Донна Грант

Полночный плен

Глава 1

Фернесс.

Май 2013

Харон замедлил свой автомобиль, когда свернул с главной автомагистрали, съезжая на скрытую, прилегающую к ней, дорогу. Осторожно направляя тёмно-серый Мерседес по грунтовой дороге, он сбавлял скорость, пока не подъехал к стоянке позади паба, которым владел.

Припарковав машину, он заглушил двигатель. В течение нескольких минут мужчина сидел в тишине, обдумывая произошедшее.

Игра изменилась.

Снова.

Харон глубоко вздохнул, потирая рану в прорехе рубашки, куда был ранен. В течение всей поездки от замка Маклаудов в свой маленький уголок всем сердцем любимой Шотландии он обдумывал столкновение, произошедшее в особняке Уоллеса.

Сколько раз он боролся со злом, и, раз за разом, он и другие Воители побеждали. Однако, каждая последующая битва становилась все опаснее и опаснее. Так же, как и все время увеличивающаяся вероятность гибели.

Более шести сотен лет он жил, не боясь умереть. Он был Воителем. С первобытным богом внутри, который дал ему не только бессмертие, но и силу. Поэтому было не так много тех, кто смог бы навредить мужчине.

Тот, кто лишит Воителя головы — лишит его жизни. Если когда-нибудь сможет распознать Воителя в толпе, и если будет сильнее его в бою.

Харон и другие надежно хранили секрет о том, кем они являлись. Тем не менее, это не уменьшило беспокойство, поселившееся в нем с тех пор, как объявилась “новая тьма”.

Джейсон Уоллес.

— Сколько еще? — пробормотал он. — Неужели Дейдре и Деклана было не достаточно?

Глубоко в сердце Харон понимал, что добро не может существовать без зла, но он устал бороться, устал всегда оглядываться через плечо, гадая, когда последует следующий удар.

То, что он прожил в мире, где не было зла, около четырех веков, осложняло все еще больше. А все потому, что Деклан перенес Дейдре во времени.

Харон, как и все в замке Маклаудов, волновался что Дейдре вновь объявится и обрушит своё зло на них. С помощью магии Друидов, Маклауды отправили несколько Воителей вперед на четыре столетия.

Харон не был одним из них, и для него эти четыреста лет были раем. Блаженством, чистейшим и непорочным.

Не составило труда забыть монстра, которым он стал пока был заперт в подземелье Дейдре, в горе Керн Тул. Ему даже удалось прожить несколько дней, не вспоминая того, что Дейдре заставила его сотворить со своим отцом.

В конечном итоге, Харону все-таки пришлось смириться с фактом, что он был все тем же монстром. Дорогая одежда, деньги и владение большей частью небольшого городка Фернесс ничего не изменили. Это была всего лишь оболочка, чтобы прикрыть человека, которым он в действительности был. Монстром. Зверем. Чудовищем.

Вытащив ключ из замка зажигания, Харон открыл дверцу автомобиля. Он вышел из Мерседеса и вдохнул окружающий его свежий и чистый воздух.

Он воспользовался шансом и вернулся в Фернесс после того, как сбежал из тюрьмы Дейдре, здесь находился его дом. Слишком много времени прошло с тех пор, как он пропал, так что вряд ли его кто-нибудь мог вспомнить, да и вообще, это уже не имеет никакого значения.

К тому же он больше никуда не хотел идти. Потребовалось не слишком много времени, чтобы начать преобразовывать Фернесс в процветающий городок. Он жил среди смертных, и они ни о чем не догадывались.

До тех пор, пока Йен Керр не пришел в Фернесс со своим Друидом Даниэль. Харон догадывался, что все может обернуться плачевно, но он не мог отказать такому же Воителю, как и он сам.

Как он и ожидал, пришла беда. Не колеблясь, он превратился в Воителя, чтобы защитить свой народ и помочь Йену уберечь Дани.

Он до сих пор помнит, как его люди, на мгновение, изумленно уставились на него, прежде чем ринуться в бой. Ни один не проронил и слова о том, что видел его или Йена в измененной форме Воителя.

Возможно, это было к лучшему. Его люди, пережившие ту страшную ночь, остались с ним и он был очень благодарен за это.

Харон посмотрел на здание, возвышающееся перед ним. Гостиница относилась к постройкам девятнадцатого века и сохранилась в отличном состоянии, благодаря постоянному уходу. Первый этаж был преобразован в паб. Выше, на втором этаже, располагался его офис, на третьем — его жилище.

Гостиница была не единственным приобретением Харона. Он владел еще несколькими объектами, расположенными по всему городу, однако основную часть инвестиций составляла земля.

Ему принадлежат сотни акров вокруг Фернесса. Этот факт препятствовал людям застраивать территорию, но красота этих мест привлекала туристов целыми автобусами, что приносило огромную прибыль всем, кто жил в маленьком высокогорном городке.

Это была кровь Драу. Всего одна ее капля от Друида, продавшего душу Сатане и практикующего черную магию, могла убить Воителя.

Опустив руку в карман джинсов, Харон вытащил маленькую пулю, от ранения которой он едва оправился после битвы. Пуля, сама по себе, не представляла ничего особенного, но вот красная жидкость, видневшаяся в маленькой прозрачной камере, была уникальной её частью.

Это было паршиво. Деклан Уоллес впервые начал использовать пули Х90 год назад. Они наносили невообразимый вред, не позволяя Воителям приближаться к их врагам на то расстояние, где они могли бы использовать свою силу, скорость и смертоносные когти.

Со смертью Деклана Харон надеялся, что пули Х90 канут в лету. Но почему-то Джейсону Уоллесу, кузену Деклана, удалось не только изготовить их снова, но и сделать более мощными.

И такими изощренными были не только пули, Харон прочувствовал это. Он принял на себя клинок, который предназначался Аррану. В момент, когда он вонзился в его кожу, Воитель ощутил на конце лезвия кровь Драу.

Внутри него начался настоящий ад, разрушающий его кости и пожирающий все его внутренности. Невыносимая душераздирающая, мучительная агония. Он знал, что был близок к смерти.

Столько раз он жаждал смерти, но когда она реально предстала перед ним, Харон осознал, что еще не готов умереть. Он хотел жить, и если ни по какой-нибудь определенной причине, то хотя бы ради того, чтобы убить Джейсона Уоллеса.

Посмотрев вниз на отверстие в испорченном темно-синей рубашке, Харон сжал губы. Его спасли Воители, от которых он держался на расстоянии.

Никто не знал, как и почему кровь другого Воителя является противоядием крови Драу, однако это было так. Они использовали свою кровь, чтобы помочь ему добраться живым до замка Маклаудов, до Сони, Друида, которая могла исцелить его своей удивительной магией.

Теперь он перед ней в долгу, который вряд ли когда-нибудь сможет оплатить. Так же, как он задолжал Фелану, Аррану и другим, кто спас его.

Пули с кровью Драу не единственное, что встревожило Харона. Кровь Фелана могла исцелить кого угодно от любого недуга, но не помогла залечить рану Харона.

Он видел встревоженный хмурый взгляд Фелана. Но тот ушел прежде, чем у Харона появился шанс, поговорить с ним. Ни он, ни Фелан не чувствовали себя своими в замке, как другие Воители, которых связывала между собой тесная дружба.

Это необычная дружба, ни один Воитель не осознавал этого, но все они связаны вместе. И не только потому, что были бессмертны.

Харон знал, что Фелан, в конце концов, появится, чтобы обсудить, что именно пошло не так, и почему Харона не исцелила его кровь. Хотел бы он знать ответы, чтобы дать их Фелану, но что можно сказать на то, что сила богов внутри них не смогла помочь?

Он провел рукой по своему лицу и отвернулся от здания. Ему нужно многое обдумать, прежде чем встречаться с кем-либо. Особенно с Лаурой, с ее светло-зелеными глазами, глазами, которые покорили его душу.

Харон спустился вниз по склону, следуя путем, которым ходил в течение многих лет. Тропа пролегала через густой лес, разветвляясь на десятки более мелких. На протяжении веков, он пользовался многими тропами, но было одно место, где бы ему хотелось оказаться прямо сейчас.

Он подошел к шестой развилке и свернул налево. Через триста ярдов (около 27 м — прим. пер.) мужчина остановился и взглянул на долину, расстилающуюся перед ним. Она оставалась почти не тронутой временем. Красивой и безмятежной.

Толстые ветви деревьев, покрытые густой листвой, уходили высоко в небо. Даже сейчас он мог расслышать их шелест, когда ветерок пронесся сквозь плотную крону. Солнце пробивалось сквозь тучи, и его лучи ярко освещали маленькое озеро. Вода, покрывшись рябью, выглядела, словно золотые крылья Фейри в отражении света.

Все это было его раем. Его святилищем.

Единственное место, где он мог ненадолго отбросить свою сдержанность и позволить проявиться страху за мир, в котором жил.

***

Лаура Блэк ждала Харона в офисе на втором этаже. Девушка бросилась к окну, услышав, как его автомобиль остановился. Как только шины зашуршали по гравию, она уже знала, что это был он.

Даже осознавая, что не должна этого делать, она уставилась на него. Сквозь лобовое стекло девушка могла разглядеть очертания его лица, волосы шоколадного цвета, спадающие до подбородка.

Проведя много часов в тайных наблюдениях за ним, Лаура выучила каждую черточку его лица. Его четкие скулы, высокий лоб и квадратный подбородок. Она знала, что его губы выглядят мягкими и привлекательными, если он чего-то хочет. Но когда мужчина был зол, то плотно сжимал их, и они становились жесткими и тонкими.

Работая с Хароном, в тесном контакте в течении двух лет, она изучила все проявления его эмоций. Но ни одна из них не заставляла ее желудок скручиваться в узел так, как та, что появилась сейчас на его лице.

То, как он смотрел на гостиницу, как если бы был в другом времени или месте, заставило ее кожу покрыться мурашками, сущность которых она не могла ни определить, ни объяснить.

Во рту пересохло, когда его высокая, мускулистая фигура развернулась к гостинице, облокачиваясь на автомобиль с текучей грацией. Ей никогда не надоест смотреть на него. Он был совершенно мужественный, великолепный мужчина.

Совершенный, порочный, шикарный.

В его темных, глубоких глазах она часто видела обещание греха и удовлетворения для женщин. Сейчас же в них появились затравленность и беспокойство.

Ее взгляд заскользил по его фигуре, он небрежно облокотился о машину, скрестив лодыжки. Харон носил джинсы с низкой посадкой, как будто специально изготовленные на заказ, чтобы подчеркнуть каждый прекрасный изгиб его бедер, упругой задницы и длинных ног.

Лаура закусила губу, пока ее глаза продолжили путешествие от его узкой талии к его широкой впечатляющей груди и плечам. Она не могла коснуться его, но изучила каждый дюйм его верхней части тела, наблюдая за тем, как он перемещал огромные бочки с виски.

Работая летом, он всегда снимал рубашку, именно тогда она собирала в кулак всю свою силу воли, чтобы не глазеть, как безумно влюбленная школьница, на его поразительное тело и отточенные мышцы.

Как всегда Лаура, рассматривая линии его тела, не упустила из виду то, как он стиснул челюсти. Харон стоял напряженный и натянутый, словно струна, он появился таким взвинченным, как будто в любую секунду мог разлететься на миллион осколков.

В его жизни было много тайн, на которые каждый человек имел право, и она это уважала. Тем не менее, она обнаружила, что ей очень хочется подойти к нему и обнять. Утешить его. Почему-то ей показалось, что мужчина отчаянно нуждается в этом.

Это было глупо. Харон ни в ком не нуждается. Во всяком случае, по большей части. Впервые она видит его таким… опустошенным, будто его съедало что-то изнутри.

Он редко был один. Если рядом не находился какой-то мужчина, которому нужно что-то, то была прекрасная женщина, хватающая его под руку. Дамы слетались к нему, как пчелы на пыльцу, и потом, кто смог бы противостоять такой уверенности в себе и чувственной сексуальности, так гармонично сочетающимися в одном человеке?

К счастью, он не приводил женщин в свою комнату. Это было одно из его собственных правил. Ни одна женщина, с которой он когда-либо был, не видела его офиса, того меньше его дом и, тем более, спальню.

Лаура не знала, почему он придерживается этого правила, но понимала лишь то, что он спас ее от “удовольствия” лицезреть их лица, когда она приходила на работу.

Девушка привыкла к Харону, у которого всегда были ответы, к Харону, который исправлял и решал все проблемы. К Харону, на которого, казалось, ничто не может повлиять.

Но сейчас он выглядел подавленным. Это было заметно и сильно беспокоило ее, скручивая в груди тугой узел.

Она хотела бы не заботиться о нем или не желать его. Но именно это и происходит. Ночами, когда Лаура закрывала глаза, его руки, его глаза, его тело, его рот, целующий ее до умопомрачения, держали ее в плену.

Если бы был хоть какой-нибудь намек на то, что мужчина заинтересован ею, она тотчас бы дала знать, что он не безразличен ей. Однако, Харон был ее работодателем и другом. И ничего путного из этого желания не выйдет, так же как и из того, что она в нем так нуждается.

Прищурившись, Лаура наклонила голову, пытаясь разглядеть, что именно он вытащил из своего кармана. Мужчина изучал нечто маленькое так, словно в этой вещице содержались все ответы мира.

Все это время он потирал свою грудь в месте, где на его рубашке виднелся разрез. Беспокойство от осознания того, что он может быть ранен, острыми шипами пронзило ее.

Единственное, что остановило Лауру, чтобы не выбежать из гостиницы к Харону, это то, что она не увидела крови на его руках.

Она положила руку на стекло, когда он повернул голову в сторону леса. Словно услышав безмолвный зов, Харон оттолкнулся от автомобиля и направился в лесную чащу.

Его шаги были стремительными и едва касались земли. После того, как он скрылся в гуще деревьев, девушка еще долго стояла у окна, мечтая о нем, страстно желая его. Она знала это выражение на его лице. Он всегда уходил в лес, когда был чем-то расстроен.

Лаура отвернулась от окна. Он мог находиться там в течение нескольких часов. Она не могла выбросить из головы вид его порванной одежды. Девушка поспешила в кабинет, где хранились запасные рубашки, на случай, когда ему приходилась разнимать драки в баре.

Взяв верхнюю рубашку из ящика шкафа, она перекинула ее через плечо и направилась к небольшой кухне рядом с ее рабочим местом.

Всего за несколько минут до этого, она поставила воду для чая, которой сейчас наполнила большой графин, закинув туда чайные пакетики. Обмакнув пакетики три раза, девушка добавила одну чайную ложку сахара, прежде чем закрыть графин.

Распахнув раздвижные стеклянные двери, выходящие на балкон второго этажа, Лаура повесила рубашку Харона вблизи верхней ступени на перила, а затем поставила графин на маленький столик, на случай, если она не заметил его возвращения.

Войдя в офис, она закрыла дверь и поймала себя на том, что вглядывается сквозь густые деревья, пытаясь разглядеть Харона.

Ее отвлек телефонный звонок.

Глава 2

Превозмогая боль, Джейсон медленно и глубоко дышал, но даже это не помогало унять агонию. Его попытки найти Друида, обладающего исцеляющей магией до сих пор не увенчались успехом. Это означает, что, скорее всего, у него останутся пять шрамов на левой щеке.

И все благодаря Аррану МакКаррику. Но месть Джейсона обрушится на Воителей быстрее, чем кто-либо из них сможет вообразить.

Он потянулся за мобильным и набрал номер. После четвертого гудка раздался приглушенный ответ.

— Все идет по плану? — спросил он.

Мужчина на другом конце провода хмыкнул.

— О, да. Девчонка практически у меня.

— Я бы так не сказал. Ты даже не смог добиться от нее согласия поужинать с тобой, Бен.

— Не беспокойся. В скором времени она будет у тебя, Уоллес. Даю слово.

Джейсон сжал телефон.

— А я даю свое. Если ты меня подведешь, я возьму твою жизнь в качестве компенсации.

— Я не подведу, — заявил Бен.

Завершив разговор, Джейсон взглянул на кухонное окно, его взгляд уперся в разросшиеся, нуждающиеся в обрезке, ветки дерева, нависающие над окном так низко, что они загораживали весь вид. В любой момент Дейл, его единственный выживший Воитель, мог вернуться с Минди. Девушка была в ярости, что ее бросили, но она знала, вытащить оттуда его было важнее, и это не обсуждалось. Безопасность Джейсона была главной задачей любого, кто первым обнаружит его. И то, что они являлись любовниками, не давало ей никаких привилегий.

Женщина была сногсшибательна в постели. Она с улыбкой удовольствия, раздвигала для него свои стройные бедра в ожидании, что он скажет, как хочет ее, и когда она сможет кончить. Так же, как и превосходное умение трахаться, в ней была склонность к злу, что заводило его еще больше.

Небольшой зеленый авто показался в поле его зрения. Спустя мгновение он припарковался, и Минди, выскользнув из машины, стала выкрикивать его имя.

Когда двери распахнулись, он повернулся. Глаза Минди, словно кинжалы, впились в него, а ее, обычно накрашенные красной помадой, губы — сжаты в ярости.

— Ты бросил меня, — заявила она.

— Но с тобой ничего не случилось.

— Меня могли прикончить.

Пожав плечами, он прислонился к кухонному столу.

— Да. Но ты же здесь. И ты жива.

Ее ноги дрогнули, когда она, взглянув на его лицо, сделала шаг в его сторону. Злость испарилась, на ее лице мелькнуло беспокойство с долей отвращения.

— Что случилось?

— Чертовы Воители, случились. Точнее, Арран.

Минди сократила расстояние между ними и, положив руку на его грудь, посмотрела с обожанием.

— Ты пытался исцелить себя сам?

— Да. Но ничего не вышло.

— Мы убьем Аррана вместе, а затем заберем его женщину и заставим страдать. Никто не смеет уродовать тебя. Никто.

Притянув ее в свои объятия, Джейсон улыбнулся.

***

Лаура поворачивала голову из стороны в сторону, разминая напряженные мышцы шеи, затекшие от долгого сидения за компьютером, где она провела целый день. Она сохранила текущую электронную таблицу после ввода в нее общего объема продаж за неделю, прежде чем нажать “открыть” другой документ, чтобы оформить заказ на алкоголь, что был на исходе.

Оформив четыре заказа, она взглянула на часы и обнаружила — уже половина седьмого. Харон еще не вернулся.

Взволнованно покусывая зубами нижнюю губу, она щелкнула свой e-mail вместо того, чтобы пойти домой. Увидев сообщение от “Дреаган Индастрис”, она быстро открыла его.

Дреаган производили самый лучший виски во всей Шотландии, но тщательно выбирали тех, кто будет продавать их продукцию. Она уже целый год писала им, доказывая, как хорошо идет бизнес Харона, и почему продажа скотча Дреаган будет выгодна для обеих сторон.

До сих пор они не утруждали себя ответом. Так почему сейчас вдруг написали?

Лаура была слишком взволнована. Открыв сообщение, она торопливо пробежала по нему глазами. Когда не увидела отказа, сделав паузу, прочитала сообщение еще раз уже медленнее.

— Хорошо, — сказала она, вздохнув, откинулась на спинку своего кресла. — Наконец-то, для Харона есть отличные новости.

Лаура оглянулась на балкон, где оставила рубашку и чай, который заваривала уже трижды, и который, по-прежнему, стоял нетронутым.

Харон, должно быть, был чем-то сильно обеспокоен, раз так надолго оставил работу. Он редко уезжал, но если делал это, то исключительно ради чего-то очень важного.

Несмотря на то, что он никогда не сообщал куда уезжает, когда она звонила — мужчина всегда отвечал. За исключением прошлого раза. Она позвонила ему, чтобы сообщить о драке в клубе и о нескольких разбитых окнах.

Когда он не ответил, девушка начала беспокоиться. А когда не перезвонил, уже собиралась набирать номер Скотланд Ярда. Харон поддерживал связь с ней. Всегда.

Она и не подозревала, насколько волновалась до тех пор, пока не посмотрела из окна сегодня утром и не увидела его автомобиль. Стоило ей мельком взглянуть на него, и этого оказалось достаточно для того, чтобы понять, что что-то было не так. С чем это было связано: бизнес или личное? Она не знала.

По крайней мере, теперь она могла рассказать ему новости о Дреаган. Тот факт, что они назначили встречу, означал — грядут великие дела. Их первый этап пройден. Остальное — за Хароном. Очаровать их, как он делал это каждый раз, и сделка будет у них в кармане.

Лаура, встав со своего кресла, подошла к рядам с дисками, расположенным у дальней стены. Офис Харона был не таким, как у большинства работодателей. Не многие люди имели возможность когда-либо подняться наверх, но если они это делали, то их ожидало захватывающее зрелище.

Офис был отражением Харона. Полы из темного дерева, стены окрашены в мягкие, приглушенные серые тона. Там были очень ценные и эксклюзивные мечи и щиты, начиная с четырнадцатого по семнадцатый века. Китайская ваза восемнадцатого века, картины британских художников примерно 19 века и другие не менее ценные предметы.

На стенах комнаты были развешаны разнообразные фотографии Шотландии с изображенными на них историческими событиями. Ковры оттенков зеленого, бронзового и темно-бордового только подчеркивали уют комнаты.

Возле камина, напротив окна с видом на лес, стоял кожаный диван. Харон часто сидел здесь, потягивая свой любимый виски Дреаган.

Стол Лауры стоял в углу, что позволяло ей видеть того, кто поднимается по лестнице. Ее рабочее место располагалось так, что не позволяло никому из посторонних зайти в офис Харона без ее разрешения.

Она посмотрела на закрытую дверь офиса. Дверь была такого же цвета, как пол и плинтус. Это было одно из тех помещений, куда она не рисковала заходить, если его там не было.

Он никогда не говорил, что ей не позволено входить в его офис, но, как и номера выше, используемые для его апартаментов, они были его личным пространством. И она принимала это как должное. Это казалось просто неправильным — вторгнуться в место, полностью принадлежащее ему, где все заставляло ее думать лишь о том, что она будет чувствовать, если он посмотрит на нее с тем же желанием, с каким смотрит на других женщин.

Лаура взглянула на ряды СD-дисков, пристальным взглядом пробежавшись по названиям. У Харона был эклектичный вкус. Он любил хард-рок, классику, софт-рок, рэп и все, что между ними.

Прошлой ночью она слушала Бетховена, сейчас же у нее было настроение для чего-то более динамичного, чего-то, что могло помочь ей справиться с кипой бумаг на ее столе.

С улыбкой она вытащила Whitesnake’s Greatest Hits (Whitesnake — британо-американская рок-группа, играющая хард-рок с блюзовыми элементами, — прим. пер.) и поставила компакт-диск в проигрыватель. Через секунду аккорды “Still of the Night” наполнили комнату.

Подпевая девушка скинула свои туфли и, взяв стопку бумаг, прошла к шкафу за своим столом.

***

Харон смотрел, как солнце, меняя краски, завершает свой путь по небу. Яркий шар света, превращаясь из желтого в огромный оранжевый, постепенно тонул за горизонтом, отбрасывая на облака оттенки мандарина и лаванды.

Даже когда сгустились сумерки, он не беспокоился о том, как найти дорогу обратно. Он знал дорогу, как свои пять пальцев, а бог в нем позволял видеть ночью так же четко, как и днем.

Харон еще не был готов отпустить то спокойствие и тишину, что дарил ему лес. Он был прекрасен в течение дня, но как только наступала ночь, красота другого рода сменяла его. Здесь было проведено много ночей, он спал под звездами, вслушиваясь в звуки леса.

Харон понимал, что пришло время возвращаться. Он медленно встал и, в последний раз посмотрев на долину, повернулся на каблуках, направляясь обратно в город.

Прежде, чем он увидел свое здание, его чуткий слух уловил звуки музыки из таверны, а также из его ночного клуба по соседству. Но он услышал еще и третий источник музыки. И точно знал, что исходят они из его офиса.

Лаура любила музыку, и он предоставил ей доступ к своей коллекции. Каждый день она выбирала что-то новое. Он уже давно перестал удивляться ее любви к разнообразной музыке. Ее вкус почти соответствовал его собственному.

По выбору композиции он мог узнать в каком она настроении, и как себя чувствует в какой-то конкретный день. Бывали дни, когда он знал, что она обеспокоена, так как выбирала медленные, проникновенные мелодии. Была ли она в мрачном настроении из-за отсутствия кого-то или просто ей было одиноко, он не знал. И никогда не спрашивал.

Но хотел знать, и было время, когда почти заглянул в ее прошлое. Однако прошлое, осталось прошлым. Он знал, что если она захочет, то расскажет все сама. Ее взгляд зеленых глаз, смотрящих вдаль, был самым тяжелым испытанием и подрывал его намерения держаться от нее на расстоянии.

Девушка нравилась Харону, но он понимал, что не стоит сближаться с ней. Он совершал подобную ошибку множество раз, и ему приходилось наблюдать, как стареют и умирают его друзья. Сейчас он делает все, что в его силах, чтобы держаться на расстоянии. Ото всех.

Она была искушением, он понял это впервые увидев ее. До сих пор он не может отвести от нее глаз. Неожиданно для самого себя он предложил ей работу. Она была надежной и такой чертовски привлекательной, что не проходило и дня, чтобы он не любовался ею.

Харон остановился, как только достиг поляны за его зданием. Взгляд его был обращен вверх, на второй этаж, где четко слышались ритмы и лирика Whitesnake.

Неосознанно его взгляд отыскал Лауру. Она была одета в платье цвета сапфира, которое изящно облегало ее великолепное тело, очерчивая каждый прекрасный женственный изгиб. Ее волнистые темные волосы были собраны и закреплены серебряной заколкой с кельтским рисунком на затылке, а оставшиеся длинные пряди каскадом ниспадали на спину.

Она подпевала, закрыв глаза и немного покачиваясь в такт. Ее восхитительные губы расплылись в ослепительной улыбке, когда она распахнула глаза.

Он часто ловил себя на том, что мечтает провести пальцем по ее губам. Со зрением столь же острым, как и у сокола, Харон позволял себе, на досуге, наблюдать за ней.

В ней было столько благородства, будто оно было заложено в ее ДНК. Она двигалась с редкостной грацией. Каждое движение, каждый жест, совершаемый ею, наполнен бессознательным изяществом.

Ее улыбка неотразима, а смех заразителен. Она была упрямой, он понял это по тому, как она морщит носик прежде чем что-то сказать, как если бы собиралась спорить.

А ее яркие светло-зеленые глаза, прекрасные и большие, отражали ее душу. Вот она позволяет видеть каждую эмоцию, но в следующий момент закрывается от него, возводя стену.

Она была потрясающей, но не поэтому он нанял ее. Из-за ее красоты он чуть было не отказал ей. Но потом увидел нечто в ее глазах. Надежду.

И печаль.

Он хотел бы знать, что послужило причиной этому, и как у нее получается не терять надежду. Вместо этого он узнал, какой умной она была. Лаура была слишком умна, чтобы задерживаться на подобной работе. Тем не менее, любовь к городку помогла принять ей его предложение.

Харон не пожалел об этом. Лаура усердно работала, порой слишком усердно. Ему даже приходилось насильно отправлять ее домой на несколько дней. Но никто и никогда не хранил его книги по бухгалтерскому учёту в таком безупречном порядке. Не говоря уже о поставщиках, других сотрудниках, а также клиентах, которые таяли лишь от одного вида ее улыбки.

Он поймал себя на том, что улыбается, глядя как она танцует, кружась по комнате, чтобы собрать как можно больше документов. Затем протанцевала обратно к полкам с документами, она покачивала бедрами, притягивая его взгляд.

Его руки сжались в кулаки, когда он представил, как подходит к ней сзади и обхватывает ее бедра, покачиваясь, прижимается к ней своим возбужденным членом.

— Ты собираешься просто пялиться на нее? Или ты все же возьмешь ее, как давно желаешь?

Харон напрягся при звуке голоса. Он был настолько погружен в мечты о Лауре, что не заметил подошедшего Фелана. Он ненавидел, когда Воитель так подкрадывался к нему.

Харон, в его нынешнем настроении, хотел одарить Фелана тем ответом, которого тот заслуживал. Но вместо этого просто продолжил пялиться на Лауру. Даже если его разум снова поглотят фантазии.

— Она — мой секретарь.

— Сейчас они называются личными помощницами, — произнес Фелан, встав рядом с ним. — Я-то думал, что ты, как ни один другой Воитель, идешь в ногу со временем. Видимо мне придется пересмотреть свое мнение.

Харон нащупал в своем кармане пулю Х90 и сжал ее, казалось, он был не в силах выкинуть ее. Он пронзил Фелана взглядом, недовольный его сарказмом.

— Лаура достойна большего. Она выполняет работу троих сотрудников.

— И почему ты не возьмешь ее в свою постель? Ведь все очевидно по тому, как ты на нее смотришь, ты хочешь ее.

— Я не смешиваю бизнес с удовольствием, — сказал Харон, отведя взгляд от Лауры.

После затянувшейся паузы Фелан сказал:

— Ты все еще не сменил рубашку.

— О, спасибо, Капитан Очевидность, — с сарказмом ответил Харон.

Когда он собрался уходить, Фелан сжал рукой его плечо, останавливая.

— Что-то не так? — спросил Фелан, пристально вглядываясь в лицо друга. — Все еще болит?

— Ты имеешь в виду, чувствую ли я кровь Драу внутри себя? — Да. — Нет.

Фелан заметно расслабился, опустив руку.

— Ты заставил меня немного поволноваться. Почему ты не переоделся?

— Мне надо было сначала все обдумать.

— Да. Вот почему я здесь. Эта битва с Джейсоном была ...

— Другой? — закончил Харон, когда Фелон замолчал.

Фелан кивнул.

— Он был готов к встрече с нами. Был лучше подготовлен, чем когда-либо Дейдре или Деклан.

— Я знаю, — Харон провел рукой по своим волосам. — Дейдре знала нас лучше, чем кто-либо. Она знала каждого из нас персонально, потому что наблюдала за нами, в той адской бездне, в горе.

Фелан фыркнул.

— Ты имеешь в виду меня, потому что держала меня на цепи с того времени, когда я был еще мальчишкой? Или потому что она пила мою кровь каждый день, после того как я стал Воителем?

— И то и другое.

Харон знал, что Фелан не любит говорить о времени, проведенном в горе Керн Тул, он редко это делал. Но ведь должна же быть причина, по которой Джейсон Уоллес так много знает о них.

— Ага, — сказал Фелан, пройдя немного вперед и вернувшись к Харону. — Это выглядело так, словно Джейсон точно знал, как мы будем атаковать. Могла ли Ронни сообщить им?

Ронни, известная так же, как доктор Вероника Рид, обрела свое счастье с Арраном. Являясь Друидом, Ронни, благодаря своим способностям, могла находить магические артефакты в земле. Что сделало ее очень известным археологом.

— Нет. Не верю, что это была Ронни. Она, возможно, и знала Аррана, но не была в курсе нашей стратегии. К тому же я отвез ее из Эдинбурга на территорию раскопок после первого нападения. В любом случае, она бы не предала Аррана. Она любит его.

— Тогда как? — воскликнул Фелан, в отчаянии вскидывая руки.

— Возможно, еще один Провидец?

Это было, словно выстрел в темноту. Тем более, что за многие годы в замке Маклаудов появилась Шафран — первый и единственный Провидец, которого они знали.

Фелан покачал головой.

— Нет. Он знает нас. Знает так, как может только человек, проводящий с нами много времени.

— Это исключено. Мы были там с другими Воителями и Друидами, после смерти Деклана. Мы прошерстили весь особняк и уничтожили все книги. Он не мог ничего узнать о нас.

— Тем не менее, он знает. Этот ублюдок не только знает о нас, но и владеет черной магией. К тому же, чтобы стать Драу, необходимо пройти церемонию. И кто-то знал эту церемонию. А это означает, что мы что-то упустили.

Музыка, доносящаяся из его офиса, сменилась на медленный чувственный ритм, так как Whitesnake запели “Slow an' Easy”.

— Я знаю, Гвинн пробила Джейсона по компьютеру, — Харон потер подбородок. — Но я думаю, что проведу собственное расследование, покопаюсь в прошлом Джейсона Уоллеса. Может быть, удастся найти что-нибудь стоящее.

Впервые за этот вечер, на лице Фелана появился призрачный намек на улыбку.

— Именно это я и хотел услышать. Мне вернуться завтра?

— Дай мне пару дней. Куда ты пойдешь?

— Не далеко. Я буду поблизости, — сказал он, исчезая среди деревьев.

В то время, как Харон всегда возвращался домой в Фернесс, Фелан был, словно перекати поле. Все, чем он владел, помещалось в небольшой сумке позади его мотоцикла Дукати.

Харон потер рукой свою грудь. Рана могла затянуться, но забыть ощущение, входящего в тело лезвия с кровью Драу, которая, проникала во все его органы, методично уничтожала их — невозможно.

Он не говорил об этом Соне после того, как она излечила его. Во-первых, потому что был не единственным раненным, и что еще более важно, потому что никто больше не сказал, что продолжает чувствовать ядовитую кровь даже после того, как Соня поработала своей целебной магией.

Харон надеялся, что это было от того, что кровь Драу слишком долго находилась внутри него, а не потому, что с ним было что-то не так.

Он стал подниматься вверх по лестнице, ведущей на балкон рядом с его офисом. Как только он достиг верхней ступеньки, увидел рубашку.

Нерешительно он положил руку на обычную черную рубашку. Без сомнения, это Лаура положила её туда. Она видела его? Как узнала, что его одежда испорчена?

Харон поднял рубашку и повернулся туда, где на столе стоял графин с чаем. Пар все еще поднимался из-под крышки. Он нагнулся, чтобы налить чая, но понял, что все еще пристально смотрит на Лауру.

Ее глаза были закрыты, пока она соблазнительно покачивалась в такт музыки. Он хотел ее с первой минуты, как только увидел, когда она вошла в паб и попросила у него пинту (ок. 470 мл — прим. пер.) эля.

По ее английскому акценту он догадывался, что она, как и многие туристы, проездом в городке, но, когда девушка попросила у него помощи в поиске комнаты, он безошибочно понял, что она, как и он в свое время, была покорена красотой этого места.

На следующий день он узнал, что она ищет работу. Прошло уже два года, но Харон до сих пор не знает, что привело ее в Фернесс.

Она не совала нос в его личную жизнь, а он в ее. Несмотря на то, что ему время от времени, было безумно любопытно. Особенно, когда она смотрела на медальон, который всегда носила с собой в сумочке.

Внезапно, Лаура, остановившись, открыла глаза. Их взгляды встретились, и, как всегда, Харон был пленен ее светло-зелеными глазами, которые были прикованы к нему.

Хорошо, что она не Друид, иначе ему бы пришлось признать свое влечение. Когда каждый Воитель в замке Маклаудов обрел свое счастье с Друидом, трудно не думать о том, что его ждет нечто подобное.

Но ему лучше быть одному. Не говоря уже о том, что он множество раз пытался почувствовать магию вокруг Лауры, но ничего не выходило.

Она не была Друидом, а он за свою долгую жизнь видел достаточно смертей. Даже страсть, что горела в его венах, не могла изменить его решения для того, чтобы утолить потребности своего тела.

Он знал, что держать в руках ее великолепное тело, чувствовать ее сладкие поцелуи на своих губах, слышать ее крики экстаза будет восхитительно, но не мог позволить себе испытать счастье с Лаурой, а потом потерять ее навсегда.

Так что он должен забыть о наслаждении, которое мог бы испытать в ее объятиях.

Стеклянная дверь отворилась, и девушка встретила его с нежной улыбкой.

— Я волновалась.

Харон взглянул на стол. Как долго она будет заботиться о нем? Наступит время, когда ему придется покинуть Фернесс навсегда, оставив позади людей, которых он знал, друзей, которые перестанут думать о нем, и, в конечном итоге, он превратится в ничто.

Возможно, именно поэтому Фелан не осел на одном месте, а другие Воители скрывались в замке Маклаудов.

Он думал, что поступает так, как лучше для него. В реальности же, он только все усложнял. Совсем недавно все было так просто, так незамысловато. Когда все пошло не так?

Глава 3

Лаура не упустила страдание, на мгновение охватившее Харона, отразившись в чертах его лица. И хотя, обычно, она держала дистанцию, сейчас обнаружила, что тянется к нему.

Ее рука легла на его руку. Под ладонью она почувствовала стальные мускулы, тепло мужского тела. Девушка нерешительно вздохнула.

— Ты в порядке? — спросила она, когда его темно-карие глаза взглянули на нее.

— Да. Спасибо, — ответил Харон, поднимая руку, в которой держал графин и рубашку.

Лаура неохотно отпустила его, мгновенно ощутив нехватку тепла.

— Без проблем.

Молчание между ними затянулось, перерастая уже в неудобство. Почувствовав струящийся по ногам прохладный ночной воздух, она посмотрела вниз, осознавая, что забыла туфли внутри.

— День прошел без происшествий, — сообщила она, разворачиваясь, чтобы вернуться в офис. Работа всегда была безопасной темой.

— Это хорошо.

Одевая туфли, девушка услышала, как скользнула дверь, и щелкнул замок.

— Кстати, я отправила еще одно письмо в Дреаган на прошлой неделе.

Его глубокий и мягкий смех заполнил комнату.

— Ты не сдашься, не так ли?

— Нет, — подняв взгляд и обнаружив, что он стоит напротив, она заметила пятна на его рубашке. Материал был темным, но, очевидно, что на нем была кровь. Она, неосознанно, снова потянулась к нему. — Тебе больно?

Прежде чем она успела его коснуться, Харон сделал шаг назад, перекинув через плечо новую рубашку, чтобы скрыть разорванную часть старой.

— Нет.

Лаура откашлялась, удивляясь, как он мог так откровенно лгать.

— Хм … так или иначе, я получила электронное письмо от Дреаган. Они хотят встретиться с тобой на следующей неделе.

— Ты заслуживаешь столько же золота, сколько и весишь. Я, действительно, мало тебе плачу.

— Ты платишь мне достаточно, — сказала она, довольная его похвалой. — Я же говорила тебе, что добьюсь этой встречи.

— Думаю, тебе следует поехать со мной.

Она моргнула. Это было что-то новенькое. Харон всегда ездил на встречи сам.

— Ты ведь никогда никого не брал.

— В этот раз я беру тебя. Тебе необходимо изучить и эту сторону бизнеса. Так как я не всегда буду здесь, чтобы ездить на встречи, мне нужен кто-то, кому бы я мог доверять.

Она решительно покачала головой. Ее желудок сжался от одной лишь мысли, что Харона не будет рядом.

— О, нет. Я гораздо лучше печатаю электронные письма, чем общаюсь лично. Найди кого-нибудь другого.

— Ты себя недооцениваешь. Ты не замечала, как мужчины смотрят на тебя?

— На меня? — спросила она, нахмурившись. — Харон, никто не смотрит на меня.

— Смотрят.

Он говорил тихо. По его взгляду она поняла, что он не лжет. И всё равно не могла поверить в это. Потому что единственный мужчина, чьего внимания она жаждала, не замечал ее.

Девушка, отвернувшись, потянулась за сумочкой.

— Предпочитаю сидеть за столом. Я, действительно, не очень хороша в общении с людьми. Слишком стеснительна. Из-за моей застенчивости некоторые люди считают меня грубой и холодной. Честно говоря, они до чертиков пугают меня.

Харон фыркнул, заставляя поднять взгляд на него.

— Ты даже не можешь грубо изъясняться, так ведь?

— Могу.

— Докажи. Скажи что-нибудь.

Она нервно поправила сумочку на плече.

— Нужно особое настроение для этого, — ушла от ответа Лаура.

— Ерунда. Тебе просто не нравятся ругательства.

— Хорошо, нет. Я считаю, что свою точку зрения можно выразить, не прибегая к ним.

— Я не хочу разочаровывать тебя, но бывают моменты, когда «черт возьми» и «дерьмо» просто нельзя не сказать, милая. Крепкое словцо, время от времени, может помочь в решении проблемы.

Как обычно, рядом с ним, Лаура почувствовала себя хорошо. Было в нем что-то приветливое, что заставляло ее чувствовать себя легко, что-то, что она даже не надеялась снова почувствовать, после того, что сделала ее семья.

Если раньше ей требовалось несколько недель, чтобы осмелиться заговорить с человеком, то с ним она завела разговор, когда ещё и часа не прошло после ее приезда в Фернесс.

Пинта эля, скорее всего, поспособствовала этому. Но в основном, это было его обаяние и удивительная улыбка. Несмотря ни на что, Харон всегда поднимал ей настроение.

Улыбка исчезла, как только она заметила еще один разрез на его рубашке.

— Я пыталась дозвониться до тебя.

— Прости, — сказал он, поставив графин. — Я потерял телефон. Что-то важное?

— Ничего такого, с чем бы я не справилась. Просто хотела держать тебя в курсе. Я позабочусь о том, чтобы завтра у тебя был новый телефон.

Кивнув, Лаура развернулась и пошла к лестнице, которая вела в паб и к входной двери.

— Что я буду делать без тебя?

Слова Харона остановили ее на первой ступеньке. Повернув голову, девушка посмотрела на него, в его темных глазах отражалась тоска, которую ему не всегда удавалось скрыть.

— Я никуда не собираюсь. Я тебе говорила. Я люблю это место. Это мой дом.

— Однажды, ты уйдешь. Все уходят.

Она открыла рот, чтобы вновь опровергнуть его слова, но он, развернувшись, уже шел в свой офис. Тихо закрыл дверь, одновременно отгораживаясь от нее.

В течение нескольких секунд она стояла, как вкопанная, раздумывая, не вернуться ли ей. Был ли в его словах двойной смысл? Харон редко показывал эту сторону себя, что-то сидело глубоко внутри, причиняя ему боль.

Лаура распознала это, потому что нечто подобное было и внутри нее. Даже спустя два года. Все ушло, но это было все еще там. Оно всегда будет там.

Также, как ее семья, навсегда останется с ней.

— Спокойной ночи, Харон, — прошептала она, начиная спускаться по лестнице.

***

— Спокойной ночи, Лаура, — прошептал Харон, услышав ее тихие слова своим обостренным слухом.

Звук стучащих по лестнице каблуков резко оборвался, когда девушка захлопнула за собой дверь. А он задался вопросом, что бы она сделала, если бы вернулась к нему, и поймал себя на мысли, что очень желал бы это узнать.

Он нуждался в ней. После ее прикосновения на балконе, потребовалась каждая унция его терпения и сдержанности, чтобы не сжать ее в объятьях.

Харону никогда не будет достаточно просто обнять ее. Несколько раз мужчина ловил себя на том, что все, чего ему бы хотелось, это наклониться и завладеть ее губами, целуя до тех пор, пока девушка не станет, задыхаясь, цепляться за него.

Он хотел этого сегодня, сейчас. Хотел сорвать с нее платье и, усадив на стол, глубоко погружаться в нее. Может быть, тогда ужасы ночи оставят его разум в покое.

Воитель думал об этом только потому, что жалел себя. Утром мужчина будет сожалеть, если сейчас возьмет ее в свою постель.

Харон, протерев глаза, направился к своему столу. Сняв разорванную рубашку, он швырнул ее в мусорный бак. Прежде чем надеть чистую, мельком взглянул на свое отражение в зеркале, висевшем напротив его стола.

Он ни минуты не жалел, что закрыл Аррана собой. По его мнению, даже тысячи вонзенных в его тело лезвий, покрытых кровью Драу, не хватило бы, чтобы искупить вину перед Арраном, Йеном и Куинном за шпионаж, которым он занимался для Дейдре.

Произошло ли это год назад, когда Харон обнаружил Йена и его жену, Дани в Фернессе? Харон не знал, что Йен прошел сквозь время за Дейдре, к Деклану.

Увидев Йена, он замер, будто и не минули эти долгие четыре столетия. Глядя на него, он, по-прежнему, ощущал, будто они в 14 веке убегают от Дейдре.

Столько всего произошло с тех пор. Дейдре убила Дункана, близнеца Йена. Дейдре, а потом и Деклан, были уничтожены Воителями и Друидами.

И тогда Харон рассказал Йену, почему шпионил для Дейдре. Он это сделал не для того, чтобы выпросить прощения, а потому, что хотел объяснить, почему не смог остаться с другими Воителями в замке.

Даже сейчас, каждый раз, когда он был нужен Маклаудам и они ему звонили, чувствовал себя странно, идя к ним. Воитель никогда не сможет сказать им «нет», но также никогда и не станет частью их дружной семьи.

Он и Фелан были изгоями.

Это было правильно. Харон не заслуживал большего. Он помогает им в борьбе со злом, но, в конце концов, всегда возвращается в Фернесс. Один.

Харон, подвинув свое кресло к столу, направился к двери. Как только он положил руку на дверную ручку, открывая ее, зазвонил телефон.

Вздохнув, мужчина вернулся и ответил на звонок.

— Харон слушает.

— Ты рано ушел.

Он закрыл глаза, узнав голос Аррана.

— Да, возникли дела, требующие моего внимания.

— Я хотел еще раз поблагодарить тебя.

— Ты уже поблагодарил. И этого достаточно.

В трубке послышался громкий вздох.

— Нет, Харон, не достаточно. Я обвинял тебя в том, что произошло с нами в Керн Тул, но ты был просто пешкой в игре Дейдре, так же, как и все мы. Ты пытался выжить. Я сделал бы то же самое.

— Сомневаюсь.

— Йен рассказал мне что случилось с твоим отцом.

Харон поднял голову, уставившись в потолок.

— Я поделился этой историей не для того, чтобы вызвать сочувствие.

— Я и не сочувствую. А извиняюсь, за свое отношение, — сказал Арран. — Тебе не следовало уходить. Девушки приготовили много еды. Даже Малкольм остался.

Малкольм. Харон всегда считал свою жизнь адом. Но это было ничто по сравнению с тем, что пережил Малкольм. Он был смертным, во всем помогал своей кузине Ларене. Она была единственной женщиной-Воительницей и вышла замуж за Фэллона Маклауда, а Малкольм сделал все, чтобы защитить ее от Дейдре.

В итоге, Дейдре отправила Воителей убить Малкольма. Соня спасла его, но ничего не смогла сделать с его шрамами, а также восстановить подвижность правой руки.

Малкольм некоторое время оставался в замке, а потом ушел. Ушел только для того, чтобы попасть в плен к Дейдре, которая освободила дремлющего в нем бога. В обмен на безопасность Ларены, он беспрекословно выполнял все приказы Драу.

Но даже это не спасло Дейдре, так как Малкольм был тем, кто, в конечном счете, убил ее.

— Как я уже сказал, у меня были дела, — заявил Харон Аррану. — В следующий раз я останусь.

— Нет, не останешься. Так же как и Фелан. Я понимаю. Если тебе будет что-нибудь нужно, позвони мне. Я серьезно.

— Знаю.

Харон, повесив трубку, поднялся по лестнице на третий этаж. Он закрыл за собой дверь, прислушиваясь к тишине.

Это стоило того, отдать целое состояние, сделав второй и третий этажи звуконепроницаемыми, чтобы не слышать громкой музыки, доносившейся из паба. Но сегодня вечером тишина оглушала его.

Сняв, он отбросил в сторону рубашку, которую принесла для него Лаура, и распахнул стеклянные двери, ведущие на балкон. Одним прыжком мужчина перемахнул через перила и приземлился на ноги, слегка согнув их в коленях.

Не оглядываясь назад, мужчина направился к кромке деревьев. До восхода солнца Воитель хотел найти успокоение.

Не важно, как далеко он хотел убежать, сквозь густой лес, была одна причина, из-за которой он, в любом случае, вернется в деревню.

Лаура.

Глава 4

Эдинбургский Университет.

Эдинбург, Шотландия.

Поправив ремень сумки, висящей на плече, Эйден Маклауд взглянул на возвышающееся перед ним здание. Обогнув пару, стоящую на тротуаре, он осмотрел территорию.

Потребовалось немного времени, чтобы убедить своего отца в том, что он не нуждается в сопровождении. Слишком легко Куинн Маклауд поддался его уговорам.

Эйден был уверен, что где-то, среди зданий университета, находился его отец, наблюдая за ним. Также он был уверен, что тот не один. Скорее всего, взял с собой Лукана и Фэллона.

Вот, что происходит, когда человек растет в замке, скрытом магией и наполненном Друидами и бессмертными Воителями.

В течение четырех столетий Эйден жил под магическим щитом, окружающим замок Маклаудов, так как только в его пределах оставался бессмертным. Он наблюдал, как его родители и вся семья уходили сражаться с Драу, пока сам оставался в стенах древнего замка, обеспокоенный и чувствующий себя бесполезным.

Он не позволит, чтобы подобное произошло снова.

Как Друид Маи, он обладал магией. И, в свое время, он смог помочь во время битвы.

Зло, с которым они боролись сейчас, поднялось на ступеньку выше, и было бы справедливо, что Маклауды сделают тоже самое.

Толкнув тяжелую дверь, Эйден вошел в здание. Остановившись, он посмотрел на лестницу, что должна привести его к ответам, в которых они так отчаянно нуждались.

Кто-то задел его плечом, это способствовало выходу потока магии, используемой Эйденом в качестве защиты. Поняв, что ничто не угрожает, он вздохнул и опустил руку. Эйден, окинув еще одним взглядом окружающую его обстановку, направился к лестнице.

Поиском правильного человека, который мог бы помочь в их исследованиях, занималась Гвинн, хакер замка Маклаудов. Гвинн не считала себя таковой, но работала с компьютером лучше, чем кто-либо, кого он знал.

Она родом из Техаса, но, будучи Друидом, нашла прибежище и любовь в замке. Гвинн и Логан, как и другие пары, только напоминали Эйдену насколько он одинок.

Кто-то мог назвать его везунчиком, потому что он прожил четыреста лет. Но никто и не догадывался, что каждый раз, покидая стены замка, он рисковал своей жизнью.

Тем не менее, он не боялся смерти. Эйден мечтал о собственной семье, которой у него никогда не будет. Но он не мог винить в этом своих родителей. Они сделали все, что смогли, чтобы он оставался с ними. И не знали о том, что их сын мечтал выйти в мир в одиночку и испытать те чудеса, которые видел только по компьютеру и телевизору.

Но это было невозможно, не с новой угрозой в лице Джейсона Уоллеса. Эйден знал, Уоллес смог бы легко найти его и использовать в качестве приманки для родителей, появись у него такая возможность.

В результате он так и оставался в замке Маклаудов, время от времени выбираясь в мир, когда была такая возможность. И когда нуждался в том, чтобы хорошенько поразмыслить.

На этот раз все было иначе. На этот раз Эйден хотел помочь решить одну из проблем, преследующих Воителей. Он проскочил последний пролет лестницы, перепрыгивая через две ступеньки, и оказался на площадке. Внимательно осмотрел ярко освещенный коридор с многочисленными комнатами, тянущимися рядами по обеим сторонам от него.

— Гвинн, надеюсь, что ты права, — пробормотал он, сворачивая налево в поисках нужной комнаты.

Достигнув конца коридора, он уже начал беспокоится, что Гвинн ошиблась и дала ему не тот номер комнаты. А потом, справа, заметил слегка приоткрытую дверь.

Взглянув на цифры, выгравированные на двери, молодой человек понял, что это именно та комната, которую он искал. Приблизившись, он услышал звучащую изнутри музыку Godsmack (американская рок-группа — прим. пер.).

Заглянув в комнату, Эйден увидел стоящие ровными рядами столы, заполнившие всю комнату. На каждом столе стоял один микроскоп с множеством пробирок и другим оборудованием, назначение которого он не мог даже предположить.

Его взгляд упал на женщину в белом халате, которая, наклонившись вперед, рассматривала что-то в микроскоп, делая заметки на листе бумаги.

Ее светлые золотистые волосы были откинуты назад и собраны в хвост у основания шеи, а локоны свободно спадали до середины спины. Эта картина резко контрастировала с фото доктора Барбары Смит, которое он видел на экране компьютера.

Он пожал плечами, полагая, что доктор сменила прическу, стремясь выглядеть моложе.

Эйден постучал, но доктор Смит даже не обернулась. Он, вздохнув, сказал:

— Извините.

— Уходите, — донесся приглушенный ответ.

Прищурившись, он взглянул на женщину. Он знал, что будет трудно добиться ее расположения, но не ожидал такого.

— Нет.

Когда она проигнорировала его, Эйден вошел в лабораторию и, опершись бедром о первый попавшийся стол, начал действовать.

— Я могу весь день сидеть здесь, наблюдая за Вами, пока Вы, по крайней мере, не взглянете на меня.

Она теребила микроскоп в течение нескольких минут, прежде чем ответить:

— Я занята. Убирайтесь.

Ее акцент, ранее приглушенный, стал заметнее. Он не помнил, читал ли он о том, что доктор Смит была из Америки, но это не имело значения. Она единственная, кто сможет ему помочь, и он не уйдет, пока не добьется от нее этого.

Эйден, поняв, что слова здесь бесполезны, решил привлечь ее внимание: он, стараясь поднять как можно больше шума, снял сумку и бросил ее на пол, затем выдвинул стул. Стул он тащил долго, с оглушающим грохотом, прежде чем поставить его на место.

Доктор Смит, громко вздохнув, ударила руками по столу и, наконец, подняла голову.

У Эйдена перехватило дыхание. Это была не доктор Смит, а воплощенная сирена, рожденная лишь для того, чтобы соблазнять мужчин на то, что ей было угодно.

Ее ярко-голубые глаза сверкали от ярости, которая так контрастировала с милыми прядями завитков обрамляющих ее щеки. Ее лицо в форме сердца, наклонилось в сторону, когда она приподняла одну золотистую бровь.

— Ну, — потребовала она. — Я посмотрела на тебя. Чего еще ты хочешь?

— Тебя.

Слова сорвались с его губ раньше, чем Эйден это понял. Что было еще хуже, так это то, что это была правда. Он хотел ее. Хотел так, как никогда и ничего не хотел в своей жизни.

Она поджала губы и закатила глаза.

— О, брось! Это лучшее, что ты мог придумать? — И девушка вновь повернулась к микроскопу, бормоча: — Мне нужно начать закрывать эту проклятую дверь.

— Подожди, — сказал Эйден, вскочив со стула, он подошел, останавливаясь около нее.

Ее светлая голова повернулась к нему, в глазах светилась настороженность.

— Слушай. Я не знаю, кто прислал тебя и меня это не волнует. Просто уйди, пока никто не пострадал.

Эйден ничего не смог сделать с собой и улыбнулся.

— Ты думаешь, это смешно? — ее лоб наморщился, огонь полыхнул в голубых глазах. — Может мне продемонстрировать, что я могу сделать с тобой?

— Не сомневаюсь, что ты можешь справиться самостоятельно, милая. Я просто удивлен, вот и все. Я думал, что встретил доктора Смит.

— Ах. Ну, она в творческом отпуске до следующего месяца.

Эйден на мгновение зажмурился.

— Черт возьми! — Не смотря на то, что он безумно хотел эту девушку, он не мог тратить время на разговоры, когда на карту была поставлена жизнь его семьи. — Спасибо, — сказал он, поворачиваясь, чтобы захватить сумку.

— Что тебе нужно от доктора Смит?

Слова остановили его. Эйден медленно развернулся.

— Это … конфиденциально.

— И ты думаешь, что я в это поверю? — спросила она, прислонившись к столу. — Мы микробиологи. Что может быть таким уж секретным?

— Забудь, что я приходил, — Эйден закинул сумку на плечо. — Ты знаешь микробиолога с опытом работы в этой области?

— Да.

Она ответила без колебаний. По спине Эйдена пробежала дрожь, когда он посмотрел в ее ярко-голубые глаза. Они были цвета летнего неба, блестящими и бездонными. Он знал, что должен уйти, но не мог. И не смог сдержать следующие слова.

— Кто?

— Как тебя зовут? — поинтересовалась она.

Он посмотрел на дверь.

— Эйден Маклауд.

— Ух ты. Настоящее шотландское имя. Хорошо, Эйден Маклауд. Я Бритт Миллер. Доктор Бритт Миллер, на самом деле. Я получила докторскую степень в области гематологии, а сейчас изучаю микробиологию.

— Гематология, — прошептал он.

Она усмехнулась и села на стул.

— Да. Знаешь, изучаю заболевания крови.

— Я знаю. — Может, это к лучшему, и она сможет помочь? Эйден боялся даже думать об этом. — Я думал, что ты очень занята.

Бритт пожала плечами, закинув ногу на ногу, она покачивала ей, на изящной стопе поблескивала босоножка золотистого цвета.

— Я предлагаю помощь. Это не то, что я делаю постоянно.

— Почему предлагаешь сейчас?

Рассмеявшись, она покачала головой.

— Я не уверена. Может быть из-за разочарования, мелькнувшего на твоем лице, когда я сообщила, что доктора Смит здесь нет.

— Слушай, — сказал Эйден, приближаясь к ней. — Мне нужна помощь. И я хочу принять ее, но при этом, ты должна понять, что есть вещи, которые я просто не смогу рассказать.

Бритт изучала его в течение долгой минуты, тщательно взвешивая его слова. Она заправила одну из прядей за ухо, коснувшись при этом золотой сережки, свисавшей с ее уха.

— Ты можешь рассказать мне хоть что-нибудь?

— Я могу сказать только то, что полученная информация сможет помочь моей семье и друзьям.

— Почему бы тебе не пойти в больницу или к настоящему доктору?

Эйден должен был соблюдать осторожность в выборе слов.

— Они не больны. Ну… черт! Не могу правильно сформулировать.

— Другими словами, ты не можешь сказать мне многого.

— Да.

Бритт посмотрела на микроскоп.

— Что я должна посмотреть?

— Кровь.

Бритт резко развернулась, и они встретились взглядами.

— Кровь. Почему?

— Эта кровь обладает некоторыми особенностями. Мне нужно знать, что может негативно повлиять на нее.

Она протянула руку к нему.

— Позволь увидеть образец?

Эйден надеялся, что принял верное решение. Вместо того, чтобы отдать образец крови, он, потянувшись за телефоном, набрал номер Гвинн.

Наблюдая за Бритт, он передал всю информацию Гвинн, чтобы узнать связана ли она с Джейсоном Уоллесом. Когда Гвинн все выяснила, Эйден прервал разговор.

— Что ж. Почему я чувствую себя так, будто меня проверили ЦРУ или МИ-5? (Центральное разведывательное управление, ЦРУ — агентство Федерального правительства США, основной функцией которого является сбор и анализ информации о деятельности иностранных организаций и граждан. МИ-5 — служба безопасности, государственное ведомство британской контрразведки — прим.пер.)

Эйден поморщился.

— Я прошу прощения. Есть вещи, которые тебе лучше не знать, для твоей же безопасности. И мне нужно было убедиться, что ты не работаешь на Дж… — он затих, надеясь, что она не спросит большего.

— Кровь? — попросила она, снова протягивая руку.

Эйден вытащил маленький пузырек. У него с собой было несколько образцов для проверки. Первая кровь, которую она увидит, будет его. Чуть помедлив, Эйден передал его Бритт для дальнейшей работы.

— Ничего особенного. Это кровь здорового человека, — сказала она, смотря в микроскоп. Затем, откинувшись назад, произнесла. — Следующая.

Эйден передал пробирку с кровью своего отца, ожидая, пока Бритт просмотрит ее в течение нескольких долгих минут. В итоге, она, снова откинувшись в кресле, посмотрела на него.

— Откуда она у тебя?

— Не имеет значения. Что ты обнаружила?

— Я… Мне нужно провести несколько тестов. Возвращайся через час.

Эйден покачал головой.

— Нет. Я не оставлю образец у тебя.

— Ты не доверяешь мне.

Он лукаво усмехнулся.

— Нет. Как я говорил, моя семья и друзья сильно рискуют. Я не могу подвергать их еще большей опасности.

— Это потребует времени, возможно, даже несколько дней. Ты собираешься оставаться здесь так долго?

— Так долго, сколько потребуется.

— Я работаю одна.

— Не в этот раз, — повторил он. Мысль провести с Бритт так много времени была более, чем приятна для него.

Она постукивала ногтями по столу, этот звук мягким эхом отдавался в тишине, Бритт посмотрела на него.

— Теперь я заинтригована. Мне нужно узнать все свойства этой крови и почему она так отличается.

— Тогда приступайте к работе, доктор.

Она посмотрела на его сумку.

— У тебя есть еще кровь, которую я должна посмотреть, не так ли?

— Да.

— Дай мне посмотреть.

И Эйден сел на ближайший стул, открывая сумку.

Глава 5

Лаура выпрямилась, достав новые бутылки джина из-под стойки. Брайану, бармену, нужно было уйти пораньше, чтобы забрать сына с футбола, так что она заменяла его, пока тот отсутствовал.

Она повернулась на звук открывшейся двери, в этот миг помещение озарилось солнечным светом, ослепляя и не позволяя увидеть того, кто вошел. Паб затих, поскольку каждый, с интересом, повернулся к вновь прибывшему.

Увидев ее, Бен широко улыбнулся и поспешил к барной стойке.

— Я надеялся застать тебя здесь.

— Привет, Бен! — Лаура была польщена тем, как много внимания он уделял ей. Но мужчина не был тем, кто заставлял ее сердце биться быстрее, не потому что был не красив, просто он не был Хароном. — Что я могу предложить тебе?

— Себя.

Лаура улыбнулась, наблюдая, как дверь в паб вновь открывается, впуская лучи света. Наконец, она захлопнулась, позволяя Лауре увидеть вошедшего. У входа стоял шикарный мужчина. Его черные, как полночь, волосы были разделены пробором и спадали на плечи.

Высокий и немного настороженный он стоял, осматривая паб хищным взглядом, будто в поисках добычи. По коже пробежали мурашки, когда его взгляд остановился на ней.

Не сказав ни слова, мужчина прошел широкими уверенными шагами в дальний угол. Почему-то она не была удивлена, когда он, выдвинув стул, развернул его таким образом, чтобы все находилось в его поле зрения, и только после этого сел.

Завсегдатаи паба, глазами проследив маршрут новичка, вернулись к своим напиткам и разговорам. Лаура, прочистив горло, снова обратила внимание на Бена.

— В общем, — сказал Бен. — Я буду приглашать тебя до тех пор, пока ты не согласишься.

Облизнув губы, она встретилась с настойчивым взглядом голубых глаз Бена.

— Позволь мне обслужить этого клиента, — сказала она, поспешив к новому посетителю.

— Привет, — сказала она, подойдя к столику. — Что я могу Вам предложить?

— Ваш лучший скотч, — ответил он огрубевшим голосом так, словно некоторое время вообще не разговаривал.

Лаура прошла за стойку и, взяв бутылку скотча и стакан, вернулась к столу, налила виски и с улыбкой протянула ему.

— Вам повезло. У нас есть одна бутылка Дреаган.

Человек, засмеявшись, посмотрел на стакан с янтарной жидкостью.

— Конечно, это Дреаган, — пробормотал он.

— Прошу прощения?

Их взгляды встретились, и ей показалось, что в его золотистых глазах горит жуткое пламя.

— Как тебя зовут, милая?

— Лаура, — ответила она.

— Что ж, Лаура, жизнь — это ничто иное, как череда ироничных событий, следующих одна за другой, — сказал он и отсалютовал ей стаканом.

Лаура вернулась к бару, встревоженная словами мужчины.

— Ну что? — позвал Бен. — Позволишь мне пригласить тебя на ужин. Один ужин. Если после этого ты не захочешь меня видеть, просто скажешь и все.

Она кормила его отговорками в течение нескольких недель. Оправдания закончились. Бен был достаточно хорош. Посылал ей цветы и часто звонил, чтобы просто поболтать. Он ненавязчиво ухаживал за ней, и не его вина, что она покорена другим.

С тех пор, как она последний раз ходила на свидание, прошло так много времени, что сейчас девушка не знала, что и ответить. Но она не хотела провести остаток жизни в одиночестве. Жизнь слишком коротка. Ей необходимо повеселиться.

— Хорошо, — согласилась она. — Поужинаем.

— Замечательно. Я позвоню, — Бен, подняв ее руку, поцеловал. — Ты меня осчастливила, Лаура.

Улыбаясь, она наблюдала за тем, как он выходил из бара. Но ее улыбка померкла, когда она заметила, что темноволосый мужчина так и сидит, уставившись на нетронутый стакан виски.

— Если Вам не нравится скотч, я могу предложить что-нибудь другое, — проговорила она, подходя к нему.

— Дреаган лучший. А я ведь просил лучший, — его голос оставался ровным, но звучал так, словно даже произнести эти слова было для него сродни пытке.

— Да, но тогда почему у меня ощущение, что Вы недолюбливаете конкретно этот брэнд?

Его губы скривились в ухмылке, придавая ему чертовски привлекательный вид.

— Ты довольно проницательна. Что ты забыла в этом городе?

— Мне нравится здесь.

— Да, но ни один из нас не принадлежит этому месту. Ты должна бы быть в Англии.

— А Вы? — поинтересовалась она.

Его золотистые глаза потемнели, прежде чем он успел отвернуться.

— Нет, я не предназначен для этих мест. Позволь дать совет, которым я бы на твоем месте не пренебрегал: следи за решениями, которые принимаешь, милая Лаура, потому что они за секунду могут изменить твою жизнь.

Он выпил скотч одним глотком. Лаура наклонила бутылку, вновь наполняя его стакан.

На его вопросительный взгляд, она пожала плечами.

— Я знаю, когда человек нуждается в выпивке.

— И какова твоя цена?

— Что заставляет Вас думать, что есть цена? — спросила она с усмешкой.

Он откинулся назад, положив одну руку на стол, а другую разместил на спинке стула.

— Нет ничего бесплатного в этом мире. Ничего. Что ты хочешь?

— Ваше имя.

Он, глубоко вдохнув, отвернулся, на его челюсти заиграли желваки.

— Лучше тебе этого не знать.

— Что плохого в том, что я узнаю Ваше имя?

Он снова повернулся к ней, пригвоздив своим золотистым взглядом.

— Ульрик.

— Думаю, оно Вам подходит, — она снова подтолкнула к нему стакан. — Возьмите Ваш напиток.

Она уже собралась уходить, когда он произнес:

— Оставь бутылку.

Лаура, развернувшись, обнаружила две сотни фунтов на столе.

— Это слишком много.

— За твои хлопоты.

Подняв взгляд от стола, она встретилась с его золотистыми, пылающими жаром, глазами.

— Это хорошее место, чтобы спрятаться от мира. Эта деревня, я имею в виду. Она тихая. Скрытая.

Он склонил голову набок.

— Ты думаешь, я прячусь?

— У Вас вид человека, который пытается что-то найти. Возможно, спокойствие?

— Спокойствие — не для меня. — Его взгляд переместился куда-то за нее, и на мгновение он, словно застыл, но это было так мимолетно, что Лаура не могла быть уверена в том, что увидела. — Это не то место в этом жалком мире, где я мог бы спрятаться от … — Его голос затих, и он снова поднес стакан к губам.

Что бы он ни хотел сказать, он передумал. Лаура, оставив виски, взяла деньги, его слова выбили ее из колеи. Повернувшись к бару, она обнаружила, что Харон пристально следит за ней. Она подошла к кассе и положила банкноты, пока он, молча, наблюдал.

— Кто он? — прошептал Харон.

Когда он наклонился к ней, его горячее дыхание коснулось ее шеи, лишенное воли ее тело двинулось навстречу. Лаура с усилием остановила себя, прежде чем коснуться его и позволить Харону понять, как сильно она его хотела.

— Сказал, что его зовут Ульрик.

— Что он здесь делает?

— То же, что и все, — сказала она, посмотрев на Харона. — Пришел выпить. Он выглядит … обеспокоенным.

Харон сократил расстояние между ними.

— Что ты имеешь в виду?

— Посмотри в его глаза, — сказала она, стараясь не замечать тепло исходящее от Харона и то, как его руки коснулись ее. Их пальцы встретились, и Лаура не смогла совладать с участившимся дыханием. — Кажется, что он видел все, страдал от всей боли и пережил все муки. Он кажется человеком, который хочет спрятаться, но …

— Но что? — подтолкнул он, когда она замолчала.

Девушка, пожав плечами, отвернулась. Харон отвлекал ее. Она не могла привести мысли в порядок, не тогда, когда ее кровь превращалась в лаву, а сердце отдавалось громким стуком в ушах.

— Не знаю. Не могу это объяснить.

— У него вид человека, который нарывается на неприятности.

Лаура положила руку на грудь Харона, останавливая его, когда он уже хотел направиться к Ульрику. Это стало ошибкой, она поняла это сразу же, как только сделала.

Харон застыл, его взгляд метнулся к ней. На мгновение, Лаура могла поклясться, что увидела желание в глубине его темных глаз.

— Я так не думаю. Позволь ему выпить свой напиток. Позволь ему выпить всю бутылку. Он искал место для отдыха, дай ему время.

Взгляд Харона опустился на его грудь, и Лаура поняла, что до сих пор касается его. Она могла чувствовать биение его сердца под своей ладонью. Но не это заставило ее желудок сжаться. Это были его глаза, смотрящие на нее с таким голодом, что она забыла, как дышать.

Прошло две недели с той ночи, когда он вернулся в рваной рубашке. Несколько раз она замечала, что он потирает грудь, словно испытывая боль.

Все вошло в привычную колею. За исключением тех случаев, когда девушка приближалась к нему слишком близко. Или касалась его.

Как сейчас.

Даже приказав себе двигаться дальше, временами, она думала, что это невозможно. Тогда, когда они стояли рядом, когда он смотрел на нее. Тогда, когда они прикасались друг к другу.

— Хорошо, — сказал Харон, наконец. — Я оставлю его в покое.

Не найдя больше повода касаться Харона, Лаура позволила своим рукам соскользнуть с его груди. Прочистив горло, она отступила на шаг.

— Ты готов к завтрашней встрече в Дреаган?

Темная бровь приподнялась.

— Да. И ты едешь со мной, помнишь об этом?

— Что? — удивленно спросила она. — Я думала, что мы уже обсудили это.

— Я уже принял решение. А ты продолжала говорить.

— Харон, я … я не умею общаться с людьми. Ты можешь очаровать их. Я не нужна тебе. Все это я уже тебе говорила.

— Но ты мне нужна.

Он прошептал эти слова соблазнительным голосом, таким, какой она слышала, когда он общался с другими женщинами. Это заставило ее желудок сжаться от волнения.

И удовольствия.

Лаура была глиной в его руках, ее тело горело в ожидании его прикосновений. Ее соски напряглись, и ей пришлось ухватиться за барную стойку, чтобы удержать тело в вертикальном положении.

— Ты едешь, — прошептал он, проходя мимо нее.

В течение нескольких секунд, она не могла двигаться. Не потому, что должна была ехать с ним в Дреаган, а потому, что от его близости ее сердце замирало.

Когда девушка повернулась, то увидела, что Ульрик с интересом наблюдает за ней. Он поднял стакан в тосте. Лаура отвернулась от него, когда в кармане джинсов завибрировал телефон.

— Привет, — ответила она, вновь поворачиваясь к бару.

— Ты готова к нашему свиданию?

Услышав голос Бена, она покачала головой.

— Ты все еще здесь?

— Да. Я жду твоего согласия поужинать со мной завтра вечером. Возможно, суши?

— Хорошо, — сказала она, смеясь. — Завтрашний вечер звучит прекрасно.

Она чувствовала себя скверно, вынуждая его уговаривать себя по несколько раз, а он все это время попросту не принимал "нет" в качестве ответа. Его настойчивость заставила ее уступить.

— Отлично, — обрадовался Бен. — Будь готова. Я заеду за тобой в 8.

Отключив телефон, она развернулась к залу, заметив, что Ульрик ушел, едва прикоснувшись к бутылке виски. Лаура осмотрела бар, но нигде его не увидела.

Жаль. Он появился здесь, и у нее сложилось такое впечатление, словно он нуждался в друге. Но все же, было что-то темное внутри него. Может быть, именно это и увидел Харон.

Тридцать минут спустя, Лаура передала свои обязанности следующему бармену. Раньше она опасалась подменивать их, так как нужно было много общаться с людьми, но со временем, обнаружила, что ей это даже нравится.

Подойдя к двери, отделяющей лестницу, ведущую на второй этаж, она проскользнула внутрь. Дверь за ней захлопнулась, резко обрывая звуки музыки, доносившиеся из паба, словно переключатель звука.

На мгновение девушка остановилась, не переставая думать об Ульрике. Он не должен занимать так много места в ее мыслях. Люди все время приходят в бар и уходят. Так что же было в этом человеке такого, что заставляло обратить на него внимание?

Он был красавцем, если кому-то нравятся угрюмые и загадочные мужчины, которые вполне могли оказаться как хорошими, так и плохими. Она подозревала, что Ульрик скорее относится ко второму типу.

Лаура, вздохнув, начала подниматься по лестнице. Ее каблуки беззвучно двигались по деревянным ступеням, а рука скользила по перилам так, как это было бесчисленное количество раз.

Когда она поднялась наверх, то обнаружила Харона, стоящего у раздвижной стеклянной двери и смотрящего на лес, увидев его, девушка уже знала, что его что-то гложет.

Она заметила полупустую бутылку Дреагана на журнальном столике перед диваном.

— Присоединишься? — спросил Харон, не оборачиваясь.

— Пожалуй, нет. Тебя что-то беспокоит?

Он пожал плечами, не глядя на нее.

— Я нахожу странным, что, после года, Дреаган, наконец, решили встретиться с нами.

— Мы доказали им насколько хорошо идут дела в пабе. Даже в такой маленькой деревне, как Фернесс.

Харон тихонько фыркнул.

— Что если за этим стоит нечто большее?

— Что ты имеешь в виду?

Он повернулся к ней. Харон поднял руку и потер грудь. Лаура думала, что он делает это неосознанно, по привычке, но все-таки его что-то беспокоило. Он часто это делает в последнее время.

— В мире полно плохих людей, Лаура.

— Я знаю.

— Ты только думаешь, что знаешь, — сказал он, сделав глоток виски.

Девушка присела на подлокотник дивана.

— Тогда расскажи мне то, чего я, по-твоему, не знаю.

Он засмеялся, но в этом звуке не было ни капли веселья.

— Что бы ты подумала, если бы я сказал, что существовали люди, которые пытались захватить власть над миром?

— Я бы ответила тебе, что это происходило с начала времен. Сколько королей было свергнуто и убито, сколько было воин, и все только ради того, чтобы захватить побольше земель!? Я могла бы сходу назвать с десяток.

Его губы сжались в тонкую линию.

— Да, ты права.

Молча, он дал понять, что тема закрыта, но не для нее. Лаура знала, что он отчаянно пытался сказать ей что-то очень важное, но не мог. Может хотел поведать о том, что беспокоит его в последние несколько недель?

— Не молчи, — позвала она. — Ты ведь хотел сказать не это. Объясни мне, что ты имеешь в виду.

— Не могу, — произнес он резко и тихо.

Облизнув губы, Лаура встала.

— Если ты не имеешь в виду королей и лидеров стран, значит это ближе к дому? Скажем, связанное с Шотландией?

В ответ он только сильнее сжал хрустальный стакан.

— Может тебе и не нравится демонстрировать свою силу, но в Фернессе и его округе ты обладаешь огромным влиянием, Харон. Используй это, чтобы уничтожить их, кто бы то ни был.

— Силу, — повторил Харон с насмешливой ухмылкой. — Будем надеяться, что я доберусь до него раньше, чем он придет сюда.

— Сюда? — по тому, как его передернуло, Лаура поняла, что последняя фраза вырвалась у него случайно. — Я не хочу, чтобы зло вторглось сюда. Позволь мне помочь.

Девушка не была уверена, зачем предложила это. Она не была бойцом и знала только несколько основных приемов самообороны, но Фернесс стал ее домом, и она не хотела терять его. Но также хотела помочь Харону всем, чем могла.

Взгляд его темных глаз стал жестче.

— Нет. Тебе не следует лезть в это. Ты можешь пострадать.

Его слова обеспокоили ее. Было очевидно, что он знал гораздо больше, чем когда-либо собирался сказать ей. Она не хотела, чтобы кто-то причинил ему вред. Он был нужен в Фернессе, он не безразличен многим людям на этой территории.

Он был не безразличен ей!

Она сделает все возможное, чтобы удостовериться в том, что он победит этого неизвестного ей врага.

Глава 6

Харон, пряча улыбку, гнал автомобиль по дороге, ведущей к Дреаган. Он был в паршивом настроении когда обмолвился, что она должна поехать с ним. Но чем больше он размышлял об этом, тем больше убеждался в правильности принятого решения.

Если ему когда-нибудь придется покинуть Фернесс, то его бизнес, останется в надежных руках Лауры. Все, что он создал, будет под присмотром. Он не хотел покидать свой дом, но некоторые из его окружения знали слишком много. Знали о том, что он Воитель. Он просто хотел сохранить свою тайну.

И что с того, если он желал больше времени провести с ней наедине? Это было его слабостью, которую он позволил себе после ада, устроенного Уоллесом.

А Лаура все продолжала спорить, доказывая, что ей лучше остаться. С тех пор, как он заехал за ней этим утром. Он, просто не слушая возражений, усадил ее в машину, остановился у придорожного кафе, чтобы прихватить кофе и завтрак, и они отправились в путь. Ее доводы отличались разнообразием и значительной продолжительностью. И, прежде чем он смог ответить хотя бы на один из них, она переходила к следующему.

Поэтому он просто сидел и молча все выслушивал.

И только спустя тридцать минут, посмотрев на него, она все-таки решила уточнить:

— Ты все-таки собираешься взять меня с собой, не так ли?

— Учитывая, что мы уже несколько часов в пути, то мой ответ — да!

— Я не выйду из машины.

Взглянув на нее, он заметил, что она смотрит прямо перед собой, а ее пальцы крепко сжимали бумажный стаканчик с кофе.

— Чего ты боишься? Оговориться и сказать что-нибудь не то?

— Да, — сказала она, ненадолго прикрыв глаза. — Я не хочу все испортить.

— Лаура, я постоянно говорю глупости. Если мы не получим этот контракт, то это будет потеря Дреаган. Я буду продолжать покупать виски только для себя и продавать его особым клиентам.

Наблюдая за ней краем глаз, он уловил легкое покачивание ее головы. Сегодня ее волосы свободно спадали на плечи. Длинные, темные, волнистые пряди, были дразняще переброшены через плечо, слегка касаясь ее груди.

Это возбуждало и мучило его.

— Контракт с Дреаган важен для тебя.

Харон, пожав плечами, перестроился на другую полосу, с трудом вытесняя фантазии о ее изумительной груди.

— Мы со своей стороны предложили им все, что могли. Я хочу лучшего для своих клиентов, но не стану ничего выпрашивать.

— Я по-прежнему считаю, что ты зря взял меня с собой.

— Ты даже не осознаешь своей ценности, ведь так? — сказал он, бросив быстрый взгляд на нее. — Мужчины оборачиваются тебе вслед.

Она закатила глаза.

— Если бы. Я здесь уже два года, и только один из представителей сильной половины человечества обратил на меня внимание.

Острая боль пронзила Харона. Он не знал этого, и ощущение тяжелыми тисками сдавившее грудь было не из приятных. Он желал ей лучшего, но осознание того, что она будет с кем-то встречаться, причиняло ему ту же боль, что и лезвие, извлеченное из его груди буквально несколько недель назад.

— Кто-то пригласил тебя на свидание?

— Да, — тихо произнесла девушка, посмотрев на свои руки. — Наше первое свидание состоится сегодня вечером.

Харон с силой сжал руль. Он должен был быть рад, что Лаура нашла себе кого-то. И был бы, если бы мог представить рядом с ней кого-либо, кроме себя. Он мог бы быть с ней, но не хотел причинять боль ни ей, ни себе.

Почему же тогда обжигающая ревность, словно яд, просачивалась в его вены, при одной лишь мысли, что она будет дарить свои улыбки другому мужчине? Будет ли она таять в объятиях этого мужчины и жаждать его поцелуев?

— Мы вернемся задолго до свидания, — наконец, сказал Харон.

Они сидели несколько минут в тишине, прежде чем он услышал ее мягкий вздох. Это была реакция на беспокоящие ее мысли.

Он, возможно, мог угадать ее настроение по музыке, которую она слушала, но при этом было столько всего, чего он о ней не знал. Он мог бы навести справки о ней, но в этом не было необходимости. Так как она не являлась Друидом.

Поскольку она не обладала магией, то не представляла для Джейсона Уоллеса никакой ценности. Это единственное, что могло обеспечить ее безопасность. Однако, ее близость к нему могла сыграть с ними злую шутку, если Уоллес обратит свое внимание на Харона.

Еще одна причина, по которой он должен оставить Фернесс.

— Как думаешь, это ужасно, что я фактически досконально изучила всю подноготную парня, с которым собираюсь на свидание? Я имею в виду, что нашла кредитную историю Бена.

Не сумев сдержать улыбку, Харон прыснул от смеха.

— Нет. Ну, ты была бы не ты, если бы не проверила, чем он дышит. Как давно ты знакома с этим Беном?

— Всего несколько месяцев. Хотя, он был настойчив.

Харон кивнул.

— Я знаю его?

— Несомненно. Он живет в Фернессе.

Харон хотел спросить фамилию ублюдка, но, справившись с охватившим его порывом, воздержался от вопроса. Если Лаура не собиралась говорить, он не станет выспрашивать.

— Что заставило тебя наконец-то согласиться?

— Его настойчивость, — сказала она со смехом. — Думаю, раз мужчина так настойчиво приглашает меня на ужин, стоит дать ему шанс.

— Конечно, после того, как ты его проверила, — сказал Харон, украдкой взглянув на нее.

Она кивнула и, с нарастающим смехом, произнесла.

— Конечно. Какой была бы я женщиной, если бы согласилась сразу, как только он предложил?

Как же он любил ее смех. Она смеялась легко и от души. Никакого жеманства. Этот волшебный звук, словно колокольчик, всегда заставлял его улыбаться в ответ и неважно, в каком настроении он был.

— Ты заслуживаешь счастья.

Ее улыбка померкла, когда она положила ладонь на его руку.

— Так же как и ты.

— Некоторым людям суждено найти свое счастье. А некоторые — обречены скитаться в одиночестве.

— Ты думаешь, что ты один их тех, кому не суждено найти любовь.

Это был не вопрос, поэтому не было необходимости отвечать.

— Печально, — прошептала она, опустив свою руку.

Он ненавидел то, что скучал по ее прикосновениям. Она редко была так близко к нему. Возможно, в душе она знала, что он — монстр и старалась держаться подальше.

Но те несколько раз, когда она касалась его, были… раем. Возможно, это было потому, что Лаура хороший и чистый человек. А может быть, потому что он искал то, чего никогда не сможет иметь.

Даже женщины, которых он брал в свою постель, не помогали забыть о ней. Так что он перестал спать с ними много месяцев назад, все еще изредка приглашал их на ужин, по-прежнему заигрывал, но знал, что это пустая трата времени, у этих отношений не могло быть будущего.

Если Воители из замка Маклаудов чему-то и научили его, то это тому, что его ждет счастливое будущее только рядом с Друидом.

Не только потому, что рядом с ним не было никого, но также, он не был уверен в том, что сможет кому-либо довериться настолько, чтобы сблизиться. Не после всего, что произошло, ведь Друид могла быть подослана Джейсоном Уоллесом.

В какой безумный беспорядок превратился его мир.

— Ты уверен, что мы едем в правильном направлении? — спросила Лаура, врываясь в его мысли.

Он кивнул.

— Я следую указаниям. Раньше никогда не был в Дреаган, хотя и слышал, что его не так-то просто найти.

— Почему? Я думала, винокурне было бы выгоднее продать как можно большее количество своей продукции.

