не любила насмешек.

– Ладно, готовь его к охоте на Фукса. А меня соедини по телефону с Амандой.

– Слишком большое расстояние для бесед в режиме реального времени, – заметила помощница.

Глаза магната гневно вспыхнули, однако напряжение вскоре спало. Даже великому и могущественному Хамфрису придется считаться с законами физики!

– Ладно. Я пошлю ей письмо.

Вервурд давно знала, что он посылает жене Фукса сообщения. Аманда всегда оставляла их без ответа.

41

Они летели прочь от Цереры на «Лаббок Лайте». Фукс представился экипажу. Тихие, невозмутимые азиаты – монголы, потомки Чингисхана, не выглядели свирепыми или полными ненависти, наоборот – походили на детей или выпускников училища. Однако, несмотря на кажущиеся наивность и невинность, прекрасно обращались с системами корабля. «Лаббок Лайте» был простым грузовым судном, но Фукс вооружил его тремя крупными лазерными установками из собственного склада.

Как только, двигаясь на одной шестой скорости света, они удалились на достаточное расстояние, Фукс созвал всех членов экипажа на мостик. Их было семеро, но складывалось впечатление, что собралась целая толпа.

– Насколько вы понимаете, теперь мы преступники, пираты. Назад дороги нет.

– Мы последуем за вами, сэр. Для нас другой дороги нет.

Фукс рассматривал их молодые лица, с татуировками и пирсингом. Ранее Нодон показал досье своих соплеменников. Все происходили из бедных семей, туго затянувших пояса, чтобы отправить детей учиться в университеты, где им могла открыться дверь в «счастливое будущее». Все шестеро имели техническое образование в разных сферах: от программирования до электронной инженерии. Однако после окончания учебных заведений они оказались безработными, и долгий тернистый путь за удачей продолжился.

Мир на их глазах рушился. Родные города оказались разорены в результате засухи и ужасных штормов. Наводнения затопили некогда плодородные земли, уничтожили фермы и хозяйства. Семьи этих людей стали частью огромной несчастной, голодной армии бездомных. Они блуждали по опустошенной земле, вынужденные просить милостыню, воровать или погибнуть на обочине дороги.

Вот что узнал Фукс о новых подчиненных. Несчастные изгнанники, потерявшие свое место в обществе и родных. Лишенные будущего, отчаявшиеся люди.

– Я надеюсь, однажды мы вернемся на Землю богатыми. Однако этот день может и не наступить. Стремясь к лучшему, нам надо принимать все, что преподносит судьба, – сказал Фукс.

– Именно это мы и делали больше года, сэр. Лучше находиться здесь и бороться за свое существование, чем жить ничтожными попрошайками, медленно умирающими в забвении, – сказал Нодон.

– Да. Не позволим нас поработить!

«Смелые слова, – подумал Фукс. – Нодон перевел их остальным членам экипажа. Интересно, сам-то он верит в них? Кто из этих невозмутимых людей способен предать его? Придется все время быть начеку».

Азиаты переговаривались между собой хриплым шепотом.

– Сэр, есть небольшая проблема, – сказал через минуту Нодон.

– Проблема? Какая?

– Название корабля. Оно не подходит. Имя должно приносить удачу.

«Действительно, глупое название, – подумал Фукс. – Интересно, кто и почему его придумал?»

– Что предлагаешь? – спросил он вслух. Нодон посмотрел на товарищей, затем ответил:

– Решать не нам, сэр. Вы – капитан, вы должны принять решение.

Фукс снова принялся рассматривать лица стоящих перед ним людей. «Они молоды, но уже научились как следует прятать свои чувства. О чем они думают сейчас? Чего ждут от меня? Я должен стать их лидером, они хотят видеть во мне лишь сильные качества. Так, надо найти название… подходящее название, которое принесет удачу».

– «Наутилус», – неожиданно для себя сказал Фукс.

Азиаты не поняли, на их лицах читалось недоумение. «Что ж, мне удалось хоть немного приподнять их маски».

– «Наутилусом» называлась подводная лодка, капитан которой уничтожал корабли негодяев и вершил правосудие, – объяснил Фукс.

Нодон слегка нахмурил лоб и попытался передать соотечественникам слова лидера. Послышались приглушенные реплики, и через несколько секунд все как один закивали в знак согласия. Двое из азиатов даже улыбнулись.

– «Наутилус» – хорошее название, – сказал Нодон.

– Тогда решено. Отныне корабль носит имя «Наутилус».

Ларс не счел нужным разъяснить, что та лодка – на самом деле лишь выдумка писателя-фантаста, и уж тем более предпочел не сообщать, каков был финал книги.

Аманда проснулась с ужасной головной болью. Открыв глаза, она увидела, что Ларса в постели нет. На экране компьютера светились значки семи поступивших сообщений.

Странно. Телефон почему-то молчал. Наверное, Ларс отключил его.

Она оглядела комнату. Мужа не было.

– Ларс! – тихо позвала она. Ответа не последовало.

Он ушел. Ушел! И на этот раз – по-настоящему! Первое сообщение в списке было от него. Аманда от волнения едва выговорила дрожащим голосом команду об активации сообщения.

Муж сидел за рабочим столом на складе «Гельветии» с мрачным как смерть лицом. На нем была старая водолазка и черные мешковатые брюки. В глазах читалась боль.

– Аманда, родная! Я должен покинуть тебя. Когда ты получишь это сообщение, я буду уже очень далеко. Иного пути нет. По крайней мере я выхода не вижу. Возвращайся на Селену, милая. Там Панчо сможет тебя защитить. Что бы ты ни услышала обо мне – помни, я люблю тебя! Люблю больше всего на свете, больше жизни! Что бы ни случилось, я все равно буду любить тебя. Я поступаю так, потому что знаю: пока ты рядом со мной, твоя жизнь в опасности. Прощай, любимая. Не знаю, увижу ли я тебя когда-нибудь… Прощай.

Не сознавая собственных действий, Аманда попросила компьютер повторить сообщение. Затем снова. Через несколько минут глаза наполнились слезами, и экран расплылся.

42

Четырнадцать месяцев спустя

Теперь Аманда вновь использовала свою девичью фамилию – Каннингем, однако вовсе не стремилась скрывать факт своего замужества. Все старатели, все жители Цереры знали, что она – жена Ларса Фукса. С тех пор как муж ушел в глубины Пояса, ей пришлось работать одной, чтобы не сойти с ума и добиться хоть какого-то успеха в делах.

Она продала «Гельветию» корпорации «Астро» – практически за гроши. Панчо удалось обойти Хамфриса и убедить совет директоров «Астро» в необходимости такой сделки.

– Не забывайте, – сказала тогда Панчо, – что в Поясе мы должны конкурировать. Там все природные ресурсы, там скрыты баснословные деньги.

Аманда с радостью избавилась от «Гельветии» и с удовольствием наблюдала, как Панчо начала преобразовывать склад в прибыльный центр поставок оборудования, ремонта и технического обслуживания бороздящих Пояс кораблей. Панчо сосредоточила свои силы еще на одном проекте. Изначально идея принадлежала Фуксу и заключалась в том, что старателям необходимо создать некоторую администрацию, навести порядок и ввести действующие законы.

Сначала независимые искатели и шахтеры наотрез отказались от любой формы правления на астероиде; люди считали, что законы ограничат их свободу. Однако по мере того, как стали пропадать корабли, старатели поняли, что порядок навести все-таки стоит. В Поясе разгоралась война: корабли «КСХ» нападали на независимые суда, а Фукс боролся с ними в одиночку. Выслеживая и уничтожая их, он появлялся словно неоткуда.

Мартин Хамфрис на Селене рвал и метал от злости. Цены неуклонно росли. Нанимать экипажи для кораблей «КСХ» становилось все дороже. Ни МАА, ни Харбин, ни другие наемники не могли поймать и убить Фукса.

– Они заодно! – выходил из себя Хамфрис. – Проклятые старатели пособничают ему, поставляют горючее, помогают уничтожать мои корабли!

– Все гораздо хуже, – напоминала Вервурд. – Старатели теперь стали вооружать корабли лазерными установками и стреляют в ответ. В большинстве случаев промахиваются, но все же работать в Поясе становится все сложнее.

Для защиты собственных кораблей и поисков неуловимого Фукса Хамфрис предпочитал нанимать профессиональных убийц. Тщетно.

Люди, которые так же, как Аманда, постоянно жили на Церере – техники, инженеры, операторы складов, владельцы магазинов и даже девицы из борделей, – со временем поняли, что действительно нуждаются в централизованной власти. Церера становилась опасным для жизни местом. По пыльным коридорам бродили наемники и сомнительные личности, с которыми лучше не встречаться. «КСХ» и «Астро» нанимали «охрану» для защиты растущего числа своих филиалов, кораблей и товаров. Обладавшие неугомонным нравом «охранники» зачастую устраивали между собой потасовки. Стычки происходили повсюду: в тоннелях, пабе, на складах и в ремонтных мастерских.

Джордж Амброз вернулся на Цереру с новой рукой и на этот раз – в должности технического консультанта «Астро».

– Никаких бурений на астероидах! – заявил он друзьям в пабе. – Теперь я – «шишка» из крупной корпорации, черт побери!

После убийства Рипли и ранения Большого Джорджа многие жители Цереры для самозащиты стали носить при себе ручные лазеры.

Наконец Аманда уговорила большую часть населения астероида устроить «городской совет». Почти все жители Цереры участвовали в обсуждении давно назревших вопросов. Паб не смог вместить всех желающих, поэтому встречу решили провести интерактивно, по сети. Каждый сидел у себя дома и выходил на связь с остальными через электронную систему.

Аманда надела то самое бирюзовое платье, которое купила во время своего последнего визита на Селену. На экране компьютера появился Джордж Амброз. Он был избран в председатели собрания и решал, кто и когда будет обращаться к присутствующим. По настоянию Аманды Джордж обещал, что предоставит слово каждому, но только в порядке очереди.

– Эх, чертовски длинная будет ночка! – предсказывал он.

Так и случилось. Любой, кто хотел высказаться, получил такую возможность. Многие предложения и точки зрения повторялись по нескольку десятков раз. На протяжении интерактивной встречи порой становилось так скучно, что Амброз едва не зевал. Аманда же терпеливо и внимательно слушала каждого.

Тема обсуждения была проста.

– Церере нужна администрация, а также свод законов, по которым люди будут жить. В ином случае проблемы и насилие вырастут как снежный ком, и в конце концов МАА, миротворцы или еще кто-нибудь прибудут сюда и возьмут власть в свои руки.

– Скорее всего это сделают «КСХ», – сказал один из искателей, ожидавший на Церере окончания технического осмотра своего корабля. – Уже несколько лет они пытаются завладеть нами.

– Или «Астро», – вставил реплику кто-то из сотрудников корпорации Хамфриса.

Джордж отсоединил их линии от сети до того, как встреча превратиться в перепалку.

– Личные беседы и споры можете вести по другому каналу связи, – сообщил он перед тем, как предоставить слово Джойс Такамайн, требовавшей ответа на вопрос, когда именно будет окончено строительство орбитальной базы. По ее словам, жить дальше в «пыльной крысиной норе» просто невозможно.

– Мы должны что-то сделать! – возмущалась она.

– Согласна, – отозвалась Аманда. – Многое предстоит сделать, но для начала надо избрать администрацию.

Час спустя владелец паба наконец поднял ключевой вопрос:

– А откуда мы возьмем средства на эту администрацию? И полицию? Она ведь тоже нужна! Не говоря уже о затратах на строительство базы!.. Значит, нам всем придется платить налоги, так?

Аманда была готова к этому вопросу и даже обрадовалась, что его задали.

– Платить налоги не придется. Оплату будут производить корпорации.

Джордж удивился этим словам не меньше остальных.

– Как?!

– Если мы создадим администрацию, то сможем пустить на ее финансирование небольшой налог с продаж, которые платят на Церере «Астро», «КСХ» и другие крупные компании, – объяснила Аманда.

На экране возникло хмурое лицо искателя.

– Вы обложите их налогами, а они в ответ повысят цены!

– «КСХ» каждую неделю получают сорок семь миллионов международных долларов. За год в общей сложности сумма доходов достигает двух с половиной миллиардов. Следовательно, налог в одну десятую процента принесет нам больше двадцати четырех миллионов от одних только «КСХ»!

– С такой суммой мы сможем достроить базу? – спросил еще кто-то.

– Да, – ответила Аманда. – С такой суммой мы сможем быстро завершить строительство.

Обсуждение затянулось до часу ночи. Аманда устала, но была довольна: она осуществила задуманное. Жители Цереры готовы проголосовать за избрание администрации. Значит, скоро дела наладятся.

«Если нам не помешает Мартин Хамфрис», – напомнила себе она.

43

Ларс Фукс, широко расставив ноги, стоял за креслом пилота на мостике «Наутилуса», внимательно изучая экран дисплея. На мониторе появилась точка, которая обозначала грузовой корабль «КСХ».

Согласно полученным сообщениям, это был «Уилсон Хамфрис» – гордость растущего флота «КСХ», названный в честь покойного отца магната. Судно, наверняка нагруженное рудой с нескольких астероидов, направлялось из Пояса в сторону Земли или Луны.

И все же по мере приближения корабля становилось не по себе. Четырнадцать месяцев Фукс скрывался в Поясе. Продовольствие и горючее он забирал с попавших в засаду кораблей «КСХ» или получал во время тайных встреч с дружественными независимыми старателями. За это время он научился хитрости и осторожности. Фукс похудел, но крепким телосложением напоминал древних гладиаторов. От прежней юношеской пухлости не осталось и следа. Черты лица стали жестче, от постоянного напряжения губы сложились в тонкую, едва видную линию.

Фукс повернулся к сидевшему за экраном коммуникационной антенны Нодону.

– Какое-то движение к нему или от него зафиксировано? – спросил Фукс, показав на точку, обозначавшую корабль.

– Телеметрические данные в норме. Пока затрудняюсь ответить на ваш вопрос.

– Покажи схему его курса за последние шесть недель, – обратился Ларс к женщине в кресле второго пилота.

Он постепенно выучил монгольский язык и теперь бегло говорил на одном из диалектов. Фукс не хотел, чтобы команда держала от него какие-то секреты.

Активировав из экранов, Фукс принялся изучать схему маршрута незнакомого корабля. Если желтая линия действительно обозначала курс корабля Хамфриса за последние шесть недель, то он все это время перемещался от одного астероида к другому, собирая руду. Однако Фукс полученным данным не доверял.

– Это просто уловки, – сказал он вслух. – Если бы корабль действительно следовал такому маршруту, сейчас у него почти не осталось бы топлива и он летел бы на встречу с танкером.

– Согласно их плану полета, через два часа они начнут набирать скорость и полетят к системе Земля – Луна.

– Да, только при условии, что заправлялись топливом в последние несколько дней.

– Об этом информации нет. Танкеров поблизости не наблюдается.

Фукс получал краткие разведывательные данные от разных дружественных кораблей, с которыми время от времени встречался. Через независимых искателей он организовал хитрую линию связи с Церерой и заранее сообщал Аманде, по какой частоте пришлет ей весточку в следующий раз. Письма он отправлял достаточно редко, да и то – скудные и зашифрованные. В основном Ларс сообщал, что жив и здоров. Аманда тоже отправляла ему похожие сообщения с помощью плотного лазерного луча на заранее оговоренные астероиды, где Фукс оставлял передатчики. Время от времени он появлялся и снимал информацию. Такие меры предосторожности были жизненно необходимы: Хамфрис активно продолжал охоту на своего врага.

Однако этот грузовой корабль беспокоил Фукса. «Ловушка!» – предостерегал внутренний голос. В своем последнем кратком письме Аманда сообщила, что, по словам Большого Джорджа, Хамфрис намеревался подставлять Фуксу «корабли-приманки», оборудованные мощным лазерным оружием, с профессиональными убийцами на борту. «Троянские кони» – назвал их Амброз. Их главная миссия в Поясе – поймать Фукса в расставленные сети и уничтожить.

– Джордж говорит, что это просто слухи, но ты должен внимательно к ним отнестись!

Фукс был полностью согласен с женой. Иногда слухи могут спасти жизнь.

– Сменить курс! Летим глубже в Пояс! – велел он. Пилот молча выполнил приказ.

– А этот корабль мы оставим так? – спросил Нодон. На лице капитана «Наутилуса» появилась тень улыбки, однако напоминала скорее гримасу.

– Пока что – да. Посмотрим, погонится ли он за нами или нет.

Дорик Харбин на мостике «Уилсона Хамфриса» тоже неотрывно следил за экранами. Увидев, что преследовавший их несколько часов корабль внезапно скрылся, он заскрежетал зубами от злости.

– Что-то подозревает, – сказала второй пилот – стройная блондинка с такими светлыми волосами, что казалось, бровей у нее и вовсе нет. За миловидной внешностью девицы скрывался недюжинный ум и необыкновенная проницательность.

– Возможно, – пробормотал Харбин. «Лучше бы я был один, чем с этими бесполезными ничтожествами на борту неуклюжей посудины!» – думал он.

Экипаж «Уилсона Хамфриса» был не так уж и плох. Просто Харбин не любил общество людей и предпочитал работать в одиночку. Он прекрасно справлялся с «Шанидаром», не нуждался в компании, а в свободное от ликвидации кораблей время никто не мешал ему уходить в наркотический транс.

