Ролевик

Экспедиция

Энергетическая оболочка земли. Бог. Не в лучшем состоянии

Бог умирал. Умирал медленно и мучительно. С букетом чувств, бледной тенью которых являлись бы эмоции человека, смертельно раненного в спину отравленным кинжалом и сброшенного в колодец, причем рука, нанесшая предательский удар, принадлежала тому, кого уже почти покойный до самого последнего момента считал своим коллегой и почти другом. Его агония длилась уже сотни, нет, тысячи лет и успела порядком ему надоесть. Но что поделать — Боги, особенно старшие, из тех, что творят миры, не столь хрупкие существа, чтобы исчезнуть с ткани бытия быстро. И подчас им приходится об этом горько жалеть. Окончание своего пути для тех, кто являлся одним из могущественнейших существ мироздания, растягивается надолго. Особенно если они всеми силами цепляются за жизнь и жаждут отмстить обидчику.

Впрочем, мысли о возмездии не посещали пойманного в ловушку бога уже очень много лет. Процесс регрессии, которому он так долго сопротивлялся, уже зашел слишком далеко. Давно стало привычным и уже не таким докучливым ощущение расползающейся сущности, необратимо поврежденной энергиями первозданного огня, сознание, всегда бывшее главным инструментом бывшего творца миров упростилось практически до состояния, больше подошедшего бы смертному и только воля, оставшаяся неизменно твердой, не позволяла ему скатиться еще дальше к животному, а потом и растительному существованию. Чтобы отсрочить столь ужасный конец, бывший демиург даже отказался от материального тела, со всеми его плотскими удовольствиями, став чистым разумом, который понемногу распадался в энергетической оболочке мира.

Сейчас ему не сумел бы помочь даже кто-то из собратьев, наткнись они на него. Лишь продлили бы агонию. Или добили. Но вероятность такого события была невелика. Тюрьма, в которой оказался заперт умирающий, была очень хорошо подготовлена. Целый мир, чьи границы были надежно закрыты как извне, так и изнутри, стал ею. Ни одна капля энергии, что потоками пронизывала мироздание, наделяя его жизнью, не могла проникнуть через возведенные барьеры, чтобы пленник не смог воспользоваться ей в своих целях. Не исцелиться, вовсе нет, сама природа его раны отвергала подобное. Но — подать весть другим старшим богам, которые не терпят в своей среде убийц.

Магические существа, случайно попавшие в жернова противостояния двух существ, обладающих почти абсолютным могуществом, давно уже умерли, не выдержав образовавшегося энергетического вакуума, а их остатки были заботливо ассимилированы погибающим богом. Он не был зол или жесток и не трогал живых, но все, что уже отбегало свой век, шло на поддержание его существования. Впрочем, усилия были тщетны. Творцы миров хорошо умеют планировать. Без помощи извне, причем весьма существенной, из построенной тюрьмы не выбрался бы ни один демиург.

Для внешнего наблюдателя, скорее всего, были не видны ни ограждающие барьеры, ни само узилище. Убийца наверняка хотел надежно скрыть следы своего преступления. За время своего заточения бог, тем не менее, сумел частично сломать свою темницу, сделать, так сказать, щелочку в казавшемся неприступном монолите, но на этом силы его иссякли, а получившаяся дыра была смехотворно мала.

И теперь узник мог только что бессильно стонать от осознания собственного бессилия, да пытаться через сделанную в защите мира брешь слушать эхо событий, происходящих поблизости от узилища. Получалось не очень. То ли он слишком ослаб, то ли тюрьма его оказалась надежнее, чем казалась и теперь мешала своему пленнику возобновить пусть даже односторонние контакты с остальным мирозданием, но чтобы хоть как-то узнавать о том, что творится снаружи, бог вынужден был использовать промежуточное звено. Медиумов. Людей. Возможно, какая-то иная, более склонная к волшебству раса подошла бы ему больше, но в мире, ставшем его тюрьмой, они уже давно отсутствовали, уступив место более неприхотливым созданиям. Приходилось стимулировать в имеющихся смертных изменения, отвечавшие за развитие способностей, самым близким аналогом которых являлся, пожалуй, дар оракула, а потом внимательно изучать то, что они выдавали за плоды собственной фантазии и уже по ним воссоздавать картину царящего снаружи. Частенько такие живые датчики решались обнародовать свои видения, приукрашивая и переделывая их на свой лад. В них, конечно, далеко не все было истиной. Но — многое. Пленник не препятствовал этому, даже помогал особо талантливым и чутким фантазерам. Сознания смертных уже знающих, что нужно искать в эфирном эхе, работали намного точнее.

Где-то в мире очередной медиум, который, как он считал, только что испытал озарение, вовсю старался, пытаясь успеть записать нахлынувшие на него образы, а практически мертвый, но все еще очень могущественный бог, считавший всю информацию прямо из его сознания, серьезно задумался.

— Барьер слабеет, — решил он. — Число обитателей этого мира, которых выкинуло в соседние, стремительно растет. Их уже сотни. И это только тех, кто выжил. Значит, прошли сквозь него десятки тысяч. Да, разумеется, я и раньше знал, что он не абсолютен… Проклятье! Все равно получившаяся в результате моих усилий щель слишком мала, чтобы можно было через нее выйти, пусть даже в виде аватары. Никого и ничего, обладающее моей силой он не пропустит… моей силой… а если собственной? Тем более, что кандидатов в моей тюрьме развелось предостаточно… Вот интересно, в ту щель, что я пробил, попадает буквально капля энергии из внешних миров… Но местные, из тех что почувствительней, так тянутся к ней сознанием, будто еще помнят, какой должна быть настоящая реальность… Да и потенциал у них сам по себе неплохой. Кто выжил в том магическом вакууме, что царит внутри барьеров, тот снаружи, когда его окутают нормальные потоки энергии, а не то убожество, что рециркулирует внутри моей тюрьмы, сам по себе станет далеко не заурядным смертным. Интересно, мой убийца предполагал такое развитие событий или просто допустил просчет? Впрочем, неважно…

Идея, посетившая умирающего, была если не гениальной, то близкой к этому. Во всяком случае, так считал он сам и никого, кто сумел бы ему возразить, в зоне досягаемости не было. Изящное решение — подать о себе весть сородичам при помощи низших созданий. Хотя, конечно, кто их будет слушать… Нет, шансы есть. Один на тысячу, не больше. Без отпечатка его силы бредням смертных ни один старший бог не поверит. А с ним их не выпустит барьер. Но, так или иначе, что он теряет в случае неудачи? Слегка поднапрячься и, может быть, окончательно распрощаться с самосознанием на пару десятков лет раньше? Не велика плата за надежду, пусть даже иллюзорную, что сумеет сквитаться с убийцей. Тем более, что он в любом случае протянет достаточно долго, чтобы узнать, чем закончится эта авантюра.

Нематериальная сущность сконцентрировала свое внимание на каком-то людском городе и практически моментально нашла большое скопление тех самых смертных, которым было суждено стать посланцами его воли. Десятки кандидатов на повышенное внимание бога, пусть и умирающего, не подозревая о своем воистину высоком предназначении, ехало в веренице автобусов, обвешавшись инвентарем, призванным изображать доспехи и артефакты.

Земля. Анатолий. Пока еще ролевик

— Ох ты! — выдохнул паладин Анатолий Лесов или, как его называли друзья в более узком кругу, Зеленый, едва не получив по голове собственным молотом, сверзившимся с места для багажа после подпрыгивания транспортного средства на особо внушительной колдобине. Если бы оружие не было изготовлено из легкого, но прочного пластика, то его владельцу пришлось бы худо. — Водила! Аккуратнее! Не дрова везешь!

Его согласным гулом и матюгами поддержали маги и колдуны, волшебницы и ведьмы, светлые и темные эльфы, а также другие экзотические персонажи, в общем, все пассажиры салона автобуса арендованного движением ролевиков для проведения крупнейшей игры года.

— Все-таки в этот раз начало мероприятия на удивление хорошо организованно, — подумал Анатолий. — И это настораживает. Лучше бы все было как обычно. Все узнали в последний день. Костюмы и прочий инвентарь не чищен, а то и сломан. Половина тех, кто отправился в поход к месту проведения игры, заблудилась, вторая задержалась. Еды не хватает, а пива столько, что купаться можно. Зато ни одного пострадавшего, а самые глубокие раны наносят друг другу педикюром девчонки, не поделившие смазливого эльфа. Или мускулистого орка.

Но сейчас все не так… Сервис. Культура. От вокзала и до лагеря всех ролевиков, приехавших с двенадцатичасовыми поездами, бесплатно возят… Кто, я хотел бы знать, оплачивает этот шикарный автобус? Надо быть справедливым, особенно если пытаешься вжиться в роль эльфа-паладина, нас трясет не из-за разболтанных амортизаторов, а из-за дороги, способной качеством своего покрытия остановить продвижение вражеской армии. Неужели среди фанатов Средиземья затесался олигарх? Или среди нас просто сынок начальника таксопарка? Нет, это добром не кончится…

Одновременно с этой его мыслью раздался отчаянный визг тормозов, который, впрочем, тот час же заглушил еще более отчаянный визг представительниц прекрасного пола. Хотя к ним, кажется, присоединилось и несколько парней. И у них были на то причины.

— Накаркал, — ошалело подумал Анатолий, глядя на пейзаж, расстилающийся за окном.

Перед его глазами предстало… Паладин всерьез задумался, что же это такое он видит. Бездну? Межреальность? Астрал? Короче, переливы радужных цветов, танцующих на постоянно меняющей форму поверхности. И тут Зеленого посетила идея. Он решил посмотреть, на чем стоит автобус. И, скосив глаза вниз, тут же о ней пожалел. Автобус не стоял. Он висел, не поддерживаемый ничем.

— НУ, ЗДРАВСТВУЙТЕ, СМЕРТНЫЕ, — внезапно раздался в его мозгу голос, подобный тихим, но все равно очень внушительным раскатам грома. — МОЖЕТЕ ТРЕПЕТАТЬ, ИБО Я — БОГ! А МОЖЕТЕ И НЕ ДЕЛАТЬ ЭТОГО, МНЕ БЕЗРАЗЛИЧНО.

Если бы Анатолий смог, он бы трепетал. Но не получалось. Мозги как-то отказывались работать и, судя по тому, что остальные пассажиры автобуса тоже притихли, как мыши под веником, состояние это не было естественным. Впрочем, кто бы сомневался.

— А СЕЙЧАС НЕМНОГО О ТОМ, ПОЧЕМУ ВЫ УДОСТОИЛИСЬ ЧЕСТИ ОБЩЕНИЯ СО МНОЙ, — продолжил громоподобный глас. — ВПРОЧЕМ, ОБЪЯСНЯТЬ ДОЛГО, НО СЕЙЧАС ВСЕ САМИ ПОЙМЕТЕ. ПРИГОТОВЬТЕСЬ. БУДЕТ НЕМНОЖКО БОЛЬНО.

Анатолий хотел было запротестовать, но не успел. Его захватил водоворот абсолютно неизвестных ранее ощущений, и потащил куда-то. Шепот миллиардов голосов бился в уши. Картины, сменявшие друг друга с неимоверной частотой, ломились сквозь закрытые веки. Противоречивые и, пожалуй, вряд ли человеческие эмоции возникали в сознании на краткий миг и тут же уступали свое место для новой порции. Было ли то, что он чувствовал, болью? Сложно сказать. Но одно было точно. Второй раз подвергнуться подобному Зеленый не согласился бы ни за какие коврижки.

— Это добром не кончится, — уже вслух произнес он, очнувшись лежащим на земле, и смотря в ярко-голубое небо. Ролевик сделал глубокий вздох и закашлялся. Воздух, показавшийся после перенесенных испытаний слишком чистым и свежим, прямо-таки наполненным жизнью, неожиданно стал непривычным. Парень не вставая потянулся к страшно зачесавшемуся левому уху, которое нещадно щекотала какая-то травинка, и пальцы наткнулись на острый кончик.

Павел — пока еще человек

Ну ничего, ролевка обещает быть интересной, самое главное выдержать бой с мастерами насчет своего персонажа. Тут с магом иногда намучаешься, а с ролью псионика, кстати отыгрываемой первый раз, чувствуются проблемы будут серьезные. И все потому что начинающий псионик, да и маг если уж на чистоту, это просто мясо для любого, даже начинающего файтера. На начальных уровнях ничего мощнее «головной боли» или «краткого заблуждения» псионик просто не знает, а до получения более мощных техник еще дожить надо, или что еще более нереально — доказать мастеру, что ты, то есть твой герой, не просто хрен с горы, а что ни на есть самый православный хрен и круче тебя только горы, а выше только продукция соседней птицефермы. Ну — или наоборот. Ладно, в крайнем случае, прибьюсь к какому-нибудь танку и буду его группой поддержки, уж технику «Ошеломить» мастер обязан оставить — иначе вообще слёзы.

Но в любом случае проблемы будут. Особенно с коллегами по генетической нише — с магами и колдунами. Уж очень часто псионов с ними путают. Что не может их не выводить из себя. Хотя отличие между нами есть и значительное. Магия — способность формировать, управлять, и использовать естественные силы, которые пропитывают мир и базируются на принципе, при котором, с помощью слов, жестов и т. д. маг управляет внешней энергией. Сила не исходит из колдуна или священника. Псионика — полная противоположность магии. Сила псионика исходит только из его разума. Его сила фокусируется внутри, а не вне. Поэтому в областях «безмагии» любой — даже начинающий псионик, спокойно, при удачном стечении обстоятельств, может угробить архимага.

Псионику не надо изучать что-либо или молится, чтобы получить силу. Он несёт её с собой, куда бы он не шёл. Пока его ум и тело едины, пока он не истощил их возможности, псионика — его сила. В отличие от воина и вора, ему не нужно никакое оружие или инструментальные средства, чтобы практиковать его искусство. В отличие от священника, ему не нужно никакое божество. В отличие от колдуна, ему не нужны ни книги, ни маткомпоненты, ни постоянная зубрёжка. Его сила исходит из разума, и он один дает этому форму. Через строгую дисциплину, цель, и самоанализ, он использует силы своего разума на полную катушку.

В общем, все, как всегда, зависит от длины моего языка, если удастся уболтать мастера на более или менее приличный уровень — тогда «Трепещите смерды!». Ну, а если нет — буду трепетать сам.

Ладно — заканчиваю с мыслями, ехать еще далеко, лучше употребить время с пользой и поспать. Тем более что за все три дня ролёвки, проверено опытом, поспать не удастся. То орки придут в гости, то эльфы, или энт с похмелья забредет с извечным утренним вопросом — «Похмелиться нет, или аспиринчику?» В общем — спать! Пристроив поудобнее сумку к дребезжащему на кочках оконному стеклу и не обращая внимание на слушающего музыку соседа, кстати, судя по поведению, стопроцентного эльфа — за всю дорогу даже не соизволил слова сказать, только с презрительным видом озирал проплывающую за окном местность.

Примерно такие рассуждения пробегали в моей голове где-то минуты три-четыре, пока наконец, уютное потряхивание автобуса по дороге не погрузило меня в сон…

Энергетическая оболочка земли. Бог. Еще в худшем состоянии, чем был раньше

— Ну что ж, дело сделано, — с такими мыслями бывший демиург понемногу успокаивался после вспышки активности, первой за неизвестно сколько лет и, скорее всего, последней в его жизни. — Теперь они имеют шансы на то, чтобы привлечь внимание кого-то из моих сородичей. Интересно, где их выкинет тот вихрь Хаоса, что я создал и послал в щель, пробитую в барьере? Надеюсь, подальше от моей тюрьмы. Ее близкие окрестности наверняка патрулируют какие-нибудь создания моего убийцы… Во всяком случае, я бы точно поставил парочку сторожей… Интересно, хватит ли моим посланцам собственных сил и тех изменений, что были в них внесены, чтобы хотя бы выжить? Конечно, с точки зрения обычных смертных я наделил их едва ли не всемогуществом, даже для младших богов они могут стать проблемой… Да, хорошая работа, давно такой не было, тем более, что и напрягаться-то особо не пришлось, в ноосфере столько напитанных образов плавает, не использовать их было бы просто несусветной глупостью… Интересно, как их извратит Хаос? Я, конечно, постарался сделать отводку его эманаций на те железные повозки, но вряд ли ее хватит.

Неизвестно где. Анатолий. Уже паладин

— Охренеть, — единственная мысль билась в мозгу парня, который далеко не в первый раз выбирался на ролевку и теперь с ужасом понимал, что спецэффекты такого качества в природе отсутствуют. — Нет, не так. ОХ-РЕ-НЕТЬ!!!

Все еще не веря, он сел на земле и огляделся. Взгляд его прошелся по лежащим, сидящим и уже стоящим… существам. Не людям. Несколько десятков, а может даже и сотня различных созданий преимущественно гуманоидной формы в ясно видимом даже на нечеловеческих лицах состоянии шока старательно думали одни и те же мысли, чтобы прочесть которые, вовсе не нужно было быть телепатом.

Неожиданно взгляд паладина зацепился за женскую фигуру и уже не смог оторваться. Незнакомка сидела сгорбившись и горько плакала. Роскошные каштановые кудри скрывали ее лицо, но обладательница такой фигуры просто не могла обладать страшненькой физиономией. Высокая грудь. Подтянутая… гхм… нижняя часть спины. Длинные ноги, чью форму признали бы идеальной все мужчины мира, не сговариваясь между собой. И обтягивающая как перчатка одежда ярко-красного цвета. Непонятно почему, но Анатолий, бывший, в общем-то, большим ценителем противоположенного пола, почувствовал к ней отвращение.

— Из какого сексшопа она сперла этот наряд? — зло бросил эльф-паладин и его рука машинально нащупала рукоятку так кстати подвернувшегося молота.

— Думаю из того же, что и я, — ответил ему мелодичный женский голос.

Одним рывком, поразившим его самого, парень развернулся и встретился взглядом с… ангелом.

Длинные прямые светлые волосы. Мягкая улыбка лишь слегка изогнувшихся губ. Большие синие глаза. И крылья. Большие белые крылья за спиной.

Паладин впал в ступор. Ему хотелось… он даже не мог сказать, чего хотелось, столь сложный коктейль из благоговения и восхищения воцарился в его душе.

— Выносите тело, клиент готов, — хрюкнул кто-то сбоку и паладин, скосив глаза в поисках того несчастного, что разрушил волшебные мгновения, наткнулся на клыкастый оскал страховидной зеленой рожи, так и требующей сеанса ударотерапии. Тем более, молот уже был в руках.

С немалым трудом Анатолий смог перебороть себя, не бросившись в яростную атаку, и чтобы успокоиться, еще раз обвел взглядом окружающую его местность, привычно зацепившись глазами за незнакомку в бесстыжем костюме. Та продолжала плакать, но слегка изменила положение своей фигуры, и теперь любой желающий мог видеть прелестное личико с пухлыми губами, которые так и просили поцелуя. И рожки. Небольшие алые рожки, чьи кончики виднелись из под пышной прически.

— Охренеть, — прошептал паладин враз пересохшими губами. — Нет, не так. ОХ-РЕ-НЕТЬ!!!

Все там же. Сергей. Темный маг

Вопль какого-то ушастого мордоворота со здоровенной и слегка светящейся киянкой в руках вывел немолодого худощавого человека с сединой в волосах из созерцательного состояния и заставил задуматься о вечном. О Тьме.

— Во имя всех демонов преисподней, — ошалело подумал он, — вот это в переплет я попал. Сам Белиар перед той сущностью, что удостоила нас своим вниманием, не больше чем младенец, только-только выучившийся говорить, рядом с магом. Причем не рядовым заклинателем, а таким могущественным мастером, как я… Стоп! Магом?!

Сознание молодого преподавателя истории и юриспруденции в одном из филиалов достаточно крупного института заметалось, найдя в себе инородные добавки, судя по которым он был не Сергеем, двадцатидевятилетним кандидатом наук, а Ксардасом, могущественным некромантом из Миртаны.

— Что за шуточки, — ошалело подумал он и привычно(!) скастовав на себя заклятие успокоения нервов снова перепугался. Пришлось повторить процедуру. Острый и цепкий разум, так необходимый в работе обоих половинок его личности, разбил задачу на составляющие и принялся решать их поочередно в режиме внутреннего диалога.

Вопрос первый, практически сакральный: Кто виноват?

Ответ: Бог. Даже нет, не так. Старший бог. Демиург. Хм… странно. Это знание уже заложено в меня. Как и впечатляющий набор навыков темного мага.

Вопрос второй: Что я с ним сделаю?

Ответ: Трезво оценю свои шансы и постараюсь никогда больше не попадаться ему на глаза. Исход конфликта некроманта с сущностью такого уровня не вызовет никаких сомнений. По крайней мере, ближайшие десять тысяч лет.

Вопрос третий: А кто все эти твари вокруг меня?

На этом месте Сергей слегка сбился и поежился. Мимо него, мотая рогатой головой и пытаясь сбросить с нее кепку, проткнутую каким-то острым шипом, прополз то ли на редкость уродливый змеелюд, то ли на диво человекоподобный виверн. В любом случае, тварь была большая, страшная и с хвостом вместо ног.

Ответ: Коллеги по несчастью. Приметная футболка, остатки которой болтаются на груди этой твари, раньше скрывала грудь какого-то качка, сидящего на пару мест ближе к водителю.

Вопрос четвертый: а где автобус… ы.

Ответ на этот вопрос искать не пришлось, нужно было только оглядеться. То транспортное средство, в котором ехал сам Сергей-Ксардас, было разбросано по всему полю, на котором сейчас и оказался караван ролевиков, в виде набора искореженных, но узнаваемых частей. Что странно, ни одного мертвого или раненного тела среди них не было и единственным пострадавшим в результате произошедшего инцидента можно было признать исключительно водителя, который сидел в своем кресле с рулем в руках и полным отсутствием понимания происходящего во взоре. У труженика баранки одежда превратилась в живописные лохмотья, а грудь оказалась залита кровью. Второй автобус стоял рядом, но как-то странно поменялся. Его борта и двери теперь были не из плохо покрашенного железа, а из крупной, не меньше полуметра в диаметре, чешуи неправильной формы с большим количеством ассиметричных лучей. Место стекол заняла полупрозрачная пленка, и теперь пассажиры столь необычного транспортного средства приникли к ней и старались разглядеть, что же творится снаружи. Третий пассажирский транспорт изменился внешне меньше всего. Он парил над землей на высоте метра, где-то потеряв колеса, и теперь из него осторожно выбирались разные люди. И нелюди.

— Орк. Дроу. Светлая эльфийка, гном, — машинально начал опознавать их Сергей. — М… не знаю эту тварь, Бэтмен, два человека, какой-то рыжий подозрительно знакомый парень и Альфонс Элрик со своим стальным братцем.

Даже для психики преподавателя, отправившего как-то пересдавать сессию главу небольшой, но активно действующей организованной преступной группировки (о чем узнал только спустя полмесяца, когда о его героической храбрости обмолвились коллеги) это было чересчур. В поисках чего-то более привычного сознанию, некромант перевел взгляд на раненого водителя.

— Многовато, — профессионально оценил количество крови на нем темный маг. — Не жилец.

Водитель, немолодой мужчина лет пятидесяти, бросил руль и стал удивленно себя ощупывать, после чего сплюнул и потащился ко второму автобусу, тому самому, который в чешуе.

— Не зомби, — машинально подметил Сергей и проводил открытую рану груди, которая впрочем, затягивалась на глазах, взглядом. — Во всяком случае, я таких не делал. И не встречал.

Там, среди алой плоти, почему-то не выказывающей никаких признаков недовольства подобным соседством, стучал четырехцилиндровый мотор.

Лес. Тени. Антон. Шиноби

«Нихрена себе съездили на ролёвку…» — подумал Антон, однако без приличествующей ситуации энергичности. — «Не знаю, что из этого может вылиться, но прежде всего — где остальные? Блин, придётся искать. Хотя так в лом… Может, кто-то и без меня займётся организацией этого хаоса?»

Он с надеждой осмотрелся.

«Н-даа… Такого паноптикума, пожалуй, даже в Скрытом Тумане не водится… Э?»

Антон Кличев, продавец в магазине электроники, двадцати одного года отроду, ругаться не любил. Шиноби Шикамару из деревни Скрытого Листа — тоже. В связи с этим оба просто замерли на несколько секунд, успокаиваясь; затем осмотрели себя.

Это было не тело Антона. По всем признакам оно принадлежало Шикамару, одному из персонажей хорошо знакомой Антону анимехи. Невысокий, худощавый, с волосами — Антон потрогал голову — затянутыми сзади в то ли короткий, но толстый хвост, то ли просто пук… Даже одежда — постоянно носимый Шикамару маскировочный жилет-разгрузка.

«Та-ак… В связи с вновь открывшимися обстоятельствами есть и новый вопрос. Если всех так переколбасило, то как своих узнать…» — добавилась новая мысль. — «Хотя…»

— Тэ Эр! — завопил Антон… (или всё же Шикамару? Нет, всё-таки Антон, хотя и от шиноби скрытого листа присутствует явно не только внешность), двигаясь среди растерянных людей… и нелюдей. Тело словно двигалось само, и, похоже, на него не то что не обращали внимания — просто не замечали. Увиденное вокруг запоминалось и оседало в памяти для дальнейшего анализа, но высший приоритет сейчас был у другой задачи. — Тэ Эр! Веталь, Ксюха!

Тэ Эр, или «Трио раздолбаев», они с друзьями называли себя. Точнее, свои образы… Вообще-то изначально это было двое парней с довольно странными для большинства их знакомых интересами… Ребята увлекались ролевыми играми и косплэем — в смысле, переодеванием в персонажей аниме и отыгрыванием небольших сценок. Собственно, Шикамару был одним из излюбленных персонажей Антона — возможно, сказалась схожесть характеров.

— Антон?.. — ошарашено произнёс незнакомый голос. «Хотя у меня сейчас и свой — незнакомый…» — мысленно хмыкнул Антон, вглядываясь в источник голоса. Довольно высокий поджарый мужчина лет двадцати или немного больше, тёмно-карие волосы, почти того же цвета глаза. Кожаные сапоги на ногах, просторное развевающееся одеяние, под которым находилось что-то твёрдое — доспех под одеждой? — грязный и потёртый голубой плащ…

— Веталь, ты? — почти не сомневаясь в ответе, осведомился он. Мужчина кивнул и добавил:

— Хотя я сам начинаю в этом сомневаться… Ты Ксюху не видел?

— Ищу. Думаю, прежде всего нам нужно собраться вместе, а потом разбираться, во что мы вляпались… Кстати, нам с тобой, похоже, повезло. Крупно повезло…

— Ты о чём?

Вместо ответа Антон-Шикамару указал на лошадиный круп в нескольких метрах от них. С другой стороны от крупа на лошадином теле находился вполне человеческий торс, облачённый в нечто вроде индейской кожаной куртки. Кентавр не шевелился, и, похоже, был без сознания, хотя ран или крови заметно не было.

— В общем, ищем Ксюху и надеемся на лучшее — подытожил Антон. — Ты с той стороны посмотри, а я с этой. Кто найдёт, кричит об этом и ведёт сюда.

Виталий кивнул и двинулся в указанном направлении. Похоже, чёткие и понятные инструкции старого друга, хоть и в новом обличьи, его немного успокоили.

«Любопытно…» — подумал Антон, глянув вслед другу. — «Я — Шикамару, Веталь, похоже, Лайнер… Неужто и с остальными по тому же принципу? Тогда хотел бы я побыстрее взглянуть на нашу Каруру…»

— Ксюха! Карура! — заорал он, снова пробираясь меж деревьев и людей… хмм, а вон пара эльфов, вроде. И гном с другой стороны, в доспехе и оружием обвешан… С ума сойти. Хотя, возможно, уже…

— Я здесь! — наконец, послышался ответ. — Шика?..

— Угадала — проворчал Антон, высматривая Ксению. Судя по изменившемуся голосу, она не избежала общей участи, но вот как она выглядит?.. — Ты где?

— Да здесь я, меч застрял… Сейчас.

Послышался треск, и не самое тонкое дерево неизвестной породы, росшее в нескольких метрах от Антона, рухнуло, обламывая ветки соседей. А из-за деревьев, перешагнув через упавший ствол, вышла женщина… Но взгляд в первую очередь приковывала не её вполне соблазнительная, хотя и мускулистая, фигура, и даже не массивное железное кольцо с обрывком цепи на шее. Первым привлекал внимание меч на её плече. Хотя, нет, не меч… МЕЧ, так будет гораздо правильнее. Пожалуй, эта штуковина походила на слегка изогнутую рельсину с рукоятью, обёрнутой кожей, и обозначенным, но явно не обладающим особой остротой, лезвием.

Небрежно придерживая на плече этого монстра от кузнечного дела одной рукой, женщина запустила вторую за спину и достала флягу. Зубами откупорила её и с явным удовольствием сделала большой глоток.

— Ээх… — произнесла она, оторвавшись от фляги. — Хорошо…

И довольно пошевелила пушистыми кошачьими ушами.

Лес. Хаос. Виталий. Не очень боевой маг

У Виталия Клюева болели глаза. И голова. А ещё хотелось спать. А ещё — проснуться. Последнего хотелось больше всего, но пока что не удавалось, несмотря на все усилия. Впрочем, он продолжал надеяться, невзирая на ничтожность шансов. В конце концов, текущая ситуация очень уж напоминала абсурдный сон пересмотревшего аниме ролевика… Так что Виталий старательно поддерживал в себе тлеющую надежду проснуться в салоне едущего на Игру автобуса. Невзирая ни на что из того, что происходило вокруг… Да вот, например.

Изящная эльфийка в белоснежном плаще присела над лежащим на земле широкоплечим человеком в кольчуге и применила на него целебное заклинание. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы привычно разобрать заклинание на составляющие и отложить в запасники памяти — пригодится. В конце концов, в академии учили только боевой магии…

Глаза снова заболели, и Виталий вздохнул. В основном не из-за боли, начавшейся после того, что он увидел в окнах автобуса во время перехода — брр! — а из-за вновь пробудившейся на миг вместе со способностями памяти Лайнера Люта. Пожалуй, именно она была главным аргументом против того, что всё это сон… Доставшаяся вместе со сменой тела личность большую часть времени спала, но когда пробуждалась, вместе с ней вспыхивала и память. Слишком ясная и чёткая для сна… И навевающая изрядное уныние.

— Не хочу я быть на самом деле живой бомбой… — пробормотал Виталий и зевнул. — Поспать бы… И проснуться в автобусе. Или дома. На худой конец, в моей уютной камере… Э, нет, последнее не надо! Блин, к делу, к делу… Ксюха! Карура!

Какое-то время он бродил среди людского и нелюдского хаоса, разыскивая подругу, пока не услышал с противоположной стороны заполненной ролевиками поляны голос Шикамару… То есть Антона.

— Веталь! Лайнер! Я её нашёл!

— Иду! — заорал в ответ парень. Ну вот, одной проблемой меньше… Вопрос — что дальше?.. А, не стоит заморачиваться. Шикамару что-нибудь придумает, он умный…

Виталий, он же Витька, он же Веталь, он же Лайнер, направился к месту встречи. Народ вокруг растерянно переговаривался, кто-то тоже искал друг друга, кто-то ругался… Некоторые всё ещё не могли прийти в себя — особенно те, чьи новые тела отличались от человеческих.

— Не мои проблемы… — пробормотал Веталь-Лайнер и поторопился навстречу своей компании. Вот интересно, что с Ксюхой-то?..

Ксения его не разочаровала. Она стояла посреди всего хаоса, как столп спокойствия, не показывая ни малейшей тени смущения ни происходящим вокруг, ни тем, что через её довольно скудное одеяние, в общем-то, можно было много чего разглядеть. Также её не напрягало и избыточное железо в виде массивного ошейника и ещё более массивного меча. На фоне всего этого Антон-Шикамару смотрелся как-то… да вообще не смотрелся, в общем-то.

— Офигеть, настоящая Карура… — пробормотал Веталь, замерев.

— Более чем — подтвердила дама.

— Ну, познакомимся снова — предложил Антон. — Антон Кличев, он же Шикамару. Для друзей можно Шика.

Он протянул руку.

— Виталий Клюев — произнёс Веталь. — А теперь ещё и Лайнер Лют. Лучше Веталем называйте, как-то… роднее.

Он пожал протянутую руку Антона.

— Карура — сообщила девушка. — Ну, то есть Карураутсуурей. То есть Ксения Барсова. Карурой лучше и зовите, полное имя мне самой выговорить сложно…

Она улыбнулась и присоединила свою руку к двум другим, а Антон-Шика многозначительно глянул на Веталя.

— За знакомство? — предложила Карура… то есть Ксения. Хотя она и поведением больше походила на свою модель… так вот что Шика имел в виду!.. Она даже имя назвала в первую очередь персонажа, а потом уже своё…

Новоявленная Карура протянула Веталю флягу. Он поболтал её и перевернул над ртом; тонкая струйка, и всё.

— Так не пойдёт… — пробормотала Карура. — Ничего, где-то тут точно есть выпивка…

Неизвестно где. Тайара-тень. Темная полуэльфийка. Воровка и ведьма

После того как непонятное мельтешение прекратилось, Тайару замутило, желудок рванулся к горлу, и она, резко вскочив со своего места, стремглав ринулась прочь из автобуса, расталкивая повстававших со своих мест пассажиров.

— Простите, извините, мне плохо, дорогу, ну вы же не хотите, чтобы я вам костюм запачкала? — смесь из острых локтей и не менее острого язычка помогла ей быстро выбраться из транспортного средства. При этом ловкие пальчики сами по себе прошлись по паре-тройке карманов, в одном из них едва не уколовшись обо что-то острое и рефлекторно цапнув загадочную вещь, по очертанию не похожую ни на кинжал ни на нож.

Последняя из фигур, которую она минула, едва не выпала из дверей, зацепившись за костяной выступ черно-лиловым плащом и чудом разминувшись ушастой головой с косяком. Головой? Да нет, маской. Очень знакомой маской.

— Вы простите собственно кто? — оторопело спросила девушка у мужчины, который оделся в костюм человека-летучая мышь.

— Водитель этого автобуса, — откликнулся странный тип. — Но вообще-то я, кажется, Бэтман.

Тайра хотела еще что-то спросить, но тут отступившая дурнота вернулась и она с проворностью, которую могут иметь лишь настоящие мастера боевых искусств или же воры, метнулась за автобус, чтобы скрыться с глаз.

Немного придя в себя и вытерев губы платочком, девушка оторопело уставилась на свою руку. Конечность принадлежала ей, тут никаких сомнений, но вот цвет ее поражал. Темно-коричневый, он бы больше подошел какой-нибудь мулатке, но никак не жительнице центральной полосы России. Задумавшись над тем, когда она успела загримироваться, Тайара наконец-то обратила внимание на окружающих, и тут ей вторично стало плохо, но уже с сердцем. На небольшой лесной поляне из остатков трех автобусов выбирались самые разнообразные существа, среди которых люди были в явном меньшинстве. Орки, гномы, кто-то большой и толстый, не то тролль, не то великан, совсем недалеко от нее между демонессой и ангелом женского пола замер эльф в доспехах и светящимся синим светом молотом в руках. По оружию время от времени пробегали маленькие молнии, задорно потрескивая и распространяя запах озона.

И тут ее проняло. Не было больше Тани, провинциальной студентки из детдома, собравшей денег на столичный ВУЗ после рискованной аферы с кредитом, в случае неудачи которой пришлось бы сесть в тюрьму лет на семь, и выгнанной из мединститута якобы за неуспеваемость, а на самом деле за то, что ненароком отбила парня у племянницы ректора. Была Тайара-тень. Темная полуэльфийка, выросшая на улице без родителей, но благодаря счастливой случайности и природной хватке, сумевшая попасть в столичную Академию Магии. И проучившаяся там всего два с половиной курса, после чего был издан приказ о ее отчислении, а титулованный маг получил на свою голову проклятие на крови, сцеженной из его родственницы при помощи пары десятков порезов лица в темном переулке.

Девушку затрясло. Изменения, произошедшие с ней, пугали. Машинально она взглянула на свою добычу, излеченную ловкими и изящными пальчиками из широкого рукава и едва не сплюнула. Игла. Большая слегка ржавая и немного погнутая игла, предназначенная не иначе как для прокалывания брезента. Лишь большое количество свидетелей не позволило ей выкинуть краденную и абсолютно бесполезную вещь, заставив убрать компрометирующую улику обратно в глубины одежды.

— Папа! Папа! Папа! Ты где?!

Внезапно раздалось со всех сторон сразу. Штук шесть… или семь… или девять… да нет, десять, а то и больше одинаковых подростков в оранжевых куртках теребили всех существ мужского пола и требовали у них ответа.

— Юра! Я здесь! — крикнул Бэтман и снял маску, явив миру абсолютно обычное лицо человека средних лет. Все мальчишки кроме одного растаяли в облачках дыма, а последний повис у найденного отца на шее, счастливо дрыгая ногами. На его лице были не то шрамы, напоминающие кошачьи усы, не то татуировка…

— Наруто, — потрясенно прошептала Таня-Тайара, уверенно опознав главного героя популярного мультсериала.

— Рад, что с вами все в порядке, — холодно произнес невысокий юноша с бесстрастным лицом и большой глиняной бутылкой гантелеобразной формы за плечами, приблизившийся к композиции: супергерой пытается отодрать от шеи своего сына. — Я волновался. И все еще не уверен.

— Брат! — теперь уже опасности подвергся Гаара. Впрочем, этого джинчуричи было не так-то просто достать. Песчаный щит, взметнувшийся перед его лицом, принял на себя удар рванувшегося вперед тела.

— Чья сегодня очередь пользоваться компьютером? — флегматично осведомился он.

— Гоша, ты чего? — обиженно спросил подросток.

— Значит моя, — все тем же ровным тоном ответил Гаара и едва не был сметен звуковой волной.

— НЕТ. Моя! Моя! Моя!!!

Наруто прыгал как сумасшедший, стараясь достать соперника кулаками из-за защиты кружащегося в воздухе песка.

— Странные дела творятся, — пробормотала девушка и проверила форму своего уха. Как и ожидалось, оно было слегка заостренным. Ну и ну. Попасться в лапы законнику… конкуренту… да просто маньяку, это я еще могла ожидать. Но богу?! Интересно, чего он хотел добиться, превратив нас всех во что попало… точнее, не очень во что попало. Меня конкретно — в того вымышленного персонажа, которого отыгрывала… Хотя, судя по ощущениям и изменившемуся мировосприятию, еще большой вопрос, какая из двух жизней, что я помню, настоящая.

И тут же в голове у полуэльфийки забрезжило понимание того, зачем с ней и ее коллегами по несчастью была проведена подобная трансформация. Им нужно было привлечь внимание сущности, подобной той, что они уже встретили на своем пути. И в случае успеха о награде можно было даже не мечтать. Она превзойдет все самые смелые ожидания. Для демиургов нет невозможного. Во всяком случае, среди тех вещей, которые могут себе представить простые, ну или не совсем простые, смертные.

— А ну прекратить! — ребенок почти повис в воздухе, пойманный за ухо своим родителем, вернувшим маску на место.

— Значит и правда вы, — вздохнув, сказал брат и опустил защиту. — Я рад. Но все равно волнуюсь. Произошедшее с нами необычно.

— Кто бы спорил, но только не я, — хмыкнула про себя полуэльфийка и принялась неспешной походкой обходить высыпавшую из двух уцелевших (а откуда тогда столько народа?) автобусов толпу. На этот раз она держала свои воровские привычки под контролем. Если среди тех, кто неожиданно попал (а в этом сомнений уже не оставалось), оказалась воровка, то вдруг и страж закона найдется? А в отсутствии в зоне досягаемости судей и адвокатов довольно часто в дело идет суд Линча. На свою магию у молодой ведьмы надежды не было. Уж различных магов, чернокнижников, жрецов, чародеев, колдунов и волшебников среди ролевиков всегда хватало, а значит здесь их десять на дюжину.

Большинство существ, бывших ранее ролевиками (у воров профессиональная память на лица) оказалось в растерянном состоянии. У некоторых девушек, да и юношей тоже, началась истерика. К счастью, кроме уже попавшихся ей на пути Гаары и Наруто, среди землян был только один ребенок. Маленькая девочка с двумя косичками, откликавшаяся на имя Маша и имеющая трех братьев, в чьих чертах сквозило что-то звериное, а на плечах болтались медвежьи шкуры. Судя по всему, малышку прихватили потому, что ее было не с кем оставить. Медик, пусть и недоучившийся, как могла помогала встревоженным людям, успокаивая их беседами и как бы между делом расспрашивая о том, кто они такие и что у них есть. Впрочем, если Тайара видела, что ее присутствие неприятно пациенту, она тут же удалялась. Пусть создать о себе хорошее мнение удастся не у всех сразу… Но зато не будет и негатива. Хорошая репутация — прекрасное подспорье для вора. Пусть даже он и не собирается делать ничего противоправного. Во всяком случае, пока.

Время шло. Откуда-то появилась провизия, которой разнообразные люди и нелюди заедали стресс. И запивали тоже. Спиртные напитки поменяли тару, но не градус. Наломав дров, зажгли несколько костров, разбили палатку. Полуэльфийку, успевшую примелькаться и таскающую за своей спиной весь свой немногочисленный багаж, большей частью которого был свернутый спальный мешок, охотно к ним приглашали. За какой-то час Тайара успела попробовать медовых сот (не зря успокаивала Машу, расплакавшуюся от превращения платьица в сарафан), жареного кабанчика с пивом (вот и пригодился трофей, пятерка очень молодых, скорее давно небритых, чем бородатых гномов, случайно порвавших свою палатку незачехленным топором, на сделанные ей косые стежки отреагировали как на чудо, а на саму иголку как на божественный дар), эльфийского вина (а ведь всего-то одолжила косметичку) и даже горсть кедровых орехов (откуда они у энта, если он, судя по листьям, ясень, и как он поместился в автобусе?).

Сейчас же девушка помогала какому-то симпатичному молодому человеку, снявшему с себя готический доспех черного цвета, складывать разбросанные вещи в его дорожный сундук. Ведьмочка своим пусть толком и не освоенным, но действующим магическим даром чуяла отходившие от него волны силы. Какой-то очень странной силы. Этакий коктейль сладкого и свежего с тухлым и горьким. И очень концентрированный коктейль. На первый взгляд никого сильнее среди попаданцев не было. Да и на лицо парень был достаточно симпатичен. А как слабой хрупкой девушке с кинжалом (даже не отравленным, вот дура, про яд забыла!) в рукаве, можно обойтись без защитника с большим двуручником? Тем более, если у него высокий рост, длинные черные волосы, красивое лицо, пусть и слегка подпорченное явно выпирающими скулами и мускулистое жилистое (что видно даже сквозь рубашку) тело. Худоват правда, но это ничего. Если что-то у них получится, откормит.

— А что искал-то? — спросила девушка, убирая в сундук последний из разбросанных предметов, оказавшийся точильным камнем.

— Иглу, — ответил ей парень. — Точно знаю, что должна быть, а вот где именно, хоть убей, понять не могу.

— Вот блин, — пронеслось в голове у полуэльфийки, — такую подлянку ему устроила… Хотя он же не узнает…

— А ты вообще кто? — спросила она. — Доспех черный, страшный, весь в шипах, меч тоже явно не для светлого героя предназначен. Да и сила у тебя какая-то… необычная.

— Я? — хмыкнул парень и, окинув девушку взглядом, в котором ясно читался интерес, начал выспренную и явно заранее разученную и не раз прорепетированную речь. — Я великий и вечный ужас, держащий в страхе целые страны, моим именем пугают армии, а убить меня не в силах ни смертные, ни бессмертные!

— Ну… — ведьмочка внимательно оглядела своего возможного (куда он нафиг денется?) бойфренда. — Как-то не слишком похож ты на Саурона, а именно его я почему-то вспоминаю при этих словах.

— Правильно, — согласился с ней парень. — Я не он. Я лучше. Я не какой-то там импортный злодей, я наш отечественный Кащей.

— Вот блин, — удержать на лице восторженно-смешливую полуулыбку стоило титанических усилий полуэльфийке, — Вот попала! Но он не узнает!!!

Снова Антон, всё ещё лес, дерево

Нет, начиналось всё вполне прилично. Предложение Ксюхи… — хотя сейчас всё же Каруры — было вполне уместным. Немного выпить напряжённому и нервничающему Веталю пошло бы на пользу, да и познакомиться с остальными коллегами по несчастью… Долго искать выпивку не пришлось — за какую-то минуту девушка отыскала её в буквальном смысле чутьём, по запаху. Трое гномов, окинув взглядом компанию, особенно меч Каруры, быстро согласились выпить за знакомство. Тем более, у них с собой среди уймы прочего имущества, упакованного в здоровенные рюкзаки-ящики, обнаружилось аж три небольших бочонка с чем-то, смахивающим на крепкое тёмное пиво, и самогоном. Гномы оказались бродячими наёмниками-побратимами — кузнец, алхимик, и рунолог. Тоже сплочённая компания, старых ролевиков… Ребята отнеслись к ситуации на удивление по философски — ну, случилось вот такое… Ну так, небось, раз можно в одну сторону, значит, можно и обратно. Да и здесь не пропадём… Тем более, выпивка пока есть. Карура их горячо поддержала… в общем, очень скоро разговор перешёл в совместную пьянку.

Антон ограничился кружкой пива, из которой делал мелкие глотки, и присматривался к происходящему; на него быстро перестали обращать внимание. Немного понаблюдав за гномами, он решил, что их уверенность и спокойствие если и не полностью, то процентов на девяносто вызваны персонажами. То есть спокойны гномы, в которых превратились ролевики…

Как бы там ни было, пьянка не думала утихать. Веталь-Лайнер на удивление быстро отрубился — похоже, гномья выпивка оказалась куда крепче, чем показалась сперва… — и Антон оттащил его в сторону, поскольку гномы так энергично махали массивными кружками, что могли и зашибить спящего ненароком. В общем, Антон тоже отодвинулся и переключил основное внимание на происходящее вокруг, выглядывая островки спокойствия и потенциальных лидеров. Довольно быстро из толпы было выделено несколько объектов: тёмная эльфийка в обтягивающем одеянии, обходящая группки ролевиков и предлагающая медицинскую помощь; ещё одна эльфийка, светлая, занимающаяся примерно тем же, но пользуясь магией; водитель одного из автобусов… Последний обратил на себя внимание в первую очередь потому, что его сопровождали персоны, знакомые как Антону, так и Шикамару. Наруто и Гаара, персонажи той же анимехи, из которой пришёл и его прототип. Правда, эта парочка была помоложе Антона… Похоже, это сыновья водителя.

Бросив взгляд в сторону гномов и неки, Антон заметил, что пьянка набирает обороты. К собутыльникам стали подходить другие ролевики; один из гномов собрал странноватого вида аппарат, оказавшийся самогонным, и прямо «на ходу» гнал самогон из смеси своих запасов и окрестной флоры. Однако…

Количество народа, участвовавшего в пьянке, продолжало увеличиваться. С одной стороны, это позволяло ближе ознакомиться с «попаданцами» и помогало как-то снять их стресс, но с другой… У Шикамару начали появляться мрачные предчувствия. И они не замедлили оправдаться… Кажется, всё началось с попытки одного из орков залезть под одежду к подвыпившей неке — каковая попытка оказалась встречена мощным апперкотом, заставившим зеленокожего отлететь на пару метров. К изрядному удивлению Антона, орк встал, поправил челюсть, и с рёвом бросился на обидчицу. Юноша в голубой мантии, пытавшийся склеить Каруру, поморщился, взмахнул рукой, и орк осел; однако волшебник тут же вместе с возмущённым воплем схлопотал оплеуху от другого орка и свалился на землю. За волшебника вступился какой-то коротышка — хоббит, что ли?.. — неожиданно ловко засветив орку в живот, так что тот скрючился, и пьянка превратилась в драку… Гномы резво оттащили самогонный аппарат и прочее имущество в сторону, рунолог остался его охранять, а остальные два гнома присоединились к «веселью». Вот в этот-то момент Шикамару и переместился на дерево, прикинув, что там будет намного безопаснее.

Переломным стал момент, когда кто-то дёрнул Каруру за хвост. Если до того она, на взгляд Шикамару, сдерживалась, то после этого… Нет, меч так и остался лежать на земле, — к слову, драчуны о него неоднократно спотыкались — и когти она выпускать не стала, но удары стали более жёсткими. Вспомнив о силе неки, Антон скривился. Как бы трупов не было… Им всем нужно держаться вместе, а они дерутся… Никогда такого не понимал.

Он вздохнул. Надо бы разнять драчунов и прекратить драку… Как там Шикамару это делает?..

Сложенные вместе руки проделали несколько быстрых жестов, и тень дерева, задрожав, потянулась к драчунам. Однако не дотянулась…

— Прекратите! — послышался чей-то властный голос, и что-то расшвыряло дерущихся в стороны. — Драка — последнее, что нам сейчас нужно!

Хамелеон. Перевёртыш из Сосновска

— Аххххшшш… — только и получилось, вместо полноценного вопля «Где-это-я-господа-бога-душу-мать!» Этому чрезвычайно информативному воплю помешало очень яркое ощущение жидкого пламени вместо давно известного и привычного родного тела. Причём активно, ОЧЕНЬ активно горящего. Я просто превратился в комок огня, который каким-то образом чувствует то, что сгорает в его пламени. По сравнению с этими ощущениями вбитое в память послание Творца уже мнилось мощным, бурным, но почти приятным событием.

«Хрен вам всем! Выдержу!» — невероятное желание жить прорвалось из глубины расползающегося под ударами боли сознания. Меедлееенно, очень медленно и аккуратно я стал стаскивать разбегающиеся обрывки мыслей и команд в один стройный и прочный монолит. И это помогло. Понемногу «искристые» обрывки нервных импульсов стали понятными. Это — левая рука, а это — доносящиеся справа непонятные звуки. А это дикое жжение, похоже, принадлежит коже на животе. Теперь, разобравшись в себе, я, шаг за шагом и всё так же спокойно, подбирал ключики к взбесившемуся организму. Первые простые команды телу — приподнять веки, пошевелить пальцами — терялись безответно в болевом шуме, как будто у меня не осталось ни единого мускула. Сложно представить, как это выглядело снаружи, но неожиданно всплывшая в памяти подсказка направила усилия в нужное русло — и всего лишь через несколько секунд рождённое из воспоминаний тело пошевелилось, и я смог приподнять веки.

Несколько секунд спустя плавающие перед глазами круги превратились в чёткую картинку: светлое небо с редкими облачками, изливающийся с него невыносимо яркий свет, и ничего более. Я сморгнул выступившие слёзы. Моргнул ещё раз. Мышцы буквально с каждой секундой наливались силой, казалось, ещё чуть — и я смогу взлететь!.. И на самом деле, через считанные мгновения я приподнялся и сел.

Попытка осмотреться привела к вспышке боли в глазах и затылке, но я успел заметить немало. Остатки открытой кожи буквально на глазах обугливались, покрываясь волдырями и твёрдой коркой, которая тут же расплывалась и снова превращалась в ровный розовый эпителий. Находящиеся вокруг разнообразные существа(?!) с трудом поддавались опознанию, зато в считанных метрах слева находились, похоже, деревья, отбрасывающие на землю хоть сколько-то густую и плотную тень.

Попытка вскочить оказалась на диво удачной. Каким-то лёгким текучим движением я поменял положение в пространстве — и уже твёрдо стоя на ногах, удивлённо осознал, что одна часть моего нового сознания, которую я считал собой до сих пор, о таком навыке и не подозревала. Зато вторая…

Вторая часть сознания сработала на автопилоте, отработав классический отход. Зашипев(?), я за три очень длинных полушага-полупрыжка переместился в тень. Но когда на четвёртом шаге я подпрыгнул и вцепился в дерево на высоте двух человеческих ростов, то в кору воткнулись вполне приличные когтистые и бронированные лапы. Остатков одежды на мне снова не было, да и не нужна одежда шипасто-чешуйчато-опасному зверю. А по вцепившимся в новую опору руколапам пробежала рябь, изменяя цвет и текстуру чешуек брони и редких участков открытой кожи. Меньше чем за секунду вполне человекообразный зверь, вооружённый когтями, зубами, покрытый бронёй и шипами и к тому же гордо несущий шикарный нарост-гребень на голове, превратился для невнимательного взгляда в часть толстого древесного ствола. А пробуждённая память второй части сознания нашёптывала, что можно включить механизм глубокой маскировки, меняя не только цвет, подобно хамелеону, но и форму организма. Но даже этим не ограничивались возможности по мимикрии — новая память услужливо продемонстрировала картины боя с демонами — этих странных существ, обладающих очень разной внешностью, но одинаково хорошо владеющих очень опасными колдовскими умениями, иначе назвать было сложно. И в тех боях третий уровень маскировки позволил скрыться даже от волшебного зрения демонов и их прислужников, убирая самосознание в непонятные глубины.

Через некоторое время я вернулся из воспоминаний в реальность и осознал — автопилот по-прежнему вёл меня. И все доступные органы чувств уже приступили к осмотру окружающего пространства. Осознание также позволило мне обнаружить некоторые отличия между человеческим телом и этим, которое в новой памяти — памяти метаморфа-Перевёртыша Сергея из Сосновска, заброшенного в чужой мир, мир Тьярмы — называли коротко и ясно — «боевая форма».

Зрение? Изрядно лучше — глаз у меня теперь минимум пять, и смотрят все в разные стороны, не считая немного расширенного диапазона — я теперь вижу и в темноте. Стоп, вторая пара — это не глаза, это что-то вроде биолокатора.

Слух? Особо не изменился, да и с чего бы…

Мускульная сила? Гораздо выше, как и скорость нервных импульсов. Причём не просто выше, а выше на порядок. Перевёртыш в боеформе способен без напряжения пробить руколапой бронежилет, хитиновый панцирь небольшого монстра, или толстую деревянную доску, и прыгнуть на несколько метров вперёд или вверх. Если же приложит все усилия…

Защита? Тело покрыто своеобразными чешуйчатыми щитками брони, включая полноценный шлем на голове. И регенерация у него высочайшая — отрастить оторванную с мясом руку за неделю-две или за минуты восстановить более мелкие повреждения вроде переломанных рёбер считалось у нас в порядке вещей. Но она всё же не всесильна.

На поле, куда нас занесло, люди и нелюди врубались в ситуацию, собирались в группы, разговаривали. Кто-то лежал на земле, кто-то бродил — без видимой цели. Какой-то парень во вполне обычном камуфляже повторил мою резкую пробежку, тоже запрыгнув на дерево — хоть на другое, и то ладно. Вокруг понемногу пробуждалась местная жизнь, шокированная не меньше нас. Всякие насекомые — крылатая мелочь, не похожая на наших мух, вполне земные муравьи, бодро топающие колонной по дереву мне — внимания на нас особо не обращала. Я чуть шевельнулся, отодвигаясь от муравьиной тропы — над головой в ужасе пискнула мелкая серая грызунья, стремительно убегая от страшного меня по веткам. Над поляной пролетел местный воробей, удивлённо чирикнув…

А я продолжал вспоминать. Большинство ярких воспоминаний принадлежали Перевёртышу. Да сейчас я им и был…

…«Бомбоштурмовой удар» крылатых ящеров, разбудивший меня в тот злосчастный день Переноса. Вообще, чтобы спать в дни Красного Неба, нужно было иметь либо реально железобетонные нервы, либо изрядный запас снотворных. А ещё — чего-нибудь угнетающего мозговую деятельность. Всё вместе уже позволяло заснуть — часов на пять. Потом даже сквозь туманы снотворных пробирались кошмары…

…Город после Переноса. Люди дичали буквально на глазах, и порой это не было даже метафорой. Один из первых мутантов-человекозверей родился у меня на глазах.

…Первая трансформация. Организм точно так же горел и плавился, как полчаса назад. И точно так же мне приходилось выстраивать самого себя. А ведь в моей трансформе было отличающее от инициаций других оборотней: они превращались, чтобы драться, я же — чтобы спастись. И не было рядом Сноходца, способных на первых порах контролировать инициацию метаморфов, пока сознание человека не сможет само подчинить изменённое тело.

…Вот тогда мне в первый раз пришлось убивать… Ну и что, что это была пара змееногов, забравшихся в этот интересный нам обоим дом непонятно зачем. Именно тогда потерялась разница между мной и другими оборотнями. Я повис на потолке за углом лестничной клетки и так же тихо, как и сейчас, ждал захватчиков. До этого в подобных стычках я только прятался, но когда первый из них выполз из-за угла, я ударил — два кистевых шипа пробили одновременно обе шеи зверя, а движущегося позади смело с лестничной площадки телом собрата, отброшенным мною как ядро маятника.

…Встреча с тёмными сектантами. Один чёрт, что тёмные, что светлые. Им всем было нужно уничтожать: чужих, мутантов, Меченых — но от светлых можно было поначалу отбрехаться, представившись человеком или просто спрятавшись. Впрочем, светлые ничем не выдавали своей «светлости» — найти между ними и всякими бандитами разницу было сложно. Разве что к Меченым они относились хуже прочих.

А вот тёмным годились все. Впрочем, именно в столкновении с ними, уходя от нашинкованных останков одного из этих людоедов, я смог, точнее, вынужден был использовать третий уровень маскировки. Найти меня бойцы тёмных и пришедший с ними колдун не смогли…

…Контакт с Башней. С единственной крупной организацией в городе, которая не относилась к нам, как к противникам. Она и состояла в немалой части из меченых.

Многое другое лежало в глубокой памяти Хамелеона. Глаза Кардинала, проводящего проверку нового бойца. Битва с чёрным монстром, выбравшимся из глубоких подземелий города. Разведывательный рейд к очередным непонятным Вратам — пространство вокруг города Древних представляло собой издырявленный, штопаный и разодранный субъект… На этом рейде воспоминания метаморфа — и вообще почти все мои — оканчивались. Вот такая замечательная вводная в Игру.

Спрыгиваю с дерева, и прислоняюсь спиной к могучему, похоже, дубу. Поляна вовсю кипит жизнью… Да и какая это поляна — просто почти прямоугольной формы пятачок, окружённый древними древесными стволами и плотными, густыми кустами. На самом-то пятачке хватает и камней, и травы, но ничего большего.

Бывшие партнёры по Игре сейчас заняты очень полезными делами. Вот, к примеру, трое мужиков в медвежьих шкурах — мирные земные сородичи-берсерки. И сейчас они безуспешно пытаются успокоить маленькую плачущую девочку в сарафане. К ним подходит тёмнокожая остроухая девчонка и несколькими словами успокаивает ребёнка…

Собратья-оборотни — это хорошо, но на фоне той же эльфийки не смотрятся. Или вот суровый седоватый мужик в балахоне и с посохом — как есть колдун. Да таких здесь много!.. Ненавижу колдунов. Потому что эти сволочи нас изрядно достали ещё там, пользуясь дальнобойностью своих сил. А вот один из колдунов в балахоне отошёл в кусты… И, однако, наткнулся на местную живность. Треск, грохот, вспышки — несколько фигур бросаются в сторону драки. Впрочем, результат стычки стал ясен почти сразу — когда этого беднягу притащили на поляну в не очень живом состоянии.

Ну что ж, я понял, что в одиночку, даже используя немалый опыт выживания метаморфа, мне не выжить. Я-метаморф жил в земном городе, как и я-человек — пусть даже городу изрядно досталось. Здесь же — дикая природа другого мира. Совсем другого — в котором есть магия и прочие неприятности, вроде метровых пиявок. Ну что ж, надо влиться в общество. Или, по крайней мере, не слишком отвалиться. И эта мысль — тоже подарок Перевёртыша, самостоятельно пришедшего в чужой отряд.

Отлипаю от дуба, принимаю вид себя-человека, и выдвигаюсь к одной из групп. Не к ближайшей, так, что по въевшейся в новые кровь и кость привычке меня можно легко принять за кого угодно, только не за меня самого.

Лес. Первые жертвы

Отчаянный вопль, в котором испуг перемешался с болью, пронесся над поляной, полной тех, кто совсем недавно был самыми обычными людьми. Исходил он из росших на окраине свободного пространства кустов, и прекращаться явно не собирался. Спустя долю секунды, на которую все замерли в замешательстве, к источнику звука кинулся никто иной, как Бэтман, успевший на ходу бросить детям фразу: «Сидите тихо, никуда не уходите, Гоша за старшего». Наруто пытался не послушаться и броситься вслед за отцом, но песок, облепивший его ноги до колен, ему помешал.

Вслед за супергероем бросился молодой человек, при виде которого сосуд девятихвостого издал завистливый рев

— Шикамару! Почему ты вырос, а я нет?! Так нечестно!

Ниндзя из Конохи, перемещающийся длинными прыжками, в полете обернулся и едва не влетел в дерево, такой ужас на мгновение отразился на его лице. Его рот открылся и те, кто могли читать по губам, а таких оказалось на удивление много, отчетливо разобрали фразу.

— «Проклятье! А я ведь мог стать таким же сопля…»

Хотя в последнем слове могли быть и ошибки. Все-таки он уже был далеко. И двигался. Быстро.

Тройку самых резвых бегунов завершал, как это ни странно, человек с седыми волосами и в балахоне, буквально кричавшем о том, что его владелец черный маг. Длинная одежда, впрочем, почему-то не мешала ему двигаться очень и очень быстро.

Крики из кустов усилились, а потом резко оборвались.

Вслед за тройкой спасателей устремилось еще десятка два, во главе с ушастым паладином, который, судя по лицу, готов был провалиться сквозь землю от позора за свое промедление. А еще лучше — провалить при помощи молота кого-нибудь другого. Но когда они достигли своей цели, то оружие уже было не нужно.

— Медики есть? — мрачно спросил Шикамару, разглядывая Бэтмана и Ксардаса, склонившихся над телом, выглядевшим полнее человеческого и облаченным в белый халат. Рядом с ним лежало несколько туш, располосованных метательным оружием и одна глыба льда, в которой, изогнувшись, как для броска, замерло нечто среднее между дождевым червем и зубастой пиявкой. Метрового размера. Длинное тонкое тело, бледно-розового цвета, покрытое кольцами мышц завершало ротовое отверстие, по краям которого шла щетка из нескольких рядов мелких, но на вид очень острых зубов.

— Поздно, — встал с колен черный маг. — Был бы он жив, я бы сумел исцелить парня, а так…

— Помолимся за упокой души усопшего… — паладин печально опустил голову и уперся молотом в землю, сложив руки на кончике рукоятки. Он уже открыл рот, готовясь прочесть последнее напутствие ушедшему, как вдруг чудовищный по силе, но нанесенный как-то не слишком умело, удар, едва не своротил ему скулу. Взгляд эльфа наткнулся на демонессу в облегающем наряде, в глазах которой плескалась Бездна, а молот скрестился с полыхающим багряным пламенем трезубцем.

— Мерзкое отродье!

И левая рука, облаченная в латную перчатку и на секунду выпустившая молот, врезается в прелестное лицо, чья обладательница коротко вскрикивает и падает.

— Прекррратить! — несется сзади раскатистый и утробный рык, паладина тут же обхватывают две большие…ветки? Нет, все-таки руки.

— А ну цыц мне! — не смолкает командный голос. И его обладатель наконец то выходит вперед. Это молодой мужчина в черных готических доспехах, со скуластым и в данный момент очень злым лицом. — Чего вы тут устроили, вашу мать?!

— Этот, — вслед за первым словом из пухлых губ демонессы полился такой поток брани, что некоторые из собравшихся с тревогой покосились на энта, сжимавшего в своих объятиях паладина, не завянет ли на том листва. — Он его душу собрался отпустить! А она ведь еще тут, я чувствую! Ее еще можно на место вернуть!

— Лапы прочь от его души, выкидыш Бездны, — паладин задергался и энту потребовалась помощь, чтобы его удержать.

— Тупой фанатик! — зло огрызнулась девушка, тем не менее прямо из положения сидя отпрыгивая за спину парня в черных доспехах. Там ее подозрительным взглядом встретила темная полуэльфийка. — Сестра, да скажи ты им!

— Ольга, ну ты же знаешь, я в магии полный ноль, — грустно покачала головой ангел, также оказавшаяся на месте происшествия. — Вот если бы кому морду набить, так это я всегда пожалуйста… или ногти вырвать… или совсем пришить, это я с радостью.

И извлекла прямо из воздуха большую шипастую дубину, целиком сделанную из синего металла. Кое-где на оружии виднелись подозрительные буроватые пятна.

Собравшиеся рефлекторно округлили глаза, такое контрастное зрелище им раньше не встречалось.

— Без ритуала, ингредиентов для проведения которого нет и не предвидится, я про душу ничего сказать не могу, — авторитетно сказал Ксардас. — Но, думаю, девочка не врет. Если над телом не провести соответствующие обряды, то его бывший хозяин способен болтаться где-то неподалеку до трех дней. И в это время его вполне можно попробовать вернуть на место, а там и тело реанимировать. Но сам я этого не могу. С душами работать смертным тяжело. Увидеть и поговорить еще можно, а вот что-то сделать…

— А если он сам в тело втиснется? — спросил Бэтман.