— Дреаган не похожа на другие компании. Они предпочитают держаться уединенно. Возможно, это часть пиар кампании, и поэтому их скотч так ценится.

Харон сбавил скорость, сворачивая с главной дороги на более узкую. Здесь мог проехать только один автомобиль, что не было редкостью в Шотландии, но также и не было никаких препятствий для того, чтобы разойтись двум автомобилям.

— Я видела немало горной местности с тех пор, как приехала сюда, но такое впервые, — прошептала Лаура, наклоняясь вперед, чтобы полюбоваться пейзажем из пассажирского окна.

— Да, — согласился Харон.

Дорога пролегала между двух гор, молчаливо возвышавшихся по обеим сторонам от нее, словно каменные исполины. Лесистая долина была узкой, густые насаждения создавали такое впечатление, словно они попали в живой и дышащий тоннель.

Харон медленно вел автомобиль по извилистой дороге. Кроме деревьев и каменистых склонов вокруг, смотреть было не на что. Но как только он, следуя за петляющей меж гор и обрывов дорогой, в очередной раз свернул, то краем глаза уловил еле заметное движение.

Вглядевшись, он обнаружил мужчину, стоящего на вершине горы и наблюдающего за ними. Он был замаскирован настолько хорошо, что смертный никогда бы не заметил его. Но Харон не был смертным.

— Они уже знают, что мы приехали.

— Что? — спросила Лаура, повернув к нему голову. Копна ее шикарных темных волос последовала за ней, чувственно обрамляя лицо и ложась на плечи. Она нахмурилась, и над ее мягкими зелеными глазами залегла маленькая складочка. — Почему ты так в этом уверен?

— Я заметил человека.

— Человека. И что? — сказала она, пожимая плечами.

Харон не мог рассказать ей о том, что это давняя тактика, которой и он неоднократно пользовался.

— Этот человек скрывался. Потом он доложит обо всем, что увидел тому, на кого работает.

Она растерла свои руки.

— Ты же говорил, что им нравится уединенная жизнь.

— Да.

Весь остальной путь они провели в напряженном молчании, пока за последним поворотом деревья, наконец, не расступились. Харон услышал восхищенный вздох Лауры, и даже он был готов признать, что потрясен такой красотой.

Дреаган широкими и просторными долинами тянулся между склонами гор. С одной стороны виднелись белые комочки — овцы, гуляющие на ярко-зеленых пастбищах, а с другой — неторопливо пасся рогатый скот.

Чуткое зрение Воителя позволило Харону приметить еще и второе здание, в то время, как первое жилое здание было скрыто винокурней и садами чуть дальше.

Он припарковал машину и быстро огляделся. Люди перемещались, выполняя свою ежедневную работу, но среди них было несколько мужчин, которые, стоя поодаль, тщательно осматривали территорию, это означало, что Дреаган находится под охраной.

Но смогут ли они защититься от Воителя?

Харон кивнул Лауре, и они вместе вышли из машины. Оглянувшись через плечо, он заметил, как наблюдавший за ними мужчина покинул свой пост между деревьев.

Бросив взгляд на часы, он понял, что они прибыли на десять минут раньше. Харон хотел бы побродить по территории, но сомневался, что ему дадут такую возможность.

Звук воды, что он услышал в далеке, говорил о том, что обойдя несколько зданий, мог бы обнаружить реку.

— Привет, — произнесла женщина, как только приблизилась к ним.

Лаура улыбнулась в ответ.

— Привет.

Женщина, остановившись перед мерседесом Харона, сцепила руки перед собой.

— Вы, должно быть, Харон Брюс.

Харон встретился со взглядом карих глаз девушки. Мужчина отметил, что ее длинные, прямые темно-каштановые волосы собраны в хвост. Одета в юбку-брюки, рубашку на пуговицах, а на ногах красовались туфли на каблуках.

Она выглядела, отчасти, как деловая женщина, но было в ней что-то такое, и это вызывало у Харона настороженность и заставило его подумать о том, что она что-то скрывала за легким американским акцентом.

— Я Кэсси Уилсон. Я сопровожу вас в офис и проведу небольшую экскурсию, перед встречей с Коном.

Девушка говорила правильные, логичные вещи, но Харон не был дураком. Ее взгляд был слишком пристальным, она словно пыталась что-то найти.

Не было и намека на магию, которую Харон мог бы с легкостью почувствовать, находясь в окрестностях Дреаган. Но это ещё не значит, что здесь вообще ничего не происходит. Конфиденциальность, замаскированный мужчина, стоящий на посту. В Дреаган было нечто большее, чем то, что выставлялось на показ.

Но что это было?

— Харон? — спросила Лаура.

Он, скрестив руки на груди, посмотрел на Кэсси.

— Почему меня пригласили сюда?

С каждым произнесенным словом, улыбка Кэсси все росла, перерастая в смех.

— Ну, скажем так, Кон и остальные ничего не делают в спешке. Они не любят форсировать события, вначале, все расследуют.

Как бы Харон ни хотел быть сертифицированным продавцом скотча Дреаган, но не имел желания испытывать судьбу. Сколько бы он не искал, ничего не нашел ни о Дреаган, ни о его владельце Константине. И даже фото этого ублюдка было невозможно отыскать.

Харон поймал себя на том, что неосознанно потирает свою грудь. Он, опустив свою руку, заметил встревоженный, хмурый взгляд Лауры. После последней битвы с Уоллесом, Харон стал осторожнее и проверял каждого.

— Расследование? Какая странная формулировка.

— Не совсем, — ответила Кэсси. — Это именно то, чем они занимаются. Дреаган никогда не являлись лишь ведущими мировыми дистрибьюторами скотча, мистер Брюс.

— Я не заинтересован в том, чтобы быть изучаемым.

Что, черт возьми, случилось бы, если они обнаружили бы его прошлые личности, и то, сколько времени он прожил в Фернессе? Это не то, что Харон смог бы объяснить.

— Вы опасаетесь нас? — улыбка Кэсси растаяла, но в ее темных глазах появилась открытость, которой он не видел ранее.

— Излишняя осторожность не помешает.

На мгновение ее пристальный взгляд уперся в землю, прежде чем она ответила:

— Поговорите с Коном, мистер Брюс. Он также как и вы ... осторожен. Думаю, что вы двое могли бы поладить лучше, чем Вы думаете. Несмотря на то, что он нанял американку, — закончила она со смехом.

— Я знаю несколько девушек из Америки. Они — хорошие женщины. Я ничего не имею против вас.

В уголках ее глаз собрались морщинки, когда она лучезарно улыбнулась.

— Хорошо. Ну, а теперь, пойдемте. Позвольте мне показать вам Дреаган.

На вопросительный взгляд Лауры, Харон лишь качнул головой. Он не мог сказать ей о своих опасениях. Не сейчас. Никогда.

Когда Лаура, подстроившись под его шаг, зашагала рядом, у Харона возникло непреодолимое желание взять ее за руку и переплести свои пальцы с её. Воздержавшись от этого, он положил руку на ее поясницу и почувствовал ток, пробежавший между ними.

На мгновение девушка застыла, затем ее тело расслабилось. Всего лишь одним прикосновением он снял охватившее ее напряжение? Эта безумная жажда, неукротимая потребность в Лауре, сводили его с ума.

Он должен был думать о встрече или Уоллесе, или о загадочном действии крови Драу на его организм, но все, что в этот момент наполняло разум — это Лаура. Ее сладкий, чистый аромат, ее улыбка, ее чувственные губы.

Когда они подошли к двери, Лаура, переступая через порог, чуть повернулась, бросив на него взгляд через плечо. Нельзя было не заметить, что в ее бледно-зеленых глубинах плескалось желание. Его тело мгновенно отреагировало на это.

Он посмотрел на ее чуть приоткрытые губы. Затем его взгляд вернулся к глазам, он подавил готовый сорваться с губ стон, когда они вместе протиснулись через двери, и его рука слегка коснулась ее груди.

Она отвернулась, прежде чем он, поддавшись искушению, смог бы поцеловать ее. Кэсси что-то говорила, но Харон не слышал ни единого слова. Он, скрипнув зубами, заставил себя сосредоточиться. Его целью была продажа виски Дреаган. Он все не испортит, только потому, что не смог сдержать свое желание.

Они следовали за Кэсси по территории, осматривая территорию ликероводочного завода и встречая рабочих. Харон был впечатлен тем, как отлажено их производство. Он всем сердцем проникся красотой этого места.

Это напомнило ему о Шотландии, которую он помнил еще парнем. Дикую. Неукротимую.

Он жаждал пробежаться по горам, позабыв о том, кем он был и мир, в котором теперь жил. Это заставило его желать достать свой клетчатый килт и жить под открытым небом так, как он жил много веков назад. Смотреть на ночное небо, на мигающие вдалеке звезды, пока не уснет. Окунаться в озера, наслаждаясь их темными водами. Идти в течение многих дней, не встретив ни единой души.

— Немногие люди понимают, почему Дреаган расположен в горах и закрыт для постоянных посетителей. Но, думаю, вы понимаете, — тихо произнесла Кэсси, шагая рядом с ним.

Харон кивнул.

— О, да. Я понимаю.

Он понимал это слишком хорошо.

Глава 7

Чем дольше Харон находился на территории Дреаган, тем сильнее убеждался в том, что с этим местом что-то не так. Хотя он не увидел ничего подозрительного. Даже люди ничем не выделялись. Но здесь было нечто большее, чем видел простой посетитель.

Харон не мог понять что именно. Не было никаких следов магии, которые он, определенно, смог бы почувствовать, но, в тоже время, ощущалось что-то незримо похожее на нее. Он не мог уловить это. Оно исчезало так же быстро, как и появлялось.

Куда бы он ни пошел, натыкался на любопытные взгляды мужчин, наблюдавших за ним с настороженностью. Харон узнал этот тип людей. Узнал по тому, как они держались, стоя в стороне и не привлекая к себе внимания.

Они были воинами, бойцами.

Но кем они являлись — вот в чем вопрос.

— Я провожу вас в главное здание, в офис Кона, — произнесла Кэсси, посмотрев на Харона через плечо. — Кон провел несколько исследований, касающиеся вашего паба, мистер Брюс. Он был несколько озадачен тем, что вы решили приобрести собственность именно в Фернессе.

— Это больше, чем просто собственность, — сказал Харон, подумав о своих людях. И Лауре.

Лаура по-настоящему ценный сотрудник, он не стоял бы сейчас в Дреаган, если бы не она. О, он, безусловно, добился бы встречи и своими силами, но Лаура сделала это с таким изяществом.

Кэсси, кивнув, обратилась к Лауре.

— Да, похоже, он не понаслышке знает, что такое преданность, мисс Блэк. Вам повезло с окружающими вас людьми.

Легкий румянец, окрасивший щеки Лауры, поразил его. Она всегда так смущалась, получив похвалу. Мужчина не понимал этого, но ему нравилось смотреть, как ее глаза светятся от удовольствия.

Харон пропустил Лауру вперед, как только они подошли к узенькой тропе. Девушки прошли под деревянной аркой, обрамленной цветами, но как только он собирался последовать за ними, его взгляд наткнулся на троих мужчин.

Они шли спиной к нему, направляясь к углу здания, но было что-то в этих мужчинах, заставившее его остановиться. Или в одном из них.

Что-то знакомое, как если бы Харон знал его, но не мог вспомнить. Ему необходимо подойти поближе.

Он сделал шаг в их сторону, когда Лаура, останавливая, коснулась его руки. Он повернулся к ней.

— Харон, что-то не так?

— Кто эти люди?

Кэсси мгновенно оказалась около него.

— Сотрудники. Какие-то проблемы?

— Нет. Просто они выглядят знакомо, вот и все.

Кэсси нахмурилась, посмотрев сначала на удаляющихся мужчин, а затем снова перевела взгляд на Харона.

— Мне позвать их?

— Не утруждайте себя, — ответил Харон. — После длительного ожидания этой встречи, мне меньше всего хотелось бы заставлять Кона ждать.

Бросив последний взгляд на удаляющихся мужчин, Харон последовал за Кэсси.

— Прости, — прошептала Лаура, когда они поднимались вверх по лестнице, в офис Кона.

Харон отмахнулся от ее слов.

— Я не понимаю, что не так с этим местом.

— А мне нравится, — сказала она, наклоняясь ещё ближе, а затем, улыбнулась. — Здесь спокойно.

— Да. Именно так.

Кэсси завернула за угол, входя в большую комнату, где находились четверо мужчин. Харон заметил, что Лаура, оглядевшись, встала поближе к нему.

Воителю захотелось выбить дерьмо из блондина, стоящего чуть в стороне и с любопытством смотрящего на девушку.

— Надеюсь, вы насладились экскурсией. Я Хэл Уилсон, — произнес высокий черноволосый мужчина с бледно-голубыми глазами.

— Уилсон, — повторила Лаура, посмотрев на Хэла и Кэсси.

Кэсси улыбнулась.

— Да, он мой муж.

Харон кивнул Хэлу.

— Твоя жена очень гордится Дреаган, это слышится в каждом произнесенном ею слове.

— Приятно слышать, — произнес мужчина со светло-русыми волосами, расположившийся рядом с Хэлом. Его медовые глаза настороженно наблюдали за Хароном. — Я Гай. Уверен, вы еще встретитесь с моей женой, Еленой, она где-то рядом.

Харон не сводил взгляд с Гая, пока к Лауре не приблизился большой, мощный мужчина с каштановыми волосами и серыми глазами, заговорив с ней.

Мгновенно взгляд Харона метнулся к нему.

Как будто предвидя и понимая реакцию Харона, мужчина просто оскорбительно усмехнулся.

— Рад видеть тебя здесь, Харон. Я Бэнан.

— И твоя жена это ..?

Бэнан задорно рассмеялся.

— Джейн. Вероятно, она с Еленой присматривают за котятами, подброшенными сегодня утром в коробке.

Харон все еще не мог расслабиться. Он развернулся к блондину с черными глазами, наблюдающему за ним с легкой насмешливой улыбкой. Но его просто так не запугать.

Харон не раз подвергался пыткам и кулаками, и магией. Вынес муки, терзавшие его после убийства собственного отца, приступы ярости разрывавшего его изнутри бога, когда пытался бороться с ним.

И теперь не было ничего, способного сломить его.

Напряжение в комнате нарастало. Харон почувствовал беспокойство, охватившее Лауру, когда она, переминаясь с ноги на ногу, прикоснулась к его руке.

Жар опалил его, и в этот миг, ему нестерпимо захотелось привлечь ее к себе. Но когда блондин вновь вернулся к столь пристальному разглядыванию Лауры, Харон услышал собственное рычание.

— Я Лаура Блэк, — поспешно произнесла она, бросив на него быстрый взгляд, и протягивая руку блондину. — Помощник Харона.

Харон с силой сжал пальцы в кулак, наблюдая за тем, как мужчина принял протянутую руку Лауры и пожал ее, а его большой палец при этом слегка погладил чувствительную кожу ее запястья.

— Рад, наконец-то, встретиться с вами, мисс Блэк. Ваши письма были очень убедительны, и мы, наконец, решили дать шанс мистеру Брюсу и позволить ему продавать нашу продукцию.

Лаура нервно улыбнулась, взгляд ее зеленых глаз обратился к нему.

— Харон и я рады быть здесь.

— Почему мы здесь? — спросил Харон, прежде чем смог сказать что-то еще.

Блондин приподнял бровь.

— Теперь я понимаю, что мои манеры оставляют желать лучшего. Я Константин, но все зовут меня Кон. А, возвращаясь к вопросу о том, почему вы здесь, мистер Брюс, я полагаю, вы знаете причину.

Харон прищурился и, взглянув на Кона, сделал шаг вправо, закрывая собой Лауру.

— Все, что я хочу знать, так это то, почему я вдруг оказался здесь? Почему сейчас?

— Помните, я говорила, что вы не единственный..., мистер Брюс, — напомнила ему Кэсси.

Харон пожалел, что не прислушался к Лауре и не оставил ее в Фернессе. Неужели, он попал в ловушку? Мог ли Дреаган работать на Уоллеса?

Проклятье, он был идиотом. Он настаивал на том, чтобы Лаура поехала с ним не только потому, что она хороша в переговорах и была отличным кандидатом, чтобы в дальнейшем занять его место и возглавить бизнес, но и потому, что хотел провести с ней больше времени.

Его действия вполне могут подвергнуть ее опасности. Он не хотел, чтобы это произошло.

— Будьте уверены, мистер Брюс, мы ваши друзья, — сказал Кон, словно прочитав его мысли.

Харон уставился в черные глаза Кона, но не обнаружил в них ни капли лжи, как бы глубоко не заглядывал. Дерзости, уверенности и высокомерия хоть отбавляй, но не обмана. Также он не почувствовал никаких следов магии Друидов.

Харон глубоко вздохнул и кивнул.

— Зовите меня Хароном.

— Идемте, — сказал Кон и, развернувшись, направился к двери прямо сзади себя.

Хэл, Кэсси, Гай и Бэнан остались позади. Харон не стал спрашивать, почему они не вошли с ними, собственно говоря, ему это было безразлично. Они, наряду с Коном, ничем не отличались от людей, которых Харон видел на территории Дреаган.

Кон был подготовлен. Но подготовлен к чему?

После того, как им предложили занять места возле большого деревянного стола, Кон наполнил три стакана виски, предложив один Лауре, а второй — Харону.

— Почему ты хочешь покупать виски Дреаган? — спросил Кон, заняв свое место за столом.

Харон, покружив янтарную жидкость в стакане, заметил драконов, искусно вырезанных по углам стола.

— Он лучший. Моя деревня, возможно, и не столь велика, но я привык давать своим людям все самое лучшее.

— И…, — добавила Лаура, взглянув на него, — туризм играет важную роль в жизни Фернесс. Он достаточно близко расположен к Инвернессу и Питлохри, поэтому люди приезжают полюбоваться красотами Фернесса.

Кон кивнул и пригубил виски, бросив взгляд на Харона.

— Ты владеешь Фернессом не так давно. Кажется, он принадлежал твоей семье… несколько поколений.

— Да, — ответил Харон, слова Кона имели глубокий смысл. Знал ли Кон, кем он был? Неужели, его расследование зашло так далеко?

— Я… тоже, владею не так давно землей, которую унаследовал от… семьи.

Харон в задумчивости, повернув голову, взглянул в окно слева от себя. Высокогорье, словно защищая, возвышалось над Дреаган, охватывая компанию со всех сторон. Безоблачное небо синим морем простиралось за горизонт, ускользая в бесконечность.

Пока Кон говорил, Харон уловил некоторое колебание в его голосе, что окончательно убедило его в том, что Кон не только знал, кем является Харон, но и с ним происходит нечто подобное.

Воители не всегда могли распознать других Воителей в людях, но за те века, что жил Харон, ни один Воитель, встречавшийся ему, ничего не упоминал о Коне и, тем более, о Дреаган.

— Наследование земельного участка может принести огромную выгоду, — в итоге произнес Харон.

— Но, временами, бывает трудно.

— Временами, — он взглянул на Кона, задавшись вопросом, что тот хотел донести до него этим высказыванием и почему. — У тебя есть люди, которые охраняют земли.

— Так же, как и у тебя.

Ноздри Харона раздулись от гнева.

— Я вижу, ты далеко зашел в своем расследовании.

— Возможно, — ответил Кон, пожав плечами. — Разве не так поступают люди в нашем положении? У нас есть и другие люди, рассчитывающие на нас. Мы не имеем права на ошибку.

Лаура поставила стакан на стол и встала.

— Думаю, я поняла намек.

Харон выпрямился, намереваясь встать вслед за ней, но она подняла руку, останавливая.

— Нет. Полагаю, пришло время мне удалиться, чтобы вы двое смогли нормально поговорить, без скрытых намеков в ваших речах, не беспокоясь о том, что я услышу что-то не предназначенное для моих ушей.

Харон поймал ее за руку, когда она, развернувшись, направилась к выходу из кабинета. Встав, он посмотрел в зеленые глубины ее глаз.

— Лаура...

— Все в порядке, — перебила она его, нежно улыбнувшись.

Ее кожа в его руке была нежной и гладкой. Она пахла вишневым мылом, ее запах так и манил, наклонившись поближе, вдохнуть полной грудью.

— Будь неподалеку.

Она высвободилась из хватки его рук, он не стал ее останавливать. Как только девушка покинула офис, Харон повернулся к Кону. Он не собирался ходить вокруг да около, поэтому спросил напрямик.

— Что тебе известно? — требовательно спросил Воитель.

Кон поставил свой опустевший стакан на стол.

— Многое, на самом деле. Но не из-за этого ты здесь. Ты здесь потому, что хочешь продавать мой виски.

— Я уже ни в чем не уверен. Мне не нравится эта затея с расследованием.

Кон издал гортанный звук.

— Харон, мы не враги тебе. И не волнуйся о мисс Блэк. На Земле не найдется для нее более безопасного места.

Харон тут же подумал о замке Маклаудов. Она была бы в большей безопасности там.

— Кто ты? В действительности.

Кон скрестил руки на груди.

— Потенциальный союзник. Друг, если хочешь.

— И еще раз спрашиваю, почему?

— Полагаю, имя Джейсона Уоллеса о чем-то тебе говорит.

Харон настолько сильно сжал стакан, что тот треснул в его руке, и на пол, переливаясь в ярких лучах солнца, посыпались осколки стекла. Положив руки на стол, он подался вперед.

— Поэтому я здесь? Уоллес заплатил тебе, чтобы ты заманил меня в ловушку? Я готов заплатить втрое больше, с условием, что Лаура сможет уйти отсюда живой.

— Нет, я не работаю на Уоллеса, — спокойно ответил Кон, поднимаясь на ноги, он, казалось, был оскорблен словами Харона. — Мой бизнес намного более обширен, чем многие могут себе представить. У меня имеются свои “уши”, если можно так выразиться, во всех уголках мира. Я знаю, что особняк Уоллеса был разрушен. Снова.

— Не важно, ты считаешь, что тебе известно все, но ты не знаешь и половины из того, что тогда произошло. Держись подальше от Уоллеса. Он будет уничтожать все, что тебе дорого, пока у тебя не останется ничего.

Кон несколько долгих минут, молча, смотрел на него.

— Уоллес отличается от своего кузена. Деклан скрывался от глаз общественности, не выставляя напоказ свое богатство и власть. Но все, что он делал, скрываясь, коснулось и меня.

— Каким образом? — Харон хотел разузнать все, что только можно от Кона, а затем понять, чем могли бы им помочь его знания в борьбе с Джейсоном Уоллесом.

— Не стоит судить книгу по обложке. Деклан, возможно, и мертв, но не нужно недооценивать Джейсона. Он, возможно, и не унаследовал привлекательную внешность своего кузена, но сообразительностью его природа не обделила. Вы, Воители, проделали отличную работу, уничтожив Драу, но Джейсон Уоллес другой.

Харон напрягся, его руки сжались в кулаки, когда он услышал слова Кона. Ублюдок знал, что он Воитель, знал о Драу! Что еще ему известно?

Харон хотел бы узнать, как Кон обнаружил то, кем он был, но более важным был вопрос о том, что у него имелось на Уоллеса. Харон обуздал свою ярость, сфокусировавшись на своем заклятом враге, подойдя к окну, он запустил руки в карманы.

— Мы уже один раз недооценили Джейсона. Теперь я собираюсь заставить его заплатить за все, что тогда произошло.

— В одиночку?

— Если придется.

— Ты сильно рискуешь.

— Что тебе известно об этом? — спросил Харон, продолжая вглядываться в окно, при этом, следя за отражением Кона в кристально чистом стекле.

Глава Дреаган тяжело вздохнул и, на мгновение, его лоб прорезали мелкие морщинки.

— У тебя есть причины для недоверия. Мы постоянно находимся на территории Дреаган, никогда не приглашая Воителей или кого-либо еще, если на то пошло, мы никогда и никому не рассказывали о том, кем являемся.

Харон ждал, его разум усиленно работал, обдумывая варианты. Он все еще не мог понять, кем же был Кон.

— Я даже сейчас не смогу рассказать обо всем. Это строжайшая тайна. Все, что я могу тебе ответить на сегодняшний день — это то, что вы не единственные бессмертные на этой Земле.

Харон опустил руки на подоконник, сердце бешено колотилось в груди. Этого он не ожидал. Какой-либо новый вид Друидов, возможно, но еще одни бессмертные?

— Почему рассказываешь сейчас? — спросил Харон.

— Потому что, полагаю, это не стоит откладывать в долгий ящик. Все меняется. Возможно, настанет момент, когда мы сможем помочь друг другу.

Харон не стал скрывать свою ухмылку, он бросил взгляд на отражение Кона, неприязнь исказила его черты.

— Это было так сложно сказать. Я так понимаю, ты на самом деле не уверен, что когда-либо вы будете нуждаться в помощи Воителей.

— Мы живем с начала времен. Нам никто не нужен.

Харон, вновь прислонившись к окну, посмотрел на Кона. Сейчас это не интересовало его.

— Действительно?

Кон вздохнул, побарабанив пальцами по столу.

— Тебе известно, как трудно хранить тайну. Ты скрываешь свою очень давно, но даже сейчас некоторым твоим людям известно, кто ты. Мы оберегаем наш секрет тысячи столетий.

У Харона было много вопросов, но по напряженному лицу Кона он понял, что на сегодня лимит доверия исчерпан. Кон предлагал стать его союзником, он не был дураком, чтобы отказаться от такого предложения .

— Ну, так я могу продавать ваш виски или нет?

Улыбка медленно расплылась на лице Кона.

— Да, Харон. Думаю, ты именно тот человек, которому мы будем рады позволить реализовывать наш виски.

Глава 8

Университет Эдинбурга.

Эйден не мог поверить, как много удалось узнать Бритт за то время, пока она проводила исследования над кровью. Конечно, ему хотелось бы, чтобы все продвигалось быстрее, но он не выражал недовольства по мере того, как информация продолжала поступать.

Он как раз отправил новую рассылку по электронной почте, где рассказал всем в замке, что Бритт сейчас пытается выяснить, какие антитела в крови Воителей так агрессивно реагируют на кровь Драу.

Вообще-то, девушка понятия не имела, что образцы принадлежат Воителям и Драу, не знала, почему информация так важна для мужчины. Она довольно часто спрашивала его, но до сих пор Эйдену удавалось уходить от прямого ответа.

— Никогда раньше не видела такой реакции, — сказала Бритт, не отрываясь от микроскопа.

Снова и снова она проводила эксперименты с образцами. Результат всегда был одинаков. Красные и белые клетки крови немедленно начинали погибать.

Эйден поднялся со своего места в лаборатории и выглянул в окно. Дождь лил уже два дня и, кажется, не собирался останавливаться.

— Расскажи мне, Эйден, пожалуйста, — просила Бритт.

На протяжении двух недель он проводил с ней в лаборатории большую часть дня. Молодой человек тихо сидел, наблюдал за ее работой и мечтал о ней. Они разделили множество трапез, но спешно, и каждый раз Бритт либо просматривала свои записи, либо говорила с ним о работе.

Слушая ее, он ждал момента, когда она посмотрит на него и их глаза встретятся. Этих коротких мгновений было достаточно, чтобы продержаться до следующих.

Чем больше времени он проводил рядом с ней, тем больше хотел ее. Он, как можно чаще, старался “случайно” касаться ее. Бритт всегда улыбалась мужчине, но была так увлечена работой, что Эйден не мог понять, взаимно ли его влечение к ней.

Возможно, пришло время выяснить это.

— Позволь пригласить тебя сегодня на ужин, — сказал Эйден, поворачиваясь к девушке.

Она моргнула, в голубых глазах промелькнуло удивление. Бритт заправила карандаш в свободно собранные на затылке волосы, присоединяя его к трем забытым там ручкам.

— Ужин? Ты хочешь пригласить меня на ужин вместо того, чтобы рассказать о крови?

— Да, — Эйден вздохнул и крутанул карандаш на столе. — Бритт, я скрываю информацию, чтобы защитить тебя.

— И чтобы защитить свою семью, в случае, если новости о том, что я найду, просочатся в мир.

— Да.

Девушка заправила за ухо выбившуюся прядь.

— Тебе тяжело доверять людям?

— Знай ты, через что мне пришлось пройти, поняла бы.

— Так расскажи мне.

Эйден сдержал смех.

— Признаюсь, было бы легче, если бы я мог.

— Но ты не можешь, — закончила она.

Он пожал плечами.

— Есть люди, которые убьют тебя только за твою помощь мне. Вот почему мы должны хранить это в тайне, и почему я попросил тебя не говорить никому над чем ты работаешь.

— Тогда скажи мне одну вещь. Один из этих образцов — твой?

— И что, если так?

Она улыбнулась и соскользнула со стула, откладывая в сторону колбочки с образцами.

— У меня занятия, которые я не могу опять пропустить.

Эйден наблюдал за тем, как Бритт собрала свои вещи и двинулась к двери. Вдруг девушка остановилась и обернулась к нему.

— Забери меня в семь.

Он улыбнулся и прокрутился на каблуках, чувствуя себя счастливым впервые за эти недели.

***

Лаура была на кухне и пила с Кэсси чай, когда услышала голос Харона. Ее сердце подпрыгнуло, когда она повернулась и увидела на верхней площадке улыбающихся его и Кона.

— Полагаю, все прошло хорошо, — сказала Кэсси.

Лаура кивнула.

— Я знала, что так будет. У Харона дар очаровывать людей, когда он хочет чего-то добиться.

— Надеюсь, это значит, что мы снова увидимся с тобой и Хароном в Дреаган.

Лаура повернула голову к Кэсси.

— Но я думала, что Дреаган закрыт для посторонних.

— Есть несколько клиентов, которых мы довольно часто приглашаем.

И почему у Лауры было такое ощущение, что происходит что-то, находящееся вне ее понимания? Это чувство возникло в тот момент, как только они въехали на земли винокурни, и с течением времени оно только усиливалось.

— Я знаю, Харону здесь нравится.

Кэсси улыбнулась. Она встала и жестом предложила Лауре последовать ее примеру.

— Пойдем. Отведу тебя к нему.

Пока они шли к лестнице, Кэсси приблизилась к девушке и заговорщически произнесла, понизив голос: — Харон очень привлекателен. Мужчины вроде него не долго остаются одни.

Лаура пропустила шаг и чуть не упала лицом вниз. Взглянув на Кэсси, девушка покачала головой.

— Харон мой шеф.

— Тогда почему ты так на него смотришь?

Ответа на вопрос удалось избежать, поскольку девушки уже достигли лестницы и начали подниматься под бдительным оком Харона. Как всегда, Лауру застали врасплох темные глаза, неотрывно глядящие в ее.

Было легко забыть обо всем, включая прошлое в Англии, когда она тонула в его глазах. Было легко забыть, что она просто его помощница, а не женщина, которую он хочет. Было легко забыть, что он никогда не будет с ней.

— Спасибо за упорство, мисс Блэк, — сказал Кон, прерывая ее раздумья и рассеивая, охватившие ее мечты. — Харон начнет продавать виски Дреаган.

Лаура улыбнулась, но улыбка предназначалась Харону. Она одна знала, как много это значило для него.

— Поздравляю. Я же говорила, что все получится.

Мальчишеская улыбка Харона заставила ее желудок сжаться. Он был доволен, и, если она не ошибалась, взгляды, которыми они обменялись с Коном, имели более глубокий смысл, относящийся к раннему их разговору.

Пожав руки и распрощавшись с собеседником, Харон вскоре направился к ней. Спускаясь по лестнице, Лаура обнаружила руку мужчины на своей пояснице.

Прикосновение было легким, он едва дотронулся ее одежды, но она всем телом ощутила это. Девушка пошла медленнее, чтобы его рука полностью коснулась ее. Крошечное удовольствие, и она примет его, хотя бы это.

Девушка мучила себя. Но в эти короткие мгновения Лаура могла притвориться, что они вместе. Она знала, что однажды наступит день, когда ей придется принять тот факт, что он влюблен в другую женщину. Но, до тех пор, каждый день с ней будут ее фантазии.

У нее было столько вопросов к Харону о его визите к Кону, однако придется подождать, пока они не покинут особняк. Едва она подумала, что наступил подходящий момент, как Кэсси и Хэл предложили проводить их.

— Они хотят быть уверены, что мы не станем шпионить, — прошептал Харон, придерживая для нее дверь.

Лаура кашлянула, чтобы скрыть смех, но не могла перестать ухмыляться. В темных глазах Харона поблескивало веселье, когда он разговаривал с Хэлом.

К тому времени, когда они приблизились к машине, Лаура уже пообещала позвонить Кэсси в течение следующих нескольких недель, чтобы договориться о визите. Она была настолько ошеломлена совершенно бездумно вырвавшимся обещанием, что не замечала открытой Хароном двери машины, пока не потянулась к ручке.

Он всегда был джентльменом, но никогда не открывал для нее машину. Она подняла голову и попала в ловушку его глаз.

— Лаура! — закричала Кэсси.

Краем глаза Лаура увидела что-то маленькое и пушистое, проскочившее к ее ногам, а затем заметила, как к ней приближается нечто огромное.

В одно мгновение она оказалась прижатой к машине телом Харона. Лаура глубоко вдохнула, позволяя пряному аромату сандала, исходящему от мужчины, заполнить ее чувства.

Она автоматически обхватила его за плечи и ощущение мышц под ладонями заставило ее сердце забиться чаще.

Но это было ничто, по сравнению с ощущением всего его тела.

Громкий, глубокий лай заставил ее глаза открыться. Лаура заметила мраморного цвета дога, который остановился, столкнувшись с Хароном.

Собака присела на передние лапы и опустила свою большую голову под автомобиль, бешено размахивая хвостом. Мгновение спустя, собака вылезла оттуда, держа в пасти безвольно свисавшего белоснежного котенка.

— Герцог! — увещевала Кэсси на бегу. — Мне очень жаль. Герцог не понимает, что он не мама котятам. Он не выпускает их из поля своего зрения.

— Ты в порядке? — спросил Харон возле уха Лауры.

— Это не меня чуть не снес огромный дог. Герцог врезался в тебя. — Хотя девушка едва почувствовала толчок.

Лицо Харона было в нескольких дюймах от нее. Он был так близко, что девушка могла видеть черный ободок вокруг его темной радужки глаз. Ее грудь была прижата к нему, воспламеняя кровь в венах.

Будь она посмелее, Лаура сократила бы расстояние между ними и поцеловала бы его, как того и хотела. Вместо этого она просто стояла, надеясь, молясь, чтобы это он поцеловал ее.

Харон знал, что нужно отступить от Лауры, но не мог. Его тело было в огне. Из-за нее.

Ее большие светло-зеленые глаза смотрели осторожно, пряча эмоции так, что совершенно невозможно было понять, о чем она думает. Была ли она в ужасе от его близости? Наслаждалась ли этим?

Черт, Харон ненавидел неизвестность, но даже это не давало ему отойти от девушки. Соблазнительные изгибы Лауры взывали к нему, просили прижаться сильнее.

Мужчина был осторожен, никогда не приближаясь к ней слишком близко. Теперь он знал почему. Так или иначе, он инстинктивно предугадывал реакцию своего тела на ее. Но теперь, ощутив эти удивительные формы, он хотел большего. Нуждался в большем.

Харон не знал как долго они простояли вот так, глядя друг на друга. Он отчаянно пытался вернуть контроль над своим телом, ведь все, что он хотел сделать, это наклониться и накрыть ее полные губы в пламенном поцелуе.

Хруст гравия под ногами приближающегося Хэла привел Харона в себя. Он сделал шаг назад и отвернулся, прежде чем испортил бы все, поцеловав Лауру.

— Лаура в порядке? — обеспокоенно спросил Хэл.

— Да, да. Я в норме, — ответила сама Лаура до того, как Харон успел открыть рот.

— Герцог — хороший парень, просто не осознает своих размеров, — проговорил со смехом Хэл. Все пронаблюдали за тем, как пес позволил Кэсси забрать котенка.

Харон выдавил из себя улыбку, когда Герцог снова подбежал к нему. Много слов было сказано, но он не слышал ни одного из них, рассеянно поглаживая пса. Он сосредоточился на дыхании, пытаясь удержаться от того, чтобы снова не притянуть к себе Лауру.

Господи, что с ним не так?

Ни одна женщина не действовала на него так за все шесть сотен лет. Почему Лаура? Почему не Друид, ведь так, по крайней мере, у Харона была надежда на что-то большее?

Харон подождал, пока Лаура сядет в машину, закрыл за ней дверь и пошел на свое место. Скользнув на сидение, он гадал, как сможет провести с ней несколько часов наедине, так и не коснувшись девушки.

Они только выехали из Дреаган, когда Лаура спросила: — Ты все сделал, что хотел?

Харону потребовалось время, чтобы понять, что это касалось виски, а не ее. Мужчина потер подбородок и кивнул. Он получил намного больше, чем ожидал. И много новой пищи для размышлений.

— Да. Кон кажется разумным человеком.

— Мне не следовало идти с тобой в офис. Я не думала, что вы будете обсуждать вещи, которые мне не нужно слышать.

— Я тоже, — новости оказались полной неожиданностью для Харона, и он не мог дождаться момента, чтобы рассказать обо всем Фелану. — Ты не сделала ничего неправильного. Это я попросил тебя сопровождать меня, и если бы мне не хотелось, чтобы ты была на встрече с Коном, то попросил бы остаться дома.

— Я знаю, — отозвалась девушка, теребя ремешок сумочки. — Все то время, что мы были там, мне казалось, что есть какие-то недомолвки, и все знают о чем идет речь, кроме меня.

Харон не ответил, потому что не знал, что сказать.

— Это имеет отношение к нашему вчерашнему разговору? К тому, когда ты сказал, что кто-то пытается сделать что-то плохое?

Он ненадолго зажмурился и пожалел с безумной силой, что не держал язык за зубами. Лаура не должна знать ничего, но ему нужно было поговорить об этом и она как раз оказалась неподалеку. Как можно было сопротивляться?

— Ты же знаешь, я сохраню твои секреты, — сказала она тихим голосом.

Харон посмотрел на нее.

— Да, знаю. Ты не работала бы на меня, если бы я тебе не доверял.

— Тогда почему не говоришь, что происходит? Я могла бы помочь.

— Если бы ты только могла. Но уж лучше тебе ничего не знать.

Она скрестила руки на груди и посмотрела в окно.

— Я слышала в Фернессе слухи о тебе.

— Люди разное болтают.

Мужчину не волновало, что о нем говорят другие, но он не хотел, чтобы Лаура узнала о его сущности монстра. Единственное хорошее, что произошло в том ночном кошмаре год назад, это то, что Лаура уезжала в Инвернесс за юридическими документами к его адвокату.

Харон мог только представить ее реакцию на его превращение в Воителя.

Лаура издала гортанный звук.

— Ты обладаешь большим влиянием в городке, но и ты не можешь заставить людей замолкнуть. Как и не можешь спрятать весь ущерб. Что-то атаковало деревню. Погибли люди. А потом ты ушел.

Харон обернулся, чтобы увидеть ее отражение в окне. Она все еще отворачивалась от него. То, что он не видел ее зеленых глаз, удержало его от того, чтобы не выложить девушке интересующую ее информацию.

— Расскажешь ли ты мне, что произошло на самом деле? Не ту историю про жуткий шторм, а правду?

— Не могу.

— Так я и думала.

После этого весь путь обратно в Фернесс прошел в полной тишине. Лаура даже не смотрела на него. Харон практически видел, как растет пропасть между ними и ничего не делал, чтобы предотвратить это.

Будь он умнее, сохранял бы дистанцию как можно дальше. Девушка задавала слишком много вопросов. Она умна, и для нее не составит труда сопоставить факты.

Мысль о том, что он не сможет видеть ее каждый день, вызвала у него тошноту. Было бы проще, если бы он смог заставить ее уйти. Но она любила Фернесс, как будто выросла в этом маленьком сонном городке.

Харон мог быть монстром, но не абсолютно бессердечным. Он не мог заставить ее уйти.

К тому времени, как он остановился перед ее домом, у него уже созрел план.

— Удачи с твоим свиданием, — напутствовал он, пока девушка открывала дверь.

Даже это не заставило ее взглянуть на него. Она поколебалась мгновение, но потом пробормотала благодарность и вышла из машины.

Харон подождал, пока она не зашла в квартиру, после чего тронулся с места. С каждой минутой ненавидя себя все больше.

Единственное, что удерживало его — осознание, что, в конце концов, он спасает жизнь Лауры.

Глава 9

Лаура знала, что Бен ни в чем не виноват. Никто не мог конкурировать с Хароном. И хоть она и сердилась на него, но никак не могла перестать думать о нем.

Не очень то и честно по отношению к пригласившему на свидание мужчине, тем более, если оно первое за столько лет.

— Я думал, ты любишь суши.

Они, не торопясь, прогуливались по тихим улочкам Фернесса. Голос Бена в очередной раз отвлек ее от размышлений, и она, моргнув, повернулась к нему.

— Люблю. Прости, Бен. На работе такой переполох. Нам только сегодня стало известно, что мы будем реализовывать виски Дреаган, и мне нужно сделать миллион дел.

Он пожал плечами, одним жестом демонстрируя охватившее его раздражение. Но не стал развивать эту тему.

— Не переживай из-за этого.

— Нет, я чувствую себя ужасно. Ты заслуживаешь большего.

— Да, пожалуй.

Сначала, она подумала, что он шутит, но когда, взглянув на него, не заметила улыбки, то поняла, что мужчина имел в виду именно то, что сказал. Лаура хотела ответить, что исправится, что в следующий раз все пройдет намного лучше, эти слова уже готовы были сорваться с языка, но, вдруг, поняла, что больше не хочет видеть Бена рядом.

На протяжении всего свидания, он, поедая суши, рассказывал о своей драгоценной персоне. Ни разу не спросил о ее семье или о прошлом. Она должна была бы быть благодарна, так как ей совсем не хотелось объяснять людям, почему она оставила свою семью.

Но какой парень на первом свидании не поинтересуется и не задаст этих вопросов?

Лаура вздохнула с облегчением, когда в поле зрения появилась ее квартира. Она не могла дождаться, когда избавится от Бена и, наконец, забудет об этой неудачной ночи.

Она полагала, что они попрощаются возле машины, но Бен продолжал настойчиво идти к двери ее квартиры. Лаура огляделась вокруг, обнаружив, что улица безлюдна.

Хоть Фернесс и был небольшим городком, но даже после полуночи, как правило, на улице сновали люди. По крайней мере, в пабе, располагавшемся вниз по улице, в случае опасности она могла спрятаться там.

Странно, она никогда прежде не чувствовала себя так неловко рядом с Беном. Сейчас в нем было что-то, заставляющее ее нервничать. Лаура с осторожностью вытащила свои ключи из сумочки, крепко зажав их в руке.

Весь вечер ее охватывало давящее на плечи ощущение, от которого она не могла избавиться. Ей понадобилось мгновение, чтобы распознать в нем то тревожащее чувство, с которым она жила большую часть своей жизни, которую провела под крышей дома матери.

Только теперь, находясь вдали от своих родителей и сестры, она поняла что за чувство всегда мучило ее, не давая покоя ни днем, ни ночью.

И теперь оно вернулось вновь. Это не к добру.

— Спасибо за ужин, — сказала она, потянувшись к ручке двери.

Бен улыбнулся, его карие глаза больше не излучали того очарования, которое она привыкла в них видеть.

— Я подумал, что мы могли бы на ночь чего-нибудь выпить.

— Хорошо, — ответила она, быстро соображая. — У меня дома нет спиртного, а паб как раз недалеко.

— Я хочу побыть с тобой, наедине.

Сердце Лауры пропустило удар, отвечая на охвативший ее страх. Она думала, надеялась — что больше никогда не почувствует ничего подобного.

— Бен, был, действительно, долгий день, и я устала. Мы можем перенести это на другой день?

Он сделал шаг к ней, припечатав к двери, когда она попыталась отступить.

— Ты со всеми так поступаешь, Лаура? Динамишь парней неделями, прежде чем, наконец, согласиться на свидание, а затем вместо того, чтобы уделить хоть капельку внимания партнеру, разумом находишься в другом месте? Твои флирт и обещания были только для того, чтобы потом кинуть меня?

— Я ничего тебе не обещала.

Голос Бена стал низким и опасным, заставляя кровь Лауры заледенеть. Она молилась, чтобы хоть кто-нибудь вышел на улицу, и она смогла бы позвать на помощь.

— Думаю, ты должна мне, Лаура.

— Я ничего тебе не должна.

Крик отчаянья вырвался из ее горла, когда Бен, схватив за руки, потащил ее к своей машине. Лаура боролась изо всех сил. Она посещала уроки самообороны после того, как начала самостоятельную жизнь. Но никто не потрудился сказать ей, что все наработанные навыки позабудутся, как только она столкнется с реальной опасностью и охватившей ее паникой.

Она поцарапала ему лицо и пнула ногой, надеясь, что это хоть как-то замедлит мужчину.

— Помогите! — закричала она, ее голова дернулась, когда огромная рука ударила ее по щеке.

— Забирайся в чертову машину, — прорычал Бен, продолжая тащить ее к своему автомобилю.

***

Харон был в лесу, он стоял, прислонившись к дереву, когда почувствовал магию Маи. Паника, вперемешку с магией, обрушились на него.

Он ощутил это на уровне инстинктов. Как Воитель, он мог чувствовать магию Друидов. Магия Маи была мягкой и нежной, в отличие от неприятной и агрессивной магии Драу.

Не было никаких сомнений, что он ощутил именно магию Маи, и Друид находился в опасности. В его деревне. Хотя Харон и не жил в замке Маклаудов, но он полностью поддерживал Воителей, которые сражались за безопасность оставшихся в живых Друидов.

Он был удивлен, почувствовав магию, исходящую из Фернесса. Но более удивительным было то, что так же быстро, как магия захлестнула его, столь же быстро и отхлынула, не оставляя следа.

Харон остановился в переулке между двумя зданиями и попытался снова отследить Друида по всплеску магии, но кто бы это ни был, его уже давно не было рядом.

— Проклятье, — пробормотал он.

Он уже развернулся, направляясь в лес, когда его обостренный слух услышал крик, а затем звуки борьбы. Харон резко развернулся и помчался в сторону голоса, голоса который он знал слишком хорошо.

Лаура.

Использовав сверхскорость, он вышел из темноты скрывавшей его аллеи и рванул в ту сторону, где находилась её квартира. Он видел, как какой-то мужчина удерживал девушку за руки, а она вырывалась из его рук, словно дикий зверь.

Харон услышал, как бог внутри него взревел от злости. Он зарычал, соглашаясь с Рэнмондом. И, в следующий миг, что-то врезалось в него с другой стороны, отбрасывая Харона вглубь аллеи.

Он перекатился и вскочил на ноги, готовый выбить дерьмо из того, кто посмел встать между ним и стремлением помочь Лауре.

— Прекрати, — прорычал Фелан.

Харон собрался пройти мимо, но Фелан схватить его за руку, останавливая.

— Ты не можешь появиться перед ней в таком виде.

— В каком, черт тебя дери?! — потребовал ответа Харон.

Фелан поднял руку Харона, указывая на кожу медного цвета и когти. Именно тогда Харон почувствовал клыки во рту. Он перекинулся, даже не поняв этого.

— Лауре нужна помощь, — аргументировал он.

— Уже нет.

Харон выглянул из-за угла, мужчина по-прежнему удерживал Лауру, но двери паба распахнулись, и к ней на помощь выбежал Брайан.

Он вздохнул и прислонился к стене здания, когда Лаура, освободившись от захвата удерживавшего её человека, бросилась в свою квартиру. Мужчина, с которым, по предположению Харона, у нее было свидание, умчался на своей машине.

— Полагаю, мне придется пробежаться, — сказал Фелан и устремился за автомобилем.

Харон был уверен, что Фелан узнает, что это был за человек и почему напал на Лауру. Потребовалось время, но Харон, справившись с охватившими его чувствами, загнал своего бога обратно.

Все это очень удивило его. Веками он боролся со своим богом. Он обуздал его спустя много лет, проведённых в горе Керн Тул. Но мысль о том, что Лаура в беде послала все эти века тренировки и сдержанности к чертям собачьим. Именно из-за Лауры он тогда пошёл в лес.

Харон выровнял дыхание и вышел из-за прикрывавших его деревьев. Он нахмурился, обнаружив, что дверь в квартиру девушки еле висит на петлях, давая ему понять, что она пыталась сбежать, а этот ублюдок не позволил ей.

Харон стоял в дверях, а звук её крика эхом отдавался в его голове. Он перешагнул через порог, обнаружив Лауру посреди крошечной кухни, девушка стояла, вглядываясь в пустоту.

— Лаура, — позвал он, приближаясь так, чтобы не напугать её.

Казалось, она не слышала его.

Харон подошёл и встал перед ней. Она, моргнув, подняла голову, её взгляд блуждал, пытаясь сосредоточиться на нём.

— Харон.

— Да, — сказал он, пытаясь скрыть ярость, вспыхнувшую, словно яркое пламя внутри него, при виде синяка на её челюсти. — Он ударил тебя.

— Думаю, мне нужно тщательнее проверять анкетные данные, — пробормотала она.

Она была в шоке, и по тому, как осматривала свою квартиру, Харон понял, что не желала находиться здесь. А он не хотел оставлять её одну. Этот подонок мог вернуться.

— Тебе не обязательно оставаться здесь, — сказал он, обняв её за плечи.

Когда девушка опустила голову ему на грудь, её плечи начали мелко подрагивать, Харон поднял её на руки и вынес из квартиры. Условная граница, которую он установил в отношениях с ней, больше не имела значение.

Ей причинили боль. Она нуждалась в нем, и он не собирался отталкивать её. Единственная вещь, которую он мог сейчас сделать для неё — это защитить.

— Со мной ты будешь в безопасности, — прошептал он.

Широкими шагами мужчина пересёк улицу. Харон не стал проходить через паб, вместо этого обошёл вокруг здания и вошёл в свой офис через задний ход.

В одно мгновение они оказались внутри. Поднявшись по лестнице в свою квартиру, он прошел в спальню. И, все же, не мог заставить себя выпустить Лауру из рук.

Он опустился на кровать, по-прежнему держа её на руках. Девушка прижалась к нему, хотя и перестала дрожать.

— Мне нужно осмотреть твое лицо.

— Он сказал, что я дразнила его.

— Он лгал. Забудь об этом.

Лаура подняла голову, встречаясь с его взглядом.

— Он был твердо уверен, что я проведу эту ночь с ним. Был настойчив. Я никогда не думала, что мне вновь придётся пережить подобное.

Вновь? Харон для себя решил, что пороется в её прошлом.

— Он больше никогда не прикоснётся к тебе. Я обещаю.

Подобие улыбки скользнуло по её губам.

— Не думаю, что после такого снова пойду с кем-то на свидание.

— И все из-за одного невменяемого ублюдка? Не делай выводов раньше времени, основываясь на одном неудачном свидании.

— Я делаю выводы, основываясь на фактах из моей жизни. Если бы ты знал мою семью, то понял бы.

Это было впервые, когда она сама заговорила о своем прошлом, и он не хотел вспугнуть её. И это отвлечёт её от нападения.

Для него это не составит проблемы. Как только вернётся Фелан и сообщит, где находится Бен, Харон нанесёт ему небольшой визит.

— Расскажи мне о своей семье.

— Они … я не общаюсь с ними.

— Почему?

— Так будет лучше для всех. Теперь твоя очередь, расскажи мне свой секрет.

Он осторожного, чтобы не коснуться ушиба, заправил за ухо выбившуюся прядь. Было так приятно касаться ее, держать в своих руках. Но его тайна не будет разделена с нею. Никогда.

— Бен говорил, почему так хотел, чтобы ты пошла с ним?

— Нет.

Лаура снова начала дрожать, и Харон проклинал себя за упоминание имени этого ублюдка. Он усадил её на кровать и поднялся, чтобы налить немного виски.

Возвращаясь обратно, он захватил из шкафа рубашку для неё.

— Выпей это. До конца, — произнес он. — Затем переоденься. Сегодня ты ночуешь здесь.

Когда она, оторвав взгляд от стакана, который уже несколько минут держала в руке, уставилась на него. Харон, со вздохом, коснулся руки Лауры, подталкивая стакан к её губам. Как только она допила, мужчина забрал пустой стакан, наблюдая, как девушка прошла в ванную комнату.

Он сдерживал себя, чтобы не последовать за ней и не привлечь в свои объятия. Но после этой неудачной ночи, это, вероятно, последнее, чего бы ей хотелось.

— Харон.

Он обнаружил Лауру стоящей в своем порванном платье в проеме двери. Она прошла к нему и поднялась на цыпочки, накрывая его губы своими.

Огонь устремился по его венам, пробуждая тело, даря наслаждение. Он мечтал целовать ее, страстно желал овладеть её губами.

Его руки сомкнулись вокруг нее, отказываясь отпустить. На мгновение, он просто позволил себе наслаждаться ощущением её тела и рта. Затем, он наклонил голову, а его язык скользнул между её губ.

Он углубил поцелуй, её вкус оказался более эротичным и опьяняющим, чем он мог представить. Пустота в его груди стала уменьшаться, когда она, отвечая на его страсть, дотронулась кончиком своего языка до его, запуская руки в его волосы.

Пламя желания мощное и захватывающее поглотило его. Оно лизало его кожу, призывая вкусить больше ее, касаться ее.

Поддерживая руками её спину, он заставил себя оторваться от нее. Это было последнее, чего он хотел, но не мог воспользоваться ею, не после всего, что она пережила этой ночью.

Это было самым трудным, что он когда-либо делал, но Харон медленно, неохотно прервал поцелуй. Когда он посмотрел на Лауру, её глаза были наполнены таким желанием и тоской, которые потрясли его до самой глубины души.

Как он мог даже подумать о том, чтобы оттолкнуть ее?

Глава 10

На заднем крыльце охотничьего домика под ночным небом в одиночестве стоял Джейсон Уоллес. Каждый час, проведенный им здесь, убеждал его, что это одна из лучших инвестиций, сделанных им, с момента наследования денег Деклана.

— Есть новости?

Он улыбнулся, услышав голос Эйсли. Еще одна родственница, владеющая мощной магией. Эйсли еще не понимала свою истинную роль в планах Джейсона, но скоро поймет. Очень скоро.

— Еще нет, — ответил он. — Подозреваю, мы услышим их от Бена в ближайшее время.

Каблуки Эйсли застучали по каменной плитке патио, когда она прошла к комнатным растениям и понюхала розы.

— Ты полагаешь, что, забрав кого-то близкого Харону, ты причинишь ему гораздо больше боли, чем если просто убьешь его?

— Да. Он не будет ожидать этого. Воители считают, что слишком умные, скрываясь в замке Маклаудов. Дейдре удалось проникнуть в замок. Даже Деклан смог, но у них ничего из этого не вышло. Я решил пойти другим путем.

Эйсли выпрямилась, прежде чем присела на скамейку неподалеку и откинулась на спинку.

— Ты можешь упустить возможность, если эта женщина значит для Харона не больше, чем простой сотрудник.

Джейсон кратко улыбнулся, поворачиваясь к кузине, стежки на его щеке напоминали ему о своем уродстве, отсутствии целителя и том факте, что его магия, по какой-то причине, не смогла исцелить его. Отныне, он должен принимать меры предосторожности.

— Хм, но я в этом уверен, кузина. Ты позабыла, что я наблюдал за этими Воителями в течение нескольких месяцев. Еще до того, как они узнали обо мне. Я знаю о них больше, чем они ожидают.

— Другими словами, они недооценивают тебя.

— Именно так. Я заберу женщину и использую ее, чтобы выманить Харона из укрытия.

— Это будет легко. К тому же, он не в замке Маклаудов.

Джейсон сощурил взгляд на Эйсли. Она была единственной, кто попытался сбежать от него. Однажды. Он позаботился о том, чтобы подобное никогда не повторилось, но также мужчина понимал, что она не всегда соглашалась с ним.

— Откуда вдруг такой интерес к моим делам, кузина?

Девушка беспечно пожала плечами, посмотрев на пролетающего мимо светлячка.

— Минди снова распускает свой язык. Я надеялась, что больше не увижу эту занудную суку, но, видимо, я не столь удачлива.

— Ты должна научиться ладить с Минди. Она часть нашей команды.

Эйсли посмотрела на свои красные туфли.

— Я буду терпеть ее, потому что у меня нет выбора.

— У тебя нет выбора по многим пунктам, Эйсли. Не забывай об этом.

— Никогда, — ответила она, вставая. — Ты не позволишь мне.

Если бы он уловил хоть долю сарказма в ее словах, то наказал бы прямо на месте. Но она всего лишь констатировала факт, так что он позволил ей уйти.

Джейсон вернулся к созерцанию звезд. Он с трудом сдерживал волнение, охватившее его. Его губы изогнулись в ухмылке. Джейсон представил лицо Харона, когда тот узнает, что его драгоценная Лаура пропала.

Харон возможно и не затащил девушку к себе в постель, но Джейсон видел как Воитель смотрит на неё на фото с наблюдений.

Воителя, который думал, что сможет спокойно жить среди людей, скоро ожидает огромный сюрприз. Джейсон не мог дождаться, прибытия Харона.

Он мог почти представить, как медный Воитель будет требовать освободить Лауру. Не было никаких сомнений, что парень выдвинет требование: обменять его на Лауру.

Джейсон будет более, чем готов, пойти на эти условия.

Харон будет первым на кого Уоллес нападет подобным образом, другие тоже не избегут этой участи. Нет, для каждого Воителя Джейсон разработал уникальный план и нанесет удар по их самым больным местам.

Он прокручивал план в своей голове сотни раз. Воители не заметят его пришествия, пока не станет слишком поздно. И ничто не сможет предотвратить это — ни их сила, ни магия их Друидов.

Вибрация телефона послала волну предвкушения через него.

— Да?

— У нас проблемы, — раздался голос Бена в трубке.

— Скажи, что забрал женщину.

— Она скрылась.

Джейсон сжал кулаки, стараясь обуздать эмоции.

— Объясни.

— Она боролась со мной. Кто-то услышал ее крики и пришел на помощь. Я сбежал прежде, чем они вызвали копов.

— Харон был свидетелем всего этого?

— Сомневаюсь, — прошептал Бен. — Он бы схватил меня, если бы увидел. Я не слышал рычания Воителей и ничего не видел.

— Проклятье. Где ты сейчас?

— Я остановился на бензоколонке и воспользовался случаем позвонить тебе. Ты хочешь, чтобы я вернулся за ней?

— Нет. Они будут ждать тебя, — неожиданно Джейсон рассмеялся, когда ему в голову пришел новый план. — Но они никак не ожидают моего следующего шага.

— Каковы мои действия?

— Где ты?

— На границе Фернесса.

— Отлично. Оставайся там. Я скоро свяжусь с тобой.

Закончив разговор, Джейсон развернулся к двери, ведущей в его кабинет. Он сунул мобильный в карман и вошел в дом.

***

Подслушивая телефонный разговор, Фелан сжимал руки, когда когти удлинились из его пальцев. Всего одно движение и голова слетит с плеч Бена.

Он не был удивлен, когда Бен связался с Джейсоном Уоллесом. Становится все труднее распознать кто на стороне Уоллеса, а кто нет.

Фелан подобрался ближе к Бену в тени АЗС. Огни ослепляли, и оставалось не так много мест, где можно укрыться, но Фелану не требовалось подходить слишком близко с его-то слухом. Бен не волновался, что кто-то может подслушать его разговор, он даже не подозревал о присутствии Воителя.

Фелан был ошарашен, узнав, что Джейсон несколько месяцев следит за его другом и другими Воителями. Сам он был постоянно в разъездах и был уверен, что за ним слежки не было.

Но он и не присматривался, поэтому все было возможно.

— П*здец, — пробормотал он, когда разговор прекратился.

Фелан хотел бы остаться с Беном и понаблюдать, что произойдет дальше, но после слов Джейсона, он не мог рисковать. По какой бы причине Уоллес нацелился на Харона, Фелан должен убедиться, что его друг выберется из этой чертовой передряги живым.

Бросив последний взгляд на Бена, Воитель развернулся и рванул обратно к Харону.

***

Харон сидел в темноте, наблюдая за спящей Лаурой. Он подвинул кресло ближе к кровати, поскольку не мог лечь с ней рядом и не мог уйти в соседнюю комнату, потому что будет волноваться.

Она много времени провела в душе. Так долго, что Харон собирался последовать за ней. Когда она, наконец, вышла, тут же взобралась на его постель и, закутавшись в одеяло, уснула.

Часами он прокручивал то, что она рассказала ему о Бене и нападении. Что-то не складывалось. Из всего услышанного выходило, что Бен был нормальным парнем с хорошей работой. С чего бы ему так внезапно превращаться в психа?

Харон провел рукой по лицу. Наклонившись, уперся локтями в колени и посмотрел на Лауру. Девушка лежала на животе, одна рука под подушкой, а длинная худая нога обвивала одеяло.

На ней были надеты обтягивающие джинсы с заниженной талией. У него просто чесались руки от желания погладить ее бедра и попку.

Но он хотел гораздо большего, чем это.

Убрав прядь волос с ее лица, он увидел синяк. Ярость снова поглотила его. Он никогда не понимал, почему некоторые люди чувствовали такую необходимость бить женщину, но Бен заплатит за то, что сделал.

Харон также хотел убедиться, что с этого момента Лаура сможет защитить себя. Она проделала хорошую работу, но после некоторых тренировок она могла бы надрать задницу Бену парой хороших ударов.

Какой-то звук снаружи заставил Харона вскочить на ноги, мгновенно выпуская своего бога.

Как только он увидел Фелана, то усмирил Рэндмонда, приглашая жестом своего друга зайти. Харон был подготовлен для плохих новостей, но по выражению лица Фелана, понял, что все гораздо хуже, чем он ожидал.

И тогда осознание пришло к нему.

— Уоллес.

Фелан кивнул, закрывая позади себя стеклянную раздвижную дверь.

— Проклятье. Как такое могло произойти?

Фелан прислонился плечом к стене, скрестив руки на груди.

— Он следил за тобой несколько месяцев. У него есть фото твои и Лауры, и одному Богу известно чьи снимки еще.

— Как я не заметил ничего?

Фелан пожал плечами.

— Мы не можем бездействовать сейчас. Я, к слову, обошел поселок. Твои люди все еще патрулируют территорию, но обнаружил одного из людей Уоллеса на крыше здания напротив.

— Надо потолковать с ним, — произнес Харон, направляясь к лестнице.

— Нет необходимости.

Слова Фелана остановили его. Харон резко обернулся, взглянув на своего друга.

— Я нуждаюсь в хорошей драке. Ты не позволил мне последовать за Беном, а сейчас ты разобрался с тем, кто следит за мной и Лаурой.

Фелан одарил его кривой ухмылкой.

— Ты не один нуждаешься в хорошей драке, хотя человек, наблюдавший за тобой, был слюнтяем. Парень потерял сознание сразу, как только узнал кто я. Я привел его в чувства и узнал, что его наняли следить за вами. Это все, что ему известно. Он никогда не видел своего нанимателя, просто отправлял фото на адрес электронной почты.

— И ты поверил ему?

— Я видел доказательство. И к тому же, пацан был напуган до усрачки. Он взял и обоссался. Дважды. Он говорил правду.

Харон начал расхаживать по комнате. Из-за него жизнь Лауры была в опасности. Он боялся этого, ведь именно это и стало одной из многих причин, почему он никогда не проявлял к ней никакого интереса.

Но что он такого сделал, что Уоллес обратил свое внимание на Лауру? Он даже не хотел думать, что ублюдок может сделать с ней, чтобы привлечь его внимание.

— Я знал, что во всей этой ситуации с Беном что-то не так, а затем это нападение. Теперь все встало на свои места, — он остановился, взглянув на Фелана. — Ты не убил Бена?

— Нет, я оставил его в покое. Это еще не все, Харон.

— Блять, — выругался он и запустил руку в волосы, обдумывая все варианты. — Дай угадаю. Джейсон разозлился, что его замысел с похищением Лауры не сработал?

— Да. Он что-то еще спланировал. Джейсон не сказал что именно, только то, что Бен должен быть наготове.

Харон резко вдохнул.

— Они придут сюда.

— Я тоже так считаю. Твои люди, плюс нас двое — думаю мы сможем справиться с ними.

Харон покачал головой прежде чем его друг закончил говорить.

— Почему, черт возьми, НЕТ? — требовательно спросил Фелан.

— В прошлом году, когда Дейдре атаковала, погибли люди. И все узнали кто я. Секрет, который я так долго хранил от них, был раскрыт.

— И? — устало спросил Фелан. — Когда-то это должно было случиться, брат.

— Эта война… только между Уоллесом и нами. Достаточно того, что Друидов привлекли к этому, но я не собираюсь больше жертвовать невинными.

— Ты имеешь в виду Лаурой.

— Невинными и особенно Лаурой.

— Так каков твой план?

— Я хочу чтобы ты увез Лауру к Маклаудам. Она не Друид, но Джейсон хочет заполучить ее, в замке она будет в безопасности.

Фелан быстро кивнул.

— Плохой план. Позвони Фэллону и пусть он использует свою силу и заберет Лауру. А я останусь с тобой и помогу.

Харон поймал взгляд серо-голубых глаз Фелана.

— Джейсон хочет добраться до меня. Не хочу ставить твою жизнь под угрозу. А это произойдет достаточно скоро. Кроме того, ты нужен Маклаудам и другим. Чем больше Воителей готовых драться там будет, тем лучше. Просто забери Лауру.

— Нет, — произнесла Лаура за его спиной.

Он развернулся, увидев ее в проеме двери со стальной решимостью в бледно-зеленых глазах.

— Нет! — повторила она. — Больше никто не будет указывать мне что делать.

Глава 11

Лаура проснулась от звука мужских голосов. В течение нескольких минут она просто прислушивалась к сексуальному тембру голоса Харона, и ей становилось спокойнее от того, что он был рядом. Но затем, в быстром потоке слов, она услышала свое имя.

Это заставило ее насторожиться.

Упоминание о Друидах, Джейсоне Уоллесе и Маклаудах вызвали интерес. Происходило что-то масштабное и так или иначе она была в это вовлечена. Она едва могла принять мысль о существовании Друидов, но Харон и другой мужчина говорили о них так, будто это являлось частью их обыденной жизни.

Но когда Харон попросил мужчину вывезти ее отсюда, Лаура не смогла больше сидеть на месте и слушать.

— Лаура... — начал Харон.

Она выставила руку вперед, останавливая его.

— Нет. Мне пришлось покинуть Англию, потому что моя семья контролировала мою жизнь. Я поклялась себе, что подобное не повторится вновь. Никогда.

— Ты не понимаешь, — произнес мужчина.

Вздохнув, Харон кивнул в сторону своего друга.

— Лаура, это Фелан.

— Приятно познакомиться, — она снова обратилась к Харону. — Ты слышал меня? Единственный, кто сейчас может что-либо решать в моей жизни — это я. Покинув Англию, я оставила ту часть своей жизни позади.

— Возможно, если она будет в курсе дел, то изменит свое решение, — предположил Фелан.

Лаура благодарно кивнула Фелону.

— Отличная идея! Харон?

Когда Харон перевел на неё взгляд своих карих глаз, девушка увидела в них волнение и нерешительность.

— Я понимаю твое беспокойство за меня и ценю это, — сказала она. — То, что сделал Бен было … ужасно. Но, тем не менее, это не дает тебе право распоряжаться моей жизнью.

— Дает, если это касается твоей безопасности.

— Расскажи мне, что происходит. Болтовня о Друидах и телепортации. Какого черта, Харон? Это начинает немного выводить меня из себя.

Когда он не ответил, Фелан закатив глаза, оттолкнулся от стены. Он подошел к столу и налил в стакан виски.

— Друиды реальны, — произнес Фелан.

Лаура нахмурилась.

— Да, я уверена они существовали. Когда-то.

— Нет, в наше время, — настаивал Фелан.

Харон опустился на диван.

— Он прав. Они реальны. Мы знакомы с несколькими.

— Ты имеешь в виду тех фанатиков, которых показывали в шоу по телеку, танцующих голыми на какой-то старинный кельтский праздник?

— Нет, — спокойно ответил Харон. — Настоящие Друиды, Лаура. Они обладают магией, светлой магией. Их называют Маи.

Несколько мгновений она просто смотрела на него, не зная, что и подумать. По его поведению и тону голоса было очевидно, что он верил в каждое произнесенное им слово.

Затем ее осенило.

— Если существуют светлые Друиды, ты хочешь сказать, что есть и тёмные?

— Да. Их называют Драу, — ответил Фелан.

Харон медленно потирал руки, его лоб прорезали глубокие морщины, когда он уставился в пол.

— Они отдают свою кровь и душу Сатане за возможность обладать черной магией. Они сущее зло. Один из них устроил нападение на тебя.

— Бен? — спросила она.

Фыркнув, Фелан отвернулся.

— Нет, — ответил Харон, бросив взгляд на нее. — Джейсон Уоллес.

Лаура поднесла руку ко лбу, чувствуя себя так, словно ее мозг начал закипать. Если бы это был не Харон, то она бы подумала, что все это шутка. Но по его взгляду она поняла, что он совершенно серьезен.

— Вы оба верите в это?

Фелан оказался рядом с ней так быстро, что она даже не смогла проследить за его перемещением.

— Да, мы верим в это, потому что живем с этим каждый проклятый день.

— Фелан, — резко произнес Харон, и низкое рычание вырвалось из него.

Подняв подбородок, Лаура не отводила взгляд до тех пор, пока Фелан не отвернулся. Гнев в его серо-голубых глубинах напугал ее гораздо больше, чем истина, которую она в них увидела.

— Друиды существуют, — повторила она, пытаясь переварить информацию. Подойдя к дивану, она опустилась рядом с Хароном. — Если то, что ты сказал — правда, то я просто маленькая пешка в игре этого Джейсона?

— Да и через тебя он рассчитывает добраться до меня, — подтвердил Харон. — Я...

— Мы, — поправил его Фелан.

Харон, сжав губы, бросив в взгляд на Фелана.

— Хорошо. Мы разозлили Джейсона несколько недель назад.

— Его особняк был почти разрушен, — пробормотала Лаура, вспомнив, что слышала об этом в новостях. И тогда поняла значение его слов. Она изумленно уставилась на него. — Это сделали вы?

Фелан гордо улыбнулся, тогда как Харон не мог даже посмотреть ей в глаза.

— Поверь мне, мы сделали это, — ответил Фелан. — Мы могли бы еще постараться, но Ха...

— Прекрати. — прервал его Харон. Он запустил руку в волосы, желваки задвигались на его челюсти. — Не нужно посвящать ее во все.

Лаура заметила, как Харон снова потер грудь. Все вставало на свои места. Она понимала, что многого не знает, но не так трудно собрать все факты воедино.

— Это произошло в ту ночь, когда я не могла связаться с тобой. Ты вернулся на следующий день в порванной и окровавленной рубашке. Ты был ранен?

Харон отказался отвечать ей, и девушка посмотрела на Фелана. Тот коротко кивнул, нахмурив брови.

— Ты до сих пор трешь свою грудь, Харон.

Рука Харона мгновенно опустилась.

— Все ещё болит? — не унимался Фелан.

Харон вскочил на ноги, развернувшись к ним спиной и обошел диван.

— Перестань.

— Нет, — продолжил Фелан. — Не перестану. Ты говорил, что в порядке.

— Я же жив.

Лаура пристально посмотрела на него. Харон не хотел, чтобы она знала о произошедшем той ночью две недели назад, но казалось он не хотел, чтобы и Фелан в полной мере знал об этом тоже.

— Проклятье, Харон! — взорвался Фелан. — Соня должна знать, что ее исцеляющая магия не смогла помочь. Маклауды тоже должны знать об этом. Так же, как и все Воители.

— Какие воины? — спросила Лаура.

— Никакие, — сказал Харон, в то время как Фелан повернув к ней голову, ответил: — Мы.

Лаура посмотрела вниз, на свои босые ноги, наблюдая, как ее пальцы окрашенные ярко-коралловым лаком, зарылись в ковер. Ей было больно видеть, как мучается Харон.

Он был ранен. Это объясняет его порванную рубашку, то что он постоянно потирает грудь и почему уходит в лес при любой возможности.

Ранение не могло быть настолько сильным. Или могло? Они упоминали Друидов и кого-то по имени Соня с магией целительства. Возможно, рана была тяжелой, как Лаура и опасалась.

И как она оказалась во все это втянута?

Лаура прикоснулась к рубашке Харона, которая все еще была на ней. Он скрывал свою тайну от нее, потому что принадлежал другому миру. Очевидно, миру магии и Друидов.

И воинов.

Харон определенно был воином. Она также знала, что он благородный и честный человек. Если же он напал на Джейсона Уоллеса, значит для этого была веская причина.

Лаура могла, не боясь, довериться Харону. Она доверилась ему в тот день, когда он обслужил ее в пабе два года назад. Почему она не должна верить ему сейчас?

Девушка перевела взгляд на него. Это заставляло ее сердиться на любого — даже мужчину, которого она так страстно желала — кто указывал ей, что делать. Но она была обузой.

Бен пытался похитить ее, чтобы добраться до Харона. Причина была не важна. Что было действительно важно — она выйдет из игры, какой бы та не была, тем самым развязав Харону руки.

— Если я должна уехать, Харон, я уеду. Но на моих собственных условиях.

Его плечи расслабились от ее слов, и тогда девушка поняла насколько отчаянно он хотел, чтобы она уехала. Боль от этого смягчалась лишь тем, что она начала подозревать, что опасность, сгущавшаяся вокруг Харона, была огромной.

— Ты никогда не сможешь вернуться, — произнес Харон, поворачиваясь к ней. — Тебе придется изменить свое имя, цвет волос, … изменить все. Ты начнешь новую жизнь, в которой не будет Фернесса или … меня.

Было такое чувство, будто кто-то залез в ее грудь, обхватил рукой ее сердце и сжал. Она обрела дом, живя в городке. После всего через что ей пришлось пройти с ее семьей, она наконец-то нашла место, которое не была готова покинуть.

— Но … но Фернесс — мой дом.

— Уоллес уже близко. Он будет преследовать меня снова и снова. И он будет причинять боль тем, кто мне дорог.

— Если он настолько могущественен, как ты говоришь, то он найдет меня, где бы я ни была.

Харон опустил взгляд на пол.

— Нет, если ты отправишься к Маклаудам.

Девушка расстроенно хлопнула руками по дивану.

— Кто эти Маклауды?

— Люди, которые смогут защитить тебя, — ответил Фелан. — Друиды защищают замок магическим щитом, никто не способен его увидеть. Магия в замке чрезвычайно сильна.

Лаура взглянула на Харона, но он, по прежнему, не смотрел ей в глаза. Она не хотела покидать его, потому что знала, если уедет, то больше никогда не увидит этого мужчину. Он вычеркнул бы себя из ее жизни, и из жизни Фернесса.

Тоска сдавила ей грудь.

— Сколько времени я должна буду оставаться у Маклаудов?

— Пока все не закончится, — ответил Харон. — Не знаю, как долго все это продлится. Такое ощущение, что мы сражаемся с этим злом уже целую вечность.

Она посмотрела на Фелана, который внимательно наблюдал за Хароном.

— Ты поедешь к Маклаудам? — спросила она Харона.

Когда он не ответил, она подошла к нему, встав перед ним, пока их взгляды не встретились. Выросшая в Англии, Лаура была кроткой и во всем подчиняющейся своей матери и сестре, в то время как ее отец делал вид, что все в порядке.

Она выполняла все, что они хотели. Пока в один прекрасный день не сбежала. Лаура покинула семью, начав жить своей жизнью. Впервые, став самостоятельной. Но, когда встретила Харона, поняла, чего действительно хочет. Его.

А теперь он хочет отослать ее. Защитить ее, да, но это будет означать, что они никогда больше не встретятся.

— Много лет я боялась взять то, что мне хочется. Так что, я не собираюсь стоять в стороне сейчас, — прошептала она, вставая на цыпочки и целуя его.

Несколько мгновений он просто стоял, его губы были неподвижны. Затем, будто обрушилась плотина — его руки сжали Лауру, когда он, толкнув ее к стене, прижался к ней всем своим телом.

Пальцы Лауры запутались в шелковистых прядях его темных волос. Протиснув свое колено между ее ног, он начал грубо тереться о ее голое бедро.

Он несдержанно целовал ее. Дико и безумно. Его язык касался каждой части ее рта, изучая, исследуя.

Все, что она могла делать, это цепляться за него, в то время как он углублял поцелуй, призывая ее расслабиться. Что она и сделала. Его руки держали ее даже тогда, когда ее ноги подкосились от безумной страсти, окутавшей ее.

Смутно она услышала, как открылась и закрылась стеклянная дверь, понимая, Фелан оставил их наедине.

Она прижималась к Харону, пока его поцелуи проделывали дорожку по ее шее к раскрытой части его рубашки. Ее грудь отяжелела, страстно желая его прикосновений.

— Лаура, — пробормотал он, его теплое дыхание обдувало ее кожу.

Ее имя никогда не звучало красивее, чем сейчас, слетая с его губ. Он произносил его словно молитву, шепотом и благоговейно.

А потом он поцеловал ее снова.

Она дернула рубашку. Прервав поцелуй ровно на столько, чтобы стянуть ее через голову, Харон снова впился в губы девушки.

Лаура провела руками по его груди, изучая каждый дюйм его стальных мышц. Сколько раз она видела его без рубашки, мечтая прикоснуться к нему?

Лаура затаила дыхание, когда его рука коснулась ее обнаженного бедра и медленно, неторопливо начала перемещаться вверх. Он сжал ее попку. Инстинктивно, она покачивала бедрами. Его возбужденный член только усиливал ее собственную страсть.

Рука Харона двигалась по ее бедру, где он на мгновение увлекся, перебирая ленточки ее трусиков, прежде чем продолжил свое путешествие до талии. И остановился чуть ниже груди.

Лаура застонала от жажды, молча призывая его ласкать грудь. Она нуждалась в его прикосновениях, как в глотке воздуха.

Его большой палец задел ее грудь, заставляя соски затвердеть. Лаура обернула ногу вокруг его бедер. Все, что угодно, лишь бы стать к нему как можно ближе. Лишь бы утолить ту растущую необходимость, которая так стремительно охватывала ее.

И вот, наконец, он обхватил ее грудь.

Стон сорвался с губ Лауры, когда Харон провел пальцами по ее соску.

Он прижался своим жестким членом к ней, призывая ее к большему. Лаура вонзила ногти в его плечо, когда он потер ее сосок между пальцами.

Девушка тяжело дышала от желания. Каждая клеточка ее существа сосредоточилась на Хароне и его прикосновениях.

Неожиданно он ухватился за край ее рубашки и разорвал. Стук пуговиц, упавших и скачущих по деревянным половицам, заглушил его тихий стон.

— Боже, ты так прекрасна, — пробормотал мужчина.

Лаура чуть отстранилась от него, когда Харон посмотрел на ее груди. Она всегда думала, что они слишком большие, но видела, что мужчина смотрит на них с наслаждением.

Она забралась пальцем за пояс его джинсов и услышала его резкий вздох, когда ее палец задел головку члена.

В быстрой последовательности она расстегнула пуговицу его джинсов и молнию. То, что он не носил нижнего белья, вызвало у неё улыбку, потому что, так или иначе, она не была удивлена.

Харон усмехнулся, когда, склонившись, поднял ее на руки, прежде чем отнести в свою спальню.

Глава 12

Тело Харона горело. И это все было из-за Лауры. Ее поцелуи, ее прикосновения толкали его к тому, чего он так боялся.

Но теперь… теперь ему было все равно. Она была всем, что он желал. Он хотел прикасаться к ней, изучить ее.

Любить.

И уже не имело значения то, что она узнала часть его тайны. С некоторых пор, Лаура стала частью того хаоса, в котором пребывал и он сам. Было справедливо, что она знала причину всего этого. Но, все же, ничто не смогло бы убедить Харона рассказать ей о том, кем он был.

Ее прекрасные светло-зеленые глаза были полны страсти и желания. Лаура смотрела на него так, будто он был всем для нее. И Харон хотел сохранить это.

Никто и ничто не заставит его сказать Лауре, что он Воитель. Он сделает все, что угодно, лишь бы сохранить эту информацию в тайне.

Мужчина осторожно опустил девушку на кровать, перед тем, как, выпрямившись, снять обувь и стянуть джинсы. Его руки буквально горели от желания снова почувствовать ее шелковистую кожу.

Она была искушением, которому он сопротивлялся, но теперь не понимал зачем. Все те месяцы, потраченные впустую... Он мог бы наслаждаться ее телом и изумительными губами.

Харон поставил одно колено на кровать, его тело изнывало от потребности взять ее. Но он хотел продвигаться медленно, наслаждаясь и даря наслаждение каждую секунду, что они будут вместе.

Хоть он и знал, что Фелон недалеко и охраняет территорию, но, в глубине души, понимал, что им следует остановиться. Тем не менее, сейчас ничто не могло заставить его покинуть Лауру. Не тогда, когда он так жаждал ее.

— Харон, — прошептала Лаура, встав на колени, будто почувствовав его нерешительность. — Забудь обо всем до восхода солнца. Сейчас есть только мы.

Он застонал, когда ее рука, ненадолго остановившись на груди, стала медленно опускаться все ниже и ниже, пока ее длинные тонкие пальчики не сомкнулись вокруг его члена.

Она слегка сжала его, доводя уже бурлящую в нем кровь до кипения. Харон обнял ее одной рукой, а другой обхватил ее грудь.

Она откинула голову назад, кончики ее волос, дразня, легко коснулись его бедра. Харон хотел, чтобы эти прекрасные волосы окутали его, создавая занавес, когда она, склонившись, оседлала бы его.

Его член напрягся лишь от одной мысли об этом.

Харон снова накрыл ее рот. Мужчина не мог насытиться ею и ее тихими стонами, пока дразнил ее сосок. Он хотел большего.

Хотел ее всю.

Лаура провела пальчиками вверх и вниз по всей длине возбужденного члена Харона. Ей нравилось чувствовать его стержень в руках, нравились звуки, которые он издавал, когда она продолжила его гладить.

Но, вырвавшись из ее рук, он перешел в наступление, целуя и обхватывая груди. Его руки были везде. Трогая. Лаская. Изучая.

Затем его рот опустился на ее шею, ниже. Мягкий вскрик вырвался из ее горла, когда его губы сомкнулись, пленяя возбужденный сосок. Он провел языком по соску, отправляя волну желания прямо к центру, все нарастающего, возбуждения.

Лаура задвигала бедрами, стремясь хоть как-то облегчить напряжение. Оно усиливалось с каждой лаской, с каждым поцелуем, с каждым движением его языка.

Она ахнула, когда он накрыл рукой её лоно, слегка надавливая ребром ладони на клитор.

Харон с все возрастающим желанием переместился к другой груди. Почувствовав пальцами влагу между ее ног, он застонал в ответ.

Он скользнул пальцем внутрь, и стон её удовольствия заставил его бога встрепенуться. Медленно мужчина погружал в неё палец, затем выходил, заставляя её стонать от удовольствия.

Это было именно то, что ему нужно, чтобы облегчить поселившуюся в его груди тоску. Каждый звук, который слетел с её губ, возбуждал его еще больше. Он хотел опрокинуть её на спину, раздвинуть ее ноги и погрузиться глубоко в нее.

Каким-то образом ему удавалось сдерживаться, но только потому, что он хотел дать Лауре большее. Он хотел… он больше не знал, чего хотел. Его мысли были полностью поглощены красивой женщиной в его руках, его тело было наполнено желанием, и мужчина не мог думать ни о чем, кроме Лауры.

