Низовцев Юрий Михайлович

Что такое время, как и для чего оно формируется?

Что такое время, как и для чего оно формируется?

Аннотация

Хотите узнать, откуда берется, для чего и как образуется ваше собственное настоящее? Читайте дальше, и вам откроется тайна собственной жизни. До сих пор об этом всего лишь гадали. Теперь же, придя к разгадке, вы поймете для чего вы живете и как можно изменить свою жизнь. Никакая фантастика не сравнится с открытыми и представленными здесь парадоксами реальности. Свежие и неожиданные идеи, показанные в работе, переворачивают сложившиеся представления о мире, человеке и времени, в котором мы живем. Эти идеи не остаются только прокламированными, есть и доказательства, так же весьма неожиданные.

Ключевые слова: сознание, бытие, бесконечное, конечное, материя, время, пространство, информация.

Содержание

Глава 1

Время как условие конечности в бесконечности для сознания.

Глава 2

Время как проявление процесса получения информации о среде, окружающей носителя сознания.

Глава 3

Время как настоящее, формируемое сознанием в обрамлении внешних изменений, независимых от сознания.

Глава 4

Всемогущий Бог или материальное, развивающееся Сознание?

Глава 1

Время как условие конечности в бесконечности для сознания.

Бесконечность более-менее строго определяется только математически. Обычный человек не в силах представить себе смысл бесконечности, особенно бесконечности бытия. Очевидно, это проистекает не столько от скудости его ума, а скорее, из ограниченности отпущенных ему лет и невозможности сделать срок жизни не столько бесконечным, сколько хотя бы немного длиннее в собственном бытии. Да и человек понимает, что не только ему, но и всему человечеству рано или поздно придет конец. Что уж тут бесконечность! Стоит ли вообще огород городить?

Тем не менее, имеет смысл обратиться к понятию бесконечности, которое часто ассоциируется с вечно текущим временем, хотя бы потому, что оно противостоит понятию конечного, но реализуется именно в нем, не существуя само по себе. Реально, в известном нам мире не наблюдается ничего бесконечного – даже наша Вселенная конечна. Однако можно допустить, что вселенных может быть бесконечно много и что каждая из них не появляется ниоткуда и не исчезает бесследно, а как бы бесконечно колеблется во времени через точку перегиба, или точку сингулярности. [1]

Такого рода подход вполне укладывается в понятие, так называемой, потенциальной бесконечности, известной со времен античности. Под потенциальной бесконечностью понимаются бесконечные совокупности объектов, а также процессы, которые могут идти нескончаемо, то есть без ограничений. Однако целостность бесконечных предметов и процессов не рассматривается.

Что же касается актуальной бесконечности, то под ней подразумеваются бесконечные объекты и процессы, которые могут быть едиными и целостными, но неизмеримыми. В математике к актуально бесконечным объектам относят актуально бесконечные множества и актуально бесконечномерные пространства. Такой же актуальной бесконечностью людям представляется всемогущий Бог. Но при подобном представлении возникает непреодолимая трудность, связанная с тем, что если всемогущее существо в состоянии выполнить любое действие, то оно может выполнить и действие, которое ограничит его способность выполнять действия. Таким образом, как ни парадоксально, но всемогущества у Бога быть не может. Эта проблема обсуждается с давних времен, но адекватного решения ее до сих пор не найдено. Напротив, в начале ХХ века был сформулирован парадокс Рассела, частным случаем которого является парадокс всемогущества. Кроме того, всемогущество подвергает сомнению само существование людей, обладающих свободой воли, что позволяет заявить о неконтролируемости их действий самим создателем, если, конечно, он их создал.

Стало быть, сама постановка вопроса о всемогуществе лишается смысла. Иначе говоря, Высшее существо не может быть всемогущим.

Эта позиция вполне укладывается в концепцию единого, целостного, неизмеримого, всепроникающего Высшего разума, который, вместе с тем, представляет собой совокупность локально разделенных в пространстве и времени частиц-душ. Эти души также можно назвать сознаниями. Они, несмотря на свою разделенность во времени и пространстве в качестве материальных объектов, являются, тем не менее, единым целым на глубинном уровне вне времени и пространства. В этом случае подобный материальный Высший разум может бесконечно развиваться через свои частицы-души, или сознания, и не только развиваться. Он может полнокровно жить через них, или выражать себя через это сообщество самосознающих себя существ, определяющихся в собственном «настоящем» во взаимодействии друг с другом в сопротивляющейся среде бытия.

Данный подход не противоречит голографической гипотезе мироздания, напротив, он подтверждается ею [1]. Кроме того, в данном случае снимается проблема всемогущества, как таковая, поскольку Высший разум находится в перманентном и бесконечном процессе развития и может выполнять любые действия, в том числе и те, которые ограничивают его в данный момент. Преодолеваются эти ограничение в последующем развитии или обходятся, не имеет значения, так как значение имеет только сам бесконечный процесс развития высшего, то есть сознательного звена бытия при опоре на остальное бытие, которое Высший разум через свои всепроникающие частицы берет на себя.

При этом процесс развития в бесконечности не означает бесконечного прогресса: он связан с различными изменениями самого Высшего разума ради узнавания себя посредством действий в бытии его частиц-душ, которые просто живут в обозначенных ими самими конечных реалиях, в борьбе, различных коллизиях, проявлениях, умственных и реальных построениях, а также в чувственных переживаниях, ошибаясь, откатываясь назад, огорчаясь, исправляя содеянное. Всё это происходит так же, как в хорошо известной всем обычной жизни, давая тем самым такую же полнокровную жизнь и самому Высшему разуму, который становится способным выразить себя и в радости и горе, то есть в самых разнообразных проявлениях.

Если допустить, что бесконечность бытия, включая и сознание, есть совокупность постоянно меняющихся материальных объектов в создаваемом ими для этого пространстве, и этот процесс изменений никогда не завершается, но является дискретным, то подобный процесс в материальном мире кажется связанным со временем.

Физика уже довольно давно занимается загадкой времени. На данном этапе она считает, что имеется связь времени и движения. Действительно, эта связь кажется очевидной, поскольку движение материальных объектов вне времени невозможно, да и сами они вне времени, как кажется, не существуют. Однако и само время не может существовать без материальных объектов, поскольку нечему будет двигаться во времени. Сами же материальные объекты должны иметь место для движения, то есть пространство.

Однако до сего времени не решен вопрос об истинном соотношении времени, пространства и материальных объектов, хотя рассуждений по этому вопросу довольно много.

На наш взгляд, бытие в виде материальных объектов, времени и пространства представляется нам таким только потому, что мы все это наблюдаем как бы изнутри и нам кажется, что, так же как и в нашем окружении, существует общее место для всего, в котором это всё движется, одно сменяется другим. С другой стороны, если допустить отсутствие наблюдателя, то, как минимум, время, как таковое, исчезло бы, поскольку его некому было бы регистрировать.

Значит, рассматривать раздельно материальные объекты, время и пространство, обозначая их свойствами бытия, бессмысленно в отсутствие наблюдателей, или сознания.

В отсутствие наблюдателей, или сознания, непроявленное, тем самым, бытие вполне может быть нулевым или слитным, поскольку оторвать пространство и время от совокупности материальных объектов невозможно. Это в свое время было отмечено Парменидом [2], хотя он считал, что нулевое бытие, или небытие существовать не может.

Материальные объекты сами по себе есть пространство, так как они не бесплотны, занимая место. Если же они находятся в движении, то оно без дополнительного места случиться не может. Материальные объекты сами по себе есть присутствие, событие для стороннего наблюдателя, то есть время. Пространство точно так же нельзя не признать материальным объектом и, вместе с тем, событием, так как в противном случае оно превращается в ничто, то есть не существует. События, или время есть нечто происходящее с чем-то и в чем-то, иначе оно отсутствует. Значит, пространство, материальные объекты и время совпадают, они есть одно и то же, или они неразрывно слиты, иначе говоря, – едины и целостны, распадаясь только в присутствии наблюдателя, который в виде сознания уже может не только наблюдать, но и действовать в них.

Кроме того, данное бытие не могло появиться вдруг, неважно, по божественному промыслу или в результате «Большого взрыва», поскольку тогда оно становится конечной структурой, то есть ограниченной в изменении, развитии: раз возникнув, она должна исчезнуть. Однако бытие только и делает, что меняется, но не исчезает и не появляется ниоткуда, хотя бы потому, что оно материальное, а не бестелесное. Значит, это бытие должно существовать, в нашем понимании, вечно, то есть у него не было начала, не будет и конца. И действительно вечность себе оно может обеспечить дискретным проявлением в конечном бесконечно. Оспаривать это утверждение сложно, если только софизмами, потому что бестелесного никто никогда не видел и доказать его существование ни практически, ни логически невозможно. В это можно только верить, что и происходит. Даже математические формулы возникают в уме только при мыслительном процессе и, тем самым, являются вполне материальным продуктом мыслей, которые так же материальны, как и всё остальное. Вообще, понятие бестелесного возникло только из ограниченности человеческого сознания.

Человек, в силу собственной конечности и конечности всего, реально видимого им, не в силах представить возникновения мира без посторонних, внемировых, а значит, бестелесных сил. Тем более, он не в состоянии представить бесконечное и нециклическое развитие, то есть развитие не в бесконечной серии одинаковых конечных временных циклов, как это представлено в индуизме, а как бесконечный, дискретный, разнообразный поток бытия, без всяких искусственных перегородок.

Вместе с тем, многие ученые сомневаются в том, является ли время вообще объективной категорией. И это понятно, поскольку, взятое в отрыве от пространства и материальных объектов, время становится неопределенной категорией и его можно квалифицировать по-разному, даже отрицать или устранять. Но, как нами было указано выше, время в отдельности не существует. Оно, как и пространство, не свойство бытия, а само бытие. Оно может возникнуть только в сознании в виде необратимого хода событий.

В этом отношении проблематичен спор ученых о том, является ли время симметричным или асимметричным во Вселенной, так как само присутствие в бытии живого сознания делает бытие асимметричным по направленности воспринимаемой каждым сознанием информации.

Процесс снятия информации с окружающего и ее обработки каждый момент обновляется по качеству и количеству информации, практически не повторяясь: сознание – не компьютер, оно каждое мгновенье собственного времени человека, или его «настоящего» произвольно или целенаправленно меняется, и восстановить эти изменения невозможно.

Целенаправленно или в зависимости от ситуации человеческое сознание самому себе ставит вопросы и дает ответы в мыслях, чувствах, действиях. Таким образом, данный процесс идет последовательно и необратимо. Его механизм – дискретен, но в сознании эта дискретность не проявляется и человеку кажется, что время течет плавно и непрерывно. В это собственное время человека вписываются все его деяния, или его жизнь.

Это есть наиболее существенная особенность взаимодействия материальных объектов с участием живых существ, в отличие, например, от симметричного взаимодействия неживых материальных объектов, при котором идет непрерывный обмен веществом и энергией: если один объект (объекты) теряет вещество и/или энергию, другой (другие) – приобретает в соответствии с законами сохранения.

Сознание же при контакте с любыми объектами только копирует информацию, то есть те сведения от материальных объектов, которые ему нужны, не меняя сами объекты. При этом сам носитель сознания может не только созерцать объекты, но и взаимодействовать с ними.

Для сознания этот процесс является односторонним по направленности. Он состоит из трех фаз: выделение объектов (оно может быть как сознательным, так и инстинктивно-рефлекторным), от которых последует информация; копирование только тех сведений об объектах, которые сознание может распознать и превратить их, тем самым, в информацию; обработка и оценка полученных сведений; после чего данная последовательность повторяется. Этот процесс идет с рождения до смерти человека, не прерываясь.

Информация поступает как от окружающих объектов и явлений, так и от содержащихся в самом человеке органов, процессов, доступных ему баз данных. Данный процесс является дискретным, большей частью автоматическим, но кажется нам непрерывным. Он напоминает непрерывность для восприятия изображений на экране, возникающую в результате движения киноленты с фиксированными кадрами с определенной скоростью.

Действительность проявляется как следствие съема с неё информации двояко: с одной стороны, информация идет от ощущений – от зрения, слуха, вкуса, обоняния, осязания – непрерывной, меняющейся картинкой всего, что окружает человека снаружи и внутри, с другой стороны, на эту меняющуюся картинку накладывается уже обработанная и осмысленная ранее информация из памяти, отбираемая сознанием каждый текущий момент по результатам восприятия отдельных фрагментов действительности, например, человек обращает внимание на другого человека и вспоминает его или нет; красит стену, подбирая колер; ведет автомобиль, соблюдая правила движения; и т.п. То есть человек этим самым создает свое собственное время, или своё настоящее, в котором он может жить так, как хочет и может.

Процесс не прерывается даже во сне: сознание, питающееся информаций, функционирует в живом объекте всегда, черпая информацию изнутри и снаружи тела-носителя, покидая его только после смерти. Совокупность живых объектов на планете, создающих однонаправленное перемещение информационных копий, значительна, и данный процесс идет по всем имеющимся каналам в расчете на общее потребление. Значимая информация записывается и хранится для гарантированного доступа.

Без подобного несимметричного действия бесчисленных сознаний в бытии однонаправленность его изменений, которое мы называем время, не существовало бы в известном нам виде для каждого сознания.

Сами же люди, которые, в отличие от всех остальных объектов известного нам материального мира, способны осознать этот объективный процесс, представляют его как будущее, настоящее, прошлое, полагая, что приобретенная информация может переноситься из прошлого в будущее, изменяя его. Это расхожее представление основывается на непонимании того, что прошлое и будущее могут существовать только в воображении человека, живет же он только в собственном настоящем времени.

Реально для человека существует только его настоящее, которое поэтому он интуитивно так и назвал. Именно в нем он осознает себя, мыслит, чувствует и действует, а не в прошлом или в будущем: прошлое возникает в его воображении в его настоящем в момент вспоминания, а будущего человек не знает и может только проектировать его в уме тоже в настоящем.

Настоящее человека, или его собственное время состоит в мгновениях обработки поступающей в сознание информации в виде набегающих последовательно копий тех или иных сведений от окружающих сознание живого существа материальных объектов.

Таким образом, активным звеном бесконечного бытия, обеспечивающим его однонаправленное изменение, без которого жизнь невозможна, является сознание, получающее в результате своего рода канал для бесконечного развития в своих конечных проявлениях. Оно последовательно фиксирует доступные ему изменения материальных объектов, часть которых накапливает, запоминая, и использует при необходимости. При этом процесс обработки сознанием полученной информации является объективным, поскольку идет автоматически и не имеет отношения к фантазиям. Материальные объекты, не обладающие сознанием, не способны распознавать друг в друге необходимые для себя сведения и, тем более, расшифровывать их. Поэтому бытие может проявляться, как таковое, только в присутствии своего активного элемента – сознания.

Этот процесс обработки сознанием полученной информации человек делит на интервалы между какими-либо событиями, которые именует промежутками времени. Наиболее значимые для человека промежутки времени связаны с природными циклами: сутки, отражающие полный оборот Земли вокруг своей оси, а также ночь, день, времена года, сам годовой цикл, отражающий полный оборот Земли вокруг Солнца.

Настоящее заключает в себе, то есть, в конечном счете, в человеческом сознании, ограниченном возможностями и ресурсами носителя сознания, всё, весь мир, доступный человеческому сознанию, в виде всё более и более каждый миг растущего объема информации, способствующей выявлению и демонстрации окружающего. Это само по себе постепенно «отягощает» человеческое сознание и, в конце концов, структура ограниченного человеческого организма не выдерживает этой «тяжести» и разваливается – жизнь кончается. Однако безграничные возможности самого бесконечного сознания позволяют ему снова и снова «погружаться» в конечное: сознание продолжает жить снова и снова, «сбрасывая» каждую завершившуюся жизнь в «корзину» собственной безмерной памяти. То же самое происходит и с каждой человеческой цивилизацией, делая ее жизнь неизбежно ограниченной.

Собственное время, или настоящее человека, а на самом деле процесс получения и обработки информации сознанием, объясняет непонятный до сего времени факт проявления в ребенке сознания и сохранение сознания человеком в течение жизни.

Нам из практики известно, что у ребенка сознание не проявляется в случае отсутствия общения с ним в детстве других людей. Действительно, общение с позиции подачи ребенку поначалу понятной для него речевой и знаковой информации, связанной с приемом пищи, прогулками развлечениями и т. п. постепенно формирует у него способность понимания окружающего и способность действовать в соответствии с этим пониманием. Для этого ему поначалу даже не надо разговаривать. Главное – это то, что он на примерах от взрослых учится отбирать из окружающего только те сведения, которые может расшифровать и осмыслить. Если подобный информационный канал отсутствует, то ребенок не может «попасть» в человеческое настоящее и остается во времени живого существа, не обладающего самосознанием, для которого характерны действия, основанные в основном на рефлексах и инстинктах.

Известно, что человек, длительное время остающийся в совершенном одиночестве без притока информации довольно быстро дичает или, как говорят, «сходит с ума». Происходит это опять же потому, что его «настоящее» формируется копиями одного и того же внешнего. Для его сознания остается только информация изнутри в виде некоторых воспоминаний и инстинктивно-рефлекторных реакций. В результате, «настоящее» затормаживается, что проявляется в фактической остановке времени для него, и человек превращается в существо, обладающее лишь первичными инстинктами и рефлексами.