— Не сумеет, — покачал головой темный маг. — Это как собственные уши без зеркала увидеть, у самого в жизни… хм… точнее в смерти, не получиться. Девочка, ты можешь ему помочь? И, кстати, кто ты?

— Зовут Ольгой. Что в оригинале, что персонажа, который представляет из себя дочь от высшей демонессы и смертного мага, заодно сводная сестра этой белокрылой маньячки, отец у нас один, — охотно ответила девушка и на этом замялась. — А душу… ну… я же все-таки не чистокровный демон. Я ее не вижу. Только чувствую. А значит, и дотронуться не могу.

— Не позволяйте ей… — начал было паладин но тут же его речь оборвалась. Темная полуэльфийка бросила в него что-то вроде комка теней и у эльфа пропал голос.

— Тьфу, блин! — сплюнул парень в черном доспехе и начал раздавать указания. — Ты, ты и ты! Берите тело, тащите в лагерь, может там найдется кто-нибудь, кто души видит. Тайара, верни этому молотомахателю голос. Кхм… а кто-нибудь знает, зачем покойный сюда поперся?

— А зачем обычно ходят в кусты? — пожал плечами Шикамару.

— Нет, ты не прав, — возразил ему Бэтман. — Смотри. Вот здесь, где он лежал, из под слоя земли видны каменные плиты. Это какая-то дорога, вроде римских виа, только заброшенная и почти разрушившаяся. Я ее уже давно заметил, она проходит через наш лагерь и ее концы теряются в болоте. Впрочем, если глаза меня не обманывают, примерно в пятидесяти метрах отсюда есть еще один сохранившийся участок. Погибший, очевидно, решил пройти по дороге и узнать, что расположено дальше по ней. Ведь если есть камни, то есть и те, кто их положил.

— Хм… идея хорошая, исполнение отвратительное, — вздохнул парень. — В одиночку и без оружия… Дурак. Но все-таки проверить окрестности стоит. А то мало ли, вдруг найдется что-нибудь похуже этих пиявок.

— Я займусь, — кивнул Бэтман. — Только детей предупрежу.

— Составлю тебе компанию и огневую поддержку, — высказался Ксардас, уже успевший оценить мощь исходящей от самозваного командира силы и поэтому решивший зарекомендовать себя с лучшей стороны.

— Ну тогда и я с вами, — вздохнул Шикамару. — Но на этом придется ограничиться. Толпа народа распугает всю живность… в том числе и ту, что может напасть на одиночку или маленький отряд.

Потратив несколько минут на сборы, компания бывших землян зашагала по кочкам, из-под которых кое-где вылезал гладкий камень.

— Что-то странная у нас подобралась компания, не находите? — спросил Ксардас у своих спутников, едва они удалились от лагеря. — Трое темных. И все добровольцы.

— Я темный только формально, — ответил Шикамару лениво почесывая щеку, — просто сейчас все начнут метаться и вопить: Кто виноват, что делать, куда идти ну и все в том же духе… Производить много разных бессмысленных действий, в общем… Мне это не нравится. Не то чтобы я был таким уж трудоголиком, скорее даже наоборот, но лучше уж заниматься тем, что действительно может принести пользу. Например, разведкой. Тем более, что моим приятелям, судя по всему, нужно время, чтобы прийти в себя. Находиться же рядом с ними, когда они в состоянии стресса несколько… неосмотрительно.

— А я просто не хочу оставаться в неведении относительно опасностей, способных встретиться на окружающей территории. В нашем положении недостаток информации может стать фатальным, а у меня дети, — негромко ответил Борис. — Тебе же, очевидно, просто хочется остаться наедине, чтобы подумать. А дополнительной целью нашего обхода территории является более близкое знакомство с потенциальными союзниками. Большинство землян стали светлыми или нейтральными, так что нам стоит держаться вместе.

— Кхм… — подавился заготовленной фразой Ксардас, чьи планы были раскрыты. — Какой заумный слог, я от него чувствую себя практически каким-то провинциальным сельским колдуном. Говоришь так, будто у тебя два высших образования.

— Три. И еще парочку мог бы сдать экстерном.

— Неслабо оказывается, образован летучий мышь, — усмехнулся Шикамару. — А я как-то считал его просто мордоворотом в обтягивающих тряпочках.

— Это только мои знания. Брюс Уэйн же куда умнее и образованнее простого водителя автобуса. Раз в десять.

Сергей промолчал. Идея создать команду с этими двумя уже не казалась ему такой замечательной. Один имеет коэффициент умственного развития, уходящий в заоблачные выси, ну а второй просто лентяй, даром что тенями командует, а значит является почти темным магом. Да и приятели его… Если соответствуют своим анимешным прототипам, то могут с успехом распугивать маленькие армии. Впрочем, как и многие из прошедших преображение землян.

— О Белиар! — мысленно воззвал он. — Где бы взять героя? Светлого дуболома с грудой мускулов и минимумом мозгов, способного взять на себя всю грязную работу. Желательно бесплатно. Нет, я, конечно, понимаю, что прошу невероятно много, бескорыстные идиоты на дороге не валяются…

Шикамару поднял руку и остановился.

— К нам кто-то приближается, — сказал он, и, взвившись вверх, одним прыжком скрылся в кроне ближайшего дерева.

Прислушавшись, на самой грани слышимости некромант действительно что-то уловил. Треск. Слабый. Далекий. Но быстро усиливающийся.

Ксардас обернулся к Бэтману, но успел заметить лишь край его плаща, исчезающий в кустах. Ни один листик на придорожных зарослях не шелохнулся, будто и не прошло их насквозь тело, состоящее из примерно сотни килограмм одних мускулов.

Треск уже стал ясно различим. К людям сквозь подлесок и, кажется, некрупные деревья, ломилось что-то большое.

— А я? А как же я? — пробормотал темный маг и тут в нескольких метрах от него в просвете между ветками мелькнула страшная громада, вся в каких-то комках и лохмотьях. — Я не умею прятаться… А! Во имя Белиара!

От разведенных в стороны рук Сергея рванулась вперед волна тьмы, срывая с деревьев листву и убивая чуждыми живому энергиями все живое на своем пути.

Вслед за ней, спустя какую-то секунду, в заросли сверху полетел кунай, вокруг которого был обмотан свиток. Прогремел взрыв.

— Да вы че, охренели? — яростный рев раздался оттуда, куда угодил метательный снаряд ниндзя.

На дорогу выбрался уже знакомый троице паладин вместе со своим жутковатым молотом. Вот только внешность его претерпела значительные изменения. Сверкающая броня покрылась коркой тины, на нее налипли опавшие листья, а из прически эльфа торчала пара веточек. Подпаленных. Одна все еще тлела.

— Совсем озверели, гады темные, — пожаловался он вышеупомянутым и принялся отряхиваться.

— Чему обязаны вашему визиту? — настороженно осведомился Ксардас. — Вроде бы вы были очень заняты…

— Был, — кивнул паладин. — Но по здравому размышлению решил, что в разведке я причиню большое пользы.

— А вернее меньше вреда, — Бэтмен, возникший, казалось из ниоткуда за правым плечом эльфа изящно уклонился от неуклюжего выпада молотом, нанесенного явно рефлекторно. — Как сильно на ваш характер повлияла произошедшая с вами перемена? Были ли у вас раньше приступы немотивированного насилия?

— Не было. Их и сейчас нет. С точки зрения паладина, — грустно усмехнулся эльф. — Проблема в том, что борцу за свет уничтожение нежити, демонов, и всяких непонятных тварей видится совсем в ином ключе. Чувствуя, что это добром не кончится, я и удалился от лагеря.

— И в таком случае, что же заставило вас так настойчиво нас преследовать? — осведомился Бэтман, все тем же спокойным ровным тоном. — Или желаете попрактиковаться в уничтожении?

— Желаю, — согласился Анатолий. — Но скорее в терпимости. Представителей вашей группки, у которых нервов видимо нет вообще, мне, если что, будет не так просто пришибить…

С этими словами паладин закончил приводить себя в порядок и шагнул вперед. Попытался шагнуть, но сумел лишь конвульсивно дернуться.

— Я ему не доверяю, — раздался голос сверху, — если он припадочный, не стоит ему идти с нами. В случае нападения где-нибудь на открытой местности, под рукой может не оказаться такой шикарной тени, способной при необходимости удержать даже слона.

Эльф и вправду стоял прямо под деревом, чья крона защищала от солнечных лучей достаточно места, чтобы в нем мог уместиться не один десяток человек.

— Шикамару, — поморщился Ксардас, — сними с него паралич. Парень дело говорит.

— Ты думаешь? — осведомился откуда-то из ветвей ниндзя.

— Конечно, — кивнул некромант. — У каждого из нас в результате произошедших изменений появились свои сильные и слабые стороны. С последними надо бороться, в этом я прекрасно понимаю этого воина Света… мало ли… вдруг у меня тоже прорежется что-нибудь из не самых милых привычек темного мага? К примеру, профессиональный интерес к девственницам.

— Хм? — мастер теней все-таки рассеял свое дзютсу, от чего эльф, по-прежнему продолжавший пытаться сдвинуться с места, едва не упал, — поневоле порадуешься, что никаких особо отрицательных качеств у персонажа, выбранного мной для создания игрового облика, не имеется.

— Точнее, ты не считаешь их отрицательными, — поправил его Бэтман. — Что ж, раз инцидент исчерпан, предлагаю идти дальше. Уважаемый… э…

— Анатолий, — представился паладин. — Но можно просто Зеленый.

— Рад знакомству. Борис и в то же время, как вы наверняка догадались, Бэтман. А это Ксардас и Шикамару. Вас не затруднит сделать шесть шагов вперед?

— Кхм, вроде бы нет, — ответил эльф и действительно передвинулся на пару метров.

— Отлично, — похвалил его человек-летучая мышь. — Вот так и идите. А мы за вами.

— Но… почему? — удивился паладин и его рука в латной перчатке еще крепче сжала рукоять молота.

— Это элементарно, — пожал плечами Бэтман. — Длина вашего оружия вдвое меньше разделяющего нас расстояния. Таким образом, чтобы напасть, вам нужно сначала развернуться, а потом приблизиться вплотную, что даст нам время на защитные действия. Вижу, вы колеблетесь. Почему?

— Да как сказать, — Анатолий действительно мялся, не решаясь начать движение вперед. — Понимаете, все мои инстинкты протестуют против того, чтобы я пускал темных за спину. Интуиция буквально вопит, что это добром не кончится…

— Прекрасно, — кивнул Бэтман и в его ровном спокойном голосе прорезалась сталь. — Тогда иди вперед!

Нифгардские болота. Остатки старого тракта. Тролль с высшим образованием

По кочкам и лужам, из-под которых в редких местах виднелись древние каменные плиты, уверенно шагали две большие лапы, неумолимо пожирая расстояние. В этом им немало помогал витой посох, на первый взгляд выточенный из кости, а на второй представляющий из себя обычную деревяшку, которой магия не дала потерять цвет обнажившейся из под слоя коры светлой сердцевины. Он исправно собирал из окружающей среды магическую энергию и передавал ее своему хозяину, а также, при необходимости, мог значительно усилить потоки маны, проходящие через него, и придать заклинаниям добавочную мощь.

Впрочем, посох был вещью хоть и редкой, но заурядной. В отличие от его владельца. Артыг или, как его уже давно называли, болотный отшельник, имел одну очень отличительную черту. Был троллем. Жизнь его была по меркам его родного племени невероятно долгой, да и прочие существа в большинстве своем испытывали почтение к ста сорока трем прожитым зимам. А кто не испытывал и пытался произвести с гигантом привычную по отношению ко всем троллям манипуляцию, то есть оборвать жизненный путь великана, того ждал ряд весьма неприятных сюрпризов. Посох его был инструментом очень полезным в деле умерщвления оппонента. Артыг сам сделал его под свою руку и заслуженно гордился поделкой. Красивый, прочный, да к тому же артефакт. Почему-то все люди, эльфы или гномы, попадавшиеся троллю за годы его жизни, достаточно умные или трусливые, чтобы не напасть, а попробовать просто поговорить, считали этот предмет трофеем и не задумывались над тем, какую же стать тогда должен был иметь ограбленный волшебник, что его рабочий инструмент при необходимости мог быть использован вместо рыцарского копья.

Детство свое Артыг помнил не очень хорошо, хотя и была у него отличительная черта, проведшая нестираемую черту между ним и его сородичами. Он родился не в горной пещере и даже не в выкопанной землянке, а в вольере Мингардской Академии Волшебства. Там будущий великий шаман и рос, в загоне между болотным хватуном и ночным волком, как достойный представитель нечисти из Нифгардских болот. Своего отца он никогда не видел, а мать, кажется, убили вскоре после его рождения. Взрослого тролля кормить дороже, чем детеныша. В Академию принимали в разном возрасте, позднее сортируя поступивших по группам, так что рядом с вольером Артыга, на зеленой лужайке, заботливо разбитой друидами, а иногда и в его просторном загоне, представлявшим из себя небольшой луг, с искусственно созданным кусочком болота, тренировались как почти совершеннолетние маги в десятом поколении, так и вчерашние крестьяне, выкупленные у их родителей в младенчестве и едва научившиеся членораздельно говорить. Естественно, любопытным детям никто не запрещал дрессировать полуразумный экспонат, даже наоборот, поощряли, если, конечно, те занимались этим в свободное от учебы время. Через магический барьер заниматься этим было неудобно, и поэтому малыши часто просили кого-нибудь из старшеклассников запустить их внутрь. Артыг часто катал на себя детей. Очень часто. И провожал их до ограды вольера, ссаживая на землю только в двух шагах от магической границы. А потом долго смотрел уходящим в след. Ну и, заодно, их провожатым. Все-таки гулять по болоту одни дети не могли, к ним обязательно приставлялся какой-нибудь взрослый ученик, возможно и плохо знающий искусство магии, но способный, если что, позвать на помощь.

Развлечений в академии, особенно для детей, не способных уйти в самоволку, было откровенно мало и юный тролль занимал если и не первое место, так в десятку лучших точно входил. Агрессию по отношению к своим посетителям хозяин вольера проявить не мог, опытнейший маг-менталист при появлении свежего пополнения в зверинце обходил всех пойманных существ и профессионально копался в их мозгах, вкладывая туда категорический запрет на причинение вреда студентам. Те же обитатели загонов, что в силу разнообразных причин такому внушению не поддавались, к посещению допускались только при контроле кого-то из полноправных волшебников.

К пятнадцати годам Артыг мог свободно говорить на двух языках и знал десяток-другой слов еще на пяти. Мингард был столицей обширной империи, в ней перемешались десятки, если не сотни, народов, а дети, которые дрессировали большую но такую забавную зверюшку, естественно, говорили на своих родных наречиях.

Будущему болотному отшельнику повезло. Он практически с самого рождения очень хотел выбраться на волю. Сначала — чтобы пробраться в кухню или поиграть с детьми вне своего вольера. Ну а потом, когда немного подрос — чтобы убраться подальше от Академии и ее магов, для которых, как говорили старшекурсники: «взрослый тролль состоит из ценной шкуры и еще более ценных клыков, а остальное можно отдать собакам». Для того чтобы сообразить, что магию можно победить только магией у обитателя вольера мозгов хватило. Да и как их могло не хватить? Философия, изящная словесность, основы математики и логики, все это учителя в теплое и сухое время года вдалбливали в головы своих подопечных. Изредка в искусственно созданном кусочке болота проводили практикумы по магии, в том числе и боевой. Гнать вылезшую поглазеть на людей и выклянчить что-нибудь вкусненькое тварь никто и не думал. Артыг учился вместе со студентами, благо наглядные пособия обновлялись каждый курс, когда на смену выпустившимся ученикам приходили новые неофиты. Единственное, что было ему сложно, так это скрыть свое развитие от тех, кто мог это заметить. Но на территории магического учебного заведения определить, откуда исходят эманации того или иного неумело созданного заклятия — занятие почти безнадежное, а речь, способную его выдать с головой, тролль старательно скрывал, предпочитая общаться с окружающими с помощью жестов и мимики.

Артыг ждал. И рос. Физически и магически. В магии воды, например, которую в основном и отрабатывали в его и соседних вольерах, уже на голову превосходил обычного выпускника и, пожалуй, мог потягаться с самыми молодыми из преподавателей.

Людей подвела инерция мышления. Обиталище Артыга было надежно зачаровано и, при необходимости, могло бы удержать в себе целую толпу не слишком умных существ, пусть даже и наделенных разумом; не зная заклятья-ключа, которое надо было накладывать снаружи, выбраться из вольера было под силу разве что архимагу. Тролль, да к тому же в жизни не общавшийся с сородичами и поэтому даже теоретически не способный прибегнуть к шаманскому искусству, а только им по всеобщему мнению владела его раса, обмануть чары не мог просто физически. Он — не мог. А вот юный чародейчик, лет десяти, которого Артыг уже больше года убеждал в своих дружеских отношениях и подкармливал сластями, бросаемыми в вольер другими учащимися, смог. Открыть клетку снаружи, особенно если знаешь, как это сделать, а рядом стоит советчик, неоднократно видевший всю процедуру, оказалось достаточно просто. Время для побега было подобрано с умом, в ночь праздника в честь основания Академии все ее работники и те из учащихся, что уже могли пить алкоголь, были заняты, а за поведением более младших никто особо не следил.

Мстить людям тролль не стал, да и, если честно, не мог. Закладка менталиста все еще действовала. Вместо этого он отдал обрадованному карапузу запас конфет, занявший все его внимание на довольно большой промежуток времени, а сам оделся в мантию, которую в его вольере выкинул очень толстый ученик, порвавший ее во время практикума по боевой магии в трех местах. Что было особо ценно, телосложением он напоминал бочонок, а вечно растрепанные и сальные волосы предпочитал прятать под капюшоном. Перемахнуть через забор троллю было легче легкого. Раз уж его даже взрослые люди ухитрялись преодолеть без помощи лестницы, то болотного гиганта такая преграда могла разве что рассмешить.

Горожане на рослого мага, прячущего лицо под капюшоном и пробирающегося куда-то темными улицами, внимания не обратили, резонно решив, что тот в честь праздника идет или за выпивкой, которой, как известно, вечно не хватает, или в бордель, куда, как известно, время от времени заходит почти каждый неженатый молодой мужчина. Да и женатый тоже.

С некоторым трудом, но все же успешно выбравшийся из города Артыг взял курс на свои родные, во всяком случае, в теории, болота, коих и достиг через два месяца пути. Приметная мантия мага, которую теоретически можно было отследить, была сменена на одежду, набранную с ближайшего огородного пугала, хозяева которого вряд ли заметили пропажу части рванья. В дороге случилась пара неприятностей — но не с будущим болотным отшельником, а с теми, кто попытался ограбить одинокого путника, под одеждой которого не видно, что он тролль. Да еще и маг.

Юный Артыг достиг цели своего пути, Нифгардских болот, а затем нашел сородичей, которые там обитали испокон веков. Но только ни одно племя не приняло беженца. Он был не такой, как они. Не знал обычаев, перенял от людей привычку к максимально возможной чистоте и аккуратности, брезговал лежалой падалью, не смотрел в рот старшим, а шаманы твердили о чуждости его силы. В общем, прогнали молодого чародея. Хорошо хоть не убили. Впрочем, тролли никогда не затевали кровавых междоусобиц, оставляя это занятие иным, более цивилизованным расам. Артыг, серьезно обидевшийся на сородичей, поселился практически в самом центре болот. Там с незапамятных времен остались руины форпоста канувшей в лету многие тысячи лет назад империи. Мастерство древних строителей было велико, за утекшие по реке времени столетия стены еще не до конца обветшали и даже тракт, ведущий к ним и построенный не иначе как при помощи магии, кое-где виднелся из под наползающих на плиты кочек.

Сначала изгнанник сильно переживал и беспокоился о своей судьбе, в одиночку выжить на болотах было сложно, но после первой зимы успокоился. Его познаний в магии вполне хватало, чтобы окрестные хищники перекочевали в его кладовку в выпотрошенном виде и кроме того, он смог освоить промысел, о котором слышал от людей, но которого не знали тролли. Зимнюю рыбалку. К пробитой во льду полынье активно лезла разная живность, стремясь подышать. Вот только обитателей болота явно никто не учил, что по ту сторону замерзшей воды может притаиться тролль, помимо самодельной остроги вооруженный еще и магией. Рукотворные волны и гейзеры исправно выбрасывали на лед трепещущую добычу. Хотя пару раз Артыгу приходилось спешно удаляться от полыньи, если всплывали монстры, вроде матки тех же болотных хватунов. Но, так или иначе, свежая рыба на его столе не переводилась, и именно она помогла ему наладить отношения с сородичами. Летом, весной или осенью тролли не знали, что такое голод. Ягоды, грибы, съедобные коренья, птица, рыба, звери…Зимой из всего этого изобилия оставались жалкие крохи. Крупные пернатые откочевывали в более теплые края, а мелких, чтобы насытить хотя бы одного гиганта, надо было наловить штук сто. Выкопать что-то из промерзшей почвы было делом архисложным, болота замерзали, животных тоже становилось мало, волчьи стаи составляли троллям изрядную конкуренцию. Не в малой степени именно по причине зимнего голода за троллями закрепилась дурная слава. Гонимые зовом пустых желудков прочь из болот, они выбирались к человеческому жилью. И ели. Предпочитали скотину, но если ее не хватало… Слава людоедов у племени Артыга возникла не на пустом месте.

Однажды, когда беглец из зверинца возвращался с рыбалки, груженный уловом, к нему из подлеска робко выбралась молодая и достаточно миловидная, по меркам тролля, как раз вступившего в период полового созревания, девушка его расы и с помощью скулежа и зачатков речи попыталась выклянчить у него хоть немножко рыбы. Надо ли сказать, что он поделился едой? А потом даже проводил особу, не побрезговавшую изгоем, до дома. После чего сделал еще пять ходок к своему жилищу, опустошил запасы, но накормил изрядно отощавшее и уже подумывающее о походе к людям племя. И остался там на ночь. Теперь его уже никто не гнал. Впрочем, на следующий день опять ушел. В окрестностях, как оказалось, голодало еще несколько племен. И каждое из них он, по мере сил, пытался подкармливать. Даже могучий организм тролля едва не надорвался от таких нагрузок, но зато к весне он был признан, если и не кандидатом на место вождя, так лучшим добытчиком точно. Шаманы, которые голодали наравне со своими племенами, больше не ворчали, даже наоборот, пытались подсунуть ему в ученики своих отпрысков. Странности поведения были забыты, за хороший мешок еды можно было простить и не такое. Но Артыг не захотел почивать на лаврах, заимев себе пару-тройку, а то и пяток бесплатных слуг, а вместо этого сам пошел учиться. У тех же шаманов. Древнее искусство его народа было возможно и не таким действенным и изощренным как человеческое волшебство, но зато очень надежным и относительно простым. За несколько лет тролль освоил его полностью, перейдя на новую ступень развития, встав по мастерству вровень с магистрами магии, и даже немного развил, соединив виденные в академии приемы с наследием предков. Это принесло ему славу и уважение среди сородичей и рейды отрядов охотников за головами, узнавших о небывало могущественном шамане, уничтожившим несколько экспедиций охотников на троллей, жаждущих порыться в его берлоге на предмет древних артефактов. В то, что тролль обрел такую силу самостоятельно, никто почему-то не верил. Но искатели сокровищ беспокоили Артыга нечасто. Нифгардские болота — не лучшее место. Чтобы добраться до его жилища, желающим обогатиться приходилось на протяжении нескольких недель брести по грязи, временами переходящей в топь, отбиваться от местной нечисти, которая в таких условиях чувствовала себя на редкость комфортно и потом, после всего этого, рисковать нарваться на орду матерых и злых троллей. Артыг, хоть и жил по-прежнему отшельником в развалинах форта, не решившись переселиться в грязное стойбище, для драки всегда пользовался излюбленным приемом людей: «навались кучей на одного». А не выходил один на толпу, как делали иногда вожди, и не созывал все племя, включая женщин и детей, на уничтожение чужаков, как поступали самые умные шаманы. Он прятался и прятал своих сородичей до тех пор, пока не набирался отряд из сильнейших бойцов и шаманов, в родных болотах искать троллей, особенно если пользоваться для этим стандартными поисковыми заклинаниями, можно было очень долго. И только потом, когда был уверен в не менее чем пятикратном перевесе, выходил навстречу чужеземцам. Иногда удавалось договориться. Но — редко. Гигантам не верили и спиной к ним поворачиваться опасались.

Сейчас Артыг шел к месту, где, судя по словам духов, случился небольшой прорыв Хаоса. Из-за пределов мира могло занести всякую дрянь, с которой требовалось разобраться, или что-то полезное, что недурно бы и прибрать к рукам. В своей способности, если что, уйти от места происшествия подальше и собрать силы для окончательного решения проблем, которые могли возникнуть, тролль не сомневался. В конце-то концов, не армию же демонов притащила слепая стихия…

Лес. Шикамару. Разведчик

В отличие от своих спутников, двигавшихся по земле, Антон перемещался по близкорастущим деревьям, перепрыгивая с ветки на ветку. На деле этот способ передвижения оказался совсем не таким идиотским, каким выглядел в аниме: наверху было светлее, рефлекторное использование «чакрастопа» позволяло не бояться, что нога соскользнёт с ветки, и можно не беспокоиться о подземных тварях. Понятное дело, есть и свои сложности, но в целом — удобно. Да и распределение сил разведчиков… В кроне дерева удобно затаиться, главное, выбрать дерево, в котором нет птиц. Впрочем, их можно и обездвижить при помощи дзюцу, если что…

Антон — хотя, сейчас скорее Шикамару — двигался вместе с наземной группой, рассчитывая маршрут и осматривая окрестности, и при этом успевал ещё и обдумывать ситуацию. Перед тем, как отправляться в разведывательный рейд, парень изучил многочисленные карманы и кармашки жилета и обнаружил там уйму полезных мелочей. Но, что важнее, осмотр инвентаря помог прикинуть и собственные способности и даже подбросить кое-какие планы на будущее — не особо приоритетные, но тем не менее. Например, взрывающиеся свитки — было бы неплохо проконсультироваться с гномом-рунологом и сравнить их методы с методами шиноби Скрытого Листа, благо Шикамару умел изготавливать такие штуковины. Заодно и с алхимиком из той троицы, по поводу «солдатских пилюль»… И меч Каруры было бы неплохо усилить при помощи гномьей рунной магии, она для этого прекрасно подойдёт… по идее. Вообще, в неизвестном мире боевую силу попаданцев необходимо держать на максимальном уровне. Лень — это святое, но сформулировать и высказать некоторые идеи необходимо. Возможно, это поможет избежать новых жертв…

Теперь — так сказать, личный статус… Шикамару из аниме не мог долго поддерживать свою «технику», быстро выдыхаясь. Но когда Антон обездвижил паладина, никаких следов усталости не наблюдалось. Пусть тогда это продолжалось и недолго, но всё же… По ощущениям Антона, его «духовной и физической энергии», суммарно называемой в мире Шикамару «чакрой», хватило бы на пару часов подобного обездвиживания. Более продвинутые формы дзюцу, к примеру, теневой контроль, продержались бы не так долго, но всё же никак не меньше часа. Конечно, и от объекта воздействия зависит, но всё же — его способности в этом плане явно превышали те, которыми обладал его прототип. Интересно, что со способностями его «земляков», Наруто и Гаары?.. Джинчурики, «хозяева» хвостатых демонов — грозная сила…

Откуда-то из зарослей возник на удивление тихо и незаметно передвигавшийся там Бэтмэн. К слову, даже настоящее имя не спросили, неудобно как-то… Хотя какое оно, настоящее?..

— Впереди кто-то есть — сообщил он. — Движется навстречу, почти не скрывается. Я попробую взглянуть поближе, а вы будьте настороже. Если подам сигнал или не вернусь через десять минут, выдвигайтесь — вы, как пара «защита/атака», ударная сила, а шиноби — подстраховка. И старайтесь брать живым — нам нужен «язык» из местных…

Ксардас, похоже, хотел возразить, но затем передумал и кивнул.

— Я не чувствую зла… — сообщил прислушивавшийся ушастый паладин, но водитель-Бэтмэн уже вновь исчез за деревьями.

— Ждём здесь — произнёс Ксардас. — Пока он не вернётся…

— Не командуй, колд… — огрызнулся было эльф, но остановился на полуслове; вздохнув, опустил молот и оперся о его рукоять.

Разведка. Бэтмэн. Первый контакт

«Тёмный рыцарь» чувствовал себя как дома не только в каменных джунглях. Пройденное когда-то обучение позволяло двигаться по лесу незаметно, как тень, не издавая ни одного постороннего звука и не беспокоя местную живность, которая могла бы выдать разведчика. Бэтмэн быстро приближался к тому, кто — или что — двигалось навстречу разведчикам. Ещё раз сверился с детектором движения… Массивный объект, недалеко. Пожалуй, уже можно и шаги расслышать… Скрываясь за деревьями, Бэтмэн осторожно приблизился к цели.

Неожиданно ритмичный звук шагов остановился.

— Эй, человек! Можешь не прятаться, я тебя нашёл — пророкотал голос. Разведчик замер. — Ты, за деревом, я к тебе обращаюсь…

Помедлив секунду, Бэтмэн осторожно вышел из-за укрытия, готовый в любой момент атаковать или отступать — по обстоятельствам.

Когда разведчик вышел на свет, говоривший удивлённо хмыкнул. Впрочем, сам экс-водитель сделал бы то же самое, если бы не сумма хладнокровия его второго «я» и предшествующие события… Стоявшее перед ним существо больше всего походило на огромную обезьяну. Но в одежде и с резным посохом в руке…

Дорога. Разведчики. Контакт состоялся…

Бэтмэн вернулся, когда не прошло и пяти минут.

— Ну, что? — поинтересовался Ксардас.

— Есть контакт — коротко ответил водитель. — Пока что мирный, но… Вам лучше увидеть это самим. Тем более, что я не отказался бы от поддержки при дальнейшей беседе…

— Тогда я пойду скрытно — предложил Антон.

— Попробуй… — с каким-то сомнением произнёс водитель. — Пойдём…

Ещё с сотню метров по остаткам старой дороги, и разведчики замерли.

«Горилла…» — удивлённо подумал Антон. — «Гигантская горилла… Метра четыре будет, не меньше! Но с посохом и каком-то балахоне. Это что, планета обезьян?..»

— Тролль… — пробормотал Ксардас.

— Привет, «путешественники» — рокочущим голосом, но вполне понятно произнёс, если верить магу, тролль. — Ты там, на дереве, тоже слез бы…

Понятно… Бэтмэн сомневался, что ему удастся спрятаться. «Обезьянка» явно непроста… Однако пока что ведёт себя спокойно, так что Антон спрыгнул с дерева.

— Странная компания… — задумчиво произнёс тролль. — Никогда таких не видел. Ну, волшебник ещё ладно, а вот остальные… Эльф в доспехе и с молотом, и два человека в одежде один страннее другого…

— Прошу прощения — произнёс Ксардас — но тролль с посохом волшебника тоже зрелище не из распространённых. Или в ваших землях всё иначе?

Тролль… Гм, кажется, он ухмыльнулся.

— Не знаю, кто вы такие — заметил он — но вы мне нравитесь. Приятное разнообразие после тех, кого обычно можно встретить на этих болотах…

Поляна. Все. Междусобойчик

— Да что ж такое! — в отчаянии вскричала темная полуэльфийка, окинув взглядом поляну. За время отсутствия «спасательной экспедиции» оставшиеся на своих местах земляне снова начали драку. И куда более серьезную. Во всяком случае, в парочке мест уже раздавался звяк сталкивающихся отнюдь не в дружеском салюте мечей. — Их надо остановить!

— Могу опутать их корнями, — прогудел энт. — Но по одному.

— Отлично, — кивнула девушка. — А мы проследим за тем, чтобы их не порвали…по крайней мере сразу. А ну, все дружно, сначала пеленаем парня с кинжалами, потом девицу с чакрой… ну же, живей, а то сейчас эти уроды точно кого-нибудь уконтропупят!

«Спасатели» действуя организованным отрядом быстро навели порядок, надавав толпой по шее самым активным бузотерам. Изменения изменениями, но численный перевес свое дело сделал и теперь большинство земляне стояли на одном месте, не пытаясь размахивать кулаками, или, тем более, оружием.

— Раненным оказать первую помощь, — парень в черном доспехе стремительно двигался между замерших, но все еще недобро поглядывающих друг на друга фигур. Темная полуэльфийка, старающаяся не отходить от своего нового друга ни на шаг, не поспевала за ним, несмотря на крайне высокие природные данные и отличную выучку первоклассного вора. — Самогонный аппарат разобрать. Полученный продукт разлить по герметичным посудинам большой емкости и опломбировать. Все понятно?

На последних словах он навис над компанией молодых гномов и зло сверкнул глазами. В прямом смысле сверкнул. Мертвенно-синим цветом.

— Дааа, — бородатый алхимик был парнем далеко не робкого десятка, но ему от этого зрелища стало сильно не по себе. Казалось, что черный доспех недобро скалится в предвкушении крови, что оросит его шипы, длинный меч мурлыкает неслышимую ухом, но воспринимаемую непосредственно разумом песню смерти и разрушения, а глаза… в глаза человека гном взглянуть попросту не сумел. Не смог себя заставить. Настолько страшно ему было при одной только мысли увидеть их сейчас.

— Ни…я! — мрачный голос разбил установившуюся на поляне зловещую тишину. — Слышь ты, фраер, ты че тут раскомандовался, крутой, да?

Источником звука служил давешний орк, устроивший мордобой с неко. Вот только теперь он уже был, что называется, при полном параде. На плечах зеленокожего нелюдя висела грязная, воняющая тухлым салом кольчуга. Голова была скрыта под глухим рыцарским шлемом, представлявшем из себя рогатое ведро с прорезями для глаз. В руке матершинника был зажат местами ржавый, но очень тяжелый тесак, чье иззубренное лезвие подсвечивалось темно-багровыми сполохами, идущими откуда-то из глубин металла. И еще за его спиной стояли четыре похожих на своего предводителя фигуры, только с немного меньшим размахом плеч и худшим вооружением.

— Может и не крутой, — непонятно как, но парень умудрился пожать плечами в своем доспехе так, что это было видно всем. Гномы облегченно выдохнули, волна ужаса схлынула так же внезапно, как и началась. — Но, по крайней мере, вменяемый. Мы черте где, с нами случилось черти что, и уже есть первая жертва. Что, мало одного трупа, еще пяток хладных тел для счастья нужен? Так это легко устроить, половина здесь сидящих имеет личный огнемет в левой задней чакре, а вторая половина сплющит терминатора в тонкий блин без использования пресса. Ну, кто-нибудь хочет вечеринку с дракой, а? Лююдиии! Опомнитесь!

— Может и так, — хмыкнул орк, на которого патетическая речь, как видно, не произвела не малейшего впечатления. — Но я хочу выпить. Даже нет, не так. Нажраться. И бабу. Вот эту, хвостатую.

— А ху-ху не хо-хо? — хмыкнула неко и демонстративно размяла кулаки.

— А тя, киска, никто и спрашивать не будет, — зло оскалился орк. — И не шипи на меня. В ковер заверну, чтоб не царапалась и отработаешь как миленькая. А кто хоть слово мне поперек вякнет, на колбасу пущу.

С последними словами орк взмахнул своим тесаком. Вслед за лезвием во все стороны разошлась воздушная волна, повалившая на землю большинство землян.

— Всех урою! — с перекошенной в уродливой гримасе физиономии полетели хлопья пены. Зеленокожий впал в бешенство. В контролируемое бешенство. Волны воздуха, рассылаемые его оружием, точечно выбивали тех, кого хозяин оружия счел наиболее опасными. Сразу два его подручных выхватили из-за спин какие-то на редкость пузатые арбалеты и сразу два болта опрокинули навзничь парня в черных доспехах. Оставшаяся парочка орков дружно кинулась на поднимающихся с земли «спасателей». Дубинки в их руках запрыгали по головам, выбивая дух из людей и нелюдей.

Им пробовали сопротивляться, но в ответ на защиту стрелки без малейших упреждений совести стреляли из своих арбалетов, оказавшихся магазинного типа. И предупредительными выстрелами они принципиально не пользовались. Ангел, замахнувшаяся на одного из зеленокожих своей шипастой дубиной, оседает, хватаясь за древко, торчащее из груди. К ней тотчас же бросается сестра и пытается остановить молочную, слегка святящуюся кровь, тонкой струйкой текущую из-под одежды девушки.

— Никому не шевелиться в натуре, а то всех уроем! — бесновался орк-главарь. — Слышь ты, дылда с мечом, а ну стоять, замочу!!!

Воздушная волна ударила в высокого, почти двухметрового роста латника вооруженного роскошными седыми усами и двуручником, который кинулся на помощь демонессе, и покатила того по земле.

Прыжок. Заточенная шпала, которую Карура называла мечом, взвилась над головой неко в замахе. И с громким противным звоном улетела в кусты. Орк одним неуловимым движением выбил оружие из рук девушки.

— Ух, сильна шалава, — хохотнул он и швырнул Каруру об ближайшее дерево как котенка. — Вот только клал я на твою силу. Я — мастер-мечник. Мастер-фехтовальщик, если быть точным. Меня одним голым натиском не взять.

Стрелки ожесточенно поливали болтами энта, единственного, кому воздушные волны особого вреда из-за слишком большой массы не наносили. Человек-дерево медленно отступал под этим смертоносным ливнем, прикрыв глаза руками. Впивающиеся в его кору тут и там болты для гиганта были болезненны, что ясно слышалось по непрекращающемуся страдальческому: «охум-хом-хм-хом», но не особо опасными.

В руке у какой-то волшебницы, поднявшейся на колени и отчаянно мотающей головой, зажегся огненный шар. Держать плазму просто так она видимо не хотела, а потому метнула свое заклятье в орка. Еще парочка чародеев резко стали напомниать императора Палпатина из Звездных воин. Молнии из их ладоней опутали зеленокожего. То, что колдовать пришлось лежа, похоже, мешало новоявленным джедаям не сильно.

— Ах-ха-ха-ха! — в голос расхохотался орк. И метнул левой рукой выдернутый из-за пояса кинжал, который вонзился прямо в грудь одному из чародеев. — У меня абсолютное сопротивление магии! Я неуязвим! Я! Большой Босс! И вы, мрази, будете слушаться меня!!!

— Вряд ли, — парень в черном доспехе встал с земли и спокойно пошел к зеленокожему.

Один из стрелков не медленно навел на него свой арбалет и нажал на курок. Выстрел покачнул свою цель. Но и только. Даже с шага парень не сбился.

— Рыло, ты какого х…я мажешь?! — взревел орк главарь и махнул своим тесаком. Воздушная волна была отбита в сторону длинным мечом. Естественно, черным.

— Огонь! — команду нелюди, устроившие пальбу, выполнили. Вот только результатов она не принесла. Частые щелчки арбалетов слились в один звук, вдруг оборвавшийся клацаньем затворов. Обладатель готического доспеха шагал вперед, немного замедляясь при попаданиях, но падать даже не думал. Некоторые болты отскакивали от лат. Некоторые пробивали их. Но любителю черного цвета они, казалось, были абсолютно безразличны.

— Может я и не крутой, — странно, но хриплый и вроде бы совсем негромкий голос парня услышали все, собравшиеся на поляне. — Но я бессмертный!

Взвилось черное лезвие и обрушилось на голову орка. И было отбито светящимся тесаком. Выпад! Орк действительно был мастером. Вот только чего стоит его умение, если противник, даже потерявший голову, не упал. Тело, немало не смущаясь потерей, продолжало наседать, а срез на шее вдруг замерцал синим светом. Миг, и пропажа на месте.

С громким хряском орка смело. Меч, запущенный рукой седоусого латника с расстояния в десяток метров, снес его с ног как ядро. Да и по массе оружие примерно соответствовало. И тут же черный меч опустился вниз, ставя точку в карьере новоявленного Большого Босса.

— Мочи их! — c этим воплем девушка-ангел, выставляя на всеобщее обозрение свой оголенный бюст со свежим шрамом, вцепилась своими нежными ручками в орка, которого так и не огрела дубиной. Брызнула кровь. Женский маникюр по остроте если и уступал бритвам, то незначительно.

Оставшихся троих орков быстро повязали вставшие, наконец, с земли ролевики, да они и не сопротивлялись, впечатленные потерей главаря. Жертву обитательницы небес с немалым трудом отбили от разъяренной фурии. Судя по количеству и глубине царапин на зеленом лице, в прошлой жизни она была тигрой.

Раненных быстро исцелили. Дольше всего возились с парнем в черных доспехах. Он категорически отказывался от медицинской помощи и рвался допросить орков.

— Да пойми ты, дубина, — наседала на него демонесса, оказавшаяся почему-то во главе лекарей. — В тебе минимум десяток болтов застрял! Вон сколько оперений из брони торчат, ее, кстати, кузнецу снести бы надо. Я допускаю, что стрелы тебя не убьют, но вытащить то их все равно надо!

— Да сами вывалятся через пару минут, — махнул рукой парень. — А доспех у меня самовосстанавливающийся.

— Он — возможно. А ты?

— А я тем более.

— Опа, — озадачился латник, подобравший свой меч. — Это кого ж ты отыгрывал?

— Кащея.

Когда земляне окончательно пришли в себя и успокоились, оркам, позволившим себя связать, буквально все захотели задать парочку вопросов.

— И откуда ж вы, ребята, достали такое оружие? — голос темной полуэльфийки, ведшей следствие, был холоднее жидкого азота. Арбалет, который она взвешивала в своей руке, действительно был шедевром. Никакой магии, чистая механика. Совершенство, воплощенное в ложе из темного дерева, тетиве из стальной струны и барабане на два десятка болтов с автоматической подачей. Вопрос же, который задала Тайара, был чисто риторическим. Ответа на него она не ждала, прекрасно понимая, что неведомый мастер, сотворивший это чудо и бог, забросивший землян в этот мир одно и то же лицо. Но, тем не менее, ответ получила. Даже два.

— Босс дал, — честно сознался один из них.

— Наши волыны, — одновременно с ним отозвался другой

— Что за босс? — не понял Кащей. — Этот, что мне голову смахнул?

— Молчите, придурки, — шикнул на них третий и осекся, получив громкую затрещину от паладина. Если бы рыцарь не снял для удара с руки латную перчатку, то одним языком стало бы меньше.

— То есть вы хотите сказать, что до переноса это были пистолеты… — дроу, немного знакомая с жаргоном, озадаченно взглянула на оружие. — Но откуда у вас стволы?

— Ну, говорю же, Босс дал, — повторился первый орк.

— Говорят же тебе, молчи, — зашипел на него на этот раз четвертый.

— Ну уж нет уж, — голос воровки, вынужденной на како-то время стать следователем, не сулил оркам ничего хорошего. — Вы расскажите все. Даже то, что давно забыли.

Среди ролевиков хватало тех, кто умел отличать правду от лжи, поэтому спустя каких-то пятнадцать минут большая часть землян выпала в осадок от полученной информации. Оказывается, среди собравшихся на игру была вполне себе организованная банда, пробавлявшаяся киднепингом. А если попросту — работорговлей. Сколотил ее покойный уже Босс, однажды случайно попавший на одно из подобных, пусть и более мелких, мероприятий и оценивший, сколько источников наживы можно в одном месте найти. Фанатов ролевых игр окружающие априори считали немного ненормальными и если те куда-то вдруг пропадали, то удивлялись не сильно. В основном банда отлавливала молодых девушек из не слишком обеспеченных слоев общества, для последующей перепродажи в подпольные бордели. И делала это не на ролевках. И даже не после них. Там они только знакомились с жертвой, маскируясь под представителей золотой молодежи и, соответственно, завязывая с излишне доверчивыми дурочками роман. И уже потом, когда девушки возвращались домой и жили обычной жизнью, назначали им встречу. С которой те очень редко возвращались.

— Не верю, — ошеломленный шепот девушки-ангела разорвал установившуюся, после речей расколовшихся наконец орков тишину. — Это же не первая игра у них, да? Это скольких же они…

— Да всего-то десятка полтора, — ляпнул было один из орков, но тут же осекся. Шипастая дубина едва не размозжила ему череп, если бы демонесса не успела остановить сестру, то одним трупом на поляне прибавилось бы.

— Так, — помассировал виски Кащей. — Надо успокоиться и все обдумать… все… тщательно… Работорговля… Это не может быть какими-то воспоминаниями из приобретенной личности?

— Насчет девушек, которых они похитили… — робко высказалась какая-то девица с зелеными волосами, кажется, дриада, — парочка описаний кажутся мне знакомыми. Они ходили на ролевки, а потом пропали. Я-то думала, стали цивилами, а они вон оно как…

И разрыдалась.

— Не плачь, Венди, — прогудел энт, уже вытащивший из себя все болты и обзаведшийся взамен панцирем, слепленным из коры, и осторожно обнял девушку своей корявой лапищей. — Ну же, милая, успокойся…

— От черт, — вздохнул рыцарь, так удачно метнувший меч. — И что же с ними теперь делать, а?

— Я знаю, — внезапно раздался откуда-то спокойный, но не очень громкий мальчишеский голос.

Все удивленно уставились на Гаару, а тот внезапно улыбнулся.

— Песчаный гроб! — пальцы юноши сжались в кулак.

Всех забрызгало алым.

Снова перевёртыш. Осваиваемся, однако…

Примёрно на полдороги до меня доходит — подходить к костру в обрывках одежды и трусов не так, чтобы удобно, да и солнечный свет снова начинает поджаривать голую кожу. Ссс…

О! Точно! Вещи мои блин! То есть рюкзак меня-ролевика. Интересно, закинуло ли его сюда… Впрочем, разодранный рюкзак действительно валялся рядом с моей тушкой. Ну, то есть местом, где я в себя пришёл.

— Вот так гораздо лучше, — комментирую про себя, оглядывая напяленные шмотки. Камуфляж, сапоги, кепка… В карманы и на пояс уже переместилась большая часть груза из рюкзака, и это странным образом успокаивает. Но гораздо больше успокаивает почти полностью закрытая кожа — да и без того её жгло всё слабее. Внезапно за спиной раздаются непривычные звуки — кто-то откашливается.

— Кхм… О как. — на меня ошарашенно смотрит… определённо орк. Не очень высокая персона мужского пола и зелёного цвета. В халате, с косичками, с каким-то посохом в руках. «Шаман, однако!» — выдаёт оценку сознание.

Тут я понимаю, что рефлекторно перекинулся в боевую форму при попытке всего лишь повернутся на подходящего ко мне сзади кого-то. А боеформа у меня, как у любого Перевёртыша, грозная. «Демоноподобные твари», как нас называли Чистые и Коля-Ботаник.

Через полсекунды орк облегченно выдохнул. Вот оно что — в человека обращаюсь я тоже рефлекторно. Надо же… Впрочем, обдумать тему как следует мне не дали.

— Здорово, брат. — голос у орка басовитый, под стать телу.

Слово за слово, и через пару минут я уже получил в кружку грамм двести какого-то самогона, успел едва ли не побрататься с шаманом Ркрыгом Серым, выслушать не совсем орочью речь о тяжкой доле ролевика на природе:

— Пока не выпьешь, такие кошмары видятся… Вот как ты, например. и перезнакомиться с соседями. Впрочем, успешного собеседника изображать особо не нужно было. Граждане ролевики успешно осознавали реальность и после этого старались её загнать подальше, а гномий самогон для этого годился изрядно лучше всякого там пива. Впрочем, мне тоже не так мало досталось. Полная кружка, да на голодный желудок. А учитывая, что чем-чем, но стойкостью к ядам оборотни похвастаться не могут, да и оба моих исходника являлись мало и редко пьющими людьми…

Короче, когда началась всеобщая потасовка, наш пьяный кружок в составе четырёх человек(Я — человек!), трёх эльфов и орка в ней активно поучаствовал. Ну как активно… Мимо пролетела чья-то тушка, зацепила сидящего с краю человека. Мы задумчиво проводили отлетевших в сторону взглядами, и попробовали зашевелиться. Схватились за оружие, что под руку попалось, приподнялись, осмотрелись… И аккуратно прилегли отдохнуть после первой же ударной волны. А я кувырком ушёл в кусты. Осмотрелся. Размахивающий какой-то волшебной железкой орк в броне очень сильно напрашивался. И я тихо-тихо, по широкой дуге, понёсся в обход, стараясь маскироваться на фоне листвы. И всё же не успел — зато с удовольствием пронаблюдал сбоку атаку чёрного рыцаря — это я потом услышал, что звать его Кащей, но лучше не звать совсем. Даже успел культурно сесть над подвернувшееся бревно и, как в театре, наблюдать за единоборством одинокого орка и банды героев.

Когда орк разлетелся на части под ударами Кащея, бешеная ангел. ша? стала рвать на кусочки уцелевших орков, а не менее активная тёмноэльфийка — хлопотать над много раз раненым Кащеем, я со скучающим видом повернулся — и обозрел торчащие из зарослей ноги и прилагающееся к ним… Видимо, той самой воительницы, с которой всё и началось. Алкоголь, к сожалению, уже действовал. Поэтому я спокойно подошёл и похлопал мирно висящую на ветке неку по хвостатой части тела:

— Эй, хвостатая. Помощь нужна?

Удар я не почувствовал. И не увидел. Зато за время недолгого полёта успел передумать многое — и про сильного, но лёгкого ежика, и про «не лезь — убьёт». Зато разбитые молодецким ударом рёбра, закрывшиеся бронёй, стали восстанавливаться ещё в полёте.

Очухался я довольно быстро — когда моей головой в прошлый раз пробивали твёрдые предметы, прошло больше часа, а тут какие-то минуты. Зато тогда это была кирпичная стена, а здесь — какое-то трухлявое бревно. Вылез из переломанных кустов, осмотрелся… А жизнь-то налаживается! Никто уже не дерётся, не пытается нашинковать собрата в фарш, народ уже пытается строится под надзором суперактивной парочки тёмных, да и дерево ходячее участвует… ДЕРЕВО?! Рука потянулась к затылку. Нихрена себе подарочек кому-то — корни да листья. Как же там… А, энтами их вроде звали.

Пока особо могучие персоны(ОМП, хехе) выстраивали и сортировали эту банду людей и нелюдей, я окончательно пришёл в себя. Ну да ладно. Хвостатой уже на ветке нет, да и собутыльников не видно. Обратная трансформа заняла мгновение.

Впрочем, меня тут же шатнуло. Видимо, восстановился я не полностью. Ничего, это у нас быстро. Главное, остаткам воли и разума оборотня, мне совершенно не нужным, свободы больше не давать. А то в следующий раз сломанными ребрами и сотрясением мозга не отделаюсь.

Кой чёрт понёс меня тогда в автобус? Кажется, я палатку свою найти хотел — а ехала она вместе с прочим грузом отряда, далеко от меня. Пустые остатки рюкзака, разметанные и растоптанные в пылу драки, даже не жалко было — а вот лежать на голой земле всё-таки неудобно.

Для начала я перепутал автобусы. Впрочем, найти свою палатку я смог только потом, внимательно обшарив все по очереди. Но вот в первом же транспортном средстве(сложно ЭТО называть автобусом) нашёл чью-то захоронку. Непонятно только, чью.

Захоронка активно пахла мясом, да так, что даже слюнки потекли. Только вот когда я её нащупал, вытащил и осмотрел… Стошнить меня не стошнило. Чего уж там, труп как труп, чистенький, аккуратный, только полголовы нет. Когда в мире Тьярмы дикари начали наступление на Город, они — изрядные выдумщики наподобие китайцев — использовали гораздо более страшные методы умерщвления… Кажется, зря я их вспомнил — пришлось медленно втянуть удлинившиеся кистевые шипы и вернуться в человеческую форму.

Вытащенный наружу и предъявленный соратникам эльфийский труп вызывал у почти всех людей и нелюдей практически одинаковую реакцию — некоторую опасливую брезгливость. Идиоты… Впрочем, сдерживаться было легко. Они не понимали, что это был свой. ИДИОТЫ! Там и тогда — было проще. Бессмертные — могучие защитники людей и человечества, сражающиеся к тому же с нечеловеческими противниками. А здесь — мы все нелюди. Могучие нелюди. Какой же ты всё-таки сволочь, демиург…

Павел. Уже иллитид

Вкусно! И по консистенции и по запаху. А уж какой восхитительный вкус! Не открывая глаз и не меняя положения я растягивал удовольствие и продолжал наслаждаться нежнейшей на моей памяти вкуснятиной. И почему я раньше никогда такого не пробовал? С каждой секундой, с каждым глотком, тело наполнялось энергией и окружающее все больше отдалялось на второй план.

Да на фиг этот внешний мир, пока никто не покушается на мою еду, пусть они хоть там хоть на головах танцуют. Но все хорошее, как это не печально, имеет тенденцию заканчиваться, вот и я, зашарив ротовым щупальцем по уже пустому сосуду, еще недавно наполненному божественным содержимым, с грустным вздохом приоткрыл глаза.

Первое что я увидел — это чей-то окровавленный затылок с всклоченными, залитыми кровью прядями волос. И хорошую такую дырень в этом затылке из которой с легким хлюпаньем выскользнуло короткое щупальце, покрытое кровавыми разводами и кусочками мозга. В голове проскочила вереница кристально чистых, можно сказать безжизненных мыслей. Причем в них не было ни паники, ни отвращения — чистая логика и легкий туман сытой сонливости.

«Ну вот, опять изгваздался. Срочно надо вытереть». Зашарившие по телу руки обнаружили одетую на меня хламиду, больше похожую на мантию мага — во всяком случае, с карманами была точно такая же проблема. Кожаная сбруя с непонятными петлями и мешочками конечно это хорошо, но обычнейшего платка на ней не наблюдалось. С огорчением осмотрев всю одежду и содержимое двух самых больших мешочков, искомого платка я не обнаружил. В связи с этим пришлось обратить внимание на все еще удерживаемый руками труп какого то эльфа. Теперь, правда, безмозглого. Пока вытирал щупальца о болтающийся на нем плащ, с легким интересом рассматривал происходящее за окном автобуса и прокручивал неожиданно всплывшее в голове Знание.

Поляна. Все. Последствия убийств

— О, боже мой, — тяжко вздохнул Кащей, когда услышал известие о новом трупе и, в особенности, о его состоянии. — Нет, я, конечно, подозревал, что у нас быстро начнутся крупные неприятности… но чтобы так быстро… пиявки, что на людей кидаются, это конечно проблема, но если здесь такая фауна имеется, что мозг без шума и пыли под боком у такой толпы народа начисто выедает, то дела наши совсем швах.

— Ммм… не уверен, что это фауна, — прогудел энт.

Все посмотрели на него и лица землян омрачились.

— Мда, вариант с флорой тоже вполне возможен, — кивнула головой темная полуэльфийка. — Надо бы какой-нибудь заборчик, что ли, вокруг полянки или, на худой конец, автобусов огородить. А то припрется какая тварь — и нате вам пожалуйста, шведский стол в ассортименте.

— Камня бы, — прогудел какой-то седобородый гном. — Крепостную стену в болоте, конечно, не поставить, но хоть понизу тын бы обложили. Деревья-то тут хоть и низенькие, но есть, частокол топорами за пару часов настрогаем, а вкопать бревнышки в землю дело нехитрое.

— Глина подойдет? — спросил его Эдвард Элрик. — Точнее, кирпичи из нее.

— Вполне, а где ты их возьмешь?

— Трансмутирую.

— Я не о том, — снова взял реплику человек-дерево, перебив самовызвавшихся строителей, к которым мало помалу начали подтягиваться желающие не обнаружить себя в один прекрасный момент с полностью отсутствующим мозгом. — С чего вы взяли, что это местные?

— А кто? — удивилась демонесса и состроила на своем прекрасном личике умильную, полудетскую гримасу вопроса, взывавшую у большей части мужской половины желание чем только можно помочь бедняжке, а у женской зубовный скрежет.

— Я видел в автобусе иллидита, — ответил энт. — И сейчас его среди нас нет.

Секунд десять все осмысливали сказанное, а потом дружно побледнели, поалели, посерели и даже позеленели, калейдоскоп кожи с различной пигментацией выдал едва ли не всю имеющуюся в природе цветовую гамму.

— Людоедство, — Кащей слова налился злостью, и эго эмоции были практически материальны. Во всяком случае, темная полуэльфийка отступила от своего нового приятеля на несколько шагов, да и остальные стали отворачиваться. Казалось, от парня дует сильный ветер. Злой и колючий, как в самые суровые зимы. — Дня не пробыли в отрыве от цивилизации с ее многократно обруганным аппаратом государственного принуждения и нате вам. Первый сожранный.

— Возможно, что на Пожирателя Разума просто так сильно повлияло изменение, — задумчиво пробормотала демонесса и осеклась под яростным взглядом.

— Он! Тот! Кто! Сожрал! Другого! Человека! Сам! Был! Человеком!!!

Слова били по головам собравшихся как молоты, заставляя зажимать уши руками. На Кащея уже не получалось смотреть, казалось, фигура в черных доспехах выросла в разы и от нее по всей поля шли волны черного света. То, что черный свет в принципе невозможен, похоже, не мешало парню ни капельки.

— А что будет дальше, а?! — голос постепенно возвращался к нормальному звучанию, да и сам Кащей тоже постепенно обретал человеческий вид, превращаясь из комка тьмы, перед которой хотелось упасть на колени, в обычного мужчину в черном доспехе, пусть и очень злого.

— Ну, вообще-то сожрал он эльфа, — девушку-ангела с булавой в руках, спецэффекты в исполнении владельца готического доспеха впечатлили, судя по всему, несильно. — И мне, если честно, от это как-то ни жарко, ни холодно. Умом понимаю, что это неправильно, а вот нутру смерть ушастого абсолютно по барабану.

— Все мы тут люди, — если шепот Кащея нельзя было назвать страшным, то такой вещи как страшный шепот в природе вообще не существовало. — Все! В независимости от того, какими силами, кожей, глазами, ушами или клыками теперь обладаем! И если об этом забудем, то неминуемо в самом ближайшем будущем устроим резню всех против всех. Против нелюдей или хумансов, против магов или против бездарей, против вечных или против тех, кто через несколько десятилетий неминуемо постареет, против зеленых, синих, черных, серо-буро-малиновых в желтую крапинку! Вы этого хотите, да?!

С этими словами он одним рывком подскочил к темному эльфу в мантии мага и, не обращая внимания на вспыхнувшее вокруг того сияние защитного заклинания, схватил свою жертву за воротник.

— Ты хочешь убить?! Хочешь?! Кого?! Людей?! Других дроу?! — темный эльф крутился как уж на сковородке, но не мог спрятаться от черных глаз, казавшихся двумя миниатюрными порталами в такие глубины небытия куда без лишней необходимости даже темные боги не заглядывают. — Или, может быть, ты хочешь убить своих светлых сородичей?!

— Нееет, — кое-как прошипел волшебник враз пересохшим горлом. И не соврал. Вообще-то несколькими минутами раньше крутились в его голове мыслишки о том, чтобы незаметно ткнуть кого-нибудь из светлых эльфов отравленным кинжалом… ближе к ночи, когда солнце перестанет так нещадно жечь ставшие вдруг очень чувствительными глаза. Или подстроить несчастный случай, подсыпав в котелок кое-что из снадобий, хранящихся в потайном кармане одежды. Магией-то пользоваться было слишком опасно, могли отследить, а въевшаяся в кровь заповедь «Не попадайся» была столь же эффективна, как и зрелище недавней казни… Но сейчас он абсолютно искренне был готов заключить в братские объятия или даже расцеловать всех собравшихся на этой поляне или даже во всем мире эльфов любого пола или вообще без оного, лишь бы убраться подальше от этих страшных глаз.

— Успокойся! — на плечах Кащея повисла его новая подруга и зашептала что-то нежное ему в ушко, одновременно успокаивающее его поглаживая, как дрессировщица чересчур сердитого большого хищника. Парень сначала сверкнул черным светом, но потом заметно расслабился и даже выпустил из рук воротник впавшего в предобморочное состояние дроу.

— Ты права, Тай, — согласился он с полуэльфийкой. — Моя реакция тоже может быть следствием того, что я превратился в существо, ухитрившееся соединить вместе бессмертие лича и человеческую жизнь. Но я очень хочу верить, что это не так. Очень. Иначе никакие мы не люди, а так, двуногие без перьев.

— Эт ты правильно сказал, — кивнул седобородый гном. — Слышь, народ, бумага есть у кого, а? Переписаться бы надо, едрить его в камень. Сколько нас, кто чего умеет, кто чего хочет, кто чего любит и, главное, кто чего не любит так, что хоть топором соседу в лоб и на могилке его пляску до утра устраивай. А там уж… ну… придумаем чего-нть, будь вы хоть вампиры, хоть оборотни. Хватит уж смертей, а? Кому рядом с другими трудно жить так чтоб не сорваться, отселим от других подальше, лично хоромы выстрою, кому надо, дичины настреляем или рыбки там наловим, если что я и крови дам из себя глотнуть… немного… ну а если кому совсем уж невмоготу будет, без душегубства, тому припасов на дорогу выдадим, не обидим, да и спровадим куда подальше чин чинарем. Не хорошо же своих есть, а? К тому же тут у нас совсем уж хлюпиков, кажись, не водится, в обратную так сдачи дадим, что и хоронить-то нечего будет!

— Именно, — согласился с ним Кащей, по-прежнему нежащийся в объятиях полуэльфийки. Ребята, давайте жить дружно, а? А если у кого не получится, лично прибью. Ибо бессмертный, а значит рано или поздно, но своего добьюсь. И иголочку то мне, кажется, в комплект положить забыли.

— Срочно найти эту чертову иглу! — подумала про себя Тайра-тень. — Кажется, мой бойфренд по-тихому протискивается в лидеры… ибо бессмертный, а значит не смещаемый. Положение фаворитки такой персоны конечно ооччень заманчиво… но и опасность велика. Так что пусть лучше этот козырь побудет у меня в рукаве…

Перевёртыш, орки, эльфы… Кушать всем хочется!

Впрочем, один осознавший — был. Причём именно тот самый Кащей. Вот только от его реакции на новость об иллитиде мне стало очень неприятно.

— Он! Тот! Кто! Сожрал! Другого! Человека! Сам! Был! Человеком!!!

И волны чёрной силы по всей поляне.

Инстинкт самосохранения вопил и требовал убраться подальше… хоть за автобус- и затаиться. Чувства оборотня — рвануться в безумную последнюю атаку на носителя тёмной силы. Разум требовал поддержать кричащего. А остатков самоконтроля, не потраченных на удержание всех этих порывов, хватало только нетвёрдо стоять.

Впрочем, через какие-то считанные минуты его успокоили. Мне же пришлось приходить обратно в себя. И для начала — перестать шататься как под ветром.

Но палатку я всё-таки потом нашёл. И даже поставил.

— Ну ты куда делся, блин! Тут такое было! — заорал Ркрыг, заметив меня на подходе. Ну, или Серёга — так проще. Вокруг него столпились пятеро орков и одна… ну, видимо орчанка. Тоже такая, острохарактЕрная.

— Да вот… — с некоторой неохотой — В кусты… отходил.

— И ничего не видел, да? — блеснули глаза шамана.

— …И вот тогда! — активно размахивая руками, вещал шаман. Рассказчик он неплохой, да. И тут…

Сзади кто-то матюгнулся мелодичным голосом:

— И здесь орки!

Пришлось повернуться и посмотреть. Сзади оказалась та самая тёмная ушастая, которая проводила «перепись». А ведь красива, чертовка. Особенно в упор, глаза в глаза. «Она ещё и шустрая,***!» — проскочила мысль. Чтоб я да шаги не почувствовал за пару метров…

— Имя! Фамилия! Звание! — острый, заточенный ноготь уткнулся мне в куртку. «Не порвала бы…»

Я встал по стойке смирно, изобразил вид «лихой и придурковатый» — и выдал:

— Имя не скажу! Фамилию не помню! Звания не имею!

— Да, видать сильно ударился — на меня посмотрели с неким сочуствием.

— Ещё раз по голове не выдать для лечения, шутник?

— Всё-всё, осознал! — поднимаю шутливо руки и отвечаю.

— Звать Хамелеоном, класс человек-боец, левела не знаю. Особенности… — картинно почесал рукой затылок. Рука оказалась в броне и шипах, голова, кстати, тоже. Боеформа легла как родная, за доли секунды. Привыкаю, видимо.

— Перевёртыш я, — закончил уже снова в человеческой форме.

Впрочем, удивить её не получилось. На бумаге оказалась пара закорючек, и она тут же приступила к опросу стоящих рядом. Вот орки таки удивились. Немного.

— Тьфу блин. А я-то всё думал, кто ж ты такой. — махнул рукой Ркрыг.