Соблазнительной, неотразимой, слишком манящей.

Лауры.

Ее рука на его члене сводила его с ума. Если она не остановится, он кончит.

Он наклонился вперед, опрокидывая ее на спину. Мгновение он просто смотрел на нее. Темные пряди ее волос ореолом рассыпались вокруг нее. Взъерошенные, дикие.

Ее губы, припухшие от его поцелуев, всякий раз заставляли его яйца сжиматься. Но ее глаза, эти прекрасные светло-зеленые глаза, манили его попробовать и взять больше.

Харон склонился над ней, поставив руки по обе стороны от ее головы. Он слегка поцеловал ее, прежде чем пройтись вниз по ее телу, останавливаясь лишь для того, чтобы уделить должное внимание ее грудям. Затем он опустился к ее животу, бедрам, и к восхитительному треугольнику черных кудряшек между ее ног.

Он закинул ее ноги себе на плечи, раздвигая ее складки.

Лаура сжала руки в кулаки, когда язык Харона коснулся ее. Она выгнула спину, удовольствие было слишком сильным, чтобы она могла справиться.

Затем он нашел ее клитор, водя языком вокруг крошечного бугорка, пока она не задрожала от экстаза, наполняющего ее. Он крепко держал ее бедра, не позволяя двигаться.

Он облизывал, ласкал, гладил.

Ее тело больше не подчинялось ей. Он руководил ею, и она ничего не могла поделать, кроме как следовать за ним, давая ему все, чего он так хотел.

Желание нарастало, пока ей не стало казаться, что она взорвется. Она была на грани оргазма, так близко, что, казалось, он в пределах досягаемости. Лаура жаждала разрядки, но чем больше она подвигалась к ней, тем выше толкал ее Харон.

Харон открыл глаза, чтобы увидеть, что Лаура мотает головой из стороны в сторону, ее тело было натянуто, как струна. Он знал, что может дать ей освобождение лишь одним касанием языка, но не сейчас.

Он запечатлел еще один заключительный поцелуй на внутренней стороне ее бедра, прежде чем поднялся и обхватил ее грудь. Он сжал ее соски, заставляя ее закричать от пронзившего ее удовольствия.

Его внимание сосредоточилось на ее груди, давая ей небольшую передышку. Он приподнялся над ней, его взгляд скользил по телу, распростертому под ним, открытому и привлекательному. Ее бедра двигались, ища его.

Его член напрягся в ответ, Харон больше не мог сдерживаться. В одно мгновение он направил свое возбуждение к ее лону и погрузился.

Харон одним плавным толчком вошел на всю длину своего члена. Она была уже, чем он предполагал, и так невероятно горяча. Он вошел снова, сдерживая свою кульминацию, но у Лауры были другие планы.

Она начала двигаться под ним, ее руки на его талии, призывали присоединиться. Он встретился с ней взглядом и не смог отказать. Расположив руки по обеим сторонам от ее головы, он переместил бедра.

Лаура не могла отвести взгляд от темных глаз Харона. Он открылся для нее, позволяя на мгновение увидеть его душу, и в этот момент она поняла, что он был тем человеком, которого она так долго искала, и теперь она не сможет покинуть его.

Никогда.

Она обхватила его ногами, скрестив лодыжки на его ягодицах, увеличивая темп. Ее уже возбужденное до грани тело начало дрожать от новой волны удовольствия.

Она встречала каждый его толчок с все возрастающим пылом. Тело к телу, сердце к сердцу, в их крови клокотало желание.

Тоска заполнила её, она встретила человека, который значил для неё намного больше, чем она могла признаться даже самой себе. Мир перестал существовать. Были только их тела, сплетающиеся в древнем, как мир, танце.

Каждый раз, когда Харон входил в нее, это ощущалось глубже, сильнее, быстрее. Ее кожа горела под его руками, усиливая тот огненный шар удовольствия, все сильнее разгорающийся внутри нее.

Оргазм накрыл ее, обрушиваясь мощной волной. Она была погружена в бездну удовольствия, настолько интенсивного, что потерялась в нем.

Когда она подумала, что уже не сможет это вынести, Харон продолжил двигаться, продлевая её блаженство, пока она не выкрикнула его имя, достигая второй кульминации, прежде чем закончилась первая.

Лаура обняла его, отказываясь отпустить, опасаясь, что он исчезнет. Мышцы под ее руками двигались, когда он продолжил толкаться в нее.

Он погружался в неё беспощадно, пока не погрузился так глубоко, как только возможно и, зарычав, кончил.

Она не знала, как долго они лежали так, прежде чем почувствовала, как он выходит из нее, устраиваясь рядом. Девушка не хотела думать о будущем, но реальность неумолимо обрушилась на них. Сколько бы времени не было у них в запасе, она всегда будет помнить каждую секунду, которую они провели вместе.

Она улыбнулась, когда руки Харона сжались вокруг нее. Это заставляло чувствовать себя особенной, то, что ей не удавалось испытать никогда до этого. Но, опять же, просто находясь рядом с Хароном, она чувствовала, будто принадлежит ему.

Она знала, что он не спал, его пальцы, играючи, ласкали ее кожу, как если бы он не мог остановиться прикасаться к ней. Лаура сжала его руки, заметив, что в комнате замерцали нежные оттенки грядущего рассвета.

— Для тебя это больше, чем просто история, не так ли? — прошептала она. Лаура не хотела портить момент, но она должна была знать.

Пальцы Харона замерли в напряжении, прежде чем он ответил:

— Да.

— Эта часть, которую ты не хочешь говорить мне. Почему?

— Из-за того, что ты можешь подумать обо мне.

Его честность вызвала слезы у неё на глазах.

— Я знаю, что уже о тебе думаю. И это не изменится.

— Я не хотел бы проверять твою теорию.

Она вздохнула, когда он поцеловал ее шею.

— Наше время подходит к концу?

— К сожалению.

— Этого недостаточно.

— Я боюсь, что мне даже вечности будет мало, чтобы исследовать твое тело.

Лаура, посмотрев на него, села. Его слова придали ей смелости, для выяснения их дальнейших действий.

— Я поеду к Маклаудам, но при условии, что увижу тебя там. Обещай мне, что ты там будешь.

Его злая усмешка вызвала у неё озноб.

— Я буду в замке, как только закончу с Джейсоном Уоллесом.

— Нет, — сказала она, нахмурившись. — Я не хочу, чтобы ты сражался с ним в одиночку. Он не один. С ним люди. Я пойду к Маклаудам, а Фелан пусть останется с тобой.

— Лаура..., — начал он.

Она покачала головой, отказываясь сдаваться.

— Только так я пойду к Маклаудам.

Он громко вздохнул, приподнимаясь на локте. Взглянув на нее, он кивнул.

— Хорошо. Одевайся. Мы заберем самое необходимое из твоей квартиры, а потом я свяжусь с Фэллоном.

Она обрадовалась его согласию. Вскочив с кровати, она поспешила в ванную, где, сбросив свою одежду, приняла душ. Лаура бросила последний взгляд через плечо, чтобы увидеть, одевающегося Харона.

Надев лифчик и трусики, она собиралась взять еще одну рубашку из шкафа Харона, когда увидела Фелана, стоящего в дверях.

— Мы должны уходить. Сейчас! — крикнул Фелан, бросив ей сумку.

Харон, не колеблясь ни минуты, нашел свои ботинки и быстро обулся.

Лаура открыла сумку, найдя в ней джинсы, походные ботинки и рубашку из ее квартиры. Она оделась в рекордно короткие сроки, ее сердце бешено колотилось в груди.

— Ты звонил Фэллону? — спросил Харон Фелана, хватая девушку за руку и выводя из комнаты.

Она боролась со страхом, стараясь сохранить равновесие.

— Что происходит?

Фелан потряс головой.

— Проклятые мобильники не работают. Я попробовал телефоны в пабе и офисе, но линии перерезаны. Я хотел бы, чтобы ты и Лаура были уже в дороге, когда я буду искать другой телефон.

Лаура столкнулась с Хароном, когда он резко остановился. Лицо Харона пылало яростью. Она никогда не видела, чтобы он был так зол, и ей стало жаль тех, кто осмелится бросить вызов такому мужчине.

— Мы не пойдем по дороге, — проговорил Харон безжизненным голосом.

— Что? — спросили Лаура и Фелан в унисон.

Харон взглянул на открытые стеклянные двери, а потом на Лауру.

— Мы пойдем в лес. Никто не знает его так, как я. Там есть место, где можно спрятаться, пока не прибудут остальные.

— Харон, — произнес Фелан с неопределенностью в голосе.

— Если мы пойдем по дороге, уверен, что Уоллес будет ждать нас там, — сказал Харон. — Он ожидает, что я заберу Лауру к Маклаудам.

Она наблюдала, как двое мужчин смотрят друг на друга несколько долгих напряженных минут.

— Черт, — выругался Фелан, отворачиваясь. Через некоторое время он вновь посмотрел на них. Его лицо оставалось мрачным. — Я приведу остальных так быстро, как только смогу. Просто убедитесь, что Уоллес не найдет вас.

— Он не найдет, — пообещал Харон.

Лаура заметила, что Харон смотрит на нее. Она попыталась улыбнуться, но растущий страх не позволил ей.

— Ты доверяешь мне? — спросил он

— Безоговорочно.

Кивнув Фелану, Харон снова потащил ее за собой. Они побежали на 2 этаж, а затем, из здания, направляясь вниз по лестнице.

Прежде чем они достигли леса, Лаура обернулась, но Фелана уже не было. Зловещее предчувствие готовило ее к тому, что впереди их ждет что-то плохое.

Глава 13

Харон держал медленный темп. Он знал, что было бы куда проще подхватить Лауру на руки и, используя сверхскорость, добраться до безопасного места. Но возникли бы вопросы, на которые он не хотел отвечать.

Но стоила ли ее жизнь этих вопросов?

— Проклятье, — пробормотал он, останавливаясь.

Лаура уже задыхалась от бега по неровной пересеченной местности, а они еще даже не пробежали и мили.

— Что? — спросила она, уперевшись руками в колени.

Харон оглянулся, изучая путь, которым они пришли. Он уже ощущал присутствие агрессивной магии Драу. У него скрутило желудок.

Территория леса была огромной, но достаточной ли для того, чтобы скрыться от Джейсона Уоллеса? Харон взглянул на Лауру. Она была невинной мишенью и все из-за близости с ним.

Каким дураком он был, потратив те драгоценные несколько часов, в течении которых они занимались любовью, вместо того, чтобы отправить ее в Замок Маклауд. Это потерянное время может стоить ей жизни.

— Он хочет добраться до меня, — сказал Харон. — Если ты продолжишь путь в одиночку, а я их отвлеку, то у тебя будет шанс.

Она медленно выпрямилась, ее лоб прорезали морщины.

— Ты бросаешь меня?

— Чтобы спасти твою жизнь.

Ему не понравилось обвинение в ее голосе, но, возможно, это потому, что он не хотел оставлять ее. Он хотел остаться с ней, чувствовать ее рядом.

— Я буду в безопасности рядом с тобой.

Харон запустил руку в волосы, расстроившись еще больше.

— Я бессилен против Друида, Лаура. Как только он найдет меня, все будет кончено. Если ты в этот момент будешь рядом, то окажешься под ударом.

— У нас есть преимущество.

Харон не был уверен в том, как быстро Фелану удастся вызвать Маклаудов. Успеют ли они спасти Лауру? Но он был уверен, что им не хватит времени, чтобы спасти его.

После стольких веков игры со смертью, она, наконец, настигла его. Он умрет, но не Лаура. Только не она. Он позаботится об этом.

— Я сражался с Джейсоном и его Друидами раньше. Я знаю, чего ожидать от них. Ты сказала, что доверяешь мне. Прошу тебя, доверься мне сейчас.

Сглотнув, она положила руки на бедра.

— Что я должна сделать?

Он схватил ее за плечи, заставляя смотреть ему в глаза.

— До коттеджа еще три мили (ок. 4,8 км — прим.пер.). Двигайся на юго-восток, не отклоняйся от курса. И ты найдешь его.

— А если не найду?

— Найдешь, — успокаивая, сказал он. — Я уведу их в противоположном направлении. Жди Фелана в коттедже. Если он не появится, то тогда уходи с Йеном Керром.

— А что насчет Маклаудов, о которых ты говорил?

— Йен будет с ними. Он и его девушка, Дани.

— Харон..., — начала она.

Крепко и страстно ее поцеловав, мужчина развернул девушку в нужном направлении. Через мгновение он слегка подтолкнул ее.

— А теперь, поспеши!

Она споткнулась, делая первый шаг, а затем пустилась в быстрый бег. Харон проводил ее взглядом, прежде чем направиться в противоположную сторону. Он быстро уничтожил все следы их пребывания в этом месте, а затем, убедившись, что все чисто, принялся намеренно следить, чтобы враги последовали за ним.

***

Фелан ничего так страстно не желал, как подойти сзади к Джейсону Уоллесу, когда тот вышел из своего БМВ, и свернуть его хлипкую холеную шею. Но все те Драу, окружившие Уоллеса, делали это задачу проблематичной.

Фелан зарычал, его бог мгновенно ответил на его призыв. Взглянув на свои руки, Воитель увидел, как его кожа мгновенно становится золотистого цвета. Он клацнул своими длинными когтями, желая погрузить их в плоть Драу.

Как же он презирал их. Это были всегда Драу. Те, кто продолжали считать, что могут захватить весь мир. Поглощенные идеей о том, что превосходят всех и во всем.

Фелан оставался в тени, его взгляд был прикован к Уоллесу. Этот мужчина был мерзавцем, и, вскоре, он последует в ад вслед за Декланом и Дейдре.

Хотя Фелан и чувствовал некоторое беспокойство по этому поводу. Джейсон оказался умнее, чем были Деклан или Дейдре. Вот в чем вопрос, был ли он умнее Воителей?

Фелан дождался, пока Джейсон и несколько Драу войдут в паб Харона, затем взглянул на соседнюю крышу, увидев одного из людей Харона, который смотрел на него, ожидая сигнала.

Воитель кивнул, и мужчина прекратил наблюдение. Благодаря тщательному планированию Харона, город знал, что делать в непредвиденной ситуации. Фелан просто надеялся, что все пройдет по его плану.

Он бы с удовольствием подождал и посмотрел, куда направились другие Драу во главе с Джейсоном, когда они разделились в деревне, но Фелан продолжил пристально наблюдать за огромным мощным Воителем, рядом с Уоллесом.

Было слишком мало времени, чтобы тратить его, поэтому Фелан, прокравшись, вошел в пекарню через заднюю дверь. Пожилая женщина подняла голову, на миг отвлекаясь от перемешивания теста, и коротким быстрым движением кивнула ему, прежде чем вернуться к своей выпечке.

Фелан потянулся к телефону на стене и быстро набрал Фэллона Маклауда. К счастью, тот снял трубку уже на втором гудке.

— У нас проблема, — сказал Фелан, продолжая смотреть через маленькое окошко в кухонной двери, ведущей в главный магазин.

— Фелан?

— Да. Уоллес в Фернессе. Он организовал похищение одного из сотрудников Харона, женщины. Похищение сорвалось, и Уоллес нарисовался собственной персоной. Они собирались использовать Лауру, чтобы добраться до Харона.

Пробормотав проклятье, Фэллон спросил:

— Где Харон и его женщина сейчас?

— Уоллесу каким-то образом удалось вырубить всю мобильную связь. Харон увел Лауру в лес, чтобы скрыть ее до вашего появления.

Послышался приглушенный звук, как будто кто-то накрыл телефон, и тогда Фелан услышал, как Фэллон крикнул Куинна и Лукана.

— Я никогда не был в Фернессе, поэтому не могу “прыгнуть” туда, — произнес Фэллон, возвращаясь к разговору. — Но Йен был в деревне. Где ты?

— В пекарне. Но имейте в виду, Уоллес и Драу по всему городу.

Через телефон Фелан слышать разговор, узнавая голос Йена. Затем, Йен забрал телефон у Фэллона.

— Фелан, ты сможешь подняться на крышу отеля?

— Да, — ответил Фелан.

— Отлично. Встретимся там. Сейчас.

Фелан повесил трубку, поспешив выйти из пекарни. Отель располагался на другой стороне улицы, на четыре здания ниже. Он был на полпути, когда заметил мелькнувшего на вершине крыши Йена, прежде чем он исчез.

В следующее мгновение, его окружили девять человек.

— Блять, — выругался Фелан, когда, споткнувшись, столкнулся с Йеном.

Фелан посмотрел на Воителей — Фэллон и Лукан Маклауды, Хейден, Йен, Рамзи, Логан и Ларена — единственная женщина Воитель, жена Фэллона.

После Фелан заметил и пришедших Друидов — Гвинн и Айла, жены Хейдена и Логана.

Фелан едва взглянул на Айлу. Он так и не простил ее за то, что, следуя приказу Дейдре, она обманным путем уговорила его пойти за ней, когда он был еще совсем маленьким мальчиком. Он был заперт в горе Керн Тул, пока не достиг зрелости и тогда, Дейдре освободила его бога.

— У нас мало времени, — произнес Фелан.

Йен огляделся вокруг.

— Где именно в лесу Харон и девушка?

— В его хижине. Она глубоко в лесу и ее очень трудно найти.

— Ты бывал там? — спросил Рамзи.

Фелан стиснул зубы.

— Нет. Это единственное место, куда направлялся Харон, когда хотел уединиться. Я никогда даже не пытался отыскать его.

— Проклятье, — пробормотал Лукан.

Айла глубоко вздохнула.

— Мы не можем сидеть без дела. Нужно отправиться в лес и попытаться отыскать коттедж.

— Нам нужен Брок, — произнес Фэллон и исчез.

Сейчас Фелан, как никогда, был рад тому, что у Фэллона имелась способность к телепортации. Брок мог найти кого угодно и где угодно, что сильно бы облегчило им задачу в поисках хижины.

За считанные секунды, Фэллон вернулся вместе с Броком.

Фелан взглянул на аллею, располагавшуюся вниз по улице.

— Я могу сделать так, что никто не увидит нас.

Все выстроились позади него, когда Фелан указал на паб.

— Самый быстрый путь в лес позади паба.

— Я нашел его, — прошептал Брок, стоя с закрытыми глазами. — Харон один.

Хейден нахмурился, посмотрев на Фелана.

— Мне послышалось, или ты говорил, что с ним женщина.

Фелан чуть было не закатил глаза.

— Вероятно, Харон отправил ее в хижину, уводя Джейсона в противоположном направлении.

— Да, — сказал Брок. — Джейсон и шесть его Драу в лесу. Но...

— Но что? — прорычал Фелан, раздраженный молчанием Брока.

Черные глаза Брока распахнулись, и он уставился на него.

— Уоллес не следует за Хароном. Он преследует совсем другую цель.

— Лауру, — прошептал Фелан.

Йен положил руку на плечо Фелана.

— Позволь нам добраться до леса незамеченными.

Фелан был счастлив использовать силу своего бога. Это был трюк, который спасал его большее число раз, чем он мог себе признаться.

Способность изменить чье-то восприятие реальности для него было достаточно легко, особенно, когда ему нужно было всего лишь скрыть тот факт, что он и другие, переходят улицу.

Он кивнул, давая понять всем, что пришло время двигаться. Они все пересекли улицу без всяких неприятностей, Фелан шел впереди процессии, пристроившись прямо за Драу.

Как раз в то самое мгновение, когда он собирался убрать Драу, Рамзи перехватил его взгляд, останавливая Фелана. Фелан знал, что они не могут рисковать и позволить себя обнаружить, но чем меньше будет Драу в этом мире, тем лучше.

Как только они оказались в безопасности леса, Фелан снял иллюзию невидимости. Теперь пришло время найти Харона и Лауру. Он надеялся, что и Джейсон Уоллес найдет свою смерть в этом лесу.

***

Харон почувствовал тот момент, когда Джейсон решил направиться за Лаурой, а не за ним. Страх, словно змея, пополз по позвоночнику Воителя, когда он мчался через лес, используя сверхскорость, двигаясь в сторону Лауры.

Ноги несли его быстрее, чем когда-либо прежде, в то время как вопрос о том, почему Уоллес разыскивает Лауру, загнанной птицей бился в его голове.

Харон прыгнул вниз со скалы, приземляясь на согнутые ноги, прежде чем одним прыжком перемахнуть через широкий ручей. Он был уже близко от хижины, и ощущение магии Драу было настолько насыщенным, что он, на мгновение, замер.

Когда хижина появилась в его поле зрения, он с облегчением выдохнул, так как Джейсона там ещё не было. Пока.

Харон влетел в хижину через дверь и увидел резко развернувшуюся при его появлении, Лауру. Девушка бросилась в его объятия, и он крепко прижал ее к себе, на мгновение, зажмурил глаза от ощущения ее прильнувшего тела.

— Не ожидала, что ты доберешься сюда там быстро, — сказала она, высвобождаясь.

Харон закрыл и запер мощную дверь на засов, прекрасно понимая, что это не сдержит Джейсона. Затем он медленно повернулся к Лауре.

— Это не сработало. Мой план. Джейсон преследует тебя, а не меня.

— Меня? — спросила она, в замешательстве. — Почему?

— Подозреваю, что таким образом он хочет заставить меня страдать. Что может быть лучше, чем сделать это, через того кто дорог мне.

Девушка прислонилась к стене, растерявшись от его высказывания.

— Что же нам теперь делать?

— Ждать и надеяться, что Фелану удалось связаться с Маклаудами.

— А если нет?

— Фелан не оставит нас.

Она громко вздохнула.

— Как много, по-твоему, это займет времени?

Харон открыл рот, чтобы ответить, когда почувствовал приближение магии Драу. Времени не было. Что означало, у него был только один вариант. Но он готов на все ради ее безопасности.

Он подошел к Лауре и притянул к себе, накрыв ее рот чувственным поцелуем, передавая свое желание, свою тоску по ней.

— Прости меня, — произнес он. — Прости, что ждал так долго, чтобы поцеловать тебя. Мне жаль, что ты попала в эту переделку. Но больше всего я сожалею о том, что тебе придется увидеть сейчас.

Он развернулся, направляясь к двери. Он уже положил руку на ручку, когда она позвала его по имени.

— Что ты делаешь? — прошептала она.

Харон посмотрел на нее через плечо и выдавил улыбку.

— Я спасу тебя. Как только я выйду, они отвлекутся. Выйдешь через потайную дверь под твоими ногами. Беги. Не останавливайся, Лаура, и не оборачивайся. Фелан и другие найдут тебя.

— Харон подожди.

— Соберись, — предупредил он. — Как только я выйду, будь готова бежать.

Подождав пока она уйдет с ковра, он нащупал ручку скрытой в полу двери. Харон обустроил хижину на склоне горы, продумав все на случай любой непредвиденной ситуации.

Теперь ему оставалось только отвлечь внимание Джейсона на себя и молиться, чтобы Фелан нашел Лауру.

Последний раз взглянув на Лауру, Харон открыл дверь.

Глава 14

Лаура замерла, взявшись за ручку потайной двери. Она так и не смогла открыть ее, потому что взгляд ее был прикован к тому месту, где еще недавно стоял Харон.

Взгляд, которым он одарил ее, прежде чем выйти из хижины, был таким холодным и пустым. В его темных глазах столько печали и обреченности, страдания, которые разрывали ее сердце.

Мужчина, с которым она мечтала быть в течение нескольких лет, наконец, был ее на несколько великолепных часов. Харон не сказал ей, как был вовлечен в мир магии, но она знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что он был обеспокоен.

Это само по себе вводило ее в ступор. Харон никогда не выказывал страха за кого-либо или что-либо. Кто бы ни был этот Джейсон Уоллес, Харон его опасался. Лаура знала, что должна была убежать, но не могла заставить себя оставить Харона.

Выпустив ручку двери, она выпрямилась. В хижине было много окон, сквозь которые можно было любоваться изумительно красивым лесом, что дало ей представление о происходящем перед домом.

Люди, от которых он бежал, были Друидами? Те, кто последовал за ней, не обращая внимания на него?

Дьявольскими Друидами.

Лаура сжала руки в кулаки, опуская их вдоль тела, она с усилием сдерживала дрожь. Магия не может быть реальной. Люди не могут использовать магию, но когда она взглянула на тех людей, которые явились за ними, у нее не осталось никаких сомнений в том, что они безусловное зло.

Она хотела помочь Харону. Он был один против многих. Но что она могла сделать? Те немногие уроки самообороны, которые она брала, не помогли ей одолеть даже Бена. У них не было шансов спастись вдвоем. Либо она, либо Харон.

Оглядев хижину, она не обнаружила никакого оружия. Девушка никогда не стреляла из пистолета, но для Харона готова была сделать и это. Если бы в хижине был хотя бы один.

— Проклятье, — выкрикнула в сердцах, желая, чтобы он смог услышать ее ругань.

Её внимание привлек мужчина со светлыми волосами и пятью ужасающими ранами на лице. Он вышел вперед, отделяясь от группы. Держал руки в карманах своих брюк, на его хищном лице застыла хитрая ухмылка, а холодные глаза с отвращением смотрели на Харона сверху вниз.

— Ты сорвал мои планы, приятель, — произнес мужчина.

Харон пожал плечами.

— Ты сам видишь, как сильно я переживаю из-за этого, Уоллес. Я считаю, что шрамы на лице, несколько приукрасили твою внешность.

Так это и есть тот самый Джейсон Уоллес. Боже, как в этот миг Лаура хотела видеть лицо Харона. Его голос был наполнен сарказмом. И гневом. То, что он замер, говорило ей о ярости, которую он едва сдерживал.

На лице Джейсона заходили желваки, когда он впился взглядом в Харона.

— Ты же знаешь, что у тебя нет никаких шансов против нас.

— Хочешь проверить? — ответил Харон, демонстративно потягиваясь.

Лаура наблюдала, как рубашка натянулась на его крепких мышцах. В лучах солнца, пробивающихся сквозь ветви деревьев, все выглядело так, будто он предлагал себя некоему древнему богу.

Все мысли вылетели из головы, пока она, изумленно замерев, наблюдала, как загорелая кожа Харона изменялась в красивую медь, прямо у нее на глазах. Лаура в тревоге отступила назад, когда длинные сверкающие медные когти, удлиняясь, появились прямо из его пальцев.

Но этот глубокий резонирующий рык, который он испустил, заставил ее сердце пропустить удар.

Это было тем, что он не хотел ей показывать. Это было то, о чем шептались жители в течение месяцев. Это был его секрет, с которым он не хотел делиться.

Лаура поспешно сделала несколько шагов назад, прекрасно понимая, что ей надо бежать, но она не могла. То, чем Харон стал, пугало ее больше чем она могла выразить словами, но он никогда не причинял ей вред.

Он защищал ее, присматривал за ней. Занимался с ней любовью.

— О Боже, — пробормотала она, ее желудок в неверии сжался в тугой узел.

Друиды и то чем или кем стал Харон. Фелан сказал, что он и Харон были воинами. Может, это было именно то, что он подразумевал под этим словом?

Ее размышления оторвали ее от наблюдения за Хароном, а между тем на поляне возрастало напряжение. Оно сгущалось, расширялось, вскоре, по ее коже забегали мурашки.

Лаура ахнула, прикрыв рот рукой, когда Харон повернул голову, и она увидела большие, толстые темно-медные рога, выросшие у него на висках, извиваясь, они устремлялись вверх.

Это было ужасающе прекрасным зрелищем. Те самые мышцы, которые она ласкала всего несколько часов назад, стали жесткими, напрягаясь, когда он сжимал и разжимал свои когти, будто не мог дождаться, чтобы погрузить их в плоть Джейсона.

И тогда разверзся ад.

Джейсон лишь поднял руку, и Харон был отброшен назад. Врезавшись, он разнес стены хижины, словно те были картонными.

Лаура нырнула в сторону, закрыла голову руками, когда обломки обрушились на нее. Она ожидала, что обнаружит Харона мертвым, но он вскочил на ноги, словно ничего и не произошло.

Его рубашка была разорвана в клочья, и девушка могла видеть глубокие порезы, полученные, когда он пролетел через разбитое окно и древесину. Но эти раны уже начали затягиваться.

Лаура была рада, что не стояла, потому что была уверена, что ноги подведут ее.

— У вас нет шансов против моей магии, Харон, — сказал Джейсон со смехом в голосе. — Сколько раз я должен доказывать вам это?

— Пока я не умру.

Лаура зажмурилась, стараясь сдержать слезы, услышав ответ Харона.

— Ты пришел за мной, — продолжил он. — Давай разберемся с этим.

Джейсон рассмеялся, а другие присоединились к нему.

— Хм, но это будет не так забавно, если у меня не будет того, что может заставить тебя страдать. Именно для этого мне и была нужна девчонка.

Харон оскалился, и Лаура была уверена, что заметила клыки.

— Удачи тебе в ее поисках. Она вне твоей досягаемости.

Лаура хотела встать и увидеть лицо Джейсона, потому что, судя по тишине, последовавшей за словами Харона, он был в ярости.

— Я найду ее, — угрожающе произнес Джейсон. — Найду и подвергну пыткам. Она, возможно, и не Друид, но точно так же будет истекать кровью.

Девушка дернулась, когда Харон взревел, откинув голову назад. Яростный и громкий рык отдавался звоном в ушах. Она знала, что должна сидеть тихо, но хотела позвать его, как вдруг, ноги Харона слегка согнулись, а его взгляд сфокусировался на чем-то, вероятно, на Джейсоне.

В одно мгновение он стоял на месте, а в другое — исчез. Она вскочила, заметив, что используя смертоносные когти, он разорвал человека пополам.

Лаура едва заметила, как мужчина со светло-зеленой кожей набросился на Харона. У вновь появившегося мужчины были те же когти и клыки, но не было рогов. Он и Харон, казалось, были равны по силе и скорости, судя по тому, как жестко они набросились друг на друга.

Остальные, кого Лаура определила как Друидов, начали смеяться и глумиться над их схваткой. Она отступила на шаг к единственному уцелевшему окну, когда рука Харона вдруг замерла на полпути, остановленная неизвестной силой.

— Магия, — прошептала Лаура.

Харона удерживало на месте, его рев заглушил все остальное. И тогда его противник погрузил обе руки с острым набором когтей ему в живот.

— Нет! — закричала Лаура.

Ее крик затерялся в возгласах и звуках одобрения других. Лаура осмотрела каждого из Друидов, увидев стоящую в стороне женщину с черными волосами. Она не одобряла это зрелище, но в тоже время и не останавливала его.

Возможно, если бы Лауре удалось добраться до нее, она могла бы помочь ей. Эта мысль быстро покинула ее, когда девушка увидела, как противник Харона, вытащив свои когти из его тела, начал вновь и вновь полосовать его грудь.

Кровь хлынула из груди, орошая землю. Лаура зажала рот рукой, с возрастающим ужасом понимая, что сейчас наблюдает смерть Харона. Она ненавидела чувствовать себя столь беспомощной, столь … бесполезной.

Она начала дрожать — не от страха, от ярости. Все ее эмоции обострялись, усиливались … разрастались. Она наполнялась этими чувствами, приветствуя их, когда Джейсон встал перед Хароном.

Дыхание девушки стало прерывистым, в голове бился пульс. Она ощущала, будто что-то двигалось внутри нее, пытаясь вырваться из ее рук. С огромным усилием она удержалась от того, чтобы начать царапать кожу. Лаура посмотрела вниз на свои руки, не понимая, что происходит.

Рев боли Харона отозвался эхом у нее в голове. Когда она перевела взгляд на поляну, то заметила, как Джейсон удерживал свою руку над Хароном, а кровь Драу капала прямо в его раны.

— Нет, — прошептала она, наблюдая за происходящим.

Ее тело начало вибрировать от того, что было внутри нее. Она не хотела сопротивляться этому. Она хотела выпустить это, наказывая Джейсона и других. Необходимость в этом была слишком сильной, слишком мощной, чтобы игнорировать.

— Нет, — произнесла она громче, увидев, как Харон стиснул зубы от боли.

Что бы это ни было, оно текло внутри нее легко и яростно, наполняя каждую частичку ее тела, пока она не почувствовала, что пылает. Она бы поклялась, что услышала низкое биение барабана… и пение, это было где-то вдали.

Но ничего из этого сейчас не имело значения. Кроме освобождения Харона. Мужчина корчился в агонии, его лицо исказила гримаса боли. Это стало последней каплей.

— Нет! — закричала она, вскидывая свои руки.

Лучи яркого света вырвались из ее рук, ослепляя. Чистое удовольствие пронеслось через тело, даря поразительные ощущения. Освобождение того, что сдерживалось внутри так долго, было невероятным, удивительным. Великолепным.

Когда она, моргнув, открыла свои глаза, то обнаружила хижину полностью разрушенной, а все, что от нее осталось, было разбросано по всей поляне. Неподвижно.

Лаура посмотрела вниз на свои руки, почувствовав, что та же пульсация охватывает ее вновь, но в несколько раз сильнее. Она опустила руки, направляясь в сторону Харона, когда услышала стон Джейсона.

Харон лежал на спине. Медной кожи, рожек и когтей больше не было. Он был тем мужчиной, которого она всегда знала, но его грудь была неподвижной.

Казалось невероятным, что мужчина, который всегда был рядом с ней … мертв. Колени Лауры подогнулись, слезы застилали глаза. Он столкнулся с Уоллесом, чтобы дать ей возможность уйти.

Он планировал удерживать Джейсона, тем самым принеся себя в жертву. Ради нее.

Лаура не поняла, что произошло, но точно знала, что именно она разрушила хижину и убила Харона.

Слезы не прекращали катиться по ее щекам, а гнев, что подстегнул в ней то странное чувство, исчез. Сейчас она была лишь испуганной маленькой девочкой, потратившей свою жизнь, скрываясь от мира. Она протянула руку, чтобы дотронуться до Харона, как вдруг заметила, что рука Джейсона пошевелилась.

Лаура развернулась и побежала. Она должна оказаться настолько далеко от хижины, как только это возможно. Харона больше нет, но Джейсон все еще жив. И он обещал, что заставит ее страдать.

Лаура могла только надеяться, что Фелан найдет ее, как и сказал Харон.

Она бросилась в лес, не заботясь о том, сколько шума производит, увеличивая расстояние между ней и Друидами.

***

Джейсон, приподнявшись, коснулся ноющего лба. Когда он глянул на свои пальцы, то обнаружил на них кровь.

— Блять, как же я устал истекать кровью, — провозгласил он, поднимаясь на ноги.

Он огляделся вокруг, не веря своим глазам. Все выглядело так, будто в хижине взорвалась бомба. От нее ничего не осталось.

— Джейсон, — позвала Минди, сидя на земле и протягивая к нему руки.

Он помог подняться ей, мельком взглянув на Харона. По крайней мере, один Воитель был мертв.

— Что произошло, черт возьми? — потребовал ответа Джейсон.

Дейл сбросил с себя доски, его кожа вновь стала нормальной.

— Маи. С Хароном был Друид.

— Девчонка? Лаура? — фыркнула Минди.

Дейл пожал плечами.

— Я не знаю.

— Найдите эту Маи, — приказал Джейсон. — Кем бы она ни была, она скрывается в лесу. Приведите ее ко мне.

Дейл колебался, и Джейсон поднял руку, чтобы наказать, послав волну магии в него, но ничего не произошло. Джейсон опустил руку, притворившись, будто передумал.

У него, внезапно, пропала магия, но другим об этом знать не следует.

— Чего ты ждешь, Дейл? — потребовала Минди.

Дейл встретил взгляд Джейсона.

— Я больше не чувствую магию Маи.

Джейсону не понравилось услышанное. Могла ли магия этого Друида блокировать, магию других Друидов и силу Воителей?

От этой идеи его пошатнуло, но он должен принять это во внимание. Если у Маи имелись заклинания, способные блокировать другую магию на время?

Джейсон собрался было развернуться, когда увидел, что Дейл отбросил доски от хижины, освобождая Эйсли из-под них. Он подозревал, что у Дейла есть некоторые чувства к ней, и это только подтвердило его догадку.

Дейл помог девушке подняться, но Джейсон понял, что не все его Друиды остались в живых.

— Проверьте, кто жив, а кто мертв, — приказал он.

Несколько минут спустя, количество погибших достигло четырех.

— Найдите Маи, — скомандовал он. — Немедленно!

Выжившие Друиды вместе с Дейлом поспешили обыскивать лес.

Джейсон протянул руку Минди.

— А мы пойдем на охоту?

— Да, я очень хочу заполучить новую игрушку, — усмехнулась она.

Глава 15

Эйден потер глаза, борясь со сном. Ужин, который они планировали с Бритт не состоялся, она вновь погрузилась в работу.

Девушка не сказала, что ее так взволновало, ответила лишь, что один из тестов с кровью приблизил ее к разгадке.

Таким образом, вместо ужина и короткого разговора у них была еда на вынос и радио. Эйден никогда так надолго не покидал замок Маклаудов.

Хотя он ожидал, что почувствует себя свободным, после столь значительного времени, проведенного за пределами замка, но понял, что скучает. По всем. Не только по родителям и остальным, но и по замку с его магией.

Он скучал по ужинам, когда обеденный зал наполнялся гулом одновременно говоривших голосов, когда по залу проносился звонкий смех, и, даже, по случавшимся за столом спорам.

Он скучал по вечерам кино и шутливым боям, которые устраивались за право выбора фильма.

Он скучал по волнам, налетающим и разбивающимся о скалы, по ветру, который сбивал его с ног, когда Эйден бродил в верхней части башни, по купанию, когда его подхватывали и несли быстро движущиеся морские течения.

Его родители ждали то время, когда зло уйдет навсегда, и можно будет убрать щит, который столько веков защищал и скрывал замок. Эйден давно понял, что их слова были лишь мечтой, которой не суждено сбыться.

Зло будет всегда, может быть не в лице Дейдре, Деклана, а теперь и Джейсона, но оно никогда не уйдет.

А щит никогда не будет снят с замка Маклаудов. Слишком долго его не существовало в этом мире. Он не может внезапно появиться.

Не говоря о том, что щит Айлы делал Друидов бессмертными. Эйден не мог представить, как его отец отреагирует на смерть матери. Любовь, связывающая Куинна и Маркейл, объединила их души.

— Дерьмо, — воскликнула Бритт, отбросив карандаш.

Эйден вздрогнул от ее вспышки.

— Что случилось?

— Что случилось? — повторила она раздраженно. — Я не могу найти то, что делает ее другой.

Он посмотрел на стекло под объективом микроскопа.

— Какую из проб крови ты смотришь?

Она громко вздохнула и откинулась на спинку стула, разминая шею.

— Проба “Б”. Все, что я добавила в нормальную кровь, чтобы приблизить ее состав к той, которую ты принес, не работает. Ничего. Я думала, что нашла зацепку, но ошиблась.

— Это то, над чем ты сейчас работаешь?

— Нет, — сказала она, покачав головой из стороны в сторону. — Я думала, что нашла тот компонент, который изменяет кровь, делая ее другой. Я пыталась его извлечь.

— И не смогла это сделать? — предположил он.

Она пронзила его взглядом.

— Конечно, я сделала это. Просто оно не сработало.

Эйден почесал подбородок, и звук его пальцев, скребущих дневную щетину, казался громким эхом на фоне глухой тишины, установившейся после того, как Бритт выключила радио.

— Что дальше? — спросил он.

— Возможно, если бы я действительно знала, что ищу... — начала она.

Эйден покачал головой.

— Это невозможно.

— Знаю, — ответила она устало. — Я просто хотела попробовать еще раз.

— Давай, я отвезу тебя домой. Ты работала над этим несколько часов без перерыва.

Тот факт, что девушка даже не пыталась протестовать, дал понять Эйдену насколько она была истощена. Бритт продолжала так самоотверженно работать, даже не зная истинной причины. Не многие люди пошли бы на это.

Он убрал образцы крови, пока она собирала остальное. Эйден перекинул ремень сумки через голову, дожидаясь Бритт у двери.

— Какие-нибудь странные люди, кроме меня, подходили к тебе в последнее время? — спросил он, вытаскивая карандаш, который она воткнула в основание хвоста.

Бритт выключила свет, в темноте ее шаги замедлились. Когда они вышли, девушка, взявшись за дверную ручку, закрыла и заперла дверь.

— Тонны странных людей подходят ко мне ежедневно. Я в университете. Взбесившиеся мужские гормоны и все такое.

— Кроме них, — сказал Эйден, подмигнув.

Они спускались по лестнице бок о бок, когда он, подняв глаза, увидел, ждущего его отца. Куинн поднял голову в этот момент, смотря на них.

— Ух ты. Он похож на тебя, — заметила Бритт.

Эйден не ожидал увидеть отца, поэтому не был готов ответить на вопрос Бритт.

— Эйден, — сказал Куинн, оттолкнувшись от стены.

Бритт продолжила спускаться по лестнице, опережая Эйдена. Она остановилась напротив Куинна, протянув ему руку.

— Я Бритт. Ты брат Эйдена? У тебя те же глаза.

Эйден поспешил к Бритт. И именно тогда он увидел тревогу в темно-зеленых глазах отца.

— Привет! — сказал Куинн, пожимая ее руку. — Я Куинн. Приятно познакомиться. Как продвигается твоя работа?

— Слишком медленно, — ответила она, вздохнув.

Эйден откашлялся, извиняюще взглянув на Бритт.

— Можешь оставить нас на минутку?

— Конечно. Я все равно собираюсь домой.

— Дождись меня снаружи.

Она улыбнулась, в уголках ее пронзительно-голубых глаз собрались морщинки.

— Ты действительно думаешь, что кто-то может навредить мне из-за крови.

— Да, — ответил Куинн. — Мы не долго, Бритт. Пожалуйста, подожди Эйдена.

Она посмотрела на одного, перевела взгляд на другого и кивнула.

— Хорошо. Я буду прямо у входа.

Эйден подождал, пока дверь за Бритт захлопнется, прежде чем посмотреть на отца.

— Что такое? Мама?

— Нет, — сказал Куинн. — Мы узнали, что Уоллес следил за Хароном в течение нескольких месяцев. Он пытался похитить женщину, которая работает на него.

— Друида?

— Она не Друид.

Эйден нахмурился, скрестив руки на груди.

— Тогда зачем она ему?

— Чтобы заставить Харона страдать. Видимо, Харон был привязан к этой женщине.

— Вот дерьмо! — Выругался Эйден, когда, наконец, понял, что хотел донести до него отец.

— Это еще хуже.

Эйден устал от того, что с каждым днем все становится только хуже. Он уже и не знал к чему готовиться.

— Ты сказал, что Уоллес пытался похитить эту женщину. Значит, у него ничего не вышло?

— Нет. Но затем он сам последовал за Хароном и Лаурой. Уоллес заглушил все мобильные телефоны, а также те, которые находились в офисе Харона.

— Он… Уоллес убил Харона? — Харон нравился Эйдену, даже несмотря на то, что он не проводил много времени в замке. Харон всегда был рядом, когда они нуждались в нем.

— Я не слышал об этом, — ответил Куинн, потерев шею. — Фелан был в Фернессе. Он позвонил в замок, в то время как Харон и Лаура скрылись в лесу.

Эйден переваривал новости, ему не нравилось, как все складывалось. Но был уверен, что отец приехал не просто для того, чтобы рассказать ему это.

— Ты думаешь, что раз Уоллес наблюдал за Хароном, у него есть кто-то, кто следит и за замком?

— Не сомневаюсь в этом, сынок, — сказал Куинн, просунув пальцы в шлевки джинсов. Я обыскал весь университет, но не обнаружил здесь ни одного Друида.

— Уоллес может нанять кого угодно, не только Друидов.

Куинн кивнул.

— Твоя мама предположила это же. Я понимаю, ты хочешь остаться здесь один, без чьего-либо присмотра.

— Все в порядке, — перебил его Эйден. — Я понимаю. Я ваш единственный сын. Вы переживаете.

— У тебя есть собственная магия. Будь готов использовать ее, особенно для защиты Бритт.

— Ты думаешь, они могут причинить вред и ей?

— Без сомнения.

Эйден посмотрел на нее через стеклянную дверь, она стояла, запрокинув голову, и смотрела в ночное небо.

— Я не могу этого допустить. Держи меня в курсе. Я провожу Бритт до машины.

— Я послал Галена к ее квартире, чтобы он осмотрелся. Сегодня он будет дежурить.

Эйден кивнул отцу.

— Спасибо.

— Она тебе нравится, — сказал Куинн с полуулыбкой.

Эйден закатил глаза.

— Сейчас не время для этого разговора.

Смех Куинна преследовал его, пока он шел к Бритт. — К сожалению.

— Все в порядке? Куинн показался мне чем-то расстроенным.

Эйден попытался сформулировать ответ, когда они продолжили двигаться к машине.

— Дай угадаю, — сказала она с многозначительным взглядом. — Мне не следует это знать.

— К сожалению, да. Поверь мне, ты и не захочешь знать.

— А, может, я хочу знать, — разозлилась она. — Это могло бы помочь мне понять особенности крови, что ты мне дал.

Эйден хотел сказать ей, и, возможно, ему следовало это сделать. Ее жизнь была в опасности только из-за того, что она шла рядом. Он оглядывался по сторонам, всматриваясь в глубь теней, и, ступая вперед, загораживал ее собой всякий раз, когда кто-то появлялся рядом.

— Ты меня пугаешь, Эйден, — прошептала она. — Что, черт возьми, происходит?

— Я не шутил, когда сказал, что твоя жизнь в опасности.

— Да, — ответила она с сарказмом. — Я понимаю это. Но также думаю, что ты должен мне больше, чем стандартное “ты не должна ничего знать”.

Он понял, что борется с улыбкой, смотря на нее.

— В этом мире есть вещи, которые не поддаются объяснению, в которые ты не поверишь.

— Испытай меня. Мое сознание открыто.

— Магия.

Она закатила глаза, когда они подошли к ее машине.

— Магия? И, по-твоему, это все объясняет?

— Магия на этой земле. Она в воздухе, которым мы дышим, в воде, которую пьем. Даже в почве. Если у тебя есть магия, ты сможешь почувствовать ее и во всем, что тебя окружает.

— Ты говоришь мне, что обладаешь магией? — с осторожностью спросила она.

Эйден смотрел в ее голубые глаза и понимал, что не должен говорить ей этого. Но он хотел сказать ей, хотел, чтобы она знала его настоящего.

— Да.

— Значит, в одном из образцов крови ... есть магия?

— Да, есть.

Она облокотилась на машину и издала неопределенный гортанный звук.

— Ла-адно. Это не то, что я ожидала услышать. Но магия есть не во всех образцах?

Эйден отрывисто кивнул.

— Ты сказал мне это, только чтобы заткнуть мне рот, чтобы я больше не спрашивала?

Он посмотрел на фонарный столб позади себя, затем взглянул на Бритт, чтобы удостоверится, что она наблюдает за ним. Одной мысли хватило, чтобы лампочка разлетелась, а осколки посыпались стеклянным, поблескивающим в сумерках, дождем.

— О, черт! — сказала Бритт, когда лопнула лампа.

Эйден надеялся, что удовлетворил ее любопытство на эту ночь, так как знал, что его отец этого бы никогда не одобрил.

— Ты не шутил.

— Нет, не шутил, — ответил Эйден, открывая для нее дверь автомобиля. — Будь осторожна сегодня, Бритт.

Он уже начал поворачиваться, когда она коснулась его руки. Эйден взглянул на нее.

— Спасибо, — сказала она.

— Не доверяй людям, которых не знаешь. Есть люди, которые хотят навредить мне и моей семье. Помогая мне, ты также оказываешься в этом списке.

— Хорошо. До завтра.

Эйден отошел в тень, но остановился, чтобы посмотреть, как она отъезжает. Даже если бы Бритт завтра дала ответы на все его вопросы, он все равно не смог бы оставить ее.

Не только потому, что она нравилась ему, но и потому, что он знал, — Джейсон Уоллес найдет ее. Если Уоллес вознамерился причинить вред тем, о ком заботились Воители и Друиды, необходимо было защитить Бритт.

Как он собирался это сделать, еще не знал. Эйден был уверен в том, что девушка не будет рада сидеть взаперти в замке. Но как еще уберечь ее от Уоллеса?

Глава 16

Рамзи остановился рядом с Броком, осматривая погром в хижине.

— Черт.

— Харон! — закричал Фелан, проскочив мимо них.

Остальные поспешили за Феланом, опустившемся на колени возле неподвижно лежащего друга.

— Позволь мне, — произнесла Айла, опускаясь на корточки с другой стороны от Харона.

Рамзи, возможно, и не обладал магией исцеления, но его магия была достаточно мощной, и он охотно помогал Друидам, когда это требовалось.

По виду крови покрывающей Харона с ног до головы было понятно, что тот сражался с Уоллесом. Но только этого было недостаточно. Почему Харон не дождался их? Не было нужды жертвовать собой тогда, когда он был так необходим для предстоящей битвы со злом.

А Рамзи знал — близится час сражения. И, возможно, все они встретят свой конец.

Фэллон зажмурился на секунду, прежде чем спросить:

— Айла, он...?

До того, как Айла смогла ответить, Фелан жестко встряхнул Харона, и процедил сквозь стиснутые зубы.

— Очнись, черт тебя побери.

Было странно видеть Фелана столь эмоциональным. Рамзи был убежден, что у него с Хароном сложились дружеские отношения, но так как Фелан был одиночкой, никто не осознавал, насколько крепка их дружба до этого момента.

Рамзи посмотрел на Хейдена, каждый из них понимал страдания Фелана. Они на себе ощутили боль от потери Дункана. Их боль была ничем по сравнению с переживаниями Йена, поскольку в Дункане он потерял не только друга, но и своего близнеца.

Они все пожертвовали многим. Рамзи никогда не хотел бы увидеть еще чью-либо смерть. Все, что они пережили, освобождение своих богов, ужасы в недрах Керн Тул, а затем и получив контроль над своими богами, укрепило связь между Воителями.

И даже когда одна из связей оборвалась...

Мысли Рамзи прервались, когда Харон, внезапно, открыл глаза.

— Лаура, — прошептал он, прежде чем сесть.

Харон огляделся вокруг, не совсем понимая, почему его хижина разнесена в щепки. Он едва обратил внимание на своих друзей, когда, вскочив на ноги, снова позвал Лауру.

— Что, черт возьми, произошло? — спросил Фэллон.

Харон не хотел терять драгоценные минуты на объяснения с ним.

— Джейсон Уоллес.

— Фелан рассказал нам достаточно, — сказал Йен.

Харон осматривал тело за телом на земле, но среди них не было Лауры. Мужчина начал паниковать.

— Лаура!

— Ее здесь нет, — сказал Фелан, перешагнув через обломки. — Она пропала.

— Я говорил ей уходить. Говорил ей бежать, — Харон посмотрел в направлении, куда она должна была уйти. Он обязан найти ее, пока это не сделал Уоллес.

Угрозы Джейсона, его ядовитые насмешки о причинении страданий Лауре, заставляли его кровь закипать.

— Харон! — рявкнул стоящий рядом с ним Рамзи.

Харон развернулся, обнаружив, что остальные наблюдают за ним. Взгляд пробежал по каждому из них, отмечая озабоченность и беспокойство в их глазах.

— Я должен найти Лауру. Джейсон отправился за ней. Он собирается подвергнуть ее пыткам.

Брок сразу же закрыл глаза. Харон напряженно ждал, когда Брок отыщет ее, но его попытка не увенчалась успехом.

Наконец, Брок открыл глаза, его губы плотно сжались.

— Я не могу ее найти. Что-то блокирует мою силу.

— Мы должны знать, что произошло, — спокойно произнесла Ларена.

Гвинн слегка кивнула, заправив за уши выбившиеся из прически пряди.

— Для того, чтобы найти Лауру, Харон. Пожалуйста.

Он судорожно вздохнул.

— Я пытался увести их от нее, но Джейсон как-то узнал, что она в хижине. Как только я понял это, то сразу примчался сюда. Еще когда я строил хижину, то построил люк в полу, ведущий к лестнице, к подножию горы. Он скрыт. Я сказал ей выбираться отсюда и бежать. Я пообещал, что найду ее.

— Это объясняет, почему ее здесь нет, — сказал Фелан. — Но не объясняет, мертвых Драу и почему твоя хижина похожа на руины.

Харон посмотрел на свою грудь и медленно провел рукой там, где Уоллес влил кровь Драу в его раны.

— Я вышел, чтобы отвлечь Джейсона, дав возможность Лауре убежать. Я знал, что она увидит меня, как и то, что у меня нет никаких шансов против Драу.

— Но ты хотел дать шанс ей, — прошептала Айла.

Харон кивнул, молча ища любой намек на магию Драу, чтобы выяснить, в какую сторону пошли Джейсон и его прихвостни. Но ничего не ощутил.

— Джейсон признался, что собирается пытать Лауру, этим заставив страдать меня. Он хочет сделать подобное со всеми нами. Ему недостаточно просто убить нас. Он хочет, чтобы мы страдали.

Лукан пнул доску ногой и пробормотал:

— Черт.

— Почему Уоллес не убил тебя? — спросил Логан.

Харон слегка покачал головой.

— Он был близок к этому, Логан. Тот здоровенный ублюдок Воитель, Дейл, и я схлестнулись. Джейсон не стал медлить и воспользовался своей магией, удерживая меня, а Дейл наносил раны. Затем Джейсон сделал порез и использовал его кровь, чтобы убить меня.

Он все еще ощущал агонию от крови Драу в его ранах. Это было похоже на кошмар, бесконечную боль. Агония возрастала, пока не осталась лишь одна мысль — Лаура.

— Я не понимаю, — сказала Гвинн. — Разве ты не должен был умереть?

Харон фыркнул.

— И моя хижина должна была остаться целой и невредимой.

— Ты хоть что-нибудь помнишь? — спросил Йен.

Он хотел ответить “нет”, но вдруг остановился.

— Произошел какой-то взрыв. Потом ... ничего.

— Джейсону незачем взрывать хижину, — сказал Лукан.

Фэллон мрачно кивнул.

— Тогда кто?

Логан наклонился, положив руку на землю.

— Несмотря на используемую здесь магию Джейсона, а также умерших Драу, я не чувствую в этом месте присутствия магии. Никакой, даже от Гвинн или Айлы.

— А я, кажется, не могу использовать свою силу, — добавил Брок.

Харон услышал достаточно.

— Я должен найти Лауру, прежде чем это сделает Джейсон. Она не должна была стать частью этой войны. Она не Друид. Он только хочет причинить ей боль, чтобы добраться до меня. Я не позволю этому случиться.

— Давайте найдем ее, — сказал Фелан, встав за его спиной.

Фэллон посмотрел на одного из мертвых Драу.

— Мне нужно вернуть Айлу и Гвинн обратно в замок, а затем связаться с Куинном, чтобы он незамедлительно вытащил Эйдена из Эдинбурга. Пока я буду несколько минут пытаться “прыгнуть” обратно в замок, надеюсь, чтобы не произошло, это не отразится на всей нашей силе.

— И на моей магии, — отозвалась Айла.

Гвинн посмотрела на Логана.

— Как и на моей тоже.

— Мне нужно отойти подальше от этого места, чтобы используя свою силу, перенести девушек, — сказал Фэллон. — По крайней мере, я надеюсь, что это происходит только здесь. Кто знает, что в действительности породило этот взрыв.

— Или кто, — добавил Фелан. — Если бы у Уолесса была такая сила, то он воспользовался бы ей раньше.

Оглядевшись вокруг, Рамзи встретился с пристальным взглядом Харона.

— Взрыв был нацелен на тебя или на Уоллеса?

— Почему ты спрашиваешь об этом? — требовательно спросил Харон.

Рамзи указал на хижину.

— Взрыв исходил из хижины.

— Единственным, кто оставался в хижине, была Лаура, но она должна была выбраться через люк. Я бы не оставил ее внутри, если бы ей что-то угрожало.

— Нет, ты бы не оставил, — согласился Фелан.

Логан махнул рукой.

— Мы можем выяснить, что произошло внутри хижины позже, после того как вновь сможем воспользоваться своей силой, а Друиды своей магией.

— Да. Все должны быть в замке, — согласился Харон. — Найдите всех, с кем вы знакомы, и убедитесь, что они в безопасности. Джейсон может нанести удар по любому, пытаясь добраться до нас.

— Я останусь и помогу искать Лауру, — сказал Рамзи.

— Как и я, — сказал Брок. — Что бы не блокировало мою силу, оно не может длиться вечно.

Лукан улыбнулся.

— Можешь рассчитывать и на меня.

Йен встретил взгляд Харона в молчаливом согласии.

— Остальные будут патрулировать, охраняя замок, — заявил Логан.

Фэллон взглянул на Ларену.

— После того, как мы вернем Галена, Куинна и Эйдена обратно в замок.

Кивнув Фэллону, Харон направился в ту сторону, куда должна была бежать Лаура. Через некоторое время он обнаружил сломанные ветки и изогнутые стебли растений, как будто на них кто-то упал.

— Это Лаура, — сказал Фелан, пройдя немного вперед.

Харон подошел к Фелану и опознал отпечаток ботинка девушки.

— Да. Она, действительно, убежала. И скорее всего она не так далеко от нас.

— Нет, но, кажется, ее преследуют, — сказал Рамзи, опускаясь на колено около другого отпечатка ноги.

Лукан исследовал след.

— Этот большой и глубокий. Полагаю, что они послали Дейла за ней.

— Не только Дейла, — сказал Йен. — Я обнаружил не меньше шести разных следов. Думаю, они все преследуют ее.

Харон был благодарен за то, что его друзья были с ним. Он все еще не мог понять, почему не умер. Он чувствовал, как его органы начали отказывать из-за крови Драу. Но в следующий момент он был исцелен.

Но как? Кровь Фелана не смогла исцелить его от предыдущего ранения. Неужели на поляне присутствовала какая-то другая магия, которую они не испытывали прежде.

Они следовали по следам Лауры, пока не обнаружили, что следы обрываются. Они были приблизительно в миле от хижины, но сила Брока до сих пор не работала.

Воитель был расстроен происходящим так же, как и Харон. Если бы Броку удалось воспользоваться своей силой, они бы отыскали Лауру в считанные минуты и забрали бы девушку подальше от Джейсона.

Было такое ощущение, словно что-то блокировало их попытки обнаружить Лауру.

И в одном Харон был уверен, это не Уоллес.

***

Острая боль в боку заставила Лауру остановиться. Она старалась дышать глубже, пытаясь унять боль, но ее разум призывал бежать.

Она схватилась за бок и согнулась, хватая ртом воздух, пытаясь успокоить колотящееся сердце, пока отдыхала. Солнце было почти в зените, но его было трудно разглядеть сквозь кроны деревьев и облака, поэтому она понятия не имела в какую сторону идет.

Но она должна продолжать двигаться. Это был ее единственный шанс, пока ее не найдет Фелан.

Образ Харона лежащего на земле всплыл в ее сознании. Лаура не могла поверить, что он погиб. Она должна была послушать его, вместо того, чтобы препираться, когда он хотел отослать ее.

Он был бы все еще жив, если бы из-за своей гордости она не настояла на своем. Что если он, действуя так же, как и её семья, не пытался манипулировать ею, а хотел спасти ее жизнь?

Как же она могла быть столь глупой, столь безрассудной? Ее амбициозность стоила хорошему человеку жизни.

И был ли он человеком? Харон определенно был мужчиной, но то, во что он перевоплощается, явно было чем-то большим, чем просто человеком… Он двигался со сверхъестественной скоростью и быстро исцелялся.

Это заставило ее задуматься. Она видела, как он исцеляется. Возможно, есть вероятность, что он не умер. Но затем вспомнила взрыв, которым она каким-то образом уничтожила все вокруг.

Нет, она была одна, а какой-то маньяк, обладающий магией, преследовал ее. Даже если бы она знала, как снова сотворить тот взрыв, то не рискнула бы, опасаясь навредить невинным.

Боль стихла достаточно, чтобы Лаура снова смогла бежать. Девушка продолжила движение, но не так быстро, как раньше. Она старалась двигаться настолько тихо, как только могла, хотя ее громкое дыхание, наверное, слышно было во всех уголках Шотландии.

Лаура была уверена, что в любой момент Джейсон Уоллес и его подручные настигнут ее, но так или иначе, пока никто не появился. Девушка не хотела сглазить свое везение и просто продолжала бежать.

Добежав до ручья, она немного отдохнула и вдоволь напилась воды. Ее желудок заурчал от голода. Она ничего не ела с того ужасного свидания с Беном.

Неужели, все это произошло накануне ночью? А кажется, что несколько лет назад. Возможно, потому что после всего этого ее жизнь в корне изменилась, буквально за считанные часы.

Кроны дубов и сосен отбрасывали тени на поверхность воды, а журчание ручья снимало усталость. В лесу было настолько красиво и спокойно, что ей казалось, словно она была в другом мире. Поэтому Харон всегда искал уединение в лесу?

Сделав глоток воды, она вновь побежала. И как бы ни старалась, не могла перестать думать о Хароне.

Может быть, ей стоило остаться и присмотреть за ним. Она, вероятно, могла бы спрятаться так, что Джейсон и другие не смогли бы найти ее. Если бы была достаточно храбра для того, чтобы остаться, а не поспешно бежать.

Каждый раз, вспоминая о взрыве и чувстве, пульсирующем внутри нее, она мысленно переключалась на другую тему.

Лаура не готова была размышлять о том, что она сделала, или как. Это было слишком страшно чтобы понять и принять. И как бы не отрицала то, что вызвала взрыв, она знала, это ее вина.

Вместо этого девушка продолжала бежать по холмам, через долины. Иногда останавливалась у ручья, чтобы напиться и передохнуть, но час за часом, продолжала двигаться вперед.

— Проклятье, — пробормотала она, споткнувшись о корень дерева и подставляя руки, чтобы не удариться лицом, падая вниз.

Лаура пыталась заставить себя встать и продолжить движение, но силы покинули ее. Она с трудом села, прислонилась спиной к стволу сосны.

Тусклый солнечный свет едва проникал сквозь густые кроны деревьев... Судя по летнему солнцу, еще не наступила полночь, но был глубокий вечер. Звуки, которые прежде не были слышны, теперь становились все громче и отчетливее. Не будь она такой уставшей, то, скорее всего, испугалась бы.

Как бы то ни было, она не могла удержать глаза открытыми. И нарастающее внутри нее чувство, не помогало справиться с навалившейся усталостью. Это было то же самое чувство, та же самая циркуляция чего-то яркого и сильного, которое появилось и в хижине.

Ее кожа словно натянулась, а тело наполнилось тысячами различных ощущений. Лаура хлопнула ладонями о землю, стараясь успокоиться, дышать равномерно, чтобы не взорвать что-либо и тем самым не выдать себя Джейсону.

Каждый раз циркулирующая энергия ощущалась так, будто была готова вырваться наружу прямо сквозь ее ладони и тело.

Она почти провалилась в сон, когда услышала где-то в дали размеренный ритм барабанов.

И прекрасное пение, которое, казалось, призывало, манило ее.

— Лаура...

Глава 17

— Нет, — в четвертый раз повторил Эйден. — Мы уже близки к разгадке. Дайте Бритт еще несколько дней.

Куинн ударил рукой по бедру, сидя на крошечном столе в маленьком гостиничном номере.

— Ты слышал, что сказал твой дядя?

Эйден посмотрел на Фэллона и кивнул.

— Я слышал каждое слово. Также видел, что делает кровь Драу с Воителями. Я лучше рискну своей жизнью в поисках ответов, чем буду наблюдать как кто-то из вас страдает, как Харон и Малкольм в последний раз.

Раньше магия Сони всегда работала, вместе с кровью Воителей. Но в последний раз Джейсон Уоллес что-то изменил.

Это потрясло Эйдена до глубины души. Он воспринимал как данность бессмертие отца и способность к исцелению. Также он принимал как должное магию Друидов. Теперь он не мог делать ни того, ни другого.

— Эйден, — начал Фэллон.

Но тот поднял руку, остановив его и, повернувшись, посмотрел на отца.

— Я держу Бритт вдали ото всех. А также убедил ее хранить в секрете то, над чем она работает.

— Ты думаешь, она сдержит обещание? — спросил Куинн.

— Да.

— Влечение затуманило тебе рассудок, — прорычал Куинн.

— Мне нужно, чтобы ты доверился мне.

— Ты знаешь, что будет со мной и твоей мамой, если мы тебя потеряем? Это уничтожит нас.

Эйден заглянул в темно-зеленые глаза точно такие же, как и его собственные.

— А как ты думаешь, я бы чувствовал себя, если бы потерял тебя? Эта война, в которой мы сражаемся, уже принесла жертвы. Джейсон Уоллес не остановится, он повысил ставки. Нам нужно сделать тоже самое.

— Ненавижу соглашаться с парнем, но я согласен, — сказал Гален от двери, где он стоял, прислонившись к стене.

Эйден даже не слышал, когда тот вошел в гостиничный номер. Тем не менее, он не был уверен, что его аргументов хватит против отца и дяди. И, хотя, технически Гален не был его родней, он рос, называя всех Воителей дядями, а Друидов — тетями.

Семья есть семья, и Эйден был счастлив, иметь поддержку Галена.

— Черт, — сказал Фэллон, поворачиваясь и садясь на край кровати. — Куинн, у твоего сына железные аргументы. Арран рассказал мне, как близок был к смерти Харон. И Ларена...

Эйден проглотил комок, вставший в горле, когда подумал о жене Фэллона. Ларена умерла, но как-то, с помощью ли магии или благодаря крови Воителей, чудом вернулась.

— Я не хочу, чтобы и ты прошел через это, — Фэллон продолжил, прочистив горло. — Я не хочу, чтобы кто-либо из нас проходил через что-то подобное.

Гален выглянул в окно отеля, расположенного напротив квартиры Бритт. Он взял свободный стул и, перенеся его ближе к двери, сел.

— Мы не можем больше рассчитывать лишь на магию Друидов или нашу кровь, чтобы спасти друг друга от крови Драу. Нам необходим другой способ.

Эйден посмотрел на своего отца, опустившего голову и крепко сжавшего руками край небольшого столика. В течение длинного напряженного момента Куинн неподвижно стоял, а остальные смотрели на него.

В конце концов, Куинн поднял голову и выпрямился. Он поймал взгляд Эйдена и сказал:

— Хорошо. У вас у всех есть причины, но если мы собираемся это сделать, то должны сделать это правильно.

— Каким образом? — спросил Фэллон.

— Мы останемся рядом с Эйденом и Бритт. Уоллес показал, что может ударить, когда мы меньше всего ожидаем. Я отказываюсь возвращаться к Маркейл и говорить, что мы потеряли нашего сына.

— Согласен, — сказал Гален. — Я уже говорил с Риган, и она считает, что мы должны не спускать глаз с Бритт, даже если этой ночью мы уйдем.

Эйден с облегчением вздохнул, услышав решение отца, но также знал, что многое станет сложнее для всех.

— Бритт должна все узнать, — Эйден не сломался, когда три пары глаз уставились на него.

— Почему? — спросил Куинн за всех.

Эйден сел в кресло напротив Галена.

— Она расспрашивает меня с тех пор, как мы впервые начали работать вместе. Чем больше она знает, тем больше ответов сможет нам дать. Не говоря уже о том, что это поможет ей работать быстрее и эффективнее.

— Еще нам помогло бы, если бы у нас была кровь Драу, — заявил Фэллон.

Гален ухмыльнулся:

— Может стоит пойти к Уоллесу, заплатить ему и посмотреть даст ли он нам пинту?

Они все рассмеялись, но смех быстро затих.

— Я знаю, это сложная ситуация, — сказал Эйден. — Никто кроме Друидов и Воителей не должен знать о нас, но Джейсон начал использовать смертных. У нас нет другого выбора. Мы должны сделать то же самое. Это и их война, даже если они о ней не знают.

Куинн скрестил руки на груди и выпрямился.

— Да, но только мы теряем людей.

— Что бы сегодня не произошло, Уоллес потерял четырех Драу, — сказал Фэллон. — Теперь Друидов нелегко найти. Он не сможет их быстро заменить.

Гален наклонился вперед и положил руки на колени.

— Как держится Харон?

— Не очень, — сказал Фэллон, вздохнув. — Он сосредоточился на поисках Лауры и боится, что Джейсон использует ее.

Куинн опустил руки и прислонился спиной к стене.

— Это уже второй раз за последние несколько недель, когда в Харона попадает кровь Драу. Я помню слишком ясно эти ощущения.

— Это ад, — согласился Гален.

Фэллон сжал губы.

— И та кровь Драу, которую использует Джейсон, приносит больше вреда, чем раньше. Я не могу даже представить через что прошел Харон.

— Или как это повлияло на него, — сказал Эйден. Три Воителя посмотрели на парня, заставив Эйдена пожать плечами. — Никто из вас не спросил, как он и Малкольм это перенесли.

Куинн наморщил лоб.

— Мы спросили, Эйден. Оба сказали, что с ними все хорошо.

— И я поставлю сколько угодно магии на то, что оба солгали. Как много крови дали Харону другие Воители? Фелан, чья кровь исцеляет любые травмы, не сработала на Хароне. Здесь что-то большее, чем просто боль.

— Блять! — пробормотал Гален.

Фэллон встал и сжал Эйдена в быстром объятии.

— Работай быстро, парень. Внимание Уоллеса сейчас сосредоточено на Лауре и Хароне. Не дай им повода прийти сюда. По крайней мере, не сейчас.

— Береги себя, — сказал Эйден дяде до того, как Фэллон телепортировался из комнаты.

Куинн оттолкнулся от стены и направился к двери.

— Я думаю, что пришло время снова проверить все вокруг квартиры Бритт.

Эйден подождал пока его отец уйдет, прежде чем опустился на кровать и уронил голову на руки.

— Ты все делаешь правильно, — сказал Гален. — Это трудно, я знаю, но остаться здесь — это правильный порыв, приятель.

— Так ли? Я подвергаю жизнь Бритт опасности. Отрываю тебя и отца от ваших жен.

Раздался скрип, когда Гален пошевелился на стуле.

— Эйден, когда ты наконец поймешь, что мы, как Воители, делаем все, что необходимо, чтобы обезопасить тех кого любим? Риган это понимает, как и твоя мама.

Эйден поднял голову и посмотрел на Галена.

— Кроме того, тебе это необходимо. Так же как и Бритт нужна тебе. Не думай, что мы не заметили как ты смотришь на нее. Прими совет, парень, и не позволь счастью проскользнуть сквозь пальцы.

Эйден посмотрел в окно на квартиру Бритт и увидел ее тень, промелькнувшую мимо окна. Она — это все, о чем он мог думать. Ее улыбка, ее удивительные голубые глаза, ее великолепные золотые волосы.

— Нет. Я не позволю ему ускользнуть.

***

Лаура улыбнулась и обняла Харона. Его руки были на ее теле, касаясь ее так, как мог только он. Его вес переместился, его возбуждение искало вход в ее тело.

Она так долго ждала его и, наконец-то, он был с ней — ласкал и обнимал ее.

Его тело двигалось над ней, проникал глубоко, на всю длину своего члена. Она застонала, ее руки напряглись на его спине.

Он прошептал ее имя мягко и соблазнительно. Она открыла глаза и встретилась с его темным пристальным взглядом, когда он снова и снова входил в нее.

Кульминация была близка. Каждый толчок Харона стремительно приближал ее, пока...

У Лауры перехватило дыхание, когда она резко проснулась. Девушка осмотрела лес, радуясь, что Солнце снова взошло. Ее тело все еще гудело от бесподобного, эротического сна.

Но это был просто сон. Как бы она не хотела, чтобы это было реальностью, Харон не мог быть с ней.

— О, Харон, — прошептала она, снова облокачиваясь на дерево.

Звук с левой стороны привлек ее внимание, и она знала, что это он вырвал ее из прекрасного сна. В течение нескольких ударов сердца, она ждала, прислушиваясь, но ничего больше не видела и не слышала.

Что-то коснулось тыльной стороны ее руки, она посмотрела вниз и увидела цветы, прорастающие между ее пальцами и оплетающие ладони, все еще лежащие на земле.

Лаура вскочила на ноги и уставилась на два полевых цветка, которых не было, когда она остановилась на ночлег.

Девушка посмотрела на свои руки.

— Что, черт возьми, происходит?

Звук треснувшей ветки заставил ее повернуть голову в его направлении. Звук пришел оттуда же, откуда и она вчера.

Она хотела думать, что это мог быть Фелан, но он не стал бы красться. Мужчина искал бы ее, возможно, звал по имени.

Он знал, что ее преследуют Джейсон и другие.

— Проклятье, — прошептала она.

Остаться и посмотреть кто это? Есть ли вероятность, что это Джейсон Уоллес? Или снова бежать?

Страх победил.

Лаура начала передвигаться тихо и так быстро, на сколько могла, через лес. Солнечный свет проходил сквозь ветки деревьев, создавая множество теней, где кто-нибудь мог спрятаться.

— Ой, — пискнула она, врезавшись во что-то, неожиданно возникшее перед ней.

Огромные руки схватили ее и она поняла, что смотрит в лицо человеку, с которым сражался Харон. Тому же мужчине, чья кожа была бледно-зеленой. Она изумленно открыла рот и изо всех сил попыталась вырваться, но он с легкостью ее удерживал.

В его пристальном взгляде не было никакого волнения, только холодное принятие событий. Что заставило желудок Лауры упасть к её ногам. Поскольку позади этого здоровяка стоял Джейсон.

— Так, так, так, — пропел Джейсон Уоллес, выходя из-за мужчины, держащего ее. — Что же ты поймал, Дейл?

Лаура снова начала вырываться, но Дейл не ослабил хватку. Он держал ее не настолько крепко, чтобы причинить ей боль, но и не слабо, чтобы она не могла вырваться.

— Говорил ли тебе Харон, что ты Друид?

Вопрос Джейсона заставил ее замереть. Лаура посмотрела в его холодные голубые глаза. Что он сказал? Конечно же он ошибался.

— О чем ты говоришь?

— Ты Друид, Лаура. Харон знал об этом, но использовал свою силу, чтобы подавить твою магию.

Она нахмурилась, не веря его словам.

— Ты лжешь.

— Станешь отрицать, что именно ты разрушила хижину?

— Я не владею магией, — повторила она, надеясь, что это правда, потому что она не могла добавить еще это к ее списку проблем. И ни отрицать, ни соглашаться со взрывом в хижине — не было ее лучшим выбором.

Джейсон рассмеялся.

— О, но это ты. Ты не кажешься шокированной, услышав о Друидах. Я полагаю, что Харон рассказал тебе о нас, правильно?

Ее отказ отвечать, лишь вызвал улыбку у Джейсона. Лаура хотела стереть эту ухмылку с его лица. Он причинил Харону боль, дважды, охотился за ней, и только Бог знает, что еще.

— Вижу, что я прав, он рассказал тебе о Друидах, — продолжал ухмыляться Джейсон. — Он сказал тебе, кто он? Говорил ли, что он Воитель с первобытным богом внутри? Сказал тебе, что он зло?

Лаура ошеломленно качала головой из стороны в сторону.

— Ах, тогда я полагаю, что он не хотел беспокоить тебя, говоря что он плохой парень ко всему прочему? Я послал Бена найти тебя, дорогая Лаура, чтобы спасти от Харона.

Девушка хотела закричать, чтобы он остановился, выцарапать ему глаза. Но больше всего, хотела, чтобы Харон пришел за ней.

— Бен был там не для того, чтобы помочь. Он ударил меня, — сказала она, показывая синяк на щеке.

Джейсон пожал плечами и закатал рукава.

— К сожалению, Бен слишком рьяно подошел к тому, чтобы забрать тебя у Харона. Но в любом случае. Ты Друид.

— Я бы знала, если бы была Друидом.

Она не хотела слушать его. Его слова оказывали отравляющее действие на ее мозг. Или они правдивы?

— Ты слышала песнопения и барабаны, не так ли? — спросил Джейсон.

Лаура зажмурилась.

— Это древние призывают тебя, Лаура. Позволь им это. Позволь им показать, что может твоя магия.

— Ты — зло, — сказала она, открывая глаза. — Ты хотел убить меня. Я слышала, что ты сказал Харону.

Джейсон почесал подбородок.

— Когда имеешь дело со злом, человек скажет все, что угодно, чтобы побыстрее убраться от него. Харон и другие Воители из замка Маклаудов являются проклятьем этой земли. Они бессмертные существа, но их можно убить. Кровью Драу.

— Драу — зло. Они используют черную магию, — Лаура повторила слова Харона.

Джейсон приглушенно цокнул.

— Дорогая Лаура, я вижу, что Харон снова солгал тебе. Это Маи — зло. Это они используют черную магию. Драу — хорошие в этой войне мы сражаемся веками. Я не первый, кто сражается с Воителями, но я буду последним. Я стану тем, кто убьет их раз и навсегда.

Лаура посмотрела на Дейла, который наблюдал за ней без эмоций. Его бритая голова и темная козлиная бородка придавали ему зловещий вид.

— Воители работают на тебя, — отметила она.

— Да, — сказал Джейсон. — Он пытается искупить свои деяния, помогая мне.

Она покачала головой, чувствуя себя… необычно. Будто кто-то копался в ее разуме пытаясь убедить в этом.

Лаура снова тряхнула головой и попыталась держаться за мысли о Хароне, о всем том хорошем, что было в Фернессе, о людях. Как она могла поверить в то, что говорит Джейсон, когда Харон был готов пожертвовать собой ради нее? Никакое зло не пошло бы на это.

— Зло никогда не выглядит так, как мы ожидаем, — сказал Джейсон, как будто прочитав ее мысли. — Они красивые, великолепные существа, которые, как черви, проникают в нашу жизнь и обманывают нас. Тебя обманули, Лаура. Позволь мне показать тебе это, — сказал Джейсон, протягивая ей руку.

Глава 18

Не далеко от Инвернесса.

Малкольм стоял на берегу озера Лох-Несс, наблюдая, как туристические лодки отчаливали из дока. Голос экскурсовода, раздающийся из рупора, становился громче, эхом отражаясь от воды.

Но Малкольм и без этого смог бы расслышать каждого говорящего на палубе. Благодаря силе бога внутри него, мужчина мог услышать любой звук и даже шорох на достаточно большом расстоянии.

Присев на корточки, он опустил пальцы в прохладную воду. Вот уже на протяжении многих веков Лох-Несс остается манящей тайной. Легенды о невероятных существах, что таились в его глубинах, рассказывались задолго до того, как Малкольм появился на свет.

Те легенды, что по вечерам рассказывала ему няня про Друидов и Воителей, пытаясь напугать его и направить на путь добра. Но они оказались правдивы.

Ну, отчасти. Его старая няня не знала тогда всей правды. Однако, все легенды основываются же на чем-то. И это заставило его задуматься — если Несси, действительно, существовала, то чувствовала ли она себя столь же неуместно, как и он?..

Малкольм медленно вздохнул, когда зазвонил его мобильный. Даже не глядя, он знал, кто звонит. Ларена.

Его кузине нравилось опекать его. А у него не хватало смелости попросить ее прекратить делать это. При каждом разговоре с ним, она умоляла его вернуться в замок Маклаудов и вновь стать одним из многочисленных членов семьи Воителей и Друидов.

Ларена не понимала, что он не мог. Даже просто находиться в тех каменных древних стенах было для него невыносимой пыткой.

И было это не из-за мощной магии Друидов. И не из-за Воителей и их силы.

А все из-за того, что он делал, пока служил Дейдре.

Мужчины, который пожертвовал своими землями, чтобы защитить Ларену, давно нет. Он стал далеким воспоминанием, с каждым днем тускнеющим все больше.

Малкольм посмотрел на свою руку. Стоило только подумать, а уже через мгновение из его пальцев вытянулись когти. Глубокий бордовый цвет его бога скрывал проклятые шрамы, но Малкольм знал, что они были там.

Он убил Дункана. Дейдре приказала, а он не посмел ослушаться. Он ожидал, что близнец Дункана, Йен потребует отмщения. Это было его право.

Но Йен простил Малкольма.

Малкольм запустил руку в волосы. Прощение. Он его не заслуживал, не искал его, хоть в замке давно его и простили.

Он говорил им, что это не имеет значения, что это бессмысленно. Он больше ничего не чувствовал. Ни раскаяния, ни счастья. Ни, даже, надежды.

Телефон зазвонил вновь. Малкольм устало ответил:

— Привет.

— Слава Богу, ты ответил, — раздался голос Ларены в трубке. — У меня есть новости о Джейсоне.

Малкольм продолжал вглядываться в темную глубь озера, пока Ларена рассказывала ему о Лауре и Хароне. Он заметил, как странно звучит ее голос, но мужчина списал это на беспокойство из-за Джейсона Уоллеса.

Когда она закончила, он спросил:

— Что от меня требуется?

Последовала пауза, а затем кузина ответила:

— Я не хочу, чтобы ты что-то делал. Я просто хочу, чтобы ты был в курсе того, что творит Уоллес. Полагаю, он намерен добраться до всех нас.

— Не сомневаюсь, он попробует.

— Малкольм, ты где?

Он взглянул на бескрайнюю водную гладь.

— Это столь важно?

— Я беспокоюсь о тебе.

— Знаю, Ларена, но ты должна прекратить. Я даю слово, что помогу прижать Уоллеса.

— Но, в тоже время, ты не хочешь вернуться к нам, ко мне.

Ему не нравилось слышать печаль в ее голосе. Он постарался скрыть от нее то, кем стал. Если Ларена вдруг поймет, что он изнутри мертв, то возложит на себя миссию спасателя. Но нет никакой возможности исцелить его.

— Так будет лучше, поверь мне, — сказал он.

— Верю. И ты знаешь это. Я просто… Я скучаю по тебе, Малкольм. Ты нужен мне здесь.

Ее слова пронзили его сердце, и прежний Малкольм сразу бы ринулся к ней.

— Держи меня в курсе насчет Уоллеса. Я не далеко от Фернесса. Я здесь, если Харону потребуется помощь.

Несколько минут они просто молчали. Малкольм знал, что кузине есть что сказать, она просто пыталась подобрать слова.

— Арран и Ронни закончили рисовать эскиз ожерелья, как оно было описано в книге с раскопок, — произнесла Ларена.

Малкольм задался вопросом, сколько времени потребуется Аррану и его девушке, чтобы разобраться с эскизом. Внутри ожерелья хранилось заклинание, способное связать их богов навсегда.

— Оно не соответствует ни одному веб-сайту из всех, найденных Гвинн, о Друидах, — продолжила Ларена.

— Плохо.

Фэллон и другие отчаянно ищут ожерелье, но Малкольм не был уверен, что они воспользуются им, когда найдут. Как тогда они смогут бороться со злом, таким, как Джейсон Уоллес?

— Какие-нибудь зацепки? — спросил Мальком, всего лишь ожидаемые от него, ничего не значащие, слова.

— Вчера Гвинн на компьютере пыталась обнаружить хоть что-то, но до сих пор никаких совпадений.

Малкольм пронаблюдал за отплывом очередного туристического судна.

— Не думаю, что вы найдете его. Кто бы не спрятал заклинание в колье, а затем скрыл и его, знал, насколько оно важное. Оно, возможно, и оставалось бы, погребенным в течение тысяч лет в том хранилище, но я готов биться об заклад: тот, кто взял его, точно знал для чего оно.

— Так ты считаешь, что мы не найдем его?

— Нет, — ответил он. — Я думаю, оно хранится где-нибудь под надежной защитой. Способность Ронни находить магические предметы может привести вас к нему. Ты просила ее?

— Она пытается. Но пока ничего.

Малкольм знал, как сильно Ларена хотела иметь ребенка. Это все, о чем она постоянно говорила. Из-за постоянных битв со злом она и Фэллон решили пока повременить с детьми.