В настоящее время сознание в представлении науки считается вторичным, следствием природных процессов. Как видите, всё происходит наоборот: однонаправленное изменение бытия как слитного комплекса материальных объектов, пространства и времени происходит при постоянном участии сознания. Отсутствие сознания в бытии означает фактическое отсутствие бытия, поскольку если даже предположить наличие такого бытия, то осознать его некому, поэтому безразлично, есть оно или нет, всё равно это останется неизвестным никому, так как этого кого-то не существует. И, наоборот: без опоры на бытие сознание теряется, так как для нет приложения, или делать ему совершенно нечего. Такого сознания, которому нечего делать, быть не может. О каком развитии сознания тут можно говорить?

Материальное бытие в своем бесконечном разнообразии всегда слитно со своим же материальным звеном – сознанием, без которого это разнообразие не могло бы проявляться. Термин «всегда» означает, что вне длительности сознания нет, а значит, нет и бытия. Поэтому условием их совместного существования является время, в конечной длительности которого сознание только и способно взаимодействовать с остальным бытием, раскрывать его так, как оно пока может, и раскрываться в нем в своих изменениях.

Таким образом, не «вещь в себе находится вне всякого мышления», как утверждал Кант [3], но оба материальных объекта – вещь и сознание – только и сосуществуют реально в своем взаимодействии, поскольку не сознание само по себе только лишь влияет на себя и окружающее его, а и вещь всегда влияет на сознание. Это взаимное влияние означает, что друг без друга они теряются. Поэтому мысль Фихте: «Я сам делаю себя: свое бытие посредством своего мышления… Я – безусловно, свое собственное создание» [4], верна лишь наполовину. Без опоры сознания на остальное бытие сознание ничего создать не может, в том числе и себя. Хотя, при этом, трудно отрицать ведущую роль сознания в этом процессе взаимодействия.

Для человека, хотя и обладающего сознанием, само сознание останется «вещью в себе» на любом уровне его развития. Человек сам неявно это давно признал, заявив, что сознание бестелесно, идеально. Действительно, его нельзя потрогать, но ведь и магнитное поле мы не можем ощутить.

На самом деле нет ничего реальнее сознания, благодаря которому, собственно, всё и происходит, точнее, всё проявляется.

Сознание как высшая материальная составляющая бытия отвечает за поддержание одушевленности бытия и проявляет его разнообразно, занимая себя и его. Однако подобная высокоорганизованная форма материи не имеет базы в нашем трехмерном измерении, а лишь проходит его через соответствующие носители, ограничивая себя в этом конечном, которому, естественно, остается только радоваться и удивляться этому приходу, но которому не удастся проникнуть в структуру материи самого «высокого» измерения. Поэтому мы можем только строить догадки о сознании и нашем собственном предназначении, как временные обладатели сознания, о чем вы можете прочитать в последней главе и в источнике. [1]

Стало быть, сознание и бытие не могут существовать друг без друга, они едины, однако каждое из них, так же едино в неведомой нам основе, но вступает во взаимодействие в разделенном состоянии.

Каждое сознание окружают другие сознания, они в свою очередь, окутаны материальными объектами другого рода, которые предоставляют себя индивидуальным сознаниям так, как те способны их принять в свое существование. Да и сами сознания могут действовать в чужих для себя измерениях только через материальные носители этих измерений. Подобный процесс определения себя в конечном позволяет индивидуальному сознанию, как минимум, жить в низших формах, но всё-таки ощущая себя.

Высшая форма сознания, то есть форма, осознающая себя, уже способна не просто ощущать себя, но – отделять себя от всего иного, а значит, и целенаправленно воздействовать на это отделенное.

Что же, собственно, больше всего нужно сознанию от мира в конечном, и что оно может сделать здесь?

Сознание может многое: и мыслить, и действовать, и любить и ненавидеть, и страшиться, и радоваться. Оно может познавать окружающий мир и себя, и делает это, развивая себя этим.

Но само по себе накопление знаний может идти бесконечно, что обессмысливает его. Одно стремление к знаниям вытесняет все остальные стремления, которые не менее, а, быть может, более важны для развития сознания. Люди прекрасно понимают, что от многознания они не становятся лучше, оно часто отягощает их, да и индивидуальному сознанию интересно только то, к чему у него есть склонности, к чему его влечет.

Рядовая жизнь с ее заботами, тяготами, огорчениями, волнениями, печалями и редкими моментами наслаждения, восторга, конечно, хороша сама по себе, позволяя каждому индивидуальному сознанию находиться в гуще событий, и не только в качестве статиста. Тут чувствуется биение общего, с которым сливается отдельное сознание. Поэтому каждый человек не желает отделяться от этого общего, и так цепляется за жизнь.

Но познание и жизнь – это ли самое главное, к чему стремится сознание?

Узнать это главное можно попытаться, если понять, что, прежде всего, делает каждое индивидуальное сознание. А оно в собственном конечном создает самое себя, формируя свое собственное время, или свое «настоящее». Что оно тут сделает, то и её. Плохо ли, хорошо, но отнять это невозможно у него. Это самоделание обеспечивают сознанию окружающие его материальные объекты, от которых оно способно через ощущения своего носителя отобрать информацию, обработать ее, обращая по ходу дела на что-то внимания больше или меньше в этом своем «настоящем». То есть без осмысливания и прочувствования сознанием поступающей информации с превращением конечного информационного продукта в деяния жизнь для человеческого сознания превращается в растительное существование.

Однако человек не только получатель информации, он и ее потенциальный источник. Какой ему смысл копить всё в себе. Он, видя подобные себе сознания, желает поделиться с ними тем, что накопил: и знаниями, и жизненными впечатлениям, и, в свою очередь, получить от них, быть может, что-то полезное или интересное. Он может попросить помощи и сам помочь кому-то не только советом, но и действием.

Значит, самое главное из того, что нужно человеку, а значит, и его сознанию, что он хочет и без чего не может жить, – это выразить себя. Человек может думать о себе или других что угодно, но он всегда стремится оставить после себя нечто конкретное, чтобы его помнили: что-то посадить, построить, кого-то воспитать, придумать новую теорию, написать книгу, песню, сделать изобретение, помочь ближнему, или, наоборот, наказать, унизить, победить, подчинить, сломать, уничтожить, погубить, расстрелять и т д.

Всё это вместе не имеет отношения к злу и добру, а всего лишь означает стремление человека как-то улучшить столь несовершенный мир по своему разумению. Но мир всё никак не улучшается, а человек всё никак не успокаивается. Ему, видимо, не дано понять, что несовершенство мира заложено в нем самом. Сам же он как конечное никогда не станет совершенным, да это и ни к чему, поскольку лишает его возможности борьбы, развития, выражения собственного несовершенства ради бесконечного избавления от него.

Понятно, что выразить себя человеческое сознание может только через окружающие его материальные объекты, как бы оживив их собой, будь то книга или саксофон, что показывает нераздельность сознания с бытием, возможность собственной реализации в полном виде только в нем.

Так что идеалисты всех мастей, при желании, могут призадуматься, а материалисты – отдать должное сознанию, а не только якобы производящей всё движущейся материи.

Человек никогда не сможет узнать, каким представится бытие сознанию после выхода его из конечного, то есть после смерти человека. Однако, если сейчас, когда он жив, в силу сливающихся в его сознании последовательных мгновений настоящего мир перед ним и в нем не прекращает движения, подобно картине от стрекочущей киноленты, то и после его смерти движение для сознания не должно прекратиться.

Мир не может застыть, он, перед сознанием и в нем, может только трансформироваться в совокупность иных материальных объектов, движущихся по-иному в каких-то иных измерениях вместе с сознанием и согласно с ним. Происходит это потому, что бытие может определяться только в настоящем времени сознания – в отрыве от сознания оно не существует так же, как и сознание не существует без бытия. Сознание представляет собой как бы стержень, вокруг которого вращается бытие. Выньте стержень, и все рассыплется, превратится в хлам.

Как бы то ни было, каждому человеку, в отличие от невыразимой бесконечности, понятно про время то, что он сам находится в его потоке, по крайней мере, до того момента, пока он не умрет. И неважно для него, субъективен или объективен этот процесс.

Каждый человек понимает, что он, в отличие от животных или растений, обладает сознанием, то есть он может в общении с подобными ему, пользуясь накопленной базой данных и оценивая непрерывно поступающую со всех сторон информацию, планировать собственные действия, или предвидеть свое будущее, которое на самом деле никогда не наступает, так как всё происходит в его настоящем.

Человек, прежде чем приняться за дело, строит в уме модель собственных действий или поступков, которые не связаны, как у животных, только с проблемами выживания, а скорее, связаны с его часто немотивированными желаниями, мечтами, фантазиями, жаждой новых знаний, ощущений, в чем, собственно, и состоит его свобода. И когда человек лишается или его лишают этих стремлений, которые кажутся отнюдь не необходимыми для текущей жизни, он теряет смысл жизни, превращаясь в тупую, а часто и жестокую скотину. [5]

Что такое сознание, наука не определила до сих пор. Наука даже не смогла понять, откуда взялось сознание, и от безвыходности решила признать сознание продуктом естественного развития всего живого, хотя откуда взялось само живое, наука тоже до сих пор не знает.

Если исходить из того, что сознание есть высшее звено бытия, которое именно потому, что способно к осознанным действиям, к преобразованию остального бытия, а не просто к приспособлению к нему, берет бытие на себя не только как подчиненную и вспомогательную материю, но и как опору для себя, без которой сознания просто не могло бы быть, то ему надо где-то проявляться отнюдь не для существования, которое не приличествует сознанию, но для развития – неостановимого и бесконечного в неисчислимых сочетаниях меняющихся ситуаций, событий, что возможно только в процессе взаимодействия сознаний и материальных объектов.

События случаются только с сознанием или на глазах сознания. В противном случае это уже не события, а бессмысленные изменения неживых объектов, ведущие к тепловой смерти в соответствии с законом неубывающей энтропии. Любое событие есть информационный случай, а информация – это прерогатива сознания. Отсутствие сознания означает отсутствие событий, потому что сознание есть со-бытиё. Удаление сознания из бытия есть потеря однонаправленности времени, его необратимости, которое, собственно, и формируется сознанием в процессе обработки поступающей информации во избежание разрушения текущей реальности сознанием, тогда как для неживых объектов в основном существует вещественно-энергетический обмен, который провоцирует разрушение или даже аннигиляцию взаимодействующих объектов.

Именно время есть необходимое условие каких угодно событий. Ход событий может быть разным в различных условиях, но он неостановим – он не имел начала и у него не будет конца,– поскольку, если бы время остановилось, произошло обнуление всего, или разрыв бесконечности и исчезновение сознания вместе с бытием. Это является еще одним доказательством того, что время создается и удерживается в бытии сознанием как необходимый для него процесс снятия информации с окружающего.

Поэтому бытие с сознанием как собственным высшим звеном развиваются во времени бесконечно, но не непрерывно, или плавно, а так же как «настоящее», проявляясь дискретно и последовательно через конечное.

Мы знаем всего лишь то, что развитие сознания происходит в условиях Земли вместе с человеком, человеческими цивилизациями, которые конечны, в отличие от сознания. Это означает, что сознание выходит далеко за рамки человеческих сообществ и всего лишь временно, но своевременно присутствует в них. Люди, цивилизации исчезают, а сознание остается, изменившись, обогатившись и укрепившись через них.

Однако, как же бытие вместе со своим высшим звеном – сознанием – может развиваться бесконечно, то есть без всякого предела и начала? Это люди, по крайней мере, в своем большинстве понять не состоянии. Поэтому самая многочисленная религия – христианство – в свою основу заложила начало и конец света. Любопытно, что и наука на современном этапе развития пришла к тому же, обозначив за начало света «Большой взрыв», а за конец – схлопывание Вселенной. Само по себе это довольно несуразно, поскольку объяснить, что же было до начала и будет после конца света невозможно, как невозможно объяснить, почему всё вдруг началось и отчего все закончится. Тут, конечно, без Бога, на которого можно списать многое, не обойтись.

Безначальное и бесконечное, но не цикличное развитие сознания в бытии автоматически снимает данную проблему. Однако возникают новые проблемы. В частности, возникает проблема бесконечного, то есть беспредельного развития сознания. Человеку кажется, что всему есть предел и по-другому не бывает.

Так что же скрывается за беспредельным развитием сознания, возможно ли это, и как это происходит?

Сама по себе беспредельность в бытии вполне возможна. Например, число комбинаций в шахматах при 64 клетках составляет 10 в 120-й степени, тогда как число атомов во Вселенной, между которыми происходят различные преобразования и комбинации, составляет 10 в 80-й степени. Современная наука утверждает, что бесчисленное количество вселенных появляется и исчезает, подобно пузырям. Так что число сочетаний бесконечного числа объектов так же бесконечно. Поэтому ход событий, в которых действует сознание, формально может идти без конца.

Конкретно же, для каждого отдельного сознания, точнее, души, внешним проявлением которой является сознание, бесконечность отнюдь не есть непрерывное вечное развитие в сторону перманентного совершенствования сознания, делающее это отдельное сознание беспредельно мудрым.

Сама по себе беспредельная мудрость, совершенство означают потерю интереса к жизни, которая есть полная противоположность мудрости в своих непрестанных ошибках, следовании чувствам, а не разуму, предпочтении не познания структуры атома или законов развития вселенных, а общения с себе подобными, или выявлением, выражением себя, и вытекающими из этого любовью, ненавистью, беспокойством, страхом, надеждами, незнанием, глупостью, стремлением к недостижимому и т. д.

Это противоречие, кажущееся неустранимым, разрешается сознанием погружением раз за разом из своего бесконечного совершенства в обычную конечную, склочную жизнь, со всеми ее неприятностями и редкими счастливыми мгновеньями, где оно становится снова молодым, веселым и предприимчивым, а потом старым, грустным и смертельно больным.

Как известно, с расширением круга знаний, познавательный простор становится все шире. Так что никакого успокоения и предела в познании для сознания не предвидится. Однако сознание развивается в своей совокупности отдельных, но связанных душ не столько для целей познания, – сколько для жизни в различных меняющихся мирах, то есть не только для того, чтобы знать, но и для того, чтобы чувствовать: переживать, умирать, рождаться, радоваться, горевать, бедствовать, болеть, ошибаться, обижаться, искать пути к выходу из создающихся ситуаций, любить и страдать, в общем, выражать себя всеми возможными способами и принимать на себя выражение себе подобных сознаний. Всё это выше мудрости и знаний, которые сами по себе бесплодны и которые могут быть применены в жизни не обязательно к добру и счастью для каждого живого существа.

Поэтому любая душа живет в действующем конечном объекте временно, но нераздельно с ним, не помня своих прежних жизней, соответственно своей всегдашней неудовлетворенности, выражающейся в желаниях и потребности в знаниях, ощущениях, исканиях. Всё это душа может оценивать и сопоставлять с накопленным в прошлых жизнях соответствующего цикла развития после смерти каждого конечного объекта для корректировки своего поступательного движения и развития.

После завершения прохождения определенного уровня, например, уровня жизней в цивилизациях, подобных земным, и практическим исчерпанием возможностей для развития в данных условиях, душа делает паузу и переходит к другому циклу в иных условиях, например, в условиях небиологического существования.

Паузы, которые вынуждена делать каждая душа для отдыха после утомляющей ее жизни может быть реализована как в равновесной цивилизации с ее равномерной жизнью без проблем и тягот [6], так и в собственном благостном измерении. Но эта пауза означает приостановку в развитии через борьбу, тяготы, лишения, различные соблазны, где только душа и может найти и выразить себя, определить степень своей мудрости, смелости, творческих сил, способности искренне любить, а также степень собственного эгоизма, трусости, мужества в столкновениях с себе подобными. Поэтому душа не может снова не окунуться в сопротивляющиеся миры, где неудовлетворенность ее собой находит должное применение в различных стремлениях, которым может всё вокруг препятствовать. Однако душа должна преодолеть все препятствия – для того она здесь. Поставленные задачи должны быть решены, хотя бы для этого ей потребуются миллионы лет и сотни тысяч жизней. Эта неудовлетворенность, выражающаяся в коренном стремлении изменить себя, без чего не может быть развития, или то, что мы зовем свободой [5], не дает бессмертной душе остановиться навсегда на своем пути. Неважно, сколь жалкой может быть душа на трудном участке своего пути, всё равно она преодолеет любые трудности и начнет искать новые. И так, без конца.

Уровни бытия, к которым может примениться сознание, и так или иначе развиваться в них как высшее звено бытия даже если их не бесконечно много, душа может проходить в разном порядке бесконечно в соответствии как со своими желаниями, потребностями и возможностями, так и в соответствии со своими недостатками, упущениями, которые душа так или иначе пытается исправить.

Всё это в бесконечных сочетаниях сущего действительно может длиться бесконечно не только потому, что число сочетаний и превращений бытия, особенно в жизненных реалиях отношений сознаний, действующих в конечных объектах типа человека, не имеет пределов, но и потому, что полностью удовлетворить свои желания и искоренить свои недостатки невозможно. Именно поэтому сознание, как индивидуальное, так и общее, то есть Высший разум всей совокупности связанных душ, не могут иметь предела в своем развитии.

Для нас, людей, может быть любопытно то, что сложно поддается пониманию, а именно: каждая душа, являясь определенным звеном вполне материального бытия, как, впрочем, и любая другая составляющая бытия, никогда не рождается, то есть не появляется как бы ниоткуда, а также не умирает, или не исчезает в никуда, а только меняется в вечном процессе изменения бытия, то есть во времени, или в событиях (со-бытии), осознавая, в отличие от всех остальных объектов свои изменения и стремясь к ним.