— Да все мы тут такие-этакие, — рассеянно продолжил один из бойцов орочьего племени, провожая эльфийку жадным взглядом. Как его там, Артхыг. В миру — Вася.

Туда-сюда, а время идёт. Конечно, мы все с интересом выслушали выступление Кащея — информация о соратниках, тем более таких, всегда полезна…

Но животу не прикажешь. Он жрать хочет. Поэтому последние слова Кащея заглушила бодрая рычащая трель минимум трёх голодных желудков. Орки и я понимающе переглянулись.

— Пойду-ка я посмотрю насчёт пожрать, — с этими словами Ркрыг потопал… куда это он потопал? Я тоже жрать хочу. Интересно…

— Серёга, а ты куда?

Шаман обернулся.

— А что?

— У меня мысль есть — пошли лесных эльфов спросим, не желают ли они тут на благо всего отряда поработать. Не, ну были бы мы в степи, тут без вас никуда, — пришлось разъяснить под непонимающими взглядами орков.

— В городе бы и сам нашёл, наверное. А тут вокруг лес. Значит, нужны лесные эльфы. Неужто свежего мяса не охота? — Вася мигом подтвердил, что ещё как охота, и стал высматривать ближайших эльфов.

А «лесники» на контакт пошли не сразу. Потому что переговоры начал даже не Ркрыг, а самый голодный, и поэтому самый быстрый, орк Вася. Это он, конечно, зря. Да и так начинать разговор… Понятно, что на фразу «Эй, ушастые, сбегайте подстрелите нам кабанчика!» стоящий ближе прочих эльф подпрыгнул, схватился за лук и ответил «Сейчас я тебя подстрелю, кабан! Сойдёт?!».

Но тяжёлая артиллерия в лицах меня и шамана подоспела вовремя. Серёга ухватил за оселедец соплеменника и, оттащив подальше, стал коротко и ясно внушать правила разговора со «своими» эльфами. Причём для лучшего усвоения помахивал перед васиным носом шаманским посохом. Вася внимательно слушал. А мне пришлось останавливать эльфа.

Впрочем, когда перед ним оказалась моя боеформа, эльф как-то и сам затормозил.

— Спокойно, щас всё уладим. Не надо его убивать. — говорить изменённым горлом всё-таки очень неудобно, но эльф стал успокаиваться. По крайней мере, стрелу с тетивы снял.

Сзади донесся чёткий стук «успокаивателя» — посохом, да по черепу. Вася всё-таки оказался менее понятливым, чем надеялся Ркрыг. Мне и поворачиваться не надо было — задним глазом всё видно, а вот эльф заинтересовался, и попытался заглянуть мне за спину. Увиденное его совершенно успокоило. Оружие вернулось на место, а эльф заглянул мне в глаза:

— И зачем всё это было нужно?

Рраз — и перед ним уже стоит человек.

— Понимаешь ли…

— Извольте обращаться ко мне на «вы». — выдаёт эльф строгим таким тоном, глядя на меня как на несмышлёныша.

«***», подумал я. Повезло называется.

— Хорошо. Могу я услышать ваше имя?

— Эливисириатель. Этого достаточно для простого общения.

Ещё не легче›__‹

— Скажите, сокращение вашего имени до Элвис позволит нам продуктивно общаться в неформальной обстановке, требующей быстрой передачи информации? — так ему, пусть осознаёт.

Эльф немного побагровел. Потом подумал. Быстро подумал. И расплылся в улыбке.

— Уел, блин. Тебя-то как зовут?

— Вообще Хамелеон, но лучше на ты. Это вот Серёга или Ркрыг Серый, это Вася. — представил я подошедших орков.

— И у нас появилась интересная идея… — продолжил с ходу шаман.

Эльф выслушал. Хмыкнул. По словам шамана выходило, что лучших, чем лесные эльфы, охотников и знатоков леса свет не видывал, а добывать еду — почётная и уважаемая работа…

Долгие и сложные переговоры со всем помалу подтянувшимся эльфийским отрядом в пять остроухих голов особо ни к чему не привели. Эльфам было ну совершенно не с руки срываться в галоп и шастать по окрестному лесу в поисках чего-то съедобного, вдобавок они не понимали, почему именно они, и намекали, что притащенного с собой хватит минимум на неделю.

Когда эльфы развернулись и пошли к своему костру, мне оставалось только вздохнуть.

— Ну не получилось, и хрен с ними. В чём-то они правы — запасы-то действительно есть. — бодро заявил Ркрыг.

Я в ответ только рукой махнул.

Часом позже. Все те же. Подведение итогов

— Люди, — читал Кощей бумажку, составленную полуэльфийкой, взявшей в свои цепкие ручки составление окончательной отчетности. — Двадцать восемь… гхм… а что среди них делает Альфонс Элрик?

— Я человек! — откликнулись пустые доспехи, к которым была привязана душа алхимика, потерявшего в детстве тело из-за неудачно проведенного опыта. — Слышите?! Человек я!

— Ладно, ладно не спорю, — примирительно поднял руки Кащей и тихонько, и, как он думал, незаметно, прошептал Тайаре. — Все равно этот точно никого не съест. Ему нечем.

— А напоминать мне об этом нехорошо! — громко буркнули доспехи и те из собравшихся, что могли читать по губам разразились негромкими, не хотелось обидеть ни обладателя стального тела, ни бессмертного Кащея, смешками.

— Ладно, — продолжился изрядно смутившийся парень, — из них восемнадцать мужчины и всего десять женщин. Двенадцать воинов, три условно мага…

— Что значит условно мага? — спросил кто-то из толпы. — Среди нас условных теперь нет, все настоящие!

— Я объединила в этот раздел всех волшебников, колдунов, чародеев и некромантов, — ответила за своего друга темная полуэльфийка. — Также как в воинов я включила лучников, мечников, специалистов боя посохами или даже голыми руками. Да простят меня уважаемые монахи, но раз они не умеют колдовать, а только пробивают своей энергией Ки доспехи, то они воины.

— Грубо, но верно, дочь темного лотоса, — согласился с ней обладатель раскосых глаз, облаченный в черный халат, точнее кимоно, расшитое серебряными драконами.

— Я продолжу? — спросил Кащей, несколько недовольный тем, что его перебили. — Итак, дальше, четыре воина-мага, вор-маг, два просто вора, жрец и три алхимика… а кто третий?

— Я, — откликнулась невысокая девушка с русой косой.

— Угу, — кивнул парень. — Из выявленных самостоятельно недостатков указаны только излишний фатализм у Икаежд Анач… ну и имя вы себе выбрали!

— Признаю свою ошибку, — кивнул головой мастер рукопашного боя. — Но на все воля Великого Неба… думаю, скоро обзаведусь прозвищем.

— Наверное, — согласился с ним Кащей. — Каждый раз это выговаривать, язык сломаешь… так, и еще у вора клептомания отмечена.

— Это у меня, — созналась Тайара, решившая сразу себе сделать алиби на случай хватания за руку с поличным. Не очень то и совравшая, кстати. Она могла бы удержать свои новоприобретенные инстинкты в узде, но не очень хотела.

— Но ты же дроу, — удивился энт.

— Она полудроу, — поправил его давешний, едва не задушенный Кащеем волшебник. — Наполовину нашего народа, наполовину нет.

— Именно, — согласилась девушка. — И я, благодаря своим воспоминаниям и особенностям нового тела, считаю себя скорее человеком, чем эльфом, тем более темным. Поэтому и отнесла себя к группе людей. Как и еще пара полукровок. И, кстати, если что потеряете, не идите ко мне за своей вещью. Я трофеи потом обратно в родные карманы рассовываю.

— Если мне они не очень нужны, — мысленно продолжила Тайара

— Твое право, — пожал плечами Кащей. — Тем более, что тырить-то у нас вроде как особо и нечего… Так, переходим к эльфам. Двадцать пять. Из них десять светлых, шесть женщин четверо мужчин, семья из троих темных, два брата и сестра, супружеская чета кровавых, остальные лесные в пропорции по соотношению полов пятьдесят на пятьдесят, все воины кроме одного мага и аж трёх бардов. У светлых и лесных в недостатках… кхм!

— Ну да, я написала напротив парочки этих дур «блондинко», — мысленно хихикнула Тайара, сохраняя на лице серьезное выражение. — А что делать, если у них мозгов как у дерева… не сказать бы это вслух, а то еще энта обижу, он хоть слегка тормозит, но умный.

— Эээ… почти у всех отмечены в той или иной степени особенности расового менталитета в виде чрезмерной гордости и спеси, — прочитал по бумажке Кащей. — Но все клянутся в том, что с собой справляются, и расовых конфликтов затевать не будут… при условии аналогичного поведения со стороны представителей других народов. Среди обычных эльфов трое воинов и семь магов… волшебницы, да?.. угу… Темные: воин, маг и жрица. У последней… э…

— Садомазохистские замашки, — махнула рукой изящная темная эльфийка, обладающая помимо осиной талии гривой снежно-белых волос и высокой грудью, выбивающейся наружу из-под скудного одеяния. Она не побоялась не только раскрыть о себе правду, но и предать ее огласке. — Расовый менталитет наложился на соответствующий класс, жрицы Ллос отнюдь не мирные овечки, согласитесь, да и, по правде я-человек тоже была… плохой девочкой. Так что мне хочется стонов, боли, криков, крови… но я себя контролирую! Да и братья, если чего, остановят.

— Остановишь ее, как же, — пробурчал один из упомянутых родственников и покосился на кнут, который его сестренка сжимала в руке. — Хорошо, что к ментам твои побитые хахали не обращались…

— Пусть бы только попробовали! — жрица протянула между пальцев руки кнут, на котором сосредоточились взгляды всех присутствующих. — Я бы их быстро научила… повиновению.

— У кровавых эльфов беда заключается в жажде магии, — перенес всеобщее внимание на последних представителей ушастого племени Кащей. — Кстати, оба они воины-маги, хотя это и не удивительно, с их то расой.

— Увы, — развел руками высокий эльф с ослепительно-рыжими волосами. — Боюсь, что трансформа сделала из нас наркоманов, пусть даже вместо дурманного зелья нужна мана. Имеющихся у нас в наличии запасов надолго не хватит.

— Если ей с вами кто-нибудь другой из обладающих силой поделится, усвоите? — спросил Кащей.

— Разумеется, — кивнула эльфийка, чьи волосы напоминали клубок медной проволоки, уложенной искусным кузнецом в затейливую прическу.

— Тогда проблема снята, — решил парень. — Меня осушить и сотня таких как вы не сумеет, резервы не сказать чтобы бездонные… но восполняются с умопомрачительной скоростью. Вполне сойду за передвижной колодец маны, если привкус энергии смерти мешать не будет.

— Потерпим, куда деваться, — ответил кровавый эльф. — Тем более в нашей наведенной памяти есть какие-то воспоминания о совместной работе с Отрекшимися, а ты на их фоне выглядишь вполне живым.

— Так, гномы, — перешел к следующему пункту списка Кащей. — Неожиданно мало, всего десять. Пятеро без определенной профессии, скорее воины, чем все остальное, еще алхимик, жрец рун, кузнец, надо же, маг и старейшина. А это разве класс?

— Ну не то чтобы, — развел руками седобородый гном, — но меня все остальные гномы слушаются беспрекословно, так что решили указать отдельно. Да и умею я всего понемногу, начиная от строительства подземных дворцов и кончая размахиванием секирой.

— Строительства дворцов?

— Ну не в одиночку, понятное дело, я же не джинн. Но расчеты для бригады своих сородичей проведу так, что комар носа не подточит.

— Понятно. Орки. Выживших ровно чертова дюжина и среди них только одна дама. Эй, зеленые, а вы…

— С головой дружим! — перебила его упомянутая, нервно теребя пальцами висящий на плече лук. — Ни с кем драться не собираемся, будем настолько тихими, культурными и вежливыми, насколько это вообще возможно. И вообще те уроды могли стать кем угодно… Мы за них не отвечаем!

— Разумеется, — кивнул Кащей. — У вас девять воинов, вор и три мага. Они, как я понимаю, вообще-то шаманы?

— Только двое, — ответила ему Тайара. — Третий вполне себе классический чародей.

— Ясненько. Ну что ж, остался самый интересный пункт. Разное. Сюда были включены те, кого к обычным расам отнести сложно или же те, кто посчитал нужным отметить себя отдельно. Лют Райнер. Человек, аватара Уробороса, символа начала и конца, владелец альфа стигмы, являющейся одновременно даром и проклятием. С ней он может распознавать чужую магию и учиться ей в прямом смысле с одного взгляда, но иногда она берет над ним верх и он превращается в этакого магического берсеркера, который не успокоится, пока не перебьет всех в радиусе видимости. Ээээ… а где он?

Все заозирались. Обсуждаемого волшебника нигде не было видно.

— Черт, — скривился Кащей. — Если уж и с таким как он что-то случилось, нам всем копец.

В толпе обескуражено загомонили, соглашаясь. Тех, кто знал этого персонажа, было немало.

— Да ничего с ним не случилось, — прогудел энт. — Травы слышат его дыхание. Он под одним из автобусов. Спит.

В десятки рук Люта выдернули из автобуса и, несмотря на вялые инстинктивные протесты, немилосердно начали будить. Впрочем, без особого успеха. Аватара Уробороса открывал на секунду глаза, обводил всех присутствующих мутным взглядом, после чего бурчал: «Отвалите, глюки, дайте поспать!», после чего смыкал веки вновь.

— А это неопасно? — спросила какая-то эльфийка у гнома-алхимика, передающего Каруре пару ведер с водой.

— Ни капельки, — ответила та ей и перевернула сосуд над головой носителя проклятья. Помогло. Хотя неко на всякий случай, несмотря на протесты своей жертвы, все же окатила Люта еще раз.

— Ну неужели стоило из-за такой чуши меня будить? — расстроено пожаловался волшебник незнамо кому, после того как узнал, зачем его вырвали из царства грез, и попытался снова улечься и уснуть. Но на полпути к мягкой траве увидел Каруру с новым ведром воды и резко сделал вид, что просто делает зарядку. Кошкообразная девушка скептически посмотрела на его потуги, после чего хмыкнула: «Не верю!» и вылила на волшебника третье ведро.

Лайнер выругался. Потом подумал и начаровал пару файерболов. Толпа попаданцев приготовилась к созерцанию драки и даже загородила от пробивающегося к месту действия Кащея участников своими спинами, но жестоко обломалась в своих ожиданиях: волшебник просто встал между двумя раскаленными шарами плазмы и начал сохнуть.

— Так, идем дальше, — снова привлек всеобщее внимание Кащей, снова вглядываясь в бумажку. — Два довольно могущественных дампира, по специальности вообще-то работающих охотниками на вампиров. Ди и Риан.

Я здесь, — откликнулась симпатичная девушка с веснушками на лице и растрепанной копной рыжих волос. Картину этакой сельской девочки портили только два необычной формы клинка, крепящиеся на рукавах ее одежды. Некто молчаливый с бледным лицом, в глухой черной одежде и широкополой шляпе просто сделал два шага вперед и остановился.

— Как я понимаю, кровь вам полезна, но не обязательна? — спросил Кащей.

— Угу, — кивнула Риан, прозванная Кровавой. — Человеческая нужна мне чтобы залечивать раны и все. Солнца я не боюсь, жажду, когда накатывает, вполне могу утолить какой-нибудь зверюшкой. Кстати, странно, что я стала дампиром. Вообще то я собиралась отыгрывать Дитя Ночи, может не столь известное как та, кем я стала и далеко не столь искусная в битвах, но полноценное.

— Мне вообще не нужна, — разлепил губы Ди. — Но я не могу долго ходить под солнцем, это вредно. И я тоже должен был стать почти рядовым охотящимся в ночи.

— Ясно, — почесал голову Кащей. — Интересно с чем связана такая ваша трансформация?

— Может с тем, что вампиры, в общем-то, слабо приспособлены к попаданию хрен знает куда? — предположил Лют, все еще стоящий между двух «обогревателей».

— Поясни, — попросила его Риан.

— Они боятся света. А если там, куда они бы попали, на улице день как у нас? Им нужна кровь. А если вокруг нет людей, кроме таких же как они бывших землян? Питаться становится проблематично, да и небезопасно. К тому же количество исполняющих волю демиурга по любому уменьшится за счет их самих или за счет их жертв. Так что вполне логичным стало решение того бога, что нас с вами переделал, создать из вас нечто более… функциональное.

— Может и так, — согласился с ним Кащей, наблюдая как Ди в обществе рыжей дампирши удаляются в небольшой шалаш из которого вылезли на перекличку. Кажется, Риан была все-таки не так безразлична к солнцу, как утверждала. Или она была небезразлична к сыну Дракулы. — Дальше. Энт Фхлфх… литфх… лхфт…

— Не старайся, не выговоришь, — прогудел человек-дерево, облаченный в доспехи из коры. — К тому же это все равно сильно сокращенный вариант, полный произносить надо полдня. Можно просто Флиф. Не нуждаюсь ни в чем кроме воды, владею, как легко догадаться, друидизмом с уклоном в управление растениями, в чем дам фору любому из присутствующих здесь. Немного могу и животными, но в этом слаб. А вот силы природы, увы, неподвластны. Молния и ураган неподвластны мне.

— Ну, тоже неплохо, — пожала плечами Тайара. — Кстати, откуда ты взял эту броню? Вроде бы когда мы сюда попали, такой одежды у тебя не было. У тебя ее вообще не было.

— Вырастил, — ответил Флиф.

— А зачем? — спросил кто-то из толпы. — Неужели мерзнешь?

— Психологически некомфортно, — ответил энт. — Непривычно мне голым ходить. К тому же мало ли, чего в здешних лесах встретиться может?

— А чего тебе то бояться? — удивилась Карура. — Тебя же не один хищник не тронет, не жуют они древесину.

— А если не хищник лучше что ли? Существ, что вред мне причинить могут хватает. Лесорубы, зайцы, дятлы.

По толпе покатились смешки.

— Бобры, — подумав, добавил Флиф.

Хохот усилился.

— Воистину ужасные звери, клянусь подгорными сводами! — стонал какой-то гном, сев на землю и раскачиваясь из стороны в сторону. — Бобры!!!

— Ладно, кто у нас дальше? — усмехнулся Кащей. — Семейка из Бэтмана, Гаары и Наруто… ну этих все знают, останавливаться нет нужды.

— Есть! — громко вскричал парень в оранжевой куртке. — Я… Тьфу… тьфу…

— Слишком громкий, — сказал отплевывающемуся брату ниндзя песка. — Идите дальше.

— Дальше у нас нечто не совсем понятное. Киборг, раньше бывший водителем одного из автобусов по имени Игорь. Вот только киборг он какой-то… странный.

— Куда уж страннее, — пробурчал обсуждаемый, внешне выглядевший как обычный мужчина лет тридцати с хвостиком. — Слышу как внутри меня мотор стучит, чувствую в костях своих железо… а больше ничего о себе и не знаю, чужая память отсутствует. В кого я превратился, кто-нибудь может объяснить?

Ролевики начали совещаться, но успехов это занятие не принесло. Такого персонажа никто что-то не вспомнил.

— Дальше. Полузмей-полудемон Шихари.

Некто похожий на уродливого рогатого змеелюда, одежда которого не подходила для нового тела и была разорвана, громко зашипел.

— Испытывает большие трудности с членораздельной речью из-за строения гортани, может общаться только письменно. Ядовит, одним укусом выведет из строя слона. Благодаря свей демонической половине иммунен к огню. В бою предпочитает пользоваться не оружием, а собственными руками и хвостом. Очень хочет стать обратно человеком. Или хоть кем-нибудь подобным.

— Я его в том поддерживаю, — прогудел энт.

— Дриада Олеся. Способна сливаться с деревьями, управляет всеми силами природы, но довольно слабенько.

— Угу, — кивнула девушка, к всеобщему удивлению вынырнувшая откуда-то из плеча Флифа. — Дождик наколдовать еще смогу, минуток за пять, а вот молнию с чистого неба, да еще мгновенно или близко к этому, это, увы, не под силу.

— Кентавр Гипокрит. Лучник, вернее метатель копий.

Упомянутый согласно тряхнул гривой.

— Так, ну тут осталось всего ничего. Неки, трое, правда все разные, одна воительница, воровка и одна без определенных умений. Наши уже всем известные сестры, ангел и демон, ну и я. Великий и бессмертный. Кого-нибудь забыли?

— Меня, меня, меня! — донеслось из толпы несколько выкриков.

— Ладно, поправим, вот только сначала… кхм… достопочтенные гномы и не менее достопочтенные братья Элрики, а не пора ли вам начать делать стену о которой мы говорили? Вечер скоро.

Шикамару. Возвращение в лагерь, результаты разведки

С троллем беседовали в основном Бэтмэн и Ксардас; Шикамару предпочёл держаться немного позади и присматривать за паладином, руки которого то и дело судорожно сжимали рукоять молота.

— Итак… Кто вы такие и что делаете в наших болотах? — спросил тролль.

— Ваших? — поинтересовался Бэтмэн.

— Нифгардские болота принадлежат троллям — сообщил гигант. — С этим не спорят даже охотники за сокровищами, которые сюда иногда забредают…

— Понятно… — пробормотал Бэтмэн. — А мы, пожалуй, вынужденные переселенцы. Думаю, это самое точное определение…

Ксардас согласно кивнул.

— Для разведчиков армии вторжения вы слишком разношёрстная компания, для беженцев слишком хорошо выглядите… — задумчиво произнёс тролль. — Прорыв хаоса — ваша работа?

— Работа не наша, но, полагаю, связано с нами — отозвался некромант. — Нас действительно можно считать разведчиками, но об армии речи не идёт. Мы представляем, как уже сказано, группу вынужденных переселенцев, случайно оказавшихся в здешних местах…

— Угу… — хмыкнул тролль. — Все эти обстоятельства может связать только одно… Вы из другого мира заявились? Причём не по своей воле, похоже…

— Именно так — вздохнул Ксардас. — Вы самый умный тролль, которого мне доводилось встречать… Но значит, здесь знают о существовании других миров?

— Давно. Хотя я об этом знаю не так много, не моя область… Ладно, значит, возвращаемся к главному. Что вам нужно на наших землях?

— Для начала — выжить — отозвался бывший водитель. — Нам не нужны конфликты с местными обитателями.

В общем, обе стороны некоторое время прощупывали друг друга, стараясь как можно больше узнать и как можно меньше сказать; однако у тролля было явное преимущество. Что и не удивительно — земляне о местных условиях не знают вообще ничего, а вот гориллоподобный абориген какое-то представление о попаданцах составил… Да и заинтересованы были земляне в информации куда больше, чем тролль, и последний, похоже, это прекрасно понимал. Однако в целом переговоры шли довольно успешно — похоже, троллю было просто интересно. В конечном итоге он договорился с разведчиками посетить лагерь «попаданцев» и рассказать о мире и окрестностях. Про себя Шикамару решил, что хотя допускать аборигена в лагерь, тем более при творящемся там хаосе, и не самое разумное решение, но информация и местные союзники до крайности необходимы, так что, пожалуй, оно того стоит. Но всё же стоит предупредить своих, чтобы они хоть как-то приготовились…

— Я отправлюсь вперёд, сообщу о вашем подходе — произнёс он. Ксардас и Бэтмэн кивнули, и шиноби взлетел на дерево.

Теперь, когда окрестности не нужно было столь тщательно осматривать, Антон двигался гораздо быстрее. Чтобы вернуться к поляне, на которую выбросило землян, ему понадобилось не больше получаса.

За прошедшее с момента выхода разведчиков время, довольно небольшое, ситуация в лагере заметно изменилась. Прежде всего, теперь это действительно было похоже на лагерь, а не скопление беспорядочно суетящихся существ. Более того, под руководством гномов народ выстраивал вокруг поляны стену… Причём часть её состояла из кирпичей. Кто-то из магов организовал, видимо.

Пожав плечами, Шикамару скользнул к центру поляны, откуда за происходящей вокруг деятельностью наблюдал парень в чёрном доспехе, опираясь на здоровенный волнистый меч. Вообще-то не дело так упирать меч в землю, но Шикамару решил, что хозяину виднее. В любом случае, похоже, что проявился лидер… Которому можно будет свалить новости и заботы. Вот и чудненько… Лишь бы деспотизмом не обернулось.

— Я так понимаю, это вы тут всех организовали? — поинтересовался Антон, подкравшись… то есть приблизившись к мечнику. Тот вздрогнул, нахмурился, и повернулся к парню. Окинул его взглядом и кивнул.

— Ты был в группе разведки… Уже вернулись?

— Почти. Остальные идут с местным, а я отправился вперёд, чтобы предупредить… А вы, погляжу, успели неплохо развернуться.

— С местным? — заинтересовался мечник. — Ну-ка, подробнее…

Антон принялся рассказывать.

— Понятно… — пробормотал его собеседник, выслушав краткий пересказ. — Это хорошо, нам нужно знать, куда мы угодили и чего ожидать. Так… Тайара, у нас есть дипломаты?

— Разве что барды на эту роль подойдут — сообщила возникшая словно из ниоткуда тёмная эльфийка.

— Зови — кивнул мечник. — Для них намечается важная работа…

Шикамару воспользовался моментом, чтобы улизнуть, пока его не загрузили какой-то работой. Она, может, и нужная, но сначала — найти своих и выяснить, что тут успело произойти за время его отсутствия…

— В общем, жалко, конечно, что Кащей его прикончил. Я бы из его яиц неплохую подвеску к рукояти меча сделала… — кровожадно закончила рассказ Карура. Веталь-Лайнер тоже внимательно слушал рассказ, время от времени поёживаясь.

— Значит, Кащей?.. — хмыкнул Антон. — Понятно… Ничего не имею против русских сказок, да и зарекомендовал себя он пока что неплохо, но если что, с ним сложно будет что-то сделать… Хотя, кажется…

Он задумался.

— Что кажется? — не выдержал Виталий.

— Да я вроде видел тут одного анемичного очкарика, который может в этом плане помочь…

Иллитид. Осознание-анализ-уход

Вовремя. Очень вовремя сделал ноги. Еще бы чуть-чуть и составил бы компанию работорговцам. Кстати, вполне приличная команда была — если бы не этот тип, похожий на хуманса, от которого за версту тянет эманациями смерти, то все могло бы и получиться. Потом можно было бы сторговаться по поводу припасов. И носильщиков по совместительству. Жаль…

Ну да ладно, единственно о чем стоит пожалеть, это то, что уйти по чистому не удалось. Эльф сволочь оказался довольно тяжелым, или это у меня тельце стало более тщедушным? Помочь себе телекинезом не удалось, возможно просто из-за отсутствия тренировки. Обернуть разумом объект, я обернул, но вот стабильности ощущений — так и не добился. Именно поэтому кое-как пристроив обед или завтрак (непонятно) под сиденьями и конфисковав у него вполне приличный, хотя и чуточку грязный плащик, моя мрачность по английски, не прощаясь, скрылась в буйной растительности.

С этой компанией мне делать явно нечего — значит рву когти. Желательно не свои. Стоило только прилично отойти, по дороге дважды провалившись в какие-то ямы и порвав трофейный плащ в особенно густом кустарнике, как в занятую вопросами сиюминутного выживания голову постучалась маленькая робкая мысль — «Что это со мной?»…

Сжавшаяся коленопреклоненная фигура, застывшая в искореженной пародии на молитву беззвучно закинула к покрытому плотной периной облаков небу распахнутые в немом крике щупальца. Извивающиеся, вызывающие омерзение и страх отростки, казалось пытаются вцепиться во внезапно ставший густым как кисель воздух. Мгновение… второе… и маленькая, окруженная кустарником поляна, скорее просто лесной пятачок, наполнилась отталкивающим на вид дрожащим маревом, колеблющимся в такт нервным биениям щупалец. Тревожно трепетала листва, тонкие былинки трав скручивались под невидимыми пальцами телекинетического выброса в странные, нелепо искаженные конструкции. В тишине и безмолвии леса, мерном движении безучастных облаков деформированный и изорванный разум познавал одиночество… Отчаянные дрожащие обрывки паутинок мыслей разлетались безмолвным воем и плачем… Нет, не плачем по остаткам человечности, растворившихся в холодном бездонном озере нечеловеческого разума… Утробным и одновременно беззвучном воем потерянного единения исходила скорчившаяся в пароксизме отчаяния закутанная в порванный эльфийский плащ фигура. Блеклые тени человеческих воспоминаний, чувств и терзаний растворялись в кипящем чувстве потери… Той потери, которую человеческая индивидуальность просто не может осознать и понять всю её глубину — оторванный кусок общего разума Ориндолла отчаянно пытался зацепиться щупальцами мыслей за окружающее… Внимать безликому участию Старшего Мозга и привычному присутствию сородичей… Варварски вырванная деталь… Разумная длань общности разумов подземного города иллитидов Ориндолл ощущала доселе не испытываемое отчаянье одиночества…

Время, проведенное в самокопании, медитации или потраченное на приступ паники по какой-то странной причине всегда пролетает незаметно. Наверное, только по этому, несмотря на опасность обнаружения и неизвестное количество монстров или хищных животных, блуждающих поблизости, свернувшийся на палой листве в позе эмбриона иллитид так и не пошевелился в течении более чем часа. И только нечаянно залетевшая на полянку пичуга, испуганно тренькнувшая от наполняющей окружающее ауры отчаяния и боли, заставила сжавшееся тело обратить внимание на окружающее…

…

Тончайшее прикосновение чужого разума к порванной бахроме ауры, зияющей громадными дырами, вызвало эффект больше похожий на втыкание хорошо разогретого паяльника в кровоточащую рану. Миг — и крохотное пернатое тельце с выжженным рефлекторным защитным импульсом мозгом упало неподалеку от впившейся в мягкую, податливую землю руки. Вполне человеческой руки, если не принимать во внимание когти, мелкую чешую и зеленоватую окраску до кучи. Конечность, попавшая в поле зрения вызвала приступ узнавания и как это ни странно недоумения. Приподнявшись с поверхности и отряхнув обсыпанный мельчайшими кусочками травы и листьев плащ, поджал в знаке недоумения щупальца и принялся ощупывать тело, с каждым прикосновением вспоминая и удивляясь. Нормальное тело, поджарое, с наличием мышц, может и не в таких объемах как у хумансов или друэгаров. Примерно на уровне изможденного дроу. В разуме забрезжил образ покрытого чешуёй дистрофика, зачем-то натянувшего на голову противогаз с несколькими шлангами. Подернув от возмущения щупальцами и сжав их в комок, задвинул удивление и мешающие в данный момент ассоциативные цепочки в дальние закрома разума. Примерно туда, куда в течение сильнейшего стресса, свалившего тело и выключившего разум на время, был отправлен дополнительный излишний слой эмоций и часть личностного опыта, вступившая в конфликт с базовым ядром психики. Это в какой-то мере спасло ситуацию и вывело разум из коллапса. Хотя и привело к невосполнимым потерям в структуре ядра. Его часть ответственную за формирование поведения пришлось склеивать буквально из кусочков. В связи с этим в будущем вероятны конфликты между разнородными модулями и с высокой долей прогнозируется наличие приступов подобных только что произошедшему, особенно при эмоциональных нагрузках и контакте с чужими разумами. Этого в ближайшее время необходимо избегать всеми силами. Изувеченный неизвестными силами разум, вдобавок оторванный от общности, требует тонкой настройки и минимизации нагрузок. Что в данный момент не возможно. Анализ произошедшего и знаний, касающихся воспоминаний до инцидента и поездки в автобусе, дополненный матрицей морально-этических норм и запретов человеческого общества, хотя и крайне неполной из-за значительной утери данных, приводит к неутешительным выводам. Контакт с группой существ прошедших такую же трансформацию, но сохранивших, судя по увиденному и услышанному, полностью или частично базовые ядра человеческой психики, вызовет неминуемый конфликт. С большой долей вероятности в результате пострадает или полностью будет разрушен носитель и прекращено существование. Логичней будет избежать контакта, но в связи с отсутствием данных о окружающей местности держаться рядом с группой этих существ, скрываясь и в пассивном режиме исследуя их возможности. Также необходимо обзавестись достойной свитой, захватив, как можно более незаметно, несколько животных или разумных существ. Это позволит снять вопрос с питанием и в случае нападения повысит вероятность выживания.

Сложив ротовые щупальца в жесте удовлетворения и подставив лицо лучам падающего сквозь просветы в лесной кроне света, медленно двинулся в противоположном от остатков автобусов направлении…

Александр. Иной мир. Коалиция

Александр клал кирпичи. Во-первых, работа помогала отвлечься, во-вторых, он был одним из немногих, кто занимался этим на Земле… Он тяжело вздохнул. Да уж, ситуация… Родители с ума сойдут — сын пропал. Хорошо хоть сеструху отговорил участвовать в ролёвке… Алка ещё обижалась, что он её брать не хотел. Вместе и веселее бы оказалось, но родители… Да и вообще, не хотелось бы, чтобы сеструха оказалась в такой же жо… опасности. Она хоть и шебутная, но младшая, любимая.

Он попытался её вспомнить, но перед мысленным взглядом возникла стройная девушка с длинными тёмными волосами, строгим лицом и аристократичными манерами. Не Алка… Но всё равно сестра. Акиха…

Сашка потряс головой и снова вздохнул. Большинство его коллег по несчастью преобразились в отыгрываемых персонажей, а вот с ним получилось иначе. Шики Тоно, он же Шики Нанайя, главный герой одной из любимых парнем визуальных новелл… Со стороны, тем более на общем фоне, можно было подумать, что он вообще не изменился — обычный парень лет семнадцати, в обычной земной одежде и в очках. В реальности же всё сложнее…

— Ты не Шики Тоно будешь? — отвлёк его от размышлений чей-то голос. Он положил очередной кирпич — раствор не использовался, кирпичи небольшими партиями «сплавлял» вместе назвавшийся Альфонсом Элриком алхимик — и обернулся к говорившему. Хмм, тоже похож на нормального землянина… Во всяком случае, спецназовский жилет — не больно-то фентезийная штука.

— Ну, допустим… — отозвался он. — А ты кто такой?

— Тебя какое имя интересует? Земное или персонажа?

— Давай оба — решил Александр, поворачиваясь обратно к стене. Разговор разговором, а дело надо делать…

— Разумно — хмыкнул собеседник. — Антон Кличев. И Шикамару, шиноби деревни Скрытого Листа.

— Шиноби? — переспросил Александр.

— Понятно… — вздохнул Антон. — Наруто, значит, не смотрел…

— Бог миловал — согласился Сашка. — Это что, аниме?

— Насчёт бога — сомнительное утверждение, — хмыкнул Антон — а про аниме ты прав. Ты тут ещё долго? Есть разговор. Важный.

Оценив уверенный тон собеседника, Александр кивнул.

— Сейчас закончу. Гм, Элрик! У меня готово.

Лязгая доспехом, массивный алхимик приблизился, соединил ладони и приложил одну руку к стене; секунда, и края кирпичей оплыли, соединяя их между собой.

— Я тут закончил, мне нужно отойти — произнёс Александр. Алхимик кивнул.

— Хорошо…

— Такой здоровый, а голос почти детский… — задумчиво произнёс Александр, следуя за Антоном.

— То есть Цельнометаллического ты тоже не смотрел?.. — пробормотал тот.

— Он что, тоже из аниме? — удивился Сашка.

— Н-да… Ты что, аниме вообще не смотрел?

— Ну, практически — пожал плечами Сашка. — А что?

— Да просто непонятно, почему тогда тебя в Шики переколбасило…

— Думаю, из-за того, что это моя любимая визуалка… — вздохнул парень. — Визуальная новелла.

— Понятно… — пробормотал его спутник. — Ладно, вот и мои.

У относительно свободного от народа края поляны на стволе поваленного дерева сидели мужчина в голубом плаще и… женщина с кошачьими ушами. И здоровенным мечом… Эмм, кажется, у неё ещё и хвост есть… Не то, чтобы на общем фоне это было удивительно, но всё же…

При взгляде на эту парочку, как уже было несколько раз, где-то в затылке появилась лёгкая ноющая боль; к счастью, она почти сразу прошла.

— Ты что, неки никогда не видел? — подняв бровь, спросил мужчина.

— Он аниме не смотрел, представляешь? — отозвался Антон. — Ладно, прежде всего знакомьтесь…

— Виталий Клюев — представился мужчина в плаще. — А ныне ещё и Лайнер Лют, боевой маг.

— Карура. Ксения Барсова — сообщила кошкоухая.

— Александр Сомов — представился и Сашка. — И, судя по всему, Шики Тоно заодно… Хотя, возможно, Нанайя правильнее будет.

— Тоно, Нанайя… Разница только в Мелти Блад была, и то начиная с РеАкт — произнёс Антон. — Ну, я уже представлялся… Теперь к делу. Ты в курсе, кто всей нашей толпой попаданцев сейчас руководит?

Сашка пожал плечами.

— Не знаю. Меня чем-то оглушило, а когда пришёл в себя, почти сразу стенкой занялся…

— Его Большой Босс приложил — сообщила кошкоухая. — Тот орк. Из-за этого и в перепись не попал…

— Понятно… — пробормотал Антон. — Ну, во главе у нас сейчас Кащей, который Бессмертный. Соображаешь, что из этого вытекает?

— Нет — пожал плечами парень. — Что?

— Две вещи. Во-первых, если он решит организовать диктатуру, с ним очень сложно будет справиться. И во-вторых, тебя он может воспринимать как угрозу. Пока что, как сказала Ксюха, ты в перепись личного состава не попал, но когда он узнает про твои глаза…

Антон сделал многозначительную паузу.

— Вот как… — пробормотал Сашка. — Но я не хочу участвовать ни в каких переворотах.

— Мы тоже не хотим — хмыкнул Антон. — Мы вообще довольно ленивые… Карура, правда, любит подраться, но только именно честную драку, а не интриги. Помимо упомянутого могу добавить: в этом мире нам, боюсь, придётся сражаться за выживание, хотим мы или нет. А мои способности великолепно подходят к твоим… Я могу обездвиживать противников. С Глазами Восприятия Смерти это смертельная комбинация…

— Я не убийца! — вскинулся Александр.

— В курсе — кивнул Антон. — Читали. Но я уже сказал, жизнь есть жизнь… У нас, если ты не в курсе, уже есть несколько трупов. Если не сможем защищаться, будет больше. Я, например, не хочу, чтобы кто-то умирал, но к нашим, землянам, это относится особенно…

— Не знаю… — пробормотал Сашка. — Мне это не нравится.

— Никому не нравится — пожал плечами Антон. — Однако у нас есть шанс вернуться на Землю, если выполним поручение этого… демиурга. Но этого ещё нужно добиться, и для начала — выжить. А чтобы выжить, нужно уметь постоять за себя… А в твоём случае ещё и иметь крепкий тыл и не мелькать перед Кащеем.

— Но чего конкретно вы от меня хотите?

— Создать команду, официально, чтобы все знали. Отработать совместные действия и присматривать друг за другом. Вот и всё, в общем-то… Ты, кстати, свою способность уже проверял?

— Не успел — признался Сашка. — Я же говорю, некогда было… Только и успел разок очки снять. Неприятно…

Он поёжился.

— Как будто всё вокруг из паутины. Чуть тронешь, и развалится…

— Попробуй сейчас. Всё равно придётся пользоваться, лучше сразу начать привыкать… К примеру, ветки срежь — Антон указал на поваленное дерево. — Ножик-то у тебя с собой?

Сашка кивнул.

— Ладно, думаю, ты прав… Только вы лучше встаньте на всякий случай.

Вздохнув, он аккуратно снял очки и положил их в карман; зажмурился, снова открыл глаза…

Вместо карих теперь его глаза оказались льдисто-голубыми. Антон непроизвольно поёжился. Александр же достал из другого кармана перочинный нож. Он лишь слегка коснулся дерева лезвием, но этого оказалось достаточно — толстая ветка отвалилась от ствола.

— Линию пробовал? — поинтересовался Антон. Сашка кивнул, снова доставая очки. — Погоди, сначала точки проверь…

Всмотревшись в бревно, парень ткнул в него ножом. Дерево мгновенно осыпалось горкой пепла.

— Не понял?.. — удивлённо пробормотал Александр.

— Думается мне, это был один из вариантов смерти… — пробормотал Виталий. — В данном случае, ты реализовал смерть от огня.

— Я думал, смерть — это просто смерть…

— Кто знает, как всё это работает на самом деле? — пожал плечами Антон. — Будет рабочей гипотезой… Ну так что скажешь? Ты с нами или как?

— Ладно, пока с вами — решил Сашка, одевая очки. — А там посмотрим…

Артыг. Лагерь. Суета

Артыг был в состоянии, которое люди, стремящиеся за многословием скрыть пустоту своих речей, называли когнитивным диссонансом. Проще говоря, его голова напоминала барабан, в который какой-то шутник тайком засунул растревоженный пчелиный улей. Много гула, непонятное шевеление и отчетливое понимание: «Что-то тут не так». Нельзя сказать, чтобы такое состояние болотный отшельник испытал впервые… Но, тем не менее, оно было для него очень редким. Предпоследний раз что-то подобное он чувствовал очень давно, еще в молодости, когда ему в голову выстрелили бронебойной стрелой из арбалета. Чары ослабили удар, но все равно еще довольно долго гигант-чародей ничего не соображал, давя и разрывая охотников на троллей при помощи одних только инстинктов. А последний — относительно недавно. Когда его друг, второй по уму из шаманов Нифгарсдких болот, Кривой Хыг, при помощи пленного чародея-алхимика сварил на редкость забористую брагу на мухоморах. Сами гиганты от последствий ее употребления кое-как оклемались, пусть и не сразу, а вот человек скончался воистину ужасной смертью от страшного похмелья.

Там, куда привела его странная компания из людей и эльфа, творилось нечто недоступное его пониманию, но несомненно странное и пугающее. Примерно настолько же, как и последствия той пьянки. Сначала при приближении к лагерю он увидел стену. Вырастающую прямо на глазах. Десяток гномов и почти в два раза больше иных существ делали ее из кирпичей, которые десятками создавал из земли невысокий человек-мужчина. Уже тогда болотный отшельник понял, что тут что-то не так. Ну не ассоциировались у него в сознании каменщики и эльфийки. Но парочка дев дивного народа тем не менее относительно спокойно занимались таким несвойственным им делом, как строительство. Злое шипение на какой-то «дурацкий маникюр» по меркам перворожденных соответствовало мелким неприятностям, вроде разлитых духов или испачканной одежды, но никак не тяжелому физическому труду. Особенно вместе с иными расами. Такими как люди, орки, дроу…

Ледяная стрела не пробила темного эльфа только чудом. Чудо представляло из себя непонятную фигуру в доспехе, заслонившую темного эльфа и громко закричавшую почему-то детским голоском.

— Обед! Обед! Кушать подано!

Когда вокруг чужака столпились бросившие работу строители, то он распахнул грудную пластину своих лат, за которой оказалось… ничего не оказалось! Только противоположенная стенка доспеха и все! Тела не было!

— Бутерброды? — разочарованно спросил темный эльф, запустивший внутрь странного создания руку и вытащивший из его глубин сверток, при ближайшем рассмотрении оказавшийся ломтем хлеба, сверху которого лежал идеально правильной формы круг какого-то бледно розового мяса. — А хлеб-то, хлеб! Черный, как моя кожа!

— Надо доесть, а то зачерствеют, — пояснил доспех без владельца и стал помогать извлекать из себя еду. — Или колбаса чего доброго протухнет, она же не копченая, без холодильника долго не хранится…

— Ешь давай, немочь глубинная, — пихнул дроу рукой какой-то гном. — А то шевелишься как вареная муха, с такими работничками мы не то что стену, сарай не построим! Эх, был бы ты в моем родном Сталхольме…

— Ха! — не обиделся житель подземелий. — Да наши города лучше ваших во сто крат!

— А вот и нет!

— А вот и да!

Пока представители двух подземных народов, активно вырезающих поселения друг друга испокон веков, громко ругались, сравнивая архитектурные стили, Артыг пришел к выводу, что это какой-то неправильный дроу. Изгнанник, скорее всего, раз уживается с другими расами. Но потом он увидел идущую куда-то по своим делам типичнейшую жрицу темных эльфов, которую почему-то никто не стремился убить на месте и решил, что, возможно, это неправильные люди. И гномы. И орки. И демон с ангелом…

Когда две обладательницы извечно враждебных друг другу сил прошли мимо него, держась за руки, то шаман решил, что он бредит. Из наступившего состояния ступора его выдернуло подергивание за руку.

— Схожу проведаю детей, — сказал сопровождавший тролля человек в черном плаще и ушел.

— Ну а я тогда поболтаю с младшим из братьев-алхимиков, — решил черный маг и пошел проталкиваться к раздающему еду доспеху, бросив на ходу. — Все равно мы уже в лагере. Анатолий, проследи, чтобы нашего гостя никто никуда не припахал между делом… Или лучше найди Шикамару.

— Идем к центру, — попросил его эльф, ранее внимательно созерцавший строящуюся стену и отвлекшийся от этого дела только после того, как остался в гордом одиночестве, если не считать своего подопечного. — Я щас начальство отыщу… может быть… какое-нибудь…

Но тут он увидел девушек и, как сам Артыг секунду назад, впал в ступор.

— Слышь, сестренка, опять этот ушастый на меня пялится, — пожаловалась обладательница белых крыльев демонессе. — А у меня еще грудь болит… Врежь ему лучше ты!

В их лицах шаман и вправду увидел сходство, присущее только близким родственникам, после чего составил компанию паладину, начав таращиться на явившееся его глазам зрелище бессмысленным взором.

Представительница Сил Зла принялась успокаивать Посланницу Неба и дергать ее в противоположенном от тролля и его спутника направлении. Та нехотя поддавалась, но напоследок все же пообещала эльфу разбить при встрече нос. Тот на угрозу не отреагировал, был занят созерцанием прекрасного, хоть и матерящегося подобно пьяному сапожнику, видения.

— Господи, еще один! — ахнула проходящая мимо него дроу. — Да где ж вы, паразиты, прятались-то?! Скоро третий десяток не попавших в перепись пойдет! Так. Имя! Фамилия! Любимое блюдо!

— Эээ… ты дроу? — не нашел ничего лучше как спросить тролль.

— Полукровка, видишь же, я выше, чем настоящие дроу и кожа у меня не такая как у вон той жрицы, — беззаботно отмахнулась девушка, видимо не знавшая что всех подобных ей священнослужительницы темных эльфов убивали еще при рождении. — Еще раз спрашиваю, ты кто?

— Нууу… зовут Артыг… рода нету… тушеная медвежья лапа, — растерявшись медленно ответил тролль, обескураженный вопросами и не понимающий, что могло потребоваться от него одной из детей подземелий. — А в чем дело?

— Проводим всепопаданскую перепись населения, — вздохнула эльфийка. — Вернее проводили… и от нее успешно откосила целая толпа народа. А земное имя-то как?

— Ээээ… что?

— Так, уровень интеллекта значительно упал, — сделала отметку в бумажке дроу. — Как тебя звали этим утром? Олег? Семен? Ильмар? Максим? Татьян…ой, нет, последнее вряд ли.

— Тай, отстань от него, это местный, — появился непойми откуда один из его провожатых, тот что был облачен в черный плащ и забавную маску.

— В каком смысле местный? — не поняла эльфийка.

— Абориген. Тут, оказывается, тролли живут. Среди наших такие как он есть?

— Да вроде был один… а, хотя нет. Это полувеликан, да к тому же себя человеком считает.

— С одной стороны это плохо, — подумав, сказал Бэтман, — но с другой хорошо. По крайней мере, местных с землянами не перепутаем.

— С кем? — зацепился было за сведения о том месте, откуда в его мир попала столь странная компания Артыг, но был прерван возгласом кого-то из строителей.

— Шухер! Начальство идет! Всем дрожать и падать ниц при виде его Бессмертия!

Но почему-то никто следовать этому совету не стал. Даже скорость кладки кирпичей не увеличили. Хотя, на взгляд тролля, легко бы с этим справились. А потом он увидел того, кто к нему приближался.

Те, кто говорят с духами, могут немало. В большинстве направлений искусства магии, они, правда, как правило, уступают сильным классических чародеям, но есть и у них свои собственные трюки, выдающие весьма впечатляющий результат. У болотного отшельника подобные спрятанные в рукаве козыри, разумеется, имелись. Самый искусный маг на то чтобы открыть портал для демона, духа, элементаля или какой другой сущности потратит немало времени. Пока начертит пентаграмму, пока выговорит имя призываемого или хотя бы общее наименование призываемых, пока то, пока се… Артыг обошелся без этих тонкостей. Все сущности, которые были что-то должны ему, явились на отчаянный зов шамана. К слову сказать, если перевести тот посыл, что он отправил своим подчиненным на человеческий язык, то расшифровывался бы он одним простым предложением, состоящим всего из одного слова. «Спасите!» На перепуганного тролля надвигалось то, чего в природе быть не может, потому что такая мерзость существовать не должна.

Ветер, взвыв десятками разных голосов, обрушился на высокую фигуру в черных доспехах и попытался ее разорвать. Земля под ногами живого мертвеца разверзлась, стремясь уволочь тварь в свои бездонные глубины. Огонь в виде небесной молнии опутал сияющими плетями нежить. Вода, волной выметнувшаяся из болота вспухла десятками бегущих фигур разной величины. Водяные элементали, с которыми Артыг наладил довольно неплохие отношения еще со времен своего юношеского увлечения зимней рыбалкой, не успевали к месту боя. Более мелкие атаки, вроде десятка призванных привидений, роя крупных пчел-убийц и ломанувшегося из ближайших кустов пещерного медведя на фоне буйства стихий смотрелись бледно.

В ответ на поляну пришла Смерть, призванная своим верным слугой и даже чуть-чуть аватарой. Она небрежно обвела взглядом небосвод и духи, неуязвимые по меркам простых существ, предпочли умчаться в неведомые дали раньше, чем взор, от которого нет спасения, коснется их. Но трещина в земле осталась. И лич в нее с воплем провалился, оставив Артыга наедине с остальными обитателями поляны и несколькими призванными им существами. Впрочем, последние просуществовали недолго. Колдун, один из тех, что встретил его на дороге, поднял руки к небесам и оттуда ударил столб пламени, почти моментально разделившийся на реки, ручейки, потоки, капли…Огненный дождь, прожигающий нематериальных по определению призраков, уничтожил остатки воинства шамана. Нескольких чудом уцелевших пчел можно было не принимать во внимание.

— Круто, — спокойно сказал возникший за плечами тролля, казалось из ниоткуда, человек в черном плаще, в доли секунды опутывая его веревкой с несколькими концами. — Не знал, что ты настолько хорош.

— Ну так до того как в некроманты податься, я же верховным магом огня был, — пожал плечами волшебник. — Да и ничего в общем то особо сложного в этом заклятии нет. Волна смерти, на мой взгляд, сложнее.

— И бессмертных по определению существ она убивает, — голос, от которого хотелось залезть в гроб и накрыться крышкой, разбил установившуюся тишину.

— Как это ты так быстро оттуда вылез? — хмыкнул какой-то гном, небрежно отталкивая в сторону жуткую тварь и заглядывая в казавшуюся бездонной дыру. — Там глубокооо…

— Меч в камень воткнуть успел, пролетев каких-то три-четыре метра, — поделился способом спасения неживой немертвец. — Ладно, мне все равно эта яма пофиг, я бессмертный. А вот что нам скажет тот, кто меня чуть туда не спровадил?

Артыг был очень умным троллем. Был бы глупым, не бросил бы на землю свой посох и не сказал бы:

— Я сдаюсь.

От воплощения смерти шаман ждал много. Немедленной смерти. Долгой казни. Вечных мук. Но не того что живая (!) нежить устало(!) вздохнув сядет прямо на траву и погрузиться в черную меланхолию, изредка прорываемую жалобами на магию, магов, богов, демиургов, троллей, эльфов, людей, вампиров, гномов и несовершенство мироздания в целом. И уж тем более он не ожидал, что устроившую тихую истерику тварь начнут успокаивать половиной всей имеющейся в наличии толпы. Болотный отшельник исчерпал, вероятно, весь свой лимит удивления на эту и парочку следующих жизней. Ну а как иначе? Вряд ли когда-нибудь кто-нибудь еще сможет увидеть зрелище, как тварь, по определению пьющую чужую жизнь, жалеют светлые эльфы, обнимают темные, вернее темная, показывающая за его спиной кулак пытающейся зайти с другого бока демонессе, угощают каким-то коричневым напитком люди и пытаются накормить булочками орки… Сдобу, кстати, мертвец на удивление смачно сжевал.

— А не сбежать ли отсюда, пока никому до меня дела нет? — задал себе вопрос связанный и вроде бы позабытый всеми Артыг и осторожно осмотрелся. Тролля расположили в неожиданно густой тени чахлого на вид кустарника, прислонив спиной к упругим стеблям, а потому обзор у шамана был прекрасный. Рядом с ним, почему-то, никого не было. Но вот в непосредственной близости оказался тот самый маг, сотворивший огненный дождь и сейчас недобро сверлящий шамана буравчиками черных глаз, а также тот самый человек, что спеленал его и сейчас поигрывал каким-то странным оружием, кажется метательным, отдаленно похожим на вырезанную из неведомого материала летучую мышь.

— Ладно, все-все, я в норме, — живой мертвец, кажется, пришел в себя, — хватит меня тискать, я вам Кощей или где?! Да разойдитесь, мать вашу, дайте я хоть с этим, блин, заклинателем поговорю…

— А чего с ним говорить? — фыркнула девушка-ангел. — Бритвой по горлу и в колодец!

— Не самая плохая участь, во всяком случае, если она не имеет в виду какой-нибудь колодец Душ, — решил для себя Артыг.

— Песчаный, — начал было произносить какое-то заклятие невысокий юноша, у которого за спиной был кувшин весом наверняка большего самого, но на рот ему тут же легла рука невесть как оказавшегося рядом человека в черном плаще.

— Ты заканчивай с этим делом сынок, — серьезно посоветовал он чародею. — Убийство не путь решения проблем, поверь мне, я это знаю.

— Угу, — с удивлением Артыг увидел как тень, в которой он лежал, отхлынула и собралась у ног еще одного из разведчиков, с которыми он повстречался на дороге. — В любом случае, языка сначала надо бы допросить и выведать всю известную ему информацию…

Лагерь. Карура. Мелкие проблемы, но жизнь идёт…

Среди множества беспокойных и суетящихся попаданцев, Карура принадлежала к счастливому меньшинству тех, кого произошедшие события — перенос и изменение — ничуть не волновали. Жизнь — это вообще одно большое приключение… А если придёт опасность — встретим и разберёмся. Несколько раздражало только то, что она вдруг оказалась вовсе не самой сильной. Нет, по физической мускульной силе она, возможно, и могла претендовать на лидерство — но этого оказалось недостаточно… Она поморщилась, вспомнив об унизительном поражении от рук орка. А ведь и он оказался не самым сильным… По сути, среди попаданцев обнаружилось несколько тех, победить которых в честной схватке ей не светило, и много тех, исход поединка с кем весьма и весьма сомнителен. И это Каруре категорически не нравилось… К тому же здесь слишком много магов, а магов она недолюбливала — сражения с ними бывают слишком уж непредсказуемыми…

Хотя была и ещё одна причина недовольства: тот факт, что самопровозглашённый лидер конфисковал всё спиртное. Несколько попыток подобраться к заветным бочонкам окончились неудачей — импровизированный склад оказался окружён невидимой стеной. Ещё одна причина не любить магов… Карура попыталась пробить досадное препятствие, но когда у неё начало получаться — что-то загудело, от ударов меча стали сыпаться искры, а барьер вроде бы стал поддаваться — вмешался какой-то маг, скорее всего, как раз тот, что ставил барьер. В итоге драку пришлось разнимать самому «главнокомандующему». Он её ещё «дикой кошкой» обозвал… Под нос, видимо, думал, что она не услышит. Наивный…

В любом случае, выпивки ей так и не досталось — пришлось довольствоваться дракой. Ну, хоть что-то…

Потом была перепись. Веталю-Лайнеру, продолжавшему бессовестно дрыхнуть, пришлось помочь проснуться; получилось забавно.

— Антоха где? — поинтересовался волшебник, высушившись. Довольно экзотическим способом…

— На разведку ушёл.

— А, ясно… Шиноби — он и в Африке шиноби. И даже здесь… Ладно, я тогда всё-таки вздремну.

Карура многозначительно указала на пустое ведро.

— Садюга ты всё-таки — проворчал Веталь. — Нет, пожалуй, как Ксения ты мне всё-таки нравилась больше…

— С таким подходом в могиле отоспишься — сообщила нека.

— А я что? Я Каруру люблю! Это вообще, если хочешь знать, мой любимый персонаж! — немедленно отозвался Веталь.

— Ты не понял. Если что, ты будешь не первым трупом… Уже были жертвы.

— Та-ак… — протянул резко помрачневший волшебник. — Подробнее расскажи.

— Подробнее — потом — отмахнулась Карура. — Когда Антон вернётся, чтобы два раза не повторять. А вкратце… Один отошёл в сторонку, и его почикали червяки-переростки, другому кто-то выел мозги — подозревают иллитида из своих — ну и банду орков казнили.

— Казнили? — ещё сильнее нахмурился Виталий. Карура кивнула.

— Угу. Со всеобщего одобрения… Они тут хотели переворот устроить, а ещё на Земле похищениями занимались. Так что…

Она пожала плечами. Виталий мрачно окинул взглядом окрестности.

— Это не нравится мне всё больше и больше — сообщил он.

— Почему я и говорю, что спать сейчас не лучшее время… Делом нужно заниматься. Вот, например… Ты магические барьеры снимать умеешь?

Лайнер-Веталь задумался.

— Пожалуй… — неуверенно произнёс он.

«Всё-таки свой маг — это полезно…» — удовлетворённо подумала девушка, когда спустя десять минут операция «восстановление справедливости, или помощь страждущим» была успешно завершена. Жадничать она не стала, ограничившись одним бочонком, содержимое коего и принялась поглощать среди деревьев на окраине лагеря. Чуть позже она внесла и свой вклад в обустройство лагеря, свалив пару пошедших на стройматериалы деревьев; Веталь исполнил свой общественный долг, подлечив магией нескольких травмированных… Карура заметила, что не делит окружающих её существ на людей, эльфов, гномов или ещё кого-нибудь. Разница во внешнем облике «попаданцев» воспринималась так же естественно, как и её нынешнее состояние и ситуация в целом… Пожав плечами, она сделала ещё один глоток. К слову, Кащей всё же узнал, что она добралась-таки до выпивки; скорчил гримасу, тяжело вздохнул, но разрешил оставить, уточнив, что строителям она уже помогла. Правда, оставшиеся бочонки куда-то исчезли, и даже обоняние неки не помогало их обнаружить…

А потом вернулся Антон, он же Шикамару. Она пересказала ему и Лайнеру произошедшее в лагере — на этот раз подробнее — и мелкий, но умный шиноби предложил усилить их компанию очень любопытным персонажем. В общем, выпивка есть, с кем подраться есть, те, кто решают проблемы, тоже есть… Жизнь удалась! Осталось только хорошего мужчину выбрать, и совсем отлично будет…

Лагерь. Шикамару. Заботы, заботы…

— Так, что ещё?.. — пробормотал Шикамару, когда новый союзник вернулся на своё рабочее место. Он сложил руки в странном жесте, сосредоточился… — Точно. Карура, ты не знаешь, где те гномы, с которыми ты пила?

— Они строить помогают — сообщила она.

— И алхимик с рунологом?

— Не знаю… А что тебе от них?

— Пока ещё всех не организовали и есть свободное время, нужно позаботиться об увеличении шансов на выживание конкретно нашей группы… И для начала не помешали бы апгрейд снаряжения и пара амулетов. Лучше быть первыми, пока остальные не сообразили.

— Амулетов? — хмыкнул Веталь. — А что, разумно…

— Угу… — пробормотал Антон, роясь в карманах. — Так что мы с Кару… Ксюхой побеседуем с гномами, а ты обойди местных магов. Налаживай контакты, выясняй, есть ли спецы по артефакторике, и подсматривай заклинания. Ещё с мелким поговорить нужно будет…

Он вздохнул.

— Придётся поработать, в общем.

Гномы действительно помогали строить укрепления, причём подошли к этому делу, словно не временную защитную линию создавали, а будущую цитадель клана. Хотя, как знать, как знать… После уже произошедшего Антон-Шикамару не стал бы утверждать, что что-то определённо невозможно.

На том участке, где работал Сашка-Шики, строителям помогал младший из братьев-алхимиков; здесь же пара гномов справлялись сами — ну, с некоторой помощью какого-то орка. Третий гном, искомый рунолог, обнаружился рядом, у кучи кирпичей. Бородач выбирал из кучи по одному кирпичу, выцарапывал на нём что-то, и откладывал в сторону, в кучу поменьше. Обработанные им кирпичи вставлялись в растущую стену с правильными интервалами. Обереги…

— Извини, тебя можно оторвать? — обратился к нему Антон. — Дело есть.

— Ну, если ненадолго… — хмыкнул гном, окинув оценивающим взглядом кучку обработанных кирпичей. — Передохнуть тоже можно… Что за дело-то?

— Обереги нужны, и меч ей усилить — шиноби кивнул в сторону неки.

Гном снова хмыкнул.

— И чего именно хочешь?

— От магического обнаружения прежде всего, и от пакостей вроде ментального воздействия.

— Иллитида боишься?

— Его тоже, но не только. Я разведчик, понадобится… А Карура воительница, конечно, серьёзная, но с кем доведётся ещё столкнуться — неизвестно, так что немного магии будет очень нелишним.

— Угу… И всё, конечно, за спасибо?

— Вообще-то мы все сейчас в одной лодке — заметил шиноби. — Не знаю, как дальше повернётся, но пока что все помогаем друг другу. Однако я не совсем с пустыми руками…

Он достал из кармана свёрнутый и перевязанный верёвочкой листок бумаги.

— Что это? — спросил гном.

— Взрывной ярлык. Рунная взрывчатка шиноби, можно сказать. Не интересует?

Гном погладил себе бороду, хмыкнул.

— Покажи.

Антон развязал свёрток и продемонстрировал узор… — или надпись? — на поверхности бумаги.

— Он неактивирован — уточнил шиноби.

— Любопытно, любопытно… Интересный подход… Варварский, но интересный. Дай сюда.

Гном сграбастал полоску бумаги, извлёк откуда-то то ли линзу, то ли монокль, который вставил в глаз, и принялся тщательно исследовать ярлык, то и дело прицокивая языком.

— Понятно — наконец, вынес он вердикт. — Человеческая поделка, но было любопытно. И насчёт в общей лодке ты прав… Сделаю вам обереги, и с мечом посмотрю, что можно сделать… Вместе с Далином… Олегом, то есть, посмотрим. А то такая бандурина, никакого изящества…

— Лезвие есть, не ломается, не тупится — чего ещё нужно от меча? — пожала плечами нека. Гном неодобрительно посмотрел на неё.

— Во всём красота должна быть! Не оружие воина украшает, а воин оружие, это верно, но всё ж таки…

Он остановился и вздохнул.

— Чувствую себя настоящим гномом — пожаловался бородач.

— Лишь бы человек был хороший — заметил Антон. — А уж гном или эльф… Мы все тут земляне.

— И то верно… Ладно, ушастая, давай сюда свою железяку, посмотрим, что с ней можно сделать…

— В общем, Ксюха, разберёшься сама — бросил Антон. — У меня тут ещё дела есть…

Упомянутыми делами была беседа с «земляками» по миру происхождения — то бишь ещё двумя персонажами той же анимехи, откуда взялся и сам Шикамару, Наруто и Гаарой. Зачем? Нет, в этот раз не для вербовки союзников… Хотя Гаара и может быть очень даже полезен, но его прототип был не слишком психически уравновешенным хладнокровным убийцей, держать которого рядом с собой как-то не прельщает. Правда, впоследствии из него вышел отличный лидер и герой своего народа, но всё же… Впрочем, так или иначе, цель Шикамару была другой. Техники, то, что служило шиноби аналогом заклинаний… Пользователям схожей магии будет весьма нелишним обменяться опытом, тем более, что каждый знает всего по паре техник…

Перевёртыш. Ночной дозор и знакомство с… дамой?

Следующий этап новой и интересной жизни начался в тот момент, когда мы — весь отряд Ркрыга и я заодно, истекая слюной, следили за кипящей в котле бурдой под названием «каша походная». Священнодействовали шаман и орчанка над котелком довольно долго, но результат был выше всяких похвал. И в этот момент кусты на дальней стороне поляны раздвинулись и оттуда появилось…

«**!» — тело, шагнувшее из кустов, очень сильно напомнило мне обезьян-демонов Тьярмы. Тоже — лохматая волосатая громада, похожая на нашу гориллу. Очень отдалённо, но похожая. И тоже — в руках чего-то держит, неприятное даже на вид. Рефлексы оборотня сработали на ять — от костра я откатился меньше чем за секунду, попытавшись залечь в невысокой траве. Впрочем, ожидаемого треска молний я не услышал. Это, конечно, хорошо, но что тогда ОНО делает?

