Энди Брок

Целуй меня крепче

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

The Sheikh’s Wedding Contract © 2015 by Harlequin Books S. A.

«Целуй меня крепче» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

«Только бы не опоздать», – думала Надия Амани, приближаясь к воротам. Группы молодых женщин в платьях с летящими подолами, похожие на стайки пестрых бабочек, уже покидали дворец.

Это были самые красивые женщины в королевстве. На них были дорогие наряды, расшитые драгоценными камнями, и всевозможные украшения. Все они приходили к недавно коронованному шейху Зайеду аль-Афзалу в надежде на то, что он выберет их для своего гарема. Вот только он, похоже, никого не выбрал. Неужели ни одна из этих красавиц не смогла удовлетворить его высокие требования? Судя по грозным выражениям лиц охранников, что-то пошло не так.

Видимо, ей придется быть изобретательнее. Пригнувшись, она подобрала подол пышной юбки и продолжила продираться сквозь толпу, двигающуюся в обратном направлении.

Надии повезло. Стоящий у входа во дворец охранник засмотрелся на пышную грудь одной из уходящих девушек и не заметил, как она проскользнула внутрь. Воспользовавшись этим шансом, Надия изо всех сил помчалась по холлу с куполообразным потолком. Ее сандалии поскрипывали на мраморном полу, браслеты на запястьях и щиколотках позвякивали, концы расшитого драгоценными камнями пояса хлестали ее по бедрам.

Впереди была открытая дверь, и Надия, не задумываясь, ворвалась в нее. У нее не было никакого плана. Она знала только, что не должна останавливаться и что ей нужно во что бы то ни стало встретиться с шейхом Зайедом аль-Афзалом.

Она остановилась посреди огромного зала, в дальнем конце которого на стоящем на возвышении троне сидел шейх Зайед.

Они уставились друг на друга, и косточки бюстье так сильно сдавили ее грудь, что ей стало трудно дышать. Она не привыкла ходить полураздетой. Это было нарушением нравственных принципов, которых она придерживалась много лет. То, что она была готова сделать, также шло вразрез с этими принципами.

Взгляд шейха скользнул по ее груди, которая, казалось, вот-вот вывалится из чашечек бюстье, по ее голому животу с украшением в пупке, и ее кожу начало покалывать.

Надия знала, что это ее шанс и ей нужно действовать прямо сейчас, но не могла сдвинуться с места. Потому что шейх Зайед оказался совсем не таким, каким она его себе представляла. Он был высоким и поразительно красивым. У него была аккуратно подстриженная темная борода. На нем был элегантный темный костюм, какие носят мужчины на Западе, белая рубашка и галстук, который слегка сдвинулся набок. Его пальцы сжимали бронзовые львиные головы на подлокотниках трона, ноги были вытянуты вперед, поза была расслабленной.

Она заставила себя поднять голову, и их взгляды встретились. У него были выразительные глаза цвета горького шоколада. В их глубинах можно было утонуть.

Пораженная его красотой, она потеряла бдительность и не заметила вошедшего в комнату охранника, пока он не схватил ее сзади за руки.

– Прошу прощения, ваше величество. Эта проскользнула мимо нас.

Эта? Да как он смеет так о ней говорить!

Охваченная яростью, Надия попыталась вырваться, но охранник лишь усилил хватку.

– Я была бы вам очень признательна, если вы убрали руки! – возмущенно бросила она, но он не подчинился.

– Вы слышали, что сказала дама? – Поднявшись, Зайед встал на край возвышения для трона. – Отпустите ее.

Его глубокий низкий голос отозвался эхом в стенах просторного зала.

– Да, ваше величество. – Поклонившись, охранник отпустил Надию и сделал шаг назад.

– Запомните на будущее: мои приказы должны исполняться цивилизованным образом. Я не потерплю жестокости ни в какой форме.

– Да, ваше величество.

Повернувшись, Надия бросила надменный взгляд на охранника, затем потерла красные отметины на своих руках. Ее браслеты при этом зазвенели.

– Как вас зовут, юная леди? – спросил Зайед, переключив внимание на нее.

– Надия.

– Итак, Надия, мне жаль вас расстраивать, но вы пришли сюда напрасно. Видите ли, я не имею привычки выбирать себе… э-э… компаньонок таким образом, какой мне был предложен только что. Мне жаль, что я причинил вам неудобство.

Почему-то это прозвучало скорее как упрек, нежели извинение.

– Но ваше величество… – Чувствуя, как бешено стучит ее сердце, Надия встретилась взглядом с шейхом Зайедом, затем потупилась и кокетливо захлопала темными ресницами. – Раз уж я здесь, почему бы вам не позволить мне для вас выступить?

Не дожидаясь его ответа, она волнообразно задвигала бедрами, как делали в ее родном дворце танцовщицы, развлекающие ее отца и брата. Она часто за ними наблюдала из укрытия, запоминая движения, а потом возвращалась в свою комнату, раздевалась до нижнего белья и пыталась их повторить, стоя перед зеркалом. Теперь ей просто нужно было повторить то, что она выучила.

Подняв руки над головой, она плавно задвигала кистями и быстрее закачала бедрами. Браслеты на ее руках и ногах зазвенели.

– Юная леди. – Спустившись с возвышения на яркий мозаичный пол, Зайед направился к ней. Движения Надии становились все более завлекательными. Она понимала, что унижается, но у нее не было выбора.

Шейх Зайед остановился прямо перед ней. Рядом с этим высоким широкоплечим мужчиной Надия почувствовала себя маленькой и беззащитной, но танцевать не перестала.

– Очевидно, я недостаточно ясно выразился. – Внезапно его сильные руки легли ей на талию. Их взгляды встретились. У Надии перехватило дыхание, и она застыла на месте, как вкопанная. Ее щеки вспыхнули, по телу пробежала дрожь. Затем он отпустил ее на мгновение, положил руки ей на плечи и развернул ее лицом к двери. В его действиях не было грубости, лишь спокойная решимость. – Выход там.

Зайед наблюдал за тем, как юная соблазнительница удаляется в сопровождении охранника, который на этот раз не стал к ней прикасаться. Судя по тому, как быстро она шла, ей хотелось как можно скорее покинуть дворец. Черные кудри, доходящие до ее упругих ягодиц соблазнительной формы, красиво покачивались. Ее спина и плечи были напряжены, что было странно, учитывая цель ее прихода во дворец.

Он не мог не признать, что эта женщина с бледной кожей и фиалковыми глазами настоящая красавица. Ее страстный танец разжег внутри его огонь желания. Если бы он встретил ее при других обстоятельствах, например, в баре или на пляже, он с удовольствием пообщался бы с ней во всех смыслах этого слова. Он пользовался репутацией плейбоя, но одно дело соблазнить красивую женщину и совсем другое – развлекаться с целой толпой молодых прелестниц, которых собрали здесь специально для него. Надия вовсе не выглядела как женщина, готовая подчиниться чужой воле. Для него до сих пор оставалось загадкой, как она сюда попала.

Нахмурившись, Зайед отвернулся, снял пиджак и обвел взглядом просторное помещение. Что, черт побери, произошло с его жизнью? Всего пару месяцев назад он расширял свою деловую империю, ездил по миру, скупая компании стоимостью в миллиарды долларов и наслаждаясь своими победами.

Все внезапно изменилось, когда его мать сообщила ему, что он должен вернуться домой в Газбию. Что следующим шейхом Газбии должен стать он, а не его старший брат Азид. Это известие стало потрясением для обоих братьев. Зайеду вопреки его воле предстояло делать то, к чему его никогда не готовили и в чем он не разбирался, а его брат, который с юных лет готовился стать будущим правителем страны, внезапно лишился желанного титула.

Теперь ему, Зайеду аль-Афзалу, шейху богатейшего королевства, расположенного среди песков, предстоит многое изменить в Газбии, чтобы провалов вроде сегодняшнего больше не повторилось. В том, что произошло, был виноват он сам. Ему следовало заранее все предусмотреть и предупредить своих подчиненных о том, что ему не нужен гарем.

Он испытал шок, когда один из его советников проводил его в парадный зал и сообщил ему, что его ждут самые красивые девушки в королевстве, отобранные специально для того, чтобы его развлекать. Увидев толпу красавиц в соблазнительных нарядах, которые прохаживались перед ним, предлагая ему себя, он растерялся. Затем потрясение сменилось гневом, и он распорядился, чтобы всех их вывели из дворца. Его тон был резким, и девушки, судя по выражениям их лиц, испугались его реакции. Должно быть, теперь все считают его жестоким тираном. Его переполняло чувство вины. Ведь его гнев был направлен не на несчастных девушек, а на него самого и на обстоятельства, из-за которых он был вынужден кардинально изменить свою жизнь.

Но в глазах девушки по имени Надия не было страха. В ее прощальном взгляде, брошенном на него через плечо, читался вызов. Она посмотрела на него, как королевская особа, возмущенная тем, что он посмел ей отказать. Он обратил внимание на необычный цвет ее глаз. Они у нее синие? Нет, скорее цвета лесной фиалки.

Прервав ход своих мыслей, Зайед глубоко вдохнул и направился к выходу. Какая ему разница, какие у нее глаза? Разве у него нет дел поважнее?

Разгоряченная своим страстным танцем, Надия задрожала, когда ее окутала ночная прохлада. Что ей делать дальше? Охранник молча вывел ее за дворцовые ворота, запер их и вернулся на свое место у входа. Во второй раз ей точно не удастся мимо него проскользнуть, и это означает, что ей нужно срочно придумать новый план. Она не собиралась сдаваться после того, как побывала внутри дворца и встретилась с шейхом Зайедом аль-Афзалом лицом к лицу. Впрочем, «встретилась» не совсем подходящее слово. Когда после ее танца он бросил на нее взгляд, полный отвращения, ей стало не по себе, но она не подала виду. Она чувствовала себя униженной, но не могла не признать, что грозный шейх произвел на нее впечатление своей красотой и элегантностью западного щеголя. Она определенно не встречала раньше таких мужчин, как он. Когда он подошел к ней, его близость опьянила ее. Вызвала у нее ощущения, которых она никогда прежде не испытывала. Но сейчас не время думать об этом. Она должна действовать.

Потирая ладонями голые плечи, чтобы немного согреться, Надия окинула взглядом дворец за оградой. Огромное здание с портиками, колоннадами и голубым куполом в центре крыши было воплощением роскоши. Благодаря тому, что в каждом из его многочисленных сводчатых окон горел свет, оно блестело, выделяясь на фоне ночного неба, и походило на корабль пришельцев, приземлившийся посреди пустыни.

Надия была хорошо знакома с жизнью во дворце. По правде говоря, другой жизни она и не знала. Будучи принцессой Харита, она была вынуждена соблюдать архаичные правила дворцового этикета и беспрекословно подчиняться своему отцу и старшему брату, поэтому все двадцать восемь лет своей жизни фактически была узницей в родном доме. Но дворец, в котором она жила и который хорошо знала, был весьма скромным по сравнению с этим. Судя по роскоши королевского дворца Газбии, это очень богатая страна.

Здесь должен быть и другой вход. Ей остается только его найти. Для этого ей нужно обойти дворец по периметру. Но прежде чем она сдвинулась с места, она заметила какое-то движение у одного из окон четвертого этажа. Спрятавшись в тени, она увидела, как балконная дверь широко распахнулась, и в проеме появился силуэт шейха Зайеда, окутанный светом.

Должно быть, он находился в своих покоях. Надия сосчитала окна, расположенные слева от центрального портика. Открытое было четвертым.

Ее сердце учащенно забилось. Ей предстоит совершить самый рискованный и, возможно, самый глупый поступок в своей жизни. Но сначала ей нужно проникнуть во дворец.

Выйдя на балкон своей спальни, Зайед вдохнул свежий ночной воздух. Перед ним простиралось его королевство. В небо поднимались недавно возведенные небоскребы из стекла и стали, грандиозные триумфы конструкторской мысли. Каждый последующий проект был смелее предыдущего и расширял границы возможного. Его брат мечтал сделать Газбию важным игроком не только на ближневосточной, но и на мировой арене. Азид был упрямым и решительным, и Зайед подозревал, что в своем стремлении превратить Газбию в великую державу его брат не остановился бы ни перед чем.

Именно поэтому их мать, находясь на смертном одре, приняла роковое решение и нарушила планы Азида, в результате чего Зайед оказался в этой ужасной ситуации.

Из минаретов городских мечетей начали доноситься призывы к молитве. Они отчетливо выделялись на фоне дорожного шума. Зайед повернулся и пошел принимать душ. У него был трудный день.

Азан, призыв к молитве, дал Надии возможность осуществить задуманное. Она прошла вдоль ограды к задней части дворца и обнаружила там высокие неприступные ворота. Но она не успела расстроиться, потому что в следующую секунду увидела небольшую группу молодых людей в белой одежде, направляющуюся к воротам. Спрятавшись в тени, Надия увидела, как один из них набрал код на панели, и ворота бесшумно открылись. Ей хватило времени, чтобы пристроиться сзади к группе и проскользнуть внутрь, прежде чем они снова закрылись.

Она следовала за группой мимо подстриженных лужаек, слегка покачивающихся пальм и фонтанов, пока они не подошли к фруктовому саду. Тогда она остановилась, спряталась за гранатовым деревом и присела, чтобы перевести дух и решить, что ей делать дальше.

Услышав мужской голос, она осторожно выглянула из своего укрытия и увидела охранника, стоящего у открытой кухонной двери. Он разговаривал по мобильному телефону. Ей осталось только его отвлечь. В голове у нее сразу созрел план. Похоже, она не зря смотрела приключенческие фильмы одинокими вечерами.

Пошарив рукой по траве, она нашла крупный спелый гранат, выпрямилась, замахнулась и изо всех сил швырнула его в сторону охранника в надежде на то, что ей удастся его отвлечь. Результат оказался даже лучше, чем она ожидала. Увесистый фрукт приземлился прямо на капот черного лимузина, который она сначала даже не заметила. У автомобиля тут же сработала сигнализация, и охранник поспешил к нему, чтобы узнать, в чем дело. Тогда Надия подбежала к двери и проскользнула внутрь.

К ее счастью, на кухне никого не было. Тогда она, проходя на цыпочках из одного помещения в другое, нашла наконец заднюю лестницу и помчалась вверх по ней. К тому моменту, когда она добралась до четвертого этажа, ее сердце бешено колотилось, но она остановилась лишь для того, чтобы пару раз глубоко вдохнуть, после чего заглянула в длинный коридор. Он был пуст. Тогда она попыталась сориентироваться, напомнив себе, что видела шейха Зайеда в четвертом окне слева от центрального портика. Если она дойдет до конца этого коридора, затем повернет налево и сосчитает двери…

Она именно так и сделала и, положив руку на медную дверную ручку, застыла на месте на мгновение. Если ее расчеты верны, за этой дверью находятся покои шейха Зайеда аль-Афзала.

Она медленно повернула ручку. Назад дороги нет. Что бы ни ждало ее по другую сторону двери, ее жизнь никогда уже не будет прежней.

Зайед вытирался после принятия душа, когда услышал какой-то шум, донесшийся из его спальни. Похоже, там кто-то был. Застыв на месте, он прислушался. Шум прекратился, но шестое чувство подсказывало ему, что в спальню кто-то проник. Разумеется, он не запер дверь. Несмотря на предупреждения охраны, он не смог изменить многолетнюю привычку. Кто в цивилизованном мире запирает дверь своей комнаты перед тем, как лечь спать?

Он обвел взглядом ванную комнату. Флакон с гелем для душа может оказаться эффективным оружием, если его правильно применить. Кроме того, он находится в отличной физической форме и знает, как можно обезоружить нападающего. Эффект внезапности даст ему преимущество. Если противник будет всего один, он с ним справится.

Обмотав полотенце вокруг бедер, он медленно направился к двери.

Когда Надия вошла в спальню шейха и увидела огромную кровать с роскошным пологом, у нее перехватило дыхание.

Он уже лег спать?

Подойдя на цыпочках к кровати, Надия дрожащей рукой отодвинула шелковую ткань и, обнаружив, что постель пуста, облегченно вздохнула. Должно быть, шейх Зайед сейчас в ванной.

Вот и все. Она попала туда, куда хотела.

Сняв сандалии, Надия тихо забралась на кровать и, приняв соблазнительную позу, закрыла глаза. Она была готова к встрече со своей судьбой.

Вдруг рядом с ней послышались шорохи, и в следующую секунду на нее навалилось что-то тяжелое. Это было крепкое, почти полностью обнаженное мужское тело.

Глава 2

– Итак, кто вы и что вам здесь нужно? – резко бросил шейх Зайед, прижав руки Надии к матрацу.

Она не могла говорить. Страх и потрясение были так сильны, что она едва дышала. Еще немного – и она лишится чувств.

Растрепанные волосы закрывали ее лицо, и она повернула голову в надежде, что Зайед узнает ее и ослабит хватку, но он, похоже, не собирался ее отпускать. Его густые черные брови были сдвинуты, темно-карие глаза угрожающе блестели, губы были сжаты в тонкую линию.

Судя по всему, она в беде. Наверное, он ее убьет. Разрубит на мелкие кусочки и скормит охотничьим соколам.

– Это всего лишь я, – с трудом вымолвила она, тщетно пытаясь освободиться. – Надия.

– Я прекрасно знаю, кто вы. Чего я не знаю, так это того, что вы, черт побери, делаете в моей постели. – Его руки крепче сжали ее запястья. – Я требую ответа. Немедленно.

Поняв, что силы неравны, Надия перестала сопротивляться. Она чувствовала себя жалкой и беззащитной. Ее единственный шанс спастись – сказать ему правду.

– Ваше королевское величество, я уверяю вас, что не хотела причинить вам вреда. Я просто безумно хотела снова вас увидеть.

– Так я вам и поверил, – произнес он тоном, от которого ее бросило в дрожь. – На кого вы работаете и что вам здесь нужно?

– Меня никто сюда не посылал. Я пришла по собственной воле.

– Я вам не верю. Вы здесь для того, чтобы меня отвлекать, пока ваш сообщник пробирается сюда, чтобы перерезать мне горло? – Не ослабляя хватку, он бросил взгляд через плечо, словно ожидая увидеть там убийцу с ножом. При этом он немного сдвинулся, и его пах прижался к низу ее живота.

– Нет. Все совсем не так. Я просто…

– Или, может, вы хотели убить моего отца? Вы пришли сюда для этого? Я знаю, что у него много врагов.

– Нет, я здесь не для того, чтобы кого-то убить.

Он наклонил голову, так что теперь их губы разделяли считаные дюймы.

– Тогда что вы здесь делаете, Надия? У вас есть ровно минута, чтобы сказать мне правду.

– Я это сделаю, если вы меня освободите, – ответила она, собрав воедино остатки решимости.

– Так дело не пойдет, юная леди. Вы либо прямо сейчас скажете мне правду, либо я позову охрану.

– Нет! Пожалуйста, не делайте этого.

Она намеревалась соблазнить и очаровать его, стать его женой, чтобы предотвратить войну между двумя королевствами, но ее план, видимо, провалился. Судя по его грозному виду, шейх Зайед скорее ее убьет, нежели займется с ней любовью. Но пока у нее есть хоть малейший шанс спастись, она не должна сдаваться.

– Я требую сначала отпустить мои руки.

– Вы требуете? – фыркнул Зайед. – Как мило. Возможно, вы этого еще не заметили, но вы сейчас не в том положении, чтобы выдвигать какие-либо требования. Надеюсь, вы можете назвать вескую причину, которая удержит меня от того, чтобы позвать охрану и бросить вас в темницу. Итак, у вас осталось десять секунд.

– Хорошо. – Надия облизала сухие губы. – Я пришла сюда… – Его близость была такой пьянящей, что она с трудом подбирала слова. – Я пришла сюда одна и по собственной воле. Я просто надеялась… Я надеялась, что смогу сделать вас счастливым.

Последнюю фразу она произнесла, не подумав. Но как только ее слова прозвучали, она вдруг поняла, что шейх не выглядит счастливым.

– Ваше время истекло.

– Подождите, – отчаянно произнесла Надия.

Ее план, похоже, на самом деле провалился.

Сидя одна в своей комнате во дворце в Харите, она готовилась к этой встрече. Думала, как будет соблазнять шейха Зайеда, и репетировала танец.

Она убедила себя в том, что результат будет стоить всех ее усилий. Что если, отдав свою девственность Зайеду, она сможет предотвратить войну между двумя странами, она готова пойти на эту жертву. Потому что она любит свою страну и хочет быть ей полезной.

К ее удивлению, Зайед оказался не таким, каким она себе его представляла. Основываясь на том, что она слышала от отца и брата, она решила, что новый шейх Газбии безнравственный гедонист, который проводил много времени в ночных клубах и барах, употреблял алкоголь и развлекался с женщинами. Что он не уважает ни свою страну, ни свой народ. Что, несмотря на то, что он возглавляет огромную бизнес-империю, у него нет ни знаний, ни навыков, необходимых для управления Газбией. Именно по этой причине Харит готовился напасть на нее в ближайшем будущем.

Но теперь Надия знала, что ее отец и брат ошибались насчет Зайеда аль-Афзала. Он не легкомысленный плейбой, а умный, наблюдательный и проницательный человек. Недооценивать его катастрофически опасно для Харита.

Он дал ей понять, что не хочет ее, но его восставшая плоть, прижимающаяся к низу ее живота, уличала его во лжи. Заглянув в его глаза, она обнаружила, что они потемнели. Это означало, что ее план все-таки может сработать. Возможно, ей удастся его соблазнить и заняться с ним любовью, и это в конце концов приведет к событиям, которые предотвратят военный конфликт.

С этой мыслью Надия кокетливо захлопала длинными ресницами.

– Ваше величество, – произнесла она томным голосом, – если вы хотите овладеть мной сейчас, я не стану возражать. Я в вашем полном распоряжении, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы вас не разочаровать.

Лицо Зайеда тут же посуровело.

– Хватит! – Наконец он отпустил ее запястья, приподнял корпус и посмотрел на нее глазами, полными гнева и презрения. – Прекратите этот пошлый спектакль. Уверяю вас, у меня нет ни малейшего намерения вами овладевать. Это совсем не в моем духе.

Его реакция расстроила Надию, но она не подала виду.

– Довожу до вашего сведения, что я не имею привычки заниматься сексом с первой встречной женщиной только потому, что она мне это предлагает. Особенно меня не интересуют лживые женщины, которые проникают без приглашения в мою спальню и пытаются меня соблазнить, преследуя свои собственные цели.

Как она только могла подумать, что мужчину вроде Зайеда могла заинтересовать ее невинность – единственная ценность, которая у нее была? Сейчас эта мысль казалась ей нелепой. Зачем ему она, когда он может выбрать себе любую из прекрасных женщин, которые наверняка бегают за ним толпами? Но, вполне возможно, дело не в ней, а в нравственных принципах, которые не позволяют ему заниматься сексом с первой встречной.

– Прошу прощения, ваше величество, – сказала она. – Я вижу, что вас рассердило мое поведение.

– Может, обойдемся без «вашего величества»? – отрезал Зайед. – По-моему, ситуация, в которой мы с вами находимся, выходит за рамки дворцового протокола. Может, вы просто объясните мне, что вы замыслили, а я затем решу, что мне с вами делать?

Его слова напугали Надию, и она, закрыв глаза, начала искать выход из непростого положения, в котором оказалась. Открыв их снова через какое-то время, она обнаружила, что Зайед все еще смотрит на нее и ждет ее ответа. Когда он протянул к ней руку, Надия инстинктивно дернулась.

Ее реакция удивила его. Он всего лишь хотел убрать прядь волос, упавшую ей на лицо.

– Боже мой… Вы считаете меня грубым животным?

Надия покачала головой:

– Нет, я не…

– Должно быть, вы находитесь в сильном отчаянии, раз забрались в постель человека, который, по-вашему, способен ударить женщину.

Если бы он только знал. Если бы она только могла сказать ему правду.

К сожалению, это невозможно. Если она сейчас признается ему, что она из Харита, он определенно выполнит свою угрозу и бросит ее в темницу. Взаимная ненависть двух народов слишком сильна.

– Я не отпущу вас, пока вы не скажете мне, зачем пришли. – Его тон был спокойным, но она чувствовала, что его терпение на исходе. – Я жду, Надия.

– Хорошо, я скажу. Я здесь для того, чтобы…

Надия резко замолчала, потому что в этот момент в дверь постучали.

– Ваше величество? – донесся из коридора мужской голос.

Зайед отпустил ее, поднялся с кровати и поправил полотенце на бедрах.

– Оставайтесь здесь, – приказал он шепотом. – Я сейчас вернусь.

Но Надия не собиралась подчиняться. Понимая, что это ее единственный шанс сбежать, она встала на четвереньки и начала перебираться на край кровати.

– Я же сказал, ждите меня здесь.

Не успела она свесить ноги с кровати, как он снова толкнул ее на подушки и навис над ней. Она заерзала на атласных простынях, и прежде чем он снова на нее навалился, сорвала с его бедер полотенце.

Кто-то рядом с ними прокашлялся, и она поняла, что они больше не одни в комнате.

– Прошу прощения, ваше величество, – раздался мужской голос.

– Выйди! – бросил через плечо Зайед.

– Я еще раз извиняюсь, ваше величество, но у меня для вас сообщение. – Мужчина нервно кашлянул. – Оно от вашего отца. Полагаю, это важно.