Имеющееся у души сознание и самосознание означают, что она не обычный «кирпичик» бытия, который имеет строго определенное место в общей «кладке», но каждая душа свободна, то есть делает, что пожелает. Однако, пожелав, она попадает в те или иные отношения с окружающим, и ей приходится учитывать эти отношения, прежде всего, с такими же, как она, душами.

Каждая душа как не рождающееся и не умирающее существо обладает только ей присущей индивидуальностью. Она во времени раз за разом «окунается» в те или иные измерения, проходит различные уровни бытия, становясь то мудрой и значительной, то вновь молодой, глупой, неопытной, но свежей и полной сил, но, в целом, непрестанно меняясь, она не забывает собственных личностей из прошлых жизней, придающих ей ни с чем несравнимую индивидуальность. Все они накапливаются не только в самой душе, но и вливаются в общую безмерную «копилку» Высшего разума, или всего единого сонма душ. Так что каждая душа, живя своей сугубой индивидуальностью, как бы поставляет единому Высшему разуму свою частицу жизни, то есть не только все знания, умения, мысли, но и чувства различных оттенков, когда-либо возникавших в ней на ее пути.

Глава 2

Время как проявление процесса получения информации о среде, окружающей носителя сознания.

Известен подход, в соответствие с которым вследствие непрерывного движения, понимаемого в широком смысле как перемещение в пространстве и развитие во времени, материальные объекты изменяют свои состояния. Состояния объектов изменяются и при взаимодействиях с другими объектами.

Отсюда вытекает, что время охватывает как простое перемещение объектов в пространстве практически без изменения их структуры, так и их структурные изменения, что проявляется в различного рода взаимодействиях и может восприниматься сознанием в виде распознаваемых им, или расшифрованных обозначений, сведений, следов, сигналов изменений материальных объектов, или информации, которая, в свою очередь, может передаваться другим сознаниям непосредственно или опосредованно.

Информация, или расшифрованные сведения, отображения, обозначения есть непосредственное и понятное в определенной степени для сознания отражение изменения состояний материальных объектов.

Например, наблюдение извержения вулкана формирует в определенных рамках непосредственное знание о воспринимаемом сознанием объекте и его изменении, а также информация может быть опосредованной, в частности, переданной в виде текстового описания того же извержения вулкана или в виде телевизионной картинки извержения в том или ином ракурсе.

Вкратце, информацию можно определить как сведения о состоянии материальных объектов, которые сознание способно распознать при сканировании им окружающего имеющимися в его распоряжении средствами. Инициатива в данном процессе принадлежит сознанию человека, а не объектам, окружающим его.

Например, текст на незнакомом языке будет для сознания просто «шумом», некими сведениями, а не обозначениями, которые поддаются расшифровке и осознанию. И если дешифровка текста невозможна по разным причинам: в частности, в силу невозможности расшифровать некоторые мертвые языки, то этот текст нельзя отнести к информации, поскольку никакого сообщения, в котором сознание могло бы найти смысл, он не несет.

Под сознанием в общем контексте имеется в виду не только сознание человека, но и сознание любого живого существа как некая структура, способная воспринимать те или иные фрагменты окружающей его действительности как интегрально, так и отдельно. Отбираются сознанием в виде сведений только те фрагменты, которые сознание способно распознавать и, далее, использовать эти расшифрованные сведения, или информацию для собственных нужд инстинктивно для низшего сознания и частично осознанно, частично инстинктивно для высшего, в данном случае человеческого сознания.

Информация, или дешифрованные сведения, обозначения, разъяснения и т.д. передаются от материальных объектов через материальные объекты, например, свет, к материальным объектам, например, приборам для конечного восприятия ее сознанием. То есть без материальных объектов, в том числе и самого сознания информация не существует. Она возникает только при выделении сознанием из общего «шума» тех сведений, которые сознание способно распознавать.

Иначе говоря, информация возникает только в сознании посредством имеющихся у него, точнее, у носителя сознания ощущений, но не иначе, являясь понимаемой человеческим сознанием вполне материальной копией объекта или объектов, доступных через ощущения для сознания. Информацию невозможно квалифицировать как нечто нематериальное и независимое, поскольку она является выделенными и расшифрованными сознанием копиями сведений об объектах из окружающей сознание необозримой среды, своего рода «шума». Сознанием эти дешифрованные копии фрагментов материальных объектов перерабатываются в образы, смыслы, чувства, которые так же являются вполне материальными составляющими сознания, влекущими последующие действия носителя сознания. На их основе вкупе с памятью он каждое мгновенье своего «настоящего» взаимодействует с окружающими объектами.

Таким образом, все взаимодействия существа, обладающего сознанием, осуществляются в данном сквозном процессе только при условии поступления в его сознание соответствующих порций информации, каждая из которых обрабатывается, укладываясь в определенную длительность, составляя ряд последовательных, необратимых мгновений от рождения до смерти носителя сознания.

Собственно, сознание и состоит из образов, мыслей и чувств, подкрепленных памятью, являясь в силу своей неощутимости, по-видимому, материальной копией локального разума иного измерения, из иной материи, закрепляющейся в локальном живом носителе нашего измерения, и развиваясь вместе с ним в течение земной жизни.

Отличие высшего сознания живого существа от низшего заключается в его самосознании – способности не только сознавать свое собственное присутствие в мире как отдельного существа, но и способности сознательно менять этот мир как в соответствии со своими идеями, так и со своими чувствами, спонтанными желаниями, изменяя при этом и свою содержательную наполненность. Подобный процесс недоступен ни животным, ни роботам с любыми компьютерными программами в силу отсутствия у них осознания себя, а значит, свободы, выражающейся в стремлении к бесконечному развитию вследствие неизбывной неудовлетворенности собой.

Несимметричность при передаче информации от объектов к сознанию, в отличие от вещественных или энергетических взаимодействий объектов нашего трехмерного измерения, объясняется отчасти тем, что сознание имеет иную качественную природу, не являясь материальным объектом трехмерного измерения нашей Вселенной. Поэтому оно не может непосредственно обмениваться веществом или энергией с объектами трехмерного измерения, но способно через ощущения носителя сознания односторонне, ограниченно, избирательно, но воспринимать копии пригодных для него сведений об окружающей среде и перерабатывать их для собственных нужд или целей.

Иначе говоря, несимметричность отбора сознанием информации из среды, или получение сознанием информации без потери вещества и/или энергии источником информации объясняется односторонним сканированием сознанием через собственный носитель окружающей среды, в ходе которого сознанием как бы просматриваются объекты сканирования без их изменения благодаря только лишь копированию тех сведений о них, которые сознание способно расшифровать. В противном случае, если бы при получении сознанием информации происходил энергетический и/или вещественный обмен так же, как он происходит при обычных взаимодействиях материальных объектов, то обе стороны информационного взаимодействия разрушались бы, теряя свои первоначальные свойства, и жизнь в столь нестабильном мире не была бы возможна. Именно это происходит на уровне, не связанном с жизнью. В частности, при квантовых воздействиях прибора наблюдения на микрообъект, его первоначальные свойства становится невозможно определить в силу воздействия на него излучения прибора.

Разница между человеческим сознанием и сознанием иных живых существ в отборе и обработке информации состоит в том, что человек часть информации понимает и использует не на рефлекторно-инстинктивном уровне как, например, животные. При этом он себя самого осознает в этом процессе, а часть полученных сведений использует сознательно, составляя из текущих и запасенных данных мысленные проекты в качестве самодеятельного субъекта, то есть субъекта, меняющего в соответствии с ними окружающую среду, а не только лишь приспосабливаясь к ней как все остальное живое.

Сама же складывающаяся каждое мгновение в человеческом уме суммарная и меняющаяся от мгновенья к мгновению картинка, воспринимается и понимается им как его настоящее, или текущее время. Оно притекает, как ему кажется, из какого-то неизвестного ему будущего, а утекает куда-то назад невозвратимо – в прошлое, и в этом времени проходит его жизнь.

Как бы то ни было, ясно, что настоящее обеспечивает взаимодействие человека с окружающим, или дает ему жизнь.

Однако прошлое и будущее существуют лишь в человеческом воображении, проявляющимся в настоящем мгновении. Грань между прошлым и будущим, представляющаяся людям невидимой, неосязаемой, нематериальной, является вполне материальным настоящим человека, создаваемым им самим. Это настоящее, или собственное время человека настолько настоящее, что заключает в себе всю его жизнь. Именно в нем он живет, а не прошлом и не в будущем.

Отметим при этом, что каждое из последовательных мгновений, составляющих время жизни человека, и которые заключают в себе его жизнь, есть вполне материальный процесс отбора, копирования, передачи подготовленных пакетов дешифрованных сведений об объектах, обработки этих пакетов, причем дискретность данного процесса обусловлена технической паузой, разделяющей каждое мгновенье.

Пакеты информации, получаемые через ощущения, только в обработанном виде, то есть, преобразовавшись в образы окружающей среды, мысли и чувства, составляют вполне конкретное и различное по наполнению и длительности мгновение, поскольку объем поступающей информации может меняться в зависимости от состояния окружающей среды, от состояния самого сознания, от возможностей извлечения из памяти дополнительной информации. Каждое такое мгновенье, сливаясь в сознании с последующим и так далее, представляется человеку его настоящим временем жизни.

Отсюда следует, что не время «сваливается» откуда-то на человека, а человеческое сознание само формирует собственное время, которое поэтому сам же человек назвал настоящим.

Технические паузы между последовательными мгновениями проявления в сознании образов окружающего, а также сопровождающих их чувств и мыслей, сознанием не регистрируются.

Поэтому все последовательные мгновения сливаются в единую меняющуюся картину, которую человек как сознание в носителе и, вместе с тем, действующий субъект, может не только наблюдать, но в рамках которой он может взаимодействовать с окружающим.

Следует также отметить, что любое вполне реальное мгновенье собственного времени человека не может отделять друг от друга того, чего нет в реальности. Для человека события происходят только в его настоящем, а прошлое и будущее возникают лишь в его воображении,проявляясь опять же только в его "теперь"в виде соответственно баз данных и проектов.

Он думает, что в действительности существуют прошлое и будущее, разделенные настоящим, поскольку не понимает механизм формирования настоящего и считает его продуктом общего временного процесса, в котором реально существуют будущее, настоящее и прошлое.

На самом деле, лишь одно мгновение составляет «теперь» человека, но их необратимая последовательность представляется человеку течением времени, которое заключает в себе течение его жизни, события, происходящие с ним.

В каждом из этих мгновений идет интегральная выборка на всех уровнях сознания данных из окружающей среды, которые сознание способно распознать, и их обработка, составляя в конечном итоге понятный для сознания «кадр» на базе принятой информации с теми или иными поправками из уже накопленной информации в базах данных человека. Далее процесс повторяется. Процедура, тем самым, является по техники дискретной, но по восприятию ее сознанием – непрерывной.

Этот односторонний по направленности (асимметричный) процесс «притягивания» сознанием информации, или процесс получения копий окружающего, состоит, таким образом, из трех основных фаз: выделение фрагментов окружающей среды (оно производится сознанием человека частично осознанно, но, в основном, автоматическим сканированием, охватывающим и дешифрующим всё доступное сознанию из окружающего для составления очередного информационного пакета), от которых последует информация; копирование и перемещение информации в соответствующие центры сознания человека; ее обработка, состоящая в преобразовании информационного пакета в образы, смыслы и чувства, в ходе которого производится мгновенная оценка данных, в результате чего часть информации отбрасывается или остается скрытой, а оставшаяся часть проявляется для сознания человека наподобие кинокадра, за которым следует аналогичный кадр с так или иначе измененным содержанием.

Эти «кадры» сливаются в сознании в движущуюся картинку, так как промежуток между ними не фиксируется сознанием, и весь процесс кажется человеку непрерывным. Формирование отдельного «кадра» может сравнительно незначительно колебаться по длительности. Процесс идет от рождения до смерти человека, не прерываясь даже во время сна или обморока. Информация поступает как снаружи, так и от содержащихся в самом человеке органов и протекающих в них процессов.

Эта информационная процедура является дискретной, автоматической для всего живого. В результате, осуществляется приспособление всего живого к среде. Однако человек при этом способен еще и к целевому выделению информации, то есть к восприятию интересующих его объектов для их сознательного преобразования в соответствии с заранее намеченными проектами.

Настоящее представляется нам непрерывным процессом вследствие того, что оно подобно движению киноленты с последовательно распределенными кадрами с определенной скоростью. Тем самым создается целостное впечатление меняющейся среды в определенном порядке, которое может осмысляться и интерпретироваться различным образом, в зависимости от качества индивидуального сознания. Формирование настоящего, или собственного времени человека отличается от обычного восприятия тем, что последнее формирует отдельный чувственный образ по соответствующему заданию сознания, а остальное при этом отбрасывается. Настоящее же охватывает всё, что способно расшифровать и использовать для себя сознание в возможных для него пределах без фиксации только на чем то одном. Процесс не прерывается даже во сне – сознание, «питающееся» информаций, функционирует в живом объекте всегда, черпая информацию изнутри и снаружи тела-носителя, покидая тело только после его смерти. Совокупность живых объектов на планете, формирующих однонаправленное перемещение информации, создает возможность для протекания информационного процесса по всем имеющимся каналам в расчете на общее потребление. Значимая информация в человеческих сообществах фиксируется так или иначе и хранится для гарантированного доступа.

Без подобного несимметричного действия бесчисленных сознаний в бытии однонаправленное движение, которое мы называем настоящим временем, или временем жизни, не существовало бы в известном нам виде для каждого сознания.

При этом, только люди, в отличие от всех остальных объектов известного нам материального мира, в том числе и живых объектов, способны осознавать этот объективный процесс, хотя и в искаженном виде.

Результатом этого искажения является их представление о том, что переработанная информация, отложившаяся в их личной памяти, общих базах данных, а также та информация, которая была отброшена как ошибочная или ненужная, является их реальным прошлым, а поступающая информация – будущим. Кроме того, настоящее представляется им неуловимым мгновеньем между прошлым и будущим, а совокупность этих неуловимых мгновений – текущим временем.

Если вернуться к рассмотрению формирования собственного времени человека как, в значительной степени, информационному процессу, то становится объяснимым известный факт ускорения и замедления времени.

Действительно, в сознании время может замедляться и ускоряться в зависимости от содержания мгновений. Например, практически не меняющееся содержание мгновений, или пакетов принимаемой информации (событий почти нет) создает эффект замедления времени – день тянется бесконечно; разнообразное содержание мгновений создает эффект ускорения времени – день проходит незаметно.

Таким образом, набегающие последовательно копии тех или иных сведений от материальных объектов, окружающих сознание человека, поставляют для него информационную «пищу», которую он постоянно «переваривает», осмысливая и эмоционально переживая её. Результат этой повторяющейся процедуры из трех указанных фаз в каждом мгновении и составляет собственное время жизни человека, в котором он видит, слышит, ощущает все остальное, мыслит, действует и которое является для каждого человека его «настоящим». Если взять каждое мгновенье, точнее, протекающий за доли миллисекунды в нервных волокнах и нейронах мозга процесс формирования информационного пакета с его обработкой в сознании, то он является вполне материальным, и лишь представляется эфемерной границей между прошлым и будущим.

Возможно, кому-то это покажется парадоксальным, но именно эти дискретные, последовательные информационные мгновения, отражающие соответственно все внешние события, которые способно принять сознание, являются его истинным, собственным временем.

В этом настоящем времени и пребывает сознание в рамках внешнего, мирового времени. Настоящее время характерно только для живых существ. В этом дискретном по обработке настоящем времени только и может проявляться взаимодействие объекта со средой как жизнь. Причем отличие, например амёбы, точно так же потребляющей и обрабатывающей информацию от окружающих её объектов, от человека состоит только в том, что человек осознает самого себя в этом процессе, отделяя себя от остального, в появляющихся у него, как результат, образах, мыслях, чувствах, а не просто автоматически реагирует на воздействие окружающей среды, приспосабливаясь к ней. Однако человек не ощущает дискретность этого информационного процесса. Как следствие, он не осознает независимость, отдельность этого процесса, возникающую из-за его асимметричности, необратимости в соотнесении с изменениями, происходящим с неживыми материальными объектами. Хотя, по существу, благодаря этой асимметричности он выпадает из ряда прочих материальных объектов и является живым, сознающим себя существом.

Поэтому обычный человек полагает себя находящимся только в реально видимом ему внешнем, мировом времени, которое течет для него непрерывно, условно деля его для удобства жизни на интервалы между какими-либо событиями, которые именует промежутками времени. Наиболее явны и значимы для человека промежутки времени, связанные с природными циклами: сутки, отражающие полный оборот Земли вокруг своей оси, а также ночь, день, времена года, сам годовой цикл, отражающий полный оборот Земли вокруг Солнца. Мировое, время, внешнее для человека, по сути, в реальной жизни человека отражает периодические изменения материальных объектов. В этом отношении оно существует объективно, точнее, в его относительных единицах, например, можно оценивать изменения материальных объектов и до возникновения живых существ на Земле.

На самом деле, внешнее время – это ощущаемые человеческим сознанием изменения материальных объектов, на которые оно никоим образом повлиять не может. Однако человек может выделить, распознать и зафиксировать в своем сознании, помимо независимого от него, и остальные объекты собственного непосредственного окружения. Тем самым, он может формировать собственное время, отражающее все доступные его ощущениям изменения. Это время он вынужден соотносить с чем-то устойчивым. Этим устойчивым и являются все независимые от него периодические изменения.

