Фалеев Владимир, Райков Владимир

ГРИГОРИЙ РАСПУТИН БЕЗ ГРИМА И ДОРИСОВОК

Все, кто пишет об обстановке в России накануне первой мировой войны, не могут обойти молчанием в высшей степени загадочную фигуру Григория Ефимовича Распутина. Его происхождение, появление в Петербурге, место, занятое в иерархии столичной власти, высокий авторитет в царской семье все это продолжает приковывать к себе пристальное внимание историков, писателей, врачей, психиатров. Кто он? Ловкий авантюрист? Вдохновенный юродивый? Колдун? Расчетливый царедворец? Пророк? Подборка материалов, предлагаемая вниманию читателей, проливает новый свет на эту таинственную противоречивую личность.

Григорий Распутин в новой ипостаси

Распутина убили великие князья: вдохновителем убийства был великий князь Николай Николаевич, исполнителями - великий князь Дмитрий Павлович, князь Феликс Феликсович Юсупов, член Государственной думы Владимир Митрофанович Пуришкевич... Знал о готовящемся убийстве председатель Государственной думы Родзянко - дядя князя Феликса Юсупова... Убийство ближайшего советника императора в конце декабря 1916 года стало поворотным пунктом в истории Российского государства и российского народа... Царь отрекся от престола, его арестовали. Глава Временного правительства А. Ф. Керенский, едва получив власть, первым делом приказал найти могилу старца Григория, выкопать гроб с его телом и привезти в Петербург; гроб неделю прятали в конюшне. Потом по личному распоряжению Керенского гроб с телом Распутина отвезли за город и в лесу сожгли, торопливо составив акт. Несколько лет занимаясь исследованием жизни и деятельности Григория Распутина, я побывал во многих местах, где жил, куда ездил и ходил «опытный странник» Григорий Ефимович Распутин, - а их в нашей стране немало Тобольск, Абалак, Ялуторовск, Тюмень, Екатеринбург. Верхотурье, Пермь, Казань, Тамбов, Царицын, Ялта, Одесса, Москва. С.-Петербург, Царское Село... И самым удивительным оказалось то, что даже спустя многие десятилетия в каждом городе до сих пор можно найти оставленные им «следы» документы, предания и легенды... Вчитываясь в архивные документы, в прижизненные газетные и журнальные публикации о Распутине, в мемуары дипломатов и политиков, где отражена деятельность старца Григория, я понял, что Григорий Ефимович Распутин - это совсем не та личность, образ которой сложился по воспоминаниям его убийц. Есть Распутин, служащий коммерческим целям! Это эротоман, пьяница, шарлатан, гипнотизер и «немецкий шпион»... Его образ создан политическими памфлетами, рожденными борьбой политических амбиций. Потом уже «обработан» художественной фантазией талантливых писателей и режиссеров... Но на самом деле был не блаженный Гришка, а реальный политик, самобытный крестьянский философ пророческого склада, христианский демократ. Образ Сатаны, всеми правдами и неправдами пробравшийся в царский дворец, соблазняющий светских дам и нянек царских детей,- это увлекательная, но злая сказка... Вот мнение, утверждать которое перед читателем я осмелюсь на основе множества изученных документов и свидетельств современников. Убийство Распутина без суда и следствия фактически явилось началом государственного переворота: «пуля, его прикончившая, попала в самое сердце династии» (А. Блок). «Если бы Государь послушался Распутина и заключил бы тот Брест-Литовский мир, то в России не было бы революции» (Зинаида Шаховская). После убийства старца Григория князья просили Николая II «смягчить участь» великому князю Дмитрию Павловичу за участие в убийстве; на прошении император начертал знаменитую резолюцию: «Никому не дано право заниматься убийством». В этой фразе не только принцип законности, но и отблеск убежденности старца Григория: «Если любишь, то никого и не убьешь...» Понять Распутина - это прежде всего понять философские истоки его личности. А корни покоятся в идеологии духовных христиан, так называемых «хлыстов»-христововеров: «Всякий мужчина может стать Христом, каждая женщина - Богородицей». Вождями духовных христиан всегда были живые Саваофы, Христы и Богородицы. Это наиболее испытанные в делах, в странствиях. в методах спасения старцы, много видевшие и страдавшие люди. Русская православная церковь до 1905 года всячески боролась с сектантами, их казнили, сжигали на кострах, отправляли в ссылку. Манифест 1-го октября 1905 года, провозгласив веротерпимость, дал возможность «выйти из подполья» вождю духовных христиан Григорию Ефимовичу Распутину. Первая его работа философской направленности «Житие опытного странника (май 1907 г.)» - это своеобразный манифест христововеров, программа реформ русской православной церкви и Российского государства. Не поняв философии Распутина, мы не поймем его деятельности. Учение духовных христиан сложилось в результате борьбы русского крестьянства с крепостным правом за свободное предпринимателъстио, за умелый, мастеровитый труд: христововеры никогда не отрицали церковь, но четко делили священников на «избранников» и «наемников» («Иному надо бы идти в исправники, а он пошел в батюшки»,- писал Распутин). Критическое отношение к «букве», к тем проповедям, которые утешают людей в храмах, но не помогают выбраться крестьянину из нищеты и зависимости, показывает, что духовные христиане ищут спасения не столько в смирении, сколько в энергичной трудовой и экономической деятельности. Григорий, родившийся в 1864 году, по всей видимости, был рано приобщен к тайной секте. Эта секта по своим принципам (заповедям) близка к ныне живому толку субботников. Сам Григорий Ефимович рассказывал: «Когда я жил сперва, как говорится, в мире до 28 лет, то был с миром, то есть любил мир и то, что в мире». «Много