— Мы найдем заклинание, Ларена. У вас с Фэллоном будут прекрасные дети, как ты и мечтала.

Она шмыгнула носом.

— Я больше ни в чем не уверена. Даже не могу поднять тему о малыше с Фэллоном с тех пор, как ...

Ее голос затих, но Малкольм знал слишком хорошо, что девушка имела в виду ночь, когда она умерла. Он не был в замке, но по одному взгляду на Фэллона, когда они встретились в особняке Уоллеса, Малкольм все понял.

— Я до сих пор помню тот момент, как ты впервые увидела Фэллона, — сказал он. Это произошло в Эдинбургском Замке четыре столетия назад, когда Ларена скрывала свою сущность Воительницы.

Ларена тихонько рассмеялась.

— Он не захотел говорить со мной.

— Ты должна была привлечь его внимание. И, все же, мне было не по душе, что тебе пришлось пробраться в его комнату.

— Ах, но это сработало.

Малкольм повернулся спиной к озеру.

— Я знал, что Фэллон влюблен в тебя, еще до того, как он сам осознал это. Я постоянно видел, как он смотрел на тебя. Все можно было прочитать по его лицу. Даже тогда, он пошел бы на все ради тебя.

— Я знаю, — тихо ответила Ларена. — Я хочу, чтобы ты был также счастлив.

— Держи меня в курсе происходящего с Хароном, — сказал он, прервав звонок прежде, чем кузина смогла бы что-либо добавить.

Ларена желала ему добра, но он не хотел слышать, как она хочет, чтобы он нашел кого-то и влюбился. Любовь. Как он мог заботиться о ком-то, когда внутри него пустота?

Он был высушен, в его душе не осталось ни одной частички света и добра, ничего из того, что когда-то в нем было.

Какая женщина захочет быть с ним?

***

Утро нового дня только омрачило Харона. Его преследовало непоколебимое чувство, что Джейсон схватил Лауру.

Когда, наконец, летней ночью на короткий миг потемнело, Брок взмыл в небо в поисках Лауры, но все было безрезультатно. Харон не единственный, кто был разочарован.

Брок негодовал, его сила не действовала. Он, сложив свои огромные крылья цвета индиго за спиной, скрестил руки на обнаженной груди.

— Здесь что-то не так.

Взгляд Харона просканировал густой лес вокруг них.

— Да. Лаура должна была остановиться и передохнуть. К этому времени мы должны были догнать ее.

— Должны были, — согласился Рамзи.

Фелан издал короткий свист, и все кинулись к нему.

— Взгляни, — сказал он Харону, указывая на землю.

— Это отпечаток ботинка Лауры, — сказал Лукан.

Живот Харона свело от страха.

— И несколько других отпечатков рядом. Они нашли ее.

Он этого и боялся.

Осознание произошедшего врезалось в него, словно грузовик на огромной скорости. Он предполагал подобное, но реальность ударила сильнее, доставляя не малую боль.

— Подождите, — произнес Рамзи. — Я обнаружил еще следы Лауры, а рядом нет никого, она одна.

Харон ринулся посмотреть на то, что нашел Рамзи. Вздохнув с облегчением, он последовал по ее следам. В течение следующих сорока минут они следовали за ней, теряли след, а затем, через некоторое время, снова находили.

Он хотел позвать Лауру, но не зная, были ли еще здесь Джейсон и его подручные, Харон решил не рисковать.

— Мы найдем ее, — произнес Фелан рядом с ним.

Харон кивнул, беспокойство вновь охватило его.

Он первым заметил дерево с цветами, распустившимися яркими красками на его ветвях. Путь Лауры пролегал прямо к дереву, у корней дерева притаилась глубокая тень.

Рамзи опустился на одно колено, разглядывая цветы.

— Это магия. Магия Маи, — сказал он, повернув голову к Харону.

— Лаура не обладает магией, — пояснил Харон.

Лукан оперся рукой о сосну, смотря на цветы.

— Ты уверен?

— Я бы знал. Я достаточно часто проверял ее, — проворчал он.

— Кто-то взорвал хижину, — напомнил Фелан.

Крылья Брока дернулись, а губы недовольно поджались.

— И кто-то также мешает нам использовать свою силу. Мне это не нравится.

Харон провел рукой по лицу.

— Я знаю Лауру два года. И ни разу за все это время не чувствовал магию от нее. Она не Друид!

— О, дерьмо, — произнес Лукан, попятившись назад. — У Лауры были посетители.

Фелан поднял полный сожаления взгляд на своего друга.

— И много. Глядя на следы, можно сказать, что девушка пошла с ними добровольно.

Харон не мог в это поверить. Отказывался верить. Лаура знала, насколько опасен Джейсон. Он рассказал ей. Почему же она пошла с ним?

Брок прыгнул и, в прыжке раскрыв свои крылья, взмыл в небо. Он маневрировал между ветвями деревьев, пока не взлетел вверх, высоко в небо.

Было рискованно парить над лесом средь бела дня, когда смертные могли заметить его. Харона успокаивало лишь то, что Брок мог заметить Лауру.

Неожиданно, Брок нырнул сквозь деревья вниз, устремляясь к Харону. Выражение его лица было напряженным.

— Я обнаружил ее.

Харон, выдохнув, не смог сдержать улыбку. Он будет очень счастлив, когда девушка вновь окажется в его объятиях.

— Она с Джейсоном.

Улыбка мгновенно испарилась. Харон сглотнул, его разум лихорадочно просчитывал варианты, когда он встретил взгляд Брока. Мужчина знал насколько безнравственен был Джейсон в своих действиях. Харон не оставит девушку страдать.

Он знал, что ему снова придется сразиться с Уоллесом, чтобы освободить Лауру. И был готов к этому.

Харон обошел Брока, чтобы отправиться в том направлении, куда увели Лауру. Не успел он сделать и двух шагов, как Фелан преградил ему путь.

— Куда это ты собрался? — требовательно спросил Фелан.

— Вернуть Лауру.

Губы Фелан скривились в усмешке.

— Отлично. Я с тобой.

— Как и все мы, — поддержал Рамзи.

Харон развернулся, взглянув на Рамзи, Лукана, Йена и Брока.

— Нет! У вас есть жены. Возвращайтесь домой и защитите их. Кто знает, за кого Джейсон возьмется следующим.

— Ты не можешь сделать это один, — не сдавался Лукан.

— Мы не позволим тебе, — добавил Йен.

Харон выругался и начал ходить из стороны в сторону.

— Ты знаешь, что это ловушка, — заявил Фелан, поднимая руку и позволяя когтям вырваться наружу. — Джейсон ждет, чтобы ты пришел за Лаурой, и, когда ты это сделаешь, он убьет тебя.

Харон остановился, запрокинув голову назад, посмотрел в небо, сквозь густую крону деревьев.

— Да, я знаю.

— И ты хочешь угодить в эту ловушку? — спросил Лукан.

Харон, опустив голову, взглянул на Фелана. Только он знал глубину чувств Харона к Лауре или мог хотя бы предположить.

— Похищение Лауры на моей совести. Я поклялся уберечь ее от опасности. Пообещал, что Джейсон не причинит ей зла.

Фелан криво усмехнулся, жажда крови сверкнула в его серо-голубых глазах.

— Тогда мы вернем Лауру назад.

Глава 19

Эйсли следовала за Лаурой Блэк. Она была удивлена, что Маи поверила во всю ту ложь, что наговорил ей Джейсон, но, с другой стороны, когда ему было это выгодно, он мог быть очень убедителен. Проверено на себе.

Когда Лаура не сразу поверила ему, тогда Джейсон околдовал ее с помощью магии. Он был так предсказуем, если дело касалось волшебства.

— Ну, что там? — насмешливо спросила Минди, ожидая когда Эйсли поравняется с ней.

Эйсли терпеть не могла эту ненавистную суку. Минди считала себя редкостной красавицей, но ничто, ни толстый слой косметики, ни ярко-красные лак и помада, не могли скрыть бледности ее лица.

— Попробуй другой цвет помады. С этой ты похожа на треклятого вампира, — сказала Эйсли.

Минди яростно запыхтела, вцепившись ногтями в руку Эйсли.

— Как ты смеешь так со мной разговаривать. Ты же знаешь, что я значу для Джейсона?

— О, да, знаю, — ответила она, борясь с желанием собрать свою магию в ладонь и обрушить на Минди.

Минди сильнее вдавила ногти в руку девушки, но Эйсли не показала своих эмоций. Если хоть что-то просочится сквозь маску безразличия на ее лице, сучка победит, а этого Эйсли не могла допустить.

— Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать? — потребовала Минди.

Эйсли пожала одним плечом.

— Думай, что хочешь, мне, действительно, наплевать.

— Так-то лучше, — отрезала Минди со злорадной улыбкой, наклоняясь ближе. — Я вижу, как Джейсон смотрит на тебя. Ты — помеха. И все еще здесь только потому, что тебе посчастливилось быть членом его семьи.

— Я множество раз наблюдала как Джейсон поступает с семьей, Минди, и он держит меня при себе не поэтому.

Черные глаза Минди сузились. Она дернула Эйли, притягивая ближе.

— Объясни.

— Спроси Джейсона. Уверена, он с превеликим удовольствием расскажет, как уничтожил мою семью.

— Тогда почему он не убил тебя?

Потому что я была достаточно глупа и в полном отчаянье для того, чтобы поверить ему.

— Полагаю, мы узнаем это очень скоро. Но не после того, как я избавлюсь от тебя.

Резко оттолкнув ее, Минди убежала вперед. Эйсли едва сдержала улыбку, когда Минди промчалась к Джейсону и начала докладывать ему об их разговоре.

Но та малая радость от их стычки испарилась, когда она заметила, как Лаура, обернувшись, посмотрела на нее. В нежных зеленых глазах Маи было нечто такое, что вызывало ответное тревожащее чувство.

Это была медленно таящая надежда? Или, возможно, понимание того, что правду не всегда бывает легко различить.

Эйсли вспомнила момент, когда последний раз цеплялась за надежду. Это было таким далеким воспоминанием, что потребовалось некоторое время, чтобы найти его в своем сознании, но когда она это сделала, то с трудом смогла узнать девушку, которой была.

Девушку, полную радости и счастья. Жизнь в ее глазах искрилась и переливалась яркими красками, и тогда Эйсли была уверена, что осуществит все свои мечты в этом огромном и таком прекрасном мире.

Но через каких-то два месяца все ее надежды рухнули.

Боль пронзила ее сердце, когда она вспоминала те ужасные времена, которые лучше не ворошить. И то, что она сделала со своей семьей. Не говоря уже о том, что ее, так называемые, друзья сделали с ней.

Эйсли, остановившись рядом с деревом, положила руку на грубую кору вяза. Она закрыла глаза, надеясь задвинуть воспоминания в глубины своего разума. Шлюзы открылись, а вместе с ними, все те мечты, которые надеялась когда-либо осуществить.

Неужели, она, действительно, когда-то была так наивна, так невинна? Верила, что сможет покорить мир? Думала, что вытащит себя из трущоб, а судьба будет благосклонна к ней?

Вместо этого, она жила в аду.

Она открыла глаза, обнаружив, что стоит на краю утеса. Далеко внизу, окруженные деревьями, прямо из земли вырастали каменистые скалы.

Где-то высоко в небе был слышен звонкий крик скопы. Словно птица взывала к ней. Ветер коснулся лица легким, словно перышко, прикосновением.

Она обходила дерево, пока одна нога не зависла над обрывом. Одним прыжком могла бы покончить с кошмаром, в который превратилась ее жизнь.

Тогда Джейсон больше не сможет причинить ей боль или угрожать чем-то. Она больше не будет ощущать зло, растущее внутри себя, или жажду силы, побочный эффект её черной магии.

Так или иначе ее душа предназначена для ада. Никто не расстроится, узнав, что она покончила с собой.

— Эйсли, — осторожно прошептал Дейл. Она должна была догадаться, что он находится неподалеку, присматривая. — Что ты делаешь, милая?

— Подумываю о прыжке, — ответила она.

Он подошел к ней.

— Это я смогу прыгнуть и выжить при этом. А ты нет.

— В этом вся суть.

На один миг повисла тишина, затем он пробормотал:

— Смерть — не выход.

— Я сделала свой выбор, Дейл. Знаю, что ждет меня после смерти. Я уже видела Сатану.

— Неужели, он тебе так понравился, что ты желаешь побыстрее попасть к нему?

Она, обернувшись, нахмурилась.

— Нет.

— Тогда не прыгай.

— И что дальше? Продолжать жизнь в этом аду?

Дейл посмотрел в даль, проведя рукой по своей бритой голове.

— Я здесь. И могу помочь тебе.

— Почему?

— Ты, действительно, не понимаешь, ведь так?

Эйсли отвернулась, чувствуя неловкость, когда Дейл смотрел на нее, словно она являлась призом, который ему не заполучить.

— Тебе надо получше рассмотреть, кто я.

— Я знаю, кто ты. Поэтому не могу позволить тебе умереть.

Она судорожно вздохнула. За долгое время он был единственным, кто заботился о ней. Она не понимала насколько желала этого, пока Дейл не показал.

— Я не прыгну. Сегодня, — сказала она, отвернувшись от утеса.

Через некоторое время они нагнали остальных. Джейсон медленно двигался через лес, будто желая, чтобы Харон и другие Воители настигли их.

Эйсли вновь заметила на себе взгляд Лауры. И она задумалась, как долго кто-то, похожий на Лауру, сможет выдержать пытки, которые приберег для нее Джейсон.

***

Лаура увидела, как девушка с черными волосами и темными глазами присоединилась к их группе. Она была высокой и красивой. По тем взглядам, что Джейсон кидал в ее сторону, она поняла, что девушка была важна для него. Но Лаура не могла понять насколько.

— Не позволяй ему заметить то, насколько пристально ты все изучаешь.

Лаура дернулась от неожиданности, обнаружив эту девушку рядом с собой. Ее ясные карие глаза светились проницательностью. Копна шелковистых черных волос собрана в высокий хвост. Девушка была одета в джинсы, черную рубашку и сапоги на высоком каблуке.

— Почему? — Спросила Лаура.

Женщина бросила взгляд на Джейсона, прежде чем снова посмотреть на нее.

— Я Эйсли. Кузина Джейсона. Поэтому когда я говорю тебе следить за собой, в твоих же интересах прислушаться к моим советам. Я множество раз испытывала силу его гнева непосредственно на себе.

— Почему ты помогаешь?

Эйсли слегка фыркнула.

— Проклятье, если бы я знала.

— Кто эта женщина, рядом с Джейсоном?

— Ах. Это Минди, его любовница. Она жестокая сука, так что будь готова.

Лаура перешагнула через упавшее дерево.

— Джейсон сказал мне правду? Драу действительно хорошие Друиды?

После продолжительной паузы, Эйсли приглушенно шепнула:

— Да.

Лаура вспомнила, как Харон противостоял Джейсону, жертвуя всем лишь для того, чтобы она могла уйти. Он не удерживал и не похищал ее. А вот Джейсон пытался похитить, и она полагала, что, если попытается уйти, он не позволит.

Кто же был злодеем?

У Харона были тайны, тайны ради которых он пошел на многое, скрывая, но была ли она лучше него, пряча от всех свое прошлое и то, что ее семья сделала с ней?

Или всего этого было достаточно, чтобы окрестить Харона злодеем?

Два года она провела с человеком, которому безоговорочно верила. Она отдала ему свое тело. Ни разу не усомнилась в нем. Тогда почему должна сейчас?

Независимо от того, насколько она хотела опровергнуть слова Джейсона, по каким-то причинам, она не могла. Всякий раз, когда она пыталась, ее разум твердил ей одно и то же о том, что Джейсон прав, а Харон ей лгал.

У Лауры было настолько мало информации, что она даже и не знала кому верить. Друиды и Воители. Магия и сила. Как такое могло существовать в ее мире, а она даже никогда и не подозревала об этом?

И что более важно, как она могла быть Друидом и не знать об этом?

Девушка внутренне содрогнулась при воспоминании о ее всеконтролирующей семье. Если бы они видели ее сейчас, то заявили бы, что она должна была позволить им руководить ее жизнью, и тогда не оказалась бы в этом затруднительном положении.

Лаура устала от того, что не могла решать все за себя. Она думала, что покончила с этим, оставив семью. Теперь девушка оказалась в намного более страшной ситуации.

То, как люди окружили ее, удерживая без цепей, заставляло дрожать от воспоминаний юности.

— Куда мы идем?

Эйсли пристально уставилась перед собой.

— Туда, где Харон тебя никогда не сможет найти.

Если верить тому, что наговорил ей Джейсон, то она должна чувствовать себя лучше, зная, что Харон никогда не найдет ее. Но все, что она могла ощущать, это непреодолимое чувство страха.

Следующие пятьдесят ярдов (ок. 46 м — прим.пер.), в разуме девушки происходила борьба того, что наговорил ей Джейсон с тем, что твердило ей сознание. Все, словно пружина, возвращалось к истоку. Но вдруг, наконец, прояснилось.

— Я не могу, — прошептала она, остановившись.

Эйсли тоже остановилась, взглянув на нее.

— Не можешь что?

— Идти с Джейсоном. Он что-то сделал с моим сознанием, я уверена в этом. Не важно кто лжет — Харон или Джейсон, я должна сама выяснить всю правду. Я не хочу идти с Джейсоном.

— Слишком поздно, — Эйсли взглянула вперед туда, где Уоллес мелькал среди деревьев. Когда она взглянула на Лауру, в ее карих глазах появилась затравленность. — Он никогда не отпустит тебя.

Ее слова, произнесенные шепотом, только лишь подкрепили желание Лауры, как можно быстрее убраться отсюда. Она подумала о том, что росло внутри нее — магия или что-то еще, и почувствовала, как оно растекается по ее венам — густое и горячее, словно лава.

Это дало ей силу и помогло успокоить нервы, и они вновь продолжили свой путь. У нее был лишь один шанс для того, чтобы освободиться, и она должна быть уверенной, что все сработает.

Лаура позволила своей магии возрастать, насыщая ее, пока тело не начало гудеть. И, казалось, никто не замечал этого, пока огромный отморозок, который дрался с Хароном не прошептал имя Эйсли.

Эйсли, оглянувшись через плечо, перевела взгляд на Лауру.

— Тебе никогда не удастся сделать это.

— Я остановлюсь, если ты честно сможешь сказать мне, что Джейсон славный парень. Скажи мне, что он не монстр, каким описывал его Харон.

Эйсли колебалась слишком долго, и это было всем, что требовалось Лауре для того, чтобы принять решение.

Она действовала инстинктивно, когда остановилась, позволяя магии наполнить себя. Магия циркулировала вокруг нее, в ней, шла через нее. Ощущения были опьяняющими и удивительными.

Абсолютная мощь заставила ее пошатнуться, желая большего. Это ощущалось настолько хорошо, все было под контролем, она хотела, чтобы другие ее боялись.

Потому что она устала от людей, которые стремились указывать ей, что делать. Все началось с матери, запиравшей ее в комнате. Отец постоянно закрывал глаза на происходящее, а сестра вечно встревала в ее жизнь, пытаясь командовать. Теперь и Джейсон посмел вторгнуться в ее разум, используя свою магию, чтобы подчинить.

Больше она никому не позволит вытирать об себя ноги. Больше не позволит третировать и запугивать.

Ее магия — и да, это была магия! — насыщала каждую пору, проникала в каждую частичку ее существа. Послышался отдаленный звук барабанов. Песнопение было едва слышным, а слова сложно разобрать.

Затем в своем сознании она услышала крики и множество голосов:

“Сейчас, Лаура!”

И девушка выпустила свою магию. Она являлась неконтролируемым, сильным потоком энергии. В десять раз сильнее, чем в хижине Харона. А ощущения были великолепными!

Ее глаза закрылись, прежде чем белый свет ослепил ее, а от мощной волны магии ее отбросило назад.

Лаура жестко приземлилась на спину, ударившись головой о торчащий из земли корень дерева. Но, не смотря на это, она все еще была сконцентрирована на своей магии, на том, чтобы наказать Джейсона и освободиться. Она слышала крики женщин и проклятья мужчин.

А затем… ничего.

Лаура, судорожно вздохнув, открыла глаза. Кровь пульсировала в висках, а сердце выпрыгивало из груди. На ее коже все еще шипела магия, ожидая момента, когда сможет вновь вырваться наружу.

Девушка поднялась на ноги, улыбнулась, оглядев всех, лежащих на земле. Увидев Джейсона, она подошла к нему. Она могла убить его, стоило лишь подумать об этом, и магия сделает свое дело, но она не был убийцей.

— Подойдешь ко мне еще раз, и я убью тебя, — пообещала она его неподвижному телу и, развернувшись, бросилась бежать.

***

Харон почувствовал волну магии, пронесшейся по лесу с силой пушечного выстрела. Когда вся мощь этой магии беззвучно пролетела через лес, Харон в миг понял, кому она принадлежала.

— Лаура.

— Черт побери, она Друид? — спросил Фелан.

Харон понятия не имел, но обязательно выяснит это.

— Сюда, — крикнул Брок, прорубая себе путь через деревья.

Другие последовали за ним, пробираясь сквозь чащу тихо, словно призраки, и быстро, словно ветер. Все это время сердце Харона билось в груди, пока он мчался к девушке. Он не мог дождаться того момента, когда она снова окажется в его руках.

И да поможет Бог Уоллесу, если он хоть пальцем прикоснулся к ней.

На этот раз Харон расскажет ей все, от начала и до конца. Разумеется после того, как снова займется с ней любовью. Он должен был сказать ей, кем является, и как появились Воители тогда, когда она спросила.

Возможно, тогда она бы и не ушла добровольно с Джейсоном.

Их история была тайной, только Друиды и Воители знали ее, это являлось одной из причин, почему он утаивал от нее то, каким монстром был.

Как он не распознал в ней Друида? Была ли она настолько мощным Друидом, что смогла скрыть свою магию от него? Сейчас это было не важно. Он только хотел знать, что с ней все в порядке.

Харон перепрыгнул через ручей и не мог представить себе то, что Джейсон мог наплести ей для того, чтобы девушка пошла с ним. Два года Харон был знаком с ней и никогда не лгал. Почему она не дождалась его, как он и просил?

Как бы этот вопрос не волновал его, ответа на него он боялся больше всего.

Глава 20

Лаура мчалась так, словно за ней гнался сам Дьявол. Она не остановилась даже тогда, когда, упав, скатилась вниз по склону или, когда с неба хлынул ливень.

Даже боль в ноге и в боку не замедлили девушку. Все, что она хотела, это добраться до Фернесса, собрать вещи и убраться подальше от всего этого, от Харона, от Джейсона и вообще ото всех.

Кто говорил правду? Кто лгал?

В Джейсоне было нечто темное, нечто дьявольское, это заставляло ее бежать, не разбирая дороги. Он воздействовал на нее магией. Она не знала откуда взялась эта мысль, но была уверена в этом.

Пока она не сможет привести свои мысли в порядок, ей лучше побыть одной.

Нырнув под низко висящие ветви, Лаура заметила здание, видневшееся сквозь аллею густо растущих деревьев. Она не могла перестать думать о Хароне. Его больше нет, а вместе с ним исчез и ее единственный шанс узнать правду.

Она могла бы разыскать Фелана, но если Харон не сказал ей правды, то отчего это сделает Фелан? Теперь она никому не могла доверять.

Одежда намокла и прилипла к телу. Лаура замедлилась, приближаясь к кромке леса. Каким-то образом, после стольких часов безостановочного бега, ей удалось выйти прямо к пабу.

Она прошагала мимо Мерседеса Харона, проведя пальцами по капоту великолепного автомобиля, вспоминая о том времени, что они провели вместе, прежде чем поспешно покинули его комнату. От этих мыслей ей стало только хуже. Харона больше нет, и он не в состоянии ей помочь.

Лаура выглянула из-за угла здания, проверяя был ли там кто-либо. Никого не заметив, изо всех оставшихся сил бросилась через дорогу. Она слишком полагалась на Харона. Лаура поняла это только сейчас, когда было уже слишком поздно и уже ничего нельзя было исправить.

Девушка вытерла слезы. Почему погиб именно он? Почему ее магия не уничтожила Джейсона вместо Харона?

Сердце Лауры ушло в пятки, когда она заметила, что дверь ее квартиры по-прежнему висела на петлях. Воспоминания о том, как Бен пытался затащить ее в машину, будут преследовать ее всю оставшуюся жизнь. Но они меркли по сравнению с теми, когда Харон, войдя через сорванную с петель дверь, поднял ее на руки, тогда, впервые в жизни, она почувствовать себя в безопасности.

Он не хотел подвергать ее опасности, не хотел вмешивать ее во все это. Харон действовал осторожно, а его прикосновения были такими нежными, словно он боялся, что она может разлететься на миллион кусочков.

И все же, через все охватившие ее ощущения, она чувствовала его гнев из-за всего того, что ей тогда пришлось пережить.

Лаура прикоснулась к синяку на щеке. Удар Бена был ничем по сравнению с тем, через что ей пришлось пройти за последние несколько часов. Но даже после всего этого она не хотела думать о магии.

Она была внутри нее, текла по венам, точно так же, как и ее кровь. Ярко пульсировала под кожей, словно солнце. Лаура даже не могла предположить что с ней теперь делать и как использовать.

Где была ее магия, когда она много лет пыталась бороться со своей сестрой и матерью? Где была эта магия, когда Бен попытался похитить ее, и она так остро нуждалась в чьей-либо помощи?

Появляется и исчезает ли магия сама по себе, или она смогла бы научиться управлять этим процессом? И нужно ли ей это?

— Харон, я хочу, чтобы ты был рядом.

Каждый раз, когда она задавала ему тот или иной вопрос, он всегда отвечал ей правдиво, даже если это было не тем, что она хотела услышать. Знал ли он о её магии? Может, именно поэтому он нанял ее?

Она шумно выдохнула, выдворив все мысли о магии и Хароне из своего сознания. Толкнув дверь, вошла внутрь. Лаура проследовала в свою спальню и замерла как вкопанная, обнаружив свою сестру.

— Лейси.

Ее сестра, натянуто улыбнувшись, шагнула к ней.

— Привет, младшая сестренка.

— Как ты нашла меня? — требовательно спросила Лаура.

Могла быть лишь одна причина по которой Лейси захотела бы найти ее, и Лаура знала, что это никоим образом не связано с сестринской любовью, а лишь с тем, чтобы вновь взять жизнь “младшей сестренки” под контроль.

Лейси рассмеялась, в тишине квартиры звук ее смеха отдавался громким эхом.

— Мы всегда знали где ты, глупая гусыня. Нам бы больше понравилось, если бы ты оставалась ближе к дому, но я понимаю, работа и все такое.

— О чем ты говоришь? — Почему Лейси приехала сюда? После двух лет благословенной свободы, почему вдруг появилась?

Любви между сестрами не было никогда. Лейси была рождена матерью в семнадцать лет вне брака. Лаура же появилась на свет через десять лет, когда их мать уже вышла замуж.

Лейси, в отличии от их матери, не была жестокой, а всего лишь без устали контролировала ее жизнь. Или, по крайней мере, ей так всегда казалось. Теперь, однако, Лаура взглянула на нее другими глазами, и ей совсем не понравилось то, что она увидела.

— Как ты это сделала? — спросила Лейси, подойдя на шаг к ней. — Как ты смогла вернуть свою магию?

Комната завертелась вокруг Лауры и она, схватившись за спинку дивана, попыталась удержаться в вертикальном положении. Магия. Почему вокруг все, кроме самой Лауры, знали о ее существовании?

— Ты знала?

Лейси закатила глаза.

— Естественно, мы знали. Мы происходим из древнего рода Друидов. Но наша магия стала исчезать, остались лишь крупицы. Их не хватало бы даже для того, чтобы вырастить растение. Но, затем, родилась ты.

— Ты знала, — повторила Лаура, ее разум все еще не мог переварить то, что ее семья скрывала от нее все эти годы.

— Моя идеальная, красивая младшая сестра не просто получила великолепные волосы и тело, но также и невероятную порцию магии. Мы с мамой не могли понять как, — небрежно бросила Лейси, хитро улыбнувшись, пока ее пальцы перебирали кухонное полотенце. — Это приводило нас обеих в бешенство. И, совершенно случайно, я наткнулась на способ, с помощью которого можно было бы капля за каплей выкачивать твою магию.

Лаура думала, что ее сейчас стошнит. Желудок скрутило в тугой узел.

— Ты забрала мою магию?

— О, тот первый вкус твоего мощного волшебства был … захватывающим, — произнесла Лейси со смехом. Она схватила яблоко из корзины на кухонном столе и подбросила его в воздухе прежде, чем снова поймать. — Однажды познав вкус твоей магии, мы с мамой просто не смогли перестать брать ее у тебя. А ты никогда ничего даже и не подозревала.

— Зачем ты сейчас здесь? Неужели моей магии вам стало недостаточно? Теперь тебе нужна еще и моя жизнь? — Лаура наблюдала за тем, как гнев и ненависть боролись в теле ее сестры, готовые поглощать.

Даже когда она была заперта в своей спальне, она не чувствовала в себе такой бессильной ярости. Она думала, что убежала из семьи, когда в реальности оказалось, что они просто позволили ей уйти. Как не прийти в бешенство после такого заявления? Тогда как ей потребовалось невероятное мужество, чтобы покинуть их.

— Ты всегда все слишком драматизируешь. Если бы ты выросла с твердым характером, мы, возможно, оставили бы тебе немного магии.

Лаура сжала кулаки.

— Позволили мне? — повторила она, ее голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Вы, возможно, позволили бы мне обладать собственной магией. Как великодушно с вашей стороны. Я всегда знала, что ты та еще сука.

— Ох-ох, — произнесла Лейсли, всплеснув руками в притворном страхе, при этом она выгнула брови и выпучила глаза. — Задела за живое?

— Убирайся. Сейчас же. Я больше не хочу ни видеть тебя, ни слышать. Никогда!

Лейси, взглянув на яблоко, провела по нему пальцем.

— Я не уйду, пока ты не вернешь мне мою магию.

— Это моя магия! — грудь Лауры вздымалась от возмущения, и, казалось, сердце стучит в груди как барабан.

— Ответ не верный.

Лаура не успела среагировать и увернуться от летящего прямо ей в голову яблока.

***

— Я нашел ее! — крикнул Брок. — Лаура в Фернессе.

Харона не волновало, как Броку удалось вновь использовать свою магию. Он мчался в Фернесс, его единственной целью было добраться до Лауры и обеспечить ее безопасность.

Даже если она не пойдет с ним, он просто хотел, чтобы Лаура была в безопасности. Харон не горел желанием объяснять то, почему он не рассказал о себе раньше. Но были ответы, которые бы он хотел получить. Например, как, черт возьми, она оказалась Друидом?

Беспокойство одолело его, когда он не ощутил никакой магии Друида. Если Лаура была в Фернессе не должен ли он почувствовать ее?

Достигнув Фернесса, Харон так и не остановился. Брок указал на ее квартиру и Харон ворвался через сломанную дверь, обнаружив девушку на полу, без сознания.

— Лаура, — позвал он, кинувшись к ней.

Фелан опустился на колени с другой стороны.

— Куда ее ранили?

Харон быстро осмотрел ее.

— Я ничего не вижу.

— Тогда бери ее и убираемся отсюда, — сказал Лукан.

Рамзи, стоявший около двери, оглянулся на них через плечо.

— Согласен. Я чувствую магию Драу. Джейсон, скорее всего, уже на подходе.

— Мобильные до сих пор не работают, — яростно прорычал Лукан.

Харон поднял Лауру на руки.

— Если придется, я буду бежать всю дорогу до замка.

— Тебе не придется, — произнес голос позади него.

Харон, развернувшись, увидел Малкольма, стоявшего на кухне Лауры и подпиравшего плечом дверной проем.

Малкольм кратко кивнул.

— Я смогу найти причину того, почему мобильные не работают. Это не займет много времени. Затем берите девушку и валите отсюда.

— Спасибо, — сказал Харон.

Малкольм, находясь на полпути к двери, остановился, но так ничего и не сказав, вышел.

— Ему становится все хуже и хуже, — спокойно сказал Рамзи.

— В нем слишком много вины, — вздохнул Брок.

— Это не вина, — сказал Харон. Когда-то в нем этого было достаточно, чтобы он смог распознать это и в другом человеке. С Малкольмом все было гораздо хуже.

— Нет, не чувство вины. Он опустошен изнутри, — сказал Фелан.

— Дерьмово, — сказал Лукан, нахмурившись. — Если бы у него не осталось вообще никаких чувств, его бы здесь не было.

— Он пришел потому, что Ларена рассказала ему обо всем, что происходит, — сказал Харон. — Малкольм будет рядом и поможет, когда Ларена попросит.

Их разговор резко оборвался, когда молния прорезала воздух над деревней, расколов небеса. Лукан сразу полез в карман за мобильным. Секунду спустя, он уже разговаривал с Фэллоном.

Харон посмотрел из окна квартиры Лауры, ища взглядом Малкольма, когда появился Фэллон. У него не было возможности сказать что-либо, поскольку спустя мгновение уже все стояли в зале замка Маклаудов.

Крепко прижимая к себе Лауру, он оглядел большой зал и понял, что Куинн, Эйдан и Гален отсутствовали.

— Малкольм сказал, чтобы мы оставили его там, — сообщила Ларена в тишине. — Он хочет понаблюдать за Джейсоном и другими.

Фэллон повернулся, с его губ сорвался ряд проклятий.

— Я приготовила комнату, — сказала Соня, вставая рядом с Хароном. — Отнеси туда Лауру, чтобы я смогла ее исцелить.

Харон последовал за Соней, они поднялись по лестнице на второй этаж. Затем повернули направо, направляясь прямо по коридору, пока, наконец, не остановились у открытой двери.

Соня ждала, пока Харон опустит Лауру на кровать. Он выпрямился, но уходить не стал. Девушка пробыла одна в лесу весь день и всю ночь. Одна. Пока Джейсон не нашел ее.

Он поднял взгляд, когда Соня дотронулась до его руки.

— Я не нашел никаких повреждений. Синяк на щеке, это от того, что ее пытались похитить.

— Я осмотрю ее. Попытайся отдохнуть, — сказала Соня.

Харон потер глаза. Он очень устал, но был сильно обеспокоен состоянием Лауры, чтобы оставить ее хоть на минуту. Что наговорил ей Уоллес? И, что более важно, как ей удалось сбежать от него?

Самым тревожным было то, что он не мог почувствовать ни капли магии от Лауры. Как будто ее никогда и не было.

Сильная рука сжала его плечо, обернувшись, Харон обнаружил Фелана. Друг кивнул, вставая рядом с ним.

— Она сильная. С Лаурой все будет в порядке.

— Да, — сказала Соня. — Синяк я исцелила. И такое ощущение, будто кто-то ударил ее по голове.

Харон прислонился плечом к каменной стене узкой комнаты.

— Кому нужно было вырубить ее и, не забрав, бросить?

— Хороший вопрос. Пусть она отдохнет, а затем мы все выясним, — ответил Фелан.

Харон позволил Фелану вытолкнуть себя из комнаты. Он шел беззвучно вниз по коридору и лестнице и остановился, когда достиг большого зала. Все ждали ответов. Ответов, которых у него не было.

— Спасибо за помощь Лауре, — произнес он.

Рамзи обнял свою жену, Тару, и сказал:

— Мы сделали это ради тебя.

— Джейсон не остановится на мне, — сказал Харон, вместо того, чтобы ответить на заявление Рамзи. — Он собирается заставить страдать каждого из нас, и будет действовать тогда, когда этого никто не ожидает.

— Я рассказал им, — сказал Фэллон, его лицо омрачилось беспокойством.

Маркейл прочистила горло, пальцами перебирая одну из своих косичек.

— Эйден крайне осторожен. Мой сын знает, что поставлено на карту, именно поэтому он решил остаться и выяснить все о той крови. Куинн и Гален присматривают за ним и Бритт, девушкой, которая ему помогает.

— Кровь? — нахмурившись, спросил Харон.

Фелан опустился на длинную скамью, стоявшую возле стола.

— Да. После битвы в особняке Уоллеса, когда моя кровь не смогла исцелить тебя, стало ясно, что Джейсон что-то сделал с кровь Драу, этим превратив ее в мощнейшее оружие против нас.

— Да, — сказал Камдин, передав свою маленькую дочь на руки жене, Шафран. — Если нам удастся распознать, что в крови Драу так реагирует на нас, то в следующий раз, когда Уоллес снова решит использовать Х90, мы сможем что-либо предпринять против этого.

Харон обнаружил, что его рука машинально поднимается в потребности потереть грудь, но остановился прежде, чем прикоснулся к ране.

— Отличный план.

— Что? — спросил его Логан, когда Харон замолчал.

— Когда Уоллес использовал кровь Драу вчера, на той поляне, я был исцелен взрывной волной магии, той самой, которая уничтожила мою хижину.

— Хотел бы я знать того, кто способен на такое, — хмыкнул Хейден.

Харон посмотрел вниз на свои руки.

— Я почувствовал магию Маи за мгновение до того, как потерял сознание. И только один человек был неподалеку… Лаура.

— Я не ощутил никакой магии от нее, когда вы прибыли, — ответил Арран.

— Я не ощущал этого в течении двух лет, но почувствовал сегодня. Вот в чем проблема, — сказал Харон.

Глава 21

— Что значит, она сбежала? — требовательно спросил Джейсон.

Малкольм, стоя на крыше здания в Фернессе, узнал Воителя, находящегося рядом с Джейсоном. А Дейл лишь пожал плечами, чем привел Уоллеса еще в большую ярость.

— Она не могла уйти!

Длинноногая темноволосая женщина с Джейсоном, точившая свои коготки, ответила за Дейла:

— Она ускользнула. Можешь переходить к плану Б.

В следующий миг Джейсон вплотную приблизился к ней.

— Эйсли, я не нуждаюсь в твоих комментариях.

В тот момент, когда Малкольм взглянул на Эйсли, та, в ответ, одарила Джейсона свирепым взглядом. Драу была сообразительна, но либо она не до конца осознавала того, что с ней мог сделать Джейсон, либо ей было это безразлично, Малкольм не нашел ответа.

— Я не понимаю, почему ты позволяешь своей кузине разговаривать с тобой в подобном тоне, — произнесла другая женщина. Выглядела она весьма болезненно, ее кожа была бледна, а ярко-красная помада и ногти только подчеркивали это.

Так Эйсли была его кузиной. Интересненько.

Голос Джейсона снизился до шепота, когда он, наклонив голову, обратился к Эйсли. Несмотря на то, что Малкольм находился в нескольких кварталах от них, его обостренный слух позволял ему расслышать даже невнятное бормотание.

— Ты испытываешь мое терпение?

Малкольм уловил едва уловимое напряжение в теле девушки, хотя она и не подала виду, продолжая смотреть на него со скучающим видом.

— Даже в мыслях не было. Кузен.

— Ага, вижу, — бросив последний предостерегающий взгляд, Джейсон развернулся и открыл дверь белого БМВ. — В любом случае, Лаура скоро будет моей. Пришло время пополнить команду.

Малкольм щелкнул пальцем по одному из своих темно-бардовых когтей, когда Джейсон и его окружение отбыли из Фернесса. Он не планировал возвращаться сюда, но, после звонка Ларены, понял, что движется на север.

Он встал, услышав звук приближающихся шагов. Малкольм развернулся, наблюдая, как высокий широкоплечий мужчина поднимается на крышу здания.

Он окинул взглядом территорию, пока не заметил Малкольма. Мужчина прочистил горло.

— Я недавно видел тебя с Хароном. Хотел лишь узнать, все ли в порядке с девушкой.

Малкольм нахмурился, пока не осознал, что мужчина говорит о Лауре.

— Я не знаю. Харон увез ее в безопасное место.

— Отлично, — произнес мужчина, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты один из тех мужчин, кто, по словам Харона, помогает защищать деревню?

Мужчина кивнул.

— Да. Я Брайен. Фелан сказал нам наблюдать, но после этого мы не получали больше никаких указаний.

— Харон скоро вернется. А до тех пор, будьте на чеку. Если Джейсон или кто-либо из его группировки вернется, незамедлительно звоните Харону.

Малкольм прошел мимо мужчины в сторону лестницы, так как не мог прыгнуть вниз, не вызвав при этом подозрений. Он не был уверен насколько люди Харона были осведомлены.

— Ты останешься? — спросил Брайен.

Малкольм остановился, бросив взгляд на далекие горы. Густой туман скрывал вершины, маня и обещая долгожданное одиночество, озера с кристально чистой водой, а также лесные массивы, созданные лишь для того, чтобы можно было в них затеряться.

— Нет, — в итоге ответил Малкольм. — Моя работа на этом закончена.

***

Лаура мгновенно пришла в себя. Ее глаза открылись, и она резко села. Девушка быстро осмотрела небольшую комнату и поняла, что была одна. В постели.

Она не могла вспомнить, как оказалась здесь. Однако, отчетливо помнила визит Лейси.

Скрипнула и открылась дверь. Обернувшись, Лаура встретилась взглядом с Хароном, заполонившим дверной проем. Ее сердце пропустило удар, когда она увидела его — живого и здорового. Ее губы приоткрылись, но слова застряли в горле.

Как ему удалось выжить? Затем она вспомнила, что видела как быстро его раны могут исцеляться. Он не умер? Она напрасно оплакивала его?

Его взъерошенные темные волосы выглядели так, будто он неоднократно проводил по ним пальцами. На щеках виднелась темная щетина, но беспокойство, отражавшееся в его темных глазах, заставило ее желудок сжаться от страха.

— Я думала, ты умер, — прошептала она, обретя, наконец, дар речи. Она, по-прежнему, была ошеломлена, увидев его стоящим здесь, всего в нескольких шагах от нее. Живым.

Харон выдохнул, закрыв за собой дверь. Мужчина прислонился к косяку, сунув руки в передние карманы своих выцветших джинсов.

— Что ты увидела на поляне?

— Я видела…, — она сглотнула, когда ее голос затих. — Как ты... изменился.

— Этого я и боялся. Тебе не надо меня бояться, Лаура. Я никогда не причиню тебе зла.

— Где я? — спросила она, не готовая говорить о том, что произошло.

Харон опустил подбородок на грудь.

— В замке Маклаудов. Это единственное место, где Уоллес не сможет добраться до тебя.

Она предполагала это по обстановке комнаты, по каменным стенам и полу. Лаура сжала одеяло пальцами.

— Ты — Воитель?

— Да, — ответил он без колебаний. — Я бессмертный, обладающий способностями первобытного бога внутри меня. Так понимаю, Уоллес рассказал тебе.

Лаура, кивнув, посмотрела на Харона сквозь ресницы.

— Он сказал, что Драу хорошие.

— Ясное дело, он именно так и скажет, — произнес Харон, его голос оставался бесстрастным. Такими же были и его глаза, когда он посмотрел на нее. — Так он убедил тебя пойти с ним?

— Откуда ты знаешь?

— Из нас бы вышли отличные ищейки.

Лаура не могла выдержать его взгляд. Он пришел за ней. Как она могла хоть на миг усомниться в нем?

— Да, именно поэтому я и последовала за ним. В один миг я была напугана, а в другой почувствовала, словно нахожусь в безопасности. Подозреваю, он воздействовал на меня магией.

— Уверен, так и было.

— Ты говорил, что Драу зло, а он сказал это же о Маи. Я не знаю кому или чему верить. Все стало так запутано, — сглотнув, она взглянула на него. — Мне страшно, Харон.

Несколько минут он молчал. Но в итоге произнес:

— В этом замке живет группа людей, рисковавших своими жизнями, всем, в течение многих веков, чтобы защитить тебя и каждого человека в этом мире. Друиды Маи. Их волшебство чисто и сильно, и они помогли нам уничтожить двоих Драу — Дейдре и Деклана. Также они помогут нам справится и с Джейсоном. Воители прошли через ад и выжили. Мы теряли близких и друзей, но продолжаем бороться, потому что если перестанем, то тьма накроет всех нас.

Он замолчал, на его челюсти заиграли желваки.

— Маклауды открыли двери своего замка для тебя. Все, кто здесь живет, готовы пожертвовать жизнью ради твоей безопасности. Если ты не веришь, что люди в этом замке не зло, тогда сделай всем одолжение, уходи.

Его слова ударили, словно пощечина. Она задохнулась, пытаясь удержаться в незнакомом, быстро меняющемся мире, в который оказалась вовлечена.

— Если ты не желаешь меня видеть здесь, зачем тогда привел?

— Сам задаюсь этим вопросом. Все, что я сейчас знаю — ты теперь работаешь с Джейсоном и здесь лишь для того, чтобы затем предать меня.

— Ты не прав.

Он сухо рассмеялся.

— Они все так говорили, а затем мы видели, как Драу, используя свою магию, проникают в чей-либо разум. Я должен знать это наверняка, Лаура.

Заправив волосы за уши, девушка взглянула на свои руки. Она не смогла почувствовать магию внутри себя и неважно сколько раз пыталась вызвать ее.

— Ты рассказал мне о Друидах, и я поверила тебе. Потому что ты никогда не лгал мне. У меня есть магия. Вернее... была.

— Что это значит? — спросил Харон, пристально смотря на нее.

Лаура пока не была готова рассказать ему обо всем.

— Почему ты не рассказал, кем являешься?

— Очевидная причина состоит в том, что ты не была Друидом, или, по крайней мере, я так полагал.

— Но ты рассказал мне о Друидах.

— У меня не осталось выбора, — процедил Харон сквозь зубы, опустив взгляд в пол. — Я не хотел говорить этого, но Уоллес был полон решимости захватить тебя, а ты не хотела уезжать. Я был готов на все, лишь бы ты была в безопасности.

Старая боль нахлынула с удвоенной силой, и даже зная, что Харон не имел ничего общего с ее семьей, управляющей ею при любом удобном случае, она не могла сдержать эмоции, переполнивших ее.

— Значит, я должна была это сделать лишь потому, что ты так сказал.

Его взгляд метнулся к ней.

— Ты чертовски права. Я пытался спасти твою жизнь.

— Оставив свою семью, я поклялась, что никто и никогда не станет мне указывать, что и как мне делать! — выкрикнула она, ненавидя, что ее захлестывает гнев, мешая текущие проблемы с прошлым, особенно после визита Лейси.

— Люди говорят тебе, что делать, каждый проклятый день, Лаура!

Она впилась ногтями в ладони, когда ее тело начало трясти от ярости.

— Так значит, чтобы убедить меня делать то, что ты хочешь, ты снова займешься со мной любовью?

В мгновение ока, девушка оказалась на спине, ее руки были подняты над головой, а лицо мужчины в дюйме от ее.

— Ты думаешь, что я затащил тебя в свою постель, чтобы подчинить своей воле?

Его голос был слишком мягким, слишком нежным. А в глубинах темно-карих глаз полыхал огонь.

— Ты сказал мне что-то сделать и, когда я отказалась, решил попробовать другой подход.

— Ты себя совсем не ценишь? Если бы ты не согласилась, я бы разработал новый план, ясно? — его голос был низким и померкшим, когда он, отодвинувшись от нее, встал. Тело было напряжено. — К тому же ты первая поцеловала меня. Между прочим, я стал звонить Фэллону, чтобы он забрал тебя, вырывающуюся и кричащую, в замок Маклаудов. Я рисковал всем ради тебя.

Его слова заставили ее заволноваться.

— Ты не понимаешь ...

— Ты права. Я не понимаю, — перебил он. — Потому что ты не рассказываешь мне. Храни свои секреты. Бог свидетель — у меня есть и свои.

Она закрыла глаза, его слова причиняли боль. Потому что она была столь глупа и не уехала из Фернесса, когда он просил. Увидев его мертвым, она винила только себя, зная что из-за своей гордости не покинула деревню.

И вот сейчас она снова с ним спорит.

Лаура хотела, чтобы Харон рассказал ей все о Друидах и Воителях и она была глупа, пытаясь использовать свой гнев, заставляя его сделать это.

Правда состояла в том, что Джейсон был тьмой. Он использовал магию, планируя подчинить и похитить ее. А Харон и Фелан хотели лишь защитить ее.

Тот, кто не пережил подобное в юности, никогда не поймет, почему она не позволяет указывать ей. Как она могла объяснить кому-то, что не было ни единого аспекта ее жизни, где бы семья не пыталась контролировать ее?

Дважды она попыталась противостоять и дважды была наказана. Ее отец был погружен в работу, но ни один из ее родителей никогда не поднимал на нее руку. У ее матери были другие методы наказания.

Харон встал и направился к двери, но остановился, положив руку на ручку.

— Другие хотят пообщаться с тобой. Риган — Друид, она может сказать лжет ли человек, глядя ему в глаза. Дани может проникнуть в твой разум и определить контролируется ли он заклинанием.

— Чего же ты ждешь, давай сделаем это, — сказала она, свесив ноги с кровати. Чистая одежда лежала на кресле, и ей не терпелось сменить свою. — Чем скорее все поймут, что единственная, кто контролирует меня — это я, тем быстрее я смогу отсюда убраться.

— Ты здесь не пленница. Это одно из правил Фэллона. Никого не удерживают здесь против воли.

— Единственная отличная новость за сегодняшний день.

Лауре было больно. Не от ранения, боль шла из ее сердца. Ночь, когда Харон любил ее, была особенной. Между ними возникла связь, или ей показалось, что она была.

Она желала перестать набрасываться на него из-за того, что с ней произошло. Это было так, словно ее мир бушевал в неистовом шторме, и она не могла разглядеть землю.

В тот самый момент, когда она решила, что вышла на правильное русло, нечто снова отбрасывает ее обратно, в ревущий шторм. По крайней мере, сейчас магия Джейсона ослабила свою власть над ней, и теперь девушка четко знала, кто зло, а кто нет.

Лаура была вне себя от радости увидеть живого Харона. Хотела прижаться к нему и не отпускать.

— Где твоя магия?

Лаура соскользнула с высокой кровати, камни под босыми ногами были холодными, когда она коснулась пола.

— У меня ее нет.

— Это ведь ты использовала магию в хижине.

Это не был вопрос. Лаура не могла смотреть на него, ей было слишком больно. Слишком много происходило между ними сейчас. И не важно насколько ее тело и ее сердце хотели этого, они никогда не будут вместе.

— Я увидела, как ты и Дейл сцепились. Видела, как ты побеждаешь. Пока что-то не обездвижило тебя. Сейчас я понимаю, что это магия, но тогда знала, что ты не можешь защитить себя. Потом Джейсон влил свою кровь в твои раны. Я слышала … слышала твои крики. И следующее, что помню, как во мне что-то зашевелилось. Оно возрастало, пока они удерживали тебя, а затем это вырвалось наружу, прямо из моих рук.

— Твоя магия спасла меня. Кровь Драу — яд для Воителей. Я умирал.

Лаура еле сдержала слезы. Она не ошиблась. Он умирал. Эмоции распалили ее магию.

Но что заставило ее использовать магию, после стольких лет, когда она не подозревала о ее наличии? Мог ли быть это факт от того, что Харон был ранен?

Или это было что-то другое?

Глава 22

Бритт, делая глоток жидкости глубокого красного цвета, бросила взгляд поверх бокала на Эйдена Маклауда. Его зелёные глаза улыбались и светились теплом, когда он смотрел на нее в ответ.

Тем не менее, уже несколько раз за ужин она замечала, что он внимательно осматривает ресторан, будто сканируя. Эйден не игнорировал ее, нет. Ни разу не было такого, чтобы он не ответил на ее вопрос или реплику.

Эйден кивнул официанту, забравшему их тарелки. Затем обратил взгляд своих изумительных глаз на нее. Его губы растянулись в широкой улыбке, привлекая к себе ее внимание.

Бритт мечтала о его губах с тех пор, как, оторвавшись от микроскопа, увидела его в лаборатории. И не только о губах. О нем самом.

Бритт видела много красивых шотландцев, с тех пор как приехала в Эдинбург, но в Эйдене было что-то неуловимое, отличавшее его от остальных.

— Ты изменился, когда появился Куинн, — сказала она, отставив вино.

— Я не знаю, о чем ты, — ответил Эйден, проведя рукой по своим волнистым светло-каштановым волосам.

Бритт, наклонившись, убрала прядь его волос, упавшую на лоб. Ей не терпелось запустить пальцы в его непослушные волосы.

Он взял ее за руку, его глаза потемнели, когда он поймал ее взгляд и, удерживая его, поцеловал каждый пальчик ее изящной руки.

Сердце Бритт пустилось вскачь от ощущения его губ на коже. Они разделили множество обедов и ужинов ранее, но все это было за работой. Этот вечер был особенным.

Она знала, что если позволит, то между ними могут возникнуть далеко не рабочие отношения. И, Боги, как же она желала этого. Даже с его секретами, она все равно хотела его.

— Ты ведь знаешь, что это значит, не так ли, — сказала Бритт, неохотно убрав руку. — Вы с Куинном очень похожи. Я знаю, он твой родственник. Почему ты скрываешь это?

Эйден пожал плечами и откинулся на спинку стула, позволяя официанту поставить десерт на стол.

— Потому что это не имеет значения.

— Не имеет значения, да? — спросила она, потянувшись за вилкой. Девушка подцепила вилкой кусочек чизкейка и положила его в рот, сосредоточившись на мужчине напротив. — Ты сказал мне, что обладаешь магией, даже доказал это, и ты говоришь, что не имеет значения, кто такой Куинн.

— Бритт, пожалуйста, — прошептал он, закрывая лицо.

— Что тебя отличает от всех остальных? Ты также одеваешься, но на этом все сходство заканчивается. Некоторые слова, используемые тобой, словно из другого века. То, как ты держишься и смотришь на людей. Как будто ожидаешь нападения.

Он посмотрел на бокал с муссом.

— Я обычный человек.

— Человек с магией и секретами. Это отличает тебя, но и без этого, ты все равно выделяешься в толпе. Я видела, как люди освобождают тебе путь, словно ощущая, что должны держаться от тебя подальше.

— Ты не должна держаться от меня подальше.

— А я этого и не хочу. Не уверена, что смогла бы, даже если бы попробовала. Кто ты на самом деле, Эйден Маклауд?

Эйден поднял на нее свои зеленые глаза, поймав ее взгляд.

— Ты бы не поверила мне, если бы я тебе рассказал.

— А ты рискни.

— Как близко ты к открытию различий крови?

Она пожала плечами, отправив в рот еще кусочек чизкейка.

— Я чувствую, что ключевая часть отсутствует, без которой мне не справиться.

— Так и есть. Что, если я смогу предоставить ее тебе?

Как бы сильно ей не хотелось узнать все об Эйдене, ей все же необходимо было найти различия в крови.

— Если она у меня будет, тогда это займет, я думаю, два, максимум три дня.

— Мне может потребоваться несколько дней. Но как только я сделаю это, нам нужна информация, как можно скорее.

Весь вечер они разговаривали о таких банальных вещах, как город и ее детство. Ни разу разговор не касался исследований крови и того, почему они ему так нужны. Как только они затронули эту тему, Эйдена, словно подменили.

Исчезла улыбка, а вместе с ней и тот расслабленный человек, который сидел напротив нее в переполненном ресторане. Он был напряжен, его голос звучал низко и отрывисто, заставляя звенеть маленькие колокольчики у нее в голове.

— Что произошло? — спросила она тихо, позволяя своему взгляду медленно блуждать по ресторану.

— Мой враг приближается. Он нацелился на тех, кто близок нам. Я боюсь, что ты можешь быть следующей, Бритт. Он уже пытался похитить кое-кого, чтобы причинить вред моим друзьям.

— Кто вообще этот придурок?

Эйден зло оскалился в подтверждение ее слов.

— Джейсон Уоллес.

Она порылась в памяти в поисках того, что знала о владельце этого имени.

— Я буду на чеку. Ты знаешь, у меня есть навыки. Я жила в Сан-Франциско, Лондоне и Берлине. Я могу позаботиться о себе.

— Он обладает магией.

Это немного расстроило ее, но она не показала этого.

— Он оставит меня в покое, когда ты уйдешь с нужной тебе информацией?

Эйден покачал головой из стороны в сторону.

— Я так не думаю.

— И что тогда? Ты будешь рядом со мной всю жизнь, защищая? — Это было сказано в шутку, но после того, как слова сорвались с ее губ, эта идея очень ей понравилась.

Бритт, отведя взгляд, положила салфетку на стол, когда тишина между ними затянулась. Он, возможно, не чувствовал того же. Для нее это было бы не впервой. Кажется, ее, словно магнитом, тянуло к парням, которые не отвечали на ее чувства.

Но, в этот раз, она надеялась, что с Эйденом у нее может все получиться.

Наконец, он ответил:

— Если я посчитаю, что это сработает, то да, буду. Но этого не достаточно. До тех пор, пока Уоллес не исчезнет, я бы хотел, чтобы ты пошла со мной.

— И куда?

Она выпила вина, пытаясь успокоить нервы и волнение, вызванное его предложением, но ничто не помогло. Мысль о том, чтобы уйти с Эйденом совершенно не пугала ее, пугало то, насколько сильно она этого хотела.

Бритт пропустила огромное число занятий и сроки сдачи многочисленных работ, пока помогала ему, но ее это не волновало. Она так долго стремилась к степени магистра или доктора, чтобы хоть как-то заполнить свою жизнь.

Одна причина и один человек — все изменилось в мгновение ока. Она нашла смысл в Эйдене, но не хотела говорить ему об этом, потому что не была уверена, как он это воспримет.

— Эйден? Куда я должна пойти? — спросила она снова.

Он подался вперед, положив локти на стол.

— В замок.

Но за этим словом скрывалось большее. Она поняла это немедленно по тому, как его глаза наблюдали за ней.

— Звучит замечательно. Я посетила несколько замков с тех пор, как приехала сюда, но никогда не останавливалась ни в одном из них.

— Мне кажется, ты не понимаешь насколько все серьезно.

— Я понимаю. Ты с самого начала дал понять насколько это опасно.

— Но ты не поверила мне, — сказал он, уличая ее во лжи.

Бритт отломила еще один кусочек чизкейка.

— Нет, я не поверила тебе, пока не изучила образцы, что ты дал мне. Это может быть бессмысленным для тебя, но идея изучения чего-то настолько невероятного слишком хороша, чтобы отказываться от нее.

— Даже если это будет стоить тебе жизни?

Девушка спрятала улыбку, его глаза потемнели, когда она медленно поднесла вилку ко рту и обхватила ее губами. Затем, также медленно, вытащила ее. Она проглотила десерт, под его взглядом, ее кровь закипела.

Возможно, он не был бы так уязвим, если бы она доверилась ему.

— Не ты ли мне говорил, что будешь обеспечивать мою безопасность?

Он прочистил горло и огляделся.

— Да. Обещал, — поспешно исправился он.

Он был увлечен ею, сейчас она это видела. Бритт удивлялась, почему Эйден не предпринял попытку сблизиться с ней. Именно из-за этого, она начала думать, что он не был в ней заинтересован. Похоже, она поспешила с выводами.

Что удерживало его? И хотела ли она ждать, пока он осмелится на это?

Ответ на этот вопрос был определенно “черт возьми, да”. Она хотела Эйдена. Даже когда знала, что ей следует бежать от него в другую сторону и сохранять между ними как можно большую дистанцию, из-за опасности, что окружала его, она не могла.

Он привлекал ее, девушку к нему тянуло, независимо от последствий.

Бритт улыбнулась и откинулась на спинку стула. Его взгляд блуждал по ее губам и спустился к груди. Она в первый раз надела темно-фиолетовое платье, которое купила год назад, и была рада этому.

— Ты заслужила вечер в городе после столь тяжелой работы, — сказал Эйден.

— Но, все же, нам нужно возвращаться.

Он кивнул и достал бумажник. Положив на стол несколько купюр, он встал.

— Внимание Уоллеса сосредоточено на моем друге, но я не знаю, как долго это будет продолжаться.

— Тогда домой.

Бритт наслаждалась тем, как он отодвинул ее стул и предложил свою руку, при выходе из ресторана. Она ощущала внутренний подъем, видя, как женщины смотрят на Эйдена с вожделением в глазах.

Он выглядел великолепно в джинсах, рубашке и пиджаке. Добавьте длинные волосы, уверенную походку и хитрую улыбку — он неотразим!

Эйден не замечал, что за ним наблюдают и от этого, она хотела его еще больше. Как только они вышли из ресторана, Бритт повернулась и поцеловала его.

Целую секунду Эйден просто стоял, наслаждаясь мягкими изгибами тела Бритт. Затем, обнял ее, притянув ближе.

Он застонал от ощущения сладкого вкуса ее губ. Множество ночей Эйден провел, мечтая о ее поцелуе, и теперь, когда она в его руках, он боялся, что никогда не сможет ее отпустить.

Член Эйдена напрягся, когда он услышал ее мягкий стон. Он углубил поцелуй, желая большего, нуждаясь в большем.

Кто-то наткнулся на Эйдена сзади. Он оторвался от Бритт и повернулся, чтобы посмотреть на того, кто осмелился им помешать. Но один взгляд на большого лысого человека с бородкой, заставил Эйдена думать лишь о том, как бы увести отсюда Бритт, и немедленно.

— Ты нам нужен, — сказал мужчина.

Эйден подтолкнул Бритт к себе за спину, позволяя своей магии наполнить его.

— Этого никогда не произойдет. Передай это ублюдку Уоллесу.

Мужчина улыбнулся.

— Так значит, ты знаешь, кто я.

— Я могу узнать Воителя, когда вижу его.

— Еще бы, ведь твоя родня сплошные Воители. Давай без сцен, парнишка. Ты и девушка должны пойти со мной прямо сейчас.

Гален, выйдя из тени за спиной мужчины, прислонился к стене.

— Хм, Дейл. Ты все ещё не понял, что работаешь не на тех людей?

Дейл сдвинулся, пытаясь удержать в поле зрения и Галена, и Эйдена.

— Один Воитель не остановит нас. Я не один.

— Как и мы, — сказал Эйден, холодно улыбнувшись.

В одно мгновение, Дейл выпустил своего бога, его кожа приобрела бледно-зеленый цвет. Он сильно ударил Галена когтями, и, в то же время, Эйден уловил движение за спиной.

Он повернулся, чтобы оградить Бритт, когда его отец кинулся на Дейла, и они оба упали на аллею.

— Уведи ее прочь, — закричал Гален.

Эйден посмотрел на Бритт, ее глаза были широко раскрыты, а лицо побледнело.

— Если мы побежим, Уоллес поймает нас.

— Тогда мы остаемся, — ее голос был неустойчив, а руки при этом дрожали, но она не закричала и не убежала в ужасе прочь.

Он кивнул.

— Не смотря ни на что, оставайся рядом со мной. Если мы вдруг разделимся, то найди Галена или Куинна.

Эйден не стал ждать ее согласия, когда они скользнули в переулок, чтобы найти его отца, борющегося с Дейлом. Кожа Куинна приобрела черный цвет его бога, поэтому его было трудно различить в тени.

Рык Дейла вызвал у Эйдена улыбку. Гален стоял поблизости, наблюдая. Как вдруг, он обернулся.

— Драу, — сказал он сквозь стиснутые зубы, его клыки стали видны, когда Воитель зарычал. Его кожа приобрела зеленый цвет, цвет его бога, он согнул пальцы и приготовил когти. — Уоллес на подходе.

Эйден толкнул Бритт вниз так, чтобы она присела на корточки у стены. Тогда он сбросил с плеч пиджак и встал рядом с Галеном, призывая свою магию.

— Твой отец спустит шкуру с меня живьем, если с тобой что-нибудь случится. Ты же знаешь, что Куинн не хотел, чтобы ты был здесь, — сказал Гален.

Эйден знал это слишком хорошо, но всем пора понять, что он мужчина, а не ребенок. И пришло время, это всем доказать.

В ту же секунду двое Драу вывернули из-за угла переулка. Эйден отправил волну магии в одного. Гален использовал свою скорость, чтобы убить другого до того, как тот использует магию против него.

Как только противник Эйдена упал, Гален отрубил и ему голову когтями.

Это была первая волна. Эйден знал, что Уоллес не сдастся так легко.

Глава 23

Харон, прокручивая слова Лауры в голове, спустился вниз и проследовал в большой зал, он сделал несколько шагов и остановился, заметив, что все смотрят на него. Обитатели замка расположились по всему периметру зала: кто на скамье вокруг длинного стола, кто в креслах возле очага.

— Как там Лаура? — поинтересовалась Ронни.

Харон даже не взглянул на жену Аррана. Вместо этого он пристально посмотрел на Фэллона.

— Лаура не должна быть допрошена, пока я с ней не закончу.

— Подозреваешь, Уоллес промыл ей мозги? — спросил Фэллон.

— Не знаю, что и думать, — признался Харон. Ему требовалось время, чтобы самому разобраться во всем, прежде чем что-либо сообщать другим. — Я точно знаю, что тот всплеск магии — ее рук дело, но сейчас магия Лауры исчезла, словно ее и не было. Если только она умело скрывает свою силу.

— Если она может скрыть свою магию, то, в конечном итоге, это делает ее сильнейшей из Друидов, — настороженно пробормотала Риган.

— Кто-нибудь из Друидов способен на подобное? — спросил Камдин.

Айла посмотрела на Камдина своими льдисто-голубыми глазами.

— Я не знаю никого, кто бы смог совершить подобное. Даже Дейдре это не удавалось, хотя я даже и не знаю — не скрывала она ее потому, что не могла, или просто не хотела.

— Как Лаура смогла сбежать от Уоллеса? — спросил Фелан.

Харон провел рукой по лицу.

— Он сказал ей, что Драу хорошие Друиды, а Воители — зло. Я рассказывал Лауре лишь о Друидах, не более того. И теперь она не знает во что верить. Его история, плюс немного магии для убеждения, и она сама последовала за ним. Но она так и не сказала мне, как ей удалось сбежать.

— Почему тогда мы не пойдем и не спросим ее? — сказал Лукан.

Харон посмотрел на свои руки. Он все еще ощущал ее гладкую кожу, все еще помнил, как входил в ее влажное лоно, заставляя стонать от удовольствия.

Все было намного сложнее, чем казалось вначале. Ему потребуется завоевать ее доверие, чтобы хоть что-то узнать. После двух лет работы с ней, он думал, что знает ее. Судя по всему, ее секреты столь же велики, как и его собственные.

— Мне нужно самому во всем разобраться.

— В ночь, когда Лауру пытались похитить, я почувствовал магию Маи. Ощущение было кратким, а затем исчезло, — сказал Фелан.

Харон взглянул на своего друга.

— Как и я. Зная ее несколько лет, я так и понял, что она Друид.

— Ты в этом уверен? — спросила Тара, нежась в кресле на коленях Рамзи.

— Я работал бок о бок с ней каждый день, — сказал Харон, стараясь сдержать гнев, не на Тару, а на сомнение в ее словах. — Я бы знал.

Рамзи положил ладонь ей на руку.

— Это правда, милая. Харон бы не упустил этого.

— Тогда, как такое возможно, что в одно мгновение она владеет магией, а в другое — нет? — спросила Кара.

У Харона не нашлось ответа на вопрос жены Лукана.

— Она призналась, что чувствовала магию в себе, но сейчас ее нет.

Йен фыркнул.

— Бессмыслица какая-то.

— Вовсе нет, — произнесла Тара. — Я никогда не могла полагаться на свою магию. Возможно, с ней происходит что-то подобное?

Маркейл подошла к нему.

— Тара права. Рамзи, ты сам говорил, что не всегда мог почувствовать магию Тары.

— Да, — пробормотал Харон. Если бы только он смог снова завоевать доверие Лауры, она, возможно, рассказала бы ему больше.

— Я могу помочь тебе.

Харон взглянул на Маркейл, рука девушки зависла в воздухе над его рукой. Друид была способна забирать чужие эмоции, но при этом ей самой становилось плохо.

— Нет. Это не сработает, а Куинн свернет мне шею за то, что тебе станет плохо, — ему надо совладать с эмоциями, что было не легко так же, как и собрать мысли воедино. И все потому, что в это вовлечена Лаура.

Маркейл закатила свои бирюзовые глаза.

— Куинн поймет, я делаю это ради его друга. К тому же, уверена, что это поможет. Ты пережил достаточно за все годы. Ты хочешь верить, что Лаура не работает с Джейсоном, но боишься ошибиться в ней.

— Я могу выяснить, побыв рядом с Лаурой всего несколько минут, — предложила Риган.

Харон не стал отказываться от стакана виски, протянутого ему Хейденом. Он осушил его одним глотком. Стакан вновь наполнили.

Виски Дреаган мягко скользнуло вниз по горлу и осело в желудке, распространяя приятное тепло и расслабляя тело. Оно притупило боль, сковывающую его грудь железными тисками, с тех самых пор, как он узнал, что Лауру забрал Джейсон.

Но оставшиеся без ответа вопросы и замученный взгляд светло-зеленых глаз Лауры, стоящий у него перед глазами, доводили его до отчаяния. На ее лице отражалась не просто боль, это было глубочайшее предательство, которое сокрушило ее. Кто именно предал ее?

Он хотел поручить Лауру Друидам, чтобы разобраться со своими мыслями. Позволить им получить все ответы за считанные секунды, как и предложила Риган. Но прежде чем стать его любовницей, Лаура была его другом. Она заслуживает большего. Особенно от него.

— В ее квартире была использована магия, — сообщил Рамзи. — Я уловил ее, когда мы обнаружили девушку без сознания, но предположил, что это Лаура ее использовала. Выходит, магия не ее.

Лукан скрестил руки на груди.

— Возможно ты прав, Рамзи.

— Соня сказала, что на ее голове ушиб. Может быть при ударе она лишилась магии, — предположила Дани.

Харон закрыл глаза, вспоминая слова Лауры. Распахнув их, он взглянул на янтарную жидкость в своем стакане.

— Лаура сказала, что это началось, когда Уоллес стал заливать своей кровью мои раны, она почувствовала, словно что-то просыпается в ней, начинает двигаться. Было что-то такое в ее голосе, что заставило меня поверить, что Лаура действительно не знала, что это было.

— Пока Уоллес не просвятил ее, — прорычал Брок.

Харон в очередной раз осушил стакан, со стуком поставив его на стол.

— Если бы только мы добрались до нее первыми.

— Что сделано, то сделано, — сказала Ларена. — Теперь нам придется все это разгребать.

Фэллон посмотрел на Харона.

— Ларена права. Я соглашусь с твоей просьбой — расспросить Лауру самому. Но до тех пор, пока это не станет опасным для всех остальных.

— Согласен, — ответил Харон.

Он уже собирался вернуться назад к Лауре, когда Айла попросила его подождать, метнувшись в кухню. Спустя минуту, девушка вернулась с полным подносом еды.

— Я уверена, она проголодалась, — сказала Айла.

Харон взял поднос.

— Спасибо.

— Доверься своему сердцу. Оно не введет тебя в заблуждение.

Он прокручивал слова Айлы, когда поднимался по лестнице обратно в комнату Лауры. Харон забрал бы Лауры к себе домой, но теперь это не представлялось возможным. Благодаря Уоллесу.

Харон остановился около двери, отгоняя прочь мысли о Джейсоне Уоллесе. Он переместил поднос и поднял руку, чтобы постучать, когда услышал шум воды.

Он открыл дверь, и тихо прошел внутрь. Пар поднимался клубами из крошечной ванны, просачиваясь через полуприкрытые двери. Харон поставил поднос на кровать и закрыл дверь, дожидаясь ее, делая все возможное и невозможное, чтобы не пройти в ванну и не присоединиться к ней.

Он наконец признался себе, что желает ее. Харону было сложно отрицать свою тягу к ней. Лаура была для него, как наркотик. Он познал ее вкус — и хотел большего.

Спустя несколько минут, воду отключили. Харон думал, что оставаясь здесь, ему будет легче. Но стало только хуже.

Он представил, как вода покрывает ее тело, и капельки, скатываясь по груди, зависают на ее сосках, ожидая, чтобы он слизал их. Его глаза закрылись, когда мужчина вспомнил ее прекрасную грудь с розовыми сосками, и кровь бурным потоком прилила к его плоти.

Со стоном, он стиснул зубы. Услышав ее движение, мужчина представил, как полотенце скользит по гладкой коже девушки, также, как и его рука буквально день назад.

Его глаза резко открылись, когда она вышла из ванной в обтягивающих легинсах и рубашке, заметив его, Лаура замерла. Он встретил ее пристальный взгляд, прежде чем кивнуть на кровать.

— Я принес тебе еду.

Она не проронив ни слова, направилась к подносу, расчесывая волосы на ходу.

— Джейсон рассказал тебе свою историю о Друидах и Воителях, но позволь поведать тебе мою, — сказал Харон.

Когда она взглянула на него, молча ожидая, он предположил, что это означает ”да”, это он и хотел услышать.

Он глубоко вздохнул и начал рассказ.

— В учебниках по истории, описывают кельтов, как племена, которые всегда были в состоянии войны друг с другом. В этих учебниках их называют дикарями, свободные и дикие, как земля, на которой они обитали. Но не в этом дело. Да, кельты были свирепыми воинами. Они сдерживали римлян в течении многих лет. Их способность использовать землю, как преимущество над римлянами, была одной из причин строительства Вала Адриана (он же «Стена Адриана» — оборонительное укрепление длиной 120 км, построенное римлянами при императоре Адриане в 122-126 годы для предотвращения набегов пиктов и бригантов с севера — прим. пер.). Рим никогда не мог завоевать Шотландию и ее людей, но они не сдавались.

Харон прислонился спиной к двери, вспоминая о ранних временах, когда правили кланы, и его взгляд переместился к окну.

— В течение многих поколений Друиды бродили по земле. Они были учителями, лекарями, а иногда, даже, судьями. Лидеры кланов обращались к Маи за советами по всем вопросам: когда шли на охоту или когда отправлялись на сражение. — Он обнаружил, что Лаура внимательно слушает его, продолжая трапезу. — Друиды, также, как и все в этом мире разделились на добрых и злых. Добрые — Маи. Они использовали чистую магию, черпая ее прямо из земли. Они могли выращивать растения, говорить с деревьями, также у них было множество других удивительных способности. Драу — сторонники Дьявола. Проходя церемонию посвящения, они отдают свою кровь и душу Сатане, взамен получая способность к черной магии. Ты можешь опознать Драу по порезам на запястьях после посвящения, а также по Поцелую Дьявола.

Он замолчал, пытаясь найти слова, чтобы описать это.

— Поцелуй Дьявола — это небольшой флакон на шее Драу. Они хранят первые капли их крови, после того, как стали Драу, а,впоследствии, используют ее для своего исцеления. Несмотря на все свои победы, кельты никак не могли прогнать римлян со своих земель. И тогда, исчерпав все средства, они обратились к своим верным советчикам и союзникам — Маи. Но Друиды не смогли помочь кельтам, тогда те обратились к Драу.

— И что они сделали? — тихо спросила Лаура.

Харон скрестил лодыжки.

— Драу призвали первобытных богов, заключенных в недрах ада. Богов, которые когда-то правили землей при помощи жестокой и грубой силы. Самые смелые и сильные воины из каждой семьи шагнули вперед, готовые принять в себя этих богов. Готовые стать Воителями. Они обладали нечеловеческой силой, скоростью и обостренными чувствами.

— Римляне отступили?

— Да. Однако боги все еще жаждали крови, все еще хотели сражаться. С уходом римлян, Воители обратили свою кровожадность друг на друга… и всех, кто попадался им на пути. Реки и земля окрасились кровью кельтов, воздух пропитался запахом смерти. Драу пытались усмирить богов, но обнаружив, что их магия тут бессильна, обратились за помощью к Маи.

Ее бледно-зеленые глаза увлеченно смотрели на него. Он едва сдерживался, чтобы не подойти к ней, увлекая ее в свои объятия и обещая все исправить. Он хотел, нет, нуждался, чтобы девушка снова оказалась в его руках.

Эта потребность была также сильна, как потребность его бога в смерти и крови. Это заставило Харона вздрогнуть — насколько же глубоки его чувства к Лауре.

Он похрустел суставами на левой руке.

— Но даже общими усилиями Друиды не могли загнать богов обратно в преисподнюю. Духи не желали освободить воинов от своей власти, становясь сильнее с каждым ударом сердца, каждым убийством, пока мужчины окончательно не утратили свою человеческую сущность. Друиды объединили белую и черную магию и придумали заклинание, которое связало богов, надежно «заморозив» их в телах хозяев. Однако, оставаясь внутри воинов, боги выжидали. Они переходили от одного к другому, передаваясь из поколения в поколение, навечно став семейным наследием надеясь, однажды, быть освобожденными.

Лаура проглотила последний кусочек еды.

— А те мужчины, в которых были первые боги, что с ними стало?

— Воины вновь превратились в людей, которыми когда-то были, и стали жить дальше, начисто позабыв о тех зверствах, которые совершили.

— Ты был одним из первых?

Он покачал головой. — Нет.

— Кто освободил твоего бога?

Харон оттолкнулся от двери и вздохнул.

— Ее звали Дейдре. Она была Драу и за свое тысячелетнее существование убивала каждого Друида, которого смогла найти, забирая их магию. Она обнаружила свиток с заклинанием, освобождающим богов. Семь столетий назад она напала на этот замок и убила всех, кто жил здесь с целью добраться до братьев Маклауд.

Лаура отвела взгляд. Она не хотела верить Харону, но эмоции, которые наполняли его слова, не оставили ей иного выбора. Его тон был еще более убедительным, и она не была уверена, что Харон осознавал, что его слова звучат очень эмоционально.

Ее пронзила боль, когда она слушала его рассказ. Его голос слегка дрожал, когда он стал говорить о Дейдре, его взгляд наполнился гневом.

Это была та история, которой он не хотел делиться. Сейчас он рассказал ей все, и это не смотря на то, что рассказ причинял ему боль. Она не хотела видеть его страдания.

— Что случилось с Маклаудами? — спросила она, поднимаясь на ноги и выглядывая в окно. Она не могла больше смотреть на мрачного Харона, видя в его взгляде страдания и сомнения.

— Магия Дейдре позволяла ей общаться с камнями. Гора Керн Тул была ее крепостью. Внутри этой горы она жила и занималась черной магией. Доставив Фэллона, Лукана и Куинна в гору, она освободила их бога. Так как братья были одинаково сильны и отважны в боях, они разделили одного бога на троих. И были достаточно удачливы, сбежав от Дейдре, чтобы вернуться сюда.

Лаура смотрела из окна на бесконечно простирающееся море. Птицы летели по ветру, кружа над бескрайней гладью воды и ныряя за едой, но она не слышала их криков. Она была слишком сосредоточена на греховно великолепном мужчине за ее спиной, и его рассказе, Лаура не была уверена, что хочет знать больше.

— Дейдре не остановилась на Маклаудах, — продолжил Харон. — Следующим был захвачен Рамзи. Много мужчин были пленены, а их боги освобождены.

Девушка схватилась за подоконник, когда ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Он еще не рассказал о себе. Что произошло с ним? Было ли это настолько ужасно, как она думает, слыша дрожь в его голосе?

— А ты?

— Я был схвачен шестьсот двадцать с лишним лет назад.

Она с трудом сглотнула. Неудивительно, что Харон знал все ответы. Ему было больше шестисот лет. Он многое повидал.

— Тебя не смущает, что я такой… старый?

Лаура посмотрела на его отражение в стекле и встретила его взгляд, сосредоточенный на ней. Она медленно повернулась к нему.

— Нет. Многое теперь начинает обретать смысл. Ты расскажешь мне больше?

— Уверена, что хочешь знать?

Она пожала одним плечом.

— Нет. Но, думаю, я должна знать.

— Ты действительно должна знать. Даже если я не ощущаю твоей магии, теперь расскажу тебе все. Уоллес втянул тебя в эту войну. А я никогда не желал, чтобы ты оказалась в ней.

— Порой, не имеет значения, чего мы хотим. Так распорядилась судьба.

На несколько минут в воздухе повисла гнетущая тишина, прежде чем Харон продолжил:

— По ночам крики несчастных Друидов и мужчин, подобных мне в Керн Тул, до сих пор отдаются в моей голове. Невозможно передать боль рвущихся мышц, ломающихся костей, когда высвобождается твой бог.

Сердце Лауры ёкнуло, когда она увидела, как ярость и отчаяние заполняет его темно-карие глаза. Она хотела подойти к нему, коснуться его, хотела, чтобы он забыл то время, что он провел у Дейдре. Он не должен был углубляться в воспоминания. Она знала, что он страдает от боли, наблюдая, как все его тело стало неподвижным, как напрягся каждый мускул.

— Настоящей агонией была борьба с моим богом за контроль. Дейдре держала нас в темнице, глубоко под землёй. После пыток магией, мы находились на грани смерти и наши боги исцеляли нас десятки раз в день на протяжении месяцев, лет. Делая это, чтобы сломить нас. Но было несколько человек, которые смогли устоять против Дейдре, кто сумел получить контроль над своими богами, вместо того, чтобы подчиниться им.

Лаура хотела попросить его, чтобы он остановился, но в его глазах было такое опустошение, что слова просто не слетели с её губ.

— Я не собираюсь оправдываться за то, кем являюсь. Я монстр, Лаура, зверь посмевший ходить среди смертных людей. Я не просил, чтобы меня сделали таким, но буду бороться со злом до последнего своего вздоха.

Его загорелая кожа исчезла, уступая место меди. Тёмно-медные когти выросли из его пальцев. Рога, на которые она бросила свой взгляд, были потрясающе-изысканные, с их проникновенным цветом меди и то, как они огибают переднюю часть лба. Лаура мельком увидела клыки, но именно его глаза завороженно удерживали её.

Медь заполнила его глаза от края до края. Это было одновременно жуткое и потрясающе красивое зрелище. Она практически ощущала как что-то злое и жестокое свернулось под его мышцами, ожидая момента, чтобы вырваться, но Харон держал своего бога под контролем.

Она видела, как быстро и проворно он двигался, сражаясь с Дейлом. Перед ней стоял воин, в истинном значении этого слова, мастер сражений, совершенный в бою, с силой бога внутри.

— Я — Воитель. Внутри меня первобытный бог войны, Рэнмонд. Он даёт мне бессмертие, скорость, сверхчувства. И способность абсолютно всё дезинтегрировать.

Глава 24

Эйден крикнул Галену и одновременно послал магическую волну в Драу, которые стремительно и неизбежно приближались к Воителю. Чтобы уберечь Бритт, Эйден встал напротив неё, прижав к стене здания и пытаясь защитить своим телом. Его магия была сильна, но она была ничтожна в сравнении с атакой Драу. Несмотря на это, он не собирался сдаваться. Только смерть поставит его на колени.

— Эйден! — услышал он крик отца за спиной.

Гален, пригнувшись к земле и ловко уворачиваясь от магии Драу, мгновенно оказался рядом с Эйденом. Он выпалил:

— Уведи Бритт отсюда.

— Нет, — Воители невероятно быстры, но они бессильны против магии. Его отец и Гален нуждаются в нём. — Мы уйдем только вместе.

Гален зарычал и снёс одним ударом голову Драу до того, как Друид успел применить свою магическую силу.

Эйден не мог поверить своим глазам, когда Гален вдруг дернулся и упал на колени охваченный болью, вызванной чёрной магией. Эйден быстро отыскал Драу и послал несколько волн магии в ответ.

Её красные губы скривились в усмешке, прежде чем она направила очередную порцию магии в Эйдена. Он успешно отбил первую волну и краем глаза заметил, что Гален пытается встать на ноги. Не прошло и секунды, как Эйден снова был атакован этой женщиной, и две магические волны врезались в него с невероятной силой.