Услышав скрежет ключа в замочной скважине, Надия вздрогнула и повернулась лицом к двери. С того момента, как Зайед запер ее в своей спальне, прошло примерно полчаса. Перед тем как уйти, он быстро натянул джинсы и футболку, запер дверь, ведущую в смежную комнату, тихо выругался и сказал, что разберется с ней позже.

Оставшись одна, Надия подергала за дверные ручки, но это, разумеется, ни к чему не привело. Тогда она принялась ощупывать стенные панели, уверенная в том, что где-то должна быть потайная дверь. Не найдя ее, она посмотрела в окно и тут же поняла, что через него ей тоже не убежать. Четвертый этаж – это слишком высоко.

Охваченная яростью и отчаянием, она принялась ходить взад-вперед по комнате. Она злилась на шейха Зайеда, который обращался с ней, принцессой Харита, как с пленницей. Злилась на саму себя за то, ее план провалился.

На резном столе в углу лежали ноутбук, планшетный компьютер и смартфон, но она даже прикасаться к ним не стала, поскольку не умела ими пользоваться. Ее брат считал, что эти электронные устройства оказывают дурное влияние на женщин, и не разрешал ей их покупать.

Вздохнув, она переключила внимание на фотографию в рамке, стоящую ближе к стене, и взяла ее, чтобы получше рассмотреть. На снимке были изображены четыре улыбающихся молодых человека в серых мантиях и квадратных шапочках с кисточками. Очевидно, он был сделан в день окончания университета. Во втором слева юноше, положившем руки на плечи своих друзей, она узнала Зайеда. Он был очень красив, и она подумала, что он, наверное, разбил не одно женское сердце.

– Что вы делаете? – спросил вошедший в комнату Зайед.

– Ничего, – сердито ответила Надия, ставя на место дрожащей рукой рамку с фото. – Разве я что-то могу делать, когда меня заперли, словно пленницу?

– И кто в этом виноват? – пробурчал Зайед, проводя рукой по своим густым темным волосам. Надии показалось, что он чем-то всерьез обеспокоен, и она даже испытала нечто вроде сочувствия. – Вам чертовски повезло, что я не позвал охрану. Пока не позвал, – добавил он.

Его взгляд скользнул по ее груди, едва скрытой под маленьким бюстье, голому животу и длинным ногам под юбкой из прозрачной ткани. Надия поморщилась, и он прокашлялся.

– Вопрос в том, что мне делать с вами сейчас.

Судя по грозному выражению его лица, ответа он не ждал. Но у Надии его в любом случае не было. Она понятия не имела, куда пошла бы, если бы он ее отпустил. Ходить по улицам в таком откровенном наряде опасно.

Отправиться назад в Харит она не может. Когда она не вернулась домой после своего утреннего похода по магазинам, ее отец и брат, должно быть, поставили на уши все королевство. Мать, наверное, места себе не находит. Надия хотела посвятить ее в свой план, но это было невозможно. За годы, прожитые с мужем-тираном, ее мать превратилась из яркой энергичной женщины в беспомощную неврастеничку. Надии было очень ее жаль, но она ничем не могла ей помочь. Глядя на безмолвные страдания матери, она поклялась себе, что ни за что не повторит ее судьбу.

Это была еще одна причина, по которой Надия решила сбежать. Сговорившись со своей компаньонкой, девушкой по имени Джана, с которой ее связывала тайная дружба, она сказала отцу и брату, что ей нужно купить приданое. Денег на это они, разумеется, не пожалели. Она добавила к ним свои накопления, сделанные за много месяцев, и у нее получилась внушительная сумма.

В магазине одежды они с Джаной действительно побывали, но лишь для того, чтобы купить себе по хиджабу. Затем Надия приобрела авиабилет до Газбии, а остальные деньги отдала Джане, мать которой нуждалась в дорогостоящей операции. После этого подруги крепко обнялись на прощание, Надия отправилась в Газбию, а Джана – в маленький городок, где жила ее семья. Надии оставалось лишь надеяться на то, что ее подруге повезло больше, нежели ей.

Зайед пересек комнату и встал у балконной двери, сложив руки на груди.

– Я мог бы стоять так до утра и гадать, зачем вы проникли в мою спальню. – Он бросил на Надию насмешливый взгляд, от которого внутри у нее все похолодело. – Но, по правде говоря, мне все равно.

– Ваше величество, если вы мне позволите все вам объяснить…

Зайед поднял руку, и она замолчала.

– Нет, Надия. Я отказываюсь слушать ваши объяснения. Я наслушался достаточно чепухи за сегодня. Но как бы мне ни хотелось от вас отделаться, я не могу допустить, чтобы с вами что-то случилось. Я не могу выставить вас на улицу в таком виде. – Презрительный кивок, которым он указал на ее наряд, был красноречивее любых слов. – Вы переночуете во дворце.

Когда Надия открыл рот, чтобы возразить, он прорычал:

– Это приказ.

Налив себе скотча, Зайед сел в кресло и вытянул перед собой ноги.

Это был один из самых странных вечеров в его жизни.

Когда он узнал, что станет новым шейхом Газбии вместо своего брата Азида, он понял, что его жизнь навсегда изменится. Он даже представить себе не мог, что однажды возникнут обстоятельства, при которых будущее страны целиком и полностью окажется в его руках.

С практической точки зрения Зайед знал, что справится со своими новыми обязанностями. Ему было не занимать уверенности в своих способностях. Процветание его интернациональной компании говорило о том, что он отлично справляется с ролью руководителя. Он нисколько не сомневался, что во время его правления молодая, но перспективная экономика страны будет развиваться еще более стремительно. Более того, его высокий интеллект и проницательность подскажут ему, где нужно действовать жестко, а где следует применить дипломатичный подход. Все это сослужит ему хорошую службу на новом месте.

Но все же эмоционально он никак не мог свыкнуться с тем, что он теперь шейх Газбии. К такой жизни он себя не готовил, не хотел ее.

За яркой блестящей витриной, которую внешний мир принимал за истинное лицо Газбии, пряталась бездна несправедливости и невежества. Эта витрина была сродни парчовому покрывалу, наброшенному на яму со змеями. То, что отец Зайеда называл уважением традиций, было на самом деле предрассудками и фанатизмом. Чем глубже Зайед погружался в эту жизнь, тем меньше она ему нравилась. Он чувствовал, что назревает кризис, и ему придется искать из него выход.

Его разговор с отцом, который состоялся несколько минут назад, лишь это подтвердил. Отец сообщил ему, что Азид, который в ярости покинул Газбию, когда узнал, что не станет шейхом, направился в Харит. Это увеличивало вероятность войны между двумя королевствами.

Конфликт между Газбией и Харитом, который длился уже несколько столетий, возник из-за спорной территории, но истинная причина вражды была давно забыта. Время не ослабило ненависть двух народов друг к другу. Напротив, она становилась сильнее в каждом новом поколении. Теперь, когда Азид потерял то, что по праву считал своим, угроза войны между двумя странами стала более очевидной.

Первоочередная задача нового шейха – сделать все для того, чтобы многолетний конфликт не перерос в вооруженное противостояние. Только после этого он может перейти к решению других проблем.

Сделав большой глоток виски, Зайед поставил стакан на столик и повращал плечами, чтобы ослабить напряжение.

«Видели бы меня сейчас мои друзья», – подумал он с усмешкой и представил себе, как в баре за стаканом бренди рассказывает Стефану, Рокко и Кристиану о том, что произошло сегодня. Их называли «колумбийской четверкой», потому что они познакомились в Колумбийском университете и в яркие студенческие годы были неразлейвода. Их девизом было «не забывай жить». Во время своих встреч они рассказывали друг другу обо всем, что произошло в их жизни, пока они не виделись. Этот год стал знаменательным для каждого из них. Зайед взошел на престол, а трое его друзей женились один за другим. На свадьбе Стефана они гуляли всего месяц назад.

Теперь только Зайед, оставшийся единственным холостяком в их компании, мог развлекать друзей пикантными историями. То, что произошло сегодня вечером во дворце, может послужить отличным началом для одной из таких историй. Не каждый день в его спальню проникает красотка с фиалковыми глазами. Его друзья определенно смеялись бы и хлопали его по плечу, узнав, что она сорвала с него полотенце в тот момент, когда в комнату вошел один из его советников.

Вот только Зайеду почему-то было совсем не до смеха. Ему не давал покоя взгляд, который бросила на него Надия, когда слуга выводил ее из его спальни. Он все еще понятия не имел, зачем она пришла. Что могло заставить молодую женщину совершить столь унизительный и рискованный поступок?

Зайед взял стакан и поднес его ко рту.

Несмотря на аморальный поступок незваной гостьи, он нутром чувствовал, что она совсем не такая, какой могла показаться на первый взгляд. Ее гордо поднятый подбородок и надменный тон никак не вписывались в образ распутной женщины, которая пришла предложить себя мужчине.

Завтра он непременно выяснит, кто она и зачем прокралась в его спальню. К своему удивлению, он обнаружил, что с нетерпением ждет новой встречи с Надией. Эта женщина заинтриговала его. Помимо прочего, она красива и сексуальна. Разве здоровый молодой мужчина может это игнорировать?

Глава 3

Следующим утром Надия проснулась на роскошной кровати с пологом, которая была очень похожа на ее собственную. Несмотря на это, она сразу поняла, что находится не дома, а в королевском дворце в Газбии, которая была заклятым врагом ее родного Харита.

Но ее пребывание здесь не будет долгим. Скоро за ней придет кто-нибудь из дворцового персонала и выведет ее за ворота.

К своему глубокому сожалению, она была вынуждена признать, что ее миссия провалилась. Ей не удалось соблазнить шейха, отдать ему свою невинность, чтобы потом он как честный человек на ней женился. Она хотела предотвратить войну между двумя странами, а вместо этого лишь опозорилась и настроила против себя человека, за которого планировала выйти замуж.

Что ей делать дальше? Может ли она вернуться домой, сохранив в тайне от своей семьи то, что произошло? Может ли она придумать правдоподобное объяснение своему исчезновению?

Лишь одно она знала наверняка. Если ее отец и брат узнают, что она посетила Газбию и предложила себя шейху враждебной страны, они от нее отрекутся и выгонят ее из дома.

Пока она спала, кто-то принес для нее одежду – юбку до колен и кремовую шелковую блузку. Сама она вряд ли купила бы себе такие вещи, но они определенно лучше, чем ее вчерашний наряд, который поблескивал в углу комнаты, куда она его зашвырнула.

Она заканчивала застегивать блузку, когда раздался стук в дверь и в комнату вошла пожилая женщина.

– Я пришла, чтобы передать вам сообщение от его королевского величества, – сказала она, почтительно опустив взгляд. – Его величество желает с вами поговорить. Я должна проводить вас в его покои.

Надия помедлила с ответом. Вчера шейх Зайед смотрел на нее с презрением, и она решила, что она последний человек на свете, которого он захочет видеть. Он не выгнал ее сразу только потому, что не мог допустить, чтобы ее изнасиловали ночью на улице. После того, что произошло вчера, ей не хотелось снова с ним встречаться. Это было выше ее сил.

– Пожалуйста, передайте его величеству, что у меня другие планы. Боюсь, что не смогу с ним встретиться.

Женщина неловко переступила с ноги на ногу:

– Но его королевское величество распорядился, чтобы я немедленно проводила вас к нему.

Надию охватило негодование. С одной стороны, у нее не было ни малейшего желания создавать проблемы этой миниатюрной женщине, которая годилась ей в бабушки, с другой, она не хотела подчиняться приказам шейха. Но когда в дверь вошли два крепких охранника с внушительными бицепсами, она все-таки решила сделать то, что от нее требовали.

Зайед сидел за дальним концом стола в конференц-зале дворца, когда появилась Надия в сопровождении двух охранников. Сев на стул напротив него, она нахмурилась. Он сделал жест рукой, и охранники удалились.

– Доброе утро, – сказал он. – Надеюсь, вы хорошо спали.

Надия еще сильнее нахмурилась. Она не собиралась тратить время на обмен любезностями.

– Может, вы скажете мне, что я здесь делаю? – произнесла она, гордо вскинув подбородок.

– Как интересно. – Зайед пронзил ее взглядом, от которого внутри у нее все сжалось. – Я думал, что это вы мне скажете, что вы здесь делаете.

– По-моему, это уже не имеет значения.

– Для вас, возможно, не имеет, но я не привык находить в своей постели незнакомых женщин. Может, вы, по крайней мере, удовлетворите мое любопытство?

За мягкостью его тона слышался ледяной сарказм, и Надия поняла, что у нее нет выбора. Она надеялась, что ему будет достаточно части правды, и она сможет спокойно уйти.

– Я пришла сюда, чтобы избежать брака по договоренности.

– Это правда?

Надия глубоко вдохнула:

– Да. Мой отец выбрал мне жениха. Я не захотела становиться женой этого человека и решила сбежать.

Она небрежно пожала плечами, давая ему понять, что ей больше нечего сказать.

По крайней мере, эта часть ее истории была правдой. Ее отец действительно решил выдать ее замуж против ее воли. После того как она несколько лет отказывала претендентам на ее руку и сердце, ее отец наконец потерял терпение и заявил, что сделал выбор за нее и она станет второй женой шейха соседнего королевства, который старше ее почти на тридцать лет. Что она, двадцативосьмилетняя упрямица, должна радоваться, что кто-то выразил готовность на ней жениться. Тогда она решила, что должна что-то сделать, пока еще не слишком поздно. Поняв, что ее единственное оружие – это ее невинность, она решила им воспользоваться и придумала план. Если она должна выйти замуж, то пусть ее брак принесет пользу. С его помощью она постарается предотвратить войну между Харитом и Газбией.

– Простите, но я не понимаю, почему для того, чтобы избежать брака по договоренности, вам понадобилось проникать в мою спальню и предлагать мне себя.

Похоже, он так просто ее не отпустит.

– Потому что если бы вы… если бы мы с вами… в общем, вы поняли, – пробормотала она, нервно крутя пуговицу на манжете блузки, – нам пришлось бы пожениться, и мне не нужно было бы выходить замуж за человека, выбранного моим отцом.

– Ого! – язвительно рассмеялся он, откинувшись на спинку стула. – Я не хочу показаться негалантным, но с чего вы взяли, что одной ночи страсти было бы достаточно, чтобы я на вас женился? Не слишком ли вы самоуверенны?

Надия опустила взгляд. Каким образом ей удается одновременно выглядеть надменной и ранимой? И безумно сексуальной, несмотря на то, что ее прелести спрятаны под скромной одеждой?

– Я бы отдала вам свою честь. Разве это не самое ценное, что есть у женщины?

Неожиданно Зайед почувствовал себя виноватым.

– Значит, вы убежали от брака по договоренности, чтобы прыгнуть в постель абсолютно незнакомого мужчины, соблазнить его и выйти за него замуж. Разве это подчиняется логике и здравому смыслу?

– С человеком, которого выбрал для меня отец, я познакомилась бы только в день свадьбы. Брак с ним был бы заключен против моей воли. Прийти сюда и попытаться вас соблазнить было моим собственным решением.

– Кто тот человек, за которого вас хотят выдать замуж? Чем он так плох?

– Всем.

– Полагаю, ваша семья так не считает?

– Мои родные считают этот брак выгодным. Это все, что их волнует. Кроме того, они хотят выдать меня замуж, чтобы я больше не создавала им проблем.

– Вы бунтарка? Кто бы мог подумать!

Фиалковые глаза Надии неистово сверкнули, и он понял, что его попытка пошутить не удалась.

– Я просто имею на все свое мнение и высказываю его. В нашей стране для женщины это неприемлемо. Она должна молчать. Впрочем, вы вряд ли можете это понять.

Но Зайед прекрасно ее понимал. Его мать Латифа аль-Афзал молчала до самого последнего момента. Признание, сделанное ею незадолго до смерти, перевернуло все с ног на голову. Шейха Латифа, которая втайне от родных договорилась об интервью с одним из государственных каналов, объявила в прямом эфире на всю страну, что у нее рак в последней стадии и что она готова принять свою судьбу. Это было только начало. Ее следующее заявление было еще более шокирующим.

Согласно многовековому закону, срок правления ее мужа подходил к концу, но престол должен был перейти не к его старшему сыну Азиду, а к младшему Зайеду. Она призналась, что Азид не был ее родным сыном. Что его произвела на свет женщина, с которой у ее мужа был короткий роман. Та женщина умерла при родах, и, хотя Латифа любила Азида как родного сына, она посчитала, что больше не может хранить эту тайну. Родная мать Азида была из Харита. Это означало, что он наполовину харитянин.

Последствия ее признания были катастрофическими. Ее муж пришел в ярость из-за того, что она сделала признание на всю страну. Но он ее любил и, осознав, что скоро ее потеряет, смягчился по отношению к ней и стал вымещать свой гнев на всех остальных.

В Газбии начались волнения. Жители страны были потрясены тем, что в жилах принца Азида, которого все воспринимали как будущего правителя, течет кровь заклятых врагов. Отец Азида и Зайеда терял контроль над страной, и народные волнения переросли бы в вооруженное восстание, если бы срок его правления не подходил к концу.

Азид сразу исчез, никому ничего не сказав. Очевидно, признание матери стало для него таким тяжелым ударом, что он не смог оставаться во дворце. Тогда всеобщее внимание переключилось на другого сына правящей четы.

Будучи на три года младше своего брата, Зайед жил так, как ему хотелось, пользуясь привилегиями, которые давало ему его королевское происхождение и богатство семьи. Он получил образование сначала в Итон-колледже в Лондоне, затем в Колумбийском университете в Нью-Йорке. По правде говоря, ему не было почти никакого дела до своей родной страны. Все его время занимал бизнес, а также общение с друзьями и красивыми женщинами. К Газбии он относился как к наследству старшего брата, которому он нисколько не завидовал.

Неожиданное заявление матери все изменило. Зайед сразу бросил все свои дела в Нью-Йорке и прилетел в Газбию. Состояние Латифы резко ухудшилось, и она уже не вставала с постели. Держа сына за руку, она извинилась перед сыном за то, что обманывала его. Сказала, что делала это для того, чтобы он как можно дольше жил в свое удовольствие, не чувствуя груза будущей ответственности. Что она всегда знала, что скажет правду, когда срок правления ее мужа подойдет к концу. Она искренне надеялась, что Зайед наслаждался подаренными ему годами свободы, и слабеющим голосом умоляла его поговорить с Азидом и объяснить ему причину ее поступка. Дело было не только во взрывном характере Азида, из-за которого он не годился на роль правителя. Если бы он так же, как его отец, стал бы угрожать войной Хариту, она в конце концов была бы развязана. Разве можно было допустить, чтобы он воевал с народом, частью которого он был?

Зайед пообещал матери, что все объяснит Азиду и приложит все усилия, чтобы наладить отношения с Харитом, и она, будучи наконец услышана, умерла со спокойной душой.

Сейчас Зайед смотрел на сидящую перед ним молодую женщину. Она энергична и решительна и, похоже, обладает сильной волей. Она борется за то, чтобы стать хозяйкой собственной жизни, избежать судьбы, уготованной большинству женщин на Ближнем Востоке.

Он восхищался Надией. Она обладала не только красотой, но и смелостью. Это было удивительное сочетание. Внезапно ему в голову пришла такая безумная мысль, что он тут же заставил себя ее прогнать.

– Значит, я должен быть польщен тем, что вы по собственной воле проникли в мою спальню? – спросил он, наклонив голову набок.

Надия наморщила свой маленький носик, и он вдруг почувствовал себя неловко из-за того, что напомнил ей о ее поступке. Как ей это удается?

– Вы были меньшим из двух зол.

– Что вы имеете в виду?

– Я видела своего жениха на фото. Он старый, толстый и лысый.

Зайед рассмеялся:

– Осторожнее, Надия. Вы ведь не хотите, чтобы я зазнался?

– Подозреваю, что это произошло без моего участия.

Он мог бы сказать ей в ответ какую-нибудь колкость, но обнаружил, что общение с этой женщиной поднимает ему настроение.

Этим утром он в очередной раз получил гневную отповедь от своего отца. По дворцу уже, очевидно, разнесся слух о том, что прошлой ночью шейх кувыркался в своей постели с красивой незнакомкой. Он был известен как плейбой, и слухов о вчерашнем происшествии было достаточно, чтобы все видели в шейхе Зайеде только легкомысленного дамского угодника. Чтобы его подданные решили, что из него никогда не по лучится сильного правителя. Что под руководством правителя, привыкшего к западному укладу, королевство начнет скатываться в бездну разврата.

Зайед не стал оправдываться и напоминать отцу о том, что тот сам далеко не безгрешен. Что это по его вине они сейчас оказались в сложной ситуации. Он даже не сказал, что персоналу следует научиться быть более лояльным и сдержанным. В этом не было никакого смысла. Он привык к тому, что в Газбии не атакуют проблему в лоб, а подбираются к ней окольными путями.

– Мне бы хотелось верить, что вас привлекла моя внешность, но почему-то у меня возникло подозрение, что на ваше решение сильнее повлиял тот факт, что я шейх богатого королевства.

– Ваше богатство меня не интересует, – надменно заявила она, и он ей поверил. За свою жизнь он много раз сталкивался с охотницами за деньгами и чувствовал их за милю. Надии явно было нужно от него что-то другое. – Если вы закончили меня оскорблять, может, наконец позволите мне уйти?

Надия начала выдвигать стул и подниматься. Зайед сделал то же самое, опередив ее.

– Подождите. Сядьте, – сказал он, наклонившись и опершись руками о стол. Внезапно он понял, что не хочет ее опускать. – Мы еще не закончили наш разговор.

– А я думаю, что закончили, – ответила она, но села на место.

– У меня есть к вам одно предложение.

– Какое предложение? – спросила она, соединив пальцы в замок и холодно посмотрев на Зайеда. Он в очередной раз поразился ее ледяному спокойствию.

– Я так понял, вы пришли сюда, чтобы убедить меня жениться на вас. Возможно, вы удивитесь, но я обдумываю эту возможность.

Он вгляделся в лицо Надии, но на нем не было и намека на удивление. Лишь спокойствие и внимание. Она слегка подняла брови, давая ему понять, что ему следует продолжить.

– Я новый шейх. Любому правителю нужна жена. Надеюсь, вы это понимаете.

– Конечно.

Зайед слегка нахмурился:

– В сложившихся обстоятельствах чем скорее я женюсь, тем лучше. О моей личной жизни ходят слухи, и мне нужно их опровергнуть. Думаю, что скорый брак мне в этом поможет.

– Ясно.

Ее короткие ответы начали действовать ему на нервы. Он чувствовал себя как подозреваемый на допросе.

– Моя первостепенная задача обеспечить стабильность в королевстве. Газбия сейчас переживает тяжелые времена. Я должен дать людям понять, что они могут мне доверять. Что я буду дальновидным и справедливым правителем. Что я буду добросовестно выполнять свой долг перед страной. Что я сделаю все для того, чтобы моя страна процветала.

– Ради этого вы даже готовы жениться?

– Да.

– На мне?

– Да. Теоретически.

Он сам не мог поверить, что сказал это.

– Итак, вы хотите сказать, что, став вашей женой, я помогу вам принести мир и стабильность в Газбию?

– Думаю, да.

Наконец ее ледяное спокойствие улетучилось, на щеках проступил нежный румянец, а глаза заблестели от волнения. Благодаря всему этому она стала еще красивее.

Зайед понимал, что причина этого радостного волнения не он сам, а возможность быть полезной королевству. Он не привык к подобному равнодушию к нему со стороны прекрасного пола.

– И меня будут уважать так же, как вас? – спросила она. – К моему мнению будут прислушиваться?

– Сомневаюсь, что я смог бы помешать вам высказать ваше мнение.

Она продолжала его проверять. Разумеется, это он должен был задавать ей вопросы, но он не испытывал никакого возмущения по этому поводу. Энтузиазм этой женщины был заразителен. Внутреннее чутье подсказывало ему, что у них все может получиться.

Зайед привык доверять своим инстинктам. В бизнесе они его никогда не подводили. Этот раз не должен стать исключением. Ведь брак, который он ей предложил, тоже своего рода сделка, хотя и весьма необычная.

– Уверяю вас, наш брак будет одинаково выгоден нам обоим. Я спасу вас от необходимости становиться женой человека, которого выбрала для вас ваша семья, а вы поможете мне завоевать доверие моих подданных. Можете считать это деловым соглашением.

– Деловым соглашением?

– Да.

Надия слегка наклонила голову и прикусила нижнюю губу. Тишину в конференц-зале нарушало лишь тиканье часов и едва слышное жужжание кондиционера.

Наконец она подняла голову и встретилась взглядом с Зайедом. Ее широко распахнутые глаза выражали решимость.

– В таком случае, я принимаю ваше предложение. Я согласна стать вашей женой.

Глава 4

– Итак, мы закончили, – довольно произнесла одна из девушек, которые наряжали Надию для свадебной церемонии.

Вся группа отошла в сторону и стала ждать, когда Надия повернется и посмотрится в огромное зеркало в позолоченной раме. Но Надия медлила. Ей было нужно время, чтобы справиться с волнением. Она знала, что, когда увидит себя в свадебном платье, ей придется окончательно свыкнуться с тем, что сегодня ее жизнь изменится навсегда. С тем, что назад дороги нет.

Подготовка к свадьбе заняла немного времени. Сразу после их разговора в конференц-зале Зайед познакомил Надию со своим отцом и сообщил ему радостную новость.

Разумеется, Надия отдавала себе отчет в том, что их предстоящий брак всего лишь деловое соглашение. Ей это было не по душе, но она была не вправе требовать от Зайеда романтики. В конце концов она не сказала ему всей правды о себе. После церемонии она обязательно признается ему в том, что она дочь шейха Харита. При одной лишь мысли об этом ее бросало в дрожь.