в обозах ходил, много ямщичал и рыбу ловил, и пашню пахал. Действительно, это все хорошо для крестьянина!» Получается, что он был принят в общину духовных христиан только в 1892 году. У нас нет фактов, чтобы усомниться в признании Григория Ефимовича, хотя маловероятно, чтобы такая конспиративная партия-братство, какой была богатая община-кооператив христововеров, использующая утонченные приемы скрытности, позволила своему старцу себя рассекретить. Вероятнее всего, он сначала был «связником» - летучим ангелом, то есть «серафимом» или «херувимом», ходил из «кораблика» в «кораблик», из села в село, из города в город к своим братьям, научился спасаться от разбойников и полицейских, от церковников и плохой погоды. Он научился «притворяться юродивым», которым многое прощалось. В 29 лет Григорий женился на девушке из соседнего села Дубровное, крестьянке Прасковье, очень бедной; в 1896 году родилась дочь Матрена, в 1897-м - сын Дмитрий, в 1899-м - дочь Варвара. Существует легенда о том, что в начале девяностых годов проезжал через Тобольск и село Покровское какой-то важный монах, и Григорий в качестве ямщика вез монаха по тракту сотни верст в Верхотурье. В дороге - от монастыря к монастырю - они беседовали о спасении души и судьбе России, Похоже, что пассажиром был молодой монах Сергий (Иван Николаевич Старгородский), возвращавшийся из Японии сибирским путем в Петербург. Распутин, посетив паломником Казань, Царицын, Новый Афон, Соловецкий монастырь, Москву и святые места Сергия Радонежского, примерно в 1904 году прибыл в Петербург и обратился к епископу Сергию. Сергий стал епископом в 1901 году, а в 1904-м был назначен ректором Петербургской духовной академии. Распутин так описал свою встречу с ним в Петербурге, «Я простой мужичок, когда вообще благодетелей искал, ехал из Тобольской губернии с одним рублем, посматривая по дороге по Каме, как господа лепешки валяли в воду, а у меня и чайку нет на закладку. Как это было пережить! Приезжаю в Петербург... выхожу из Александрово-Невской лавры, спрашиваю некоего епископа духовной академии Сергия. Полиция подошла, „какой ты есть епископу друг, ты - хулиган, приятель“. По милости Божией пробежал задними воротами, разыскал швейцара с помощью привратников. Швейцар оказал мне милость, дав в шею; я стал перед ним на колени, он что-то особенное понял во мне и доложил епископу; епископ признал меня, увидел, и вот мы стали беседовать тогда. Рассказывал мне о Петербурге, знакомил с улицами и прочим, а потом с Высокопоставленными, а там дошло и до Батюшки Царя, который оказал мне милость, понял меня и дал денег на храм». По рекомендации Сергия, ректора Петербургской духовной академии. Распутин встретился в общежитии академии с женой великого князя Николая Николаевича Анастасией. Войдя в дружбу к великим князьям, Григорий Ефимович получил доступ во дворец императора Николая II и его супруги Александры Федоровны. Обладая образной, афористичной речью, умея вести духовные и мистические беседы, он оказал огромное влияние на царя и царицу. Николай II записал в дневнике после одной из таких бесед: «Все бы слушать и слушать его без конца». Мистическая убежденность Распутина в необходимости церковных реформ, обновления церкви и преобразований в России, его уверенность в своей особой миссии по спасению страны производили впечатление на слушателей. Как известно, единственный долгожданный сын, царевич Алексей, наследник престола, страдал плохой свертываемостью крови. Умение Григория Распутина останавливать кровь, вообще успокаивать ребенка, конечно, покоряло озабоченную здоровьем сына императрицу. Шефство Григория Ефимовича над здоровьем наследника престола было постоянным. По его рекомендации намечалась поездка Алексея в 1914 году в Верхотурье, в монастырь, где монахини славились траволечением. В Верхотурье был построен дом для приема знатных гостей, там побывала фрейлина императрицы Анна Вырубова и сестра императрицы Елизавета Федоровна, но начало войны помешало поездке наследника престола на Урал. Воля и интересы Распутина значительно выходили за пределы лечения царевича Алексея. Он с самого начала появления в Петербурге объявлял себя спасителем православной России. Передовые умы русской православной церкви увидели в учении Распутина то реформаторское течение, которое могло способствовать обновлению церкви. Не к смирению призывали христововеры, не к уходу в монастыри, а к энергичному экономическому трудовому созиданию. Уяснив это, мы увидим в деятельности Распутина осуществление его представлений о государственном реформаторстве. «Вот, брат, при дворе-то было много охотников воевать с Австрией из-за каких-то земель. Но я, дружок, отговаривал папу, потому не время, нужно дома в порядок все привести»,- говорил Распутин (свидетельствует иеромонах Илиодор). Речь шла об отрицательном отношении Распутина к Балканским войнам 1912-1913 гг. «Воевать вообще не стоит: лишать жизни друг друга, отнимать блага жизни, нарушать завет Христа и преждевременно убивать собственную душу» (свидетельствует Н. Дурново). «Во время Балканской войны 1912 года он сказал свое решающее слово», - говорил о старце Григории граф Витте. Распутин с самого первого момента своего появления на политической арене как религиозный деятель был противником бунтов, анархии, войн, выступал за экономические и церковные реформы. 