Приподняв голову, я нашёл монстра взглядом… И снова офигел. Рядом стояли очень характерные персонажи — эльф в сияющих доспехах и с молотом, боец в камуфляже, какой-то колдун, и Бэтмэн. Это очень интересно. Их ведь ни в той драке, ни в толпе видно не было — а вот в самом начале на поляне я их видел. Неужели куда-то смотаться успели? В этот момент монстр чуть повернул голову — и очень по-человечески отвесил челюсть.

…А ведь тогда «обезьянку», даже в тесноте обжитых коридоров Башни, в лоб достать так никто и не смог — ни мы, ни Сноходцы. Да и у меня-то получилось, только когда в полной мере использовал опыт применения маскировки. Атаки с потолка горилла — как же их там наши называли… Шаруш, вот! — всё-таки не ожидала… Всё, блин, оборотень — спи дальше!

Я приготовился уже рвать когти — чтоб на всякий случай проконтролировать монстра… Потом мне на глаза попался один… Другой… Третий чародей.

Да ну его нафиг! Если этот монстр сойдёт с ума и попробует на нас напасть, его пепел разнесёт по миру гораздо раньше, чем я до него добегу. Поэтому я просто встал, отряхнулся, и вернулся к костру.

— Чего это ты? — осведомился уже с аппетитом наворачивающий Серёга. Он к тому краю сидел спиной, и ничего не заметил.

— Знакомого увидел. — и тоже ухватился за ложку.

Впрочем, от еды пришлось отвлечься снова, когда обезьяна всё-таки решила напасть. Грохот, рёв, треск… Впрочем, всё затихло в считанные секунды. Но тут уже переполошились орки. Впрочем, если за спиной раздаётся грохот и прочие разнообразные звуки применяемой магии, мало кто может усидеть. «А вдруг это меня?!!». Шаман за посох, бойцы за оружие, в разные стороны от костра… Котелок чуть не перевернули, черти зелёные — еле успел подхватить.

— Тролль! Шаман! — охреневше выдал откатившийся Ркрыг. Стал поднимать посох, и тут незваного гостя успешно спеленал оказавшийся у тролля за спиной бэтмэн. Через несколько секунд из щели в земле вылез Кащей. Вокруг него и чуть ближе к нам развернулось побитое магией поле боя. Щель в земле, обугленные останки чего-то там, выгоревшие пятна травы, волна засыхающей грязи. А остатки войска противника разметало в стороны огненным дождём…

…Через минуту диалога тролль бросил свою деревяшку на землю и поднял лапы. Шаман сплюнул и отвернулся.

— Ну ты и проглот! — обиженно заявил Серёга, вернувшись к костру и обнаружив там довольного и сытого меня. Орки, согласно ворча, подтянулись следом.

— Чо сразу я?! Сами его чуть не уронили, я его, можно сказать, спас, а вы?! Тем более тут ещё осталось… — и я выразительно покачал котелком с остатками каши.

Ночь. Первая ночь в другом мире. Чужом мире.

«И треснул мир напополам, гремит разлом…На тёмных улицах лежит Ночной Дозор…» Ну, примерно так.

В ночную стражу я попал… Ну, всё же не случайно. Сразу после сытного обеда — или, всё-таки, ужина? — меня неудержимо потянуло поспать. Настолько сильно, что я еле сумел доползти до своего укрытия. Но дополз — и мгновенно вырубился.

Проспал довольно много, и вылез из палатки уже в темноте летней ночи. Чистое небо, звёзды светят, палатки вокруг, за палатками ограда в полтора человеческих роста возвышается, костёр где-то недалеко. Народ уже по большей части спит… Потянулся я до хруста, размял затёкшие мышцы, и попёр на свет — вдруг кого увижу. А из оставшихся позади палаток орочьего отряда раздавался бодрый храп.

У костра было немноголюдно. По правде, людей там не было совсем — спиной ко мне сидел Кащей, с другой стороны разместились рядом Ди и Риан, а в стороне, метрах в пяти, пустил корни Флиф. Ну и что?… Я спокойно подошёл и сел. Глаза дампиров отливают красным, а чёрные пятна вместо зрачков живого лича не отражают свет вовсе — и всё равно не позволяют считать их чужими.

На горящий огонь можно смотреть очень долго… Но не бесконечно. Тишину разрушил глубокий голос Ди:

— Доброй ночи. Не забывай мои слова, Кащей.

Сидящий рядом кивнул в ответ. Дампиры, не произнося более ни слова, легко поднялись и ушли. Интересно, о чём они говорили?…

Затихли вдали шаги. Пошевелился и вздохнул Флиф. А мы продолжали сидеть. Я собрал-таки мысли в кучку и попытался начать разговор:

— Эээ… Кащей?

— Чего надо?

— Да ничего вроде…

Собеседник изволил повернуться в мою сторону.

— Неужели просто не спится и поговорить не с кем? Так я не психолог.

— И опять не угадал. Я собирался предложить помощь. — Разговор завязывался сам собой, а человек напротив превращался в хорошо знакомого собеседника. Ну и что, что он Кащей?

Этот самый Кащей недоумённо воззрился на меня.

— Помощь? МНЕ, живущему в Смерти? Но почему?

— Просто я слишком хорошо знаю, что это такое — война между жертвами Переноса… А второй раз в таком участвовать как-то не охота. — зябко передёрнувшись, я прогнал некстати всплывшие из памяти кары.

— Что значит, второй раз? — собеседник, казалось, искренне удивился.

— Ну, вот так. — и я, как бы извиняясь, пожал плечами.

— Я по роли — воин из перенесённого земного города. И как-то получилось, что в ТОЙ войне я участвовал даже чересчур активно. А ещё оттуда я вынес, как бы помягче сказать, неприязнь к проводникам разных чужих сил. Не только тёмных — у нас посвящённые Свету от них почти ничем не отличались. Разве что людей сами не ели… — Реакция Кащея на мою спокойную фразу была как-то очень человеческой — скривился и отвернулся в сторону.

Сплюнув, тёмный герой славянского пантеона повернулся обратно и зло спросил:

— Тёмные, значит, сами ели… А что делали светлые?!

— Как обычно — торговали, использовали, зомбировали, ручным мутантам скормить могли. — я ещё раз пожал плечами, как бы удивляясь такому глупому вопросу.

— Здесь у нас ситуация не лучше. Один мозгоед чего стоит. Да и прочие… Силы обрели, власть припомнили — им теперь сам чёрт не брат. А ты на дороге в светлое будущее стоишь, жить мешаешь. Компания у нас подобралась мощная, не спорю — герои, чародеи, жрецы, даже аватары… Уж чего-чего, но спокойствия от нас дождатся сложно. — буквально выплёскивал эмоции я. Надо тормозить, а то в разнос пойду. Я резко вдохнул-выдохнул, потом ещё пару раз. И ещё.

— А может, я просто паникёр. И всё, что я помню, к нам теперь не относится по определению. Все здесь свои, друг другу товарищи и братья, и последнюю банку консервов поровну разделим.

— Выговорился? — кажется, Кащея я-таки довёл… Интересно, до чего? Кивнул в ответ.

— И хорошо. Полезные идеи есть? — я снова кивнул:

— Охрану лагеря организовать, может?

Тут проснулся Флиф.

— Не нужна охрана. Я всё под приглядом держу.

— Нужна охрана, очень нужна. — протянул Кащей.

— Чую я — русским духом пахнет… Неприятностями, короче. Спрятаться сможешь? — это уже мне.

— На ровном месте вряд ли, а так… — я оглянулся на ограду.

— На ровном месте и не надо. И прямо сейчас тоже не надо. Но… — быстрый обмен взглядами с энтом. Так, а чего я пропустил?

— Но вот ограду под присмотр взять надо. И палатки тоже. — продолжил энт.

И теперь я, периодически перемещаясь с места на место, изображаю из себя барельеф стража периметра. Жаловаться особо не на что — дерево и каменная стенка прочные, можно шипами зацепиться, спиной опереться и расслабиться. Следить тоже особо не за чем — лагерь спит, от храпа аж палатки колышутся, а снаружи шуршит всякая мелочь — не чета той нечисти, что днём по закраинам бродила. О… А вот следы того боя с местным. Молодцы наши, следы уже почти не видно, даже яму закопали.

А пока автопилот внимательно ощущает окрестности, я могу заняться интересным делом — домыслами и догадками. И в первую очередь — на тему «что же это была за обезьяна. Ну, то есть тролль».

Ну, во-первых. Когда оно…нет, всё-таки он — припёрся в лагерь, то очень удивился. Удивилось, видимо, кому-то из наших. Значит, раньше оно такого не видело. Вывод один, и простой — это местный. Если бы это был заброшенный далеко наш, то по себе бы он наверняка определил, что происходит что-то весьма странное, да и привыкли наши люди к таким ситуациям. Да и сомневаюсь я, что наш сначала бы посмотрел, а потом рванул в атаку.

Во-вторых. Куда оно делось? Неужто отпустили — а то жареной гориллы я не нашёл… А значит, оно к нам теперь как минимум нейтрально. Это очень хорошо. За исключением случая, что это был парламентёр от кого-то очень сильного… Хм, это кто ж может быть-то? Неужто брат-близнец демиурга… Ну, эт вряд ли. Значит, просто нейтральный местный — потому что насчёт дружелюбных горилл я сомневаюсь.

В-третьих, самое интересное — что же смогли выжать на допросе из «дорогого гостя»… Эх, жаль, меня там не было…

Понемногу приближается утро — небо всё также тёмное, звёзды ярко светят, лёгкий ветер поверху листву шевелит, но где-то глубоко в лесу начинают шуршать и подавать голоса первые утренние птицы. Сс…А это что такое?! Над кронами деревьев и оградой скользнула какая-то хищная тень. Можно сказать, опасно-хищная. Крылья у ней чёрные и большие, хвост… тоже чёрный, но длинный и тонкий, а уж по страхолюдности зверушка переплюнет иных братьев-Перевёртышей. Зубастая, ушастая и когтистая тварь. Ещё один местный. Но как на нашего родного чёрта похож… Незваный гость тем временем начинает осматриваться. Меня, что характерно, не заметили, даже когда удивлённый взгляд осматривающейся твари мазнул по моей маскировке. Видимо, такое найти здесь тварь не ожидала.

Тварь втянула воздух носом, пошевелила ушами — и чётко развернулась в сторону ближайшего автобуса. Тааак!

Отлепиться от маскировочной основы и вернуть родной цвет — секундное дело, нарастить броню — ещё секунда… Короче, когда я двинулся к твари, она уже прошла несколько метров. Но догнать её труда не составило.

— Стоять! — надеюсь, я никого не разбудил…

Монстр подпрыгнул, в прыжке развернулся, и наконец-то увидел меня. Сильно удивился — даже можно сказать охренел. Но едва я успел сделать ещё пару шагов, как зверик отмер, растопырил все свои конечности — руки, ноги, крылья, и хвост тоже. Распахнул жабью пасть, украшенную десятками клыков…

Крика я вообще не услышал, но по мозгам шарахнуло неслабо. Ультразвук, инфразвук, магия?.. Какая к чёрту разница?! Сознание поплыло, ноги задрожали и я был вынужден притормозить. Зверь торжествующе ухмыльнулся…

В следующий момент не менее приятная ухмылка растянула уже мою зубастую пасть. И зверь, в которого я превратился, скользнул к противнику…

Прямой бесхитростный удар правым кулаком, неудачная попытка чёрта поставить блок — кости чужой руки ломаются с приятным хрустом… Чёрт выбрасывает вперёд свою правую — блок ладонью, захват, снова хрустят кости…

Прошли какие-то мгновения, я едва восстановил контроль над сознанием — а покалеченный монстр уже стоит, шатается и с ужасом смотрит на меня. Добивать его смысла не видно, но и просто так оставить инстинкты и опыт не велят. Слева замечаю какое-то шевеление на лужайке — и это шевеление простой травы как-то очень напоминает щупальца. Хм…

Скользящий шаг в сторону, чтобы чёрт и лужайка оказались на одной прямой, и бесхитростный пинок в живот. Чёрт красиво летит спиной вперёд и падает в траву. Точно — трава резко вытягивается и опутывает чёрта эластичными, но, похоже, весьма прочными нитями. Чёрт пытается вырваться — но без рук выпутаться мог только Копперфильд. Через считанные секунды уже капитально запутанный пленник затихает, поворачивает голову ко мне, снова открывает рот…

…И я, вскинувшись, просыпаюсь. Вокруг снова солнечное утро, птички вовсю поют, а я опять лежу и пытаюсь понять, что же это было. Неужто мне всё это приснилось?

Но нет, не приснилось. Я сел на лежаке и осмотрелся. Вокруг по-прежнему наш новый лагерь, вот куда-то бодро ползёт змей Шихари… Всё-таки не приснилось.

Встаю, и с недовольством прислушиваюсь к организму. Так, и где здесь туалет? Покрутил головой. Вот там вроде бы замечательные кусты есть, и вроде бы лопухи росли…

На полпути к кустам замечаю стоящих полукругом Кащея, Флифа, Тайяру, ещё кто-то стоит за энтом, но мне уже не видно, кто. А ведь стоят-то они вокруг той лужайки, на которую я чёрта ночью приземлил… Любопытство, короче, пересилило потребности организма.

Подошёл я, встал рядом, смотрю. На лужайке имеется авангардно выполненный силуэт лежащей крылатой фигуры. Той самой, что здесь ночью лежала. И выполнен он, похоже, пеплом. Или прахом — чёрными такими, жирными мазками.

Кащей повернул голову и недоумённо меня обозрел — кто это, мол, лезет тут под руку? А нет, узнал.

— Я же говорил — сам очнётся. — прогудел басом Флиф.

— И что это было? — риторически вопросил Кащей.

— Не знаю, само приползло. — я пожал плечами и перешёл в наступление:

— А вот зачем вы его испепелили? Может, пригодилось… бы.

Пару секунд тупо смотрим на силуэт.

— Рассказывай по пунктам. — это снова Кащей.

— Ладно. Стою я ночью у забора, никого не трогаю. Внезапно прилетает эта тварь. Осматривается, и куда-то направляется.

— Куда?

— Туда, — и отмахиваю рукой в сторону автобуса.

— Когда я попробовал его остановить, тварь меня атаковала. Получила по рукам. Потом, как я понимаю, с помощью энта, — кивок в сторону Флифа, тот утверждающе пошевелил кроной в ответ.

— Мне удалось его захватить. Но тварь попробовала колдануть… И я, похоже, отрубился.

Кащей задумчиво покивал каким-то своим мыслям.

Так же задумчиво повернулся и куда-то пошёл. Оставшиеся посмотрели на него. Перевели взгляды на меня. И тоже разошлись.

— Эээ? — О_о — А как же я?! Что это вообще было такое?! — тихо я пробурчал в спину уходящим.

Впрочем, надолго задуматься не удалось — обиженный организм напомнил о себе.

А потом…

Но, по порядку. До кустов я добежал вовремя… Провёл, так сказать, утренний туалет.

Ополоснуться бы. Прислушался… Так, здесь что, ручеёк недалеко? Отлично…

Вываливаюсь к ручейку из кустов. Ну да, так себе, небольшая протока в болоте, в ладонь глубиной, и шириной шага в полтора. Но вода чистая. Смело рвусь к нему…

И падаю кубарем в воду, запнувшись об кого-то. Явно не об корень или камень, потому что препятствие возмущённо пискнуло. Откатываюсь в сторону, кое-как поднимаюсь… На меня злобно смотрит мокрая от пояса до кончиков волос тёмная эльфа, с трудом выбирающаяся из воды. Ой*ляя… Извиниться я не успел.

Сестра, ты как? — вылетают на звуки из кустов братья-дроу. И видят, как мокрая и серая от злости жрица Ллос, ухватившись за кнут, замахивается для удара…

Следующие минут десять эта троица, не слушая моих попыток оправдаться, гоняет меня по всей поляне и прилегающим кустам. Получив с третьего её замаха кнутом по спине, я взвыл от боли, перекинулся — и попытался уйти по деревьям…

— Вылазь, сволочь!! — вопит в бешенстве эльфийка под памятным дубом, пытаясь отряхнуть свои длинные белые волосы. Парни уже отстали, объясняя зрителям, с чего началась погоня — кто-то вовсю хохочет.

— Не вылезу я, убьешь ведь нафиг… — доносится сверху моё бурчание.

Шарах! — грузики на конце кнута рассекают кору в щепки. Я шустро переползаю на другую сторону — рядом с мор… э, лицом ведь попала, могла и по глазу попасть…

— Ах вот ты где… — доносится снизу, и кнут полосует меня вдоль, от левой ноги до правого плеча. Я взвыл… Ну а что, при маскировке приходиться порой отказываться от брони, она ведь не пластичная. Вот и рассекло мне спину до мяса.

Из горла вырвался рык — больно же так её и этак! Не, так просто не отцепится. Откидываюсь назад, руколапы отрываются от коры, когти на ногах уверенно держат. Буквально встаю на вертикальной поверхности. Так! Эльфа почти чётко внизу, стоит у дерева. Небольшой доворот, и я отталкиваюясь от ствола, обратным кувырком уходя вниз. Переворот с головы на ноги, когти ног бьют в землю, захват «противника» со спины — и дроу зажата в объятьях, когти правой руки надёжно зажимают ей рот, левая лапа крепко прижимает к шикарной груди руку с кнутом, а зубастая пасть нежно-рычаще шепчет в длинное левое ушко:

— Я приношу извинения, тёмная…

Эльфа продолжает дёргаться. Появляется слабый, но очень неприятный ток тёмной силы — аж мороз по коже…

— Не призывай силу, я сверну тебе шею раньше, чем она мне… — намекающе усиливаю захват. Дроу не унимается… Не ломать же ей шею, на самом-то деле. А если вот так?

— ДА УСПОКОЙСЯ ТЫ!!!

Громкий, ОЧЕНЬ громкий вопль прямо в чувствительный орган слуха всё-таки выбивает эльфу из концентрации. Она вся дёргается, и пытается прикрыть пострадавшее место. Зато наконец-то выпускает кнут, а накопившаяся тёмная сила начинает рассеиваться. Отпускаю эльфу из захвата, делаю шаг назад и превращаюсь в человека. Эльфа рефлекторно прикрывает пострадавшее ухо рукой, и начинает изобретательно ругаться — на неизвестных мне языках, но с характерными интонациями.

Минуты две спустя, отведя душу, дроу убрала ладонь от головы, повернулась ко мне и рявкнула:

— И какого*** ты это сделал, идиот?!

— Что именно? — уточнил я.

— Уронил тебя в воду или наорал? Уронил — случайно, а наорал — потому что жить хочу, а на другое ты не реагировала. И между прочим, я принёс извинения. — с небольшим нажимом произнёс я.

— Извинения приняты… — буркнула эльфа, прислушиваясь к тихим словам подошедшего брата. Непострадавшим ухом прислушиваясь, между прочим. Однако переборщил я с громкостью.

— Хорошо. — кивнул я, развернулся и даже успел шагнуть в сторону родной палатки.

— Погоди. — голос дроу звучал удивлённо.

— Я достала тебя кнутом минимум два раза, но на тебе ни следа. — выдала она, внимательно осматривая мою спину.

— Я же оборотень. На мне всё быстро заживает. — выдал я, повернувшись обратно.

Что-то мне не нравится её оценивающий взгляд…

Лагерь. Палатка. Тролль

Крепко связанный Артыг сидел в просторном шатре из светлой ткани и занимался делом, которым, по мнению большинства ученых его принудительной альма-матер, заниматься не мог в принципе. Он думал. Причем очень-очень быстро даже по меркам людей, а уж его сородичи тролли вообще в большинстве своем не могли мечтать о подобном использовании своего интеллекта. Они и слова-то такого не знали.

— Кто это?! — одна и та же мысль долбила изнутри стенки черепа. — Кто это?! Что могло собрать такой паноптикум сил и рас в одном месте. Вампиры! Люди! Орки! Эльфы! Дроу. И, самое главное, эта смерть ходячая, которую и личем-то не назовешь, личу до такой твари — как скелету до высшего вампира! Откуда они взялись в наших краях?! Чего они тут забыли?!

Но тут паника слегка отступила, и сознание легендарного болотного отшельника наконец-то начало мыслить рационально.

— Хаос, — понял он. — Прорыв хаоса их сюда принес. Но откуда столько и в таком составе?! В Хаосе ведь обычные расы не живут…или живут? Да нет, бред, там и большинству демонов-то неуютно. Хотя… Ладно, этот вопрос отложим до более позднего момента. Сейчас надо думать, что мне отвечать на их вопросы… кстати, а почему меня еще не допрашивают?

Будто в ответ на его мысли в шатер вошло то самое существо, что так напугало шамана, а так же маг, устроивший огненный дождь, воин в черной обтягивающей одежде, который и спеленал Артыга, а также девушка полудроу.

— Ну что, — вздохнуло воплощение смерти, — начинаем совет в Филях?

— Кутузов нам бы здесь точно не помешал, — ответно вздохнул воин. — Правда, я слабо представляю Бэтмана в обществе генералов, решающих вопрос о бое под Москвой. Кстати, первый вопрос, где это здесь? Уже не очень уважаемый абориген, вы нам по хорошему скажете или мне начать искать у вас болевые точки?

— А чего их искать? Глаза, рот, подмышки, пах, — мысленно озадачился шаман. — Он что не знает, что больше уязвимых мест, во всяком случае, из расчета применения к ним мышечной силы обычного человека, у представителей нашей расы нет? Так, ладно, об этом потом. Что ему сказать? Хм… а почему бы и не правду.

— В Нифгардских болотах, — честно сознался местный житель.

— Что в болотах — это мы уже поняли, — полудроу неприязненно покосилась на свои щегольские кожаные сапожки, запачканные в грязи. — Мир-то какой?

— Вам на каком языке ответить? У каждой расы свои названия, — пожал могучими плечами тролль.

Присутствующие озадаченно переглянулись и слово взял маг в черном балахоне.

— На языках основных рас. Какие они тут, кстати?

— Люди, орки, гномы, гоблины, тролли, эльфов немного есть, как светлых, так и темных. Хоббиты еще кое-где попадаются, но редко, почти всех истребили. В морях русалы и тритоны еще живут. Змеелюдей на нашем континенте нет, а вот на южных островах встречаются.

— А названия, — ласковым голосом спросил Посланец Смерти.

Троль, под взглядом его глаз поежился и, с ужасом, понял, что ответить не может.

— Не помню, — был вынужден сознаться Артыг через несколько десятков ударов сердца, когда молчание затянулось, а жуткая тварь начала хмуриться.

— Почему? — гласом страшного существа можно было резать не хуже чем ножом.

— Мы, тролли, никак не называем. А человеческие и эльфийские названия забыл, слишком давно их слышал.

— Допустим, — воин громко хрустнул пальцами. — А теперь расскажи ка нам, что это вообще за земли, какие тут страны, города, достопримечательности…

Неожиданно Артыг успокоился. Он знал что ответить. И, главное, как сделать это так, чтобы вся эта орава хрен-знает-кого ушла из места обитания его народа. Лекции по географии, читаемые преподавателями-людьми своим студентам, крепко засели в памяти их невольного слушателя. И, самое главное, из них следовало что мест, худших чем Нифгардские болота, найдется мало. А значит, эти люди, нелюди и, самое главное, неживой немертвец, сидящий перед ним, уберутся в более цивилизованные края. Прочь из его дома!!!

Рассказ тролля слушали внимательно. Не перебивая, видимо, испытавший внезапный всплеск ораторского мастерства болотный гигант оказался на диво красноречив. До тех пор, пока не охрип.

— Так, — с, — маг в черном одеянии сцепил руки в замок и начал перебирать пальцами. — Подытожим. В глубокой древности несколько тысяч лет назад почти вся территория этого континента была единой империей с высоким уровнем развития науки и магии. Потом она развалилась на кучу воюющих между собой кусочков и те в результате Столетий Смуты утратили большую часть достигнутого потенциала, скатившись едва ли не к варварству. В итоге, сейчас карта близлежащих земель напоминает лоскутное одеяло, где с примерно одинаковой частотой встречаются абсолютные монархии пары месяцев от роду и магократические республики, сохранившиеся в границах земель древних университетов еще с тех времен; а нормальные поля, леса и речки могут перемежаться местностью, загаженной во время древних войн и связанных с ними магических катастроф. Богов, которым поклонялись бы миллионы верующих, нет. В частности потому что нет этих самых миллионов. Плохо…

— Мда, мы попали мы попали, мы опять попали, — на распев пропела полудроу.

— Это ты к чему? — перевел на нее взгляд воин.

— Да песня такая есть, группа «Красная плесень» поет.

— Чур меня, — владелец ушастой маски сделал какой-то знак, видимо призванный отгонять зло. Воплощение оного, впрочем, тоже поморщилось и перевело взгляд на шамана.

— Ну а на меня то ты чего набросился? Только честно.

Врать Артыгу и в голову не пришло. Он, чувствуя дыхание Смерти на себе, сказал чистую правду.

— Испугался. Я про такое… неживое-немертвое но очень могущественное в жизни не слышал. А тут столкнулся лицом к лицу… Вот и колданул. Раньше, чем подумал.

— Все с тобой ясно, — вздохнул тот, кто напугал легендарного шамана. — Вставай. Пошли.

Когда Артыга выводили за пределы лагеря, он ждал смерти и лишь надеялся на то, что придет она быстро и от простой стали. Но в своих ожиданиях тролль обманулся. Мощный пинок под зад подбросил его тушу в воздух, а веревки с рук исчезли раньше, чем могущественный маг-шаман коснулся земли.

— Катись отсюда! И чтоб больше я тебя не видел!!!

Перевёртыш. Охота. Снова мы ведём незримый бой…

…Что-то зашуршало рядом. Резкий импульс дёргает мышцы, и я прыжком встаю. Странно. Вокруг всё тот же лес, но он… Какой-то серый, неживой, и даже солнечный свет приобрёл какой-то серый оттенок. И никого рядом. Тишина и пустота вокруг. И как я вообще сюда попал?… Покрутился на месте — что за чертовщина, вокруг вроде бы тот же сырой лес, что и вокруг лагеря. Только почему-то я не чувствую вокруг ни единого живого существа, и ни одного звука — кроме моего дыхания. И непонятно, в какой стороне лагерь…

Впрочем, едва я обернулся и опустил взгляд, как заметил цепочку собственных следов. Мои когтистые лапы оставили в мягкой болотистой почве отличные отпечатки, глубокие и чёткие. Только сейчас я почему-то в обличье человека. Всё более странное ощущение неясной угрозы заставляет меня буквально рвануть по собственным следам.

И ещё один непонятный момент — хоть я сейчас в своих обычных сапогах, но бежать по мокрой и вязкой почве легко и просто. Чересчур легко и просто. Паранойя буквально вопит, но в окружающем пространстве нет ни единой… Даже не угрозы. Просто выделяющейся детали — всё вокруг равномерно серое, не привлекающее взгляд и не позволяющее ему зацепиться за мелкие детали.

Ох мать… Вот она, заметная деталь. Подлесок впереди как-то мгновенно расступился, и я вылетел на поляну, на которой был лагерь… БЫЛ.

— Что же здесь случилось?… — очень тихо, почти про себя прошептали мои губы.

Лагерь… Я не знаю, с чем это сравнить. Выжженный пустырь, брызги крови по земле, траве и деревьям, распылённые в воздухе частицы пепла и вязкая гарь на языке. Здесь было всё это, и ещё многое, чего обожжёный ужасом разум предпочёл не замечать. Я механически начинаю шагать вперёд…

Широкое пятно гари и обгорелые ветки по краям — это был энт… Тело в чёрной кожаной одежде, разодранной в клочки, длинные белые волосы и серая кожа — тёмная эльфа. Сжимающая опаленный шаманский посох зеленокожая кисть, кроме которой от шамана орков не осталось ничего…

Шаг за шагом — останки и следы от тех, кого я встретил позавчера, но уже принял как своих соратников. Только останки и следы. Но ни одного лица.

Всё… Здесь — все, кто был. Я падаю на колени, и, кажется, что прямо с небес начинает звучать печальная мелодия…

Плачь со мной, мой верный ангел,

Раздели эту боль…

Прилетай, если сможешь ты

В эту ночь без неё летать…

На выжженную землю начинают капать слёзы.

Я отстранённо оцениваю свое поведение, и оно — непонятно. Очень. Все эти слёзы, сопли — они не мои, и вдобавок для окружающего кошмара — слабы. Они серые, как окружающее меня теперь марево. И ноги подкосились как от мягкого удара под колени…

Что?! Меня пробивает дикой мощности сигнал тревоги: УГРОЗА СЗАДИ! Взмываю с колен. Так меня и этак, что за дела?! Позади и рядом никого, а команда на трансформу не проходит, я остаюсь всё тем же человеком. Только где-то вдали начинает шевелиться пробуждающийся оборотень. Как будто он очень далеко, но мы по-прежнему связаны… Через очень плохую, зашумленную телефонную линию. Угроза нарастает и всё сильнее давит на мозг. Встаю покрепче, концентрируюсь, и продавливаю через утончающуюся связь с собой же отчаянный вопль: «ТРАНСФОРМА!! БОЙ!»

Бум! Да что… Меня бросает на землю. Бум! Бум! По голове раз за разом бьёт тяжеленный мягкий молот. Через секунду к молоту добавляется ещё пара таких же, бросающих меня из стороны в сторону. Пытаюсь держать удар, но без особого успеха — удары из пустоты вообще сложно заметить.

— Ххххххшшшшш… — появляется ещё одна внезапность — звук, прожегший меня насквозь, напоминает радиопомехи. Большой громкости. Меня начинает трясти, но серому пейзажу вокруг приходиться гораздо хуже. Он просто начинает расползаться клочьями тумана под сильным ветром…

— Ах-ха. — выдавливает изменённое горло такого близкого и знакомого тела боеформы. Красная пелена застилает глаза, но совершенно не мешает трезво оценить обстановку. Вокруг — снова лес. Но теперь — лес живой, яркий и разноцветный, особенно на фоне серых воспоминаний. И он полон жизни. От мелких растений и насекомых вокруг — до стоящей позади троицы. Троица колоритная, но меня это и успокаивает. Это однозначно наши.

Больше вокруг никого. Никого разумного, я имею в виду. Организм, немного успокоившись, начинает сбрасывать напряжение очень странного, но несомненно боя. Я ещё раз просканировал биолокатором окрестности, и с лёгким вздохом привычно «убираю в карман» боеформу.

Только вот сбросив лишние килограммы брони и мускулов, я, видимо, сбросил и остатки собственных сил. Ноги подкосились, и я тяжело плюхнулся на траву.

— Молодец, паря. — подошедший бородатый, по земной мерке — «средних лет», гном похлопал меня по плечу.

— Далеко не каждый, видевший иллитида так близко, может сказать, что сохранил голову на плечах и мозги на месте.

— Так это был иллитид?! — силы у меня, конечно, кончились, но видимо, чтобы с чувством высказать пару десятков матерных слов на разных языках — много не надо.

Стоящие рядом гном, парень в мантии колдуна и лесной эльф с луком в руках внимательно выслушали мою импровизированную речь.

— Чего со мной было-то, видели может? — жалобно(даже не особо играя) выдал я.

— А как же, видели. — степенно продолжил бородач.

— Мы, значит, идём, никого не трогаем… А ты тут на полянке, с иллитидом развлекаешься.

Выражение моего лица видеть надо было, наверное. А потом зарисовать и оставить для потомков, как смайлик охр… Очень сильного удивления, я хотел сказать.

— Как это развлекаюсь?!

— Обычно. — развёл руками гном.

— Он тебя магией от всей души лупит, что аж…

— У иллитидов нет магии, это называется псионикой… — влез с поправкой маг.

— Какая разница? — отмахнулся от пояснений гном.

— Руками и щупальцами в воздухе машет, да так, что тебя от дерева к дереву мотает. А ты рычишь и отмахиваешься. Только не дотягиваешься.

— А вы-то что? — снова моя реплика.

— Как что? — рассудительно погладил бороду гном.

— Думали, сейчас вас спеленаем и в лагерь обоих утащим… Да только мозгоед шустрым чересчур оказался: едва нас заметил, на всё плюнул и рванул куда-то.

Я покивал, осмотрелся, и попробовал привстать. Плюхнулся обратно. Посидел немного, пережидая судороги. Из глубин памяти робко постучалась вежливость.

— Эээ. Спасибо вам, выручили.

— В лагерь — туда. — отмахнул рукой остроухий стрелок.

— Сам-то доползёшь? — заботливо поинтересовался гном.

Ну я, собственно, и попытался это проверить. Ой-ё, ноги будто отвалиться готовы, так дрожат. Но до ближайшего древесного ствола я кое-как дошагал. Колдун, глядя на это непотребство, хмыкнул, подошёл ко мне и прошептал пару слов. По телу прокатилась густая тёплая волна, вымывая усталость и тягостные ощущения от наведённого морока.

— Теперь — доползу. — утвердительно мотнул головой я, отлепившись от дерева. И благодарно кивнул колдуну:

— Спасибо.

— Незашто. — по-свойски отмахнулся тот. И группа двинулась дальше. А я стал понемногу вспоминать произошедшее ДО встречи с иллитидом.

— Ээй! — крикнул я, глядя вслед уходящей компании.

Троица обернулась.

— Там в кустах кабанчик лежит. Или как его там… Дичь, в-общем. Место приметное. Подберёте, а? А то я не дотащу…

Ну, будем считать, их жесты означали согласие.

И вот я медленно иду обратно в лагерь, и костерю себя последними словами.

— Идиот! Пацан! Недоучка! Расслабился, блин, на природе! На курорт приехал отдыхать, ёжкин кот!..

Да, я чего-то сильно расслабился. Боец невидимого фронта, Бессмертный-Перевёртыш… Память-то его, а вот сознание и привычки — родные, земные. Проще говоря — бесполезные и даже вредные в таких условиях. А память расписывает мои заносы — один другого хлеще.

Началось мои приключения в этот раз с того, что меня потянуло размяться на природе. Побегать, заохотить кого-нибудь. От известных угроз я лихо отмахнулся новыми возможностями. Мне мол, бойцу-метаморфу, сам чёрт не брат — я и его в бараний рог скручивал.

Ну вот… Погулял по окрестностям лагеря человеком, пробежался туда-сюда, поймал волну и перекинулся на бегу.

Бежать метаморфу куда приятней, чем человеку… Легче, быстрее, сильнее… Только деревья мелькают вокруг, да камни с кочками под ноги прыгают… Шаг, шаг, шаг! Когтистые лапы с силой бьют в мягкую землю, не давая отрыватся и скользить. Зубастую пасть растягивает хищная довольная улыбка, сделавшая бы заикой почти любого простого человека. В горле зарождается крик-клич, боевой клич оборотня…

Ещё шаг — и я вылетаю на небольшую полянку, окружённую невысокими кустами. Настолько плотно окружённую, что активно роющего под корнями дерева местного кабана они отлично закрывают. Только теперь я его увидел — и рефлексы бросают в атаку. ДОБЫЧА! Даже не так — МЯСО!!!!

Матёрый кабан оказывается неплохим бойцом. Хоть и не особо зверюга напоминает кабана, скорее уж свинобраза — помесь свиньи с дикобразом. Тоже украшенный всякими шипами и иглами. И активно этими иглами пользуется. Только обойти в скорости впавшего в транс оборотня простому зверю непросто…

Шаг — взмах — шаг — удар! Тихо хрустнула проломленная иглистая броня. Второй удар, третий — кабан начинает тонко визжать. Хрясь… И я начинаю отходить от боевого транса.

Твою же ж медь. Всю вокруг утыкано разлетевшимися иглами, забрызгано кабаньей кровью — в том числе и я сам, а свинобразина лежит по центру полянки и в ус не дует. Ну, раз-два, взяли.

Вытащил я его из кустов, плюнул, и повесил на дерево. Хрясь — и немаленькая тушка закреплена на дереве, несложно заметить и сложно достать. А то ведь неудобно, гада такого тяжёлого, на шее тащить. Да и кровь на меня стекает…

Поскрёб я засыхающую кровь на чешуйчатой коже, сплюнул от досады, и стал вынюхивать в округе воду — смыть с себя всё это.

Воды в округе много — а что поделать, болото… Короче говоря, отмылся, отряхнулся, и отправился обратно к кабану — забирать добычу.

Только вот когда я вышел на ту площадку, где меня нашли спасители — голова странно закружилась, а ещё через пару шагов мне на голову будто кастрюлю одели — да врезали по ней от души… Упал я уже в серой галлюцинации… Собственноручно раскопав все свои сегодняшние косяки, этим самокопанием умудрился довести себя чуть ли не до уныния. Ну где вы видели унылого оборотня?! А я вот видел. В зеркале.

Александр, он же Шики. Сон… И встреча

Даже столь странные дни, как этот, имеют свойство заканчиваться. Организовав какие-никакие условия, люди и нелюди стали готовиться к ночи. Несколько… существ, не особенно нуждавшихся во сне, вызвались добровольцами в ночную стражу; большинство же пыталось обеспечить себе хотя бы минимальные удобства для ночлега. Палатки, спальные мешки или ещё что-то подобное нашлись у единиц, в основном у гномов. Что-то попытались сделать братья-алхимики — к слову, младший, который в доспехе, как раз вызвался сторожить — но ничего лучше, чем большой навес и пара рулонов странноватой грубой ткани, они сделать не сумели. Одна из эльфиек потребовала «чего-нибудь приличного», но в результате только разозлила старшего, Эдуарда. В результате алхимик вообще отказался продолжать работу…

Кто-то устроился в автобусе — том, который парил, чешуйчатый выглядел слишком уж… подозрительно — пара магов нарисовали какие-то узоры и устроились прямо в них… Худо-бедно, но народ засыпал. Сашка был одним их тех, кто устроился в автобусе, заблаговременно заняв широкое заднее сиденье. Грубая ткань, произведённая алхимиком, не слишком хорошо заменяла подушку и одеяло, но на безрыбье… В конце концов ему всё же удалось заснуть.

Мелодичный звон… Парень повернулся на звук. Впереди, глядя на него, стояла чёрная кошка с бантиком и бубенчиком на шее.

— Лен?.. — произнёс Шики. Кошка отвернулась и неспешно побежала вперёд; парень двинулся за ней.

Ещё немного, и дорожка раздвоилась. Левая ветка вела к окружённому высокой оградой старинному особняку; Шики узнал усадьбу Тоно. Правая же вела к многоэтажке, в которой жил Сашка… Лен сидела на развилке и вопросительно смотрела на парня.

— Да я и сам не знаю… — вздохнул он. — Я даже насчёт тебя не уверен — ты существуешь или это обычный сон?

Кошка прыгнула ему на руки. Вздохнув, парень погладил мягкую шерстку.

— Приятно, что ты со мной… Надеюсь, я ещё смогу увидеть сестру… Хоть какую-то.

Дверь усадьбы и дверь подъезда многоэтажки открылись; на улицу вышли две девушки.

— Спасибо за поддержку, Лен — улыбнулся парень. Кошка потёрлась о руку. — Но пока лучше не надо… Только бередить. Между прочим… Ты же можешь показывать чужие сны?

Кошка кивнула.

— Это может пригодиться… — задумчиво произнёс Сашка. — Но пока что давай просто отдохнём, ладно?.

Утро оказалось суматошным. Сашку разбудили крики и какой-то шум; впрочем, крики не боли, а скорее недоумения, хотя и страх присутствовал. Парень подскочил, едва не свалившись с кресла, и выглянул в окно.

Действо на поляне разворачивалось вокруг второго уцелевшего автобуса. Он гудел, шипел, и даже, кажется, извивался, пытаясь сдвинуться с места, но безуспешно. Кажется, его держит кто-то из магов… Интересно, что с ним такое? Лишь бы ничего серьёзного.

Зевнув, парень выбрался из своего автобуса. Хоть он и не маг, но его помощь тоже может пригодиться…

Перевёртыш. Миротворец, мать их…

Топ-топ-топ-бух. Я блаженно вытянулся на подстилке. Сил, которыми я по случаю обзавёлся у колдуна, хватило только дойти до лагеря, в свой же уголок пришлось топать на одном упрямстве. Сейчас бы поспааать…

Но не получилось. Уже через пару минут, когда я отдышался, о себе напомнили голодное брюхо и родная паранойя. Пожрать — дело нехитрое, но полезное, дотянуться до своего подсумка, в котором лежит собственноручно приготовленный сухпай — недолго, так что вскоре я смачно захрустел странного вида хлебцем. Из чего ж я такое готовил?… Впрочем, я всегда сухпай готовлю по одной схеме с вариациями — мясо, специи, хлеб, ещё чего-нибудь, смолоть, перемешать и запечь — всё в одном и можно съесть на ходу.

Так вот, всё это время паранойя упорно пыталась достучаться до сознания. Но получилось у неё только после того, как я доел и улёгся обратно.

Донесённая-таки мысль заключалась в том, что настолько беззащитные существа, как я, долго и приятно не живут. Либо недолго, либо неприятно, либо и то, и другое… Короче, нужна какая-никакая, но магическая защита. Или техническая… Ехидно ухмыльнувшись, я припомнил металлические сетчатые шапочки с заземлением. В принципе, может, оно и работает, но кроме психанутых псиоников с щупальцами меня здесь ждут и другие, более неприятные противники. Например, защититься от огненного дождя металлической сеткой не получится… Да и нет у меня такой шапки.

Чем же я могу защититься, хоть теоретически? Думай, голова — целее будешь…

Ага. Вариант раз. Посвящение. Как, например, сектанты и культисты делали. Берёшь и подчиняешься великой Силе, а взамен можешь немного пользоваться тем, чем она с тобой делится. Только вот ни Тьма, ни Свет меня не прельщают — исключительная неприязнь у меня к таким «шефам». Да и то, что они со мной смогут сделать за небольшую, в общем-то, услугу — мне очень не нравится. Быть одержимым — это, мягко говоря, неприятно.

Вариант два. Собственные силы. Увы, пределы своих возможностей я чётко знаю — боец руками и ногами с возможностью трансформации и маскировки. Волшебством я не владею в принципе, а значит — не получится.

Вариант третий и самый реальный. Найти какого-нибудь мага-союзника, который сможет меня прикрывать с магической стороны, в то время как я действую с физической. «Танком» работать — неблагодарное занятие, но это по крайней мере работает.

Тех, кого можно назвать магами, я лично знаю немного. Шаман Ркрыг, энт Флиф, Кащей… Красавица-дроу, конечно — я мечтательно улыбнулся, припомнив наше, кхм, общение… И всё. Остальных я ни здесь, ни дома не знал.

Ну, энта и Кащея можно сразу отбросить — я на их прикрытие в ближнем бою не тяну, да и не особо оно им нужно. У шамана для прикрытия целый отряд, а с эльфой… Нет, ТАКОГО прикрытия мне не надо, да у неё и братья есть.

Проще говоря, нужно найти в окружающей толпе колдуна — лучше, конечно, магичку — для совместного прикрытия с разных сторон. Интересно, как? Выйти на середину лагеря и громко заорать:

— Нужна красивая и умная магичка для совместной работы с танком!

Меня ж линчуют тут же… Эти самые, красивые и умные. И таки будут правы..

Не люблю я дневное время. Ярко, жарко, насекомые опять же — им хорошо, а мне не очень. Спасаясь от местных комаров, всё-таки привыкших к незваным гостям — или это они только ко мне привыкли? — я, ругаясь при каждом укусе, забрался на каменную стенку, огибающую лагерь. Полтора метра от земли от комаров не спасут, но, как я и ожидал, там присутствовал лёгкий ветерок, успешно сдувающий кровососов с такого вкусного меня.

А ещё сейчас, когда мне сверху виден весь лагерь, удобно обдумывать план действия и потенциальные цели для этого самого плана.

Задача — найти колдуна любого пола, который или которая согласится на взаимную защиту. Подварианты — присоединиться к отряду, раздобыть индивидуальную магическую защиту. К отряду я уже фактически присоединился — орки с шаманом меня вроде бы приняли. Но шаман один, а со мной в отряде целых шестеро бойцов. Зато можно и даже нужно расспросить его про способы защиты — всякие там обереги, амулеты, талисманы…

Высматривая Серёгу по лагерю и окрестностям, наткнулся взглядом на интересную сценку. Значит, шествует куда-то дроу… Её вообще сложно не замечать. Внешность у ней выдающаяся. Очень сильно выдающаяся. Вдобавок единственная дроу на весь лагерь — вторая дроу, Тайара-полукровка, и от Кащея не отходит, и навыки вора маскировке весьма способствуют. Контраст чёрного с белым резко выделяется даже на разноцветном фоне прочих попаданцев. Да ещё она в одиночку редко ходит, без своей свиты из сородичей. И всё это — не считая ауры повелительницы жизни и смерти. Забавно, да. Я подобное встречал в прошлых жизнях только у Кардинала — и некоторых других людей, тоже прирождённых лидеров. А здесь таких много, хоть и не совсем людей… Дроу тем временем раскланивается с крылатой ангелшей — такие уважительно-опасливые кивки, забавно… Интересно, а где сестричка-демонесса? — спокойно идёт дальше и… Натыкается на аналогичный кортеж светлых. Практически нос к носу. Прямо интересно становится, куда ж они ходят такой толпой? Только во главе тёмных шла эльфа, а светлых возглавлял остроухий мужик.

Когорты оглядели друг друга, признали друг в друге достойных, ммм, существ — и аккуратно разошлись. А нет, не совсем мирно — уже прошедшая мимо жрица Ллос в ярости разворачивается назад. Хоть я и метрах в тридцати, но разглядеть на её лице оскал несложно…

— Как ты меня назвала…?!

Что она сказала дальше, я, честно говоря, не разобрал. Но по одной интонации понятно — нифига это не комплименты. Зато, как говорил один философ, очень на «так твою мать» похоже.

Выслушавшая всё это единственная среди светлых эльфийка понемногу краснела, и, похоже, не от смущения. А может, и от смущения… Но тут её прорывает.

— Да ты сама…!!

И язык светлых эльфов я тоже не понимаю. Интонации, правда, те же.

Реакция стоящих за спинами спорщиц сородичей на удивление похожа. Как перед входом в клетку со медведем — страшно, но надо. Но страшно. И как я понимаю, пока идёт «разговор», вмешиваться парни не будут — себе дороже. А ведь придётся. Две фразы, считанные секунды — а они уже готовы перейти к делу — рука светлой движется к жезлу на поясе, а тёмная потянулась за кнутом…

Так быстро я ещё не бегал… По крайней мере, будучи человеком. Буквально почуял — ещё чуть, и они схлестнутся серьезно. А серьезная драка между ними — это песец. Блин, договаривались же — по-доброму!..

Успел. Уже проверенным способом — на дроу, между прочим, проверял.

— ПРЕКРАТИТЬ! — с десятка шагов выдаю «звуковой удар» — иначе и не скажешь. Надо же, как я орать-то научился… — и влетаю в промежуток между группами. Влетаю, и растопыриваюсь. На ходу успел обернуться — и уже знакомая рыже-чешуйчатая фигура буквально залепляет прицельную линию обеим противницам.

Честно — я подумал, меня на одних инстинктах испепелят. В первые две секунды это ощущение было таким… Уверенным, вот. Потом напряжение вокруг схлынуло, и я смог перевести дух — а заодно и трансформироваться обратно.

— Девушки, не ссорьтесь. — надо же, как сильно отличается впечатления от меня в разных формах. Монстра были готовы убивать, причём все вместе — а ведь это мысль, на будущее — а на человека смотрят… Ну, неважно, как смотрят — главное, что спокойно.

Дроу вздохнула и убрала кнут.

— Горазд же ты орать, Перевёртыш.

Повернулась и пошла дальше. Чуть замешкавшись, за ней двинулись братья. Я проводил их взглядом и повернулся к светлым.

Остроухие парни чуть ухмылялись, а подошедшая эльфа тихо сказала:

— Спасибо…

— Не за спасибо работаем. — развёл я руками… И получил по морде.

— Нахал! — эльфа гордо развернулась и пошла к своим. Старший в группе чуть заметно кивнул — «свои люди, сочтёмся» — повернулся, и тоже пошёл куда-то. Возмущённая эльфа его догнала в три шага и стала что-то шёпотом активно доказывать.

Я почесал след от пощёчины, ухмыльнулся, и пошёл к своему костру. И с этими, можно сказать, познакомился. И мысль пробилась наконец — надо, надо создавать службу безопасности. Припомнил слова подходящей песни, и дальше шёл, напевая потихоньку:

— Наша служба и опасна, и трудна…

Огражденная забором поляна. Анатолий. Эльф-паладин, у которого руки и, главное, молот временами опережают мысли

Спал Анатолий чутко. Доспехи, которые воитель на ночь решил не снимать, прекрасно играли роль спального мешка, охраняя от ночной прохлады. Железная оболочка тренированному и закаленному постами и молитвами телу не мешала нисколько, да и защиту давала хорошую. А то мало ли, вдруг среди ночи подкатиться под бочок отродье Бездны с грязными помыслами и намерениями совратить с пути истинного. Вот если бы ее сестра, само воплощение света… Пусть и слегка… ммм… эксцентричное. Но в любом случае острые чувства перворожденного немедленно разбудили бы своего обладателя, если бы кто-то или что-то приблизилось к нему. Так что спал Анатолий чутко. Вернее, вдвойне чутко. Эльфийский слух мог уловить даже самый тихий звук, а профессиональная интуиция и постоянная бдительность борца со злом должны были дать своему хозяину знать о надвигающихся неприятностях как минимум за пару мгновений до их наступления. И потому внезапно проснувшийся паладин очень долго пытался понять, что же его разбудило. Опасности рядом не было, в этом борец за добро и свет был уверен. Но молот пальцы руки все же цапнули. Машинально. И сделали они это раньше чем, очнулся от дремы остальной организм.

— Скоро рассвет, — отметил Анатолий, он же Зеленый, глядя на начинающее светлеть небо. — Но для заутренней молитвы еще рано. А я уже встал. Не иначе, как нервы после встряски, вызванной трансформацией и попаданием начали сдавать… А уж бессонница в дополнение к периодически проявляющейся агрессивности… Это добром не кончится.

Но тут наконец до слуха паладина, ломающего голову над причиной своей побудки, донеслись странные, хотя вроде бы и не вызывающие ощущения угрозы звуки. Кто-то где-то неподалеку что-то лакал. Громко. Очень. Во всяком случае для эльфийского слуха.

— Нека? — закралась догадка в полусонную голову Анатолия. — Эта, как ее, Карура. Фу, как некультурно, так громко есть… Хотя кошки молоко любят, это да… Хорошо хоть не чавкает. Хотя чавкать молоком, это еще надо умудриться. Стоп! У нас же нет молока! Да бидоны с самогоном стояли где-то в том направлении… Паршивка! Надираться в момент, когда от состояния каждого из нас могут зависеть жизни и души других! Ну я ей задам!!!

Молнией тело эльфа-паладина взметнулось с земли. И в прыжке, больше похожем на стремительный полет метнулось к месту складирования высокоградусной продукции. Рефлексы опережали мысли, слишком медленные в бою или таких вот экстремальных ситуациях. А потому рука в латной перчатке вместо того цапнуть за хвост девушку-кошку проскрежетала по чешуе… автобуса.

— Что-то у меня действительно с нервами не то, — выдохнул Анатолий, рассматривая изменившееся транспортное средство, на кабину которого он спросонья накинулся. — Надо бы помолиться за здравие душевное… у друидов валерьянки какой попросить. Или спирту а алхимиков. Хм… но кто же тогда лакал самогон? Я чувствую его запах в воздухе. И… разве эта махина стояла не на другом конце поляны?

И тут автобус недовольно(!) фыркнув (!!) выдернул свою кабину из под пальцев эльфа(!!!), злобно зашипев на последнего тонкой пастью, появившейся на месте бампера.

— Во имя Света! — молот, брызжущий синими искрами, словно гигантский бенгальский огонь экзотической расцветки, вмялся в плоть чудовища, оплавляя ее в месте попадания и рассылая по всей туше твари электрические заряды. Но большого урона не нанес. Лобовая броня монстра, притворявшегося автобусом, могла, видно, выдержать и не такое.

— Копье бы мне, — ошалело подумал Зеленый, уворачиваясь от клацающей пасти, в которой почему-то не было видно зубов. — И коня боевого. И место для разгона.

Чудовище, загребая землю закрутившимися колесами, пошло на таран и едва не раздавило своего противника.

— И вообще, я не рыцарь чтобы с драконами бороться, — мелькнула несколько не своевременная мысль в голове Зеленого, в то время как его руки как раз намеревались расшибить ожившему транспортному средству левую фару, ставшую фасеточным глазом с полудесятком вертикальных, горизонтальных, а также прямых и косых узких зрачков. — Я паладин!

Но тут на помощь слегка растерявшемуся борцу со злом пришла ночная охрана лагеря. С неба прямо на макушку? На капот? В общем, на верхнюю часть головы чудовища упал откуда-то сверху Ди. Его плащ при этом подозрительно напоминал крылья летучей мыши. Паладин мог бы поклясться, что дампир плащом, замершим в направлении противоположном гравитационному вектору, балансирует, удерживаясь на твари. Автобус не стал ждать проникающего внутрь черепной коробки… или карбюратора?.. удара катаны и перекатился по земле, явив миру и нескольким проснувшимся ролевикам чешуйчатое брюхо с поджатой выхлопной трубой.

Ди, не желающий оказаться своей хрупкой фигурой под многотонной тушей, спрыгнул в сторону, причем летел к земле он с не такой уж и большой высоты секунд пять, все это время активно смещаясь прямо в воздухе подальше от твари.

— Во имя… — начал было боевой клич Анатолий, воздев над головой молот, но осекся.

Проснувшиеся маги, колдуны, чародеи или кто там еще пустили свою мощь в дело. Земля вздулась вверх, обхватывая колеса монстра. Десяток костяных рук, неведомо откуда взявшихся посреди поляны, вынырнули из под земли и вцепились в его чешую, мешая автобусоподобному монстру двигаться. Компанию им составляла одна явно демонического вида лапа, большая и волосатая, крепко держащая чудовище за подножку для пассажиров. Под его днищем… или брюхом?… раскинулось целое поле из паутин метрового диаметра.

Анатолий машинально отметил как жрица-дроу опустила руки, по которым еще пробегали всполохи бледного огня.

— Оххумх-хом-хом, — прогудел пришагавший откуда-то энт, заставляя траву оплести вырывающийся автобус. — Чего ж это такое, хотел бы я знать…

— Что-то случилось? — поднялся из травы практически под самыми ногами паладина, заставив того нервно вздрогнуть, что, учитывая его новоприобретенные привычки, было совсем небезопасно для окружающих, Райнер Лют.

— Неееээээттт! — прокатился над поляной полный горечи боли и какой-то прямо-таки животной ярости вопль.

— Карура, что случилось?! — рядом с девушкой-кошкой, приземлился спрыгнувший с ближайшего дерева Шикамару.

— Он! Он!! Он все выпиииил!!!

Нека, склонившееся над сухими остатками посудин, еще недавно содержавших в себе самогон, отчаянно переживала личную трагедию.

— Да что ж вы делаете, ироды?! — к монстру сквозь незаметно образовавшуюся толпу пробился водитель разобранного переносом на запчасти автобуса. — Дорогой мой, хороший мой, обидели тебя, да? Уууу, паршивцы.

— Мужик, — хрипло выдохнул Анатолий, тщетно пытающийся удержать то ли киборга, то ли не пойми кого, разрывающего удерживающие автобусоподобную тварь путы. — Ты не это… Он опасен!

— А ну пшел отсюда! — на паладина замахнулись вырванной по самое предплечье из земли костяной рукой. Инстинкты борца со злом взяли свое и импровизированное оружие полетело в одну сторону, а его владелец в другую. Прямо в сторону дверей ожившего транспортного средства. Которые открылись перед ним и немедленно, с влажным хлюпом, сомкнулись за кубарем влетевшим внутрь водителем.

— Ну и зачем ты это сделал? — спросил у Зеленого подтянувшийся к месту происшествия Бэтмэн.

— Так он того-этого, — несколько растерявшись попытался объясниться эльф, который с ужасом наблюдал как размытый силуэт водителя опускается на свое законное место, подхваченный какими-то упавшими с потолка щупальцами и, неожиданно для самого себя обрел командный голос, которым незамедлительно воспользовался. — Отвечай! Что сие такое происходит с твоим автобусом?!

— Вообще-то автобус как раз его, — покачал головой человек-летучая мышь, наблюдая за своим коллегой, которого в кабине, кажется, непонятные образования уже замотали в настоящий кокон. — Он все его детали по винтику знает и ездит только на нем… А я просто в ту поездку чужое место занял, потому что этот соня проспал и едва успел явиться на работу до отъезда из таксопарка… Не знаю что происходит, но что-то подсказывает мне, что угрозы нет. Хотя… кстати, и правда, чего это с ним?

— Трансформер… — восхищенно выдохнул кто-то из толпы.

— Блин, — подумал паладин, наблюдая как крыша салона транспортного средства сползает в стороны и начинает ощутимо напоминать крылья самолета. — Зачем я, дурак, владение молотом отыгрывать собирался? Надо было гранатомет в качестве личного оружия заявить. Или стингер. Противотанковый.

Но не взлетать, не делать каких-либо иных активных действий чудовище не стало. Вместо этого оно вернулось в более-менее привычный вид и распахнуло двери. Оттуда вышел водитель, сверкающий в лучах восходящего солнца механизмами, вылезшими из его тела на поверхность и слегка перемазанный какой-то липкой и блестящий дрянью.

— Ну и чего было кипеш поднимать? — спросил он у паладина. — Да еще молотом своим размахивать… весь кенгурятник помял!

— А чего он… это… ну… — красноречие покинуло Зеленого и он попытался, как мог, выразить свои мысли, для убедительности видимо махнув в воздухе молотом.

— Проголодался, — спокойно ответил странный киборг, с интересом наблюдая, как его металлическая часть покрывается плотью и уходит под кожу. Последним спряталось сердце. — А поскольку заправок в зоне видимости нет, вот он и пошел искать… чего-нибудь горючее.

— Спиртовой привод, — осенила зеленого мысль. — Это добром не кончится!

Утро. Палатка Кощея. Совет

— Охренительно, — пробормотал великий и бессмертный, заставший лишь самый конец представления. — Дрессированный автобус со своим укротителем. Нет, ну куда это годится… Да уж, магия дает подчас такие результаты, что прямо не знаешь, пугаться или смеяться.

— Как раз магии я в нем и не ощутила, — возразила ему полудроу, уютно устроившаяся рядом с воплощением Смерти и обнявшая его рукой.

— И что же это тогда? — вопросительно уставился на нее парень.

— Ну, — недоученная ведьма сделала неопределенный жест. — Биотехнологии?

— Любая достаточно развитая технология неотличима от волшебства, — провозгласил Ксардас, не открывая закрытых глаз и снова замолк, храня неподвижность и подозрительно дыша.

— Сергей, — потряс его за руку Бэтмэн. — Ты чего, спишь что ли?

На человека-летучую мышь в упор уставился взгляд двух красных глаз. Их обладатель пару раз моргнул, видимо пытаясь осознать где находиться, но потом вроде бы пришел в норму.

— Почти, — сознался черный маг. — Всю ночь я был очень занят.

— И кто через девять месяцев станешь мамой? — хихикнула Тайара.

— Понятия не имею, — не принял шутки некромант. — Я же всю ночь провел в медитативном трансе, сканируя ближайших ко мне лю… существ с целью выяснения их природы и способностей.

— Да? — заинтересовался Кащей. — Это интересно… И каковы результаты?

— Ну во-первых, о присутствующих здесь. Бэтмен, тебе никогда не говорили, что ты сильно напоминаешь вампира.

— Ну, бывало пару раз, — признался водитель развалившегося автобуса. — Но к кровососам я ее имею ни малейшего отношения, просто наш ночной образ жизни во многом совпадает, да и темные цвета в одежде меньше пачкаются…

— Я бы так не сказал, — покачал головой черный маг. — Ты, во всяком случае, для искушенного и пристального магического взора, напоминаешь смесь черт вампира и человека.

— Как Ди и Риан? — удивилась Тайара.

— Меньше, — пожал плечами Ксардас. — Если они полувампиры, то наш любящий темноту друг несет в себе максимум четверть темной крови. А скорее всего даже меньше. Но — несет. Во всяком случае, если моя магия меня не обманывает. Жажды крови и солнца ему бояться вряд ли стоит…а вот серьезные травмы, какие бы они не были, его здоровью не сильно повредят. Регенерация хоть и жутко медленная, но имеется.

— Понятно, — Бэтмен принял и прокрутил в голове новую информацию с маской каменного Будды на лице. — А мои дети?

— С ними все несколько иначе, — покачал головой маг. — По сюжету всем нам известного аниме внутри них должны были сидеть демоны… которых нет.

Бэтмэн облегченно выдохнул. Умение владеть собой видимо дало трещину при столь радостном известии, как отсутствие монстров сплавленных душами с любимыми чадами.

— Но сами дети являются никем иным как магическими оборотнями, вроде принявших людскую ипостась драконов или демонов. Вторые облики твоих сыновей — это, скорее всего, девятихвостый лис и енотовидная собака. Каких они будут размеров при обращении, сказать затрудняюсь, но что это будут те же Наруто и Гаара что и сейчас, зуб даю. И сил у них будет ровно столько же.

Человек-летучая мышь застыл в неподвижности, обдумывая сказанное.

— Неприятно, но могло быть и хуже, — наконец сказал он. — По крайней мере в этом мире охотников на джинчурики нет… Что-нибудь еще любопытное ты узнал.

— А как же, — кивнул головой, на пару секунд задержав лицо в нижней точке траектории и с ясно видимым усилием вернув голову назад, ответил Ксардас. — Меня очень интересовал вопрос, как могут колдовать жрецы и жрицы в отсутствии их богов-покровителей.

— И что? — заинтересовался Кащей.

— Как и ожидалось. Все они самые обычные маги, просто с несколько отличным от общепринятых… ну по моим стандартам общепринятых, набором заклинаний.

Тайара-тень. Воровка и ведьма. В поисках иглы

Блеск электросварки даже сквозь закрытые веки резал чуткие глаза Тайаре, устроившейся подремать после утреннего переполоха, вызванного голодным автобусом под открытом небом на внаглую прихватизированном у Кащея спальном мешке.

— Секундочку, — до полудроу, бывшей совсем недавно обычной девушкой, выгнанной из мединститута, дошла вся невозможность происходящего. — Откуда здесь, укуси меня Ллос, электросварка?

Разлепив глаза, девушка уставилась на маленький кружок, образованный разными совсем не рядовыми личностями, устроившийся слишком близко от нее.

— Еще раз! — скомандовал Альфонс Элрик, и совместно со своим братом положил руки на прочерченный в земле круг. Вспышка света, такая же, как та, которую просыпающаяся Тайара приняла за электросварку, и в земле оказался круг какого-то темного металла.

— Ну? — Эдуард Элрик повернулся к Ксардасу. — Теперь-то подходит?!

— Да откуда я знаю, — развел руками черный маг. — Мне нужен заклинательный круг из черной бронзы. И у меня… у моего прототипа он был. А в металлах я не разбираюсь! Это к гномам, ведь так?

— Так, — разогнулся старейшина, присевший на колени, чтобы изучить трансмутированный братьями-алхимиками объект. — Металл хороший, качественный… но это не чистая черная бронза, а какой то сплав, где ее буквально для цвета добавили.

— Что-то мы не так делаем, — повернулись живые доспехи к своему братцу.

— Ничего, мы на верном пути, — уверил его старший из алхимиков. — Сначала у нас вообще получалось черти что, но только не бронза. Еще попыток… дцать и получится.

— Ох. Надеюсь, ты прав.

— Чего это вы делаете? — зевающая полудроу подошла к компании волшебников, среди которых был и Кащей.

— Братья Элрики пытаются получить магический металл, необходимый, чтобы Ксардас мог попробовать провести ритуал воскрешения, — пояснил ей ее парень, притягивая девушку к себе.

— А чего так громко? — не стала сбрасывать со своего стройного стана его руки Тайара.

— А вон, — Кащей кивнул куда-то в сторону. — Братья уже задолбались… Милая, ну не при всех же!

Последнее было сказано шепотом и на ушко.

— Ой, — полудроу мгновенно отдернула руку. — Извини, я просто никак не проснусь толком… ладно, пойду я по лагерю прогуляюсь.

— Иголки у него по-прежнему нет, это раз, — подумала воровка, отходя от своего бойфренда. — И в своем кармане он может мою руку засечь, это два. Фух, слава богу, что он тогда, сразу после переноса, ничего не понял. Его силы смерти меня и сейчас пугают… нет, надо все-таки найти эту чертову иглу!