Однако теперь под его начало передали несколько мужчин и женщин. По словам Дианы, Хамфрис потребовал, чтобы все корабли «КСХ» имели на борту вооруженные отряды. Ему нужны профессиональные убийцы, которые смогут захватить корабль Фукса и доставить мертвое тело.

– Он хочет видеть труп Фукса. По-моему, Мартин настолько помешался, что способен мумифицировать его и оставить себе в качестве трофея.

Харбин удивленно покачал головой. Как столь одержимый человек может вести хладнокровную войну среди астероидов?! Наверное, только сумасшедший способен организовать такую охоту. А как же мы: я и весь экипаж корабля? Выходит, мы такие же сумасшедшие?!

Какая разница? Как сказал Хайям:

Росток мой – от воды небытия,

От пламени скорбей – душа моя,

Как ветер, я кружу, ищу по свету —

Где прах, в который превратился я.

Что значат в жизни твои личные страсти? Они превращаются в прах и пыль. Тают, как снег под лучами солнца. Какое все это имеет значение? Какое?..

– Что делать? Объект уходит, – послышался голос второго пилота.

– Скорее всего не поддался на уловку с грузом руды. Если развернемся и станем догонять – просто-напросто подтвердим его подозрения, – спокойным тоном сказал Харбин.

– Что прикажете? – спросила блондинка.

По выражению ее бледного худощавого лица он понял, что женщина мечтает броситься в погоню.

– Будем продолжать вести себя словно грузовой корабль. Не менять курса!

– Но объект скроется!

– Или бросится вслед за нами. Если, конечно, удастся убедить его, что мы – те, за кого себя выдаем.

Логику Харбина блондинка сочла сомнительной.

– Поиграем в кошки-мышки?

– Да.

Причем где кошки, а где – мышки, ее, очевидно, не интересовало.

Дуглас Ставенджер стоял у окна своего кабинета на Селене и наблюдал за детьми, летавшими под куполом «Гранд Плазы» с помощью игрушечных крыльев. Такое развлечение было только на Луне и только в таком огромном зеленом пространстве, как «Гранд Плаза». Благодаря малой гравитации человек мог надеть крылья на руки и летать, как птица, за счет силы своих мышц.

«Как же давно я не развлекался?» – подумал Ставенджер. Ответ пришел сразу же: очень давно.

Некоторое время назад отчаянные любители спорта уговаривали правительственный совет Селены построить поле для гольфа. Ставенджер высмеял идею игры в гольф в скафандрах на поверхности, но несколько членов совета восприняли ее вполне серьезно.

Телефон зазвонил, и автоматический голос сообщил:

– Мисс Паханг уже прибыла.

Ставенджер подошел к столу и нажал кнопку открытия дверей. Через секунду, ослепительно улыбаясь, в кабинет вошла Джатар Паханг – самая популярная на Земле кинозвезда. Ее часто называли «Цветок Малайзии»: миниатюрная, яркая, экзотичной красоты женщина с блестящими темными глазами и длинными, спадающими ниже плеч волосами. Серебристое платье блестело под светом ламп большого офиса Ставенджера.

– Добро пожаловать на Селену, мисс Паханг! – поприветствовал он гостью, протянув ей руку.

– Спасибо, – сказала женщина звонким, как колокольчик, голосом.

– Вы еще более красивы, чем на экране! – Ставенджер пригласил ее сесть в одно из кресел.

– А вы очень обходительны, мистер Ставенджер!

По сравнению с ее миниатюрной фигурой кресло казалось просто огромным.

– Друзья называют меня просто Дуг.

– Отлично. А вы называйте меня Джатар.

– Спасибо, – поблагодарил он, усаживаясь напротив. – Вся Селена у ваших ног. Жители очень рады вашему приезду.

– Это мой первый визит на Луну, если не считать съемок на космической станции «Новый Китай».

– Я видел тот фильм, – улыбнулся Дуг.

– Надеюсь, понравился?

– Очень, – ответил он, пододвинувшись к разделявшему их небольшому столику. – Как я могу сделать ваш визит к нам еще более… продуктивным?

– Мы здесь одни? – спросила она, посмотрев на потолок, словно там могли вращаться камеры наблюдения.

– Да. Не волнуйтесь. Подслушивающих устройств в этом кабинете нет и быть не может.

– Хорошо, – улыбнулась женщина. – Информацию, которую меня попросили передать, предназначена только для вас.

– Понимаю.

Джатар Паханг была не только самой известной мировой кинозвездой, но и любовницей Цзу Ксянцина – председателя Внутреннего Совета правительства Земли – и его тайным посланником к Ставенджеру.

44

«Искусство управления государством, – думал Цзу Ксянцин, – напоминает игру на фортепиано: левая рука не должна думать о том, что делает правая».

Путь к лидерству в мировом правительстве оказался долгим и тернистым. Ксянцин многих оставил на обочине по мере своего продвижения к цели. Не только друзей, но и членов собственной семьи. Его путеводителем к этой вершине стали принципы Конфуция, а настольной книгой – записки Макиавелли. За первые годы тяжелого пути по служебной лестнице он не раз удивлялся силе собственных стремлений. «Почему мне хочется взбираться все выше и выше? Почему так тянет рисковать? Зачем нужна бесконечная борьба?»

Он так и не нашел ответов. Религиозный человек решил бы, что избран для этой миссии свыше. Но Ксянцин не был верующим; наоборот, он считал себя фаталистом и полагал, что его толкают некие невидимые силы истории и времени. К власти. К ответственности. Возможно, это и был единственный правильный ответ. Ксянцин со временем понял, что вместе с властью приходит ответственность. Планета переживала самые страшные в своей истории катаклизмы. Климат менялся так резко, что люди уже не справлялись с внезапными наводнениями и засухами. Землетрясения уничтожали десятки, сотни городов. Повышающийся уровень моря отвоевывал все новые прибрежные земли. Плодородные поля размывали сильнейшие ливни, опустошались ужасающими штормами. Из-за буйства стихии миллионы, сотни миллионов людей потеряли кров и медленно гибли в голоде и нищете.

Во многих странах отчаявшиеся люди поддавались влиянию радикальных религиозных течений, продавали свою личную свободу в обмен на безопасность и пищу.

Ксянцин знал, что поселенцы на Луне и в Поясе Астероидов живут так, словно страдания их братьев-землян ничего не значат. Они держали в своих руках несказанные богатства: столь необходимые на Земле источники энергии, огромное количество природных ресурсов. Корпорации продавали ядерное топливо и солнечную энергию только тем на Земле, кто мог купить. Минералы и металлы с астероидов предназначались избранным.

«Как убедить их стать более щедрыми, помогать нуждающимся?!» – ежедневно, ежечасно спрашивал себя Ксянцин.

Он видел только один выход: получить контроль над богачами Пояса Астероидов. Глупцы, которые работают в той темной и далекой части Солнечной системы, искатели и шахтеры, уже боролись между собой. Там, среди астероидов, возродилось одно из древнейших видов преступлений – пиратство. Убийства и насилие стали обычным делом.

Мировое правительство могло бы для наведения порядка отправить на Цереру группу миротворцев. Они остановят вспышки насилия и укрепят мир в регионе. А плюс ко всему – возьмут контроль над бесценными ресурсами. Естественно, старатели будут ворчать, а корпорации и вовсе возмутятся таким поворотом событий. Но что они сделают, когда окажутся перед свершившимся фактом? Как смогут противостоять наведению порядка? На пути к осуществлению этого плана было только одно препятствие – Селена.

В недавнем прошлом жители лунного поселения боролись за свою независимость и победили. Они вряд ли станут молча смотреть, как правительство Земли подчиняет себе Пояс Астероидов. Пойдут ли они снова против Земли? Ксянцин допускал такую возможность. Нападать на прибывающие с Земли корабли для них проще простого. Они могут уничтожать суда при подлете к Луне. Или сделают еще хуже – отрежут Землю от поставок сырья и энергии.

Нет, прямое военное вмешательство в Пояс вряд ли продуктивно. Сначала надо нейтрализовать Селену.

«Итак, если я не могу стать завоевателем, стану миротворцем! – решил Ксянцин. – Я поведу людей на борьбу с беззаконием в Поясе Астероидов и взамен получу благодарность будущих поколений».

Для начала он решил тайно связаться с Дугласом Ставенджером через свою прекрасную пассию.

45

– Ничего не выйдет, Ларс, – сказал Бойд Нильсен.

– Это моя забота, а не твоя, – пробормотал Фукс.

– Но там живут простые строители. Боже, некоторые из них – наши друзья! Ты забыл?

– Ничего не поделаешь, – сказал Фукс. – Им не следовало работать на Хамфриса.

Нильсен, стройный рыжеволосый мужчина с острым подбородком и большими некрасивыми зубами, являлся сотрудником «КСХ», капитаном его грузового судна «Уильям С. Дюран». В первые годы освоения Цереры он близко дружил с Ларсом. Фукс преследовал «Дюрана» по мере того, как корабль перелетал от астероида к астероиду, нагружаясь рудой, которую позднее повезет к системе Земля – Луна. С частью своего экипажа, Фукс напал на корабль Нильсена и захватил его. Команда, увидев свирепых на вид, вооруженных людей, сдалась без малейшего сопротивления. Отключив телеметрический маяк и все линии связи, Ларс резко сменил курс корабля и направился к одному из крупнейших в Поясе Астероидов – Весте.

– Веста? Но почему к ней? – удивленно спрашивал Нильсен.

– Потому что твой шеф, Мартин Хамфрис, строит там военную базу.

Ранее до Ларса дошли слухи о том, что «КСХ» возводят на Церере новую базу. В своих кратких сообщениях Аманда не раз упоминала эту новость. Вооруженные корабли и наемники собирались использовать эту базу как главный центр дислокации сил, направленных на уничтожение Фукса.

Однако Фукс решил напасть первым. Он приказал покладистому Нильсену передать на Весту, что «Дюран» поврежден в бою с его кораблем и нуждается в срочном ремонте.

Мужчины находились на мостике. Внезапно Нильсен осознал дальнейший план друга и пришел в ужас. Члены экипажа сидели взаперти, каждый в своей каюте. Нодон и группа азиатов расположились у пульта управления судном. Фукс знал, что Нильсен не из слабаков, но по мере приближения к Весте тот нервничал все больше.

– Ларс, прошу тебя о милосердии к этим людям!

– Милосердии? А они вспомнили о милосердии, когда убивали Найлза Рипли? А когда уничтожали корабли ни в чем не повинных старателей?.. Это война, Бойд, а на войне милосердия не существует.

На главном дисплее появился астероид, покрытый бесчисленным количеством кратеров. В самом крупном из них виднелись очертания строящихся зданий, оборудование, поля для приземления кораблей.

– На орбите три корабля, – сообщил Фукс данные радаров.

– С другой стороны астероида, наверное, еще несколько, – сказал Нильсен.

– Скорее всего суда вооружены.

– Да, наверняка. Нас всех могут убить.

Фукс кивнул. Очевидно, он сделал некоторые подсчеты и результат его удовлетворил.

– Продолжайте! – приказал он сидевшему в кресле первого пилота Нодону.

– Ларс, не делай этого! Улетай отсюда, вернись на свой корабль, и кровь не прольется! – почти взмолился Нильсен.

– Ты не понимаешь. Я хочу, чтобы она пролилась!

Нгаян Нгай Гиап стоял на краю еще не названного кратера в покрытом астероидной пылью скафандре и наблюдал за ходом строительных работ. Несколько длинных изогнутых модулей будущей базы уже установили. Сверху, защищая от радиации и ударов микрометеоров, их покрывали слоем камней. Скоро объект будет готов окончательно. Гиап уже отправил в штаб «КСХ» отчет и сообщил, что на Весту можно отправлять первую группу солдат. Все шло по плану.

– Сэр, у нас чрезвычайная ситуация! – доложили ему вдруг по внутренней линии связи.

– Что случилось?

– Грузовой корабль «Дюран» просит разрешения встать на орбиту. Корабль поврежден и нуждается в срочном ремонте.

– «Дюран»? Корабль «КСХ»?

– Да, сэр. Рудовоз. По словам капитана, их атаковал Фукс.

– Хорошо. Пусть встает на орбиту. Предупредите остальных!

– Есть, сэр.

Только отключив линию связи, Гиап удивился, как на «Дюране» узнали о существовании этой базы, которая строилась на Весте в строгой секретности.

– К нам приближается грузовой корабль, – доложил пилот на мостике «Шанидара».

Дорик Харбин не прореагировал на сообщение подчиненного. После тщетной попытки обмануть Фукса «грузовым кораблем» он вернулся на отремонтированный и возвращенный к жизни «Шанидар», который ждал его на орбите Весты. Как только судно заправится горючим, Харбин возобновит охоту.

Экипаж «Шанидара» был разочарован тем, что они направились к Весте, а не Церере, где можно провести время в пабе или борделе. «Пусть ворчат! – думал Харбин. – Чем скорее поймаем Фукса, тем скорее покинем Пояс».

Он подумал о Диане Вервурд. Никто и никогда не властвовал над его чувствами до такой степени. Диана разительно отличалась от других женщин, с которыми ему доводилось общаться раньше. Она не только искусная любовница, но и умный, понимающий человек. Диана так же страстно стремится к лучшей жизни, как и сам Харбин. А уж об интригах и лабиринтах бизнеса Вервурд знала больше, чем он мог себе представить. Диана станет отличной спутницей жизни, возьмет с его плеч часть груза. А секс с ней гораздо лучше любых наркотиков.

«Люблю ли я ее?» – спрашивал себя Харбин. Он не совсем понимал, что такое любовь, однако хотел, чтобы Диана принадлежала только ему. Она могла открыть ему другой мир, вывести из замкнутого круга убийств и грязи.

Он также знал, что получит ее только после того, как найдет и убьет Фукса.

– На борту – руда, – сообщил пилот.

Харбин посмотрел на экран дисплея. Капитан судна сказал, что корабль поврежден в результате боя с Фуксом, видимых следов нападения нет. Может, скрыты за глыбой руды? Скорее всего капитан, как испуганный заяц, бросился прочь при виде корабля Фукса и прилетел сюда в поисках защиты.

Внезапно в голову пришла странная мысль: как на «Дюране» узнали о строительстве базы на Весте? Операция держится в строгой секретности. Если о ней известно каждой пролетающей мимо развалюхе, значит, рано или поздно станет известно и Фуксу.

«Ну и что? – подумал Харбин. – Даже если узнает, что он сможет сделать? Всего лишь один человек против целой армии. Мы все равно найдем его и уничтожим».

Снова взглянув на экран дисплея, Харбин отметил, что приближающийся корабль не собирается вставать на орбиту. Напротив – набирает скорость.

– Он сейчас разобьется! – крикнул кто-то.

Точное маневрирование вращающимся судном требует огромного профессионализма, и подобная задача невероятно трудна даже для самого опытного пилота. Но для бортового компьютера это довольно просто: в основе лежит первый закон Ньютона.

«Дюран» следовал по намеченному курсу, постепенно увеличивая скорость. Широко расставив ноги, Фукс наблюдал за испещренной кратерами поверхностью астероида, которая становилась все ближе и ближе.

В считанные секунды держатели грузового отсека отпустили почти две сотни тонны руды, и гигантские глыбы полетели вниз. В следующий момент пилоты повернули корабль и повели его вдоль края массивного кратера, где строилась база «КСХ». В отсутствии атмосферы тело остается в движении до тех пор, пока его не отклонит от курса какая-либо внешняя сила. В подобной гравитации глыбы были почти невесомыми, однако их масса не уменьшилась. Две сотни тонн медленно падали на поверхность. Поток смерти, движущийся в кошмарном сне.

– Сэр, получено сообщение с «Шанидара», – послышался испуганный женский голос в наушниках Гиапа.

Не дожидаясь продолжения ее слов, тот связался с Харбином.

– Корабль на встречно-пересекающемся курсе с… Нет! Он отпустил свой груз! О боже!

В скафандре трудно смотреть вверх. Гиап увидел лишь темное небо, усеянное звездами.

– Покинуть орбиту! – послышался голос Харбина.

В следующий момент земля резко подпрыгнула под ногами. Гиап понесся в вибрирующем потоке темной пыли.

Харбин с ужасом наблюдал через иллюминатор «Шанидара», как глыбы падали на строящуюся базу. Грузовой корабль скрылся залетевшими вниз кусками руды и, маневрируя между ними, направлялся к кратеру. Строители, находившиеся на объекте в тот момент, оказались обречены на неминуемую смерть.

– Покинуть орбиту! – кричал Харбин – Привести все системы корабля в готовность номер один! Активировать лазер! Немедленно!

Однако он знал, что уже слишком поздно. Ничто не остановит глыбы. Мрачные темные куски астероидного камня беззвучно рассекли безвоздушное пространство и врезались в поверхность Весты. Первая глыба ударила в край кратера, подняв вверх фонтан осколков, которые разлетелись по пустынному ландшафту. Вторая уничтожила несколько металлических сооружений. Затем посыпался настоящий адский град оставшегося груза «Дюрана», взметнув такое облако пыли и обломков, что заволокло весь кратер. Поднявшись, эта туча смерти поплыла, медленно обволакивая весь астероид и достигнув корабля Харбина.

Харбин предполагал увидеть грибообразное облако, какое оставляли ядерные бомбы на Земле. Однако накрывшая Весту туча смерти стала шире и темнее, разрастаясь как гигантская пелена. Пыль останется висеть над поверхностью несколько дней, а может, и недель, осознал Харбин.