29 мая 1907 года корреспондент тюменской газеты, побывав в селе Покровском, сообщил: «На церковном сходе 9 мая прихожанам слободы Покровской церкви местным крестьянином Григорием Ефимовичем Распутиным, переименованным по указу его императорского величества в „Новых“[1] было предложено 5 тысяч рублей на постройку новой церкви в с. Покровском с тем, чтобы и крестьяне с своей стороны сделали хоть что-нибудь...» Хоть что-нибудь! Распутин не благодетель, он настаивает, чтобы каждый был соучастником строительства. Он вовлекает людей в деятельность, а не просто дает им из милости... Далее: «Между тем более сознательная, развитая часть населения начинает поговаривать о том, что не худо бы эти деньги употребить на богоугодное, жизненное дело: на постройку новой двухклассной школы, в которой такая нужда». Нужна школа, и толковые мужики это понимали. А Григорий? Он и в «Житии», и в ответе корреспонденту обосновал необходимость обучения крестьян, даже в гимназиях. «Мужичок мудреный, душа у него живая», но «у него ум спит, потому что он не был в гимназиях». «Неизвестно, однако, что бы с ним было, кабы поучился». А журналисту: «Не строй церковь, пристрой сироту...» Мораль этой фразы весьма прозрачна: «Настанет время и настало уже, когда испытанные поклонники будут поклоняться не в храме и не на горе сей, а в духе и в истине...» И еще: «А таких поклонников дает только правильно поставленная школа, где в основу обучения и воспитания положены высшие заветы Христа: Свобода, Братство, Равенство и Любовь...». В селе Покровском в основном на деньги Распутина были построены школа, попечителем которой он был, и церковь, которую разобрали на строительство какой-то пристройки МТС в 1946 году. Граф С. К. Витте в своем интервью газете «Фоссише цайтунг», отметив, что Распутин обладает крепкой волей и природным умом, сказал далее: «Все перемены в Совете Министров произошли под влиянием Распутина, который выступает против алкоголизма, о борьбе с которым Коковцев (председатель Совета Министров) ничего и слышать не хотел». Газеты набросились на графа. Григорий Распутин по этому поводу сказал журналисту: «Граф Витте - человек разумный». Это было накануне первой мировой войны. В Петербурге, узнав о выстрелах в Сараеве, Распутин сразу же высказал об австрийской драме журналисту «Биржевых ведомостей» следующее: - Что тут, братец, может сказать Григорий Ефимович? Убили уж, ау. Назад-то не вернешь, хоть плачь, хоть вой. Что хочешь делай, а конец-то один. Судьба такова... (Это очень важное заявление. Распутин не допускает и намека, что это убийство следует рассматривать как повод для войны.) А вот английским гостям, бывшим в Петербурге, нельзя не порадоваться. Доброе предзнаменование. Думаю своим мужицким умом, что это дело большое - начало дружбы с Россией, с английскими народами. Союз, голубчик, Англии с Россией, да еще находящейся в дружбе с Францией,- это не фунт изюма, а грозная сила, право хорошо. И еще думаю, и то хорошо, что святой синод очень хорошо постановил командировать ректора Петербургской духовной академии епископа Анастасия, архиепископа Сергия финляндского и профессора Соколова в Англию для знакомства с современной жизнью англиканской церкви. Я нахожу, что сближение англиканской церкви с православной возможно, да так и должно быть. Впрочем, не нам разговаривать об этом, есть и поумнее нас. ...Жизнь Распутина, как уже говорилось, была полна неожиданностей, порой весьма драматичных. Вернувшись в село Покровское, 29 июня (12 июля) Григорий в 3 часа дня вышел за ворота своего дома, чтобы передать телеграмму почтальону Михаилу Распутину; тут его поджидала прибывшая неделю назад в село безносая фанатичка Хиония Гусева; вытащив из-под платка кинжал, она ткнула им в живот Григория Ефимовича. Затем она погналась за Распутиным по улице, чтобы насмерть зарезать его. Но он, подняв с земли палку, сбил Хионию с ног. Местные крестьяне ее задержали. В тот же день сельский врач В. Н. Высоцкий сделал раненому операцию. Хиония, мещанка из Сызрани, долго жила в Царицыне, она видела там Распутина, когда тот приезжал к иеромонаху Илиодору, призналась, что намеревалась «насмерть запороть» «ложного пророка», который якобы (как она слышала от Илиодора) обесчестил монахиню Ксению Гончаренкову... Но тайна лежит глубже. Кто же направил руку Хионии Гусевой? Войны с Германией хотел великий князь Николай Николаевич - глава военной партии в России. Вот одна из причин, почему убийства Григория Распутина желали «думские оппозиционеры», в том числе председатель Государственной думы Родзянко, В. М. Пуришкевич. Сам Григорий Ефимович, верный принципу «не убий», находясь после ранения в Тюменской городской больнице, узнав о начале войны, послал императору Николаю II такое пророческое письмо: «Милый друг! Еще раз скажу: грозна туча над Россией, беда, горя много, темно и просвету нет: слез-то море и меры нет, а крови? Что скажу? Слов нет, неописуемый ужас. Знаю, все от тебя войны хотят и верные, не зная, что ради гибели. Тяжко божье наказанье, когда уж отымет путь, начало конца. Ты царь, отец народа, не попусти безумным торжествовать и погубить себя и народ. Вот Германию победят. а Россия? Подумать так все по-другому. Не было от веку горшей страдалицы, вся тонет в крови великой, погибель без конца, печаль. Григорий». Есть мнение, что именно это письмо император хранил даже в Тобольской ссылке, отдал его родным Распутина, и письмо попало во Францию, где была опубликована его фотокопия. В это время бывший иеромонах Илиодор - Сергей Труфанов, отрекшийся от церкви, проклявший царя и его семью, отравивший рыбьим ядом Ивана Синицына за то, что тот донес на него полиции, узнав о ранении Распутина, удирал в женском платье за границу на третий день после покушения. Он послал в село Покровское такое письмо: «Я вышел победителем из этой борьбы, а не ты, Григорий! Твой гипноз рассеялся, как дым перед лицом солнца. Говорю тебе, что ты умрешь несмотря ни на что! Я - твой мститель. Узник».