Подобные обещания девушка давала себе уже не первый раз. Но никак не могла их выполнить. Проклятый артефакт, словно обладающий собственной волей, прятался от нее. Девушка уже согласилась бы и на стандартный вариант — игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в шоке. Лишь бы наконец локализовать местоположение проклятого филактерия и пусть ей после этого хоть с драконом бороться придется… тем более, учитывая наличие в зоне слышимости такого числа могущественных личностей, огнедышащая рептилия, случись ей попасть к попаданцам, пойдет скорее всего в котел.

Но мечты мечтами, а артефакт искать было надо. У молодых гномов, которым она его когда-то легкомысленно отдала, иголка задержалась ненадолго. Они отдали его братьям-берсеркерам, которые спешно жаждали перешить свои шкуры в нечто более приличное. Хотя бы в шорты. Тем более, как рассказал ей один из братьев Маши, на способность оборачиваться медведем внешний вид предмета из тотемного животного не влиял, они могли вообще на себе носить одну единственную шерстинку, им бы хватило. Вот только шкура целиком, или жутковатого вида безрукавка, которые из них пошили оборотни, надежнее, её, в отличии от волоска, не потеряешь.

Закончившие пошив одежды, способной привести любого модельера в состояние комы качеством и грубостью работы, берсеркеры отдали иголку единственной женщине в своей кампании. Маше. Ребенок долго носился с новой игрушкой, это видели все попаданцы, но внимания не обращали. Девочка была активной. Очень активной. На ее фоне Наруто, которого было по почти единодушному мнению окружающих излишне много, смотрелся флегматиком. Между прочим, этот рыжий ниндзя и был следующим владельцем артефакта. Он им в зубах ковырял. Тайара это видела с другой стороны лагеря, но пока она успела добраться до джинчурики, тот пошел в восемь сторон сразу, желая посмотреть, нет ли вокруг чего интересного. На то, чтобы переловить теневые копии, у полудроу ушло время, а результат оказался пшиком. Иглу у Наруто забрал отец, а найти Бэтмэна и, тем более, незаметно забрать у него что-нибудь, представлялось делом архисложным. Человек-летучая мышь умудрялся оставаться незамеченным до самого последнего момента, предшествующего своему всегда эффектному появлению; единственным способом не потерять его из виду было держаться за край плаща. А уж в ловкости он, очень может быть, превосходил талантливую, но далеко не всесильную воровку. Оставалось только ждать, пока он передаст зловредный артефакт другому. Если, конечно, не догадается, что попало ему в руки. С него станется.

Неожиданно глаз полудроу зацепился за длинные розовые тела. Уже знакомые ей гигантские хищные пиявки лежали в траве, пятная землю черной кровью. Рядом с ними сидел и хмурился какой-то эльф, отчищая с кончиков двух своих длинных клинков налипшую на них мерзость пучком травы.

— Как они сюда попали? — ахнула Тайара. — Вокруг же забор!

— Подрылись, похоже, — перворожденный при взгляде на девушку недовольно поморщился, все-таки взаимная нелюбовь темных и светлых эльфов никуда не делась, — как дождевые черви. Хорошо на меня напали, а не на какого-нибудь мага, те бы пока им задницу не откусили и не почуяли ничего.

— Надо бы сказать остальным, — обеспокоилась девушка, решившая на время отложить поиски иглы.

— Не надо, — покачал головой эльф. — Энт видел, и он уже пошел Кащею докладывать.

— Все равно надо, — не согласилась с ним полудроу. — Он же может трое суток обдумывать, как бы эту информацию выразить покороче!

Лес. Анатолий. Паладин при исполнении

— Хрясь! — с гулким звуком молот ударил в пиявку и блистающие доспехи эльфа-паладина немедленно оказались забрызганы содержимым ее желудка. Впрочем, эта порция чужих внутренностей на верной защите служителя добра и света была далеко не первой.

— Кажется, теперь я понимаю, почему мне надо специализироваться на нежити, — пробормотал Зеленый, вытаскивая свое оружие из грунта, куда оно вмяло жалкие останки болотного хищника. — Скелеты, когда их дробишь, разлетаются крошкой. Зомби… Ха!

Молот настиг прямо в воздухе прыгнувшее на него из ближайшей лужи вытянутое тело с хищно раскрытой пастью.

— Зомби, они конечно воняют, — продолжал рассуждать паладин, осматривая окрестности на предмет затаившихся врагов. — Но они воняют совсем не ТАК! Куда слабее. И не размазываются по близлежащей местности после удара.

Шевеление в кустах привлекло его внимание. Зоркие глаза эльфа немедленно выявили его причину. Пиявок. Много..

— Вампиры… — задумчиво протянул Анатолий, раскручивая над головой молот, который начал ионизировать воздух электрическими разрядами. Казалось, что над паладином появляется нимб из маленьких молний. — Ну, эти, в принципе, могут загадить кровью, но они же встречаются отнюдь не стаями по двадцать рыл сразу!!!

Удар молота по пропитанной влагой земле разослал во все стороны веер молний. Подобравшиеся опасно близко твари сделали стойку, согнулись, разогнулись, повторили эту операцию несколько раз и замерли в неподвижности, поджаренные заживо.

— Зеленый! — раздался мелодичный голос, немного приглушенный расстоянием, с вершины стоящего в сотне шагов дерева. Нужно сказать, что это было единственное крупное дерево в окрестностях, остальная растительность тянула максимум на кустарник.

— Тьфу ты, — зло выругался паладин. — Сорвали всю охоту.

И поспешил к дереву.

— Что случилось? — спросил он у спускавшийся с дерева эльфийки, за плечами которой болтался лук, едва ли не больше ее самой ростом.

— Из лагеря по астралу сообщение пришло, — вместо нее ответил планирующий откуда-то из верхушки кроны остроухий чародей. — Всех созывают.

— А охота… — обиженным тоном протянул Анатолий, оглядываясь на подозрительно зашуршавший на месте его расправы над болотными хищниками кустарник.

— Всех тварей нам, видимо, не перебить, — развела руками лучница. — А иллитид к тебе что-то не подходит. Иначе бы я его враз сняла. Снайпер, как-никак.

— Плохо, — расстроился Анатолий, который целое утро работал приманкой, выманивая пожирателя мозгов и другую особо опасную живность на открытое место, где их с безопасной дистанции могла бы подстрелить поддержка. Но любитель покопаться в чужих головах с гастрономическими целями не пришел. Только пиявки. Которых паладин, разумеется, передавил без малейшего для себя вреда, изгваздавшись при этом, но большого морального удовлетворения от этого деяния борец со злом не получил.

— И не говори, — поддержала его лучница. — Тут одно из двух. Или мы плохо замаскировались, или пожиратель разума твои мозги счел малоаппетитными.

— Замаскировались вы хорошо, — вздохнул Зеленый и задумался. Что эта эльфийка хотела ему сказать?

Поляна. Собрание

Рядом с автобусами, один из которых, как выяснилось, оказался живым, собиралась толпа и слушала оратора, которым служила дриада. Трибуной ей служил энт, на голове которого и устроилась девушка. Впрочем, Флиф не возражал, его знакомая и так проводила на нем, или даже в нем, почти все время, лишь изредка высовываясь из коры наружу. Содержание ее выступления было, по сути, пересказом речей Артыга, когда он описывал географию близлежащих земель. Ксардас, обладающий профессиональной памятью историка и черного мага, запомнил и записал на найденном в запасах пергаменте ее если и не дословно, то близко к этому.

— Ну вот вроде и все, — закончила девушка. — Там образом, можно заключить, что выкинуло нас с вами в один из самых неблагоприятных уголков мира, но если слегка сместиться в сторону, мы попадем в нормальные земли, где не будет риска каждую ночь заполучить в гости какую-нибудь тварь, мутировавшую под воздействием древней магии. Поэтому на повестку дня вынесено два вопроса. Первый — куда пойдем, а второй — давайте поедем. Какие у кого будут предложения?

Толпа оживленно загудела. Мнения собравшихся разделились.

— К горам! — ворчали гномы.

— В леса, — взывали эльфы.

— К людям! — всплакнула какая-то волшебница с васильково-синими глазами и длинными светлыми волосами. — К горячей ванне, маникюрным салонам и соляриям!

Некоторые выразили сомнение, что хотя бы часть вышеперечисленного в этом мире имеется. На них тотчас же клубком рассерженных змей зашипела почти вся женская часть попаданцев. Громче всех шипели прекрасные эльфийки, за время, проведенное на дикой природе, начавшие утрачивать свой лоск.

— Мне все равно куда, — глухо бухнул полувеликан, таскающий с собой повсюду бочонок. К сожалению, уже пустой. — Главное, чтобы там было пиво.

Гномы и орки инициативу поддержали.

Полузмей-полудемон Шихари что-то прошипел, но его никто не понял. Возможно, он призывал всех к компромиссному варианту, например горным лесам, где имеются деревни и маленькие городки с хорошими пивоварами. А может быть и посылал всех в бездну, решив, что ему в шкуре жуткой твари везде будет одинаково хреново.

Сестры, ангел и демон, переглянулись и заявили что им все равно.

Три изможденных попытками следить за шустрой Машей брата-берсеркера выразили слабую надежду на то, что там, куда они отправятся, можно будет найти няню. Наруто открыл было рот, но встретился взглядом с Гаарой и решил хранить молчание. Он умнел прямо на глазах. Второй джинчурики очень удивился таким метаморфозам, но песчаный жгут с шеи брата не снял..

— Ну, у меня есть предложение — произнёс один из наименее необычно выглядящих попаданцев, он же один из трёх имеющихся в наличии шиноби. — Место здесь неважное, и задерживаться не стоит, это факт… Но если переться наобум, может получиться куда хуже. Пиявки — это ещё куда ни шло, от них, по крайней мере, примерно знаем, чего можно ожидать. А в другом месте может водиться и что-то похуже… Не говоря уж об аборигенах. Как известно, самый страшный монстр — человек. К эльфам и гномам это тоже относится…

— Ну и? — перебил его кто-то. — Сказать-то ты что хочешь?

— А сказать я хочу то же, что и уже говорил — невозмутимо сообщил Шикамару. — Прежде чем всем нам выходить к цивилизации — или даже просто куда-то переезжать — нужна разведка. Нам нужно как минимум две группы разведчиков, чтобы найти подходящее место и выяснить обстановку вокруг, желательно не вступая в контакт с аборигенами.

— Почему это не вступая в контакт? — возмутилась одна из эльфиек. Парень сделал вид, что не расслышал, и продолжил.

— Как я уже сказал, нам нужно как минимум две группы разведчиков — одна ищет место, в которое можно перенести лагерь, другая изучает местных обитателей. В первую…

— Эй, мелочь, не игнорируй меня! — разозлилась эльфийка. — Мальчики, он мне хамит!

— Наташ, да всё нормально… — попытался было успокоить её один из спутников-эльфов, но она только ещё сильнее разозлилась.

— Ну, вы… И я не Наташа, я Наталианиэль!

И хрупкая эльфийка разразилась потоком брани. Что ещё хуже, остальные эльфийки, похоже, были готовы её поддержать… Однако тут вперёд выступила стоявшая неподалёку от шиноби нека.

— Парни, всё нормально, сейчас я её успокою… — Расслабленно произнесла она. — Поговорим как женщина с женщиной…

Она спокойно подошла к закатившей истерику эльфийке — народ перед идущей некой расступался — улыбнулась… И влепила той смачную пощёчину.

— Заткнись. — Продолжая улыбаться, произнесла Карура. — Или обзаведёшься незапланированным пирсингом.

И она для убедительности помахала перед лицом ошалевшей эльфийки рукой с выпущенными когтями. Острыми…

Убедившись, что эльфийка больше не пытается издать ни звука, нека улыбнулась остальным остроухим дамам и спокойно вернулась на прежнее место.

— В первую группу — как ни в чём не бывало продолжил Шикамару — стоит включить эльфов. Среди них наверняка есть те, кто разбирается таких вещах, как подходящее для лагеря место. Во вторую — Бэтмэна и кого-то из магов, владеющих иллюзиями, а ещё лучше, псионикой.

— Ага, иллитида — буркнул кто-то.

— Да, кто-то с подобными пси-способностями был бы нам очень полезен — согласился Шикамару. — Не забывайте, что есть ещё и такая вещь, как языковой барьер…

— А разве при попадании языки не учатся автоматом? — спросил ещё кто-то. — Вон и с троллем же как-то разговаривали…

— Общаться с троллем, судя по всему, помогала его магия — сообщил Кащей. — И вообще, парень прав…

Шикамару кивнул.

— Значит, так и поступим — подытожил Бессмертный. — Ещё предложения у кого-нибудь есть?

Кащей окинул толпу взглядом.

— Есть — произнёс парень, оказавшийся вчера жертвой нападения иллитида. — Но это не совсем по теме, и я бы лучше лично высказал…

— Хорошо, тогда с вами двумя поговорим подробнее, подойдите ко мне, когда закончим. Ещё предложения, вопросы, возражения?

— А оно нам надо, с этой разведкой возиться? — скептически поинтересовался ещё кто-то. — Только время тянуть. Просто выйдем все вместе и найдём место получше… А если что, договоримся. Или разберёмся… Силёнок у нас сейчас достаточно.

— Угу… — хмыкнул Кащей. — Выйдут против нас пара опытных архимагов и раскатают в лепёшку… Или просто встретится какая-нибудь пакость, о которой мы понятия не имеем. Да хоть тех же иллитидов десяток… И вообще, мы сюда прибыли не для того, чтобы всем вокруг войну объявлять. Ладно я бессмертный, но без жертв ни одна война не обходится. А способности у нас хоть и есть, но опыта в их применении… маловато. Магия эффектно смотрится, когда противников всего несколько, и той же магией не владеющих. А вот столкнёмся с местным войском, привычным воевать с магами — и опа…

Кащей провёл рукой по горлу.

— Но здесь, среди этих пиявок, оставаться тоже… неуютно — высказался какой-то маг. — Выскочит такая из-под земли, и всё… Что ж теперь, постоянно защитные чары держать? И спать как тогда?

— Для этого парень и предложил отдельную разведку выделить — пожал плечами Кащей. — Выслать эльфов, чтобы осмотрели окрестности и подобрали более удобное и безопасное место для временного лагеря. Жалко, конечно, бросать то, что здесь уже сделали, а что делать? А что насчёт нападения пиявок из-под земли… есть у меня идея. Когда братья-алхимики освободятся, можно будет поручить им забетонировать наш лагерь. К слову, есть тут кто-нибудь, кто может в этом помочь?

— Думаю, могу попробовать… — без особой уверенности отозвался маг. — Я немного разбираюсь в геомантии и трансмутации…

Обсуждение продолжалось ещё некоторое время, но серьёзных возражений против выдвинутых шиноби предложений ни у кого не нашлось. В конце концов, народ разошёлся… ну, насколько можно было разойтись на ограниченной территории лагеря. Собственно говоря, Кащей, перевёртыш по прозвищу Хамелеон, и Шикамару отошли в сторону для дальнейшего обсуждения, а Тайара отправилась раздавать попаданцам задания по неотложным делам и присматривать за их выполнением и порядком в лагере.

После обсуждения, лагерь. Скромный безобидный очкарик… Чуть не спалился

Большинство попаданцев чем-то занимались — похоже, самопровозглашённые предводители Кащей и Тайара старались занять всех какими-то делами, чтобы не оставлять времени на посторонние размышления, ведущие к разброду — но кое-кто всё же оставался незанятым. В их число входили дети, пара эльфиек и Александр-Шики. Оно и понятно — ничего полезного для попаданцев не мог сделать ни Александр, ни Шики, а бесполезным трудом заниматься ему совершенно не хотелось. Вообще, признался себе Сашка, он здесь один из самых бесполезных… Он не владеет магией, не обладает ценными знаниями, и даже физической силой, которая могла бы помочь при строительстве, обделён. Его единственная способность заточена исключительно под разрушение и уничтожение…

Сашка вздохнул. Нет, похоже, действительно стоит заняться чем-то, чтобы в голову не лезли мрачные мысли. Вот только чем? Разве что попрактиковаться и поразбираться, на что способно его новое тело… В конце концов, нужно по крайней быть в состоянии защититься, если что. От тех же пиявок, хотя бы. Правоохранительных служб тут нет, так что о себе нужно заботиться самостоятельно…

Его новое тело было довольно атлетичным. Признаться, более подтянутым и спортивным, чем старое. Хорошая реакция, подвижность, глазомер и даже зрение… Хотя он и носил очки, стёкла в них не были линзами. Между прочим, о зрении… Сашка аккуратно снял очки, положив их в карман.

Голову сдавила тяжесть. Зрелище, открывшееся перед освобождёнными от очков глазами, каждый раз давило и угнетало… Деревья, камни, люди — всё вокруг словно оказалось покрыто паутиной. Или даже скорее трещинами… В узлах переплетения трещинок-паутинок угнездились чёрные точки, где-то пожирнее, где-то помельче. Всё это выглядело таким хрупким, что Сашка-Шики на миг замер, подсознательно опасаясь разрушить что-то неловким движением, но тут же опомнился и достал из другого кармана перочинный нож.

Следующие пятнадцать минут он практиковался и изучал свои способности. Точнее, после пары простеньких экспериментов он перешёл на отработку наиболее эффективного в реальной схватке приёма — поражение точек смерти движущейся цели. Для этого пользовался очень простым приёмом — подбрасывал ветки и прочий мусор и пытался на лету попасть ножом в одну из точек. Получалось весьма неплохо…

— Чем это ты занимаешься? — послышался голос сзади. Резко развернувшись, Сашка-Шики обнаружил перед собой того, кого совсем не хотел бы… Вернее, ту.

— Практикуюсь. — отозвался он. — Для самозащиты…

— Хмм… — пробормотала Тайара, рассматривая остатки «тренировочных пособий» на земле. — Что-то я такого не помню… Что у тебя за способности?

— Вижу места, в которых предметы легко разрушаются — пожал плечами парень. Правда… Но не вся.

— И что, на любом материале? — заинтересовалась девушка.

— Ну, из того, что доводилось видеть…

— С такой способностью сейфы хорошо вскрывать — сделала неожиданный вывод полуэльфийка. — Возможно, пригодится… В будущем.

И она скрылась. Сашка задумчиво посмотрел ей вслед.

— Может, она и права… — пробормотал он вслух.

Лагерь. Перевёртыш, планов громадьё…

Шаман чудесным образом оказался в лагере, и даже на месте. Вот только что не было — и уже сидит, чай из какой-то пиалы попивает, с таким суровым видом, будто он великий индейский вождь.

— Хау тебе, Серёга!

Я плюхаюсь на свой коврик, устраиваюсь поудобнее… Шаман по-прежнему в трансе… В трансе, точно. Ну, тогда я до него не дозовусь, ждать надо.

За те полчаса, что понадобились ему на магические процедуры, я успел отсидеть себе всё ниже пояса, учуять готовящегося кабанчика, сходить и выпросить «как охотник» кусок жареного мяса, сожрать его, допить чай из котелка…

Наконец зеленокожий мягким движением опустил свои шаманские атрибуты — посох и пиалу — на коврик, закрыл глаза и стал размеренно дышать. Я с интересом наблюдал.

Ркрыг отдышался, приоткрыл один глаз и хитро уставился на меня.

— Что смотришь?! — не выдержал я, и минуты не прошло. — Если ты сейчас скажешь, зачем я тут сижу…

— Тут шаманом быть не надо, и так понятно — планы обсудить хочешь. — Перебил меня орк.

— Какой умный чело… орк, я хотел сказать. Может, и планами поделишься?

— Твоими? — Серёга широко ухмыльнулся. — Я всё-таки не телепат, я как-то по другой части.

— Да не, — отмахнулся я.

— Своими планами. Что дальше делать хочешь… хотите. — поправился я, завидев подошедшего Васю, и кого-то ещё из их отряда.

— Дальше? — орк-шаман посерьёзнел. — Лезть в мясорубку не планируем. Уходить в никуда не хотим. Своим в спину нож не сунем. Ты это услышать хотел?

— Не совсем, но рад слышать. Ты, когда в трансе был, случайно не с местными духами договаривался?

— Мало того, договорился. — А теперь у него на лице прямо-таки карикатурное удовольствие. Впрочем, это ж шаман — для него с духами здесь договориться, что мне броню одеть и зубы вырастить.

— А когда ты с ними договаривался, ты, ну совершенно случайно, за лагерем и в нём живущими не подсматривал?

— Гхм… — ёлки-палки, да шаман покраснел. А я почувствовал, что начинаю широко и ехидно улыбаться. Сидящий поблизости Вася — тоже.

— Какой молодец, ты посмотри. — я поцокал языком. Шаман тем временем стремительно двигался к адекватному ответу, но пришлось опередить.

— Это и хорошо, этого-то мне и надо.

Орк удивился… И тоже расплылся в ехидной улыбке.

— Подсмотреть?! Ну так иди, подсматривай. Только поосторожней, а то можно и по шее поймать.

От же ж ехидная морда.

— Не в том смысле. Я за сегодня два раза влез на линию огня, и мне это не так чтобы нравится.

— Два раза? Это когда?

— Утром по лесу бегал и на ктулха нашего наткнулся, да вот только что эльфов разнимал.

— Ну и не лезь куда не надо, делов-то. Сам ведь оба раза попал.

— Так, дай-ка я мысль донесу сначала. Духи ведь работают самостоятельно или почти так, да? Кто тебе мешает навесить на каждого этакий астральный, или какой у тебя там, маячок-сигналку. Сущую мелочь — чтоб дал знать, если вдруг писец к кому подкрался. Ну и так, по мелочи…

— По мелочи, я так понимаю, чтоб маячок ещё и жучком подрабатывал, так ведь? — орк с пониманием смотрит. С пониманием?!

— Угу. Сам понимаешь… — Хм, поймается или нет.

— Да, тяжко тебе без хайтека, ещё и завербовать никого не получится — за такое предложение оставшиеся будут в лоб бить сразу. И хорошо ещё, если не огненным шаром. — сочувственно покивал шаман. — Ко мне почему пошёл? Орки сейчас, после тех отморозков, все под колпаком.

— А, тут всё просто. — Я показательно расслабился.

— Во-первых, шаманов только двое, и оба орки. Во-вторых, если уж создавать систему безопасности нашего отряда, то тут и разговаривать особо не с кем. Шаманы или друид… У остальных, насколько я знаю, подобных умений нет.

— Систему безопасности?! — похоже, он-таки удивился. И даже впечатлился…

— Ну да. Основная функция это однозначно сигналка. И если ты всё-таки возьмёшься, то у меня ещё мысль есть — получится ли информировать о разных неприятностях с носителем маячка не только тебя? Остальное по возможности.

Шаман покрутил головой, хмыкнул.

— Не ожидал, да. Попробовать могу, самому интересно такое сделать. Только вот хватает у нас личностей, которым подобного жучка не посадишь, а если и посадишь — уберут.

— Проблема эта, я думаю, решаема. Попробовать объяснить, убедить, напугать… Я для пугания хороший пример — чудом спасся, пока эти обормоты иллитида в другой стороне ловили…

Шаман, погружаясь в себя, отмахнулся — ваши проблемы, сами разбирайтесь. Знакомо, знакомо — теперь пока не сделает, в реальность не выйдет. Ну что ж… Я встал, потянулся и огляделся.

Возле одного из автобусов разворачивалась очередная сходка. Интересно, на этот раз что? И Кащей уже там..

— Примерно в двух тысячах километров на юго-восток находится столица местной империи, империя называется Мингардской, а город, понятно, Мингардом… — а у дриады звонкий голос, параллельно размышлениям отметил я. Мы, оказывается, у песца в гостях, в местном Чернобыле. То-то нечисть буквально из-под ног выпрыгивает.

— …Ещё предложения у кого-нибудь есть?

Кащей окинул стоящих у трибуны взглядом.

— Есть. — Очнулся я. — Но это не совсем по теме, и я бы лучше лично высказал…

— Хорошо, тогда с вами двумя поговорим подробнее, подойдите ко мне, когда закончим. Ещё предложения, вопросы, возражения?..

А кто второй?.. А, боец этот, как его, Шикамару.

Разговор с Кащеем. Шикамару, перевёртыш… Ну и Кащей, понятное дело

— Ну, слушаю, — произнёс Кащей, обращаясь к перевёртышу — что у тебя?

— Система безопасности отряда — ответил тот.

Кощей изобразил лицом вопросительное выражение.

— Первое. Каждому — сигнальный маячок. Чтоб знать, жив ли, нет, где… И в случае чего на помощь придти. Один из орочьих шаманов согласился создать такое. Это на случай внешней… или внутренней опасности. Второе. Необходимо предупреждать стычки между разными… — он покрутил головой, пытаясь подобрать слово.

— Короче, между своими. Как — идеи есть. Разруливать ситуации до перехода в мордобой, не допускать таких ситуаций… Впрочем, в нашей ситуации не допускать подобного сложно.

Кащей хмыкнул.

— Как ты ситуации разруливаешь, весь лагерь слышал. Идея хороша, не спорю. А если чародеи сцепятся, что делать будешь?

— Учитывая, что против магии у меня только регенерация и умения Перевёртыша — никак.

— Вот в том числе и об этом я хотел сказать — произнёс Шикамару. — Амулеты нужны. В первую очередь по этому вопросу к рунологу нужно обращаться, но, возможно, есть и другие спецы. Нужно опросить подробнее…

— Эээ… Рунологу? — не понял перевёртыш.

— Гном, руны рисует с разными свойствами. — Пояснил шиноби. — Да ты его видел, он стену помогал укладывать и кирпичи защитой разрисовывал.

— Ясно, найду. Так, я немного не договорил.

— Что ещё? — снова Кащей.

— Ещё идея, как предупреждать конфликты. Маячки шамана, по моей просьбе, должны работать ещё и жучками. Отслеживать, готов носитель бить морду товарищу, или ещё нет. Проблема в том, что носить жучки на себе добровольно согласится не всякий.

— То есть, между жучками связь хочешь сделать? — спросил шиноби. — Нужное дело…

— Должна быть. Но шаман только начал…

— Короче, что ты хочешь? Чтоб я рявкнул и все дружно одели эти фиговины? — немного раздражённо спросил Кащей.

— Если они позволят постоянно держать между нами связь, причём не только голосовую — я за. И даже рявкать не надо. Сеть передатчиков, совмещённых с маячками — это…важно. Пожалуй, даже стоит продублировать… — задумчиво добавил шиноби. — Вообще, связь и эффективность разведки резко увеличит.

— Это да — согласился Кащей, перевёртыш тоже кивнул. — У тебя всё?

— Ну, вроде бы всё… — сообщил Хамелеон. — Но внутренняя безопасность нам нужна.

— Нужна. Создавай… Я поддержу. Попозже проверю, как идёт… Теперь ты. — Он повернулся к Шикамару. — Внешняя разведка действительно тоже нужна. Но… Я не спец по Наруто, но в курсе, что тамошние ниндзя владели иллюзиями. Есть такое?

— Ну, есть — неохотно признал Шикамару.

— Тогда почему ты упомянул только Бэтмена? По-моему, ты сам отличная кандидатура.

— Несколько причин. Для начала, я хотел сначала кое-что проверить и обменяться техниками с Наруто и Гаарой… А этого мелкого ещё нужно поймать — несколько раздражённо проворчал он.

— Что проверить? И какие остальные причины?

— Знаешь, в чём проблема магов в разведке? — вопросом на вопрос ответил Шикамару. Кащей нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

Вместо ответа шиноби указал на одного из магов, творящего неподалёку какое-то заклинание. Кажется, это был давешний геомант, пытающийся укрепить почву.

— Ничего не замечаешь?

— В смысле? А… Думаю, понял. Демаскирует…

Шикамару кивнул.

— Я сам этого не чувствую, но многие маги способны ощущать коллег, особенно, когда те используют магию.

— Но я тебя не ощущаю — заметил Кащей. Шикамару снова кинул.

— Именно. Поскольку я не маг… Техники шиноби используют другой принцип. А что сейчас?

Он проделал несколько жестов двумя сложенными руками.

— Сейчас что-то было… Но довольно слабо.

— Вот я и хочу понять, насколько мои техники могут демаскировать — подытожил парень. — А остальные причины… У меня есть своя группа, и, уж извините, в первую очередь меня беспокоят они. Ну, и самое главное…

Он тяжело вздохнул.

— Шикамару — большой лентяй…

Лагерь. Перевёртыш. Дело нужно делать…

«Предложил — делай, а я проверю»… Принцип, конечно, правильный, и неоднократно себя оправдавший, но секунд несколько после такого окончания разговора я провёл в ауте. Но потом мысли сразу переключились на решение такой плотной задачи…

Для окружающих мои последующие действия выглядели странновато — уткнув взгляд в землю, дошагал до нашего кострища, плюхнулся на подстилку и принялся методично жевать извлечённый из запасов сухарик. Картина, наверное, была карикатурной — рядом почти тем же занимался шаман, с поправкой на мистику..

Сумбур первых минут раздумий укладывался довольно долго. За что хвататься, что делать — откуда мне знать, я никогда ТАКОГО не делал! Даже у нас в Сосновске подобным занимались матёрые спецы из ФСБ, тот же Ласковин, да и Сноходцы в деле добычи информации весьма продвинуты… Ага. Добыча информации. Если попробовать разложить обязанности СБ, то получается — сбор и обработка информации ОБО ВСЁМ, предотвращение нехороших действий, и в неприятном случае — активные действия по защите и даже спасению, если случай очень неприятный.

Собрать информацию можно разными путями. Наблюдением, например — подсматривать, подслушивать, вынюхивать… Бдить, короче говоря — и это уже заботы шамана и его духов. Но можно и по-другому, при прямом контакте — беседа, плавно переходящая в допрос… Несколько бредовые ассоциации на это слово заставили улыбнуться — дроудесса в роли следователя СС просто-таки бесподобно смотрится… Вдобавок, она же колдунья? Отлично, можно иметь ввиду — впрочем, надо ещё узнать, что может она и другие колдуны… Стоп, про кого там говорил ниндзя — рунолог, вроде бы. Тоже надо.

Активные действия по охране и защите — тут проще. Бить внешнего врага будут все с удовольствием… Именно что с удовольствием — структуры и опыта никаких нет. Ещё одна бредовая мысль разворачивается в образ шагающих в ногу строем соседей по лагерю. Не удержался — заржал, отвлёк соседа. Сидящий рядом орк глянул на меня и выразительно покрутил пальцем у виска. Я отмахнулся, встал и пошёл… А куда это я? А, точно — если и обговаривать проблему охраны, то это нужно с воинами. Маги и особенно магички — хорошо, но как говорил Наполеон — ослов и учёных в середину. Их как раз охранять придётся. И первым кандидатом на роль советчика кажется мне вон тот седоусый латник, вылитый дядька Черномор. Хотя, и энта спросить нужно. И эльфов. И гномов… Так, все эти потом, а то я уже подхожу.

— Привет вам, соратники. — меня дружелюбно приветствуют взмахами рук. Ещё б не дружелюбно — мясо свинобраза народу пришлось по вкусу, хоть и пришлось его промывать да вычищать. А кто его добыл? То-то же. Правда, разделённый на полсотни народу, зверь оказался не таким уж большим, но под жареное на костре мясо на ура пошли и консервы из мешков. Рыбки б ещё…

Сажусь на поваленный древесный ствол, а рядом продолжается послеобеденный разговор.

— Ну сам подумай — с ленцой продолжает какой-то… охотник, похоже. Человек, магических признаков не видно, одежда для леса, хоть и не камуфляж.

— Пригодилась нам эта ограда? Пиявки понизу пролезли, упырь — сверху пролетел… Одна лишняя работа.

— Пригодилась. — без тени сомнения отвечает один из гномов. О как, а это ведь и есть рунолог, если я не ошибаюсь.

— Не было бы стены — нас бы нечисть к утру толпой задавила. А сейчас мы её укрепим понадёжней….

Минут через пять выяснений, кто и чем будет укреплять стену, пришёл старший гном, поднял собратьев, построил их при помощи доброго слова — и повёл крепить ударным трудом оборону лагеря. У остатков потухшего костра остались несколько человек.

— О чём задумался, перевёртыш?

А я сижу с отсутствующим видом. Пришлось возвращаться в реальность.

— Да фразу одну вспомнил. Крепость — это не стены, а люди, которые эти стены защищают. — Удачно вспомнил, да, у латника аж бровь дёрнулась.

— Ты на что это намекаешь?!

Я пожал плечами и пояснил.

— На то, что я нифига не знаю, как и кем у нас лагерь защищается. Ну, то есть если что — все защищать будем, но вот кто сейчас за округой смотрит?

Воин промолчал, ответил его сосед-монах. Из Шаолиня, наверное — откуда здесь другие?

— За округой сейчас смотрят с деревьев минимум пятеро лесных эльфов. Где-то рядом — их три боевые звезды в полной готовности. Гномы поочерёдно присматривают за своей стеной, мы с ними. В лесу сейчас минимум три совместных отряда, в каждом из которых есть маг. Этого достаточно? — едкого в голосе хватило бы, чтоб я, лентяй этакий, тут же вступил в партию… ээ, ну то есть занялся делом. Но мне было пофиг — одна радость незамутнённая, ведь всё уже сделали. Впрочем, надо бы уточнить…

— Ээээ… Уважаемый монах, а не вы ли устроили всё это?

— Я не демиург, если вы об этом… Когда у человека или эльфа из-под ног выпрыгивает зубастая пасть, они очень быстро понимают, что нужно делать.

Фух! Точно, гора с плеч. Пожалуй, на этом закончим. Когда будет готова система связи, тогда и продолжу.

Скомкано попрощавшись, я свалил в направлении гномьего бивака — по крайней мере, рунолога я последний раз видел там..

— Чего надо? — даже не взглянув на меня, недовольно буркнул гном, с изрядным умением гравируя длинный осиновый кол кракозябрами. Рядом лежала две груды кольев — уже обработанные и нетронутые.

— Да мне бы… — закончить я не успел.

— Достали, ёрк гыш нурбоатлук! — от души выругался гном.

— Поговори мне тут — пригрозил вынырнувший из-за угла палатки другой гном. Продолжать он не стал — ухватил готовые колья и утопал обратно.

Я смирно стоял до тех пор, пока гном не закончил последний кол. После этого гном-графоман встал, разогнул спину — и увидел такого тихого меня.

— Твою же ж… Чего стоишь тут?

— Я ж говорю, оберег какой нужен, или чего-нибудь подобное.

— Нафига тебе?

— Да меня за сегодня два раза чуть не покусали… Вдруг ещё раз попадусь? Да и от магов и психов прикрыться бы чем-нибудь.

— А, эт ты, перевёртыш. — взгляд гнома подобрел.

— Не обещаю, но подумаю. — и стал отворачиваться.

Хм.

— Кстати, раз ты рунолог, мож, тебе пригодится? — и начинаю думать, а чем же мне писать теперь?!

— Чего — пригодится? — а вот и интерес появился.

— Да я в прошлом мире такой вот орнамент видел. Как работает, не знаю, но как действует — сам видел. Наши колдуны так защиту ставили.

Так, прутик нашёл, а писать придётся на земле.

Знаков я помнил не так уж много, самые простые и самые свежие. Рыбка направо, тройная петля, две косые черты… и пожалуй, набор последнего удачного перехода.

Рунолог внимательно смотрел с разных сторон. Потом, когда я закончил, обошёл по кругу изрисованную землю, подошёл ко мне и коротко приказал:

— Стирай.

Ну я и мазнул ногой по чертам на земле. Стёрлось также легко, как и написалось. Чего он нервничает?

Увидев конец моей росписи, гном подобрел.

— Мне такое не пригодится. Но даже жаль, что ты не колдун из того мира, в деле это понаблюдать интересно.

Ну я и рассказал историю, как наши Сноходцы защиту ставили, а эти туманные знаки по стенам расползались как тараканы. Ну хоть насмешил. Оберег мне пообещали «чуть попозже»..

Потопал к магам. Ну, точнее, к чернокнижнику-разведчику, пока тот опять не смылся. Наткнулся по дороге на тренирующихся бойцов — остановился посмотреть. Монах, мастер рукопашного боя, издевался над охотником в меру своих умений. Проще говоря, побил его немного. После чего поднял того с земли и прочитал нотацию на тему «Потеря ориентации в бою».

Когда охотник отошёл в сторону, следующим на спарринг оказался я. Ну как сказать оказался…

— Не желает ли уважаемый оборотень показать свои умения?

Ещё как желает. Вышел, перекинулся, поклонился монаху…

Продержался в открытом контакте я несколько секунд — отразил несколько ударов и попытался ударить сам. Потом попытался привычно разорвать прыжком дистанцию — и меня бесхитростно пнули в живот.

Автопилот оборотня включился уже в полёте. Воткнуть коготь в землю, перевернуться, ударить ногами и лететь обратно. Монах ускользнул, несмотря на все усилия форсированной нервной системы. И ещё раз… И ещё. Прямые удары уходили в пустоту, локатор не успевал замечать цель. Срабатывает очередной рефлекс, и я легко уворачиваюсь от сокрушительного удара сбоку по голове. Раз — и летящий к виску кулак захватывается когтистой руколапой. Два — лапа описывает широкий полукруг. Три — я отталкиваюсь ногами и отбрасываю в сторону переворачивающегося в воздухе монаха.

Четыре — я вцепляюсь в землю ножными когтями, чуть в стороне в землю бьют босые пятки монаха, и меня бросает вперёд. Короткий удар, и нас с монахом разбрасывает в стороны. Ему прилетело в плечо вскользь, но когтями, а мне прямо в грудь, но по броне. Броня, кажется, хрустнула. Ффххх… Нет, дышать не больно, а бронепластины сойдутся при следующей трансформации — и я меняю облик. Монах тем временем закрывает усилием воли рваные царапины на плече. Офигеть.

А через секунду мы спокойно разошлись..

Собственно, после тренировочного боя уже плохо вспоминалось, чего я хотел до него. Но про магов, возможности которых тоже хотелось бы знать, я вспомнил, добравшись до родного костра. А также спальника и подстилки.

Шаман уже вышел из транса, вид имел бледноватый, но довольный. Прихлёбывая травяной чаёк и довольно щурясь, он выдал фразу:

— Задача сложная, но я её почти решил.

На все вопросы он только ехидно улыбался..

Время как бы не вечернее, гном-графоман уже отдал мне оберег — «Многого не обещаю, но защита есть», шаман всё время то ли спит сидя, то ли в трансе, сменились дежурные эльфы — смог заметить их возвращение, чародея я так и не нашёл… Сижу на ограде, смотрю по сторонам. И тут как гаркнет в ухо:

— Сидишь, скотина?!

Честно — чуть не свалился. Потом появилась догадка… Точно — шаман сидит у костра, и мне даже здесь видно довольную зелёную рожу.

На некотором расстоянии от лагеря. Дампир Дмитрий, временно переквалифицировавшийся из охотников на вампиров в разведчики

Дмитрий Клыков, выбравший, кажется, совсем недавно — из-за своей фамилии — персонажа-дампира, подозрительно покосился на небо. Солнце весело играло на утренней росе и заливало все под собою яркими лучами света.

— Надо было зонтик себе заказать, — решил парень и уверенной походкой пошел ломиться сквозь редкий подлесок. — С другой стороны, не сахарный, не растаю. Помнится, мне, в смысле Ди, и по пустыне доводилось ясным днем шляться.

Ролевик упорно старался дистанцировать себя от личности сына Дракулы, вплавленной в его суть демиургом. Нельзя, сказать, что трансформация в дампира была самым худшим вариантом из возможных, но… но у нее все-таки были свои недостатки. И первым из них Дмитрий считал приступы черной меланхолии, накатывающие на него почти постоянно. И еще постоянный шепот. Или нет, дрожь. Или, может быть, аромат? Привычных человеческих чувств не хватало, чтобы выразить ощущения попаданца, но они были ему весьма неприятны. И он знал, как их убрать. Кровь. Ему нужна была кровь. Убрать из души это сосущее чувство могла лишь эта благословленная и проклятая жидкость. Но нельзя! Нельзя! Нельзяяя!

Чуть изменившиеся зубы впились в нижнюю губу Дмитрия. Резкая боль и несколько солоноватых капель из прокушенной плоти отодвинули подступающее безумие. В очередной раз. Миллионный или миллиардный, какая в общем-то разница. Он не такой. Он не вампир. Он не будет…

Парень остановился и размашисто залепил сам себе оплеуху.

— Буду, — зло прошептали его губы. — Но не потому что не могу терпеть. А потому что это чистейший идиотизм — доводить дело до крайностей. Не желаю вечно быть один, потому как в любой момент могу сорваться! Мало ли тех, кому с человеческой кровью регулярно дело иметь приходится? Палачи, наемники, хирурги, наконец! Найдется и для меня литр-другой алой жидкости, тем более нужна она мне редко.

Сущность дампира внутри него протестующее взбрыкнула, но как то без должного энтузиазма. Идея ей, в принципе, нравилась. И, кроме того, отсутствие паразита в левой руке давало надежду, что его темная сторона будет не такой… явственной.

Дмитрий повторил лечебную процедуру, да так, что широкополая шляпа, принявшая на себя основной удар, слетела с головы и осела на ближайшем кусте.

— И перекладывать свои естественные, а я говорю естественные, порывы к совершению неблаговидных поступков на чужие плечи я не буду. И вообще! Я не ангел с белыми крылышками…

Ди подозрительно осмотрел себя и свое черное одеяние. Конечно, в его цвете он был уверен, но мало ли… после того что с ним произошло недавно, в невозможные вещи он больше не верил.

— Я зло творил, творю и творить буду! — провозгласил Дмитрий, возвращая широкополую защиту от солнца на ее законное место. — Вот выйду к людям и совершу самое настоящее злодейство. Конфетку у ребенка отберу. Только не у Машеньки. И не потому что ее братьев-оборотней опасаюсь. Просто эту реактивную малютку даже я не поймаю.

И дампир, охотник на вампиров, потопал сквозь заросли дальше по пути, ведущему к исполнению его злобных планов. Ну и попутно он разведывал обстановку, ища подходящее место для передислоцирования лагеря попаданцев. Или контакты с аборигенами. Или вообще хоть что-нибудь от болота с его вездесущими пиявками отличное! Не сказать, чтобы хищные черви представляли для Ди какую-то угрозу: их тела катана, способная рубить металл и камень, едва замечала на своем пути, но назойливость, с какой эти выкидыши животного мира стремились попробовать на зуб одинокого путника, утомляла. Но с другой стороны, к трудностям ему было не привыкать, а привычная комфортность, вызванная отсутствием рядом большого количества народа…

Дмитрий остановился и покосился на свою руку, практически машинально занесенную для новой оплеухи.

— Нет, это уже мазохизмом каким-то попахивает, — зло буркнул он, опустил конечность и потопал вперед. — И вообще, чего мне земляне-то не нравятся? На фоне того паноптикума, который привычен миру дампира, в котором графиня-вампирша помимо темной магии запросто владеет еще и звездолетом, наша могучая кучка попаданцев еще вполне прилично смотрится… не считая некоторых особо опасных особей, естественно.

Неожиданно парень замер, он услышал какой-то хруст. Громкий.

Кустарник, через который продирался нечеловечески сильный полукровка, не трещал, все-таки его ловкость не уступала той, что демонстрируют истинные дети ночи, способные пройти через любые заросли, не являющиеся монолитной стеной, не потревожив и единого листочка. А это значит, что какой-то обитатель болот, явно стоящий в цепи питания повыше, чем пиявки, намеревался свести близкое знакомство с путешественником.

— Давненько не брал я в руки шашек, — задумчиво пробормотал Дмитрий, берясь за рукоять клинка, торчащую из-за спины. — Эх, маловато тут места для хорошего замаха… И почему я вакидзаси в пару не ношу? Хотя эта туша короткий меч может разве что как пилочку для маникюра использовать, даже зарезаться им она при всем желании не сумеет, лезвие, даже при попадании в глаза, если они у нее есть, не дойдет до мозга, если он у нее есть.

Описываемый такими словами монстр на секунду замер, будто прислушиваясь. Напоминал он больше всего здоровенную, с белого медведя размером, безголовую жабу. На месте шеи красовался какой-то куцый нарост, напоминающий цветочный бутон с два кулака размером. Он шевельнулся, нацелившись куда-то в сторону дампира, дрогнул и начал стремительно расползаться, являя взгляду Ди громадную пасть, по краям которой шло несколько рядов острых треугольных зубов, очень похожих на акульи. И глаза у твари все-таки были. Вот только располагались они непосредственно на небе.

— Жаль что я не биолог, — вздохнул Дмитрий, любуясь на это чудо природы, приседающее на задние лапы и ерзающее ими как кот перед броском на воробья. — Написал бы монографию: «Препарирование форм магически измененной живности в полете».

Тварь прыгнула, выставив вперед пасть совпадающую по размеру с диаметром туловища. Дампир взял катану вертикальным хватом, сделал два шага вперед, один в бок и присел. Две почти симметричных половинки существа, пятная болото вокруг себя темно-красной кровью шлепнулись на землю.

— Неинтересно, — несколько разочарованно вздохнул Дмитрий, и собрался было вернуть меч в ножны, но тут же услышал еще более громкий треск. К нему стремительно приближалось еще одно или даже несколько существ. И, судя по издаваемым звукам, покойная тварь была всего лишь маленьким и безобидным детенышем.

Метнувшаяся в прыжке прямо сквозь кусты туша могла заглотить автомобиль и не подавиться. Дампир ушел от громадной пасти в низком перекате, решив повторить уже успевший хорошо себя зарекомендовать прием, но тварь как-то сумела извернуться в полете и лезвие вместо живота чиркнуло по передней левой лапе, едва не отделив ее от туловища. Существо, грузно плюхнувшее на землю, оглушительно квакнуло от боли и начало спешно разворачиваться к быстрому и опасному противнику своим основным оружием, причем ее рана зарастала буквально на глазах, почти отрезанная конечность стремительно уменьшала кровопотерю и даже вроде бы вставала на место.

— Тоже неинтересно, — подумал Ди. — Но, может статься, полезно, месить грязь на своих двоих уже давно надоело. Конечно, я предпочитаю лошадей…

Болотный монстр снова прыгнул. Прыгнул и дампир. Вот только он это сделал на куда большую высоту, и стоило лишь разверзнутому зеву смениться бугристой плотью спины, как полукровка камнем упал вниз. Удержаться недостаточно широкой, пусть и ходящей ходуном поверхности ему было проще простого.

Чудовище, нежданно-негаданно обзаведшееся всадником, забуксовало в месте своего очередного приземления. Достать со своей спины врага оно, видимо, ничем не могло. А стоило ему упасть на бок и попробовать перекатится, как охотник на вампиров, словно спортсмен в дисциплине «бег по бревну», проворно перебирая ногами перебирался на ту часть существа, которая становилась горизонтальной.

Мозгов у безголовой твари было мало. А выносливости много. Но все равно меньше, чем у сына Дракулы. Когда в радиусе примерно двух десятков метров спустя наверное полчаса не осталось ни одного куста, деревца и сантиметра не перепаханной земли, существо плюхнулось на живот и жалобно забулькало.

— Чего, интересно, кричат погонщики слонов? — подумал Дмитрий, слегка коля тварь катаной в место, где по идее должно было быть основание шеи. Инстинкты, единые для всего живого, велели существу убраться подальше от того что причиняет ему боль и двигаться вперед. Что оно, пусть неохотно, но делало. — «Торро», что ли? Ай, нет, это немного не то. Ладно, обойдусь без голосовых команд, тем более что и ушей у этой махины не видно. Мне же много-то от нее и не надо, так, разведать ближайшие окрестности… на пару дней пути. А лучше на неделю. Если она столько выдержит, конечно же. Если бы не регенерация, я бы с этой горой плоти и связываться то бы не стал. Обычная-то животина от ран слишком быстро сдохнет…

День спустя. Окраина Нифгардских болот. Разбойники-вчерашние селяне

— И чего мы сюда поперлись? — зло бурчал кузнец Тафим, который вместе с еще несколькими своими земляками из-за неурожайного года был вынужден податься зарабатывать пропитание на большую дорогу. Массивный арбалет, способный пробить в упор рыцарские латы, смотрелся в его руках детской игрушкой. А для ближнего боя здоровяк, накачавший мехами впечатляющие мускулы, припас обычный крестьянский цеп, по весу, впрочем, куда как превосходящий любую булаву. — Что, хороших мест для засады поближе не нашлось? Третий день уже здесь торчим и ни одной живой души, да и мертвой тоже, тьфу-тьфу не сглазить, мимо не прошло.

— Молчи, балаболка, — шикнул на него староста неблагополучной деревеньки. — Тут ить это, понимать надо! Ну кого мы на обычной дроге подстережем? Таких же горемык у которых ни кола ни двора и топор за поясом? Караван купцов, где подвод больше чем мужчин в нашем селении? Какого-нибудь идиота-путника, которого все равно на всех не хватит? Нет уж, будем сидеть здесь! Добыча по старому имперскому тракту ходит хоть редкая, но знатная. Авантюристы, что с болот с добычей возвращаются, вот наша цель! Усталые, измученные, возможно раненые и, главное, богатые! Их добыча и нам сгодится, а не будет ее, так и снаряжением хорошим не побрезгуем. С барахлом-то на болота не ходят, а ходят — так не возвращаются.

Кузнец кивнул и уважительно покосился на главу деревни. Вот ведь… голова. Умеет думать так, что аж завидно.

— Дядька! Дядька! — племянник старосты, молодой еще пацаненок, взятый «на дело» за умение метко бить из лука по взлетающей на почтительном удалении от человека дикой птице, свесился с ветки дерева, на которой сидел высматривая подходящую для налета цель. — Там это… едут! В смысле скачут… то есть бегут!

— Внимание! — мгновенно подобрался староста и схватил в руки лук, хоть и слабенький, но вполне способный на то чтобы прицельно пустить стрелу шагов на пятьдесят в цель размером с человека. — Делай как я! Стреляем строго после меня! Делаем пять залпов, а там уж видно будет…

По дороге громадными прыжками протопало жуткое чудовище, размером с немаленькую избу, на спине которого в пугающей неподвижности застыло само воплощение мрака. Черные одежды, мертвенно-бледное лицо и кроваво-красные глаза жуткого наездника дополнялись длинным окровавленным мечом в его руке.

— Слышь, так чего, стрелять, нет? — подергал за руку замершего подобно изваянию старосту кузнец, голову которого видно какой-то ретивый подмастерье когда-то перепутал с наковальней и обработал на ней заготовку тяжелым молотом, выбив последние мозги.

— Не стрелять! — шикнул не него, да и на всех остальных разбойничков глава деревни. — Неудачная цель… другую подождем.

Шикамару. Ещё лагерь, но уже собираемся

Антон с досадой констатировал, что лень Шикамару — более серьёзный фактор, чем он считал изначально. Пока что постоянное самопонукание и ответственность за свою группу выручали, но парень опасался, что дальше будет хуже… Одно хорошо — нелюбовь к неоконченным делам разделяли обе личности, так что можно было рассчитывать, что начатое будет доведено до конца. В общем, парень носился по лагерю, пытаясь как можно быстрее переделать кучу дел: в конце концов, время — самый ценный ресурс…

Сперва он нашёл Бэтмэна и договорился с ним о совместном проведении разведки; «тёмный рыцарь» не возражал, и вдобавок помог найти Гаару. Песчаный шиноби, в свою очередь, помог отловить неуклонно ускользавшего младшего брата.

После разговора с «коллегами» — добавившего в копилку Шикамару информацию о паре новых техник — Антон вернулся к своей группе. Веталь снова спал, Карура тоже устроилась по соседству, но, судя по движениям ушей, даже во сне отслеживала происходящее вокруг. Впрочем, будить никого парень не стал, просто реквизировал пустые фляги товарищей — они имелись у всех троих, но если наполненная чистой водой фляга самого Шикамару была всё ещё полна, то Карура-Ксения и Веталь свои опустошили чуть ли не сразу. К слову, у первой в ней было что-то вроде браги, а у второго — какой-то травяной настой, слегка отдающий мятой.

Как бы там ни было, кто-то из попаданцев организовал возле центра лагеря источник с чистой водой, которой Антон вымыл и наполнил фляги. Так, ещё было бы неплохо небольшой НЗ пищи, но этим обещал заняться Бэтмэн, к тому же в запасах жилета имеется несколько питательных пилюль. А вот гнома-рунолога стоит проверить… Без амулетов выступать в разведку слишком рискованно.

Гномы — все трое, включая алхимика — увлечённо возились с мечом Каруры, не обращая внимания на подошедшего шиноби. Антон кашлянул, однако троица его проигнорировала, увлечённо переговариваясь друг с другом на языке, напомнившем Антону немецкий.

— Ребята! — позвал Антон. Гномы не прореагировали и на это, тогда парень просто потряс ближайшего за плечо. Коротышка недовольно обернулся.

— Ни минуты спокойной — проворчал он. — Чего тебе ещё?

— Я насчёт амулетов. Нам разведку проводить…

— А, это… Держи. Только сразу предупреждаю — ментальная защита рассчитана на гномов, так что может работать неважно. Зато я добавил руны от сырости и для сохранности одежды. Болота всё-таки…

Гном достал из широкого кармана четыре покрытых рунами металлических диска и протянул их Антону.

— Просто держите их возле тела.

— Благодарю — кивнул парень. — А что с мечом Каруры?

— Эта… штука — похоже, гному не нравилось называть оружие Каруры мечом — интереснее, чем кажется. Само по себе дрянь; металл дрянной, и выковано так, как только орки умеют портить, ну ещё люди иногда. Но вот только… Похоже, эта железяка отведала крови то ли мелкого бога, то ли сильного духа. А это сказывается, да… По-разному, но всегда интересно.

— Понятно… — пробормотал Антон. Значит, Карура — из времени уже после истории с Воспеваемым… — И долго вы его будете изучать?

— Долго — буркнул гном — особенно если будут отвлекать…

И он снова повернулся к мечу.

«Понятно. Карура пока что неактуальна, разве что раздобыть ей новый меч. Хотя это, в принципе, не проблема, да и нужно учиться работать в команде. Вопрос в другом — звать ли Шики? Лайнер будет полезнее в лагере, где есть возможность анализировать магию, а вот Александр-Шики… Нужно кое-что уточнить».

Обладателя Глаз Восприятия Смерти долго искать не пришлось; Александр-Шики обнаружился в том же месте на краю лагеря. Парень уселся спиной к дереву и задумчиво смотрел на лагерь.

— Привет. Держи — протянул ему один из амулетов Антон. — В разведку пойдёшь?

Александр удивлённо глянул на него, хмыкнул.

— С начала и подробно, пожалуйста.

— Лагерь нужно переносить, с этими пиявками жизни не будет, да и вообще место не лучшее. Соответственно для поиска нового места и изучения мира и его жителей создаются группы разведки. Помимо основной цели это неплохая практика командной работы и возможность тебе удалиться из поля зрения Кащея. Ты же умеешь ходить по лесу-болоту?

— Шики умеет… Немного.

— Значит, вопрос в твоём желании. Так что скажешь?

Александр задумался. В принципе, парень искренне считал, что лучше заниматься чем-то полезным, чем без дела болтаться в лагере, а здесь дел для него не было; с другой стороны, разведка — действительно полезное и актуальное дело… Он кивнул.

— Хорошо. Как-то посоветуешь подготовиться?

Антон отрицательно мотнул головой.

— Амулет я тебе уже дал, НЗ занимается Бэтмэн. Встречаемся с ним, забираем Каруру, и выходим.

— Карура — это которая… с ушами? — уточнил парень.

— Угу, нека… Тогда подожди здесь немного, мы тебя заберём.

Александр снова кивнул, и шиноби двинулся выполнять остальные поставленные задачи. Временный меч для Каруры и «жучок». После некоторых размышлений, шиноби решил пока что ограничиться одним, на себе. Когда их можно будет использовать для связи между собой — другое дело, а пока что достаточно одного, чтобы дать сигнал в лагерь о ЧП. К тому же остальные могут и не согласиться таскать на себе «подслушивалку».

Сперва — к шаману; с ним всё прошло быстро и гладко. Затем — меч…

Старший алхимик, к которому Антон обратился с просьбой сделать меч, сперва обложил его матом — парень выглядел выдохшимся — но когда шиноби спокойно объяснил ситуацию, Элрик с досадой плюнул, скривился, и смастерил-таки требуемую копию. Сам Шикамару эту бандуру и поднять-то не мог, так что следующим он забрал неку. Сразу брать с собой не стал, поскольку не был уверен, что алхимика удастся уговорить… Ему всё больше казалось, что он выполняет какой-то длинный и запутанный квест. Ещё доложить Кащею о выходе отряда и его составе — тёмная полуэльфийка записала данные, и сообщила, что на разведку уже успел отправиться дампир Ди.

Впрочем, суета и беготня, которые он искренне ненавидел, быстро закончились. Неприятно было ещё и потому, что суету допускает только плохой организатор, а плохим организатором Шикамару быть не хотелось. Не то, чтобы его ело честолюбие, просто… это было неправильно и дисгармонично. Однако пока что приходилось рассчитывать в основном на себя, так что успеть сразу везде было просто невозможно… Тем более, когда есть только устная связь. В пределах видимости.

В любом случае группа из четырёх человек… существ вышла из лагеря, в противоположном от избранного дампиром направлении. Правда, тролль утверждал, что там нет ничего интересного, только тянутся болота, но — доверяй, но проверяй…

Болота. Комары, сырость и подозрительные голоса, а также разведчики

Шикамару ещё раньше заметил один любопытный феномен: несмотря на мягкий грунт и массивный меч, Карура практически не оставляла следов и не продавливала землю. Собственно, если бы не это, он бы её и не взял — с тяжестью её меча по болотам ходить слишком опасно. Деревьев в этом направлении становилось всё меньше, а сами они мельчали, и вскоре даже далёкому от природы человеку было очевидно — это именно болото, и ничто иное. Не особенно топкое, но сырое и наполненное полчищами комаров и звонким лягушачьим кваканьем. Бэтмэн и Карура каким-то образом ухитрялись двигаться, не проваливаясь во всё чаще попадающиеся бочаги и скопления полужидкой грязи, притворяющейся грунтом; для шиноби, способного ходить даже по воде, болотистая почва и вовсе не представляла проблемы, а вот Александру приходилось непросто. К счастью, гномий амулет исправно работал и на непромокаемость, да и двигался парень аккуратно, но всё же он оказался самым медленным в группе.

А вот комары донимали всех — ну, кроме Бэтмэна, возможно. В лагере их было мало, но стоило немного отойти, как на разведчиков набросились целые эскадрильи крылатых кровопийц. При первом же появлении этого противника Шикамару поделился со спутниками имевшимся среди его снаряжения средством от комаров, и оно даже подействовало, но — увы, эффект оказался недолгим… Уже через какие-то полчаса атака возобновилась с новыми силами. Фармацевтика Конохи спасовала перед местными комарами….

Нидлер Канти был магом одного из отрядов авантюристов, что довольно регулярно отправляются в Нифгардские болота за той или иной добычей. Его отряд, признаться, больше походил на обычных охотников, чем на искателей приключений и сокровищ; в принципе, они и промышляли в основном редкими животными и растениями, которые встречались на болотах. Сам Нидлер был геомантом. Не одним из тех недоучек, что называют себя «повелителями земли», а на деле немногим отличаются от деревенских ведьм; нет, он был настоящим геомантом, специалистом по магическим энергосистемам. Но тоже недоучкой. Оно и не удивительно — с чего бы ему иначе участвовать в промысле на болотах? У доучившихся магов есть работа поинтереснее и повыгоднее… Да и побезопаснее.

Нет, Нидлер был весьма неплохим магом для своего уровня, и это довольно долго позволяло его отряду безопасно возвращаться из походов на болота, получая небольшие, но ощутимые деньги. И именно это умение позволяло ему всё ещё сохранять твёрдый ум, крепкую память и даже достаточно широкие возможности, которыми он и пользовался, чтобы хоть как-то разнообразить своё существование. Вот и сейчас раскинутая им на болотах сторожевая сеть сообщила о приближении группы существ. В здешних условиях было сложно определить, кто именно пожаловал, но, судя по всему, это были люди. Причём — без мага. Нидлер довольно ухмыльнулся: ожидается развлечение….

— Впереди несколько деревьев и остатки какого-то строения — сообщил Бэтмэн.

— Вижу — кивнул Антон. — Стоит проверить. Только осторожно, там может кто-то жить… Не аборигены, так звери.

Грунт здесь был посуше, так что неудивительно, что нашёлся кусочек земли, подходящий для строительства. Правда, лагерь располагался в более удобном месте, так что перемещаться сюда точно не стоит, но с удачей можно будет найти ещё одного «языка» и сравнить его информацию с тем, что рассказывал тролль. Шансов мало, но вдруг кто-то всё же поселился на кусочке тверди?

Карура и Бэтмэн, как более профессиональные бойцы, выдвинулись вперёд. На болоте не было укрытий, а интересующее их место ещё и слегка возвышалось над местностью, так что если там кто-то был, их наверняка уже заметили…

— На всякий случай, будь готов — сообщил Антон Александру, тот кивнул.

— КТО ВОШЁЛ ВО ВЛАДЕНИЯ ВЕЛИКОГО НИДЛЕРА??? — неожиданно громогласно раздалось со всех сторон.

— Просто путешественники — отозвался Шикамару. — Которых занесли сюда превратности судьбы. Не подскажете ли вы, как нам выбраться из этих болот?

— ХОРОШО, Я РАССКАЖУ, КУДА ВАМ ИДТИ. НО СПЕРВА ПОСЕТИТЕ МОЙ ДОМ И РАССКАЖИТЕ, ЧТО ТВОРИТСЯ В МИРЕ. ЗДЕСЬ ТРУДНО УЗНАВАТЬ НОВОСТИ ИЗ-ЗА ГРАНИЦЫ БОЛОТ…

В развалинах, к которым и двигалась четвёрка, загорелся свет. Земляне переглянулись; ситуация была явно подозрительной. С другой стороны, если здесь кто-то живёт, новости и впрямь должны интересовать… А информация для сравнения интересовала самих попаданцев. #Что же до способности разведчиков постоять за себя, Шикамару расценивал её как высокую. Он кивнул.

— Будем рады поделиться теми немногими новостями из-за грани болот, что известны нам — произнёс Шикамару вслух. Разведчики в том же порядке — Карура и Бэтмэн впереди, Шикамару и Шики позади — двинулись к руинам, стараясь быть готовыми к любому повороту событий. Однако грунт под ногами не проваливался, ничего смертоносного в них не летело, и монстры не спешили набрасываться на четвёрку попаданцев…

Останки здания — похоже, невысокой каменной башни — уже были хорошо видны, но ничего живого заметно не было. Источник света, похожего на солнечный, тоже был непонятен. Шикамару сделал ещё несколько шагов… и внезапно всё вокруг поменялось. Исчезли сырость и грязь, исчез неутихающий звон комаров; вместо унылых развалин перед четвёркой разведчиков стоял небольшой замок с развевающимися на башнях флагами.

— Шики, можешь взглянуть? — негромко спросил Шикамару, сложив руки перед грудью в печатях дзютсу рассеивания, главный известный ему метод борьбы с иллюзиями.

Парень на секунду сдвинул очки.

— Кажется, это иллюзия — отозвался он, возвращая их на место. — Хотя я не могу быть уверен…

— Будь готов её убить.

Шики кивнул.

Четвёрка вошла в открытые ворота замка. Высокие двустворчатые двери перед ними беззвучно отворились, обнаружив за собой короткий коридор, в конце которого был виден просторный зал с высоким троном у дальней стены. На троне кто-то сидел, а по сторонам от него были заметны массивные фигуры троллей, облачённых в доспехи.

Внутренне пространство тронной залы поражало роскошью. Стены и потолок украшали выложенные золотом и драгоценными камнями картины; впрочем, на взгляд Антона, довольно безвкусные. Пара огромных люстр, состоящих из тех же материалов; огромный ковёр во весь пол с ворсом по щиколотку. Короче, выпендрёж.

— ЗДРАВСТВУЙТЕ, ГОСТИ! — прогрохотало в помещении, и разведчики остановились посреди зала. — ПОВЕДАЙТЕ ЖЕ НОВОСТИ ИЗ ВНЕШНЕГО МИРА!

На взгляд Шикамару, это звучало чрезмерно пафосно, однако кто знает — возможно, здесь действительно так принято. Он переглянулся с Бэтмэном, и тот взял слово.

— Здравствуйте и вы, уважаемый Нидлер. Вот что мы знаем из происходящего за пределами болот…

Он начал пересказывать рассказанные троллем новости, точнее, те из них, что были относительно свежими.

— ПОНЯТНО… — раскатисто произнёс хозяин замка, выслушав недлинную речь. — О ДОРОГЕ ЖЕ ИЗ БОЛОТ Я МОГУ СКАЗАТЬ ВАМ СЛЕДУЮЩЕЕ… ОТСЮДА НЕТ НИКАКОЙ ДОРОГИ!

Двери тронной залы с грохотом захлопнулись; наполняющий её свет резко потускнел и поменял тон. Теперь в помещении преобладало кроваво-красное свечение, источаемое рубинами в стенах и потолке.