К тому времени, когда «Шанидар» покинул орбиту, «Дюрана» и след простыл. Все потонуло в сером океане мелких частиц. Та же самая ненавистная пыль помешала Харбину поймать сигнал ускользнувшего корабля с помощью радара дальнего действия.

46

– Что?! – почти завизжал Мартин Хамфрис.

– Он уничтожил базу на Весте, – повторила Диана Вервурд. – Все находившиеся на поверхности люди погибли – пятьдесят два человека.

Хамфрис медленно опустился в кресло. Когда побледневшая Вервурд влетела в кабинет, он обсуждал по телефону крупную сделку с правительством Китая. Увидев выражение лица помощницы, Хамфрис как можно более вежливо отделался от китайского партнера и передал слово одному из своих представителей в Пекине. Оборвав линию связи, он спросил у помощницы, в чем дело.

– Уничтожил всю базу?!

– Один из наших кораблей на орбите Весты попал в облако пыли и…

– В какое еще облако пыли? – раздраженно взвизгнул Хамфрис.

Вервурд опустилась в кресло напротив стола шефа и поведала все, что узнала о нападении Фукса. Хамфрис никогда не видел ее такой потрясенной. Это его заинтриговало.

– Пятьдесят два человека убиты, – повторила женщина. – Экипаж корабля, попавшего в облако пыли… Четверо на борту погибли в результате отказа систем жизнеобеспечения.

– Фукс скрылся? – пытаясь сдерживаться, спросил магнат, хотя уже догадывался об ответе.

– Да. Харбин попытался догнать его, но не хватало топлива и… ему пришлось вернуться.

– Значит, мерзкий слизняк все еще там и по-прежнему досаждает мне. Ущерб становится все больше.

– Ущерб? Это уже не ущерб, Мартин! Это бойня!

– Верно. Именно так это называется: бойня, намеренное уничтожение беззащитных.

– Глядя на вас, можно подумать, будто вы чему-то радуетесь.

– Из произошедшего можно извлечь выгоду.

– Я не понимаю…

– Старатели всегда помогали Фуксу: снабжали топливом, продуктами, поставляли информацию о наших кораблях.

– Да…

– Кто-то рассказал про базу на Весте, а теперь он убил несколько десятков своих же товарищей. Там ведь были строители, простые рабочие, так?

– Думаете, они отвернутся от него?

– Конечно!

– А вдруг отвернутся от вас? – спросила Вервурд. – Решат, что работать на «КСХ» опасно, и не станут сотрудничать ни за какие деньги?

– Потому-то мы и разыграем свою козырную карту! Ставенджер, кажется, намекал на мирную конференцию. Правительство Земли наверняка сунет свой нос в это дело, и Дуглас хочет их опередить.

– Мирную конференцию?

– Да. «КСХ», «Астро», Селена и даже земляне пришлют на нее своих представителей. Четко и точно разделить Пояс Астероидов – и никаких больше столкновений.

– А кто будет представлять самих старателей?

Хамфрис засмеялся.

– Зачем они там нужны? В игре участвуют только «большие мальчики»!

– Но ведь речь пойдет о них. Нельзя делить между собой Пояс, не спросив его жителей.

– Ты плохо знаешь историю, Диана! В двадцатом веке в Европе поднялся большой шум вокруг страны под названием Чехословакия, которая сейчас уже не существует. В то время Германия хотела завладеть ее территорией. В итоге англичане и французы встретились с немцами в Мюнхене и решили судьбу Чехословакии. Чехи в конференции участия не принимали.

– А год спустя вся Европа ввязалась в войну… Я знаю историю гораздо лучше, чем вы думаете. Нельзя проводить конференцию без участия старателей!

– Правда?

– Таким образом вы собственноручно кинете их Фуксу в объятия. Старатели потянутся к тому, кто сможет противостоять захватчикам.

– Неужели? – спросил он, нахмурившись.

– Конечно!

– Хм-м. Об этом я действительно не подумал. Может, ты и права.

– А если вы включите в делегаты конференции их представителя…

– То автоматически возьму их себе в союзники, – закончил Хамфрис.

– Не согласится с урегулированием вопроса только Фукс.

– Правильно!

– Таким образом, он останется один. Помощь иссякнет, и он будет вынужден прекратить свою дурацкую борьбу.

Хамфрис скрестил руки за головой и откинулся на спинку кресла.

– А еще ему придется предстать перед судом за убийство строителей на Весте. Здорово! Лучше не придумаешь!

47

К великому удивлению Джорджа Амброза, его избрали мэром Цереры. Как только жители подтвердили свою готовность избрать законную администрацию, прошли всеобщие выборы. В основном люди согласились провести голосование, чтобы кто-то мог их официально представлять и защитил от беззакония, которое превращало Пояс Астероидов в зону войны. Разрушение базы на Весте стало последней каплей. В ходе того нападения погибли два десятка постоянных жителей Цереры.

Аманда пыталась отгородить себя от жестоких поступков мужа, полностью погрузившись в борьбу за установление на Церере законов и порядка. Она без устали работала над созданием исполнительных органов власти. Месяцами искала в базах данных правительственные организации, которые могли бы предложить подходящий проект конституции. Однако как только она составляла наконец определенный свод законов и выносила на голосование, старатели разносили его в пух и прах. Она по кусочкам собирала все заново и представляла на всеобщее обсуждение новый документ, в котором учитывались предыдущие замечания. Наконец с огромным нежеланием жители проголосовали за создание администрации. Кадровое обеспечение правительства трудностей не вызвало: на Церере было много кандидатур для разной работы. Многие из них обрадовались идее получать настоящую стабильную зарплату, но, помимо них, свою лепту в общественную работу должен был вносить каждый житель.

Затем наступила очередь избрания членов правящего совета. Проблему решили просто: компьютер произвольно отобрал семь постоянных жителей Цереры. Никто из них не имел права отказаться от этой «чести», а точнее – ответственности. Аманду в ходе этой компьютерной лотереи не выбрали, что ее разочаровало. А Джорджа выбрали, но он разочаровался еще больше.

На первом же заседании совет избрал Джорджа председателем, или иначе – мэром Цереры, несмотря на его яростные протесты.

– Я все равно не сбрею бороду! – заявил он.

– Не беда, Джордж, – сказала одна из членов совета. – Главное, поменьше сквернословь, пожалуйста.

Таким образом, Джордж Амброз стал официальным представителем старателей на конференции. Когда-то он жил на Селене беженцем и обыкновенным воришкой, а теперь ехал туда в качестве мэра Цереры.

– Один я не поеду! – заявил Джордж. – Мне нужна поддержка.

Совет постановил отправить вместе с ним двух помощников. Новоиспеченному главе администрации предстояло решить, кто поедет с ним на Селену. Первого человека было нетрудно выбрать: доктор Крис Карденас. Второго – наоборот – трудно вдвойне. Аманда удивила Джорджа тем, что вызвалась сопровождать его в качестве второго лица. Девушка пришла к нему домой однажды вечером и сказала, что хочет ехать в составе делегации от Цереры.

– Ты? – удивился Амброз. – Как это?

Аманда опустила взгляд.

– В создание администрации я вложила столько же усилий, сколько и остальные. И даже больше! Я заслуживаю поездку с тобой.

– Знаешь, это вовсе не отпуск и не прогулка! – обеспокоено сказал Джордж.

– Понимаю.

Он предложил ей свой лучший стул, но она лишь покачала головой и осталась стоять в середине единственной комнаты. Аманда выглядела спокойной и решительной. «Грязновато здесь, – осознал Джордж. – Постель не убрана, посуда не вымыта». Казалось, Аманда ничего этого не замечала. Девушка задумчиво смотрела куда-то вдаль. «И что она там видит?» – думал Амброз, глядя на нее.

– Там Хамфрис. Ты не забыла? – сказал он наконец.

Аманда кивнула. Ее лицо осталось невозмутимым, как будто она боялась показать свои истинные чувства.

– Ларс не одобрит такую поездку.

– Знаю, – сказала она почти шепотом. – И уже все обдумала, Джордж. Я решила поехать с тобой. Только Ларс не должен ничего об этом знать. Не говори ему, пожалуйста.

– А как бы я сказал? Мы держим связь только через тебя, – промолвил он, задумчиво почесав бороду.

– Понимаешь, надо сделать все возможное, чтобы положить конец этому сумасшествию. Надо спасти Ларса до того, как его найдут и убьют!

Джордж кивнул, наконец уяснив, куда она клонит. По крайней мере ему показалось, что он уяснил.

– Хорошо. Можешь ехать с нами. Я рад, что ты составишь мне компанию.

– Спасибо, – сказала она, улыбнувшись. Однако радости в этой улыбке не было.

Аманда два дня боролась с совестью, прежде чем решила попросить Джорджа взять ее с собой на Селену. Ларс не хотел, чтобы она приближалась к Хамфрису, особенно в его отсутствие. Сама она Хамфриса больше не боялась: чувствовала, что сумеет с ним справиться. «Мартин не причинит мне вреда, – говорила себе она. – К тому же рядом будут Джордж и Крис».

Хотя ее тревожила реакция Фукса, Аманда после двухдневной внутренней борьбы все же решила ехать. Втайне от мужа.

Над разрушенной базой на Весте встретились двадцать два корабля. Облако пыли, поднявшееся вверх после атаки Фукса, рассеялось, но Харбин не видел руин базы. Не осталось даже кратера, в котором она располагалась. Все вокруг покрылось паутиной свежих впадин. Пейзаж на поверхности напоминал Харбину шрамы, которые оставляли гигантские щупальца спрутов на кашалотах.

Дорик Харбин стоял на мостике «Шанидара» и с легкой иронией смотрел в иллюминатор. Человек, который дорожил своим уединением и не хотел ни от кого зависеть, теперь стал капитаном целой флотилии, в составе которой были танкеры, истребители и даже мобильные космические станции наблюдения, которые раскинулись сетью в темной пустоте Пояса. И все ради одной цели – поймать Ларса Фукса.

Харбин предпочитал работать один, но он все же признавал, что поймать Фукса в одиночку не сможет. Пояс огромен, а мишень слишком подвижна и неуловима. Искатели продолжали втайне поставлять «Наутилусу» топливо, продовольствие и информацию. Безумец по-прежнему боролся против империи «КСХ». Наверняка «Астро» тоже помогала ему. Доказательств этому не было, однако продолжающиеся атаки Фукса многими приветствовались.

Хамфрис не сомневался, что за успешными атаками Фукса на самом деле стоит «Астро». По словам Дианы, босс был вне себя от злости и готовился потратить сумасшедшие деньги на поиски Фукса и его ликвидацию. Флотилия Харбина стала тем орудием, с помощью которого магнат собирался уничтожить надоевшего противника. Расходы на подобное войско были, конечно же, несоизмеримы с ущербом, который причинил своими атаками Фукс. Однако Хамфриса затраты не интересовали: он хотел уничтожить Фукса любой ценой раз и навсегда.

Диана… Харбин ощущал в душе, что она стала частью его жизни. Даже на таком расстоянии он чувствовал, как она защищает его от гнева Хамфриса. Именно Вервурд убедила магната дать Харбину мощную флотилию для ликвидации Фукса. Именно Диана будет ждать его, когда он вернется с мертвым телом Фукса на борту.

«Что ж, – думал он, глядя на экраны дисплеев с изображением кораблей, – теперь у меня есть все необходимое для завершения работы. Дело за малым».

Автоматические станции наблюдения были готовы активировать зонды и сканировать Пояс квадрат за квадратом. Харбин отдал приказ начать операцию.

На лице Мартина Хамфриса читалось удовлетворение. Он сидел во главе длинного обеденного стола. Справа сидела Диана Вервурд.

– Извини, что опоздал. – Хамфрис велел официанту разливать вино. – Я разговаривал по телефону с Дугласом Ставенджером.

Вервурд знала, что Хамфрис ждет от нее вопроса о подробностях разговора, однако она молчала.

– Дуг добился своего, – сказал наконец Хамфрис немного раздраженно. – Мирная конференция пройдет прямо здесь, на Селене. Земля согласилась прислать второго человека в правительстве – Уилли Дитерлинга.

Диана Вервурд сделала удивленный вид.

– Того самого, который вел переговоры по урегулированию обстановки на Ближнем Востоке?

– Да.

– А старатели пришлют своего представителя?

– Трех. Большого австралийского увальня и двух помощников.

– Кто будет представлять «Астро»?

– Наверное, Панчо. Она постепенно становится лидером в совете директоров.

– Значит, встреча будет интересной, – сказала Вервурд.

– Возможно, – согласился Хамфрис.

Ларс Фукс хмуро смотрел на своего гостя. Ив Сен-Клер был старым другом, Фукс знал его еще с университетской скамьи в Швейцарии. Однако теперь былой дружбе пришел конец, Сен-Клер упорно отказывался ему помочь.

– Мне нужно топливо, – повторил Ларс. – Иначе мы погибнем, понимаешь?

Оба мужчины находились на тесном мостике «Наутилуса», в стороне от экипажа. Фукс отдал монголам приказ оставить их наедине. Сен-Клер стоял напротив, скрестив руки на груди. Безусыми юнцами они в студенческие годы вместе бегали по девчонкам. В те дни Ив носил модную одежду, и друзья шутили, что он, наверное, разорил семью, тратя столько денег на наряды. За годы работы в Поясе Сен-Клер заметно поправился и выглядел как благополучный буржуа средних лет. Аккуратно сшитая туника голубого цвета лишь немного скрывала его раздавшуюся талию.

– Ларс, это невозможно! – сказал Сен-Клер. – Даже со старым другом я не могу делиться топливом. Тогда мне не хватит на обратную дорогу к Церере.

Фукс тяжело вздохнул.

– Разница между нами в том, что ты можешь отправить сигнал о помощи, и к тебе на подмогу прибудет танкер. Я этого сделать не могу.

– Да, танкер придет, но ты знаешь, сколько стоит подобное удовольствие?

– Ты говоришь о деньгах, а я – о жизни!

Сен-Клер пожал плечами.

Со дня атаки на Весту Фукс летал на топливе, которое давали дружественные искатели, бороздившие Пояс. Некоторые помогали безвозмездно, других приходилось убеждать. Аманда регулярно отправляла графики полетов знакомых старателей, танкеров и грузовых кораблей, которые покидали Цереру, отправляясь в глубь Пояса. Фукс устанавливал автоматические передатчики на небольших астероидах и передавал зашифрованные идентификационные номера этих объектов Аманде в сверхсжатых сообщениях, а затем «собирал» информацию с миниатюрных датчиков, время от времени посещая эти астероиды. Словно игра в шахматы: Фукс переставлял датчики с одного астероида на другой, прежде чем шпионы Хамфриса успевали их обнаружить и использовать в качестве ловушки.

Теперь все корабли «КСХ» были вооружены и почти никогда не летали в одиночку. Напасть на них становилось практически невозможно. Фукс все чаще прибегал к помощи танкеров и грузовых судов «Астро». Капитаны высказывали недовольство, но все же уступали просьбам Фукса: Панчо дала строгие указания не отказывать Ларсу в любых требованиях.

Фукс был весьма удивлен упрямством старого друга.

– Ив, для меня это действительно вопрос жизни и смерти! – пытаясь сдерживать возмущение, сказал он.

– Но вовсе не обязательно так жить! Не нужно… – начал Сен-Клер.

– Я борюсь за тебя. Пытаюсь противостоять попыткам Хамфриса сделать из всех вас рабов.

– Ах, Ларс, в этой своей борьбе ты убил моих друзей. Наших друзей.

– Подобное часто неизбежно.

– Они – просто строители и ничего плохого тебе не сделали!

– Эти люди работали на Хамфриса.

– Ты не дал им ни единого шанса спастись! Просто безжалостно убил!

– Идет война, а на войне происходят несчастные случаи.

– Они ни в какой войне не участвовали! И я тоже! Именно ты заварил всю эту кашу!

– Неужели не понимаешь? Я же ради всех вас…

– Да ладно, Ларс! В любом случае все скоро кончится. Нет смысла продолжать… личные распри между тобой и Хамфрисом.

– Распри?! Так ты называешь то, что я делаю?

– Все в прошлом, Ларс. Конференция на Селене положит конец…

– Конференция? – удивился Фукс. – Какая конференция?

– Разве ты не знаешь? На Селене. Хамфрис и «Астро» встретятся и договорятся об урегулировании своих проблем и разногласий. Мирная конференция – стоящее дело.

– На Селене?

– Конечно. Об этом уже давно говорят! Даже правительство Земли пришлет Уилли Дитерлинга. Твоя жена в составе делегации с Цереры.

– Аманда полетит на Селену?

– Да. Она, Джордж Амброз и доктор Карденас уже отправились туда. Неужели ты действительно не знал?

«Аманда уехала на Селену! На Селену!.. К Хамфрису!» Сен-Клер смотрел на него со смущенной улыбкой.

– Она не сказала?

– Я все равно заберу топливо, – тихим голосом произнес Фукс. – Как только улечу – вызовешь танкер.

– То есть как? Украдешь?

– Да. Не волнуйся, тебе возместят его стоимость. Ты ведь застраховал корабль, так?

Досье: Джойс Такамайн

Джойс вполне благополучно жила на Луне. Одна. Нет, конечно же, она не давала обет безбрачия. Просто ни к кому не чувствовала привязанности. Она испытывала самодостаточность: достигнуто все, о чем мечталось на протяжении долгих, тяжелых лет юности.