Эйден сдержал крик боли. Его тело дернулось, и ему потребовалась каждая унция его силы и растущей ярости, чтобы удержаться в вертикальном положении. Гален, наконец, смог подняться на ноги. Эйден почувствовал, что его магия ускользает, истощается под воздействием очень мощной чёрной магии.

Эйден отвлекся от своей агонии, сосредоточившись на магии, которая пульсировала в нём, подумав о Бритт, отце и Галене. Всё еще в его силах было дать им время, дать им шанс на спасение.

Эйден увернулся в последний момент, когда новый взрыв обрушился на него. И вдруг, краем глаза, он заметил высокую женщину, которая стояла в стороне и наблюдала за всем происходящим. Он не мог видеть её лица в тени, но точно знал, что она являлась Драу. Эйден не имел ни малейшего представления, почему она не сражалась вместе с другими, почему бездействовала. Если она присоединится к ним, у него не будет шансов.

Но Друид не присоединилась, и это было ему на руку.

Эйден едва стоял, облокотившись о стену здания, пока Гален, используя свою скорость, бежал к Драу с красными губами. Гален почти достиг её, когда его перехватил Дейл. Но Галену, всё же, удалось резануть Драу когтями по руке.

Драу закричала, и Дейл поднял её на руки, убегая, прежде чем Гален покончит с ней. Другие Драу были достаточно быстры, оставляя переулок снова тихим и спокойным.

— Нужно, чтобы ты и Бритт ушли отсюда, — сказал Куинн, подходя к ним.

Грудь Эйдена тяжело вздымалась после сражения, а его тело было пульсирующим клубком боли. Тем не менее, он ещё никогда не чувствовал себя более живым. На отце не было рубашки, но его раны быстро заживали, а на лице была возбужденная улыбка.

— Тебе все ещё нужна кровь Драу? — спросил Гален, поднимая свою руку, с когтей которой, капала кровь.

Эйден засмеялся, а потом схватился за бок, в который пришелся магический удар, поскольку острый разряд боли напомнил ему, насколько близок он был к смерти.

Но улыбка быстро исчезла с его лица, когда он вспомнил Бритт и всё, чему она стала свидетелем. Эйден повернулся, обнаружив взгляд её удивленных глаз. Девушка смотрела на всех троих со смесью шока и тревоги.

Только Бог знает, что она сейчас думает о нём, но это не самое главное, с этим он разберётся позже. В первую очередь, нужно увести её с переулка, потому что Драу скоро вернутся.

— Бритт, это мой отец, — сказал Эйден, указав на Куинна. Затем он дернул подбородком в сторону Галена. — А это Гален. Я могу всё объяснить.

Бритт нервно сглотнула.

— Если я должна взять образец крови с … когтей Галена… то должна сделать это немедленно.

Эйден отдал ей должное. Она не начала паниковать или кричать, когда Гален и Куинн предстали в обличье Воителей рядом с ним. Это была еще одна причина, почему Эйден счел её неотразимой.

— Уоллес знает, что мы делаем, — сказал Куинн со злостью в голосе. — Мы не сможем вернуться в лабораторию.

Эйден покачал головой.

— Мы не можем отказаться от этого. Мы должны завершить то, что начали.

— У меня есть необходимое оборудование в квартире, — сказала Бритт.

Ноздри Галена раздувались, когда он гневно выдыхал.

— Это не безопасно. Уоллес будет следить и за ней.

— Больница, — предложила Бритт, её руки дрожали, когда она взмахнула ими перед собой. — Я смогла бы провести там несколько тестов.

Эйден посмотрел на Бритт с изумлением. Она должна быть шокирована тем, что увидела, но девушка взяла себя в руки, чтобы помочь ему.

— Тогда нам нужно выдвигаться.

— У нас нет времени на дружеские посиделки. Нужно поспешить. Скорость Воителей как раз будет кстати, — сказал Куинн, подмигнув Бритт. Затем, он протянул ей руку. — Готова, милая?

Эйден вздохнул, когда Бритт взяла его отца за руку. Куинн поднял её на руки и побежал, со свойственной ему скоростью, к больнице. Эйден опустил руки и посмотрел на кровь, покрывающую их.

— О, дерьмо, — проворчал Гален. — Ты должен был сказать отцу.

Эйден усмехнулся сквозь боль. Да, битва была волнующей, но не тогда, когда жизни любимых были на кону или когда чёрная магия делала его почти бесполезным.

— Бритт может дать нам ответы. Я — нет.

— Нет, идиот, ты его сын. Куинн отдаст свою жизнь за тебя.

— Я знаю, — Эйден оперся плечом о кирпичную стену и на секунду прикрыл глаза. Становилось все тяжелее держаться на ногах. — Но я не тот, кто побеждает зло. Ты, мой отец и другие Воители — вы герои, не я.

Гален издал рык разочарования.

— Пойдем. Они будут нас ждать. Разберёмся с этим, когда туда доберёмся.

Благодаря сверхскорости Галена, они были на месте, когда Бритт вводила код доступа, чтобы открыть дверь больницы. Эйден вынужден был облокотиться о стену, чтобы отдышаться, кровь начала просачиваться сквозь одежду и струиться по рукам.

Бритт подмигнула ему, и в тоже мгновение раздался громкий звуковой сигнал, оповещая их о том, что дверь открыта. Эйден попытался улыбнуться, но, внезапно, мир потемнел у него в глазах.

— Эйден! — закричала Бритт.

Он хотел успокоить её и сказать, что все будет в порядке, но темнота давно поджидала его и уже успела поглотить.

***

Руки Бритт дрожали, когда она брала образцы крови с темно-зеленых когтей Галена, она волновалась об Эйдене и не могла сосредоточиться. Она посмотрела на Эйдена, испытывая злость и тревогу. Он по-прежнему лежал на столе неподвижно, пока его отец — отец! — обрабатывал его рану.

— Почему он не сказал нам, что ранен? — спросила она.

Куинн отбросил в сторону салфетку, пропитанную кровью.

— Потому что он упрям, так же как и его мать.

— Нет, — сказал Гален. — Как его отец.

Куинн поднял зеленые глаза, полные беспокойства, на Галена.

— Он мой единственный сын. Я не могу его потерять.

— Тогда звони Фэллону. Он доставит сюда Соню раньше, чем ты успеешь вздохнуть.

Бритт слушала их, вопросы роились у неё в голове. Друиды, магия. Что ещё? Это пугало её, но она встретила Эйдена. А результаты анализов крови могли изменить всю её карьеру.

Или они уже изменили. Теперь она понимала, почему Эйден не хотел ей ничего рассказывать. Она бы просто не поверила ему. Но то, что она увидела, изменило всё.

После того, как она взяла несколько образцов крови Драу у Галена, он вытер когти. В следующий момент, когда она взглянула на него, клыков, зеленой кожи и причудливых глаз уже не было.

— Тебе не стоит бояться меня, — спокойно произнес Гален. — Я не обижу тебя.

Она отрывисто кивнула.

— Эйден доверяет тебе. Значит, и я доверяю.

— Ты нравишься ему, — сказал Куинн. — Я имею в виду Эйдена.

Бритт взглянула на Эйдена.

— Он мне тоже нравится.

— Я не позволю ему умереть, — заявил Куинн в тишине.

Обещание Куинна дало Бритт сил, чтобы взглянуть в микроскоп. После всего, что она увидела и узнала этой ночью, она определенно могла ему верить.

Бритт провела несколько быстрых тестов с кровью Драу, пока Куинн говорил по телефону с кем-то по имени Фэллон.

— Самое время, — вдруг сказал Куинн.

Бритт посмотрела на незнакомца в комнате. У него были волосы глубокого каштанового цвета и глаза темнее, чем у Эйдена. Что действительно привлекло её внимание, так это золотой кельтский торк на его шее, похожий на тот, что носил Куинн.

— Это мой брат, Фэллон, — сказал ей Куинн. — А это Соня.

Бритт была так ошеломлена бесшумным появлением Фэллона, что даже не заметила рыжеволосую женщину. Она кивнула обоим, и ещё больше вопросов возникло в её голове.

— Соня — Друид с магией исцеления, — пояснил Гален.

Бритт забыла об исследованиях, которые проводила и наблюдала, когда Соня подошла к столу, где лежал Эйден. Друид вздрогнула и подняла глаза на Куинна, увидев рану.

— Это плохо, Куинн. Магия, которую он принял, должна была убить его. Я не знаю, как он выжил.

— Он — Маклауд, — сказал Куинн, не отводя глаз от Эйдена.

— Я сделаю всё, что смогу, — сказала Соня.

Потом Соня подняла руки ладонями вниз над телом Эйдена. Она закрыла глаза и зашептала слова, которые Бритт не понимала.

Бритт не могла отвести взгляд, и моментом позднее, когда кровь Эйдена стала течь медленнее, она была рада, что не сделала этого. В эти несколько минут была использована магия. Она не могла чувствовать её, не могла видеть, но другого объяснения не было.

Ожидание стало невыносимым, она тихо просила Эйдена открыть глаза и посмотреть на нее, подарить ей его очаровательную улыбку, которая всегда заставляла трепетать всё внутри. Чем дольше он лежал без движения, тем больше она нервничала.

Ей нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечь себя от переживаний. Поэтому она решила вернуться к микроскопу.

В промежутках между тестами, Бритт поглядывала на Эйдена. Куинн стоял рядом с сыном, его взгляд никогда не покидал лица Эйдена. Гален и Фэллон, как часовые, стояли около двери, пока Соня продолжала использовать свою целительную магию.

Магия. Бритт никогда не думала, что это может реально существовать, пока не встретила Эйдена. Он показал ей себя, но реальные доказательства она получила во время битвы, свидетелем которой стала. Это магия позволяет Куинну выглядеть так же молодо, как Эйден?

Бритт забыла о магии, когда поместила каплю крови Драу в образец “С”, и он тут же начал погибать.

— Хорошо, что он удар прошел по касательной, это его и спасло, — сказала Соня, врываясь в мысли Бритт.

Бритт подняла голову от микроскопа и взглянула на Куинна, мужчина провел рукой по лицу, так же как делал это Эйден.

— Он не должен быть здесь, — сказал Куинн.

Фэллон громко вздохнул.

— Где ты хочешь, чтобы он был? Прятался с другими Друидами? Он горец, Куинн. Ты можешь ожидать от него никак не меньше того, что сделал бы сам.

— Вы не сказали Маркейл, не так ли? — спросил Куинн, переводя взгляд с Фэллона на Соню.

Соня покачала головой с короткими рыжими локонами.

— Нет, но я всё расскажу, когда вернусь. Ты столкнешься с её гневом позже.

— Знаю.

Темно-зеленые глаза Фэллона посмотрели на неё.

— Спасибо за помощь, Бритт. Мы будем держать тебя в безопасности от Уоллеса, это я обещаю.

Тогда он положил руку на Соню, и они исчезли.

— Что это было? — спросила Бритт, слишком потрясенная, чтобы двигаться.

Куинн облизнул губы и сел рядом с Эйденом.

— Ты видела нас сегодня вечером, Бритт. Ты видела мою кожу, когти и клыки.

— И глаза, — добавила она.

Гален кивнул.

— И глаза. Мы — Воители. Внутри нас живут первобытные боги, которые даруют нам бессмертие.

— Эйден — мой сын, — Куинн глубоко вдохнул и медленно выдохнул. — Моя жена, Маркейл, Друид, что также делает Эйдена Друидом.

Бритт нахмурилась.

— Но не Воителем?

— Нет, пока Куинн жив, — ответил Гален.

— Как это возможно?

В течение следующих пятнадцати минут она слушала историю Рима и создания Воителей. Она узнала про Маи и Драу, и про замок Маклаудов. Про магический щит вокруг замка, который позволил Эйдену вырасти и не стареть, пока он находился под ним.

— Получается, он будет стареть за пределами щита, — сказала Бритт.

Куинн кивнул.

— Его мать и я очень оберегаем его. Это была его идея, выяснить, почему кровь Драу так действует на кровь Воителей, и почему кровь другого Воителя может противодействовать крови Драу.

Бритт вытащила стекло с образцом, который исследовала.

— Значит, это кровь Воителя? Одно прикосновение крови Драу разрушает красные и белые клетки крови.

— Да, это моя кровь, — ответил Куинн.

Бритт отложила образец и позвала жестом Галена. Он подошел к ней без вопросов и даже не вздрогнул, когда она уколола его палец. Несколько капель его крови она смешала с кровью Куинна.

Она поспешила поставить стекло под микроскоп.

— О, черт, — пробормотала она.

Бритт оторвалась от микроскопа и посмотрела на Галена и Куинна.

— Теперь, когда я в курсе происходящего, то знаю, что нам нужно делать.

— Мы не можем оставаться здесь, — сказал Гален. — Вопрос времени, прежде чем Уоллес найдет нас.

Тень улыбки появилась на лице Куинна, когда он взял телефон.

— У меня есть идея.

Глава 25

Прервав свой рассказ, Харон с осторожностью наблюдал за Лаурой. Он ожидал, что девушка отвернётся от него или попросит остановиться. Но она просто понимающе смотрела на нёго в ответ.

— Как долго ты пробыл в тюрьме Дейдре?

— Чертовски долго, — сказал он, отводя взгляд. — Время утрачивает свой смысл, когда каждую секунду каждого проклятого дня борешься изо всех сил за контроль над своим собственным телом и душой, не позволяя Рэнмонду поглотить тебя без остатка. Я постоянно слышал его настойчивые требования кровопролития и жутких смертей. Но я отказывался, отказывался каждый долбаный раз. Было нелегко держаться.

Он был готов к тому, что его рассказ вызовет у неё отвращение или даже ненависть к нему. Когда она встретила его пристальный взгляд, он всё-таки решил продолжить:

— Дейдре доставляло удовольствие использовать угрозу нанесения коварного удара по семьям Воителей, заставляя тем самым сломить мою волю. Когда я отказывался, она подвергала меня пыткам, пока я, в конце концов, не утратил надежду и не забыл человека, которым был когда-то. Я потерял контроль лишь на долю секунды. И это позволило Рэнмонду в тоже мгновение завладеть мною. Воспользовавшись этим, Драу втолкнула моего отца в камеру.

— О, Боже, — пробормотала Лаура.

Харон вздохнул, даже по прошествии такого количества веков он всё ещё ощущал тяжесть вины и боль от произошедшего.

— Когда я вернул контроль над Рэнмондом, то открыв глаза, обнаружил на полу жестоко растерзанное тело моего отца. Дейдре угрожала бросить и других членов моей семьи ко мне в камеру, если я не начну на неё работать. Шпионить, выполнять кровавые приказы и кто знает, что ещё она могла бы придумать, шантажируя меня.

— Ты согласился?

— Да. Я не мог даже допустить мысли, чтобы моих родных или, годами позднее, близких мне людей подвергли таким ужасным мукам. Так я начал шпионить для неё за Куинном, Йеном, Дунканом и Арраном. Но рассказывал ей не всю правду.

— Я думаю, ты все-таки достаточно силен, чтобы не убить тех, кого она поместила бы с тобой в камеру.

— Не уверен, — тихо произнес он. — Сейчас я могу контролировать своего бога, но тогда, казалось, Драу всегда знала, что и как надо сделать, чтобы я потерял контроль.

— Но ты сейчас с Маклаудами. Они простили тебя.

Харон пожал плечами.

— Возможно. Но я до сих не простил себя.

— Поэтому ты не хотел рассказывать мне, кто ты на самом деле?

— Я скрывал это от тебя не потому, что ты женщина, а потому что не мог даже предположить, что ты Друид.

— Остальные в Фернессе знают кто ты?

Как бы он не желал, чтобы всё было по-другому, но ситуация всё-таки вышла из-под его контроля.

— Да. Когда Дейдре послала своих вирранов, у меня не было иного выбора. Я должен был спасти свою деревню.

— Где Дейдре сейчас?

— Мертва. Как и Деклан Уоллес, мужчина, который перенес Дейдре сквозь время.

Лаура обняла себя руками.

— Если Дейдре была настолько могущественной Драу, как удалось ее уничтожить?

— Она недооценила нас, и Деклан тоже. Но наши надежды на то, что Джейсон будет таким же, как они, не оправдались. Он совершенно другой. Использует абсолютно другие стратегии и способы достижения цели. Не предсказуем, жесток и потому еще более опасен.

— Джейсона можно устранить?

Харон хотел бы ответить “Да”, но не желал больше обманывать Лауру.

— Мы будем бороться с ним, пока он не умрёт.

— Что теперь будет со мной?

Он слишком много времени провёл взаперти в подземелье и меньше всего хотел, чтобы кто-нибудь, тем более тот, кто ему был так дорог, оказался в подобной ситуации. Он знал цену всему этому. Но он всё ещё не был уверен, что Лаура не работает на Джейсона. И эти сомнения не давали ему покоя.

— Расскажи мне, что произошло с твоей магией?

Одним плавным движением Лаура поднялась на ноги. Узкие легинсы обтягивали её стройные ноги, а рубашка, доходившая до бедра, позволила ему насладиться видом её притягательной попки.

— За два года, что я работала на тебя, ты ни разу не обмолвился о том, кто ты!

— Что хорошего это принесло бы?

Она начала нервно вышагивать по комнате.

— Я хочу довериться тебе. Слишком много всего произошло в последнее время. Я не могу совладать со всем этим.

Харон следовал за ней взглядом. Девушка была взволнована, но он видел, что её волнение относится к чему-то более значительному, чем просто неожиданное открытие правды. Он был уверен — это каким то образом связано с её магией.

— Я рассказал тебе свою историю. Теперь расскажи мне свою.

— Не сейчас. Мне нужно…, — она замолчала, остановившись перед ним. — Мне нужен мобильный.

— Нет.

— Пожалуйста, Харон. Просто дай мне мобильный.

Он схватил её за плечи и слегка встряхнул.

— Здесь есть младенец! Эти люди не раз спасали мою жизнь и поддерживали меня. Я не позволю подвергнуть их опасности.

С его стороны было ошибкой дотронуться до неё. Он понял это в тот же момент, когда его руки коснулись Лауры. Неожиданно, его тело ожило, требуя и стремясь вновь насладиться ею.

Рэнмонд истошно кричал внутри него, призывая притянуть к себе Лауру. Требовал её губы. Требовал её тело. Было бы так приятно прижать её к себе, обнять, вдохнуть её запах. Ласкать нежную бархатную кожу. Целовать мягкие губы. Погрузиться в её тесное, влажное лоно.

Его взгляд опустился на её полуоткрытый рот. Такие сладкие стоны удовольствия могли издавать эти удивительные губы. Он жаждал услышать их вновь. Нет. Ему необходимо услышать их снова.

Так долго он держался в стороне ото всех, игнорировал любые связи, пресекал любое общение, но Лаура не позволила ему быть одному. В один миг всё изменилось. Она впустила его в свой мир, хотел он этого или нет.

Затем он занялся с ней любовью. Это было чертовски прекрасно и всепоглощающе. Тогда он был расстроен, что она не Друид, а сейчас желал, чтобы не была одной из них.

Словно магнитом их тела подались навстречу друг другу. Харон увидел, что пульс бился на её изящной шее, будто испуганная птичка, запертая в клетке. Он мог овладеть ею прямо сейчас. Хватило бы одного поцелуя, чтобы она растаяла в его жарких объятиях.

Лаура не была единственной, кто почувствовал эти импульсы и нарастающее напряжение между ними. Подавляющая и непреодолимая тяга к ней говорила Харону, что он нуждается в ней и не может этому противостоять. Но если он ошибался, и она помогает Джейсону, то он подвергнет опасности жизни многих.

Харон совершил роковую ошибку и взглянул в её светло-зеленые глаза. Он падал в безбрежный, глубокий и ясный океан. Он тонул в её взгляде. Он пропал.

Он крепко схватил её за плечи и замер, собирая все свои силы, что бы отстраниться от неё. Затем увидел желание в глазах Лауры. Это желание было абсолютным и явным. Вот дерьмо, он мог противостоять пыткам в тюрьме, но отвести от неё взгляд был не в состоянии.

Мысленно проклиная себя, Харон обнаружил, что его руки вместо того, чтобы оттолкнуть, притягивают девушку к своей груди. Его член напрягся, когда его руки опустились на талию Лауры.

Это мог быть просто ход, тактика, её хитрый расчет на то, чтобы глубже проникнуть в его душу, нашептывал червь сомнения в его голове. Но это не имело никакого значения, когда она была так близко к нему. Он хотел её, жаждал так, как никогда раньше. Он изнывал от желания сорвать с неё одежду. А его член стремился потонуть в ней.

Соблазнительные губы приоткрылись, приглашая его отведать их. Её дыхание участилось, становясь частым и прерывистым, когда её грудь прижалась к Харону.

Зарычав, Харон развернул её, прислонив к стене. Её отрывистое дыхание учащалось, и она вцепилась в него пальцами, давая понять, что ее потребность в нем, столь же велика, как и его в ней.

Она качнула бедрами ему навстречу, заставляя его член встрепенуться. У него больше не было сил сдерживать бурю эмоций. Все его естество кричало от напряжения. Он должен был овладеть ею целиком. И прямо сейчас.

Харон жестко поцеловал ее. Он предъявлял права на нее, захватывал, пленял — и она ответила ему стоном согласия.

Она потянула рубашку Харона и коснулась ладонью его кожи. Одним быстрым движением он сорвал с нее рубашку и отбросил в сторону. Он углубил свой поцелуй и накрыл ладонью её грудь. Харон непроизвольно зарычал, ощущая тяжесть ее груди в своей ладони. Боже, он обожал её грудь.

Желание мощной и сильной волной прошло сквозь него, но Харон был полон решимости игнорировать его. Он погладил большим пальцем её сосок и улыбнулся, услышав, как она застонала от удовольствия. Его рука скользнула к её талии. Одним ловким движением он стянул с нее брюки вместе с трусиками.

Харон сжал её попку и нежно провел рукой по стройным ножкам. Его пальцы добрались до самого сокровенного, и он принялся с осторожностью ласкать её клитор.

Она с трудом отстранилась от поцелуя и, застонав, ухватилась за его плечи. О, да, он поможет ей устоять. Он жаждал слышать ее стоны, слышать свое имя на её губах, когда будет подводить её к оргазму.

Он скользил пальцами по розовым лепесткам её бутона, отмечая какой влажной она была. Она дрогнула в его руках, почти в клочья разрывая его самообладание.

Харон едва сдерживал своё бушующее желание. Грани его сексуального контроля над собой были зыбкие и едва уловимые. Он глубже вводил палец внутрь неё. Она ахнула, закрыв глаза, покачивая бедрами навстречу ему.

Тело Лауры перестало ей принадлежать. Оно полностью отдалось Харону. Он знал, где коснуться её и как поцеловать, чтобы заставить пылать. Она горела, опаляемая накалом потребности в нём.

Он не собирался останавливаться, продолжая давать ей желаемое.

Каждое его движение в ней, медленное и уверенное, заставляло её трепетать и вздрагивать в предвкушении кульминации.

Он был мастером в поцелуях, прикосновениях… поддразнивании, во всем, что касалось её удовольствия. Наслаждение было слишком сладостное и мучительное, чтобы принять его, когда он начал кружить пальцем вокруг её набухшего клитора.

Затем он добавил второй палец, ускоряя темп. Она вскрикнула от желания превращающего её кровь в раскаленный жар.

Харон опалил её рот еще одним огненным поцелуем. Он ничего не мог поделать. Он должен владеть ею, всей ею. Ее ноги подогнулись, и он обхватил её рукой за талию, поддерживая.

Если бы он мог остановить время, он бы задержался в этом моменте с этой прекрасной женщиной, которая была словно живой огонь в его объятиях

Он погружал свои пальцы всё глубже, пока она не впилась ногтями в его плечи. Харон улыбнулся, почувствовав это. Но все его внимание было сосредоточено на её стонах и на том, что влажные и горячие стенки влагалища сжимали его пальцы.

Даже когда её тело начало напрягаться, он не сбавил темп. Он продолжал ласкать и возбуждать её.

Его дыхание участилось, когда она вскрикнула, получив долгожданное освобождение от своего блаженного напряжения. Но даже тогда он не остановился. Он захватил её клитор двумя пальцами и нежно сжал его.

Она закричала вновь, но на этот раз с её губ сорвалось его имя, когда она достигла пика и огненная волна поглотила её изнутри. Он так ждал этого момента. Харон прислонился своим лбом к её, борясь с желанием сорвать с себя джинсы и проскользнуть в её влажное лоно.

Потребность быть в ней была несокрушимой. Он знал, если он поддастся искушению, то обретет умиротворение, которое он получал на то короткое время, пока занимался с ней любовью.

Лаура опустила голову на его плечо. С тихим проклятьем Харон поднял девушку на руки и осторожно опустил на кровать. Когда он собрался отстраниться, она обхватила его руками.

— Не уходи, — прошептала она.

Харон был не в состоянии отказать Лауре. Даже его сомнения относительно нее не могли помочь прекратить желать ее. Это пугало его, усиливая страсть овладеть ею.

— Харон, прошу тебя, — умоляла она.

Он изучал её зелёные глаза, затем скинул свою обувь. Она приподняла одеяло, приглашая его присоединиться к ней. Кровать была узкой, и с трудом могла уместить двух человек. Но он наслаждался теснотой, крепче прижимая её спину к своей груди.

— Я не работаю с или на Джейсона, — произнесла она, нарушив тишину.

— Он использовал на тебе магию, Лаура. Он способен проникать в разум человека, и тот даже не догадается об этом.

— Ты говорил, что в замке есть Друиды, которые могут определить — воздействовал он магией на меня или состою ли я в сговоре с ним.

— Да.

— Так почему бы не позволить им это сделать? И тогда ты получишь ответы на свои вопросы и сможешь доверять мне.

Харон взглянул на картину на стене — «Закат в высокогорье».

— Я, возможно, получу свои ответы, а как на счёт тебя? Ты говоришь, что я смогу доверять тебе, но знаю — ты не доверяешь мне.

— Пришло время во всем разобраться.

— Однажды я предал этих людей. Не хочу делать это снова. Я защищаю их тем, что держу тебя в стороне от всего этого.

— Но ты привёл меня сюда, — прошептала она.

Он сглотнул и провел большим пальцем по ее руке.

— Да. Я хочу уберечь тебя от Уоллеса. Я не вынесу, если он захватит тебя.

— Теперь ты сомневаешься, стоит ли меня защищать.

— Я знаю, что стоит, — произнес он резче, чем ожидал. Харон выдохнул. — Расскажи мне, что случилось с твоей магией.

— Моя семья. Они выкачали из меня магию.

Он ждал, пока она продолжит, но когда девушка замолчала, он спросил:

— Как это?

— Я покинула свою семью, потому что они контролировали меня. Я не говорю о правилах или запретах. Они указывали с кем мне общаться, что есть, куда идти. Во всех аспектах жизни диктовали свои правила.

Харон молчал. Лаура была настолько упряма, что он не мог себе представить, как кто-то может даже попытаться управлять ей. Теперь он понимал, почему она была так агрессивна, когда он сказал ей, что делать.

— Почему они делали это?

— Если бы я только знала в чем причина. Моя мать не делала этого с моей старшей сестрой. Так как мой отец всё время был на работе, то мы постоянно были вместе — мать, Лейси и я. У меня не было друзей, кроме тех, кого одобряла моя мать. Позже я узнала, что эти так называемые “друзья” шпионили за мной по её распоряжению. Они докладывали ей, когда я не следовала её строгим указаниям.

— И тебя наказывали за это, — предположил он.

Она кивнула.

— Я попыталась сбежать. Оба раза была заперта в своей комнате на две недели, меня кормили только хлебом и водой. И они лишили меня электричества и ванной.

Он хотел видеть её лицо. Харон слышал боль в её словах, но он знал, что её глаза скажут больше. Он был вне себя от ярости на её семью, на то, как они посмели поступить так с Лаурой.

— Как тебе удалось убежать?

— Я дождалась, когда отец вернётся домой. Он взял меня с собой на обед, и я рассказала ему, что собираюсь сбежать. Он всегда знал, что я несчастлива, но он не поверил ни единому моему слову, когда я пожаловалась, на то, как со мной обращались. Обед был прерван звонком по поводу его работы, и пока он разговаривал, я ушла. Села на поезд и больше никогда не возвращалась обратно. Мне никогда и не хотелось. Я готовилась к этому дню годами, а когда он, наконец, настал, у меня было достаточно денег, чтобы отправиться туда, куда пожелаю.

Теперь он понимал, почему она выглядела такой потерянной, войдя в его паб.

— Несколько лет я провела в Англии. Пока не побоялась, что они могут найти меня.

— И тогда ты приехала в Фернесс?

— Да. И тогда я встретила тебя.

Глава 26

Бритт стояла с закрытыми глазами, пока Фэллон их телепортировал. Делал он это быстро и последовательно, пока они, один за другим, не оказались в нужном месте. Её желудок совершал кульбиты каждый раз, когда Фэллон использовал свою магию.

Сила. Бессмертные Воители. Друиды.

В её жизни произошла масса радикальных изменений. И да, она была напугана, но не на столько, чтобы это её не заинтересовало. Опасность вызывала у неё не чувство страха, а лишь волнение и предвкушение приключений. Она всегда была рискованной. Именно поэтому она путешествовала по Европе одна и получила степени в тех областях, о которых другие и не мечтали.

Она держала за руку Эйдена, который все ещё был без сознания. И не замечала даже, что так и не отпустила руку Куинна. Как много раз Фэллон мог ещё “прыгнуть”? Бритт совсем не была уверена, что сможет удержать в себе тот замечательный ужин, который они с Эйденом съели ранее.

— Бритт, — прошептал Куинн.

Она повернула к нему голову. — Да?

— Милая, теперь ты можешь открыть глаза и отпустить уже мою руку.

Улыбка в его голосе успокоила её бешено бьющееся сердце, и она открыла глаза, обнаружив, что стоит в полностью оборудованной лаборатории.

— Где мы?

— За пределами Лондона, в учреждении, которое принадлежит другу, — без всяких лишних подробностей сказал Фэллон. — Я не знаю, как долго вы будете здесь в безопасности.

Бритт всё поняла. Она не стала медлить, скинула туфли и быстро прошла к микроскопу.

— Дайте мне три часа. Сделаю всё, что смогу.

— Три часа, — сказал Фэллон, кивая. Затем посмотрел на Куинна. — Ты хочешь, чтобы я забрал Эйдена в замок?

— Нет, — прохрипел Эйден.

Бритт бросилась к нему, когда он пытался сесть поудобнее.

— Ты придурок! Никогда не получай таких ранений снова! Ты меня понимаешь? Ты чертовски всех нас напугал!

Его озорная улыбка вызвала дрожь у неё в животе. И она стала чуточку счастливее от того, что он пришёл в сознание.

— Это ранение было не настолько уж и серьезное.

— Вообще-то, сын, оно было довольно серьёзное даже для горца, — сказал Куинн.

Бритт посмотрела в красивые зелёные глаза Эйдена, в которых она прочла беспокойство.

— Ты действительно в порядке? — спросила она.

Он сжал ее руку в знак согласия.

— Да. Где это мы?

— На одном из предприятий Шафран, которое она приобрела в прошлом году, — сообщил Гален, входя в комнату. — Я не чувствую тут Друидов.

Фэллон кивнул и посмотрел на Куинна.

— Я вернусь через три часа. Надеюсь, к тому времени Харон получит хоть какие-то ответы от Лауры, — сказал он и исчез.

Осмотрев Эйдена, она обрадовалась, что он в порядке. Кожа его была ещё бледной, но рана исчезла, как будто её никогда и не было. Это были хорошие новости.

— Держи, — сказал Куинн и кинул Эйдену чистую рубашку, которую тот с лёгкостью поймал. — Думаю тебе это пригодится.

Бритт отошла от стола, на котором всё ещё находился Эйден, чтобы он мог одеться. Она начала отворачиваться, когда он остановил её, коснувшись руки.

— Бритт, — прошептал он, притянув её ближе. — Я даже не думал... Я не хотел, чтобы ты была частью всего этого безумия.

— Я стала участником этого по собственной воле, когда согласилась изучить образцы крови.

— Тогда ты не знала всей информации. Теперь знаешь.

— Я не убежала, не так ли? — спросила она, прищурив глаза. — И не думай, что сможешь избежать ещё одного ужина. Ты у меня в долгу.

Она не смогла не улыбнуться, когда дразнила его, но на губах Эйдена не было и намека на улыбку. Следующие слова дались ему не без труда, но он не хотел, что бы девушка подвергалась опасности.

— Я говорю серьезно, ты должна бежать так далеко, как только можешь. От меня и от всего этого. Ты должна понять, я не хочу рисковать тобой.

Бритт наклонилась вперед и встала на цыпочки, чтобы быть с ним нос к носу.

— Нет. Ты не избавишься от меня. То, что ты ищешь, то, что ты принес мне, очень важно для многих. И ты доверился мне, попросил меня о помощи, теперь ты не сможешь изменить свое решение. Я никуда не уйду.

— Упрямая женщина, — прорычал он, но на его губах начала появляться улыбка.

— Она мне нравится еще больше, — сказал Гален с усмешкой.

Бритт провела руками по груди Эйдена, слегка остановившись на том месте, где рубашка была разорвана и окровавлена.

— Я не понимаю твой мир, но хочу понять.

— Тебе настолько нравится опасность? — спросил он нахмурившись.

— Нет. Мне настолько нравишься ты.

Эйден не был готов к такому ответу. Если бы его отца и Галена не было в комнате, они с Бритт уже были бы обнажены, и он с упоением целовал её, едва давая глотнуть воздуха для продолжения поцелуя.

Вместо этого, он накрыл её руки своими.

— У меня нет для тебя ответов на всё. Я не знаю, как долго продлится эта война, или смогу ли я выжить в ней.

— Войны есть всегда. Ну и что, что в этой есть магия и бессмертные.

Он обхватил её лицо и посмотрел в её прекрасные глаза.

— Ты необыкновенная девушка.

— Никогда не забывай об этом, — сказала она, подарив ему быстрый поцелуй, прежде чем вернулась к микроскопу.

Эйден знал, что у него на губах играла глупая улыбка, но это его не волновало. Бритт хотела остаться с ним. И сейчас это все, что ему было нужно. Как ему могло так повезти?

— Хорошая работа, — прошептал Куинн, подходя к нему.

Он пожал плечами.

— Я ничего не сделал.

— Сын, ты — Маклауд, не забывай от этом, — сказал Куинн, подмигнув. — Этого достаточно.

Эйден снял порванную рубашку и пошёл к раковине, чтобы смыть засохшую кровь, когда вдруг начали звонить мобильные телефоны.

Гален ответил первым, потом Куинн. Эйден пристально смотрел на отца и его охватила тревога. Что-то случилось. Эйден напрягся, взглянув на разъяренное лицо Галена и опустошенное лицо отца.

— Что? — спросил он, когда Куинн закончил звонок.

Куинн вздохнул.

— Джейсон пришел в бешенство из-за того, что нам удалось сбежать от него. Он такого не прощает. Он принял ответные меры.

— Наслав на людей в Эдинбурге чёртову эпидемию, — прорычал Гален, вышагивая по комнате.

— Эпидемия? — повторила Бритт. — Как такое возможно? Власти бы всё сразу взяли под контроль и остановили распространение болезни. Это не сойдет ему с рук.

Гален фыркнул.

— О, но ему сойдет. Поверь. Я не сомневаюсь, что Джейсон провел последние несколько месяцев, покупая членов парламента, а также органы власти. Если он хоть чем-то похож на своего кузена, то шантажирует тех, кто отказывается присоединиться к нему. Но это ещё не всё. Медицинский кризис — вот дополнительная опасность. Никто не узнает, что все это было сделано с помощью магии.

— Как ты узнал, что это сделано с помощью магии? — спросила она.

— Все началось в том районе, где мы сражались. — Куинн нервно провел рукой по волосам. — Я не ожидал, что он втянет в это невинных людей.

Гален оперся руками на стол и выдохнул.

— Мы должны были это предвидеть. Мы слишком расслабились.

Вдруг зазвонил мобильный Эйдена. Он вынул его из кармана и увидел, что номер не определен. Бросив взгляд на отца, он включил громкую связь.

— Кто это?

— Что ж, Эйден, твоё исчезновение было мастерски организовано, — произнес мужской голос. — Излишне говорить, что я рассержен. А когда я рассержен, страдают люди. Много людей. — Злобный бездушный смех Джейсона послышался из телефона. — У вас нет шансов против меня. Ни у кого из вас. Вы, конечно, попытаетесь спасти невинных и тех, кто вам дорог, а это позволит мне выиграть войну. Всё просто.

— До тебя мы уничтожили двоих Драу. С тобой мы тоже расправимся, будь уверен, — прорычал Куинн.

— Ах, Куинн, я знал, что ты будешь недалеко от своего отпрыска. Как думаешь, насколько будет больно потерять его, после того как ты сохранял его бессмертие четыре века?

Куинн и Эйден обменялись взглядами.

— Этого никогда не произойдет.

— На твоём месте я не был бы так уверен, — сказал Джейсон таким тоном, будто он знает нечто большее. — Скажите мне, как поживает Лаура? Харон всё еще тщетно пытается убедить ее, что он на стороне добра?

Эйден покачал головой Куинну и Галену. Он не хотел давать Джейсону какую-либо информацию. Работала ли Лаура с Джейсоном или нет, чем меньше Джейсон знал, тем лучше.

— Ты смеешь у нас спрашивать? — Сказал Эйден. — Мы беспокоимся о Лауре. Что ты сделал с беззащитной девушкой, она ни в чем не виновата.

— Так же, как и люди, страдающие в Эдинбурге! — прокричал Джейсон. — Эти “невинные”, как вы их называете, уже корчатся в агонии. Ты можешь это остановить. Всё, что тебе нужно сделать, так это сдаться мне вместе с той милой блондиночкой, что была на вашей стороне последние несколько недель. Сегодня же вечером!

В душе Эйден знал, что они могут победить Джейсона, но как он сможет жить с этим дальше, если пожертвует всеми этими ни в чем не повинными людьми? И он ни за что не отдаст Бритт Джейсону.

— Ты можешь получить меня, — сказал резко Эйден.

Куинн взревел от его слов и попытался выхватить телефон из его рук.

— Никогда!

— Отец, — быстро прошептал Эйден, когда смех Джейсона зазвучал из телефона. Он прикрыл трубку рукой. — Послушай меня. Так будет правильно. Бритт важна, а я — нет.

— Ты мой сын!

Эйден глубоко вздохнул, стараясь выровнять дыхание.

— Я не смогу жить с этим, если все эти люди погибнут.

— Уоллес никогда не согласится, — сказал Гален.

У Куинна играли желваки на челюсти, когда он посмотрел на Эйдена.

— Уоллес будет пытать тебя, и хоть ты и слышал, как мы говорим о магических пытках, ты никогда не испытывал подобных страданий.

— Я горец. Я Маклауд. Я пройду через это.

— Святой ад, — сказал Куинн и отвернулся.

Эйден взглянул на Бритт. Она покачала головой, и в её красивых глазах застыла мольба. Убрав руку, он услышал, что смех Джейсона по-прежнему раздаётся из динамика.

— Где я могу встретиться с тобой? — спросил Эйден, прекратив тем самым жуткий смех Джейсона.

Джейсон цокнул языком.

— Ты не слышал мои инструкции? Я сказал ты и Бритт. Не кто-то один. Оба.

— Ты можешь получить меня.

— О, я получу тебя, Эйден, — холодный голос Джейсона был полон гнева и злобы. — Я собираюсь заставить тебя страдать от невыносимой боли. И всё это время твой отец будет беспомощно наблюдать.

Эйден не мог смотреть на отца. Он знал, что значило каждое слово Джейсона для Куинна, но Эйден не мог просто стоять и ничего не делать.

— Два человека уже мертвы, Эйден, — сказал Джейсон, его голос стал спокойнее. — Эти смерти на твоей совести. Сколько еще их будет, прежде чем ты и Бритт придёте ко мне? Решай сам!

Телефон Галена внезапно завибрировал. Он взглянул на него, затем посмотрел на Эйдена и сделал жест рукой, давая понять, чтобы Эйден скорее завершил разговор.

Эйден немедленно прервал звонок.

— Что там? — спросил он.

— Айла, Ларена, Соня и Риган в Эдинбурге, они пытаются справиться с эпидемией. — Гален сглотнул, его голубые глаза были полны беспокойства. — Если этот ублюдок, коснется хоть одного волоска на голове Риган, я оторву ему яйца.

Эйден убрал телефон в карман.

— Это, скорее всего, ловушка. Уоллес знает, что мы не будем бездействовать и постараемся всеми силами помочь людям. Он знает, что Друиды поедут в Эдинбург.

— Блять, — прорычал Гален, быстро набирая номер. — Фэллон, давай сюда, немедленно!

В следующий момент Фэллон уже стоял возле Галена.

— Что случилось?

— Забери девочек из Эдинбурга. Это ловушка.

Фэллон положил руку на плечо Галена, и в одно мгновение они оба исчезли.

— Что ж, — сказала Бритт, используя пипетку, чтобы взять образец крови. — Мне неприятно это говорить, но Джейсон достаточно долго общался с тобой по телефону, Эйден. Ловушка может быть и здесь, так как он был очень непреклонен в желании заполучить нас.

Куинн фыркнул.

— Ты говоришь это так спокойно, милая.

— Просто констатирую факт. Это не значит, что я не боюсь, — добавила она, перед тем как вновь склониться к микроскопу.

Эйден повернул голову к отцу, он был уверен, что Куинн выглядит таким же мрачным и хмурым, как и он сам. Казалось, что Джейсон всегда был, по крайней мере, на шаг впереди них.

— Он не знает, где Лаура, — вдруг сказал Эйден. — Он надеялся, что мы проболтаемся.

— Это может означать, что она не в сговоре с ним, — добавил Куинн.

Эйден больше ни в чем не был уверен, но это, несомненно, была игра из множества хитрых ходов, которую они должны принять. Джейсон менял правила игры, каждый раз, когда они соглашались на его условия. Пришло время, взять контроль в свои руки.

Он достал телефон и набрал номер Харона.

Глава 27

Лейси Блэк шла по улице небольшой деревеньки, где остановилась заправить машину и немного перекусить. Магия вновь струилась по её венам, будто бурная горная река стремилась найти путь к водопаду.

Она не понимала насколько привыкла пользоваться магией сестры, пока Лаура не сбежала и не оставила её без волшебных сил. Лейси удалось отхватить немного магии перед уходом сестры, но надолго этого не хватило.

Лейси и матери случайно повезло обнаружить сбежавшую Лауру, когда они тратили отобранную у неё магию. К счастью для них, Лаура всё ещё была в Фернессе.

Девушка приподняла руку и посмотрела на неё, когда магия, словно ветерок, пробежала по коже, заставляя кончики пальцев вибрировать от её силы. Она вновь чувствовала в себе живую энергию, которой может повелевать. Несмотря на разделение магии Лауры между Лейси и матерью, магия несла в себе огромное количество силы, которая просто ошеломляла.

Каково было бы ощутить всю магию Лауры целиком? Лейси улыбнулась, подумав о том, что она могла бы сотворить, имея мощную силу сестры.

— Ох, я бы повеселилась, — пробормотала Лейси.

Она была всего в квартале от своего автомобиля, когда что-то невидимое втолкнуло её в узкий переулок. Лейси попыталась призвать свою магию на помощь, она чувствовала её в себе, но почему-то не могла использовать. Будто кто-то невидимый блокировал её способности.

Не успев даже моргнуть, девушка оказалась позади здания и попыталась закричать, чтобы обратить на себя внимание прохожих. Уронив свою сумочку, она подняла руки перед собой, ощутив, как её магия вдруг ответила на её требовательный призыв.

Прежде чем девушка смогла применить заклинание, на всё ещё невидимого противника, вокруг неё начал кружить воздух. Мелкие частицы, словно пыльная зола, окружили её и она была вынуждена закрыть лицо, чтобы хоть как-то защитить его.

Пока ветер не утих, девушка не смела открыть глаза. А когда она сделала это, то крик, сдерживаемый до этого, вырвался у неё из груди.

Высокие уродливые монстры цвета пепла с длинными, тонкими белесыми волосами быстро приближались к ней. Ее крик оборвался, когда один из них погрузил свои клыки в ее руку.

Вскоре, остальные присоединились к нему. Боль от их укусов была невообразима, но это было ничто по сравнению с ощущением того, как кровь и магическую силу высасывают из её тела. Они поглощали всю её сущность капля за каплей, не оставляя ничего.

Магия, которая с таким трудом ей досталась, за которую она совершила убийство — не шла ни в какое сравнение против монстров, напавших на неё.

Их было настолько много, что они закрывали небо. А она так хотела в последний раз взглянуть на него. Становилось невозможно удерживать глаза открытыми. Лейси знала, что умирает. Одинокая слеза скатилась из уголка её глаза, поскольку она поняла, что никакое количество магии не могло совладать со злобными монстрами убивающими её.

Гул её волшебных сил постепенно исчез с кончиков пальцев, прямо перед тем, как последняя капля крови оставила её тело.

***

Харон оперся подбородком о макушку головы Лауры, когда она прижалась к нему. Он по-прежнему не мог поверить, что её мать и сестра управляли её жизнью и забрали себе её магию.

— Какое отношение твоя семья имеет к магии? Получается, что они Друиды? — спросил он.

— Да, — она закусила губу. — До сегодняшнего дня я не знала, что они обладали какими-то силами. Я… я, действительно, не могу объяснить, что произошло, когда наблюдала, как ты умираешь в лесу. Я была так зла и чувствовала себя чертовски беспомощной. А потом внутри меня что-то начало зарождаться, некая сила, которой раньше никогда не ощущала. Она становилась все внушительнее, мощнее и поглотила меня полностью.

Харон не шевелился, он не произносил ни слова, молча умоляя её продолжать.

— Это была магия. Теперь-то я это знаю, — продолжила она. — Она увеличивалась во мне, пока не вырвалась с моих рук. Открыв глаза, я обнаружила, что хижина была разрушена, и все лежали на земле. Я подошла к тебе, но ты не дышал. Затем заметила, как Джейсон пошевелился.

— И ты убежала, — прошептал Харон.

Она кивнула и развернулась в его руках, чтобы быть лицом к лицу с ним.

— Я бежала часы или дни. Я не знаю. Только знаю, что хотела быть как можно дальше от него.

Харон убрал пряди волос с ее лица.

— Что произошло дальше?

— Бежала, пока хватало сил. Полагаю, потом, я уснула, — Лаура стала задумчиво смотреть вдаль, словно погрузилась в свои воспоминания. — Затем услышала бой барабанов и пение, и, мне кажется, я слышала множество голосов. Все это было одновременно вокруг меня и во мне, это окружало и ласкало меня, мне показалось, что я, наконец, стала цельной, стала завершенной.

— Твоя магия.

Она моргнула и снова сфокусировалась на нём.

— Очнувшись, я поняла, что не одна. Появился Джейсон, я была в западне. Я уже рассказывала тебе, он применил ко мне заклинание, убеждая, что все сказанное им было правдой.

— Да.

— Я чувствовала себя чертовски отвратительно. Хоть его магия и не действовала долго, — прорычала она. — Потом, мне удалось использовать свою силу, и они на некоторое время лишились сознания. А я, тем временем, успела скрыться от него и успешно добраться до Фернесса. Войдя в свою квартиру, я обнаружила там Лейси. Сестра поведала мне, что она и моя мать забирали мою магию. Это её появление и неприкрытый ложью рассказ меня ошеломили. И, прежде чем я смогла понять, о чем она вообще говорит, Лейси бросила яблоко мне в голову, я отключилась, а очнулась уже здесь. И, к сожалению, без своей магии.

Внезапно, зазвонил мобильник Харона. Он хотел проигнорировать его и не прерывать разговор с Лаурой. Но он знал, что это важный звонок, другого варианта быть не могло.

Харон вынужден был отодвинуться от Лауры и встать на ноги. Мужчина нахмурился, увидев имя Эйдена на дисплее.

— Эйден?

— Харон, мне нужна твоя помощь!

Он мгновенно напрягся, не отводя взгляда от Лауры, которая все еще сидела на кровати.

— Что?

— Я не думаю, что Лаура работает на Джейсона. Он только что звонил и расспрашивал о ней. Это навело меня на мысль, что он понятия не имеет где она, но хочет добраться до неё.

— Это никогда не произойдет! Он её не получит! — прорычал Харон.

— Я знал, что ты так скажешь, — Эйден помолчал. — Джейсон грозится вызвать эпидемию в Эдинбурге, если я и Бритт не сдадимся до вечера.

Харон провел рукой по лицу.

— Джейсон не наивный дурак, он знает, на что ты способен. Вы не можете отступить, нельзя останавливаться, особенно сейчас, вы обязательно должны продолжать бороться.

— Знаю. Тем не менее, я не могу позволить, чтобы умирали невинные люди. Это наша война.

— Проклятье, — пробормотал Харон, опускаясь в кресло. Облокотившись на колени, он зажмурил глаза. — Что еще он сказал?

— Он зол. Джейсон думает, что на шаг впереди, и это, действительно, так. Он всегда нас опережает.

Харон открыл глаза и обнаружил, что Лаура внимательно наблюдает за ним. Теперь она была частью его войны, и она Друид. Невероятно. Джейсон собирается прийти за ней, и Харон будет его ждать. Он будет готов.

— У меня есть другой план.

— Какой?

— Не хочу рассказывать, пока не буду в нем уверен. Дай мне пару часов.

— Может быть, Лаура сможет нам помочь? Нам пригодится любая помощь, — вздохнул Эйден.

— Нет. Возможно. Я не знаю, — неуверенно ответил Харон. Он хотел доверять Лауре, но не собирался подвергать своих друзей опасности. Вполне достаточно уже того, что он натворил до этого.

— Поторопись, Харон. На моей совести уже две смерти. Не хочу, чтобы их стало больше.

Прервав разговор, мужчина положил телефон в карман джинсов.

— Мне нужно уехать.

— Уехать куда? — нахмурившись, спросила Лаура.

Не желая лгать ей, Харон промолчал.

— Поняла, — сказала она. — Я рассказала тебе о своей магии. Рассказала, почему не обладала ей ранее. Я не причинила никому из вас вреда. Почему ты не хочешь верить мне?

Харон нахмурился, ненавидя эту ситуацию.

— Я хочу, но слишком много поставлено на карту, и не могу рисковать.

— Потому что ты все еще думаешь, что я работаю на Джейсона, — категорично заявила она.

— Я верю тому, что ты рассказала. Но мне просто нужно время.

— Но при этом, ты хочешь, чтобы я осталась здесь?

Харон встал и повернулся к ней спиной. Джейсон был занозой в заднице. Тот факт, что Лаура ушла с ним, только разжигал ненависть Харона. С одной стороны он был рад, что она не боролась с ним, потому что знал слишком хорошо, на что способен Уоллес.

А с другой стороны, ему не давало покоя то, что она пошла с ним. С помощью магии или нет. Это терзало его и заставляло не доверять ей.

И после этого она начала сомневаться, сказал ли ты ей правду.

Харон ненавидел, когда его совесть была права. Уоллес посеял сомнения в её голову, а он сам не рассказал ей всего, когда у него была такая возможность.

— Ты все не можешь смириться с тем, что я пошла с Джейсоном. Что я должна была делать? — сердито спросила она.

Скрипнула кровать, и он понял, что девушка встала. Тем не менее, он не повернулся к ней. Он отказывался видеть боль и разочарование в её прекрасных зелёных глазах.

— Они превосходили меня численностью, Харон, — сказала она. — Я была одна и напугана. Я пыталась понять, что произошло в хижине, и почему у меня вдруг появилась магия. Какой у меня был выбор?

— Ты могла бы противостоять ему. У тебя была сила для этого.

Он не хотел, чтобы она вступала в бой с Джейсоном, и знал, что её решение было верным. Харон не хотел этого ей говорить и обвинять в бездействии. Но резкие слова уже слетели с его губ.

Девушка сухо рассмеялась.

— Я ничего не знаю о магии. Даже не представляю, как мне удалось её использовать те два раза.

— Я знаю.

— Тогда почему ты так злишься на меня? Ты же знаешь, что я поступила правильно.

Харон, сжал кулаки, опустив руки вдоль тела, сдерживаясь, чтобы не повернуться и не заключить её в свои объятия. Он хотел, чтобы не было между ними секретов и недоверия, но вместо этого он продолжал настаивать.

— Ты поверила ему, Лаура. После того, как я рассказал тебе, каким монстром он был, после того, как я боролся с ним, чтобы уберечь тебя от него. Ты всё равно поверила ему, а не мне!

— Ты не рассказал мне всей правды.

Харон повернулся к ней лицом.

— Я не знал, что ты Друид! Если бы это было так, то ты знала бы всю правду и без меня.

Она подняла темную бровь и скрестила руки на груди.

— Я работаю на тебя уже два года. Мы были друзьями, и я доверяла тебе. Но при малейшей моей ошибке, ты повернулся ко мне спиной.

— Я не отвернулся от тебя.

— Кто бы сомневался, чёрт возьми, — сорвалась она. Лаура опустила руки и сделала глубокий вдох. — Ты никогда не признаешь, что поступил неправильно.

— Потому что я и не поступал так. У нас есть правило. О нашем мире никто не должен знать, кроме Друидов и Воителей. Это для того, чтобы держать всех в безопасности.

Она закатила глаза.

— И тот факт, что Джейсон пытался похитить меня, чтобы добраться до тебя, и что он преследует нас после этого, не дает мне право знать всей правды?

— Ты бы не поверила мне.

— Полагаю, мы этого никогда не узнаем, так ведь? Ты никогда не будешь доверять мне достаточно, чтобы выяснить это.

С Харона было достаточно. Он резанул рукой воздух.

— Хватит! Мы сможем обсудить это позже. Прямо сейчас я должен спасти своих друзей.

— А что делать мне?

— Ты останешься здесь? Пока я не вернусь. Я ненадолго.

Она склонила голову набок, ее тёмные волосы, соблазнительно упали через плечо.

— Ты хочешь, чтобы я осталась здесь? В месте, где ты не доверяешь мне выйти за пределы этой комнаты, потому что я, вероятно, работаю с Джейсоном?

— Да, — он сжал челюсти, когда она раздраженно фыркнула. — Я не могу взять тебя с собой, Лаура. Внутри этого замка ты в безопасности. Мне нужно быть уверенным, что Уоллес до тебя не доберётся.

Выражение искреннего недоверия отразилось на её лице.

— Почему?

Прежде чем Харон смог остановить себя, он притянул её в свои объятия и крепко поцеловал в губы, затем отстранился, не сводя с неё внимательного взгляда. К его удивлению, она не отвернулась. Вместо этого девушка ответила на его поцелуй.

Он застонал, когда её руки заскользили по его груди и обвились вокруг шеи. Харон знал, что не смеет её целовать, особенно, когда не был уверен в её преданности.

Но когда дело касается Лауры, он был не в силах отрицать, что его тело жаждет её. Мужчина знал, что как только он уйдет, она найдет способ сбежать из замка. Единственный способ гарантировать, что она этого не сделает, был в том, чтобы запереть её в подземелье, но он отказался это делать.

Понимая, что это может быть последний раз, когда он держит её в объятиях, Харон углубил поцелуй. На вкус она представляла собой самый прекрасный и настоящий соблазн, в виде хрупкой и нежной девушки.

Его кровь пылала от вожделения, и его член изнемогал, это было так же тяжело и для нее. Было бы легко поддаться желанию и вернуться с ней обратно в кровать. Но его друзья нуждались в нем. Он не мог их подвести.

Харон нехотя прервал поцелуй. Он еле сдержал стон, когда увидел губы Лауры, слегка опухшие от его поцелуев. Её зелёные глаза были ошеломлены, когда она смотрела на него.

— Жаль, что у нас не было больше времени, — прошептал он, и прижался к ней лбом. — Пожалуйста, останься здесь. Если ты не можешь найти причины, чтобы не уходить, то останься, просто потому, что я тебя прошу.

Лаура молчала и между ними повисла напряженная тишина. Харон понял, что затягивать прощание больше не имеет смысла, и ему пора покидать это место. Он опустил руки и сделал шаг назад.

Она встретила его взгляд, но он не смог прочесть её эмоции. Кивнув, Харон повернулся на каблуках и вышел из комнаты. С каждым шагом отдаляющим его от неё, внутри него будто что-то умирало.

К тому времени, как он достиг большого зала, место в груди, куда вошёл кинжал покрытый кровью Драу, заболело так, что ему пришлось, стиснув зубы, терпеть нарастающую боль.

Он остановился, обнаружив хаос вокруг него. Друиды суетливо бегали, в то время как несколько Воителей изучали карту Эдинбурга.

Харон знал, что они рассматривали любой возможный способ добраться до зараженной эпидемией области Эдинбурга без помощи Джейсона. Он прошёл мимо них, пока не нашёл Ронни, которая наполняла рюкзак провизией.

— Ронни, — позвал он, подходя к девушке.

Она подняла голову.

— Есть какие-то новости о благонадежности Лауры?

— Пока нет. Мне нужно ненадолго отлучиться.

— Уехать? — спросила она, нахмурившись.

Он кивнул.

— Я должен что-то предпринять, чтобы помочь нам.

— Я понимаю. Просто удивлена, что ты едешь один.

Харон оглянулся и пожал плечами.

— Все заняты, и в любом случае будет лучше, если поеду один. Я вернусь.

— А Лаура? — спросила Ронни, прежде чем он смог уйти.

— Остается.

Ронни закрыла рюкзак и поджала губы.

— Ты же понимаешь, что она может сбежать.

— Может.

— Поняла, — спустя мгновение произнесла Ронни. — Бог в помощь, Харон.

Он заставил себя улыбнуться.

— Береги себя, Друид.

Харон прошел в кухню, где хранились ключи от автомобилей. С тех пор, как он находился в Фернессе, у него не было выбора, кроме как позаимствовать один из автомобилей в Замке.

Он захватил ключи от самого быстрого автомобиля, который у них был, Порше 911 GT2 RS, и торопливо вышел из замка. Харон усмехнулся, увидев серийный Порше, стоящий в башне.

Скользнув на сидение красного спортивного автомобиля, он завёл двигатель и посмотрел на открытые ворота у проходной. Включив первую передачу, мужчина обхватил руками красно-чёрный руль и дал по газам. Двигатель издал громкий звериный рёв, и автомобиль помчался из башни.

***

Лаура спряталась в тени балкона второго этажа, наблюдая, как Харон разговаривает с женщиной в большом зале. Женщина не была счастлива тому, что сказал Харон, а затем, мгновение спустя, он вышел из замка.

Несколько минут Лаура просто стояла и наблюдала за активностью в зале. Вероятно, произошло что-то серьезное, если все так суетились. Это было связано с Джейсоном?

Харон сказал, что ему необходимо спасти друзей. Девушка сомневалась, что им потребуется помощь с их-то бессмертием Воителей, силой и магией, которой обладают Друиды. Но затем она вспомнила Джейсона.

Он был чертовски злым. Только воспоминание о его голосе и мерзкой улыбке заставляло дрожать от страха. Он так легко использовал свою магию убеждения на ней. Вероятно, он делал это постоянно.

Она чувствовала себя в опасности, как тогда, когда Бен пытался похитить её. Джейсона нужно остановить. Нельзя полагаться на то, что игнорируя его, заставишь оставить их в покое.

Лаура обернулась и посмотрела в сторону прихожей, через которую Харон провёл её в комнату. Она не могла просто ждать возвращения Харона. Только не она и не тогда, когда знала, что может помочь в этой борьбе, просто вернув свою магию обратно.

Она подождала, пока в зале всё не утихло, прежде чем быстро прокрасться вниз по лестнице. Лаура поспешила к двери, где видела, как Харон брал ключи.

Несколько человек в зале даже не заметили, как она прошмыгнула и очутилась на кухне. Девушка увидела несколько крючков, с висящими на них связками ключей.

Лаура сделала паузу и потянулась за одной из них. Она ничего никогда не крала в своей жизни, но сейчас у нее не было выбора. Она могла вернуть свою магию и помочь Харону. Может быть, тогда он поверит ей, что она на его стороне.

Она схватила первую связку ключей, что была ближе к двери. Только она собралась сделать шаг, как услышала, что кто-то приближался. Лаура взглянула на дверь и увидела, что та ведёт наружу.

В считанные секунды она бросилась к двери, тихо прикрыла её за спиной и оказалась в небольшом саду. Слева от неё простиралось море, а справа располагалась башня.

Лаура побежала к башне, нажимая кнопку отпирания двери на брелоке, чтобы выяснить, какой всё-таки автомобиль она угоняла. Девушка была в восторге, она быстро скользнула в чёрный Рендж Ровер и завела двигатель.

Уезжая, она смотрела в зеркало заднего вида, чтобы немедленно среагировать, если кто-то увидит её. Но никто так и не выбежал на улицу, чтобы остановить её. Как только она миновала ворота замка, то вжала педаль газа в пол по максимуму.

Нельзя было терять ни секунды драгоценного времени.

Глава 28

Джейсон стоял в коридоре больницы и с ликованием наблюдал, как всё большее количество людей поступало с болезнью, создателем которой он являлся.

Даже вид маленького мальчика, покрытого страшными волдырями, не унял его веселья. Если Маклауды хотели поиграть, то он с радостью подыграет им.

Они проведут не одну бессонную ночь, страдая за все те бесчисленные смерти, которые могли бы предотвратить, исполнив его требования.

— Нам следовало сделать это раньше, — заявила Минди, идя рядом и поддерживая недавно зашитую руку.

Она не могла сдержать волнение из-за того, что они делали, это будоражило ее кровь. Именно такой он встретил ее десять месяцев назад. Она поняла его, как никто другой. И, вскоре, узнала кем он был.

Эйсли медленно шла по коридору, засунув руки в задние карманы джинсов. Она поравнялась с ними, толкнув при этом плечом Минди.

— Постарайся не выглядеть настолько довольной собой.

— Почему это? — сердито возразила Минди.

Прежде чем ответить, Эйсли взглянула на Джейсона.

— Это не твоя заслуга. Это дело рук Джейсона.

— Я и не оспариваю этого, — затем Минди повернулась к нему. — Джейсон, малыш, ты же знаешь, я не приписываю себе твою работу.

Он обвил рукой Минди за талию, притягивая к себе.

— Конечно, знаю, дорогая. Однако, Эйсли дело говорит. Каждый день от этого умирают люди, в том числе и наши.

— Они умрут в любом случае, — сказала она, пожав плечами. — Ну и что с того, если это случится на несколько лет раньше. Кроме того, население необходимо сократить. Слабым не место в этом мире.

Джейсон поднял взгляд на Эйсли. Взаимная ненависть между его кузиной и Минди росла день ото дня. Наступит момент, когда он не сможет спокойно наблюдать за разборками женщин, которые не прекращались с того времени, как он привел Минди в особняк.

Он не был уверен, кто победит. Минди была сильной, но безрассудной. Она часто необдуманно использовала свою магию и поэтому часто проигрывала.

Эйсли была намного лучше в бою, но он все ещё не был до конца уверен в ней. Она всегда безукоризненно выполняла все его приказы, однако, мужчина не мог отделаться от сомнений в её намерениях.

— Ты не разделяешь мнение Минди, кузина? — спросил Джейсон обманчиво мягким тоном.

Эйсли перехватила его взгляд.

— Убийство взрослых — это одно. Убийство детей или младенцев — это совсем другое.

Минди рассмеялась, а Джейсон наблюдал, как лицо Эйсли покраснело от гнева.

— Какое тебе дело до младенцев? — спросила Минди.

Джейсон не остановил Эйсли, когда та схватила его любовницу и припечатала к стене. Он лишь ухмыльнулся, когда Минди вскрикнула от возмущения.

— Не говори о том, чего не знаешь, — прошипела Эйсли сквозь стиснутые зубы, смотря Минди в лицо. — Заткнись, или даже Джейсон не сможет защитит тебя от меня.

— Ну-ну, — произнес Джейсон, оттащив Эйсли от Минди.

Не сразу, но Эйсли отпустила ее. Она развернулась к Джейсону, ткнув пальцем ему в плечо.

— Контролируй свою суку.

Он смотрел, как она уходила длинными, размашистыми шагами, выдающими её гнев, кожаные сапоги на высоком каблуке при каждом шаге громко стучали по полу, пока она не скрылась за углом.

— Не могу поверить, что ты позволил ей так со мной разговаривать, — заныла Минди.

— Ты ничего не знаешь о прошлом Эйсли, дорогая, но на твоём месте, я бы внял её предупреждению.

Она нахмурилась.

— И ты не станешь защищать меня?

— Ты же Друид. Защищайся сама.

— Но…, — начала она, а затем замолчала, — я твоя любовница.

Джейсон прислонился к стене.

— И что, по-твоему, это тебе дает?

— Кроме твоего внимания? Это предполагает твою защиту.

Он вскинул бровь, услышав её капризный тон.

— Если бы я хотел защищать женщину, то моя любовница не была бы Друидом. Я позволяю тебе делить со мной постель, Минди, потому что ты могущественна. Ты заслужила место в моей постели, так заслужи и всё остальное.

Как он и ожидал, Минди отвернулась, её уход был менее эффектен в отличие от Эйсли. Но, с другой стороны, его кузина всегда любила драматизировать.

Джейсон позабыл об Эйсли и Минди, когда заметил, что ещё два человека поступили в больницу с симптомами инфекции.

— Преддверие грядущего, — улыбаясь, произнес он, наблюдая как мужчина в приёмной упал в обморок.

***

Харон достиг Дреагана быстрее, чем ожидал, даже не смотря на дождь. Но, с другой стороны, он гнал, как безумный.

Он не замедлился, свернув с главной дороги по направлению к Дреаган. Его нога нажала на педаль тормоза единственный раз за весь путь, останавливая автомобиль у ворот Дреаган.

Открыв дверь, Харон вышел под дождь и обнаружил Гая, стоящего прямо перед ним.

— Это было довольно эффектно. Часто практикуешь остановку машины путём скольжения по гравию? — спросил Гай с дерзкой усмешкой.

— У меня нет времени для игр. Мне необходимо переговорить с Коном.

Прекратив ухмыляться, Гай жестом указал Харону следовать за ним. Харон захлопнул дверь Порше и поторопился за Гаем.

Он ожидал, что они последуют к главному входу, как и прежде, но, вместо этого, Харон оказался возле оранжереи.

Харон присвистнул, увидев размеры помещения и количества растений в нем. Он потряс головой, стряхивая капли дождя.

— Ты привез с собой шторм, — сказал Гай, также стряхивая воду. — Идём.

Харон прошёл через теплицу в гостиную, а затем вверх по лестнице. Остановившись у дверей, Гай постучал один раз, а затем распахнул дверь в кабинет Кона.

Кон поднялся на ноги, увидев Харона.

— Не ожидал твоего скорого возвращения.

— С моего последнего визита многое произошло.

Кон занял свое место, предлагая Харону присесть. Гай наполнил три стакана виски, протягивая один Харону.

— Это как-то связано с эпидемией в Эдинбурге?

Харон одним глотком осушил стакан с виски. Обычно он смаковал богатый вкус любимого напитка, но на протяжении всего пути в Дреаган, он снова и снова проигрывал свой разговор с Лаурой. Он не сомневался, что девушка покинула замок Маклаудов. Это беспокоило его, но не так сильно, как вероятность её сотрудничества с Джейсоном.

— Харон? — позвал Кон.

— Да, — ответил Харон, обратив все свое внимание на руки. — Не знаю, как тебе удалось узнать то, кем я являюсь, но, взамен на твою помощь, готов рассказать тебе всё, что ты захочешь узнать.

Константин откинулся на спинку кресла, в течение нескольких минут молча рассматривая Харона.

— Я знаю всё, что нужно знать о Воителях.

Харон покачал головой, почему-то не удивившись ответу Кона.

— Почему ты не сказал мне об этом в прошлый раз?

— Ты не был готов услышать это тогда, — ответил Гай, прислонившись со стаканом виски плечом к стене.

Харон провел рукой по волосам.

— Джейсон Уоллес начал эпидемию, узнав, что мы нашли кое-кого, кто помогает нам выяснить, как кровь Драу влияет на нас и почему кровь другого Воителя нейтрализует её.

— Отличный план, — сказал Кон.

Харон пожал плечами.

— Это была не моя идея. Думаю, этому посодействовала последняя битва с Джейсоном, когда я был ранен и ничто не могло помочь. Уоллес что-то сделал с кровью Драу. Она стала более сильная. И мы решили, что настало время провести собственные исследования.

— Что тебе известно?

— Ничего. Я знаю только, что кое-кто в Эдинбурге ...

— Эйден Маклауд, — сказал Гай. — Его отец Куинн и другой Воитель Гален тоже там.

Откинув голову назад и глядя в потолок, Харон задался вопросом, насколько далеко простираются знания Кона.

— Скажи мне, откуда тебе всё это известно?

— А ты никогда не задумывался, что вы не единственные магические существа? — спросил Гай. — Самонадеянный говнюк.

Кон прочистил горло, пригвоздив Гая взглядом.

— Правда состоит в том, Харон, что очень многого о Дреаган тебе не известно. Пока. Мы сочли нашим долгом узнать больше о Друидах и Воителях.

Харон повернулся, встретив тёмный взгляд Кона.

— Есть хоть что-то, что тебе неизвестно.

— Что произошло в Фернессе?

— Джейсон Уоллес. Снова, — Харон сжал переносицу большим и указательным пальцами. — Он пришёл за Лаурой. Планировал похитить её, чтобы добраться до меня. Уоллес не ожидал, что Лаура даст отпор, или ему может кто-то помешать.

Гай поставил хрустальный стакан на стол Кона.

— Уоллес пришел за Лаурой?

Харон кивнул.

— Я решил присмотреть за ней после этого. Но не успел во время отвезти ее в замок Маклаудов. Уоллес прибыл со своими Драу.

— Лаура у него? — тихо спросил Кон и подался чуть вперед, опираясь на стол.

— Нет. Мы ушли в лес, но они нашли её. Я вышел из хижины, чтобы бороться с ними, тем самым давая Лауре время, чтобы уйти. — Он умолк, вспомнив ощущение её магии.

Она была столь … прекрасной и чистой. Ее сила заставила его душу содрогнуться и, в тоже время, желать большего. Никакая магия никогда ещё не чувствовалась настолько совершенно.

Гай сел в соседнее кресло рядом с Хароном.

— Она не убежала, ведь так?

Харон покачал головой.

— Она осталась. И наблюдала, как эти ублюдки медленно убивают меня. Тогда я не знал, что именно её магия привела к взрыву хижины. Одно прикосновении её магии, и будто крови Драу никогда не было у меня внутри.

— Проклятье, — пробормотал Кон. — Я не предполагал, что она Друид, и настолько мощный Друид.

— Мы работали вместе на протяжении двух лет, и я даже не догадывался, кем она являлась. Она сказала, что раньше и сама не знала этого. Ее мать и сестра выкачали магию из неё.

Кон в гневе поджал губы.

— Это было сделано ещё до вашей встречи, поэтому справедливо, что ты не смог распознать её.

— Дейдре и Деклан засылали шпионов в замок Маклаудов, пытаясь навредить нам. Я должен был быть осторожнее.

Гай кивнул.

— Так ты веришь ей или нет?

— Да. Но не знаю, верю ли потому, что хочу верить в это или потому, что она, действительно, говорит правду?

— Попроси Друидов в замке выяснить это, — предложил Кон.

— Это может подождать.

Гай вновь наполнил их стаканы виски.

— Продолжай. Мы должны узнать, что произошло в Фернессе.

— Она убежала после взрыва в хижине, — продолжил Харон, покружив янтарную жидкость в стакане. — Уоллес нашёл её прежде меня. А я не успел рассказать ей всего до того, как узнал, что она Друид. Джейсон соврал ей и использовал магию, она поверила каждому сказанному им слову.

Гай потер пальцем подлокотник кресла.

— Ты не можешь винить её за это.

— Много раз в замок Маклаудов были подосланы шпионы. Я не хочу быть тем, кто приведет ещё одного.

Кон кивнул.

— Так что произошло?

— Сестра Лауры приехала в Фернесс, поджидая её, — продолжил Харон. — Она вновь забрала магию Лауры. Мы доставили Лауру в замок, но ещё точно не знаем, работает она с Джейсоном или нет. Прежде чем я смог выяснить это, Эйден позвонил мне и сообщил, что Уоллес выдвинул ультиматум. Он остановит эпидемию в Эдинбурге, если мы выдадим ему Эйдена и Бритт.

— Они не согласились, — сказал Гай.

Харон пожал одним плечом.

— Да. И поэтому я здесь. Ты предлагал нам стать союзниками. Сейчас я прошу твоей помощи.

Кон отбросил свой стул назад, вставая.

— Для начала тебе следует узнать кто мы. Мы не можем просто ринуться в бой, как вы. По большей части, вы, Воители, способны скрываться. Хоть мы и сильны в человеческом облике, но, чтобы в полной мере использовать весь потенциал нашей магии, мы должны быть в истинной форме.

— И какова она? — спросил Харон.

Кон дернул подбородком Гаю, который открыл свой телефон и нажал несколько клавиш. Харон ждал, что что-то произойдет, но ничего не происходило.

— Тебе будет лучше видно отсюда, — произнес Кон, кивнув на окно.

Харон обошел стол и взглянул на холмистую местность. Тысячи овец и крупного рогатого скота паслись на просторах долины.

Он любовался красотой местности, как вдруг что-то появилось в низких дождевых облаках. Харон поднял взгляд, чтобы увидеть массивную фигуру дракона с чешуёй изумрудного цвета.

Глава 29

Бритт положила руки на талию и выгнула спину, хорошенько потягиваясь. Её платье было разорвано, а ноги замёрзли ещё с тех пор, когда она сбросила туфли и начала ходить босиком. Как же ей хотелось надеть самые обычные джинсы, рубашку и… носки, тоже бы не помешали.

Во всем этом было бы гораздо удобнее бегать, подумала она. Поёрзав на стуле, она задумалась о том, что только что обнаружила.

— Всё в порядке? — спросил Эйден.

Она повернула к нему голову, с удивлением обнаружив, что он так близко, хотя она не слышала его шагов.

— Да.

— Я слышу неуверенность в твоём голосе, — сказал он с улыбкой. — Почему бы тебе не сделать перерыв? Я знаю, ты устала.

Бритт покачала головой.

— Прошло всего несколько часов. Я в порядке.

— Врушка.

Она засмеялась и её взгляд остановился на его губах. Губах, которые целовали её с таким голодом и страстью, что она до сих пор не пришла в себя.

— Бритт, — пробормотал Эйден своим глубоким хриплым голосом, который заставил порхать бабочек внутри неё. — Не смотри так на меня.

Она моргнула и заставила себя переключить внимание на его красивые зеленые глаза. Желание, которое она увидела в тёмных глубинах его взгляда, стало причиной её сбивчивого дыхания.

— Тогда не будь таким чертовски соблазнительным.

— Ах, милая, — его пальцы нежно скользили по её волосам, а большой палец ласкал её нижнюю губу. — Ты тоже чертовски соблазнительна.

Бритт знала, что если не прекратит это, то они снова начнут целоваться. Из-за того, что многое поставлено на карту, не говоря уже о том, что его отец был в комнате, это было не очень-то разумно.

Она облизнула губы и отвернулась, мгновенно начав тосковать по его прикосновениям. Не было сомнения, что она была более, чем просто испугана тем, что видела и испытала этой ночью, но ничто из этого не могло изменить её невероятного, сокрушительного желания быть рядом с Эйденом.

— Я кое-что нашла, — сказала она.

Эйден сменил положение, наклонившись к столу.

— Расскажи мне.

Она взглянула на него и увидела, что желание покинуло его глаза, сменившись заинтересованностью делом и напряженностью. Это делало его тем, кем он был. Привлекательным, смелым и жестким.

— Мне удалось найти фермент.

— Чёрт, — сказал Эйден, поворачиваясь к отцу и Галену. — Вы оба, возможно, захотите это услышать.

Как только Гален и Куинн подошли к ней, Бритт рассказала им то, что только что объясняла Эйдену.

— Я не учёный, — сказал Гален. — Понимаю, что ты нашла что-то важное, но как это касается нас?

Бритт посмотрела на каждого из них прежде, чем её взгляд остановился на Эйдене.

— Это значит, что я нашла способ бороться с кровью Драу, когда она соприкасается с кровью Воителя.

— Как? — спросил Куинн

Если Бритт думала, что её открытие вызовет радость, то глубоко ошиблась. На лицах её слушателей было беспокойство, удивление и сосредоточенность, но никак не облегчение и восторг. Она взяла образец из-под микроскопа и держала его перед собой пока рассказывала.

— Уникальная природа этого фермента является причиной того, что кровь Драу начинает атаковать Воителей, достигая всех органов через кровь.

— К сожалению, большинство из нас знают эту часть, — сказал Гален, нахмурившись.

Исходя из своих наблюдений, Бритт могла только представить какую боль это может вызывать.

— Позвольте показать.

Она поместила под микроскоп другое стекло и отошла, чтобы они могли взглянуть.

— Это образец твоей крови, Куинн.

После того, как они все трое посмотрели, Бритт положила новое стекло, капнув на него каплю крови Куинна и добавив каплю крови Драу. Бритт поспешно положила стекло под микроскоп и отошла в сторону.

Эйден взглянул первый. Его лицо было мертвенно-бледным, когда он отошёл, махнув отцу, чтобы тот посмотрел.

Куинн молчал в течение длительного времени, рассматривая образец в микроскоп, затем выпрямился.

— Святой ад, — пробормотал он.

— Это многое объясняет, — сказал Гален, тоже взглянув.

Бритт кивнула.

— То, что вы видели, это, как кровь Драу действует на кровь Куинна, быстро и беспощадно. Теперь, позвольте, добавить образец крови Галена.

Эйден смотрел, как Бритт умело взяла стекло из микроскопа, добавила еще крови и поместила назад.

— Здесь, вы можете видеть, что дополнительная доза крови Воителей делает с атакующей кровью Драу, — сказала она, отходя назад и предоставляя им обзор.

Эйден жестом показал отцу посмотреть первому. Лоб Куинна прорезали морщины, когда он отошел, давая возможность Галену посмотреть, а затем настала очередь Эйдена.

Он зачарованно смотрел, как происходит нейтрализация крови Драу.

— Я не понимаю, — сказал он, поднимая голову. — Почему та кровь Воителя, которая уже есть, не может остановить кровь Драу?

— Я полагаю, что ей просто не хватает времени, чтобы отразить атаку крови Драу, — сказала Бритт. — Новая, свежая кровь Воителя — это уже слишком для крови Драу. Каждый Воитель несет в себе бога, который даёт бессмертие и силу, так что не удивительно, что кровь помогает другим Воителям.

Все молча стояли и обдумывали только что сказанные слова Бритт. В наступившей тишине Гален заговорил первым.

— Возможно ли это изолировать или создать что-то, что будет противодействовать крови Драу?

— Это как раз то, над чем я работаю, — сказала девушка.

— Они используют X90s пули, заполненные кровью Драу, — сказал Куинн. — У нас нет шансов против них. Есть ли хоть что-нибудь, что мы могли бы противопоставить им до того, как они в нас попадут?

Эйден смотрел, как губы Бритт сжались, когда она начала обдумывать варианты. Он мог практически видеть, как в её прекрасной голове вращаются колёсики.

— Возможно, — сказала она. — Но мне нужно больше времени.

Эйден дернулся, когда услышал внезапный взрыв где-то в здании.

— Нам нужно уходить. Сейчас же!

Куинн и Гален мгновенно приняли облик Воителей, когда Эйден начал разбивать образцы крови.

— Что ты делаешь? — крикнула она.

Эйден оттолкнул её руки, когда она попыталась остановить его.

— Это Джейсон. Он нашёл нас быстрее, чем мы думали. Для продолжения исследования я смогу предоставите тебе новые образцы. Мы не можем оставить тут что-либо для него.

Это сподвигло Брит к решительным действиям. С её помощью им не понадобилось много времени, чтобы удалить все следы её кропотливой работы.

— Уоллес здесь, — сказал Гален, забегая в комнату.

Эйден знал, что их время вышло. Им некуда было бежать. А Куинн, сжимая мобильник около уха, никак не мог дозвониться до Фэллона.

Куинн опустил телефон и повернулся к Галену.

— Забери моего сына и Бритт отсюда.

— Я не оставлю тебя, — сказал Эйден, разъяренный тем, что отец решил пожертвовать собой.

Куинн грустно улыбнулся.

— Ты и Бритт очень важны. Вы — будущее. Вместе вы сможете найти способ победить Уоллеса и других Драу, которые решат занять его место.

— Ты нужен мне. Ты всем нам нужен, — спорил Эйден.

— Это единственный выход.

Гален встал между ними.

— Нет. Я пойду сзади и отвлеку их. У меня нет детей, Куинн. Бери сына и Бритт и убирайтесь отсюда.

— Прекратите! — вскричала Бритт. — Мы можем все уйти, если перестанем спорить об этом.

Эйден вопросительно поднял бровь, глядя на отца и Галена. Когда они кивнули, Эйден схватил Бритт за руку и потянул за дверь.

Он мог слышать, как приближается Уоллес. Лабиринт коридоров в здании, помогал им быть впереди Джеймса и его подручных. Но будет ли этого достаточно?

***

— Драконы, — прошептал Харон, едва веря своим глазам, наблюдая, как зелёный дракон лениво скользит в облаках.

— Точнее, Короли Драконов, — сказал Константин. — Мы правили задолго до появления человека. Представь драконов разных форм, размеров и цветов в небе, на земле и в воде.

Харон наблюдал, как дракон, расправив крылья и поймав поток воздуха, скрылся в облаках. Затем он повернулся к Кону и Гаю.

— А когда появились люди?

— Мы, Короли, смогли переходить в форму человека и обратно, чтобы сохранить мир между драконами и людьми, — объяснил Гай.

— Думаю, ты понимаешь, что это не вся история, — тихо сказал Кон.

Харон знал, что они рассказали ему не всю правду, гораздо больше они, скорее всего, утаили, но он не собирался выяснять это сегодня. Да и они имели право на свои тайны.

— Значит вы все — Короли Драконов?

Гай кивнул.

— Я — Король Красных. Хэл, которого ты только что видел, король Зелёных. А Кон — Король всех Королей.

— Полагаю, здесь ты, своего рода, генеральный директор, — сказал Харон с усмешкой. — Ты руководишь всеми драконами?

Кон прислонился бедром к столу.

— Я был Королём Золотых, а также являюсь лидером всех Королей.

— Как получилось, что никто не знает, кто вы?

— Это долгая история, — сказал Кон, поставив свой виски. — Достаточно сказать, что мы были очень осторожны. Мы никогда раньше не вмешивались в дела мира, но я наблюдал за вашей войной с Драу. Ты и другие Воители, наряду с Друидами, создали хорошую позицию против зла. Тем не менее, Джейсон Уоллес оказался более опасным врагом, чем я ожидал.

— Ты можешь помочь? Ты поможешь? — спросил Харон.

Кон улыбнулся.

— Я бы не позволил тебе узнать, кто мы или не сказал бы, что я знаю, что ты Воитель, если бы не планировал предложить нашу помощь.

Гай потер руки.

— Прошло столько тысячелетий с тех пор, как я был в бою. Я жажду хорошей драки.

— Ваша тайна будет раскрыта. Вы ведь это понимаете? — спросил Харон.

Кон выпрямился и сжал руку на его плече.

— Как долго вы, Воители, думали, что единственные боретесь со злом?

— Сотни лет.

— Это было мое решение, сдерживать Королей от помощи кому-либо из вас. Наши драконы ушли, Харон, а с ними и часть наших душ. Мы жили так эпохами, но как правильно было замечено, времена изменились. Пришло время и Королям Драконов измениться.