— Шики! — резко произнёс шиноби. Тролли сдвинулись с места, Карура подняла меч, но в этот момент Шики одной рукой сдвинул очки, а другой выхватил из кармана нож. Со щелчком выскочило лезвие; взмах, рассекающий воздух — и багровый свет, тролли, даже сама тронная зала — всё исчезло. Разведчики стояли перед остатками разрушенной башни, а перед ними парила просвечивающая, словно сотканная из дыма, человеческая фигура.

Руки шиноби задвигались, складывая печати, но Шики оказался быстрее. Его нож снова мелькнул и замер в паре миллиметров от «тела» призрачной фигуры. В следующий миг тени лентами взметнулись с земли вверх, как змеи вцепившись в нижнюю часть призрака. Дзютсу сработала…

— Твою мать… Всё-таки маги. — упавшим голосом произнёс призрак. Попытался дёрнуться, но тени держали крепко. — Ну нету у меня сокровищ, нету… Откуда у бедного призрака деньги? Ничего ценного нет, мест с кладами тоже не знаю…

— А местность? — спросил Бэтмэн.

— Местность знаю — согласился призрак. — Немного.

— Рассказывай..

Сведения, изложенные призраком, совпадали с тем, что говорил о местности тролль, так что, похоже, оба говорили правду. Оба сходились в том, что ничего подходящего для лагеря на приемлемом расстоянии нет; самое подходящее место — как раз этот холм с развалинами, но он хуже того, где лагерь расположен сейчас. Вообще, выяснив, что изгонять или ещё как-то уничтожать его вроде как не собираются, призрак стал разговорчивым. Как он сам заметил, на болотах мало с кем можно поговорить…

— Здесь вообще можно встретить три категории относительно разумных существ — сообщил он. — Троллей, авантюристов, и дураков. С первыми мы друг друга не интересуем, вторых интересует в первую очередь заработок, к тому же они могут быть опасны, а третьи… Ну о чём можно поговорить с идиотами, лезущими в Нифгардские болота без магической поддержки? Разве что последние новости узнать да попугать немного… Хоть какое-то развлечение.

— За последних ты нас и принял — хмыкнул Бэтмэн.

— Каюсь, ошибся — признал призрак. — Кто вы, вообще, такие?

— Четвёртая категория — улыбнулся Антон.

— В общем, нам нужно возвращаться — подытожила Карура. — Давайте его прихватим с собой, там и расспросим поподробнее… Тем более, если он при жизни был магом, глядишь, и пригодится чем-то… И ему с кем поговорить найдётся.

— Согласен — кивнул Шикамару. — Надеюсь, ты можешь отсюда удаляться?

— Я всё-таки маг — пожал плечами призрак, с явным любопытством глядя на уши неки — хоть и мёртвый. А уж преодолеть ограничение места сможет даже начинающий геомант… Во всяком случае, если есть достаточный резерв энергии. А в Нифгардских болотах её достаточно. После того, что здесь когда-то творилась, она аккумулировалась в земле, воде… Да во всём. Потому и живность здесь такая… Специфичная. Вот мы, в своё время…

Антон хмыкнул. Похоже, призрак был отчаянно рад возможности выговориться…

Перевёртыш. Бурная организационная деятельность

Вместо вступления к эпизоду.

— Целый день со мной всякая фигня происходит.

— Так ещё утро!

— А я специально пораньше встал, чтобы со мной побольше всякой фигни произошло..

— Ну, и как тебе? — поинтересовался новоявленный зеленорожий связист. Рядом, на удачу, никого не было.

— Супер, — я поднял оба больших пальца.

— А как оно работает?

— Ну, я вызываю мелкого духа, и… — начал разъяснять шаман.

— Не, ты не понял. — Замотал я головой.

— Как этим пользоваться, вот что я имею в виду.

— А, ну всё просто. Называешь про себя того, с кем хочешь связаться. Или представляешь, или пальцем показываешь — и говори, сколько влезет.

— Вслух говорить?

— Можешь вслух, можешь про себя — услышат.

— А сразу со многими говорить?

Ркрыг покачал головой.

— Не совсем. Говорить многим — можно. Слушать многих не получается.

— Почему?!

Орк щёлкнул пальцами… И появившийся в голове многоголосый шёпот за несколько секунд вырос в рев сходящей лавины.

Снова щелчок пальцами, как только я скривился от непереносимого грохота.

— Понял?

Я потряс головой, выкидывая запоздавший шум.

— Нет.

Ркрыг вздохнул и начал поучающим голосом:

— Чтобы дух мог взять свою «зарплату», он должен донести до тебя сообщение. Если тебе в это время приносит своё сообщение другой дух, то опоздавший старается его перекричать… Теперь понял?

Я подумал, глянул на небо и сообразил:

— Слушай, а в очередь их как-то ставить можно?

— Не сейчас… Может, потом.

— А с сигналкой как?

Серёга недоуменно глянул на меня.

— Что? А, ты это имеешь в виду… Да, при наличии опасности для носителя или, там, боевой ярости у него же — дух начинает орать всей своей банде. Недёшево мне это обошлось, но работать будет.

— А слушать кого-то одного, не влезая в разговор, можно?

— Можно.

— Тогда, друг мой Серёга, назначаю тебя ответственным за информацию.

Он вылупился на меня как не знаю на что.

— Ну что ты смотришь. Вот так и начинались всякие гестапо. Будешь за связью следить, информацию собирать, слухачом поработаешь…

— Я?!!

— Ну не я же. Ну что, ещё утром ты был вольным шаманом, а сейчас уже начальник отдела в свежесозданной службе безопасности. Поздравляю с повышением.

— Иди ты в ***. — душевно выразился орк.

Посидели, помолчали в разные стороны.

— Да, забыл уточнить. Начальниками для тебя — я и Кащей, а подчинёнными — все, кого сможешь при нашем участии уговорить.

— Ты — и начальник. Офигеть. — и орк покачал головой.

— Неправильно говоришь. Ты — и вдруг начальник. — усмехнулся я.

— Я! — вскинулся шаман.

— Я сорок лет по степи племя Одинокого Орла водил, моё племя сотню сабель в худшие годы выставить могло! На сходе первым шаманом выбирали не раз, пятнадцать учеников меня добрыми словами вспоминают! Не тебе меня учить, молокосос.

— Конечно, не мне. — я скрипнул зубами. Сжатые кулаки покрылись чешуёй.

— Но если из-за тебя, из-за твоих действий или недеяния с отрядом что-то плохое случится — честью, здоровьем и жизнью отвечать будешь, не будь я человеком! — последние слова я негромко проорал ему в лицо, вскочив на ноги и нависая над шаманом. Трансформа задержалась на половине, не затронув лица, но успев превратить меня в чешуйчатое подобие латника.

Шаман даже не дрогнул. Он только ухватил левой рукой ритуальный кинжал и легонько ткнул себя в правую ладонь. На зеленоватой коже выступила капля крови.

— Кровью рода и силой шамана клянусь — все силы и умения приложу для блага отряда. Принимаешь ли ты, Перевёртыш, мою клятву?

— Я принимаю её. — и две руки, зеленокожая окровавленная и моя розовокожая, очистившаяся от брони, сошлись в рукопожатии над остывшими углями..

Через некоторое время до нашего угла добрался Шикамару. Запыхался аж, бедный.

— Связь. — коротко выдохнул он шаману.

— Указываешь на цель именем, жестом или образом. — терпеливо заговорил тот.

— И говоришь — вслух или про себя. Всё. Духов я уже привязал почти ко всем.

— И это «жучок»?! — удивился тот.

— Вместо подслушки получилась связь. А сигналка на месте. — пояснил я.

— Понял. — за ниндзя или, как его там, шиноби, разве что пыль не взвихрилась.

— Слушай, шаман. — с показной ленцой произнёс я.

— А зачем тебе связь, если не пользуешься?

— Это разве связь… — протянул Ркрыг.

— Да любой колдун установит канал для связи лучше, чем мои духи. Даже я способен, не используя духов, послать зов за несколько десятков километров. Но, увы, только до другого колдуна или хоть как-то одарённого. А здесь… — и он погрузился в мечты.

— Я просто имел в виду — может, эту инструкцию через сеть духов и разослать, чего зря языком трепать? И кстати, что ты имел в виду — почти ко всем?

Орк, уйдя в лёгкий транс, ответил:

— Есть у нас несколько персон, к которым мои духи отказываются приближаться. Кащей, дампиры, кто-то из чародеев. Надо будет подумать… — и, казалось, задремал..

Пока Серёга, зависнув в трансе, занимался своими особыми делами, я обдумывал только что пришедшую мысль

«Клятва… Единственный способ здесь хоть как-то гарантировать действия не совсем дружелюбных разнородных существ. Всех зацепить клятвами — сложно. Но командиров — придётся. А консультировать меня будет опять же шаман, как местный аналог юриста.»

Шаман тем временем вернулся в себя и потянулся к котелку.

— Ркрыг, у меня последний вопрос остался — как сообщение группе отправлять, а не только адресату?

— Задолбал уже. — вздохнул тот.

— Ну, перечисли адресатов, или обзови их всех как-нибудь. Типа сообщение эльфам или там оркам. Хватит?

— Всё, спасибо. — ну, теперь пора идти..

Поиски командиров я начал с того самого монаха. Мастер рукопашного боя умудрился испариться в неведомом направлении за тот час с лишним, что прошёл с момента нашей учебной схватки. Пришлось напрячься и воспользоваться мобильником.

«Мастер?»

Среди мыслей льдинкой всплыл ответ:

«Слушаю тебя, перевёртыш.»

«Кто из воинов занимался организацией патрулирования и обороны?»

«Князь светлых эльфов Вольт, старейшина гномов Двалин и воевода Береск.»

«Благодарю, мастер»

Я «отключился» и помотал головой. Нет, телепатия это не про меня — думать вслух неудобно.

Этих троих я уже знаю, по крайней мере — видел. И чего с ними сейчас делать? Если всё в норме, то о системе связи они уже знают. В глаза им посмотреть, что ли? Или лучше официально подъехать?

Запрыгнул на дерево, осмотрелся. Ага. Вон Кащей с Тайарой что-то обговаривают. Вас-то, тёмную пару, мне и надо..

— Кащей, есть новости.

Чёрный рыцарь, мило общающийся с тёмнокожей клептоманкой, неохотно повернулся ко мне. Тайара, довольно щурясь, осталась у него в объятьях.

— Что за новости?

— Мобильника тебе не будет.

Он недоумённо уставился на меня, выражая лицом «Эт-то что за глупая шутка?».

— Шаман Серёга говорит, духи-связисты к тебе подходить опасаются. Ну и к некоторым другим тоже.

— Разберёмся. — рассудительно ответил тот.

— Ещё что?

— Ну… Я думаю, наших силовиков ты сам построишь, а про систему связи они уже должны знать.

Тайара удивлённо взмахнула ресницами и спросила:

— А почему я про неё ещё не знаю?

Меня неудержимо потянуло съехидничать, при виде этой довольной мо… личика.

— Ну как отлипнешь от начальства, так и узнаешь, а пока вас и духи не различат, при таком желании сблизиться.

Кажется, это я зря сказал. Кащей потянулся к своему мечу, а Тайара — тоже куда-то. И выражение лиц у них поменялось на… не очень доброе.

— Всё-всё, я понял, умолкаю, не то по шее получу…

— Шутник, твою мать. Исчезни с глаз моих, и иди — подвиг совершай. — выдохнул Кащей.

Шуточно отмахнув правой лапой от виска, я упрыгал. Подальше, а то мало ли..

Впрочем, сильно далеко уйти в пределах лагеря не получилось. Зато я вспомнил про наших чародеев, и пожалел, что забыл предложить Кащею идею с клятвой. Впрочем, сейчас ему совсем не до этого… Эх.

Так, забудь пока про девчонок, обормот, сначала дело.

«Какие…!» — пролетела в мгновение ока мысль, пока я провожал взглядом проплывающую мимо шикарную грудь… улыбающейся дроудессы. Меня при виде её улыбки аж потом прошибло, аж большая часть игривых мыслей вылетела. Зато остальные вернулись к делу.

Насколько я помню, на должность мастер-координатора магов можно предполагать в первую очередь пожилого чародея в тёмном, опыта у него наверняка немеряно. Ещё, как его, Люта Райнера — аватару Уробороса, он вроде бы должен быть сильнее прочих, и в качестве неслабого, то есть неслабой, одиночки — эту самую жрицу-дроу. Она уж точно интриговать будет только за себя.

Брр. Так, пойду-ка я по возрасту, с самого молодого. Где этот аватара?.

Чародей обнаружился в тени за автобусом. Спящий. Я даже и не знал, что так крепко можно спать на сырой траве.

— Вставай, Лайнер.

— Отстань, Шикамару. — пробормотал тот, не открывая глаз.

— Шикамару в разведке, я за него. Вставай.

Колдун нехотя открыл глаза и поднялся на ноги.

— Ты кто?

Я протянул уже закованную в броню руколапу.

— Хамелеон, перевёртыш. Будем знакомы.

Тот с некоторой опаской пожал шипастую ладонь и снова уставился на меня. Да что у него за взгляд такой, не особо живой… И какие-то символы на радужке выгравированы.

— Ну и чего надо?

— Да ты вроде как могучий колдун, целый аватара. Какой-то стигмой владеешь… Не согласишься занять трудный, но важный пост мастер-координатора всех магов отряда?

— Бли-ин, я знал, что к этому придёт — уныло произнёс он. Затем неожиданно ободрился.

— Знаешь, я не могу решать. Спроси у Шикамару, что он по этому поводу думает. А я, пожалуй, ещё посплю.

И ведь так и сделал. Отвернулся, сел на землю у дерева, прислонился к стволу спиной и снова задремал.

Мда, с молодым да ранним не вышло. Попробуем найти других..

Дроу видно не было. Зато волшебник в чёрном попался на глаза почти сразу. А как иначе, если он мимо проходил?

Несмотря на все мои навыки, я едва успел поймать целеустремлённо двигающегося колдуна за плечо.

— Мастер не-знаю-как-вас-там, не могли бы вы…

— Моё имя Ксардас. — ответил тёмный, поворачиваясь. И как-то прищурился, разглядывая меня. Да что за дела, и этот норовит во мне дырку провертеть.

— Ещё один магический оборотень, любопытно… Да, я слушаю.

Чего-то он мне уже не нравится. Понятно — опытный, понятно — сильный, знает наверняка много… Наверняка зубр и в делах кабинетных. Вот как такого контролировать? Кто из наших с этим справится? А если его не выдвинуть на должность, не станет ли он в оппозицию отряду?

Точно. Его — главным, а в заместители — дроу. Будет противовесом. Не знаю как по силе, но по характеру — оба тёмные. Оба себе на уме — и друг за другом присмотрят в оба глаза. Правда, могут и сговориться… Приму как необходимый риск.

— У ме… кхм, у нас есть предложение. Предложение должности мастер-координатора магов отряда.

Некромант резко дёрнулся. Чуть-чуть, но я заметил.

— Во-первых: почему я? Во-вторых: у кого это «у нас»? — отрывисто спросил он.

— Идея подойти к вам, честно, моя — но мне предложил этим заняться Кащей. А почему… Ну всё дело в том, что вы, по сравнению с прочими магами отряда, выглядите и наверняка являетесь наиболее опытным и могучим чародеем. Вы это уже показали нам, и не раз.

— Далеко не факт, молодой человек… — протянул Ксардас.

— И в чём же заключается ваше предложение?

— Заняться вашим обычным делом. — я пренебрежительно махнул рукой.

— Превратить сборную солянку молодых, могучих, но одиночных магов в нормально работающую команду. Притом нормально работающую на благо отряда и без отрыва от него.

Маг открыл рот… Закрыл. Посмотрел на меня внимательно ещё раз.

— М-да. Как я понимаю, все вопросы — к Кащею?

— Вы правильно поняли. — я вытер виртуальный пот со лба.

— Только остаётся один момент. Когда вы согласитесь, вы должны будете принести клятву. Исключительно для нашей общей пользы. — под конец фразы я непозволительно зачастил, буквально вдавливаемый в землю его тяжёлым взглядом. Это же… Чёртов псионик!!!

«Зверь!!» — лёгкий туман проскальзывает перед взглядом, и я уже готов к бою. Боевое бешенство алой пеленой закрывает разум, сжимаются шипастые кулаки, я начинаю сжиматься для прыжка…

Некромант отскальзывает на несколько метров назад и выставляет в мою сторону обе открытые ладони.

— Спокойно, спокойно. Это тоже… Исключительно для нашей общей пользы.

Ах ты ж какая подлюка… Ладно. Некромант не выказывает никакой угрозы, и продолжает неподвижно стоять в этой позе «мир вам». Поверю. Сброс.

Ярость и боеформа ушли, но некоторое подозрение остаётся. Впрочем, чародей уже спокойно повернулся и пошёл в сторону любимого Кащеева места. Я догнал его и пристроился рядом.

— Скажите, Ксардас, а что вы имели в виду под словами «ещё один магический оборотень», когда увидели меня? — максимум интереса во взгляде и словах. Навык, отработанный в студенчестве… Не помню только чьём — моём или перевёртыша.

— А, ну это просто объяснить. — Ну точно профессор. Знакомые интонации.

— В лагере присутствует ещё несколько оборотней, вы наверняка их видели.

— Да. Я уже видел братьев-медведей.

— И не только они. — Кивнул Ксардас.

— А кто ещё?

— Наруто и Гаара, конечно.

Я подзавис. Этих двоих я считал чародеями.

— Эээ, а можно узнать, почему вы… Нет, не так. Почему они оборотни?

— Потому что они могут принимать облик своей второй ипостаси. — терпеливо пояснил маг.

— Может, разъяснить слово «ипостась»? — продолжил он с некоторой ехидцей.

— Нет, не стоит. — На автопилоте ответил я. Потом поймал мысль за хвост…

— А какие у них отличия, например, от меня?

— Самое главное отличие — это стабильность второго облика. — маг прищурился, вглядываясь в меня.

— У тебя он нестабилен и… Да, похож на облако.

Это мелочи, особенности умения маскироваться. А…

— А как же их колдовство?

— Все магические оборотни умеют чаровать. По-своему, но умеют. — Пожал плечами чародей, говоря как о чём-то само собой разумеющемся.

— А я не умею.

— Учись и будешь уметь. — Уже раздражённо рыкнул тёмный маг..

Внезапно у меня под черепом раздался мелодичный голос. Голос дроу…

«Чешуйчатый, слышишь меня?»

И у меня в который раз за сегодня нехорошо зачесалась спина, по которой прошёлся дровский кнут.

Нифгардские болота. Более-менее чистый ручей. Охотники за всем, что подвернется под руку

Сэр Антуан де Лефери, де Минол де Крусад бодро чавкал по пусть и не слишком быстрой, но, главное все-таки текущей и даже местами просматриваемой воде. Младший отпрыск захудалого рода, владевшего лишь тремя деревнями и землями вокруг них, он с детства знал свою судьбу. Стать наемником и, если получится, заслужить или отвоевать себе более достойное владение. Жизнь, правда, внесла свои коррективы. Те, к кому поступал на службу молодой дворянин, как-то не спешили раздавать наделы направо и налево, и если и начинали войны, то добыча с них уходила куда угодно, но только не в карманы тех, кто проливал в них кровь. А потому одним прекрасным днем молодой командир вместе с несколькими преданными лично ему солдатами послал службу высоким идеалам и разнообразным королевствам подальше и стал охотником за сокровищами. Работа, конечно, поопаснее, чем регулярная служба, но и заработки не в пример выше. После нескольких относительно удачных вылазок, когда прибыль от продажи трофеев с лихвой перекрыла плату за найм новых людей взамен выбывших по разнообразным причинам (чаще всего из-за пропажи в желудках многочисленных монстров), дворянин в этом окончательно убедился. Теперь он мог позволить себе многое. Дорогое вино, которое раньше видел лишь на столах командиров, прекрасных женщин, ранее принципиально не замечавших скромного служаку, не обремененного деньгами и славой, магические артефакты, делавшие риск отправиться раньше времени на тот свет намного меньше… Да у него в отряде даже было целых два чародея! Вернее, полноценный маг, пусть и самоучка, чье волшебство было опасно и для союзников и для противников, и его ученик, с еще более непредсказуемой волшбой, но, тем не менее, на регулярной службе и того не было!

Антуан остановился и внимательно оглядел свой отряд, отважно шествующий за своим командиров по много раз проклятым Нифгардским болотам. Пятнадцать человек и два выше упомянутых волшебника. Каждый, кроме чародеев, отменно вооружен и несет за спинами алебарду, копье или тяжелый арбалет, а на поясе короткий меч или длинный кинжал. Двое или трое тащат неимоверно прочные сети, свитые из зачарованных веревок. Молодой дворянин всегда был не глупым человеком и быстро сообразил, что древние руины хоть и могут сказочно обогатить разом, но зато просто безумно опасны. К тому же им уже много тысяч лет и большую их часть разнообразные искатели приключений облазали вдоль и поперек. А те места, куда не добрались за такую бездну времени, защищены столь хитроумными ловушками и чарами, что лучше бы к ним и не приближаться вообще. Без собственной гильдии магов, которых можно послать на убой, по крайней мере.

А вот болотные монстры это просто твари. Пусть сильные, живучие и хитрые, но разумом из них обладают только тролли. Алхимики же за ингредиенты, добываемые из чудовищ, платят щедро, к тому же их количество всегда остается большим. Временами даже чрезмерно, и тогда приходится спешно уносить ноги. А уж если удастся живого монстра приволочь, то это вообще хорошо, разнообразные зверинцы любят показывать посетителям самых необычных тварей, которые, к сожалению имеют обыкновение вдали от привычной себе среды регулярно дохнуть и обеспечивать его, Антуана, стабильным заработком.

Идущий первым в отряде следопыт, родившийся на самой границе болот, и знающий их опасности едва ли не лучше всех в мире, остановился и предостерегающе поднял руку. Отряд немедленно замер и ощетинился во все стороны оружием. Заскрипели вороты взводимых арбалетов. Антуан считал, и подчиненные с ним с готовностью соглашались, что любую опасность лучше встречать стальными болтами раньше, чем она до тебя доберется и оттяпает что-нибудь нужное или хотя бы ценное как память. К тому же лучше потерять несколько монет, продырявив какой-нибудь ценный орган болотного монстра, чем человека, который может тащить добычу, помогать отбиваться, и, самое главное, с течением времени приобретает ценный опыт, помогающий охотиться на еще более опасных тварей или избегать их. Что пусть медленно, но верно ведет к увеличению доходов его, Антуана. Конечно, в болоте хватало мест, где той же алебардой просто не размахнуться, да и некоторые твари, особенно те, что любили присасываться к коже, требовали совсем иного подхода… Но на подобные случаи у искателей сокровищ имелись короткие мечи и кинжалы, а у самых опытных еще и артефакты, способные удивить чересчур голодного и наглого монстра языками негасимого огня, дуновением жуткого холода, ударом ураганного ветра, магическим отравлением или еще чем-нибудь столь же неприятным.

В общем-то ситуации, подобные этой, случались и раньше, причем очень часто. Обычно тревога была ложной. Иногда отряд окружал не слишком хорошо притаившееся чудовище и начинал на него охоту. Бывало и так, что стремительная тень, чьи очертания разглядеть было сложно от недостижимой нормальному человеку скорости, выхватывала из рядов людей одного или двух несчастных и утаскивала к себе на обед. Вот только место этой остановки было… необычным. Неглубокая текущая вода, как это ни парадоксально, была одним из самых безопасных мест на болоте. Ловчие усы, корни и щупальца в ней сносило, а потому там их и не любили раскидывать твари, предпочитающие нападать из засады. Тонкий слой воды не мог скрыть перемещения крупных объектов, а мелкие стаи, опасные своим числом, не любили ее за то, что там они сами становились добычей некрупных хищников из-за излишней, по сравнению с остальным болотом, прозрачности.

— Что там? — спросил Антуан следопыта.

— Не пойму, — ответил он, внимательно принюхиваясь. — Странный аромат… выше по течению. И в воде какая-то необычная муть.

— Действительно, — произнёс подошедший к нему маг, крепко сжимающий в руке вырезанный из темного дерева короткий жезл. — Чем-то пахнет тут таким… необычным. Цветочный аромат вроде, и, пожалуй, что не один.

— Действительно, — в свою очередь втянул воздух Антуан. — Хм… знакомое сочетание. Я подобное уже нюхал, только никак не вспомню, где…

— Да это ж мыло! — ахнул ученик чародея, наклоняясь и внимательно рассматривая проплывающие мимо него белые хлопья пены, столь неуместные посреди проклятых болот. — Цветочное! Нескольких сортов! Как в дорогом борделе! Я… ну… мне… рассказывали.

По отряду прокатились смешки и шуточки, многие также опознали принесенные течением ароматы. В подобных заведениях, причем не самого низкого пошиба, бывали практически все опытные искатели приключений, прекрасно знающие о мимолетности жизни и не любящие отказывать себе в удовольствиях.

— Это какой-то бред, — помотал головой Антуан. — Маг, проверь наш разум.

— Уже, — буркнул волшебник, действительно крутивший в руках жезл и выписывающий его слабо светящимся навершием в воздухе странные фигуры. — Никакого ментального воздействия нет.

— Учитель, а оно не может быть настолько тонким, что мы его своей не магией чувствуем? — заинтересовался ученик.

— В таком случае, — маг недовольно покосился на своего недоученного коллегу, — пора начинать молиться за упокой наших душ, ибо против подобной твари шансов нет. Впрочем, под чарами подобной силы смерти мы скорее всего можем и не почувствовать, а потому не забивай себе голову и не пугай народ.

— Неприятная перспектива, — поморщился Антуан. — Но давайте все-таки остановимся на более реальных вещах. Что может испускать ароматы и следы, похожее на цветочное мыло?

— Какое-нибудь экзотическое растение, нам неизвестное — отозвался вместо чародея следопыт. — Или все тот же бордель, который каким-то чудом занесло в эту глушь.

— И как же он сюда мог попасть? — скептически хмыкнул кто-то из искателей сокровищ.

— Некачественно обслужил обидчивого архимага, например, — предположил ученик чародея и словил таки подзатыльник от учителя, сопровождаемый словами «Да хватит тебе уже о шлюхах мечтать, оболтус!».

— Неважно что там, — решил наконец Антуан, — но на это надо посмотреть, вдруг ценное. Только на берег выйдем. Если это нечто живет в воде, то нам лучше быть на суше.

Спустя несколько сотен шагов, до ушей искателей приключений донесся какой-то шум, источник которого скрывался за высокой и на редкость густой стеной кустов. Душистая пена, очень похожая на мыльную, покрыла воду в ручье высокой шапкой.

— Внимание! — скомандовал Антуан. — Приготовиться! И не шуметь.

Искатели приключений медленно и осторожно стали приближаться к странной аномалии. Неожиданно болотный следопыт снова поднял руку!

— Вижу! — сказал он одними губами. — Там!

Проследив за его указующим перстом, Антуан увидел нечто. Нечто очень напоминало ноги человека и ту его часть, на которой он обычно сидит, облаченные в штаны ярко оранжевого цвета. Остальные части, присущие людям, в комплекте, кажется, тоже наличествовали, только был скрыты густой растительностью.

— Что это? — спросил маг.

— Скорее кто, — поправил его следопыт. — Монстры в штанах не ходят, пусть даже и такой попугайской расцветки. И он, кажется, один.

— А что тогда шумит? — все равно проявлял осторожность волшебник. — Может тут еще кто то есть? Вы же знаете, я не владею заклятьями поиска…

— Какая разница, — пожал плечами Антуан. — Раз он еще жив, то оно безопасно и даже если здесь есть еще одна команда охотников за сокровищами, нас много и мы почти без добычи, так что драки в любом случае не будет. Пошли.

Почти не скрываясь, он дошагал до тыльной части неизвестного человека и тот его присутствие явно услышал, но принимать более подобающую позу почему-то не спешил.

— Тсс! — вместо этого шикнул он. — Они что-то явно заподозрили.

— Кто они? — осведомился предводитель искателей сокровищ, с немалым трудом подавляя желание пнуть выставленный из кустов ярко окрашенный зад.

— Да тсс! И вообще идите отсюда, это мое место! — продолжал свое странное занятие непонятный человек и только на этих словах Антуан сообразил, что его собеседник довольно молод.

— Ты чего тут делаешь, сопляк?! — теряя всякую вежливость, почти вскричал он.

— Тсс!!! Сумасшедшие! — наконец-то развернулся владелец оранжевых штанов и, как оказалось, такой же куртки, действительно являвшийся подростком с немного раскосыми глазами и странными то ли шрамами, то ли татуировками на щеках, немного напоминающими кошачьи усы. — Эй, а вы кто? Я вас раньше не видел.

— Вопросы здесь задаем мы, — веско произнес подошедший вплотную с необычной находке маг со своим учеником и замахнулся на него жезлом. — Нас больше.

— Это легко поправить.

Возникшие с легкими хлопками из воздуха точные копии облаченного в оранжевые одежды парня приставили ножи клиновидной формы к горлу чародея.

— Иллюзия? — пренебрежительно бросил он.

Один из якобы фантомов слегка напряг руку и тонкая струйка крови, потекла из едва поцарапанной кожи.

— Ой! — сконфузился почему-то странный маг и толпа, состоящая из одного человека, повторенного десяток раз, подалась назад, опустив оружие, — простите я не хотел.

— Ничего страшного, я сам виноват — мгновенно сориентировался волшебник, мигом вспомнивший, что его более опытные коллеги при сильном желании могут выглядеть как угодно. В том числе и практически ребенком. — А что вы все-таки тут делаете?

— Ну… — замялся обладатель оранжевой одежды, — это сложно объяснить…

— Учитель! — раздался сдавленный шепот ученика чародея, который, как оказалось, уже принял ту же позу, что непонятный маг несколькими секундами раньше и теперь. — Учитель тут… тут… тут такое!!!

В его голосе была слышна такая гамма эмоций, что Антуан не сдержался и заглянул в просвет между ветками. Сначала одним глазком, а потом… потом у него мозги как то сами собой потеряли способность думать.

В небольшом озерке, служившем истоком того самого ручья, плескались обнаженные женщины. Вернее, нет, скорее девушки. И какие девушки! Сред них не было ни одной не красивой и далеко не все из них были людьми. Острые уши выдавали эльфиек, причем, среди них, кажется, была даже одна дроу, позабывшая за радостью купания тот факт, что ее раса все остальные народы предпочитает видеть исключительно в виде трупов или рабов. Трое или четверо прекрасных видений щеголяла хвостами. Зеленые и мускулистые орки, чьи перевитые жгутами мускулов фигуры тем не менее имели свое неповторимое очарование природной дикости, соседствовали с миниатюрными женщинами то ли карликов, то ли вообще гномов, в небольшой заводи расположилась самая настоящая дриада, а прямо по центру водоема у двоих вообще из спины росли крылья, кожистые у одной и перистые, слегка светящиеся у другой! Прекрасная демонесса, облаченная лишь в хлопья пены, намыливала голову не менее поражающий воображение обладательнице белых крыльев! Казалось, в самую середину Нифгардских болот неведомым образом попал гарем какого-то легендарного южного султана. Причем непременно легендарного, ибо обычный человек, будь он хоть трижды хозяином страны, такой цветник собрать просто не в состоянии!

— Это точно не бордель, телепортированый архимагом, — пронеслась в голове Антуана мысль. — Таких веселых домов в мире попросту нет и быть не может! Ученик мага был прав, нас зачаровало какое-то чудовище и теперь жрет, а это предсмертный бред. Но, боги, как же он прекрасен!

И тут юный чародей, под влиянием открывшегося ему зрелища, видно потерявший координацию движений, зашатался и рухнул в озеро, проломив ветки и подняв тучу брызг.

— Упс! Меня тут не было! — хором прошептали обладатели оранжевой одежды и исчезли в облачках дыма с тихими хлопками.

Секунды две стояла тишина. А затем поднялся отчаянный женский визг. Сложно сказать, чем руководствовался остальной отряд искателей приключений, но они в большинстве своем отреагировал на звук по-мужски. Авантюристы подошли к кустам, раздвинули их и замерли, сраженные открывшимся видом. А потом в них полетели боевые заклинания, кинжалы и даже некоторые из представительниц прекрасного пола, явно горевшие желанием поближе познакомиться с теми, кто за ними подсматривал.

— Точно предсмертный бред, — понял Антуан, наблюдая как из воды нечеловеческим прыжком, больше похожим на полет, приближается совершенно обнаженная рыжеволосая красотка, в чьем широко распахнутом алом ротике белеют вампирские клыки.

Лагерь. Перевёртыш. Последствия купания

«Эй… Что?! SSun pholor dosssh!!!» — донесся до меня закончившийся яростным шипением голос дроу. После этого связь прервалась — и включилась сирена.

— ТВАААААЮУУУУУУ МАААААААА…!!!

Уши оборвать инженеру недоделанному, руки из жопы вырвать ему за такую работу! Сигнализация заорала настолько мощно, что показалось — ещё немного, и можно будет собирать ошмётки мозгов по лесу.

Слава всем, которых тут нет — орать эта гадская конструкция перестала через считанные секунды. Я на секунду замер — счастье-то какое — НЕ ОРЁТ! И буквально подпрыгнул на месте. Почему-то ведь она сработала?

Ага — наблюдается движение некоторых личностей… Куда-то в лес, где слышатся чьи-то вопли. Надо быстрее туда же, а то вдруг пропущу чего?

Оборотившись, я уже через несколько секунд вырвался вперёд самых шустрых спасателей. Вот и стена кустов, за которой всё и происходит. Ух ты….

— Что это было? — с этой сакраментальной фразой я кое-как открыл глаза. Как на самом деле кувалдой по черепу получил, да не один раз. Да облили вдобавок.

— Девки, Михалыч. — стоявший рядом мужик посмотрел на меня… на полное кожаное ведро в руках… снова на меня — и облил меня ещё раз.

— Какие девки?.. — недоумённо вопросил я, поднимаясь с мокрой земли. И осёкся.

Точно, девчонки. Наши. Купальню устроили всем… кхм, лагерем. Понежиться решили. Только что-то не задалось — не от скуки же другой берег «бассейна» чуть ли не обуглился, про растительность уж и не говорю. Там вроде и тушки какие-то пострадавшие присутствовали… Только я, вылетев на бережок, челюсть отвесил, разглядев… эээ, ну, в общем, подробности — ещё бы, все красавицы стоят и смотрят куда-то… А потом — провал.

— …Как на амбразуру бросился, блин. Мы-то чуть отстали, а потом ты под девичий вопль обратно вылетел… — это о чём-то говорит стоящий рядом воин.

— Э… Спасибо. — пробормотал я и попробовал сунуться обратно к купальне.

— Куда полез? — с этими словами меня крепко ухватили за плечо.

— Ещё полетать захотелось? Жди тут.

Как ждать?! Там такое зрелище! Я оценивающе посмотрел по сторонам, на деревья… Смогу ли незаметно подобраться, или я не Хамелеон?!.

Впрочем, зрелища мне не досталось. Только-только я начал подбираться к единственному уцелевшему возле бассейна дереву — как ни на секунду непрекращающийся гомон усилился, и вся женская армия, уже одевшись и пиная перед собой толпу каких-то оборванцев, вышла на всеобщее обозрение..

— Вот! Они! Подсматривали!!! — ух, практически хором скандируют. А вот это не к добру — кое-кто из девушек пристально осматривает окрестности, не дай бог, меня ищут. Меня нет, меня нет, меня здесь нет…

Тем временем один из давешних оборванцев, не в добрый момент наткнувшиеся на купальню, смог приподняться и отвесил челюсть. Ещё бы — встречала их весьма представительная команда. Кащей, князь эльфов, энт, Ксардас… Ну это только наиболее выдающиеся, так-то встретила их почти вся мужская половина лагеря. За самым целым оборванцем последовали и другие — все два десятка.

— Ну и кому жизнь не дорога настолько, чтобы за купающимися чародейками подсматривать? — со вздохом начал Кащей.

— Я… Кх… — прокашливаясь, начал самый представительный из них. Правда, почти вся его представительность кончилась на том берегу. От весьма прочной одежды и даже какой-то брони остались жалкие ошмётки, лицо покрыто свежими шрамами — неслабо ему досталось. Я от души посочувствовал.

— Я… Сэр Антуан де Лефери, кх. Глава отряда искателей. — к концу фразы, он встал прямо… насколько смог. Присмотрелся к стоящим напротив и быстро добавил:

— Позвольте узнать ваши имена, господа.

— Местные. — донёсся из-за спины Кащея чей-то возглас.

Вот как… Это интересно. Первые живые люди этого мира. Можно чего-нибудь придумать… Правда, позиция у меня не очень удобная.

Хм. А ведь я сейчас почти полностью прозрачен — можно неплохо подшутить…

Тихо, медленно, но гладко и непрерывно, практически паря над землёй, я обхожу стороной наших «гостей» и встаю слева от их группы, метрах в двух. Уф, я аж взмок.

Тем временем, Кащей заканчивает свой монолог — жаль, я начало не услышал — все усилия уходили на маскировку:

— …И вам будет не лишним привести себя в порядок. — и сочувственно посмотрел на главаря.

— А я проконтролирую. — когда рычащим басом начинает говорить возникший из воздуха монстр, это пугает. Чужаки оправдали мои надежды — заорали, попрыгали в разные стороны — а так как стояли плотно друг к другу, то быстро образовали матерящуюся на разные голоса и машущую торчащими конечностями кучу. Из женской толпы справа и мужской слева раздались смешки, кто-то разулыбался, но несколько взглядов уставились на меня с нехорошим подозрением. Так, эти обойдутся, а с чужаками надо чего-то делать.

«— Млять, а чего с ними делать-то?» — вопросил я мысленно. Мысли ответили:

«— К ручью их для начала, пусть отмоются. Потом обратно приведёшь.»

«— Кто это?»

«— Кащей.»

«— Так точно!» — я мысленно кинул лапу к виску..

Когда я подошёл к куче, сбитый с ног летящей тушкой своего подчинённого главарь чужаков уже кое-как смог подняться. И пытался поднять всё свое воинство, вытаскивая лежащих сверху.

Я постоял рядом, похмыкал. Хмыканье тоже звучало угрожающе — гости дёргались и пытались шевелиться быстрее. Были, наверно, нормальные люди — уйдут неврастениками. А вот нехрен.

Разобрались они, поднялись — наши стояли вокруг и смотрели, как в цирке, только попкорна не хватало. И я молча махнул рукой в сторону кустов.

Поняв, что представление пока окончено, народ стал расходиться. Только вот в девичьей толпе возникло какое-то движение — и к нам подскочила возмущённая волшебница человеческого роду.

— И что, они просто так уйдут?! Да из-за этого, — и обвиняюще ткнула пальцем в сторону одного из чужаков. Самый молодой, и в ошмётках какой-то… Мантии? Рясы?

— Я платье себе испачкала!! Единственное!!

— И что ты предлагаешь? — со вздохом развернулся обратно Кащей.

— Виноват — пусть чистит! — безапелляционно заметила та.

— Хорошо. Когда разберёмся с ними — лично к тебе отправлю на хозработы. — отмахнулся тёмный рыцарь. Волшебница довольно заулыбалась..

Дошли всей толпой до воды. Молча дошли. Им, видимо, в моём обществе разговаривать неудобно, а я их просто рассматривал. Надеюсь, это не выглядело плотоядным интересом. Эти дружно, практически строем вошли в воду, а я прислонился к дереву. Как надсмотрщик.

Ну что можно сказать… Почти все — вояки, причём вояки средневековые. Мускулы заточены под холодное оружие, вроде мечей или чего-то подобного, шрамов на шкуре от мечей да стрел хватает. И резко выделяется пара хлипких организмов — видимо, колдуны или кто-то за них — медики, инженеры… Хотя нет, вряд ли. Инженера местных боевых машин в болота, да в отряд искателей не возьмут. Ну, ладно, буду считать магами.

Опа… Старший чародей вместе омывания своей тощей тушки повернулся вполоборота ко мне и чего-то творит. Жесты какие-то странные. Внезапно на груди, под бронёй, появилась тёплая точка. Неужели оберег против магии сработал?

— Не советую. — произнёс я, отлипнув от дерева и подскочив к магу.

— Э? — маг, кажется, удивился. Вдобавок он всё ещё меня пугается. Забавно…

— Не советую колдовать. Вы же ещё хотите жить? — прочуствованно заявляю я. И глаза такие добрые-добрые. Рядом замерли столпами его соратники.

— Э… Да! — собеседник отчаянно закивал.

— Вот и хорошо. Я рад, что вы меня понимаете..

Отчиститься всё равно не успели — посыльный явился с платьем. В роли посыльного — ушастый паладин. Бывает — видимо, других уговорить не получилось.

— Она не смогла, ей не в чем. — хмуро заявил мне паладин. Отдал платье лично в руки, развернулся и утопал обратно. Я аккуратно пристроил его на ветку и повернулся к подопечным. Мда.

— Ты хоть почистить его сможешь? — спросил я, когда пошла вторая минута перекидывания идиотскими взглядами среди чужаков.

— Смогу. — встрепенулся тот самый парень.

— Я ученик чародея, и немного знаю бытовую магию.

Да лучше бы он по старинке, руками отстирал эти пятна. Несколько взмахов, пара слов — и довольно-таки красивое платье исчезает в облаке пара. С концами. Когда пар рассеялся, было чисто — ни платья, ни пятен.

— Ой.

Да, это ОЧЕНЬ страшное слово.

Болота. Разведчики, возвращение в лагерь и драка по пути

Призрак болтал без умолку, рассказывая о своём долгом бестелесном существовании на болоте. В основном это было бесполезно, — и надоедливо — но попадались и кусочки полезной информации. Шики и Карура старались игнорировать неостанавливающийся поток слов — нека так и вовсе отошла в сторону, следуя за группой на некотором отдалении — а вот оставшиеся рядом с призраком Шикамару и Бэтмэн приняли на себя всю нагрузку. На просьбы немного помолчать сопровождаемый реагировал, затихая, но долго не выдерживал, и вскоре начинал снова. Ему явно ОЧЕНЬ хотелось поговорить… К сожалению, отключать сознание Шикамару не умел, к тому же приходилось наблюдать за округой и поддерживать технику «прогулки по воде». В итоге речь призрака лилась и лилась в уши.

— Между прочим, прошу прощения за вопрос, но что это было? — прервал свою речь вопросом бестелесный волшебник. — Каким образом вы разрушили мою иллюзию? Я, конечно, не мастер, но подобный метод разрыва плетения мне совершенно неизвестен… Оно просто перестало существовать.

Шагавший рядом шофёр автобуса, он же Бэтмэн — Антон-Шикамару так и не выяснил его реальное… хотя, скорее «земное» имя — тоже вопросительно глянул на шиноби.

— И этот юноша с ножом… — продолжил призрак. — Глупо, конечно, но, признаться, мне было жутковато. Хотя обычным, даже не зачарованным оружием, мне и не повредить… К слову, чары, применённые вами, мне тоже не знакомы. Даже в теории. Непонятный принцип построения…

— Я не думаю, что у нас есть основания выдавать вам наши секреты — вздохнул Шикамару.

— Понимаю ваше недоверие… — кивнул призрак и тут же завопил:

— Осторожно, снизу!

Шикамару и Бэтмэн метнулись в разные стороны, и в следующий миг болотная грязь взорвалась. Взметнулась фонтаном, покрывая брызгами землян и пролетая сквозь призрака, а из стены грязи выметнулись длинные чёрные бичи, рассёкшие грунт там, где только что стояли земляне. «Бичи» снова хлестнули, не давая передышки; Карура с обнажённым мечом и Шики без очков, но с ножом в руке, бросились на помощь. Завеса грязи опала, обнажив существо, похожее на гигантского, почти четырёх метров в длину, чёрного таракана или сверчка; «хлысты» тянулись из-под его надкрыльев. И их было не два, а четыре…

— Осторожно, плети ядовиты — сообщил призрак, и таракан снова атаковал. Прыгнув в сторону Бэтмэна и резко сократив дистанцию, а заодно окатив окрестности новой порцией жидкой грязи, он хлестнул «тёмного рыцаря» сразу четырьмя «бичами». Вывернувшись в невероятном сальто, Бэтмэн ухитрился увернуться от всех четырёх, но в тот же миг «таракан» снова прыгнул. Брюс Уэйн, известный также как Бэтмэн, явно не успевал ничего сделать… Благодаря сконцентрировавшемуся на другой цели «таракану» Шикамару получил паузу и воспользовался ей, активировав дзютсу теневого захвата; но тени тоже не успевали. Туша таракана обрушилась на Бэтмэна… не обрушилась. С громким ударом и хрустом панциря в бок монстра врезался тяжеленный меч Каруры, сбив его прыжок и обрушив на землю. Буквально в последний момент нека успела с убийственной силой и точностью швырнуть свою железяку.

Хотя, «убийственной», пожалуй, слишком сильное слово… Монстр снова хлестнул своими «бичами» и попытался подняться, но в этот момент тени Шикамару настигли его. «Таракан» на миг замер, а затем шиноби ощутил, что его техника «соскальзывает».

— Шики, быстрее! — выкрикнул он, пытаясь удержать технику, и «таракана» соответственно. Парень не подвёл… Стремительно метнувшись к вздрагивающему монстру, он вонзил нож в одному ему видимую точку; подрагивания мгновенно прекратились.

Шикамару тяжело вздохнул. Одно дело — знать, что откуда-то может выскочить монстр, и другое — действительно с ним столкнуться…

— Поразительно… — произнёс призрак. — С такой лёгкостью справиться с мальгаком, пусть и совсем мелким…

— Совсем мелким? — переспросил шиноби. Призрак кивнул.

— Они вырастают в три, а то и в пять раз больше. Да и плети бывают соответственно длиннее…

— Ваш меч, сударыня — меж тем произнёс Бэтмэн и попытался поднять названный предмет, пока тот окончательно не увяз в грязи. — Эмм… Он довольно тяжёлый.

— Спасибо за помощь — усмехнулась кошкоухая, легко поднимая свою бандурину. Осмотрела меч, скривилась. — Вытереть бы чем…

— Вам спасибо… Вы очень своевременно вмешались. Вот, воспользуйтесь этим.

Он протянул Каруре кусок ткани.

— Я думаю, после совместной битвы вполне можно называть друг друга на «ты» — заметила та, принимая тряпку и принимаясь за очистку меча. — Эй, прозрачный… Так что это за тварь такая?

— Мальгак — охотно отозвался призрак — или чёрный удильщик. Опасная тварь, хорошо, встречаются не так часто… Крайне прочный панцирь, длинные ловчие плети, покрытые стрекательными ворсинками, большая живучесть и очень низкая восприимчивость к магии. Мясо съедобно. Удивительно, что вы смогли его обездвижить… Даже с такими молодыми и мелкими это обычно не удаётся. Они любят устраивать засады под землёй, но этот оказался слишком молодым и нетерпеливым, выскочив раньше времени — взрослые предпочитают действовать плетями из-под земли. Не могу точно утверждать, сохранился ли он ещё, но в моё время их панцири пользовались большим спросом — основную защиту от магии обеспечивают именно они.

— Хмм… — пробормотала нека. — Деньги нам пригодятся…

При ближайшем рассмотрении мальгак оказался не насекомым, а вполне себе животным, и даже млекопитающим. Впечатление тараканоподобности создавали прочный панцирь с «надкрылками», прикрывающими хлысты, и шесть тонких ног; однако живот был кожистым и сравнительно мягким.

— Панцирь не пропадёт, если оставить его здесь на какое-то время? — обратился Шикамару к призраку.

— Хотите вернуться за ним? Не должен, разве что здесь пройдут авантюристы. Тушу, скорее всего, объедят, но панцирь останется.

— А зачем тянуть? — хмыкнула Карура. — Можно забрать сразу, не так уж далеко. И мясо не пропадёт, раз съедобное…

Перевернув тушу мальгака на спину, она ухватила его за выступ панциря и потащила за собой.

— Кошка тащит добычу домой… — пробормотал Шикамару..

Поскольку единственной раной на теле мальгака был порез от ножа Шики — удар меча Каруры пришёлся тупым концом на панцирь и следов почти не оставил — крови практически не было, а соответственно не было и пришедших на запах крови зверей. Призрак даже заметил, что запах их добычи, пока она ещё совсем свежая, скорее отпугнёт хищников, чем привлечёт. Он, к слову, внимательно изучил тушу и рану; похоже, пытался понять, каким образом был убит зверь. Бэтмэн тоже бросил взгляд на рану, задумчиво посмотрел на Шики, но ничего не сказал; впрочем, Шикамару был уверен, что его сдерживает присутствие призрака, и по возвращении в лагерь свои вопросы он задаст. В принципе, шиноби и не возражал, иначе изначально не стал бы брать Уэйна в свою группу разведки…

Карура волокла добычу, не показывая усталости, часа два, до самого лагеря, благо гладкий панцирь неплохо скользил, и бросила её только за стеной, под удивлёнными взглядами часовых.

— Это ещё что такое? — поинтересовался один из них, эльф.

— Ужин, полагаю — пожала плечами нека. — И завтрак…

— А это — язык — добавил Шикамару, указывая на призрака.

— Надеюсь, этот будет спокойнее, чем предыдущий… — проворчал эльф. — Ладно, ведите… Кстати, у нас тут гости.

— Гости?

— Отряд местных приключенцев. — Эльф усмехнулся. — Пытались за нашими девушками подглядывать, когда они купались.

Шикамару попытался представить ситуацию и её результат. Н-да… Он ощутил сочувствие к несчастным аборигенам.

— Надеюсь, они их не поубивали… — хмыкнул он. — Ладно, его темнейшество ещё занят или уже освободился?

— Думает, просил не беспокоить.

— Я, пожалуй, тоже помоюсь — сообщила Карура. — Если экстремалы ещё остались, могут попробовать подглядывать…

Она широко улыбнулась.

— Я бы тоже помылся — вздохнул Шики. — И одежду помыл, после этой грязи…

— Это да — кивнула нека — нужное дело. Пойдём.

— Э?.. — удивлённо произнёс парень, но Карура уже железной хваткой тащила его за собой.

— Н-да… — задумчиво пробормотал Антон-Шикамару, наблюдая за удаляющейся парочкой. — Думаю, кто-то попал…

Лагерь. Перевёртыш. О, женщины…

Значит, стоим с этими приключенцами как идиоты, смотрим на пустую ветку. Молчим.

Первым от шока отошёл старший чародей. Отвесив затрещину ученику, он поднял глаза к небу и, стараясь говорить негромко, проорал:

— Боги, ну за что мне такое наказание! Ты хоть понимаешь, чего сейчас натворил?!

— Ошибся немного, подумаешь… — потирая затылок, ответил молодой.

— Да за такую ошибку нас пожизненно в рабов обратят!!

— Да я как бы не против, особенно если у той самой, тёмненькой… — попробовал возразить ученик и едва увернулся от ещё одной оплеухи.

— Идиот!! — выдохнул старший чародей… И, видимо, вспомнил про постороннего наблюдателя, замолчав и виновато покосившись в мою сторону.

А что я? Стою и лыблюсь. Только меня не видно. Рефлексы маскировки — вещь хорошая. Только вот подопечные, видимо, подумали, что про них уже забыли, и с облегчением вздохнули. Э нет, не отпущу я вас.

Один из приключенцев, расслабившийся больше и раньше прочих, развернулся к лежащим шмоткам — и наткнулся на снова возникшего из воздуха меня. Побледнел, сглотнул, и снова напрягся.

— Готовы? — неудобно говорить горлом боеформы, но меня вроде понимают.

— Готовы — ответил за всех сэр как-его-там. И слабоорганизованная толпа обречённо потопала в обратном направлении.

Кащей и его команда обретались на испытательной поляне братьев алхимиков, с которой почти весь день доносились рабочие звуки и не менее рабочий жаргон какой-нибудь мастерской.

— Бессмертный, чужаки доставлены. — а что, по сравнению с стёбным «его темнейшеством» как титул вполне звучит для местного, и не только, люда.

Кащей кивнул, пристально разглядывая тех. Эх, ну почему я так не умею, одним взглядом обращать в ужас? Осколки их самообладания уже можно было сметать веником.

— Инцидентов, я надеюсь, не было?

— Был один.

«Похоже, наша чародейка осталась без своего лучшего платья. Колданули неаккуратно.» — протелепатировал я.

— Вот как… Ладно, свободен.

Я отмахнул правой лапой от виска и был таков. Расспросят их качественно и без моей помощи, а у меня есть одна должностная претензия к связисту…

Впрочем, можно ещё немного покрасоваться. Нарастив и разогнав мышцы на ногах, я с места улетел метров на десять вверх и в сторону, исчезнув в шелестящей листве..

Ну, а теперь можно и по делам… Спустившись на землю в человеческом облике и подальше от того места, я направился к родному костру…

— Ну что, начальничек, понравилось? — шаман увидел моё суровое выражение лица и разулыбался.

— Дурак ты, боцман, и шутки у тебя дурацкие.

Я махнул лапой… Посмотрел на неё, вернул ей человеческий вид — и со вздохом сел у костра.

— Нафига надо было ТАК делать? И вопль этот, и громкость особенно.

— Ааа… Всё для тебя, родной.

— Но зачем, ***?!

— А ты не выпендривайся. — Посерьёзнев, ответил шаман.

— Ненавижу магов… — я с тоской поглядел наверх. Через секунду оттуда прилетела птичья плюха. Видимо, горный орёл гадил, не меньше.

Оказавшись мгновенно в метре от точки падения говн, я продолжил, разбавляя речь экспрессией:

— …а также чародеев, малефикаров, колдунов…

Я прервался, посмотрел на капитально изгаженный коврик и закончил:

— И птиц тоже.

Сидящие и стоящие рядом ржали как сволочи..

Вечер закончился как-то сумбурно. Коврик почистить, ужин приготовить и сожрать. Недалеко творилось чего-то интересное, но сытому мне уже было пофиг — раззевавшись, я заполз в палатку и вырубился..

Во сне я оказался в забавном месте. Вроде бы знакомый город… Но какой-то странный. Несколько минут я осматривался, пока до меня не дошло. Это же мой родной город, только выглядевший так, если бы именно его, как город Перевёртыша, забросило в мир Тьярмы. Чудные развалины, лианы, жгучее солнце над головой… Хорошо, местных монстров пока не видно.

— Мяу! — требовательно сказала вышедшая из-за угла черная кошка. Не бродячая — с бантиком и колокольчиком.

— Что тебе, пушистая?

— Мяу! — повторила она, глядя куда-то мне за правое плечо. Я повернулся и…

Если бы это был не сон, я бы офигел. А сейчас… Страхолюдная морда моей боеформы, и не только морда, а и вся остальная боеформа присутствует. Отдельно от меня и малость прозрачная. И что?

— Зверь? — уточнил я.

В стороне довольно мурлыкнули. Зверь посмотрел на меня — и протянул правую руку. Я синхронно повторил его движение.

Моя рука, пройдя через его лапу как через туман, преобразилась в руколапу Перевёртыша.

— Так, да? — подумал я — и шагнул ему навстречу….

— Мляя… — я со стоном раскрыл глаза. Как дико хочется пить… Понемногу просыпаясь и разгибаясь, я вылез из палатки. Потянулся, и намылился прогуляться. А ведь утро уж скоро.

— Ты куда-то собрался, Перевёртыш? — раздался позади мурлыкающий голос. Точно, она — тёмноэльфа. Стоит, смотрит с плотоядным интересом, в правой руке кнут. А одежды на ней ещё меньше, чем днём.

От незримо стоящего рядом Зверя потянуло странной смесью эмоций. Страх-ярость-желание… Через секунду и я обнаружил у себя тот же водоворот эмоций. Что?! Поддаться желанию?! Хотя… А ведь это выход. И очень неплохой выход, если всё получится.

— Дроу, позволь пригласить тебя на прогулку в эту чудесную ночь. — робкий взгляд, лёгкая опаска: чувства и эмоции Зверя не содержат и тени фальши. А мои сейчас спрятаны где-то глубоко.

Дроу величественно кивнула — да уж, властности ей не занимать…

А вот и подходящая полянка. До лагеря недалеко, но и не пара шагов. И небольшой ручеек есть. Зато опасностей поблизости — нет.

— Могу я попросить тебя поставить здесь вокруг защиту, чтобы нас не побеспокоили?

В алых глазах дроудессы мелькнуло удивление, но, повинуясь жесту когтистой руки, промежутки между деревьями и кустами заплела густая паутина.

Исключительно важно выбрать позицию… Я остановился примерно посередине. Небольшая трансформация — неполная и незаметная, снаружи я оставался почти тем же человеком. Эльфа с возрастающим удивлением следит за мной. Ну что ж, Зверь, начнём.

И я из разворота бросаюсь на эльфу. Внезапная алая вспышка, закрывшая от меня её оскал, вышибает меня из сознания. Пусть и всего на секунду.

Альтер-эго, впрочем, справляется и без меня. Ты этого хотела, чернокожая садистка? Боли, стонов и криков, крови, наконец? Получи полной мерой. Мое тело мечется по полянке, «чуть-чуть» не успевая ускользать из-под ударов тяжёлым кнутом. Крики боли — но боль мгновенно гаснет, течёт кровь — но раны исчезают на глазах, успевая уронить всего несколько капель, а отстранённое сознание холодно оценивает ситуацию. Кажется, ей уже хватит.

Резкий рывок в сторону и бросок. Мимо, но как и хотелось. Меня бесхитростно обездвиживают паутинным заклинанием, и распалившаяся дроу неосторожно приближается на расстояние вытянутой руки. Отлично…

Хлесткий удар по лицу сшибает меня с ног и валит на спину, но на землю мы падаем вместе, крепко обнявшись. Теперь — моя очередь действовать, Звери. А для начала — нежно коснуться её щеки и робко поцеловать удивлённо приоткрывшиеся губы….

План Зверя сработал на все сто. Кроме одного момента… Я уж и не знаю, сколько народу в лагере поднял посреди ночи этот концерт. Я честно пытался сдерживаться, но у беловласки не возникло и тени подобной мысли. А потом…

Разгорячённые и уставшие, мы лежали на земле. Ну, на земле лежал я, незаметно закрыв голую спину чешуёй, а дроу уютно устроилась на мне. И ей очень понравилось рисовать своими когтями на моей груди кровавые царапины, а потом наблюдать, как они зарастают, за считанные минуты превращаясь обратно в ровную розовую кожу, покрытую подсохшей кровью. Слава умениям метаморфа, которые позволяют мне просто не чувствовать, что она там делает.

— А ты хитрец, Перевёртыш. — негромко рассмеялась дроу.

— Взял и соблазнил такую страшную меня.

— Да, хорошо получилось. Надо будет повторить как-нибудь — как-то на автомате кивнул я.

Дроу расхохоталась.

— Как-нибудь?! Да ты от меня теперь не отделаешься! А повторить… — мурлыкнула она.

— Вот прямо сейчас и повторим. Сделай-ка мне массажик.

Короче, ещё не раз той ночью я вознёс хвалу собственному организму и его возможностям.

В итоге к восходу мы вернулись в лагерь. То есть как вернулись — я всё-таки шёл, хоть и пошатываясь, а дроу тихо-мирно спала у меня на руках. Вперёд меня толкала упрямая паранойя — отдыхать в таком приятном состоянии лучше под защитой или за оградой, а на той полянке под конец не наблюдалось ни того, ни того.

А уж как грели душу взгляды часовых. Дикая зависть вперемешку с диким удивлением.

Я, несмотря на всю усталость, не выдержал. Остановился, покачал головой, и назидательно, хоть и шёпотом, произнёс:

— А завидовать нехорошо!

И мы удалились.

Лес. Иллитид

Мир поверхности оказывается довольно насыщен жизнью, практически во всех ее проявлениях. Мелкие букашки, неосторожные птицы, прячущиеся под поверхностью сухих островков земли грызуны, всего этого было много. Даже не так — чрезмерно много. Многообразие мелких разумов, врывающееся в пестрящее дырами ментальное поле, заставляло морщиться и в раздражении скручивать ротовые щупальца. Становилось понятно, по какой именно причине общество пожирателей разума облюбовало именно подземелья с их пониженной насыщенностью жизнью.

Но, несмотря на незначительные негативные последствия этого буйства жизни, положительные моменты все же присутствовали. В частности — текущая свита из двух кабанов, нескольких птиц, больше похожих на кем-то полуобщипанных канареек, только размером с хорошего ворона, была собрана за отрезок времени, называемый людьми часом. Причем наибольшую проблему доставили птицы, как оказалось, обладавшие зачатками ментальной силы, и поэтому некоторое время сопротивлявшиеся щупальцам разума. Но нет худа без добра, смысл этого странного человеческого выражения, как ни странно, полностью подходит к текущей ситуации. Несмотря на значительные затраты силы и даже некоторое повреждение ментального поля, пополнившие ряды моей свиты пернатые существа оказались крайне полезны. Обладая врожденными ментальными способностями и довольно развитым мозгом, что для птиц довольно странно, они позволили раскинуть мою ментальную паутину на довольно значительную область, вдобавок намного облегчив ее контроль, благодаря тому, что их разумы изначально были соединены в некую общность. Конечно, это было жалкое подобие общности разума Ориндолла, но в любом случае — использовать уже готовую систему, даже с переделками, было гораздо легче, чем выстраивать ее с самого начала на непредназначенном для нее оборудовании. Странная аналогия с железными думающими машинами проскочившая в облаке памяти, покоробила и заставила содрогнуться от омерзения. Само понятие мертвого разума было просто физиологически неприемлемо. Ведь даже нежить — в чем-то понятна, хотя бы по той причине, что хотя и использует для своего существования некоторое подобие эктоплазменных мозгов, но все равно по структуре разума не отличается от любого другого живого существа. Но — полностью неживой разум, подчиненный мертвой логике нулей и единиц, тяжело ворочающийся в камне микросхем и жужжащих металлических дисках накопителей информации… Разум, не имеющий ментального поля, мертвый по своей сути — это страшно. Даже не в том смысле, что его нельзя подчинить и включить в общность дополнительным кластером (если воспользоваться компьютерной терминологией). Нет, иррациональный страх возникает не от этого, а только от возможного ощущения прикосновения к чему-то настолько чуждому и непознанному, что даже иллитида передергивает от омерзения.

Именно такие мысли и рассуждения занимали периферийные области ядра разума, ни в коем случае не мешая сканированию окружающей местности, осуществляемому с помощью вновь обретенных летающих вестников. И этот процесс, с одной стороны неприятный из за большого количества встречаемых живых существ, приносил какое-то извращенное удовлетворение… Экстаз боли и мучения прикосновения искалеченных щупалец ментальной оболочки к мельчайшим комочкам разума. Как слепец, обретший зрение и устремивший взор на солнце, как паралитик, наконец-то ощущающий ласкающее и одновременно наполненное мукой прикосновение к раскаленной стали. Тихое шипение, заполняющее небольшой просвет в густых зарослях колючего кустарника, заставляющее вздрагивать невольных телохранителей… и бесценные драгоценности… невиданные ни одним из смертных и бессмертных существ… крупные жемчужины слез, первых слез ужаса подземелий… слез восхищения и боли…

Окраина Нифгардских болот. Разбойники — вчерашние селяне

Бухнувший кувалду оземь кузнец зло посмотрел в сторону старосты, и, сплюнув, пробурчал:

— И чего мы сюда поперлись? Уж скоро корни пустим. Толку-то все равно нет, надо было на королевском тракте засаду делать. А то тут не то что нормальных путников не встретишь, тут даже вон червяки и те страхолюдные.

С этими словами Тафим попытался оттереть о траву более чем пудовый оголовок кувалды от буквально расплескавшихся на нем остатков незадачливого червяка, на свою беду вылезшего на поверхность около признанного деревенского забияки.

— Я тебе дурню уже сколько раз объяснял — что на королевском тракте делать нам нечего. А тут может чего обломится. — Усталый голос старосты деревни незадачливых разбойников буквально лучился нотками усталости, уже больше похожей на болезнь. Так уж получилось, что на дело от общества пошли самые сильные, но, к большому сожалению их предводителя, дурные представители населения затерянной на краю Нифгардских болот деревеньки. Именно поэтому староста и взялся самолично участвовать в деле, да и захватил с собой своего племянника, хоть и молодого годами, но уже не раз доказавшего свою смышленость. Вдобавок шустрый малец был и самым лучшим лучником в отряде, что было немаловажно. И за все время ожидания успел уже не раз пригодиться, снабжая великовозрастных проглотов подстреленной дичью.

— Дядька! Так это если мы куда идти будем, то Перух за нами не поспеет, он же вчерась ногу повредил. — Веселая ухмылка, с которой высунувшийся из кустов племянник произнес всю эту речь, вызвала у старосты моментальный приступ раздражения.

— Неслух, кому сказано было за дорогой следить! Какого грыхга вообще приперся? А ну цыть обратно!