Отец Зайеда Халиб аль-Афзал не задавал ей никаких вопросов, когда Зайед представлял ее ему в качестве своей невесты. Окинув ее взглядом, он лишь кивнул сыну, дав ему понять, что одобряет принятые им меры по улучшению репутации. Надию нисколько не задела его грубость. Она увидела в нем пожилого человека, горюющего из-за тяжелой утраты.

Что касается самого Зайеда, он решил, что Надия из Газбии, и она не стала его разубеждать. Ей на руку играл тот факт, что лишь немногие знали, как выглядит дочь шейха Харита. Отец держал ее взаперти, словно редкий товар, который он был готов продать только на самых выгодных для себя условиях. Раньше ее это безумно раздражало, но сейчас анонимность была ей только на руку.

Зайед с пониманием отнесся к тому, что она не захотела приглашать на свадьбу своих родных. Он думал, что она обижена на них за то, что они хотели насильно выдать ее замуж, и не догадывался об истинной причине.

За несколько недель, которые заняла подготовка к свадьбе, она его почти не видела. Выполнение обязанностей шейха отнимало у него слишком много времени, и ей, наверное, следовало этому радоваться. В конце концов их брак будет лишь формальностью.

Шорох у нее за спиной напомнил ей о том, что за ней наблюдают люди, которые хотят узнать ее мнение о проделанной ими работе. Сделав глубокий вдох, Надия медленно повернулась лицом к зеркалу.

С ее губ сорвался восторженный возглас. Она никогда не думала, что может быть такой красивой. Платье сидело на ней идеально. Облегающий корсаж красиво приподнимал грудь и подчеркивал узкую талию. Одно плечо закрывала драпировка, другое оставалось открытым. Юбка была пышной, а прикрепленная к волосам вуаль тонкой как паутинка. Весь наряд был украшен ручной вышивкой золотыми нитями и тысячами кристаллов и мелких жемчужинок. От неземной красоты платья захватывало дух. На ее разрисованных хной ступнях были золотистые сандалии, расшитые драгоценными камнями. Ее шею, мочки ушей и центр лба украшали старинные драгоценности, которые, должно быть, стоили целое состояние.

– Большое вам спасибо, – произнесла Надия, обратившись к девушкам. Ей хотелось сказать им еще что-нибудь, но она не доверяла себе. Боялась, что не сможет сдержать эмоции.

Она сделала еще один глубокий вдох. Ей нужно быть сильной. Сегодня день ее свадьбы. И какая это будет свадьба!

Надия думала, что, учитывая сжатые временные рамки и деловой характер соглашения между ней и Зайедом, торжество будет гораздо скромнее, но ошиблась. Ее будущий свекор видел в этой свадьбе возможность продемонстрировать всему миру богатство Газбии. Это означало, что всех ждет праздник, которого еще не знало королевство.

В течение нескольких недель Надия разгуливала по дворцу и с изумлением наблюдала за тем, как он все больше становится похож на сказочный. В одном конце парадного зала теперь стояли ряды белых стульев, в другом – два позолоченных трона для жениха и невесты. Каждая из комнат дворца была украшена цветами. Наиболее сильное впечатление на Надию произвели композиции в форме павлинов и слонов в натуральную величину.

В огромном дворцовом саду были разбиты многочисленные шелковые шатры с дорогими персидскими коврами и мягкими пестрыми подушками внутри.

Надия видела прибывших фокусников, жонглеров и акробатов. Она даже наблюдала из окна своей спальни за тем, как пожиратели огня репетируют свои опасные трюки. Она знала, что будут показаны номера со слонами и верблюдами. Ходили слухи, что во дворец привезли тигра, и он сейчас сидит где-то в клетке.

Надия не испытывала особого энтузиазма по поводу предстоящего праздника. Для нее брак с Зайедом всего лишь способ достижения цели. Она по-прежнему считала, что, став женой шейха враждебной страны, сможет уберечь свое родное королевство от войны. Если для этого ей нужно принять участие в нелепом вычурном празднике, похожем на цирковое представление, она согласна. Она прекрасно отдавала себе отчет в том, что ей также придется спать с шейхом Зайедом. Она была готова пойти на эту жертву.

Впрочем, разве это жертва? Лежа в постели, она часто представляет себе, какой будет ее близость с Зайедом. При мысли о его обнаженном мускулистом теле внизу ее живота возникала тянущая боль, а по всему телу разливался расплавленный огонь. Она никогда прежде не испытывала подобных ощущений. Они пугали ее. Она боялась, что может потерять контроль над своим телом и своими эмоциями. Этого было нельзя допускать.

В комнату вошли две пожилые родственницы Зайеда, и девушки тихо удалились.

– Вы очаровательны, Надия. – Одна из женщин осторожно подняла вуаль, закрывающую лицо Надии. – Вы готовы. Пойдемте.

Не в силах произнести ни слова, она лишь кивнула. Согласно многолетней традиции, эти почтенные дамы должны были отвести ее на никах, свадебный обряд. Они были к ней добры, но она предпочла бы им свою мать, которая находилась в другой стране и понятия не имела, что ее единственная дочь сегодня выходит замуж. Надии казалось, что все это ей снится.

Они втроем вошли в зал через дверь, рядом с которой были ступеньки, ведущие на помост. Зайед вошел через противоположную дверь.

Сердце Надии учащенно билось, когда она поднималась по ступенькам. Она чувствовала на себе взгляды гостей, которые затихли при появлении жениха и невесты.

Надия и Зайед одновременно подошли к двум одинаковым тронам, остановились и повернулись лицом друг к другу. При виде будущего мужа у Надии перехватило дыхание. Он определенно самый красивый мужчина, которого она когда-либо видела. На нем был шервани, длинный светло-серый парчовый пиджак, вышитый белыми и золотыми шелковыми нитями, с воротником-стойкой и золотыми пуговицами. Она могла лишь надеяться на то, что вуаль скрывает румянец на ее щеках.

Они смотрели друг на друга, и на мгновение ей показалось, что в зале нет никого, кроме них двоих, идущих навстречу безумному приключению.

Зайед медленно окинул взглядом ее фигуру. Когда он снова поднял глаза и произнес одними губами «ничего себе», она почувствовала радость и гордость. Затем он взял ее за руку, и они оба сели на троны.

Церемония бракосочетания была короткой. Пока имам монотонно читал выдержки из Корана, Надия сквозь вуаль смотрела на море людей перед ней. Гостей, наверное, было несколько сотен. Королевские особы, главы государств, премьер-министры и крупные чиновники прибыли в Газбию со всех уголков земного шара, чтобы присутствовать на свадьбе шейха Зайеда аль-Афзала. Судя по довольному виду его отца, сидящего в первом ряду, гости уже убедились в богатстве и могущественности Газбии.

– Надия Аиша. Вы согласны взять в мужья Зай еда Омара Джамала и клянетесь быть с ним в горести и радости?

Вздрогнув от неожиданности, Надия поняла, что имам обращается к ней. Что Зайед уже произнес свои клятвы, и сотни гостей ждут ее ответа. Во рту у нее внезапно пересохло, но она заставила себя произнести:

– Да, я согласна взять его в мужья и клянусь быть с ним в горе и в радости.

Они надели друг другу обручальные кольца, и имам объявил их мужем и женой.

Тогда Зайед наклонился к ней, приподнял ее вуаль и, встретившись с ней взглядом на мгновение, поцеловал ее в приоткрытые губы.

Она услышала, как кто-то в толпе восторженно ахнул.

– Как у тебя дела? – спросил Зайед у своей жены, когда они в конце банкета стояли у многоярусного свадебного торта, который был выше ее. Надия весь день вела себя прекрасно. У нее были безупречные манеры. Она любезно общалась с высокопоставленными гостями, словно уже много раз это делала. Она обнималась и целовалась с ними, с улыбкой принимала поздравления и застенчиво опускала глаза, когда ей говорили комплименты. Она очаровала всех, в том числе его самого. Он обнаружил, что ждет с нетерпением, когда останется с ней наедине.

Подойдя к ней, он почувствовал напряжение, прячущееся за ее внешним спокойствием. Он задал ей вопрос, хотя знал, какой ответ на него получит.

– Спасибо, хорошо, – произнесла она, гордо вскинув подбородок. – Думаю, все идет отлично.

Зайед сделал вид, что его удовлетворил ее ответ.

– Давай попробуем зарезать этого аппетитного монстра, – пошутил он, подняв саблю и опустив ее лезвие на нижний ярус торта. Надия положила ладонь ему на руку, и они начали вместе разрезать торт и раскладывать куски по тарелкам.

Когда гости отведали праздничный десерт, настало время развлечений. Они начали подниматься из-за столов и выходить в крытый внутренний двор, где уже играл оркестр.

– Зайед, Надия, идите сюда, – позвал их красивый молодой мужчина, вставший из-за стола в дальнем конце зала. Зайед положил руку на талию Надии и повел ее туда. Когда они приблизились, двое других мужчин, сидящих за столиком, тоже поднялись. Их прекрасные спутницы тут же пригласили Надию присоединиться к ним, и после поздравлений, поцелуев, объятий и похлопываний по спине все сели за стол.

– Зайед, кто бы мог подумать? Теперь мы все четверо женаты!

– Да, Зайед, думаю, ты должен объясниться. Наша с Клио свадьба была всего несколько недель назад, но ты ничего нам не сказал. Разве ты совсем недавно не заявил, что устроишь грандиозную вечеринку по поводу того, что остался единственным холостяком из нас четверых?

– Стефан! – Рыжеволосая красавица сердито посмотрела на своего мужа, после чего сказала Надии: – Пожалуйста, не обращай внимания на моего мужа. Когда эти четверо собираются вместе, они превращаются в студентов.

– Я думаю, что когда Зайед хвастался нам, что он остался единственным холостяком, он еще не встретил прекрасную Надию.

– Рокко, угомонись! – осадила Оливия своего мужа, но ее глаза при этом озорно блестели.

– Что? – Красивый итальянец пожал широкими плечами. – Я просто сказал…

– Мы все знаем, что ты сказал. Просто будь осторожнее, когда говоришь подобные вещи. Впрочем, никто из нас не собирается с тобой спорить. Надия, ты действительно неотразима. Я не могу отвести глаз от твоего платья.

– Спасибо, – вежливо ответила Надия, хотя внутри у нее что-то болезненно сжалось. Зайед познакомил ее со своими близкими друзьями и их женами еще вчера вечером. Судя по его веселой улыбке, ему было хорошо с этими людьми. С ними он мог расслабиться и быть самим собой. Они были неотъемлемой частью его прежней жизни. Жизни, которую он оставил, когда был вынужден вернуться в Газбию. Вынужден жениться на ней.

– Скажешь мне, кто дизайнер?

– Вы только посмотрите на Лив! Мне она затыкает рот, а сама говорит о делах, – улыбнулся Рокко, откинувшись на спинку стула.

– Я вовсе не говорю делах, – рассмеялась Оливия, поправив свои светлые волосы. – У нас с мужем свой модный бизнес, – пояснила она, – а Алессандра модный фотограф. Мы с ней весь вечер гадали, кто автор платья невесты. Теперь, когда я увидела его вблизи, я поняла, что все наши предположения были ошибочными. Вышивка просто великолепна. Ты только посмотри, Алессандра.

Алессандре, сидящей рядом с Надией, из-за большого живота пришлось выдвинуть стул, чтобы повернуться и как следует рассмотреть платье.

– Итак, Зайед. – Кристиан перевел взгляд со своей беременной жены на друга и наклонил голову набок. – Эта свадьба была неожиданной. Ты ничего не хочешь нам рассказать?

– Кристиан! – Бросив сердитый взгляд на своего мужа, Алессандра взяла Надию за руку. – Пожалуйста, Надия, удовлетвори наше любопытство. Кто создал этот шедевр?

– Э-э… – Надия растерянно уставилась на подол своего платья, затем подняла глаза на женщин. Она понятия не имела, кто придумал и сшил ее свадебный наряд. Для нее это не имело никакого значения. До этого момента. Внезапно ей захотелось стать частью этой дружной компании. Для этого ей нужно будет найти точки соприкосновения с женами друзей Зайеда. Обсуждение платья могло бы стать одной из таких точек.

Мужчины вели свой разговор. Надия слышала, как Рокко спросил Зайеда о его брате, и тот сказал, что Азид отклонил приглашение на свадьбу.

– Простите, – пробормотала Надия. – Я не помню имени дизайнера.

– Ну и ладно. Кто бы это ни был, он проделал фантастическую работу. – Клио выдвинула стул и поднялась. – Думаю, мне нужно освежиться. Ты не могла бы проводить меня в дамскую комнату, Надия? Я была здесь вчера, но дворец такой огромный, что если я пойду искать ее одна, то вернусь не раньше утра.

– Я пойду с тобой. – Алессандра встала и положила руку себе на живот. – Мы с малышом никогда не откажемся от посещения дамской комнаты.

Оливия пошла за компанию с остальными женщинами, и вскоре все четверо очутились в просторном помещении с зеркалами в узорчатых рамах.

– Правы те, кто говорят, что свадьба самое важное событие в жизни женщины, – сказала Клио, расчесывая свои гладкие рыжие волосы. – В этот день ей просто необходима поддержка родных и друзей, – добавила она, глядя на Надию.

– Моих родных сейчас здесь нет, – ответила Надия, чувствуя себя неловко. Три женщины удивленно переглянулись, и она пояснила: – Я отдалилась от своей семьи.

– О! Теперь мы будем твоей семьей, правда, девочки? – весело произнесла Оливия, обняв ее за плечи. – Вы с Зайедом прекрасно друг другу подходите. Уверена, ваш брак будет счастливым… Эй, что такое?

По щекам Надии покатились слезы, и Оливия крепче сжала ее в объятиях. Клио и Алессандра тут же последовали ее примеру.

– Твое волнение вполне естественно, но, уверяю тебя, Зайед хороший парень. Ты сделала правильный выбор, – сказала Оливия.

Надия шмыгнула носом.

– Ты так думаешь?

– Мы это знаем. Если не веришь нам, можешь спросить сотни женщин, которые не смогли заставить Зайеда надеть им на палец обручальное кольцо.

– Если говорить серьезно, Надия, – произнесла Клио с английским акцентом, – я хорошо знаю Зайеда. Мы вместе учились в университете. Он поддерживал меня, когда я в этом нуждалась, вел меня к алтарю. Лучшего мужа ты не смогла бы себе найти.

После этого в дамской комнате воцарилась тишина, которую нарушила Оливия:

– Знай, что ты не одна. Теперь ты можешь рассчитывать на нас. Нам четверым нужно держаться вместе. Разве без этой солидарности мы с девочками могли бы терпеть наших властных мужей?

– Это верно, – согласилась Алессандра. – Весь трюк состоит в том, чтобы заставлять мужа думать, будто он главный, но поступать при этом так, как хочется тебе. Это довольно сложно, но мы можем тебя научить.

Надия обнаружила, что улыбается.

– Большое вам спасибо. Теперь мне намного лучше, – сказала она, взяв пачку бумажных платочков, предложенную Оливией.

– Лучшее еще впереди.

– Лив!

– Что? Я просто хотела сказать, что первая брачная ночь это нечто особенное. Насладись ей. Наши мужья считают себя подарками для женщин, но Зайеду определенно повезло, что у него теперь есть ты. Сделай так, чтобы он это осознал.

– Хорошо. Спасибо за совет и за поддержку. Это много для меня значит. – Посмотревшись в зеркало, Надия поморщилась: – Я ужасно выгляжу.

– Не говори глупости. У тебя немного смазался макияж, но мы это исправим за пару минут. Девочки, доставайте свои косметички.

Вернувшись в зал, женщины стали свидетелями веселой сцены. Группа смеющихся молодых мужчин, в центре которой были Рокко, Кристиан и Стефан, подбрасывала вверх Зайеда.

– Мы же говорили тебе, что они никогда не повзрослеют, – прошептала Оливия на ухо Надии, и та рассмеялась.

Надия чувствовала, как ее внутреннее напряжение ослабевает. Она даже начала получать удовольствие от вечера. Развлекательная программа была отличная, но когда группа девушек начала исполнять танец живота, она отвернулась. Ей не хотелось, чтобы что-то напоминало ей о том, как она сюда попала.

Певцы, барабанщики и лютнисты ходили между фонтанами, заставляя гостей пускаться в пляс. Время от времени Надия видела своих новых подруг. Они веселились от души, и она была этому рада.

После танцев пришло время новой трапезы. Официанты принесли огромные блюда с шашлыком и таббуле и подносы с пахлавой, басбусой и сухофруктами.

Зайед все это время вел себя как образцовый хозяин. Он был учтив, внимателен и очарователен. Несомненно, этот праздник был отличной возможностью для укрепления старых связей и установления новых.

Другого Надия от него и не ожидала, но все же ей было немного не по себе. Она знала, что он, так же как и она, играет роль. Что этот праздник всего лишь представление для взыскательной публики. Время от времени он подходил к ней и вел ее знакомиться с супругой какого-нибудь иностранного сановника, и, представив их друг другу, снова исчезал в толпе.

В конце праздничного вечера всех позвали на улицу смотреть фейерверки. Зайед положил руку на талию Надии, и они повели всех за собой.

– Мы пришли, женушка, – произнес он, остановившись.

– Да, – ответила Надия. К своему удивлению, она обнаружила, что ей понравилось обращение «женушка». Еще большее удовольствие она испытала, когда он крепче прижал ее к себе, и она почувствовала его тепло и цитрусовый аромат одеколона, смешанный с запахом его кожи. В глубине ее женского естества тут же вспыхнул огонь желания.

Вокруг них раздались залпы выстрелов, и ночное небо озарили серебристые и золотистые фейерверки.

– Кажется, я еще не говорил тебе, как ты красива, – сказал Зайед, посмотрев на Надию.

– Спасибо за комплимент, – ответила она, любуясь яркими вспышками в небе.

– Я сказал тебе это от всего сердца. Лучшей жены, чем ты, я и пожелать бы себе не мог. Ты отлично держалась весь вечер. Это было непросто. Я хочу, чтобы ты знала, что я тобой горжусь.

Надия напряглась. Будучи принцессой, воспитанной в строгости, она не научилась ничему, кроме хороших манер. Она умела только красиво выглядеть, соблюдать нормы этикета и, самое главное, держать свое мнение при себе. Этим вряд ли можно было гордиться.

– Мне жаль, что ты не смогла рассказать своим родным о нашем браке и что их сейчас здесь нет.

Надия вся похолодела. Что, если он каким-то образом узнал о ее происхождении?

После побега из Харита она не общалась со своей семьей, если не считать одного-единственного короткого сообщения, в котором говорилось, что она здорова, и ей ничто не угрожает. Поскольку канал связи был защищенным, ее родные не смогли определить ее местонахождение и не знали о ее свадьбе. Зайеду она сказала, что не сообщила им об их браке, потому что была уверена, что они никогда ее не простят. На самом деле она даже думать боялась о том, какое наказание ее ждет, если отец и брат ее найдут.

Надия повернула голову, чтобы попытаться понять, о чем думает Зайед, и их взгляды встретились.

– Когда все уляжется, мы обязательно придумаем, как наладить отношения с ними.

В его словах она услышала искреннее желание ей помочь, и ей стало стыдно за то, что она скрыла от него всю правду.

Последние залпы вызвали аплодисменты и одобрительные возгласы толпы. Загоревшиеся в небе огни образовали имена жениха и невесты, обрамленные золотым сердечком. Рассмеявшись, Зайед снова прижал Надию к себе и прошептал ей на ухо:

– Наши имена в небе. Это для меня сюрприз. Я не ожидал ничего подобного.

Она тоже не ожидала. Когда от букв осталось лишь облачко дыма, по ее телу пробежала дрожь. Ей оставалось лишь надеяться, что ее брак не будет таким же кратковременным, как эта яркая вспышка в небе.

Глава 5

– Добро пожаловать в спальню для новобрачных, – сказал Зайед, обводя взглядом комнату. – Я бы не удивился, если бы для нас устроили ложе внутри свадебного торта.

Надия поняла, что он имеет в виду. Перед ними на возвышении стояла огромная овальная кровать, усыпанная лепестками розовых и кремовых роз. На полу вокруг кровати тоже были лепестки. Кровать была покрыта белым балдахином, спадающим пышными складками с потолка. По обе стороны от нее стояли огромные цветочные композиции.

Надия подумала, что все выглядит очень красиво и романтично. Что это идеальная обстановка для первой брачной ночи влюбленной пары. Но они с Зайедом не влюблены друг в друга. Их связывает лишь деловое соглашение, которое они заключили из любви к своим странам.

– Кто-то очень постарался, – спокойно заметила она.

– В таком случае, давай этим воспользуемся.

Поднявшись на возвышение, он взял висевший у него на плече шервани, бросил его на пол и протянул Надии руку:

– Добро пожаловать на мое ложе из роз.

Он притянул ее к себе, и она оказалась прижата к его груди, обтянутой тонкой белой рубашкой без рукавов. Она вдыхала запах его кожи, смешанный с ароматом одеколона, и чувствовала, как напряжение внутри ее нарастает.

Ее руки заскользили по его груди и животу. Как она и ожидала, его тело было твердым и мускулистым. Оно реагировало на ее прикосновения, и это привело ее в восторг. Его бедра были тесно прижаты к ее бедрам, и она чувствовала, как он с каждой секундой все сильнее возбуждается.

Надия запрокинула голову, закрыла глаза и, чувствуя его горячее дыхание на своей коже, стала наслаждаться тем, как в ее жилах кипит кровь, и ждать поцелуя.

Но поцелуя не последовало. Зайед внезапно отстранился, и она, открыв глаза, обнаружила, что он смотрит на нее, прищурившись.

Она отдернула руки, словно обжегшись. Ее щеки вспыхнули, в висках застучало.

Почему он так на нее смотрит? Чувствуя унижение, она опустила взгляд, пытаясь скрыть от Зайеда свою реакцию. Внезапно ее покинули остатки сил и уверенности, и она почувствовала себя уязвимой и очень одинокой. До нее вдруг дошел смысл того, что произошло сегодня. Она оказалась крепко привязана к человеку, который ее не любит. К человеку, который до сих пор не знает, кто она на самом деле. И хуже всего то, что ее безумно к нему влечет.

Надия сделала глубокий вдох, чтобы обрести душевное равновесие. Назад дороги нет. Она сама заварила эту кашу и будет сама ее расхлебывать.

Стоящий перед ней Зайед был образцом невозмутимости. Она тоже может сохранять спокойствие и намерена доказать ему это прямо сейчас.

Выпрямив спину, она сделала шаг назад и, наступив на край подола, чуть не свалилась с возвышения. К счастью, Зайед быстро отреагировал и успел ее схватить.

– Осторожно, – сказал он, держа ее за талию. – На эту кровать нужно повесить табличку с предостережением.

«И на тебя тоже», – подумал Зайед, отчаянно цепляясь за остатки самообладания.

Каждая клеточка его тела требовала, чтобы он поддался искушению и овладел женщиной, которую желал с того момента, когда впервые ее увидел. Но он медлил, поскольку должен был сначала убедиться, что Надия готова ему отдаться. Он видел, что она его желает, но к этому желанию примешивались сомнения и тревога. Это означало, что ему следует действовать медленно, чтобы не отпугнуть ее, даже несмотря на то, что каждая секунда промедления для него подобна пытке.

– Давай присядем, – сказал он, и они опустились на край кровати. – У нас был долгий день, правда?

– Да.

– Надеюсь, для тебя все это не стало ужасным испытанием?

– Конечно нет. Я получила удовольствие, – ответила она, но ее отрывистый тон свидетельствовал о том, что она не вполне искренна.

– Должно быть, ты очень устала.

– Нет. Я в порядке.

Он взял ее руку и перевернул ее вверх ладонью, словно линии на ней могли дать ему ответы на его вопросы.

– Ты можешь расслабиться, Надия. Тебе нет необходимости продолжать притворяться. Наша первая близость не обязательно должна произойти именно сегодня. Если ты не устала, мы можем просто посидеть, выпить чего-нибудь и поговорить. – Он поднял брови и криво улыбнулся. – Мне бы хотелось узнать настоящую Надию.

– Ты вряд ли узнаешь что-то новое, – отрезала она, и он начал терять терпение.

– В таком случае нам, наверное, следует разойтись по разным комнатам.

– Хорошо. – Отдернув руку, Надия подобрала подол платья и отодвинулась от Зайеда. – Но я бы предпочла, чтобы ты открыто признался мне, что не хочешь заниматься со мной любовью.

– Черт побери, Надия! – раздраженно воскликнул Зайед, вскочив на ноги. – Разумеется, я хочу заняться с тобой любовью. – Он запустил пальцы в свои густые темные волосы. – Поверь мне, я хочу этого больше всего на свете, но сперва я должен убедиться, что ты тоже этого хочешь. Я просто пытаюсь донести до тебя то, что ты не обязана сегодня ночью заниматься со мной любовью лишь из чувства долга.

После небольшой паузы Надия медленно поднялась и, потянувшись рукой к открытому плечу, запустила палец под бретельку платья.

– Это похоже на выполнение обязанностей? – спросила она, спуская бретельку с плеча. – А это? – Не сводя глаз с Зайеда, она начала расстегивать боковую молнию на корсаже платья.

У Зайеда сдавило горло, и он тяжело сглотнул. Верх ее платья упал, обнажив белый корсет на косточках, который выглядел одновременно целомудренно и сексуально. Он приподнимал грудь и плотно стягивал талию.