Однако реально все события происходят в собственном времени человека. Но в силу их текучести и вынужденного сопоставления этих событий с внешним временем, в человеческом сознании производится автоматическая привязка их к внешнему времени.

Там, куда человеческая мысль не проникает, события, как таковые, отсутствуют – их некому фиксировать – можно только предполагать, что там происходят как обратимые, так и необратимые изменения материальных объектов. Да и эти предположения основываются только на том, что мы можем представить и понять, то есть заключить во время. Конечно, можно обозначить изменения временем, так как кажется, что они должны иметь длительность, но эту длительность, как справедливо заметил Аристотель, некому отсчитывать. Кроме того, неизвестно, что представляет собой бытие вне человеческого сознания. Парменид, например, полагал «бытие чистым настоящим, неподвижным, однородным, совершенным…» [2]. Мы его воспринимаем и представляем одним, для других существ оно может оказаться иным. А то, чем оно является на самом деле, не представляется возможным определить вследствие его бесконечной разнообразности. Можно только выделить с помощью сознания как бы собственную часть бытия, то есть то, что сознание человека способно распознать в бытии, и считать эту часть меняющимся миром. Эти изменения бытия сознание уже может заключать во внешнее по отношению к нему время и, тем самым, определять их длительность.

Сделать превращения, изменения полностью необратимыми способны только живые существа. Как только они появляются, всё происходящее с ними становится необратимым. Возникает их собственное, необратимое время, параллельное в течение их жизни внешним циклическим изменениям, наблюдаемым ими, которые они считают внешним временем.

Это однонаправленное время, с одной стороны, является объективным, так как оно связано с материальными объектами, в том числе и с самими живыми объектами, и внешним временем, не существуя без них и вне их. С другой стороны, оно не существует без живых существ, которые, собственно, его и «вырабатывают» в виде событий.

В последовательности этих событий они и живут, то есть в качестве человека они не только мыслят, не только чувствуют, созерцая происходящее, но и вмешиваются в них. Это сознательное вмешательство в события является результатом мыслительно-чувственных процессов на базе получаемой информации в собственном времени человека, но, вместе с тем, целенаправленно меняя окружающий мир и, бумерангом, себя вместе с ним, человек в значительной степени самостоятельно и сознательно производит собственную жизнь во всех ее оттенках. Однако за эту полнокровную жизнь, каждое мгновенье обновляющуюся, приходится платить необратимостью и завершаемостью всего, в том числе – и собственной жизни. Смерть есть конец собственного времени человека, или его «настоящего». Однако, так же как одно мгновенье жизни для сознания сменяется другим, одна жизнь сменяется другой для того же сознания.

Таким образом, собственный «кусочек» бытия каждое живое существо выделяет самостоятельно на базе имеющихся у него ощущений, то есть, распознавая доступные ему сведения, копируя их и доставляя для обработки сознанием последовательно в виде отдельных информационных пакетов. Этот процесс их скрытой обработки представляются человеку следующими непрерывно друг за другом мгновениями жизни, сливающими в поток, в котором он является не статистом, а действующим персонажем. Так происходит вследствие того, что эти последовательные мгновения включают в себя не только образ окружающего, но в них последовательно формируются собственные мысли, чувства человека, претворяющиеся в его действия в рамках этих текущих мгновений.

Всё это не только аккумулируется в памяти отдельного человека, но и предоставляется остальным людям, создавая интегральное сознание и интегральную жизнь в виде сообществ. То, что человек пока не способен в окружающем его мире распознать и превратить в информационные пакеты, не попадает в его собственное время, хотя и может находиться рядом или даже в нем самом. Однако это, пока неизвестное, с накоплением информации, а значит знаний, умений, как у человека, так и у всего сообщества людей, постепенно переходит в разряд распознаваемого. Иначе говоря, реальный процесс познания идет не только в виде накопления знаний, но и сам характер отбираемой человеком информации постоянно обогащается всё расширяющимся набором сведений, которые можно распознать, если, конечно, человек сам этого пожелает, то есть не будет закрываться от них.

В результате, жизнь человека всё больше становится зависимой от него самого, он всё более освобождается от гнета обстоятельств, от чистого приспособления к окружающему, от устоявшегося порядка, то есть его свобода растет.

Необратимость этого процесса для всех живых существ доказывает фундаментальную инаковость даже чисто рефлекторно-инстинктивного сознания в сравнении с обратимыми, по-видимому, большей частью процессами обмена веществом и/или энергией в ходе превращений и взаимодействий материальных объектов.

Необходимым условием существования живых объектов является асимметричность, или необратимость их существования во времени, тогда как, по-видимому, большая часть известных нам процессов, происходящих с материальными объектами нашего плотного измерения Вселенной, обратима. Иначе говоря, при взаимодействии, как правило, объекты меняются, не сохраняя свое начальное (до взаимодействия) состояние, в том числе меняются и тела людей, но сознание не участвует в этом «натуральном» обмене, оно лишь снимает копии с объектов, не разрушая их, сохраняя тем самым естественный ход наблюдаемых процессов. В результате, оно не вносит в мир нестабильность и не разрушается само. То есть жизнь возможна только в условиях одностороннего информационного воздействия одного объекта на другой без разрушения последнего с приобретением первым данных от второго или при взаимном обмене данными без собственного разрушения. На такое взаимодействие, кроме обычного энерго-вещественного обмена, способны только живые существа.

Отсюда вытекает, что условий для самопроизвольного возникновения живых объектов и соответственно протекания в них информационных процессов, заключающихся в распознавании одними объектами в других объектах сведений, которые можно было бы расшифровать, или превратить в информацию для собственного использования, и, тем самым, жить в собственном настоящем, или истинном времени, а не пребывать без всяких ощущений в пространстве, не обнаруживается в нашем измерении. Поэтому – иначе невозможно правдоподобно объяснить появление жизни в нашем измерении – копии сконструированных в иных измерениях геномов были доставлены в наше измерение. Технически это вполне возможно. Не является, также невероятным существование условий для реализации превалирующего одностороннего информационного процесса, в которых, по крайней мере, локально, всегда существовала жизнь и сознание.

Оттуда на подходящие по условиям для жизни планеты нашего измерения, по-видимому, доставлялись копии биологических существ с внедренных в них сознанием, или с вложенной самопрограммирующейся структурой из иной материи из другого измерения.

Таким образом, раз уж мы, люди, или существа с самосознанием определенно появились в бытии, вполне возможно и наличие измерений, в которых, в силу имеющихся условий всегда существовали как сознания низшего, или рефлекторного уровня, так и высшего, то есть сознающие себя существа. Материя, составляющая их и законы их существования, не могут быть нам известны. Можно только предположить, что они не имеют биологической природы и вряд ли обладают массой покоя, вследствие чего способны к изменениям без обмена веществом и с минимальным обменом энергией с другими объектами.

Кроме того, они способны отбирать односторонним образом, то есть копированием, без разрушения окружающих объектов, сведения, которые могут расшифровать, или создавать информацию.

Благодаря подобным свойствам эти существа могут представлять собой активное звено бесконечного бытия, создающее собственное однонаправленное изменение, или необратимое развитие при опоре на остальное бытие. Сознание, которое может проявляться в различных измерениях через подходящие носители, получает своего рода многоканальную систему для бесконечного развития. Оно последовательно фиксирует доступные ему изменения материальных объектов, часть которых накапливает, запоминая для возможного применения, и использует при необходимости.

При этом процесс отбора сведений об объектах, их расшифровка и обработка сознанием полученной информации является, с одной стороны, объективным, поскольку идет автоматически в рамках мирового времени и не имеет отношения к фантазиям. С другой стороны, сознание, в частности, человека способно целенаправленно воспринимать ряд объектов и распоряжаться частью информации так, как ему хочется и нравится, можно сказать, «как Бог на душу положит», то есть не мотивированно. В этом отношении высшее сознание, хоть и является составляющей бытия, умудряется преодолеть его порядок, стать выше остальных компонентов бытия. Оно само находит свое настоящее и изменяет его в соответствии с собственными проектами. Это настоящее для человека продолжается сравнительно недолго, зато человек, в отличие от неживого, его ощущает, а в отличие от остального живого, в значительной степени, сам распоряжается им.

Отсюда следует, что сознание, находясь в рамках бытия, может быть в своем высшем выражении относительно свободным в своих проявлениях. Остальные живые существа отбирают информацию из окружающего только вынужденно, приспосабливаясь к среде обитания.

Таким образом, в жизни человек, точнее, его сознание находится в собственном времени, или «настоящем». Оно как бы вложено во внешнее, или мировое время. Внешнее время для человеческого сознания отражает независимое от него течение внешних процессов, к которым оно вынуждено применяться из-за меняющихся вместе с ними условий жизни: зима, лето, ночь, день и т.д., но ход внешнего времени изменить оно никак не может, в отличие от собственного времени, которое оно может сознательно ускорить или замедлить.

Интуитивно человеческое сознание представляет собственное время в виде настоящего для него, потому что за ним в ходе внешнего времени следует прошлое, а перед ним должно находиться будущее. Настоящее же как бы скользит калейдоскопом событий, который, на самом деле, само же сознание последовательно для себя формирует при обработке порций поступающей отовсюду информации каждое мгновение, складывающихся в жизнь в этом «настоящем». Как мы, вкратце, уже указывали выше, это информационное собственное время может замедляться или ускоряться в зависимости от плотности информационного потока.

Например, время сна для человека проходит в один миг, хотя занимает 6-8 часов внешнего времени потому, что во сне практически отсутствует поступление внешней информации. Сознание за эти часы сна переключается на обработку накопленной и просмотренной за день информации, что не создает для него новизны: нет событий, нет и времени. Кстати, этот факт доказывает, что для человеческого сознания более существенным является не мировое время, а его собственное время.

Ускорение «настоящего» времени, но другого знака, проявляющееся не вследствие отключения сознания от внешнего, а от поступления в течение дня каждый миг практически не повторяющихся по содержанию порций информации, производит эффект незаметно пролетающего времени: утро тут же сменяется вечером.

Любопытно, что аналогичный процессу ускорения собственного времени человека процесс происходит и с иными объектами, в определенной степени сознающими свою деятельность и так же организующих себя через потоки информации. Например, подобным объектом является земная цивилизация. В ходе её развития, то есть не только роста населения, но и изменения сознания в сторону расширения круга распознаваемых им сведений, их накопления, происходит сокращение по закону регрессии исторических циклов.

В 1994 году на это явление обратил внимание историк И. М. Дьяконов: «Нет сомнения, что исторический процесс являет признаки закономерного экспоненциального ускорения. От появления Homo sapiens до конца I фазы прошло не менее 30 тысяч лет, II фаза длилась около 7 тысяч лет, III фаза – около 2 тысяч лет, IV фаза – около 1,5 тыс., V фаза около тысячи лет, VI – около 300, VII фаза – немногим более 100 лет, продолжительность VIII фазы пока определить невозможно. Нанесенные на график, эти фазы складываются в экспоненциальное развитие, которое предполагает в конце концов переход к вертикальной линии или вернее, к точке так называемой сингулярности. По экспоненциальному же графику развиваются научно – технические достижения человечества…» [7] Этот явный факт до сего времени никто не мог объяснить, его только констатировали, тогда как в рамках данного подхода для любого сознающего себя материального объекта время ускоряется с ростом потребляемых им информационных потоков. Любопытно, что в точке сингулярности интервал времени, отпущенный нынешней земной цивилизации, завершится согласно упомянутому закону экспоненциального ускорения довольно скоро, что означает ее распад или преобразование в совершенно иное образование.

Естественно, кроме ускорения настоящего времени может происходить и его замедление. Обычно – это результат поступления однообразной информации или слабого притока новой информации. Например, для человека, сидящего в темнице, и видящего два-три раза в день только подаваемую ему пищу и воду, время замедляется настолько, что он теряет его ощущение. Подобное наказание считалось ранее одним из самых суровых и люди, попадающие в такие условия, часто сходили с ума. Без притока свежей информации человек чувствует оскудение жизни, ощущает потерю ее смысла и поэтому стремится занять себя хоть какой-то деятельностью, хотя бы и собирая марки. Любая, даже нелюбимая работа требуется человеку не столько для физического поддержания жизни, сколько для ее наполнения и оживления хоть какими-то информационными потоками.

Собственное время замедляется также и для сообществ, которые сознательно ограничивают себя в притоке информации. Это могут быть целые религиозные течения, например, мусульмане, секты, проповедующие идею ухода от мира, целые народы, отделенные от прогресса. Например, таким архаичным народом были русские до Петра Первого, отставшие в развитии по разным причинам от Европы на несколько сотен лет [8].

Таким образом, настоящее можно представить потоком переменчивого времени в рамках стабильного внешнего времени, непосредственно не производящего события в настоящем.

Как мы указывали выше, своё настоящее в значительной степени человек формирует сознательно сам, поскольку, во-первых, из внешних сигналов он отбирает только те, которые способен расшифровать, чтобы в дальнейшем понять или прочувствовать полученные сведения; ощутить и увидеть окружающее его, во-вторых, часть из осмысленной информации его сознание отбрасывает просто потому, что она для него не интересна и не может составить его жизнь. Сознательное формирование условий собственной жизни уникально и присуще из всех известных живых существ только человеку.

Понятно, что все живые существа не находятся, а именно живут в том и ином времени, собственном настоящем, которое для них необратимо, поскольку «настоящее» асимметрично по приему информации, формируясь живыми существами из «шума». Но в этом «настоящем» только люди осознают себя и свои действия, а остальные живые существа – нет. Но и те и другие нарушают закон неубывающей энтропии.

Все материальные объекты, соприкасающиеся теми или иными своими сторонами с сознанием человека через его ощущения, точнее, сведения об этих сторонах материальных объектов, которые человеческое сознание способно расшифровать, существуют объективно во внешнем времени, и попадают в наше сознание в виде копий непосредственно или опосредованно.

Остальное остается скрытым и как бы несуществующим для человеческого сознания. Это скрытое, тем самым, выпадает из собственного времени человека: его нет в настоящем человека, то есть – в истинном времени человека, оно не участвует в его жизни. Хотя реальное существование этого пока скрытого не подлежит сомнению.

История наглядно демонстрирует данный факт изменением человеческих представления о предметах мира и о самом мире: отсутствовавшее ранее, появляется теперь и появится впоследствии, изменятся представления об очень многом. Хотя то, что недоступно нашим ощущениям и соответствующим им представлениям, соображениям, останется скрытым навсегда. Этим, кстати, ограничиваются познавательные способности человека.

Парадоксально, но большинство людей на Земле до сих пор полагает, что Солнце вращается вокруг Земли, а не наоборот. Папуас, никогда не видевший поезд, глядя впервые на него, кричит, что он живой. И он для него действительно живой. Поэтому каждое собственное время есть во многом искусственная, неполная, искаженная картинка, проверить и исправить которую часто не представляется возможным.

Любые материальные объекты, попадающие в поле зрения сознания, кажутся ему именно такими, а не иными только вследствие его возможностей по распознаванию сведений о них. И только через имеющийся в сознании цельный образ какого-то предмета как совокупной переработанной информации о нем, человек может воспользоваться этим предметом. Этот образ как бы стоит между ним и реальным предметом. Причем для разных сознаний, различных способов переработки поступающей информации формируемый образ предмета, как и всё окружающее, может быть разным.

Многие животные, например, видят или ощущают то, что человеку недоступно, в частности, магнитное поле для птиц – вполне реальный объект, и они им пользуются для ориентации при дальних перелетах. Для слепого человека не существуют заря и радуга, для глухого – музыка, для глупого, точнее, ограниченного человека не существуют наука, искусство в целом. Если подойти к данной проблеме несколько иначе и допустить, что человек обладал бы способностью видеть предметы насквозь как прозрачное стекло, то он не смог бы ориентироваться в пространстве. Иначе говоря, человеческое сознание представляет окружающее только так, как оно на это способно с точки зрения обработки информации об этом окружающем.

Мы, например, знаем из научных исследований, что любой предмет является практически пустым – составляющие его атомы занимают в нем ничтожное пространство. Представьте себе, что произошло бы, если мы это были способны ощущать. Кроме того, основную часть действий человек проделывает без всяких размышлений, автоматически: внутренние процессы – от пищеварения до мыслительных операций в собственном мозгу – человек никак не контролирует. Более того, недавние научные эксперименты показали, что и сам мозг работает как приемник сигналов и не способен сам по себе думать.

Всё, что окружает любое живое существо определенного вида, не только ощущается им по своему, но и является объективно для него иным по сравнению с существами другого вида. Происходит это потому, что материальные объекты мира настолько многогранны, настолько много имеют различных уровней, которые могут восприниматься живыми существами, что мир, окружающий каждое такое существо – свой для него. Он не похож на мир другого существа иного типа, пересекаясь с ним только в плоскостях совпадающего интегрального восприятия.

Если вернуться к формированию окружающего конкретным человеком, то оно, ко всему прочему, зависит от уровня его сознания, образования, общей подготовки, уровня развития общества, в котором он живет и т. д.

Мир любой из цивилизаций, которая соседствует с христианской, будь то буддийская или мусульманская, оказывается чуждым христианской цивилизации.