В ответ на взбучку, племянник виновато втянул голову в плечи и побрел в сторону наблюдательного поста, искусно сооруженного на склонившемся над дорогой дереве. Там, в гнезде из зеленых веток, паренек и пристроился, жалуясь себе под нос на жизненную несправедливость и скуку, мучающую его весь день. Так как на этой дороге с самого вчерашнего дня не показывалось ни души. А то, что показывалось вчера — явно ее не имело. При воспоминании виденной вчера картины плечи парня сами собой передернулись и по позвоночнику пробежали мурашки. Нет — о том, что проезжало вчера по дороге, не хотелось даже вспоминать, по общему мнению, видевших его деревенских, эта проклятая всеми богами нечисть уж точно не имела души. На такое нападать — легче самому повеситься.

Сам для себя племянник старосты уже давно решил, что лучшим способом быстро заработать была бы охота на болотных тварей — вон как их дядька Тафим одним ударом. Тем более что если найти хотя бы одного болотного гхырга, которым только что обругал его дядька, то только за одну шкуру у имперского торговца можно было бы выручить не много — не мало, а пять полновесных империалов. Или как их еще называют в народе — солнышек. И это не считая целебной печени и клыков твари — которые тоже довольно хорошо ценятся. Хоть и меньше чем шкура, особенно серая — со старых тварей. Такая идет на доспехи личной гвардии императора и богатых дворян. Вот уж на что смердячая тварь — евонным именем в народе из-за этого и ругаются. Но ценится — как никакая другая.

С этой мыслью паренек сморщил гордое выражение на покрытом мазками болотной грязи лице и пародируя речь виденного один раз на ярмарке мага, а точнее ученика магической академии, поднял палец и произнес:

— А все потому что — шкура у ней магицки нейтральна. Вот!

Как будто в ответ на ломающийся тенорок над готовой юноши возник звук, больше похожий на жалобный, наполненный отчаяньем крик умирающего младенца. Моментально застыв и прекратив даже дышать Фарик, а именно так звали незадачливого племянника старосты, медленно, буквально по кончику пяди поднял взгляд на происходящее у него над головой и омертвел. Над его головой сидел и нагло поблескивал в его сторону серой бусинкой глаза снуль. Покрывшись от увиденного холодным потом, паренек осторожно, стараясь ни в коем случае не побеспокоить неловким движением птицу, окинул взглядом окружающие ветви. Снуль, как и гхырг относился к порождениям проклятых болот, иногда вылезающим из них на погибель честному люду. И если второго жители окрестных земель уважали, несмотря на его повышенную вонючесть и вздорных характер, то вот эту летающую мерзость мерзейшего желтого цвета — ненавидели до колик, до зубовного скрежета… И боялись, боялись намного сильнее чем даже гхорга, способного одним ударом своей покрытой зеленоватой слизью лапы перерубить хребет даже рыцарскому жеребцу, предварительно разорвав его хозяина в клочья, не взирая на любые доспехи. Но это-то хоть понятно — дикая тварь с дикой силой. А вот эта, издевательски яркая пернатая мерзость, она гораздо страшнее. Сбиваясь в стаи как минимум из восьми — девяти птиц, они обретают дьявольскую силу усыплять свою будущую жертву и после чего пожирают ее еще живой, часто оставляя полусъеденные тела, вздрагивающие от ужасной боли и хрипящие проколотыми длинными клювами легкими. Уж очень эти сволочи, привередливы в еде, и часто довольствуются только глазами и отборными кусками ливера, выклевывая их прямо в теле, оставляя все остальное биться на земле в конвульсиях. Ведь стоит им только подняться в воздух и улететь, как жертва непременно очнется от волшебного сна. Вот именно поэтому этих птиц так боятся и ненавидят, стараясь уничтожать всеми силами. И именно по этой причине холодный пот бойкими ручейками потек по спине паренька и моментально пропитал его рубашку.

Медленно оглядевшись, племянник старосты поразился своему везению — птица была одна, а это значит… Что это значит, он не додумал, но рука сама собой потянулась к перекинутому через плечо колчану, а вторая поудобнее сжала лук.

Но стоило парню чуть шевельнуться, как находящаяся на ветке птица сорвалась стремительным желтым росчерком и исчезла в переплетении ветвей.

Не отпуская натянутую тетиву, молодой лучник со страхом и недоверием принялся осматривать окружающую местность.

К чести парня, даже мысли о том чтобы позвать старших и спрятаться за их широкими спинами у него не возникло. Ведь если снуль был не один, то это только увеличит количество жертв, а вот если эта птица отбилась от стаи… Образ гордого победителя снуля, козыряющего на ближайшей ярмарке щеткой ядовито желтых перьев в щегольски заломленной шапке, придал юному без пяти минут герою сил и храбрости. И поэтому, стараясь шуметь как можно меньше, он двинулся в сторону скрывшейся в растительности птицы…

— Жрать-то как хочется! Слышь, Ончус, может твой племяша сходить чегой-нить на обед обчеству настреляет? Живот бурчит — мочи нет. — Жалобно бурчал Тафим, как легкую тростинку вертя в руках массивную кувалду, уже оттертую от остатков непонятного червяка. Как будто для иллюстрации его слов, объемный живот кузнеца выдал недовольную голодную руладу.

— Молчи, проглот, — шикнул на него староста неблагополучной деревеньки. — Вечером поснидаем. А пока мы в засаде, если не забыл. — После чего староста покопался в висящей на плече суме и кинул Тафиму небольшой кусок вяленного мяса, больше похожий по своей консистенции на стоптанную подошву. — На вот, угомони свой бурдюк, а то тебя за два перестрела слыхать.

Не успели челюсти бугая вонзиться в мясо, как из кустов у поворота дороги находящихся примерно в двухстах шагах вот засады раздался спокойный мальчишечий голос, позвавший старосту:

— Дядько Ончус, идите сюда.

Обматерив в три прогиба всю эту идею с разбойной жизнью, староста бросил недовольный взгляд на столпившихся кучей горе разбойников, на индифферентно жующего торчащий по обе стороны рта шмат мяса Тафима, роняющего густые капли слюны себе под ноги и глубоко вздохнув двинулся в сторону племянника. Уж чем он прогневал богов, староста до сих пор не мог понять — но видимо вина его была велика…

Не успел последний кусочек мяса скрыться в ненасытной утробе кузнеца, как из тех же кустов в раздался голос старосты:

— Тафим, подь-ка сюда. Поможешь кой чего унести. Да захвати арбалет.

Недоумевающий кузнец, так и не утерший стекающую по небольшой опаленной бороденке слюну, тяжело вздохнув, забросил на правое плечо свою любимую кувалду, а на левое тяжелый арбалет, больше похожий в его мозолистых лапищах на детскую игрушку.

— Ну вот, ходи туда, неси незнамо что. Нет бы сейчас распаренной каши со шкварками… — вздох кузнеца при этих словах вышел настолько жалостливым, что даже его самого чуть ли не пробило на слезу — А еще бражки ядреной, да чтоб в нос била! Жбан!

На этой жизнеутверждающей ноте Тафим все же добрел до цели и не разбирая дороги ввалился в кусты.

Первое что он увидел — это замершие в неподвижности фигуры старосты и его племянника, приветливо, но как-то странно — вымученно улыбающиеся. И дело не в том, что кузнец не доверял своем чутью — оно-то как раз буквально взвыло, стоило ему увидеть эту на первый взгляд мирную картину. Нет — просто ожидать какой-нибудь подлянки от знакомых людей и тем более от старосты, который не раз защищал его от последствий не в меру буйного отдыха на ярмарках или гуляньях, было уж как то не с руки. Поэтому первоначальный ступор, в который впал Тофим, был вполне логичен.

Мелкие мелькающие мушки, появившиеся в периферийном зрении одновременно низким пронизывающим гулом, как буравом вкручивающимся прямо в голову, заставили кузнеца бросить орудие и приняться отмахиваться от мерзких насекомых, с каждой секундой заполняющих все больше и больше окружающего пространства. Еще несколько секунд и он с омерзением взвыл, ощущая как под аккомпанемент гула эти мошки принялись приземляться и на кожу и быстро ввинчиваться, оставляя мелкие зудящие острой болью язвочки. Шипящая, трескучая волна черного хитина, метнувшаяся с неба, закружила и слитным потоком влилась в раскрытый для ужасающего вопля рот.

На небольшой полянке, окаймленной густым кустарником, происходило странное действо — две застывшие фигуры, безо всякого выражения на лицах внимательно всматривались в танцующего кузнеца, исполняющего какой-то странный зажигательный танец, состоящий из похлопываний и сдавленного мычания. Распахнутые в ужасе глаза и раззявленный рот с разлетающимися в стороны каплями пены…

Но все это длилось всего лишь несколько секунд, не более. Стоило только ужасу подломить последние барьеры разума, как грузное тело Тафима застыло и медленно распрямившись, повернулось в сторону появившейся из зарослей тщедушной, закутанной в мешковатый плащ фигурке, подрагивающей лицевыми щупальцами в жесте удовлетворения…

Лагерь. Шикамару продолжает сбор союзников

Вообще-то Антон тоже не отказался бы помыться, да и просто побездельничать, однако, такой роскоши он сейчас позволить себе не мог. Увы, дела… Для начала — сдать «языка».

В конечном итоге Антон оставил призрака, настолько заинтересовавшегося лагерем и его обитателями, что даже перестал болтать, с Ксардасом, здраво рассудив, что присмотреть за ним сможет шаман или некромант.

— Ну, вот, теперь можно и отдохнуть немного…

— И поговорить — произнёс Бэтмэн. Пока Антон пристраивал призрака, он исчез «проведать детей», но сейчас снова стоял рядом с шиноби.

— И поговорить — согласился Антон. — Лучше вот там, чтобы не отвлекали.

Он указал на свободный уголок, образовавшийся после того, как часть свободно шатавшихся по лагерю попаданцев стянулась к притащенной Карурой туше. Бэтмэн тоже бросил взгляд в её направлении.

— Между прочим, зовут-то тебя как? — поинтересовался шиноби. — А то даже имени не знаю.

— Бэтмэн умеет хранить инкогнито — усмехнулся водитель. — А если серьёзно, Стеклов, Пётр Константиныч.

Он стянул перчатку и протянул руку для пожатия.

— Итак, вопрос… — произнёс он, отпустив руку Антона. — Что твой парень сделал с мальгаком и иллюзией?

— Убил — коротко ответил шиноби. — У него очень специфичная способность… Его персонажа можно назвать убийцей бессмертных.

Бэтмэн — Пётр — многозначительно хмыкнул, бросив взгляд в направлении палатки Кащея.

— Ничего не имею против Его Темнейшества — заметил Антон — но кто знает, что может взбрести ему в голову в дальнейшем… Его оригинал доброй славы не имеет. Лучше заранее подготовить варианты, чем потом жалеть. У тебя дети…

— Не могу сказать, что мне это нравится, но и спорить не могу. — Задумчиво произнёс «тёмный рыцарь». — У нас такая ситуация, что возможно что угодно, и предусмотрительность не помешает…

Антон кивнул.

Лагерь. Сашка, Шики и их фамильяр

Этой ночью его снова посетила чёрная кошка.

— Знаешь, Лен — тоскливо произнёс парень — я начинаю к этому привыкать… Не ко всей это ситуации, так было бы ещё ничего. Я начинаю привыкать к смерти. И мне это не нравится…

Кошка заглянула ему в глаза и потёрлась о ногу, зазвенев колокольчиком.

— Каждый делает что может — согласился её хозяин. — Но это… тяжело. На Земле доводилось подраться, но даже курам шеи дядька сворачивал. А тут… Самое неприятное — поделился он с внимательно слушающей кошкой — когда очки снимаю. Не представляю, что бы я без них делал… Если бы не Сенсей…

Он прервался. То, что две личности в одном теле всё больше сливались, перемешивая и воспоминания, было ещё одной проблемой. Впрочем, менее однозначной… Если ощущение шагающей рядом Смерти было давящим, тяжёлым и неуютным, особенно когда очки не закрывали глаза, то ощущение «два-в-одном» было скорее странным. В чём-то, пожалуй, даже уютным… Словно рядом есть кто-то, на кого можно опереться. Впрочем, почему «словно»? Шики действительно здесь…

Парень вздохнул.

— Интересно, как с этим другие справляются?.. — пробормотал он. Кошка немедленно подняла лапу и вопросительно посмотрела на хозяина.

— Нет, Лен — поморщился он — без острой необходимости я в чужие сны лезть не хочу, неправильно это. Хотя…

Он задумался.

— Знаешь, пройдись-ка ты сама по снам, проверь, возможно, сможешь кому-то помочь. Мало ли какие стрессы у… людей. Но сначала…

Он впервые улыбнулся и поднял кошку себе на колени….

Парень проснулся неожиданно удовлетворённым. Солнце ещё толком не поднялось, во всяком случае за деревьями его видно не было, но аппетитный запах жареного мяса не давал спать. Вскоре выяснилось, что запах источала вчерашняя добыча разведчиков — тараканоподобный зверь мальгак. Как вскоре выяснил Сашка — сонливости он уже не чувствовал — несмотря на странный вид зверюга оказалась очень даже недурной на вкус. Орки, жарившие дичь и позвавшие парня к костру, как только его заметили, разговаривали, ухмылялись во весь рот, и вообще не заметно было, чтобы их особо напрягала ситуация. Странно, но головная боль, дававшая о себе знать, когда на глаза Шики попадался кто-то из нелюди, сейчас его не беспокоила.

— Слышь, парень, как тебя там… — обратился к нему один из орков.

— Сашка — автоматически представился он. — Можно Шики.

— Ну, Шики, я слышал ваша четвёрка зверя завалила.

Орк ткнул пальцем в сторону мяса; Сашка кивнул.

— Ну так вот мы с ребятами смотрели, и никак понять не можем — как вы его так?

Сашка замялся. Ни врать, ни говорить правду не хотелось.

Его спас появившийся у костра эльф.

— Ваша смена — недовольно сообщил он. — Задерживаетесь!

— Ух… Извини, приятель. — Орк повернулся к Сашке. — Извиняй, нам в дозор, стены сторожить… Чтобы, значить, врагу не отдать ни пяди родного болота.

Он ухмыльнулся, и орки, поднявшись, двинулись к краю лагеря.

— А ты чего без дела? — всё так же недовольно обратился к нему эльф. — Кто не работает, тот не ест! Вон, у восточной стороны дозорных не хватает!

Спорить парень не стал; кивнув, двинулся в указанном направлении.

Здесь дозор несли эльфы, но, как и было сказано, было их немного. Собственно, Сашка вообще ни одного сначала не заметил; впрочем, это не значит, что их не было.

— Помощь нужна? — вслух произнёс парень, приблизившись к стене.

— Не помешает — отозвались с ближайшего дерева, и среди веток словно по волшебству появился представитель ушастой народности. — Не посидишь тут часик? Ничего особенного не нужно, просто увидишь что-то подозрительное — кричи. А то этот запах жареного меня с ума сведёт…

— Ты же эльф?

— А эльфы что, мяса не любят? — хмыкнул тот. — Так что?

— Хорошо — кивнул Сашка, и с дерева тут же спустилась верёвка с завязанными на ней узлами, по которой соскользнул эльф. — Залезть сможешь?

Сашка снова кивнул.

— Ну, бывай. Постараюсь не задерживаться…

И остроухий исчез в направлении оставленного Сашкой костра.

Болота. Окрестности лагеря. Кукла

Ленивые рассветные лучи, медленно и как будто неохотно скользящие по вершинам деревьев, спускались все ниже и ниже по кронам, заставляя просыпаться мелкую живность и разгоняя плотный туман, оккупировавший подножия лесных исполинов. И с каждой минутой из тумана все сильнее выступало то что довольно нечасто можно увидеть на болотистых землях — кирпичная стена, выполненная в лучших гномьих традициях, с обязательным перевязом рядов и в добавок покрытая рунными связками обеспечивающими полную монолитность и устойчивость. Во всяком случае наверно даже пятибалльное землетрясение не оставило бы на поверхности этого архитектурного шедевра и малейшей трещинки. Ну а если подойти с другой точки зрения, то где-то в глубине безлюдных болот утренние лучики дневного светила озаряли примерно годовой бюджет любого человеческого королевства, правда представленный в виде кирпичной стены, так называемой императорской кладки, выполненной, кстати, на высочайшем уровне. И именно к этой, кажущейся даже на непрофессиональный взгляд монолитной, стене, медленно ковыляла небольшая, можно сказать тщедушная, мальчишечья фигурка, заплетаясь в непослушных конечностях и периодически падая из-за неровностей почвы, зачастую наполненных довольно таки вонючей болотной жижей.

Лагерь. И.О. дозорного

С той стороны, где расположился Сашка, деревья сходили на нет, открывая хорошо просматриваемую, если не считать утренний туман, местность. Поэтому бредущая, не скрываясь, по болотистой почве фигурка сразу бросалась в глаза. Человек?.. Сашка нахмурился, но самовольничать не стал.

— Кто-то идёт! — закричал он. — Похоже на человека!

Реакция внезапно высунувшейся над ним из листвы головы еще одного эльфа, о существовании которого Сашка даже не подозревал, была поразительна. Широко зевнув, немного заспанная голова произнесла:

— И незачем так орать! Ну человек, ну местный, у нас их и так уже чуть ли не целый бордель в лагере. Тем более что особой опасности он не представляет. Сам видишь — идет еле-еле, одежда — так вообще рванина. Он меня разбудил когда еще только из кустов показался. Короче скукота! — После этих слов голова эльфа еще раз заразительно зевнула, да так, что на глазах выступили слёзы.

Болота. Лагерь. Боевая тревога

«Внимание! На северо-восточной границе лагеря обнаружено неопознанное существо, предположительно человек, местный, подросток, состояние хуже среднего. Степень опасности не определена.»

С каждым словом, звучащим внутри черепа словно тревожная сирена, мои доселе мирно спящие мозги разгонялись, выходя на рабочую мощность. Наконец, появилась первая бодрая мысль — так-так, похоже, работает система предупреждения. Да за такое орку можно и руку пожать.

«Серёга, молодец. Премию выдам. Кащей в курсе?»

«Обижаешь…»

«Отлично. Я — на встречу.»

Выскользнув из-под спящей эльфы, я скрипнул зубами — организм требовал лежать и восстанавливаться. Всё-таки пара часов сна — слишком мало, с такими-то нагрузками… А ещё, до полного счастья — пожрать и напиться.

Плевать, сейчас не до отдыха. Выметнувшись наружу, я глянул на солнце, определяя, где здесь восток… И меня чуть не сбил с ног запах жареного мяса. В животе заревели голодные тираннозавры. Аа, плевать, есть хочууууу. Где это мясо?!

Ой… Ну нифига ж себе животина. И это можно есть?! Сглотнув слюну, пришлось признать — не только можно, но и нужно. Ножа нет… Когти зато есть. Указательный и средний пальцы на левой руке слились, вытянулись и заострились, превращаясь в подобие костяного ножа. Срезать ломоть одуряюще вкусно пахнущей еды, подхватить другой рукой — и вот теперь, успевая откусывать прямо на лету, прыжками от дерева к дереву понёсся к месту встречи..

Полпути пробежать не успел, как из листвы дерева, стоящего у самой ограды, высунулась чья-то лохматая голова и прокричала:

— Кто-то идёт! Похож на человека!

Следом за ней — НАД ней — из листвы высунулась сонная рожица лесного эльфа и широко зевнула. Морально раскатав первого дежурного, эльф зевнул ещё раз и убрался обратно в листву.

Я дожевал изумительно вкусное мясо, обтёр руки листьями, и намылился всё-таки выйти посмотреть… Но меня прямо на старте поймала за плечо холодная рука.

— И куда это ты?

За спиной оказался Бессмертный с небольшой свитой — Тайара и Ксардас стояли чуть позади тёмного рыцаря.

— Туда, там этот, нарушитель. Надо встретить. — Немного сумбурно ответил я.

— Я ж оборотень, меня убить сложно.

Кащей хмыкнул.

— Ну, не настолько сложно, но наверняка сложней, чем их. — И я ткнул пальцем в сторону дерева, на котором засели дозорные. Бессмертный в ответ пожал плечами.

— Пробуй. Ксардас, ты можешь его прикрыть?

Ответ чародея я не разобрал, шустро удаляясь..

Чужаку тем временем оставалось пройти до ограды метров тридцать, не больше… Но он остановился, причём на таком неудобном месте… До ближайшего дерева было чуть больше, чем я бы мог нормально допрыгнуть. Пришлось спускаться в дико нелюбимую мной грязь, которую я до этого успешно обходил поверху.

Там же, тогда же. Те же и перевёртыш

Пошатывающаяся фигурка, кутающаяся в обрывки того что можно было бы назвать одеждой если бы она не состояла в большей степени из дыр чем из грубого серого полотна, застыла немым часовым на выделяющемся из болотной почвы холмике и медленно сопровождала взглядом приближающегося оборотня.

…Странно. Очень странно и непонятно. Это однозначно человек, мало того — действительно пацан. Только, как я понимаю, в такие дебри дети не ходят. Вдобавок он и вёл себя совсем не как человек. Ещё какая-нибудь местная тварь, умело маскирующаяся?

Шагать по мокрой грязи — то ещё удовольствие, а когда тебя сопровождает взглядом нечто…

— Хрхх — с трудом издав какой-то звук — нечто среднее между покашливанием и сдавленным вздохом, фигурка как то механистически повернула голову в сторону гостя и произнесла абсолютно безжизненным голосом, лишенным даже намека на какие-нибудь эмоции — Говорить. Не нападать.

— Хорошо. Говори. — ответил существу мой рычащий голос. Хотелось помотать головой, но перед таким… парламентёром?… проявлять слабость чревато. И броню убирать не стоит.

«Шаман, слушаешь?» — промыслил я куда-то в сторону лагеря.

«А как же…» — донесся до меня задумчивый ответ.

— Длань говорить. Множество слушать. Большие мертво-живые идти. Множество готово быть… — Хриплый голос паренька с каждым произнесенным словом звучал все тише и тише. Замолчавшая фигура вперила застывший взгляд сквозь собеседника и мерно задышала, как будто бы погрузившись в спящий режим. Во всяком случае только тяжелое сдавленное дыхание и моргающие с периодичностью метронома глаза выдавали принадлежность этого тела к живому. Назвать стоящее по щиколотку в болотной жиже существо человеком не смог бы даже ярый апологет политкорректности.

Сказать, что я просто застыл столбом, было бы изрядно мне польстить. Я буквально впал в ступор, пытаясь хоть как-то понять его речь. Ладно ещё, отпавшая челюсть в облике зверя была не особо заметна.

«Не стой столбом, тормоз.» — в мысленной речи шамана послышалась усталость.

«Спроси его про этих… Мёртво-живых.»

— Эхх… Большие мёртво-живые — кто? — кое-как произнёс я.

Дернувшаяся голова, как будто приводимая в действие пневматическим доводчиком, повернулась в сторону виднеющейся неподалеку стены и не меняя все того же мертвенно-спокойного тона прохрипела на одном дыхании:

— Большое. Мёртвый разум. Опасно. Длань следить. Множество готово быть.

После чего моргнула в точно отмеренный внутренним таймером момент и, вздохнув, продолжила:

— Это кормить. Длань разговаривать.

Это становится интересным. Примерно со слова — «Опасно». И похоже, что очень важным. Если я правильно понял, то последние слова существа должны звучать как «Вы должны быть готовы». Ко встрече с чем-то… Чем-то большим и мёртвым. Вашу мать!! Я как наяву снова увидел огромную чёрную тушу Сына — мерзостная мешанина щупалец, змеиного тела и жидкой тьмы. На то, чтобы уничтожить ту тварь, нам едва хватило всех возможностей Бессмертных — и не только, простые люди с огнестрелом тоже не остались без дела. Влитой в кровь порции адреналина хватило, чтобы все лишние мысли и сомнения буквально вымело.

— Идти за мной. Не дёргаться. Будем кормить и разговаривать.

«Подготовьтесь там».

Переступающее ногами туловище, дергающееся как будто бы на невидимых ниточках медленно побрело в сторону стены, не обращая внимание ни на налипшую на ноги грязь, ни на периодически попадающиеся на пути промоины. Падая и поднимаясь, покачивающаяся фигура, которую теперь принял бы за человека только слепой, медленно шествовала под конвоем все еще не выходящего из боевой формы оборотня. Нет — гость конечно имел человеческое обличье, но… И вот это самое но заставляло многочисленных зрителей высыпавших, несмотря на позднее время, на возвышающиеся над преградой деревья, передергиваться от ощущения чего-то страшного и явно нечеловеческого, как бы это не звучало странно в таком пестром коллективе. В этих ощущениях не было ни капли фальши и поэтому пряли ушами эльфы, передергивали плечами люди, дергали себя за бороды гномы… К лагерю, привольно раскинувшемуся за монументальной стеной медленно приближалось нечто.

За те несколько минут, что я и существо двигались к лагерю, мне пришлось выдержать давление на мозг со стороны несколько офигевшего шамана. Да, вот так сразу взять и пригласить к себе, можно сказать, домой, что-то весьма непонятное — даже не кого-то, живое существо этот… механизм напоминал только издали. Но с другой стороны, каким бы сильным не был «гость», против совместной атаки ему не устоять — а уж пока он будет внутри, с него глаз не спустят. По крайней мере, так сказал орк, убедившись, что разворачиваться и посылать «гостя» в далёкие края я не собираюсь.

Особо могучие персоны встретили нас на специальной площадке за воротами. Небольшой, но открытой со всех сторон и предусмотрительно пустой.

Лагерь. Лайнер, почти боевой маг

Спать ему, разумеется, снова не дали, и даже отработанная тактика — переползти в более удобное место, укрывшись подсмотренным у одного из эльфов маскировочным заклинанием, оказалась неэффективной. И даже не потому, что в лагере было слишком шумно; к этому Веталь-Лайнер уже успел привыкнуть, да и не так уж шумно сейчас было… Однако ощущение, накрывшее маленький оазис посреди болота, гнало сон эффективнее, чем крики над ухом. Возможно, даже лучше того издевательства, которое применила Карура… Лайнер поёжился, зевнул, и встал, передёрнув плечами от смеси воспоминания о холодной воде и распространяемого грязной мальчишеской фигуркой ощущения… неправильности, что ли. На миг активированная Альфа Стигма ничего не показала, но и без магических глаз очевидно, что в сопровождаемом массивной фигурой перевёртыша мальчишке что-то не так. Одно то, как он движется… Лайнер нахмурился, прикидывая, что лучше — подойти поближе и расспросить, что случилось, или держаться подальше от подозрительного и потенциально опасного объекта. Спустя секунду любопытство победило — парень рассудил, что спать всё равно не получится, так хоть узнает, в чём дело и когда снова можно будет лечь.

Перевёртыш, всё также в своей монстроформе, провёл грязного и истощённого мальчишку с пустым взглядом к одному из костров, у которого неспавшие попаданцы жарили мясо. Зеваки окружили костёр, насторожённо наблюдая за странным гостем; пара магов даже активировала защитные чары. Похоже, всё под контролем… Насколько это вообще возможно. Памятуя поручение Шикамару, Лайнер заодно проанализировал защиту чародеев — пригодится.

Среди персон, окружающих костёр и странного гостя, Веталь-Лайнер заметил и Кащея, но последний защитных чар не использовал. Ему не больно-то и надо…

— Что случилось-то? — поинтересовался парень у какого-то эльфа. Тот пожал плечами.

— Да сам толком не пойму… Заявилось вот это вот нечто, говорит невнятно, вроде о какой-то опасности приближающейся предупреждает… Вроде продолжит, как поест, вот его сюда и привели.

Действительно, перевёртыш протянул конвоируемому шмат мяса. Тот принял его — грязными руками, фу! — и принялся жевать, так же механически, как и двигался. Из уголков рта потекла слюна.

Прожевав и проглотив кусок, мальчишка снова протянул руку.

— Ещё.

Хмыкнув, перевёртыш протянул ему ещё один кусок.

— Так что ты хочешь сообщить? — обратился к нему Кащей, когда и эта порция была проглочена. — Для чего пришёл? И, пламя тьмы, что ты такое?.

Не обращая внимания на обильно капающую слюну и на потеки жира на щеках паренек повернул голову в сторону спрашивающего и все тем же безжизненным тоном повторил уже слышанную перевертышем фразу:

— Длань говорить. Множество слушать. Большие мертво-живые идти. Множество готово быть.

— Так, — Кощей, задумчиво потер виски. — Похоже, друг друга мы явно не понимаем. Но, кажется, ты говоришь о чем то важном, так что, боюсь, если не начнешь изъясняться человеческим языком придется идти на крайние меры. Ментальную магию. Хоть и не люблю я ее, но владею на достаточном уровне, чтобы понять, с кем, вернее, чем я разговариваю. Ну что, попробуешь объясниться еще раз, иллитид? И не прикидывайся тупым пожирателем мозгов, хоть им сейчас и являешься, но раньше то был человеком.

В ответ на тираду Кащея, кукла, а перед окружающими сидела как раз полностью подвластная разуму иллитида кукла, не меняя выражения лица и не вздрогнув ни одной мышцей расслабленного тела, произнесла:

— Длань повреждена. Матрица разума… — тут когда то звонкий мальчишечий голос прервался, как будто собеседнику не хватило какого-то слова или понятия — Длань прямое соединение плохо есть. Разговор плохо. Понимать хорошо. Длань говорить — большие мертво живые идти. Множество уходить — бой.

— Не верю, — подумав, сообщил Кощей. — Вернее, в то, что что-то сюда идет, верю. А вот в то, что нам уходить надо, нет. И в то, что ты так сильно умом тронулся, тоже не верю. А потому проверю.

И, взяв паренька за плечи, прикоснулся своей головой к его.

Впервые кукла проявила эмоции. Заорала. И попыталась оттолкнуть живого лича. Но безуспешно, простой человек даже обычному мертвецу по силам не соперник, а уж высшему… Впрочем, Кощей отвалился от него сам спустя каких то пару секунд.

— Тьфу, — сплюнул он на землю. — Тьфу тьфу, тьфу, да тьфу, чтоб тебя!

— Ты чего?! — встревожился стоящий рядом маг.

— Да ничего, — еще раз сплюнул Кащей. — У этого урода такая защита на мозгах стоит… такая… мерзость! Да и я еще в менталистике через пень-колоду разбираюсь… тьфу… ну какая же дрянь, а?! Не был бы бессмертным, прямо тут бы окочурился!

— Время… Говорить лучше… Множество… рядом… плохо быть… — Судя по прерывающемуся голосу уже окончательно потерявшему всякое подобие человеческих черт, хреново было не только Кощею. Скрюченную грязную фигурку колотило крупной дрожью, вдобавок зрачки глаз полностью потеряли фокусировку и как у хамелеона ощупывали окружающее абсолютно независимо, оттеняя палитру безумия, нарисованную рукою мастера на лишенном даже намека на эмоции бледном лице.

— Может, ему помочь? — спросил чародей, глядя на мучения парня и начиная зачитывать целительное заклинание.

— Поздно, — покачал головой Кащей, с недовольной миной наблюдая, как конвульсии тела затихают. — Ментальная плюха Иллитида, отвешенная мне, прошла через его мозг и разрушила его. То, что это тело еще живет, заслуга чужой псионической силы.

Как будто в ответ на эти слова тело дернулось и застыло, по открытым взгляду присутствующим участкам кожи покатились крупные капли пота. Кукла иллитида медленно повернула голову в сторону Кащея и произнесла:

— Длань терять пять тел… Множество готовиться… Большие мертво-живые идти… Мертвый разум… — последнюю фразу кукла практически прошептала, безвольно заваливаясь назад, и устремляя в бездонное синее небо взгляд закатившихся зрачков уже абсолютно мертвого тела.

— Кто тут самый громкий? — спросил Кащей. — Трубите общую тревогу! И по амулетам и вслух, а то половина народа их уже наверняка сняла. Не знаю, какая пакость на нас идет и идет ли вообще, но лучше бы к ней подготовится на все сто!

В лагере спустя несколько секунд началась суматоха, в которой гномы хватались за луки, перепутав их в спешке с топорами, эльфы за гномов, желая вернуть свое имущество, а маги дружно держались за головы. Волшебство, пропитывающее их тела, сильно увеличило эффективность амулетов связи. Причем, кажется, весь апгрейд пошел на увеличение громкости. В общем и целом можно было сказать, что даже до начала боя на практически всех чародеев землян пало проклятие глухоты.

Окраина нифгардских болот. Упырь, вампир и охотник на вампиров

Ди, он же Дмитрий Клыков в некотором сомнении замер в тени дерева, растущего на самой границе огражденной частоколом деревушки, вплотную к бревенчатой ограде. Его весьма мерзопакостный на вид, хоть и довольно быстрый скакун выбился из сил несколько часов назад и был безжалостно зарезан катаной. Дампир не любил неразумных монстров, и пощады им давать не собирался. Разумных, впрочем, тоже не любил, поскольку и сам к ним относился…

— Полцарства за хорошего психоаналитика, — тяжко вздохнул парень снова поймав себя на полусозерцательной меланхолии о тяжкой судьбе себя любимого. — А если он действительно поможет, то я ему и целиком какое-нибудь маленькое королевство размером с Люксембург завоюю. Все равно у них армия меньше, чем банды в иных местах мародерствующие.

В общем Ди нужна была новая лошадь. Желательно такая, что не шугалась бы от сына Дракулы и могла неутомимо нести его на себе днями и особенно ночами. Ну, или хоть какая-нибудь. Ходить на своих двоих обоим половинкам его личности, впрочем уже почти сросшимся в единое целое, категорически не хотелось. А потому, едва он заметил на окружающей территории следы человеческого жилья в виде вырубки, как немедленно поспешил туда. За конем. Высокий забор, преградивший ему путь он просто перемахнул, не став утруждать себя поисками ворот. В них как правило стояла какая-никакая, но стража, а пускать его в поселение она, обычно, не хотела категорически. Денег же для их подкупа не было. Да и для приобретения лошади тоже. А пускать в ход катану против обычных людей было бы просто избиением младенцев, если их там конечно не армия.

Пробравшись на огороженную, но отнюдь не от дампиров, территорию, Ди удивленно замер. Рядом с ним никого не было. Даже в домах, глухие стены которых почти примыкали к частоколу. Зато большая толпа народа имелась где-то в центре поселения. Оттуда доносился неясный возбужденный гул, какое-то странное, но пронзительное мычание и запах гари пополам с ароматом шашлыка. Кого-то жгли.

— Ну что, пойдем на поиски приключений и симпатичных ведьмочек? — спросил сам себя Дмитрий и действительно направился вдоль узких безлюдных улочек к столпотворению народа. Но стоило ему выйти на центральную площадь деревни как первоначальный задор проведения спасительной операции испарился сам собой.

Нет, вроде бы все детали, претворяющие сожжение заподозренной в колдовстве женщины были на месте. Толпа, в которую собралось, наверное, все население этой деревушки, оживленно гудела и не оторвала бы взгляда от помоста, даже если бы позади них начался чемпионат мира по художественному стриптизу. Мужчины сжимали в руках копья, рогатины, вилы, топоры и даже луки, женщины охали и закрывали глаза руками, подсматривая между пальцев, дети упорно пытались кинуть в фигуру, привязанную к толстому столбу посреди разгорающихся вязанок хвороста хотя бы один камень. Им этого, впрочем, не давали, потому как рядом с безмолвной — по причине заткнутого в рот кляпа, в роли которого послужил кажется, чей-то лапоть — кандидатурой в барбекю распинался на тему «Довольно кровопийцам пить нашу, вот уж неожиданность, кровь!» какой-то звероватого вида мужик с лопатообразной бородой, заставившей бы вздыхать от зависти половину из гномов-попаданцев. Вот только вместо симпатичной девушки, пусть и обряженной в лохмотья к столу был привязан уже начавший тлеть под ярким солнцем упырь, впрочем в измазанные в земле лохмотья и обряженный. Землянисто-серая кожа, грязно-красные глаза без зрачков, клыки, упорно жующие заткнутую между ними обувь, сомнений быть не могло. Этот вид низшей нежити вставал под воздействием некромантии из высушенных вампирами трупов и отличался от зомби разве что большей скоростью движений. У него она немного превосходила человеческую. Из всех возможных плюсов он имел только один, некоторую устойчивость к солнечному свету, на котором мог пробыть до пары часов. Мозги же у этих представителей некрожизни сгнивали за ненадобностью и интеллект их стремился к абсолютному нулю. Впрочем, Ди мог припомнить пару уникумов, чья соображалка могла бы на равных конкурировать с собачьей.

— Упыря поймали? — негромко осведомился Ди у крайнего жителя деревни, почтенного возраста старика который аж подпрыгивал, чтобы лучше увидеть творящееся действо.

— Ага, вампира! — Дмитрий от такого ответа поморщился. Общего между вампиром и упырем было примерно столько же, сколько между человеком и орангутангом. — Пятерых девок в клочки сжевал, паразит! Ну ничего, уж мессир Керальт ему задаст, гадине, ууу, за одну ночь, поймал и скрутил, теперь эта тварь у нас полыхнет как факел!

— Это вот этот с бородой? — удивился Ди. Звероватого вида мужик на мессира не тянул, впрочем охотники на нежить подчас отличались изрядной экстравагантностью, кому как не дампиру было это знать.

— Нет, это Люппус, его помощник, — ответил старик. — А мессир в гостинице отлеживается, умаялся, пока вампира ловил, бедный, да и простудился, кажись ночью вдобавок. Теперь чихает без остановки и всех посылает в такие дали, что их небось и профессора столичной академии не видывали. Да и вообще шли бы эти профессора туда сами. Был у нас один такой, все разорялся вампир, вампир, высший вампир, призывал нас двух-трех магов нанять, будто у нас коровы самородками стойла удобряют…а вот хрен ему мессир Керальт в одиночку с бестией справился.

— Вообще-то вампиры и даже упыри не разрывают жертв на клочки, — задумался Ди. — Это больше подходит потерявшему разум или просто любящему чужую боль оборотню. А горит здесь и сейчас никак не высший вампир, с которыми вервольфы кстати часто вступают во взаимовыгодные союзы, а обычный упырь. Их любой полноценный кровопийца по десятку за ночь подымет. Хотя я все равно не понимаю, как можно было упыря скрутить. Убить — да без особых проблем, но вот заставит стоять смирно, покуда его спутываешь…

— А ты то откуда все это знаешь? — хмыкнул старик. — Шибко грамотный как эти профессора что ли?

За все время этого разговора старик ни разу на Ди даже не взглянул. И лишь теперь обернулся к своему собеседнику. Секунды три длилось молчание, а потом вопль «Вампир!» услышали, наверное, даже в лагере попаданцев.

Толпа с дрекольем как по команде обернулась. Ди под их взглядами почувствовал себя малость неуютно. Конечно, он мог бы попробовать объяснить им, что он дампир и не людей не охотится, что настоящий вампир под прямыми солнечными лучами в лучшем случае бы еле ползал, что… Кто-то громко прошептал: «Окружай». Дмитрий развернулся и бросился бежать. Быстро. Дампир вообще не знал, что он так быстро умеет.

— Надо будет, когда вернусь к нашим, подойти к той дроу и попросить сделать отметку в личном деле, — мелькнула мысль в его голове, пока тело сына Дракулы перепрыгивало ворота. — Мозгов и чувства самосохранения лишен начисто!

Лагерь. Перевёртыш и дамы

После доставки куклы к костру, я тихо слинял и отправился к палатке, надеясь всё-таки добрать пару часов сна для нормальной регенерации… Фиг там.

Но подошёл я вовремя, это точно. Та самая волшебница, которая вчера лишилась своего лучшего платья, пылая жаждой мщения, пришла к моей палатке — хм, а на вид это платье не хуже… — и разбудила своими воплями тёмную эльфу. А та не нашла лучшего выхода, чем схватить кнут, вылезти из палатки, и ответить не менее громким… возмущением.

Ну ругаются и ругаются, и чёрт бы с ними, но, когда я уже практически подошёл, они схватились за свои магические причиндалы, и женская ссора как-то быстро перешла в магический поединок. Ррр! — сознание заливает алым цветом бешенства.

— Да вы охренели! — попытка оглушить чародеек. Неудачно — дроу только чуть дёрнула ухом, магичка просто не обратила внимание.

Трансформа, прыжок, выдёргиваю опешившую колдунью из-под смертоносной атаки дроудессы, аккуратно укладываю её на землю… Эльфа, оскалившись, поворачивается и заново направляет какое-то неприятное даже на вид фиолетовое пламя — снова прыжок, схватить ту в охапку, отпрыгнуть от рефлекторной ответки тем самым фиолетовым пламенем, снова схватить, плотно прижать руки к телу, и переместиться к пытающейся встать волшебнице. Мда… Очень невовремя проходит мысль — я ведь, блин, не знаю даже, как их зовут.

Кусающаяся дроу выпрыгивает из моих жёстких объятий и яростно скалится. Ещё одна мысль — по чёрной коже её подбородка стекает струйка моей крови… Надо же, нашла уязвимое место в моей броне.

Рядом с ней кое-как встаёт вторая девушка, и тоже принимает боевую позицию. Друг от дружки я их отвлёк, хорошо. Теперь себя бы спасти. А чем себя можешь спасти метаморф?… Метаморфозой!

Моя облик становится ртутью… Чешуя и щитки расплываются и разбухают, превращаясь в литой на вид, сверкающий доспех — теперь мне не страшно несколько секунд провести внутри раскалённой плазмы; кисти вытягиваются вперёд и утончаются, становясь прямыми обоюдоострыми лезвиями… Голова монстра с похожим на шляпу роговым наростом сглаживается и округляется, напоминая теперь голову земного солдата в шлеме «Сфера» и респираторе — если бы не дополнительные глаза на затылке и горящая звездой во лбу блямба биорадара. Защита от излучения, ядовитых газов и жидкостей — зарина и всяких там кислот — в норме…

Все изменения заняли не больше секунды, колдуньи не успели даже осознать изменения — а я уже нежно приставил к их шейкам свои мечи.

— Будете и дальше пытаться убивать своих, или сначала поговорим?

Бесстрастный голос глухо доносится откуда-то из груди, но теперь он не в пример больше похож на человеческий, чем рычащий и шипящий голос зверя.

Как-то резко замолчавшие девушки осторожно покосились на мои длинные «руки». Ну да, чуток перестарался, сейчас и головой не пошевелить, и не заговорить без разрешения — мигом лишнее отрежет.

Первой выпало говорить эльфе. Я кивнул ей, немного отодвинул лезвие, и дроу, осторожно сглотнув, скороговоркой начала:

— Ну, она пришла и стала орать, где эта чешуйчатая морда, и разбудила меня. Я выглянула из палатки, и… уточнила, где ей надо тебя искать. А эта rivvil почему-то оскорбилась…

Выпалив всё на одном дыхании, беловласка уставилась на меня невинным взглядом. Стоящая рядом волшебница пыхтела от возмущения и едва не подпрыгивала, желая высказаться. И едва я к ней повернулся, выпалила:

— Врёт всё она! И… И… И ты должен мне новое платье, вот!

Меня по какой-то неизвестной причине(хотя, отчего неизвестной — отдыхать надо, блин!) уже начинало пошатывать, так что я едва выдавил голосом робота:

— С платьем это не ко мне, это к местным.

— А кто за ними не уследил!? — её ответ прямо-таки бурлил эмоциями, в отличие от моего.

— По… подойди чуть попозже, разберёмся — пробулькал я и запустил обратную трансформу.

Меня сразу качнуло, а резкая смена картинки при изменении количества глаз затянулась едва ли не на несколько секунд. Все эти секунды я видел только плотный серый туман… Надо срочно отдохнуть, а то ещё одного обращения я не выдержу.

Заботливо(?!) поддерживаемый дроу, я заполз в свою палатку и упал. А она почему-то осталась рядом. В лежачем положении мне стало чуть получше, так что секунд через сорок я приоткрыл один глаз и глянул на эльфу.

— Смотрю я на тебя и удивляюсь. — задумчиво произнесла та.

— Почему ты всё ещё жив? Везде влезаешь первым, как… — она на секунду прервалась, вспоминая:

— Как грудью на амбразуры. И ещё меня взялся соблазнять. Я ведь чувствовала. — тонкие когтистые пальцы впились в моё плечо.

— Тебе неприятно было чувствовать боль, но ты остался и… довёл дело до конца. Почему?!

Собрав в кулак остатки бодрости, я ответил. Честно, но… честность величина относительная. Этот ответ, например, я придумал только что:

— Дроу, как ты думаешь, в нашей экспедиции есть ли другие настолько… уникальные и при этом одинокие девушки?

Она хмыкнула:

— Есть, конечно. Но ты договаривай, раз начал.

— А кто из вас способен сердцем и душой безопасности отряда? Что же насчёт, — я попытался усмехнуться — неприятных ощущений при соблазнении…

— То, что я получил в итоге, стоит и не такого. А ещё я до сих пор не знаю, как тебя зовут… — проваливаясь в сон, закончил я..

…Забавно, однако, сидеть и, как тот студент из анекдота, вспоминать то, чего не знаю.

Например, я могу отрастить ещё пару щупалец? Или крылья? Могу, но больше шести конечностей одновременно я не удержу. А, например, морским ежом, этаким шариком с колючками обратиться слабо? Ещё как слабо, я могу быть только гуманоидом. Какие-нибудь специальные органы, вроде жабр или огнемёта? Эмм… При мысли о жабрах появилось желание завалиться в ближайший водоём на недельку. А огонь? Ааа, понятно — не хватает химии в организме, нужно где-то наесться фосфора и серы. И металлов заодно. Желание поглядеть, как это всё выглядит, прямо здесь, в мире снов, закончилось лишь головной болью — мой человеческий облик и не думал меняться.

Какая-то ограниченная у меня фантазия — чувствую, это ещё не всё. Хмм. А магия?!

Неуловимо изменилось зрение, всё тело окутала плотная дымка. Полупрозрачным вторым слоем окружающего меня призрачного города стало яркое переплетение разноцветных потоков, а окружившее же меня облако вызвало в памяти образ сияющего — в прямом смысле — оборотня Захара. Примерно так же, как его Свет, могло действовать и моё Облако. Не дальше, чем на толщину пальца от моей кожи, но довольно эффективно.

…Просыпался я бодрым и довольным… В аккурат до того момента, как на меня выплеснули, по ощущениям, целое море холодной воды.

— Какого!!!..

Лагерь. Три Р и кошки

— Ещё друг, называется… Хоть ты подремать дай! — вяло отбивался Лайнер.

— Друг — утвердительно кивнул Шикамару. — А друзья должны делить тяготы друг с другом… Так что раз я себе не могу позволить дрыхнуть, хотя и очень хочется, то и тебе не дам.

— Работайте, негры, солнце ещё высоко — вставила Карура. Антон-Шикамару кивнул.

— Именно. Я тебя прекрасно понимаю… Сам бы с превеликим удовольствием улёгся где-нибудь. Но… Такими темпами как бы не пришлось досыпать в могиле. Там, конечно, редко беспокоят — хотя кто знает здешних некромантов… — зато сыро и некомфортно. В общем… блин, да он заснул!

Антон не знал, смеяться или возмущаться: пока он произносил свою речь, апатичный волшебник, сидевший на земле, прислонившись спиной к дереву, закрыл глаза и задремал. Шиноби вздохнул; тоже прислонившаяся к дереву, но стоя, Карура, плавно приблизилась к Веталю-Лайнеру, подняла его за грудки и хорошенько встряхнула.

— Друзья, называется… — осуждающе повторил волшебник, открыв глаза.

— Знаешь, мне кажется, король в анимехе был прав… — заметил Антон, обращаясь к Каруре. — Мне тоже его временами убить хочется. Давай приходи в себя и вспоминай, что ты не только маг со странностями, но ещё и попаданец, которому нужно выжить и обустроиться.

— Ладно, я всё понял… — проворчал Лайнер. — Чего от меня надо-то?

— Да всё то же. Например, вопросы магического ликбеза и шпионажа… Ксюха, ты бы его отпустила уже.

Выпустив жертву, брякнувшуюся о землю, нека вернулась к дереву.

— Ну вот… Например, смог бы ты кого-то обучать?

— Даже не знаю… — задумчиво произнёс Виталий, потирая седалище. — Попробовать можно, думаю. Но, сам понимаешь, разные миры, разный народ, разная магия… Я-то большую часть вижу и понимаю, но не факт, что другие смогут повторить.

Шиноби кивнул.

— Понимаю, но попробовать нужно будет. По-хорошему, тебя в наше грядущее министерство магии нужно определять… Но сначала — разобраться, что ты можешь, а что нет.

Вообще, по прикидкам шиноби, если попаданцы решат обучать местных магии, то разнообразие имеющихся у них магических систем и методик может быть плюсом — больше шансов, что ученик сможет освоить хоть какой-то вариант. Правда, всё это в далёком будущем — слишком много работы, и перспективы пока неясны.

— В любом случае, уж извини, но в разведку я с Лайнером бы не пошёл… А вот учитель — самое то для него. Пока что рассчитываю на твою помощь в моём самообучении… У местных зверушек имеется сопротивляемость магии, и я хочу что-то этому противопоставить. Не хочу, чтобы мои техники неожиданно оказались бесполезными… Так что будем работать.

Возможно, и выгоднее было бы думать о перспективах всей группы попаданцев, о более стратегических целях, но… Этим уже есть кому заняться, да и не чувствовал Шикамару такой ответственности за всех в целом, как за нескольких конкретных друзей. Да и стратегия стратегией, но если не удастся защититься, от всех хитроумных планов не будет никакого толку…

— Для начала, я хочу кое-что уточнить. Ты просто копируешь заклинания или всё же анализируешь их?

— Второе — отозвался Лайнер-Веталь. — Сложно объяснить, но это действительно похоже на решение формул…

Он пожал плечами.

— Честно говоря, я подозреваю, что эта способность родственна Глазам Восприятия Смерти Шики. Как там называлась эта хреновина, которая содержит абсолютное знание, Хроники Акаши?..

— Угу, но столь глобальные вещи явно не вопрос ближайшего будущего. Сейчас меня интересует другое: если ты анализируешь заклинания, то должен быть способен и изменять их, комбинировать… В том духе.

— Это не так просто… — Скривился Лайнер. — В аниме, походу, за это отвечал Сплетатель формул, а Лайнер, как ты знаешь, Решатель. Попробовать, впрочем, можно будет с теми, что попроще… Но я просто разбираю заклинания на составляющие; с пониманием, что оно такое, сложнее. Да и не все заклинания мне даются… К примеру, ваши шинобячьи техники — через пень-колоду. Такое впечатление, что в формулах местами используются неизвестные мне символы… Правда, бывает, вглядываюсь — и что-то становится понятно. Странно, в общем. К слову — парень повернулся к Каруре, и в его глазах загорелись две пентаграммы — у тебя тоже способности к магии имеются, только ты их используешь нестандартно. Сила твоя во многом не от мышц, а от магии…

— Я ничуть не удивлён… — хмыкнул Антон-Шикамару. — Она со своим тесаком ухитрялась по болоту бегать, не погружаясь по колено. Простым опытом это не объяснить… Да и вообще, с таким предком, и совсем без магии? Впрочем, пока не важно. Давай лучше вернёмся к вопросу…

— Почему это не важно? — хмыкнула девушка. — Может, я тоже хочу учиться магии, если у меня есть способности.

— А ты хочешь?

— Нет — призналась Карура. — Но спросить нужно было.

— Всему своё время — пожал плечами шиноби. — Возможно, когда будет возможность, и ты передумаешь… К слову, гномы, по-моему, уже начали разбирать панцирь мальгака, так что ты бы не могла взять у них кусок? Нам понадобится для проверки.

Нека потянулась и кивнула.

— А мы с тобой всё же попытаемся чего-то добиться — сообщил шиноби волшебнику. — Шикамару кое-то знает о теории ниндзюцу, так что вместе что-нибудь да сварганим…

Нека сделала шаг и обернулась.

— А пока меня не будет…

Неожиданно она уронила меч и подпрыгнула, хватая что-то в ветвях дерева, под которым стояла. Раздался женский визг в смеси с чем-то похожим на мяуканье, и с дерева на Лайнера свалилась ещё одна нека.

— …Не скучайте — закончила Карура и была такова.

Новоявленая представительница кошкоухого племени была заметно мельче Каруры и несравнимо менее мускулистой; она определённо была создана для скорости и проворства, а не физической мощи, в противовес приятельнице парней. Шорты, рубашка, и бандана на голове…

— Ты бы его отпустила — складывая руки перед грудью, произнёс Антон, поскольку нека замерла, вцепившись в лежащее под ней тело Виталия. — Он мне самому нужен.

Девушка покраснела и отпрыгнула; волшебник издал придавленный кашляющий звук. Оторвавшись от придавленного, девушка попыталась было сбежать, но замерла на месте, не в силах двигаться.

— Извини за неудобство — произнёс шиноби — но, прежде чем тебя отпустить, я бы хотел узнать, зачем ты нас подслушивала.

— Просто любопытня — ответила нека.

— «ЛюбопытНЯ»? — переспросил Виталий-Лайнер, не делая попыток встать. Девушка поморщилась.

— Ничего ня могу поделать, постоянно някаю…

— Кавайно — заметил Веталь. Нека снова покраснела.

— Неудобня — призналась она. — И чего я выделывалась? Ехала бы как все, эльфийкой… Вам ня понять, у вас таких проблем нет.

— У нас у всех — Лайнер зевнул — свои проблемы… Да ещё и общие для всех есть. Антоха, ты бы отпустил девушку, неудобно как-то…

— Она недоговаривает — откликнулся шиноби. — Если бы это было просто любопытство, она не наблюдала бы за нами так долго…

— Я сейчас своих позову! — пригрозила нека. — Отпусти!

— Напарница Лайнера сейчас непременно заявила бы, что он извращенец, бабник и насильник… — пробормотал себе под нос Антон.

— Действительня? — насторожённо произнесла нека, пытаясь отодвинуться.

— Нет, она так от него конкуренток отгоняла — пояснил шиноби. — Зови, если хочешь… Объясняться всё равно придётся.

— Ну отпусти, а? — жалобно заныла нека. — Я нячего плохого ня хотела, просто… личный интерес.

— Угу… — задумчиво произнёс Антон. — Зовут-то тебя как, красна девица?

— Ниня… то есть Ниня…

Она тяжело вздохнула.

— Ну, вы поняли.

— Ладно, Ниня — улыбнулся парень — бывай. Ещё увидимся…

Шиноби отменил технику теневого захвата; нека обиженно показала язык, взмахнула хвостом, и только её и видали.

— Похоже, у тебя появилась поклонница — сообщил Антон. — Впрочем, вернёмся к делу…

Окрестности деревни. Полтора вампира и Ко

Дмитрий Клыков, он же с некоторых пор Ди, не любил вампиров. В этом обе половинки его сущности, уже практически слившиеся в единое целое, охотно друг с другом соглашались. Нет, ну, в самом деле, что может быть хорошего в движимом магией трупе, поддерживающем свое существование, подчас, правда, весьма комфортное, за счет украденной у других жизненной силы? Смазливая внешность? Так она по большей части служит лишь приманкой для противоположенного пола, с которым подобные твари чаще утоляют не сексуальный, а вполне себе обычный голод. Бессмертие? Да, не плохая вещь по мнению всех тех, кто его лишен. Вот только даже среди самих кровососов половина периодически жалеет о нем, потому как их вечность больше всего похожа на бессрочное заточение в камере пыток, размыть стены которой способна лишь чужая кровь. Остальное, вроде увеличенной силы или способности подчинять себе умы примитивных созданий, в том числе людей, и особого упоминания не стоит. Любой человек если приложит достаточное количество усилий в состоянии обрести нечто подобное. И не обязательно при помощи магии. К примеру, по мнению Дмитрия, которому с девушками ну просто таки фатально не везло, пикаперы и ловеласы нагло мухлевали, очаровывая своих партнерш при помощи хорошо поставленной речи, на девяносто девять процентов состоящей из лести и пустых обещаний и умения читать язык тела. Хотя с другой стороны, может это и есть чародейство, пусть грубое и примитивное? В общем, ни Ди, ни Дмитрий вампиров не любили. Ну вот просто так. К тому же и личные причины не любить кровососов у сына Дракулы имелись.

Сейчас существо, совсем недавно бывшее простым землянином сидело в засаде. На верхушке елки. Ему бы, конечно, больше нравились деревья с мягкой листвой, а не хвойными колючками, но в окрестностях деревни не было достаточно высоких экземпляров березы, осины или на худой конец дуба. Отлучаться со своего поста, находящегося на высоте примерно десяти человеческих ростов, дампир не собирался. В деревне был настоящий кровопийца. Тот упырь, которого сожгли селяне, на роль ночного убийцы походил мало. Слишком глуп он был. Слишком легко его поймал охотник на вампиров. Слишком уж активно он сопротивлялся попыткам вытащить себя под ясное солнышко, чтобы поприсутствовать при казни трофея. И, самое главное, слишком уж любили дети ночи маскироваться под своих злейших врагов, одновременно получая относительную безопасность, гордясь собственным превосходством и наглостью, а также создавая по возможности истребителям кровопийц дурную славу. И такого типа ни Ди, ни Дмитрий отпускать от себя неупокоенным никакого желания не имели.

— Бывают, конечно, и среди вампиров достойные существа, — припомнил сын Дракулы некоторые моменты собственной биографии. — Но так редко, что это даже не стоит принимать во внимание. И даже за подобными экземплярами тянется хвост из крови невинных, способный наполнить маленький прудик. Вампира-вегетарианца или того, кто всю свою нежизнь пил бы лишь кровь четвероногого скота мне на пути еще не попадалось. А уж кто-кто, а я в вопросах вампироведения являюсь признанным специалистом. Больший опыт найдется, возможно, лишь у доктора ВанХельсинга, которого к сожалению нет среди попаданцев, но и то вряд ли. Он то при всех своих достоинствах все-таки смертный человек. Вроде бы.

В деревне открылась дверь большого дома, видимого являющегося местным нулезвездочным аналагом отеля Хилтон. Из нее вышли трое. Двое мужчин и женщина. Они немедленно стали запрягать повозку, в которой, судя по всему, и приехал в сельскую местность охотник на вампиров. Фальшивый или настоящий, но тупой и бездарный, способный перепутать лешего с дриадой, дриаду с друидкой, а друидку с бревном. Это Ди еще только предстояло выяснить. В конце-концов мог человек и ошибиться. Или быть просто неграмотным. Самоучкой, к примеру, рванувшимся мстить кровососам после того как потерял родных от клыков кого-то из них, не озаботившись грамотной подготовкой. Тогда дампир просто преподал бы ему пару уроков. На том, кто убивал крестьян и, пожалуй, на себе самом. Убить сына Дракулы такой бездарь все равно бы не смог.

Из деревни вело две дороги. Та, что похуже, вела к болотам, вторая же шла куда-то еще. И именно по ней начала двигаться телега, в которую села неизвестная троица. Ди мысленно похвалил себя за правильный выбор места. С той верхушки, на которой он сидел, перехватить медленную клячу, стоящую от призового рысака на том же расстоянии, что и единорог, смог бы при желании даже обычный смертный. Дампир начал было спускаться, но был остановлен неожиданным препятствием. Его шикарный щегольской черный плащ с алым подбоем прилип к смоле. В соревновании ткани, которой случалось свести знакомство с кислотами, боевыми заклинаниями, освященным оружием и даже лазерными импульсами победила, конечно, одежда, но заминка настроила Дмитрия на совсем уж пессимистичный лад.

— Лишь сосны, елки, да лиственницы, — недовольно констатировал он, оглядев деревья, по ветвям которых быстро двигался к дороге. Причем на некоторые из них не рискнула ступить бы и страдающая болезненной худобой белка, но дампир из-за своей природы был в отношениях с физикой вообще и законом гравитации в частности в несколько особых отношениях. — Ни одного нормального дерева! Здесь что, эти колючки специально сажали?

Так и не получивший ответа на свой вопрос дампир приземлился на спину флегматично трусящей лошади. Возница, которым оказался уже знакомый звероподобный мужичок, как раз собирающийся подбавить ей прыти длинной хворостиной не успел сдержать удар и остался лишь с жалким обломком деревяшки в руке. Резать катаной Дмитрий опускающуюся на его шляпу угрозу не стал. Просто сломал одной рукой, всего лишь поймав своеобразный ускоритель в ладонь и слегка сжав пальцы. Он, впрочем, при необходимости мог бы проделать подобный фокус и с цельнометаллической стрелой или, к примеру, человеческим черепом. Кобыла всхрапнула, но не посчитала нежданную ношу, не такую уж, кстати, и тяжелую, чем-то стоящим более пристального внимания. Ди уверился в своих худших предположениях. Нормальные неприученные к мертвецам животные его, как правило, боялись.

— День добрый, — поприветствовал он помощника охотника на вампиров, еще одного мужчину, вероятно того самого охотника, и какую-то молодую девицу на редкость крестьянского вида, скрыть миловидность которой не могла и не первой свежести одежда, тщетно пытающаяся удержать пару выпирающих вперед с крепкого мускулистого но при этом пропорционально сложенного тельца окружностей. Про таких говорят кровь с молоком. — Вернее, ночь. Вы что же это, сеновал поукромнее ищите или решили прогуляться под лунной по какой-то иной, более возвышенной причине?

Вместо ответа возница прыгнул. Вперед и вверх, метя точно в горло. Точно так же как волк. И в его раскрытой пасти широко раскрылись отнюдь не человеческие зубы. Голова полетела налево, злобно, но уже бессильно скалясь, а скребущее сначала воздух, а затем и землю мгновенно выросшими когтями тело направо. Сам же дампир остался стоять там же, где и был. На спине лошади, которая наконец-то остановилась, видимо пытаясь понять, что же собственно происходит. Сидящие в повозке, впрочем, тоже это знать судя по всему хотели бы. И если девица еще ошарашено хлопала глазами, явно не понимая, откуда перед ней взялся черноволосый и бледнокожий красавец с обнаженным мечом в руке, который возник там вообще быстрее, чем это могли бы увидеть человеческие глаза, то ее спутник уже встал в полный рост и тащил из длинных ножен шпагу.

— Как я и думал, — спокойно констатировал Ди, наблюдая за тем, как обезглавленное тело затихает в придорожной пыли. — Вампир и вервольф. Стандартная, можно сказать, спайка, позволяющая не переживать о безопасности во время дневного сна. Чаще ночные кровопийцы встречаются лишь со слугами-людьми.

— Ты кто такой? — прорычал вампир. До того, как пред ним появился Ди, он выглядел обычным человеком. Средних лет, коротко стриженным, на лице можно было заметить тонкую паутинку из трех-четырех прекрасно залеченных старых шрамов, не уродующих его облик, а напротив, придающий ему некую импозантность и брутальность. Глаза бы черными, лишь в самой глубине их, казалось, время от времени мелькали алые искорки. Теперь же кожа существа стремительно серела, клыки в открытом рту видимо удлинялись, зрачки сменились ярко полыхающими углями, а уши вытягивались как у эльфа. В общем, на транспортном средстве, состоящем из одной лошади и одной телеги, оказалось в общей сложности полтора вампира.

Крестьянка наконец осознала, кого именно видит перед собой и завизжала так, что ее наверняка услышали даже в деревне. Вероятно это был самый громкий и пронзительный крик во всей округе за последние лет тысячу, если, конечно, на каком-нибудь кладбище не завелась невзначай баньши. Потом девушка перевела взгляд на своего спутника и превзошла только что установленную планку.

Ди промолчал. Со своими противниками он разговаривал редко. С союзниками, впрочем, тоже. Полукровка раздумывал, как бы выманить кровопийцу подальше от крестьянки. Судя по ее реакции, укушенной или хотя бы поставленный в известность о природе своих спутников она не была. Вероятно, парочка монстров в человеческом обличьи прихватила ее с собой просто в качестве консервов, запудрив мозги какой-нибудь чушью. Составить хитрый план сыну Дракулы вампир не дал, банально пойдя в атаку. Нежить вскочила на место возницы и попыталась уничтожить вставшую у нее на пути помеху, по-прежнему балансирующую на кобыльей спине. Длинное и узкое жало шпаги метнулось к горлу Дмитрия и столкнулось с катаной, отбросившей ее в сторону. Затем последовал второй удар. Третий. Дитя ночи был, подобно всем своим собратьям, силён и быстр. Его выпады даже совсем легким оружием могли бы пробить рыцарскую кирасу. Но против Ди этого было откровенно мало. На четвертом ударе дампир контратаковал и полноценный кровопийца уронил шпагу, которую сжимала кисть отрубленной по локоть руки. Впрочем, расстроиться потере он вряд ли успел. Следующий взмах меча развалил на части его туловище. От левого плеча к правому бедру. Обе половинки упали в телегу, из которой практически воспарив выскочила крестьянка, продолжающая воображать себя свихнувшейся сигнализацией. Девушка голося на всю округу задрала подол своей грубой юбки высоко вверх, открыв стройные ножки и припустила по направлению к частоколу с такой скоростью, словно за ней гнались все демоны ада.