«Узник» - это самопрозвище Сергея Труфанова. который после организованного им первого покушения на Распутина был заключен в монастырь. Наиболее ясно выразил отношение военной партии к Распутину Н. Дурново: «Гр. Распутин, сколько мы можем судить по его органу „Дым Отечества“[2], есть злейший враг святой Христовой Церкви, православной веры и Русского государства». Чем же Распутин провинился? «...Во время освободительной войны балканских христиан (1912 г. - В. Ф.) с Турцией он выступил не за Христа, а за лжепророка Магомета». Очевидно, что такие политические обвинения против ближайшего советника императора в самом начале первой мировой войны должны были подорвать авторитет старца Григория в среде патриотов, создать атмосферу недоверия к гражданскому правительству России. Но и этого было мало. Стремясь полностью дискредитировать Распутина, противники развернули травлю его, называя «столичных барышень отрадой, всех плутов кумиром», сравнивая с «вождями штундизма, баптизма, адвентизма и прочих измов». Следует сказать и то, что сам Григорий Ефимович стремился укрепить «тайное правительство» при Николае II. О его влиянии на политику говорит хотя бы то, что французский посол в Петербурге Мориз Палеолог счел необходимым встретиться с Распутиным, записав в своем дневнике (24 февраля 1915 г.): «Я рад слышать, что ты это говоришь, потому что я знаю нескольких высокопоставленных лиц, которые рассчитывают на тебя, чтобы убедить императора не продолжать более войны. Он смотрит на меня недоверчивым взглядом и чешет себе бороду. Затем. внезапно: - Везде есть дураки! - Что неприятно - так это то, что дураки вызвали к себе доверие в Берлине. Император Вильгельм убежден, что ты и твои друзья употребляют все свое влияние в пользу мира». Зная, что Россия чуть ли не на грани катастрофы, французский посол тем не менее настаивает на продолжении войны. Распутин показывает себя тонким дипломатом. Главный противник заключения мира с Германией - верховный главнокомандующий русской армией Николай Николаевич. В условиях временных успехов на фронте авторитет главнокомандующего сильно возрос, а во всех неурядицах в тылу, в городах, очередях в магазинах обвинялись император и Совет Министров. Так возникла угроза установления военной диктатуры. 13 июня 1915 года Мориз Палеолог записывает в дневнике: «Московские волнения носили чрезвычайно серьезный характер, недостаточно освещенный в печати. На знаменитой Красной площади. видевшей столько исторических сцен, толпа бранила царских особ, требуя пострижения императрицы в монахини, отречения императора, передачи престола великому князю Николаю Николаевичу[3] повешения Распутина и проч.». Прежде чем Николай Николаевич 23 августа (5 сентября) 1915 года был смещен с поста Верховного главнокомандующего и отправлен командовать армией на Кавказ, против Григория Распутина была проведена «удачная акция» с помощью московского журналиста Николая Соедова и жандармского генерала Джунковского. Газеты оповестили о «скандале», который «случился» 26 марта 1915 года в московском ресторане «Яр», где старец Григорий, якобы опьянев, плясал в голом виде перед дамами. Ни император, ни императрица не поверили в подлинность раздуваемой газетами сцены в ресторане «Яр». В ресторане вместе с Распутиным были потомственная почетная гражданка Анисия Ивановна Решетникова (которая, судя по всему, была связана с ним христововерскими заповедями; бывая в Москве, Распутин останавливался в ее доме, ночевал здесь и отец Распутина) и потомственный почетный гражданин Семен Лазаревич Кугульский. Расходы по ресторану оплачивал Кугульский, а Распутин только покровительствовал крупной сделке. «Распутин является орудием какого-нибудь сообщества, влекущего Россию к гибели», - докладывал императору Николаю II генерал Джунковский, хотя из заведенного на него дела не видно существования какого-либо «сообщества». Джунковский был смещен с должности. Видя, что меры по дискредитации Распутина недостаточны, на него начинают готовить покушение. Министр внутренних дел А. Н. Хвостов выделил фонд в 300 тысяч рублей, чтобы организовать убийство старца. В Христианию[4] был послан журналист для встречи с беглым иеромонахом Илиодором, который был одержим идеей убить старца Григория - своего прежнего благодетеля и друга. Но заговор был раскрыт при содействии директора департамента полиции С. П. Белецкого. Мориз Палеолог записывает в дневнике 26 апреля 1916 года, Распутин «несколько раз говорил им о своей близкой смерти». Так, он сказал г-же Т...: «Знаешь ли, что я вскоре умру в ужасных страданиях. Но что же делать? Бог предназначил мне высокий подвиг погибнуть для спасения моих дорогих государей и Святой Руси. Хотя грехи мои и ужасны, но все же я маленький Христос...». В другой раз, проезжая со своими поклонницами мимо Петропавловской крепости, он так пророчествовал: «Я вижу много замученных; не