Что же касается роли науки в жизни человека, то опытная проверка, дополнительные исследования, наблюдения, адекватные советы и прочее дают крайне ограниченный результат, поскольку люди не сразу отказываются от собственных заблуждений, а часто сознательно упорствуют в них в течение всей своей жизни.

Тем не менее, работа сознания на обоих уровнях – рефлекторно-инстинктивном и, собственно, сознающим себя; формируемое сознанием посредством поступающих отовсюду информационных пакетов «настоящее», или собственное время человека, позволяет людям жить практически в любых условиях не только на Земле, но и в космосе, применяясь к ним или меняя их по своим возможностям.

Собственное время, или настоящее человека, а на самом деле, дискретный по механизму процесс получения и обработки информации в сознании, объясняет непонятный до сего времени факт проявления в ребенке сознания и сохранение сознания человеком в течение жизни.

Нам из практики известно, что у ребенка сознание не проявляется в случае отсутствия общения с ним в детстве других людей. Действительно, общение в виде подачи ребенку поначалу довольно быстро распознаваемой им речевой и знаковой информации, связанной с приемом пищи, прогулками, развлечениями и т. п., постепенно формирует у него способность понимания окружающего и способность действовать в соответствии с этим пониманием. Для этого ему поначалу даже не надо разговаривать. Главное – это то, что он на примерах от взрослых учится отбирать из окружающего только те сведения, которые может расшифровать и осмыслить. Если подобный информационный канал отсутствует, то ребенок не может «попасть» в человеческое настоящее и остается во времени живого существа, не обладающего высшим сознанием, для которого характерны действия, основанные в основном на инстинктах и рефлексах.

Известно, что человек, длительное время остающийся в совершенном одиночестве без притока информации, довольно быстро дичает или, как говорят, «сходит с ума». Происходит это опять же потому, что его «настоящее» формируется копиями одного и того же внешнего. Для его сознания остается только информация, получаемая им изнутри в виде некоторых воспоминаний и инстинктивно-рефлекторных реакций. В результате, «настоящее» затормаживается, что проявляется в фактической остановке времени для него, и человек постепенно дрейфует к существу, обладающему лишь первичными рефлексами и инстинктами.

Вопрос о том, как может использоваться информация при сознательной деятельности, на пользу или во вред, остается открытым, поскольку зависит от уровня развития конкретного сознания. Однако, поскольку сознательная деятельность отличается обдуманностью и может непрерывно корректироваться самим сознанием, то процесс развития сообществ сознательных индивидуумов, в данном случае людей, в целом, является поступательным до определенного предела, когда позитивная переработка информации становится невозможной из-за неадекватной фильтрации ее избыточного количества.

Чтобы несколько более детально разобраться с отношением сознания и информации и проникнуть в смысл как этого отношения, так и самого сознания и информации, необходимо дополнительно обратиться к некоторым фактам и выводам из них.

Известно, что при взаимодействиях материальных объектов происходит обмен веществом и/или энергией, то есть, если один объект теряет вещество или энергию, другой – приобретает. В этом случае проявляется симметричность взаимодействий материальных объектов трехмерного мира, или известного нам измерения Вселенной. В отличие от подобного взаимодействия информационное взаимодействие объектов не симметрично. Эта несимметричность выражается в том, что один объект получает информацию от другого, но источник информации потери при этом не испытывает.

Объяснения это явление не находит. Поэтому информация в настоящее время квалифицируется как нечто нематериальное, что само по себе ничего не объясняет и является нонсенсом.

Возникает вопрос, почему появляется столь кардинальное отличие взаимодействия не отмеченных жизнью материальных объектов как симметричного, а информационного воздействия на материальные объекты – как несимметричного и характерного только для живого?

Надо полагать, что это отличие можно объяснить тем, что информационный процесс протекает только при деятельности сознания. В частности, человеческое сознание отбирает из окружающего его разнообразного и многочисленного «шума» то, что ему соответствует, что ему нужно или то, к чему его вынуждают, в соответствии с возможностями имеющихся у человека ощущений. Именно те фрагменты «шума», которые сознание способно расшифровать и в дальнейшем перевести в смыслы, есть информация. Неживые объекты такой способностью к подобному подбору не обладают, осуществляя только энергетический и/или вещественный обмен при тех или иных контактах. Носитель сознания, вместе с тем, так же как и любые материальные объекты, способен и к энерго-вещественному обмену.

Важнейшей особенностью информационного воздействия на объекты является его односторонность, или несимметричность. Сознание непосредственно или через приборы копирует только те сведения, которые оно способно расшифровать, превращая их, тем самым, в информацию, которая ему необходима для жизни. В дальнейшем эта информация может быть либо сразу переведена в образы, мысли или чувства, либо помещена в память для последующей обработки и использования. Сам же оригинал так и остается в источнике информации, никуда не перемещаясь. Этот несимметричный процесс необыкновенно важен для развития сознания, поскольку, с одной стороны, новая информация меняет сознание, обогащая его понимаемыми им знаниями и опытом, а с другой стороны, окружающая сознание реальность, исследуемые или затрагиваемые в этом процессе материальные объекты не разрушаются, окружающая среда остается относительно стабильной, то есть в ней можно жить. В противном случае, гиперболизируя, можно сказать, что только один ненавидящий взгляд мог бы просто испепелить объект ненависти.

Конкретное сознание воздействует не только на неживые материальные объекты, черпая из них информацию, но оно взаимодействует и с подобными ему сознаниями в человеческих сообществах. Из практики известно, что ребенок становится человеком, то есть приобретает действующее сознание только в результате общения с окружающими его людьми. И вообще, известно, что люди в любом возрасте так же могут развиваться только в общении с другими людьми, или, по крайней мере, при условии предоставления им информации. Это происходит по той причине, что взаимный обмен информацией и соответствующее пополнение базы данных каждого сознания в человеке в силу своей несимметричности не разрушает обменивающиеся информацией сознания, а напротив, обогащает их.

Таким образом, в силу подобной несимметричности человеческое сознание без ущерба для всего окружающего его может взаимодействовать с этим окружающим в целях собственного развития, которое идет с большим ускорением, чем в остальной живой природе за счет присутствия у человека самосознания.

Все остальные известные объекты живой природы, в отличие от человека, не обладают самосознанием. Между ними и неживыми объектами информационный контакт осуществляется хотя и аналогичным образом, но только на инстинктивно-рефлекторном уровне, что является основной программой жизни как для бактерий, так и для высших млекопитающих.

Отсюда понятно, что сознание имеет два уровня: один из них, низший, с программой воспроизводства, обмена и т.д. присущ всему живому, другой, высший уровень, означает присутствие у живого существа самосознания. По-видимому, сознание на высшем уровне обладает дополнительной самообучающейся программой, возможностью самопроизвольного выбора и всегдашним стремлением к изменению себя. Тем самым, человек, благодаря собственному сознанию, имеет возможность совершать произвольные поступки, проектировать, запоминать, корректировать свои действия не только под влиянием окружающей среды, но и по собственным, часто немотивированным желаниям, что обозначается им как свобода воли.

Обе эти программы, точнее, соответствующие им геномы по теории вероятности не могли самособраться в нашем измерении практически за любые вообразимые сроки. Но, раз уж есть живое, в том числе и человек, то попасть в наше измерение Вселенной эти программы могли в готовом виде только из другого измерения с помощью копирования и передачи их на соответствующем носителе в наше трехмерное измерение, поскольку все измерения Вселенной связаны между собой. Скопированный и переданный геном послужил основой для формирования первичного уровня сознания, то есть для образования и развития живых организмов при возникновении подходящих для жизни условий на той или иной планете нашего измерения Вселенной. В нашем трехмерном измерении сознание не может действовать непосредственно в силу его качественного материального отличия от материальных объектов нашего измерения. Но оно может действовать через известный нам носитель, например, в виде человеческого тела, которое является всего лишь высшим млекопитающим, сформировав, тем самым, своего рода симбиоз обоих образований. А появиться сознание может оттуда, где есть условия для его непосредственного существования.

Блокировка самосознающей части человеческого сознания превращает человека в зомби. В частности, подобная блокировка на определенное время может быть осуществлена в процессе гипноза. В этом случае незаблокированная часть сознания способна воспринимать и обрабатывать информацию от гипнотизера только подобно роботу-компьютеру или дрессированному медведю, выполняя соответствующие команды, но не способна к самостоятельной деятельности, поскольку самообучающаяся программа отключена. Свобода воли тут, как таковая, не присутствует.

Это пример показывает, что прием информации отнюдь не равноценен для просто живого и для существа, обладающего самосознанием и способностью сознательно менять как себя, так и окружающую среду.

Для сознания важным является адекватность принимаемой им информации, отсутствие ее искажения. Например, в развитых цивилизациях финансовый рынок, предоставляющий наиболее легкий и быстрый способ зарабатывания денег, стремится оторваться от реального производства и услуг, производя различные деривативы в виде финансовых опционов, форвардных контрактов, процентных свопов, валютных свопов, фьючерсов. С течением времени результаты действий этого финансового рынка начинают все больше отклоняться в сторону превышения от объема реально производимых товаров и услуг. Подобное сознательное искажение информации, поступающей от реальных объектов, показывает низкий уровень сознания субъектов, управляющих финансовыми структурами, уклонение их от адекватных стратегий, и является признаком начала разрушения сложной системы цивилизации.

Отдельный человек и вся нынешняя человеческая цивилизация являются конечными образованиями. Поэтому для того и другого существует предел в существовании.

Для каждого отдельного человека этот предел, по-видимому, заложен в его жизненную программу, связанную с его генетическими особенностями, условиями существования, а также с процессом обработки им массива информации, который, возрастая с течением времени жизни, в определенный момент начинает превышать возможности человеческого мозга.

Для цивилизации, которую составляют люди, этот объективный предел достигается тогда, когда поступающая через мозг в сознание человека информация начинает превышать возможности мозга, с помощью которого сознание принимает решения по управлению всеми системами цивилизации. В связи с этой перегрузкой и невозможностью адекватной фильтрации лавинообразно поступающей через Интернет и другие источники информации люди, ответственные за принятие адекватных управляющих решений перестают различать немногие параметры и структурные изменения, к которым сложные цивилизационные системы чувствительны и которые обычно не самоочевидны. Но без задействования этих ключевых параметров устойчивость системы не сохраняется.

В такой ситуации, когда случайные симптомы принимаются за причины, человек в лице управляющих органов направляет свои усилия, как правило, на устранение симптомов, но при этом истинные причины остаются незатронутыми. Такое действие либо неэффективно, либо приводит к ухудшению ситуации. Фактически единственным методом упорядочения лавинообразного потока информации становится ее фильтрация, как правило, по сомнительным критериям. Это ведет к дестабилизации системы и к прекращению ее нормального функционирования. Наступает информационный коллапс, который угрожает не только стабильности и нормальному функционированию информационного пространства, но и практически полностью зависимых от него сложных, многоуровневых подсистем цивилизации. Они теряют жизнеспособность и цивилизация разрушается: ускоренное развитие сознательных сообществ достигает своего предела, при котором, образно выражаясь, центробежные силы начинают превалировать над центростремительными. [1]

В заключение этой главы следует отметить, что, судя по рассмотренным особенностям информационного процесса, как такового, существовать он может только в привязке к сознательной деятельности, доставляя сознанию не только сведения о природных и общественных процессах, но и формируя его собственное время, которое вне сознания отсутствует. Само же сознание, присутствующее в любом живом объекте нашего трехмерного измерения, из-за отсутствия в этом измерении нашей Вселенной изначально сознания, по-видимому, следует рассматривать как информационную копию сознания другого измерения, развивающуюся совместно с телом, в которое оно внедряется, в течение всей жизни этого тела.

Глава 3

Время как настоящее, формируемое сознанием в обрамлении внешних изменений, независимых от сознания.

Человек страшится времени, которое с каждой секундой приближает его к смертному порогу, делает его из молодого, веселого и беззаботного старым, больным и нудным. Чего уж тут приятного в таком неизбежном падении.

Вместе с тем, время наполняет человека смыслом, если он, не особенно размышляя о текучести времени, стремится самостоятельно совершить что-то особенное, стремится сделаться иным, преодолевать, как кажется, неодолимое, не терять надежды и оптимизма даже на смертном одре.

«Идущие на смерть, приветствуют тебя!» – восклицали, обращаясь к принцепсу, гладиаторы без особого надрыва.

Что ж! Во времени каждый получает своё.

Не слишком уж многие вовсе неглупые люди пытались проникнуть в суть времени, но само время ставило их на место, показывая ограниченность высказанных воззрений, по-видимому, от того, что каждый из них мыслил сугубо земными категориями, ординарно, не пытаясь слишком далеко отойти от них.

Между тем, время для человека существует только тогда, когда его сознание включено, он ощущает его биение, осознает время в виде собственного настоящего. Если сознание человека отключается, время для него пропадает. Само по себе это указывает на то, что не человеческое тело ведет человека по жизни, а сознание.

Все остальные живые существа вообще не осознают время, хотя инстинктивно и применяются к нему. Возможно, их счастье и состоит в отсутствии у них самосознания и соответствующей ответственности вместе со свободой, что наваливается на каждого человека в жизни часто невыносимой тяжестью.

Подобный подход к времени называют субъективным, но он, тем не менее, правомерен, так как только при действующем сознании человек осознает свое присутствие в мире. А это означает, что только работающее сознание, сознающее себя, как таковое, и наличествующее только в человеке, есть главное и высшее звено всего известного ему бытия. Вряд ли что-то в неизвестных нам мирах и измерениях есть больше, чем осознание самого себя, хотя сам уровень сознания может быть иным.

Конечно, доведение до конца понятия субъективности, то есть единственности сознания, абсурдно, поскольку любое локальное сознание окружают подобные сознания, которые вынуждены совместно находить опору в окружающем их бытии, содержащем бурлящее живое и неживое, обмениваясь информацией, меняя мир и самих себя.

Однако, столь же абсурдно, доведенное до конца, понятие объективности внешнего, или мирового времени, которое, по человеческим представлениям, течет в материальном мире при отсутствии сознания.

С одной стороны, такой мир, даже если он и существует, не может обнаружить своё существование. И в этом смысле, есть он или его нет – безразлично. Толку в нем никакого. Да и времени в таком мире быть не может, так как его некому исчислять, хотя изменения в нем вполне могут происходить. Однако это можно только предполагать.

С другой стороны, невероятно сложное как структурно, так и программно, сознание самособраться в известном нам мире не может – вероятность этого, как подсчитано, практически, равна нулю. Это определенно указывает на то, что сознание существует в других измерениях как базовых для него. Если признать, что бытие не имеет ни начала, ни конца, изменяется на различных уровнях, то с фактом существования сознания всегда, как минимум, в одном из измерений трудно спорить.

В бесконечности, неважно в какой его части, – на то она и бесконечность, что ее условные части не находятся ближе к концу или к началу, которых просто нет, – в вечно изменяющемся бытии, которое представляется нам находящимся в текучем времени, присутствует всё – от хаоса до строгих конструкций, от простейших материальных объектов до сложнейших материальных структур сознания. Всё это меняется в соответствии с теми или иными закономерностями, и не обязательно теми, которые известны нам. Все объекты бытия могут распределяться иерархически по различным измерениям или же вообще быть голограммами глубинной целостной реальности.

Время в этом бесконечном есть показатель для человеческого сознания никогда не прекращающихся изменений материальных объектов во всех измерениях всех вселенных, причем эти изменения могут представляться ходом событий только высшему звену бытия – сознанию как материальному объекту, который способен осознать и себя, и эти изменения, участвуя в них в качестве субъекта. Только эта материальная высшая структура способна сознательно контролировать как себя, так и всё остальное, бесконечно меняясь под влиянием внутренних и внешних воздействий, осознавая не только эти изменения сами по себе, но и стремясь к ним, то есть бесконечно развиваясь.

Многие изменения материальных объектов сознание способно перевести в информацию, то есть в сведения, распознаваемые им.

Таким образом, истинной «пищей» для человеческого сознания является информация, в ходе потребления которой человек может осознать себя в формируемом сознанием «настоящем».

Настоящее человека – это обработанные в его сознании сведения из информационных пакетов, поставляющие своим последовательным появлением с не фиксируемой человеком паузой, требующейся для копирования и передачи информации к сознанию от объектов, движущуюся картину взаимодействия человека с окружающим его снаружи и содержащимся внутри.

Эта как бы самодвижущаяся картина, напоминающая кинофильм, который человек смотрит и, вместе с тем, в котором он участвует, является чередой воспринимаемых им отовсюду событий, на которые он так или иначе отзывается, обдумывая, оценивая их со стороны или принимая в них непосредственное участие. Когда он смотрит на происходящие вокруг него события каждый день, то они представляются ему текущим вокруг него временем, а когда он участвует в них, они становятся его жизнью. Это собственное время человека не сопровождает его подобно внешнему времени, независимому от него, а является его настоящим временем, формируемым им самим.

Это прохождение человека сквозь бытие посредством собственного настоящего путем дискретной обработки поступающих в его сознание каждое мгновение пакетов информации, люди осознать не могут в течение тысячелетий, высказывая различные суждения и ставя различные вопросы: что же такое на самом деле человеческое настоящее. Почему оно, по видимости, длится и, вместе с тем, исчезает безвозвратно? Совпадает ли настоящее человека с внешним временем?