— Совсем молодой был, — разочарованно подумал Дмитрий, трогая носком сапога останки, быстро разлагающиеся с образованием большого количества пыли, которую днем можно было принять за дым. — Не старше ста лет. Вероятно, даже моложе. Можно было бы даже взять в качестве языка, чтобы расспросить его об округе, а теперь я снова один. Хм. Ну, по крайней мере, у меня теперь есть лошадь и телега. Может, если снять плащ, шляпу и спрятать меч, удастся сойти в следующей деревне за крестьянина?

И дампир-разведчик медленно покатил вперед, сверкая в ночной темноте алыми глазами, особенно четко выделявшимися на снежно-белой коже лица.

Лагерь. Тяжело в ученьи…

— Итак, что нам нужно? Безопасность — раз, выход на местных богов — два, комфорт — три — размышлял вслух Шикамару-Антон. — Кащей не дурак и определённо это понимает. А что из этого вытекает? Готов поспорить, вот-вот будет приказано…

— Всем, кроме дозорных, собраться в центре лагеря! — разнёсся по окрестностям магически усиленный голос Кащея. — Проводим подготовку к обороне. Хотите жить — придётся прилагать к этому усилия!

— …Провести учения — закончил фразу шиноби. — Примерно представлять, кто на что способен, одно дело, а вот чтобы попытаться организовать нормальную оборону — а там и нападение — нужно посмотреть на всё это в деле. Лично я устроил бы спарринги.

Попаданцы быстро последовали указаниям, нестройной толпой собравшись в свободном от деревьев и уже изрядно вытоптанном центре лагеря. Проигнорировавших приказ о сборе не наблюдалось; похоже, уже до всех дошло, что это не шутки, и выживание зависит от совместных усилий землян. Не то, чтобы они в едином порыве сплотились в дружную команду, но, по крайней мере, все понимали, что в их ситуации не до капризов.

Хотя, похоже, всё-таки не все… Эльфийки, хоть и присутствовали, но определённо только потому, что их сумели притащить их кавалеры; девушки капризно кривились и всем своим видом демонстрировали, что делают всем большое одолжение своим присутствием.

— Думаю, все слышали предупреждение о некоей угрозе? — произнёс Кащей, окинув собравшихся взглядом. — Правда это, или нет, но нам в любом случае нужно готовиться к активным действиям. Вечно отсиживаться на болотах не получится, вскоре придётся выходить к людям, и вряд ли нас встретят с распростёртыми объятьями. Нам придётся доказать, что мы способны за себя постоять, чтобы у местных правителей не было ненужных соблазнов… Да и вообще, чужаков нигде не любят, а мы — компания очень уж подозрительная. Тролля помните? Подозреваю, что и у остальных будет подобная реакция.

— Ну, это ты, твоё темнейшество, очень уж выделяешься… — прогудел кто-то из гномов. Пара магов согласно кивнули.

— Согласен — не стал спорить Кащей — но общей сути это не меняет. Нам в любом случае придётся продемонстрировать, что враждовать с нами невыгодно. Взять с нас пока особо нечего, кроме рабынь — он выразительно посмотрел на эльфиек — а зубы можно обломать. Так что сейчас проведём небольшие учения… Ничего особенного, на какие-то изыски нет ни возможностей, ни просто места, так что пока ограничимся обычными спаррингами. Сейчас Тайара, то есть Таня, распределит пары, и начнём. В полную силу, конечно, не стоит, но и особо сдерживаться не надо — у нас есть целители, мелкие травмы не проблема. Учтите, вам самим это нужно, чтобы оценить силы, свои и союзников.

— Уже составили план, кого с кем ставить — одобрительно хмыкнул Антон. — Неплохо работают…

— Вопрос! — поднял руку Гаара. — У некоторых из нас рефлексы заточены под убийство, и может получиться… нехорошо. Как быть с такими?

— Согласен, это тоже фактор — кивнул Кащей. — Вообще-то с рефлексами нужно бороться, но пока что тем, кто опасается за свой самоконтроль, спарринг-партнёром буду я. Ещё вопросы?

Вопросов не последовало; Кащей кивнул.

— Тогда приступим.

Тёмная эльфийка, сверяясь со списком в руке, принялась организовывать пары. Всё же для всей толпы землян свободного места не хватало, так что спарринги пришлось проводить в несколько заходов; первыми вышли три пары магов, вокруг которых Кащей и те маги, до которых ещё не дошла очередь, на скорую руку воздвигли барьеры для защиты зрителей от шальных заклинаний.

— Ещё и какое-никакое развлечение — заметил Антон-Шикамару. — Ксюха, встряхни Веталя, пусть на магов посмотрит, пока они выступают. А я пока Шики притащу…

А посмотреть было на что, и не только для изучения и последующего применения чужой магии. Хоть поединки и не были поставлены профессиональным режиссёром, так что не блистали эффектными кадрами высокобюджетных блокбастеров, но зато это была настоящая магия. И пусть многие из попаданцев ныне обладали некими сверхъестественными способностями, зрелище впечатляло. Рой огненных ос, ледяные стрелы, вспышки электрических разрядов…

Первые две пары в основном применяли разнообразные стихийные чары, а вот третья… На первый взгляд они просто стояли и напряжённо вглядывались друг в друга, словно пытаясь просверлить взглядом.

— Что они делают? — поинтересовалась Карура у Лайнера.

— Один пытается создать чары, другой их рушит — пояснил волшебник, в глазах которого сияли пентаграммы. — Потом меняются. О, поняли, что это бесполезно, и пытаются косить под Дарта Вейдера…

Волшебники синхронно подняли руки, и… снова ничего не произошло.

— Снова наравне — хмыкнул Лайнер. — Они так долго могут толкаться…

Однако схватка закончилась быстро и неожиданно. Волшебник, выглядящий постарше и сжимающий в левой руке посох, внезапным и резким движением обрушил этот самый посох на голову оппонента.

— Магия магией, а хороший удар — веский аргумент — удовлетворённо заметила нека.

Поверженным тут же занялась «санитарка», эльфийка-целительница; победитель извинился и тоже отошёл, освободив пространство для новой пары.

— Как бы ни был хорош маг, всаженный между лопаток кинжал влияет на него не лучшим образом — согласился успевший вернуться Шикамару.

— Это намёк? — сухо поинтересовался Шики, которого он привёл с собой.

— Это старая поговорка джарегов. Но если поможет выжить, считай намёком.

Похоже прошла и схватка кровавой эльфийки с одним из человеческих магов, с той разницей, что дама и не пыталась колдовать: развеяв подготавливаемые оппонентом чары, она стремительно скользнула вперёд, и остриё рапиры замерло у горла чародея. Следующим «выступал» её муж в паре с Эдуардом Элриком. Алхимик приложил руки к земле; эльф попытался, как и его жена, разрушить чары… и только чудом успел отпрыгнуть от удара ряда высунувшихся из земли каменных «клыков». Однако, совершая кульбит, кровавый ухитрился нанести ответный удар, метнув в Элрика небольшой огненный шар. Впрочем, безуспешно — поднявшаяся перед алхимиком каменная плита защитила его, а в следующий момент Эдуард, на металлической руке которого появился широкий клинок, выскочил из укрытия и метнулся к противнику. Стремительный выпад эльфа алхимик принял на клинок; рапира изогнулась, но уцелела. Эдуард попытался сократить дистанцию, но эльф двигался быстрее; тогда Элрик… ухватил клинок металлической рукой. И как следует пнул эльфа за долю секунды до того, как тот сообразил выпустить оружие. Между ног.

— Наверно, всё-таки не стоило его так… — произнёс Альфонс Элрик, встречающий брата за пределами «ринга».

— Настоящий враг миндальничать не будет — обрезал старший алхимик. — Пусть учтёт на будущее. Для того всё это и затеяно…

Схватки продолжались; как правило, проходили они стремительно, и пары быстро сменяли друг друга.

— Лайнер Лют! — наконец, произнесла Тайара. — Против Ксардаса!

— Ставлю на старикана — произнёс один из орков.

— Что ставишь-то? — поинтересовался другой.

— Да я так, фигурально…

— Фигурально не интересно. Но я, пожалуй, пять щелбанов поставлю на этого… на засоню, короче.

— Давай, не подведи нас — напутствовала Карура волшебника, поднимая его с земли и хлопнув по плечу. Лайнер-Веталь пошатнулся, грустно посмотрел на девушку и медленно прошёл к рингу.

— Ребята, я тоже на него ставлю — произнесла нека, обращаясь к оркам.

— Ну, коллега, посмотрим, на что вы способны — произнёс Ксардас, на одной ладони которого появился огонёк, а на другой — что-то вроде огромной снежинки. Лайнер вздохнул, выпрямился… и уселся на землю.

— Я сдаюсь — произнёс он.

Зрители, приготовившиеся к очередному яркому зрелищу, недовольно зашумели.

— Забыл кое-что уточнить — произнёс Кащей. — Если кто-то будет откровенно сливать поединок, то они надолго получат задания из разряда чистить картошку и туалеты.

— Витька, проигрыш тебе выдам… — опасно ласковым тоном добавила Карура. Волшебник поёжился, ещё раз вздохнул, и встал.

Схватка закончилась вничью: все чары, применяемые Ксардасом, Лайнер встречал точно такими же, и их атаки раз за разом блокировали друг друга. В конечном итоге их попросили освободить место для других.

— Очень неплохо… — заметил Ксардас. — Конечно, я работал не в полную силу, но вы определённо тоже… Знаете, хотелось бы с вами обменяться опытом.

Началась следующая схватка; орки снова принялись делать ставки, и к ним стали присоединяться окружающие.

— Щелбаны — это как-то мелко и банально — заметил Шикамару.

— Так больше не на что — пожал плечами гном-рунолог. — Деньги-то не у всех хоть какие-то есть…

— Можно на услуги — ответно пожал плечами шиноби. — В пределах разумного.

— Это вариант… — задумчиво пробормотал гном. Шикамару кивнул и переместился к паре Ксардас-Лайнер.

— Ваш друг всегда такой… пассивный? — поинтересовался некромант, заметив его.

— Персонаж его — да. Я его у вас на минутку одолжу…

— Разумеется…

Оттащив — в буквальном смысле — приятеля немного в сторону, Антон наклонился над его ухом.

— Сделай одно дело, и сможешь спать. Когда будет очередь Шики, постарайся развести Ксардаса на пари, услуга на услугу. Ставь на победу Шики.

— А если он проиграет? — не открывая глаз спросил Виталий-Лайнер.

— Просто сделай, как я говорю, и всё будет отлично. А я постараюсь помочь тебе со сном.

— Ладно, попробую…

— Главное, не проспи момент — поморщился шиноби.

— Угу, не беспокойся…

«Придётся проконтролировать» — мысленно вздохнул Антон. — «Ладно, теперь Ксюха…».

— Шики Тоно! — наконец, произнесла Тайара. — Против Икаежд Анача… Или Икаежда Анач… в общем, против непроизносимого монаха.

— Тот-чьё-имя-невозможно-произнести — хихикнул кто-то из зрителей.

— Прошу прощения — произнёс Шики, он же Александр, выступая вперёд и подняв руку — но я не уверен за себя… Ика… Монах, скорее всего, легко победит, но если что, я могу его серьёзно покалечить. Я в бою действую скорее на рефлексах, и вполне могу ненароком отрезать ему часть тела. Не хотелось бы рисковать…

— Понятно — кивнул Кащей. — Тогда производим замену…

— Шики Тоно против Кащея! — провозгласила Тайара, и оппоненты вошли в ринг. Шики снял очки, аккуратно вложил их в нагрудный карман, и достал из кармана брюк раскладной перочинный нож. На фоне облачённого в доспех Кащея с мечом в руках азиат-старшеклассник смотрелся настолько несерьёзно, что среди зрителей послышались смешки. Сам Кащей, впрочем, выглядел вполне серьёзным; отсалютовав противнику мечом, он встал в стойку.

— Начали! — произнесла Тайара, и в тот же миг Шики исчез. Ну, не исчез, конечно… Просто стремительно метнулся к Кащею. Тот метнул какое-то заклятье, но оно растаяло, столкнувшись с серебристой полоской стали в руке потомка охотников на демонов; а в следующее мгновение сжимающая меч рука Кащея упала на землю вместе с прикрывавшей её частью доспеха.

— Бой окончен! — поспешно произнесла Тайара. — Техническая победа Шики Тоно!

— Знай силу ОЯШа! — довольно заметила Карура…

Несколько раньше, болота. Любопытный иллитид

Младшие довольно слабы. Такое заключение формируется на основании результатов их использования для прощупывания слабых мест сообщества попаданцев и окружающей флоре и фауне. Позорно слабы. Нападения на оторвавшихся от группы особей это явно показали. Единственным плюсом является то, что эти — как их еще называют провалившиеся в этот мир преобразившиеся люди — «Пиявки» имеют слабые зачатки телепатии. Видимо, только это и позволяет им выживать в столь недружественных условиях. Как боевая сила они просто ничтожны.

Бредущий по болотной жиже, уже давно равномерно покрывающей всю поверхность еще недавно чистого плаща, иллитид, еще раз окинул взглядом остатки своей свиты и сжал лицевые щупальца в жесте огорчения.

Видимо, любопытство, являющееся универсальным злом, присущим любому живому существу в мультивселенной, необходимо обязательно отнести к списку смертных грехов — если бы, конечно, данный список существовал в едином сообществе пожирателей разума. Именно проклятое всеми богами любопытство заставило сунуть щупальце в эти крайне мрачные развалины, отделенные от основного болота широкой полосой взбаламученной жижи. Разведывательная тройка снулей беспрепятственно пропорхнула над закопченными огрызками стен, и, немного покружившись, разместилась на ветвях деревьев по периметру пустого пространства. А дальше…

Основная причина, по которой окружающие болота считаются одним из самых опасных мест, куда может сунуться разумное существо, заключается в их, как это не странно — удобстве. Удобстве для всякого рода экспериментаторов и асоциальных существ, позволяющем без лишних глаз заниматься различнейшими делами и делишками, не всегда приветствующимися в приличном обществе. А иногда отвергаемыми даже в не особенно приличном. Некроманты, прошедшие большую часть жизненного пути и приближающиеся к состоянию лича… Свихнувшиеся маги жизни, выращивающие невиданных химерических созданий, зачастую намного более разумных чем их создатели… Осколки считающихся забытыми культов, творящие поистине ужасающие ритуалы, самый незамысловатый из которых заставит неподготовленного человека поседеть в считанные мгновения и навсегда забыть о такой призрачной вещи как спокойный сон.

Этакий географический кружок по интересам, пристанище отверженных и одиноких… тех кому законы любого, даже варварского общества стоят поперек горла, пасти или в данном случае лицевых щупалец, подрагивающих в плохо скрываемом раздражении.

Охватывающие потерянную длань общности Ориндолла чувства было бы сложно понять для любого гуманоидного создания, не знакомого с таким чудовищным изобретением именно человеческого разума, как программирование. Какого демона или более привычного нам черта в голове созданного волей умирающего демиурга иллитида бродили подобные мысли? Ответ на этот вопрос заключался в дергающейся многотонной громадине, судорожно дергающей конечностями и все равно продолжающей неотвратимо преследовать нарушителя. Несомненно, создатель этого вот всесокрушающего каменного болвана и подотставшей на пару-тройку километров толпы его собратьев, обладал либо какой-то извращенной логикой, либо был жутким параноиком. Доказательством этого была программа, если ее так можно конечно назвать, заложенная при изготовлении в мозги этих громыхающих чудовищ, больше похожих на вставшие дыбом груды камней, неведомым обычной науке способом соединенные вместе. Вроде бы простейший охранный полог развернутый над ни в чем не привлекательными развалинами, хотя и очень удобными для организации логова, при попытке снятия привел к пробуждению в узловых точках периметра вот таких вот красавчиков с намертво вбитым в их каменные головы скриптом, не отличающейся особой изысканностью и сложностью. Пожертвовав парой марионеток, размолотых в кровавый фарш, иллитид попытался проникнуть скальпелем разума в одно из тех энергетических образований, пульсирующих внутри каждой из пятнадцати громадин… Но то, с чем он там столкнулся, заставило содрогнуться оболочку его псионического ядра и испытать громадные сомнения в разумности создателя данного извращения. Нет — энергетический конструкт и сами плетения составляющие некое подобие псевдоразума данных конструкций были выполнены на высочайшем уровне, позволяя даже осуществлять некоего рода слияние, во много раз увеличивающее интеллект общности этих сознаний. Но вот методика создания и сама программа жестко вбитая в кристаллические извилины…

Мерцающие мертвенным синим светом трещины и щели между составными частями этих магоконструктов и появляющиеся то тут, то там плети электрических разрядов, опутывающие источенные веками камни, никак не добавляли энтузиазма иллитиду и его марионеткам, все ускоряющим ход в безуспешной попытке оторваться. Ведь что еще можно сделать с зацикленными на убийстве любого объекта пересекшего охранный периметр некроголемами, созданными на пересечении стихийной магии и некромантии, несущими где-то в глубине своих тел кристаллы-накопители с душами уничтоженных ими существ, являющимися одновременно и источниками энергии и грубым аналогом тех самых компьютеров, воспоминания о которых до сих пор заставляют лицевые щупальца содрогаться от омерзения.

Простейшая команда — «Убить всех!» Впечатанная неизвестным гением в клубки плетений высшей некромантии, умело прикидывающихся мозгами этих конструктов. Мерзость, заставляющая даже иллитида испытывать ощущения, не далеко ушедшие от тех, которые человеческие существа называют емким определением «панический ужас». Ведь на них не действовало ничего — ни псионические удары, ни телекинез, ни даже жалкие попытки подчиненных пожирателю разума кукол поцарапать каменные тела ударами человеческих мечей или зубочистками стрел и арбалетных болтов. Даже разогнанный плетью разума гранитный валун лишь звонко хлопнул, взорвавшись градом пыли и осколков при встрече с моментально выставленным каменным кулаком. Нет — конечно, некоторые повреждения он нанес, но чтобы таким образом вывести из строя этот мерно шагающий оживший ужас, необходимо было остановиться и начать прицельную бомбардировку, нарушая энергетические скрепы и целостность составляющих каменное тело блоков. Но любая остановка привела бы к тому, что растянувшаяся цепочкой толпа преследователей обрушилась бы на уже не раз проклявшего свое любопытство иллитида всем скопом, оставив после себя только перемешанную с болотной жижей органическую кашу из дробленных костей и растертого в тюрю мяса. Именно такой конец уже обрели несколько подконтрольных пожирателю разума марионеток.

Если бы древний изобретатель, на голову которого беглец уже послал не одну сотню проклятий, не был таким гениальным… И если бы его создания не имели хоть и плохонького, но явно присутствующего псионического зрения… Что бы тогда стоило иллитиду оставить вместо себя одну из сохранившихся кукол и позорно сбежать, радуясь участи живого шакала? Но эти дьявольские создания, мерно бухающие своими ногами и вздымающие целые водопады болотной жижи, несомненно, явно видели управляющие плети и даже само ядро разума. Видимо, в попытке изготовить идеальных стражей их создатель не мелочился и выбрал в качестве одной из главных характеристик цели именно индивидуальный отпечаток личностной матрицы, причем не внешних слоев, а самого ядра сущности. Сброс внешних слоев ауры и косметические изменения псионической бахромы явно показали, что на такие жалкие уловки големы не поддаются и поэтому преследование продолжалось.

Еще бы несколько часов и черная пелена того что другие разумные зовут отчаяньем опустилась бы на разум иллитида, но его величество случай дал теряющему последние остатки надежды существу соломинку призрачного шанса. Даже не так — тень намека на призрачный шанс. Но пожирателю разума этого хватило.

Все заключалось в какой-то болезненной ярости с которой периодически отделяющиеся от группы преследователей големы уничтожали всех встретившихся им живых существ, явно предпочитая наиболее разумных. Видимо, это было связанно с источником их энергии, которыми выступали запасенные в кристаллах плененные души. Столетия… Если не тысячелетия существования вероятнее всего подразрядили эти магические батарейки и теперь заставляли эти каменные громады отвлекаться, хоть и ненадолго, от выполнения основного задания… В голове удирающего иллитида забрезжил план…

Лагерь, шиноби и его коварные планы. Ну, не такие уж коварные…

Кащей скривился, но сердитым не выглядел. Подобрав руку, он приставил её на место, дунул, и несколько раз сжал-разжал кулак.

— Нормально… Хотя с иголкой было бы лучше. — Хмыкнул он себе под нос, а потом громко обратился к зрителям.

— Это, между прочим, тоже урок — не судите о противнике по внешности. Да и вообще не давайте самоуверенности себя ослепить…

— Золотые слова… — хмыкнул Шикамару.

— Ну, как? — поинтересовался он у Шики, когда тот через пару минут подошёл к шиноби.

— Навскидку — точек не видно — хмуро отозвался тот.

— Не напрягайся ты так — посоветовал Шикамару. — Пока все живы, всё нормально. Есть жизнь, есть и надежда. Привыкнешь…

— Это меня и беспокоит… — пробормотал очкарик.

— Если будут накатывать мрачные мысли — посмотри на кентавра и Элриков — посоветовал шиноби. — И на змеелюда нашего… к слову, про алхимиков. Карура, я снова отлучусь.

Начало паутине связей, знакомств, благодарностей и долгов было положено, но шиноби не собирался на этом останавливаться. Чем раньше — тем лучше, да и момент удачный…

— Привет, ребята — обратился он к отдыхающему после схватки Эдуарду Элрику и его младшему брату.

— Опять ты? — фыркнул старший брат.

— Да я поблагодарить хотел. Спасибо, что помог с мечом… И заодно вот что хотел сказать: тебе же здесь некому чинить протезы, верно?

Судя по лицу алхимика, эта мысль раньше ему в голову не приходила; он помрачнел.

— С твоим… С характером твоего персонажа и в наших условиях об этом лучше побеспокоиться заранее — заметил Антон. — Я тут успел поговорить кое-с кем, и пара альтернативных вариантов есть…

Алхимик заинтересованно посмотрел на шиноби, демонстрируя, что он весь внимание.

— Ну, пара наших магов умеют делать аналогичные протезы, только магические — пояснил Антон. — Правда, их убедить придётся постараться — долго и муторно. К тому же повреждается так же, как и механический. Как альтернативы — оживление металла или подселение в протез духа. Первое ещё сложнее, так что разве что если у того мага будет мотивация и много свободного времени, а второе… Ну шаман утверждает, что может сделать всё на совесть, так что комар носа не подточит, но, по-моему, он был подвыпившим. Но если не врёт, то тебе останется только восстанавливать форму протеза, если что.

— Хмм… — пробормотал Эдуард. — Я бы хотел со всеми сам поговорить. И желательно побыстрее.

Антон кивнул.

— Могу со всеми познакомить, пока моя очередь спарринговаться не пришла…

«Ну вот, ещё один человек мне благодарен… Вернее, двое — братья идут в комплекте»..

Спарринг Антона оказался коротким и не особо зрелищным: в небольшой, но очень яркий файрбол противника, свет которого, видимо, по задумке мага должен был нейтрализовать тени, шиноби просто бросил кунай с ослабленным взрывным ярлыком, а в следующий миг, среди множества отбрасываемых деревьями теней, захватить противника было проще чем высморкаться. Намного проще, учитывая, что Антон не был простужен….

Поединки успели провести почти все, когда «магическая разведка» — один из шаманов, чародей с небольшими способностями ясновидца и, как ни странно, «непроизносимый монах» — подняли тревогу. Ни один из них по отдельности не мог дать чёткую картину приближающейся опасности, разве что направление, с которого она приближалась, но сложив вместе нечёткие картины, троица пришла к выводу, что к лагерю приближается группа массивных големов. Или, возможно, усиленной камнем нежити.

— Ну вот и реальная проверка, на что мы способны, и сможем ли постоять за себя в этом мире — хмыкнул Кащей. — Так, держать оборону здесь смысла нет, так что боеспособная часть личного состава выдвигается на перехват.

— Да зачем? — фыркнула одна из эльфиек. — Просто убежим, и всё…

— Сбежим один раз — перебил её самопровозглашённый лидер попаданцев (не то чтобы кто-то спорил…) — и дальше будем убегать. И будут нас все чмырить… Мир — средневековый! Здесь уважают силу, а если покажем себя слабыми…

Он выразительно провёл ребром ладони по горлу.

— Но вас, дамы, я в бой идти не заставляю. Всё равно с вас толку… — буркнул он себе под нос. — Ты, ты, ты… и ещё вон ты, пожалуй — он указывал тех, кто показал себя в спаррингах хуже всего, а так же водителя-киборга — помогите дамам эвакуироваться в безопасное место. Возможно, противника придётся пропустить через лагерь, если они окажутся слишком сильны и просто движутся куда-то по своим делам. Остальные — выступаем. Или у кого-то есть резонные возражения?

Кто-то в толпе начал было поднимать руку, но под вопросительным взглядом Кащея осёкся и быстро опустил её.

— Значит, выступаем — подытожил Бессмертный.

Чуть позже. Болота рядом с лагерем

Нельзя сказать, чтобы стычка была тяжёлой — всё же на стороне попаданцев были как численное превосходство, так и огневая, вернее магическая, мощь — но и лёгкой разминкой она не стала. В первую очередь из-за вполне понятного страха, вызываемого каменными исполинами…

Если уж совсем точно, големы не только выглядели угрожающе — особенно для не имеющих реального боевого опыта, если не считать воспоминания их персонажей, землян — но и источали магический страх, пагубно влиявший на и без того не особо высокую мораль отряда. Ну, вредоносное магическое влияние чародеи попаданцев быстро нейтрализовали — не больно-то оно и было сильным — а вот избавиться от естественного страха было куда сложнее.

Впрочем, нельзя сказать, что страшно было всем — к примеру, некоторые орки, похоже, были начисто лишены чувства страха, равно как Карура и всё тот же непроизносимый монах. Кулаки которого, к слову, крошили камень не хуже хорошей кувалды… Да и остальные, подбодрённые примером первой бесстрашной волны, в которую входил и сам Кащей, быстро сориентировались и принялись обрабатывать каменных исполинов ударами и боевой магией. Големы оказались довольно-таки стойкими к магическим воздействиям, но выдержать обработку десятка-другого не самых слабых чародеев им было не под силу. Тем более, что парочку из них даже не стали уничтожать, а просто утопили, размягчив и без того мягкую болотную грязь. К слову, одного из каменюк практически единолично раскрошила Карура, основательно раздолбав и свой «меч», а ещё одного — Кащей, после чего успел помочь и со вторым. Шикамару же не преминул воспользоваться возможностью отработать совместные действия с Шики; полностью обездвижить голема его теневой захват не сумел, но существенно замедлил, так что Шики смог отсечь гиганту ногу, а затем «убить» упавшего.

В конечном итоге не обошлось без пострадавших: двух опять-таки орков и одного человеческого воина достали удары каменных великанов, а так же швыряемые ими камни, запас которых големы тащили на спинах словно каменные шипы. К счастью, все оказались живы, несмотря на тяжёлое состояние одного из пострадавших, и с ними работали целители.

— Можно считать, что первое испытание мы прошли… — пробормотал Кащей, осматривая поле боя…

Мир тот же, сферы высшие. Смерть собственной персоной

Чагра нахмурилась. Уже несколько раз за последние дни она ощущала посторонние вмешательства в свой домен; сперва мелкие, которые можно было принять за естественные феномены — тем более, что это ощущалось на территории Нифгардских болот — но сейчас это определённо была чья-то смерть. Произошедшая в обход её власти и ведома… Провокация конкурентов, покушающихся на её территорию? Или какой-то маг нащупал новое направление своего ремесла? В любом случае, это необходимо проверить. Причём лично — немногочисленным слугам демонстрировать слабость нельзя, могут не понять.

Лагерь. Перевёртыш. Жив ещё

— Какого?!.. — заорал я, отплёвываясь от прилетевшего неизвестно откуда целого моря холодной воды.

Ну, то есть хотел заорать. Горло вместо этого выдало хрипящий шепот, практически неслышный на фоне грохота, треска и воплей, раздающихся снаружи.

— Тихо! — всё равно зашипел на меня чёрный силуэт на фоне светлого пятна выхода: — Надо убираться отсюда!

Я попытался пошевелиться… Получилось опять не особо удачно.

Всё же совместными усилиями мы через некоторое время выбрались из палатки — точнее, выбралась дроу и вытащила наружу мою слабо шевелящуюся тушку, в конце концов прямо-таки поставив меня на ноги.

…Ничего плохого не скажу. Наверное, это приятно — когда о тебе заботится красивая девушка, буквально спасая тебя от…

Чертовой нечисти. Про которую я успел забыть.

Зато сейчас я её увидел собственными глазами. Огромные каменные фигуры, очень отдалённо похожие на людей — два булыжника — руки, две глыбы — ноги, ещё скала посредине… Очень злые фигуры — да ещё вызывающие безотчётный страх. И даже разгораживающая нас почти крепостная стена вокруг лагеря не особо успокаивала.

Сложно перебить рефлексы зверя, защищающего своё логово — и поэтому я, вместо того, чтобы развернуться к ним спиной и драпать, оскалившись, рыкнул в их сторону — и неожиданно получил по шее.

— Жить надоело?! — взбешённо прошипела дроудесса и, ухватив меня за шиворот как котенка, потащила меня прочь.

Да уж… Сейчас, когда меня ветром шатает, это таки сильно попахивает самоубийством.

А плыть по воздуху следом за бегущей жрицей, которая продолжала держать меня за воротник куртки, довольно приятно. И отлично видно всё происходящее за границей лагеря.

Каменюки не добрались до лагеря исключительно потому, что с кем-то активно дрались, но этим кому-то, в отличие от монстров, роста не хватало, чтоб торчать над стеной. Впрочем, на самой стене и в листве рядом стоящих деревьев тоже пристроились несколько живых, активно лупящих стрелами, фаерболами и прочей летающей хренью по противнику. Жаль, отсюда не разобрать, кто эти герои — но моя помощь, похоже, там не требуется.

— Не в том месте я палатку поставил… — прокомментировал я то, как шальной булыжник, запущенный одним из монстров, прыгает по земле, размазывает по ней же несколько палаток, навес, и улетает дальше, куда-то в лес. И похоже, он ужё не первый — разрушений по лагерю хватало… Хм, а где автобусы?

— А это кто ещё? — я пригляделся повнимательнее к выпрыгнувшей метров на пять хвостатой фигурке с длинной блестящей железкой, которая зацепилась за «плечо» одного из нежитей как заправская альпинистка и начала с отчётливым лязгом дубасить по тому месту, где должна быть голова. Булыжник прекратил попытки кого-то затоптать и начал бестолково дёргаться и вертеться на месте, взмахивая «руками», но достать до собственного загривка так и не смог.

— Ни… ж себе! — другая каменная тушка с отчётливым всхлюпом проваливается куда-то вниз. Интересно, это он сам забрёл в болото или ему помогли?

Но в этот момент позади — или впереди, в-общем там, куда меня тащили — что-то затрещало, и листва успешно закрыла вид на битву. Звуки, хоть и приглушённые, остались, но воссоздать по ним картину происходящего… Я так не умею.

— Сестра, ты всё-таки его вытащила? — раздался рядом скептический голос одного из парней дроу. Этот воин как-то очень сильно вжился в роль — даже оставь он свои мечи где-нибудь в укромном месте, натуру всё равно не поменять — такие раненых добивают, чтоб отряд не стеснять. А я сейчас разве что на тяжелораненого тяну.

— Смотри за своей стороной, Кен, а с ним я разберусь. — ответила шипением беловласка, уронила меня на траву и задумчиво уставилась сверху.

«Вот теперь допрыгался…» — подумал я и закрыл глаза.

— Да уж… В Подземье тебя бы уже в грибницу сбросили, чтоб не мешался. — хмыкнула рядом девушка и куда-то ушелестела.

Ух… Но надо вставать. И с третьей попытки даже получилось. Я поднялся, и кое-как стал разминать непослушные мышцы и всё с ними связанное.

Грохот же и прочие лязги с боевыми кличами вперемешку понемногу затихали. Наши победили? Я выбрался обратно через выросшие на ровном месте кусты — вчера их здесь не было! — и посмотрел на поле боя. Ну да — похоже, орут от радости, а не от чего-то иного — и булыжников больше не видно, а это главное.

Ну что ж, будем жить. Я пролез обратно и наконец-то поинтересовался у караульного:

— А чего ты здесь стоишь? И куда ушла дроу?

Тёмный эльф умудрился одним коротким взглядом высказать всё презрение к недоумку, с которым ему приходится говорить — но всё же после этого ответил:

— Все, кого было решено не допускать к сражению — сейчас там, — короткий жест в сторону, куда удалилась девушка: — А я здесь для их безопасности.

— Не буду тебе мешать. — я покивал, не обратил внимание на ответный взгляд, и двинул к «гражданским». Привычным уже образом, в боеформе, по деревьям и маскируясь.

Дошёл. Увидел.

В число небоевых попали все, или почти все девушки, невзирая на немаленькую магическую мощь половины из них и всякие луки ещё у четверти, и несколько, хм, наших — водитель «с пламенным мотором», братья-алхимики, ученик чародея из отряда местных приключенцев, эльфы с какими-то музыкальными инструментами, хотя чёрт его знает, может, это оружие такое? — и незнакомый толстяк в белом балахоне. Впрочем, я понимаю Кащея — а кому другому вся эта дамская компания не подчинилась бы — совершенно незачем девушкам лезть в мясорубку… Хотя, в этот раз скорее камнеломку.

Но с другой стороны… Собирать их в кучу — это ж страшное дело. Вот прямо сейчас, например, водила с чувством разорялся на стоящую перед ним с высокомерным видом эльфийку небольшого роста:

— …Все бабы — дуры, и все дуры — бабы, тьфу! — сплюнув в сторону, он напролом двинул в сторону стоящего в стороне чешуйчатого автобуса, наплевав на то, что кусты вообще-то весьма шипастые. Эльфиечка пожала плечиками и двинулась к ученику чародея, затравленно глядящему на окруживших его галдящих красавиц и что-то усердно творящему. Хех, это ж он тогда платье спалил… Да ещё и говорил, что не прочь в рабство к девице… Угу, а толпа девиц в хозяйках тебе уже не по нраву, да? Трудись теперь — а заодно и их займёшь.

Похмыкав про себя над парнишкой, я переместился чуть дальше… Интересно, а… Ан нет, засекла — дроу, усевшаяся на поваленное дерево и с научным интересом разглядывающая вторую тесную девичью компанию, избравшую центром музыканта, наигрывающего что-то лирическое, дёрнула ухом и улыбнулась, жестом показав на бревно рядом с собой.

Ну что, можно и так.

Чтоб не пугать окружающих, решил пройти до места, не снимая маскировки… И на полдороги с удивлением обнаружил, что на меня, вообще-то невидимого, напряжённо смотрят все стоящие вокруг. И не просто смотрят, а и нервно тянутся к оружию.

— Стоп, стоп, стоп. — я убрал боеформу, лишившись маскировки, и поднял руки: — Свои.

— Свои так не ходят… — подозрительно начал толстяк, крутивший в руках небольшой жезл, но его перебила дроу:

— Ожил уже, перевёртыш? Сбегай-ка посмотри, закончили там с големами уже или ещё тормозят. — натуральные командирские нотки в голосе прорезались.

— Закончили уже, — отмахнулся я, уставившись на подозрительного толстяка: — Кто такой? Откуда? Почему не знаю, хотя должен?

— … - церемонно ответил тот, и замешкавшись, добавил: — Меня вчера только воскресили…

— Очень приятно… — неопределённо ответил я.

— Наглеешь, оборотень. — задумчиво произнесла в стороне жрица тёмных эльфов и усмехнулась: — Что, не помнишь самого первого пострадавшего?

— Не помню. — покорно признал я и задумчиво перевёл взгляд на плотную девичью кучку, окружавшую чародейчика: — А что нашим девушкам от пацана надо-то?

— Как что… Одежду почистить, обувь, волосы помыть и уложить… Прямо как дома — хмыкнула она пренебрежительно. — Лентяйки. А из мальчишки толк выйдет — всего после второй затрещины начинает магичить так, как надо.

— А где бродят остальные местные приключенцы? — уточнил я у информированной девушки.

— Кащей их построил и предложил добровольцам идти сражаться с големами. Не один не отказался. Умеет лич убеждать… — немного завистливо произнесла она.

Лагерь, Шики Тоно. Герои отдыхают после боя…

Александр Сомов, он же Шики Тоно… — хотя какое имя ставить первым, ещё вопрос — обессилено лежал на собранной из того, что было, постели. Лайнер попробовал применить какие-то исцеляющие чары, но от усталости они не помогли. Хотя сейчас парень был и не так слаб, как Тоно, но до свойственной Сомову выносливости ему было далеко, так что не слишком длинная схватка с големами выжала его почти досуха. Интенсивная физическая активность, плюс использование Глаз Восприятия Смерти… Парень даже не был уверен, что сможет встать. Н-да, не лучшее тело ему досталось… Парень грустно вздохнул. Ну, хорошо хоть не стал каким-то монстром… Или стал? Он прикоснулся к очкам и снова вздохнул.

— Шинигами, блин… — меланхолично пробормотал он.

— Неважно выглядишь — заметил женский голос. Он повернул голову, и, как и ожидал, обнаружил рядом Каруру. Кошкоухая снова раздобыла где-то выпивку и теперь протягивала Шики флягу.

— С депрессией нужно бороться, а не потакать ей — поучительно заметила девушка. — Так что давай приятель, выпей. Полегчает.

Парень попытался подняться, но обнаружил, что на это действительно нет сил. Заметив его трудности, девушка хмыкнула и одной рукой легко подняла его, другой прикладывая флягу ему к губам.

— Да нет, я… — попытался произнести Шики, но алкоголь, булькнув, уже потёк в пищевод.

— Ксюха, ты бы не спаивала парня — хмыкнул незаметно появившийся рядом Шикамару.

— Исключительно для снятия стресса пара глотков — пожала та плечами, забирая флягу.

— Ну, Шики парнем был несколько депрессивным, но вполне способным самостоятельно справиться — заметил шиноби. — Так что не надо его спаивать. Я бы и тебе не советовал, но всё равно же не послушаешь… Да и кто тебя знает, какой у тебя сейчас метаболизм.

Карура уселась на землю, оперевшись спиной о дерево, и расслабленно закрыла глаза. Шикамару с явной завистью посмотрел на неё и вздохнул.

— Ладно, сами разберётесь. А у меня ещё куча дел…

Он снова исчез, а Шики снова лёг и тоже закрыл глаза. Он всё ещё не был уверен, как относиться к новым… компаньонам? С изложенными шиноби соображениями он был согласен, но всё же… Они слишком мало знакомы. Ну, по крайней мере, «три р», как они себя называли, планировали свои действия только как страховку на всякий случай. Шики вздохнул. Всё зависит от того, как дальше будут развиваться события…

Он зевнул и плавно погрузился в сон..

— Что такое, Лен? — нахмурившись, произнёс Шики. Чёрная кошка шипела и теребила его штанину, привлекая внимание. Он осмотрелся, пытаясь понять, в чём дело, но ничего не заметил. Странно… Та же поляна, те же деревья, но вокруг — никого. И даже листья на деревьях замерли… Парень приподнял очки и убедился в своих подозрениях — линий смерти вокруг не было. Но что могло вызвать такую реакцию у Лен внутри сна?..

— Что происходит? — произнёс он вслух.

— Это действительно ты… — произнёс женский голос, и из теней соткалась женщина. Незнакомая Шики, равно как и Александру. Лен встала между ней и хозяином, вздыбив шерсть; парень снова перевёл взгляд с фамильяра на незнакомку. Строгое белоснежное платье, такие же белые волосы до пояса; тёмные, практически чёрные глаза. Правильное лицо, алые губы и очень светлая кожа. Снежная дева с серпом и ножницами на поясе… Парень мог поклясться, что никогда раньше её не видел, но в то же время женщина была странно знакома. Шики снова нахмурился.

— Кто вы? — спросил он.

— Моё имя Чагра — ответила та и взяла паузу, изучая реакцию парня. Обнаружив отсутствие таковой, продолжила. — Вижу, тебе незнакомо моё имя…

— А должно быть?

— Полагаю, нет… учитывая обстоятельства — усмехнулась женщина. — Полагаю, нам стоит поговорить….

На этот раз Шики проснулся по настоящему. Слабость в теле ещё ощущалась, но он встал. Ему нужно срочно побеседовать с Шикамару… И с Кащеем, возможно.

Несмотря на сравнительно маленькую территорию лагеря, искать шиноби можно было долго и безрезультатно, поэтому Шики поступил проще.

— Шикамару! — в голос прокричал он. — Ты где? Есть разговор!

— Что такое? — тут же отозвался запрашиваемый, спрыгивая с дерева.

— Ты что, следишь за мной? — подняв бровь, поинтересовался Шики.

— Не — отрицательно мотнул головой шиноби — просто отрабатываю новую технику. Так что ты хотел сказать?

— Мне только что предложили стать жрецом — проинформировал его Шики. — Богини смерти.

— Ты притягиваешь специфичных дам — усмехнулся Шикамару. — Давай подробнее….

— Н-да… — задумчиво пробормотал шиноби, выслушав рассказ. — Умалчивать про это нельзя, но и рассказать — раскрывать твои способности. Как минимум, вызовет подозрение…

Он вздохнул.

— Ладно, как-нибудь разберёмся… Подожди пока.

С этими словами и негромким хлопком Шикамару рассеялся облачком дыма. Шики Тоно, а тем более Александр Сомов, в магии не разбирался, так что только пожал плечами. Он прислонился к дереву и стал повторно прокручивать в памяти недавний разговор..

— … Полагаю, нам стоит поговорить. Сперва я хотела просто выяснить, кто вмешивается в мой домен и избавиться от него, но со всеми обстоятельствами…

Незнакомка хмыкнула.

— …Это было бы как минимум расходом ценного материала.

— Простите, но кто вы, собственно, такая? — перебил её Шики. — И какого рожна вы делаете в моём сне? Между прочим, вы переполошили мою кошку.

— Эм… — сбилась с мысли женщина. — Пожалуй, ты прав, сперва мне стоит толком представиться. Привыкла, что и так знают…

Она пожала плечами.

— Я — богиня смерти этого региона.

— Этого региона? — переспросил Шики.

— Большей части континента — уточнила женщина. — Кое-где на юге у меня есть конкуренция, но это ненадолго.

— Таак… — протянул парень. — И, я так понимаю, вы хотите меня завербовать?

Самопровозглашённая богиня смерти кивнула.

— Учитывая то, что я вижу, ты идеальный кандидат на роль моего первосвященника. К тому же это единственный вариант, под которым я могу позволить кому-то вмешиваться в мой домен — в её голосе зазвучал лёд. — Так что либо ты принимаешь моё предложение, либо покидаешь мою территорию, либо умираешь.

— Хмм… — пробормотал Шики. — Есть несколько моментов. Во-первых, я ничего не знаю об обязанностях и привилегиях вашего жреца; во-вторых, я бы предпочёл подобное предложение сперва обдумать и, возможно, посоветоваться со своими компаньонами. Да и, простите, чем вы можете подтвердить, что вы та, за кого себя выдаёте?

— Не боишься так разговаривать? — скорее одобрительно, чем вопросительно произнесла Чагра.

— Я бывал в существенно более жутких и опасных ситуациях — сухо ответил Шики, наклоняясь и поглаживая Лен; та постепенно успокоилась, хотя и продолжала дрожать.

Чагра хмыкнула.

— Ну, ты прав. Вообще, ты странный… Способен вмешиваться в мой домен, даже не являясь магом. Впрочем, оно и к лучшему. Я определённо хочу, чтобы ты был моим жрецом… Подтверждение того, что я та, за кого себя выдаю, я обеспечу, а об остальном побеседуем в следующий раз, когда будет решён этот вопрос.

— Хорошо — кивнул парень, и женщина исчезла..

Парень вздохнул. Вряд ли всё закончится так просто, но… Если это действительно была богиня, то она — ниточка к выполнению задания землян. И возвращению на Землю…

Немного раньше… Утро. Пока ещё дома

Бусый проснулся рано, несмотря на будний день. Что поделаешь — многолетняя привычка рано вставать на работу не давала выспаться. Вставать, однако, не спешил, занимаясь обычным делом — думал, прокручивая в голове вероятное расписание на день. День обещал быть напряжным в плане ходьбы и волнений — родители устроили-таки омиай, подгадали удачный момент очередной хандры и вселенской печали. Хочешь — не хочешь, а есть волшебное слово: НАДО.

«Надо… Надо так надо, встаём.» Нехотя скинув одеяло, рывком встал и сразу глянул в угол. Там стояла самая драгоценна вещь — старенький комп. «Включить или ну его? Ладно, поставлю торренты на раздачу, я сегодня добрый. Впрочем, как и всегда — халява, сэр…» Нажал Power, прослушал всегдашнее писк спикера и шелестение винтов, и, убедившись, что всё в порядке, перешёл к следующему пункту утреннего расписания.

Лениво потягиваясь, Бусый проследовал в ванну для утреннего моциона. В зеркале отразилась многажды виденная и люто нелюбимая фигура — высокий рост портили далеко выдающийся живот и сутулость, полные ноги и руки, без малейшего намёка на бицепсы и трицепсы. Дополняло неприглядную картину обрюзгшее лицо с недельной щетиной, нос картошкой и близоруко щурящиеся глаза.

«Мда, не Аполлон… И на что, спрашивается, я надеюсь? Что она окажется страшнее меня? Вряд ли, предки бы не стали заморачиваться. Тогда тем более, я в пролёте. Баран… Всю жизнь презрительно относился к этим романтичным воздыхателям — ах, принц на белом коне; ах, рыцарь в сияющих доспехах; ах, принцесса-замарашка, — а сам оказался таким же. Лицемер… ничтожество… Ладно, позориться не впервой, потом просто захлопну футляр посильнее.»

Закончив процедуры, всё ещё позёвывая, вернулся в спальню. Далее — облачение в приличествующий случаю наряд, хоть и бывший неплохим костюмом-двойкой, всё равно смотревшийся на грузном теле как парашют на слоне. Мысленно напевая какую-то песню из плэй-листа, прицепившуюся уже который день, присел на кровать, чтобы начать одеваться с самой важной детали — носков (кто сомневается, прослушайте песню Сектор газа — Носки), как вдруг в глазах потемнело…

И… и… иде я?

Би-и-и-и-и-и-и-ип… Слов нет (цензурных), одни эмоции. Тьмы в глазах уже нет, но разноцветный калейдоскоп, крутящийся с бешеной скоростью, отнюдь не лучше. Постепенно сходит на нет и он, вроде бы и слух возвращается, по крайней мере какой-то нудный звук всё усиливается.

Оп-па, всё резко пришло в норму. Бусый рывком сел и огляделся. Находился он в куче сломанных веток с колючками. По болящей спине и свежим надломам на ветках догадался, что перенос произошёл выше поверхности, так что несколько метров пролетел вниз, пересчитывая все сучки.

Вокруг хвойные деревья, вроде бы ели, если не ошибся. Чуть-чуть чувствуется сырость в воздухе. Снова этот звук, теперь слышится совсем рядом, и похож на… мяуканье? Бусый привстал и увидел источник мявка — придавленная отломанным суком, с другого края кучи лежала большая рыжеватая пятнистая кошка («Рысь?!») и пыталась отползти, но получалось не очень — позвоночник был перебит и задние лапы не слушались.

— Вот же бл…тво, это ж я её, — проговорил Бусый и подошёл поближе. Рысь снова дёрнулась и заскребла лапами, пытаясь ползти. Треугольная её головка повернулась и Бусый увидел глаза животного. Боль, отчаяние и… страх? злоба? — были в них. «Что же делать? Блин…»

Глядя на рысь, Бусый впал в некоторую прострацию, пытаясь осмыслить всё то, что с ним произошло буквально только что. Когда в глазах потемнело, он даже особо не успел удивиться. Затем исчезло ощущение тела, будто бы во тьме растворилось, и только слух всё ещё действовал. С ним говорил Голос, мощный, повелительный, гулкий, будто кто-то гаркнул в большой колокол.

— По вашему счёту, множество тысячелетий назад у меня был поединок. Поединок с родственником, которого вы, смертные, вполне могли бы назвать братом. Я победил, но не убил. Тогда я запер его в вашем мире, потому что у вас мало магии, она не смогла бы поддерживать его жизнь и лечить рану. Да, я оставил его умирать.

«Мдя, приплыли. Шекспира же не очень жалую, так с чего бы такое счастье с такими драмами?»

— Однако, на всякий случай, я наделил некоторых живших тогда смертных частицей своей Силы, чтобы они следили за узником, не давали ему вырваться и пресекали все попытки общения.

«О, вот и кино началось… по мотивам Жозефа Рони-старшего. Борьба, блин, за огонь, неизданные фрагменты.» Появилось видение — у большого костра на лесной поляне пара десятков древних людей («Вроде кроманьонцы. Мля, это что же, тысяч 30 лет назад было? Лихо…»), в животном ужасе пытающихся расползтись в разные стороны от яркого света, бьющего с небес. Потом видение моргнуло, будто переключили канал, и появились горы, у пещеры такой же паноптикум с явлением; опять моргнуло — степь, и бегущие в ужасе от света люди. Моргнуло ещё несколько раз, разные люди вели себя одинаково — никто не хотел быть осчастливлен непознанным, однако, их мнения спросить забыли.

«Он несколько племён баффнул, в общей сложности человек 150–250 наберётся. Мда, основательно гражданин подготовился.»

— Да, я заточил его надёжно, но ведь он равен мне, так что не стоило его недооценивать. Умирать он должен был долго, а с течением времени даже надёжная тюрьма ветшает. И вот пришло твоё время. Ты — потомок одного из первых Стражей («Какое счастье, бл…ь. Чтоб на пращура мамонт наступил, жаль, поздно уже»), так что теперь твоя задача такова. Узник пробил небольшую щель в ограде и вызванным вихрем Хаоса перекинул в соседний мир отряд своих избранников. Какова их цель — привести помощь, взломать тюрьму или же отомстить мне — неизвестно.

Твоя задача такова — они должны умереть, все. Награда, которую ты получишь, превзойдёт все твои ожидания. Вот задаток — артефакты, которые помогут тебе одолеть врага. Знание, как ими пользоваться, ты получишь. Тело твоё тоже изменится, ты станешь воином, таким, каким мечтал быть. Дар, спящий в тебе, проснётся и будет помогать.

Всё, ты готов. Помни — никто из вражеского отряда не должен выжить. Ступай, победи и будешь вознаграждён.

«Ага, яволь, мин херц. Идущие на смерть приветствуют тебя.»

Бусый начал осматривать себя. Интересно, что имел ввиду этот… этот, когда сказал: «станешь воином, таким, каким мечтал быть»? Мда, на трусы-семейники и носки нынешний наряд явно не походил. На теле стальная кираса, одетая поверх укороченной по колено монашеской мантии из грубой плотной ткани, под мантией была кольчуга поверх рубахи. Кирасу дополняли стальные наплечники и широкий горжет. На руках были наручи из дублёной кожи, защищавшие предплечье и кисть руки. На ногах штаны из той же грубой ткани, обшитые кожей, и кожаные ботфорты. На поясе в креплении висела толстая книга с твёрдым переплётом, покрытым кожей и золотым тиснением. На грудь спускался увесистый стальной кулон в виде перевёрнутого молота на стальной же цепочке.

Лёгкий дискомфорт, который чувствовался с самого момента появления в лесу, оказался маской на лице. Ощупав маску, Бусый замер, поражённый одной догадкой. Маска была в виде лицевой части человеческого черепа, и Бусый вдруг понял, что этот череп мог быть вполне настоящим, а не искусной поделкой из кости. Пальпация морды лица случайно выявила ещё один фактор — Бусый был лыс как коленка. Особо своей шевелюрой он не гордился и фетиша из неё не делал, так, расчёсывал, что бы не пугать людей, мыл, когда засаливалась, стриг, когда отрастала, но всё равно почувствовал некоторое оскорбление собственного достоинства, полысев едва переступив 30-ти летний порог.

Ошарашено оглядевшись, Бусый заметил последние детали головоломки — под ветками виднелись сумка и 2 молота — относительно небольшой, с рукоятью сантиметров на 60–70 и фигурным прямоугольным билом, и двуручное чудовище с рукоятью метра на полтора и прямоугольным билом весом так килограмм в 10. «Так я что — боепоп из Вахи?!»

Лес. Исцеляю наложением… что наложу, тем и исцелю

Би-и-и-и-и-ип… Глуховатое лесное эхо подхватывало глаголы, прилагательные и сказуемые, ещё не слышимые в этих местах.

— ДЭБИЛ!!! Я не мечтал стать попом, это же просто мой перс в Вахе! Ну бл!.. Тьфу!

Немного поостынув, Бусый решил, что всё вышло не так уж и плохо — на аккаунте было несколько персов, и не все были мужского пола. «Да уж, хорошо, что я не эльфийская воительница-тень, или тёмная чародейка, или гнома-жрунья — кисло подумал Бусый. — Скорей всего стал попом потому, что это был первый перс.»

Бусый развернулся к рыси, отметив про себя, что маска не сильно мешает обзору, чуть блокируя только боковое зрение. Рысь уже не мяукала и не пыталась уползти, только тяжело дышала. Жалость кольнула сердце, да и от осознания того, что это он покалечил такое красивое животное, было муторно на душе. «Раз я боепоп, то должен её вылечить, только я не помню по игре и литературе, чтобы попы магией лечили животных. Ну да рискну, вроде бы должен знать — как.» И действительно, в памяти всплыла молитва, и Бусый, мысленно пожелав себе удачи, пробормотал её и направил руку в сторону рыси. Рука окуталась желтоватым сиянием, часть которого перетекла на рысь. Несколько секунд ничего не происходило, потом рысь осторожно начала выползать из-под сука. Бусый облегчённо вздохнул — задние лапы вновь действовали как надо. «Да, теперь вижу, что я вроде бы боепоп. То есть воинствующий жрец Сигмара, именем Заххар Бусый.»

Рысь выбралась из кучи веток и начала пятиться, настороженно глядя на Бусого. «Опасается. Естественно. Хм, а если…» Бусый направил руку в стороны рыси и мысленно произнёс заклятие, которое появилось в памяти. Животное, почувствовав угрозу себе, рвануло в сторону, успело сделать пару прыжков и упало на землю, будто споткнувшись, когда его настиг зеленоватый свет, исходивший из руки жреца. Свет окутал рысь и будто впитался в неё. Через пару мгновений она встала, пару раз фыркнула и затрусила к Бусому, вздёрнув короткий хвостик вверх. Подошла и начала тереться об ботфорты и чуть слышно с хрипотцой мурлыкать.

«Мда, прямо как домашняя.» Рысь продолжила ластиться, затем подняла мордочку и пристально поглядела на Бусого, чуть слышно взмявкивая. «Будто сказать что-то хочет.» И действительно, перед внутренним взором появились как бы картинки — лес, ожидание в засаде, заяц, преследование, агония грызуна, снова лес, большая яма под вывороченными корнями поваленной старой ели, в этой яме… мохнатые комочки.

«Котята?! Ё-о-оманарот… поторопился я с подчинением.» Закончив показ, рысь подошла к куче веток и стала в ней копаться, чуть-чуть разворошила, и отошла с зайцем в пасти. Постояла, прошла пару шагов, присела, снова прошлась и взглянула на Бусого. «Понятно, меня приглашают познакомиться с семьёй. Ну что же, поспешил — баттхерт получил, впредь думай быстрее.»

Мы в город Изумрудный идём дорогой трудной, Заветных три желания… исполнит?

— Подожди минутку, — сказал Бусый, абсолютно уверенный в том, что рысь его понимает, — сейчас возьму своё барахло и пойдём к твоим котятам.

Настал его черёд копаться в ветках, из-под которых были извлечены молоты и сумка. Сумка была синего цвета и закрывалась большим перекидным клапаном. На этом клапане была белыми нитками вышита надпись, пародирующая известный рекламный слоган конца 90-х годов ХХ века; Hentai inside. «Интересно получается, моё облачение и оружие это типично средневековый антураж, а сумка-то в него не вписывается, уж очень не похожа на торбу какую-нибудь, да и материал у неё явно не мешковина. А, ясно, она теперь артефакт. Ладно, позже разберёмся.» Сумку через правое плечо, малый молот за пояс ближе к левой руке, большой придерживаем правой рукой на плече — сборы закончены, можно отправляться.

— Ну, веди меня… Кстати, а как тебя зовут?

Рысь пряданула ушами и слегка как бы недоумённо уставилась на Бусого.

— Да, понимаю, глупый вопрос — дикие нравы, неразвитый социум и такая мелочь как отсутствие развитых голосовых связок, сильно мешают вербальному общению с себе подобными. Ладно, я буду звать тебя… Линкс. Идёт?

Рысь снова взглянула на Бусого и он скорее почувствовал её ответ, чем увидел его в глазах животного:

«Зови ты меня хоть Жугдэрдэмидийн Гуррагча, только пошли скорее — у меня дома дети некормлены.»

— Ну, раз торопишься, тогда пошли. Веди, Сусан… на.

Рысь оглянулась и потрусила вглубь леса. Бусый шёл за рысью как на привязи, а сам продолжал потихоньку анализировать сложившуюся ситуацию.

«Так, судя по всему, я всё-таки действительно где-то в параллельном мире. Судя по моей экипировке мир, вероятно, на уровне Средневековья, знать бы только в каком его периоде, ведь оружие и амуниция в начале и конце довольно сильно разнились. Однако, если моя кираса соответствует местным веяниям оружейной моды, то мы на пороге Великих географических открытий. Почему я так думаю? Ну, будь тут урбанистическое общество, как у нас, скорее всего у меня бы был Калаш, а если прекрасное далёко, вроде Warhammer 40K, то какой-нибудь бластер или плазмаган. О, напримерBFG 9000. Очень бы пригодилось. Жамкнул на спуск, бах — и фарш во все стороны. Это по логике вещей, иначе мой так сказать шеф был бы полным дауном — высылать меня с молотками против автоматов. И, что ещё очень немаловажно, тут действует магия.

Интересно, она тут воспринимается как дар высших существ, вроде духов или богов, или её смогли научно обосновать и описать её законы? У нас-то её как бы нет, ведь то, что учёный не может увидеть, пощупать, попробовать на зуб или описать математическими, физическими или химическими формулами, то и не существует. Однако квантовая физика не контачит с механикой, геометрия Лобачевского посылает подальше Эвклидову геометрию, а по законам аэродинамики жуки летать не могут, однако же летают, и летали задолго до того, как вообще возникли млекопитающие. Наука сейчас уподобилась Церкви, которая когда-то с пеной у рта отстаивала Геоцентрическую систему мира и тупо уничтожала инакомыслящих.

Мда, понесло меня. Кстати, а мне тут кажется намекают, что я иду не туда.»

В левый наруч, в пластину, защищающую кисть руки, был инкрустирован какой-то камень в виде полусферы, и внутри него пульсировал красный огонёк, ближе к краю камня, противоположному направлению движения.

«Понятно, компас с самонаведением на моих противников, чтобы не сбился с пути во время своего крестового похода во имя Бобра. Или Осла? О-хо-хо, вот и думай, благородный джедай я или злобный ситх. Вечные вселенские вопросы — кто прав? кто виноват? что делать? two beer or not two beer? где схоронили Джимми Хоффу? если сварить русалку, то это будет уже бульон или ещё уха? Кхм, последние вопросы уже из другой оперы, ну да ладно, никто же не слышал. Ладно стану сам себе джигидаем, буду причинять добро и наносить справедливость, именем Сигмара естественно.

Однако, это ёрничание не даёт ответа на вопросы — сколько у меня противников, каковы их боевые возможности, что это за люди, как они себя теперь чувствуют да и люди ли они теперь вообще? И, пожалуй, самый главный вопрос — нахрена я должен плясать под чужую дудку и участвовать во всём этом балагане? Долг предков? Так их и не спрашивали — you in the army now, возражения не принимаются. Награда, превосходящая моё воображение? Ну, скудоумием вроде не страдаю, могу много чего вообразить, только кто мне гарантирует, что я доживу до церемонии награждения или хотя бы останусь в одним куском живой плоти? К тому же, вспоминая тот фильм про первобытных людей, если мой пращур выжил и по цепочке вся эта фигня передалась мне, то почему бы и не выжить остальным. Вдруг не меня одного забросили сюда с артефактами и таким же напутствием — kill'em all, сорви куш, тр…ни королеву бала. А вдруг ещё и наград ограниченное количество, скажем, всего одно сокровенное желание да на всех. Не, такой расклад меня не впечатляет. Да уж, это стоить серьёзно обмозговать.»

Content

Ролевик
Экспедиция

Энергетическая оболочка земли. Бог. Не в лучшем состоянии

Земля. Анатолий. Пока еще ролевик

Павел — пока еще человек

Энергетическая оболочка земли. Бог. Еще в худшем состоянии, чем был раньше

Неизвестно где. Анатолий. Уже паладин

Все там же. Сергей. Темный маг

Лес. Тени. Антон. Шиноби

Лес. Хаос. Виталий. Не очень боевой маг

Неизвестно где. Тайара-тень. Темная полуэльфийка. Воровка и ведьма

Снова Антон, всё ещё лес, дерево

Хамелеон. Перевёртыш из Сосновска

Лес. Первые жертвы

Нифгардские болота. Остатки старого тракта. Тролль с высшим образованием

Лес. Шикамару. Разведчик

Разведка. Бэтмэн. Первый контакт

Дорога. Разведчики. Контакт состоялся…

Поляна. Все. Междусобойчик

Снова перевёртыш. Осваиваемся, однако…

Павел. Уже иллитид

Поляна. Все. Последствия убийств

Перевёртыш, орки, эльфы… Кушать всем хочется!

Часом позже. Все те же. Подведение итогов

Шикамару. Возвращение в лагерь, результаты разведки

Иллитид. Осознание-анализ-уход

Александр. Иной мир. Коалиция

Артыг. Лагерь. Суета

Лагерь. Карура. Мелкие проблемы, но жизнь идёт…

Лагерь. Шикамару. Заботы, заботы…

Перевёртыш. Ночной дозор и знакомство с… дамой?

Лагерь. Палатка. Тролль

Перевёртыш. Охота. Снова мы ведём незримый бой…

Александр, он же Шики. Сон… И встреча

Перевёртыш. Миротворец, мать их…

Огражденная забором поляна. Анатолий. Эльф-паладин, у которого руки и, главное, молот временами опережают мысли

Утро. Палатка Кощея. Совет

Тайара-тень. Воровка и ведьма. В поисках иглы

Лес. Анатолий. Паладин при исполнении

Поляна. Собрание

После обсуждения, лагерь. Скромный безобидный очкарик… Чуть не спалился

Лагерь. Перевёртыш, планов громадьё…

Разговор с Кащеем. Шикамару, перевёртыш… Ну и Кащей, понятное дело

Лагерь. Перевёртыш. Дело нужно делать…

На некотором расстоянии от лагеря. Дампир Дмитрий, временно переквалифицировавшийся из охотников на вампиров в разведчики

День спустя. Окраина Нифгардских болот. Разбойники-вчерашние селяне

Шикамару. Ещё лагерь, но уже собираемся

Болота. Комары, сырость и подозрительные голоса, а также разведчики

Перевёртыш. Бурная организационная деятельность

Нифгардские болота. Более-менее чистый ручей. Охотники за всем, что подвернется под руку

Лагерь. Перевёртыш. Последствия купания

Болота. Разведчики, возвращение в лагерь и драка по пути

Лагерь. Перевёртыш. О, женщины…

Лес. Иллитид

Окраина Нифгардских болот. Разбойники — вчерашние селяне

Лагерь. Шикамару продолжает сбор союзников

Лагерь. Сашка, Шики и их фамильяр

Болота. Окрестности лагеря. Кукла

Лагерь. И.О. дозорного

Болота. Лагерь. Боевая тревога

Там же, тогда же. Те же и перевёртыш

Лагерь. Лайнер, почти боевой маг

Окраина нифгардских болот. Упырь, вампир и охотник на вампиров

Лагерь. Перевёртыш и дамы

Лагерь. Три Р и кошки

Окрестности деревни. Полтора вампира и Ко

Лагерь. Тяжело в ученьи…

Несколько раньше, болота. Любопытный иллитид

Лагерь, шиноби и его коварные планы. Ну, не такие уж коварные…

Чуть позже. Болота рядом с лагерем

Мир тот же, сферы высшие. Смерть собственной персоной

Лагерь. Перевёртыш. Жив ещё

Лагерь, Шики Тоно. Герои отдыхают после боя…

Немного раньше… Утро. Пока ещё дома

И… и… иде я?

Лес. Исцеляю наложением… что наложу, тем и исцелю

Мы в город Изумрудный идём дорогой трудной, Заветных три желания… исполнит?