отдельных людей, а толпы; я вижу тучи трупов, среди них несколько великих князей и сотни графов. Нева будет красна от крови». Очевидно, будет правильным считать Распутина носителем взглядов какой-то части российского крестьянства, которое активно противостояло войне хотя бы в силу того, что хотело мира и мирного труда - единственно возможных условий его существования. Философское чутье Григория Ефимовича Распутина позволяло ему верно видеть возможные последствия кровавой войны. Смысл своей жизни он видел в спасении крестьян не только в христововерских общинах; он требовал энергичной, в духе христововеров, деятельности во имя спасения народа. Как сейчас уже ясно, прозорливость Распутина в плане необходимости выхода России из войны имела далеко идущие последствия. Другое дело, что обстоятельства оказались сильнее воли императора Николая II и его правительства. В борьбе с политикой Николая II - Распутина объединились великий князь Николай Николаевич и представитель Государственной думы Родзянко. Можно иметь различные мнения, касающиеся этого убийства (хотя любое убийство есть вещь противоестественная и греховная). Как уже говорилось, убийство старца Григория не дало ожидаемого эффекта. Думская коалиция после смещения с трона императора решила править сама, без князей... 2/15 марта 1917 года Николай II отрекся от престола. Началось торопливое изгнание отовсюду «ставленников Распутина». Особенно усердствовал в этом плане глава Временного правительства А. Ф. Керенский. Семь томов материалов чрезвычайной следственной комиссии, занимавшейся расследованием преступлений царских министров, - это, в сущности, сырой подготовительный материал: судебного разбирательства не было, вина многих обвиняемых не доказана. Далеко не все члены чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства были единодушны в оценке личности Г. Е. Распутина. В. М. Руднев писал: «Вообще Распутин, несмотря на свою малограмотность, был далеко не заурядным человеком и отличался от природы острым умом... Его внешняя грубость и простота обращения, напоминавшая порой юродивого, были, несомненно, искусственны, имели целью подчеркнуть свое крестьянское происхождение и неинтеллигентность». Распутин - вождь духовных христиан. учение и политика которых вырабатывались устно на протяжении веков, опыт христововерских общин приобретался практикой самоспасения в условиях крепостного права, гонений; в их учении тончайшим образом разработаны вопросы психологии. Григорий Распутин не привел с собой в аппарат власти готовых политических деятелей из единоверцев. Деятельность А. Ф. Керенского как главы Временного правительства справедливо вызывает у историков недоумение, а то и горькую усмешку. Бывший министр юстиции действовал не как человек, облеченный государственной властью, а как оскорбленный «мститель»: приказал разыскать могилу Распутина в Александровском парке, вырыть из захоронения гроб с его телом, спрятать его в конюшне, затем сжечь гроб с покойником под Петроградом. «Гробокопательство» А, Керенского было связано с ритуальностью масонов: А. Керенский был одним из трех секретарей «Верховного совета народов России», этот совет направлял все русское масонство, но действовал в интересах и по воле французского «Великого Востока». Знаменитый Локкарт в своих воспоминаниях сказал об А. Керенском ясно: «Он выжил бы только при одном условии: если бы французское и британское правительство летом осенью 1917 г. дали ему возможность заключить сепаратный мир... (с Германией.- В. Ф.). Чтобы скрыть свою связь с масонами и сдержать клятву, данную „Великому Востоку“, Керенский говорил после 1918 г. в Лондоне, что он потому собирался продолжать войну, что якобы царский режим хотел сепаратного мира... Выдумка Керенского очень удобно помогала ему скрыть действительную причину желания продолжать войну во что бы то ни стало: связь с масонами Франции и Англии и масонская клятва». (См.: Замойский Л. «За фасадом масонского храма», М., 1990, с. 270-271). 21 декабря 1916 г. (3 января 1917 г.) Николай II записал в своем дневнике: «В 9 час. проехали всей семьей мимо здания фотографий и направо к полю, где присутствовали при грустной картине: гроб с телом незабвенного Григория, убитого в ночь на 17-е декабря извергами в доме Ф. Юсупова, кот. стоял уже опущенным в могилу». По мнению царя, Распутина убили изверги... Сам Григорий Ефимович называл таких извергов «дураками»... К власти в стране пришли некомпетентные политики, на фоне которых фигура Григория Ефимовича Распутина («Нового Христа») выглядит куда значительнее великих князей, пуришкевичей, гучковых, Милюковых, корейских, родзянок и т. д. Крестьянский пророк, крестьянский русский философ, интуитивный политик и реформатор Григорий Распутин предлагал России верный путь развития - мирное экономическое хозяйствование, рынок, образование народа и повышение его культуры.

