Охапкин Игорь

Призраки из пустоты

Глава 1

Я хлопал себя по карманам пиджака в поисках зажигалки, когда на краю письменного стола вспыхнул зеленый огонек. Через секунду ожило переговорное устройство.

— Дмитрий, вас вызывает к себе Михаил Керенский, — раздался ледяной голос Татьяны Вэй. — Срочно.

И не став дожидаться моего ответа, она сразу же оборвала связь.

Я убрал так и не незажженную сигарету обратно в пачку, отодвинул стул и поднялся на ноги.

Слово «срочно» Татьяна Вэй могла и не добавлять. Когда начальник «Континентала» вызывает к себе кого-то из сотрудников, это всегда срочно.

Я вышел из своего кабинета и направился вдоль по широкому, изогнутому коридору. Шагал я широко и решительно, но в душе той же уверенности не ощущал.

Рядовых сотрудников вроде меня Керенский вызывает к себе только в редких, исключительных случаях. Например, когда намерен поручить особо важное задание. Или, когда хочет отругать за серьезную ошибку.

Зачем ему понадобился я? Ничего важного мне не доверяют — опыта пока маловато для серьезной работы. Дают только мелкие, незначительные дела. Но выполняю я их добросовестно, с максимальной самоотдачей. И еще ни в чем не успел провиниться. Так зачем же тогда начальник хочет меня видеть?

Лифт был свободен. Зайдя внутрь, я нажал кнопку самого верхнего этажа. Затем отошел к дальней стеклянной стенке выпуклой формы. Через секунду дверцы лифта закрылись, и кабина бесшумно понеслась вверх.

Как и всякий другой обитатель Верхних Уровней, я привык каждодневно смотреть на город сверху вниз. Но на вершину здания агентства «Континентал» — одного из самых высоких на планете Варгос — я в своей жизни поднимался всего во второй раз. Поэтому нет ничего удивительного в том, что вид огромного, бурлящего города внизу заворожил меня.

Опустив голову, я смотрел на воздушные станции метро и линии аэрорельс, на бесчисленные посадочные площадки для летающего транспорта и надземные переходные галереи, соединяющие здания. Провожал взглядом снующие между небоскребами флайеры и скоростные монорельсы.

Все эти технологии и строения были мне знакомы и привычны. Но, наверное, никого не оставляет равнодушным вид современного города с такой высоты. Я смотрел на него и мне казалось просто невероятным, что все это когда-то было изобретено и построено человеком.

Город внизу поглотил мое внимание и вопросы, которые не давали покоя всего пару минут назад куда-то улетучились.

Наконец, лифт остановился. Я оторвался от созерцания города, вышел из кабины и оказался в приемной. Она была такой большой, что в ней могла бы убраться пара автобусов. Но мебели в помещении было совсем немного — всего две пары кресел и два журнальных столика по обе стороны от меня.

У противоположной от лифта стены находилась довольно внушительная, полукруглая стойка респешн. За ней сидела личная секретарша Керенского Татьяна Вэй. Про которую начальник «Континентала» любит говорить, что он без нее, как без правой руки.

Голова девушки была опущена, а ее глаза следили за чем-то, что находилось вне поля моего зрения. Скорее всего, смотрела на экран компьютера.

Когда я направился к стойке, стук каблуков гулко зазвучал в безмолвной тишине приемной. Но Татьяна Вэй не подняла головы, чтобы посмотреть, кто к ней приближается.

Некоторые сотрудники сравнивают секретаршу Керенского с ограненным алмазом и говорят, что она настолько же прекрасная, насколько и холодная. Конечно же, сама Татьяна Вэй не может не знать, какое впечатление производит на мужчин. Наверное, именно поэтому на работе она носит только официальные, деловые наряды и убирает волосы в тугой пучок. Но, как ни странно, строгие, плотно облегающие тело костюмы нисколько не прячут красоту девушки. Напротив, они только выгодно подчеркивают ее сногсшибательную фигуру, не давая покоя всем мужчинам «Континентала».

Я подошел к стойке и остановился. Татьяна Вэй даже не взглянула на меня. Она продолжала смотреть на экран монитора. Чтобы привлечь ее внимание, я положил ладонь на стойку и стал ждать.

И только через две-три секунды девушка протянула руку к переговорному устройству. Нажав на кнопку, она произнесла:

— Михаил, к вам пришел Дмитрий.

— Да-да, пусть заходит, — раздался в ответ нетерпеливый мужской голос.

Татьяна Вэй подняла голову, и наши взгляды наконец встретились.

— Он вас ждет, — сказала девушка и указала рукой нужное направление.

После этого она сразу же уставилась в монитор и казалось вообще забыла о моем существовании.

— Благодарю, — сказал я просто за тем, чтобы увидеть реакцию девушки. Но она ничем не показала, что слышала меня.

Я направился к кабинету Керенского. На расстоянии около метра сенсоры уловили тепло человеческого тела и подали сигнал отпирающим механизмам. Дверь бесшумно скользнула в стену. Вся автоматика сработала так быстро, что мне даже не пришлось замедлять шаг.

Вступив за порог, я остановился. Кабинет начальника «Континентала» был довольно просторным, но без лишней роскоши. Письменный стол, размером с бильярдный, стоял у дальней стены. На противоположной был закреплен большой широкий монитор. Книжный шкаф, несколько кожаных кресел и барная стойка с множеством разнообразных напитков завершали обстановку кабинета. Слева от письменного стола находилась дверь персонального лифта начальника «Континентала».

Одна стена была полностью стеклянной. Керенский стоял возле нее спиной ко мне и смотрел на простирающийся внизу город.

— Вы хотели меня видеть?

Начальник «Континентала» повернулся. Наши взгляды встретились, и на его губах появилась дружелюбная улыбка.

— Да, хотел, — он указал рукой на кресло, которое стояло напротив письменного стола. — Проходи, садись. Нам надо поговорить.

Я решил, что это хороший знак. Из разговоров других сотрудников я знал, что Керенский никогда не сдерживает себя и не лукавит. Если уж он рассердился на кого-то из работников, то начинает сразу же орать, как только тот переступит порог его кабинета.

Когда я опустился в удобное кресло, Керенский спросил:

— Что будешь пить?

— Ничего, спасибо.

— А я выпью, если не возражаешь.

Керенский подошел к барной стойке, достал стакан и выбрал пару бутылок. Пока он готовил коктейль, я разглядывал его.

Начальник «Континентала» был невысокого роста, но производил впечатление большого человека. Глядя на его мощный торс, широкие плечи и сильные руки никому бы и в голову не пришло назвать Керенского маленьким.

Ему было больше шестидесяти лет. Но посторонний наблюдатель дал бы ему гораздо меньше. Пружинистая походка, энергичные движения, громкий уверенный голос и задор в глазах кого угодно могли сбить с толку.

Отпив немного, Керенский посмаковал жидкость во рту и с удовлетворенным видом проглотил. Со стаканом в руке он сел за письменный стол и посмотрел на меня.

— Кажется, ты у нас недолго работаешь, так ведь? Меньше месяца, если не ошибаюсь?

— Да, четвертая неделя пошла, — ответил я, до сих пор не догадываясь, куда клонит начальник и в какую сторону повернет разговор.

— Четвертая неделя. Да, точно.

Керенский посмотрел на голографический монитор компьютера.

— Ты попал к нам по хорошей рекомендации Артура Финна, — Керенский перевел взгляд на меня. — Твой друг, наверное?

— Да, — ответил я и выжидающе замолчал.

— Что ж, понятно.

Керенский сделал еще один глоток и отложил стакан в сторону. Затем снова посмотрел на экран монитора. Его глаза забегали по строчкам. Со своего места мне не было видно, что он там читает.

На несколько секунд в кабинете повисло молчание.

— Я знакомился с твоими отчетами, — сказал Керенский вдруг. — Ты хорошо выполняешь свою работу. Ответственно подходишь к делу. Но ничего интересного тебе пока не давали. Собрать информацию, проследить за каким-нибудь человеком — скукота, в общем. Наверное, не терпится заняться настоящим делом, а?

Керенский коротко рассмеялся. Я пробурчал в ответ что-то утвердительное, кривя губы в ухмылке.

Одним глотком он допил коктейль и с громким стуком снова поставил стакан на стол. Вытащив из верхнего ящика внушительный серебристый портсигар, Керенский достал из него тонкую коричневую сигару.

— Куришь? — поинтересовался он.

— Да.

Керенский положил на стол портсигар и небрежным жестом подтолкнул ко мне.

— Закуривай тогда, не стесняйся.

Пока я доставал ароматную сигару, начальник аккуратно срезал со своей кончик. Он орудовал специальным фирменным ножичком. У меня такого ножичка не было, поэтому я просто откусил кончик и положил его в пепельницу. Керенский хмыкнул, но ничего не сказал.

Пока я раскуривал сигару, начальник следил за мной внимательным взглядом. Я выпустил облако ароматного дыма к потолку и посмотрел в глаза начальнику. Наверное, следовало похвалить качество сигар, но я как-то не подумал об этом. Гораздо больше меня волновало кое-что другое.

— Думаю, тебе хочется узнать, зачем я тебя вызывал? — спросил Керенский, словно прочитав мои мысли.

— Да, конечно.

— Ладно, не буду больше тянуть. Хоть внешне ты и не показываешь этого, но я чувствую, что тебя прям распирает от любопытства. Так ведь? — сказал он с добродушной усмешкой.

Я не успел даже открыть рот. Керенский не стал дожидаться ответа и сразу же продолжил.

— Тогда слушай. Мы не даем сразу настоящих дел новому сотруднику. Даже если у него за спиной большой опыт и даже если он раньше уже много лет работал в других подобных местах. К каждому новому сотруднику мы присматриваемся в течении одного-трех месяцев. Только после этого становится ясно подходит ли он нам и можно ли ему давать серьезную работу. И ты, конечно, не исключение из правил.

Керенский замолчал, словно ожидая мою реакцию. Но я ничего не ответил. Продолжая дымить, терпеливо ждал, когда начальник продолжит. Теребя пальцами свою так и не зажженную сигару, Керенский задумчиво смотрел на меня.

— Но можешь считать, что тебе повезло, — сказал он наконец. — Один из наших лучших сотрудников — Алекс Китсон — сейчас работает над кое-каким делом. И ему нужна помощь. На некоторых заданиях без напарника просто не обойтись, каким бы хорошим агентом ты не был. В общем, поработаешь с ним на пару, заодно и опыта наберешься. А после выполнения этого задания глядишь, уже начнешь и самостоятельно работать. Буду поручать тебе уже не всякую мелкоту, а настоящие серьезные дела. Ну как, согласен поработать с Китсоном бок о бок?

Ничем не выдавая переполнявшие меня чувства, я ответил:

— Конечно, согласен. А в чем заключается задание?

— Наш разговор уже затянулся, поэтому я лишь вкратце введу тебя в суть дела. Все подробности же узнаешь от Китсона, когда с ним встретишься. Идет?

Я кивнул.

— Хорошо. Дело вот в чем. Два дня назад Рада Силина — одна из наших сотрудниц — попросила дать ей двухнедельный отпуск. Чуть позже в этот же день программы-шпионы зарегистрировали, что на рабочий компьютер Силиной был скопирован довольно большой пакет данных. Он успешно обошел нашу внутреннюю защиту и был куда-то отправлен. Думаю, ты знаешь, что сотрудникам «Континентала» запрещается отправлять какие-либо файлы за пределы нашей сети. Если это только не связано с делом, над которым агент работает в настоящий момент. Но в этом случае он должен предоставить отчет о том, что именно за файл он послал и куда. Силина же ничем не была занята и никакого отчета, разумеется, мне не давала. Что это были за данные и куда Силина их отправила, узнать не удалось. Догадываешься, что это все может означать?

— Вы думаете, что она что-то украла?

— Очень уж на это похоже. У нее высший уровень доступа. Ей разрешено пользоваться всеми нашими архивами. Конечно, мне неприятно думать, что она могла что-то стащить у нас… Рада Силина — очень опытный агент, и я всегда считал, что она предана «Континенталу». Но подкупить можно кого-угодно. Вполне вероятно, что кто-нибудь из наших конкурентов предложил ей немалое вознаграждение, если она стащит кое-что из наших архивов. К сожалению, такие случаи у нас уже бывали.

— Понятно.

— Китсон уже два дня ведет наблюдение за Силиной, пытаясь узнать, кому она отправила тот пакет данных и что в нем было. А сегодня он связался со мной и сказал, что один не справляется и ему требуется напарник. Вот и все. Есть какие-нибудь вопросы?

Я секунду подумал и покачал головой.

— Нет.

— Хорошо, — Керенский кивнул. — Значит с этого момента ты поступаешь в распоряжение Китсона. На этом задании он будет твоим непосредственным начальником.

— Понятно. Когда мне начинать?

— Прямо сейчас. Китсон находится в жилом комплексе М134 в квартире А475. Оттуда он введет наблюдение за Силиной. Она живет в соседнем здании. Знаешь, где находится М134?

— Нет, но найду.

— Хорошо. Тогда приступай к работе. Китсон тебя уже ждет.

Затушив сигару в пепельнице, я поднялся и направился к двери. Выходя из кабинета, бросил взгляд назад. Керенский продолжал сидеть за письменным столом. Он раскуривал сигару и на меня уже не смотрел.

Спускаясь на лифте обратно на свой этаж, я уже не любовался видом огромного города внизу. Голова теперь была забита другими мыслями.

Мне не терпелось поскорей заняться работой. Я чуть ли не бежал по коридору и когда сворачивал за угол, едва не столкнулся с каким-то человеком.

Пробурчав извинения, я поднял взгляд и увидел широкую улыбку на лице Артура Финна.

— Да ты меня чуть не сбил, приятель! — как обычно жизнерадостным голосом воскликнул он. — Куда это так спешишь?

— К себе. Я только что от Керенского.

Лицо Артура Финна вытянулось от удивления.

— Что, уже успел где-то дать промашку, и он надавал тебе по шее?

— Нет. Он дал мне задание.

В первую секунду Артур Финн мне даже не поверил. Но затем понял, что я не шучу и воскликнул:

— Вот так неожиданность! А что за задание?

Я тотчас вспомнил, что агентам «Континентала» строго запрещается обсуждать друг с другом свои текущие задания, если только они вместе не работают над чем-то. Но Артур Финн был моим лучшим другом. Мы дружили с самого детства и научились понимать друг друга с полуслова. Я знал, что он в случае беды всегда прикроет меня и был готов ради него сделать то же самое.

— Одну из наших сотрудниц подозревают в предательстве, — сказал я. — Есть основания полагать, что она сливает данные нашим конкурентам. Надо выяснить, кто ее купил.

— Все понятно. Ну считай, что тебе повезло, приятель. Я здесь месяца три проработал, прежде чем Керенский доверил мне самостоятельно распутать одно сложное дело.

— Ну, вообще-то я буду работать не один.

— Так вот оно что! А с кем?

— С неким Алексом Китсоном.

Лицо Артура Финна помрачнело.

— Что не так? — спросил я.

— С Алексом Китсоном? М-да… Не повезло тебе, приятель.

— Это еще почему?

— Почему? Сразу видно, что тебе с ним не приходилось сталкиваться.

— Керенский сказал, что Китсон один из лучших агентов «Континентала».

— Так-то оно так, — Артур Финн воровато огляделся и придвинулся ко мне чуть ближе. — Я тебе даже больше скажу. Китсон не просто наш лучший агент. Он любимчик Керенского. Но дело даже не в этом. Китсон почти всегда работает один. Но не потому что он один из лучших. Просто с ним невозможно поладить. Как в человеке в нем приятного мало. И ради выполнения задания, он даже готов бросить напарника в беде.

Артур Финн еще раз осмотрелся и почти вплотную подошел ко мне.

— Был тут давненько один случай, про который сейчас уже почти никто не вспоминает, — сказал он негромко. — Алекс Китсон работал с паре с одним агентом. Шорохов, кажется, у того фамилия. Ловили они какого-то контрабандиста. Скользкий был тип, постоянно уходил от них. Но вот зажали они его наконец на какой-то захудалой планетке в Отдаленных Мирах. Дело было ночью в сильный дождь. Гонялись за этим контрабандистом по крышам. Шорохов поскользнулся и сорвался вниз. Он успел ухватиться кончиками пальцев за край парапета, но самостоятельно забраться наверх не мог. И что сделал Китсон? Думаешь, бросился на выручку напарнику? Как бы не так! Как ни в чем ни бывало, он продолжил преследовать контрабандиста.

— А что стало с тем агентом, с Шороховым?

— Я как-раз к этому подхожу. Его руки ослабели, и он упал вниз. А высота там была немаленькая… К счастью, он выжил. Но серьезно повредил обе ноги. Их пришлось ампутировать. Керенский правда не пожалел денег, и оплатил операцию. Шорохову поставили дорогостоящие кибер-имплантаты. Его новые ноги хоть и были механическими, но почти не отличались от настоящих. И бегать он стал даже быстрее, чем раньше… Но все ведь могло закончиться куда более трагичней.

— А что сказал Китсон по поводу того, что бросил напарника?

— Да похоже, что его вообще нисколько не трогает судьба других людей. Он сказал, что если бы пошел спасть Шорохова, то не смог бы поймать контрабандиста. Ночь была непроглядной, а еще и этот ливень. Стоило на секунду отвести взгляд от спины убегающего контрабандиста, и уже невозможно было бы его отыскать. Так Китсон объяснил свой поступок.

— Так значит контрабандиста он все-таки поймал?

— Да, поймал. Но не это главное. Человек мог из-за него погибнуть. А ему на это плевать. Что касается Керенского, то он даже выговор не сделал Китсону. И не удивлюсь, если он наоборот считает, что Китсон сделал правильный выбор.

То, что сказал Артур Финн подпортило мой настрой. Но не очень сильно. Я вернулся в свой кабинет, открыл сейф и достал автоматический пистолет марки «Черный стриж». Проверив боеготовность оружия, убрал его вместе с запасным магазином в поясную кобуру на спине.

Затем я захлопнул дверцу сейфа и подошел к письменному столу. Выдвинув один из ящиков, достал оттуда свой КПК и посмотрел на дисплей. Заряд аккумулятора был почти полон. Защелкнув КПК вокруг левого запястья, я надел кожаный плащ и вышел из кабинета.

Ближайшая станция монорельса находилась десятью этажами выше. Я зашел в лифт и нажал нужную кнопку. Дверцы закрылись. Кабина стала плавно подниматься.

Глава 2

Городской монорельс прибыл на станцию жилого комплекса М134. Когда двери вагона открылись, я вышел на платформу и невольно поежился. Солнце светило вовсю, но на улице было холодно. Звезда, вокруг которой вращается Варгос, с каждым годом дает все меньше тепла.

Керенский сказал, что Китсон ждет меня в квартире А475. Я осмотрелся и понял, что блок А находится на другой стороне жилого комплекса. До него можно было доехать на местном монорельсе или дойти пешком по переходным галереям. Но я решил сэкономить время и направился к посадочной площадке. Увидев свободное аэротакси, подошел к нему и сел на второе кресло.

Когда назвал водителю место назначения, он закрыл прозрачный колпак кабины и повернул ключ в замке зажигания. Загудели двигатели, и машина плавно поднялась в воздух.

Полет занял не больше десяти минут. Когда мы приземлились, я расплатился с водителем и спрыгнул на посадочную площадку. По переходной галерее дошел до нужного здания. Створки автоматической двери разъехались в разные стороны, и я оказался в одном из главных залов блока А.

Жилые комплексы сделаны по одному и тому же принципу, поэтому мне быстро удалось сориентироваться. В час пик во всех блоках всегда полно народу. И на нужный уровень быстрей доберешься на эскалаторе, чем если будешь ждать, пока освободится один из лифтов. Но я попал в блок А в самый разгар рабочего дня. Людей вокруг было немного, и добрая половина лифтов пустовала. Я направился к одному из них.

А уже через несколько минут шел по широкому коридору, глядя на дверные номерки. Подойдя к квартире А475, остановился и нажал кнопку вызова на видеопанели.

Монитор ожил практически сразу же. С экрана на меня хмуро взглянул мужчина средних лет с черными взъерошенными волосами.

— Алекс Китсон? — спросил я.

— Да, — ответил он. У него был очень низкий голос. — А ты кто такой?

— Меня послал Михаил Керенский.

Китсон еще сильней нахмурился, но ничего не ответил. Экран видеопанели погас, и через мгновение дверь скользнула в стену.

Я перешагнул через порог.

— Давай топай сюда, — послышалось откуда-то из глубины квартиры.

Я подошел к приоткрытой двери и толкнул ее.

Это была довольно просторная гостиная. У большого окна стоял письменный стол. На нем была установлена какая-то аппаратура. Я мельком посмотрел на нее и перевел взгляд на Китсона.

Он развалился в большом, мягком кресле, закинув ногу на ногу. Его правая рука лежала на подлокотнике. Пальцы сжимали дымящуюся сигарету.

Китсон смотрел на меня. Его взгляд был злым, почти ненавидящим.

— Кто ты еще такой? — подозрительно спросил он.

— Меня послал…

— Да это я понял уже! — раздраженно сказал Китсон. — Как тебя звать?

— Дмитрий Громов.

— Что-то я тебя раньше не видел, Громов. Давно работаешь в «Континентале»?

— Почти месяц.

Китсон презрительно фыркнул.

— Керенский что, решил записать меня в твои няньки что ли?

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу.

— Он говорил, что вам нужен напарник…

— Вот именно! Напарник! А не какой-то молокосос, с которого глаз не спустишь! У меня тут серьезная операция, а мне присылают зеленого юнца, который того и гляди все может испортить!

Китсон отчитывал меня, словно нашкодившего школьника. Мне это очень не понравилась. Внутри все закипело. Гнев так и рвался наружу. С большим трудом удалось сдержать его.

— Так вам нужен напарник или нет? — спросил я, стараясь говорить как можно спокойнее.

— Напарник нужен, а молокосос вроде тебя — нет, — резко сказал Китсон.

Ничего не ответив, я развернулся и направился к выходу.

— Эй, ты куда это собрался? — послышалось сзади.

— Раз помощь вам не нужна, тогда я возвращаюсь в офис.

— Вернись!

Я даже не замедлил шаг. А когда уже собирался выйти из комнаты, позади снова раздался голос Китсона.

— Стой. Это приказ.

Я замер. Но не приказ заставил меня остановиться. Китсон, вероятно, взял себя в руки. Раздражение и злость пропали из его голоса. Теперь он говорил холодно и спокойно.

— Подумай немного головой, — сказал он, когда я обернулся. — Ну или чем ты там привык думать. Мне нужен напарник. Если ты сейчас уйдешь, Керенскому придется подыскивать тебе замену. И черт знает сколько пройдет времени, прежде чем он найдет подходящего человека. А напарник мне нужен прямо сейчас.

Китсон замолчал, глядя на меня. Но я ничего не ответил, и он продолжил.

— Конечно, мне не хотелось бы работать в паре с новичком. Они способны на любую глупость. Однако раз Керенский послал тебя, значит он считает, что ты готов для больших операций.

Китсон поднялся и только сейчас вспомнил о сигарете, которую все еще сжимал между пальцев. Она уже дотлела до самого фильтра. Он бросил ее на ковер и раздавил каблуком.

Посмотрев на меня, он кивком указал в сторону письменного стола, на котором стояла различная аппаратура.

— А теперь садись туда и принимайся за работу.

Я снял плащ и бросил его на одно из кресел. Затем сел за письменный стол.

Китсон подошел к окну, отдернул тюль и указал на что-то.

— Посмотри вот сюда, — сказал он. — Видишь блок В напротив?

Я чуть наклонился в сторону и посмотрел в окно.

— Вижу.

— В нем и живет наша маленькая, продажная Рада Силина. Вон ее квартира. Видишь?

Окон в соседнем здании было немерено, я никак не мог понять, на какое именно показывает Китсон.

— Да вон же окна ее квартиры! Почти напротив наших, только на один этаж ниже. Видишь или нет? А ладно, черт с тобой.

Китсон задернул тюль, подошел к письменному столу и похлопал ладонью по какой-то установке.

— Знаешь, что это? — спросил он.

Я покачал головой, разглядывая непонятное устройство. Оно стояло на треноге и отдаленно напоминало древний фотоаппарат с длинным объективом.

— Наверное, какой-то шпионский гаджет? — предположил я.

— Угадал, — ухмыльнулся Китсон. — Возможно, ты и не так туп, как мне показалось в начале.

Я решил проигнорировать его оскорбление. Артур Финн был прав — Алекс Китсон не тот человек, с которым приятно работать в паре.

— Когда создатели работали над этой штукой, они между собой величали ее «Всевидящим Оком», — продолжил Китсон. — Глупо, да? Однако имя прижилось. Правда официально она называется по-другому, но не важно. Эта штука испускает невидимый сканирующий луч. Сейчас он направлен на окно квартиры нашей крошки Силиной. Теперь посмотри вот сюда, — Китсон ткнул пальцем в экран одного из мониторов на столе. — Что ты видишь?

— Чью-то гостиную.

— Это ее квартира. Сейчас нажми на эту кнопку. Что ты теперь видишь?

— Ту же гостиную, но под другим углом.

— Верно. Нажми еще раз. Теперь еще. И еще раз. Еще. Ладно, хватит. Понял, что происходит? Мы можем рассматривать ее квартиру с разных ракурсов.

Я перевел взгляд на устройство.

— Как оно это делает?

Китсон оскалился.

— И не спрашивай, — сказал он. — Я однажды тоже хотел разобраться, как работает эта штука. Но передумал, когда мне дали технический справочник с тремя сотнями страниц, — Китсон снова усмехнулся. — Знаю только, что луч проходит сквозь стекло, отражается от любых гладких полированных поверхностей и передает сигналы обратно. Они мгновенно обрабатываются, и мы получаем видеоизображение со звуком.

Китсон показал на экран второго монитора.

— «Око» ведет непрерывную видеозапись. Я сделал так, чтобы она дробилась на равные промежутки — по часу реального времени.

Китсон провел пальцем по сенсорному экрану.

— Вот сюда сохраняются видеофайлы. Запомнил?

— Да.

— Буду надеться. Ладно, теперь самое главное. Пока что твоя работа заключается в том, чтобы просто сидеть здесь и пялиться в монитор. Так что ни в коем случае не трогай «Око» и не пытайся изменить настройки! Я уже по всей ее квартире нашел точки с наилучшим обзором и отрегулировал эту штуку, как надо. Сканирующий луч теперь ходит по заданным траекториям. Так что от тебя почти ничего не требуется. Если Силина уйдет в другую комнату, тебе надо будет просто нажимать на эту кнопку, пока на экране не появится изображение нужной комнаты. Надеюсь, ты все понял?

Китсон говорил поучающим тоном, будто объяснял маленькому неразумному ребенку какие-то очевидные вещи.

— Да, все, — ответил я, скрипнув зубами.

— Ладно, раз все понял и вопросов нет…

— Вообще-то, я кое-что хотел узнать.

Китсон посмотрел на меня недовольным взглядом.

— Ну спрашивай тогда.

Помимо «Всевидящего Ока» и двух мониторов, на столе была еще гарпунная установка с большой катушкой прочного металлического троса. Кивнув на это снаряжение, я спросил:

— А для чего нам нужно это?

— Просто на всякий случай, — уклончиво ответил Китсон и насмешливо спросил: — Может есть какие-то вопросы?

— Значит, мне нужно просто наблюдать за Силиной?

— Пока что да.

Я уставился в экран монитора, на который «Всевидящее Око» передавало изображение. Гостиная пустовала. Я стал нажимать на кнопку переключения обзоров, пока не осмотрел всю квартиру. Рады Силиной нигде не было.

— Где же она?

— Покажи еще раз гостиную, — сказал Китсон.

Когда я выполнил просьбу, он ткнул пальцем в экран.

— Она принимает душ. Прямо за этой дверью.

Поймав мой удивленный взгляд, Китсон проворчал:

— Только не думай, что я не пытался туда попасть. Душевая комната — это единственное место в ее квартире, куда мне не удалось завести луч. Маловато опыта работы с этой штукой.

— Давно она там?

Китсон посмотрел на часы.

— Уже двадцать минут, — сказал он, облокотился на край стола и покрутил колесико на усилителе звука. Из динамиков раздался приглушенный шум льющейся воды.

— Выходит, у нее есть хорошее место, где она может спрятаться от посторонних глаз, — заметил я. — Для нее это весьма удобно, особенно, если она догадывается о слежке.

Китсон смерил меня презрительным взглядом.

— Силина конечно опытный и осторожный агент, но вряд ли бы она стала вести с кем-то переговоры в душе. Ушла она туда голышом, да и вообще, насколько мне известно, никаких видов связи у нее там нет. А если бы она знала о слежке, то не стала бы делать ничего подозрительного. Она вела бы себя естественно, как обычно. Если бы с ней связался ее партнер, она кодовой фразой сразу дала бы ему знать, что находится под наблюдением. Они бы заговорили о чем-нибудь совершенно постороннем, и ты бы ни за что не догадался, что под каждым их словом прячется совсем другой смысл.

Китсон замолчал и несколько секунд задумчиво смотрел в экран. Затем сказал:

— Но вообще ты прав. Лучше не спускать с нее глаз ни на минуту. Надо будет потом еще раз попробовать провести луч в душевую.

Китсон снова сделал звук на минимум. Шум воды почти перестал быть слышен. Китсон выпрямился и посмотрел на меня.

— Ладно, я пойду отдохну в соседнюю комнату. А ты веди наблюдение за Силиной. Скоро она уже должна выйти из душа. Вчера и позавчера она не делала ничего подозрительного. Даже ни разу не выходила из квартиры. Но к ней приходил один человек. И сегодня он снова придет. Когда он появится, дай мне знать.

— Что это за человек?

В глазах Китсона промелькнуло какое-то странное выражение.

— Да мне-то откуда знать! — раздраженно ответил он. Его взгляд снова стал таким же злым, каким был в начале нашей встречи. — Просто сделай, что тебе велят!

Китсон резко развернулся и пошел прочь. Я недоуменно смотрел ему вслед, пока он не скрылся в соседней комнате. Когда дверь за ним захлопнулась, я уставился в экран монитора. Рада Силина все еще была в душе.

Из головы никак не выходила реакция Китсона на мой последний вопрос. Он явно знает, ну или хотя догадывается, кто тот человек, который должен прийти к Силиной. Но мне он решил не раскрывать его личность. Почему? Не хочет посвящать меня во все подробности этого дела просто из-за того, что я новичок? Боится, что могу испортить ему операцию?

Захотелось курить. Я достал пачку, выбил сигарету, сунул ее в зубы и поднес к кончику пламя зажигалки. Пустив к потолку струйку дыма, огляделся в поисках пепельницы. Она лежала на тумбочке в другом конце комнаты. Я встал и направился к ней.

Когда проходил мимо двери в соседнюю комнату, до меня донеслись приглушенные звуки разговора. Я замедлил шаг. Китсон с кем-то говорил, но его собеседника не было слышно — разговор велся по телефону. Я остановился и почти прижался ухом к двери. Сам голос Китсона звучал довольно отчетливо, но ни единого слова из его речи разобрать не удалось.

Взяв пепельницу, вернулся к письменному столу и сел на стул. Стряхнув пепел, стал нажимать на кнопку, переключаясь с одного обзорного вида на другой.

Во всей квартире Рады Силиной была только одна дверь — та, которая, вела в душевую комнату. Остальные помещения разделялись широкими полукруглыми арками.

Стало ясно, почему Китсон не смог установить наблюдение за душевой комнатой. Чтобы завести туда луч, нужно было найти такой угол, при котором он отразился бы и попал прямо в небольшое окошко, расположенное над дверью. Но сделать это, вероятно, было не так-то просто.

Рада Силина вышла из душевой, когда в пепельнице лежало уже три окурка. Девушка была в чем мать родила, и я невольно залюбовался ее красивой фигурой. У Рады было аккуратное, гибкое тело с идеально чистой белой кожей. Двигалась девушка с изящной кошачьей грацией, соблазнительно покачивая бедрами при каждом шаге. Только спустя целую минуту мне удалось поднять взгляд выше и посмотреть на лицо девушки.

Я сразу же узнал эти каштановые волосы, спадающие на плечи, выразительные зеленые глаза и красивые полные губы. Да, с Радой мне уже приходилось встречаться. Раза три или четыре мы видели друг друга на работе, когда шли по коридору по своим делам. Но случая познакомиться у нас еще не было. Мы даже ни разу не обмолвились ни словом.

И я понял, что при случайной встрече где-нибудь вне офисов «Континентала» Рада тоже сразу же узнает меня. У всех сотрудников нашего агентства отличная память. Так же вполне вероятно, что она и Китсона хорошо знает. Если нам придется следить за ней на улице, то нужно будет быть очень осторожными.

Рада уже оделась. Она облачилась в черные брюки и светлый топ на тонких бретельках.

Девушка подошла к видеофону и проверила, не поступало ли звонков, пока она принимала душ. Но ей никто не звонил. Девушка несколько секунд смотрела в темный экран. Она стояла спиной ко мне. Мне захотелось узнать выражение ее лица. Но когда уже собирался нажать на кнопку, девушка повернулась и подошла к столику, на котором лежал браслет КПК. Подняв его, посмотрела на дисплей. Судя по тому, как быстро она положила девайс обратно, на него тоже не поступало вызовов и не приходило сообщений.

Зайдя на кухню, Рада достала бутылку спиртного, плеснула немного в стакан и тут же осушила его. Затем сразу же снова наполнила, вернулась с ним в гостиную и опустилась в кресло. Задумчиво глядя куда-то в сторону, Рада время от времени подносила стакан к губам и делал небольшие глотки.

Наблюдая за ней, я подумал, что она совсем не похожа на дерзкую воровку или предательницу. Керенский, ссылаясь на подобные случаи, предположил, что кто-то из наших конкурентов пообещал заплатить ей, если она украдет для них что-то из наших архивов. Но так ли это? Если судить по роскошной квартире, Рада неплохо зарабатывает. Сколько же ей нужно предложить денег, чтобы она могла, рискуя потерять работу и испортить себе репутацию, обворовать «Континентал»?

А может ее никто и не подкупал? Но зачем ей тогда понадобилось что-то копировать из архивов и отправлять куда-то?

Впрочем, из-за недостатка информации делать какие-то конкретные выводы было пока слишком рано.

Когда стакан опустел, Рада поставила его на столик рядом, взяла пачку и привычным жестом выбила из нее длинную тонкую сигарету. Но сделала всего две или три затяжки. Глубоко над чем-то задумавшись, Рада совсем забыла про сигарету. Вспомнила про нее только, когда она дотлела до самого фильтра и обожгла девушке пальцы.

Вздрогнув, Рада выронила окурок. Но сразу же наклонилась, подняла, отнесла на кухню и выбросила в урну. Затем вернулась в гостиную и громко и отчетливо произнесла:

— Время.

На стене появилось голографическое изображение цифровых часов. Рада посмотрела на них и слегка закусила нижнюю губу. Взяв пачку с журнального столика, девушка закурила еще одну сигарету. Ровно через пять секунд изображение часов на стене пропало.

Мне в голову неожиданно пришла другая мысль. А может дело не в деньгах? Что если ее шантажируют? Что если кто-то узнал какой-то ее секрет и грозясь раскрыть его, вынудил Раду выкрасть данные из наших архивов?

Продолжая наблюдать за девушкой, я попытался проанализировать ее поведение. Нервничает ли она? Возможно… Но больше похоже на то, что она просто с нетерпением кого-то ждет. Вероятно, того человека, про которого говорил Китсон. Ну и немного волнуется, потому что от него долго нет известий…

Рада подошла к большому, от пола и до самого потолка, окну и стала наблюдать за пролетающими мимо флайерами. Но затем что-то другое привлекло ее внимание, и девушка чуть подняла голову. Казалось, будто она интуитивно почувствовала слежку и стала смотреть прямо на окна нашей квартиры.

Я нажимал на кнопку, переключая изображения на экране монитора. Но какой бы угол обзора я не выбрал, все равно видел девушку либо со спины, либо с боку. Понять куда именно направлен ее взгляд было невозможно.

Меня на секунду даже охватило беспокойство, что она может увидеть «Всевидящее Око», ведь оно стояло у самого окна. Но когда я поднял взгляд, секундное волнение сразу ушло. Даже если Рада действительно смотрела на окна нашей квартиры, то за плотной тюлю все равно не смогла бы разглядеть «Око» и остальную аппаратуру.

Неожиданно послышалась мелодичная трель. Быстро, но не резко, Рада развернулась и подошла к столику. Наклонилась и затушила в пепельнице сигарету. Затем посмотрела на стену и произнесла:

— Кто там.

Это была голосовая команда. На стене появилось изображение какого-то мужчины. Рада взглянула на него и сказала:

— Открыть дверь.

Изображение сразу же погасло, и Рада пошла в холл встречать гостя.

Я вскочил с места, едва не опрокинув стул. Почти бегом пересек гостиную и толкнул дверь в соседнюю комнату. Это была спальня. Алекс Китсон, даже не сняв обувь, лежал спиной на кровати и смотрел в потолок. В правом уголке его рта дымилась сигарета.

Повернув голову, Китсон хмуро посмотрел на меня и проворчал:

— Тебя что, не учили стучать?

— К Силиной кто-то пришел.

— Ну наконец-то, — отозвался Китсон и быстро поднялся. — Пошли.

Глава 3

Я сидел перед монитором и разглядывал мужчину, который пришел к Раде. Он ничем особым не выделялся. Темные волосы, невыразительное лицо. Не худ и не толст. Рост средний. Одет вполне прилично и не броско. Словом, увидев такого человека в толпе, едва обратишь на него внимание. А как только отведешь взгляд в сторону, сразу же забудешь, как он выглядит.

Мужчина удобно расположился на диване. Судя по его непринужденной позе, в обществе Рады он чувствовал себя спокойно и привычно. В правой руке мужчина сжимал почти полный стакан выпивки, который несколько минут назад ему принесла Рада. Себе же она наливать не стала. Девушка сидела в кресле, что стояло напротив дивана и неотрывно смотрела на мужчину. Как мне показалось, она была немного напряжена.

Мужчина поднес стакан к губам и сделал большой глоток. Затем посмотрел на Раду, едва заметно усмехнулся и что-то произнес. У него был негромкий, даже какой-то глуховатый голос. Я не разобрал ни слова из того, что он сказал. Так же, как и Китсон. Он стоял справа от меня и тоже следил за происходящим на экране монитора. Быстро наклонившись, Китсон сделал звук на усилителе погромче.

— Так где он, Денис? — спросила Рада. В ее голосе прозвучала требовательная нотка.

— На Нижних Уровнях, — махнул рукой мужчина и брезгливо поморщился.

Рада застыла и еще больше напряглась.

— На Нижних Уровнях? — переспросила она.

— Ага.

Мужчина снова поднял стакан и в один глоток осушил. Затем поставил его на столик перед собой и взглянул на Раду.

— Не очень-то хочется спускаться в эту дыру, но что поделаешь.

— А когда ты с ним встречаешься?

— Да уже скоро, — Денис стал оглядываться. — Где у тебя тут были часы?

— Время, — отчетливо произнесла Рада. На стене за спиной у мужчины появились цифровые часы. — Обернись.

Воспользовавшись секундной заминкой в их разговоре, я спросил у Китсона:

— Про кого это они говорят?

— Заткнись, — огрызнулся он.

Денис взглянул на часы и снова повернулся к Раде.

— Через полчаса я должен быть у него. Собственно, к тебе я зашел только за тем, чтобы сказать, что нашел его.

— Может мне пойти с тобой? — спросила Рада. Мне показалось, что в ее голосе прозвучала легкая тревога.

— Не стоит. Ты же знаешь людей вроде него. Очень нервные типы. Хоть мы с ним и давно уже знакомы, но лучше, если я приду на встречу один.

— И как ты вообще мог познакомиться с кем-то вроде него? — с укором спросила Рада.

— Я же тебе уже говорил, это долгая история, — Денис поднялся. — Ладно, мне пора идти. Не хочется опаздывать.

Рада тоже встала.

— Ты уверен, что все будет в порядке? — в голосе девушки снова прозвучало беспокойство.

— Конечно, — беспечно отозвался Денис. — Так что не волнуйся об этом.

— Позвони мне, когда поговоришь с ним.

— Ладно.

Денис направился в холл. Рада последовала за ним.

Китсон посмотрел на меня горящим взглядом и быстро проговорил:

— Проследи за ним и узнай с кем и зачем он встречается. Надеюсь, это ты хорошо умеешь делать. Галерея находится этажом ниже. Если поторопишься, догонишь этого типа еще до того, как он скроется. Но он не должен узнать о слежке, имей ввиду!

Я бросил взгляд в экран. Рада уже закрывала дверь за Денисом.

— Давай, живо! — прорычал Китсон. — Не упусти его!

Схватив с кресла плащ, я мигом вылетел из квартиры и рванул к эскалатору. На ступеньках, к счастью, не было ни одного человека, так что не пришлось никого расталкивать локтями, когда мчался вниз.

Надевая на ходу плащ, метнулся в сторону входа на галерею. Завидев меня редкие прохожие в испуге шарахались в разные стороны. Иногда вслед раздавались ругательства.

Створки автоматической двери разъехались, и я выбежал на галерею. Навстречу шел какой-то молодой парень. Заметив меня, он на секунду застыл в растерянности. Затем сообразил, что лучше посторониться и прижался спиной к стене. Я пронесся мимо него.

Дверь в соседнее здание открылась. Влетел в образовавшийся проем и оказался внутри блока В. Замерев на месте, стал оглядываться по сторонам. Какой-то человек секундой назад скрылся за углом в дальнем конце коридора. Надеясь, что это был никто иной, как Денис, я бросился бежать вслед за ним. По пути мне никто не встретился.

Свернув за угол, оказался в большом зале. Замерев на месте, быстро огляделся. Дверцы ближайшего лифта уже начали закрываться. Я метнулся к нему и просунул руку в кабину. Датчики заметили препятствие, и створки дверей разъехались в стороны.

Денис стоял посреди кабины и подозрительно смотрел на меня. Я очень надеялся, что выгляжу, как вполне обычный гражданин, который куда-то опаздывает. Выдавив из себя улыбку, произнес:

— Уф, кажется успел.

Изображая отдышку, я вошел в лифт. Денис слегка побледнел и попятился. Настороженным взглядом он следил за каждым моим движением. Его правая рука поползла куда-то под куртку. Денис явно был напуган. Я понял, что надо как-то разрядить обстановку.

Повернувшись к нему спиной, подошел к пульту управления. Протянув руку к кнопкам, через плечо посмотрел на Дениса и спросил:

— Вам на какой этаж?

Мужчина продолжал неотрывно пялиться на меня. Он боялся, но не конкретно меня. Знакомы мы не были, и страх ему внушала сама мысль о поездке в лифте с посторонним человеком. Видимо, у него были какие-то недоброжелатели, которых он всерьез опасался.

Денис никак не мог понять, представляю ли я для него угрозу. Он несколько секунд подозрительно смотрел на меня. В итоге решил не испытывать судьбу.

— Езжайте без меня, — пробурчал он. — Я кое-что забыл у себя в квартире.

С этими словами Денис вышел. Я застыл в растерянности, не зная, что делать дальше. Выглядывать из лифта, чтобы узнать, куда ушел Денис явно не стоило. Он бы мог заметить меня и это только усугубило бы его подозрения.

Мысленно я отругал себя за допущенную оплошность. Вот зачем мне надо было сунуться именно в ту кабину, в которую вошел Денис? И так же знал, что он собирается на Нижние Уровни. А попасть туда можно только на лифте. Так нет, решил перестраховаться, побоялся упустить его из виду даже на несколько минут и поэтому зашел именно в тот лифт, в котором скрылся Денис. И вот чем обернулась моя излишняя предосторожность.

Мне ничего не оставалось, кроме того, как нажать на кнопку самого нижнего этажа. Дверцы закрылись. Кабина скоростного лифта понеслась вниз. Теперь придется тщательно избегать встречи с Денисом на Нижних Уровнях. Увидев меня во-второй раз, он уже точно поймет, что я его преследую.

Наконец, кабина остановилась. Я вышел из лифта и оказался в большом, но совершенно пустом зале. Ни мебели, ни лестниц, ни каких-либо других предметов интерьера в нем не было. Только десяток лифтов, да автоматическая входная дверь. Несколько людей стояли в дальнем углу, курили и о чем-то негромко разговаривали. Они были одеты в какие-то лохмотья и выглядели, как типичные обитатели Нижних Уровней.

Посмотрев на них и убедившись, что они не проявляют к моей персоне никакого интереса, я стал рассматривать табло лифтов. На одном из них быстро сменялись номера этажей. С огромной скоростью кабина шла вниз. Вероятно, это спускался Денис.

Я огляделся. Большой пустой зал был весь как на ладони. Нигде не спрячешься. Решив тогда подождать Дениса на улице, направился к выходу.

Когда дверь открылась, я словно попал в другой мир.

Царил полумрак — на Нижние Уровни доходит очень мало солнечного света. Куда ни посмотри, повсюду сверкают зазывающие разноцветные голографические вывески. Бары, стриптиз-клубы, бордели, бильярдные, оружейные лавки, магазины с запрещенными в большинстве звездных систем кибер-конечностями, лавки с нелегальными имплантатами для усиления пси-способностей… За порядком на Нижних Уровней никто не следит, поэтому здесь легко можно найти любые виды порока.

Со всех сторон на меня обрушивался уличный нескончаемый шум. В нем слышались топот ног, урчание моторных лодок, всплески воды. Время от времени этот общий гул прорезали крики людей, зазывающих посетителей в свои сомнительные заведения или противные высокие голоса электронной рекламы.

Отовсюду доносились разнообразные малоприятные запахи. Вонь давно немытых тел и грязной воды каналов. С разных углов до меня доходили «ароматы» готовящейся прямо на улице пище, которую рискнет отведать только тот, кто всю жизнь прожил на самом «дне» города.

Все эти запахи смешивались в один единый тошнотворный и легкоузнаваемый смрад Нижних Уровней.

По грязным каналам ходили гондолы и моторные лодки. На тротуарах толкались люди. Народу было очень много. В таком столпотворении есть свои преимущества. В случае чего я могу запросто раствориться в толпе. Но в то же время и Денис может легко потеряться среди других людей. Так что следует быть очень внимательным и смотреть в оба.

Я стоял у самого канала, курил сигарету и неотрывно смотрел на дверь блока В. Ни в коем случае нельзя упустить момент, когда Денис выйдет на улицу. Проходившие мимо люди иногда толкали меня, но я не обращал на них внимания и продолжал следить за входом.

Наконец, появился Денис. Прежде чем выйти из здания, он замер в дверях и стал медленно и внимательно осматривать улицу. Повернув голову в мою сторону, он задержал взгляд… Но среди толпы других людей, не увидел меня.

Втянув голову в плечи и сгорбившись, он пошел вверх по тротуару, то и дело бросая по сторонам подозрительные взгляды. Я швырнул недокуренную сигарету в воду канала, в котором помимо окурков плавало много другого разнообразного мусора, и пошел вслед за Денисом.

Почти сразу же стало ясно, что следует сократить дистанцию между нами. Денис был среднего роста и, время от время его полностью скрывали от меня широкие спины идущих впереди людей. Расталкивая всех локтями, я ускорил шаг и подобрался к Денису почти вплотную. Дальше я уже шел всего в двух метрах позади него и старался сильно не отставать. Денис иногда оглядывался, но даже при таком расстоянии не замечал меня.

Прохожие продолжали натыкаться на меня, и я все чаще чувствовал в карманах чужие руки. Бумажник с деньгами и кредитным чипом, я перепрятал во внутренний карман пиджака, когда еще спускался на лифте. Поэтому карманники не могли меня обокрасть, как ни пытались. Их ловкие пальцы нащупывали только мятую пачку сигарет, да зажигалку. Но эти предметы не представляли для них интереса, и мелкие воришки оставляли их без внимания.

К Денису же карманники почти не приставали. И я понимал почему. На нем был неброский, слегка поношенный костюм, поэтому Денис не сильно отличался от жителей Нижних Уровней.

Меня же продолжали донимать мелкие воришки. Целая шайка малолетних сорванцов шла рядом, без стеснения оглядывая меня с ног до головы. Я уже даже начал прикидывать, как буду отбиваться от них, когда они подберут подходящий момент и набросятся со всех сторон.

Но им не представился такой случай. Заметив свободное водное такси, Денис спустился к нему по ступенькам. Коротко переговорив с водителем, он опустился на свободное под навесом место. Водитель запустил двигатель, и лодка резво пошла вверх по каналу. Я понял, что нужно срочно предпринять какие-нибудь меры, иначе Денис очень скоро скроется из виду и уже будет невозможно его найти.

К счастью, поблизости оказалось еще одно свободное такси. Это была небольшая довольно потрепанная моторная лодка. Пассажирское место находилось под навесом, сделанным из водонепроницаемой ткани. Сам навес был уже не нов и кое-где в нем виднелись дыры.

Вот только воспользоваться этим свободным водным такси решил не я один. Высокий, широкоплечий мужчина уже удобно расположился позади водителя и, что-то ему прокричав, указал рукой куда-то вдаль.

Растолкав окруживших меня со всех сторон оборванцев, я метнулся к лестнице. Спустившись по ней к самой воде, прыгнул на борт водного такси, которое уже стало отчаливать.

Лодка покачнулась. Водитель вздрогнул от неожиданности и испуганно уставился на меня.

— Ты что, слепой? — прорычал широкоплечий. — Не видно что ли, что здесь уже занято?

— Да пошел ты! — отозвался я, придав голосу как можно более грубый тон. — Проваливай, пока цел!

Широкоплечему очень не понравилось такое к себе отношение. Прорычав что-то нечленораздельное, он поднялся на ноги.

Водитель такси решил не вмешиваться в нашу стычку. Он лишь молча переводил испуганный взгляд с одного рассерженного клиента на другого.

Широкоплечий как-то неуклюже подошел ко мне, замахнулся и неумело выкинул вперед плотно сжатый кулак. Боксировать его явно никто никогда не учил. Я легко ушел под его руку, нанеся при этом встречный удар. Неудачливый боец хрюкнул, покачнулся и повалился за борт. Во все стороны полетели брызги грязной воды.

Я метнул взгляд назад. Но первое такси было уже слишком далеко, поэтому Денис не услышал всплеска воды и не стал оборачиваться.

— Следуй за той лодкой! — скомандовал я водителю. — Если не упустишь ее из виду, получишь тысячу кредитов!

У водителя глаза на лоб полезли. Наверное, он за месяц зарабатывает не больше двух или трех сотен кредитов.

Лодка вдруг качнулась. Широкоплечий выбрался из воды и схватился за борт. Он жадно ловил ртом воздух. Меня он не заметил — грязные потоки, стекающие с волос заливали ему глаза. Я занес ногу и ударил его по голове. Широкоплечий взвыл и снова ушел под воду.

Лицо водителя приняло недоверчивое выражение. Все жители городского «дна» привыкли от других людей ожидать только пакостей и всегда полагаются лишь на себя. Я же не был похож на местный контингент. Водитель с первого взгляда определил, что перед ним человек из Верхних Уровней. Но, вероятно, наблюдая расправу над широкоплечим, он решил, что я тоже не из числа порядочных людей.

— А вы мне точно заплатите тысячу кредитов? — с подозрением спросил он.

Я поднял голову и увидел, что первое водное такси уже почти скрылось из виду.

— Дави на газ! — воскликнул я. — Он же сейчас уйдет!

Мой отчаянный возглас помог водителю определиться. Желание за одну поездку заработать кучу денег пересилило все его подозрения.

— Не уйдет! — с горячностью уверил он меня. — Не переживайте, отыщем его! Мне здесь все закоулки известны.

И он так резко сорвал лодку с места, что я потерял равновесие и упал прямо в пассажирское кресло под навесом.

Вскоре впереди показалось первое такси. Мой водитель продолжал гнать вперед на полной скорости. Нос лодки яростно рассекал грязную воду канала, а звук работающего на полную мощность мотора напоминал злобное рычание.

Когда до первого такси оставалось около сотни метров, я дотронулся до плеча водителя и сказал:

— Теперь притормози. Не нужно, чтобы нас заметили.

Водитель выполнил просьбу. Лодка сбавила скорость. В таком темпе мы шли по каналам еще минут десять. Я курил сигареты и через плечо водителя наблюдал за первым такси.

Как-то раз Денис бросил взгляд назад и заметил нашу лодку. Но он не придал этому значения — по каналам ходит много водного транспорта. Через несколько минут он снова оглянулся и снова увидел нас. В этот раз он заподозрил неладное и нервно заерзал на месте.

Денис стал оглядываться через каждые несколько секунд, чтобы проверить идет ли за ним следом наша лодка. Я весь скукожился, прячась за спиной водителя и надеясь, что Денис меня не видит.

— Человек на той моторке постоянно оглядывается на нас, — сказал вдруг водитель.

Я промолчал.

Через несколько секунд он спросил:

— Что мне теперь делать?

— Продолжай преследовать ту лодку.

— Но она собирается причалить.

Я осторожно выглянул из-за его плеча. Первое такси действительно уже сбавило скорость и шло на сближение к ближайшей платформе.

Увидев свободное место на противоположной стороне канала, я указал на него пальцем и сказал:

— Высади меня вон там.

Водитель подчинился. Он повернул штурвал, направив лодку к незанятому месту швартовки.

Первое такси уже причалило. Денис расплатился с водителем, выбрался на платформу и стал внимательно осматривать нашу лодку. Я сидел под навесом, поэтому он не видел меня.

— Кажется, он все-таки догадался, что мы следили за ним, — разочарованно сказал я.

Водитель забеспокоился.

— Вы мне обещали тысячу кредитов, — проговорил он. — Вы заплатите мне?

Поднимаясь по лестнице, Денис бросал подозрительные взгляды на нашу лодку. Я наблюдал за ним через небольшую дыру в ткани навеса.

Лодка остановилась. Мотор затих. Как только Денис пропал из виду, я вскочил на ноги и метнулся на платформу.

— Эй! — раздался позади взволнованный голос водителя. — А где моя тысяча?

Бумажник лежал в потайном внутреннем кармане пиджака. Я не мог терять время, доставая его и расплачиваясь с водителем. Игнорируя возмущенные крики за спиной, я метнулся вверх по лестнице. Затем перебежал по мосту на другую сторону улицы.

Дениса уже нигде не было. Я потерял его из виду всего на несколько секунд, и за это время он не мог далеко уйти. Но тем не менее он бесследно исчез. Я вертелся на месте и смотрел во все стороны, тщетно пытаясь его отыскать. Денис как сквозь землю провалился.

Люди вокруг с любопытством посматривали на меня. Я привлек их внимание, но не столько своим поведением, сколько внешним видом. Я продолжал обводить взглядом улицу и повсюду видел вызывающе одетых женщин всех возрастов. Я попал в квартал красных фонарей. Проституток было очень много. Они приставали ко всем прохожим и чуть не силой тащили их в свои норы. Многие из женщин уже заметили меня. В их глазах отчетливо читался вопрос: «Что человек с Верхних Уровней делает в таком месте?»

Я почувствовал, что меня кто-то тянет за рукав. При чем так осторожно, будто боясь сильно потревожить. Я обернулся, но в первое мгновение даже никого не заметил. Но потом опустил взгляд и увидел невысокую, хрупкую девушку. Она была очень молода. Лет восемнадцать, если не меньше. Ее распущенные, спутанные волосы давно не знали шампуня и расчески. Вся одежда на ней была порвана и через дыры виднелась потемневшая от грязи кожа.

Девушка подняла голову, и наши взгляды встретились. Она сразу же вся зарделась и тут же опустила глаза. Через несколько секунд девушка снова неуверенно потянула за рукав, предлагая мне пойти с ней.

— Извини, — сказал я. — Мне сейчас не до этого.

На ее лице появилось выражение такой горькой обиды, что у меня защемило сердце. Казалось, девушка едва сдерживается, чтобы не расплакаться. Она выпустила мой рукав, отвернулась и отошла на пару шагов в сторону. Я продолжал смотреть на нее. Девушка была очень крохотной, неуверенной и даже немного напуганной. Она скорее напоминала потерявшегося ребенка, но никак не женщину легкого поведения.

Девушка хотела было уже уйти, но я поймал ее за руку.

— Подожди.

Она обернулась. Ее глаза с надеждой посмотрели на меня. Прикрываясь плащом, чтобы никто не увидел толщину моего бумажника, я достал из него банкноту в тысячу кредитов. Ту самую, которую обещал отдать водителю водного такси, но так и не отдал.

Более опытная проститутка увидев перед собой такую крупную купюру решила бы, что я просто случайно достал не ту банкноту. И мешкать она бы не стала. С молниеносной скоростью врывала бы ее из моих рук и спрятала глубоко под одеждой, пока я не заметил своей ошибки.

Но крохотная девушка, стоявшая передо мной еще не научилась таким фокусам. Возможно, она попала на Нижние Уровни совсем недавно и потому пока не осознала, что здесь нужно постоянно хитрить и выкручиваться. Иначе в таком месте просто не выживешь.

Как бы там ни было, девушка не стала делать каких-то резких движений. Очень медленно, осторожно и даже как-то недоверчиво она взяла банкноту и секунд десять непонимающе смотрела на нее. Затем подняла голову и взглянула на меня с немым вопросом в глазах.

— Это тебе, — сказал я ей. — Подарок. Теперь иди.

Девушка наконец поняла, что я не собираюсь ничего требовать взамен. Ее щеки залил румянец, на губах заиграла смущенная улыбка, а глаза засверкали от искренней радости. Я снова подумал, что она очень похожа на ребенка. На ребенка, которому на день рождения только что подарили очень дорогую игрушку.

— Спасибо, — сказала девушка и покраснела еще сильней. Она несколько секунд смотрела на меня полными благодарности глазами. Затем развернулась и быстро пошла куда-то прочь. Я посмотрел ей вслед и снова стал осматривать улицу.

Куда же запропастился Денис? Из-за возни с этой девчонкой я потерял слишком много драгоценных минут. За это время Денис мог уйти очень далеко. Где его теперь искать? Эх, знать бы хотя бы направление, в котором он скрылся…

Откуда-то раздался едва слышимый тоненький крик, похожий на писк испуганной мыши. Я оглянулся и увидел ту девчонку, которой дал тысячу кредитов всего пару минут назад. Молодая девушка стояла в другом конце улицы и испуганно смотрела на возвышавшуюся над ней невероятно толстую пожилую женщину. Старуха была одета в цветистое платье, а ее грудь усеяна разнообразными, но одинаково безвкусными бусами.

Она что-то спросила, ткнув толстым пальцем в тысячную купюру, которую девушка обеими руками прижимала к груди. Девчонка повернула голову и посмотрела в мою сторону. Старуха тоже оглянулась и принялась рыскать хмурым взглядом по улице. Среди толпы других людей она не сразу меня увидела.

Неожиданно выхватив банкноту из рук девушки, она что-то злобно прокричала. Девушка виновато опустила голову. Мне показалось, что по ее щеке быстро пробежала слеза.

Старуха наотмашь ударила ее широкой ладонью по лицу. Девушка даже не попыталась увернуться. Звук пощечины утонул в общем уличном шуме. Удар был таким сильным, что девушка упала. Старуха сложила банкноту и глубоко засунула ее в ложбинку между своими грудями. Потом вразвалку подошла к девушке. Та лежала на грязном тротуаре и тихонько всхлипывала.

Схватив девушку за волосы, старуха бесцеремонно куда-то ее поволокла. Несчастная брыкалась и повизгивала от боли. Слезы градом катились по ее щекам. Я хотел было вмешаться и уже даже сделал шаг вперед… Но заставил себя остановиться.

Моя первоочередная задача — это проследить за Денисом. А все, что происходит на Нижних Уровнях меня никак не касается. Тем более что подобные инциденты случаются здесь постоянно. Сильные бьют слабых. На старуху, утащившую девушку, чтобы в наказание поколотить ее, никто даже не обратил внимания. К подобному все здесь давно уже привыкли.

Ко мне сбоку снова кто-то подошел. Обернувшись, я увидел перед собой высокую пышногрудую женщину. Все в ней, начиная от броско-вызывающей одежды и заканчивая холодной расчетливостью в глазах, просто кричало о роде ее профессии. Женщина поймала мой взгляд, и на ее лице появилась заученная профессиональная улыбка, в которой не было ни грамма тепла.

— Привет, красавчик, — произнесла она глубоким грудным голосом.

Я никак не отреагировал. Женщину это нисколько не задело.

— Ты ведь не отсюда, да? И что такой видный, солидный мужчина делает в таком поганом месте?

— Я кое-кого ищу. Мне не до тебя. Так что отстань.

Резкий тон тоже не подействовал на проститутку. Суровая жизнь на Нижних Уровнях закалила ее, научила быть настойчивой и всеми силами добиваться своего.

— Я так и поняла, что ты ищешь кого-то. Может быть меня?

Поджав губы, я продолжил молча осматривать улицу.

— Видела, как ты отшил эту девчонку, — как ни в чем ни бывало продолжила проститутка. — Тебя можно понять. Она неопытна, неуклюжа и слишком молода, почти что ребенок. Да и посмотреть у нее не на что, не то что у меня, да? — ее полные губы снова растянулись в холодной улыбке. — А сколько ты ей дал, чтобы она от тебя отвязалась? Полкредита, небось? Хотя нет, слишком уж счастливая она от тебя ушла… Кредитов пять, наверное? Неудивительно, что она прям вся расцвела. Это же ее недельная зарплата!

И тут я увидел его краем глаза. Как оказалось, Денис никуда и не уходил. Он все время прятался в темном переулке. Я заметил его, когда он осторожно выглянул и стал осматривать улицу. Видимо, он наблюдал оттуда за прохожими, пытаясь вычислить, кто его преследует.

— Ты правильно сделал, что отшил девчонку, — продолжала гнуть свое проститутка. — Таким мужчинам, как ты не нужны неопытные глупые девочки, верно? Тебе нужна настоящая женщина, такая как я, женщина, которая знает, как доставить мужчине удовольствие.

Я стоял к тому переулку в пол-оборота, почти что спиной, поэтому видел Дениса нечетко, лишь краем глаза, но инстинктивно чувствовал, что это именно он.

— Послушай, а ты сделаешь мне подарок, как той девчонке? Я не буду убегать, как она. Поверь, уж я-то умею быть благодарной.

Вдруг я почти что физически почувствовал на себе взгляд Дениса. Стоя в переулке он не мог меня видеть, но когда выглянул из-за угла, сразу обратил внимание. Но со своего места Денис не мог хорошенько разглядеть мое лицо. Скорей всего он узнал меня по одежде. Или же просто хорошо одетый человек, которому явно не место на Нижних Уровнях, привлек его взгляд и вызвал подозрение.

Проститутка продолжала что-то говорить, но я уже почти не слушал ее. И вдруг она замолчала и начала расстегивать блузку. Это отвлекло меня от мыслей о Денисе. Ловкие женские пальцы быстро освобождали пуговицы от петелек. Через несколько секунд она распахнула блузку. Моему взору предстали две налитые крупные груди. Алые слегка вздернутые соски казалось смотрели прямо на меня.

— Нравятся? — все с той же ничего не выражающей улыбкой спросила женщина. — Можешь потрогать их.

Я все еще чувствовал на себе взгляд Дениса. Надо было усыпить его подозрения.

И я коснулся ее. У нее была прохладная, приятная наощупь кожа.

— Смелей, — подбадривала меня женщина. — Возьми их. За это не придется платить.

Я положил ладони на ее широкие бедра и повел их вверх по гладкому женскому телу. Когда мои руки коснулись ее грудей, она чуть напряглась.

— Сделай мне приятно, — сказала она. — Приласкай их.

Я стал массировать ее груди, краем глаза наблюдая при этом за Денисом. Он смотрел на меня еще несколько секунд, а затем отвернулся и стал оглядывать другую сторону улицы.

— Где твоя квартира? — спросил я у проститутки.

В ее глазах вспыхнул едва уловимый торжествующий огонек. Она, видимо, решила, что смогла разжечь во мне желание.

— Недалеко, — сказала она, с улыбкой глядя на меня. — Вон там, за углом.

— Ладно, пошли.

Я убрал руки от ее тела. Проститутка стала застегивать блузку.

— Тебе понравится, — пообещала она. — Вот увидишь. От меня еще никто не уходил недовольным.

Несколько верхних пуговиц женщина не стала застегивать. Наверное, для того, чтобы оставить грудь приоткрытой. Или потому, что, как она думала, все равно скоро придется снова расстегивать пуговицы и снимать блузку.

Взяв меня под руку, женщина снова улыбнулась.

— Пошли.

И она повела меня вниз по улице. А когда мы завернули за угол дома, я сказал:

— Подожди.

Проститутка с легким удивлением посмотрела на меня.

— Что случилось?

Ничего ей не ответив, я очень осторожно выглянул из-за угла дома. Денис уже вышел из переулка, в котором прятался минуту назад. Но уходить еще не спешил.

И тут я услышал приглушенные, полные боли крики. Они доносились из окон ближайшего дома. Проститутка тоже слышала их, но отнеслась к ним равнодушно.

— Что там происходит?

— Бабка Агафья наказывает Аниту, — поймав мой вопросительный взгляд, она объяснила: — Анита — это та девчонка, которая приставала к тебе недавно.

Из окон продолжали доноситься сдавленные рыдания и звук плети, секущей тело.

— За что она ее так?

— Анита нарушила сразу два правила, — безразличным тоном сказала проститутка. — Так что заслужила наказание. Забудь про нее. Скажи лучше, чего ты там все высматриваешь? Может уже пойдем? — тут ее голос стал подозрительным. — Или ты уже не хочешь?

— Сейчас пойдем. Подожди немного…

— Я за это деньги не получаю.

— Не переживай, я заплачу тебе сполна.

Денис с кем-то беседовал по мобильному видеофону. Он стоял слишком далеко, и я не слышал из его разговора ни слова.

Крики Аниты, от которых сжималось сердце, не прекращались ни на секунду.

— За что же она все-таки заслужила такие муки?

— Ну раз тебе так интересно, то она зашла на чужую территорию. Это раз. И два — приставала к предположительно богатому клиенту. Она новенькая и поэтому не имеет права предлагать свои услуги таким клиентам. Все. Может теперь займемся делом?

Женщина старалась говорить мягко, но по ее голосу чувствовалось, что она теряет терпение.

Денис закончил разговор, оглядел улицу и пошел прочь. Я хотел было броситься вслед за ним, но проститутка каким-то образом догадалась о моем намерении убежать. Она проворно метнулась вперед и схватила меня за руку.

— Эй, куда это ты собрался? — подозрительно спросила она.

— Я ведь говорил тебе, что кое-кого ищу. И вот нашел. Извини, но мне пора.

Взгляд женщины стал враждебным.

— Я из-за тебя столько времени потеряла…

Ссора с ней ни к чему хорошему бы не привела. Обманутая проститутка могла рассердиться еще больше и начать кричать. На нас стали бы обращать внимание, а мне это было не нужно.

Поэтому я выхватил из кармана бумажник и вытащил из него купюру в пятьдесят кредитов, решив, что такая сумма вполне удовлетворит проститутку.

Просунув банкноту между ее грудями, я сказал:

— Вот, это тебе компенсация за потраченное время.

Не став дожидаться ее ответа, я выскочил на улицу. Денис уже был далеко. Мне не сразу удалось увидеть его исчезающую фигуру вдали. Я бросился его догонять, но не бегом, а широким, размашистым шагом. Раза три или четыре Денис замедлял шаг и резко оглядывался назад. Приходилось быстро нырять в ближайшие подворотни.

Сократив дистанцию метров до тридцати, я сбавил шаг. С такого расстояния Денис мог бы заметить меня, если бы снова неожиданно обернулся. Поэтому я свернул к ближайшему мосту и перешел по нему на другую сторону улицы.

Через какое-то время за мной увязался невысокий, тощий и полностью лысый человек. Он быстро семенил короткими ножками, стараясь ни на шаг не отставать от меня.

— Гражданин, подождите! — тяжело дыша, проговорил он. — Подождите! Вам некуда так спешить, ведь у меня уже есть все, что вам нужно!

— Сомневаюсь, — пробурчал я.

— Да-да, и вправду есть! — с горячностью пытался он меня убедить. — Подождите только немного, и я вам покажу весь свой товар!

Я продолжал быстро идти вперед, глядя на Дениса, идущего по другой стороне улицы.

— У меня есть венерианский мох, красный песок, все виды «крэкса«…Или вы предпочитаете что-нибудь позабористей? Тогда я могу предложить вам…

Лысый коротышка задыхался от быстрой ходьбы, но упорно продолжал предлагать мне различные виды наркотиков. Очень хотелось схватить его, встряхнуть как следует, а потом поднять над головой и швырнуть через перила в канал. Но я не стал этого делать — всплеск воды мог бы привлечь внимание Дениса.

Метров через триста коротышка наконец выбился из сил. Он сильно отстал, но еще некоторое время продолжал что-то кричать мне вслед. А потом и его голос затих.

Вдруг Денис свернул в переулок и пропал из виду. Ближайший мост через канал находился в тридцати метрах от меня. Я со всех ног бросился к нему.

Забежав в переулок, замер на пару секунд и прислушался. Где-то неподалеку негромко беседовали двое мужчин. Разговор звучал слишком тихо и слов разобрать не удавалось. Но не смотря на это я был точно уверен, что один из голосов принадлежал Денису.

Ориентируясь по звукам разговора, я стал быстро продвигаться вперед. И чем дальше углублялся по извилистому переулку, тем отчетливей слышал голоса. Мужчины шли неторопливым шагом, поэтому я быстро их нагонял. А вскоре даже стал различать отдельные слова из их разговора.

Затем с левой стороны между двумя зданиями я увидел полукруглую арку. Голоса теперь звучали так отчетливо, будто мужчины находились где-то совсем рядом.

— Так значит тебя уволили из «Эко»? — послышался низкий голос одного из мужчин.

— Да, несколько дней назад, — ответил другой. Это был Денис.

Я подкрался к арке, осторожно выглянул и успел заметить, как мужчины зашли в одно из зданий. Дверь закрылась за ними с громким хлопком.

Подбежав к ней, я взялся за ручку и потянул на себя. Петли предательски заскрипели. Перешагнув через порог, я осторожно закрыл за собой дверь и огляделся. Это был слабоосвещенный холл автономной гостиницы. Мужчины уже скрылись в коридоре — оттуда доносились их голоса. Я бросился следом за ними. Старый истертый ковер несильно, но приглушал шаги.

Где-то неподалеку хлопнула дверь, и голоса стихли. Я перешел на бег и за две секунды добрался до конца Т-образного коридора. Замер, стал смотреть то в одну сторону, то в другую. Почти у каждой двери горела красная лампочка, означавшая, что номер уже кем-то занят. В каком же из них скрылись мужчины?

Я решил проверить сначала левое ответвление коридора. Возле каждой двери, останавливался на несколько секунд и прислушивался.

За дверью первого по счету номера громко орал телевизор. Кто-то смотрел отупляющую развлекательную передачу по местному каналу. Я пошел дальше. За второй дверью звучали музыка и чей-то тоненький голосок, вторивший вокалисту. Возле следующих двух дверей горели зеленые лампочки — эти номера были свободны. Я прошел мимо них.

А потом мне повезло — из глубины пятого номера слышались знакомые голоса двух мужчин. Я подошел к двери почти вплотную и замер. Но как бы

напряженно я ни вслушивался, моего уха лишь изредка достигали отдельные слова. По отдельности, вырванные из контекста, они ни о чем не говорили, поэтому вникнуть в суть беседы было невозможно.

Мысленно я отругал Алекса Китсона за непредусмотрительность. Он мог бы снабдить меня каким-нибудь подслушивающими устройствами и «жучками», прежде чем отправлять следить за Денисом.

Неожиданно открылась дверь соседнего номера, и в коридор вышла женщина. Заметив меня, она замерла на месте. Мы уставились друг друга.

На первый взгляд женщина ничем не отличалась от других жителей Нижних Уровней. Давно немытые волосы, грязная кожа, вся изорванная потрепанная одежда. Но вот ее глаза… У большинства местных обитателей взгляд либо потухший, либо настороженный и подозрительный.

Но у этой женщины в голубых глазах было совсем другое выражение. Они смотрели холодно, спокойно и пронизывающе. Женщина оглядела меня с ног до головы и, казалось, ее внимательные глаза ничего не упустили. Возраст, рост, вес — она все мгновенно подметила в уме. Может даже ее пронзительные глаза определили, в каком у меня кармане лежит бумажник и сколько в нем денег… А когда женщина заглянула мне в глаза, на секунду даже стало страшно — а вдруг она и чужие мысли может читать?

Я чуть было не встряхнул головой, чтобы избавиться от всех этих навязчивых подозрений.

Женщина перевела взгляд на дверь, возле которой я стоял. Выражение ее холодных спокойных глаз нисколько не изменилось. Так ничего и не сказав, женщина снова ушла к себе.

Не успел я поразмыслить над тем, зачем она вообще выходила из номера, как вдруг ручка двери, возле которой я стоял, стала поворачиваться. От неожиданности я так и обомлел. Но только на полсекунды. Затем развернулся и быстро, почти бегом пошел прочь. И свернул за угол еще до того, как в коридоре послышались шаги.

Затем я пересек холл, толкнул скрипучую входную дверь и вышел во внутренний дворик. Я сразу же стал оглядываться, ища место, где мог бы спрятаться. Выбирать было особо не из чего, да и время поджимало, поэтому я юркнул в ближайшую темную подворотню и притаился там.

Через несколько секунд дверь гостиницы снова скрипнула, и на улицу вышли двое мужчин — Денис и низенький, коренастый крепыш с длинным шрамом на угрюмом лице. Они коротко кивнули друг другу и направились в разные стороны. Крепыш прошел рядом с местом, в котором я прятался, и пропал из виду. Денис собрался было пойти к арке, через которую сюда пришел, но сделав один шаг, резко остановился. Он словно вспомнил о чем-то.

Денис огляделся и решив, что кроме него во внутреннем дворике больше никого нет, поднял левую руку. На ней был закреплен КПК. Денис набрал чей-то номер. Долго ждать ответа не пришлось. Уже через несколько секунд устройство спроецировало над собой небольшой голографический экран, с которого на Дениса взглянула Рада.

— Все, я поговорил с ним.

— Ну и что? — нетерпеливо спросила она. — Он сказал тебе, где их можно найти?

— Да, сказал. Они…

— Не по телефону, — быстро перебила его Рада. — Скажешь, когда вернешься.

— Ладно. Минут через тридцать буду у тебя.

И Денис дал отбой. Голографический экран пропал. Опустив руку, Денис пошел к арке. Я хотел последовать за ним, но тут заметил, что дверь гостиницы немного приоткрылась. При чем так медленно и осторожно, что не издала ни звука.

В образовавшуюся щель просунула голову та голубоглазая женщина, с которой я столкнулся в коридоре гостиницы. Сначала она посмотрела на Дениса, который прошел через арку и скрылся в переулке. Затем обвела внутренний дворик быстрым, но внимательным взглядом. На секунду она задержала взгляд на темной подворотне, в которой я прятался. Очевидно, не заметив меня, она вышла из гостиницы и направилась в ту же сторону, в которую ушел Денис. То ли у нее шаг был такой легкий, то ли обувь специальная, но при ходьбе женщина не издавала ни звука.

Когда она исчезла из виду, я вышел из своего убежища и на секунду остановился в задумчивости. Разумно предположить, что эта женщина тоже следит за Денисом. Вот только зачем? Но размышлять над этим не было времени.

Я хотел было уже броситься в погоню, как вдруг интуитивно почувствовал, что кроме меня во внутреннем дворике появился кто-то еще. Я резко развернулся.

Их было пятеро. Все как один высокие, плечистые, с одинаково свирепым выражением на лицах. Грязная одежда лохмотьями свисала с их мускулистых тел. Двое из них сжимали в руках крепкие обрезки металлических труб. У двоих других были шипастые кастеты.

Пятый мужчина не был вооружен. Он стоял между остальными громилами и пялился на меня с мерзкой улыбкой на тонких бескровных губах. Он был невысок ростом, почти что коротышка. Но по его самоуверенному и наглому виду, я сразу определил, что он лидер этой шайки.

— Попался, птенчик, — сказал коротышка каким-то скрипучим, высоким, противным голоском.

Не сводя с меня глаз, четверо его приспешников стали медленно передвигаться, беря меня в кольцо.

— Что вам нужно?

— Сейчас узнаешь, — ухмылка на губах коротышки стала еще шире.

Остальная четверка продолжала обступать меня с четырех сторон. Я обвел их взглядом, а затем резко откинул полу плаща и завел руку назад. Пальцы сомкнулись на холодной рукоятке пистолета. Когда «Черный стриж» наполовину вышел из кобуры, один из громил ринулся на меня, угрожающе занеся обрезок трубы над головой.

Я резво метнулся в сторону и подставил ногу. Громила растянулся на земле. Один из мужчин не выдержал зрелища такого унизительного издевательства над своим дружком. Он взревел от дикой ярости и бросился на меня, размахивая дубинкой.

Я выхватил «Черного стрижа», большим пальцем перевел его на несмертельный режим и выстрелил. Мелькнула синяя вспышка, и по всему телу мужчины прошелся электрический разряд. Его лицо исказила гримаса боли. Рот широко раскрылся в виде буквы «О». Пальцы разжались, и дубинка с металлическим стуком упала. Ноги мужчины подкосились, он с грохотом рухнул. Лежа на земле, он еще несколько секунд мелко дергался всем телом.

Трое других громил застыли и с недоумением уставились на своего незадачливого дружка. Нападать на меня больше желающих не было.

Коротышка с полминуты наблюдал за всей этой сценой. Затем потерял терпение и скомандовал грозным голосом:

— Эй, вы чего встали, как истуканы! Разберитесь с ним!

Но никто не тронулся с места. Громилы переводили опасливый взгляд с меня на черное дуло пистолета, которое смотрело прямо на них. Мужчина, в которого я недавно выстрелил, уже пришел в себя и поднялся на ноги. Он тоже пялился на «Черного стрижа» и судя по благоговейному ужасу в его глазах, он меньше всех остальных хотел снова испытать на себе силу этого оружия.

Коротышка продолжал возмущаться, брызжа слюной.

— Вы что, оглохли?! Нападайте на него, кому я говорю! Совсем от рук отбились, недоумки! Ну, вы у меня еще получите!

Трое мужчин с явной неохотой подчинились и медленно пошли на меня. Четвертый, тот, который недавно схлопотал электрический разряд, остался стоять на месте.

Большим пальцем я переключил пистолет почти на полную мощность. Затем отвел руку в сторону и выстрелил в коротышку. Тот завыл и рухнул, как подкошенный. Мужчины замерли и с удивлением уставились на своего поверженного лидера.

Я снова навел пистолет на них и сказал:

— Кто следующий?

Никто не ответил. Все были напряжены до предела. Я медленно переводил прицел с одного на другого, как бы подыскивая следующую жертву. Четвертый мужчина медленно попятился назад, не отрывая взгляда от черного дула пистолета. Я навел оружие на него и произнес:

— Пожалуй, начну с тебя.

Мужчина не выдержал и бросился бежать, да так, что только пятки сверкали. Я надеялся, что его паническое настроение распространится на остальных, и они помчатся вслед за ним… Но этого не случилось. Троица громил продолжала стоять на месте и с ненавистью смотреть на меня.

— Считаю до трех, — произнес я угрожающим тоном. — Потом начну стрелять. Посмотрите на этого придурка, — я кивнул на коротышку, который все еще лежал на земле. — Пистолет включен на полную мощность, так что этот недоросток не скоро придет в себя. Хотите позагорать рядом с ним? Я легко могу это устроить.

Громилы ничего не ответили и не сдвинулись с места.

— Что ж, — я взялся за пистолет обеими руками. — Тогда начинаю считать. Раз…

Никто не шелохнулся.

— Два…

Двое мужчин посмотрели на коротышку и переглянулись.

— Три.

Эта парочка стала медленно отступать назад, не сводя взгляда с черного дула пистолета. Третий громила, тот, которому я недавно подставил подножку, с лютой ненавистью в глазах смотрел на меня.

— А ты, видимо, хочешь маленько взбодриться разрядом тока, да? — сказал я и стал нажимать на спусковой крючок.

Мужчина еще секунду-другую колебался, а затем выругался и пошел вслед за своими дружками. Вскоре все трое пропали из виду.

Лидер шайки остался без своей свиты. Он все еще лежал на спине, постанывая и медленно приходя в себя. Я подошел к нему. Заметив меня, он хотел подняться, но я наступил ему на грудь и придавил к земле.

— И кто же вас на это надоумил?

Коротышка с испугом уставился на меня.

— Что?

— Кто приказал вам расправиться со мной?

— Никто, — быстро ответил коротышка, глядя куда-то в сторону.

Я поднял пистолет.

— Не ври. Так кто вас послал? Отвечай или получишь еще одну порцию электричества.

Коротышка округлил глаза.

— Я… Не могу сказать.

— Отвечай.

— Не могу… Он прикончит меня.

— Прикончит, если узнает, кто его выдал. Но я ему этого не скажу. Так кто вас послал?

Коротышка молчал. Он все еще колебался.

— Ну?

Тишина.

Я прицелился.

— Спрашиваю в последний раз — кто вас послал?

Коротышка секунду помолчал, затем очень тихо, почти неслышно ответил:

— Кобен.

— Это такой невысокий малый со шрамом на лице?

Коротышка промолчал. Я решил оставить его в покое.

Убрав пистолет обратно в кобуру, я проскочил через арку и выбежал на главную улицу.

На тротуарах все так же толпился народ. По каналам ходили моторные лодки. Где-то далеко-далеко над головой слышался гул пролетающих флайеров.

Я вертелся на месте и смотрел во все стороны. Синеглазой женщины и Дениса уже и след простыл.

Глава 4

Быстро шагая вниз по улице, я позвонил Китсону.

— Ну что там у тебя? — резко спросил он.

— Я упустил его.

Лицо Китсона окаменело.

— Идиот, — гневно прошипел он. — Знал же, что от новичка в таком деле толку не будет. Запорол мне всю операцию, засранец.

— Вообще-то, кое-что я все-таки узнал.

Китсон сощурился.

— Да? И что же?

— Этот Денис встречался с каким-то человеком. Они сняли номер в гостинице и пробыли там около десяти минут.

— Что они там делали? О чем говорили?

— Не знаю…

— Не знаешь? — перебил меня Китсон, снова зашипев.

— Нет. Они разговаривали в номере, и у меня не было возможности подслушать их. Но когда они вышли на улицу и распрощались, Денис позвонил Раде и сказал…

— Да-да, это я и сам знаю.

— Получается, что Денис с Радой кого-то или что-то ищут. И человек, с которым Денис встречался, сказал ему, где это можно найти.

Китсон помолчал немного и затем сказал каким-то странным тоном:

— Да, похоже на то, — и после секундной паузы он добавил: — Ладно, возвращайся живей. Ты можешь мне еще понадобиться.

Китсон оборвал связь.

Я прокладывал себе дорогу сквозь толпу, пока снова не оказался на улице красных фонарей. За время моего отсутствия здесь, казалось, ничего не изменилось. Я прошел еще немного вперед и увидел внизу свободное водное такси.

Но когда хотел было уже спуститься к нему, как вдруг неожиданно вспомнил Аниту. Ту самую девчонку, которой недавно вручил тысячную купюру. Я вспомнил несчастный, жалкий вид этой девчонки и ту старуху, бабку Агафью, которая отобрала у нее банкноту. Вспомнил, как Анита громко кричала, когда ее били плетью…

Я встряхнул головой. Нечего о ней думать. Эта девчонка нарушила заведенные здесь правила. Поэтому ее сурово наказали. Моей вины в этом нет.

Но тут в голове снова зазвучали те жалобные и полные боли крики Аниты.

Я замер в нерешительности. Эта девчонка никак не выходила из головы. Я старался чем-нибудь отвлечься, но каждый раз непроизвольно возвращался к мыслям об Аните.

Нижние Уровни — это совсем другой мир. Жестокий, практически варварский. Здесь действуют свои законы и правила. Вмешиваться в то, что происходит на Нижних Уровнях не имеет смысла. Конечно жалко эту девчонку, Аниту, но таких несчастных созданий, как она здесь полно. И я ничего не могу сделать ни для нее, для других жителей этого мира, которые каждый день вынуждены терпеть боль и унижение.

Я снова посмотрел вниз. Лодка продолжала покачиваться на волнах. Водитель сидел за штурвалом и со скучающим выражением на лице смотрел куда-то в сторону. Такси все еще было свободно. Надо идти к нему, пока меня снова кто-то не опередил. И я пошел.

Но вместо того, чтобы начать спускаться по ступенькам, ноги словно отказались подчиняться и понесли меня дальше по улице.

Вскоре я отыскал тот дом, в котором мучали Аниту. Открыв входную дверь, перешагнул через порог.

Внутри было темно и мрачно. Далеко вперед тянулся коридор с деревянными, хлипкими дверями по обе стороны. Я пошел по блеклому, истертому ковру, заглядывая во все комнаты. В каждой из них были только пружинная кровать, пара стульев, да небольшая тумбочка.

Но некоторые двери не открывались. За ними слышались какая-то неясная возня, шорох материи, скрип пружин, тяжелое и шумное дыхание.

Я подошел к очередной двери и толкнул ее. Она оказалась незаперта. У дальней стены на кровати с грязным матрасом лежала девушка. Она была полностью обнажена. Ее руки были привязаны к решетчатой спинке кровати, а ноги к ножкам. Густые спутанные волосы спадали на лицо, полностью его закрывая.

В одном углу комнаты валялась одежда. Босоножки, брюки, почерневший от грязи и весь изорванный свитер с воротником. Это была одежда Аниты.

Я подошел к кровати, посмотрел на девушку и содрогнулся. Ее спина и ягодицы представляли собой одну сплошную рану. Кожа девушки была вся исполосована красными страшными рубцами. Аниту били очень долго, наверное, до тех пор, пока у мучителя не устала рука.

Я позвал девушку по имени. Она никак не отреагировала. Сначала я даже испугался, подумав, что она мертва. Быстро наклонился, дотронулся до шеи девушки и нащупал пульс. Сердце билось. Слабо. Но главное, что билось. Я успокоился.

Присев на колени, осторожно откинул волосы с лица девушки. Она спала, приоткрыв рот. С ее потрескавшихся губ срывалось неровное, хрипловатое дыхание. Даже во сне лицо Аниты сохранило выражение муки.

Я тихонько потряс девушку за плечо. Разбудить ее удалось не сразу. Когда Анита открыла глаза, я мягко сказал:

— Привет. Помнишь меня?

В глазах девушки появилось выражение ужаса. Анита зашевелилась, пытаясь отодвинуться от меня как можно дальше.

— Не бойся, — поспеши я ее успокоить. — Я тебя не обижу. Неужели ты меня не узнаешь?

Анита замерла и слегка нахмурилась. Несколько секунд смотрела на меня. Затем в ее глазах что-то промелькнуло. Она меня узнала. Взгляд девушки стал удивленным и непонимающим. Губы зашевелились. Она хотела что-то сказать, но не смогла произнести ни слова.

Анита попыталась приподняться на локтях. Сразу же дали о себе знать раны на спине. Анита со стоном снова повалилась на матрас. На ее глазах выступили слезы. Может быть от боли, а может от обиды. Но возможно и от того и от другого сразу.

— Подожди, сейчас я тебя развяжу.

Тот, кто связывал Аниту постарался на славу. Веревки так глубоко впивались в кожу девушки, что кисти ее рук уже побледнели. Разглядывая туго стянутые узлы, я понял, что их уже не получится распутать. Достав перочинный нож, я перерезал веревки. Затем стал растирать руки девушки, восстанавливая кровообращение. Когда цвет кожи ее запястий снова стал нормального оттенка, я сказал Аните:

— Можешь пошевелить пальцами?

Не очень энергично, но девушка пошевелила всеми десятью пальцами. Убедившись, что она не потеряла чувствительность на пальцах рук, я срезал веревки на ее ногах. В тех местах на коже девушки, куда они впивались, остались глубокие следы. Я отбросил обрывки веревок в сторону и растер девушке лодыжки.

Затем убрал нож обратно в карман, снова присел на корточки и посмотрел на заплаканное лицо Аниты.

— Ты можешь подняться? Надо одеть тебя. Затем я уведу тебя отсюда.

Анита подняла на меня глаза.

— Куда? — спросила она едва слышно.

— В хорошее место. Подальше отсюда.

Анита, казалось, засомневалась. В ее глазах промелькнул страх.

— Меня ты можешь не бояться, — сказал я ей как можно мягче. — Я защищу тебя… Так ты пойдешь со мной?

Девушка закусила нижнюю губу. Затем кивнула. На глазах у нее выступили слезы. Я подумал, что Анита снова расплачется, но она сдержалась.

— Так, попробуй встать. Сможешь?

Анита медленно приподнялась, уперев ладони в матрас. Она морщила лицо от боли, но не издала ни звука. Полностью выпрямив руки, девушка на несколько секунд замерла, как бы собираясь с силами. Затем села. Ягодицы Аниты были изранены не меньше спины. Девушке стало так больно, что она не выдержала и застонала.

— Молодец, полдела сделано, — подбадривал я ее. — Теперь давай вставать.

Но Анита вдруг стала качаться из стороны в сторону, как молодое тонкое деревце на ветру. Боясь, что девушка может снова упасть на матрас, я придержал ее за плечи.

— Как ты? Сможешь встать? Если нет, тогда мне придется тебя нести.

Девушка покачала головой, как бы говоря, что сама справится. Но по ее лицу было видно, что она очень страдает.

С моей помощью Анита поднялась на ноги. Я придерживал ее за плечи. Девушка была очень слаба. Она стояла нетвердо и казалось может упасть в любой момент.

— Стоишь?

Анита неуверенно кивнула.

— Не упадешь?

Еще один слабый кивок.

— Ладно.

Я отпустил Аниту и сделал шаг назад, не сводя с девушки взгляда. Я был готов подхватить ее, если она внезапно начнет падать. Но Анита стояла. Пошатывалась, но стояла.

— Эй, что у вас здесь происходит? — послышался позади женский голос.

Я обернулся. У входа в комнату стояла полноватая проститутка. Она переводила подозрительный взгляд с меня на Аниту. Секунды две или три смотрела на нас сощуренными глазами, а затем заметила кого-то в коридоре. Отвернувшись, она прокричала:

— Эй, а где Джек? Позови-ка его сюда. Тут что-то непонятное происходит.

Ей что-то ответили, но я не разобрал, что именно. А толстая проститутка услышала ответ, и он ей не понравился. Она покраснела от злости.

— Зови его сюда, тебе говорят!

Она развернулась и ушла. Из коридора доносились ее торопливые шаги и было слышно, как она спорила с кем-то.

Но я не стал прислушиваться к разговору. Я метнулся в дальний угол комнаты, поднял с пола одежду и вернулся к девушке.

Сев на колени, я взял руки Аниты и положил себе на плечи.

— Держись, крепче.

Пальцы Аниты напряглись. Я собрал брюки гармошкой, приподнял левую ногу девушки и просунул ее в штанину. Проделал тоже самое с правой ногой. Затем натянул брюки ей до середины бедер и застегнул их. Снова наклонился и одну за другой просунул ступни девушки в босоножки.

Подняв свитер, я встал на ноги и на секунду замер, раздумывая, как лучше начать его одевать на Аниту.

— Я сама могу, — слабо проговорила девушка.

— Хорошо. Только поскорей.

Очень медленно и неуверенно Анита стала натягивать свитер. Когда девушка наконец надела его, она вдруг покачнулась и стала падать. Я быстро шагнул вперед и поймал ее в объятья. Девушка сразу прижалась ко мне, словно ища защиты. И замерла. Ее маленькое хрупкое тело мелко дрожало, как от холода.

— Ты в порядке?

Анита молча кивнула.

Через несколько секунд я мягко отстранил ее от себя.

— Хорошо. Ты просто умничка. Теперь пошли отсюда.

Анита повернулась к выходу, сделала один неуверенный шаг… И вдруг застыла. Ее глаза округлились и наполнились страхом. Я резко обернулся. В дверном проеме стоял здоровенный детина метра под два ростом. Видимо, это и был Джек.

Он посмотрел недобрыми глазами на Аниту. Под его взглядом она побледнела, задрожала всем телом и стала тихонько поскуливать, как голодный котенок. Джек посмотрел на меня и шагнул в комнату.

Я выхватил пистолет и выстрелил. Мужчина со страшным грохотом повалился на спину. Я секунды две смотрел на него, а когда уже хотел убрать пистолет обратно в кобуру, он вдруг зашевелился. Я не верил своим глазам. Весь красный, он медленно, но верно вставал с пола. С его толстых губ срывались ругательства.

Когда Джек поднялся на ноги, я выстрелил во второй раз. Он снова упал — но в этот раз только на колени. А через несколько секунд снова поднялся. На его перекошенное болью и гневом лицо было страшно смотреть. Сжав огромные кулаки, он снова двинулся на меня.

Мелькнула еще одна синяя вспышка выстрела. В этот раз Джек даже не упал. Он пошатнулся, но сумел сохранить равновесие и снова двинулся вперед. Я надавил на спусковой крючок и больше не отпускал. Джек кривился от боли, но продолжал идти вперед. Он только слегка замедлил шаг, будто ему навстречу дул сильный ветер.

«Черный стриж» перестал стрелять. Перегрелся от чрезмерной нагрузки. Восстановится теперь только минуты через пол.

Джек был уже рядом. Он быстро выкинул вперед правую руку. Даже слишком быстро. Я уклонился, но недостаточно резво. Его кулак пришелся мне по плечу. Оно тут же заныло от боли. Джек не дал мне опомниться, и нанес еще один удар.

Перед глазами потемнело. Голова взорвалась от боли. В ушах стало шуметь.

Когда черная пелена разошлась, перед глазами появились разноцветные круги. Голова жутко болела. По подбородку стекала струйка чего-то горячего и липкого.

Я вдруг понял, что валяюсь на полу и смотрю в потолок. Джек отправил меня в нокаут. Сам двухметровый гигант стоял рядом и смотрел на меня сверху-вниз. На его мясистых губах расплылась улыбка победителя. Он ударил меня носком ботинка под ребра и отошел.

Скрипя зубами от боли, я чуть повернул голову вправо. Рукоятка «Черного стрижа» лежала на ладони. Металл приятно холодил кожу и отливал серебром на свету. Я сомкнул пальцы на рукоятке. Затем перевел пистолет в боевой режим.

Сквозь шум в ушах, я услышал грубый мужской голос.

— Хотела сбежать, да сучка?

Я приподнял голову. Джек стоял рядом с Анитой, возвышаясь над ней, как дубовое дерево над маленьким кустиком. Девушка сильно дрожала. Ее зубы громко стучали, ударяясь друг об друга.

— Мало тебя бабка Агафья отшлепала, да? Еще одну взбучку захотела?

Анита замотала головой и что-то залепетала. Я не понял ни слова из ее бессвязного бормотания. Джек, очевидно, тоже. Он пару секунд прислушивался, а затем его лицо вдруг перекосилось от злобы.

— Заткнись, сука! — рявкнул он.

Джек сжал кулак и замахнулся. В моем мозгу мелькнула ужасающая мысль — этот гигант запросто может убить Аниту, если ударит ее с той же силой, что и меня…

Я что-то заорал, чтобы отвлечь его на себя. Вернее, хотел заорать, но из горла вырвался лишь хрип…

Огромный кулак застыл на полпути до перепуганного лица Аниты. Джек обернулся. Увидев направленный на него пистолет, он лишь усмехнулся. Он не знал, что «Черный стриж» работает в двух режимах. Но я на мгновение испугался, подумав, что этого гиганта даже пуля не остановит…

Грянул выстрел. Пистолет дернулся в моей руке. С грохотом, потрясшим стены, Джек упал на пол. Я еще несколько секунд недоверчиво смотрел на него. Но Джек больше не шевелился. Он был мертв.

Я поднялся на ноги. Разноцветных кругов перед глазами уже не было, но голова все еще гудела. Убрав пистолет в кобуру, я подошел к Аните.

— Ты в порядке?

Девушка не ответила. Она сильно дрожала. По щекам быстро сбегали слезы. Я прижал девушку к себе. Ласково поглаживая ее по голове, говорил успокаивающие слова.

Когда Анита перестала дрожать, я сказал ей:

— Пошли. Надо идти.

Перешагивая через тело Джека, я бросил на него быстрый взгляд. У него во лбу красовалось маленькое аккуратное отверстие. Вокруг головы на полу растекалась лужица крови.

Анита замерла, испуганно глядя на бездыханное тело. Она словно боялась, что Джек вдруг оживет и схватит ее за ногу.

— Не бойся, — мягко сказал я. — Он тебя больше не обидит.

Я вывел ее из комнаты. Затем отвернул полу плаща, чтобы в случае необходимости мог быстро выхватить пистолет.

Мы пошли к выходу. Некоторые двери по обе стороны коридора приоткрывались и оттуда выглядывали полу-любопытные, полу-напуганные лица. Но встретившись со мной взглядом или увидев пистолет, торчащий из кобуры, люди тут же захлопывали двери и запирали замки.

Наконец, мы вышли на улицу. Вокруг было на удивление очень тихо. Люди с опаской посматривали на нас с Анитой. Я повел ее в сторону канала, внимательно глядя по сторонам.

Анита едва держалась на ногах. Я придерживал ее за плечи. Время от времени ноги девушки подгибались. Каждый раз я быстро ее подхватывал, не давая девушке упасть. Анита собиралась с силами и через несколько секунд снова шла дальше.

Когда мы уже подошли к лестнице, позади раздался нестройный топот ног. Я резко обернулся и увидел неподалеку пять или шесть мужчин. Все они были вооружены. Один из них заметил меня и проорал:

— Вон они!

Я вскинул пистолет и выстрелил два раза. Мужчины бросились врассыпную. Все кроме одного. Сраженный пулями, он повалился на тротуар.

Я взял Аниту на руки и бросился бежать вниз по ступенькам. Раздавался треск пистолетных выстрелов. Над головой свистели пули.

Поставив девушку на ноги, я стал озираться по сторонам. Как назло, у платформы не было ни одного водного такси. Но одна моторная лодка неслась в нашу сторону.

Я направил на водителя пистолет и закричал:

— Стой! Стрелять буду!

Лодка подплыла к платформе и замедлила ход. Весь белый от страха, водитель поднял руки. Я снова взял Аниту на руки и прыгнул на лодку. Она слегка покачнулась. Усадив девушку на пассажирское кресло под навесом, я навел пистолет на водителя.

— Газуй! Живо!

Лодка так резко рванула вперед, что я упал на спину. Мужчины уже подбежали к перилам и стали смотреть вниз на канал. Заметив лодку, открыли по ней огонь. Несколько пуль вонзились в палубу возле меня, остальные вошли в воду.

Я перекатился к левому фальшборту, чтобы иметь хоть какое-то укрытие. Подняв руку с пистолетом, выстрелил несколько раз в ответ. Один из мужчин выронил оружие и согнулся пополам. Его перевесило через перила, и он полетел в воду.

Остальные мужчины продолжали бежать по тротуару, стреляя на ходу по лодке.

— Это корыто может плыть быстрее? — прокричал я.

Водитель не ответил. Я обернулся. Он безвольно развалился в кресле, раскинув руки и запрокинув голову назад. На груди у него на рубашке медленно расплывалось красное пятно.

Я пополз вперед. Пули продолжали впиваться в палубу, разбрасывая мелкие щепки во все стороны. Столкнув бездыханное тело за борт, я сел на место водителя. Затем переключил рычаг на полную мощность. Мотор яростно зарокотал. Лодка стала быстро набирать скорость.

Мужчины сильно отстали, а вскоре и совсем пропали из виду. Некоторое время я оборачивался, чтобы убедиться, что за нами нет погони. Затем сбавил скорость и посмотрел на Аниту.

— Ты в порядке?

Девушка не ответила. Ее лицо было белым, как снег. Губы мелко дрожали. Пальцы так сильно вцепились в подлокотники кресла, что побледнели суставы.

Я оглядел девушку с ног до головы. Не заметив ранений, упокоился.

Впереди показалась платформа. Я еще снизил скорость и направил лодку к ней. Когда она вплотную подошла к платформе, заглушил мотор. Затем поднялся на ноги и подошел к Аните.

— Нам надо идти.

Девушка подняла голову и посмотрела на меня без всякого выражения в глазах.

— С тобой все хорошо?

— Да, — как-то глухо ответила Анита

Раны на спине все еще причиняли ей боль, но она мужественно терпела изо всех сил. Девушка поднялась на ноги и снова посмотрела на меня. Попыталась улыбнуться, но вместо улыбки вышла кривая, болезненная ухмылка.

— Пошли, — сказал я и забрался на платформу. Затем помог подняться Аните.

Мы поднялись по ступенькам и направились к ближайшему зданию. На нас никто не обращал внимания. Мы зашли внутрь. Я огляделся и повел девушку к ближайшему лифту.

Анита хотела зайти в кабину, но я остановил ее.

— Подожди.

Мне было хорошо известно, что оптические сенсоры следят за тем, кто входит в лифт. Меня-то они пропустят, а вот Аниту — нет. Жители Нижних Уровней не имеют права пользоваться лифтами, на которых можно попасть на Верхние Уровни.

Сенсоры мгновенно определят, что Анита не зарегистрирована в системе и заблокируют лифт. И он не начнет работать, пока она не покинет кабину.

Если же каким-то образом удастся его разблокировать, сенсоры тут же подадут сигнал общей тревоги. Секьюрити на всех этажах здания сразу же узнает, что на лифте едет кто-то посторонний. И когда дверцы откроются, приехавших на лифте уже будут встречать вооруженные охранники.

Без лишних слов они затолкают Аниту обратно в лифт и отправят ее туда, откуда она и явилась — на Нижние Уровни. Меня же скрутят и поведут на допрос, чтобы узнать, зачем это мне понадобилось вытаскивать какого-то отброса из городского «дна» на Верхние Уровни.

Но я знал один способ, как обойти защиту лифта.

У каждого сотрудника «Континентала» в его личном КПК есть небольшая программа-взломщик. Выключить сенсоры лифта невозможно, но их можно перезагрузить с помощью этой программы. Перезагружаться они будут в течении нескольких секунд, и на это время перестанут работать.

Эту программу написал один из сотрудников «Континентала», однако пользоваться ей разрешается только в самом крайнем случае. Переправлять жителей Нижних Уровней куда-то наверх категорически запрещено действующими законами нашей планеты Варгос. Если сотруднику вдруг понадобилось вытащить кого-то из Нижних Уровней, то он обязан немедленно встретиться с начальством, заявить о своем поступке и доказать, что это было действительно необходимо для выполнения задания.

Но я не собирался докладывать Керенскому об Аните. Повода вытаскивать ее из Нижних Уровней у меня не было никакого. Начальник «Континентала» приказал бы немедленно отправить ее обратно, пока кто-нибудь про нее не узнал. А если бы я отказался, он поручил бы заняться Анитой кому-то другому, а меня сдал бы властям.

Я поднял левую руку и активировал КПК. В воздухе над устройством повис голографический дисплей.

Я сознательно собирался нарушить закон. И прекрасно понимал, что в итоге все это для меня может плохо кончиться… Но стоило мне чуть повернуть голову и посмотреть на дрожащую, несчастную девушку, как все скептические мысли сразу исчезали.

Я запустил программу-взломщика. Через секунду лампочка на оптическом сенсоре потухла.

— Заходи.

Анита осторожно и даже как-то недоверчиво вошла в кабину лифта. Я дождался, когда сенсоры снова начнут работать и только после этого последовал за девушкой.

Дверцы закрылись. Я выбрал на дисплее нужный этаж. Кабина с огромной скоростью понеслась наверх.

Анита, наверное, никогда не ездила на таких лифтах. Она растерялась, голова у нее закружилась, а взгляд стал испуганным. Девушка посмотрела на меня с мольбой в глазах.

Я притянул ее к себе, и Анита с благодарностью прижалась ко мне.

Глава 5

Дверцы лифта открылись. Мы вышли из него и оказались в одном из главных залов. Анита вертела головой. Все здесь было для нее новым и непривычным. Я взял девушку за руку и повел к выходу.

Когда мы вышли на галерею, Анита остановилась и прильнула к стеклу. Я услышал, как она шумно вздохнула. Она смотрела на высокие здания, которые уходили далеко вниз и поднимались еще на несколько десятков этажей вверх.

— Неужели мы так высоко? — спросила она с изумлением. Девушка была настолько поражена, что забыла о боли.

Я взял ее за руку и повел дальше. Когда мы вышли из галереи на посадочную площадку, девушка снова застыла.

Анита так привыкла к тому тошнотворному смраду, от которого на Нижних Уровнях нигде не скроешься, что здесь, наверху, воздух показался ей необыкновенно чистым и свежим. У нее даже закружилась голова. Девушка прижалась плечом к моему, обеими руками вцепилась в мою ладонь и глубоко дышала, закрыв глаза. Я позволил ей несколько секунд насладиться воздухом, а затем повел к свободному аэротакси.

Мы подошли к флайеру довольно старой модели. В нем было всего одно пассажирское место.

— Мне очень жаль, но боюсь вы ко мне не уберетесь, — сказал водитель.

— Уберемся. Она сядет мне на колени.

Я зашел в кабину и опустился на кресло. Анита все еще стояла снаружи и восторженно-удивленным взглядом рассматривала флайер. Раньше эти летающие аппараты она могла видеть лишь мельком и с очень большого расстояния.

— Анита, иди сюда, — позвал я ее.

Девушка зашла в кабину.

— Садись, — сказал я, показав на свои колени.

Она послушно села.

Водитель закрыл прозрачный колпак кабины и спросил:

— Куда летим?

Я назвал адрес.

Водитель кивнул и запустил двигатель. Флайер загудел и стал подниматься в воздух. Девушка застыла и вся напряглась. Когда же машина вышла на воздушную трассу и разогналась, Анита совсем перепугалась. Она прильнула ко мне всем телом и обвила шею руками. Ее волосы падали мне на лицо, и я почти ничего не видел.

Через несколько минут Анита немного привыкла к полету и чуть отодвинулась от меня. Она стала смотреть на проплывающие за стеклом здания и пролетающие мимо с огромной скоростью другие флайеры. Девушка была так заворожена всем этим зрелищем, что совсем перестала боятся. Казалось, она даже перестала ощущать боль в спине и ягодицах.

От одежды Аниты с многочисленными засохшими темными пятнами, спутанных волос и давно немытого тела исходил кисловатый запах грязи и пота. Водитель тоже чувствовал его. По этому запаху, внешнему виду Аниты и ее поведению, он догадывался, откуда взялась эта девушка…

Время от времени он бросал на меня неодобрительные взгляды. В конце концов, он не выдержал и заговорил.

— Послушайте, разве эта девушка не…

— Заткнись, — оборвал я его.

Больше он не пытался со мной заговорить.

Наконец, флайер опустился на посадочную площадку. Я швырнул водителю несколько банкнот.

— Сдачи не надо.

Девушка вышла из флайера. Я последовал за ней. Водитель убрал деньги, посмотрел на меня и покачал головой. Я отвернулся от него. Взяв Аниту за руку, повел девушку к галерее.

Вскоре мы уже были внутри здания. Немногочисленные безработные бездельники, встречавшиеся нам на пути, пялились на Аниту во все глаза. В их взглядах читался вопрос: «Что случилось с этой девушкой? Почему у нее такой жалкий и оборванный вид?»

Лифт довез нас до нужного этажа. Мы вышли и свернули в один из коридоров. Дошли до двери моей квартиры. Прежде чем открыть ее, я посмотрел в обе стороны, чтобы убедиться, что кроме нас в коридоре больше никого нет. После этого открыл дверь и пропустил Аниту вперед. Затем зашел сам.

— Включить свет, — произнес я. В холле сразу стало светло.

Я провел девушку в гостиную. Здесь я не стал зажигать лампы — вполне хватало дневного света, проникавшего через большие прямоугольные окна.

Анита озиралась по сторонам.

— Вот мы и пришли, — сказал я. — Это моя квартира.

— Вы здесь живете? — спросила Анита с ноткой недоверия в голосе.

Я вспомнил то помещение, в котором нашел девушку. Небольшая грязная комната с неудобной скрипучей кроватью, древней обшарпанной тумбочкой и двумя стульями, которые, наверное, едва не разваливаются, когда на них садишься. Скорей всего Анита всю жизнь провела в таких комнатах. Поэтому моя достаточно просторная чистая квартира, видимо, показалась ей целым дворцом.

— Пошли со мной.

Я проводил девушку в мед-лабораторию. Когда включился свет, Анита уставилась на большую, непонятную для нее конструкцию, напоминающую цилиндр, лежащий на боку.

— Что это? — спросила Анита.

— Медкапсула. Она излечит тебя.

Я подошел к терминалу и нажал кнопку включения. Медкапсула ожила и загудела. Открылось входное отверстие, и оттуда медленно выехала платформа.

Я подошел к девушке.

— Анита, вот что тебе надо сделать. Снимай с себя всю одежду и ложись животом сюда, — я показал на платформу.

— Зачем? — с тревогой в голосе спросила Анита.

— Затем, что нужно обработать раны на твоей спине. Когда ты ляжешь на платформу, она заедет внутрь капсулы…

— Туда? — испуганно спросила Анита, заглядывая в открытое отверстие.

— Да. Но тебе нечего бояться. Эта штука поможет тебя.

Я ласково погладил девушку по руке, надеясь, что это ее успокоит.

— Раздевайся и ложись. А я пока схожу в другую комнату, принесу тебе халат. Наденешь его, когда платформа выедет обратно.

Когда я хотел было отойти от девушки, она схватила меня за руку.

— Не бойся, — сказал я мягко. — Вернусь через минуту. А ты пока раздевайся и ложись.

Я освободил руку и вышел из мед-лаборатории. В спальне нашел свой единственный халат, который после покупки так ни разу и не надел.

Когда вернулся в мед-лабораторию, Анита уже голышом лежала на платформе. Ее одежда валялась у стены.

— А вот и я.

Анита лишь всхлипнула в ответ.

Я повесил халат на крючок подошел к девушке. Она посмотрела на меня с несчастным видом. Я протянул руку и стал поглаживать ее по плечу. Казалось, это ее успокаивало. Постепенно напряжение спадало с ее тела. Когда она полностью расслабилась, я отошел к терминалу.

— Начнем.

Когда нажал на кнопку, платформа стала плавно заезжать внутрь медкапсулы. Анита сразу же снова напряглась всем телом. Я уже подумал, что она начнет протестовать или резко вскочит на ноги… Но девушка продолжала неподвижно лежать. Платформа полностью заехала в капсулу, и дверца закрылась. Гудение стало чуть громче.

Я включил второй монитор и увидел, что происходит внутри медкапсулы. Анита все так же неподвижно лежала на платформе. Из отверстий выползло несколько подвижных щупальцев-манипуляторов. Первым делом они очистили спину и ягодицы девушки от грязи и продезинфицировали раны. Затем стали наносить на кожу быстро впитывающийся заживляющий крем.

Некоторое время я наблюдал за работой медкапсулы, а затем ушел в гостиную. Закурив сигарету, стал ждать.

Анита вернулась минут через десять. Она уже переоделась в мой халат. Вот только он был девушке слишком велик и спускался ниже колен.

Анита направилась ко мне. Двигалась она уже более уверенно. Вероятно, медкапсула ввела ей обезболивающее и небольшую дозу стимулятора.

— Ну как ты себя теперь чувствуешь? — спросил я, когда Анита подошла.

— Хорошо, — ответила она. — Теперь почти не болит.

— Скоро твои раны совсем заживут. Ладно, садись, нам надо поговорить.

Девушка осторожно опустилась в одно из кресел. Я сел в другое и отчетливо произнес:

— Фриз, ты мне нужен.

На дальней стене обозначилась панель в человеческий рост. Она немного выдвинулась вперед и отошла в сторону. Из ниши выбрался человекоподобный робот и подошел ко мне. Увидев его, Анита вздрогнула и напряглась.

— Добрый день, Дмитрий, — произнес он. — Приятно снова вас видеть.

Робот застыл, ожидая указаний. Девушка не сводила с него настороженного взгляда.

— Анита, это мой робот-помощник, — сказал я. — Его зовут Фриз.

Девушка ничего не сказала. Она продолжала подозрительно смотреть на робота.

— Фриз, это Анита.

— Приятно познакомиться, Анита, — тут же отреагировал робот.