Харон хотел, чтобы они помогли и он знал, что их помощь ему нужна. Тем не менее, идея открыть миру Королей Драконов приводила его в замешательство. Чем это может обернуться? Не принесет ли это за собой еще больший вред.

Драконы ревели громче раскатов грома. Многое в Дреагане обрело смысл, и он не хотел разрушить то, что Короли создали.

— Я не уверен, что это стоит того, — сказал он. — Некоторых из вас могут увидеть в обличье драконов, а это привлечет внимание.

— Это уже случилось, — сказал Гай. — В Лондоне, вообще-то. Мы… ну давайте, просто скажем, что произошел инцидент, который мы не могли проигнорировать. У двух Королей просто не было другого выбора, как пойти сражаться с нашим врагом. Никто об этом даже не услышал.

Харон провел рукой по волосам и зашагал по офису. Он знал все о риске и опасности. Он сам рисковал, когда находился в своей деревне. Что случилось бы, если жители выяснили бы, что ему более 400 лет.

Даже теперь, когда они знали, что он был не просто человеком, иллюзия, которую он выстроил, была его доспехами. А то, что построили Короли Драконов, было намного серьезней. И, значит, внушительнее будут и последствия, когда правда откроется. Короли относятся ко всему этому слишком легкомысленно.

Он остановился и резко выдохнул.

— Если вы поможете, я хочу быть уверен, что единственные, кто смогут вас увидеть, будут Друиды и Воители. Короли Драконов должны быть надёжно сохранены от мира людей.

— Он мне нравится, — сказал Гай Кону с широкой улыбкой.

Кон рассмеялся.

— Как и мне. Я согласен с тобой, Харон. Хотя сражения имеют свой путь, не зависящий от участников. И мы все будем обязаны следовать этому направлению.

Дверь кабинета Кона распахнулась, в дверях стоял взволнованный человек с тёмными волосами и глазами цвета морской волны.

— Селмуры снова атаковали, Кон.

Кровь Харона заледенела, когда он вспомнил стычку Аррана с древними существами, которые питались магией. Его первой мыслью была Лаура, пока он не вспомнил, что её магия ушла.

— Где? — требовательно спросил Харон, сделав шаг в сторону мужчины.

Кон нахмурился, спросив.

— Ты знаешь об этих существах?

— Да. Другой Воитель был почти убит ими, когда его женщина случайно их освободила. Я думал, что вы все знаете.

Губы Кона сжались в тонкую линию, прежде чем он сказал: — Мы не можем быть везде.

— Мне нужно знать, где селмуры, — сказал Харон тоном, не терпящим возражений.

— Следуй за мной, и я расскажу тебе, — сказал Кон, выходя из офиса.

Глава 30

Лаура свернула с дороги и припарковала внедорожник. Она посмотрела вниз по улице на дом своих родителей. Горшки пестрили ярким многообразием роскошных цветов, как она и помнила.

Но что она не помнила, так это облупившуюся краску на красной двери. Её мать была помешана на содержании всего в идеальном порядке.

Она вздохнула, держась обеими руками за руль, и задалась вопросом. Зачем она приехала сюда, откуда совсем недавно сбежала с таким трудом? Сюда, где родные ей люди контролировали каждый её шаг. Она долго была за рулём и сперва ехала, не разбирая дороги, пока не заметила знакомые места и поняла, что находится уже недалеко от своего бывшего дома.

Что она собиралась спросить у матери и сестры? Они нагло забрали её магию. И не было никакого способа вернуть её обратно, да и Лаура ничего толком не знала о ней.

Девушка вспомнила о барабанах и пении, которые услышала когда остановилась в лесу для короткой передышки, тогда у неё ещё была магия. Песнопение приносило ей умиротворение и спокойствие в мире, который, казалось, сошёл с ума.

Её магия, как и песнопение, исчезла, но мир продолжал становиться всё безумнее.

Лаура прислонила голову к спинке сидения и крепко зажмурилась. Во что я ввязалась?

Но это была не её вина. Она злилась на Харона, что не он рассказал ей всего и что не верит ей, но она не винила его. Будь она на его месте, то, наверняка, поступила бы точно также.

Она мечтала, чтобы сейчас он был рядом с ней, обнял бы её своими сильными руками и шептал слова утешения. Харон всегда был готов ко всему, чтобы судьба ему не приготовила. Теперь девушка знала, что отчасти это потому, что он был Воителем и бессмертным.

С другой стороны, Лаура знала, что это был просто её Харон, и это, она уверена, было в его ДНК задолго до того как он впустил в себя бога и стал бессмертным Воителем. То, за что бог избрал его, делало Харона единственным человеком, который мог понять её суть, мог прикоснуться к её душе, просто взглянув, как он умеет.

— Будь ты проклят, Харон, — пробормотала она. — Я знала, что влечение к тебе обернется катастрофой.

Не дав себе возможности передумать, девушка открыла дверь и вышла из автомобиля. Её ноги дрожали, пока она медленно шла к красной входной двери. А она ведь клялась, что больше не ступит на порог этого дома.

Она остановилась, прежде чем постучать в дверь дрожащей рукой. Порыв того, что она посчитала ветром, хлестанул по ней так, что волосы попали ей на глаза. Откинув пряди, она обнаружила, что стоит лицом к лицу с чем-то бледно-серого цвета, клубящимся, словно дым, вокруг неё. А затем оно внезапно исчезло.

Дрожь скверного предчувствия поползла вниз по её позвоночнику.

— Мама, — позвала она, постучав в дверь, её нервозность сменилась беспокойством. — Лейси!

Из задней части дома раздался крик. Перепрыгнув через изгородь, Лаура помчалась к деревянным воротам. Её пальцы торопливо скользнули по защелке, но прежде чем она смогла её открыть, кто-то схватил её сзади.

— Лаура, нет, — жестко прошептал Харон.

Она замерла, услышав душераздирающие крики. Лаура постаралась сосредоточиться на его лице, а не на хаосе кружившем вокруг нее.

— Харон.

— Да.

— Мои родители...

— Я знаю, милая, но мы должны уходить.

Настойчивость в его голосе, говорила о том, что необходимо сейчас же покинуть это место, но это место было её домом, хоть и когда-то. Ноги Лауры не двигались, она просто стояла и не могла пошевелиться. Девушка попыталась вновь произнести имя Харона, как вдруг что-то врезалось в неё. Она вздрогнула, было ощущение, будто электрический ток прошёл сквозь неё.

— Вот, дерьмо, — произнёс Харон, подняв её на руки. — Её магия возвращается. Нам срочно нужно вытащить её отсюда.

Нам? Лаура хотела узнать с кем он говорит, но её взгляд был устремлён на ворота. Что-то было с другой стороны. Что-то ужасающее и смертоносное. Что-то, что могло причинить ей вред.

— Иди. Я задержу их, — произнёс мужской голос.

Харон побежал, и Лаура обвила руками его шею. Она вновь почувствовала магическую вибрацию в своих венах и это было невообразимо удивительно. Она не думала, что ей посчастливится вновь ощутить эти трепетные ритмы, которые наполняли её силой.

Лаура не понимала, как ей удалось вернуть силу обратно, но она снова обрела магию. И она больше никогда не отдаст её.

Харон бесцеремонно забросил девушку на заднее сиденье другого внедорожника. Она быстро устроилась на месте и повернула голову, чтобы спросить его, что все-таки происходит. И вдруг увидела высокого, нескладного монстра с пепельного цвета кожей, который неожиданно появился из ворот родительского дома, выбив их одним ударом своего огромного кулака.

— Чёрт побери, — пробормотала она.

Харон захлопнул дверь.

— Мы можем оставить его? — спросил он водителя.

Гай посмотрел в зеркало заднего вида и улыбнулся только своими бледно-карими глазами, вокруг которых образовались лучистые морщинки.

— Мне жаль тех, кто встанет на пути Кона. С ним так же Рис, он будет в полном порядке.

Внедорожник рванул с места, когда как раз начался дождь. Лаура повернулась, чтобы просмотреть в заднее окно. Она увидела как Кон и мерзкое существо с кожей цвета пепла кружили вокруг друг друга, в то время как еще несколько подобных существ начали подбираться к ним.

— Что это за твари? — спросила Лаура.

Они так резко завернули на повороте, что девушка врезалась в дверь. Когда дом её родителей остался позади, она повернулась и посмотрела вперёд, её сердце быстро стучало в груди.

— Их называют селмурами, — сказал Харон, его взгляд был устремлён вперёд. — Это древние существа, которые охотятся и питаются магией других существ. Они опасны, быстры и не нападают поодиночке.

Лаура положила свою ладонь на его руку.

— Что с моими родителями? Я слышала крики.

Длинные тёмные волосы Харона были взъерошены, а глаза полны печали. Он сначала посмотрел на ее руку, глубоко вздохнул и поднял взгляд на её лицо.

— Они пришли за твоей матерью, почувствовав в ней магию.

— Почему ты не попытался спасти её?

— Нечего было спасать, — отозвался Гай с водительского сидения. — Селмуры передвигаются с помощью ветра. Если ты чувствуешь их присутствие, значит уже поздно.

Она помассировала руками виски.

— Я пришла к ним, чтобы вернуть свою магию.

— Её смерть сделала это за тебя, — сказал Харон. — Селмуры забрали и твою сестру.

Лаура беспомощно кивнула и подняла голову. Она чувствовала печаль от потери матери и сестры, но это было не то, что она должна была чувствовать, потеряв семью.

— А мой отец?

— Селмуров не интересуют те, кто не владеет магией. С твоим отцом всё будет в порядке, если он не будет вмешиваться, — ответил Гай.

Харон передвинул свою руку так, чтобы держать Лауру за руку. Она хотела оплакать потерю матери и сестры, но не могла сделать это.

— Как ты меня нашёл? — спросила она.

Большим пальцем Харон рисовал круги на тыльной стороне её ладони.

— Лейси нашли примерно за сорок миль отсюда.

— Кто? — спросила она

Харон и Гай переглянулись в зеркале заднего вида. Наконец, Харон сказал:

— Один из людей Кона.

— Мы предположили, что селмуры будут искать поблизости тех, кто владеет магией, — добавил Гай. — Это и привело нас сюда.

Лаура посмотрела на большую руку Харона.

— Ты снова спас меня. Если б вы не приехали туда… — она замолчала, не в силах договорить.

— Нет, — он поймал пальцем ее подбородок и приподнял лицо. — Не плачь по матери и сестре. После того, что они сделали с тобой, они получили по заслугам. Твой отец… он заслуживает того же, потому что позволял им относиться к тебе таким образом.

Она попыталась кивнуть, но его взгляд не отпускал её. Рука Харона чувственно скользнула вдоль её шеи к затылку и его пальцы утонули в мягких волосах.

Лаура не могла отрицать своего влечения к Харону. Когда он находился так близко к ней, смотрел на неё с такой нежностью и желанием, она была не в силах оторваться от него, даже если бы от этого зависела её жизнь.

Каждый удар сердца разгонял кровь, разогревая в ней желание. В её сознании очень быстро вспыхнули воспоминания об ощущении его рук, о том, как он прикасался к ней, целовал её. Любил её.

Голова Харона всё ниже опускалась к ней и его глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, закрылись. Лаура сделала то же самое за секунду до того, как его губы коснулись ее. И страсть захлестнула их, словно штормовая волна, накрывающая корабль в океане.

Она положила свои руки ему на грудь, ощутив под ладонями твердость его мышц. Лаура расстегнула ремень безопасности, в это время Гай резко свернул на дороге и девушку бросило в объятия Харона.

Его руки обхватили её лицо, пытаясь поймать её взгляд.

— Тебе не больно?

— Нет.

— Хорошо, — пробормотал он, прежде чем снова поцеловал её.

Лаура тихо застонала, когда он скользнул вниз так, чтобы она оказалась лежащей на нём. Его руки обхватили её попку и сжали, когда он углубил поцелуй.

— Эээ… Лучше бы вам, ребята, пристегнуться, и побыстрее, — прервал их Гай.

Она подняла голову и посмотрела на Харона, как вдруг внедорожник попал колесом в огромную выбоину, подбросив Лауру на несколько дюймов вверх. Прежде чем она поняла, что он делает, Харон быстро усадил её на место и пристегнул ремнём безопасности.

— Где мы? — спросил Харон.

Гай усмехнулся:

— Земли Дреаган, конечно. Мы просто немного срезали путь.

— Срезали? — повторила Лаура, увидев, как овцы разбегаются от внедорожника.

— Нам нужно подкрепление.

Лаура посмотрела на Харона, ожидая объяснения, но он только пожал плечами в ответ. Гай прочистил горло, поймав взгляд Лауры в зеркало заднего вида.

— Я знаю, за последние несколько дней ты многое повидала, милая, но, похоже, тебе придётся увидеть ещё кое-что.

Она нахмурилась, обнимая себя руками, когда их автомобиль выскочил на пересеченную местность. Лаура открыла рот, чтобы спросить, о чём говорил Гай, когда увидела через лобовое стекло в небе тёмный силуэт, который быстро приближался.

— Я могу все объяснить, — сказал Харон, беря её за руку.

Воздух застрял в лёгких, когда она поняла, что видела в небе дракона. Она проследила за его полётом через люк, затем повернулась, чтобы понаблюдать за ним в заднее стекло.

— Это же дракон, — сказала она и посмотрела на Харона.

Он посмотрел ей в глаза и ухмыльнулся:

— Да.

— Драконы существуют? — прошептала она. — Я думала, что все эти рассказы всего лишь легенды.

— Мы больше, чем легенды, — сказал Гай.

Лаура поняла, она находилась в одной машине с драконом. Прежде чем у неё голова пошла кругом, Гай издал крик предупреждения.

Вдруг Харон крепко обнял её, и в следующую секунду что-то врезалось в джип, отправляя тот в занос прежде, чем автомобиль скатился вниз по склону.

Глава 31

Эйден понял, что держит руку Бритт слишком крепко, но он не хотел потерять её. Ударившись плечом об угол, он оглянулся и заметил Джейсона Уоллеса.

— Беги! — крикнул Куинн за спиной Эйдена.

До них донёсся громкий треск. Они ускорились, спешно сворачивая несколько раз, пока не обнаружили Галена, который выбивал огромную дверь, ведущую наверх. Как только Бритт начала входить в комнату, Гален схватил её за руку и указал на лестницу, прижав палец к губам.

Эйден немного подтолкнул Бритт вперед. Он никогда не завидовал отцу, что у того есть способности Воителя. До этого момента. Если бы он был Воителем, то смог бы использовать скорость, чтобы увести Бритт отсюда.

Но Эйден был простым смертным. Да, он обладал магией, но это было ничто по сравнению с силами Воителя.

Вдруг, Бритт оступилась и начала падать, Эйден обхватил её рукой, чтобы помочь удержаться. Она кивнула ему, давая понять что в порядке, прежде чем они продолжили подъём.

Ступеньки были крутыми и девушка быстро устала, взбираясь по ним в спешке. Бритт стала отставать, и до того как Эйден смог помочь ей, Гален подбежал, поднял её на руки и помчался дальше вверх по лестнице.

— Надо поторапливаться, — прошептал Гален, усмехнувшись.

Он был благодарен Галену за то, что тот использовал свою скорость, чтобы помочь Бритт. Не успел он опомниться, как отец просто перекинул его через плечо и сделал то же самое, что и Гален.

В присутствии Бритт Эйден, конечно, не особо беспокоился о своем спасении, но он знал, что их жизни важнее, чем его эго. В следующий момент Куинн уже опустил его на крыше.

— Что теперь? — спросила Бритт, подходя к Эйдену.

Он взял её руку в свою, заметив насколько холодной была её кожа. Эйден осмотрелся -- они находились далеко от Эдинбурга.

— Теперь мы подождем Фэллона, — сказал Куинн.

Едва слова сорвались с его губ, Фэллон оказался перед ними.

Гален отошел от двери, которая вела на крышу, предварительно подперев её, чтобы замедлить преследователей и встретился взглядом с Фэллоном.

— Самое время.

Фэллон не проронил ни слова, он молча ожидал, пока они соберутся в круг. Каждый из них положил руку на плечо другого. Фэллон должен был телепортировать их всех вместе в безопасное место.

Но ничего не произошло.

— Дядя Фэллон? — спросил обеспокоенно Эйден.

У Фэллона напряглась челюсть и, сделав шаг назад, он убрал руки от Куинна и Бритт. В мгновение он исчез и появился вновь.

— Чёрт возьми, — пробормотал Куинн.

Фэллон резко вздохнул.

— Ублюдок что-то сделал. Я не могу забрать отсюда никого из вас. По крайней мере, не с помощью моей силы.

Эйден отпустил Бритт и подошёл к краю крыши. Он заметил лестницу, ведущую вниз в сторону здания.

— Тогда нам туда, — позвал он.

— А потом куда? — спросил Куинн, подойдя к нему.

Эйден посмотрел на отца.

— Мы должны двигаться. Будем решать проблемы по мере их поступления. Я не собираюсь стоять здесь и смотреть, как ты или Гален приносите себя в жертву. И не собираюсь позволить Уоллесу заполучить Бритт. Я рассчитываю свалить с этой крыши и побыстрее.

Куинн многозначительно взглянул на Фэллона, прежде чем взял Бритт на руки.

— Держись, милая, — сказал Куинн, прежде чем прыгнул и мягко приземлился на землю.

Когда Эйден посмотрел на Галена, тот улыбался.

— Твоя очередь, — сказал Гален.

Эйден закатил глаза и поспешил на лестницу.

— Не в этой жизни.

Фэллон и Гален были с Бритт, когда Эйден догнал их.

— Наш единственный шанс — убраться как можно дальше отсюда, — сказал Гален.

Эйден кивнул, соглашаясь.

— У нас нет другого выхода, мы должны держаться вместе и покинуть это место, пока нас не заметили.

— А исследования Бритт? — спросил Куинн. — Это важно для всех нас.

Фэллон потёр шею.

— Нам нужен Фелан. Он может использовать свою силу, чтобы исказить реальность.

— Это сработает? — спросил Эйден.

Куинн пожал плечами, криво улыбаясь.

— А у нас разве есть из чего выбрать? Сейчас Фелан — это лучший вариант.

— Если ты сможешь его найти, — заметил Гален.

Фэллон открыл свой телефон и набрал номер.

— Если Фелан не ответит, Харон знает, как разыскать его.

— Прошло больше трёх часов, — сказал Эйден. — Мы должны были уже получить известия от Харона.

То, как Фэллон посмотрел на него, красноречивее всех слов дало понять Эйдену, что от Харона вестей не было.

Моментом позже, Фэллон схватил свой телефон. Он сжал губы в тонкую линию, посмотрев в ночь.

— Мы в сорока минутах от Глазго. Держитесь на запад в сторону Обан (популярный город-курорт в Шотландии — прим. пер.).

— Там недалеко расположен один из моих старых домов, — сказал Гален с усмешкой. — Он скрыт в долине на землях фермеров. Мы направимся туда и будем ждать помощи.

Фэллон кивнул и телепортировался.

— Нам нужна машина, — сказал Куинн.

Эйден повернул голову в поисках Бритт, но заметил, что она ушла.

— Бритт!

— Я здесь, — отозвалась она, находясь уже в конце улицы.

Он заметил открытую дверь автомобиля и стройные ноги Бритт, выглядывающие из него. Секундой позже, мотор машины взревел. Бритт села, на её лице играла довольная улыбка, когда она позвала их жестом через лобовое стекло.

— Она нравится мне больше и больше, — сказал Гален и побежал к машине.

Куинн похлопал Эйдена по плечу.

— Сын, эта девушка, безусловно, имеет много талантов. Тебе повезло с ней.

— Да, — пробормотал Эйден, усмехнувшись на то, как она спокойно разобралась с автомобилем и завела его.

Бритт переместилась на пассажирское сиденье, уступив Галену место за рулем. Эйден и Куинн запрыгнули сзади, двери захлопнулись и Гален тронулся с места.

— Я надеюсь услышать, откуда ты знаешь, как завести машину без ключа, — сказал Эйден обращаясь к Бритт.

Она посмотрела через плечо и подмигнула ему.

— К твоему сведению, я не всегда была доктором. Я была очень плохой девочкой в маленьком городке в Калифорнии.

Эйден наблюдал через заднее стекло, когда они выехали на шоссе и влились в поток машин, но не было никаких признаков преследования.

— Как много времени понадобится Уоллесу, чтобы понять, что мы обхитрили его и сбежали? — спросил Эйден.

Гален вёл машину и сменил полосу, затем завернул за угол.

— Он знает, что Фэллон не может телепортировать нас, так что мы ограничены в том, куда можем уйти.

— Он быстро догадается, что мы взяли машину, — сказала Бритт. — По крайней мере, я бы догадалась. Это единственный очевидный вариант для группы, которой нужно далеко уехать.

— Вероятно слишком очевидный, — пробормотал Куинн. — Может, лучше остаться в Глазго?

Эйден покачал головой, прежде, чем его отец закончил.

— Тут у нас нет шансов. Магия Уоллеса сильна. Он найдет нас. И очень быстро.

— Согласен, — сказал Гален. — Мы должны продолжать двигаться. Мы не сможем долго оставаться в моем старом доме, но, возможно, нам хватит времени, чтобы Бритт что-нибудь нашла.

— И чтобы мой брат нашёл способ нас телепортировать, — добавил Куинн.

Расстояние между ними и Уоллесом увеличивалось, но чувство тревоги не покидало Эйдена, беспокойство за всех сковало его изнутри.

***

Фелан вышел из клуба и закрыл дверь, прерывая поток оглушительной музыки. Тем не менее, устойчивые басы всё ещё можно было слышать на улице.

Он подошёл к своему мотоциклу Дукати, который оставил на стоянке рядом с клубом, и вздохнул. Почему ничего не слышно от Харона? Да хоть от кого-нибудь? Он пытался отвлечься от этих мыслей и ожидания новостей. Но даже две прекрасные женщины с сегодняшней вечеринки, которые боролись за его внимание, не помогли.

Вместо того чтобы пойти с одной из них и хотя бы облегчить желания тела, он ушёл от обеих. Это было совсем не в его стиле.

Фелан провел рукой по волосам и посмотрел в небо. Луна спряталась за густыми, тяжёлыми облаками.

— Грядет буря, — тихо сказал он.

Он вытащил телефон, чтобы проверить сообщения и увидел пропущенный звонок от Фэллона. Сообщения не было, поэтому Фелан быстро набрал его номер.

— Фэллон, — услышал он, когда прошло соединение.

— Где, чёрт возьми, тебя носит? — требовательно спросил Фэллон.

Брови Фелана взлетели от удивления. Фэллон крайне редко терял контроль. Он был прирожденным лидером, уравновешенным и спокойным лэрдом Маклаудов. Когда Дейдре уничтожила клан, она прервала его род. Но Фэллон нашёл свой путь, он повёл за собой Воителей.

Фэллон вздохнул.

— Ты нам нужен, Фелан.

— Что-то с Хароном? — спросил он, его беспокойство усиливалось.

— Отчасти. От него давно нет вестей, а Лаура сбежала.

Фелан потер шею.

— Поэтому ты звонил?

— Нет. Я позже объясню, нет времени. Прямо сейчас ты незамедлительно нужен нам. Как далеко ты от Обана?

Он перекинул ногу через мотоцикл и потянулся за шлемом.

— Не беспокойся об этом. Просто скажи мне, где и когда я должен быть. И я буду там, уверяю тебя.

— Ферма к северо-востоку от Обана. За этой землей есть домик, который Гален использовал несколько веков назад. Он, Куинн, Эйден и Бритт уже направляются туда.

— Почему ты просто не “прыгнешь”?

— Уоллес.

Это все, что Фелану нужно было услышать.

— Я уже в пути.

Он убрал телефон в карман и надел шлем, прежде чем завести байк. Мгновение спустя раздался визг шин и Фелан уже мчался прочь из города.

***

Харон стоял у окна особняка Дреаган, пока Лаура неподвижно лежала на кровати. Он всё ещё мог слышать скрежет металла, который издавал катившийся со склона внедорожник.

Он старался изо всех сил взять основной удар на себя. Но автомобиль перевернулся, скатываясь вниз, и к тому моменту как они остановились, у Лауры были сломаны нога, два ребра и вдоль одной стороны её лица застряли множественные осколки стекла.

Авария произошла из-за селмуров, но драконы быстро прогнали их. Харон не хотел передвигать Лауру и причинять ей еще больше боли. Он потянулся к телефону, чтобы позвонить Фелану и попросить того исцелить девушку своей кровью, но Кон протянул руку через разбитое окно и закрыл телефон.

— Ее нужно исцелить, — сказал Харон сквозь стиснутые зубы.

Кон направил свою руку с мобильного на Лауру. Магия, заполнившая пространство была намного сильнее, чем то, что Харон чувствовал когда-либо, но она полностью отличалась от магии Друидов.

Она была … динамичной, всемогущей. И поистине верховной.

Прямо на его глазах, все осколки стекла выпали из её бледной кожи, и с мягким звоном упали на люк в крыше. Все порезы и ссадины затягивались с удивительной скоростью. Это было за несколько минут до того, как Кон убрал свои руки и посмотрел на него.

— Теперь ты можешь передвигать её. Она исцелена.

Белый Мерседес G-Class (G — сокр. от нем. Gelдndewagen (Гелендваген) — «внедорожник» — прим. пер.) подъехал к ним. Выбив дверь Рендж Ровера с петель, Харон осторожно взял Лауру на руки. В мгновение они уже были в мерседесе и ехали к особняку, в то время как несколько драконов по-прежнему летели над ними, охраняя с высоты.

— Мы будем патрулировать небо и землю, — пообещал Кон.

Даже сейчас, спустя час, Харон не мог перестать смотреть на драконов. Кон поклялся, что Лаура очнется, но пока Харон сам не проверил её сломанные кости, чтобы удостовериться, что она цела, он не поверил Кону.

Он облокотился руками по обе стороны окна, когда тяжелые капли дождя начали бить в стекло. Он просил Эйдена дать ему три часа, но они давно уже вышли.

Мобильный Харона сломался при аварии, но Гай принес новый полчаса назад. В замке Маклаудов никто не отвечал, он не мог дозвониться Фелану, а телефон Эйдена отправлял его на голосовую почту — это не предвещало ничего хорошего.

Открылась дверь и Бэнан вошёл в комнату. Он взглянул на кровать, прежде чем подойти к Харону.

— Какие-нибудь новости? — спросил Харон.

— Мы не нашли Эйдена. Фэллон и большинство Воителей в Эдинбурге пытаются сдержать то, что сделал Уоллес.

— А Друиды? — Воители никогда бы не оставили своих женщин без охраны. Харон был уверен в этом.

Бэнан засунул руки в передние карманы.

— Всего лишь несколько в Эдинбурге. Остальные … они как будто исчезли.

Харон резко повернул голову в сторону Бэнана.

— Что? Это невозможно. Замок самое безопасное место для них.

— Так ли это? — спросил он. — Сколько раз Дейдре и Деклан отправляли шпионов. Сколько раз Дейдре атаковала его?

Харон оттолкнулся от стены и посмотрел на Короля Драконов.

— Воители выиграли те битвы.

— Но не ты.

Он стиснул зубы, ненавидя, что ублюдок был прав.

— Нет, я не был частью этих сражений.

— Замок пуст, Харон. Это так.

Харон не мог поверить Бэнану, даже не смотря на то, что у Короля не было причин лгать. Было что-то большее, и он боялся, что это может уничтожить их всех.

— Я не могу остаться, пока мои друзья сражаются с этим злом. Я пришёл сюда за помощью.

— Кон тебе уже сказал, что мы её тебе предоставим, — спокойно сказал Бэнан. Он тяжело вздохнул. — Селмуры всё усложнили. Но мы можем противостоять им.

Харон потёр подбородок.

— Как? Я думал, что они питаются магическими существами, а вы самые большие магические создания здесь.

Бэнан усмехнулся.

— Да, но мы и самые могущественные. Селмуры опасны. Но они когда-то уже были пойманы в ловушку, и теперь мы снова сделаем это. А до тех пор мы будем сражаться с двумя врагами одновременно. Для нас это не впервые.

— Мы можем победить?

— Да.

Он нахмурился, когда услышал легкое колебание в голосе Бэнана.

— Но ты не рад, что другие узнают о вашем существовании.

— А ты как думаешь? Мы жили в тайне сотни тысяч лет.

Харон собрался ответить, когда взглянул на кровать и обнаружил, что красивые зелёные глаза Лауры распахнулись и смотрят на него.

Глава 32

Лаура улыбнулась, и Харон сразу позабыл о Бэнане, пройдя мимо него.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Харон, аккуратно присаживаясь на край кровати.

Она сделала паузу, будто прислушивалась к своему телу.

— Отдохнувшей и, кажется, я выспалась на месяц вперед. Что произошло?

— Нас атаковали селмуры, и произошёл несчастный случай, — Харон услышал звук закрывающейся двери и понял, что Бэнан оставил их наедине.

Она отвела взгляд, теребя краешек одеяла.

— Насколько серьезны были мои повреждения?

— Всего несколько ушибов.

— Обманщик, — произнесла она, встретив его пристальный взгляд.

Глубина ее зеленых глаз поглощала его целиком, завладевала вниманием, и он тонул в них по собственной воле. Каждый раз Харон не мог смотреть на неё и не желать, как и сейчас.

— Тебя исцелили. И только это имеет значение.

— Кто исцелил?

— Кон.

Ее глаза расширились.

— Он может исцелять?

— Очевидно. К тому же быстро.

— Должно быть, я была совсем плоха.

— Теперь всё позади, — сказал он, переплетая свои пальцы с её.

Другой рукой она слегка погладила его лоб.

— Тогда объясни мне, почему ты хмуришься. О чём ты так волнуешься?

Она хорошо его знала, возможно, даже слишком хорошо.

— Все покинули замок.

— Я не понимаю.

— Как и я. Это единственное место, где Воители и Друиды всегда были в безопасности. И где они были уверены, что сильнее. Кто-то или что-то заставило их покинуть замок и это должно быть чем-то очень значительным и весомым.

Харон догадывался, что могло произойти, но не был уверен, имеет ли он право всё рассказать Лауре, его всё ещё раздирало чувство недоверия к ней.

Она оперлась рукой о кровать и, подтянувшись, приняла сидячее положение.

— Ты говорил с Феланом?

— Нет, — Харон поднялся с кровати и начал нервно ходить по комнате из угла в угол, раздумывая. — Эйден тоже ждет меня. Я пробовал дозвониться до них обоих. Никто не отвечает.

— Попробуй ещё раз, — отозвалась она, показывая на телефон.

Харон взглянул на мобильный, лежавший на тумбочке около кровати. Он потянулся за ним и набрал номер Эйдена. Как и раньше, его переключили на голосовую почту.

Он отключился и набрал номер Фелана. Харон вздохнул с облегчением, когда Фелан ответил после второго гудка.

— Фелан, — позвал он.

— Где, мать твою, ты был? — крикнул Фелан. — Я не мог связаться с тобой.

Харон присел на кровать и наклонился вперед, облокотившись о колени. Он опустил голову и потер раздраженно лоб.

— Мой телефон разбился и когда я смог достать новый, то уже не смог дозвониться до тебя.

— Что произошло? — требовательно спросил Фелан.

Харон прикрыл глаза, когда Лаура села и погладила его по спине.

— Многое. Cелмуры снова начали нападать. Они убили мать и сестру Лауры, и кто знает, из скольких еще выкачали магию вместе с жизнью.

— Так Лаура вернула свою магию?

Харон посмотрел на Лауру.

— Да. Мы едва успели увезти её в безопасное место.

— Мы? — переспросил Фелан, по телефону можно было расслышать озабоченность в его голосе.

— Я в Дреагане. — коротко ответил Харон, он не знал, как друг отреагирует на такие новости.

Фелан надолго замолчал, затем громко выругался.

— Если они помогли тебе с селмурами, это означает, что они знают о нас.

— Да.

— И о Друидах?

Харон улыбнулся в трубку.

— Да. И притом весьма давно! Они просто не вмешивались в наши дела, наблюдая веками за происходящим со стороны.

— О чем еще ты мне не рассказал? Может быть о русалках, которые подвозят тебя до Фернесса? — спросил Фелан с насмешкой, но в его голосе слышалось раздражение и недовольство.

Харон выглянул в окно и увидел в небе над особняком янтарного дракона.

— Они драконы, Фелан.

— Это не возможно, — сразу же откликнулся он. — Они не смогли бы хранить это в тайне от нас, да ещё так долго.

— Но они сделали это. Им очень, очень много лет. Поверь мне. Я видел их в действии. И мне кажется, что Драконы единственные, кто может противостоять селмурам. Они согласны помогать нам.

Фелан громко вздохнул в трубку.

— Рад, что ты и Лаура в порядке. Я беспокоился.

— Приезжай сюда.

— Я не могу. Фэллон отправил меня в Обан, мне надо встретиться с Галеном, Куинном, Эйденом и Бритт, им нужна моя помощь.

Харон встал, его руки сжались в кулак.

— Так Уоллесу не удалось добраться до Эйдена и Бритт?

— Нет. Пока нет. Они еще в пути, но скоро прибудут в безопасное место. Я проверяю периметр вокруг дома, где группа должна будет отсиживаться. Куинн сказал, что Уоллес что-то сделал и Фэллон не может телепортировать их оттуда.

Харону совсем не понравилось то, что он услышал. Что-то тут было не так. Одним из преимуществ Воителей было использование их внутренних сил. А Друиды умели нейтрализовать способности Воителей. Если этому ублюдку Уоллесу каким-то образом удалось заблокировать магию Фэллона, то что ему помешает лишить сил всех Воителей и тогда они будут подобны обычным смертным.

— Фэллон может телепортировать себя, но не других, — продолжал Фелан. — Он планирует вернуться сюда позже и попытаться ещё раз. Он считает, что чем дальше находится от Уоллеса, тем меньшее влияние он может оказывать и тем больше у него шансов.

— Что ты думаешь по этому поводу?

Фелан усмехнулся.

— Я думаю, что давно жажду боя. Уоллес достаточно дел натворил, ему надо ответить за это. Теперь, благодаря Эйдену, у нас есть Бритт, которая делает успехи и новые открытия в том, что касается крови Драу, которая способна причинить нам так много боли. Когда Гален рассказал ей, как ты отреагировал, она сразу захотела взять образец твоей крови.

Харону не нравилось, когда ему напоминали, что он чуть не умер. Дважды. Во второй раз он исцелился благодаря магии Лауры. И это была случайность, потому что она не знала, что делает.

— Почему замок Маклаудов опустел?

— Я впервые слышу об этом, — тихо сказал Фелан. — Мы разделились, Харон. Вместе мы сильнее и Уоллес знает об этом.

Харон положил руку на окно, когда молния разрезала потемневшее небо, освещая еще несколько летающих драконов в облаках.

— Тогда мы еще раз объединимся.

— Как? Особенно учитывая то, что происходит в Эдинбурге?

— Мы должны сделать выбор. Уоллес знает, что мы поможем невинным. Он рассчитывает на это.

Фелан фыркнул.

— Теперь он недооценивает нас.

— Именно. Поговори с Эйденом и остальными, когда они доберутся до хижины. Я собираюсь позвонить Фэллону.

Закончив разговор, Харон сразу же попытался дозвониться до Фэллона, но номер был недоступен. Прежде чем бросить телефон на стол, он еще раз попробовал дозвониться до Ларены, Лукаса, Хейдена и даже до Брока.

— Никто не отвечает? — спросила Лаура.

Харон повернулся к ней и пожал плечами.

— Фелан знает об их местонахождении не многим больше меня. У меня плохое предчувствие.

— Тогда поехали к ним.

— В Эдинбург? Не подходящее место для того, чтобы привести драконов.

Она откинула одеяло и направилась в ванную.

— Дай мне несколько минут, чтобы принять душ. Кстати, милая одежда, но не думаю, что мне благоразумно носить эту безразмерную рубашку. Если придется столкнуться с Джейсоном, нужно будет, скорее всего, бежать, и очень быстро, а в ней мне это делать неудобно, как ты понимаешь.

Когда он не ответил, она повернулась в дверях и внимательно посмотрела на него. Как он мог сказать, что всё ещё не доверяет ей, после того, как она потеряла мать и сестру?

Воители и Друиды должны объединиться, потому что у Харона такое ощущение, что если они проиграют в этой битве с Уоллесом, всё будет окончено навсегда.

— Я отправилась в дом своих родителей, чтобы вернуть обратно свою магию, — сказала она.

Улыбка сползла с её лица. Она выглядела грустной и уставшей. Харон не знал, было ли причиной такого состояния то, что он сказал, что не верит ей или то, что она недавно потеряла свою семью. Или и то, и другое.

— Как ты собиралась сделать это?

Она покачала головой и, слегка улыбнувшись, опустила взгляд.

— Я спрашивала себя об этом всю дорогу, пока ехала к ним. У меня не было магии, и я знала, что они могли причинить мне вред, применив свою силу, но я должна была попробовать. — Ее взгляд рассеялся. — Должна была сделать это ради тебя. Я знала, что единственный способ доказать тебе, что я на вашей стороне — вернуть обратно свою магию и применить её против Джейсона.

Харон стремительно пересёк комнату всего за пару шагов. Очутившись рядом с Лаурой, он обнял её за плечи. Харона поражало, какая она восхитительная и удивительная женщина.

Деклан и Дейдре раньше шли на уловки, контролируя сознание других, используя в своих целях.

Лауре необязательно было знать об этом. После того, как они вернуться обратно, он попросит Дани заглянуть в разум Лауры и посмотреть, не проник ли в него Уоллес. Харон ненавидел всю эту сложившуюся ситуацию с недоверием и скрытностью между ними, но он понимал, что это всё злой расчёт Джейсона, чтобы разъединить их и уничтожить по одному.

— Тебя могли убить, — сказал он.

Она пожала одним плечом.

— Ты не оставил мне выбора. Моя жизнь никогда не была хорошей, но я обрела дом в Фернессе. Ты дал мне этот шанс, Харон. Ты дал мне работу, и даже если ты все еще не понял, помог придать моей жизни смысл.

— Так вот почему ты так легко упала в мои объятия? — поддразнил он, не привыкший к такой откровенной похвале от кого-либо.

Она не улыбнулась в ответ. Вместо этого поднялась на цыпочки и обвила руками его шею, посмотрев ему в глаза.

— Нет, глупенький. Я оказалась в твоей постели, потому что хотела быть там, так как сразу же положила на тебя глаз, — сказала она, подмигнув.

Он застонал от прикосновения её губ к своим. Поцелуй был словно прикосновение лепестка розы, лёгкий и едва уловимый. Харон пытался сдержать своё желание и позволить ей взять на себя инициативу в поцелуе, но его жажда была слишком велика.

Слегка повернувшись, он прислонил её к двери ванной и показал, как сильно скучал по ней. Он постарался выразить все свои закипающие эмоции в одном страстном поцелуе.

Нежные изгибы её тела еще больше разожгли кровь в его венах. У них не было времени для этого, но он не мог отпустить её, не мог думать ни о чём, кроме Друида в своих руках.

— Харон, — позвал его кто-то снаружи прежде, чем постучать в дверь спальни.

Харон нехотя прервал поцелуй.

— Не думаю, что пока я нахожусь среди Королей Драконов, могу позволить себе нечто большее, чем поцелуй.

— Кажется, это совсем не тот момент, на котором ты хотел бы остановиться, не так ли? — спросила она со смехом.

Стук в дверь повторился. Харон отпустил Лауру из своих объятий и, прежде чем открыть дверь спальни, дождался, пока она не закрыла дверь в ванную.

Он обеспокоился, когда увидел Гая с мрачным выражением лица.

— Что?

— Cелмуры. Они окружили нас. Мы не сможем в ближайшее время помочь твоим друзьям.

— Я должен немедленно уйти, — заявил Харон. Его ярость возрастала, да и Рэнмонд призывал скорее вступить в бой. Харон поспешил слегка усмирить своего бога, но его кожа успела вспыхнуть медным цветом.

Одна из бровей Гая вопросительно изогнулась.

— Тебе трудно контролировать своего бога?

— Я думал, ты знаешь всё о Воителях.

— Мы наблюдали за вами, — признался Гай. — Мы знаем, что некоторые поддавались своим богам и те поглощали их навсегда.

Харон посмотрел на свои руки и позволил когтям вырасти.

— Когда я выпустил Рэнмонда впервые, он заглушил мои собственные мысли. Все, чего он хотел — это кровь и смерть. Будучи богом войны — это все о чем он думает, чего жаждет. Было очень просто поддаться его требованиям.

— Почему ты не поддался?

В глазах Гая светилось настоящее любопытство, видимо Короли Драконов не такие уж и всезнающие. Харон слегка усмирил бога, пока его когти не исчезли, и сказал:

— Однажды Дейдре поместила моего отца ко мне в камеру, когда мы были заточены в подземелье и Рэнмонд на некоторое время взял контроль надо мной. Я убил своего собственного отца. После этого я смог успокоиться, и это помогло мне получить контроль над богом. Каждый день я веду внутреннюю борьбу за право контроля над ним.

— Даже сейчас?

— Даже сейчас. Особенно сейчас, — признался Харон и посмотрел в сторону ванной комнаты, где Лаура принимала душ.

Гай поджал губы.

— Мы можем отвлечь селмуров, чтобы вы смогли уйти, но им не понадобится много времени, чтобы понять, что происходит. Они чертовски сообразительные твари. Они последуют за вами. Вы можете так и не добраться до своих друзей. Я не могу дать вам гарантий.

Не имея другого выбора, Харон собирался принять это предложение. Должен был быть способ ему и драконам добраться до его друзей.

Вдруг он улыбнулся и начал смеяться.

— Мы не покинем Дреаган, Гай. Мы приведем сюда Уоллеса.

Глава 33

Эйден резко выдохнул и взглянул на окутанные сумрачным туманом холмистые земли. Когда они приехали в хижину, он почувствовал огромное облегчение. Но это только до тех пор, пока Уоллес не найдет их вновь. Они будто подыгрывали ему, не зная всех правил, а он получал удовольствие от своих жутких выходок.

Эйден заглянул в дом и увидел, что Бритт расположилась на старом стуле, откинувшись назад и прикрыв глаза, пытаясь расслабиться и отдохнуть. Её красивое фиолетовое платье было грязным и разорванным, шикарные светлые волосы были в беспорядке, но это не могло удержать его от желания снова её поцеловать.

Его руки сжались в кулаки от потребности и непреодолимого желания прикоснуться к её тонким чувственным чертам лица, почувствовать спокойное ровное дыхание, ощутить её в своих руках и изучить каждый сантиметр её кожи.

Он мог бы разбудить девушку. В этот момент они были совершенно одни, так как его отец, Гален и Фелан были снаружи, патрулируя территорию. Тем не менее, Эйден знал, насколько она устала. Было бы неправильно потревожить её, особенно потому, что он не знал, когда в следующий раз им удастся отдохнуть.

— Я слышала, что подглядывать нехорошо, — сказала Бритт и улыбнулась, её глаза были по-прежнему закрыты.

Взгляд Эйдена невольно упал на чарующие округлости её груди и на вид, который открывал глубокий вырез её платья.

Когда, наконец-то, он перевел взгляд на лицо Бритт, глаза были открыты и изучали его. Она молча протянула ему руку.

Каждая клеточка его существа кричала ему приблизиться к ней. Только ещё раз прикоснуться, ещё раз ощутить бархатистую мягкость её кожи. Сделать спасительный вдох и насладится ею. Это все, что ему нужно, чтобы продержаться ещё несколько часов.

Эйден сократил расстояние между ними и вложил свою руку в её. Уголки прекрасных губ Бритт мягко приподнялись. Она потянула его вниз, пока он не опустился на корточки рядом с расшатанным стулом.

— Это первый раз, когда мы остались наедине после того ужина, — прошептала она.

— Да.

— Тогда перестань, наконец, тратить время в пустую и поцелуй меня, — сказала она и потянулась к нему.

Эйдену не нужно было повторять дважды. Он накрыл её рот своим. Легкое прикосновение её губ, сладость поцелуя прорвались через тщательно построенную стену, которую он установил вокруг себя так давно.

Он не мог вернуться к той тоске, что окружала его. И не хотел этого.

Ощущения были настолько хороши, что он решил продолжить во чтобы то ни стало. Особенно, когда руки Бритт погрузились в его волосы, и она тихо застонала.

Честно говоря, Эйден никогда не мог понять и оценить по достоинству любовь, существовавшую у его родителей, их тайные улыбочки и тихие перешептывания на ушко. Пока Бритт не оказалась в его объятиях.

Все встало на свои места, стало кристально ясным.

Он нехотя оторвался от её губ и поднялся. Все его мысли были только о Бритт, а его тело сгорало в огне желания из-за неё. Однако он понимал, что втянул девушку в непредсказуемый водоворот опасных событий. Она не должна была стать участницей всего этого. И он не имел права желать, чтобы она стала частью этого мира, его мира.

— Эйден? — прошептала Бритт, нахмурив брови.

Повернувшись к ней спиной, он постарался отгородиться от неё. Осознавая, что если посмотрит на Бритт, если увидит желание, пылающее в её голубых глазах, то будет не способен себя остановить.

Его самоконтроль и так висел на волоске. Понимание того, что она так близко, так доступна для него, могло разорвать эту тонкую нить. И только мысль о её смерти останавливала его от полной капитуляции перед желаниями своего тела.

— В моем мире для тебя нет места, — сказал он в тишине.

Стул скрипнул, когда она встала. Эйден надеялся, что смог вывести Бритт из себя. Разозлить на столько, чтобы она сама не захотела быть рядом с ним. Её гнев держал бы её подальше от рискованных ситуаций, в которые они попадают, от всей этой войны. Это было его последнее средство, так как он точно знал, что слишком слаб, чтобы самому держаться от нее на расстоянии. Чем больше времени он проводил рядом с ней, чем больше целовал эти мягкие губы, тем сильнее в нем крепло стремление никогда не отпускать ее.

Толкнув Эйдена в плечо, она развернула его к себе. Черты лица Бритт ужесточились, когда она ткнула пальцем ему в грудь.

— За всю свою жизнь я не встречала более контролирующего, самонадеянного и невыносимого мужчину, чем ты. Как ты смеешь принимать решения за меня. Я сама могу это сделать. И только я буду решать, как мне следует поступать.

Ее глаза пылали гневом, от чего кровь Эйдена становилась все горячее.

— Сейчас 21 век и тебе следует не забывать об этом, сколько бы столетий ты не прожил, — продолжила Бритт. — Я не какая-то там слабачка, которая только и ждет, чтобы ты пришёл и спас её. Я вполне способна сама о себе позаботиться.

Эйден едва слышал то, о чем она говорила. Все это время его пристальный взгляд был сосредоточен на её губах, а сам он боролся с желанием притянуть её стройное и гибкое тело поближе.

— Так что, я сама принимаю решения. И я выбираю тебя, Эйден Маклауд. Смирись же с этим.

Слова едва проникали в его мозг, пока Бритт не приподнялась на цыпочки и не прижалась своими губами к его. Их поцелуй был неистовым, в то время как их взаимное желание, всё более воспламеняясь, возносило каждого на новые высоты.

Прижав девушку к стене, Эйден целовал её так, будто это была их последняя ночь вместе, кто знает, может быть это действительно так. Он вложил в свой поцелуй всю жажду и настойчивую тоску.

Бритт нужно было прикоснуться к нему, нужно было почувствовать тепло его кожи. Одним резким движением она распахнула рубашку на его груди так, что послышался звук падающих на деревянный пол пуговиц.

Глубокий, звучный стон заполнил тишину комнаты, когда она с замиранием сердца провела ладонями по его мускулистой груди. Как страстно она желала приласкать его, пробежав кончиками пальцев по его скульптурной груди, на которую раньше могла лишь любоваться, благодаря его обтягивающим рубашкам.

Бритт склонила голову, когда он проложил дорожку поцелуев по её нежной шее, при этом его язык и губы творили удивительные, дьявольские вещи с ее телом.

Её пальцы цеплялись за сильные мужские плечи, когда Эйден неторопливо потянул бретельки платья. Они медленно скользнули вниз, в то время как его руки нежно и соблазнительно поглаживали её кожу, следуя за краешком платья, пока не достигли её упругой груди.

— Ты прекрасна, — прошептал он ей на ушко.

Затрепетав в его руках, она молча умоляла о большем. Если только он согласится принять её, Бритт была готова подарить ему всю себя, без остатка.

Осыпая её бархатную кожу жаркими поцелуями, он прошёлся до её груди, следуя тем же путём, что и его пальцы секундой раньше. Отстранившись, чтобы взглянуть на прекрасное создание он нежно сжал её обнажённую грудь.

Бритт втянула воздух, её сердце бешено колотилось. Никто и никогда не заставлял её так дрожать только из-за нескольких поцелуев, но Эйден не был похож ни на одного мужчину в мире.

Девушка судорожно вздохнула, когда он провёл пальцем по её соску, от чего грудь набухла, а соски болезненно затвердели.

— Эйден, — прошептала Бритт, она с трудом устояла от нахлынувшей на неё волны страсти.

Опустившись перед ней на колени, он сжал руками её бедра, и, подняв голову, посмотрел ей в глаза. Его улыбка была настолько лучезарна, что заставила её кровь мчаться ещё быстрее.

Она закусила губу, когда почувствовала, как мужские ладони медленно скользят вниз по её ногам. В глазах Эйдена горело необузданное желание, когда его руки проникли под платье и так же неторопливо, лаская шелковистую кожу её бедер, стали поднимать его вверх, до талии.

Жгучий огонь начал распаляться внизу живота Бритт. Она жаждала прикосновений Эйдена, как ее тело — кислорода. И она боялась, что никогда не сможет насытиться этим мужчиной.

— Так чертовски красиво, — пробормотал Эйден, прежде чем поцеловать её милый животик.

Бритт откинула голову к стене и прикрыла глаза. Ей казалось, что его руки были везде, прикасаясь к ней, изучая её, и она с нетерпением ждала, когда сможет проделать с ним то же самое.

Девушка вздрогнула, когда Эйден пальцем подцепил ее трусики. Затем медленно потянул кружево вниз, пока они не упали к ее ногам.

Бритт застонала от нарастающего внутри нее желания, хотя Эйден еще даже по-настоящему не прикоснулся к ней.

А затем его руки снова оказались на ее ножках. Прикосновения были уверенными, но ласкающими, когда он скользил от ее стоп к бедрам.

Он приподнял одну её ногу и опустил на свое плечо. Легким прикосновением он провел пальцами по её складочкам.

Бритт облокотилась о стену, чтобы удержаться в вертикальном положении, пока её сердце готово было выпорхнуть из груди. Эйден шумно вдохнул, ощутив, насколько влажной была Бритт. Он погрузил палец в её горячее лоно, поглаживая набухшую жемчужинку, и тогда её стоны заполнили весь дом.

Следом он добавил второй палец, она вцепилась в его плечи и, выгнув спину, откинулась назад.

Он не мог больше ждать, напряжение дошло до предела. Ему нужно взять её, овладеть её сладким телом, лишь это избавит от охватившего его пламенного сумасшествия.

Эйден убрал пальцы, в то же время, снимая изящную ножку Бритт со своего плеча. И одним плавным движением поднялся.

Не было слов между ними. Только безумное движение пальцев на его брюках и поцелуев с горящим в них бешеным желанием.

Когда его брюки были, наконец, расстегнуты, Бритт остановила Эйдена, проведя рукой по всей длине его горячего мужского достоинства. Он стоял, как вкопанный, пока она скользила вверх и вниз по его возбужденному члену.

Когда это стало слишком, он обхватил её попку и приподнял. Её ноги тут же обвили его талию.

Бритт почувствовала в себе головку члена Эйдена за секунду до того, как его бедра с напором подались вперед. Она задыхалась, когда твердый член заскользил в ней, и подалась навстречу, помогая проникновению, вбирая его в себя до конца.

Они были полностью поглощены прикосновениями друг друга. Насладившись этим моментом еще в течение нескольких упоительных минут, он вышел из неё, оставив только головку своего члена. Затем снова вошёл.

Она прижалась к нему, старясь быть как можно ближе, хотя казалось, что ближе уже некуда, что они едины в своей агонии. Встретившись взглядами, они вновь продолжили акт любви. Её тело напрягалось с каждым толчком.

Раскрепощающая, страстная энергия толкала их в объятия друг друга. Звуки, встречающихся тел, их тяжелое дыхание, заполнили комнату.

Ноги Бритт напряглись, когда он безжалостно входил в нее, мгновением позже её накрыла мощная волна удовольствия. Она хотела громко выплеснуть свою страсть, но Эйден поцеловал её, забрав в себя ее крик.

Но даже это не уменьшило удовольствия от оргазма. Она парила на облаке, которое столь приятно обволакивало все тело, что она не хотела с него спускаться.

Он не останавливался, продлевая её кульминацию, пока не достиг своей.

Эйден весь блестел от пота, он уткнулся лицом в шею Бритт, и вдохнул аромат её удовлетворенного тела. Эйден не хотел ничего, кроме как найти кровать и заниматься с ней любовью снова и снова. Но реальность обрушилась на него со звуком приближающихся шагов.

Эйден поднял голову и увидел, что Бритт улыбается ему. Она провела рукой по его лицу, чтобы пригладить волосы, прежде чем поцеловать.

— Я не сожалею об этом. Никогда не была более счастливой, и если ты сейчас скажешь, что это было ошибкой, то не отвечаю за то, что сделаю с тобой.

Он усмехнулся и быстро поцеловал её.

— Вообще-то я собирался сказать, что хотел бы оказаться с тобой в кровати.

— О, это звучит замечательно, — задумчиво сказала она.

Эйден вышел из неё и опустил её ноги. Было столько всего, что он хотел ей сказать, но прежде чем успел сказать хоть слово, дверь открылась.

Он передвинулся, чтобы загородить собой Бритт. Девушка быстро поправила платье, пока Эйден застегивал брюки.

Подмигнув, она обошла его и начала разговаривать с Галеном. Эйдену пришлось запахнуть рубашку, поскольку на ней осталась всего одна пуговица. Оглянувшись, он увидел ещё несколько на полу вокруг него.

Он вздохнул и уже собирался обернуться, как вдруг обратил внимание на серебристые кружевные трусики на полу. Эйден наклонился и положил их в карман, выпрямляясь. Только для того, чтобы увидеть своего отца и Галена, внимательно наблюдавших за ним.

— Что-нибудь обнаружили? — непринужденно спросил Эйден.

Взгляд Куинна прошелся по помещению.

— Что-то тихо. Слишком тихо. К настоящему времени Уоллес должен был найти нас.

— Давайте позволим нам небольшую передышку, — сказала Бритт. — К тому же, я не думаю, что он объявится в ближайшее время.

— Нет, но он уже близко, — произнёс Фэллон, внезапно появляясь в комнате рядом с ними. — Давайте-ка попробуем выбраться отсюда.

Они все быстро шагнули вперед, кроме Эйдена.

— Что на счет Фелана?

— У него есть другие дела, — загадочно сказал Гален.

Которые, как знал Эйден, касались Харона. Что бы ни происходило, Фелан не оставит Харона одного.

Эйден занял свое место между Бритт и Галеном. Фэллон положил руки на плечи Галена и Куинна, чтобы забрать их отсюда, но ничего не произошло. Как и в прошлый раз.

— Блять! — прорычал Фэллон и отвернулся.

В наступившей тишине были слышны чьи-то уверенные шаги, быстро приближающиеся к хижине. Секундой позже Фелан распахнул входную дверь.

— Я только что говорил с Хароном. У него есть план.

Глава 34

Харон наблюдал за Коном, когда тот смотрел в окно своего офиса. Воитель изложил ему свой план, и теперь оставалось только дождаться, чтобы Константин его одобрил.

Конечно же, Кону не было известно, что Харон уже успел обсудить свой план с Феланом.

— Ты хочешь провести сражение здесь, — произнёс Кон.

Это был не вопрос. Скорее заявление, но нотка юмора в голосе дракона застала Воителя врасплох.

— Ты предлагал свою помощь. А моей обязанностью было сохранить ваш многовековой секрет Королей, как и ваше местонахождение.

— И ты думаешь, что приведя сюда Джеймса Уоллеса, каким-то образом поспособствуешь сохранению наших тайн?

Харон взглянул на Гая и Бэна, которые стояли в стороне. Никто из них даже глазом не моргнул. Затем Харон перевёл взгляд на Хэла, зеленого дракона, которого видел ранее и ещё одного Короля — Лэита.

Солидарность мужчин напомнила ему о Воителях замка Маклаудов. Еще одно доказательство, что Харон не мог рассчитывать ни на кого, кроме себя.

Они с Феланом были близки, но Харон не знал, считал ли тот его другом. Не говоря уже о том, что Фелана трудно было отыскать, если он этого не хотел.

— Ты прекрасно знаешь эти овраги и горы, — сказал Харон. — Уоллес не знает эти места, так, как ты, и мы можем использовать это как преимущество. Он никак не ожидает внезапного нападения, а на не знакомой ему территории мы возьмем управление боя в свои руки.

Кон сцепил руки за спиной.

— Несомненно, ты отличный стратег. Полагаю, это одна из причин, почему твой бог выбрал именно тебя.

Харон опустил взгляд на пол. Он не понимал, чего добивается Кон, но не любил и не хотел говорить о своем прошлом.

— Если ты так считаешь.

— Именно так, — усмехнулся Кон. — Ты бессмертный, Харон, но ты прожил всего лишь шестьсот лет. Я прожил тысячи тысячелетий. Видел бесчисленные количества сражений и войн. Даже наблюдал, как ты сражался, как Воитель. Я знаю, о чем говорю.

— Тогда в чем проблема?

— Дерзкий ублюдок, — с усмешкой пробормотал Гай.

Харон почесал щеку только средним пальцем, заставляя Гая кашлянуть, чтобы скрыть смех. Бэнан, Хэл и Лэит наклонили головы, скрывая улыбки.

Кон повернулся к Харону.

— Ты, кажется, слишком уверен в поражении Уоллеса. Забыл о вспышке эпидемии в Эдинбурге? Пять человек, включая маленького мальчика, умерли.

Дерзкая усмешка резко сменилась гневом. Он старался сдерживать своего бога, потому что, как бы он не опасался Королей, он нуждался в их помощи.

— В то время, как ты и другие Короли коротали свои годы в роскоши и частной жизни, Воители защищали чёртову планету от зла. Я не забыл ни единой проклятой детали. Мы потеряли друзей, невинных людей и наши семьи, потому что вы абсолютно ничего не сделали, чтобы устранить Дейдре, только равнодушно наблюдали за происходящим из своих шикарных замков.

— Она не была приоритетом.

Ярость, так жёстко сдерживаемая Хароном, прорвалась. Клыки заполнили его рот, в тот же самый момент когти выросли из его пальцев. Даже не смотря вниз, он знал, что его кожа вспыхнула медным сиянием.

— Не была в приоритете? — повторил Харон низким и опасным голосом. — Ты хотя бы представляешь, какие зверства она устраивала? Что она творила с нами и другими Друидами? Или ты был слишком озабочен тем, чтобы твоими драгоценными драконами не помыкали?

Кон наклонился вперед, оперевшись руками на стол, а его губы искривились в гневе.

— Задел за живое? — подначивал Харон.

Кон и Харон уже были готовы наброситься друг на друга, как вдруг дверь резко распахнулась, и Лаура быстро встала перед Воителем.

Девушка положила руки на грудь мужчине, и даже когда он зарычал, демонстрируя острые клыки, она не отступила.

— Достаточно, — произнесла она. Когда ни он, ни Кон не смягчились, она попробовала еще раз. На этот раз громче. — Прекратите!

Хэл скрестил руки на груди.

— Храбрая девушка.

Харон выпрямился, но не усмирил своего бога. Он обратился к Королям за помощью, но теперь кажется, он же все и испортил.

Похоже, Фелан всё же был прав, сказав, что ни он сам, ни Харон не предназначались, чтобы быть частью чего-либо. Воины-одиночки, вот их судьба.

— Посмотри на меня, — уговаривала Лаура Харона.

Он был не готов, вот так закончить разговор, Кону не было оправдания за его бездействие, но Лаура не сдавалась.

— Харон, посмотри на меня, — потребовала девушка чуть громче.

Он резко выдохнул и перевел взгляд на неё.

— Ты не должна быть здесь.

— И где же я должна быть, в то время как ты и наши новые друзья собираетесь устроить драку? К счастью для тебя, Кэсси, случайно проходила мимо и услышала перебранку. Она позвала меня.

Хэл закатил глаза, переминаясь с ноги на ногу.

— Угу, случайно проходила мимо, черт возьми, — пробормотал он.

Лаура могла чувствовать, как ярость волнами исходит от Харона. Он осмелился противостоять пяти Королям Драконов, даже не дрогнув. Его медная кожа блестела во вспышках молний, и он старался держать свои когти подальше от неё.

Проведя рукой вниз по груди Харона, девушка развернулась к Кону.

— Харон прав. Вы стояли в стороне в то время, как тысячи невинных умирали. Правильно ли я услышала, что вы легко можете превращаться из дракона в человека? Ведь вы могли защитить людей!

— Люди не нуждаются в защите. Это остальной мир нужно защищать от них, — процедил сквозь зубы Кон. Оттолкнувшись от стола, он взглянул на Харона.

Лаура вздохнула. Она надеялась, что войдя в офис, поможет разрядить ситуацию, но оказалась неправа. Девушка повернулась к Харону, зная, что у неё ещё есть шанс его успокоить.

— Чертовски трудно признать, что они нужны нам, а мы им нет. Но ты бы не приехал сюда, если бы не думал, что они могут помочь.

Взгляд Харона опустился к ней. Она с надеждой смотрела на него, ожидая ответа. К её изумлению медный оттенок сменился на глубокий шоколадный цвет его глаз, которые она так хорошо знала.

Он взял её руку в свою, и когти с клыками исчезли.

— Ты права. Мы нуждаемся в их помощи, — произнес он.

Лаура видела, как хладнокровно Харон прекращал драки в пабе, насколько легко заключал сделки с дистрибьюторами и добивался расположения женщин. Она даже видела, как смело мужчина противостоял Джейсону Уоллесу.

И даже среди этого она видела в нем лояльного, преданного и благородного мужчину. Он заставлял её сердце биться сильнее, а кровь гореть. Он заставил ее поверить в себя, но что еще более важно — она верила в него.

— Что бы ни случилось, я буду рядом с тобой, — сказала она ему. — Я не знаю, как работает моя магия, но буду использовать ее, как смогу.

Его губы поднялись в полу улыбке, заставив ее затрепетать.

— Спасибо. Возвращайся в комнату. Я скоро подойду.

Сделав несколько шагов, Лаура остановилась и вернулась к Харону. Встав на цыпочки, она быстро и крепко поцеловала его в губы, прежде чем бросила взгляд на Кона через плечо. Затем она вышла из кабинета, тихо закрыв за собой дверь.

— Что за женщина, — присвистнув, произнес Лэит.

Харон взглянул на дверь, за которой скрылась Лаура.

— Ты даже не представляешь.

Он хотел последовать за ней в комнату и заниматься с девушкой любовью медленно и сладко. Но вместо этого он должен был сдерживать свой вспыльчивый характер ради человека, чья помощь могла изменить исход войны.

Обдумывая идеи, как уговорить Кона помочь ему, Харон развернулся к лидеру Королей, обнаружив его стоящим перед ним с протянутым стаканом виски в руке.

Харон принял его и осушил стакан одним глотком.

— Двадцатипятилетний односолодовый.

— Ты знаешь толк в виски, — сказал Кон.

Он пожал плечами.

— Я не имел никакого права говорить тебе подобное.

— Вообще-то ты был прав, — произнес Кон, прислонившись столу. — Это я повторяю себе веками. Но существует равновесие сил, которое мы должны сохранять.

Подойдя к креслу, Бэн сел.

— Правда в том, что мы не можем вмешиваться в каждую войну, которая неожиданно возникает, независимо от того, как бы нам этого хотелось.

— По-поводу Дейдре, у нас были жаркие споры, поверь, — добавил Хэл.

Подойдя к буфету, Лэит захватил графин виски и четыре стакана. Он протянул их Хэлу, Бэнану и Гаю, прежде чем наполнить стакан Харона.

— В итоге мы увидели, как Маклаудам удалось сбежать. Мы пришли к выводу, что они вполне способны постоять за себя и за свои принципы.

— А если бы они не смогли? — спросил Харон.

Кон пожал плечами.

— Тогда, вероятно, мы бы взяли Дейдре на себя, но что в этом случае было бы с Воителями? Напрашивается соответствующий вопрос — вас мы тоже должны были бы убить?

Харон кружил виски в своем стакане.

— Было неправильно начать указывать, как Драконы, по моему мнению, должны были поступить в той ситуации. Но думаю, теперь я начинаю понимать смысл ваших действий.

— Каждый из вас пострадал, но взгляни, где вы теперь, — сказал Гай.

Харон фыркнул.

— Боремся против очередного Драу. Этот более силён, чем Дейдре и Деклан вместе взятые. Как это возможно? Дейдре была жива в течение тысячи лет, забирая магию у бесчисленного количества несчастных Друидов. Как может Джейсон Уоллес, который был Драу лишь только год, быть настолько сильным?

— Хороший вопрос, — сказал Бэн. — Я сам себя об этом спрашиваю, но пока не нахожу ответов.

Кон поставил свой стакан и оперся руками на стол.

— Ты не боишься нас?

— Нет! Уверен, ты мог бы убить меня в мгновение ока, но я пережил освобождение своего бога и борьбу за контроль над ним, убийство собственного отца, невообразимые пытки в течение многих десятилетий от рук Дейдре. Я столкнулся в битвах с Драу, вирранами, Воителями и людьми. Дважды был на грани смерти от крови Драу и дважды каким-то чудом возвращался. Существует не так уж много вещей, которые могут меня напугать. И уж поверьте, ребята, вы не из их числа.

Смотря на Харона, Кон расплылся в широкой улыбке.

— Хорошо. Ну, а теперь поведай нам свой план, как привести сюда Уоллеса.

— Это самая простая часть. Он преследует Эйдена и Бритт. Бритт, очевидно, какой-то гений по изучению крови. Ей что-то удалось обнаружить, и Уоллес не хочет, чтобы информация дошла до нас.

— Или чтобы она ещё больше узнала, — добавил Хэл.

Харон кивнул.

— Точно. Он сотворил заклинание, препятствующее телепортации и Фэллон не смог перенести их в другое место. Прямо сейчас они находятся к северу от Обана, скрываются в одном из старых домов Галена.

— Уоллес, возможно, и помешал тому, чтобы Фэллон помог им сбежать, но подозреваю, что Джеймс преследует чуть более значимую цель, чем Эйден и Бритт, — сказал Гай с хитрой усмешкой.

Все пятеро улыбнулись на высказывание Гая.

— У нас не так много времени, чтобы вытащить их, — сказал Кон.

Харон допил виски.

— Думаю, для начала, надо доставить Фэллона сюда.

— Выведите всех из Дреагана, кроме Королей. За исключением ваших жен, — поправил Кон, прежде чем Хэл успел высказаться. — Закройте дорогу и разбудите остальных Королей, хоть некоторых из них и обленились за тысячелетия без сражений, но их помощь нам понадобится.

— Остальных? — спросил Харон.

— Разве мы не говорили, сколько нас здесь? — подмигнул Бэнан.

— Нет.

— Возможно, в другой раз, — сказал Гай с широкой улыбкой.

— Что относительно винокурни? Вы закроете её? — спросил Харон.

Кон покачал головой.

— Несколько человек будут управлять винокурней по мере необходимости, в то время как другие сражаются. Мы жили годами без помощи людей. Сможем и сейчас. Теперь, я думаю, самое время вызвать Фэллона.

Вытащив телефон, Харон быстро набрал Фэллона.

— Харон? Что это за план, о котором говорит Фелан? — спросил старший Маклауд.

Харон улыбнулся.

— Было бы быстрее показать тебе, чем рассказывать.

— Ты же рассказал Фелану.

Он не всё рассказал Фелану, только то, что хочет собрать всех недалеко от места, где расположились селмуры.

— Пожалуйста, — сказал Харон.

Фэллон тяжело вздохнул.

— Где ты?

— В Дреаган.

Последовала продолжительная пауза, прежде чем Маклауд произнес: — Ты сказал Дреаган?

— Да. Ты нужен мне здесь. Сейчас же.

— Ты знаешь, что я никогда там не был. Я могу “прыгнуть” лишь туда, где уже побывал.

Но Харон уже подумал об этом.

— Позволь мне поговорить с Галеном. Я опишу ему. Он представит это место и ты телепортируешься.

— Полагаю, стоит попробовать, — сказал Фэллон.

Мгновение спустя Гален был на связи. Харон в мельчайших подробностях описал ему стоянку Дреаган. Он и пятеро Королей вышли из дома, ожидая Фэллона.

— Гален? Этого достаточно? — спросил Харон.

Но как только последние слова слетели с губ, Фэллон уже стоял напротив него. Лидер Воителей быстро огляделся, прежде чем посмотреть на Харона, а затем и на мужчин рядом с ним.

— Добро пожаловать в Дреаган, Фэллон Маклауд, — произнес Кон, выходя вперед. — Я Константин. Лидер Королей Драконов.

Пристальный взгляд Фэллона метнулся к Харону, который кивком головы указал вверх. Они все посмотрели вверх, когда огромный дракон пролетел над ними.

— Проклятье, — благоговейно пробормотал Фэллон.

Харон не мог перестать ухмыляться.

— Они согласились помочь нам. Мы собираемся избавиться от Джейсона Уоллеса раз и навсегда.

Фэллон перевел взгляд на Кона, затем на Харона.

— А что насчет болезни вызванной Уоллесом в Эдинбурге? Мне нужны Воители там, чтобы защитить Друидов, которые пытаются с помощью своей магии остановить эпидемию.

— Как не противно это говорить, но Джейсон умен, — сказал Кон. — Он намеренно разделил вас и Друидов. Ваше внимание рассредоточено, таким образом вы не сможете увидеть его истинных намерений.

Харон указал на дракона, за которым они наблюдали.

— Драконы — наш единственный шанс.

— Я не могу позволить умирать невинным людям! — выкрикнул Фэллон.

— А как же Эйден? — спросил Харон. — Что ты скажешь Куинну и Маркейл? То, что жизнь их сына значила меньше, чем других.

Кожа Фэллона приобрела графитово-черный оттенок, когда он стремительно приблизился к Харону.

— Ты же знаешь, что это не так.

Угроза в его голосе не могла сдержать Харона.

— Единственный способ помешать Уоллесу, добраться до Эйдена и Бритт — заманить его сюда. Мы убьем его, и тогда действие его заклинания закончится. Независимо от того, что он сделал в Эдинбурге, все прекратится с его смертью.

— Это ты так думаешь, — Фэллон развернулся, но не усмирил своего бога. Сделав несколько шагов в сторону, он вновь схлестнулся с Хароном. — Ты никогда не хотел быть частью нас. Ты принял решение жить в Фернессе, вместо нашего замка. И сейчас ты просишь доверять тебе.

— Ты не сомневался во мне, когда требовалась помощь Воителя, — Харон не скрывал бурлящую в нем ярость. Он ожидал подобного от Фэллона, но это не означало, что это не причиняло ему боль.

Фэллон оскалился, демонстрируя свои клыки и презрительно усмехаясь.

— А сколько раз ты наблюдал, как мы боролись против зла, ничего не предпринимая?

— А сколько раз ты предпочитал бутылку вместо того, чтобы помочь своим братьям? — парировал Харон.

Фэллон начал наступать на Харона, но внезапно Бэнан и Хэл встали между ними. Харон хотел оттолкнуть Хэла, но вместо этого отступил назад.

— Сейчас у нас есть шанс, Фэллон. Прими решение, — заявил Харон.

Константин закатил глаза и вздохнул. Ему уже надоело наблюдать за этой перепалкой.

— Он прав, Фэллон, и ты это знаешь. Нет ничего, что вы сможете сделать с эпидемией. Но ты можешь спасти своего племянника и невинную девушку, которая может найти решение вашей проблемы.

Фэллон немедленно усмирил своего бога и запустил руку в свои волосы. Когда он посмотрел на Харона, в его зелёных глазах было раскаяние.

— Мне никогда не нравилось делать выбор кому жить, а кому умереть. Выкладывайте свой план в подробностях, прежде чем этот ублюдок, доберётся до Эйдена.

Глава 35

Эйсли сидела на пассажирском сидении Ягуара. Девушка пыталась сохранить безучастное выражение лица под взглядом сидящего позади Джейсона, подобно коршуну, следившего за каждым движением сестры.

Вдоль левой щеки кузена, огибая глаза, тянулись пять шрамов, делая взгляд мужчины еще более зловещим, насколько это вообще возможно. Он не спускал с Эйсли глаз, будто знал, какие мрачные, отчаянные мысли терзают ее в ранние предрассветные часы.

Он знал, что это всего лишь мысли. Она бы никогда не осмелилась сбежать от него. Джейсон об этом позаботился.

— Почему они продолжают убегать? — плаксиво спросила ехавшая рядом с Джейсоном Минди, еще больше усиливая раздражение Эйсли.

— Хм, но ты бы тоже сбежала, дорогая. Это свойственно человеческой природе, — ответил Джейсон.

— Они же Воители.

Эйсли закатила глаза и вцепилась в ручку двери, только чтобы не выпалить Минди, насколько она глупа.

— Внутри них, может, и есть бог, но они все же люди, — объяснил Джейсон. Таким тоном обычно разговаривают с маленькими детьми или психически больными.

Эйсли усмехнулась. Когда Дейл взглянул на девушку, пытаясь сдержать улыбку, она тоже не смогла сдержать смех, быстро скрыв его кашлем.

Они ехали уже несколько часов и Эйсли не терпелось выйти, наконец, из машины. Вынужденная необходимость находиться в таком замкнутом пространстве с Минди вызывала настоящий зуд. Иногда они останавливались, чтобы Джейсон мог выйти и сотворить какие-то заклинания.

Факт, что он не хотел творить магию при свидетелях, вызывал у Эйсли подозрения. Не то, чтобы она хотела извлечь из этого какую-то пользу. Как бы страстно она не ненавидела Джейсона, это никак не облегчило бы ее положения.

Она по уши в дерьме.

— Мы уже близко, — сказал Джейсон с радостью в голосе. — Очень близко.

Эйсли сложила ладони на коленях. Сколько еще раз придется идти в бой вместе с Джейсоном? Как долго она еще сможет оставаться в живых? Ее уже и так ранили, и, если бы не Дейл, она наверняка была бы уже мертва.

В некотором смысле Эйсли жаждала смерти, которая освободила бы ее от Джейсона. Но ее душа уже принадлежит Сатане и, как бы не была ужасна жизнь на Земле, вряд ли это сравнится с тем, что ожидает ее в аду. Или нет?

Может, именно поэтому Дейдре убивала других Друидов, — чтобы продлить свою жизнь? Когда Джейсон нашёл Эйсли и предложил возможность иметь силу, в которой она нуждалась, девушка сочла идею очень заманчивой.

В то время она не задумывалась, что жизнь может стать еще хуже. Хуже, чем обитание на улице, голод, мысли о торговле своим телом ради куска хлеба.

И вот тогда-то Джейсон и нашел ее, дал пищу и кров. Каким-то образом узнав, что Эйсли владеет слабой магией, он пообещал ей целый мир.

Она была дурой, поверив ему.

Несомненно, она заслужила то, что сейчас с ней происходит. Можно было бы прервать церемонию и отказаться становиться Драу. Джейсон убил бы ее на месте, но это было бы предпочтительнее того кем она теперь является.

— Остановись, — скомандовал Джейсон Дейлу.

Дейл остановил машину возле большой фермы, и Эйсли очнулась от своих мыслей. Она взглянула на Воителя, но тот лишь пожал плечами.

Джейсон хлопнул по спинке сидения Эйсли.

— Они здесь. Эйден и Бритт находятся тут уже некоторое время.

— Они думают, что укрылись в безопасном месте, — сказал Дейл, выглядывая в окно. — Должен ли я осмотреть территорию?

— Нет пока. Подождем, пока нас догонят остальные.

Эйсли увидела огни вдалеке.

— Наверняка, Эйден не стал бы прятаться в здании.

— О, нет, — сказал Джейсон, открыв дверцу и выходя наружу. — Они попробуют скрыться.

Минди передвинулась и вышла со стороны Джейсона.

— Не забывай, с ними два Воителя.

— Против меня ни у кого нет ни шанса, — сказал Джейсон, обнимая Драу. — Ты-то должна это знать.

— Я знаю. Просто хочу, что бы ты был осторожен, любимый.

Эйсли снова закатила глаза. Они оба сведут её с ума.

Вдруг большая рука Дейла накрыла её руку.

— У меня плохое предчувствие, — прошептал он.

— У меня тоже, — покачала она головой. — До этого они всё время бежали. Почему сейчас не двигаются с места?

— Это ловушка.

Эйсли поджала губы, блуждая взглядом по пшеничному полю, освещённому фарами машины.

— Да. Ловушка.

***

Ко времени, когда Харон и Короли закончили объяснять свой план Фэллону, была уже поздняя ночь. У старшего Маклауда оставалось ещё много вопросов о Королях Драконов, но стоит отложить их на другое время.

Харон не сомневался, что Фэллон вернётся к ним после битвы.

После битвы. Он надеялся, что будет это время после битвы. Кону и Фэллону понравился его план, вопрос в том, успешен ли он?

— Ты не можешь не замечать, насколько обеспокоена Лаура, — сказал Гай, догнав Харона на лестнице.

Харон замер. Одна рука уже на перилах, нога зависла над следующей ступенькой.

— Я знаю.

— Мы все согласны, что это хороший план. Всё получится.

— Вы не сражались с Друидами.

Гай небрежно пожал плечами и улыбнулся.

— А вы не сражались с драконами.

— Ты говорил, что люди могут убить драконов.

Улыбка Гая мгновенно исчезла.

— Драконов — да, но не Королей Драконов. Все драконы владеют магией, но их можно убить.

— А тебя нельзя?

— Ты многого не знаешь о нас. Но стоит поставить тебя в известность, что магия Драу не может причинить нам большого вреда.

— И все же, она может сбить вас с толку.

Гай пожал плечами.

— Согласен, битва не будет лёгкой. Что бы ты не сделал или сказал, чтобы обратить внимание Кона к этой проблеме, я рад. Сейчас, когда мы с вами, преимущество на вашей стороне.

— Я напуган до чертиков, — признался Харон, отвернувшись в сторону. — Мы думали, что всё закончилось. После смерти Дейдре и Деклана все должно было закончиться.

— Этого никогда не произойдёт.

Грубая интонация в голосе Гая привлекла внимание Харона. Было что-то такое во взгляде собеседника, позволявшее понимать силу Королей, но при этом их дружеское расположение.

— Вы получили временную передышку, — продолжил Гай. — Но помните, что война никогда не закончится. Наслаждайтесь мирным временем и будьте готовы к следующим кругам ада.

— А вы за что воюете?

Гай задумчиво глянул на ступеньки.

— Каждый за своё. Против людей, которые считают нас злобными оборотнями. Некоторые из нас сражаются на протяжении всей жизни.

— Сколько тебе лет?

— Мы существуем с незапамятных времен. Не могу назвать точную дату, я уже потерял счёт векам. Мы всё уже забыли.

А Харон думал, что это его жизнь была долгой. Случались периоды, когда он думал, что не сможет вынести ещё один день на этой Земле. Как же Короли справлялись с этим?

— Иди к своей женщине, — сказал Гай, ускоряя шаг. Проходя мимо Воителя, он похлопал того по плечу.

Его женщина. Харон хотел бы так думать о Лауре, но мог ли? Имел ли право? Он занимался с ней любовью. Целовал ее множество раз.

Ясно одно — он не в состоянии сдерживаться при одном только ее виде. Факт, что она — Друид, должен был бы все облегчить, но это было не так.

Он должен отпустить ее. Должен отвезти, как можно дальше от Шотландии, чтобы не допустить до нее зло, которое, казалось, размножается здесь.

И, тем не менее, не мог.

Перескакивая через три ступеньки, Харон преодолел лестничный пролет и пошел к комнате, которую занимала Лаура.

Он положил руку на дверную ручку, но помедлил, не стал открывать сразу. Обостренным слухом он услышал ритмичный мотив одной из песен Рианны.

Медленно, чтобы не напугать Лауру, Харон вошел в комнату. Девушка спала в мягком кресле рядом с накрытым едой столом.

Улыбнувшись, мужчина закрыл за собой дверь. Он забрал бокал с вином из ее ослабевших пальцев, прежде чем тот выпадет. Харону очень хотелось заняться любовью с Лаурой, но не хотел будить после того, через что девушке пришлось пройти.

Поставив полупустой бокал на стол, Воитель направился в ванную, по пути снимая с себя одежду. В предвкушении ночи ему хотелось принять долгий, горячий душ. Благодаря драконам, сегодня можно не беспокоиться о нападении Уоллеса или селмуров. У всех была небольшая отсрочка, и он собирался воспользоваться ею.

***

Лаура проснулась от шума воды в душе и музыки из своего Айфона. Она потянулась и зевнула. Бросив взгляд на стол, девушка увидела, что все выглядело точно так, как и было, до того, как она заснула, так и не дождавшись Харона.

Небо в окне начинало светлеть, но северное лето довольно обманчиво. Быстрый взгляд на телефон и она поняла, что время едва перевалило за два часа ночи.

Лаура встала с кресла и улыбнулась, увидев, как клубится пар из-за двери ванной, которую забыл запереть Харон.

Пока он был в душе, Лаура наполнила два бокала красным вином и отщипнула кусочек сыра.

Сняв джинсы, рубашку, лифчик и трусики, она аккуратно сложив их на комоде, схватила рубашку Харона. Уткнувшись в нее носом, Лаура вдохнула присущий лишь этому мужчине аромат сандалового дерева. Услышав, что вода отключилась, поспешно сунула руки в рукава рубашки и застегнула две пуговицы под грудью.

Лаура посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Всего неделю назад она не могла даже представить себе, что станет настолько самоуверенной и храброй, но, с другой стороны, тогда девушка еще не познала поцелуев Харона и не испытала незабываемое наслаждение в его объятиях.

И это не магия придала ей смелости для такого дерзкого поступка. Все благодаря всепоглощающему, непреодолимому желанию быть с Хароном.

Он превратил ее в женщину, которой она лишь мечтала быть.

Лаура всегда знала, что многое готова сделать для Харона, но, до недавнего времени, даже не подозревала, до какой крайности способна дойти. Вместо страха она ощущала себя удивительно свободной.

Лаура прислонилась к стене около окна, наблюдая, как мужчина вышел из ванной в одном полотенце, низко обернутом вокруг бедер.

Капельки воды свисали с кончиков его длинных темных волос, стекали по спине и мускулистой груди.

Боже, просто сногсшибательный мужчина! Лаура не понимала, почему он хочет ее, но решила не вдаваться в подробности.

Харон остановился, не обнаружив ее в кресле, где она до этого спала. Но тут же потеплел взглядом, увидев ее у окна.

— Как все прошло? — спросила Лаура.

С лукавым огоньком в глазах Харон потянулся за бокалом вина.

— Отлично. Благодаря твоему вмешательству.

— Ты не сердишься на меня за это?

— На самом деле, я рад. Мне нужно было успокоиться и ты помогла.

Лаура переступила с ноги на ногу и спрятала улыбку, заметив взгляд Харона, устремленный к ее ногам.

— Так все в силе?