* * *

Владимир РАЙКОВ, психиатр

«Я видел удивительно просветленное лицо»

В отношении личности Распутина привычные мерки не годятся. Его неоднократно хотели убить, планировались многочисленные заговоры, и все они оказывались безуспешными. Однажды, например, его хотел убить один грузинский князь из личной охраны императора. Он уже поднял руку с пистолетом, направив его прямо в Распутина, но тот, глянув князю в глаза, сказал: «Да у тебя рука не поднимется в меня стрелять!» И князь, в ужасе отдернув руку, выстрелил в себя самого. В другой раз его хотели убить в каком-то ресторане. Но он громко крикнул вооруженным людям: «Сволочи! В кого стрелять хотите? Креста на вас нет!» И, не посмев выстрелить, они униженно, по-воровски разбежались. Когда же Хиония гусева, фанатичка, улучив момент, ранила его ножом в живот, он будто бы, зажав руками кишки, сам дошел до больницы и впоследствии излечился. Каким-то вселенским ужасом веет и от рассказа о последнем покушении на Распутина, принадлежащего перу князя Ф. Юсупова. Распутин во многом олицетворял и сильные, и слабые стороны глубинных способностей русского народа. Он был для царя и его окружения представителем народа, воплощением его духа. Григорий Ефимович успешно лечил цесаревича от гемофилии (несвертываемости крови), а самого царя - от злоупотребления алкоголем. Он владел искусством внушения, умел успокоить возбуждение, снять боль, остановить кровь (даже по телефону). Можно понять родительские. чувства царя и царицы, которые при любых, даже самых незначительных проявлениях болезни у царевича Алексея разыскивали своего спасителя по всему Петербургу. Итак, вера царя и царицы в Распутина несомненна. Но как могло случиться, что такие непохожие, я бы даже сказал, в чем-то антагонистические личности, как Николай II и его супруга, одинаково подпали под влияние «милого друга»? «По природе своей Николай II был человеком без страстей, без резко выраженных наклонностей, в общем, человек, главной чертой которого было полное безволие,- вспоминал известный общественный деятель той поры С. И. Шидловский.- Подготовлен был для царствования Николай II плохо и надлежащего воспитания не получил. Можно более чем сомневаться в том, что Николай II имел какую-нибудь определенную программу для своего царствования: он действовал от события к событию, случайно, и всегда обстоятельства заставляли его проводить их к концу в направлении, совершенно обратном тому, чего ему хотелось». Полной противоположностью Николаю II была императрица. Об этом убедительно свидетельствуют ее собственные письма мужу, «Будь львом в борьбе против маленькой кучки негодяев и республиканцев; будь Петром Великим, Иваном Грозным и Павлом 1, сокруши их всех; будь решительным и более самодержавным, показывай свой кулак там, где это необходимо; докажи, что ты один властен и обладаешь сильной волей». Но никакие заклинания не действовали на слабовольного супруга. Оставалась одна надежда - на всесильного Распутина, Влияние Григория Ефимовича на императора в ряде случаев было абсолютным, В этой ситуации русская аристократия с ненавистью относилась к Распутину и всей той обстановке, которая вокруг него создалась. Простить ему этого влияния российское дворянство не могло, отсюда и заговор, отсюда и убийство. Мне довелось повидать сотни фотографий Г. Е. Распутина во время подготовки к фильму «Агония», в котором я исполнял роль министра внутренних дел Хвостова. И везде на этих портретах я видел удивительно просветленное лицо - мужественное, яркое и прекрасное. Он был весьма своеобразным типом народного царедворца и, безусловно, понимал свое предназначение. В нем было что-то совершенно особенное, непостижимое, что ускользало от понимания царя и его окружения. Распутин был наделен уникальными способностями психотерапевта и гипнотизера, мощным интеллектом с признаками настоящего духовного величия и той удивительной устремленности в вечность, которая была свойственна нашей культуре в начале XX столетия. И хотел этого Распутин или нет, в его лице отразилось это восхитительное зеркало «Русского Возрождения», которое навсегда останется для нас святой и чистой легендой, источником, из которого мы еще очень долго будем пить. Я и сейчас вижу лицо Распутина и верю этому лицу. И я не могу не ощущать, что, если бы он не был убит, все было бы иначе, лучше. Все было бы, как у людей... Ниже мы публикуем отрывок из мемуаров князя Юсупова, вышедших на французском языке после бегства кннзн из России во Францию. Юсупов рассказывает во всех подробностях, как было организовано убийство. Читающего эти воспоминания потрясает воистину нечеловеческая сила и живучесть «Великого старца».

Мысль об устранении Распутина возникла в кругах, близких к бывшему главнокомандующему русской армией, великому князю Николаю Николаевичу, в конце 1916 года. В небольшой группе решительных заговорщиков (князь Юсупов, член Думы Пуришкевич, великий князь Дмитрий Павлович, капитан Сухотин и доктор Лазоверт) созрел план: тайно заманить Распутина во дворец Юсупова на Мойке и умертвить его с помощью яда, чтобы не осталось никаких следив.