– Может, поможешь мне его снять? – спросила она. – Мне бы не хотелось его испортить.

Зайед решил выполнить ее просьбу, несмотря на то, что ему хотелось как можно скорее сорвать с нее платье и увидеть то, что находится под ним. Такого нетерпения он никогда раньше не испытывал. Что с ним такое творится? Собрав последние остатки самоконтроля, он протянул к ней руки и, к своему ужасу, обнаружил, что они дрожат от желания. Ни одна женщина до нее так на него не действовала.

Взявшись за подол с двух сторон, он потянул за него. Он сказал себе, что просто помогает невесте раздеться и сможет остановиться в любой момент, но когда платье упало на пол и Надия, переступив через него, наклонилась, чтобы его поднять и повесить на кровать, он увидел чулки на подвязках, прикрепленных к нижнему краю корсета, и понял, что пропал. Его руки сами потянулись к ее волосам и начали вытаскивать из них шпильки с драгоценными камнями. Когда блестящие черные кудри рассыпались по плечам, он снял с нее ожерелье и серьги и, немного полюбовавшись ее красотой, наклонился, чтобы ее поцеловать.

Сначала он нежно пощипывал ее губы своими, затем провел кончиком языка между ее губами, и они открылись, позволив ему поцеловать ее крепче. Когда его язык ворвался в глубь ее рта, он испытал головокружительное чувство сродни эйфории.

Обнимая его за шею, Надия услышала, как из его горла вырвался стон. Все ее чувства вмиг обострились, а мысли улетучились. Вкус его губ, его запах, жар, исходящий от его тела, прикосновение его жесткой бороды к ее коже – все это слилось воедино, подарив ей невероятное наслаждение, равного которому она никогда прежде не испытывала.

Его руки, скользнув вниз по ее спине, задержались на ягодицах. В ответ она застонала, выгнулась в его объятиях и теснее прижалась бедрами к его бедрам. Когда она обнаружила, как сильно он возбудился, на смену ее стону пришел изумленный возглас. Это вызвало спазмы у нее в паху, такие сильные, что у нее чуть не подкосились колени.

– Я так тебя хочу.

Надия не знала, произнесла она это вслух или нет, но в следующую секунду он поднял ее и отнес на кровать. Затем он, не теряя времени даром, принялся быстро раздеваться.

Надия смотрела на него словно завороженная. Когда он предстал перед ней полностью обнаженный, у нее захватило дух от его мужественной красоты. Неужели символ мужского естества может быть таким огромным?

Осознав, что Зайед не сдвинулся с места и тоже на нее смотрит, она подняла взгляд на его лицо.

– Ты передумала? – спросил он, приняв ее немое восхищение им за испуг или нерешительность.

– Нет.

– Ты прежде видела обнаженного мужчину?

– Нет, – призналась она. – Разве что в кино.

Зайед издал приглушенный смешок:

– Реальность оказалась не такой, какой ты ее себе представляла?

– Нет. Я не знаю… Просто…

– Не буду отрицать, Надия, что я безумно тебя хочу. Но если ты передумала, тебе нужно просто сказать…

– Я не передумала. – Признание Зайеда в том, что он ее желает, придало ей смелости, и она, откинувшись на подушки, приняла соблазнительную позу. – Я просто не знала, что ты… что он может быть таким большим.

– Ты мне льстишь. – Его глаза весело блестели, но голос был хриплым, словно он с трудом сдерживал свое желание. Мгновение спустя он уже забрался на кровать и навис над ней. – Я постараюсь быть с тобой понежнее. – Опустившись на нее, он накрыл ее губы своими. Надия ощутила приятную тяжесть его тела, и ее внутренние мышцы начали сжиматься и разжиматься. – Думаю, сначала нам нужно избавить тебя от этого.

Он отстранился, но только для того, чтобы отстегнуть ее чулки от корсета, стянуть с нее трусики и бросить их на пол. После этого он раздвинул чувствительную складку между ее бедер и погрузил кончик пальца в ее теплую влажную пустоту. Вцепившись ногтями в его спину, Надия задрожала.

– Вижу, ты готова, малышка. Подожди меня, – нежно прошептал он и отстранился, но только для того, чтобы направить свою восставшую плоть туда, где только что был его палец.

Почувствовав боль, она так крепко вцепилась в него, что на его коже, скорее всего, останутся кровавые отметины.

– Надия?

– Да! – еле слышно промолвила она, сжимая и разжимая внутренние мышцы.

– Боже мой, Надия, как же ты хороша.

Он ритмично задвигался внутри ее. Каждый его рывок был энергичнее и мощнее предыдущего. Двигаясь вместе с ним, Надия чувствовала, как напряжение внутри ее нарастает. Наконец оно достигло предела, и она затряслась в экстазе, чувствуя, как по ее телу прокатываются волны наслаждения. Услышав гортанный звук, похожий на львиный рык, она поняла, что Зайед тоже достиг своей кульминации. После этого они несколько минут восстанавливали дыхание. Затем Зайед вышел из нее, лег на бок рядом с ней и притянул ее к себе.

– Ты в порядке? – спросил он, убрав с ее лица прядь волос – Я был не слишком груб?

– Все было замечательно, – ответила Надия, и вид ее блестящих глаз и разрумянившихся щек доставил ему удовольствие. – Ты был великолепен.

– Спасибо. – Зайед провел кончиком пальца по ее губам. – Ты тоже.

Он вдруг понял, что сказал правду. Что эта женщина, его жена, подарила ему сексуальный опыт, какого он не знал прежде. Ее невинность удивительным образом сочеталась с надменностью и совершенной красотой тела.

– Я знаю, что мне нужно многому научиться.

– Поверь мне, процесс обучения доставит мне огромное удовольствие, – улыбнулся он, расстегивая ее корсет.

Надия любовалась красивым мужчиной, мирно спящим рядом с ней. В окна проникали лучи утреннего солнца, образуя причудливые узоры на полу, на котором среди розовых лепестков валялась одежда новобрачных.

Прошлая ночь была удивительной. Она никогда не думала, что интимная близость может вызвать столько новых приятных ощущений. Оказалось, что Зайед совсем не похож на грубого бессердечного мерзавца, каким его считал ее отец. Он был с ней нежным и внимательным. Он сначала доставлял удовольствие ей, а затем уже думал о себе.

Лишь одно омрачало ее радость. Сегодня ей предстоит признаться ему в том, что она дочь шейха Харита, который считал Газбию своим главным врагом.

Разрабатывая свой план, она не придавала значения этому моменту, а сейчас боялась его.

Выбравшись из постели, она пошла принимать душ. Когда она вернулась, Зайед уже проснулся.

– Доброе утро, – томно улыбнулся он, похлопывая ладонью по матрацу. – Как у тебя дела?

Надия села рядом с ним, и он поцеловал ее в губы. Его рука при этом проскользнула ей под халат и начала поглаживать ее бедро.

– Очень хорошо. – Ее голос прозвучал напряженно, и она, отстранившись, перебралась ближе к изголовью. – Думаю, нам пора вставать. Нам столько всего нужно сделать.

Нахмурившись, Зайед провел рукой по бороде.

– Думаю, утром после нашей брачной ночи никто не будет от нас требовать выполнения государственных обязанностей.

Надия притворно рассмеялась:

– Да, конечно.

Зайед пристально посмотрел на нее:

– В чем дело?

Похоже, настал подходящий момент для признания.

Взгляд Надии скользнул по его загорелому мускулистому телу. Что, если после того, как скажет ему правду, он больше не захочет к ней прикасаться?

– Надия?

– Мне нужно кое-что тебе сказать, – начала она, чувствуя, как кровь стучит у нее в висках.

– Продолжай.

Ее пальцы начали теребить конец пояса халата.

– Я была не до конца с тобой откровенна. Я не сказала тебе, кто я и откуда.

– Что ты имеешь в виду?

– На самом деле я не из Газбии.

– И откуда же ты?

Сглотнув, Надия опустила глаза:

– Из Харита.

В комнате повисло напряженное молчание.

– Скажи мне, что это неправда, – произнес он ледяным тоном, от которого внутри у нее все замерло.

Надия подняла взгляд и пришла в ужас, обнаружив, что его глаза яростно сверкают на помрачневшем лице. Но назад дороги не было, и она, судорожно вдохнув, прошептала:

– Это правда. Я Надия Амани, принцесса Харита.

Глава 6

Принцесса Надия Амани. Единственная дочь шейха Харита, заклятого врага Газбии.

Ее признание подействовало на Зайеда как удар под дых. Он осознал, что только что совершил самую большую ошибку в своей жизни.

Подняв с пола свои брюки, Зайед быстро их надел.

– Вставай!

– Послушай, Зайед, это не то, что ты думаешь…

– Я сказал, вставай!

Не в силах на нее смотреть, он отвернулся. Внутри у него все кипело от гнева, но этот гнев был главным образом направлен на него самого. Как такое могло произойти с ним, человеком, который всегда гордился своим здравомыслием и умением прислушиваться к своим инстинктам? Он потерпел неудачу, и ужаснее всего было то, что в этот раз ставки были как нельзя выше. Если бы речь шла о финансовой потере, он бы так не переживал. Его опрометчивый поступок мог стоить жизни множеству молодых людей из Газбии и Харита.

– Зайед, – произнесла Надия, встав перед ним. Ее черные кудри рассыпались по плечам, фиалковые глаза блестели. – Если ты мне позволишь все тебе объяснить…

– Объяснить что? Что ты расчетливая лгунья, которая с помощью обмана и манипуляций проникла в мою жизнь, чтобы превратить ее в хаос? Спасибо, я и сам уже это понял.

– Нет, все не так, правда…

– Твой план отлично сработал. Доверчивый шейх купился на твою душещипательную историю о том, как ты хотела избежать договорного брака и сама построить свою жизнь. – Он никогда не испытывал такой сильной ярости, и то, что Надия пыталась ему возражать вместо того, чтобы забиться в уголок и умолять о пощаде, злило его еще больше. – Ты заставила меня на тебе жениться, но я намерен положить конец твоему обману. Я хочу, чтобы ты ушла из моей жизни. Немедленно.

Ее щеки покраснели, и она накрыла их ладонями. На ее лице читалось потрясение.

– Нет! Ты не можешь так со мной поступить!

– Либо ты уйдешь сама, либо я позову охрану. Выбирай. – Подняв с пола свой шервани, Зайед достал из кармана мобильный телефон, дав ей понять, что он не шутит.

– Но я твоя жена, – произнесла она, стоя перед ним со сложенными на груди руками и гордо поднятой головой. – Ты не можешь так просто взять меня и вышвырнуть.

– Еще как могу, – отрезал он, вскинув подбородок. – Наш брак будет немедленно аннулирован.

К сожалению, по закону это будет невозможно сделать. Прошлой ночью их брак был консуммирован. Надия об этом позаботилась. При мысли о том, что она его соблазнила, преследуя определенные цели, он почувствовал приступ тошноты.

Надия прикусила дрожащую нижнюю губу:

– А прошлая ночь? Неужели она ничего для тебя не значит?

Нет, он больше не собирается верить этим большим глазам цвета лесных фиалок. Она так искусно притворяется, что вполне достойна премии за убедительную актерскую игру.

– Ха! – усмехнулся он и заметил, как ее передернуло. – Это был всего лишь секс, Надия. Всего лишь одна ночь страсти. Не льсти себе, думая, что это дает тебе какую-то власть надо мной. Что ты можешь добавить в список своих грязных методов эмоциональный шантаж.

Она отвернулась, но он неумолимо продолжил:

– Нашему браку конец. Ты уйдешь отсюда. Ты вернешься в Харит.

Она снова посмотрела на него. Ее лицо было бледным как полотно.

– Нет! Только не в Харит!

– И чтобы ты не попыталась сбежать по дороге, тебя будут сопровождать двое охранников, которые знают, какое наказание будет их ждать, если они не выполнят мой приказ.

Надия в ужасе уставилась на стоящего перед ней мужчину. Неужели он отправит ее во дворец в Харит, не дав ей возможности ничего ему объяснить? Он обращается с ней так же, как ее отец и брат. Все они относятся к ней как вещи, которую можно выгодно обменять или выбросить за ненадобностью.

Эта мысль вызвала у нее праведный гнев, который придал ей сил. Она не позволит этому человеку ее запугать. И умолять его о пощаде она тоже не собирается.

– Хорошо, – сказала она. – Если ты этого хочешь, я вернусь в Харит, и будь что будет. Если твоя гордость для тебя важнее, чем твоя страна, надеюсь, ты будешь удовлетворен.

– Не смей мне говорить, что для меня важнее, – яростно бросил он. – Я пожертвовал всем, чтобы стать шейхом Газбии. Я предан своей стране.

– Пожертвовал? Да ты не знаешь значения этого слова!

– Уверяю тебя, что знаю. Но я определенно ничем не пожертвую, когда выкину тебя из своей жизни.

Его слова обидели ее, но она не подала виду.

– Быть преданным стране, по-твоему, означает ввергнуть ее в войну? Иметь на своих руках кровь двух народов? Если ты, злейший враг моей страны, вернешь меня моему отцу после того как женился на мне и лишил меня чести, кровопролитие будет неизбежно.

– Тебе следовало подумать об этом до того, как ты начала осуществлять свой коварный замысел. – Он сложил руки на своей широкой груди. – Ты сама во всем виновата, Надия.

– Разумеется, я об этом думала, – ответила она, скопировав его позу. – Но у меня не было выбора. Когда я узнала, что шейхом станешь ты, а не твой брат милитарист, я решила ухватиться за эту возможность. Это был мой единственный шанс сделать так, чтобы мой голос услышали, принести пользу моей стране. Я должна была сделать то, что сделала. И неважно, какой ценой.

– Как это благородно. И что ты хотела донести до своего отца? Что готова сделать все возможное, чтобы помочь ему начать войну, которой он так жаждет? Ты собиралась передавать ему информацию, касающуюся положения дел в Харите?

– Нет! Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Я приехала сюда не для того, чтобы за тобой шпионить. Мой отец не знает, что я здесь. Поверь мне, если бы он знал, война уже началась бы. Ты не знаешь, чем я рисковала.

– Ты хочешь сказать, что получение привилегий, причитающихся жене шейха одной из богатейших арабских стран, не стоит этого риска?

От возмущения у Надии сдавило горло. Как она только могла испытывать симпатию к этому человеку?

– Неужели ты считаешь себя настолько ценным призом, что ради брака с тобой я стала бы рисковать не только собственной жизнью, но и жизнями своих соотечественников? – презрительно усмехнулась она, сжав руки в кулаки. – Твой эгоизм мешает тебе увидеть то, что находится чуть дальше твоего носа. Ты не знаешь всех тонкостей взаимоотношений между нашими странами. Ты не знаешь, как управлять королевством и как предотвратить катастрофическую войну.

– А ты, вероятно, знаешь?

– Да, знаю. По крайней мере, я готова сделать все для сохранения мира. Именно по этой причине я забралась в твою спальню. Именно по этой причине я захотела стать твоей женой. Я подумала, что, выйдя замуж за шейха этой страны, смогу влиять на решения, касающиеся будущего моего королевства. – Она сделала небольшую паузу, чтобы перевести дух, после чего добавила: – Меня не интересует ни твое богатство, ни твой экстравагантный образ жизни. Напротив, я все это презираю. Потому что именно из-за этого ты стал тщеславным эгоистом, для которого собственная гордость важнее человеческих жизней.

– Хватит! – прорычал Зайед, подняв руку. – Я не позволю тебе так со мной разговаривать.

– Я буду разговаривать с тобой так, как хочу. Если ты вернешь меня в Харит, меня казнят. Моя кровь будет на твоих руках, Зайед. И помимо нее кровь двух народов.

Выругавшись себе под нос, Зайед вызвал по телефону охрану. Не успела Надия опомниться, как в комнату вошли двое крепких мужчин.

– Рани, Ахмед, проводите мою жену в ее покои, – распорядился Зайед.

– Да, ваше величество.

– И охраняйте ее до тех пор, пока не получите дальнейшие указания. Вы меня поняли?

– Да, ваше величество.

Охранники неловко переглянулись, и Надия посмотрела на них с вызовом.

– Уведите ее, – прорычал Зайед, и они подошли с двух сторон к Надии и схватили ее за руки.

– Не беспокойся, я как раз собиралась уходить, – бросила Надия через плечо, когда охранники потащили ее к двери. – Поверь мне, ничто не смогло бы меня убедить остаться сейчас здесь. Потому что я знаю, кто ты такой на самом деле, Зайед аль-Афзал. Несмотря на все твои умные слова, ты ничуть не лучше, чем мои отец и брат. Ты бессердечное чудовище.

Оказавшись взаперти в своих покоях, Надия принялась ходить взад-вперед. Ее план с треском провалился. Она не знала, как ей жить дальше и сколько ей осталось жить. Она нисколько не преувеличивала, когда сказала Зайеду, какому наказанию ее подвергнут дома.

Она опозорила свою семью и свою страну. Она не просто убежала из дома, чтобы не вступать в брак по договоренности. Она вышла замуж за правителя враждебной страны и отдалась ему, а он затем ее прогнал. Более ужасного позора и представить себе сложно, поэтому ее ждет смерть. Мать будет умолять отца и брата ее пощадить, но они даже слушать ее не станут. Потому что в Харите у женщин не больше прав, чем у овец и верблюдов.

Сев на кровать, Надия обхватила голову руками и стала думать, что ей делать дальше. Она быстро пришла к выводу, что находится в безвыходном положении. Дверь заперта, а за ней стоят двое свирепых охранников, которых вряд ли что-то сможет заставить нарушить приказ их господина. Может, ей выброситься из окна и покончить со всем этим раз и навсегда?

Услышав шаги в коридоре и скрежет ключа в замке, Надия глубоко вдохнула. Какая бы судьба ни была ей уготована, она встретит ее с гордо поднятой головой.

Как она и ожидала, в комнату вошел Зайед. Отпустив охранников, он пригласил Надию пройти вместе с ним на террасу и сесть на один из пуфов, расставленных вокруг кофейного столика. С этой террасы открывался вид на двор с безупречно подстриженными лужайками, фонтанами и пальмами, и зазубренные вершины гор на горизонте.

Если прошлой ночью Зайед был внимателен и нежен, то сейчас он вел себя так, словно она была для него абсолютно чужим человеком. На смену его гневу пришло ледяное спокойствие, которое пугало еще сильнее.

– Итак, – произнесла она, отодвинув от себя предложенную им чашку кофе. – Для чего ты хотел со мной встретиться? Если это что-то вроде прощального жеста, тебе не стоило беспокоиться. Если ты думаешь, что сможешь успокоить свою совесть с помощью нескольких неискренних слов, ты ошибаешься. Они ничего не изменят.

– Надия!

– Потому что угрызения совести все равно не дадут тебе покоя.

– Ты закончила?

Зайед поднял руку, и она поняла, что ему не нужен ее ответ.

– Я привел тебя сюда, чтобы сообщить тебе, что я позволю тебе остаться здесь.

– Остаться?

– Да. По меньшей мере, на какое-то время. Ты не вернешься в Харит.

– О! – Надия испытала огромное облегчение, но из чувства гордости не подала виду. – А если я не хочу оставаться?

Зайед подался вперед, и она прочитала в его сузившихся глазах предупреждение. Он напомнил ей тигра, готовящегося наброситься на свою жертву.

– Давай все проясним. Меня не интересует, чего ты хочешь. Я бы с превеликим удовольствием выгнал тебя из Газбии и избавился от тебя раз и навсегда, но своим поступком ты подвергла огромному риску две страны. Если все узнают, что новый шейх Газбии женился на принцессе Харита, война будет неизбежна. Сейчас моя первостепенная задача любым способом минимизировать ущерб.

– Но я не собиралась…

Его глаза сверкнули, и она резко замолчала.

– Мне нужно выгадать немного времени, чтобы установить дипломатические отношения с Харитом. Я решил, как нам быть дальше. Выслушай меня внимательно.

Надия кивнула.

– Во-первых, никто не должен узнать, что ты из Харита. Я ясно выразился?

Она снова кивнула.

– Нам придется скрывать твою личность столько времени, сколько это будет возможно. Я распорядился, чтобы официальные свадебные фотографии были «случайно» уничтожены. Поскольку гостям и обслуживающему персоналу было запрещено делать фото- и видеозаписи, никто не узнает, что ты принцесса Харита.

– Я понимаю необходимость этого. Я никому не скажу, кто я на самом деле.

– Ты должна молчать ради себя самой и ради своей страны.

– Не было никакой необходимости мне об этом говорить.

– Тогда я скажу тебе еще одну вещь. Нам с тобой придется изображать любящую пару. Все должны думать, будто новый шейх и его жена безумно любят друг друга. Что этот союз подарит стране стабильность, в которой она так нуждается.

– Да, конечно.

– Но когда мы будем оставаться наедине, между нами не будет никаких отношений. Наш брак существует только на бумаге. Он будет расторгнут сразу, как только нам позволят обстоятельства. Я ясно выразился?

– Да, Зайед, – произнесла она с ледяным спокойствием. – Предельно ясно.

Глава 7

Значит, вот ты где.

В библиотеку вошел Зайед, и Надия подняла на него взгляд. На нем были джинсы с заниженной талией и белая футболка. Как ему удается так сексуально выглядеть в простой одежде?

– Ты не забыла, что сегодня мы ужинаем с министром иностранных дел и его женой?

– Нет, не забыла, – ответила Надия, закрыв старинный манускрипт, лежащий у нее на коленях. Она могла сидеть здесь часами, аккуратно листая бесценные страницы с яркими иллюстрациями. В этой золотой клетке, узницей которой она добровольно стала, у нее было немного развлечений.

– Ужин будет неофициальный, но тебе, очевидно, понадобится время, чтобы переодеться, – сказал он, окинув взглядом ее голубое платье-рубашку.

– Очевидно. – Аккуратно положив манускрипт на столик, Надия вытащила из-под себя ноги и села прямо. – И тебе, вероятно, тоже.

Зайед приблизился к ней на шаг:

– Послушай, Надия. Не нужно так себя вести.

– Как? – спросила она, поправляя волосы и не глядя при этом на него.

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

Внезапно Зайед оказался прямо перед ней, и она почувствовала слабость во всем теле. Несмотря ни на что, ее по-прежнему к нему влекло, и она ничего не могла с этим поделать.

Со дня их свадьбы прошло три недели. Это были три мучительно долгие недели. С каждым днем Надии становилось все труднее играть роль любящей жены. Ее отношения с Зайедом были натянутыми. Как она сможет продолжать эту нелепую игру до тех пор, пока он не решит, что угроза войны между Газбией и Харитом миновала? Что будет после этого с ней? Эта томительная неопределенность и ощущение собственной беспомощности вкупе с воспоминаниями о близости с Зайедом не давали ей спать по ночам.

– Знаешь что, Надия? – произнес он, засунув руку в карман джинсов. – Твое поведение сбивает меня с толку. Учитывая тот факт, что мы оказались в этой ситуации по твоей вине, я не понимаю, почему ты так враждебно ко мне относишься. По правде говоря, я думал, что ты будешь делать все для того, чтобы наше соглашение было успешным.

– Я делаю все, что ты говоришь. Что тебя не устраивает?

– Я хочу, чтобы ты изменила свое отношение ко мне.

– В таком случае тебе, возможно, следовало бы попытаться изменить свое отношение ко мне, – ответила Надия, поднявшись. Обнаружив, что они стоят почти вплотную друг к другу, Надия отошла назад настолько, насколько ей позволило кресло. – Если бы ты меня слушал, вместо того чтобы обращаться со мной как с парией, если бы ты позволил мне…

Зайед нахмурился и выставил вперед ладонь, заставив ее замолчать.

– Немедленно остановись, Надия. Чем скорее ты признаешь тот факт, что ты находишься здесь на моих условиях, тем лучше будет для всех нас. Пока ты живешь в Газбии, ты будешь делать то, что скажу я. У тебя нет никаких прав и полномочий. Твое мнение никого не интересует, так что можешь держать его при себе, пока не вернешься в свой драгоценный Харит. Туда, где тебе место.

Понимая, что находится целиком в его власти, Надия сглотнула и опустила глаза.

– Полагаю, ты не получала вестей от своих родных?

– Нет, – ответила Надия. – Они не знают, где я, и не могут со мной связаться.

– Но они, должно быть, тебя ищут.

– Конечно, ищут.

– Как ты думаешь, у них есть какие-нибудь предположения относительно того, где ты можешь быть?

– Полагаю, вряд ли. Если бы мои родные меня нашли, мы бы уже об этом знали. Уверяю тебя, Газбия последнее место, где они стали бы меня искать.

– Это хорошо, – ответил Зайед. – Но рано или поздно они все равно тебя найдут. Главное, постарайся сделать так, чтобы никто ничего не узнал, пока я не найду выход из ситуации.

– Я знаю, что от меня требуется. Нет необходимости постоянно мне об этом напоминать.

– Я и не напоминал бы, если бы ты была более благодарной.

– Что?

– Ты все прекрасно слышала.

– Благодарной? – произнесла она с отвращением. – Ты этого от меня хочешь? Благодарности?

– Почему нет? По-моему, это вполне разумно, учитывая обстоятельства. – Он пронзил ее взглядом. – Тебе следовало бы быть очень признательной мне за то, что я позволил тебе остаться здесь, во дворце, где тебя охраняют двадцать четыре часа в сутки. О комфорте я даже не говорю. Учитывая то, что ждало бы тебя дома в Харите, если бы тебя туда отправил, я бы сказал, что я достаточно терпелив с тобой.