Теперь Джойс была зрелой женщиной, стройной и мускулистой. С годами она закалилась морально и физически, тяжелый труд и холодный расчет изменили ее. Она научилась полагаться только на себя и взошла вверх по лестнице жизни, хватаясь за все, до чего могла дотянуться. На Селене у нее были хорошие перспективы и высокооплачиваемая работа. Джойс чувствовала, что наконец может расслабиться и радоваться жизни.

Однако скоро стабильное существование надоело ей. Жизнь стала слишком предсказуемой и монотонной. Слишком тихой и безопасной, без «огонька». Судьба больше не бросала вызовы. «Я могу управлять офисом вслепую, – думала Джойс. – Какая скука – ежедневно видеть одни и те же лица! Селена – слишком маленький город. Безопасный, уютный, но скучный! Скучный!»

Так, к невероятному удивлению своего начальника, она решила переселиться на Цереру и полетела в Пояс Астероидов в числе группы из нескольких сотрудников «КСХ».

Церера оказалась еще меньше Селены, только в отличие от «лунного рая» – грязной, тесной, пыльной и опасной. Джойс это нравилось больше. В Пояс Астероидов постоянно прибывали новые люди, а в шумном пабе собирался яркий веселый контингент. Она стала свидетелем того, как Ларс Фукс убил там человека – просто воткнул в грудь парня какой-то инструмент, и все! Правда, ранее парень признал, что убил Найлза Рипли и первым попытался застрелить Фукса. Джойс состояла в жюри присяжных, которое признало Фукса невиновным. А когда жители Цереры наконец стали избирать администрацию, Такамайн попала в число избранных членов нового совета путем лотереи. Тогда она впервые в своей жизни по-настоящему что-то выиграла.

48

Хамфрис дал прием в честь делегатов мирной конференции – не пышное дорогостоящее мероприятие, а небольшое застолье группы людей, которые следующим утром встретятся в конференц-зале делового центра Селены.

Панчо Лэйн прибыла первой из приглашенных. Хамфрис приветствовал ее, развалившись в кресле в гостиной. Кроме него, там уже находилась Диана Вервурд в серебристом вечернем платье с глубоким вырезом на спине. Хамфрис по случаю встречи надел черные брюки, рубашку оригинального покроя и вишневый пиджак. Панчо пришла в сиреневом блестящем костюме с украшениями из астероидной меди. Она многое узнала за годы членства в совете директоров «Астро», однако на светских вечеринках все еще чувствовала неловкость.

Вскоре начали прибывать другие гости. Слуги Хамфриса проводили их в богато обставленную гостиную. Уилли Дитерлинг пришел с двумя молодыми джентльменами, которых представил как своих племянников.

– Поздравляю вас с успешным подписанием резолюции по Ближнему Востоку! – сказал Хамфрис.

Дитерлинг самоуверенно улыбнулся и пригладил рукой аккуратную седую бороду.

– Я тут совершенно ни при чем. У противоборствующих сторон просто закончилось оружие. Мне оставалось лишь прекратить продажу нового.

Все вежливо улыбнулись. Дитерлинг продолжал:

– Сегодня, когда Средиземное море грозит затопить Израиль и смыть половину Ирака, обе стороны готовы идти на уступки.

– И все же ваша заслуга… – начал Хамфрис, когда официант принес шампанское.

Внезапно магнат замер на середине фразы и посмотрел куда-то мимо Дитерлинга. Присутствующие обернулись к дверям в гостиную. Там стоял как всегда лохматый рыжеволосый Джордж Амброз; по одну руку от него была Крис Карденас, впервые за последние шесть лет прибывшая на Селену, а по другую – Аманда в строгом белом платье без рукавов. На шее девушки блестело золотое колье.

Хамфрис забыл про Дитерлинга и сломя голову ринулся навстречу Аманде. Во рту пересохло, в горле встал комок. Он судорожно сглотнул и только потом смог пробормотать:

– Здравствуй!

– Здравствуй, Мартин, – ответила Аманда. Хамфрис почувствовал себя глупым школьником перед строгой учительницей. Что же ей сказать?!

Панчо невольно выручила магната, положив конец затянувшейся паузе.

– Привет, Мэнди! – воскликнула она, направившись к подруге. – Как же я рада тебя видеть, моя дорогая!

Хамфрис был почти благодарен Панчо. Девушка бойко представила собравшимся новоприбывших. Через несколько минут пришел и Дуглас Ставенджер с женой.

Пока гости пили шампанское и болтали, Хамфрис подозвал одного из официантов и велел ему поменять таблички на стульях в столовой так, чтобы справа от него сидел не Дитерлинг, а Аманда. Две минуты спустя осторожно подошел дворецкий и прошептал шефу на ухо:

– Сэр, по правую руку от вас должен сидеть господин Дитерлинг. Таков дипломатический протокол.

– Меня не интересует протокол! Немедленно поменяйте имена! – прошипел тот.

На лице дворецкого читалось недоумение.

– Я лично позабочусь об этом, – сказала Вервурд.

Хамфрис кивнул. Она и дворецкий незаметно удалились, а магнат вернулся к Аманде, как бриллиант сверкавшей среди приглашенных.

Ужин был долгий. Велись остроумные разговоры, звучали шутки и смех… Хамфрис не слышал ни слова. Он смотрел лишь на объект своего вожделения. Время от времени Аманда тоже, как и остальные, улыбалась – но не ему. Она мило беседовала с Дитерлингом, сидевшим по другую сторону от нее, со Ставенджером, сидевшим напротив. Хамфрису же не сказала почти ни слова. Магнат тоже молчал, не решаясь обратиться, особенно при собравшейся толпе.

После ужина подали напитки в баре-библиотеке. Когда старинные антикварные часы пробили полночь, гости стали постепенно расходиться. Аманда ушла с Карденас и Амброзом. Панчо – последней.

– Первой пришла, последней уйду, – сказала она, поставив стакан на стол и улыбнувшись на прощание. – Не люблю ничего пропускать.

Вервурд проводила ее до двери. Хамфрис налил себе новую порцию спиртного. Через минуту помощница вернулась с легкой улыбкой на полных губах.

– Она еще красивее, чем выглядит на экране.

– Я собираюсь жениться, – непреклонным тоном сказал Хамфрис.

– Для начала придется набраться храбрости, чтобы заговорить с ней, – промолвила Диана, едва не рассмеявшись.

Хамфрис покраснел от злости.

– Вокруг было слишком много людей! В такой толпе бесполезно говорить.

– Очевидно, ей тоже мешала толпа, – отметила Вервурд.

– Ничего. Все еще впереди!

– Вам не сказала ни слова и другая женщина с Цереры.

– Карденас?

– Да.

– У нас… были в прошлом небольшие расхождения. В то время она еще жила на Селене.

– Это она возглавляла лабораторию нанотехнологий?

– Она.

Кристин Карденас лишили доступа к ее детищу – лаборатории – по вине Хамфриса. Он не сомневался, что Вервурд знает об этом и специально задает неприятные вопросы, а также внутренне посмеивается над его неловкостью при Аманде. «Ей приятно видеть меня в замешательстве».

– Интересно, что они скажут завтра и скажут ли вообще что-нибудь? – задумчиво произнесла Диана.

– Завтра?

– На конференции.

– Ах да, на конференции…

– Жду ее с нетерпением.

– А зря! Тебя-то на ней как раз и не будет!

На секунду глаза Дианы вспыхнули, однако через мгновение самообладание вернулось.

– Почему?

– Потому что в это время ты будешь находиться в медицинской лаборатории. Пришло время для имплантации моего клона.

Самообладание Вервурд растаяло.

– Сейчас?! Но… ведь завтра конференция и…

Однако ее недавняя ирония предопределила решение Хамфриса. Настало время поставить Диану на место и показать, кто здесь хозяин. Теперь эта кошка укротит свой нрав!

– Да. Именно сейчас, – подчеркнул он, наслаждаясь ее растерянностью и шоком. – Я собираюсь жениться на Аманде, а ты будешь вынашивать моего клона.

49

«Как все примитивно! – подумал Харбин, увидев сообщение на экране. – Столько времени и усилий, кораблей, затрат, убийств, а дело решила небольшая измена».

Он сидел в своей каюте и внимательно смотрел на экран. Информацию донес какой-то неудачник, который когда-то работал на Фукса. За ничтожную сумму он залез в компьютер Аманды Каннингем на Церере и выяснил, где тот устанавливает передатчики. Маленькие электрооптические приборы были своеобразной «дорогой жизни» Фукса. Рано или поздно «Наутилус» покажется у тех астероидов, чтобы забрать письма. К тому времени его будут поджидать в засаде корабли Харбина.

Харбин надеялся, что повезет и Фукс появится именно у того астероида, где затаится он сам. «Я должен свести с ним счеты собственными руками! А когда все кончится – буду богат, смогу осесть в каком-нибудь тихом местечке и жить в свое удовольствие вдвоем с Дианой».

Диана Вервурд провела бессонную ночь, раздумывая над предстоящим испытанием. «Во мне будет расти ребенок Мартина Хамфриса. Без зачатия. Я стану почти матерью-девственницей».

Однако юмор ситуации не мог рассеять смутные страхи. Не в силах заснуть, она включила компьютер и принялась искать информацию о клонировании млекопитающих: овец, свиней, обезьян, людей. В большинстве стран Земли клонирование человека запретили. Ультраконсервативные религиозные организации вроде «Новой Морали» и «Меча Ислама» арестовывали и даже казнили ученых за исследования в этой области. И все же существовали лаборатории и частные клиники, финансируемые богачами, где втайне велись эксперименты. Большинство попыток клонировать человека с треском провалилось. У «счастливиц» случались преждевременные роды. Менее удачливые женщины 4 погибали во время рождения клона или производили на свет мертворожденных.

«Итак, шансы родить Мартину здорового сына равны одному проценту из ста. Гораздо больше вероятность того, что я умру». Диана содрогнулась от страшной мысли. И все же иного выхода нет: быть матерью сына Мартина Хамфриса стоит такого риска. «Дорик защитит меня, мы далеко пойдем!..»

Хамфрис проснулся тем утром с улыбкой на лице. «Как же все здорово складывается! – подумал он, вставая с кровати. – Аманда здесь, без Фукса! К моменту завершения конференции жалкий неудачник окажется полностью отрезан от нее и остального мира. У меня появится шанс показать, какую жизнь я могу подарить ей».

Из зеркала на него смотрел толстощекий небритый мужчина с задумчивым взглядом. «Захочет ли она меня? Я могу дать ей все, что только может желать женщина. Отвергнет ли она меня снова? Останется ли верна Фуксу?»

Если Фукс умрет, выбора у нее не будет. Борьба закончится раз и навсегда.

Трясущимися руками Хамфрис взял в руки электрическую зубную щетку. В поисках средства от нервозности перед очередной встречей с Амандой магнат открыл в ванной аптечку и принялся шарить среди различных пузырьков с лекарствами, расставленных в алфавитном порядке. Большинство медикаментов являлись стимуляторами и легкими наркотиками. Препараты готовили выдающиеся ученые, которых Хамфрис держал «на коротком поводке». «Сегодня нужно какое-нибудь успокоительное, – думал магнат. – То, что поможет мне не выйти из себя на конференции, когда станут разглагольствовать разные дураки и тупицы. Не хочу пугать Аманду необузданным нравом, это оттолкнет ее».

Пока он искал лекарства, перед глазами вновь всплыли взволнованные испуганные глаза Дианы Вервурд. Хамфрис попытался вспомнить, сколько женщин уже пытались выносить его клонов, но так и не смог. Некоторые погибли, одна родила урода, не прожившего и дня. Но Диана сильная и должна постараться! А если не выйдет и у нее – что ж, найдутся другие. Десятки других.

Наконец он увидел маленький голубой пузырек, который искал.

«Только одну таблетку! Это поможет мне сдержаться на проклятой конференции. Позже понадобится какой-нибудь стимулятор. Но не сейчас. Позже, когда Аманда будет здесь, со мной».

Панчо надела оранжевую шелковую блузку и костюм такого же цвета с красивым узором. «Конференция очень важна, а я на ней представляю „Астро“. Надо выглядеть на все сто! – думала она. – Наверное, как всегда, приду на мероприятие первой».

Однако, когда девушка зашла в просторный конференц-зал, там уже был Дуглас Ставенджер.

– Привет! – Он махнул рукой в сторону стола, где стояли вазы с печеньем и кофейник. – Ты завтракала?

– От кофе не откажусь, – сказала она, направляясь к столу.

Конференц-зал находился в одной из башен «Гранд Плазы». Внизу стелился неизменный зеленый ландшафт с цветущими кустарниками и деревьями. Там же располагался огромный бассейн, построенный для привлечения туристов, и роскошный театр на открытом воздухе. «Мало народу сегодня на прогулке, бассейн и вовсе пуст», – выглянув в окно, отметила Панчо.

– Панчо, ты действительно попытаешься уладить свои разногласия с Хамфрисом или конференция – пустая трата времени? – улыбнувшись, спросил Ставенджер.

– «Астро» согласна разумно поделить Пояс. Мы никогда не хотели войны. Кашу заварил Хамфрис, – улыбнувшись в ответ, ответила Панчо.

– Все зависит от того, как понимать слово «разумно».

– В Поясе достаточно ресурсов для всех. А Хамфрис хочет присвоить их исключительно себе.

– Ты говоришь обо мне?

Ставенджер и Панчо обернулись и увидели уверенно вошедшего в зал Хамфриса в темно-синем деловом костюме.

– Да. Все то же, что говорила тебе и в лицо, Хамфрис!

– Буду очень признателен, если в присутствии делегатов ты будешь называть меня мистером Хамфрисом.

– Чересчур ранимый сегодня, да?

– А взамен я постараюсь не использовать такие выражения, как «обезьяна» и «неудачница».

Ставенджер устало провел рукой по лбу.

– Да. Кажется, предстоит замечательное утро… – вздохнул он.

И все же конференция прошла гораздо спокойнее, чем предполагал Ставенджер. Прибыли остальные делегаты, Хамфрис переключил свое внимание на Аманду. Та вежливо улыбалась, но не сказала ему и слова.

Когда рядом была жена Ларса Фукса, Хамфриса словно подменяли, он становился другим человеком: вежливым, обходительным, тактичным, честно пытался завоевать ее симпатию или хотя бы дружелюбие.

Ставенджер объявил о начале конференции, и все заняли свои места. Панчо вела себя как истинная леди, Хамфрис демонстрировал любезность. Каждый из них в своем выступлении заявил, что желает только мира и гармонии в Поясе Астероидов, а Уилли Дитерлинг особо подчеркнул важность ресурсов Пояса для жителей Земли.

– На планете миллионы бездомных и голодных, промышленность многих стран полностью уничтожена. Люди остро нуждаются в ресурсах Пояса. Борьба между корпорациями нарушает план поставок на Землю, тем самым устранение последствий природных катаклизмов становится чрезвычайно сложной задачей. Цивилизация на краю пропасти.

– Жители Селены готовы помочь землянам, – сказал Ставенджер. – У нас есть индустриальные возможности. Мы готовы принять участие в строительстве новых заводов и электростанций на орбите Земли.

Конец потоку банальных высказываний положил Большой Джордж:

– Нам всем нужны мир и дружба, но горькая правда состоит в том, что люди в Поясе убивают друг друга.

– Правительство Земли отправит отряды миротворцев на поддержание порядка, – заверил Дитерлинг.

– Нет уж, спасибо. Мы сами наведем порядок, – Джордж свирепо посмотрел в сторону Хамфриса, – если корпорации перестанут подсылать к нам убийц.

– «Астро» не подсылает убийц! – сказала Панчо.

– Да ладно. Ты тоже отправила в Пояс нескольких наемников, – сказал Амброз.

– Только чтобы защитить свою собственность!

– Полагаю, вы имеете в виду некоторых сотрудников «КСХ», предпринявших самовольные действия, – сказал Хамфрис, разведя руками в стороны.

– Точно.

– Я признаю, что некоторые мои сотрудники на Церере – хулиганы, – спокойным тоном произнес магнат.

– Убийцы! – подчеркнул Джордж.

– Да, один из них совершил убийство, но действовал от своего лица. Кстати, его уже достаточно наказали.

– Насколько я знаю, в роли «судьи» выступил Ларс Фукс, – вмешался Дитерлинг.

– Отлично. Вот теперь переходим к сути проблемы, – с довольным лицом кивнул Хамфрис.

– Минуточку! Не надо сваливать всю вину на Фукса. Десятки кораблей независимых старателей подверглись атакам ранее, и это дело рук наемников из «КСХ».

– Ложь! – заявил Хамфрис.

– Неужели? Меня тоже пытался уничтожить один из ваших мясников. Я лишился руки, помните?

– МАА провела слушание по этому вопросу. Нет никаких свидетельств, что напал один из моих кораблей.

– Это еще ничего не означает!

– Не стоит бросать друг другу обвинения, не имея убедительных доказательств! – перебил Ставенджер.

Джордж нахмурился, но промолчал.

– А вот у нас есть доказательства, – сказал Хамфрис, взглянув на Аманду. – Ларс Фукс атакует корабли, крадет топливо, а теперь еще и уничтожил базу, которую мы строили на Весте. В результате жестокого хладнокровного нападения погибли несколько десятков человек. Именно он – причина войны в Поясе. Насилие будет продолжаться, пока его не схватят.

В зале нависла тишина. Никто из присутствующих не сказал ни слова в защиту Фукса. «Даже Аманда!» – счастливо отметил про себя Хамфрис.