Ночь на 29 декабря 1916 года

Распутин давно хотел познакомиться с моей женой. Думая, что она находится в Петербурге, и зная, что родители мои в Крыму, он охотно принял мое приглашение. На самом деле Ирина тоже была в Крыму, но я рассчитывал, что Распутин скорее примет мое приглашение, если у него будет надежда встретиться с ней. Дмитрий и Пуришкевич как раз вернулись с фронта, и решено было, что я приглашу Распутина приехать на Мойку вечером 29 декабря. Решено было, что я приму Распутина в подвальном помещении, только что мною оборудованном. Оно было разделено сводами на две комнаты. Та, что больше, должна была служить столовой; из второй винтовая лестница вела в мои покои в первом этаже; на полдороге была дверь, выходившая прямо во двор. Чтобы не возбуждать подозрений Распутина, надо было так обставить первую комнату, чтобы она имела вполне жилой вид. Когда я пошел туда под вечер 29-го числа, обойщики кончали раскладывать ковры и вешать портьеры. С чердака принесли отобранную мною мебель: резные дубовые кресла с высокими спинками, столики, покрытые старинной парчой, чаши слоновой кости и другие ценные предметы. Как сейчас, вижу обстановку этой комнаты во всех ее подробностях, и в особенности шкафчик черного дерева с инкрустациями, зеркалами и секретными ящичками. Посреди комнаты был поставлен стол, где Распутину предстояло выпить последнюю чашку чая. В 11 часов все было готово в подвальных апартаментах. На столе уже пыхтел самовар, кругом были расставлены вазы с пирожными и любимыми распутинскими лакомствами. Поднос с бутылками и бокалами стоял на поставце, Старинные фонари с цветными стеклами освещали комнату сверху; тяжелые красные штофные занавеси были спущены. Раздался звонок - это приехали Дмитрий и остальные мои друзья. Я провел их в столовую. Несколько мгновений они молча созерцали то место, где Распутина ждет смерть. Я достал из шкафчика с инкрустациями коробку с ядом. Доктор Лазоверт надел резиновые перчатки, взял кристаллы цианистого калия и измельчил их в порошок. Потом приподнял верхушку пирожных и засыпал донышко такой дозой яда, которой, по его словам, хватило бы, чтобы мгновенно убить несколько человек. Молча, с волнением следили мы за каждым жестом доктора. Еще предстояло насыпать яду в бокалы. Решено было сыпать его в последнюю минуту, чтобы он, испаряясь, не утратил своей силы. Мы устроили на столе беспорядок, отодвинули кресла, разлили чай по чашкам, Было уговорено, что Дмитрий, Пуришкевич и Сухотин поднимутся на первый этаж и заведут граммофон, выбирая пластинки с веселыми мотивами. Когда приготовления были закончены, я надел шубу и нахлобучил до ушей шапку, совершенно скрывавшую мое лицо. Доктор Лазоверт, переодетый шофером, завел мотор, и мы сели в машину, дожидавшуюся во дворе. У Распутина я поднялся по черной лестнице, света не было, мне пришлось пробираться ощупью, я едва отыскал нужную мне дверь и позвонил. - Кто там? - послышался голос Распутина. Я вздрогнул. - Григорий Ефимович, это я приехал за вами. Я помог ему надеть шубу. Мы вышли на темную лестницу, и Распутин запер за собой дверь. Я почувствовал, как его пальцы впиваются мне в руку. - Давай-ка я тебя поведу,- сказал старец и повлек меня вниз. Его рука клещами сжимала мою руку, мне хотелось закричать, хотелось поскорее выбраться на свет и не чувствовать больше прикосновения этой страшной руки. Мы сели в машину и поехали. Войдя в дом, я услышал голоса друзей и мелодию американской шансонетки. Распутин насторожился. - Что тут такое? Пирушка, что ли? - спросил он. - Нет, у моей жены собралось несколько друзей. Они скоро уедут. А мы пока что пойдем в столовую и выпьем чаю. Мы спустились в подвал. Распутин скинул шубу и с любопытством оглядел обстановку. Шкафчик с инкрустациями особенно заинтересовал его. Он, как ребенок, забавлялся тем, что выдвигал и задвигал многочисленные ящики. Я предложил ему чая и вина и был обескуражен, когда он поначалу от всего отказался. «Может быть, он догадывается?» - подумал я. Но я твердо решил. что он ни при каких обстоятельствах не выйдет отсюда живым. Мы сели за стол. Завязалась беседа. - Григорий Ефимович, зачем к вам заезжал Протопов? Что он, по-прежнему боится заговора? - Ну конечно! Моя прямота многим не по нутру. Знать, злится и завидует мне... Но я никого не боюсь. Со мной ничего не может случиться. Сколько раз меня пытались убить, но господь всегда разрушал козни нечистого. Несдобровать тому, кто поднимет на меня руку. Эти речи старца злой насмешкой звучали в той комнате, где ему предстояло погибнуть. Меня уже ничто не могло смутить. Пока он разлагольствовал, у меня была одна только мысль: заставить его выпить вина и съесть пирожные. Наконец Распутин попросил чаю. Я налил чай и придвинул к нему вазу с пирожными, начиненными цианистым калием. Сначала он отказался. - Не хочется, они слишком сладкие. Но затем он все-таки взял одно пирожное, второе... Я с ужасом следил за ним. Действие яда должно было сказаться сразу, а между тем Распутин продолжал разговаривать как ни в чем не бывало. Я предложил ему отведать нашего крымского вина. Он опять отказался. Время шло, я начал нервничать. Несмотря на его отказ, я наполнил два бокала, но по непонятной мне самому причине не те, где был яд. Распутин выпил с удовольствием. - Налей мне мадеры,- попросил он. На сей раз я хотел налить в бокал с ядом, но старец запротестовал: - Налей в тот же бокал. - Нехорошо мешать эти вина. - Говорю тебе, налей. В эту минуту я как бы нечаянно уронил тот бокал, из которого он пил раньше, и налил ему мадеры в бокал с цианистым калием. Я стоял позади него, следил за каждым его движением и ждал, что он вот-вот рухнет наземь. Но он невозмутимо, мелкими глоточками пил вино, смакуя его, как настоящий знаток, и при этом ничуть не менялся в лице. Только время от времени подносил руку к шее, словно ему трудно глотать. На мой вопрос, что с ним, ответил: - Так, что-то в горле першит. Яд, очевидно, не действовал. Распутин теперь преспокойно расхаживал по комнате. Тогда я взял второй бокал с ядом, наполнил его вином и протянул Распутину. Тот выпил и его с тем же результатом. На подносе оставался третий и последний бокал. От отчаяния я и сам принялся пить, чтобы подать ему пример. Так мы молча сидели друг против друга и пили. Внезапно его лицо исказилось яростью. Ни разу я не видел его таким страшным. Он вперил в меня взгляд, полный сатанинской злобы. В этот миг он был мне так ненавистен, что я готов был голыми руками задушить его. Между нами как будто шла безмолвная, таинственная и беспощадная борьба. Наконец я овладел собой и предложил ему чаю. - Налей, у меня сильная жажда,- слабеющим голосом сказал он. Увидев на стуле гитару, он попросил: - Спой что-нибудь веселенькое, мне нравится, как ты поешь. Мне нелегко было петь в такую минуту, да еще веселую песню. Однако я взял гитару и запел что-то грустное. Сперва он слушал внимательно, потом опустил голову и как будто задремал. Когда я кончил, он открыл глаза. - Спой еще, мне нравится такая музыка. Прямо за душу берет. Время шло. Часы показывали половину третьего. Этот кошмар длился уже два часа. Наверху явно нервничали и шумели вовсю. Я боялся, как бы мои друзья, потеряв терпение, не ворвались сюда. - Почему там так топочут? - спросил Распутин. - Наши гости, должно быть, уходят, пойду посмотрю, что там творится. Наверху Дмитрий, Пуришкевич и Сухотин с револьверами в руках кинулись мне навстречу. - Ну как, все кончено? - Яд не подействовал. - Но ведь доза была огромная? И он все выпил? - Все. Посовещавшись, мы решили спуститься все вместе, наброситься на Распутина и задушить его. Но потом я испугался, что это погубит все предприятие. Распутин поймет, что дело нечисто, а кто знает, на что способен этот дьявол? Я уговорил остальных, чтобы они предоставили все мне одному, взял у Дмитрия револьвер и спустился в столовую. Распутин сидел на прежнем месте, склонив голову и тяжело дыша, - Вам плохо? - спросил я. - Да, голова тяжелая и в желудке что-то жжет. Налей мне еще рюмочку мадеры. Я понял, что роковая минута настала. «Куда целить: в висок или в сердце?» - подумал я. Содрогаясь всем телом, я протянул руку, прицелился в сердце и спустил курок. Распутин со звериным ревом рухнул на медвежью шкуру. Распутин лежал на спине. По лицу временами пробегала судорога. Руки были сжаты, глаза закрыты. На шелковой рубахе расплывалось красное пятно. Через несколько минут старец перестал шевелиться. Доктор констатировал, что пуля попала в область сердца. Сомнений не было: Распутин мертв. Дмитрий и Пуришкевич перенесли его с ковра на плиты пола. Мы погасили электричество и поднялись наверх, заперев на ключ дверь подвала. Вдруг меня охватила непонятная тревога, я бросился вниз. Распутин лежал на том же месте, где мы его оставили. Я пощупал пульс и не услышал ни малейшего биения. Да, действительно он мертв. Сам не знаю почему, я вдруг схватил труп обеими руками и встряхнул его. Он наклонился набок и снова упал. Я уже собрался уйти, но вдруг увидел, что его левое веко чуть подрагивает, затем судорога пробежала по всему лицу и приоткрылся левый глаз, а за ним и правый. И оба эти змеиных глаза уставились на меня с выражением сатанинской злобы. Я застыл на месте, хотел бежать, но ноги мне не повиновались. Тут произошло нечто невообразимое. Резким движением Распутин вскочил на ноги. Он был страшен: пена на губах, руки судорожно бьют по воздуху. И вдруг он накинулся на меня, стараясь схватить меня за горло, точно клещами впиваясь пальцами мне в плечо, и при этом глухим, хриплым голосом непрерывно выкрикивал мое имя. Как описать охвативший меня ужас? Я старался высвободиться из этих тисков. Жестокая борьба завязалась между нами. Нечеловеческим усилием мне удалось вырваться. Он упал на спину с ужасающим хрипением, сжимая в руке погон, который содрал с моей тужурки. Спустя несколько мгновений он опять зашевелился. Я бросился на лестницу и стал звать Пуришкевича. - Идите скорее, он жив! - кричал я. В эту минуту я услышал позади какой-то шум и бросился вниз по лестнице. Пуришкевич за мной следом с револьвером в руке. Ползя на животе и на коленях, хрипя и рыча, как дикий зверь, Распутин быстро взбирался по ступеням. Весь подобравшись, он сделал прыжок и очутился возле потайной двери, ведущей во двор. Зная, что дверь заперта, я остановился на верхней площадке. Каково же было мое изумление и мой ужас, когда дверь отворилась и Распутин исчез в темноте! Пуришкевич ринулся за ним следом. Во дворе раздались два выстрела. Мне страшно было подумать, что он улизнет от нас. Я выбежал с парадного крыльца и побежал по Мойке, чтобы перехватить Распутина у ворот на случай, если Пуришкевич промахнулся. Во дворе было трое ворот, из них центральные не были заперты на замок. Через решетку я увидел, что Распутин направляется именно к ним. Раздался третий, затем четвертый выстрел... Распутин зашатался и упал на снег. К нему подбежал Пуришкевич, постоял несколько мгновений над трупом и, убедившись, что на сей раз все кончено, зашагал к дому. Я вошел во двор и приблизился к сугробу, за которым лежал Распутин. Он не подавал признаков жизни. В эту минуту я увидел бегущих с одной стороны двух моих слуг, с другой - городового. Всех троих всполошили выстрелы. Я пошел навстречу городовому и заговорил с ним, встав так, чтобы он оказался спиной к тому месту, где лежал Распутин. - Ваше сиятельство, здесь кто-то стрелял? - спросил он, узнав меня, - Пустяки, глупая шутка, у меня сегодня были гости. Один из моих приятелей выпил лишнего и принялся стрелять в воздух. Если тебя спросят, скажи, что ничего особенного не произошло. Я проводил его до ворот. Потом вернулся к трупу, возле которого стояли мои слуги. Распутин лежал на прежнем месте, но мне показалось, что он переменил положение. «Боже мой,- подумал я,- неужели он жив?» В ужасе от одной мысли, что он может встать, я бросился к дому. Пошатываясь, я вбежал к себе в комнату и выпил стакан воды. Слуга явился сообщить мне, что тело Распутина положили на нижнюю площадку лестницы. Он лежал на площадке, кровь текла из многочисленных ран. При свете люстры была видна малейшая черточка его искаженного лица. Вскоре приехали Дмитрий, Сухотин и доктор Лазоверт, чтобы увезти труп Распутина. Пуришкевич рассказал им все, что произошло. Они решили пощадить меня и обойтись без моей помощи. Завернув труп в мешковину, они погрузили его в автомобиль и повезли на Петровский остров. Там они швырнули его с моста в реку.

Примечания

1

Фамилию Распутин он унаследовал от отца, а царь дал ему еще одну фамилию - Новых, что для верующих означало: Новый Христос.

2

Журнал «Дым отечества» пропагандировал идеи Г. Е. Распутина.

3

Великий князь Николай Николаевич принадлежал к масонской ложе мартинистов, тоже профранцузского, а позже пронемецкого толка. «Военная ложа» намечала убить Распутина, заточить царицу в монастырь, а царя отрешить от престола в пользу его брата Михаила.

4

Так до 1924 года назывался город Осло.

Content

Фалеев Владимир, Райков Владимир
ГРИГОРИЙ РАСПУТИН БЕЗ ГРИМА И ДОРИСОВОК

Примечания