— Да. Фэллон, вероятно, все еще разговаривает с Коном, но я захотел увидеть тебя.

— Увидеть меня? — смущенно переспросила она.

Харон поднес бокал к губам и сделал большой глоток бургундского вина.

— О, да.

— Так ты веришь, что я не работаю на Джейсона?

Он отставил бокал в сторону.

— Лаура, пожалуйста, пойми, я...

— Понимаю, — перебила она его. — Я все понимаю. Просто хочу убедиться, что ты доверяешь мне.

— Да, — тихо произнес он.

Она не была уверена в правдивости его слов. Со временем она докажет свою преданность. Харон говорит, что доверяет ей. И этого пока хватает.

— Хорошо, — сказала она и, оттолкнувшись от стены, пошла к нему. — Я считаю, что мы потратили уже достаточно времени на разговоры.

Глава 36

Упершись руками в грудь мужчины, Лаура слегка толкнула его. Девушка поняла, что он поддался ей, когда упал в кресло, в котором раньше сидела она сама.

— Ты что-то хочешь от меня? — спросил Харон, изогнув губы в дьявольской усмешке.

— Я? Вовсе нет, — она встала между его ног. — Просто подумала, что после всех поцелуев, что подарил мне, ты, возможно, кое в чём … нуждаешься.

— Нуждаюсь? — повторил он дрогнувшим голосом. — Можно сказать и так, детка.

Лаура провела пальцами по его влажным волосам.

— Я не выполню своих обязанностей в качестве персонального ассистента, если не помогу тебе.

— Пожалуй, я на самом деле плачу тебе достаточно щедро за заботу обо всех моих потребностях.

— Точно, — произнесла она и позволила пальцам скользнуть по лицу мужчины вниз к твёрдой линии его челюсти.

Поймав руку Лауры, Харон поднёс её к губам и, раскрыв её пальцы, поцеловал ладонь.

— О какой потребности ты собираешься позаботиться сейчас?

— О той, что сжигает тебя. О той, что вижу в твоём взгляде, когда ты смотришь на меня.

— Это настолько очевидно? — спросил он, всё ещё держа её руку.

Девушка кивнула.

— Для меня да, но затем я вглядываюсь в твои глаза.

— И часто ты так делаешь?

Игривое настроение почему-то ушло, уступив место более серьезному. Лаура понимала, что очень скоро ей придётся разобраться с чувствами, которые она испытывает к Харону. Девушка всерьёз опасалась, что они намного глубже, чем предполагалось.

Всё-таки рискованно было любить Харона. И она не была уверена, что у неё хватит духу пойти на этот риск.

— Лаура, — прошептал мужчина. Тёмные глаза пылали, удерживая её взгляд.

Она вытянула руку из ладони Харона и потянулась вниз, чтобы снять полотенце. Открывшийся вид возбудил девушку и разжёг безжалостный огонь в её крови.

— Ты самый привлекательный мужчина из всех, кого я когда-либо видела, — призналась она и оседлала его бёдра.

Руки Харона сразу же опустились на её обнажённые ноги. Он передвинул их выше, приподнимая краешек своей рубашки на девушке.

— Если ты хочешь поговорить о красоте, то как раз сейчас я вижу одну из самых прекрасных женщин.

У Лауры перехватило дыхание, когда его пальцы дотронулись до нежных складочек её лона. Ощущение близости его восхитительно-обжигающего тела сводило с ума. Познав однажды страстное желание и разрывающую душу жажду в его объятиях, Лаура уже не могла игнорировать притяжение между ними.

В течение двух лет она довольствовалась только возможностью работать с ним, помогать в его бизнесе. Девушка не надеялась, что они смогут подружиться, однако это случилось.

А о том, что они могут стать любовниками, она даже не осмеливалась мечтать.

Одним рывком Харон распахнул рубашку на Лауре, пуговицы при этом отлетели в конец комнаты, и потянул девушку на себя. Дыхание стало тяжёлым, когда она увидела, с каким вожделением он смотрит на её грудь.

Харон нежно обхватил их руками и Лаура откинула голову, прикрыв глаза от наслаждения. Грудь налилась, став болезненно чувствительной. Она качнула бедрами ему навстречу, пока Харон дразнил пальцами её соски, превращая их в маленькие твёрдые горошины.

Неистовое желание охватило девушку, переполняя её, требуя удовлетворения.

И когда его горячие губы сомкнулись вокруг припухшей вершинки, Лаура вскрикнула от чистейшего удовольствия. Придерживая спину девушки рукой, Харон стал ласкать языком её возбуждённый сосок.

Тело Лауры больше не принадлежало ей. Отныне оно принадлежало этому мужчине, и он мог делать с ним всё, что ему заблагорассудится. Девушка выгнула спину, приподнимая грудь навстречу его обжигающим ласкам, одновременно запустив пальцы в волосы Харона и притягивая его ещё ближе.

Он перешёл от одной груди к другой, заставив Лауру громче застонать от наслаждения, пока она не задрожала от всепоглощающей жажды.

Харон внезапно схватил её бедра и притянул к своей твёрдой жаждущей длине. У Лауры перехватило дыхание от контакта её чувствительной плоти с его напряженным членом, но когда она попыталась дотянуться до него, мужчина немедленно перехватил её руки.

— Нет. Я скажу, когда ты сможешь до меня дотронуться, — прошептал он ей на ухо и ласково прикусил мочку.

Лаура продолжала тереться о его возбужденный член, пока пальцы Харона не проникли меж её бёдер, останавливая девушку. Она всхлипнула, остро нуждаясь в нём.

Харон улыбнулся, услышав громкий вздох удовольствия, раздавшийся в тишине комнаты, когда его палец глубоко проник во влажный жар её тела. Никогда прежде он не был так близок к собственному оргазму, а ведь он даже ещё не был внутри неё.

Ощущая вокруг себя её магию, его и без того разгоряченное тело всё больше охватывала безумная страсть. Он жаждал её, жаждал с такой силой, что это пугало.

Вот, что Лаура делала с ним. Она коснулась той частицы его души, которая, как думал Харон, уже не существовала, частицы, которая, как он предполагал, умерла, когда он убил собственного отца.

Затем настала очередь Харона застонать от удовольствия, когда руки Лауры чувственно заскользили по его широким плечам, груди, вниз, к накаченным мышцам пресса. Будто случайно она задела тыльной стороной ладони головку его члена. Яйца поджались, и кровь быстрее побежала по венам.

Вот и все, что требовалось. Одно прикосновение, один взгляд Лауры — и он уже марионетка в её руках.

Погружая пальцы глубоко в её лоно и выводя обратно, он наблюдал, как наслаждение отражается на её лице, а частое дыхание вырывается из приоткрытых губ. Его член дёрнулся, полностью готовый наполнить её.

Харон любил смотреть, как её восхитительное тело двигалось рядом с ним. Медленно, чувственно. Безудержно. Девушка выгнула спину, от чего её грудь приподнялась, моля о внимании, при этом её бедра раз за разом устремлялись навстречу его пальцам, проникающим в её жаркую глубину.

Его дыхание стало прерывистым, кровь ревела в ушах по мере того, как стоны девушки становились всё громче. Лаура завела руки назад, опираясь на бедра любовника. Харон нагнулся и втянул её чувствительный сосок в рот, одновременно его пальцы кружили вокруг её клитора.

Он застонал от возбуждения, когда ноготки Лауры прошлись по его спине. Харон хотел услышать, как она выкрикивает его имя снова и снова, увидеть, как её тело переполняет удовольствие. Удовольствие, которое только он мог ей дать.

Девушка задрожала от страстных движений его пальцев и, когда её тело достигло кульминации, сжала их глубоко внутри. Мужчина не прекращал своих ласк, пытаясь продлить наслаждение Лауры, пока она не обмякла в его объятьях.

Харона сотрясала мелкая дрожь, настолько отчаянно он желал свою красавицу. Поднявшись, он подхватил её на руки и пошел в сторону кровати. Как только Харон опустил девушку на прохладные простыни, её затуманенные страстью глаза медленно открылись, удерживая его взгляд.

В прекрасных глубинах зелёных глаз он увидел решительность и мудрость. Всего лишь год назад они заставили бы его бежать из этой комнаты без оглядки. Харон и сейчас не мог сказать, готов ли он, но убегать он точно не собирался. Только не от Лауры.

Приподняв её стройную ногу, Харон направил член в тугое лоно девушки. Она была влажной и готовой для него, что еще больше разожгло огонь в его крови.

Харон хотел начать медленно, осторожно, но рядом с Лаурой он утрачивал всякий контроль. Одним мощным толчком он вошёл в неё. Она ошеломленно вздохнула и застонала.

Не осталось каких-либо мыслей или слов. Всё, на чем он мог сосредоточиться — это Лаура и их взаимное наслаждение. С каждым лихорадочным движением бёдер Харон погружался в её лоно все глубже и жёстче.

Как только девушка смогла подстроиться под его толчки, он увеличил темп. Харон отпустил её ногу и оперся руками по обе стороны от её головы. В это время руки Лауры ласково прошлись вверх по его телу, обвив его шею и притянув для страстного поцелуя.

Их тела были влажными от пота, их громкие стоны наполняли комнату. Харон не мог контролировать желания, бушующего в нём.

Он безжалостно, беспощадно проникал в неё. Удерживая его взгляд, Лаура обхватила своими стройными ногами его талию. Чуть переместившись, Харон изменил угол проникновения, так что напряжённый ствол стал ощущаться ещё глубже.

Через секунду, широко распахнув глаза и простонав его имя, Лаура достигла кульминации. Ощущение того, как её лоно сжимает его член подвело к краю и самого Харона.

Он погрузился в неё в последний раз и, оставаясь глубоко в ней, почувствовал, как оргазм накрывает его мощной волной, полностью овладев им.

Как только Лаура вновь обрела способность двигаться, она потянула мужчину на себя, чтобы он оказался лежащим на ней. Они нежились в объятиях друг друга, конечности сплетены, а тела всё ещё соединены.

Харон никогда не был более удовлетворен или счастлив.

И он знал, что Уоллес постарается разрушить это счастье. Также Харон понимал, что не появись Лаура в его жизни, ему не зачем было бы жить.

Звуки дождя, стучавшего по стеклу, наполнили комнату. Сколько часов есть у него в распоряжении, прежде чем он должен будет отправиться на битву? Сколько минут он может нежно любить женщину в своих руках?

— Почему у меня такое ощущение, что это конец? — прошептала Лаура.

Харон поднял голову, взглянув на нее. Он нежно убрал волосы, упавшие ей на щеку, и улыбнулся.

— Я только начал заниматься любовью с тобой. У нас есть еще несколько часов до рассвета. Я планирую любить тебя до тех пор, пока ты не попросишь о пощаде.

Ответной улыбки не последовало от нее.

— Я безумно хочу остаться здесь, с тобой.

— Ты не уверена в нашей победе?

— Я никогда не сталкивалась с подобным злом. Я боюсь за себя, но, в большей степени, за тебя. Я видела, что Джейсон сделал с тобой. Я видела, как ты умер.

Харон встал с кровати и захватил бокалы. Он вручил один Лауре, когда девушка села.

— Не в первый раз меня почти убивают кровью Драу, и не могу сказать наверняка, что он был последним. У Эйдена и Бритт могут быть ответы. И как бы мне не хотелось убраться от всего этого подальше, я не могу. Я — Воитель. Это мой долг — бороться против таких ублюдков, как Джейсон Уоллес.

В зелёных глазах Лауры не было ни намека на осуждение или гнев, когда она смотрела на него.

— Я знаю. Это одна из причин, почему меня всегда так тянет к тебе.

— Всегда? — поддразнил он, прежде чем осушить бокал.

Она наконец улыбнулась.

— Всегда.

— Почему ты ничего не говорила?

Лаура поднесла бокал к губам, сделав глоток.

— Я ждала, что ты заметишь меня.

— Хм, значит, это моя вина.

— Разумеется, — подмигнув, ответила она.

Харон прикрыл глаза, когда неожиданно магия Лауры наполнила комнату.

— Проклятье, твоя магия невероятна.

— Ты почувствовал её? — спросила она.

Открыв глаза, он кивнул.

— Что ты сделала?

— Просто призвала её, чтобы убедиться, что она все еще есть.

— Ты даже не представляешь, что делаешь со мной.

Поставив бокал на ночной столик, девушка посмотрела на него с хитрой улыбкой.

— Почему бы тебе не показать мне?

Просить дважды не пришлось. Схватив её за лодыжку, Харон потянул девушку к себе. Как только она оказалась на спине, он накрыл её своим телом.

Стон сорвался с его губ, когда её рука скользнула между ними и обернулась вокруг его члена.

— Моя очередь, — прошептала она, прежде чем толкнуть его на спину.

Глава 37

Малкольм лежал на траве и глядел в небо. Он потерялся в горной долине, как и хотел. Все было почти таким же, как четыре столетия назад, когда он оставил Нагорье. Он был благодарен своим землякам хотя бы за это.

Ветер донес до него блеяние овец. Животные были очень далеко и слышал он их исключительно благодаря своему обостренному слуху. Мужчина почувствовал витающий в воздухе запах дождя.

Малкольм повернул голову налево. Темные мрачные тучи двигались в его сторону. Он резко вдохнул и почувствовал, как разряды тока проходят по его коже, текут по его жилам.

Йен в течение нескольких месяцев прятался в пещере, не видя ни души. Малкольм мог бы поступить также. Наверняка, это было бы наилучшим решением.

Несмотря на то, что ему нравились современные удобства, Воитель обнаружил, что после скачка во времени ему не достает многих вещей из прошлого.

Он не мог перестать думать о том, какой была бы жизнь, не пойди он в замок Маклаудов, чтобы предупредить Ларену о нападении Воителей Дейдре. Стал бы лэрдом своего клана, женился и, возможно, имел бы много детишек.

На Малкольма накатила тоска. Она была такой сильной, что он не мог совладать с ее сокрушающей силой. Мужчина понимал, что это все из-за мыслей о прошлом. О том, как все могло бы быть.

К тому времени, когда он достаточно подрос, чтобы понимать, что должен стать лэрдом, он мечтал о титуле. С самого рождения отец учил его быть добрым, сильным, справедливым — каким и должен быть лэрд.

И Малкольм хотел всего этого больше всего на свете.

Пальцами он проследил шрамы, покрывающие правую сторону его лица. Только однажды он решился посмотреть на себя в зеркало. Пять глубоких рваных борозд пересекали его щеку, часть лба, тянулись над глазом и шли по диагонали вдоль носа и рта.

Ужасное зрелище. Малкольм едва выдержал эту пытку. А теперь трудно игнорировать испуганные вздохи женщин и детей, сочувствие мужчин, когда он попадался людям на глаза.

Малкольм вновь вгляделся в плывущие облака. Поднялся ветер. Будет сильная буря.

Чертыхнувшись, он сел, вспомнив о Хароне и Лауре. Малкольм был уверен, что те добрались до замка, но знал и то, что Джейсон не остановится.

— Проклятье, — прорычал он, вскакивая на ноги.

Он хотел забыть их всех, но не мог. Ларена никогда не оставила бы его. Здесь не работала мобильная связь, но мужчина нутром чувствовал, что кузина пыталась связаться с ним.

Не время прятаться. Но скоро, очень скоро, он навсегда уйдет от Ларены и остальных.

Малкольм побежал к ближайшему городу. Он узнает все необходимое, не посещая замок Маклаудов. Затем, подождет, когда понадобится его помощь.

***

Эйден стоял за коттеджем. Несколько часов темноты летней ночи прошли, оставив залитую светом территорию.

— Где Бритт? — спросил, подходя к нему, патрулирующий территорию Куинн. Эйден оглянулся.

— Спит, но сейчас, рассмотрев здание, не уверен, что внутри она в безопасности.

— Хоть какой-то кров, — возразил Куинн с усмешкой. — И дождь усиливается.

— Да, — Эйден почувствовал это еще несколько часов назад. Надвигается сильный шторм. — Есть новости от Фэллона или Харона?

Куинн поджал губы, покачав головой.

— Нет, и мое терпение на исходе. Твоя мать и остальные Друиды не могут остановить магию Уоллеса в Эдинбурге.

— Погибли многие, — Эйден не хотел говорить этого. Они по горло были сыты Уоллесом.

— Да. Никто из наших Друидов не способен дать полноценный отпор.

— Общая сила магии Маи должна была превосходить магию Драу.

— Должна была, — Куинн скрестил руки на груди и посмотрел на овец, мирно пасущихся на холмах.

Эйдену не нравилось беспокойство на лице отца. Много раз он видел, как Воители выходят победителями из сложных ситуаций, но сейчас он был обеспокоен тем, что их ожидает в дальнейшем.

Возможно, у Воителей и были боги внутри, но именно у Джейсона было превосходство в силах. В ближайшие несколько часов кто-то должен умереть. И Эйден не был уверен, чья сторона понесет потери.

Это не может быть Бритт. Не потому, что у него были к ней чувства более глубокие, чем просто страсть, но потому, что она играла важную роль в их борьбе с Уоллесом.

— Ты знаешь, как важна Бритт, — сказал Эйден, поворачиваясь, чтобы взглянуть на отца.

Куинн поднял бровь.

— Важна для тебя?

— Важна для Воителей, — юноша сглотнул и признался, — и для меня. Очень важна для меня.

—Ты любишь ее?

Эйден сунул палец в передний карман джинсов, обдумывая слова отца.

— Думаю, я начал влюбляться в нее в тот же момент, как увидел.

Они помолчали нескольких секунд.

— Ты хочешь, чтобы я защищал ее для тебя, — это был не вопрос, а утверждение Куинна.

— Безусловно.

— Ты мой сын, — голос Куинна охрип от волнения.

Эйден посмотрел на отца и усмехнулся.

— Ты бы попросил о том же Фэллона или Лукана, если бы речь шла о маме.

Куинн несколько раз моргнул.

— Черт, парень, я горжусь тем, что ты мой сын.

— Так ты позаботишься о ней?

— Даю слово.

Только после этого Эйден смог расслабиться. Воители в любом случае присмотрели бы за Бритт. Но сейчас, когда он озвучил свои чувства, Бритт будут охранять так же тщательно, как и собственных жен.

Эйден смотрел на темные облака в небе, ненавидя, что именно сейчас, после стольких веков, он, наконец, нашел женщину, которую мог бы любить, женщину, с которой хотел засыпать каждую ночью и просыпаться каждое утро.

Может ли жизнь быть такой жестокой и дать им всего несколько недель? Эйден знал, насколько непредсказуемы повороты судьбы, особенно тогда, когда человек ожидает их меньше всего.

— Я иду внутрь, — сказал он и повернулся к дому.

— Нет! — воскликнул примчавшийся к ним Гален. Фелан с ним.

В ту же секунду Куинн был около Воителя.

— Что случилось?

— Уходим, — приказал Фелан, оглядываясь. — Сейчас же.

Эйдену не нужно было повторять дважды. Он побежал к коттеджу и с грохотом распахнул дверь.

— Бритт!

Она поднялась при звуке своего имени, веки были тяжелыми ото сна. Эйден схватил ее за руку и потащил за собой из домика.

— Мы должны быстро убираться отсюда, — поторопил их Гален.

На челюстях Фелана заиграли желваки.

— Уоллес уже здесь.

— Проклятье, — пробормотал Куинн и протянул руку Бритт. — Что ж, милая, похоже, мне придется нести тебя.

Эйден увидел немой вопрос в ее прекрасных голубых глазах, но не было времени для объяснений. Подарив ей быстрый поцелуй, он подтолкнул девушку к отцу.

— Буду держаться позади вас.

Как только Бритт оказалась в руках Куинна, Эйден встретился взглядом с отцом. Было понятно, что он отдаст свою жизнь, чтобы защитить Бритт.

— Они нашли нас, — сообщил Гален, глядя через поле.

Фелан занял позицию, чтобы встретить Уоллеса.

— Я задержу их. Пошевеливайтесь.

Эйден рванул в направлении, куда отправился его отец, но Куинн уже был вне поля зрения. Галену потребовалось не так много времени, чтобы нагнать его.

— Ты бежишь слишком медленно, — с усмешкой сообщил Воитель.

Эйден отступил в сторону, чтобы не дать Галену подхватить его.

— Я сам. Удостоверься, что Уоллес не захватил Фелана. Харон никогда не простит нам этого.

Усмешка испарилась с лица Галена.

— Да. Но не будь пойман сам. У меня нет желания объясняться перед твоим отцом.

И Эйден остался один, спеша к Бритт так быстро, как только мог.

Спеша к любви, которая возрастала с каждым ударом его сердца.

***

Камдин повернулся в постели и потянулся, обнаружив место его жены пустым. Мгновенно мужчина сел и осмотрел комнату.

Отбросив одеяло, он встал с кровати. Как и ожидал, Шафран стояла в дверном проеме в комнату их дочери.

— Что-то не так? — прошептал он, подойдя сзади и обняв девушку за талию, притянул ее к себе.

Шафран пожала плечами. — Не могу уснуть.

— Волнуешься за других?

— Конечно, — она повернулась в его руках и положила руки на его грудь. — Я знаю, что мы должны помочь им, но я не могу рисковать Эммой.

— Нет, не можем, — согласился Камдин. — Я провел большую часть своей жизни, сражаясь со злом. Но все изменилось в тот момент, когда мы поняли, что ты носишь нашего ребенка.

— Я знаю, — сказала Шафран.

— Тогда что?

— Я просто чувствую …, — пожав плечами, она помолчала. — Я чувствую себя эгоисткой.

Камдин поцеловал жену в губы.

— Это не так. Куинн и Маркейл смогли воспитать Эйдена без угрозы зла. На нашем месте они поступили бы точно также, скрывая своего ребенка.

— Я знаю.

Взяв ее руку в свою, мужчина повернулся, увлекая девушку в спальню, как вдруг почувствовал дрожь, побежавшую по ее телу. Камдин обернулся в тот момент, когда глаза Шафран закатились, становясь молочно-белыми. Ее тело обмякло, и он прижал Шафран к себе.

— Что ты видишь? — спросил он.

— Драконы. В небе … драконы.

Не важно, сколько раз он становился свидетелем видений Шафран, он никогда не привыкнет к тому, как звучат тысячи голосов в голосе Шафран.

— Драконы? Уверена?

— Так много цветов, — прошептала она. — Они помогают нашим, но этого не будет достаточно, чтобы остановить Джейсона.

Камдин стиснул зубы. Джейсон Уоллес. Он не мог дождаться, когда этот проклятый Драу будет уничтожен.

Внезапно Шафран моргнула, и ее глаза возвратились к прекрасному светло-карему оттенку, который он так любил. Мужчина убрал пряди волос цвета грецкого ореха от ее лица. Жена все цеплялась за него.

— О, Боже, Камдин, Друиды собираются помочь Воителям в битве против Джейсона, но это только позволит ему освободиться.

Камдин взглянул поверх головы Шафран на малышку Эмму, мирно спящую в своей колыбели. Он не хотел видеть, как его дочь растет в мире, полном зла. Она заслуживала лучшего.

— Я должна остановить Друидов, — сказала Шафран.

Камдин посмотрел ей в глаза. Он прекрасно знал, что последует за этими словами, но ему хотелось бы избежать этого и удержать ее и Эмму подальше от сражения.

— Ты сказала “драконы”?

— Да, — ответила она с нежной улыбкой. — Они так прекрасны. Я не могу дождаться, чтобы увидеть их.

Камдин слегка отстранил ее от себя.

— Нет!

— Да, — возразила Провидица. — Мы должны ехать. Сейчас. Я должна объединиться с Друидами, а ты нужен своим друзьям. Селмуры тоже там.

— Где?

— Дреаган.

— О, черт.

— И отправь сообщение Малкольму! — воскликнула она, направляясь в спальню, чтобы переодеться.

Камдин спешно надел свою одежду. Он должен был знать, что попытка удержать семью подальше от сражения будет бессмысленна.

Но, будь он проклят, если позволит, чтобы ранили его дочь или жену. Они удостоверятся, что видение Шафран не сбудется, а затем уберутся из Дреаган к чертям собачьим.

***

Лукан устало шагнул от больницы к Каре, Броку и Соне, поджидавшим его на другой стороне улицы. Он остановился перед женой, но не успел вымолвить и слова, как его окутала магия Маи.

Лицо Кары было мрачным, и Лукан потянул ее в свои объятия, давая единственное утешение, которым сейчас располагал.

— Я знаю, что это сработает, — сказала Соня. — Не хватает только Шафран, потому что они с Камдином защищают Эмму.

Эмма. Каждый раз, когда Лукан думал о ребенке, он чувствовал острую боль в сердце, которое требовало собственных детей. Кара мечтала держать своего собственного малыша, и они думали, что эта мечта будет реализована к настоящему времени. Она исчезала так же быстро, как и надежда на заклинание, которое свяжет их богов еще раз.

— Магия Джейсона слишком сильна, — сказал Брок. — Мы не должны быть здесь.

— А что мы, по-твоему, должны делать? — Соня спросила мужа. — Продолжать скрываться в замке?

Брок убрал завиток рыжих волос ей за ухо.

— Каждая секунда, что ты здесь, увеличивает шансы Уоллеса схватить тебя.

— Или тебя, — возразила Соня.

Кара вдохнула и подняла голову.

— Брок прав. Мы здесь ничем не помогаем. Возможно, нам нужна Шафран.

— Нам нужно больше Друидов, — сказал Лукан.

— Есть еще один, — произнес Фэллон, появляясь рядом с ними.

Соня подпрыгнула от неожиданности и вскрикнула.

— Черт возьми, Фэллон. Когда-нибудь ты приземлишься на кого-нибудь сверху.

Улыбка на его лице дала Лукану понять, что у его брата хорошие новости.

— О каком Друиде ты говоришь?

— Лаура. Ей удалось вернуть свою магию, — сообщил Фэллон. — Как объяснил Харон, волшебство у девушки забрали ее мать и сестра.

Кара нахмурилась.

— Как ей удалось обрести силу?

— Селмуры убили ее родственниц и вся магия вернулась.

— Что ж, — моргнув произнесла Соня, — это хорошо, пока Лаура не работает с Джейсоном.

Фэллон потер подбородок и ступил в тень, прячась от проезжающего мимо автомобиля.

— Харон уверил меня, что она на нашей стороне. Он спас ее за секунды до того, как до нее добрались селмуры. Она отправилась в дом родителей, чтобы противостоять матери и вернуть волшебство. Как раз в это время произошло нападение.

— Дерьмо, — прошептал Брок.

Фэллон подозвал их жестом ближе.

— Остальное вы сами можете услышать от Лауры и Харона. Мы должны уходить.

— Куда? — спросила Соня.

— В “Дреаган Индастрис”.

Лукан захихикал.

— Сейчас не время пить, брат.

— Лаура и Харон там. Как и наши новые … союзники.

— Союзники? — повторил Брок, сузив глаза. — Как они собираются помочь?

Фэллон уже положил руку на плечо Лукана и ждал других.

— Вы должны увидеть это, чтобы поверить.

— Поверить чему? — спросил Лукан.

Хитрая улыбка его брата еще больше разожгла любопытство. Таинственность Фэллона взволновала Лукана, но, прежде чем он мог спросить больше, Фэллон “прыгнул” из Эдинбурга.

Перенеся их на открытую территорию с несколькими зданиями и припаркованными вокруг них машинами.

Им на встречу вышел мужчина со светлыми волосами и черными глазами.

— Добро пожаловать в Дреаган, — произнес он.

Громкий рев привлек внимание, и все повернулись, как один, чтобы увидеть, пролетающих над горой и исчезающих из виду трёх драконов — зелёного, янтарного и синего.

Лукан посмотрел на своего брата, чтобы заметить, как Фэллон расплывается в улыбке.

— Драконы?

— Драконы, — кивнув, ответил Фэллон, с сияющими от возбуждения глазами.

Глава 38

Лаура убрала волосы назад, скрутив их в аккуратный пучок. Упершись на раковину, девушка уставилась на свое отражение в зеркале.

Дождь не прекращался в течение нескольких часов, и, хоть она и предпочла бы увидеть Солнце, Харон сказал, что облака помогают драконам скрываться.

Она рассматривала свои зеленые глаза, которые были точной копией глаз ее сестры и отца. Оплакивать смерти матери и Лейси не было времени.

Лаура все еще не могла поверить, что они мертвы. После всего, что они сделали с ней, она нашла в себе силы противостоять им. Сколько раз она проигрывала у себя в голове все, что она хотела им сказать?

Теперь у нее не будет такой возможности. Мысль о том, что ей некуда выплеснуть гнев, состояние беспомощности, в которые она впала, благодаря их усилиям, жгла в груди сильнее, чем боль от их утраты.

— Каким человеком это меня характеризует? — спросила она свое отражение.

— Снова думаешь о матери и сестре?

Она увидела Харона, прислонившегося к открытой двери, в зеркало и кивнула.

— Я так хотела сказать им пару ласковых.

— Так скажи.

Лаура развернулась к нему лицом.

— Что? Они мертвы, Харон.

Он пожал одним плечом и сказал:

— Я знаю, выговорившись, ты не изменишь их мнение. Но это облегчит тебе душу. И ты не будешь в порядке, пока не выскажешь все, что должна сказать.

— В пространство?

— Притворись, что они перед тобой.

Она делала это достаточно часто, лежа ночами в своей кровати. Просто это казалось таким бессмысленным, если она не могла высказать все им в лицо.

— Я подумаю об этом.

Скептицизм на его лице, сказал ей, что он не верил ее словам.

— Кэсси ждет, когда ты спустишься к завтраку. Они с Еленой и Джейн хотят поговорить с тобой.

— Ты пойдешь?

— Лэит собирается показать мне территорию близлежащих гор, чтобы мы могли выбрать лучшее место для атаки.

Лаура оттолкнулась от раковины и прошла мимо Харона в спальню, чтобы захватить свои ботинки.

— Битва будет не здесь? — спросила она, указав на окно.

— По возможности, лучше устроить сражение как можно дальше от дома Королей. Это, по-прежнему, произойдет на их земле, но не так близко к жилью.

— Джейсон все равно будет знать, что это земли Дреаган.

— Вполне вероятно, — сказал Харон, не отводя от девушки проницательного взгляда.

Лаура закончила зашнуровывать ботинки и усмехнулась.

— Ты все продумал?

— Уверен, что не все.

Что-то в его голосе привлекло ее внимание. Лаура подошла к мужчине и положила руку на его щеку.

— Ты начал сомневаться в себе, сейчас?

— Кон уверяет меня, что Король может быть убит только другим Королем.

— Но? — сказала она, когда он замолчал.

Харон взял ее за руку и, отняв, от своего лица, задержал перед собой.

— Воители и Друиды могут погибнуть. Селмуры окружили Дреаган. Шансы остаться в живых у всех невелики.

— Подобное происходит при каждой войне. Почему сейчас может быть что-то по-другому?

— Потому что ты здесь.

Ее сердце пропустило удар. Она пристально посмотрела в его шоколадного цвета глаза и захотела, что бы они провели еще несколько часов наедине.

— Ты забываешь, я видела, как ты умер. Я больше никогда не хочу увидеть это снова. Никогда, — сказала она, прерывая Харона жестом, когда он попытался заговорить.

Он поцеловал руку, которую держал, уголки губ приподнялись в полуулыбке.

— Ты смертна, Лаура. В отличии от тебя, я могу исцелиться практически от всего.

— Мы можем обсуждать это вечность. Ты не хочешь, чтобы мне причинили вред, а я не хочу, чтобы подобное произошло с тобой. Теперь, когда мы это прояснили, мы должны понимать, что будем необходимы в этой битве.

— Упрямая женщина, — пробормотал он и притянул её в свои объятия, медленно целуя, заставляя ее кровь гореть в венах, теряя контроль.

Девушка прервала поцелуй до того, как не сможет покинуть его объятия.

— Шевелись, Воитель. У нас битва по плану.

Мужчина подмигнул ей и вышел из комнаты. Только тогда она села на кровать и уронила голову в свои руки. Как она могла помочь Друидам, если ничего не знала о своей магии?

Она могла вызвать ее, и та отвечала с готовностью. Но что ей делать с ней дальше?

— Дерьмо собачье, — пробормотала она.

Харон был прав. Иногда обстоятельства вынуждают к крепкому ругательству.

***

На всем протяжении тура по горам и долинам реки, Харон не мог прекратить думать о Лауре и их последнем разговоре. Он находился очень далеко от особняка, но, тем не менее, мог чувствовать нити ее волшебства.

Будто они соединяли их, простираясь независимо от того, как далеко он уходил. Знание, что девушка все еще на земле Дреаган, успокаивало его.

На обратном пути к особняку, он почувствовал возбуждение в ее магии. Это заставило его остановиться. Желание было настолько чистое, настолько мощное, что кровь мгновенно прилила к паху.

Если бы она была с ним сейчас, то он, не задумываясь, прижал бы девушку к дереву и овладел ею. Он ускорил шаг и даже крики Лэита не могли замедлить его.

Чем ближе он подходил к особняку, тем сильнее мог чувствовать волшебство Лауры. Оно накатывало, словно волна. Ее магия врезалась в него, околдовывая, возбуждая, опьяняя, а затем отступала.

Едва ему удавалось взять контроль над своим телом, как в него врезалась новая волна волшебства. Тело Харона горело потребностью, столь огромной, интенсивной, что он должен был немедленно найти Лауру или взорваться от желания.

Упершись рукой в стену здания, он стряхнул с себя капли дождя и поспешно снял ботинки. Распахнув заднюю дверь, он вскочил внутрь.

— Харон! — окликнул его Лэит, наконец догнав.

Харон обернулся к Королю.

— Оставь меня.

— Что, блять, произошло с тобой, приятель? — потребовал ответа Лэит.

Харон схватился за спинку стула, когда его накрыла очередная волна волшебства.

— Ты разве не чувствуешь это?

— Что? Магию Лауры? Так вот из-за чего все дело?

Харон смог нормально соображать только потому, что магия немного ослабла.

— Не тревожьте нас, — бросил он и на всей скорости поспешил вверх по лестнице и по коридору, пока новая волна вновь не врезалась в него.

Резко открыв дверь, мужчина обнаружил Лауру стоящей посреди комнаты. Она опустила руки, которые были подняты перед нею и нахмурилась, заметив его.

— Харон?

— Боже, женщина. Что ты делаешь со мной? — прорычал он, входя внутрь и захлопывая за собой дверь.

Не дав ей времени ответить, он прижал девушку к стене и смял губы поцелуем. Поцелуй был почти жестоким от желания, но она застонала в его рот, что заставило и без того разгоряченное тело пылать еще больше.

Ее руки вцепились в его рубашку, когда он обхватил ее грудь. Девушка обернула одну ногу вокруг его бедра, в то время как он терся об нее своим возбуждением.

Их горячая сцена была прервана стуком в дверь.

— Я собираюсь убить того, кто бы это ни был, — прохрипел Харон, прижавшись своим лбом к ее.

Лаура засмеялась и поглядела на дверь.

— Вчера вечером у нас было несколько часов для уединения.

— Я попросил Лэита не беспокоить нас. Слишком хочу тебя, — когда девушка нахмурилась, Харон поднял голову и сказал: — Я чувствую твою магию. Ты использовала ее.

— Да. Пыталась изучить. Это из-за этого ты ворвался сюда таким встревоженным?

— Да.

Ее взгляд из-под ресниц заставил его член напрячься.

— Мне нравится. Теперь я знаю, как позвать тебя.

— Чародейка, — пробормотал мужчина, покусывая ее ушко.

В дверь снова постучали. Харон вздохнул и прошел к двери. Распахнув ее, он обнаружил на пороге ухмыляющегося Хэла.

— Какого хрена усмехаешься? — потребовал ответа Харон.

— Мы там заключили пари, сколько раз сможем прервать вас.

Харон оперся рукой на дверной проем и проворчал.

— Лучше бы у тебя была более веская причина барабанить в дверь, Дракон.

— Так и есть, Воитель, — ответил тот, все еще ухмыляясь. — Прибыли твои друзья.

— Сколько?

— Фэллон принес четырех, прежде чем “прыгнул” снова. Лукан, Кара, Брок и Соня ждут тебя с Лаурой внизу.

Харон повернулся к девушке, когда Хэл ушел. Та была бледна, неподвижно стоя возле окна. Беспокойство быстро смыло его желание.

— Они — хорошие люди.

— Я знаю. Ты постоянно говоришь мне об этом.

— Тогда чего ты боишься?

Она пожала плечами и нервно прикусила губу.

— Ты не доверял мне. Что, если они тоже не станут?

— Они поверят.

— Как ты можешь быть так уверен?

— Потому что я им так сказал.

Ее зеленые глаза округлились.

— Ты сделал это ради меня?

— Да.

У него были серьезные основания сомневаться относительно нее, и все еще был шанс, что Джейсон как-то поработал над ее сознанием. Но Харон нуждался в ней. Независимо от того, что произойдет, они справятся с этим.

Он протянул руку и подождал, пока девушка примет ее. Приобняв Лауру, Харон двинулся к двери.

— Ты должна знать только, что каждый Друид, из присутствующих здесь, будет стоять за тебя горой.

— Они сильны.

Воитель кивнул и они, покинув комнату, спустились в холл.

— Очень. Как и ты. Может быть, ты еще не знаешь, как использовать свою магию в полную силу, Лаура, но я ощущаю твою магию. Она очень мощная.

— Думаешь, нужно меня приободрить?

— Нет, но я буду тебя поддерживать все равно.

К тому времени, как они достигли лестницы, Лаура начала расслабляться. Харону нравилось ощущение ее руки, ему нравилось, как горят ее глаза при взгляде на него.

— Кара была первой из Друидов, появившейся в замке Маклаудов, — объяснил Харон. — Лукан спас ее, когда она упала с утеса. Соня была второй, она прибыла в замок, потому что деревья сказали ей, что она нужна им.

— Деревья? — прошептала Лаура с благоговением. — Она может общаться с деревьями?

— Да. Она пришла, чтобы научить Кару магии, так как Кара не знала, что она Друид. Лукан — средний брат Маклаудов. Ты можешь узнать его по маленьким косичкам на висках. И Маклауды носят торки.

— Очень интересно. Кто такой Брок?

— Хм, Брок, — произнес Харон, подумав о Воителе. — Он крылатый Воитель. На протяжении многих веков он шпионил за Дейдре.

— Какая у них сила?

— Лукан может вызывать темноту и тени вокруг себя, а Брок может найти кого угодно, где угодно.

Лаура остановилась, немного не дойдя до гостиной. Она слышала голоса в комнате.

— Они полюбят тебя, — заверил девушку Воитель.

Она повернулась к нему, во взгляде было беспокойство.

— Ты уверен?

— Да, — он потянул ее в свои объятия и взглянул в глаза.

Харон запечатлел на ее губах нежный поцелуй. Он знал, что их время вдвоем закончилось, и это терзало его. Хотелось реветь от ярости. У него не было сил оторваться от нее.

Существовало зло, чтобы бороться.

И его женщина, чтобы защищать.

Харон открыл было рот, чтобы сказать Лауре о том, что она теперь его судьба, но в этот момент рядом с ними в холле появился Фэллон.

Лаура ступила из рук Харона с нежной улыбкой. И впервые в его очень длинной жизни, мужчина чувствовал, как для его силы нет преград.

Глава 39

Эйсли резко остановилась в небольшой роще деревьев, когда Дейл схватил ее за руку. Она замерла, прислушиваясь к тому, что Воитель легко мог услышать своим обостренным слухом.

Секунду спустя, Дейл повернулся к ней, но просмотрел поверх ее плеча, на Джейсона.

— Тихо.

— И что? — нетерпеливо прошептал Джейсон. — Они и так не стали бы производить много шума.

Эйсли заметила, как Дейл сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Хорошо для Джейсона, что это он контролировал Дейла, иначе Воитель давно уже оторвал бы Уоллесу голову.

— Иди, посмотри, Эйсли, — приказал Джейсон, подталкивая ее сзади.

Девушка стиснула зубы, услышав скрипучее хихиканье Минди. Эйсли повернулась, и, впившись взглядом в Друида, процедила:

— Думаю, Минди следует пойти в одну сторону, пока я обойду с другой. Окружим их.

Это мгновенно заставило сучку замолчать. Эйсли почти подпрыгнула от радости, когда Минди метнула взгляд к Джейсону и вскрикнула от ярости, когда тот кивнул, в знак приказа повиноваться.

Когда Эйсли проходила мимо Дейла, Воитель подмигнул ей, но тут же спрятал улыбку, поворачиваясь к Джейсону. Девушку омыло волной облегчения от того, что она не совсем одинока. Дейл был сейчас единственным существом, наиболее близким к понятию “друг”. Эйсли отчаянно надеялась на то, что он сумеет протянуть достаточно долго, чтобы она смогла отплатить за все те случаи, когда он прикрывал ее зад.

Эйсли посмотрела на обваливающийся коттедж в трехстах ярдах (ок. 274 м — прим. пер.) от нее. Чтобы добраться до постройки, придется покинуть безопасную тень деревьев.

Вместе с Бритт было два Воителя и Друид, Эйден. Она видела, как дрался Эйден в переулке Эдинбурга. Он умеет постоять за себя, так что не стоит сбрасывать его со счетов.

Что-то было в этом Друиде, какое-то безрассудство, которое подсказывало Эйсли о его чувствах к Бритт, о том, что он способен на все, ради ее безопасности.

Какой бы была ее жизнь, если бы за ней присматривал кто-то, похожий на Эйдена? Эйсли мысленно встряхнула головой, чтобы очистить ее от этих мыслей, и сосредоточилась на хижине.

Кто нападет на нее первым? Воитель или Эйден? Эйсли прокрутила в голове оба сценария, пробираясь к коттеджу между деревьев. Она пошла с правой стороны, а Минди с левой.

Эйсли пригнулась и пробежала последние несколько фунтов, пока не оказалась около окна. Она медленно заглянула через сломанные жалюзи и увидела спящую в кресле Бритт.

Гален и Куинн были осторожны. Они будут патрулировать территорию и, несомненно, почувствуют магию Друидов. И узнают об их присутствии. Но куда подевались Воители?

Что-то было не так. Эйсли мгновенно почувствовала это. Была это ловушка или нет, но в воздухе витала какая-то тайная угроза. Не хотелось бы, чтобы Воители замка Маклаудов схватили ее, но, с другой стороны, они могут убить ее вместо того, чтобы брать в плен.

Эйсли обошла коттедж кругом и подошла к другому окну. Там она смогла разглядеть другую фигуру. Не увидела лица человека, но подозревала, что это был Эйден.

Окинув взглядом пространство перед собой, девушка ожидала атаки Куинна или Галена. Джейсон сообщил ей, что Куинн умеет управлять животными, а Гален — читать мысли.

Воители многое узнают о Джейсоне, если Гален прикоснется к ней. Вот тогда-то Эйсли и поняла, что Джейсон не допустит, чтобы ее взяли в плен. Он убьет ее, как только Куинн или Гален появятся на горизонте.

Эйсли не должна была удивляться, но все же поняла, что удивлена. Она была расходным материалом для Джейсона. Он сомневался в ней и уже это означало смерть для нее.

Так или иначе.

Эйсли сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, сосредоточившись. Она почувствовала вибрацию своей магии, позволяя ей наполнить себя.

Если она умрет, то по-своему. Если у нее осталась хоть толика свободы то точно не позволит себе погибнуть от руки Джейсона.

Она расправила плечи и оттолкнулась от коттеджа, обходя его вокруг и заходя с передней стороны. Минди уже стояла там, готовая прикоснуться к дверной ручке. Прежде чем Эйсли смогла остановить ее, женщина открыла дверь и вошла внутрь.

Эйсли сделала шаг в ее сторону и остановилась. Что-то коснулось ее кожи. Это что-то было легким, как нежное прикосновение, нежным, как поцелуй. И восхитительным, как летний день.

Оно исчезло так же быстро, как и появилось. Эйсли никогда ничего подобного не испытывала. Она не знала, что это было, но это что-то было впечатляюще.

Девушку так поглотило произошедшее, что была застигнута врасплох, услыхав крик Минди, после которого, Эйден с Бритт выбежали из коттеджа.

Эйсли бросилась за ними, но Минди бросила в беглецов взрыв магии, который заставил Эйсли упасть на землю.

— Они мои, — прошипела Минди сквозь стиснутые зубы, выбегая за ними.

Эйсли поднялась на ноги и поспешила обратно к Джейсону.

— Эйден и Бритт сбежали, — задыхаясь, сообщила она ему.

Джейсон посмотрел на нее, сузив холодные голубые глаза:

— Почему ты не побежала за ними?

— Минди захотела поймать их сама. Она сейчас гонится за ними.

Джейсон улыбнулся, довольный ее ответом.

— Где Гален и Куинн? Куинн не оставил бы своего сына надолго.

— Я не видела Воителей в коттедже, — Эйсли огляделась, заметив, что несколько других Друидов и Дейл отсутствовали. — Где Дейл?

— Охотится, — ответил Джейсон.

Это означало, что Дейл охотился на Воителей.

— Они здесь, — прошептал Джейсон, прислоняясь плечом к одной из высоких сосен. — Я знаю, Гален и Куинн рядом. Дейл не подведет меня. Он приведет ко мне хотя бы одного из Воителей.

— Они старше Дейла, — отметила Эйсли. — А значит, сильнее. Их силы превосходнее, так как они полностью контролируют своих богов.

Голова Джейсона медленно повернулась в ее сторону.

— Ты сомневаешься во мне, кузина?

— Просто констатирую факты, кузен.

— Не очень мудро.

Она пожала плечами.

— Если ты ищешь предлог убить меня, то не утруждайся. Просто сделай это.

— Ты все еще можешь оказаться полезной, — сказал Джейсон с насмешкой. — Но я сомневаюсь, что это продлится долго.

Эйсли открыла рот, чтобы ответить, как Минди испустила пронзительный крик, который резко прервался. Джейсон сорвался туда, откуда донесся звук.

Эйсли огляделась вокруг и поняла, что осталась одна. Она могла рискнуть и сбежать. Джейсон, конечно, найдет ее, и то, что сделает с ней, будет ужасно.

— Это твой шанс, — сказал Дейл, выходя из-за дерева.

Эйсли подпрыгнула и обернулась. Хмурые морщины рассекали его лоб, уголки губ были опущены.

— Что ты здесь делаешь? Я думала, ты ищешь Галена и Куинна?

— Их здесь нет. Но все же, что-то есть.

— Друид?

Дейл покачал головой.

— Я подозреваю, что это другой Воитель. Не беспокойся об этом. Ты должна уйти. Джейсон все равно просто дал бы убить тебя.

— Я знаю.

— Хочешь умереть?

Эйсли отвернулась от пронзительного взгляда Дейла.

— Это был мой выбор. Буду жить или умру — это все — моя судьба.

— Ты заслуживаешь лучшего. Ты заслуживаешь большего.

Она заставила себя улыбнуться, пораженная слезами, которые внезапно наполнили ее глаза.

— Ты бы так не сказал, если б знал меня настоящую. Прежде чем стать Дарау, я не была хорошим человеком.

— Никто не идеален, — прошептал он.

Мгновение спустя, раздался полный ярости крик.

Эйсли пронзила дрожь неприятного предчувствия.

— Это Джейсон.

— Я думаю, тебе больше не придется беспокоиться о Минди, — сказал Дейл. — Пойдем. Мы должны добраться до Джейсона.

***

Лаура стояла у двери в гостиную, где собрались Друиды замка Маклаудов, чтобы рассказать о происходящем в последние несколько часов.

Она многое поняла, просто наблюдая за ними. Никто из них не соперничал за власть над другими. Это выглядело так, будто каждому из Друидов было комфортно с себе подобными.

В новинку для девушки, выросшей в совсем другой обстановке. Особенно теперь, когда она знала, что ее магию украли. Друиды громко смеялись и много обнимались.

Печаль легла тяжелым бременем, когда в комнате пошли разговоры о невинных, умирающих в Эдинбурге. Она прислонилась спиной к двери и наблюдала за тем, как Маркейл обняла Кару.

Лаура, возможно, и не была представлена им, но смогла запомнить их имена по тому, как они приветствовали друг друга. Она ждала случая, чтобы узнать имена остальных людей, но к ней повернулась женщина с серебристыми волосами и удивительными изумрудными глазами .

— Ты, должно быть, Лаура, — сказала женщина, приветливо улыбаясь и направляясь к ней. — Прошу прощения, что мы не заметили тебя. Это был трудный вечер. Я Даниэль Керр, но все зовут меня Дани.

— Дани, — повторила Лаура. — Приятно познакомиться.

Руку протянула женщина с черными волосами и фиалковыми глазами.

— Я — Гвинн. Мы надеялись встретиться с тобой, пока ты была в замке, но Харон хотел заполучить тебя в свое полное распоряжение.

Довольно милый способ сообщить о том, что Харон не допускал ее к другим, потому что сомневался в ней. Лаура пожала руку Гвинн.

Неожиданно она оказалась окружена всеми девятью Друидами. Лаура переводила взгляд с одной женщины на другую, не зная, как реагировать.

Вышла вперед Кaрa с ее роскошными каштановыми кудрями.

— Вижу, Харон, наконец, пришел в себя. Мы довольно шумная толпа, поэтому, пожалуйста, прости нас. Мы не ждем, чтобы ты запомнила имена каждой из нас. Я — Кара Маклауд. Лукан — мой муж.

Лауре вскоре представили Маркейл, Айлу, Риган, Соню, Тару и Ронни.

— Нам не хватает только Шафран и Ларены, — сообщила ей Тара. — У Шафран маленький ребенок, и она старается держать малышку подальше от селмуров и Джейсона.

Айла кивнула. Черные, как смоль, волосы были заплетены во французскую косу, свисавшую до талии.

— Камдин, конечно, с ними.

— А Ларена? — спросила Лаура.

Ронни ухмыльнулась, в уголках ее карих глаз появились морщинки.

— Не могу дождаться вашей встречи. Она единственная женщина-Воитель.

— В самом деле? — удивилась Лаура. Она думала, что Воителями могут быть только мужчины. Но есть и Воительница. Это было интересно, и Лаура, действительно, не могла дождаться встречи с Лареной.

— Вы же понимаете, что она наш первый Друид-англичанка, — отметила Маркейл.

Лаура посмотрела в необычные бирюзовые глаза Маркейл.

— Первый?

Тара взяла ее за руку и подвела ее к одному из диванчиков.

— Это так. Гвинн была первой американкой. Дани наполовину американка, а Шафран и Ронни обе американки.

— Кэсси и Елена тоже из Штатов, — сказала Лаура, называя имена жен Королей Драконов.

— Кто? — спросила Риган, сидевшая напротив Лауры

— Ох, — воскликнула Лаура, понимая, что девушки еще не встретились ни с одной из женщин в Дреаган. — Кэсси — жена Хэла, а Елена вышла замуж за Гая. Они живут здесь.

Айла наклонилась вперед, и понизив голос, уточнила:

— Ты ведь знаешь, что Дреаган на гэльском означает “дракон”?

Лаура отвернулась и прикусила губу, чтобы сдержать улыбку. Она не могла поверить, что Друиды еще не знали о существовании Королей, да и когда Воители успели бы им все рассказать?

— Лаура, — позвала Гвинн. — Что тебе известно?

Девушка оглядела сидящих вокруг.

— Не уверена, что именно я должна рассказывать об этом.

— Давай же, — поторопила Дани с усмешкой. — Кто знает, когда наши мужчины будут здесь, что бы все рассказать?

Остальные закивали головами в знак согласия. Лаура посмотрела сквозь одно из высоких окон, и увидела, что дождь пошел сильнее. Было трудно понять, слышала она гром или это были драконы.

Она встала и подошла к окну. Буря заволокла небо, а в сочетании с дождем было почти невозможно разглядеть фигуры драконов, летящих в облаках.

— Это нужно увидеть, — сказала Лаура в тишине, воцарившейся в комнате.

Мгновение спустя, Риган уже стояла рядом с ней.

— Что нужно увидеть?

Лаура указала на небо как раз в тот момент, когда янтарный дракон вынырнул из облаков.

— Это. Надо увидеть это.

Увидав драконов, Друиды одновременно издали удивленный вздох.

— Они настоящие, — ошеломленно пробормотала Айла.

— Самые что ни на есть настоящие, — послышался интеллигентный голос сзади.

Лаура обернулась, обнаружив Джейн.

— Я никогда не устану наблюдать за ними.

— Я тоже, — рассмеялась Джейн. — А я ведь жена одного из них. Я приготовила чай, но, с недавних, Кон отослал отсюда всех, кто не является Королями или их парами, так что, боюсь, мне понадобится небольшая помощь.

Тара положила свою руку на руку Джейн.

— Короли Драконов? Это то, чем они являются?

— Я вам все расскажу за чаем, — пообещала Джейн.

Когда Джейн сопроводила всех на кухню, Лаура последней покинула кабинет. Харон был прав. Друиды были не только добрыми, но гостеприимными.

— Ты в порядке? — спросила Джейн.

Лаура кивнула и пошла рядом с Джейн на кухню.

— Я не знала, что они могут подумать обо мне.

— Они были бы дураками, если б не смогли разглядеть, какой ты замечательный человек. Ты Друид, Лаура. Из того, что Харон сказал Бэнану, вас осталось очень мало. И мне кажется, они защищают своих.

Лаура остановилась в дверях кухни.

— Теперь и у меня есть, что защищать. Друидов, Воителей и Драконов.

Джейн сжала ее руку, прежде чем провела на кухню и начала свой рассказ о Королях.

Глава 40

Харон стоял на вершине горы и набирал номер Фелана. И, в очередной раз, его отправляли на голосовую почту. Харон убрал телефон в карман.

— С ним все в порядке, — произнес Арран сквозь рев шторма.

— Очень надеюсь, — Харон не хотел даже думать, что Уоллесу удалось добраться до Фелана.

Йен сжал руку на плече Харона.

— Фелан умен и осмотрителен. Он будет здесь.

Они стояли под дождем уже почти час, внимательно вглядываясь в пейзаж. Харон указал, где хотел бы окружить Уоллеса, а затем показал им два места в долине, которые могли быть потенциальными проблемами.

Харон разрывался между беспокойством о своем друге и мыслью о защите Лауры. Ей никогда прежде не приходилось участвовать в сражении. Она не знала, каково это — столкнуться с черной магией или любым другим волшебством.

Как он мог сконцентрироваться на предстоящей битве, если может думать только о ней? Харон никогда себе не простит, если с девушкой произойдет что-то плохое.

— Это ад, — сказал Логан, приближаясь.

Харон нахмурился, посмотрев на Воителя.

— Что именно?

— Размышления не помогут тебе защитить твою женщину во время сражения.

Харон отвел взгляд и нервно сглотнул.

— Как ты справляешься с этим?

— С трудом.

Харон встретился с карими глазами Логана, прежде чем оба сдавленно засмеялись.

— У тебя нет выбора, кроме как доверять ей и другим Друидам, — сказал Логан. — Первый раз самый трудный.

— Потом станет легче?

— Нет, — признался Логан, его улыбка померкла. — Каждый раз такое ощущение, что проходишь через ад. И только после того, как сражение закончено, и ты можешь вновь держать ее в своих руках, только тогда ты понимаешь, что прошел через это.

Харон убрал влажные волосы назад, капли дождя попадали в глаза.

— Я не хочу всегда волноваться о ней так, как сейчас.

— Я в свое время не хотел любить Гвинн, но мы не выбираем, когда любовь находит нас.

— Любовь не нашла меня, — резко произнес Харон.

Логан усмехнулся.

— Уверен, друг мой?

Харон обдумывал слова Логана еще долго после того, как Воитель ушел. Любил ли он Лауру? Была ли это любовь, что сводила с ума, когда девушка была вдали от него?

Любовь ли заставляла его жаждать ее прикосновений?

Любовь ли толкала его в ее объятия?

Харон ничего не знал о чувствах. Но от мысли, что Лаура может исчезнуть из его жизни, он был готов рвать и метать.

Дракон цвета синей полуночи приземлился у подножия холма и повернул свою огромную голову к Харону. Воитель уставился на массивное тело, длинную шею и хвост с подобными драгоценному сапфиру чешуйками.

Харон мог поклясться, что дракон улыбнулся ему, продемонстрировав ряды крупных зубов. И в следующий миг, сместившись в человеческую форму, на месте дракона стоял Бэнан, абсолютно голый.

Преодолев расстояние в два прыжка, Харон подбежал к Бэну, рассматривая двух переплетенных драконов, вытатуированных красными и черными чернилами. Или не чернилами? Харон не был уверен ни в чем, когда дело касалось Королей.

— Что там?

— Группа Куинна приближается, — сообщил Бэнан.

— А Уоллес?

Бэнан нахмурился.

— Он не так далеко.

— Какой-нибудь след Фелана?

Немного поколебавшись, Бэнан покачал головой. Харон провел рукой по лицу.

— Сколько у нас времени до прибытия Уоллеса?

— Учитывая шторм, я бы сказал, что около двух часов.

Не сказав больше ни слова, Бэнан вновь стал драконом. Издав рев, он расправил темно-синие крылья и, взмыв в воздух, улетел.

— Не думаю, что когда-либо привыкну к этому, — произнес Лукан, подходя к Харону.

Харон обнаружил над собой несколько драконов.

— Они знали о нас с самого начала.

— Я знаю. Фэллон рассказал.

— Он зол? А ты из-за того, что они не помогли нам с Дейдре?

Лукан вздохнул и в этот момент молния разрезала небо.

— И да, и нет. Фэллон чувствует тоже самое. Я не верю, что Короли позволили бы Дейдре или Деклану взять над ними верх.

— Джейсон, должно быть, представляет собой реальную угрозу, раз они согласились помочь, — отметил Харон.

— Возможно, — Лукан перебирал рукой голову грифона на своем торке, который носил вокруг шеи в течение семисот лет. — С драконами мы сможем уничтожить Джейсона.

— А селмуров?

Лукан выдал череду проклятий.

— Это совершенно другое дело.

Харон видел, на что способны селмуры. Он знал, что те за секунду убьют Лауру. Или даже его. Не имело значения, насколько сильным он был, или какого бога он носил. Селмуры были слишком могущественны.

Они могли исчезнуть по ветру, обернувшись серым туманом, а затем внезапно появиться вновь. Арран был укушен ими и чуть не умер.

Воитель описал ощущение от их укусов: кожу разъедало подобно кислоте, а поскольку селмуры выпивали кровь своих жертв, несчастные настолько слабели, что не могли шевелиться. А в случае Воителем, это означало, что он не мог призвать своего бога и использовать свою силу.

Харон знал, что вероятность выжить после этой схватки ничтожно мала, но он постарался обеспечить безопасность для Друидов. В случае, если селмуры и Уоллес одержат верх, Короли гарантировали защиту Друидам.

Единственная проблема состояла в том, что, находясь вдали от замка и магического щита Айлы, Друиды становились смертными.

У Лауры не было надобности в щите, но Харон хотел, чтобы она тоже была там. Девушка имела право на длинную и счастливую жизнь. И он хотел быть там, с ней.

Харон заметил Кона, вместе с Фэллоном, пересекающих долину. Они с Луканом направились к ним.

— Все на местах, — сообщил Кон.

— Все Короли помогают нам? — спросил Лукан.

Было тонкое изменение в поведении Кона, которое сказало Харону, что что-то пошло не так.

— У нас есть все, в чем мы нуждаемся, — заверил Кон.

Мгновение спустя Фэллон и Лукан ушли. Харон подождал, пока они будут вне зоны слышимости и спросил: — Все хорошо?

— Есть несколько непробужденных Королей.

Харон был более, чем удивлен, услышав подобную информацию от Кона, но еще более заинтригованным — что это могло означать для драконов?

— И часто это происходит?

— Иногда Король может проспать в течение нескольких тысяч лет. Кое-кто впал в спячку задолго до построения пирамид. Большинство из нас понимают, что нужно двигаться вперед, как бы трудно ни было без наших драконов.

— Они просто просыпаются и обнаруживают вокруг себя новый мир?

— В обязанности тех, кто не спит входит прожить по веку или около того, а затем поведать остальным о происходящем.

— Они же спят.

Кон усмехнулся.

— Но дракон всегда услышит другого дракона.

Дождь утих, и Харон тряхнул головой, сбрасывая воду.

— Зачем ты рассказываешь это мне? Мог бы рассказать это Фэллону.

— Ты недооцениваешь себя, — сказал Кон, внимательно глядя на Харона своими черными глазами. — Я не рассказываю это Фэллону, потому что не хочу чтобы он знал.

— А я?

Кон пожал плечами и жестом указал в сторону горы.

— Ты кажешься частью этого. Я не могу объяснить — ты не один из нас, но все же чувствую, что ты принадлежишь нам также, как и Воителям.

— Я никому не принадлежу.

Усмешка тронула губы Кона.

— Кое-кто с тобой не согласен.

Лаура. Харон посмотрел на запад, в сторону особняка.

— Да, — пробормотал Кон, — Невероятно красивая у тебя женщина. Ты сказал ей о своих чувствах?

— Все, кажется, думают, что знают, что я чувствую, когда я сам не знаю, — выдавил Харон.

— Пожалуй, не время думать об этом. Уоллес скоро будет здесь. Селмуры продолжают испытывать нас, но мы пока удерживаем тварей.

— А группа Куинна? Как мы их доставим сюда, если Фэллон не может телепортировать их?

Тогда Кон усмехнулся.

— Кэсси и Елена отправились за Бритт. Куинн дозвонился до Фэллона около тридцати минут назад. Они попробуют провести Бритт как можно ближе к селмурам.

— А что на счет Эйдена, Куинна и Галена?

Улыбка Кона поблекла.

— Мои Короли постараются обеспечить им проход мимо тварей.

— Я помогу.

— Ты нужен здесь, — сказал Кон, когда Харон хотел отвернуться. — Подожди. Расскажи мне о Йене Керре?

— Йен? — переспросил Харон, повернувшись вновь к Кону. — О чем ты еще не знаешь и хотел бы узнать?

— Мы, возможно, знаем некоторых Воителей лучше, чем других. Например, мы знали какая сила у Брока. Впрочем, это не означает, что мы знаем всех вас лично. Итак, расскажи мне о Йене.

— Он и его близнец были пленены Дейдре. Они были в Керн Тул, в то же время, что и я. Затем Дейдре убила Дункана.

— Дункан, — пробормотал Кон. — Так близнец мертв?

— Да. Сейчас Йен удерживает в себе силу бога, которую они с Дунканом разделяли вместе.

Кон склонил свою голову.

— Это все, что мне было нужно.

Вокруг них раздался грохот грома. Но даже когда раскаты прекратились, дождь все еще заглушал рев нескольких драконов. Массивные, величественные тела блестели от влаги. Один за другим, они исчезли за горой.

Кон сказал, что Харон принадлежал им. Все — Короли, Воители, Друиды и смертные — сейчас зависели от него и его плана. Он обязан довести дело до конца.

— Фелан, лучше бы тебе быть здесь, — прошептал мужчина.

Кон начал расстегивать рубашку. Он рванул ее и скомкал влажную ткань, прежде чем отбросить.

— Он будет здесь.

Харон заметил тату на спине Кона. Это была та же смесь черных и красных чернил, но теперь был изображен лежащий дракон; его крылья были распахнуты, захватывая всю спину Кона, а хвост зверя обвивался вокруг бедра мужчины.

— Куда ты идешь? — спросил Харон у удаляющегося Константина.

Кон оглянулся через плечо с хищным взглядом на лице.

— В небеса, Харон. В небеса.

Харон наблюдал за Коном до тех пор, пока тот не скрылся за холмом. Затем повернулся к ожидающим его Воителям.

Он вытянул руку, наблюдая, как кожа обретает оттенок меди, как из его пальцев вытягиваются длинные когти. Внутри него ревел Рэнмонд, с нетерпением, предвкушая кровь и смерть.

Уоллес нанес достаточно ущерба. Пришло время ему умереть, как Дейдре и Деклану. Больше им не страшны Драу.

Потом Харон поможет Маклаудам в поисках нужного им заклинания. Харон еще не решил свяжет ли своего бога или нет. Он решил отложить решение этого вопроса на другое время.

Сейчас… сейчас настало время для битвы.

Темный силуэт Воителя поднялся в небо. Брок расправил крылья цвета индиго и пролетел над Хароном, отправляясь на свое место для битвы.

Каждый Воитель знал, что должен делать. Каждый был готов отдать свою жизнь, если это поможет уничтожить Уоллеса.

Харон потер место раны от клинка. Это было, своего рода, предупреждение, но Воитель не нуждался в нем. Он мог чувствовать приторную магию Драу, пробирающуюся к ним.

— Давай, Уоллес. Пришло время сдохнуть, — усмехнулся Харон.

Глава 41

— Замедляйся, — направлял Куинн с заднего сидения. — Остановись, прежде чем достигнешь реки.

Эйден крепко держал руль. Ему не нравился план. Хотя нет, план был хорошо. Проблему составлял факт, что Бритт пойдет без него.

— Сюда, сын, — сказал Куинн.

Эйден нажал на тормоз угнанной машины и остановился перед мостом. Бритт посмотрела на него, в нежно-голубых глазах был страх.

— Ты будешь в порядке, — пообещал он. Эйден не был уверен во всех деталях, но его отец пообещал, что все сработает. Отец никогда прежде не лгал ему.

Бритт наклонилась и быстро поцеловала его.

— Скоро увидимся?

— Да. — Он придал своему голосу легкость, которой не чувствовал. Позади остановилась другая машина.

Оттуда вышел Гален. Прибыл еще один автомобиль, к которому и направился Воитель. Эйден смотрел в зеркало заднего вида, наблюдая за тем, как Гален разговаривает с кем-то на пассажирском сидении.

Моментом позже, Гален посмотрел на Эйдена и кивнул. Эйден притянул Бритт, чтобы снова поцеловать.

— Пора.

— Пойдем, милая, — сказал Куинн. — Я провожу тебя.

— Не нужно, — сказала незнакомая женщина, открывая дверь со стороны Бритт и наклоняясь, заглянула в салон.

Она накинула капюшон, но из под него выглядывали пряди черных волос, прилипших к лицу. Женщина посмотрела на заднее сиденье и Куинна, потом перевела взгляд на Эйдена, и, наконец, на Бритт.

— Меня зовут Елена. Константин и Харон отправили меня сюда, чтобы доставить в Дреаган Бритт.

Эйден наклонился и спросил: — Вы уверены, что сможете доставить ее в особняк?

Темно-зеленые глаза Елены смягчились.

— Мы смогли выйти. И мой муж не далеко. Он наблюдает, как мы разговариваем. Если возникнут проблемы, он поможет. Бритт в хороших руках. Я обещаю.

— Будь осторожен, — сказала Бритт, а затем вышла из машины и направилась к внедорожнику за ними.

Елена быстро последовала за Бритт, а Гален скользнул на переднее сиденье.

— Она в надежных руках, — сказал Куинн.

Эйден вздохнул. Неуверенность опустилась на него тяжелым грузом.

— Точно? Кто эти люди?

— Драконы, — ответил Гален.

Голова Эйдена дернулась в сторону Галена, потом он развернулся на сиденье и посмотрел на отца.

— Что?

Куинн кивнул.

— Они драконы. Я не знаю всей истории. Уверен, что мы все узнаем, как только окажемся там.

— Ты имеешь в виду, если мы сможем пройти мимо селмуров, — сказал Эйден.

Гален усмехнулся.

— Не забывай о Джейсоне, висящем у нас на хвосте. Будет интересно.

В этот момент Эйден все понял.

— Мы — приманка. Мы чертова приманка!

— Да, — сказал Куинн с усмешкой. — Кто-то должен был привести Уоллеса в Дреаган. Кто сделает это лучше людей, за которыми он гонится.

— А селмуры?

Гален потер руки.

— Я готов к схватке с ублюдками. После того, что они сделали с Арраном, я жажду расплаты.

Эйден покачал головой, глядя на отца и Галена. До этого их желание сражаться все нарастало по мере того, как мужчины приближались к месту встречи для передачи Бритт.

Теперь, когда Бритт уехала, Эйден был удивлен, что оба Воителя тотчас же не выпрыгнули из машины, заманивая Уоллеса. Они всегда были такими перед битвой. Они этого не замечали, он это было частью того, кем они являлись, частью богов внутри них.

Но Эйден имел возможность наблюдать со стороны. Раньше это пугало его, но сейчас он знал, что это их способ подготовки. Он завел машину и тронулся по дороге. Дворники были включены на максимальную скорость, но все равно не были в состоянии справиться со струями льющейся с неба воды.

— Далеко еще до земель Дреаган? — спросил он.

Гален рассмеялся.

— Парнишка, мы едем по ней уже в течение часа.

— Мне бы хотелось, чтобы однажды вы перестали считать меня ребенком, — заявил он, выезжая на узкий мост.

Куинн наклонился и положил руку на плечо Эйдену.

— Мы думали, что лучше будет не пугать Бритт еще больше.

— Ты прав, — Эйден замедлился, выезжая на узкую дорогу. — Куда я должен ехать?

— Нужно ехать медленно. Очень медленно.

Гален заерзал на сиденье, его взгляд был устремлен на боковое зеркало заднего вида.

— Мы должны дать Уоллесу время засечь нас.

***

— Я убью их. Медленно. Болезненно.

Эйсли выслушивала унылую речь Джейсона уже в тысячный раз, с тех пор, как они нашли Минди с вырванным из ее груди сердцем.

Только одно существо было способно на это. Воитель. Эйсли ненавидела это признавать, но была рада, что Минди больше нет. И все же, девушка не пожелала бы такой смерти кому-то еще.

Эйсли облизала губы и посмотрела в окно машины, пытаясь игнорировать тот факт, что ее кузен вез на заднем сиденье мертвое тело своей любовницы.

Насколько близка была к смерти сама Эйсли? Почему Минди, а не она? Было ли случайностью то, что Воитель выбрал не ее?

Эти мысли крутились у нее в голове в течение последнего часа, пока они ехали на север, преследуя Эйдена и Бритт.

Воитель, который убил Минди, мог убить и остальных. Почему он этого не сделал? Он просто играет с ними?

— Это, должно быть Ларена, — сказал Джейсон. — Она использовала свою силу, чтобы стать невидимой, и подкралась к Минди. Это единственный способ застать Минди врасплох.

— Минди всегда была самонадеянной, — возразила Эйсли. — Ты не знаешь, что произошло.

Джейсон хлопнул по сиденью Эйсли.

— Я знаю, что это был Воитель. Это все, что мне нужно знать.

Дейл взглянул на нее, прежде чем свернул и остановил машину, ожидая, когда другой автомобиль проедет узкий мост. Потом Дейл продолжил движение.

— Они заманивают нас в ловушку, — сказал Дейл в тишине.

Джейсон фыркнул.

— Как будто какая-то ловушка сможет остановить меня.

— А что на счет нас? — спросила Эйсли, поворачиваясь к нему.

Джейсон просто ухмыльнулся.

— Вы не пострадаете, кузина. До тех пор, пока от вас есть польза.

— Думаешь о том, что лучше бы не посылал Минди со мной на разведку в тот коттедж, не так ли?

— Ты чертовски права! — Джейсон глубоко вздохнул, его лицо расслабилось. — У Минди впереди было большое будущее, — спокойно сказал он.

— Но не у меня?

— Эйсли, — пробормотал Дейл, предупреждая.

Эйсли взглянула на Дейла, прежде чем вернула взгляд на Джейсона.

— Я права?

— У тебя был потенциал, но, кажется, ты … потеряла его. Ты никогда не могла придерживаться одного пути. Даже с твоим пло…

— Хватит! — закричала Эйсли. Ее магия забурлила в ней, призывая использовать ее на Джейсоне. Ее просто захватило необходимостью доставить ему столько же боли, сколько и он причинил ей.

И по улыбке кузена стало понятно, что он знал об этом.

Он всегда знал, где ударить, чтобы сделать больнее. Грудь Эйсли вздымалась, пока она пыталась взять себя в руки, а Джейсон искоса наблюдал за ней.

— Я задел тебя за живое, кузина? — спросил он невинно.

— Боже, как же я ненавижу тебя.

Джейсон рассмеялся и провел рукой по волосам Минди. Голова мертвой женщины откинулась назад.

— Если у тебя когда-нибудь “отрастут яйца”, чтобы побить меня, дай знать. Я бы хотел насладиться кратким развлечением.

Эйсли повернулась на своем месте, впившись глазами в лобовое стекло под завесой дождя. Был только один способ, которым она могла усмирить Джейсона — ей нужно обратиться к дьяволу, чтобы он дал ей силы, которые ей нужны.

Но хватит ли у нее мужества?

Вновь вернулись слова, которые злонамеренно шептали в ее голове после церемонии обращения в Драу.

“Твоя душа моя, Эйсли. Вся моя”.

Она попадет в ад в любом случае. Так почему бы не отправиться туда на своих условиях? Но она не могла вызвать Сатану прямо сейчас. Ей необходимо быть одной, но это невозможно с тех пор, как они направлялись прямиком в ловушку Эйдена и Бритт.

Предстоит битва. Она поняла это в тот же момент, как Джейсон выпустил свою магию на ничего не подозревающих людей Эдинбурга.

Он вывел войну на новый уровень, и теперь ни один из Воителей или Друид Замка Маклауд не останется в стороне и не допустит, чтобы это прошло безнаказанно.

У Эйдена и Бритт не было выхода, когда Джейсон использовал еще больше магии, чтобы не дать Фэллону телепортировать их в безопасное место. Они могли только убегать.

Тем не менее, Эйсли знала, что Воители замка Маклауд были умными и находчивыми. Они дали им слишком много времени, чтобы разработать план. Но, как обычно, Джейсон был слишком уверен в своих силах.

Будет смерть. Очень много смертей.

Дейл протянул свою большую мозолистую руку и на мгновение положил поверх ее, покоящейся на бедре, но девушка не смела взглянуть на Воителя. Если Джейсон заподозрит Дейла в лояльности к ней, он его сразу же убьет.

Эйсли не могла допустить, чтобы это произошло. Она не хотела чувствовать себя ответственной за него, но чувствовала.

Никто не должен умереть из-за нее. Никто.

— Они пытаются спрятаться в долине реки, — вдруг сказал Джейсон.

Почти мгновенно хлопанье дождя по машине усилилось десятикратно. Прогремел гром, и молния зигзагом разрезала небеса.

Эйсли наклонилась к окну ее двери и посмотрела на серое небо. Густые облака, тяжелые от дождя, блокировали любой солнечный свет.

— Кто из Воитель вызвал эту бурю? — спросил Джейсон с любопытством в голосе.

Дрожь прошла по спине Эйсли. Джейсону слишком нравилась эта игра в “кошки-мышки” с Маклаудами. Повезло, что больше нет магических существ, которые могли бы выбрать одну из сторон, потому что, она знала, они были бы в большом проигрыше.

Глава 42

Лаура стояла в гостиной особняка и вглядывалась в окно, надеясь, хотя бы мельком, заметить Харона сквозь завесу дождя.

— Ты не сможешь увидеть его, — сказала Дани, подходя к ней и вставая рядом. — Они позаботились о том, чтобы быть как можно дальше.

— Я знаю.

Дани скрестила руки на груди.

— Раньше мы, Друиды, находились в самой гуще событий. Но не в этот раз.

— Ты скучаешь по тем временам? — спросила Лаура, посмотрев на Дани.

— И да, и нет, — ответила девушка. — Страшно находиться в центре битвы, но я люблю наблюдать за Йеном. Он великолепен.

— Рамзи безжалостен, — прозвучал голос Тары позади них.

Лаура и Дани обернулись, обнаружив ее прислонившейся к двери с грустной улыбкой на губах.

— Однажды я чуть было не потеряла его. Мне нужно быть рядом с ним.

Дани быстро подошла к Таре и обняла ее.

— Рамзи был самым непреклонным в своих указаниях. Черт, да все они. Мы должны оставаться здесь.

— Наша магия может помочь им, — разозлилась Тара.

Лаура провела рукой по спинке кожаного дивана, ее пальцы останавливались на каждой выпуклости.

— Никто из вас не видел, на что способны селмуры.

Ронни вошла в комнату и остановилась, на ее лице читалась тревога.

— Нет, я представляю. Они двигаются очень быстро.

— Так же быстро, как ветер, — добавила Лаура.

Ронни кивнула.

— И опасны. Они напали на Аррана раньше, чем он понял, что произошло. Я могла только стоять там и беспомощно смотреть, как они кусают его и пьют кровь, будто чертовы вампиры.

— Харон не позволил мне взглянуть на мать и увидеть, что они с ней сделали. — Лаура опустилась на подлокотник дивана и обняла себя руками. — Но судя по тому, как действовали он и Короли Драконов, подозреваю, зрелище не из приятных.

— Хорошо, что ты не видела этого, — сказала Ронни. — Поверь мне, Лаура, я никогда не смогу забыть, как они хотели напасть на меня. Только сообразительность Аррана помогла мне выжить.

Дани резко выдохнула.

— Должно же быть что-то, чем мы можем быть там полезны. Это неправильно находиться здесь, а не рядом с нашими мужчинами.

— Нет, — сказала Лаура с дрожью в голосе. — Короли нам ясно дали понять. Селмуры питаются магией. Если пойдем туда и попытаемся применить магию, они нападут на нас. Чем больше магии мы будем применять, тем больше пищи они получат. Короли способны держать их в страхе, но Воители подвергают себя опасности только для того, чтобы получить шанс убить Джейсона.

Тара посмотрела на свои ногти и содрала кусочек синего лака.

— Рамзи надрал бы мне задницу, если бы я ушла из особняка.

Что-то в ее голосе привлекло внимание Лауры. Остальные женщины как-то странно посмотрели на нее, мелькнувшая на их губах улыбка убедила Лауру, что что-то определенно происходит.

— Нас охраняет Ларена? — спросила Ронни.

Лаура нахмурилась, вспомнив, как мельком видела женщину-Воителя час назад.

— Я слышала что-то о том, что она умеет становиться невидимой.

— Это правда, — сказала Тара, опуская руки. — Они не смогли дозвониться ни до Фелана, ни до Малкольма, поэтому забрали Ларену.

— Это означает, что нас никто не охраняет, — задумчиво протянула Дани.

Лаура оглянулась, услышав рев дракона. Харон был там, пытаясь заманить Джейсона в засаду, одновременно удерживая селмуров, подальше от них.

Воители пытались выполнить невыполнимую задачу. Харон бы не составил план, если бы не был уверен в его успехе, но шанс на победу был слишком мал.

— Я не могу сидеть здесь, сомневаясь, вернется ли ко мне Рамзи, — сказала Тара.

Дани поймала взгляд Лауры.

— Йен — мой мир. И если он в беде, то я хочу находиться там, рядом с ним.

— Но если ему придется беспокоиться о твоей безопасности, разве это не будет отвлекать его от сражения, подвергнув еще большему риску?

Ронни печально улыбнулась.

— Очевидно, что ты заботишься о Хароне, Лаура, но, возможно, это потому, что ты не видела, как близок он к смерти.

— Еще как представляю, — возразила девушка. — Он столкнулся с Джейсоном и его шайкой в одиночку ради меня. Я наблюдала, как против него применяли магию и Джейсон радовался ранам Харона. Я вынуждена была смотреть, как Харон умирает. Не говорите мне, что я не понимаю, какие это ощущения.

Дани взяла Лауру за руку и повернулась так, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Мы все это знаем. Просто… любить Воителя — значит, сходить с ума, расстраиваться и бояться. Они защищают тех, кого любят, о ком заботятся, и иногда это не позволяет им видеть, что мы можем быть полезны.

Лаура знала, что они имеют в виду. Получается, если бы она чувствовала тоже что и они, она должна любить Харона, а раз ее чувства отличались, что ж, значит, не любила.

Как-то все это не правильно.

Она любит его так сильно, что это причиняло боль. Она хотела кричать, зная, что он готов пожертвовать своей жизнью ради нее. Но так же она знала, что он должен сосредоточиться, чтобы воплотить свой план.

Он не сможет сделать это, если она будет там, с ним. Не важно, как бы она не думала, что может помочь или просто хочет быть рядом с ним.

Вместо того, чтобы спорить с Друидами, Лаура выдернула свои руки из рук Дани и снова уткнулась в окно. Тишина снова прервалась звуками шторма.

— Должно быть, ты действительно очень сильно любишь его, — сказала Тара.

Что-то сжалось в груди у Лауры, когда она вспомнила дразнящую улыбку Харона, его прекрасные темные глаза, невероятные поцелуи. Если уж начистоту, то она влюбилась в него в тот же миг, как мужчина улыбнулся ей, когда она в первый раз вошла в паб.

— Эта битва не только ради того, чтобы убить Джейсона, — сказала Лаура. — Для Харона это попытка искупления. Если я пойду туда, то буду отвлекать его. Я не могу разрушить шанс только потому, что хочу видеть его.

Лаура повернулась, чтобы видеть остальных Друидов в дверном проеме. Она не была уверена, как много они слышали, да это и не имеет значения. Слишком долго она прятала свои чувства ото всех, даже от самой себя.

— У меня есть идея, — сказал Айла, шагнув вперед, ее льдисто-голубые глаза, умные и добрые, сосредоточились на ней. — Для этого нужны все мы.

Янтарный взор Риган загорелся от волнения.

— Мы собираемся помочь нашим мужчинам и Королям. Никто не сказал, что мы должны быть в гуще битвы, чтобы использовать магию.

— Я, действительно, не знаю, как использовать свою магию, — сказала Лаура, когда Айла потянула ее в большой круг, который составили Друиды. Лаура хотела помочь, но боялась, что скорее будет мешать.

Айла заправила за ухо прядь своих длинных черных волос и подмигнула.

— Мы проведем тебя к древним. После этого ты быстро всему научишься.

— К древним? — Прошептала Лаура, опускаясь на пол и, скрещивая ноги, как это сделали другие.

Гвинн сжала ее другую руку.

— Закрой глаза, Лаура, и подумай о своей магии.

Лаура посмотрела вверх и увидела Джейн, которая стояла в стороне. Прежде чем Лаура закрыла глаза, в ней заструилась магия, девушка ободряюще улыбнулась ей.

***

— Вот дерьмо, — пробормотала Елена, когда машина вильнула на мокром участке дороги.

Взглянув в зеркало заднего вида, она увидела, как на заднем сидении кинуло в сторону Бритт. Елене удалось выровнять автомобиль.

— Может, мне надо было сесть за руль? — отозвалась Кэсси рядом с ней.

Елена закатила глаза.

— Отлично помню историю твоего первого дня в Шотландии. Для всех будет лучше, если вести буду я.

— У меня стало получаться хорошо, — защищаясь, сказала Кэсси, а затем разрушила все с улыбкой. — Ну, почти.

— Чуть-чуть, — сказала Елена, подражая горскому выговору.

— Не то, чтобы я не благодарна за все, что вы делаете, — сказала Бритт, хватаясь за ручку над дверью, когда Рендж Ровер подпрыгнул в воздухе и, прежде чем скатиться дальше по холму, жестко приземлился, сотрясая кости. — Но как, черт возьми, вы можете шутить в такой момент?

Кэсси посмотрела через плечо и засмеялась.

— Пробудь тут еще немного и поймешь.

Елена увидела приближающийся к ним темный силуэт.

— Думаю, что вижу Хэла.

— Вовремя, — заметила Кэсси.

Бритт взглянула в стальное серое небо в окне, но ничего не увидела. Она считала, что с Кэсси и Еленой будет безопасно, но начала задумываться, что, все же, было бы лучше остаться с Эйденом.

Вдруг что-то огромное выплыло из-за облаков и направилось прямо к ним. Бритт удивленно открыла рот, когда она увидела распахнутые огромные крылья, длинное тело и хвост.

— Это же… — она потеряла дар речи.