Собственное время человека отличается от внешнего времени тем, что каждое его мгновения является настоящим мгновеньем человека, и в последовательность этих мгновений вписывается вся его жизнь от рождения до смерти – он проходит ее в формируемом им самим настоящем. Вместе с тем, жизнь занимает определенный интервал внешнего времени. Поэтому, как кажется, после любого мгновения жизни человека, кроме мгновения рождения, располагаются все прошедшие безвозвратно мгновения, а предшествуют ему, кроме момента смерти, остальные. Эта особенность вместе с невозможностью для человека заметить дискретность мгновений жизни является основанием для формирования в сознании человека представления, что материального настоящего мгновения нет, а в текущем времени имеется некая нематериальная грань между прошлым и будущим.

Парадокс собственного времени человека заключается в том, что его сознание, находясь в рамках внешнего времени, вместе с тем, удерживается всю жизнь в своём настоящем, несмотря на то, что по отношению к внешнему времени, которое циклически повторяется (сутки, годы), каждый момент его жизни тут же уходит навсегда.

Обладая настоящим, точнее, находясь всегда в течение жизни в нем, человек способен воспринимать все текущие изменения окружающего, представляющиеся ему событиями, и, осознавая самого себя, участвовать в них, меняя по своему разумению это окружающее. В противном случае, осознанная жизнь для него стала бы невозможной – он бы не смог отделить себя в собственном сознании от окружающего.

Поэтому собственное время человека есть информационный процесс, представляющий собой копирование изменений материальных объектов, окружающих человека, в виде необратимой последовательности дискретных, несущих информацию длительностей, сливающихся в сознании в картину непрестанно меняющегося окружающего.

Собственное время человека находится во внешнем времени, точнее, оно вкладывается человеком во внешнее, мировое время, сопоставляясь с его периодами – сутками, годами с условными интервалами, длительностями этих периодов – секундами, часами. Поэтому он путает собственное время с внешним временем. Однако собственное время он создает сам, как и собственную жизнь, а внешнее время ему дается. Внешнее время, отмечаемое, правда, человеком, равнодушно течет по годам, или оборотам Земли вокруг Солнца миллиарды лет по человеческому счету, и повлиять на эти мировые циклические изменения человек не может – он тут ни при чем. Хотя только человек способен ощутить этот процесс, сопоставив его с длительностью собственной жизни, в бытии же это – лишь изменения сущего.

Данную разницу по отношению к времени понял еще Аристотель и довольно четко сформулировал понятие внешнего времени, указав, что оно связано с «движением небесной сферы», являясь в этом отношении объективным. Но, вместе с тем, Аристотель совершенно справедливо отметил, что «если время – мера движения, то это предполагает число, ибо там, где есть мера, есть и число, число же должно кем-то считаться» [9]. То есть Аристотель намекнул тут на то, что внешнее время фиксируется только сознанием. Собственно, это эквивалентно констатации факта проблематичности существования времени вне сознания.

И. Ньютон уточнил понятие внешнего времени, обозначив его как меру длительностью, с помощью которой можно оценивать интервалы тех или иных процессов для их сравнения. [10]

Э. Кант, по сути, согласился с намеком Аристотеля в отношении того, что вне сознания времени нет: «Время не есть что-то объективное и реальное…, а объективное условие, по природе человеческого ума необходимое для координации между собой чувственно воспринимаемого по определенному закону, и чистое созерцание.» [11]

Гегель также не возражал против этого соображения Канта: «Время как отрицательное единство вне-себя-бытия есть такое нечто всецело абстрактное и идеальное; оно есть бытие, которое существуя, не существует, и, не существуя, существует, – созерцаемое становление… Но не во времени всё возникает и происходит, а само время есть это становление…» [12]

Аристотель, развивая некоторые намеки Гераклита на текучесть жизни и на то, что «из бесцельно кружащегося потока времени рождается логос…» [13], выделяет из проблемы времени проблему «настоящего», называя его «теперь». Он спрашивает: «Является ли «теперь» частью времени? Всегда ли «теперь» одинаково? Или оно всякий раз разное? Связывает ли «теперь» прошлое и будущее или оно их разделяет? Делимо ли «теперь»? Есть ли в «теперь» движение? Или покой? Куда девается «теперь»? И вообще, что это такое?» [9]

Тем самым, Аристотель отметил отличие настоящего времени человека от внешнего времени и даже попытался определить его в своих ответах, правда, неудачно, поскольку механизм формирования «настоящего», или собственного времени для сознания остался ему неизвестным.

В средние века Августин, развивая идею Аристотеля о настоящем времени, или «теперь», полагает его субъективным временем, или сменой восприятий. Он также считает, что вместе с настоящим временем существует прошлое, данное в памяти, и будущее, данное в ожидании. Время заключает в себе события, которые проходят необратимо. Само время обнаруживает себя в душе: «Некие три времени эти существуют в нашей душе и нигде в другом месте я их не вижу… А как мы можем измерить настоящее, когда оно не имеет длительности?» За длительность Августин принимает настоящее прошедшее и настоящее будущее, а за время настоящее настоящего. [14]

Хотя Августин в соответствие со своей концепцией субъективного времени считает, что вместе с настоящим временем существует прошлое, а также будущее, он, на удивление, четко отметил, что именно в сознании, или душе существует настоящее, которое необратимо проходит. Однако он, как и Аристотель, считает настоящее время не имеющим длительности, искусственно перенося ее на сочетание прошедшего, настоящего и будущего.

В действительности, настоящее время имеет длительность, содержа несколько указанных выше фаз, прошлое проявляется только в настоящем мгновении в виде запрашиваемых сведений из памяти, а будущее может проявляться в «настоящем» только как умозрительная конструкция на основе экстраполяции того, что имеется в настоящий момент в доступных базах данных.

С. Кьеркегор полагает, что время есть бесконечная последовательность. Вместе с тем, он отрицает существование прошлого и будущего. Что касается настоящего, то, по мнению Кьеркегора, его невозможно определить. Тем не менее, настоящее он считает бесконечным исчезновением, а вечное – истинным настоящим. [15]

Действительно, Кьеркегор в своем полагании времени как бесконечной последовательности намекнул на существование внешнего времени. Вместе с тем, он тонко подметил «бесконечное» как в «вечном», так и в исчезающем мгновении «настоящего».

Однако это только кажется, что мгновенье настоящего исчезает бесследно. На самом деле каждое мгновенье, уступая место следующему мгновенью, остается в «настоящем» в виде той памяти, которая может быть в любой момент воспроизведена в соответствующем мгновении настоящего. Настоящее для человеческого сознания содержит в себе всё потому, что оно им же и формируется в конкретной длительности и необратимой последовательности. Как ни парадоксально, но именно на этом и стоит весь мир.

Попытку определить «настоящее» на основе эволюции и становления сделал Анри Бергсон. Он отметил, что саморазвитие системы определяет течение своего собственного внутреннего времени [16]. Вместе с тем, Бергсон отказывает в представлении собственного времени как настоящего. Он не представляет себе конкретной длительности без прошлого: «Ведь наша деятельность не является сменяющими друг друга моментами, тогда постоянно существовало бы только настоящее, не было бы ни продолжения прошлого в настоящем, ни эволюции, ни конкретной длительности». [17]

Таким образом, Бергсон не смог представить настоящее как развивающийся именно в последовательности моментов процесс, являющийся условием человеческой деятельности, выход за пределы которого для сознания возможен только в воображении. Постоянное существование настоящего совсем не означает отсутствие развития, длительности, поскольку каждый момент настоящего имеет длительность, в течение которой из памяти, так же как из баз данных компьютера, может быть запрошена и получена та или иная информация. Она, опять в настоящем, а не в прошлом или в будущем используется для человеческой деятельности. В отличие от данного подхода, Бергсон полагает, что сознание реально «захватывает» прошедшие мгновенья: «Чистая длительность есть форма, которую принимает последовательность наших состояний сознания, когда наше «я» просто живет, когда оно не устанавливает различия между наличными состояниями и теми, что им предшествовали». [16]

Э. Гуссерль полагает, что «… при выключении естественного мира космическое время сменяется феноменологическим – необходимой формой, связывающей переживания с переживаниями… это время не измерить ни положением солнца, ни с помощью часов, ни какими-либо средствами физики… тезису мира – мир случаен – противостоит тезис моего чистого «Я», жизни моего «Я», которая является «необходимой», абсолютно несомненной». [18]

Эти тезисы Гуссерля означают фактическое признание им внешнего времени и, вместе с тем, – противопоставление им внешнего времени переживаниям, которые, в сущности, для него являются настоящим его «Я». Он даже идет дальше в своем противопоставлении жизни собственного «Я» какому-то случайному миру, бытию. Однако Гуссерль не смог связать с сознанием оба вида отмеченного им времени, так же как и с бытием. Как и многие философы-идеалисты, он несомненным признал только лишь жизнь своего «Я».

Однако для сознания мир не случаен, а необходим, причем настоящее для сознания, или «Я» есть при самом непосредственном участии бытия формирование условий для жизни сознания в последовательной и необратимой цепочке мгновений.

Тезис Хайдеггера о том, что самосознание оказывается возможным, потому что есть конечное существование, совершенно справедливо дает понять, что вечность сознанию придает его бесконечное погружение в конечное. Действительно, только в конечном сознание может найти свою опору – бытие. Однако, вместо того, чтобы прийти к пониманию того, что условием определения сознания в конечном, или его собственном времени являются последовательные, дискретные мгновения «настоящего», в которых сознание контактирует с бытием, Хайдеггер утверждает, что имеется прошлое, настоящее, будущее, они – одинаково изначальны с приматом будущего. Кроме того, он полагает время свойством бытия, которое темпорализуется, исходя из будущего. [19]

Данный подход Хайдеггера к времени показывает непонимание им настоящего как единственной реальной опоры сознания на бытие, благодаря которой сознание каждое мгновенье получает собственную жизнь. Естественно, все остальные рассуждения Хайдеггера о времени не вполне адекватны.

Ж. П. Сартр признает время только приходящим в мир через человека как свойство переживающей его души. Время, полагает он, есть постоянное ускользание сознания от тождества с самим собой, и существует оно в форме трех временных состояний: прошлого, настоящего и будущего. Прошлое, считает Сартр, оказывается настоящим, если последнее его выражает: «Я есть моё прошлое, и если меня нет, моё прошлое не будет существовать дольше меня или кого-то еще. Оно не будет иметь больше связей с настоящим. Это определенно не означает, что оно не будет существовать, но только то, что его бытие будет неоткрытым. Я единственный, в ком моё прошлое существует в этом мире» [20]. Настоящее Сартр приравнивает к мгновенному постижению «теперь» или «ничто» в соотнесении с прошлым и будущим: «…если мы изолируем человека на мгновенье на острове его настоящего и если все модусы его бытия окажутся предназначенными природой к вечному настоящему, то мы радикально устраним все методы его рассудочного отношения к прошлому» [20 ]. Будущее, по мнению Сартра, нереализуемо, поскольку в момент достижения цели переходит в прошлое: «Действительное будущее есть возможность такого настоящего, которое я продолжаю в себе и которое есть продление действительного в себе. Моё будущее вовлекает как будущее существование очертания будущего мира.» [20]

Поскольку Сартру остался неизвестен механизм формирования настоящего времени для человеческого сознания, постольку он мог всего лишь что-то угадывать в феномене настоящего. И он многое угадал. В частности, он посчитал, что время приходит в мир только через человека.

Действительно, без сознания, которое присутствует в человеке, мир мертв, точнее, он не может присутствовать, так как его некому принять в свои объятия.

Совершенно справедливо Сартр заметил, что прошлое существует через настоящее, а будущее связано с настоящим.

И всё же Сартр считает формами времени прошлое, настоящее и будущее, тогда как реально для сознания существует только его настоящее время, в котором всегда присутствует прошедшее, и зарождается будущее. Сартр же, наоборот, приравнивает настоящее к «ничто», вероятно, потому, что не предполагает наличие длительности у настоящего мгновенья.

И. Пригожин также отметил, что представление о направлении внутреннего времени, необратимости изменений в системе возникает вследствие сложности таких открытых систем, которые далеки от равновесия и обладают многими степенями свободы. [21]

Таким образом, Пригожин, так же как и отмеченные выше мыслители, заметил наличие настоящего времени и его направленность.

Что же касается субъективизации времени, то оно имеет отношение не только к индивидуальному сознанию, – настоящее точно так же есть собственное время и для совокупного сознания, в частности, сознания человечества, вся история которого всегда присутствует в его настоящем. И изменить эту историю или «пролезть» в будущее еще ни одному народу или цивилизации не удалось так же, как ни одному человеку не удалось попасть в собственное прошлое или будущее.

Следует всё же констатировать, что все указанные выше мыслители, справедливо отметив существование собственного времени, или настоящего для человека, не раскрыли механизм проявления настоящего. Они также не учли его фундаментальный характер для функционирования живой системы отдельно от остального бытия, но при опоре на него, поскольку настоящее время формируется сознанием без тотального разрушение бытия и себя при своей деятельности в настоящем. Это происходит благодаря только копированию сведений об окружающем, то есть без участия в энерго-вещественном обмене.

Так что, соображения о том, что вне человеческого сознания ни внешнего времени, ни собственного времени нет, отнюдь не являются абсурдными, если исходить из существования в бытии материального сознания, которое только и способно выделить из бытия информацию о его изменениях, зафиксировать их, и использовать для собственных целей.

По-видимому, лишь в соприкосновении с сознанием проявляются те или иные стороны бытия в виде изменений материальных объектов, которые в сознании превращаются в события с той или иной длительностью, или – во время. Если бы мы наблюдали со стороны те или иные изменения, то в одном случае время как обрамление изменений материальных объектов представлялось бы нам в локализации, где идет непосредственный обмен веществом и/или энергией, симметричным; при отсутствии подобного обмена, изменения, происходящие с материальными объектами, представлялись бы нам асимметричными и последовательными, причем одностороннее течение времени сменилось бы для нас на противоположное при смене знака в изменениях материальных объектов, например, при переходе вселенной, содержащей материю, через точку сингулярности во вселенную из антиматерии; так же локально, изменение массы объектов проявилось бы для наблюдателя замедлением времени вблизи массивных объектов.

Эти бесконечные изменения материальных объектов наблюдатель оценил бы как различное нескончаемое течение времени, которое не может остановиться, поскольку подобная остановка, например, в такой замкнутой системе как наша Вселенная, означала бы остановку всех изменений материальных объектов, что можно было бы приравнять к тепловой смерти. Однако в случае отсутствия наблюдателя в бытии остались бы только бесконечные изменения материальных объектов, что можно только предполагать, поскольку зафиксировать их и заключить в рамки времени некому.

Вечность, если бы в ней находился наблюдатель, так же не могла бы соответствовать остановке времени, поскольку в вечности, понимаемой как бесконечные в своей разнообразности изменения материальных объектов, бесконечным для наблюдателя было бы и течение времени. Для сознания, на самом деле, вечность – это бесконечные дискретные погружения в конечное существование в собственном времени. То есть бесконечного плавного течения времени для сознания не существует, и в этом смысле для сознания нет вечности как непрерывного течения времени. Время создается сознанием в конечном, и оно является его собственным.

Так что без наблюдателей, то есть без осознающих себя существ, вводить понятие времени бессмысленно, так же как и бессмысленно представлять бытие существующим в бесконечном изменении без наличия в нем сознания, поскольку изменения нужны только для сознания.

Изменяющиеся материальные объекты должны иметь место для себя и для взаимодействий между собой (пространство), и эти изменения не могут не иметь той или иной длительности для наблюдателя.

Получается, что материальные объекты, пространство и время, точнее, изменения материальных объектов, совпадают, так как без каждого из них не могут существовать и другие. И в этом отношении прав Платон, который утверждал, что существует нечто неизменное, постоянное, тождественное самому себе с одной стороны, и меняющееся, текучее, с другой стороны. [22]

Более пространно выразился в этом отношении Парменид. Он утверждал, и был довольно точен в отношении глубинной сущности бытия, что помимо бытия нет ничего; бытие никем и ничем не порождено, а небытие не существует; у бытия нет ни прошлого, ни будущего, бытие есть чистое настоящее; оно неподвижно, однородно, совершенно и ограниченно.[2]

Таким образом, целостность бытия делится на три составляющие только в воображении, а оно есть только у сознания. Поэтому разделенность бытия могла возникнуть только с сознанием и только для сознания, точнее, для его развития. В противном случае, бытия в разделенности нет, так как о нем знать некому: бытие для собственного существования в своей разделенности не может не включать в себя в качестве одного из собственных материальных объектов сознание.

И жизнь, невозможная в глубинной целостности, становится реальностью бытия в его разделенности в виде бесконечно меняющихся вселенных. Они могут иметь разные измерениями, которые содержат немыслимые для нас материальные объекты, существующие по иным, чем в нашем измерении законам. В том числе отдельные из них содержат как данность и сознание, без которого всё это бытие не имело бы смысла для существования, то есть не проявилось бы.

Наш подход к времени был подробно описан выше. По-видимому, он позволяет теперь с несколько большим приближением к истине ответить на ряд вопросов о сущности времени. На некоторые из этих вопросов, поставленных тысячи лет назад, адекватных ответов нет до сих пор, на другие вопросы ответы имеются, как, например, у Аристотеля или А. Бергсона, но они вытекают из традиционного понимания времени или основываются на недостаточной базе и поэтому нуждаются в корректировке.

1.Современная наука полагает, что информация переносится из прошлого в будущее, а не наоборот, считая этот факт принципиальным.