50

У этого астероида не было имени, в каталоге он значился под номером 38—4002. Заурядный небесный камень, меньше километра в поперечнике. Несколько недель назад Фукс оставил здесь передатчик, а теперь возвращался, чтобы снять прибор и получить письма Аманды.

«Она улетела на Селену! – повторял про себя Ларс. – На конференцию с Хамфрисом. Не сказав ни слова, даже не намекнув!» Фукс снова и снова вспоминал лицо Сен-Клера, когда тот сообщал ему новость.

«Нет, наверняка обо всем говорится в последнем письме, которое я скоро увижу. Наверняка! И все же она полетела на Селену. К Хамфрису! – Каждый раз, когда Фукс думал об этом, к горлу подступал ком. – Почему не сообщила заранее? Почему?! – мысленно истязал себя он. – Почему не посоветовалась со мной, не обсудила?»

Ответ пугал своей простотой и очевидностью: потому что не хотела.

Фукс едва не ревел от бешенства и разочарования. Приказать экипажу немедленно направить судно к Селене и похитить жену с корабля? Нет, слишком поздно. Они уже на Селене.

«Аманда бросила меня…»

Баки «Наутилуса» были полны. При мысли взять у бывшего друга запасы горючего совесть попыталась что-то возразить, но тут же смолкла: выбора не было. Едва ли они расстались друзьями. Тем не менее Сен-Клер подождал целых четыре часа и только потом попросил помощи.

Фукс сел в кресло первого пилота и задумался. «Сен-Клер знал, что я не причиню ему вреда. Он несколько часов ждал, прежде чем подать сигнал бедствия. Дал мне время, чтобы уйти. Может, несмотря ни на что, все еще считает меня другом? А может, боялся, что я вернусь и отомщу?»

В итоге Ларс пришел к выводу, что Сен-Клер просто избегал рискованных действий. Дружба, конечно же, в прошлом. Во всем виновата война.

«Теперь у меня не осталось друзей. И жены. Я сам оттолкнул ее от себя, подвел к Хамфрису».

– Астероид в зоне видимости, – доложил второй пилот на монгольском языке.

Ларс с радостью переключил свое внимание на компьютер и приказал вывести изображение астероида на экран, указав место установки передатчика.

На мониторе возникла сеть координат. Странно, карта больше не совпадала с визуальным изображением. На поверхности, в пятидесяти метрах от расположения передатчика, появились новые глыбы.

Ландшафт астероидов достаточно изменчив, но на астероиде такого типа не часто появляются кратеры. Это все равно что стукнуть кулаком по гибкой пластиковой оболочке: через несколько секунд поверхность вновь вернется в исходную форму. Ларс напряженно вглядывался в изображение.

Почему здесь появились эти глыбы? Что могло стать причиной таких изменений? В глубине души проснулся профессиональный интерес. Когда-то Фукс, молодой геохимик, прибыл в Пояс, чтобы исследовать астероиды, изучать их природу, состав, заниматься научной работой. Любопытство ученого говорило в нем все сильнее. Что же могло вздуть пузыри на углеродном пористом астероиде?

Сначала Харбин поставил корабль на орбиту вокруг объекта, на котором несколько недель назад Фукс установил передатчик. Однако, чтобы Фукс не заметил их, следовало приблизиться к астероиду на минимальное расстояние. Пилот, покрывшись потом от волнения, неотрывно следил за показателями приборов. Второй пилот – блондинка из Скандинавии – уже несколько раз предупредила об опасности столкновения. И все-таки Фукс не должен их засечь.

Астероид оказался пористым. Харбин принял решение отделить жилой модуль и спрятать его под толстым слоем камней на поверхности; сам корабль с лазерной установкой на борту скрылся из видимости. Прилетев, Фукс увидит лишь новую гору камней. «Троянский конь! – подумал Харбин. – Этот „конь“ может вместить несколько вооруженных солдат. Те займутся Фуксом, пока к ловушке подлетят другие корабли флотилии „КСХ“».

Он посмотрел в холодные голубые глаза блондинки. «Почти такие же, как мои. Наверное, ее предки-викинги когда-то в прошлом напали на мою деревню».

– Это опасно! – сказала женщина.

– Если Фукс появится, он не должен нас заметить раньше времени!

Блондинка попыталась что-то возразить, однако Харбин поднял вверх руку и категорично сказал:

– Выполняйте!

С явным неудовольствием она повернулась к навигатору и передала приказ.

– Давайте сделаем перерыв на ленч, – предложил Дуглас Ставенджер.

Все согласно кивнули и отодвинулись от стола. Напряжение в зале рассеялось. Один за другим делегаты встали, выпрямились и облегченно вздохнули.

Ленч приготовили в другом конференц-зале. Когда делегаты вышли в коридор, Ставенджер слегка дотронулся до руки Дитерлинга.

– Как вы думаете, мы уже достигли какого-то результата? – спросил он дипломата.

Дитерлинг оглянулся на двух ожидавших его племянников, затем повернулся к Ставенджеру.

– Я думаю, небольшого – да.

– По крайней мере Хамфрис и Панчо Лэйн разговаривают друге другом без оскорблений, – с печальной улыбкой промолвил Дуглас.

– Преимущества вежливости нельзя недооценивать! – сказал Дитерлинг. – Без этого мало что можно решить. Очевидно, проблема заключается в Фуксе.

– Хамфрис стремится убрать его со своей дороги.

– Да. Пока он орудует в Поясе, мира там не предвидится.

Ставенджер покачал головой.

– Но Фукс начал… как вы выразились «орудовать» в ответ на насилие, развязанное людьми Хамфриса.

– Сейчас это уже не имеет значения, – почти прошептал Дитерлинг. – Мы обязаны помочь мистеру Хамфрису и мисс Лэйн забыть о прошлых разногласиях. Как говорится, кто прошлое помянет – тому глаз вон. Никаких взаимных обвинений, мести и прочего. Они подпишут мирное соглашение.

– Только вот станут ли его придерживаться в дальнейшем?

– Да. Я уверен. Война – чересчур дорогое удовольствие для обеих сторон. Все рады ее прекратить.

– Если захотят – могут положить ей конец уже сегодня.

– Надо остановить Фукса, – сказал Дитерлинг. – Он – человек непредсказуемый, террорист, который вышел за рамки дозволенного.

Ставенджер нахмурился и мрачно кивнул.

– Значит, надо его остановить.

Во время перерыва Хамфрис решил умыться и заодно выпить еще одну успокоительную таблетку. Он вышел в коридор; одновременно из дамской комнаты напротив вышла Аманда. Она пришла на конференцию в желтом костюме, немного выцветшем от времени, однако в глазах Хамфриса женщина сверкала как звезда.

Коридор был пуст.

– Привет, Аманда! – услышал Хамфрис свой голос.

В ее глазах вспыхнула холодная ненависть.

– Ты намерен убить Ларса, так? – прямо спросила она.

– Убить? Нет. Просто остановить его. Это все, чего я хочу, Аманда. Я хочу прекратить убийства.

– Которые начал ты!

– Теперь это уже не имеет значения. Сейчас проблема заключается в нем.

– Ты ведь не успокоишься, пока не убьешь его?

– Не успокоюсь, – сказал он наконец, проглотив застрявший в горле комок. – Если только ты не выйдешь за меня замуж.

Магнат ожидал увидеть на ее лице удивление. Однако глаза Аманды даже не вспыхнули, выражение на ее лице ни капли не изменилось. Она просто развернулась и пошла прочь по коридору.

Хамфрис направился за ней, но услышал сзади голоса Ставенджера и Дитерлинга. Нет, нельзя делать из себя посмешище! Пусть идет. Пока что… По крайней мере, она не сказала «нет».

51

«Что же могло образовать выпуклости на поверхности астероида?» – снова и снова спрашивал себя Фукс.

«Наутилус» приближался к астероиду. Если они собирались встать на орбиту, то в скором времени нужно начать тормозной маневр.

Жалея, что у него нет приборов для исследования поверхности, Фукс снова отметил, что там появилось несколько заметных кратеров. «Нет, это следы начатых здесь разработок. Такие следы могло оставить специальное бурильное оборудование. Что-то здесь было. Или кто-то…»

Он повернулся в кресле и посмотрел на Нодона.

– Активируйте лазер номер один!

В глазах монгола на миг появилось удивление, однако юноша молча кивнул и покинул мостик.

Снова посмотрев на изображение приближающегося астероида, Фукс решил, что если выпуклости образовались по какой-либо естественной причине, вокруг них должны остаться «траншеи». Но «траншей» не было. Почему? Потому что под насыпями что-то скрыто. Кто и что здесь скрывалось?

– Снизить скорость наполовину! – приказал он пилоту. Азиат молча выполнил приказ.

– Лазер номер два готов, – сообщил по линии связи из технического отсека Нодон.

– Номер два? А что с первым?

– Линии теплоносителей сейчас промываются.

– Активируйте и третий.

– Да, сэр, – ответил Нодон и через секунду уже что-то быстро говорил кому-то рядом.

На экране высветились данные о состоянии лазерных установок. Фукс провел переконфигурацию и теперь мог управлять лазером со своего пульта. Ларс вывел на экран изображение астероида и сфокусировал луч на подозрительной насыпи. На темной неровном полотне внизу появилась красная точка. Одним нажатием на кнопку Фукс выстрелил. Инфракрасный луч был невидим для глаз, однако взметнулся фонтан лавы, разбрызгивая потоки высоко над поверхностью.

С хмурым лицом Фук направил луч на гейзер расплавленного камня. Десять секунд. Пятнадцать… Двадцать…

Насыпь рассыпалась. Несколько фигур в скафандрах бросились в разные стороны, спотыкаясь и падая на грубую каменную поверхность.

– Я так и знал! – закричал Фукс.

Трое азиатов на мостике повернулись к нему.

– Они поджидали, когда мы прилетим взять передатчики, – сказал по внутренней линии связи Нодон.

Фукс никого и ничего не слышал вокруг. Он направил лазер на одну из фигур. Через секунду человек споткнулся и неуклюже упал в малой гравитации астероида.

– Ах, поджидали?! – вскричал Фукс. – Хотели убить меня? Сейчас я вас самих со смертью познакомлю!

В какой-то момент он задумался: кто же находится в этом скафандре? Что за человек, чем он живет, о чем мечтает? Кто способен стать наемным убийцей? Какими качествами должен обладать? Может, этот человек такой же, как и монголы в экипаже «Наутилуса», – отчаявшийся, готовый пойти 4 за любым, кто заплатит деньги? «Очевидно, у них мало опыта передвижений в микрогравитации», – отметил Фукс, глядя на разбегающихся внизу людей. Раненый не двигался, никто из товарищей ему на помощь не спешил.

«Значит, будешь умирать в одиночестве», – молча сказал Фукс и выключил лазерную установку, прежде чем осознал собственные действия. Красная точка все еще искрилась внизу на поверхности астероида.

«Убей или будешь убит». Однако нажать кнопку лазера по живым людям оказалось не так-то легко. Он держал руку в сантиметре от кнопки.

– Два корабля приближаются к нам на большой скорости, – сообщил пилот. – Нет, четыре… Четыре корабля летят прямо на нас!

Фукс знал, что не сможет хладнокровно убить оставшихся на поверхности людей. А еще он знал, что ловушка врагов захлопнулась.

Его словно окатило холодной волной. Они знали, где спрятаны передатчики! Кто-то им рассказал. Но кто? Только Аманде известно, где расположены приборы, но она не способна предать. Наверное, кто-то украл эту информацию и продал Хамфрису.

– Шесть кораблей! – испуганным голосом сообщил пилот. – Все приближаются на максимальной скорости.

– Лазер номер один и номер три готовы! – послышалось по внутренней линии связи.

«Если я стану защищаться – погибнет весь экипаж, – осознавал Фукс. – Хамфрису нужен я, а не они. Только я!»

Внезапно на плечи опустилась невероятная усталость. «Все кончено! Что принесли мне все эти убийства, борьба? Что принесли другим?.. Я привел экипаж в ловушку. Попался, как последний дурак! Я потерял все!»

Со странным чувством покорности и смирения Фукс активировал внешнюю линию связи и сказал:

– Говорит Ларс Фукс, капитан «Наутилуса». Не стреляйте! Мы сдаемся!

Харбин слушал слова Фукса о капитуляции и мысленно проклинал Мартина Хамфриса за всю эту армаду кораблей. «Я бы с ним справился! – злобно думал он. – Получив сведения о местонахождении передатчиков, я мог бы и сам его поймать, без свидетелей».

Будь Харбин один, он бы разрезал корабль Фукса на мелкие куски и убил всех на борту до последнего, а потом отвез мертвое тело Фукса Диане и ее боссу. Хамфрис восторжествовал бы над давним врагом, а Харбин получил заслуженную награду. А потом забрал бы Диану и оставил Хамфриса упиваться долгожданной победой.

Однако сейчас в его флотилии больше сотни людей. Смешно полагать, что они промолчат, если Харбин убьет Фукса после того, как тот сдался. Возникнут серьезные проблемы. Кто-то из них обязательно поведает об этом СМИ или шпионам «Астро».

Нет. Несмотря на желание немедленно прикончить Фукса, Харбин знал, что должен взять себя в руки и не давать волю чувствам. Надо доставить пленника на Цереру.

Харбин усмехнулся. У этого парня в последнее время появилось достаточно врагов. Его будут судить и наверняка казнят.

52

Процедура имплантации клона оказалась не такой ужасной, как ее представляла Диана.

Вервурд потребовала, чтобы весь обслуживающий медицинский персонал состоял только из женщин, и медицинский департамент Селены выполнил ее пожелание. Все улыбались, были необычайно внимательны, беседовали тихо и спокойно. После инъекции снотворного ее привезли в небольшую операционную. В помещении чувствовался холод. На столе с инструментами стоял пластиковый контейнер, из которого шел холодный пар. Там находился замороженный эмбрион.

«Словно на столе палача во времена испанской инквизиции, – подумала Диана. – Инструменты лежат так близко, на потолке горит яркая зловещая лампа…» Мучители столпились вокруг нее в хирургических масках и перчатках.

Она сделала глубокий вдох. Ноги закрепили ремнями.

– Попробуйте расслабиться, – произнес спокойный женский голос.

Хорошенький совет! Сами бы попробовали!

Дитерлинг сидел справа от Хамфриса, Панчо – напротив. С другой стороны расположился Большой Джордж, и это магнату не нравилось. Рыжеволосый великан выглядел устрашающе, даже когда молча сидел рядом и слушал болтовню других. Аманда сидела за Амброзом. Хамфрис не мог даже взглянуть на нее: мешало мощное тело австралийца.

– В сути любого соглашения лежит компромисс, – почти в десятый раз повторил Дитерлинг. – А компромисс невозможен без доверия.

«Небось мечтает о Нобелевской премии за свою работу на Ближнем Востоке, – подумал Хамфрис. – Успех этой конференции ему не так уж важен. И все же у него слишком серьезный вид… Такое впечатление, что вся его жизнь зависит от того, что здесь сегодня происходит».

Сидевшая напротив Панчо посмотрела на Хамфриса долгим взглядом и затем обратилась к Дитерлингу:

– «Астро» готова идти на компромисс. Я уже не раз говорила: в Поясе столько богатств, что хватит на всех. Нужно лишь договориться.

Ставенджер покачал головой.

– Вряд ли вам удастся разделить Пояс так, как Португалия и Испания в шестнадцатом веке разделили между собой Новый Свет.

– А как насчет независимых старателей? – спросил Джордж. – Нельзя же просто так отдать Пояс корпорациям!

– Сейчас в первую очередь требуется принять соглашение об остановке насилия. Соглашение, которое провозгласит мир и уважение прав всех людей.

В кармане Хамфриса зазвонил телефон.

– Извините, – сказал он, вынимая аппарат. – Наверное, очень важный звонок, так как я просил не беспокоить меня сегодня в первой половине дня.

– Что ж, по-моему, самое время сделать небольшой перерыв, – отозвался Ставенджер.

Хамфрис вышел в коридор. Остальные тоже медленно встали и направились к выходу из конференц-зала.

Активировав наушник, Хамфрис увидел на маленьком дисплее пометку «Срочно». Через секунду на экране появилось бородатое лицо Дорика Харбина.

– Сэр, мы поймали Фукса и всех его людей. Направляемся на Цереру.

«Убей его! – хотелось закричать Хамфрису. – Убей!» Однако вместо этого он обвел туманным взглядом конференц-зал. Остальные делегаты стояли возле стола с закусками. Аманды среди них не было – наверное, пошла в дамскую комнату.

Зная, что Харбин получит его ответ только через полчаса, Хамфрис сухо произнес:

– Хорошая работа. Не упускайте его. Если попытается сбежать – примите соответствующие меры.

«Соответствующие меры» – значит «убить подонка, если он хотя бы моргнет». Так сказал Харбину Григорий.

Хамфрис отключил телефон и кинул его в карман пиджака. В ушах стучал пульс, над верхней губой выступил пот. «Все кончено! – подумал он, пытаясь себя успокоить. – Я поймал его, теперь Аманда моя!»

Участники конференции направились по своим местам. Вернулась в зал Аманда. Хамфрис откровенно любовался ей: с годами она стала еще лучше, более зрелой, более уверенной в себе.

Ставенджер бросил взгляд в его сторону, и магнат едва сдержался от ехидной усмешки. Еще немного постояв, Мартин присоединился к остальным.

– Я должен кое-что сообщить! – сказал он, взявшись обеими руками за спинку своего кресла.