– Большое спасибо тебе за это, – произнесла Надия с сарказмом. – Прости меня за то, что я не поняла, что ты ждешь от меня постоянных проявлений благодарности. Наверное, другие твои женщины охотно ползают перед тобой на коленях, чтобы снискать твое расположение.

Зачем она это сказала? Ее не интересуют его предыдущие отношения. Он ее вообще не интересует!

– Мои «другие женщины», как ты выразилась, никогда не проникали в мою жизнь обманным путем и не заставляли меня вступить в брак, который может привести к катастрофическим последствиям.

– Возможно, если бы ты пореже разбрасывался обвинениями и почаще думал о том, каким образом я могла бы тебе помочь, мы с тобой смогли бы вместе чего-то добиться.

Зайед расправил плечи.

– Хорошо. Если ты так хочешь мне помочь, для начала проглоти обиду и покажи всем, что ты гостеприимная хозяйка и преданная жена. Хассан Рухани важная фигура на сцене мировой политики, и мне необходимо привлечь его на свою сторону. Если я смогу убедить его в том, что из меня выйдет надежный правитель, я обрету в его лице полезного союзника. Тогда я смогу контролировать ситуацию с Харитом. Твоя задача развлекать Фатиму.

– Салему. Его жену зовут Салема.

– Какая разница? Тебе нужно убедить ее в том, что наш брак крепкий и что мы сможем позаботиться о продолжении королевского рода.

– Да, ваше величество. Может, вы хотите, чтобы я засунула себе под платье подушку?

– В этом нет необходимости.

Зайед отвернулся и закусил нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку. Как он только может находить ситуацию смешной? Надия самая невыносимая женщина из всех, которых он когда-либо знал. Как он сможет доказать высокопоставленным чиновникам, что держит ситуацию под контролем, когда не может контролировать даже собственную жену?

– Должна сказать, что мне очень приятно видеть молодоженов, которые так любят друг друга, – произнесла Салема Рухани, откинувшись на спинку стула после вкусного ужина. – Они замечательная пара, правда, Хассан?

– Да, дорогая.

Хассан Рухани был маленького роста, зато обладал острым умом и проницательным взглядом. Надия сразу поняла, что ей следует более старательно играть роль любящей жены, поскольку этого человека не так легко ввести в заблуждение, как большинство других чиновников, которых они с Зайедом принимали у себя.

– Несомненно, жители Газбии рады тому, что их новый шейх женился. Это означает, что его волнует будущее страны. – Хассан смотрел на Зайеда так, словно прекрасно понимал, почему тот так внезапно обзавелся женой. – Сейчас, в период нестабильности, это особенно важно.

Надия взяла стакан и сделала глоток воды. Безусловно, Хассан догадался, что их брак – это вынужденная мера, но он даже не представляет себе, насколько все сложно.

– Кстати, ходят слухи, что Азид сейчас в Харите, – продолжил Хассан. – Он уже с вами связался, Зайед?

При упоминании о Харите Надия поперхнулась, и Салема похлопала ее по спине. Хассан не обратил на это внимания, а Зайед смерил жену взглядом, в котором читалось предупреждение.

– Нет. От моего брата нет никаких новостей, – спокойно ответил он. – Азид полностью пресекает все мои попытки вступить с ним в диалог. Я решил, что если это его окончательное решение, мне придется его уважать.

– Если он в Харите, ситуация может стать для нас более опасной. Я бы посоветовал вам как можно скорее найти дипломатическое решение.

– Как можно найти дипломатическое решение, когда власти двух стран отказываются вести диалог? – спросила Надия.

– Верное подмечено, – сказал Хассан, задумчиво глядя на нее. – И какое решение проблемы вы могли бы предложить?

– Уверен, у нее нет никаких идей. – Зайед пристально посмотрел на Надию. – Правда, дорогая?

– На самом деле у меня есть одна идея, – ответила она, проигнорировав его предупреждающий взгляд. – Я думаю, что представители обеих сторон должны сесть за стол переговоров и положить конец этому конфликту. Их задача – устранить проблемы и разногласия путем диалога и заключить мирное соглашение. Они должны отбросить эмоции и опираться на логику и здравый смысл. Для того чтобы эта важная встреча состоялась, понадобится посредник. В переговорах с обеих должны участвовать лучшие советники. Я не имею в виду правительственных бюрократов, которые решают государственные проблемы, сидя в своих роскошных кабинетах. Я никого не хотела обидеть…

– Никто и не обиделся, – улыбнулся Хассан. – Продолжайте. Кого вы предлагаете в качестве советников?

– Людей, которые хорошо разбираются в ситуации и знают, чего хочет народ и что его тревожит. Людей, которые смогут убедить оба народа в том, что нужно переступить через гордость, превратить разрушительную энергию в созидательную и направить ее на построение партнерских взаимоотношений между Газбией и Харитом.

Замолчав, Надия обнаружила, что ее щеки горят, а сердце бешено колотится. За столом было так тихо, что все, наверное, слышали его стук.

Неожиданно Хассан захлопал в ладоши и весело рассмеялся.

– Хорошо сказано, юная леди. – Он посмотрел на Зайеда, который выглядел так, словно лишился дара речи. – Вы нашли себе отличную жену, Зайед. Она красива, умна и обладает боевым духом. Вам повезло.

– Несказанно. – Темные глаза Зайеда неистово сверкали, и Надия, потупившись, стала изучать свой золотой браслет. – Она полна сюрпризов.

– Прошу меня простить, Салема. Я обещала выпить с вами чаю в гостиной, – поспешно обратилась Надия к гостье. – Там уже, наверное, все готово.

– С удовольствием составлю вам компанию, – ответила Салема, поднявшись вслед за ней, и обе женщины направились к двери.

– Я уже говорила вам, что мне нравится ваше платье? – спросила Надия, чувствуя на себе взгляд Зайеда. – Оно такого красивого голубого оттенка.

– Что, черт побери, это было? – яростно бросил Зайед, ворвавшись в спальню Надии, находящуюся в самой дальней части его покоев. Его жена сидела в атласной пижаме за туалетным столиком. Ее рука с щеткой для волос замерла в воздухе. – Я ведь только сегодня предупреждал тебя, что ты ни при каких обстоятельствах не должна говорить о Харите. Ты хоть понимаешь, что после твоей пылкой речи Рухани наверняка что-то заподозрил и будет пытаться выяснить, кто ты и откуда? Сначала ты поперхнулась при упоминании о Харите, затем начала высказывать свои дилетантские идеи. Может, тебе просто повесить на шею табличку с надписью: «Посмотрите на меня. Я из Харита».

Надия повернулась на стуле и выставила перед собой щетку как оружие.

– Во-первых, поперхнулась я не нарочно. Во-вторых, почему я не могу выдвинуть несколько идей? Кто-то должен начать что-то делать.

– Решением проблемы занимаюсь я, – прорычал он. – Твое участие в обсуждении лишь накалило обстановку и все усложнило. Неужели ты этого не видишь?

– Значит, ты решаешь проблему? И как далеко ты продвинулся в этом деле?

– Я не собираюсь перед тобой отчитываться, женщина!

Да как она смеет его критиковать, когда она сама усугубила кризис, претворив в жизнь свой коварный план? Как она смеет так соблазнительно выглядеть в коротких пижамных шортиках?

– Твоя часть сделки, о которой ты, похоже, забыла, состоит в том, что ты должна играть роль любящей жены и, самое главное, помалкивать.

– Разве я могу молчать, когда вот-вот забряцают сабли? – Словно желая подчеркнуть важность своих слов, она взмахнула щеткой. – Нужно немедленно что-то сделать, пока с обеих сторон не начала проливаться кровь.

– Думаешь, я этого не знаю? Думаешь, я не делаю все возможное для того, чтобы предотвратить войну?

– Да, я так думаю.

– Что?

Бросив щетку на столик, Надия поднялась и расправила плечи:

– Я сказала, что не думаю, что ты делаешь все возможное для предотвращения войны. – Ее тон был надменным, но еле заметная дрожь в ее голосе выдавала ее переживания. – Ты так занят организацией встреч с важными советниками, что не видишь то, что находится прямо перед тобой! – Она негодующе топнула босой ногой. – Я лучший советник, которого ты только можешь найти. Я знаю о Харите больше, чем все эти так называемые эксперты, на разговоры с которыми ты тратишь впустую столько драгоценного времени. Если бы ты перестал вести себя как узколобый шовинист и винить во всем меня и начал прислушиваться ко мне, мы смогли бы вместе найти решение.

– С меня хватит! Разговор окончен. – Развернувшись, Зайед направился к двери, чтобы не поддаться искушению, не бросить Надию на кровать и не заняться с ней любовью. Что с ним творится, черт побери?

– Не смей вот так от меня уходить!

Он обернулся и сказал через плечо:

– Ты ведешь себя как избалованная принцесса. Топаешь ножкой и указываешь мне, что я должен делать. Ты не в Харите, Надия. Я не один из твоих подданных, которыми ты можешь помыкать. Когда ты приняла решение пробраться сюда и стать моей женой, ты лишилась этой привилегии. Наверное, мне следует напомнить тебе, что теперь, когда ты стала моей женой, пусть даже только на бумаге, ты будешь делать то, что я тебе скажу, а не наоборот. С того момента как ты сказала мне «да» перед имамом, ты стала моей…

– Чем? – Внезапно Надия возникла прямо перед ним. Ее щеки разрумянилась, глаза неистово сверкали. – Давай, скажи это! Скажи, что я стала твой собственностью. Ты ведь именно это собирался сказать, не так ли? Дать мне понять, что я одна из твоих вещей. Что в твоей семье, как и в моей, женщина никогда не имела права голоса? Как я могла заблуждаться? Как я могла думать, что ты не такой, как мои отец и брат?

– На самом деле я хотел сказать, что с того момента, как мы поженились, я несу за тебя ответственность. Но раз уж пришло время откровений, я скажу тебе горькую правду. Ты стала для меня обузой, Надия.

Ее пухлая нижняя губа задрожала, и она поспешно ее закусила. Она выглядела такой ранимой и такой сексуальной, что находиться рядом с ней было подобно пытке. Он понял, что должен уйти, пока не сделал что-то, о чем потом долго жалел бы.

Пройдя мимо Надии, Зайед быстро добрался до двери и, оказавшись за ней, облегченно вздохнул. Никогда еще он не испытывал такого сильного искушения.

Глава 8

– Сегодня утром я получил электронное письмо от Хассана Рухани, – сообщил Зайед, когда две девушки, принесшие еду, удалились.

Молодожены сидели за маленьким круглым столиком в неформальной гостиной. Они часто ужинали здесь, притворяясь счастливой парой. Принимая во внимание их вчерашнюю стычку, сегодня им будет трудно делать вид, будто они любят друг друга.

Зайед, как обычно, весь день был занят, и она его не видела. Надия много раз прокручивала в уме их вчерашний разговор и начала думать, что, возможно, он прав, и она на самом деле все усложнила.

– И что он сказал? – спросила Надия, у которой внезапно пропал аппетит.

– Он рассыпался в похвалах в твой адрес и поздравлял меня с тем, что я нашел себе такую умную и очаровательную жену.

Она бы радовалась своей маленькой победе, если бы не услышала осуждение в тоне своего мужа.

– Он еще что-нибудь сказал? – спросила Надия.

– Если ты имеешь в виду, знает ли он, кто ты, можешь быть спокойна. Он ничего не знает. Пока. Я сомневаюсь, что Рухани оставил тебя в покое. Он очень умен и наверняка продолжит свое расследование. Но ты, в любом случае, вела себя безответственно.

Надия вздохнула. Он когда-нибудь перестанет отчитывать ее за вчерашнее?

– Мне он понравился.

– Как мило. Может, вам создать фан-клубы друг друга?

В его голосе прозвучало что-то похожее на ревность, но она тут же прогнала эту нелепую мысль.

– Хассан больше ничего не говорил об Азиде? Ты правда думаешь, что он в Харите?

– Кто знает?

– Значит, он отказывается выходить с тобой на связь?

– Совершенно верно. – Зайед нахмурился. – Ты собираешься есть или весь вечер будешь задавать мне дурацкие вопросы?

– Наверное, тебе сейчас нелегко, – сказала Надия, проигнорировав его слова. – Твой брат не хочет тебя видеть, тогда как ты ни в чем не виноват. У вас были близкие отношения, когда вы росли?

– Нет. – Поняв, что она не собирается сдаваться, Зайед наконец посмотрел на нее и произнес: – Мы воспитывались по-разному. Азид учился здесь, в Газбии. Его с детства готовили к роли шейха. Я учился в частной школе в Англии. Будучи младшим сыном, я обладал большей свободой. Я сам мог выбрать себе профессию и быть хозяином собственной судьбы. Так было до недавних пор.

Резко остановившись, он пожалел о том, что произнес последнюю фразу. Надия наверняка за нее ухватится.

– Но сейчас ты шейх Газбии, – сказала она. – Определенно нет большей чести, нежели быть правителем своего королевства.

– Но за эту честь приходится дорого платить.

– Ты имеешь в виду свои отношения с братом?

– В том числе.

Зайед только сейчас начал осознавать, какую боль причинил ему разрыв с братом, которого он никогда по-настоящему не знал. Также он понимал, что не исполнил до конца последнюю волю своей матери, и это не давало ему покоя. Но как ему наладить отношения с братом, если Азид не желает иметь с ним ничего общего?

– Но главным образом я имел в виду то, что мне пришлось отказаться от жизни, которую я сам для себя построил. Отказаться от всего, над чем я столько работал.

– Разве это не маленькая жертва?

– На самом деле, не маленькая, – ответил Зайед с едва скрываемым раздражением. – Я построил успешную деловую империю, которая заключает многомиллиардные сделки по всему земному шару. Такие вещи с неба не падают. Я вложил в свой бизнес не только большие средства, но и много душевной и умственной энергии. Управление международной компанией – это огромный труд. Я горжусь своими достижениями.

– Я нисколько не преуменьшаю твои достижения, – ответила она, подняв брови, – но быть шейхом Газбии большая честь, нежели управлять крупным бизнесом.

– Несомненно, это огромная честь, но восшествие на престол сопряжено с потерей свободы. Неужели ты этого не понимаешь?

– Свобода? – повторила Надия, наморщив нос. – Тебе повезло, что она была у тебя хотя бы какое-то время.

Он хотел съязвить в ответ, но вдруг ему в голову пришла мысль, которая лишила его на мгновение дара речи. Что, если Надия не понимает причину его разочарования, потому что сама никогда не знала вкуса свободы?

– Наверное, дома ты была стеснена ограничениями.

– Ха! Ты даже представить себе не можешь, какими.

Зайед откинулся на спинку стула:

– Расскажи мне о своей жизни в Харите.

– Моя жизнь никогда не принадлежала мне. Я была довеском, вещью, куклой, которую красиво наряжали, чтобы показывать высокопоставленным гостям. Мне запрещалось иметь собственное мнение. Будучи единственной дочерью шейха Харита, я должна была делать то, что мне говорили, беспрекословно слушаться отца.

Зайед подозревал, что для Надии это было большой проблемой.

– А как насчет твоего брата? Он был на твоей стороне?

– Нет. Имран во всем подражает отцу. Он слишком слаб, чтобы иметь собственное мнение, или слишком глуп, чтобы понять, что оно ему необходимо. Я даже представить себе боюсь, что ждет страну, когда он станет шейхом.

– И его тебе тоже приходилось слушаться?

– Да, конечно. И он получает удовольствие, наказывая других. Но чем сильнее они пытались меня обуздать, тем сильнее становилось мое желание вырваться. Я знала, что, если не вырвусь на свободу, меня будет ждать участь моей матери, которая по вине мужчин утратила волю и вкус к жизни.

Глядя на сидящую перед ним женщину со сверкающими глазами и румянцем на щеках, Зайед вдруг понял, что до этого момента совсем не думал о чувствах Надии, не интересовался ее прошлым. Должно быть, она думает, что он такой же, как ее отец и брат. Почему-то эта мысль причинила ему боль.

– Значит, ты решила сбежать, когда отец договорился о твоей помолвке? – спросил он.

– Да. Иначе я навсегда оказалась бы в ловушке.

– И ты сбежала от всех этих притеснений в центр вражеской страны? Если ты искала свободы, это решение вряд ли можно назвать благоразумным.

Надия посмотрела на него с вызовом:

– Я не искала свободы. Я искала возможность быть полезной. Искала способ предотвратить кровавую войну. Именно поэтому я и отправилась в Газбию.

У Зайеда были сомнения относительно причин ее приезда в Газбию, но сейчас они улетучились. Она говорила искренне. Ее действительно волновала судьба ее народа.

Надия рискнула всем, чтобы и попасть в Газбию. Она поставила на карту свою жизнь, чтобы оказаться здесь, в то время как он все еще тосковал по своей свободной жизни в Европе. У них есть нечто общее. Они преследуют одну цель. Наверное, ему следует относиться к титулу шейха как к большой чести. Наверное, ему следует дать Надии шанс. Ее пылкость, смелость и сила духа делают ее чертовски привлекательной.

– В таком случае, я могу только восхищаться твоей смелостью и самоотверженностью.

– Я делаю это не ради чьего-то восхищения. В отличие от тебя я отношусь к возможности помочь своей стране как к большой чести.

На щеке Зайеда дернулся мускул. Стоило ему только немного смягчиться, как она принялась критиковать его с новой силой.

– В отличие от тебя я не вижу необходимости в том, чтобы приносить себя в жертву. Мы все знаем, как велика твоя жертва. Тебе не нужно кричать об этом на всех углах. Но, думаю, мне следует заметить, что ты не единственная, кто здесь чем-то жертвует. Пока ты не начала язвить по этому поводу, я скажу, что имею в виду вовсе не свою прежнюю жизнь. Я говорю о нашем браке. Похоже, это самая большая жертва, на которую я когда-либо шел.

Она неистово тряхнула головой, и ее черные кудри рассыпались по плечам.

– То же самое я могу сказать о себе. Брак с тобой для меня тоже огромная жертва.

– Хорошо. Я рад, что мы с тобой наконец пришли к взаимопониманию.

Сев на банкетку, Надия огляделась по сторонам. Она находилась в одном из своих любимых уголков. Это был уютный внутренний дворик с фонтаном, отгороженный от дворцовых помещений сводчатыми стенами. Пол был украшен пестрым мозаичным орнаментом.

С приближением ночи температура стремительно опускалась, и Надия плотнее закуталась в тонкую шаль из козьей шерсти, несмотря на то, что внутри у нее все кипело. Похоже, они с Зайедом не могут спокойно общаться друг с другом. Их сегодняшний разговор за ужином был тому доказательством. Его слова о том, что брак с ней самая большая жертва в его жизни, причинили ей боль, но ей, к счастью, удалось сохранить самообладание и нанести ответный удар.

Она не понимала, почему его слова так ее ранят, и ненавидела себя за свою слабость. Они оба вступили в этот брак из практических соображений, и ее не должно волновать, как он к ней относится. Но по какой-то причине ее это сильно волновало.

– Надеюсь, я тебе не помешаю?

Надия была так погружена в свои мысли, что не заметила подошедшего к ней Зайеда. Не дожидаясь ее ответа, он сел рядом с ней и открыл ноутбук, который принес с собой. – Я подумал, что ты можешь мне помочь.

Он обращается к ней за помощью? Это что-то новенькое. Неужели он наконец понял, что она может быть полезной? Неужели он готов выслушать ее идеи?

– Ты же знаешь, что я сделаю все от меня зависящее, чтобы предотвратить войну.

– Мне звонила Клио, – сказал он, стуча пальцами по клавиатуре – Она передавала тебе привет.

Должно быть, после разговора с лучшей подругой его настроение улучшилось. Надия еще на свадьбе почувствовала, что между Зайедом и Клио существует особая связь. Ведь они дружат с университетских времен.

– Как у них со Стефаном дела?

– Хорошо. – Зайед развернул ноутбук к ней экраном, и она увидела главную страницу какого-то сайта. – Не знаю, говорил ли я тебе о том, что мы с моими университетскими друзьями основали благотворительный фонд, который называется «Рыцари Колумбии».

– Нет, не говорил.

– Деятельность фонда вполне успешна, но проблема состоит в том, что для того, чтобы он продолжал эффективно функционировать, кто-то должен уделять этому достаточно времени. В последнее время нам всем было некогда заниматься фондом, и Клио напомнила мне, что для его успешной работы необходимы новые пожертвования.

– Чем занимается ваш фонд? – поинтересовалась Надия, приказав себе игнорировать его волнующую близость.

Зайед нажал на кнопку, чтобы открыть один из разделов сайта.

– Главным образом мы помогаем способным юношам и девушкам из малоимущих семей получить образование. Помогаем им строить будущее, которого они заслуживают. Должен сказать, у нас это неплохо получается.

Улыбающиеся лица юношей и девушек на экране говорили, что он не лжет.

– Нам нужно, чтобы кто-то постоянно поддерживал связь с нашими дарителями, напоминал им о том, как важна их помощь, и искал новых. На нас работает небольшая группа людей. Клио занимает должность финансового директора. Она прекрасно справляется со своими обязанностями, но ей нужна помощь. Филантропы отдают предпочтение тем благотворительным организациям, учредители которых обращаются к ним лично. Я подумал, почему бы тебе этим не заняться.

– Но я всего лишь жена одного из учредителей, – заметила Надия. – Думаешь, их устроит общение со мной?

– Возможно, нет. Поэтому будет лучше, если ты будешь отправлять им электронные письма от моего имени. Разумеется, после того как я их прочитаю и одобрю.

– Разумеется, – повторила Надия, с трудом сдерживая сарказм. Она не знала, следовало ей чувствовать себя польщенной или оскорбленной. Ее надежда на то, что он наконец увидел в ней потенциального советника, улетучилась. Впрочем, он все-таки позволил ей принять небольшое участие в его жизни. Это лучше, чем ничего. Если она преуспеет в благотворительной деятельности, возможно, ей удастся завоевать его доверие.

– Ну? Что скажешь? – спросил Зайед, захлопнув ноутбук и положив его перед ней. – Ты будешь работать в нашем фонде?

– Да, с удовольствием, – ответила Надия, придвинув ноутбук к себе.

– Спасибо. Ты нам очень поможешь. Пойдем внутрь. – Встав с банкетки, Зайед протянул Надии руку и помог ей подняться. – Я был прав, – сказал он, растирая ее ладонь своими. – Ты замерзла.

– Я в порядке, – возразила Надия, отдернув руку, но все же последовала за ним внутрь, взяв с собой ноутбук.

В коридоре Зайед повернулся и сказал ей:

– Я пойду поработаю.

– Я тоже.

– Спасибо, что согласилась помочь.

– Пожалуйста.

В разговоре повисла неловкая пауза, в течение которой они смотрели друг на друга.

– Если тебе понадобится помощь, дай мне знать, – произнес Зайед хриплым сексуальным голосом, от которого по ее телу пробежала дрожь желания.

– Ладно.

– Или обратись к Клио. Она лучше всех разбирается в делах фонда.

Часы в углу экрана ноутбука показывали полпервого ночи. Сидя на кровати, Надия потянулась и повращала затекшими плечами. У нее никогда не было собственного компьютера, но, благодаря понятному самоучителю, ей удалось за несколько часов освоить азы компьютерной грамотности. Она даже составила в текстовом редакторе письмо дарителям и завтра сделает рассылку, если Зайед одобрит текст.

Деятельность «Рыцарей Колумбии» произвела на нее неизгладимое впечатление. Зайед и его друзья проделали неоценимую работу. Они дали многим молодым людям из разных уголков земного шара прекрасную возможность улучшить свою жизнь и жизнь своих семей. Прочитав с десяток удивительных историй, она преисполнилась решимости привлечь к проекту как можно больше состоятельных людей.

Она хотела закрыть ноутбук, но помедлила. Раз ей придется обратиться к дарителям от имени Зай еда, ей понадобится доступ к его электронному почтовому ящику. Она не собирается говорить Зайеду, что никогда прежде не пользовалась электронной почтой.

Это оказалось проще, чем она думала. Ей даже пароль не понадобился. Она кликнула по изображению конверта, и на экране тут же появился перечень входящих сообщений.

Читать письма, адресованные не ей, было не в ее правилах, поэтому она стала искать команду, которая откроет окно для создания нового сообщения, и случайно нажала на строчку «отправленные». Она собралась продолжить поиски нужного раздела, но вдруг ее внимание привлекло одно имя в столбце «адресат».

Азид аль-Афзал.

Надия помедлила. Она знала, что читать чужие письма не следует, но любопытство взяло верх. Кликнув по имени, она обнаружила множество сообщений, отправленных Зайедом брату, и пробежала их глазами. Все они были короткими и сухими. Последнее гласило: «Свяжись со мной, когда будешь готов». Ни на одно из них Азид не ответил.

Уставившись на сообщения, Надия подумала, что если ей удастся убедить Зайеда связаться с Азидом, который, судя по всему, сейчас находится в Харите, тот может устроить брату встречу с ее отцом. Она должна попытаться. Других идей у нее все равно нет.

Закусив губу, она поставила значок курсора в поле сообщения и начала медленно набирать текст на клавиатуре.

«Дорогой Азид!

Я обращаюсь к тебе как к своему единственному брату. Я знаю, что наши отношения никогда не были близкими, и искренне об этом сожалею. К счастью, мы оба молоды и можем это исправить.