Время в человеческом сознании, как предполагается, есть условная сравнительная мера изменений материальных объектов. Человек наблюдает периодическое движения солнца и звезд на небе, на которое он никоим образом повлиять не может, отсчитывает по видимым им периодам условные интервалы – секунды, дни, годы, и полагает поэтому, что он живет в этом времени. Оно для него является, по видимости, внешним и в нем проходит его жизнь, утекая безвозвратно. Однако периодические изменения светил, колебание атомов он ощущает только через призму своего присутствия, или своего «настоящего», предполагая их существование в будущем и прошлом только в силу повторяемости этих периодических изменений, поскольку попасть в будущее и прошлое он не может.

Свое представление о внешнем времени он переносит и на собственное время, полагая, что перед ним существует, в отличие от внешнего повторяющегося времени (завтра солнце взойдет, и вчера оно всходило), еще совсем неизвестное, скрытое время, которое он называет будущим, и понятные ему, но ушедшие навсегда события, которые могут быть взяты из памяти или из баз данных. Эти события по факту человек квалифицирует как прошлое, куда уходит всё, остается там и пополняется с каждым мгновеньем. То есть человек как бы объективирует прошлое и будущее, отказываясь понимать, что он реально живет только в настоящем. Иначе говоря, его прошлое проявляется только в его настоящем, а будущее не проявляется никак или можно выразиться относительно него иначе: оно проявляется, как говорил Августин, в ожидании. Однако в некоторый момент его можно и не дождаться.

Человек полагает, что может, зная прошлое, экстраполировать его в будущее, так же, например, как движение планет, скорректировав его так или иначе в своем воображении. Данный процесс наука считает переносом информации в будущее.

Однако даже с формальной позиции невозможно перенести то, чего уже нет, в то, что еще не случилось. На самом деле информация берется из имеющейся базы данных в мгновения «настоящего» последовательно, поскольку только в эти мгновенья она реально существует, для того чтобы использовать ее не в мифическом будущем, а для формирования последующих мгновений настоящего времени. Достать что-то из прошлого, которое отсчитывается по внешнему времени назад от текущего настоящего, но реально отсутствует, невозможно, так же как и перенести что-то в будущее – ни того, ни другого нет, точнее, они существуют только в воображении человека в рамках внешнего времени. Однако всё то из прошедшего, что сохранилось в базах данных, проявляясь в одних мгновениях настоящего, действительно, способно отразиться на последующих мгновениях «настоящего», поскольку может повлиять на процесс сознательного отбора информации, который происходит лишь в настоящем. Таким образом, было бы ошибкой называть этот эффект переносом информации из прошлого в будущее. Данный эффект проявляется только в настоящем, то есть в конкретном мгновении жизни, составляющих в своей совокупности необратимую последовательность, в которой каждое из мгновений, проявившись, тут же уходит от нас, но они не проявляются так или иначе в последовательности мгновений одновременно.

Отличие представления обычного человека о прошлым в сравнении с его представлениями о будущим состоит, в частности, в том, что будущего для него нет ни в каком виде, кроме фантазий, предположений, тогда как прошлое кажется человеку существующим реально. В прошлом, по его представлению, должно собираться, как в копилке, всё то, что проходит через него самого в настоящем, хотя, на самом деле, вся накопленная информация находится в базах данных, доступных человеку только в его скользящем «настоящем».

Постоянное существование настоящего совсем не означает отсутствие изменений в самом сознании, поскольку каждый момент настоящего имеет длительность, в течение которой из памяти, как из баз данных компьютера, может быть запрошена и получена та или иная информация, добавляющаяся к вновь поступающей, практически меняющейся непрерывно, что позволяет со знанием дела проектировать дальнейший ход событий. Однако это тоже происходит в настоящем, а не в будущем. Путаница в этих понятиях происходит в результате представления настоящего мгновенья эфемерной границей между прошлым и будущим, тогда как «настоящее» есть определенная длительность, в течение которой происходит получение и обработка не только информации от окружающих сознание внешних источников, но и уже накопленной информации, которая доступна для сознания в данный момент. Этот процесс идет последовательно – от одного мгновенья к следующему – без остановки для сознания, которое не успевает зафиксировать паузы между мгновениями технически. Вероятно, поэтому люди в своем представлении делят его на прошлое, настоящее и будущее.

Тем самым, информация появляется не из прошлого и не из будущего, которых в реальности нет, а формируется отдельными порциями в настоящем, поступающими для обработки сознанием, что занимает определенную часть каждого мгновенья в их последовательности. Данный процесс идет каждое мгновенье и имеет конкретную длительность.

Общий информационный пакет для каждого мгновенья проходит к нейронам мозга от разных органов человека в виде последовательностей нервных импульсов, в каждом из которых заключена соответствующая информация. Скорость распространения нервных импульсов колеблется в интервале от 1 м/сек до 120 м/сек. Частота и характер последовательности импульсов, несущих, в частности, зрительную информацию, зависят от интенсивности и спектрального состава света, а величина и длительность отдельного импульса не зависят от природы и силы раздражения.

Непосредственно после генерации импульса нервное волокно находится в, так называемом, рефракторном состоянии и не может быть возбуждено вновь в течение 1-2 миллисекунд, то есть нервное волокно в состоянии проводить нервные импульсы с частотой не выше 500 герц. Длительность самого импульса, проходящего по нервному волокну, составляет доли миллисекунды в каждом мгновении, и, в принципе, не может быть более времени задержки, то есть длительности восстановления нервного волокна (рефракторное состояние).

Пауза между нервными импульсами, содержащими информацию, означает, что они не идут непрерывно. Однако эта пауза вместе с еще более кратким интервалом обработки сигнала в каждом мгновении находится ниже порога ощущений и поэтому не попадает в сознание: в частности, движущаяся картинка для сознания человека обеспечивается интервалом между прогоняемыми последовательными кадрами около 0,04 секунды, что и составляет указанный порог. Его длительность, как видно, более чем на порядок превышает длительность паузы. Поэтому образующиеся дискретные последовательные мгновения собственного времени человека, заключающие в своей последовательности все картины и все события жизни для человека, сливаются в непрерывный, неразделимый поток в его сознании.

Вот тут, в этом процессе и возникает само собственное время человека. Оно есть условие для внесения изменений в окружающее, при котором он сам, частично инстинктивно, автоматически, частично сознательно отбирает из среды, которая может быть бесконечно разнообразной, только те сведения, которые поддаются расшифровке его ощущениями, или информацию. Это условие можно назвать собственным временем человека потому, что в нем последовательно возникают сформированные им самим мгновения в виде движущейся картины окружающего, в которой происходят события, а он может принимать в них непосредственное участие, что и составляет его жизнь.

Что же касается внешнего времени, то оно является отражением фиксации человеком в настоящем независимых от него, недоступных для него изменений материальных объектов, то есть оно есть внешнее обрамление его жизни. Собственное время человека, или его настоящее, в отличие от внешнего времени, формируется им самим, но в рамках внешнего времени, получая от него длительность, через информационное воздействие на среду, результатом которого являются сознательные или нет изменения, которые человек вносит своими действиями в окружающую среду на основе полученной им информации.

Этот процесс отличает всё низшее живое от высшего живого, так как только человек способен осознать свое «настоящее» и даже вообразить прошлое и будущее. А, например, животные вообразить ничего не могут, в частности, для них не существует ни прошлого, ни будущего, а «настоящее» они только ощущают, но не более.

Тем самым, время жизни человека, если его связать с информационным процессом, для него является настоящим временем, что, по-видимому, он интуитивно понял давно, обозначив его так, а не иначе. Данный факт совсем не ведет к отрицанию процессов изменения материальных объектов, в том числе и самого человека, мира в целом. Напротив, он приводит к осознанию того, что бытие бесконечно в своих изменениях, но проявляясь в конечной человеческой жизни через сознание, бытие предоставляет ему только те свои фрагменты, которые сознание через имеющийся у него аппарат ощущений способно распознать. Сознание их и распознает как бы точечным последовательным тыканием через свой носитель в окружающее его, а далее оно способно накапливать отбираемую информацию, проводить на ее основе теоретические и экспериментальные исследования, то есть познавать доступное ему окружающее имеющимися у него средствами.

Червь в яблоке живёт только в одном измерении пространства, имея возможность перемещаться только поступательно: материальные объекты для червя – только мякоть да косточки. Настоящее как собственное время он ощущает в основном по изменению своих вкусовых ощущений и по собственному пищеварению, а внешнего времени для него вообще не существует, поскольку ощутить его он никоим образом не может, не видя ни луны, ни солнца.

Такая ограниченность низшего сознания в живом обусловлена только лишь инстинктивным информационным воздействием на окружающую среду. Для человеческого, более высокого уровня сознания доступно из бытия несколько большее в нашем настоящем. Мы при контакте с окружающим даже осознаем свои действия. Однако кто гарантирует отсутствие сознания еще более высокого уровня? Для этого сознания бытие открывается совсем иными своими фрагментами в «настоящем», соответствуя уже иному набору ощущений и другим возможностям этого сознания.

С этим конечным настоящим смыкается бесконечность сознания, выражающаяся в нем. В своем настоящем времени оно может и жить и развивать себя в бесчисленных настоящих жизнях, в значительной степени самостоятельно конструируя собственное существование из подходящих фрагментов бытия в условиях конкуренции с подобными себе сознаниями.

Проявление времени как отражении возможных для сознания изменений бытия только в присутствии сознания иллюстрируется и тем, что в своих последующих конечных воплощениях сознание, или душа может попасть туда, куда стремится, независимо от времени: в нашем понимании, это может быть будущее, прошлое, одна или другая цивилизация, одна или другая вселенная. Для бесконечности, откуда является душа, нет понятий «раньше», «позже», «было», «не было». Поэтому сознание, душа сама отыскивает нужное ей измерение, соответствующее ее уровню развития и понимания, и вливается в поток живого в этом измерении, создавая там свое собственное «настоящее».

2. Аристотель, называющий настоящее «теперь», сформулировал вопрос так: «Является ли «теперь» частью времени?»

Его собственный ответ таков: «Теперь» – не часть времени, ибо частью времени измеряется целое, слагающееся из частей, «теперь» же не измеряет времени и время не слагается из «теперь». «Теперь» – это крайний предел прошедшего, за которым нет еще будущего, и предел будущего, за которым нет прошлого… «Теперь» неделимо. Если бы оно было делимо, то при подвижности границы будущее заходило бы в прошлое, прошлое в будущее. [9]

Выше мы показали, что аристотелевское «теперь», или мгновенье настоящего как раз складывается из нескольких частей, которыми можно измерять целое по логике Аристотеля. Если эти части слагают настоящее, то оно и является временем, а не пределом прошлого или будущего, которые, раз только настоящее есть время, не относятся к времени. Таким образом, если настоящее есть целое, то оно не часть времени, а само истинное время человека.

Этот довод дает ответ и на вопрос Аристотеля о делимости «теперь». Его он считал неделимым, но оно оказывается процессом получения, обработки и осмысления информации, состоящим из разных стадий, и являющимся последовательностью обрабатывающихся аналогичным образом пакетов информации.

Это же доказательство показывает, что «настоящее» не является границей между прошлым и будущем, как считал Аристотель, поскольку реально для человеческого сознания существует только настоящее; при этом если все прошедшие мгновения жизни так или иначе в виде информации оседают в памяти и могут быть проявлены в настоящем, так как они, всё пополняясь, никуда не исчезают из настоящего, присутствуя в каждом мгновении в виде накопленных баз данных, то будущее остается для сознания неизвестным. Человек, конечно, может ожидать того или иного, выдвигать различные предположения, создавать проекты. Однако в следующий момент все предполагаемое может сгореть, рухнуть, измениться, да и сам человек может передумать, сойти с ума, так же, впрочем, как и всё человечество.

Следующий вопрос, поставленный Аристотелем, таков: «Всегда ли «теперь» одинаково? Или оно всякий раз разное?»

Он сам отвечает на этот вопрос так: «Поскольку «теперь» связывает, оно всегда само себе тождественно, а поскольку разделяет, оно не одинаковое, а разное».

Этот ответ Аристотеля опять же основан на признании им реального существования прошлого и будущего. Поэтому он не корректен. Из показанного нами выше вытекает, что «теперь», или каждое мгновение «настоящего» формируется на основе информационного пакета, содержание которого зависит от окружающего, практически всегда меняющегося. Значит, его наполнение, как правило, различное.

«Есть ли в «теперь» движение? Или покой?», спрашивает Аристотель, и отвечает: «В «теперь» нет ни движения, ни покоя, ибо в нем нет частей.»

Поскольку «теперь», или настоящее есть информационный процесс, в котором информация поступает от источника информации к сознанию, где эта информация проявляется, производя в сознании образы действительности, мысли о них и о себе, а также чувства, причем «настоящее» как бы скользит в последовательности мгновений в соответствии с необратимым, последовательным поступлением информационных пакетов в сознание, постольку оно не находится в покое.

«Куда девается «теперь»?», задает следующий вопрос Аристотель. Он, как мы видели выше, не относит «теперь» ко времени, а считает его пределом как прошлого, так и будущего. [9]

На самом деле, поскольку ни прошлого, ни будущего в реальности нет, настоящее никуда не может деться от человека, а, являясь истинным временем человека, в котором живет его сознание, существует всегда при жизни человека в каждом из последовательных мгновений.

3. Что такое «теперь», или настоящее?

Надо полагать, что настоящее человека есть информационный процесс, представляющий изменения материальных объектов через необратимую последовательность дискретных мгновений, сливающихся внутри сознания в непрерывный поток.

4. Имеют или не имеют вселенные начало во времени?

Бытие как целое не может существовать вне сознания, так как без него оно проявиться не может, как и время, которое есть следствие фиксации сознанием изменений бытия. Поэтому сознание берет бытие на себя во времени для собственного развития в бесконечности через конечное. Никакого начала или конца для такого развития быть не может, так как бесконечность ничем не ограничена. Осуществляется лишь процесс реализации бесконечного в конечном, или вечное сознание реализует себя в конечных жизнях.

5. Почему течет время? Почему время всегда течет в одном направлении?

Единственной причиной течения времени, времени вообще и его однонаправленности, или необратимости является сознание.

Бытие может существовать только вместе с сознанием. Если допустить отсутствие сознания в бытии, то оно становится бессмысленным, точнее, его можно представить себе как ничто, нуль, потенциально содержащий в себе всё. Тем не менее, там активному сознанию делать нечего: сознание без развития существовать не может – без развития его просто нет. Значит, бытие вместе с сознанием не может не быть меняющимся без всяких ограничений, поскольку при наличии таковых развитие сознания прекращается. Поэтому сознание в бытии развивается бесконечно. С другой стороны, в бесконечности нет ни конца, ни начала. Отсюда следует, что сознание для собственного определения и развития должно как бы вырезать в бесконечности соответствующие своему уровню развития интервалы бытия, то есть конечное.

Это конечное не может быть ничем или быть просто бесформенным, поскольку для развития сознания в бытии нужны изменения, то есть что-то, в чем эти изменения могли бы происходить, место для размещения этого чего-то, место для его изменений и фиксация этих изменений, чтобы сознание могло принять факт этих изменений.

Иначе говоря, для того чтобы могло состояться развитие сознания, бытие должно проявляться в виде материальных объектов, которым требуется место, что отражается в пространстве, и которые не могут быть застывшими, что отражается в их изменениях, текучести всего, или во времени. Причем пространство и время являются всего лишь условиями для изменений материальных объектов, в том числе и сознания – вполне материального объекта бытия, сами же по себе ни пространство, ни время не существуют. Поэтому бессмысленно искать кванты времени как меры движения материи – время само по себе находится лишь в уме, отражающем изменения материальных объектов. Можно лишь условно обозначить каждый миг последовательности собственного времени человека как квант времени, имеющий конкретную длительность порядка нескольких миллисекунд. Пространство – так же не имеет самостоятельного значения, поскольку его создают сами материальные объекты: это хорошо иллюстрирует расширяющаяся вселенная, объекты которой в соответствии с ее расширением занимают все больше места. Когда вселенная начнет схлопываться, то и пространство свернется вместе с объектами вселенной, а не останется пустым и скучным.

Вы скажете, вот человек умер, а дома стоят, небо по-прежнему голубое – ничего никуда не делось для нас, а для умершего, как кажется, всё исчезло. Действительно, всё так: для нас всё остается по-прежнему, потому что мы еще живы и находимся в своем настоящем, но и для сознания умершего не исчезает всё: вместо прежнего «кусочка» бытия оно вливается в иную реальность с иными окружающими сознание объектами. В этой иной реальности сознание не останется навсегда, а подыщет себе новое конечное для последующей собственной реализации и вольется в это конечное. При этом новое конечное для сознания не является в нашем понимании будущим, поскольку локальное сознание может выбрать себе интервал бесконечного бытия, теоретически, где угодно: для нас это может быть далекое прошлое, если сознание захочет что-то повторить как не получившееся когда-то. Так происходит потому, что сознание не находится в потоке времени, а само его формирует.

Сознание не исчезает и не появляется, а меняет свою дислокацию по собственным соображениям, которые зависят от его уровня, интересов, индивидуальности, а также интересов и направленности целого, частицей которого является локальное сознание.

Прошлое для высшего сознания, или того, которое осознает себя, – только лишь память. Она и проявляется в его настоящем, создавая реальные картины прошедшего в воображении сознания, в отличие от низшего, инстинктивного сознания, которое ощущает лишь свое «настоящее», но не понимает, что оно находится в собственном «настоящем», а просто живет в нем.