Взгляды присутствующих обратились к нему.

– Суть нашего разговора неизменно сводилась к человеку по имени Ларс Фукс и его бандитам.

Дитерлинг кивнул.

– Проблема решена, – сказал магнат, метнув взгляд на Аманду.

На миг в ее глазах вспыхнул страх, но она быстро взяла себя в руки и смело посмотрела в упор на Хамфриса.

– Ларс Фукс арестован. Он находится на борту одного из моих кораблей, который направляется на Цереру. Там пройдет суд.

В зале нависла тишина. Аманда медленно встала с места.

– Прошу прощения. Я должна связаться с мужем.

Повернувшись, девушка направилась к двери. Панчо тоже хотела встать, но передумала.

– Ладно, – сказала она, – раз ничто больше не стоит у нас на пути, можем вплотную заняться урегулированием вопроса.

Хамфрис кивнул. «Негодяй больше не станет вмешиваться в мои дела! Скоро он вообще исчезнет. Навсегда».

53

– Когда мы прибудем на Цереру, вы отпустите мой экипаж? – спросил Фукс.

– Вопрос не ко мне. Решение будет принимать… – начал Харбин.

– Мартин Хамфрис. Я знаю.

Харбин изучающе посмотрел на пленника. Они сидели за маленьким столом на мостике «Шанидара» – единственном месте, где двое людей могли беседовать наедине. Люк в помещение закрыли по приказу Харбина. Фукс выглядел крайне настороженным и подавленным, когда впервые вступил на борт «Шанидара». У него был взгляд побежденного. Харбин не раз видел подобный взгляд. Человек прекращает борьбу, понимая, что надежды больше нет. Окончательная победа наступает, когда воля врага сломлена. Однако сейчас, после порции еды и нескольких часов на обдумывание новой ситуации, уверенность частично вернулась к Фуксу.

Несмотря на небольшой рост, пленник был крепкого телосложения. Маленький, но смертельно опасный, бесстрашный зверек с острыми зубами. «Как росомаха», – подумал Харбин.

Несколько секунд он размышлял над тем, что случится, если Фукс попытается броситься на него. Конечно, Харбин сумеет с ним справиться, несмотря на явную силу и потенциальную свирепость Фукса. «Убей я его при самозащите, это облегчило бы все дальнейшее. Может, спровоцировать? Наверное, слабое место Фукса – жена».

Затем Харбина осенила другая мысль: потребуется хотя бы один свидетель. Однако если рядом будет находиться еще один человек, Фукс станет вдвойне осмотрительней. «К тому же если я попытаюсь спровоцировать его, свидетели вряд ли дадут показания в мою пользу».

– Где члены моего экипажа? Что вы с ними сделали? – прервал молчание Фукс.

– Они размещены на других кораблях «КСХ». По два человека на каждом. Так безопаснее – вдруг захотят натворить глупостей?

– Надеюсь, с ними хорошо обращаются.

Харбин кивнул.

– Да, до тех пор, пока они ведут себя нормально.

– Прошу вас отпустить их, как только прибудем на Цереру.

Едва сдерживая ухмылку от растущей наглости собеседника, Харбин сказал:

– Я уже говорил, что решение будут принимать вышестоящие лица.

– Всю ответственность я беру на себя.

– Естественно. В этом никто не сомневается.

Некоторое время Фукс молчал.

– Думаю, рано или поздно придется поговорить с Хамфрисом лицом к лицу, – произнес он наконец.

– Сомневаюсь, что он захочет с вами разговаривать, – заметил Харбин.

– Что касается моего экипажа…

– Мистер Фукс, – прервал его Харбин, вставая с кресла, – судьбу вашего экипажа решать не вам и не мне!

Фукс тоже встал. Он едва доставал Харбину до плеча.

– Думаю, будет лучше, если вы останетесь на все оставшееся время полета в отведенной вам каюте. Мы прибудем на Цереру менее чем через тридцать шесть часов. Еду вам будут приносить.

Фукс промолчал. Харбин проводил его по коридору в каюту. На двери не было даже замка. Ну и что? Харбин хитер: он догадался разделить экипаж «Наутилуса» и поместить по два пленника на каждый корабль.

«Я здесь один, – принялся размышлять Фукс, когда дверь в каюту закрылась. Ларс тяжело опустился на койку. – Как ослепленный филистимлянами, преданный всеми Самсон. Слепой в Газе… Радует лишь одно – меня выдала не Аманда. Она никогда бы не предала меня. Никогда!» Фукс хотел верить в это всей своей душой.

– Итак, суть нашего соглашения заключается в том, что «Астро» и «КСХ» распустят свои военные отряды в Поясе и позволят независимым старателям спокойно работать.

– А также не будут устанавливать чрезмерно низкие цены на руду, – добавил Хамфрис.

– Да, никакого контроля над ценами! – согласилась Панчо.

– Извините за прямоту, но не считаете ли вы отказ признавать контроль за уровнем цен эгоистичным?

– Не считаем, – крякнул Хамфрис.

– Спрос и предложение работают в первую очередь на благо покупателя, а не продавца. Вам так не кажется? – парировала Панчо.

– Однако руду покупают и у независимых старателей.

– Я не экономист, но… – нахмурившись, пробормотал Дитерлинг.

Ставенджер коснулся руки дипломата.

– Доктор Дитерлинг, думаю, вы не представляете, насколько неисчерпаемы богатства Пояса Астероидов. Там триллионы, секстиллионы тонн! Мы едва начали царапать поверхность, если можно так выразиться.

– Контроль над ценами пойдет на пользу лишь старателям, а не потребителям на Земле, – упрямо заявил магнат.

– И на Селене, – добавил Ставенджер.

Несмотря на опасения по поводу неконтролируемых цен на астероидную руду, которые могут противоречить интересам Земли, Дитерлинг согласился закрыть этот вопрос и предоставить «Астро» и «КСХ» прийти к соглашению. Выносить решения и постановления по той или иной корпорации уполномочили МАА.

– Осталась лишь одна проблема, – заметил Ставенджер, когда все собрались подвести итоги конференции.

– Что еще? – буркнул Хамфрис, повернувшись в кресле в сторону Дугласа.

– Выполнение положений договора на практике. В проекте соглашения не учтены меры по насаждению закона.

– Не верите, что мы будем соблюдать свои же собственные соглашения? – спросил Хамфрис.

– «Астро» можете смело доверять, – усмехнулась Панчо.

– Конечно, – улыбнулся в ответ Ставенджер. – Но лучше отразить все это на бумаге.

– Поддержанием мира – если потребуется, силой – займемся мы, – спокойно произнес Джордж.

Все взгляды обратились к нему.

– Вы? Старатели? – усмехнулся Хамфрис.

– Теперь у нас есть администрация, – сказал Амброз. – Мы будем сами поддерживать порядок на Церере и в Поясе. Любые жалобы старателей отныне рассматриваются на нашем совете.

– Как вы можете…

– Все пути в Поясе идут через Цереру, – объяснил Джордж. – Там корабли оснащаются и проходят технический осмотр. Мы держим запасы воды и горючего, продовольственные склады и даже резервуары с кислородом. Мы будем сохранять для вас мир и порядок. Это и в ваших, и в наших интересах.

– А получится ли? – спросил Дитерлинг, повернувшись к Ставенджеру.

– Постараемся, – сказала Кристин Карденас, сидевшая напротив Амброза.

На лице основателя Селены появилось странное выражение.

– Выходит, старатели получат политический контроль над Поясом, – пробормотал Дуг.

– И правильно! – заявила Карденас. – Жители Цереры должны иметь возможность самостоятельно решать свою судьбу и управлять своим домом.

Дитерлинг перевел взгляд с нее на Ставенджера.

– Это огромная власть. Весь Пояс Астероидов…

– Не волнуйтесь! Мы справимся, – серьезным тоном сказал Джордж.

54

Конференция закончилась. Делегаты встали из-за стола и направились к дверям. Хамфрис остался сидеть со сложенными руками, погрузившись в раздумья.

– Ты не спешишь домой? – поинтересовалась Панчо.

– Сейчас пойду.

Ставенджер вышел с Дитерлингом и его племянниками в коридор. Большой Джордж и доктор Карденас ушли еще раньше. Джордж первым вылетел из зала, как школьник с надоевшего урока.

– Не думаю, что Мэнди вернется, – сказала Панчо.

– Посмотрим, – сказал магнат, выдавив улыбку.

– Ага! Как же! Жди!

Она вышла из зала, оставив его одного.

Магнат включил настенный экран. На дисплее появился логотип Селены: очертания мужчины и женщины на фоне полной Луны. Лениво просматривая картинки в компьютере, он остановился на карте Пояса Астероидов: путаница орбит, напоминавшая гигантскую паутину.

«Итак, независимых старателей больше не трогать, – сказал себе Хамфрис. – Мы не будем посягать на них и их дурацкое правительство. Теперь это лишнее. Независимые будут продавать добытое либо мне, либо „Астро“. Третьего не дано».

Хамфрис сделал вдох и задумался. Пришло время настоящей борьбы: борьбы с «Астро». «А когда она завершится, корпорация Рэндольфа будет у меня в кармане, и я получу полный контроль над Поясом Астероидов. Полный контроль над всей Солнечной системой!»

Тут, словно по мановению волшебной палочки, в конференц-зал вошла Аманда.

Хамфрис заворожено уставился на объект своего вожделения. Она выглядела как-то по-другому, но все еще оставалась самой прекрасной женщиной, которую он когда-либо видел в жизни. Хотя что-то в ней изменилось. Ее взгляд почти лишал его мужества и присутствия духа. Глаза Аманды были спокойными: значит, она не плакала. «Аманда не льет слез по мужу!» – радостно отметил про себя Хамфрис.

– Мне не разрешили с ним поговорить, – сказала она таким тихим голосом, что он едва расслышал.

Девушка пересекла конференц-зал и приблизилась к нему.

– Слишком большое расстояние для разговора в реальном времени, – сказал Хамфрис.

– Они даже не приняли мой звонок. Сказали, что ему запрещено получать письма.

– Да.

– По твоему приказу!

– Да.

– Собираешься убить его?

Хамфрис избегал ее решительного взгляда.

– Полагаю, Фукса будут судить. Он убил слишком много людей.

– А дашь ли ты ему дожить до суда? – спросила Аманда ровным, без ноток упрека, голосом.

Чувствуя себя крайне неприятно, Хамфрис переступил с ноги на ногу, продолжая смотреть куда-то в сторону.

– Он настолько бесшабашный, что может попытаться сбежать из под ареста.

– Это бы тебя очень устроило, не так ли? Убийство при попытке к бегству?

Хамфрис подошел к ней ближе.

– Аманда, ты должна смириться. Все кончено. Фукс сам себе вырыл яму и…

– И теперь ты позаботишься о том, чтобы он исчез навсегда?

– Я в этом не виноват! – воскликнул магнат, почти поверив в свои слова.

Аманда молча смотрела ему в глаза. Что она пыталась там отыскать?!

– Чего ты от меня хочешь? – спросил Хамфрис. После секундной паузы она ответила:

– Пообещай мне, что не причинишь ему вреда.

– Старатели сами осудят его за убийства…

– Я понимаю. Речь не о том. Дай слово, что не причинишь ему вреда.

Хамфрис помедлил, затем холодно спросил:

– А что я получу взамен?

– Я отдамся тебе. Ты ведь этого хочешь, не так ли?

– Нет! – выпалил он, словно в горячке. – Выходи за меня замуж, Аманда! Прошу тебя, стань моей женой! Я люблю тебя! Я дам тебе все, что только пожелаешь! Весь мир брошу к твоим ногам!

Его голос звучал почти умоляюще.

– Я хочу лишь безопасности Ларса. Все, что произошло, – произошло по моей вине. Он пострадал из-за меня.

Хамфрис хотел сказать, что сделал все это только ради нее, но не смог. Стоя рядом с ней так близко, Мартин не мог заставить себя лгать.

– Ты действительно являлась одной из причин, Аманда, – но не единственной. Рано или поздно это все равно произошло бы.

– Ларс не оказался бы в центре борьбы!

– Возможно…

– Хорошо. Если хочешь – я выйду за тебя замуж, но только взамен на твое обещание оставить Ларса в покое.

В горле у Хамфриса пересохло. Он молча кивнул.

– Что ж, теперь у тебя есть все, чего ты хотел, правда? – спросила она без злобы в голосе.

Горечи в ее словах не было. В них вообще не было никаких эмоций…

Хамфрис наконец понял, что в ней изменилось. Аманда уже не была той наивной девушкой. Восторженность и веселье исчезли из ее прекрасных голубых глаз. Теперь в них сквозил расчет.

Он не мог найти слов.

– Ты ведь этого хотел, Мартин? – настаивала Аманда.

– Не так… – сказал он, едва узнав собственный голос. – Не как часть сделки.

Аманда пожала плечами.

– Уж так оно есть, Мартин. Мы не можем что-либо изменить. Я выйду за тебя замуж, только если ты пообещаешь не трогать Ларса. Это и есть сделка.

Хамфрис нервно облизнул пересохшие губы.

– Ему все равно придется предстать перед судом на Церере. Я не в силах этому помешать.

– Знаю.

– Тогда договорились.

– Нет, я хочу услышать. Дай мне слово. Здесь и сейчас.

Хамфрис выпрямился.

– Хорошо. Я даю тебе слово, Аманда, что не причиню Ларсу Фуксу никакого вреда.

– Ты не будешь отдавать приказы против него?

– Не буду. Обещаю.

Аманда вдруг почувствовала, что через секунду потеряет сознание.

– Хорошо. Я выйду за тебя, как только будет оформлен развод.

«Или как только станешь вдовой», – подумал магнат.

– Теперь твоя очередь дать обещание, – сказал он вслух.

В ее глазах вспыхнула тревога.

– Обещаю стать тебе хорошей женой. Этот брак будет настоящим, а не фиктивным.

Прежде чем он успел дотронуться до ее руки, она повернулась и покинула зал.

Несколько секунд Хамфрис чувствовал себя в некотором смысле отверженным и даже раздраженным. Однако постепенно начал осознавать: Аманда согласилась выйти за него замуж, согласилась любить его! Это не то романтическое соединение, о котором он мечтал все последние годы, но она пообещала! «Ничего, скоро она перестанет расстраиваться и грустить. Согласие она дала под давлением обстоятельств, поэтому вряд ли рада – пока что… К тому же давит чувство долга по отношению к Фуксу… Ничего, скоро все пройдет! Она привыкнет ко мне, полюбит. Обязательно!»

Внезапно Хамфрис громко расхохотался. Радость нахлынула внезапной волной, и он, словно сумасшедший или необузданный подросток, принялся танцевать от счастья прямо вокруг стола в конференц-зале.

– Аманда теперь моя! – кричал он, подпрыгивая. – У меня есть все, что я хотел! Вся Солнечная система принадлежит мне! Мне!

Большой Джордж с огромным облегчением сел на корабль, направлявшийся к Церере. Его радость не омрачало даже то, что судно принадлежало «КСХ».

– Нам повезло. Будем на Церере через четыре дня, – сказал он Крис Карденас, вынимая из холодильника порцию обеда.

Карденас придерживалась другого мнения.

– Зачем Хамфрис отправляет корабль к Церере на полной скорости? Ведь он почти пустой. Мы – единственные пассажиры, а груза и вовсе нет.

– Из разговоров экипажа я понял, что они едут за тем парнем, который поймал Фукса, – ставя обед в микроволновую печь, сказал Джордж.

В синих глазах Карденас вспыхнуло понимание.

– Ах вот в чем дело! Триумфальное возвращение героя-победителя!

– Не смешно, Крис! Мы должны судить Ларса, и ты прекрасно это понимаешь. Он убивал людей.

– Да, – отчужденно буркнула она.

В этот момент прозвучал сигнал микроволновой печи: еда подогрелась.

– Джордж, а нет ли способа спасти Ларса?

– Конечно, есть, – отозвался тот. – Приговорить к пожизненным каторжным работам или заморозить в крионе на сотню лет.

– Я говорю серьезно!

Джордж сел за маленький столик и открыл упаковку с супом.

– Не знаю, как еще ему помочь. Разве что позаботиться о том, чтобы суд был справедливым. Ларс нажил себе слишком много врагов, Крис.

– Мне бы хотелось найти способ спасти его.

Уже уплетая за обе щеки, Джордж попытался сменить тему разговора.

– Мы сделаем для Ларса все возможное… Я тут подумал, почему бы тебе не заставить нанобитов обогащать руду прямо на астероидах, а?

– Тогда лишатся работы и куска хлеба многие шахтеры.

– Пожалуй, – согласился Амброз. – А если они будут покупать акции компаний, занимающихся подобными нанотехнологическими операциями? Они смогут стать чертовыми капиталистами, а не шляться по астероидам в поисках удачи!

Харбин лично – в сопровождении двух вышибал – отвел Фукса с «Шанидара» в подземный город на Церере. Его вели без наручников, но он знал, что является пленником.

По пути к поверхности астероида Фукс смотрел на все еще не законченную базу на орбите, медленно вращающуюся на усеянном звездами небе. «Закончат ли ее когда-нибудь? – думал он. – Будут ли жить там, как когда-то мечтали мы с Амандой?»

Аманда… При мысли о жене душевные силы покидали его. «По крайней мере она будет в безопасности». Однако в голове звучал насмехающийся голос: в руках Хамфриса ей действительно ничего не грозит. Старый гнев поднялся вновь… и тут же рассеялся. В душе осталось л ишь чувство безнадежности. «Он ее выиграл, а я навсегда потерял…»

Пленника ждала группа из четырех мужчин и трех женщин. Ларс узнал их: бывшие соседи, друзья.