Наверное, ты думаешь, что мне наплевать на твое исчезновение, но на самом деле это не так. Я беспокоюсь о тебе. Мне жаль, что все так вышло, но мы оба не в силах ничего изменить. Нам приходится отвечать за ошибки нашего отца. Поверь мне, если бы я мог отказаться от престола в твою пользу, я бы непременно это сделал. Еще я очень сожалею о том, что тебя не было на моей свадьбе. Мне бы очень хотелось познакомить тебя со своей невестой, теперь уже женой.

Я слышал, что ты сейчас в Харите. Ты, конечно, знаешь, что Газбия находится в одном шаге от войны с нашим давним врагом. Я намерен предотвратить кровопролитие и положить конец многолетней вражде, и у меня есть на этот счет кое-какие соображения. Я был бы тебе очень признателен, если бы ты попросил шейха Харита встретиться со мной.

Если я чем-то тебя обидел, прости. Жду твоего возвращения и надеюсь на скорую встречу.

Твой брат Зайед».

Глава 9

Увидев сокола, парящего в бледно-голубом утреннем небе, Надия поняла, где находится ее муж. Ее немного пугали хищные птицы с острыми клювами и зоркими глазами, но она пошла на соколиный двор.

При виде Зайеда ее сердце бешено заколотилось. В джинсах и толстом сером свитере он выглядел мужественным и сексуальным. На правой руке у него была потертая кожаная перчатка, на которой сидел сокол.

Услышав ее шаги, Зайед повернулся и нахмурился. Похоже, он был ей не рад.

Надия глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. У нее было важное сообщение для Зайеда, но она не знала, как он его воспримет.

Проснувшись рано утром, она вспомнила о том, что сделала прошлой ночью и, решив, что Зайед не должен об этом узнать, включила ноутбук, чтобы удалить свое письмо. Она даже не предполагала, что Азид на него ответит.

К своему глубокому удивлению, она обнаружила, что ошиблась. Ответное письмо пришло, и его содержание обнадеживало. Теперь ей осталось лишь сообщить хорошую новость Зайеду.

– Привет, – сказала она.

– Что ты здесь делаешь?

– Я искала тебя. У меня есть для тебя важное сообщение.

– Сообщение?

– Да. – Она заставила себя посмотреть ему в глаза. – Пришло электронное письмо от Азида.

– От Азида? – Во взгляде Зайеда одновременно промелькнули удивление и надежда.

– Мне были нужны адреса дарителей, и я заглянула в твою электронную почту. На письмо Азида я наткнулась случайно и решила, что ты должен как можно скорее об этом узнать.

– Правильно решила. Когда пришло письмо?

– Рано утром.

Зайед прищурился:

– Значит, это произошло сразу после того, как в твоем распоряжении оказался мой компьютер?

– Да, – просто ответила она, хотя прекрасно понимала, что ей не удастся его провести.

– Какая неожиданность.

– Я тоже так…

– Потом договорим, – сказал Зайед, снова отвернувшись. – Увидимся в моем кабинете через десять минут.

Надии не осталось ничего другого, как повернуться и пойти назад.

– Что это значит? – прорычал Зайед, уставившись на письмо Азида на экране ноутбука.

Надия стояла у него за спиной, и это его нервировало. На ней были джинсы и свободный розовый топ. Как ей удается выглядеть соблазнительно в таком простом наряде?

Когда он увидел ее на соколином дворе, его пульс участился. Эта реакция раздосадовала его. У него и без того забот хватает.

Он ни на шаг не приблизился к решению проблемы с Харитом. Его дипломатические навыки, которыми он всегда гордился, оказались бесполезными. Похоже, правительство Харита понимает только язык войны.

Но когда он оказывался рядом с Надией, все остальное отходило на второй план. Его безумно к ней влекло, и ему всякий раз приходилось напоминать себе о том, что он не может переспать с женщиной, которая его обманула и подвергла опасности его страну.

В тот день, когда Надия сказала ему, кто она на самом деле, охвативший его гнев заглушил остальные чувства. Он решил, что эта женщина его проклятие и с ней нужно держать ухо востро. Он постоянно напоминал себе о ее коварном обмане, но яд желания, похоже, успел проникнуть в каждую клеточку его тела. С каждым днем его влечение к ней становилось все сильнее. Стоило ей только войти в комнату, как его сердце начинало бешено стучать, а в паху возникала тянущая боль.

Еще немного, и его терпение лопнет. Если она будет лезть в его дела и писать сообщения его брату от его имени, он не выдержит.

– Если ты мне позволишь все тебе объяснить…

– Объясни, – холодно произнес он, откинувшись на спинку кресла.

– Я искала адреса дарителей и случайно наткнулась на твои письма Азиду. Они все остались без ответа, и я подумала…

– Значит, ты читала мою личную почту?

– Не всю. Только письма, адресованные Азиду.

– Ну тогда все в порядке, – съязвил он, но Надия это проигнорировала.

– Прочитав твои сообщения, я нисколько не удивилась тому, что тебе не удалось убедить брата ответить тебе.

– Что за черт! – Зайед резко выпрямился. – Мало того, что ты читала мои письма, ты еще смеешь говорить, что с ними что-то не так!

– Кто-то должен был это сделать. От всех твоих писем нет никакого толка, потому что они слишком сухие. Обезличенные. В них нет эмоций. У Азида, наверное, создалось ощущение, что для тебя его исчезновение лишь мелкая неприятность. Что тебя не волнуют его чувства.

– Это неправда! Как ты смеешь мне советовать, как я должен разговаривать со своим братом, когда ты совсем его не знаешь!

– И ты, судя по всему, тоже.

Ее слова пронзили его защитную броню из гнева. Боль была такой сильной, что в течение нескольких секунд он мог только смотреть на Надию. Может, она права? Может, он действительно совсем не знает своего брата?

– Я знала, что у меня получится лучше, чем у тебя, – добавила она, дерзко вскинув голову.

– Правда? – Он прокрутил на экране ее письмо. – И ты решила отправить моему брату это слезливое послание от моего имени, не посоветовавшись со мной?

– Да. Потому что если бы я сказала тебе о своих намерениях, ты не позволил бы мне их осуществить.

– Конечно, не позволил бы! Ты не имела права этого делать.

– Но дело в том, что это сработало, Зайед. Ты можешь называть мое письмо слезливым, но с его помощью мне удалось достучаться до Азида. Потому что оно было написано от всего сердца.

– От твоего сердца, не от моего, Надия.

– Возможно, потому, что ты не знаешь, где находится твое.

Зайед прекрасно знал, где находится его сердце. Прямо сейчас оно билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.

Она наклонилась и указала ему на экран. При этом прядь ее волос, пахнущих цитрусом, упала ему на плечо, и она тут же убрала ее за ухо.

– Возможно, ты не одобряешь мои методы, но благодаря моему письму ты наладил контакт со своим братом, и он согласился устроить тебе встречу с моей семьей.

В ее голосе слышались энтузиазм и надежда. Каждое ее слово и каждый поступок свидетельствовали о том, что она пойдет на все, чтобы предотвратить войну между Газбией и Харитом. Ради этого она даже стала его женой.

Он прижал ладонь ко лбу и задумался. Их цели совпадают. Он тоже хочет спасти свою страну от ужасов войны. Тогда почему его так злит ее поведение?

– Полагаю, ты думаешь, что поступила очень умно? – пробурчал он.

Надия вышла из-за его спины и встала сбоку.

– Нет. Я так же, как и ты, просто пыталась найти способ продвинуться дальше.

– Хорошо. – Поднявшись, он захлопнул ноутбук с большей силой, чем это было необходимо. – Я признаю, что в этом случае твое вмешательство оказалось полезным, но не нужно ждать от меня благодарности.

– Я ее и не жду, – мило улыбнулась Надия. – Я уже знаю, что твоя гордость не позволит тебе меня благодарить.

Зайед бросил на нее яростный взгляд. Эта женщина просто невыносима! С каким удовольствием он бы сейчас положил ее себе на колени, стянул с нее джинсы и отшлепал ее.

– Ты ответишь на письмо брата прямо сейчас, не так ли? – Это прозвучало скорее как указание, нежели вопрос. – Дашь ему понять, что хочешь, чтобы эта встреча состоялась как можно скорее?

– Почему бы тебе не сделать это вместо меня, Надия? – произнес он, испытывая чувство горечи. – Уверен, что у тебя получится намного лучше.

Немного поколебавшись, она ответила:

– Ну, если ты действительно этого хочешь, я с радостью…

– Нет, – отрезал он, с трудом сдерживая гнев. – Я этого не хочу. Я сам свяжусь со своим братом, когда захочу, и напишу ему то, что захочу.

– Да, конечно. – Повернувшись, она засунула руку в задний карман джинсов и направилась к двери. – Но на твоем месте я сделала бы это прямо сейчас. – Она бросила на него взгляд через плечо. – Если ты хочешь, чтобы я прочитала письмо перед тем, как ты его отправишь.

Зайед смерил ее испепеляющим взглядом, и только когда она покинула его кабинет, тяжело вздохнул и снова опустился в кресло. Открыв ноутбук, он принялся снова читать письмо Азида, на этот раз медленно и вдумчиво.

«Мой дорогой брат!

Я рад, что ты нашел время и написал мне в этот непростой для страны период. Я искренне тебе сочувствую и знаю, что ты тоже за меня переживаешь. Твои примирительные слова глубоко тронули меня, и я хочу попросить у тебя прощения за то, что так долго не отвечал на твои письма.

Причиной моего молчания был гнев. Я был зол на весь свет, хотя всему виной были изменившиеся обстоятельства. Благодаря твоему великодушию я понял, что пора двигаться дальше, и готов сделать все для того, чтобы выполнить твою просьбу и устроить тебе встречу с шейхом Харита. Если тот факт, что я сын харитянки, послужит всеобщему благу, я буду очень рад.

Твой любящий брат Азид».

Отведя взгляд от экрана, Зайед провел ладонью по лицу. Его переполняли стыд и чувство вины.

Он винил себя в том, что не ценил своего старшего брата и не пытался узнать его по-настоящему. Ему было стыдно оттого, что он всегда был слишком занят собой и своей карьерой. Разве он когда-нибудь что-нибудь сделал для своего брата?

Зайед был тронут тем, что Азид так искренне написал о своих чувствах. Теплые слова Надии согрели его душу. Он нуждался в утешении, и они были для него как крошки хлеба для голодного.

Надия была права. Его письма к брату были слишком короткими и сухими. Неудивительно, что они остались без ответа.

А проблема с Харитом? Может, и к ее решению он подходит неправильно? Может, Надия и в этом права?

Поднявшись, Зайед пошел к окну и уставился на людей, снующих по улицам города.

Это его город. Его страна. Его народ.

Ему представилась отличная возможность наладить отношения с братом и, может быть, даже предотвратить войну. Он не собирается ее упускать.

Внезапно у него в голове созрел план. Он встретится с Азидом и скажет ему, что его жена Надия дочь шейха Харита. Об этом он не рассказывал даже своим лучшим друзьям.

Азид заслуживает знать правду. В его жизни было слишком много лжи, и пришло время положить конец тайнам и недомолвкам.

Но одну вещь он все-таки скроет от брата. Гордость не позволит ему признаться Азиду в том, что Надия заставила его жениться на ней обманным путем.

Когда между Газбией и Харитом будет установлен мир, они с Надией разведутся, и о его провале никто никогда не узнает. Эта мысль должна была поднять ему настроение, но вместо этого его охватило чувство пустоты.

Потому что Надии, этой лживой коварной женщине, которая командовала им и испытывала его терпение, каким-то образом удалось проникнуть ему в душу.

Чувства, которые он испытывал к Надии, были сложнее и опаснее, нежели сексуальное влечение. Их сила пугала его, и он не хотел их анализировать.

Надия постоянно бросала ему вызов, заставляла сомневаться в себе, но как он сможет ее отпустить?

Глава 10

Надия почувствовала облегчение, когда после однообразного пустынного пейзажа, который сопровождал их на протяжении многих часов, на фоне быстро темнеющего неба показались коричневые шатры. Путешествие было долгим и утомительным, но, похоже, они наконец достигли своей цели.

– Это здесь? – спросила она, боясь, что, если отведет взгляд от поселения, оно исчезнет, словно мираж.

– Да, – ответил Зайед, вглядываясь вдаль. – Мы быстро доехали.

Большую часть дня они ехали на трехосном внедорожнике по высохшим руслам рек шириной в милю, временами огибая холмы из песчаника или прокладывая себе путь через дюны. Отправляясь в это путешествие, Надия думала, что оно их сблизит, что в дороге между ними установится особая связь, но, к ее разочарованию, этого не произошло. Она несколько раз пыталась заговорить с Зайедом, но у нее ничего не вышло. Ей хотелось поделиться с ним своими мыслями и переживаниями, но его односложные ответы дали ей понять, что он сосредоточен на дороге и ее болтовня его отвлекает.

Поэтому ей не осталось ничего другого, кроме как погрузиться в свои мысли и смотреть в окно на суровый ландшафт. Караваны, которые время от времени попадались на их пути, поднимая облака пыли, свидетельствовали о том, что они были не одни в этой бескрайней пустыне.

Надия все еще не могла поверить в то, что ее письмо брату Зайеда принесло плоды. Азид сдержал слово и организовал Зайеду встречу во дворце Харита, но только с Имраном, братом Надии. Шейх уехал по делам и не знал о готовящейся встрече. Он ни за что не пустил бы Зайеда в свою страну и тем более не стал бы с ним встречаться.

Сейчас Надия и Зайед находились на территории Харита в нескольких часах езды от ее родного дворца. Они переночуют в лагере Азида, а завтра отправятся на встречу с Имраном.

С того момента как Зайед посвятил ее в свои планы, ее не покидало волнение. Она думала, что он заявит, что она должна остаться в Газбии. Но, к ее большому удивлению, он сказал, что она поедет с ним и будет присутствовать на встрече в качестве жены правителя Газбии. Что ее семья должна наконец узнать правду.

Сначала эта мысль привела ее в ужас, но невозмутимое спокойствие Зайеда вселило в нее уверенность. Было очевидно, что раз он принял решение, его ничто не сможет поколебать. Она поняла, что может ему доверять, и спрятала свой страх за искренним энтузиазмом. Наконец-то они будут делать что-то вместе.

Припарковавшись возле группы шатров, Зайед вышел из машины, расправил затекшие плечи и осмотрелся.

Из самого большого шатра вышел высокий красивый мужчина и остановился напротив Зайеда. Какое-то время братья неподвижно стояли и смотрели друг на друга, словно их все еще разделяла пропасть недоверия и неуверенности, Зайед первый сделал шаг и протянул брату руку. Надия с замирающим сердцем наблюдала за происходящим, молясь про себя о том, чтобы они помирились.

Ей не следовало беспокоиться. Азид не только пожал руку брата, но и заключил его в объятия и похлопал его по спине. Облегченно вздохнув, Надия смахнула с щеки слезу.

Закончив приветствовать друг друга, братья посмотрели в ее сторону. Затем Зайед подошел к машине, открыл дверцу и помог ей выбраться из салона.

– Азид, позволь мне представить тебе мою жену Надию. Надия, это мой брат Азид.

Моя жена.

Ее сердце учащенно забилось, и ей пришлось напомнить себе, что они муж и жена только на бумаге. Что когда их цель будет достигнута, они разойдутся.

– Рад с вами познакомиться. – Азид поклонился Надии и пожал ей руку. В белой дишдаше и куфии он смотрелся гармонично на фоне бескрайней пустыни. Они с Зайедом были очень похожи, но черты лица Азида были более резкими. – Добро пожаловать в мое скромное жилище. Должно быть, вы устали и проголодались после долгого пути. Если хотите, можете воспользоваться душем, пока готовится еда.

Лагерь был маленьким, скромным, но в нем было все необходимое для жизни в пустыне. Надия насчитала четыре шатра. Один был для санитарно-бытовых нужд, второй – для обслуживающего персонала, третий, скорее всего, служил Азиду спальней, а четвертый, к которому направились братья, – гостиной и столовой.

Прежде чем последовать за ними, Надия решила немного полюбоваться пейзажем. Она могла понять, почему Азид в такой непростой период его жизни перебрался сюда. Солнце садилось за дюны, и участки скудной растительности отбрасывали причудливые тени на бескрайние пески.

Зайед и Азид сидели на коврах перед главным шатром и тихо беседовали. Когда к ним подошла Надия, они перестали разговаривать и поднялись.

– Присоединяйтесь к нам. – Азид отошел в сторону, чтоб Надия смогла сесть посередине. – Давайте поедим. Нам нужно многое обсудить, но для начала вам следует подкрепиться.

Приняв приглашение, Надия опустилась на ковер. Зайед предупредил ее о том, что уже сказал брату, что она принцесса Харита. Азид воспринял это спокойно, и она, поняв, что ей не нужно притворяться, смогла расслабиться.

Еда была очень вкусной, тон беседы – непринужденным. Почувствовав, что братьям необходимо поговорить друг с другом, она прислонилась к мягким подушкам и перестала принимать участие в разговоре. Она была рада, что братья могут наконец нормально пообщаться и лучше узнать друг друга. Их встреча состоялась благодаря ей, и она не могла этим не гордиться.

Ее удивило и привело в восторг то, что Азид был откровенен со своим братом. Узнав о последнем желании их матери и о том, что она всегда любила его как родного сына, он растрогался и признался, что стал другим человеком. Что безжалостного империалиста, жаждавшего крови врагов, больше не существует. Что он не собирается мстить отцу и больше не обижается на брата, который «украл» у него престол.

– Ты правда мне веришь, Зайед? – спросил Азид, пронзив брата взглядом. – Я хочу, чтобы ты знал, что я не держу на тебя зла.

– Конечно, я тебе верю, – искренне ответил Зайед. – И я благодарен тебе за честность и понимание.

– Нет, это я должен тебя благодарить. Я много думал и пришел к выводу, что из меня не получилось бы хорошего правителя. Ты гораздо лучше подходишь для этой роли. Я был так одержим идеей превратить Газбию в супердержаву, что поставил под угрозу ее стабильность. Я не хотел замечать, что мои имперские притязания стоили бы жизни многим людям. Не знаю, поверишь ты мне или нет, но я рад, что освободился от этого тяжкого бремени и что будущее Газбии теперь в твоих надежных руках.

– В таком случае, почему бы тебе не вернуться домой? Твоя помощь была бы для меня бесценной.

– Нет, Зайед. – Азид медленно покачал головой. – Теперь у меня есть то, чего у меня никогда не было. Вступив на престол, ты передал мне свою свободу. Я только сейчас осознал, какая это большая ценность, и намерен ею воспользоваться.

– Тогда используй ее по максимуму. – Зайед положил руку на плечо брата. – Раньше моим девизом было «не забывай жить».

– Не забывай жить, – повторил Азид. – Я последую этому совету. – Он повернулся лицом к Надии. – Надеюсь, вы не обижаетесь на меня за то, что я не приехал на вашу свадьбу. Мне тогда было не до веселья.

Надию переполняли эмоции. Чтобы не смотреть ему в глаза, она начала мыть пальцы в чаше с водой.

– Конечно не обижаюсь. Вам не нужно извиняться. Вам было нелегко.

– Нам всем пришлось нелегко. – Он снова посмотрел на Зайеда. – Но я рад, что мы пришли к взаимопониманию и с надеждой смотрим в будущее. Думаю, нам следует за это выпить.

Азид хлопнул в ладоши, и из шатра для персонала вышли два человека. Они унесли остатки еды и грязную посуду, после чего один из них вернулся с подносом с напитками.

– Надия, не желаете выпить стакан арака? – спросил Азид.

– Я… э-э… – Она не употребляла алкоголь, если не считать того, что иногда делала пару глотков вина за ужином за компанию с Зайедом, но сейчас ей захотелось почувствовать себя частью команды, которой предстоит решить сложную задачу. – Да, спасибо.

Когда она взяла у Азида стакан с араком, Зайед прищурился, но ничего не сказал.

– За мир и счастливое будущее, – произнес он, и все чокнулись друг с другом.

Надия сделала глоток. Напиток оказался довольно приятным на вкус, но более крепким, чем она предполагала. На секунду у нее даже перехватило дыхание.

– За Надию и Зайеда. За долгий и счастливый брак, – сказал Азид, и все снова чокнулись.

Встретившись взглядом с Зайедом, Надия увидела в его темных глазах печаль. У нее как-то странно защемило в груди, и она выпила еще немного арака. На этот раз на ее глазах выступили слезы, и она часто заморгала. Зайед слегка наклонил голову набок и поднял брови.

– Как далеко отсюда до дворца Амани? – спросил он брата.

– Если вы выедете на рассвете, к полудню вы уже будете там. У тебя не машина, а зверь, – улыбнулся Азид, кивком указав на внедорожник, стоящий рядом с двумя арабскими скакунами и несколькими верблюдами.

– Да. Она прямо-таки перелетает через дюны.

Похоже, между братьями наконец начали устанавливаться прочные отношения. Надия с интересом наблюдала за ними, потягивая напиток. Она привыкла к вкусу арака, он уже не так обжигал горло.

– Ты уверен, что не хочешь, чтобы я поехал с вами? Если что, я готов. Того факта, что я наполовину харитянин, оказалось достаточно, чтобы устроить вам встречу с Имраном Амани, но, к сожалению, я не смогу гарантировать вам безопасность.

– Я это понимаю и очень ценю то, что ты для меня сделал, но дальнейшее уже моя забота, – произнес Зайед тоном, не терпящим возражений.

– Вас будет кому защитить в том случае, если что-то пойдет не так? – спросил Азид, нахмурив брови.

– Да, я это предусмотрел и заранее отправил в Харит секретную группу. Надеюсь, что помощь моих людей нам не понадобится. Если что, я смогу защитить Надию. Мы приехали сюда не для демонстрации силы, а для того, чтобы постараться найти мирный выход.

Азид понимающе кивнул, но не перестал хмуриться.

– Не забывай, что шейх ничего не знает об этой встрече. Он ни за что не пустил бы тебя на свою землю.

– В таком случае, мне придется вразумить Имрана Амани и надеяться, что он сможет донести мои идеи до своего отца.

– Ты уверен, что хочешь сказать Амани, что ты женат на его сестре? По-моему, это очень рискованно. Может, лучше добиться каких-то успехов в ведении мирных переговоров и лишь затем открыть правду?

Зайед встретился взглядом с братом:

– Пора положить конец лжи, Азид. До сих пор она не приводила ни к чему хорошему. Скрыв, что Надия моя жена, я лишь обострю обстановку. Пришло время говорить правду, какой бы горькой она ни была.

– В таком случае я желаю тебе удачи, брат. Признаться, я восхищен вашей с Надией смелостью.

Мужчины посмотрели на Надию, которая неожиданно притихла. Она сидела, прислонившись к подушкам, но ее голова была наклонена набок, волосы падали ей на лицо, а губы были приоткрыты. Она спала.

– Вижу, тебе пора уложить жену в постель. – Улыбаясь, Азид поднялся, и Зайед последовал его примеру. – Завтра вас ждет трудный день.

Обменявшись рукопожатием, братья пожелали друг другу спокойной ночи, и Азид удалился.

Зайед смотрел на Надию, на которую падал тусклый свет фонаря. Она мирно спала. Это казалось странным, учитывая то, где они находились и через что им предстояло пройти завтра. Эта женщина была для него загадкой. Когда ей было нужно, она могла быть яростной как тигрица. Когда что-то складывалось не так, как она хотела, она вела себя как надменная принцесса. Но она была самым смелым человеком, которого он когда-либо знал. Кроме этого, она была великодушна и самоотверженна. Рискуя собственной безопасностью, она приехала сюда, чтобы спасти свой народ от войны.

Когда он сказал ей, что они вместе поедут в Харит и встретятся с ее братом, она отреагировала на это спокойно, но потемневшие глаза выдали ее волнение. Ему захотелось обнять ее, прижать к себе и сказать ей, что все будет хорошо, но, разумеется, он этого не сделал. Он просто ушел, оставив ее наедине с ее страхами. Возможно, это было жестоко с его стороны, но разве не сама она выбрала для себя такой путь?

Склонившись над ней, он просунул руку ей под колени и осторожно ее поднял. Она была легкой, теплой и на удивление мягкой. Уткнувшись лицом в его шею, она сонно пробормотала что-то нечленораздельное, и по его телу пробежала дрожь желания.

Войдя в шатер, Зайед обнаружил, что там всего один матрац. Наклонившись, он начал отгибать край одеяла, придерживая свободной рукой Надию. Когда он начал опускать ее на матрац, она неожиданно обвила руками его шею. Он потерял равновесие, и они оба рухнули на матрац.

В течение какого-то времени Зайед лежал рядом с ней, вдыхая аромат ее волос. С каждой секундой его желание усиливалось, и наконец он заставил себя высвободиться из ее объятий. Поднявшись, он укрыл ее одеялом поверх одежды и уже собрался уходить, но не удержался, убрал с ее лица растрепанные волосы и нежно коснулся губами ее пухлых розовых губ.

Ночную тишину прорезал приглушенный крик.

Зайед прислушался. Он уже два часа сидел на улице, дышал прохладным воздухом и думал о том, что будет завтра. Тишина успокаивала. Ее лишь изредка нарушало ржание лошадей и крики диких животных вдалеке.

Крик повторился. На этот раз звук был громче, и Зайед понял, что он донесся из шатра. Он тут же поднялся и быстро направился к шатру. Внутри было темно, но он увидел Надию, шевелящуюся под одеялом.

– Надия? – прошептал он. – Ты в порядке?

В ответ раздался тихий крик, и он, опустившись на корточки, откинул край одеяла с ее головы и подергал ее за плечо. Все ее тело дрожало, словно она была сильно напугана.