Как ни парадоксально, но низшее сознание тут ближе к истине, поскольку в реальности для живого есть одно настоящее. А локальное высшее сознание способно много чего для себя и о себе навыдумывать. Это – оборотная сторона того, что оно осознает себя, то есть способно заблуждаться. Однако и это неплохо для него, так как вынуждает его искать и находить выход из, казалось бы, безвыходных ситуаций, которые оно само, как правило, и создает.

Для развития сознания в конечном требуется необратимость времени. В противном случае, сознание вместо развития получало бы просто изменения, то есть могло бы оставаться на месте или даже откатываться назад. Необратимость времени для сознания, или копирование сведений об окружающем его без энерго-вещественных изменений этого окружающего, позволяет не «тревожить» мир, не вносить в него изменений в ходе информационного воздействия, что, собственно, и делает жизнь возможной. Иначе говоря, при взаимодействии, как правило, объекты меняются, не сохраняя свое начальное (до взаимодействия) состояние, в том числе меняются и тела, но сознание не участвует непосредственно в этом «натуральном» обмене, оно лишь снимает копии с объектов, не разрушая их, сохраняя тем самым естественный ход наблюдаемых процессов.

Но, поглощая при этом информацию от объектов, сознание меняется само. В результате, оно не вносит в мир нестабильность и не разрушается, тем не менее, меняясь. То есть жизнь возможна только в условиях первоначально одностороннего информационного воздействия одного объекта на другой без разрушения последнего с приобретением первым данных от второго или при взаимном обмене данными без собственного разрушения. Последовательное снятие сознанием копий сведений о меняющихся материальных объектах изменяет и само сознание, отсекая дорогу к возврату в прежнее состояние в соотношении с прежним состоянием материальных объектов.

На такое действие, кроме обычного энерго-вещественного обмена, способны только живые объекты. Безысходность необратимых изменений также не позволяет сознанию расслабляться, не превращает жизнь в игру, в которой можно всё исправить. Необратимость происходящих событий, ведущих к смерти, невозможность исправить очень многое из содеянного, делает жизнь трагичной и создает для сознания столь необходимое ему для развития сопротивление среды, при отсутствии которого – сплошном счастии – сознание впало бы в застой, или, наоборот, – в сплошном хаосе – сознание потерялось бы. Поэтому мгновенья «настоящего» появляются последовательно, а не застывают в благостном покое и не теряют своей последовательности.

Таким образом, время является производной от изменений материальных объектов бытия, проявляющихся в сознании.

С одной стороны, время проявляется в виде внешнего времени, фиксирующего для сознания внешние изменения, в которые оно на данном этапе развития вмешаться не способно. Для человеческого сознания эти изменения проявляются в текущем циклическом движении планет, звезд, колебании атомов и т. д. В сравнении с данными изменениями сознание человека определяет длительность событий, происходящих с ним, а также с другими материальными объектами, которые находятся в пределах досягаемости его ощущений и осмысления.

Тем самым, время является отражением изменений бытия в нашем сознании – сознание фиксирует для себя через него эти изменения, и время течет в сознании в соответствии с этими внешними изменениями, независимыми от него, в частности, в рамках смены дня ночью, весны летом с годовыми повторами и т. п. В другой системе координат время для человека протекало бы по иному, изменившись в соответствии с изменением системы координат.

Однако человек способен по своему разумению вмешиваться непосредственно в окружающую его среду, являясь двигательной силой или тормозом для нее и, соответственно, для самого себя. Тем самым, он создает собственную производную от изменений окружающей среды в виде дискретного последовательного процесса снятия с нее доступной для него информации и обмена ею с другими людьми. Эта последовательность получения и обработки информационных пакетов, о которой человек не ведает, представляется ему течением времени, хотя в действительности его сознанием формируется собственное время, без которого о жизни человека говорить было бы бессмысленно, так же, например, как о жизни булыжника. Данный процесс осуществляется сознанием человека хотя и в рамках внешнего времени, но вполне самостоятельно каждое мгновенье.

Эти мгновенья технически разделены соответствующими паузами, вследствие физиологических особенностей человеческого организма (время задержки между нервными импульсами, несущими информацию), но сознанию представляются слитно. Эта незаметно меняющаяся картина всего, от чего он способен получать информацию, а также намерен получить информацию, и есть его «прыгающее» технически от мгновения к мгновению настоящее время. Данное собственное время человека, или его настоящее дает ему возможность не только наблюдать меняющуюся картину окружающего, но и действовать в ней, поскольку он не сторонний наблюдатель, а такой же участник всего, что творится вокруг.

Этот процесс оказывается сознательной человеческой жизнью потому, что в ее событиях человек во многом может свободно участвовать в качестве действующего субъекта с определяемыми в значительной степени им самим целями, а не пассивного объекта. Именно поэтому он ощущает уход каждого настоящего мгновения жизни. В его сознании данный факт представляется перетеканием времени в прошлое из будущего. На самом деле, объективно для человеческого сознания существует только настоящее, хотя бы потому, что чувствовать, думать и действовать человек может только в нем, а не в прошлом и не в будущем, тем более что прошлое не остается где-то позади, а всегда, то есть в любой момент настоящего, находится с ним – в его или общей памяти – и он может в любой момент жизни им воспользоваться.

Глава 4

Всемогущий Бог или материальное, развивающееся Сознание?

Христианские теологи утверждают о Высшем существе, или Боге следующее.

Бог находится вне времени и пространства, поскольку сам их создал, так же как и создал предметное бытие, жизнь и разумные существа. Вместе с тем, утверждается, что Бог сам по себе есть разумное, живое существо как автор, творец, источник жизни.

Бог не является множественным, то есть он один.

Бог вечен, или бесконечен.

Бог неизменен.

Бог всемогущ.

Бог вездесущ.

Бог обладает абсолютным знанием, или всеведением.

Таким образом, теологи приписывают Высшему существу, или Богу те свойства, которые не присущи людям: абсолютная единичность, бесконечность, неизменность, всемогущество, вездесущность и всеведение.

Вместе с тем утверждается, что Бог есть разумное, живое существо по той причине, что он создал всё.

Нет ничего удивительного в том, что люди, обладающие сознанием, и поэтому понимающие свою ограниченность, измыслили противоположное в этом отношении существо, у которого есть то, что у них отсутствует. Кроме того, люди, знающие о своей сознательности и жизненности, не могли отказать в этом Богу. Иначе он был бы совершенно чужд им и зачем в этом случае они были бы ему нужны.

Доказать со всей определенностью существование или отсутствие Высшего существа, или Бога, как известно, невозможно. И мы не будем на этом задерживаться.

Однако вполне возможно отметить ряд противоречий в указанных тезисах теологов.

Если Бог является разумным и живым существом, то в соответствии с этим определением, он должен жить сознательной жизнью наподобие того, как живут люди, то есть участвовать в различных деяниях, развиваться, сознательно изменять окружающее в ходе тех или иных событий, менять себя самого, то есть формировать своё «настоящее». Спросим себя, возможно ли всё это до того, как Бог создал мир?

Вне времени и пространства нет ничего, и какого-то объяснения того факта, что в этом «Ничто» может существовать хотя бы что-то живое и разумное дать невозможно.

Тем не менее, если даже допустить существование в «Ничто» одинокого, по определению, разумного Высшего существа, то, как известно, разум может проявляться только в общении с аналогичными разумными существами – без общения разум, сознание ни проявиться, ниразвиться не в состоянии. Кроме того, жить Богу, который, по определению, живой, вне времени и пространства нет никакой возможности потому, что в «Ничто» нет предметов, нет событий, значит, не может быть не только жизни, но и обычного движения, да и нечего там делать.

Вообще, Бог теологами был помещен в «Ничто», что само по себе неадекватно, – заметьте, сопоставление Бога и «Ничто» выглядит, по меньшей мере, странно, – по-видимому, вследствие того, что они встали перед необходимостью полностью отделить это существо от суетного мира, сделав его необыкновенным, и им было не до учета всех возникающих при этом противоречий. Вместе с тем, Бога, создавшего всё, нельзя признать неразумным.

Значит, Бога в «Ничто» быть не может и, если он есть, то, следуя любой логике, он должен находиться в пределах времени и пространства.

Далее, надо отметить, что вечность, или бесконечность Бога не может проявляться в «Ничто», или вне пространства и времени, поскольку бесконечность не является абсолютно нулевой категорией. Поэтому, если и может быть существо бесконечным, то проявляться оно способно только во времени и пространстве. Понятие вечности и «Ничто» – отнюдь не синонимы, поскольку объекты. существа в вечности, или бесконечности, в принципе, отражаться могут, а в «Ничто» – нет.

Живой и разумный, по определению, Бог не может быть неизменным, поскольку сама жизнь есть непрерывное изменение, а разум есть сознательный участник этого изменения жизни, что протекает в рамках пространственно-временных измерений, или в бытии. Отсюда следует, что либо Бог является изменяемым и находится в этих измерениях, либо он не имеет ни жизни, ни разума, то есть, его нет.

Бог не может быть всемогущим в силу парадокса Рассела. Его суть состоит в следующем: «Пусть К – множество всех множеств, которые не содержат себя в качестве своего элемента. Содержит ли К само себя в качестве элемента? Если предположить, что содержит, то мы получаем противоречие с «Не содержит себя в качестве своего элемента». Если предположить, что К не содержит себя как элемент, то вновь возникает противоречие, ведь К – множество всех множеств, которые не содержат себя в качестве своего элемента, а значит, должно содержать все возможное элементы, включая себя» [23]. Следствием этого математического парадокса для множеств является парадокс всемогущества, который заключается в том, что если существо выполнит действие, которое ограничит его способность выполнять действия, то это ограничит его собственную способность выполнять действия, следовательно, существо уже не будет всемогущим. Если же существо не может ограничить свою способность выполнять действия, то оно не может выполнять самоограничивающие действия и поэтому не является всемогущим. [24]

Бог не может быть вездесущим, поскольку он, по определению, считается неизменным, значит, он не может разделяться. Следовательно, он не может представить составляющие, или какие-то частицы, которые проникали бы всюду, во все измерения бытия.

Если Бог признается разумным, то он не может быть всеведущим, поскольку сущность любого живого разума состоит в стремлении к бесконечному познанию, развитию, но никак не к знанию заранее всего, следствием чего является ненужность познания, как такового, для Бога. Но ведь он – живое существо?

В подобной теологической интерпретации Бог есть сущность, надуманная несовершенными, ограниченными, смертными людьми, которые желают в таком противоречивом существе реализовать себя в виде бессмертного, всемогущего, всеведущего существа, которое, тем не менее, было бы таким же живым и сознающим, как они, не принимая в расчет того, что всё живое и, тем более, сознающее, существует только потому, что совместно, а не в одиночестве, действует, так или иначе, во времени и пространстве в подходящих для жизни условиях.

Таким образом, признание Богом такого противоречивого и, тем самым, совершенно фантастичного существа выглядит неадекватным.

Вместе с тем, отрицание существования Высшего существа, или Бога, как это прокламируется атеистами, тоже неадекватно вследствие того, что они этим фактом отрицания Высшего, или бесконечного существа автоматически признают высшим созданием конечного человека, человечество, что само по себе – нонсенс, поскольку конечное, в данном случае человечество, по определению не может быть вечным и вездесущим.

Люди в своей обычной жизни практически не сталкиваются с бесконечностью в том или ином виде. Поэтому им трудно осознать принцип бесконечного существования, которое проявляется, тем не менее, в конечных объектах и явлениях, в частности, в них самих. Например, люди, видя свою ограниченность и беспомощность, полагают, что, если уж есть нечто бесконечное, высшее, то оно должно располагаться где-то в непонятной, отдельной, надмирной сфере и это высшее вызывает человека к жизни и даже помогает ему жить (религиозное сознание).

Существует и иной, исходящий из опыта взгляд, в соответствии с которым люди полагают, что в процессе развития природы появляется они сами. На этом основании они производят себя в венец природного творения.

На самом деле бесконечность тем и отличается от конечного, что не имеет ни начала, ни конца, и если вы находитесь неважно в какой «части» этого бесконечного, то в ней уже будет всё – и высшее, и низшее. Если этот тезис отнести к материальным мирам, так или иначе преобразующимся, то в этих материальных мирах, точнее, в различных их измерениях будут как материальные объекты, не обладающие сознанием, так и сознающая себя материя. Это доказывается, в частности, тем, что в бесконечном процессе изменения бытия существуем мы, самосознающие существа.

Если была бы возможность перенестись условно, например, на сто миллиардов лет назад или вперед, то есть в совершенно другую вселенную (наша Вселенная существует около 14,5 миллиардов лет), то и там можно было бы обнаружить в трехмерном измерении на подходящей по условиям жизни планете таких же людей, как и мы, с теми же проблемами, радостями и огорчениями, которые так же спорят друг с другом, есть ли Бог на самом деле, и какой он, если существует.

И всё же, если допустить, что Высшее существо существует, то какими атрибутами оно должно обладать в бесконечно меняющемся бытии, и как оно, в частности, связывает себя с конечными разумными существами, подобными нам.

Надо полагать, такое Высшее, но не надуманное и не искусственное существо, должно обладать вечным сознанием, и в этом отношении быть бесконечным, а также обладать возможностью распространения этого сознания на всё бытие, то есть быть всепроникающим для того, чтобы проявлять его в пространстве и времени, и тем самым, брать это бытие на себя, использовать его для своего развития. А для этого Высшее существо не может не находится во времени и должно быть постоянно меняющимся, а не неизменным.

Раз это Высшее существо всё время меняется, оно не может быть всеведущим и всемогущим, но может в вечности стремиться к этому, постигая все неисчислимые и многообразные оттенки бытия, ошибаясь и исправляя содеянное, находя именно в этом прелесть собственного существования, точнее, жизни в этом вечно меняющемся бытии. При этом для собственной реализации это Высшее существо должно быть разделенным, чтобы действовать через свои частицы в конечных, смертных существах, временно оживляя их и делая разумными, но не знающими, что они функционируют, хотя и по собственной воле, но при представительстве того же Высшего разума в каждом таком разумной существе.

Всё же остальное в бытии является базой и условием для развития частиц Высшего существа, которое должно быть как разделенным и вездесущим, так и единым и целостным, что вполне возможно на разных уровнях, поскольку нам известен соответствующий этому голографический принцип. [25]

Таким образом, для этого Высшего существа не требуется непонятно какого надмирного места и непонятной бестелесности и оно является высшим, то есть сознательным и, в определенной степени, ведущим звеном вечно и многообразно меняющегося в создаваемом им времени бытия, или со-бытия для этого Высшего разума. И это высшее существо можно было бы обозначить как общее Сознание, или Высший разум во всем разнообразии бытия.

Литература

1. Низовцев Ю.М. Наша истинная жизнь бесконечна.ISBN: 9781310873126. Smashwords Edition, 2014 © by Yury Nizovtsev.

2. Лебедев А. В. Парменид. Новая философская энциклопедия. Институт философии РАН. М., Мысль. 2010. 978-5-244-1115-9.

3. Иммануил Кант. Сочинения в шести томах. М., 1965.

4. И. Г. Фихте. Сочинения в 2-х томах. – СПб. Мифрил. 1993.

5. Низовцев Ю.М. В чем, как и для чего действует свобода? ISBN: 9781311774460. Smashwords Edition, 2014 © by Yury Nizovtsev.

6. Низовцев Ю. М. Коммуны как итог краха всей цивилизации. ISBN: 9781311711199. Smashwords Edition 2014. © Nizovtsev Yury.

7. Дьяконов И.М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней. КомКнига. Москва. 2007г.

8. Низовцев Ю.М. США против России. Всё ли тут так очевидно? М., 2014. Проза.ру

9. Аристотель. Метафизика. М., 1999.

10. Ньютон И. Математические начала натуральной философии. – Крылов А. Н. Собр. трудов, т. 7. Л., 1934.

11. Кант. О форме и причинах чувственно воспринимаемого и умопостигаемого мира. – В книге. Сочинения, т. 2. М., 1964.

12. Гегель. Философия природы. – В кн. Энциклопедия философских наук. Т. 2. М., 1975.

13. Фрагменты Гераклита. Материалисты Древней Греции. Собрание текстов Гераклита, Демокрита и Эпикура. Институт философии. М., Государственное издательство политической литературы. 1955.

14. Антология средневековой мысли. СПб. Издательство Русского христианского гуманитарного института. 2001.

15. Понятие страха. – М. Акад. Проект. 2012.

16. Бергсон. А. Собрание сочинений, тт. 1 – 5. Спб. 1913-14.

17. Бергсон А. Творческая эволюция. 2006, гл. 1. «Об эволюции жизни – механизм и целесообразность».

18. Гуссерль Э. Собрание сочинений. М.: Гнозис. Дом интеллектуальной книги. 2001

19. Хайдеггер М. Бытие и время. М. AdMarginem. 1997.

20. Сартр Ж. П. Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии. М. Республика. 2000.

21. Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. К решению парадокса времени. М., 2003.

22. Платон. Собрание сочинений. М., 1994.

23. Курант Р., Роббинс Г. Что такое математика? Гл. II. § 4, 5.

24.Suber P. Paradox of Self-Amendment. A study of Law, Logic, Omnipotence, and Change/ Peter Lang Publishing. 1990).

25. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, [битая ссылка] ISBN 0-7100-0971-2.

Content

Низовцев Юрий Михайлович Что такое время, как и для чего оно формируется?