Елена резко выкрутила руль, Рендж Ровер отбросило в сторону и шины с трудом нашли свою опору. Внедорожник снова рванул вперед.

— Дракон. Глаза тебя не обманывают.

Бритт не могла оторвать взгляд от блестящего зеленого дракона. То, как беспечны по этому поводу ее попутчицы-американки, удивляло ее сверх всякой меры.

Она проследила взглядом за тем, как дракон ринулся прямо в нечто, похожее на массивный серый шар из пепла. Шар рассеялся в то же мгновение, как дракон влетел в него.

— Это мой Хэл, — сказала Кэсси и взвизгнула от восторга.

Голова Бритт дернулась к женщинам.

— Что только что произошло?

— Подозреваю, что это был селмур и Хэл спас нас от него, — сказала Елена.

— Селмур, — повторила Бритт.

— Они питаются магией, но сейчас разъярены, поэтому нападают на всех подряд, — объяснила Кэсси.

Бритт потерла лоб, не уверенная, болит голова от удара о крышу внедорожника или же из-за всего того, что она недавно узнала.

— Что такое селмур?

— Древние существа, которых недавно случайно освободили, — объяснила Елена.

— Но они не владеют магией.

Улыбка Кэсси пропала, и ее губы плотно сжались.

— Как я уже сказала, они в ярости. Когда слишком голодны, они нападают даже на тех, кто не обладает магией.

— Просто отлично, — отметила Бритт, когда автомобиль вновь занесло.

У нее везде будут синяки. Ей надо было сразу пристегнуться. Это была ошибка, которую она поспешила исправить, но потребовалось несколько попыток, прежде чем защелкнула ремень безопасности.

Мгновение спустя Елена нажала на тормоза. Ремень заблокировал Бритт, не позволяя, отбросить вперед. Прежде чем она успела схватить свои вещи, Елена припарковала Рендж Ровер и заглушила двигатель.

Бритт возилась с ремнем безопасности.

— Знала бы я раньше, — ворчала она.

Наконец, ей удалось отцепить ремень и, выйдя из машины, она последовала за девушками в особняк. Там Бритт остановилась, подавленная величием его обстановки.

— Добро пожаловать в Дреган, — подмигнула Елена.

Кэсси взяла руку Бритт и потянула вперед.

— Давайте найдем остальных.

Они прошли через фойе, где их встретила женщина с короткими каштановыми волосами и добрыми глазами. Она обняла Кэсси и Елену, прежде чем повернуться к Бритт.

— Ты, должно быть, Бритт. Я — Джейн, — сказала она с изысканным британским акцентом. — Сейчас столько всего происходит, поэтому, пожалуйста, дай нам знать, если мы можем что-то для тебя сделать .

— Где Друиды? — спросила Елена.

Джейн указала направо.

— Воители не позволили им быть рядом с ними, так что девушки делают, что могут, чтобы помочь.

Бритт последовала за троицей. Когда они дошли до гостиной, девушка заглянула за дверь и увидела сидящую на полу в кругу группу женщин с закрытыми глазами.

— Друиды, — прошептала Кэсси. — Никогда не думала, что они существуют на самом деле.

Еще несколько недель назад Бритт думала точно также. Тоже самое можно сказать и о бессмертных Воителях с драконами. Было ли еще что-то, чего она не знала?

Она обнаружила, что ее потянули в другое помещение, явно офис. Явно мужской, с отделкой темного дерева и преобладанием глубоких цветов. Большой письменный стол — еще один показатель, что комната принадлежала мужчине, но его безупречный внешний вид говорил о том, что это скорее элемент декора, нежели предмет, которым часто пользуются.

Куда бы она не взглянула, везде были драконы. Они были вырезаны на деревянных ножках кресел; металлический дракон висел на стене и из его когтя струился свет. На стене висел гобелен с изображением парящего золотого дракона.

Некоторых драконов было легко разглядеть, других — теперь, когда она знала, что нужно искать — найти было сложнее. Каждый, кто увидел бы столько драконов в интерьере, мог бы подумать, что в Дреагане просто одержимы этими существами.

Бритт поняла, что стоит перед буфетом с несколькими хрустальными графинами, наполненными алкоголем. Джейн налила три стакана какой-то темно-янтарного цвета жидкости и протянула один из них ей.

— Выпей. Тебе это не помешает, — сказала Джейн.

Бритт приняла стакан дрожащими руками.

— Как правило, я пью вино. Хотя время от времени выбираю орешки и выпивку — мартини или маргариту.

Елена улыбнулась и отвела стакан от своих губ.

— Это быстрее приведет тебя в чувство. Поверь нам, станет гораздо лучше.

Бритт пожала плечами и сделала так, как они посоветовали. Немного пряный, а затем просто огненный напиток лавой стек по горлу в желудок.

Откашлявшись, Бритт заметила, что ей стало удивительно тепло, руки перестали трястись.

— Мы же говорили, — сказала Кэсси, опускаясь в кресло, и переводя взгляд в окно.

Бритт посмотрела на свое отражение. Улыбка девушки померкла, сменяясь обеспокоенностью.

— Все намного хуже, чем Эйден заставил меня поверить, не так ли?

Елена покончила с виски и осторожно поставила стакан.

— Да.

Только одно слово и Бритт перешла от легкой обеспокоенности к панике. Женщины Дрегана уж точно не миндальничали.

— Эйден все еще там. Почему? Может Хэл или кто-нибудь из других драконов вытащить его оттуда?

Женщины грустно и жалостливо посмотрели на нее. Внутри у Бритт все похолодело.

— О, Боже. Эйден приманка, чтобы заманить Уоллеса. Почему я не поняла этого раньше?

В ту же секунду Джейн оказалась возле нее и обняла ее, поддерживая и не давая упасть.

— Бэнан не позволит чему-либо случится с Эйденом, но твой парень был настойчив, он хотел быть уверен, что прежде всего ты будешь в безопасности. Твои знания и открытия очень ценны для его семьи.

— Какой же он глупый, — сказала Бритт, сморгнув слезы. — Он должен был сказать мне.

— Он знал, что ты не оставила бы его, — сказала Елена

И Бритт поступила бы также.

— Чувствую себя такой беспомощной. Я не Друид, и у меня нет магии, чтобы чем-нибудь помочь.

— Также как и у нас, — тихо сказала Кэсси, и повернулась, чтобы посмотреть на нее. — Мы можем только молиться. Но ты тоже можешь кое-что сделать.

Джейн энергично кивнула.

— Мы оборудовали комнату, где ты могла бы продолжить свою работу. Эйден составил список того, что тебе может понадобиться и кое-что еще.

Бритт вытерла глаза и расправила плечи. Эйден был прав. Был только один способ, которым она могла помочь. Она должна найти противоядие против крови Драу. Не только ради Воителей, но и чтобы иметь возможность использовать это против Уоллеса.

— Покажи мне, — сказала она.

Глава 43

Взгляд Харона, сквозь дождь, был прикован к группе из пяти селмуров, которые жались друг к дружке в страхе от черного дракона. Хотел бы он узнать, кто это из парней, но, несмотря на открытость Королей, те были довольно осторожны и не перекидывались при нем.

Все, кроме Бэнана.

Харон подумает об этом позже. Сейчас нужно сосредоточиться на селмурах. И Уоллесе.

Кстати, селмуры изредка поглядывали на них, Харон знал, что Куинн, Гален и Эйден приближаются. Значит, скоро здесь будет Уоллес и его подручные.

Рев Рэнмонда заполнил его голову, требуя смерти и битвы. Харон не был уверен, где сейчас заканчивался Рэнмонд и начинался он.

Заключив в тюрьму и подвергнув пыткам, Дейдре превратила Харона в монстра. Деклан осмелился нанести вред его друзьям. Но Джейсон совершил немыслимое, пытаясь добраться до Харона через Лауру.

Харон отогнул губы, чтобы обнажить клыки и зарычал, когда один из селмуров сделал выпад в его сторону. Но не продвинулся далеко, потому что Черный нырнул прямо к пепельного цвета существу.

Улыбка заиграла на губах Харона, когда он увидел, что крылья дракона врезались в одного из селмуров, не успевшего уйти с дороги достаточно быстро. Сила отправила существо на землю.

Мгновением позднее селмур снова был на ногах. Он взглянул на его грудь, где рана затягивалась быстрее, чем Харон когда-либо видел.

— Вот дерьмо, — прошептал он.

Любое существо можно победить. Селмуры — не исключение. Поиск способа убить их или заманить в ловушку может быть сложнее, чем Харон думал вначале.

Неожиданно все пятеро селмуров развернулись и, как один, бросились бежать к роще. Харон взглянул на Черного, взгляд дракона тоже был устремлен на ублюдков.

Что-то привлекло его внимание. Но что? Куинн, Гален и Эйден ехали по одной из проселочных дорог и скоро должны были оказаться здесь. Но это не могли быть они, потому что Харон не видел Желтого дракона, Кона, который предвещал бы их прибытие.

Рев Воителя привлек внимание Харона. Он побежал за селмурами в лес и увидел золотую кожу, которую сразу узнал. Харон бросился на одного из существ, которое впилось своими зубами в руку Фелана.

Харон оторвал голову селмура от его тела одним взмахом своих когтей. До того, как он повернулся к следующему, четверо других впились в Фелана, кровь сочилась сквозь их губы.

Золотые глаза Фелана поймали взгляд Воителя. Харон запрокинул голову назад и заревел, прежде чем снова атаковать. На этот раз он был не один. Черный дракон врезался в деревья и сжал своей огромной лапой двоих селмуров. Секундой позже, Черный снова взмыл в воздух, его огромные крылья бились на ветру и дожде.

Харон знал, что единственный способ остаться в живых — это не дать селмуру укусить себя. Каким-то образом, забирая кровь Воителя, они так же забирали и его силу, оставляя его слишком слабым, чтобы сражаться.

Если они делали такое с Воителями, то что они могли сделать с Друидами?

Харон нырнул и покатился, когда селмур бросился за ним. Он подошел к семи футовому (ок. 213 см — прим.пер.) существу и сделал выпад рукой, надеясь, что сердце у твари будет там же, где и у человека.

Он ошибся.

Селмур отскочил, ударив в сторону головы Харона и его рогов. Харон отступил, с трудом сохранив равновесие. Наклонившись немного вперед, он рванул вверх и поразил своим рогом спину селмура.

Существо в ярости закричало. Харон вонзил когти в спину селмура возле позвоночника и сомкнул пальцы вокруг костей.

Харон вырвал хребет существа одним рывком. Селмур безжизненно упал на землю.

Воитель повернулся, чтобы атаковать следующего, когда что-то острое вонзилось в его плечо. Почти сразу его кровь начала гореть, как будто в нее ввели кислоту. Боль была в десять раз сильнее, чем от крови Драу.

С жжением пришла слабость. Харону стало тяжело стоять прямо. Он все чувствовал, хлеставший его дождь, но как будто на отдалении. Не мог сосредоточиться на картине вокруг себя.

Лаура.

От мысли о том, что он никогда не увидит ее, не коснется ее … не поцелует ее снова ему захотелось взреветь. Но это требовало слишком больших усилий.

Чем больше крови он терял, тем слабее становился. И все же, он не собирался так легко сдаваться. Харон упал на колени, пытаясь скинуть селмура.

Это заставило существо ослабить свою хватку. Достаточно, чтобы Харон сфокусировался, и использовал заминку, чтобы ударить локтем в бок твари. Чем больше он боролся, тем больше крови получал селмур.

Внезапно Харон оказался на спине, моргая от дождя, льющего на его лицо. Его кровь все еще мучительно горела, но селмур больше не пил из него.

Очень смутно, Харон услышал рядом с собой какие-то звуки. После двух попыток, он смог повернуть голову и увидел дерущегося с существом Фелана. Воитель знал, чтобы убить ублюдка, потребуются силы их обоих.

Харон перевернулся на живот и поднялся на руки и колени. Фелан изо всех сил пытался сдержать атаку селмура, большие клыки пепельно-серого существа были все ближе и ближе к шее Фелана.

Харон смог дотянуться до дерева и подняться на ноги. Он выпустил когти и полоснул селмура по спине.

Существо обернулось и взглянуло на него своими жуткими черными глазами. Нитевидные белые волосы прилипли к морде. Харон замахнулся рукой, чтобы вырвать позвоночник селмура, но тут изменения в дожде привлекли его внимание.

Харон взглянул на Фелана, они оба знали, что прибыло еще больше селмуров. Стиснув зубы, Воитель из последних сил схватил позвоночник селмура и рванул.

С окровавленным позвоночником в руках Харон упал на одно колено. Он кивнул Фелану. Друг отбросил мертвого селмура и вскочил на ноги.

Едва Харон выпустил из рук позвоночник, они были окружены десятком селмуров.

— Похоже, нам крышка! — прокричал Фелан сквозь шум дождя.

Харон снова поднялся на ноги. Становилось все сложнее и сложнее оставаться в вертикальном положении.

— Похоже на то.

— Я вырвал сердце у любовницы Уоллеса, — ухмыльнулся Фелан. — И заморочил им всем головы. Видел бы ты их рожи!

Харон обменялся с другом улыбками, которые вскоре перешли в смех.

— По крайней мере, наша смерть будет обставлена очень экстравагантно, — сказал Фелан.

Харон не знал, как много сил потерял. Заживление ран никогда не занимало так много времени, даже после крови Драу. Не важно, что такое было в укусах селмура, они наносили огромный урон.

Друзья стояли спина к спине, когда селмуры начали к ним приближаться. За всю жизнь Харон повидал много уродства, но эти твари были отвратительнее всего. Не только из-за пепельной кожи и длинных тягучих волос. Или роста и длинных конечностей.

Это было из-за так плотно натянутой кожи на костях, будто кости были частью кожи.

— Блядские ублюдки, — пробормотал Фелан.

Харон глубоко вздохнул и призвал своего бога. Он готов дать Рэнмонду полный контроль, если это поможет выбраться живым и прикончить Уоллеса.

— Мы убьем так много, как только сможем. Если у тебя появится шанс, беги к вершине горы. Это даст тебе выгодную позицию, чтобы увидеть Джейсона и атаковать, — сказал Харон.

— Да пошел ты, — зарычал Фелан. — Ты займешь свое место на вершине горы. Никто из нас не собирается умирать, так что прекрати трепаться об этом.

Фелана дал ему новый импульс. Даже не имея полной силы их богов, мужчины, все же, оставались горцами.

— Никогда не сдаваться, — заявил он, когда селмур бросился на него.

Харон не знал, как долго они сражались с существами. Его тело было покрыто укусами, несмотря на попытки держать ублюдков подальше. Они двигались слишком быстро, а Харон терял силы с каждым мгновением.

Он пригнулся уворачиваясь от замаха селмура. Харон поскользнулся на траве и упал. Он впился когтями в землю и закричал, приказывая себе подниматься. Оглушительный рев наполнил воздух. Харон взглянул мимо размахивающих руками существ и увидел над ними нескольких драконов.

Мгновение спустя селмуры были рассеяны по ветру. Понадобилось три попытки, прежде чем Харон смог встать. Пытаясь отдышаться, он оперся руками о свои колени и посмотрел на темно-синего дракона.

— Спасибо, — сказал он Бэнану и посмотрел на остальных троих драконов.

Фелан повернулся от синего дракона к желтому, к черному, а затем и к янтарному дракону.

— Я не думал, что что-то еще сможет меня удивить. Драконы. Черт бы меня побрал, — пробормотал он с усмешкой.

Харон подтолкнул Фелана, когда янтарный и черный драконы взмыли в небо.

— Мы должны быть на месте.

Вдвоем они поспешили к месту, которое оставил Харон, когда умчался на помощь Фелану. Пролетая над ними, зарычал желтый дракон.

— Пора, — сказал Харон.

Улыбка Фелана стала смертоносной, когда он сосредоточил взгляд на Ягуаре, преследовавшим малолитражку с сидящими в ней Эйденом, Галеном и Куинном.

— Сегодня Уолесс умрет.

***

Эйден сбросил скорость, когда за ними началась слежка. Дорога была ничем иным, как тропой, едва достаточной для небольшого Фиата, на котором они ехали.

Как и предсказывали Гален с Куинном, Джейсон Уоллес догнал их миль десять (ок. 16 км — прим.пер.) назад. Эйден предпочел бы держать дистанцию между ними, но у его отца были другие планы.

— Сбрось скорость, мы теряем их, — сказал Куинн, наблюдая за преследователями через заднее окно.

Эйден сжал челюсть, жалея, что они не украли машину с шинами поновее. Двигатель автомобиля заскулил, когда они въехали на более крутой участок дороги, ведущий в гору.

— Скоро, — сказал Гален.

Эйден взглянул на него, обнаружив, что глаза Воителя по-прежнему смотрели вперед. Прошел час, оба, Гален и его отец, оставались в форме Воителей, как будто, готовясь к бою.

В некотором смысле, так и было. От Джейсона Уоллеса были сплошные неприятности. Но ненависть Эйдена к Уоллесам была намного глубже, чем страсть Джейсона к злодеяниям.

Деклан Уоллес и его банда наемников убили близкого друга Эйдена, Брайдена. Они вместе росли в замке, обучаясь магии. Сотни лет они были неразлучны.

Но в одну ночь все изменилось. Эйден узнал цену жизни. Он всегда воспринимал ее, как само собой разумеющееся, из-за магического щита Айлы.

Больше он не воспринимал жизнь, как должное. С мыслями о Бритт, он нажал на газ и направил машину на последние несколько ярдов до горы.

— Где все, черт возьми? — спросил он. — Я думал, что будет большой бой, а мы будем приманкой.

Голова Куинна показалась между сиденьями Эйдена и Галена.

— Они ждали нас.

Эйден хотел спросить, что это значит, когда они взобрались на холм и линия из существ с пепельной кожей встала перед ними.

— Дави их! — закричал Гален.

Эйден не колебался. Он посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, как остановился автомобиль Уоллеса и его окружают селмуры.

Но Эйдену не все было понятно. Он вздрогнул, несясь сквозь селмуров, а твари просто цеплялись к машине.

— Гони! — закричал Куинн. — Не останавливайся, Эйден!

Эйден вдавил педаль газа в пол, как вдруг боковое стекло вылетело и пепельная рука с неестественно длинными пальцами сжалась вокруг его горла.

Глава 44

Лаура была поражена звуками песнопений и боем барабанов, которые звучали отовсюду. Она сразу же узнала мотив. Это было всего лишь мимолетное прикосновение к древним, но оно оставило след в ее душе. Услышав однажды, она знала, что никогда не забудет этот ритм.

И теперь она снова слышит его. Лаура глубоко вдохнула, удовлетворенность наполнила девушку, когда магия заполнила каждую ее частичку.

Но она ощущала не только магию древних. Лаура чувствовала магию каждого Друида в помещении. Чистая власть этой силы заставила ее содрогнуться всем телом.

Теперь она поняла, почему Драу боялись того, чтобы Маи собирались группами. Сила магии, исходившая от них, была мощнее всего, что Лаура могла себе вообразить.

— Сосредоточься, — попросила Риган. — Подумай о наших мужчинах. Обо всех. Мы должны защитить их от селмуров.

Сознание Лауры мгновенно заполнил образ Харона. Голоса древних притянули ее к ним, защищая ее от битвы, разгоравшейся в нескольких милях от них.

Но она не хотела быть защищенной. Она хотела быть там, с Хароном.

“Ты с ним, — прозвучала сразу тысяча голосов. — Твоя магия с ним, даже сейчас она защищает его от врага”.

Появилось ощущение, что битва совсем близко и она может пойти и сражаться рядом с Хароном, что она должна быть там. Лаура выплеснула свою магию, всю, до последней капли, объединив ее с магией других Друидов.

— Спокойней, — прошептала Айла.

Дыхание Лауры участилось от усилий, которые требовались для сдерживания магии. Сила девушки никогда не доходила до такого уровня, чтобы приходилось усмирять ее. Сейчас жизнь Харона висела на волоске. Как и каждого Воителя, сражавшегося против Джейсона Уоллеса.

Может, Лаура и не достаточно много знает о своей магии, но она была уверена, что готова на все ради Харона. Для того, чтобы он вернулся к ней, она сделает невозможное, если потребуется.

Она не может потерять его. Не сейчас. Не тогда, когда он, наконец, вошел в ее жизнь.

Эти мысли помогли Лауре найти в себе дополнительные силы. Бой барабанов и пение стали звучать так громко, что в них потонуло все остальное. Она не знала, как долго слушала их, а затем время и вовсе потеряло значение.

***

— Там! — Крикнул Харон Фелану, указывая на автомобиль, только что въехавший на гору.

Секундой позже, еще две машины последовали за первой. А потом на горизонте появились десятки селмуров.

— Вот черт, — выругался Харон и побежал.

Фелан догнал его, используя свою невероятную скорость. Краем глаза Харон заметил, как остальные Воители вышли из своих укрытий и бросились к машине Эйдена.

Харон видел, как один из селмуров разбил стекло машины со стороны водителя и схватил Эйдена за шею. Но, не смотря на это, Друид сумел не сбросить скорость.

Куинн выбил пассажирское стекло и, высунувшись сзади, когтями исполосовал морду селмура, схватившего его сына.

Еще больше пепельно-серых существ атаковало машину Джейсона, водитель оказался слишком глуп и остановил автомобиль.

Фиат Эйдена резко развернулся и, проехав немного, остановился. В ту же секунду из машины выскочили Гален и Куинн. Харон удивился, увидев, как отлетел назад напавший на Эйдена селмур. Дверь машины распахнулась, и показался сам Друид с перекошенным от ярости лицом.

— Весь в отца, — прицокнул от восхищения языком Фелан.

У Харона не было времени согласиться, оба Воителя поспешили к своим друзьям, окруженным существами.

— Вырывайте их чертовы позвоночники! — закричал он, падая на колено и придавливая первого селмура.

Он, не теряя времени, ухватился за хребет твари и вырвал его. Остальные поспешили последовать его примеру. И это срабатывало с каждым селмуром, который оказывался к ним спиной. Сталкиваться с ними лицом к лицу было совсем другим делом.

Сражаясь, Харон и Фелан переместились по обе стороны от Эйдена. Друид использовал свою магию, а Харон и Фелан — скорость, чтобы сбить двоих селмуров с толку.

Им не потребовалось много времени, чтобы уничтожить обоих ублюдков. И когда их позвоночники упали на землю, еще больше тварей пришло на их место.

— Проклятье! — ругнулся Эйден.

Харон молча согласился. По крайней мере, Короли будут удерживать остальных селмуров на расстоянии, пока они будут разбираться с теми, кто сумел пробраться ближе.

— Мы так долго не продержимся! — рявкнул Куинн.

Взрыв магии сбил их с ног. В ушах у Харона стоял сильный звон. Он потряс головой и, опираясь на руки, привстал, чтобы оглядеться вокруг.

Селмуры, с которыми они боролись, валялись вокруг — либо мертвые, либо без сознания.

— Харон? — позвал его Фелан.

Он посмотрел на друга и пожал плечами. Затем его взгляд наткнулся на Уоллеса и его Друидов.

— Давайте, покончим с ним, — сказал Фэллон, направляясь к Драу.

Харон поднялся на ноги и увидел вокруг Уоллеса что-то, похожее на пузырь. Колдовство Джейсона не давало селмурам достать его, но из-за этого они бесились еще больше и бросались на его защиту, желая получить то, что видели и чувствовали.

— Не наша забота, — сказал Эйден, поднимаясь на ноги. Он сделал паузу, а затем сказал. — Вы, блядь, шутите надо мной.

Харон и остальные повернулись, обнаружив, что прямо на них несутся десятки новых селмуров.

***

Эйсли сидела в холодной машине. Дейл толкнул ее на пол, когда ударил по тормозам. Она запомнит на всю оставшуюся жизнь и будет слышать в своих кошмарах крики тварей, которые бились сейчас об машину, прыгали на нее, пытаясь попасть внутрь.

Она уловила лишь краем глаза пепельную кожу монстров, но этого было достаточно, чтобы напугать ее до полусмерти. Они были злом. Зло узнавало зло, и она не сомневалась в их сущности.

Между их жутким рычанием и криками Джейсона, Дейл наклонился к ней и прошептал, чтобы она оставалась в машине.

Девушка встретилась с Воителем взглядом, и увидела страх в его глазах. Что бы не напало на них, оно ужасало.

Эйсли не знала, что происходит, пока не осмелилась выглянуть из-за приборной панели. Живот скрутило от страха, когда она увидела огромное количество этих существ. Их были сотни.

У них не было скорости Воителей, но они могли исчезать и появляться за секунду.

Девушка огляделась вокруг, пока не нашла взглядом Дейла. Мужчина боролся с тремя существами. Те были высокими, с длинными руками, которыми они могли удерживать Дейла на расстоянии, пока истязали его.

Их когти были в два раза длиннее, чем у Дейла, но атаковали они по-другому. Подождав, пока Воитель парировал удар одного из них, другие два подкрались со спины, вонзив в него свои клыки, как вампиры.

Эйсли ахнула и прикрыла рот рукой. Она быстро посмотрела на других Драу и увидела, как существа кормятся на большинстве из них.

Девушка снова обернулась к Дейлу. Он выглядел печальным и сдавшимся, будто готовился умереть. Эйсли скользнула на водительское сидение и потянулась к ручке, чтобы открыть дверь и помочь ему, когда он одними губами произнес: "Нет".

Слеза скатилась по ее щеке. Она вытерла конденсат, застилавший стекло, и направила взрыв магии на монстров, впившихся в Дейла.

Твари отступили и это дало Дейлу время, чтобы встать на ноги. Видя его таким слабым, она направила еще один взрыв магии в существ.

Дейл так много раз спасал ее. Оставаясь в машине, она надеялась таким образом не дать тварям понять, откуда исходила магия.

Но все же они быстро вычислили ее расположение.

— О, черт, — пробормотала Эйсли.

Момент, и монстры исчезли. Девушка не успела моргнуть, как внезапно они оказались рядом с дверью машины.

Длинные, тонкие пальцы одного из существ потянулись и взялись за ручку двери. Эйсли заблокировала дверь и взглянула в холодные, зловещие черные глаза чудовища.

Раздался громкий рев, в котором она узнала Дейла, и Воитель бросился на этих троих.

Почти в ту же секунду прогремел взрыв магии, отшвырнувший Эйсли на сиденье. Она открыла глаза и увидела, что Джейсон делал то, что умел лучше всего — заботился лишь о себе самом.

Она усмехнулась, увидев окружавший его пузырь магии. Каждый раз, когда один из монстров нападал на него тот погибал на месте.

И, все же, магический пузырь работал и в другую сторону. Каждая атака, казалось, забирала все больше и больше магии из Джейсона.

— Это ослабляет его, — задумчиво произнесла девушка.

Эйсли посмотрела на Дейла и увидела, как тот снова пытается встать на ноги. Укусы покрывали его шею и руки, и она была уверена, что под рубашкой было еще множество.

Она разблокировала замок и открыла дверь, но он встал перед ней, не позволяя выйти наружу.

— Позволь мне помочь тебе, — крикнула она сквозь стоящий грохот.

Дейл покачал головой.

— Убирайся отсюда, Эйсли.

— Я не оставлю тебя.

Он посмотрел на существ под ногами, которые уже начали просыпаться.

— Это твой шанс избавиться от господства Джейсона над тобой. Я не выживу. Судя по происходящему, он тоже. Но ты можешь.

Эйсли облизнула губы.

— Ты так много раз помогал мне. Садись и позволь мне помочь тебе.

— Нет, милая. Я должен сделать это. Теперь выбирайся отсюда и проживи остаток своей жизни за нас двоих.

Она покачала головой, но он запихнул ее обратно в машину и захлопнул дверь прежде, чем она успела возразить. Эйсли вскрикнула и опустила голову, когда кулак одного из существ промелькнул перед стеклом и врезался в Дейла.

— Дейл! — закричала она, когда Воитель вновь стал бороться с существами.

Эйсли поняла, что кое-кто из тварей стал замечать ее. Они не могли добраться до Джейсона, остальные Друиды были мертвы, Дейл был занят в сражении, а она была легкой добычей.

Она завела машину и дала задний ход. Эйсли втопила педаль газа в пол и врезалась в одного из монстров. Вывернув руль, она ударила по тормозам, а затем помчалась вперед.

Глава 45

Малкольм стоял над двумя мертвыми селмурами, наблюдая за их собратьями из леса. Все больше проклятых тварей подкрадывалось к его друзьям, а он не мог охватить всех сразу.

Внезапный порыв бокового ветра привлек его внимание. Он повернулся, чтобы мельком взглянуть на обнаженного мужчину, бегущего через лес.

Малкольм повернулся к нему. Воитель поискал следы магии, но ничего не почувствовал — это был не Друид. Нечто совершенно другое. Как только Малкольм отправился искать мужчину, воздух вокруг него всколыхнулся.

— Нужна твоя помощь.

Малкольм резко развернулся, оскалив зубы и согнул ноги, готовый к атаке. Мужчина лишь посмотрел на него убрав со лба прилипшие длинные темные волосы и приподнял бровь.

— Воитель и Друид следуют на нашу землю, — сообщил мужчина. — С ними грудной ребенок. Если селмуры доберутся до них…

— Камдин, — сказал Малкольм и выпрямился. Затем посмотрел на мужчину перед ним. — Кто ты?

— Меня зовут Рис, и я один из них, — сказал он и указал на небо.

Малкольм поднял глаза и увидел массивное тело голубого, цвета сапфира, дракона. Он думал, что видел что-то подобное в облаках и раньше, но теперь понял, что именно это было.

— Твои друзья движутся по главной дороге, — сообщил Рис.

Малкольм оглянулся на него, но Рис уже бежал из леса. И незамедлительно перекинулся в желтого дракона.

У Воителя не было времени удивляться увиденному. Камдину и Шафран требовалась помощь. Он развернулся и помчался сквозь деревья так быстро, как позволял его бог.

Взойдя на вершину горы, Воитель увидел темно-зеленый Ауди Q7, на огромной скорости вписывающийся в крутой поворот узкой дороги. Малкольм не стал бежать вниз, а просто прыгнул.

Воитель приземлился на дорогу, согнув колени и упершись рукой в землю. Огни Ауди выхватили его из сумрака целиком. Он встал, встретив взгляд Камдина через лобовое стекло.

Мужчина ударил по тормозам, резко останавливая внедорожник. Но не успел автомобиль остановится, как Малкольм запрыгнул на его крышу.

— Во имя всего святого, какого хрена? — заорал Камдин из окна.

— Гони! — крикнул Малкольм. — И не останавливайся, пока не достигнем дома.

Возникла пауза, во время которой на дорогу вышли три селмура. Малкольм услышал, как внутри авто заплакала малышка Эмма. Он не позволит мерзким тварям добраться до Камдина, Шафран и особенно до девочки.

— Гони! — рявкнул Малкольм.

Он едва успел вцепиться в рейлинги на крыше, как Камдин втопил педаль газа. Автомобиль протаранил двух селмуров, сбивая их с ног. Но третий успел ухватиться за боковое зеркало и разбить рукой окно, схватив Шафран.

Малкольм наклонился вправо и с размаху ударил. Довольная ухмылка растянула губы, когда его когти сделали ровный срез, махом обезглавив тварь.

Он отшвырнул тело ногой. Пока Камдин гнал внедорожник, Малкольм смотрел прямо перед собой. Капли дождя пронзали его кожу, словно осколки стекла.

Еще несколько селмуров рискнули приблизиться к ним. Один из них даже оказался на крыше машины, рядом с Малкольмом. Раздвинув губы, тварь продемонстрировала острые удлиненные клыки.

Существо с силой ударило Малкольма, который успел уклониться, но все же почувствовал, как по его спине прошлись когти. Воитель распластался на крыше, и, подкатившись к селмуру, подсек того ногой.

Малкольм подпрыгнул, приземлившись на спину монстра. Но сколько бы раз он не полосовал когтями эту тварь, не мог убить ее.

Единственным вариантом было найти и вырвать его сердце. Прежде чем он смог это сделать, селмуру удалось перевернуться, и теперь уже Малкольм лежал на спине, уставившись на урода.

Малкольм взмахнул рукой в попытке отрезать его голову, но существо поймало его руку. Малкольм взревел ярости, когда селмур впился клыками в его кожу.

Едва Малкольм почувствовал, как адская боль пронзила его тело, как вдруг большой, темный силуэт принял форму в низко висящих облака. Секундой позже он узнал Риса, устремившегося в их сторону. Сжав чудовищные драконьи челюсти вокруг селмура, тот улетел прочь вместе с монстром.

Малкольм опустил голову и просто полежал несколько секунд. Они приближались к особняку, где он чувствовал магию других Друидов. Осмотрев его всего час назад, он был уверен, что дом под усиленной охраной. В тот момент он еще не знал, кто обеспечивает защиту, но понимал, что все Друиды в безопасности.

Он присел на корточки на вершине крыши и повернулся, увидев особняк. Малкольм подождал, пока Камдин затормозит, и, когда внедорожник остановился, Воитель сгруппировался и перепрыгнул через капот, приземляясь на ноги перед Ауди.

Камдин распахнул дверь и посмотрел в небо.

— Драконы.

— Вижу, ты не слишком-то удивлен, — сказал Малкольм, поспешив помочь Шафран выйти из машины.

Шафран улыбнулась ему, но ее лицо было бледно, под глазами выступили темные круги.

— У меня было видение с драконами, но, что более важно, я увидела, что Джейсону удастся уйти.

Малкольм проводил ее в особняк. Камдин нес малышку Эмму. Оказавшись внутри дома, Малкольм откинул одеяло и обнаружил, что Эмма не спит. Девочка внимательно уставилась на него своими золотистыми глазами.

— Спасибо, — сказал Камдин, протянув руку.

Малкольм обхватил его предплечье и кивнул.

— Это не все моя заслуга. Один из драконов, Рис, сказал мне, что вы подъезжаете.

— Я знаю, — сказала Шафран Камдину, когда тот повернулся к ней и открыл рот, чтобы заговорить. — Просто вернись ко мне. К нам, — поправила она себя, взглянув на дочь.

Камдин притянул ее в свои объятия для поцелуя.

— Обещаю.

Малкольм и Камдин вышли обратно в дождь. Камдин выпустил своего бога, становясь темно-коричневым.

— Я не дам Уоллесу уйти живым на этот раз.

Малкольм усмехнулся, услышав ответный смех его бога, Даала.

— Тогда, давай, присоединимся к битве.

***

По настоянию древних, Лаура распахнула глаза. Песнопение и барабаны стали далекими, расслышать их было уже невозможно.

Но она знала, что они не оставляли ее.

Лаура сжала руку Айлы, чтобы привлечь ее внимание. Когда льдисто-голубые глаза Айлы встретились с ее, Лаура кивнула на дверной проем. Кто-то был в доме. Кто-то, кого не было там раньше.

Девушка встала и они молча направились к двери. Лаура посмотрела за угол, обнаружив женщину с орехового цвета волосами, снимающую плащ.

— Шафран, — произнесла Айла и бросилась мимо Лауры к девушке.

Вновь прибывшая дернула головой в сторону Айлы и улыбнулась, но улыбка не затронула ее глаз.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Айла, пока они обнимались.

Лаура медленно направилась к двум женщинам, когда Шафран присела на корточки и вытащила ребенка из переноски.

Стоя с ребенком на руках, Шафран взглянула на Лауру.

— Здравствуй, Лаура.

— Ты знакома с ней? — слегка нахмурившись, спросила Айла.

— Она была в моем видении.

— Видение? — повторила Лаура.

Шафран передала малышку Айле и скрестила руки на груди.

— Я — Провидица.

— Разве ты не должна держаться подальше отсюда, ради дочки?

— Я так и планировала, — ответила Шафран. Она облизнула губы и посмотрела на Айлу. — Я видела, как Джейсон уходит. Мы должны были прийти.

Айла прижала ребенка к себе.

— Ради безопасности Эммы, ты могла просто позвонить.

Шафран медленно покачала головой.

— Ты же знаешь Камдина. Он хотел оставить меня и Эмму дома, но я отказалась.

— Пойдем, — сказала Айла, повернулась и пошла назад в гостиную. — Остальные должны знать. Что мы можем сделать?

— Ничего.

Лаура посмотрела на Шафран, стоящую у входной двери, и Айлу, которая остановилась и повернулась к ней.

— Что значит ничего?

— Если мы добавим нашей магии, чтобы попытаться остановить Джейсона, то он будет использовать это в свою пользу.

— Он способен на это? — спросила Лаура.

Шафран кивнула.

— О, да.

Айла слегка вздрогнула, когда Эмма вцепилась в ее длинные волосы.

— Кто может остановить его?

— Воители, — ответила Шафран. — Я все объяснила Камдину. Он знает, что делать.

— Если только доберется туда вовремя, — добавила Лаура. — Очень не хочу указывать на очевидное, но битва может закончиться в любой момент.

Шафран прошла в гостиную мимо Лауры и Айлы и остановилась в дверях.

— Он все равно успеет. После всего, что мы пережили, никто из Воителей не позволит Джейсону уйти живым из этого боя.

Подождав, пока Шафран пройдет в комнату, Лаура посмотрела на Айлу, обнаружив, что девушка наблюдает за ней.

— Мы — Друиды. Мы должны помочь.

— Я знаю, — сказала Айла. — Это причиняет боль больше всего.

— Видения Шафран никогда не ошибаются?

Айла покачала головой.

— Она видит только часть видения. Когда она не уверена, она говорит нам об этом. Я никогда не видела ее настолько уверенной в чем-либо раньше.

— Почему бы ей просто не рассказать нам об этом видении?

— Должно быть, оно не очень хорошее, раз она пытается скрыть его от нас.

Лаура повернулась к окну.

— Я даже не хочу думать, что Харон может не вернуться. Я не могу.

— И я не могу думать о том, что Хейдена больше не будет со мной. Они — Воители, Лаура. Ты должна доверять способностям Харона.

— Я верю, — призналась она. — Я видела, на что он способен, но еще я видела, как Джейсон почти убил его. Будет ли достаточно помощи драконов в схватке с Джейсоном и селмурами?

— Мы просто должны молиться. И Бог в помощь Джейсону Уоллесу, если мой Воитель не войдет через эти двери.

Лаура подняла перед собой руки, почувствовав, как магия начала покалывать под кожей. Она повернулась и бросилась в гостиную, послушать, что Шафран рассказывает другим.

— Ты сказала, что Уоллес будет перехватывать наше волшебство, — выпалила она, когда Шафран сделала паузу.

Шафран нахмурилась.

— Верно. Если мы используем нашу магию против него, он повернет ее в свою пользу.

— Так давайте не использовать магию против него. Давайте использовать наши силы для усиления шторма или дождя.

Соня широко улыбнулась.

— О, мне нравится эта идея. Не хочу сидеть и бездействовать.

— Что скажешь, Шафран? — спросила Кара. — Мы можем сделать то, что предлагает Лаура?

Шафран задумалась на мгновение, но потом на ее губах расползлась медленная улыбка.

— Да. Думаю, можем.

От волнения магия Лауры запульсировала сильнее. Друиды образовали круг на полу, соединив руки и закрыв глаза.

Волнение девушки возросло, когда она вновь услышала барабаны и пение.

Мы победим, Харон, — подумала она перед тем, как древние завладели ею снова.

Глава 46

Слишком много селмуров. Харон понял это, как только на них напала новая волна тварей. Драконы сдерживали сотни других, не позволяя добраться до Воителей и вступить в схватку.

Он заметил двух селмуров, прыгнувших на спину Хейдена. Тот взревел, но не смог их сбросить.

Харон бросился к краснокожему Воителю и выдернул позвоночник из одного из селмуров. Другой повернулся к Харону, шипя от негодования. С губ Хейдена сочилась кровь.

— Давай же, блядский урод, — усмехнулся Харон.

Краем глаза, он заметил, как Хейден, встав на колени, образовал огненный шар в руке. Харон нырнул в сторону, чтобы не мешать Хейдену метнуть шар в селмура.

Монстр мгновенно запылал. Издав боевой крик, Логан обезглавил существо.

Едва они успели встать на ноги, как на них обрушилось еще больше монстров. Харон взглянул на Джейсона, обнаружив, что пузырь магии, которым тот себя окружил, быстро иссякает.

Что-то с силой толкнулось в спину Харона, опрокинув его лицом на землю. Он сдержал крик, почувствовав, как в плоть впиваются зубы селмура.

Тьма, кромешная тьма, окружила Харона. Но спустя мгновение селмур уже лежал мертвым рядом с ним. Харон взглянул вверх и увидел, как тени рассеялись. К Воителю склонился Лукан, чтобы помочь встать.

Харон вскочил, обернулся, увидел еще одного монстра и погрузил когти в его спину, вырвав позвоночник. Рядом с ним периодически появлялся Фэллон, заставая тварей врасплох.

С неба пикировал Брок, обезглавливал всех селмуров, которых мог достать. Арран использовал свой контроль над водной стихией, превращая дождь в смертоносные лезвия.

Рамзи эксплуатировал способности наполовину Друида и наполовину Воителя, приводя селмуров в замешательство. Йен поглощал любую силу Воителей, направляя ее против существ со смертоносной точностью.

Харон прыгнул через одного из монстров в поисках Фелана и нашел друга в окружении этих тварей. Испустив рев, Харон спикировал в драку и начал отшвыривать селмуров от Фелана. Внезапно земля загрохотала и разверзлась вокруг них, резко отрезав существ.

— Пригнитесь! — крикнул позади них женский голос.

Харон и Фелан, не колеблясь, выполнили требование Ларены. Единственная женщина-Воитель использовала свою силу невидимости.

Раздался испуганный крик селмура, приближающегося к ним. Взглянув вверх, Харон успел увидеть, как позвоночник существа был отброшен невидимой рукой.

— Они прибывают, — произнес бестелесный голос Ларены перед ними. — Пошевеливайтесь.

Харон мог видеть, как ослаб Фелан от потери крови. Он и сам не чувствовал себя достаточно резвым, но сражение было близко к завершению. Как им удастся выдержать бой, Харон не знал.

И, к слову, Джейсон уже стоял на коленях, пузырь вокруг него истончался при каждой атаке селмуров. Довольно скоро эти отвратительные существа доберутся до Уоллеса.

А потом они обратят свое внимание на Воителей.

Харон притащил Фелана поближе к Куинну и Галену, защищающим Эйдена. Друид использовал против существ свою магию. Фелан упал на колени, уронив руки на бедра и повесил голову.

— Как же я ненавижу все это дерьмо, — прохрипел Воитель.

Как будто в ответ ему, усилился шторм. Дождь пошел с большей интенсивностью, завывая, ветер почти сбивал их с ног. Постоянно грохотал гром. Харон не понимал, когда заканчивался один раскат и начинался другой.

— Они приближаются! — крикнул Куинн.

Харон поднял голову и увидел приближающееся пепельное облако. Перед ними, оскалив зубы, появился селмур.

Молния разрезала небеса, врезаясь в землю. Стоящий перед Хароном монстр внезапно оказался поджаренным до хрустящей корочки.

Только один Воитель способен управлять молниями. Харон огляделся и заметил спешивших к ним Малкольма с Камдином.

— Будь я проклят, — заметив мужчин, радостно воскликнул Гален.

Харон никогда не был так счастлив видеть Воителей. Не было времени, чтобы приветствовать их — селмуры уже почти прорвались сквозь магию Джейсона.

— Скоро все закончится, — сказал Арран, белые глаза Воителя были направлены на Уоллеса.

Харон не был готов праздновать. Дейдре и Деклану всегда удавалось выйти из подобных передряг. Даже Джейсон оказался находчивым. Это не закончится до тех пор, пока Харон не будет стоять над мертвым телом Уоллеса.

Трое братьев Маклауд встали плечом к плечу, готовясь к атаке еще большего количества селмуров. Харон всегда с восхищением наблюдал за тем, как сражаются бок о бок Фэллон, Лукан и Куинн. Они были неудержимы.

Но даже эта троица вскоре была обескуражена огромным количеством монстров.

— Откуда они прибывают? — спросил Йен.

Харон бросился вперед, уворачиваясь от хватки твари. Он использовал свою скорость, чтобы добраться до селмура и обезглавил его.

— Из ада, — наконец, ответил он, когда голова существа упала на землю.

Времени для разговоров не было, чтобы остаться в живых, все боролись из последних сил. Каждый был укушен, как минимум дюжину раз, и это, конечно, влияло на боеспособность.

Привычная скорость Харона пропала. Он чувствовал, что терял контроль над своим телом. И боль. Везде, а особенно, в местах укусов.

Он не мог сдаться. Не должен. Ради Лауры, ради Друидов, ради всех невинных в мире, которые не знают, что происходит.

Ради той цены, которую платили все, ведя тихую, тайную войну.

Колено Харона подкосилось. Фелан поймал его, прежде чем тот упал на землю. Воитель попытался улыбнуться другу, но бледность Фелана обеспокоила его.

— Я в порядке, — сказал Фелан.

Но Харон знал, что это ложь, как и то, что сам он выглядел ничуть не лучше, а может, и хуже своего друга.

Он услышал рев драконов сквозь шум проливного дождя. Воитель глубоко вздохнул и встал на ноги. Он успел убить двух селмуров, прежде чем заметил Джейсона.

И не только он. Существа, окружавшие до этого Воителей, приметив Уоллеса, длинными шагами поспешили к нему.

— Помоги! — закричал Уоллес Харону.

Лукан подошел к Харону и сказал: — На это будет приятно посмотреть.

— Нам нужно уходить, — предупредил Куинн.

Гален повел плечами.

— Согласен. Как только селмуры убьют Уоллеса, они вновь обратят свое внимание на нас.

— Я не уйду, — возразил Харон.

Слова обрели большую весомость из-за молнии, ударившей рядом с ними. Мужчина повернулся к Малкольму, посчитав его источником разряда.

— Это не я, — заверил всех Малкольм.

— Шторм. Это шторм! — понял Фелан.

— Он недавно усилился, — заметил Эйден.

Камдин шагнул вперед.

— У Шафран было видение о том, что Джейсон сбежал. Я здесь именно поэтому. Друиды собирались использовать свою магию, чтобы задержать Уоллеса, но в видении Шафран он как-то смог использовать волшебство Друидов в своих интересах.

— И поэтому они усилили шторм, — заключил Хейден.

Харон больше не мог видеть Джейсона в окружении селмуров. После всего, что ублюдок сделал с ним и Лаурой, Харон мечтал о его смерти. Единственное, что было бы лучше — убить Драу собственными руками.

Магия Уоллеса быстро исчезала. Больше не было ощущения агрессии Драу.

— Он не так долго продержался, как я думал, — произнес Фелан.

Харон готов был с ним согласиться, как вдруг небеса разверзлись и магический пузырь Джейсона, а вместе с ним и близлежащего селмура поразила молния. Разряд был настолько оглушительным, что сбил всех с ног.

Открыв глаза, Харон заморгал от дождя. В ушах стоял гул. Он вздрогнул, когда перед его глазами возникло лицо. Фелан. Мужчина что-то говорил, но Харон не слышал его.

Быстрая регенерация его бога вызвала треск в ушах. Фелан поднял Харона на ноги. Воитель взглянул на место, где был Уоллес, но там оказалось пусто.

Селмуры без сознания, но потихоньку уже начинали шевелиться.

— Дерьмо, — пробормотал Харон, поворачиваясь к другим Воителям.

— Ларена! — снова и снова кричал Фэллон.

Харон переживал за Фэллона. Способность Ларены становиться невидимой была благом, но сейчас это все усложняло, поскольку Фэллон не мог найти ее.

— Сюда! — послышался крик с горы.

Харон вернулся на место, где был почти побежден Джейсон.

— Он не мог уйти. Не тогда, когда был так близок к смерти.

— Полагаю, нет надежды, что молния ударила в него, так? — спросил Арран.

Фелан фыркнул.

— Еще бы. Пока не найдем его, нет никакой уверенности.

— Пока что, давайте уйдем отсюда, — предложил Рамзи.

Харон схватился за Фелана, Аррана и Йена, пока Фэллон телепортировал остальных в особняк.

— Мы не можем оставить в живых этих селмуров, — сказал он.

Йен поджал губы.

— Я, как и ты, хочу, чтобы они сдохли, но мы не в той форме, чтобы сражаться с ними снова.

— Нужен хотя бы один день на восстановление, — добавил Арран.

Фелан поймал взгляд Харона.

— Тогда нужен план, чтобы уничтожить этих тварей одним махом.

Харон кивнул, пока селмуры вставали один за другим. Он ухмыльнулся тварям, но, прежде чем они успели сделать хоть шаг, драконы нырнули с неба и рассеяли их по ветру.

— До следующего раза, — пробормотал Харон.

Он посмотрел вверх, чтобы взглянуть на золотого дракона. Как-то Харон понял, что это Кон. Харон поднял руку, чтобы махнуть лидеру Королей как раз в тот момент, когда Фэллон прикоснулся к плечу Харона.

В мгновение ока, Харон оказался в фойе особняка. Друиды вокруг него суетились около Воителей.

Харон, Фелан и Малкольм молча стояли и наблюдали за этим. Вскоре Харон заметил у основания лестницы Лауру. Девушка молча наблюдала за ним.

— Чего ты ждешь? — наклонился Фелан и прошептал. — Она создана для тебя, мой друг.

Харон шаг за шагом подошел к единственной женщине, которая держала его сердце в своих руках. Он уклонялся от людей и игнорировал обращенные к нему слова.

Все, о чем он заботился, все, чего хотел — добраться до Лауры. Но чем ближе подходил, тем больше сомневался в себе. Она попала в мир, к которому не была готова.

Он сомневался в ней, держал вдали от других Друидов. Это было сделано, чтобы защитить других, но в процессе он причинил девушке сильную боль.

К тому времени, как он дошел до Лауры, он знал, что не достоин ее. Но это не могло уничтожить его любви к ней. Любовь. Теперь он знал точно.

Лаура просветлела лицом и, счастливо улыбаясь, бросилась ему на шею и обняла изо всех сил. Харон сжал ее так крепко, как мог. Боль от укусов блекла в ее присутствии.

— Я так волновалась, — прошептала девушка.

Харон провел рукой по ее волосам и закрыл глаза, прижимая ее.

— Я здесь, как и обещал тебе.

— Но ты чуть не погиб?

Он не хотел отвечать, но она имела право на ответ.

— Да.

— Незнание того, что происходит, убивало меня.

Она отстранилась, чтобы посмотреть на мужчину. Воитель вгляделся в ее изумрудные глаза. И снова он тонул.

В счастье по имени Лаура.

Он никогда не говорил слов любви женщине, и не знал даже с чего начать. Что сказать. Сначала Лаура была коллегой, а потом и другом. Теперь она была его любовницей и женщиной, которую он любил больше всего на свете.

— Что? — спросила она, нахмурившись.

Харон откашлялся.

Взгляд Лауры опустился и она увидела следы укусов. Те уже заживали, но слишком медленно.

— О, Боже!

— Я в порядке, — заверил ее мужчина.

Ее руки зависли над несколькими укусами, глаза округлились, губы приоткрылись от ужаса.

— Ты не исцеляешься.

— Исцеляюсь. Просто очень медленно.

— Из-за чего? — спросила она, снова заглядывая в глаза Харону. — Тебе нужно отдохнуть?

Харон не мог перестать касаться ее, думать о еще одной минуте без нее.

— Я буду в порядке, Лаура, обещаю.

— Тогда, что же не так? — нерешительно спросила девушка.

Он увидел страх в ее глазах, и узел неопределенности сжался у него в животе.

— Лаура… я знаю, что много прошу, но есть ли шанс, что ты смогла бы когда-нибудь полюбить такого человека, как я?

Дыхание Лауры сбилось. Из всех вещей, которые она ожидала услышать от Харона, это она ожидала меньше всего. Ее сердце забилось так сильно, что готово было выскочить из груди.

Неуверенность в его взгляде, растрепанные, влажные волосы делали его вид таким трогательным, что девушке хотелось вцепиться в него и не отпускать никогда.

— Нет, — ответила она.

Взгляд Харона потемнел, и он прямо на глазах начал уходить в себя.

— Понимаю.

— Потому что я уже люблю тебя, — добавила Лаура, не в силах уже сдерживать слезы.

Глаза Харона заблестели надеждой и любовью.

— Любишь меня?

— Да, Харон Брюс. Люблю.

Он притянул ее в свои объятья и крепко обнял, прежде чем прошептал: — Люблю тебя, Лаура.

Закрыв глаза, девушка улыбнулась. Она боялась никогда не услышать эти слова, но вот, — Харон сказал их, и она отдала ему свое сердце и душу.

— Я люблю тебя, — снова прошептал он.

Глава 47

Эйден дважды оглядел холл, но так и не обнаружил Бритт. Он замер, увидев целующихся Харона и Лауру. Не было никаких сомнений, что Воитель обрел свою пару.

Затем юноша перевел взгляд на Малкольма, неподвижно и молча стоящего рядом с Лареной и Фэллоном, пока родители Эйдена о чем-то беседовали неподалеку.

Малкольм коротко посмотрел на Друида своими проницательными синими глазами, но отвел взгляд. Была в нем вспышка чего-то, — возможно, сожаления, которое удалось уловить Эйдену, но он привычно подавил импульс удивления.

Эйден никогда не знал, о чем разговаривать с Воителем, но это подождет до лучших времен. Он должен найти Бритт.

Повернув голову, Эйден увидел Елену, жестом подзывающую его к себе. Эйден поспешил к ней, и с облегчением выдохнул, заметив ее добрую улыбку.

— Она в безопасности, — сказала Елена, прежде чем Эйден успел открыть рот.

Эйден выдохнул от облегчения.

— Спасибо. Где она?

— Наверху. Мы решили, что там будет для нее гораздо удобнее. Работает в лаборатории с тех пор, как прибыла. Третий этаж, — сообщила она, подтолкнув парня в сторону лестницы.

Эйден обошел улыбающихся друг другу Харона и Лауру, и, перескакивая через три ступеньки, мигом преодолел лестничный пролет. Достигнув третьего этажа, его сердце билось, как бешеное.

Он остановился возле приоткрытой на несколько дюймов двери. Изнутри пробивался свет, слышалась музыка. Узнав Linkin Park, Друид улыбнулся.

Эйден толкнул дверь и тихо вошел внутрь. Колени ослабли, когда он, наконец, увидел Бритт. Девушка спала за столом, положив голову на руки. Роскошные белокурые волосы убраны в конский хвост, у основания торчат несколько карандашей.

Эйден не понимал, как напряжен он был, пока не взглянул на девушку еще раз. Только тогда отпустило тиски, сдавливающие его сердце.

Он заметил страницы записей на столе, убрав пряди волос от лица Бритт. Не в силах сдерживаться, он побежал пальцами по шелковистой коже щеки вниз к ее челюсти.

Девушка распахнула глаза и, узнав Эйдена, медленно села.

— Ты жив.

— Да.

— Ранен?

— Ничего страшного, что было бы невозможно исцелить, — ответил он и сделал шаг ближе к ней. — Простишь ли ты меня за то, что вовлек тебя во все это?

Она выгнула бровь, небольшая улыбка заиграла на губах.

— Как бы опасен не был твой мир, я бы разозлилась, если бы ты не сделал этого.

— Моя жизнь довольно... сложна.

— Как и у каждого человека. Ты так и будешь оправдываться или, наконец, поцелуешь меня?

Эйден засмеялся, встав между ее ног, когда она сидела на стуле.

— Мой Бог, женщина. Ты сущее наказание.

— Но тебе это нравится.

— О, да. Даже очень нравится, — прошептал он, целуя ее долго и медленно.

Эйден уже готов был углубить поцелуй, когда Бритт внезапно отстранилась.

— Подожди, — сказала она, переводя дыхание, нежные губы уже припухли от поцелуя.

— Не дразни меня, — проворчал Эйден и поласкал губами мочку ее уха.

Но девушка слегка оттолкнула его.

— Я кое-что нашла, Эйден. Что-то, что может переломить ситуацию в войне, в которой ты сражаешься.

В миг исчезли все мысли о поцелуях и сексе на столе.

— Показывай.

***

Кон стоял на горе под струями дождя и глядел на особняк, который был его домом на протяжении многих веков. Ему было так приятно подняться в небо и вновь сразиться со злом. Но битва была окончена. Пришло время вернуться к своей роли.

— Сожалеешь? — спросил Рис, на ходу застегивая джинсы.

На случай необходимости в горе всегда находился запас одежды.

— Нет. Если бы не мы, они могли проиграть. Зло Уоллеса продолжало бы процветать, а селмуры уничтожили бы всех Друидов. Нам бы пришлось воевать с ними в любом случае. В такие моменты лучше помочь стороне добра.

Вышел Гай, убирая от лица свои длинные влажные волосы.

— Большинство Королей вернулись ко сну, но некоторые решили остаться бодрствовать.

— Кто? — спросил Кон.

— Райдер, Кирилл, и Дарий.

Кон кивнул.

— Они все спали в течение многих веков. Кто поможет им наверстать мировые события и технологии за последние десятилетия?

— Мы тянули жребий, — ухмыльнулся Гай. — Хэл и Лэит проиграли.

Впервые за последние дни Кон понял, что улыбается. Он заметил Тристана, по-прежнему летающего в небе в драконьей форме.

— Как Тристан?

— Он был хорош, — Риз нахмурился и сунул руки в передние карманы джинсов. — Слишком хорош. Мы полагали, что он был закален в боях, и сегодня он это доказал.

— Скажем Воителям? — спросил Гай.

Кон колебался всего мгновение.

— Не сейчас.

— Не думаю, что это правильно, — заявил Рис.

— Это мое решение. Кто поставил Тристана на патруль?

Гай пожал плечами.

— Он сам заступил. Сказал, что еще не готов уйти с неба.

Константин снова взглянул на особняк.

— Я не знаю, сколько еще с нами будут Воители и Друиды. Отныне они здесь желанные гости. Убедитесь, чтобы все узнали.

— Они будут задавать вопросы, — сказал Рис.

— Также как и мы. Я разберусь с этим, — заметил Кон и направился в дом.

Дракон не был удивлен, когда Рис и Гай последовали в особняк вместе с ним. Он уже отпустил их, но те, как всегда, серьезно относились к своим королевским обязанностям.

Как только Кон вошел в дом, взгляды всех присутствующих в холле обратились к нему. Фэллон подошел к нему первым.

— Спасибо, — произнес лидер Воителей.

Кон медленно обвел взглядов новых союзников.

— Наш дом — ваш дом. Приглашаю всех остаться отужинать, принять теплый душ, переодеться и выпить столько виски, сколько захотите.

— Не откажусь, — с усмешкой ответил Куинн.

Кон оглядел порванную и окровавленную рубашку Фэллона, потом перевел взгляд на Ларену, завернутую лишь в одеяло.

— Каждому из вас выделены комнаты, вас ждет там чистая одежда.

— Звучит божественно, — восхитилась Ларена.

Стоя на лестнице, Джейн громко откашлялась.

— Прошу следовать за мной, я покажу ваши комнаты.

Все направились к лестнице. Все, кроме Малкольма и Фелана. Кон наблюдал за тем, как нахмурился Фелан, отведя взгляд от Харона и Лауры. Он сделал шаг назад, пытаясь скрыться из виду.

Толкнув локтем Риса, Кон кивнул в сторону Фелана. Затем Кон обратил внимание на Малкольма. Воитель со шрамами не разговаривал и не двигался с тех пор, как в доме появился Кон.

— Малкольм? — нахмурилась Ларена.

Малкольм медленно выдохнул.

— Пришло время уходить.

— Останься в этот раз, — попросил Фэллон. — Нет никаких причин покидать нас.

Кон вздрогнул, когда на него упал синий взгляд Малкольма. Он ждал, гадая, какую причину назовет Воитель, чтобы оставить людей, которым он очень дорог. Мужчина мог и не знать, что нужен своим товарищам.

— Есть все основания, — наконец, ответил Малкольм.

Не произнеся больше ни слова, Малкольм развернулся и направился прямиком в сторону Кона. Король отступил в сторону, чтобы дать Малкольму пройти, и последовал за ним, в дождь.

— Что ты делаешь? — спросил Малкольм, стоя спиной к нему, когда Кон закрыл за собой дверь.

Кон прошел, встав перед Малкольмом, не обращая внимания на дождь.

— Я не хочу, чтобы ты покидал нашу территорию. Мы теперь союзники, Малкольм.

— Я ухожу, потому что это то, что мне нужно.

— Тебе неприятно находиться в кругу семьи? Ты знаешь, какую боль это причиняет Ларене?

— Я вернусь, — ответил Малкольм без каких-либо эмоций.

Кон сцепил руки за спиной.

— Может наступить время, когда тебе понадобятся друзья.

— Я причиняю боль тем, кто рядом со мной. Они думают, что нуждаются во мне, но это не так. Мне не нужна их жалость и сострадание. Я сделал свой выбор.

— Хм, — сказал Кон, поняв происходящее. — Ты стал бессмертным не так давно. Однажды тебе потребуется помощь. Это время приходит для всех нас, независимо от того, что бы мы не говорили себе в долгие ночные часы.

На безразличном лице Малкольма не дрогнул ни один мускул.

Кон отступил в сторону.

— Я скажу тебе то же, что и Харону. Если ты когда-нибудь будешь в чем-нибудь нуждаться, здесь ты всегда желанный гость.

На долю секунды Константину показалось, что он заметил проблеск чего-то в голубых глазах Малкольма, но это исчезло, прежде чем Кон смог разобрать.

Ничего не ответив, Малкольм пошел прочь и исчез в лесу.

***

— Уходишь?

Фелан проворчал от разочарования, когда повернулся и обнаружил одного из Королей у себя за спиной. Каким драконом был этот Король? Черным, наверное?

— Не думаю, что Харон оценит, то как ты пытаешься сбежать, — сказал мужчина, последовав за Феланом через оранжерею. Он остановился, и, потерев пальцами листья какого-то растения, устремил голубые глаза на Фелана. — Я — Рис.

— И, как все Короли, ты, конечно же, тоже знаешь о нас все?

Риз усмехнулся.

— Не будь таким мрачным. Твое дело знать обо всех злыднях; о пронырливых бизнесменах, о мужьях, избивающих жен, о растлителях малолетних и тому подобных подонках. Наше дело — знать все о Воителях и их женщинах.

— У меня нет женщины.

— Нет. Ни одна женщина не задерживается в твоей постели дольше нескольких часов, — усмехнулся Рис.

Фелан пришурился.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты ненадолго остался. Харон будет в скверном настроении, когда ему не удастся добраться до тебя сразу.

— Харону... прямо сейчас не до меня.

— Ревнуешь? — подразнил Рис.

Фелан преодолел три шага, отделяющие их и встал лицом к лицу с Рисом. Под кожей шипела ярость. Ревность, что Харон нашел кого-то? Фелан не знал и не хотел думать об этом.

— Он мой друг. Я рад за него.

— Тогда оставайся, — сказал Риз, издевательский тон исчез.

Фелан нахмурился и отступил на шаг. Должна быть настоящая причина, почему Дракон хотел, чтобы он остался.

— Тебе-то это зачем?

— Ни за чем. Харон хороший человек. Он считает тебя своим другом, близким другом. Мы просто приглядываем за ним.

— Почему вы не приглядывали за ним, когда Дейдре захватила его? Где вы были тогда?

Риз опустил глаза.

— Харон — единственный человек, которого ты когда-либо называл другом. Это правда?

— Правда, — ответил Фелан после долгого раздумья, гадая, куда, черт возьми, клонит его собеседник.

— Вы, Воители, могущественны. Вы обладаете огромной скоростью, силой и удивительными способностями, данными каждому вашими богами. Когда это необходимо, все вы объединяетесь и сражаетесь, — Риз помедлил. — Так почему, едва заканчивается битва, ты исчезаешь одним из первых?

— Я сам по себе.

Риз пожал одним плечом.

— И теперь, когда Харон обрел Лауру?

Фелан бросил взгляд поверх его плеча. Эти двое уже не были видны, но ему и не нужно было. Он заметил их, поднимающихся по лестнице, руки обвиты вокруг друг друга.

Он был рад за своего друга, но какая-то часть Фелана, все же, чувствовала себя покинутым. Харон был так же одинок, как и он. Теперь все вернется к тому, как было до встречи с Хароном.

— Я рад за него, — сказал Фелан. — Он хотел ее уже давно. Они хорошо смотрятся вместе.

— Да. Я знаю, каково это.

— Что?

— Не совсем понимаю, что делать с друзьями, которые нашли свое счастье.

Фелан вздохнул, вдруг устав скрывать свои чувства.

— Трудно справляться?

— Да, но их счастье все облегчает.

— Я побеспокоюсь об это позже, когда буду знать, что Уоллес мертв. А пока, я буду искать его. Ну, а теперь проваливай, Дракон, я выхожу на охоту.

По-дружески хлопнув Риса по плечу, Фелан вышел из особняка. Воитель не знал, куда направлялся. Найдя свой Дукати, спрятанный в лесу, он выехал на дорогу и просто ехал вперед.

Как делал это всегда.

***

Кон стоял вместе с Рисом и Гаем.

— О чем думаете? — спросил он.

— Фелан не признает, что одинок, — сказал Рис.

Гай оперся плечом о стену.

— Малкольма трудно понять.

— Значит, вы ничего не выяснили? — спросил Кон.

Гай фыркнул.

— Я так не говорил. Только, что это было сложно.

— Ну? — поторопил Рис, когда тот не продолжил.

Гай сквозь дождь глядел на удаляющегося Фелана.

— До тех пор, пока Ларена здесь, Малкольм готов сражаться с Воителями.

— А если ее не будет? — спросил Кон.

— Она — единственное, что соединяет его с Воителями и Друидами. Хотел бы я сказать, что он чувствует ответственность, готовность помочь, если возникнет такая необходимость, но не могу.

Кон посмотрел на небо, чтобы увидеть низко летающего в небе Тристана.

— Из всех Воителей, Малкольм провел наименьшее количество времени с Дейдре. Не думаю, что ей удалось запустить в него свои когти так быстро и так глубоко.

— А я думаю, что это из-за того, что с ним произошло до того, как его бог был освобожден, — добавил Гай.

Риз кивнул.

— Может быть. Время, что Фелан провел в Керн Тул до и после освобождения бога не так изменило его, как Малкольма.

— Что такого в Хароне заставило тебя передумать и предложить помощь Воителям? — спросил Гай.

Константин посмотрел на своих друзей и усмехнулся.

— Он вернулся в деревню, в которой вырос. Он удостоверился, что они в безопасности, и никогда не останутся без защиты. Харон сделал себе имя, как бизнесмен, сохранив при этом свой секрет.

— Он сделал то, что делаем мы, — кивнул Рис, понимая.

— Если бы Фэллон или братья Маклауд не возглавили бы Воителей, я уверен Харон бы принял этот вызов.

Кон оставил Риса и Гая, последовав к скрытому входу в гору позади особняка. Он стряхнул дождь и вошел в пещеру справа.

Там он остановился возле массивной клетки, в которой спали четыре серебряных дракона. Магия удерживала их от бодрствования и защищала от людей.

Мужской смех донесся до него из одного из коридоров. Он прислушался на мгновение, затем повернулся на каблуках, чтобы найти Королей, которые решили, что время их отдыха закончилось.

Глава 48

Лаура вышла из ванной и остановилась. Она улыбнулась, посмотрев на прекрасного мужчину, который лежал на кровати с закрытыми глазами, ничем не прикрывая своего великолепного тела.

Она позволила себе полюбоваться каждым восхитительным дюймом мускулистых форм Харона. Последние укусы селмуров исчезали, но то, что он так внезапно провалился в сон, говорило ей, насколько он измотан.

Лаура отчаянно желала быть к нему поближе, но при этом ей не хотелось беспокоить его. Девушка тихо подошла к кровати. Единственным звуком, раздававшимся в комнате, был скрип деревянного пола под её ногами.

Она посмотрела на кровать и заметила, что Харон наблюдает за ней глазами цвета темного шоколада. Ее сердце пропустило удар, когда Лаура обнаружила в них медленно разгорающееся желание.

Девушка не спеша развязала пояс, удерживающий полы ее халата. Как только они разошлись в стороны, она услышала одобрительное рычание Харона. Лаура позволила халату с мягким шелестом упасть к ее ногам и остановилась, пока мужчина прошелся обжигающим взглядом по ее стройному телу.

Он сел и, взяв ее за руку, медленно притянул ближе. Лаура встала коленями на кровать, но уже в следующую секунду Харон одним быстрым движением опрокинул ее на себя.

Она почувствовала, как его мощное возбуждение прижалось к ее животу, от чего кровь девушки побежала по венам с бешеной скоростью. Лаура положила руки ему на грудь, ощущая под своими ладонями обжигающую кожу и твердые мускулы.

Неожиданно она оказалась лежащей на спине, а Харон на коленях между ее широко разведенными ножками, которые он удерживал своими руками. Лаура никак не могла успокоить свое сбившееся дыхание, не в тот момент, когда потребность в этом мужчине и его прикосновениях была настолько велика.

Он отпустил ее ноги и неспешно прошелся лаской по стройной шейке девушки, вниз по ее ноющей груди и подтянутому животику, пока не достиг ее сладкого лона. Медленно и неторопливо мужчина дразнящими движениями играл с темными завитками, скрывающими влажный жар ее тела.

Лаура задохнулась, когда его палец будто случайно задел ее клитор. Снова и снова, он кружил вокруг изнывающего комочка, при этом не дотрагиваясь до него.

При этом головка его возбужденного члена прижалась к входу в ее тесное лоно. Лаура поймала его обжигающий взгляд, отчаянно желая, чтобы он, наконец, наполнил ее. Будто услышав ее немую мольбу, Харон одним мощным толчком вошел в нее до предела. Ее истосковавшееся, нуждающееся тело с радостью приветствовало его вторжение.

Он был всем, что она когда-либо хотела, всем, в чем она когда-либо нуждалась. Рядом с ним девушка чувствовала себя так, будто могла завоевать весь мир и противостоять любому злу, которое осмелится покуситься на их счастье.

С ним она чувствовала себя завершенной.

— Ты моя, — прошептал он, глядя ей в глаза.

Положив руку на его сердце, она мягко произнесла в ответ:

— А ты мой.

— Навеки.

— Навсегда.

Лаура прикрыла глаза от наслаждения, когда Харон наклонился, захватив ее губы глубоким страстным поцелуем, в то время как его бедра начали жестко двигаться. Обвив руками шею мужчины, она подарила свое тело, сердце и душу бессмертному воину, с радостью принявшему этот бесценный дар.

Эпилог

Фернесс

Два дня спустя

Харон улыбнулся, когда Лаура подошла к нему сзади на кровати и обернула свои руки вокруг его шеи. Они смотрели в окно с видом на лес в течение нескольких тихих минут.

— Что-нибудь слышно? — спросила она, поцеловав его в щеку.

— Ничего. Нет никаких признаков Джейсона Уоллеса.

— Он, наверное, мертв.

— Можно ли так надеяться, что нам повезло?

Она бегло провела пальцами по его волосам.

— Вдоль и поперек Шотландии проводятся поиски, любовь моя. Ты провел вчерашний день в поисках мерзавца.

— Мы что-то упускаем. Я знаю это.

— Что думает Фелан?

Харон ненавидел не покидающее его разочарование.

— Он говорит, что Уоллес мертв.

— Ты не веришь ему?

— Я слышу ложь в его голосе. К тому же Фелан колесит по Шотландии и утверждает, что находится в своих собственных поисках.

— Это все, что мы можем сделать, — сказала Лаура, крепче обняв его. — Каждый Воитель из замка Маклаудов ищет. То, что Брок не может обнаружить Уоллеса, что-то да говорит.

— Да, но Деклану прежде удавалось скрыться от силы Брока. Джейсон тоже может.

Лаура поднялась с кровати и обошла вокруг, встав перед ним. Он обхватил ее бедра, когда девушка стояла между его ног.

— Поговорим о более приятных вещах, Кон прислал грузовик с виски.

Харон взял ее левую руку в свою и потянул вниз рядом с собой.

— Ты не счастлив? Ты должен быть доволен этой новостью, — сказала Лаура.

Он усмехнулся, но слишком беспокоился, чтобы ответить ей. Вместо этого, он раскрыл свою руку, где на на его ладони лежало платиновое кольцо с голубым бриллиантом в три карата.

— Я знаю, что наш мир просто разваливается, и есть шанс, что война будет продолжаться, но я не могу прожить еще один день, не спросив тебя — готова ли ты стать моей женой? Я хочу разделить с тобой свое имя и свою постель, Лаура. Ты выйдешь за меня?

Руки Лауры дрожали, когда она закрыла рот и уставилась в шоке на потрясающее кольцо. Она опустила руки и кивнула.

— Да. Конечно!

Она улыбнулась сквозь слезы, которые наполняли ее глаза, когда он надел кольцо на ее палец.

— Мы можем подождать столько, сколько нужно, — сказал Харон, прежде чем поцеловал ее.

Лаура никогда не была так счастлива, но был один вопрос, который она не могла не задать.

— Мы не живем в замке Маклаудов. Я буду стареть, Харон. Я умру.

— Значит мы переедем в замок, — с легкостью ответил он. — Я сделаю все возможное, чтобы ты была со мной.

— Твоя жизнь здесь, не в замке.

— Моя жизнь рядом с тобой. Кроме того, я знаю Маклауды ищут заклинание, которое свяжет наши богов.

Она была так потрясена, что на мгновение не могла говорить.

— Ты станешь смертным?

— Да, — ответил Харон с широкой улыбкой. — Мы состаримся вместе.

— Но ты — Воитель.

Он пожал плечами и пробежал большим пальцем по ее кольцу.

— Я знаю, что Короли Драконов проследят за всем. Пришло время для нашей жизни.

— Что бы не произошло. Останешься ты бессмертным или нет. Мы вместе. Этого достаточно.

Толкнув девушку на кровать, Харон поцеловал ее.

***

Глазго.

Эйсли припарковала машину и вышла, сразу же окунувшись в устойчивый ритм ночного клуба, заполняющий улицы. Как же она тосковала по такой громкой музыке, способной заглушить все ее мысли.

Она прошла через заднюю дверь, обнаружив удивленного Дэна.

— Скучал по мне? — спросила девушка.

— Больше, чем ты думаешь, — ответил он, глубоко вдохнув дым от сигары. — На сколько ты останешься на этот раз, милая?

Она пожала плечами и прошла сквозь занавес из бисера в маленькую комнатку, служившую гардеробной.

Раньше Эйсли потратила бы не меньше часа, чтобы убедиться, что ее волосы и макияж в полном порядке, но сегодня она даже не взглянула в зеркало. Этой ночью девушка пришла сюда не для того, чтобы работать. Сегодня ей хотелось полностью раствориться в музыке.

— Черт, детка! — воскликнула Пэм, заметив Эйсли. — С тех пор, как твой кузен нашел тебя, я не думала, что мы снова когда-нибудь увидимся. Со всем его богатством и прочим.

Эйсли выдавила из себя улыбку.

— Моя “клетка” свободна?

Пэм указала вверх по другую сторону танцпола, который был заполнен множеством тел, двигающихся под громкую музыку.

— Стейси сейчас там, но я могу сказать ей, чтобы она передохнула.

Эйсли достала пачку фунтов.

— Скажи ей, что на сегодня она свободна.

Пэм свистнула и затем послышался щелчок переключателя, опускающий “клетку” с потолка. Эйсли была взволнована. В “клетке” она могла не просто танцевать, а позволить музыке поглотить ее, оттеснив на задний план все печали и заботы окружающего мира.

Как только Стейси вышла, Эсли заняла ее место и девушку тут же подняли наверх. Она закрыла глаза, вспоминая то время, когда ее только наняли, и она, в достаточно откровенном наряде, могла танцевать всю ночь на пролет.

Казалось, это было в другой жизни. Так много всего произошло с тех пор. Она уже не была той наивной девочкой, которая гуляла по улицам Глазго с искрящимися глазами и мечтами, столь же необъятными, как небо.

Песня затихла, быстро сменившись на композицию Рианы “Where Have You Been”. Эйсли почувствовала, как музыка обволакивает ее. Она будто взывала к ее душе, и, к удивлению девушки, ее магия отвечала на этот зов.

Музыка всегда была для нее пристанищем, местом, где она могла позволить себе все, что угодно. Этой ночью Эйсли нуждалась в жестких ритмах, громких барабанах и длинных гитарных соло, хотя до этого, подобное не привлекало ее.

Ее мир был разрушен. Одновременно она была преисполнена благодарности за то, что осталась жива, и очень напугана. Селмуры все еще могли найти ее, но пока этого не произошло, девушка собиралась сполна насладиться музыкой, позволив себе, хотя бы на короткое время, забыть тот ад, в котором жила совсем недавно.

Мощная волна магии накрыла ее с головой, лишив дыхания. Эйсли окунулась в соблазнительное звучание музыки и собственную магию, начав двигаться под волнующие душу строки песни, оставив весь мир позади.

***

Фелан заглушил свой Дукати и, толкнув подножку вниз, снял шлем. Он был утомлен и голоден, и отчаянно нуждался в женщине.

Мужчина чувствовал эту жажду уже несколько дней, но, как ни странно, он еще не нашел ту, которая могла бы заинтересовать его. Что было весьма … удивительно.

Фелан никогда не был особенно привередлив в отношении женщин, с которыми спал. За последние несколько дней многие с ним кокетничали, и даже были те, кто откровенно предлагал себя. Но, возможно, впервые в жизни, он уходил, даже не попытавшись заняться с ними сексом.

Он перекинул ногу через мотоцикл и остановился, оглядывая окрестности. На той же стороне улицы, где он припарковался, находились два паба. Оба выглядели достаточно оживленными.

Кроме того, через дорогу, был ночной клуб, который, по какой-то необъяснимой причине, постоянно притягивал его взгляд. Он чувствовал магию. В течение нескольких минут Фелан просто стоял, пытаясь определить, что это за магия и откуда она исходила.

Но не только это было странным. В одно мгновение ему казалось, что это магия Драу, а в следующие, что Маи.

— Вероятно здесь и та, и другая, — пробормотал Фелан и пересек улицу, направившись к клубу.

Он толкнул переднею дверь и был немедленно атакован громкой музыкой, тусклым светом и лазерами. Внутри клуба магия чувствовалась сильнее, что еще больше заинтриговало его. После того, как Фелан заплатил за вход, он прошел сквозь плотную толпу людей в еще более переполненный бар.

— Что будете пить? — крикнула симпатичная темнокожая барменша, одетая в блузку с низким вырезом, открывающим замечательный вид на глубокую ложбинку меж ее округлых грудей.

— Виски.

Она игриво подмигнула и поспешно отошла выполнять его заказ. Фелан медленно осмотрел обширную площадь клуба. Он улыбнулся, приметив парочки, обжимающиеся и страстно целующиеся в темных уголках, а кто-то и посередине танцпола.

Он развернулся и, оперевшись локтями о барную стойку, обратил внимание, что над танцполом подвешены четыре клетки, напоминающие птичьи, но размером в человеческий рост. В каждой из них танцевала женщина.

Все женщины были прекрасны, но одна из них, с длинными черными волосами, в мини-юбке и коротеньком топике, который заканчивался под ее полной грудью, полностью открывая красивые изгибы ее подтянутого тела, особенно привлекла его внимание.

— Ваш виски, — сказала барменша.

Не отводя взгляда от танцующей девушки, Фелан расплатился за напиток.

— Кто это? — спросил он, пытаясь перекричать музыку, которая казалась стала еще громче.

Барменша повернула голову, чтобы посмотреть, куда именно указывал мужчина.

— О, это Эйсли. Она не появлялась здесь в течении пары лет. Забудь о ней. Она ни с кем не общается, хотя постоянно получает знаки внимания от парней, — ответила девушка, снова подмигнув ему.

Фелан выпил свой напиток и направился в другую часть клуба, чтобы лучше рассмотреть Эйсли. Она танцевала, закрыв глаза, как будто была частью той музыки, что ревела вокруг нее.

Он никогда не видел никого, похожего на нее. Ее тело было гибким и пластичным, а движения плавными. Она была, будто единым целым с музыкой, и не возможно было их представить отдельно друг от друга. Ее танец очаровал и заворожил его. Пленил его.

И это было ничто по сравнению с тем, что ее магия делала с ним. Она поглощала его, обступая со все сторон, обволакивая его невероятными путами, а он даже не догадывался об этом.

Его тело было в огне, жаждущее женского прикосновения — прикосновения Эйсли.

Фелан понятия не имел, как долго он смотрел на нее или сколько прозвучало песен, под которые она танцевала. Он мог бы остаться здесь навечно, если это подразумевало, что сможет постоянно любоваться ею.

Неожиданно она открыла глаза, посмотрев прямо на него.

Что-то первобытное шевельнулось внутри него. Он должен был получить эту женщину. Любой ценой.

Заметив, что “клетка” опускается, он поспешил к ней. Девушка попыталась скрыться от него, но Фелан ни в коем случае не собирался терять ее из виду.

Он последовал за ней по длинному, узкому коридору, заканчивающимся тупиком. Она обернулась и посмотрела на него глазами столь же черными, как и ее волосы.

Фелан едва мог дышать. Она была великолепна, танцуя, но вблизи он был ошеломлен неземной красотой ее невероятно мягких губ и смуглой кожи, говорящей о ее испанских корнях.

Его руки чесались от желания почувствовать какова ее кожа, цвета мокко, на ощупь. Даже понимая, что должен прекратить преследовать ее, он не мог этого сделать. Фелан продолжал идти за ней, пока не оказался в нескольких дюймах от нее.

— Чт..?

Он положил палец на ее губы, заставив девушку замолчать.

— Не сегодня, красавица. Не нужно слов, — прошептал мужчина, прильнув ближе и слегка коснувшись ее губ своими.

Фелан почувствовал, как ее тело вздрогнуло. От неожиданности? Или она подумала, что он хочет обидеть ее? Никогда. Она была женщиной, которую нужно оберегать и заботиться, любить и баловать.

Фелан накрыл ее губы своими. Когда девушка немного расслабилась в его руках, он осторожно скользнул языком между ее губ, застонав от восхитительного, медового вкуса.

Ее мягкий стон совсем погубил его. Он углубил поцелуй. Жажда обладать этой девушкой настолько поглотила мужчину, что это сводило его с ума.

Он не мог отпустить ее. Она была слишком хороша на вкус.

Фелан сдвинул руку, слегка коснувшись большим пальцем ее обнаженной поясницы. Безумная страсть охватила его, заставляя его тело гореть в огне желания.

Кожа Эйсли была мягкой, словно шелк, а ее поцелуй, пьянящим, как вино. То, как она отвечала на его поцелуи, только еще больше распалило его жажду.

Он застонал, когда она положила руку ему на грудь, и как бы ему не хотелось, он прервал поцелуй, когда девушка слегка оттолкнула его.

Фелан оглянулся вокруг, высматривая укромное местечко, где они могли бы уединиться. Он должен был трахнуть ее или взорвётся от желания, горящего в его крови.

— Ты не захочешь связываться со мной, — прошептала она и прошла мимо него.

И как только он развернулся, чтобы посмотреть, как она уходит, он понял, что магия, которую он ощутил, принадлежала ей.

— Давай убегай, красотка. Я все равно найду тебя вновь, — прошептал он самому себе.

***

Распахнув заднюю дверь клуба, Эйсли глотнула прохладный ночной воздух. Она протянула руку, чтобы ухватиться за стену здания, когда перед глазами все поплыло.

— О, Боже, — прошептала она в шоке и смятении. — Я только что целовалась с Воителем.

Как же он не понял, кем она была, и не убил, девушка не понимала. Пришло время ей убраться из города.

Content

Донна Грант
Полночный плен

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Эпилог