– Мы заберем его, – сказала Джойс Такамайн, у которой, как всегда, было осунувшееся усталое лицо. Взгляда Фукса она избегала.

– Заберете куда?

– Ему предписан домашний арест, – сухо ответила Такамайн. – Он будет ожидать возращения главы нашей администрации у себя в квартире, а затем предстанет перед судом по обвинению в пиратстве и убийствах.

Харбин кивнул в знак согласия и позволил им увести пленника. «Все кончено! – подумал наемник с облегчением. – Я выполнил свою работу. Пришло время получить награду».

Он направился к офису «КСХ», расположенному недалеко в пыльном коридоре. Там улыбающаяся молодая женщина встала из-за стола и лично проводила троицу в апартаменты, расположенные еще глубже в лабиринте тоннелей. Вышибалам выделили одну комнату на двоих, Харбину – отдельные апартаменты.

Его ждало сообщение от Дианы.

«Странно, она должна выглядеть счастливой, – подумал Харбин, – радоваться нашей победе, триумфу…» Однако лицо Вервурд было слишком серьезным, почти мрачным.

– Дорик, я отправила за тобой скоростной корабль. Прилетай на Селену как можно скорее. Фукс пойман, но остается еще много дел. В нашей жизни грядут перемены. Когда приедешь, все тебе расскажу.

Экран погас. Харбин несколько минут, раздумывая, смотрел на дисплей. Ни слова поздравления, вообще ни одного теплого слова… «Впрочем, она никогда не говорила, что любит меня. Я и не ждал любви – прежде».

Харбин устало опустился на кровать, открыл чемодан и принялся искать таблетки, которые могли вернуть спокойствие душе. По крайней мере на некоторое время.

55

Хамфрис провел утро за приготовлениями к свадьбе. Ранее юридический департамент «КСХ» отправил на Цереру для Фукса копию свидетельства о разводе. «Главное украшение на моем свадебном торте, – довольно размышлял Хамфрис. – Может, Фукс после этого известия даже решит покончить жизнь самоубийством и избавит всех от затяжного суда?.. Надо бы купить гостиницу Селены и как следует подготовить ее к свадебному торжеству». Магнат решил устроить сравнительно небольшую вечеринку – всего несколько десятков человек: друзья, партнеры по бизнесу. Он организует первоклассный прием, шикарный!

«Точно, вот нужное слово! Эта свадьба будет особенной, для узкого круга приглашенных и очень шикарной. Аманда наверняка пригласит дурочку Панчо Лэйн. Ну и что? Интересно, сколько у моей красавицы родственников на Земле? Я всех приглашу сюда! Почему бы и нет? Окружу заботой и роскошью. Она полюбит меня со временем, хочет того или нет».

К обеду Хамфрис все еще продолжал улыбаться и напевать себе под нос. Работы много, настроение отличное. За последние несколько дней активных приготовлений обед прямо за письменным столом в кабинете вошел в привычку. Просматривая последние сведения о жизни своих сотрудников, магнат увидел, что Диана отправила на Цереру скоростной корабль, единственными пассажирами на борту которого значились Джордж Амброз и доктор Кристин Карденас. Вмиг помрачнев, он набрал номер помощницы.

– Собираюсь на прогулку по саду, – сказал Хамфрис, когда на экране появилось ее лицо. – Не желаешь присоединиться?

– В общем-то, я хотела немного поработать, чтобы наверстать упущенное вчера, – сухо отозвалась Вервурд.

– Дела могут подождать. Прогулка на свежем воздухе пойдет тебе на пользу.

Она помедлила несколько секунд, затем, кивнув, согласилась.

– Хорошо. Скоро приду.

Хамфрис ожидал, что на Вервурд скажется процедура, которую ей пришлось пройти. Диана и впрямь показалась ему немного другой, чем прежде, до имплантации клона.

– Процедура прошла нормально? – спросил он, когда они шли вдоль вымощенной камнем дороги, между густыми олеандрами и азалиями.

– Отчет у вас, – ответила она, бросив на него косой взгляд.

– Я видел отчет, – с раздражением произнес Мартин. – А спрашиваю, потому что хочу знать, как ты себя чувствуешь.

– О-о! – саркастически усмехнулась Вервурд. – Забота о матери своего сына?

– Угадала.

– Чувствую себя нормально. Как говорится, мать и плод в порядке.

– Вот и отлично.

– Кстати, примите мои поздравления.

– Насчет Аманды? – спросил Мартин, не удержавшись от улыбки. – Спасибо.

Они прошли мимо маленькой скамейки из лунного камня.

– Теперь, когда вы можете иметь детей обычным способом, вы по-прежнему хотите, чтобы я выполнила свою миссию?

– Конечно, хочу! Не забывай – ты говоришь о моем сыне!

– Точнее – клоне.

– Я никогда не позволю тебе сделать аборт! Никогда! У меня будет несколько детей.

– Но этот несет в себе только ваши гены.

– Вот именно.

– И все же он не будет вашей точной копией, – сказала Вервурд с хитрой улыбкой на лице. – Генетически – да, однако на него окажут воздействие энзимы моего тела и…

– Все это я прекрасно знаю, – перебил Хамфрис.

– Не сомневаюсь.

– Что-то ты сегодня дерзкая!

– Почему бы и нет, Мартин? Я ношу твоего ребенка. Ты ведь щедро наградишь меня за это, не так ли?

– Только если ребенок родится здоровым.

– Нет, я не хочу ждать до тех пор. Мне нужна оплата сейчас – место в совете директоров «КСХ». Я его заслужила и буду работать гораздо эффективней, чем твои «старые вешалки».

«Власть! – осознал Хамфрис. – Вот чего она хочет!»

– Это все? – спросил он вслух.

– И деньги. Мне нужно много денег, Мартин. Я знаю, что тебе это совсем не трудно.

Магнат остановился и положил руки на пояс.

– С каких это пор ты обращаешься ко мне по имени?

Она ехидно улыбнулась.

– Я подвергаю себя большому риску, вынашивая твоего клона. Полагаю, это обстоятельство позволяет мне некоторую фамильярность.

– Я так не считаю.

– Что ж, ладно, останемся строго в рамках деловых отношений, мистер Хамфрис. Мне нужно десять миллионов в год.

– Десять мил… Ну ты и размечталась! – Хамфрис издал нервный смешок. – Да я бы мог найти сотню женщин для этой работы, и все они обошлись бы гораздо дешевле!

Вервурд медленно шла впереди по аллее. Мартину не оставалось ничего другого, как последовать за ней.

– Да, наверное, удалось бы найти более дешевую суррогатную мать… однако я стою десять миллионов и не цента меньше.

– Правда? – спросил он зловещим голосом, понимая, к чему она ведет.

– Я многое знаю о вас и ваших делах в Поясе Астероидов, но всегда была верным работником, мистер Хамфрис, и обо всем молчала. Дальнейшее мое молчание стоит десять миллионов в год. Можете основать доверительный фонд, если хотите. Детали обговорим позже.

Хамфрис почему-то не чувствовал злости. Напротив, он почти восхищался ее дерзостью.

– Так вот к чему мы пришли…

– Да.

– Я предполагал, что у тебя может развиться мания величия, и, похоже, не ошибся. Увы, дорогая, не первый раз подчиненные пытаются меня шантажировать.

– Вы считаете, я не стою десяти миллионов в год? – Прежде чем он успел ответить, Диана добавила: – Вряд ли вам удастся легко от меня избавиться. «Несчастный случай» со мной не пройдет. У меня есть отличная страховка.

– Вот почему ты на всех парах тащишь сюда Харбина. Она кивнула.

– Да, он и есть моя страховка. Если попытаетесь предпринять против меня какие-либо действия, Дорик убьет вас. Это у него очень хорошо получается. Спросите Григория: он и сам его боится.

– Неужели?

– И не зря! Так что вздумаете избавиться от меня – будете иметь дело с ним. Гораздо дешевле заплатить десять миллионов. В эту сумму входит двойная оплата: мне и Дорику.

– Ух ты! Настоящая сделка, да?

56

Весь день Ларс Фукс мерил шагами единственную комнату в квартире, словно тигр в клетке. Снова и снова: от двери до кровати и обратно. До кровати, где они спали с Амандой, где занимались любовью…

Ему хотелось кричать, рычать, стучать кулаками по стенам, выломать дверь и бежать, бежать вперед по пыльным коридорам, пока его не застрелят и этот кошмар не прекратится.

Как же ужасно!.. Сидеть под домашним арестом в квартире, которая на протяжении нескольких лет была твоим домом; знать, что твоя любимая находится в миллионах километров и готова стать женой человека, который разрушил всю твою жизнь!.. Лучше умереть, прекратить эту бесконечную пытку!

Случайно посмотрев в зеркало, Фукс увидел перед собой незнакомого человека в мятой одежде, небритого, с лохматыми волосами. Взгляд побежденного и растоптанного.

«Нет! Этому не бывать! Они все у меня отняли, но самоуважение я отнять не позволю. Никто не может его отнять!»

Он скинул грязную, пропитавшуюся потом одежду и пошел в душ. Когда вода автоматически полилась, Ларс вспомнил о высоких тарифах на воду, однако мысленно усмехнулся. Арестованный может не заботиться о таких пустяках. Когда густой пар заволок душевую кабину, Фукс снова подумал о жене. Когда-то они стояли в этой узкой кабине вдвоем… На глаза навернулись слезы.

Наконец помывшись, побрившись и переодевшись в чистую одежду, он попросил компьютер связаться с Джорджем Амброзом. Не прошло и пятнадцати минут, как Большой Джордж постучал в дверь.

– Привет, Ларс. Ты хотел со мной поговорить?

В приоткрытую дверь в тоннель виднелся один из охранников. Даже несмотря на гигиеническую маску, Фукс узнал в юноше Оскара Джиминеса.

– Входи, – сказал Фукс как можно более бодро. – Небольшой перерыв в монотонном существовании мне не помешает.

Джордж закрыл за собой дверь и остался стоять.

– Наверное, часы тянутся здесь бесконечно долго…

– Единственное сообщение, которое я получил из внешнего мира за эти дни, – от юристов Хамфриса. Аманда подала на развод.

– Ох, Ларс, – тяжело вздохнул Ларс. – Прости, мне очень жаль.

– Я не ропщу, – сказал Фукс, почти радостно глядя в полные вины глаза Джорджа. – Какая теперь разница? Меня ведь скоро казнят.

Лицо Джорджа стало еще мрачнее.

– Ну да. Скоро состоится суд. Кстати, тебе потребуется адвокат.

– Я не хочу никакого суда, – сказал Фукс, удивившись собственным словам.

– Я тоже, дружище, но это неизбежно.

– Ты не понимаешь, Джордж. Я признаю себя виновным во всех преступлениях, беру всю вину на себя и прошу выпустить весь мой экипаж на свободу. Ответственность лежит только на мне. Они лишь исполняли приказы.

– Отпустить экипаж?.. – задумчиво почесал голову Джордж.

– Приказы отдавал я, а значит, я и должен отвечать за смерть людей на Весте.

– Ты действительно возьмешь всю вину на себя?

– Да.

– И признаешься в убийстве строителей на Весте?

– Знаешь, если бы ситуация повторилась, я бы сделал то же самое.

Джордж глубоко вздохнул.

– Тогда, полагаю, суд и вправду не понадобится.

– Отпустишь моих людей?

– Придется обсудить это с остальными членами совета, но думаю, против никто не будет. Остается только один вопрос: захочешь ли ты завязать глаза?

Мартин Хамфрис не стал ждать, когда Дорик Харбин прибудет на Селену, и направился на одном из кораблей «КСХ» прямо ему навстречу. Мысль о новых вынужденных тратах не нравилась магнату, и он хотел поговорить с наемником-убийцей в отсутствие Вервурд.

Мартин изучил личное дело Харбина до мельчайших подробностей, однако все же удивился, увидев его своими глазами. Даже в тесной каюте корабля Харбин напоминал хищного зверя. В мощном мускулистом теле бурлила неуемная энергия.

Харбин подготовился к визиту столь важной особы: сбрил бороду, надел тщательно накрахмаленную рубашку с длинными рукавами и брюки цвета хаки. Одежда сидела на нем словно военная форма. Магнат в простом спортивном костюме почувствовал себя не очень уютно при виде Харбина.

Мужчины пожали друг другу руки и вежливо поздоровались. Харбин предложил гостю единственный стул в каюте, а сам присел на край кровати. Он едва заметно напрягся в ожидании разговора с боссом, которого знал только понаслышке, со слов Вервурд и Григория. Даже сидя напротив в непринужденной позе, Харбин производил такое впечатление, будто готов в любую минуту яростно броситься на жертву.

– Я привез вам подарок, – добродушно сказал Хамфрис, показав на настенный экран. – Разрешение на любые нужные вам… медикаменты.

– Вы имеете в виду наркотики?

– Да. Стимуляторы, успокоительные – все, что хотите. Мои фармацевты на Селене снабдят вас всем без ограничений.

– Спасибо.

Наступила тишина. Харбин сидел, изучая гостя подозрительными холодными глазами.

«Надо быть очень осторожным с этим человеком, – сказал себе магнат. – Он как нитроглицерин: малейшая ошибка может привести к взрыву».

– Я хотел встретиться с вами лично, чтобы поздравить с прекрасно выполненной работой, – кашлянув, продолжил Хамфрис. – Вы заслужили свою награду.

– Спасибо.

– Идея отправить копии бортового журнала нескольким людям на Землю очень даже недурна и доказывает, насколько острый у вас ум.

Выражение лица Харбина тут же поменялось. В глазах вспыхнуло любопытство.

– Да, очень острый ум. Но это были совершенно излишние предосторожности, вы зря опасались. Я вам очень благодарен и всегда щедро награждаю людей, которые честно и добросовестно выполняют свою работу. Можете спросить у Григория.

– Да, я предпринял меры предосторожности.

– Понимаю и даже в какой-то мере поддерживаю такое решение. На вашем месте я сделал бы то же самое.

– Вы говорили о награде.

– Один миллион международных долларов перечислят в любой банк по вашему желанию.

Харбин не сдвинулся с места, однако напрягся, как животное в предчувствии опасности.

– Я ожидал больше…

– Правда? Я думаю, миллион – очень щедрая награда.

– Но Диана сказала, что вы заплатите гораздо более значительную сумму.

– Диана? Диана Вервурд?

– Да, ваш личный помощник.

– Она не имеет права делать вам предложения без моего ведома, – строго сказал Хамфрис.

– Но Диана… – начал Харбин.

Хамфрис заставил себя понимающе улыбнуться собеседнику.

– Диана часто забывается. С женщинами всегда одна и та же проблема: стоит только переспать с ними, и они начинают считать тебя своей собственностью.

– Переспать?!

– А вы не знали? Она ничего не говорила? Странные все-таки существа эти женщины!.. Вообще-то она носит моего ребенка.

Харбин медленно встал.

– Носит… вашего ребенка?

Хамфрис пытался не показывать своего страха. Несмотря на дикое желание бежать прочь без оглядки, магнат даже не шелохнулся и невинным голосом произнес:

– Мы узнали об этом лишь несколько дней назад. Диана беременна. Мы уже сообщили эту счастливую новость всем друзьям.

57

От наркотиков стало еще хуже. Харбин уже перепробовал все, что можно. Фармацевты Хамфриса поставляли ему все известные виды «зелья». Рассудок помутнел, однако мысль о предательстве Дианы не покидала. Он прибыл на Селену еще два дня назад и все это время сидел в квартире, которую снял для него Хамфрис, и пытался отогнать всплывающие в голове картины. Наркотики лишь усиливали галлюцинации, делали их физически болезненными. Ничто не могло вернуть душе спокойствие. Напротив, горечь и боль лишь усиливались и становились почти невыносимыми.

«Диана спала с ним, забеременела от него! Каждый раз она обманывала меня, просто манипулировала мной, чтобы я выполнял ее приказы… их приказы! Она сделала из меня посмешище и думает, что это сойдет ей с рук».

В конце концов Харбин понял, что больше не в силах терпеть пытку. Около полуночи он выскользнул из своей квартиры в коридоры Селены: небритый, с опухшими затуманенными глазами, в одежде, которую не снимал уже трое суток. И побрел по коридорам, направляясь к Диане.

Хамфрис спал один в огромной роскошной постели, когда его разбудил телефонный звонок. Ругаясь, магнат сел на кровати и попросил компьютер активировать экран. На дисплее появилось мрачное лицо Григория.

– Объект вышел из квартиры, – без вступления сказал он.

Хамфрис кивнул и оборвал связь. Теперь уже не уснуть. Он взбил подушки, сел, прислонившись к спинке массивного ложа, и снова приказал активировать экран. На этот раз появилось изображение происходящего в квартире Вервурд. Хамфрис знал, что помощница несколько раз обыскивала квартиру в поисках «жучков», однако так и не нашла встроенные в провода микрокамеры.

Четыре темных изображения высветились на экранах в спальне магната. По одной на каждое помещение в квартире Вервурд: гостиная, спальня, кухня и ванная. Он включил инфракрасный режим и увидел, что Диана спит. Двое суток она искала Харбина по всей Селене, но так и не нашла. Хамфрис надежно спрятал его от чужих глаз и все это время усердно пичкал наркотиками, которые еще больше усиливали боль предательства и злили почти до безумия. Несколько лет назад химики и фармацевты Хамфриса разработали новый галлюциногенный препарат с добавлением самых мощных по действию амфетаминов. Однако то, чем люди Хамфриса «кормили» Харбина все эти дни, было гораздо сильнее и могло даже из самого трезвомыслящего человека в считанные часы сделать зверского маньяка.