— Фриз, она наша гостья, — пояснил я. — Пробудет у нас некоторое время. Вот только она… Прилетела издалека. В таких квартирах ей раньше не приходилось бывать. Для нее все тут незнакомо и непонятно… Надеюсь, ты поможешь ей освоиться у нас.

— Конечно, Дмитрий, — ответил Фриз безо всякого выражения. — Можете на меня положиться.

Робот подошел к Аните и застыл возле нее. Девушка сразу вся как-то сжалась в кресле.

— Тебе не нравятся роботы? — спросил я у нее.

Анита кивнула.

— Почему?

Девушка закусила нижнюю и губу. Некоторое время она молчала.

— Я им… не доверяю, — ответила она наконец.

Аниту можно было понять. Все современные бытовые роботы подчиняются трем законам роботехники, согласно которым не могут причинить вред человеку. Они служат одной цели — заботиться о людях и защищать их. Но на Нижних Уровнях ситуация совсем другая. Роботов там немного, и все они очень старых, давно снятых с производства моделей. Они остались там с тех давних времен, когда небоскребы на Варгосе еще не были такими высокими. Эти древнейшие роботы не подчиняются законам роботехники, и их запросто можно перепрограммировать. Кое-кто из жителей Нижних Уровней так и поступает. Например, владельцы некоторых клубов и питейных заведений используют своих роботов в качестве вышибал.

— Фриза ты можешь не опасаться, — постарался я успокоить девушку. — Это обычный робот-помощник. Они есть почти во всех современных квартирах.

Анита все еще смотрела на робота. Она словно опасалась, что он сделает ей какую-нибудь подлость, стоит хоть на секунду отвести от него взгляд.

— Для чего они нужны? — осторожно спросила она.

— Для разных целей. Например, они могут ухаживать за инвалидами и тяжелобольными. Или следить за маленькими детьми. Эти роботы очень надежны. Некоторые родители даже доверяют им заботиться о младенцах. Правда, обычно для этих целей покупают специального робота-няньку…

Анита продолжала молча оглядывать робота. В ее взгляде все еще сквозило сомнение.

— Он тебе понравится, — подытожил я. — Ты к нему быстро привыкнешь. Фриз очень чуткий и внимательный. Он будет присматривать за тобой некоторое время, пока ты у меня не освоишься. Помню, он и за мной присматривал в прошлом году, когда я серьезно заболел, — это была неправда, в прошлом году у меня еще не было этой квартиры. Но чтобы успокоить Аниту, я решил маленько соврать. — Не знаю даже, что бы без него и делал.

Анита помолчала еще немного. Потом спросила неуверенным голосом:

— Его зовут Фриз? Странное имя… Что оно означает?

— Не знаю. Так его прозвали в магазине. Я не хотел копаться в настройках, поэтому оставил ему это имя.

Я подкатил кресло поближе к тому, на котором сидела девушка и коснулся ее руки.

— Анита, послушай.

Девушка отвела взгляд от робота и посмотрела на меня.

— Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

Она едва заметно напряглась. Взгляд стал очень серьезным и внимательным. Девушка медленно кивнула.

— У тебя есть какие-нибудь удостоверения личности?

— Нет.

— А были раньше?

— Нет.

— А какие-нибудь лицензии?

— Нет.

— Приходилось раньше бывать на Верхних Уровнях?

— Нет.

Других ответов я и не ожидал, но должен был убедиться.

— А родственники у тебя есть?

Анита сжала кулачки и покачала головой. Мне показалось, что в ее глазах на мгновение появилось выражение боли. Я не стал задавать уточняющих вопросов о ее семье.

— А друзья?

Анита опустила глаза.

— Нету, — ответила она. В ее голосе прозвучала едва заметная горечь.

— Ладно.

Девушка все еще смотрела куда-то в пол. Я придвинул кресло еще ближе, взял Аниту за подбородок и приподнял ей голову, чтобы посмотреть в глаза.

— В общем, Анита послушай меня очень внимательно. Думаю, ты и сама знаешь, что тебе нельзя здесь находиться… Если кто-нибудь из посторонних людей узнает, откуда ты, тебя сразу же отправят обратно на Нижние Уровни. Ты ведь это понимаешь?

Анита кивнула с несчастным видом.

— Меня тоже накажут и не менее сурово. За то, что нарушил один из наиболее строгих законов… Поэтому нельзя допустить, чтобы кто-нибудь тебя увидел… Ты поживешь некоторое время у меня. Но выходить из квартиры тебе никуда нельзя. Даже в коридор. Договорились?

Анита снова кивнула.

— Но ты не волнуйся. Так будет не всегда. Я что-нибудь обязательно придумаю. Найду способ сделать тебе все необходимые удостоверения личности и лицензии. Так что ты станешь полноправным гражданином Верхних Уровней. Но сделать это будет очень непросто, а легально так вообще практически невозможно. Поэтому не могу сказать точно, сколько еще времени тебе придется прятаться у меня.

— Зачем вы…

Девушка вдруг вся покраснела, замолкла и опустила глаза.

— Зачем что?

Анита так сильно смутилась, что все еще не могла сказать ни слова.

— Зачем вытащил тебя из Нижних Уровней? — догадался я. — Почему так пекусь о тебе?

Анита посмотрела на меня и кивнула. Одна прядь волос упала ей на лицо, но девушка не обратила на это внимания.

— Просто я… Хочу помочь. Тебе не место на Нижних Уровнях. Ты там просто не выживешь.

— Но когда наша бабка Агафья узнает, что я сбежала, она сильно рассердится направит за мной людей, — быстро заговорила Анита взволнованным голосом. — Они будут искать и вас тоже. Когда бабка Агафья сердится, она становится очень страшной и опасной…

Она говорила с какой-то детской наивностью и, казалось, больше волновалась за меня, чем за себя. Эта бабка Агафья сумела нагнать страху на Аниту. Девушка даже позабыла, что никто из тех, кто живет на «дне» города не может попасть на Верхние Уровни.

Анита продолжала что-то лепетать. Я перебил ее:

— Тебе не за чем бояться. Скорей всего ни у бабки Агафьи, ни у ее людей нет удостоверений личности. Поэтому с точки зрения наших законов — они никто, просто мусор. Так что они не смогут попасть на Верхние Уровни и тем более найти нас.

Анита молчала, глядя на меня доверчивыми глазами.

— Так что забудь про эту бабку Агафью. Понимаю, конечно, что сразу забыть ее не получится… Но постарайся хотя бы не думать. Ты больше никогда не вернешься на Нижние Уровни. Скоро у тебя будет другая, гораздо более лучшая жизнь. Это я тебе обещаю.

Анита смотрела на меня несколько секунд, а затем вдруг поднялась. Девушка была слаба и неуверенно стояла на ногах. Вероятно, в медкапсуле ей ввели совсем небольшую дозу стимуляторов, и их действие уже прошло. Я тоже поднялся, чтобы в случае чего успеть помочь девушке.

Анита продолжала смотреть на меня горящим взглядом. А затем шагнула вперед и вдруг слегка покачнулась, будто потеряла равновесие. Робот-помощник среагировал мгновенно, я не успел и шелохнуться. Фриз быстро шагнул к девушке и придержал ее за локоть. Анита почувствовала леденящее прикосновение металлической руки к своему телу и испуганно отшатнулась в сторону.

Фриз не обиделся — он не был наделен эмоциями.

— Анита, должен вас предупредить, что вы очень слабы, — проговорил он. — Возможно, вы устали. Рекомендую вам прилечь и отдохнуть. Могу я проводить вас в спальню?

Анита проигнорировала его. Она подошла ко мне. Фриз бесшумно следовал за ней. Но девушка его не заметила. Она смотрела на меня.

— Обо мне никто никогда так не заботился, как вы, — сказала она и ее щеки залились румянцем. — Спасибо. Даже не знаю, как вас…

Девушка замолчала и опустила взгляд. Затем кончиками пальцев коснулась моей руки.

Неожиданно КПК завибрировал. Звонил Китсон.

— Надо ответить, — сказал я Аните. — Извини.

Я вышел на балкон. Принял вызов, но только в звуковом режиме.

— Где ты, черт бы тебя побрал? — сразу же зарычал Китсон. — С нашего последнего разговора прошло уже сорок минут, а тебя все нет!

— Я все еще на Нижних Уровнях…

— Что? — перебил меня Китсон. — Чего ты там так долго возишься? И почему я тебя не вижу?

— Вокруг сейчас слишком много народу. Неудобно говорить по видеосвязи. А задерживаюсь, потому что на меня недавно напали. Из-за этого я и упустил Дениса.

— Кто на тебя напал?

— Люди Кобена.

— Кто еще такой, черт его раздери, этот Кобен?

— Человек, с которым встречался Денис.

— Почему люди Кобена напали на тебя?

— Денис заподозрил слежку, — осторожно ответил я. — Видимо, дал описание Кобену, и тот натравил на меня своих головорезов.

Китсон издал какой-то нечленораздельный рык.

— Так Денис уже вернулся?

— В том-то и дело, что нет! — резко ответил Китсон. — Возможно, у него еще с кем-то была назначена встреча, а мы об этом не знаем!

— Нет. После встречи с Кобеном он сказал Раде, что возвращается к ней.

— Мало ли, что он сказал! Факт в том, что он все еще не вернулся к Силиной! Он мог задержаться где угодно! Поэтому я тебя и отправлял следить за ним, чтобы знать о каждом его шаге! А-а, черт бы тебя побрал!

Китсон резко оборвал связь.

Я вернулся в комнату. Анита сидела в кресле. Увидев меня, снова поднялась. Я подошел к ней, взял за плечи и усадил обратно в кресло. Затем сел в соседнее и сказал:

— Анита, мне нужно возвращаться на работу. А ты оставайся здесь.

Девушка заволновалась.

— Так я буду… здесь одна?

— Да. Но бояться тебе совершенно нечего. Тем более, что ты остаешься не совсем одна — Фриз будет рядом. Главное, как я уже говорил, не покидай квартиру.

— Но… что мне делать?

— Ну, для начала прими ванну. Фриз покажет, где она. И научит пользоваться. Потому что современные ванные комнаты очень отличаются от тех, к которым ты привыкла. Ну а затем просто отдохни. Фриз проводит тебя в спальню.

— А он… всегда будет со мной?

Анита снова бросила на робота-помощника недоверчивый взгляд.

— Еще раз говорю, что Фриза можешь не бояться, — терпеливо сказал я. — Он просто не способен тебя обидеть. Наоборот, он всеми силами будет тебя оберегать и заботиться.

Анита отвела взгляд от Фриза, посмотрела на меня и после некоторой борьбы с собой кивнула.

— Хорошо, — сказал я. — Фриз будет с тобой, пока ты здесь не освоишься. Ну или до тех пор, пока я не вернусь.

— А ты скоро вернешься? — спросила Анита. Она стала называть меня на «ты» совершенно неожиданно и скорей всего даже сама этого не заметила.

— Не могу сказать. Возможно приду на ночь. А возможно и нет. У меня очень важное задание. Но если я не смогу вернуться на ночь, то я позвоню тебе, чтобы предупредить об этом. А вот если будут звонить другие люди — не отвечай.

— Но как я узнаю, что звонишь именно ты?

— Об этом не беспокойся. Фриз скажет тебе. Принять звонок ты сможешь в любом месте. По всей квартире размещены датчики. Когда я позвоню, ты услышишь мелодичную трель. Фриз скажет тебе, кто звонит. Если это буду я, то тебе надо будет посмотреть куда-нибудь на плоскую поверхность — например, на стену — и сказать «Принять вызов». Датчики поймают направление твоего взгляда и наложат туда изображение. А после разговора, оно само пропадет. Если же тебе понадобится неожиданно прервать разговор, тогда просто скажешь «Выключить».

— Вот это да, — сказала удивленная Анита.

— Да. Из-за этого я и сказал Фризу присматривать за тобой. Здесь все сильно отличается от того, к чему ты привыкла. Например, почти всей современной техникой можно управлять через голосовые команды. Но ты этого не могла знать, потому что всю жизнь прожила на Нижних Уровнях, которые давно находятся в упадке. Поэтому Фриз будет не только заботиться о тебе, но и поможет освоиться и научит всем пользоваться.

Анита кивнула. С ее лица не сходило восхищенное выражение.

— Если у тебя возникнут какие-то вопросы, смело обращайся к Фризу. Но прежде чем заговорить с ним или дать какую-нибудь команду, следует произнести его имя.

Анита снова кивнула.

— Хорошо. А какие команды он… понимает?

— Он сделает все, что ты скажешь. Это вложено в его программу. Или ты имеешь ввиду как правильно сформулировать команду?

— Да.

— Это совершенно неважно. Современным роботам не нужно задавать точные команды. Например, если ты захочешь спать, то можешь сказать: «Фриз, хочу спать». Или «Фриз, мне надо вздремнуть». Или «Фриз, мне надо на боковую». Как бы ты не выразилась, он поймет, что тебе нужно и отведет тебя в спальню. Если же не поймет, то попросит уточнить команду. Хотя такое случается очень нечасто.

Я секунду помолчал, затем добавил:

— Когда захочешь есть, опять же обратись к Фризу. Он свяжется с рестораном, который, кстати, находится на этом же этаже, и предоставит тебе меню. Назовешь Фризу блюда, которые выберешь, и он передаст твой заказ в ресторан. Через некоторое время приедет робот-официант. Не беспокойся, в квартиру он заезжать не будет. Фриз встретит его в дверях, заберет поднос, и робот-официант уедет. О деньгах не беспокойся. Платить тебе не нужно — все автоматически спишется с моего счета. Заказывать можешь, что захочешь. Цены в этом ресторане приемлемые, поэтому вряд ли ты сможешь меня разорить.

Я еще немного помолчал и закончил:

— И не забудь вечером еще раз сходить к медкапсуле. Если два раза в день будешь обрабатывать в ней раны, то уже за неделю от них не останется и следа.

Я несколько секунд помолчал, раздумывая, все ли сказал Аните, обо всем ли ее предупредил. Да, вроде ничего не забыл.

Я поднялся.

— Теперь мне пора идти. И так уже слишком задержался.

Я направился к входной двери. Анита тоже встала и пошла следом. Фриз бесшумно следовал за ней, держась на два шага позади.

У двери я остановился и посмотрела на Аниту.

— Да, и если тебе понадобится срочно позвонить мне, скажи об этом Фризу. Он свяжет тебя со мной.

Анита кивнула. Она сцепила руки на груди и смотрела на меня благодарным взглядом. Но в тоже время в ее глазах то и дело мелькало сомнение… Она будто до сих пор не могла поверить, что все это происходит с ней наяву.

Девушка порывалась что-то сказать. Ее рот открывался, но затем лицо принимало неуверенное выражение, и губы снова смыкались. Анита словно не могла подобрать слов, чтобы выразить свои мысли.

— Мне надо идти, — сказал я.

Анита вдруг шагнула вперед и взяла меня за рукав. Прямо как при нашей первой встрече на Нижних Уровнях. Я снова посмотрел на девушку. Она закусила нижнюю губу, а в ее глазах явно читалась тревога. Мне показалось, будто она думает, что если я уйду, то больше она меня может не увидеть.

Я ласково потрепал ее за плечо и сказал:

— Не волнуйся. Скоро снова увидимся.

Анита несколько секунд стояла неподвижно, а затем отпустила мой рукав.

— Я буду ждать, — сказала девушка. И вдруг улыбнулась. Ее лицо сразу же преобразилось. Несчастное выражение пропало. Щеки слегка зарделись, а глаза засверкали радостным блеском.

— Пока.

Прежде чем выйти, я проверил нет ли кого-нибудь в коридоре. Он был пуст. Я открыл дверь и покинул свою квартиру. А через пару минут уже садился в аэротакси.

— Куда? — спросил водитель.

— М134, блок А. Сколько это будет стоить?

Водитель прикинул расстояние и ответил:

— Двести.

— Заплачу пятьсот, если доберемся до туда меньше, чем за десять минут.

— Меньше, чем за десять минут? — у водителя от удивления даже вытянулось лицо. Но оно тут же приняло решительное выражение. — Похоже, придется нарушить несколько правил воздушного движения!

И он резво поднял флайер в воздух.

Глава 6

Китсон сидел за столом и хмуро смотрел в монитор. Заметив меня, он бросил взгляд на стенные часы и проворчал:

— Тебя не было больше часа.

Затем разглядел синяк на подбородке, который мне поставил Джек и ухмыльнулся.

— Вижу, тебе досталось от людей этого Кобена. Надеюсь, ты их не убил?

Но по голосу Китсона чувствовалось, что ему безразлична судьба напавших на меня головорезов.

— Нет.

— Ладно, садись, — Китсон встал. — Твоя очередь наблюдать за Силиной.

Я подошел к столу и заглянул в монитор.

— Что-нибудь произошло, пока меня не было?

— Ничего. Силина только металась по всей квартире, как тигрица в клетке. Но сейчас уже выдохлась.

Я сел за стол.

— Наблюдай за ней, — повторил Китсон. — Если вернется этот Денис или еще что-то интересное случится, позови меня. Я буду в соседней комнате. Надо побыть одному, подумать кое-над чем.

Китсон ушел в спальню. Дверь за ним закрылась. Я закурил сигарету и стал смотреть в монитор. Рада неподвижно лежала на диване и смотрела в потолок. В руках она сжимала свой КПК.

Прошло несколько минут. Я докурил сигарету и раздавил окурок в пепельнице. Мне стало интересно, чем занималась Рада, пока я гонялся за Денисом? Китсон сказал, что она ходила по всей квартире, но не объяснил почему. Переживала за своего дружка, который встречался на Нижних Уровнях с каким-то подозрительным типом? Или что-то искала? А может она нервничала по какой-то совсем другой причине?

Я провел пальцем по экрану второго монитора. Он ожил, и я увидел две рабочие папки. Одна называлась «Аудиофайлы», а другая — «Видеофайлы». Я уже хотел было перейти к видеозаписям, но вдруг замер. Я вспомнил, что раньше на этом компьютере не было папки с аудиофайлами. Так откуда она взялась? И что в ней может быть? Телефонные разговоры Рады?

Я открыл интересующую меня папку. Выпал список, в котором было около тридцати аудиофайлов. Я выбрал самый верхний и нажал кнопку воспроизведения.

Из колонок раздался знакомый мужской голос.

— Керенский слушает, — сказал начальник агентства «Континентал».

Голос его собеседника тоже был мне знаком.

— Михаил, это Китсон.

— Да, Алекс, я понял. Что у тебя случилось?

— Мне нужен напарник. Вышлите кого-нибудь.

На две или три секунды повисла тишина.

— Напарник, говоришь? — переспросил Керенский. — А в чем дело? Появились какие-то осложнения?

— Не совсем. Просто к Силиной временами приходит один человек. Приходит, поговорит с ней и уходит. Хотелось бы все узнать о нем. Но я не могу быть в двух местах одновременно. Так что мне нужен кто-то, кто мог бы проследить за этим человеком, да навести справки о нем.

— Да, я понимаю, Алекс. Ладно, отправляю тебе на подмогу Артура Финна.

— Финна? Нет, Финна не надо.

— Почему? — удивился Керенский. — Он хороший агент, у него много опыта. Так что не подведет.

— В этом-то и дело. Это мое задание, и я сам с ним справлюсь. Мне нужен лишь временный напарник, который следил бы за этим человеком некоторое время. Не стоит отвлекать опытного агента от его основного задания ради такого пустячного поручения.

— Вообще-то, Финн сейчас как-раз ничем не занят…

— Все-равно не стоит. Опытный агент должен заниматься более серьезной работой. Мне же нужен лишь «мальчик на побегушках». Для этого вполне сойдет какой-нибудь новичок.

Керенский помолчал немного.

— Так значит выслать тебе на помощь новичка?

— Да-да.

— Уверен? Или все-таки Финна? Он бы тебе пригодился. У него большой опыт и…

— Сойдет и новичок, — нетерпеливо перебил начальника Китсон. — Главное, чтобы у него был опыт в слежках.

— Ладно, — сдался Керенский. — Посмотрю, кто у нас из новичков посообразительней.

— Хорошо. Жду.

Запись закончилась. Пару секунд я сидел неподвижно. Затем посмотрел дату создания файла. Запись была сделана сегодня, за час до того, как Татьяна Вэй связалась со мной и сказала, что нужно подойти к Керенскому.

Я хотел было прослушать этот разговор еще раз, но тут позади раздался дрожащий от бешенства голос.

— Копаешься в чужих вещах, мерзавец? Как нехорошо!

Я резко повернулся на крутящемся стуле. Китсон стоял в центре комнаты и смотрел на меня. Его лицо кривилось от злобы. Руки были сжаты в кулаки. Китсон решительно пошел на меня. У него был такой вид, будто он намеревался затеять драку.

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Злость во мне кипела не меньше, чем у Китсона. Я поднялся на ноги и гневно сказал:

— Если ты сам просил у Керенского дать тебе в напарники новичка, тогда какого черта ты стал возмущаться, когда я пришел к тебе?

Китсон замер в метре от меня. Затем маска злобы спала с его лица. Кулаки разжались. На губах появилась почти дружелюбная улыбка.

— Да, я просил новичка, — сказал он, продолжая ухмыляться. — Но ты пришел как раз в тот момент, когда у меня было плохое настроение. Вот и решил сорвать его на тебе.

Я молчал, пытливо глядя на Китсона.

— Ты меня совсем не знаешь, — продолжил он. — Характер у меня паршивый, это верно. Но ты привыкнешь. Поработаешь еще немного со мной и привыкнешь. Если же нет… Или если тебя что-то не устраивает… Тогда можешь убираться.

Он лгал. Я нутром чувствовал это. Китсону нужен был новичок, но именно моя кандидатура в напарники по какой-то причине его не устраивала. Но я так же хорошо понимал, что сам Китсон не раскроет мне истинных причин своей нелюбви ко мне. Поэтому я не стал расспрашивать его.

— Мы разобрались с этим? — спросил Китсон.

— Да.

— Хорошо, — Китсон подошел к письменному столу и посмотрел в экран монитора. — Ничего не изменилось. Все так же валяется на диване, вцепившись в свой КПК.

Я снова сел на стул. И кивнув в сторону второго монитора, спросил:

— Зачем ты перенес записи своих телефонных разговоров на этот компьютер?

Китсон посмотрел на меня и похлопал по своему КПК.

— Потому что мне всегда не хватает свободного места. Да и кроме того накопилось уже так много файлов, что начал путаться в них. Вот и отобрал несколько не особо важных, либо слишком старых записей разговоров и перенес их на компьютер. Потом скопирую их на переносной носитель информации. Я никогда и ничего полностью не удаляю. Невозможно предугадать, что и когда тебе может пригодиться в рабо…

Внезапный громкий хлопок оборвал Китсона на полуслове. Как по команде, мы одновременно повернули головы и уставились в экран монитора.

В квартире Рады взрывом сорвало входную дверь. Девушка вскочила с дивана. Пятеро людей ворвались в комнату. Все они были вооружены пистолетами и одеты в легкие бронекостюмы белого цвета и сплошные шлемы без единой прорези или отверстия.

Рада не зря считалась одной из лучших сотрудниц «Континентала». Первого мужчину, который подбежал к ней, она схватила за руку и перекинула через плечо. Тот с воем рухнул на небольшой стеклянный столик, разбив его в дребезги.

Другой мужчина схватил Раду сзади, но она смогла освободиться. Девушка выдернула пистолет из его кобуры и развернулась. Мужчину нисколько не напугало направленное на него оружие. Он шагнул к девушке.

Рада выстрелила. Мелькнула синяя вспышка. Но мужчина даже не дрогнул — броня на нем была сделана из диалектического материала. Бросив бесполезный пистолет на пол, Рада метнулась навстречу мужчине и применила на нем один из бросков джиу-джитсу. Бедолага рухнул на первого мужчину, который только-только начал подниматься на ноги.

— Что за дьявольщина там творится? — прорычал Китсон, глядя в монитор.

Девушка тем временем быстро развернулась, готовая дать отпор остальным нападавшим. Они стояли напротив нее, но пока не делали попыток вступить в бой. Один из них потянулся было за пистолетом в кобуре, но другой остановил его. Рада нужна была им живой и невредимой.

Вдруг они одновременно, словно кто-то дал команду, рванули с места и… пропали. Рада растерялась от неожиданности и на секунду замерла. Нападающие включили оптический камуфляж своих бронекостюмов и стали практически невидимыми.

Рада медленно отступала назад, внимательно всматриваясь в пространство перед собой. Затем вдруг покачнулась, остановилась и начала борьбу с невидимым противником. Девушка яростно сопротивлялась и извивалась всем телом, пытаясь освободиться. Человек, который схватил ее постепенно становился видимым.

Из воздуха стала материализовываться еще одна стеклянная фигура. Рада ее не заметила. Человек скользнул девушке за спину и поднял вверх руку с зажатым в ней пистолетом. Через секунду рукоятка с силой опустилась на голову девушки.

Рада потеряла сознание. Ее руки безвольно упали вдоль туловища, а колени подогнулись. Один из мужчин подхватил обмякшее тело девушки и взвалил его себе на плечо. Затем все они пошли к выходу.

Китсон бросился к окну и, отдернув тюль, открыл его. В комнату сразу ворвался прохладный воздух и уличный шум. Китсон вернулся к письменному столу и посмотрел в экран монитора. Нападавшие уже вышли из квартиры Рады.

— Вставай! — зарычал Китсон на меня. — Нельзя упустить их!

Он подбежал к гарпунной пушке и нажал на спусковой крючок. Копье вылетело из ствола, утаскивая за собой трос. Китсон снова метнулся к монитору. Острие копья разбило большое, почти во всю стену, окно в квартире Рады и вонзилось в дальнюю стену. Китсон подергал трос, проверяя насколько прочно закрепился гарпун. Затем прикрепил к нему к нему скользящий зажим с двумя ручками.

— Держись, — сказал он, передавая его мне. — Пойдешь за ними. Давай, живо!

— А страховка? — спросил я, берясь за ручки.

— На это нет времени!

Китсон сунул в правый карман моего плаща что-то похожее на небольшой пистолет, а в ухо вставил наушник.

— Будем поддерживать постоянную связь, — пояснил он. — Все, теперь вперед!

Я подошел к окну и посмотрел вниз. Высота была немыслимой. Если я сорвусь, то буду падать несколько минут… Но погибну гораздо раньше. Двумя этажами ниже проходила воздушная дорога. По ней в обе стороны двигался нескончаемый поток флайеров. Если я упаду, один из них обязательно собьет меня насмерть…

— Говорю же, нет времени! — раздался сзади недовольный голос Китсона.

Вдруг он с силой толкнул меня в спину. Опора ушла из-под моих ног. Я почувствовал, что стал падать… На мгновение меня охватил такой ужас, что я закрыл глаза. Но через секунду заставил себя раскрыть их…

Я не падал. Хитроумное крепление с миниатюрными колесиками скользило вниз по тросу, утаскивая меня за собой. Воздух с силой бил в лицо, не давая сделать ни единого вздоха. Глаза слезились. В ушах стоял страшный свист и гул от пролетающих внизу флайеров. Я так сильно сжимал пальцы, вцепившись в ручки скользящего зажима, что руки мелко дрожали от напряжения.

Наконец, я проскочил через разбитое гарпуном окно в квартиру Силиной. Я поднял согнутые в коленях ноги и через секунду уперся ими в стену. За долю секунды до прикосновения, специальное устройство в подошвах выпустило электромагнитный импульс, который смягчил сильный удар.

Спуск закончился. Я отпустил ручки. Зажим сразу же заскользил дальше по тросу, пока не стукнулся об стену.

Я отвернулся и сделал пару неуверенных шагов вглубь квартиры. Через разбитое окно в комнату проникал холодный воздух и гул флайеров. Я резко остановился. Мне показалось, что раздался какой-то посторонний звук, очень похожий на хруст стекла…

— Берегись! — раздался из наушника голос Китсона. — Сзади!

Я обернулся и увидел очертания прозрачной, словно сделанной из стекла фигуры. Человек вскинул кулак и с разворотом всего туловища выбросил его вперед. Я едва успел увернуться и уйти в сторону. Удар был нанесен со страшной силой. Кулак саданул по воздуху, и человека по инерции понесло вперед. Остановиться он смог только у самого края разбитого окна.

Стеклянная фигура развернулась. Мужчина потянулся к кобуре. Заметив это движение, я завел руку назад. Мы выхватили пистолеты практически одновременно — я на долю секунды оказался быстрее.

Прогремели три выстрела. Человеку в бронекостюме пули вреда не причинили, но сила их удара заставила его отступить. Один шажок назад, второй… А на третий его нога нащупала пустоту, и мужчина, взмахнув руками, сорвался вниз. До меня донесся быстро затухающий дикий вопль.

Я убрал пистолет в кобуру, и тут в наушнике раздался голос Китсона:

— Не стой, как истукан! Догони их!

Сумасшедший спуск по тросу, неожиданная смертельная схватка с полуневидимым противником — после всего этого из головы совсем вылетело, зачем я вообще проник в квартиру Рады.

Выскочил в коридор и, сбавив шаг, стал оглядываться по сторонам. Куда же свернули похитители? Из-за угла показался какой-то мужчина. Он шел медленно, прихрамывая и держась одной рукой за стену. Однако видимых ранений на нем не было. Я подбежал к нему.

— Куда пошли люди в белой броне?

— Туда, — прохрипел мужчина, мотнув головой назад.

— Вы в порядке?

— Вроде… Эти гады пальнули в меня из электрического пистолета…

Но я уже не слушал его. Свернув за угол, помчался дальше по коридору. Из наушника снова послышался голос Китсона.

— Ты догнал их? — спросил он.

— Нет еще, — выдохнул я.

— Когда догонишь, не вступай с ними в бой.

— Думаешь, не одолею?

— Конечно, ты не справишься! Но не в этом дело, — быстро проговорил он. — Нам нужно узнать, кто эти парни и куда тащат Силину. Так что мы должны проследить за ними. Скорей всего эти парни прилетели на флайере. Значит они пойдут к посадочной площадке. Когда догонишь их, хватай ППУ-13, я сунул ее тебе в карман плаща, и стреляй по одному из них. Как только маячок приклеится, он сразу же активируется, и я у себя на сканере буду видеть его месторасположение. Но хотелось, чтобы ты выстрелил в Силину, тогда мы точно ее не упустим. Все понял?

— Да, — отозвался я, тяжело дыша.

— Когда доберешься до посадочной площадки, скажешь мне, и я тебя подберу.

Я выбежал из коридора в один из главных залов и замедлил шаг. Огляделся. Со стороны эскалаторов раздался женский визг. Я бросился туда со всех ног. На стенах и потолке то и дело мелькали отблески синих вспышек. Слышались крики боли.

Я сбежал по туннельному эскалатору на один этаже ниже и увидел похитителей. Они были уже почти в самом конце следующего зала. Один из них нес на плече Раду, и судя по всему она все еще была без сознания. Похитители не бежали, но шли быстрым, уверенным шагом, внимательно глядя по сторонам и не упуская ничего из виду.

Зеваки прижимались к стенам и с ужасом в глазах смотрели вслед похитителям в белых бронекостюмах. Некоторые случайные свидетели стояли с высоко поднятыми руками, демонстрируя покорность и миролюбие. Другие намеренно не смотрели на похитителей, как бы говоря: «Ничего не видел, ничего не знаю, и вообще, то, что происходит меня не касается». Люди со слабыми нервами не выдерживали напряжения и жались в углах, закрывая руками голову и прося пощады.

Похитители же не обращали на испуганных людей особого внимания. Они стреляли только по тем отчаянным смельчакам, которые вставали у них на пути. Но таких было немного. Большинство мирных граждан благоразумно предпочитало не вмешиваться.

Я продолжал бежать вперед, задыхаясь от быстрого бега. Вокруг было много людей, но я сверлил взглядом только спины похитителей и редко отводил глаза в сторону. А затем мое внимание вдруг привлек какой-то рослый парень. Так же, как и многие другие люди, он прижимался спиной к стене, чтобы не мешать похитителям шествовать вперед. Однако парень не выглядел напуганным. Он смело смотрел на них, и его взгляд пылал ненавистью.

Когда похитители прошли мимо, он вдруг рванулся вперед и со спины набросился на одного из них. Но тот оказался ему не по зубам. Мужчина ударил парня локтем по солнечному сплетению, и тот ослабил хватку. Мужчина сразу же освободился от захвата, развернулся и выстрелил от бедра. Парень повалился на пол и задергался, как в припадке.

Похитители использовали достаточно болезненное электрическое, но несмертельное оружие, которое не убивает, а только слегка ранит. Однако то, что они предпочитали не убивать случайных свидетелей еще не означало, что они были благородными или человеколюбивыми. Это лишь говорило об их профессионализме. Они хорошо понимали, что полиция не оставит без внимания такое дерзкое похищение и будет упорно искать преступников. И эти люди так же прекрасно понимали, что устрой они тут кровавую баню, и тогда им пришлось бы если не навсегда, то на очень долгое время забыть о спокойной жизни. Полиция просто не успокоилась бы, пока их не нашла.

Когда до похитителей оставалось менее тридцати метров, я замедлил шаг, чтобы не выдать себя. Но они уже заметили меня. Хотя ни разу не обернулись. Очевидно, на их шлемах были установлены камеры, позволяющие им смотреть не только вперед, но и назад.

Двое мужчин резко развернулись и вскинули оружие. Замелькали синие вспышки. Я метнулся в сторону, но под таким ураганным огнем у меня не было ни шанса спастись.

Перед глазами загорелся свет. Да такой яркий, что, казалось, мог и ослепить. Я инстинктивно зажмурился… А через мгновение почувствовал страшную боль во всем теле. Она терзала меня в течении двух-трех секунд, а затем неожиданно отступила. Открыв глаза, я обнаружил, что лежу на полу в какой-то скрюченной позе.

Боковым зрением увидел, что похитители уже сворачивали в один из коридоров. Посмотрев на вывеску над ним, я понял, что Китсон был прав — похитители направлялись к посадочной площадке.

Я с трудом смог подняться. Мужчины в белых бронекостюмах уже скрылись за дверью. Я побежал за ними. Вернее, заковылял. Ноги и руки едва двигались. Их словно сковывало что-то, они отказывались мне подчиняться. Это продолжалось всего несколько секунд, а затем оцепенение во всем теле исчезло. И я помчался так быстро, как мог.

Когда свернул в коридор, автоматическая дверь открылась. Похитители уже заходили в галерею. Я сунул правую руку в карман плаща и нащупал рукоятку портативной пусковой установки тринадцатой модели. Выхватив ее, прицелился в мужчину, который заходил в галерею последним. Нажал на спусковой крючок. ППУ-13 негромко прошипела и чуть дернулась в моей ладони. Мужчина зашел в галерею. Дверь за ним закрылась. Я не заметил, куда улетел маячок. Оставалось надеяться, что он попал в бронекостюм мужчины и прикрепился к нему.

Я метнулся вперед. Снова раздался голос Китсона.

— Отлично, сканер включился. Теперь мы их не упустим. Выходи на посадочную площадку, я заберу тебя оттуда. Я кружил вокруг блока, и сейчас нахожусь на другой стороне. Но подлечу меньше, чем через минуту. Так что будь готов.

Дверь на галерею открылась. Похитители уже вышли на посадочную площадку. Все, кроме одного. Он хотел было последовать за остальными, но вдруг задержался в дверях. Очевидно, он увидел меня через камеры, расположенные на задней стороне его шлема. Мужчина резко развернулся, выхватывая из кобуры пистолет. Я юркнул обратно в коридор. Синяя едва заметная молния ударила мимо.

Выждав пару секунд, я снова выглянул в галерею. Теперь в ней уже никого не было. Я бросился бежать.

Выскочив на посадочную площадку, стал оглядываться. Похитителей увидел почти сразу. Они уже садились в один из флайеров — большой, серый и по конструкции корпуса похожий на тело осы. Один из мужчин уселся в кресло водителя. Остальные заходили в заднюю часть салона, пропустив вперед человека с Радой на плече.

Когда дверцы за ними закрылись, раздался громкий рев двигателей. Серый флайер-оса, нарушая все правила безопасного взлета, резко взмыл вверх. Людей, которые находились неподалеку обдало мощной воздушной струей. Некоторых даже сбило с ног. Флайер с похитителями развернулся и на невообразимой скорости полетел прочь.

Задрав голову, я смотрел во все стороны. Китсона нигде не было видно. В голове мелькнула мысль — а не бросил ли он меня? Что если он решил не тратить время, забирая меня?

— Где ты? — спросил я.

— Подлетаю.

И тут в самом деле появился легкий флайер «Континентала» в черно-красной раскраске. Он лихо подлетел к посадочной площадке, снизил скорость и стал плавно снижаться. Я прикинул, куда он собирается сесть и помчался навстречу. Подбежал к нему в тот момент, когда он уже приземлился. Открыв дверцу, юркнул внутрь кабины и опустился на пассажирское кресло рядом с Китсоном.

Не теряя ни секунды, мой напарник снова поднял флайер в воздух. Когда Китсон резко прибавил скорость, меня вдавило в спинку кресла. Поспешно застегнув ремни безопасности, я уставился в ветровое стекло. Серого флайера с похитителями нигде не было.

— Где они? Упустили?

— Все под контролем, — невозмутимо ответил Китсон и ткнул пальцем в бортовой компьютер.

Я посмотрел на дисплей и увидел красную мигающую точку, означавшую преследуемый нами флайер. А в нижнем правом углу экрана выводилась различная информация о нем.

— Держись, — проговорил вдруг Китсон и наклонил рукоятку в сторону.

Двигаясь все на той же огромной скорости, флайер резво свернул направо и влился в поток воздушного транспорта. У меня на секунду перехватило дыхание от столь безумного и опасного виража. Сердце бешено забилось.

Я повернул голову и посмотрел на Китсона. Его лицо было все таким же бесстрастным. Он выжимал из двигателя почти всю его мощь, гнал машину на предельно возможной для городских условий скорости. Когда в опасной близости от нас мимо проносились другие флайеры, у меня замирало сердце. Китсон же оставался абсолютно спокойным. И хоть он нарушал правила воздушного движения и совершал рискованные, смертельно опасные маневры, я все же признавал, что флайером он управляет виртуозно.

Наконец, мы вырвались из города, столицы Варгоса. Китсон сразу увеличил скорость до максимума. Машина рванула вперед, оставляя далеко позади огромные небоскребы шумного мегаполиса.

Я смотрел через ветровое стекло на небольшую, едва заметную точку на горизонте. Это был серый флаер-оса. И мы быстро его догоняли. Наша машина работала в режиме маскировки, поэтому сканеры не могли ее засечь. Однако если бы мы подлетели слишком близко, похитители могли заметить нас через камеры наружного наблюдения, расположенные на задней части корпуса флайера. Китсон тоже понимал это, поэтому через некоторое время сбавил скорость.

Затем флайер-оса вдруг нырнул вверх в самые облака и скрылся из виду.

— Неужели заметили нас? — спросил я.

— Откуда мне знать! — раздраженно отозвался Китсон.

Он потянул на себя рукоятку и прибавил скорость. Наша машина задрала нос и резво понеслась ввысь. Через несколько секунд нас со всех сторон плотно окутали облака.

— Продолжают набирают высоту, — сказал Китсон, взглянув на дисплей.

— Собираются покинуть планету?

— Ты что, ненормальный? — огрызнулся Китсон. — Или не разглядел на чем они летают? Это же планетарный транспорт, он не приспособлен для полетов в космосе.

Посмотрев в экран бортового компьютера, я увидел, что флаер-оса перестал набирать высоту и теперь летел прямо. Китсон тоже заметил это и потянул рукоятку от себя, выравнивая нос машины параллельно земле.

Из-за густых облаков ничего не было видно, поэтому больше можно было не опасаться быть замеченными. Китсон потянул на себя рычажок, добавляя двигателю мощности. Сократив дистанцию между нами и флайером-осы до пятисот метров, Китсон вернул машине прежнюю скорость.

Мы продолжали преследовать похитителей.

Глава 7

— Кажется, они снижаются, — сказал я, посмотрев на дисплей бортового компьютера.

— Вижу, — отозвался Китсон и опустил нос флайера.

Через несколько секунд мы выбрались из облаков. Под нами во все стороны простиралась зеленоватая гладь безбрежного океана. Флайер-оса шел на снижение, приближаясь к какому-то неясному темному пятну на воде.

— Что это там? — спросил я.

Китсон одарил меня презрительным взглядом.

— Что, неужели ничего не знаешь о корпорации «Эко»?

Я не ответил. Все стало ясно.

На нашей планете Варгос, наверное, не нашлось бы ни одного человека, который ни разу в своей жизни не слышал бы об «Эко». Название этой гигантской корпорации у всех на слуху. В «Эко» занимаются научными исследованиями, разработкой оружия и охранных устройств, изготовлением кибернетических конечностей и имплантатов для усиления пси-способностей, колонизацией далеких планет, изучением космоса и много чем еще. А базируется «Эко» прямо посреди океана.

Чем ниже мы спускались, тем больше и отчетливей становилось темное пятно. Постепенно вырисовывались очертания небоскребов, посадочных площадок и линий монорельсов. Комплекс «Эко» — это по сути целый город, в котором живут и работают около миллиона людей. Небоскребы в нем могут показаться сравнительно невысокими — всего около тридцати этажей. Но это лишь на первый взгляд. На самом же деле все здания в комплексе «Эко» гораздо выше, чем в столице Варгоса. Они не только возвышаются над уровнем океана, но и уходят далеко под воду, до самого дна.

Флайер-оса уже летел над крышами города. Мы следовали за ним, держась всего в сотне метров позади. Теперь уже не было смысла прятаться.

— Получается, что Рада украла у нас какую-то информацию, чтобы продать ее кому-то из «Эко»? — задумчиво проговорил я.

— Какой ты догадливый, — насмешливо ответил Китсон.

Я проигнорировал его тон и продолжил рассуждать вслух.

— Но если это так, тогда зачем им понадобилось похищать ее?

Китсон быстро посмотрел на меня и снова уставился в ветровое стекло.

— Меня спрашиваешь? Я знаю не больше твоего!

Он помолчал немного, затем продолжил.

— Обратил ведь внимание на ее квартиру, да? Она неплохо зарабатывает и привыкла жить на широкую ногу. Поэтому Силина не стала бы продавать информацию из «Континентала» задешево. Вероятно, она заломила слишком высокую цену за тот пакет данных, и люди из «Эко» просто решили сэкономить свои денежки.

— То есть они решили похитить Раду и силой отобрать информацию?

На губах Китсона расплылась недобрая усмешка.

— Именно так.

— Но это же преступление!

— Видимо, информация, которую украла Силина, настолько важна для них, что они даже готовы преступить закон.

— Но это же совсем крайняя мера! Они сильно рискуют репутацией своей корпорации. Что такого важного может быть в том пакете данных, что они решились на такой смелый поступок?

Китсон вдруг рассердился.

— Да замолкни уже! Я-то откуда знаю?!

Я чувствовал, что за всем этим кроется нечто гораздо большое, но продолжать спор с Китсоном было бессмысленно. Не хватало фактов, чтобы выстраивать какие-то правдоподобные версии. К тому же, интуиция подсказывала мне, что Китсон знает куда больше, чем говорит…

Флайер-оса замедлил скорость и стал снижаться к одной из посадочных площадок. Мы наблюдали за ним. Наконец, он сел. Дверцы открылись. Наружу вышли люди в белых бронекостюмах. А затем из салона выбралась Рада. Она вышла на платформу, сделала пару шагов и остановилась, словно в неуверенности. Похитители направились на крышу здания. Один из них на секунду задержался, знаком велел Раде следовать за ними и пошел за остальными.

Никто не тащил ее за собой и не подталкивал в спину, никто на нее не кричал и не угрожал. Мужчины шли по крыше, направляясь к лифтам, и ни один из них ни разу даже не обернулся, чтобы проверить идет, ли девушка за ними. Рада несколько секунд стояла на посадочной площадке и затем по собственной воле пошла вслед за мужчинами в белых бронекостюмах.

Все это наводило на подозрения.

— Видел? — спросил Китсон. — Может оказаться, что это похищение не более, чем спектакль для посторонних свидетелей. Может статься, что Силина заодно с этими людьми.

Мужчины зашли в лифт, дождались Раду и затем все вместе поехали вниз.

Я помолчал немного, затем спросил:

— Но с какой целью им понадобилось устраивать весь этот спектакль с похищением?

Китсон хотел что-то ответить, но тут на связь с нами вышел диспетчер. Он попросил назвать наши регистрационные номера, а когда Китсон назвал их, поинтересовался, с какой целью агенты «Континентала» прибыли в «Эко»? Китсон ответил, что мы прилетели, чтобы встретиться с неким Антоновым. Переговорное устройство замолкло. Китсон ерзал в кресле от нетерпения и поглядывал в то сторону лифтов, то в экран бортового компьютера.

Через пару минут снова раздался голос диспетчера. Нам разрешили посадку.

— Ну наконец-то! — воскликнул Китсон и повел флайер вниз.

Охранники в синей униформе наблюдали за нами. Китсон умело посадил машину рядом с флайером-осой. Расстегнув ремни безопасности, сказал:

— Выходим!

Когда мы выбрались из кабины на платформу, к нам подошли двое охранников.

— Следуйте за мной, — сказал один из них.

В самом центре крыши находилось нечто вроде зала ожидания под открытым небом. Охранник подвел нас к одной из лавочек и сказал, что сотрудник Антонов скоро подойдет. Мы сели. Охранник снова направился к посадочной площадке. Когда он отошел на достаточное расстояние, я спросил у Китсона:

— Кто такой этот Антонов?

— Мой знакомый, — отозвался Китсон. — Работает здесь.

— Зачем мы с ним встречаемся?

— Ни за чем. Должен же я был назвать какую-то причину для нашего визита. Иначе нам бы нам просто не разрешили сесть.

Китсон поглядывал то на охранников, то в сторону лифтов. У него явно что-то было на уме. Затем он поднял руку и нажал кнопку на КПК. Появился голографический дисплей. В центре экрана мигала красная точка. Рядом с ней выводилась различная информация.

— Они уже спустились на самый нижний уровень, — Китсон посмотрел на меня. — На ком прикреплен маячок, на Силиной?

— Нет, на одном из похитителей.

Глаза Китсона блеснули. Я подумал, что мой напарник начнет грубить, но он не стал. Выключив голографический дисплей, Китсон сказал:

— Ладно, вот что мы сейчас сделаем. Эта сладкая парочка, — он кивнул в сторону охранников на посадочной площадке, — не пропустит нас к лифтам. Поэтому надо их отвлечь.

— Как?

Вместо ответа Китсон достал кибер-очки и надел их. Затем сказал в передатчик:

— Команда А-один.

За спиной раздался гул оживших двигателей. Я обернулся. Наш черно-красный флайер стал плавно подниматься в воздух. Охранники застыли, изумленно глядя на него. Машина взлетела метров на тридцать и застыла над посадочной площадкой. Один из охранников повернулся в нашу сторону и прокричал:

— Эй, что это вы делаете?

Китсон даже не обернулся. Через голосовые команды он продолжил управлять флайером. Я знал, что на внутреннюю поверхность кибер-очков передается изображение с камеры, расположенной на носовой части машины.

Флайер поднялся еще выше, немного отлетел назад и стал медленно кружить вокруг посадочной площадки.

Не получив от нас ответа, охранники схватились за оружие. Один из них остался на платформе. Он не сводил настороженного взгляда с флайера, висевшего над его головой. Другой направился в нашу сторону.

— Идет сюда, — предупредил я Китсона.

— Вижу. Не дойдет, — чуть усмехнулся он.

Я стал волноваться.

— Подожди-ка, что ты собираешься делать?

Словно в ответ, раздался оглушительный треск пулемета. Пули часто-часто застучали по посадочной площадке. Первый охранник бросился к ближайшему укрытию. Второй метнулся было на крышу, но еще одна пулеметная очередь перекрыла ему путь. Он развернулся и помчался обратно. Через несколько секунд он присоединился к своему коллеге, который прятался в салоне флайера-осы. Как только кто-нибудь из них высовывался из укрытия, пулемет снова начинал стрелять.

— Команда Б-три, — сказал Китсон, снял кибер-очки и посмотрел на меня. — Все, валим отсюда!

Мы побежали к ближайшему лифту. Дверцы не открылись. Китсон ткнул пальцем в сенсорную панель управления. На экране красными буквами высветилась надпись «Уровень доступа определен, как нулевой. Вы не можете воспользоваться лифтом».

— Не страшно, — пробурчал Китсон и запустил на КПК программу-взломщик.

Я посмотрел в сторону посадочной площадки. Черно-красный флайер «Континентала» продолжал парить над ней. Охранники все еще прятались внутри серой машины-осы и благоразумно не высовывались на улицу.

— Наверняка, они уже вызвали подкрепление, — сказал я. — Наш флайер собьют.

— Не собьют, — ответил Китсон, глядя на голографический дисплей КПК. — Как только по нему откроют огонь, он улетит в облака и включит маскировку.

— А что насчет нас? Эти двое уже предупредили остальных охранников о нас. Мы шагнуть не успеем, как нас схватят…

— Готово! — довольным голосом сказал Китсон и снова протянул руку к дисплею лифта.

В этот раз буквы на экране были зеленого цвета. Надпись гласила: «Уровень доступа определен, как исполнительный. Вы можете воспользоваться лифтом».

Дверцы открылись. Китсон зашел в кабину и потащил меня за собой. Затем он посмотрел на экран КПК и вдруг замер. Его лицо словно окаменело.

— Сигнал пропал! — прорычал Китсон.

— Значит, они обнаружили маячок и деактивировали его.

— Спасибо, умник! Сам бы я ни за что не догадался!

— Так что будем делать?

— Идем за Силиной, что же еще! Мы знаем, что они спустились на самый нижний этаж.

— Но это безумие! Раз они обнаружили маячок, значит уже знают, куда мы направляемся и будут ждать нас…

— Заткнись! Мы идем вниз. Или ты забыл, кто здесь главный?

Китсон нажал на кнопку. Кабина лифта стремительно понеслась вниз. Я вытащил из кобуры пистолет, проверил боеготовность оружия и боезапас. Китсон посмотрел на меня и чуть усмехнулся.

— Нервничаешь?

Я ничего не ответил. Сунув «Черный стриж» обратно в кобуру, бросил взгляд на дисплей лифта. Мы уже преодолели сотню этажей и продолжали быстро спускаться. Я смотрел на сменяющие друг друга цифры этажей, и в голову лезли пессимистичные мысли.

Сначала мы отдали приказ своему флайеру атаковать охранников, а затем незаконно проникли в комплекс «Эко». Разумеется, секьюрити этого корпуса уже в курсе, что агенты «Континентала» взломали лифт, и знает куда они направляются. Когда дверцы откроются, нас будет встречать вооруженный отряд. Нам прикажут сдаться, но мы, естественно, не послушаемся и окажем сопротивление… Все это для нас может очень плачевно обернуться. Но Китсона, казалось, это нисколько не волновало. О чем он вообще думает?

Я посмотрел на своего напарника. Он что-то усердно набирал на голографическом экране КПК. Почувствовав на себе взгляд, Китсон хмуро посмотрел на меня и снова уткнулся в дисплей КПК. Через несколько секунд он отключил его и поднял голову. Лицо Китсона расплылось в довольной улыбке.

— Я запустил в сеть «Эко» небольшой вирус, — весело проговорил он. — Теперь этот лифт шлет неверные данные. Охрана будет думать, что мы уже не спускаемся, а наоборот стали подниматься вверх.

Но я не разделял его оптимизма. Повернув голову, посмотрел на дисплей лифта. До нижнего этажа осталось совсем немного. Достав пистолет, я сжал рукоятку обеими руками и приготовился. Китсон одарил меня насмешливым взглядом. К своему оружию он не притронулся.

Наконец, лифт остановился. Через секунду дверцы бесшумно открылись. Вопреки моим ожиданиям, нас не встречала толпа вооруженных охранников. Китсон смело вышел из кабины. Я осторожно последовал за ним. В коридоре никого не было.

— Похоже, моя маленькая уловка сработала, а? — усмехнулся Китсон.

Я молча убрал пистолет в кобуру.

— Ладно, пошли, — сказал напарник и направился вперед. Я последовал за ним.

В конце Т-образного коридора мы остановились. Китсон посерьезнел.

— Похоже, здесь нам придется разделиться, — сказал он. — Я пойду налево, а ты направо.

— Ладно.

— Как и в прошлый раз, будем поддерживать постоянную связь, — сказал Китсон, вытащил из кармана наушник и вставил его в ухо. — Если первым найдешь Силину, сразу же сообщи мне!

— Понял.

И мы направились в разные стороны. В конце коридор поворачивал налево. Я свернул по нему и пошел дальше. По обе стороны находились автоматические двери. Возле каждой из них на стене располагались сенсорные панели управления. Сквозь длинные окна просматривались офисные помещения с компьютерными терминалами. Люди сидели за ними и работали. На меня никто не смотрел.

— Ну что у тебя там? — раздался из наушника голос Китсона.

— Пока только офисы.

— У меня тоже. Продолжай искать.

— Тут повсюду камеры. Скорей всего нас уже заметили…

— Значит надо скорее Силину! — раздраженно ответил Китсон.

Я продолжал блуждать по коридорам. Два раза по пути встретились работники «Эко». Первый из них куда-то очень спешил. Он что-то изучал на голографическое экране КПК и совсем не смотрел, куда идет. Мне пришлось посторониться в сторону, иначе мы бы столкнулись.

Второй человек тоже куда-то торопился. Он быстро шел по коридору, хмуро глядя себе под ноги. Когда я подходил к нему, он поднял голову. Наши взгляды встретились. Мужчина замедлил шаг, а через секунду вообще остановился. На его лице появилось озадаченное выражение.

— Послушайте, — неуверенно заговорил он. — Вы давно здесь работаете? Что-то не припомню…

Я ничего ему не ответил и размашистым шагом прошел мимо. Краем глаза заметил, что сотрудник «Эко» поднял руку, словно хотел схватить меня.

— Подождите немного…

Сворачивая за угол, я чуть сбавил шаг и обернулся. Мужчина стоял все на том же месте и задумчиво смотрел на меня. Я пошел дальше.

— Плохо дело. Я привлекаю слишком много внимания. Сотрудники «Эко» сразу распознают постороннего…

Я замолчал. Из наушника доносился какой-то неясный звук. Несколько секунд прислушивался к нему, пока не понял, что это чей-то хрип… У меня волосы встали дымом. Затем раздался негромкий хруст, будто переломилась сухая ветка.

— Что у тебя там происходит? — взволнованно спросил я.

— Все в порядке, — отозвался Китсон, тяжело дыша.

— Что это были за звуки?

— Говорю тебе — все в порядке! Продолжай искать Силину!

Я почувствовал, что вспотел, хотя в коридоре было довольно прохладно. Мы и без того попали в скверное положение, а Китсон, казалось, намеренно пытался сделать его еще хуже. Я старался не думать о том, что это был за хруст и отгонял от себя мрачные мысли. Хотя догадаться, что совершил Китсон было не трудно…

Подойдя к очередной двери, я остановился. Посмотрел на панель управления, вытянул руку… но не коснулся экрана. Что будет, если коснуться сенсорной панели? Вероятно, на ней появится красная надпись «Доступ запрещен» или что-нибудь в роде. А может и того хуже — завоет сирена. Хотя до такой крайней меры, скорей всего, не дойдет. Но вполне возможно, что секьюрити в комнате охраны станет известно о несанкционированном доступе, и они пошлют кого-нибудь узнать, кто там пытается проникнуть на закрытую территорию.

Неизвестно сколько бы времени я простоял в нерешительности, если бы дверь вдруг сама не открылась. В коридор вышел человек. Меня он даже не заметил — судя по задумчивому взгляду, его мысли были где-то далеко отсюда. Не мешкая, я шагнул в открытую дверь и оказался в огромном, с очень высоким потолком зале.

То, что находилось в центре помещения сразу притянуло мой взгляд. Это был большой, размером с двухэтажный дом, боевой робот. Восемь длинных ног придавали ему сходство с пауком. Вокруг него суетилось около двадцати механиков и инженеров.

Я отвел взгляд от робота-паука и медленно осмотрел весь зал. Помимо рабочих в помещении было человек десять охранников. У каждого из них на бедре болталась кобура, из которой торчала рукоятка пистолета.

Вдруг раздался какой-то ужасный, скрежещущий звук. Все сразу посмотрели на робота. Я тоже перевел взгляд на него. Одна из длинных, паучьих лап мелко подергивалась. Главный инженер что-то кому-то прокричал. Через пару секунд робот медленно опустился на пол и отключился. К поврежденной конечности сразу же подбежало несколько человек.

Я смотрел на робота-паука и поэтому не заметил, как ко мне кто-то подошел.

— Эй, как вы сюда попали? — раздался неожиданно голос. Я слегка вздрогнул и повернул голову.

Рядом стоял невысокий коренастый человек. Он разглядывал меня сощуренными глазами.

Что-то пробурчав в ответ, я развернулся и направился к выходу. Но мужчина оказался чересчур настырным. Он шустро подскочил ко мне и схватил за руку.

— Подождите! — требовательно сказал он. — Скажите-ка, кто вы такой?

Я обернулся. Мужчина разглядывал меня подозрительным взглядом. Затем он отвернулся и стал искать кого-то глазами. Очевидно, ближайших охранников.

Я резко высвободил руку. Мужчина снова посмотрел на меня. В его глазах отразилось удивление и легкий испуг. Я завел руку за спину, вытащил из кобуры «Черного стрижа» и прижал его к животу мужчины. Бедняга сразу весь побледнел.

— Не надо, — залепетал он. — Не убивайте меня. Я хотел просто… Просто хотел…

Вдруг он замолчал и широко раскрыл рот, будто собираясь завопить во всю глотку. Большим пальцем я переключил пистолет на оглушающий режим и надавил на спусковой крючок. Получив порцию тока, мужчина повалился на спину и мелко задергался. Его зубы громко застучали.

— Эй, ты что это вытворяешь?

Я оглянулся. Несколько охранников стояли неподалеку и смотрели на меня. Один из них держал руку возле кобуры. Кончики его пальцев касались рукоятки пистолета.

Я развернулся и широким шагом направился к двери.

— А ну стоять! — послышался за спиной угрожающий голос. — Кому говорят!

В дверях стоял молодой мужчина и расширенными глазами смотрел на меня. Я с силой вытолкнул его в коридор и вышел сам. За спиной раздавались гулкие звуки шагов.

Почти бегом я пошел прочь.

— Кажется, у меня большие проблемы, — сказал я.

Но Китсон никак не отреагировал.

— Эй, ты слушаешь?

В ответ — тишина.

Я свернул за угол и чуть дальше по коридору увидел сотрудника «Эко». Он подошел к одной из дверей и коснулся указательным пальцем сенсорной панели. На экране высветилась зеленая надпись, и дверь скользнула в стену. Я ускорил шаг и зашел вслед за мужчиной в офисное помещение. Услышав позади себя шаги, он обернулся и с удивлением уставился на меня.

Я быстро пошел по офисному помещению. Сотрудники «Эко» сидели за компьютерами. Большинство людей даже не замечало меня. Но некоторые поднимали головы и в их глазах появлялось легкое недоумение и немой вопрос: «Кто этот человек?»

Вдруг один из людей неожиданно поднялся и куда-то заспешил. Меня он не заметил, а я не успел вовремя отскочить в сторону. Мы столкнулись.

— Смотрите, куда идете, — недовольным голосом сказал он.

Я ничего не ответил. Оттолкнув невнимательного человека в сторону, пошел дальше.

Сзади послышался нестройный топот ног.

— Эй, в черном плаще! — раздался угрожающий голос. — А ну стоять!

Я обернулся. Двое охранников в другом конце офисного помещения целились в меня из парализующих пистолетов. Я метнулся в сторону и вскинул оружие. У моему удивлению, охранники замешкались и не открыли огонь. Видимо, побоялись задеть кого-то из своих. Я надавил на спусковой крючок. Один из охранников повалился навзничь, а второй, выругавшись, нырнул за ближайший письменный стол.

Выскочив из офисного помещения, я бросился бежать. Свернув несколько раз на поворотах, немного сбавил шаг и прислушался. Все было тихо. Кажется, охранники меня потеряли. Вот только надолго ли?

Я перешел с бега на быстрый шаг и направился дальше. Сердце гулко колотилось в груди.

— Эй, Китсон?

Мой напарник опять не пожелал вступать в разговор.

— Ты меня слышишь?

Тишина.

— У тебя неприятности?

— Да заткнись ты уже! — неожиданно огрызнулся Китсон.

— Надо уходить. За мной пого… — я оборвал себя на полуслове, услышав вдруг сухой треск пистолетных выстрелов.

Я невольно пригнулся, но в следующую секунду понял, что звуки стрельбы раздаются из наушника. Похоже, Китсон серьезно влип. Я позвал его по имени, но он, разумеется, не ответил. Ему было не до меня.

Через полминуты выстрелы прекратились.

— Что у тебя там случилось? — спросил я.

Несколько секунд тянулась тишина. Затем раздался голос злобный Китсона.

— Меня тут зажали… Ублюдки!

— Помощь нужна?

— Уже нет. И хватит мне надоедать! Или ты нашел Силину?

— Нет еще.

— Тогда продолжай искать. И не отвлекай меня по мелочам!

— Это не мелочи. Скоро сюда сбегутся все…

Я замолчал. За спиной слышался топот ног. Он становился все громче, все отчетливей. Судя по звукам бежало несколько человек. Наверное, не менее трех. Я медленно отступал назад, держа пистолет наготове. И вдруг увидел их. Вооруженные охранники выбежали из бокового коридора. Но они не стали сворачивать, а помчались дальше. Никто из них не смотрел по сторонам, поэтому я остался незамеченным.

Охранники скрылись за углом. Топот стал понемногу утихать вдали.

— К тебе идут еще люди. Их трое. Будь наготове.

— Я всегда наготове! — огрызнутся Китсон. Самоуверенности ему было не занимать.

Я направился дальше по коридору. Через некоторое время с левой стороны увидел длинное окно. Я подошел к нему и остановился. За стеклом находилась довольно просторная комната.

Большой диван, несколько удобных кресел. На одной стене был закреплен телевизор с широким экраном. У противоположной располагались автоматы, в которых продавались пирожки из синтетических продуктов, горячие напитки и сигареты. В центре комнаты стоял низкий стеклянный столик, а на нем валялись какие-то журналы.

В кресле, что стояло в самом дальнем углу помещения полулежала девушка. Я едва взглянул на нее и сразу же узнал.

— Китсон, кажется я нашел ее.

Напарник отозвался не сразу. Прошло несколько секунд прежде, чем он ответил полушепотом:

— Хорошо, сейчас подойду к тебе.

— Силина в комнате отдыха. Она находится, — я огляделся, увидел надпись на стене и закончил, — в коридоре В-2.

— Я тут недалеко, — все так же тихо проговорил Китсон. — Подойду через пару минут. А ты следи за Силиной и не дай ей уйти.

Очевидно, охрана взялась за Китсона всерьез. Поэтому он решил избегать встреч с охранниками и больше не вступал с ними в отрытые стычки. И в итоге все вышло как нельзя лучше. Благодаря тому, что Китсон собрал вокруг себя всех охранников этого корпуса, я смог беспрепятственно отыскать Раду.

Программе-взломщику понадобилось полминуты, чтобы переписать код панели управления. Когда дверь скользнула в стену, я вошел в комнату. Девушка подняла голову и посмотрела на меня ничего не выражающим взглядом. Только когда я подошел к ней почти вплотную, в ее глазах появилось нечто похожее на осмысленное выражение.

— Ты? — она еще несколько секунд разглядывал меня, затем продолжила немного заплетающимся голосом: — Я тебя знаю… Ты ведь работаешь в «Континентале», да? Видела тебя там несколько раз…

— Да, я из «Континентала».

— Но что ты здесь делаешь?

— Мы пришли за тобой.

Тонкие брови девушки поползли вверх.

— Мы? Кто это мы? И как вы узнали, где я…

Рада вдруг замолчала. Ее глаза стали смотреть куда-то мимо меня. Я обернулся. В дверном приеме стоял Китсон. Он смотрел на Раду. На его лице застыло безжалостное выражение.

— Отлично, — сказал он и слегка улыбнулся. Но при этом черты его лица нисколько не смягчились. — Вот ты и попалась, маленькая предательница.

Китсон направился в нашу сторону. Рада не сводила с него взгляда. Я заметил, что в ее глазах появилось тревожное выражение. Китсон подошел к нам, остановился и посмотрел на девушку сверху вниз. Под его колючим взглядом она вся напряглась.

— Вставай! — грубовато сказал он. — Мы уходим отсюда.

Рада не шелохнулась.

— Алекс! Что это все означает?

Китсон проигнорировал вопрос.

— Вставай, — повторил он. — Надо скорей валить отсюда.

Девушка попыталась встать. Все ее движения были какими-то заторможенными и неловкими. С большим трудом ей удалось подняться на ноги. Но стояла она нетвердо и слегка покачивалась из стороны в сторону.

— Что это с тобой такое? — подозрительно спросил Китсон.

— Они вкололи мне наркотик, — пробормотала Рада. — Чтобы сделать меня послушной. Но сейчас его действие уже почти прошло и…

— Понятно, — перебил ее Китсон. — Ладно, пошли.

— Сначала объясни мне, что это все означает. Почему ты здесь? Разве я не просила тебя не вмешиваться?

— Позже! Сначала надо выбраться отсюда…

Рада вдруг зашаталась. Казалось, она вот-вот упадет. Китсон шагнул навстречу и придержал девушку за плечи. Рада восстановила равновесие, и он снова немного отошел назад.

Лицо Китсона скривилось.

— Проклятье, да ты же едва на ногах стоишь! Какую дозу они тебе вкололи?

— Небольшую. Через несколько минут наркотик окончательно выйдет из организма, и я буду в норме. Надо только немного подождать…

— Нет, мы не можем ждать! Уходим сейчас же!

— В таком состоянии я далеко не уйду…

— Я помогу тебе. А если понадобится, могу даже понести. Так что пошли!

Китсон шагнул вперед и вытянул руку. Но Рада не сдвинулась с места и, к моему удивлению, слабо оттолкнула от себя Китсона.

— Да я все равно я с тобой никуда не пойду, пока ты не объяснишь мне, что происходит.

— Сейчас нет на это времени, пойми! — едва сдерживая раздражение, ответил Китсон.

— Я никуда не пойду, пока ты не скажешь, зачем явился за мной! — упрямо завила Рада. По ее лицу было видно, что она говорит всерьез.

Китсона это, казалось, слегка удивило. Затем он усмехнулся.

— Так ты ведь сама просила помочь тебе, разве нет? — сказал Китсон. — Все, теперь валим отсюда.

— Не прикидывайся! Ты ведь понимаешь, про что я говорю!

Улыбка спала с губ Китсона. Он некоторое время в упор разглядывал девушку, а затем, чуть склонив голову вбок, сказал жестким голосом:

— Неужели ты и вправду думала, что я так легко сдамся?

Рада пару секунд смотрела на него и молчала, словно не знала, что ответить. Потом перевела взгляд на меня.

— А что насчет тебя? Ты заодно с ним? Интересно, а он хоть сказал во что тебя втягивает?

— Ну хватит! — резко проговорил Китсон. — Мое терпение кончилось. Пошли, живо!

Он схватил Раду за локоть и поволок ее к выходу из комнаты. Девушка была вынуждена пойти за ним. На ногах она держалась неуверенно: спотыкалась чуть ли не на каждом шагу и едва не падала.

Они вышли из комнаты. Я поспешил за ними.

Китсон тащил за собой Раду. Она едва за ним поспевала. Если бы он не держала девушку за руку, она давно осталась бы где-то позади.

— Ты можешь идти быстрей? — поторапливал он ее.

Вскоре мы свернули за угол. В другом конце коридора находились лифты.

— Почти пришли, — сказал Китсон. — Давай живей!

И он потянул Раду за руку. Слишком сильно и резко. Девушка запнулась нога за ногу и стала падать. Я шел всего в двух шагах позади, поэтому не сомневался, что успею поймать ее. Вытянув руки, я устремился вперед… И в этот же миг перед глазами сверкнула яркая вспышка.

Через несколько секунд нестерпимая боль во всем теле прошла, и я снова обрел способность видеть. Я лежал на спине. Рада куда-то пропала. Китсон же стоял рядом. Он посмотрел на меня сверху-вниз презрительным взглядом.

— Что, неужели не мог прикрыть наше отступление, недоумок? — гневным голосом сказал он и посмотрел куда-то в сторону.

Я повернул голову и увидел трех мужчин — двое из них были охранниками, а третий, судя по «стеклянному» бронекостюму, одним из тех людей, которые похитили Раду. Охранники держали нас с Китсоном на прицеле парализующих пистолетов. Человек в маскировочном бронекостюме заломил Раде руки за спину и стал надевать на нее магнитные наручники. Когда браслеты защелкнулись, он схватил девушку за волосы и потащил куда-то по коридору.

Китсон метнулся вперед. Двое охранников тут же угрожающе вскинули пистолеты. Китсон замер. Он испепелял взглядом наших противников. Третий мужчина продолжал тащить Раду по коридору. Его бронекостюм уже вышел из режима маскировки и приобрели свой обычный белый цвет.

Лицо Китсона скривилось от бессильной злобы. Затем он вдруг резко завел руку за спину и сжал пальцы вокруг рукоятки пистолета. Когда он уже наполовину вытащил оружие из кобуры, тявкнули два выстрела. Они раздались практически одновременно и прозвучали как один. Китсон схлопотал сразу два разряда. Он повалился на пол и секунд двадцать корчился в муках. За это время третий мужчина уже успел скрыться с Радой в одном из боковых коридоров.

Двое охранников неторопливой походкой направились в нашу сторону. Но слишком близко они подходить не стали — не хотели рисковать. Один из них держал на прицеле Китсона, другой — меня.

Когда Китсон падал, он выронил свое оружие. Пистолет отскочил от пола в мою сторону. При желании я бы мог дотянуться до него левой рукой. Краем глаза я смотрел на лежавшее рядом оружие, но не торопился поднимать его. Я раздумывал, успею ли схватить пистолет, прежде чем те двое снова откроют огонь? Шанс есть, главное, подгадать удачный момент…

Постепенно Китсон приходил в себя. Сначала он застонал, затем стал шевелиться. Двигался он как-то вяло и медленно. Видимо, еще полностью не пришел в себя после болевого шока. Китсон перевернулся на живот, поднялся на четвереньки и еле-еле пополз по коридору. Казалось, он окончательно еще не опомнился и до конца не осознает, что произошло и где находится.

Когда Китсон дополз до своего пистолета, охранники всполошились. Они шагнули вперед и взяли моего напарника на прицел.

— Куда это ты собрался? — спросил один из них.

Китсон продолжал молча пробираться вперед. Хоть он и не обращал на пистолет никакого внимания, мужчины решили не рисковать. Один из них остался стоять на месте, а второй направился к Китсону. Проходя мимо лежавшего на полу пистолета, он пнул по нему. Оружие отскочило в другой конец коридора.

Мужчина подошел к Китсону.

— Эй ты! Вставай!

Если Китсон и слышал, что ему велят, то ничем этого не показал. Охранник некоторое время смотрел на него. Судя по выражению его лица, он растерялся и не знал, что делать. Мужчина чуть опустил пистолет, повернулся в пол-оборота и спросил у своего напарника:

— Что это с ним такое?

И тут Китсон резко вскочил на ноги. Только что он стоял на четвереньках, а через секунду уже выпрямился во весь рост. Охранник даже не успел обернуться. Китсон набросился на него и заломил руку, в которой его противник держал пистолет, за спину. Тот взвыл от боли.

Второй охранник поднял оружие… Но стрелять не стал. Побоялся задеть своего напарника. Выругавшись, мужчина убрал пистолет в кобуру и метнулся вперед. Когда он пробегал мимо меня, я выпрямился и схватил его за ноги. С воплем, он упал на колени. Я обхватил его сзади руками. Между нами завязалась молчаливая борьба.

Краем глаза, я заметил, что Китсон свободной рукой схватил своего противника за голову и принялся молотить ею об стену. После третьего удара мужчина потерял сознание и повалился на пол. Китсон подскочил ко мне.

— Держи его покрепче, — зловеще сказал он.

Я изо всех сил вцепился в своего противника. Он дергался всем телом, но освободиться не мог. Китсон занес ногу для удара и резко опустил ее на голову мужчины. Тот замер, но скорее от удивления, чем причиненного вреда. Китсон снова пнул его. Мужчина немного ослаб, но продолжал сопротивляться.

Китсон огляделся и увидел лежавший на полу пистолет. Быстро наклонился и подобрал его. Затем замахнулся и резко опустил руку, целясь охраннику в голову. Но тот изловчился и успел увернуться. Удар рукояткой пистолета пришелся ему по плечу. Мужчина замычал от боли.

— Крепче держи! — прошипел Китсон.

Он снова замахнулся. В этот раз охранник не успел уклониться. Китсон со страшной силой стукнул мужчину по голове. Тот вскрикнул и почти перестал сопротивляться. А после третьего удара его тело обмякло в моих руках. Я выпустил потерявшего сознания мужчину, и он медленно, как мешок с песком, осел на пол.

Я вскочил на ноги.

— Надо уходить отсюда! — сказал Китсону и повернулся в сторону лифтов.

Но мой напарник был иного мнения.

— Нет! — рявкнул он. — Идем за Силиной!

Но тут из противоположного конца коридора выбежали еще охранники. Увидев нас, они остановились и выхватили оружие.

— Бросьте пистолет! — крикнул кто-то из них.

Китсон зарычал, как разъяренный волк.

Из боковых коридоров с левой и правой сторон послышался топот ног. Нас окружали.

— Надо валить!

Китсон был вынужден со мной согласиться. Мы бегом добрались до лифтов. Один из них находился на нашем этаже, но его дверцы были закрыты. Китсон запустил программу-взломщика.

Охранники напирали со всех сторон. Мы выглядывали из-за углов и стреляли, отчаянно пытаясь сдержать натиск противников. Но их было слишком много. Охранники постепенно приближались к нам, ведя непрерывный огонь и прикрывая друг друга. Шипение парализующих пистолетов не умолкало ни на секунду. Пока что снаряды били мимо, но рано или поздно один из них попадет в меня, другой в Китсона, и все будет кончено… Мы окажемся в лапах разгневанных сотрудников «Эко»…

— Ну сколько там еще? — крикнул я напарнику.

— Минуты пол, — сквозь зубы ответил Китсон. — Не продержимся…

Вдруг двери соседнего лифта открылись, и в коридор вышел молодой парнишка. Он держал в руках толстую папку с бумагами. Увидев вокруг толпу вооруженных охранников, парнишка весь побледнел и задрожал. Выронив папку, он поднял руки вверх.

Мы рванули к лифту. Оттолкнув парнишку в сторону, забежали внутрь.

— На крышу! — рявкнул Китсон. Это была голосовая команда.

Дверцы зарылись. Кабина на огромной скорости понеслась наверх. Я прижался спиной к дальней стенке. Сердце, как ненормальное колотилось в груди. Китсон же был спокоен. Только его лицо слегка побледнело.

Вдруг лифт резко остановился.

— Проклятье, это еще что такое? — зарычал Китсон.

Словно в ответ ему на дисплее выскочила надпись красными буквами: «Работа лифта была приостановлена. Приносим свои извинения. Вы можете связаться с комнатой охраны по переговорному устройству».

— Видимо, эти подонки сообщили секьюрити номер лифта, в котором мы уехали! — в гневе проговорил Китсон.

Я нажал на дисплей управления лифтом. Компьютер никак не отреагировал на прикосновение. Даже красная надпись не исчезла.

Неожиданно раздалось подозрительное шипение. Я огляделся в поисках источника непонятного звука. Китсон же сразу сообразил, что происходит.

— Они пустили усыпляющий газ! — предупредил он. — Не дыши!

Затем он метнулся к панели управления лифтом и стал пытаться оживить компьютер. Я заметил люк на крыше и подбежал к нему. Подняв руки, попытался открыть. Он не поддавался. Подпрыгнул и ударил по нему кулаком. Крышка люка дрогнула, но осталась на месте.

Китсон бросил возиться с дисплеем. Оттолкнув меня, он стал пытаться открыть люк. После четвертого удара, крышка отскочила.

Я больше не мог сдерживаться и сделал небольшой вдох. Немного газа проникло в легкие. В теле сразу появилась слабость, перед глазами поплыло.

Китсон заметил мое состояние.

— Говорю же, не дыши… — прорычал он и сразу резко замолчал, чтобы не терять остатки воздуха.

Затем он выбрался из кабины через люк. Я подпрыгнул, Китсон схватил меня за руки и помог забраться на крышу лифта. Газ через отверстие медленно выходил наружу. Китсон отыскал крышку люка и поставил ее на место. Затем посмотрел на меня и спросил:

— Ты как?

— Нормально, — хрипло отозвался я.

— Хорошо. Если бы потерял сознание, пришлось бы тебя здесь оставить.

Я промолчал. Китсон огляделся. Восстановив наконец дыхание, я тоже осмотрелся. Мы находились в слабоосвещенной шахте лифта.

— Смотри! — сказал Китсон, указывая наверх. — Совсем немного осталось.

Он был прав. Дверь следующего этажа находилась всего в двух метрах над головой.

Китсон поднялся по лестнице. Створки неплотно прилегали друг к другу. Китсону удалось просунуть между ними пальцы. Детекторы уловили препятствие, и створки двери сразу же разошлись по сторонам. Через открывшийся проем в шахту хлынул искусственный свет.

Китсон выбрался из шахты. Опустив голову, он махнул мне рукой.

— Давай живей! — велел он. Затем развернулся и скрылся из виду.

Я ухватился за край проема и забрался наверх. Китсон оглядывался по сторонам. Я подошел к нему и остановился.

Мы оказались в небольшом помещении, от которого в разные стороны уходили коридоры. На первый взгляд этот этаж ничем не отличался от того, на котором мы недавно были.

Я посмотрел назад. Один из лифтов был свободен.

— Уедем на нем?

Китсон обернулся, проследил за направлением моего взгляда и нервно мотнул головой.

— Нет! Нам ведь придется взломать его, и тогда этим сволочам станет известно, где мы. Они снова заблокирует лифт, и все повторится.

— Что тогда будем делать?

— Пошли.

Китсон выбрал, как мне показалось, случайное направление и пошел по нему. Я последовал за ним.

— К тому же, они понимают, что нам нужно на крышу, — закончил Китсон. — Поэтому наверняка уже выставили там охрану.

— Так что будем делать? — спросил я и вдруг сам догадался. — Вызовем флайер прямо сюда?

— Верно. Надо только найти выход на улицу.

Мы шли по коридору. По пути нам никто не повстречался.

Когда свернули за угол, увидели с правой стороны широкое окно. Китсон остановился. Затем медленно подошел к нему. С его губ сорвалось ругательство. Догадаться о причине его злости было несложно. Мы все еще находились глубоко под водой.

Я подошел к окну. По другую от него сторону было очень темно. Свет, выходящий через толстое стекло, разгонял мрак снаружи всего на пару метров, а дальше снова все тонуло во тьме. Океанское дно было покрыто густой растительностью. Гигантские водоросли, поднимавшиеся с самого низа и уходившие далеко наверх, мерно покачивались в придонных течениях.

Неожиданно откуда-то из-за водорослей появилась рептилия размером с кошку и направилась в нашу сторону, легко скользя в толще воды. Подплыв почти к самому стеклу, она широко раскрыла рот, продемонстрировав два ряда острых мелких зубов. Клацнув челюстями, рептилия ловко развернулась и проворно поплыла прочь. Через несколько секунд она растворилась во мраке.

— Пошли, — процедил Китсон и отошел от окна.

— Обратно к лифтам?

— А куда же еще! Нам надо выбраться на поверхность!

Китсон был прав. Есть такие виды транспортных средств, которые отлично работают, как в воздухе, так под водой. Но наш флайер к таким не относился.

Мы пошли обратно. Свернув за угол, увидели сотрудника «Эко», который заходил в один из лифтов. Нам с Китсон пришла на ум одна и та же мысль. Мы прибавили шагу и вошли в кабину еще до того, как дверцы стали закрываться.

Сотрудник «Эко» слегка удивленно посмотрел на нас. Затем смущенно улыбнулся и поздоровался. Я коротко кивнул в ответ. Китсон же даже не взглянул на него.

— Мне на сто пятидесятый, — сказал мужчина.

Китсон ничего ему не ответил. Тогда сотрудник «Эко» перевел вопросительный взгляд на меня. Но я тоже промолчал.

Китсон несколько секунд изучал на дисплее схему расположения этажей здания. Затем нажал кнопку, и кабина пошла наверх.

— Вам на какой этаж? — снова спросил мужчина. В его голове прозвучала легкая тревога.

— Заткнись, — не оборачиваясь, сказал Китсон.

Кабина продолжала подниматься. Краем глаза я наблюдал за мужчиной. С каждой секундой он волновался все сильней. Очень медленно он отступал к дальней стенке, пока не прижался к ней спиной. Его настороженный взгляд без конца перебегал с Китсона на меня и обратно.

Наконец, кабина остановилась. Дверь открылась. Китсон выглянул в коридор, убедился, что в нем никого нет и развернулся. В его руке появился пистолет.

Увидев направленное на него оружие, мужчина побледнел.

— Кто вы? — испуганно спросил он.

— Заткнись! Ты бывал на этом этаже раньше?

Взгляд сотрудника «Эко» пополз вверх. Табло показывало номер этажа: 350.

— Не приходилось, — ответил он.

— Значит, пользы нам от тебя никакой, — раздраженно сказал Китсон.

Мужчина воспринял это как угрозу и быстро залепетал:

— Но я могу проводить вас, куда нужно. Почти все этажи сделаны по одному принципу.

— Отсюда можно выйти на улицу?

— Ну… В комнате отдыха есть балкон…

— Отлично! Вот и веди нас в комнату отдыха.

Китсон убрал пистолет и шагнул в сторону, пропуская сотрудника «Эко» вперед. Когда тот проходил мимо, Китсон задержал его.

— Мы будем позади тебя. Если кого-нибудь увидим, не вздумай его предупредить. Иначе первую пулю получишь ты.

Мужчина нервно кивнул.

— Ладно, показывай дорогу.

Мы пошли по коридору. По пути нам только один раз встретился другой сотрудник «Эко». Судя по выражению его лица, он был чем-то серьезно озабочен. Он растерянно поздоровался с нашим провожающим, затем посмотрел на меня и Китсона. На его лице появилось легкое недоумение. Впрочем, оно снова сменилось озабоченностью, как только от отвел от нас взгляд в сторону.

В комнате отдыха никого не было. Мужчина открыл нам дверь, и мы вошли.

— Посторожи его, — сказал Китсон и направился на балкон.

Сотрудник «Эко» стоял посреди комнаты и с натянутой, напряженной улыбкой смотрел на меня.

Китсон вернулся через полминуты.

— Все нормально, я вызвал флайер — сказал он и перевел взгляд на мужчину. — Отвернись и подойти к стене.

Улыбка спала с губ сотрудника «Эко».

— Что вы собираетесь делать? — неестественно высоким голосом спросил он.

— Подойди к стене и стой к ней лицом, — ответил Китсон почти мягко. — Ты не должен видеть, как мы улетаем.

Сотрудник «Эко» колебался. В его глазах метался страх.

— Иди же! — повысил голос Китсон.

Мужчина развернулся и медленно направился к стене. Подойдя к ней, он остановился и поднял плечи, будто ожидал выстрела в спину. Китсон бесшумно подскочил к сотруднику «Эко» и ребром ладони ударил его по шее. Колени мужчины подогнулись. Китсон подхватил него, чтобы смягчить звук удара тела об пол.

— Помоги-ка мне!

Мы оттащили потерявшего сознание мужчину за диван. Затем краем глаза я вдруг заметил какое-то движение. Резко обернулся и за окном увидел высокую темноволосую женщину. Она шла легкой походкой по коридору и, видимо, боковым зрением тоже заметила нас. Женщина повернула голову и окинула взглядом меня и Китсона. Ее тонкие изогнутые брови поползли вверх.

— Проклятье, — пробормотал Китсон.

Женщина замедлила шаг, будто решила зайти в комнату отдыха. Китсон стал оглядываться, уже ища место для второго тела. Но она почему-то передумала и пошла дальше по коридору. Я провожал женщину взглядом, но ее походка теперь уже казалась мне не легкой, а напряженной.

— Она увидела этого придурка, — проворчал Китсон и пнул лежавшего на полу мужчину под ребра.

Я подошел к панели управления дверью и коснулся экрана. Он ожил. Я нажал несколько кнопок, и на дисплее выскочила надпись: «Дверь заперта».

— Надолго это их не задержит, — заметил Китсон.

— Знаю. Но несколько секунд мы выиграем.

Мы вышли на балкон и стали ждать. Китсон оглядывал небо, по которому лениво проплывали облака. Через проем открытой двери я смотрел в комнату.

— Кажется, я его вижу, — сказал Китсон и указал куда-то верх. Я задрал голову и далеко в небе увидел черную точку, которая выплыла из облачного слоя.

Китсон надел кибер-очки, затем сразу снял их и сказал довольным голосом:

— Да, это наша птичка!

По коридору проходили люди. Некоторые из них бросали мимолетные взгляды в комнату отдыха, другие проходили мимо, не поворачивая головы. Вдруг за окном мелькнула знакомая фигура — та самая высокая темноволосая женщина, которую мы с Китсоном недавно видели. С ней шел плечистый охранник. Он хотел зайти в комнату отдыха, но дверь, разумеется, не открылась.

Я снова посмотрел в небо. Черно-красный флайер уже подлетал к комплексу «Эко».

— У нас гости, — сказал я.

— Понял, — угрюмо ответил Китсон и дал флайеру команду увеличить скорость.

Дверь в комнату отдыха открылась. В проеме показалась фигура охранника. Я вскинул пистолет и выстрелил. Охранник тут же отпрыгнул обратно в коридор. Я специально промахнулся — не хотел без особой необходимости вредить человеку.

Через несколько секунд в окне показалась голова охранника — он осторожно заглядывал в комнату. Затем увидел меня. Его лицо сразу ожесточилось, а губы зашевелились. Он говорил с кем-то, кто находился вне поля моей видимости. Или вызывал подмогу по рации.

Над головой раздался шум. Я посмотрел наверх. Черно-красный флайер «Континентала» плавно, но быстро снижался. Еще несколько этажей, и он поравняется с балконом, на котором мы его ждали.

Вдруг раздалось шипение и мимо меня что-то пронеслось. Я упал на одно колено и посмотрел в комнату. Охранник заглядывал в проем двери, вытянув руку с пистолетом. Я вскинул «Черного стрижа» и выстрелил. Снова промахнулся, но на этот раз уже не специально — охранник успел юркнуть обратно в коридор.

Шум двигателей флайера становился все громче. Казалось, машина висит уже над самой головой. Но я не позволил себе больше отвлекаться и продолжил следить за дверью в комнату отдыха.

Через окно в коридоре показались еще несколько охранников. Они переговаривались друг с другом и поглядывали на меня.

Краем глаза я увидел наш флайер. Он уже поравнялся с балконом.

Один из охранников вдруг резко выглянул в комнату и выстрелил несколько раз. Но он слишком торопился и почти не целился, так что все его снаряды ушли в стену.

Я услышал голос Китсона. Он дал флайеру команду спуститься еще ниже. Машина пропала из поля моего зрения.

— Сначала я, потом ты, — сказал Китсон, положив руку мне на плечо.

Я кивнул. Напарник отошел в сторону и исчез. Через несколько секунд откуда-то снизу раздался его крик:

— Давай!

Один из охранников, низко пригибаясь и стреляя на ходу, забежал в комнату. Он метнулся в дальний угол и спрятался за диваном. Я выстрелил по нему несколько раз, затем пустил три или четыре заряда в коридор через открытую дверь. А после этого вскочил на ноги, развернулся и подбежал к краю балкона.

Полуметром ниже висел флайер «Континентала». Кабина была открыта. Китсон уже сидел в кресле пилота.

— Прыгай! — воскликнул он, увидев меня.

За спиной послышались топот ног, крики, шипение парализующих пистолетов. Несколько зарядов пролетело совсем рядом со мной. Я перескочил через парапет балкона и приземлился прямо в пассажирское кресло. Двери кабины сразу же закрылись. Китсон передвинул один из рычажков. Флайер стал быстро подниматься ввысь.

Охранники уже выбежали на балкон. Кто-то из них выстрелил пару раз, но парализующий пистолет не мог нанести машине никакого вреда.

Через несколько секунд мы взмыли над крышей здания. Китсон вернул рычажок в начальное положение, и флайер перестал набирать высоту. Машина повисла в воздухе.

— Смотри! — сказал я, посмотрев вниз.

— Вижу, — процедил Китсон.

По крыше шли несколько человек в белых бронекостюмах. Один из них толкал перед собой Раду. Ее руки все еще были скованны магнитными наручниками. Рядом с похитителями вразвалку шел какой-то невероятно толстый и полностью лысый мужчина. У него были короткие ноги, и передвигаться он мог лишь небольшими шажочками. Однако несмотря на это во всех его движениях чувствовалась уверенность и сила.

Люди в белых бронекостюмах подошли к флайеру-осе и расступились, пропуская вперед толстяка. Затем втолкнули в салон Раду и зашли сами. Один из них занял место пилота, и флайер-оса оторвался от посадочной площадки и стал медленно подниматься в воздух.

— Они снова ее куда-то увозят, — сказал я.

— Решили перепрятать в более надежное место.

— Проследим за ними?

— Не выйдет, — ответил Китсон, глядя на радар. — За нами хвост.

Я активировал экран заднего вида. К нам быстро приближались два боевых флайера «Эко». Китсон включил основные двигатели на полную мощность. Флайер резво полетел вперед.

На видеофоне загорелась лампочка. Очевидно, этот прибор связи был настроен автоматически принимать входящие вызовы, потому что через секунду видеофон ожил. На экране появилось угрюмое лицо одного из водителей боевых флайеров «Эко». Он посмотрел на нас хмурым взглядом и проговорил:

— Вы должны немедленно совершить посадку на крыше здания и сдаться нашим…

— Выруби его, — сказал Китсон.

Я оборвал связь. Экран видеофона погас, оборвав водителя флайера «Эко» на полуслове. Китсон поднял нос машины, и мы стал набирать высоту. Здания комплекса «Эко» внизу постепенно уменьшались в размерах.

Я посмотрел в экран заднего обзора. Наши преследователи сильно отстали. Легкий флайер «Континентала» превосходил боевые машины «Эко» в скорости. Однако это еще не означало, что они позволят нам так легко уйти…

Сканер запищал. От флайеров «Эко» отделились небольшие предметы и полетели за нами, быстро набирая скорость.

— Они выпустили магнитные захваты, — предупредил я.

— Сам знаю, — сказал Китсон.

— Выбросим приманки?

— Не стоит, — ответил Китсон и еще выше поднял нос машины. Через несколько секунд наш флайер ворвались в густой облачный слой.

Китсон сразу же выровнял машину и включил режим маскировки. Я несколько минут смотрел в экран заднего вида. Ни магнитные захваты, ни флайеры «Эко» не показывались. Сканер тоже молчал. Похоже, они потеряли нас.

— Вроде, оторвались.

— А ты думал, не получится? — насмешливо спросил Китсон.

Я расслабленно откинулся в кресле и только сейчас понял, что во время этой короткой погони был очень напряжен.

Несколько минут мы летели молча.

— Мы упустили ее, — подвел я неутешительный итог. — Так что теперь будем делать?

— Вернемся в «Континентал». Надо сообщить обо всем Керенскому. Могут возникнуть проблемы.

— Не сомневаюсь. После всего, что мы натворили, он нас по головкам не погладит.

Китсон повернул голову и бросил на меня гневный взгляд.

— Если ты про то, что мы ворвались в комплекс «Эко» и немножко потрепали нервишки тамошним охранникам, то ты ошибаешься, — резко сказал он. — Они похитили нашу сотрудницу. Они действовали грубо, и мы ответили им тем же. Так что за то, что мы пытались вырвать Силину из лап этих мерзавцев, нас нельзя винить. А вот что действительно Керенского огорчит, так это то, что мы не смогли вернуть нашего агента…

Я посмотрел на Китсона, но промолчал. Что-то в его голосе меня очень настораживало. Он как будто говорил совсем не то, о чем думает на самом деле. Или просто чего-то не договаривал…

— А что насчет Рады? — спросил я.

— А что с ней не так?

— Я насчет того, что она говорила тебе в комнате отдыха.

Китсон продолжал делать непонимающий вид.

— А что она мне там говорила?

— Она спрашивала…

— Да помню я, что она спрашивала! — неожиданно взорвался Китсон.

— Так что все это означает? Она говорила так, будто ты тоже как-то замешан в том, что происходит…

— Ты с ума сошел? Она же просто несла какой-то бред, понятно? — ушел от прямого ответа Китсон. — Так что забудь об этом.

— Послушай, хватит уже прикидываться. Ты ведь знаешь обо всем этом деле гораздо больше, но мне предпочитаешь не говорить. Почему держишь меня в неведении? Все еще не доверяешь новичку?

— Мне известно не больше твоего! Так что заткнись уже, иначе катапультирую тебя!

Весь дальнейший путь мы не проронили больше ни слова.

Глава 8

Мы только что закончили докладывать Керенскому обо всем случившемся.

Начальник «Континентала» стоял перед нами, присев на краешек письменного стола. Он слушал рассказ очень внимательно и ни разу нас не перебил. Когда мы замолчали, Керенский, не сказав ни слова, кивнул. Некоторое время он прокручивал между указательным и большим пальцами сигару и задумчиво смотрел на нее.

Мы с Китсоном сидели в креслах напротив письменного стола и терпеливо ждали, когда Керенский заговорит.

Я был немного напряжен. Китсон же, напротив, держался абсолютно спокойно и уверенно. Во всяком случае, если судить по его внешнему виду. Перед началом разговора Керенский угостил нас сигарами. Я покачал головой. Китсон же не стал отказываться и взял одну. И вот сейчас он, развалившись в кресле и закинув ногу на ногу, попыхивал сигарой с довольным видом. Казалось, он даже вовсю наслаждается ситуацией.

Наконец, Керенский поднял голову и сурово посмотрел на нас.

— Это было весьма безрассудно, — неодобрительным тоном сказал он.

Китсон пожал плечами.

— Вовсе нет, — сказал он, выпустив изо рта облачко дыма. — У нас не было времени на размышления и составления плана. Мы не знали, зачем им нужна наша сотрудница и что они собираются с ней делать. Поэтому мы должны были действовать быстро.

— Да, я понимаю, — медленно проговорил Керенский и замолчал, обдумывая что-то. Через несколько секунд он продолжил: — Скорей всего они не будут жаловаться властям и предъявлять нам какие-то претензии. Они предпочтут замять это дело, иначе им самим несладко придется… Но это только в том случае, если инцидент обошелся без жертв… Надеюсь, вы никого там ненароком не убили?

С этими словами Керенский строго посмотрел на меня.

— Никак нет. Я переключил пистолет на несмертельный режим.

Керенский кивнул.

— Вот и хорошо.

Увидев краем глаза, что Китсон смотрит на меня, я повернул голову. Он тут же отвернулся, однако я успел заметить в его глазах гневное выражение.

Странно, но ему Керенский не задал тот же вопрос. Вероятно, начальник «Континентала» нисколько не сомневался в своем лучшем агенте.

Я вспомнил, что до того, как нашел Раду в комнате отдыха, мы искали ее по одиночке. И в какой-то момент из наушника послышались громкие сухие выстрелы… Охранники были вооружены парализующими пистолетами, которые при выстреле издают звук, похожий на шипение. Значит, открыли огонь не они, а Китсон. И при чем, судя по звукам, его оружие было настроено на боевой режим… Почему? Почему он не переключил пистолет на несмертельный режим? Просто забыл об этом?

А незадолго до перестрелки, из наушника донесся другой звук, который был очень похож на хрип. Мое воображение сразу нарисовало чьи-то пальцы, которые кому-то сдавливали горло… Затем хрип вдруг оборвался, и раздался хруст ломающихся шейных позвонков… Но когда я спросил у Китсона, что произошло, он ушел от прямого ответа…

— Ладно, — сказал Керенский, прервав мои размышления. — Вы говорили, что видели лысого толстяка, так? — Керенский посмотрел на меня. — Может, ты знаешь, кто он такой?

— Нет.

Начальник «Континентала» перевел взгляд на Китсона.

— А ты?

— Кажется, один из больших начальников «Эко», — ответил мой напарник, нахмурив брови.

— Верно. «Эко» — это очень большая организация. В ней около тридцати директоров. Тот лысый толстяк, которого вы видели — это один из них. Его зовут Микки Риган.

— Риган? — переспросил Китсон. — Я слышал о нем. У него дурная репутация.

— Все правильно. Своим отделом он управляет из рук вон плохо. Его не раз ловили на взяточничестве и связях с преступными синдикатами. Короче, он висит буквально на волоске от увольнения.

— Странно, что от него до сих пор не избавились, — заметил Китсон.

— Видимо, есть причины почему его все еще держат у себя. А что насчет тех ребят в белых маскировочных костюмах — так это была, скорей всего, личная гвардия Ригана. Во всяком случае на него работает одна группа наемников, которая тоже использует маскировочные костюмы. Обязанность этих наемников состоит в том, чтобы охранять Ригана. Однако иногда он поручает им всякую грязную работенку. Но об этом мало кому известно.

Керенский помолчал немного, словно давая нам время обдумать полученную информацию и, возможно, сделать какие-то выводы. Затем он сказал:

— Ну ладно, Алекс, выкладывай. Поделись своими соображениями. Что думаешь обо всем этом?

Рука Китсона с зажатой между пальцами сигарой лежала на подлокотнике кресла. Он несколько секунд смотрел на поднимающийся от кончика сигары дымок. Начальник «Континентала» терпеливо ждал ответа. Наконец, Китсон поднял голову и встретил взгляд Керенского.

— По-моему, здесь все предельно ясно. Как вы сказали, дела у Ригана идут очень плохо. Он конечно понимает, что если так будет продолжаться и дальше, то вскоре может распрощаться со своим директорским креслом.

Китсон замолчал на несколько секунд. Затем продолжил:

— Видимо, Риган каким-то образом узнал, что в наших архивах есть некая полезная информация, воспользовавшись которой он сможет подправить свои дела. Он завел знакомство с Силиной и обещал заплатить ей, если она выкрадет из наших архивов нужную ему информацию. Силина скопировала необходимые файлы и отправила их куда-то себе. Затем она взяла отпуск, чтобы у нее была возможность сосредоточиться только на сделке с Риганом.

Керенский кивнул.

— Продолжай, Алекс.

— Силина хорошо зарабатывает, поэтому не стала бы рисковать своим местом в «Континентале» ради каких-то грошей. Очевидно, она запросила чрезмерно большую сумму, которую Риган оказался не в состоянии выплатить… Или же он изначально не собирался ей платить. Судя по тому, что вы сказали — это как-раз в его духе.

Керенский снова кивнул, как бы соглашаясь с ходом мысли Китсона.

— И поэтому он приказал своим людям похитить Силину и силой забрать у нее украденную у нас информацию, — закончил Китсон.

— Да, — сказал Керенский. — Звучит логично и достаточно правдоподобно. Вероятно, так оно все и было.

— И кстати, похоже, что во всем «Эко» про затеянное Риганом похищение кроме его, как вы выразились, личной гвардии больше никто не знает.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно. Когда Силину везли в комплекс «Эко», ей вели специальный наркотик, который делает человека очень послушным. Когда флайер прибыл в комплекс «Эко», наркотик уже подействовал. Поэтому людям Ригана не нужно было связывать Силиной руки и силой тащить за собой. Они просто приказали ей идти за ними, и она беспрекословно подчинилась. У охранников «Эко», которые ее видели и мысли не возникло, что ее похитили.

Керенским выглядел удовлетворенным. Я про себя подумал, что за тот бардак, который мы с Китсоном учинили ему вряд ли придется отвечать. Если начальники «Эко» начнут предъявлять «Континенталу» претензии, Керенскому нужно будет лишь намекнуть на похищение одной из его сотрудниц, которое организовал Риган. Узнав про это, начальники «Эко» захотят избежать огласки и замнут дело.

— Остается только вопрос, что именно Силина скопировала из архивов? — сказал Китсон. — Это можно узнать?

— К сожалению, это выяснить не удалось. Она тщательно замела за собой следы.

— Жаль. Нам бы это очень помогло.

Ненадолго повисло молчание.

— А как Риган вышел на Силину? — нарушил тишину Керенский. — И как он узнал, что в наших архивах есть что-то, что может его заинтересовать?

Китсон помолчал немного, раздумывая над ответом.

— А может все было наоборот? — предположил он. — Может это она сначала покопалась в архивах, нашла что-то и затем связалась с Риганом?

— Все равно вопрос остается прежним. Как она узнала, что именно в наших архивах может заинтересовать Ригана и каким образом смогла установить с ним контакт?

— Денис, — вставил я.

Керенский и Китсон сразу посмотрели на меня.

— Судя по всему, он очень хороший друг Силиной, — продолжил я. — К тому же раньше он работал в «Эко». И можно предположить, что именно в отделе Микки Ригана.

— Это ты узнал, когда следил за ним на Нижних Уровнях? — спросил Керенский.

— Да.

— Может быть тебе еще что-нибудь удалось узнать?

— Нет. Из разговора Дениса с Кобеном я слышал только это.

— Ладно. Выходит, этот Денис и есть связующее звено, — подвел итог Китсон. — Он был в курсе дел своего начальника Микки Ригана и знал о его проблемах. Вероятно, он хотел угодить боссу, но не знал, как. Возможно, он поделился своими мыслями со своей подружкой Радой. Он пообещала покопаться в наших архивах и нашла какую-то информацию, благодаря которой Риган мог решить свои проблемы. Вместе Денис и Рада решили выудить из него кругленькую сумму в обмен на эту информацию.

— Весьма и весьма, — сказал Керенский. — Думаю, что мы не далеки от истины.

— Но есть еще кое-что, — снова вставил я. — На Нижних Уровнях Денис встречался с неким Кобеном.

— В начале вашего рассказа вы упоминали это, — хмуро напомнил Керенский.

— Да, но вот зачем они встречались? После встречи с Кобеном, Денис позвонил Раде. Мне удалось подслушать разговор и…

— И из него можно сделать вывод, что эта парочка чего-то или кого-то разыскивает, — закончил Керенский за меня. — Верно?

— Да.

— Так вам удалось узнать, что они ищут?

— Нет.

Керенский несколько мгновений смотрел на меня, затем перевел взгляд на Китсона.

— Алекс? Есть какие-нибудь соображения по этому поводу?

Китсон пожал плечами с безразличным видом.

— Нет.

— В этом-то и загвоздка, — сказал я. — Если они просто хотели продать какую-то информацию Ригану, зачем им тогда понадобилось что-то или кого-то разыскивать? Это немного не состыкуются с версией Алекса…

— Возможно, они узнали что-то… — попытался объяснить он. — Или наткнулись на какой-то… — и неожиданно Китсон замолк. У меня промелькнула мысль, что он побоялся сболтнуть лишнего.

— Продолжай, Алекс, — сказал Керенский. — На что они могли наткнуться?

Китсон бросил на начальника быстрый взгляд и пожал плечами.

— Не знаю.

Керенский помолчал, словно давая Китсону время собраться с мыслями. Но тот продолжал молчать.

— Вероятно, нам стоит начать поиски этого Кобена, — сказал я. — От него мы могли бы узнать, что искали Денис с Радой.

— Да, я тоже так считаю, — согласился Керенский. — И еще нужно навести справки об этом самом Денисе — кто он такой, какую должность занимает в «Эко», в заключаются его обязанности, ну и все такое. И действительно ли находится в подчинении у Ригана. Вернее, находился. Ты ведь сказал, что слышал, как он говорил Кобену, будто его уволили?

— Да, — ответил я.

Китсон разглядывал носки своих ботинок. Не поднимая головы, он произнес:

— Не думаю, что стоит отвлекаться на него.

Мы с Керенским посмотрели на Китсона.

— О чем это ты? — спросил начальник «Континентала». — Почему?

— Просто считаю это пустой тратой времени, — Китсон говорил медленно, будто тщательно подбирал слова. — Не думаю, что этот Денис так уж важен… Нам стоит сосредоточить все свое внимание на поиске Кобена.

— Поступай, как считаешь нужным, Алекс, — ответил Керенский. — Это твоя операция, и ты за нее отвечаешь. Но я все-таки рекомендую разузнать о Денисе побольше. Во всем этом деле у него явно не последняя роль.

— Ладно, — Китсон поднялся. — Разберемся. Думаю, нам обсуждать больше нечего, — он посмотрел на меня. — Пошли.

Китсон развернулся и сделал шаг по направлению к выходу из кабинета.

— Подожди, — сказал я.

Китсон замер и как-то настороженно посмотрел на меня.

— Что еще? Кажется, мы уже закончили.

— Просто хотел кое-что спросить. Помнишь, когда мы нашли Раду, она сильно удивилась, увидев тебя?

— Разве?

— Да. И она все спрашивала, «что это все означает?» и «зачем ты пришел за мной?». А в конце разговора еще сказала, что просила тебя не вмешиваться.

Лицо Китсона стало похожим на маску. Взгляд его потемнел от злобы.

— Ты поначалу молчал, а потом ответил ей что-то вроде того, что никогда не сдаешься, — закончил я.

Керенский молчал. Но судя по глазам, ему тоже стало любопытно.

— Так что Рада имела ввиду? — спросил я.

Казалось, Китсон едва сдерживает себя. Он напрягся всем телом. Его руки невольно сжались в кулаки. Заметив это, Китсон поспешно спрятал их в карманы.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы немного остыть. Затем он заговорил спокойным, но не предвещающим ничего хорошего голосом.

— Да, она задавала мне какие-то глупые вопросы. И да, сначала я их игнорировал. А что по-твоему я должен был ей отвечать? Ей же вкололи какую-то дурь! Забыл, что ли? Да она же на ногах едва стояла! И в голове у нее, видать, из-за наркотика творилось не пойми чего! Но когда стало ясно, что она не отвяжется, решил подыграть ей и что-то ответил. И она сразу успокоилась!

Я промолчал, пытливо глядя на Китсона.

— Все? — спросил он. — Мы разобрались с этим?

Пояснения Китсона меня не устраивали. В этот раз он не просто ушел от ответа, а нагло солгал. Интуиция подсказывала мне, что он кое-что скрывает. Но я заметил, что Керенский уже потерял интерес к разговору. Видимо, ответ Китсона его вполне удовлетворил. Сев за письменный стол он сказал:

— Ладно, идите и принимайтесь за дело, — и стал раскуривать сигару. Она поглотила все его внимание и, казалось, про нас он уже и позабыл.

Китсон вышел из кабинета. Я последовал за ним.

Мы зашли в кабину лифта. Китсон нажал кнопку самого первого этажа.

— Отправляемся на поиски Кобена? — спросил я.

Китсон не ответил. Он был очень зол.

Кабина лифта продолжала спускаться. Я все ждал, когда же Китсон выскажется, когда же начнет возмущаться. Однако напарник все молчал.

Наконец, дверцы открылись. Мы вышли в большой, но пустой зал. Вокруг никого не было. Китсон сделал шаг по направлению к выходу, но затем резко остановился и развернулся.

Китсон был очень быстр. И все же я успел заметить его взметнувшийся в воздух кулак и вовремя уклонился… Но оказалось, что Китсон только этого и ждал. За первым ударом сразу же последовал второй. Из глаз посыпались искры. Я почувствовал, что теряю равновесие и начинаю падать… Но прежде чем я упал, Китсон успел нанести третий, заключительный, удар, который поставил точку в этой короткой, жесткой стычке.

Я потерял сознание на несколько секунд. А когда тьма перед глазами разошлась, увидел Китсона. Он смотрел на меня сверху вниз презрительным взглядом.

— А тебе все неймется, да? — сразу же заговорил он. — Что, неужели было непонятно, что Силина из-за наркотика ни черта не соображала и просто несла всякую чушь? Или ты просто хотел поставить меня в неловкое положение перед боссом? Короче, со мной такие шутки не проходят, имей ввиду!

После этих слов он развернулся и пошел прочь. Когда я наконец оклемался и поднялся на ноги, его в зале уже не было. Я поплелся к выходу.

Китсон был чертовски ловок и силен. Неожиданно мне вспомнилась Анита — та несчастная и одинокая девчонка, которую я вытащил из Нижних Уровней и спрятал в своей квартире. Если Керенский узнает об этом, он прикажет отправить девушку обратно. И если я откажусь, он будет вынужден поручить это дело кому-то другому. Например, Алексу Китсону…

Сейчас мы с ним на одной стороне, поэтому опасаться пока нечего. Но вот если когда-нибудь… Если по какой-то причине мы вдруг станем врагами…

Да, тогда мне предстоит сразиться с ним, и схватка эта обещает быть очень непростой.

Глава 9

И вот снова я оказался на Нижних Уровнях. Первый раз я побывал тут еще утром, когда следил за Денисом. А сейчас уже близился вечер. Вот только вокруг, казалось, ничего не изменилось. На Нижних Уровнях сложно почувствовать разницу между утром и вечером — солнечный свет сюда почти не доходит, и многочисленные голографические вывески освещают улицы круглые сутки.

Только народу стало еще больше, и прибавилось шума.

Китсон ждал меня возле канала. Его лицо морщилось от отвращения.

— Ну и вонища же здесь! — просипел он. — Сколько раз здесь бывал, и сколько еще придется побывать, но к этой вони никогда не привыкну. Ладно, показывай, куда идти.

Мне не сразу удалось вспомнить дорогу к той гостинице, в которой Денис встречался с Кобеном. На поиски ушло немало времени, но все же мы нашли ее.

— Так это она? — спросил Китсон с неприязнью разглядывая уродливое строение.

— Да.

— Ладно, пошли внутрь.

Входная дверь привычно скрипнула, когда я открыл ее. Мы вошли в полутемный холл. Он был пуст. Я повел Китсона дальше.

В конце Т-образного коридора он спросил:

— Куда теперь?

— Сюда.

Я подошел к нужной двери.

— Вот в этом номере у них была встреча.

Лампочка возле двери горела зелеными светом — номер был свободен. Китсон достал кредитный чип и что-то недовольно бормоча себе под нос оплатил номер на один час. Затем приложил большой палец к дисплею. Сканер считал отпечаток его пальца. Раздался негромкий звуковой сигнал, означающий, что все прошло успешно. Лампочка загорелась красным.

Китсон убрал кредитный чип и еще раз коснулся большим пальцем дисплея. Лязгнул замок. Толкнув дверь, Китсон вошел в номер.

Я заглянул в комнату, но остался стоять в дверном проеме. Помещение было слишком крохотным для двоих взрослых мужчин, и я решил не путаться у напарника под ногами.

Китсон осматривал номер. Хотя осматривать в нем было практически нечего. Односпальная кровать с грязным мятым постельным бельем стояла у одной стены. У противоположной располагалась небольшая тумбочка. У окна прямо напротив двери стояли маленький стол и два стула.

Сунув руку в карман, Китсон подошел к столу. Из-за его широкой спины мне не было видно, чем он там занимается. Я шагнул в комнату, прикрыл за собой дверь и приблизился к столу.

Китсон держал в руке портативный анализатор. Указатель был направлен на пепельницу, в которой лежал окурок. На небольшой дисплей выводилась информация.

Наконец, Китсон убрал анализатор в карман, двумя пальцами взял окурок и поднес его к носу. Принюхался и с удовлетворенным видом кивнул.

— Что это? — спросил я.

— Венерианский мох, — ответил Китсон. — Причем довольно редкого сорта.

— И что?

Китсон презрительно посмотрел на меня.

— Его курил Кобен.

— С чего ты взял? Может Денис?

— Нет. Эту дрянь можно найти только на Нижних Уровнях. Да и курить ее могут отважиться только здешние обитатели.

— Ну ладно. И что нам это дает?

— Теперь найти Кобена не составит труда.

— По этому окурку?

— Да.

— И как?

— Венерианский мох этого сорта продают всего в нескольких местах. Причем с некоторыми продавцами я знаком. Так что отыскать Кобена будет нетрудно.

— Понятно.

Китсон помолчал секунды две и сказал:

— Вот только искать его я буду один. С этого момента ты отстраняешься от дела.

Это было весьма неожиданно.

— Почему? — так и опешил я.

Китсон посмотрел на меня злым взглядом.

— Ты мне был нужен только за тем, чтобы следить за Денисом и все. Так что дальше я сам справлюсь.