– Надия, проснись. – Он легонько похлопал ее пальцами по щеке, и она, распахнув глаза, уставилась на него в ужасе.

– Нет! – Резко подняв корпус, она начала махать в воздухе кулаками. – Не трогай меня! Уходи!

Сев на матрац, он поймал ее руки, прижал их к своей груди и мягко произнес:

– Успокойся, Надия. Тебе просто приснился плохой сон.

Ее взгляд наконец стал осмысленным, но тело по-прежнему сотрясала дрожь.

– Зайед?

– Да, это я.

– Почему ты такой холодный? – спросила она, пытаясь отдернуть руки.

– Потому что я был снаружи.

Она нахмурилась и перестала вырываться.

– Снаружи?

– Да. На улице. Там холодно.

– О! – Она судорожно вздохнула. – Значит, ты не… – Она смущенно осеклась. – Я думала, ты мертв.

– Нет, – рассмеялся Зайед. – Я определенно не мертв.

– Слава богу. – Облегченно вздохнув, она прижалась лбом к его плечу. – Это было ужасно. Кто-то пришел, чтобы меня убить. У него был нож, с которого капала кровь…

– Это был всего лишь сон. Забудь о нем.

– Он сказал, что это твоя кровь, Зайед. Что он убил тебя, и я буду следующей.

– Тебе просто приснился кошмар, – сказал он, крепче прижав ее к себе.

– Да, – пробормотала она. – Это был всего лишь кошмарный сон, но он был таким реальным, Зайед. – Она содрогнулась. – Лезвие ножа было направлено на меня. На нем была кровь. Ты не думаешь, что это было что-то вроде предостережения?

– Нет, Надия. Все дело в стрессе. Ты нервничаешь перед завтрашней встречей, и твое подсознание воплотило твои переживания в зрительном образе.

– Я боюсь, Зайед, – призналась Надия. – Боюсь, что наша встреча с Имраном все только испортит.

– Ничего она не испортит, – мягко возразил он, поглаживая ее по затылку. – Все будет хорошо.

Это было неправильно, но он испытывал некоторое удовлетворение. Надия наконец позволила ему увидеть ранимость, прячущуюся за ее обычным фасадом из высокомерия и ледяного безразличия. Кроме того, держать ее в объятиях было так приятно.

– Тебе не о чем беспокоиться. Я смогу договориться с твоим братом. Завтра мы сделаем то, что должны, и вернемся в Газбию.

Надия подняла на него глаза, полные тревоги:

– Что, если мой брат не позволит мне поехать с тобой?

– Что ты имеешь в виду?

– Я… – Она тяжело сглотнула. – Мой брат может заявить, что я должна остаться в Газбии и понести наказание за то, что сделала.

– И ты думаешь, что я это допущу?

– Я не знаю. Когда моя семья узнает правду, тебе больше не придется нести за меня ответственность.

– Неужели ты действительно так думаешь? Неужели ты считаешь, что я могу отдать тебя твоему брату и спокойно удалиться?

– Да, я не исключаю такой возможности.

– Спасибо тебе за доверие, Надия, – произнес он, больше не скрывая своего гнева. – Я знаю, что ты всегда была невысокого мнения обо мне, но подобного я не ожидал. Меня ужасает, что ты думаешь, что я могу так с тобой поступить.

– Почему ужасает? – спросила она, отстранившись. – Ты никогда не скрывал того, что хочешь от меня избавиться.

– Не говори глупости.

– Завтра у тебя будет возможность.

– Надия, прекрати! – Зайед взял в ладони ее лицо, и ее губы приоткрылись. – Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Никогда. Я ясно выразился?

В течение нескольких секунд Надия молча смотрела на него, словно обдумывала его слова, затем опустила глаза и кивнула.

– Да. Думаю, я погорячилась. – Она судорожно вздохнула: – Наверное, приезд сюда повлиял на меня сильнее, чем я предполагала.

– Я так и подумал. Но тебе нечего бояться. Тебе никто не причинит вреда. Обещаю.

– Спасибо.

– И тебе не нужно меня благодарить. В конце концов ты моя жена. Защищать тебя мой долг.

– Твой долг? Разумеется.

Они уставились друг на друга.

– Я должен идти.

Желание остаться и заняться с ней любовью было велико, но ему не следует поддаваться искушению.

– Идти?

– Да. Тебе нужно поспать. До рассвета еще несколько часов.

– А ты? Ты хоть немного поспал?

– Нет.

– В таком случае, почему бы тебе не прилечь? – Передвинувшись на край матраца, она похлопала ладонью по свободному месту рядом с собой.

– Не думаю, что это хорошая идея.

Надия наклонила голову набок и посмотрела ему в глаза:

– Мне бы хотелось, чтобы ты лег со мной.

– Надия…

– Пожалуйста. – Протянув руку, она провела тыльной стороной пальцев по его щеке и губам. – Прошу тебя, Зайед. Я хочу, чтобы ты это сделал.

Разве он может противостоять такому огромному соблазну, черт побери? Стоило ей только к нему прикоснуться, как голос разума оказался бессильным перед зовом плоти.

Взяв ее руку, Зайед поцеловал ладонь, а затем накрыл губами кончик ее большого пальца и начал его посасывать.

Надия довольно застонала. Похоже, она действительно хотела его. Словно желая это подтвердить, она наклонилась вперед, обхватила его свободной рукой и притянула к себе, пока они оба не рухнули на матрац. Зайеду безумно хотелось поцеловать ее в губы. Образ этих чувственных красиво изогнутых губ и воспоминания об их с Надией брачной ночи преследовали его на протяжении этих нескольких недель. Он так соскучился по ее гибкому мягкому телу, по ее пьянящей близости.

Не в силах больше сдерживаться, он лег поверх нее, прижался бедрами к ее бедрам и накрыл ее сочные розовые губы своими. Он был так возбужден, что Надия наверняка это почувствовала через слои одежды и одеяло.

Когда его язык проник в глубь ее рта, из ее горла снова вырвался стон, который означал ее капитуляцию. Заерзав под ним, Надия обвила руками его шею и выгнулась дугой ему навстречу. Это было исчерпывающим доказательством того, что она тоже испытывает это обжигающее, безудержное, всепоглощающее желание.

Все его тело пульсировало от этого желания, жаждало его удовлетворения, и его препятствием на пути к этому была только одежда. Высвободившись из ее объятий, Зайед встал с матраца, стянул с себя толстовку, затем джинсы вместе с трусами. Все это у него заняло считаные секунды. Он посмотрел на Надию, которая, стоя на коленях на матраце, возилась с пуговицами на своей рубашке. Брюки в стиле карго, которые она выбрала для этой поездки, все еще были на ней. Она встретилась с ним взглядом. Ее рот был приоткрыт, глаза были темными, как бездонные озера, и лихорадочно блестели. Зайед понял, что причиной этой реакции было его обнаженное тело. Несколько умелых ласк – и она будет трепетать в его объятиях.

Но сначала нужно избавить ее от одежды. Опустившись на матрац, он помог ей расстегнуть пуговицы и снять рубашку, а затем стянул с нее брюки и трусики и отбросил все вещи в сторону. Холодный воздух коснулся ее кожи, и она покрылась мурашками. Когда он расстегнул ее бюстгальтер и освободил грудь, ее соски затвердели.

Зайед позволил себе немного полюбоваться совершенными формами Надии, после чего принялся поочередно ласкать ее соски. Учащенно дыша, он посасывал их, обводил кончиком языка и прикусывал зубами, заставляя ее стонать от наслаждения. В какой-то момент она вцепилась обеими руками в его волосы и выгнулась под ним, словно не хотела, чтобы эта сладостная пытка заканчивалась. Но у Зайеда была идея получше.

Запрокинув голову, Надия бурно реагировала на ласки своего мужа, наслаждаясь невероятными ощущениями, которые он ей дарил, и побуждая его к дальнейшим действиям.

Когда его горячий язык скользнул вниз по ее животу, она послушно раздвинула бедра, позволив ему исследовать влажные лепестки между ними, а затем подарить ей самую интимную из всех возможных ласк. Она чувствовала движения его языка внутри себя, его борода царапала нежную кожу ее бедер. С каждой секундой напряжение в глубине ее женского естества усиливалось, а вместе с ним нарастало удовольствие. В тот момент, когда ей показалось, что она вот-вот потеряет сознание, все ее тело задрожало, и она почувствовала невероятное облегчение.

Зайед смотрел на лицо Надии. Она никогда еще не казалась ему такой красивой. Ее глаза блестели, щеки разрумянились, длинные волосы разметались по матрацу. При виде этого великолепного зрелища боль желания пронзила его с новой силой, и он, чувствуя, что больше не может сдерживаться, лег поверх нее. Но она вдруг заерзала под ним, и он понял, что она хочет быть сверху. Держа ее, он перекатился на спину. Оседлав его, Надия положила ладони ему на грудь и тряхнула головой. Тогда он приподнял ее бедра и направил между ними свою восставшую плоть. Надия вскрикнула, ее тело напряглось, затем отклонилось назад, позволив ему проникнуть глубже. Подхватив его ритм, она принялась раскачиваться на нем, словно наездница в седле, и, достигнув своего экстаза, издала громкий стон и в изнеможении упала на его грудь. Зайед крепко сжал ее ягодицы, сделал последний рывок и, извергнувшись в нее, испытал высочайшее из наслаждений, которое только дано познать мужчине.

Глава 11

Зайед и Надия покинули лагерь Азида несколько часов назад. Это означало, что уже скоро они достигнут цели своего путешествия. Они сделали одну остановку – заглянули в кафе на окраине города. Пока Надия переодевалась в дамской комнате, Зайед связался по телефону со своими людьми, которых отправил сюда заранее.

Если не считать короткого рассказа Надии о ее брате, они всю дорогу молчали. Глядя в окно на однотипные пустынные пейзажи, Надия думала о прошлой ночи. Она знала, что не должна была спать с Зайедом, но ей никогда еще не было так страшно и одиноко. Она нуждалась в его близости, в его защите, и это ее пугало.

Прошлой ночью он был нежным и ласковым, но сегодня утром снова превратился в сурового, хладнокровного человека, каким она привыкла его видеть. Это вернуло ее с небес на землю, и она отругала себя за глупость. Как она могла забыть слова, которые сказал ей Зайед после их брачной ночи? Жестокие слова о том, что между ними был только секс и она не может рассчитывать на что-то большее? Тогда они больно ее ранили, сейчас ее ранила холодность Зайеда.

Потому что ей нужно было от Зайеда нечто большее, нежели просто секс. Сегодня утром Надия, к своему ужасу, осознала, что отдала этому мужчине не только свое тело, но и свое сердце. Она не знала, как ей быть дальше.

Наконец они добрались до мрачного неприступного дворца Харита. Когда охрана закрыла за ними ворота, Зайед посмотрел на Надию. В синей абайе она выглядела хрупкой и женственной. Ее лицо было бледным, плечи были напряжены.

– Ты в порядке? – спросил он, остановившись и заглушив мотор.

– Да. Все дело в моем возвращении сюда.

Зайеду хотелось ее утешить, но он знал, что она не позволит ему это сделать.

– Тебе нечего бояться, – заверил ее он.

Из их короткого разговора он узнал, что Надия боится своего брата не меньше, чем отца. Она не сказала ему об этом прямо, но когда она говорила о брате, ее глаза расширились, а пальцы крепко вцепились в ремень безопасности.

– Тебе нужно быть осторожным с Имраном, Зайед. Он хитрый, коварный и жестокий.

– Похоже, твой брат просто душка.

– Я не шучу, Зайед, – серьезно произнесла она.

– По правде говоря, мне все равно, какой он. Я не собираюсь навязываться ему в друзья. Но если эта встреча мой единственный шанс вразумить Имрана Амани, я должен им воспользоваться.

– Да, конечно. – Опустив солнцезащитный щиток, она посмотрелась в зеркало и пригладила волосы. – Но тебе все равно нужно держать ухо востро. Имран, в отличие от твоего брата, нечестный человек.

Зайед был с ней согласен насчет Азида. Вчера он по-настоящему узнал своего брата и понял, как много потерял за прошедшие годы. Но отныне все будет по-другому.

– Надия?

Она повернула голову и посмотрела на него. Зайед положил кончики пальцев ей на подбородок, и ее зрачки расширились.

– Да?

– Ты мне доверяешь, Надия?

Ему нужен правдивый ответ, и он не позволит ей отвернуться, пока не получит его. Он знал, что его план сопряжен с опасностями, но также знал, что, если потребуется, он не пожалеет жизни, чтобы спасти Надию.

– Да, Зайед. Я доверяю тебе.

– Спасибо.

Во дворце было очень тихо. Зайед сказал встретившему их слуге, что им нужно увидеть принца Имрана. Тот, не глядя на их лица, кивнул и попросил проследовать за ним. Пройдя по лабиринту из коридоров, они оказались у массивной двери. Слуга удалился, оставив их одних.

– Готова? – спросил Зайед.

Надия молча кивнула, и он постучал в дверь.

Имран Амани сидел за деревянным столом в помещении со сводчатым потолком и весьма скромным убранством. Увидев их, он вскочил на ноги и перевел изумленный взгляд с Зайеда на свою сестру.

– Что это значит? – бросил он, схватившись дрожащими руками за края стола. – Что она здесь делает?

– Принц Имран, – спокойно произнес Зайед. – Спасибо, что согласились со мной встретиться.

– Где вы ее нашли? – Имран указал дрожащим пальцем на Надию. – Что это за фокус?

– Никаких фокусов, ваше высочество. У вас нет причин для тревоги.

– Я не встревожен. – Его тон повысился на октаву – Это вам следует бояться. Вам и этому существу, которое вы с собой притащили.

Зайед окинул взглядом принца Имрана. Они были примерно одного возраста, но брат Надии был на несколько дюймов ниже его и находился далеко не в лучшей физической форме. Зайед мог бы порекомендовать ему хорошего тренера по фитнесу. Его удивило, что Надия так боится этого человека.

– Но пока мы не перешли к деловому разговору, я попрошу вас проявлять больше уважения к вашей сестре, – сказал Зайед.

– Уважения? Вы привели сюда эту женщину и хотите, чтобы я ее уважал? – Имран Амани попытался язвительно усмехнуться, но Зайед смерил его грозным взглядом, и его усмешка превратилась в нелепую гримасу. – В любом случае, она мне больше не сестра, – добавил он, когда к нему вернулось самообладание. – Она опозорила не только нашу семью, но и нашу страну.

– Имран, если ты нас выслушаешь… – Надия сделала шаг в сторону брата, но Зайед тут же выступил вперед и преградил ей путь.

– Защищаете свою добычу? – отрезал Имран. – Может, вы и привезли ее сюда в качестве умилостивительной жертвы, но вы ничего этим не добились.

Зайед чувствовал на себе взгляд Надии, но запретил себе на нее смотреть. Если бы он увидел боль и страх в ее глазах, то не смог бы отвечать за свои дальнейшие действия.

Он сделал глубокий вдох, чтобы сохранить остатки спокойствия.

– Принц Имран, ваша сестра устала после долгого пути. Вы не могли бы проявить любезность и позволить ей сесть?

Не дожидаясь ответа, Зайед выдвинул два стула – один для Надии, другой для себя.

Имран неохотно кивнул, и все трое сели за стол.

– Давайте продолжим нашу беседу, – спокойно произнес Зайед, хотя внутри у него все клокотало от ярости. – Я попросил своего брата организовать эту встречу, потому что…

– Ваш брат умолял меня встретиться с вами, а вы так мне платите за мое великодушие, – перебил его Имран.

– Я попросил Азида организовать эту встречу, – невозмутимо продолжил Зайед, – потому что нам с вами нужно обсудить несколько вещей.

– Мне нечего сказать ни вам, ни ей.

– В таком случае вы, возможно, согласитесь нас выслушать. – Зайед бросил взгляд на Надию. Ее пальцы нервно разглаживали несуществующую складку на абайе, но голова была высоко поднята. – Во-первых, мы с Надией хотели вам сообщить, что мы женаты.

В комнате воцарилась тишина. Имран Амани открыл рот и снова закрыл, словно выброшенная на берег рыба.

– Женаты? – пробормотал он наконец.

– Совершенно верно, – ответил Зайед.

– Вы женаты на Надии? – На его лице и шее начали проступать красные пятна.

– Ты не ослышался, Имран, – тихо сказала Надия. – Зайед аль-Афзал мой муж.

Зайед немного опешил. Надия только что впервые назвала его своим мужем.

Имран Амани снова вскочил на ноги. Его лицо выражало какое-то странное возбуждение.

– Не могу дождаться, когда сообщу эту новость своему отцу. – Его голос был полон злорадства. – Он убьет вас обоих.

– Он этого не сделает, – решительно заявил Зайед, медленно поднимаясь.

– В таком случае вы плохо знаете нашего отца. Правда, Надия? – Имран впервые обратился к своей сестре. – Вы совершили большую глупость, приехав в Харит, чтобы сообщить эту новость. Прыгнув в постель к нашему врагу, Надия приблизила войну.

– На самом деле, все как раз наоборот, – спокойно возразил Зайед. – Разделив со мной супружеское ложе, Надия спасла вашу страну. Потому что вторая причина нашего приезда сюда – установление мира между двумя странами.

– Установление мира! Ха! Вы прибегли к странному методу. – Имран переступил с ноги на ногу. – Вас слишком долго не было дома, шейх Зайед. Вы мыслите по-западному и не можете понять, что здесь происходит. Наверное, вам следует обратиться за советом к вашему брату Азиду. В отличие от вас, он смел и силен духом и не боится войны.

– Вы правы. Я действительно боюсь войны, – признался Зайед.

На лице принца Имрана появилась торжествующая улыбка, но его радость была недолгой.

– Мне было бы тяжело видеть, как проливается кровь моих соотечественников, но я больше боюсь за вашу страну, чем за свою.

– Нас не запугать. Королевство Харит сильная и гордая страна.

– Королевство Харит находится на грани экономического коллапса. Развязав войну с Газбией, войну, в которой вы никогда не победите, вы не только загубите тысячи жизней, но и разорите свою страну.

– Откуда вы взяли эти глупости? – На лбу принца Имрана выступили капли пота. – А-а, я понял. Вам запудрила мозги предательница, которая залезла в вашу постель.

Этот мерзавец заслуживал, чтобы его как следует проучили. Зайед был готов положить его на лопатки. Лишь легкое прикосновение Надии к его руке помешало ему это сделать.

– У меня финансовое образование, так что я без труда могу определить, когда страна испытывает финансовые трудности, – отрезал он.

Имран Амани провел дрожащей рукой по лбу, словно это могло ему помочь найти подходящий ответ.

– Возможно, мы не обладаем большими богатствами, зато у нас есть смелость и мужество. Качества, которые вам не знакомы.

– Бить себя в грудь в отчаянной попытке продемонстрировать всем свое могущество не вовсе не означает быть смелым. Быть смелым значит трезво оценить ситуацию и как можно скорее приступить к решению проблемы.

– Вы заявляетесь сюда, прячась за спиной своей жены, чьи указания вы выполняете, и после этого вы еще смеете говорить со мной о смелости? Разве настоящий мужчина будет так себя вести?

– Моя жена харитянка. Я отношусь к Надии как к равной, уважаю ее мнение и жду от вас того же самого. Должен сказать, она обладает большей смелостью, нежели вы.

– Ваша жена всего лишь грязная шлюха.

Это заявление стало последней каплей. В мгновение ока Зайед оказался перед Имраном Амани, схватил его за грудки и поднял.

– Больше никогда не смейте так говорить о моей жене, – прорычал он. – Я ясно выразился?

Амани испуганно кивнул.

– Хорошо. – Зайед толкнул брата Надии в кресло. – Раз мы друг друга поняли, вы можете наконец нас выслушать.

Облегченно вздохнув, Надия перевела взгляд с одного мужчины на другого. Почему она сомневалась, что Зайед сможет справиться с ее братом? Она никогда не видела Зайеда таким разъяренным. Надо отдать ему должное, он вовремя остановился, обойдясь словесным предупреждением.

Признаться, когда Зайед схватил Имрана за грудки, она почувствовала удовлетворение. Ей было нисколько не жаль человека, который много лет отравлял ей жизнь. Она поняла, что не обязана его любить. Что он ничего для нее не значит, и она не должна чувствовать себя из-за этого виноватой.

Также она поняла, что Зайед единственный человек, который когда-либо вставал на ее защиту. До сих пор она всегда сама себя защищала. Мать любила и жалела ее, но была слишком слаба, чтобы за нее вступиться. Как же здорово, когда тебя кто-то поддерживает! Особенно если это такой сильный и смелый человек, как Зайед.

Вернувшись на свое место, он начал с авторитетным видом втолковывать Имрану, что тот должен делать дальше. От него исходили спокойствие и уверенность. Он вел себя как человек, привыкший разрешать конфликты словами, а не кулаками. Это было достойно уважения.

– Когда ваш отец вернется из своей деловой поездки, не получив ни цента от потенциальных кредиторов… – Зайед остановился, когда Имран, записывавший его указания в блокнот, вопросительно посмотрел на него. – Об этом мне тоже известно. Поверьте мне, ни один человек, разбирающийся в финансовых вопросах, не вложит средства в вашу страну. Поэтому, когда шейх вернется, вам следует рассказать ему о моем щедром предложении. И постарайтесь быть как можно убедительнее. Ведь в один прекрасный день шейхом Харита станете вы, Имран. Вы хотите быть правителем процветающей страны или страны, опустошенной войной? От того, как вы представите факты своему отцу, будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

Имран украдкой бросил взгляд на сестру. В ответ Надия пристально посмотрела на него, подняв брови. Смысл этого немого диалога был понятен им обоим. Впервые победа осталась за Надией.

Глава 12

Сидя за туалетным столиком, Надия застегнула золотой браслет на запястье и посмотрела на свое отражение в зеркале. В ее глазах читалась скрытая тревога. Сейчас они так походили на глаза ее матери, которой пришлось многое вытерпеть за годы жизни со своим деспотичным мужем. Надия живет с Зайедом всего несколько месяцев. Неужели в конце концов она станет такой же нервной и забитой, как ее мать?

С тех пор как они вернулись из Харита, прошло несколько недель. Поначалу она была полна надежды и оптимизма. Главной их причиной, разумеется, было то, что угроза войны была устранена. Помимо этого ей каким-то образом удалось убедить себя в том, что их с Зайедом брак начал превращаться из фиктивного в настоящий. К сожалению, она приняла желаемое за действительное. С каждым днем Зайед становился все более холодным и отчужденным. Он едва замечал ее присутствие во дворце.

Надия вспомнила о своей встрече с матерью во время их визита в Харит: там она познакомила ее с Зайедом и сообщила ей, что он разработал план по установлению мира между двумя странами. Мать сказала, что одобряет ее выбор и очень ею гордится. В тот день Надию тоже переполняла гордость, а сейчас она испытывала чувство вины перед матерью, которая думала, что она счастлива в браке.

Сразу по их возвращении Зайед сообщил своему отцу об их встрече с принцем Имраном и о том, что Надия дочь шейха Харита. Он говорил твердо и уверенно, ничего не объясняя и не извиняясь. Прежний шейх Газбии, конечно, был не в восторге от того, что его невестка харитянка, но он достаточно спокойно отреагировал на эту новость. Похоже, он наконец понял, что страна в надежных руках и окончательно уступил главенство своему младшему сыну.

Именно тогда Зайед начал меняться. За несколько недель его тоска по свободной жизни и обида на судьбу улетучились. Он наконец свыкся с ролью, для которой идеально подходил, и вел себя так, как подобает настоящему правителю.

К сожалению, несмотря на все это, отношения Надии и Зайеда только ухудшились. Она боялась даже думать о том, как он воспримет то, что она собирается ему сообщить сегодня вечером.

Услышав, как Надия вошла в столовую, Зайед повернулся к ней лицом. На ней было короткое зеленое платье без рукавов. Блестящие черные волосы струились по ее плечам и спине. Она выглядела так красиво и сексуально, что его тут же охватило желание.

Он в очередной раз убедился, что так больше продолжаться не может. Что если он в ближайшее время не положит этому конец, то сойдет с ума.

– Мне сегодня снова звонил Имран, – сообщил он ей, чтобы завязать разговор.

– Чего он хотел на этот раз? – спросила Надия, когда они сели за стол и приступили к ужину.

– Ты не поверишь. Он вдруг захотел разводить арабских скакунов. Мне пришлось в очередной раз вернуть его с небес на землю. Напомнить ему о том, что деньги, которые инвестирует Газбия в его страну, должны пойти на развитие инфраструктуры, здравоохранения и образования, а не на удовлетворение его прихотей.

– Ты можешь это контролировать?

– Конечно, могу.

Его разговор с принцем Имраном имел благоприятные последствия. Война была предотвращена. Между двумя странами были установлены дипломатические отношения. Имрану Амани удалось убедить своего отца в том, что брак Надии с шейхом Газбии вовсе не причина для развязывания войны. Что он, напротив, выгоден для них, потому что сотрудничество с шейхом Зайедом может спасти Харит от разорения.

Имран, признавший авторитет Зайеда, постоянно звонил ему, советовался с ним по любому поводу. Зайед на дух его не переносил, но был вынужден все это терпеть. На что только не пойдешь ради благополучия своей страны.

– Над договором с Харитом работали мои лучшие юристы, так что Амани не сможет нагреть руки на этой сделке.

– Зайед…

– Прости. Он твой брат, и мне не следовало говорить о нем в таком тоне.

– Дело не в этом. Мне нужно кое о чем с тобой поговорить.