Теперь Хамфрис сидел на кровати и ждал финала небольшой драмы, которую навлекла на себя Диана Вервурд.

«Подумать только: вздумала меня запугивать! Шантажировать!.. Что ж, теперь ты получишь по заслугам, маленькая дрянь!»

Харбин наконец нашел ее дверь. Прежде чем войти, он помедлил несколько секунд, прислонив кулак к двери. Стучать или нет? Голова шла кругом. Постучать – значит дать ей шанс позвать на помощь. Или время, чтобы спрятать очередного любовника…

Он с легкостью открыл замок входной двери и вошел в тонувшую в полумраке прихожую. Прошло еще несколько секунд, прежде чем глаза привыкли к темноте, затем он медленно направился к двери в спальню. Пахло чем-то отвратительным – это был запах его тела. «Это Диана со мной сделала! Она виновата! Превратила меня в грязную свинью. Как Цирцея в древнегреческом мифе», – подумал он, вглядываясь в тени и пытаясь угадать очертания ее тела на кровати. В очертания, которые делают из человека раба, животное.

Диана спала в постели одна. Харбин грубо отодвинул ногой ночной столик и включил лампу. Вервурд тут же проснулась и с сонной улыбкой удивленно на него посмотрела.

– Дорик, где ты был? Я везде тебя искала!

В следующую секунду она увидела звериный взгляд на его грязном небритом лице и испуганно села на кровати. Простыня упала с плеч.

– В чем дело? Что случилось? Ты выглядишь просто ужасно.

Харбин вытаращил на женщину обезумевшие глаза. Сколько раз он ласкал это тело! Сколько других мужчин ласкали ее?

– Дорик, что произошло?

– Ты беременна? – прохрипел он.

Шок на ее лице стал лучшим ответом.

– Я как раз хотела сказать тебе… – залепетала Вервурд.

– От Хамфриса?

– Да, но…

Дальше Харбин слушать не стал. Неистово схватив женщину за горло, он вытащил ее из кровати и бросил на пол. Вервурд умоляюще сжала ладони на его руках, однако Харбин хватку не ослабил. С губ Дианы сорвался хриплый крик. Сжав шею некогда любимой им женщины еще сильнее, Харбин со всех сил впился ногтями в ее язык и вырвал его изо рта. Крик боли потонул в фонтане хлынувшей крови. Он немного ослабил хватку – чтобы увидеть, как она захлебнется собственной кровью. Стоны боли обезумевшей женщины уже походили на животный рык. Через несколько секунд ее руки безжизненно повисли, и она замертво рухнула на пол у ног палача.

Хамфрис наблюдал за страшной сценой, сидя на подушках у себя в спальне. Желудок свело от отвращения, его вырвало. Он вскочил и бросился в ванную. Предсмертные хрипы Дианы потонули в его собственных рвотных позывах. К тому времени, когда Мартин умылся холодной водой и вернулся в спальню, Харбин уже сидел на коленях рядом с мертвой женщиной и безутешно всхлипывал. Диана лежала рядом с ним в луже крови с остекленевшими от ужаса мертвыми глазами.

«Он вырвал ей язык! – потрясенно повторял про себя Хамфрис. – Господи, настоящее чудовище!»

Снова забравшись под одеяло, он позвонил Григорию.

– У Дианы Вервурд произошел сердечный приступ, – сказал магнат, едва сдерживая дрожь в голосе. – Отправь к ней в квартиру группу надежных людей. Пусть уберут помещение и позаботятся о трупе.

– А Харбин?

– Дай ему транквилизаторов и убери в надежное место. Лучше возьми побольше людей. С ним нелегко поладить.

– Может, избавиться от него?

Хамфрис горько усмехнулся.

– Не волнуйся. Он и так будет молчать. Этот зверь еще пригодится нам для грязной работы.

– Пригодится?..

– Не беспокойся. Я ему найду задание, а пока просто убери его подальше. Никогда больше не желаю находиться с ним в одном помещении! Даже на одной планете!

58

Раздался стук в дверь. Ларс удивленно поднял взгляд.

– Войдите, – сказал он, выключив фильм, который смотрел уже несколько раз.

Это был снова Джордж, на этот раз – еще более мрачный. Фукс встал с кресла.

– Чем обязан?

– Пора, – коротко сказал Джордж.

Даже осознавая, что этот момент неизбежен, Фукс все же удивленно посмотрел на друга. Внутри все перевернулось.

– Уже?

– Да.

Снаружи у двери стояли двое незнакомых вооруженных мужчин в гигиенических масках. Фукс бесстрастно пошел рядом с Джорджем по пыльному тоннелю, пытаясь сдержать першение в горле. Однако пыль была невыносима, и он кашлял снова и снова.

– Надо было взять маски, – пробормотал Джордж.

– Зачем? – обреченно спросил Фукс.

Джордж тоже кашлял. Фукс внезапно осознал, что они идут вверх, в сторону люка на поверхность. «Может, меня решили казнить, отправив на поверхность без скафандра?» – подумал он.

Однако у люка они остановились. Джордж завел пленника в небольшой грот, двое охранников остались стоять в пыльном тоннеле. Удивлению Фукса не было предела: в гроте его ждал весь бывший экипаж «Наутилуса» в полном составе. Взгляды всех обратились к нему.

– Нодон… Саниа… с вами все в порядке?

Все шестеро кивнули и даже улыбнулись.

– Все хорошо, сэр! – ответил Нодон.

– Они покидают Цереру, – сказал Джордж с едва заметным волнением в голосе. – Ваш корабль отремонтирован и заправлен топливом. Экипаж направляется в Пояс.

– Хорошо. Я рад, – кивнул Фукс.

– Ты тоже летишь с ними, – добавил Джордж, нахмурившись.

– Я?.. Что ты хочешь сказать?

– Мы не собираемся тебя казнить, Ларс. Совет принял решение об изгнании. Отныне ты изгнанник, так что улетай и не возвращайся.

– Изгнанник? Но… я не понимаю.

– Решение совета. Вот такие дела, Ларс.

– Изгнание, – повторил Ларс, не веря собственным ушам.

– Да. Некоторым решение может не понравиться, но так постановил совет.

– Джордж, ты спасаешь мне жизнь.

– Если ты называешь скитания в Поясе жизнью, то да – мы спасаем тебя. Просто не пытайся когда-нибудь вернуться.

На протяжении нескольких недель Фукс морально готовил себя к казни. Теперь он осознал, что эта «подготовка» была лишь жалким притворством. Его охватила волна благодарности к другу, на глазах выступили слезы.

– Джордж… я… я не знаю, что и сказать…

– Просто скажи «прощай».

– Да. Прощай, дружище. Спасибо тебе.

Джордж выглядел несчастным, как человек, которого поставили перед трудным выбором.

Надев скафандр, Фукс направился вместе со своим экипажем к люку и взошел на борт челнока, который должен был доставить их к «Наутилусу», ожидавшему на орбите Цереры.

Полчаса спустя, сидя в капитанском кресле на мостике «Наутилуса», Фукс отправил Большому Джорджу последнее сообщение:

– Обязательно заверши строительство орбитальной базы! Построй для всех надежный, крепкий дом.

– Так и сделаем, – ответил тот. – Непременно, Ларс. Не влезай ни в какие проблемы, дружище! Желаю тебе удачи, старатель!

59

Свадьба Мартина Хамфриса стала самым значительным событием в истории Селены. Почти две сотни гостей удостоились приглашения в роскошный сад у особняка магната.

На Панчо Лэйн был светло-сиреневый шелковый костюм, эффектно подчеркивавший стройную спортивную фигуру. В ушах и на запястьях сверкали сапфиры, на шее – такое же колье.

– Потрясающе! – сказал ей Большой Джордж. Панчо усмехнулась. Амброз чувствовал себя не совсем уютно в строгом черном костюме со старомодной бабочкой.

– Насколько я понимаю, – сказала девушка, – мне нужно выглядеть настоящей «шишкой» из крупной корпорации.

– Да. И ты чертовски здорово выглядишь!

– Ты тоже неплохо смотришься сегодня.

– Ладно. Пошли искать свои места.

Все детали свадьбы были тщательно продуманы. Люди Хамфриса скрупулезно контролировали каждую мелочь. На праздничных белых стульях, установленных на зеленом газоне, специально выгравировали имена приглашенных, и каждому гостю выдали специальный номерок для праздничного банкета после церемонии.

Не успели они сесть, как к ним присоединилась молодая и цветущая Крис Карденас в желтом вечернем платье, которое удивительно гармонировало с ее золотистыми волосами.

– Аманда держится молодцом, – промолвила Кристин, словно желая, чтобы было иначе.

– Похоже, – отозвался Джордж тихим голосом. – Позволив всему зайти так далеко, она теперь просто не может отступить.

– Да, Мэнди так никогда не сделает. Она пойдет до конца, – сказала Панчо, сидевшая между Джорджем и Карденас.

– Жаль Ларса, – вздохнула Крис.

– Хорошо хоть он жив. Теперь где-то в Поясе вместе со своими ребятами, – задумчиво произнес Джордж.

– Занимается старательством?

– А что еще остается? На Селене и Земле его ждет неминуемый арест.

Карденас покачала головой.

– И все же несправедливо, что его изгнали.

– Это лучше, чем казнь, – буркнул Амброз.

– Да, но…

– Дело сделано. – Он тяжело вздохнул. – Теперь надо идти вперед, смотреть в будущее.

Панчо грустно кивнула.

– Подумайте на досуге, как наноботы могли бы помочь нам в сортировке руды, – сказал Джордж.

Карденас нахмурилась.

– Я уже говорила – идея плохая…

– Да бросьте! Идея просто замечательная, и вы прекрасно это понимаете. Только…

Громко зазвучал свадебный марш Мендельсона – по случаю своего бракосочетания Мартин Хамфрис пригласил на Селену оркестр с Земли. Все гости встали с мест и повернулись в сторону невесты. Аманда шла в белом роскошном платье до пят; сзади вереницей семенили молоденькие девушки в платьях подружек невесты и несли белый, почти воздушный шлейф. Аманда плыла впереди без улыбки на лице, обеими руками сжимая букет из белых орхидей и роз.

«Вероятно, меня ждет вовсе не ужасная жизнь, – говорила она себе, медленно направляясь к алтарю. – Мартин не чудовище и может быть милым, когда хочет. Просто я должна быть начеку и сохранять контроль над ситуацией».

Однако она тут же вспомнила Ларса, и сердце растаяло. Хотелось плакать, но Аманда не могла. Не должна! Невеста обязана улыбаться, светиться от счастья!

Мартин Хамфрис уже стоял возле алтаря. Более двух сотен людей неотрывно смотрели за тем, как невеста медленно плывет по ступеням вверх к жениху. Хамфрис сиял от радости. Во фраке из темно-бордового цвета он выглядел великолепно.

Священник прилетел на Селену из родового поместья Хамфрисов в Коннектикуте. Большая часть гостей была Аманде незнакома.

Когда епископ начал церемонию, Аманда думала об оплодотворенных яйцеклетках, которые она и Ларс хранили в клинике Селены. Эти зиготы были детьми Ларса, его потомками. И ее!..

Она взглянула на Мартина, который через минуту станет ее законным супругом. «Мы будем вместе спать. Конечно, именно этого он хочет и ждет от меня. Я дам ему все, что он пожелает. Все! Но когда я забеременею – это будет ребенок Ларса, а не Мартина. Уж я позабочусь об этом. Хамфрис никогда не узнает, что я произведу на свет сына Ларса Фукса».

Когда Аманда вслед за Хамфрисом сказала «да», она улыбнулась впервые с момента начала церемонии.

Магнат чувствовал, что стоит около самой прекрасной женщины во всей Солнечной системе. Отныне она принадлежит ему и только ему.

«Я добился всего, что хотел!» – сказал себе Хамфрис. Или почти всего. Он мельком видел Панчо Лэйн среди гостей. Наследница Рэндольфа беседовала с рыжеволосым увальнем и Кристин Карденас. Их пригласила Аманда: это ее друзья. Хамфрис и сам пригласил бы Панчо, только чтобы заставить ее наблюдать за тем, как он овладеет Амандой.

«Панчо считает, что война теперь окончена: старатели под контролем, а борьба между мной и „Астро“ перешла в мирное соперничество». Хамфрис едва не расхохотался. Какая наивность!

Аманда взглянула в сияющее лицо будущего мужа.

«Наверное, думает, что улыбка адресована ей. В общем-то – да, но есть и другие причины. Скоро появятся клоны, и я выберу из них лучших. Однако, кроме того, у меня родится и настоящий сын. От Аманды! Я произведу на свет наследника древним как мир способом, а Аманду заставлю забыть Фукса. Так или иначе, я навсегда выкину этого неудачника из ее памяти. Фуксу конец! Его отпустили, но все равно он – покойник. Мерзавец бессилен. Изгнанник, без друзей и их помощи он пропадет. Я убрал его прочь со своего пути, и теперь старатели под контролем. Сейчас-то и начнется настоящая битва с „Астро“. Я подчиню себе и „Астро“, и Пояс, и всю проклятую Солнечную систему».

В этот момент священник спросил Хамфриса, согласен ли он взять Аманду Каннингем в законные жены. Ответ на этот вопрос, как и на все другие, вертевшиеся в голове, был один:

– Несомненно!

Эпилог

Дорик Харбин вертелся и стонал в безумном наркотическом сне. Он летел в Пояс Астероидов. Врачи-психотерапевты, которых направил к нему Хамфрис, сделали все возможное, но Харбина по-прежнему мучили кошмарные видения умирающей у его ног Дианы. Наркотики не могли стереть из памяти страшные картины и лишь усугубляли болезненное состояние. Порой в страшных кошмарах Харбин видел вместо Дианы свою мать.

Он очнулся, однако кошмар не исчез. Ему чудились последние предсмертные хрипы Вервурд, неподдельный ужас в ее глазах… «Она заслужила смерть, – думал он, глядя в иллюминатор на усеянную звездами бесконечность. – Она врала мне, смеялась надо мной. Диана заслужила смерть!»

«Да, – ответил ненавистный голос в голове, который он не мог заставить молчать. – Все заслуживают смерти! И ты тоже».

Лицо исказила боль, и вспомнилось четверостишие Хайяма:

Мы умираем раз и навсегда.

Страшна не смерть, а смертная страда.

Коль этот глины ком и капли крови

Исчезнут вдруг – не велика беда.

Далеко в Поясе Астероидов Ларс Фукс сидел в капитанском кресле «Наутилуса» и тоже смотрел в пустоту бесконечности.

«Теперь этот корабль и есть мой мир, – сказал он себе. – „Наутилус“ и шестеро чужаков – членов экипажа – все, что у меня осталось. Аманда умерла для меня. Все мои друзья, вся жизнь, любимая женщина – ничего больше нет. Все в прошлом».

Фукс чувствовал себя изгнанным из рая Адамом, которому ангел с пылающим мечом запретил возвращаться. «Я никогда не смогу вернуться! Никогда! Оставшиеся дни я проведу здесь, в этой пустыне. О каком будущем вообще можно думать?!»

Ответ пришел в голову незамедлительно.

«Мартин Хамфрис теперь владеет всем, что я имел, ради чего жил и работал. Даже моей женой!.. Но я еще вернусь! Не важно, сколько времени пройдет, не важно, насколько Хамфрис влиятелен. Я еще возьму реванш!

Я не стану Адамом, слабым безвольным человеком. Нет! Скорее я буду Самсоном. Преданный, закованный в цепи и кандалы, проданный в рабство в Газе, он все же успел отомстить врагам. Даже ценой собственной жизни я отомщу! Отомщу!»

1

Перевод В. Державина.

Content

Бен Бова
На краю пропасти. Старатели

На краю пропасти

Мемфис

Ла-Гуайра

Космическая станция «Галилей»

Ла-Гуайра

Космическая станция «Галилей»

Город Ченсу, провинция Сычуань

Селена

Гуэнка

Селена

Ла-Гуайра

Новый Киото

Ла-Гуайра

Селена

Лондон

Селена

Авиакосмическая корпорация «Мастерсон»

Катакомбы

Административный совет Селены

Альфонс

Космическая станция «Новая Венесуэла»

Селена

Лаборатория нанотехнологий

Бар «Пеликан»

Научно-исследовательский центр Хамфриса

Квартира

Завод № 4

«Гранд Плаза»

Офис корпорации «Астро»

Корпорация «Старпауэр»

Космический порт «Армстронг»

Заседание совета директоров

Селена

Орбита Луны

Бар «Пеликан»

Центр управления полетами

Исследовательский центр Хамфриса

«Старпауэр-1»

Космопорт «Армстронг»

Интервью

Внешняя зона

Ресторан с видом на Землю

Солнечный шторм

Лаборатория нанотехнологий

Театр

Маневр

Открытый космос

«Старпауэр-1»

Море спокойствия

Исследовательский центр Хамфриса

«Старпауэр-1»

Побег

Золотое дно

Грот

Переговоры

Убежище от бури

Селена

Рай

Лаборатория нанотехнологий

Рай

Смерть

Жизнь

Старатели

Пролог: Селена

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

Эпилог

1