— Но я могу помочь найти Кобена. Я знаю, как он выглядит и…

— Коротышка со шрамом на лице, так? Думаю, мне будет нетрудно его опознать.

— А Рада? Наша задача ведь найти ее. Вдвое у нас будет…

— Не наша задача, а моя. Теперь уже только моя. Ты свободен.

Но я остался стоять на месте. Хотя и понимал, что Китсона никак не переубедить. Видя, что я еще колеблюсь, он сказал:

— Так, слушай сюда. Ты из рук вон плохо справился с предыдущим моим поручением. Ты же с этим не будешь спорить, да? Я тебе велел проследить за Денисом и что же в итоге из этого вышло? Он тебя заметил — раз. Он встречался с Кобеном, но о чем они беседовали, ты выяснить не смог — два. А потом ты так вообще упустил Дениса — это три. Так что доверять такому ненадежному напарнику как ты я не могу. Надеюсь, тебе понятно?

Я даже не попытался оправдаться.

— Если бы ты подслушал разговор Дениса с Кобеном, то мы бы уже знали, что Денис с Радой ищут, и где это находится, — продолжил отчитывать меня Китсон. — И возможно, сейчас все было бы по-другому и, наверное, уже смогли бы разобраться во всем этом деле. Не говоря уж о том, что возможно могли бы помешать людям Ригана похитить Силину. Но из-за твоего провала теперь мне нужно искать этого Кобена и черт знает сколько лишней работы еще придется проделать!

Китсон выговорился и наконец замолк. Я спросил:

— Значит мне нужно вернуться в офис и доложить Керенскому, что ты отстранил меня от операции?

Китсон кивнул, открыл рот… Но не произнес ни слова. Он несколько секунд размышлял над чем-то и затем сказал:

— А знаешь, что? Не говори пока ничего Керенскому. Иди-ка лучше домой. Я отыщу Кобена и там уж посмотрим, как будут разворачиваться события. Возможно, мне все-таки понадобится твой помощь. А возможно и нет. Я тебе позвоню и скажу, нужна мне твоя помощь или нет.

— Зачем же мне отсиживаться дома? Я могу помочь в поисках Кобена…

— Нет! — резким голосом прервал меня Китсон. — Как уже говорил, я собираюсь навестить знакомых людей, торгующим венерианским мхом и парочку своих здешних информаторов. Хоть они меня и знают, но все равно каждый раз, когда прихожу к ним, держаться настороже. На Нижних Уровнях все друг к другу относятся с подозрением. А если уж я заявлюсь к ним с незнакомым человеком, так они вообще могут отказаться помогать мне. Так что, как видишь, ты принесешь больше вреда, чем пользы, если будешь со мной. Поэтому иди домой и жди моего звонка. Полагаю, времени на поиски Кобена уйдет немало и позвоню тебе, наверное, уже только завтра утром или даже еще поздней. Но кто знает, возможно удастся быстрей его разыскать, и тогда я разбужу тебя посреди ночи. Так что будь готов.

Китсон кивнул и отвернулся, как бы говоря, что на этом наш разговор закончен.

Я вышел. Откуда-то из глубины коридора донесся неясный шум. Я обернулся и прислушался. Через несколько секунд стало ясно, что это просто кто-то включал музыку. Я хотел уже уходить, но тут мой взгляд упал на дверь соседнего номера.

Мне вспомнилась женщина с голубыми глазами, которую я видел утром. Она вышла из этого номера, увидела меня, оглядела с ног до головы и снова ушла обратно к себе. Но через несколько минут она покинула гостинцу и направилась следом за Денисом. Значит ли это что-нибудь?

Лампочка горела зеленым светом. Я оплатил номер и открыл дверь. Комната ничем не отличалась от той, в которой возился Китсон.

— Ты все еще здесь? — послышался знакомый голос.

Я обернулся. Китсон уже стоял в коридоре и подозрительно смотрел на меня.

— Что это ты тут делаешь? Разве я не велел тебе проваливать отсюда? — спросил он.

И я рассказал ему про женщину, которая занимала мои мысли. Китсон выслушал меня, а затем стал донимать вопросами и требовать подробного описания этой женщины.

— На вид — самая обычная бродяжка с Нижних Уровней, — сказал я. — Но вот ее взгляд…

— Что с ее взглядом?

— Очень острый и внимательный. Она будто привыкла ничего не упускать из виду и замечать все мелочи, — я немного колебался, а затем добавил: — И еще кое-что…

— Ну?

— Не знаю почему, но у меня мелькнула мысль, что эта женщина вовсе никакая не бродяжка, а только прикидывается ею.

Китсон кивнул и глубоко задумался над чем-то. Но делиться своими мыслями он не стал.

— Ладно, топай уже отсюда, — сказал он, зашел в номер, который утром занимала женщина и стал его осматривать.

Я покинул гостиницу, а уже через несколько минут поднимался на ближайшем лифте на Верхние Уровни.

Из головы никак не выходила Рада. Сейчас она находится в лапах Микки Ригана. Что ему от нее нужно? Понятно — хочет, чтобы она передала ему какую-то информацию. Как он будет этого добиваться? Керенский говорил, что Микки Риган имеет связи с преступными группировками. Поэтому он может оказаться человеком жестоким и очень опасным. Но станет ли он применять силу, если Рада заупрямится? Подумав немного, я решил, что скорее всего нет. Есть много способов заставить человека говорить, не прибегая к помощи насилия.

А что сделает Микки Риган, когда Рада станет ему не нужна? Я пытался убедить себя, что он не настолько жесток и безрассуден и что информация, которую украла Рада не настолько важна и секретна, чтобы убивать из-за этого сотрудницу «Континентала».

Хотя интуиция подсказывала мне, что здесь дело в чем-то совсем другом и что за всем эти кроется нечто гораздо большее. Я не был с ней знаком и ровным счетом ничего не знал об этой девушке, но тем не менее почти не сомневался, что Рада Силина не стала бы предавать свою организацию и воровать из наших архивов. Ну если только на это не было каких-то серьезных причин…

Тревожных мыслей меньше не становилось. В голову без конца лезла одна из последних фраз Китсона.

«Если бы ты не сплоховал, мы возможно могли мы помешать людям Ригана похитить Силину». — сказал он что-то вроде этого. И конечно же был прав. Если бы я был чуточку поосмотрительней, если бы нашел способ подслушать разговор Дениса с Кобеном, то в итоге все могло сложиться совсем иначе…

Эти беспокойные мысли продолжали терзать меня. Но самое ужасное состоит в том, что я никак не могу повлиять на текущие события. Если Микки Риган задумал убить Раду, то я ничего не смогу сделать, чтобы помешать ему. Я не знаю, где искать Ригана, не знаю, где находится логово Кобена… Единственное, что могу, так это просто ждать и надеяться, что скоро позвонит Китсон и снова предложит присоединиться к операции.

Чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей, заставил себя думать об Аните.

Чем она сейчас занимается? Как у нее дела? Она мне ни разу не позвонила — значит ли это, что у нее все в порядке? Может самому позвонить домой? Или не стоит?

Наконец, лифт привез меня на Верхние Уровни. Я сел в одно из свободных аэротакси. А когда хотел уже было назвать водителю свой домашний адрес, как вдруг мне кое-что вспомнилось. Аните ведь совсем нечего носить. Я дал ей свой единственный халат, но девушке он слишком велик и она, должно быть, чувствует себя в нем крайне неуютно.

— Так куда летим? — спросил нетерпеливый водитель.

Я назвал ему адрес и через полчаса уже был в небольшом скромном магазинчике женской одежды и присматривался к разным нарядам. Выбор был довольно большой, и я вскоре совсем растерялся. Ко мне на выручку поспешил робот-консультант. Поскольку я не знал, какой из нарядов будет Аните впору, он посоветовал мне несколько симпатичных платьев с автоматической подгонкой размера по фигуре.

Наконец, покинул магазин, держа в руках две сумки с женской одеждой. Я направился домой. Через пол часа уже входил в свою квартиру.

Сняв обувь, пересек холл и вошел в гостиную. Из другой комнаты послышались легкие шаги. Открылась дверь, и в проеме показалась Анита. Халата на ней уже не было — девушка переоделась в одну из моих белых рубашек.

Анита продолжала стоять в проеме. На ее губах играла немного застенчивая улыбка, а на щеках горел легкий румянец. Я с восхищением смотрел на девушку. Кроме рубашки, которая ей очень шла, на девушке больше ничего не было. Я невольно залюбовался ее красивыми ногами.

Наконец, Анита шагнула в гостиную и подошла ко мне. Фриз почти бесшумно следовал за ней по пятам. Девушка, казалось, его даже не замечала. Видимо, она уже успела привыкнуть к роботу-помощнику.

Анита подняла голову и посмотрела на меня таким сияющим взглядом, что мне даже стало немного неловко.

— Привет, — буркнул я.

— Привет, — отозвалась девушка.

Очевидно, пока меня не было, Анита приняла ванну. От нее приятно пахло, кожа была чистой и белой, а шелковистые волосы волнами спадали на плечи.

Я передал ей пакеты, и когда она ушла переодеваться в другую комнату, достал пачку сигарет и закурил.

Анита вернулась через несколько минут. Она надела платье, которое эффектно оттеняло ее бледную кожу и выгодно подчеркивало соблазнительные изгибы фигуры.

Вдруг у Аниты заурчало в животе. Девушка смутилась и покраснела. Я подумал — неужели, она ничего не ела, пока меня не было? А потом вспомнил, что у меня у самого с утра во рту не было ни крошки. Я хотел было уже подозвать к себе Фриза и сделать заказ на дом, но затем мне в голову пришла другая мысль. После некоторых раздумий я решил сводить девушку в ресторан.

И я повел Аниту в пользующийся немалой популярностью ресторан «Созвездие». Он располагался под открытым небом на крыше одного из небоскребов.

Анита так рьяно и с таким удовольствием набросилась на еду, будто не ела целую неделю. Хотя возможно так оно и было… Я с улыбкой наблюдал за тем, как она ест, не оставляя на тарелках ни единой крошки. Наш ужин был очень плотным, но Анита с удивительной легкостью расправилась с ним.

Затем я повел Аниту в торговый центр. Девушка жалась ко мне и восторженно смотрела по сторонам. Витрины с выставленными на них лучшими товарами так и подманивали к себе. Мы заходили почти в каждый отдел, и хотя Анита не просила ей ничего покупать, я делал ей небольшие подарки.

Деньги утекали, как вода сквозь пальцы, но я не замечал этого. И только когда бумажник стал совсем тонким, меня охватило волнение. Если так будет продолжаться и дальше, то очень скоро он совсем опустеет. Тогда придется снимать деньги с кредитного чипа, хотя эту сумму всегда считал своим неприкосновенным запасом на черный день.

Я решил, что больше не буду тратиться. Но уже в следующем отделе Аните приглянулась одна шляпка. Надев ее, девушка долго любовалась своим отражением в большом зеркале. Однако Анита не привыкла ни у кого ничего просить, и через несколько минут с сожалением положила шляпку на место.

Я достал из бумажника последние несколько банкнот и протянул их роботу-продавцу. Когда он упаковал шляпку и передал ее Аните, девушка вся засияла от счастья. Она прижалась ко мне, встала на носочки и, подняв голову, закрыла глаза.

Я наклонился, чтобы поцеловать девушку. И когда почувствовал ее мягкие, трепещущие губы, все горестные мысли сразу же волшебным образом исчезли.

Домой мы вернулись поздно вечером. Анита забрала у меня пакеты с покупками и, весело смеясь, упорхнула в другую комнату. Дверь за ней закрылась. Я снял с себя верхнюю одежду, сел в кресло и закурил сигарету.

А через несколько минут услышал тихий, нежный, почти детский голосок. Я поднял голову. Дверь в соседнюю комнату была открыта. Анита стояла в проеме и смотрела на меня. Она надела ту шляпку и чулки, которые доходили ей почти до причинного места. И больше на ней ничего не было.

Анита медленно пошла ко мне. Я не сводил с нее взгляда. Мне вдруг вспомнился тот момент, когда впервые увидел Аниту на Нижних Уровнях. Я тогда подумал, что она похожа на потерявшегося ребенка. Но сейчас глядя на ее крепкое, молодое, гибкое тело с приятными выпуклостями, я понял, что она давно уже не подросток.

Анита остановилась. Я еще несколько секунд смотрел на девушку, а затем потянулся к ней. Она сразу же прильнула ко мне всем телом, откинула назад голову и подставила губы. Мы слились в поцелуе, который длился, наверное, не меньше минуты. Я водил ладонями по ее гладкой, слегка холодной, приятной на ощупь коже. Тело девушки трепетало под моими руками.

Я поднял Аниту, отнес ее в спальню и уложил на кровать. Затем быстро разделся и лег рядом. Девушка смотрела на меня потемневшими глазами. Я сжал в ладонях ее крепкие, упругие груди, и соски девушки сразу же послушно затвердели.

Анита яростно набросилась на меня, обхватив руками и ногами. Ее ногти с силой впились в мою кожу, оставляя на ней глубокие царапины. С губ девушки срывалось нечто похожее на хрипловатое рычание. Анита была похожа на какую-то дикарку, которую давно мучал физический, животный голод по мужскому телу.

Наконец, выдыхавшиеся и все мокрые от пота мы в изнеможении оторвались друг от друга. Некоторое время приходили в себя и молча смотрели в потолок. Затем уснули.

Проснулись посреди ночи. Посмотрев на Аниту, я снова увидел в ее глазах желание. Очевидно, в моем взгляде она прочитала тоже самое. Я притянул девушку к себе. Ее горячее, жаждущее ласк тело слегка подрагивало. Анита прижалась ко мне. Мы сплелись в тесных и страстных объятьях. Теперь наши ласки были не грубыми и животными, а очень нежными и растянулись они на целый час. Затем мы снова уснули, и в этот раз проспали уже до самого утра.

Когда я проснулся, Анита еще спала. Во сне у нее был очень умиротворенный и спокойный вид. Волосы девушки в беспорядке разметались по подушке. Рот был слегка приоткрыт, и слышалось негромкое сопение. Я некоторое время любовался спящей девушкой, а затем поднялся на ноги.

Приняв душ, вошел на кухню и стал варить кофе. Когда наливал его в чашку, позади раздалось шлепанье босых ног. Я обернулся. Анита стояла в дверном проеме. Она был полностью обнажена. Уже в который раз я залюбовался ее красивым, соблазнительным телом.

Анита подошла ко мне и поднялась на носочки. Мы поцеловались. Затем она, вся сияя от счастья, убежала в ванную комнату.

Я подносил дымящуюся чашку ко рту и делал небольшие глотки. Мысли путались в голове.

Анита… Мне было жаль эту девчонку, и я решил вытащить ее из Нижних Уровней. Однако затем простая жалость переросла в нечто большее — Анита мне стала нравиться. И вот сейчас я вдруг понял, что симпатия уступает место чему-то другому. Я вспоминал ее миловидное лицо, сияющую улыбку, живые глаза, податливое, упругое, молодое тело, вспоминал сегодняшнюю ночь, полную любви и страсти и чувствовал, что… Что…

Я встряхнул головой, чтобы избавиться от назойливых мыслей. Но они все равно возвращались.

Очень странно… Я ведь не был особо влюбчивым… Да и никогда не страдал от недостатка женского внимания и девичьих ласк. Девушкам что-то во мне нравилось, и они охотно шли на контакт. И Анита, казалось бы, ничем не отличается от всех девушек, с которыми я был знаком. Так в чем же дело? С ней я провел всего лишь один вечер и всего лишь одну ночь… Неужели за этот короткий отрезок времени я мог…

Вдруг из соседней комнаты донесся знакомый звук. Кто-то звонил мне на КПК. Я зашел в гостиную и по привычке перенаправил звонок с портативного устройства на домашний видеофон. Этого не стоило делать, но моя голова была забита посторонними мыслями, поэтому я совсем не подумал о возможных последствиях.

Посмотрев на стену, я произнес:

— Принять вызов.

Появилось лицо Китсона. Он хмурил брови и кривил губы, будто что-то причиняло ему сильную боль.

— Громов? — сказал он. — Ты где? Дома?

Я знал, что один из сенсоров активировал камеру, поэтому Китсон мог видеть меня.

— Да.

— Хорошо. Скажи, где ты живешь? Я сейчас прилечу к тебе.

И только сейчас я подумал об Аните. Китсон ни в коем случае не должен узнать про нее. Не надо было перенаправлять вызов с КПК на видеофон. Однако, из ванной комнаты все еще доносился шум льющейся воды, так что волноваться пока не о чем. Анита не так давно ушла в ванную, значит выйдет еще нескоро.

Тем не менее надо все равно поскорей закончить разговор, но при этом не вызвать у Китсона каких-либо подозрений.

— Прилетишь ко мне? — переспросил я. — Зачем?

— Да какая… — начал было резко отвечать Китсон, но тут же весь скривился.

— С тобой все в порядке? — равнодушно спросил я.

— Просто пара царапин, — прохрипел он.

— Что произошло?

— Я нашел Кобена. И узнал, зачем Денис с ним встречался, и что они с Силиной искали.

— И что же?

— Расскажу потом! Я немного не в форме, так что ты летишь со мной.

— Куда?

— Сказал же, расскажу все потом, по дороге! Так где живешь?

Я назвал ему свой домашний адрес.

— Отлично! Это недалеко. Будь на посадочной площадке через десять минут.

— Ладно, — сказал я и хотел выключить видеофон, как вдруг заметил, что выражение лица Китсона изменилось. Его глаза стали смотреть куда-то мимо меня.

Я обернулся и понял, что произошло то, чего я так опасался. Закутавшись в банное полотенце, в комнату вошла Анита. Увидев Китсона, девушка замерла. Взгляд ее стал испуганным.

Китсон ухмыльнулся.

— Это твоя девушка? — спросил он с какой-то неприятной интонацией в голосе. — А она ничего…

— Жду тебя, — сухо ответил я, не дав Китсону закончить фразу. Затем сразу же выключил видеофон. Экран пропал.

Я объяснил Аните, что мне нужно идти работать. Девушка выглядела расстроенной. Она явно не хотела со мной расставаться. Но спорить не стала. Закрыв глаза, она подставила губы. Я прекрасно понимал, что опасно затягивать прощание, но ничего не мог с собой поделать. Обнимая Аниту, я покрывал ее лицо, шею и голые плечи поцелуями. Девушка отвечала на ласки, прижимаясь ко мне всем телом.

Узелок на банном полотенце вдруг распутался, и оно легко соскользнуло на пол. Моему взору вновь во всем своем великолепии открылось обнаженное тело Аниты. Я касался ее приятной кожи и чувствовал, что меня охватывает жгучее желание.

Собрав всю свою волю, я мягко отстранил девушку. Быстро оделся и попрощался с Анитой, пообещав вернуться так быстро, как смогу. Затем покинул свою квартиру и направился к посадочной площадке.

Китсон велел ждать его через десять минут, но прилетел он гораздо раньше. Я сел на переднее пассажирское кресло, и флайер взмыл в воздух.

— Так куда мы направляемся? — спросил я.

— Мы покидаем Варгос.

— И куда летим?

— В звездную систему Ашмор.

— Зачем?

— Там есть астероидное поле. На одном из самых крупных астероидов расположена давно заброшенная исследовательская станция какой-то разорившейся частной корпорации. На этой станции находится штаб-квартира «Злобных псов»…

Китсон замолчал. Он старался говорить спокойно, но время от времени голос его подрагивал, а на лице появлялось выражение муки. Вот и сейчас оно скривилось, будто Китсона пронзила острая боль.

— Так с тобой точно все в порядке? — спросил я.

— Одна пуля прошла навылет через плечо, две другие просто царапнули по телу, — пояснил Китсон, все еще морщась от боли. — Я остановил кровь и обработал раны, так что теперь уже все в порядке. Правда они все еще болят, но ничего — переживу.

— Мог бы сказать мне. Я бы захватил с собой обезболивающее.

— Терпеть не могу обезболивающее! Оно слишком меня расслабляет и не дает полного контроля над телом. К тому же небольшие боли я в состоянии потерпеть.

Я пожал плечами.

— Ладно, дело твое. Так с кем ты сцепился?

— С людьми Кобена, — процедил Китсон. — Он решил, что меня послали «Злобные псы», чтобы разобраться с ним за предательство. Эти гады немного потрепали меня, но я с ними расправился и взялся за Кобена. Он все мне выложил.

— И что ты узнал?

— Ты знаешь, кто такие «Злобные псы»?

— Нет.

— Вот и я ничего не знал о них до сегодняшней ночи.

— И кто они?

— Наемники. Бывшие. У них была очень дурная репутация. Грубые, жестокие, испорченные до невозможности. Они словно специально старались соответствовать названию своей группы. В конце концов, они совсем испортили себе репутацию и их перестали нанимать на работу. Никто не хотел с ними связываться. И тогда они перешли на другую сторону закона. Стали пиратствовать в космосе и разбойничать на дальних, малонаселенных планетах.

Китсон ненадолго замолчал. Судя по напряженному выражению лица, он боролся с очередной вспышкой боли. Я бросил взгляд в окно. Флайер уже вылетел за пределы города и теперь мчался в сторону космопорта.

— Кобен сам раньше долгое время был «Злобным псом». Но потом он ушел от них и поселился на Нижних Уровнях Варгоса. Властям не было ничего известно о злодеяниях «Злобных псов», поскольку те всегда убивали свидетелей и тщательно заметали за собой все следы. На очередном ограблении Кобену поручили охранять заложников. Но одному из них удалось сбежать и позже он дал властям описание Кобена. Его объявили в розыск. Так что ему пришлось покинуть группу, чтобы не подставлять своих дружков.

Я достал пачку сигарет, сунул одну в рот и глубоко затянулся. Когда выдохнул дым, сразу же заработали небольшие вентиляторы, всасывая его в себя.

— А что насчет Дениса? Они ведь с этим Кобеном приятели?

— Приятели — это сильно сказано. Скорее, просто знакомые.

— Денис ведь работал в «Эко». То есть он должен был быть уважаемым человеком. Так как он мог познакомиться с каким-то беглым преступником из Нижних Уровней?

— Понятия не имею. Я не стал уточнять у Кобена этот вопрос. Видишь ли, я его очень серьезно ранил. Кровь так и хлестала. Он мог умереть в любую секунду. Я боялся, как бы он не помер до того, как успеет рассказать мне самое главное, поэтому не стал задавать ему маловажные вопросы.

Я кивнул, глядя в ветровое стекло. Здания космопорта становились все ближе.

— Так вот, — продолжил Китсон. — Кобен сказал, что пару недель назад к нему пришел Денис и пообещал заплатить кругленькую сумму, если он свяжет его с «Злобными псами».

— Зачем?

— Не знаю. Кобен не стал уточнять. На Нижних Уровнях не принято совать нос в чужие дела.

— И он вывел Дениса на них?

— Да. А несколько дней назад Денис снова позвонил Кобену и попросил сказать ему, где находится штаб-квартира «Злобных псов». Кобен сразу почуял неладное и понял, что у Дениса и его дружков-наемников что-то не срослось. Он не хотел выдавать «псов», поскольку знал, что ему за это не жить. Но Денис обещал заплатить втрое больше, чем в прошлый раз, и жадность Кобена взяла вверх. Они встретились в той гостинице, и Кобен сказал Денису, что он найдет «псов» в системе Ашмор на одном из астероидов и дал его координаты.

— А что насчет той женщины из соседнего номера?

Китсон нахмурился. Похоже, он совсем забыл про нее.

— Не знаю, — ответил он. — Кобен не сказал про нее ни слова. Да и чего ты к ней привязался? Скорей всего, это обычная бродяжка. Уличная воровка, карманница. Увидала Дениса, признала в нем человека с Верхних Уровней, ну и потащилась за ним, чтобы спереть его кошелек при удобном случае.

Я вспомнил голубые пронзительные глаза той женщины. Смотрят ли карманники на своих потенциальных жертв таким внимательным, оценивающим взглядом? Да, конечно. Однако что-то мне подсказывало, что та женщина не была простой уличной воровкой…

— Посмотри-ка лучше вот на это, — продолжил Китсон, дотрагиваясь до кнопки включения бортового компьютера. — «Злобных псов» давно выгнали из гильдии наемников, однако у них осталась фотография их лидера. Его зовут Хью Логан.

Китсон активировал экран и на нем появилось изображение какого-то человека.

— Вот, полюбуйся-ка на него. Этакий красавец, да?

Я рассматривал человека на фотографии. Коротко стриженные черные волосы с сединой на висках. Толстая мощная шея, квадратная челюсть, слегка перекошенный в одну сторону сломанный нос. Правый глаз горел жгучем пламенем ненависти ко всему окружающему. Левого же вообще не было — его заменял оптический кибер-имплантат. От подбородка к самому лбу наискосок тянулся длинный уродливый шрам. Он пересекал зрительный имплантат. Очевидно, Логан лишился левого глаза, когда ему полоснули по лицу лезвием.

— Есть фотографии остальных «псов»? — спросил я.

— Нет. В гильдии сохранилось только фото Логана.

Флайер уже летел над космопортом.

— Видишь вон там корабль? Это «Миранда». Мы полетим на ней.

Я кивнул, разглядывая небольшой звездолет легкого класса, принадлежащий «Континенталу».

— Нам повезло, что «Миранда» оказалась свободна, — сказал Китсон, и в его голосе прозвучало восхищение. — На нее недавно поставили новый гипердвигатель. Самая последняя разработка, считай, что прототип. Такого пока больше ни у кого нет, даже у «Эко». На сверхсветовой скорости до Ашморианской системы доберемся всего за один час по стандартному времени. Это же в три, а то и в четыре, раза быстрее, чем на любом другом современном двигателе!

Флайер мягко приземлился возле корабля «Континентала». Я расстегнул ремни безопасности, открыл дверь и стал выбираться наружу.

— Настоящая красавица, — сказал Китсон, продолжая разглядывать «Миранду» через ветровое стекло. — Ну прям как твоя подружка, Громов.

Я замер. Затем обернулся.

Китсон поймал мой взгляд и скривил губы в ухмылке.

— Да, у тебя очень симпатичная девчонка, Громов. И где ты только подобрал такую милашку?

Я ничего не ответил.

— Ой, да ладно тебе, Громов, не смотри на меня так злобно. Не собираюсь я отбивать твою девчонку, — сказал Китсон и хрипловато рассмеялся.

Я еще несколько секунд молча смотрел на Китсона. Затем, так ничего и не ответив, выбрался из флайера и направился к «Миранде».

Глава 10

Космическим кораблем Китсон управлял так же мастерски, как и планетарным флайером. Он умело посадил звездолет на поверхность астероида. Затем нажал какую-то кнопку на панели управления. Металлические заслонки, закрывающие иллюминаторы, плавно поползли вверх.

Снаружи было очень темно. Далекие звезды нисколько не освещали поверхность астероида. Китсон сверился с приборами, кивнул в сторону бокового иллюминатора и сказал:

— Посмотри вот туда.

Я обернулся. Но сначала ничего не увидел. А через несколько секунд Ашморианское солнце стало выходить из-за края астероида. Постепенно оно поднималось все выше и становилось все ярче. Оно было похоже на сверкающую золотую монету. Вскоре вся поверхность астероида была освещена. Но несмотря на это, небо оставалось все таким же черным, а звезды нисколько не уменьшили яркости. Так бывает на всех космических телах, лишенных атмосферы.

Китсон снова сверился с показаниями приборов и сказал:

— Солнце зайдет через четыре часа. Нам надо управиться за этой время, а иначе придется возвращаться к кораблю в темноте.

Мы стали надевать космические бронекостюмы черно-красной раскраски.

— Какой же у нас план? — спросил я.

— Доберемся до этой станции и будем искать «псов».

— А когда найдем их?

— Будем действовать по обстоятельствам. Но вряд ли они окажут нам теплый прием.

Надев космические бронекостюмы, мы направились в оружейную комнату. Я взял крупнокалиберный пистолет «Палач», проверил его и зарядил. Затем прикрепил к поясу кобуру и сунул в нее пистолет. В небольшие кармашки положил два дополнительных магазина. Кроме этого я взял кое-какие полезные электронные устройства и прицепил к поясу несколько гранат.

Китсон тоже уже снарядился. Но вместо «Палача» мой напарник вооружился пистолетом-пулеметом «Метель» и убрал его в кобуру на спине.

Мы вошли в шлюзовую камеру. Когда насосы откачали воздух, внешняя дверь открылась. Мы спустились по трапу на поверхность астероида.

— Туда, — послышался голос Китсона из переговорного устройства.

Мы направились в сторону небольшого холма. Сила притяжения астероида была совсем небольшой, поэтому передвигались мы длинными затяжными прыжками.

Один раз я слишком сильно оттолкнулся от поверхности и стал медленно плыть вверх, прямо в черную пустоту космоса. Силы притяжения не хватало, чтобы вернуть меня на астероид.

Пришлось воспользоваться небольшими двигателями, расположенными на плечах космического бронекостюма. Из маленьких сопел вырвались вверх струйки газа, а меня понесло в обратную сторону — к поверхности астероида.

Наконец, мы добрались до холма, забрались на вершину и остановились. Внизу на практически плоской равнине мы увидели заброшенный научно-исследовательский комплекс. Он состоял из нескольких крупных пятиэтажных зданий, соединенных между собой надземными галереями.

Мы спустились с холма и направились вдоль одного из зданий комплекса. Через некоторое время мы нашли вход в шлюзовую камеру. Внешняя и внутренняя двери были открыты. Мы вошли внутрь здания и оказались в довольно просторном вестибюле. Солнечные лучи, проникавшие через иллюминаторы и открытый шлюз, освещали лишь небольшую часть помещения.

Я огляделся. От вестибюля в разные сторону уходили коридоры.

— Разделимся? — спросил я.

— Не стоит, — послышался из наушников голос Китсона.

Переключив визоры наших шлемов на ночной режим, мы бегло осмотрели здание. В нем никого не оказалось. Впрочем, иного мы и не ожидали.

— Ладно, пошли к следующему зданию, — сказал Китсон.

Но едва мы подошли к нему, как поняли, что нас снова постигла неудача — оба люка шлюзовой камеры были открыты. Заглянув в несколько комнат, мы направились к третьему по счету строению научно-исследовательского комплекса. В отличии от предыдущих, в которых мы уже побывали, оно было сравнительно небольшим и двухэтажным.

Подойдя к шлюзу, обнаружили, что внутренний люк был закрыт. Я посмотрел на Китсона. Он тоже повернул голову и взглянул на меня. Шлемы наших бронекостюмов были полностью непрозрачными, и хоть я не мог видеть выражения лица своего напарника, но догадался, что мы подумали об одном и том же.

Мы вошли внутрь. Я взялся за ручку внешнего люка и потянул на себя. Дверца встала на место, и автоматические задвижки вошли в пазы. Почти сразу же пол шлюзовой камеры слегка завибрировал.

— Чувствуешь? — спросил Китсон. — Системы восстанавливают давление воздуха.

Наконец, открылась внутренняя дверь. В шлюзовую камеру хлынул приглушенный свет. Я переключил визор с ночного режима на обычный, и вышел вслед за Китсоном в небольшое помещение.

С помощью пульта управления, расположенного на тыльной стороне левой перчатки бронекостюма, я активировал голографическую панель и сверился с показаниями приборов. Китсон оказался прав — в помещении был пригодный для дыхания воздух. Я прекратил подачу кислорода внутри бронекостюма, чтобы зазря не тратить этот живительный газ. Затем открыл клапаны в шлеме, позволив воздуху свободно проникать внутрь. Сделав глубокий вздох, я деактивировал голографическую панель.

— Выходит, штаб-квартира «псов» находится в этом здании, — сказал я.

— Да, — ответил Китсон.

— Разделимся?

— Будем держаться вместе. Я не в лучшей форме — раны еще побаливают.

Мы пошли по одному из коридоров, заглядывая по пути в каждую комнату. Звуки наших шагов гулко раздавались в окружающей тишине.

Дойдя до перекрестка, мы огляделись и повернулись налево. Сделав несколько шагов, Китсон вдруг резко замер.

— Стой! — воскликнул он.

Я тоже остановился.

— Смотри, — сказал он. — Вон там на стене. Видишь?

— Вижу.

— Это детектор движения.

— Да. Значит, мы уже близко.

Я активировал устройство, которое в радиусе пяти метров от себя глушит все электронные приборы. Затем мы пошли дальше.

Портативные детекторы движения попадались нам на пути все чаще. Но кроме них больше в здании не было никаких систем охраны. Так мы думали, пока не наткнулись на боевого робота.

Мы обнаружили его, когда осматривали просторное помещение, служившее столовой. Китсон первый услышал слабое пощелкивание где-то позади нас. Он обернулся и воскликнул:

— Осторожно! Тут робот.

Я резко развернулся, выхватывая из кобуры пистолет. Робот находился в другом конце помещения. Размером он был небольшим, раза в полтора крупнее домашней кошки. Он довольно проворно передвигался на восьми механических конечностях, похожих на паучьи лапки. Башенное орудие крутилось во все стороны.

Сенсоры робота засекли двух посторонних, и он стал разворачиваться в нашу сторону. Китсон потянулся к своей единственной драгоценной гранате «Пульсар», висевшей на поясе.

— Оставь его мне!

— Ну валяй, — отозвался Китсон и бросился к ближайшему укрытию.

Сенсоры башенного орудия засекли движение, резво повернулись и открыли огонь. Миниатюрные снаряды застучали по окнам тамбура, в который забежал Китсон. Раздался звон разбитого стекла, осколки брызнули во все стороны. Из наушников послышалась ругань Китсона. Присев, он прятался за тонкой перегородкой, а сверху на него сыпалось битое стекло.

Упав на одно колено, я сжал пистолет обеими руками и открыл огонь. Первая же бронебойная пуля угодила в цель — одна из механических конечностей треснула и надломилась. Робот наклонился назад, направив дуло башенного орудия вверх. Оно продолжало стрелять, разбрасывая ворох смертоносных снарядов. С потолка посыпались крошки штукатурки.

— Кончай с ним уже! — зарычал Китсон.

Я выстрелил еще несколько раз. Когда четвертая бронебойная пуля пробила металлический корпус, башенное орудие вдруг заглохло. Робот на секунду замер, словно в удивлении. Затем развернулся и неуклюже пополз куда-то в сторону, будто хотел покинуть поле боя. Три его металлические конечности были выведены из строя, поэтому робот теперь передвигался как-то неловко, сильно покачиваясь из стороны в сторону. Казалось, вот-вот и он опрокинется на один бок.

Я прицелился и выстрелил в последний раз. Робот дернулся всем корпусом, издал какой-то негромкий щелкающий звук и замер.

Китсон выбрался из укрытия и стряхнул с бронекостюма осколки. Затем мы подошли к поверженному механическому созданию.

— Как считаешь, — сказал я. — Они послали робота на разведку, потому что засекли, что кто-то выводит из строя детекторы движения?

— Не думаю. Скорей всего он просто патрулировал территорию.

Мы вышли из столовой, направились по коридору и вскоре обнаружили лестницу на второй этаж.

— Сначала осмотрим все внизу, — сказал Китсон, и мы пошли дальше.

Впереди показался еще один перекресток. Очевидно, мой напарник усилил чувствительность микрофонов бронекостюма, потому что он вдруг замер и сказал:

— Стой! Я что-то слышу.

Через несколько секунд звуковые сенсоры моего бронекостюма тоже уловили какой-то тихий, повторяющейся звук. Я понял, что он означает. Это шагали два боевых робота.

Они вышли из бокового коридора на перекресток, остановились и повернулись в нашу сторону. Эти роботы были точно такими же как тот, которого я уничтожил несколько минут назад. По восемь механических проворных лапок и по одному небольшому, но смертельно опасному башенному орудию.

Роботы зашагали в нашу сторону и открыли огонь. Раздался сухой пулеметный треск.

Мы с Китсоном метнулись в разные стороны. Я юркнул в нишу на стене, а он забежал в какую-то комнату напротив. Отцепив от пояса граната «Пульсар», я посмотрел на Китсона. Он кивнул.

— Я их отвлеку, — послышался в наушниках его голос.

Китсон высунулся из дверного проема в коридор. Оба робота тут же нацелили на него башенные орудия. Миниатюрные снаряды застучали по стене. Китсон нырнул обратно в комнату.

Я выглянул из-за угла и бросил «Пульсар» в приближающихся роботов. И тут же снова укрылся в нише. Из коридора доносился звук катившейся по полу гранаты. Затем послышалось низкое гудение, и коридор на секунду осветила синяя вспышка.

Треск башенных орудий прекратился. Мы с Китсоном выбрались из своих укрытий. Оба робота были выведены из строя.

— Хорошая работа, — сказал мой напарник.

Мы продолжили обыскивать первый этаж. Больше нам по пути не встречалось никаких препятствий.

Я подумал — если на этой станции и есть собственные системы безопасности, то они явно давно уже не работают. Портативные детекторы движения и похожие на пауков небольшие охранные роботы — это личное снаряжение «Злобных псов». И скорей всего ничего более серьезного у них нет. Хоть эти маленькие роботы и не способны оказывать должного сопротивления хорошо подготовленной группе, они все равно стоят очень недешево. Так что вряд ли их здесь слишком много.

К тому же про эту научно-исследовательскую станцию явно давно все забыли. Кроме самих «псов» сюда никто больше не летает. Шанс, что кто-то случайно натолкнется на этот астероид тоже крайне низок. Наверное, когда «псы» решили устроить здесь свою штаб-квартиру, они были уверены, что никто никогда не найдет их тут. Поэтому они не стали слишком тратиться на покупку дорогостоящих и не слишком нужных им роботов. Вероятно, они выделили на охрану своего логова всего трех робопауков. С которыми мы уже расправились.

Я поделился своими мыслями с Китсоном.

— Скоро узнаем, — отозвался он. — Ты главное не расслабляйся.

Через некоторое время мы натолкнулись на закрытую дверь. Это была первая встретившаяся нам по пути дверь, которая не хотела открываться. Я переключил визор на инфракрасный режим, и увидел за стеной нескольких людей.

— Вот и нашли их, — сказал я.

— Да.

— Что будем делать?

— Напролом не пойдем — их там слишком много. Поищем другой путь.

Мы направились назад, и вскоре снова дошли до лестницы на второй этаж. Поднялись по ступенькам и оказались в начале коридора. Вдруг Китсон втолкнул меня в какое-то помещение.

— Там кто-то идет, — пояснил он.

Я снова переключил визор на инфракрасный режим и увидел, как из бокового коридора появились двое человек и направились к лестнице.

— Здесь тонкие стены, — сказал Китсон. — У тебя ведь бронебойные?

— Да.

— Тогда эта парочка на тебе.

Я вскинул пистолет и тщательно прицелился. Двое мужчин продолжали идти по коридору, ни о чем не подозревая. Я выстрелил, затем чуть отвел пистолет в сторону и снова нажал на спусковой крючок. Пули легко прошли сквозь тонкую стену. Один из мужчин повалился на пол, как подкошенный. Второго развернуло и отбросило назад. Врезавшись спиной в стену, он медленно сполз по ней вниз. Я секунды две смотрел на них, а когда стало ясно, что они мертвы, выключил инфракрасный режим.

Мы вышли в коридор. Один из мужчин лежал на животе. Тяжелая, бронебойная пуля прошла через его тело насквозь, оставив на спине огромную, страшную дыру. Второй мужчина сидел на полу, раскинув руки и уронив голову на грудь. Одна его нога была распрямлена, а другая согнута в колене. На стене к нему сверху тянулся кровавый след.

Мы направились дальше. Очевидно, один из людей Хью Логана, лидера «Злобных псов», слышал выстрелы и спрятался в одной из комнат, выжидая подходящий момент для нападения. Когда я подошел к двери, она вдруг открылась, и в проеме показался плотный, небритый мужчина с блестящими глазами. Он держал дробовик, направив дуло мне в грудь.

Я резко вскинул пистолет, и в следующий миг страшное оружие в руках толстяка изрыгнуло огонь. Неведомая сила оттолкнула меня назад. Но падая, я успел один раз выстрелить. Пуля угодила толстяку прямо в голову, превратив его лицо в кровавую кашу.

Через открытую дверь в коридор вылетел круглый боевой дрон, размером с футбольный мяч. Он сразу же открыл огонь из двух мелкокалиберных орудий. Я покатился по полу — подниматься на ноги не было времени. Яростно жужжа, как пчелы, пули вонзались в пол одна за другой. Несколько из них попав в бронекостюм, смялись в лепешку.

Откуда-то сбоку раздался глухой треск. Это Китсон стал стрелять из пистолета-пулемета «Метель», который выпускал по тридцать пуль в секунду. После первой же очереди одно из орудий дрона заглохло. Маленький круглый робот развернулся и стал стрелять по Китсону. Мой напарник кинулся к ближайшему укрытию — ниши в стене.

Присев на одно колено и обхватив пистолет «Палач» обеими руками, я принялся стрелять по боевому дрону. Когда третья пуля пробила его корпус, робот взорвался. Во все стороны полетели обугленные, искореженные куски металла.

Китсон помог мне подняться.

— Ты как? — спросил он, оглядывая место на моем бронекостюме, куда недавно выстрелил толстяк из дробовика.

Удар был страшно сильным, и грудь ужасно болела. Однако броня выдержала, не одна дробинка не смогла пробить ее. Но на моей груди, вероятно, скоро расцветет огромный синяк.

— В порядке, — ответил я.

Мы дошли до конца коридора, открыли очередную дверь и оказались в небольшом помещении, заставленном нерабочими компьютерными терминалами. У большого окна стоял мужчина и смотрел куда-то вниз. Китсон подкрался к нему, ловким движением свернул шею и аккуратно уложил обмякшее тело на пол.

Я подошел к окну. Комната находилась на втором этаже, а внизу, тремя метрами ниже, был большой был просторный ангар. В самом его центре стоял большой вездеход на шести колесах. Несколько человек, очевидно это были «Злобные псы», грузили в кузов какие-то длинные, метра под два-два с половиной, контейнеры с прозрачными крышками. С виду эти продолговатые ящики очень напоминали автономные криогенные камеры. Внутренние стороны стекол крышек — если это конечно действительно были стекла, а не какой-то другой прозрачный материал — густо покрывали морозные узоры. Со своего места мне было не видно, что лежит внутри контейнеров.

В моей голове завертелись мысли. Если это действительно криокамеры, то что, а вернее кто, в них лежит? «Злобные псы» кого-то похитили? Но зачем им понадобилось замораживать своих жертв? Или «псы» стали заниматься торговлей людьми?

Чуть поодаль от вездехода стоял высокий, широкоплечий мужчина с богатырской фигурой. Хмурым взглядом он следил за погрузкой. Я узнал этого человека. Это был Хью Логан. Его оптический имплантат, вживленный в левую глазницу, горел тусклым зеленым светом.

Вдруг я почувствовал, что Китсон тянет меня за руку вниз.

— Присядь! — сказал он. — Не высовывайся, заметят же!

— Там Логан.

— Да знаю я! Видел уже!

Я присел на корточки рядом Китсоном.

— Так что будем делать?

— Пока просто понаблюдаем за ними. Нужно сообразить, как взять Логана живым.

Я кивнул. Затем активировал голографическую панель на левой перчатке и усилил чувствительность микрофнов.

С ангара стали доноситься шарканье ног, тяжелое дыхание и ругань людей, грузивших контейнеры в вездеход.

Через некоторое время раздался чей-то голос.

— Эй, Хью, я не могу связаться с ребятами, которых мы послали прочесывать первый этаж.

Я повернул голову и удивленно взглянул на Китсона.

— Но мы же не встречали людей на первом этаже…

— Помолчи, — ответил Китсон.

— Скорее всего они уже мертвы, — упавшим голосом добавил мужчина.

— А что с братьями? — раздался другой голос. Очевидно, это был Логан. — Уже минут десять, как они ушли на второй этаж. От них слышно что-нибудь?

— Не выходят на связь. Три робота с первого этажа тоже не подают никаких сигналов.

Логан грязно выругался.

— Я слышал выстрелы, — сказал его собеседник. Он явно был встревожен.

— Я тоже слышал, не глухой, — раздраженно ответил Логан и злобно закричал своим людям: — Эй вы, сволочи, заканчивайте уже с погрузкой!

— Это военные, — бормотал мужчина. Его тревога возрастала с каждой секундой. — Как пить дать, военные. Власти взялись за нас всерьез.

— Ты что, сдурел? — резко спросил Логан. У него был высокий, скрежещущий, неприятный голос. — Властям ничего про нас неизвестно. Наверное, это какая-то шпана, которой мы когда-то перешли дорогу.

— Мы послали трех человек на второй этаж, четверых на первый — и никто из них не отвечает. Плюс — пропали сигналы всех патрульных роботов. При этом детекторы движения все время молчали, будто вокруг них ничего не происходило. Нет, шпана на такое не способна. Это военные или наемники из какой-нибудь частной корпорации. И скоро они ворвутся сюда…

Раздался смачный звук удара, а затем грохот упавшего на пол тела.

— Закрой пасть! Не время распускать сопли, — разъярился Логан. — А вы чего вылупились, недоумки? Продолжайте работу!

«Псы» снова стали грузить криокамеры в вездеход. Мужчины шумно дышали и кряхтели — видимо морозильные контейнеры были очень тяжелыми.

— Эй, Ривз, иди-ка проверь второй этаж! — раздался крик Логана. — Хватит тебе уже прохлаждаться!

Но лидеру «Злобных псов» никто не ответил.

— Ривз, ты все еще там?

В ответ — тишина.

Я посмотрел на тело человека, которому Китсон несколько минут назад свернул шею. Уж не это ли Ривз?

— Это еще что за… — раздался приглушенный голос Логана. — Это кто еще такие?

Я понял, что лидер «Злобных псов» увидел нас оптическим имплантатом.

— Эй вы, двое! — заорал Логан. — Я вас вижу. Спускайтесь оттуда, только медленно!

Я посмотрел на Китсона.

— Что будем делать?

Он начал что-то отвечать, но его слова заглушил внезапный грохот взрыва. Мы с Китсоном вскочили на ноги и уставились в окно.

Раскаленная волна воздуха сорвала дверь с направляющих рельс и выбросила ее почти на самую середину помещения. В ангар вбежало четыре человека в белых бронекостюмах. Люди Микки Ригана. «Псы» так и замерли от неожиданности. Но когда по ним открыли ураганный огонь, они бросились в рассыпную. Хью Логан, без конца ругаясь, метнулся за большой металлический ящик.

Люди Ригана переключили свои бронекостюмы в режим маскировки и растворились в воздухе. При этом они вели непрерывный огонь. По вспышкам выстрелов можно было определить, где они находятся. Люди Ригана это прекрасно понимали, поэтому не засиживал подолгу на одном месте. Если приглядеться, то можно было увидеть, как «стеклянные» фигуры перебегают из одного укрытия в другое.

Но никто из «Злобных псов» не пытался приглядеться. Все они находились на грани паники. Некоторые из них носились по всему ангару, пытаясь найти безопасное место. Другие прятались за укрытиями, время от времени высовывая дуло автоматов и выпуская по несколько пуль. При этом они даже не смотрели, куда стреляют. Были и такие, кто, наоборот, почти не прятался. Они ожесточенно расстреливали дальние углы ангара, хотя там никого и не было.

Логан не принимал участия в перестрелке. Он сидел за самым дальним металлическим ящиком и, выглядывая из-за угла, орал на своих подчиненных, пытаясь заставить их действовать более осмотрительно. Но на его злобные приказы никто не обращал внимания. Наверное, напуганные «псы» даже не слышали криков своего командира.

Вскоре люди Ригана вышли из режима маскировки. Вероятно, были слишком уверены в своей победе и потому решили не растрачивать зазря энергию бронекостюмов. Плазменные винтовки, из которых стреляли опытные наемники Ригана, били точно и убивали с первого выстрела.

«Злобных псов» было раза в три или четыре больше, чем людей Ригана, но это не давало им никаких преимуществ. Все они действовали необдуманно, неосмотрительно. Стреляли косо и впустую растрачивали патроны. Оружие сильно подпрыгивало в их дрожащих руках, и пули летели куда угодно, но только не в людей Ригана.

Со стороны это выглядело не как честная схватка двух одинаковых по силе противников, а как избиение взрослым человеком ребенка. «Псы» гибли один за других. Уже через несколько минут после начала сражения в живых осталось всего пятеро «псов». Не считая Логана, который до сих пор так и не вступил в бой.

Вездеход все еще стоял в самом центре помещения. До того, как в ангар ворвались люди Ригана, «псы» успели погрузить в кузов почти все криокамеры. Осталась всего одна. Она лежала неподалеку от большого автомобиля. По ней частенько попадали пули, выпущенные «псами» из автоматов, но они отскакивали от прочного контейнера, не оставляя на поверхности даже царапин.

Вдруг один из людей Ригана закачался и левой рукой ухватился за живот. Двое обрадованных «псов» решили добить своего противника. Издав нечленораздельный, первобытный вопль, они выглянули из укрытий и вскинули автоматические винтовки. Но один из них сразу же отлетел назад, сраженный метким выстрелом одного из людей Ригана. Второй же успел выпустить длинную очередь из автомата. Несколько пуль попали в раненного в живот наемника, и он повалился на бок. Его плазменная винтовка в последний раз выплюнула сгусток горячей плазмы. Она попала в боковую стенку криокамеры.

Поверхность контейнера стала морщиться и плавиться, словно была пластмассовой. Вверх взметнулась струйка едкого дыма. Но это продолжалось недолго. Уже через несколько секунд поверхность контейнера перестала плавиться и застыла.

Сражение продолжалось. Никто не заметил, что боковую стенку криокамеры слегка покоробило. Я же не мог отвести от нее удивленного взгляда.

Жидкая плазма прожигает насквозь почти все, с чем соприкасается. Существует совсем немного известных материалов, которые она не может полностью продырявить. Но даже их она уродует до неузнаваемости. Стенка же криогенной камеры под воздействием горячей плазмы лишь слегка сморщилась. Такого мне видеть еще приходилось. Из какого же материала сделан этот контейнер?

И тут я вдруг понял, что внутри криокамеры стало что-то происходить. Через покрытое морозными узорами стекло выбилось голубоватое свечение. Оно становилось все ярче, а внутренняя сторона прозрачной поверхности контейнера постепенно оттаивала. Затем крышка криокамеры вдруг откинулась в сторону. Наружу сразу повалил густой белый пар.

— Ты видишь это? — спросил я у Китсона.

— Вижу, — ответил он. — Там внутри что-то есть. Но точно не человек.

Словно в подтверждение его слов из контейнера вверх взметнулось… нечто. Меньше чем за секунду оно взлетело до самого потолка и принялось быстро кружить на ангаром.

Теперь уже не только мы с Китсоном, но и все остальные заметили раскрывшийся контейнер и странное, неясное существо, кружившее под самым потолком ангара. «Злобные псы» и люди Ригана, казалось, даже позабыли друг о друге. Перестав стрелять, они задрали головы и с изумлением наблюдали за «призраком».

Я тоже не отрываясь следил за существом, пытаясь хорошенько его рассмотреть. Но у меня это никак не получалось. Оно двигалось слишком быстро и казалось неясным расплывчатым пятном. Внешне существо очень напоминало приведение. Оно было продолговатым и полупрозрачным, а его тело излучало голубоватой свет.

Через некоторое время существо как будто бы стало проявлять интерес к людям, которые следили за ним. Оно немного снизилось и летало теперь не с такой ошеломляющей скоростью, как раньше. Наконец-то, у меня появилось возможность получше его рассмотреть.

По строению тела «призрак» был похож на большую полупрозрачную медузу с множеством щупалец. Но при этом верхняя часть его туловища отливала серебром в свете ламп ангара. Существо было только наполовину органическим, остальная часть его тела состояла из металла.

Я никак не мог понять, что же это такое — робот неизвестного производства или же какое-то неведомое существо с одной из далеких неизученных людьми планет?

А затем без какой-либо видимой на то причины «призрак» вдруг рассвирепел. Он снова закружил по ангару с бешеной скоростью, постепенно спускаясь все ниже. И вдруг он атаковал одного из «псов». На металлическом корпусе «призрака» открылось небольшое отверстие, и оттуда вылетело нечто похожее на заостренный кусочек льда.

Запаниковав, «Злобный пес» развернулся и бросился бежать. Ему повезло — снаряд, выпущенный «призраком», пролетел мимо и ударил в один из металлических ящиков. Он сразу же стал покрываться какой-то белой, прозрачной и очень крепкой на вид пленкой.

Существо продолжало преследовать «Злобного пса». Теперь уже оно выпускало снаряды не переставая, и в конце концов один из них угодил мужчине в ногу. Она за считанные секунды «заледенела», покрывшись толстым слоем какого-то вещества. Завопив, бедняга упал на пол и принялся кататься по нему, держась обеими руками за «окаменевшую» ногу. Существо сделало еще несколько выстрелов, и мужчина весь превратился в кусок «льда».

Остальные «Злобные псы» бросились кто куда. Они совсем не желали вступать в бой с «призраком» — это страшное существо двигалось слишком стремительно, поэтому они понимали, что не смогут одолеть его.

Перестали мелькать и вспышки плазменных винтовок. Люди Ригана снова включили режим маскировки на бронекостюмах, с стали дожидаться, когда «призрак» в одиночку расправиться с оставшимися «псами».

Логан, прятавшийся все это время за дальним ящиком, вдруг бросился бежать в вездеходу. Рванув на себя дверцу, он нырнул в кабину. Взревели мощные двигатели, загорелись фары. Тяжелая машина сорвалась с места и покатилась к широкому шлюзу.

Остатки «Злобных псов» метнулись к вездеходу и стали дергать ручки… но дверцы не открывались. Наконец, до наемников дошло, что их лидер не собирается пускать в автомобиль своих подчиненных. Отчаянно завопив, они побежали в другую сторону.

Вездеход въехал в шлюзовую камеру. Внутренний люк за ним сразу же автоматически закрылся.

— Проклятье! — прорычал Китсон. — Надо его как-то остановить!

— И как же? — спросил я.

Напарник не ответил. Казалось, он мучительно размышлял. Ближайший шлюз находился в ангаре, но по нему летало агрессивное и смертельно опасное существо. Китсон не спешил ко встречи с ним.

Тем временем со всеми «Злобными псами» уже было покончено. Их скрюченные, «замороженные» тела валялись на полу ангара. Я внимательно осмотрел помещение, но нигде не обнаружил людей Ригана. По-видимому, они, притаившись где-то за металлическими ящиками, совсем не шевелились, поэтому увидеть их было практически невозможно.

«Призрак» сделал еще один круг над ангаром, а затем метнулся к шлюзу. Из тела существа вырвался синеватый луч и ударил в крышку внутреннего люка. Она стала быстро покрываться слоем «льда». Затем «призрак» выпустил снаряд, и «замороженная» крышка люка разлетелась на мелкие, блестящие кусочки.

Раздался характерный свист утекающего в вакуум воздуха. Взвыли сирены, по всему ангару замигали предупреждающие об опасности лампочки. Внешний люк шлюза стал автоматически закрываться. Но прежде чем створки сошли вместе, «призрак» с молниеносной скоростью успел выскочить наружу.

Я заметил несколько «стеклянных» фигур, которые метнулись к шлюзу. Один из людей Ригана дернул рычаг, и внешний люк снова стал открываться. Опять раздался вой сирен и вспыхнули красным светом лампочки. Воздух с катастрофической быстротой стал утекать из ангара. Люди Ригана выскочили из помещения. Они даже не потрудились закрыть за собой шлюз.

— Быстро, за ними! — скомандовал Китсон.

Я закрыл клапаны в шлеме и включил подачу кислорода. Затем вытащил из кобуры пистолет.

Окна в комнате оказались очень прочными, однако после пятого выстрела из бронебойного «Палача» стекла не выдержали и треснули. Во все стороны брызнули осколки.

Мы выпрыгнули из окна и когда очутились на полу ангара, кинулись к распахнутому шлюзу. Пробегая мимо одного из погибших людей Логана, я на секунду остановился. Казалось, его заключили в большой кусок льда. Но интуитивно я догадывался, что на самом деле это вовсе никакой не лед, а нечто совсем иное. Оружие, которым атаковал «призрак», было мне незнакомо, а принцип его действия совершенно непонятен. Я решил, что это либо какая-то новейшая технологическая разработка, которую ученые и инженеры держали в строжайшем секрете, либо же «призрак» — это и вовсе чужеродное существо или робот нечеловеческого производства. Хотя второй вариант куда менее вероятен.

Мы выбежали из ангара и помчались по астероиду. Далеко впереди увидели громоздкий, угловатый космический корабль. К нему уже подъезжал вездеход.

А прямо перед нами разворачивалась схватка людей Ригана и «призрака». Наемники в белых бронекостюмах отключили маскировку — вероятно, полностью разрядили аккумуляторы и поэтому были вынуждены вступить в бой с «призраком», который заметил их.

Похожее на медузу полуметаллическое существо кружило над поверхностью астероида и обстреливало людей Ригана. Судя по всему, в безвоздушном пространстве «призрак» чувствовал себя превосходно. Ни холод, ни отсутствие кислорода не пугали его. По-видимому, «призрак» действительно всего лишь робот, в тайне разработанный какой-нибудь крупной корпорацией.

Один из людей Ригана заметил нас, развернулся и вскинул винтовку. Горячие сгустки плазмы полетели в нашу сторону. Мы с Китсоном метнулись в разные стороны и спряталась за большими валунами.

— Вот дерьмо, он же уходит! — доносилось из наушников шипение моего напарника. — Надо что-то делать!

Я осторожно выглянул из-за края валуна. Вездеход уже заехал в трюм корабля. Заработали мощные двигатели, звездолет оторвался от астероида и стал набирать высоту.

— Надо вернуться к нашему кораблю, — сказал я. — В космосе мы его догоним.

Но едва мы вышли из укрытий, как по нам снова открыли огонь. Мы были вынуждены нырнуть к валунам. Очевидно, пока двое людей Ригана воевали с «призраком», третий прикрывал своих напарников с тыла, не давая нам с Китсоном покинуть укрытий.

Выждав несколько секунд, я осторожно выглянул из-за другого края валуна. Уродливый, несуразный корабль Логана отдалялся от астероида все дальше. Вскоре он настолько уменьшился в размерах, что стал похож на одну из многочисленных звезд. А затем Логан перешел на сверхсветовую скорость, и его корабль совсем пропал из виду.

Краем глаза я заметил какое-то движение внизу. Резко обернулся и опустил голову. Возле валуна, прямо подо мной, лежал черный предмет округлой формы. Граната. Но откуда он взялась? Я ведь даже не заметил, как она подлетела ко мне. Вероятно, эта граната была того типа, которые не бросают, а кладут на землю, и они сами подкатываются к противнику.

Все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды. Изо всех сил оттолкнувшись от поверхности астероида, я резко метнулся в сторону. Если бы мы находились на планете земного типа, то я, возможно, успел бы отскочить от гранаты. Но на астероиде, где сила притяжения практически отсутствовала, мой прыжок превратился в длинный, неторопливый полет.

Через секунду граната беззвучно взорвалась. Ударная волна подхватила меня и с огромной силой швырнула вверх. С бешенной скоростью меня закружило вокруг самого себя. Перед глазами замелькали то быстро уменьшающийся в размерах астероид, то далекие бесчисленные звезды.

Но, как оказалось, худшее еще было впереди.

Перед глазами вдруг все померкло. Я сразу же понял, что произошло — вышли из строя наружные камеры шлема. Очевидно, их повредило взрывом. Теперь я был слеп и беспомощен.

Спокойно, спокойно! — пронеслась в голове мысль. — Самое главное, не паниковать!

— Китсон, — хриплым голосом сказал я. — Кажется, у меня серьезные проблемы. Камеры сломались, я ничего не вижу. Меня быстро уносит от астероида. Ты можешь подобрать меня?

Из наушников доносился только статический треск и больше ничего.

— Эй, Китсон, ты меня слышишь?

Ни слова в ответ. Неужели я двигался с такой высокой скоростью, что уже вылетел за пределы досягаемости радиосвязи? Нет, это невозможно! Радиопередатчики космических костюмов, даже самого простого типа, передают голос в космосе на тысячи километров.

— Китсон, ответь!

Но напарник ничего не говорил. Возможно, он даже и не слышал меня.

Я похолодел. Если из строя вышла и рация, тогда это точно конец.

— Китсон!

В ответ раздалось только слабое потрескивание.

— Китсон, ответь же! — закричал я в отчаянии.

Рация продолжала молчать.

Сердце гулко колотилось в груди. Я весь взмок от пота.

Все нормально, все нормально, — продолжал утешать меня внутренний голос. — Китсон ведь должен был заметить яркую вспышку, когда граната взорвалась, так? Значит он видел, как тебя унесло прочь от астероида и сейчас уже летит тебе на выручку. Потерпи немного, и вскоре ты почувствуешь, как он возьмет тебя за руку и поведет на «Миранду».

Но время проходило, а меня так никто и не брал за руку. Интересно, сколько я уже болтаюсь в невесомости? Несколько секунд? Минут? А может уже истек целый час? Я совсем потерял счет времени.

А затем перед глазами вдруг появились какие-то неясные расплывчатые тонкие белые линии. Несколько секунд я недоуменно смотрел на них, пока наконец не сообразил в чем дело. Ремонтным наноботам космического бронекостюма удалось восстановить камеры на шлеме! Я даже чуть не закричал от радости. Едва сдержав эмоциональный порыв, стал соображать.

Итак, я продолжал быстро вращаться вокруг самого себя. А вернее, мне казалось, что звезды вращаются вокруг меня. Из-за этого они и превратились в светящиеся линии. Так что первым делом мне нужно остановиться, а затем начать поиски астероида.

Из одного из двигателей, расположенных на плечах космического бронекостюма, я выпустил струйку газа в направлении, противоположном вращению. Звезды замедлили свое движение и вскоре снова превратились в крохотные сверкающие точки.

Затем я стал оглядываться. Но астероида уже нигде не было. Стараясь сохранять хладнокровие, я продолжал внимательно осматривать звезды.

Изображение, передававшееся на внутреннюю сторону шлема, было нечетким и расплывчатым. Я понимал, что это означает. Взрыв слишком сильно повредил камеры. Хоть наноботам и удалось восстановить их, но это была лишь временная мера. Вскоре изображение снова погаснет. Поэтому действовать нужно как можно быстрей.

Через некоторое время мне стало казаться, что одна из звезд сверкает чуть ярче остальных. Не спуская взгляда с этой светящейся точки, я выпустил порцию газов из двигателей и устремился вперед. Возможно, яркая точка была всего лишь одной из многочисленных звезд, а вовсе не астероидом, но я не разрешал себе об этом думать и упрямо приближался к ней.

Казалось, прошло несколько часов. Но на самом деле — всего пять-десять минут. Казалось, точка увеличилась в размерах и стала светить ярче. С сильно бьющимся сердцем, я продолжал следить за крохотным пятнышком. Медленно истекли еще несколько минут. Точка постепенно увеличивалась в размерах и приобретала неправильные очертания. Вскоре стало ясно, что я приближаюсь к астероиду.

С губ сорвался облегченный вздох. Я порадовался, что находился с той стороны астероида, которая была освещена местным солнцем. А иначе мне бы не удалось его отыскать.

Астероид становился все больше, и вскоре я уже не видел ничего кроме него. На поверхности не мелькали вспышки выстрелов. Видимо, бой людей Ригана с «призраком» уже прекратился. Интересно, кто одержал победу?

Я стал рыскать взглядом по поверхности астероида. Вскоре увидел заброшенную научно-исследовательскую станцию. Чуть неподалеку от нее стояла «Миранда». Других космических кораблей мне обнаружить не удалось. Значит, люди Ригана все-таки одолели «призрака» и уже улетели.

А затем я вспомнил похожее на медузу существо, вспомнил его смертоносное оружие и ошеломляющую скорость полета. Могли ли люди Ригана справиться с таким опасным противником? Что если их постигла та же участь что и «Злобных псов»? Ну а их корабля не видно только из-за того, что они могли оставить его на другой стороне астероида.

Сначала я хотел осмотреть место, где люди Ригана сражались с «призраком». Но потом передумал.

Во-первых, если существо выжило, оно может быть где-то неподалеку. Встречаться с ним совсем не хотелось.

А во-вторых, сначала следовало встретиться с Китсоном. А то ведь он вместо того, чтобы долго и усердно искать меня, может запросто покинуть астероид, решив, что я погиб. На такие поступки он способен, мне об этом говорил еще Артур Финн. Поэтому в первую очередь следовало дать ему знать, что я жив.

Ну и кроме всего прочего камеры на шлеме работали нестабильно и в самый неподходящий момент могли выйти из строя.

— Китсон, ты меня слышишь?

В ответ — все та же тишина, нарушаемая лишь слабым потрескиванием помех.

Интересно, где сейчас находится мой напарник? Все еще рыскает по астероиду или уже на «Миранде»? Я направился к космическому кораблю. Даже если Китсона там нет, я смогу связаться с ним по корабельной рации.

И только сейчас меня посетила очень неприятная мысль. А что если Китсона вообще уже даже нет в живых? Люди Ригана могли убить его, после того, как расправилась с «призраком». Против троих хорошо подготовленных и вооруженных плазменными винтовками противников у него не было бы ни шанса на победу… А если же из той схватки победителем вышел «призрак»…

Я отогнал от себя все мысли и спустился к астероиду. Ступив на поверхность, направился к «Миранде». Поднялся по трапу и вошел в шлюз. Затем закрыл крышку внешнего люка. Когда внутренняя дверь открылась, вышел в коридор, снимая на ходу шлем.

Первым делом я заглянул в рубку управления… и сразу увидел Китсона. Он сидел лицом ко мне в кресле пилота. Не его губах блуждала легкая кривая ухмылка, а глазах блестели какие-то искорки.

— Видел тебя через камеру, когда ты входил в шлюз, — сказал он. — Долго же ты добирался, я уж устал ждать.

— Что? Так ты даже не пытался отыскать меня? — удивленно спросил я.

Китсон пожал плечами.

— Нет. А зачем?

— Но ты же видел, как взорвалась граната?

— Конечно, видел. Мелькнула вспышка, тебе закружило-завертело и выкинуло в открытый космос.

— Почему ты не искал меня?

— Ну, сначала я хотел кинуться за тобой, — медленно, словно нехотя заговорил Китсон. — Но едва высунулся, как по мне снова стали стрелять. Пришлось отсиживаться. А потом подумал, что толку бросаться за тобой, ведь у тебя есть двигатели? И управлять ими ты умеешь. Так что сам можешь выкарабкаться. Так я подумал и, как видишь, оказался прав.

— Я пытался выйти с тобой на связь. Но рация вышла из строя…

Китсон снова пожал плечами.

— Да, я так и подумал, когда ты не ответил на мой вызов.

— Но взрывом повредило не только рацию. Сломались и камеры на шлеме. Я ничего не видел.

Взгляд Китсона стал подозрительным.

— Как же ты тогда смог вернуться?

— Наноботам удалось вернуть камерам работоспособность. Вот только изображение оставляло желать лучшего.

Я заглянул в шлем, который все еще держал в руках. Экран на внутренней стороне был выключен. Я нажал на кнопку. Дисплей вспыхнул, но через секунду снова погас.

— Вот, они снова сломались. Видимо, теперь уже окончательно.

Я бросил шлем Китсону. Тот поймал его, заглянул внутрь и хмыкнул.

— Что ж, отлично. Выкарабкался, вот и молодец. Впрочем, удивляться тут нечему. Ты ведь уже большой мальчик и можешь о себе позаботиться. Ладно, давай валить отсюда.

Китсон отложил шлем в сторону, повернулся на кресле к приборной панели и стал оживлять корабль.

Во мне закипела буря эмоций. Она рвалась наружу, и мне с огромным трудом не удавалось сдерживать ее.

Китсон бросил на меня как бы случайный взгляд. Его брови поползли вверх.

— Что, неужели злишься на меня?

Я ничего не ответил. Китсон развернулся в кресле лицом ко мне и сказал:

— Ладно, слушай сюда. Ты недоволен, что я не кинулся тебя искать, да? Но подумай сам — что я мог сделать? Когда мне удалось вырваться из той засады, тебя уже слишком далеко отнесло от астероида. Я тебя нигде не видел, и на вызовы по рации ты не отвечал. Я вернулся на «Миранду» пытался отследить твое местонахождение, но сигналы от твоего костюма тоже перестали поступать. Так что я просто стал ждать и надеяться, что ты сам выкрутишься. А что мне еще оставаясь делать? Или я должен был кружить над астероидом в надеже, что случайно наткнусь на тебя?

В его словах была доля истины. Подавив в себе эмоции, я спросил:

— Ладно, переменим тему.

Китсон пытливо смотрел на меня несколько секунд. Затем расслабился и пожал плечами.

— Как пожелаешь.

— А что случилось с «призраком»? — спросил я. — Людям Ригана удалось одолеть его?

— «Призраком»? Ты о том уродливом дроне-осьминоге?

— Дроне? Думаешь, это был дрон?

— Ну да. А что это еще, по-твоему, могло быть? Хоть он и напоминал то ли осьминога, то медузу, но ясно же, что это всего лишь какой-то полу органический боевой робот. Возможно, прототип.

— Так что с ним стало?

— Эти отъявленные телохранители Ригана поджарили его. Он упал на астероид, но продолжал дергаться и плеваться этой своей «замораживающей» гадостью и даже смог превратить в глыбу «льда» зазевавшегося наемника. Двое остальных, прячась за камнями, поливали плазмой этого осьминога-переростка до тех пор, пока от него не осталась одна только черная обугленная масса. Затем они забрали тела погибших товарищей и улетели.

— И они даже не пытались убить тебя?

— Когда один из них «заледенел», двое остальных бросились на этого осьминога. Про меня они совсем забыли, так что мне удалось улизнуть.

Китсон помолчал секунды две и добавил:

— Если хочешь, можем сходить и посмотреть на то, что осталось от этого осьминога. Хотя рассматривать там особо нечего. Сам знаешь, плазма все выжигает…

Я покачал головой.

— Не пойдем.

— Хорошо… Так теперь мы со всем разобрались? Можем уже валить отсюда? — язвительно спросил Китсон.

— Да.

«Миранда» пошла на взлет.

Глава 11

Мы вернулись на Варгос. Посадив корабль «Континентала» в космопорту, пересели на планетарный флайер и полетели в город.

Некоторое время мы молчали, а затем Китсон заявил, что я могу отправляться домой и отдыхать.

— Что, снова отстраняешь меня от этого дела? — спросил я.

Китсон поразмышлял пару секунд и сказал:

— Нет. Просто пока ты мне не нужен.

— А ты что собираешься делать?

Китсон ответил не сразу. Я подумал, что не хочет делиться своими планами. Но через некоторое время, он проговорил:

— Ну, во-первых, мы упустили Логана. Его надо отыскать. Я попрошу Керенского, чтобы он поручил кому-нибудь из наших ребят собрать всю возможную информацию о Логане. Глядишь, может найдется что-нибудь, что поможет вывести нас на его след.

— А во-вторых?

— Во-вторых, пора вплотную заняться этим жирным Микки Риганом. Помнишь, когда мы прилетели в «Эко», я сказал, что один мой знакомый там работает?

— Антонов?

— Да. И он не обычный служащий, а занимает видную руководящую должность. И, что более важно, он мне кое-чем обязан, — Китсон довольно усмехнулся. — Я его когда-то выручил из беды, вытащил из такой огромной кучи дерьма, из которой он сам никогда бы не вылез. С тех пор он мой большой должник.

— Так что ты задумал?

— Я попрошу Антонова следить за Риганом некоторое время и собрать для меня всю возможную информацию на него. Пора брать эту кучу жира.

Китсон замолчал. Я тоже ничего не говорил, ожидая, когда он продолжит. Достал пачку сигарет, прикурил и с наслаждением затянулся дымом. Китсон так ничего и не сказал. Стало очевидно, что он не собирается заканчивать мысль.

Выпустив струйку дыма, я спросил:

— Что ты имеешь ввиду?

Китсон посмотрел на меня, как на глупого, несмышленого ребенка. Скривив губы в презрительной ухмылке, он сказал:

— Ригана всегда окружает толпа телохранителей. Просто так к нему не подступишься. Антонов выяснит и сообщит мне, в какие моменты Риган остается один или хотя бы, когда вокруг него бывает меньше всего телохранителей. И в этот момент мы на него организуем нападение. Отвезем в какую-нибудь глушь и хорошенько допросим.

— Собираешься снова незакконо проникнуть в «Эко»?

— В этот раз все проделаем без лишнего шума. Только сначала нужно тщательно подготовиться и собрать всю необходимую информацию. Может, Антонову удастся узнать, где живет Риган или в каких еще местах помимо комплекса «Эко» бывает. Может, он отлучается по каким-то делам на другие планеты. Для нас это было бы очень удачно. Не пришлось бы снова вламываться в «Эко».

Я кивнул, делая очередную затяжку.

— А ты пока отдыхай, — продолжил Китсон. — Некоторое время мне твоя помощь будет не нужна. Только под ногами будешь путаться, — Китсон усмехнулся и добавил: — Так что можешь пока покувыркаться со своей очаровательной подружкой.

Я поперхнулся дымом. Откашлявшись, быстро взглянул на Китсона. Он смотрел в ветровое стекло. На его губах застыла усмешка. Мысленно выругавшись, я раздавил сигарету в пепельнице. Мне очень не нравилось, что Китсон никак не может забыть Аниту. В свободное время надо будет подумать, как сделать ей удостоверение личности и все остальные необходимые документы, благодаря которым она сможет стать законной жительницей Верхних Уровнях.

Но это потом, сейчас нужно думать о работе.

— Нет, — сказал я.

— Что нет?

— Не буду отдыхать. Я тоже займусь делом.

Усмешка спала с лица Китсона. Он нахмурился и посмотрел на меня.

— Я же сказал, мне не нужна твоя помощь! Ты только под ногами будешь путаться…

— Я не буду тебе мешать. Пока ты будешь встречаться с Антоновым, я займусь кое-чем другим.

— И чем же? — подозрительно спросил Китсон.

— Помнишь, когда люди Микки Ригана похитили Раду, я спустился по тросу в ее квартиру и затем на меня напали?

— И что?

— Люди Ригана унесли Раду, но один из них остался. Зачем?

Китсон пожал плечами.

— Понятия не имею.

— Наверное, он хотел обыскать ее квартиру.

— Думаешь? — язвительно спросил Китсон.

— Да, — ответил я, проигнорировав его тон. — Но вряд ли он успел найти, что искал, потому что через несколько секунд, после того, как остальные ушли, в квартиру по тросу проник я…

— Ладно-ладно. Так значит ты решил обыскать ее квартиру?

— Да.

— И зачем тебе это?

— Может смогу найти что-нибудь, что подскажет, какую роль во всем этом деле играет Рада.

— Хочешь моего совета?

— Ну?

— Забудь. Ничего ты не найдешь.

— Почему ты так думаешь?

— Я не думаю, а знаю. Ничего в ее квартире ты не найдешь. Только зря потратишь время.

Я подумал, что Китсон объяснит, почему так считает. Он не стал.

— Все равно, — сказал я. — Не хочу сидеть сложа руки.

Китсон посмотрел на меня, нахмурив брови. Хотел что-то сказать, но передумал. Пожав плечами, он отвернулся.

— Что ж, дело твое. Поступай, как знаешь.

Он сказал это нарочито небрежным тоном, но в его голосе прозвучала какая-то еще едва уловимая интонация, значение которой я определить не смог.

— Возможно, за расследование дерзкого похищения Силиной уже взялась полиция, — продолжил Китсон. — И копам не понравится, что кто-то будет совать нос в их дела. Они этого очень не любят. Так что сначала свяжись с Керенским и сообщи ему о своем намерении. Он сможет уладить вопрос с полицией.

Китсон помолчал секунду и добавил:

— Но вообще, я считаю, что ты только зазря отвлечешь Керенского от работы.

— Ты настолько уверен, что обыск квартиры Силиной ничего не даст?

Китсон снова пожал плечами.

— Да. Не ведись на ее симпатичную мордашку. Силина не просто так считается одним из самых опытных агентов «Континентала». Она не глупа и не стала бы хранить у себя дома какие-то компрометирующие ее материалы.

— Неважно. Все равно проведу обыск, — упрямо сказал я.

— Дело твое, — отозвался Китсон, глядя в ветровое стекло.

Когда мы прилетели в город, Китсон высадил меня на одной из посадочных площадок. Едва я закрыл дверь, как флайер «Континентала» сразу взмыл в воздух. Я вошел в здание, нашел тихое, спокойное место и позвонил Керенскому.

— Да, первым делом начальник полиции связался со мной, — сказал Керенский, когда я объяснил ему, что хочу провести обыск квартиры Силиной, но боюсь, как бы не пришлось ставить полиции палки в колеса. — Они хотели начать расследование, но я сказал, что была похищена только наша сотрудница, поэтому мы можем сами разобраться с этим. Так что полиция не будет вмешиваться в это дело. К обыску квартиры они даже не приступали, так что там все лежит на прежних местах. Ну, я только попросил кое-кого из наших ребят убрать тот трос. А то, знаешь ли, воздушному движению он сильно мешал…

Вскоре я уже подходил к квартире Силиной. Входной двери не было — я помнил, что взрыв оторвал ее и бросил в холл. На стене был прикреплен небольшой сканер «Континентала». Он выпускал небольшой красный световой луч, которой разделялся на множество других. Вместе они образовывали сеточку, закрывавшую дверной проем.

Я приложил большой палец к панели сканера. Устройство загудело, считывая отпечаток пальца. Затем раздался негромкий высокий звук, похожий на чириканье птицы. Сеточка загорелась зеленым светом. А когда я прошел сквозь нее, перешагнув через порог, снова стала красной.

Как и говорил Керенский, в квартире Силиной ничего не изменилось. Через разбитое окно врывался прохладный воздух. На полу валялись осколки стекла, обломки столика. Но троса уже не было. В том месте на стене, откуда недавно торчал гарпун, теперь красовалось небольшое отверстие. Под ним, на полу валялась бетонная крошка.

Я огляделся и решил начать обыск с кабинета. Войдя в помещение, сел за компьютерный стол и активировал дисплей. Операционная система загрузилась за пару секунд и потребовала ввести пароль. Программе-взломщику, которую я запустил со своего КПК, понадобилось несколько минут, чтобы подобрать пароль.

Затем я стал изучать содержимое компьютера, водя пальцем по сенсорному голографическому экрану. Поиски не заняли много времени. На самом видном месте Рада сделала какую-то заметку. Я открыл ее и увидел несколько выписанных в ряд различных символов и цифр. Это были координаты какого-то космического объекта.

Я запустил звездную карту на КПК и ввел найденные координаты. На поиски ушло полсекунды. Система нашла нужное место и отобразила его. Я минуту задумчиво смотрел на голографическую звездную карту. Затем сохранил координаты в памяти КПК и продолжил копаться в данных на компьютере Силиной. Я заглянул во все скрытые папки, проверил все запароленные файлы, но больше ничего любопытного не нашел.

Откинувшись на спинку стула, я некоторое время размышлял.

Вдруг из глубины квартиры донесся какой-то слабый звук. Я сразу весь напрягся. Слышался свист врывавшегося в квартиру воздуха через разбитое окно и шелест колыхавшихся на ветру занавесок. Затем снова раздался звук, который и насторожил и меня — это был хруст стекла.

Стараясь не шуметь, я вскочил на ноги, подкрался к дверному проему и выглянул в гостиную.

Посреди помещения стоял мужчина. На нем были потрепанная куртка и грязные штаны. Длинные, давно немытые волосы торчали во все стороны. В правой руке он держал пистолет.

Мужчина заметил меня. Его лицо скривилось, глаза вспыхнули. Он поднял пистолет. Я упал на одно колено, выхватывая из кобуры «Черного стрижа». В сантиметре над головой что-то просвистело. Я выстрелил несколько раз.

Все три пули попали в цель — две из них вошли мужчине в грудь, а одна угодила в правое плечо. Он взвыл от боли и зашатался. Удивительно, но он не упал. Его рука, державшая пистолет опустилась, но пальцы продолжали сжимать рукоятку пистолета.

Я поднялся на ноги. Мужчина попытался поднять руку с пистолетом, но тут же скривился от резкой боли в плече. Вдруг мужчину наклонило вбок. Теряя равновесие, он побрел в сторону. Я вышел из кабинета и увидел, куда относит мужчину. Сунув пистолет в кобуру, метнулся вперед и в два прыжка добрался до мужчины. Но было уже поздно.

Мужчина сделал очередной шаг, и его нога нащупала пустоту. Он понял, что это означает. Глаза неудачливого убийцы округлились, а рот широко открылся. Мужчина выпал из окна. Я наклонился вниз, держась одной рукой за раму, а вторую протягивая вперед. Но кончики пальцев лишь скользнули по его потрепанной куртке.

С диким воплем он полетел вниз. Фигура человека быстро уменьшалась в размерах, пока полностью не исчезла. Я вышел на середину комнаты и пару секунд постоял в задумчивости. Затем направился в холл. Пересек световую сеточку и остановился возле сканера «Континентала».

Когда к сканеру подходит человек, камера автоматически включается. Если неизвестный не прошел авторизацию и пересек световую сетку, сканер сохраняет фотографию, чтобы по ней потом было можно вычислить нарушителя.

Я скопировал из памяти сканера в свой КПК цифровое изображение мужчины, который минуту назад погиб от моей руки. Затем позвонил Керенскому, рассказал ему, что случилось, перекинул по сети фотографию мужчины и попросил опознать его. Керенский пообещал, что Татьяна Вэй немедленно займется этим, а после свяжется со мной.

Я вернулся в квартиру Рады Силиной и продолжил обыск. Но кроме тех космических координат ничего подозрительного больше найти не удалось. Никаких скрытых сейфов или тайников тоже не было. Либо же они были так хорошо спрятаны, что обнаружить их можно только с помощью специальных приборов.

Затем я позвонил Китсону и сказал, что нам необходимо встретиться. Он заявил, что уже находится в другом конце города. Мы договорились о месте встрече, и я покинул квартиру Силиной.

А когда уже летел в аэротакси, позвонила Татьяна Вэй. Она сказала, что человека с фотографии опознать не удалось. Он нигде не числился. Ни в полиции, ни в других правоохранительных органов на него ничего не было. Больницы, кибернетические клиники и другие различные заведения, в которых есть фотографии всех клиентов, он тоже никогда не посещал.

Если бы этот человек раньше где-нибудь засветился на Верхних Уровнях, то Татьяна Вэй обязательно бы узнала об этом. Но она ничего не смогла найти. А это означает только одно. Этот человек явился с Нижних Уровней.

Я вспомнил бабку Агафью. Ту старуху, на которую работают проститутки на одной из улиц Нижних Уровней. Вспомнил слова Аниты. Она ведь предупреждала меня, что бабка Агафья страшная, злая женщина. Говорила, что эта старуха прикажет своим головорезам найти меня и Аниту.

Выходит, что человек, который напал на меня, действовал по указке бабки Агафьи. Но как он ухитрился пробраться на Верхние Уровни? И как ему удалось отыскать меня? Увы, но на эти вопросы я пока что не мог найти ответов.

Я мысленно переключился на другое. Стоит ли говорить Китсону, что на меня напали? Наверное, нет. Иначе он начнет интересоваться, кому это я перешел дорогу на Нижних Уровнях. А об Аните он знает лишь то, что она моя подружка. Рассказывать, откуда она взялась нельзя…

Или может довериться Китсону и рассказать, почему мне пришлось вытащить Аниту с Нижних Уровней? Нет, наверное, лучше этого не делать и вообще ничего ему не говорить, в том числе про этого неудачливого убийцу, посланного бабкой Агафьей. Вряд ли Китсон не станет меня прикрывать, узнав, что Анита — это девушка с Нижних Уровней.

Затем я подумал об Аните. Все ли с ней в порядке? Я набрал на КПК свой домашний номер. Долго ждать ответа не пришлось. Анита вся просияла, увидев меня на экране. Я бросил на водителя быстрый взгляд и убедившись, что он не проявляет никакого ко мне интереса, спросил у Аниты:

— Как дела?

Девушка ответила, что все хорошо. Затем спросила, когда я вернусь.

Я ответил, что пока не знаю. Затем задал другой вопрос:

— К тебе никто не приходил?

Я старался говорить спокойным голосом, но Анита все же каким-то образом почувствовала неладное. Ее глаза чуть округлились.

— Нет, — ответила она дрогнувшим голосом. — А что, кто-то должен прийти?

Я поспешил ее успокоить, сказав, что просто так это спросил, поэтому она может не волноваться.

Затем я снова посмотрел на водителя. Он следил за воздушным движением и, казалось, ни проявлял ни малейшего интереса к нашему с Анитой разговору.

Девушка вроде бы успокоилась и сказала, что скучает. Я ответил, что тоже скучаю и добавил, что мне пора возвращаться к работе.

Голографический экран померк.

Через полчаса аэротакси опустилось на крышу одного из небоскребов, стоящих на берегу океана. Я расплатился с водителем и вышел из машины. Огляделся, увидел неподалеку флайер «Континентала» и направился к нему.

Сев в кресло, закрыл дверцу. Китсон сначала быстро посмотрел на меня, а затем перевел хмурый взгляд на часы.

— Ну что у тебя там? — торопливо и несколько нервно спросил Китсон. — Выкладывай живее. Я назначил здесь Антонову встречу. Он подойдет уже с минуты на минуту.

— В компьютере Силиной нашлось кое-что любопытное. Космические координаты.

— Ну и? Проверил их уже?

— Да.

Я запустил на КПК звездную карту с сохраненными координатами.

— Вот это место.

Китсон еще сильней сдвинул брови, разглядывая карту. Затем недоуменно посмотрел на меня.

— Здесь же ничего нет, — сказал он.

— Да, — ответил я. — Это просто какая-то точка в межзвездном пространстве. Интересно, зачем Рада записала координаты этого места, если там ничего нет?

Китсон с безразличным видом пожал плечами и снова посмотрел на часы.

— И где его носит? — в полголоса пробурчал он. — На двадцать минут уже опаздывает…

— Я хочу слетать туда.

Китсон замолчал и недоверчиво посмотрел на меня. А когда понял, что я не шучу, неодобрительно покачал головой.

— Зачем? Там же ничего нет!

— Но Силина же, наверное, неспроста записала эти координаты…

— А ты не подумал, что она могла просто ошибиться? Что, если она записывала эти координаты второпях? Вместо одной цифры написала другую и вот — вместо какого-то космического объекта, теперь они указывают на пустое место, в котором совсем ничего нет!

— Не думаю. Ты же сам говорил, что она опытный агент. Она не совершила бы такой ошибки, тем более если эти координаты имеют важное значение.

— Ладно, где ты именно нашел эту запись в ее компьютере? Где-то в скрытых папках? На ней был установлен пароль?

Я немного поколебался, затем покачал головой.

— Нет. Она находилась на самом виду.

— Так как ты думаешь, стала бы она оставлять на самом видном месте эту запись, если бы она имеет какое-то значение? — язвительно спросил Китсон.

— Не знаю. Но у меня есть одно предположение.

Китсон молча смотрел на меня. Я чуть уменьшил масштаб на звездной карте и ткнул пальцем в серебристую линию.

— Видишь? Недалеко от этого места проходит межзвездная трасса.

— И что?

— Мы знаем, что когда «Злобные псы» испортили себе репутацию, они занялись разбоем. Наверняка, нападали на космические торговые или грузовые судна.

— Ну и что? — тем же скептическим тоном спросил Китсон.

— Как порой действуют пираты после захвата судна? Уводят его прочь от прежнего маршрута, так? Затем где-нибудь выключают сверхсветовую скорость и выводят судно с межзвездной трассы. Место выбирают пустынное, чтобы поблизости не было ни планетарных систем, ни космических станций, и ничего другого. В общем, такое место, где ни один звездолет не будет просто так сходить с трассы и останавливаться. Здесь они спокойно выносят с судна все ценные вещи, и улетают на своем корабле будучи уверенными, что ограбленное судно обнаружат еще очень нескоро. Если вообще когда-нибудь обнаружат.

— Короче, ты считаешь, что по этим координатам найдешь какой-то обчищенным «псами» корабль?

— Вполне вероятно.

— Даже если так. Но что ты рассчитываешь в нем найти, если судно уже ограблено?

— Не знаю. Возможно, просто какую-то наводку.

Взгляд Китсона был неодобрительным. Напарник явно не разделял моего оптимизма.

Вдруг на его КПК поступил вызов. Он взглянул на дисплей и ответил на звонок. Выскочил голографический экран, с которого на Китсона взглянул бородатый мужчина в очках. Очевидно, это и был Антонов. Он сказал, что задержится еще минут на пятнадцать-двадцать. Китсон пробурчал что-то в ответ и оборвал связь.

Посмотрев на меня, он спросил:

— Сколько лететь до этой точки?

Я проложил на звездной карте курс и задал скорость. Программа мгновенно рассчитала время.

— Девять часов.

— Девять часов! — воскликнул Китсон. — Ты потеряешь столько времени!

— Нет. Я возьму «Миранду». Так что доберусь быстрей.

— Неважно! На полет туда и обратно все равно уйдет несколько часов. А если твое предположение неверно, и там ничего нет? Тогда ты впустую потратишь кучу времени.

— Неважно, — упрямо сказал я. — Нужно слетать туда и проверить. Я уверен, что Рада неспроста занесла эти координаты в свой компьютер.

— Ладно, — сказал Китсон, пожав плечами. — Не буду переубеждать. Но я с тобой, разумеется, не полечу. За время, что ты будешь отсутствовать, может произойти многое. Возможно, Антонов уже узнает что-нибудь о Ригане или станет известно, где находится Логан. Поэтому учти, если ты к этому времени не вернешься, я не стану тебя дожидаться и примусь за дело в одиночку.

Я в этом нисколько не сомневался. Китсон запросто может отстранить меня от дела. Но интуиция подсказывала мне, что в том месте, на которое указывают координаты, найденные в компьютере Рады, находится действительно что-то важное. Я поделился этими мыслями с Китсоном.

— Короче, я тебя предупредил, — только и сказал он. — Ладно. Так значит это все? Больше в квартире Силиной ты ничего не нашел?

Я выдержал его взгляд и ответил:

— Да. Только эти координаты и все.

Но Китсон продолжал на меня смотреть. Его взгляд стал жечь, как огнем. Я больше не мог смотреть ему в глаза и отвернулся. Сделав вид, что забыл, куда сунул пачку сигарет, стал похлопывать себя по карманам. А Китсон продолжал на меня смотреть. Он был на редкость проницательным человеком и почувствовал, что я утаил от него какую-то деталь.

— Не суетись, Громов, — сказал Китсон. — Если ищешь сигареты, то они у тебя в правом внутреннем кармане куртки.

Они действительно были там.

— Да, точно, — пробурчал я, достал пачку и закурил.

— Ладно, Громов, давай выкладывай.

— О чем это ты? — спросил я, не глядя на Китсона.

— Тебя же видно насквозь! — сказал он. — Поэтому можешь не прикидываться. Так что произошло?

Я молчал, зажав зубами сигарету и глядя на поднимающийся от ее кончика дымок. Мозг усердно работал. В итоге, я решил, что даже если умолчу о том, что случилось в квартире Силиной, Китсон все равно об этом узнает. И тогда он может отстранить меня от дела на основании, что я был не полностью с ним откровенен и что поэтому он не мог доверять такому напарнику. А я очень не хотел проваливать свое первое серьезное задание…

Но с другой стороны нужно подумать и об Аните. Если я не стану рассказывать об том неудачливом убийце, то шанс, что Китсон никогда не узнает о том, откуда взялась Анита, резко возрастет.

Но тут на смену этой мысли пришла другая. Если же я сейчас все-таки умолчу, то Китсон может не просто отстранить меня, но и дать Керенскому очень плохую характеристику. А босс «Континентала» прислушивается к его словам. В итоге это может очень плохо сказаться на моей дальнейшей карьере.

Но разве карьера в «Континентале» для меня важней Аниты?

Но Китсон не дал мне времени как следует поразмыслить над всем этим.

— Так в чем дело, Громов? — поторапливал он меня с ответом. — Ты нашел в ее квартире что-то еще? Или дело в чем-то совсем другом? Говори уже, не тяни!

Я поколебался еще немного, а затем вынул изо рта сигарету и с неохотой сказал:

— В квартире Силиной… меня кто-то пытался убить.

— Кто это был? — спросил Китсон. Его голос сразу посуровел.

— Не знаю… Я его ранил, и он выпал из окна.

— Ты хорошо запомнил его внешность? Как он выглядел?

— Неопрятный весь такой… Одет в лохмотья…

— Хорошо. Можно составить фоторобот, и тогда мы легко выйдем на него.

Я помолчал еще несколько секунд. Затем, скрепя сердце, медленно проговорил:

— Фоторобот не нужен. Этот человек прошел через наш сканер. Я извлек фотографию и переслал ее в «Континентал». Но Татьяна Вэй ничего на него не нашла.

— Ничего не нашла? — подозрительно спросил Китсон. — Это же невозможно! — напарник помолчал немного, а затем задумчиво продолжил: — Если только… Если только он не с Нижних Уровней.

Я молчал, глядя прямо перед собой.

— Но как он смог забраться на Верхние Уровни? — продолжал Китсон, рассуждая вслух.

Я почувствовал на себе его пытливый взгляд.

— Что думаешь по этому поводу, Громов?

— Не знаю.

— А я, кажется, догадываюсь.

Я заставил себя посмотрел Китсону в глаза.

— Ну и?

Он помолчал, будто обдумывая какую-то мысль. А секунды через две сказал:

— Полагаю, этот человек работал на Ригана.

Мое удивление было искренним.

— На Ригана?

— Конечно, — казалось, Китсон тоже был удивлен. — А ты что, так не думаешь?

— Не знаю. Вполне возможно.

— Не возможно, а совершено точно. Ну а кто еще может желать нам смерти, кроме Ригана, а? Мы перешли ему дорогу, вмешиваемся в его дела. Понятно, что он зол, очень зол на нас.

— Но почему он послал за нами какого-то бродягу с Нижних Уровней, а не своих людей?

— А ты сам как думаешь? Риган специально нанял бродягу с Нижних Уровней, чтобы перестраховаться. Если бы тот облажался — как оно, впрочем, и вышло — то мы не смогли опознать мертвеца и выйти через него на Ригана. Нам пришлось бы только гадать, кем был этот человек и зачем пытался нас убить. Видимо так рассуждал этот мешок с жиром.

Я вдруг понял, что Китсон, скорее всего, прав. Его версия гораздо более правдоподобная, чем моя. Вряд ли человек бабки Агафьи смог бы пробраться на Верхние Уровни. А уж отыскать меня в этом новом незнакомом для него месте ему тем более было бы не по силам.

Совсем другое дело — Микки Риган. Он послал на Нижние Уровни одного из своих людей, что найти подходящего на роль убийцы человека. Тот нашел какого-то кровожадного бродягу и пообещал немало заплатить ему за убийство определенного человека. Житель Нижних Уровней, конечно же, с радостью ухватился за неожиданно подвернувшуюся возможность неплохо заработать.

Ригану, разумеется, не составило труда незаметно переправить нанятого бродягу на Верхние Уровни. Затем убийцу привели в жилой комплекс, в котором живет Рада и велели ждать, когда появлюсь либо я, либо Китсон. Возможно, этому бродяге даже сняли одну из соседних квартир, чтобы ему не пришлось ждать своих жертв в коридоре и мозолить глаза посторонним людям. Так что убийце оставалось только сидеть в комнате, наслаждаться обстановкой и следить через экран видеодомофона за коридором.

Бродяге, конечно же, не сообщили на кого он работает. Так что если его вдруг схватили бы копы и начали допрашивать, он ничего не смог бы им рассказать.

Сигарета, про которую я уже совсем забыл, дотлела до самого фильтра и обожгла мне пальцы. Я бросил ее в пепельницу и посмотрел на Китсона.

— Да, думаю, ты прав.

— Отлично! Значит, твой полет отменяется.

— Что? — опешил я. — Почему?

Китсон посмотрел на меня, а потом вдруг ударил себя ладонью по лбу.

— Так ты ничего не понял! — с досадой воскликнул он.

— Что я должен был понять?

— Это ловушка, неужели не понятно? — сказал Китсон, снова посмотрев на меня.

— О чем это ты?

— Да про координаты, которые ты нашел в компьютере Силиной! Я уже говорил, если бы они были важны, она надежно спрятала бы их, а не стала оставлять на самом виду!

— Уж не хочешь ли ты сказать, что их внес в компьютер Риган?

— Ну наконец-то дошло!

— Но зачем ему это делать? Он же натравил на нас какого-то бродягу…

— Вот именно! Риган далеко не дурак. Он понимал, чем может обернуться это дело, если им займется непрофессионал. Риган предполагал, что бродяга может запросто запороть поручение, поэтому решил перестраховаться. Вот он и оставил на компьютере координаты какого-то места в межзвездном пространстве. Риган рассчитывал, что мы подумаем, будто напали на что-то важное и полетим по этому следу. А там угодим в заранее подготовленную его людьми смертельную ловушку!

К словам Китсона определенно стоило прислушаться. Рассуждал он логично, и его выводы сложно было оспорить…

Но тем не менее, интуиция подсказывала мне, что я должен лететь. Или же это все-таки никакая не интуиция? Но что тогда?..

Обычное упрямство, вот что. Я наткнулся на ниточку и хотел потянуть за нее, чтобы распутать клубок… До сих пор я делал лишь то, что поручал Китсон. Но во мне горело сильное желание самостоятельно раскрыть это дело.

Но что если Китсон окажется прав? Вдруг ниточка, которую я обнаружил в квартире Силиной, приведет меня в ловушку, подстроенную Риганом?

Поразмыслив, я все же решил лететь. Когда сказал об этом Китсону, его брови Китсона сошлись на переносице. Он открыл было рот, чтобы начать отговаривать меня… Но затем вдруг передумал и устало пожал плечами.

— Ладно, делай, что хочешь, — сказал он. — Ты же уже взрослый мальчик и можешь сам принимать решения.

Вдруг Китсон весь подобрался, увидев кого-то на улице.

— А вот и Антонов идет. Все, Громов, вали отсюда, — сказал он.

Я вышел из флайера. Заметив свободное такси, помахал рукой. Водитель увидел меня и кивнул.

Мимо прошел Антонов. Высокий, темные волосы, борода, очки. Одет в строгий костюм. В глазах затаилась легкое беспокойство.

Я проводил его взглядом. Антонов забрался в флайер к Китсону. Я отвернулся, сел в аэротакси и назвал водителю свой домашний адрес.

Анита обрадовалась, увидев меня и снова загрустила, когда я сказал ей, что покидаю планету и вернусь через несколько часов.

Немного поколебавшись, я открыл потайной сейф, достал оттуда электрический пистолет и протянул его Аните.

Девушка отшатнулась. Она переводила испуганный взгляд с пистолета на меня.

— Зачем это? — прошептала она.

— Просто для самообороны. Меня долго не будет. Так что держи его при себе. В случае чего сможешь защитить себя. Он не смертельный, но может вырубить человека на несколько минут.

— За мной может кто-то прийти?

— Нет, никто за тобой не придет, — поспешил я успокоить девушку. — Здесь ты в полной безопасности. А пистолет… Наверное, это излишняя мера предосторожности. Просто мне будет спокойней, если я буду знать, что ты держишь его при себе.

Я научил девушку обращаться с оружием. А затем притянул ее к себе. Анита послушно прижалась ко мне. Она была одета лишь в легкое платье, и через тонкую ткань я чувствовал ее молодое, крепкое тело. Девушка поднялась почти на самые кончики пальцев ног, ее губы прижались к моему лицу и стали искать рот. Мы слились в долгом поцелуе.

По телу Аниты прошлась легкая дрожь. Во мне тоже возгоралось желание, но я не хотел затягивать прощание. Мягко отстранив девушку, я посмотрел ей в глаза, а затем вышел из квартиры.

Через полчаса я уже покидал Варгос на «Миранде».

Глава 12

На полет ушло даже немногим меньше, я думал. Взглянул еще раз на показания приборов, чтобы убедиться, что «Миранда» находится точно в нужном месте. Затем поднялся с кресла пилота, подошел к носовому иллюминатору и посмотрел на черное полотно космоса с бесчисленными, словно проклеенными к нему, мириадами сверкающих точек.

На первый взгляд могло показаться, что снаружи совсем ничего нет. Но приборы «Миранды» утверждали обратное.

Я продолжал смотреть по сторонам, пока не увидел, что искал. Какой-то массивный продолговатый объект закрывал от моего взора часть звезд. Поблизости не было ни одного светила, поэтому объект тонул во мраке. Но хоть его и невозможно было рассмотреть, я догадался, что именно нашел.

— Включить прожекторы!

Автоматика корабля сразу же выполнила мою команду. Снаружи разом вспыхнули внешние мощные осветительные приборы.

Из темноты появился большой космический корабль. Это был пассажирский межзвездный лайнер, принадлежавший, судя по надписи на борту, компании «Галактика».

Двигатели судна не работали, никаких следов жизни не наблюдалось. Но ничего другого я и не ожидал.

А повсюду вокруг корабля неподвижно висели какие-то небольшие предметы. Хорошенько рассмотреть их никак не получалось. Я подошел к монитору, который показывал то, что «видит» одна из внешних камер. Повернул ее в сторону межзвездного лайнера и увеличил изображение.

Предметы, висевшие вокруг корабля оказались… обмороженными человеческими телами. Их было не менее ста. Мое сердце гулко забилось об ребра. Те, кто напал на это судно человеческую жизнь явно ни во что не ставили. Среди погибших были и пассажиры, и члены экипажа, и мужчины, и женщины. Налетчики, по-видимому, погубили всех, кто летел на межзвездном лайнере, никого не пощадили.

Я облачился в космический бронекостюм и проверил все ли системы работают. Затем направился в оружейную.

В кобуру, которая располагалась на бедре, убрал пистолет «Палач», а в ту, что крепилась к поясу на спине, сунул пистолет-пулемет «Метель». Оба этих вида оружия были сконструированы таким образом, чтобы их можно было использовать в условиях открытого космоса.

Я так же прицепил к поясу стандартный взрывчатый комплект, состоящий из нескольких видов гранат и двух мини-ловушек.

Если Китсон был прав, и люди Ригана устроили мне западню, так просто я им не дамся.

Вооружившись, я направился в шлюзовую камеру. Когда автоматические системы откачали воздух, внешний люк распахнулся. Я подошел к самому краю и посмотрел на ярко освещенный прожекторами «Миранды» межзвездный лайнер. Расстояние до него было около полукилометра.

Я ухватился за край внешнего люка, оттолкнулся, и выплыл из шлюзовой камеры. Меня медленно понесло в сторону пассажирского судна. Нащупав панель управления, расположенную на поясе космического бронекостюма, нажал на стартовую кнопку двигателей. Из небольших сопел вырвалось пламя. Меня резко бросило вперед. Я поспешно убавил подачу топлива, чтобы снизить скорость полета.

Межзвездный лайнер становился все ближе. Я внимательно оглядывал его. Если люди Ригана и в самом деле поджидают меня, то где они прячутся? Ждут где-то внутри судна? А может притаились среди мертвых тел?

Двигатели продолжали плавно подталкивать меня к кораблю. Вокруг ничто не двигалось. Я держал одну руку возле панели управления, чтобы в случае опасности успеть уйти с линии огня. Пальцы другой руки лежали на торчащей из кобуры рукоятки пистолета.

Когда до корабля осталось около ста метров, я выключил двигатели бронекостюма. По инерции меня продолжало плавно нести в сторону судна. Я продрейфовал мимо одного из мертвецов.

На его лице застыло выражение ужаса. Кожа несчастного была покрыта толстой прозрачной пленкой. Это мне напомнило кое-что. Но я не позволил себе отвлекаться на посторонние мысли. Нужно быть наготове на случай, если люди Ригана прячутся где-то неподалеку.

Чем ближе я подлетал к судну, тем больше мертвецов попадалось на пути. Некоторые из них были как будто помещены в куски льда.

Когда до пассажирского лайнера оставалось совсем немного, я выпустил из двигателей бронекостюма небольшую струйку газов. Меня развернуло, и магнитные подошвы ботинок прикрепились к обшивке корабля. Вытащив из кобуры пистолет-пулемет «Метель» и взяв его обеими руками, я направился ко входу в шлюзовую камеру.

Вокруг корабля неподвижно висело множество тел. Мертвые глаза некоторых погибших людей смотрели прямо на меня. Ощущение было не из приятных. Я чувствовал, как по спине бегают мурашки.

Подойдя к ближайшему иллюминатору, я остановился и посмотрел в него. Внутри корабля царил полумрак. Ничто не двигалось и не шевелилось. Оглядев ровные ряды пассажирских кресел и не заметив ничего подозрительного, я пошел дальше.

Дойдя до входа в шлюз, остановился и осторожно заглянул внутрь. Оба люка были распахнуты. Я внимательно оглядел стенки шлюзовой камеры. Не заметив никаких мин или ловушек, забрался внутрь и направился вглубь корабля.

Выйдя из шлюза, я оказался к коридоре. Остановился и огляделся. Слева находился просторный пассажирский отсек с креслами. Именно его я разглядывал через иллюминатор, когда находился снаружи корабля.

Я повернул голову и посмотрел в другую сторону коридора. Но ничего не увидел, кроме кромешного мрака. Свет мощных прожекторов «Миранды» проникал сквозь иллюминаторы внутрь пассажирского лайнера. Однако самые дальние углы комнат и помещения без иллюминаторов тонули во тьме. Я включил фонарик, расположенный на шлеме. Луч света рассек темноту коридора.

Лайнер был трехпалубным. Я находился на средней. Она предназначалась для пассажиров. На нижней, должно быть, находились грузовой трюм, ангар, моторный отсек, каюты инженеров. А верхняя отводилась для экипажа. Именно там была рубка управления. Поэтому я решил начать осмотр корабля с верхней палубы.

Я шел по коридору, заглядывая в каюты экипажа и служебные помещения. Пока по пути мне никто не повстречался. В нижнем правом углу экрана, расположенного на внутренней стороне шлема, отображался интерфейс радара. Если бы в радиусе ста метров от меня какой-нибудь достаточно крупный объект начнет перемещаться, тут же вспыхнет предупреждающий значок и укажет направление и расстояние до двигающейся цели.

Но радар молчал. Если люди Ригана уготовили мне ловушку, то спрятались они точно не на верхней палубе.

Наконец, я добрался до рубки управления. Здесь царил полумрак. Через большие иллюминаторы проникал свет прожекторов «Миранды». Но его было недостаточно, чтобы полностью разогнать темноту в большом помещении. Я огляделся, подошел к главному терминалу и нажал кнопку включения. Дисплей тускло замерцал в полумраке.

Я задал компьютеру команду активировать все системы корабля. Вспыхнули аварийные лампочки… и все. Энергия была почти на нуле. Ее хватало только на того, чтобы освещать рубку управления и поддерживать питание главного компьютера.

Я запустил техническую диагностику, чтобы узнать в каком состоянии находится лайнер. Компьютер стал проверять работоспособность всех систем корабля и искать неисправности. Через несколько секунд на дисплей вышел результат. Я быстро просмотрел информацию. Корабль был в полном порядке… если не принимать в расчет пустые топливные баки и поврежденное на девяносто семь процентов главное ядро двигателя.

Несколько секунд я стоял в задумчивости. Затем еще раз оглядел рубку управления. Аварийные лапочки давали света ничуть не больше, чем прожекторы «Миранды», поэтому я не стал выключать фонарик на шлеме.

Подойдя к приборной панели, я сел на корточки и низко наклонился. Луч фонаря выхватил из полумрака небольшой несгораемый шкаф. Дверца была открыта. Я заглянул внутрь, но не увидел того, что искал. Первый «черный ящик», который автоматически записывает все радиопереговоры, отсутствовал. Очевидно, его вытащили те, кто грабили судно.

Второй бортовой самописец, который собирает сведения о состоянии корабля, действиях экипажа и навигационные данные за все время полета, должен находиться на нижней палубе в моторном отсеке. Но я не очень-то надеялся, что налетчики оставили без внимания второй «черный ящик».

Покинув рубку управления, я спустился на среднюю палубу и приступил к осмотру пассажирского отсека. Он был довольно просторным. Мягкие комфортабельные кресла стояли в три ряда, по два в каждом. Я шел вдоль них, оглядываясь по сторонам.

Через некоторое время на боковой стене возле иллюминатора мое внимание привлекло какое-то пятно. Я пересек помещение, подошел к стене и усилил яркость фонарика на шлеме. Затем низко наклонился, чтобы получше разглядеть заинтересовавшее меня пятно.

Оно было полупрозрачным и очень напоминало застывший сгусток холодной плазмы. Или же толстую корку льда… Я вспомнил, что когда летел к лайнеру мимо тел погибших, видел одного мертвеца, которого, словно, заключили в кусок льда. Все это очень напоминало мне кое-что…

Мозг усердно заработал. В голову полезли разные идеи и догадки. Я несколько секунд размышлял, а затем встряхнул головой, избавляясь от всех мыслей. Делать какие-то конкретные выводы еще слишком рано. Сначала нужно добыть больше информации.

Я продолжал бродить по средней палубе, заглядывая во все помещения. Похожие на застывшую плазму пятна попадались мне на пути все чаще. На стенах я замечал многочисленные небольшие отверстия от пуль. Кое-где были следы от мощных взрывов — сломанные пассажирские кресла, испорченные торговые терминалы, рваные дыры на стенах от осколков гранат, валяющиеся повсюду покореженные куски металла. На полу и кое-где на стенах я замечал темно-бурые пятна. Кровь… На лайнере шел затяжной, кровопролитный бой. Но ни при на самом судне я пока не нашел ни одного мертвеца.

Наконец, осталось осмотреть только нижнюю палубу. В каютах инженеров меня ничего не заинтересовало. Я направился дальше и вышел в ангар.

Здесь находилось около сорока спасательных капсул. Я прошел мимо них и наткнулся на спасательную шлюпку. Вернее, на то, что от нее осталось. Она превратилась в покореженную груду металлолома. Ее разворотило мощным взрывом. Повсюду валялись почерневшие обломки.

Застывших прозрачных пятен в ангаре было гораздо больше, чем на второй палубе. Они встречались чуть ли не на самом шагу.

Чуть дальше находились еще две шлюпки. Одна из них была вся изрешечена дырками от пуль. А вот вторая выглядела совсем не поврежденной. Во всяком случае внешне. Я зашел внутрь шлюпки, пробрался в кабину пилота, включил главный компьютер и запустил диагностику. Через две секунды на экран вышел результат проверки. Маленькое спасательное судно действительно было в полном порядке.

Я вышел из шлюпки и направился дальше. Грузовой трюм был не очень большим. Во всяком случае, гораздо меньше чем на торговых суднах. Я огляделся. Справа находилась шлюзовая камера. Оба люка были открыты, и через проем виднелись далекие звезды.

Но мое внимание привлекло кое-что другое — большой металлический ящик, который лежал почти в самом центре помещения. Контейнер был открыт. Я подошел ближе и заглянул внутрь. Пусто.

Несколько секунд я задумчиво разглядывал контейнер. Он очень напоминал те криокамеры, которые «Злобные псы» в спешке грузили на вездеход в своей штаб-квартире.

Осмотрев грузовой трюм, я обнаружил кое-что любопытное. В одной из стен зияла огромная дыра. А за ней находилось небольшое помещение, напоминавшее тайник. Он был совершенно пуст. Но я легко догадался, что в нем раньше лежало.

Металлический пол помещения был покрыт многочисленными царапинами. Все они тянулись к выходу из тайника. Две из них привели меня к тому пустому контейнеру, который лежал посреди грузового трюма. Остальные тянулись к дверям ангара. Но на полпути они неожиданно обрывались.

Очевидно, криокамеры были очень тяжелыми. Налетчики тащили их, и контейнеры оставили на полу царапины. А затем грабителям надоело это тяжкое, непосильное занятие. Тогда они, вероятно, отключили искусственную гравитацию корабля.

Я покинул грузовой трюм и стал осматривать моторный отсек. Отыскал прочный металлический шкафчик и заглянул внутрь. Как я и ожидал, бортового самописца там не оказалось. Оба «черных ящика» забрали налетчики. Они тщательно замели за собой все следы…

Вдруг в нижнем правом углу экрана на внутренней стороне шлема загорелся красный, мигающий значок. Движение. Где-то за спиной. Я быстро развернулся. Но позади никого не оказалось.

Я мельком глянул на радар. Судя по данным, движущаяся цель находилась либо в грузовом отсеке, либо в ангаре. Я пошел вперед, держа правую руку на рукоятке пистолета. А когда до цели останется менее десяти метров, радар начнет издавать негромкий пищащий звук.

В грузовом отсеке никого не оказалось. Я вышел в коридор и направился дальше. Впереди была открытая двери, выводящая в ангар. Чем ближе я подходил к ней, тем чаще мигал значок. Судя по всему, в ангаре кто-то был. Я выключил фонарик, боясь, как бы свет не выдал меня.

Шел я медленно, стараясь ступать очень осторожно. Конечно, в безвоздушном пространстве мои шаги не издавали ни звука. Однако пол слегка вибрировал. Люди, которые проводят в космосе много времени, сразу почувствуют легчайшие толчки и поймут, что к ним кто-то идет.

Когда я приблизился к открытой двери почти вплотную, из наушников шлема раздался слабый писк… Это радар предупреждал, что до цели осталось всего несколько метров. Я остановился и осторожно выглянул в проем.

Их было двое.

Один из них возился около шлюпки. Разглядывая этого человека, я чувствовал, что кожа покрывается мурашками. Он был очень большой, настоящий гигант. Рост — более двух метров. Мощный торс напоминал огромный бочонок. Большие сильные ручищи, наверное, могут разрывать металлические пластины. Толстые, как у слона ноги, несомненно, легко пробивают бетон. Космический бронекостюм, что был надет на гиганте, весил килограмм сто-сто пятьдесят. Видимо, этот человек родился и вырос на планете с утроенной силой тяжести. Другого объяснения его огромным размерам и непомерной силе я не находил.

По сравнению с гигантом, второй человек показался мне коротышкой. Он стоял чуть поодаль от шлюпки и обводил взглядом ангар. Фонарик на его шлеме был включен. Луч света рассекал через все помещение и разгонял тьму у дальних углов ангара.

Каким-то образом коротышка вдруг узнал, что за ним наблюдают. Он резко повернул голову. Луч фонарика скользнул по ангару и остановился на проеме коридора, из которого я выглядывал. Защитные фильтры камер на шлеме защитили меня от яркого, слепящего, бьющего прямо в глаза света.

Секунду или две коротышка смотрел на меня, а затем потянулся к пистолету, рукоятка которого торчала из кобуры. Видимо, через переговорное устройство коротышка предупредил гиганта, потому что тот перестал возиться с двигателями шлюпки и неожиданно обернулся. Увидев меня, он наклонился и потянулся к огромному ручному пулемету, висевшему в метре над полом.

Когда в мою сторону полетел ураган пуль, я отключил магниты на подошвах ботинок. Одновременно с этим надавил нужные кнопки на поясе. Из двигателей вырвалась мощная струя газов. Меня развернуло и понесло по коридору. Прежде чем вылететь в грузовой отсек, я остановился, отстегнул от пояса мину «Пульсар» и прикрепил ее к стене. Затем вылетел из коридора и притаился за углом.

Через несколько секунд мелькнула синяя вспышка. Я выглянул в коридор. Гигант вертел головой во все стороны, но меня не замечал. Мина «Пульсар» на некоторое время вывела из строя всю электронику его космического костюма. В том числе и камеры шлема. Гигант был ослеплен, и я не преминул воспользоваться этим.

Выдернув из кобуры на спине пистолет-пулемет «Метель», я надавил на спусковой крючок. Скорострельное орудие стало безмолвно выпускать по тридцать пуль в секунду. Но врезаясь в поверхность космического костюма гиганта, все они сплющивались, не причиняя прочной броне никакого вреда.

Я перестал стрелять. Почти сразу же из-за спины гиганта выглянул коротышка, выстрелил несколько раз и тут же юркнул обратно. Он почти не целился, и все пули пролетели мимо.

Гигант вдруг повернул голову и, казалось, посмотрел прямо на меня. Затем чуть развернулся и поднял ручной пулемет. Очевидно, ожили резервные системы его космического костюма. Я взглянул в черное, огромное дуло и надавил кнопки на поясе. Двигатель космического костюма снова выпустили струю газа.

Я метнулся к правой стене, в сторону открытого шлюза. Гигант стрелял не переставая. Пули, словно взбешенные насекомые, в беспорядке метались вокруг меня.

Оказавшись внутри шлюза, я прикрепил к стене вторую мину — осколочную. Пора кончать с этим гигантом, пока он не покончил со мной.

Через распахнутый внешний люк я вылетел из шлюзовой камеры и оказался в открытом космосе. Я скорректировал курс и понесся «вверх». А когда добрался до «крыши» лайнера, отключил двигатели и активировал магниты подошв ботинок. Они сразу же приклеились к обшивке корабля.

В дали виднелась «Миранда». Ее мощные прожекторы освещали пассажирский лайнер и висящие вокруг него человеческие тела.

Вдруг ожил радар. Он предупреждал, что «внизу» что-то двигается. Я опустил голову и увидел гиганта. Хватаясь одной рукой за край отверстия, он довольно неуклюже выбирался из шлюзовой камеры. Второй рукой он тянул за собой пулемет.

Гигант заметил меня, но не потянулся за оружием. Сначала он хотел вылезти наружу.

Я вспомнил о мине. Вспышки взрыва не было, а гигант был цел и невредим. Выходит, он обнаружил ее и сумел обезвредил. При помощи специальных устройств нейтрализовать мину можно за считанные секунды.

Гигант почти выбрался из шлюзовой камеры. Он уже почти весь был на виду. Лучшей возможности расправиться с ним и желать нельзя!

Выдернув из кобуры крупнокалиберный пистолет «Палач» и, почти не целясь, я открыл огонь. Несколько тяжелых пуль попали в космический костюм гиганта… и не причинили ему никакого вреда. Даже царапин не оставили на гладкой поверхности бронированных доспехов.

Я был настолько изумлен, что на целую секунду замер в растерянности. Затем сунул бесполезный пистолет обратно в кобуру и потянулся за пусковой установкой. Видимо, есть только единственный способ уничтожить этого бронированного монстра — подорвать его.

Но заряжать пусковую установку осколочной гранатой уже не было времени. Громила выбрался наконец выбрался из шлюза. Подошвы его ботинок прикрепились к поверхности корабля. Обхватив пулемет обеими руками, гигант пошел «наверх». Страшное оружие стало изрыгать огонь. Тяжелые литые пули метнулись в мою сторону.

Рука потянулась к поясу. Палец надавил на кнопку. Двигатель бронекостюма вновь выпустили струю пламени, и меня понесло «вверх». Затем я скорректировал курс и метнулся в сторону «Миранды». Но до нее было очень далеко… Ни единой возможности добраться до корабля «Континентала» в целости и сохранности у меня не было.

На экране заднего вида я увидел, гиганта. Он вылетел из-за края корабля, а затем опустился на «крышу» судна. Магнитные ботинки прикрепились к обшивке корабля. Оружие в руках гиганта ни на секунду не прекращало стрелять.

Я петлял среди мертвых людей. Пули вонзались в тела и толкали их. Пока что мне везло, но долго так продолжаться не может. Я прекрасно понимал, что рано или поздно ураганный огонь накроет меня. Тяжелые пули, выпущенные из пулемета гиганта, легко пробьют броню моего космического костюма…

Впереди показалась большая прозрачная глыба «льда». Внутри нее был заключен погибший толстый пассажир с лайнера. Я залетел за глыбу и отключил двигатель. По «замерзшей» плотной массе забарабанили пули. Кусок «льда» пришел в движение и стал настойчиво толкать меня.

Бронебойные пули впивались в «застывшую» массу неизвестного вещества. Однако вглубь они проникали не далее, чем на два сантиметра.

Затем стук пуль оборвался. Гигант прекратил огонь. Он наконец осознал, что не сможет расколоть эту «ледяную» глыбу.

Выходит, я нашел вполне надежное укрытие. Но вот что делать дальше?

Через экран заднего вида я видел «Миранду». Кусок «льда» с телом толстого мужчины внутри очень медленно дрейфовала к кораблю «Континентала». Но нечего и думать о том, чтобы добраться до него на такой черепашьей скорости. К тому времени, когда кусок «льда» дотащит меня до «Миранды», кислород в космическом костюме давно кончится.

Ухватившись за края глыбы, я осторожно выглянул. Гигант все так же держался на обшивке корабля. А затем я увидел его напарника. Двигаясь по дуге, он летел в сторону «ледяной» глыбы.

Гигант вдруг заметил меня и поднял пулемет. Я поспешно спрятался за укрытием. По куску «льда» снова заколотили пули, а через пару секунд прекратили.

Минуты пол я размышлял и составлял план дальнейших действий. Затем переключил визор на тепловой режим и посмотрел, где находятся мои враги. Гигант стоял на том же месте, а коротышка приближался ко мне сбоку.

Я вытащил из кобуры пистолет-пулемет «Метель» и перевел оружие на автоматический режим. Теперь нужно лишь навести перекрестие прицела на противника и выждать пару секунд, пока автонаведение захватит цель. И затем все пули, снабженные мини-компьютерами с поисковой системой, будут лететь прямо к намеченной цели. Отцепив от пояса пусковую установку, я зарядил ее осколочной гранатой.

Я еще раз прокрутил в голове план действий. «Метель» для коротышки, граната для гиганта. Если все пройдет гладко, то расправа над двумя противниками займет не больше десяти секунд. Вот только план получился довольно опасным и может сорваться… Но все же лучше рискнуть, чем сидеть за укрытием и ждать, когда враги сделают первый ход.

Несколько секунд я собирался с духом. Затем надавил кнопки на пульте и резко взмыл «вверх». Уже через несколько секунд тела людей остались далеко «внизу». Я сбавил скорость и отыскал взглядом коротышку. Вытащив из кобуры пистолет-пулемет, навел его на коротышку и нажал кнопку захвата цели. Перекрестие на коллиматором прицеле горело красным цветом. Оно станет зеленым, когда компьютер оружия захватит цель. Вот тогда можно будет стрелять.

Но удержать перекрестие на коротышке было не так-то просто. Он видел, что я целюсь в него и вилял среди тел погибших пассажиров.

Заметив краем глаза вспышку со стороны лайнера, я резко ушел в сторону. Пули пролетели мимо и устремились в черную пустоту космоса.

Гигант продолжал стрелять. Коротышку я больше не видел. Похоже, он спрятался за одним из тел. Я мысленно выругался. Мой план сорвался, не успев даже толком начаться… Я продолжал перемещаться из стороны в сторону, не давая гиганту меня подстрелить, и искал глазами «ледяную» глыбу, за которой недавно прятался. Но она пропала из виду. Видимо, я уже слишком далеко улетел от нее…

Вдруг откуда-то сбоку в свете прожекторов «Миранды» блеснул небольшой предмет округлой формы. Я развернулся. Это была граната. И она с огромной скоростью летела прямо на меня. Наверное, ее запустил коротышка.

Я устремился в сторону… но вместо того, чтобы пролететь по прямой траектории, граната вильнула и рванула за мной. С каждой секундой она набирала скорость. Она была уже так близко, что я мог хорошенько ее рассмотреть через обзор заднего вида. Я отчетливо видел ее продолговатый гладкий корпус, острый нос, вырывающуюся мощную струю газов из сопла… Это не граната, а ракета. Самонаводящаяся. Нет ни малейшего шанса уйти от нее.

Я развернулся лицом к ракете и вцепился обеими руками в пистолет-пулемет «Метель». Компьютер оружия начал захват цели. Одна секунда… Вторая… Перекрестие прицела сменило цвет с красного на зеленый. Цель захвачена! Я судорожно надавил на спусковой крючок. Вереница пуль устремилась навстречу ракете.

Через секунду всего в нескольких метрах от меня расцвел огненный цветок. Взрывная волна подхватила меня и с огромной силой швырнула куда-то в пустоту космоса. Звезды с бешенной скоростью закружились вокруг меня, превратившись в сплошные белые линии.

К горлу подступила тошнота. Глаза заслезились. Меня охватывала паника. Я справился с приступом тошноты и невероятным усилием воли заставил себя успокоиться.

Я сморгнул слезы, а затем вдруг обнаружил, что руки больше не сжимают пистолет-пулемет «Метель». Видимо, «выронил» его, когда ракета взорвалась. Однако потеря дорогостоящего оружия волновала меня меньше всего.

На экране с внутренней стороны шлема мигали красные индикаторы, предупреждающие о различных мелких неисправностях космического бронекостюма. Сломались магниты на ботинках, вышли из строя один из основных двигателей и переговорное устройство, авторемонтные наноботы полностью перестали функционировать…

Я быстро изучил всю информацию о поломках, которую компьютер костюма выводил на внутренний экран шлема. К счастью, утечки кислорода не произошло. Сломалась видеокамера заднего вида, но все остальные были в порядке. Плюс, второй основной двигатель продолжал работать. Так все оказалось не так уж и плохо.

Нажимая нужные кнопки на пульте, я сначала замедлил свое вращение, а затем полностью остановился. После этого развернулся лицом к «Миранде». Меня отнесло слишком далеко от нее. Корабль «Континентала» превратился в небольшое, яркое пятнышко, которое легко можно было спутать с далекой звездой.

Я полетел к «Миранде» на максимально возможной скорости. Медленно, но верно она становилась все больше. Освещенный прожекторами пассажирский лайнер тоже постепенно рос в размерах.

Скоро мне снова придется сразиться с гигантом и коротышкой. Что же предпринять? Как мне одолеть их?

Но затем произошло то, чего я никак не ожидал. Двигатели «Миранды» вдруг ожили. Корабль «Континентала» слегка вздрогнул и пришел в движение. С сильно бьющимся сердцем я смотрел, как он постепенно набирает скорость.

Эти два головореза угоняли судно, и я никак не мог им помешать! Но через мгновенье в голову пришла другая мысль, от которой я весь похолодел.

Головорезы не были уверены погиб я или нет. Но они понимали, что искать меня было бы бессмысленно, ждать вернусь я или нет — тоже. Поэтому решили угнать единственное судно, на котором можно убраться отсюда — «Миранду».

Ядро двигателя пассажирского лайнера разрушено. Две из трех шлюпок сломаны. Третья же была в рабочем состоянии, когда я ее осматривал. Но затем явились головорезы, и гигант стал возиться возле шлюпки. Что же он там делал? Мрачный вывод напрашивается сам с собой…

«Миранда» разогналась до сверхсветовой скорости и исчезла во мраке космоса. Пассажирский лайнер погрузился во тьму. Лишь через иллюминаторы рубки управления слабо сочился свет аварийных ламп, которые я включил, когда осматривал корабль.

Тусклый свет лампочек был моим единственным ориентиром. Если энергия корабля, которой и так уже осталось совсем немного, вдруг закончится и лампы погаснут, то я уже никогда не смогу отыскать лайнер во тьме межзвездного пространства… Но, к счастью, лампы продолжали гореть, и вскоре я добрался до лайнера.

Я плыл вдоль внешней обшивки судна, пока луч включенного фонарика на шлеме не уткнулся в открытый шлюз. Я проник в нутро корабля и застыл на месте. Сердце бешено билось в груди. Что же мне делать? Как выбираться отсюда?

Поразмыслив, я решил сначала попытать удачу на нижней палубе. Проник в ангар. Приблизился к шлюпке. Осмотрел ее. На первый взгляд она выглядела совсем нетронутой. Это вселило в меня крошечную надежду. Я забрался в кабину пилота, включил компьютер и запустил диагностику. Оказалось, что гигант сломал одну важную деталь в двигателе, без которой шлюпка не может летать. Я продолжал смотреть в экран компьютера и мучительно соображал.

Эти двое явно заранее составили план действий. После расправы надо мной они собирались угнать «Миранду». Но как они сюда добирались? Ответ очевиден — вместе со мной. Они прятались где-то на «Миранде» и ждали, когда корабль прилетит на место. Тогда почему они не попытались убить меня прямо в полете? Сэкономили бы кучу времени… Наверное, они хотели спрятать тело сотрудника «Континентала» среди погибших пассажиров, решив, что здесь его нескоро найдут.

Но что если бы я, допустим, спрятался от них? Пассажирский лайнер — судно немаленькое. Я бы мог долго бегать от них. Однако головорезы учли и такой вариант развития событий. Они решили, что в этом случае вместо того, чтобы искать повсюду свою жертву, они угонят корабль «Континентала», предварительно отрезав мне все пути к спасению.

Ладно, так что же мне делать? Корабль обездвижен, радио не работает, все три шлюпки сломаны… Может воспользоваться одной из спасательных капсул? Но что мне это даст? Я могу долго болтаться в космосе, прежде чем кто-нибудь поймает сигнал бедствия…

Не видя ничего другого, я решил еще раз осмотреть корабль. Может удастся найти что-нибудь полезное или неожиданно придет в голову спасительная идея…

Я тщательно осмотрел ангар, грузовой трюм, каюты инженеров, моторный отсек. Ничего. Поднялся на среднюю палубу. Заглянул во все двери, не оставил без внимания ни одного темного угла. Но не нашел ничего, что могло бы помочь мне. Да и что я вообще рассчитывал найти? В голову пришла мысль, что я только зря трачу драгоценный кислород. С каждой минутой его остается все меньше…

Поднявшись на верхнюю палубу, я стал заглядывать в каюты экипажа. Но на тщательный осмотр решил время больше не тратить. Окинув быстром взглядом одну каюту, сразу же направлялся к следующей. Вскоре я стал думать, что все это бессмысленно. Каюты экипажа похожи друг на друга, как капли воды. И в них нет ничего, совсем ничего, что могло бы мне помочь.

Нет, нельзя больше тратить впустую время. Надо сразу лететь в рубку управления. Может там мне повезет больше… Вдруг удастся связаться с ближайшей планетой или послать сигнал бедствия? Но все же я решил в последний раз заглянуть в одну из кают.

Луч фонарика осветил небольшое помещение. Ничего интересного. Все то же самое, что и в других каютах. Надо двигаться дальше. Когда я отвернулся, луч света скользнул по комнате, осветив на мгновенье какой-то предмет, стоящий за койкой…

Но я уже плыл дальше по коридору, отталкиваясь от выступов на стене. Далеко впереди виднелся слабо освещенный проем, ведущий в рубку управления.

Я продолжал плыть в невесомости. Вдруг в голову пришла неожиданная мысль.

Что же там все-таки лежало за койкой? Очень уж похоже на… Нет, не может быть. Я мотнул головой, и оттолкнулся от выступа на стене, направляя свое тело в сторону рубки управления.

Надоедливая мысль продолжала лезть в голову. Предмет, который лежал за койкой, своими очертаниями напомнил мне…

Я еще раз встряхнул головой и продолжил упрямо лететь к рубке управления. Но назойливая мысль возвращалась без конца.

И все же… А что если там и в самом деле… Но как он там оказался? Да какая разница! Главное, что он может выручить меня!

Неожиданно я понял, что мне не будет покоя, пока не вернусь в ту каюту и не удостоверюсь, что же там лежит за койкой. Выругавшись, я развернулся и двинул в обратном направлении. На то, чтобы найти нужную каюту потребовалось некоторое время.

Наконец, я отыскал ее. Луч света проник в помещение. Предмет продолжал лежать за койкой. С сильно бьющимся сердцем, я приблизился к нему. С губ едва не сорвался радостный крик.

Так и есть. Мне не показалось. Это ремонтный бот. В рабочем состоянии. Заряд батареи почти полный. Стараясь не подаваться надежде, чтобы потом не пришлось разочаровываться, я схватил робота и направился на нижнюю палубу.

Подплыв к шлюпке с испорченным двигателем, я включил ремонтного бота и дал ему команду. Он деловито оглядел шлюпку и направился в моторный отсек. Я следовал за ним. Взяв какую-то деталь, робот вернулся в ангар, заменил сломанную деталь на новую и сообщил мне, что ремонт завершен.

Почти не дыша, я проник в кабину пилота и включил бортовой компьютер. Диагностика показала, что шлюпка в полном порядке и готова к полету. Я сел в кресло пилота, задраил люк и включил все приборы.

Шлюпка едва заметно вздрогнула. Мягко загудел двигатель. Зажглись осветительные приборы, мгновенно разогнав темноту в ангаре.

Я откинулся на спинку кресла и задумался. Так что делать дальше? Шлюпка не оборудована гипердвигателем, способным развивать сверхсветовую скорость. До ближайшей населенной планеты я буду лететь несколько недель. Если не месяцев. А остатка кислорода в космическом костюме хватит всего на четыре стандартных часа…

Затем я вспомнил, что где-то рядом должна проходить линия межзвездной трассы. Я включил карту на одном из мониторов и принялся ее изучать.

Да, так и есть. Трасса проходит совсем рядом. А ближайшие врата, способные разогнать любое космическое судно до сверхсветовой скорости, находятся всего в одном часе полета отсюда. Нужно лишь двигаться по линии межзвездной трассы и через шестьдесят минут я уже буду на месте…

Но остается одна проблема. Полет до Варгоса займет девять часов. А кислорода в костюме осталось всего на четыре…

Значит мне нужно лететь к вратам, затем проложить курс к одной из ближайших населенных планет и помчаться к ней на сверхсветовой скорости. Либо…

Я еще раз внимательно посмотрел на карту. Обычно врата межзвездных трасс размещают возле одной из обитаемых планет. А если в системе такой нет, то на необитаемой. А на планете находится полностью автоматизированная аварийная станция. На ней есть ремонтные роботы, множество различных запчастей и деталей для космических кораблей, запасы кислорода, топлива, съестные запасы и вода.

Если во время полета на сверхсветовой скорости произойдут какие-либо неполадки — например, утечка воздуха — тогда экипаж может вывести корабль на обычную скорость возле ближайших врат и направиться к аварийной станции.

Разумеется, во избежание набегов пиратов все аварийные станции снабжены автоматическими турелями и боевыми дронами. Прежде чем корабль сможет зайти на посадку и воспользоваться услугами станции, пилот должен предоставить на проверку все необходимые документы и лицензии.

Однако, если не изменяет память, ближайшие ко мне врата находятся в межзвездном пространстве… Я сверился с картой. Да, врата висят в космической пустоте. Никаких планетоидов рядом с ними нет. Ладно, ну а следующие врата… Вот они уже находятся в звездной системе под рабочим названием ВХ-1589.

Я считывал с экрана компьютера информацию. В системе ВХ-1589 нет пригодных для жизни планет. Однако, на астероиде, возле которого расположены врата, находится аварийная станция. Вот там я и пополню запасы кислорода и полечу сразу на Варгос.

Вот только хватит ли мне кислорода? Я провел в уме небольшие расчеты. Один час до первых звездных врат, плюс два с половиной часа до вторых… Значит, к тому времени, когда я сяду на астероиде в системе ВХ-1589 кислорода в костюме останется еще на целых полчаса. Отлично.

Наконец-то я смог вздохнуть с облегчением. Затем поднял шлюпку вверх и плавно повел ее в выходную шахту. Шлюпка вылетела из пассажирского лайнера в открытый космос. Я задал автопилоту курс к первым звездным вратам и затем расслабленно откинулся на спинку кресла.

Глава 13

— Так значит я оказался прав — люди Ригана устроили западню? — спросил Китсон.

— Да.

Мы сидели в одном из баров города-столицы Варгоса. Время было еще раннее, и большая часть помещения пустовала. Кроме нас с Китсон в баре сидело всего двое человек. Разместившись за стойкой, они что-то бурно обсуждали и потягивали пиво. А мы заняли один из дальних столиков. Китсон заказал крепкий алкогольный напиток под названием ром и стал меня расспрашивать.

— И сколько их было?

— Всего двое… Но хорошо подготовлены и вооружены. Один был в тяжелой броне, которую даже «Палач» не брал…

Китсон присвистнул.

— Ого. И как же ты одолел их?

— Никак. Я дал деру. Повезло еще, что ноги смог унести, — сказал я, решив не вдаваться в подробности. Настроения совсем не было.

Китсон покачал головой.

— Да, действительно повезло.

Я поднес стакан к губам и влил в себя напиток. Китсон взял бутылку, плеснул мне новую порцию и добавил себе.

Вернувшись на Варгос, я первым делом связался с Китсоном. Он хотел немедленно повидаться со мной и назначил встречу в баре «Гротеск». Однако я настоял на том, чтобы встретиться через час. Но не объяснил почему. Вернее, не стал раскрывать истинной причины. Я хотел зайти к начальнику. Китсону не стал об этом говорить, потом что ему наверняка не понравилось бы, что напарник действует у него за спиной.

В кабинете начальника, я сообщил Керенскому, что обнаружил пассажирский лайнер, принадлежащий компании «Галактика». Объяснил, что на него когда-то было совершено нападение. Пираты убили всех пассажиров и членов экипажа. Они так же забрали оба «черных ящика». После этого я рассказал о двух головорезах, пытавшихся меня убить. А в конце добавил, что они угнали наш корабль, когда взрывная волна унесла меня в космос.

Во время рассказа, я один раз проговорился и ляпнул про «призраков». Я не хотел упоминать их, пока не соберу больше информации об этих существах-роботах… Но услышав про «призраков» Керенский заинтересовался и завалил меня кучей вопросов.

«Кто это такие?» «Откуда взялись?» «Почему называешь их «призраками»?»

Наконец, я закончил докладывать. Керенский кивнул и некоторое время молчал, разминая пальцами незажженную сигару. Затем сказал:

— О «Миранде» не беспокойся. Она снабжена маячками, так что вскоре мы обнаружим и вернем ее.

Я молча кивнул.

— В компанию «Галактика» я сам сообщу печальную новость, — продолжил Керенский. — Дай только мне координаты, где ты нашел их лайнер. И иди принимайся за работу. Похоже, вы с Китсоном увязли по самые по уши в этом деле.

Когда я подходил к двери, позади раздался голос Керенского.

— И постарайтесь узнать как можно больше об этих «призраках».

Я вышел из кабинета начальника и направился к лифту. Слышался методичный стук клавиатуры — секретарша Керенского что-то печатала. Затем стук вдруг оборвался. Краем глаза я заметил, что секретарша Керенского Татьяна Вэй подняла голову и посмотрела на меня. Но когда обернулся и взглянул на нее, она уже снова уткнулась в монитор компьютера и застучала по клавиатуре.

Покинув здание «Континентала», я позвонил Аните, чтобы узнать, как у нее дела. С ней все было в порядке. Только очень скучала без меня…

А минут через двадцать я уже сидел с Китсоном в баре «Гротеск».

— Я-то спасся. Но вот люди, которые летели на том лайнере… Пассажиры и экипаж… Они погубили всех. Разом убили около ста человек. Вероятно, чтобы не тратить патроны на такую толпу народу, они просто загнали их всех в шлюзы и открыли внешние люки…

Я одним глотком осушил очередной стакан спиртного, помолчал секунду-другую и продолжил:

— «Злобные псы» уже поплатились за свои преступления. Но тот, кто ими командовал, тот, кто хладнокровно приказал избавиться от всех свидетелей на том лайнере, сумел уйти от наказания.

— Может это были и не «Злобные псы», — осторожно предположил Китсон. — Но Хью Логан в любом случае свое получит. Мы найдем его, об этом не волнуйся.

— Нет, я не сомневаюсь, что на лайнер напали именно «Злобные псы». Помнишь, что произошло на той станции, где была их штаб-квартира?

— Ну?

— Когда контейнер открылся и из него вырвалось то непонятное существо — «призрак» — «псы» запаниковали и бросились бежать кто куда. Почему?

Китсон пожал плечами.

— Они все были напряжены до предела. А когда появился этот, как ты его называешь, «призрак» их нервы не выдержали.

Я кивнул.

— Да, я поначалу тоже думал что-то вроде этого. Но сейчас понимаю, что причина их поведения кроется совсем в другом. Они до смерти испугались «призрака» из-за того, что уже сталкивались с одним из этих опасных существ — ну или же роботов — и знали, чего от него ждать.

Китсон нахмурился.

— О чем это ты? Когда это они еще с ним успели столкнуться?

Я сказал ему, что в грузовом трюме лайнера видел дыру в стене, за которой находился тайник.

— В нем лежали те самые контейнеры, которые «псы» грузили на вездеход в своей штаб-квартире.

— Те самые? — резко спросил Китсон. — С чего ты это взял?

— Один из контейнеров остался на лайнере. Он был открыт… Очевидно, в нем лежало одно из этих существ. Затем контейнер открылся, и «призрак» вырвался наружу. «Псам» пришлось очень несладко. Я по всему кораблю натыкался на следы от выстрелов «призрака».

Мне показалось, что Китсон напрягся.

— Однако хоть «псам» и пришлось несладко, но по всей видимости они сумели уничтожить его.

— А ты видел обломки этого… «призрака»? — спросил Китсон, пытливо глядя на меня.

— Нет. Возможно, «псы» забрали их с собой. А возможно, бой начался внутри судна, а закончился уже в космосе. Я обратил внимание на одно из тел пассажиров, которых выбросили в космос… Оно было как будто заморожено… Так что, наверное, «призрака» уничтожили уже в космосе, и его тело так и плавает где-то возле лайнера.

— Но это лишь твое предположение. Ты ведь не видел то, что осталось от «призрака»… то есть от этого робота, так?

— Нет, не видел. Но я не осматривал пространство снаружи корабля… Я почти уверен, что тело «призрака» где-то возле него. А чего ты так сильно беспокоишься, нашел ли я эти останки?

Китсон отвел взгляд в сторону. Затем снова посмотрел на меня.

— Сам что ли не понимаешь? — намеренно грубо ответил он. — Наши головастые инженеры из «Континентала» могли бы осмотреть этого робота и как следует изучать. А если бы он оказался не сильно поврежден, то… То быть может, смогли создать что-нибудь подобное. Нашей корпорации это пошло бы на пользу.

— Да, конечно.

Мы замолчали. Я закурил сигарету. Китсон хмурым взглядом смотрел в свой стакан. Тишина затянулась.

Я докурил сигарету и затушил окурок в пепельнице. Похоже, Китсон не собирался больше меня ни о чем не расспрашивать. Значит пришла моя очередь задавать вопросы.

— Меня не было несколько часов. Что-нибудь произошло за это время?

Китсон хмуро посмотрел на меня, отложил стакан в сторону и откинулся на спинку стула.

— Про Логана пока так ничего и не известно.

— А с Риганом что?

Прежде чем заговорить, Китсон помолчал секунду-другую.

— Помнишь, когда мы давали деру из корпуса «Эко», видели, как Риган с Силиной и со своими людьми улетел? Так вот, с тех пор он так и не объявлялся… До недавнего времени. Часа за два до того, как ты вернулся на Варгос, мне позвонил Антонов. Он сказал, что Риган появился в своем отделе. И привел с собой какую-то девушку. Я попросил описать ее…

— Рада Силина?

— Да. Она и Риган все еще находятся в «Эко». Силину надо вернуть. Я хотел заняться этим в одиночку, но раз уж ты вернулся, тогда пойдем вместе.

— Опять напролом?

— Конечно, нет! Второй раз такой фокус не пройдет. Да и не разумно это.

— Тогда как мы будем действовать?

— Когда Антонов сообщил, что Риган вернулся в свой отдел, я попросил изготовить мне карту с исполнительным уровнем доступа. А когда ты вернулся, я позвонил Антонову и попросил изготовить еще и гостевой пропуск на твое имя.

— А почему не карту с исполнительным уровнем доступа?

— Чтобы не тратить зазря время! Антонов провозился бы еще лишних несколько часов.

— Ладно. Так когда они будут готовы?

Китсон глянул на часы.

— Через двадцать минут встречаемся с Антоновым. Он отдаст нам пропуска, объяснит, где искать Силину, и мы с тобой сразу направимся в «Эко». Забираем Силину и сразу сваливаем. Благодаря пропускам в этот раз все должно пройти без сучка без задоринки.

Я кивнул.

Китсон взял со стола пачку сигарет и закурил. Выдохнув облако дыма, снова посмотрел на часы, затем перевел взгляд на меня.

— Ладно, Громов. До встречи с Антоновым еще есть немного времени. Нам уже довольно много известно. Поделись, что ты думаешь об участии Рады в этом деле? Есть какие-нибудь мысли по этому поводу?

Я секунду помолчал.

— Рада знает Дениса… Похоже, что они очень хорошие друзья. Если не больше… Она ему помогала…

— Это понятно. Я имею ввиду кражу из архивов. Что, по-твоему, Силина украла? И зачем?

Я задумался. Очень глубоко задумался. Даже забыл, что Китсон ждет ответа.

Рада украла из архивов «Континентала» какую-то информацию. По нашей первоначальной версии — для того, чтобы продать ее Микки Ригану. Но так ли это? Пока что мы не нашли никак доказательств этой версии.

Я мучительно размышлял, вспоминая все известные факты и стараясь смотреть на ситуацию с разных углов.

Рада Силина, кража из архивов, уволенный из «Эко» сотрудник по имени Денис, встреча с Кобеном, группа бывших наемников, называвшая себя «Злобные псы», полу органическое полу механическое существо, напоминающее призрака, ограбленный и брошенный звездный лайнер с вскрытым тайником в грузовом трюме, двое головорезов, которые пытались меня убить…

Постепенно все эти кусочки собирались воедино. Однако для того, чтобы увидеть всю картину в целом не хватало еще одного фрагмента. Небольшого, но очень важного.

Я продолжал размышлять, и вскоре мне стало казаться, что я нащупал ниточку. Она вела к какой-то мысли. Легкой, почти невесомой. Я пытался ухватить ее, понимая, что она таит в себе последний оставшийся кусочек головоломки. Но она все время ускользала. Я больше не думал ни о чем постороннем, не позволял себе отвлекаться ни на какие другие мысли… Я чувствовал, что уже очень близко подобрался к разгадке. Мысль уже почти была у меня в руках. Вот-вот, и я наконец увижу всю картину целиком…

— Ладно, хватит витать в облаках, — усмехнулся Китсон. — Пошли. Не будем опаздывать на встречу.

Китсон бросил на стол смятую банкноту и поднялся. Я сидел неподвижно, глядя в одну точку и пытаясь снова нащупать мысль, за которой только что гонялся. Но она уже исчезла.

— Чего расселся? — проворчал Китсон. — Пошли уже!

Через четверть часа мы встретились с Антоновым на крыше одного из стоящих на берегу океана небоскребов. Он передал нам карту исполнительного уровня доступа и гостевой пропуск. Затем мы с Китсоном полетели в сторону корпуса «Эко».

Мы прибыли на место. Китсон умел завел флайер на посадку. Охранники проверили документы и расступились. Когда мы спускались на лифте, Китсон посмотрел на меня и ухмыльнулся:

— Видишь, как все просто, когда есть свой человек на нужном месте?

Я пробурчал в ответ что-то невразумительное.

Кабина остановилась. Мы вышли из лифта и направились по одному из коридоров. Вскоре оказались перед дверью. Китсон провел карточкой по считывающему устройству. Оно пикнуло, свет лампочки сменился с красного на зеленый, и дверь открылась.

Мы оказались в пешеходном туннеле, соединяющем два подводных здания. Стены были прозрачными и через них виднелись огромные водоросли и океанское дно.

Когда мы дошли до конца туннеля, Китсон протянул карту к считывающему устройству. Но затем он вдруг отдернул руку и посмотрел на меня.

— За этой дверью находится отдел Ригана, — сказал он. — Так что действовать надо быстро, но в то же время не привлекая к себе внимания. Охранников лучше избегать. Наверняка после нашего предыдущего вторжения им дали наше описание.

Я кивнул.

— Ладно, потопали, — сказал Китсон и открыл дверь.

Мы вышли из пешеходного туннеля. Огляделись. В помещении никого не было. Но на стене была прикреплена камера видеонаблюдения. Круглый черный глаз объектива смотрел прямо на дверь, через которую мы только что вошли.

— Туда, — сказал Китсон, кивнув куда-то в сторону.

Мы свернули в один из коридоров. Здание было немаленьким, поэтому на то, чтобы найти нужное место нам потребовалось несколько минут. По пути мы не повстречали ни одного человека. Однако камеры видеонаблюдения, установленные в каждом помещении и каждом коридоре, казалось, неустанно следили за нами черными зеркальными объективами.

Наконец, мы остановились перед нужной дверью. Она нечем не отличалась от всех остальных.

— Это здесь, — сказал Китсон и слегка скривил губы в невеселой усмешке. — Если только Антонов не ошибся…

Китсон протянул карту доступа к считывающему устройству. И ничего не произошло. Китсон повторил попытку. Устройство никак не отреагировало. Лампочка продолжала гореть красным светом.

— Вот дерьмо, — прошипел Китсон. — Не работает!

Я поднял голову. Под самым потолком в углу находилась камера видеонаблюдения. Объектив был направлен прямо на нас.

— Наверное, нас раскрыли, — сказал я, кивком показав на камеру. — И поэтому охранники аннулировали действия наших пропусков.

— Вот дерьмо-то! — снова выругался Китсон. — Чуть-чуть ведь не успели. Она прямо за этой дверью!

Вдруг в коридор вышел человек в белом халате. Я метнулся к нему, схватил за воротник и подтащил к двери.

— Открой ее!

Мужчина уставился на меня расширенными глазами.

— Что? Кто вы…

— Открывай, — повторил я и ткнул ему в лицо дуло пистолета.

Мужчина побелел и поспешно открыл дверь. Я заглянул в проем. Небольшая комната с одним единственным стулом. На котором сидела Рада. Увидев нас с Китсоном, девушка вскочила.

Я с силой оттолкнул мужчину от себя. Ему с трудом удалось сдержать равновесие. Затем, видя, что мы потеряли к нему интерес, бросился бежать прочь.

Китсон вошел в комнату и взял Раду за руку.

— Все объяснения потом! — рявкнул он. — Валим отсюда!

Девушка не сопротивлялась и послушно последовала за ним. Мы помчались к лифтам. Я бежал чуть позади, на случай если придется прикрывать наше отступление.

Вскоре за спиной раздались нестройный топот ног и крики охранников, приказывающих нам остановиться. Зашипели выстрелы парализующих пистолетов.

Один из лифтов находился на нашем этаже. Китсон втолкнул Раду в открытую кабину. Затем шагнул сам. Когда я хотел последовать за ними, напарник вдруг резко повернулся. В его руке был зажат пистолет. Черное дуло смотрело прямо на меня.

На губах Китсона появилась неприятная улыбка. Его глаза сверкнули недобрым огоньком. Я замер от неожиданности. А через мгновение рявкнул пистолет Китсона.

Пуля попала в грудь. Меня словно молотом ударили. Я повалился на спину. Тело пронзила ужасная боль. Перед глазами на миг все потемнело. Рубашка на груди быстро намокла и стала липкой.

— Эй, ты что делаешь!

Это прокричала Рада. Сквозь пелену в глазах, я увидел, как девушка выскочила из лифта. Но Китсон схватил ее за плечи и втянул обратно. Затем двери закрылись. Табло стало показывать, что кабина лифта быстро понеслась наверх.

Топот ног становился все громче и громче. Затем появились люди. Охранники. Некоторые из них окружили меня. Послышались голоса. Но слов разобрать не получалось.

На меня навалилась страшная усталость. Глаза стали закрываться. Я несколько секунд изо всех сил боролся сам с собой. Но в конце концов усталость взяла свое, и сознание покинуло меня.

Мир погрузился во тьму.

Глава 14

Сознание вернулось ко мне. Не открывая глаз, я стал прислушиваться к собственным ощущениям. Голова была ясна, тело совсем не болело, словом чувствовал себя прекрасно. Я так же определил, что лежу на вполне удобной и мягкой постели. Вокруг было тихо. Пахло дезинфицирующим раствором. Стало быть, я нахожусь в медпункте?

Но как следует поразмыслить мне не дали.

— Я знаю, что ты уже проснулся, так что можешь не прикидываться, — послышался женский, слегка насмешливый голос.

Я открыл глаза. Сначала осмотрел себя. Я был обнажен по пояс. Рана на груди уже зажила, остался только небольшой, почти незаметный шрам. Да, современные лекарственные средства творят чудеса.

Затем стал водить взглядом по сторонам. Я находился в небольшом помещении, напоминающем больничную палату. Белые стены, белый потолок, выкрашенная в белое немногочисленная мебель. И белая мягкая кровать, на которой я лежал.

А рядом с кроватью стоял стул. На нем сидела женщина. Она резко выделялась на фоне белой палаты. Черный костюм, коротко стриженные темные волосы. А вот глаза голубые. И очень пронзительные. Я почти что физически чувствовал, как они тщательно прощупывают мое лицо.

Я хотел сесть. Но когда чуть приподнялся, какая-то невиданная сила прижала меня к постели. Я не мог пошевелиться. Все тело будто сковало. После нескольких тщетных попыток высвободиться, я бросил на женщину беспомощный взгляд.

У нее было абсолютно бесстрастное выражение лица. Но взгляд стал очень сосредоточенным. И вдруг я понял, что эта женщина — псионик.

— Я всего лишь хотел закурить. Можно?

Женщина молча смотрела на меня несколько секунд, а потом сказал:

— Валяй.

Скованность в теле сразу прошла. Я приподнялся и сел, облокотившись на спинку кровати. Затем огляделся в поисках сигарет.

— Пачка в тумбочке, — подсказала женщина и сразу добавила: — Но смотри у меня без глупостей!

Ничего не ответив, я достал пачку и закурил. С наслаждением сделал несколько тяг и посмотрел на женщину. Ее лицо было все так же лишено всяческих эмоций. Но глаза внимательно следили за мной. Я вдруг понял, что уже где-то видел эту женщину. Но вот где? И когда?

— Что это за место? — спросил я.

Женщина чуть склонила голову вбок. Ее глаза блеснули озорным огоньком.

— А ты догадайся сам.

— «Эко»?

— Молодец какой, — насмешливо отозвалась женщина.

— Что со мной будет?

Моя собеседница вдруг стала серьезной.

— Не знаю. Как босс решит.

И тут я вспомнил, где уже видел ее. На Нижних Уровнях, в гостинице, в которой Денис встречался с Кобеном. Сначала я столкнулся с ней в коридоре, а затем заметил, как она осторожно вышла из гостиницы и направилась в сторону, в которой скрылся Денис…

Еще раз я посмотрел на женщину. Ее лицо было непроницаемым. Если она и узнала меня, то ничем этого не выдала.

Отвернувшись, я уставился в стену. Все мысли о Китсоне я старательно отгонял. Стоило подумать о нем и его предательстве, как меня охватывала злость. Зачем он меня подстрелил? Какую цель преследовал?

Я с силой раздавал окурок в пепельнице. Женщина равнодушно наблюдала за мной. Я закурил еще одну сигарету. Сделал несколько глубоких тяг. Унял дрожь в теле. Заставил себя думать хладнокровно, отстраненно.

Китсон… Что же, черт побери, у него на уме?

Я глубоко задумался.

Послышалось шипение — дверь скользнула в сторону. Я поднял голову. В проем с трудом протиснулся невероятно толстый и полностью лысый мужчина. Микки Риган.

Я думал, что лицо у него будет перекошено от злости. Но оказалось совсем наоборот. Риган излучал доброжелательность и дружелюбие.

— Как вы себя чувствуете? Вижу, что хорошо. Вот и замечательно. Это мои люди подлатали вас, — залепетал Риган тоненьким голоском. — У вас на редкость крепкий организм. Удивительно быстро пошли на поправку.

Женщина встала, уступив место боссу.

— Благодарю, Кара, — лицо Ригана расплылось в улыбке.

Затем он сел. Стул жалобно заскрипел под ним. Риган поерзал немного и посмотрел на меня. Улыбка исчезла, а лицо приняло сочувствующее выражение.

Женщина по имени Кара стояла у него за спиной. Она ни на секунду не сводила с меня взгляда.

— Ох, ну и наломали же вы дров со своим напарником, Дмитрий, — заговорил Риган. — Вас ведь Дмитрий зовут? А фамилия — Громов, да?

Я не ответил.

— А вашего напарника зовут Алекс Китсон, — Микки Риган поморщился. — Очень он неприятный человек, очень… А работаете вы в «Континентале», верно?

Я снова промолчал. Моего ответа и не требовалось.

Риган поерзал жирным телом на стуле, пытаясь принять более удобную позу. Но стул был слишком маленьким для того, чтобы человек такой комплекции мог удобно на нем разместиться.

— Ну и наделали же вы шуму, Дмитрий… Вы ведь позволите называть вас по имени, да? — Риган снова поерзал, и на его лице появилась гримаса неудовольствия. — Какой дурацкий тут стул… Так о чем это я? Ах да! Дважды вы врывались в мой отдел и ставили на ноги всех охранников. А в первый раз даже устроили перестрелку… Двое человек погибли…

Я посмотрел на Ригана. Поймав мой взгляд, он сокрушенно покачал головой.

— Да. Двое ни в чем неповинных людей… Но вы не переживайте, лично к вам у меня претензий нет… Их погубил Китсон. У нас есть все записи с камер наблюдения. Мои люди сделали монтаж — соединили все сцены с вашим… кхм… участием воедино. Я посмотрел полученный ролик и убедился в вашей… невиновности. От ваших рук никто не пострадал. Вы пользовались только электрическим пистолетом. К тому же, вы лишь подчинялись приказам старшего — Алекса Китсона. Поэтому вся вина лежит на нем. А к вам… Да, к вам я никаких претензий не имею.

— Китсон кого-то убил? — хрипло спросил я.

— Да. Это произошло во время вашего первого… вторжения. Вы тогда стали по одиночке рыскать по всему моему отделу… Китсон наткнулся на одного из моих сотрудников. Тот распознал в нем постороннего и хотел вызвать охрану, — лицо Ригана приняло горестное выражение. — И тогда он… Тогда Китсон… Собственными руками задушил… А такой хороший парень был и такой способный работник… А затем Китсон убил одного охранника. Правда после этого он переключил пистолет на не смертельный режим. Не знаю, почему он не сделал этого раньше…

Сигарета, которую я держал в руке, давно потухла. Я смотрел на нее задумчивым взглядом.

— Совет директоров требует, чтобы я как можно скорее отыскал виновных в этом… безобразии, — продолжил Риган. — Сначала они даже хотели свалить всю вину на вас, Дмитрий… Но когда я показал им ролик, они были вынуждены признать, что во всех злодеяниях виноват Китсон…

Я поднял голову и внимательно посмотрел на Ригана. Роль заботливого дядюшки он играл хорошо, очень хорошо. Но все же я уловил в его голосе фальшь. Риган явно защищал меня не от доброты сердечной. Я был ему нужен. Но для чего?

— Наверное, я должен отблагодарить вас?

— Что вы, что вы! — Риган замотал головой, от чего все жировые складки на его лице мелко затряслись. — Какие благодарности! Я всегда стараюсь поступать по-честному, по-человечески!

— Всегда? — переспросил я. — Ваши люди похитили сотрудницу «Континентала», а затем пусть и не из смертельного оружия, но стреляли по мирным гражданам, которые хотели вмешаться. После этого вы насильно удерживали ее у себя. Это тоже было по-человечески? И что совет директоров сказал по этому поводу?

Микки Риган брезгливо поморщился, будто ему под нос сунули какое-то отвратительное насекомое.

— Согласен с вами, — заговорил Риган. — Очень неприятный, я бы даже сказал мерзкий поступок. Но он был необходим. А совет директоров… Они ничего об этом не знают.

— Вот как?

— Да, — кивнул Риган и, прежде чем я успел что-либо сказать, добавил: — Знаете что, Дмитрий? Вы только что сказали, что должны… отблагодарить меня? Да, Дмитрий?

— Было такое, — сухо ответил я.

— Очень хорошо. В связи с этим у меня есть к вам предложение.

Я молча ждал, когда Риган продолжит.

— Совет директоров очень не любит, когда в дела «Эко» вмешиваются представители властей. Поэтому поимкой преступника Китсона займется «Эко»… И совет директоров поручил это дело мне.

Риган замолчал, словно ожидая, что я как-нибудь прокомментирую сказанное. Но я ничего не ответил. Он продолжил.

— Поиском негодяя Китсона займется Кара, — Риган указал жирной рукой на стоявшую за его спиной женщину. — Но ей пригодилась бы помощь… Помощь человека, который работал с Китсоном и знает, что от него ждать. Что вы на это скажете, Дмитрий? Поработаете на пару с Карой?

— Возможно, — сказал я спокойно. — Но сначала мне надо переговорить со своим начальником. И еще, я так же хотел бы кое-что у вас узнать…

— Конечно у вас есть ко мне вопросы. Но и у меня к вам тоже. Давайте сделаем так — поделимся друг с другом информацией? Сначала вы ответите на мои вопросы, а затем я на ваши. Идет?

— Идет, — сказал я после секундной паузы.

— Хорошо, Дмитрий, замечательно.

Риган немного помолчал, как-бы собираясь с мыслями. Затем заговорил.

— Для начала мне хотелось бы узнать вот что — над чем вы с Китсоном работали?

— Я не могу обсуждать с посторонним свое задание.

— Конечно-конечно! — вскинул руки Риган. — Совсем не подумал об этом. Виноват! Но на самом деле меня не интересует то, над чем вы работали… Мне нужно лишь узнать, было ли ваше задание напрямую связано с «Эко»?

— Нет, не было.

— Очень хорошо! Приятно это слышать! Тогда следующий вопрос. Вы с Китсоном… хм… незаконно проникли в мой отдел и пытались вернуть свою коллегу. Выходит, ваше задание было связано с этой сотрудницей?

Я промолчал. Микки Риган оказался очень неглуп.

Он подождал немного, а затем сделал вид, будто спохватился и в притворном жесте взмахнул руками.

— Ах, ну да, вам же запрещается разглашать детали своего задания… Ну, ладно. Хм… Тогда другой вопрос. В системе Ашмор есть один астероид… На нем находится заброшенная научно-исследовательская станция… Недавно мой… хм… отряд прибыл туда для выполнения некоторого задания. Скажите, Дмитрий, вы с Китсоном ведь тоже в это время были на той станции, верно?

— Да.

— Позвольте поинтересоваться, что вы там делали?

Я немного помолчал. Риган был очень хитер. Я не хотел выдавать ему слишком много информации до тех пор, пока не пойму какую игру он ведет. Но в тоже время отмалчиваться тоже нельзя, иначе Риган в отместку не станет отвечать на мои вопросы.

— Это было связано с нашим заданием, — сказал я. — Мы искали там одного человека.

— Могу я узнать, кого именно?

— Лидера «Злобных псов» — Хью Логана.

— Так ваше задание заключалось в том, чтобы арестовать его? Ваша корпорация «Континентал» ведь борется с преступностью, верно?

— На второй вопрос ответ — да. Насчет первого могу сказать только то, что мы вели кое-какое расследование, и одна из ниточек привела нас к Логану. Но деталей я раскрыть не могу.

— Хм… Понимаю. Ладно, — Риган задумался над чем-то и некоторое время молчал. — Что ж, пожалуй, это все, что я хотел узнать, Дмитрий. Ваша очередь задавать вопросы.

— Что за задание выполнял ваш отряд на том астероиде? — начал я без обиняков. — Узнав, что на станции появились посторонние, люди Логана стали спешно собираться. Они начали грузить в вездеход четыре контейнера, напоминающие криокамеры, в которых лежали какие-то боевые механизированные существа. А через некоторое время после этого я обнаружил пассажирский лайнер, принадлежащий компании «Галактика». Не знаю, было ли судно разграблено, но всех, кто летел на нем убили. На лайнере скрытно перевозили те самые контейнеры с непонятными существами. Именно ради них судно и угнали, а затем погубили кучу невинных людей, чтобы они не смогли потом дать описание внешности преступников. Но я знаю, кто это был — «Злобные псы». Они вытащили из тайника контейнеры и увезли их в свою штаб-квартиру. А затем там появился ваш отряд. Так вот, повторяю вопрос, что ваш отряд делал на астероиде?

Пока я говорил, Риган без конца болезненно вздрагивал всем своим жирным телом, будто его кололи иголками.

— Так значит вы обнаружили угнанный лайнер, Дмитрий? И где он? Хотя это уже не важно.

Про погибших пассажиров и членов экипажа, Риган не сказал ни слова. Кое-что волновало его куда больше, чем смерть нескольких десятков людей…

Свои мысли я оставил при себе.

Риган помолчал немного, что-то прикидывая в уме.

— Дмитрий, — сказал он затем. — А вы правдиво отвечали на мои вопросы, а?

— Вполне. А что?

— Просто вот вы сказали, что дело, над которыми работали, никак не связано с «Эко»…

— Это правда.

— Однако вот то, что вы только что рассказали… В общем, одно другому противоречит.

— Поясните.

— Эти роботы в контейнерах, — заговорил Риган, тщательно подбирая слова. — Эта наша разработка. Вернее, разработка моего отдела. При чем очень секретная… Настолько секретная, что… Что работы даже велись не здесь… А совсем в другой звездной системе. И даже совет директоров не знал, чем я занимаюсь… Ну а когда работа была завершена… Мы в тайне переправили контейнеры на пассажирском лайнере. Об этом кроме капитана корабля и еще парочки доверенных лиц, больше никто не знал. А потом… Ну дальше вы сами уже знаете.

— Да. Пассажирский лайнер пропал. С вашими секретными разработками.

— Так вот… Откуда вы так много узнали о наших делах? Это все было очень секретно. Понимаете? Поэтому я и спросил вас, связано ли ваше с Китсоном задание с нашей корпорацией.

— Я вам ответил искренне. Мы не совали нос в ваши дела. Мы занимались своим заданием. И в ходе расследования совершенно случайно вышли на Логана и его банду, которые украли ваши разработки.

Риган вздохнул.

— Ладно. Буду вынужден вам поверить… Так я ответил на ваш вопрос?

— Да. Но я хотел бы, чтобы вы поподробней обо всем мне рассказали.

В глазах Ригана что-то мелькнуло. Что-то нехорошее, злое. На мгновенье его жирное лицо преобразилось — стало жестким, суровым.

Но затем он вспомнил о роли, которую играет и снова напустил на себя невинный вид. Выпучив глаза, он сказал:

— Вы слишком многого хотите, Дмитрий… Но ладно, кое-что я вам все же расскажу. Но сначала дайте мне слово, что все останется между нами.

— Обещаю.

— Хорошо, Дмитрий, я вам верю… В общем так… Как я уже говорил, мой отдел был занят одной очень секретной разработкой… На кой-какой планете мы обнаружили одно удивительное существо. Очень живучее, быстрое… Но уровень развития интеллекта у него, как у амебы… Мы решили сделать из этого существа полу органического боевого робота… Об этом все. Теперь, расскажу об одном человеке, который до недавнего времени работал в моем отделе…

— Денис, — вставил я.

— Да, — слегка удивленно сказал Микки Риган. — Так вот… Видимо, он считал, что мало получает… Ну или еще что… В общем, он решил выкрасть полу органических роботов, которых мы разработали. Но одному ему это было не по силам… Он снюхался с бывшими наемники, и они выкрали наших роботов. Все! Больше я ничего не могу вам сказать. Ибо все это очень секретно! Не спрашивайте меня ни о Денисе, ни, тем более, об технологии создания полу органических роботов, ни об планете, на которой обитают эти существа…

Я ненадолго задумался. Допустим, что Микки Риган говорит правду. Тогда выходит, что все началось с Дениса. Он каким-то образом узнал о секретном проекте по созданию полу органических роботов. А может и сам принимал участие в разработке. Неважно. Главное, что когда работа была завершена, Денис решил выкрасть «призраков». Но один он бы не справился.

Поэтому через своего знакомого по имени Кобен он вышел на «Злобных псов». Однако бывшие наемники решили обмануть Дениса. Они захватили лайнер «Галактики», вытащили контейнеры. Интересно, а сам Денис принимал в этом участие? Или ждал где-то в безопасном месте?

Но как бы там не было, «псы» оставили Дениса с носом. Он снова встретился с Кобеном в гостинице на Нижних Уровнях и выяснил, где находится штаб-квартира «псов». А дальше…

Цепь рассуждений оборвалась. Не хватало одного звена.

Я посмотрел на Ригана.

— А как вы узнали, где искать «Злобных псов»?

Риган потупил взгляд.

— Мои люди умеют работать, — ушел он от ответа.

— Догадываюсь. Она, — я кивнул на Кару, стоявшую за спиной Ригана, — была в гостинице, когда Денис встречался с Кобеном.

Мясистые губы Ригана расползлись в мерзкой кривой ухмылке. Он снова ненадолго забыл о роли добродушного дядюшки, которую играл.

— Верно, — сказал Риган с металлом в голосе. — Кара следила за Кобеном. Мы знали, что это знакомый Дениса. Но не знали, что у них назначена встреча. Кара несколько дней изображала из себя бродяжку и присматривалась к Кобену, чтобы понять, как к нему лучше подступиться. А затем ему позвонил Денис и назначил встречу. Кара заранее спряталась в соседнем номере. В общем, нам улыбнулась удача. Мы нашли Дениса, и Каре не пришлось… иметь дело с Кобеном.

— А затем Кара сообщила вам, где находится Денис, и вы послали ей на подмогу парочку крепких ребят, да? Или Кара справилась сама и в одиночку привела Дениса к вам? Она ведь все-таки псионик.

— Да, она справилась сама, — неприятно улыбнулся Риган.

Я снова задумался. Кое-что еще не сходилось. Кара схватила Дениса утром. У Ригана и его людей был весь день и вся ночь, чтобы допросить Дениса и все узнать. В том числе и где искать «Злобных псов», которые предали его. Китсон же только под утро следующего дня нашел Кобена. Затем позвонил мне, и мы сразу полетели на астероид в систему Ашмор. Но прибыли туда почти одновременно с людьми Ригана. Как же так получилось? Конечно, «Миранда» быстроходное судно, однако отряд убийц Ригана все равно должен был прилететь на астероид гораздо раньше нас…

Я задал этот вопрос Ригану.

— Ну, Каре не сразу удалось поймать Дениса… Он знал, кто она такая и когда заметил, что она следит за ним, пустился наутек. А бегает он быстро, да Нижние Уровни, как оказалось, хорошо знает… В общем, Каре далеко не сразу удалось загнать его в ловушку. А потом она полетела ко мне… Потому что я уже был в другой звездной системе. Вы с Китсоном ворвались в мой отдел и пытались увести свою коллегу… Поэтому я и решил ненадолго спрятать ее в другом месте… В общем, схватив Дениса, Кара полетела с ним ко мне… На полет ушло несколько часов… Ну и к тому же Денис оказался очень упертым… Заговорил он далеко не сразу.

Лицо Ригана ничего не выражало. А в его глазах была какая-то странная пустота.

— И где Денис сейчас?

Риган пожал плечами.

— Сбежал.

— Сбежал значит?

— Да. Когда мы вернулись на Варгос. В космопорту. Он быстро бегает… Впрочем, я это уже говорил.

По лицу Ригана ничего нельзя было прочесть. Глаза же его вообще казались неживыми. С ними определенно было что-то не так…

— А что насчет Рады Силиной? — спросил я.

— Рады Силиной? — Микки Риган скорчил непонимающую мину и притворно развел руки в стороны. — Не понимаю… Кто это такая?

— Сотрудница «Континентала», которую ваши люди похитили прямо из ее квартиры, — сказал я, едва сдерживая себя.

— Ах, так ее зовут Рада Силина значит… Так и что вас интересует, Дмитрий?

Я заскрипел зубами.

— Зачем вам понадобилось ее похищать?

Риган почмокал толстыми губами, как бы пробуя вопрос на вкус. Звук был отвратительный.

— Ну как выяснилось, похищать ее и вовсе не было нужды, — сказал наконец Риган.

— Но тем не менее…

— Да. Тем не менее, мои люди насильно притащили ее ко мне. Зачем мне это было нужно? Видите ли, в чем дело, Дмитрий… После встречи с Кобеном Денис кому-то позвонил. Кара с помощью специального устройства отследила звонок. Разумеется, мы поняли, что у Дениса есть сообщница. И я приказал немедленно доставить ее ко мне. Поэтому пока Кара гонялась за Денисом, остальные мои люди ворвались в квартиру его сообщницы, схватили ее и привели ко мне… Однако просканировав ее мозг…

— Просканировав ее мозг? Вы хоть знаете, что это могут делать лишь представители властей? И то, если получат специальное разрешение.

— Конечно знаю! Пришлось из двух зол выбирать меньшее. Денис упрямился и… Пришлось с ним поговорить по-жесткому, по-мужски. Но он сам виноват — не оставлял нам другого выбора. А эта девушка… Рада Силина оказалась… Такой же упрямой. Не желала сотрудничать и отвечать на вопросы. Но, согласитесь, бить девушку… Мальчикам с малых лет внушают, что бить девочек нехорошо… В общем, пришлось прибегнуть к другому способу. Более медленному, но зато совершенно безболезненному.

Я с Риганом был не согласен. Говорят, что сканирование мозга — это что-то вроде умственного изнасилования. Некоторые из людей, которых когда-то подвергали этой неприятной процедуре, впоследствии превратились в дурачков.

— К тому же, — добавил Риган, — речь ведь шла о нашей секретной разработке, над которой мой отдел трудился годами… Больше всего я хотел, и хочу, вернуть свое изобретение…

— И готовы ради этого пойти на все?

Риган уже в который поморщился. На мой вопрос он решил не отвечать.

— Короче, просканировав мозг девушки… Стало ясно, что она знает не больше Дениса. В общем, пользы от нее никакой не оказалось.

— В таком случае вы могли отпустить ее.

Риган замотал лысой головой.

— Нет. Отпустить ее я никак не мог. Боялся, что она разболтает кому-нибудь о наших секретных изобретениях… Или начнет сама их разыскивать, чтобы выкрасть технологию для своей корпорации, которой очень предана… В общем, чтобы избежать всего этого, я решил подержать ее у себя, пока мои люди не вернут изобретения.

— Ну ладно. А сколько вы обещали заплатить ей за тот пакет данных, который она украла из наших архивов? — спросил я. — Или вы решили сэкономить и силой заставили ее отдать вам его?

Риган часто заморгал.

— Что? Пакет данных? О чем вы, Дмитрий? Не понимаю…

Я подумал, что в этот раз он действительно не понимает, о чем идет речь.

— А что вы скажите по поводу того, что пытались меня убить? И после этого вы хотите, чтобы я с вами сотрудничал?

— Что? — довольно правдоподобно изумился Риган. — О чем вы говорите, Дмитрий?

— Я говорю про бродягу с Нижних Уровней, который караулил возле квартиры Рады Силиной. И про двух головорезов, что прятались на корабле и ждали, когда мы прибудем к пассажирскому лайнеру, чтобы расправиться там со мной. И кстати, этим двоим почти что удалось добиться своего.

У Ригана от удивления вытянулось лицо.

— Я понял, Дмитрий… На вас дважды было совершено покушение, верно? И вы думаете, что… Что убийцы действовали по моему приказу! Однако уверяю вас, я не причастен к этому!

Микки Риган смотрел на меня немигающим блестящим взглядом. И только сейчас я понял, что глаза у глаза у него искусственные. А раз так, значит не получится по ним прочитать, когда он лжет, а когда говорит правду.

Однако я был почти уверен, что на вопросы про бродягу с Нижних Уровней и двух головорезов, пытавшихся меня убить, а также про пакет данных Микки Риган ответил честно.

Некоторое время мы с Риганом молчали, разглядывая друг друга.

— Ладно, — сказал я наконец. — Видимо, они действовали не по вашей указке. Я ошибся.

Жирное лицо Ригана расплылось в глуповатой улыбке.

— Я рад, Дмитрий, что вы пришли к правильному выводу. А иначе это недоразумение могло бы помешать нашему сотрудничеству… Наш уговор ведь остается в силе, да? Вы поработаете на пару с Карой, чтобы найти Китсона и… вернуть мне украденные разработки?

— Сначала мне надо переговорить об этом со своим начальником.

— Да, конечно, Дмитрий, я понимаю. Но если он не будет против, тогда свяжитесь с Карой, хорошо? Договоритесь о встрече и сразу приступите к делу… Идет, Дмитрий?

— Да.

— Вот и замечательно!

Глава 15

— Это неплохая мысль. Китсон заварил кашу, а нам теперь нужно ее расхлебывать. «Континентал» непричастен к его действиям, однако все равно за его преступления будут винить нас. Но если ты поможешь отыскать украденные разработки, поймаешь Китсона и отдашь его на растерзание Ригану, тогда «Континентал» загладит вину перед «Эко». Так что да, мысль неплохая.

Я кивнул.

— Ладно, Громов, значит будешь работать с этой… Как ее там?

— Карой.

— Да. С ней.

Керенский залпом осушил стакан, который держал в руках. Затем подошел к бару и налил новую порцию. Присев на краешек письменного стола, начальник «Континентала» некоторое время молча смотрел в стакан.

Он очень хорошо держался. Я только что обо всем рассказал ему. Для Керенского это был сильный удар. Но он стойко перенос его. Внешне он оставался невозмутимым. Голос был все такой же бодрый, а походка пружинистой и энергичной. Однако по его глазам было видно, как ему больно от того, что лучший сотрудник «Континентала» оказался подлым мерзавцем.

— Черт возьми, Алекс, что ты же вытворяешь? — в полголоса пробормотал Керенский, продолжая смотреть в стакан.

Это были всего лишь мысли вслух. Я сделал вид, что ничего не слышал.

Наконец, начальник «Континентала» поднял голову и посмотрел на меня твердым, даже жестким взглядом.

— Слушай, Громов, что я тебе скажу, — сказал Керенский с металлическими оттенками в голосе. — Микки Риган — та еще сволочь. Он любит прикидываться добродушным простачком, а когда его жертва расслабляется, вонзает ей нож в спину. Мы не знаем настоящих мотивов того, почему он попросил тебя помочь в поиске Китсона. Конечно, дело не в том, будто он и вправду считает, что бывший напарник Китсона может быть полезен.

Керенский осушил стакан и положил его на стол. При этом он ни на секунду не сводил с меня сурового взгляда.

— Эти биороботы, над которыми его инженеры работали в строжайшей секретности… Думаю, дело именно в них. Риган говорит, что работа над ними велась в другой звездной системе. Но это полная чушь! Комплекс «Эко» находится здесь, на Варгосе. Никаких филиалов у него нет. Сам же Риган не смог бы втайне от всех организовать производство где-то на другой планете. Рано или поздно, но об этом бы узнали.

Я молча слушал начальника.

— Так вот, что я думаю — Риган не создавал этих биороботов. Я считаю, что он украл их! Для такого бесчестного человека, как он, воровство в порядке вещей.

Керенский ненадолго замолчал, словно желая узнать мою реакцию на его слова. Но я лишь кивнул.

— Ты видел одного из этих роботов. Если Риган в самом деле украл их, то ты для него становишься опасен, — Керенский обхватил пальцами край стола и чуть наклонился вперед, сверля меня взглядом. — Поэтому он и наплел, мол нуждается в твоей помощи. А на самом деле он приставил к тебе своего человека, Кару. Понимаешь, куда я клоню? Она должна присматривать за тобой, пока не представится удобный случай…

Керенский замолчал, предоставив мне возможность самому закончить.

— …избавиться от меня. Да, я согласен с вами. Я и сам уже думал об этом.

— Видимо, поэтому Риган и защищал тебя от совета директоров. Он не хотел, чтобы ты оказался в центре внимания. Во-первых, потому что боялся, что ты можешь начать болтать о «призраках». А во-вторых, поскольку планировал убить тебя в скором будущем.

Я кивнул.

— Хорошо, Громов, — Керенский выпрямился. — В общем, ты предупрежден. Я уже потерял одного агента. При чем первоклассного агента… И я не хочу потерять другого. Так что будь очень внимателен.

Я снова кивнул. Да, я буду очень внимателен. Один напарник уже пытался меня убить. И вполне вероятно, что второй намеревается сделать тоже самое. Так что впредь я буду держать ухо востро.

Керенский плеснул в стакан спиртного. Отпил немного, посмаковал напиток во рту и проглотил.

Я задумчиво наблюдал за ним. Начальник «Континентала» заметил мой взгляд и спросил:

— Что такое, Громов? Хочешь что-то сказать?

Спохватившись, я отвел глаза в сторону. Но было уже поздно.

— Выкладывай, что у тебя на уме.

Помолчал немного, я неуверенно сказал:

— Микки Риган утверждал, что «призраки» — это секретная разработка отдела, которым он заведует. Китсон, когда мы с ним разговаривали на эту тему, тоже высказал предположение, что «призраки» не более, чем обычные дроны. Вы говорите то же самое, только с поправкой на то, что Риган украл «призраков», а не создал их…

— Но ты, полагаю, думаешь иначе? — спросил Керенский.

— Да. Ни Китсону, как теперь уже стало ясно, ни Ригану доверять нельзя. Лично я думаю, что «призраки» никакие не биороботы. Потому что они… совсем другие. Слишком уж экзотические. Мне такого еще никогда не приходилось видеть. Совсем не похожи на…

Я замолчал.

— Не похоже на что?

— На продукцию, выпускаемую нашими корпорациями по производству роботов.

Керенский промолчал.

— А если же это и в самом деле роботы… Тогда они были созданы явно не людьми. Мне кажется, что «призраки»… — я замялся на несколько секунд.

Керенский не торопил меня с ответом.

— В общем, я думаю, что «призраки» — это инопланетные существа. Но разумные или нет, пока сказать не могу.

Керенский кивнул с невозмутимым видом. Я стал ерзать на стуле. Но через несколько секунд заставил себя успокоиться.

Прошло не менее минуты, прежде чем Керенский нарушил тишину.

— Инопланетяне? Ну, это вовсе не такая бредовая идея, как ты мог подумать.

Я ничего не ответил. Начальник «Континентала» явно еще не закончил.

— Прошло немало времени с тех пор, как люди заселили Солнечную систему и отправились покорять другие миры. Мы колонизировали уже тысячи планет, однако ни на одной из них до сих пор не встретили других форм жизни. Разумных форм жизни, я имею ввиду конечно же. Впрочем, ты и сам все это прекрасно знаешь.

Я молча кивнул.

— Однако это вовсе не означает, что мы одиноки во Вселенной, — продолжил Керенский. — Даже здесь, в нашей Галактике мы время от времени натыкаемся на следы инопланетной цивилизации, а может даже цивилизаций. То наткнемся на давным-давно потерпевший крушение на неисследованной нами планете инопланетный корабль, то обнаружим еще что-нибудь, принадлежащее другим разумным существам. И все найденные инопланетные технологии по понятным причинам очень высоко ценятся. Однако это просто ничто по сравнению с тем, если бы мы наконец встретили живых инопланетян. Вполне возможно, что ты прав и что «призраки» — это и есть разумные пришельцы. Но в этом случае, если ты действительно прав, то на нас возляжет обязанность узнать, откуда взялись «призраки», каким образом смогли незаметно проникнуть в самое сердце нашей Земной Федерации и что, собственно, им здесь понадобилось.

Керенский помолчал немного, затем кивнул, как бы соглашаясь с самим с собой, и сказал:

— Но для начала нужно узнать действительно ли «призраки» являются инопланетянами. Вполне возможно, что «призраки» пусть и новейшие, самые передовые, но всего лишь боевые биороботы, которых создали мы, люди.

— Да, конечно, — только и сказал я.

— Ладно, — снова кивнул Керенский. — Это тебе еще предстоит узнать. Теперь же давай вернемся к началу разговора. Кое-что мне еще не ясно. Например, пакет данных, который Рада Силина украла из наших архивов. Зачем ей это понадобилось? И как ее поступок связан со всем остальным? С Микки Риганом, Хью Логаном, «призраками»? И если он не собиралась продавать информацию Ригану, зачем тогда вообще скопировала ее и отправила куда-то за пределы нашей сети? У нее ведь был свободный доступ к архивам. Могла же спокойно изучить всю необходимую ей информацию, не нарушая наших правил.

— Роль Рады в этом деле мне пока не очень ясна…

Я замялся. Керенский был прав. Кража пакета данных никак не состыковалась ни с Риганом, ни с его «призраками». Однако мне в голову пришла одна толковая мысль. Но это была всего лишь догадка. И она могла оказаться ошибочной. Поэтому я не хотел делиться ей с Керенским, пока не найду улик и не смогу доказать ее… Однако начальник «Континентала» решил иначе.

— Вижу, что у тебя опять что-то на уме. Говори, Громов, не заставляй меня вытягивать из тебя по одному слову за раз!

— Мы знаем, что Денис и Рада друзья. Затем у Дениса появились проблемы. «Злобные псы» его обманули, Микки Риган повсюду ищет… Он обратился за помощью к Раде. Видимо, она очень хорошо к нему относится, потому что согласилась помочь ему выбраться из неприятностей. Но ей мешала работа… Поэтому она и попросила вас дать ей отпуск.

Мне показалось, что Керенский хочет задать вопрос. Но он не стал ничего спрашивать.

— Продолжай.

— Теперь перейдем к Китсону. Когда мы первый раз проникли в «Эко» и нашли Раду, она неприятно удивилась, увидев Китсона. Она спросила, зачем он пришел и сказала, что когда-то просила его не вмешиваться. Это означает, что Китсон был в курсе, чем занимается Рада.

Керенский нахмурился.

— Да, я помню, ты говорил об этом, когда вы с Китсоном докладывали мне о своей неудачной попытке вырвать Силину из лап Ригана. Но я не придал значения твоим словам. Китсон пояснил, что Рада находилась под действием наркотика, поэтому несла всякую чушь. Я был склонен поверить ему. Похоже, что напрасно… Ладно, продолжай.

— Когда Рада попросила дать ей отпуск, Китсон понял, что она исчезнет из поля его зрения. А ему по какой-то причине было необходимо знать, чем она занимается… И тогда он придумал аферу с кражей информации из наших архивов. Но подстроил ее так, будто виновата Рада. Когда техникам стало известно, что на компьютер Рады из архивов был скопирован большой файл, а затем послан куда-то, вы заподозрили неладное и поручили Китсону понаблюдать за Радой. Видимо, Китсон как-раз не был занят никаким делом…

— Все было немного не так, — перебил меня Керенский. — Не техники, а именно Китсон обнаружил и сообщил мне, что с компьютера Силиной ушел большой файл. И именно Китсон сказал, что необходимо организовать слежку за Радой. А поскольку, как ты верно предположил, он как-раз не был ничем занят, то Китсон сказал, что сам и займется этим делом… Знаешь, что, Громов? Похоже, все сходится. Я очень рад. Мне было неприятно думать, что Рада Силина могла предать «Континентал».

— Потом Китсон сообразил, что не может одновременно следить за Радой и Денисом, — продолжил я. — Поэтому он сказал вам, что ему требуется напарник. Вы хотели предложить ему кандидатуру Артура Финна, но Китсон от него отказался.

— Да, было такое.

— Он сказал, что ему подойдет и новичок. В свете того, что мы теперь знаем, становится ясно, почему Китсон требовал именно новичка. Он опасался, что опытный агент может раскрыть его, догадаться, что Китсон ведет двойную игру. Однако, впервые увидев меня, новичка, Китсон очень разозлился.

Керенский приподнял брови.

— Почему?

— Он ругался, говорил, что ему нужен опытный, надежный напарник, а не зеленый юнец вроде меня.

— Но ведь зеленый юнец ему как-раз и нужен был…

— Да. Немного позже, Китсон объяснил свое поведение скверным характером.

Керенский невесело усмехнулся.

— Но дело, конечно, в другом, — сказал я. — Что-то во мне ему очень не понравилось. Возможно, я держался слишком уверенно… Или он слышал что-нибудь про меня. Например, что я пусть и малоопытный, но подающий большие надежды агент… Ну или что-то в этом вроде. А ему нужен был совсем зеленый, даже глуповатый, напарник, который бы слепо подчинялся ему и верил каждому слову.

— Через некоторое время после того, как ты присоединился к Китсону, он позвонил мне.

Мысленно я перенесся в тот день, когда мы с Китсоном наблюдали за квартирой Рады. Китсон ушел в другую комнату. Я закурил. Пепельница лежала в другом конце комнаты. Я пошел за ней. И когда проходил мимо двери в соседнюю комнату, услышал, как Китсон с кем-то разговаривает по видеофону.

— Он спрашивал о тебе, — продолжал Керенский. — Интересовался, насколько ты способный агент. И я, чего таить, дал довольно хорошую характеристику. Даже не хорошую, а отличную. Сказал, что ты старательный, сообразительный. И что тебе можно доверять ответственные задания.

— Полагаю, что Китсону очень не понравилось то, что он услышал.

— Видимо, да. Думаешь, именно в этот момент он и задумал убить тебя?

Я немного помолчал. Затем ответил:

— Нет.

— А когда?

— После нашего вам доклада о том, как мы ворвались в комплекс «Эко», чтобы вытащить оттуда Раду. Вы упрекнули нас тогда за то, что мы действовали грубо и безрассудно. Китсон же объяснил, что это было необходимо. Сказал, что нужно было действовать быстро. И по сути здесь он не солгал. Он действительно хотел вытащить Раду из «Эко» как можно скорее. Она была ему для чего-то нужна… Или он хотел что-то от нее узнать… Поэтому опасался, что Риган может увести ее в другое место или узнает от нее то, что Китсон хотел узнать первым. В общем, он не мог тратить время на составление плана, поэтому решил идти напролом. И еще кое-что… Когда люди Ригана тащили Раду по жилому комплексу, я преследовал их. Но Китсон не разрешил вступать с ними в бой, пояснив, что я не смогу их одолеть и что нам нужно узнать, куда они собираются ее увести. Но, по всей видимости, Китсон наоборот опасался именно того, что я могу одолеть людей Ригана и привести Раду в чувство. Тогда она все бы мне рассказала, и я узнал бы о роли Китсона во всем этом деле. Именно поэтому он и не позволил мне нападать на людей Ригана.

— Так когда же Китсон решил тебя убить?

— В конце нашего с вами разговора. Китсон уже хотел уходить, но я попросил его объяснить, почему, когда мы проникли в «Эко» и нашли Раду, она удивилась, увидев его и стала задавать странные вопросы. Видимо, именно после этого Китсон разозлился, что я начал совать нос не в свое дело и решил избавиться от меня.

Я помолчал немного.

— Потом мы направились в гостиницу на Нижних Уровнях, в которой Денис встречался с Кобеном. Мы осмотрели номер, и затем Китсон сказал, что отстраняет меня от этого дела. Но он солгал. Он и не думал меня отстранять. Ему лишь нужно было, чтобы я покинул Нижние Уровни. Тогда он спокойно нашел бы какого-нибудь бродягу, согласившегося меня убить. И он нашел трех подходящих людей. Однако чуть позже от Кобена Китсон узнал, что «Злобные псы» прячутся на астероиде в системе Ашмор. Китсон увидел в этом удобную возможность избавиться от меня. Потом он бы вам объяснил, что я погиб от рук «Злобных псов», и никто никогда не смог бы узнать правду.

— Китсон на астероиде пытался убить тебя?

— Да. Но понял я это только совсем недавно… Когда лежал в больничной палате в комплексе «Эко» и размышлял.

— Но раз ты сейчас сидишь передо мной, значит Китсон лишь хотел тебя убить, но не стал? Не подвернулась удачная возможность или что?

— Нет, возможность как-раз ему подвернулась… Отряд Ригана воевал с «призраком». Мы с Китсоном притаились за двумя обломками скалы. Один из людей Ригана не давал нам высунуться, сразу начинал стрелять. Я осторожно выглянул с другой стороны валуна… И тогда краем глаза заметил, что к ногам подкатилась граната. Единственный человек кроме Китсона, которой мог ее бросить, это тот, что не давал нам высунуться. Однако со своего места он никак не смог бы швырнуть гранату так, чтобы она упала прямо к моим ногам… У Китсона же это бы получилось без проблем. Но, разумеется, у меня тогда и в мыслях не было, что он планирует меня прикончить. Поэтому я решил, что эта граната из тех, которые кладут на землю, и они сами катятся к противнику.

— Может так оно и было?

— Нет. У людей Ригана вообще не было гранат. Только плазменные винтовки и пистолеты. Но об этом я вспомнил уже потом. А в тот момент, когда граната упала под ноги, у меня было не очень уж много времени на размышления…

Я замолчал на секунду-другую.

— Знаете, перед тем, как пойти во второй раз в «Эко», мы с Китсоном сидели в баре «Гротеск». Ждали, когда Антонов изготовит нам пропуска. Я тогда задумался и стал складывать в уме все события воедино… И уже почти догадался о роли Китсона в этом деле. Но прежде чем мысль окончательно сформировалась, и я смог осознать ее, Китсон что-то сказал и тем самым меня отвлек от размышлений.

— Да, понимаю, — ответил Керенский. — Со мной тоже такое бывало.

— После астероида Китсон еще два раза пытался покончить со мной. Но уже чужим руками. Первым был бродяга в квартире Рады Силиной, которого Китсон вытащил из Нижних Уровней… А потом я нашел в компьютере Рады координаты… Китсон сказал, мол это ловушка Ригана.

— Но на самом деле ее подстроил Китсон? Именно он внес координаты в ее компьютер?

— Не знаю. Точно не уверен… Вполне возможно, что координаты записала сама Рада. А Китсон узнав, что я собираюсь лететь в какую-то неведомую даль, решил этим воспользоваться.

— Получается противоречие. Он же наоборот не хотел, чтобы ты летел.

— Да. Возможно сначала действительно не хотел, чтобы я улетел. Например, боялся упускать меня из виду… Но можно найти и другое объяснение его поведению.

— Какое?

— Может, он думал сыграть на моем упрямстве и тяге к самостоятельной деятельности? Считал, что чем активней будет меня отговаривать, тем упрямей я буду стоять на своем…

— Возможно.

— А что касается тех двух головорезов… Сначала я думал, что они хотели убить меня именно возле того лайнера, потому что считали у этого брошенного судна тело сотрудника «Континентала» найдут очень нескоро. Если вообще когда-нибудь найдут.

— А теперь, полагаю, ты изменил свое мнение?

— Да. Сейчас нам известно, что эти двое работают на Китсона, а не на Ригана. Он придумал вполне правдоподобную версию, мол координаты в компьютере Рады — это ловушка, которую подготовил Микки Риган. Однако он не знал, что я найду по тем координатам… Поэтому он и приказал своим головорезам прикончить меня только тогда, когда «Миранда» прибудет на место, чтобы они могли убедиться, что место для убийства подходящее. А если бы моя смерть потом раскрылась, он мог бы все свалить все на Ригана — мол, тот устроил ловушку, и я в нее угодил. Доказательств, конечно, никаких бы не было, но и улик, указывающих на Китсона тоже.

— Но это лишь твоя предположение, верно? Ты же не можешь сказать наверняка, что те двое головорезов работали на Китсона, а не Ригана.

— Могу. Риган не знал, что я собираюсь куда-то лететь. Китсон же прекрасно был осведомлен об этом. Он знал так же и на чем я полечу.

— Но когда они успели проникнуть на «Миранду»? Китсон не мог же все время держать их там в надежде, что ты когда-нибудь в одиночку улетишь?

— Им сказал Китсон после нашего с ним разговора в флайере. Именно поэтому, когда Китсон увидел идущего к флайеру Антонова, он быстро выгнал меня из машины. Ему нужно было успеть позвонить головорезам, приказать пробраться на борт «Миранды» и объяснить, что нужно сделать до того, как Антонов сядет к нему в машину.

Керенский секунду подумал и кивнул.

— Понятно.

— Ну а последнюю попытку покончить со мной, Китсон предпринял во время нашего последнего побега из «Эко»… Наверное, он считал, что если пуля не прикончит меня, то разъяренный Риган завершит его дело…

Начальник «Керенского» снова кивнул.

— Я вижу, ты обо всем подумал, — сказал он, взял стакан и подошел к бару. — Хоть доказательств никаких нет, но думаю, все было примерно так, как ты и говоришь.

Наполнив стакан, Керенский вернулся к письменному столу и сел на краешек.

— Кстати, мы засекли маячки «Миранды». Судно сейчас находится на орбите Варгоса. Возле ЦКС.

— Приятная новость. Тех головорезов, конечно же, внутри уже не было?

— Разумеется, нет. Полагаю, они вернулись в систему и бросили корабль у Варгоса. А на поверхность планеты уже спустились на другом транспорте.

— Согласен.

— «Миранду» уже вернули. Она сейчас находится в космопорте на прежнем месте. Я предупредил всех наших агентов, что «Мирандой» некоторое время пользоваться нельзя. Так что если тебе снова понадобится слетать куда-нибудь, смело бери ее. Твое задание сейчас в приоритете. Из-за Китсона может пострадать репутация нашей корпорации. Так что его надо найти и как можно быстрее.

— Да, я понимаю.

Керенский слегка скривил губы в улыбке.

— Только смотри, не теряй «Миранду» снова. Она нам дорого обошлась.

— Больше такого не допущу.

— Ладно, Громов, так тебе есть еще что добавить?

Я немного подумал и покачал головой.

— Нет.

— Хорошо. У меня тоже к тебе больше вопросов нет. Тогда принимайся за работу.

Керенский осушил стакан, сел за письменный стол и стал раскуривать сигару. Этот знак мне уже был хорошо знаком. Разговор окончен.

Поднявшись на ноги, я направился к выходу. Но прежде чем покинуть кабинет, замедлил шаг и обернулся. Керенский задумчивым взглядом смотрел в стену напротив. Выражение его лица было каменным. Но вот глаза выдавали чувства Керенского. Наверное, он еще долго будет переживать из-за того, как с ним обошелся его лучший агент.

Я вышел. Направился к лифту. И вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Резко обернулся. Секретарша Керенского, Татьяна Вэй, смотрела на меня. В этот раз она не стала отворачиваться. У нее был холодный, ничего не выражающий взгляд. Я хотел спросить, чем вызван ее интерес. Но не стал. Подумал, что она все равно не ответит.

Идя к лифту, я почти физически ощущал, что Татьяна Вэй продолжает смотреть мне в спину.

Глава 16

Мы встретились на крыше одного из небоскребов.

Кара стояла возле флайера. Одета она была во все темное: высокие сапоги на шнуровке, брюки, кожаная куртка. Ее бледное лицо ничего не выражало. Но глаза смотрели насмешливо.

— Ну, — сказала Кара, когда я подошел к ней, — предлагай, с чего начнем поиски Алекса Китсона?

— Сначала осмотрим его квартиру.

Кара скривила губы в презрительной ухмылке.

— Как умно! — ехидно сказала она. — Как находчиво! Сама бы я ни за что до такого не додумалась!

Я скрипнул зубами. Но промолчал.

— И что ты рассчитываешь найти в квартире Китсона? — продолжала издеваться Кара. — Записку с подробными указаниями, где его можно отыскать?

— Надо же с чего начать.

Хоть Кара и была против, но я настоял, на том, чтобы обыскать квартиру Китсона. Через некоторое время мы уже были у него дома и приступили к работе.

Но уже очень скоро стало ясно, что Кара оказалась права. Нам не удалось найти ни единой зацепки, ни единой подсказки, где может находиться Китсон. Квартира была очень чистая и убранная, но при этом производила впечатление нежилой. В корзине для мусора не валялось ни единого клочка бумаги с каким-нибудь пометками. В ящиках письменного стола ничего не лежало. Память видеофона была полностью чистой — в ней не хранилось ни одного номера. Компьютер так вообще производил такое впечатление, будто его купили всего час назад. В нем вообще не было сторонних программ — одни только стандартные приложения операционной системы.

Однако через какое-то время кое-что мы все-таки обнаружили — два хитроумно спрятанных сейфа. В каждом из них лежало по одному пистолету и несколько запасных магазинов.

Вскоре в квартире не осталось ни одного уголка, в который мы бы не заглянули. С легким разочарованием я сказал, что надо уходить. Кара начала что-то отвечать в своей обычной насмешливой манере, и в этот момент на мой КПК поступил видеовызов. Кара оборвала себя на полуслове и вопросительно посмотрела на меня.

— Кто звонит? — спросила она.

— Китсон, — отозвался я, глядя на дисплей. Затем нажал кнопку, и в ту же секунду выскочил голографический экран. На нем появилось лицо Китсона.

Увидев меня, он криво усмехнулся.

— Чем это ты занят, Громов, а? Разве тебя в детстве не учили, что лазать в чужих вещах — это плохо?

— Откуда ты узнал, где я нахожусь?

— У меня в квартире повсюду натыкано скрытых датчиков. Когда дома появляется посторонний, мне на КПК тут же приходит изображение с домашних камер.

— Зачем ты в меня стрелял? Чего ты пытаешься добиться?

Ухмылка на лице Китсона стала еще шире.

— Ты же сообразительный малый. Додумайся сам.

Вместо ответа, я незаметно нажал кнопку на голографическом экране. Программа-шпион начала работу.

— Слушай, Громов, а почему этот жирдяй Риган тебя не прикончил, а? Ты ведь уже слишком много знаешь.

— Мы с ним работаем сообща.

— Угу, как же. Нужен ты ему, ага. Пошевели мозгами, если можешь. Тогда поймешь, чего Риган от тебя хочет на самом деле.

Я промолчал.

— Кстати, Громов, ты ведь сейчас там не один, да? Я видел с тобой темноволосую женщину. Уж не шавка ли это Ригана…

Кара подскочила ко мне и тесно прижалась, заглядывая в голографический экран. Я с удивлением заметил, что ее обычно бесстрастное, лишенное всяческих эмоций лицо вдруг сморщилось от злобы.

— Ты кого это тут называешь шавкой, урод?

Китсон откинул голову назад и громко рассмеялся.

— Ого, так я угадал! Давно не виделись, Кара! Как поживаешь, маленькая грязная сучка?

— Слушай ты!.. — как змея, зашипела Кара. — Когда я тебя найду, я тебе все кости переломаю!

В ответ Китсон лишь снова рассмеялся. Кара фыркнула, грязно выругалась и отошла от меня.

— Будь осторожен, Громов, — заявил Китсон, все еще улыбаясь. — Эта стерва очень опасна. Если думаешь, что поладил с Риганом, то сильно ошибаешься. Наверняка, он приказал ей прикокнуть тебя, когда представится удобный случай.

Я посмотрел на Кару. Она уже успокоилась и делала вид, что не слышит, о чем говорит Китсон.

— У меня тоже новый напарник, — Китсон повернул камеру немного в сторону, и я увидел сидящую на стуле Раду. Она смотрела куда-то в сторону.

— Отпусти ее.

Китсон пару секунд смотрел на меня, а потом усмехнулся.

— Думаешь, я насильно ее держу рядом с собой? Ты сильно ошибаешься.

— Зачем она тебе? Что ты задумал?

— Скажем так, наши с ней цели сейчас совпадает. Поэтому теперь работаем вместе. А вообще, Громов, ты уже достаточно знаешь, чтобы понять, что к чему.

Я действительно начинал все понимать. При чем еще до последнего разговора с Керенским. Начальнику «Континентала» я изложил не все свои мысли. О некоторых умолчал, потому что они ему могли бы не понравиться… Он бы потребовал доказательств. А их у меня еще не было.

Да, кажется, я уже четко понимал, чего хочет Китсон, и почему Рада действует с ним сообща. Цель у них одна. Но вот мотивы разные…

Китсон смотрел на меня, ожидая ответа. Но я не собирался ему ничего говорить. Кара стояла рядом и все слышала. Неизвестно, как она себя бы повела, если бы узнала, что мне уже почти все известно. Сразу действовать она вряд ли бы начала, но откладывать расправу надо мной в долгий ящик уже не стала бы.

Когда Китсон понял, что я не отвечу, он пожал плечами.

— Молчишь? Не знаешь? Ну и ладно, — пробурчал он. — Возможно, я в тебе ошибся… И кстати, Громов, зря ты пытаешься отследить звонок, — ухмыльнулся Китсон. — Все равно не получится.

Бывший напарник еще несколько секунд смотрел на меня, а затем оборвал связь. Я отключил голографический экран.

— Удалось отследить, где он находится? — спросила Кара, хотя, судя по ее голосу, и так знала ответ.

— Нет.

— Я не удивлена. Дилетант.

Я никак не отреагировал на ее выпад.

— Так ты знакома с Китсоном?

Кара пожала плечами.

— Сталкивались в прошлом пару раз.

Ее бледное лицо уже снова было бесстрастным, но глаза, как я заметил, вспыхнули гневом. Похоже, она сильно ненавидит Китсона. Интересно, почему? Возможно, когда-нибудь я это узнаю.

Мы покинули квартиру моего бывшего напарника.

— Итак, что теперь? — спросила Кара.

Я погрузился в свои мысли и не ответил ей. Мы переходили из одного зала в другой. Близился вечер. Людей вокруг становилось все больше.

Через некоторое время Кара вырвала меня из размышлений.

— За нами слежка, — сказала она.

Я хотел обернуться, но она сразу отреагировала:

— Нет! Не смотри назад. Они еще не знают, что я засекала их.

Некоторое время мы продолжали идти вперед. Затем Кара легко коснулась моей руки.

— Вон там впереди витрина. Видишь?

— Вижу.

— Сейчас подойдем поближе… Вот! Смотри на витрину, я покажу тебе их.

Когда мы подошли уже совсем близко, Кара сказала:

— Вон первый из них. Очень высокий, широкоплечий. Видишь?

— Да.

Через отражение в витрине я увидел человека, про которого говорила Кара. Не заметить его было бы невозможно. Мимо него проходило много народу — люди возвращались домой с работы — и он резко выделялся на их фоне. Очень высокий и мускулистый. Головы на две выше прохожих, что сновали вокруг него.

Он шел за нами даже не таясь. Впрочем, оно и понятно. С его ростом и телосложением глупо было бы пытаться затеряться в толпе — только еще больше стал бы внимания к себе привлекать.

Одет он был в длинный, доходивший до колен, потрепанный коричневый плащ.

— С ним еще один, — сказала Кара. — Тощий такой, с рыжими волосами. Время от времени они с великаном обмениваются взглядами.

Рыжего я не видел — мы уже прошли мимо витрины.

— Кто это такие? — спросила Кара. — Те, кто уже пытался тебя убить?

— Не сомневаюсь. Видимо, они находились где-то неподалеку от квартиры Китсона. Он позвонил им и приказал разобраться со мной.

Кара фыркнула.

— И заодно со мной тоже, — зло проговорила она.

— Так что будем делать?

— Спустимся на Нижние Уровни. Там никто не заступится за этих уродов, когда мы начнем откручивать им головы.

Мы зашли в один из лифтов. Стали ждать. Через несколько секунд в зал вышел гигант. Он замер и стал рассеянно вертеть головой по сторонам.

— Эй ты, жирный придурок! — закричала вдруг Кара. — Мы идем на Нижние Уровни! Встретимся там, дуболом!

Кара надавила кнопку на пульте управления. Двери закрылись. Кабина понеслась вниз.

— Зачем ты его предупредила?

Кара пожала плечами.

— Так будет проще.

Лифт остановился. Мы вышли из здания и оказались на одной из главных улиц Нижних Уровней. Смрад стоял отвратительный. Кара что-то достала из кармана куртки и вставила в нос. Фильтры.

Посмотрев на меня, она усмехнулась.

— Не переношу здешний запашок.

Когда из здания вышли гигант с рыжим, мы с Карой направились вниз по улице. Время от времени я оглядывался назад. Головорезы Китсона следовали за нами. Они не отставали, но и не пытались нас догнать. С лица гиганта не сходила кровожадная улыбка.

Через некоторое время мы наткнулись на вход в поземное метро. Кара ухмыльнулась.

— Отлично, — сказала Кара. — Здесь нам никто не помешает.

Мы стали спускаться по длинному туннелю, уходившему глубоко под землю.

Оказавшись на платформе, остановились. Царил полумрак. В нескольких местах стояли бочки, в которых горели костры. Они были единственными источниками освещения. Возле бочек сидели люди — все грязные, сильно исхудалые, в оборванных одеждах, с длинными спутанными волосами.

Где-то вдали раздался непонятный гул. Постепенно звук все нарастал и нарастал и вскоре превратился в громкий, отчетливый стук колес. Через несколько секунд из туннеля на огромной скорости вылетел поезд.

Он и не обирался сбавлять ход. На Нижних Уровнях работают только конечные станции. Поезда носятся из одного конца города в другой, игнорируя все промежуточные места остановок.

Платформа заполнилась громким шумом — резким стуком колес. Поезд мчался так быстро, что образовался ветер. Воздушные потоки подхватили обрывки бумаги, какие-то обертки, остатки от упаковок и принялись швыряться ими. Весь легкий мусор кружил над платформой, метался из угла в угол.

Окна вагонов ярко горели, освещая всю платформу. Я увидел, что вокруг гораздо больше людей, чем мне показалось сначала. Многие лежали на тонких подстилках возле горящих бочек и совсем не двигались. Люди от голода ослабели настолько, что не могли даже шевелиться. Они были очень худые, бледные и почти голые. Ребра на груди резко выделялись, едва не прорезая кожу.

Сидящие возле бочек оборванцы с беспокойством в глазах смотрели на нас с Карой. А вот обессиленные лежавшие на подстилках люди не обращали на двух чужаков внимания.

Состав поезда вдруг оборвался. Когда последние вагоны скрылись вдали, в помещении снова воцарился полумрак. Ветер утих, обрывки бумаги и рванные упаковки упали на пол. Снова стало тихо.

— Отвратительное место, — прокомментировала Кара. — Надеюсь, эти полудохлые уроды ничем не болеют. Не хотелось бы подхватить от них какую-нибудь заразу.

Я ничего не ответил.

Позади послышались тяжелые шаги — по ступенькам спускался гигант. Мы с Карой дошли до другого конца платформы. Слева находилась открытая дверь. Я заглянул в нее. Это был большой зал ожидания. Высокий потолок, толстые колонны. В другом конце помещения я увидел стойку буфета.

Зал ожидания был погружен в полумрак. Огромное помещение освещалось лишь слабыми отблесками горящих бочек, что стояли на платформе.

Звуки шагов становились все громче. Мы с Карой отошли от двери в зал ожидания, развернулись и стали смотреть в сторону выхода из метро. Я достал из кобуры пистолет «Черный стриж» и большим пальцем снял его с предохранителя. Рада последовала моему примеру — расстегнула куртку и из наплечной кобуры вытащила свое оружие.

Наконец, они показались. Гигант спустился на платформу, сделал два больших шага вперед и остановился. Из-за его спины вышел мужчина с копной рыжих волос на голове. Посмотрев на него, Кара усмехнулась. Я догадывался почему. Мужчина был среднего роста, но рядом с таким гигантом он производил впечатление ребенка, который прячется за спиной у отца.

Несколько секунд мы смотрели друга на друга. Затем гигант расстегнул плащ, снял его и бросил на пол. Кара выругалась в пол голоса.

— Вот же ублюдок!

Я почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Пальцы крепче сжали рукоятку «Черного стрижа». Вот только будет ли толк от этого пистолета?

Гигант был киборгом. Огромные механические руки, пуленепробиваемый корпус, толстые искусственные ноги. Единственное, что в нем осталось от человека — это голова. Однако хоть кожа на лице и выглядела, как настоящая, но я не сомневался, что она была сделана из синтетического материала и что за ней прячется прочный металлический череп.

Колени гиганта вдруг подогнулись, а затем резко распрямились. Металлическое чудовище прыгнуло вперед. Оно взмыло вверх не меньше, чем на один метр, а приземлилось всего в десяти шагах от нас. От грохота, казалось, содрогнулись стены. С потолка посыпалась пыль. Мы с Карой стали медленно пятиться, не сводя глаз с чудовища.

Гигант выпрямился и посмотрел на нас. Его лицо искривила кровожадная ухмылка.

— Вам конец, — убежденным тоном сказал он. — Можете попробовать убежать… Но вас это все равно не спасет.

Глядя на нас с хищной улыбкой, он поднял правую руку. Пальцы растопырились, начали складываться в обратную сторону и отодвигаться назад. Затем ладонь гиганта раскрылась, словно бутон цветка, и из образовавшегося отверстия выдвинулись шесть небольших стволов. Рука гиганта трансформировалась в крупнокалиберный пулемет.

Он выпрямил руку. Шесть черных отверстий угрожающе уставились на нас с Карой.

Нам в головы одновременно пришла одна и та же мысль. Мы бросились бежать. Раздался оглушительный сухой треск. Тяжелые пули вонзились в бетонную стену, вырывая из нее целые куски. Проскочив в открытую дверь, мы метнулись в дальний конец зала ожидания и спрятались за одной из колонн.

— Так что нам делать? — зашипела Кара, глядя на меня таким взглядом, будто это я втянул нас в ловушку. — Как уничтожить этого здоровенного сукиного сына?

— Корпус у него, бронированный, стрелять в него бесполезно…

— О, и правда ведь! И как я сама до этого не додумалась!

— Замолчи и слушай. Единственное, что в нем осталось от человека — это мозг. Надо стрелять ему в голову, — я открыл один из кармашков на поясе и достал из него мини-бомбу.

У Кары загорелись глаза.

— «Пульсар»?

— Да.

— Отлично! Сколько у тебя их?

— Всего две.

— Давай одну мне.

— Держи. В общем, будем поочередно отвлекать его. Пока один отвлекает, другой стреляет ему в голову. Я спрячусь вон там — за стойкой.

— Ладно.

Кара достала из кармана небольшой пульт.

— Создает мою голографическую копию, — пояснила она. — Сейчас стоит программа «Паника» — бегает и прячется. Тоже будет отвлекать его.

— Ладно.

Я вскочил на ноги, добежал до стойки и перемахнул через нее. Затем развернулся и посмотрел на Кару. Она разместила за одной из самых дальних колонн свою голографическую копию. Затем обернулась, поймала мой взгляд и кивнула.

Кивнув в ответ, я спрятался за стойкой. Слышались шаги — гигант не торопясь подходил к залу. Он явно не спешил. Понимал, что бежать нам некуда. Или же хотел заставить нас понервничать. А о том, что мы могли подготовить ему ловушку, даже не подумал. Он был слишком уверен в себе.

Звуки шагов утихли. Очевидно, гигант замер в дверном проеме и вглядывается в полумрак зала ожидания.

Я забился в самый дальний угол и стал ждать. Снова раздались неторопливые шаги — гигант направился вглубь зала. Я приготовился. Долго прятаться от него было бы бессмысленно. Он же киборг и глаза ему, несомненно, заменяют оптические кибер имплантаты. Так что не пройдет и нескольких секунд, как он обнаружит нас. Действовать надо быстро. Пока он нас не увидел, преимущество за нами. Нельзя его терять. Так что…

Я глубоко вздохнул и…

Раздался резкий треск пулемета. Но стреляли не в мою сторону. Я осторожно приподнялся, держа пистолет наготове.

Голограмма Кары бежала по залу. Гигант стрелял по ней из руки-пулемета. Пока что он не догадался, что стреляет не по живому человеку… Я обхватил пистолет обеими руками и тщательно прицелился. В зале было темно, гигант стоял далеко. Так что торопиться не стоило.

Голографическая копия Кары метнулась к поваленной на бок колонне. Присев за ней, иллюзорная женщина закрыла голову рукам и замерла. Однако большая часть ее тела осталась на виду. Но программа не понимала этого. Она распознала, что поваленную колонну можно использовать, как укрытие, но не учла того, что голограмма не сможет полностью спрятаться за ней от посторонних глаз.

А вот гигант догадался, что дело нечисто. Пару секунд он подозрительно рассматривал неумело спрятавшуюся копию Кары. Его лицо скорчилось от недоумения. Затем он снова поднял руку-пулемет и выпустил короткую очередь. Пули прошили голограмму Кары насквозь. Но она продолжала сидеть на месте, закрывая голову руками.

Гигант взвыл от бешенства. Он понял, в чем тут дело.

Я выстрелил. Пистолет дернулся в руках. Пуля вошла гиганту прямо в затылок. Но металлический монстр даже не вздрогнул.

Он резко развернулся и сразу же увидел меня. Я выстрелил еще три раза. Первые две пули лишь скользнули по искусственной коже на лице гиганта, оставив на ней глубокие, кровоточащие борозды. Третья пуля пробила металлический череп и засела где-то внутри головы. Однако, на гиганта это не произвело особого впечатления.

Прорычав что-то нечленораздельное, он вскинул руку-пулемет. Я нырнул за стойку. Загрохотали выстрелы. Тяжелые пули насквозь пробивали тонкие металлические перегородки стойки и вонзались в стену. Я торопливо полз на четвереньках в дальний угол. Сверху ссыпалась бетонная крошка.

Неожиданно мелькнула слабая синяя вспышка, и выстрелы сразу же прекратились.

— Давай! — закричала Кара.

Я вскочил на ноги. Гигант не шевелился. Рука-пулемет была опущена. Очевидно, Кара швырнула в него мини-бомбу «Пульсар». Значит, на несколько секунд он выведен из строя.

Кара открыла огонь. Ее пистолет стрелял короткими очередями по три пули. Они летели по дуге, и одна за другой врезались в голову гиганта. Я понял, что Кара вооружена «умным» пистолетом «Смарт» с системой автоматического наведения на цель.

Я вскинул «Черного стрижа». Прицелился. Палец лег на спусковой крючок…

Где-то в глубине зала мелькнула яркая вспышка, осветив на секунду перекошенное от злобы лицо и копну торчащих во все стороны рыжих волос. Жужжа, как рассерженное насекомое, пуля пронеслась совсем рядом с моим лицом. Я даже почувствовал на щеке легкий ветерок.

Гигант пришел в себя. Вне себя от бешенства, он развернулся. Еще даже не успев заметить Кару, он принялся атаковать. На стене появился неровный ряд дырочек. От нескольких колон откололись небольшие кусочки.

Краем глаза я заметил летящий ко мне округлый предмет. Он зычно ударился об стойку, отскочил и упал по пол. Совсем рядом со мной. Я сорвался с места. Нырнул в открытую дверь, ведущую в небольшое темное помещение — кладовку — и забился в дальний угол.

Грянул взрыв. По стойке и полу застучала бетонная крошка. Затем все затихло. Облако пыли заплыло в кладовку.

Наступила полнейшая тишина. Прикрывая ладонью нос и рот, чтобы не дышать пылью, я ждал. Через несколько секунд послышался противный, визгливый голос.

— Покончено с этой мразью? — голос принадлежал не гиганту.

— Не знаю еще. Эти сволочи повредили мне сенсоры. Тепловой режим не работает. Ничего, сейчас проверю, жив ли он еще…

И гигант «проверил» — прогрохотала короткая очередь. Несколько пуль пробили стойку и впились в стену. Другие залетели в кладовку, но меня не задели — я сидел слишком далеко от двери.

Послышались шаги. Гигант направился к буфетной стойке. Я отнял руку от лица, нащупал кармашек на ремне. Бросить в гиганта «Пульсар»? Но для этого придется выглянуть из укрытия… Гигант сразу меня изрешетит. Швырнуть вслепую, не высовываясь из кладовки? Тоже не вариант. У мини-бомбы слишком малый радиус действия. Если она упадет далеко от гиганта, взрывная волна не заденет его.

Кара тоже бездействовала. Не спешила выручать меня. Она не знала, выжил ли я и потому не хотела рисковать. В одиночку с двумя противниками, один из которых практически неубиваемый киборг, ей не справиться. Возможно, она сейчас незаметно пробирается к выходу, пока головорезы заняты мной…

Я нащупал другой кармашек. В нем лежала дымовая шашка. Раньше у меня еще разу не возникала необходимость воспользоваться ею. Я даже когда-то хотел вообще убрать ее, чтобы не занимала целый кармашек на ремне. Но сейчас я мысленно поблагодарил себя за то, что не стал этого делать.

Шаги становились все ближе. Вытащив шашку из кармашка, я сжал ее в кулаке. Глубоко вздохнул… и швырнул ее в открытую дверь. Послышалось громкое шипение. Я выждал три секунды и выскочил из кладовки. Весь буфет окутало совершенно непрозрачным темно-серым дымом. Я метнулся вперед и наткнулся на стойку.

— Давай же! — завопил рыжий. — Он где-то там!

Раздался пулеметный треск. Перескочив через стойку, я вырвался из дыма и понесся к ближайшей колонне. Гигант вел пулеметом в мою сторону. Сквозь треск прорвались тройные выстрелы. Кара прикрывала меня.

Вдруг пулемет перестал стрелять. Я подбежал к колонне и бросил взгляд назад. Гигант стоял на месте, прижимая широкую механическую ладонь к лицу. Затем он убрал руку и поднял голову. Выглядел он безобразно. Почти вся синтетическая кожа сошла с лица. Сквозь рванные кровавые дыры проглядывал обнаженный металлический череп. Искусственные глаза лопнули, и через пустые глазницы виднелись оптические кибер имплантаты. Один из них был сломан, но второй работал и горел красным светом.

Я нырнул за колонну.

— Эй, — послышался голос откуда-то сбоку.

Я обернулся и увидел Кару. Она пряталась за соседней колонной.

— Зачем ты сюда сунулся? — зло зашипела она. — И что теперь предлагаешь нам… — конец фразы заглушили пулеметные выстрелы.

Гигант твердо решил расправиться со мной. Тяжелые пули вонзались в колонну. Куски бетона летели во все стороны. Я прикрывал голову левой рукой. Вдруг один отколовшийся осколок резанул меня по тыльный стороне ладони. Я понял, что гигант, ни на секунду не прекращая огня, полукругом обходит колонну. Надо было срочно что-нибудь предпринять…

Неожиданно оглушительный треск пулемета оборвался. А через секунду раздался глухой стук, и затем к моим ногам подкатилась граната. Опять…

В мозгу за долю секунды промелькнула мысль. «Так что делать? Оставаться на месте — это верная смерть. Но и выбегать из укрытия нельзя — гигант стоит наготове и тут же откроет огонь, стоит мне только высунуться».

Невидимая сила вдруг резко подняла гранату вверх и отбросила ее назад — туда, откуда она только что прилетела. Я посмотрел на Кару. Конечно, она же псионик. Умеет перемещать предметы силой мысли. Поймав мой взгляд, Кара едва заметно кивнула.

Кто-то громко выругался, а через секунду раздался резкий хлопок. Я выждал несколько секунд. Тишина. Я посмотрел на Кару. Она кивнула и что-то очень тихо произнесла. По ее губам я прочитал: «Вместе!» и кивнул. Мы одновременно высунулись из-за своих укрытий.

Гигант стоял на коленях, опираясь механической рукой о пол. Вокруг валялись искореженные куски металла. Похоже, граната угодила прямо в киборга. Ему здорово досталось. Он не шевелился. Умер? Или, правильнее было бы сказать, сломался?

Кара не собиралась выяснять это. Она резко вскинула пистолет… Но не успела выстрелить, как гигант вдруг вздрогнул всем телом. Затем очень медленно стал подниматься. Мы с Карой держали его на прицеле. Гигант выпрямился и посмотрел на нас. От искусственной кожи на голове уже ничего не осталось. На обнаженном металлическом черепе красным светом горел единственный оптический кибер имплантат.

Рука-пулемет стала медленно подниматься. Я швырнул в гиганта мини-бомбу «Пульсар». Мелькнула синяя вспышка, затем раздались три выстрела, слившиеся в один. Голова гиганта дернулась. Красный огонек оптического имплантата погас. Киборг покачнулся и с грохотом упал на пол, подняв в воздух большое облако пыли. Больше он не двигался.

В другом конце зала я заметил движение. Молниеносно вскинул пистолет и выстрелил. Пуля угодила ему в правое плечо. Рыжеволосый вскрикнул и растянулся на полу. Падая, он выронил пистолет. Мы с Карой прошли мимо неподвижного металлического тела и направились к рыжему. Он полз к стене. Его правая рука безжизненно вытянулась вдоль туловища и волочилась по полу. Рыжий прислонился спиной к стене и уставился на нас ненавидящим взглядом. Левой рукой он зажимал рану на плече. Но недостаточно крепко — сквозь пальцы сочилась кровь.

— Кто вас нанял? — спросила Кара.

Рыжий промолчал. Подождав немного, Кара повторила вопрос. Через две-три секунды, рыжий спросил:

— Зачем мне говорить?

— Не скажешь — умрешь.

— А если скажу?

— Тогда сможешь уйти.

— Неужели? — с сарказмом спросил рыжий.

Кара лишь пожала плечами.

— Ну ладно. Все равно я не собирался его прикрывать. Лет тридцать пять, черные растрепанные волосы… — когда рыжий описал нанявшего их с гигантом человека, Кара выразительно посмотрела на меня.

— Похоже, это твой бывший напарник. Алекс Китсон.

— Конечно. Кто же еще?

— Ну хорошо, умник.

Кара отвернулась и направила на рыжего свое оружие. Он даже не побледнел. Судя по его взгляду, он и не ожидал ничего другого. Набрав в рот слюны, он плюнул Каре под ноги. Ее лицо сморщилось от злобы. Палец на спусковом крючке побледнел от напряжения.

— Нет, — сказал я, быстро положил ладонь на пистолет Кары и опустил его дулом вниз.

Она резко обернулась и посмотрела на меня. В ее глазах пылал гнев.

— Какого ты вытворяешь? — зашипела она.

— Пусть уходит.

— Что? Ну уже нет!

— Пусть уходит.

Крепко держа Кару, я посмотрел на рыжего и сказал:

— Проваливай отсюда.

Дважды повторять не пришлось. Рыжий торопливо поднялся на ноги и быстро побрел к выходу. Но у самых дверей, он остановился, обернулся и посмотрел в сторону неподвижного тела гиганта. Затем вышел.

Кара оттолкнула меня, убрала пистолет в кобуру и спросила уже более спокойным голосом:

— Почему не дал его убить?

— Он же был безоружен и уже ничем не мог нам навредить. К чему лишняя кровь?

Кара скривила губы в презрительной улыбке.

— О, да ты не только большой умник, но еще и добряк, да?

Я не ответил.

— Ладно, пошли уже отсюда, — сказала Кара. — Тошнит от этого места.

— Пошли.

Но я не сдвинулся с места. Китсон и Керенский не сомневались, что Риган приказал Каре убить меня. Я был согласен с бывшим напарником и со своим начальником. А сейчас для Кары наступил самый подходящий момент, чтобы выполнить приказ босса. Никто никогда не полезет на Нижние Уровни и не будет разбираться, что меня здесь погубило. Да, лучшей возможности избавиться от меня и не пожелаешь.

Однако Кара не потянулась к кобуре. Вместо этого, она пошла в выходу из зала ожидания. Сделав несколько шагов, она обернулась и слегка удивленно посмотрела на меня.

— Ты идешь?

— Да.

Я последовал за ней. Мы выбрались из метро, затем покинули Нижние Уровни и вскоре уже летели на флайере.

— Так что делаем дальше? — спросила Кара.

Я пребывал в своих размышлениях и не ответил. Почему она не попыталась убить меня?

Возможно, она побоялась вступать со мной в открытый бой и поэтому решила дождаться момента, когда можно будет прикончить меня исподтишка.

Или же просто Риган велел ей не рисковать. Приказал сработать чисто, не оставляя никаких улик. Решил, что Керенский, узнав о гибели своего агента, начнет расследование. А по пулям, вытащенным из тела нетрудно будет выяснить из какого оружия был застрелен агент.

— Так каков будет следующий наш шаг? — нетерпеливо спросила Кара. — Куда летим-то?

Подумав немного, я ответил:

— В гильдию наемников.

— Это еще зачем?

— «Злобные псы» раньше были наемниками и скорей всего состояли в гильдии. Найдем Логана, найдем и биороботов, которых он украл у твоего босса.

— Это пустая трата времени. «Злобные псы» стали преступниками. Поэтому их, конечно же, уже с позором исключили из гильдии и стерли все данных об этом отряде.

— Все равно стоит туда слетать. Возможно, какая-нибудь информация там все же осталась. Или работники смогут сообщить что-нибудь полезное.

Кара открыла рот. Судя по ее выражению лица, она хотела снова начать возражать. Но она не произнесла ни слова — на мой КПК поступил видеозвонок.

— Это Китсон, — сказал я и включил голографический дисплей.

— Эй, Громов, слушай-ка, что я тебе скажу, — проговорил Китсон со странной улыбкой на губах. — Тебя дома ждет кой-какой сюрприз. Не хочешь слетать и посмотреть?

Улыбка на лице Китсона стала еще шире и омерзительней. Затем он отключился.

Целую секунду я смотрел на КПК, а затем набрал свой домашний номер. Никто не отвечал.

Я резко развернул флайер в обратную сторону. Кара не была пристегнута ремнями безопасности, поэтому ее отбросило на дверцу.

— Эй, ты что вытворяешь?

Я ничего ей не ответил. В голове была только одна мысль — что Китсон сделал с Анитой?

Флаер летел с максимальной скоростью и нарушал все правила воздушного движения. Я ежеминутно пытался дозвониться до дома. Анита не отвечала. Кара кричала на меня и велела снизить скорость. Но я не обращал на нее никакого внимания.

Через полчаса мы уже подходили к моей квартире. Когда я хотел войти, Кара схватила меня за руку.

— Подожди! Это же ловушка, неужели не понимаешь? А что если он заложил бомбу, а? Ты не подумал об этом?

Я вырвал свою руку, открыл дверь и перешагнул через порог. Кара осталась ждать в коридоре. Я пересек холл и вошел в гостиную.

Она лежала на спине посередине комнаты. На ней было одно из платьев, которые я недавно ей купил. На груди девушки расплылось большое темно-красное пятно. Мне не нужно было подходить и щупать ей пульс, чтобы понять, что Анита мертва.

Послышался какой-то шорох. Краем глаза я увидел тень и потянулся за «Черным стрижом». Он выскочил из соседней комнаты, держа пистолет в левой руке. Правое плечо было перебинтовано. Злобно зарычав, он надавил указательным пальцем на спуск. Но с левой руки он плохо стрелял — пуля пролетела мимо меня.

Спустя мгновенье резко рявкнул «Черный стриж». Прямо промеж глаз у него появилось маленькое аккуратное отверстие. Он умер еще до того, как повалился на пол.

В комнату вбежала Кара. Она быстро осмотрела комнату. Ее взгляд остановился на мертвой Аните. Затем перешел на меня.

— Ты ее знаешь?

Я молча сунул пистолет «Черный стриж» в кобуру за спиной и подошел к Аните. Несколько секунд смотрел на ее лицо. На нем не было никакого выражения. По-видимому, рыжий сразу же выстрелил, как только увидел Аниту. Все произошло очень быстро. Перед смертью девушка даже не успела испугаться.

На КПК снова позвонили. Китсон. Увидев меня, он весело усмехнулся.

— Добрался уже до дома, Громов? Видел мой сюрприз?

Я ничего не ответил. Китсон рассмеялся.

— По твоему злому лицу не трудно догадаться, что уже видел. Знаешь, а я нисколько не удивлен. Если уж вам удалось завалить Макса, это тот здоровенный увалень, то и с его рыжеволосым братцем справились бы в два счета. А я как-раз хотел от него избавиться. Без своего большого брата он ничего из себя не представляет. Так что спасибо, что избавили меня от лишних хлопот. Если бы ему этому рыжему недомерку удалось вас прикончить, мне пришлось бы самому с ним разобраться. Они с братом слишком часто выполняли для меня различные поручения. Так что он слишком много знал и был для меня опасен.

— Она мертва, — сказал я и сам не узнал свой голос.

Китсон заметил мое состояние. Улыбка медленно сползла с его лица.

— Про кого ты говоришь?

— Анита… Он убил ее…

— Кто такая Анита? — спросил Китсон. А в следующую секунду понял, про кого я говорю. Это было видно по выражению его лица.

Брови Китсона слегка приподнялись.

— Вот дерьмо-то. Послушай, Громов, я этого не хотел. Если бы я знал, что она у тебя дома…

Китсон даже попытался придать лицу сочувствующее выражение. Не получилось.

— Тот здоровенный увалень — это Макс. А этот рыжий недомерок — его брат. Когда вы прикончили Макса, он позвонил мне и стал верещать. Велел сказать, где ты живешь. Сначала я послал его куда подальше. Без брата он мне не нужен. Но он тогда стал угрожать, мол расскажет полиции, что они с братцем выполняли всякую грязную работенку, которую я им раньше поручал. Вот я и решил от него избавиться вашими руками… Громов, но если бы я знал, что твоя миловидная подружка живет у тебя дома… Тогда ни за что не назвал бы этому недомерку твой адрес.

Я почувствовал внутри себя какую-то пустоту. Но она очень быстро стала заполняться. Ненасытным гневом.

— Тебе конец, — сказал я дрожащим голосом. — Ты слышишь меня?.. Тебе конец… Когда мы тебя найдем… Я… Я с тобой…

Я не мог договорить. Меня душил гнев.

Китсон смотрел на меня несколько секунд, затем оборвал связь.

Каре позвонили. Она стала с кем-то говорить. Я слышал слова, но не понимал их смысла.

— Фриз!

Когда мой робот-помощник вышел из ниши, я приказал ему поместить тело Аниты в криокамеру в мед-лаборатории. Затем подошел к рыжему, взял его за волосы и потащил через всю комнату.

— Открыть окно!

Когда стекло скользнуло в сторону, я вытолкнул мертвеца на улицу. Труп полетел на Нижние Уровни.

— Закрыть окно.

Я развернулся и едва не столкнулся с Карой. Сначала я подумал, что она хочет вытолкнуть меня из окна. Это же был такой великолепный шанс выполнить приказ начальника. Но я ошибся.

— Звонил босс, — сказала она. — Риган. Один из его знакомых видел Логана. Он в системе Соламар. В ней всего одна обитаемая планета — Соламар-1. Логан прилетел на нее некоторое время назад и пытался продать наших биороботов. Он до сих пор там. Надо немедленно туда лететь.

— Нет.

— Нет? Почему?

— Я должен найти Китсона. Он…Он…

— Я понимаю… Но мы также должны найти и вернуть Ригану его биоробоов. Ты же не забыл об этом, да? А что касается Китсона… Мы займемся им позже. Когда биороботы будут у нас, мы устроим Китсону ловушку. Я знаю, что ему нужно, знаю, как его подманить, поэтому он легко угодит прямо нам в лапы.

Я внимательно посмотрел на Кару. Ну да, конечно. Все понятно. Они же с Риганом просканировали мозг Рады, поэтому тоже знают, чего и зачем хочет Китсон. И им важно остановить его.

— Ладно.

— Хорошо, — сказала Кара. — Тогда вылетаем немедленно.

— Подожди немного…

— Зачем? Нам нельзя терять время! В систему Соламар лететь двое суток!

— Не волнуйся, мы доберемся туда ровно за двадцать четыре часа.

— Что? Как?

Ничего не ответив, я вошел в медицинскую лабораторию. Фриз уже поместил тело Аниты в криокамеру. Я подошел к ней и через прозрачное стекло посмотрел на девушку. У нее был очень умиротворенный вид. Если бы не ужасное кровавое пятно на груди, можно было бы подумать, что Анита просто уснула.

Послышались легкие шаги. В дверном проеме появилась Кара. Она посмотрела на криокамеру, увидела лежавшую в ней Аниту и перевела взгляд на меня.

— Знаешь, похоже, у нас появилось кое-что общее, — сказала Кара. — Теперь мы оба ненавидим Китсона.

Глава 17

До Соламара-1 «Миранда» добралась ровно за сутки. Корабль вышел на орбиту планеты. Я читал информацию о ней с главного терминала.

Песок, голые скалы, редкая растительность — вот, что из себя представляет большая часть поверхности Соламара-1. Дождь на этой планете явление редкое. Однако если уж он начнется, то будет лить не переставая несколько суток.

Через носовой иллюминатор я увидел медленно выплывавшую из-за оранжевого диска планеты космическую станцию.

— А вот и Балмора, — усмехнулась Кара.

— Балмора?

— Угу. Там, — Кара кивком указала на большой оранжевый шар, — живут одни только бедняки. А вон там, — теперь она кивнула на космическую станцию, — толстосумы. На Балморе располагается довольно крупный научно-исследовательский комплекс. Раньше это место было открыто только для работающих там ученых. А толпы бедняков и горстка богатеев жили вместе на Соламаре-1, - Кара замолчала ненадолго, собираясь с мыслями. Затем продолжила. — Система Соламар находится почти на самой границе Отдаленных Миров.

— Угу, я это уже понял, — сказал я, глядя на звездную карту.

— Формально Соламар входит в Земную Федерацию, — продолжала Кара. — Однако эта система находится слишком далеко от центра, слишком далеко от цивилизованного мира. Власти не следят за тем что здесь происходит. Так что ситуация тут ничуть не лучше, чем на планетах в Отдаленных Мирах. В общем, оборванцы Соламара-1 вскоре взбунтовались и поперли на своих более состоятельных соседей. Началась резня, многие погибли. В результате, толстосумы решили, что гораздо более уютней и безопасностей будут чувствовать себя на Балморе. Ученые не были против, и богатеи быстренько перебрались к ним на станцию. Там толстосумы раскошелились на внушительную сумму денег и соорудили для себя огромный парк с вечнозелеными деревьями и кристально чистыми озерами… Их жизнь стала еще приятней. Однако некоторые балморцы все же вынуждены каждодневно спускаться на поверхность Соламара-1, чтобы следить за состоянием своих дел. Потому что на планете остались их заводы и фабрики, на которых за гроши работают бедняки.

— Откуда ты все это знаешь?

— Была здесь в прошлом году. Выполняла кой-какую работу для Ригана. Между делом разузнала что да как.

— Понятно.

Оставив «Миранду» на орбите, мы взяли челнок и полетели на планету. Маленькое судно легко прошло через атмосферу и направилось в сторону одного из наиболее крупных поселений Соламара-1. Под нами простиралась безжизненная пустыня с редкими неприятными на вид коричневыми кустарниками. Далеко впереди на фоне серого неба виднелись небольшие каменные домики.

Через некоторое время челнок добрался до поселения.

— Где будем садиться? — спросил я.

Кара с отвращением смотрела вниз. Поселение и в самом деле представляло собой жалкое, неприглядное зрелище. Двух и трех этажные старые каменные дома. Горы мусора на каждом углу. Древние автомобили с искореженными ржавыми корпусами и клубы пыли, летящие из-под их колес. Какие-то подозрительные личности в темным подворотнях. Грязные дети, копающиеся в мусоре. Полуобнаженные некрасивые женщины, предлагающие себя всем встречным мужчинам. Члены уличных банд, поигрывающие мускулами под плотно облегающими тела майками и демонстративно размахивающие дубинками и цепями.

Хоть внешне Соламар-1 и выглядел иначе, но внутренне мало чем отличался от Нижних Уровней города-столицы Варгоса.

Я посадил челнок на окраине поселения. Мы с Карой вышли наружу. Маленькое судно на автопилоте сразу взмыло вверх. Проводив его взглядом, я посмотрел в сторону поселения. Возле ближайшего дома стояло несколько оборванцев. Потухшими взглядами они смотрели на нас с Карой.

— Пошли, — сказала она.

— Куда?

— Сейчас узнаешь.

Кара привела меня в какой-то мрачный, грязный гараж, в котором в ряд стояли автомобили. Все ржавые, сплошь покрытые вмятинами и царапинами, с разбитыми окнами и облупившейся краской. Голые лампочки, свисающие с потолка давали слабый тусклый свет. Все автомобили тонули в полумраке. Наверное, это был такой хитрый ход хозяина гаража. Надеялся, что никто из клиентов толком не сможет разглядеть в каком плачевном состоянии находятся автомобили.

Не замедляя шага, Кара шла вдоль всех этих развалюх, удостаивая каждую из них их лишь быстрым, мимолетным взглядом. Затем она остановилась и показала пальцем на большой четырехколесный автомобиль.

К нам сразу же проворно подскочил толстый владелец гаража.

— О, какой прекрасный выбор! — воскликнул он с фальшивой ноткой восхищения в голосе. — Сразу видно, вы разбираетесь в машинах!

Он был прав. Вездеход, возле которого остановилась Кара, действительно отличался от всех остальных автомобилей. На его корпусе красовалось немало царапин и вмятин, но он все равно внушал уважение. Большой, мощный, крепкий. И очень вместительный. В задней части салона уберется не меньше десяти пассажиров.

За аренду вездехода хозяин гаража заломил ошеломляюще огромную цену. Начались ожесточенные торги. Каре удалось сбить цену на семьдесят пять процентов. Но она все равно была непомерно высока. И хозяин гаража больше не уступал. Видимо, твердо решил содрать с двух прилично одетых чужаков по максимуму. Скрипя зубами от злости, Кара отдала наши деньги.

Наконец, мы забрались в автомобиль. Кара села за руль, а я разместился на соседнем переднем сиденье. Мотор громко зарычал, вездеход выехал из гаража и покатил по грязным пыльным улочкам поселка.

Кара набрала на видеофоне чей-то номер. Через некоторое время на экране появилась плешивая голова. Мужчина с очень бледным лицом строго посмотрел на нас. Они с Карой не обмолвились ни единым лишним словом — договорились о встрече и сразу же оборвали видеосвязь.

— Это Мухин, — пояснила Кара. — Тот самый знакомый Ригана, которой видел Логана. Мухин владеет крупнейшим заводом на Соламаре-1. Большую часть времени он проводит на планете. Даже ночуют здесь. На Балмору летает только для деловых встреч.

Через некоторое время мы встретились с Мухиным в его небольшом кабинете. Владелец крупнейшего завода на Соламаре-1, вопреки моим ожиданиям, оказался маленьким, худощавым и очень скромно одетым человечком.

Он рассказал нам, что некоторое время назад имел «удовольствие» пообщаться с Хью Логаном и его «премилым» братцем Россом Логаном. Мы удивились, услышав, что у Хью Логана есть брат. Мухин кивнул и добавил, что братец Хью Логана, Росс Логан, возглавляет самую крупную и опасную банду на всем Соламаре-1. Она состоит из диких, кровожадных, совершенно отмороженных головорезов.

Затем Мухин рассказал, как состоялся тот разговор с братьями. Он ехал по делам в соседний городок, и вдруг откуда ни возьмись появились головорезы Росса Логана на машинах. Они быстро догнали Мухина и прострелили шины. Автомобиль остановился. Дверцы открылись, из салона выскочили грозные телохранители Мухина… Но головорезы довольно быстро их всех перебили.

Наступила очередь самого Мухина. Его вытащили из машины, бросили на песок. Дрожащего всем телом бедолагу окружили обнаженные по пояс, татуированные головорезы. Они размахивали оружием, злобно кричали, скалили зубы. В общем, вели себя, как самые настоящие дикари. Затем откуда-то из толпы вышли братья Логаны и склонились над своей жертвой.

Мухин уже готовился встретить смерть… Однако братья не убили его. Они стали предлагать ему на продажу то ли какого-то робота, то ли какое-то оружие. Когда перепуганный Мухин наконец обрел способность размышлять, он кое-что вспомнил…

Незадолго до всего этого Риган связался со всеми своими знакомым и друзьями, в том числе конечно же и с Мухиным, и сказал, что будет весьма благодарен им за любые сведения о человеке по имени Хью Логан. Но потом он добавил, что его больше не интересует не сам Логан, а контейнеры, которые тот украл у Ригана. А в контейнерах лежат секретные разработки, над которыми долгое время корпели ученые из его отдела. Поэтому Риган пообещал большое вознаграждение тому, кто вернет украденные Хью Логаном контейнеры.

Поэтому Мухин ответил братьям, что найдет человека, который задорого купит то, что они предлагают. Но сказал, что на поиски покупателя уйдет пара дней, не меньше. Именно столько нужно звездолету, чтобы добраться от Варгоса до Соламара-1. Разумеется, Мухин понимал, что Риган не будет покупать у Логанов то, что ему принадлежит по праву. Он считал, что Риган пошлет весь свой боевой отряд, и тот быстренько разберется с кровожадной бандой и вернет боссу его вещи. А затем заплатит Мухину обещанное вознаграждение…

— Но вместо этого, он послал сюда всего двух людей, — пораженно закончил Мухин. — Неужели, он не понимает, что двоих человек слишком мало, чтобы разобраться с многочисленной бандой Росса Логана? Это все я виноват! Я должен был более убедительно рассказать ему, насколько опасны эти ублюдки.

Мы поинтересовались, где можно найти братьев. Мухин ответил, что, на одном заброшенном заводе, что находится неподалеку от поселения. Мы отметили на карте местоположение завода. Мухин добавил, что свое логово братья обустроили именно там, и что на этом заводе обитают все члены их банды…

Когда мы собрались уже уходить, Мухин остановил нас и спросил:

— Так когда Микки даст мне обещанное вознаграждение?

Кара почти тепло посмотрела на него, чуть склонила голову и улыбнулась.

— Мой босс не бросает слов на ветер. Разумеется, вы получите свое вознаграждение.

— Так когда же?

Улыбка слетела с губ Кара.

— Только после того, как мы заберемся в кишащие самыми отъявленными отморозками этой планеты логово и вынесем оттуда то, что принадлежит Ригану.

— Вы это серьезно? Вы же не выберетесь оттуда живыми!

Каре не требовалось отвечать. По ее лицу было все ясно. Мухин посмотрел на нас, как на сумасшедших. А затем его взгляд погрустнел. Видимо, он уже считал нас мертвецами и мысленно распрощался с вознаграждением.

Через некоторое время мы уже выехали из поселения и покатили в сторону заброшенного завода. В зеркало заднего вида я видел, как каменные дома становятся все меньше и постепенно растворяются в клубах вырывающейся из-под колес пыли. Вскоре на горизонте замаячил завод. Мы решили не подъезжать к нему слишком близко, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания.

Остановив машину у подножия небольшого холма, мы стали разглядывать завод через визоры с многократным увеличением масштаба. Некоторое время мы размышляли и делились друг с другом своими мыслями.

Где-то через час мы обдумали план действий и обговорили все детали. Затем вернулись в поселок и оставили вездеход в укромном месте. Связались с Мухиным и сказали, что будет от него требоваться, когда контейнеры окажутся у нас. Мухин согласился. Однако, судя по его голосу, он ничуть не сомневался, что живыми мы не выберемся из логова Росса Логана.

Приступить к выполнению плана мы решили за час до рассвета, когда все члены банды уже будут крепко спать. Но в поселении еще даже не наступил вечер. Соламар-1 негостеприимная планета, а ее жители не отличаются радушием. Поэтому мы решили вернуться на «Миранду». Я связался с корабельным искусственным интеллектом и приказал выслать на планету челнок. Он приземлился на окраине поселения, мы забрались в него и полетели на «Миранду».

…Через несколько часов маленькое судно доставило нас обратно на Соламар-1. В поселении было очень темно. Не горело ни единого фонаря. Практически все окна домов тонули во мраке. Однако не все жители поселения крепко спали. В некоторых подворотнях то и дело вспыхивали огоньки сигарет.

Мы с Карой держались настороже и в случае чего готовы были дать отпор кому угодно. Но к нам так никто и не пристал.

Вездеход стоял там же, где его и оставили. Мы забрались в машину. В этот раз за руль сел я. Взревел мощный двигатель, и вездеход тронулся с места.

Вскоре мы уже подъезжали к заброшенному заводу. Остановились у того же невысокого холма, что и в прошлый раз. Я заглушил двигатель и обернулся. На одном из кресел в задней части салона лежала небольшая сумка. Я поднял ее и положил себе на колени. Расстегнул молнию и достал небольшого управляемого робота, похожего на паучка с восьмью лапками. Размером он был не больше, чем кулачок у новорожденного.

Открыв дверь, я поставил паучка на землю. Затем вытащил из сумки мини-компьютер и активировал его. Выскочил голографический экран. Я разместил его на приборной панели. Затем положил ладонь на джойстик и большим пальцем надавил на верхнюю кнопку. Повинуясь моим командам, паучок шустро направился к огромному зданию завода. На голографический экран шло изображение с камеры, расположенной на голове паучка.

Кара закурила и откинулась на спинку сиденья, глядя в экран. Когда сигарета дотлела до середины, наш насекомоподобный робот уже добрался до завода. Я повел паучка вдоль здания, ища место для входа. Кара несколько секунд смотрела в экран, а потом вдруг наклонилась вперед, ткнула в него пальцем и сказала:

— Вот, смотри!

— Вижу, — кивнул я.

Паучок забрался на стену, поднялся до разбитого окна и залез внутрь. Это был сборочный цех. Большое помещение было заполнено различными механизмами. Все они давно вышли из строя и превратились в груду никому не нужного ржавого металлолома.

Следующая комната напоминала склад. Несколько железных контейнеров, деревянные ящики, пустые полки, какие-то обломки в углу. Нажав пальцем одну из кнопок, я медленно наклонял джойстик в разные стороны. Камера на паучке повторяла все движения контроллера.

— Здесь ничего нет, — сказала Кара. — Давай дальше.

Я повел паучка в другую комнату. Длинное грязное помещение напоминало казарму. Оно было обставлено трехъярусными кроватями. На которых лежали головорезы Росса Логана.

— Сколько их здесь? — негромко, будто боялась разбудить спящих, спросила Кара.

— Человек сто, если не больше. Надеюсь, нам не придется с ними воевать.

— Заткнись и топай дальше, — проворчала Кара в отчет.

Паучок вышел в коридор. Некоторые из дверей были закрыты. Других вообще не было. Миниатюрный проворный робот заглядывал в дверные проемы и бодро шагал дальше, ловко двигая лапками.

В конце коридора находилась еще одна дверь. Она была закрыта. Возле нее стоял стул, а на нем сидел человек. Он спал, уронив голову на грудь. На его коленях лежала автоматическая винтовка, довольно старой, давно уже снятой с производства, модели.

Я с удивлением посмотрел на Кару.

Мы уже знали, что на складе нет никаких электронных охранных устройств. Свою территорию члены банды Росса Логана тоже не патрулируют. Даже ночью. Они не предпринимают никаких мер предосторожности. Видимо, слишком уверены, что на всем Соламаре-1 не найдется настолько отчаянных людей, которые посмеют сунуться в логово самой опасной банды планеты. И вот мы впервые натолкнулись на вооруженного охранника, который караулил обычную, ничем не отличавшуюся от всех остальных дверь…

Кара поймала мой взгляд и кивнула.

— Они определенно там что-то прячут, — сказала она. — Пошли проверим.

Робопаучок пополз вверх по ножке стула и притаился под сиденьем. Я отключил голографический дисплей, убрал мини-компьютер с джойстиком в сумку и повесил ее себе через плечо. Потом вытащил из кобуры «Черного стрижа», привинтил к дулу небольшой глушитель и убрал пистолет обратно.

— Ты готов?

— Пошли.

Мы выбрались из вездехода. На улице было холодно. Дул пронизывающий до самых костей ветер. Подняв воротник плаща и сунув руки в карманы, я побрел к заводу. Кара шла рядом.

На то, чтобы взломать допотопный электронный замок на двери главного входа ушло не более дести секунд. Мы проникли в сборочных цех.

Рассматривать здесь было нечего, поэтому мы сразу же направились в следующую комнату. Через разбитые окна проникал сероватый лунный свет. Поэтому нам не пришлось надевать визоры и включать ночной режим. Через открытый дверной проем попали на склад.

Здесь тоже, как мы уже выяснили, тоже не было ничего интересного. Направились дальше. Под ногами хрустели осколки стекла и какие-то мелкие пластиковые обломки. Подходя к следующей двери, мы замедлили шаг и стали ступать осторожнее.

Помещение, напоминающее казармы. Со всех сторон раздавался отвратительный храп. Все окна были закрыты. В комнате стояла удушающая жара. В воздухе витал отвратительных запах застоявшегося пота, давно немытых тел, грязной одежды.

Кара от омерзения сморщила нос. Ткнув меня локтем в бок, она кивком указала на другой конец помещения. Я направился вперед. Кара последовала за мной. Мы шли осторожно, медленно и совершенно бесшумно. Не раздавалось даже шороха нашей одежды.

Когда дошли до середины помещения, один из головорезов вдруг дернулся на кровати и что-то невнятно прокричал. Мы с Карой резко обернулись, уставились на него и замерли. Головорез без конца продолжал ворочаться на грязном матрасе и громко бормотать.

Ему снился кошмар. Мужчина вздрагивал всем телом, неспокойно переворачивался с бока на бок, что-то бормотал, а иногда даже покрикивал. Проснуться он никак не мог. Но другие члены банды, те, которые спали на соседних кроватях, вот-вот могли пробудиться. Они уже начинали беспокойно шевелиться и постанывать.

Неожиданно головорез замер. Затем его руки поползли вверх по телу и коснулись горла. Рот мужчины приоткрылся, и оттуда вырвался хриплый звук, от которого у меня волосы зашевелились на голове.

Головорез даже не проснулся. Он умер в собственном кошмаре. И, наверное, даже не успел понять, что на самом деле его погубило.

Мне же было ясно, что произошло. Я посмотрел на Кару. Она встретила мой взгляд. На ее губах появилась хищная улыбка.

И тогда я вдруг осознал, что если Риган приказал ей убить меня, то ей не составит труда выполнить приказ босса. В любой удобный для нее момент она может сделать со мной то же самое, что только что сделала с этим головорезом… Невидимая сила сожмет мне горло, перекроет подачу воздуха и через несколько минут все будет кончено…

Кара подтолкнула меня в спину. Я оглянулся. Она смотрела на меня снизу-вверх угрюмым взглядом. Ее губы зашевелились. «Двигай давай! Чего встал, как истукан?» — прочитал я по ее губам.

В конце помещения находилась дверь. Я направился к ней, все так же стараясь не шуметь. Кара шла попятам. Я протянул руку, хотел было уже толкнуть дверь… Как вдруг заметил краем глаза какого-то человека у правой стены. Я резко обернулся.

Он развалился в кресле. Его правая рука лежала на торчащей из набедренной кобуры рукоятке пистолета. Глаза были открыты. И смотрели они на нас с Карой. С каким-то довольно странным выражением.

Резким оточенным движением я откинул полу плаща и быстро завел руку за спину. Ладонь легка на рукоять «Черного стрижа»… Но пистолет так и остался в кобуре. Я понял, что означал взгляд человека, сидевшего в кресле.

Затем и Кара заметила вооруженного мужчину. Она быстро достала «Смарт», обхватила рукоятку обеими руками и навела пистолет на мужчину. Ее лицо искривила злобная гримаса, указательный палец стал давить на спусковой крючок…

Я отчаянно замахал головой и предостерегающе хватил Кару за плечо.

В последний момент она все же поняла, что человек просто заснул с открытыми глазами. Успокоившись, Кара убрала пистолет в кобуру. Затем подняла голову и посмотрела на меня. Ее губы снова зашевелились. «Спит с открытыми глазами? Отвратительно!» — беззвучно произнесла она.

Сердце гулко билось в груди. Пистолет Кары не был оснащен глушителем. Если бы она выстрелила… Тогда все головорезы тут же бы проснулись. И затем… Нам пришлось бы очень несладко. Мухин оказался бы прав в своих пессимистичных выводах, что мы никогда живыми не выберемся из логова этой банды.

Наконец, мы покинули душную, вонючую спальную комнату. Пошли по коридору, в другом конце которого у закрытой двери сидел мужчина. Он продолжал спать, опустив голову на грудь. Я держал руку на рукоятке пистолета. Но мужчина спал крепко и не собирался просыпаться.

Достав из кармана небольшую капсулу, я сунул ее под нос охраннику и раздавил двумя пальцами. Образовалась легкая пыльца. При следующем вздохе, мужчина втянул ее в себя. Отлично, теперь он проспит еще полдня.

Автоматическая отмычка быстро взломала электронный замок. Дверь открылась. За ней оказалась очень крутая лестница, которая вела далеко вниз. Мы осторожно стали спускаться по ступенькам. Вскоре оказались еще в одном коридоре. Было очень темно. Я надел визор и переключил его на ночной режим. Кара последовала моему примеру.

Коридор, по которому мы шли, то разветвлялся, то поворачивал из одной сторону в другую. Мы заглядывали во все двери. За большинством из них обнаруживались пустые помещения. За другими находились комнаты, очень напоминавшие камеры пыток. Стулья и койки с ремнями, кандалы, стальные браслеты, различные остро-режущие инструменты…

Мы наткнулись на очередную дверь. Взломали электронный замок. Дверь медленно стала ползти в сторону. При этом она издавала резкий, противный скрип, который, наверное, далеко разносился по всем коридорам.

Когда дверь наконец открылась, мы некоторое время стояли на месте и прислушивались. Вокруг стояла тишина. Ни малейшего шороха не доносилось до наших ушей. Похоже, жуткий скрипучий звук старой двери никого не побеспокоил.

Мы успокоились, перешагнули через порог и оказались в огромном длинном помещении с высоким потолком. Это был гараж. В нем в несколько рядов стояло около полусотни автомобилей. Некоторые из них были разобраны по деталям. Другие повреждены до такой степени, что починить их уже не представлялось возможным. Но многие автомобили были в полном порядке.

Я продолжал медленно обводить взглядом огромным зал. Под потолком находились навесные пешеходные мостки. В одном конце помещения я увидел закрытые металлические ворота. А у противоположной от них стены стоял вездеход. Тот самый, на котором уехал Хью Логан, спасаясь от боевого отряда Ригана на астероиде в системе Ашмор. В кузове автомобиля лежали три криогенных камеры. Все они были закрыты.

Неожиданно я инстинктивно почувствовал опасность. Рука автоматически потянулась к кобуре. А в следующую секунду, раздался злобный крик:

— Не шевелитесь или мы будем стрелять!

Глава 18

Внезапно мелькнула яркая вспышка. Перед глазами появилось белое непрозрачное пятно, из-за которого ничего не было видно. Я знал, что это означает. Подняв руку, нащупал кнопку на визоре и переключил устройство на обычный режим.

Лампы под потолком ярко горели. Во всем гараже теперь было очень светло.

Несколько мужчин стояло неподалеку от нас. Они были вооружены автоматами. Черные дула угрожающе смотрели на меня и Кару.

— Вот влипли, — шепнул я.

Кара промолчала.

— Эй, вы! — произнес один из головорезов хриплым голосом. — Иди-ка сюда! Только медленно! Одно неосторожное движение, и заимеете себе целую кучу лишних дырок.

Мы с Карой пошли вперед. Через несколько секунд тот же мужчина сказал:

— Все! Стойте. Не подходите ближе.

Теперь я увидел, что один из больших автомобилей был открыт. Внутри находился круглый стол, а на нем лежали игральные карты, банкноты и пепельница с кучей окурков. Я перевел взгляд на головорезов. Все ясно. Эти ребята сидели тут за столом и играли в карты. А когда дверь в гараж неожиданно заскрипела, они быстро выскочили из машины, дернули рубильник на стене, погасив свет, и спрятались за машинами.

Я бросил взгляд на Кару. Увидев, что я смотрю на нее, она почти не шевеля губами и так тихо, что кроме меня ее больше никто не услышал, произнесла:

— Приготовься.

Пятеро мужчин стояли рядом с друг другом. Один из них направился в нашу сторону. Но он успел сделать всего один шаг, как вдруг раздался глухой негромкий хлопок. Головорезов раскидало в разные стороны, будто возле них взорвалась граната. Один из них, не выпуская из рук автомата, улетел куда-то за ближайший автомобиль. Остальные повалились на пол. Послышались ругательства и крики боли.

Выхватив «Черного стрижа» я выстрелил в одного из лежавших на полу мужчин. Пуля вошла ему прямо в лоб. Раздался тройной звук выстрелов. Это Кара короткой очередью из «Смарта» прикончила другого головореза. Краем глаза я заметил, как третий мужчина тянется к автомату. Два раза резко рявкнул «Черный стриж», и головорез замер.

— Берегись! — вдруг закричала Кара.

Четвертый мужчина уже поднялся с пола, присел на одно колено и вскинул автоматическую винтовку. Я метнулся в сторону. Поток пуль устремился в то место, где я только что стоял. Снова раздались выстрелы «Смарта». Мужчина вскрикнул, выронил автомат, повалился на спину и затих.

Из-за капота одного из автомобилей высунулся пятый, последний, головорез. Заметив меня, он поднял винтовку и стал стрелять. Я нырнул за ближайший автомобиль. По металлическому корпусу застучали пули. Раздался звон разбитого стекла. Я поднял руку, защищая голову от брызнувших во всех стороны осколков.

Послышался голос Кары, звавший меня. Я обернулся. Она пряталась за соседним автомобилем.

— Приготовься, — снова прочитал я по ее губам и кивнул.

Головорез продолжал поливать непрерывным потоком пуль автомобиль, за которым я прятался. Кара подползла к краю машины и осторожно выглянула. Ее лицо приняло сосредоточенное выражение. Через секунду-другую выстрелы вдруг прекратились. Кара воскликнула:

— Сейчас!

Я быстро поднялся на ноги. Головорез повис в двух метрах над большим автомобилем. Он барахтался в воздухе, неловко дергал руками и ногами. Судя по растерянному выражению лица, он явно не понимал, что с ним такое случилось. Мы с Карой подняли пистолеты и быстро покончили с головорезом. Бездыханное тело рухнуло на крышу автомобиля, слегка промяв ее.

Наступила тишина. Мы с Карой оглядели тела и повернулись к вездеходу, в кузове которого лежали контейнеры.

— Пошли, — сказала Кара.

Мы сделали пару шагов и вдруг услышали где-то позади топот ног. Резко обернулись. Обнаженный по пояс мужчина бежал к двери. Похоже, кроме пятерых игроков в карты, в гараже был еще один головорез. Я быстро поднял пистолет, прицелился. Но не выстрелил. Было уже поздно. Головорез успел выскочить из гаража в коридор.

— Он вызовет подмогу, — сказала Кара. — Надо валить отсюда поскорей!

Мы побежали к вездеходу. Головорезы Росса Логана слегка модернизировали этот автомобиль. На крыше кабины проделали люк, а возле него закрепили ручную турель с двумя длинными толстыми стволами. Мы рванули дверцы и забрались в вездеход. Кара села за руль, а я на соседнее сиденье. Ключа в замке зажигания не было. Мы проверили бардачок, карманчики на дверцах, углубления на приборной панели, но нигде не смогли его найти. Потратили на бессмысленные поиски несколько драгоценных минут.

Когда стало ясно, что ключа в автомобиле нет, Кара сказала, что заведет машину без них и низко наклонилась. Откуда-то из-под руля она рывком вытащила целую кучу спутанных разноцветных проводов и стала перебирать их. С ее губ без конца срывались ругательства. Она проклинала эту древнюю модель автомобиля с допотопной системой зажигания.

Через некоторое время в глубине гаража мелькнула какая-то тень. Я стал пристально всматриваться вдаль. Вскоре заметил человека, прятавшегося за одной из машин. Осторожно выглядывая из-за капота, он смотрел в сторону вездехода с контейнерами. Затем он обернулся и махнул кому-то рукой. И тогда я увидел еще нескольких людей. Перебегая от машины к машине, они постепенно приближались к вездеходу.

— У нас гости, — предупредил я Кару. — Поспеши.

— Заткнись!

Головорезы не стали подходить к нам слишком близко. Они остановились метрах в двадцати от нашего вездехода и спрятались за автомобилями. Атаковать они не спешили. Словно чего-то ждали. И вскоре стало ясно чего именно.

Тяжело ступая, в гараж вышел человек в тяжелом бронекостюме фирмы «М.А.К.С.» К правой руке металлического монстра был приделан огромный пулемет с шестью стволами, а к левой — скорострельная ракетная установка. На спине находился мощный реактивный ранец, который позволял «максу» совершать длинные, на пару метров, прыжки.

Головорезы, вдохновленные поддержкой оператора в тяжелом бронекостюме, высунулись из укрытий и открыли огонь. Пули застучали по капоту автомобиля. Я резко сполз по сиденью почти до самого пола. Треснуло лобовое стекло, брызнули осколки. Пули залетали в кабину и разрывали в клочья обивку спинок сидений.

— Сделай же что-нибудь! — в бешенстве закричала Кара. — Или нам придет конец!

Несколько секунд я продолжал сидеть без движения. А когда головорезы стали перезаряжать оружие, и поток пуль, стучавших по корпусу вездехода значительно поредел, я быстро поднялся на сиденье. Высунувшись из люка на крыше, посмотрел на турель перед собой. У нее было две ручки по одной кнопке на каждой из них.

Я взялся за ручки, развернул турель в сторону ближайшего автомобиля, за которым пряталось несколько головорезов. Секунду целился и открыл огонь. Орудие сильно задергалось в моих руках, пули полетели врассыпную. Лишь несколько из них попало в цель.

Головорезы уже перезарядили автоматы и открыли по мне ответный огонь. Пули свистели совсем рядом. Они врезались в металлический корпус вездехода и пробивали его. Одна из пуль пролетела совсем рядом с моим лицом, оцарапав щеку. Крепко стиснув зубы, я упорно продолжал стрелять, не обращая внимания на сильное жжение.

Наконец, мне удалось попасть по бензобаку. Мощный взрыв подбросил машину в воздух. Послышались предсмертные крики.

На мостках под потолком я заметил нескольких людей. Они сверху обстреливали вездеход. Я резко повернул турель и большими пальцами надавил на кнопки. Два ствола открыли огонь. Сраженные пулями головорезы с воплями попадали с мостков.

Вдохновленный успехом, я снова развернул турель и стал стрелять по «максу». Тяжелые пули врезались в крепкую броню, заставив металлического монстра отступить на один шаг. Однако особого вреда они ему не причинили.

Неожиданно раздался звук, которого я давно ждал. Взревел мощный двигатель. Вездеход сорвался с места и покатил вперед, быстро набирая скорость.

Вдруг я почувствовал, что Кара тянет меня за штанину. Я юркнул обратно в кабину и плюхнулся на сиденье. Вездеход мчался прямо на металлическое чудовище. Но «макса» это нисколько не смутило. Он поднял левую руку с приделанной к ней ракетной установкой.

— Берегись! — крикнул я.

Кара продолжала ехать прямо на «макса». Ракета вырвалась из огромного дула и с ошеломляющей скоростью устремилась нам навстречу. Я быстро посмотрел на Кару. Ее лицо было бесстрастно. Я стиснул зубы.

В самый последний момент Кара резко заложила руль вбок. Вездеход вильнул в сторону, и ракета пролетела мимо. Мелькнула яркая ослепительная вспышка. Где-то сбоку прогрохотал взрыв. Это разлетелась на куски одна из стоявших в гараже машин, в которую угодила ракета.

Вездеход снова вышел на прямую линию. Из реактивного ранца бронекостюма вырвалось мощное пламя, и «макс» отпрыгнул в сторону, избежав столкновения с нашим автомобилем.

Кара вдавила педаль газа в пол. Вездеход мчался прямо на ворота, которые быстро увеличивались в размерах.

— Ты хочешь протаранить их? — ошарашено воскликнул я.

— А у тебя есть другие предложения? — прокричала в ответ Кара. — Думаешь, они позволят нам преспокойно выйти из машины и открыть ворота?

Я пристегнул ремни и приготовился к худшему. Вездеход мчался уже на предельной скорости. Крепкие стальные ворота становились все ближе и ближе… Наконец, вездеход врезался в них. Раздался громкий звон. Меня с силой бросило вперед навстречу разбитому лобовому стеклу… Ремни натянулись и сдержали меня. Вездеход встал, как вкопанный. На воротах образовалась вмятина. Однако они выдержали удар.

Когда Кара включила заднюю передачу и поехала назад, я увидел, что нижние края створок ворот от удара отогнулись наружу. Кара дала по тормозам и резко вывернула руль. Взвизгнули шины, вездеход описал полукруг и замер. Покореженные ворота теперь были у нас за спинами.

— Что ты делаешь?

— Попробую еще раз, — отозвалась Кара. — А ты прикрывай нас!

Головорезов в гараже становилось все больше. По вездеходу теперь велся непрерывный огонь. Но наибольшую для нас опасность представлял «макс». Пулемет на его правой руке стрелял не переставая. Тяжелые миниатюрные снаряды время от времени попадали по капоту. Двигатель в любой момент мог заглохнуть.

Кара гнала вездеход почти на предельной скорости. Я уже приноровился и стрелял теперь короткими точными очередями. Головорезы один за другим замертво падали на пол.

Краем глаза я заметил летевшую в вездеход ракету. Я юркнул обратно в кабину. Но ракета пролетела мимо. Где-то позади прогремел взрыв и раздались крики боли. «Макс» ненароком попал по своим.

Кара развернула вездеход и снова поехала навстречу воротам. Я пристегнулся. Машина все набирала скорость и вскоре врезалась в двери. Раздался ужасный скрежет металла. Мощный двигатель взревел еще громче. Большая сильная машина продолжала переть впереть. Постепенно края металлических дверей все больше выгибались наружу. Вездеход медленно, но верно протискивался в образовывающееся отверстие.

Наконец, автомобиль вырвался вперед и помчался по темному туннелю, который постепенно уходил вверх. Через некоторое время вездеход выехал из подземного туннеля и оказался на открытой местности. Уже наступило утро. Солнце поднялось над горизонтом, освещая унылый пустынный однообразный ландшафт.

Кара повернула в сторону поселения. Вездеход стал набирать скорость.

— А все оказалось не так уж и сложно, да? — усмехнулась Кара.

— Я бы так не сказал, — отозвался я, глядя в зеркало заднего вида.

Кара перестала улыбаться. Нахмурившись, она тоже посмотрела в отражение, и с ее губ сорвалось грязное ругательство.

Головорезы банды Росса Логана и не думали нас так легко отпускать. В зеркало заднего вида мы с Карой видели несколько быстро увеличивающихся в размерах облаков пыли.

— Они нас догоняют, — сказал я. — Эта колымага может ехать быстрее?

— И так уже мчимся на предельной скорости, — процедила Кара.

Один из автомобилей был уже так близко, что я мог разглядеть злобное выражение лица водителя. Головорезы, сидевшие в салоне, высунулись из окон и стали стрелять. Но высокая скорость езды и клубы пыли, летевшие из-под колес нашего вездехода мешали им как следует прицелиться. Большинство пуль летело мимо.

Я высунулся из люка, взялся за ручки турели и развернул ее. Я уже научился пользоваться этим непослушным орудием. Первой же короткой очередью прострелил обе передние шины одного из догонявших нас автомобилей. Водитель не справился с управлением, машина закружилась в безумном вираже и перевернулась на крышу.

Следующая пулеметная очередь пробила топливный бак второго автомобиля. Машину бандитов взрывом отшвырнуло в сторону. Кувыркаясь и разбрасывая горящие детали, она покатилась по земле.

Я навел турель на третий автомобиль и надавил кнопки на ручках. Водитель видел, что произошло с двумя первыми машинами и стал крутить руль из одной стороны в другую. Машина завиляла. Пули полетели мимо. Но я упорно продолжал вести огонь и в конце концов попал по водителю. Он упал на руль и повалился на бок. Потеряв управление, автомобиль свернул в сторону и врезался в горящие обломки другой машины.

Видя, как я лихо расправился с тремя противниками, остальные водители струхнули и сбавили скорость. Я продолжал держать их на прицеле и был готов начать стрелять, если они осмелятся подъехать поближе. Но головорезы предпочитали держаться на безопасном расстоянии.

Вскоре впереди появился завод Мухина. Огромное здание было окружено трехметровым каменным забором. Подъезжая к воротам, Кара связалась с Мухиным и предупредила, что это мы едем. Металлические дверцы разъехались по сторонам. Вездеход на огромной скорости влетел на территорию завода. Несколько рабочих в ужасе разбежались кто куда. Кара резко надавила на тормоз и крутанула руль. Вездеход развернулся в пол-оборота и замер, выбросив из-под колес горсть мелких камней и пыли. Ворота за нами закрылись.

Мы с Карой выскочили из вездехода. Я огляделся. Это был внутренний двор. Посреди него стоял космический шаттл. Рядом с ним уже ждали робот-погрузчик и несколько испуганных рабочих.

Быстро перебирая коротенькими тонкими ногами, к нам подбежал Мухин. Его лицо блестело от пота, а в глазах стояла тревога.

— Ну как все прошло? — взволнованно спросил он.

— Вот эти контейнеры, — сказала Кара, кивнув в сторону кузова вездехода. — Грузите их в шаттл.

— Конечно-конечно, — пролепетал Мухин и кивнул оператору, сидевшему в кабине робота-погрузчика.

Пока тот подходил, Мухин забрался в кузов вездехода, шагнул к одной из криогенных камер и через покрытое морозными узорами стекло заглянул внутрь. Его лицо вытянулось от удивления, когда он увидел лежавшее в контейнере существо.

— Что же это такое? — ошарашено спросил он. — Никогда не видел ничего подобного!

— Секретное изобретение отдела Микки Ригана, ясно? — холодно ответила Кара. — Больше вам знать не положено.

— Да-да, понимаю, — закивал Мухин.

Робот-погрузчик уже подошел к вездеходу. Мухин выбрался из кузова, и мы втроем отошли в сторону, чтобы не мешать рабочим работать. Я закурил сигарету, наблюдая за роботом-погрузчиком. Он вытащил из кузова один из контейнеров, но опускать его на землю не стал. Рабочие привезли три гравитационных телеги. Робот-погрузчик шагнул навстречу и осторожно положил криокамеру на ближайшую к нему гравителегу. Рабочие закрепили металлические захваты, прочно закрепив контейнер. Затем один из мужчин почти без усилий повез загруженную телегу к шаттлу.

Антигравитационный генератор создавал невидимое поле и удерживал контейнер в полуметре над уровнем земли. При этом, находясь, внутри силового поля тяжелый металлический ящик терял почти весь свой вес.

Докурив сигарету, я бросил ее на землю и раздавил каблуком.

— Вы хорошо помните, что от вас требуется? — спросила Кара.

— Да-да, конечно, — залепетал Мухин, вытирая пот со лба. Он был жутко взволнован.

— И что же?

Мухин поморщился. Ему явно не нравилось, что его так нагло допрашивают. Но все же он ответил.

— Когда рабочие погрузят контейнеры, я покину Соламар-1 и полечу к месту встречи, где меня будет ждать яхта Микки Ригана.

— Координаты помните?

— Конечно, я их уже внес в навигационный терминал.

— Очень хорошо, — кивнула удовлетворенная Кара.

Мухин снова оттер с лиц пот и забормотал:

— Дела у меня идут препаршиво. По уши завяз в долгах. Даже на Балмору не пускают, пока со всеми не рассчитаюсь. Но когда Микки выплатит мне вознаграждение, — глаза Мухина засверкали, — я расплачусь с долгами и ноги моей больше не будет на этой планете!

Казалось, он разговаривал сам с собой, поэтому мы не стали ничего ему отвечать.

Вдруг раздался громкий пулеметный треск. Мы резко обернулись. Возле ворот находилась охранная вышка, а на ней была установлена тяжелая автоматическая турель. Орудие кого-то обстреливало.

— Что это там? — взвизгнул перепуганный насмерть Мухин. — Что происходит?

— За нами увязались бандиты Логана, — равнодушно пожала плечами Кара. — Видимо, они уже подъезжают к заводу.

— Что?! — завопил Мухин. — Что вы наделали? А что если они… Что если они… Ворвутся сюда? Они же убьют меня за то, что я их надул!

— Да успокойтесь же вы, — презрительно ответила Кара. — Не ворвутся они сюда. Ваше замечательное орудие превосходно их сдерживает.

Кара была права. До наших ушей то и дело доносились звуки мощных взрывов и предсмертные вопли.

Но Мухин был убежден, что головорезов Росса Логана ничто не сможет остановить. Он стал в панике метаться по всему внутреннему двору, мешая рабочим заниматься погрузкой контейнеров в шаттл. Выругавшись, Кара бросилась Мухину вдогонку. Оставив ее успокаивать перепуганного владельца завода, я поднялся на вышку и подошел к пулеметной турели.

Это современное смертоносное орудие убийства с системой автоматического поиска и распознавания противника, хладнокровно расправлялось с бандитами. Автомобилей было много, но ни один из них не мог подъехать слишком близко к воротам. Взрывы гремели один за другим. Возле завода валялось уже не менее десятка искореженных, разбитых автомобилей, из окон которых вырывались длинные языки пламени.

Одна из машин бандитов быстро ехала к воротам, сильно виляя, чтобы избежать попадания. Но спастись от турели не было никакой возможности. Она била точными, короткими очередями. И вот серия выстрелов попала в цель, и машину бандитов поглотил столп ярко-оранжевого пламени — одна из пуль угодила в бензобак.

Снова послышалось жужжание — турель поворачивалась, отыскивая следующую цель. Через несколько секунд с другой машиной тоже было покончено. Пули пробили лобовое стекло и наповал сразили водителя. Он упал грудью на руль, и завалился на бок. Машина свернула в сторону и врезавшись в кусок скалы, превратившись в искореженный кусок металла. Удар был настолько мощный, что машина даже перевернулась на крышу.

Из разбитых окон стали вылезать чудом оставшиеся в живых бандиты. Казалось, они даже забыли про турель. Явно не веря, что смогли выжить, головорезы ощупывали себя и даже смеялись. Но тут очередная точная серия выстрелов пронзила бензобак искореженный машины. Раздался мощный взрыв. От яркой вспышки я даже сощурился. Оранжевое пламя поглотило машину бандитов. В разные стороны полетели горящие детали автомобиля и кровавые ошметки.

Наступило затишье. Головорезы, наконец, осознали, что хоть ворота и охраняются одной-единственной автоматической турелью, но она запросто может их всех перебить. Водители развернули автомобили и поехали прочь. Однако возвращаться в свое логово бандиты не стали. Отъехав на безопасное расстояние, машины остановились. Дверцы открылись, головорезы спрыгнули на землю и подошли друг к другу. Видимо, решили устроить совещание.

Турель ни на секунду не упускала из виду чужаков. Пока они не предпринимали никаких агрессивных действий, орудие молчало. Но стоит им снова начать атаковать, как турель вновь откроет огонь.

Услышав, как меня зовут по имени, я посмотрел вниз. Робот-погрузчик и рабочие уже ушли. Кузов вездехода был пуст, а люк космического шаттла задраен. Кара махала рукой, глядя на меня.

Когда спустился с вышки, раздался громкий гул. Меня обдало воздушной струей. Черный короткие волосы Кары трепыхались на ветру. Мы смотрели, как шаттл Мухина медленно поднимается в воздух. Постепенно он разгонялся и вскоре уже взмыл высоко над заводом и помчался ввысь.

— Вот и все, — сказала Кара, когда гул двигателей затих вдали. — Риган прилетел в систему Соламар и ждет в условленном месте.

— Да, ты уже говорила, — кивнул я.

— Как только Мухин передаст ему контейнеры, Риган сообщит нам об этом, — Кара посмотрела на меня. — И тогда мы начнем думать над тем, как заманить Китсона в ловушку. И тогда ты сможешь поквитаться с ним… Ты ведь жаждешь этого, да?

Я кивнул. Но думал немного о другом. Соламар-1 суровая планета. Доведенные до нищеты люди обозлились и превратились в опасных головорезов. Видимо, именно поэтому Кара и не спешила выполнять приказ босса. Она понимала, что вернуть контейнеры Ригану без моей помощи, скорей всего, не смогла бы. Но вот когда они окажутся у ее босса, я стану ей больше не нужен. И тогда она…

— Проклятье! — внезапно выругалась Кара, прервав мои мысли.

Ее лицо скривилось от злобы. Задрав голову, она смотрела в небо. Я тоже посмотрел наверх и увидел, длинный продолговатый предмет, летевший за шаттлом Мухина.

— Надо его предупредить! — воскликнула Кара.

— Уже поздно.

Ракета быстро летела к шаттлу, оставляя за собой шлейф серого дыма. Секунды через две мелькнула вспышка. Взрывом оторвало одно крыло. На корпусе появилась дыра. Из нее повалил черный дым. Шаттл закачался и начал быстро терять высоту.

— Проклятье! — снова выругалась Кара. — Когда он упадет, эти уроды слетятся на него со всех сторон, как мухи на дерьмо. Надо его выручать, пока не поздно!

Мы побежали к вездеходу и забрались в кабину. Кара завела двигатель и резко сорвала автомобиль с места. Вездеход помчался на закрытые ворота.

— Открывайте! — во весь голос заорала Кара. — Открывайте живей!

Ворота стали открываться. Но недостаточно быстро. Щель между створками дверей расширялось слишком медленно. А Кара и не думала снижать скорость.

— Притормози, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Врежемся ведь!

— Заткнись, — огрызнулась Кара.

Я пристегнул ремень безопасности и приготовился к аварии. Однако Кара все же слегка сбавила скорость. А когда щель между дверьми достаточно расширилась, утопила педаль газа, и вездеход резво выехал через ворота.

Небольшое космическое судно Мухина продолжало быстро падать. Оно летело вниз почти под прямым углом. За ним в воздухе тянулся грязно-серый след дыма.

Когда до земли оставалось около трех метров, судно вдруг выровняло нос. Слегка покачиваясь, оно некоторое время летело прямо. А затем вдруг резко рухнуло брюхом на землю, подняв в воздух огромное облако пыли. Шаттл несколько метров протащился по твердой почве, оставляя за собой глубокую борозду. Когда пыль осела, я увидел, что к сбитому судну на полной скорости мчатся автомобили бандитов.

Кара ехала на полному газу, но мы все равно не успевали подъехать к шаттлу первыми. Две машины бандитов уже остановились перед судном.

— Вставай за турель! — приказала Кара. — Будешь отгонять их!

— Ты сначала подберись к ним поближе, — проворчал я.

Кара прорычала что-то нечленораздельное. Я даже не пытался понять, что именно она хотела сказать.

Бандиты вышли из машин, вскинули автоматические винтовки и, не ожидая никаких трудностей, уверенным шагом направились к шаттлу. Неожиданно люк дрогнул и резко распахнулся. По нему стали спускаться два человекоподобных боевых робота. У обоих вместо рук были мощные пулеметы. Головорезы вскинули оружие и начали стрелять. Несколько пуль попали в прочную броню андроидов, но не причинили им никакого вреда. Двумя короткими очередями роботы расправились с первыми подъехавшими бандитами.

Видимо, после того случая, когда головорезы Росса Логана перебили всех телохранителей Мухина, он решил, что впредь доверять свою жизнь будет только машинам. Автоматическая турель на вышке возле ворот завода, которая успешно сдерживала атаку бандитов, боевые андроиды, в считанные секунды расправившееся с несколькими головорезами — да, техника справляется с возложенными на нее задачами определенно лучше живых людей.

Еще несколько автомобилей подъехало к шаттлу. Едва бандиты вылезли наружу, как андроиды точными выстрелами сразу покончили с несколькими из них. Те, кому посчастливилось выжить, поспешно спрятались за корпусами своих автомобилей.

Наконец, наш вездеход тоже подкатил к шаттлу. Мы вылезли из кабины. Машины бандитов находились с другой от судна стороны. Мы направились к открытому люку космического шаттла. Но едва сделали пару шагов, как сенсоры андроидов уловили присутствие посторонних. Один из роботов резко развернулся и открыл по нам огонь. Пули застучали по корпусу вездехода. Мы с Карой юркнули обратно в кабину.

— Свяжись с Мухиным! — закричал я. — Пусть прикажет им перестать нас атаковать.

Кара быстро набрала на видеофоне номер. Когда на экране появилось знакомое лицо, Кара стала яростно кричать.

От переизбытка гнева, страшно взбешенная Кара никак не могла объяснить Мухину чего хочет. Она бессвязно кричала про сломанных андроидов, которые не разбирают, где друзья, а где враги и про то, что «мы сейчас здесь все подохнем». После каждого слова она вставляла ругательные слова, из-за чего понять ее было еще трудней.

Мухин от страха совсем перестал что-либо соображать. Весь белый как мел, он тупо смотрел на Кару, широко раскрыв рот. Судя по его виду, он не понимал вообще ни слова из того, что она говорила.

Потеряв терпение, я оттолкнул напарницу от видеофона, посмотрел на собеседника и громко, отчетливо, но как можно спокойнее произнес:

— Мухин! Ваши роботы стреляют по нам! Остановите их! Или мы с Карой совсем скоро превратимся в два свежих трупа!

Мухин часто заморгал. Кажется, он понемногу приходил в себя, и мысли начинали медленно шевелиться в его отупевшем от страха мозгу.

Я ошибся.

— А-а-а, — протянул Мухин высоким голосом и стал молотить себя кулаками по голове. — А-а-а-а…

— Он рехнулся, — сквозь плотно сжатые зубы заключила Кара. — Нам конец.

Глава 19

Мухин пропал с экрана — он куда-то отошел от видеофона. Но явно не для того, чтобы отдать своим роботам приказ, потому что один из андроидов продолжал обстреливать вездеход.

Пули по дуге уже залетали прямо в кабину и врезались в спинку сиденья всего в нескольких сантиметрах над моей головой. Кара чувствовала себя не лучше. Она сползла вниз до самого пола и вся сжалась в комок. Через разбитое лобовое окно пули врывались в салон и впивались в водительское сиденье. Каре прямо в лицо летели крошки обивки.

Андроид уверенным шагом подходил к вездеходу. Это было ясно по образовывавшемся пулевым отверстиям — они подбирались к нам с Карой все ближе.

Напарница не выдержала. Проклиная Мухина, она схватилась за ручку дверцы с явным намерением выскочить из вездехода.

Я схватил ее за плечо.

— Нет! Если выйдешь наружу, сразу умрешь!

— Если останусь здесь — тоже!

Кара дернула плечом, пытаясь встряхнуть мою руку.

— Подожди ты! — сказал я и достал из карманчиков на поясе две мини-бомбы «Пульсар» и протянул ей одну.

Однако Кару это нисколько не вдохновило.

— Что от них толку?

Я понимал, на что она намекает. В подобной ситуации от мини-бомб «Пульсар» и вправду пользы может и не быть. У них очень маленький радиус действия, поэтому бросить их нужно прямо в андроида. Но мы не видим его и не знаем точно, где он находится. Плюс, мини-бомбы швырять придется через спину, чтобы попасть в разбитое ветровое стекло. А для этого мы будем вынуждены приподняться с пола и подставиться под ураган пуль… Да, так что что шансов на успех у нас было очень немного.

И все же Кара взяла «Пульсар», который я протягивал ей. Сжав мини-бомбу в кулаке, она с мрачным выражением в глазах посмотрела на меня.

— Ладно. Попробуем.

— Одновременно. На счет три.

Кара кивнула.

— Хорошо, — сказал я и глубоко вздохнул. — Раз… Два…

На секунду я замешкался, а затем громко закончил:

— Три!

Схватившись левой рукой за порванную обивку сиденья, я резко рванулся вперед, приподнимаясь на коленях. Замахнулся правой рукой, собираясь отшвырнуть «Пульсар» назад… И тут Кара вцепилась в меня и прокричала:

— Стой!

Сердце бешено билось в груди, кровь бурлила в жилах и громко шумела в ушах. Только через несколько секунд я немного успокоился и понял, почему Кара остановила меня.

Слышались звуки боя, пулеметный треск и крики боли, однако по вездеходу больше не стреляли. Некоторое время мы с Карой продолжали прятаться в кабине и прислушиваться. А затем осторожно выбрались из вездехода, прикрываясь открытыми дверцами как щитами.

Автомобилей вокруг стало еще больше. Бандиты прятались за ними, время от времени выглядывали и, почти не целясь стреляли по андроидам. Но боевые роботы Мухина уже не обращали внимания на головорезов. Они полностью сосредоточились на человеке в тяжелом бронекостюме фирмы «М.А.К.С.». Том самом, который пытался помешать нам выехать из подземного гаража.

«Макс» даже не прятался. Он вел непрерывный огонь по двум андроидом. Один из них уже сильно хромал, дымился. Его орудия стреляли теперь не так метко, как в начале схватки. Почти все пули, выпущенные им, летели мимо «макса» и только некоторые из них попадали в прочную броню. Но не причиняли ей никакого вреда.

Кара подбежала ко мне, схватила за руку и закричала:

— Вызывай челнок с «Миранды»!

— Нельзя.

— Что? Вызывай говорю или мы тут подохнем!

— Нет! На «Миранде» всего один челнок. Если они собьют его, тогда мы не сможем выбраться с планеты.

Кара зло смотрела на меня. Она понимала, что я прав. «Миранда», как и все другие крупные космические корабли, превосходно летают в космосе на автопилоте. Но посадить ее на планету может только человек. Автопилот с такой задачей не справится.

Кара понимала, что я прав, но все равно злилась.

— Что же нам тогда делать? — прошипела она.

— Вытащим контейнеры, снова погрузим их на вездеход.

— А дальше?

— Вырвемся из окружения и уедем отсюда.

— А все эти уроды с радостью нас отпустят и даже помашут на прощание ручкой, так? — язвительно спросила Кара.

— Мы оторвемся от погони и когда окажемся в безопасности, вызовем челнок, — ответил я, проигнорировав ядовитый вопрос напарницы.

— Вот так вот все просто, да? — еще раз кольнула она.

Я снова не обратил внимания на ее тон.

— У тебя есть другие предложения?

Кара помолчала секунду.

— Вызовем сюда челнок и…

— …и его собьют, так же, как только что сбили шаттл Мухина. И тогда мы застрянем здесь надолго. Ты этого хочешь?

Кара не ответила.

Вдруг раздался резкий хлопок. В нашу сторону полетел какой-то округлый обугленный предмет. Он ударился об капот и отскочил на землю. Это была голова того андроида, который недавно дымился и хромал. Теперь с ним было покончено. Я огляделся и увидел повсюду на земле черные искореженные куски его тела, которые взрывом разбросало во все стороны.

Второй и последний механический телохранитель Мухина еще продолжал воевать с «максом». Но было ясно, что очень скоро оператор тяжелого бронекостюма расправится и со вторым боевым андроидом. И тогда примется за нас с Карой…

Я схватил напарницу за руку и потащил к шаттлу. Мы зашли в открытый люк и оказались и небольшом грузовом трюме. У стен стояли три контейнера на гравителегах. Я подошел к одной из них и посмотрел на Кару. Он несколько секунд колебалась, но затем все же подошла к контейнерам. Мы взялись за ручки телег и повезли их к люку.

На улице все еще шел бой. Но на нас с Карой никто не обращал внимания. Я подошел к вездеходу первым. Нажал на кнопку усиления антигравитационного поля, и телега плавно взмыла вверх еще на полметра. Я втолкнул ее в кузов, отключил генератор и натянул прочные ремни, плотно закрепив контейнер на месте.

Затем отошел в сторону. Кара стала грузить второй контейнер. Посмотрев на нее, я сказал:

— Схожу за последним. А ты заводи пока двигатель.

Кара молча кивнула, застегивая пряжки ремней. Я побежал к шаттлу. Но прежде чем зайти в открытый люк, остановился и быстрым взглядом окинул поле боя. Боевому андроиду приходилось не сладко. Он уже едва держался на ногах. Еще несколько точных выстрелов, и от боевого робота останется лишь груда искореженного металла. Я отвернулся и забежал в грузовой трюм шаттла.

Последний контейнер стоял у входа в коридор. Подбежав к нему, я взялся за ручки гравителеги и стал толкать ее к выходу. А затем вдруг вспомнил о Мухине. Если ему хватило ума не выходить из шаттла, значит он до сих пор где-то здесь.

Я вышел из грузового трюма в коридор и направился в кабину. Мухин сидел в кресле пилота, низко склонив голову и закрыв ладонями лицо. Он не шевелился и не издавал ни звука. Наверное, он даже не слышал, что в кабину кто-то вошел.

— Эй, — позвал я. — Уходим отсюда. Здесь нельзя оставаться.

Мухин никак не отреагировал. Я шагнул к нему, положил руку на плечо и хорошенько встряхнул.

— Эй, вы меня слышите или нет? Надо уходить!

Мухин вышел из оцепенения. Медленно он отвел руки от лица, поднял голову и посмотрел на меня пустым, ничего не выражающим взглядом.

Нельзя было терять время на уговоры и объяснения, поэтому я без лишних слов схватил Мухина за плечи и потащил за собой.

Когда мы вышли в грузовой трюм, я увидел Кару, толкающую гравителегу. Услышав за спиной шаги, она резко обернулась, выхватила из кобуры пистолет и навела его на меня. Ее лицо было искривлено гримасой злобы, глаза неестественно блестели.

Я решил, что она собирается выстрелить и хотел уже отпустить Мухина и отскочить в сторону, доставая на ходу своего верного «Черного стрижа»… Но затем морщины на лице Кара разгладились, и она убрала пистолет обратно в кобуру.

— А, так вот ты где, — произнесла она и перевела взгляд на Мухина. — А этого чего за собой таскаешь? Он нас подвел.

— Так говоришь, будто это он виноват, что его сбили.

Кара безразлично пожала плечами.

— В любом случае он нам уже не нужен. Брось его тут.

— Нет. Тащи контейнер, а я понесу этого бедолагу.

Кара презрительно усмехнулась.

— А ты так ничему и не научился, да? Не дал мне убить того рыжеволосого подонка, и затем он прикончил твою подружку. А теперь возишься с этим недотепой, когда кругом куча убийц. Смотри, как не поплатился за этой своей шкурой.

Кара отвернулась и покатила гравителегу на улицу. Я направился за ней. Но прежде чем выйти из шаттла, остановился, перекинул руку Мухина себе через плечо и поудобнее обхватил его. А когда собирался выбежать на улицу, неожиданно прогремел взрыв.

Через открытый люк мне было хорошо видно, что произошло. «Макс» выпустил ракету, и боевой андроид разлетался на куски. Кара уже вышла из шаттла. Она тоже слышала взрыв и видела, как «макс» уничтожил андроида. Покрепче обхватив ручки, Кара побежала к вездеходу, толкая перед собой гравителегу.

Я на секунду замешкался, не зная, как лучше поступить: поспешить за Карой, полу неся на себе Мухина или же оставить его здесь, добежать до машины, а затем вернуться за ним на вездеходе?

Но за эту секунду промедления ситуация резко изменилась. «Макс» выпустил Каре в спину ракету. Я громко закричал, предупреждая ее об опасности.

Кара обернулась. На мгновенье ее лицо исказилось, а в глазах мелькнул страх. А затем сработали рефлексы. Кара отпустила ручки телеги, согнула ноги в коленях и резко отпрыгнула в сторону. Ракета ударила в то место, где только что стояла моя напарница.

Взрыв сломал антигравитационный механизм телеги. Невидимое поле исчезло, и контейнер тяжело рухнул на землю, подняв облако пыли. Воздушная взрывная волна подхватила Кару, подняла вверх и швырнула в сторону от сломанной гравителеги.

Я усадил Мухина на пол грузового трюма, прислонив его спиной к стене. Вытащив «Черного стрижа» подошел к распахнутому люку и посмотрел в сторону гравителеги. Кара приходила в себя. Внешне она выглядела в порядке. Кровотечений не было, значит осколками ее не задело. Отделается лишь парой ушибов, да синяков… Если только сможет выбраться из этой мясорубки.

Оператор тяжелого бронекостюма заметил, что Кара выжила. И решил закончить начатое. Подняв руку, к которой был приделан тяжелый пулемет, он начал стрелять. Пули стали вонзаться в землю вокруг Кары.

Выхватив из кобуры пистолет, я прицелился… Но не стал стрелять. На тяжелой броне «макса» пули «Черного стрижа» не оставят даже царапин. Я опустил пистолет и стал лихорадочно соображать, как же выручить Кару. Мысли беспорядочно вертелись в голове, но среди них не было ни одной толковой.

Кара на четвереньках ползла в сторону контейнера. Каким-то чудом ни одна из пуль до сих пор в нее не попала.

Неожиданно раздался негромкий стон. Мухин наконец начал приходить в себя. Взгляд его стал осознанным. Держась одной рукой за голову, он осмотрел помещение грузового трюма и остановил взгляд на мне.

— Что… что происходит?

Он поднялся на ноги и направился к открытому люку. Но сделав несколько шагов, он разглядел, что происходит на улице и резко замер на месте.

— Это банда Логана, да? — прошептал Мухин, посмотрев на меня. — Нет-нет! Они же убьют меня! Сделайте что-нибудь! Не дайте им…

Мухин продолжал что-то бормотать, отступая назад. Я не обращал на него ни малейшего внимания.

Кара все-таки сумела невредимой добраться до контейнера. Она лежала за ним, потянув колени к подбородку и защищая голову руками. «Макс» стрелял не переставая. Пули без конца стучали по контейнеру. Кара оказалась в западне. Если бы она хоть чуточку приподнимется или на сантиметр высунется из укрытия, то сразу же погибнет. Поэтому она лежала совершенно неподвижно.

Я продолжал мучительно размышлять. Как же выручить напарницу? Если бы «макс» стоял немного ближе к шаттлу, то я бы швырнул в него мини-бомбу «Пульсар». Оператору, находившемуся внутри тяжелого бронекостюма, это никакого вреда не причинило бы. Однако все электронные приборы, которыми напичкан «макс», на несколько секунд вышли бы из строя. Тогда у Кары появился бы шанс на спасение…

Но оператор тяжелого бронекостюма стоит слишком далеко от меня. Я не смогу докинуть до него мини-бомбу. Вот если бы удалось незаметно подобраться к нему поближе…

Неожиданно стеклянная крышка контейнера треснула. Ни Кара, ни тем более «макс» ничего не заметили. Пули продолжали молотить по криогенной камере. Трещина на крышке расползлась уже на всю ширину стекла. От нее во все стороны стала расходиться паутинка более мелких изломанных линий.

Внутри контейнера что-то происходило. Со своего места мне не было видно, что именно, но я легко догадался — существо ожило и начинало шевелиться. Морозные узоры на внутренней стороне стекла постепенно оттаивали. Я уже знал, что произойдет через несколько секунд…

Крышка криогенной камеры резко и бесшумно откинулась в сторону. Из контейнера тут же вверх взметнулось полумеханическое, похожее на медузу существо бледно-синего цвета.

«Макс» перестал стрелять. Голова в шлеме задралась. Оператор в тяжелом бронекостюме следил за непонятным, парившим над полем боя, существом. И не он один. Головорезы обомлели и все как один задрали головы к небу.

После того, как пули перестали стучать по контейнеру, Кара выждала пару секунд, а затем резко вскочила на ноги и бросилась бежать к вездеходу. Движение привлекло внимание «призрака». Существо бросилось вниз и принялось атаковать бежавшую Кару. Один из голубоватых сгустков ударил по кабине вездехода.

Как только «призрак» начал стрелять, все бандиты вышли из оцепенения и открыли огонь по летающему над землей существу. Несколько пуль попало в его металлический корпус. «Призрак» сразу же потерял интерес к Каре и вступил в бой с бандитами. Один за другим «замороженные» головорезы падали замертво. Некоторых охватила паника, и они бросились бежать. Несколько человек сели в машины и уехали прочь. Беглецы не интересовали «призрака». Он атаковал тех, кто вел себя агрессивно.

Кара уже добежала до вездехода. С воздуха сыпались многочисленные голубоватые сгустки, «замораживающие» все, с чем соприкасались. Задрав голову и глядя на «призрака», Кара взялась за ручку и потянула на себя. Дверца не открылась. Кара удивленно заглянула в кабину. Снова подергала ручку. Тщетно.

Оглядевшись, Кара заметила меня в проеме распахнутого люка. Я помахал ей рукой, и она со всех ног помчалась к шаттлу. Забежав в грузовой трюм, она заговорила задыхающимся голосом:

— Вездеход! Он… Он… Там внутри… В кабине… Один сплошной лед!

— Да, я видел, что произошло. Вот только сомневаюсь, что это лед…

Кара не обратила внимания на мое последнее замечание. Она перевела дыхание и закончила:

— Так что мы не сможем на нем уехать. В кабину даже не забраться!

— Да, я знаю.

Кара выглянула в распахнутый люк, задрала голову и посмотрела на кружившее в небе существо.

— Что же это за штуковина? — спросила она.

— Новая разработка Ригана. Биотический робот. Разве ты раньше его не видела?

— Конечно, нет! — огрызнулась Кара. — Я же не ученая, не роботехник и не принимала участие в разработке.

— Эти штуки, — я кивнул в сторону теперь уже пустого контейнера, — автономные криогенные камеры.

— Автономные? Разве такие бывают?

— Как видишь… А вот кто их изобрел, это интересный вопрос. Когда контейнеры повреждаются и нарушается целость оболочки, системы камеры размораживают лежащее внутри существо и будят его ото сна.

— Будят? — переспросила Кара, бросив на меня подозрительный взгляд. — Как это будят? Ты ведь сам сказал, что это всего лишь робот!

— Биотический, — поправил я. — Во всяком случае так утверждает Риган. Но…

Вдруг с улицы раздался сухой громкий треск, заглушающий все остальные звуки. Это оператор бронекостюма принялся атаковать «призрака». И весьма успешно. Пули раз за разом входили в оголенные незащищенные броней участки тела. При этом существо не издавало ни звука, но каждый раз болезненно вздрагивало.

«Призрак» метался в воздухе. То взмывал вверх, то резко падал вниз, атакуя очередного противника. Но как только «макс» вступил в бой, «призрак» сосредоточил внимание только на нем. Однако ему еще не разу не удалось поразить хорошо защищенного человека. У оператора тяжелого бронекостюма явно был большой опыт обращения с «максом». Он умело пользовался реактивными двигателями, ловко уходил от атак «призрака», а затем успешно его контратаковал.

Кто бы не вышел победителем из этой схватки, нам явно не стоило ждать, когда она закончится. Кара считала точно так же.

— Ладно, хватит трепаться! — сказала она. — Надо выбираться отсюда!

— Есть предложения как?

— Да! Ты вызовешь челнок с «Миранды» и…

— Мы это уже обсуждали, забыла? Нет, сделаем иначе. Ты говорила, что яхта Ригана находится в системе Соламар. Полагаю, что на борту, помимо самого Ригана, находятся и его верные телохранители, так?

— Ну.

— Свяжись с ним, и пусть он вышлет нам на подмогу своих ребят. Сами мы отсюда не выберемся и уж тем более вместе с двумя оставшимися закрытыми контейнерами.

— Ничего из этого не выйдет! Яхта ждет на самом краю системы. К тому времени, когда корабль прилетит на планету, помощь нам уже будет не нужна… К тому же, если я скажу боссу, что не справляюсь с заданием, я тем самым распишусь в собственной беспомощности и бесполезности. Риган начнет подыскивать мне замену. Тогда я могу распрощаться со своей работой. Ясен намек?

— Значит, ты предпочтешь погибнуть здесь, но не быть уволенной из рядов Ригана…

Раздался взрыв. Это разлетелась на куски одна из машин бандитов. «Призрак» слишком низко спустился к земле. «Макс» выстрелил по существу, но промахнулся, и ракета угодила в автомобиль.

— Ладно, сделаем вот что, — сказал я. — Пока банда Логана занята «призраком», попытаемся угнать один из их автомобилей, — я огляделся и кивнул в сторону. — Вон тот. Он всех ближе стоит к нам.

— Хорошо, попробуем, — согласилась Кара.

— А затем вернемся за контейнерами и Мухиным.

— Необязательно забирать этого недотепу, можем и здесь оставить!

До машины бандитов мы добежали без приключений. Никто из головорезов нас даже не заметил — все смотрели только в небо на кружившее над землей существо. Я сел за руль и захлопнул дверцу. Кара опустилась на соседнее сиденье.

— Только не гони! — предупредила она. — Иначе привлечем к себе внимание.

Однако, когда я повернул ключ в замке зажигания, мотор так громко взревел, что несколько стоявших неподалеку головорезов услышали шум и обернулись. С удивлением они посмотрели на нас с Карой. А через секунду их лица скривились от злобы. Подняв штурмовые винтовки, они стали стрелять. Пули заколотились по корпусу автомобиля.

Я вдавил педаль газа в пол и крутанул руль. Машина сорвалась с места и развернулась. Головорезов обдало облаком пыли и мелких камешков. Я направил автомобиль в сторону вездехода, в кузове которого лежало два контейнера. Бандиты продолжали стрелять по нам. Пули влетали через заднее стекло и впивались в спинки сидений. Несколько попало в приборную панель и разбили ее.

Неожиданно лопнула одна из задних шин, а может и обе сразу. Машина сильно завиляла. Я принялся крутить руль из стороны в сторону, но это только ухудшило положение. Автомобиль совсем перестал слушаться.

Впереди показался шаттл. Нас несло прямо на него. Я надавил на тормоз и заложил рулевое колесо вбок. Автомобиль сильно занесло и развернуло на девяносто градусов. Мотор заглох. Я снова повернул ключ в замке зажигания. Двигатель стал жалобно завывать. Завести его никак не получалось.

Головорезы снова открыли по нам огонь. Разбилось окно на дверце, несколько пуль пролетело совсем рядом с моим лицом.

— Бесполезно! — крикнула Кара. — Давай валить отсюда!

Я открыл дверцу, выбрался из кабины и спрятался за машиной, прислонившись спиной к корпусу. Вслед за мной из салона вылезла Кара. Я вытащил из кобуры пистолет. Затем приподнялся и осторожно посмотрел в окно на задней дверце. Бандиты перебегали от укрытия к укрытию и обступали нашу машину полукругом, ведя по ней непрерывный огонь.

— Они нас окружают! — воскликнула Кара, выглянув из-за края капота.

— Вижу.

Окно на дверце неожиданно разбилось, и меня осыпало осколками. Я поспешно сел на корточки, спрятавшись за автомобилем.

— Что будем делать? — спросила Кара.

Я огляделся. Сбитый шаттл был всего метрах в десяти от нас. Я кивком указал на космическое судно и сказал:

— Попробуем добежать до него.

— Думаешь получится?

— Не уверен. Но ничего больше не приходит в голову. Так что надо попробовать.

— Нет, — отрезала Кара. — Допустим, мы добежим и спрячемся внутри. И что потом? Мы сами себя запрем в ловушке. Дальше бежать нам будет некуда.

Кара была права. Если мы забежим в шаттл, бандиты уже не дадут нам выбраться из него. Надо было придумать что-нибудь другое.

Я снова осторожно приподнялся и выглянул в разбитое окно на дверце. Один из бандитов стоял неподалеку и перезаряжал винтовку. Он даже не прятался, видимо был слишком уверен в себе. Я поднял пистолет и надавил на спусковой крючок. Выронив винтовку, бандит с воплем рухнул на землю. Через окно снова засвистели пули, и я поспешно сел на корточки.

Вдруг Кара схватил меня за плечо, воскликнула, указывая пальцем в небо:

— Смотри!

Я посмотрел наверх. «Максу» все же удалось одолеть противника. Весь израненный «призрак» быстро летел вниз. Через несколько секунд он упал на землю. Существо не шевелилось, но оператор тяжелого бронекостюма не хотел рисковать и выстрелил из гранатомета. Во все стороны брызнула голубоватая полупрозрачная жидкость и куски брони. Теперь с «призраком» точно было покончено.

Словно по команде бандиты перестали обстреливать машину, за которой мы с Карой прятались. Затем раздался чей-то низкий голос, слегка искаженный динамиками. Очевидно, говорил оператор бронекостюма.

— Эй, вы двое! — прокричал он. — Бросайте оружие и выходите! Но только медленно! Одно резкое движение, и я вас тут же поджарю!

Кара посмотрела на меня и спросила:

— И что нам делать?

— Выбор у нас небольшой. Или погибнуть или сдаться.

Я швырнул «Черного стрижа» в воздух. Пистолет упал на землю в паре метров от автомобиля.

— Эй, ты что делаешь? — прошипела Кара.

— Я сдаюсь. А ты предпочитаешь погибнуть?

Кара не ответила, но одарила меня пылающим ненавистью взглядом.

— Я выхожу! Не стреляйте! — прокричал я и поднялся на ноги.

Неподалеку от автомобиля стоял «макс». Рядом с ним толпились бандиты. И все держали меня на прицеле.

— Очень хорошо, — раздался все тот же низкий голос. — А почему же твоя подружка не показывается? Не любит быть в центре внимания?

Раздалось несколько смешков. Я опустил голову и посмотрел на Кару. Она встретила мой взгляд и выругалась. Затем выбросила пистолет «Смарт» и встала.

— Замечательно! Люблю послушных ребят. Так, а теперь отойдите от машины на несколько шагов.

Мы подчинились. Бандиты, во главе которых был «макс», подошли к нам и окружили со всех сторон плотным кольцом. Оператор тяжелого бронекостюма откинул вверх непрозрачное забрало шлема. Мы увидели несимпатичное лицо с застывшей на нем злобной ухмылкой. Я впервые увидел этого человека, но сразу догадался, кто он такой. Росс Логан. Он был очень похож на своего брата.

Стоило об этом подумать, как толпу головорезов растолкал большой уродливый человек, у которого вместо одного глаза был оптический кибер имплантат. Хью Логан. Он сначала посмотрел угрюмым взглядом на меня, затем на Кару. Медленно осмотрел ее с ног до головы. В его единственном глазу мелькнула слабая похотливая искорка. Впрочем, она быстро погасла.

— Где Мухин? — неожиданно пролаял он.

Ни я, ни Кара ничего не ответили. Хью Логан замахнулся, собираясь ударить Кару. Она не дрогнула и продолжала смотреть ему прямо в глаза. Хью Логан передумал бить Кару и опустил руку. Затем посмотрел на брата и сказал:

— Должно быть Мухин до сих пор в шаттле. Возможно, уже помер.

Хью Логан перевел взгляд на головорезов и сказал им:

— Эй вы, приведите-ка сюда Мухина, если он жив!

Никто даже не шелохнулся. Это рассердило Хью Логана.

— Вы что, оглохли?! — заорал он. — Живо притащите сюда этого тощего ублюдка!

Вопли Хью Логана ни на кого не произвели впечатления. Тогда он беспомощно посмотрел на брата. Росс ткнул пальцем в трех головорезов и сказал:

— Ты, ты и вот ты. Ступайте в шаттл, найдите Мухина и приведите его сюда. Если он еще не отдал концы.

Трое бандитов тут же беспрекословно подчинились. Хью Логан злобно зарычал.

Через полминуты головорезы вернулись, полу волоча за собой ослабевшего от страха Мухина. Толпа разошлась, и двое головорезов сильно толкнули Мухина в спину. Он упал на колени в полуметре от меня. Затем он медленно поднялся с земли. Но на ногах держался неуверенно. Колени дрожали и сам он слегка покачивался из стороны в сторону, словно молодое деревце на ветру.

Росс Логан шагнул к Мухину, широко улыбнулся и преувеличенно мягким голосом произнес:

— Ну здравствуй, братец! Вот и свиделись снова!

Мухин ничего не ответил. Губы его дрожали, а лицо стало белее снега.

— Что же ты молчишь, а? — нарочито доброжелательным голосом спросил Росс Логан. — Неужели ничего не хочешь мне сказать?

Рот Мухина открывался и закрывался. Но из горла перепуганного человека не доносилось ни звука.

Росс Логан несколько секунд с доброжелательной улыбкой наблюдал за потугами Мухина. А затем его лицо вдруг ожесточилось и превратилось в злобную маску. Улыбка сменилась кровожадным оскалом.

— Что, неужели тебе совсем нечего сказать, а? — проговорил Росс Логан пугающе спокойным голосом, который никак не вязался с выражением его лица. — Ну ладно, тогда слушай, что я тебе скажу. Ты обещал нам найти покупателя, который купит у нас вон те ящики. Сказал, что на это потребуется два дня. Мы тебе поверили и стали ждать. Но через день в нашу берлогу вдруг врываются эти двое вояк, угоняют вездеход с ящиками и едут к тебе на фабрику. А через десять минут твой шаттл взмывает в небо. Если бы мы не успели тебя сбить, то никогда бы уже не увидели то, что принадлежит нам. Что же это получается, а? Выходит, ты решил нас надуть, да? Заплатил этим двум хорошо обученным наемникам, чтобы они выкрали у меня ящики, а затем хотел смыться с ними с планеты, так?

Мухин очень хотел что-нибудь сказать в свое оправдание. Но не мог. Он был так напуган, что голос отказывался ему подчиняться.

Росс Логан несколько секунд пожирал его голодным взглядом. Несчастный Мухин сильно дрожал всем телом, как одинокий лист на сильном ветру. Я понимал, что дело худо, но не мог придумать, как бы выручить Мухина из беды.

Росс Логан посмотрел на брата и кивнул ему. Хью неторопливо и даже будто бы лениво вытащил из набедренной кобуры огромный револьвер с неимоверно длинным дулом, откинул барабан и стал неспешно его заряжать. Росс Логан перевел взгляд на Мухина и заговорил:

— Ладно, братец, вот что мы сделаем. Я зол на тебя, очень зол. Ты нагло обманул меня, а терпеть не могу, когда плюют мне в спину. Обычно я скор на расправу с предателями. Но тебе дам шанс выжить. Признаю, шанс небольшой, но все же если постараешься, то может и выживешь…

В толпе головорезов раздались смешки. Кто-то хрипло рассмеялся.

Росс Логан махнул рукой. Головорезы, очевидно, знали, что означает этот жест и послушно расступились, образовав полукруг. Лидер банды поднял руку и взглянул на Мухина.

— Беги, братец!

Я посмотрел в сторону, куда указывал палец Росса Логана. Пустыня. Голый песок, редкая растительность. И ни одного валуна, за которым можно было бы укрыться.

Мухин продолжал стоять на месте, затравленно глядя на оператора тяжелого бронекостюма. Я посмотрел на Хью Логана. Барабан револьвера, который он держал в руках, был на двенадцать патронов. И бывший лидер «Злобных псов» уже почти полностью зарядил его.

— Беги, не теряй время, — повторил Росс Логан. — Сейчас оно для тебя дорого, как никогда!

Наконец, Мухин осознал всю серьезность своего положения. Он развернулся и на заплетающихся ногах побежал прочь. Все смотрели ему вслед. Кто-то смеялся. Кто-то ставил пари на то, как далеко успеет убежать Мухин.

Хью Логан вставил в барабан последний патрон, посмотрел на беглеца и усмехнулся. Он не спешил поднимать револьвер. Давал Мухину фору, который бежал слишком медленно и спотыкался чуть ли не на каждом шагу. А впереди него до самого горизонта простиралась одна лишь безжизненная пустыня.

Росс Логан солгал, когда сказал, что дает Мухину небольшой шанс. Нет, у него не было даже самого крошечного шанса на то, чтобы выжить.

Я набрал в легкие побольше воздуха и закричал как можно громче:

— Нет! Сворачивай! Беги к машинам!

Мухин услышал меня. Он побежал в сторону шаттла, возле которого стояло много автомобилей бандитов.

Ко мне со спины кто-то бесшумно подошел и ударил чем-то тяжелым по затылку. Голова взорвалась от боли. В глазах потемнело. Я упал на колени.

Раздался резкий громоподобный выстрел. Издалека донесся тонкий вопль боли. Я поднял голову.

Мухин лежал на песке и держался обеими руками за ногу. Даже с такого расстояния было видно, что сквозь его пальцы обильно сочилась кровь. Через несколько секунд Мухин собрался с силами, поднялся с земли и посмотрел в сторону ближайшего автомобиля. Но едва он перенес вес тела на раненную ногу, как с тоненьким криком снова упал на землю.

Я поднялся с колен, не сводя взгляда с Мухина. Он некоторое время лежал на земле. Затем его рука вдруг нащупала длинную, кривую, но достаточно крепкую палку, валявшуюся рядом. Неожиданная находка подарила Мухину надежду. Хоть с большим трудом, но ему удалось поднялся на ноги. Затем опираясь на палку, он заковылял прочь.

Поигрывая револьвером, Хью Логан с застывшей усмешкой на губах наблюдал за медленно удалявшимся Мухиным. Выждав несколько секунд, он медленно поднял револьвер и неторопливо прицелился. Затем плавно нажал на спусковой крючок. Огромное оружие высоко подпрыгнуло в его руке. Раздался оглушающе-громкий звук выстрела. А сразу за ним послышался душераздирающий вопль боли.

Пуля попала Мухину во вторую ногу, раздробив коленную чашечку. Дико крича, он снова упал на землю. До моих ушей доносились его жалобные всхлипывания. Хью Логан не торопился добивать свою жертву. Он явно наслаждался, глядя, как мучается Мухин.

Головорезы шутили, громко смеялись. Кое-кто поставил на то, что Мухин успеет убежать немного дальше. И боясь теперь потерять в споре деньги, подбадривал Мухина, кричал ему, призывая подняться на ноги и идти дальше. Я перевел взгляд на Кару. Она равнодушно наблюдала за тем, как Мухин корчится на земле в муках.

Через некоторое время несчастный перевернулся на живот и медленно пополз, хватаясь за торчащие из земли колючие растения. Хью Логан не торопился. Он дал Мухину время доползти до ближайшего автомобиля.

Головорезы смеялись, глядя, как плачущий от боли Мухин неуклюже пытается открыть дверь. На это потребовалось немало сил, но он смог открыть ее и даже забраться в салон. Несколько секунд Мухин отдыхал, откинувшись на спинку водительского сиденья. А может от боли потерял сознание на некоторое время.

Затем он наклонился и вытянул руку. Через мгновение раздался рев мощного двигателя. Со такого расстояния я не мог хорошенько разглядеть лицо Мухина, но мне показалось, что его на его губах появилась слабая улыбка.

Хью Логан снова поднял револьвер. Когда автомобиль тронулся с места, уши заложил еще один громкий выстрел. Лицо Мухина превратилось в кровавую кашу. Тело дернулось один раз и замерло. Машина проехала пару метров и остановилась — заглох двигатель.

Небрежным жестом Хью Логан засунул револьвер обратно в кобуру. Судя по его лицу, бывший лидер «Злобных псов» был очень горд за свое умение точно стрелять.

— И поделом, — прокомментировал Росс Логан. — С предателями у нас разговор короткий.

Головорезы громкими нестройными криками поддержали своего лидера.

— А что будем делать с этими двумя? — спросил Хью Логан, когда толпа угомонилась.

Росс Логан коротко взглянул на меня и посмотрел на Кару. Несколько секунд он пялился на нее, затем заключил:

— Она ничего, да?

— Ты про эту сучку? — Хью Логан плюнул на землю. — Не красивее обезьян с планеты Терра-13. Неудивительно, что стала наемницей — с такой обезьяний мордой самое оно пугать врагов!

Хью Логан откинул голову назад и громко рассмеялся, довольный своей шуткой. Я быстро посмотрел на Кару. Ее лицо было бесстрастным, но в глазах плясали злые огоньки.

— Эх, братец, — сказал Росс Логан, — вот поживешь несколько месяцев на этой дрянной планете, посмотришь на местных женщин с грязными волосами, мешками под глазами, огрубевшей кожей и гнилыми зубами и научишься тогда ценить женскую красоту…

— Так что будем делать с этими двумя? — перебил брата Хью Логан. Он поглаживал кончиками пальцев торчавшую из кобуры рукоятку револьвера. Похоже, он очень хотел снова пострелять по безоружным жертвам. — Их надо тоже прикончить. Нечего с ними возиться. Они нам не нужны.

— Конечно, мы их прикончим, — согласился Росс Логан, но когда его брат уже стал доставать из кобуры револьвер, сразу же добавил: — Но не сейчас. Они нам не нужны, ты прав. Мы и так знаем, что они наемники и что этот недотепа Мухин заплатил им, чтобы они выкрали у нас ящики.

Хью Логан выхватил из кобуры револьвер.

— Тогда я могу убить их прямо сейчас?

— Нет! Ты ведь неплохо поразвлекся, стреляя по убегающему Мухину, да? Теперь настала очередь развлечься и моим ребятам. Тем более, что от рук этих наемников они потеряли сегодня немало своих приятелей… Так что с этой сладкой парочки причитается. Правильно я говорю, ребята?

Головорезы поддержали лидера дружным гулом. На нас с Карой со всех сторон окружали перекошенные злобой лица. Бандиты были готовы голыми руками разорвать нас или вцепиться зубами в горла. Однако кроме угрожающих криков и плевков в нашу сторону, они больше ничего себе не позволяли. Очевидно, ждали, когда лидер банды разрешит им наброситься на нас.

Хью Логан некоторое время колебался. Затем с видимой неохотой убрал револьвер в кобуру. Гневно посмотрел на нас. Кара спокойно встретила его взгляд. Это еще больше его разозлило. Он подскочил к ней и зарычал, брызжа слюной Каре в лицо:

— А ты чего вылупилась, шалава? Хочешь, чтобы я тебе все зубы выбил?

Кара молча и совершенно спокойно смотрела Хью Логану в лицо. Очень медленно ее губы растянулись в презрительной улыбке. Не проронив ни слова, она высказала свое отношение к бывшему лидеру «Злобных псов».

Хью Логан взвыл от бешенства. Он совсем уже рассвирепел. Я коснулся плеча Кары, предупреждая ее об опасности, но она встряхнула мою руку. И продолжала презрительно усмехаться Хью Логану прямо в лицо.

В конце концов, он не выдержал.

— Ну держись, сука! — заорал он. — Сама напросилась, тварь!

Он схватил Кару за волосы и резко дернул ее голову в сторону. Кара не издала ни звука, но ее лицо исказила гримаса боли.

Росс Логан сделал шаг вперед и сказал:

— Эй-эй, полегче, братец. Я ведь сказал тебе, что она достанется мои ребятам. Они очень хотят поквитаться с ней и ее напарником…

Но Хью Логан не слушал. Держа ее за волосы, он тянул голову Кары вверх. Она даже была вынуждена встать на носочки. Затем он резко выбросил вперед свободную руку и схватил Кару за горло. Его брат хотел уже вмешаться, но вдруг Хью Логан сам отпустил мою напарницу и сделал несколько шагов назад.

— Хорошо, — удовлетворенно произнес его брат. — А то я уже испугался, что тебя придется с силой оттаскивать от нее.

И он расхохотался. Но Хью Логан никак не отреагировал на смех брата. На его лице появилось растерянное выражение, а в единственном глазу промелькнул страх. Губы разомкнулись, но из открытого рта донесся лишь слабый хрип.

Руки Хью Логана потянулись к горлу. Глаза округлились. Теперь в них стоял животный ужас. Хрип становился все громче. Рот широко открылся, тщетно пытаясь сделать хоть единый вдох. Пальцы продолжали сжимать горло. Казалось, он душил самого себя.

Хью Логан упал на колени и задергался всем телом. Лицо побелело. Глаза, в которых читалась паника перебегали с лица одного головореза на другого. Бандиты непонимающе смотрели на него, переглядывались друг с другом и пожимали плечами. Наконец, он с мольбой в глазах посмотрел на брата.

Из реактивного ранца на спине бронекостюма вырвалась огненная струя. Росс Логан подскочил к брату и взволнованно спросил:

— Да что же с тобой происходит? Чем я могу тебе помочь?

Хью Логан несколько секунд смотрел ему в глаза и что-то невнятно хрипел. Затем вдруг повалился на землю, дернулся еще раз и затих.

Стало очень тихо. Некоторое время Росс Логан молча смотрел на брата. Никто ничего не говорил. Бандиты боялись проронить хоть слово.

Наконец, их лидер медленно развернулся. Его лицо было невозмутимо, но глаза пылали яростью. Он обвел взглядом головорезов. Каждый, на ком останавливались его глаза, бледнел и начинал мелко дрожать.

Вдруг он поднял руку и ткнул пальцем в одного из бандитов.

— Ты! Объясни мне, что произошло!

Головорез задрожал еще сильней. Он смотрел на своих приятелей, ища у них поддержки. Но они молча отошли от него на несколько шагов.

— Ты что, оглох? — не повышая голоса, спросил Росс Логан. — Отвечай, когда я тебя спрашиваю!

Не глядя на своего босса, головорез неуверенно заговорил:

— Кажется, он… умер.

Росс Логан вдруг рассмеялся. Но это был совсем невеселый смех. Глухой и каркающий он больше походил на кашель. Лидер банды перестал смеяться так же неожиданно, как и начал.

— Ты что, за недоумка меня принимаешь? — все так же спокойно сказал он. — Думаешь, я сам не понял, что он отдал концы?

Головорез замотал головой и что-то залепетал.

— Я тебя спрашиваю, что убило моего брата, — сказал Росс Логан даже не став вслушиваться в непонятный лепет головореза. — Отвечай!

— Я… Я… Не знаю. Может, он… Может, его… Хотя нет… Не знаю… Я… Я…

— Понятно.

Загрохотал тяжелый пулемет. Тело головореза поднялось в воздух, а через мгновенье мягко шлепнулось на землю. Из многочисленных пулевых ранений обильно вытекала кровь.

Росс Логан снова стал осматривать бандитов, подыскивая себе следующую жертву.

— Идиот, — прошептала Кара.

Хоть она и произнесла это слово очень тихо, Росс Логан услышал ее. Он резко обернулся и впился в нее обжигающим взглядом. Губы Кары растянулись в холодной зловещей улыбке. Несколько секунд Росс Логан смотрел на нее, а затем его осенило.

— Это… все… она! — задыхаясь от гнева, заорал он. — Она псионик!.. Хватайте ее!

Головорезы поспешили выполнять приказ босса. Мужчина, которые первым добежал до нее, вдруг отлетел назад и врезался в двух других бандитов. Все трое повалились на землю.

Всех остальных это только раздосадовало. Она подбегали к Каре со всех сторон. Она щедро раздавала пси-толчки. То один, то другой головорез падали на землю. Смачно хрустели ломающиеся кости и раздавались крики боли.

Бандитов было слишком много. Кара быстро ослабела и больше не могла выпускать пси-энергию. Головорезы окружили ее со всех сторон. Крепко схватили за руки, ноги, волосы, повалили на землю и прижали лицом в засохшую грязь.

Про меня, казалось, все позабыли. Когда мимо пробегал один из головорезов, я выхватил у него из кобуры пистолет и начал стрелять. Как оказалось, в магазине было всего несколько патронов. Пули сразили двух мужчин. Затем пистолет стал издавать сухие щелчки.

Я отбросил бесполезное оружие и быстро огляделся. Куда ни посмотри, со всех сторон стояли взбешенные бандиты.

Вдруг кто-то сильно стукнул меня прикладом по спине. Я упал на одно колено. Хотел сразу же подняться на ноги, но спустя секунду последовал еще один удар. В этот раз по голове. Из глаз посыпались искры.

Прежде чем потерять сознание, я услышал визг Кары и увидел, как головорезы стаскивают с нее одежду.

Глава 20

С потолка свисала голая лампочка, тускло освещая небольшую комнату. Я сидел на металлическом жестком стуле, который стоял в центре помещения. Он был прочно привинчен болтами к полу.

Я был полностью обнажен. Руки и ноги крепко стягивали кожаные ремни. У стены напротив стоял стол, а на нем была установлена громоздкая аппаратура. От моего тела к этому устройству тянулись провода.

Дверь неожиданно открылась, и в комнату вошла невысокая женщина. Выглядела она как настоящая дикарка. От нее несло отвратительным запахом мочи и пота. Черные волосы торчали во все стороны. Одета в бесформенный балахон, доходивший ей до грязных колен.

Шлепая босыми ногами по полу, дикарка подошла ко мне и села на колени. С такого близкого расстояния вонь стала совсем невыносимой. Я задержал дыхание. Женщина несколько секунд смотрела на меня ничего не выражающим взглядом. Ее бесцветные пустые глаза были похожи на стекляшки.

Дикарка улыбалась. Но не от радости или злорадства. Просто ее губы всегда были растянуты в улыбке. Словно нижнюю часть лица парализовало.

Я больше не мог сдерживаться и сделал небольшой вдох. И тут же сморщил нос от отвращения. Дикарка чуть склонила голову набок и приблизила свое лицо очень близко к моему. Мы почти коснулись друг друга кончиками носов.

Она пялилась на меня некоторое время. В ее пустые, мертвые, немигающие глаза было неприятно смотреть. Затем она отодвинулась назад, открыла рот и что-что невнятно произнесла. У нее был разрезан язык, поэтому я даже не пытался понять, что она сказала.

Дикарка коснулась моей груди правой ладонью и снова что-то прошепелявила. Я не понял ни слова. Она подождала немного. И вдруг ее лицо сморщилось от злости. Улыбка превратилась в хищный оскал. В бесцветных глазах вспыхнул гнев.

Ее пальцы скрючились. Длинные, почерневшие от грязи ногти впились в кожу. Женщина резко повела руку вниз. На моей груди появились четыре глубоких царапины, которые сразу же стали кровоточить.

Выражение глаз дикарки снова изменилось. В ее взгляде смешались похоть и жажда крови. Она прижалась ко мне. Казалось, от запаха ее тела можно было потерять сознание. Сухие жесткие губы дикарки рыскали по моему лицу. Нашли рот и жадно впились в него. Вдруг я почувствовал острую боль. Она прокусила мне губу.

Затем она вскочила на ноги. Ее взгляд стал совершенно безумным. Застывшая ухмылка обнажала окровавленные зубы. Из приоткрытого рта по подбородку стекала красная струйка.

Дикарка почти бегом добралась до устройства, стоявшего на столе и включала его. Зажглись лампочки, послышалось низкое гудение. Я уже знал, что последует дальше и собрался с духом. Будет очень больно…

Аппарат разогревался. Звук становился все громче. Дикарку уже начинало трясти от нетерпения. Из ее рта стало доноситься шипение. Наконец, она не выдержала, схватила один из рычагов и опустила его до самого низа.

Меня охватила жуткая боль. Будто в каждую клеточку тела воткнули раскаленные иглы. Меня выгнуло дугой. Перед глазами все потемнело. Я видел только светлое расплывчатое пятно над собой. Лампочка, свисавшая с потолка… В ушах стоял какой-то хриплый, ужасный звук, от которого кровь стыла в жилах. Далеко не сразу я понял, что это был мой крик…

Неожиданно боль отступила. Пелена перед глазами постепенно разошлась. Я все еще сидел в кресле. Ремни так же туго стягивали руки и ноги. Все тело покрылось холодным потом. Меня била дрожь. Я тяжело и часто дышал. Воздух с присвистом выходил из легких.

Дикарка стояла у стола. Ее глаза светились безумной радостью. Женщина наслаждалась, наблюдая за моими муками.

Она дала мне всего несколько секунд, чтобы передохнуть и снова отпустила рычаг вниз. И держала его в этом положении не менее десяти секунд. Затем подняла, дала мне время прийти в себя и сразу снова опустила. Я потерял сознание.

Меня облили ледяной водой. Я тут же очнулся, задрожал от холода и стал хватать ртом воздух. Дикарка стояла рядом. На ее лице застыло недовольное выражение. Улыбка стала мрачной. Женщина что-то произнесла. Слов разобрать не удалось, но голос был злой.

Она наотмашь ударила меня ладонью по лицу, развернулась и вышла из комнаты. Дверь за ней захлопнулась.

Я знал, что она вернется. Через десять минут, через полчаса, а может через час, но обязательно вернется. Я находился в этой комнате, наверное, уже часов десять, не меньше. И каждый раз после того, как терял сознание от боли, дикарка приводила меня в чувство и уходила. Но вскоре возвращалась, и пытки возобновлялись…

Я не мог сказать точно, сколько прошло времени, но мне показалось, что дикарка отсутствовала всего несколько минут. Она вошла в комнату, прошлепала босыми ногами до стула, на котором я сидел и угрюмо взглянула на меня. Засохшая кровь у нее на подбородке придавала женщине еще более жуткий вид.

Дикарка некоторое время молча разглядывал меня, словно гадая, достаточно ли я уже оправился. Затем что-то произнесла. При этом брови ее слегка приподнялись. Наверное, спросила что-то. Я молчал.

Большой аппарат на столе продолжал работать. Слышалось его негромкое угрожающее рычание. Дикарка подошла к нему и некоторое время стояла в нерешительности. Затем медленно, как бы нехотя, вытянула руку и положила ладонь на рычаг.

Я напрягся. Но ничего не произошло. Сердце бешено билось в груди. Я не сводил взгляда с дикарки. Она целую минуту не шевелилась. Затем разжала пальцы и очень медленно, миллиметр за миллиметром, отвела руку от рычага и выключала аппарат. Резко подняла голову и бросила на меня полный ненависти взгляд.

Внезапно она согнула ноги в коленях и прыгнула, в мгновение ока оказавшись возле стула. Несколько секунд сверлила меня гневным взглядом. Ее рука медленно поползла по балахону и откуда-то из-под складок плотной материи вытащила лазерный резак.

По спине пробежался мороз. Дикарка стала тянуть руку вперед. Я смотрел на приближающееся к моему телу полупрозрачное лезвие. Когда кончик острия коснулся моей груди, рука дикарки замерла. Женщина посмотрела на меня. Ее глаза засветились, а улыбка, казалось, стала еще шире.

Кончик лезвия на пару миллиметров вошел в мое тело. Я стиснул зубы от боли. Дикарка повела лазерный резак вниз по неровной диагонали. За ним тянулся глубокий порез.

Вдруг дверь в комнату открылась. В помещение вошел долговязый угловатый головорез, одетый в грязные лохмотья. На плече у него висела потрепанная сумка. Мужчина подошел к столу и остановился, глядя на нас. Однако дикарка так увлеклась, что даже не услышала шагов за спиной. Она продолжала истязать меня. Ее лицо просто сияло от удовольствия.

Мужчина молчал. Он стоял в слабоосвещенной части комнаты, поэтому мне не было видно его лица.

Когда лезвие лазерного резака дошло до живота, дикарка вдруг отдернула руку. Каким-то образом женщина почувствовала, что в комнате появился посторонний. А может ее насторожил мой взгляд, направленный ей за спину. Что бы ни послужило причиной, дикарка, злобно зашипев, резко обернулась и подозрительно уставилась на незнакомца. Однако она сразу признала в нем своего и успокоилась.

Увидев, что она наконец обратила на него внимание, мужчина, так и не сказав ни слова, открыл сумку что-то достал из нее и положил на краешек стола. Это был какой-то небольшой металлический предмет. Но я не успел его как следует разглядеть, потому что дикарке тоже стало любопытно, что же ей принес головорез.

Она подошла к столу. Ее спина спрятала от моего взгляда лежавший на краешке стола предмет. Некоторое время женщина рассматривала его, слегка наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Затем перевела взгляд на мужчину и пробормотала что-то. В ее глазах явственно читался вопрос.

Вместо ответа, долговязый головорез вытянул вперед руки. Дикарка непонимающе посмотрела на грязные ладони мужчины.

Внезапно головорез схватил женщину за хрупкое горло и крепко сжал его. От неожиданности дикарка даже выронила лазерный резак. Ее рот открылся и оттуда вырвался тоненький испуганный крик… Дикарка стала пинаться и лупить головореза кулаками. Но это не доставляло ему никакого неудобства. Он все сильнее сжимал горло женщины, вдавливая пальцы глубоко в кожу.

Женщина быстро слабела. Ее удары стали вялыми, замедленными и совсем слабыми. Глаза широко раскрылись. В них застыл животный ужас.

Вдруг раздался негромкий хруст. Тело дикарки сразу обмякло. Руки безвольно упали вдоль туловища. Головорез встряхнул женщину, как тряпичную куклу. Затем разжал пальцы. Тело дикарки шлепнулось на пол. Головорез несколько секунд смотрел на нее. А когда он обернулся и уставился на меня, я весь напрягся.

Мужчина неторопливо подошел к стулу. Когда тусклый свет лампочки упал на него лицо, я содрогнулся. У незнакомца был совершенно пустой, отсутствующий взгляд. Казалось, он даже не понимал, где находится и что делает. От такого типа можно ожидать чего угодно.

Головорез смотрел прямо на меня. От его ничего не выражающего взгляда по телу пробегался мороз. Вдруг он поднял руку и указал пальцем на предмет, лежавший на краешке стола. Затем вплотную подошел к стулу, остановился и посмотрел на меня. Его глаза были все такими же неживыми. Он ничего не говорил и совсем не двигался. Словно окаменел.

Я ждал, мысленно готовя к себя к худшему. Судя по его поведению, этот головорез был еще большим психопатом, чем дикарка, которую он убил минуту назад.

Наконец, мужчина очнулся. Сделал еще один шаг. Присел на корточки. Я почувствовал его сухие ладони у себя на лодыжках и невольно задержал дыхание. И вдруг… раздался негромкий щелчок. Мужчина расстегивал ремни, что стягивали мне ноги!

Когда слабо щелкнул второй замок, мужчина поднялся и освободил мне руки. Затем отсоединил от моего тела все провода и отбросил их в сторону. После этого, ничего не сказав, отошел на пару шагов назад. Он так и не проронил ни слова, но продолжал смотреть на меня.

Я встал со стула. Мужчина продолжал молчать.

— Кто ты? Почему освободил меня?

Он не ответил. Мне все это очень не нравилось. Краем глаза я заметил валявшийся возле тела женщины лазерный резак. Сделал шаг вперед. Мужчина не пошевелился. Внимательно глядя на него, я присел, нащупал рукоятку лазерного резака и крепко сжал ее. Головорез продолжал смотреть на меня ничего не выражающим взглядом. Я поднялся на ноги, держа в руке оружие.

Вдруг челюсти мужчины плотно сжались. Сразу же после этого его колени, без всякой видимой на то причины, подогнулись. Головорез тяжело рухнул на пол, шумно выдохнул и замер. Его рот был приоткрыт, но звуков дыхания я больше не слышал. Остекленевшие глаза бездумно уставились в какую-то точку на потолке.

Наклонившись, я проверил у него пульс. Мужчина был мертв. Я выпрямился. Подошел к столу и посмотрел на предмет, который принес головорез. На самом деле на краешке стола лежало два предмета. Большой и маленький. Летающий робот размером с мой кулак и переговорное устройство. Дрон был выключен, а вот радио работало — об этом говорила горящая зеленым светом лампочка.

Я взял переговорное устройство и закрепил его на правом ухе. Прислушался. Из наушника доносилось легкое дыхание.

— Кто это? — спросил я.

— Ну наконец-то! — раздался радостный женский голос. — Долго же пришлось ждать! Я уже начала переживать, что вся эта затея сорвалась.

Женщина не назвала своего имени, но по голосу я сразу узнал ее. В голове тут же появилось множество вопросов. Но я не пытался найти на них ответы и не стал ничего спрашивать у женщины. Сначала надо было вырваться из этого зловещего места.

— Как ты себя чувствуешь, Дима? — снова раздался в наушнике голос женщины. — Сильно они тебя потрепали? Ходить можешь?

— Могу.

— Хорошо! Тогда включи дрона, которого тебе принес тот высокий оборванец.

Я поднял робота, нашел на его корпусе нужную кнопку и надавил на нее. Небольшие двигатели едва слышно загудели. Дрон взмыл вверх.

— Им управляю я, — пояснила женщина.

Подвижная камера дрона оглядела меня с ног до головы. В наушнике снова раздался женский голос:

— Ты точно в порядке? Этот порез на груди выглядит жутко.

— Жить буду.

— В сумке, которую принес головорез есть аптечка, — судя по ее голосу женщина явно волновалась за меня. — Там лежат заживляющий крем, бинты, обезболивающее…

Я подошел к бездыханному телу головореза, наклонился и заглянул в сумку. Там действительно лежала аптечка. Когда я обработал рану на груди и наложил повязку, женщина успокоилась.

— Теперь надо тебя одеть, — сказала она. — Твоя одежда в соседней комнате. Сделаем вот как. Робот будет лететь впереди. Если замечу опасность, сразу предупрежу тебя и скажу, где спрятаться. Все понял?

— Да.

— Хорошо… Тогда подожди немного.

Дрон вылетел в коридор. Через пару секунд в наушнике послышался голос женщины.

— Никого. Выходи.

Сжимая в руке лазерный резак, я осторожно покинул комнату. В слабоосвещенном коридоре никого не было.

— За мной. Держись на пару метров позади робота.

Дрон повел меня по коридору. В полнейшей тишине раздавались только звуки моих шагов. Робот подлетел к следующей двери и замер.

— Вот не повезло! Там человек, — сказала женщина.

— Я с ним разберусь.

— Ты уверен? — с тревогой спросила женщина. — Это обычный робот-наблюдатель, так что я не смогу прийти тебе на помощь, если что-то пойдет не так…

— Твоя помощь не понадобится.

Я открыл дверь и бесшумно проник в комнату. Это было небольшое помещение, в котором кроме шкафа и единственного кресла ничего больше не было. Ну если не считать головореза, уставившегося на меня ошарашенным взглядом. Мужчина секунду неподвижно сидел в кресле. Потом вскочил на ноги. Выражение его лица стало свирепым.

Неожиданно он рванул вперед, сжав кулаки и наклонив голову, будто собирался протаранить меня лбом. Он был похож на быка, которой мчится на красную тряпку.

Я резко отскочил в сторону. Вернее, собирался резко отскочить в сторону, но измученное и ослабевшее после многочасовых пыток тело плохо слушалось меня. Отпрыгнул в сторону я недостаточно быстро. Головорез боднул головой меня в грудь, и мы повалились на пол.

Лазерный резак выпал из руки. Я потянулся за ним, коснулся кончиками пальцев рукоятки… И тут головорез навалился на меня и стиснул руки на горле. Дыхание перехватило. Перед глазами стало темнеть.

Я тщетно пытался сделать хоть единый вдох. Кажется, женщина что-то говорила, но из-за шума в ушах я ее почти не слышал. Вдавливая колено мне в грудь, мужчина все сильнее сжимал пальцы… Я шарил правой рукой по полу, пытаясь нащупать рукоятку лазерного резака, который должен был лежать где-то рядом…

Шум в ушах становился все громче. Я уже почти ничего не видел, кроме нависшего над собой свирепого лица… Наконец, я нащупал лазерный резак. Пальцы легли на рукоятку и крепко ее сжали.

Я выкинул руку вперед. Лазерное лезвие легко вошло головорезу в грудь. Мужчина продолжал сжимать мне горло. Однако его хватка значительно ослабела. Воздух хлынул мне в легкие. Почувствовав прилив сил, я отвел руку назад и снова ударил головореза. Но в этот раз гораздо яростней. Лезвие резака вошло ему в грудь по самую рукоятку.

Тело головореза обмякло и свалилось на меня. Я отпихнул его и поднялся на ноги. Меня трясло. Сердце билось часто-часто. Во всем теле была страшная усталость. Я сел на кресло и некоторое время приходил в себя и восстанавливал силы.

Женщина сказала, что моя одежда лежит в шкафу. Я встал, подошел к нему и распахнул дверцы. Натянул брюки, ботинки. Надел рубашку и пиджак. А вот кожаного плаща и, что более важно, кобуры с «Черным стрижом» нигде в комнате не оказалось.

Дрон повел меня по коридору. Я шел за роботом, держась в двух метрах позади него. Я узнал это место. Это был подземный комплекс заброшенного завода. В котором банда Росса Логана обустроила свое логово. Дрон вел меня к гаражу. Пару раз женщина, управлявшая им, замечала головорезов где-то вдали и вовремя предупреждала меня. Я прятался в пустых комнатах, в которые залетал робот. А когда головорезы проходили мимо и исчезали за поворотами коридоров, мы продолжали путь.

Подлетев к очередной двери, робот повернулся в ее сторону. Через секунду в наушнике раздался голос женщины.

— Здесь ничего нет. Идем дальше.

Робот полетел по коридору. Но я остался стоять на месте. Дверь была приоткрыта. Из помещения доносились свист рассекаемого воздуха, хлесткие звуки ударов и приглушенное мычание.

Когда я подошел к двери, все звуки прекратились. Очень медленно я приоткрыл ее и осторожно заглянул в образовавшуюся щель.

Довольно просторное полутемное помещение. В центре комнаты стояла полностью обнаженная женщина с поднятыми вверх руками. С высокого потолка свисла цепь с припаянными к ней наручниками. Металлические браслеты обхватывали запястья женщины.

Все ее тело покрывали ушибы, синяки и ссадины. Короткие темные волосы были растрепаны. На лице застыло болезненное выражение. Она сильно прикусила нижнюю губу. По подбородку стекала тонкая струйка крови.

В комнате царил полумрак. Женщина стояла вполоборота ко мне. Ее голова была опущена, а на лицо спадала прядь слипшихся и блестящих от пота волос. Но несмотря на все это, я сразу узнал ее. Это была Кара.

Откуда-то из темноты помещения вышел очень высокий и толстый человек. Он был одет в нечто похожее на халат, который весь почернел от засохших на нем темных пятен. Неспешным шагом мужчина приблизился к Каре. Взял ее за волосы на затылке и резко дернул вниз. Лицо Кары поднялось. Мужчина заглянул ей в глаза и что-то негромко произнес. Моя напарница ничего ему не ответила.

Мужчина отпустил волосы Кары и зашел ей за спину. Сунул руку в большой карман халата и достал оттуда нейрохлыст. Взмахнул им и стал ритмично бить Кару по спине. При каждом ударе тело женщины вздрагивало. Зубы еще сильней впились в нижнюю губу. Струйка крови, стекавшая по подбородку, стала шире. По щекам начали сбегать слезы. Кара негромко поскуливала.

Я представлял, что испытывает человек, которого истязают нейрохлыстом. Все нервные окончания в том месте на теле, куда ударил хлыст, возбуждаются, принося несчастному страшные муки. Точно такие же ощущение познал и я, когда маленькая дикарка входила в комнату и включала устройство на столе. Но лишь с той лишь разницей, что, когда дикарка опускала рычаг вниз, у меня начинало болеть не какое-то определенное место, а все тело сразу.

После нескольких ударов, высокий толстяк собрал хлыст в кольцо и убрал его обратно в карман. Посмотрел на Кару, что-то проворчал себе под нос и ушел куда-то вглубь комнаты.

— Идем же! — послышался в наушнике нетерпеливый голос женщины.

— Нет. Ей надо помочь.

— Зачем? — удивилась женщина. — Она же не на нашей стороне!

— Не важно.

Из темноты комнаты снова вышел высокий толстяк. Он держал у руках уже другой хлыст. К его кончику было приделано несколько крючков. Толстяк медленно обошел вокруг Кары, угрюмо оглядывая ее. Затем остановился за спиной у своей беспомощной жертвы.

Выждал несколько секунд, взмахнул хлыстом и ударил им Кару по спине. Острые крючки глубоко впились в плоть. На лице Кары появилось испуганное выражение. Толстяк хмыкнул и резко дернул хлыст. Крючки рванули назад, разрывая кожу на спине Кары. Моя напарница не выдержала острой боли и пронзительно вскрикнула.

На лице толстяка появилось довольно выражение. Мясистые губы разошлись в широкой улыбке. Наконец-то, он смог заставить кричать свою жертву. Толстяк взмахнул хлыстом и снова ударил Кару по спине.

— Ее надо вытащить отсюда, — негромко произнес я.

— Но как? — спросила женщина. — Сможешь ли ты справиться с этим громилой? В твоем теперешнем-то состоянии? Нет, об этом даже думать нельзя. Он раздавит тебя без всяких усилий.

Женщина была права. Мое тело слишком ослабло от долгих пыток. У меня есть лазерный резак. Но будет ли от него хоть какой-нибудь толк? Меня совсем недавно чуть не задушил мужчина среднего телосложения. А такого толстяка уж точно не одолею.

Хоть и с большой неохотой, но я отошел от двери.

— Ладно, пошли дальше, — сказал сквозь зубы.

Дрон полетел по коридору. Я последовал за ним. Чем дальше мы уходили, тем тише становились душераздирающие крики Кары…

Впереди показался перекресток. Из правого коридора вдруг вышел мужчина. Я едва успел юркнуть в нишу в стене. Это была излишняя предосторожность. Мужчина даже не посмотрел в мою сторону. Прежде чем он скрылся за поворотом коридора, я успел заметить развевающееся полы плаща. Который был мне очень знаком.

Выйдя из ниши, я быстро добрался до перекрестка и посмотрел мужчине вслед. Так и есть. Головорез напялил мой кожаный плащ.

— Чего ты увидел? — спросила женщина.

— Этой мой плащ.

— Может быть. И что?

— Я хочу его вернуть.

Женщина застонала.

— Не глупи. Мы только что об этом говорили. Тебе не стоит затевать больше драк. Или уже забыл, чем предыдущая чуть было не кончилась? К тому же нам нужно идти в другую сторону.

Но я ее не слушал. Я продолжал смотреть мужчине вслед и заметил еще кое-что. У него на бедре болталась плохо пристегнутая кобура. А из нее торчала рукоятка пистолета. Моего пистолета. «Черный стриж». А это оружие было гораздо весомее лазерного резака.

Я пошел следом за мужчиной в плаще. Он ни разу не обернулся. Я ступал осторожно, но не бесшумно. Однако мужчина ни разу не обернулся. Либо не слышал шагов за спиной, либо просто не придавал им значения.

Неожиданно он толкнул одну из дверей и вошел в нее.

— Подожди, — сказала женщина. — Проверю, что там.

Робот подлетел к двери и направил на него камеру. Несколько секунд дрон неподвижно висел в воздухе. Затем описал полукруг и направился ко мне.

— Спрячься вот здесь, — робот залетел в одну из дверей.

Я шагнул за ним в темную комнату.

— Что случилось?

— Человек в твоем плаще — это Росс Логан. А в комнате, в которую он зашел, инженер меняет батарею бронекостюма Логана. А тот зашел просто проверить, как дела у инженера. Скоро он должен выйти и тогда…

Из коридора раздались звуки шагов.

— Это он?

— Да. Подожди немного… Все, он ушел!

Я толкнул дверь, приблизился к следующей и осторожно открыл ее. Большое помещения напоминало мастерскую для починки роботов. Повсюду лежали кибернетические детали. У правой стены возвышался тяжелый раскрытый бронекостюм «М.А.К.С.». Возле него возился невысокий человек. Я подошел к нему. Он услышал шаги и обернулся. Увидев меня, сначала нахмурился, а затем испуганно шарахнулся в сторону.

— Не двигайся, — предупредил я его и поднял руку, чтобы он увидел лазерный резак. — Или будет больно.

Коротышка энергично закивал.

— Не двигаюсь.

Я указал на бронекостюм.

— Ты уже закончил? Заменил батарею?

— Так точно, — человечек не сводил широко раскрытых глаз с лазерного резака.

Выглядел он достаточно безобидно. Я был уверен, что проблем мне он не доставит. Кивком указав на дальнюю стену, я произнес:

— Иди в тот угол, повернись к нему лицом и стой там, пока я не уйду.

Судя по выражению его глаз, коротышка не хотел поворачиваться ко мне спиной.

— Я не собираюсь тебя убивать. Если только ты не будешь делать глупостей.

— Не буду, — заявил коротышка, потоптался немного на месте и ушел к дальней стене.

Я забрался в бронекостюм и нажал кнопку на панели управления. Затем засунул руки в рукава. Металлический корпус плотно захлопнулся. На голову опустился шлем. Непрозрачное забрало скользнуло вниз. На внутренней поверхности шлема сразу включились обзорные экраны.

Я приподнял правую ногу и повел ее вперед. Бронекостюм повторил за мной это движение. Мощная металлическая нога сделала широкий шаг. Послышался гулкий стук сапога. Я развернулся в сторону двери, вышел из комнаты и направился по коридору.

Бронекостюм был очень тяжелым, однако управлял я им легко, почти не прилагая никаких усилий. Чуткие сенсоры улавливали малейшее движение тела оператора и передавали сигналы костюму. И он сразу же в точности повторял все мои движения.

— Ты идешь не в ту сторону, — сказала женщина. — Нам нужно попасть в гараж.

— Знаю. Но сначала мы заберем Кару.

Я без труда отыскал нужную комнату. Мощным пинком распахнул дверь. Толстяк уже замахнулся кнутом, но увидел меня и замер. Его брови вопросительно поползли на лоб. Он не испугался — забрало шлема бронекостюма было опущено, поэтому толстяк не мог знать, что внутри находится не Росс Логан.

Короткая очередь из пулемета отбросила его к дальней стене. Толстяк не издал ни звука. Его убил первая же пуля. Я подошел к Каре и разорвал наручники. Во все стороны брызнули металлические звенья. Обессиленная Кара упала на колени. Приподняла голову и посмотрела на меня. Я поднял забрало шлема.

— Сможешь сама идти?

Его окровавленные губы разомкнулись:

— Да.

Она не стала задавать лишних вопросов и встала. На ногах она держалась неуверенно.

— Где твоя одежда?

— Не знаю, — хрипло ответила она.

— Ладно, держись ближе ко мне.

Мы вышли в коридор. Дрон полетел впереди, указывая нам путь. Кара увидела летающего робота, но ничего не сказала. Она шла рядом с бронекостюмом, опираясь на него плечом.

Вдруг из бокового коридора вышел Росс Логан и еще четверо головорезов. Увидев бронекостюм, все пятеро бандитов потянулись за оружием, но выхватить его не успели. Я изрешетил их из пулемета.

Кара стянула с окровавленного тела Росса Логана мой плащ и неуклюже натянула его на себя. Затем прицепила к бедру кобуру с моим пистолетом. Мы продолжили путь. Иногда по пути встречались головорезы. Очевидно, они уже знали в чем дело, потому что едва завидев бронекостюм, сразу разбегались кто куда.

Наконец, мы добрались до дверей, которые вели в гараж. В наушнике раздался женский голос:

— Осторожно! Они ждут тебя там.

Но я и сам это уже знал. Переключив изображение с камер на шлеме на тепловой режим, увидел за стеной несколько десятков человек. Наверное, в гараже собралась вся банда.

— Держись за спиной, — предупредил я Кару и открыл дверь.

Едва вошел в гараж, как сразу же открыл огонь. С подвесных мостков упали двое головорезов. По бронекостюму застучали пули. Стреляли откуда-то сбоку. Я развернулся и увидел за одной из машин бандита. Он сидел в салоне и, высунув в окно дуло автомата, стрелял по мне. Я выпустил ему в ответ ракету. Мощный взрыв подбросил машину вверх.

Остальные головорезы в страхе попрятались за другими автомобилями, не решаясь вступать со мной в бой. Я быстро огляделся. Вездеход, в кузове которого лежали две криокамеры, стоял в другом конце гаража. Я направился к нему, щедро посылая ракеты во все стороны.

Гремели взрывы, слышались предсмертные вопли. Бандиты выбегали из укрытий, и тут же замертво падали на пол, сраженные пулями моего пулемета. Вскоре во всем гараже полыхали пожары. Головорезы, которым посчастливилось выжить, убежали прочь.

Мы подошли к вездеходу. Кара открыла переднюю дверцу, неловко забралась в кабину и плюхнулась на сиденье. Я выбрался из бронекостюма. На меня сразу же набросилась удушливая жара. Глаза заслезились от едкого дыма. Я поспешно сел за руль и захлопнул дверцу.

Вездеход выехал в дыру в воротах, которую недавно мы и проделали, и покатил по туннелю. А через несколько секунд вырвался на улицу и помчался по песку прочь от заброшенного склада.

Я поглядывал в зеркало заднего вида. В этот раз погони за нами не было. Впрочем, оно и неудивительно. В гараже не осталось ни единого целого автомобиля. Все машины бандитов, которые были на ходу, теперь превратились в бесполезную груду металла.

Однако уехать далеко от завода нам не удалось. Мотор неожиданно заглох. Вездеход остановился. Я повернул ключ в замке зажигания. Двигатель не подавал признаков жизни.

Кара сидела в кресле, безвольно уронив голову на грудь. Очевидно, почувствовав, что вездеход стоит, она посмотрела на меня и спросила слабым голосом:

— Что случилось?

— Не заводится.

Я еще несколько раз повернул ключ. Двигатель никак не реагировал. Неужели эта старая рухлядь сломалась?

В наушнике снова раздался женский голос.

— Не волнуйся, это я отключила питание на твоем вездеходе.

— Зачем?

— Сейчас мы за тобой заедем. Никуда не уходи.

Кара снова посмотрела на меня. Только сейчас она разглядела в моем ухе переговорное устройство.

— С кем ты разговариваешь?

Ничего ей не ответив, я открыл дверцу и спрыгнул на песок. Близился вечер. Солнце уходило за горизонт. Я оглядывался по сторонам. Кара выбралась из машины и подошла ко мне.

— Так кого мы ждем? — спросила она с беспокойством.

Быстро темнело, однако на холме, возле которого мы с Карой совсем недавно наблюдали за логовом Росса Логана, мне удалось разглядеть двух людей. Один из них спускался, а другой остался на вершине. Он сидел на одном колене и держал в руках винтовку с очень длинным стволом.

— Берегись! — воскликнул я. — Там снайпер!

Я метнулся в сторону и спрятался за вездеходом. Измученная и ослабевшая Кара не могла двигаться так быстро. Раздался далекий гул выстрела. Кара успела сделать лишь один шаг. Но, наверное, это ее и спасло — пуля, которая должна было войти в сердце, попала в плечо. Кара вскрикнула. Ее развернуло, она упала боком на песок и перевернулась на спину. Она стала постанывать.

— Не бойся, — послышался в наушниках женский голос. — Тебя мы не тронем.

Я осторожно выглянул из-за капота. Снайпер и в самом деле уже спускался с холма. Я подбежал к Каре и распахнул плащ на ней. Из страшной раны на плече била кровь.

Сняв пиджак и бросив его на песок, я стал расстегивать пуговицы на рубашке. Их было слишком много, и я быстро потерял терпение. Сильно дернул рубашку. Раздался треск материи, пуговицы посыпались на песок. Наложив на рану повязку, как можно туже затянул узел. Но это не помогло. Разорванная рубашка, которой я обмотал раненное плечо Кары, быстро потемнела. Кровь стала сочиться сквозь тонкую материю.

Я прижал ладони к ране и крепко надавил на нее. Кара сморщила лицо от боли и еще громче застонала. Однако кровь перестал вытекать.

Издалека раздался гул автомобильных двигателей. Краем глаза я увидел свет фар приближающегося вездехода. Я убрал руки от плеча Кары, надел пиджак, вынул из кобуры «Черного стрижа» и заткнул его себе за пояс на спине. Затем поднялся на ноги и обернулся.

Вездеход остановился в паре метрах от нас. Свет фар бил мне прямо в глаза. Передние дверцы открылись, и из кабины выбрались двое людей. Мужчина и женщина. Я весь напрягся и приготовился действовать, если эти двое начнут вести себя агрессивно.

Они направились ко мне. Шли неспешно, держали руки на виду и вообще всем своим видом пытались показать миролюбивость и приветливость. Женщина подошла ко мне. Мужчина остановился в двух-трех шагах позади. Медленно вытащил мятую пачку и закурил. Зажав зубами дымящуюся сигарету, он глубоко сунул руки в карманы плаща и замер.

На лице женщины появилась неуверенная улыбка.

— Привет, — сказала Рада Силина.

Я посмотрел на нее, кивнул и снова уставился на мужчину. Поймав мой взгляд, он ухмыльнулся правым уголком губ. Сделал два широких шага вперед и остановился рядом с Радой.

— Ну здравствуй, Громов. Вот и свиделись снова.

Это был мой бывший напарник. Алекс Китсон.

Глава 21

Я смотрел в его насмешливые глаза и чувствовал, как внутри меня закипает жгучий гнев. Рука невольно потянулась к «Черному стрижу» за спиной. Ладонь легла на рукоятку. Я был готов выхватить пистолет, если Китсон сделает хоть малейшее резкое или подозрительное движение.

Но он не попытался достать свое оружие. Он вообще не двигался. Просто стоял и пялился на меня с наглой кривой улыбкой на губах.

Вдруг за моей спиной раздался стон. Ухмылка тут же спала с лица Китсона. Выражение его лица вмиг сменилось на жестокое. Он сделал два шага вперед и уставился на лежавшую на земле и истекавшую кровью Кару.

— Так я не прикончил эту сучку? Ладно, сейчас исправлюсь.

Молниеносно он выхватил из кобуры пистолет и навел его на Кару. Я едва успел сильно толкнуть его. Грянул выстрел. Пуля улетела в небо. Применив болезненный прием, я вывернул Китсону руку и отобрал у него пистолет.

— Ты что вытворяешь, Громов? — прорычал он.

Я навел на него пистолет.

— Повернись ко мне спиной.

Китсон не спешил выполнять приказ. Массируя запястье правой руки, он недобрым взглядом смотрел на меня. Он был очень зол. Но бросаться в драку явно не собирался. Понимал, что я успею выстрелить не менее трех раз, прежде чем он доберется дом меня.

— Повернись ко мне спиной, — повторил я.

— А то что? Выстрелишь?

— Думаешь, не стану? Можем проверить это. Считаю до трех…

— Ладно-ладно, — проворчал Китсон и повернулся ко мне спиной.

— Руки за голову.

Продолжая что-то недовольно бубнить себе под нос, Китсон положил ладони на затылок.

Я посмотрел на Раду.

— Магнитные наручники есть?

— Да, — она отцепила их от пояса и передала мне.

Я подошел к Китсону и резко повалил животом на землю. Он попытался вскочить, но я ударил его рукояткой пистолета по затылку и ткнул лицом в песок. Грубо завел ему руки за спину и защелкнул браслеты магнитных наручников на запястьях. Затем встал на ноги и отошел чуть назад.

Китсон неуклюже поднимался с земли. С его губ беспрестанно слетали ругательства. Я снова перевел взгляд на Раду, спросил:

— В вашей машине есть автоматическая аптечка?

— Да.

— Неси скорей.

Рада вернулась через несколько секунд. В руках она держала белую коробочку. Я кивнул на Кару. Рада поняла меня без слов. В ее взгляде читалось неодобрение. Но спорить она не стала. Подошла к Каре, опустилась на колени и нажала кнопку на белой коробочке. Автоматическая аптечка загудела и слега завибрировала.

Через несколько минут работа была закончена. Медицинский аппарат обработал рану на плече Кары, вытащил пулю, остановил кровотечение, наложил повязку.

Рада поднялась на ноги. Хоть руки Китсона и были скованны за спиной наручниками, но я боялся хоть на секунду отвести от него взгляд.

— Проводи ее до машины, — сказал я Раде.

Эта просьба понравилась ей еще меньше. Она даже несколько секунд колебалась, с сомнением в глазах глядя на меня. Но все же помогла Каре подняться и дойти до вездехода, на котором она с Китсоном приехала. Усадив мою напарницу на заднее сиденье, Рада подошла к нам.

Китсон уже успокоился. Почти. Во всяком случае перестал ругаться.

— Зря ты не дал мне прикончить эту сучку, Громов, — сказал он, хмуро глядя на меня.

Я ничего не ответил. Бывший напарник, а нынче злейший враг, смерил меня взглядом и добавил:

— Почему ты ее так рьяно защищаешь? Просто по доброте душевной? Или на то есть какая-то особенная причина?

Снова проигнорировав его, я посмотрел на Раду.

— У тебя есть сигареты?

Она достала из кармана куртки пачку и передала ее мне. Я закурил.

— Ты хоть знаешь, кто она такая? — сказал Китсон, глядя на меня сквозь облако сигаретного дыма.

— Нет.

— Наемная убийца, вот кто! Несколько месяцев назад ее нанял Риган и с тех пор она работает только на него. А знаешь, почему он поручил ей работать с тобой? Риган приказал ей присматривать за тобой, а при первом же удобном случае — перерезать глотку. Интересно, откуда я это узнал? От Антонова. Помнишь, кто это? Мой знакомый, который работает в «Эко» и который сильно мне задолжал. Я попросил его шпионить за Риганом. И Антонов узнал немало интересного. В том числе и то, что Каре было приказано убить тебя.

Китсон замолчал, выжидающе глядя на меня. Но я снова ему ничего не ответил. Докурив сигарету, бросил ее на песок и сразу же достал другую.

Китсон скривил губы в ухмылке.

— Похоже, это тебе не сильно интересно. Ну ладно, скажи тогда, что ты собираешься делать дальше, Громов?

— Отправлю тебя на Варгос, к Керенскому, — я шагнул к Китсону и негромко, чтобы Рада ничего не услышала, добавил: — Вот только не гарантирую, что ты благополучно доберешься до Варгоса. Мы будем лететь с тобой на «Миранде» целых двадцать четыре часа. И за это время на борту всякое может произойти. Например, ты можешь попытаться сбежать и даже сумеешь раздобыть оружие… И тогда мне придется прихлопнуть тебя, как противную муху. И ни Керенский и никто другой не узнают, что же на самом деле случилось на борту корабля. Да и вряд ли кто-нибудь попытается докопаться до истины.

Ухмылка на лице Китсона стала еще шире.

— Так вот какой ты оказывается кровожадный, Громов!

Ничего не ответив, я отошел от него.

— А знаешь, — продолжал он, — если бы не я, то здешние варвары замучили бы тебя до смерти. И ты после этого все еще хочешь поквитаться со мной?

Я продолжал молчать. Китсон заговорил вновь.

— Сказать тебе, как я узнал, где ты находишься? От Антонова. Он шпионил за Риганом через кучу всевозможных следящих устройств. Так что он был в курсе дел своего босса. И Антонов сообщал обо всем мне. Когда Риган велел вам с Карой лететь на эту планету, мы с Радой тоже направились на Соламар-1. Добрались на частном звездолете. Мы с вами покинули Варгос практически одновременно. Наш пилот гнал так быстро, что его судно едва не разваливалось. Но вы с Карой на скоростной «Миранде» все равно долетели сюда гораздо раньше.

Докурив сигарету, я бросил окурок себе под ноги. Китсон продолжал говорить.

— Здесь мы с Радой поймали одну из шестерок лидера шайки варваров Росса Логана и просканировали ему мозг портативным устройством. Узнали, что за несколько часов до нашего прибытия, двое наемников, мужчина и женщина, ворвались в логово этих варваров, устроили там большой переполох и угнали машину, в кузове которой лежали три контейнера. Но затем эта парочка наемников сплоховала. Они попали в плен к варварам, и те стали их пытать. Конечно, мы сразу поняли, что двое этих наемников — это вы с Карой.

Я молча слушал Китсона.

— А долговязый, которому мы просканировали мозг, тронулся умом… Сам понимаешь, эти портативные сканеры очень нестабильны и если ими неаккуратно пользоваться, приносят большой вред здоровью человека. А мы, конечно же, не слишком-то осторожничали, сканируя мозг этого урода. Короче, он у него съехала крыша. Но мы решили, что он все еще сможет сослужить нам хорошую службу. Тем же сканером мозга, мы подвергли его гипнозу, «запрограммировав» его на выполнение определенных действий. В первую очередь, он должен был вернуться в логово Логана и установить в бортовой компьютер вездехода с контейнерами вирусную программу. Затем дойти до комнаты пыток, освободить тебя и передать переговорное устройство и дрона. Ну а после успешного выполнения всех этих действий, долговязый должен был раскусить капсулу с цианистым калием, которую я сунул ему под язык.

— Ну а когда мы выехали из логова, ты с помощью вирусной программы удаленно отключил двигатель вездехода и затем попытался убить Кару, — закончил я за Китсона.

— Конечно, — отозвался он с легким недоумением. — Она же должна была убить тебя. Так что я думал, ты будешь только благодарен за то, что я прикончил ее.

— Угу, — буркнул я. — Ты рассчитывал, что я окажусь настолько глуп, что буду тебе благодарен и позабуду, что ты погубил Аниту…

— Громов, — негромко сказал Китсон, перебив меня. — Я ведь уже говорил, что это была случайность…

— …позабуду, что ты и сам пытался меня убить, причем неоднократно, — саркастически продолжил я, проигнорировав фразу Китсона. — Нет, я полагаю, что освободил меня не просто так. Я нужен тебе для чего-то.

— Ты прав, Громов, — сказал он после секундной заминки. — Сначала я хотел, чтобы «загипнотизированный» длинноватый оборванец просто уехал на том вездеходе с контейнерами. Но затем подумал, что хоть мы, мягко говоря, и не в ладах, но все равно надо вырвать тебя из лап этих ублюдков…

— Нет, — перебила его Рада. — Он и не думал тебя выручать. Это я настояла на том, чтобы помочь тебе.

— Ну ладно уж, — проскрипел зубами Китсон. — Да, я не собирался тебя вытаскивать. А зачем? Чтобы ты потом сразу же вцепился мне в глотку? Но она, — Китсон небрежно махнул рукой в сторону Рады, — пристала ко мне, требуя вытащить тебя. Вцепилась, как сириусианский клещ. Короче, мне пришлось пойти у нее на поводу. Но потом решил, что вытащить тебя не такая уж и безумная идея. Я подумал, что мы снова можем стать напарниками.

— Что? Напарниками? — опешил я.

— Да. Понимаю, тебе это кажется диким. Я действительно нанял людей, чтобы они прикончили тебя… Но теперь это уже в прошлом. Сейчас у нас общий враг — Микки Риган. Он пытается тебя убить за то, что ты слишком много знаешь. И меня тоже за это же. Поэтому сейчас нам стоит объединиться и действовать против Ригана сообща. Тогда шансы на победу возрастут. Мы с тобой были отличной командой, да? Вдвоем мы точно одолеем этого жирного потного урода.

— Нет.

— Подожди, я еще не все сказал. Ты же еще не знаешь, чего я добиваюсь. Какова конечная моя цель.

— Не знаю, но догадываюсь.

— Да? — Китсон приподнял одну бровь. — И чего же?

— Существа в тех контейнерах — ты когда-нибудь видел их раньше? Вживую на других планетах или на иллюстрациях из научных журналов? Конечно же, нет. Как, впрочем и я. И, подозреваю, как и большинство других людей. Эти существа, технологии и оружие, которыми они пользуются явно были созданы представителями инопланетной цивилизации. За такую находку любая корпорация будет готова заплатить просто ошеломляющую сумму.

— И ты полагаешь, что… — начал Китсон и замолчал, предлагая мне закончить фразу.

— Да. Думаю, ты хочешь получить за этих существ кучу денег. И ради этого готов пойти на все.

Китсон несколько секунд смотрел на меня, затем откинул голову назад и расхохотался. Отсмеявшись, он сказал:

— Легко же ты меня раскусил, Громов.

— Это была лишь моя догадка, — сказал я. — Значит, ради денег ты готов предать Керенского и «Континентал»?

На лице Китсона появилось злое выражение.

— А почему, по-твоему, я должен быть предан Керенскому и его «Континенталу»? Неужели ты думаешь, что я работал на него, потому что мне нравилось рисковать шеей на каждом смертельно опасном задании, которые он мне давал? Думаешь, это приносило мне удовольствие?

Я молчал.

— Нет, приятель, все это дерьмо мне нисколько не нравилось. Единственная причина, почему я работал на Керенского — это деньги. Он хорошо платил, очень хорошо. Но я не собирался работать на него еще незнамо сколько лет, зная, что на очередном задании меня может убить бандитская пуля. Со многими хорошими агентами «Континентала» такое произошло. Ты хоть знаешь сколько агентов Керенского погибло при выполнении задания? Немало — вот сколько. И мне совсем не улыбалось оказаться в их числе. Я знал, что как только мне представится шанс разбогатеть и послать Керенского куда подальше, я сразу же им воспользуюсь. Даже если ради богатства придется преступить закон. И вот такой шанс, наконец, наступил. И я его не упущу.

Я продолжал хранить молчание.

— Ладно, Громов, слушай. Я продам этих осьминогов-переростков. И уже знаю кому. Имя Сергей Орлов тебе о чем-нибудь говорит?

— Нет.

— Это мультимиллиардер. Живет на этой станции, Балморе. Вкладывает кучу деньжищ во всякие научные проекты. Лично знаком с Антоновым. Собственно, именно через Антонова я и договорился с Орловым о встрече. Он сказал, что возможно купит этих существ. Но сперва, конечно же, хочет взглянуть на них и решить могут ли они представлять для него интерес. Я не сомневаюсь, что он их у нас с руками оторвет, когда увидит. Короче, вот что я тебе предлагаю. Мы вместе встретимся с Орловым на Балморе и продадим ему этих осьминогоподобных тварей. Ты можешь спросить, а зачем ты мне вообще нужен? Ответ — просто для подстраховки. У меня на хвосте висит Микки Риган, поэтому было бы неплохо если бы кто-нибудь прикрывал мне спину. Рада пока с нами, но, если честно, всерьез воспринимать ее в качестве напарника я не могу. С тобой же я уже работал и знаю, на что ты способен.

Рада никак не отреагировала на высказывание Китсона.

— А когда Орлов заплатит, я дам тебе кругленькую сумму и смотаюсь восвояси, — продолжил он. — Керенскому потом объяснишь, что я сбежал. Он не удивится и легко поверит в то, что ему лучшему агенту удалось улизнуть от новичка. Все, я закончил. Так что, по рукам, Громов?

— Нет.

— Значит до сих пор намерен сдать меня Керенскому?

— Да.

— Ничего другого я и не ожидал, — кивнул Китсон. На его лице не было и тени улыбки. — Я и говорил Раде, что ты не согласишься. Если не веришь — спроси у нее сам.

Я молча посмотрел на Раду. Она ничего не сказала, но по ее лицу было ясно, что Китсон говорит правду.

— Так и думал, что ты не согласишься, — повторил он. — Поэтому вот что. Со мной ты работать не будешь, а что насчет Рады? Она тоже хочет, чтобы эти существа достались Орлову. Но не из-за денег. У нее совсем другие для этого причины. Впрочем, будет лучше, если она сама все тебе расскажет. И надеюсь, что ты переменишь тогда свое решение…

Внезапно раздался рев мощного мотора. Свет фар ослепил нас. Машина, на которой приехали Китсон с Радой резко рванула вперед. Мы едва успели отскочить по сторонам. Вездеход пронесся мимо, выбрасывая из-под колес горсти пыли и мелких камешков.

Китсон зарычал от бессильной злобы, глядя вслед удалявшейся машине.

— Говорил же, нужно ее было пристрелить, говорил же…

— Пусть уезжает, — сказал я.

Китсону понадобилось не менее минуты, чтобы остыть.

— Она наш враг, — проскрежетал он зубами.

Я не ответил.

— Ну ладно уж. Будем надеяться, что нам это боком не выйдет, — процедил Китсон. — Так ты не ответил, Громов. Со мной работать не хочешь, так? А с Радой?

Я посмотрел на Силину. Ее лица уже было почти не видно — на улице совсем уже стемнело.

— Сначала надо выслушать, что она скажет, — заметил я.

— Так и знал, что ты так ответишь, — усмехнулся Китсон. — Поэтому мы сняли номер в одной гостинице. Она там, на окраине того паршивого поселка. Поехали туда, выслушаешь ее там. Не здесь же нам разговаривать.

Я замешкался. Китсон направился к вездеходу, на котором я уехал из логова бандитов. Однако увидев, что я стою на месте, он остановился.

— Уж не думаешь ли ты, что я устроил тебе ловушку? — он словно прочитал мои мысли. — Считаешь, там поджидают головорезы, которых я нанял? А нет, приятель. Если бы я хотел от тебя избавиться, то просто не стал бы вызволять из берлоги этих дикарей, — он кивнул на Раду. — Она все время была со мной, так что может подтвердить, что никакой ловушки нет. Так ведь?

Рада уже подошла к вездеходу. Свет фар упал на нее. Посмотрев на меня невинным взглядом, он произнесла:

— Да, Дима. Сейчас он говорит правду.

Мои подозрения и в самом деле оказались излишними. Мы приехали в поселок, зашли в гостиницу, поднялись на второй этаж. Китсон кивком указал на нужную дверь. Я открыл ее. Комната оказалась довольно просторной, но при этом мебели в ней было совсем немного. У одной стены стояли кровать и шкаф, у противоположной — кресло, небольшой столик с пепельней и хлипкий стул. Прямо напротив входной двери находилось окно. Через него было видно здание какого-то клуба. Яркий свет большой вывески лился в комнату, освещая ее.

Китсон подошел к кровати и развалился на ней. Старые пружины жалобно заскрипели под ним.

— Я пока вздремну, если вы не против. Надо экономить силы, они еще пригодятся.

Китсон стал ворочаться и что-то ворчать себе под нос. Затем выругался сел, повернулся ко мне левым боком и приподнял закованные в наручники руки.

— Эй, Громов, ты когда-нибудь пробовал спать с такими браслетами за спиной? Очень неудобно, знаешь ли. Может снимешь их?

— Нет.

— Ну и ладно, безжалостный ты человек.

Китсон повалился боком на кровать. Пружины снова протестующе взвыли. Мы с Радой смотрели на него некоторое время. Китсон поворочался немного и замер. Послышалось сопение. Как ни странно, но Китсон в самом деле уснул. Либо очень ловко притворился спящим.

Мы ушли в другой конец номера. Рада опустилась в кресло, а я осторожно сел на хлипкий стул. Вопреки моим ожиданиям, он не развалился. Закурив сигарету, пустил струю дыма к потолку. Молча посмотрел на Раду, предлагая ей первой начать разговор.

— Алекс хочет продать этих… существ Орлову, — немного неуверенно сказала она.

— Да.

— И я помогаю ему в этом.

— Но, подозреваю, не из-за денег?

Рада подняла глаза и удивленно посмотрела на меня.

— Да. Как ты догадался?

— Денис. Он ведь твой друг, да?

Рада промолчала.

— С тех пор, как он попал в лапы к Ригану, о нем ничего не слышно. Риган тот еще мерзавец и боюсь, что… Дениса уже может не оказаться в живых. Вероятно, ты хочешь как-то отомстить Ригану. Он жаждет заполучить этих существ, поэтому ты и делаешь все возможное, чтобы они не достались ему.

Рада опустила голову. Ее ладони, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

Некоторое время мы молчали. Я закурил сигарету. Наконец, Рада нарушила тишину.

— Он мой брат.

— Что?

— Денис. Он мой младший брат.

Рада снова посмотрела на меня. Теперь ее глаза смотрели твердо.

— Ты правильно обо всем догадался. Риган стоит на краю пропасти. Еще чуть-чуть и свалится в нее. Его уволят из «Эко». И тогда ему конец. На него набросятся все его враги. Поэтому он должен доказать совету директоров, что от него все-таки есть хоть какая-то польза корпорации. Если он добудет этих существ и отдаст их «Эко», тогда совет директоров оставит его на должности. Вот почему он так страстно охотится за ними… Ты прав, он погубил моего брата… Поэтому я всеми силами сделаю все, чтобы существа не достались ему. Тогда он… Поплатится.

Я слушал Раду, не перебивая. Она замолчала ненадолго. Достала из пачки сигарету, несколько раз затянулась. И снова заговорила.

— Наверное, стоит начать с самого начала. Ты ведь хочешь все узнать?

Я кивнул.

— Как я уже сказала, Денис мой младший брат. Был младшим братом… В подростковом возрасте он постоянно попадал в неприятные истории. Его как магнитом тянуло во всякие хулиганские компании… Нам, мне и родителям, хоть и с трудом, но удалось его образумить. Помогли поступить мне в один престижный университет. После учебы он несколько лет работал в разных мелких компаниях. Набирался опыта, создавал себе имя. Потом его пригласили в «Эко». Несколько лет работал там, поднимался по карьерным ступенькам все выше. И затем его перевели в отдел Ригана. С тех пор он работал там.

Рада докурила сигарету и бросила ее в пепельницу. Я тоже сделал последнюю затяжку и выкинул окурок.

— Несколько недель назад Денис нашел этих существ. Они лежали в каких-то ящиках, похожих на криогенные камеры. Денис сразу понял, что и эти морозильные ящики, и самих существ создала инопланетная цивилизация. А может эти существа, находящиеся в спячке, и есть сами разумные инопланетные существа. Денис летел на служебном корабля. В двигателе произошла какая-то поломка. Он дважды совершал посадки на необитаемых планетах с аварийными станциями. Пытался кое-как подлатать двигатель, чтобы хватило мощности дотянуть до Варгоса. Но в конце концов двигатель сломался окончательно. Денис приземлился на третьей аварийной планете, но взлететь уже не мог. В итоге до Варгоса он добрался на челноке. Морозильные ящики с существами остались на той планете с аварийной станцией. Денис хотел в тайне от Ригана взять другой корабль и с группой ремонтных ботов долететь до планеты, на которой остались ящики. Но он все-таки ненароком привлек внимание Ригана. Тот поинтересовался, куда собрался Денис и что случилось с первым кораблем. Риган был очень настойчив… Денису пришлось рассказать, что он нашел технологии явно инопланетного происхождения и самих инопланетян. Риган пояснил, что Денис выполнял служебное задание, летел на служебном корабле, поэтому найденные им контейнеры принадлежат не ему, а отделу Ригана. Но он пообещал, выдать Денису большую премию за необычную находку. Мой брат же понимал, что сам Риган выиграет несравненно больше. И задумал обмануть своего начальника.

Рада снова ненадолго замолчала. Она вся ушла в воспоминания и смотрела на меня невидящим взглядом. Через минуту продолжила говорить.

— За Риганом постоянно следят его враги, дожидаясь возможности испортить ему жизнь. Поэтому он решил действовать тайно. Один из рейсов компании «Галактика» пролегает мимо той планеты, на которой Денис совершил последнюю аварийную посадку. Риган договорился с пилотами, что они посадят лайнер на планете. Несколько его людей под видом обычных пассажиров полетят на судне и устроят кое-какие неполадки в двигателе. Так что у пилотов будет повод приземлиться на планету. Пока ремонтники будут чинить двигатель, люди Ригана выйдут на поверхность планеты, перенесут из корабля на лайнер контейнеры и спрячут их в потайном помещении.

Взгляд Рады стал осмысленным, а выражение лица ожесточилось.

— Мой брат был в курсе планов своего начальника. Денис напросился включить его в команду Ригана, которая должна была полететь на пассажирском лайнере. Я уже говорила тебе, что в будучи подростком Дениса тянуло ко всяким хулиганам. Он даже частенько спускался на Нижние Миры. Когда он выучился и стал работать, я уже думала, что он повзрослел. Оказывается, нет. Он продолжал спускаться на Нижние Уровни и заводил там сомнительные знакомства. Например, однажды он познакомился с неким человеком по имени Кобен. Благодаря ему Денис нанял бывших наемников…

— Да, это мне известно. Они атаковали пассажирский лайнер в космосе и вынесли контейнеры.

— Верно. Денис обещал им немало заплатить, когда найдет покупателя. Но эти бандюги решили иначе. Они захотели сами продать ящики. Когда они напали на корабль и выяснили, где находится потайное помещение, Денис больше им был не нужен. Но ему удалось ускользнуть от них. Он улетел на одной из спасательных шлюпок. Прибыв на Варгос, сразу же связался со мной и рассказал обо всем.

Рада замолчала. Судя по затуманившемуся взгляду, она вся ушла в себя. Я подождал немного и спросил:

— Что было дальше?

— Брат сказал мне, что Риган сразу догадается, кто стоит за исчезновением ящиков с инопланетянами. И будет повсюду его искать. Он хотел найти тех бывших наемников и отобрать у них контейнеры. При этом понимал, что за ним будут охотиться люди Ригана и ему придется постоянно держаться настороже. В одиночку он не справился бы со всем этим. Поэтому Денис попросил у меня помощи. Я не могла отказать. Но сказала, что помогу ему только в том случае, если он отдаст ящики Ригану. Тогда он избежит кучи неприятностей. Денис пообещал мне, что так и поступит. Но я конечно же понимала, что он обманывал меня и что когда контейнеры будут у него, он ни в коем случае не отдаст их Ригану…

— А что насчет Китсона?

— Алекс, он… В общем, хоть я пообещала Денису помочь ему, но сама понимала, что в одиночку не справлюсь и с бывшими наемниками и с людьми Ригана. Поэтому решила заручиться поддержкой лучшего агента «Континентала». Позвонила ему, и когда мы встретились, рассказала, во что влип Денис. И сразу поняла, что совершила ошибку. Глаза Алекса загорелись такой алчностью… Мне стало ясно, что как только мы найдем контейнеры, Алекс заберет их себе. Положение Дениса еще больше ухудшится. И тогда я… Отшила Алекса. Не сразу правда. Через день позвонила ему и сказала, что его помощь уже не потребуется. Он потребовал объяснений, но я ответила лишь, что сама справлюсь и попросила его не вмешиваться. Потом попросила Керенского дать мне отпуск. Но чем собираюсь заниматься в этот «отпуск» конечно же не сказала.

У меня в голове все вертелся один вопрос. Когда Рада замолчала, я задал его:

— Ты сказала, что Денис где-то нашел эти контейнеры. Он не сказал, где именно?

Рада на секунду замешкалась и неуверенно качнула головой.

— Я не знаю…

— Не знаешь?

— Нет.

— Как это?

— Сейчас я до этого дойду. Когда Денис отправился на встречу с Кобеном, чтобы узнать, где можно найти тех бывших наемников, его выследил и схватил кто-то из людей Ригана.

— Это была Кара, — вставил я.

Лицо Рады помрачнело. После секундной заминки она продолжила.

— Затем они ворвались ко мне в квартиру… Ну об этом ты знаешь. Китсон уже говорил мне, что вы наблюдали за мной. Он сказал, что Керенский стал подозревать меня. Но Китсон не объяснил толком в чем именно.

Рада замолчала, глядя на меня вопросительным взглядом.

— Китсон скопировал из архивов какой-то пакет данных и послал его с твоего компьютера куда-то за пределы нашей сети, — объяснил я. — Причем он поделал дату задним числом. Потом сообщил Керенскому будто засек, что незадолго до того, как ты попросила отпуск, с твоего компьютера куда-то ушла какая-то информация. Китсон убедил Керенского, что это весьма подозрительно и предложил понаблюдать за тобой пару дней и выяснить, что именно было в том пакете данных, который якобы ты скопировала из архивов и кому его отправила. Китсон вызвался расследовать это дело.

— Ясно, — сухо сказала Рада. — Он решил организовать за мной слежку, чтобы не упустить момент, когда мы с братом найдем контейнеры.

Я кивнул. Рада помолчала немного, углубившись в свои мысли. Ее руки снова сжались в кулаки.

— В общем, нас с Денисом схватили. Меня накачали наркотиком, чтобы я не сопротивлялась и доставили к Ригану в «Эко». Почти сразу же после этого в его отдел ворвались вы с Китсоном. Риган поспешно приказал переправить меня куда-то в другое место. Туда же отправили и Дениса.

Рада снова замолчала. В этот раз на несколько минут. Я ее не торопил. Закурив сигарету, стал терпеливо ждать. Тишину нарушало лишь сопение Китсона. Когда я почти выкурил всю сигарету, Рада наконец снова заговорила. Голос ее слегка дрожал.

— Они допрашивали его. Пытали… Однако ему каким-то образом удалось вырваться. Он нашел комнату, в которой меня заперли. Мы выбежали в коридор и стали искать выход. Но почти сразу наткнулись на людей Ригана. Денис начал драться с одним из них и даже смог отобрать у него пистолет. Но затем другой из них начал стрелять. Дениса убили прямо на моих глазах…

Рада вытащила из пачки сигарету. Я поднес к ее кончику пламя зажигалки. Сделав глубокую затяжку и выдохнув дым, Рада продолжила.

— Люди Ригана снова заперли меня. Затем пришел и сам Риган. Он пояснил мне, почему так сильно хочет найти этих инопланетных замороженных существ. Я говорила тебе об этом в начале разговора.

Я кивнул.

— В конце он добавил, что пойдет на все, чтобы их раздобыть. Но это я уже и сама поняла. Поначалу я хотела объяснить ему, что мы с Денисом найдем эти контейнеры и вернем их Ригану. Хотела честно сказать, мол мой брат не намерен возвращать их, но смогу переубедить его. Скажу, что избежит многих проблем, если отдаст контейнеры Ригану. Это было незадолго, до того, как вы первый раз ворвались в «Эко». Я сидела в комнате, где меня заперли и ждала, когда Риган соизволит зайти ко мне. Вот только, как потом выяснилось, Риган даже и не собирался меня выслушивать. У него уже был свой план.

Рада замолчала, чтобы сделать несколько затяжек.

— После того, как Дениса убили, Риган приказал своим людям просканировать мне мозг. Решил, что это более надежный способ узнать от человека всю нужную информацию, чем пытки…

Рада со злостью раздавила окурок в пепельницу. Через несколько секунд она успокоилась. Подняв голову, посмотрела на меня.

— То, что я сейчас скажу, возможно, покажется тебе странным, — произнесла Рада. — А возможно не покажется. Не знаю. Но лично я чувствую, что здесь что-то не так…

Я кивнул, внимательно глядя на Раду.

— Дело в том, что у меня есть одно детское воспоминание, — продолжила она. — Но подробно его рассказывать не буду. Тем более, что многих деталей уже и не помню… Я была совсем крохой. Лет шести. Шли летние каникулы, которые наш класс проводил в лагере на одной планете с приятным климатом. В один из дней мы пошли в поход. В какой-то момент мне из рощи послышались какие-то звуки. Я так заинтересовалась, что отстала от группы. Пошла в сторону непонятных звуков. Они становились все громе и громче. Я была уверена, что вот-вот наткнусь то, что их издает. Но звуки неожиданно прекратились. Я стала оглядываться по сторонам. Вокруг были одни лишь деревья. Вдруг я поняла, что не помню, откуда пришла. Стала блуждать по роще, которая была очень густой. Никак не могла найти дорогу обратно. А затем вдруг деревья расступились, и я вышла на поляну. Посреди нее стояла летающая тарелка. Ну точно такая же, которые я видела на картинках в старых книгах! Из нее вышли какие-то человекоподобные существа. Инопланетяне. Ну знаешь, такие, какими люди их представляли себе в далеком прошлом. Невысокие, худощавые, с большими головами и миндалевидными абсолютно черными глазами. Сначала я испугалась, но быстро поняла, что инопланетяне не причинят мне вреда. Они-то и помогли мне выбраться из чащи. И снова скрылись в ней. А через несколько минут из глубины рощи бесшумно вылетела тарелка и устремилась в небо.

Рада замолчала на две-три секунды и заговорила вновь.

— Конечно, я всем рассказала, что видела инопланетян. И конечно мне никто не верил. Я и сама перестала себе верить, когда повзрослела. Нет, я действительно заблудились в роще, на той планете, где находился летний лагерь. И действительно довольно долго бродила среди деревьев. Но, видимо, сама смогла найти выход. А инопланетян, которые якобы меня спасли, стала считать выдумкой. Или же они мне просто приснились. Тот случай часто мне снился. И уже потом, когда он остался в далеком прошлом, воспоминания и сны в голове перепутались, и я уже совсем перестала понимать, что было на самом деле, а чего не было.

Рада снова замолкла. Но в этот раз всего на мгновение.

— Так вот, я чувствую, что здесь что-то не так. Но не могу объяснить, что именно. И дело даже не в инопланетянах, не в том, действительно ли они были или же я их выдумала. Нет, меня что-то тревожит и это что-то связано не с инопланетянами, а с чем-то… чем-то… другим. И вот, что самое интересное — я совсем забыла про этот случай из далекого детства, но неожиданно вспомнила о нем всего несколько дней назад… Совершенно непонятно почему… Эй, ты в порядке?

Только сейчас я понял, что слушая Раду весь напрягся. Даже пальцы так крепко вцепились в краешек стола, что побледнели суставы. Я взял себя в руки и достал из пачки, которая уже почти опустела, еще одну сигарету. Закурив, задумался.

Порой случается так, что агент «Континентала» попадает в ситуацию, когда ему необходимо зашифровать какое-либо воспоминание. Например, он опасается, что может попасть в плен преступной группировки против которой действует и что там могут просканировать ему мозг и узнать то, что им знать не положено. Тогда он с помощью специальной аппаратуры, находящейся в технической лаборатории «Континентала» накладывает поверх настоящего воспоминания фальшивое. В качестве фальшивого используется один из готовых сценариев. В результате, просканировав мозг, человек, который подверг агента этой процедуре, увидит не настоящее воспоминание, а то, которое находится сверху.

То, что Рада рассказала про летний школьный лагерь, инопланетян и сомнения по поводу того, действительно ли она встречалась с ними в детстве — это один из готовых сценариев, которыми закрывается настоящее воспоминание. Рада решила скрыть какую-то информацию, находящуюся в голове и скорей всего из опасений, что может попасть в лапы к Микки Ригану.

Что же она спрятала в своей голове?

Я так глубоко погрузился в размышления, что забыл о зажженной сигарете, которую сжимал между пальцами. Она дотлела до самого фильтра и обожгла меня. Морщась от боли, я бросил окурок в пепельницу.

Затем посмотрел на Раду и поделился с ней своими мыслями.

— Значит, когда вернемся в «Континентал», — сказала она, — удалим этот сценарий.

— Вся необходимая аппаратура есть и на «Миранде», — ответил я, глядя Раде в глаза.

Она надолго задумалась.

— Послушай, — сказала она наконец. — Когда вы с Китсоном первый раз явились в «Эко», чтобы вытащить меня, я еще не знала, какова твоя роль в этом деле. Я считала, что ты действуешь заодно с Китсоном. А затем, когда вы во-второй раз проникли в «Эко» и когда Китсон выстрелил в тебя, я поняла, что вы с ним не заодно. А немного позже Китсон сам сказал мне, что ты всего лишь выполняешь задание Керенского. В общем, теперь-то уже ясно, что вы с ним не друзья. И ты совсем не такой, как он… Поэтому я думаю, что тебе, в отличии от него, могу доверять.

Рада снова замолчала на некоторое время.

— Я не просто так решила спрятать какую-то информацию в своей голове, — сказала она через несколько секунд. — Я предполагала, что могу оказаться в плену. И так оно и вышло. Меня сцапали люди Ригана. Он просканировал мне мозг, но ничего интересного для себя не обнаружил. Но все это может повториться… Я могу снова оказаться у него в плену… Поэтому предлагаю пока не стирать этот сценарий с летним школьным лагерем из моей головы.

Я молчал. Рада явно еще не все сказала. Это было видно по ее лицу.

— Но, как я уже сказала, тебе я доверию, — продолжила она после секундной паузы. — Поэтому давай сделаем вот как. На «Миранде» ты подключишься к моему мозгу… Но стирать сценарий с лагерем не станешь, а просто приподнимешь его, чтобы узнать, что я под ним спрятала… Так ведь можно сделать?

— Да.

— Хорошо. Тогда так и сделаем. Когда отправляемся?

— Прямо сейчас.

Хоть я и сохранял внешнее спокойствие, но внутри меня все сгорало от любопытства. Что же за информацию Рада спрятала в своей голове? Кое-какие догадки у меня были, но я решил пока не делится ими с девушкой.

Поднявшись со стула, я достал из потайного кармана на пиджаке небольшую капсулу и подошел к кровати. Казалось, Китсон крепко спал. Слышалось его ровное спокойное дыхание. Я низко наклонился и вытянул вперед руку.

Как выяснилось, Китсон лишь притворялся, что спит. Или же у него был очень чуткий сон.

Бывший напарник вдруг открыл глаза и резко сел на кровати. Я тут же сунул ему под нос капсулу и раздавил ее пальцами. При вдохе ноздри Китсона втянули в себя образовавшуюся пыльцу. Через секунду его глаза закатились, и он снова повалился на постель.

Я выпрямился и взглянул на Раду.

— Теперь он никуда отсюда не денется. Проспит как убитый часа полтора.

За шестьдесят минут мы успеем долететь до «Миранды», узнать, что Рада скрыла в голове и вернуться обратно в гостиницу — подумал я про себя. Когда вернемся, Китсон все еще будет дрыхнуть. А проснувшись, даже не узнает, что мы куда-то отлучались. Так будет лучше. Китсону не стоит знать, что Рада спрятала в своей голове какую-то информацию.

Мы спустились в подземный довольно просторный гараж. В самом дальнем и темном углу помещения стоял покореженный автомобиль. Ржавый, весь вмятинах корпус, спущенные шины, разбитые окна.

Я внимательно осмотрел неприглядную машину и удовлетворенно хмыкнул. Если кто и обратит внимание на эту развалюху, то сразу же пренебрежительно отведет взгляд в сторону. Но даже если кто-нибудь и начнет к ней присматриваться, все равно не догадается, что это всего лишь голограмма. Если я выключу проектор, трехмерное изображение разбитого автомобиля исчезнет, а на его место появится вездеход с двумя контейнерами у кузове.

Выйдя на улицу, я связался с искусственным интеллектом «Миранды» и задал ему команду выслать на планету челнок. Мы направились к окраине города, к месту, куда приземлится судно. Солнце уже опустилось за горизонт. Два крупных спутника Соламара-1 освещали нам путь. В поселении было очень тихо. Лишь изредка мимо проходили люди. Но заметив нас, сразу же сворачивали в темные подворотни.

Мы вышли на окраину поселения. Через некоторое время в небе сверкнула какая-то точка. я поднял голову и стал наблюдать за ним. Крохотное пятнышко постепенно росло в размерах и приобретало очертания челнока с «Миранды». Наконец небольшое суденышко мягко опустилось на землю. Мы направились к нему. Я открыл люк и пропустил Раду вперед. А когда хотел уже зайти сам, вдруг услышал откуда-то сверху какой-то гул. Резко вскинул голову. Но ничего на небе не увидел. Через несколько секунд звук постепенно стих. Я забрался в челнок и закрыл люк.

Минут через двадцать мы уже были на «Миранде» в небольшой технической лаборатории. Рада полулежала в удобном кресле, а я включал прибор. Взяв специальный шлем, подошел к девушке.

— Ты готова?

Рада взглянула на меня.

— Подожди. Скажи мне, что, по-твоему, ты увидишь, когда заглянешь под сценарий с летним школьным лагерем?

— Наверное, место, где твой брат обнаружил этих существ.

— Почему так думаешь?

— Когда я спросил тебя, где Денис нашел это ящики, ты сказала, что не знаешь. Вероятно, ты тоже спрашивала его, где он нашел контейнеры, и он ответил тебе. Но потом ты решила зашифровать эту информацию, спрятать это воспоминание.

Рада на секунду задумалась, затем кивнула и откинулась на спинку кресла.

— Да, я тоже так считаю. Ладно, давай.

Я надел шлем Раде на голову и подошел к монитору. Задал нужные команды, и прибор начал действовать. Рада погрузилась в сон. Через некоторое время по экрану побежала информация, и стали появляться смутные изображения. Вскоре я уже знал, что за воспоминание Рада спрятала под готовым сценарием про школьный лагерь.

Ее брат по какому-то поручению Микки Ригана направлялся в одну колонию, находящуюся на отдаленной планете. Возвращаясь обратно на Варгос, он обнаружил неизвестную комету. Денис через приборы вычислил ее траекторию и понял, что она летит к краю галактики и вскоре покинет ее. Затем он засек какой-то сигнал. На поверхности кометы что-то находилось.

Денис заинтересовался. Он подлетел ближе и включил сканер. Через несколько секунд прибор выдал результат — на поверхности кометы находится скопление какого-то неизвестного металла. Денис подлетел еще ближе и стал рассматривать комету через камеры.

Вскоре он увидел небольшой причудливый корабль. Чем дольше Денис его рассматривал, тем сильней убеждался, что построили его явно не люди. На корпусе судна не было никаких следов клепки, сварки или других способов, которыми люди соединяют такие сложные металлические части звездолетов. Возникало чувство, будто неизвестный корабль вырос сам по себе, чем был собран искусственно.

Денис посадил судно на комету, надел космический костюм и вышел на поверхность. Инопланетный корабль, казалось, потерпел бедствие. Хотя снаружи на нем не было никаких повреждений, но вот внутри что-то явно было не так. В некоторых местах на стенах, потолке и полу виднелись какие-то голубоватые, светящиеся отметины, похожие на толстую корку льды.

Исследуя чужеродный корабль, Денис все больше убеждался, что его создали не люди. Коридоры то сужались, то расширялись и причудливо извивались. По ним было очень неудобно передвигаться, даже находясь в состоянии невесомости. Во многие места на корабле Денис не мог попасть, потому что проходы преграждали огромные синеватые полупрозрачные глыбы.

Через некоторое время он оказался в большом помещении. Именно здесь Денис и обнаружил контейнеры. Всего их было шесть. Они находились в нишах на стене и, казалось, примерзли к ним. Увидев находящихся внутри существ, состоящих из металла и органики и по строении тела напоминающих огромных медуз, Денис решил во что бы то ни стало забрать их с собой. Но для начала нужно было расколоть толстую корку, которая удерживала контейнеры в нишах на стене.

Однако ни один из принесенных Денисом на чужой корабль инструментов не мог справиться с непонятным веществом. И только лазерный резак, включенный на полную мощность, смог растопить «ледяную» корку. Денис вытащил из ниш пять контейнеров. Шестой остался на стене. Его пришлось оставить — закончились все батареи к лазерному резаку.

Денис перенес контейнеры на свой корабль и покинул астероид. Затем со стареньким двигателем корабля начались неполадки, и Денис был вынужден совершать посадки на планетах с аварийными станциями…

Рассказывая Раде эту историю, Денис так же и дал ей координаты кометы, на которой нашел инопланетный корабль. Его сестра запомнила их наизусть.

Именно это воспоминание Рада и спрятала под готовым сценарием из «Континентала». Она сделала это перед тем, как попросить Керенского дать ей отпуск. Китсону же про то, где Денис обнаружил контейнеры с «призраками», она не говорила. Так что, если не считать Раду, выходит, что теперь кроме меня про комету с инопланетным кораблем никто не знает…

Я отключил прибор и снял шлем с головы Рады. Через несколько секунд девушка очнулась. Она некоторое время хмуро и непонимающе смотрела в стену напротив. Пока она приходила в себя, я сохранил на своем КПК координаты траектории движения той кометы.

Наконец взгляд Рады прояснился — она вспомнила, где находится и что происходит. Повернув голову, посмотрела на меня. Открыла рот, хотела что-то сказать… Но не произнесла ни слова. На секунду задумалась и затем проговорила:

— Не буду спрашивать, что ты там увидел в моей голове. Хотя по твоему лицу и так ясно, что узнал кое-что интересное.

— Могу дать небольшой намек.

Рада секунду колебалась, затем кивнула.

— Давай.

— Мы с тобой оказались правы. Денис рассказал тебе, где нашел этих существ, — я помолчал немного и добавил: — В том месте есть еще один контейнер с замороженным существом. Денис не смог его достать, поэтому оставил на месте.

— Значит, ты теперь знаешь, где мой брат их нашел? — Раду переполняло любопытство. — Знаешь, откуда взялись эти существа?

— Да. Денис обнаружил потерпевший крушение инопланетный корабль. И дал тебе координаты места, где он находится. Я записал его на свой КПК.

Рада посмотрела на электронное устройство, надетое на мое правое запястье. Затем медленно сказала:

— Понятно.

Мы помолчали немного. Затем Рада произнесла:

— Так что ты теперь собираешься делать?

— Моя первоначальная задача была в том, чтобы выяснить, что за информацию ты якобы скопировала их архивов «Континентала». Затем цели сменились — Керенский поручил мне поймать Китсона. С обеими задачами я справился. Так что теперь нужно лишь доставить Китсона Керенскому.

— А как же то, что я тебе недавно говорила? — тихо спросила Рада.

— Насчет того, что ты не хочешь, чтобы инопланетные существа достались Ригану?

— Да.

— Совсем необязательно идти на поводу у Китсона и продавать их Орлову. Мы можем просто рассказать обо всем Керенскому, отдать ему контейнеры и пусть он сам решает, что с ними делать. Но, я в этом уверен, Ригану он их точно не отдаст. Так что совет директоров отвернется от него, и ему настанет конец. Ты ведь этого хочешь?

После некоторых раздумий Рада кивнула.

— Да, ты прав. Сделаем по-твоему. От Китсона можно ожидать любой подлости. Это я уже поняла. Так что лучше не сотрудничать с ним.

Прежде чем покинуть «Миранду», я решил экипировался всем необходимым и как следует вооружиться.

В кобуру на спине убрал неизменный «Черный стриж». Но у меня остались некоторые сомнения. Нам придется снова вернуться на Соламар-1, чтобы забрать Китсона. Эта планета заселена крайне негостеприимными людьми. Одного «Черного стрижа» может оказаться мало…

Поэтому я закрепил на правом бедре еще одну кобуру и сунул в нее плазменный пистолет «Акаст». Он отлично подойдет для ситуаций, в которых «Черный стриж» окажется бессильным.

Затем убрал в карманчики на поясе мини-бомбы нескольких видов и растасовал по специальным карманам на плаще различные электронные устройства. После этого я почувствовал себя гораздо уверенней. Если жители Соламара-1 поведут себя агрессивно, у меня будет чем ответить на их «гостеприимство».

Когда челнок со свистом рассекал атмосферу планету, я подумал, что нам следовало забрать Китсона и контейнеры с собой, когда мы с Радой решили улететь на «Миранду». Поступив так, нам не пришлось бы сейчас возвращаться на Соламар-1. Однако я тогда даже не подумал об этом, поскольку слишком сильно хотел узнать, что же Рада спрятала в голове.

Челнок продолжал спускался на поверхность планеты. Далеко внизу уже виднелось поселение. Каменные домики постепенно росли в размерах. Пролетая над крышами и выбирая место для посадки, я оглядывал тихие пустые улочки внизу. Стояла глубокая ночь. Весь поселок, казалось, мирно спал.

Но у меня вдруг возникло какое-то неприятное ощущение. Предчувствие чего-то плохого. Что-то должно было произойти. Хотя на улицах поселка было все так же тихо и спокойно, моя тревога продолжала расти.

Интуиция редко меня подводила. Не подвела она меня и сейчас.

Глава 22

Я хотел посадить челнок где-нибудь поближе к гостинице. Но не смог найти подходящего места. К тому же мне не давало покоя предчувствие надвигающейся беды. Поэтому в итоге снова посадил челнок на окраине города.

Мы вышли из судна. На улице было прохладно. Ветер гонял по земле клубы пыли. Рада зябко поежилась. Я подозрительно смотрел в сторону поселка. Оттуда никто не выбежал с яростными криками, никто не стал по нам стрелять. Но красный огонек в моей голове продолжал мигать.

Я дал челноку команду подняться в небо, включить маскировку и ждать дальнейших инструкция. Двигатели загудели, судно слегка завибрировало, плавно оторвалось от земли и полетело вверх. А мы с Радой вошли в поселок и по главной улице направились в сторону гостиницы. Я бросал по сторонам подозрительные взгляды и вглядывался в темные подворотни.

Но, как вскоре выяснилось, опасность следовало ожидать совсем с другой стороны.

Через некоторое время сверху раздался гул. Я вспомнил, что слышал такой же звук около часа назад, когда мы с Радой заходили в челнок, чтобы подняться на нем на «Миранду». И я знал, что означает этот звук.

Подняв голову, посмотрел на небо. Ничего. Однако гул не пропадал. Наоборот, он становился все громче. А затем прямо из воздуха стал материализоваться корпус крупного флайера. Казалось, он был сделан из стекла. Но я знал, что это всего лишь эффект маскировочного поля.

Наконец, летательный аппарат стал полностью непрозрачным. Его корпус был весь выкрашен белой краской.

Флайер медленно летел над самыми крышами домов главной улицы. Он следовал за нами на самой минимальной скорости.

— Что будем делать? — спросила Рада.

Я ничего не ответил. Я смотрел на страшные орудия флайера, которые были направлены вниз. В любой момент они могли начать изрыгать огонь. Но они молчали.

Дверца на боковой стене корпуса флайера вдруг открылась. В проеме показалась фигура человека в белом эластичном бронекостюме. Неожиданно мне все стало ясно.

Когда Кара сбежала от нас, она конечно же сразу связалась с боссом. За ней прилетели и забрали на яхту Ригана. Кара знала, что на орбите планеты находится «Миранда» и что мы рано или поздно вернемся на нее. За кораблем «Континентала» стали наблюдать. Когда я вызвал челнок, и он вылетел из чрева корабля и полетел на Соламар-1, за ним последовал флайер Ригана.

Те, кто сидели в флайере видели, как челнок приземлился возле поселения и как мы с Карой забирались в него. Риган, наверное, приказал своим людям найти и вернуть контейнеры. Поскольку их у нас не было, люди Ригана не стали предпринимать никаких решительных действий и лишь продолжили наблюдать за нами.

А когда мы вернулись на планету, Ригану, вероятно, надоело ждать, когда мы выведем его на контейнеры. И он дал приказ. Риган не знает, где находятся контейнеры, потому скорей всего поручил своим людям доставить нас живыми для допроса.

Человек, стоявший у открытой двери флайера, взялся за края проема, посмотрел вниз. А через секунду шагнул вперед, вывалился из машины и камнем полетел вниз. Когда до крыш домов оставалось всего несколько метров, из ранца на спине человека вырвалось мощное пламя.

Мужчина совершил ловкий вираж и плавно приземлился на землю. Мы с Радой остановились. Человек в белом бронекостюме стоял всего в нескольких метрах впереди нас. Из кобуры за спиной торчал приклад штурмовой винтовки.

— Что будем делать? — с тревогой спросила Рада.

Я ничего не ответил. Мы нужны Ригану живыми. Он ведь не в курсе, где спрятаны контейнеры, верно? Поэтому его солдаты не станут атаковать нас.

Однако я все равно положил ладонь на рукоятку плазменного пистолета «Акаст» и не спускал глаз с мужчины. Он несколько секунд стоял неподвижно. А затем вдруг отошел в сторону, закрыв проход на боковую улочку.

— Пошли, — сказал я.

Мы с Радой направились дальше. Мужчина смотрел на нас, медленно поворачивая голову.

Над головой продолжал раздаваться равномерный гул. Флайер на минимальной скорости следовал за нами. Время от времени я бросал на него взгляды.

— Смотри! — воскликнула вдруг Рада.

Я снова посмотрел наверх. Из открытой дверцы флайера стали выпрыгивать остальные солдаты Ригана. У каждого за спиной был современный реактивный ранец. Ситуация становилась все хуже. На главной улице мы с Радой были как на ладони.

Оглядевшись, я заметил темный узкий переулок. Взяв Раду за руку, повел ее в сторону. Вдруг сверху раздалось громкое шипение, и над нашими головами пронеслась тень. Один из солдат Ригана приземлился прямо у входа в переулок, в которой я вел Раду.

Мужчина обернулся, медленно и плавно достал из кобуры винтовку. Но целиться не стал. Посмотрев на нас, покачал головой. Мы остановились.

— И что теперь? — шепнула Рада.

Пару секунд я смотрел на солдата Ригана. Затем ответил:

— Придется идти дальше по главной улице

Через некоторое время я заметил еще один переулок. Но когда мы с Радой свернули к нему, возле него приземлился другой человек Ригана. Эта ситуация повторялась несколько раз. Солдаты не давали нам уходить с главной улицы. Они явно пытались загнать нас в какое-то определенное место. Где нас ожидала ловушка.

Шум над нашими головами усилился. Флайер ускорился и полетел вперед. Мы напряженно наблюдали за ним. Обогнав нас метров на тридцать, машина снова снизила скорость и стала плавно снижаться.

— Он что, садится? — спросила Рада.

Отвечать ей не пришлось. Флайер завис в паре метрах над землей. Приземляться он явно не собирался. Через пару секунд задняя широкая дверца ушла в сторону. В проеме появился большой боевой робот «Атлас», выкрашенный в белый цвет. Через стеклянную крышку кабины мы видели пилота. Он сидел в кресле и держался за рычаги управления.

Мы замедлили шаг, глядя вверх на летающий аппарат. Флайер еще немного снизился и снова замер. Пилот «Атласа» потянул один из переключателей. Робот вытянул одну ногу вперед и вышагнул из нутра флайера. Тяжелая металлическая махина рухнула вниз. Сразу же сработали тормозные двигатели «Атласа», смягчив удар об землю. В воздух поднялось большое облако пыли.

Задняя дверцы флайера закрылась. Гул снова усилился. Машина стала набирать высоту. Но мы с Радой больше не смотрели на нее. Все наше внимание теперь было приковано только к «Атласу».

Остановились.

— Так что теперь? — снова заговорила Рада.

И я снова ничего не ответил. Пыль медленно оседала. Сквозь нее просматривался белый корпус робота. «Атлас» не долго бездействовал. Пилот тронул нужные рычаги, и металлическое трехметровое чудовище пошло прямо на нас. Передвигался робот широкими, довольно быстрыми шагами. Все его орудия угрожающе смотрели в нашу сторону.

Я огляделся. Возле всех входов в боковые улочки стояли солдаты Ригана. Но я продолжал осматриваться и вскоре увидел высокую арку, которая вела в темный проход, образованный двумя длинными зданиями. Вход в арку никто не охранял. И именно поэтому идти туда мне хотелось меньше всего.

— Что будем делать? — взволновано спросила Рада.

— Не знаю. Думаю.

— Времени совсем нет! Он же идет к нам!

— Он ничего нам не сделает.

— Что? С чего ты это взял?

— Мы нужны Ригану живыми, иначе он может так и не узнать, где мы спрятали те ящики.

— А вот я в этом не уверена! Если бы он хотел взять нас целыми и невредимыми, то не стал бы посылать «Атласа»!

Это была разумная мысль. Я быстро посмотрел в сторону приближавшегося боевого робота. Он был уже совсем рядом. Однако пилот «Атласа» явно пока не собирался открывать огонь.

Рада быстро огляделась и тоже заметила ту арку, которую никто не сторожил.

— Вон! — радостно воскликнула она. — Идем туда!

— Нет! — отрезал я.

Но она и не слушала.

— Идем, пока есть время, — сказала она и, схватив меня за руку, потащила в переулок.

Мы оказались на рынке. Два спутника Соламара-1 освещали большую и пустую площадь. Позади раздались тяжелые шаги. Я резко обернулся. Через темный проход вышел «Атлас» и замер. Сходить с этого места он точно не собирался. Итак, путь назад отрезан.

Послышалось шипение. Краем глаза я заметил сверху темные тени. Это были солдаты Ригана. Они покружили немного над площадью, и затем один за одним стали приземляться. Менее чем через десять секунд мы с Радой были окружены со всех сторон. Солдаты вскинули винтовки и взяли нас на прицел.

Рада шагнула ко мне.

— Похоже, мы попали в западню, — шепнула она.

Я промолчал.

Один из солдат чуть вышел вперед. Он был единственным из всех, кто не стал доставать из кобуры оружие.

— Дмитрий Громов и Рада Силина, — произнес он. Его голос звучал неестественно — был искажен специальным фильтром и усилен динамиками. — Нам приказано доставить вас к Микки Ригану. Пожалуйста, не пытайтесь сбежать или вступать с нами в бой. Обещаем, мы не причиним вам никакого вреда.

Рада заговорила, почти не шевеля губами:

— Дело плохо. Что будем делать?

— Включай кинетический щит.

Я нажал кнопку на небольшом устройстве, прикрепленном к поясу. Рада сделала то же самое. Нас окружило невидимое силовое поле.

Рада молча посмотрела на меня. Легким кивком я указал на двух солдат.

— Видишь ту парочку? Я беру на себя левого, а ты правого.

— И что дальше?

— Расправимся с ними и побежим туда. Думаю, через тот переулок выйдем на главную улицу. А там сориентируемся куда дальше.

Один из людей Ригана, который к нам только что обращался, увидел, что мы о чем-то переговариваемся. Это ему не понравилось. Он сделал шаг вперед и недовольным голосом что-то сказал. Я даже не стал вслушиваться в его слова. Посмотрев на Раду, кивнул:

— Давай!

Моя рука потянулась к пистолету. Выхватив «Акаст» из набедренной кобуры, я навел прицел на противника и надавил на спусковой крючок. Пистолет коротко рявкнул. Плотный сгусток горячей плазмы вырвался из дула и на огромной скорости устремился вперед.

Солдат не успел и шелохнуться. Броня в том месте, куда ударил сгусток плазмы расплавилась менее чем за секунду. Мужчина умер еще до того, как повалился на землю.

А вот Рада стреляла не так метко. Она не попала во второго солдата. Однако он решил уйти с линии огня и метнулся в сторону. Путь в переулок теперь был свободен.

— Пошли!

Мы бросились бежать. Позади послышись топот ног и предупреждающие крики. Затем стали загрохотали выстрелы. По характерному гудению кинетических щитов стало ясно, что по нам стреляют из парализующего оружия. Силовое поле поглощало весь урон, и мы с Радой не получили ни малейшего вреда.

Наконец, переулок закончился. Я сбавил шаг и быстро огляделся. Мы действительно оказались на главной улице. Вокруг не было ни души. Вдруг тишину прорвал звук реактивных ранцев. Я обернулся. Солдаты Ригана взлетели вверх и теперь быстро нас догоняли.

Мы снова ринулись бежать. Мчались так быстро, как могли, но шум позади только усиливался. Я быстро обернулся, а затем поймал взгляд Рады. Судя по отчаянному выражению лица, девушка была уверена, что нам не удастся уйти.

Снова раздались частые выстрелы. Судя по громким сухим звукам теперь солдаты открыли огонь из боевого автоматического оружия. Несколько пуль попали в мой кинетический щит. Силовое поле остановило их, но устройство на поясе сразу же предупреждающе запищало. Еще два-три таких же точных выстрелов, и энергия щитов закончится. И тогда я останусь совсем без защиты. А вот по Раде пока что ни разу не попали.

Внезапно все остальные звуки перекрыл оглушающий пулеметный грохот. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять — это открыл огонь пилот «Атласа». Одна из пуль пробила силовое поле моего кинетического щита. Устройство на поясе громким писком предупредило, что энергия закончилась.

— В укрытие! — крикнул я и метнулся в одну сторону улицы. Рада побежала в противоположную.

Я нырнул в ближайшее укрытие — нишу на стене двухэтажного дома. Моей же напарнице повезло больше. Она спряталась в слабоосвещенной подворотне, через которую могла выйти на другую улицу. Я махнул ей рукой, призывая уходить, пока есть такая возможность. Но Рада осталась стоять на месте и упрямо покачала головой. Впрочем, почему-то я и не ожидал, что она бросит меня.

«Атлас» не прекращал огонь ни на секунду. Тяжелые пули лупили по стене дома, выбивая из нее крупные бетонные осколки. Грохот стоял ужасный. Я изо всех сил прижимался спиной к поверхности ниши, словно пытался пройти сквозь нее.

Я лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Но не находил. Ни одна спасительная идея не приходила на ум. Если бы я хоть на сантиметр высунулся из своего ненадежного укрытия, мне бы тут же снесло голову ураганным пулеметным огнем. Живым из ниши мне не выбраться, это точно.

Рада не бездействовала. Она выглядывала из переулка и стреляла по «Атласу», пытаясь отвлечь его на себя. Но, видимо, пистолетные пули не причиняли крепкой броне боевого робота никакого вреда. Они для его все равно, что для человека комариные укусы. Не обращая внимания на Раду, пилот «Атласа» продолжал поливать стену дома пулеметным огнем.

А вот по Раде никто не стрелял. Маловероятно, но возможно, что солдаты сосредоточились на мне и поэтому не заметили ее и думали, что она уже скрылась. Либо же Риган приказал своим людям взять ее живой, а меня, наверное, разрешил устранить в случае необходимости.

Пули били уже почти по самому краю ниши. «Атлас» явно не стоит на месте, а подходит все ближе. Еще совсем немного и я увижу его… и через мгновенье умру.

Краем глаза заметил какую-то тень где-то сверху. Поднял голову. По плоской крыше здания, находившегося на противоположной стороне улицы, бежал человек. Я отчетливо видел его в ярком серебристом свете двух спутников Соламара-1. Он был весь обвешан самодельными бомбами. Одну из них он держал в руке.

Человек остановился, осторожно подошел к краю крыши и посмотрел вниз. Быстро окинул взглядом улицу, отвернулся и сделал кому-то знак рукой. Оказалось, что он был не один. Я заметил еще нескольких человек на других крышах. По команде лидера они метнули вниз бомбы.

Очевидно, что эти люди вовсе не спасали меня. Просто у них прочно укоренилась ненависть ко всем толстосумам. Вероятно, они решили, что этих типов в белых бронекостюмах наняли люди с Балморы, чтобы навести порядок на Соламаре-1. Или же им просто не нравится, когда на их планете появляются воинственно настроенные чужаки. Как бы там не было на самом деле, соламарцы решили разделаться с людьми Ригана. И это сыграло мне на руку.

Бомбы одна за другой падали на землю и взрывались. Слышались резкие хлопки, а затем громкое шипение. Улица быстро заполнялась дымом. Через несколько секунд все вокруг заволокло тяжелой серой массой, через которую совершенно ничего не было видно.

Неожиданно «Атлас» прекратил огонь. Я тут же выскочил из ниши, метнулся вперед и очутился в плотной дымовой завесе. Я направился в ту сторону, где по моим представлениям должен был находиться переулок, в которым спряталась Рада. Но сделав несколько шагов, вдруг понял, что потерял ориентацию в пространстве.

Резко остановившись, я стал оглядываться. Куда не посмотри — везде одни лишь серые клубы дыма. Дальше носа совсем ничего не видно.

А вот шума было много. Слышались агрессивные возгласы, крики, полные боли, выстрелы штурмовых винтовок, взрывы…

Я надел визор и переключил его на режим, позволяющий видеть в дыму. Но ничего не увидел. Вернее, увидел, но совсем не то, что ожидал. Повсюду мелькали яркие белые точки и хаотическое переплетение серебристых изломанных линий на светло-сером фоне. Всего через несколько секунд глаза начали болеть. Я снял визор.

Все ясно. Самодельные бомбы были оснащены специальными устройствами, которые превратились в пыль, когда бомбы взорвались. Теперь в воздухе витают миллионы наночастиц, сбивающих работу всех электронных устройств.

Я бродил в дымовой завесе, держа пистолет наготове. Несколько раз в серой массе возникали смутные темные очертания, похожие на тени. Я тотчас вскидывал оружие, но тени быстро растворялись в дыму, едва успев появиться.

Казалось, я долго ходил кругами, совсем ничего не видя. А затем совершенно неожиданно вдруг выбрался из грязно-серой пелены. И увидел «Атлас». Он неподвижно стоял посреди улицы всего в нескольких метрах впереди меня. Орудия боевой машины были направлены в сторону одного из переулков. Видимо, пилот высматривал там кого-то.

Вдруг он заметил меня. Видимо, сенсоры подсказали ему, что рядом кто-то есть. «Атлас» быстро повернулся. Черные дула огромных орудий уставились на меня. В серебристом свете двух спутников Соламара-1 я увидел, как изменилось выражение лица пилота. И тут же бросился в сторону. А через секунду загрохотал тяжелый пулемет. Я успел нырнуть в ближайшую мало освещенную подворотню, прежде чем пули достали меня.

В темноте кто-то стоял. Интуитивно почувствовав опасность, я метнулся в сторону. Но мой соперник сделал то же самое. Мы столкнулись. Я вскинул пистолет. Передо мной стоял невысокий молодой парень. В левой руке он держал баллончик с термитной пастой. Я сразу понял, что он собирается с ней делать. И опустил пистолет.

— Это для «Атласа»? — спросил я, кивнув на баллончик.

— Да, — глухо ответил парень, подозрительно рассматривая меня. В правой руке он держал пистолет. И целился из него в меня.

Я внимательно смотрел на парня. Если бы он хоть шелохнулся, я бы сразу набросился на него и выбил оружие из его руки. Но парень не шевелился, а просто ощупывал мое лицо подозрительным взглядом. Наверное, у него в голове витали те же мысли, что и у меня.

— Я могу отвлечь «Атлас» на себя.

Парень промолчал. Он продолжал с сомнением рассматривать меня. А затем выражение его глаз изменилось. Оно стало почти дружелюбным. Парень опустил пистолет сказал:

— Ладно.

Он развернулся и исчез в темноте. Я расслабился. Но только на одну секунду. С парнем-то удалось поладить, а вот с «Атласом» придется драться.

Треск пулеметного орудия уже прекратился. Я по стенке подошел к краю здания и осторожно выглянул из-за угла. «Атлас» огромными шагами шел в мою сторону. Земля содрогалась под его мощными металлическими ногами.

Затем я увидел того парня. Он уже забрался на крышу двухэтажного здания и теперь шел почти по самому ее краю, глядя вниз на боевого робота.

Неожиданно «Атлас» остановился. Парень тоже замер. Он находился прямо над роботом. В руках держал тот же баллончик с термитной пастой. Парень сделал небольшой шаг. Теперь он стоял на самом краешке крыши.

С удивительной проворностью боевая машина вдруг развернулась. Пулеметное орудие поднялось и загрохотало. Парень едва успел отпрыгнуть назад.

Я вышел из-за угла здания и принялся стрелять из «Акаста». Сгустки плазмы попали в «Атласа», но не причинили прочной броне особого вреда. Однако пулемет замолчал. Робот повернулся в мою сторону.

Парень только этого и ждал. Едва «Атлас» отвлекся, как он прыгнул с крыши прямо на боевую машину. Ухватившись одной рукой за выступ на спине робота, парень стал обильно поливать металлический корпус термитной пастой. «Атлас» крутился из стороны в сторону, пытаясь сбросить со спины парня. Но тот крепко за него ухватился.

Через пару секунд баллончик опустел. Парень отбросил его и поджог прилипшую к корпусу робота пасту. Вспыхнуло яркое пламя и раздалось громкое шипение. Парен прыгнул на землю, перекувырнулся и вскочил на ноги. Горящая термитная паста за считанные секунды прожгла в броне боевой машины большую дыру.

Парень поднял голову и махнул кому-то рукой. На одной из крыш показался человек. Положив на плечо пусковую установку, он прицелился и нажал на кнопку. Из дула вырвался продолговатый предмет и на огромной скорость устремился вниз. Следуя за лазерным указателем, ракета залетела прямо в дыру на броне боевой машины. «Атлас» разорвало изнутри. Расплавленный метал и кровавые ошметки брызнули во все стороны.

Послышался смех. Это радовался парень. Он что-то прокричал человеку на крыше, затем помахал мне рукой и скрылся в ближайшей подворотне. Я огляделся и направился к тому переулку, в котором в последний раз видел Раду.

И тут сквозь несмолкающие звуки выстрелов и крики, я услышал чей-то голос. Он раздавался где-то совсем рядом. Ухватившись за рукоятку плазменного пистолета обеими руками, я пошел вдоль стены дома. Голос становился все громче и отчетливей. Я уже начал разбирать слова.

— Нас атакуют местные! Мы несем потери! «Атлас» уничтожен! Громов и Силина сбежали!

Я дошел до угла здания и увидел его. Это был один из людей Ригана. Едва заметив меня, он резко замолчал и потянулся к кобуре. Но я оказался быстрее, поскольку пистолет был у меня уже в руках. Сгусток плазмы угодил ему прямо в лицевой щиток. Умер он почти мгновенно.

Позади раздались легкие шаги. Я резко обернулся и увидел Раду. Она посмотрела на меня, перевела взгляд на мертвеца и снова подняла на меня глаза.

— Пошли, — сказал я.

Местные головорезы все еще продолжали воевать с людьми Ригана. Мы же с Радой направились в сторону гостиницы, и вскоре место схватки осталось далеко позади. Но звуки выстрелов продолжали звучать. Теперь они уже доносились отовсюду. Казалось, все жители схватились за оружие и стали стрелять друг в друга, даже не пытаясь понять из-за чего все началось.

Наконец, мы добрались до гостиницы. Китсон все еще был без сознания. Я сверился с часами и понял, что действие нейтрализатора закончится еще только минут через десять-пятнадцать. Но ждать, когда Китсон сам придет в себя времени не было — откуда-то из глубины гостиницы стали доноситься выстрелы.

Я стал сильно трясти Китсона за плечи, пытаясь привести в чувство. Тщетно. Он продолжал крепко спать.

Резкие одиночные звуки выстрелов стали раздаваться где-то совсем рядом.

— В коридоре кто-то есть, — сказала Рада. — Надо выбираться отсюда!

— У нас проблема, — ответил я, кивнув на Китсона. — Он еще не оклемался.

Я несколько раз ударил его по щекам. Наконец, он застонал. Глаза приоткрылись и без всякого выражения взглянули на меня. Губы зашевелились — он что-то бессвязно забормотал. Судя по всему, Китсон все еще пребывал в полудреме и не понимал толком, где находится и что происходит.

— Плохо дело, — сказал я. — Придется его тащить на себе.

— Но недалеко, — отозвалась Рада. — Он не зря выбрал именно этот номер. Прямо напротив двери находится вход в лифт. Он не работает и им никто не пользуется. Так объясняют всем посетителям. Но на самом деле лифт работает, нужно лишь ввести правильный код на панели. Им могут воспользоваться те, кому возможно придется в спешке покидать гостиницу. Китсон узнал это от хозяина. За отдельную плату он сказал код. Так что нам нужно только пересечь коридор и спуститься на лифте в гараж.

— Ладно, — я перевел взгляд на Китсона. — Эй, нам пора идти!

Китсон даже не посмотрел меня. Его губы перестали шевелиться, а глаза снова стали закрываться.

— Сейчас не самое подходящее время для сна!

Я взял Китсона за плечи и поднял с кровати. Его колени тут же подогнулись и задрожали. Он качнулся и если бы я не успел подхватить его, грохнулся бы на пол.

— Пошли, — прохрипел я Раде, держа Китсона за плечи.

Девушка направилась к двери. Я шел за ней. Китсон навалился на меня всем весом. Он едва шевелил ногами. Я практически тащил его за собой.

Приоткрыв дверь, Рада осторожно выглянула.

— Никого, — сказала она.

Мы вышли в коридор.

— Туда, — она указала на дверь напротив.

Вдруг из бокового коридора показались двое каких-то оборванцев. Увидев нас, они тотчас вскинули оружие. Пригнув голову, я потащил Китсона к лифту. Рада прикрывала нас, стреляя из пистолета. По ней несколько раз попали, но кинетические щиты приняли удар на себя.

Через пару секунд я втолкнул Китсона в лифт. Он ударился спиной об стенку и сполз по ней на пол. Рада зашла следом за мной и назвала код. Я быстро ввел его на панели, и дверцы лифта закрылись. Кабина поехала вниз.

— Не ранена?

— Нет. Хорошо, что щиты зарядиться успели.

Китсон снова застонал. Мы с Радой одновременно посмотрели на него. Он медленно ворочал головой, осматривая все вокруг. Бывший напарник понемногу начинал приходить в себя. Еще несколько минут и действие нейтрализатора окончательно закончится.

Кабина лифта замерла. Рада осторожно вышла и огляделась. Я поднял Китсона с пола. На ногах он стоял уже немного тверже.

Рада обернулась и махнула мне рукой.

— Вроде никого.

Я выволок Китсона из кабины лифта и пошел за Радой к разбитой ржавой машине в дальнем углу. Когда я выключил проектор, голограмма исчезла и на месте старого сломанного автомобиля появился вездеход с двумя контейнерами в кузове.

— Кто поведет?

— Давай ты.

Втолкнув Китсона на заднее сиденье, я юркнул за руль. Рада села на переднее пассажирское сиденье. Взревел мощный двигатель. Вездеход выкатил из подземного гаража на главную улицу.

Со всех сторон слышались звуки выстрелов. Понять, что происходит было невозможно. Казалось, жители поселения сбились в небольшие группы и стали воевать теперь уже не только с людьми Ригана, но и друг с другом.

— Вызывать челнок с «Миранды» сейчас опасно, — сказал я. — Его могут сбить. Надо сначала выбраться из города.

Рада согласилась со мной.

Я гнал автомобиль на последней передаче. Но скорость все равно была невелика. Этот тяжелый вездеход обладал большой проходимостью, но ездил он довольно медленно.

Изредка в темных подворотнях мелькали яркие вспышки. Но большинство местных жителей были никудышными стрелками. Пули ни разу не попали по вездеходу.

Через некоторое время мы услышали какой-то гул. Рада посмотрела на меня, а затем выглянула в окно. Ее лицо побледнело, а тело напряглось.

— Там боевой флайер, — сказала она. — Летит прямо за нами.

Видеофон на панели управления вдруг ожил. Мы с Радой одновременно уставились на него. Я нажал кнопку. С экрана на нас взглянула Кара. Выражение ее лица было бесстрастным.

— Я лечу за вами. Полагаю, вы меня уже заметили.

Я промолчал. Рада тоже.

— Немедленно остановите машину, — продолжила Кара. — Или я открою огонь и превращу вас в решето.

— Не боишься повредишь при этом контейнеры? — спросила Рада. — Твой босс приказал тебе вернуть их ему, не так ли?

На лице Кары появилась гримаса злобы. Но уже через секунду она исчезла.

— Повторяю в последний раз, — спокойным голосом сказала Кара. — Остановите машину или я начну открою огонь.

Рада вытянула руку и надавила кнопку на видеофоне. Экран померк.

— Она ведь не станет стрелять, да?

Я даже не успел открыть рот, чтобы ответить, как вдруг раздался треск тяжелых пулеметов. Пули пробили крышу вездехода и, жужжа как рассерженные пчелы, влетели в кабину. Каким-то чудом ни одна из них не попала ни меня, ни Раду. Задело ли Китсона я не знал, но не стал оборачиваться и проверять не ранило ли его.

— Она что, ненормальная? — вскрикнула Рада. — Совсем не боится, что может повредить контейнеры?

— Похоже, она очень на нас злится.

Кара выпустила еще одну очередь из бортовых орудий флайера. Едва раздался треск пулеметов, как я резко заложил руль вбок. Вездеход вильнул. Несколько пуль попали по крышке капота, пробив ее насквозь. Двигатель издал очень неприятный резкий звук. Вспыхнул дисплей бортового компьютера, предупреждая о какой-то поломке. Но мотор продолжал работать, и машина пока что ехала вперед.

На видеофон снова поступил вызов. Мы не стали на него отвечать. Он попиликал несколько секунд и замолк.

Рада снова высунула голову в окно и посмотрела на преследовавший нас флайер. Вдруг она резко повернула голову, посмотрела на меня и воскликнула:

— Берегись! Она снова стреляет! Ракета!

Взрыв прогремел совсем рядом с вездеходом. Машину здорово тряхнуло. В воздух поднялось большое облако пыли. По капоту и крыше застучали мелкие камешки. Вездеход проехал немного вперед и остановился — заглох двигатель.

Видеофон снова ожил. Рада вопросительно посмотрела на меня.

— Ответь.

Рада выполнила просьбу. На экране снова появилось лицо Кары. Она невозмутимо посмотрела на нас и сказала спокойным голосом:

— Последнее предупреждение. Выходите из машины и сдавайтесь.

— А если не подчинимся? — спросила Рада.

— Тогда я возьмусь за вас всерьез, — отозвалась Кара и в ее голосе зазвенел металл.

— А как отреагирует твой босс, если ты повредить контейнеры? Они ведь очень ему нужны! Думаешь, он погладит тебя по головке, если с ними что-нибудь случится?

Пока Рада разговаривала с Карой я пытался оживить двигатель. Когда повернул ключ в замке зажигания в третий раз, мотор наконец взревел.

Кара увидела, что машина снова поехала.

— Ну ладно, — произнесла она недобрым голосом. — Сами напросились. Сейчас получите по полной!

Снова загремели тяжелые пулеметы боевого флайера. Я крутил руль из стороны в сторону. Машины виляла, и большинство пуль не попадали по ней. Один раз Кара снова выпустила ракету. И снова промахнулась — нарочно или нет, я не знал. Но взрыв раздался совсем рядом. Вездеход даже подбросило вверх метра на пол. Когда упал на колеса, в двигателе снова раздался резкий металлический звон. Бортовой компьютер замигал красным цветом, говоря о новой незначительной поломке в двигателе.

Пока что нам везло. Никого не ранило, машина не получила серьезных повреждений. Но долго так продолжаться не могло.

По левую сторону улицы я заметил въезд в туннель. Не став долго гадать, куда он вдет, я резко вывернул рулевое колесо вбок. Несколько секунд мы ехали в тишине и покое. Небольшая передышка была очень кстати.

Но вот туннель закончился, и вездеход снова выкатил на одну из широких улиц. Сквозь рев автомобильного двигателя сверху отчетливо слышался гул боевого флайера.

Рада то выглядывала в окно, то с тревогой посматривала на меня. Но ненужными вопросами не отвлекала.

Флайер вдруг стал разгоняться и в считанные секунды обогнал нас. Я следил за ним через ветровое стекло, пытаясь понять, что задумала Кара. Летающая машина снизила скорость, развернулась и стала снижаться. Когда до дороги оставалась не более метра, флайер завис в воздухе. И наш вездеход мчался прямо на него.

— Возьми мой «Акаст», — сказал я. — И стреляй.

На лице Рады отчетливо читалось сомнение. Но спорить она не стала. Вытащив из моей кобуры пистолет, она высунулась в окно и прицелилась.

Вездеход продолжал ехать вперед. Флайер уже был так близко, что я видел кабину и сидевшую в ней Кару.

— Стреляй!

Рада стала нажимать на спусковой крючок. Она несколько раз попала прямо в прозрачный колпак кабины. Но плазменные сгустки лишь слегка покоробили прочное, толстое стекло. Плазменный пистолет слишком слаб, чтобы причинить боевому флайеру серьезный урон.

Рада перестала стрелять.

— Это бесполезно, — сказала она.

Между зависшим над землей флайером и зданием по правую сторону улицы оставался промежуток, достаточно широкий, чтобы через него мог проехать наш вездеход. Я повернул руль, приблизив автомобиль к домам на правой стороне улице и прибавил скорость. Посмотрев на флайер, заметил, что бортовые орудия повернулись в нашу сторону. Инстинктивно почувствовал, что Кара вот-вот начнет стрелять.

— Осторожно!

Мы с Радой низко наклонились, спрятавшись за приборной панелью. А через секунду загрохотали пулеметы. Ветровое стекло треснуло, в салон брызнули осколки. Пули одна за одной впивались в спинки сидений.

Крепко держа руль обеими руками, я вдавил педаль газа до отказа в пол. Вездеход проехал слишком близко от флайера. Я это понял, когда металл противно заскрежетал об металл. Через секунду-другую, звук прекратился. Мы вырвались вперед.

Я облокотился на спинку сидения и включил на бортовом компьютере обзор с одной из камер заднего вида. Увидел, как флайер быстро поднялся в воздух, развернулся и снова полетел за нами.

— Это из-за тебя мы вляпались в это дерьмо! — раздался с заднего сидения злобный голос. — Все из-за того, что ты не дал мне прикончить эту сучку, когда была такая возможность!

Я удивленно посмотрел в зеркало и перехватил сердитый взгляд Китсона. Оказалось, что он давно пришел в себя и уже понял, в какую передрягу мы попали. Время от времени он оборачивался, сквозь заднее окно смотрел на летевший за нами флайер и ругался в полголоса.

Кара уже догнала нас и сразу же снова открыла огонь. Очередная ракета врезалась в дорогу совсем рядом с вездеходом. Взрыв поднял в воздух комья земли и мелкие камешки. Машина развернулась на девяноста градусов и остановилась. Двигатель опять заглох.

Все вокруг заволокло пылью. Она проникла в салон через разбитое ветровое стекло. Рада закашлялась и замахала рукой. Я тщетно пытался завести мотор. Бортовой компьютер вовсю светился красный светом и ругался на многочисленные поломки.

В конце концов двигатель завелся — сработали аварийные системы и устранили некоторые из неполадок. А вот когда пыль разошлась, мы увидели, что флайер снова завис над дорогой, преградив нам путь вперед. Все его бортовые орудия были направлены на наш автомобиль. Я понимал, что пока вездеход будет разворачиваться в обратную сторону, пока будет набирать скорость, Кара успеет превратить его в груду изрешеченного металлолома.

На видеофон вездехода поступил вызов. Я ответил на него.

— Выходите из машины, — произнесла Кара ледяным тоном.

Никто из нас не пошевелился. Я мучительно пытался придумать, как нам выбраться из сложившейся ситуации.

Кара выжидающе смотрела на нас несколько секунд. Затем сказала:

— Вы же сами знаете, что влипли. Выползайте сейчас же! — голос Кары задрожал от злости. — Или я разнесу ваше корыто на куски!

— И уничтожишь при этом… — начал было я, но Кара не дала мне договорить.

— Неужели вы еще не поняли, что мне плевать на эти проклятые ящики и на то, что в них лежит? Если с ними что-нибудь случится, это расстроит Ригана. Но не меня.

— Но ты же работаешь на него.

— И что? Я без проблем найду себе другого работодателя. Конечно, Риган неплохо платит, но я уж лучше уничтожу вас вместе с этими треклятыми ящиками, чем позволю вам скрыться. Особенно Китсону… Он ведь с вами, не так ли?

Ни я, ни Рада ничего не ответили. Китсон тоже не высовывался. Кара переводился взгляд с меня на Раду. И снова заговорила.

— Ладно, скажу откровенно — я не имею ничего против тебя, Громов и против этой девицы. Но мне нужен Китсон. И ящики. Поэтому вас двоих я отпускаю. Вылезайте из машины и уходите. Ригану я сообщу, что вам удалось уйти.

— А если мы откажемся? — спросил я.

— Тогда я всех вас уничтожу, — ответила Кара очень спокойным, ровным голосом.

Я погрузился в размышления. Хоть внешне я и не показывал этого, но во мне кипела жгучая ненависть к Китсону за то, что он сделал. Из-за него погибла девушка, которую я полюбил… Однако хоть я горячо желал собственноручно с ним поквитаться, но погибать из-за него вовсе не собирался. У Кары были свои счеты с Китсоном, при чем, по-видимому, еще давнишние. Что же, тогда пусть она и разбирается с ним.

Повернув голову, я посмотрел на Раду. Она говорила мне, что Риган стоит на краю пропасти и что если «замороженные» инопланетные существа не достанутся ему, тогда вся его благополучная жизнь сразу же развалится. И она именно этого и хочет, поскольку Риган виновен в смерти ее брата. Если он получит контейнеры, его не уволят из «Эко» и тем самым он избежит многих проблем. Конечно, после того, что он сделал с ее братом, Рада не хотела бы, чтобы Риган вышел сухим из воды… Но ситуация, в которую мы угодили не давала нам особой свободы выбора.

Рада заметила, что я смотрю на нее и встретила мой взгляд. Мы не сказали друг другу ни слова, но поняли, что думаем об одном и том же.

Я кивнул ей и перевел взгляд на экран видеофона. Кара все еще ждала ответа и, судя по ее хмурому лицу, уже начинала терять терпение.

— Ладно, — сказал я. — Пусть будет по-твоему.

Лицо Кары просветлело.

— Хорошо. Рада что вы одумались.

— Эй-эй, — раздался с заднего сидения голос. — Вы что задумали, мерзавцы?

Не обращая на возмущавшегося Китсона никакого внимания, я взялся за ручку двери. Посмотрев на Кару, сказал:

— Мы выходим. Не стреляй. Китсон теперь твой.

Кара кивнула и оборвала видеосвязь.

Я начал открывать дверцу и тут краем глаза заметил на крыше ближайшего к флайеру здания какую-то тень. Пригляделся к ней и понял, что это человек. Он был вооружен ракетной пусковой установкой.

Рада уже полностью открыла дверь и собиралась выйти из машины.

— Подожди! — сказал я, схватив ее за плечо. — Смотри!

Рада захлопнула дверь. Через ветровое стекло она тоже увидела человека на крыше. Он подошел к самому парапету и выстрелил из пусковой установки. Ракета вырвалась из ствола оружия и метнулась к флайеру.

Приборы предупредили Кару об угрозе, и она успела вовремя среагировать. Флайер качнулся, и ракета пролетела мимо. Она ударилась в здание на противоположной стороне улице. Раздался мощный взрыв. Во все стороны полетели куски камня и осколки стекла.

Двигателя флайера шумно загудели. Машина поднялся ввысь на несколько метров, повернулась и начала обстреливать крышу, с которой стрелял человек, из пулеметов. Мужчина бросился бежать. Но у него не было ни единого шанса спастись. Огромные пули крупнокалиберных пулеметов разорвали его тело на куски.

Он был не один. На соседних крышах показались еще люди с пусковыми установками. Одновременно все они начали стрелять. Кара кружила над домами, обстреливая крыши. Но в конце конов одна из ракет попала в цель. Правый борт флайера задымился. Машина дрогнула, закачалась. Летать она стала неровно, дергано.

Мы не стали дожидаться окончания боя. Я выехал на одну из боковых улочек. Вездеход помчался по ней, оставляя поле сражения далеко позади. Двигатель без конца чихал, а бортовой компьютер ругался на множество поломок. Через некоторое время мотор заглох. Машина встала, как вкопанная. Я поворачивал ключ в замке зажигания, но мотор наотрез отказывался заводиться.

К счастью, улочка, на которой мы остановились, оказалось очень тихой и спокойной. Я вызвал челнок с «Миранды» и вышел из машины. Вокруг не было ни души. Только откуда-то издалека доносились звуки перестрелки.

Мы вытащили из кузова вездехода контейнеры. Они все еще были на антигравитационных телегах, поэтому нам не составило труда затащить их по ступенькам на крышу одного из двухэтажных каменных зданий. Мы стали ждать.

Наконец, в небе показался челнок. Пока он шел на посадку, я высматривал на крышах злостных стрелков с гранатометами, держа плазменный пистолет «Акаст» наготове. Но вокруг никого не было.

Челнок сел прямо на крышу. Мы зашли в него, толкая перед собой гравитационные телеги с контейнерами. Закрыли люк и направились в кабину. Мы с Карой сели в кресла пилотов. Китсон остался где-то в задней части челнока.

Маленькое судно оторвалось от крыши, уткнулось носовой частью в небо и рвануло вперед. Я ни на секунду не забывал о гранатомтчиках и потому задал двигателям максимальную скорость.

Только когда челнок вырвался из атмосферы и оказался в космосе, я расслаблено откинулся на спинку кресла. Соламар-1 остался позади, и я надеялся, что мне больше никогда не придется возвращаться на эту негостеприимную планету.

Я задал автопилоту курс, и челнок полетел к «Миранде».

За спиной послышались шаги. Я не стал оборачиваться.

— Куда направляемся? — спросил Китсон.

— На «Миранду», — ответил я спокойно. — Потом на Варгос.

— В этом я сильно сомневаюсь.

Что-то в голосе Китсона заставило меня обернуться. На меня угрожающе смотрело небольшое черное дуло. Китсон держал в руке пистолет. Очень-очень знакомый пистолет. «Черный стриж». Я потянулся к кобуре и обнаружил, что она пустая.

— Когда успел? — спросил у Китсона.

— Когда ехали на машине, — отозвался он. — Ты сидел за рулем и был слишком обеспокоен улепетыванием от этой сумасбродной психованной Кары, поэтому даже не заметил, как я открыл замок на наручниках и вытащил «Черного стрижа» из твоей кобуры.

Но плазменный пистолет «Акаст» все еще был при мне. Китсон сразу понял, о чем я думаю и сказал:

— Не смей. Давай-ка лучше его сюда. Только вытаскивай из кобуры очень медленно, а то я что-то нервным стал после той недавней сумасшедшей поездки.

Китсон забрал у меня «Акаст» и проверил не вооружена ли Рада. После этого он широко ухмыльнулся.

— Вот теперь я чувствую себя куда спокойней. Ладно, меняй курс давай. Мы летим на Балмору.

Я не притронулся к приборам на панели управления. Китсон покачал головой.

— Послушай, у меня уже нет повода желать тебе смерти. Но ты мне не нужен, — сказал Китсон и кивнул на Раду. — Она мне тоже не нужна. Если вы не будете делать, что вам велят, тогда я избавлюсь от вас. Но в этом случае мне придется тащить ваши тела в шлюз, выбрасывать их в космос… А потом еще тщательно вытирать все пятна крови, даже самые малейшие. Заниматься всей этой возней мне совсем не хочется. Конечно, можно будет оставить ваши тела лежать на месте, но тогда балморцы обязательно спросят, почему на челноке, на котором я прилетел, находятся два свежих трупа? Придется придумывать какую-нибудь убедительную историю…

Китсон явно собирался и дальше разглагольствовать, но мне уже надоело слушать его. Я задал автопилоту новый курс. Челнок направился к космической орбитальной станции «Балмора».

— Послушай, Громов, — снова заговорил Китсон, но теперь его голос звучал мрачно, без тени прежней веселости. — Хоть я и сказал, что не хочу убивать тебя, но если выкинешь какую-нибудь глупость, без промедления пущу тебе пулю в голову. Так что давай без глупостей, хорошо?

Весь дальнейший пусть до космической станции мы проделали молча. В полнейшей тишине раздавался лишь едва слышимый ровной гул двигателей. Мы с Радой все так же сидели в креслах пилотов, а Китсон стоял позади, следил за нами.

Наконец, мы почти вплотную подошли к «Балморе». На связь вышел диспетчер. Настроен он был крайне подозрительно. Потребовал назвать регистрационные номера, поинтересовался кто мы, откуда, с какой целью явились. Услышав, что нас ожидает Орлов, он заявил, что ему сперва надо удостовериться, так ли это и дал отбой. Только через тридцать-сорок стандартных минут после всех проверок он наконец вновь связался с нами и разрешил посадку.

Однако завести челнок в ангар нам не позволили. Велели подлеть к одной из стыковочных платформ. Я подвел судно к нужному месту и погасил скорость. От станции к шлюзу челнока выдвинулся рукав и закрепился на внешнем люке. Раздался характерный щелчок.

— Все, выходим, — сказал Китсон. — Вы спереди, а я за вами. И да, помни, Громов, о чем я недавно тебя предупреждал. Если выкинешь какой-нибудь фокус, первая пуля достанется тебе.

Мы с Радой поднялись с кресел. Китсон шагнул в сторону пропуская нас вперед. «Черный стриж» он сунул в набедренную кобуру, но застегивать ее не стал. Мы вышли через шлюз челнока в узкий рукав. Добрались по нему до одной из шлюзовых камер «Балморы». Когда внутренняя дверь открылась, оказались в большом ангаре космической станции. Огромное помещение было заставлено челноками, катерами и другими различными мелкими суднами.

Нам навстречу уже шли около десяти человек. Вопреки моим ожиданиям, это были не радостные ученые, которым не терпится забрать у нас инопланетные технологии, а толпа суровых и вооруженных крупнокалиберными пистолетами охранников. Во главе их уверенным твердым шагом шла высокая женщина. Ее темные волосы были собраны в хвост. Поверх рубашки красовался бронежилет, а на голове сидела полицейской бейсболка. На бейдже было написано: «И.И. Кирова».

Охранники подошли к нам и замерли. На их угрюмые лица, а еще больше на пистолеты, которые они держали в руках, было неприятно смотреть.

Кирова вышла чуть вперед, окинула нас холодным взглядом и произнесла:

— Вы все трое арестованы. Прошу, сдайте оружие и не оказывайте никакого сопротивления.

Повернув голову, я посмотрел на Китсона.

— Полагаю, что ты не так все планировал, да?

В ответ он лишь заскрипел зубами.

Глава 23

Охранники забрали у нас оружие. Вернее, только у Китсона забрали, поскольку все наши с Радой пистолеты были у него. Это несколько удивило Кирову, судя по ее слегка приподнявшимся бровям. Однако она не стала задавать никаких вопросов.

Мой бывший напарник был вне себя от злобы. Когда его обыскивал один из охранников, у Китсона было такое выражение лица, будто он собирается врезать наглецу, осмелевшему облапать его.

Кирова даже не сочла нужным нам ничего объяснять. Но Китсона это не устраивало. Когда его разоружили, он спросил:

— Так вы нам скажите, что здесь происходит или нет? Разве мы что-то нарушили? Мы прилетели сюда на деловую встречу. Нас пригласил Орлов. Думаю, здесь он всем хорошо известен, поэтому мне не надо объяснять, кто он такой?

— Да, он один из наиболее уважаемых и занятых людей на «Балморе». Договориться с ним о встрече не так-то просто.

— Если вы думаете, что мы проникли к вам на станцию каким-то обманным путем, то можете позвонить Орлову и спросить, ждет ли он меня.

— Мы уже связались с ними и знаем, что он действительно пригласил вас, — спокойно ответила Кирова. — Вас задержали совсем не по этой причине.

— Так по какой?

— Мы навели о вас справки, — пояснила Кирова, окинув нас взглядом. — Вы все трое работаете в корпорации «Континентал», которая борется с преступностью.

— И что? — резко спросил Китсон.

Кирова холодно посмотрела на него.

— Вас зовут Алекс Китсон, правильно?

— Да, — ответил он, и на его лице появилось такое выражение, будто он собирался плюнуть Кировой в лицо.

— Я лично разговаривала с директором «Континентала» Михаилом Керенским. Он сказал, что недавно уволил Алекса Китсона, то есть вас, и что сейчас вы находитесь в розыске за некоторые серьезные преступления.

Китсон ничего не ответил. Его лицо помрачнело, а глаза потемнели от злости. Несколько охранников, заметив его состояние, подняли оружие. Но Китсон даже не шелохнулся. Он стоял совершенно неподвижно и лишь смотрел на Кирову гневным взглядом.

— Так вот значит в чем дело, да? — спросил я. — Выходит, мы с Радой свободны?

Кирова посмотрела на меня. Ее взгляд ничуть не потеплел.

— Дмитрий Громов, правильно?

Я кивнул.

— Керенский сказал, что поручил вам разыскать Китсона, — пояснила Кирова. — Однако я никого из вас отпустить не могу. Вы все находитесь под стражей, пока все не выяснится.

— Что не выяснится? — потеряла терпение Рада. — В чем мы провинились?

— Возможно, вы виноваты в хищении. Но до выяснения всех фактов утверждать я пока ничего не могу.

— О чем вы говорите? — снова спросила Рада.

— Незадолго до вашего появления, — начала пояснять Кирова, — с нами связался один из директоров корпорации «Эко» — Микки Риган.

Краем глаза я заметил, что Китсон напрягся. Повернув голову, посмотрел на него. Он плотно сжал губы, а его взгляд, направленный на Кирову, стал совсем свирепым.

— Риган назвал ваши имена и дал описания вашей внешности, — продолжала она. — Он сказал, что вы возможно скоро прилетите к нам на станцию и попытаетесь кому-нибудь здесь продать то, что принадлежит ему.

— То, что принадлежит ему? — переспросила Рада.

— Да. Я лично беседовала с ним. Он уверял меня, что вы кое-что у него украли. Я предупредила всех наших диспетчеров и попросила дать мне знать, если вы появитесь.

— Он сказал вам, что именно мы якобы у него украли?

— Нет. Намекнул лишь, что это какая-то секретная технология, над которой его отдел в тайне от всех трудился в течении нескольких лет.

У Рады на лице появилось такое сердитое выражение, что Кирова растерялась. Но уже через секунду к ней вернулась уверенность.

— После разговора с Риганом я навела справки, — продолжила Кирова. — Оказалось, что у него весьма сомнительна репутация. В общем, у меня нет никаких оснований верить тому, что он мне сказал. Но у меня так же нет оснований верить и вам. Я сообщила Ригану, что мы задержали вас. Он сказал, что уже летит на «Балмору». Поэтому надеюсь, что уже очень скоро мы во всем разберемся и выясним, кто прав, а кто виноват. Риган должен быть здесь с минуты на минуту.

Что-то привлекло внимание Кировой, и она повернула голову. Заметив кого-то, она кивнула.

— А вот кажется и он, — произнесла она. Ее взгляд оставался все таким же спокойным и холодным.

Я обернулся. К нам шли около десяти человек, одетых в белые легкие бронекостюмы. Наемные солдаты, работающие на Ригана. Но самого Ригана среди них не было.

Они остановились возле нас. Один чуть вышел вперед и нажал кнопку на шлеме. Раздался щелчок. Металлическое забрало разделилось на два фрагмента, и они беззвучно скользнули в противоположные стороны.

Перед нами предстала полностью прозрачная выпуклая маска, а за ней — мужское жесткое лицо. Серые угрюмые глаза быстро посмотрели на меня, Китсона и Раду, а затем уставились на Кирову.

Молча ей кивнув, мужчина вытащил из специального карманчика на бронекостюме небольшую черную коробочку — проектор — и щелкнул переключателем.

Рядом с мужчиной появился очень знакомый толстяк с абсолютно лысой головой. Трехмерное изображение было таким реалистичным, словно перед нами стоял живой и настоящий Микки Риган.

Мужчина держал проектор таким образом, чтобы его босс видел всех стоявших перед ним людей. Риган лишь мельком огляделся вокруг. Только на мне он задержал взгляд чуть дольше, чем на остальных. Затем впился маленькими, глубоко утопленными в жировые складки, глазками в Кирову и спросил:

— Что-то я не понял — где контейнеры с моими секретными технологиями?!

Риган произнес это в довольно грубой манере. В нашу первую с ним встречу он предстал передо мной в роли доброго и заботливого дядюшки. Очевидно, он уже потерял всякое терпение и хотел поскорее прибрать к руками инопланетных существ. Он забыл о маске, которую должен был носить и теперь я увидел его настоящее лицо — Риган был злым, нервным, способным на любую гадость, лишь бы достичь желаемого.

Кирова окинула трехмерное изображение холодным взглядом.

— Они прилетели на челноке, — сказала она. — Наверное, там и находится то, что вы ищете.

— Так принесите их сюда поскорей! — рявкнул Риган. — Я должен убедиться, что с результатами многолетних трудов всего моего отдела все в порядке!

Кирова коротко кивнула своим людям. Двое из них ушли. Между нами повисла тяжелая тишина.

Напряжение постепенно возрастало. Риган не сводил глаз с дверцы шлюза, за которой скрылись те двое. Мой бывший напарник переводил взгляд с охранников «Балморы» на солдат Ригана. Руки Китсона медленно сжимались и разжимались в кулаки. Кирова не могла не чувствовать нарастающее напряжение, но внешне оставалась совершенно невозмутимой.

Наконец, двое охранников вышли из шлюза. Перед собой они толкали две гравитационные телеги с закрепленными на них криогенными камерами.

— Ну что, все в порядке? — холодно спросила Кирова, когда ее люди подкатили к нам телеги.

— С виду все в порядке, — строго ответил Риган. — Но точно могу сказать только, когда инженеры их осмотрят.

Теперь, когда долгожданные контейнеры с инопланетными существами были почти у него в руках, Риган заметно успокоился.

— Хорошо, — сказал он уже гораздо более мирным голосом, — благодарю вас. Вы проделали хорошую работу. Еще раз спасибо за то, что пошли мне навстречу и помогли вернуть бесценные результаты многолетней работы. Позвольте теперь попрощаться с вами. Мои люди забирают контейнеры и сразу же улетают. А что касается этих троих, — при этих словах Риган строго посмотрел на меня, а Раду и Китсона не удостоил даже и мимолетным взглядом. — Один из них разыскиваемый на Варгосе преступник. Что касается остальных двух… Лично мне они не нужны. Нет ни времени, ни охоты возиться с ними за то, что они сделали. В общем, поступайте с ними на ваше усмотрение.

Мужчина, державший в руках проектор, хотел уже выключить это устройство связи, но Кирова быстро шагнул вперед и взмахнула рукой, привлекая к себе внимание.

— Подождите! — сказала она, повысив голос. — К сожалению, я не могу позволить вашим людям забрать эти контейнеры и отпустить вас.

Настроение Ригана тотчас изменилось. Его глаза мгновенно ожесточились. Голос снова стал враждебным и резким.

— Что это еще значит? — пролаял он. — Почему я не могу забрать то, что принадлежит мне?!

— Раз уж мы оказались втянутыми в это дело, то…

— «Мы»? — даже не дал ей закончит Риган. — Кто это «мы»?

— Станция «Балмора» и наше охранное агентство, которое здесь работает. И, повторюсь, раз уж нас втянули в это дело, то я должна во всем разобраться…

— В чем разобраться? — снова перебил ее Риган. — Что вы задумали?

— Ну для начала в том, что эти технологии действительно принадлежат именно вам, — спокойно сказала Кирова.

— Вы что, издеваетесь? — Риган был вне себя от злобы.

— Отнюдь.

— Уже забыли, что я вам говорил? Это абсолютно секретная технология, над которой мой отдел в тайне трудился много лет…

— Я все это прекрасно помню, — вставила Кирова.

— …поэтому никаких документов на эти изобретения я вам предоставить не могу! — закончил Риган с красным от негодования лицом.

— Вам придется каким-то образом доказать, что они принадлежат именно вам. А иначе я не смогу их вам отдать.

— Вы совсем рехнулись? — Риган едва не задыхался от возмущения. — Да вы хоть в курсе, кто я такой?

— Разумеется, в курсе, — сухо ответила Кирова. — Вы сами говорили, кто вы и где работаете. Ну плюс я и сама потом наводила некоторые справки. Прошу, поймите меня правильно. Мы, то есть, повторяюсь, станция «Балмора» и наше охранное агентство, оказались меж двух огней. С одной стороны, вы и «Эко», а с другой эти трое, вернее двое, агентов и корпорация «Континентал», на которую они работают. Если я сейчас неправильно поступлю, то одна из этих организаций можно обидеться на нас. Поэтому чтобы «Балмору», наше охранное агентство и лично меня не обвинили в некомпетентности, чтобы не испортить нам репутацию и чтобы не нажить врага в виде крупной корпорации, я должна сейчас разобраться во всем этом деле и принять правильное решение.

Кирова замолчала, давая Ригану возможность прокомментировать все сказанное ей. Но он ничего не сказал. Риган уже понял, что Кирову не получится переубедить. Поэтому говорить с ней ему уже было не о чем.

Он смерил Кирову тяжелым взглядом, посмотрел на своего человека, который держал проектор в руках. Риган ничего не произнес, однако мужчина, по-видимому, понял, чего от него хочет босс. Он кивнул и выключил проектор. Трехмерное изображение Микки Ригана исчезло. Мужчина нажал кнопку на шлеме. Фрагменты забрала снова сошлись вместе, закрыв от нас суровое лицо.

— Эй, подождите! — запротестовала Кирова. — Что происходит? Почему вы оборвали видеосвязь?

Солдаты в белых бронекостюмах уже повернулись к ней спиной и пошли прочь. Один из них, тот, который недавно держал в руках проектор, чуть повернул голову в пол-оборота и даже не замедляя шаг бросил:

— Мы уходим.

Кирова растерянно смотрела им вслед. Я же весь напрягся. Выражение лица, с которым Риган посмотрел на своего человека, перед тем, как тот выключил проектор, мне совсем не понравилось. Я знал, что Риган не бросит попытки завладеть инопланетными технологиями, тем более, когда они уже почти что были в его руках.

Я почувствовал, что меня кто-то слегка толкнул в плечо. Это была Рада. Встретив мой взгляд, она кивком показала на Китсона. Я посмотрел на него. Он был весь напряжен. Правую ногу чуть отвел назад и согнул в колене. Его лицо превратилось в маску. Немигающий взгляд был направлен на Кирову. Китсон выглядел так, будто готовился к прыжку.

Прежде чем я успел что-либо предпринять, практически одновременно произошло два события.

Первое — солдаты Ригана внезапно выхватили оружие и разбежались кто куда.

А почти сразу же после этого Китсон вдруг резко сорвался с места. Меня отвлекли люди Ригана, поэтому я не успел помешать бывшему напарнику. Он бросился на Кирову и вцепился руками ей в горло. Под тяжестью его веса, она упала на пол. Китсон навалился на женщину сверху, продолжала сдавливать ей горло.

Один из охранников метнулся на помощь своему командиру. И тут же свалился на пол, сраженный ураганным огнем. Это солдаты Ригана начали стрелять. Охранники бросились врассыпную. Но поблизости не было никаких укрытий, поэтому несчастные, настигнутые врасплох подчиненные Кировой падали замертво один за другим.

Пули метались вокруг нас с Радой. Мы кинулись к единственному ближайшему укрытию — одному из двух больших контейнеров. Странно, но по нам сразу прекратили огонь. Очевидно, люди Ригана хорошо запомнили, что произошло во время штурма логова банды Хью Логана на заброшенной научной станции системы Ашмор. Тогда по контейнеру кто-то несколько раз выстрелил, крышка лопнула и изнутри вырвалось страшное и смертельно опасное чужеродное существо… Солдатам Ригана был дан четкий приказ, поэтому они не могли допустить, чтобы повторилось то, что случилось на астероиде в звездной системе Ашмор.

Послышался топот ног. В нашу сторону бежал один из охранников. Вдруг на его груди появилось несколько красных пятен. Мужчина упал, выронив из рук небольшой пистолет-пулемет «Оса». Он отскочил прямо к контейнерам. Выгадав момент, когда в нашу сторону никто не стрелял, я вытянул руку и поднял оружие.

Магазин был наполовину израсходован. В нем оставалось всего около тридцати зарядов. Не очень много, особенно для скорострельного мелкокалиберного оружия, но все же лучше, чем ничего. Теперь, когда у меня в руках была «Оса», я почувствовал себя несколько уверенней.

Контейнеры, за которыми мы прятались, находились почти в самом центре ангара. Нам следовало поискать более надежное укрытие. Я осторожно выглянул из-за края контейнера и осмотрелся.

Неподалеку на спине лежала Кирова. Ее остекленевшие глаза смотрели в одну точку на потолке. Мой бывший напарник с такой силой сжимал женщине горло, что сломал ей шейные позвонки. Но самого Китсона нигде не было видно.

— Берегись! — пронзительно вскрикнула вдруг Рада и схватила меня за плечо.

Я резко обернулся, но не сразу заметил опасность. Только когда на пол что-то упало и покатилось в нашу сторону, стало все ясно. Кто-то из охранников «Балморы» не очень удачно швырнул гранату. Или же наоборот — очень удачно, если предположить, что он метил как-раз именно в нас с Радой, а не в кого-то из солдат Ригана.

Граната остановилась прямо между двумя контейнерами. Мы вскочили на ноги и бросились бежать. А через секунд грянул взрыв. Воздушная волна подняла меня в воздух и швырнула на пол. Упав, я сильно ударился головой и потерял сознание на несколько секунд.

Когда очнулся, то сперва ничего толком не увидел. Перед глазами все расплывалось и раздваивалось. Затем кто-то стал трясти меня за плечо. Раздался знакомый женский голос.

— Ты в порядке? Не ранен?

— Кажется, нет, — прохрипел я.

— Надо уходить, — с тревогой в голосе сказала Рада.

Зрение наконец вернулось ко мне, и я понял, что Рада права.

Оба контейнеры были открыты. По всему ангару почти под самым потолком стремительно кружили два «призрака» и нападали на людей.

Охранники «Балморы» в ужасе метались по всему ангару. Лишь некоторые из них сумели сохранить хладнокровие и, спрятавшись за укрытиями, стреляли по странным летающим существам.

Солдаты же Ригана были лучше подготовлены и более организованы. Они разбились на две группы и поочередно атаковали одного из «призраков». Когда полумеханическое создание начинало охотиться за первой группой, солдаты, входящие в ее состав, разбегались кто куда. И в дело сразу вступала вторая группа. Она начинала активно стрелять по инопланетному существу, отвлекая его на себя.

Бросив наблюдать за разворачивающейся в ангаре схваткой, я стал осматривать пол вокруг себя. Рада догадалась, что я ищу и протянула мне «Осу». Взяв оружие, поднялся на ноги. Мельком огляделся и бросил:

— Пошли. Быстро!

Мы побежали к шлюзу, который выводил к присоединенному к нашему челноку рукаву. До нас уже никому не было дела. Охранники «Балморы» и люди Ригана уже почти не стреляли друг в друга. Теперь у них появилась более серьезная проблема. «Призраки» пикировали к полу и атаковали всех без разбору, и охранников, и солдат Ригана, и даже простых работников ангара. Мужчины и женщины один за другим превращались в безжизненные полупрозрачные глыбы «льда».

Рада хотела уже забежать в шлюз, но я остановил ее.

— Подожди. Смотри!

Она подошла к большому иллюминатору, возле которого я стоял и посмотрела в него.

— Это наш челнок? — пораженно спросила она, глядя на небольшое судно, неподвижно висящее в черной пустоте.

— Да.

— Но где тогда рукав?

— Видимо, его убрали, чтобы мы не могли сбежать.

Я отвернулся от иллюминатора. Огляделся. На стене слева в нескольких метрах на полом увидел большое окно. Через него просматривалось большое помещение с различными терминалами. Очевидно, это была комната управления. Возле окна находилась дверь. К ней вели ступеньки.

— Пошли.

Мы направились к лестнице. Я держался настороже и каждую секунду бросал по сторонам внимательные взгляды. В какой-то момент сквозь все остальные звуки прорезался дикий, истошный вопль. Я резко обернулся и увидел толстого человека. Судя по спецодежде это был один из работников ангара. Спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу и не умолкая ни на секунду, он бежал в нашу сторону. А за ним летел «призрак».

Все произошло очень быстро. Существо резко спикировало вниз и «выплюнуло» сгусток какого-то голубоватого вещества. Светящийся комочек ударил мужчину в спину и несчастный человек мигом покрылся светло-синей и очень прочной на вид коркой. Обездвиженный и, наверняка, уже мертвый работник ангар с грохотом упал на пол. На его лице застыла маска ужаса.

А «призрак» продолжил лететь параллельно полу. И мчался он прямо на нас. С силой оттолкнув Раду в сторону, я вскинул пистолет-пулемет и прицелился прямо в механическую физиономию существа. Через секунду, когда «призрак» был уже совсем близко, нажал на спуск. Оружие выпустило длинную очередь.

Как было это ни было удивительно, но прежде чем пули успели поразить «призрака», он резко метнулся вверх. Долетев почти до самого потолка, он взглянул оттуда на меня. А через секунду выплюнул какой-то голубоватый сияющий сгусток. С поразительной скоростью светящийся комок, напоминающий плазму, полетел вниз.

Я едва успел отскочить в сторону. На том месте на полу, где я стоял секунду назад, расплылось большое светло-синее пятно, отдаленно напоминающее корку льда.

Вскинув «Осу», я открыл огонь. Существо тут же метнулось в сторону. Попасть по стремительному «призраку» оказалось не так-то просто.

Раздался характерный щелчок. В магазине кончились патроны. Я бросил ставший бесполезным пистолет-пулемет на пол. «Призрак» завис в воздухе прямо надо мной.

— Бежим! — закричала Рада.

Но убегать не пришлось. Откуда-то сбоку замелькали вспышки, и инопланетное существо вздрогнуло всем телом. Это солдаты Ригана снова открыли прицельный огонь по враждебному пришельцу. «Призрак» сразу забыл про меня и ринулся в сторону агрессивных наемников.

Мы с Радой добежали до лестницы, быстро поднялись по ступенькам, открыли дверь и вошли в комнату управления.

Внутри никого не оказалось. Я подошел к пульту. Он состоял из целой кучи мониторов, сенсорных дисплеев, кнопок, переключателей и всего остального. Мне потребовалось несколько минут, чтобы разобраться, что к чему.

Наконец, я отыскал терминал, с помощью которого можно было протянуть рукав к нашему челноку. Я нажал кнопку, и на экран тотчас выскочила горящая красным цветом надпись: «Доступ запрещен!». Очевидно, что перед тем, как покинуть комнату управления, диспетчеры предусмотрительно заблокировали все компьютерные терминалы.

Некоторое время я стоял возле пульта и нажимал на различные кнопки, пытаясь снять блокировку. Но все было тщетно.

— Смотри! — вдруг произнесла Рада.

Она стояла возле большого окна, которое выходило на ангар. Я подошел к ней и сквозь толщу стекла посмотрел вниз.

Один из «призраков» беспорядочно метался по всему помещению. Но летал он неуверенно и уже не так быстро, как раньше.

— Кажется, он ранен, — заметила Рада.

— А где второй? — спросил я, обводя ангар взглядом. Второго «призрака» нигде не было видно.

— Не знаю.

Солдаты Ригана ввели активный огонь. Каждый раз, когда пули входили в полупрозрачное органическое тело «призрака», оно вздрагивало всеми своими щупальцами. Из многочисленных отверстий на туловище инопланетного существа лилась голубоватая жидкость.

Неожиданно, «призрак» взметнулся к потолку, а затем спикировал вниз и бросился лететь к огромной двери шлюза, через которую в ангар залетают челноки и другие небольшие судна. Инопланетное существо замерло в воздухе и стало обрызгивать внутреннюю дверь шлюза каким-то веществом, похожим на воду.

Солдаты Ригана побежали к «призраку», чтобы атаковать его, пока оно неподвижно. Но не успели. Уже секунды через две-три дверь шлюза вся словно заледенела. Существо выстрелило голубоватым сгустком, тот ударил в дверь, и она разлетелась на миллионы мелких осколков.

Все, кто это увидел, так и замерли от изумления. Кроме солдат Ригана. Их не так-то просто было удивить. К тому же однажды им уже довелось увидеть, как один из «призраков» проделал точно такой же фокус.

Инопланетное существо метнулось в шлюз. Работники ангара и охранники догадались, что оно собирается проделать с внешней дверью то же самое, что проделало с внутренней и в панике бросились бежать прочь. А вот солдаты Ригана нисколько не испугались. Они были одеты в космические костюмы, так что не боялись оказаться в безвоздушном пространстве.

Через секунду-другую в ангаре разом вспыхнули красным светом все лампочки и пронзительно завыла сирена. Воздух со свистом стал выходить в открытый космос. Аварийная переборка в шлюзе стала опускаться, но вдруг странно задергалась и замерла. Очевидно, оружие «призрака» повредило механизм.

Солдаты Ригана тотчас включили магниты на подошвах. А вот тем работникам и охранникам, которые не успели покинуть ангар очень не повезло. Их сбило с ног воздушным потоком и потащило в шлюз. Тех, кто не успел ухватиться на посадочные ноги челноков, выбросило в открытый космос.

«Призрак» не показывался из шлюза. Вероятнее всего, вылетел наружу, ведь смертельные для человека условия открытого космоса ему были не страшны.

Свист прекратился. Воздух на удивление быстро улетучился из ангара. Те, кому посчастливилось ухватиться за ножки небольших космических суден уже умерли от недостатка воздуха. Солдаты Ригана даже не пытались им помочь. Они некоторое время стояли на месте, а затем направились к шлюзу и вскоре скрылись в нем.

— Что будем делать? — спросила Рада.

Я продолжал осматривать через толщу стекла помещение ангара. Все было тихо. Не единого движения. Раненый «призрак», очевидно, вылетел в открытый космос. Но вот куда делся второй?

Отвернувшись от окна, я осмотрел комнату управления. Никакого оружия отыскать не удалось. Открыв большой шкаф, я обнаружил в нем космические костюмы. Они были одеты на специальные манекены. Один из них был «голый».

Мы с Радой облачились в космические костюмы. Прежде чем открыть дверь, я еще раз осмотрел через окно помещение ангара. Все было спокойно. Второго «призрака» нигде не видно. Возможно, солдаты Ригана давно уже покончили с ними. Или тот вылетел через шлюз в открытый космос.

Когда дверь стала открывается, воздух тут же начал вытягиваться из комнаты управления. Мы с Радой спустились по ступенькам и направились в сторону внутренней двери шлюза, через который попали на «Балмору». Я держался настороже и то и дело оглядывался по сторонам.

Проходя мимо катера, я увидел лежащего возле него человека. Из набедренной кобуры торчала рукоятка пистолета. Я наклонился и вытащил оружие. Оглядел его. Это был «Гром» — стандартная модель, которой пользуются многие обычные охранники. Особого толку от такого оружия не будет, но все же это лучше, чем совсем ничего.

Вдруг на дисплее внутренней стороны шлема замигал красный огонек. Датчик движения. Он указывал на то, что сзади кто-то был. Я резко обернулся и вскинул пистолет.

Но никого не увидел. Огонек горел тускло и мигал редко. Значит, тот, на кого реагировал датчик движения, был далеко. Наверное, находился где-то в дальней части ангара, которую я не видел из-за нескольких десятков космических катеров и челноков.

— Кто там? — прошептала Рада, будто боясь, что ее могут услышать.

— Не знаю. Никого не вижу. Но датчик на что-то ругается.

— Да, у меня тоже. Что будем делать?

— Идем дальше.

Осторожно ступая, я шел спиной вперед, держа пистолет «Гром» наготове. Огонек продолжал подавать слабые сигналы, но возмутитель спокойствия по-прежнему не показывался. Возможно, это просто какой-то ремонтный робот делает какие-то свои дела в дальней части ангара? Наверное, так оно и есть.

Когда мы добрались до шлюза, огонек вдруг перестал мигать. Вероятно, робот укатил куда-то так далеко, так что датчик движения перестал его замечать.

— Погас, — послышался из наушников голос Рады.

— Да, и у меня.

Рада нажала нужную кнопку на панели управления. Внутренняя дверь слегка дрогнула и стала открываться. Я повернулся к ней спиной и принялся оглядывать помещение. Нельзя было терять бдительности. Хоть датчик движения и молчал, но я все равно не собирался расслабляться. Во всяком случае до тех пор, пока мы не окажемся на челноке.

— Готово, — произнесла Рада.

Я обернулся. Внутренняя дверь была уже открыта.

— Пошли? — сказала Рада.

— Да.

Я повернулся спиной к помещению ангара и шагнул к открытой внутренней двери. Рада шла рядом.

И тут датчик движения словно взбесился. Огонек засветился ярко-красным цветом и часто-часто замигал. Из динамиков послышался тоненький писк, который раздается, когда движущийся объект находится где-то совсем рядом.

Мы с Радой резко обернулись. И сразу увидели его. Это был тот самый раненый «призрак». По какой-то причине он вернулся в ангар. И несся теперь прямо на нас.

Вскинув пистолет, я начал стрелять. Но мелкокалиберный «Гром» оказался совершенно бесполезным. Пули врезались в металлическую голову инопланетного чудовища, но не причиняли ему никакого вреда. «Призрака» слегка шатало из стороны в сторону. Но не смотря на это он уверенно летел прямо на меня.

«Гром» перестал стрелять. Закончились патроны. Я опустил пистолет и весь напрягся, не спуская взгляда с быстро приближавшегося существа. Оно было уже совсем близко, и я приготовился отпрыгнуть в сторону.

Когда до меня осталось не больше двух метров, «призрак» вдруг резко свернул в сторону. Он неожиданно устремился на Раду. Она была не готова к такому повороту. Да даже если бы и была, все равно сделать бы ничего не успела.

«Призрак» схватил Раду, плотно обвив ее тело всеми щупальцами. Через секунду инопланетное существо взметнулось к потолку. Из наушников раздался пронзительный крик Рады. «Призрак» полетел к шлюзу, в котором недавно сломал обе двери.

Я бросился за ним. Но даже раненое, существо двигалось с поразительной скоростью. Догнать его не было никакой возможности.

«Призрак» улетел далеко вперед и нырнул в открытый шлюз. Голос Рады почему-то стал постепенно утихать. Но дело было не в малом радиусе действия рации. Инопланетная тварь что-то делала с девушкой…

Голос Рады вдруг замолк. Наверное, «призрак» усыпил ее. О том, что он мог сделать кое-что гораздо более худшее, я даже думать не хотел.

— Рада? Ты в порядке? Рада?! Ответь мне!

Но в ответ раздалась лишь тишина. Датчик движения тоже уже успокоился и перестал подавать какие-либо сигналы.

Наконец, я добрался до шлюза, предназначенного для челноков. Проник внутрь, за считанные секунды достиг разрушенной внешней двери и замер. Через большой проем увидел черное полотно космоса с бесчисленными сверкающими точками на нем.

Отключив магниты на подошвах, я оттолкнулся от пола. По инерции меня медленно понесло в сторону от входа в шлюз. Я без конца оглядывался, пытаясь найти «призрака» или хотя бы определить в какую сторону он улетел. Но все было тщетно. Визуально обнаружить инопланетную тварь не получалось. Куда бы он не улетел, «призрак» был уже слишком далеко. Даже датчик движения молчал. Радио тоже не отвечало на мои позывы.

Я отгонял от себя одну неприятную назойливую мысль. Но в конце концов она прочно засела в голове. Раду мне не удастся спасти… И скорей всего она давно уже мертва. Ведь я прекрасно помнил, как инопланетное чудовище схватило ее и как крепко опутало полупрозрачными щупальцами… В ушах все еще стоял ее жуткий, пронзительный, полный боли и страха крик… Который потом внезапно оборвался.

«Балмора» огромная станция. На то, чтобы облететь ее всю даже на челноке понадобится много часов. Если Рада еще и жива, то к тому времени, когда я обнаружу «призрака», с ней уже будет покончено. А если инопланетное существо утащило ее куда-то в космическую пустоту, то его и подавно бесполезно искать. Нет, как бы сильно не хотелось, но Раде я уже не смогу помочь.

Но не смотря на эти разумные мысли, я еще много-много минут парил в пустоте, оглядывался и пытался отыскать «призрака».

В некотором отдалении от шлюза находился порт «Балморы». Среди прочих кораблей мне удалось разглядеть одно небольшое роскошное белоснежное судно — яхту «Бриз». Оно показалось мне очень знакомым. Через несколько секунд я понял, что раньше частенько видел его по интервидению. Яхта «Бриз» принадлежит одному преуспевающему промышленнику. А потом вдруг по какой-то неизвестной мне причине его переставили показывать по новостям.

В конце концов, я вернулся к шлюзу и проник в ангар. В огромном помещении было все так же тихо. Вокруг ничто не двигалось и не шевелилось. Поблизости никого не было, и никто не нападал на меня.

Я добрался до шлюза, расположенного у противоположный стены и через него снова вышел в открытый космос. Нажал кнопку на поясе, и из двигателя костюма вырвалась струя газа. Меня понесло в сторону челнока «Миранды».

Через несколько минут я уже сидел в кресле пилота. Задал автопилоту курс, и судно двинулось к «Миранде» постепенно набирая скорость. Вскоре станция «Балмора» оказалась далеко позади.

Наконец челнок проник в нутро «Миранды». Я выбрался из небольшого судна и поплелся в рубку. Я был так расстроен, что даже забыл снять космический костюм. Плюхнулся в кресло пилота и бездумно уставился на приборы перед собой.

Через несколько минут поступил видеозвонок. Но я далеко не сразу обратил на него внимание. Когда же наконец заметил мигающую лампочку на пульте управления, я нахмурился, недоумевая, кто это может звонить мне.

Возник большой экран. С него на меня угрюмо смотрел Микки Риган.

— Наконец-то удалось дозвониться да тебя. Я-то уж начал думать, что ты погиб в той мясорубке на «Балморе».

Я промолчал.

Микки Риган несколько секунд смотрел на меня. Затем покачал головой и произнес с фальшивыми интонациями в голосе:

— Ты меня очень разочаровал, Громов. Я думал, мы работаем вместе. Ты ведь обещал, что поможешь моей сотруднице Каре найти и вернуть бесценные изобретения моего отдела. Но вместо этого ты объединился с этим разбойником Китсоном, и вместе вы решили оставить себе то, что принадлежит мне. Ты очень нехорошо поступил, Громов.

— Хватит, — устало сказал я. — Мне известно, что ты приказал Каре убить меня при первом удобном для этого случае. Именно поэтому ты предложил мне поработать с ней. Никакой помощи от меня тебе было не нужно. Так что можешь больше не прикидываться.

Секунду-другую Риган смотрел на меня все с тем же сердито-обиженным выражением на лице. Затем оно пропало. Его глаза сверкнули холодным блеском, а мясистые губы расплылись в мерзкой усмешке.

— Что ж, ладно, — сказал он с ехидной интонацией. — Это даже к лучшему, что больше не надо притворяться. Сможем поговорить начистоту.

— Думаю, нам уже не о чем говорить.

— Сильно ошибаешься, Громов, у нас есть общие темы для разговора. Например, те два контейнера, из которых по твоей вине вырвались те твари и учинили большой беспорядок на «Балморе».

Риган замолчал, словно предоставляя мне возможность что-нибудь ответить. Я ничего не сказал.

— Одно из этих существ кружило по ангару, а второе вырвалось наружу и металось по жилым отсекам станции. Оно погубило немало людей. Охранникам «Балморы» совсем недавно удалось наконец его уничтожить. Затем они сразу же связались со мной и велели мне немедленно вернуться на «Балмору». Неужели, думали, что я послушаюсь? Наивные, как дети.

Риган снова замолк, неотрывно глядя на меня. Я чувствовал, что он хочет мне сообщить что-то важное, но намеренно тянет резину.

— А второе существо, то которое осталось в ангаре, серьезно пострадало от рук моих людей. И затем эта тварь, как ты и сам знаешь, сломала обе двери одного из шлюзов и через него вылетело из станции. Мои люди последовали за ней.

Риган замолк на секунду. Потом спросил:

— Помнишь, что произошло на том астероиде, на котором прятались Логан и его банда? Одна из этих тварей спасаясь от моих парней выбралась наружу. Это доказывает, что они не боятся отсутствия атмосферы. Однако то существо, которое вылетело из ангара «Балморы», стало вести себя довольно странно. Сначала полетело в одну сторону, потом в другую. Затем и вовсе стало без конца метаться то туда, то сюда. Как потом мне сказали мои люди, это существо вело себя так, будто потеряло ориентацию. Возможно, оно никогда не было в открытом космосе и поэтому растерялось. А возможно все дело просто в смертельных ранениях. Но в чем бы не была причина, существо вскоре решило вернуться в ангар.

Слушая Ригана, я непроизвольно весь напрягся. Я чувствовал, что он подходит к самому главному. Но Риган вдруг замолк. Его глаза внимательно смотрели на меня.

— Полагаю, ты и сам догадываешься, что произошло дальше, — сказал он наконец.

Я действительно знал, что случилось потом, но не стал ничего отвечать Ригану.

— В общем, существо залетело в ангар, но вскоре снова вылетело через шлюз, — продолжил Риган. — А мои люди уже как-раз подобрались к внешней двери. Тварь угодила в ловушку… Но сумела ускользнуть. Даже раненное, оно было очень ловким. Тварь метались по стенам станции. Мои люди некоторое время гонялись за ней, и в конце концов доконали ее.

— Убили? — спросил я, стараясь, чтобы голос прозвучал как можно спокойнее.

— Да, — отвел Риган, не сводя с меня взгляда. В его глазах появилось какое-то странное выражение — что-то вроде злобного торжества.

— И?

— Не терпится узнать, что было дальше, да Громов? — недобро усмехнулся Риган.

С трудом, но мне удалось сохранить невозмутимый вид. Я промолчал. На лице Ригана появилось выражение неудовольствия. Он явно хотел взбесить меня, растягивая свой рассказ, и моя спокойная реакция на его выпад огорчила Ригана. Его лицо помрачнело, но ненадолго. Через секунду его глаза снова вспыхнули торжествующим блеском.

— Да, мою люди прикончили тварь, — заговорил он вновь. — Затем подобрались к нему, чтобы проверить действительно ли оно погибло. И когда подлетели к нему, увидели, что оно всеми щупальцами держит какого-то человека. Сначала они подумали, что тварь хотела сожрать его. Но когда распутали щупальца, поняли, что человек в порядке. Во всяком случае внешне. Ран не было, космокостюм тоже оказался не поврежден.

Риган сделал очередную паузу. Я выдержал ее.

— Ты конечно же уже догадываешься, кто был в щупальцах у этой твари? — спросил Риган.

— Рада.

— Да. Она.

Странно, но я только сейчас заметил, Риган стоит в медицинском отсеке. А за его спиной разглядел закрытую прозрачной крышкой медкапсулу. В ней кто-то неподвижно лежал.

— Как я уже сказал, мои люди распутали щупальца и вытащили твою коллегу. А затем сверили показания ее космокостюма и знаешь, что выяснилось? Оказалось, что она жива! Они связались со мной, спросили, что делать, и я велел им немедленно доставить ее ко мне.

Риган еще секунду смотрел меня, потом направился в глубь помещения. Камера видеофона следовала за ним. Мне наконец удалось разглядеть, что в медицинской капсуле неподвижно лежала Рада. Она была полностью обнажена. Глаза — закрыты. Грудь медленно вздымалась и опускалась.

— Что с ней? — спросил я.

Риган покачал головой, от чего все жировые складки на его лице и шее мелко затряслись.

— Хороший вопрос, — сказал он. — Но ответить на него не могу. Одно знаю точно — она жива. Но что с ней такое, — Риган развел жирные руки в стороны, — я не знаю. Приборы, утверждают, что она в полном порядке. А вот ее внешний вид говорит об обратном. Она бледная, вся холодная и как будто дышит с трудом. Эта летающая тварь что-то сделала с твоей коллегой, но вот что именно я ответить не могу.

— Раду нужно срочно доставить в госпиталь. Необходимо обследование. Врачи смогут ей помочь. Где вы сейчас находитесь?

— Эй-эй-эй, да не волнуйся ты так, — вдруг весело хохотнул Риган, хотя лично я во всей этой ситуации ничего забавного не видел. — Понятное дело, что твоей подружке нужна помощь. Но знаешь что? Возможно все не так плохо и особых причин для тревоги нет. Ведь, когда ее доставили ко мне, она вдруг пришла в сознание.

— Она очнулась?

— Да, но ненадолго. С нее стащили космоксотюм, раздели донага, поместили в медкапсулу и когда уже хотели включить приборы, она вдруг открыла глаза. Мне сразу же об этом сообщили, и я немедленно явился в медотсек. Она послушно лежала в капсуле и смотрела на меня через стекло крышки капсулы. Мне сообщили, что она была очень слаба, но не смотря на это, пыталась выбраться. Села на колени и била ладонями по стеклу, будто пыталась разбить его. Но из этого ничего не вышло, ты же знаешь, какие в медкапсулах прочные стекла. Затем она совсем ослабела, упала на спину и совсем перестала шевелиться. В таком состоянии я ее и застал, когда пришел в медицинский отсек.

Риган замолчал, чтобы перевести дыхание. Я посмотрел на лежавшую в медкапсуле Раду. Если взглянуть на нее издалека, то можно было бы подумать, что она просто мирно спит. Но камера видеофона парила прямо над медкапсулой, и с такого близкого расстояния мне было хорошо видно, что все тело Рады покрывала нездоровая бледность.

— Ее нужно срочно доставить к врачам, — сказал я. — Ее состояние возможно ухудшается. В соседней звездной системе как-раз есть космический госпиталь. Я доберусь туда всего за несколько часов.

— Не спеши так, Громов, — отозвался Риган. — Я тоже почти что уверен, что ей необходимо в больницу, но дай мне сперва закончить. Я еще не все рассказал. Так вот, я предлагаю тебе сделку. Ты принесешь мне другой контейнер с еще одной такой же тварью внутри, а я позабочусь, чтобы твоя подружка своевременно попала в больницу.

Я начал возражать.

— Но те два существа, которых мы привезли на «Балмору» были последними. И так как они оба уже мертвы, то…

— Нет-нет-нет, Громов, — агрессивно закачал головой Риган. — Не надо делать из меня дурака. Меня это очень оскорбляет, знаешь ли. Я конечно же в курсе, что те два существа были убиты на «Балморе». Хотя лично я не думаю, что эти твари разумные. Они больше похоже на биооружие, созданное какой-то милитаристической инопланетной цивилизацией. Может это даже обыкновенные роботы, а вовсе не живые существа, поэтому про них нужно говорить, что они были уничтожены, а не убиты… Но не важно в общем. Главное то, что я не стал бы делать тебе такое предложение, если бы был уверен, что эти две твари, которых вы с Китсоном притащили на «Балмору», были последними.

Я ничего не ответил. Риган смотрел на меня секунды две и вдруг расхохотался.

— Вот здесь твоя выдержка тебя подвела, Громов, — проговорил он сквозь похожий на чавканье смех. — По твоему лицу вижу, что ты удивлен. Да, можешь ничего не спрашивать, я знаю, что есть еще одна такая же криогенная капсула, в которой находится последнее существо.

Риган окинул меня довольным взглядом и усмехнулся.

— Мне теперь известно, что братец твоей подружки Рады нашел всего шесть контейнеров с этими существами, спящими внутри. Но шестой контейнер ему не удалось достать, поэтому он взял с собой только пять. А последний так и остался в том месте, где он нашел их.

— Как ты про это узнал? — охрипшим вдруг голосом спросил я.

Усмешка на лице Ригана стала еще шире.

— Рада рассказала.

Я ему не поверил.

— Зачем?

— Не знаю. Испугалась, наверное. Видишь ли, я был зол, когда подошел к медкапсуле, в которой она лежала. Очень зол. Мне хотелось собственноручно кого-нибудь задушить. А тут как-раз твоя подружка удачно очнулась… Хоть я ничего не сказал, Рада, очевидно, по моему виду догадалась, что у меня на уме. Она испугалась и сказала, что есть еще одни контейнер с замороженным существом внутри. На то, чтобы проговорить это, у нее ушли последние остатки сил, и она потеряла сознание. Больше в себя она не приходила, что бы мы с ней не делали.

При последних словах Ригана, у меня по спине пробежался неприятный холодок.

— А что вы с ней делали?

— Да ничего особенного, просто пытались привести в чувство, — весело ответил Риган. — Потрясли за плечи, ущипнули пару раз. Но все было без толку. Тогда я велел просканировать ее мозг.

Внутри меня все закипело от гнева. Раду нужно срочно показать врачам. Возможно, «призрак» занес в ее организм какую-то инфекцию. Но вместо того, чтобы помочь ей, Риган снова подверг Раду сканированию мозга — процедуре, которую должны проводить только профессионалы и только на хорошей аппаратуре.

— Со мной нет ни одного техника, которые умеют копаться в чужих мозгах, — заявил Риган. — А я в этом деле вообще полный профан. Но у меня есть один солдат, который раньше занимался подобными вещами. В общем, мы вместе приступили к сканированию. Снова наткнулись на то воспоминание Рады из детства — школьный лагерь, встреча с пришельцами и прочая чепуха. Первый раз, когда мы сканировали ей мозг, ни я, ни мой техник, у которого между прочим немалый опыт работы в этом деле, не обратили внимания на это воспоминание. И при повторном сканировании я снова не придал значения этим ее детским фантазиями с пришельцами. А вот солдат, которого я позвал на помощь, сразу насторожился и стал копаться в этом воспоминании. Через некоторое время он уверенно сообщил, что оно фальшивое.

Риган замолчал и оценивающе посмотрел меня, словно пытаясь определить, какое впечатление на меня произвел ее рассказ. Я постарался сохранить невозмутимый вид и ничем не выдать своих чувств.

— Видишь ли, — продолжил Риган, — до того, как стать наемником, этот солдат служил в разведке. Там их обучили многим вещем. В том числе и копаться в чужих мозгах и распознавать фальшивые воспоминания. В общем, когда он мне сказал, что за этой детской фантазией Рады скрывается что-то другое, я потребовал немедленно узнать, что именно. Солдат снова приступил к работе. А через несколько минут нагло заявил, что не сможет выполнить мой приказ. Я уже хотел начать возмущаться, но он снова заговорил. Пояснил, что это фальшивое воспоминание наложено поверх настоящего очень качественно. Снять его, не навредив личности Рады не получится. И если она когда-нибудь очнется, то по уровню интеллекта будет напоминать трехлетнего ребенка.

Риган сделал небольшой перерыв в рассказе, чтобы отдышаться.

— Но мне очень хотелось узнать, что же она замаскировала под фальшивыми воспоминаниями, — продолжил он. — Поэтому я уже почти крича, сказал солдату, что мне плевать на то, что произойдет с ее личностью, главное узнать то, что она спрятала в своей башке. Солдат же не спешил выполнять приказ. Он терпеливо пояснил мне, что сделать ничего не может. Чтобы снять искусственное воспоминание, нужно знать сложный код, с помощью которого оно было наложено поверх настоящего. А если же пытаться убрать искусственное воспоминание без использования правильного кода, тогда личность Рады будет полностью разрушена. Все ее воспоминания раскрошатся, перемешаются и разобраться во всей этой мешанине будет вообще уже невозможно.

Риган снова замолк. От долгого монолога он уже весь запыхался. По жирному лицу струился пот. Выглядел он так, будто только что совершил забег на длительную дистанцию.

Отойдя от медкапсулы, он тяжело уселся на стул, достал из кармана большой чистый носовой платок и принялся обтирать им лицо. Через несколько секунд платок превратился в небольшой мокрый отвратительный комочек. Отдышавшись, Риган продолжил.

— Если бы солдат мог выполнить приказ, он бы без колебаний выполнил его. Но он не мог. Даже если бы ему пришлось разрушить личность Рады, ему все равно не удалось бы узнать, что скрывается за фальшивыми воспоминаниями. Я понимал это, но все равно злился. Злился на него. Изо всех сил я сдерживал себя, чтобы не начать орать на него. А он тем временем продолжал сканировать мозг Рады и копаться в ее воспоминаниях.

Риган замолчал на две-три секунды.

— Так вот, затем он узнал, что ты с помощью специальной аппаратуры на «Миранде» заглянул под фальшивое воспоминание Рады и узнал, что она спрятала под ним. Из вашего с Радой дальнейшего разговора солдат выяснил, что тебе стало известно, где Денис нашел этих существ. Он обнаружил их на корабле инопланетного происхождения. Ты сказал об этом Раде, но сказал, где он находится, поэтому мой человек не смог этого узнать, изучая ее воспоминания.

Риган снова замолчал, глядя на меня.

— Так вот, я предлагал тебе сделку… Но думаю, ты и сам уже понимаешь, о чем идет речь.

Я кивнул.

— Да, — ответил Ригану. — Договорились. Вы отдаете мне Раду, и я сообщаю вам координаты места, где Денис обнаружил инопланетный корабль. По рукам!

— Не торопись ты так, Громов, — возразил Риган. — Откуда я знаю, что ты не солжешь мне? Вдруг ты сообщишь координаты необитаемой планеты, на которой вообще ничего не будет? Нет, так дело не пойдет. Вот как мы сделаем — ты сам отправишься за последним контейнером. А тебе в напарники я дам одного своего опытного человека. Он поможет тебе в случае чего…

— Ага, а заодно и проследит, чтобы я не вздумал хитрить, — закончил я за Ригана и сразу продолжил: — Нет, не согласен. Мне известны координаты места, где Денис нашел инопланетный корабль. Даже на своей скоростной «Миранде» я буду добираться до туда не менее одной стандартной недели. Обратный путь, ясное дело, займет столько же. То есть я смогу привезти тот контейнер только через полмесяца. А Рада может умереть в любую минуту. Мы же даже не знаем, что с ней! Может то существо заразило ее каким-то неизвестным нам смертельным вирусом. Поэтому мои условия такие — сначала я отвезу Раду в госпиталь и только после этого помогу вам.

— Но если я сперва отдам тебе твою подружку, то у тебя уже не будет повода помогать мне, разве не так? — заметил Риган. — Но одно ты правильно сказал, Громов. Мы не знаем, что происходит с Радой. Приборы медкапсулы утверждают, что она в полном порядке. Может она всего лишь переутомилась и ей просто нужен отдых?

— А что если существо внесло в ее организм какую-то неизвестную нашим медицинским приборам инфекцию, поэтому они игнорируют ее и не помечают, как угрозу? Так что нужно доставить Раду врачам, чтобы ее осмотрели люди, а не машины.

— Нет. Если бы твоя подружка была заражена какой-то дрянью, приборы медкапсулы в любом случае засекли бы чужеродные микроорганизмы, даже если бы и не смогли идентифицировать их. К тому же это, — Риган махнул похожей на бревно рукой в сторону медкаспулы, — самая последняя, самая современная модель. Я не стал бы покупать на свой корабль какую-то устаревшую рухлядь, который не мог бы доверить свое здоровье. Нет, уж поверь мне, если эта штука утверждает, что с твоей подружкой — ну или просто коллегой по работе, уже не знаю, кем конкретно она тебе там обходится — все в порядке, значит так оно и есть.

Я открыл рот, но Риган по моему лицу определил, что я снова начну возражать и закачал головой.

— Нет, Громов, условия тут ставлю я, — заявил он. — И вот, что я предлагаю. Ты вместе с моим человеком летишь туда, где братец Силиной нашел корабль инопланетян. Находите там последний контейнер и возвращаетесь с ним ко мне. После этого я отдаю тебе Раду и можешь возить ее по больницам сколько угодно. Хотя я совершенно уверен, что к тому времени, когда ты вернешься, она уже полностью поправится и никакая помощь врачей ей будет не нужна. А если же случится так — хотя это и маловероятно — что во время твоего отсутствия ее состояние начнет ухудшаться, я сам немедленно отвезу ее в ближайшую больницу. Вот мои условия, Громов. По-моему, весьма справедливо, не правда ли?

Спорить с ним было бесполезно. Я несколько секунд подумал и ответил:

— Ладно. Но послушай вот что. Я сгоняю за последним контейнером и вернусь с ним. Но прежде чем отдать его тебе, удостоверюсь, что с Радой все в порядке. Если же окажется, что она пострадала… Тогда контейнер ты не получишь. Я выброшу его в космос и поджарю из бортовых пушек.

Риган неодобрительно покачал головой.

— Ну что ты, Громов, так сразу, — проговорил он с укором. — Я предложил тебе такие справедливые условия сделки, а ты мне угрожаешь. Но ничего. Я тебе прощаю это. У меня нет причин обманывать тебя или желать Раде плохого. Я не собираюсь обманывать тебя, поэтому надеюсь, что и ты честно выполнишь свою часть сделки.

Затем Риган назвал координаты места в звездной системе, где находится его корабль. Я прибыл туда и с удивлением увидел через иллюминаторы роскошную яхту «Бриз», которую совсем недавно видел пришвартованной в порту станции «Балмора».

Риган снова вышел на видеосвязь и велел подойти к его яхте таким образом, чтобы шлюзы «Миранды» и «Бриза» находились прямо напротив друг друга. Я начал сближаться с яхтой Ригана. Вблизи она выглядела еще роскошней. Риган не оборвал видеосвязь и поэтому видел, с каким лицом я разглядываю его судно. Он довольно усмехнулся.

— Какая красотка, а? — сказал он и хрюкнул от удовольствия. — Но ты не поверишь мне, если скажу тебе во сколько она мне обошлась. Я получил ее почти что даром! Ее бывший владелец разорился. Я вовремя подсуетился, потянул за нужные ниточки и — вуаля! — яхта стала моей!

«Миранда» остановилась рядом с «Бризом». По сравнению с большим грозным кораблем «Континентала» белоснежная яхта Ригана выглядела совсем маленькой и безобидной. Но я нисколько не сомневался, что Риган напичкал ее всевозможными дорогущими наворотами. Наверняка, поставил мощный двигатель, способный за считанные секунды развивать сверхсветовую скорость, какую-нибудь хитрую систему маскировки и еще парочку других улучшений, благодаря котором в случае опасности яхта может быстро исчезнуть.

— Мой человек уже выходит, — сказал Риган.

Я поднялся с кресла пилота и подошел к широкому иллюминатору. Внешняя дверь шлюза на яхте «Бриз» открылась. Оттуда выплыла фигура человека в космическом костюме и направилась к «Миранде». Когда человек влетел в шлюз корабля «Континентала», Риган усмехнулся и проговорил:

— Ну ладно, Громов, до скорой встречи. Надеюсь, в этот раз ты не станешь хитрить и честно выполнишь свою часть сделки.

И он оборвал видеосвязь, не дав мне вставить и слова. Двигатели «Бриза» сразу включились. Белоснежная яхта быстро, но не резко полетела вперед, с каждой секундой набирая скорость.

Я поспешил встретить человека Ригана. Он уже выходил из шлюза. Вернее, она. Я замер, увидев ее. Она тоже остановилась на пороге. Наши взгляды встретились. На ее губах появилась холодая, недобрая улыбка.

— Похоже, нам снова предстоит поработать вместе, а? — сказала она.

Это была Кара.

Глава 24

В поселке на Соламаре-1 агрессивные жители обстреливали ее флайер ракетами. Несколько раз попали по летающей машине и нанесли ей серьезные повреждения. Несмотря на это, Каре удалось справиться с флайером, который из-за отказа многих систем плохо слушался пилота и смогла увести его в безопасное место. Наш след Кара уже потеряла, а бросаться на поиски на неисправном и едва не разваливающемся флайере тоже не могла, поэтому вернулась к Ригану.

Ну а через некоторое время после трагичных событий на космической станции «Балмора» он поручил ей отправиться вместе со мной на поиски последнего контейнера.

«Миранда» летела навстречу комете, на которой Денис обнаружил инопланетный корабль. Корабль «Континентала» мчался на полной скорости, но до кометы доберется только через семь дней.

Первое, что спросила Кара, когда она добралась до «Миранды» и когда мы встретились у шлюза, это:

— Где Китсон? Он здесь?

Она крепко его ненавидела, и я наконец смог узнать, почему. Ответив, что не видел его с тех пор, как солдаты Ригана на космической станции атаковали охранников «Балморы» и что Китсон, вероятно, погиб в перестрелке, и затем его тело было выброшено в космос, когда один из «призраков» сломал обе двери шлюза, я поинтересовался:

— За что ты его так не любишь?

Кара коротко ответила, что несколько лет назад сталкивалась с Китсоном и что из-за него погибла ее младшая сестра. В подробности она вдаваться не стала, и я решил не уточнить деталей того случая.

Прошло два дня полета. Все это время Кара не отступала от меня ни на шаг. Было ясно, что Риган велел ей следить за мной, чтобы я не отклонялся от курса, не пытался ни с кем связаться, чтобы сообщить о злодеяниях Ригана, словом, она должна была проследить, чтобы я не пытался обмануть ее босса.

На третий день наступавшая на пятки и следившая за каждым моим движением Кара вконец меня доконала. Я заявил ей, что прибудем на место мы еще очень нескоро, только через пять долгих и скучных дней, поэтому я собираюсь провести остаток полета в гиперсне и предложил Каре присоединиться.

Моя напарница сразу отказалась. Она уже знала, что большинство приборов на «Миранде» слушается только меня. Михаил Керенского специально приказал техникам настроить корабль таким образом, чтобы им не мог управлять никто, кроме меня. Сделано это было ради того, чтобы никто больше не имел возможности угнать «Миранду».

Поэтому Кара понимала, что не сможет сама погрузить себя в гиперсон. Это смогу сделать только я. Но у нее разумеется не было никакой уверенности, что после того как она заснет, я сдержу обещание и погружу в гиперсон и себя.

Тогда я предложил ей настроить приборы таким образом, чтобы мы заснули одновременно и ровно через пять дней в одну и ту же минуту одновременно и проснулись. Подумав немного, Кара отказалась и от этого варианта. Видимо решила, что я могу как-то схитрить.

Потеряв терпение, я махнул рукой и сказал, что тогда усну один, а она пусть занимается чем хочет. И стал настраивать капсулу гиперсна. Кара наблюдала за мной и, похоже, размышляла. В итоге она видимо решила, что ей совсем не улыбается провести пять дней унылом одиночестве и согласилась погрузиться в гиперсон вместе со мной.

Она очень внимательно следила за тем, как я настраиваю ее капсулу, в которой ей предстояло провести пять дней. Затем тщательно сравнивала показания приборов своей капсулы с моей. И даже когда мы уже легли на удобные ложе и когда прозрачные выпуклые крышки стали плавно закрываться, она все еще не спускала с меня настороженно взгляда. Последнее что я запомнил перед тем, как погрузиться в гиперсон это глаза Кары, которые подозрительно смотрят на меня.

Наверное, именно из-за этого все пять дней мне снились кошмары.

Пробудились мы одновременно. Кара довольно быстро отошла от пятидневного сна. Когда крышка капсулы скользнула в сторону, Кара резко села и с подозрением уставилась на меня. Я немного неуклюже выбирался из капсулы. После пробуждения из гиперсна все конечности плохо слушаются человека первые несколько минут.

Мы направились в рубку управления. Кара уставилась в широкий носовой иллюминатор.

— И где она? — агрессивно спросила, глядя на множество сияющих точек далеких звезд. — Ничего не вижу!

Я сел в кресло пилота. Сверился с показаниями приборов на пульте. Комета мчалась в межзвездном пространстве. И мы уже были довольно близко к ней.

Постепенно одна из белых сверкающих точек на черном полотне космоса становилась все больше. Вскоре через иллюминатор мы с Карой уже видели длинный хвост и неправильные очертания кометы. Чем ближе «Миранда» подходила к безжизненному, летевшему в пустоте куску скалы, тем больше недоумения он у меня вызывал.

Мы летели в межзвездном пространстве, вокруг не было никаких источников света. Но не смотря на это от всей поверхности кометы исходило голубоватое свечение. Казалось, что она светится изнутри.

Сканеры никак не могли определить из какого материала состоит этот космический объект.

Наконец «Миранда» вплотную подошла к комете и сравняла с ней скорость. Корабль теперь летел «над» ней. Мы с Карой рассматривали поверхность через камеры наружного наблюдения. «Миранде» пришлось несколько раз облететь вокруг кометы, прежде чем мы нашли инопланетный корабль.

С первого взгляда было ясно, что его изготовили не люди. Внешне он напоминал швейную иглу. Длинный, тонкий. Один конец космического судна тупой, другой — заостренный. Но при этом инопланетный корабль был очень маленький. Раза в три меньше «Миранды».

Я долго рассматривал корабль-иглу через внешние камеры, но так и увидел следов сварки или клепки. Денис верно заметил, что корабль-игла словно вырос сам по себе. Либо же его построили каким-то неизвестным людям способом. Хотя, чем дольше я его разглядывал, тем больше сомневался, а звездолет ли это вообще? В нем не было ничего похожего на двигатели.

Корабль «Континентала» пошел на посадку. «Миранда» приземлилась рядом с кораблем-иглой. Я встал с кресла и подошел к иллюминатору, у которого стояла Кара.

На таком близком расстоянии инопланетное судно выглядело совсем маленьким. Исходивший откуда-то изнутри кометы голубоватый свет отражался на гладкой поверхности корабля-иглы.

— Смотри, — сказала Кара, показывая рукой на что-то. — Видишь?

— Да.

Я тоже заметил круглое, метра два в диаметре, отверстие. Очевидно, это был шлюз. Через него-то мы и пройдем внутрь корабля-иглы.

— Какой-то он невзрачный, — заметила Кара. — Ты уверен, что этот корабль сделали инопланетяне?

— Не знаю. Но на наши корабли он точно не похож.

— Да он на корабль-то совсем не похож. Как он вообще летает?

Я ничего не ответил. Сказать мне было нечего.

Мы направились в комнату подготовки. Увидев, что я стал надевать боевой бронированный космический костюм, Кара спросила:

— Зачем? Думаешь, возникнут проблемы?

Денис посещал инопланетный корабль и не встретил на нем ничего, что представляло бы угрозу. Но после всех неприятностей, свалившихся на мою голову на Соламаре-1 и «Балморе» я решил перестраховаться.

Когда я закрепил на специальных зажимах на спине костюме дробовик «Гром» с различными видами боеприпасов и сунул в кобуру на бедре «Стриж», бронебойную модификацию пистолета «Черный стриж», Кара поинтересовалась:

— Ты что, на войну собрался?

— Просто на всякий случай.

— Какой еще такой случай? — подозрительно спросила Кара. — Давай колись, зачем набрал столько оружия?

— Просто на всякий случай, — повторил я. — Скорей всего оно не понадобится. Но если начнется пальба, оно будет весьма кстати.

— Ты что, ненормальный? — Кара даже стала злиться. — Какая еще пальба? В кого ты собрался стрелять? На том корабле ведь никого нет! Никаких проблем быть не должно!

На «Балморе» тоже не должно было быть никаких проблем. Но в результате вышла перестрелка и авария, и погибло много ни в чем не повинных людей…

Я не стал ничего отвечать Каре. Вероятно, она подумала, что я решил убить ее, когда окажемся на инопланетном корабле. Поэтому она тоже облачилась в бронированный костюм и вооружилась пистолетом-пулеметом «Метель» с системой автонаведения и крупнокалиберным пистолетом «Стриж».

Наконец, мы вышли из «Миранды» и ступили на поверхность кометы. До чужого корабля-иглы было не больше ста метров. Мы направились к нему. Сила тяготения полностью отсутствовала, поэтому передвигались мы затяжными прыжками, используя двигатели костюмов. От земли исходило голубоватое свечение. Благодаря ему вся комета была хорошо освещена. В какую сторону ни погляди, я мог хорошо разглядеть каждую неровность поверхности кометы.

Один раз я даже остановился и опустился на колени, чтобы получше рассмотреть таинственное голубоватое сияние. Казалось, где-то внутри кометы запрятан большой и настолько мощный фонарь, что его свет пробивается даже сквозь толщу космической скалы. Но я не стал долго ломать голову над этим странным непонятным явлением. Пусть ученые разгадывают эту загадку, когда доберутся сюда.

Мы дошли до круглого отверстия на инопланетном корабле и заглянули в него. Это было небольшое помещение. Видимо, шлюзовая камера. Мы забрались в него, зашли в открытую внешнюю дверь и остановились. Было темно и мрачно. Голубоватое сияние до сюда уже не доходило. Я включил внешние осветительные приборы космического костюма. Кара последовала моему примеру. Фонари разогнали темноту. Мы осмотрелись.

— Фу, вот ведь жуть какая, — брезгливо фыркнула Кара.

Зрелище действительно было не из приятных. Мы очутились в коридоре. Выглядел он так, будто служили туннелем для огромных червей. Пол и потолок почему-то были ребристыми. В некоторых местах из стен торчали пучки шипов непонятного предназначения.

Мы плыли в невесомости по коридору и оглядывались. Коридор извивался и постепенно сужался. Вскоре он стал таким узким, что нам стало нам с Карой стало не хватать места, чтобы лететь по нему рядом друг с другом. Поэтому дальше я направился первым, а Кара за мной.

Через некоторое время коридор неожиданно оборвался, и мы оказались в просторном помещении. Пол здесь был нормальный, плоский, а не ребристый, как в коридоре. Я включил магнитные подошвы, вышел чуть вперед и остановился.

С потолка опускались какие-то механизмы цилиндрической формы. Но пола они не касались, между ними и полом еще оставалось около метра расстояния. Мы даже не стали думать, что это за механизмы и для чего они предназначены.

В центе помещения находилось что-то отдаленно напоминающее большое неудобное кресло. Перед ним располагалась длинная широкая панель. Если это действительно было кресло, то оно было пустое. В нем никто не сидел.

Кара ушла куда-то вглубь помещения, а я все еще стоял на прежнем месте и размышлял.

Может это командная рубка, а это строение в центре помещения ничто иное, как кресло пилота? Подумав еще немного, я отмахнулся от этой мысли. Разве ж так бывает, чтобы место пилота находилось в самой глубине звездолета? На космических суднах, построенных людьми, оно всегда располагается в носовой части корабля. Хотя кто сказал, что инопланетяне, соорудившие этот звездолет, должны быть похоже на людей, размышлять так же как они и тем же способом строить космические корабли? И что если это сооружение хоть чисто внешне и напоминает кресло пилота, но на самом деле вовсе не кресло, а нечто совсем иное?

Мы направились дальше. Из этой комнаты выходили несколько дверей. Мы вошли в одну из них и очутились еще в одном коридоре. Пол состоял из ребер, шагать по ним было неудобно, поэтому мы с Карой отключили магниты на подошвах и снова стали парить в невесомости.

Компьютеры наших космических костюмов запоминали маршрут и сразу же создавали трехмерно карту и выводили ее на внутренние экраны шлемов. Поэтому мы не нисколько не опасались, что можем заблудиться.

Наконец мы нашли то, что искали. Это было помещение, такое большое, что дальние углы полностью тонули во тьме. Мы неторопливо осматривали помещение, разгоняя мрак лучами мощных фонарей на шлемах. Комната была заполнена различными приборами непонятного нам предназначения. Повсюду на стенах, потолке и полу виднелись светло-голубые пятна, похожие на твердую ледяную корку.

Кара ушла в другой конец помещения. Я остался стоять на месте. Мое внимание привлекли несколько прозрачных камер, стоявших возле одной из стен. Некоторые из камер были разбиты. Но две выглядели совсем неповрежденными. На дне одной из этих двух лежала какая-то непонятная масса голубоватого цвета.

Я подошел ближе и остановился. То, что привлекло мое внимание оказалось ничем иным, как «призраком». Судя по неподвижному телу и раскинутым во все стороны щупальцам существо давно умерло. Я некоторое время разглядывал инопланетную тварь. Я долго смотрел на нее, но так и не смог найти у нее ни глаз, ни ушей, ни каких-либо других органов чувств. А вот что сразу бросалось в глаза, так это то, что существо было полностью органическим. «Призраки», которых мне довелось повстречать ранее, были наполовину сделаны из металла.

Вывод из этого напрашивался сам собой: похожие на медуз голубоватые существа — это обыкновенные животные, из которых разумные существа, построившие этот корабль, создают биороботов.

Из наушников раздался голос Кары.

— Эй, иди-ка сюда. Я нашла кое-что интересное.

Кара ушла в самый дальний конец помещения. Когда я подошел к ней, она указала рукой на стену.

— Смотри.

Я повернул голову. Луч мощного фонаря выхватил из темноты пять продолговатых углублений на стене. Рядом с этими нишами неподвижно висели заостренные, размером с кулак, обломки, похожие на осколки льда.

Рядом с углублениями находился очень знакомый нам предмет — большой контейнер. Он наполовину входил в стену и словно примерз к ней — вокруг него была голубоватая масса застывшего вещества. Я провел по ней рукой. Наощупь она была очень твердой.

Однако в тех пяти углублениях когда-то находилось пять точно таких же «вмерзших» в стену контейнеров. И Денису при помощи лазерного резака удалось вытащить их из ниш. Значит и нам с Карой не составит труда достать последний контейнер.

Я сказал Каре об этом. Она хмуро посмотрела на меня и произнесла недовольным голосом:

— Похоже до тебя еще не дошло. Присмотрись-ка повнимательней.

Слегка удивленный, я повернулся к стене и снова посмотрел на контейнер. Рассматривал его несколько секунд, но не заметил ничего подозрительного. Перевел вопросительный взгляд на Кару, ожидая от нее пояснений. Но она промолчала. Тогда я подошел к контейнеру вплотную. И почти сразу же понял в чем дело.

Крышка была приоткрыта. Это первое, что я заметил. А когда посмотрел в окошко, понял, что внутри контейнера ничего и никого нет. Все еще не веря своим глазам, я взялся за край крышки и приподнял ее. Кара подошла ко мне и заглянула внутрь контейнера.

— Пусто, — констатировала она.

— Куда же оно делось?

— Понятия не имею.

Мы продолжили осматривать помещение. Через некоторое время Кара заметила что-то.

— Вон там! — воскликнула она.

Луч ее фонаря выхватил из темноты лежавшее на полу существо. Это был «призрак». Я сразу же потянулся за оружием. Кара тоже. Однако существо даже не шелохнулось. Держа его на прицеле, мы осторожно стали приближаться. «Призрак» до сих пор не двигался. Когда до него оставалась всего пара метров, мы замерли, не решаясь подойти ближе.

«Призраки», которые встречали мне ранее были живыми, агрессивными и невероятно быстрыми. Лежавший же перед нами «призрак» по всей видимости был мертв, так что у меня наконец-то появилась возможность как следует рассмотреть одного из этих существ.

Внешне «призрак» был похож на полупрозрачную огромную медузу. Или на осьминога. Но верхняя часть туловища напоминала бронированный металлический панцирь, из которого выходило около десятка длинных щупалец.

— Видимо, это он был внутри последнего контейнера, — заключил я.

— Похоже на то, — согласилась Кара.

— Но как он выбрался оттуда? — подумал я вслух.

— Меня спрашиваешь? — фыркнула Кара и убрала оружие обратно в кобуру, решив, что «призрак» мертв и не представляет никакой угрозы.

Неожиданно детектор движения подал слабый сигнал. Я увидел, что Кара застыла на месте. Приборы ее костюма тоже засекли какое-то движение. Она повернулась ко мне лицом. В наушниках раздался ее голос:

— Здесь что-то есть. Сканер указывает на что-то.

— У меня тоже.

И тут датчики движения неожиданно замолкли.

— А сейчас сигнал пропал, — сказала Кара.

— Да. Мой сканер тоже молчит.

— Что это все означает?

— Не знаю.

Я не отрываясь смотрел в экран на внутренней стороне шлема. Но датчики движения хранили молчание и больше не подавали никаких сигналов. Что же это такое было? Этот корабль мертв и на нем явно никого кроме нас с Карой нет. Что же тогда засек сканер? Может, просто сбой программы? Или какая-то поломка в аппаратуре? Нет, космические костюмы «Континентала», как и все остальные устройства, принадлежащее этой корпорации, слишком надежны и не могут просто так сломаться.

Кроме того, я вспомнил похожий случай, произошедший в одном из ангаров на «Балморе». Сканер моего костюма точно так же начал вдруг подавать слабые сигналы. Но вокруг вроде бы никого не было. Я не придал сигналам должного значения, решив, что сканер просто засек ремонтного робота в другом конце ангара. Затем сигналы пропали, и я совсем успокоился. И вскоре после этого откуда-то появился «призрак», бросился на нас и схватил Раду…

Так что игнорировать сканер ни в коем случае было нельзя.

— Заметила, откуда шел сигнал? — спросил я.

— Кажется, из коридора.

— Надо проверить.

— Согласна, — ответила Кара, снова доставая из кобуры пистолет-пулемет «Метель».

Я направился в сторону широкого открытого люка, через который мы и попали в сюда. Кара шла рядом. Мы выбрались из помещения и оказались в начале ребристого коридора. Он был такой длинный, что лучи наших фонарей не достигали дальнего конца коридора.

— Видишь что-нибудь?

— Нет, — ответила Кара. — Сканер тоже молчит.

— Да.

Мы продолжали всматриваться вдаль. Другой конец коридора полностью тонул во тьме. Я пристально вглядывался в темноту, ожидая, что оттуда вот-вот стремительно вырвется «призрак». Но ничего не происходило.

— Подожди, я переключу визор на другой режим, — сказала Кара.

— Давай.

Через несколько секунд Кара произнесла:

— Все равно ничего не вижу.

Я продолжал внимательно смотреть во мрак. Мне уже стало казаться, что во тьме что-то шевелится, намереваясь выползти на свет наших фонарей. Однако я понимал, что у меня просто разыгралось воображение, потому что сканер все так же хранил молчание.

— Никого нет, — заключила Кара. — Во всяком случае я никого не вижу.

— Я пойду проверю.

— Я же сказала, нет там никого, — с легким раздражением ответила Кара.

— Все равно нужно проверить. Наши сканеры не могли ни с того ни с сего одновременно дать ложные сигналы.

Идти по ребристому коридору было непросто, поэтому я отключил магниты на подошвах и слегка оттолкнулся от пола. Мое тело по инерции плавно и медленно поплыло вверх.

И тут сканер внезапно ожил.

— Там кто-то есть! — полу удивленно, полу недоверчиво воскликнула Кара.

Я тоже заметил, как из ниши на стене появилась человеческая фигура. А еще я увидел, что в руках незнакомец держит винтовку с оптическим прицелом.

— Берегись! — крикнул я и включил двигатели. Из небольших сопел вырвались струи газа, толкнув меня в сторону.

Мелькнула вспышка. Через долю секунды мимо что-то пронеслось. Мужчина не промахнулся — просто он целился явно не в меня. Я обернулся на Кару.

— Ты в порядке?

— Чуть не задел, мерзавец, — прошипела она.

— Уходим отсюда.

Я схватил Кару за руку. Магнитные ботинки она уже отключила. Я нажал кнопку на панели управления. Двигатели моего костюма резко и сильно вытолкнули нас обратно в помещение, которое мы недавно покинули.

Отпустив руку Кары, я вытащил из кобуры дробовик. Напарница вооружилась пистолетом-пулеметом «Метель». Мы снова активировали магниты на подошвах, встали на пол и заняли оборону.

Но незнакомец оказался неглуп. Он явно не спешил следовать за нами, понимая, что мы держим входной люк на прицеле.

— Кажется, я промахнулся, да? — вдруг раздался в наушниках знакомый голос. Это был Китсон.

С губ Кары сорвалось грязное ругательство в адрес моего бывшего напарника. Алекс Китсон лишь усмехнулся в ответ. Затем на некоторое время повисла тишина.

— Что, вы так удивлены, увидев меня, что разучились говорить? — спросил Китсон с издевкой, нарушив молчание.

Кара злобно фыркнула.

— Как ты здесь оказался? — спросил я.

— Это долгая история, — отозвался Китсон. — Но если ты никуда не торопишься, я поведаю ее тебе.

— Говори.

— Ты хорошо помнишь, что произошло на «Балморе»? Люди Ригана пошли прочь, а мы остались стоять с охранниками станции. Я смотрел на их начальницу… Как же ее там звали? Кирова, кажется. Так вот, я смотрел на Кирову, но краем глаза наблюдал и за людьми Ригана. Было ясно, что он просто так от своего не отступится и если понадобится, попытается силой забрать ящики с этим механическими осьминогами. И я не ошибся. Один из людей Ригана, похоже командир, сделал едва заметный знак остальным. Я сразу же накинулся на Кирову, намереваясь прикрыться ей как щитом. Однако я не рассчитал свои силы. Я вцепился в Кирову, она не удержала равновесие и упала вместе со мной. Ее шейка оказалась слишком слабой и хрустнула под моими пальцами. Затем началась перестрелка. На меня никто больше не обращал внимания, охранники «Балморы» и люди Ригана были заняты друг другом, поэтому я незаметно для всех поднялся с пола и убежал. А затем эти осьминоги вырвались из морозильных ящиков и начался хаос… Я убил одного из людей Ригана, забрал оружие. Меня заметили другие, начали стрелять. Чуть позже еще и одна из этих тварей увязалась за мной… Но все же мне удалось уйти от всех. Я поднялся в комнату управления. Увидев меня, работники разбежались. Я надел космический костюм и покинул станцию. Сначала хотел угнать челнок «Миранды», на котором мы прилетели, но не получилось. Системы были запрограммированы отвечать только на твои команды. Некоторое время я колебался, не зная, как поступить. Вернуться и угнать один из катеров в ангаре? Но довольно быстро я понял, что у меня нет ни малейшего желания снова участвовать в том хаосе, который творился на «Балморе» и решил, что мне может удастся обойти систему защиты челнока. Все-таки я же не новичок в таких делах. Я так увлекся, что совсем потерял счет времени. И затем неожиданно вернулся ты. А я бы этого даже не заметил, если не сработал сканер костюма. Я спрятался в одной из кают и тихо-тихо сидел там. Вместе с тобой вернулся на «Миранду». Ты ушел в рубку управления. Потом тебе позвонил Микки Риган. У вас состоялся любопытнейший разговор. Я прятался в коридоре и слышал каждое слово. Далее к тебе присоединилась эта сучка Кара и вы погрузились в гиперсон. Все эти семь дней полета я бродил по кораблю. «Миранда», как и челнок, запрограммирована слушать только твои команды, поэтому я не мог заставить корабль отклониться от курса. Но я не стал с этим мириться и все пять дней, пока вы спали, ломал электронную защиту корабля. И даже смог добиться кое-каких результатов. Например, мне удалось взломать панель управления двери оружейной комнатой. Хотя об этом, думаю, ты и сам догадался, иначе бы поинтересовался, откуда у меня такая отличная снайперская винтовка, не правда ли?

Китсон глухо рассмеялся.

— И что теперь? — спросил я. — Планируешь убить нас?

Бывший напарник заговорил не сразу. Несколько секунд он как будто бы раздумывал над ответом.

— Ну, если уж говорить откровенно, — начал он, — то я не желаю тебе зла. Это уже в прошлом. А эту сучку, работающую на жирного Ригана пристрелю с удовольствием.

— А ты иди сюда и посмотрим кто тут кого пристрелит, — задыхающимся от злости голосом сказала Кара.

Китсон в ответ лишь снова рассмеялся.

— Так значит ты ходил за нами попятам на этом корабле? — спросил я. — Почему же наши сканеры засекли тебя только сейчас?

— Ошибаешься, я не ходил за вами, — возразил Китсон. — Я не мог знать заранее, какие космические костюмы вы наденете, поэтому к каждому прицепил по «жучку». Когда вы собрались и ушли, я тоже натянул костюм и неторопливо вооружился. Когда вы отошли на достаточно далекое от «Миранды» расстояние, я направился следом. На инопланетном корабле я держался от вас подальше, чтобы не попасть в зону действия датчиков движения. Я вас даже не видел, но благодаря «жучкам» знал, где вы находитесь.

Китсон издал довольный смешок и замолчал.

— И что теперь? — снова спросил я.

— А теперь… Вы попали в ловушку. Как вы наверно и сами уже знаете из комнаты, в которой вы находитесь есть только один выход. Я это знаю, потому что не все время двигался за вами, а иногда отправлялся самостоятельно изучать корабль. Кроме того запасов воздуха у вас меньше, чем у меня. Я собирался загнать вас в ловушку, поэтому взял дополнительный баллон с кислородом. Если вы не захотите задохнуться, то рано или поздно вам придется выйти оттуда… И тогда сразу же окажетесь на прицеле моей винтовки.

Я посмотрел на Кару. Она стояла совершенно неподвижно. Через прозрачное забрало шлема я видел ее лицо. Оно было бледным и бесстрастным, но глаза сверкали злобным блеском. Встретив мой взгляд, она поджала губы.

— Но, как я уже сказал, — продолжил Китсон. — Лично тебе я не желаю зла, поэтому не хотел бы тебя убивать. Но сучка Ригана должна умереть. Она ведь сейчас стоит рядом с тобой, да? Тебе ничего не стоит направить оружие ей в лицо и выстрелить. Сделай это, и я обещаю, что не стану стрелять по тебе, когда ты выйдешь из той комнаты. Как тебе такая сделка, а?

Я увидел, что Кара стала медленно отступать. Она подняла пистолет-пулемет и направила его на меня. Ее лицо ожесточилось, а выражение глаз стало враждебным.

— Я ведь тебе нужен только для того, чтобы управлять «Мирандой», — сказал я. — Тебя ведь системы корабля не слушаются, так ведь?

Китсон усмехнулся.

— Не буду лгать, ты действительно мне нужен только в качестве пилота. Однако не думай, что я так уж дорожу тобой. Как я уже рассказывал, я уже достиг некоторых успехов — взломал защитную дверь оружейной комнаты. И теперь точно знаю, что смогу обойти и всю остальную защитную систему «Миранды». На это лишь уйдет некоторое время. Может день, может два. Может целая неделя. Но в конечном итоге, я добьюсь своего. Но я привык ценить свое время, поэтому мне хотелось бы, чтобы ты принял мои условия. Покончив с сучкой Ригана, мы доберемся до ближайшей планеты или станции, ну а там наши пути разойдутся. Так что ты на это скажешь, Громов?

Кара не спускала с меня настороженно взгляда. Черной дуло пистолета-пулемета «Метель» смотрело мне в грудь.

— Убери оружие, — сказал я Каре по приватному каналу. — Китсон мой враг, так что я не собираюсь предавать тебя и действовать с ним заодно.

Мои слова не очень-то убедили Кару. Она все еще держалась настороже. Ствол пистолета-пулемета слегка опустила, но убирать оружие в кобуру не спешила.

— Так что ты предлагаешь делать? — спросила Кара. — Из этого помещения только один выход — через тот люк. А возле него засел проклятый Китсон.

— Подожди, что-нибудь придумаем.

— Что ты решил, Громов? — послышался голос бывшего напарника.

Я никак не отреагировал на его вопрос. Убрав дробовик в кобуру, стал ходить по помещению и оглядывать стены. Неужели отсюда действительно можно выбраться только через тот люк?

— Эй, ты меня слышишь? — снова спросил Китсон. В его голосе прозвучали нетерпеливые нотки.

— Ответишь ему что-нибудь? — поинтересовалась Кара.

— Нет. Возможно, мое молчание заставит его понервничать. Это сыграет нам на руку.

Я остановился возле неподвижного тела «призрака», которое мы недавно обнаружили. Стал его задумчиво разглядывать. Кажется, Китсон снова что-то сказал, но я так глубоко погрузился в мысли, что не расслышал его слов.

В голове созрел план. Я повернулся и посмотрел на Кару.

— У меня появилась идея, — сказал ей по приватному каналу.

— Какая?

— Я подниму это существо и вытолкну в коридор. Увидев его, Китсон растеряется. Секунды на две, может три. За это время мы выйдет из помещения и откроем по нему огонь, пока он будет разглядывать через прицел «призрака»…

— Дурацкий план, — возразила Кара. — Китсон же не дурак и быстро сообразит что к чему. Он сразу заметит, что мы вышли из помещения. А у нас будет слишком мало времени, чтобы обнаружить его укрытие — он ведь наверняка уже спрятался где-то в другом месте — и прицелиться.

— И все же я считаю, что стоит попробовать. Или у тебя есть другой план?

Кара ничего не ответила. Тогда я повернулся к ней спиной, почти вплотную осторожно подошел к телу «призрака» и опустился перед ним на колени. Существо не шевелилось. Переплетающиеся щупальца были совершенно неподвижны.

Я еще раз прошелся по инопланетной твари внимательным взглядом. Крепкий металлический панцирь выглядел довольно угрожающе. И, казалось, что он совершенно естественным образом переходил в голубоватую полупрозрачную биологическую ткань. Я не заметил ни шрамов, ни рубцов, ни каких-либо других следов отторжения организма от металла. Это существо было сделано явно искусственным путем, однако выглядело так будто сама природа создала его из металла и органики.

«Призраки» могли стрелять какими-то сгустками, похожими на плазму, но разглядывая лежавшее передо мной существо я не видел у него ничего похожего на оружие. Возможно, то, чем оно стреляет это секрет, жидкость, выделяемая железами. Что-то вроде паутины у пауков.

Несколько секунд я колебался, затем медленно вытянул руку и осторожно положил ладонь на одну из длинных конечностей существа. Слегка сжал пальцы. Щупальце было упругим на ощупь, словно резиновое.

Вдруг я что-то почувствовал. Щупальце, которое я трогал стало ледяным. Холод каким-то невообразимым образом проник прямо через перчатку космического костюма! В ладони появилось какое-то неприятное ощущение, а затем она начала неметь. Я резко отдернул руку.

— Что такое? — встрепенулась Кара. — Все в порядке?

Я не ответил. Опустив голову, стал смотреть на свою руку. В центре ладони все еще блуждал неприятный холодок. Но постепенно он начал спадать и вскоре совсем исчез. Я пошевелил пальцами. Онемение тоже прошло.

Что же это такое было?

Краем глаза я что-то заметил. Одновременно с этим сработал датчик движения.

— Осторожно! — воскликнула вдруг Кара. — Оно шевелится!

Я перевел взгляд на «призрака». Одно из его щупалец медленно собралось в кольцо и резко распрямилось. Затем дрогнули и ожили остальные конечности. Я быстро вскочил на ноги и отошел на несколько шагов назад, не сводя взгляда с инопланетного существа. Теперь оно уже лениво двигало всеми щупальцами. Казалось, тварь неохотно пробуждается ото сна.

— У тебя же дробовик! — прошипела Кара. — Стреляй по нему! Стреляй, пока не поздно.

Я понял, что она права. Покончить с «призраком» нужно было как можно скорей. Когда он соберется с силами, нам с Карой придется очень несладко.

Вскинув дробовик, я прицелился в уязвимое место на теле существа. Оружие беззвучно выстрелило. Все щупальца «призрака» болезненно сжались и мелко задрожали. Из страшной раны толчками стала бить прозрачная кровь.

— Тварь еще жива! — прокричала Кара. — Добей ее.

Я собирался выстрелить вновь, но не успел. Щупальца резко распрямились, и «призрак» молниеносно взметнулся к потолку. Быстро прицелившись, я еще раз нажал на спуск. Несколько дробинок попали в одно из щупалец, разрубив его пополам. «Призрак» резво метнулся в дальний конец отсека, а оттуда помчался в другой. Он без конца кружил у нас над головами. Глядя на метавшуюся по всему помещению тварь, мне казалось, что она беззвучно кричит от боли и гнева.

Кара стреляла по ней из пистолета-пулемета «Метель». Автонаведение работало безотказно, и пули одна за другой впивались в уязвимые места на теле существа.

«Призрак» совсем обезумел. Он стал метаться из одной конца помещения в другой так быстро, что я едва успевал следить за ним. Затем он вдруг рванул в сторону и вылетел через открытый люк в коридор.

В наушниках послышалось ругательство. Китсон явно не ожидал встретить здесь еще одного живого «призрака». Мы с Карой переглянулись и бросились к люку. Через несколько секунд оказались в коридоре.

Схватка между Китсоном и «призраком» была в уже самом разгаре. Видимо, раненная тварь набросилась на Китсона, и ему ничего больше не оставалось, кроме как защищать свою жизнь.

Правый бок его космического костюма покрылся застывшей голубоватой коркой. Правая сжимала рукоятку крупнокалиберного пистолета. Почти не целясь, Китсон посылал в «призрака» одну пулю за другой. Некоторые из них отскакивали от прочного панциря, а другие входили в незащищенные броней участки тела. После каждого ранения, существо вздрагивало, но не переставало атаковать Китсона сияющими светло-синим светом сгустками.

Моему бывшему напарник пока что везло. Он не переставая ни на секунду двигался из стороны в сторону, и все снаряды пролетали мимо. Но долго так продолжаться не могло. Силы были явно неравны. Попади в него еще один-два сгустка, и с Китсоном будет покончено.

Кара вдруг вскинула пистолет-пулемет.

— Не надо, — сказал я ей. — Скоро ему придет конец. «Призрак» сможет сам расправится с Китсоном. Не трать зря патроны.

— Именно этого я и не могу допустить! — огрызнулась Кара. — Я собираюсь прикончить эту инопланетную тварь, а не Китсона!

— Зачем? Разве ты не должна доставить ее Ригану?

— И как по-твоему мы доставим эту тварь, когда она уже ожила? Да и вообще, плевала я на Ригана! Я хочу собственноручно разобраться с Китсоном!

Отвернувшись от меня, он подняла пистолет-пулемет, секунду подождала, и когда сработало автонаведение, нажала на спусковой крючок. Пули устремились к «призраку» и вошли в его тело как-раз в тот момент, когда он уже бросился на Китсона. Из ран брызнула почти прозрачная поблескивающая кровь. Существо рвануло вверх и заметалось под потолком. Затем неожиданно замерло, повернулось всем телом и посмотрело на нас. Хоть я и не знал, где у «призрака» находится глаза — если они вообще у него есть — но был уверен, что он смотрит на меня и Кару.

Китсон мог бы легко добить инопланетную тварь, пока она не обращает на него внимания. Его снайперская винтовка висела в нескольких метрах от него. Ему нужно было только взять ее, прицелиться и выстрелить. Он и не подумал этого делать.

Вдруг «призрак» резко сорвался с места и стремительно бросился в нашу сторону. Кара открыла огонь. Пули застучали по металлическому бронированному панцирю не причиняя «призраку» никакого вреда.

Я выждал несколько секунд, и когда существо оказалось достаточно близко, выстрелил. Но промахнулся. Быстро перезарядил оружие и снова надавил на спусковой крючок. И снова мимо. Инопланетная тварь двигалась слишком быстро. Она была уже совсем близко. Всего в нескольких метрах от меня. Я поймал существо в перекрестие прицела и нажал на спуск. Дробовик дернулся в руках. И снова промах — «призрак» вильнул в сторону. Даже раненный он двигался слишком быстро.

Я приготовился к тому, что он вот-вот схватит меня. Однако «призрак» пронесся мимо. Наверное, кинулся на Кару. Я понял, что ошибся, когда почувствовал толчок в спину. Он был такой сильный, что даже магнитные подошвы не смогли удержать меня. Перед глазами все закружилось в безумной пляске. Я надавил на кнопку управления двигателями костюма, чтобы остановить вращение. Но так растерялся, что выбрал неверное направление и меня еще быстрей завертело вокруг самого себя.

Неожиданно все прекратилось. Сначала я решил, что врезался в одну из стен коридора. И только сейчас я понял, что больше не держу дробовик в руках. Видимо, выронил его, когда «призак» боднул меня, как бык. Тогда я решил вытащить из кобуры пистолет «Стриж». Но из этого тоже ничего не вышло. Я едва мог шевелиться. Потому что «призрак» крепко обхватил меня всеми щупальцами.

Я предпринял отчаянную попытку высвободиться. Существо почувствовало это и еще крепче стянуло конечности вокруг моего тела. Теперь я вообще не мог даже шелохнуться.

Неожиданно по бронированному панцирю застучали пули. Краем глаза я увидел стрелявшую из пистолета-пулемета Кару. «Призрак» развернулся и выплюнул в нее жидкий сгусток. Попал он в Кару или нет, мне не было видно. Но скорей всего «призрак» промахнулся, потому что через секунду на его теле появился неровный ряд дырочек. Из них тотчас полилась прозрачная кровь. «Призрак» завертелся, заметался под потолком.

От боли существо слегка ослабило хватку. Мне удалось высвободить левую руку. Я сразу же попытался дотянуться до пристегнутой на правом бедре кобуры. Но из этого ничего не вышло. Вместо рукоятки пистолета пальцы нащупали одно из щупалец. Оно как раз обернулось вокруг моих бедер, скрыв под собой кобуру с крупнокалиберным пистолетом.

«Призрак» все никак не мог угомониться. Из многочисленных отверстий на его теле сочилась кровь. Казалось, она была уже повсюду.

Существо то ли ослабело, то ли устало, но летало уже не с такой быстротой, как прежде. У меня перестали мелькать перед глазами ребристые стены. Я увидел Китсона. Он прятался в углублении на полу — или быть может на потолке, я уже не мог точно сказать, где находится низ, а где вверх. В руках он держал снайперскую винтовку и целился. Но не в «призрака» и не в меня. Кара же продолжала стрелять по инопланетной твари, не замечая угрозы, которая нависла над ней.

— Берегись! — прокричал я. — Китсон целится в тебя!

Не знаю, слышала ли она меня или нет, но сделать ничего не успела. Мелькнула вспышка. Винтовка в руках Китсона беззвучно выстрелила. «Призрак» сразу же метнулся в сторону, поэтому я не увидел, что произошло с Карой. Оставалось только гадать, успела ли Кара спрятаться. Однако долго размышлять над этим я не стал — моя собственная жизнь висела на волоске.

Щупальца снова крепко стянули меня. Однако то, что мне удалось вытащить левую руку, существо как будто и не заметило.

В очередной раз «призрак» метнулся в сторону. Я ожидал, что он сделает очередной круг над полем битвы, но вместо этого, он помчался по коридору. Китсон и Кара остались где-то позади. Инопланетная тварь мчалась вперед с поразительной скоростью. Возможно, многочисленные кровоточащие раны или страх перед смертью только придавали ей сил.

«Призрак» свернул в один из боковых коридоров. Я не узнал это место, однако понял, что уже был здесь недавно. Компьютер костюма вывел на один из внутренних экранов шлема карту, которую составил, когда мы с Карой бродили по инопланетному кораблю. Глянув на карту, я понял, что коридор никуда нас не выведет — он заканчивался тупиком. «Призрак» же видимо не догадывался об этом и продолжал мчаться вперед, унося меня все дальше от места, где остались Китсон с Карой.

Глава 25

Вскоре коридор стал сужаться. Инопланетная тварь, тащившая меня неведомо куда, не заметила никаких перемен. А стены тем временем все теснее обступали нас со всех сторон. Я уже мог дотронуться до них рукой, если бы вытянул ее на всю длину. Вскоре коридор стал таким узким, что «призрак» едва умещался в нем. Еще совсем немного и места не останется даже на то, чтобы развернуться. Интересно, что же тогда будет делать эта глупая инопланетная тварь, когда уткнется панцирем в тупик?

Я уже видел впереди стену. Еще несколько секунд, и «призрак» врежется в нее, если только не сбавит скорость. Однако существо явно и не собиралось останавливаться и быстро мчалось прямо в тупик, словно намеревалось пробить в стене дыру.

Когда до столкновения оставались считанные секунды, стена в тупике вдруг исчезла. «Призрак» проскочил через образовавшееся небольшое отверстие. Я не верил своим глазам. Когда мы с Карой уткнулись в этот тупик, нам ничего не оставалось, кроме как повернуть и идти назад. Однако стоило твари, что крепко держала меня, подлететь к этому месту, как стена сама по себе исчезла.

Теперь мы летели в другом коридоре. Он был такой же узкий что и предыдущий, однако постепенно расширялся. Стены уходили от нас все дальше, и вскоре стало очень просторно.

Коридор вывел нас в довольно большое, но совсем пустое помещение. «Призрак» сбавил скорость и принялся летать из одного угла в другой, словно хотел изучить незнакомое место или убедиться в том, что здесь ему ничто не угрожает.

Чтобы инопланетная тварь не намеревалась сделать со мной, я чувствовал, что развязка близка. Я весь напрягся и принялся извиваться, пытаясь освободиться от захвата. Тщетно. Тварь крепко держала меня. Но левая рука была свободна. Я попробовал просунуть пальцы под обернутое вокруг бедер конечность существа, чтобы вытащить из кобуры пистолет. Бесполезно. Щупальце так плотно прилегало к космическому костюму, словно уже срослось с ним.

«Призрак» забился в самый дальний угол помещения и замер. Мое сердце гулко забилось об ребра. Надо срочно что-нибудь предпринять! Эта тварь схватила меня совсем не для того, чтобы поиграть немного и выпустить на свободу. Чтобы она не задумала, для меня это ничем хорошим не кончится!

Плохо соображая, что делаю, я сжал руку в кулак и как можно сильней ударил им по одной из страшный ран на теле существа. «Призрак» содрогнулся всем телом и еще крепче стянул вокруг меня щупальца. На внутренней стороне шлеме замигала красная лампочка, предупреждая о какой-то мелкой поломке в космическом костюме. Но я даже не обратил на тревожный огонек никакого внимания.

Еще раз замахнулся, собираясь ударить тварь по ране. И тут стало что-то происходить. В груди появился странный неприятный холодок. Он быстро растекался по всему телу. Перешел на левое плечо, и затем на всю руку. Я все-таки ударил по твари кулаком. Но попал не по ране, а по здоровому месту — рука совсем онемела и плохо слушалась меня.

Пронизывающий все тело холод нарастал с каждой секундой. Нагреватель костюма работал на полную мощность, но я совсем не чувствовал этого. Мне все сильней хотелось спать, а это был очень плохой признак.

Теперь мне стало ясно, что делала раненная тварь, схватившая Раду на «Балморе». Эти инопланетные существа каким-то невообразимым образом втягивают тепло из живых организмов. Но зачем им это нужно?

И тут я заметил, что кровотечение из многочисленных отверстий на теле существа остановилось. «Призрак» стал исцеляться! Мелкие ранки исчезли за считанные секунды. В тех местах, где они были не осталось даже шрамов. Рванные дыры, которое нанес «призраку» мой дробовик затягивались не так быстро, но все равно заживали прямо на глазах. В голове пронеслась мысль — тварь умеет регенерировать, но для этого ей необходимо тепло живых организмов. Более подробно размышлять над этим я не стал — случай для дум был совсем неподходящий.

Тварь окрепла. Она быстро восстанавливала силы. Щупальца еще туже затянулись вокруг моего тела. На мониторе внутренней стороны шлема замигали многочисленные тревожные сигналы. Вышли из строя большинство электронных приборов. Переговорное устройство, сканер, бортовой компьютер, два вспомогательных двигателя и другие различные датчики и устройства вышли из строя. Лопнул один из основных кислородных баллонов. Живительный, столь необходимый мне газ стал вырываться наружу. Но в костюм сразу начал подаваться кислород из дополнительного баллона.

Холод растекся уже почти по всему телу. Меня все сильней тянуло в сон. Глаза закрывались. Голова туго соображала.

Если бы мне только удалось достать пистолет из кобуры! Или какое-нибудь другое оружие. А голыми руками эту тварь не возьмешь…

В голове проскочила какая-то мысль. Другое оружие… Я был вооружен дробовиком «Гром», крупнокалиберным пистолетом «Стриж» и… И чем-то еще. Но чем? Мысли вяло ворочались в голове. Так что же у меня еще должно быть? Что?!

Вдруг я вспомнил, что взял с собой лазерный резак. Этот инструмент на самом деле не является оружием, однако в некоторых случаях его можно использовать как таковое. Я взял его, чтобы расколоть застывшие вещество, которое удерживает последний контейнер в ниши на стене.

Левой рукой я нащупал рукоятку лазерного резака. Его держало специальное крепление на левом боку костюма. Левая рука онемела, я почти не чувствовал ее и не был уверен, действительно ли взялся за рукоятку инструмента. Чтобы убедиться в этом, я наклонил голову. Ладонь лежала на рукоятке лазерного резака. Однако я увидел еще кое что.

Кончик одной из конечностей существа лежал на креплении. Я потянул руку вверх, но не смог вытащить инструмент. Щупальце плотно придавило его. Стараясь не поддаваться панике, я собрал все оставшиеся силы и повторил попытку. Миллиметр за миллиметром инструмент вышел из крепления.

Больше всего мне хотелось начать махать лазерным резаком. Но я не стал этого делать. Надавил пальцем на кнопку инструмента и не отпускал ее. Из лазерного резака вырвалось яркое пламя. Я перевел взгляд с него на «призрака». Почти все раны на его теле уже зажили. Осталась всего одна, самая большая. Вернее, она была самой большой несколько минут назад, но сейчас уже почти зажила.

Перед глазами стало все расплываться. Холод убивал меня. Я уже почти не чувствовал своего тела. Все, больше ждать нельзя! Я снова посмотрел на пламя лазерного резака. Оно было ярко красного цвета. На рукоятке загорелся желтый огонек, означавший, что инструмент нагрелся и работает теперь на полную мощность.

Я замахнулся и нанес «призраку» рубящий удар. Пламя инструмента легко вошло в тело инопланетной твари. Лазерный резак отсек ей одно из щупалец. Оно сразу же ослабело, и мне удалось высвободить вторую руку. Из обрубка хлынула кровь. Существо сорвалось с места, да так резко, что я чуть не выронил лазерный резак.

Взяв инструмент обеими руками, я принялся рубить и резать. Кажется, я даже в ярости даже что-то выкрикивал. Одно щупальце за другими отделялись от тела существа. «Призрак» метался из одного угла помещения в другой, но не выпускал меня из объятий.

Вдруг холод начал отступать. Я почувствовал тепло, исходящие от нагревателя костюма. С губ даже сорвался крик радости. Щупальца «призрака» больше не выкачивали тепло из моего тела! Я почувствовал прилив сил и с воодушевлением продолжил орудовать лазерным резаком.

Затем я неожиданно понял, что меня больше ничто не удерживает. «Призрак» умчался вдаль, а я остался висеть под потолком. Вокруг моего тела обвились несколько отрубленных щупалец. Я сбросил их с себя и отыскал взглядом израненного «призрака».

Он забился в дальний угол помещения. От инопланетного существа почти ничего не осталось. Один лишь бронированный панцирь, из которого торчали кровоточащие обрубки. Они дергались, разбрасывая прозрачную жидкость во все стороны. Тело существа сотрясалось от дрожи. Вместе с кровью из существа вытекала и жизнь. Конечности «призрака», вернее то, что от них осталось, с каждой секундой шевелились все медленней, пока совсем не замерли. Инопланетная тварь умерла.

Наконец-то, я смог вздохнуть с облегчением. И тут же на экране внутри шлема вспыхнул сигнал, предупреждающий, что кислорода в баллоне осталось меньше половины.

Я отыскал коридор, по которому тварь затащила меня сюда. Люк был плотно закрыт. И он не открылся, даже когда я вплотную приблизился к нему. Стараясь сохранять хладнокровие, я вернулся в помещения и принялся тщательно его изучать.

Мне удалось обнаружить неприметное отверстие, за которым находился короткий коридор. Он вывел меня в шлюзовую камеру. Обе двери были открыты. Я выбрался из корабля на поверхность кометы, испускающей откуда-то из недр голубоватый свет.

На то, чтобы вернуться к тому шлюзу, через который мы с Карой проникли на инопланетный корабль ушло немного времени. Я вернулся в ребристый коридор, но не обнаружил там ни Кару, ни Китсона. Раздался еще один тревожный сигнал. Кислорода в костюме почти не оставалось. Прежде чем искать Кару и Китсона следовало вернуться на «Миранду», снять поврежденный космический костюм и надеть новый. Я покинул инопланетный корабль и затяжными прыжками направился к звездолету «Континентала».

Когда за мной закрылась внешняя дверь шлюзовой камеры и автоматические системы стабилизировали давление, я открыл забрало шлема и сделал глубокий вздох. Через секунду распахнулась внутренняя дверь, и я вышел в коридор.

Быстро шагая по направлению в комнату подготовки, я вдруг услышал чей-то пронзительный вопль. От неожиданности замер на пару секунд. Крик повторился. Я определил, что он донесся с дальнего конца коридора и направился туда, заглядывая по пути во все каюты.

Открыв дверь в медицинский отсек, я увидел человека в космическом костюме. Хоть он и стоял ко мне спиной, я сразу узнал его. Это был Китсон. Моя правая рука скользнула вниз по бедру и нащупала торчавшую из кобуры рукоятку пистолета «Стриж».

Китсон стоял возле медицинской капсулы. Внутри кто-то лежал. Я не видел ее лица из-за широкой спины Китсона, но догадался, что это Кара. На ней было только нижнее белье. Космический костюм валялся на полу. Ремни туго стягивали тело Кары. Однако одна ее рука была свободна. Кара подняла ее и слабо вцепилась пальцами в локоть Китсона. Впрочем, моему бывшему напарнику Кара не причиняла никаких неудобств, поэтому он не стал стряхивать ее руку.

Кара была ранена. Страшная рана на ее груди сильно кровоточила. Но медицинская капсула, в которой лежала Кара была выключена. Китсон явно не собирался выручать мою напарницу. Напротив, он над ней издевался.

Чуть склонив голову вбок, он что-то негромко сказал. Кара ответила ему. Вернее, попыталась ответить, но из ее горла донеслось лишь бульканье. Китсон низко наклонился к ней. Очевидно, ему удалось разобрать слова Кары, но они ему очень не понравились. Он резко выпрямился, сжал правую руку в кулак и ударил по ране на теле Кары.

Кровотечение усилилось. Красная струйка быстро побежала вниз по выпуклой стенке медицинской капсулы. Кара закричала.

Я вытащил из кобуры пистолет и сделал шаг вперед. Очевидно, у Китсона был превосходный слух, потому что даже сквозь пронзительный крик Кары он услышал звук моих шагов.

Китсон резко развернулся, молниеносно выхватив из кобуры пистолет. Но я оказался быстрее, поскольку «Стриж» уже был у меня в руке. Раздался оглушительный выстрел. Рука Китсона дернулась, пальцы разжались. Пистолет отлетел в сторону и громко звякнув упал на пол возле медицинской капсулы.

Китсон уставился на меня ненавистным взглядом. Рот его скривился, с губ уже готово было слететь ругательство. Но Китсону удалось взять себя в руки. Он состроил дружелюбную гримасу, которая выглядела не очень-то искренней и притворно удивленным голосом вскликнул:

— Громов! Ты жив! Вот уж не ожидал тебя снова увидеть! Тебя же схватила та тварь и утащила куда-то! Так значит тебе удалось ее одолеть? Ты меня просто поражаешь!

Китсон сделал пару шагов в мою сторону. Я быстро отпустил назад, направил пистолет Китсону в голову и крикнул:

— Стой! Не двигаться!

Китсон замер.

— Ладно-ладно, — проворчал он, глядя в большое черное дуло «Стрижа». — Что-то ты каким-то нервным стал. Может, все-таки уберешь пистолет, а? Ты сейчас плохо контролируешь свои эмоции. А это опасно, в порыве гнева ты можешь ненароком выстрелить в меня.

— Не волнуйся, я хорошо себя контролирую, — я кивнул в сторону медицинской капсулы. — Что ты с ней делаешь?

Китсон не стал оборачиваться.

— А, это про нашу общую знакомую, — сказал он. — Как видишь, я ранил ее, снова, и притащил сюда. Теперь мы ведем с ней задушевные беседы. Она, знаешь ли, давно мечтала подстрелить меня. А вышло все наоборот. Я как раз только что сказал ей об этом. Ее это здорово разозлило. Даже обозвала меня.

Китсон глухо засмеялся.

— Ей срочно требуется помощь, — сказал я. — Активируй медкапсулу, быстро!

Китсон оборвал смех. Его лицо приняло жесткое выражение.

— И не подумаю, Громов, — сказал он зло. — Я хочу, чтобы эта сука медленно умирала, истекая кровью. Я и пальцем не пошевелю, чтобы помочь ей.

Я заметил, что с медицинской капсулы безвольно свесилась рука. Сначала решил, что Кара умерла, но через секунду увидел, что пальцы зашевелились и коснулись лежавшего на полу пистолета.

— Не забывай, что у меня в руке оружие.

— И что? — дерзко отозвался Китсон. — Застрелишь меня что ли, если не буду выполнять твоих приказов? Разве ты не должен живым доставить меня к Керенскому, а?

По свесившейся с медицинской капсулы руке Кары потекла кровь. Пальцы стали скользкими и поэтому никак не могли ухватить рукоятку пистолета.

— Если потребуется, я без колебаний застрелю тебя, можешь в этом не сомневаться.

— Хватит с меня этого дерьма! — зло выкрикнул вдруг Китсон. — Знаешь что, Громов? Я уже предлагал тебе сотрудничество. Предлагаю тебе его и сейчас. Мы вместе долетим до какой-нибудь обитаемой планеты, а там распрощаемся. Керенскому объяснишь, что я сбежал. Он знает, что я отличный агент, а ты всего лишь зеленый юнец, поэтому не удивится и не будет ругать тебя за то, что ты не смог справиться со мной.

— Нет, — отрезал я.

— Громов, — сказал Китсон с настойчивостью. — Я в последний раз предлагаю тебе эту сделку. Если ты сейчас откажешься, тогда… Я прикончу тебя. Поверь, это не составит мне труда.

В первые секунды, я решил, что ослышался. Но посмотрев в серьезные глаза Китсона, я понял, что он не шутит.

Вот только на что он рассчитывает? У меня в руке пистолет. Китсон же безоружен. Как же он планирует прикончить меня? Резко сорвется с места и побежит на меня? Но это просто нелепо! Я успею выстрелить по меньшей мере раза три, прежде чем он настигнет меня. И конечно же, трех пуль из крупнокалиберного пистолета будет достаточно, чтобы лишить его жизни. Он не может не понимать этого… Или же он просто пытается запугать меня?

Я почувствовал, что ладонь взмокла от пота. Рука была в перчатке космического костюма, но я все равно непроизвольно крепче сжал рукоятку пистолета.

— Нет, — повторил я и с неудовольствием заметил, что мой голос звучит недостаточно твердо.

— Нет? — Китсон сощурил глаза. — Это твое окончательное решение?

Я поджал губы и промолчал. Китсон вздохнул.

— Что ж, Громов очень жаль. Тогда приготовься к смерти.

И тут меня осенило. Только сейчас я понял, почему Китсон был так самоуверен. Догадка пришла совершенно неожиданно… И слишком поздно.

Я надавил на спусковой крючок. Раздался оглушительный выстрел. Китсон метнулся в сторону. Пуля ударила в дальнюю стену. Мой бывший напарник двигался так быстро, что превратился в неясное расплывчатое темное пятно. Я резко развернулся и снова выстрелил. И вновь пуля прошла мимо. Китсон метался из стороны в сторону, не давая мне возможности как следует прицелиться.

Китсон все ближе и ближе подбирался ко мне и вдруг оказался совсем рядом. Он схватил меня за руку, в которой я держал пистолет и принялся заламывать ее. Вскрикнув от боли, я непроизвольно разжал пальцы. «Стриж» звякнул об пол. Китсон пинком отправил пистолет в другой конец помещения. Оружие ему было не нужно.

Он навалился на меня всем телом, и я упал спиной на пол. Китсон навалился сверху. Теперь я снова хорошо его видел. Он перестал быть неясным темным пятном.

Мысленно я отругал себя за то, что не сразу заметил того, что на Китсоне был одет не простой боевой скафандр, а нанокостюм. Он создан из наноматерии, которая хорошо защищает носителя от повреждений, а так же усиливает физические способности человека. Он может стать быстрее или сильнее, в зависимости от выбранного режима.

Навалившись на меня сверху, Китсон переключил нанокостюм в режим силы и схватил меня руками. Я не мог и шелохнуться, словно оказался в стальных тисках. Наверное, даже «призрак» не так крепко держал меня всеми своими щупальцами.

На лице Китсона расползлась невеселая кривая ухмылка.

— Я же тебя предупреждал, Громов, — произнес он. — Наверное, жалеешь, что не послушал меня? Но теперь уже поздно менять решение.

Я дернулся изо всех сил. Китсону не составило труда удержать меня. Его улыбка лишь стала еще шире.

— Сопротивлялся, Громов, если хочешь. Только тебе это не поможет. Ты уже покойник.

Китсон секунды две-три смотрел на меня. Затем ухмылка сползла с его лица, в глазах появился холодный блеск. Бывший напарник схватил меня за горло и крепко сжал его. Дыхание тотчас перехватило. В глазах стало быстро темнеть.

Он больше не держал меня за плечи, так что мои руки оказались свободны. Я колотил его кулаками, пытался сбросить с себя, но все было тщетно. Горло Китсона защищала твердая полоска нанокостюма. Так что душить его было бесполезно. До глаз бывшего напарника мне тоже дотянуться не удавалось.

Силы быстро покидали меня. Перед глазами стало совсем темно. В ушах стоял какой-то неясный монотонный гул. Я физически ощущал, как жизнь покидает мое тело…

Неожиданно в угасающем сознании промелькнула мысль. Лазерный резак! Как же я мог забыть о нем! Он защитил меня от «призрака», защитит и от Китсона! Вот только я почти полностью разрядил батарею этого бесценного инструмента, когда рубил и резал «призрака». Хватит ли у него оставшейся мощности, чтобы пробить крепкую броню наноксотюма, работавшего в режиме силы?

Однако для размышлений времени совсем не было. Я перестал бить бывшего напарника по торсу — хотя я уже настолько ослаб, что мои удары теперь скорее были похожи на поглаживания — и принялся ощупывать себя в поисках крепления. Пальцы левой руки наткнулись на рукоятку лазерного резака. Отлично! Я вытащил инструмент и нажал кнопку включения. Мелькнуло слабое пламя. Оставалось только надеяться, что его будет достаточно, чтобы пробить броню нанокостюма…

Внезапно раздался громоподобный выстрел. Я его услышал даже сквозь шум в ушах. Сидевший на мне Китсон, дернулся всем телом и замер. Пальцы, державшие меня за горло, чуть ослабили хватку. Я даже смог вздохнуть. Кислород проник в легкие, в глазах просветлело, а шум в ушах стал утихать.

Раздался еще один выстрел. Китсон дернулся во второй раз. Он убрал руки с моего горла. Я сразу же жадно сделал несколько глотков воздуха. Продолжая сидеть на мне, Китсон повернулся в пол-оборота назад. Я приподнял голову и увидел медицинскую капсулу.

Каре все-таки удалось поднять пистолет с пола. Наверное, она вызвала псионную волну, чтобы оторвать пистолет от пола и поднять его вверх на несколько сантиметров. Полагаю, что для этого от нее потребовалась максимальная концентрация силы мысли. Сильная боль мешает умственной работе, поэтому при серьезном ранении не так-то просто вызвать даже слабую псионную волну.

Кара держала пистолет направленным на Китсона. Из дула к верху поднимался едва заметный дымок. Рука Кары мелко дрожала от напряжения и постепенно опускалась. Кара потеряла много крови, из последних сил воспользовалась своими псионными способностями и поэтому еще больше ослабела. Пистолет стал для нее слишком тяжелым.

Все же Каре удалось выстрелить в третий раз, но пуля уже ушла в пол. Пистолет дернулся и выскользнул из пальцев. Рука Кары безвольно опустилась.

Китсон открыл рот, и из его правого уголка по подбородку потекла струйка крови.

— Что, тебе так не терпится умереть, сучка? — прохрипел мой бывший напарник. — Дождись своей очереди, тварь!

Китсон повернулся и посмотрел на меня.

— На чем мы там остановились?

Кара дважды выстрелила ему в спину, но Китсон все еще был полон сил и решимости убить меня. Он вытянул вперед руки, но тут заметил лазерный резак.

— Что это еще такое? — пробормотал он, брызжа кровью изо рта.

Я с силой выкинул вперед левую руку, в которой сжимал рукоятку лазерного резака. Светящиеся лезвие глубоко вошло Китсону в грудь. Бывший напарник опустил голову и удивлением посмотрел на инструмент, торчавший из его тела. Я резко дернул рукоятку вниз, оставляя на груди Китсона глубокий порез.

Он закричал. Громко закричал. Но в его голосе было больше злости, чем боли. Он рывком отбросил мои руки и резко выдернул из груди лазерный резак. Из раны тотчас полила кровь. Светящиеся лезвие мигнуло пару раз и погасло. Батарея инструмента полностью разрядилась.

Я уперся руками Китсону в грудь и оттолкнул его от себя. Теперь мне это удалось. Бывший напарник свалился на пол. Я быстро перекатился по полу в сторону медицинской капсулы, поднял пистолет и, лежа на спине и держа оружие обеими руками, прицелился.

Несмотря на страшные раны, Китсон и не думал сдаваться. Хрипя и выплевывая кровь, он медленно поднялся на колени. Очевидно, мой бывший напарник до сих пор не умер только благодаря нанокостюму, который поддерживал в нем жизнь. Поэтому Китсон был все еще опасен. Когда он стал подниматься на ноги, я начал стрелять.

Пули отбросили Китсона к стене. Он ударился в нее спиной и сполз на пол. Он уже не двигался, но я продолжал раз за разом давить на спусковой крючок. Пули одна за одной входили в его тело, пока пистолет наконец не стал издавать глухие щелчки.

В воздухе повисла мертвая тишина. Я не спускал взгляда с неподвижного тела Китсона. Он сидел на полу, прислонившись спиной к стене и уронив голову на грудь. Из многочленных ран на его теле вытекала кровь.

Раздался тихий стон. До моего плеча что-то дотронулось. Я повернул руку и увидел свисавшую с койки медицинской капсулы руку. Быстро встав на ноги, я посмотрел на Кару. Она не двигалась. Веки были закрыты. Когда я позвал ее по имени, она открыла глаза. Секунду-другую смотрел меня и не узнавала. Затем вспомнила.

Губы ее приоткрылись.

— Китсон умер? — едва слышно спросила она. — Я убила его?

Стало ясно, что Кара не видела, что произошло после того, она выстрелила в третий раз. Возможно, ненадолго потеряла сознание.

— Да, — ответил я. — С ним покончено.

Губы Кары скривились в легкой болезненной улыбке.

— Все-таки я достала этого мерзавца…

Кара вздохнула и вдруг замерла. Ее глаза остекленели и бессмысленно уставились в потолок. Она так и умерла с кривой улыбкой на губах.

Я быстро перевел медкапсулу в рабочий режим, хотя конечно понимал, что уже слишком поздно. Медицинское устройство включилось, загудело и мелко завибрировало. Приборы делали все, что могли, но вернуть Кару к жизни им было не по силам. Через несколько минут на монитор вышло сообщение, что для спасения жизни человека сделать уже ничего нельзя. Гул и вибрация прекратились. Устройство отключилось.

Я закрыл Каре глаза. Потом поднял ее на руки, отнес в соседнюю комнату и поместил в одну из криогенных камер. Закрыв прозрачную крышку, нажал кнопку включения. Внутрь камеры стал поступать холод. Внутренняя стенка прозрачной крышки начала постепенно покрываться морозными узорами. Я некоторое время смотрел на Кару. Затем вернулся в медицинский отсек.

Тело Китсона было все там же, где его и оставил. Я направился к нему. Шел медленно и остановился в паре шагов от мертвеца. Мне все казалось, что Китсон вдруг оживет и бросится в драку. Но этого не происходило. Я сделал еще два шага вперед, осторожно наклонился и коснулся тела Китсона. Он не шелохнулся. Голова была все так же опущена на грудь. Несколько секунд я смотрел на затылок Китсона. Затем взял его голову за волосы и приподнял ее. На меня уставились мертвые глаза. Лицо бывшего напарника превратилось в застывшую, искривленную болью и гневом маску. Я поспешно убрал руку, и голова снова упала на грудь.

Взвалив тело Китсона на плечо, отнес тело в соседнюю комнату и поместил его в свободную криогенную камеру. Включил ее, вышел в коридор и пошел в рубку управления. Зайдя внутрь, сел в кресло пилота и задумчиво уставился в носовой иллюминатор, через который был виден инопланетный корабль.

Рада находится в руках Микки Ригана. Он показал свою настоящую натуру, когда сказал, что убьет Раду, если я не доставлю ему еще одного «призрака». Но последняя инопланетная тварь погибла. Я совсем недавно изрезал ее лазерным резаком. Если Риган узнает об этом, он придет в бешенство, и тогда Рада может пострадать. Что же делать? Я не знаю, где находится Риган. Нужно позвонить ему и назначить встречу. Но если он узнает, что «призрак» погиб, тогда встреча не состоится. Что же предпринять?

Обмануть его, сказав, что мне удалось достать последний контейнер? Но когда я встречусь с Риганом, правда быстро всплывет наружу. Он будет в бешенстве и натравит на меня своих псов — наемников в белых бронекостюмах. У меня не будет ни шанса, чтобы справиться с ними и тем более, чтобы спасти Раду. А Риган наверняка со злости за мой провал решит отыграться и на ней. Что же делать?

Я размышлял около часа, прежде чем меня посетила одна идея. Сначала я отбросил ее, но потом всерьез над ней задумался. Постепенно стал вырисовываться план действий. Он был довольно рискованный, но если его хорошо проработать, то он мог бы сработать.

Через некоторое время я включил голографическую звездную карту и задал программе задачу отыскать планету Варгос. На поиски ушло менее секунды. Карта сместилась таким образом, чтобы в самом ее центре оказалась звезда, вокруг которой вращается Варгос. Я задумчиво смотрел на нее.

Да, план определенно может сработать. Все будет зависеть только от меня и… И места, где Риган назначит встречу. Самым идеальным для меня вариантом был бы тот, при котором Риган предложил бы встретиться в системе планеты Варгос. Тогда мой план, наверное, сработал бы безукоризненно. Но в такое везение я не верил. Скорей всего Риган скажет мне отправляться в какую-то другую звездную систему. Вот только в какую?

Я поразмышлял еще над своим планом, уделяя особое внимание его слабым моментам. Затем направился в комнату подготовки. Надел новый космический костюм, зарядил лазерный резак и выкатил гравитационную телегу в коридор.

Гравителегу я оставил в шлюзовой камере, а сам вышел на поверхность кометы и отправился в сторону инопланетного корабля.

У меня ушло немало времени на то, чтобы раскромсать лазерным резаком твердое застывшее вещество, что удерживало контейнер в нише на стене и вынести его на поверхность кометы. Затем я направился в другой конец инопланетного корабля, отыскал тело «призрака», забрал его и несколько щупалец и потащил все это наружу.

Наконец, я вернулся на «Миранду». Без существа внутри контейнер был не такой тяжелый, поэтому хоть и с некоторым трудом, но мне удалось поместить его на антигравитационную телегу. А вот поднять тело «призрака» никак не удавалось. Я побросал в контейнер щупальца, затем ушел в комнату подготовки, взял антигравы, вернулся в шлюзовую камеру и с помощью них поднял существо и положил его в контейнер. Закрыв крышку ящика с лежавшим теперь внутри мертвым «призраком», выкатил антигравитационную телегу в коридор.

В рубке управления я оставил ее возле стены, сделал пару шагов назад и окинул контейнер придирчивым взглядом. Через окошко был виден «призрак». Вернее, лишь его бронированный панцирь. Убедившись, что крышка контейнера плотно закрыта и что со стороны невозможно догадаться, что существо мертво, я отошел в сторону и сел в пилотское кресло.

Некоторое время собирался с мыслями и обдумывал предстоящий разговор. Затем набрал номер и принялся ждать. Через несколько секунд возник большой голографический экран. С него на меня посмотрел Микки Риган.

— Громов! — воскликнул он. — Ну наконец-то! Долго же мне пришлось ждать твоего звонка! Я уже начал переживать.

— Неужели?

— Да! Так изнервничался, что аппетита уже второй день нету!

— Грустно слышать. Но стоило ли так нервничать? Прошло ведь чуть больше недели с тех пор, как мы последний раз общались, не так ли? А разве я не предупреждал тебя, что у нас уйдет неделя, чтобы добраться сюда?

— Да-да, говорил, — нетерпеливо ответил Риган. — Но даже зная это, я все равно нервничал. Ладно, давай ближе к делу. Тебе удалось достать то, что мне нужно?

Риган перевел взгляд мне за спину. Я понял, что он смотрит на контейнер, внутри которого находился «призрак».

— Как видишь.

— Это оно? — спросил Риган. — Скажи мне, что это оно.

— Да. Это последний «призрак» с инопланетного корабля.

— Отлично! Это просто замечательная новость! Вы с Карой хорошо постарались.

— Кстати, насчет Кары…

Риган тотчас насторожился.

— Да, кстати, где Кара? — спросил он быстро. — Что-то случилось? Где она? Почему не рядом с тобой?

— Она погибла.

Ригану эта новость совсем не понравилась.

— Что?! — почти проорал он. — Что ты такое говоришь? Кара погибла?! Как? Ты убил ее?!

— Конечно, нет. Это сделал Алекс Китсон. Он убил Кару.

— Что за чушь ты мелешь? Дурить меня вздумал?! Как Китсон оказался рядом с вами?

— Он прятался на «Миранде». Подгадав момент, он неожиданно напал на нас и серьезно ранил Кару. Пока я дрался с ним, Кара умерла от большой потери крови.

Риган внимательно смотрел на меня. Он явно пытался определить, лгу ли я или говорю правду.

— А что стало с Китсоном? — спросил он.

— Погиб от моей руки.

Несколько секунд Риган молча смотрел на меня. Затем задал следующий вопрос:

— Где это произошло? Когда он напал на вас?

— На «Миранде», когда мы прибыли на место.

— Значит тела находятся на твоем корабле?

— Да.

— Покажи мне их!

На бортовом компьютере я включил изображение с камеры, расположенной в комнате с криогенными камерами и спроецировал его на стену позади себя. Риган некоторое время смотрел на две криогенные камеры, в которых находились тела Китсона и Кары.

— Ладно, — сказал он наконец. — Надеюсь, что все произошло так, как ты говоришь.

— Я не обманываю тебя.

— Буду на это надеяться. Ладно, значит «призрак», или как ты там называешь этих тварей, у тебя. Что ж, отлично.

— Да. Так что там с Радой Силиной? Она в порядке?

— В полном. Что бы с ней не было, она быстро пошла на поправку и сейчас уже абсолютно здорова. Так что не волнуйся.

— Хочу на нее посмотреть.

Мясистые губы Ригана расползлись в улыбке.

— Какой ты недоверчивый, Громов. Прямо весь в меня.

Я не ответил.

— Ладно уж. Подожди секундочку.

Позади него появился экран. Я увидел небольшую каюту. Возле стены стояла девушка и смотрела в иллюминатор. Это была Рада Силина.

— Убедился, Громов? — с усмешкой спросил Риган.

— Что это? Запись с камеры наблюдения что ли?

Улыбка медленно сползла с губ Ригана.

— За кого ты меня принимаешь, Громов? — сердито спросил он. — По-моему, твое недоверие уже переходит все границы. Но ладно, я тебя прощаю. На этот раз.

Риган нажал какую-то кнопку на пульте, что находился перед ним.

— Сейчас я ей позвоню.

Через пару секунд на экрана позади Ригана, я увидел, что Рада подошла к переговорном устройству, расположенному неподалеку от иллюминатора.

— Да? — послышался ее голос.

— Это я, — сказал ей Риган. — Как ты себя сегодня чувствуешь?

— А вам не все ли равно? — сухо ответила Рада. — Долго вы меня еще будете держать тут?

— Я же уже говорил — до тех пор, пока наш общий друг не привезет мне кое-что. Кстати, я тут как-раз с ним беседую. Думаю, он захочет с тобой поздороваться. Говори, Громов, она услышит тебя сейчас.

— Привет, Рада, — произнес я.

— Дима? Это правда ты?

— Да. Как ты себя чувствуешь? После того, как «призрак» на «Балморе» схватил тебя и утащил, я уже думал, что больше не увижу тебя. Он тебя не ранил?

— Нет. Не знаю… Сначала я очень испугалась. Потом мне отчего-то стало очень холодно. Кажется, я даже закричала… А потом потеряла сознание. Очнулась уже здесь, на яхте этого толстого и алчного Микки Ригана…

Неожиданно голос Рады замолк, а экран позади Ригана пропал.

— Думаю, этого достаточно, — сказал он. — Убедился, что она жива-здорова, да?

Я молча кивнул.

— Ладно. Тогда теперь мы можем наконец-то перейти к самому важному. Твоя подружка, о которой ты так печешься, находится здесь на моей яхте. А то, что нужно мне лежит возле тебя. Все, что нам осталось сделать — это встретиться и совершить обмен.

Вот разговор с Риганом и подошел к самому главному вопросу. Я почувствовал, что сердце забилось сильней, а ладони, лежавшие на подлокотниках кресла вспотели. Но внешне я ничем не выдал своего волнения. Во всяком случае, надеялся, что не выдал.

— Где ты хочешь встретиться? — спросил я и с радостью заметил, что голос прозвучал ровно и спокойно.

— У меня нет желания впустую тратить топливо, поэтому лети туда, где я сейчас нахожусь. Я как-раз собирался пробыть здесь еще несколько дней.

— Ладно. Куда?

— Система FX-145, - ответил Риган.

Я отыскал на звездной карте FX-145. На монитор передо мной вышла сохраненная в базе данных информация об этой звездной системе. Ее открыли несколько десятков лет назад. Пригодных для жизни человека планет в системе не оказалось. Никаких полезных ископаемых тоже обнаружить не удалось. Кроме того, FX-145 находилась вдали от обитаемых миров. Словом, пока что она не представляла для людей никакого интереса. Поэтому власти решили не терраформировать планеты этой звездной системы. Ей присвоили рабочее имя и сразу о ней позабыли. Возможно, когда Земная Федерация расширится и через эту систему будет проходить космическая трасса, на FX-145 построят космическую станцию или терраформируют одну из планет. Сейчас же она совершенно никому не нужна и шанс встретить там других людей почти что равен нулю. Что же Микки Риган забыл в этой системе? Чем там занимается?

Компьютер рассчитал время, за которое «Миранда» долетит до FX-145. На мониторе передо мной появился ответ — почти трое стандартных суток. Затем я задал программе другой вопрос — за сколько времени обычный корабль сможет долететь до FX-145, если стартует с Варгоса. Компьютер выдал ответ — приблизительно восемь суток. И напоследок я спросил, за какое время «Миранда» доберется до Варгоса. Ответ — четверо суток и пять часов. Все эти расчеты заняли не больше нескольких секунд.

Я посмотрел на Микки Ригана. Он глядел на меня, сдвинув брови.

— Восемь дней, — сказал я. — Столько уйдет времени на полет до системе FX-145.

Риган поморщился.

— Долго, слишком долго, — ответил он. — Опять ждать почти неделю, прежде чем снова увижу тебя. Где ты вообще находишься? На краю Галактики?

— Нет. Чего не скажешь про тебя. Что ты забыл в этой никому не нужной системе?

— Тебя это не касается, Громов, — огрызнулся Риган. — Не суй нос куда не следует.

Я промолчал. В голове крутился один вопрос. Прежде чем задать его Ригану следовало хорошенько взвесить все за и против. Впрочем, я уже размышлял над этим, но к какому-то конкретному ответу так и не пришел.

Нельзя было вызвать у Ригана какие-либо подозрения. Поэтому задавать ему тот вопрос, который крутился у меня в голове, не следовало бы. Но в тоже время, если бы Риган ответил на вопрос согласием, это бы сильно облегчило мой план спасения Рады…

В итоге я рискнул задать Ригану волновавший меня вопрос.

— А может нам встретиться на Варгосе? Я смогу добраться до туда всего за четыре дня.

Я сразу же пожалел о своем вопросе. Лицо Ригана окаменело. Взгляд стал подозрительным.

— Нет, — резко сказал он. — На Варгосе мы встречаться не будем. По некоторым причинам мне теперь… Лучше не появляться на этой планете.

— Тогда увидимся в системе FX-145. Я свяжусь с тобой, когда доберусь до туда.

— Подожди, Громов. Прежде чем ты выключишь связь, послушай, что я тебе скажу. Мне очень жаль, что Кара погибла. Я велел ей отправляться с тобой к инопланетному кораблю не только для того, чтобы она помогла тебе, если возникнут какие-то проблемы… Но ты ведь и сам понимаешь, что я хочу сказать, да? Кара должна была так же проследить за тобой, чтобы ты не наделал глупостей. А теперь, когда ее не стало, проконтролировать тебя некому… Ты остался без присмотра, поэтому тебе в голову может всякое прийти… Громов, не наделай глупостей, хорошо? Просто доставь мне этот ящик с замороженным инопланетянином, и я позволю Раде уйти с тобой. Договорились? А если же ты попытаешься надуть меня… Что ж, тогда твоей подружке не поздоровится. Мне терять уже практически нечего, так что я готов на все.

Риган окинул меня коротким взглядом и оборвал видеосвязь, прежде чем я успел что-либо ответить.

Некоторое время я неподвижно сидел в кресле и размышлял над последними словами Ригана. Затем мысленно вернулся к своему плану. Пора начинать. Надо позвонить еще одному человеку. Но перед этим…

Я вполоборота развернулся в кресле и посмотрел на контейнер, внутри которого лежало мертвое инопланетное существо. Да, перед тем как сделать еще один видеозвонок, надо сначала закончить дело с «призраком».

Поднявшись на ноги, я подошел к антигравитационной телеге, на которой был закреплен контейнер. Взявшись за ручки, вывел телегу из рубки управления и покатил ее по коридору.

Глава 26

Двигатели «Миранды» бездействовали. Корабль неподвижно висел в пустоте. Через новой иллюминатор было видно голубое светило. Я задумчиво смотрел на него, сидя в кресле пилота.

«Миранда» летела так медленно, как могла, но все равно прибыла в систему FX-145 слишком рано. Прежде чем приступать к выполнению своего плана, мне следовало подождать пару часов. Иначе все может сорваться.

Поступил видеовызов. Это был Микки Риган. Он уже в третий раз пытается со мной связаться. Еще было слишком рано, чтобы начинать операцию, но я понимал, что больше откладывать разговор с Риганом было нельзя.

— В чем дело? — недовольно спросил он, когда я принял видеозвонок. — Я уже не в первый раз звоню тебе.

— Я всего несколько минут назад вышел из гиперсна, — это была ложь. На самом я вообще не стал погружаться в гиперсон. «Миранда» летела в систему FX-145 восемь дней и почти все это время и размышлял над своим планом и делал кое-какие приготовления.

— Я засек тебя сразу же, как только твой корабль вошел систему, — сказал Риган, подозрительно глядя на меня.

Я пожал плечами, надеясь, то внешне выгляжу спокойно.

— Говорю же, я совсем недавно проснулся. Только пришел в рубку и сразу поступил твой звонок. Я еще даже не успел выяснить, что ты уже звонил мне.

Риган промолчал. Несколько секунд он смотрел на меня таким пронзительным взглядом, что я едва его выдержал. Наконец он сказал:

— Надеюсь, Громов, ты помнишь, о чем я тебя предупреждал, когда мы в последний раз говорили. Или мне повторить?

— Помню.

— Вот и хорошо. Ладно, пора приступать.

Внезапно сканер на пульте передо мной громко запищал. Возле «Миранды» появился какой-то крупный объект. Я посмотрел в боковой иллюминатор и у правого борта корабля увидел белую роскошную яхту «Бриз».

Очевидно, Риган заметил мое удивление и усмехнулся.

— Ну как тебе, а? — спросил он, очень довольный собой. — Просто поразительно, да? Согласись, на моей чудесной яхте стоит первоклассная система маскировки? Когда она включена, ни один современный сканер не сможет заметить мое судно. Кроме того, визуально обнаружить яхту тоже не получится. Словом, «Бриз» умеет становиться невидимым и для всех типов сканеров и даже для человеческого глаза! Разве не замечательно?

Мне показалось немного странным то, что Риган так радуется своему судну, у которого так хорошо получается прятаться от сканеров. Интересно, почему? Я решил поразмыслить над этим, если только у меня в ближайшее время появится хоть одна свободная минутка.

— Да-да, просто замечательно, — пробурчал я в ответ. — Короче, жди меня. Через несколько минут вылечу к тебе на челноке.

— Не спеши, Громов. У меня небольшая яхта, в ней нет ангара для челноков.

— Ладно, тогда я протяну рукав.

— Идет.

Яхта «Бриз» плавно тронулась с места. Когда внешняя дверь шлюза оказалась точно напротив шлюза «Миранды», яхта замерла. Я задал на панели управления нужную команду и через боковой иллюминатор стал наблюдать, как от борта «Миранды» в сторону яхты начал протягиваться рукав.

— Хорошо, Громов, отбой, — сказал Риган. — Жду тебя у себя на борту.

Экран видеофона погас. Я решил не дожидаться, когда конец рукава дойдет до борта и закрепится на внешнем люке шлюза яхты. Автоматика все безукоризненно сделает и без моего вмешательства.

Я вышел из рубки управления и пошел по коридору. Оказавшись в комнате подготовки, я остановился.

В центре помещения находилась антигравитационная телега. На ней была установлена криогенная камера. Я подошел к контейнеру и посмотрел в покрытое изнутри морозными узорами окошко. Они выглядели как настоящие, и Риган посмотрев на них не догадается, что я несколько часов потратил на то, чтобы нанести этот рисунок на стекло.

Через окошко был виден металлический панцирь «призрака». Инопланетная тварь лежала неподвижно и ничто не указывало на то, что она была мертва. Я несколько секунд вглядывался в окно, чтобы лишний раз убедиться, что Риган не заметит никакого подвоха.

Затем я подошел к одному из шкафов и открыл его. Внутри висел нанокостюм, который несколько дней назад носил Китсон. Этот дорогостоящий силовой комбинезон был сильно поврежден. В специальной технической лаборатории на «Миранде» ремонтные боты чинили нанокостюм. Им удалось заделать пробоины и восстановить работу некоторых систем. Но вот устройство автоматической подзарядки было полностью уничтожено. В костюме осталось всего одиннадцать процентов энергии. Когда она закончится, пользы от этого нанокостюма будет ненамного больше, чем от простой рубашки из ткани.

Я облачился в нанокостюм. Вокруг рук, ног, груди, бедер плотно обернулась внутренняя теплая поверхность силового комбинезона. Надел на голову шлем, но визор опускать на глаза пока не стал. Системы костюма сразу же заработали. Я знал, что по внутреннему дисплею визора побежала различная информация. Именно по этой причине я и не стал опускать его на глаза — не хотел, чтобы меня что-то отвлекало.

Закрепив на правом бедре кобуру, я сунул в нее крупнокалиберный пистолет «Стриж». Очень хотелось еще взять плазменную винтовку, но я сдержался. Благодаря ей можно выбраться из любой передряги. Но увидев плазменную винтовку, Риган сразу же бы заподозрил неладное. Уже то, что я появлюсь перед ним облаченным в нанокостюм может вызвать у него подозрения. Но на этот риск я готов был пойти. Если Риган планирует сыграть честно, то не будет возражать против того, что я надел силовой комбинезон. А если же решит, или вернее уже решил, избавиться от меня, когда контейнер с «призраком» будет у него… Что ж, тогда нанокостюм может выручить нас с Радой.

Я выкатил антигравитационную телегу в коридор. А уже через пару минут покинул «Миранду» и шел по протянутому к яхте Ригана рукаву. Телега ехала за мной. Внешний люк шлюза «Бриза» был открыт. Я вошел внутрь и отключил автодвижение телеги, нажав нужную кнопку. Она остановилась возле меня.

Внешний люк закрылся. Я ждал. Ладонь правой руки касалась рукоятки пистолета, торчащей из кобуры. Прошло секунды две-три, и внутренняя дверь стала открываться. Я напрягся. Затаил дыхание. Между люком и краем стены появилась щель. Она постепенно увеличивалась, по мере того, как дверца отходила все дальше.

Наконец, люк открылся. Через образовавшийся проем я увидел помещение, напоминавшее небольшой ангар или склад. Я медленно вышел из шлюза. Сделал несколько шагов и становился. Осмотрелся. Несколько больших металлических ящиков, стоявших неподалеку и больше ничего. Большая часть помещения пустовала. Вроде бы ничего подозрительного.

Вдруг краем глаза я заметил какое-то движение. Резко повернул голову в сторону. Увидел, как из воздуха стали материализовываться «стеклянные» человеческие фигуры. Я хорошо знал, что это означает. Рука потянулась к кобуре. Появились несколько людей в белых легких бронекостюмах. Они держали в руках автоматические винтовки и целились в меня. Я уже почти вытащил из кобуры пистолет, когда раздался знакомый голос.

— Не надо, Громов.

Я обернулся. Из-за одного из металлических ящиков появилась огромная туша Микки Ригана. Неспешно и вразвалку он подошел ко мне и глазами указал на пистолет, который я держал в руке.

— Убери его, Громов. Ты в проигрышной ситуации, разве не видишь?

— Что это все означает? — спросил я, хотя и так уже было ясно, что Риган решил играть нечестно.

— Где контейнер? — спросил он, проигнорировав мой вопрос.

— Там, — мотнул головой назад я.

— Тащите сюда, — велел Риган, и двое его людей ушли в шлюз. Через несколько секунд они вернулись, катя перед собой антигравитационную телегу. Они остановили ее перед Риганом.

— Так-так, — пробормотал он, подошел ближе к телеге и посмотрел через окошко контейнера на лежавшее внутри существо.

Странно, Риган ведь так жаждал заполучить «призраков», что не раз переступал закон… Однако теперь, когда контейнер с одним из этих инопланетных существ наконец-то оказался в его руках, Риган, казалось, нисколько не обрадовался. Даже наоборот, он смотрел на контейнер с некоторой долей грусти на лице… Или же мне это просто показалось?

Микки Риган перевел взгляд на меня. Затем посмотрел куда-то вниз и нахмурился.

— Тебе это не понадобится, Громов, — сказал он, глядя на пистолет, который я все еще держал в руке. — Отдай.

— Может сначала объяснишь, что происходит?

— Чем конкретно ты недоволен? — спросил Риган невинным голосом.

— Почему твои люди держат меня на прицеле? — сказал я, чувствуя, что начинаю выходить из себя.

Риган покачал головой с сокрушенным видом.

— Эх, Громов, а чего же ты ожидал?

Я решил, что он намекает на свою подлую, предательскую натуру и спросил сквозь зубы:

— Ну и что ты хочешь со мной сделать?

Риган тяжело вздохнул. Его лицо приобрело притворно сочувствующее выражение.

— Мы могли бы сделать все по-честному, Громов, как и договаривались. Ты ведь выполнил свою часть сделки, привез мне этого, — Риган посмотрел в сторону контейнера, — замороженного пришельца. Но я не могу сделать то, что обещал тебе… Просто не могу отпустить тебя с Радой, понимаешь?

— Нет.

— Но ты же преступник. Громов! — воскликнул Риган с какой-то фальшивой ноткой в голосе. Актер из него был никудышный. — Тебя разыскивают по всей Федерации! Я не могу, понимаешь, просто не могу пойти против властей! Я понимаю, что у нас с тобой был договор, и что в твоих глазах буду выглядеть предателем… Но совесть не позволит мне помочь опасному преступнику уйти от наказания. Поэтому я буду вынужден сдать тебя властям, Громов!

— Что за чушь ты несешь? — вырвалось у меня. В первые мгновения я решил, что всей этой чепухой Риган просто пытается заморочить мне голову с какой-то ясной только ему целью. Но потом по его мрачному лицу понял, что он не лукавит и всерьез верит в то, что говорит.

— Пистолет, Громов, — напомнил Риган, и в его голосе прозвучали требовательные нотки. — Не заставляй меня прибегать к насилию.

В глазах Ригана появилось жесткое выражение. Чтобы ни задумал Риган, я понял, что пора начинать действовать.

— Ладно, твоя взяла, — пробурчал я, надеясь, что в голосе прозвучала покорность.

Затем я сунул «Стриж» обратно в кобуру на бедре и якобы демонстрируя своя самые мирные намерения, зацепил большие пальцы за ремень возле самой пряжки.

— Нет, Громов, ты меня не так понял, — мягко сказал Риган. — Отдай пистолет мне.

Хоть он и сказал «мне», но сам не сдвинулся с места, а остался стоять на безопасном от меня расстоянии. А вот один из людей в бронекостюмах сделал шаг вперед и вытянул левую руку. В правой он сжимал пистолет, черное дуло которого угрожающе смотрело на меня.

— Ладно-ладно, — проворчал я и потянулся к рукоятке «Стрижа». — Достаю.

— Только медленно, Громов, — поспешно предупредил Риган. — А то мои ребята стали слишком нервными и могут пальнуть ненароком.

Правой рукой я стал миллиметр за миллиметром вытаскивать из кобуры пистолет. Микки Риган следил за мной неотрывным взглядом. Хоть лиц солдат и не было видно из-за непрозрачных шлемов, но я был уверен, что и они наблюдают за тем, как «Стриж» постепенно выходит из чехла.

Осторожно вытащив большой палец левой руки из-под ремня, я нажал небольшую кнопку на пряжке. Откуда-то сбоку раздался негромкий щелчок. Микки Риган стоял всех ближе к контейнеру, но он так напряженно наблюдал за мной, что ничего не услышал. А вот уши одного из солдат уловили глухой щелчок, возможно благодаря внутришлемным динамикам, усиливающим все внешние звуки.

Солдат обернулся в поисках источника непонятного щелчка. Я наблюдал за ним краем глаза. Тем временем пистолет «Стриж» уже полностью вышел из кобуры.

— Хорошо, Громов, теперь отдай его, — сказал Риган, все еще не спуская с меня пристального взгляда.

Неожиданно раздалось отчетливое шипение. Я знал, что означает этот звук — небольшой механизм, который несколько дней назад я положил в контейнер, начал работать. Мощная силовая пружина распрямлялась, приподнимая крышку контейнера.

Услышав шипение, Микки Риган с испуганным писком поспешно шагнул в сторону. Несколько солдат повернулись в сторону отрывавшегося контейнера, а другие продолжали держать меня на прицеле. Через секунду-другую крышка криогенной камеры полностью отошла в сторону.

Инопланетное существо, лежавшее внутри медленно, словно лениво зашевелилось. Теперь уже и те солдаты, которые держали меня на прицеле, развернулись и направили оружие на «призрака». Они хорошо представляли себе на что способно это существо.

Я убрал пистолет обратно в кобуру, но остался пока стоять на месте. Солдаты все еще держали «призрака» на прицеле, но огонь не открывали — ждали соответствующего приказа. Его должен был отдать Микки Риган. Но тот молчал. Видимо, настолько перепугался, что потерял дар речи.

«Призрак» продолжал шевелиться. Я знал, почему это происходит. А вот солдаты Ригана, да и сам Риган, наверняка задавались вопросом, почему существо не взлетает.

И тут из-под металлического панциря и щупалец показались два боевых паукообразных дрона. Они выбрались из контейнера и принялись обводить всех людей глазами-сенсорами, обозначая врагов. Все солдаты пристально следили за боевыми дронами, которых я несколько дней назад спрятал под щупальцами и панцирем «призрака». На меня больше никто не обращал внимания. Пора было начинать действовать.

Оттолкнув стоявшего ближе всех ко мне солдата, я бросился бежать в сторону выхода из ангара. Раздались несколько одиночных выстрелов. Пули пронеслись мимо меня и ударились в стену. Затем зазвучал монотонный стрекот — это паукообразные дроны открыли огонь по людям Ригана из бортовых автоматических орудий. Солдаты сразу же вступили в бой с боевыми роботами, и по мне больше никто не стрелял.

Я выскочил из ангара в коридор, добежал до середины и замедлил шаг. Прежде всего нужно отыскать Раду. Где Риган держит ее? Я вспомнил один из последних с ним разговоров по видеосвязи. Он соединил меня тогда с Радой. Она находилась в небольшом помещении с иллюминатором. Это была каюта.

Что мне это дает? Ровным счетом ничего. Хоть яхта «Бриза» и считается небольшим судном, но она состоит из трех палуб. Отыскать Раду нужно до того, как солдаты Ригана расправятся с боевыми дронами и отправятся меня искать. Но я не могу рыскать по всему судну, загадывая во все двери. Времени для этого совсем нет. Я должен точно знать на какой палубе и в какой каюте находится Рада, если хочу найти ее как можно скорее.

Опустив на глаза визор, я включил тепловой режим и стал сканировать яхту. Секунд через десять на нижней палубе прибор зафиксировал тепло человеческого тела. Еще несколько человек были на верхнем уровне. Решив, что одинокий человек на нижней палубе это и есть Рада, я отключил тепловой режим.

Заметив в конце коридора лифт, я поспешил к нему. И тут запищал сканер, указывая на две движущееся цели две позади меня. Резко обернулся. Это были два солдата Ригана. Я вдруг понял, что звуки выстрелов больше не раздаются. Значит люди Ригана с боевыми дронами расправились куда быстрее, чем я рассчитывал. Плохо. Очень плохо.

За спинами двоих солдат, показались еще несколько выбежавших из ангара людей. Те двое, которые были всех ближе ко мне, вскинули винтовки и открыли огонь. По коридору засвистели пули.

Я перевел нанокостюм в режим скорости. Все вокруг сразу замедлилось. Пуле еле-еле летели в мою сторону. Солдаты Ригана двигались еще медленней. Я поднял пистолет и дважды выстрелил. Пули вырвались из дула и очень неспешно устремились в сторону двух ближайших солдат.

Добежав до конца коридора, я нырнул в кабину лифта. Нажал кнопку нижней палубы и только после этого отключил режим скорости. Прежде чем дверцы лифта сошлись, я услышал глухой стук. Это одновременно повалились на пол два тела.

Кабина пошла вниз. Я посмотрел на нижний левый край внутреннего дисплея визора. В нанокостюме осталось всего девять процентов энергии.

Дверцы открылись. Я вышел из лифта и оказался в начале раздвоенного коридора. Активировав тепловой режим и отыскав, в какой стороне находится человеческая фигура, я выбрал нужное направление и пошел вперед.

Вдруг одна из секций на потолке ушла в сторону. Из образовавшегося отверстия показалось автоматическое орудие. Метка лазерного указателя скользнула по стене и остановилась на мне. Я отпрыгнул с сторону, развернулся и бросился бежать в обратную сторону. Свернув за угол, перевел дыхание.

Я заметил, что в самом конце коридор поворачивает направо. Значит, там он соединяется с тем ответвлением, по которому я хотел пойти сначала. Это обнадеживало. Значит, я в любом случае обнаружу каюту с Радой.

С левой стороны коридора находились иллюминаторы. Через них виднелись далекие звезды. С правой стороны были двери, ведущие в каюты. Я продолжал быстро шагать вперед. Когда дошел до середины коридора, на потолке образовалось небольшое отверстие. Оттуда выдвинулось автоматическое орудие.

Я поспешно юркнул в нишу. Застрекотал пулемет. Пули градом застучали по стене. Выпустив короткую очередь, орудие замолкло. Метка лазерного указателя проникла в нишу, но я находился вне зоны ее досягаемости. Тем не менее я вжался в стену. Рука нащупала панель управления дверью. Палец надавил нужную кнопку, и створки разошлись по сторонам.

Шагнув назад, я оказался в довольно просторном помещении. Это было что-то вроде кафе. Оглядевшись, я понял, что другого выхода отсюда нет.

Из коридора послышались шаги. Я снова перевел визор в тепловой режим. Датчики прибора были очень чувствительные и могли улавливать тепло даже через стены. Но визор ничего не обнаружил, хотя я отчетливо слышал шаги быстро идущих по коридору людей. Вытащив пистолет из кобуры, я стал напряженно ждать.

Шаги становились все громче и вскоре затихли у самых дверей. Я поднял пистолет. Через пару секунд показалась человеческая рука. Она швырнула в дверной проем округлый предмет. Он влетел в комнату и покатился по полу. Это была граната «Пульсар». Я тут же активировал режим скорости. Вокруг все замедлилось.

Я вышел из помещения и наткнулся на трех солдат. Каждому из них выстрелил в голову. Пули медленно устремились к целям. Я посмотрел наверх и разрядил весь магазин пистолета в орудие на потолке. После этого перезарядил «Стриж» и отключил режим скорости нанокостюма.

Пули тотчас ускорились и влетели солдатам в головы. Через мгновение раздался гулкий взрыв, и с потолка посыпались обугленные куски разрушенного орудия.

Когда я перешагивал через бездыханные тела, кое-что привлекло мое внимание. Я остановился и взглянул на убитых солдат. Крови не было. Совсем. Я чуть наклонился и пригляделся к одному из мертвецов. Крупнокалиберная пуля вдребезги разнесла непрозрачный лицевой щиток. Через довольно крупное отверстие отчетливо были видны тоненькие проводки, микросхемы…

Эти трое мертвецов оказались человекоподобными роботами. А то что я раньше принимал за бронекостюмы, на самом деле были металлическими корпусами роботов. По всей видимости, почти весь боевой отряд Ригана состоит из боевых андроидов. Что ж, во всяком случае теперь ясно, почему эти ребята так хорошо сражаются и почему так преданы своему боссу.

Но среди андроидов в боевой команде Ригана все же есть несколько людей. Скорей всего, они выполняют роль командиров. Риган отдает приказы именно людям, и они выполняют их руками андроидов.

Послышался нестройный топот ног. Я обернулся и увидел еще несколько роботов. Заметив меня, они открыли огонь. И снова все замедлилось, когда нанокостюм стал работать в режиме скорости.

Я добежал до конца коридора, свернул направо и увидел кабину лифта. А каюта, в которой должна находится Рада находилась совсем рядом. Наконец-то удача улыбнулась мне.

Дверь была закрыта, но не заблокирована. Я ткнул пальцем в кнопку на панели управления и отключил режим скорости. Дверь почти бесшумно скользнула в стену.

У дальней стене стояла жесткая койка. На ней сидела девушка. Рада. Увидев меня, он встала. Я подошел к ней и сказал:

— Уходим отсюда!

Но Рада воспротивилась. Оттолкнув меня, она произнесла упрямым голосом.

— Сначала тебе придется объясниться! Риган говорил мне, что ты преступник! Что это все значит?

Я растерялся и не нашел, что ответить. Но услышав из коридора топот ног, схватил Раду за руку.

— Нет времени на разговоры! Надо уходить!

Рада уловила отчаяние в моем голосе и решила не сопротивляться. Мы выбежали в из каюты.

— Туда, — сказал я, кивнув в сторону лифта.

Из бокового коридора выбежали трое андроидов.

— Беги! Я прикрою!

Рада бросилась к лифту. Обхватив рукоятку пистолета обеими руками, я стал давил на спусковой крючок. Одна из пуль угодила прямо в лицевой щиток роботу, который бежал впереди. Его отбросило назад. Он должен был упасть на двух других роботов, но те быстро отскочили в разные стороны. Будь на их месте люди, они вряд ли успели ли бы так молниеносно среагировать.

— Давай! — послышался крик Рады. — Скорее сюда!

Она уже была в кабине лифта. Я побежал к нему, стреляя на ходу с одной руки. Роботы уже тоже открыли огонь. Пули свистели совсем рядом. Только чудом ни одна не задела меня.

Прежде чем забежать в кабину, я активировал режим скорости. Затем остановился и прицельно выстрелил два раза. Забежав в лифт, перевел нанокостюм в режим обычной работы и посмотрел на дисплей. Осталось всего пять процентов энергии.

Лифт поднялся на среднюю палубу. Двери открылись, мы вышли. Я быстро сориентировался и повел Раду по одному из коридоров. Когда повернули в сторону, увидели пять боевых роботов. Они охраняли внутреннюю дверь шлюза, через который я и попал на яхту «Бриз».

Андроиды заметили нас. Я оттолкнул Раду назад и бросил ей:

— Беру их на себя. Главное не высовывайся!

Роботы уже начали стрелять. Трое из них включили маскировку и стали практически невидимыми. Одна из пуль прошелестела рядом с моей головой. Я упал на колено, включил режим скорости и поднял пистолет. Надавил на спуск и… Послышался глухой щелчок.

Мысленно выругавшись, я стал перезаряжать оружие, тратя на это драгоценные секунды и энергию в нанокостюме. Вогнав полный магазин в рукоятку «Стрижа», я снова поднял пистолет. И увидел несколько десятков пуль, которые неслись в мою сторону. Двигались они медленно, но были уже совсем близко.

Тяжело дыша, я отскочил в сторону. И тут в правом нижнем углу внутреннего дисплея вспыхнул предупреждающий огонек — осталось всего три процента энергии.

Стараясь не обращать на него внимание, я снова прицелился. Рука дрожала. Дуло ходило ходуном. Сказывалось нервное перенапряжение. Глубоко вздохнув, схватил рукоятку пистолета второй рукой. Выстрелил два раза в сторону одного из андроидов. Затем чуть отвел «Стриж» в сторону и выпустил еще пару пуль в другого. Что ж, с двумя роботами скоро будет покончено. Какими ловкими они бы не были, пули все равно движутся быстрее.

Остались трое роботов, которые успели включить режим маскировки. Я переключил визор в специальный режим, который распознает оптический камуфляж. Теперь энергия костюма стала расходоваться еще быстрее. Нанокостюм почти полностью разрядился. Осталось всего два процента энергии.

Заметив двух роботов, которые использовали оптический камуфляж, я выстрелил в них. Стал оглядываться и только сейчас понял, что последнего робота нигде нет.

Как следует осмотреться мне мешали медленно шагающие андроиды и летевшие пули. Я отошел в безопасный уголок, и отключил режим скорости. Раздался стук падающих тел. Из рук одного из роботов выпала автоматическая винтовка, упал на пол и отскочила куда-то мне за спину. Через секунду я включил режим скорости, и в моем восприятии снова все замедлилось.

Четыре человекоподобных робота валялись на полу. Двое из них так и остались в режиме маскировки. Но должен быть еще один. Я хорошо помнил, что всего вход в шлюзовую камеру охраняли пятеро андроидов и потом трое из них активировали оптический камуфляж.

Снова вспыхнул предупреждающий сигнал. Остался один процент энергии. Всего один процент. А я даже понятия не имел, где может находиться последний оставшийся в живых, если так можно сказать про неодушевленный предмет, андроид. Единственное место, где он мог спрятаться — это шлюзовая камера. Но я не видел, чтобы он туда забегал. Или просто не успел заметить. Ведь сначала андроиды активировали оптический камуфляж и только спустя секунду-другую я включил режим скорости…

В самом центре дисплея появилась надпись «Нанокостюм полностью разряжен». Буквы были небольшими, полупрозрачными и совсем не мешали обзору. Но визор, так же как все остальные устройства нанокостюма, больше не приносил никакой пользы. Теперь придется полагаться только на свои глаза. Продолжая внимательно вглядываться в коридор и держа наготове пистолет, я поднял визор.

Вдруг мне померещилось какое-то движение возле входа в шлюзовую камеру. Словно воздух колыхнулся. Я повел пистолетом в ту сторону. Палец лег на спусковой крючок. Вдруг прозвучал одиночный сухой выстрел. За спиной раздался крик и глухой удар, будто что-то упало на пол. Я не стал оборачиваться. Противника я до сих пор не видел, но успел заметить, где мелькнула вспышка выстрела.

«Стриж» злобно рявкнул несколько раз. Возле внутреннего люка шлюза появилась «стеклянная» фигура. Пули ударили в нее, развернули и швырнули грудью на пол. Очевидно, они повредили устройство оптического камуфляжа, потому что робот стал видимым. Он не двигался, но для уверенности я пустил ему пулю в затылок. Затем обернулся.

Рада лежала спиной на полу. Ладонь правой руки прижимала рану на левом плече. Рубашка уже вся промокла и потемнела. Сквозь пальцы обильно сочилась кровь.

Рядом с Радой валялась автоматическая винтовка. Я сразу же догадался, что произошло. Девушка вышла из бокового коридора и подняла оружие. Робот заметил ее и быстро проанализировал ситуацию. Рада была вооружена куда лучше меня, так что он сделал вполне логичный вывод, что она представляет большую угрозу. Поэтому он и решил в первую очередь устранить Раду, а уже потом заняться мной.

Я подбежал к девушке. Рана на ее плече была довольно серьезной. Лицо Рады побледнело, губы кривились от боли. Лоб блестел под проступившего пота.

— Зачем ты вышла из укрытия? — с упреком спросил я.

— Хотела помочь тебе, — ответила Рада и попыталась улыбнуться.

Откуда-то донесся топот ног. Я едва не застонал от досады. Сколько же у Ригана еще осталось этих проклятых андроидов?

Я помог Раде подняться на ноги и, придерживая ее одной рукой, повел в шлюзовую камеру. Через минуту мы уже шагали по рукаву, а еще через тридцать секунд оказались на «Миранде». Когда дверь внутреннего люка открылась, мы вышли в коридор. Рада с каждой секундой все больше ослабевала. Ее колени подгибались. Я был вынужден убрать пистолет в кобуру, чтобы придерживать девушку за плечи уже обеими руками.

В первую очередь следовало бы направиться в рубку управления и убрать рукав, чтобы андроиды Ригана не могли по нему проникнуть на «Миранду». Но Рада с каждой секундой становилась все тяжелее. Ее состояние тревожило меня, поэтому я миновал коридор, ведущий в рубку управления и направился в сторону медицинского отсека.

Одна из секций на потолке ушла в сторону. Из отверстия высунулось автоматическое скорострельное орудие. Я сразу замер. Включился лазерный прицел. Пулемет развернулся, и небольшая красная точка уткнулась мне в грудь. Я перекинул левую руку Рады себе через шею, и держа девушку за плечи, медленно попятился назад.

Из динамиков раздался искусственный голос:

— Обнаружен посторонний! Пожалуйста, не двигайтесь и не предпринимайте никаких агрессивных действий!

Я продолжал осторожно отступать. Вдруг на орудии вспыхнул красный огонек. Тот же неестественный голос без каких-либо эмоций произнес:

— Немедленно опустите оружие, иначе по вам будет открыт огонь!

Однако «Стриж» до сих пор был в кобуре. Я даже не притронулся к нему. Да даже если бы и захотел, то не смог бы — обеими руками я придерживал Раду. Девушка настолько ослабела, что мне уже приходилось полунести ее.

Снова раздался компьютерный голос.

— Последнее предупреждение! Немедленно опустите оружие!

Мы уже почти дошли до поворота коридора. Вдруг все шесть длинных стволов орудия завертелись вокруг друг друга. Я быстро шагнул назад и свернул в боковой коридор. Через секунду тишину разорвал треск пулемета. Миниатюрные снаряды ударили в боковую стену.

Добраться до медицинского отсека можно было и другим путем. Я направился в нужную сторону… И наткнулся еще на одно торчащие из потолка орудие. Оно сразу же развернулось в мою сторону. Взяв Раду на руки, я развернулся и побежал в обратную сторону.

Откуда-то сбоку послышался шелест колес. Это ожили охранные дроиды. Нетрудно было догадаться, кого они отправились искать.

Я на секунду остановился, чтобы перевести дыхание и сориентироваться. Все пути к медицинскому отсеку перекрыты. В рубку управления тоже не удастся пройти, минуя охранные турели. Единственное место, где можно укрыться — это ангар. Я направился туда. За спиной слышался шелест колес и механические голоса роботов, которые требовали мне остановиться.

Забежав в ангар, я огляделся и побежал в дальний угол. Когда оказался в середине помещения, охранные бочкообразные дроиды уже проникли в ангар. Больше они не делали никаких предупреждений, а сразу же начали стрелять. Пули пролетали совсем рядом. Пригнув голову, я продолжал бежать.

Добравшись до большого крепкого металлического контейнера, стоящего у стены, я спрятался за ним. Присев на колени, осторожно положил Раду на пол. Глаза девушки были закрыты. Из приоткрытого рта доносилось слабое дыхание.

Рада потеряла много крови. Я снял с нее рубашку, наспех разорвал и наложил импровизированную повязку на рану.

Дроиды продолжали стрелять. Пули впивались в пол и стучали по металлической поверхности контейнера. Выждав момент, когда роботы стали перезаряжать оружие, я высунулся из укрытия и открыл огонь. Целился в колесо ближайшего робота. Третья или четвертая пуля попала в цель. Робот наклонился в одну сторону. Его перевесило, и он опрокинулся на бок. Оружие снова стало стрелять, но робот был обездвижен, и все пули теперь летели в дальнюю стену.

Остальные дроиды открыли ответный огонь. Я поспешно нырнул обратно в укрытие.

Рада тронула меня за локоть. Я посмотрел на нее. Она спросила, почти не шевеля губами:

— Почему охранные системы «Миранды» атакуют нас?

Рада произнесла эти слова так тихо, что я даже не услышал ее голоса и лишь по губам прочитал, что она сказала.

— Вероятно, Риган проник во внутреннюю сеть корабля, — ответил я.

Рада ничего не ответила. Она была уже настолько слаба, что не могла даже говорить. Но в ее глазах отчетливо читался вопрос.

Вдруг одна из пуль со звоном отскочила от металлической поверхности контейнера и со свистом пролетела мимо. Никакой опасности для нас не было, но я невольно пригнул голову и закрыл своим телом Раду.

— Как ему удалось взломать системы «Миранды»? — сказал я, не глядя на Раду. — Тут нет особых причин для удивления. Да, компьютерная сеть «Миранды» превосходна защищена и обычному хакеру ни за что не удастся проникнуть в нее. Но Риган не обычный хакер. Он директор одной из наиболее крупных и могущественных корпораций. Наверняка на него работает немало компьютерных гениев, которые когда-то разработали программу-вирус. С ее помощью он взломал сеть «Миранды», взял управление охранными системами на себя и отметил нас как врагов, которых нужно уничтожить.

Рада ничего не ответила. Ее глаза были закрыты. Девушка потеряла сознание. Скорей всего она даже не слышала того, что я ей ответил.

Охранные дроиды продолжали наступать. Теперь они стреляли без пауз. Пока один робот перезаряжал оружие, другие атаковали контейнер. Поэтому я не мог открыть ответный огонь. У меня не было ни малейшего шанса высунуться из укрытия и не словить при этом пулю.

Мы с Радой были в ловушке. Я сам и загнал нас в эту безнадежную ситуацию. Но у меня не оставалось другого выхода. Ангар был единственным местом, где мы могли бы укрыться. Все, что мы теперь могли делать, это просто ждать и надеяться, что…

Внезапно одна из пуль насквозь пробила металлический контейнер. Она пролетела в нескольких сантиметрах над моей головой. Я низко наклонился, почти распластавшись на полу. Ситуация становилась все хуже и хуже. Роботы постепенно приближались, пули уже начали пробивать металлический контейнер… Еще немного и придет конец.

Стоило об этом подумать, как вдруг треск выстрелов прекратился. Я замер в напряжении. Вокруг стояла тишина. Ее не нарушал даже шелест колес. Выждав некоторое время, я осторожно выглянул из укрытия.

Охранные дроиды стояли на месте. Свое оружие они держали дулами вниз. На их телах не горело ни единой лампочки. Роботы были деактивированы.

Я уловил топот ног, и вышел из-за контейнера. Пистолет держал наготове, хотя подозревал, что в нем уже не будет нужды.

Через секунду-другую в ангар вбежали несколько вооруженных и закованных в прочную броню людей. Я наконец-то вздохнул с облегчением и засунул пистолет в кобуру.

— Вы подоспели как-раз вовремя, — сказал я и указал на Раду. — Она ранена, ей срочно нужна помощь!

Люди остановились возле меня полукругом и подняли оружие. Я почувствовал, как по спине пробежался неприятный холодок. Происходило что-то очень непонятное.

— Не двигаться! — закричал вдруг кто-то из них. — Руки за голову!

— Что? — вырвалось у меня. — Почему вы…

Я не договорил. Мозг усердно заработал. Нам с Радой на помощь должны были прийти агенты «Континентала». Никто больше не мог явиться в эту забытую и никому не нужную звездную систему. Но почему они считают меня врагом?

И только сейчас я понял, что люди, вбежавшие в ангар были не теми, кого я ожидал увидеть. Я разглядел какой-то рисунок на наплечнике бронекостюма одного из людей, и меня осенило. Эмблема Земной Федерации! Значит, это никакие не агенты «Континентала», а правительственные солдаты!

Один из них чуть поднял винтовку. Я увидел, как палец лег на спусковой крючок. Очевидно, пока я размышлял прошло несколько секунд, и солдаты, видя, что я не делаю, что мне велели, сочли, что пора переходить к более решительным действиям.

— Стойте! — воскликнул я. — Мы же на одной стороне!

Но солдат уже давил на спусковой крючок. Из дула с шипением вырвался энергетический сгусток и ударил меня в грудь. По всему телу прошла страшная резкая боль.

Я вскрикнул и провалился куда-то в черную бездонную пропасть.

Глава 27

Очнулся в небольшой комнате. Кроме жесткой неудобной койки, на которой я лежал, здесь больше ничего не было. Я быстро догадался, что нахожусь на космическом корабле, в одной из кают, которая, по всей видимости, используется в качестве тюремной камеры. Скинув ноги с койки, я поднялся.

В камере не было одной из стен. Вместе нее располагалось желтоватое почти полностью прозрачное силовое поле. За ним тянулся коридор. Над потолком была установлена камеры. Объектив смотрел прямо в тюремную камеру.

Я подошел к силовому полю и положил на него ладонь. Желтая полупрозрачная поверхность была очень крепкой. Гораздо тверже бетонной стены. Будь у меня плазменное или хотя бы огнестрельное крупнокалиберное оружие, тогда возможно мне бы удалось пробить силовое поле. Но солдаты забрали «Стриж», после того, как я потерял сознание.

Правда на мне все еще был нанокостюм. Активировав режим силы, я бы, наверное, смог разбить силовое поле. Вот только энергия была на нуле.

Приподняв голову, я заглянул в объектив видеокамеры. Интересно, наблюдают ли за мной сейчас?

Правая рука сжалась в кулак, и я ударил по силовому полю. Но не потому что хотел пробить его, а от переизбытка эмоций. Я злился. Злился от того, что не понимал, почему меня посадили в тюремную камеру. Сразу вспоминался Микки Риган. В последнюю нашу встречу он сказал, что я преступник. Похоже, не без оснований.

Я отошел от силового поля и сел на койку, прислонившись спиной к стене. Положил руки на колени. Бездумно посмотрел на них. Голова была пуста. На ум не приходило ни единой мысли, ни единой догадки, которые могли бы дать намек на то, почему со мной обращаются как с преступником.

Ждать пришлось не очень долго. Через несколько минут дверь в коридоре открылась. Краем глаза я заметил, как вошел человек и направился к тюремной камере. Я не смотрел на него. Только когда он подошел к силовому полю и остановился, я поднял голову.

Это была женщина. Строгий темный костюм, собранные в тугой пучок на затылке волосы. Я узнал ее с первого взгляда. И сердце на секунду замерло, а затем учащенно забилось. Я ожидал увидеть кого угодно, но только не ее. Мое изумление явно не ускользнуло от внимания женщины, но она ничего не сказала. Ее полные губы остались плотно сжатыми, глаза не изменили своего надменно-холодного выражения. Да, она ничуть не изменилась и была все так же спокойна и безразлична, как и всегда. И терпеливо ждала, пока я оправлюсь от удивления.

Стоявшей с другой стороны силового поля женщиной была личная секретарша Михаила Керенского Татьяна Вэй.

Я поднялся на ноги и подошел к силовому полю. Женщина окинула меня холодным взглядом. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Я терпеливо ждал, что Татьяна Вэй наконец заговорит и объяснит мне, что происходит. Но она молчал, очевидно, предоставляя мне возможность первому начать разговор.

— Почему меня держат здесь? — сразу взял быка за рога я.

— Дмитрий Громов, тебя арестовали как опасного преступника, — ледяным голосом произнесла Татьяна Вэй.

— Для меня это новость, — сказал я. — Можно спросить, а в чем меня собственно обвиняют?

Татьяна Вэй подняла левую руку и быстро взглянула на браслет КПК.

— Времени у нас не очень много, — сказала она, — так что постараюсь объяснить все покороче.

Я промолчал. Татьяна Вэй посмотрела на меня бесстрастным взором и заговорила.

— Директоры «Эко» были вынуждены замять ваше с Китсоном вторжение в их комплекс. Иначе им бы пришлось отвечать за то, что люди Микки Ригана похитили нашу сотрудницу и причинили вред нескольким случайным свидетелям. Однако то, что вы натворили в последующие дни безнаказанным остаться не может. Во-первых, из-за ваших чересчур агрессивных действий на планете Соламар-1 жители этой планеты учинили бунт. Если можно так выразиться. Они нападают на заводы и фабрики, принадлежащие гражданам «Балморы». Помимо этого, преступные группировки, которые до этого старались не ссориться без достаточно веских на то причин, теперь воюют друг с другом. Жители Соламара-1 люди нервные и злые. Нужна была лишь небольшая искорка, чтобы зажечь в них огонь ненависти и злобы. Ваши с Китсоном действия и создали эту искорку.

Я хотел в свое оправдание сказать, что беспорядки на Соламаре-1 начались после того, как люди Ригана стали охотиться за нами. Но едва открыл рот, как Татьяна Вэй мотнула головой и холодно сказала:

— Дай мне закончить.

Я плотно сжал губы.

— А во-вторых, — спокойно продолжила Татьяна Вэй, — то, что вы учинили на «Балморе» это гораздо хуже бунтов на Соламаре-1. В отличие от жителей этой планеты, граждане «Балморы» люди невероятно богатые и, следовательно, важные и влиятельные. На станции погибло несколько сотрудников безопасности и мирных жителей. Кроме того, был нанесен значительный ущерб различному имуществу. Так что граждане «Балморы» полны решимости покарать тех, кто повинен в этой трагедии. Несколько дней назад наиболее авторитетные и уважаемые в Федерации граждане «Балморы» обратились к властям с требованием найти и наказать повинных. Представители властей уже провели расследование и выяснили, что в случившейся трагедии виноваты трое людей — начальник одного из отделов «Эко» Микки Риган и двое бывших сотрудников корпорации «Континентал» Алекс Китсон и Дмитрий Громов.

Татьяна Вэй замолчала, давая мне возможность задать интересующие меня вопросы.

— Бывших? — только и спросил я.

— Да. Михаил Керенский недавно исключил тебя из списка сотрудников «Континентала».

— Ясно, — сказал я, стараясь ничем не выдать своих эмоций. — Продолжайте.

— Что произошло дальше, нам точно неизвестно. Возможно, представители властей сразу поставили совет директоров «Эко» в известность о том, что натворил один из их подчиненных. Но Керенский придерживается мнения, что совет директоров узнал, что произошло на «Балморе» еще до того, как власти открыли официальное расследование. Поэтому у совета «Эко» было вполне достаточно времени.

Татьяна Вэй снова замолчала, будто считала, что я сам пойму на что она намекает. Но я не понял.

— Достаточно для чего?

В глазах Татьяны Вэй было все то же холодное и безразличное выражение.

— Для того, чтобы защитить репутацию своей корпорации. Если бы распространился слух, что в «Эко» работал мерзкий человек, который ради своих интересов губил других людей, репутация этой корпорация была бы подпорчена. Совет директоров не мог этого допустить. Поэтому принял необходимые меры. Как ты и сам знаешь, согласно общепринятым правилам все документы сотрудников хранятся в базе данных корпорации, на которую он работает. Микки Риган конечно же не был исключением. Все его удостоверения личности, различные лицензии и все остальные документы находились в «Эко». Так вот, совет директоров полностью стер все документы, принадлежавшие Микки Ригану. Кроме того, были удалены все записи о том, что человек с таким именем когда-то у них работал. Отдел, который раньше возглавлял Микки Риган, теперь уже подчиняется другому человеку. Причем согласно документам этот человек уже давно числится начальником отдела. Словом, подкопаться не к чему. Официально Микки Ригана уже не существует и на «Эко» он никогда не работал.

— Однако физически Риган никуда не делся, — вставил я.

— Разумеется, — сказала Татьяна Вэй. — В идеале было бы не просто стереть все документы Ригана, но и физически устранить его. Сначала совет директоров планировал послать на поиски Ригана наемных убийц. Вот только не было никаких гарантий, что они добрались до Ригана прежде чем на него вышли бы правительственные ищейки. По документам Ригана конечно уже не существует, однако если бы ищейки нашли его и просканировали мозг, сразу бы выяснилось, что он работал на «Эко». Тогда стало бы ясно, что совет директоров удалил документы Ригана — что, ясное дело, не законно — и в результате для «Эко» все закончилось бы вдвойне хуже. Поэтому совет директоров решил назначить Ригану встречу в определенном месте. Он прибыл бы туда и угодил бы в ловушку. Но не вышло. Либо Риган сам почуял неладное, либо кто-то из дружков, все еще работающих в «Эко», предупредил его, в общем он узнал, что от него решили избавиться и не явился на встречу. Риган пустился в бега. Совет не знал, где его искать, а время работало против них. Так что им не оставалось ничего, кроме как сотрудничать с Риганом. Они обо всем ему рассказали, предупредили, что его усердно разыскивают правительственные ищейки и настойчиво посоветовали где-нибудь затаиться. Именно по этой причине Риган и находился в звездной системе FX-145.

— Мне до сих пор непонятно, почему меня тоже считают преступником, — вставил я, едва Татьяна Вэй замолчала.

— Я как раз к этому подошла, — сказала она и сразу продолжила: — Что касается Михаила Керенского, то он был полон решимости до последнего защищать тебя, а всю вину взвалить на Алекса Китсона.

— Был? — переспросил я. — Значит сейчас по какой-то причине он уже не собирается защищать меня?

— Да, ты прав, — ответила Татьяна Вэй и замолчала. В ее глазах что-то промелькнуло. Прежде чем продолжить, она помолчала секунду-другую. — А затем с нами связался ты и рассказал обо всем, что произошло. Микки Риган насильно удерживал раненную Раду Силину и велел тебе доставить ему последнюю криокамеру. Ты отыскал инопланетный корабль, но дальше все сорвалось. Форма жизни, которую Риган так хотел заполучить, погибла от твоей руки. Кара, наемница, которая должна была следить за тем, чтобы ты не вздумал обмануть ее босса, тоже умерла. Но, что гораздо важнее, погиб так же и Алекс Китсон. После всей этой истории ты сказал нам, что Риган прячется в системе FX-145 и попросил подкрепления. Ты понимал, что если Риган разозлится, когда узнает, что инопланетная форма жизни погибла и в отместку натравит на тебя своих солдат, то ты в одиночку с ними не справишься. Мы пообещали тебе, что подмога прибудет так быстро, как сможет.

— Но вместо агентов «Континентала», явились правительственные солдаты, — сухо закончил я.

— Верно. После твоего звонка Михаил Керенский сразу связался с советом директоров «Эко».

— Зачем? — спросил я и с неудовольствием подметил, что голос прозвучал слишком резко.

— Как я уже говорила, Михаил Керенский не хотел оставлять тебя в беде. Он планировал всю вину взвалить на Алекса Китсона. Но ты сообщил, что Китсон погиб, и в связи с этим появилась проблема. Кто-то должен был ответить за все, что произошло на Соламаре-1 и «Балморе». Власти бы не успокоились, пока кого-нибудь не наказали бы. Идеальной кандидатурой на эту роль был Алекс Китсон. Но он погиб. Поэтому вместо того, чтобы принимать какие-то поспешные решения, Михаил Керенский связался с советом директоров.

— Это я уже слышал, — жестко ответил я. — И задал вопрос: зачем?

— Кто-то должен был ответить за все преступления.

— Да, и я даже могу назвать имя человека, который повинен в преступлениях на Соламаре-1 и» Балморе» не меньше чем Китсон — это Микки Риган.

— Все не так просто, как ты думаешь, Громов, — ледяным тоном ответила Татьяна Вэй. — Риган бывший сотрудник «Эко». Ты, уже тоже бывший, сотрудник «Континентала». После похищения Риганом Рады Силиной и вашего вторжения в комплекс «Эко», наша корпорации «Континентал» и корпорация «Эко» находятся в очень натянутых и напряженных отношениях. Как ты уже знаешь, совет директоров не желал, чтобы Риган попал в руки властей. Керенский этого тогда еще не знал, но поскольку он человек разумный, то понимал, что если бы он выслал тебе подмогу и вместе вы бы арестовали Ригана и сдали его властям, то совет директоров «Эко» мог бы обидеться и затаить злобу на «Континентал». Поэтому прежде чем высылать тебе подкрепление, он связался с верхушкой «Эко». Начались переговоры, которые затянулись на несколько часов. Керенский горячо защищал тебя и пытался убедить совет директоров, что Ригана необходимо призвать к ответственности за совершенные преступления. Совет же директоров, напротив, объяснил, что не может допустить того, чтобы репутация их корпорации была подпорчена из-за поступков Ригана. Совет директоров настаивал, что нужно позволить Ригану бежать, а из тебя, Дмитрия Громова, сделать козла отпущения. Микки Риган, как говорил совет директоров, уже человек конченный, поскольку все его удостоверения личности и другие документы уничтожены, а счета заморожены. То есть он уже понес наказание за свои делишки. А властям нужно сдать тебя. Ты в «Континентале» работаешь недавно, опыта у тебя мало, так что тобой можно пожертвовать.

— И чем же закончился их спор? — спросил я, хотя и так уже знал ответ.

— Михаилу Керенскому пришлось пойти на попятную и принять условия совета директоров.

Татьяна Вэй замолчала. Она, наверное, ожидала, что я взорвусь, начну кричать, ругаться, бить кулаками в стену или каким-то другим способом выражать свои эмоции… Но я ничего не сказал и не сделал, а просто продолжал неподвижно стоять и пристально смотреть в холодные глаза Татьяны Вэй.

— Думаю, стоит сказать, что такое решение далось ему нелегко, — сказала она. — Ему тяжело пришлось, когда он узнал, каким гадким человеком был Алекс Китсон. Столько лет он на него работал, и только недавно Керенский узнал о настоящей натуре Китсона. А вот на тебя, Дмитрий Громов, он возлагал большие надежды. Он считал, что ты далеко пойдешь и что в скором будущем даже станешь одним из лучших агентов «Континентала».

— Если вы пытаетесь меня успокоить, то напрасно. Не тратьте слов впустую.

В глазах Татьяны Вэй снова промелькнуло то странное выражение, которое я уже видел в ее взгляде несколько минут назад.

— Сказать тебе, почему Керенский пошел на поводу у совета директоров «Эко». Или быть может ты сам догадываешься?

Я ничего не ответил.

— Поясню, — сказала она. — «Континентал» большая корпорация. Но все же не такая большая и могущественная, как «Эко». Силы явно не равны. Михаил Керенский не может пойти против совета директоров. Если бы он сдал Ригана властям, верхушка «Эко» обозлилась бы и… И тогда могла бы начаться корпоративная война.

Татьяна Вэй замолкла, внимательно глядя на меня. Она явно ждала, что я отвечу что-нибудь. Но я продолжал хранить молчание.

— В прошлом году в Солнечной Системе уже происходило кое-что подобное, и началась война между некоторыми корпорациями. Помнишь, чем в итоге все закончилось? Конечно, помнишь. Ты ведь тогда был наемником и в той корпоративной войне принимал самое активное участие, не правда ли?

Я все еще молчал. Но Татьяне Вэй и не требовался мой ответ. Уголки ее губ чуть приподнялись. Но глаза были все так же холодны.

— Можешь ничего не отвечать. По твоему лицу и так все понятно. Ты удивлен, откуда мне известен один факт из твоего прошлого, не так ли?

Татьяна Вэй не ожидала что я отвечу, поэтому сразу же продолжила.

— Помнишь, в тот раз, когда вы с Китсоном во-второй раз проникли в комплекс «Эко», Китсон выстрелил в тебя? Затем ты лично познакомился с Микки Риганом, а после этого сразу же отправился с докладом к Керенскому. Так вот, по приказу начальника я записываю все разговоры в его кабинете. Поэтому я слышала, о чем ты говорил с Керенским. Во время вашей беседы, ты высказал предположение, что существа из тех контейнеров это не биороботы, которых разработал его отдел, как утверждал сам Риган, а инопланетные существа. Помнишь? Так вот, я слышала ваш с Керенским разговор и по некоторым причинам заинтересовалась тобой.

Мысленно я вернулся в тот день и вспомнил, что когда вышел из кабинета начальника «Континентала» поймал на себе внимательные глаза Татьяны Вэй. Обычно она едва удостаивала меня и взглядом, но в тот раз долго смотрела на меня.

— И что это за причины? — спросил я.

— Скажу, когда придет время. Сейчас важно другое. Так вот, ты вышел из кабинета Керенского и спустился на лифте на нижние этажи. А я стала наводить о тебе справки.

Я слегка напрягся. От внимательного взгляда Татьяны Вэй это не ускользнуло. Но она ничего не сказала по этому поводу.

— Пришлось немало потрудиться, но в итоге потраченное время того стоило, — продолжала она. — Я узнала немало интересного. Как выяснилось, твое прошлое покрыто мраком. Все твои документы и удостоверения личности оказались очень качественными подделками. Твоя биография, которую ты предоставил, когда поступал на работу в «Континентал», полностью вымышлена, хотя при поверхностной проверке выглядит как настоящая. Кто-то очень постарался, чтобы создать тебе качественные фальшивые документы и придумать достаточно правдоподобную биографию. А вот кто ты на самом деле мне узнать не удалось, как бы тщательно я не копала. Единственное, что я смогла разузнать так это то, что в прошлом году, до того как поступить на работу в «Континентал», ты был наемником и принимал участие в корпоративной войне в Солнечной Системе.

Татьяна Вэй замолчала, пристально глядя на меня. Я не стал ничего отвечать.

— Может хотя бы скажешь, как тебя зовут на самом деле? Дмитрий Громов это ведь не твое настоящее имя, не так ли?

Я продолжал молчать. Татьяна Вэй пожала плечами.

— Можешь и не говорить. В принципе твое прошлое для меня не имеет особого значения. Мне хватает того, что я уже о тебе знаю. Ладно, так о чем я остановилась? В общем, еще одна корпоративная война никому не нужна. В памяти у всех еще свяжи события прошлого года… Поэтому Керенскому пришлось принять условия совета директоров «Эко». И вместо того, чтобы послать тебе на выручку агентов, он сообщил властям, где ты скоро появишься. А совет директоров в свою очередь предупредил Ригана, что в систему, в которой он прячется скоро явятся правительственные солдаты, чтобы схватить тебя. Риган даже предложил свою помощь.

— Да, — сказал я. — Вот почему он пытался взять меня в плен, когда я встретился с ним на его яхте. Кстати, а где он сейчас?

— Сбежал, — ответила Татьяна Вэй. — Его яхта унеслась на сверхсветовой скорости в неизвестном направлении, когда правительственный звездолет появился в системе FX-145.

— И его даже не пытались остановить?

— Нет. А зачем? Правительственным солдатам был дан четкий приказ схватить именно тебя. А про то, что на улизнувшей из системы яхты находился Микки Риган они даже и не знали. Об этом их не предупреждали. Ну а что произошло дальше ты и сам знаешь. Правительственный корабль состыковался с «Мирандой». Нам стало ясно, что компьютерные системы «Миранды» подверглись атаке некого вируса, который очевидно запустил Риган, и теперь охранные дроиды пытаются тебя убить. Керенский дал мне все коды доступа «Миранды», так что я отключила охранную систему. Потом солдаты нашли тебя, ты попытался оказать сопротивление, поэтому тебя вырубили из шокового ружья и очнулся ты уже здесь на правительственном корабле. Вот и все. Теперь ты все знаешь.

— Что ж, — начал я, когда Татьяна Вэй замолчала, — Риган сбежал, Китсон мертв и поэтому отвечать за все их преступления придется мне?

— Именно так, — безо всяких эмоций ответила Татьяна Вэй. Ее глаза все так же были похожи на две льдинки.

— И что меня ждет? Какое наказание?

— Думаю, смертная казнь.

Я помолчал несколько секунд. Потом спросил:

— А как там Рада?

— Поправляется. Она потеряла много крови, но сейчас ее жизнь вне опасности.

— А ее ни в чем не обвиняют?

— Нет.

— Хорошо. Хоть это радует.

Я замолк. Татьяна Вэй тоже больше ничего не говорила. Я смотрел на нее и вдруг вспомнил, что совсем недавно, перед началом нашего разговора, она сказала о том, что у нас мало времени. Интересно, что она имела ввиду?

— Так значит Керенский послал тебя вместе с правительственными солдатами, чтобы ты обо всем мне рассказала? — спросил я. — В том числе и о том, что он решил предать меня, лишь бы не ссориться с советом директоров «Эко»?

— Нет, — спокойно сказала Татьяна Вэй. — Михаил Керенский не посылал меня и уж тем более не хотел бы, чтобы ты все это узнал.

Меня охватило легкое волнение.

— Так почему же ты обо всем мне рассказала?

— Узнав, какая участь тебя ждет, я напросилась полететь с правительственными солдатами. Керенский договорился с представителем властей, которому было поручено разобраться во всем этом деле, и вот я здесь.

— Так чего ж ты хочешь? — спросил я и подумал, что Татьяна Вэй явилась уж точно не из-за того, что питала ко мне теплые чувства и хотела поддержать в трудную минуту.

Голос Татьяны Вэй вывел меня из размышлений.

— Как я уже говорила, после того вашего разговора с Керенским, ты заинтересовал меня, — сказала она. — Я стала копаться в твоем прошлом и выяснила, что все твои документы фальшивые. Но я не стала никому об этом говорить. Так вот, если говорить совершенно откровенно, то я планировала использовать тебя в своих интересах после того, как ты закончишь свое задание. А если бы ты отказался, тогда пригрозила бы, что расскажу Керенскому о том, что узнала о тебе. Но сейчас ситуация изменилась кардинальным образом. Мне очень нужен такой человек как ты. Поэтому я не могу допустить того, чтобы тебя казнили.

— И для каких целей я тебе нужен?

— Ты об этом обязательно узнаешь… Но не сейчас, — Татьяна Вэй снова быстро взглянула на КПК. — При следующей нашей встрече я тебе все расскажу, кто я на самом деле и зачем ты мне нужен. Да, как видишь, не только у тебя есть свои секреты в прошлом. Моя работа в «Континентале» это всего лишь… своего рода прикрытие. Но обо всем об этом поговорим потом. Сейчас уже и так осталось слишком мало времени.

— Так ты поможешь мне выбраться отсюда? — спросил я, невольно понизив голос.

— Конечно, — ответила Татьяна Вэй. Странно, но даже сейчас в ее глазах стоял холод. Однако интуитивно я чувствовал, что она не лжет и что действительно хочет мне помочь сбежать.

— Но как? Даже если ты сможешь вытащить меня из камеры, что делать дальше? Как улизнуть с правительственного корабля?

— Если ты замолчишь, я расскажу тебя план. Я уже обо всем позаботилась, — ледяным тоном произнесла Татьяна Вэй.

Я прикусил язык.

— Хорошо, — сказала она. — Вижу теперь ты готов слушать. Через несколько минут камера за моей спиной зациклится. Она начнет показывать то, что видит прямо сейчас. Я нейтрализую силовое поле, ты выйдешь, возьмешь мой КПК и отправишься по намеченному на нем пути. Видеокамеры, в коридорах по которым ты будешь проходить, я тоже взломала. Так что они не засекут тебя. Но если тебе кто-то повстречается на пути… Тогда придется быстро вырубить его. Для этих целей я дам тебе шоковый пистолет. По отмеченному на КПК пути ты выйдешь в ангар. Там возьмешь один из челноков и полетишь на «Миранду». Правительственный корабль тащит ее за собой на магнитном буксире. Но знай, когда челнок покинет корабль, экипаж сразу же сообразит в чем дело и тогда тебе придется действовать очень быстро. И еще кое-что — Керенский приказал мне заменить коды на «Миранде», чтобы система подчинялась только мне. Я выполнила приказ, но чуть позже, когда правительственные солдаты уже не следили за мной, разблокировала предыдущего авторизованного пользователя, так что все компьютеры «Миранды» будут тебе подчиняться.

— Но куда я полечу? У меня нет документов, все они остались в «Континентале».

— Ты неправ, — спокойно ответила Татьяна Вэй. — Твои документы уже не в «Континентале», а в руках представителей властей.

— Нет никакой разницы, у кого они сейчас, — заметил я. — Итог все равно один.

— Все верно. Без документов ты и шагу шагнуть не сможешь. Но ведь после корпоративной войны в Солнечной Системе кто-то создал тебе новую личность, да? Кто-то сделал для тебя фальшивые документы. Почему бы снова не обратиться к этому человеку за помощью?

— Я попал в немилость к властям, и теперь они занесли меня во все черные списки. Моя внешность наверняка уже есть в базе данных космопортов всех звездных систем. Куда бы я не отправился, во мне везде сразу же признают преступника. Как ты правильно заметила, я и одного шагу не успею сделать, как меня тут же схватят. А до того человека, который в прошлом году сделал мне новые документы, не так то легко добраться.

— Ладно, в общем, вариант с новыми фальшивыми документами отпадает. Впрочем, другого я и не ожидала и поэтому уже думала, где бы тебе спрятаться. И поняла, что во всей Федерации есть всего одно место, где власти никогда не будут тебя искать и где никому не будет дела до того, что ты беглый преступник без документов.

— И где же?

— Отдаленные Миры. Знаешь, что это за место?

Разумеется, я знал. Сначала люди расселились по всей Солнечной Системе, а когда научились строить двигатели способные развивать сверхсветовую скорость, отправились к другим звездам. Вселенная огромна, и люди не сомневались, что встретят инопланетные цивилизации. Но вопреки ожиданиям, другой разумной жизни они так и не нашли. Зато обнаружили немало планет земного типа. А чуть позже научились терраформировать и не пригодные для жизни людей планеты.

С каждым годом Земная Федерация все больше разрасталась. Люди заселили тысячи звездных систем. А потом им наконец-то стало известно, что они не одни во Вселенной. На некоторых планетах были найдены заброшенные другими разумными существами города, а в космосе время от времени находили сломанные инопланетные корабли. Иногда звездолеты, явно построенные не землянами, пролетали мимо заселенных людьми планет. Однако по каким-то причинам инопланетяне не торопились вступать с людьми в контакт.

Поскольку было неясно как настроены эти существа, власти Федерации решили, что необходимо покорить как можно звездных систем. Люди отправлялись все дальше в глубины Вселенной. Власти Федерации отправляли колонистов на дальние планеты, давали им минимум необходимого для проживания — дома-контейнеры, еду, одежду, медикаменты — и забрасывали других добровольцев на следующую планету. Таким вот образом было заселено около сотни звездных систем, находившихся вдалеке от основной территории Земной Федерации. Неофициально это место стали называть Отдаленными Мирами.

В результате такого бурного и активного покорения дальних звезд в Федерации возник кризис. У властей не хватало ни ресурсов, ни людей, чтобы обеспечивать колонистов всем необходимым для жилья и следить за порядком в Отдаленных Мирах. Они оказались брошены на произвол судьбы и были вынуждены заботиться о себе сами.

В первые годы в Отдаленных Мирах был очень высок уровень смертности. Люди гибли от неизвестных болезней, нападений агрессивных животных и загадочных природных явлений. В космосе космические корабли попадали в непонятные и смертельно опасные аномалии, которые раньше людям не встречались. Пилоты терялись, не знали, что делать, совершали ошибку и в результате корабли терпели крушения. Отдаленные Миры были мало изучены и поэтому полны опасностей.

С тех пор прошло много десятков лет. Люди более-менее приспособились к жизни в этом месте. На планетах стали появляться пусть и очень небольшие, но города. У властей Федерации все еще были свои проблемы, поэтому они ничем не помогали жителям Отдаленных Миров. Однако различные крупные, и не очень крупные, частные корпорации предлагали свои услуги колонистам. Например, военные организации защищали их от диких животных или бандитов.

Отдаленные Миры до сих пор все еще мало изучены. Бывали такие случаи, когда какой-нибудь счастливчик совершит аварийную посадку на астероиде и обнаружит на нем богатое месторождения минерала, используемого для изготовления топлива звездолетов. Такая находка сразу делает человека очень богатым. Именно поэтому в это опасное место кроме различных корпораций прилетают и обычные люди. Каждый надеется, что он наткнется на что-нибудь такое, что сделает его богатым.

Но Отдаленные Миры привлекают не только одних добропорядочных людей. В этом месте нет ни одного представителя властей, за порядком никто не следит, поэтому сюда постоянно льется поток преступников всех мастей. Некоторые из них прилетают в Отдаленные Миры с целью наживы, другие просто прячутся от правительственных агентов.

С каждым годом преступников в Отдаленных Мирах становится все больше. Пираты бороздят просторы космоса, а на планетах бесчинствуют шайки грабителей и убийц. Наемникам из частных военных корпораций нет дела до бандитов и до, что они творят. Они защищают мирных жителей только тогда, когда им платят за это. Но их услуги обходятся недешево.

Многие жители Отдаленных Миров живут и работают в надежде, что когда-нибудь им удастся скопить достаточно денег и улететь прочь из этого проклятого места. У некоторых даже получается собрать необходимую сумму и найти пилота, который согласится отправиться в такое далекое путешествие. Но по пути почти всегда происходит одно и то же — на корабль нападают пираты. И если пилот заранее не побеспокоился о том, чтобы купить для своего судна хорошую пушку или нанять солдат из частной военной корпорации, то случается трагедия. Пираты берут на абордаж корабль, грабят его и убивают всех, кто попадется им на пути. Если корабль окажется достаточно хорошим, его забирают с собой, а тела жертв в этом случае выбрасывают в космос.

В Отдаленных Мирах слишком много пиратов, грабителей и убийц. А наемники из военных корпораций открывают охоту на преступников только в том случае, если им предложат за это щедрое вознаграждение. Зная, какие огромные суммы денег требуют наемники за работу, жители многих планет решили действовать по-другому. Они собирают деньги и назначают за головы особо опасных преступников и целых банд награду. Порой сами же наемники и бросаются на поиски бандитов, за которых обещано вознаграждение.

Но не только специально обученные солдаты хотят заработать денег за поимку преступников. Все чаще появляются и вольные стрелки. Обыкновенные люди с оружием, из которого они хорошо умеют стрелять. Обычно их называют охотниками за наградой.

А бывает еще и так, что и сами бандиты сдают своих, чтобы заграбастать вознаграждение.

Сейчас название Отдаленные Миры произносят как ругательство. Это место давно превратилось в помойку. И чтобы привести его в порядок, нужно потратить немало сил, денег и ресурсов. Тех, кто живет в центре Федерации совсем не забит то, что творится в Отдаленных Мирах. Но некоторые люди все же задают правительству вопросы, когда же оно разберется с бардаком, в который превратилось это место. Правда со своими вопросами они пристают, видимо, не очень настойчиво, потому что власти Федерации все отмахиваются и уходят от прямого ответа. Они говорят, что сейчас у них хватает других проблем, но обещают провести большую уборку в Отдаленных Мирах в самом ближайшем будущем. Вот только это обещанное будущее все никак не может наступить. Наверное, видя во что превратились Отдаленные Миры, власти уже просто не желают тратить силы и деньги на то, чтобы навести порядок в этом месте.

Я кивнул и сказал:

— Да. Хорошая мысль. Там правительственные ищейки до меня не доберутся.

— Это опасное место, но я уверена, что ты сумеешь постоять за себя, — ответила Татьяна Вэй.

— А что насчет тебя? Ты тоже будешь там? Где мы встретимся?

— Сейчас это не важно. Когда время придет, я сама найду тебя.

— Как? — удивился я. — В Отдаленных Мирах, наверное, не меньше сотни звездных систем.

— Не забивай себе голову ненужными вопросами. В настоящий момент тебе нужно сосредоточиться на другом.

Отыскать одного человека в Отдаленных Мирах, не имея даже примерного представления, где именно он может находиться там, это тоже самое, что найти иголку в стоге сена. Мне было интересно, как Татьяна Вэй планирует искать меня, но я не стал больше задавать вопросов.

— Ладно.

— Когда прилетишь туда, сразу же бросай «Миранду», — сказала Татьяна Вэй. — На нем маячки, помнишь? Поэтому будет легко отследить ее местонахождение. Но когда правительственные ищейки узнают, что ты отправился в Отдаленные Миры, они с большой долей вероятности прекратят твои поиски. Но на всякий случай ты все равно найди там другой корабль, улетай на нем в самую глубь Отдаленных Миров и затеряйся где-нибудь там.

Я молча кивнул. Татьяна Вэй тоже помолчала несколько секунд. Потом взглянула на КПК и сказала:

— Кажется, все. Осталось только одно. Я не хочу, чтобы меня заподозрили в том, что помогла тебе сбежать. Поэтому, когда выйдешь из камеры, ударь меня посильней, понял?

— Понял, — мрачно сказал я. — Но ты уверена, что одного синяка будет достаточно, чтобы они поверили, что ты непричастна к моему бегству?

— Обо мне не переживай, — холодно ответила Татьяна Вэй. — Я сумею о себе позаботиться. Ты главное сделай, что я тебе сказала.

Она снова взглянула на дисплей КПК и произнесла:

— Приготовься. Через несколько секунд начинаем. Так… Пора!

Татьяна Вэй достала из кармана нейтрализатор и коснулась им силового поля. Оно сразу же исчезло.

— Бери, — произнесла она, протягивая мне КПК и шоковый пистолет.

Оружие я заткнул за пояс, а браслет КПК застегнул вокруг левого запястья.

— Возьми и это тоже, — сказала она, отдавая мне нейтрализатор. — Вдруг еще пригодится.

— Им будет интересно, как я выбрался из камеры, — заметил я, глядя на Татьяну Вэй.

— Вот и пусть поломают головы, как тебе это удалось. А ты не забивай себе этим мыслями свою.

— Не боишься, что тебя могут заподозрить?

— Я же сказала, не беспокойся обо мне, — ответила Татьяна Вэй и в ее голосе прозвучало легкое раздражение. — Все, хватит тратить время! Помнишь, о чем я говорила? Ударь меня!

Я посмотрел Татьяне Вэй в глаза. Она с ледяным спокойствием встретила мой взгляд. Я сжал руку в кулак и отвел ее назад. Татьяна Вэй даже не шелохнулась. Лишь слегка поджала губы, а ее взгляд оставался все таким же твердым.

— Спасибо за помощь, — сказал я. — И извини за то, что сейчас сделаю.

— Да давай же уже!

Я не хотел бить ее слишком сильно, но не рассчитал удар. Татьяну Вэй отбросило назад. Она стукнулась затылком об стену и сползла по ней на пол.

Испугавшись, я подскочил к ней и присел на колени. Из разбитой губы Татьяны Вэй по щеке стекала кровь. Я дотронулся до шеи женщины. Пульс был. Затем пощупал затылок и наткнулся на небольшую шишку. Наверное, скоро станет раза в три больше.

Я поднялся на ноги и взглянул на дисплей КПК. На нем велся обратный отсчет. Через несколько минут правительственный корабль выйдет из гипер режима, чтобы навигаторы сверились с курсом и внесли поправки, если необходимо. Именно в этот короткий промежуток времени и нужно успеть выйти из корабля, потому что покидать его, когда он летит на сверхсветовой скорости это чистое самоубийство.

Татьяна Вэй предупреждала, что по пути в ангар может кто-нибудь повстречаться. Но мне повезло — я ни на кого не наткнулся. Я следовал указателям на дисплее КПК и вскоре оказался в ангаре.

Помещение было просто огромным. Значит и сам корабль очень немаленький. Я быстро огляделся и, не заметив никого поблизости, направился к ближайшему челноку.

Когда подошел к нему, услышал мужской голос.

— Да, я все сделал.

Ему кто-то что-то ответил. Я услышал голос, но слов разобрать не смог. Видимо, мужчина с кем-то говорил по мобильному видеофону.

— Бак полон, все сломанные детали были заменены на новые, в общем челнок готов к использованию.

Ему снова что-то сказали, и он произнес:

— Хорошо.

Затем зазвучали шаги. Мужчина в комбинезоне механика вышел откуда-то с другой стороны челнока. Увидев меня, замер. Однако он не выглядел испуганным. Лишь легкое недоумение сквозило в его взгляде.

По всей видимости, он даже не знал, кто я такой. И в этом не было ничего удивительного. Правительственный корабль огромный, численность экипажа, обслуживающего его, тоже немаленькая. Скорей всего, многие из простых работников, например, как этот механик, даже не в курсе, куда корабль направляется и какое задание выполняют правительственные солдаты.

— Так значит челнок в порядке? — спросил я, напустив на себя уверенный вид.

— Теперь да, — ответил он, посмотрев на меня.

— Отлично.

В глазах механика все еще было замешательство. Поколебавшись пару секунд, он спросил:

— Извините за вопрос, но вы кто?

— Пилот, — ответил я. — Мне велели провести пробный полет на этом челноке, когда корабль выйдет из гипер режима. Хотят убедиться, что челнок в полной исправности.

На лице механика отразилось удивление. Но он ничего не сказал. Отвернувшись, посеменил прочь. Я проводил его взглядом и увидел несколько солдат, которые шли в мою сторону. Этого еще только не хватало!

Я быстро взбежал вверх по опущенному трапу и оказался в небольшой шлюзовой камере челнока. Внутренний люк был открыт. Я пересек короткий коридор и оказался в кабине пилота. Так, теперь дело осталось за малым — поднять челнок в воздух и убраться с этого корабля.

Откуда-то снаружи донесся шум голосов. Я повернул голову и через прозрачную поверхность колпака кабины увидел правительственных солдат. Они стояли неподалеку от челнока и смотрели на механика. Тот что-то взволнованно им говорил, указывая одной рукой в сторону судна, которое он недавно отремонтировал, а второй отчаянно жестикулируя.

Один из солдат повернул голову в сторону челнока. Сначала он окинул взглядом опущенный люк. Затем посмотрел на колпак кабины и увидел меня. Выражение его лица сразу же ожесточилось. Он отвернулся и предупредил остальных. Все тут же повернули головы и впились в меня суровыми взглядами. Механик замолчал и перестал дергать рукой.

Солдат, который первым заметил меня, видимо, был страшим. Он что-то скомандовал, и все бросились к челноку. Механик остался стоять на месте, растерянно глядя им вслед.

Я метнулся к креслу пилота, упал в него и ударил по кнопке на панели управления. С глухим стуком люк захлопнулся прямо у носа первого подбежавшего к челноку солдата. Теперь они не могли попасть внутрь. Я нажал другую кнопку, и судно чуть вздрогнуло. Двигатели зашумели. На панели управления зажглись различные лампочки, включились различные приборы и засветились информационные дисплеи.

Солдаты подбежали к самой кабине и, задрав головы, стали смотреть на меня. Старший что-то прокричал. Я даже не стал вслушиваться. Наверное, он приказывал немедленно выйти из челнока.

Я взглянул на приборы. Все системы судна были в полной исправности и готовы к работе. Я взялся за ручки управления.

Один из солдат поднял пистолет и начал стрелять. Пули ударили в колпак кабины и отскочили в сторону. На прочной прозрачной поверхности не осталось и следа. Старший что-то выкрикнул подчиненному. Тот понуро опустил голову и спрятал оружие в кобуру. Оглядев остальных, старший что-то сказал одному из них. Тот коротко кивнул и куда-то убежал.

Я отвернулся и взглянул на дисплей КПК. Правительственный корабль уже начал торможение, и через полминуты пойдет на обычной скорости. Так что пора сматываться.

Повинуясь моим командам, челнок оторвался от пола. Двигатель громко загудел. Пол чуть завибрировал. Одного из солдат сбило с ног воздушным потоком. Ему помогли подняться и попятились от челнока, не спуская с меня свирепых взглядов.

Челнок поднялся на несколько метров над полом. Затем я немного развернул судно, чтобы его нос смотрел точно на люк одной из выходных шахт. Я полетел прямо на него, не давая челноку слишком разгоняться, чтобы люк успел распахнуться. Вход в шахту должен автоматически открыться, когда челнок подойдет к нему на достаточно близкое расстояние. Но когда до люка оставалось около двух метров, стало ясно, что он не откроется. Видимо, солдаты уже предупредили диспетчеров о моем побеге, и те заблокировали люк.

Я остановил челнок. Судно неподвижно зависло в воздухе. Сердце гулко стучало в груди. Стараясь, сохранять хладнокровие, я запустил на КПК Татьяны Вэй программу-взломщика. Через нее подключился к компьютерной сети правительственного корабля и задал нужную команду. Программа запустила вирус. Через несколько минут, а если очень повезет, то секунд, он сделает свою работу, и вход в шахту откроется.

Я впился взглядом в закрытый люк. Хитроумную программу-взломщик написали умнейшие компьютерщики «Континентала». Благодаря ей я много раз выбирался из трудных ситуаций. Оставалось только надеяться, что она и сейчас не подведет…

Заметив краем глаза какую-то тень, я посмотрел вниз. Вернулся тот солдат, которого старший недавно куда-то посылал. Он держал в руках ружье. Я нахмурился. Название этого оружия вылетело из головы. Солдат передал ружье старшему. Тот взвесил его в руках, потом поудобней взялся и прицелился.

«Спираль» — неожиданно мелькнуло в голове название этого оружия. Я резко наклонил ручку управления в сторону. Челнок покачнулся. Синий луч совершенно беззвучно прошел насквозь через всю кабину, едва не задев при этом меня.

По спине пробежался неприятный холодок. Я чуть не погиб, из-за того, что забыл, как выглядит ружье, которому дали название «Спираль». Это очень редкое энергетическое оружие. Его разработали несколько лет назад на основе инопланетных технологий, которые люди нашли на одной из только что открытых планет. Луч, выпускаемый этим оружием, проходит сквозь любую неорганическую поверхность, не оставляя на ней ни единого повреждения. А вот на органике, например, теле человека, выстрел из «Спирали» оставляет страшные ожоги.

Все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды. Я развернул челнок и большим пальцем надавил кнопку на ручке управления. Загрохотал бортовой пулемет челнока. Пули застучали по полу ангара. Солдаты бросились врассыпную. Я не обращал на них внимание. Меня интересовал только их командир, державший в руках смертоносное оружие.

Наклоняя голову, старший бежал прочь. Он без конца петлял из стороны в сторону, мешая мне навести на его прицел. Добежав до ближайшего катера, он спрятался за ним.

Я опустил кнопку. Пулеметное орудие замолкло. Старший не показывался. Знал, что представляет для меня угрозу и что я только и жду, когда он высунется. А вот его подчиненные осторожно выглядывали из укрытий. Некоторые даже выстрелили пару раз в колпак кабины. На прозрачной поверхности не оставалось даже и царапин.

Я посмотрел на дисплей КПК. Правительственный корабль скоро начнет развивать сверхсветовую скорость, а компьютерный вирус все еще пытался переписать код, управляющий люком выходной шахты. С каждый секундой шансов на то, что мне удастся сбежать оставалось все меньше…

Командир солдат будто догадался, что я погрузился в свои мысли и, воспользовавшись моментом, выглянул из укрытия. Понял я это, только когда перед глазами мелькнул синий луч. Палец снова надавил на кнопку. За полсекунды до этого старший успел снова юркнуть за укрытие.

Времени оставалось все меньше. Я решил не ждать, когда программа-взломщик откроет люк. Челнок поднялся до самого потолка и полетел вперед, набирая скорость. Солдаты стреляли мне вслед, но никакого вреда челноку не наносили.

Долетев до противоположного конца ангара, я развернул нос судна в сторону еще одного люка выходной шахты. Помимо пулеметного орудия, на челноке было установлено еще одно мощное орудие — плазмомет.

Краем глаза я заметил, что солдаты со всех ног бегут в мою сторону. Позади них вышагивала тяжеловооруженная боевая машина. Наверное, это старший вызвал подкрепление. Этого только и не хватало!

Переключившись на второстепенное орудие, я нажал кнопку. Из дула вырвался мощный потом плазмы. Она ударила в закрытый люк. Прочная поверхность двери сразу начала морщиться. К потолку взметнулись клубы дыма. Расплавленный металл стекал на пол. На двери образовывалось отверстие. Оно быстро расширялось. Еще несколько секунд, и дыра станет достаточно большой, чтобы через нее смог пролететь челнок.

Старший уже добежал до челнока. Он перевел дыхание и обернулся. Его подчиненные и боевая машина сильно отстали. Что-то прокричав им, он снова поднял «Спираль» и прицелился. Отверстие на двери люка было уже достаточно широкой. Какую-то долю секунды я размышлял, что делать — резко бросить челнок в дыру на двери или вступить в бой с командиром правительственных солдат. В этот напряженный момент мозг по какой-то причине выбрал второй вариант.

Я развернул челнок на девяносто градусов. Одновременно с этим мелькнула синяя вспышка. Луч прошел через кабину, скользнув по нанокостюму. Ткань силового комбинезона осталось нетронутой, а вот моя кожа под ней заныла от резкой боли. Стиснув зубы, я надавил на кнопку.

Старший шустро отпрыгнул в сторону. Однако в этот раз ему не повезло. Поток плазмы накрыл его с головой. Старший изжарился до костей за считанные секунды.

Боевая машина была уже совсем близко. Пилот открыл огонь. Две бортовые пушки стали изрыгать нескончаемый смертоносный поток. Миниатюрные снаряды замолотили по колпаку кабины. На прозрачной поверхности расползалась тоненькая паутинка трещин.

Решив не тратить время на боевую машину, я снова развернул челнок в сторону люка. Плазмомет выплюнул очередной горячий сгусток. Края отверстия на двери еще больше оплавились. Теперь дыра была достаточно широкой.

Челнок резко метнулся вперед и через брешь на крышке люка нырнул в выходную шахту. В самом ее конце находилась внешняя дверь. Она тоже была закрыта.

В дело снова вступил плазмомет. Едва на крышке внешнего люка образовалось небольшое отверстие, как по всей шахте зажглись красные лампочки. Я знал, что произошло — воздух стал утекать в открытый космос.

Около внешнего и внутреннего люков выходной шахты стали опускаться аварийные перегородки. Я немного снизил скорость челнока, чтобы плазмомет успел расправиться с новым препятствием.

Воздух перестал уходить в вакуум — аварийная перегородка закрыла внутреннюю дверь шахты. А вот впереди, там, где должна была быть крышка внешнего люка уже зияла огромная дыра с неровными расплавленными краями.

Через секунду челнок вырвался из чрева правительственного корабля в открытый космос. Впереди маячила большая темная тень. Это была «Миранда». Челнок направился к ней, быстро набирая скорость.

Я поглядывал в монитора заднего вида, ожидая, что правительственные солдаты пошлют мне на перехват истребители. Но из выходных шахт никто не вылетал. Пока челнок сближался с «Мирандой», я размышлял над тем, почему за мной в погоню никого не отправили.

Когда до корабля «Континентала» оставалось менее половины пути, двигатели челнока вдруг перестали работать. Маленькое судно по инерции продолжало лететь навстречу «Миранде». Я сверился с приборами. Двигатели не были повреждены. Они просто выключились сами по себе. Или может, закончилось топливо? Я перевел взгляд на другой монитор. Нет, в баках еще полным-полно горючего.

Решив, что в системе просто произошла какая-то незначительная ошибка, я дал команду активировать двигатели. Но ничего не произошло. В голову пришла неожиданная догадка. Я слегка наклонил ручку управления в сторону. И снова ничего не случилось. Челнок продолжал по инерции лететь вперед и наотрез отказывал подчиняться моим командам.

Из двигателей, расположенных на носовой части челнока, вырывались струи газа, гася инерцию. Судно начало замедляться, а затем разворачиваться, хотя я даже не притронулся к ручками управления. Стало ясно, почему в за мной никто не бросился в погоню. В этом просто не было нужды. Специалисты удаленно подключились к компьютерной системе челнока и взяли на себя управление судном.

Челнок развернулся на сто восемьдесят градусов. Прямо по курсу я увидел огромную тень. Если «Миранда» была большим судном, то правительственный корабль просто гигантским. Стало даже немного лестно, что за мной, одним-единственным человеком, власти Федерации отправили такую громадину.

Набирая скорость, челнок продолжал лететь к правительственному кораблю. Дверь одной из выходных шахт уже была открыта. На секунду я задумался — что делать? Запустить программу-взломщика и терпеливо ждать, когда она перепишет код и запретит удаленный доступ к системам челнока? Нет, один раз я уже переоценил возможности этой программы и больше совершать ошибку не буду.

Вскочив с кресла пилота, бросился в заднюю комнату. Забежав внутрь, рванул на себя дверцы шкафа, вытащил оттуда космический костюм и стал торопливо надевать его. Даже толком не проверив герметичность скафандра, метнулся в шлюз, закрыл внутреннюю дверь и стал открывать внешнюю.

Когда люк распахнулся, я оттолкнулся от пола и вынырнул из шлюзовой камеры. Включив двигатели костюма на полную мощность, полетел в сторону «Миранды».

Челнок продолжал идти к правительственному кораблю. Очень скоро он войдет в шахту, через нее выйдет в ангар и опустится на свободную посадочную площадку. Трап опустится, и правительственные солдаты забегут по нему внутрь. Обыскав челнок, они поймут, что человек, которого им было приказано арестовать, пропал. Но куда он подевался и куда направляется, долго гадать не будут. Все это произойдет минуты через три. Так что надо спешить.

На полном ходу, я влетел в шлюзовую камеру «Миранды». Не успев вовремя затормозить, стукнулся в закрытую дверь внутреннего люка. Удар получился очень сильным. На внутреннем дисплее шлема замигали красные огоньки и предупреждающие надписи. В космическом костюме что-то сломалось. Я даже не стал вникать в горящие перед глазами слова. Подскочив к рычагу, с силой дернул его на себя. Внешняя дверь закрылась. Давление стабилизировалось, и крышка внутреннего люка отъехала в сторону.

Выскочив из шлюза, я бросился по коридору в рубку управления. Я так спешил, что даже не стал снимать шлем космического костюма. Предупреждающие о каких-то поломках надписи продолжали светиться перед глазами, но я не обращал на них никакого внимания.

Забежав в рубку управления, упал в кресло пилота и ударил по кнопкам. Корабль ожил — вздрогнул и загудел. Разом вспыхнули все дисплеи, диоды, индикаторы.

Я коснулся рычагов управления. Раздался шум двигателей, пол и стены завибрировали, но «Миранда» даже не шелохнулась. Отыскав глазами нужный информационный дисплей, я стал быстро изучать показатели бортовых систем. «Миранда» была в полном порядке, топливо в баках хоть отбавляй, двигатель работает прекрасно. Но почему-то корабль не двигался с места.

Внутри космического костюма стало жарко. Заработал кондиционер, но это не помогло. Пот стал заливать глаза. Я сорвал с головы шлем и швырнул его в сторону. Он ударился об стену, упал на пол и куда-то закатился. Быстро вытерев пот, я продолжил смотреть в экран, изучая различную информацию.

Наконец, мне удалось выяснить, почему «Миранда» отказывалась трогаться с места. Невидимые лучи магнитных захватов все еще крепко держали корабль. Поэтому она могла только лететь рядом с правительственным кораблем. Огромный металлический гигант вел за собой сравнительно небольшой корабль «Континентала», как отец маленького сына за руку.

Однако «Миранда» невероятно быстрое судно, и когда оно начнет развивать сверхсветовую скорость никакие магнитные захваты не смогут ее удержать. Стоит мне дать полный ход, тогда двигатели заработают на полную мощность, и невидимые цепи магнитных захватов разорвутся.

Очевидно, представители властей тоже знали об этом и поэтому решили запугать меня, чтобы я не посмел убегать.

Появился голографический экран видеофона. С него на меня посмотрело суровое лицо какого-то большого военачальника. Командным голосом он стал что-то говорить о том, чтобы я немедленно вернулся к ним на корабль, а не то они откроют огонь из всех орудий и разорвут «Миранду» на куски.

Однако было еще кое-что, о чем военачальник, очевидно, не знал, либо не придавал этому большого значения. Помимо сверхмощных двигателей на корабле «Континентала» были установлены отличные кинетические щиты. Прежде чем воинственным представителям властей удастся «разорвать «Миранду» на куски» им необходимо пробить силовую защиту. А на это уйдет некоторое время.

Военачальник продолжал угрожать. Я делал вид, что внимательно его слушаю, а на самом деле напряженно следил за показаниями на дисплее. Двигатель набирал обороты. Через несколько секунд он будет работать на полную мощность.

Мысленно я досчитал до десяти и дал полный ход. «Миранда» содрогнулась и пошла вперед. Но не резво, как я ожидал, а очень неспешно. Магнитные захваты все еще пытались удержать ее. Стены завибрировали. Гул двигателей стал таким громким, что слов военачальника уже не было слышно. «Миранда» уже вся дрожала от напряжения.

Я вцепился в подлокотники. Корабль так сильно трясло, что меня едва не выбрасывало из кресла. Казалось, судно вот-вот и развалится на детали.

Видеофон погас. Военачальник наконец сообразил, что я пытаюсь сбежать.

«Миранда» продолжала идти вперед. И мне показалось, что ее стало куда меньше трясти. Взглянув на дисплей, я увидел, что корабль постепенно набирает скорость. Магнитные захваты слабели. Медленно, но верно «Миранда» вырывалась из невидимых объятий правительственного корабля.

Неожиданно стены содрогнулись. Меня выбросило из пилотского кресла. Я упал на пол. Как только поднялся на ноги, корабль снова вздрогнул. Я закачался, но смог сохранить равновесие. Сев в кресло, застегнул ремни безопасности и посмотрел на широкий дисплей перед собой. Правительственный корабль вел обстрел. Кинетические щиты пока держались. Энергия силового поля составляя восемьдесят семь процентов.

Сразу три снаряда угодили в щиты корабля. Тройной взрыв сильно встряхнул корабль. Энергия силового поля сразу снизилась до шестидесяти одного процента. Когда она дойдет до нуля, кинетические щиты перестанут работать. И тогда «Миранда» будет очень уязвима.

Магнитные захваты все еще пытались удержать корабль. Но они уже работали на пределе своих возможностей. Я чувствовал это. «Миранда» разгонялась и шла вперед уже почти без затруднений. Еще чуть-чуть, всего несколько секунд, и невидимые цепи магнитных захватов лопнут, и судно «Континентала» резво бросится вперед.

Если только орудия правительственного корабля не успеют до этого уничтожить кинетические щиты «Миранды»…

Пятьдесят пять процентов… Сорок процентов… Тридцать четыре процента… Девятнадцать процентов…

Орудия правительственного корабля стреляли без остановок. Мощные взрывы без конца сотрясали «Миранду». И самое неприятное, что я никак не мог повлиять на сложившуюся ситуацию. Все, что можно было сделать, уже сделано. Оставалось только надеяться, что «Миранда» вырвется из магнитных захватов быстрей, чем кинетические щиты перестанут работать…

Десять процентов… Три процента…

Энергия кинетического щита полностью израсходовалась. Силовое поле вокруг «Миранды» пропало. Теперь она стала совсем беззащитной. Одно-два, максимум три, точных попадания из мощного оружия и ей наступит конец.

Я весь сжался в кресле пилота, ожидая, когда последуют очередные взрывы. Но ничего не происходило. В голове мелькнула мысль — почему правительственный корабль не добивает «Миранду»? Ответ пришел сразу — да какая разница? Более важно другое — что мне делать? Может броситься в ангарный отсек и покинуть «Миранду» на челноке? Нет, это не вариант. На небольшом судне, не оснащенном гипервигателем от правительственного корабля не удастся уйти.

Видеофон вдруг снова ожил. На экране появилось все тоже суровое лицо военачальника. Он грозным голосом заявил, что силовое поле больше не защищает «Миранду». Затем он снисходительным тоном добавил, что если я сейчас же соглашусь сдаться, то мне сохранят жизнь. Но, видимо, он решил, что нужно пояснить свою мысль. Его лицо снова ожесточилось, когда он сказал, что если я немедленно не сдамся, то мой корабль будет уничтожен.

Наконец, военачальник замолчал. Его маленькие глазки не сходили с моего лица.

Но я тоже ничего не говорил. Скользнув взглядом по физиономии военачальника, я уставился в экрана перед собой. Двигатель работал на полную мощность, но «Миранда» до сих пор не могла развить сверхсветовую скорость. Магнитные захваты все еще удержали ее.

Терпение военачальника лопнуло. Он рявкнул что-то насчет того, что я сам выбрал свою судьбу и оборвал связь.

А через несколько секунд я увидел, как от правительственного корабля отделились несколько продолговатых предметов и устремились на «Миранду». Сканер предупреждающе запищал — это были торпеды. Они быстро приближались.

Автоматические системы «Миранды» выбросили несколько маячков. Однако торпеды не клюнули на приманку и продолжали быстро подходить. Еще несколько секунд и они, как выразился военачальник, разорвут «Миранду» на куски.

Хоть я и понимал, что шансов на успех у меня немного, но все равно вскочил с места и бросился бежать в ангар. Через несколько секунд корабль начнут сотрясать мощные взрывы. Удастся ли мне добраться до ангара и улететь на челноке?..

И тут что-то произошло. Сначала я решил, что это одна из торпед врезалась в борт корабля. Однако не было ни громкого взрыва, ни встряски. Меня просто подбросило в воздух и силой швырнуло на пол. Я покатился по нему куда-то назад, пока не стукнулся затылком об стену. В глазах на секунду потемнело. В ушах стало шуметь. Какая-то неведомая сила придавила меня к стене. Я не мог пошевелить и пальцем.

Торпеды должны были уже начать врезаться в корабль. Но почему-то не врезались. Не было ни громких взрывов, ни сильных встрясок. Вместо всего этого я испытывал страшную перегрузку. Она нарастала с каждой секундой.

В мозгу мелькнула неожиданная догадка. Но я не успел даже обрадоваться — меня вдруг обволокла непроглядная тьма…

Не знаю, сколько я провалялся без сознания. Когда очухался, перегрузок больше не было. Пол слегка вибрировал, и слышался легкий гул. Корабль шел легко и ровно.

Я поднялся на ноги. В затылке стояла тупая ноющая боль. Я поднял руку и нащупал большую шишку. Мне очень и очень повезло, что ничего себе не сломал. Во время перегрузки, когда корабль начинает развивать сверхсветовую скорость, члены экипажа должны сидеть в креслах и быть пристегнуты ремнями безопасности. Иначе они окажутся в той же неприятной ситуации, в которую угодил я сам.

В рубке управления было тихо и спокойно. За иллюминатором виднелась лишь абсолютно черная ткань космоса. Корабль двигался так быстро, что не было видно даже звезд.

Я сел в кресло пилота. Посмотрел на дисплей. Звездная система FX-145 осталась очень и очень далеко позади. Когда торпеды уже подлетали к «Миранде», ей все-таки удалось высвободиться от магнитных захватов. Корабль «Континентала» начал развивать сверхсветовую скорость, поэтому меня и швырнуло на пол и бросило к стене.

Несколько минут я расслабленно сидел в кресле и ни о чем не думал. Затем вспомнил о правительственном корабле. Я от него оторвался, но правительственные ищейки все равно будут повсюду меня искать. Во всей Федерации есть только одно место, где они не смогут до меня дотянуться. Далеко не самый приятный уголок, чтобы залечь на дно и, возможно, провести в нем остаток жизни, однако выбирать не приходилось. Я задал автопилоту новый курс. «Миранда» начала долгое путешествие в Отдаленные Миры.

Content

Охапкин Игорь
Призраки из пустоты

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27