Услышав напряжение в голосе Надии, Зайед отодвинул от себя тарелку с почти нетронутой едой и внимательно посмотрел на свою жену. Он заметил, что она выглядит бледнее обычного и под ее глазами залегли тени.

Похоже, ей сейчас тоже нелегко. Он был занят делами и собственными переживаниями и только сейчас понял, что последние несколько дней Надия была притихшей и подавленной. Возможно, он просто не хотел этого замечать. Возможно, она притихла, потому что думала, как освободиться от него. В конце концов она выполнила поставленную перед собой задачу и спасла свой народ от войны. Ей больше нечего здесь делать. Конечно, существует помеха в виде брачных уз, но ее довольно легко устранить. Он знает, как ей в этом помочь и заодно спасти собственный рассудок.

– Я знаю, что ты собираешься сказать, и я с тобой согласен. Тебе больше нет необходимости оставаться во дворце.

Надия с грохотом положила вилку на тарелку:

– Прошу прощения?

– До развода ты можешь пожить в любом из домов, принадлежащих королевской семье. Или, может, ты хотела бы провести какое-то время в Харите?

– В Харите?

Почему она притворяется удивленной? Почему она смотрит на него как на негодяя? Неужели она не понимает, что ему и без того тяжело?

– Да. Ты могла бы мне помочь в административном плане. Например, ты могла бы следить за распределением денежных средств.

Она пристально уставилась на него:

– Ты хочешь, чтобы я вернулась в Харит?

Ну почему она продолжает делать вид, будто не понимает его?

– Я имею в виду, что ты уже искупила свою вину передо мной, – ответил он. – Тебе больше нет необходимости оставаться здесь со мной. Ворота дворца открыты. Ты свободна и можешь ехать куда хочешь.

– Понятно, – тихо произнесла она. – Но что, если не хочу уезжать?

Что она делает, черт побери? У нее же на лице написано, что она терпеть его не может. Зачем она продолжает его мучить?

– Очевидно, я недостаточно ясно выразился. – Он пронзил ее ледяным взглядом. – Наша договоренность была временной. Мы достигли, чего хотели, и нам нет необходимости продолжать быть мужем и женой. Я хочу, чтобы ты исчезла из дворца и из моей жизни.

В комнате повисло молчание. На шее и щеках Надии начал проступать румянец.

– Отлично. – Внезапно она поднялась, расправила плечи и вскинула подбородок. – Но пока ты не вышвырнул меня на улицу, я хочу сообщить тебе одну вещь. – В выражении ее лица было что-то, отчего у него перехватило дыхание. – Я беременна.

Надия смотрела на сидящего перед ней Зайеда. В его темных глазах был ужас. Он был так потрясен ее сообщением, что, казалось, лишился дара речи. То же самое она испытала, когда увидела две розовые полоски теста.

– Беременна?

– Да.

– Ты уверена?

– Абсолютно. – Она решила сделать тест, потому что у нее была большая задержка.

– Черт побери! – Вскочив на ноги, Зайед отвернулся от нее, затем резко повернулся к ней лицом, которой выражало отчаяние. – Это произошло в ту ночь в пустыне?

Она кивнула.

– Как я мог быть таким идиотом?

Он закрыл глаза ладонью, словно таким образом мог заставить Надию исчезнуть.

Что ж, она исчезнет, если он этого хочет.

Надия тупо смотрела на своего мужа. Все ее тело дрожало. Эта дрожь была вызвана осознанием того, что она ничего для него не значила.

До этого момента она, вопреки всему, надеялась, что ее новость обрадует Зайеда. Что он обнимет ее и скажет, что все будет хорошо. К ее глубочайшему сожалению, этого не произошло. Реакция Зайеда причинила ей невыносимую боль, и это подтвердило ее опасения.

Она любит Зайеда.

В глубине души она всегда это знала. Скорее всего, она отдала ему свое сердце в тот момент, когда впервые его увидела, но отказывалась это признавать, поскольку знала, что он никогда не ответит на ее чувства. Эта любовь была подобна бесконечному черному тоннелю, по которому она шла в полном одиночестве.

Она чувствовала на себе его взгляд. Несомненно, он сейчас лихорадочно ищет выход из сложившейся ситуации. Он видит в их браке и ребенке очередную серьезную проблему, которую ему предстоит решить.

Все. С нее хватит. Она отказывается быть его проблемой. Ей предстоит сделать над собой усилие и найти смелость и решимость, чтобы пройти через все это, защитить себя и своего ребенка. Ее единственное оружие – это сила духа, но оно хорошо наточено.

Она страдала много лет из-за притеснений со стороны отца и брата. Она отказалась подчиниться их воле и победила. Сейчас ей предстоит принять участие в самой серьезной битве в ее жизни. Потому что отныне ей нужно будет защищать не только саму себя, но и своего ребенка. Он сейчас крошечный, но она уже его любит. Этот ребенок ее будущее. Он придаст ей сил для борьбы.

– Мы оба причастны к тому, что произошло, – сказала наконец она, сев на свое место, – но ты ничем мне не обязан. Я искупила свою вину и освобождаю тебя от твоей. Мы квиты. Я сделаю так, как ты хочешь. Вернусь в Харит, рожу ребенка и буду сама его растить. Тебе не придется иметь дело ни со мной, ни с ним.

– Не говори глупости, – возразил Зайед, который с трудом сдерживал гнев. – Когда я предложил тебе вернуться в Харит, я не знал о твоей беременности. Она все меняет. Мы навсегда связаны друг с другом.

Последняя фраза прозвучала как приговор.

– Нет. Ты ошибаешься. Мы разведемся, и ты снова обретешь драгоценную свободу. Я уеду и буду растить ребенка без твоего участия.

– И ты правда думаешь, что тебе это удастся?

– Конечно. Со мной и ребенком все будет в порядке. Мы прекрасно справимся без тебя, – ответила она с напускной храбростью.

Зайед выдвинул стул, сел напротив нее и подался вперед.

– Ты меня не поняла. Я имел в виду, неужели ты думаешь, что я позволю тебе это сделать?

Ну разумеется. Как она только могла подумать, что он отпустит ее с миром?

Надия сделала глубокий вдох, чтобы собрать воедино остатки самообладания.

– Не тебе решать, что я могу делать, а что нет.

– А я думаю, что мне, – произнес он обманчиво спокойным тоном. – Я правитель Газбии, а ты моя законная жена. Ты носишь под сердцем моего наследника и будешь делать то, что я скажу.

Они молча уставились друг на друга, и Надия сделала неприятное для себя открытие. Она прошла сложный путь, но это был путь по замкнутому кругу, и она вернулась в исходную точку. Она сбежала из семьи с двумя тиранами, чтобы привязать себя к третьему.

Почувствовав себя глубоко несчастной, она отвела взгляд. Ей хотелось заплакать, или громко закричать, или ударить Зайеда, чтобы попытаться до него достучаться. Показать ему, что он с ней сделал.

Но, разумеется, она сдержалась. Гордость не позволила ей признаться ему в собственной уязвимости.

Поднявшись, она смерила его холодным взглядом, после чего повернулась, чтобы уйти.

– Я не готова продолжать этот разговор.

Зайед вскочил со стула и схватил ее за руку:

– Не думай, что сможешь так просто от меня убежать.

Надия резко повернулась и натолкнулась на его широкую твердую грудь. Когда она вдохнула знакомый волнующий запах, у нее чуть не подкосились ноги.

– Я никогда в жизни ни от чего не убегала.

С этими словами она развернулась и направилась к двери.

Глава 13

Зайед пристально смотрел вслед быстро удаляющейся Надии.

Она ждет ребенка. Как он мог это допустить? Как мог быть таким неосторожным? Он всегда гордился своим самообладанием, благоразумием и взвешенным подходом ко всему. Его друзья подтрунивали над его практичностью, но часто на нее полагались. Особенно вспыльчивый Стефан.

Он злился на себя за глупость, из-за которой оказался в сложной ситуации. Что, черт побери, произошло с его жизнью?

В ней появилась Надия – вот что произошло. С того момента, как Надия возникла перед ним в откровенном наряде, его жизнь пошла наперекосяк. До сих пор все его попытки исправить положение оказывались бесплодными.

Зайед прижал ладони к лицу и помассировал веки кончиками пальцев.

Он станет отцом.

Это открытие подействовало на него как удар в солнечное сплетение. Много лет назад он решил, что у него никогда не будет детей, потому что ребенок – это огромная ответственность, к которой он не готов. Жениться он тоже не хотел. Брак его родителей был несчастливым. Они не разошлись только потому, что стране была нужна стабильность. На публике они изображали любящую пару, а в остальное время их отношения были натянутыми. Причиной этого были многочисленные любовные связи отца в прошлом, на которые мать была вынуждена закрывать глаза.

Итак, он вернулся в Газбию, женился и скоро станет отцом. Еще несколько месяцев назад он даже представить себе такое не мог.

Точно так же он не думал, что может влюбиться.

Зайед был потрясен до глубины души.

Неужели это с ним произошло? Неужели он потерял контроль над своей жизнью, своим телом и разумом, потому что влюбился?

Он вдруг осознал, что любит Надию. До нее у него было много достойных красивых женщин, но ни одна из них не смогла завладеть его сердцем. Ни одна из них не бросала ему вызов, не заставляла его испытывать сильные противоречивые эмоции и терять над собой контроль. Ирония ситуации заключалась в том, что из всех женщин его угораздило влюбиться в ту, которая никогда не ответит на его чувства.

Он вспомнил, какое у нее было выражение лица, когда она заявила, что уходит от него. Ему не следовало ее отпускать. Не следовало так грубо реагировать на сообщение о ее беременности. Он вышел из себя, не подумав о ее чувствах. Да, он был шокирован, но это не могло оправдать его возмутительное поведение.

Ему следовало быть с ней помягче. Он определенно не должен был ей говорить, что она будет делать то, что скажет он. После этого заявления она будет делать все ему наперекор. По его телу пробежала ледяная дрожь. Неужели она действительно собирается уехать?

Он должен найти ее и все исправить, пока она не наделала глупостей. Если он хочет, чтобы она перестала его ненавидеть, он должен перестать вести себя как деспот и грубиян.

С бешено колотящимся сердцем Зайед направился во внутренний двор, любимое место Надии, которое служило ей убежищем. Обнаружив ее там, он почувствовал огромное облегчение. Она сидела на одной из банкеток под аркой, обхватив руками колени. Она выглядела такой ранимой и одинокой, что у него защемило сердце. Ему захотелось крепко ее обнять и попытаться все исправить.

Шум воды в фонтане заглушил его шаги, поэтому, когда он подошел к ней сзади и легонько коснулся рукой ее плеча, она вздрогнула и резко подняла голову. Она тут же опустила голову, но Зайед успел заметить, что она плачет.

– Надия?

– Уходи.

– Надия.

Сев рядом с ней, он наклонился, чтобы посмотреть ей в глаза. Она попыталась отвернуться, но он схватил ее за плечи и сказал:

– Нам нужно поговорить.

– Мне нечего тебе сказать, – произнесла Надия, всхлипнув. – Уйди и оставь меня в покое.

– Нет. Я никуда не уйду, пока ты меня не выслушаешь, – возразил он, взяв в ладони ее лицо. По ее щеке покатилась крупная слеза, и он смахнул ее пальцем. – Прости меня, Надия. Я очень виноват перед тобой.

– Мне не нужны твои извинения. Зайед, – Она дерзко вскинула подбородок: – Мне ничего от тебя не нужно. Но мне нужен этот ребенок, и я готова растить его одна. Уж лучше я воспитаю его сама, чем разделю заботу о нем с его отцом, который не хотел его. Который не смог найти в своем сердце немного…

Она не договорила, потому что в следующий момент он притянул ее к себе и прижался губами к ее губам. Надия напряглась в его объятиях, но быстро расслабилась, и он, увидев в этом знак одобрения, поцеловал ее крепче. Издав тихий стон, она ответила на его поцелуй, и он вдруг осознал, что между ними существует особая связь. Это было удивительно. Как он раньше этого не замечал?

Неожиданно Надия прервала поцелуй и начала молотить кулаками по его груди.

– Отпусти меня!

Вместо того чтобы подчиниться, он схватил ее за запястья. Его взгляд был прикован к ее лицу с мокрыми от слез ресницами и припухшими губами.

– Я не отпущу тебя, пока ты не пообещаешь меня выслушать.

– В таком случае мы будем очень долго здесь сидеть, потому что я не желаю тебя слушать.

– Жаль, потому что тебе придется меня слушать в любом случае.

– Хорошо. Но, предупреждаю тебя, твои слова ничего не изменят. Я знаю, как ты относишься ко мне и к ребенку, так что можешь даже не пытаться…

– Я люблю тебя, Надия.

Она ошеломленно уставилась на него. В следующую секунду в небе над ними раздался раскат грома, как будто его слова разбудили богов.

– Нет. – Вырвавшись, Надия вскочила на ноги и отошла на несколько шагов. Зайед тут же поднялся и сократил расстояние между ними.

Стоя под аркой, они пристально смотрели друг на друга.

– Нет. Ты ошибаешься. – Полил дождь, и Надия была вынуждена кричать, чтобы он ее услышал. – Ты не любишь меня.

Подойдя к ней вплотную, Зайед взял в ладони ее лицо и повторил:

– Я люблю тебя, Надия.

Она никак на это не отреагировала, и ему не осталось ничего другого, кроме как смотреть ей в глаза и пытаться найти ответ в их глубине.

– Надия? – снова произнес он в отчаянии, глядя на нее.

Его лицо было мрачным. Надия знала, что причиняет ему боль своим молчанием, но не могла произнести ни слова. Его признание шокировало ее, и она пребывала в полной растерянности.

– Хорошо. – Опустив руки, Зайед коснулся пальцем ее губ. – Твое молчание сказало мне все, что я хотел знать.

Повернувшись, он вышел из-под арки, и на него обрушился поток дождя. Волосы мгновенно прилипли к его голове, а одежда облепила тело.

– Зайед, подожди! – крикнула она. – Подожди меня!

Он остановился и повернулся:

– Оставайся на месте. Ты не должна выходить. Ты можешь…

Но Надия уже выскочила из укрытия и побежала ему навстречу. Она тут же промокла до нитки. Зайед обхватил ее за плечи, повернулся и потащил ее внутрь дворца.

– Подожди, – сказала она, остановившись.

– Что ты делаешь, черт побери?

– Я хочу, чтобы ты сказал это снова.

– Что?

– То, что ты говорил до этого.

Немного помедлив. Зайед раскинул руки в стороны, запрокинул голову и прокричал:

– Я люблю тебя, Надия аль-Афзал!

Надия обняла его за пояс и прижалась щекой к его груди.

– Это хорошо, – сказала она, подняв голову и встретившись с ним взглядом. – Потому что я тоже тебя люблю.

В следующую секунду он накрыл губами ее губы, затем приподнял ее и, не переставая ее целовать, пошел во дворец.

– Ты не спишь? – Зайед крепче прижал к себе обнаженную Надию, и она закинула ногу на его ноги.

– Нет.

С тех пор, как они пришли с улицы, прошло несколько часов. Их мокрая одежда валялась на полу ванной. Они сначала занимались любовью под горячим душем, а затем перебрались в спальню. Это были лучшие часы в жизни Надии. Она чувствовала себя абсолютно счастливой и с надеждой смотрела в будущее. Нежные ласки и поцелуи Зайеда говорили ей, что он чувствует то же самое.

– Мне все еще не верится, что ты меня любишь, – пробормотала она, положив голову ему на грудь. – Ты так умело это скрывал, что я думала, что ты меня ненавидишь.

– Я никогда не испытывал к тебе ненависти, хотя возненавидеть тебя было просто. Ты самая упрямая, самая дерзкая, самая невыносимая из всех женщин, которых я когда-либо знал.

– Спасибо за комплимент, дорогой муженек.

– Пожалуйста. Мне было трудно признаться самому себе в том, что я тебя люблю. Я тоже думал, что ты меня ненавидишь. Только когда ты сказала мне о ребенке, я заставил себя посмотреть правде в глаза. Я решил, что должен сказать тебе о своих чувствах, зная, что последствия могли нанести удар по моему самолюбию и разбить мне сердце.

– О, Зайед, – сказала она, поцеловав его грудь. – Я понятия не имела.

– Я знаю. Сейчас главное, что правда выяснилась. Все остальное не имеет значения.

Подняв голову, Надия посмотрела ему в глаза:

– Ты уверен, что хочешь ребенка?

– Абсолютно. Из нас получатся отличные родители. Я это знаю.

– Я тоже. Твой отец обрадуется, когда узнает о ребенке. Думаю, если у нас родится мальчик, он будет особенно рад.

– Да. Твоя семья тоже будет этому рада. С рождением наследника связи между двумя королевствами упрочатся, и с нелепой враждой будет покончено. – Зайед положит руку на все еще плоский живот Надии. – Лично мне все равно, будет наш первенец мальчиком или девочкой. Главное, что он или она будет частью нашей с тобой семьи.

– Я с тобой полностью согласна. Как ты смотришь на то, чтобы поехать в Харит и сообщить моим родителям новость о ребенке?

– Я готов поехать, когда ты захочешь.

– Может, пригласим в гости мою мать? Небольшая передышка ей не помешает.

– Ты можешь пригласить сюда хоть весь дворец, если хочешь, – ответил Зайед. – Даже своего братца.

– Имрана? – удивилась она. – Ты шутишь?

– Нет. Ради тебя я готов терпеть даже его. Потому что я очень люблю тебя, Надия.

– Скажи это еще раз.

– Я люблю тебя, Надия, и буду любить всегда.

– А я тебя.

Эпилог

Восемь месяцев спустя

– Большое вам всем спасибо за то, что вы приехали. – Выйдя из часовни на яркий солнечный свет, Кристиан положил руки на плечи Зайеда и Стефана, идущих по обе стороны от него. Мужчины выглядели неотразимо в смокингах и белых рубашках с бабочками. – Мы с Алессандрой очень рады, что вы с нами в этот знаменательный день.

– Разве мы могли пропустить такое важное событие, как крещение первого отпрыска «колумбийской четверки»? – очаровательно улыбнулся Стефан.

– Это действительно важное событие. Впрочем, мы бы нисколько не обиделись, если бы вы с Надией не прилетели к нам в Грецию, Зайед. – Кристиан посмотрел на своего друга. – Я имею в виду то, что твоя жена сама скоро станет матерью.

– Да. Мы ждем пополнения со дня на день, – ответил Зайед. – Я отговаривал Надию лететь сюда, но она настояла на этом. Мы даже на всякий случай привезли с собой акушерку, у которой она наблюдается.

– Ну вы даете, – удивился Кристиан. – Надеюсь, что здесь вам ее услуги все-таки не понадобятся, и вы вернетесь домой без приключений. Вы узнавали, кто у вас родится?

На лице Зайеда появилась гордая улыбка:

– У нас будет сын. Наследник престола. Будущий правитель Газбии. Вся страна готовится к его рождению как к национальному празднику. Во дворце уже освободили несколько комнат для подарков.

– А я не мог не приехать сюда, потому меня выбрали в качестве крестного, – присоединился к разговору Рокко. – Надеюсь, вы двое обратили внимание на мой повысившийся статус?

Зайед и Стефан переглянулись.

– Разве можно было не обратить на него внимания? Ведь он прилагается к непомерно раздувшемуся самолюбию, которое видно за милю, – ухмыльнулся Стефан.

– Точнее не скажешь, – согласился Зайед со своим острым на язык другом.

– Полно вам, ребята. – Кристиан похлопал обоих по плечу. – Вы же прекрасно знаете, что я бы с радостью сделал любого из вас троих крестным своего первенца. Я хотел бросить жребий, но Алессандра нашла более простой выход из ситуации. Поскольку Рокко ее брат…

– И он человек простой, – не унимался Стефан.

– Проще не придумаешь, – решил подыграть ему Зайед.

Рокко перевел взгляд со Стефана на Зайеда:

– Если вы оба хотите, чтобы я выбрал кого-то из вас двоих в качестве крестного своего первенца, вам придется научиться относиться ко мне с большим уважением.

– Да, недостатка в кандидатах на эту роль у тебя точно не будет. Кстати, идея со жребием неплохая, и я возьму ее себе на заметку, – сказал Зайед. – Но следующие крестины, должно быть, мы будем праздновать в доме Стефана. Я прав?

– Да, – ответил Стефан. – Клио скоро начнет к ним готовиться. Если, конечно, она не передумала насчет крестин, когда увидела, как дочку Кристиана опустили в купель. В тот момент она так крепко прижала к груди Тони, словно его могли забрать у нее и утопить.

– Я ничего подобного не делала, – возразила догнавшая мужчин Клио. – Я знакома со здешними традициями.

– Но ты рада тому, что обряд крещения Тони будет проходить немного по-другому? – спросил Стефан у своей жены.

– Нет, – рассмеялась Клио, с нежностью посмотрев на малыша, мирно спящего у нее на руках. – Но должна признать, что мать готова в любой момент броситься на защиту своего ребенка и перегрызть глотку всякому, кто попытается причинить ему вред. Это очень мощный инстинкт.

– Отцы тоже обладают этим инстинктом, – заметил Кристиан, глядя на Алессандру, которая, идя позади всех, баюкала на руках маленькую Летицию, виновницу торжества. – Так удивительно сознавать, что ты принял участие в создании новой жизни, наблюдать за тем, как хрупкое без защитное существо, в жилах которого течет твоя кровь, с каждым днем становится больше и сильнее. Это чувство ни с чем не сравнимо. – Услышав у себя за спиной звонкий смех, он повернулся: – Что такое?

– Ничего, – ответила Оливия, которая шла вместе с Надией и Клио. – Просто так забавно наблюдать за тем, как суровые мужчины говорят на тему, которая во все времена считалась женской. Еще немного, и вы начнете спорить, какие подгузники лучше, и хвастаться первыми достижениями своих детей. Спасибо тебе, Кристиан, за то, что делишься бесценным опытом с нашими мужьями.

– Вижу, вы спелись, – пробурчал Стефан. – Стоит вам только собраться вместе, как вы начинаете критиковать нас по любому поводу.

– Что бы вы без нас делали? – Передав сына мужу, Клио взяла за руки Надию и Оливию. – Если бы не мы, вы четверо были бы сейчас холостяками, пили виски в баре, обсуждали свои любовные похождения и обменивались сальными шуточками. Женщины делают мужчин лучше.

– Возможно, в твоих словах есть доля правды, – согласился Зайед и нежно посмотрел на Надию, поглаживающую свой огромный живот. Она улыбнулась в ответ.

Эта шутливая перепалка напомнила всем парам, каким тернистым был их путь к счастью. Им всем пришлось терпеть душевную боль и преодолевать преграды в виде лжи и непонимания. Путь был трудным, но его стоило пройти. Все они получили от судьбы редкий дар, который называется настоящей любовью. Именно она заставила восемь пар глаз светиться от счастья и с надеждой смотреть в будущее.

Мужчинам из «колумбийской четверки» действительно повезло. Каждый из них встретил умную независимую женщину, обладающую не только красотой, но и сильным характером, и четверка превратилась в восьмерку.

– Вы оба опытные отцы, – обратился Зайед к Стефану и Кристиану. – Вы можете дать какие-нибудь советы нам с Рокко?

– Да, – ответил Стефан, энергично качая проснувшегося сына. – Наслаждайтесь непрерывным ночным сном, пока у вас есть такая возможность. Сон – это большая роскошь. Ты со мной согласен, Кристиан?

Тот кивнул:

– Определенно. Но у ночного бодрствования есть свои преимущества. Благодаря дочке я снова стал любоваться восходом солнца и научился спать в любом положении.

– Может, вам переименоваться в «Бодрствующих рыцарей Колумбии»? – предложила Надия, и вся группа весело рассмеялась.

– По-моему, это весьма оригинальное название для благотворительной организации, – заметила Клио. – Отважные рыцари никогда не дремлют и всегда готовы прийти на выручку нуждающимся.

– Что я пропустила? – спросила присоединившаяся к ним Алессандра. Летиция, которая вдоволь наоралась во время обряда крещения, мирно спала у нее на руках. Она выглядела как ангелочек в крестильной рубашке и шапочке от известного дома моды.

– Ничего особенного. – Оливия поцеловала свою золовку в щеку: – Вы с Летицией здесь, и это главное. Все самое интересное только начинается.

Группа наконец дошла до конца дорожки, у которой было припарковано полдюжины лимузинов. Они должны были отвезти гостей в красивый дом Кристиана и Алессандры, где уже все было готово для праздничного ланча.

– Подождите минутку. – Передав Летицию Зайеду, который стоял ближе всех к ней, Алессандра полезла в сумку за фотоаппаратом. – Давайте сначала сделаем фото на память. Встаньте покучнее. Зайед, поверни Летицию лицом ко мне и перестань выглядеть так, как будто держишь в руках снаряд, который вот-вот разорвется. Кристиан, вытащи руки из карманов. А ты, Стефан, встань рядом с…

– Алессандра… – Кристиан закатил глаза. – Если ты будешь продолжать в таком же духе, мы не уедем отсюда до утра.

– Ладно, стойте так. – Настроив фотоаппарат, Алессандра вручила его одному из гостей. – Пожалуйста, сфотографируйте нас. Вам просто нужно посмотреть в это окошко и нажать вот сюда. – Быстро присоединившись к позирующей группе, она спросила: – Ну что? Все готовы? Тогда улыбаемся.

Все улыбнулись, раздался щелчок затвора, и фотоаппарат запечатлел мгновение всеобщего счастья.

Content

Энди Брок
Целуй меня крепче

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог