Юлия Михуткина

Исход контракта

Пролог

Three Days Grace — Tell Me Why

Брайн

Два часа ночи. Выхожу из клуба и иду к своей машине.

— Мистер Райт, — кричит мне моя новая ассистентка, — мистер Райт, подождите!

— Вы что-то хотели? — спрашиваю девушку уставшим голосом.

— Д-да! Мистер Райт, у Вас на завтра запланирована встреча с Мартином Шрайбером — фотограф, который будет делать снимки для вашего клуба. Я забыла Вам напомнить об этом. Встреча состоится завтра в 11 утра в Agora Gallery. Мне быть там с Вами? — интересуется она и в ее взгляде появляется желание, чтобы я согласился.

— Спасибо Эшли, но твои услуги завтра не понадобятся. Я встречусь с ним сам, потом сообщу тебе всю необходимую информацию. Это все на сегодня. Ты свободна.

Она нервно поправляет свою короткую юбку, в которой она надеялась соблазнить меня. Всякий раз в течение дня она наклонялась так низко, что я просто не мог не заметить, что на ней нет белья. Смотрю на свою ассистентку, которая не сводит с меня глаз — в них я вижу страсть и похоть. Она хочет меня. Так же, как и все остальные. Но мне не нужны отношения с сотрудницами, я четко разграничиваю наши позиции при их принятии на работу.

Сейчас девушка переминается с ноги на ногу, явно не желая заканчивать разговор, но и не может начать первая.

— Что-то еще? — выгибая бровь, спрашиваю ее.

Эшли закусывает губу.

— Да, я бы хотела пригласить Вас…к себе.

Что и требовалось доказать. Шлюха. Они все такие. Все что им нужно — это деньги, тачки, брюлики, смазливая внешность и всякая романтичная хренотень.

— Вы хотите, чтобы… — я делаю несколько медленных шагов к ней, — я поехал к Вам, и… — так же медленно сокращаю расстояние между нами и подхожу вплотную. Беру ее подбородок, поднимаю его и приближаюсь к ее губам своими максимально близко. — И что дальше? Чего ты хочешь, Эшли. Скажи мне, — шепчу возле ее губ.

Ее дыхание становится прерывистым, она закрывает глаза от наслаждения своей близости, а губки уже готовы принять мой поцелуй.

— Я хочу Вас, — шепчет она, — я хочу тебя Брайн.

Провожу рукой по ее заднице и сжимаю. На что получаю стон удовольствия. Зачем мне сегодня искать какую-то дешевку, когда она уже стоит передо мной? Резким движением поднимаю ее и несу к двери клуба.

— Боюсь, что до дома мы не доберемся. — Впиваюсь в ее губы резким и грубым поцелуем. Одной рукой держу ее за задницу, а второй расстегиваю свои джинсы. Никакой романтики, только секс. Это нужно ей, и это нужно мне. Резким движением вхожу в нее, и мне без разницы насколько она готова меня принять. Мне просто нужна разрядка после продолжительно дня. И мне наплевать, что нас могут заметить или вызвать копов. Быстрыми и резкими толчками вхожу в нее, а в ответ слышу стоны удовольствия. Она царапает меня ногтями, тянет за волосы и кусает мочку уха. Да, то, что надо. Черт, а она знает, как меня можно завести еще больше.

— Да, Брайн, еще… Сильнее…Жестче, — шепчет она прерывисто.

Толчок, второй, третий, и я чувствую, как она начинает сжиматься вокруг моего члена. Я не останавливаюсь, а только ускоряю темп, чувствую, что еще немного и я кончу. Волна удовольствия поднимается по позвоночнику, ноги становятся ватными, и я отключаю мозги полностью. Это мне необходимо. Секс — это сто процентов мой наркотик. Получать оргазмы ежедневно мне просто необходимо. И я кончаю в нее.

Пару минут мы пытаемся восстановить дыхание. Я ставлю ее на ноги. Эшли протягивает ко мне свои руки и пытается обнять меня.

— Это все, что ты хотела? — спрашиваю ее безразличным голосом, поправляя рубашку. На лице девушки появляется непонимание и она отстраняется.

— Я… — она в растерянности. Похоже, девка не понимает, для чего была нужна и видимо пытается это осознать.

Я достаю бумажник и вытаскиваю 50-долларовую купюру. Подхожу к ней и засовываю банкноту за бретельку ее лифчика.

— Планы изменились. Я более не нуждаюсь в Ваших услугах. Вы сделали все, что в Ваших силах. Вы получите хорошие рекомендации для работодателей, если потребуется. — Разворачиваюсь и иду к машине.

— Брайн! — хватает девчонка меня за руку.

— Ты что блять, не поняла? Я сказал, пошла нахрен отсюда, шлюха. Ты хотела трахаться? Мы трахнулись. Теперь вали. — Сажусь в машину и с визгом резины срываюсь с места.

Салон тачки освещается от фар встречных машин, а в голове вспоминаются слова отца, которые я запомнил еще с детства: «Женщины, это расходный материал, сынок. Либо ты их имеешь, либо они имеют тебя. И поверь, если они поимеют тебя, то ты потеряешь все!»

Глава 1

Zella Day — East of Eden

Алексис

Мне было 25, когда погибли в автокатастрофе мои родители. До сих пор не могу в это поверить, даже спустя год. Больно вспоминать о них. О моем счастливом детстве. О том, как отец играл со мной на заднем дворе нашего дома, как мама пекла печенье по выходным. Мне больно, что они не увидят мою свадьбу, мужа, детей. Я не хочу думать о них, но не думать о них еще больнее.

Поэтому, не выдержав всего этого, я позвонила Элис и сказала, что перебираюсь к ней. Подруга ответила, что найдет для меня простую, дешевую, но уютную квартирку неподалеку от нее. Слишком много воспоминаний в родном для меня городе, удушающих и давящих.

Объявляют мой рейс. Я поднимаюсь и тащусь к трапу. Каждый шаг к самолету это новое воспоминание из прошлого, которое я хочу оставить здесь. Жизнь должна продолжаться. С этой мыслью я встряхиваю головой, чтобы прогнать все сомнения в правильности моего поступка.

Да. Только вперед.

Восход, облака, свобода. Хорошее начало новой жизни.

Аэропорт Нью-Йорка. В толпе встречающих я вижу Элис, мою подругу детства, с которой мы вместе росли. Забрав свой багаж, я сажусь к ней в машину, и мы направляемся в мою новую квартиру.

− Итак, дорогая. Надеюсь, тебе все тут понравится! — говорит Элис, открывая дверь в мою новую квартиру. Это двухкомнатная квартира-студия. Она чудесная. Видимо подруга знает меня лучше, чем я думала. Комната, совмещенная с кухней, отделана под кирпич. Кухонный гарнитур с островком посередине, который отделяет кухонную зону от гостиной. Темно серый диван, низкий столик, белый ковер с большим ворсом, который наверняка очень мягкий. Серо-белые шторы, за которыми прячется вид на оживленную улочку.

− Да Элис, − выдохнула я облегченно, − спасибо тебе. Это определенно то, что мне нужно.

Я повернулась и обняла подругу, будучи счастливой ее видеть. Мы болтали всю дорогу из аэропорта до дома. Я была благодарна ей за все, что она уже сделала для меня.

− Мне нужно бежать на работу, не то босс меня пристрелит, а ты располагайся и отдыхай, Я заберу тебя вечером, и мы прогуляемся. Договорились? − с задорным огоньком в глазах спрашивает она.

− Что ты задумала, Элис? — с подозрительным взглядом пытаюсь ее раскусить…. Но та лишь ухмыляется и открывает дверь.

— Тебе понравится, — Элис подмигнув уходит и оставляет меня одну.

Через три часа мои вещи распакованы, а настроение ползет в гору. Беру кружку свежесваренного кофе и сажусь на подоконник. Этот город такой живой. Он мне уже нравится… Не зная сколько проходит времени, я отвлекаюсь только на стук в дверь.

На пороге стоит Элис. Такой я ее еще не видела. Она одета в черное, обтягивающее, короткое коктейльное платье, подчеркивающее все достоинства ее идеальной фигуры. На ногах красные туфли, явно недешевые. Волосы закручены в большие белоснежные локоны и спускаются струящимися волнами ниже плеч. Губы накрашены ярко красной помадой, что привлекает внимание к ее белоснежной улыбке. Ни один мужчина не стоял бы просто в стороне при виде такой сногсшибательной красотки.

− Собирайся, − она берет и протягивает мне кучу пакетов, стоявших у стены.

− Вау, что это, Элис? Куда мы идем? — непонимающе спросила я подругу, когда та уже вошла в квартиру. Я до сих пор не могла оторвать от нее глаз.

− Эй, девочка, ты забыла, как мы любили отрываться? — вываливая содержимое пакетов на диван, усмехается она, — я не дам тебе грустить в первый день в Большом городе! Иначе мы — не мы!

Она протягивает мне платье. Его ткань очень нежная и струится сквозь пальцы. Платье короткое, и полностью свободное, спереди оно чуть короче, чем сзади. Бретели на спине переплетаются, но вся спина открыта. Оно великолепное, легкое и вызывающее. На ноги я надеваю серебристые шпильки, и беру маленькую серебристую сумочку. Подруга выпрямляет мне волосы, и наносит макияж. Смотря на себя в зеркало вижу много изменений: пропали огромные синие мешки под глазами, взгляд стал более выразительным, и благодаря моему внешнему виду, я почувствовала себя снова уверенной, какой и была всегда.

Элис всегда знала, как привести меня в порядок, и не только меня. Поэтому она и работает на подхвате у какого-то фотографа, имя которого я все еще не могу запомнить, помогая создавать образы для фотосессий.

− Черт, детка, да ты сногсшибательно выглядишь! Сегодня все парни наши! — смеется она.

− Давай отпразднуем мой переезд, — отвечаю я, и мы «даем пять» друг другу.

Выходим на улицу, у входа стоит лимузин. Элис уверенно направляется к нему.

− Элис. Это наш? — удивленно спрашиваю ее.

− Да, садись, поехали. — говорит подруга.

— Зачем нам лимузин? Он же кучу денег стоит?

− Так, я хочу эффектно отпраздновать переезд своей любимой подруги! Тащи сюда свою тощую задницу и поехали веселиться! — кричит Элис и топает ногой.

− Ну что ж, была не была, — отвечаю я, пожимая плечами и залезаю в машину.

Спустя два часа мы уже выпили достаточно, чтобы отрываться от души. Я забыла обо всех своих проблемах, утонув в звуках музыки, и в очередных шотах текилы. Мы веселимся, пьем, танцуем и снова пьем.

− Ух, − с шумом выдохнув, плюхаюсь за наш столик. — Вот это да! — говорю я и обвожу взглядом толпу. Кто-то бешено танцует, кто-то смеется с друзьями, кто-то пытается кого-то соблазнить. Атмосфера безудержного веселья — это то, что надо! Тут мой взгляд останавливается на парне, который стоит у бара и смотрит прямо на меня. Из меня будто стали вытягивать весь воздух. Никогда еще не видела никого более сексуального и чертовски привлекательного. Высокий брюнет с темными глазами и глубоким взглядом. От этого взгляда тело будто начинает пылать. Он не отпускает меня и пристально смотрит. И я понимаю, что не замечаю ничего вокруг. Есть только он и я, все вокруг размыто и далеко отсюда. Забываю, как дышать, мое тело реагирует на этого незнакомого брюнета. Ни разу я не испытывала таких чувств. Парень продолжает держать мой взгляд, и в нем я вижу что то еще. Пренебрежение? Нет, я бы даже сказала иначе — оценка. Я отвожу взгляд на стол. Наверное, это реакция любого парня в Нью-Йорке на девушек и не стоит даже напрягаться из-за этого типа. Тут каждый пытается найти себе кого-то на ночь. Я смотрю на соседний столик впереди себя, там сидит компания парней и один из них прямо таки пожирает меня глазами. В них читалась только животная страсть раздеть меня. Фу, мерзость. Я сморщила нос показывая, что ему явно со мной не светит, и снова перевожу взгляд на брюнета у бара и вижу, что он до сих пор смотрит. Уголок его рта немного изгибается в еле заметной улыбке, а бровь с вызовом взлетает вверх.

− Эй, на кого это ты там смотришь? — спрашивает Элис и поворачивается в направлении моего взгляда.

− Парень в черной футболке у бара. Красавчик! Видишь? — спрашиваю я ее и стараюсь смотреть куда угодно, но только не на этого секс-символа. Однако ничего не получается.

− Ах, да!

В этот момент брюнет переводит взгляд на Элис, и поднимает свой стакан с жидкостью над головой в знак приветствия. И чтоб меня порвало, Элис машет ему рукой, подзывая к нам.

− Элис, какого хрена ты делаешь? — пытаюсь ее остановить, но уже поздно. Он идет к нам. Я смотрю на него. Его шаги уверенные, одна рука в кармане джинсов, в другой все еще держит стакан. Черная обтягивающая футболка выделяет все его достоинства рельефного торса. Видимо, этот парень не вылезает из спортзала, ну или как минимум усердно следит за собой. Его взгляд все еще прикован ко мне, и мои щеки невольно заливаются румянцем.

− Привет Элис. А это и есть твоя подруга, о которой шла речь? — он наклоняется и целует Элис в щеку.

− Алексис, познакомься, это мой босс Брайн.

Что? Ее босс? Ну ни хрена себе!

− Привет, — говорит красавчик и протягивает ко мне свою руку. Неуверенно пожимаю ее.

− Алексис. Так значит это Вы босс Элис? Тот самый фотограф? — спрашиваю я.

Брюнет смеется.

— Фотограф? У меня конечно много талантов, но нет, я не фотограф.

Я непонимающе перевожу взгляд на подругу. Она же говорила, что работает на фотографа.

− Эм, да, Алексис. Я не сказала, что уволилась с прежней работы и уже полгода работаю в другой сфере, — отвечает Элис и переводит взгляд на парня.

− Связи с общественностью, — быстро говорит Брайн.

− Да точно! Связи с общественностью. Ну, знаешь, все эти дела, связанные с мероприятиями, кого-то с кем-то свести и все такое, — говорит Элис и поднимает взгляд на Брайна, — я хотела рассказать, что нам как раз нужны сотрудники, да Брайн?

− Верно, − говорит красавчик и отпивает из бокала, указывая на меня — я уверен, что ты нам подойдешь.

− Я? Подойду? На какую должность? Откуда вы вообще знаете подойду я вам или нет, и что я вообще умею, — возмущенно перевожу взгляд с парня на подругу.

− Ну твоя подруга уже кое-что о тебе рассказала. И поправь меня, если я ошибаюсь, ты только переехала, и тебе нужны деньги. Самое главное — стремление зарабатывать, остальному мы тебя научим. Ты точно не можешь быть хуже своих предшественниц. Жду тебя здесь завтра к 6. — С этими словами он разворачивается и уходит.

− Элис. Элис? Элис! Что это вообще нахрен было сейчас? — у меня закружилась голова, то ли от алкоголя, то ли от этого парня.

− Что же, девочка моя. Тебя только что приняли! — говорит она и поднимает шот, залпом выпивая его.

Обстановка меня напрягает и тяготит, усталость и алкоголь жуткой смесью заполнив тело, дают знать, что мне пора домой.

− Элис, я пожалуй поеду, — встаю и иду к выходу из клуба. Взяв такси, еду в свою квартиру. Не стану думать о том, что произошло в клубе, просто спать, это единственная мысль, заботящая меня.

Днем меня разбудил яркий свет из окна. Солнце светило прямо мне в лицо. За пределами моей новой квартиры уже во всю бурлила жизнь.

Я потерла лицо, и попыталась найти телефон, который сунула под подушку. Два часа. В голову поползли воспоминания сегодняшней ночи. Десятки стопок. Много людей. И эти глаза. Этот глубокий взгляд. Темные волосы. Все мое тело будто воспламенилось от одних только мыслей о нем. Брайн….

Черт, черт, черт! я резко вскакиваю с кровати. Мне же нужно в шесть встретиться с ним в его клубе для…. Так, стоп. А для чего? После нашего знакомства я даже не удосужилась узнать у Элис, куда меня хотят взять, что мне нужно делать, и собственно кто он такой вообще? Кроме его имени и того, что Элис работает у него в отделе по связям с общественностью, я ничего не знаю. Нужно ей позвонить!

Гудок. Гудок. Гудок. «Здравствуйте, Вы позвонили Элис. Видимо сейчас я не могу Вам ответить. Но Вы можете оставить Ваше сообщение, и я вам перезвоню!»

− Элис. Привет! Наверное, ты еще спишь! Перезвони мне пожалуйста, как прослушаешь сообщение. Хочу знать все, во что ты меня впутала с этим своим красавчиком брюнетом! Жду, — кладу трубку и плетусь в душ.

Теплые потоки воды стекают по моему телу, а ванильный запах геля наполняет кабинку. В мои мысли снова проникает ОН. Что я вообще о нем знаю? Что он знает обо мне? Что Элис ему успела рассказать? Можно ли ему доверять? Но я доверяю Элис. Уверена, что она не выбрала бы работу с ним, если бы ей не нравилось. А брюнет прав — мне действительно сейчас нужны деньги. И чем скорее, тем лучше, потому что моих запасов на долго не хватит. Думаю, нужно как минимум выслушать его предложение. И если что, то я могу отказаться и устроить поиски дальше.

Но черт, как можно отказаться от работы с таким парнем! Это же мечта любой! Внизу живота появилось приятное чувство легкой тревоги. Пена стекала вниз по моему телу, а вместе с ней утекали последние сомнения.

Глава 2

Smotra Test Drive — Audi S8

Брайн

Сквозь сон я слышу жужжание мобильного на тумбочке. Пытаюсь открыть глаза, но выходит не бодро. Значит еще рано. Какой урод звонит в такую рань? Накрываю голову подушкой и отворачиваюсь от тумбочки. Звуки вибрации прекращаются, и я снова проваливаюсь в сон. Опять звонок

− На хрен! — беру телефон, бросаю его в противоположную стену и он с шумом ударившись, обломками падает на паркет, прекратив истошную вибрацию, — пошли все на хрен! — сон снова поглощает меня.

− Райт! — будит меня уже совсем не телефон, а цоканье каблуков в квартире и сердитый крик. — Райт, твою мать! — дверь комнаты распахивается, и я соскакиваю с кровати.

− Элис, ты в конец охренела? Выметайся из моей квартиры! Я дал тебе ключ не для того, чтобы ты заявлялась сюда, — подхожу к девушке, грубо беру ее за руку и вышвыриваю из комнаты, — ключ оставь на столе! — кричу сквозь закрытую дверь, но она тут же открывается.

− Твоему члену совсем не спокойно в штанах? Знаешь, как тяжело найти тебе девчонку, которая будет делать за тебя всю работу? У вас же контракт был, в котором сказано, что вы не трахаетесь, какого хрена вчера было? — смотрит на меня Элис, требуя ответа.

− Девчонка сама решила трахнуться. Это ее проблемы. Если в тот момент она не вспомнила о том, что может потерять работу, значит ты делаешь свою работу плохо. За что я плачу тебе Элис? — понимая, что от сна уже ничего не осталось, я иду в душ и включаю воду. — Мне нужна новая ассистентка уже завтра!

− Зачем, чтобы ты и ее трахнул и ее жизнь полетела ко всем чертям? Ты же сам знаешь, что даешь им все: шмотки, машины, различные услуги, но при этом, расторгая контракт раньше указанного срока у них нет таких денег, чтобы вернуть тебе все. Поэтому они попадают к мужланам, которые готовы платить.

− Детка, а как по-твоему должен строиться этот бизнес? Если я буду толкать на аукционах девок, которые не готовы выполнять любые требования заказчика — клиенты просто разбегутся. Поэтому эти шлюхи сами выбирают выйти на аукцион, чтобы сохранить свою жизнь. Все просто.

− До завтра, говоришь? — спрашивает Элис прищуриваясь, она явно что-то обдумывает.

− До полуночи завтрашнего дня. И ни секундой позже!

− Есть у меня одна на примете. У этой мозгов хватит, чтоб ты не залез ей в трусы.

− Ну посмотрим! — ухмыляясь, стягиваю боксеры и захожу в душ. Наш разговор на этом окончен, и я слышу, как хлопает дверь в квартиру.

Вода обжигающе горячая, но это то, что нужно. Я облокотился одной рукой о стену душевой и просто позволил воде струиться вниз. Кабина наполнялась паром, как и моя голова воспоминаниями прошлого.

Я впервые увидел Элис на встрече с Мартином Шрайбером. Тогда она еще работала его ассистентом, но я разглядел в ней нужного мне человека. Элис могла подготовить моих девочек к выходу на аукцион и я не ошибся, уговорив ее работать на меня. Элис, как и все, хотела переспать со мной, но тогда бы я лишился отличного сотрудника. Мы сразу обсудили что она получает, работая со мной, и чего она лишается, если мы переспим. Хотя девчонка очень аппетитная, но все-таки соблюдает условия контракта. Она справлялась с работой превосходно, а клиенты были довольны и платили бешеные бабки. Естественно и Элис я платил хорошо, понимая значимость ее в этом. Она была довольна, а значит и я.

Но что это сегодня было? Совсем нахрен сдурела. Она вываливала и раньше на меня дерьмо из своей головы, но никогда не заходила на мою территорию. Видимо терпение у нее на пределе. Нужно посмотреть кого она для меня нашла. Надеюсь хоть у этой хватит мозгов прочитать контракт и просчитать все риски, иначе Элис получит огромный пинок под зад.

Взяв сим-карту из разбитого телефона и заехав в магазин за новым, еду в клуб. Это обычное заведение, каких много в Нью-Йорке, созданный больше для прикрытия. В подвале скрывается мой нелегальный бизнес — аукцион. Только лоты на нем — это девушки. Вы даже не представляете, сколько эти богатые сукины дети готовы выложить за моих крошек. Контракт с девочкой и клиентом заключается на один год. И девушка становится для мужчины его собственностью, делая все, что требует ее хозяин. Но в основном моим клиентам требуются девушки для сопровождения. Конечно, Клиент может требовать все что хочет за свои деньги, и он требует. Но еще ни одна не возвращалась от своего покупателя недовольной выставляться на аукционе снова. Почти всегда все были довольны и товаром, и владельцами. А меня это чертовски устраивает. Были конечно и дерьмовые истории, но улаживались они очень быстро и без огласки.

Но я не могу делать всю работу сам, а в долю брать точно никого не стану. Мне нужна ассистентка — девчонка. Она является подушкой безопасности — если что-то пойдет не так, можно просто расторгнуть договор раньше времени. А эти сучки обычно не читают контракт до конца, потому что видят свою оплату. Таким образом, я получаю своего помощника без претензий на мой бизнес. Отличный вариант.

Зайдя в клуб, я достаю мобильный и набираю Элис смс, чтобы приехала срочно в клуб.

Через пол часа она уже тут, сказав, что девчонка расположилась в нашей квартире и наслаждается прелестью Нью-Йорка, пока это еще возможно.

− Приведи ее сегодня в клуб, хочу на нее посмотреть раньше, чем мы введем ее в курс дела, — говорю, просматривая бумаги.

− Вообще-то, у меня были другие планы на наш с ней вечер, — огрызается девчонка. Она вообще в край обнаглела.

− Если я говорю привести ее сюда, значит, ты ведешь ее сюда! — повышая голос, встаю из-за стола. − Ты, мать твою, совсем оборзела? Или ты хочешь пустить свой зад по рукам? Я это могу тебе гарантировать! — уже ору на нее. — Пошла вон отсюда, я тобой уже сыт по горло сегодня!

Гребаная сучка! Пусть лучше не испытывает мое терпение.

Через несколько часов я получаю смс от Элис, что они уже в клубе. Отлично. Выхожу из кабинета и иду искать администратора Майкла. Я могу на него положиться по части проведения аукционов. Даю ему указания на остаток вечера и поднимаюсь наверх.

Гремит музыка. Люди вокруг пытаются забыться от повседневной жизни, и обстановка самая подходящая. Подхожу к бару и заказываю виски со льдом. Бармен тут же выполняет. Я поворачиваюсь спиной к стойке и смотрю на людей вокруг, ища глазами Элис. Нахожу. Она направляется к столику, таща за руку свою подругу.

Высокая, фигура что надо. Длинные каштановые волосы. На вид такая же, как и сотни других. Ничего особенного. Нужно, чтобы с ней поработали специалисты, чтобы добавить ей лоска.

В этот момент девушка обводит взглядом толпу и останавливается на мне. Миленькая мордашка. Мои клиенты любят таких. Да, она определенно может принести для меня деньжат. Пара звонков, и клиенты сами поотрывают друг другу глотки за нее.

Этот взгляд. Я видел его раньше. Желание и жажда обладать мной, но в этих глазах есть еще и напористость. Черт. Может Элис права и у девки есть характер? Надо проверить!

Девушка отводит взгляд. И смотрит на каких то парней за соседним столом, а затем на ее лице вижу отвращение. Что, не нравится, когда на тебя смотрят как на дешевку? Что ж, думаю мы можем это исправить. Элис уже заметила меня и машет мне, подзывая к ним.

Затем мы знакомимся, и я говорю, как бы невзначай, что она подходит нам. Естественно Элис еще не успела ничего ей рассказать. Обычное упоминание о возможном заработке, времени и месте встречи, и я оставляю их, передавая все в руки Элис. Уже знаю, что девчонка будет работать на меня, решаю насладиться остатком вечера.

У входа в клуб я нахожу двух близняшек, которые с радостью узнав, что я владелец этого клуба, согласились покататься со мной.

− Если хочешь, мы останемся с тобой до утра, чтобы ты не скучал один в своей большой кроватке, − говорит одна из них, проводя языком по моему члену.

Я хватаю ее за волосы и с силой толкаюсь в ее рот: — нет, вы здесь только за этим.

Вторая обвивает меня руками и шепчет мне на ухо, прикусывая его: — ну давай же, малыш. Мы знаем, как доставить тебе наслаждение.

Я закрываю глаза и из меня вырывается рык, когда первая начинает сосать. — Черт, да! — блять. А она хорошо работает своим язычком. Интересно, а эта Алексис умеет так же? Вспоминаю ее взгляд и эти шоколадные глаза. И уже начинаю представлять, как ее губы обхватывают головку…

Тут я останавливаюсь. Останавливаю поток мыслей. Какого хрена это было?

«Это всегда происходит неожиданно. Сначала ты о ней думаешь, затем трахаешь. А потом ты теряешь свое сердце, когда она трахается с другими. Отношение — это позор для нас. Есть только секс и расчет. Если ты влюбишься, то об тебя вытрут ноги все. В том числе и она. Запомни это» — мои мысли о девчонке сменились воспоминаниями об отце. Я снова вспомнил, как мать трахалась с другими мужиками, как страдал тогда отец. Мне блять, все это не надо!

Злость закипала во мне с каждым толчком сильнее и сильнее. Девка, сосавшая мой член, начинала задыхаться от той силы, с которой я толкался в нее. Но мне было плевать. Она только лишь расходный материал, средство для получения удовлетворения.

Я обильно кончал в рот дешевки, у которой катились слезы по щекам. Но она глотала. Все до последней капли. Я удерживал ее так, как нужно было мне. А когда закончил, отпустил ее и она начала кашлять.

− Кретин! — крикнула она и выбежала из комнаты. Ее сестра сидела за моей спинной до сих пор. Странно, что она никак не пыталась остановить меня.

− Если ты хочешь, мы можем продолжить, — сладким голоском сказала вторая, проводя руками по моему животу и взяв в ладошки мои яйца. Вот же шлюхи. Ее сестра чуть только что не захлебнулась моей спермой, а она все не насытится. Я презирал их всех. Всех до одной.

− Пошла вон отсюда! — зарычал я на нее, грубо убирая чужие руки от себя. Девчонка все поняла без слов и молча ушла вслед за сестрой.

Какого хрена я так завелся? Все из-за этой Алексис? Еще одна тупая крошка, которая считает, что может как-то повлиять на меня. Ну ничего. Я еще раз докажу этому миру, что Брайн Райт управляет всем и все зависит только от меня.

Глава 3

Jessie Ware — Meet Me In The Middle

Алексис

В 17:45 я стою у главного входа в клуб, где мы вчера отдыхали с Элис. На улице уже идет сильный дождь, гремит гром, а небо покрыто яркими вспышками от молнии. Люди бегут по дорожкам, прикрываясь от капель тем, что нашли. От ливня на улице становится довольно прохладно, а мое желтое платье намокло и прилипает к телу. Волосы мокрые, словно я только что вышла из душа. Хорошо, что я не любительница макияжа, иначе его просто бы не стало.

Дергаю дверь клуба — закрыто. Стучу, но никто не открывает. В растерянности оглядываюсь по сторонам, пытаясь определить, где спрятаться от дождя. Через дорогу я вижу кафе. Отлично, горячее какао определенно поможет согреться.

Я уже двинулась в его направлении, но прямо передо мной остановилась машина и открылась дверь. Я уставилась на водителя — это был Брайн.

− Залезай быстрее! — кричит он, чтобы его было слышно сквозь шум дождя.

− Я тебе салон испорчу! — отвечаю и оглядываю свое насквозь мокрое платье.

− За чистку платить не тебе, а вот страховку покрываю я, поэтому если ты заболеешь — это обойдется мне дороже. Садись.

Я сажусь и закрываю дверь. Мы трогаемся. Брайн включает кондиционер, настраивая теплую температуру.

− Куда мы едем? Мы же хотели обсудить все в клубе? — указываю большим пальцем через плечо в направлении удаляющегося здания.

− Еще раз объясню. Ты вся мокрая, а зубы стучат так, что слышно за пару кварталов. У меня нет желания тратить время на поиски нового стоящего сотрудника, — резко отвечает он, — едем к тебе, ты переоденешься, и все обсудим.

Мои глаза округлились. Ко мне? Я не ослышалась? Черт.

Перевожу взгляд с дороги на водителя. Сегодня он одет в строгий костюм. Очень по-деловому и выглядит невероятно сексуально. Темные волосы аккуратно уложены, хочется запустить в них руки. Серьезный сосредоточенный взгляд прикован к дороге, а губы сложены в одну линию и напряжены, явно выражая его недовольство.

Брайн покосился в мою сторону и заметил, что я смотрю на него.

− Что? — спрашивает он и уже поворачивает голову ко мне.

− А… Откуда ты знаешь куда ехать? — приходит мне в голову только сейчас.

− Я знаю о тебе все со вчерашнего вечера. Я привык все знать о своих сотрудниках. Мне не нужны проблемы на работе и случайные сюрпризы, поэтому проверку проходят все без исключений.

− Прости за вопрос, но куда ты принимаешь сотрудников? Почему я могу доверять тебе? Я знаю тебя всего десять минут максимум. Чем ты занимаешься?

− Если бы ты мне не доверяла, ты бы не пришла! — говорит Брайн.

− А я и не знаю, могу ли доверять тебе. Я доверяю своей подруге.

− А твоя подруга доверяет мне. Значит, и ты можешь. — Его соблазнительный голос заставляет хотеть говорить с ним еще и еще, но я просто выжидающе молчу, надеясь получить ответы на все заданные вопросы. Но их не следует.

− Так что на счет бизнеса? — спрашиваю я.

− У меня есть несколько клубов. В одном ты была вчера. Есть еще два. Я хочу, чтобы ты работала в одном из них, — говорит брюнет и поворачивается ко мне. В его глазах я вижу легкую насмешку, хотя лицо не выдает абсолютно никаких эмоций.

− И ты уверен, что я соглашусь?

− А ты не хочешь работать подо мной? — отвечает Брайн, его скулы напрягаются, а взгляд меняется на прожигающий, опасный. Я не могу оторвать от него глаз — все повторяется, как ночью в клубе. Его запах наполняет всю машину, проникает в меня, а внизу живота снова зарождается это приятное чувство. Нужно держать себя в руках.

− Под тобой или на тебя? Я не для того переехала, чтобы спать с кем-то ради хорошей работы, — резко отрезаю, но мое тело явно желает обратного. Оно желает этого невероятно красивого мужчину. Мысль о том, как он будет целовать меня в шею, спускаясь ниже и ниже, лаская языком самые чувствительные места моего тела, заставляют мои щеки снова вспыхнуть.

Брайн все так же смотрит на меня, в его взгляде я отчетливо вижу желание. Он хочет меня так же, как и я его. Мое тело медленно тянется к нему, я словно намагничена и чувствую, как между нами заряжается воздух. Мне необходимо поцеловать его, ощутить его вкус.

− Я и не собирался спать с тобой! — обрывает Брайн, вырывая меня из плена фантазий, и я отстраняюсь назад. — Я просто предоставляю место работы, — он оттягивает ворот рубашки и указывает пальцем в лобовое стекло, — мы приехали.

Не собирался? Неужели мне показалось, что он тоже желает меня? Нет, я не могла ошибиться. Я видела такой взгляд довольно часто и могла узнать его из миллиона других. Что ж, может это и хорошо, установим рамки босс и подчиненный.

Выхожу из машины и поправляю прилипшее платье. Дождь уже закончился и на улице снова светит солнце. Я посмотрела на мокрый след на сидении.

− Я же говорила, что испорчу обивку!

− Не волнуйся, об этом будет кому позаботиться, — отвечает Брайн и выходит из машины.

− Надеюсь, чистить салон твоей дорогущей машины не будет входить в мои обязанности, — усмехнулась я.

− Нет, — улыбается своей сногсшибательной улыбкой брюнет, — но о кое каких предметах тебе все же придется позаботиться и уделять им максимальное внимание.

− Кружки сверху над мойкой. Кофе и чай в шкафу рядом справа. Я пойду, переоденусь во что-нибудь сухое, — сказала я Брайну, когда мы зашли в квартиру. Бросив на пол промокшую сумку и оставив у входа туфли, шлепаю босиком в спальню. Заворачиваю за угол и на ходу пытаюсь стянуть с себя мокрое платье, но оно настолько прилипло, что его невозможно снять.

Выбравшись из него, надеваю обтягивающие джинсы и белую майку. Волосы убираю в хвост. Выхожу к своему гостю. Он сидит на диване, а перед ним лежит листок.

− Черт, ты как Грэй из пятидесяти оттенков! — шучу я и подхожу ближе.

− Кто? — спрашивает Брайн.

− Ну, Грэй! Тот, который склонил свою девушку к БДСМ отношениям. Надеюсь это не контракт? — все так же продолжаю шутить.

− Вообще-то контракт, — отвечает он и поднимается, взяв с собой лист.

− Что? Я не буду участвовать в секс-играх…

− Стоп, остановись! — прерывает меня на полуслове Брайн, — это контракт, в котором говорится, что ты работаешь на меня один год в моем клубе. Тебе запрещено говорить о клубе за его пределами на этот период. Тебе выдается личный автомобиль и дополнительные услуги клуба, список которых так же представлен в контракте.

− Что… Что я буду там делать? Что это за клуб? Это какой-то секс клуб? — смотрю в контракт, перелистывая страницы и ища в нем что-то, малейшую зацепку. Почему нельзя распространяться о клубе? Что-то нужно скрывать, значит не все чисто и гладко с этим парнем. Как Элис вообще могла меня в такое втянуть?! Как она туда сама попала?

− Я не могу рассказать тебе о том, что там происходит, до того момента, пока не будет подписан контракт, но я могу тебя уверить, что там нет ничего такого. Мы не занимаемся проституцией, это не один из БДСМ клубов, которые ты видимо себе представила. Там нет наркотиков. Тебе гарантируется полная безопасность.

− Почему ты тогда не можешь рассказать мне сейчас, что там происходит? — уже более жестко спрашиваю я и поднимаю взгляд на гостя.

— Потому что я еще недостаточно тебе доверяю. Мой бизнес не должен пострадать. Элис уже проверенный человек, и я могу рассчитывать на нее. Если она говорит мне, что с тобой проблем не будет, то я склонен ей доверять. — Брайн достает из кармана свою визитку и кладет ее на стол. — Повторю еще раз. В этом заведении тебе ничего не грозит, поэтому прочитай контракт и подумай хорошенько. Не думаю, что ты найдешь еще где-то работу в первую неделю за $1500 в определенный час.

Мои брови поползли вверх от услышанного. Полторы тысячи в час? Люди получают такие деньги за месяц работы!

− Могу ли я обсудить это с Элис? — окликнула я брюнета, когда тот направился к двери.

− Можешь, но ты не получишь ответов на все интересующие тебя вопросы. Я жду ответа сегодня до полуночи. Если нет, то я приеду за ответом сам. И если я приеду, то отделаться от меня тебе не получится.

− Ты собираешься выкрасть меня и запереть?

− Еще не решил, но и этот вариант меня устроит.

− Это незаконно! — крикнула я, когда парень открыл дверь квартиры.

− Иначе ты должна будешь мне 10 штук за чистку салона, обивку которого испортила своей задницей, — крикнул он, и дверь за ним закрылась. Я поморщилась, вспомнив о его машине.

− Черт возьми, мне нужна Элис. Сейчас полетит чья-то голова с плеч! — говорю себе под нос, направляясь к сумке за телефоном.

− Ну привет, подруга, — говорю я, когда Элис наконец-то берет трубку, — может, расскажешь мне все-таки что это за клуб и что меня ожидает. Ты во что-то вляпалась?

− Приветик! Алексис, поверь! Ничего такого нет, правда! Я бы никогда…

− Ты работаешь шлюхой? — задаю, наконец, свой вопрос, который вертелся в моей голове уже минут тридцать.

− Что? Нет, Алексис! Ты рехнулась что ли? — возмутилась подруга.

− Ну, знаешь, Элис. Когда приходит охренительно красивый, молодой и богатый парень, который сует тебе контракт и предлагает работать в каком-то непонятном клубе, при этом совершенно не желает говорить мне что там, пока я не подпишу эту хренотень… Ох. В мою голову совсем нехорошие мысли лезут. Или ты рассказываешь мне, что происходит, или я тебя больше знать не хочу!

− Я… я все расскажу. Он разрешил.

− А ты все делаешь с его разрешения теперь? — спрашиваю ее недовольным голосом.

− Ну, почти. Алексис, давай я к тебе приеду. Не хочу говорить с тобой по телефону и вот так. Просто поверь, что тут нет ничего плохого.

Подумав немного отвечаю: — Хорошо, жду тебя. Только захвати чего-нибудь покрепче.

− Ок. Пятнадцать минут. Белое или красное?

− И то, и то. Думаю, тут понадобятся обе бутылки, — ухмыляюсь и снова беру в руки контракт, завершая разговор.

Пробежавшись по контракту и не найдя в нем ничего, что могло бы меня смутить кроме оплаты, жду Элис. Меня смущает сумма и сам хозяин, он пугает одним своим видом.

Стук в дверь. Открываю. На пороге стоит Элис и держит в руках три бутылки вина.

− Я подумала, что двух мало.

− Элис. У меня реально параноидальное предчувствие, что меня хотят втянуть в какие-то сексуальные деяния. У тебя точно все хорошо? — вываливаю я ей прямо с прохода.

− Да перестань, — отвечает девушка и проходит в квартиру, — что он успел тебе рассказать?

− Ну, что это не связанно с проституцией и наркотиками, — пожимая плечами, отвечаю подруге.

− И даже после его слов ты считаешь, что я занимаюсь проституцией? Подруга, да ты невысокого обо мне мнения я смотрю, — недоверчиво косится на меня Элис, — так, тащи бокалы.

Мы усаживаемся за небольшой журнальный столик, на котором лежит контракт. Но я не хочу пока думать о нем, мне важно понять, что вообще происходит.

− Полгода назад, когда я работала с Мартином Шрайбером над очередным проектом, мы познакомились с Брайном. По работе нам пришлось общаться пару тройку дней. Потом он предложил встретиться, а я уже тогда потеряла от него голову. Ну как можно устоять перед таким красавцем и его сексуальной улыбкой? — начала подруга, ухмыляясь и делая глоток вина, — я думала, что он пригласил меня на свидание, но попала к нему в клуб. Не в тот, в котором мы были с тобой. В этом клубе не проводят дискотеки, туда не попасть просто так, и там не оставляют по $100 за ночь. Это совсем другое. Длинный красно-бордовый коридор, много дорогой мебели. По двум сторонам коридора прозрачные большие комнаты с отдельными кабинками. Изначально я даже не поняла, что это и просто шла за ним. В итоге это оказался клуб по услугам для богатых людей. Клуб для проведения аукционов. Только на аукционы выставляют не товар… — Элис подняла глаза на меня и сказала чуть тише, — а девушек.

Мои глаза расширились, но в душе я уже знала, что это будет не простой клуб. Не зря я тогда насторожилась и что-то меня смущало, вот оно что. А подруга продолжала рассказывать.

− В нашем мире оказывается так много людей, которые могут отдавать себя за деньги, но при этом получать не просто секс. Ради роскоши девушки готовы жить с любым типом мужчин. Эти мужчины получают невероятно большие деньги. Девушки продают себя, но за это получают все что хотят: дома, машины, свой бизнес, если пожелают. Они обязаны сопровождать своих мужчин на различных мероприятиях, в поездках. Делают все, что говорит им их мужчина. Девушки сами выбирают это. Приходят добровольно, но отбираются не все. Так же и Клиенты — допускаются не все.

− Ты тоже выставлялась на аукционе? — настороженно спрашиваю у подруги.

− Нет. Я занимаюсь подбором девушек. Брайн платит мне хорошие деньги. Мне не нужно продаваться для того, чтобы получить все, что захочу.

− Элис… А в качестве кого вы хотите нанять меня? — неуверенно говорю я.

Девушка шумно вздыхает: — Знаешь подруга, я даже завидую тебе немного, — качает головой и снова усмехается. Меня начинают раздражать эти усмешки со всех сторон. Это общекорпоративная привычка что ли?

− Брайн сказал, что ему необходима помощница.

− Но ты итак его помощница, если я правильно поняла. Ведь без тебя не было бы этих девушек, и его бизнес не пошел.

− Нет, ты не поняла. Ему нужна его личная помощница, которая будет с ним 24 часа в сутки 7 дней в неделю без перерывов и выходных. Уехать сможешь, только если он разрешит.

24 часа. 7 дней в неделю…. То есть жить с ним, работать с ним…и что-то подсказывает мне, что и спать с ним тоже. Вряд ли он хочет купить меня и не воспользоваться всем. Но сегодня вечером и я его хотела, хотя это не входит в мои планы деловых отношений босса-ассистента.

− Элис там такая сумма оплаты, это меня более чем смущает.

− Давай посмотрим, — говорит Элис и открывает контракт. И, судя по всему, она находит нужную строчку, потому что прочищает горло. — Мда, детка. Твоей тощей заднице явно выпал куш. При условии, что я получаю 2000 в смену…

− Да, он назвал мне сразу сумму, но не озвучил, чего именно хотел взамен… — прерываю я.

− Тут только час твоей работы будет стоить ему в $1500. Черт! Я бы все отдала, чтобы оказаться на твоем месте, — говорит Элис и опустошает свой бокал залпом.

− Твою мать, подруга! Я даже не хочу знать, что там написано в этом контракте. Если сам Брайн предложил бы мне такое, я, точно не раздумывая согласилась. Он может быть мудаком в некоторых ситуациях на работе, но на самом деле адекватный и нормальный парень. За ним постоянно толпа девок бегает и пускает слюнки на его дорогие костюмы. Блять. 1500 штуки в час. При условиях 24 на 7, - девушка достает из сумки телефон и считает, а при виде результата поворачивает дисплей ко мне. — Почти $14 млн за год работы!

Я встала с дивана и подошла к окну. Черт. Мне никогда не заработать таких денег сидя в офисе и делая заурядную работу. Но и отдавать себя какому-то безумцу я тоже не хочу, тем более на целый год. Что же делать?

− Что же мне делать, Элис? Я не хочу выполнять его непонятные распоряжения.

− Скажу тебе еще разок. Я доверяю этому человеку так же, как и тебе. И если он тебя хочет, он придумает способ тебя заполучить. Ты, конечно, можешь обманывать себя, сколько хочешь, но я думаю, ты уже согласна. Но все-таки советую тебе прочитать контракт еще раз и сделать это как можно скорее. Если я не ошибаюсь, то времени у тебя осталось не так много, — с этими словами она встала и направилась к двери.

− Ты куда?

− Хочу оставить тебя, хорошенько все обдумай и позвони ему до полуночи, иначе Брайн приедет сам, а он этого не любит.

Опять одна. Опять с выбором, как поступать дальше. Я налила себе еще один бокал. Смогу ли я весь год жить с человеком и работать на него? А особенно если мы переспим. Секс всегда все усложняет. А что, если контракт не расторгнуть. И что, жить все оставшееся время как кошка с собакой? Но Элис права — я уже согласна. Такие деньги! Тем более, если подруга говорит, что он адекватный. Нужно понять, что меня ждет на ближайший год.

Я иду к столику и снова беру контракт. Залажу на диван с ногами и начинаю читать заново.

Глава 4

Gutter Brothers — House Of Ill Repute

Брайн

Закрывая за собой дверь ее квартиры, набираю Элис.

− Привет. Можешь рассказать ей не больше того, что обычно говоришь девочкам. Это все. — Нажимаю отбой не дождавшись ответа. Я уверен, что Элис выполнит свою работу как всегда безупречно. Черт, может она не успеет принять решение до полуночи. Мысль о ней, привязанной к моей кровати, невероятно возбуждающая. У девчонки есть характер, но она не раскрывает его.

Снова звонит мобильный: — Брайн. — В трубке слышу встревоженный голос Майкла, администратора одного из клубов.

− У нас проблемы.

− Еду, — говорю, уже сбегая вниз по лестнице. Запрыгивая в тачку, с визгом колес срываюсь с места. Что там, черт возьми, произошло? Надеюсь, никому не придется бить морду. Добираюсь до клуба за рекордное время и пулей вбегаю в заведение в поисках Майкла. Он сидит ко мне спиной на корточках перед креслом, а за ним я вижу копну черных как уголь волос и отчетливо слышны всхлипы. Подхожу ближе, Майк тут же встает, а девчонка сидит с опущенной вниз головой и рыдает навзрыд.

− Что у нас тут? — спрашиваю я.

− Да вот, сами посмотрите, — он поднимает за подбородок лицо девушки, которое я вообще не могу узнать. Это один сплошной синяк, который переливается цветами с зеленого на фиолетовый. Местами лицо сильно опухло. Глаза заплыли, то ли от синяков, то ли от рыданий. На руках тоже синяки, ссадины и царапины.

− Что случилось? — перевожу взгляд на помощника.

− Я нашел ее у входа в клуб, и еще не успел узнать, потому что не могу разобрать ее речь.

− Отведи ее в кабинет. Как успокоится — поговорим. Разворачиваюсь и иду к себе. С шумом захлопываю дверь кабинета, сажусь в кресло и запускаю руки в волосы. Почему у этих сучек все не слава Богу? Надеюсь, это не принесет новых проблем. Наверняка Клиент не стал бы долго ждать, чтобы оповестить меня. Я провожу руками по пиджаку и понимаю, что оставил телефон в машине. Может уже и был звонок, только я его не слышал. Иду к двери, открываю, а на пороге уже стоит избитая девчонка.

− Успокоилась?

− Да какая разница, — говорит она совсем тихо, и я пропускаю ее в кабинет.

− Рассказывай.

− Мой клиент, Адам Грин, он был вполне нормальным. Как и у всех предыдущих, у него были требования ко мне. Я все делала как он говорил и выполняла все распоряжения. Пару часов назад, мы поехали на важное мероприятие, он очень нервничал. Когда приехали на место, он ушел в туалет на некоторое время, а когда вернулся, то вел себя не совсем адекватно, как мне показалось. Я поняла, что он принял дорожку. Мистер Райт, я живу с ним уже 8 месяцев, и ничего подобного не было. Ему нужно было выступать перед публикой на этом мероприятии, но я сказала, что лучше попросить его помощника, так как Адам не в том состоянии и ничего хорошего у него не выйдет, — тут девушка снова начала рыдать, но пыталась продолжить рассказ, — он схватил меня за руку и потащил на задний двор, начал бить, пинать ногами и орать на меня, что я шлюха, и должна молчать. Я пнула его каблуком, и он упал на землю. И… — тут она замолчала.

− Иии?

− Я сказала, что он об этом пожалеет и что я могу подать на него в суд.

Злость во мне закипала, и я напоминал проснувшийся вулкан. Какого хрена она грозит моим клиентам судом? Кто такая эта шалава? Да она хоть понимает, что только что сделала? Если Грин начнет распространяться о том, что телки могут подать в суд, весь бизнес полетит к чертям. Все то, что отец выстраивал многие годы. А я лишусь всего. Быстрым движением достаю из-за спины пистолет и наставляю прямо на нее, снимая с предохранителя. Глаза девушки расширяются от ужаса и ее начинает трясти от страха и от слез.

− Мистер Райт, нет, не надо!!!!! — закричала девушка.

− Заткнись! — ору на девку. — Как ты, сука, смеешь угрожать моим клиентам! Ты, тварь, здесь никто. Ты подписала этот чертов контракт сама, своей гребанной рукой. Он мог делать с тобой все, раскроить тебе башку прямо на глазах у всех тех людей! Ты должна была молчать. Не тебе решать, что можно, а что нет. Что ему делать, а что нет. Ты просто аксессуар, у которого не должно быть своего мнения, тебе понятно? Или втолковать тебе по-другому? — продолжаю кричать и делаю взмах пистолетом.

− Мистер Райт!!!! — пищит она и зажмуривается. Я смотрю на эту жалкую девку. Она может подорвать мой бизнес из-за того, что не фильтрует то, что вылетает из ее рта. Может просто отрезать ей язык на хрен? Черт, тогда она уже явно не сможет делать клиентам отличный минет.

− Ты понимаешь, что сейчас твоя жизнь полностью зависит от меня, и моего решения?

− Д-да… — кивает она.

− И ты готова отработать свою непростительную ошибку?

− Готова, мистер Райт, все что захотите! — умоляет она и падает на колени передо мной. Хватая меня за брюки, начинает рыдать еще сильнее.

Я пинаю ее от себя, все еще наставляя на нее дуло пистолета.

− Ты едешь в «Hell» прямо сейчас! — отвечаю и иду по направлению выхода, убирая пистолет обратно.

− Хорошо. Все что скажете! Только что это?

− Поверь мне, девочка. Тебя ждет самый тяжелый год в твоей жизни. — На этом я выхожу из кабинета, где меня уже ждет Майк.

− «Hell»? думаете она справится? — озадаченно смотрит на меня парень.

− Все они созданы для того, чтобы их имели и трахали. Особенно я позабочусь, чтобы побольше занялись ее поганым ртом, из которого вылетает всякий мусор. Свяжись с этим Грином, и найди ему замену, но объясни, что эта тварь не может избивать моих девочек, когда ему вздумается. Это все. Я буду позже.

− Хорошо, мистер Райт.

Сажусь в машину и проверяю телефон. Нахожу смс от Элис о том, что она едет к Алексис. Отлично. У глазастенькой есть еще 2 часа, чтобы принять решение.

Черт, эта болтливая девка заставила меня понервничать. Надо бы добавить пункт об угрозах по отношению к клиентам в контракт. Я курю только в подобных ситуациях, когда что-то меня сильно выводит из себя. Достаю из бардачка пачку сигарет и делаю первую успокоительную затяжку. Дым заполняет салон машины и мои легкие. Надо выпить и немного расслабиться.

Завожу мотор моего Мустанга и еду в «Hell». Это мой третий клуб. Из всех моих работников о нем знают лишь Элис и Майкл. Некоторые девушки не хотят связывать себя на 1 год с Клиентами по контракту. Но это означает, что они переходят в мою собственность по причине расторжения контракта или нарушения правил. Обычно у телок не хватает мозгов, чтобы копить деньги, или вкладывать их во что-то. Они тратят все до копейки, поэтому становятся моими работницами. И если эти шлюхи не хотят работать по контракту, то либо я просто избавляюсь от них, либо отправляю их в «Hell» на 1 год. А дальше уже решать им, но варианты всегда неизменны. «Hell» — это обычный стриптиз клуб и бордель в одном флаконе, в котором Клиенты могут воплощать самые разнообразные фантазии в реальность. Этим клубом заправляет Джейк. Он знает в этом толк. Самое главное — держать девок подальше от выхода, а рот клиентов на замке.

− Так, так-так, — встречает меня на входе приятель Джейк. С ним мы давно дружим. Я вытащил его задницу из дерьма и за Джейком огромный долг. Но как оказалось, он отличный малый. — Неужели сам Брайн Райт пожаловал к нам, — приветствует он, хлопая меня по спине и пожимая руку.

− Да, приятель. Ну и денек. Чертовы сучки сводят меня с ума.

− Организую все в лучшем виде. У нас как раз есть новенькая, — говорит Джейк и подмигивает мне.

− Кстати о новенькой. У нас тут есть одна болтливая особа. Нужно забрать ее из моего клуба. Поработаешь с ее лицом, и особенно языком, чтобы поменьше трепалась. Организуешь?

− Конечно, брат. Что за вопросы. И не такое делали. Будь спокоен.

− Отлично. Я бордовой комнате, — отвечаю и иду по коридору в направлении VIP-комнат для приватных танцев.

Тут ничего не изменилось с прошлого раза. По полу струится дым, посередине стоит большое черное кресло, или это маленький диван, я так и не понял. Полукруглая комната, темно бордового цвета. Из динамиков доносится группа Gutter Brothers — House of ill Reput.

Дверь следом за мной открылась, и в комнату вошла блондинка, держа в руках бутылку Glenfarclas. У дивана уже стоял столик с ведерком льда и бокалами. В этой комнате было все, что мне сейчас необходимо.

Расстегнув пиджак, я устроился в кресле, а девушка начала свою работу. Сначала она налила мне выпить. Затем стала медленно двигаться предо мной, снимая с себя одежду. Видно, что девчонка неопытна, но это даже заводило, и мой член уже начал твердеть. Сняв с себя все, кроме трусиков, она обошла кресло и встала за моей спиной. Развязала галстук, при этом лаская мочку моего уха. Расстегивая пуговицы на моей рубашке, она царапала мое тело, получая одобрительное шипение. Потом взяла мою руку, в которой был бокал с виски, и поднесла ее к моим губам, принуждая сделать еще глоток. Обошла кресло и встала перед моим лицом. Она начала ласкать себя, спускаясь все ниже и ниже, просовывая пальцы в свои трусики. Черт, мне это нравится. Я делаю еще глоток и тяну к ней руки, хватая ее за задницу усаживаю на себя сверху. О да, сучка начинает двигать бедрами по моей промежности, а я хватаю ртом ее сосок и кусаю. Блондинка запускает свои пальчики в мои волосы и от удовольствия тянет их. Затем, она встает с меня и садится на колени, расстегивая мои брюки. И как только ее губы обхватывают мой член, начинает звонить мой телефон.

Я достаю мобильный из кармана — Алексис.

− Брайн, — отвечаю, а блондинка продолжает сосать.

− Привет. Хорошо, я согласна, — слышу ее сладкий голосок в трубке.

− Не сомневался в этом. Я напишу тебе время и место встречи. Жди. — Отключаюсь, не дождавшись ее ответа.

Девушка ласкает меня своим язычком и берет мои яйца в свою ладошку. Она отлично справляется. Еще немного и я кончу. Обожаю эти ощущения — это ни с чем не сравнимо. Я закрываю глаза и запрокидываю голову назад. В мыслях сразу всплывают шоколадные глаза. «Ммм, Алексис. Ну что, игра начинается», — с мыслями об этой девчонке я утопаю в оргазме.

Глава 5

Алексис

На мобильном мелькает сигнал входящего сообщения.

«Сегодня тебя заберет и проинструктирует Элис. Будь готова к 7 вечера. Брайн»

Прочитав сообщение несколько раз, резко встаю и бреду в гардеробную. Мой первый рабочий день, а точнее вечер? А если еще точнее, то ночь. Что мне надеть? Одежды крутых брендов у меня пока не имеется, поэтому пытаюсь оценить себя в различных нарядах из имеющегося, насколько я тяну под ассистента крутого босса. Пройдясь взглядом по вешалкам, набираю Элис.

− Элис привет, — держу у уха телефон, перебирая вешалки в гардеробной, — что я должна надеть? Одежда офисного плана подойдет, или это слишком строго? — Скептически осматриваю платье из темно-зеленого гипюра, но вешаю назад в шкаф.

− Брайн не любит излишеств Лекс, но твой наряд должен дать человеку понять, что ты приближена к Райту.

− Ох, — выхожу из гардеробной и бросаю три вешалки на кровать рядом с контрактом, — ну и задачу ты мне подкинула. Я звонила Брайну и дала согласие.

− Я уже в курсе, ты сегодня должна появиться в клубе. Он поручил мне привезти тебя, так что к 7 вечера будь готова.

− Ладно, поняла, тогда до вечера Элис.

Она нажимает отбой, и я сажусь на кровать, и снова беру в руки контракт. Белые, аккуратно отпечатанные листы бумаги с четким регламентом, правами и обязанностями. Целый год строгих четких правил без личного времени и своего мнения. Я выдыхаю и поднимаю глаза, смотря на яркий пейзаж на стене передо мной. На картине в лучах предрассветного солнца распростерлось поле, усеянное множеством летних полевых цветов и только кое-где, на заднем фоне видны очертания начинающегося лиственного леса. Мыслями меня на мгновение уносит в ту местность, с неуловимо витающим легким ароматом полевых цветов, тишины и безмятежности с буйством красок сочной зелени. Увы, моя работа совсем не будет похожа на этот яркий и красочный пейзаж. «На аукционы выставляют не товар, а девушек» — снова всплывают в моей голове слова Элис. Чертов ублюдок торгует женщинами, неужели в нем нет ни капли человечности? И как, как быть с рядом с ним? Да он сексуален и к нему безумно тянет, но смогу ли я связать себя с этим бизнесом, пусть даже только на год? В голове мелькают невеселые картинки из фильмов о торговле людьми и проституции. От нерадужной перспективы быть причастной к такому бросает в дрожь. Неприятно сознавать, что по большому счету, ты помощник самого настоящего элитного сутенера. Опускаю глаза вниз и снова читаю этот злосчастный контракт.

Контракт

Заключен__________________ 2015

Работодатель, в лице мистера Брайна Томаса Райта, именуемый далее Руководитель, с одной стороны, и ____________________ именуемая далее Ассистент, действующая в своих интересах и от своего имени, с другой стороны, заключили настояний контракт о нижеследующем:

1. ОБЯЗАННОСТИ АССИСТЕНТА:

1.1. Выполнение поручений Руководителя;

1.2. Следить за сроками выполнения поручений руководителя, взятых на контроль;

1.3. Организовывать прием посетителей, содействовать оперативности рассмотрения просьб и предложений работников и Клиентов;

1.4. По распоряжению Руководителя выезжать в командировки;

1.5. Не разглашать без согласия непосредственного руководителя полученную во время работы коммерческую и конфиденциальную информацию;

1.6. Знать руководящий состав заведений;

1.7. Вести в органайзере ежедневный трудовой распорядок дня Руководителя;

1.8. Владеть информацией, необходимой для надлежащего исполнения обязанностей.

1.9. Иметь безупречный внешний вид для поддержки имиджа Руководителя:

− одежда от известных брэндов;

− посещение салона красоты.

2. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ АССИСТЕНТА.

2.1. Ассистент при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах Руководителя.

2.2. Ассистент несет ответственность перед Руководителем за убытки, причиненные его виновными действиями/бездействием.

2.3. При определении оснований и размера ответственности Ассистента должны быть приняты во внимание обстоятельства, имеющие значение для дела.

2.4. Трудовые функции, не вытекающие из настоящего Контракта, могут осуществляться Ассистентом лишь с согласия Руководителя.

2.5. Ассистент не имеет права выполнять работу по договорам с другими предприятиями и организациями.

3. ОБЯЗАННОСТИ РУКОВОДИТЕЛЯ.

3.1.Предоставлять Ассистенту работу в соответствии с условиями настоящего Контракта;

3.2. Обеспечивать Работнику условия труда, необходимые для выполнения им обязанностей по настоящему Контракту, в том числе предоставлять в распоряжение Ассистента необходимые технические и материальные средства в исправном состоянии;

3.3.Обеспечивать условия оплаты труда;

3.4.Предоставить автомобиль для служебных поездок или выплатить компенсацию при использовании для служебных целей личного автомобиля.

4. ОПЛАТА ТРУДА И РЕЖИМ РАБОЧЕГО ВРЕМЕНИ

4.1. Оплата труда Ассистента осуществляется путем отправки денежных средств на банковский счет. Величина заработка по контракту составляет $80 за 1 трудовой час и $1500 в 1 трудовой час в течение 4 рабочих часов 2 и 4 субботы месяца.

4.2. Ассистенту устанавливается семидневная рабочая неделя. Режим рабочего времени Ассистента устанавливается с 0.00 до 24.00.с обеденным перерывом — 1 час.

4.3. Продолжительность отпуска, выходной день а также свободное время Ассистента определяется по договоренности сторон.

5. СТРАХОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

5.1. Ассистент подлежит всем видам страхования на период действия Контракта.

6. ОСНОВАНИЯ РАСТОРЖЕНИЯ КОНТРАКТА

6.1.Истечение срока контракта;

6.2. Вступление в сексуальные отношения с Руководителем.

6.3. При расторжении контракта, Ассистент обязан возместить все затраченные средства Руководителя в период с момента заключения Контракта, а так же моральный ущерб, равный месячному заработку Ассистента в течении 24-х часов с момента расторжения контракта.

7. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

7.1. Трудовой договор заключается между Руководителем и Ассистентом сроком на 1 год

и действует с «___» _______________ 201_ г. по «___» _______________ 201_ г; на время выполнения работы, обусловленной настоящим Контрактом.

7.2. Настоящий контракт содержит конфиденциальную информацию и не подлежит разглашению, размножению и опубликованию в открытой печати.

7.3. Контракт составлен в двух экземплярах:

− первый экземпляр находится у Руководителя;

− второй экземпляр находится у Ассистента.

Контракт вступает в силу с момента его подписания сторонами.

ПОДПИСИ СТОРОН:

Руководитель Ассистент

(Брайн Томас Райт) '

_______________________ _________________________

На первый взгляд контракт как контракт, ничего особенного, но очень уж смущает один пункт. Встаю и, прохаживаясь по комнате, снова прокручиваю условия в голове. При расторжении контракта, Ассистент обязан возместить все затраченные средства. Как это сделать, если они уже потрачены? Если я правильно понимаю, то эти средства, связанные с салонами, одеждой и другой ерундой.

Можно обойтись и без этого, но также в договоре есть пункт о безупречном внешнем виде. Но вернуть деньги нужно только по причине нарушения правил контракта и при его расторжении. Не спать с руководителем. Да уж, ну и условие, прямо оговорено в самом контракте. На моих губах невольно мелькает улыбка, каков же он этот Брайн. Весь контракт пропитан цинизмом. По меркам этого человека все можно купить, нужно только правильно указать цену на бирке. Что ж видимо он просчитал цену и мне, хотя никогда бы не подумала, что меня можно купить. Но условия 24/7 — это именно покупка, присвоение одного человека другому в безраздельное пользование. Деньги мне действительно безумно нужны и думаю, что год я смогу потерпеть этого человека.

У меня в кармане осталось 100 долларов. Работы нет, денег на еду тоже. Устроиться работать официанткой — не лучший выход. Поэтому пока иного выхода нет. А дальше, на свои кровно заработанные устрою себе отпуск и уже ни в чем не буду себе отказывать.

Не спать с Руководителем. Конечно, Брайн чертовски горяч. Эти пухлые губы так и манят впиться в них. Но я понимаю, что если пересплю с боссом, то рабочим отношениям конец. Как и моей дальнейшей жизни. Поэтому я уверена, что смогу держать себя и свои мысли в руках. Да, точно! Никакого секса с Брайном.

Выбрав достаточно строгое платье-чехол темно серого цвета до колена на вечер, два металлических браслета, туфли на шпильке и серый клатч, я включаю плеер и занимаюсь уборкой моих скромных квадратов.

День клонится к вечеру, и я начинаю собираться. Контракт кладу в клатч. Приняв душ и высушив волосы, принимаюсь за укладку прически и нанесение макияжа. Вечерний, но не слишком яркий, все-таки это работа. Контракт так и не выходит у меня из головы, где я должна жить, чтоб выполнять свои обязанности 24/7? У него? А смогу ли я исключить понятие из своих принципов, как личное пространство?

В дверь раздается звонок и я, все еще одетая в домашний костюм, иду открывать. Элис стоит в брючном костюме с мятного цвета блузкой.

− Ты еще не готова? — отрезает она прямо с порога, — давай пошевеливайся дорогая. У тебя есть ровно 10 минут на сборы, — для большей убедительности Элис жестикулирует рукой, подгоняя меня.

— Элис, я уже почти, только платье надеть осталось, — забегаю в спальню, надеваю платье, часы, браслеты, беру клатч и выхожу, — ну как? Сойдет?

− Неплохо Лекс, думаю он будет доволен, — улыбнувшись, кивает Элис окидывая меня взглядом с ног до головы.

Сев в черную AudiRS 5 кабриолет, мы едем в клуб. На входе Элис представляет меня охраннику и мы заходим внутрь. Огромное двухэтажное помещение с винтовыми лестницами расположенными по бокам от основного входа, создающие возможность подъема на второй этаж, состоящий из двух крыльев.

Столики и диванчиками с креслами удобно расположены рядом с барными стойками по бокам от большого танцпола посреди помещения. Сверху на танцпол падает свет от цветомузыки, на моем платье возникают отблески разных цветов. Клубы дыма спускаются сверху и растекаются по полу клуба. А ультрафиолет придает ему красивый оттенок. Музыка грохочет в ушах,DJ знает толк в музыке и как завести толпу. Кто-то прыгает в такт ритму. Кто-то прижимается друг к другу настолько близко, что иногда это выглядит неприлично. Вот она атмосфера отдыха и веселья. Только вот для меня это работа, а местами прикрытие настоящей работы, когда придет время аукциона.

Обходим с Элис танцпол и направляемся по небольшому коридору в бордовых цветах, углубляясь в темноту, подальше от светильников с мягким приглушенным светом.

Элис стучит в дверь, мы входим в его кабинет. Брайн сидит в кресле, разговаривая по мобильному и рассматривая бумаги, лежащие у него на столе. Подняв на нас глаза, он показывает на кресла, расположенные напротив его стола и мы с Элис садимся. Закончив разговор по телефону, он переводит взгляд на нас. Достаю и клатча свой экземпляр контракта.

− У тебя есть вопросы? — Он достает из выдвижного ящика стола еще один экземпляр контракта и снова поднимает голову, пристально смотря на меня.

Во рту пересыхает. Его взгляд такой решительный и строгий. И невероятно сексуальный. Как же сложно справиться с реакцией на него. Но в моих интересах к нему привыкнуть. Моргаю несколько раз, чтобы прогнать непрошенные мысли.

− Да есть. Я готова приступить к обязанностям ассистента, но… — я поворачиваюсь в сторону Элис, а затем снова к Брайну, — как мы должны сотрудничать в графике 24 часа в сутки? С такими условиями я всегда должна находиться поблизости.

− Ты и будешь, — он переворачивает листы, подбираясь к последнему, — подписываем?

− Не поняла, как это будешь? Можно более развернутый ответ? Я что, жить с тобой должна?

− Ты смотри, догадалась, — саркастически замечает он, — еще вопросы?

− А как же личное пространство? — я растерянно и немного осуждающе смотрю на него.

− 24 на 7, личное пространство и время в твоем контракте отсутствуют, если я того не пожелаю, что не понятно. Или ты не прочитала контракт? — он уже злобнее смотрит и огрызается.

Закрываю на миг глаза. Гребанная завлекающая куча денег. Год. Алексис, всего лишь год. И пока не передумала, на одном дыхании выпаливаю: — Подписываем.

Открываю глаза. И первое, что я вижу, это самодовольная ухмылка. Он знал. Он изначально знал, что я соглашусь. Придурок.

Подписывая контракт, я не свожу глаз с Брайна. Его ухмылка говорит, что это год будет не таким уж и легким, как это все описано на дурацких бумагах.

− Это все? Или есть еще что то на подпись? — кладу ручку на стол.

− Это все. Можете приступать. Элис проводи, — говорит Брайн расстегивая пиджак, откидываясь на спинку кресла начинает задумчиво потирать нижнюю губу.

Выйдя из кабинета мы с Элис идем в основное помещение, где меня знакомят с персоналом и вводят в курс дел. Элис уезжает, дав наставления и рассказав о моих обязанностях. А я остаюсь у барной стойки. Проходит час, пока я прохожу по клубу, осматривая его, и возвращаюсь снова к барной стойке. Бармен подзывает меня и показывает на меня трем мужчинам.

По их внешнему лощеному виду я понимаю, что это не просто завсегдатаи заведения, а те самые Клиенты, о которых упоминала Элис.

− Добрый вечер Алексис, — мелодичным басом протягивает один из них, — мы желаем увидеться с мистером Райтом, если он не очень занят, — и протягивает мне платиновую карту, — возьмите, мистер Райт поймет кто хочет с ним встретиться.

− Хорошо, — забираю карту, — минутку, — достаю мобильный, набираю Брайна, но абонент недоступен. Черт, нужно идти и притащить его задницу сюда. — Простите, я должна отлучиться.

Минуя коридор, иду к его кабинету. Стучу в дверь, но его голоса не слышу. Что ж, осмелюсь ее открыть, я его ассистент. За дверью слышен шум. Открываю дверь, Брайн сидит, развалившись в кресле, а рядом стоит полураздетая девица.

− Оу, — поднимаю брови вверх, — простите мистер Райт, что помешала, — захожу в кабинет и усаживаюсь в кресло напротив, демонстративно закинув ногу на ногу и положив руки на подлокотники.

− Какого хрена ты себе позволяешь? — вырывается глухим рычанием, — тебя поучить гребанной деловой этике?

Он смеет меня учить, как вести себя на рабочем месте, учитывая тот факт, что сам развлекается с девчонкой в кабинете. Погоди Райт, посмотрим, что ты скажешь сейчас.

− Быть может то, что я явилась к Вам так внезапно, смягчит вот это, — достаю из кармана платиновую карту и кладу на стол перед ним. Лицо Брайна резко меняется. Перевожу свой взгляд с него на девицу, а затем снова возвращаюсь к Райту.

− Кори оставь нас, — не сводя с меня взгляда, говорит Брайн. Девица, окинув меня взглядом, собирает вещи и выходит. — Продолжай, — обращается он уже ко мне. Его взгляд перемещается с меня на карту.

− Трое джентльменов ожидают у барной стойки, — я встаю с кресла и направляюсь к двери.

− Я не разрешил тебе встать, — слышу низкий грубый злой упрек и поворачиваюсь, уже стоя в дверях.

Ну уж нет, Райт. Думаешь я дам себя запугать? Не на ту напал, урод. И тут мне в голову приходит идея.

− Знаешь что Биг Босс, пожалуйста, не указывай мне что делать. Свои обязанности я выполняю исправно, но с твоим отношением это может быть временно. Один из твоих важных, насколько я поняла по взгляду на карту, клиентов был очень любезен предложить мне работу за не менее солидную оплату и я пока отказалась, но знаешь, — слегка наклоняю голову набок, — я могу передумать и все зависит, как ты ранее выразился от твоей деловой этики. Так что будь добр, свои мудацкие замашки ко мне не применяй, — смотрю на него озлобленно.

Его руки сжимаются в кулаки, а взгляд метает молнии. Он готов испепелить меня. Наклоняется и ставит локти на стол, складывая руки в замок.

− У Вас все мисс Фишер? — он исподлобья смотрит на меня.

− Да, я могу быть свободна мистер Райт? − натягиваю сладкую деловую улыбку. Да пошел ты Райт.

− Иди.

Выхожу из кабинета и слышу глухой стук упавшего предмета и ругань.

− Сука…

Непроизвольно у меня вырывается смешок, и я прикрываю рот рукой, чтобы сдержать смех.

Я порядком его разозлила. Но иначе с ним нельзя, этот человек торгует женщинами и его поведение говорит о том, что мы для него всего лишь товар. Ничего, это только на год. Обоснуюсь в городе, и по окончанию контракта меня ничего с этим подонком связывать не будет.

Глава 6

Linkin Park — Wretches And Kings (2010)

Брайн

Резко встаю со стула, и он падает позади меня.

− Сука! — эта сучка вывела меня. Возникающие мысли о ней прямо противоположные. Она одновременно злит и начинает вызывать уважение. У девки есть характер, и мне это нравится. Но подобные вольности спускать нельзя.

Выхожу из кабинета, и вижу удаляющийся силуэт Алексис. Рядом с ней я не могу сдерживать свои эмоции, и это бесит меня еще больше. С первого дня она влезла мне в голову, и продолжает это делать сейчас. Но я этого не допущу. Я знаю таких как она. Делают вид, что они чего-то стоят в этой жизни, а сами прыгают в постель при первой же возможности. И я уверен, что Алексис из таких.

В несколько больших шагов я догоняю ее и хватаю за локоть. От неожиданности она дергается и охает. Непонимающий взгляд говорит мне о том, что она не ожидала увидеть меня так скоро.

− Стоять. Сейчас ты идешь со мной. Это твоя работа. Поэтому засунь подальше свою гордыню и ступай следом. Не хватало еще нянчиться с тобой, — отпуская ее руку, двигаюсь дальше по коридору.

− Со мной и не придется нянчиться. Я уже поняла, что вам нужен робот-универсал, который будет выполнять за Вас всю работу. — Слышу позади себя недовольный голос.

− Ты сама на это подписалась. Тебя никто не заставлял. Вы все такие. Ведетесь на деньги, как дешевки. — Плюю через плечо и ухмыляюсь.

− Эй, — Алексис хватает меня за плечо и разворачивает. — Ты самоуверенный кретин. Если ты общаешься только с девушками, которые спят с мужиками из-за денег, то глубоко заблуждаешься на мой счет. — Она делает шаг вперед и в ее взгляде четко видны раздражение, злость и куча страсти. Девка хватает меня за воротник одной рукой, — У нас с тобой контракт. Ты предложил работу, я ознакомилась с условиями и согласна их выполнять. Это работа, за которую платят. А не секс и развлечения. И не смей говорить мне, что я дешевка. Ты ничего не знаешь обо мне, чтобы делать такие громкие выводы. — Отпуская меня, она делает шаг назад. — Если и судить кто из нас двоих дешевка, то это ты, если общаешься с женщинами, которые ведутся на деньги через постель так легко. А раз ты считаешь, что женщины все такие, значит, ты чересчур часто находишься в их обществе.

− Детка, — делаю неторопливый шаг в ее сторону, — я знал, что ты подпишешься на это еще в нашу первую встречу, — прижимаюсь к ее телу, кладу ладонь на ее поясницу и притягиваю к себе резким движением. — Я видел, как ты смотрела на меня. Так ведут себя абсолютно все, как ты говоришь, женщины, — намеренно отделяю последнее слово, делая на нем акцент, — ты привыкнешь к деньгам. Ты привыкнешь к роскоши, в которой будешь пребывать весь этот год. Даже не стоит и гадать, что будет через год. А сейчас пошли. Клиенты не могут ждать долго, а если мы их упустим, то это будет вина твоя и твоего ротика, который не умеет держать язычок за зубами. Выкинешь еще хоть что-то подобное, что было в моем кабинете, — я достаю из-за спины пистолет и приставляю его к ее виску. У девчонки расширяются глаза от ужаса и я шепчу ей прямо в ухо. — Я разнесу тебе твою черепушку. Ты будешь делать так, как я сказал. Ты будешь держать свой рот закрытым, пока я не скажу его открыть и советую в эти минуты общаться только по делу. А если что-то пойдет не так, то будешь работать на меня всю свою оставшуюся долгую жизнь. И поверь, она покажется тебе далеко не сахарной. Тебе лучше смириться с тем, что вы все в моих глазах шлюхи. — Убираю пистолет обратно. — Ты поняла меня?

Девчонка качает головой.

— А теперь пошли, — беру ее за руку. Она вся трясется, паника все еще не покидает ее взгляд.

− Расслабься. Делай все как я сказал, и у нас с тобой не будет проблем. Так, где ты их оставила?

− Возле бара, — делает глубокий вздох Алексис и пытается выдернуть свою руку, но безуспешно. Ей от меня не убежать.

Мы проходим через танцующую толпу, я пропускаю Алексис вперед и кладу руку на ее поясницу, проталкивая вперед. Мой взгляд пробегает вниз по ее телу. Черт, а у нее очень аппетитная фигурка. Она определенно была бы в моей постели, если бы не этот контракт. Она будет особенным товаром в моей коллекции. Девчонка действительно умна, но с ней необходимо немного поработать.

Впереди я вижу Оливера Сноу, он наш постоянный клиент и девочки всегда им довольны. 3 недели назад у него кончился контракт, и это значит, что ему нужна новенькая. Он всегда выбирает разных.

− Привет Райт. Новая помощница? — протягивает Сноу руку и кивая в сторону Алексис.

− Привет Оливер. Да, знакомьтесь, Алексис Фишер — мой новый ассистент. По всем вопросам в дальнейшем можете обращаться к ней. Я так понимаю тебе нужен новый лот?

− Ты знаешь, что за другим я бы к тебе не пришел, — разводит руками Сноу, — а что, эта красотка не хочет выставляться? Я бы отвалил за нее кругленькую сумму, — указывая на Алексис, говорит толстяк.

− Нет. Она моя. К тому же, для тебя, у нас есть свежий товар. Думаю, ты найдешь себе что-то по душе, выбрав одну из них. Через неделю. В том же месте в то же время.

− Договорились.

− Алексис, — поворачиваюсь я к девушке, — прошу, запиши номер Оливера для связи. А с тобой Оли я прощаюсь. Еще нужно уладить много дел.

− Увидимся через неделю, — прощается Сноу и получает от меня легкий кивок.

− Жду тебя в своем кабинете. У нас есть еще дела, — говорю я Алексис, легонько ударяя ее по кончику носа, и ухожу, оставляя клиента за ней. Слегка озадаченная моим поступком в присутствии остальных, она молча выполняет мои распоряжения.

Через пару минут Алексис распахивает дверь моего кабинета. Ее уверенная осанка говорит о том, что пришла она явно не с миром. Она выглядит как хищница, готовая накинуться на меня в любую секунду. Да, девочка определенно в моем вкусе. Представляю, какая же она может быть в постели. Она будет моей!

− Что за черт?! Если ты думаешь, что я буду спускать тебе такие выкрутасы… — Алексис начинает приближаться к столу и садится на самый его край рядом со мной. — Скажи, а так и дальше будут строиться наши, — прокашливается, — отношения? Ты будешь приставлять дуло всякий раз, когда я делаю, говорю, смотрю или думаю не в том направлении? Но все остальное время будут присутствовать не особо понятные жесты флирта?

− Нет. Для тебя у меня есть и другие способы, — выгибаю бровь и с вызовом смотрю на нее.

− Это какие же? Может просветишь? Я хочу понимать все правила этой игры.

− Ох, Алексис, — я кладу руку ей на бедро, одновременно откатываюсь на кресле чуть назад и ставлю ее прямо перед собой. — Ты же понимаешь, если тебе не понравятся мои условия игры, мы всегда можем их прекратить. — Опускаю руки к краю ее платья и медленно поднимаю его, лаская ее стройные ноги. Из девушки вырывается то ли вздох, то ли стон. Да. Ей это нравится. И я не могу сдержать усмешки. — У нас может быть невероятное продолжение знакомства, — беру ее руку и слегка кусаю мизинец.

− Так значит, ты хочешь этого? — шепчет она мне сладким голоском, отчего внутри зарождается комок удовольствия. Запускает свои пальчики в мои волосы и слегка оттягивает, спускаясь цепочкой поцелуев вниз по шее. — Ты хочешь, чтобы я ласкала тебя своим язычком? Хочешь, чтобы ты был внутри меня весь целиком. — Чертовка, знает, что мне нравится.

− Ммм. Да ты смотрю, знаешь все мои желания, — проговаривая последнее слово, хватаю ее за задницу.

− Этого не будет Брайн! Не в этот год. Тебе ничего со мной не светит. — Отходя от стола, она поправляет платье.

− Это мы еще посмотрим. А сейчас, выметайся и жди меня в машине.

Ухожу в туалет, чтобы немного остыть. Этот цветочный запах, кажется, проник в мое тело, в мой разум. Он преследует меня, и член продолжает твердеть.

− Черт! — ударяю кулаком о стену уборной. Мне срочно нужна разрядка.

Смочив лицо прохладной водой, немного прихожу в себя и направляюсь к машине. Весь путь до Hell был в молчании. Видимо мы не всегда такие смелые и разговорчивые. Если ты хочешь поиграть, то пусть так и будет. В эту игру меня еще ни одна сучка не обыгрывала. Здесь мои правила, и я могу их менять как мне вздумается.

− Привет, старина. Это Алексис, мой новый ассистент, — приветствую Джейка, помощника в Hell.

− Рада познакомиться, — говорит Алексис и протягивает руку Джейку.

− Брат, я думал ты мне новенькую привел. Малышка, может ты бросишь этого придурка и поработаешь на меня? — пожимает ее руку парень и разглядывает ее с ног до головы, а я толкаю его локтем в ребра.

− Я не думаю. Что это разрешено по контракту, — улыбается Алексис.

− Ах, да контракт… ну что же, зови меня просто Джейк, — подмигивает он моей ассистентке и поворачивает голову ко мне, — зачем пожаловали?

− Ввожу Алексис в курс дел. Алексис подожди меня тут пару минут.

− Хорошо.

Отвожу Джейка в сторону.

— Приятель. Хочу одолжить у тебя ненадолго зеркальную комнату. Девчонка разбалованная. Ее нужно немного приструнить.

− Брайн, просто трахни ее и дело с концом. Зачем тебе мои девочки для этого? Не впутывай их.

− Просто выполни и все. И проводи моего помощника в нужное место.

− Как скажешь, дело твое, — ухмыльнулся Джейк. Хорошенько повеселись. Надеюсь, она не оторвет тебе яйца. Выглядит она не так, как другие.

− Это мы посмотрим, — ответив, направляюсь в зеркальную комнату.

Вхожу в темное помещение. Сверху, схожий с прожектором, светит фонарь, освещая круглый диван белого цвета. Зеркала, кругом я вижу себя. Со спины, с боку. Идеальное место для секса. В комнате тихо, спокойно, но я знаю — как только мы начнем играть с одной из девочек Джейка, в соседней комнате через стекло Алексис будет наблюдать. У нее не будет возможности выбраться оттуда, пока я не закончу здесь. И у нее будет только два варианта: отвернуться и слушать все, что происходит в зеркальной комнате, или же ласкать себя. И я уверен, что она выберет второй вариант и будет представлять, что это делаю с ней я. Она пожалеет, что связалась со мной, но теперь будет знать, на что я способен.

Алексис

Джейк проводил меня в небольшую комнатку красного цвета. На полу был ковер с большим ворсом, очень уютный диван и столик с небольшим баром рядом, а напротив огромным зеркалом. Очень вызывающее место.

− Подожди его здесь дорогуша. Можешь пока расслабиться.

− Хорошо. — Сбрасываю туфли на ковер и устраиваюсь на диване, поджав под себя ноги. Какое это удовольствие, немного отдохнуть от Брайна и его пошлости, граничащей с сумасшествием. Он невыносим. Его настроение меняется со скоростью урагана. Он дерзкий и властный, а через секунду сексуальный и манящий. Зачем он притащил меня сюда? Сам сказал, что нужно учиться, но в дела не вводит.

В эту секунду напротив меня зажегся свет и сквозь зеркало я вижу Брайна. С женщиной. Она, стоя на коленях, сосет его член огромного размера. Райт держит ее за голову и в бешеном ритме входит в ее рот.

− О. Боже. Мой! — быстро отворачиваюсь от зеркала и подхожу к двери, чтобы выйти отсюда. Дергаю за ручку. Не открывается.

− Что за черт?! — дергаю еще сильнее и толкаю, но дверь не поддается. Что есть мочи начинаю колотить в дверь. — Джейк, выпусти меня! Что это за херня? Джейк! — руки начинают болеть от силы ударов и тут я слышу стоны. Их стоны удовольствия. Нет, я не хочу это слышать! Зажмуриваюсь, что есть силы и закрываю уши ладонями, но эти звуки будто в моей голове, а картинка Райта со спущенными штанами и огромным членом тут же всплывает в памяти.

− Черт, как же я попала! — говорю я вслух и сползаю по двери напротив проклятого зеркала, картинка которого пробуждает во мне бурю эмоций.

Глава 7

Halsey — Castle

Алексис

Соберись! Не будь тряпкой!

Я глубоко дышу, пытаясь справиться с нахлынувшей паникой, смешанной со стыдом. В голове мелькает куча вопросов. Зачем? Зачем он это сделал? Это мне наказание за мое поведение? Да, возможно. Можно было предсказать, что так просто он мою выходку не оставит. Не тот человек. Но смысл такого рода наказания? Что он хочет этим сказать? Я же сказала, что ничего подобного ему со мной не светит. Тогда какого черта??!!

Немного собравшись, я думаю, что делать дальше. Меня явно отсюда не выпустят, пока процесс в соседней комнате не будет завершен. Смотреть на развернувшуюся сцену за зеркалом желания нет абсолютно. И я, снова зажмурившись, раздумываю. А вот и она, идея! Из каждой ситуации, в которую попадаешь, можно для себя что-то вынести. Не знаю, чем это для меня обернется, но возможно, это можно использовать в целях личной выгоды.

Я машинально начинаю шарить вокруг себя в поисках клатча. Как же удобно, что он на цепочке. Хватаю сумочку, быстро открываю и достаю мобильный. Нахожу в приложениях камеру, выставляю режим видео и подхожу ближе к зеркалу, смотря в окошко телефона — камера, мотор и…поехали. Улыбайся мистер Райт.

Слушать и смотреть на это противно, стыдно и интересно одновременно, но я себя позиционирую, как будто снимаю жизненно важное для меня кино.

Засняв достаточно, я выключаю камеру, этого вполне хватит, чтобы понять, что происходит и кто в кадре. Положив мобильный назад в сумку, подхожу к двери, сажусь возле нее и смотря в потолок, жду когда меня выпустят. Звуки стонов, вскриков, шлепков и рыка врываются в мою голову все сильнее. Сидя на полу, я не вижу что происходит за стеной, но мое воображение и то, что я ранее увидела, проникают в мое воображение без труда. Это выводит меня из себя, злит, но одновременно обескураживает и волнует. А Райт, сексуален и развратен. Ох. Даже после увиденного его хочется не меньше. Значит, это и было специально? Чтоб я могла понять, что теряю, отказываясь? Но как же тогда условия контракта? Он перечит сам себе? А пересмотреть условия? Нет, Райт по натуре подонок, он хочет и секса и денег. И его поведение это такая игра в кошки-мышки. Ну что ж мистер Райт, я принимаю вашу игру.

Наконец свет в соседней комнате тухнет. Значит, и я скоро отсюда выйду. Теперь я сижу в тишине. Через несколько минут дверной замок поворачивается, но я продолжаю сидеть, обхватит колени руками. Мне дан сигнал выйти, но я не спешу. Проходит еще время и дверь открывается. В комнату входит Джейк, осматривая ее и натыкаясь на меня.

− Эй, — он присаживается на корточки, — ты как, нормально?

− Бывало и лучше, — закрываю глаза, а из горла вырывается нервный смешок. — Джейк скажи, зачем все это? Что он хотел этим сказать?

− Ну, во-первых детка, не перечить ему. Я не знаю, но видимо что-то между вами было такое, что идет не по его правилам.

− Правилам? — поворачиваю голову в его сторону, — да я соблюдаю этот чертов контракт по всем его пунктам! Что ему еще нужно? Я и так выполняю все, что он хочет, только конечно мы ругаемся из-за его… — и тут я запинаюсь, — подкатов ко мне?

− Детка, ты же помнишь, не трахаться с ним. Это условие для всех помощниц одинаковое, — он осматривает меня, — ну что, идем? — он встает и подает мне руку.

− Идем, — беру протянутую мне руку. Встаю и поправив платье, выхожу из комнаты.

И все же. Что делать дальше? Разорвать контракт? А как я верну сейчас деньги? Причем сразу. Наверное никак, сомневаюсь что Оливер мне столько предложит, как Брайн. Да и Элис подведу.

Выйдя из коридора в общее помещение, я узнаю, что Райт уже уехал, а меня ждет другая машина, которая доставит меня в необходимое место. Мы возвращаемся в Devil — наш первый клуб. Я ухмыляюсь, только сейчас сообразив: Брайн, Hell, Devil. Адская смесь.

Этим вечером мы с Брайном больше не встречаемся. Но Майкл передал мне поручения от биг-босса. Помимо того, что мне необходимо следить за клубом наверху, необходимо получать от Элис информацию о новых девочках и подбирать для них клиентов, которые заплатят хорошую сумму. Оказывается в списке Брайна есть еще и нормальный, человеческий бизнес — продажа предметов искусства. Я считаю, что это полезное дело. Какой толк, если эта красота будет всю жизнь находиться в одних руках и никто не сможет даже взглянуть на нее?

Просматриваю новые лоты и собираю о них информацию. Это восхитительно. Все эти картины, скульптуры, предметы интерьера, драгоценности и многое другое — просто захватывает дух от этой роскоши.

За некоторое время я узнала кучу новой для меня информации, которой не найти в общем доступе. Но получаю смс: «На сегодня твоя работа закончена. После обеда ты должна быть у меня дома, чтобы посмотреть свою комнату. В ней ты будешь оставаться по необходимости или это будет твое жилье на ближайший год. У Майкла конверт с адресом и ключи от твоей новой машины, а так же карта для всех расходов.» Беру все наработки с собой, в надежде поработать дома, чтобы не думать об этом кретине и погрузиться в подготовку аукциона с головой. Надеюсь, это хоть как то поможет мне не попадать в истории как с зеркальной комнатой.

Машина. Моя. Это прекрасная новость. Хоть какая-то польза от этого бизнеса. Нахожу Майкла и забираю оставленные для меня вещи. Поднимаюсь по лестнице и выхожу на улицу. Ночной воздух обдувает меня прохладой, и я с наслаждением вдыхаю запах города и закрываю глаза. Первый день прошел. Я жива. Руки и ноги на месте, но вот морально я истощена. Поскорее домой, душ и растянуться в своей постельке. Из конверта достаю ключи от машины и нажимаю на кнопку снятия с сигнализации. Слева слышу 2 характерных сигнала и мигание фар.

− Это же… − я медленно подхожу к машине, говоря сама с собой вслух. — Как у Элис! — расплываюсь в улыбке. AudiRS 5 кабриолет только красного цвета. Яркая, блестящая, эффектная. Я уже ее люблю!

Доезжаю до дома за 15 минут, без пробок и с ветерком. Приняв душ, я распахиваю окно в спальне, пару минут смотрю на спящий город. Затем залезаю под одеяло и проваливаюсь в сон за секунды.

Утром меня будит приятный солнечный свет и шум с улицы. Но я выспалась. Потянувшись и сев на кровати, я посмотрела в окно.

− Ни облачка, прекрасно, — говорю сама себе и улыбаюсь. Перевожу взгляд на часы. Половина десятого. Еще куча времени до того момента, как я поеду домой к Брайну. Эта мысль волнует меня. Пройдя на кухню, я готовлю себе кофе и возвращаюсь в спальную. Достаю из гардероба белые брюки, черный топ с глубоким декольте и черные туфли на каблуке. Приняв душ, я закручиваю волосы в большие локоны, одеваюсь, беру все необходимые мне вещи и выхожу на улицу, где солнце согревает мое лицо. Хотелось насладиться своей машиной по полной, и садясь в нее, я нахожу кнопку, которая прячет верх моего авто. Прекрасно. Я нахожу по радио «Halsey — Haunting», делаю громче, ввожу адрес в навигаторе и срываюсь с места.

Я еду, еду и еду. Высокие дома сменяются небольшими частными, и множеством деревьев, а затем вообще одни деревья и редко попадаются виллы и коттеджи. Навигатор сообщает, что я приехала в место назначения. Поворачиваю и вижу дом. Большой двухэтажный из красного камня. Очень красивый. Звоню, у ворот и мне открывают, заезжаю во двор. Дверь дома открывает какой-то мужчина. Наверное, управляющий.

− Добрый день. Мисс Фишер? — спрашивает он, спускаясь с одной из небольших лестниц крыльца.

− Да, добрый день!

− Меня зовут Честер, я управляющий мистера Райта. Позвольте, я покажу вам вашу комнату, как мне велено.

− Конечно. А Брайн дома? — спрашиваю я.

− Нет, мистер Райт уехал примерно час назад.

− Хорошо. — Рассматриваю мельком мужчину. Это невысокий светловолосый мужчина лет 40. Он прекрасно обучен манерам, так как предлагает мне пройти вперед первой, спрашивая, есть ли у меня с собой какие-то вещи, которые необходимо забрать, а так же предлагает напитки, но я отказываюсь.

Переступаю порог и мои глаза расширяются от того, что я вижу. Все оформлено в викторианском стиле. Роскошно, выдержано, строго. Видно, что тут потрудилась рука хорошего декоратора. Лестница. Огромная, из красного дерева, в виде песочных часов — сверху и снизу широкая к середине сужается, разделяя холл на две полукруглые части, в которых стоят великолепные кожаные диваны бежевого цвета.

− Пройдемте за мной, — говорит Честер, указывая на лестницу и делая шаг в ее направлении. Мы поднимаемся и упираемся в стену, на которой висят портретные работы Беллини, пейзаж да Винчи, «Весна» Боттичелли. Я не могу оторвать глаз, но у меня еще будет время все рассмотреть получше.

− Это ваша комната, мисс Фишер, — открывает дверь Честер, пропуская меня вперед. Ванная тоже находится в вашей комнате.

− Спасибо вам, — говорю я мужчине и улыбаюсь в знак благодарности.

− Не стоит. Если что- то вам понадобится, вы можете найти меня внизу, — уходя, говорит управляющий и закрывает за собой дверь.

Я осматриваю комнату. Огромная кровать первым делом бросается мне в глаза. Она тоже сделана из дерева, и заправлена постельным бельем в белых и бежевых оттенках. Стены тоже бежевого цвета, а пол белый. Большое панорамное окно из темного дерева в цвет кровати выходит на террасу. Восхитительно. Я открываю дверцу, позволяя свежему воздуху заполнить комнату. Даже на балконе стоят статуи по обе стороны от уютного диванчика.

Прохожу дальше по комнате, шкаф для одежды и комод, все в стиле кровати — деревянные. Комнату и ванну не разделяют двери. Арка. Забавно. Нужно не забывать закрывать двери от этого извращенца Брайна. Просторная ванная и даже там картины. Ощущение, что все оформлено как для выставки, не много, но и не мало.

Хочу, чтобы Честер показал мне весь дом. Но нет желания разгуливать по нему одной и наткнуться на Брайна. Звонит телефон, отвечаю на звонок и выхожу из своей комнаты.

− Да мистер Эванс, я все помню. Оливер говорил о Вашем предложении, но я пока работаю на мистера Райта, поэтому вынуждена Вам отказать. — Я спускаюсь по лестнице и ища управляющего, хожу по первому этажу, заглядывая в каждую комнату. Одна отличается от другой, но сохраняется целая картинка дома. Библиотека, кухня, столовая… — Все данные по аукциону и лоты я вышлю Оливеру. Спасибо, что позвонили мне лично. Да, до встречи.

Да мистер Эванс совсем иного склада в отличие от Брайна. Возможно, работать с этим человеком было бы поприятнее, но что уже об этом думать — контракт подписан с Брайном и год мне быть тут. Со вздохом поднимаю глаза наверх и оглядываю потолок, на котором так же выполнена картина, только вот не могу вспомнить чья это работа. Да уж, кто бы мог подумать, что этот мудак, торгующий женщинами может быть таким тонким ценителем искусства и антиквариата. Коллекционер хренов. Этот дворец напоминает музей, нежели дом в котором живут люди. А тем более он.

За одной из дверей дальше по коридору слышен шорох и я приоткрываю дверь в надежде найти управляющего там, но передо мной предстает картина, которая вводит меня в оцепенение. От неожиданности я стою в дверях как вкопанная. На пушистом ковре посреди комнаты в полумраке три девушки и два парня полностью раздетые ласкают и целуют друг друга. Оргия. Вот это да! Такого в доме Райта я увидеть никак не ожидала.

− Ну привет, — слышу надменно-нежный женский голос, — присоединиться не желаешь?

Опомнившись, я моментально вскидываю голову вверх и пытаюсь рассмотреть ту, чей голос только что слышала. Я осматриваю комнату: ее дорогую мебель и предметы старины, и справа от кучи тел полулежащую на диване вижу ее. Точеная фигура, ухоженное лицо с аристократичными чертами, светлые длинные волосы, струящиеся по плечам, дорогое платье, жестокий и насмешливый взгляд.

− Алексис? — она немного приподнимается и неспешно тянется за бокалом вина.

− Да, — только и могу вымолвить, оценивая происходящее.

− Понятно. — Она делает глоток вина, ставит бокал и дальше молча смотрит на происходящее.

Что значит понятно? Кто она? У Брайна есть женщина? Сестра?

− Вы… вы сестра мистера Райта?

− Я? — она скептически выгибает бровь, — нет, я скорее невеста, — она начинает тихонько хихикать, — несостоявшаяся.

Невеста? У Брайна была невеста? Несостоявшаяся? И она так спокойно сидит в его доме?

Какая девушка смогла бы так спокойно… хотя, учитывая, что она так безучастно наблюдает за оргией, я могу предположить, что она того же поля ягода, что и Райт. Но если у них нет любви, то как? Как вообще такое может быть возможным?

Стоны людей усиливаются, и мне становится не по себе. Я Перевожу на них свой взгляд. Две девушки целуются, а третью ласкают оба парня. Их глаза скрывают черные маски. Руки, ноги — все переплетено. Это похоже на одну кучу тел в порыве страсти. От этой картины возникает чувство будто волосы на спине становятся дыбом. Дикое желание побыстрее убраться отсюда.

− Простите, что помешала. Я ищу управляющего. Брайн написал заехать и посмотреть комнату, не думала, что кого-то застану дома.

− Не лги, — она приторно улыбается и сдавленно смеется, — этот чертов сукин сын ничего не сказал обо мне и решил сделать тебе сюрприз. О да, это в духе Брайна, детка. Не ты первая, не ты последняя, привыкай.

− Привыкать? К чему? К его недомолвкам? Странному поведению? Или стилю жизни? — в возмущении я немного прищуриваюсь, ожидая очередного подкола. Передо мной отъявленная стерва и это факт.

− Ко всему, дорогуша. Наше поведение и есть часть этого образа жизни. Ты подписала контракт, а значит, подписалась на все, что там оговаривалось.

А возразить я ничего и не могу. Я действительно подписалась на все, что содержал контракт. Но кто мог подумать, что и на такое?

− Я могу разорвать контракт. — Ведь могу же?

− Нет милая, — она отрицательно мотает головой, — не можешь. Или можешь, но будешь обязана выплатить Брайну, все потраченное на тебя. Ты к этому готова?

Нет, я к этому не готова совсем. Но и перспектива оставаться в одном доме с происходящим меня удручает.

− Если вы не возражаете, пойду поищу управляющего. Мне домой нужно. — Немного обернувшись в сторону выхода, я берусь за дверную ручку.

− Я тебя не отпускала. И Брайн сказал, что ты ночуешь здесь.

− В этом доме? Сегодня? — меня снова немного охватывает паника. В одном доме с Брайном, этой девушкой и еще Бог знает чем, что может здесь происходить.

− Я все таки пойду, мне нужно еще поработать, скоро аукцион и я с Брайном не все решила по торгам.

− Салют, — она поднимает свой бокал, а я закрываю дверь.

Слышу, как сзади меня хлопает входная дверь, по коридору идет Брайн, но не доходя до меня сворачивает в гостиную. Я молча следую за ним. Он подходит к бару, и сняв пиджак, наливает в бокал виски, опускает пару кусочков льда и достает пачку сигарет.

Сев в кресло и затянувшись, его взгляд медленно и лениво поднимается по мне. Но меня это ни смущает, ни заводит. С меня на сегодня достаточно впечатлений и я хочу домой. Соответственно я должна уговорить Брайна отпустить меня домой. Руганью этого не добьешься, а можно попробовать лаской. Но ласку он не признает, тогда это должно быть деловое соглашение. Нужно что-то придумать. Я снова вспоминаю сцену за зеркалом и быстро отметаю. Это мне сейчас не на руку.

− Меня осведомили, что я сегодня ночую в твоем доме, твоя невеста.

− Миранда, — он снова затягивается, — да, она передала тебе мое распоряжение?

Он даже и бровью не повел. Лицо каменное. Она для него ровным счетом ничего не значит, как и остальные женщины в его жизни. Бездушный человек. Ведомый только инстинктами выживания. Он ценит только все неодушевленное. Тогда что она делает в его доме?

− Брайн, — я тихо подхожу к его креслу и усаживаюсь на колени рядом с ним. Брайн любит покладистых, и это моя единственная возможность вырваться отсюда. — Мне надо домой, я еще готовлю информацию по лотам. Завтра аукцион и у тебя мне не подготовиться никак. Хочешь, я переночую завтра в вашем доме, но сегодня не могу.

Он встает и снова идет к бару.

− Я знаю, что не имею права тебе отказать и я не отказываю. Просто прошу мне дать время на подготовку важного мероприятия. Ведь именно для этого ты меня и нанял, я должна сама быть хорошо осведомлена и тебя не подвести. Я, как твой ассистент, частично твое лицо, поэтому для меня важно достойно провести аукцион. — Поднимаю на него доверчивый, но достаточно серьезный взгляд.

Он разворачивается, идет в мою сторону, наклоняется, хватая меня за локоть и поднимает.

− Ты хитра. У тебя действительно есть мозги, как я посмотрю, но тебе меня не обмануть. Я знаю что ты просто хочешь побыстрее свалить отсюда и сегодня ты можешь это сделать. Ты привела достаточно много фактов в свою пользу и ты свободна.

Он наклоняется ко мне ближе и хватает зубами мою нижнюю губу, оттягивая ее. Я чувствую запах виски, сигарет и его похоти. Эта смесь кружит голову. Его рука медленно скользит по моему телу вниз, жадно шаря и он хватает меня за задницу.

− Брайн она увидит, Миранда нас может увидеть.

− Миранда? — прыснув со смеху, он снова садится в кресло, — Мне насрать на Миранду.

Он смотрит на меня задумчиво, затем делает глоток виски.

− Почему ты встретилась мне при таких условиях? Была бы ты богатой сучкой… — и он снова замолкает, поднеся бокал к губам.

При каких таких условиях? Его высказывание застает немного врасплох. И я стою, смотря на Брайна в упор и ожидая продолжение.

− Ухоженная богатая женщина, как выдержанное вино. Но всегда хочется больше и разнообразнее. Я не привык к скуке и всегда ищу новое. А вдруг следующее будет иметь более изысканный вкус, чем предыдущее? Так же и с телками. Они те же шлюхи, но самодостаточные и составляют определенный брэнд. Вот и ты бы могла…

− Что бы могла? — не дав досказать ему мысль, я вставляю свой вопрос. — Зачем думать о том, чего не нет? Мы встретились при довольно обычных обстоятельствах, но именно по условиям твоего контракта нас ничего не может связывать, кроме деловых отношений. Ты сам нарушаешь свои правила Брайн. Хочешь других отношений — перепиши контракт.

− Нет детка, в нем все правильно.

− Тогда, спокойной ночи мистер Райт, вам и вашей невесте, — я натягиваю деловую улыбку и быстро развернувшись, выбегаю пулей из гостиной. Меня больше не интересует управляющий. Я хочу уехать отсюда побыстрее.

Открыв дверь и подбежав к машине, я быстро в нее забираюсь. Завев мотор, я срываюсь с места и доезжаю до ворот. Закрываю глаза, а мысленно произношу: «Хоть бы открылись, хоть бы открылись!» Ворота открываются и я облегчено вздыхаю.

Уже выехав на дорогу, я могу дышать свободнее. Я хочу домой, поскорее доехать до своей квартиры, запереться и никого не пускать. Нет, все же есть еще одно дело. Я позвоню Элис. Какого черта она не сказала о повернутой подруге Райта?

Приехав домой я набираю Элис.

− Элис, у меня к тебе разговор. Я дома и хочу тебя видеть.

− Ты не на работе? А аукцион? Уже все готово.

− Меня это волнует сейчас меньше всего, хотя и готово. Я была в доме Брайна и видела ту блондинку Миранду, вальяжно развалившуюся на диване и наблюдающей за оргией, — мой голос подлетает на несколько октав, — и предлагающей присоединиться, это нормально?

− Все, я поняла, скоро буду. Жди меня, уже еду.

Она отключается. Думаю, моей подруге есть что сказать и мне нужны объяснения. Я хочу знать, во что втянута подписанным контрактом и чего мне ждать в месте, куда в скором времени я могу переселиться по ЕГО прихоти.

Глава 8

Nicole Scherzinger — Poison

«Какого черта я позволил ей уйти на ночь. Ты должен запретить. Запереть ее в своей комнате и трахать всю ночь» — думаю я, смотря на себя в зеркало и упираясь руками о раковину. «Нельзя давать этой чертовке спуску». Я планировал не так провести сегодняшнюю ночь. А только в обществе Мисс Фишер и ее прекрасными ножками вокруг меня, пока я вхожу в нее и ощущая, какая она мокрая благодаря мне. Она должна была умолять меня трахнуть ее после зеркальной комнаты. Я знаю, как это действует на девок. Они видят меня, видят мой член, ощущения возбуждения и наслаждения моей партнерши, и эта картинка надолго врезается в их маленькую пустую голову. Но мисс Фишер другая. Она не торопится. Умная, дерзкая, хитрая. Но думаю это только маска. Или страх. Эта рыбка не клюнет на живца. Пора расставлять сети. Я получу ее. Чего бы это мне ни стоило. Ураган мыслей снова врезается в мою голову, унося в мир фантазии с мисс Фишер. А в моих брюках становится некомфортно.

Смотрю на часы — 3 часа дня. Только начало гребанного дня, а эта девчонка уже заставила мой член стоять колом в штанах. Нужна разрядка. Миранда. Я знаком с ней с детства. Она не претендует на отношения. Обожает секс так же, как и я, бешеный, жесткий. Мы знаем, как доставить друг другу наслаждение, и в тоже время раздаем друг другу дельные советы. Посещаем различные светские мероприятия. Нас многое связывает, и одновременно с этим абсолютно ничего. И это нас устраивает. Наши родители были уверены, что мы поженимся, но мы посылали их куда подальше.

Я прохожу по коридору в комнату за библиотеку, где она обычно обитает. Открываю дверь. На полу двое парней ублажают двух девушек, а еще одна развлекает сама себя. Улыбаясь, я прохожу в комнату и сажусь в свое любимое черное кожаное кресло с деревянными вставками. Оно отцовское. Особо ценное для меня. Закидываю ногу на ногу и подпираю одной рукой подбородок, потирая нижнюю губу. Наблюдаю за оргией прямо передо мной. Чьи-то руки ложатся на мои плечи и спускаются ниже к животу.

— А она ничего, — произносит сладким голосом Миранда, выдыхая мне в ухо, — я смотрю, она здорово тебя заводит. Проводит руками по выпуклости в моих штанах.

— Да, эта сучка не так проста, как кажется, — шиплю я.

— Но ты можешь ее заставить! — она обходит меня, садится сверху спиной к моему лицу и потирается своей попкой о мой член. Я кладу руки на ее грудь. Да, это то, что нужно! — У вас подписан контракт. Она должна делать все, что ты скажешь.

Миранда права. Я действительно мог заставить, но тогда я не получу того удовольствия от процесса. Я люблю, когда эти сучки сами признают, что хотят меня и нуждаются во мне. И это она тоже знает.

— Нет, ты знаешь, что это не то, чего я хочу, — опуская одну руку и задрав край ее платья, быстро нахожу нужную мне точку и начинаю выводить круги, на что получаю одобрительный стон.

— Я не уверена, что она придет к тебе сама.

— Придет. — Ввожу в нее один палец.

— Тебе придется круто постараться, — говорит Миранда, насаживаясь глубже.

— О, я уверен, наша игра еще только начинается. Ты во мне сомневаешься? — достаю палец, прекращая любые движения. Девушка плавно встает с меня.

— Оставьте нас. Живо! — говорит она ребятам, которые даже не успели кончить. Я бы ее убил за это. Но те быстро встали и убрались из комнаты.

— Как я могу в тебе сомневаться, мой дорогой. Ты уложил больше девок, чем аудитория, читающая Vogue. Я не думаю, что и с этой возникнут трудности. Ты знаешь, я бы даже была рада помочь, если эта недотрога будет тебя динамить.

— Мир. Займи свой чудесный ротик другим более важным делом, а я тебе пока растолкую, как и что. — Девушка садится на колени и достает из штанов мой член, который не мог находиться там ни секунды дольше. Обхватывает его губами и делает то, что доставляет мне наслаждение. Я смотрю на нее. Как ее губы скользят вверх и в них по моему стволу, и провожу рукой по самому их уголку.

— Видишь ли, моя дорогая. Я думаю, что у меня уже созрел план. Ты знаешь, что я люблю наслаждаться красотой, которая меня окружает. Девчонка симпатичная, умная. Я думаю, она мне пригодится. Но при этом, видя ее рядом, я не могу не обладать ей целиком. Я уверен, что она хочет меня так же, как и все остальные, но ее отталкивает наш образ жизни. Нужно заставить ее поверить, что она может изменить меня. — В моей голове план накручивается как клубок нити вместе с клубком оргазма. С каждым движением Миранды по моему члену, план приобретает в моей голове уже ясную картинку со всеми деталями. Оргазм нарастает во мне. И я вижу конец этой истории, как грациозная, изящная и лощеная Алексис лежит в моей постели и выкрикивает мое имя в экстазе, широко раскрыв свои шоколадные глаза. От этой мысли я кончаю вслед за ней в реальности.

Миранда встает с колен, довольная своей работой. — Я думаю, план сгодится. Для простушки. Советую продумать детали получше. — Идет по направлению к выходу.

— Мир, сделай мне одолжение. Пока я не достигну своей цели, не устраивай тут оргии. Не хочу спугнуть нашу рыбку, — продолжаю смотреть на холст Брюллова «Последний день Помпеи» сейчас он точно отображает мой внутренний мир. Я подобно вулкану сокрушу этот маленький и красивый мир Алексис. Пусть сначала она доведет себя до идеального внешнего вида, а затем потеряет все.

— Брайн, но это же так скучно, — стонет Миранда.

— Это не твой дом. Это все. — Слышу, как закрывается дверь.

От моих размышлений меня отвлекает мобильный.

— Райт, — отвечаю сразу же.

— Привет, это Адам Грин. — А, тот идиот, с толстым кошельком, большим эго и распускающий руки на моих девочек.

— Тебе чего? — шиплю я на него.

— Брайн, мне нужно три девочки, — говорит он мне своим чуть хриплым голосом.

— Грин, что случилось с моим прошлым товаром для тебя? — голос спокойный и размеренный.

— Девка вела себя не по правилам нашего соглашения. За что была… слегка наказана. Брайн, если шлюха не понимает слова, то вход идут действия. Тебе ли этого не знать. — Хм, да, я тоже придерживаюсь этого правила.

— Есть какие-то особые пожелания?

— Да. Рыжая, брюнетка и блондинка. Заплачу наличкой, как всегда.

Улыбаюсь. Обожаю, когда дают ощутимые деньги за мой живой товар.

— Оставляй на них поменьше следов в этот раз. — Слышу смешок трубке.

— Как получится.

Моя ассистентка свяжется с тобой и назначит дату аукциона, когда все будет готово для тебя. Жди, — вешаю трубку и набираю Элис.

— Брайн. — Слышу шум ветра, она в машине. — Еду к нашей девочке. Познакомилась с Мирандой?

— Да. Мне нужны трое для Грина: брюнетка, блондинка и рыжая. Все остальные требования Грина у тебя уже имеются.

— Черт, чтобы он опять портил все мои труды? Мудак.

— Заткнись и начинай работать как можно раньше. Твои эмоции мне глубоко до задницы. И поработай с Алексис. Завтра важное мероприятие, а она одета не так, как должна. — Отключаюсь. Верчу в руках телефон, облокотившись локтями о колени. Надеюсь, завтрашнее мероприятие пройдет хорошо. Приглашено много людей, которые готовы раскошелиться. Нужно тоже немного поработать. Если эта тупица не справится, нужно быть готовым перехватить инициативу.

Собираюсь и еду в клуб. Весь остаток вечера я провожу в кабинете, просматривая товар для завтрашнего аукциона. Ближе к полуночи ко мне стучится Майк и отчитывается за клуб. Вообще это должна делать моя новая ассистентка, но я дал ей на сегодня свободу. Пусть лучше подготовится. Дела у нас идут хорошо. Девочки отчитываются, проблем нет ни у кого. В Hell тоже дела идут лучше не куда. Джейк отлично справляется.

Желудок дает о себе знать и взглянув на часы я понимаю, что не ел уже больше 6 часов. Еду в ресторан. Здесь меня уже все знают, и понимают, что за качественное обслуживание они получают неприлично большие чаевые.

Я заказываю ужин и коньяк на выбор управляющего заведения. Frapin Cuvee 1888 — отличный выбор. Потягивая согревающий напиток с цветочным вкусом со сладкими пряностями, ванилью и медом, я замечаю, как ко мне подходит девушка. Я пробегаю взглядом, оценивая каждый сантиметр: стройная, высокая, легкое платье от Valentino подчеркивает ее индивидуальный стиль. Прямые темные волосы струятся чуть ниже плеч, макияж сведен к минимуму, но ярко красная помада…Ох. Мысленно стону про себя. Так и тянет впиться в эти губы.

— Вижу ты скучаешь, — садится за мой столик.

— И как же зовут ту, которая спасет меня от одинокого вечера?

— Фиби.

Дальше все как обычно. Флирт, дом, секс. Хорошее завершение продуктивного дня в компании симпатичной сучки.

Днем приезжаю в клуб, наталкиваюсь на Алексис и мой член просто не может не реагировать на нее. Блять! Всего три часа дня, а у меня уже мощнейший стояк. Элис хорошо с ней поработала. Черное короткое платье, которое выглядит вполне прилично, но только не на ней. Ярко красные туфли на высоком каблуке, прямые волосы, и достаточно яркий макияж. Черт, да эту девицу купят быстрее, чем любой из тех лотов, что мы сегодня выставляем. Алексис замечает меня и то, как я разглядываю ее, и делает пару оборотов вокруг себя, демонстрируя всю себя. Я был прав. Нужно просто немного поработать над ней. Ну что ж, мисс Фишер — игра начинается. Подхожу ближе к ней.

— Ты чертовски сексуальна. Я начинаю переживать, как бы тебя не выкупили прямо сейчас, — наклоняюсь и целую ее в щеку. Алексис от неожиданности широко раскрывает глаза и слегка хмурится. — Что? Не удивляйся, я не всегда такой мудак, каким ты себе меня обрисовала в своей маленькой головке. Я могу не только трахать девушек, но и оценить их по достоинству.

— Да ну? — усмехается надо мной.

— Но думаю трахать в приоритете, — улыбаюсь. Озорные огоньки бегают в ее темных глазах. — Нервничаешь?

— Немного, — опускает взгляд на файлы в ее руках и выдыхает, — но я уверена, что справлюсь. Я готовилась.

— Очень на это надеюсь. В противном случае в следующий раз ты будешь готовиться к аукциону голая в моем кабинете. И чем больше ты будешь смущаться, тем больше и лучше информацию ты усвоишь, так как будет стимул скорее влезть в свою одежду. А теперь вперед. Пора начинать.

Я завожу девушку в большую аудиторию, где сидят клиенты. Прохожу мимо рядов, все стараются пожать мне руку, узнать как дела и кто эта красотка рядом со мной. И у всех без исключения голодный взгляд, раздевающий и пожирающий ее. Меня это бесит, и я быстро увожу Алексис за стойку и мы начинаем. Я наблюдаю за ней со стороны. Она невероятно возбуждает меня, но сейчас я хочу оценить ее профессиональные навыки, ведь она должна быть моей правой рукой пока контракт еще в силе. Ощущение, что она делала это раньше. Ей свойственна грациозность, отличные ораторские навыки, умение грамотно жестикулировать. Девушка явно может подать себя на публике. Постаукционные беседы естественно нам не обойти, и хочется оценить ее навыки переговоров с клиентами. Надеюсь, я не порву тех говнюков, которые уже пускают по ней слюни. Перевожу взгляд на клиентов, которые активно поднимают цену за скульптуру «Львица Гуэннола».

Все лоты распроданы, все довольны, и особенно я. Сегодня мы заработали неплохую сумму. Нужно похвалить девчонку. Она великолепно справилась. Вижу ее — разговаривает с Эвансом, хихикает и заливается румянцем. Черт!

— Хорошо, я обещаю подумать, — слышу обрывок ее фразы и вмешиваюсь.

— Эванс, приветствую. Приобрели все, что хотели?

— О да! Брайн, ты же знаешь, что я не отступлюсь от своего и получу то, зачем пришел. Отличный аукцион. Прекрасная девушка.

— Да. Мисс Фишер хорошо сегодня справилась, и думаю, что она будет продолжать свою замечательную работу и находить для Вас еще больше ценного товара. Но прошу нас извинить, нам уже пора, — слегка беру Алексис под локоть, давая понять, что мы уходим и пожимаю Эвансу руку.

— Была рада познакомиться с вами, — улыбается девушка.

— Ты взяла с собой все вещи? Ты ночуешь у меня, как и оговаривалось.

— Элис должна была все перевезти сегодня, — кивает Алексис. Какого хрена! Элис что — нянька?

— Не нужно использовать Элис в рабочее время, у нее есть свои обязанности, и то, что вы подруги меня мало волнует, а теперь идем. Едешь на своей машине.

— Хорошо. Я поняла.

Мы приезжаем домой, и я тут же иду в душ. Комната Алексис прямо за стенкой. Интересно, что она делает? Мне уже не терпится трахнуть ее. Но еще рано. Это только начало нашей игры. Нужно соблазнить эту сучку, чтобы она изнемогала от желания ко мне. Выключаю воду и выхожу из ванной. И тут я слышу пение. Приятное, нежное. В ее комнате. Она поет. Черт! Это вызывает во мне какие-то непонятные эмоции. В моей голове возникают воспоминания. Мать. Она пела мне перед сном, когда я был маленький. Я не мог уснуть, и она пела мне каждый вечер, или когда я просыпался от ночного кошмара. Но потом мать сама стала моим ночным кошмаром. Я видел во сне, как ее трахал другой, не мой отец. И я кричал.

Во мне закипает злость. Нужно ее заткнуть!

Врываюсь в ее комнату — пусто. Пение доносится из ванной. Так же как и в моей комнате, тут нет разделяющей двери между спальней и ванной. Я захожу и вижу, ее под струями воды. Она гладит свое тело, мнет грудь. Волосы прилипли к телу. И как обычно мой член снова реагирует на нее. Я бы зашел к ней, пригвоздил к стене и трахнул без раздумий и лишней прелюдии. Отбрасываю эти мысли в сторону, вспоминая причину своего прихода. Пение!

— Заткнись! — ору я.

— Что?! — девушка вскрикивает и от ужаса прикрывается руками. — Что ты здесь делаешь?! Убирайся вон!

— Это мой дом, когда я решу уйти — решать мне. Но если ты сейчас же не заткнешься, я вышвырну тебя на дорогу в том виде, в котором ты сейчас.

— Я сказала, уходи! — кричит она.

Я делаю шаг в ее сторону.

— Стой, где стоишь! — Вытягивает руку, думая, что это остановит меня.

Я открываю дверцу душевой и вхожу к ней. Девушка упирается спиной о стену.

— Дорогуша, как бы я не хотел тебя прямо здесь и сейчас, — шепчу я ей на ухо и, прикусывая мочку, делаю паузу, — но повторю тебе. Я не такой мудак, каким ты меня считаешь. — Я задеваю ее только своей щекой. Вдыхая запах геля для душа, я представляю его на ее теле. — Этот год будет для нас необычайно долгим. — Продвигаясь цепочкой поцелуев к ее губам, останавливаюсь напротив них, едва касаясь. — Давай договоримся, что поёшь ты первый и последний раз в моем присутствии.

— Х-хорошо, — шепчет она.

— Умница. Будешь и дальше такой послушной, и я дам тебе все, что ты хочешь. — И впиваюсь в ее губы. Влажные, мягкие, сладкие. Дикий и страстный поцелуй, на который я получаю ответ. Моя рука опускается и находит ее клитор. Она такая мокрая. Я вожу своим пальцем по ее чувствительному комочку и она стонет. Да, милая Алексис, я уже знаю, что ты хочешь меня. Разрываю поцелуй и выхожу из ванной не обернувшись. Осталось лишь попросить меня. И она попросит. Я в этом не сомневаюсь.

Глава 9

Stwo — Haunted (ft. Sevdaliza)

Алексис

Моя комната без особых излишеств, но в ней есть все для уютной жизни. Она довольно просторна и оформлена в светлых тонах. Комод, письменный стол, софа, кофейный столик, двуспальная кровать, гардеробная. Этот комфорт мне просто необходим, если я собираюсь жить тут целый год. Но отсутствие двери из комнаты в ванную меня смущает, а теперь, после случая в душевой с Райтом тем более.

Он приводит мои чувства в смятение. Что думать об этом человеке? Я беру книгу, оставленную на кофейном столике и сажусь на софу. Но читать я совсем не могу. Я подбираю под себя колени и снова пытаюсь прокрутить в голове его слова. «Не такой мудак…» Не такой? А какой? В чем? В чем же Брайн Райт ты хорош, кроме секса? В бизнесе — да, но что ты пытаешься доказать мне?

Кто может быть хуже убийцы или торговца людьми? Зачем Райту мое хорошее мнение и мое расположение? С его способом жизни, или я бы скорее это приблизила к существованию он вряд ли это получит.

Сидеть в этом доме у меня нет ни малейшего желания, но я понимаю, что если уйду, то нарушу условия контракта. По дому ходить весьма опасно, я могу снова налететь на оргию или еще чего похуже. Поэтому, порывшись в ноутбуке, я решаю включить один из моих самых любимых фильмов «Казино Рояль», а сама направляюсь в гардеробную. Сбросив полотенце и надев белье, я начинаю крутить вешалки и прикладывая их к себе, присматривать одежду на завтра. Краем глаза, замечаю тень в проеме из комнаты в гардеробную. Резко поворачиваюсь и замираю, делая как мне показалось одновременно вдох и выдох. Господи, я кручусь в одном белье, а Брайн молча и спокойно за этим наблюдает, удобно устроившись в проеме. Меня это начинает раздражать и злость постепенно нарастает.

— Достаточно насмотрелся? — стою, прикрываясь платьем. — Постучаться можно было?

— Ты бы не услышала из-за фильма. И это мой дом, я могу входить без стука. — Отвечает, складывая руки на груди.

— Что? — я полна негодования. Я не подписывалась на такое. — Брайн, это полное ущемление моих прав. Я твой помощник и не более, я имею право спокойно переодеться и спокойно жить в своей комнате. Ты в моей комнате присутствуешь слишком часто, как для босса, и я чувствую себя зверушкой, которую держат взаперти, и за которой наблюдают.

— Ты по контракту принадлежишь мне. Я тебе плачу за это, — ровным тоном отчеканивает каждое слово Райт.

— Нет, не принадлежу. Я нахожусь рядом с тобой и выполняю твои распоряжения. На этом наши отношения заканчиваются.

Он подходит ближе, но проход слишком узкий, чтоб я могла увернуться, и я могу только отходить назад.

— Веди себя хорошо детка. — Он подходит ко мне настолько близко, что я слышу его горячее дыхание на своей щеке, — ты была умницей на аукционе и за это я готов простить тебе твое пение и то, что ты флиртовала с Эвансом.

— Эванс один из твоих крупных клиентов, я не могу его игнорировать, — шиплю на него, на расстоянии нескольких сантиметров.

— А теперь послушай меня, — он хрипло выдыхает. Схватив за плечи, разворачивает меня к стене и прижимает. Сминает губы жадным поцелуем и я чувствую как его рука отодвигает мои трусики в сторону. Я пытаюсь его остановить, но он с силой вталкивает в меня палец и я вскрикиваю. Схватив его за запястье, пытаюсь вытащить его руку, но ничего не получается. Отворачиваю лицо в сторону, он в любом случае должен сейчас остановиться.

Сделав несколько толчков внутри меня, он вытаскивает палец и кладет его себе в рот, закрывая глаза. — Неплохо. — Я поворачиваю лицо к нему, Брайн открывает глаза, внимательно смотрит на меня и начинает идти к выходу. — Это платье мне не нравится, я куплю тебе новое. — Он выходит, оставляя меня одну в гардеробной.

Что? Какого хрена вообще сейчас произошло? Если он меня хочет, то почему поставил в контракте условие без секса? Или может он тогда не хотел, а сейчас хочет? Тогда почему не изменит условия контракта, ведь ему ничего не стоит это сделать. Я не считаю себя глупой, и обычно знаю, как ведут себя мужчины. Но этот выходит за рамки моего понимания. Мое тело реагирует на него, но разум кричит — нельзя. То, что он делает своими губами и руками, это рушит весь мой самоконтроль и нежелание спать с ним. Я понимаю, что все еще держу в руке вешалку, которую сдавила с такой силой, что ее контур отпечатался на моей руке. Со злостью кидаю платье на пол, говоря себе под нос гадости, что ему могут принадлежать хоть все девушки, но только не я.

Он снова оставляет меня озадаченную и с мнением, далеко не в его пользу.

Этим утром я могу поспать. Сегодня моя работа это ночь. Ночь в клубе. Элис говорила, что готовят девушек, а значит, мне нужно разослать всем клиентам напоминание.

Встав с постели и приведя себя в порядок, я спускаюсь на кухню. Ни Брайна, ни Миранды в доме нет. Это и к лучшему, я могу спокойно позавтракать. Теперь, после вчерашних заездов Брайна я точно скромничать не стану и буду себя вести раскованнее. Попросив приготовить мне оладьи и чай, я нахожу газету и пролистываю страницы. На глаза попадается статья про людей из рейтинга журнала «Форбс» и я узнаю из многих людей на фото Роберта Эванса. Меня заинтересовывает статья, и пытаюсь найти в ней хоть какую-то информацию о нем. Но в статье нет особо ничего информативного, кроме того, что это вечеринка по случаю вручения наград от издания «Форбс», списка приглашенных, а также победителей рейтинга.

Отложив газету в сторону, я возвращаюсь в свою комнату, где мне предстоит пробыть до вечера, пока я не получу новых указаний от Брайна. Здесь скучно и я просто горю желанием узнать, чем живет человек, у которого я нахожусь, но в этом доме могут быть камеры. И я могу быть наказана Брайном. Нет, этого мне точно не нужно.

Вибрирует мой мобильный, на котором я вижу сообщение «Твое платье скоро будет. Надень его сегодня. До вечера. В 9 будь в Hell.» Несколько раз перечитываю смс, лежа на кровати и отбрасываю мобильный в сторону.

Райт очень странный парень. Почему он так себя ведет? Почему он так пренебрегает женщинами, может он их боится? Непохоже. Он любит богатых и самодостаточных женщин. Но если я не вхожу в список привлекающих его женщин, то к чему меня держать здесь? К чему вламываться и наблюдать за мной, и не просто наблюдать. По контракту между нами не может ничего быть, но ведь он сам хочет или он просто провоцирует меня нарушить условия? Я хочу отделаться от мыслей о нем. Мне надоело что он занимает место со мной не только в жизни, но и в голове.

Встаю с кровати и выхожу в коридор. Смотрю на картины, висящие по обе стороны от меня. Они восхитительны. Некоторые я видела только в интернете или книгах. И все они наверняка безумно дорогие.

Зачем Брайн? Зачем ты продаешь женщин? Неужели эти предметы старины и роскоши не приносят тебе достаточный доход для всех твоих желаний? Или ты просто не можешь остановиться?

В комнату заглядывает Миранда.

— Дожидаешься вечера? — Вижу ее приподнятую бровь и надменный взгляд.

— Да.

— Это тебе подарок от Брайна к сегодняшнему вечеру, — подходит и ставит пакет на столик. Мое новое платье. — Отличного вечера, дорогая, — она, криво усмехнувшись, выходит из комнаты.

Достаю его, рассматривая и ужасаясь одновременно. Как он мог такое купить? Как я могу в таком работать? Конечно, мое рабочее платье-чехол похоже на закрытый мешок, в котором меня полностью не видно по сравнению с этим. Я знаю, что Брайн любит смелость и откровенность, но не в рабочее же время. Слишком, слишком откровенное для работы. Я буду привлекать в нем излишнее внимание к себе.

Мое платье с длинным рукавом, но в нем два глубоких выреза спереди и на спине. Вырез оголяет ложбинку груди и живот, немного включая и зону бикини. Спина обнажена до самой попы. Получается, что под это платье белье надеть невозможно. Но…как я появлюсь в таком виде? Это же непрофессионально.

Я верчу это платье и иду в гардеробную для примерки. Надеваю платье. Нет. Слишком откровенное. При всех выходках Брайна мне кажется, что это перебор.

Уже надев платье и покрутившись у зеркала приходит идея. А что если?..

Я смотрю на часы. До девяти еще шесть часов и это мой выход если я найду то, что мне нужно. Я быстро переодеваюсь в джинсы, блузку, туфли. Бросаю платье назад в пакет, хватаю его и бегу к машине. Про себя все время повторяя: «Еще есть время. Я успею».

Быстро выехав и так же быстро добравшись до торгового центра, я спешу в магазин нижнего белья. Мне нужны заниженные бесшовные трусики телесного цвета. Найдя не совсем то, но похожее на то, что мне хотелось, выбегаю с покупкой в поисках магазина аксессуаров. Теперь черед брошей. Мне нужны броши-цепи на спину, которые отвлекут внимание и закроют мои трусики, а спереди броши-булавки.

Оббегав три магазина аксессуаров, нахожу нужные мне броши. Надеваю платье и продавец помогает мне закрепить застежки и вот, наконец, вид платье приобретает уже только с намеком интима, а не открыто завлекающего.

Еще нужен палантин. Если Брайн скажет снять, тогда сниму, но считаю нужным приобрести и его. Теперь я готова. Я не знаю, как он отнесется к моим добавкам, но я не могу появиться перед всеми просто в этом платье. Он должен меня понять, даже при всех его заморочках. Я должна найти нужные слова убедить его.

В нужное время я готова и еду в клуб. Тот самый клуб с зеркальной комнатой. Я не знаю, что там будет. Но догадываюсь. Аукцион по продаже девушек. Иначе, зачем мне туда ехать в новом платье? Не думаю, чтоб для того, чтобы оказаться со мной в зеркальной комнате или снова наказать меня мне нужно новое платье.

Паркуюсь перед клубом. Этот клуб отличается от остальных заведений Брайна. Это стриптиз-клуб с приватными услугами. Здесь Брайн держит проституток, это я уже поняла по прошлому пребыванию в нем.

Нахожу в общем зале Джейка.

— Привет, крошка. Важный день? — наклоняется и целует меня в щеку. Мне нравится этот парень. Несмотря на то, чем он тут занимается, его характер очень дружелюбный по отношению ко мне. Хотя он все равно работает на Брайна и слушается его как собачка хозяина. От этих воспоминаний я мысленно морщусь.

— Привет. Брайн уже здесь?

— Да. Пошли, я провожу.

Мы идем в полной тишине по длинному коридору и останавливаемся у двух дверей.

— Нервничаешь? — спрашивает Джейк слегка улыбаясь.

— Немного.

— Тебе в ту, что справа. Увидимся позже.

Нужная дверь не заперта ия стучусь в открытую дверь, чтоб привлечь его внимание. На часах 9:10 и я, посмотрев на них, снова смотрю на Брайна. Он сидит, занят изучением каких-то бумаг.

— Ну как, нравится? — я приспускаю палантин с укором во взгляде и голосе, — надеюсь, ты меня ругать не будешь, за мои добавки.

Его взгляд медленно скользит по мне. Он откладывает бумаги в сторону и встает из-за стола, приближаясь ко мне.

— Покрутись.

Я снимаю палантин полностью и поворачиваюсь к нему спиной.

— Как же ты соблазнительна Алексис, — он наклоняется к моему плечу и кусает за ключицу, положив руки мне на попу и притягивая к себе.

— Нельзя…Брайн, — тихо шепчу ему в шею, но при этом запуская пальцы в его волосы и закрывая глаза, — Брайн остановись, нас могут увидеть, — произношу это вслух, но не отталкиваю его. Меня неудержимо тянет к этому мужчине, и сопротивляться внутренним инстинктам тяжело, будто он магнит, который подносишь ближе и он притягивает сильнее с каждым сантиметром. Райт отстраняется, и я вижу его затуманенные похотью глаза. Он опускает руки к подолу моего платья и начинает его поднимать.

В дверях слышно легкое покашливание и мы, очнувшись, как от странного сна, поворачиваемся в сторону двери. В дверном проеме стоит Джейк и по его виду заметно, что его забавляет происходящее.

— Там Клиенты собираются, — говорит он ровным тоном, а меня заливает краской стыда. Господи, он все видел. И думает, что я такая же пустышка как и сотни других, которых здесь продают. А может это действительно так, если я ведусь на приемы Брайна? Может, я действительно ничем не лучше других? Нет. Нет. Нет, я другая. Я профессионал, а это было просто помутнение.

— Сейчас будем, — Брайн возвращается к столу.

Джейк уходит. Я поправляю платье и разворачиваюсь к выходу.

— Буду в зале, — обернувшись в дверях, бросаю Брайну, опустив глаза вниз. Он поднимает на меня глаза, а затем снова опускает на бумаги.

— Ты собираешься игнорировать то, что только что произошло? — слышу за спиной, уже развернувшись в сторону выхода, и меня это вводит в ступор. Я просто в растерянности от его вопроса.

Что? А разве может быть иначе?

— Брайн, — захожу назад в кабинет и закрываю за собой дверь, — я вообще не знаю, как тебя понимать. То ты приставляешь дуло к моему виску, то нежный до головокружения или изливаешь душу. Я не знаю, чего ты от меня хочешь и чего от тебя ждать. Ты хочешь заняться со мной сексом, так измени свои чертовы условия контракта! Мы играем в эти непонятные кошки-мышки, которые просто изводят. Я пытаюсь быть профессионалом, но твои игры меня выматывают. Я хочу хоть какой-то ясности.

— Подойди ко мне, — его взгляд насторожен и я не уверена, что хочу знать, что у него на уме, поэтому остаюсь стоять на месте.

Он встает и в несколько больших шагов преодолевает расстояние между нами, хватая рукой за шею и удерживая голову в нужном для него положении. Но эта хватка ощущается не грубо, а скорее просто сильно и властно.

— Послушай, — он проводит указательным пальцем по моей шее, — ты лучшая из ассистенток, что у меня были. Ты настоящий профессионал и я тобой доволен. А наши отношения, считай это мой метод узнать тебя получше и… с тобой я намерен подписать новый контракт. А сейчас иди в зал, я скоро буду. Следи за тем как все делает Джейк и учись, ты моя правая рука и должна все знать. Иди детка, — он заводит руку мне за спину, и проведя рукой по моему позвоночнику с цепочками тихо с хрипотцой спрашивает, — твои добавки — это всякие защелки?

Он ухмыляется и провожает меня к двери. Внутрь закрадывается смутное сомнение, если он задает вопрос на счет моего вида, то кто тогда покупал это платье?

Я выхожу из его кабинета с вопросом без ответа и иду дальше по коридору к лестнице, поднимаюсь на второй этаж, в зал для проведения аукционов.

Весь клуб Hell оформлен в темных тонах, и эта комната не исключение. Огромная комната пепельного оттенка, напоминающая больше амфитеатр, чем зал для аукциона. В виде трибун полукругом в два ряда стоят черные кресла с персональными столиками из темного дуба. На подлокотниках встроены кнопки для дальнейшего шага и продолжения аукциона. Напротив кресел располагается трибуна для аукционера, сделанная из того же материала, что и столики для Клиентов. Пол черный, и только толстые темно серые волнистые линии ведут к центру этого зала. Вместо покрытия лежит огромное круглое зеркало, обрамленное красными фонариками.

Зал уже почти заполнен. Некоторых мужчин я уже видела ранее, некоторые мне совсем незнакомы. Я подхожу к Джейку.

— Брайн говорил мне здесь осмотреться.

— Да, идем со мной, посмотришь на товар.

Товар. Да, женщины в этом месте — это только товар и не более. И я в том числе. Только за каждую из нас назначают свою стоимость.

— Сегодня аукцион «нижних», — продолжает Джейк.

— «Нижних»? Как это? — непонимающе спрашиваю Джейка.

— Это те, кто вернулись сюда по после продажи Клиентам с проблемами. И создали их не только хозяевам, но и боссу.

— То есть, провинившиеся? — уже по-своему интерпретирую я.

— Да, именно.

Мы проходим в соседнюю комнату, где я вижу их. Замученные, несчастные и изувеченные нелегкой жизнью. Да именно изувеченные. Даже приведенные в порядок к продаже, они выглядят измученными работой на Брайна. Это женщины далеко не первого сорта.

Джейк осматривает их по одной, но я не спешу идти за ним. Девушки стоят смирно, но мое внимание привлекают две самых молодых, одна поддерживает за плечи другую. У девушки слегка покрасневшее лицо, это страшно, но рискну предположить, что видимо это не до конца сошедшие следы от побоев.

— Что детка, боишься нас? — произносит одна из девушек, — мы не так хороши, как ты и на нас не такое дорогое платье? Твой босс дьявол во плоти и ты еще пожалеешь, что связалась с ним.

— Закрой свой рот, Тили, — обрывает ее Джейк, — Алексис, — он поворачивается ко мне, — иди к клиентам, я здесь сам все подготовлю.

Я выхожу из комнаты с девушками, уже предварительно понимая, что Джейк по головке Тили за дерзость не погладит. Возвращаюсь в зал с мыслями о девчонке с подпухшим лицом. Стараюсь отогнать эти мысли от себя.

Кресла заняты. Джейк выходит к трибуне и объявляет начало аукциона. Выходит первая девушка в халате до колена. Представив девушку он смотрит на нее. Она распахивает и, сбросив свой халат, остается в белье. Идут первые ставки и девушка поворачивается спиной. Затем она снимает бюстгальтер и ставку повышают. Новая цена назначена за девушку и она снимает бикини. Ее можно видеть со всех сторон. Зеркало снизу добавляет эффект для этого. Полностью обнаженная она уходит, проданная новому хозяину. Так уходят с молотка еще шесть девушек.

— Возможно, вам немного скучно уважаемые гости и хочется понимать, что же вы покупаете. Сейчас вам представится такая возможность. Этот лот готов ко всему и сейчас мы проверим, на что она способна, — произносит Джейк с трибуны и дает разные знаки персоналу.

Перед креслами ставят небольшой стол, и выходит достаточно массивный парень в одних трусах. Выводят девушку, которая умоляюще кричит и извивается. Я бросаю на нее взгляд и внутри все сжимается. Та самая девчонка с подпухшим лицом. Перевожу взгляд на парня, который в ожидании медленно приспускает трусы и поглаживает свой член.

— Итак, сейчас мы увидим, как эта девушка ублажает мужчин и насколько глубокий минет она умеет делать. Затем мужчины будут входить в нее параллельно и все сразу.

Я закрываю рот в ужасе от понимания того, что должно произойти. Крики девушки усиливаются. Ее держат двое других парней и наклоняют перед парнем возле стола. Второй парень устроившись сзади, первым резко входит в нее и девушка вскрикивает. Парень, стоявший перед ней, пользуется моментом, и заталкивает свой член ей в рот.

Дальнейшее я уже просто не могу наблюдать. Слезы катятся по щекам, и я закрываю рот ладонью, чтоб не закричать.

Я бегу, не видя ничего перед собой, только ее: обесчещенную, униженную, несчастную девушку с поломанной судьбой. Да она провинилась перед Клиентом, но она не заслужила такой расправы над собой. Изнасилование у всех на виду. Дерьмо.

Меня передергивает от раздражения, шока, жалости к девушке и ненависти к нему. Из глаз катятся слезы отчаяния и безысходности.

Во что я ввязалась? Что он за человек? Господи, я его при этом еще могу назвать человеком? Урод. И я на него работаю и живу в его доме. Я сама себе омерзительна.

Я забегаю в комнату, залезаю с ногами на диван и закрываю лицо руками. Несколько минут меня дико трясет и я кричу, закрывая крики собственными руками. Когда меня отпускает, я поднимаю глаза и осматриваюсь. Зеркала. Вокруг одни зеркала. Опускаю глаза на место, на котором я сижу — диван. Тот самый диван. Я в той комнате, что снимала на видео. Той, где этот ублюдок получал удовольствие.

Я слышу вздох и тихие шаги. Поднимаю голову и при его виде в дверном проеме съеживаюсь на диване, закрываясь от него.

— Аукцион не окончен.

— Я и без тебя знаю, — отвечаю хриплым от плача голосом, — какого черта ты меня сюда притащил? Для чего мне это видеть?

— Ты мой ассистент и должна быть всегда со мной по условиям контракта, помнишь?

Да, это действительно прописано в контракте и я тяжело сглатываю, ведь сама подписывалась на это.

Ты думаешь, я так всех отправляю на эти зрелища? — он садится рядом и смотрит в потолок, — с ней оговаривали это, она была готова к этому. Ведь она не кусалась и не выкрикивала проклятий, правда?

— Что ты хочешь этим сказать? — поворачиваюсь в его сторону.

— У тебя тушь потекла, — он тянется ко мне рукой, но я останавливаю его за запястье.

— Не увиливай, говори Брайн, — держу его за руку, ожидая ответа.

— С ней оговаривался момент публичного секса, и она уже имела подобные опыты. Поверь, я бы не стал ставить неопытную в таких делах при своих клиентах. Она идет на эту меру при определенных условиях. Ей за это хорошо заплатят и если она не попадет к нормальному клиенту, то она выйдет на свободу, с ней уговор такой.

— Нормальный клиент? Что значит нормальный?

— Ее будут содержать в хороших условиях, как много умеющую и низкосортной шлюхой она не будет.

— А что ты говорил про свободу?

— Если ее сейчас не купят, я ей плачу за сегодня, и она катится, куда хочет.

— Ты серьезно ее отпустишь?

— Отпущу. И она знает это. А теперь пойдем, тебе нужно привести себя в порядок, — он целует меня в шею, встает и протягивает руку. Я смотрю на его протянутую руку в раздумьях.

Может он и на самом деле не монстр, каким кажется? Может ему все-таки присуще что-то человеческое? Нет, сострадания и жалости в нем точно нет, но… ведь отпускает же на свободу, а значит, он честный и в нем присутствуют отголоски гуманности. Но на этом мои хорошие мысли о Брайне заканчиваются. Пережитый шок силен, чтобы я могла думать о нем хорошо, слишком силен, и мыслями я возвращаюсь к провинившейся девчонке.

Она может получить свободу. Есть шанс. Я хочу ей помочь сбежать от всего, что она пережила. И в голове возникает идея, еще только смутное ее представление, но за это я могу зацепиться.

Я беру руку Брайна и встаю с дивана. Мы выходим из комнаты, и он крепко держит меня за руку. Еще не зная, что я намерена помочь той девушке обрести свободу.

Глава 10

Evanescence — Going Under

Брайн

Господи, какая же доверчивая эта девчонка. Ей что ни говори, все принимает за чистую монету. Пытается строить из себя ту, которая может держать все под контролем. Возможно, и может, но только не себя. Она вот-вот будет полностью в моей власти. Ее ладошка такая маленькая и нежная, так и хочется укусить каждый пальчик, а затем спустить ее на мой член. От этих мыслей я еще крепче сжимаю ее руку в своей, и мы возвращаемся в комнату, где проводился аукцион.

Все девочки распроданы, и Джейк приносит список, где напротив девушек указаны фамилии их покупателей, а так же сумма. Я вспоминаю о том, что только что сказал ей об этой дешевке Тили. Алекс теперь считает, что девчонка сама знала, на что идет. Хотя так оно и есть. Нечего было раскрывать свой рот и перечить Грину. Она знала, что ее ждет наказание за такое. Теперь нельзя допустить, чтобы Тили и Алекс встретились. Я уже так близко подобрался к этой малышке, и она начинает доверять мне. А это то, что мне нужно.

Я отдаю перечень имен и сумм Алекс, и объясняю, что сейчас необходимо обойти всех покупателей и договориться о месте и времени доставке товара. Товар доставляется не позднее 24-х часов с момента покупки. Нужно отвести ее подальше от товара.

Девушка задумчиво смотрит на листок.

— Что-то не так? — спрашиваю, забирая лист и пробегаясь еще раз глазами.

— Как можно отдавать за девушку такие суммы денег, когда практически любая встречная, узнай об их богатстве, может быть с ними? Без всех этих аукционов.

Ах, молодец девочка. Она подтверждает теорию о том, что все бабы просто алчные твари.

— Да, ты права. Я бы даже сказал, все девушки были бы согласны, — протягиваю руку к ее волосам и накручиваю прядь на свой палец, — но есть парочка исключений, — делаю паузу и смотрю в ее глаза, — и ты входишь в их число. — Я чуть перевожу взгляд за Алекс и вижу Джейка. Сразу же иду к нему, отпустив ассистентку.

— Джейк. Алекс не должна видеться с Тили.

— Черт, брат. Они уже виделись! — раскрывает глаза парень.

— Это ничего. Алекс думает, что девчонка согласилась на это сама. Так и должно оставаться.

На лице Джейка появляется улыбка.

— Кто-то решил поиграть?

— Все верно. Но эта игра не продлится долго, — отвечаю чуть ухмыляясь.

— Она хорошо справляется, — показывает ручкой в сторону Алекс, — не жалеешь, что потеряешь такого работника?

Я смотрю на девушку. Черное платье с глубокими вырезами спереди и сзади. Когда я увидел ее в моем кабинете, то готов был разорвать Миранду, так как просил купить что-то строгое. Но эта сучка решила подействовать мне на нервы, либо проверить меня на прочность, проверяя как быстро я сорву это платье с Алексис. Но крошка хорошо дополнила платье различными элементами, чем еще раз подчеркнула свой невероятный образ и стиль. Но она ровно такая же, как и многие другие. Я люблю таких девиц, которые знают себе цену, которые умеют подать себя в обществе. Но больше всего я люблю трахать их. Это не денется никуда. Мне не нужна одна единственная. Я хочу получить все от этой жизни.

— Будут и другие. Элис знает свою работу, за это я плачу ей. Машины готовы для вывоза девочек?

— Эй, теперь ты меня будешь контролировать?

— После прошлого раза? Да, хочу, чтоб все было четко отработано. Я не собираюсь искать еще какую-то тварь. Мне хватило и того вида. — В памяти всплывает картина, которая произошла пару месяцев назад. Мисси поступила точно так же, как Тили — раскрыла свой рот на торжественном приеме, который устраивал один из наших клиентов. За что и попала на аукцион нижних. Все прошло по обычному сценарию. Мы показали Клиентам возможности нашего товара во всей красе. При доставке водитель решил поиграть с ней, за что получил по яйцам, и пока корчился от боли, девчонка сбежала. Я нашел ее в родительском доме, и пристрелил как шавку. Она умоляла не делать этого, рыдала, сказала, что отработает все, и просила забрать ее в Hell. Но я понимал, что если соглашусь, то и другие могут сесть мне на шею и манипулировать мной. Одной сукой больше, одной меньше. В этом мире их полно.

— Доложу о каждой доставке твоему ассистенту.

Захожу в кабинет и усаживаюсь в кресло, отвернувшись от стола, смотря на портрет своего отца, висевший на стене. Воспоминания мелькают в голове. Мне исполнилось 16 лет, мы отмечали мой День Рождения на загородной вилле. Выйдя на терассу, смотрели на закат, когда отец повернулся ко мне и сказал еще одну фразу, которая стала моим правилом: «В жизни можно влюбляться много раз. Но только не в женщин. Твоя первая любовь стоит у входа и ждет тебя, чтобы направлять тебя по жизни только вперед и на хорошей скорости», — протягивает мне ключи. Он подарил мне чертов Lamborghini.Отец был прав, я влюбился с первого взгляда и не расстаюсь с ней до сих пор, хотя сменил партнершу. Но подарок все еще стоит в гараже, как и 8 остальных. Машины — это моя страсть, с которой я не готов расстаться.

Из мыслей меня вырывает стук в дверь. Я поворачиваюсь и вижу Алексис, которая направляется к столу и кладет список с пометками.

— Все готово. Что-то еще нужно сделать? — смотрит на меня, крутя на пальце кольцо. Я заметил, что она вертела его, когда волновалась. Она все еще боится меня? И правильно делает!

— Да, нужно. Ты поужинаешь со мной?

Ее глаза мгновенно расширяются.

— Сегодня для тебя было много нового, и нужно, чтобы ты немного расслабилась, — встаю из-за стола и беру со спинки стула пиджак, надевая его. Подхожу к девушке и кладу руку на талию, разворачивая ее к двери, — на сегодня твоя работа окончена. — Выходим из кабинета.

— Джейк, нужно отогнать машину Алексис. Алексис, ключи оставь Джейку. Жду тебя в машине.

Весь путь до ресторана проходит в привычном для нас молчании. Сегодня я решил покорить Алексис, поэтому мы останавливаемся возле японского ресторана Masa. Это самый дорогой суши-бар мира, где шеф-повар Маса Такаяма сам встречает всех посетителей. Здешний интерьер достаточно прост и в то же время комфортный.

— Я слышала об этом месте, но никогда не думала, что буду тут ужинать. Да еще и с тобой.

— Если тебе не нравится, я могу свозить тебя в McDonald’s.

— Ну, уж нет! — говорит она, улыбаясь, и выходит из машины.

Нас встречают и проводят к столику. Мы делаем свой заказ, и официант приносит вино. Я наблюдаю за Алексис. Ей нравится это место. Она всматривается в каждый уголок, запоминает каждую деталь этого заведения, при этом легкая улыбка не сходит с ее губ.

— Нравится? — спрашиваю я, делая глоток.

— Очень. Спасибо Брайн. Тут просто восхитительно. Не знала, что ты можешь быть таким, — она делает паузу, чтобы подобрать слово, а затем ее рука взлетает в неопределенном жесте над столом, — романтичным.

— Что заставило тебя думать, что я могу быть романтичным?

— Ты привез меня сюда, чтобы я расслабилась и угощаешь самым дорогим ужином в моей жизни. Согласись — это романтично.

— Знаешь Алексис, если ты еще не заметила, я люблю ни в чем себе не отказывать. В первую очередь начнем с того, что я бываю здесь довольно часто и мне нравится это место.

Девушка слегка хмурится.

— Но ты права. Сегодня мне захотелось пригласить сюда тебя. Мне хочется узнать тебя немного лучше. Расскажи мне о себе.

— Зачем. У тебя есть обо мне вся необходимая информация.

— У меня есть только факты. Хочется узнать то, как ты стала той, кто сидит сейчас передо мной.

— Ну… — Алексис обдумывает, что рассказать и ее глаза бегают по столу, — яне всегда была такой. Мои родители недавно погибли в автокатастрофе, и я просто не смогла оставаться больше в том городе. Поэтому, Элис пригласила меня сюда, где я и познакомилась с тобой.

— А чем ты занималась раньше?

— Училась в колледже, как и все. Я только закончила учиться, когда это произошло. Поэтому времени особо насладиться жизнью у меня не было.

— Парень, хобби?

— Парни были. Хобби — в основном чтение. Мне очень нравится засесть с обычной книгой, поставив рядом с собой кружечку горячего какао, — улыбается, — ну а ты. Как ты пришел к этому всему?

— Я жил со своим отцом большую часть жизни. Он открывал мне глаза с каждым днем, — вижу в ее взгляде неодобрение, — тебе в детстве разве не говорили родители, что нужно учиться на чужих ошибках?

— Говорили, но что это за жизнь, пока ты все не испытаешь на своей шкуре?

— Я просто убедился в правоте его выводов. Отец любил меня, и плохого не пожелал бы никогда. Когда мне было 19 лет, я уже помогал ему в этом бизнесе. И когда он скончался, я без затруднений продолжил его дело.

— Это ужасный бизнес. Как девушки соглашаются продавать себя?

— Они просто четко знают свою цену. И я знаю цену девушкам. Обычно их ожидания выполняются. — Делаю еще глоток.

— Я гляжу, ты знаешь цену всему?

— Почти. То, что будет пользоваться спросом всегда — да.

— И мне цену знаешь? — прищуривается Алексис и ставит оба локтя на стол, чуть придвигаясь вперед.

Я повторяю за ней это движение: — А ты?

Она сглатывает и смотрит на мои губы, значит, хочет поцеловать. Как и я ее. И плевать, что это ресторан и мы здесь не одни. Я просто хочу поиметь ее на этом столе вместо ужина за 1000 долларов.

Нас прерывает официант, тактично откашлявшись и давая понять, что мы уже не одни.

За ужином Алекс рассказала, как они познакомились в младших классах с Элис и больше не расставались. Конечно, это сопровождалось различными историями из детства, и я понял, что подруги были как 2 заряда: положительный и отрицательный. Элис ввязывалась во всякие передряги, а Алексис успокаивала ее и мыслила более разумно. Они дополняли друг друга. Что и происходит сейчас. Мы бы неплохо сработались… Но думаю, что это плохая идея — ходить всегда со стояком в штанах.

Мы приехали домой. Алексис уже валилась с ног, но как только мы переступили порог, зазвонил ее телефон.

— Алло? Хорошо, я передам, — отключается. — Джейк звонил. Все девочки доставлены.

— Отлично. Ну что? Сегодня был тяжелый день. Нам пора отдохнуть. Завтра тебе нужно перебрать документы за последний месяц. Занятие нудное и требует сосредоточенности и твоя голова должна быть свежей.

— Спокойной ночи, Брайн, — поворачивается и начинает подниматься по лестнице, но останавливается и разворачивается ко мне, — знаешь, а ты можешь быть даже очень милым, если постараешься не строить из себя засранца. — С этими словами она уходит.

— Мда. Знала бы ты девочка, каким я могу быть, если не буду строить из себя ангелочка, — говорю себе под нос, чтобы девчонка не услышала и провожаю взглядом эти чудесные ножки и задницу.

Отправляюсь к себе в кабинет. Джейк уже переслал мне по почте все контракты от Клиентов на товар. Нужно все просмотреть еще раз, прежде чем пойти спать. Наливаю себе стакан виски и сажусь за работу.

Прошло часа 3 или 4, и от работы меня снова отвлекли мысли об Алексис. Эта девчонка как заноза в заднице, не выходит из моей головы. Нужно трахнуть ее скорее и дело с концом. И тут у меня зарождается план, как ускорить ее мольбу переспать со мной.

— Черт! Да! Я хренов гений!

Я стою за её дверью, размышляя над своими дальнейшими действиями. Мой план все ещё в силе, она должна сама попросить меня трахнуть её. Но если она попросит, то я уже не остановлюсь и потеряю одну из лучших помощниц, что у меня были. Она умна, умеет грамотно говорить, даже когда в бешенстве. И она чертовски сексуальна. Я хочу обладать ей. Целиком.

Тихонько открываю дверь в её комнату и вглядываюсь в темноту. Спит, раскинув руки в стороны, одну ногу слегка согнув, а вторую вытянув. Я не вижу ее лица, так как она спит лицом к окну, на животе. Лёгкая ткань окутывает её сонное тело.

Делаю шаг в комнату — второй, третий, и останавливаюсь возле её кровати. Она такая доступная и смирная. Не пытается открыть свой рот, чтобы возразить мне. Беру край атласного покрывала и тихонько стаскиваю в сторону. От вида, который открылся, мой член мгновенно твердеет. Закрываю глаза и сглатываю, мысленно представляя, какая она на вкус.

В этот момент Алекс переворачивается и ложится на спину, при этом поза её почти не изменилась. Она спит? Если она проснётся, то весь мой план может рухнуть, когда она вышвырнет меня за дверь. Вглядываюсь в её лицо — спит, и тут же из неё вырывается нежный стон. Обычно это стон удовольствия от сна. Я слышал его пару раз у Миранды.

Её губы приоткрыты, их хочется целовать и кусать. Спускаюсь взглядом ниже, жадно рассматривая её желанное тело.

Твою мать! Больше не могу!

Я тихонько опускаюсь одним коленом на кровать, и ложусь между её ног. По бедрам поднимаю её сорочку до талии. Блять! Да! На ней нет белья. Её киска гладко выбрита. Я провожу носом по нежной коже, вдыхая её невероятный запах. А затем медленно провожу языком по её чувствительному комочку, смотря на её лицо. Хмурится, значит, чувствует.

Я обхватываю клитор губами и нежно втягиваю его в себя, а рука уже движется к её груди.

Девушка слегка направляет бёдрами к моему лицу, но не просыпается. Надеюсь, в этот момент ей снюсь я, а не какой-то мудак.

Я вырисовываю круги вокруг клитора, по нему. Играю с ним. Она стала мокрой и безумно вкусной. Из девушки вырываются стоны, один за другим. Чёрт! Ей бы уже пора проснуться!

С этими мыслями к языку я добавляю палец и медленно ввожу в неё. Она открывает глаза с очередным стоном и смотрит прямо на меня своими огромными глазами.

Я понимаю, что если дам ей открыть рот, то не получу желаемого. Поэтому я поднимаюсь и начинаю целовать ее. Жадно и страстно. Она отвечает с такой же страстью, а я продолжаю ласкать ее клитор и вводить другой палец. Алексис стонет, а я целую ее шею. Сквозь тонкую атласную ткать я вижу грудь. Соски затвердели от возбуждения. Я тихонько кусаю один через ткань, на что тело девушки выгибается подо мной, а ее руки зарываются в мои волосы, которые она схватила и тянет. Я снова спускаюсь к ее клитору и начинаю вырисовывать круги, всасывать, играть с ним, но продолжая трахать ее своим пальцем.

— Скажи мне Алекс, — говорю я медленно, смакуя каждое слово, — скажи, как ты меня хочешь. Ты ведь хочешь меня? — на этой фразе я добавляю к первому пальцу второй и втягиваю в себя ее чувствительный бугорок.

— О, Боже, да! — ее тело выгибается, а киска становится неимоверно мокрой.

— Тебе нужно только попросить меня. Тебе ведь так хорошо со мной. Я могу доставить тебе еще большее наслаждение, — я ускоряю темп внутри нее. Я чувствую, что она вот-вот кончит от моих пальцев. Делаю еще 2 толчка и смотрю на нее. Она открывает рот что-то сказать, но я убираю руки от нее и встаю.

— Подумай об этом. — И в два коротких шага выхожу за дверь, оставив ее неудовлетворенной и шокированной от того, что только что произошло.

Закрываю дверь и опираюсь спиной о стену, вытирая нижнюю губу большим пальцем. Она придет ко мне. Не сегодня и, возможно, не завтра. Но это будет преследовать ее при виде меня, по ночам в этой комнате. Все прошло точно по плану. Беда только в том, что мой член давно не был настолько твердым от простых ласк языком. Мне срочно нужна разрядка, иначе завтра мои яйца будут гудеть, и я точно кого-нибудь уволю. Но мне нужна не Алексис. Она должна помучаться, если придет ко мне за удовлетворением, а в Hell возвращаться сегодня уже не хочу. Захожу в свою комнату и беру телефон, набирая номер.

— Алло, Миранда? Привет.

Глава 11

Алексис

Он ушёл. Ушёл. УШЁЛ!

Мозг лихорадочно соображает, что же произошло и был ли это сон, а тело ноет в сладкой истоме от прикосновений Брайна. Я встаю, подбегаю к закрытой двери и тихо шепчу, оседая на пол.

− Зачем? Зачем ты так со мной?

Подобрав под себя колени и облокотившись затылком о дверь, я думаю, что же мне делать. Почему? Почему он так поступает со мной? Если я ему дорога как ассистент, то…какого хрена он лезет ко мне в постель? В голове снова мелькает картинка, мне снова кажется, что я чувствую ощущения от его пальцев и поежившись, я обнимаю себя руками.

Что же мне делать? Что? Его руки на моем теле, его жадный поцелуй, ох…меня словно затягивает в омут. По спине пробегают мурашки, а в животе порхают бабочки. Я хочу, хочу этого мужчину. И с каждым днем и часом это чувство всё сильнее. Оно поглощает полностью с головой. Да, мое тело жаждет его рук и горячих поцелуев.

Я встаю с пола, подхожу к стулу, стягиваю свой халат, надеваю его и прохаживаюсь по комнате.

Может пойти и соблазнить его окончательно? Пусть доведет до конца, что начал. Ведь он хочет меня не меньше, чем я его. И он согласится, я думаю, сейчас мне не составит труда его уговорить. Уговорить. Стоп! А ведь именно этого он и хочет, но почему? Почему он хочет, чтоб я об этом попросила? Что это даст? Почему он борется с собой? Ведь я же могу быть для него кем-то большим, чем просто ассистент? Почему он этого не может признать? Почему сопротивляется? Может я смогу как-то ему помочь? Он сегодня был такой галантный и даже милый. Он обещал поменять условия контракта, для меня. Этот вопрос стоит поднять прямо сейчас.

Я выхожу из комнаты и оглядываюсь в коридоре. Тишина. Иду дальше. Сердце барабанит в груди с бешенным ритмом, отдаваясь где то в голове. Кажется вот это его комната. Прислушиваюсь. За дверью ни звука. Я открываю, но в комнате темно и никого нет. Наверное, стоит посмотреть на первом этаже. Спускаюсь на первый этаж, но Брайна и там нет. Уехал. Он всё-таки уехал, оставив меня одну.

Я расстроена, рассержена и в полном раздрае. Я не могу его понять. Почему он так жесток? Почему не принимает чувств? Почему закрывается? Я готова кричать, пинать и бить все в округ, от всей этой ситуации с Брайном

Возвращаюсь в свою комнату и ложусь в постель. Я ворочаюсь с боку на бок, поправляю подушку, но сон никак не идёт. Я встаю и тянусь к тумбочке за мобильным. Набираю Брайна. Гудок, второй, третий, четвертый. После третьей неудачной попытки дозвониться до своего босса я набираю Элис. Идут гудки.

Проснись. Элис проснись. Ну же, давай! Ты сейчас так нужна мне!

− Да? — слышу в трубке сонный голос подруги.

− Элис, я сейчас приеду к тебе, не могу здесь оставаться, на меня прямо стены давят.

− Ты совсем сдурела? На часы смотрела? Три часа ночи!

− Элис, я понимаю, но… мне надо выговориться. Моя голова сейчас просто взорвется! Я была ко многому готова: к сверхурочному и тяжелому труду, стрессам на работе, но… — я снова вспоминаю его руки и по телу проходит холодок, — но я совсем не была готова к такому. Элис, он мучает меня и я не знаю с какой это целью.

− Мучает? В каком смысле?

− Ну…я не хочу об этом говорить по телефону. Я могу к тебе приехать?

− А Брайн? Где он? Он в доме?

− Нет, уехал куда-то. Элис, он…его руки, его пальцы… я до сих пор это чувствую, каждым шагом и движением.

− Что? — Слышу шипение в трубке. — Какого хера, Лекси? Он…Ты? Вы с ним?…

− Нет, Элис! Я спала в своей комнате. Я проснулась от…

− Так, всё! Хватит! — обрывает меня Элис, не давая договорить, — жду тебя и всё мне расскажешь.

Завершив звонок, я переодеваюсь в джинсы и майку с кардиганом. Хватаю мобильный, блокнот, ключи от машины и мчусь к машине. Несколько минут и я уже в гараже, завожу мотор и отключаю блокиратор ворот.

Ночная дорога. На улице пусто и безлюдно. Фонари, выстроившись чередой, ярко освещают мне путь, подальше от дома, который начинает меня угнетать. Его хозяин, его окружение — это всё не моё, не о таком я мечтала, совсем не о таком. Но этот чертов контракт мне не расторгнуть. Дом, тот дом, где я выросла должен остаться мне, я не могу его лишиться.

Я приезжаю и звоню в домофон. Элис нажимает кнопку, несколько минут в лифте и я уже у ее квартиры.

− Ну, — стоит в дверях моя подруга, — как ты? Я не понимаю Алекс, тебе же нужны деньги! Какого черта ты делаешь? Ты знаешь что ему это не понравится, если он узнает, что ты уехала без его разрешения.

Разрешения, какого еще разрешения, после того, что он сделал. — Я спала в своей комнате, — вхожу в прихожую, разуваюсь и мы идем в гостиную. Подруга наливает мне и себе по бокалу вина. Я сажусь в кресло, а она на диван.

− Давай по существу. — Элис ставит бокал на пол. — Этот кабель тебя трахнул?

− Нет.

− Так, это хорошо, — она облегченно вздыхает, — значит, контракт в силе.

− Да, но как мне с ним работать? Как мне на него смотреть? Элис, почему он так делает? Я попыталась возразить, закричать, но он не дал этого сделать. Он обещал, что пересмотрит контракт и со мной у него будут иные условия, чем с предыдущими помощницами.

− Ну, это вряд-ли, — она недоверчиво машет головой, — зная Брайна. То, что он хочет тебя, это уже ясно. Но вот зачем? Он же сам доволен тобой, как ассистентом.

− Да, он сам говорил, что его все устраивает. Элис зачем он все это делает? Он просто сводит меня с ума. Если бы ты знала, что он сегодня сделал. Но он как лед и пламя.

− Поверь, я не хочу знать, чем вы двое занимались. Для меня главное, чтобы контракт был в силе, а твое душевное состояние в норме. — Элис сидела достаточно близко ко мне. Я опустила голову смотря на бокал с красным вином, а подруга легонько провела рекой по моим волосам.

− Ладно, поспишь у меня. Днем пройдемся по магазинам, сходим в салон, а вечером я поговорю с ним. Я обещаю, что разберусь во всем. Для меня очень важно, чтобы у тебя все было хорошо.

− Нет, Элис, не нужно. Я сама попробую. Вечером еще и аукцион. Брайн будет точно занят.

− Алекс, тебе нужно выплатить налоги задом, ты это помнишь? Брайну похер, на какое бы благородное дело деньги не пошли, он потребует всё до копейки!

− Я поняла Элис. Я и не буду с ним спать, — я тяжело вздыхаю, — но как? Как его игнорировать после такого?

− Мы что-то придумаем. А теперь пошли спать, завтра у нас будет длинный день.

Мы заходим в спальню моей подруги. Эта комната необычайно светлая. Тут присутствует только белый и бежевый цвет. Она подходит к комоду и достает оттуда штаны и футболку.

− Вот. Держи, — протягивает мне одежду для сна.

− Как в старые времена? — я поглядываю на ее кровать.

− Ты против? — ее глаза блестят добрыми озорными огоньками.

− Нет, — улыбаюсь подруге. Эта привычка, лежать в одной постели у нас еще с детства, когда тебе плохо или нужно выговориться. Сейчас только Элис мне ближе всех.

Подруга залезает в постель. Я переодеваюсь и устраиваюсь рядом, на соседней подушке.

− Вот же мудак, не может держать свой член в узде. Хотя, чтобы он первым начинал, такого я не помню. Он всех предыдущих девочек увольнял. Трахал и увольнял. А знаешь почему так с тобой вышло? — она поворачивает голову ко мне, — ты не стремишься прыгнуть к нему в койку.

− Ага, не стремлюсь, — говорю я монотонно.

— Таааак, это еще что за тон? — она приподнимается на локте, — Алекс, он платит отменно, подумай, что для тебя важнее испытать один оргазм с Райтом, после которого все закончится, или заработать за год работы с ним целое состояние? Как же ваш дом? Ведь он для тебя так много значит! Это все, что осталось у тебя от родителей, кроме воспоминаний.

− Элис, а он всегда был таким? Он ведь такой…странный, — я пытаюсь подобрать правильное слово, Брайна совсем не опишешь одним словом, — вечер был таким прекрасным — он пригласил меня на ужин, мы болтали, он спрашивал о моем детстве, моих интересах и мы так мило болтали. А потом…

− Кто? Брайн? — она округляет глаза, — ты серьезно? Хм…как-то странно, не помню такого за всё время работы с ним.

− Может, это я его так меняю?

− Ох, Алекс, не знаю, Брайн слишком сложный человек. Даже не знаю, что тебе сказать.

С минуту мы лежим и смотрим в потолок. Вдруг Элис начинает смеяться.

− Что? — спрашиваю у подруги, смотря в темноту.

− Вспомнилось, как ты отшила Криса Уолта в старшей школе.

− Да, — смеюсь вместе с ней, — вид у него был такой озадаченный.

− Ну он же сам виноват. Пытаться встречаться и с тобой и со мной одновременно. Чего вздумал.

− Да, только ты, кажется, переживала немного.

− Нууу… — задумчиво тянет Элис, — это пока не появился Пол.

Мы вспоминаем наши школьные передряги, бывших парней. Я рассказываю, как увидела Миранду и как мне живется в доме Брайна.

− Вот она сука! — делает заключение Элис, — а он, тот еще фрукт, что, так и сказал, если б ты была богатой сучкой, то было бы другое к тебе обращение? Ты знаешь, я даже не удивляюсь его поведению, но он меня уже начинает бесить. И вообще давай спать, у нас дел полно и нужно выспаться. Нам не нужны круги под глазами. Сегодня вечером аукцион и вид у нас должен быть безупречным. — Она поворачивается ко мне, и как в детстве обнимает.

Я устраиваюсь поудобнее. С Элис мне как-то спокойнее, прямо как в детстве, и я, наконец, засыпаю.

Утро. Запах кофе нежным ароматом разносится по квартире. Я сонно потягиваюсь.

− Алекс, вставай! Сегодня у нас шопинг и салон красоты, — доносится громкий голос Элис. — Твой халат на стиральной машине.

− Помню-помню. — Встаю, иду в душ. После душа иду на кухню. В кухне шипит и пахнет выпечкой. Элис уже готовит оладьи, а на столе стоит чашка кофе. — Ты всегда такая бодрая по утрам?

− Чего о тебе не скажешь, — смеется она.

− Да уж, — возразить подруге увы мне нечего, ночка выдалась на славу. Я отпиваю глоток кофе и в голове понемногу начинает проясняться. — Элис, а нижних девушек отдают Джейку полностью? Он занимается их перевозкой хозяевам?

− Да. А тебе это зачем? — она поворачивается ко мне.

− Да так, вспомнила недавний аукцион, — я снова беру чашку кофе, чтоб Элис не заметила моей заинтересованности.

− Всё у него, ещё иногда Майкл помогает, но к его помощи прибегают редко, в основном Джейк сам всё решает.

− Ясно. А ты у Брайна как Майкл? Всё время в клубе?

− Нет, не только. Нам с тобой нужно заниматься девочками, их внешним видом. Кстати мы с тобой сегодня заедем в Hellи проверим как идёт подготовка к аукциону. Сегодня к вечеру мы и сами должны быть на высоте и девочки должны быть в товарном виде. Ты уже показала Брайну, насколько ты ценный специалист, но сегодня самый важный аукцион для Брайна. Этим вечером соберутся все его Клиенты, покупающие девушек для услуг эскорта. У нас немного времени на сборы, так что нужно поторопиться.

Позавтракав, мы едем в Hellи Элис заходит в комнату, куда приехали девушки, готовые для продажи. На этот аукцион будет выставлено 7 девушек. Вызвав им несколько такси, она раздает адреса салонов и мастеров, которые будут ждать своих клиенток.

− А почему ты вызвала такси для девушек? Мы ведь можем некоторых везти на наших машинах.

− Мы не возим девочек. Таковы правила, тебя не должны видеть с лотами, чтоб потом не было проблем.

Мы должны ехать в магазины и выбрать всем девушкам одежду для аукциона, но пока девушки готовятся, и мы ждем для них машины, Элис зовет меня следом за ней в кабинет и показывает документы, которые должны быть у меня во время аукциона. Я беру один из контрактов, но он оформлен не на Брайна, а на…Джейка?

− Почему на Джейка? — поворачиваюсь я к Элис.

− На Брайне много всего висит, он платит налоги. Джейк в контракте значится, как его доверительное лицо. Контракты по сути внутренние, прибыль от них нигде не показывается.

Пока Элис перебирает бумаги на столе Джейка, мое внимание привлекает контракт с датой прошлого аукциона. Контракт той девушки. Как же его прочитать? Кто ее купил? Что с ней сделали? Можно ли ей как-то помочь? Но я не могу сейчас посмотреть этого, пока Элис рядом. Поэтому я кладу просмотренный мною контракт на стол.

− Я вечером всё заберу отсюда, мне сейчас не во что даже положить документы.

− Ну хорошо, договорились. Давай заберем девочек, наверное такси уже ждёт.

Мы выходим из кабинета и идем в основной зал. Охрана сообщает, что такси уже у входа и Элис дает указание девушкам рассаживаться по машинам и следовать за нами.

И первая наша остановка это бутик одежды. Мы входим в магазин и с нами здоровается консультант.

− Добрый день! Нам нужно для каждой из этих девушек вечернее платье. В меру закрытое, пристойное, без особых излишеств, но подчеркивающее достоинства фигуры.

Две девушки подходят, и внимательно осмотрев каждую девушку возле меня, идут к стойкам с платьями.

− Ну что, пойдем и мы посмотрим себе что-то?

Мы идем к стойкам. Я смотрю на себя платье из темно-зеленого атласа. Оно закрытое и длинной до колена и небольшим рукавом в три-четверти, но выгодно подчеркивает все достоинства фигуры и еще одно коричневое платье длинной макси с V-образным вырезом, без рукава и толстыми бретелями.

Рядом со мной возникает Элис с горой вещей. Всегда удивлялась ее способности в столь короткий срок умело находить красивые и качественные вещи.

− Ну, ты как? Подобрала что-то? Меряем? — она смотрит на мои два платья, — я тут тоже кое-что тебе нашла. Идём.

Мы заходим в примерочные. Я меряю свои платья и кручусь перед зеркалом. Это то, что нужно для аукционов. Достаточно скромно и элегантно. Я всё-таки не лот и мне не нужно привлекать к себе излишнее внимание.

Элис подкидывает мне в примерочную еще блузку и юбку. Блузка из тонкого шифона, но под ним непросвечивающая подкладка. Смотрится неплохо и обыденно, на рабочие будни вполне пойдет, а юбка просто шикарна. Я люблю юбки, но эта! Юбка в стиле бохо сама по себе необычна — это косой покрой, оборки и складки. Я даже не думала, что ее можно соединить с деловым стилем, это очень оригинально.

Оценив работы консультантов и выбор, который они сделали для девушек, мы заканчиваем и отправляемся дальше.

Учитывая вкусы и интересы Клиентов, Элис предпочитает выбирать белье для девушек в «AgentProvocateur» — оно изысканное и вызывающее. Выбрав комплекты для девушек, Элис отправляет их по салонам. Я беру и себе один новый черный комплект белья с чулками и поясом.

Мы с подругой также едем в салон. Мне делают массаж, несколько SPA-процедур для тела, прическу и как последний штрих мастер по визажу наносит вечерний макияж. Я готова, но возвращаться в дом к Брайну я не хочу. Там может быть он или Миранда, встречи с кем я бы точно сейчас не пожелала. Я достаю из кармана мобильный и набираю подругу.

− Алекс?

− Элис, можно к тебе? — умоляющим голосом произношу в трубку, — я не хочу возвращаться в тот дом, пока что не хочу. Мне нужно спокойно подготовиться к аукциону, а там может быть Миранда.

− Хорошо, я уже еду к себе. Тогда давай так. Сейчас оденусь я, а потом едем к тебе.

− Спасибо тебе подруга, выручаешь как всегда, — я делаю поцелуй в трубку, а она смеется.

Через двадцать минут пути по несильно загруженным в рабочий вечер улицам я добираюсь до дома подруги и жду, пока она соберется. Затем мы едем ко мне, но в доме никого и я с облегчением пройдя по коридору захожу в свою комнату. С того момента, как я покинула ее ничего не изменилось кроме одной детали. На моей кровати лежит коробочка.

Подойдя ближе, я неуверенно беру ее в руки. «Алексис, прости за ночь. Брайн». Открываю крышку, а внутри лежит маленькая красная роза. Бутон только начал распускаться. Я глубоко вдыхаю нежный аромат, прикрывая глаза от удовольствия. Черт, ну может же он быть таким романтичным если захочет!

− Эй, подруга. — Элис подходит ко мне. — Это от Брайна? — я киваю. — Романтик хренов. Одевайся, если не хочешь увидеть, как этот покоритель сердец превращается в ураган, сметающий все на своем пути.

Я убегаю в ванную, ставлю малютку-цветок в стакан с водой и начинаю собираться. Для вечера все же решила остановиться на зеленом платье, и чулках с поясом. Как-то в одной книге я прочитала, что сексуальное нижнее белье придает уверенности. Это правда. Черные туфли на каблуке, и вот я верчусь перед Элис в проходе между комнатой и ванной.

− Я хочу сюда дополнить часы на кожаном черном ремешке, если ты не против? У тебя есть?

− Да. Сейчас все будет. — Роюсь в шкафчике и нахожу то, что нужно. Эти часы мне подарила Элис в старших классах. Уже тогда у нее проявлялась страсть ко всем мельчайшим деталям.

− Отлично. То, что нужно. Поехали. Босс уже рвет и мечет что меня нет. — Подруга берет меня под локоть и выводит из комнаты. — И тебя, кстати, тоже.

Мы заходим в клуб. Брайн стоит у кабинета вместе с Джейком.

− Привет. Вы опаздываете. — Он наклоняется и слегка целует в щеку сначала Элис, а затем меня, задерживаясь губами на моей щеке чуть дольше нужного. Я ощущаю, как он вдыхает мой запах, или это только плод моего воображения, потому что рядом с ним ураган воспоминаний о сегодняшней ночи с новой силой закручивает узел эмоций внутри меня. От этого я краснею и отодвигаюсь от босса.

− Так. Элис, аукцион твой, Джейк на подхвате. Алекс, с тебя, как и договаривались, документы в кабинете. Нужно собрать все к аукциону и разложить все остальное. Если вопросов нет, приступаем.

Я не хочу возражать и задавать лишних вопросов, поэтому быстро скрываюсь за дверью кабинета. Собираю все бумаги на каждую девушку, которая сегодня выставляется по отдельным папкам и откладываю, чтобы ничего не перепутать. После контрактов на девочек я нахожу бумаги на уплату налогов. Пробегаю глазами. Хм. Лихтенштейн. Что у него в Швейцарии?

Читаю текст. Но половину понять не могу. Что-то о необходимости уплаты налогов за сохранение ценных бумаг компании Анштальт. Видимо что-то важное, если связано с налогами, поэтому откладываю бумаги в другую стопку и клею маркировку с пометкой «Джейку». Перехожу к уже заключенным контрактам, и в памяти сразу всплывает та девушка брюнетка. Я обещала, что придумаю как ее спасти, но ничего для этого еще не сделала. Быстро достав телефон, я делаю фотографии этого контракта. Там указано абсолютно все о ней, и о ее Клиенте. Это мне и нужно. Дальше я найду выход из положения.

Дверь открывается и в кабинет входит Брайн. Я быстро бросаю контракт на стол, чтобы он ничего не заметил, и поворачиваюсь.

− Нам надо поговорить. — начинаю я первая, на случай, если он что-то заметил.

− Надо. — С этими словами достает из кармана еще одну маленькую коробочку из красного бархата. Тут уж явно не розы. Коробочка слишком мала. — Это тебе.

Беру в руки подарок и открываю. Там кольцо из белого золота и тремя бриллиантами, которые переливаются и сверкают от лампочки на потолке. Оно простое, неброское, скромное, но при этом дорогое.

− Брайн, не нужно было.

− Нужно. Я хотел извиниться за сегодняшнюю ночь.

− За что?

− Между нами ничего не может быть. Ты мой помощник, я твой начальник. Ты помнишь то, что сегодня произошло? — шепчет он.

− Да. Все.

Его дыхание обдувает мою шею и я снова вспоминаю все то, что старалась забыть двадцать минут назад.

− То, как я ласкал тебя. — Его губы касаются уголка моих губ. И из меня вырывается чуть слышный стон и я снова начинаю возбуждаться.

− Так вот. Этого больше не повторится, — разворачивается и уходит к двери. Опять. Какого черта?

− Какого черта, Брайн? Ты не посмеешь. Забери свои подарки и держи руки подальше от меня, — я кидаю в него коробочку с кольцом. Но двери закрываются и я опять остаюсь одна. Все, так больше не может продолжаться!

Смотрю на часы, сейчас начнется аукцион, и этому уроду будет не до меня. Элис тоже будет занята. А мне срочно надо выпить. Иду в бар и прошу бармена налить мне текилы. Стопка, вторая. Тепло разливается по моему телу, но злость, скопившаяся во мне не хочет растворяться в этом прозрачном напитке. Но вот я хочу. Еще пара стопок.

− Мисс Фишер? Не ожидал найти вас здесь.

Поворачиваю голову. Передо мной стоит Роберт Эванс — один из клиентов.

− Мистер Эванс, не ожидала и Вас здесь встретить?

− Да. Я тут с сыном.

− Ему тоже нужна девушка? — говорю я и заливаю в себя еще одну стопку. — Хотя не отвечайте. Я уже поняла, что тут девушки, это просто вещи и аксессуары, с которыми можно делать что хочется и когда хочется.

− Алекс. У вас все в порядке? Может поговорим? Что случилось? Обещаю, это останется между нами.

Роберт садится на барный стул, стоящий рядом со мной, а я смотрю на него, понимая, что он единственный, кроме Элис, кто меня тут поддерживает.

− Все дело в Брайне, — вздыхая начинаю я, — с ним совсем не сладко. Этот контракт, который я подписала, чтобы работать на него. Мои родители погибли в автокатастрофе совсем недавно. И все что осталось от них — это наш семейный дом. Он очень важен для меня, хотя мне и нелегко в нем находиться. Но все эти процедуры по передаче наследства и все такое… — я делаю сопровождающий мои слова жест рукой, — набежала немалая сумма, которую я не заработала бы на обычной работе. Уж не знаю, как справлялись мои родители с этим. Элис, моя подруга с детства, предложила переехать к ней и познакомила с Брайном. И так я работаю на него. Но по контракту, я не могу уйти от него год и нужно возмещать все затраченные на меня средства, а это поверьте не мало и… — я кладу голову на руку, которая лежит на барной стойке. — И его отношение. Он все делает противоречиво и сводит меня с ума своими поступками. Хотя знаете? Я справлюсь. Я сильная! — Спрыгиваю со стула и кладу руку на плечо мистера Эванса. — Спасибо, что выслушали меня. Мне было необходимо рассказать все кому-то, кроме стопки текилы.

− Алексис, вы очень милая и смышленая девушка. И я не в праве вас осуждать. Помните, что если у вас появятся проблемы — вы всегда можете рассчитывать на меня. В любое время дня и ночи.

− Спасибо вам огромное, мистер Эванс, — я улыбаюсь мужчине и замечаю какое-то движение краем глаза. Я молюсь, чтобы это был не Брайн и мои мольбы были услышаны. Это был высокий парень очень крепкий и приятный на вид. Он был полной противоположностью моего босса. Его внешность излучала уверенность и защиту. Одновременно грациозная и четкая походка поражали меня. И парень двигался по направлению к нам. Чем ближе он был, тем больше улыбка становилась на его лице, и тем выше мне приходилось поднимать взгляд. В его лице что-то было знакомо.

Он протягивает мне руку для приветствия, чуть наклоняясь вперед. Но я не могу собрать мысли. Они совсем расползлись.

− Привет. Я Тайлер. Тайлер Эванс.

Глава 12

Tech N9ne — Caribou Lou

Брайн

Я закрываю за собой дверь и слышу глухой удар о деревянную дверь. Видимо, это был мой подарок. План по совращению Алексис идет даже лучше, чем я планировал. Эти качели выводят ее из себя. Она хочет и ненавидит меня одновременно. Но страсть и желание обладать мной читается в каждом ее взгляде, в каждом движении и даже в дыхании. Но главное не заиграться, иначе битва может быть проиграна. Нужно действовать в самое ближайшее время. Ох, мисс Фишер, будьте уверены, я трахну вас уже совсем скоро…

Чуть посмеявшись собственным мыслям, я отворачиваюсь от двери и иду к Элис. Нужно проверить как идет подготовка.

− Брайн, начинаем через 20 минут, − говорит Джейк проходя мимо, — Алекс подготовила уже документы?

− Да, уже должна была, если нет, устрой ей взбучку. Нехер расслабляться.

Джейк улыбнулся.

− Кажется, кто-то сегодня потрепал тебе нервишки?

− Ни одна сучка на это не способна. А те, что работают на меня, стали борзеть. Решили на шею мне сесть. Нечего с ними сюсюкаться. Джейк, работа прежде всего. Если она что-то не сделала, ее нужно наказать. Разгребать за ней нет времени, — вытягиваю руку и указываю на дверь моего кабинета, где находится Алексис, — всё.

Захожу в кабинет, в котором находится несколько девушек.

− Встали! — приказываю и мои требования тут же выполняются. Элис продолжает дальше поправлять прическу одной из них, заканчивая подготовку.

Все одеты элегантно. Длинные платья, красивые прически, украшения и макияж.

− 5 шагов вперед. — Девушки идут на меня, и я смотрю как они двигаются. Отлично. Все плавно и уверенно, тихо и легко. То, что нужно. Элис как всегда хорошо поработала. — Через 20 минут начинаем. Джейк раздаст вам номера. Элис! — Девушка поворачивает голову в мою сторону, и я подзываю ее к себе кивком головы. — У нас все хорошо? Инцидентов нет?

− Нет, Брайн. Все хорошо. Девушки волнуются, но это нормально. Они же отдают себя в рабство.

− За деньги. Не забывай это. — Слава богу этот спор прерывает вошедший Джейк. Я устал спорить с Элис на одну и ту же тему. Я знаю, что эти шлюхи соглашаются только ради зеленых купюр и не более, но Элис же считает, что выживать в этом мире тяжело и не все из них так ужасны, как я считаю. Но никто меня не переубедит. Все женщины нужны только для удовлетворения мужских потребностей, не более.

Смотрю на часы — 10 минут до начала. Нужно найти Алексис. Она должна присутствовать на аукционе. Хотя с другой стороны — зачем? Если я ее трахну, то она уже мне будет не нужна. До следующего аукциона она вряд ли будет сопротивляться. Пытаясь на ходу за секунды найти решение, я сдавливаю переносицу.

− Где Алекс? — спрашивает Элис за моей спиной. Вот и решение.

− Мне тоже интересно, где носит твою подружку. Пойду, приведу ее.

− Брайн, — хватает блондинка мой рукав, — хоть пальцем ее тронешь, я тебе яйца на затылке завяжу.

− Элис, — убираю руку девушки и выворачиваю ее с такой силой, что лицо моей помощницы морщится от боли. Обхватываю ее лицо рукой и притягиваю к своему, — если ты, мать твою, решила, что имеешь права мне угрожать, то напоминаю, ты в конец охуела. И это уже второй прокол с твоей стороны. Ты здесь никто. Такая же как они, такая же как те, которые сейчас трясут своими задницами над возбужденными членами наших богатеньких клиентов, в надежде зарабатывать все больше и больше. Ты шлюха, Элис, которая работает на меня и которая не выберется из моей власти никогда, потому что тебе не хватит этих гребанных денег. Если ты не хочешь, оказаться на нижнем уровне, то перестань раскрывать свой рот, а тем более в присутствии посторонних, — отталкиваю ее от себя так, что девушка ударяется головой о стену с глухим звуком. Заебали. Они обе действуют мне на нервы.

В комнате послышались обеспокоенные ахи и всхлипы. Блять, только этого еще не хватало.

− Представление окончено, но спешу напомнить вам еще раз: если вы будете перечить вашим покупателям и условиям контракта, то вас тоже ожидает самый нижний уровень, усекли?

Перепуганные девушки активно кивают головами. Черт, не так я хотел начать аукцион. Теперь эти идиотки будут страшно тупить на «посиделках».

Двумя шагами я преодолеваю комнату и выхожу, с грохотом закрыв дверь. Зайдя в кабинет, я не нахожу в нем Алексис, как и в зале, где проводится аукцион. Может она снова в зеркальной комнате? Помнится, ей она приглянулась. Но включив свет в бордовой комнате я и там ее не нашел. Чем дольше я ищу ее, тем больше нарастает злость внутри меня. Сколько можно искать ее? Достаю мобильный и набираю ее. Гудок, второй, третий, четвертый и тут же голосовая почта. Сучка! У меня нет времени искать ее, потому что аукцион вот-вот начнется, и я иду в сторону зала, полного ожидающих клиентов. Проходя мимо бара, я останавливаюсь.

Эванс, Алексис и сынок Эванса. Этого, блять еще не хватало. Тайлер Эванс пожирает взглядом Алексис. Он не просто пожирает, он уже мысленно поимел ее. Он протягивает ей руку и что-то говорит. В ответ она улыбается, как ненормальная, и принимает рукопожатие, но расцеплять руки они не торопятся и смотрят друг на друга. Этот мудак может испортить мне все планы. Я просто закипаю от гнева. Я готов наброситься на этого громилу, только чтобы он отпустил Алексис. Нехер трогать то, что мое. Она моя! Пора заканчивать.

− Смотрите-ка. Все семейство Эвансов в сборе. — Алекс резко вырывает свою руку и поворачивается в мою сторону. — Решили прикупить товар?

− Да вот подумал, может из того, что ты предлагаешь, есть такие же, как Алексис? — отвечает Роберт и встает со стула приветствуя меня.

− Роберт, — пожимаю его руку и поворачиваюсь к его сынку. Как же хочется вмазать по морде этому уроду, за то, что лапал Алексис только что. Сжимаю челюсть и уверен, что он заметил мой гнев. — Тайлер, — с неохотой протягиваю руку и ему. При всем моем огромном желании разукрасить этого парня, я не могу этого сделать. Эвансы одни из постоянных клиентов на аукционах и приносят львиную долю в мою копилку. Но на лице Эванса младшего я вижу отражение того, что написано на моем. Ему не нравится моя реакция.

− Брайн, — отвечает на рукопожатие. И обменявшись этими любезностями я хватаю за руку Алексис, которая похоже выпила, так как ее пошатнуло от силы моего захвата.

− Эй! — останавливает меня Эванс младший, — полегче с девушкой!

− Я сам знаю, что мне делать с девушкой. Она принадлежит мне, нам уже пора идти. Убери от меня руку.

− Тайлер! — Эванс кивает сыну, тот отпускает меня и дает пройти.

Я увожу Алексис из бара, но в зал ее выводить в таком состоянии нельзя, поэтому я волоку ее в кабинет.

− Отец, это что за херня? — слышу затихающий вопрос Тайлера.

− Это не наши проблемы, Тай.

Вот именно. Это не ваши проблемы. Она — не ваше дело. И нехер пускать на нее слюни. Меня распирает от желания наорать на кого-то, врезать, растоптать. Почему из-за этих сучек одни проблемы. Ненавижу их! От злости по моему телу пробегают мурашки, и мысли начинают затуманиваться.

Элис, ведущая девушек на выход, кинулась к Алекс.

− Алекс!? Какого хрена? Она что напилась? Когда успела-то?

− Элис, пошла на хер отсюда! Иди работай.

− Но…

− Пошла на хер, я сказал!

− Брайн, перестань орать на нее! — Алексис пытается вырваться из моей хватки.

− Ты, пошла работать, — тыкая в Элис пальцем я указываю на зал с клиентами, — а ты пошла за мной! − Продолжаю тащить за руку девушку. С каждой ее попыткой вырваться, я только сильнее сжимаю пальцы. Пинаю дверь ногой, но она ударяется о стену и снова закрывается. Я снова повторяю свое движение и почти закидываю Алекс внутрь с силой, потянув ее на себя.

Девушка, споткнувшись, падает на пол и с широко открытыми глазами смотрит на меня.

− Алекс, скажи мне, что мать твою, ты себе там вообразила? — я подхожу к ней и даю пощечину. Девушка резко хватается за больную щеку. — Сука, ты на меня работаешь. Я тебя предупреждал про Эванса, но ты решила продолжить флиртовать с его сынком?!

− Брайн, я ничего не делала! — кричит Алекс, пытаясь перекричать мой голос.

− Я видел, как ты ничего не делала! Что ты вообще забыла в баре!? С черта ли ты напилась? Кто тебе позволил вообще? Ты просто меня выводишь из себя своим поведением, — в ярости пинаю стул, и он с грохотом падает, цепляя за собой соседний.

− А ты?! Ты не выводишь меня?!

− Мне похер на твое мнение и состояние! Ты должна делать то, что я говорю. И ты это знала, подписывая контракт. Какого хера ты пьешь в середине рабочей смены! Какого хера ты открываешь свой рот? Все что ты должна делать — это молча слушать и выполнять. Никаких пререканий, тебе ясно это? — Огонь заполонил все мое тело. Все горит. И это освобождение мне безумно приятно и раздражает одновременно.

− Ясно, — бубнит она, явно не желая соглашаться.

− Я не понял, ясно или нет?! — снова хватаю ее за руку, которой она держалась за место удара.

− Я сказала, ясно! Понял? Ясно!

− Отлично. Сегодня посидишь здесь, — выхожу из кабинета и закрываю дверь на ключ. Не хватало, чтобы она снова побежала к этим Эвансам.

Вдох-выдох, вдох-выдох. Пытаюсь успокоиться и поправляю пиджак и галстук. Всё должно быть хорошо, когда я зайду в зал. Поправляю одной рукой волосы и направляюсь туда.

Уже начались «посиделки». Клиенты могут в течении получаса разговаривать с девушками, которые будут выставлены на аукционе. Таким образом, они подбирают товар для себя. Мы решили это включить тогда, когда поняли, что чем больше товар понравится Клиенту, тем на более длительный срок он ее купит. Так и вышло. Обычно 10 минут хватает на то, чтобы определить — сработаются они или нет. Все разбиты на пары. 8 девушек, 10 клиентов. Кто-то ждет своей очереди, кто-то уже ведет диалоги. Проходя мимо них, я слышу разговоры и об искусстве, и о политике и просто историю о себе. Направляюсь к Джейку, приветствуя кивком тех, кого ещё не видел. Расстёгиваю пуговицу пиджака и усаживаюсь в кресло: — Все нормально?

− Ну это я должен спросить. У тебя все хорошо? Ты сегодня на взводе! — наклоняется Джейк чуть ближе ко мне.

− Уже все нормально.

− Где Алексис?

− Пусть сегодня посидит в кабинете. Успела надраться.

− Что? — смеется Джейк, — а она непростая штучка.

− Что верно, то верно.

Сзади подходит Элис.

− Где Алексис?

− Да Боже мой! Элис, с ней все нормально. Трезвеет в кабинете. Иди работай.

− Брайн, ты тяжелый человек, просто не будь с ней грубым. Ей приходится терпеть все твои капризы.

− За это я и плачу ей.

− Ох, Брайн, ты не прошибаем! — говорит Элис и уходит продолжать наблюдать за девушками. А я смотрю на Эвансов. Они уже общаются с какой-то сучкой, но вот Тайлер не сводит с меня глаз. Значит наша малышка ему все-таки понравилась, и я в этом не ошибся. Что ж. Я буду злой мачехой и спрячу его принцессу в заточении в башне. Она уж точно не достанется ему. А пока она будет со мной, я буду играть с ней по моим правилам, и так как захочу. Но, наверное, нужно привести свой план в действие уже сегодня или завтра. Хотя после того, как я ударил ее, она меня близко не подпустит.

Но вот из динамиков раздается звук тикающих часов и через 5 секунд гудок, говорящий о том, что «посиделки» закончились. Все девушки встают и выходят из комнаты.

Зал для аукциона — это все тот же зал, в котором проводят аукционы для нижних. Но когда это аукцион «верхних», то зеркало на полу мы накрываем красным ковровым покрытием, уходящим туда, откуда выходит лот. Это выглядит как проход по красной ковровой дорожке, где девушка должна подать себя, как леди. Клиентам дается несколько минут для принятия решения о сроках приобретения девушки, либо для того, чтобы покинуть аукцион в случае, если никто клиентам не подошел. Собственно, что и делают Эвансы.

− Где же ты отхватил себе такую как она? — спрашивает Роберт, — и где таких найти? Мне нужен работник в дом, такой как она — владеющий информацией о предметах искусства.

− Эванс, таких, как она нет. Поэтому она здесь.

− Я надеюсь, что ты это понимаешь, — говорит он, указывая на мою фразу про ее индивидуальность.

− Понимаю, но предупреждаю, Роберт, держитесь от нее подальше, а то у девчонки появляются недостижимые мечты на ваш счет.

− Я бы с радостью реализовал их, — отвечает старикашка. Ну уж нет!

− Не думаю. Всего Вам хорошего.

− До встречи, Брайн, и без обид. Она правда стоящая девушка. Ты уж должен понять мое стремление заполучить ее себе.

− Понимаю. — Нет не понимаю. Это всего лишь девка. В ней нет ничего, кроме упрямства и некоторых знаний, которым можно научить даже обезьяну.

− Всего хорошего, говорит он и идет к выходу, но Тайлер задержался. Потирая край нижней губы своим длинным пальцем, он подходит ближе ко мне.

− Ты мразь, Райт. Надеюсь, она это понимает. И не вздумай трогать ее, иначе никакие деньги твоего папочки не спасут тебя. Я найду тебя везде.

Какого хера этот придурок смеет мне угрожать? Я сжимаю кулаки, стараясь удержать в них всю свою злость, которая с новой силой старалась вырваться из меня. Я был похож на проснувшийся вулкан, готовый выплеснуть все наружу. Но, не здесь и не сейчас. — Пошел вон из моего клуба! Чтобы я тебя тут больше не видел.

Ухмыляясь, Тайлер разворачивается и идет к отцу, который уже ждет его возле двери.

− Итак, мы начинаем наш аукцион! — слышу за своей спиной голос Джейка, который готов приступать к продаже.

− Первый лот, Милисса. Она говорит на русском, немецком и китайском языках. Окончила местный экономический институт с отличием. В свободное время она любит заниматься фотографией, готовить и читать классическую литературу.

Клиенты читают подробную информацию о девушке, выданную ранее и оценивают ее образ. Милисса проходит по дорожке и останавливается рядом с Джейком.

− Начинаем, как обычно с одного года.

− Полтора, — отзывается один из Клиентов, поднятием руки.

− Два, — продолжает Джейк видя знак от другого Клиента.

− Два с половиной, — снова поднял ставку первый Клиент.

− Три.

Ставки снова повышаются. Джейк смотрит на клиента, который начал торг, в ожидании продолжения, но тот отрицательно кивает головой.

− Три года, раз, два, три. Продано! На три года джентльмену в кресле номер 4.

Элис аккуратно подходит к выигравшему этот лот Клиенту и отдает ему договор для ознакомления. Сейчас Новый владелец этой девушки должен решить, каким способом и когда ему доставят товар домой.

Все идет нормально, а мои мысли снова переносятся в бар, где стоят Алекс и Тайлер. Этот их вид с сладкими улыбками на лицах, и меня передергивает. Фу. Какой дешёвый фарс. Ничего глупее я не видел с тех пор, как в последний раз смотрел сопливый фильм по телику в детстве.

Мысли вихрем летают вокруг сегодняшнего события, цепляясь за воспоминания из прошлого вперемешку с более свежими, но резкий стук молотка, говорящий о продаже товара возвращает меня в реальность.

Я настолько зол, что понимаю о необходимости разрядки. Мне просто нужен секс. Но я не хочу Миранду. Я хочу ее. Алексис. Воспоминание о том, как я ударил ее сегодня, возбуждает меня. Я ненавижу нежный секс. Мне нравится, когда все жёстко и без последующих за этим проявлений чувств. Потрахались — разошлись. И если бы этой сучке хватило смелости встать и ударить меня в ответ, то все не закончилось бы так. Она могла бы ударить меня в ответ и получила бы самый невероятный секс в ее жизни. Я оттрахал бы ее по полной, после того, что она сегодня сделала со мной. Вывернула меня на изнанку своим флиртом и непослушанием на работе. Черт.

Я встаю с кресла и иду в сторону кабинета, оставляя все в руках Элис и Джейка. Они все сделают правильно. Но моя голова не будет работать так, как нужно до тех пор, пока я просто не вставлю свой член в нее.

Открываю дверь кабинета, Алекс сидит на диване, прижав колени к груди. Встаю напротив нее.

− Успокоилась? — спокойно спрашиваю я.

Тишина.

− Отвечай, когда я спрашиваю, — так же спокойно, но с напором говорю девушке.

− Успокоилась, — даже не подняв глаз, отвечает Алексис.

Я сажусь рядом с ней и тянусь к ее коленям, чтобы положить руку, но девушка отодвигается.

− Не волнуйся, я не обижу тебя.

− Я не хочу, чтобы ты трогал меня. Я ничего от тебя не хочу. Давай просто будем работать. Ты будешь говорить, что мне делать, а я буду это делать.

− Это логично, но вот ты не делаешь то, что я говорю.

− Потому что ты говоришь одно, а делаешь другое. — Руками она перебирает пальчики на ногах, разглядывая педикюр.

− И что же я, по-твоему, говорю и делаю по-разному? — Закидываю колено на диван, таким образом поворачиваясь к ней, а руку кладу на спинку, начиная играть с ее волосами. Нужно успокоить Алексис, иначе от нашего разговора толка не будет. Сейчас после моих действий она закрылась в свою скорлупу и высунула только нос, а мне нужна она вся.

− Ты говоришь, что я хороший работник, но срываешься на меня за то, что я выпила. Ты говоришь, что между нами ничего не будет, но сам делаешь все, чтобы возбудить меня. Брайн! Я не железная. Смотреть спокойно на то, как торгуют людьми я не могу! И я не знаю с чего ты так играешь со мной. Я просто хочу спокойно отработать этот год. Пожалуйста!!! — умоляет она меня. — Я не могу так больше. Только что ты показал мне, что ты просто чудовище! Ты ударил меня! Я просто теперь не могу и не хочу тебе доверять. Я не хочу оставаться в твоем доме, понимая, что ты можешь заявиться ко мне в комнату и либо доставить мне удовольствие, либо ударить.

Черт, она права. Я могу сделать и то и другое. И обе вещи мне понравятся одинаково… Но сейчас она не подпустит меня к себе. А насиловать женщину — это не моя тема. Думай, Брайн, думай.

− Алекс, дорогая! — начинаю я нежным голосом, а руки обвивают ее плечи и прижимают к моему телу так, что она почти лежит на мне, — я ударил тебя только потому, что увидел тебя с этим сынком Эванса. Я не мог просто смотреть на тебя и на него, и как вы улыбаетесь друг другу.

− И поэтому ты ударил меня? — Алексис пытается подняться.

Нет, Брайн. Простым голосом и ласками ее к себе не расположить. Нужны более жёсткие методы. Пускай и в урон себе, но вспомни, как приятно было ласкать ее, как она стонала и извивалась в твоих руках. Ее нужно добиться всеми способами!

− Да. Наверное, да. Я не могу смотреть на то, как тебя хочет кто-то еще кроме меня. И видеть, как ты хочешь его в ответ для меня невыносимо. — Строю страдальческое лицо.

− Что в этом такого? Мы же просто работаем вместе с тобой, — она непонимающе смотрит на меня, требуя взглядом того, что я скажу ей дальше. Я беру ее маленькую ладошку в свою свободную руку, а второй приглаживаю растрепавшиеся волосы.

− Алекс… Мне кажется, я по уши в тебя влюбился.

Глава 13

OBESØN feat. Hartry — Melting Into You

Алексис

Влюбился…

Словно громом пораженная, я не в силах произнести ни единого слова, оборачиваюсь и смотрю, как безвольная кукла, примагниченная его взглядом. Дерзким, страстным, жадным. Его слова звучат, таким долгожданным приговором. Приговором всему, что есть сейчас между нами — этому чертовому договору.

Я доказала ему, что его мнение о женщинах ошибочно? Что я другая? Это означает, что я больше не заложница в его доме и его способа жизни?

Я смотрю на резко очерченные скулы, массивный подбородок. Господи, как же я хотела этого мужчину. Таять в этих сильных руках, без остатка. Ощутить его в себе. Еще с того самого момента, когда мы познакомились. Я молилась про себя, чтобы этот мужчина с душой дьявола изменился и действительно увидел во мне что-то, что заставит его измениться.

И вот он сидит и говорит мне это прямо сейчас. Фейерверк из огоньков должен кружить перед моими глазами, с того самого момента, как только я услышала эту фразу. И я пристально смотрю на него, но… во мне нет ничего кроме отвращения. За время нашей работы я смогла довольно неплохо узнать господина лицемера и прекрасно понимаю, что все его признания — это фальшь. Как может он сидеть и нагло мне врать? Если бы он любил меня, то никогда в жизни не поднял бы на меня руку. Я уверена в этом на все сто процентов.

У меня была семья, в которой все безумно любили друг друга. Никогда даже голос не повышался в нашем доме. И то, что сейчас говорит Брайн — просто вымысел. Только бы понять с какой целью. Он явно что-то задумал.

Мне кажется, проходят минуты, часы, а я все смотрю на него.

Его взгляд сменяется прищуром в ожидании ответа, а скулы напрягаются от силы, с которой он сжимает челюсть. Он точно врет. Грязный мерзавец. Мне нужно узнать что он задумал, ведь он не знает, что когда ударил меня и оставил лежать на полу, я пересмотрела многие вещи. У меня родился свой план. Никто не заслуживает такой жизни, такого обращения и такой участи, которую он готовит для женщин. И я вспомнила ту девушку. Я хочу ей помочь, и я сделаю это. Главное, чтобы Брайн ничего не заподозрил….

Ну что ж, мистер наглый лжец, давай поиграем в твои игры, но по моим правилам!

Протягиваю к нему руку и поглаживаю подбородок. Он не сопротивляется, только слегка вытягивает его вперед. Поймав мою руку за запястье, он отстраняет её от своего лица, а второй захватив мой затылок, резко притягивает к себе.

— Алекс, я хочу тебя. Здесь. Сейчас. — Его шепот как, как кислота, разъедающая изнутри, но барьеры, выстроенные мною за время работы и жизни рядом с этим монстром сильны, а теперь, после его удара, они стали вдвойне непрошибаемыми.

Он меня хочет? Ну это отрицать я не могу, но что дальше? Что меня ждет после секса? Продажа? Такая же участь, как и других девушек? Сколько девушек он уже продал и сколько из них его бывшие помощницы?

— И?.. Ты действительно поменяешь условия контракта? Ради меня? — я перевожу взгляд на его губы. — Обещай, что больше меня не ударишь. — Его губы накрывают мои. Я хочу отстраниться назад, но Брайн слишком крепко держит меня за затылок и не дает ни малейшего шанса освободиться. Он углубляет поцелуй, настойчиво вторгаясь языком, и толкает меня на диван, накрывая собственным телом.

Он хочет мной воспользоваться, это уже очевидно. А возможно, уже через час покажет мне видеозапись, где всё, что может сейчас произойти между нами в кабинете и будет требовать всю сумму по контракту. Чего я не могу ему дать. И вот она продажа, я иду как застава собственного трудового договора. А что потом? Он продаст меня, как ту девушку?

Думай, Алекс, думай! Ты не можешь так закончить! Он не дал ни единого ответа на твой вопрос, а просто закрыл твой рот. Это может быть концом нашего сотрудничества, а ты совсем не готова разорвать этот контракт — на кону стоит твой дом. Соображай! Должен же быть хоть какой-то выход освободиться от его хватки. Почему на мне не платье с карманами, так бы можно было провернуть что-то с мобильным и невзначай набрать того, кто на быстром вызове. Черт, и вообще мобильник как назло в сумочке остался на баре. Вот повезло же!

Брайн задирает платье, его рука скользит по моей ноге, задевая верх чулка, стремясь выше, и он смотрит на пояс.

— Черт, пояс, — Брайн низко рычит, опускаясь ниже, закусив нижнюю губу, — а ты хорошо подготовилась детка.

Что же придумать? Вариантов у меня нет совсем и тут на ум приходит одна идея. От этого мне становится даже немного весело. Но я стараюсь сдержать даже еле заметную улыбку, чтобы не выдать себя. Далеко не все мужчины любят секс с женщиной в её критические дни и это моя соломинка, за которую можно ухватиться. Наверняка такой франт (прим. автора: щёголь, модник, денди) как Брайн до чертиков чистоплотен.

Всё! Тянуть больше нельзя! Нужно действовать! Больше случая, думаю, у меня не будет.

— Брайн, стой! Нет, — я приподнимаюсь и выставляю руки перед собой, отталкивая его и подтягивая под себя ноги, — нельзя, я не могу сейчас. Нужно немного подождать, пару дней. И… — я смотрю вбок на диван, — мы можем вымазать обивку. Давай повременим, совсем немножко, — я немного ослабляю свой категоричный отказ легким прикосновением руки к его плечу, — прошу, подожди.

Брайн садится и снова тянет меня к себе. Мы оказываемся почти нос к носу. Я слышу его дыхание на своей шее.

— Ты думаешь, меня это остановит? — Его взгляд перемещается на мои губы, — обивка — последнее, что меня сейчас интересует. — Он закрывает глаза и носом перемещается от моей скулы к шее. На долю секунды у меня перехватывает дыхание. Мурашки покрывают все тело, и холодок пробегает по спине вверх, к шее. Как же моё тело всё-таки на него тонко реагирует. Я начинаю резко втягивать носом воздух, стараясь не поддаться на его уловки.

Черт, вот попала. Как же его остановить? Да Господи, зайдите уже кто-то в эту чертову дверь! Про нас что, все забыли что-ли? Я жду малейшего шанса, который мог бы отделить меня от этого натиска. Но ничего.

— Брайн, а аукцион? Договора? — произношу чуть слышно на выдохе. — Мне нужно сейчас быть там. И моя сумка с мобильным, она осталась на баре. — Я уже больше похожа на загнанного зверька, нежели на ассистента крупного бизнесмена.

Он ухмыляется и ухмылка эта похожа на оскал. Оскал голодного хищника, поймавшего добычу. Каждый из нас понял свою роль в этой борьбе, но борьба еще не окончена. Нет Брайн, я не готова оказаться в твоей пасти. И немного совладав с эмоциями, я смотрю на него смелее и даже с небольшим вызовом.

— Брайн? — я снова повторяю, уже более уверенным тоном, — мне нужно идти к Клиентам.

Он смеется и поднявшись, откидывается на спинку дивана.

— Ладно, — кладет одну руку на спинку дивана, а второй потирает шею. Я встаю, поправляю платье и выхожу из кабинета. — Но помни, что ты живешь у меня. В моем доме. В комнате, где двери не запираются. И ты уже не сможешь остановить меня. Я слишком долго ждал и намерен получить от тебя все, — уже слышу себе вслед слова и смешок, останавливающие меня в дверном проёме. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Вот дерьмо! Этот человек привык добиваться и владеть всем, что пожелает. Ни отказов, ни предубеждений.

И я уже почти бегу по коридору. Меня не волнует, что я в платье и на шпильке. Меня не волнует ровным счетом ничего. Подальше, только подальше от него!

За полминуты я преодолеваю коридор и бегу прямиком в уборную к зеркалу. Да! Видочек просто аут! След от выпитого спиртного давно уже простыл, но косметика не терпит слёз, даже и водостойкая. Под рукой совсем ничего, отлично!

Нахожу одноразовые салфетки, включаю кран и пытаюсь подправить местами поплывшую косметику. К счастью, с моими стараниями я привожу себя в порядок. Хорошо, что след от удара не заметен. Только этого мне еще не хватало сейчас.

Оцениваю полученный результат в зеркале. Теперь в бар за сумкой. Моя чертова сумка, не оказавшаяся в нужный момент под рукой. Я осматриваю стойку, но ее нигде не видно. Наш бармен Чейз недоуменно смотрит на меня, а затем его взгляд перемещается выше.

Tinashe — Bet (feat. Dev Hynes)

— Возьми, ты оставила ее здесь. — Слышу знакомый голос, оборачиваюсь и поднимаю глаза вверх. Он действительно высокий, и так близко ко мне, неудивительно, что бармен замер с таким выражением лица.

— Мистер Эванс, — я беру сумку из его руки, слегка касаясь пальцами его, отчего в его лице что-то слегка меняется, — спасибо.

— С тобой…вами всё хорошо? — он внимательно проходится по мне взглядом.

— Да, всё нормально, — я изредка поглядываю по сторонам, надеясь не попасть на глаза Брайну снова, — простите, мне нужно вас оставить. Работа. — Я обхожу его и направляюсь в зал с аукционом. Знаю, Элис сейчас просто набросится на меня с кучей вопросов от волнения. Я должна найти подругу и успокоить её.

— До встречи мисс Фишер, — слышу за спиной голос Тайлера, и, повернув голову в сторону, пожимаю плечами, оставив его галантность без ответа. Ненавязчивый флирт — это единственное и необходимое, как рабочий элемент при моей работе с клиентами Брайна. Хотя эта семья заприметила во мне то, что Брайн так и не захотел. Ведь они так хотят меня получить себе.

Я хочу обернуться и просто улыбнуться этому человеку, но не могу. Здесь всё и все работают на Брайна. Ему обязательно доложат, как и сколько времени я общалась с каждым из Эвансов. Поэтому оставив Тайлера в баре, я ухожу, так и не обернувшись.

В зале аукцион почти закончился. Я пришла вовремя, мне нужно только подойти к Элис. Я не спеша, стараясь совсем бесшумно, по боковой дорожке для персонала пробираюсь к Элис. Когда я добираюсь к подруге, она с волнением смотрит на меня.

— Как ты? — она хватает меня за руку и внимательно вглядывается в моё лицо, — что он сделал с тобой? Он тебя бил?

— Нет, Элис, всё хорошо. Пока что, — но наклоняюсь к ней поближе, чтобы нас никто не услышал, — ты должна мне помочь. Нужно что-то придумать, чтоб я не могла ночевать в доме Брайна. Он мне проходу не даёт, но при этом совсем не похоже, что он готов поменять условия контракта.

— Может я приеду к тебе и буду в комнате?

— Не думаю, что это его остановит. Он же просто выгонит тебя. Элис, я не могу оставаться с ним наедине, нельзя!

— Вот кабель чертов, всё никак не уймётся. Ему лишь бы переспать с тобой, — недовольно качает головой подруга.

— Элис, я соврала ему, что у меня менструация, но его и это не остановило. Он только посмеялся с меня, — говорю подруге на ухо, — как его остановить? Чем?

— Я даже не знаю, что можно сделать… — она тяжело вздыхает, — если он чего то захотел, то он тут же это и получил, понимаешь? Вопрос, если он хочет тебя, то почему не меняет условие контракта? — Элис задумалась буквально на пол минутки. — Алекс, у меня идея! У меня в сумочке есть снотворное. Я тебе дам, выпьешь, как только приедешь, и Брайну сегодня точно с тобой ничего не светит. С твоим телом без твоей реакции он уже ничего не сделает, разве что проверит, — она смеется, — не солгала ли ты ему на счет месячных.

— Ну, я сказала, что мне нужно всего несколько дней. Элис, а завтра? Он же каждый день может меня преследовать.

— До завтра что-то подумаем. А сейчас держи, — она отдает мне документы и достает из сумки баночку с таблетками. — Отсыпь себе не больше пяти штук.

— Откуда они у тебя? — прищурившись, смотрю на подругу, а потом на баночку.

— Работа с Брайном, — она виновато пожимает плечами, — иногда не могу уснуть.

— Знаешь, не думаю, что с Брайном это пройдёт. Он нам это с рук не спустит. Нужно придумать что-то другое, он не должен заподозрить, что я тяну всё из-за контракта.

— Ну тогда может… — подруга опускает взгляд на мои ноги, — подвернём тебе лодыжку на этих шпильках? Заберут в больницу, наложат повязку, парочку дней там отлежишься и заодно будешь подальше от Брайна.

— Не знаю… — поморщившись смотрю на свою ногу, — как-то не хочется мне в больницу.

— Но после того, как он тебя ударил, я не хочу тебя оставлять с ним одну.

— Тогда поехали со мной, если что, ногу я вывихнуть могу уже и в доме. Тогда это не будет похожим, что я пыталась сбежать.

Аукцион завершен, и мы подписываем контракты с клиентами. В этот раз ни одна из девушек не осталась у нас, всех сегодня выкупили. Если они поладят с новыми хозяевами, то для них же лучше. В этом случае их не ожидает участь тех, что работают в Hell, отрабатывая свой долг Брайну или той изнасилованной у всех на глазах девушки Тили.

Тили. Я снова ее вспоминаю. Ее крики отчаяния и попытки вырваться. От отвращения, боли и страха по спине проходит мелкая дрожь. Всё-таки ей нужно помочь, ни одна женщина не заслуживает такого жестокого обращения и такого бесчестия, которое она пережила.

В зал заходит Брайн и подходит к Джейку. Он кругом осматривает помещение и останавливается на мне, ухмыляясь одним уголком рта и подмигивая. Я улыбаюсь в ответ и опускаю глаза в документы, делая вид, что углубляюсь в мелкие детали и подробности договоров.

— Элис, я уже закончила. Ты готова ехать?

— Я отправлю сейчас к нему двоих наших самых проблемных клиентов, пусть сам обхаживает их, а нам будет дана фора уехать раньше него и подготовиться.

— Давай. Мы стоим с Элис и тут она делает недовольный вид. Мистер Грин, — она обращается к одному из клиентов, — по вашей договоренности есть нюансы, которые я бы хотела, чтобы вы обсудили непосредственно с Брайном. Я отмечу это в нашем экземпляре договора.

Она отмечает что-то в договоре и идёт к трибуне. Передав контракты Джейку, она что-то говорит Брайну и только после этого развернувшись, идёт ко мне. Подруга подходит ко мне, пока мы с Брайном неотрывно смотрим друг на друга.

— Я сказала, что мы закончили. Поехали, у нас не так много времени. Он не будет с этими двумя долго церемониться.

Мы быстро покидаем клуб и вот я уже в машине Элис. Она заводит мотор и с рёвом глухим двигателя мы срываемся с места. У нас совсем немного времени что-то придумать для моей защиты. Но что? Как его отвлечь? Может придумать какой-то срочный заказ по новым лотам?

Элис мчит по ночному шоссе, а в моя голова, словно пунцовая звенит от прокручиваемых вариантов окончания этой ночи в моей голове.

Мы въезжаем на территорию дома и подъехав к гаражу, Элис паркует машину. Я выхожу из машины и смотрю в окна, привлекающие внимание обилием света. Что происходит?

— Элис, в доме что-то не так, — я настороженно перевожу взгляд на подругу.

— Слишком много света, прислуга столько не включает, — подруга вглядывается в окна, — пойдем посмотрим, что там.

Мы подходим к крыльцу и я открываю дверь. В доме куча народу, громко гремит музыка, крики, шум и громкий смех.

— О, как у вас тут весело, — выдает Элис стоя возле меня, когда какой-то парень падает прямо перед нами и тёмная жидкость в его стакане разливается пятном по ковру.

— Интересно, в курсе ли Брайн, — я поворачиваюсь с обнадеживающей улыбкой к подруге. Мы переступаем лежащего и уже начинающего похрапывать парня. — А знаешь, я могу быть уставшей и брезгливой, — я смотрю на шатающихся по коридору людей, местами танцующих, местами лежащих и курящих, непонятную дрянь с гнусным запахом. — Ты отвезешь меня к себе и это, — указываю рукой на курящую в углу девушку, — весомая причина. Только вот зайду в комнату за своим ноутбуком.

— Я иду с тобой, мало ли что у них может быть на уме в таком состоянии, — подруга искоса и с явным неприятием смотрит на парней и девушек, мимо которых мы проходим. Поднявшись на второй этаж, я подхожу к двери своей комнаты и открываю дверь и с диким визгом сразу же её закрываю.

— Ой! Вот дерьмо! Элис! — я глубоко вдыхаю с широко открытыми глазами от неожиданной картины, представшей передо мной в моей комнате. — Там, там…там парень с двумя девушками. Только одна там просто сидит, а парень с девушкой на моей кровати!..

— Тебе так сильно нужен твой ноутбук?

— Нет, пожалуй, поживу пару дней без него. Элис, забери меня отсюда, я не хочу больше спать на этой кровати и вообще находиться в этом жутком притоне.

— Оу, девочки, привет-привет! — приторно-сладкий голосок застает нас с Элис врасплох.

Черт. Эта сучка как всегда не вовремя! Но в этот раз Миранде я благодарна больше, чем могла когда-либо себе представить. Спасибо тебе огромное за такую шикарно-жуткую вечеринку. Теперь, когда в моей постели кто-то другой, я имею полное право в ней не спать и вообще в принципе покинуть этот дом.

— Привет Миранда, — я натягиваю улыбку, — знаешь устали после работы: аукцион и девочек готовили. Устали жутко, меня Элис привезла, так как я выпила немного.

— Так может, продолжим? — она поднимает руку с бокалом и мундштуком.

— О нет! — я категорично мотаю головой, — устала очень, мне бы в постель, а тут музыка, компания, да и комната моя занята, я к Элис поеду.

— Брайну это не понравится, — Миранда с лукавым прищуром слегка наклоняет голову.

— Сегодня всех девушек раскупили и Брайн будет доволен нашей работой, а это главное. Мы очень устали и имеем право отдохнуть в тишине. В контракте не было сказано, что я ночую в доме, даже когда в нём громкие вечеринки. К тому же моя спальня занята, — устало вздыхаю, беру Элис под руку и мы идём к лестнице.

Выйдя из дома и сев в машину мы едем к Элис. Я набираю Брайна.

— Брайн. Я сегодня ночую у Элис. В доме вечеринка, много пьяного народу. К тому же моя спальня сейчас занята. В частности на моей кровати какой-то парочке сейчас очень хорошо. Поэтому я бы хотела переехать в новую комнату, в которую не имеют доступ те, кто в доме не живёт и если ты это устроишь, то буду очень рада.

— Блять… — я слышу приглушённую ругань Брайна. Выходит, она его не предупредила о вечеринке.

Как же всё сложилось мне на руку. Хотя бы на сегодня у меня передышка и я могу подумать, что делать дальше.

— Да… Спокойной ночи, Брайн, — я нажимаю на завершение звонка и Элис взрывается в бурном хохоте.

— О, да, я представляю сейчас его лицо, учитывая то, на что он сегодня рассчитывал. Его подставила любимая подружка. Возможно ей от Брайна попадёт за его нарушенные планы.

— По крайней мере, ей проще, чем мне. Она не связана с ним контрактом, — тяжело вздохнув смотрю на безлюдную ночную дорогу, усеянную бликами от ночных фонарей.

— Да чего ты, — толкает в бок подруга! Сегодня ты ему не досталась и это уже замечательно!

— Да, ну а завтра что?

— У нас целая ночь впереди, будем думать и подключать всех, кто сможет нам помочь. Ну или сломаем тебе ногу.

Приехав к Элис, пока подруга ушла в душ я всё думаю о моей ситуации и о Тили. Где её искать? Как я могу сделать это в обход Брайна? Есть тот человек, который предложил мне помощь, не принять ли его предложение. Я беру мобильный и набираю Роберта Эванса.

— Роберт? Простите, что звоню в столь позднее время. Ваше предложение о работе. Что вам именно от меня нужно?

— Ты хорошо знаешься на предметах искусства. Мне нужен такой человек. Ты передумала работать с Брайном?

— Нет, я не могу сейчас работать с вами, у меня нет такой суммы, чтоб выплатить ему штраф, но мой контракт заключен с ним ровно на год. Если вы готовы подождать, то я согласна. Только… — я слегка запнувшись снова думаю, стоит ли и его втягивать в это, но это единственный влиятельный человек, который хорошо осведомлен в этом деле и может мне помочь, — есть одна девушка Тили, которую Брайн продал на прошлом аукционе, которую у всех на виду… — и я замолкаю, не в силах договорить последнее слово, — он мне солгал, сказал что ей за это платят и она добровольно на это идет. Но по договору девушка не получает ничего. Ее продали, как вещь, понимаете?!

— Что ты хочешь от меня?

— Вашей поддержки. Запрос на какой-то лот, который сможет объяснить моё отсутствие на рабочем месте и помощь убежать ей так, чтобы Брайн не узнал.

— Алекс…это сложно, пойми некоторые вещи…

— Мистер Эванс, я всё отработаю, всё-всё, только прошу… — мой голос переходит на шёпот, — прошу.

— У тебя какие-то данные о девушке есть?

— Да, фото договора, ну и в базе должны быть ее данные.

— База Брайна. Он не узнает?

— Нет, у меня свободный к ней доступ.

— Хорошо Алекс. Но сама ты можешь не справиться, тебе нужно прикрытие. Обычно когда на людей нажимаешь, они много могут рассказать и так Брайн может узнать о тебе. Давай лучше я дам тебе проверенного человека, который тебе поможет и всё сделает. А твоя оплата за первое время работы — это будут его услуги, идёт?

— Идёт.

— Тогда завтра жду данных по девушке. А фото перешли мне.

— Можно еще одну просьбу, я бы хотела эту девушку увидеть и сама убедиться, что с ней всё хорошо.

— А вот этого я Алекс не могу тебе обещать, подумай о своей безопасности. Брайн Райт очень опасный человек.

Я думаю над его словами, и у меня холодеет в жилах представляя, что со мной может сделать Брайн, если узнает, что я помогла сбежать провинившейся девушке.

— Он не узнает мистер Эванс, ничего не узнает.

Глава 14

The XX–Intro (Long Version)

Брайн

Да я чертов гений! Приёмы, которым учил меня отец действительно работают и девчонка клюнула на эту уловку, она действительно считает, что я влюбился в нее. Как можно было поверить в такую чушь?! Все они хотят слышать сказки о высоких чувствах и романтическом настрое. И всего несколько предложений способны загнать их в такую ловушку, из которой уже не выбраться. Хотя мисс Фишер ловко отделалась, сказав, что ей необходимо быть на аукционе.

Я встаю с кресла, кладу на стол контракты, заключенные с клиентами и запускаю пятерню в волосы, оставляя руку на шее.

Не думаю, что ее уловки остановят меня ночью. Сегодня Алексис будет просить меня не останавливаться и трахать, пока ее стройные и гладкие ноги будут обвиваться вокруг моей шеи. Я уже представляю, как ее мокрая киска вбирает меня всего целиком, издавая при этом самые сексуальные и возбуждающие звуки. А ее стон только будет добавлять эффект. Как мои руки будут брать ее всю, мять, гладить, шлепать. Я буду делать с ней что угодно и именно сегодня. Это сравнимо с тем, как маленький ребенок начинает раскрывать подарочную упаковку в ожидании того, чего он хочет больше всего. И под моей упаковкой спрятана она, Алексис Фишер — единственный ассистент, которая продержалась тут дольше других, и третья по счету женщина, к которой я начал проявлять каплю уважения за ее ум, характер и манеры.

Налив в олдфешн виски, сажусь за стол, смотря на портрет отца.

Но уже утром, эта девушка станет очередной дешевкой в моем списке. Я обожаю эти моменты: вижу страх, унижение и презрение в глазах девушек от того, что использую их так, как и полагается. Я презираю тех мужиков, которые говорят, что влюблены. Где те завоеватели, которые ходили на охоту, чтобы добыть ресурсы для проживания наслаждаясь охотой? Самцы, которым чужды понятия любви, и всё, что они делали — это брали всех без разбору, чтобы удовлетворить свои потребности? Да, я такой. И никогда не изменюсь. Ни одна сука не сможет изменить меня!

Погруженный в свои мысли, я просидел за столом с нетронутым бокалом минут сорок, прежде, чем меня вырвал оттуда звонок мобильного. «Ага, а девчонка не заставила себя долго ждать» — подумал, нажав клавишу ответа.

— Алексис? — чуть улыбаюсь в трубку.

— Брайн. Я сегодня ночую у Элис.

«Что? Какого…» — я резко встаю из-за стола, от чего кресло откатывается назад и ударяется о стену.

— В доме вечеринка, много пьяного народу. К тому же моя спальня сейчас занята. В частности, на моей кровати какой-то парочке сейчас очень хорошо. Поэтому я бы хотела переехать в новую комнату, в которую не имеет доступ те, кто в доме не живет и если ты это устроишь, то буду очень рада. — Алексис быстро тараторит в трубку, и я улавливаю для себя несколько важных слов: в доме вечеринка, кровать занята, новая комната.

— Блять… — вырывается из меня. Какого хрена. Миранда. Вечеринка не разойдется быстро и зачинщица тоже. Комнаты нет. Блять, блять, блять! Я убью ее, я нахер разорву ее в клочья! Мой член, который не может успокоиться в штанах и с приятной болью томится в предвкушении, успокаивается сам собой, без какой-либо помощи. Я глубоко вдыхаю прохладный воздух, — Хорошо. Но завтра ты будешь ночевать в своей комнате. Я распоряжусь, чтобы все изменили и обдумаю вариант установить замок на дверь.

— Да… Спокойной ночи, Брайн.

— Ага, — нажимаю отбой. Хватаю кожаную куртку с вешалки и вылетаю из кабинета, громко хлопнув дверью. Подъехав к дому, я вижу у входа группу людей, никогда ранее не встречавшихся мне. Они изрядно пьяны и у девушки выпадает из рук бокал.

— Пошли отсюда нахрен! — рычу я на них. Один из парней отодвигает девушку рукой, делая кивок в мою сторону.

— Че сказал? — замахиваясь спрашивает. Я уклоняюсь и чуть отхожу в сторону.

— Я сказал, пошли отсюда! Тебе повторить еще раз? — принимаю боевую стойку. Во мне бурлит гнев и ярость. Ярость, застилающая глаза и затуманивающая разум. Уже не контролируя себя, мой кулак летит прямо в его лицо, от чего парень валится на лестницу. Я сажусь на него сверху и наношу удар, один за другим. Еще, еще и еще. Стук сердца отдается во всем теле, и я слышу его в своих ушах. Адреналин подскочил до невероятных ощущений. Я не готов останавливаться не на секунду. Откуда смелость перечить мне, в моем же доме? Этот придурок должен знать свое место! Кровь размазывается по его лицу. Гость корчится и стонет от боли. Женский визг режет по ушам, вырывая меня из той кучи гнева.

— Заткнулась и свалила отсюда! — смотрю на нее, вытирая запачканный кулак о рубашку. Перевожу взгляд на дом. Надо найти Миранду. Но как я предполагал, она обосновалась в моей спальне. Это было ее любимое место, потому что других женщин здесь не бывает.

— О! Мой малыш вернулся с важных дел! — блондинка лежит в черном кружевном корсете на моей постели, поглаживая ногу стеком и смотря на парочку, которая занимается сексом на полу. Они отвлеклись, и посмотрели на меня, за что парень получил по спине хлесткий удар. — Не останавливаться!

— Вышли! — рычу я и не свожу взгляд с Миранды, которая поняла мой настрой и стала медленно подниматься на кровати.

— Ребятки, оставьте-ка нас. Кто-то сегодня переполнен эмоциями. — Парочка быстро покидает комнату и Миранда медленно приближается ко мне, оглядывая кровавую одежду и мое лицо.

— Миранда, какого черта ты тут устроила? — не выдерживаю, хватая ту за волосы и наклоняя ближе к себе, — я тебя предупреждал, чтобы такие вещи в моем доме проводились только по согласованию. Сегодня был, во-первых, тяжелый день, а во-вторых, еще и важный. Мой план достиг цели. И сегодня я должен был получить то, ради чего мне приходилось вешать нелепую чепуху этой идиотке. А ты со своими выходками портишь мне все представление.

— А, так значит наша цыпочка согласилась переспать с тобой? Поздравляю!

— Миранда. Не нужно играть со мной! Ты знаешь, что я не по зубам тебе, — отпускаю ее, отталкивая, но девушка снова подходит ко мне и кладет руки на мою грудь.

— Ох, милый Брайн, — растягивает она каждое слово, а ее пальчики начинают расстёгивать одну пуговицу моей рубашки за другой, — ты такой нетерпеливый, такой неугомонный. И как она только тебя терпит? — Белая ткань спускается с моих плеч вместе с курткой и оказывается на полу. — Как же ты не понимаешь, что такие, как она, тебе вовсе не нужны. — Миранда обходит меня и становится за моей спиной, обхватывая руками мою талию, начинает расстегивать ремень брюк. — Зачем ты тратишь столько сил, чтобы получить то, что может достаться тебе совсем просто и в любое время? Она не стоит тебя. Ей нужен принц, которого она сможет подчинить тебе. А тебе же нужно совсем другое. — Брюки уже лежат на полу, а ее ручки гладят мой член. Миранда всегда знала, что и как нужно делать. Снова обойдя меня, она становится на колени. — Брайн, позволь мне дать тебе то, чего я тебя сегодня лишила. Поверь, это будет лучше, чем с той серой запуганной мышкой.

И в этот момент она берет мой член в рот, играя языком с моей головкой и тут же втягивает его в себя. Ох! Я прижимаю ее голову к себе ближе, удерживая в таком положении, которое мне необходимо именно сейчас, но Миранда справляется просто отлично. Через некоторое время я кончаю прямо ей в рот, на что девушка победно улыбается мне, и поднимаясь с колен начинает раздеваться. Этой ночью я вылил все дерьмо и ненависть в каждом оргазме. Я трахал ее грубо, насколько она заслужила. Гости уже давно затихли, мне нужно было снять все напряжение сегодняшнего дня, и Миранда была этому только рада. Так же, как и я.

На следующий день я сказал Алексис приезжать сразу на работу. Не хотел, чтобы она застала Миранду в доме и передумала на счет нас. Нужно сегодня напомнить ей о своей «влюбленности» в нее и если получится, то я сделаю все прямо в клубе.

Открыв дверь в кабинет, первое, что бросается мне в глаза — облегающее стройное тело, красное платье мисс Фишер. Словно красная тряпка для быка, оно действует на меня. Чувство удовлетворенности, которое я получал на протяжении всей ночи растворились с такой же легкостью, как песок рассыпается сквозь пальцы, оставляя для меня все меньше и меньше концентрации. Я не готов сопротивляться ей. Все убеждения Миранды, которые казались мне еще ночью такими правильными, рассеялись за доли секунд при виде только ее задницы. Я хочу владеть ей прямо сейчас.

Захлопнув с шумом дверь, я привлекаю к себе внимание, на что с писком Алексис поворачивается и облокачивается руками на стол за ее спиной.

— Брайн, привет! — выдыхает она и кладет одну руку себе на грудь, переводя дыхание от испуга, — не слышала, как ты вошел.

Я не хочу слушать ее болтовню, поэтому быстрым шагом подхожу к ней и беру ее обеими руками за аппетитную попку, прижимая к себе максимально близко, не давая возможности вырваться из моей хватки.

— Алексис, — целую ее шею, выдыхая имя, — если бы ты знала, как я скучал по тебе этой ночью. Я представлял, что мы должны были делать и долго не мог уснуть зная, что ты находишься не в моей комнате, не в моей кровати и не в моих объятиях. — Поцелуями я продвигаюсь все выше, а мои руки блуждают по телу. Захватив край ее платья, медленно тяну его вниз, — я не хочу, чтобы ты еще хотя бы ночь провела за пределами моего дома.

— Но Брайн, там же была…

— Я знаю, — не даю ей говорить и перебиваю, — я наказал ее и выгнал из дома. Она больше нас не побеспокоит. Никогда. Теперь есть только ты, я и наша связь, которую я не хочу разрывать. И сейчас я твой, насколько могу быть нежным и страстным. — Мои пальцы дошли до края ее трусиков, и я нащупал чувствительный бугорок, который поглаживал двумя пальцами сквозь кружевную ткань.

— Нет, нет остановись, Брайн, — Алексис тихонько отталкивает меня руками и поправляет платье, — я вижу, что что-то в тебе изменилось. И я очень счастлива, что смогла как-то повлиять на это. Но я хочу, чтобы наш первый раз был не таким. Не здесь и не сейчас. Я не хочу быть одной из тех, кого ты поимел тут, на этом столе или диване. Не хочу, чтобы первый секс с тобой был на неуютном рабочем месте. Позволь мне все организовать самой.

Самой организовать для меня трах? Отлично! Кто ж будет против? Я подхожу к ней, взяв лицо в ладони и провожу большим пальцем по нижней губе, — хорошо, детка. Но это произойдет сегодня. Не заставляй меня долго ждать. Я умираю от желания владеть тобой. — И целую ее. Глубоко, жадно, дико и страстно. Наши языки сплелись в одном поцелуе. Ее пальчики блуждают по моей спине, шее и в волосах. Я подхватываю ее, усаживаю на стол и наш поцелуй становится еще более жестким. Мы сталкиваемся зубами, она кусает мою губу, и эта боль настолько граничит со страстью, что я не знаю, готов ли остановиться. Беру ее грудь в одну руку. Она такая мягкая и через ткань лифа и платья я ощущаю сосок, который настолько напряжен от возбуждения, что я готов кусать его без остановки.

— Алекс, я… — в кабинет входит Элис, Алексис быстро спрыгивает со стола, вытирая тыльной стороной ладони рот и поправляя платье. — Брайн! Это что опять за дела? Алекс! Блять, Брайн! Я не буду искать тебе нового ассистента! Даже не думай! Алекс, если ты с ним переспишь, то я тебе сиськи на затылке завяжу! — тыкает в нас по очереди указательным пальцем. — Ааа, как же вы меня достали! — издает рычащий звук, дополняя эффектным взмахом рук вверх, и уходит из кабинета.

Блять, ругать ее сейчас нельзя, но и нельзя, чтобы Алексис прислушалась к ней. Я поворачиваюсь к мисс Фишер и начинаю улыбаться, а затем смеяться. И к счастью Алексис делает тоже самое.

— До вечера, Брайн, — говорит она и выходит из кабинета, тихонько прикрывая за собой дверь.

— До вечера, мисс Фишер. Наш вечер будет полон сюрпризов, — только для себя одного говорю я.

Через 6 долгих часов я еду в своей машине туда, где должно сегодня все закончиться. Домой. Закурив сигарету, я врубил музыку на полную катушку, чтобы хотя бы некоторое время отдохнуть от мыслей о предстоящем сексе, которого я так усердно добивался. Это был самый долгий рабочий день за всю мою жизнь. Музыка в салоне утихает и раздается звонок с громкой связи. Я нажимаю на кнопку ответа на руле Мустанга.

— Алло, Брайн! Это Уикинг. Послушай, девчонка, которую я купил на аукционе — Тили. Она сбежала.

Что, твою мать? Я резко даю по тормозам от чего морду машины заносит вправо. — Блять! — я бью рукой по рулю, снова и снова.

— Брайн! — снова слышу голос клиента в салоне.

— Как? Как это произошло? Когда?

— Ее нигде нет, мы просмотрели камеры — на них ничего. Она гуляла в саду, зашла в слепую зону и пропала. Брайн, слепой зоны 1 метр. Как такое возможно? Не думаю, что она настолько умна, чтобы все вычислить.

— Ты прав. Она настолько тупа, что повторяет свои ошибки. Жду твой адрес в смс. Буду у тебя. Жди. — Отключаюсь и срываюсь с места, как только приходит адрес Уикинга и я забиваю его в GPS.

Большой белый особняк с гигантским садом. У ворот меня встречает полный мужчина, невысокого роста, лет 40 — Клиент. Я выхожу из машины.

— Привет, Питер. Есть новости? — спрашиваю я мужчину, и здороваюсь рукопожатием.

— Нет. Мы еще раз прочесали периметр, просмотрели видео, но ничего. В доме ее тоже нет.

Я оглядываю здание. — Ты уверен? В такой хижине легко затеряться если необходимо.

— Нет, Брайн. Уверен. Во-первых, за 1 день она не могла осмотреть весь дом и разнюхать все секретные уголки. Но даже, если и так, то мы все проверили. Ее тут нет. Она сбежала.

— Мне нужны данные с видеокамер. Ее мобильник — он у тебя?

— Нет. Сотового в доме тоже нет.

— Хорошо, попробую проследить по нему ее местонахождение.

Мы проходим в дом и идем в комнату службы безопасности.

— Брайн. Если это дерьмо всплывет наружу, то мы все полетим по наклонной.

Забираю флешку с данными из рук начальника охраны.

— Не переживай, Питер. Я найду эту сучку. А пока могу позвонить Джейку, чтобы тот прислал тебе замену.

— Было бы не плохо. Завтра прием в честь открытия галереи. Сам понимаешь.

— Понимаю. До связи, Уикинг. — Сажусь в машину и еду в клуб. Там есть все, что мне необходимо. На ходу набираю Джейка.

— Брайн? — отвечает парень, а на заднем плане слышна музыка. Значит он еще в клубе — отлично.

— Джейк. Тили свалила. Уикингу срочно замену — через 2 часа она должна быть у него. Звони Коулу, пусть пробьет по телефону местонахождение этой сучки. Нужно найти ее. А когда мы ее найдем, я снесу ей башку. Жаль, что не сделал этого в прошлый раз. — Отключаюсь. И мчусь на работу. Сигналящие машины предупреждают меня, что я наглею на дороге, но мне плевать на них и на их мнение.

Второй день подряд мои нервы на пределе. Я давно не был таким злым. И все из-за этих девок. Сегодня Тили, вчера Алексис. Стоп, черт…. — Алексис! Блять! — снова ударяю рукой по рулю, вкладывая в удар всю силу. Набираю Фишер, и слышу в салоне приятный голосок.

— Брайн, ты где?

— Возникли проблемы. Я буду поздно. — Я задумался. Возможно, поиски этой шлюхи займут гораздо больше времени. И не факт, что сегодня я буду дома, — а может вообще не появлюсь, — стараюсь выдавить из себя как можно более мягкий голос, чтобы не спугнуть ее.

— Что случилось? Тебе нужна помощь?

— Одна из девушек сбежала. Тут ты мне не поможешь.

— Что с ней будет, если ты найдешь ее?

— Малыш. Ты еще меня не знаешь? Ты неверно ставишь вопрос. Не если, а когда. А когда я ее найду, то лучше тебе не знать о последствиях ее ошибки. — На этом я отключаюсь, потому что злость новым гейзером вырывается из меня, и я просто не могу быть милым. Быстро спускаюсь в Hell и нахожу Джейка.

— Ну что?

— Ее телефон выключен, но последний раз она звонила своей матери. Я выслал туда нашего человека сразу же, но он говорит, что там пока чисто. В квартире никого. Установили слежку за матерью.

— Телефон получится включить?

— Коул работает над этим.

— Дай знать, как появиться новая информация. — Я ухожу в кабинет, включаю ноутбук и сажусь просматривать видео с камер. Вот Тили ходит по саду, заходит в мертвую зону, и не появляется на соседней камере. Я прокручиваю это снова и снова, пытаясь найти хоть что-то, хоть какую-то зацепку. Но ничего! Черт. Она не может быть настолько умна. Это же просто баба. Они не способны на такие вещи!

— Брайн. Телефон включили. Она в парке! — залетает Джейк в мой кабинет и в спешке рассказывает информацию.

— Ты со мной! — говорю ему, и мы уже летим в направлении Центрального парка. Коул скинул нам скриншот ее местоположения и должен был отчитываться о передвижениях девушки, но тишина. Значит она спряталась.

Мы выходим из парка и продолжаем идти пешком, осматриваясь по сторонам. Ночью тут не так много людей, но все-таки найти ее крайне тяжело в таком мраке. Дойдя до местонахождения Тили, мы не видим ее. Возможно она приметила нас раньше и спряталась, поэтому я начинаю звонить на ее телефон, в надежде услышать звонок или вибрацию. Есть. Я иду на звук. Он все ближе и отчетливее, но рядом никого нет. И вот он. Звук прямо возле меня. Я наклоняюсь и провожу рукой по траве. Телефон. Это ее телефон.

— Джейк. Она где-то в парке. Вряд ли ушла далеко. Давай искать, — я набираю Коула и даю ему отбой, так как телефон уже у нас.

Мы искали девчонку всю ночь, и когда начало светать, то отправились в клуб измотанные, голодные и сердитые, как черти.

Я проснулся от шума, который исходил из коридора. Это была Элис. Если она уже приехала, то значит и Алексис тут. Я встаю, и обхожу территорию, но ее нигде нет. Звоню, но телефон не отвечает.

— Элис, где Алексис? — спрашиваю, встретив ее.

— Не знаю. Надеюсь, она сбежала от тебя, потому что поняла, какая она дура, что хочет переспать с тобой, — говорит девушка и уходит по своим делам дальше по коридору.

Я звоню на домашний и трубку берет Митчелл.

— Алексис дома?

— Нет мистер, Брайн. Она уехала 40 минут назад.

— Хорошо.

Если она уехала на работу, то должна была быть тут еще 10 минут назад. Надеюсь, это не правда то, что говорит Элис.

— Коул, — снова звоню ему, — найди мне Алексис. Я на линии.

— Фишер?

— Да.

— Она… В… 5 авеню 46.

— Спасибо. — Отключаюсь.

Какого хрена она там забыла? Это офисные здания, там нет ничего. Кроме офиса Эванса недалеко. Сучка, она что встречается с Эвансом?

Я запрыгиваю в машину и еду. Добравшись до нужного адреса, вижу ту, которую искал. Я узнаю ее с любого расстояния и ракурса.

Алексис сидит за кофейным столиком ко мне спиной. Отъезжаю чуть дальше, чтобы увидеть с каким из Эвансов она встречается.

Блять! Это не Роберт. Но это и не Тайлер.

Эта сучка встречается с Тили!

Очередное предательство. Словно сотни стрел пронзают мое сердце одна за другой, делая из него решето. Я думал, что у меня нет сердца с тех пор, как моя мать предала нас с отцом. Но сейчас я снова чувствую то, что обещал себе больше не испытывать никогда. Боль, из-за которой невозможно сделать вдох. Все в груди сжимается. Мои ладони потеют от того огня, который бушует во мне. Сердце отчётливо барабанит в груди, ускоряя ритм.

Это что — она? Это все сделала она?! Я не верю в происходящее. Как могут две шлюхи придумывать план побега от меня, прекрасно осознавая последствия?

Осознание этого сжигает меня изнутри.

Тили не жить, это факт. А вот Алексис… Она сама нарвалась. Если она это сделала, значит, играла мной. Она знала, что я вру, и решила играть против меня моими же приёмами. Ну что ж, этой сучке удалось получить своё. Теперь моё время получить своё!

Я набираю Коула и говорю о местонахождении Тили. Уезжаю только тогда, когда парень приезжает на место и начинает слежку для дальнейших действий. С Тили я разберусь позже. Сейчас череда мисс Фишер.

Мысли в моей голове меняются одна за другой так же, как улицы Нью-Йорка. Нужно продумать все хорошо. Это не может остаться безнаказанно. Я не смогу долго сдерживать свою ярость внутри. Нужно что-то делать и как можно скорее.

И тут план вырисовывается сам собой.

Спустя 4 часа я слышу, как Митчелл приветствует Алексис. Значит, она вернулась. Мужчина просит ее пройти ко мне. Как только я вернулся домой, то приказал Митчу подготовить для меня и Алексис ужин, и оформить стол на террасе. Тут был отличный вид на закат, который вот-вот начнется, и это будет отвлекать меня от того, чтобы не воткнуть в нее нож или же не разбить бутылку дорогого вина о ее голову.

— Привет, Бра… — Алекс не заканчивает свое предложение и останавливается в проеме, смотря на сервированный для нас стол со свечой посередине. Все как они любят.

— Привет. А я, уж было, тебя потерял, — натягиваю фальшивую улыбку, подхожу к девушке, целую ее в щеку и направляю за стол рукой на ее спине, — ты не отвечала на мои звонки, и тебя не было на работе. Где была? — отодвигаю стул и с силой задвигаю его. Усаживаюсь на свое место.

— Я была в spa и салоне красоты. Это, между прочим, прописано в твоем контракте, — она делает круговые движения указательным пальцем возле своего лица, якобы демонстрируя работу мастера. Но изменений я не замечаю.

— Хм. Понятно. Могла бы предупредить или взять с собой Элис. Тебе налить вина?

— Да спасибо, — делает легкий кивок, — я не стала брать Элис, потому что знаю, что у нее подготовка к завтрашнему аукциону. Не хочу отвлекать ее.

— Это правильно. Вы как всегда мудры, мисс Фишер, — наливаю в бокал красно-бордовую жидкость, в то время как прислуга подносит салат. Алексис делает пару глотков, а я наливаю себе скотч.

— Где ты был вчера? Я ждала тебя, — ставит бокал.

— Возникли проблемы.

— Что-то серьезное? — Алексис делает озадаченное лицо. Я беру вилку, решая оставить ее вопрос без ответа, но потом смотрю ей в глаза.

Лживая тварь. Она сморит прямо на меня и врет мне. Я уже видел такое раньше. Я видел, как мать врала отцу, говоря, что любит его. А сама трахалась с этим ублюдком.

— Одна девушка сбежала от клиента. Но не переживай. Тебя это не должно волновать. Я сам с этим разберусь.

— Если ты хочешь, я могу тебе помочь. Не хочу, чтобы что-то случилось с девушками, особенно зная твой вспыльчивый характер, — она насаживает на вилку пару листиков салата и отправляет их в рот.

— Ну, это уже не тебе решать, а мне. Твоя помощь в этом мне не нужна. Думаю, что ты не особо хочешь видеть последствия этого побега.

Она перестает жевать: — Что ты сделаешь с ней, если найдешь? — делает еще глоток.

Подождав некоторое время, я все-таки отвечаю: — Я не думаю, что это тема для разговора за столом. Но если тебе так интересно, то напоминаю о том, что у меня есть ствол, который разнесет ее мозги. Я превращу ее голову в решето сразу, как увижу ее.

Алексис бледнеет. Девушка отодвигает стул и встает, но шатается и тут же плюхается обратно.

— Ничего, понимаю, это неприятно. Но милая, всякая тварь, которая нарушает правила, должна получить по заслугам.

— Брайн, что-то мне…. — она обмахивает себя рукой, поскольку ей не хватает кислорода.

— Тебе нехорошо?

— Да, можно мне воды?

— Я не думаю, что она тебе поможет. — Смотрю на нее и закрывающиеся с каждой секундой глаза девушки. Она пытается сопротивляться, но в бутылке было такое количество снотворного, что один глоток способен вырубить кабана. Поэтому заснет она уже сейчас, а спать будет как сурок.

— Что?.. — Еле слышен ее шепот, и она отключается.

— Да, дорогая. На утро ты будешь жалеть, что появилась в этом мире.

Я отношу девушку в машину и укладываю ее на заднее сиденье. Сев за руль набираю Джейка.

— Привет, подготовь комнату для нашей новой девочки.

— Ты уже это сделал? — слышу смешок парня в трубке.

— Это она помогла Тили сбежать, поэтому для нее все закончится завтра.

— А я уж думал, ты женишься на ней.

— Заткнись, придурок. Скоро увидимся, и я начищу твою физиономию.

— Не дождешься, друг.

Я отключаюсь, и набираю Элис.

— Брайн?

— Завтра у тебя выходной. Джейк сказал, что сам завтра подготовит девочек.

— Эм, ну хорошо.

Это не было проблемой, поскольку в Hell они периодически менялись. Поэтому Элис ничего не заподозрит. Но следующего человека к этому делу я привлеку впервые. И набираю следующий номер.

— Миранда, мне нужна твоя помощь.

— Какая?

— Я расскажу завтра. Будь в 10 в Hell.

— Ох, Брайн, это ж какая рань.

— Малыш, поверь. Тебе понравится сюрприз, который я для тебя приготовил.

— Заинтриговал. Договорились. Не могу больше говорить.

Я вношу спящую девушку в комнату, которую просил подготовить. Она абсолютно темная, без стекл, зеркал или других элементов декора. В центре стоит огромный стол в форме звезды, а с потолка его освещает прожектор. Я укладываю на него Алексис, и в этот момент заходит Джейк.

— Ты уверен, что хочешь сделать то, о чем я думаю.

— Знаешь, я был готов разобраться с ней и более жёстко. Но сначала с нее должен получить все именно я. А вообще мысли о том, чтобы задушить ее проволокой, утопить в ванной или просто убить ее в комнате пыток под высоким напряжением не перестают посещать меня. И с каждой секундой они заканчиваются все изящнее.

— Видел я эти твои фантазии в действии. И ни одна после них больше не живет в этом мире. Думаю то, что ты приготовил для этой, — он кивает подбородком в сторону Алексис, — будет меньшим и безобидным из всех.

— Посмотрим. Можешь спросить ее об этом завтра.

— То есть ты не станешь ее убивать?

— Нет. Она нужна мне для другого. А теперь оставь меня одного.

Парень выходит из комнаты, а я смотрю на девушку. Она даже не представляет, что ждет ее завтра утром. Я привязываю ее руки и ноги кожаными креплениями к каждому лучу звезды. Она такая безобидная, неподвижная и молчаливая, но моя ярость переполняет. Я должен сдерживать себя, но злость просто застилает мой разум.

Я хватаю ее за подбородок: — Надеюсь, я снюсь сейчас тебе в самом страшном кошмаре, который можно вообразить, и ты слышишь мои слова. Завтра, начнется твой ад на этой планете. Такого еще не было в твоей жизни. Я был с тобой милосердным и терпеливым, спускал тебе с рук все твои язвительные фразы и идиотские выходки. Но от того, что ты выкинула сегодня — тебе никуда не деться. Этот кошмар продлится настолько долго и жестоко, что ты будешь умолять пристрелить тебя как больную шавку. Твой новый владелец будет настолько ужасным, что ты и представить себе не можешь. Но ты должна быть рада этому, поскольку это буду не я.

С этими словами я срываю с нее всю одежду, оставляя девчонку абсолютно голой, выхожу из комнаты, не желая больше видеть ее, выкидывая шмотки в урну за дверью. Поворачиваюсь и в последний раз на сегодня смотрю на нее.

— Пока можешь, отдыхай, мразь. Ведь с завтрашнего дня ты будешь гореть в аду вместе со мной. И я лично проконтролирую, чтобы твоя жизнь стала именно такой, которую ты заслужила.

Утро. Я открываю дверь в комнату. Алексис еще спит, точно в таком же положении, как я ее оставил. Хотя как она может двигаться, прикованная за руки и за ноги как морская звезда? Ее кожа покрыта мурашками, а соски затвердели от комнатной прохлады.

— Так зачем ты звал меня? — слышу за своей спиной приближающиеся шаги и голос Миранды.

— Вот за этим, дорогая. — Приоткрываю пошире дверь, пропуская блондинку внутрь комнаты.

— Вот это сюрприз, — оборачивается и смотрит с улыбкой на меня, — вы так доигрались, что она вырубилась от усталости?

— Нет. Эта шалава помогла сбежать другой от клиента.

— И ты позвал меня для…

— Ну зная то, как ты любишь наслаждаться процессом мести, а эта малышка явно недолюбливает тебя, и меня и все, чем мы занимаемся, я подумал, что ты насладишься этой увлекательной игрой, в которой сама можешь принять участие.

У Миранды поднялась бровь, а уголок рта принял самую дерзкую улыбку, какую я только видел.

— Да, ты знаешь. Это, наверное, один из самых приятных ранних часов в моей жизни. Пожалуй, мы развлечемся сегодня.

— Ну что ж. Присаживайся. Пора будить нашу «спящую красавицу».

Миранда садится в темный угол со стороны головы Алексис, чтобы девушка не увидела ее раньше времени. Я закрываю дверь на замок, чтобы никто не мог помешать, особенно на случай, если вдруг объявится Элис.

Снимаю с себя футболку, оставаясь в одних джинсах. Подхожу к девушке и провожу пальцами по контуру ее лица, а затем наклоняюсь и целую ее. И словно в одной из тех дурацких сказок, она начинает просыпаться. Даже смешно. Я не принц, я монстр, от поцелуя которого она приходит в себя. От этих мыслей я издаю смешок. Алексис все еще не открыла глаза, но старается это сделать. Из нее вырывается стон, видимо пытается вспомнить вчерашнее, и почему у нее такое непонятное состояние.

— Просыпайся, красавица, — шепчу ей на ушко, проводя носом вниз по щеке и останавливаясь с очередным поцелуем в губы. Во мне бушует все: страсть, желание, гнев, ярость. Это ядерная смесь, которая не может находиться во мне ни секунды больше.

Наконец Алексис открывает глаза, стараясь проморгаться, но яркий луч лампы с потолка не дает ей это сделать и она прикрывает их обратно.

— Брайн. Что ты делаешь здесь?

Я прокладываю цепочку из поцелуев, лаская ее шею. Но затем девушка, видимо желая дотронуться до меня понимает, что не может сделать этого, резко поднимает голову и смотрит прямо на меня, пытаясь вырваться из оков.

— Брайн, какого черта? Что происходит?

— Ну-ну, малыш. Незачем так переживать.

— Брайн, отпусти меня!

— А вот это вряд ли. — Я сажусь на нее сверху, а руками упираюсь прямо возле ее головы, перекрывая свет от прожектора, чтобы она могла видеть мое лицо. — Понимаешь, я думал, что могу доверять тебе, когда Элис поручилась за тебя.

— Ты можешь, Брайн.

— Могу? Видишь ли, вчера, я застал тебя за милой беседой в компании нашей шлюшки Тили. Я не хотел верить в то, что такая как ты, способна на такие подвиги. Видимо я был слишком добр к тебе, раз в твоей тупой голове зародились вообще такие мысли. Я думал, что тебе было понятно с самого начала, что с Брайном Райтом шутки плохи. А теперь, после твоего предательства, ты полностью в моей власти. И я могу делать с тобой все что угодно. Могу трахнуть тебя, могу продать, могу изуродовать твое восхитительное тело и личико до такого состояния, что от тебя будут шарахаться все, кто только может, — я провожу одной рукой от груди до ее бедра, а по ее щеке катится слеза.

— Прошу, Брайн не нужно.

— Не нужно? — моя рука резко оказывается на ее шее, — не нужно, говоришь? Сука ты унизила меня в глазах клиента, выставила идиотом, который не может контролировать ситуацию! Теперь я должен вернуть ему деньги, а новая девушка достается ему бесплатно. Из-за тебя я потерял и свою репутацию, и деньги! — Мои пальцы сжимаются вокруг ее тонкой шеи и я легко ощущаю бешенный пульс, — ты видимо не знаешь, что я сейчас готов убить тебя, задушить прямо здесь и сейчас.

— Нет! Нет, прошу тебя, — шепчет девушка.

— Нет? Хм, наверное ты поможешь мне, — поднимаю голову и смотрю прямо перед собой.

— Брайн, я сделаю все, что попросишь.

— Конечно, сделаешь, ведь твоя жалкая и никчемная жизнь сейчас, прямо сию секунду зависит только от моего решения. Парой секунд назад я рассказал, что могу сделать с тобой. Что же ты выберешь? То к чему я так долго стремился — чтобы ты отдалась мне, или же продать тебя? — она мотает головой. — А может мне изрезать тебя? Шрамы красиво украсят твое лицо, на котором останется только один глаз.

Поток слез течет маленькими ручьями, падая каплями на ее волосы и сверкая от света над моей головой. Она зажмурилась от страха.

— Дак что же ты выберешь? Может мне просто воткнуть ножницы в твою шею и оставить тебя тут, захлебываясь собственной кровью, которая будет заполнять твои легкие?

— Нет, не надо! — Ее тело содрогается в истерике, а руки и ноги безрезультатно пытаются освободиться. Я с силой ударяю ее по лицу.

— Я сказал, я жду ответ. Я жду! — Хватаю ее лицо в руку и направляю прямо на себя, максимально приблизившись к ней.

— Возьми. Возьми меня! Прошу! — Сквозь плач слышу ее неуверенный шепот.

— Так значит, ты хочешь меня? — улыбаюсь я, отстраняюсь и начинаю расстегивать ремень на джинсах.

— Я ненавижу тебя, Брайн Райт. Надеюсь, ты сгоришь в аду, — еле слышное шипение доносится до моего уха.

Я снимаю с себя джинсы и спускаю боксеры.

— Ох, деточка. Только вместе с тобой, — и на этом я резко вхожу в нее. Будто молния пронзает мое тело. Я так давно хотел трахнуть ее, и вот сейчас я развернул свой подарок. Я буду брать только свое, и ничего не дам взамен. Просто трахну и выкину ее как блохастую кошку. Грубые толчки, сопровождающиеся ее всхлипами и криками. А я все вхожу в нее, вкладывая в каждый толчок всю боль, стараясь избавиться от нее, вытрахать из своей головы и тела. Я с яростью кусаю ее сосок, и Алексис кричит и визжит одновременно.

В этот момент руки Миранды ложатся на лицо девушки.

— Ну, деточка. Зачем так кричать. — Алексис широко раскрывает глаза и смотрит на Миранду. Паника и страдания на ее лице пытаются скрыться за закрытыми глазами. — Расслабься дорогая. И возможно, ты сможешь получить в этом удовольствие, какое получаю я, когда мы занимаемся сексом. Ты знаешь, так люблю смотреть со стороны на тех, кто сливается в этом диком огне страсти. И видя сейчас тебя и его, я просто не могу удержаться. — Миранда достает телефон и, видимо, начинает снимать. А я просто делаю то, что и планировал. Вхожу в нее с бешеным ритмом и наслаждаюсь ее унижением, но она молчит, а я хочу, чтобы она кричала, так же как мой внутренний голос кричал все это время. Поэтому я снова наношу удар, а затем хватаю ее за волосы.

— Хватить молчать. Скажи, ведь тебе нравится это?

— Нет! — кричит она.

— Нет? — я снова ударяю ее, и начинаю ускорять темп, при этом входить настолько глубоко, что вижу как ей больно, — я буду трахать тебя до тех пор, пока ты мне не скажешь, как тебе это нравится, — я останавливаюсь, выхожу из нее, а затем отстегиваю ее ноги, — Миранда, ослабь ей руки.

Крепления для рук можно удлинять, поэтому Миранда ослабляет крепления, и я переворачиваю Алексис вниз лицом, поднимая к верху ее задницу. Я снова вхожу в нее, получая очередной вскрик. Мой кулак запутался в ее волосах, удерживая в нужном положении. Мне плевать, понравится ли ей это или нет. Мне необходима эта разрядка.

Но в этот момент подходит Миранда. Она нашла в ящике пару игрушек.

— Детка, надеюсь, твой зад не был невинным. Но если и был, то сейчас ты получишь истинное удовольствие. — Она наносит смазку на вибратор, а затем смотрит на меня. — И ты тоже…

Затем блондинка начинает медленно вставлять игрушку в ее зад, и я чувствую, как стенки ее влагалища начинают сужаться. Там становится настолько тесно, узко и горячо, что мой контроль и разум находятся на границе освобождения.

— Хватит медлить! Вставляй! — рычу и резко направляю руку Миранды с игрушкой.

Из меня вырывается рык и крик, Алексис визжит, а Миранда начинает трахать ее, стараясь уловить мой ритм.

— Нравится? — спрашивает она у Алексис, наклонившись прямо к ней.

— Нет, — плача отвечает девушка.

— Да ты просто идиотка.

— Вы уроды! — кричит Алекс сквозь всхлипы.

— Милочка, тебе пора заткнуться, — Миранда надевает на нее кляп, — сегодня весь кайф получаем только мы. А ты наша новая игрушка.

— Миранда, не останавливайся, — шепчу, понимая, что еще пара мгновений, и я кончу.

Она ускоряет движения, а Алексис начинает двигаться мне на встречу, понимая, что это ее единственный способ остановить все это.

Миллиарды огоньков мелькают перед моими глазами будто вспышки, мурашки поднимаются по позвоночнику, я шлепаю ее по заднице, а затем хватаю за поясницу, вдалбливаясь из последних сил, изливаясь внутрь нее словно гейзер. Да! Блять, наконец-то. Валюсь на Алексис сверху, пытаясь восстановить дыхание, но мое тело содрогается под плачем девушки.

Я получил свое, и теперь она мне не нужна. Я избавлюсь от нее сегодня же. Эта дешевка, тварь и мразь разбила меня снова. А я глупец, думал, что это я играл с ней. У нее никогда больше не будет спокойной жизни. Я разрушу все, что было светлым и радостным в ее жизни.

Встаю, надеваю джинсы, обхожу стол. Она лежит, голова повернута набок с закрытыми глазами, из которых по-прежнему текут потоки слез. Сжимаю в кулаке ее волосы и поднимаю голову Алексис так, чтобы она смотрела на меня.

— Ты доигралась, сука. Теперь моя очередь играть с тобой, — с силой отпускаю ее голову и она падает на стол, — Миранда, она твоя. Можешь развлекаться дальше. — На этом я ухожу из комнаты, закрываю за собой дверь, облокотившись на нее, с шумом выдыхаю от того душевного спокойствия, которое снова вернулось ко мне. Открываю глаза, передо мной стоит Джейк.

— Все прошло хорошо?

— Замечательно. Подготовь на нее документы. Она готова для продажи.

Глава 15

defe[t — your torture (feat. introvertirse)

Элис

Я отлично провела этот день. Даже странно, что Брайн дал мне выходной. Это происходит редко. В основном, когда проходит аукцион «нижних», я все равно нахожусь в Hell для подстраховки. Но сегодняшний день исключение. Я хотела встретиться с Алекс, но она тоже молчит. Видимо Брайн загрузил её подготовкой контрактов по товару.

Подъезжаю к клубу и смотрю, как в автобус для развозки девушек заводят последнюю. В конце идёт Джейк и при виде меня его лицо меняется в странном выражении.

− Что? Не ожидал увидеть?

− Вообще-то да, — говорит парень и стучит по корпусу авто, давая сигнал водителю, чтобы тот трогал.

− Элис?! − слышу голос Алекс и оборачиваюсь в сторону клуба, но её там нет. − Элис! Я тут! − В поисках подруги я начинаю вертеть головой, но её крики стали сопровождаться стуком! И тут я поняла, что она там! Внутри автобуса, который медленно набирает скорость.

Сумка летит на асфальт, и я начинаю бежать за ним! Что она там делает? Какого черта?! Алексис барабанит по окну в надежде, что оно треснет. Я не могу узнать её. Лицо заплаканное, опухшее. Я не понимаю, что происходит. Пытаюсь догнать автобус, но с каждым шагом он все дальше и дальше от меня. С каждой долей секунды водитель этого проклятого фургона увозит мою подругу все дальше и дальше. А я ничего не соображаю. Просто бегу.

Алексис

− У тебя ровно 15 минут, — слышу в трубке строгий голос Роберта. — Не забудь выбросить и телефон.

− Я поняла.

В кафе мужчина заводит Тили и подводит к столику, за которым сижу я. Ему сказали, куда вести девушку, это человек от Роберта, который дал мне одноразовый телефон.

Для этой встречи я попыталась одеться так, чтобы как можно меньше привлекать к себе внимание, но и так, чтобы меня не могли узнать: пальто с высоким воротником и взяла очки.

Девушку усадили на стул напротив меня. Мы с минуту просто смотрели друг на друга, пока я не перевела взгляд на меню.

− Что-то будешь?

− Кофе? — так же вопросом ответила девушка.

Подозвав официанта и сделав заказ, мы снова продолжили гипнотизировать друг друга.

− Кто ты? — недоуменно спрашивает девушка, всматриваясь мне в лицо. Ее беглый взгляд на бледном лице выдает озадаченность. Похудевшая, с осунувшимся лицом, нервная и сломанная духом. Она волнуется и оглядывается по сторонам, отчего ее чашка кофе слегка подрагивает в руках. — Почему ты мне помогаешь?

− Потому что видела, что ты пережила в Hell. Я была там. — Я втягиваю голову в плечи, мне и самой страшно ничуть не меньше, чем ей. Нервно потирая руки, я тянусь за своим стаканом сока, который тоже от волнения чуть дребезжит. Между нами напряжение, которое можно ощутить, оно сгустилось над нами и кожу покалывает от заряженного воздуха. Мы обе — беглянки, сбежавшие от одного и того же тирана, только мне ещё предстоит вернуться.

− Ты, − она прищуривается и охает, − ты его помощница. Но ты, − продолжает уже тише, переходя на шёпот, — ты понимаешь, во что вляпалась? Я же подставила его. Эта мразь меня чуть не грохнула. — Она опускает глаза на чашку и резко выдыхает, так что ее ноздри раздуваются. — Я сама готова сейчас найти пушку и пустить ему пулю в место сердца. И я не удивлюсь, если сделаю дыру насквозь. Потому что там нет ничего. Пустой орган, перекачивающий кровь. Но ты! Ты-то понимаешь, что Райт этого не простит тебе?

− Он не узнает. А ты уезжай быстрее и подальше отсюда. — Я поправляю очки и поднимаю выше воротник. Никто не должен меня узнать. Нужно побыстрее уйти отсюда, пока никто не заметил нас, и я осматриваюсь в поисках официанта. — Я хотела тебя увидеть и убедиться, что ты цела и здорова. Прошу, не подведи меня, пожалуйста.

− Ну как я могу, − Тили нервно раскачиваясь на стуле, крутит чашку то в одну, то в другую сторону, — я уберусь отсюда сейчас-же. Хотя знаешь? — на меня смотрят темные глаза с темнеющими от злости зрачками. — Лучше эту тварь пристрелю, чем вернуться и отсасывать у всех дружков хозяина. Жизнь шлюхи — жалкое и мелочное существование. Полное дерьмо! Ты как прихвостень или домашнее животное — сучка у всех на поводу.

Тили сломлена, по ней это хорошо заметно. Она часто смеется, в глазах явно читается боль и даже немного отстраненность. Мне как-то не по себе на неё смотреть. Она не вызывает жалость, но ей нужно помочь. Психологическая помощь и поддержка ей должны помочь, обязательно. Ее нельзя оставлять такую, как сейчас — это может быть опасным и для неё самой. Но куда ее увезут? Кто ей сможет помочь там?

Ее слушать невыносимо больно. Я чувствую, как мои руки дрожат, живот начинает сводить, а на глаза наворачиваются слёзы. И мне хватает это только слышать от неё. Я боюсь это представлять. Жить по правилам хозяина, выполнять все его прихоти и желания. И только одному ему известно, что с его покупкой будет завтра.

Я пытаюсь отмахнуться от этих мыслей, но у меня всё в голове висит картинка происходившего в Hell. Я не могу поверить в то, что она согласилась добровольно на привселюдное изнасилование. Не каждый пойдет на такое добровольно. На это нужно иметь недюжинную смелость. Я не могу удержаться и задаю вопрос, давно терзающий меня. Я хочу подтвердить или опровергнуть свои догадки.

− Тили, я…я не знаю как тебя спросить, но в Hell. Брайн говорил, что это добровольно и ты знаешь обо всём, но твой крик… — и я замолкаю, не в силах дальше закончить свою мысль, насколько это тяжело и отвратительно вспоминать. Меня немного передёргивает, и я обнимаю себя руками, чтобы не было заметно моих переживаний. Это мерзко и бесчеловечно, но если она сама на это пошла… Но как? Даже если и провинилась. Я смотрю на девушку и это просто не укладывается в моей голове до сих пор.

− О, и ты поверила? Он много чего может рассказать. Пора бы тебе было это усвоить, — из неё вырывается нервный глухой звук, похожий на смешок. — Эта тварь задурит мозги любому ради своей выгоды, ты уж поверь, я видала в Hell разное. Да и девочки могут многое рассказать, просто все боятся, да и ты…Он же наверное держит тебя всё время возле себя? А каждой из нас дорога своя шкура, мы жить хотим. Поэтому все молчат.

Опять у меня в кармане звонит мобильный. Это снова Роберт.

− Да.

− Алексис всё, уходите оттуда. Меня на этом номере больше не будет, это последний звонок.

− Хорошо. — Он завершает звонок, а я перевожу взгляд на девушку. Я вижу ее последний раз и очень рассчитываю на Роберта, что нам удалось её вытащить. Мужчина подходит к нам и берёт её под локоть, а я, подозвав официанта, расплачиваюсь за кофе и сок.

Перед возвращением в дом к Брайну я выбрасываю выданный мне Робертом телефон, временную сим-карту и заезжаю домой. Принимаю душ и переодеваюсь, чтобы смыть с себя лишние запахи, и чтобы Брайн ничего не заподозрил. Горло начинает сдавливать, и я набираю побольше воздуха в лёгкие. Он страшный человек и даже думать жутко, что он может сделать, узнав, что я помогла ей убежать. Он не узнает! Нет! Не должен!

По пути к дому Брайна я прокручиваю варианты, где я могла быть и в голову ничего больше не приходит, как spa-процедуры, остальное я должна оговаривать с Брайном заранее.

Оставив машину в гараже, я захожу в холл. Митчелл просит меня пройти на террасу. Романтический ужин на двоих с Брайном меня немного застает врасплох. Это то, чего я совсем не ожидала. Я сажусь с ним за стол. Дышу глубоко и размеренно, а глаза стараюсь держать на уровне его одежды или в своей тарелке, только временами поглядывая на Брайна.

Не заметил ли он моё волнение? Надеюсь, это не очень заметно и я держу себя в руках. Но его ответы меня пугают. Каждый последующий сильнее предыдущего. «- Ну, это уже не тебе решать, а мне. Твоя помощь в этом мне не нужна. Думаю, что ты не особо хочешь видеть последствия этого побега». Хоть бы её уже вывезли. Хоть бы она была уже далеко. Надеюсь, Роберт всё сделает и расскажет мне о ней. Господи, я боюсь, я действительно ужасно боюсь этого человека! Он монстр.

Главное не подавать виду, просто участливый интерес. Больше я ничего не хочу знать. Мне нужно немного расслабиться и вино мне поможет. Отлично! В бокале как раз вино, именно то, что нужно.

Я делаю еще глоток вина и встаю. С меня его ответов достаточно. Дикий страх до ноющей боли в костях сковывает всё тело и никакой алкоголь не поможет ни снять это напряжение, ни хотя бы немного расслабить. Лучше уйти. И самое время это сделать.

Я встаю, но не могу удержаться на ногах. Что со мной происходит? Что за..? Мое тело тянет вниз, как будто гравитация Земли изменилась и я сажусь назад, чтобы не упасть, но мне нехорошо. Темнота заполняет мои мысли, окутывая остатки сознания. Веки, как под действием свинца, тяжелеют и мне тяжело держать их открытыми. Тело немеет, и я проваливаюсь в небытие.

Я чувствую его жаркое дыхание и тихий нежный голос. Это сон? Нет, кажется не сон. Я пытаюсь открыть глаза, но это получается не с первого раза. Мне тяжело очнуться и что то ярко светит в глаза, кода вокруг все темно. Ох, черт! Что происходит? Где я? Я ничего не вижу, кроме лампы, которая освещает меня. Он меня привязал? Господи, нет! Нет! НЕТ! Я дергаю руками, пытаясь вырваться из оков, но я привязана очень крепко.

— Брайн, какого черта? Что происходит?

− Ну-ну, малыш. Незачем так переживать.

Меня охватывает панический страх. Я ощущаю пульс бешено стучащего сердца каждой клеточкой своего тела. Во мне все горит от жара, но кожа покрыта мелкими мурашками от прохлады этого помещения. Почему я здесь? Неужели он узнал? Я крепко привязана и мне не убежать. Слёзы комком подступают к горлу. Что он со мной сделает? Что со мной будет? Я пытаюсь вытащить руки и ноги из оков, но они с ужасной болью впиваются в кожу, вызывая новый поток слез.

Он садится на меня сверху и больно сдавливает рукой мне шею. Дышать становится трудно, и я могу отвечать только хриплым шёпотом. Он знает, он всё знает! Откуда он смог узнать? Мне конец. Моя идея не удалась. Я знаю, что он способен на многое и сейчас он это готов сотворить со мной. От безысходного страха меня трясет в диком ознобе до судорог, и пульс танцует дикий танец.

− Я сказал, я жду ответ. Я жду! — Брайн хватает моё лицо в руку и близко наклоняется ко мне.

− Возьми. Возьми меня! Прошу! — единственное, что могу прошептать. Я знаю, что это самое наименее болезненное, что мне может быть уготовано. Он хотел этого давно.

− Так значит, ты хочешь меня?

− Я ненавижу тебя, Брайн Райт. Надеюсь, ты сгоришь в аду. — Жгучая боль и злость заполняет меня до краев. Я до последнего надеялась, что он поймёт, что он простит меня. Я глупо таила в себе последнюю надежду, которая не оправдалась. Я так жестоко ошиблась в нем…и в себе, в своих силах. Я посчитала, что смогу его обойти, но…

Его хлёсткие удары, сопровождаются сильными до боли толчками. Он сильно оттягивает мне волосы. Мне больно, но это продолжается. Слёзы неудержимо катятся по щекам, и я кричу от боли и унижения. Миранда… я слышу и её голос. И что-то холодное резкой острой болью пронзает позвоночник. Я закрываю глаза и вскрикиваю. Терпеть эту боль невыносимо, всё тело горит огнём, печёт и саднит от ударов и резких движений во мне.

− Вы уроды!

− Милочка, тебе пора заткнуться, сегодня весь кайф получаем только мы. А ты наша новая игрушка. — Миранда надевает на меня кляп. Я больше не могу кричать, и мне остается только впиваться в него зубами с каждым новым толчком от жгучей боли, заполняющей и расходящейся по всему телу. Я хочу, чтобы это быстрей закончилось, у меня нет сил больше бороться, и я подчиняюсь Брайну. Я молюсь, чтобы это скорее закончилось. Все во мне кричит об этом. Умоляет. Пусть прервет мои мучения. И наконец, всё заканчивается. Он меня отпускает. От бессилия я лежу, а слезы неудержимым потоком льются из глаз. Моё тело судорожно бьется в истерике от унижения и жестокости. Мне хочется закрыться от них, спрятаться, сжаться в маленький клубок и просто плакать от унижения и боли. Но я все еще привязана за руки.

− Ты доигралась, сука. Теперь моя очередь играть с тобой, — Он снова хватает меня за волосы, оттягивая голову и смотрит на меня, а затем с силой отпускает и она падает на стол, — Миранда, она твоя. Можешь развлекаться дальше.

Гулкий стук от захлопнутой двери и больше его голоса я не слышу. Но она ещё здесь, а значит еще не всё.

− Ну что малыш, поиграем дальше? — слышу едкий наигранно-нежный голос. — Было грубо и хорошо, но не тебе, правда? — резким движением она хватает меня за лодыжки и сковывает ноги обратно, загоняя меня в ту же ловушку.

Она отходит от меня и слышится звук открываемого ящика. Задвинув ящик, она снова подходит от меня. Отчетливо слышен щелчок открытой бутылки. Ее рука неспешно скользит у меня между ног с чем-то холодным, отчего я начинаю покрываться мурашками и дрожать еще сильнее. Страх снова подбирается к самому горлу и сковывает голос до еле уловимого хрипа.

− Бедная, бедная девочка. Такой благородный поступок и такой жалкий конец. Ты подставила Брайна и вот твоя награда. — Ее пальцы со смазкой массируют клитор, описывая круги и слегка нажимая. Я сжимаю ноги и дергаюсь, стараясь оттолкнуть Миранду, но она продолжает массировать. Моя злость сменяется отвращением. Мне стыдно, гадко и унизительно.

− Не надо, прошу, — мой еле слышный хрип настолько тих, что я почти себя не слышу. Тело коченеет от холода, голос пропал и я лежу изнуренная, почти безжизненная, прося пощады у той, которая ее не знает. Миранда убирает пальцы, и я чувствую, как что-то входит в меня, наполняет и растягивает.

− Ну вот, и не больно совсем. Хотя, знаешь, − она засовывает и высовывает из меня предмет, совершая движения вперед-назад, − сейчас будет по-другому. — Она ставит палец на клитор и опять начинает его тереть, другой рукой толкая в меня фаллоиммитатор. — Брайн тебя хотел, и ты это знала. Но ты оказалась не такой, как предыдущие его шлюхи. Ты ускользала от него каждый раз и он ждал. Он хорошо продумал план, как сыграть с тобой в любовь.

Я держусь из последних сил, но я измучена, моё тело больше мне не подчиняется. И я чувствую нарастающее внутри напряжение, густое и тягучее. Оно сгущается в тугой комок, по спине проходит холодок, а пальцы сжимаются до хруста.

− О детка, ты близко, — она шепчет как приговор, — Так ты не думай, что ты другая. Ты изначально была выбрана как товар, дорогой товар для серьезного покупателя. Но ты решила поиграть с Брайном в собственную игру. Думала, ты его изменишь? Он станет покладистым и будет бегать под твоим каблуком? Что ж, это было интересно. — Она усиливает нажим и наклоняется к самому уху. — Ты не подходишь Брайну, как и все они. Ему нужна женщина под стать, такая как я. А ты жалкая и ничтожная. Ты товар, который будет продан на ближайших торгах. Ты с самого начала была просто товаром. Кончай детка.

Внутри меня всё горит. Мое тело безудержно трясет. Я кричу, и слёзы новым потоком покрывают щеки. Моё тело получило разрядку, но я растоптана. Меня обесчестили и сломали. С самого начала я была товаром и никем больше. Значит, он хотел меня продать, как только увидел. А всё это было хорошо замаскированной игрой и ложью.

Я тихо лежу, только слезы не перестают скатываться вниз. Мое тело больше не дергается. Я покорно ожидаю, что будет дальше. Наконец, Миранда отходит от меня, и я слышу звук захлопнувшейся двери. Всё ли это? Или это только часть их расправы со мной перед продажей?

Но некоторое время никто не заходит. В комнате прохладно и меня знобит. Кожа покрылась рябью, а кончики пальцев начинают леденеть. Дверь открывается, кто-то подходит ко мне и отцепляет крепления.

− Вставай Алексис. Тебе нужно поспать и привести себя в порядок, — Джейк отстегивает последнее крепление, и я пытаюсь встать со стола, но всё тело болит, запястья и лодыжки затекли и начали неметь от долгого пребывания в одном положении. Он видит мои неудачные попытки подняться и берет меня на руки. — Я отнесу тебя в кабинет, поспишь там.

В кабинете Джейка он опускает меня на небольшой диван и накрывает пледом. Я скручиваюсь калачиком, чтобы согреться. Я маленькая несчастная девочка, попавшая в когти чудовища. Мерзкого типа. Я плачу, от жалости к себе и обиды, и от бессилия меня смаривает в сон.

Ото сна пробуждает легкое касание по плечу. Меня осторожно трясут, и я нехотя пытаюсь открыть глаза от потекшей и слипшейся косметики. В глазах немного рябит и покалывает от слез. Я поднимаю голову и вижу незнакомую красивую и ухоженную девушку.

− Вставай. — Она помогает мне подняться — Идём со мной.

− Я не хочу, — отрицательно машу головой, а слезы снова подступают, — прошу, не надо.

− Джейк! — зовет девушка. В кабинет входят Джейк с мужчиной и выводят меня под руки. Мы идём по коридору с приглушенным светом. Но я уже не плачу. Моих слёз нет, на них нет сил. Я устала, всё тело ноет пронизывающей болью от оков, а чувство безысходности поглотило, как черная дыра. Я отрешенно смотрю на бордовое покрытие под ногами. Как всё здесь знакомо. Я в Hell и меня собираются продать. А если продажа в Hell, значит, я продаюсь, как провинившаяся. Но ведь так оно и есть. Я самовольно поступила. Меня рассекретили и поймали. И теперь у меня будет хозяин — то, о чем говорила Тили.

Marilyn Manson and Tyler Bates — Killing Strangers

Молча стою под струями воды в душе, куда меня поставили как повинующуюся куклу. Горячие струйки стекают по моему телу, унося с собой остатки весёлой и жизнерадостной девочки, разбитые и неоправданные надежды. Он играл со мной, только и всего. В его планах было завоевать мое доверие, обучить всему и продать богатому клиенту. Я молилась, чтобы с каждой каплей воды, стекающей с моего использованного тела, ушло все то, что произошло за сегодняшний день.

Через 2 часа меня ставят перед зеркалом и я смотрю на своё отражение. Опухшие от слёз веки и бледный цвет лица искусно затонированы дорогой косметикой. На мне надеты дорогое изящное кружевное белье и вечернее атласное платье черного цвета с запахом и замком сбоку. Волосы собраны в высокую немного небрежную прическу с выбившимися прядками. Образ завершает набор из колье и сережек. Меня собрали как на светский раут. Я одета так, как любит ОН, а значит, это был его выбор.

И снова я в коридоре. Здесь всегда темно и непонятно на улице день или вечер. И только сама обстановка дает понять, что уже ночь и пришло время аукциона. Меня заводят в комнату, где сидят другие девушки. И вид у них не лучше. Никакая косметика и дорогой наряд не скроет нашего внутреннего состояния. Страх читается во всем теле — в глазах, наполненных слезами и отчаянием, подбородок, еле подрагивающий от ожидаемого, и руки, костяшки которых настолько белые, что было понятно, что они давно ждут своего часа. И судьбы всех нас погубил один и тот же человек. За каждой девушкой заходят и забирают по очереди. И я в ней последняя.

Я в той же большой комнате пепельного оттенка, сделанной в виде амфитеатра. Всё те же черные кресла с встроенными на подлокотниках кнопками для новых ставок и персональными столиками. Трибуна для Джейка и нас. Вместо покрытия на полу, где выставят девушек, огромное круглое зеркало, обрамленное красной подсветкой. Ничего не изменилось, только я теперь иду на это зеркало.

В приглушенном свете пустых кресел я не вижу, сегодня заполнено всё. Красноватый отблеск от дорогих застежек на галстуках, запонках и стаканах с выпивкой мельтешит бликами, немного режа и без того опухшие и уставшие от слёз глаза. Лихорадочно ища, всматриваюсь в затемненные мужские силуэты с последней надеждой узнать Роберта или Тайлера, но их тут нет. Сегодня я буду продана тому, от кого не знаю, чего мне ждать.

− Представляем вам жемчужину нашей коллекции, — с пафосом объявляет Джейк. — Она умна и хитра. Этой девушкой восхищается и сам Брайн Райт. Она составит вам прекрасную пару для любого мероприятия, эту женщину можно обучить многому и она справится. Кроме того, она очаровательно мила и сногсшибательно красива. Она — поистине роскошь, и станет бриллиантом в вашей коллекции. Мы гарантируем, что данной дамой вы не будете разочарованы. — На зеркало выводят меня, и тихий рокот удивления прокатывается по залу. — Итак, начнем с трёх лет, господа.

В зеркале на полу отчетливо виден мой силуэт. Бездушный силуэт красивой фарфоровой статуэтки. Чувства не притуплены, нет, они просто отсутствуют совсем. Нет ни страха, ни волнения, ровным счетом не осталось ничего, только безысходность. Безразличие — это то, что видно всем, и только ты знаешь о том, что внутри ты сломанная кукла в руках искусно-извращенного кукловода.

Ты стоишь, ощущая на себе жадные и похотливые взгляды. Они властны и амбициозны, а ты…ты ничто, вещь, товар, с которым могут распорядиться как угодно: заставить подчиниться либо же сделать королевой, но каков путь уготован тебе с аукциона предугадать ты не в силах…

С меня сняли платье, и я стою в белье и чулках. Кожу покрывают мурашки, на лбу выступила испарина, а кровь бурлит. Страх снова жуткой слизью расползается в ожидании встречи с неизвестностью. Меня поворачивают, чтобы можно было рассмотреть мою фигуру. Три…четыре…пять…семь… Звучит громкий, с раскатистым эхом, удар молотка о трибуну и я продана. Вот и всё. Лица своего покупателя я не вижу, но голос мне не знаком. Зал заполняют аплодисменты. На меня снова надевают платье и уводят из зала в комнату со всеми девушками.

В комнате девушки ведут себя по-разному. Кто плачет, кто истерически смеется, а некоторые сидят и смотрят в одну точку, как и я. Нам всем уготована неизвестность и новый хозяин. Заходит несколько мужчин и Джейк.

Нас выводят из клуба и заталкивают в фургон для развозки. Я завершаю колонну девушек, садящихся в него. Подтолкнув меня, Джейк закрывает дверцу.

− Что? Не ожидал увидеть? — слышу знакомый голос подруги снаружи. Элис! Она здесь!

− Вообще-то да, — говорит Джейк. Слышится стук и фургон начинает заводиться.

− Элис?! Элис! Я тут! — Я начинаю тарабанить по стеклу, собрав все силы, которые только могу в надежде его разбить и смотрю, как моя самая близкая подруга бежит вслед за удаляющимся автобусом, который увозит меня от нее. От той, которая всю жизнь была мне как сестра. Ее сумка падает на асфальт, но девушка не обращая внимания, продолжает бежать. Господи! я так сильно люблю свою подругу, она все, что осталось у меня от семьи. Но поворот скрывает Элис из виду. Последняя возможность, та соломинка, за которую я безнадёжно старалась ухватиться, скрылась из виду за перекрестком. Стекло слишком плотное и мужчина, который нас сопровождает, резко усаживает меня на место. Я плача опускаюсь на сиденье, обхватывая руками колени.

− Угомонись. Я не могу тебя ударить, ты должна приехать к хозяину в хорошем виде, но если заерепенишься, то я не стану с тобой церемониться.

Мы тихо сидим, и я больше не пытаюсь ничего предпринять. Хотя, терять мне уже нечего — у меня забрали всё: честь, гордость, мою душу и мой дом. Теперь у меня нет ничего.

Девушки от меня отсаживаются. И я тихо сижу до конца поездки. Смотрю в окно, в котором одно здание сменяет другое, освещенное ночными фонарями, а в отражении вижу свое отражение. Фургон останавливается, и мужчина подходит ко мне.

− Приехали. Вставай, твоя очередь идти к хозяину.

Дверь фургона открывают, и я покорно из него выхожу. Моему вниманию открывается небольшая территория за витым забором и двухэтажный особняк. Я и охранник стоим у калитки, позвонив в звонок, ожидаем. Дверь открывает немолодой мужчина лет 50, но по виду он не напоминает богатого человека. Он нажимает кнопку у двери и калитка открывается. Охранник проводит меня внутрь, и я иду по небольшому коридору в глубь дома.

Нас заводят в маленькую комнату. Она достаточно светлая. В ней несколько больших кресел бледно серого оттенка, массивный стол из светлого дерева, дорогой ковер на полу, большой книжный шкаф. На стене висит несколько репродукций картин постмодерна, которые освещены дополнительной подсветкой. Возле стола стоит ваза из китайского фарфора и ручной работы резной деревянный глобус. Хозяин этого кабинета любит старинные вещи, и некоторые я узнаю сразу — это вещи, которые продавала я. Значит, человека, который меня купил, я всё же знаю?!

Следом за нами входит невысокий седоволосый мужчина. Он крупного телосложения, пуговицы пиджака на нём сходятся в обтяжку. На вид ему лет 60, но этого человека я не знаю.

− Спасибо за доставку. — Он берет договор у охранника, и тот, кивнув, выходит из комнаты.

Все. Вот и окончание этой сделки. Этот мужчина владеет мной по контракту и может сделать всё что угодно в ближайшие семь лет. А у меня нет никакой возможности отстоять себя. Мне нельзя возражать или высказывать свое мнение. Я буду просто аксессуаром, и то если мне повезет. Если я возьму свой туфель и искалечу хозяина, то Брайн меня убьёт, в этом я уже не сомневаюсь.

− Пожалуйста, не надо, — шепчу, опустив глаза вниз. В комнате довольно тихо и спокойно, но паника снова покрывает мою кожу мурашками.

− А я и ничего не собираюсь с тобой делать, девочка. Пока что. Я не твой хозяин. Я посредник, детка.

− Посредник? — Я поднимаю глаза. — Так я ещё не продана?

− Нет, торг за тебя завтра.

И в голове словно включается лампочка. Я не продана, ещё есть возможность спастись. Нужно только позвонить Роберту и он вытащит меня отсюда.

− Прошу. Разрешите один звонок, — умоляюще заламываю руки, — всего один.

− О нет-нет, деточка. — Ухмыляясь, говорит он. Меня предупредили про твою дружбу с Эвансом. Мне тоже не поздоровится, если Брайн узнает. Я не могу так рисковать своим бизнесом и своей шкурой. Ты, деточка, предназначена другому.

Глава 16

Muse — Feeling Good

Алексис

Черт! Я кусаю губы и велю себе думать. Думать. Думать! Мой взгляд падает на резной глобус и в голове созревает план, моя последняя надежда и я хватаюсь за неё как за соломинку. Она должна помнить этот глобус. С его растаможкой возникли небольшие сложности и нам с Элис пришлось ехать за ним на таможню. На одном из перекрестков какой-то мудак нас лихо подрезал. Элис резко вывернула руль, чтоб мы не врезались в соседей, но эта огромная коллекционная вещь подскочила и с глухим треском сделала дыру на заднем сидении машины Элис. Моя подруга была взбешена. Возмущению и злости Элис не было предела, она хотела вышвырнуть этот огромный глобус прямо посреди дороги. Но именно этот факт сейчас может меня спасти. Я готова на всё чтобы выбраться отсюда. Только бы получилось, только бы она поняла.

− Я понимаю. Всё кончено, но разрешите мне попрощаться с близким для меня человеком, ведь я не знаю, что со мной будет дальше. Прошу. Это звонок подруге. У меня больше никого нет. Прошу Вас!

− На, — он бросает мне телефон, и я ухожу в угол комнаты.

Гудок…второй…третий…

− Да, — слышу взволнованный голос подруги.

− Привет, это я, — медленно оседаю на пол, грустно улыбаясь в трубку, — звоню попрощаться.

− Нет, стой, ты что! — кричит в ответ подруга, ее голос дрожит. — Не смей! Где ты! Кому эта тварь тебя продала?

− Не знаю Элис, не знаю. Успокойся, прошу, просто послушай. Что бы ни случилось, я тебя люблю, слышишь! Ты не виновата, что так произошло, это изначально был его план, и ты бы ничего не сделала.

− Ублюдок! Он врал всем. Гнида.

Так, теперь нужно дать подруге вычислить, где я и что делать дальше, пока ещё не поздно:

− А помнишь, — я смотрю в пол, — как ты меня готовила к аукциону. Как помогала с лотами. Помнишь, как у нас сидение треснуло?

− Стой, о чём ты? Алекс!

− Тише Элис, не волнуйся, просто дай мне закончить.

− Хорошо, — она говорит уже тише, — давай. Аукцион, сидение. — Небольшая пауза. — Глобус? — Да. Она вспомнила. Конечно, ведь тогда этот глобус принес ей столько хлопот, она не могла это забыть так скоро.

− Вот. А еще я хотела ту картину с абстракцией, что была, как мне казалось, раскрашена весенними красками. Помнишь? Жаль, что и ее тогда купили. Хочу такую же, купишь себе похожую? А вдруг я когда-нибудь ее заберу…

− Абстракция? Хорошо. Алекс держись, я с тобой.

− Помни об этих мелочах, и пока ты помнишь, я буду рядом с тобой. Пока родная, я тебя люблю… — опускаю трубку, и маленькая слезинка скатывается с опухшего века. Она — моя единственная надежда на то, что меня еще можно выкупить. Те, у кого эта картина мой последний шанс.

Тайлер

64 этаж 1 WTC (One World Trade Centre) — самое высокое здание Нью-Йорка с 2014 года. Я долгое время уговаривал отца разместить тут офис, поэтому при первой же возможности мы арендовали 10 этажей, и я заполучил просторный кабинет с видом на Гудзон. Передо мной открывался прекрасный вид, который давал понять, что у меня есть все необходимое в этой жизни и все это я получил самостоятельно без помощи отца.

Я поступил на кафедру информационных технологий, получив грант на образование, разработав новое приложение для одной известной компании. И при поступлении на работу в фирму Эванс Груп, я просил папу не вмешиваться. И так я занял должность Директора департамента по разработке и поставке информационно-коммуникационных решений. Иными словами моя команда разрабатывает новое программное обеспечение под специализацию каждого клиента. А если еще проще, то компьютер, смартфон или планшет всегда в моих руках.

Хотя мои возможности позволяли мне проводить время в дорогих заведения, этого я не любил и не понимал. Я тратил деньги только на качественный товар, но не всегда это было дорого. А вот люди, которые находились в этих роскошных заведениях, всегда были такими алчными. У большинства на уме были только деньги. А девушки вешались мне на шею, как только узнавали кто я. Поэтому я старался жить в ритме работа-дом и отдыхать подальше от суетливого Нью-Йорка.

Я смотрю в окно на оживленные улицы города. Вокруг не меняются только здания. Маленькие человечки ползут по своим делам, а машины пытаются поскорее проехать пробку, подавая сигналы, которые эхом отражаются от высоток, распространяя звуки будней на многие кварталы.

Стук в дверь вырывает меня из моих мыслей, и я разворачиваюсь от окна к двери. В кабинет входит мой отец и у него слегка озадаченный вид.

− Что-то…

− Да, случилось. — Обрывает меня отец, не дав договорить. — Помнишь ту девушку, работающую на Брайна Райта?

− Конечно, помню. Алексис. — Указываю на него карандашом, как бы задавая вопрос — точно? Чуть прищурившись, смотрю на него, ожидая продолжения этой истории.

− Да. Он продал ее. На аукционе «нижних» позавчера. — Твою мать. Я пропускаю вдох. Я помню эту девушку. Она милая, и такая маленькая, что кажется игрушечной. Темные выразительные глаза, которые приковывают внимание словно магнитом. И этот придурок — Райт. Я ненавидел этого урода. Особенно за то, как он обходится с девушками. Если бы отец не остановил меня тогда, в Hell, я бы уже разукрасил его гейское лицо. Как Алексис вообще оказалась в его обществе? Неужели повелась так же, как и все женщины, желая переспать с ним и оказываясь в ловушке? Но раз он продал ее, значит, так оно и есть. И это ее проблемы.

− Отец, это ее проблемы. — Делаю вид, что мне не интересно, и приступаю к просмотру документов, лежащих на моем столе.

− Это не ее проблемы, а наши.

− Какое отношение мы имеем к ней? Ты знаешь Райта. Если он продает «нижнюю», значит, либо переспал с ней, либо она провинилась.

− Нет, ты не понимаешь.

− Роберт. Ты остановил меня в прошлый раз, в клубе. Сейчас я прошу тебя — не вмешивайся в их дела.

− Тайлер. Она попала туда и по моей ошибке тоже.

− Что? — Что за чушь. Он-то здесь причем вообще? Ничего не понимаю.

− Я помог ей решить одну проблему, и должен был присмотреть за ней какое-то время. Но не сделал этого. Брайн продал ее клиенту, который перепродает ее сегодня вечером.

− Ну, ты ведь у нас добрейшей души человек — выкупи ее.

− Нет. Так тоже не пойдет. Нам нужен план, чтобы Райт не понял, что мы приложили руку к пропаже Алексис, так же как и с Тили.

− Тили?

− Да. Именно из-за нее Мисс Фишер сейчас по уши в проблемах. — Отец встает с кресла и став за спинкой, сжимает пальцами мягкую обивку. — Тайлер. Ты знаешь, что я не всему миру готов помогать. И если я обратил на нее внимание, значит она многого стоит.

− Да, конечно. Живя и работая в картинной галерее, я понял твою страсть к бесценным вещам.

− Значит так — либо ты помогаешь мне вытащить ее из того дерьма, в которое она попала, либо ты будешь жалеть об этом долгое время. Она не виновата, что я не до конца продумал свой план. А я не прощу, что с ней вытворяют черт знает какие вещи. А ты не простишь мне, если я возьмусь за бутылку, запивая злость на самого себя.

Конечно, Роберт не сделает этого. Но видя, что он придумывает бредовые идеи, чтобы я помог ему — значит, у него нет идеально построенного плана. Я встаю из-за стола и снова поворачиваюсь к окну.

− Идеи есть? — спрашиваю, опираясь рукой на стекло.

− Пока нет.

− Хоть что-то мы знаем? Время, место передачи? Кто покупатель?

− Нет. Никаких данных, — отвечает отец и встает рядом со мной, направляя свой взгляд на Гудзон.

− Элис сказала — вечером. Больше ничего не знает. Звонить ей рискованно. Брайн наверняка следит за ней. Она позвонила клиенту, представившись новым ассистентом Брайна. По договору они должны уточнять, как прошла первая ночь у нового Клиента. С нее мы больше информации не получим. У нас есть только имя и адрес.

Итак, нужно установить слежку за домом. Можно одолжить у Ника подслушивающее устройство, и у тех. персонала датчик GPS. Мы будем видеть маршрут. Или… Нужно сделать все так, будто это несчастный случай, или что-то подобное. Если мы ее перекупим, то Брайн натравит на нас своих псов. Если выкрадем — аналогично. Уж больно много внимания отец ей уделял. И все пути приведут к нам. А может сделать все проще?

− Итак, поехали. — Я сажусь за стол и открываю ноутбук. — Кто клиент?

− Маркус Леновец. Тот еще мерзавец. Видел я его, — говорит Роберт. — У тебя есть план? Может поделишься?

− Хочу отследить его последние звонки. — Запускаю программу и нахожу телефон Леновеца. На темно-синем экране появляется точка его местоположения, в соседнем окне список его последних разговоров и смс. С одним номером переговоры велись активно за последние 3 дня. — Надо проверить этого. — Указываю пальцем на номер телефона. И раскрываю перечень смс. Да, есть! Хорошо, что текст сообщений хранится на серваке 72 часа.

«22:00. Маунт Хоп.»

− У нас есть 7 часов. — Говорю отцу. — Мы не можем сами рисковать и продумывать план, чтобы вытащить ее. Все приведет к нам.

− Да.

− Я предлагаю позвонить Нику Бекеру. Заодно он получит двух засранцев и засадит их. Обставим все как облаву, — предлагаю я и закрываю крышку ноутбука. — Брайн не знает о наших связях с копами. А Ник не будет распространяться. Я считаю, что это идеальный вариант.

Роберт начинает мерить шагами комнату, просчитывая все риски.

− Хорошо, звони ему.

За 40 минут до назначенного времени я подъезжаю к черному внедорожнику, возле которого уже стоит мой друг с командой специалистов в бронежилетах. Маунт Хоп — это кладбище, на котором естественно в такое время никого нет. А если и есть, то бездомные или пьяницы.

− Привет. — Глушу двигатель своего мотоцикла и здороваюсь с другом. Черт. Я не видел его уже так давно. В институте мы жили в одной комнате, и у нас было неимоверное количество приключений, благодаря которым учеба не казалась такой занудной.

− Привет дружище. Значит опять впутался в какое-то дерьмо из-за девчонки?

− Скорее, она сама впуталась и нас впутала, — улыбаюсь я ему, все еще не отпуская крепкое рукопожатие. — Так давай глянем.

Я снимаю с плеч рюкзак и достаю оттуда лептоп, открываю программу слежения. — Машина Леновица в 20–30 минутах езды от нас. Как на счет второго?

− Их еще нет. Я выставил 6-рых людей по периметру. Если объявятся, то мне дадут знать. Сколько мужчин в машине везут ее?

− Неизвестно, но не больше четырех. Машина всего одна. Я проследил за ними, когда они отъезжали от дома.

− Тай, тебе нельзя так рисковать. Они могли заметить, что за ними хвост.

− Нужно было проверить, что она точно садится в эту машину. Я уехал сразу же, как только убедился в этом.

− Хорошо. Надеюсь, они ничего не заподозрили. — Ник кладет руку мне на плечо.

− Думаю, все в порядке.

Мы смотрим на датчик GPS, медленно движущийся по улицам города на экране и с каждой минутой приближающийся к нам. Я был абсолютно спокоен весь день, но чем ближе эта мигающая точка оказывается к нам, тем более волнительным все становится. Сейчас от нас зависит дальнейшая судьба Алексис. И я не могу показываться, чтобы не провалить все. То есть я здесь, и в тоже время не могу ничего сделать. От этого становится еще хуже. Но я точно знаю, что нужно вытащить ее оттуда.

− Бекер, одна машина на месте, — говорит голос из рации.

− Это покупатель, — говорю другу, указывая пальцем на все еще движущуюся точку на мониторе. — Алексис все еще везут.

− Так. Всем приготовиться! Занять позиции и ждать приказа, — говорит Бекер в рацию. — А ты оставайся здесь.

Через 7 минут подъезжает машина с девушкой. Но оттуда выходят только водитель и пассажир. Направляются к первым приехавшим и что-то обсуждают. Водитель подает знак рукой, требуя вывести Алексис. Обе пассажирские двери открываются, и оттуда выходят еще двое мужчин, ведя за собой Алексис.

− А вот и все, — говорит Ник. — Парни, пошли!

Все происходит как в детективах. Со всех сторон этих уродов окружает группа захвата, крича, чтобы те оставались на своих местах. Шум снимаемого с предохранителя оружия вперемешку с требованием лечь на землю лицом вниз. Но мужик, который вел Алексис за руку, хватает ее и успевает скрыться среди деревьев у обрыва. Блять!

− Ник. Алекс там! — указываю на кусты, в которые утащили девушку. Быстро сажусь на мотоцикл, делаю рывок ногой, чтобы завести мотор и на скорости ныряю в густоту деревьев. Они не успеют убежать от меня. Ветки бьются о мой шлем. Уклоняясь от них, я стараюсь разглядеть два силуэта. Оглядываюсь по сторонам — ничего.

− Проклятье, — я не мог вот так просто упустить их. Останавливаю мотоцикл и еще раз осматриваюсь. Но тут удар по спине валит меня на землю. Мужик, похитивший Алекс, наносит мне удары один за другим и получает в ответ. Я слышу громкий крик девушки, но не вижу, почему она кричит. Ее снова схватили? Я в бешенстве, переворачиваю противника на спину. Один удар, второй, третий. Его губа разбита, бровь рассечена. Кровь размазана по лицу, но я все равно продолжаю его бить за то, что он не остановился. Сглупил и уволок ее. Этим уродам хорошо платят за то, чтобы они так обращались с девушками. И их нужно наказывать.

− Эй, эй, эй! Остановись! — Ник оттаскивает меня от мужика, а полицейский уже переворачивает его на спину, заключая руки в наручники и зачитывая права.

Я перевожу взгляд на Алексис. У нее испуганный вид, и она прижалась к дереву всем телом, как будто желая врасти в него. Девушка не понимала кто я, потому что на мне все время был шлем. Я подхожу к ней, снимаю перчатки, поднимаю тонированное стекло шлема, чтобы открыть часть своего лица.

− Алексис, ты в порядке?

По ней этого совершенно не скажешь. Ее трясет от страха и вечерней прохлады. Паника окутала ее полностью.

− Та…

− Тссс. Да. — Слезы радости начинают стекать по ее щекам, а тело содрогается от всхлипов.

− Поехали отсюда. Мой друг все сделает. — Приобнимаю ее за плечи, но она сопротивляется и скидывает мои руки.

− Пожалуйста, не надо, — просит она меня. Ей противны прикосновения и она показывает это с диким отвращением и страхом на лице.

− Хорошо. — Показываю ей руки и прячу их под перчатками. — Тебе придется проехать в участок, чтобы дать показания.

Ее глаза моментально расширяются от страха.

− Нет…

− Тебе придется. Нам нужно сбить след. Ник выведет тебя с другого выхода, где тебя будет ждать наша машина. Послушай. Ему можно доверять. Не волнуйся. Скоро все закончится.

− Хорошо.

− Ник. Все как договаривались. Ее заберут. Все данные по машине у тебя есть.

− Да.

− Спасибо друг. — Протягиваю ему руку.

− Всегда рад помочь. — Отвечает он на рукопожатие. Я поднимаю с земли свой мотоцикл и уезжаю домой.

Она в порядке. Теперь с ней все будет хорошо. Чувство радости заполняет мое тело. Мне должно быть все равно, но нет. Мне чертовски нравится эта девушка. И чтобы я не думал о ней и о ее поступках, которые привели Алексис на работу к Брайну — я рад, что встретил ее. Но теперь нужно вернуть ее к прежней жизни, в которой нет насилия и прочей дряни. Я не знаю, что она пережила, но могу догадываться. Я еду по освещенным улицам, объезжая машины, которые сигналят мне вслед за слишком резкую езду. Но мне все равно. Нужно сказать отцу, что все прошло, как и планировали.

Добравшись до дома, я первым же делом нахожу отца, и он отправляет за Алексис машину.

− А что будет дальше? — спрашиваю его я.

− Я пока оставлю ее здесь. Хочу убедиться, что с ней все будет хорошо.

− Не самая гениальная твоя идея, — говорю ему, но в глубине души рад тому, что отца посетила эта мысль.

− Я просто должен убедиться, что с ней все будет нормально.

− Хорошо. Я тебя услышал. Пойду, распоряжусь, чтобы ей подготовили комнату. — Выхожу из кабинета, а в мыслях вертится только одно — «поближе к моей комнате». После сегодняшнего дня я тоже хочу быть уверенным, что она в безопасности.

Захожу в комнату, кладу ключи от мотоцикла на тумбу. В кармане куртки звенит телефон — Ник.

− Готово.

− Отлично. Я обязан тебе.

− Да. И вспоминай об этом почаще, — смеется друг и отключается.

Так она попала в наш дом. И в мою жизнь. Она спала в комнате, расположенной прямо напротив моей, и я мог вечерами слышать, как к ней стучится прислуга, давая понять, что принесли еду. Алексис закрылась, замкнулась и спряталась от всех в этой комнате. Это была ее крепость на ближайшее время, и я в нее не вторгался. Не видел ее. Она общалась только с Робертом. Уже неделю к ней ходят психологи, был и доктор. Отец говорит, что у нее шок, но она должна выбраться сама. Все что я мог — это слушать ее плач и крики от кошмаров, которые будили нас по ночам. И каждый раз она просила Брайна остановиться, не трогать ее. Умоляла. И с каждой очередной ночью злость во мне только усиливалась. Я хотел разорвать его на кусочки, растоптать так же, как он эту девушку, живущую теперь в соседней комнате. Хотел отнять у него все. Все это его семейное дерьмо, которое он так ценил и уважал. Сдать его Нику было бы слишком простым наказанием. Наверняка он бы откупился своими грязными деньгами.

Мой сон, будто рассеивающийся туман, пропадает из-за шума.

− Нет! Не трогай меня! Отпусти! Пожалуйста, Брайн! — очередной пронзительный крик Алексис. Снова. Мое сердце просто сжимается от этого. Как же я устал от этого!

Резко скидываю с себя одеяло и быстрым шагом выхожу из комнаты. Не стучу. Просто захожу в комнату девушки. Я тут не был с того момента, как она въехала.

− Алексис. Проснись. — Чуть трясу ее за плечи, приводя в сознание — Это просто сон.

− Сон. Это просто сон. — Заплаканная девушка резко садится на кровати. Ее тело все мокрое и горит. Дыхание очень быстрое. Ей было страшно во сне. Я могу только догадываться насколько. — Что ты тут делаешь? — спрашивает она.

− Я просто не могу больше, Алексис. Твои кошмары будят весь дом. Если ты самостоятельно не можешь справиться с этим дерьмом, которое с тобой произошло, то я буду делать это вместе с тобой. И мне плевать, хочешь ты этого или нет. Плевать, насколько тебе противно мое общество. Я просто буду тут. Я не причиню тебе вред. — Я встаю с кровати и сажусь в кресло, стоящее в углу напротив. — Просто дай себе возможность передохнуть, — говорю ей чуть слышно, чтобы успокоить ее и не спугнуть.

− Я постараюсь, — шепчет она и через пару минут проваливается в сон, как и я.

Глава 17

Yelawolf/Eminem — Best Friend

Алексис

Каждую ночь я вижу один и тот же сон. И каждую ночь я кричу. Дико. Мучительно. Надрывно. Это невыносимо. Невыносимо для меня и всех живущих в доме, в котором меня приютили. Но я не могу с этим совладать. Меня полностью поглощает и затягивает мгла — беспросветная мгла одного рутинно повторяющегося кошмара.

Вокруг сгущающиеся сумерки. Серое пустое шоссе с шуршащим вялым сухим листом по краям и желтыми прерывающимися полосками посередине. По бокам деревья без листвы с голыми ветвями. Босиком, я иду вперед по холодному асфальту, не видя перед собой цели и не понимая, зачем я иду. Я просто бреду вперед. Но резко асфальт под ногами начинает накаляться и плавиться. Мои ноги утопают в нем, как в сыпучих песках. По коже проходит мороз. Неужели я завязну в этом? Неужели не спасусь? Я в панике оглядываюсь и пытаюсь звать на помощь. Но мой голос сиплый и беззвучный, я слышу только хрип. Я кричу что есть мочи, понимая, что голос уже срывается, но его совсем не слышно. Пытаюсь помочь сама себе и выбраться, стараясь вытащить влипающие в жуткую липкую жижу ноги. Хватаюсь за ближайшие ветки деревьев, но они превращаются в красивые ухоженные женские руки с ярким маникюром и до крови впиваются в меня. Ветки соседних деревьев тянутся ко мне, превращаясь в плотные с тугими узлами веревки. Я тяжело дышу и пытаюсь увернуться, но их всё больше и больше. Вокруг эхом разносится его голос и ее смех. Но слов мне не разобрать, они как гром — то приближаются, то отдаляются. Воздух становится спертым, и дышать с каждой секундой тяжелее. Мне жарко, а тело покрыто испариной, которая маленькими капельками стекает по моему телу. Одна из ветвей-верёвок оплетает и стягивает мне шею, превращаясь в мужскую руку. Я поднимаю глаза на ее обладателя. Это он. Это Брайн. Новая волна ужаса проходит по мне жёстким электрическим разрядом. И без того колотящееся сердце готово вырваться из груди. Но я, собрав все оставшиеся во мне силы немного повернув голову, сдавленно кричу. Это всё, что я могу сделать. И слышу! Я слышу свой голос! И я кричу настолько, насколько могу. Это крик страха, отчаяния и безысходности. Он истошный и освобождающий от переполняющих меня эмоций панического ужаса.

Я просыпаюсь, крича в подушку. Снова. Меня сильно трясет, и тело покрылось испариной. Я как маленький зверек, загнанный в плен. Но он рядом со мной. Теперь каждую ночь Тайлер в моей комнате, и я преодолеваю это вместе с ним. Он спит в кресле напротив кровати, не касаясь меня. Он просто защищает и хочет успокоить меня своим присутствием. Как бы мне хотелось, чтобы каждую ночь, что он проводит возле меня, он проникал в мою голову и говорил, что это всего лишь дурной сон.

Но ночь проходит, и кошмары превращаются в бередящие душу воспоминания и навязчивые мысли. Тогда на помощь приходят доктор, которого прислали ко мне, и сам Роберт. Психолог рассказывает мне разные жизненные установки: что делать дальше, как это отпустить и как освободиться, но всепоглощающий страх и ужас, вселённый Брайном не так просто отпустить. Вытащить из меня всё, что я пережила — напрасная трата времени. Я не говорю ему ничего. Да и слушаю не всё.

Я больше слушаю Роберта. Его истории и воспоминания из жизни меня успокаивают. Вечерами он, уставший, садится в кресло с бокалом виски и начинает вспоминать. И он не просит меня ему отвечать, ничего не спрашивает, просто рассказывает. А я слушаю. Тихо, даже иногда, кажется, что отрешенно, но я внимаю его каждому слову. Как когда-то слушала отца. Когда он заканчивает историю, мы просто молчим: он — сидя в кресле, а я на подушках, упираясь в колени подбородком. Это и есть моя терапия, я молчу и слушаю.

Но сегодня, как обычно после ужина, Роберт не пришёл. Мне бы забиться в свою раковину, но без Роберта мне плохо, неспокойно. Это как зависимость и я изнываю, желая новую дозу.

Приоткрываю дверь из своей спальни и в открывшуюся маленькую щель смотрю в коридор. Когда мой взгляд привыкает к неяркому освещению снаружи, открываю ее сильнее. На этаже тихо и вроде никого не заметно. Выхожу из спальни, оглядываясь по сторонам, и с нерешительностью смотрю на лестницу вниз. Впервые я решаюсь, спуститься ли по ней самой. Но внутри щемящий душу страх начинает выбираться из своих задворок и истошно кричать, чтобы я вернулась и закрылась в комнате. Я одна. Я не с Робертом. Но он там, внизу в кабинете и с ним мне спокойно. Я сжимаю руки в кулаки и чувствую боль от впивающихся ногтей мне в кожу. Проморгавшись и сделав глубокий вдох, ступаю всё дальше, отдаляясь с каждым шагом от своего укрытия. Под ногами мягкая ковровая дорожка, прикрывающая дорогой и отблескивающий местами от светильников на стенах паркет. Мелькают картины, среди которых я узнаю лоты с аукционов. И вот она — лестница. Мне стоит только спуститься вниз и преодолеть гостиную, но я совсем не уверена, посильно ли мне это. Обхватив себя руками за плечи, я ёжусь, пытаясь прогнать панику и вспоминаю слова Роберта: «Здесь тебя никто не тронет. Ни один волос не слетит с твоей головы».

И я решаюсь. Опускаю глаза на ступеньки. Шаг, ещё шаг и ещё. Новый шаг и… подняв глаза, я встречаюсь с его взглядом. Пристальным. Выжидающим.

В страхе я спиной прислоняюсь к стене. Новая темная волна паники начинает захлёстывать с головой, и я чувствую покалывание в ладонях. Мне снова не по себе и по телу пробегает мелкая дрожь. Я должна вернуться в свою комнату. Резко обернувшись, хочу вернуться назад, но меня останавливает его мягкий и тёплый голос.

— Подожди. — Говорит слегка обеспокоенный голос за моей спиной. — Я тебе не враг.

Остановившись, но, не повернувшись, стою, закрыв глаза и опустив голову. Рядом со мной Тайлер. Но он не причинит мне вреда, не причинит, не причинит, — тихо повторяю сама себе. Взяв себя в руки, я оборачиваюсь и поднимаю голову вверх. Он стоит позади меня. Так же, как тогда в кафе. И в этот момент, спрятав в отдаленный уголок своей души страх, я смотрю на него иначе. Я вижу интересного рослого, уверенного в себе мужчину, с которым я флиртовала и который меня защищал.

— Я не притронусь к тебе, если ты сама этого не захочешь. Помнишь? — Говорит он, слегка наклонив голову, будто заглядывая не в мои глаза, а в душу.

Но мгновение просвета снова исчезает, и невидимые сети начинают затягивать меня назад, в бездну моего страха. Я хочу вырваться из этого плена, но он сильнее меня. Это слишком тяжело для меня.

— Тайлер я… — мотаю головой, а по щекам безудержно текут слёзы, — прости, но… — делаю шаг назад, — я не могу. Не хочу! Не хочу снова этой боли. Я этого не выдержу!

— Алекс. Алексис, посмотри на меня! — его тон заставляет меня смотреть ему в глаза. — Эта мразь поплатится за всё. Поверь. Я сделаю это, — Тайлер протягивает мне руку и внимательно смотрит в глаза.

Он готов рисковать собой ради меня? Он пойдет на такие жертвы? Я смотрю на него широко открытыми глазами, обдумывая его слова. Но ведь он сам был там, когда меня везли к новому владельцу. Он дрался с ними. Дрался за меня. Это ли не ответ. Сделав пару коротких вдохов и опустив глаза на его руку, я даю ему свою и Тайлер притягивает меня к себе. В его объятиях тепло и спокойно, и мой страх рассеивается в прозрачную дымку и тает с каждой новой секундой. Я неуверенно вдыхаю его аромат, который тут же растекается по каждой частичке моего тела, согревая меня до костей.

— Всё будет хорошо, — его рука скользит, тихонько поглаживая меня по спине, — ты не достанешься им. Ты не достанешься никому. Ты вольна сама всё решать, когда будешь готова. А до тех пор ты будешь со мной.

— Тайлер… — только и могу прошептать, не в силах выдавить больше ни единого слова, уткнувшись в его плечо. Просто не знаю, что я ему могу пообещать. Я не уверена сейчас ни в чем.

— Тссс, всё хорошо — он немного отстраняется и смотрит на меня, — я ничего не требую, чтоб ты что-то говорила. Мы сейчас просто зайдем в кабинет к отцу. Посидишь с нами? — он берет в руки прядь моих волос, проведя по всей длине.

Я молча киваю и мы идём в кабинет. Просторная комната, отделанная из дорогих пород дерева. На полу гладко отшлифованный лощеный паркет, овальный персидский ковер с густым ворсом. Посреди кабинета стоит массивный тяжелый стол из дуба, и такие же массивные кресла с искусно выделанной винтажной резьбой. На одной из стен висят картины с абстракцией, а на полу стоят две вазы из тонкого и совсем не прочного, но очень высоко оценивающегося Китайского фарфора. По другой стороне из того же гарнитура, что и стол с креслами, стоит большой книжный шкаф, в котором на верхних двух полках лежат книги, а на двух нижних — папки с документами и свертки, очень напоминающие свитки. Оглядев кабинет, я останавливаюсь на картине. Той самой, о которой я вспомнила в доме у посредника и говорила Элис. Я смотрю на неё с тихой благодарностью. Именно ей я обязана своей жизнью и своим присутствием здесь.

— Ты ее вытянул? — вопросительно подняв бровь и указывая на меня пальцем с бокалом виски в руке, спросил Роберт.

— Нет, она сама вышла.

— Садись, — он указывает мне на кресло и Тайлер подводит меня к нему, — Если ты вышла сама, то может тебе есть, что сказать. Налей ей немного вина, Тай. Девчонке нужно что-то ободряющее.

Тайлер оставляет меня в кабинете с Робертом. Обстановка уже привычная для меня. Я и Роберт наедине. И новый рассказ-воспоминание, который меня успокоит и согреет внутри так давно недостающим отцовским теплом и советом.

— Раз ты сама вышла… — он отпивает глоток из стакана и повернувшись на кресле вбок, откидывается на спинку кресла и задумчиво смотрит в потолок. — Райта я знаю уже лет пять и хорошо знаком с его бизнесом. Зачем ты к нему пришла, Алекс? Зачем?

— Я не знала… — тихо шепчу, опустив глаза на свои руки, собранные в замок и нервно поглаживаю кончиками больших пальцев слегка замерзшие от нарастающего напряжения костяшки. — Меня никто не предупредил. Я не собиралась с ним…

— Трахаться? — заканчивает он за меня, задавая очередной вопрос. — А подруга? Она что, не в курсе была? — он, развернувшись в кресле, смотрит на меня укоризненно в упор, — он продал всех. Всех до единой! Ты не стала исключением. У него со всеми было именно так: принял на работу, трахнул, продал. Легально или нет, через аукцион или так — неважно каким путем, но все имеют своих владельцев. И ты в том числе.

— Подруга на него работает не так давно, — я пытаюсь оправдать Элис перед Робертом. Знала ли она о судьбе предыдущих ассистенток? О том, что всех он продал? Не представляю. Ни одной бумаги не оформлено на него по девушкам, поэтому и не понять, кто и каким способом ушёл. — Она меня предупреждала. И я… — делаю глубокий очищающий вдох, прогоняя снова врезающееся в голову воспоминание о Райте, — я не собиралась с ним трахаться. Мне нужны были деньги вытащить из заставы дом моих родителей.

— Жизнь — тяжёлая штука, детка, — он разворачивается назад, снова откинувшись в кресле. — Иногда ты не можешь предугадать ее развороты и что она тебе подкинет. Я знал отца Райта. Властный деспот. Женщины были для него ничем. Одна вздумала с ним бороться, но… Знаешь, это как в русской рулетке — либо ты отхватишь куш, либо ничего. Она думала, что родив сына, отхватит куш. Он забрал у неё всё. Я слышал, что она смирилась и начала жить заново. Но к сыну она доступа не имеет. Он сделал для этого всё возможное. Так что, началось это давно. Ты просто стала очередной игрушкой в их коллекции, новым лотом.

Внутри щемит от тихого ужаса. Даже собственную жену, мать его сына он лишил всего. И вырастил таким сына. А я… Меня готовили изначально к этому. Теперь всё это стало ясным, зачем такие деньги, наряды и машина. Чтобы быть готовой стать сопровождением и вычурной утехой для хозяина. И продолжается это довольно долго. Я стала следующей в их списке. Но Элис. Что будет с ней? Он и её продаст? Внутри разрастается новое тревожное чувство. Переживание от неведения, что будет дальше с моей самой близкой подругой.

— Элис. Как ей сказать? Как ее предупредить?

— Никак, детка. Она сейчас, скорее всего, на прослушке и ее могут проверять. И мы пока не можем к ней близко подойти, это слишком опасно, Райт опасен. Для всех. У нас есть связи, но и у него их не меньше. Мы не можем высовываться. Пока. Но Тай что-то придумает, я поговорю с ним об этом.

Дверь с еле слышным скрипом открывается. Тайлер подает мне бокал и садится на кресло рядом.

— Отец, машина уже прибыла. Разгрузку начнут завтра. Там документы в грузе на предъявителя.

Роберт молча кивает сыну и поворачивается ко мне. В задумчивости потерев двумя пальцами подбородок, он внимательно смотрит на меня.

— Я всё ждал, когда ты будешь готова и хочу предложить тебе работу. Ты должна вылезать из того дерьма, в котором погрязла. Возвращайся к жизни.

Работа. Для меня? Смогу ли я сейчас взять себя в руки и переключиться? Справлюсь ли? Я не уверена. Но и жить своими кошмарами и страхами я не могу. Я просто этого не выдержу и сойду с ума.

— Что вы хотите мне предложить?

— Через три недели у нас будет проходить выставка. На ней будут представлены ценные вещи из моего дома и дома моего друга. Если согласишься, то ты должна будешь подготовить о каждой вещи подробную информацию, чтобы всё было достойно представлено. И для этого не нужно никуда выходить и ехать. Ты можешь сделать всё в доме. Тайлер тебе поможет. Он предоставит тебе технику и документацию. С остальной задачей ты уже знакома, ты же проводила аукцион. Такой же подход используется и в выставке. Видеовариант подготовят ребята Тая, а на диктора возьмем профессионала, подготовь сам текст. И если вдруг ты чувствуешь себя нахлебницей в этом доме, то вот твой шанс всё отработать.

Предложение кажется довольно простым. Я это знаю и умею. Это посильно мне. И я была согласна на работу у Эвансов еще давно. Смогу ли я? Не знаю, но я хочу попробовать.

— Я согласна, — смотрю на Роберта. На его губах мелькает лукавая улыбка, но она адресована не мне, а сыну. Он, немного щурясь, чему-то одобрительно кивает. Перевожу взгляд на Тайлера. Он тоже улыбается отцу, но чисто и открыто. Между ними завязан немой разговор, подробностей которого я не знаю. Но мне терять нечего, у меня больше ничего не осталось, чем бы я могла дорожить: ни родного дома, ни собственной чистоты и чести. Ничего. Одна пустота внутри. Глубоко запустившая свои корни в меня.

Я делаю несколько глотков вина и Роберт поднимается.

— Теперь спать. Завтра тяжелый день.

Мы выходим из кабинета, и я осматриваюсь вокруг. Просторный холл с высоким потолком, винтажная лестница. На полу стоят вазы с росписью и выделкой эпохи Ренессанса, на стенах висят портреты хозяев дома, а под ногами мягкая ковровая дорожка. Здесь тоже много дорогих и изысканных вещей, но нет ничего общего с домом Райта. Здесь уютно и обстановка вокруг не напоминает официоз в стенах музея. В конце холла открывается вид на террасу через высокие французские окна, и я хочу подойти туда. От самого вида террасы веет вечерней прохладой. Я делаю шаг по направлению к террасе, но Тайлер останавливает меня.

— Алекс, ты можешь подходить к окнам, но только так, чтобы тебя не было заметно и на саму террасу тебе еще нельзя. Мы пока не знаем, насколько глубоко щупальца Райта прощупывают нас. За домом может быть слежка, я сейчас проверяю это.

— Хорошо, — я киваю и осторожно подхожу к правому краю большого окна, став за занавеской и вдыхая свежий воздух полной грудью. За окном в свете дворового фонаря освещена лестница во двор, небольшой столик со стульями, клумбы с темными высокими кустами и цветами вокруг них. По всей территории я вижу непроглядные заросли кустарника, оплетающие забор и делающие его в ночном свете устрашающим. Мое воображение сейчас готово рисовать такие картины на всём, стоит лишь только закрыть глаза.

Немного подышав свежим воздухом, я возвращаюсь к себе в комнату. Но этой ночью я прошу его не приходить, и я одна. Я попытаюсь быть сильной. Истерик больше нет. На них просто не осталось сил и, кажется всё из меня вышло. Осталась апатия. Безразличие ко всему и себе. Что бы уже ни произошло.

Переодеваюсь и ложусь в кровать. Теперь у меня есть работа, и я буду хоть чем-то полезна для людей, не оставивших меня стоять над пропастью собственного безумия. Но как забыть, то что сом ной произошло? Как это запрятать подальше и никогда не возвращаться? Это невозможно. Кажется, что случившееся можно смыть только кровью. Но как это сделать?

Я снова и снова прокручиваю в голове разговор в кабинете. Первый за последних два месяца. Да, именно столько я не могла выйти из своей комнаты. В голове всплывают воспоминания о подготовке к аукционам, копание в документах и возня с оформлением. «Документы на предъявителя» — всё крутится в моей голове, но я никак не могу понять, почему держу эти слова в голове. — На предъявителя, — еще раз тихо повторяю сама себе и свожу брови к переносице, пытаясь сосредоточиться на этих словах. Конечно! Вот о чем речь! Словно вспышка, ответ мелькает в моей голове.

Я ненавижу Райта, ненавижу всем сердцем! Он меня растоптал и обесчестил. Он забрал мой дом — всё, что у меня было. Я закрываю глаза, и картинки из детства проносятся перед глазами. То время, когда я была счастлива. И то единственное, что я хотела сохранить, у меня отняли. Он отнял.

В груди снова щемит от боли, а из глаз непроизвольно скатываются слезинки. Мразь! Ненавижу. Ненавижу! По телу пробегает неприятная дрожь, и я открываю рот, глотая ртом воздух в попытке успокоиться. Адреналин блуждает по моему телу. Он забрал всё. Но по документам он не является хозяином своего бизнеса. Вот, о чем я забыла. А это значит, что есть надежда. Тайлер обещал мне, что Райт заплатит за всё. И мне всё равно, чем это кончится для меня. Важно теперь только одно.

В моих мыслях я начинаю вырисовывать картинку, словно я сижу с кистью как художник, только в руках у меня ручка. У каждого контракта свой исход Брайн Райт, и моим станет месть…

Глава 18

Frank Sinatra — L.O.V.E.

Брайн

— Вы нашли ее?

— Нет, мистер Райт. Ее нигде нет.

— А что на счет Эвансов?

— Мы следили за ними два месяца. В доме и возле него ее не видно. Телефон Роберта на прослушке, но ничего из того, что бы указывало на присутствие девушки в доме. Совсем. Если бы она была у них, то Эвансы давно бы где-то прокололись. Скрывать ее так долго — просто нереально.

— Дерьмо! — взяв стул за спинку, кидаю его в стену. Ярость и злость наполняют мое сознание на протяжении двух месяцев. Тело трясет от постоянного напряжения, а внутри всё клокочет от ярости: хочется орать, крушить все вокруг. Жар гнева расползается по всему телу. Каждый день я спрашиваю Коула о ее местонахождении. Каждый день я срываюсь на всех, а самое главное на Элис. Я вижу их страх, панику в глазах, но Элис не говорит мне, где эта шлюха. И очень надеюсь, что говорит она чистую правду. Иначе ее ждет то, чего еще не было ни с кем.

Куда делась эта сучка Алексис, кто ее забрал и главное куда?

Упираясь руками о стол, смотрю на портрет отца. Я не могу быть таким олухом, чтобы упустить какую-то девку, которая может поставить наш семейный бизнес под угрозу. Слишком многое поставлено на кон, а главное — моя репутация.

— Блять, я найду тебя, Фишер. Клянусь всем, — шиплю я. — Найду. — Поворачиваюсь к Коулу. — Продолжай следить за Элис.

Тайлер

За окном глубокая ночь. Я лежу в своей кровати, рассматривая на потолке тени от деревьев с улицы, колышущиеся под дуновением теплого летнего ветра. После проведенных двух месяцев спящим в кресле в ее комнате, моя кровать кажется раем, но сна ни в одном глазу. Я прислушиваюсь к звукам за дверью, но ничего не слышу: ни всхлипов, ни плача, ни крика. Это первая ночь, когда ее не беспокоят кошмары. И я пытаюсь понять почему. Может все же наша с отцом теория была верна, и ей просто нужна была новая цель в жизни? Я видел страх в ее глазах, когда встретил ее вечером в коридоре. Но после нашего разговора она будто посмелела, в ней снова появилась маленькая искорка. Но для нас это целая искра надежды, которая вернет ее не к существованию, а к полноценной жизни.

С каждой ночью, которую я провел рядом с ней, наблюдая за тем, как она спит, и с каждым ее случайным прикосновением ко мне во сне, я понимал, что больше и больше привязываюсь к ней. Странно это осознавать, сравнивая ее с остальными женщинами, ведь намеренно она не приложила к этому никаких усилий. Я допустил это сам.

Алексис выглядела уставшей, с темными кругами под глазами, худой и безжизненной. Но в то же время она была все той же хрупкой и маленькой Алекс, которую я встретил впервые в баре. Я понимал, что только мы сможем вернуть ей тот огонь и радость в глазах, которые были у нее прежде и придавали ей тот едва уловимый чарующий шарм, способный покорить и поставить добровольно на колени. Думаю, именно на это я и попался.

Я поворачиваюсь на бок и, укрывая себя одеялом, закрываю глаза. Но спустя двадцать минут понимаю, что я не смогу уснуть, пока не проверю, что с ней все хорошо. Черт, кажется это становится навязчивой идеей.

Встав с кровати, я надеваю белую футболку и завязываю шнурки пижамных штанов, которые так и норовят сползти вниз. Я тихо открываю дверь своей комнаты и подхожу к ее. Стоит ли делать это? Вечером Алексис попросила оставить ее одну.

Я тяну руку к дверной ручке золотого цвета, но замираю, затаив дыхание. Черт. Я боюсь, что если открою эту дверь, то не смогу оставить ее одну. За каких-то пару месяцев, она стала так нужна мне. Просто необходима. Каждый день я мчался с работы, чтобы только узнать как у нее дела или увидеть. Но когда я был рядом, то мы молчали. Эта потребность была непонятной для меня. Несмотря на то, что с ней сделал этот урод, мне все равно хотелось прикасаться к ней, обнимать, целовать. Я старался держать свои мысли под контролем, чтобы не дать волю рукам, иначе это стало бы непоправимой ошибкой.

— Твою мать! — стону я и упираюсь лбом в дверь, но рука уже поворачивает ручку, и я толкаю ее вперед.

Девушка спокойно лежит в кровати, укрывшись белым одеялом. Ее волосы растрепанно разметались по подушке и несколько прядей упали на лицо. Мне становится жарко, и я сглатываю от того, что во рту все пересохло. Но мои ноги уже привели меня прямо к ее постели. Все как во сне или трансе, я вообще не соображаю и половины, когда она рядом со мной или в поле моего зрения. Тянусь рукой к упавшим прядкам и убираю волосы с ее сонного лица, от чего ее носик слегка морщится.

— Мама? — тихо произносит девушка, а я, напрягаюсь, думая, что она проснулась и делаю шаг назад, затаив дыхание. — Мама, я буду мстить. Я должна, — тихим рокотом произносит она и медленно переворачивается на другой бок.

Мстить? Это она о Райте?

Я быстро выхожу из комнаты, и тихонько прикрываю дверь, чтобы не разбудить девушку. От услышанного мой сон просто отбило, поэтому я решаю спуститься на кухню и налить стакан молока.

Твою мать, что она задумала? Надеюсь, она не про этого мудака. Я не дам, просто не позволю сделать это без меня или еще что хуже — в одиночку. Но она ни за что не расскажет мне или отцу о своем намерении, в этом я уверен. Будет молчать, и держать все в себе, как и было все два месяца. Упрямая до невозможности. А эти чертовы психологи, что они там ей наговорили? Только дохрена денег на них ушло.

Открыв дверцу холодильника, я достаю пакет молока, и наливаю белую жидкость в прозрачный стакан. Несколько больших глотков утоляют мою жажду, и я, облокотившись на стол локтями, кладу голову на руки.

Как же я устал. Устал понимать себя и пытаться понять ее. Что мне это даст? Почему я повяз в этом? Но я не могу себя пересилить, она снова цепко засела в моей голове. И я опять возвращаюсь мыслями к ее сну: что же ты надумала, девочка? Какие мысли роятся в тебе. Нет, нельзя тебе позволить наделать глупостей. Ни в коем случае.

— Мистер Эванс? — слышу за спиной испуганный голос горничной. Подняв голову, я вижу седовласую женщину в длинной сорочке, которая пытается отдышаться, поскольку не ожидала меня встретить так поздно.

— Прости, Лиза. Такая жара. Решил выпить молока, — поднимаю стакан с остатками молока.

— Хотите, я что-нибудь приготовлю для вас? — спрашивает она, направляясь к холодильнику.

— Нет, нет, что ты! Я, пожалуй, пойду спать.

Поднявшись к себе, я снова нахожусь в пустой комнате, но теперь, как только моя голова касается подушки, я тут же проваливаюсь в глубокий сон.

От громкого стука в дверь я словно подскакиваю лежа в кровати.

— Какого черта? — оглядываюсь по сторонам, замечая, что в комнате уже очень светло и солнечные лучи легко пробиваются сквозь прозрачный тюль. Перевожу взгляд на будильник — начало десятого. — Дьявол! — бубню я и утыкаюсь лицом в подушки.

Мое тело ломит, как будто я не спал неделю и наматывал круги по Центральному парку. Глаза совсем не открываются, а сознание не готово просыпаться и я снова моментально проваливаюсь в сон. Но резкий и громкий стук вновь приводит меня в чувство.

— Кто там?

— Тайлер, это Алексис.

— Алексис? — резко и быстро я сажусь на кровати, пытаясь собрать все мысли в голове. Что ей нужно. Осматриваю себя. Я все еще в футболке и пижамных штанах. Но вот утренний стояк может все подпортить, поэтому я натягиваю одеяло повыше и кладу сверху подушку, чтобы она ничего не заметила. — Можешь войти.

Дверь моей комнаты открывается и девушку освещают солнечные лучи, пробравшиеся в окно и заполнившие часть комнаты, где дверной проем и силуэт Алексис. Она другая. Уже нет того безжизненного взгляда, хотя он до сих пор грустный, без блеска и загадочной искорки, которую я так жажду увидеть. И все, что мне хочется прямо сейчас — это затянуть ее к себе в постель и не выпускать до тех пор, пока улыбка не покажется на ее лице. Но на одном этом мои мысли не остановились и пошли дальше, вместе со взглядом. Я начинаю рассматривать ее, а она все так же молчит. Волосы неряшливо разбросаны по плечам, обтягивающая майка подчеркивает каждую линию ее стройного, но слегка исхудавшего тела. Штаны висят, как и мои, на одних бедрах, оголяя полоску ее нежной кожи живота, по которой хочется провести языком и услышать ее вздох удовольствия.

— Роберт сказал вчера, что ты выделишь для меня компьютер, чтобы я могла приступить к работе, — вырывает она меня из фантазий, и я немного трясу головой, возвращаясь в реальность.

— Точно. Да. Было что-то такое вчера, — чуть улыбаюсь, на что девушка обхватывает себя руками, прячась от меня. Видимо я все таки переборщил с гляделками. — Давай тогда так. Я сейчас встану, умоюсь, оденусь и спущусь в кабинет. Советую сделать тебе то же самое, — указываю рукой на ее внешний вид, — и мы…

— Зачем? — перебивает она меня.

— Прости? — непонимающе смотрю на нее.

— Зачем мне одеваться? Ведь мне нельзя выходить из дома, подходить к окнам. Или мы куда-то пойдем?

— Нет-нет! Все верно, тебе пока нельзя. Но… — делаю паузу и с неуверенностью смотрю на нее, стараясь сформулировать фразу так, чтобы не обидеть ее, — конечно, тебе можно выглядеть тут так, как тебе захочется. Но ты давно смотрелась в зеркало? Где та девочка, которая сверкала в баре ярче всех ламп и фонарей при нашей встрече. Где та красотка, которая флиртовала со мной одними лишь глазами и уголком губ. Ты должна вернуться к нам. Я не прошу делать это сразу. Постепенно. Понимаешь? — заглядываю к ней в глаза еще раз, убеждаясь, что она понимает, что я не хочу обидеть ее, на что получаю небольшой кивок головой.

— Вот и отлично. Давай просто начнем с душа. И скажем, через… — смотрю на часы, стоящие на прикроватной тумбе, — мы встретимся в кабинете через 30 минут.

— Ладно. — Так же тихо, как она вошла, дверь в мою комнату закрывается, и я снова остаюсь один. Закусив нижнюю губу, падаю на подушки, потирая лицо ладонями. Она просто невероятна. Я хочу ее только от одного присутствия рядом.

Через 2 часа мы сидим в кабинете. Она попросила разрешения остаться здесь, пока я буду работать. Возразить я не смог. Всё во мне хочет видеть ее рядом, ощущать её присутствие всем телом, чувствовать её аромат.

Я сижу за столом, набирая письмо по работе, и изредка гляжу на девушку. Она взобралась с ногами на диван, стоящий напротив моего стола. Черный матовый ноутбук, стоящий на ее коленях издавал характерные щелчки, от бьющих пальчиков по клавиатуре. Волосы, легкими волнами спадали на плечи, скрывая от меня ее лицо. Но я представлял ее выражение, поскольку пару раз она ловила меня за подглядыванием. Лоб слегка сморщен, от прилагаемого ею усердия. Периодически прикусывала большой палец, если что-то не получалось, после чего следовал вопрос, адресованный мне. Но между вопросами возникала жуткая и непривычная для меня тишина, давящая со всех сторон. Я не мог сосредоточиться, зная, что она тут. Уже полтора часа я пытаюсь написать всего две строчки, но мое внимание рассеянное и находится рядом с ней на диване, пытаясь прочитать ее мысли. Мне хотелось знать о ней как можно больше. Каждую мелочь в деталях.

— Алексис, — как бы невзначай начинаю я, и делаю вид, что продолжаю работать, барабаня по клавиатуре. — Какое твое самое приятное воспоминание? Расскажи мне о себе, — поднимаю на нее взгляд и смотрю на озадаченное выражение лица девушки. — Давай просто немного поболтаем. Ненавижу работать в тишине.

Недолгая пауза, говорящая мне, что она не хочет делиться ничем, становится для меня чем-то неописуемым. За минуту, на ее лице появляется столько эмоций: тоска сменяется легкой улыбкой, мечтанием, а затем злостью.

— Каждую субботу вечером, мы устраивали на заднем дворе барбекю… — она опускает глаза и задумчиво смотрит на обивку дивана. — Папа жарил мясо, а мы с мамой готовили салаты. А затем, наевшись, мы расстилали плед на траве и смотрели на звезды. А если на улице шел дождь или день выдавался пасмурным, то папа устраивал это звездное небо на чердаке, — Алекс улыбается, и такая теплая и мягкая улыбка озаряет ее лицо впервые. — Мама готовила индейку или пиццу. Это было невероятно и волшебно. — Сияющее лицо девушки, по которому скатилась одинокая слеза, снова сменилось на жестокое.

— Твои родители тебя очень любили… — делаю я заключение. А что на счет братьев и сестер? — уже отрываясь окончательно от лэптопа, облокачиваюсь на стул и внимательно слушаю, осматривая ее.

— Элис. Мы с ней знакомы с раннего детства. Она всегда была рядом. Мы были не разлей вода. Я считала ее сестрой, а родители второй дочерью. В детстве у нас даже были браслеты, — начинает смеяться. Черт, да! Действует! — Они были сделаны из скрепок для бумаги. И пока мы их носили, то всегда знали, что мы есть друг у друга. — Алексис потирает запястье левой руки, на которой видимо она и носила этот браслет. — Но после смерти родителей я поняла, что выросла из этой сказки, в которой мы жили. Поэтому все осталось там. В доме…которого тоже больше нет.

— Эй, не смей раскисать. Мы придумаем, как вернуть тебе его. — Облокачиваюсь на стол, смотря на нее сердитым взглядом. Этот урод будет преследовать ее в воспоминаниях еще очень долго. И ей нужно учиться выкидывать это дерьмо из головы.

— Итак, завтра аукцион. Ты успеешь подготовить все необходимое для его проведения?

— Я уже почти закончила. — Алексис поворачивает ноутбук ко мне дисплеем, но я все равно ничего не вижу издалека.

— Ничего себе. Неудивительно, что отец так хвалит тебя, — улыбаясь, я почесываю затылок. — Он умеет найти ценных и нужных людей. Но я вот о чем. — Встаю из-за стола и подхожу к ней. — Нам нужно вывести тебя из дома.

Ее глаза моментально расширяются. Паника застилает все в ее голове.

— Нет-нет. Не волнуйся, пожалуйста! — сажусь прямо перед ней на колени и кладу ноги на ее колени, чтобы постараться подбодрить. — Нам просто необходимо сделать это. Хочу подготовить тебя заранее, чтобы для тебя это не было таким шоком. Мы не знаем, кто именно может быть здесь завтра и насколько тесно они общаются с Брайном. Рисковать нельзя. Мы сделаем все по-тихому и незаметно. Хорошо? — Она молчит. Тупо смотрит мне в глаза, пытаясь переварить все мною сказанное. — Я буду с тобой. Буду рядом. Слышишь меня? — беру ее лицо в руки. — Я не отдам тебя ни ему, ни кому-либо другому. Ты будешь со мной и только со мной. Ты можешь говорить мне все. Все твои страхи и переживания, волнения, воспоминания, что нравится, а что нет. Я хочу, чтобы ты открылась для меня. Только для меня и никого больше! Никогда! — Все слова, словно из открывшегося крана, вытекают. Сердце стучит, в ушах шумит, но я не могу остановиться. Я хочу поцеловать ее. Дико, страстно. Не отпускать ни на секунду больше!

— Мне… — начинает она тихонько, — нужно к этому привыкнуть, — выдыхает. — А ты точно будешь рядом?

— Ни на дюйм от тебя не отойду. Ни на долю секунды.

— Хорошо. Хорошо, да. — Она неуверенно моргает, но кивком головы соглашается.

Весь день мы проводим вдвоем. Она все так же готовит отчет на аукцион для отца, а я наблюдаю за ней. Немного успокоив свой пыл, у меня получается поработать, но я все равно украдкой смотрю на нее.

С каждым часом у меня созревает идея, как провести наш завтрашний день. Но нужно уладить несколько идей, как вывести Алексис из дома.

Я пишу четкие распоряжения охране. В течении всего вечера, ночи, и завтрашнего утра, они будут осматривать периметр в радиусе пятисот метров. Нам не нужны спонтанные и незнакомые гости. В назначенное время одновременно к главному и черному входу подадут машины, в одну сядет девушка из прислуги, а мы скроемся во второй. Если же слежка будет, то приведет не к той. А тем временем мы будем уже далеко. Наташа — одна из горничных, и та, кто будет завтра нашей подставной уткой. Она получила задание съездить в магазин и купить шикарную одежду для себя на завтра, которую, конечно, оставит себе в дальнейшем. Наташа приобретет и что-то неброское для Алексис: джинсы, кеды, кофту, футболку.

На следующий день, с каждым часом, к приближению аукциона, напряжение девушки нарастало. Это было заметно: ее глаза метались от меня к Роберту, она что-то теребила в руках, постоянно ходила по дому. Но я все проверил четыре раза. Все чисто и спокойно. Поэтому нам пора выезжать.

Все проходит по плану. Водитель, который везет Наташу, говорит, что хвоста нет. За нами тоже, и я немного успокаиваюсь.

Мы едем по пустой дороге, ведущей Алексис в неизвестность, это видно по ее лихорадочно блестящим глазам. Желтые прерывающиеся линии уносят нас все дальше от дома, за город. Деревья по краям обочины пропускают последние лучи заходящего солнца. И снова эта тишина.

— Все в порядке? — спрашиваю ее?

— Да, — отвечает Алексис, резко дернувшись, и я понимаю, что неожиданно для нее выдернул ее из мыслей. Хотелось бы мне знать, что происходит у нее в голове.

— Волнуешься?

— Немного.

— Ты не против, если я включу музыку? Как я уже говорил — ненавижу тишину.

Алексис разводит руками в сторону, показывая, что ей все равно. И в этот момент салон наполняют звуки музыки — Frank Sinatra — L.O.V.E

— Ммм., — слышу стон девушки. — Мне он нравится, — говорит она, улыбаясь и поднимает ноги на сиденье. Я этого не люблю, как и все мужчины, но ничего ей не говорю, чтобы она могла расслабиться. Ведь для этого все и задумано.

— Серьезно?

— Да.

— И мне, — ухмыляясь, я продолжаю смотреть на дорогу и изредка коситься на девушку.

Спустя час мы приезжаем на мое излюбленное место. Солнце уже давно село, предоставив место ночи окутать небо темным покрывалом. Здесь никого не бывает, только дикая природа. Озеро и небольшая поляна, скрытая от глаз человека за раскидистыми ветками деревьев. Кругом щебечут кузнечики и сверчки. Неподалеку слышится кваканье лягушек и еле слышный шорох травы у воды. О пришвартованную к берегу лодку гулко шлепается вода, а где-то плещется рыба. Запах свежести наполняет легкие с первого вдоха. Луговые цветы, свежая трава и вода. Все в одном приятном букете. Я люблю бывать здесь. Хоть я и ненавидел тишину, но иногда хотелось сбежать из шумного города, подальше от рабочих дел. И это самое лучшее место.

— Боже! Как здесь красиво. Тайлер. Это великолепно!

Я улыбаюсь самому себе, гордясь своей маленькой победе. Все внутри меня трепещет. Я словно маленький ребенок, получающий одну награду за другой.

Открыв багажник машины, я достаю собранный для нас пакет продуктов и красный плед.

— Если замерзнешь, то в машине есть толстовка — можешь взять.

— Спасибо.

Я расстилаю плед на траву и разжигаю костер. Нам не хочется говорить. Мы молча смотрим на яркие языки пламени, которые поднимаются вверх, согревая нас своим жаром, а искры костра гаснут в прохладном вечернем воздухе.

— Я думала, что самым худшим для меня может быть только смерть родителей, — начинает говорить Алексис, и ложится на спину, устремляя взгляд на звездное небо. — Но после того, что он сделал со мной, и я представить не могу… мне было стыдно, больно, страшно. — Я сглатываю, понимая, что она открывается мне, с каждым мгновением. А ведь я не психолог, я мать твою, просто могу взорваться, если она вывалит на меня все это. — Последнее время я думала, что не справлюсь, что буду жить в этом вечном кошмаре, в который он меня посадил. Но чего я не ожидала, — она немного поднимается и несмело смотрит мне в глаза, — так это того, что в моей жизни появитесь вы с Робертом. Вы каждый день поддерживаете меня, даете веру, надежду, крышу над головой, еду, а теперь еще работу. Ты спас меня, рискуя собой. Спасибо тебе, Тайлер. Огромное спасибо за все!

Я ложусь рядом с ней, касаясь своим плечом ее.

— Я всегда здесь и буду рядом. Ты вошла в мою жизнь в том баре. И я благодарен этому уроду, что смог узнать тебя.

— Я не смогу его забыть. — Она шумно выдыхает и закрывает глаза. — Не смогу отпустить все то, что он сделал мне, и неизвестно, что он делает сейчас с Элис. В моей голове водоворот мыслей. И словно это какая-то лотерея, в которой нужно вытянуть свой счастливый билет. Я не знаю, что делать, забыть, помнить или же…

— Мстить? — спрашиваю ее я, приподнимаясь на локте и смотря прямо в ее карие глаза.

— Да… — неуверенно шепчет она. — Откуда ты?

— Узнал? Ты говорила во сне. — Мне кажется, на ее бледных щеках появился легкий румянец.

— Да, мстить. Мне хочется отнять у нег все. Растоптать его.

Я ее понимаю. Чем больше я смотрю на нее и вспоминаю прошедшие два месяца, и этого урода с ней, тогда в баре, когда он схватил Алексис и потащил по коридору, тем сильнее мне хочется сдавить пальцы на его шее. Ярость тут же растекается по венам, словно горячая вода по трубам, обжигая меня, и накаляя каждую клетку моего тела. Я начинаю нервно щелкать пальцами руки, пытаясь унять растущее напряжение….

— Ты серьезно хочешь мстить?

— Да. Хочу. Я хочу, чтобы он вернул мне мои хорошие воспоминания. Это самое дорогое в моей жизни — дом родителей!

— Ты же знаешь, что я иду с тобой до конца?

— Тайлер, тебе не нужно, — она мотает головой, а в глазах девчонки наворачиваются слезы.

— Нужно! — перебиваю ее уверенным голосом. Беру за руки, чтобы девушка села. Смотрю в ее глаза и говорю то, что давно уже хотелось, чтобы она поняла. — Я хочу, чтобы ты уяснила раз и навсегда! Я не знаю, какой была твоя прежняя жизнь, и каких мудаков ты в ней повстречала. Мне не важно, как скоро ты начнешь доверять мне, потому что понимаю, через что ты прошла. Но я со сто процентной уверенностью могу тебе сказать, что больше ты никуда от меня не денешься. Я буду твоей тенью или ангелом-хранителем — решать тебе. Моя жизнь теперь перевязана с твоей, и я буду рядом всегда, чтобы ни случилось, где бы мы не были и сколько бы времени на часах не было.

— Но… — я знаю, что она скажет, поэтому обрубаю сразу все на корню. Резким движением я притягиваю ее за шею к себе, впиваясь в мягкие губы девушки. Она такая тёплая и нежная. Голова начинает кружиться, сердце бешено колотится в груди. Я запускаю вторую руку в её шелковистые волосы, удерживая ее, чтобы не разорвать этот момент. Мне не важно, ответит она или нет, замкнется снова или нет. Я просто нуждаюсь в ней. В ее прикосновениях. Я просто знаю, что нужен ей. Крепко зажмуриваю глаза, в которых сияют мириады разноцветных искр счастья. Воздуха не хватает, и я отрываюсь от неё, прижавшись лбом к её голове, смотрю в её глаза. — Я просто не смогу отпустить тебя больше ни на секунду в этой жизни, Алексис. Я буду бороться за тебя до конца. И я с тобой. Я буду с тобой. И я не смогу успокоиться до тех пор, пока мы не оставим этого урода ни с чем, лишив его всего. Мы разотрем все его идеалы в порошок, заберем все, чем он дорожит. Я готов сделать это для тебя. — Моя речь прерывная от нехватки воздуха и ощущения её на моих губах. Но мне важно услышать её ответ. Готова ли она ко всему, что произойдёт дальше. — Ты со мной?

Глава 19

Evanescence — Hunted

Месть, месть, месть… это слово в голове словно засело, вгрызлось прочными когтями и рвет остатки маленькой и потерянной души, спрятавшейся где-то глубоко за пределами скрытого от посторонних глаз уязвленного сознания. Оно разрывает на части и терзает жуткими воспоминаниями, которые, кажется, не покинут меня никогда. Да, мне этого не забыть и не смириться. Он забрал у меня всё и я жажду отмщения, сладкого чувства свершившегося правосудия, когда он будет потерян и ему покажется, что земля из-под ног уплыла. Только тогда я буду по-настоящему счастлива и, пройдя всех этих докторов и психологов, я готова на любые жертвы, мне больше нечем жертвовать, зная, что я не живу, а лишь внешняя оболочка меня существует.

Чувство мести застилает темно-пурпурной дымкой глаза, и ты не видишь больше ничего, тобой движет только оно. На что ты способен ради неё? Чем готов пожертвовать? А что если и жертвовать больше нечем, когда от твоей сущности остались лишь ненависть и безразличие ко всему? И я готова на всё ради вендетты, которая поглотит нас троих, но будет свершена жестоко и безжалостно.

Могла ли я подумать, что я стану такой? Бесчувственной и во мне будет столько ненависти, что кажется, хватит стереть с лица Земли всех неугодных. Что от милой и весёлой девушки не останется ничего, кроме поблеклого обличья.

Но что бы я себе не надумывала, мне есть, чего опасаться. Он меня ищет. Он прислал сюда свою ищейку и расставил чертовы жучки по всему дому. Обеспокоенный Роберт прямо с порога предупредил нас и везде снующая охрана с пищащими приборами обыскивала каждый уголок дома. Теперь я безопасности не чувствую нигде, даже в своей спальне.

Отблески меркнущих ночных огней на потолке сменяются первыми светлыми бликами занимающегося рассвета. После очередного мучающего меня кошмара я не могу уснуть. Уже в который раз, хоть и прошло время. И Тайлер… только благодаря ему я не кричу, не плачу, не мечусь в истерике, но, когда я засыпаю, тонкая грань реальности и моего подсознания стирается и это повторяется. Отдаленно, уже не так четко, и я наблюдаю это как-то со стороны, но даже как для наблюдающего, это насилие выглядит жутко, бесчеловечно и отвратительно.

Сажусь на кровать и ежусь от пробегающих по телу мурашек, потирая плечи. Меня снова пробирает до костей. Но как-бы я себя не чувствовала, я твердо настроена. Я воспользуюсь любой возможностью, чтобы ты расплатился Райт. Сполна. Чтобы я стала твоим непрекращающимся кошмаром, и каждое следующее утро не спасало тебя от осознания того, что это только сон твоего больного извращенного воображения. Ты сгоришь в Аду Райт, и будешь там париться в собственной гнили долго и мучительно. «Ох, деточка. Только вместе с тобой» — отдаленным эхом в голове звучат ответом его слова, но меня это уже мало пугает. Я уже там, я уже это прохожу и всей искалеченной душой желаю, чтобы его жестокость поглотила и расплющила его самого, прихватив с собой мерзкую и похотливую суку Миранду, заблудшую в собственной алчности и желчи.

В комнате становится всё светлее и светлее. В бессоннице я встречаю рассвет. Меня гложет и другое. Тот поцелуй Тайлера на пикнике. Я не оттолкнула его, но и не смогла ответить. Глубоко втягиваю носом воздух и натягиваю одеяло на колени, чувствуя как зябнут пальцы и снова воспоминание мягким окутывающим теплым туманом меня затягивает в тот вечер. А что я могла?

Наши воспоминания, его забота обо мне, жаркие слова и сам поцелуй… Этот человек многим рискует ради меня. Очень многим. Он рискует даже собственной жизнью. Но почему? Я кусаю губы в одолевающих меня сомнениях, пытаясь выстроить логическую цепочку из собственных хаотично мелькающих воспоминаний и догадок.

Почему Роберт звал меня на работу к ним? Я им показалась очень ценным специалистом в области искусства? И перед аукционом в баре, что тогда от меня хотел Тайлер? И когда Элис с ними связалась они рискнули…рискнули своим именем, статусом, а Тайлер собственной жизнью, чтоб меня перехватить при перевозке. Зачем им это?

И внимание Тайлера ко мне. Это совсем не жалость, как мне казалось раньше. Этому должно быть какое-то другое объяснение. Теперь я уже знаю о его симпатии ко мне, но именно это ли им движет помочь мне?

Переодевшись после душа, я спускаюсь в кабинет Роберта, еще до завтрака, в надежде, что привычные его обитатели еще спят. Но при открытии двери я подскакиваю от неожиданности, и из горла вырывается возглас, видя в кресле дремлющего Роберта. Черт. Так и оставшись в дверях, перевожу дыхание. Я стала совсем неуравновешенна.

Но он никак не реагирует. Неспешными шагами крадусь к дивану за своим ноутбуком. Мне нужно чем-то заняться, иначе мои мысли снова поглотят меня целиком и унесут в бездну моих страхов, сомнений и гнетущих кошмаров.

Тихо, как и вошла, забираю с дивана ноутбук с зарядным шнуром и поспешно стараюсь покинуть кабинет, пока его хозяин не проснулся и не обнаружил меня рядом.

— Куда собралась, Алексис Фишер? — слышу позади себя хрипловато-сонный голос Роберта. — Не нравится работать в моей компании?

Ох. Я так и замираю, закрыв глаза и прижимая к себе ноутбук от того, что меня таки застали врасплох. Черт. Сейчас придется оправдываться. Нужно срочно что-то сообразить, но как назло ничего толкового на ум мне не приходит, и я выдаю, что крутится в голове.

— Мне просто не спится, думала посмотреть ещё раз материалы, — разворачиваюсь к нему и натягиваю нелепую улыбку, — доброе утро. И я Алексис Джейн Фишер.

— В без четверти пять? — он, приоткрыв глаза, щурится, глядя на наручные часы и подозвав меня пальцем, указывает на кресло, — садись Алексис Джейн Фишер.

Громко выдохнув, плюхаюсь в кресло вместе с ноутбуком. И что-то тихо мне подсказывает, что сейчас мы совсем не будем говорить о работе. Всё утро я терзалась догадками, и я хочу сама знать больше, почему Тайлер так жаждет мне помочь.

— Роберт, у меня вопрос и…это касается Тайлера, — я опускаю в нерешительности глаза вниз, не в силах смотреть на него прямо, — почему он рискует так собой? Я много думала, но…не может же дело быть только…

— В том, что ты интересуешь моего сына, как женщина? — заканчивает за меня он, потягиваясь и выравнивая спину в кресле. Так просто. Господи, мне бы такую решительность.

Я чувствую, как заливаюсь краской до кончиков ушей и щеки начинают гореть, а дыхание учащается. В смущении я заламываю пальцы. Как же невозмутимо это прозвучало! Но он прав, это меня тоже тревожит.

— Ну да, — я кладу ноутбук на колени и нервно сцепляю пальцы в замок, — но ведь это не причина, чтобы так рисковать собой.

— Ты думаешь? Разве мужчины не совершают безумства, необдуманные и отчаянные поступки ради женщин? Или ты считаешь, поработав с Райтом, что вы недостойны этого?

— Не знаю… — я неуверенно мотаю головой, — я уже ни во что не верю. Но в вашем случае вам виднее и я тоже хочу знать, что за всем этим стоит.

— Лично у меня на Райтов свои планы. Их этот бизнес… моя жена, как и ты, работала на Райта-старшего. Свой бизнес я только начинал и был почти всё время в офисе. Она тоже погашала наш кредит, но он хотел от неё большего и она оставила нас ради него. Тай остался один, совсем еще мальчишкой… Но, и с ним она не была счастлива. Его сынок точно такой же. Райт-старший отнял у меня самое дорогое — мою семью и я поклялся, что не успокоюсь, пока эта гнида не сгниет в собственном дерьме.

О Господи. У меня перехватывает дыхание, горло сдавливает как удавкой и я закрываю ладонями лицо от гнетущей правды. Так вот в чем дело. И они… они тоже пострадали не меньше меня. Сколько же женщин и семей от их рук пострадало? И сколько это еще будет длиться? Сколько новых судеб будет искалечено?

И мое воображение снова начинает представлять жуткую картину искалеченного, а может и вовсе лишенного полноценной семьи и счастливого детства мальчишки. Мне жаль Роберта и Тайлера. И они так же, как и я, хотят мести. Но знают ли они то, что известно мне? Может это и есть тот шанс, который я ищу?

— Роберт, а насколько далеко вы готовы пойти ради своей мести? — сделав глубокий очищающий вдох, решительно задаю вопрос, понимая, что готов он на многие вещи, если был лишен самого дорогого.

— У тебя что-то есть на Райта? — на его лице мелькает настороженность и заинтересованность.

— А жучки? — я с опаской осматриваюсь по сторонам, визуально проверяя безопасность обстановки.

— Всё нормально, охрана всё проверила. Говори.

— Когда к вам пришёл груз с документами на предъявителя, я вспомнила, что это где-то уже мелькало в моей работе. И потом я вспомнила. Документы о бизнесе Райтов, они все на предъявителя. Они еще значатся таким умным названием Геншта, Анш…

— Анштальт? — Роберт удивленно вскидывает брови вверх, перебивая меня.

— Да, да. Точно. Анштальт, — согласно киваю головой.

— Это интересно. Надо разбудить Тая детка. А что еще такого ты знаешь?

— Больше ничего. Но меня интересует хоть какая-то информация о доме моих родителей. Что с ним и в каком он состоянии.

— Это мы можем попробовать узнать. Но нужен Тай, только через его людей нам сейчас реально что-то узнать. Значит так, я иду за сыном, а ты на кухню за завтраком и кофе. Остальное обсудим в столовой, — с этими словами он резко встает и помогает мне подняться.

Мне неловко при Тайлере, ведь я избегала его после пикника почти неделю, но я чувствую себя уже немного увереннее, зная и их историю. И теперь все кусочки пазла становятся на место — они хотят того же, что и я и терять им нечего.

— Так что такое анштальт? — нетерпеливо спрашиваю уже у Тайлера, смотря ему прямо в глаза и понимая, что так решительно я на него смотрю впервые. Впервые за последние месяцы я живая и заинтересованная. У меня есть цель, четкая и ясная.

— Анштальт, это очень специфическая, даже можно сказать уникальная форма организации бизнеса, представляющая собой гибрид классической компании с ограниченной ответственностью и частного фонда. Она не выпускает акций. Права и обязанности в Анштальте разделены между Учредителем и Бенефициарами. Райт похоже это использует как накопления и инвестиции, ну а так же все активы передаются по наследственности. Если простым языком, то тот кто держит в руках эти бумаги по факту обладатель этого бизнеса. Но как в это дело влезть? Анштальт практикуют только несколько стран Европы и довольно закрытых.

Неужели никак нельзя влезть в его систему. Я же там была. Я отпиваю глоток кофе и напряженно пытаюсь вспомнить все, что могу с аукционов. Контракты. Точно. Может это может что-то дать?

— Я подписывала контракты на покупку девушек, как представитель Райта.

— Да, но твоя электронная подпись может быть заблокирована и большой вопрос, являешься ли ты сейчас совладельцем этой гнили, — Роберт переводит свой озадаченный взгляд на Тайлера, — проверишь это?

— Да. Мы должны просчитать каждый шаг. Любая оплошность здесь может иметь катастрофические последствия. Но если бумаги действительно на предъявителя, то в теории ее можно поставить туда как Бенефициара* (совладельца-прим. автора) или даже как доверенное лицо Учредителя.

После завтрака я снова возвращаюсь в кабинет за ноутбуком и работаю дальше над информацией по лотам. Я стараюсь полностью уйти в работу, но после сегодняшнего обсуждения за завтраком мне очень сложно переключиться и не думать действительно о том, что меня беспокоит. Но я стараюсь хоть что-то делать. Они так много уже сделали для меня, что это наименьшее, что я могу сделать для них. Но время тянется и тянется, кажется, каждая минута уходит на часах со скоростью улитки в ожидании хоть какого-то продвижения. И мне остается только ждать, погружаясь в информацию о предметах искусства, приготовленных на выставку.

Уже после обеда горничная просит меня спуститься к Роберту в кабинет. Я срываюсь с места и, чуть не сбив горничную с ног, почти бегом преодолеваю коридор и лестницу на первый этаж. Забыв даже постучать, так без стука и влетаю в кабинет, учащенно дыша.

— Алекс, смотри, — он разворачивает ко мне экран ноутбука, увеличив изображение, и я замираю. Дыхание перехватывает, а во рту моментально пересыхает. На экране красочными привлекающими буквами мелькает надпись о продаже, а под ней выставлен мой дом, место дорогое для меня, начиная от каждого кирпичика, и заканчивая маминой любимой столешницей. По спине подневольно проходит холодок страха. Нет. Нет. Нет! Я не могу его отдать! Это моё, то, что грело мне душу последние годы, то чем я жила и дышала.

— Дело в том, что мы сейчас под слежкой и никак не можем выкупить твой дом, как и ты. По поддельным документам можно всё вычислить: и кто эти люди на самом деле, и кто делал эти документы. Здесь лазеек нет, я уже думал, но, увы детка, — Я перевожу свой взгляд на Роберта, полный боли и отчаяния, но он только разводит руками. — У Райта много концов и щупалец, он всё может узнать.

Они спасли мне жизнь, но то, что мне было дорого, от меня уплывает, как вода просачивается сквозь пальцы, и я не могу это предотвратить. И вот он момент, когда понимаешь, что у тебя нет ничего: ни гордости, ни чести, а теперь еще и детства.

Я смотрю на экран ноутбука, и на глаза наворачиваются слёзы, а к горлу подкатывает ком. Закрываю рот рукой, чтобы не вскрикнуть от отчаяния. Сколько, сколько я ещё должна вытерпеть в своей жизни? За что?

— Но у нас есть один вариант спасти этот дом, — слышу позади меня уверенный голос и приближающиеся шаги Тайлера, — и это единственный способ тебе помочь. Мы можем его купить законно и так, что и придраться будет не к чему. Ты сможешь. До конца аукциона 8 часов, документы будут готовы за 5, а значит, у тебя есть всего час подумать Алекс.

— Подумать? — я моментально оборачиваюсь к Тайлеру, — над чем? Каким образом я его куплю?

— Как моя жена, Алекс. — Он выпрямляет плечи и кажется ещё больше и выше, чем обычно. Его взгляд твердый и решительный, то, чего так не хватает мне.

Стать его женой? Но как я смогу ей быть, если я даже не могу ответить ему на поцелуй? Если я стала бесчувственной и мне страшно быть с мужчиной. Я не знаю… не уверена, что смогу решиться на такой шаг. Что если он захочет от меня большего?

— Я…я не могу…мне, — кажется, что легкие покинул весь воздух и дышать по-просту нечем, — мне нужно подумать…

— Ну думай Алекс, думай, — Роберт разворачивает ноутбук к себе, — времени не так много, чтоб оформить на тебя новый документ.

Но если я стану Эванс, то что это даст? Ведь Райту хорошо знакома их фамилия.

— Но как вы это хотите?.. — я в ступоре не могу понять их план действий и способ мне помочь. — Ведь он знает хорошо вашу фамилию.

— Основную — да, но у Тая есть и фамилия его матери и его полное имя Тайлер Стоун-Эванс, а меня ты сегодня познакомила со своим вторым именем, не так ли? Ты же можешь быть как Алексис Эванс, так и Джейн Стоун. И документ не будет поддельным, ты будешь истинной и единственной хозяйкой своего дома, всё зависит от тебя.

Вторая фамилия? Да, вот об этом я и подумать не могла. Но Тайлер, ведь согласившись сейчас я могу дать ему ложные надежды или он движим только тем, что и я? Но решается судьба единственной моей светлой частички утерянной души, которую я могу спасти своим решением и если выбора нет, то я решусь на это, но прежде всё-же я хочу с ним поговорить. Мне нужно знать, чего он ожидает от меня.

— Тайлер, — чувствую, как по всему телу проходит волна дрожи и голос подрагивает. Я сглатываю, пытаясь взять себя в руки, но у меня это совсем не выходит. Я в полной растерянности. — Мы можем поговорить одни? — поворачиваюсь к нему и вижу как резко очерчиваются его скулы от напряжения, а во взгляде мелькает тревога. Этого я и боюсь, зная, что не совсем безразлична ему.

— Идём, — он открывает мне дверь и мы выходим из кабинета. Закрыв дверь, полностью оборачивается ко мне, заглядывая в глаза, отчего я снова чувствую неловкость и возникает пауза. — Не тяни, говори, что тебя беспокоит?

— Мы… — я неуверенно начинаю выдавливать из себя по слову, — то, что между нами должно быть, если я стану…Стоун-Эванс.

— Ничего, — его ровный тон и невозмутимое выражение лица снова вводят меня в ступор и я невольно от удивления открываю рот.

— Ничего? Совсем? То есть как… — кажется нить моего понимания утеряна и я совсем озадачена, — но… а тот поцелуй?

— Алексис. Я повторю тебе еще раз, пока ты сама этого не захочешь, ничего не будет. Я не заставлю тебя.

Я не уверена, что это правильное и хорошее решение, но оно одно. Другого шанса спасти единственную дорогую вещь в жизни у меня нет, а если Тайлер меня понимает… Нет, он не может понимать, от просто терпит и ждёт, но… к черту всё, пусть ждёт.

— Я согласна.

— Ты уверена? Алексис, я не думаю, что это будет обременительно, но для всех в этом доме ты будешь моей женой и иногда я буду рядом. Ну а если позовешь… — Но я поднимаю руку, останавливая его в неуверенности, хочу ли я слышать дальше то, к чему еще не готова.

— Я уверена пока только в первой части договоренности, я хочу мой дом, но Тай… — мой голос срывается и я почти шепчу, — я не могу обещать тебе большего, чем жену на бумаге. Пока не могу.

Его взгляд мрачный и серьезный, но он кивает и молча открывает мне дверь. Я чувствую себя последней дрянью, неблагодарной, но… и отдать себя я тоже не могу. Дать ему надеяться, что я смогу? Смогу быть с ним, если я сама не уверена в этом? Как? Но это меня не останавливает и я даю своё согласие на оформление документов.

Мою электронную подпись и данные по чипу отправляют и к глубокому вечеру я становлюсь Джейн Стоун-Эванс. Мы следим за аукционом и Роберт выставляет самую высокую из ставок, почти в полтора раза увеличив стоимость и оставив данные контрагента Джейн Стоун.

Остаются считанные минуты до конца и я не свожу взгляда с экрана. Три…две…одна…От волнения я кусаю губы и слышен хруст моих пальцев от нервного напряжения. Господи, хоть бы получилось. Хоть бы он был мой! От ожидания последних секунд пульс дико зашкаливает и сердце, кажется, забыло о своем привычном ритме.

Истекают последние секунды и аукцион завершен. Последняя ставка остается за Робертом и в владельцах мелькает моё имя.

— На сервер пришло сообщение о покупке, пересылаю его на вас, — Тайлер смотрит на Роберта, и снова опускает глаза в монитор своего ноутбука.

— На сервер? — непонимающе переспрашиваю.

— Райт не должен отследить наш IP-адресс, это тоже самое, что и персональный номер мобильного.

— Ясно, — киваю головой, теперь понимая, о чем идёт речь. Это наша безопасность.

Окончательно завершив сделку и отправив деньги на один из расчетных счетов Брайна, меня отправляют спать. Но сон всё не идёт. Долго ворочаясь, собираю единую картинку, которая выстраивается у меня за сегодняшний день: я снова владею своим домом, родным и таким дорогим для меня местом и я жена Тайлера, не настоящая, но всё-же. Мне трудно и как-то не по себе об этом думать, но возможно, он захочет, чтобы я ею стала, и что тогда? Смогу ли я преодолеть свой страх и поверить мужчине?

Но я даже и сравнивать их не могу. К Райту я никогда хорошо не относилась. Я боялась этого человека, слушала его и подчинялась. У меня было к нему влечение, о чем сейчас гадко и тяжело вспоминать, но, этим всё и ограничивается. С Тайлером же мы изначально непринужденно общались, я даже флиртовала с ним. Тогда, в баре, он показался мне надёжным и уверенным мужчиной и что-то в нём меня задело…но…как воскресить те чувства заново?

Тревожимая этими мыслями, но спокойная за свой родной уголок, я засыпаю и в снах я не вижу, как обычно, раздирающие и выворачивающие меня на изнанку кошмары. В этом сне я вижу свой дом, такой, каким видела его в последний раз, вижу себя, подписывающую бумаги и… улыбающегося Тайлера. Он кружит меня на руках, а я дико визжу от восторга и мы падаем на мягкий и щекочущий кожу газон перед моим домом. На дворе лето, солнечно и я вдыхаю полной грудью. Дышится легко и свободно и ничто больше не затягивает меня в темноту, тот непроглядный туман, захватывая меня в оковы, из которых невозможно освободиться. Из дома выходят мама и папа. Они обнимают меня, Тайлера и…маленькую девочку, похожую на него. Я, затаив дыхание и с неведомым мне благоговением смотрю, как родители целуют эту девочку, улыбаются мне и снова пропадают за закрытой входной дверью дома…

И я просыпаюсь. Мне тяжело дышать, от того, что я в действительности затаила во сне дыхание от изумления. Ребенок. Мой и Тайлера?

Не рискнув выйти из комнаты и спуститься на завтрак, я снова сажусь за ноутбук и сославшись на головную боль, прошу подать завтрак мне в комнату. Хотя есть совсем не хочется, но я знаю, что Роберт следит за тем, чтобы я ела.

И снова, преследуемая мыслями о вчерашнем дне, но теперь уже в добавок к этому еще и воспоминаниями о сне, я стараюсь уйти в работу. Но стук в дверь заставляет меня отвлечься и я поднимаю голову.

Вежливо извинившись, горничная вносит длинный чехол и коробку, сообщая, что это я должна надеть сегодня и в 17:00 спуститься в гостиную. Оставив чехол на кресле, она поспешно ретируется, оставив меня наедине с новыми вопросами.

В недоумении я слажу с кровати и поднимаю с кресла чехол. Раскрыв молнию я медленно и изумленно рассматриваю содержимое. Это элегантное платье из тонкого серого кружева, длинной в пол, и с длинными рукавами, украшенными островками стразов бирюзового цвета, обвернутое по плечам, а затем спускающейся спереди полоской голубого атласа, заколотой в районе талии брошью. Оставив его на кресле, открываю коробку. В ней лежат закрытые туфли на шпильках, привлекающие своей необычностью и эксклюзивностью. В стиль платья они двухцветные. Вычурно и искусно вырезанная черная кожа со вставками голубой по бокам в виде вензелей перехватывает и соединяет тонкими, как из кружева ленточками темную основу носка и пятки.

Платье настолько богато и изысканно выглядит, что не требует к себе никаких дополнительных украшений. Но надевать такой наряд меня настораживает. Мы снова куда-то поедем? Но мне опасно выходить за пределы дома, сюда ведь снова могут попасть люди Райта.

Мучимая и одолеваемая сомнениями к 17 часам я всё-же надеваю платье и туфли. Довольно давно я ничего такого не надевала, но на удивление я не чувствую себя некомфортно. Платье совсем не тяжелое и абсолютно не сковывающее движений, хоть и плотно облегает фигуру. Туфли на очень удобной колодке и в них достаточно долго нужно проходить, чтоб ноги начали болеть и наливаться.

Спускаюсь в гостиную, где меня встречает Роберт, в темном костюме, с бокалом виски в руках.

— Шикарно выглядишь, девочка, садись, — он кивком указывает мне на кресло. — Держи, — привстав, Роберт подает мне со столика рядом бокал белого вина.

— Мы куда-то едем? — я оглядываюсь по сторонам в поисках Тайлера.

— Нет. Это слишком рискованно, тем более теперь, когда всё завертелось.

— Тогда… я не понимаю к чему всё это, — вопросительно смотрю на Роберта, но он мочит и с многозначительной улыбкой на губах отпивает очередной глоток виски.

— Подожди, совсем немножко. Уже ужин подают и через пару минут нас позовут.

— Знаете, я всё думала… Почему вы меня хотели взять на работу? Только ради того, чтобы я вам помогла? Сейчас я знаю, что наша цель с вами одна, но вот тогда? Вы тогда хотели воспользоваться тем, что он меня подпускал к его бизнесу? Это было вашей целью?

— Воспользоваться? Я бы так не сказал… — он встает с дивана и галантно предлагает мне локоть для сопровождения. — Но ты права. У меня есть своя цель. Всё имеет какую-то ценность и идею. — Мы выходим из гостиной и останавливаемся, — посмотри вокруг, что ты видишь?

Я смотрю на длинный коридор, увешанный множеством картин, статуи и прочие изысканные и дорогие предметы искусства на подставках.

— Да все верно, я вижу, что ты смотришь в правильном направлении. Каждый товар имеет свою цену, и чем он старше, тем ещё дороже я смогу это продать, — мы проходим, всё дальше углубляясь в конец коридора. — На аукционе я узнал, что ты приложила руку к поиску весьма редких элементов, и понял, что ты будешь самым лучшим вложением средств. Дело не только в деньгах, Алексис, которые ты сможешь принести мне, — Роберт тяжело вздыхает и снова делает глоток. — Дело больше в Тайлере. Я жил в бедной семье, недоедал, работал с 7 лет. И я не хочу этого для моей семьи. Ни для сына, ни для внуков. Я вижу, как Тайлер смотрит на тебя. — Я резко останавливаюсь, но Роберт продолжает идти дальше. — Ты нужна ему Алекс, как ни одна из женщин, но… — он поворачивается ко мне и смотрит в сторону столовой, — по-видимому там всё готово, идём, — так и не договорив о Тайлере, он снова подставляет мне локоть и в смятении я машинально следую за ним.

Столовая имеет немного иной вид, чем обычно. Всё те же стены бежевого оттенка, длинный стол, 8 стульев, справа от меня у ближней стены стоит всё тот-же современный камин, напротив висит картина мастера эпохи Ренессанса, но как обычно комната не освещена настенными светильниками. И на столе и на камине и на небольшой полке — всюду стоят канделябры и комната мерцает мириадой отблесков, отражающихся от столового серебра и разбросанных по всей комнате.

Стол накрыт на троих и рядом стоит выездной столик и накрытым блюдом. Всё словно застыло в ожидании. И в мерцающих бликах в дальнем конце комнаты я вижу его: в темном строгом костюме с белой рубашкой. Он держит в руках одну-единственную белую розу и маленькую коробочку, оббитую бархатом.

Мне становится жарко. Я чувствую, что кровь, быстро разгоняемая подскочившим уровнем адреналина шумом отдается в голове. В комнате и, казалось, в почти в невесомом платье становится тесно и трудно дышать. По позвоночнику один за другим бегут болезненно-отрезвляющие разряды.

Роберт отпускает мою руку и отходит в сторону, а я так и стою, где стояла в оцепенении и не в силах вымолвить и слова. Уже дико звенит в ушах и хочется убежать, снова спрятаться у себя в комнате, но тело словно налилось свинцом и кажется непомерно тяжелым.

Тайлер медленно, шаг за шагом подходит ко мне и поднимает мою руку, целуя костяшки пальцев. Не в состоянии ни что-то сказать, ни даже нормально дышать, я стою, просто наблюдая за его действиями. Он протягивает мне розу и у него в руках остается коробочка.

И всё проясняется. Я точно знаю, что сейчас происходит, и наверняка уверена в том, что, находится за этим плотно обтянутым бархатом. И объяснение всему происходящему одно: я пришла на собственную свадьбу.

Глава 20

Christina Aguilera — Hurt

Тайлер

Этот монолог в моей голове не дает покоя ни секунду. «Она нужна мне? Конечно нужна, придурок. А если ей не нужен я — ни сейчас, ни потом? Потом я сделаю все, чтобы она отдала мне себя всю, а не только на бумагах».

Каждую минуту, которую мне удавалось наблюдать за ней, я видел в девушке перемены. Она попала в этот дом испуганной, закрытой, измотанной, напоминая щенка, которого потрепала жизнь, и он не представляет, что произойдет дальше. Но через некоторое время Алексис начала меняться. Может быть она и сама того не замечала, но в ней появлялась искра. Тот живой огонек в ее глазах, что давал мне надежду «на нас», что ее еще можно вернуть к жизни. Вернуть именно ту Алексис Фишер, которая сидела за барной стойкой с моим отцом в этом дерьмовом клубе Райта. Ту, что даже когда он схватил ее и потащил по коридору, все равно была сильной, смелой и дерзкой женщиной, не смотря ни на что.

И теперь она стоит передо мной. В невероятном, сногсшибательном платье. Не знаю, как я смотрюсь со стороны, но я готов наплевать на все и наброситься на нее прямо сейчас. Но снова мой внутренний голос твердит о том, что я должен ждать. Ждать ее. Я даже начинаю понимать этого урода — Брайна. Осознаю, почему он так ее желал. Как можно описать бриллиант? Мне кажется, что все слова в мире меркнут перед одним этим словом из девяти букв. Она — это мой собственный драгоценный камень, которым я не намерен делиться никогда и ни за что, чего бы мне это не стоило!

Протягиваю к ней розу, желая, чтобы она сама подошла ко мне ближе. Это даст мне еще одну маленькую надежду на то, что я не безразличен ей, и она может доверять мне, а самое главное готова это делать. Но Алексис смотрит на меня в шоке. Я представляю, что происходит в ее голове. Да пошло оно все к черту!

Я делаю медленные шаги в ее сторону, каждый из которых дается мне с трудом. Меня трудно назвать неуверенным или нерешительным, но сейчас все мое тело будто окаменело и напоминает стену из мышц, которые не хотят шевелиться. Но я тону в ее шоколадном взгляде, который в тусклом свете стал почти черным из-за расширенных зрачков. Шаг. Шаг. Ещё один… И я рядом с ней. Чувствую, что сердце находится во всем теле, потому что я ощущаю каждую вену, по которой стучит пульсирующая кровь, разносящая адреналин к каждой части моего тела. Меня окутывают мурашки, появившиеся из живота и волной распространяющиеся по всей груди, после которых остается тепло.

Беру руку Алексис и подношу ее к своим губам. Нежная, мягкая, но я чувствую, как ее трясет. Я целую пальчики, надеясь, что это хоть немного успокоит ее. Протягиваю розу, которую она принимает, но смотрит на маленькую коробочку в моей руке. Я ощущаю каждую ворсинку бархатной шкатулки, которая прячет внутри обручальное кольцо.

— Ты ведь все понимаешь? — говорю ей чуть хриплым голосом. Девушка смотрит прямо в мои глаза, а потом переводит взгляд на моего отца.

— Для чего это все?

— Алексис Джейн Фишер. Я могу только догадываться, сколько всего тебе пришлось пережить в своей жизни. И каждый раз, когда я смотрю на тебя и замечаю маленькую складочку на лбу от переживаний, то мое сердце сжимается вместе с твоим. Согласна ли ты стать моей женой, которую я буду оберегать от всех кошмаров в реальном мире и в твоих сновидениях, каждую минуту. Я понимаю, что у нас с тобой есть договоренность, и хочу, чтобы ты запомнила для себя — ты сама управляешь своей судьбой. Здесь нет священника, и эта свадьба для персонала и всех в этом доме. — В этот момент я открываю перед ней коробочку с золотым кольцом, затаив дыхание в ожидании ответа, и тишина звоном отдается в моих ушах. Я не замечаю отца. Сейчас есть только мы с ней. Я слышу ее глубокие вдохи, и ощущаю аромат луговых трав от геля для душа, которым наполнены все ванные комнаты.

Взгляд Алексис метается: кольцо, рука, мое лицо, в сторону. Она обдумывает ответ и мне кажется, он будет нихрена не положительный. Секунды длятся словно часы, и мои волны бабочек в теле теперь напоминают не прилив, а скорее отлив в море. Будоражащие чувства начинают растворяться где-то, унося с собой всю сказочность этого момента. Это была идиотская идея!

— Тайлер, я…. — в ее глазах до сих пор нерешительность, и я уже знаю ее ответ на сто процентов. — Не знаю. Не могу.

— Ни хрена, Фишер. — Достаю сам кольцо, взяв в свою руку ее, надеваю на безымянный палец золотую оправу. — Я уже повторил тебе, что буду оберегать тебя, чего бы мне это не стоило. И это для твоего же блага.

— Сын, — слышу голос отца, пытающегося успокоить меня, но нет. Меня это чертовски разозлило. Каждый ее отказ дается мне нелегко, и сейчас, когда мы стараемся помочь ей, она идет на попятную.

— Нет, отец. Дай закончить, — перевожу взгляд с Роберта обратно к Алексис.

— Если ты хочешь мстить. За себя. Вместе с нами, — намеренно расставляю паузы между словами, чтобы подчеркнуть всю значимость происходящего, — то ты должна сделать это. А если ты готова отступить, чтобы Райт и дальше продолжал свои делишки, издеваясь над всеми, в том числе и над твоей подругой Элис, тогда ты можешь вернуть мне это кольцо и идти куда хочешь. Но я могу тебя заверить со всей серьезностью — ты не выйдешь за пределы этого дома. Я просто не отпущу тебя! Никуда! — Яростное дыхание вырывается из меня. И, кажется, все это дерьмо, которое я только что сказал, снова могло напугать ее, но нет. Алексис смотрит на меня уверенным взглядом, переваривая то, что я только что сказал. — Я просто не смогу никуда отпустить тебя от себя… — уже шепчу ей, чтобы услышать могла только она. И все еще держа ее руку, мы оба смотрим на кольцо, погружая комнату в очередную паузу тишины.

— Хорошо, — говорит девушка. — Но у меня есть просьба.

— Весь во внимании, — чуть прищуриваясь, смотрю на нее.

— У меня начинается новая жизнь, ведь так?

— Это будет зависеть только от тебя.

Я вижу в ее глазах огонь. Страсть и бурю чего-то нового. Жизнь? Желание жить? К ней что, вернулось все то, что было в баре? Или это только мое желание?

— Называйте меня Алекс. Алексис я была раньше. Наивной глупышкой. Теперь я Алекс, которая хочет отомстить за все слезы и страдания, которые пришлось мне пережить. И за те кошмары, которые переживали вы вместе со мной. Отныне я буду Алекс Стоун.

Чего? Она всегда была такой? Бойкая девчонка спала за ширмой, и проснулась? Я начинаю смеяться над ее словами, вызывая у нее и отца удивленный взгляд.

— Договорились, Алекс Стоун-Эванс. — Я не хочу снова отталкивать ее, поэтому обняв и прижав к себе довольно крепко, целую прямо в макушку. Черт, если она всегда была такой, то просто добьет меня своим характером.

— Ну что, жена и старичок, давайте к столу.

Весь ужин я наблюдал за ней. Больше я не был тем, кем был с ней все время до этого. Убрал нелепую осторожность и был просто собой. Рассказывал смешные истории из жизни, особенно университетских времен. И Алекс начала смеяться. Действительно смеяться. И этот звук становился для меня самым прекрасным в мире. Только сейчас я понял самую главную ошибку, которую допускал с ней. Я относился к Алексис, как к бабочке, которой мог сломать крылья одним прикосновением или даже словом. Но она не такая. Алекс достаточно сильная, чтобы пережить все это дерьмо. Просто нужно было время, и я не должен был вести себя с ней, как с маленьким ребенком. Теперь все будет по-другому.

Поднимаясь наверх к нашим комнатам, я беру Алексис за руку.

— Я рад, что ты вернулась к нам. Твои глаза наконец-то сияют тем огоньком, который был при нашей первой встрече. Это радует. — Мы подходим к комнатам и останавливаемся, но я ее не отпускаю.

— Это все лишь благодаря вам с Робертом. Я действительно обязана вам многим. Не каждый человек может пойти на такое ради меня и без корыстных целей. Я бы даже сказала, что вообще никто. — Глаза Алексис бродят по нашим переплетенным рукам, а я играю с ее колечком на безымянном пальце, чтобы удостовериться, что это все не сон и происходит наяву. Все слишком быстро, целеустремленно и затуманено произошло, что хочется ущипнуть себя, чтобы проснуться. Но ощущая тепло ее рук и гладкость желтого металла, я понимаю, что все реально, и это заставляет сердце снова стучать сильнее. Делаю глубокий вдох и выдох, собираясь с мыслями.

— Алексис, — начинаю говорить, но ее руки сжимаются в моих, и я понимаю, что она просила не называть ее так. — Алекс, прости. Алекс. Все хорошо. У нас у всех есть какая-то выгода. Я знаю, что отец уже успел рассказать про нашу судьбу и поведать обо всех невзгодах. — Закатываю глаза. — Но если мы можем кого-то спасти, то лично я сделаю это. Особенно после того, как встретил тебя. Я не такой урод, как он. И мой отец тоже не такой. Мы нормальные и адекватные люди. Но все же желание дать под зад этому говнюку у нас есть. И ты стала тем самым спусковым крючком, который нам был необходим. Который был необходим мне. И я не знаю, что будет дальше, но… — в этот момент она прерывает меня. Затыкает мой рот своими губами, чтобы я просто перестал нудеть и поцеловал ее. Она такая теплая, нежная. Я ощущаю вкус вина и фруктов, который кружит мою голову, унося подальше из коридора. И как только ее язычок касается моих губ, я погибаю. Я не могу контролировать себя. Чуть присев, чтобы ей было удобнее, я обхватываю ее лицо руками, прижимая еще ближе к себе. Миллиарды огоньков в моем сознании начинают вертеться по кругу, двигаться по непонятной траектории и вспыхивать новыми оттенками, вызывая во мне возбуждение, которое накатывает волнами все сильнее и сильнее, от чего член начинает твердеть. Ее рука ложится на мою грудь, и я чувствую, как она сжимает рубашку в кулак, придвигаясь еще ближе. Блять, если мы не остановимся, то это закончится либо в моей комнате, либо в ее, но уже в постели. И я уверен, что это будет невероятно. Но нельзя. Не сейчас.

Отстраняюсь от нее, и прижимаюсь лбом к ее лбу, переводя дыхание.

— Это безумие какое-то. Ты невероятна, — дыхание прерывистое, как будто пробежал несколько миль.

— Прости. Прости, я не подумала.

— Все хорошо. Просто иди. — Но она стоит, не пошевелившись. — Иди, или мне придется закрыть тебя, как нашкодившего ребенка.

— Спокойной ночи, Тайлер.

— Спокойной ночи, миссис Стоун. — Целую ее в лоб, иначе еще одного страстного поцелуя я просто не смогу остановить. Отпускаю ее и смотрю, как Алекс скрывается за дверью своей комнаты, на последок посмотрев на меня. Блять, внутри меня словно огненный ураган вихрем разносится по всему телу, но я не могу зайти к ней. Еще слишком рано, даже для простого поцелуя.

Развернувшись, я вхожу в свою комнату, и, подойдя к кровати, шумно выдохнув, падаю спиной на нее. Прокручивая воспоминания сегодняшнего вечера, проваливаюсь в сон, в котором все снова повторяется, но не останавливается на поцелуе в коридоре, а движется дальше. Сон, в котором Алекс томно стонет, когда я вхожу в нее, при этом покусывая затвердевший сосок. Ее спина выгибается каждый раз, когда я стараюсь войти еще глубже, чтобы доставить ей удовольствие. Ее теплые руки обхватывают мою шею, чтобы притянуть меня ближе и утонуть в нашем поцелуе. Все это напоминает клубок страсти, в котором руки и ноги переплетены, и блуждают по телу, исследуя новые места.

Звуки, запах, все настолько реалистично, что я не понимаю, что все это сон, пока не открываю глаза от звука будильника, который говорит мне о том, что сегодня долбанный понедельник. Бубня неприличные слова, ударяю по кнопке выключения, чтобы вновь вернуться в забытие, но вспоминаю, что запланирован завтрак с важными персонами, поэтому откладываю свои фантазии в далекий ящик своих желаний.

Встречи, переговоры, звонки, кофе, подписи, кофе, снова подписи и еще раз кофе — вот весь мой день. Но я не мог сосредоточиться, и каждый раз улетал к тому поцелую с Алекс.

Смотрю на сотовый, желая услышать ее. Понимаю, что нужно приобрести для нее телефон, чтобы быть уверенным, что с ней все хорошо, когда нас нет в доме. Нам пора обдумывать наш план. Чем дольше мы ждем, тем меньше решимости для действий будет, и это просто останется ее ночным кошмаром, который будет преследовать ее, пусть и не каждую ночь.

Резко встаю со стула и быстрым шагом направляюсь к отцу, надеясь, что у него нет важных встреч.

— Папа. Нам надо переходить к действиям. У меня есть пара идей, — распахнув дверь, я направляюсь к его столу.

— И тебе добрый день. Я с тобой согласен, но ты действительно хочешь это здесь обсуждать? — не поднимая глаз, отец подписывает какие-то договора.

— А что, есть проблемы в твоем кабинете или сотрудниках? — сжимаю спинку стула, что стоит напротив его стола.

— Нет, конечно нет. Давай обсудим. У меня тоже есть кое-какие мысли, но я не знал, как нам все провернуть. Я считаю, что вдвоем это получится куда лучше.

— Итак. Что у тебя есть? — подхожу к панорамному окну его кабинета и останавливаюсь, смотря в даль нескончаемых небоскребов.

— Брайн держит все в Анштальте, и конечно он не дурак, хранить их в доме или в одном из своих клубов. Нам надо выяснить, где он их хранит.

— Да, это я могу организовать, у него наверняка есть отчеты о финансах в базе данных. Но что потом?

— Нужно сделать так, чтобы его служба безопасности увидела, что кто-то проник в его базу данных, и поняла, какую информацию мы нашли. Тогда он засуетится и наверняка захочет, чтобы его бумажки были при нем, и он сам откроет для нас ларец с сокровищами.

— Да, но нам-то что с этого? Как мы получим бумаги?

— В этом и вопрос. Нам нужен кто-то с его стороны.

У Брайна есть один человек, которому можно доверять. Именно она спасла свою подругу. И она сейчас наша единственная зацепка.

— Элис, — говорю я.

— Да, нам нужна Элис.

— Но она под пристальным контролем. Наверняка Брайн распорядился на ее счет. — Я смотрю на отца, и вижу, что вот он самый важный момент, к которому он не знает как подойти.

— Собирайся, — говорит отец. — Только Алексис может нам рассказать, что-то, чего не знаем мы.

Через час мы уже в доме, ожидая, когда Алекс спустится к нам. Я начинаю нервничать, потому что не знаю, как себя с ней вести. При одном ее виде мне хочется повторить вчерашний поцелуй, и перейти к реализации моего сна, но наверняка возникнет неловкость, как после первого поцелуя на берегу. Но как только Алексис входит в кабинет и закрывает дверь, то все сомнения улетучиваются. Она здоровается с Робертом, а затем подходит ко мне и быстро целует меня в щеку, от чего у отца подлетает бровь.

— Не знал, что для того, чтобы вытащить тебя из панциря, нужно всего-то на всего надеть на тебя кольцо, — усмехается и садится в кресло.

— Может, этого и не достаточно. Но мне однозначно лучше, — милая улыбка появляется на ее лице. — Что-то произошло? Вы рано вернулись.

— Да, Алекс, — начинаю я. — Нам пора приступать к нашему плану. Ты сказала, что он хранит все в бумагах на предъявителя. Нам нужно заставить его показать, где они хранятся, ведь ты наверняка этого не знаешь?

— Не знаю. — Подтверждает девушка, садясь на диван рядом со мной.

— Но нам нужен свой человек внутри, и это может быть только Элис. Она ведь твоя подруга и вряд ли станет выбирать между тобой и Брайном.

— Естественно. Но я не хочу впутывать ее сюда, иначе с ней может произойти то же самое, что и со мной. Такого я не допущу, — быстро тараторит Алексис, стараясь прогнать из наших планов идею с ее подругой.

— Послушай, — перебивает ее Роберт, — нам нужно связаться с ней, чтобы она могла держать нас в курсе дел Брайна. И как только он начнет шевелиться, нам нужно действовать. Без нее у нас ничего не выйдет — она единственная, кому мы можем доверять. Но Элис под пристальным контролем: мобильный, квартира — они следят постоянно. Нам нужно понять, как связаться с ней.

Глаза Алексис начинают бегать по полу кабинета, обдумывая все возможные варианты и принимая для себя решение, будет ли она привлекать сюда подругу, подвергая ее еще большей опасности, чем можно представить.

— Есть только один вариант. По контракту мы должны посещать салоны красоты и одеваться соответствующе, поэтому единственные места — это либо примерочные магазина, либо салон.

Я перевожу взгляд с девушки на отца, давая ему понять, что это то, что нам нужно. И вот она наша ниточка.

— Тебе придется выйти из дома, — говорит Роберт Алексис. — Пора встретиться с подругой.

— И как это сделать? — Алексис подается вперед, опираясь локтями на колени.

— Нам поможет наша прислуга, — говорю я.

— Наташа уже покупала для тебя одежду, вы с ней сложены одинаково, — продолжает Роберт. — Она наденет на себя простую одежду и уедет на машине с водителем, переоденется, и вернется в дом на такси, как наша гостья. Если за домом есть слежка, то никто не заподозрит, что это она. Мы переодеваем тебя в эту же самую одежду, и ты направляешься к Элис. Но вам нельзя привлекать к себе внимание. Сразу скажи, чтобы она не оглядывалась на тебя и не проявляла никаких эмоций, потому что это может вас выдать. Передашь ей одноразовый мобильник, и дашь четкие инструкции, когда и что она должна нам сообщить. Звонить она будет только из магазинов или косметических салонов. Там нет жучков, поэтому ее не заподозрят. Нам нужно узнать, где Брайн хранит бумаги на свой бизнес. Это задача номер один. Затем будем действовать по обстоятельствам.

— Все так сложно и запутанно. Вы, правда, думаете, что это сработает? Если Брайн подозревает Элис, то вряд ли он посвятит ее в такие детали, как место хранения его драгоценных бумаг, — Алексис хмурит брови и смотрит на Роберта, сцепив пальцы в замок.

Отец встает из-за стола и направляется к минибару, наливает себе бокал виски и делает глоток: — В такие моменты, когда под угрозой стоит твой бизнес, ты забываешь про такие детали, как в его случае Элис. Поверь мне, девочка, Брайн хоть и не дурак, но даже он начнет переживать. Наша задача сейчас, заставить его нервничать. А для таких уродцев кроме их денег ничего нет важнее.

— Я считаю, что все сработает, — смотрю на Алексис, взяв ее руку в свою. Я понимаю, что для нее сейчас важнее безопасность Элис, и пусть я буду мудаком, но все же на этом можно сыграть, чтобы придать Алекс решимости, и буду прав, — если мы продолжим медлить, то с Элис может произойти все что угодно. Сейчас она как «Кот Шредингера» — мы знаем, что она там, но не знаем что с ней. — От этого глаза Алекс расширяются. — Нам нужно связаться с ней. Это важно для тебя в первую очередь, чтобы понять, что все хорошо, а ей это придаст уверенности и подпитает жажду мести, поэтому… Ты с нами?

Совершенно не обдумывая мой вопрос, она резко встает:

— С вами. Когда начинаем?

Брайн

Три месяца. Этой суки нет уже три сраных месяца, и никто ее не может найти. Эвансы нашли наши жучки, но все равно ничего не указывает на признаки, что эта тварь в их доме. Уж слишком долгое время идет эта игра в прятки. Но я не собираюсь снимать наблюдение с них. Элис. Эта крошка тоже не отвечает на мои вопросы относительно своей подружки. И я принял решение держать ее поближе к себе, сделав своей ассистенткой. Тем более я затрахался каждый раз обучать новенькую, а затем после траха отправлять их на продажу. Я могу просто их трахать под другим контрактом.

Кручу в руках бокал с брэнди, играя золотисто-коричневой жидкостью, цвет которой напоминает глаза этой сучки. Вместо того, чтобы трахать ее, нужно было просто пристрелить ее. Резко ставлю бокал на стол, от чего жидкость выплескивается мне на руку.

— Блять!

— Все еще негодуешь, что не нашел ее? — чувствую на плечах руки Миранды, которые спускаются на грудь. А ее голос ласкает мое ухо.

— Все еще. — Девушка берет мою руку и начинает слизывать горячительный напиток с каждого пальца.

— Я принесла тебе немного утешения, если ты конечно хочешь.

— Все что я сейчас хочу, дак это найти эту тварь и распотрошить ее мозги. Миранда, если ты не понимаешь, то под угрозой не только я, но и ты. — Миранда садится у меня между ног, расстегивая ширинку на моих брюках.

— Мы найдем ее, я обещаю. Ты ведь не допустишь, чтобы все полетело к чертям из-за какой-то там девицы. — Ее губы обхватывают мой уже затвердевший член. Шипя, я хватаю ее за волосы и насаживаю ее рот глубже, до самого конца. Блять, мне нужна разрядка! Но тут я ощущаю еще одни руки и губы, кусающие мою шею. Это в духе Миранды. Я ненавижу женщин, они созданы лишь, чтобы их трахали. Но я уважаю Миранду, и не хочу сейчас срывать свою злость на ней, поэтому поднимаю ее за волосы, отцепив от себя.

— Пошла нахрен отсюда, и оставь мне ее. — От этого на лице блондинки появляется довольная улыбка.

— Но мы могли бы поработать вдвоем, ты же так это любишь, — мурлычет она, лаская мой член рукой.

— Я тебе сказал — пошла на хрен отсюда! — После этого Миранда выходит из комнаты, оставляя меня наедине с жертвой.

— Что бы вы хотели, мистер Райт? — спрашивает она, покорно смотря на свои переплетенные руки.

— Чтобы ты заткнулась и начала сосать!

Девушка располагается между моих ног, активно работая ротиком, но мои мысли сейчас с той, чьи глаза запали мне в душу с самой первой встречи, чей рот я бы хотел трахать не останавливаясь ни минуты. Ту, кого я оттрахал, и оставил на растерзание Миранды в клубе, а потом продал как последнюю дешевку. Я бы трахал ее до потери сознания, вколачивая и оставляя в ней всю мою злость до последней капли. А после того, как кончу, нажму на курок всего лишь один раз, чтобы забыть об этой суке на всю оставшуюся жизнь и не допускать больше ошибок в моем бизнесе.

Глава 21

Rachel Rabin — Raise The Dead

Алексис

Всё больше понимаю, что он стал для меня необходим, как воздух. С ним я чувствую себя спокойней и увереннее. Не знаю, было ли это его целью, но я стала зависима от его присутствия — видеть его, слышать его мягкий чувственный голос с хрипотцой, чувствовать его волнующий запах, магнетическую энергетику, исходящую от него, заряжающую и сгущающую воздух вокруг нас. Я словно наркозависимая, требующая для подпитки новую дозу. Но теперь это затягивает сильнее и я понимаю, что должна платить за это, и не чем иным, а своим вниманием, ему нужно это так же, как и мне.

Каждый вечер ловлю на себе его жадные прожигающие насквозь взгляды. В них я словно пригвождена к стене без права на движение. Это самый настоящий голод вожделения, обладания, но он ждёт, терпеливо выжидает, когда я преодолею барьер, через который должна переступить сама.

Но как много нам нужно времени, чтобы понять, пережит ли момент потрясения, готов ли ты к новому и что тебя ждёт за чертой твоих оборонительных стен уединения? А главное будет ли оправдана твоя попытка возродиться, не станет ли новым крахом?

С каждым новым днём я всё явнее и чётче вижу, как он внимателен ко мне, как терпелив и заботлив. Каждый взгляд, вздох, случайное касание пропитано его надеждой и каждый вечер мы рядом. Мы тщательно разрабатываем наш план по привлечению Элис. Не знаю, я так не хочу её втягивать в свои мечты отмщения, она моя подруга и хотела для меня лучшего, хотела мне помочь, она просто более толстокожая и так бы не оступилась, а я… я сама расплачиваюсь за свою слабость и человечность. А если у Райта её нет, то ему будет отплачено той же монетой. Но Элис… как же так всё подстроить, чтобы он не заподозрил о её участии? Я не могу ею рисковать, но в таком деле риск всегда есть и очень большой, особенно если слежка за тобой повсюду.

Снова я, раздумывая, хожу взад и вперед по комнате без сна. Завтра Элис будет в салоне — это единственное место, куда в комнату не зайдёт охрана и я смогу передать Элис мобильный. В примерочной магазина может не получиться его передать — охранник может вполне зайти и стоять в коридоре примерочных, значит остается только салон. Но последние сомнения всё-же есть и я, открыв дверь и выйдя в коридор, решительно направляюсь в комнату к Тайлеру.

Я стучусь в дверь и на его голос открыв дверь, вхожу, сделав несколько шагов вглубь его спальни.

— Слушай, я не уверена, как мне пройти к ванной, чтоб меня не стали обыскивать. Там же места проверенные и как говорил Роберт, слежка может быть установлена заранее, я же совсем не застрахована. Я… я не знаю, смогу ли… — я замолкаю, пропитана страхом собственных сомнений и только сейчас замечаю, что он ничего не отвечает, просто молчит, безмолвно уставившись на меня.

Слегка прищурившись в непонимании его реакции, опускаю глаза по направлению его взгляда и смущенно оторопев, опускаю глаза вниз. Черт, в своих сомнениях я совсем забыла про халат и пришла к нему в одном пеньюаре. Господи!

Оглядываюсь по сторонам в поисках пледа или полотенца, но рядом ничего нет.

— Прости, я не… — обнимаю руками плечи, пытаясь прикрыть немного выступающую сквозь тонкую шёлковую ткань пеньюара грудь и слышу, как он громко и тяжело сглатывает, — я совсем забыла, что без халата.

Он молча встает, берет покрывало с кровати и оборачивает меня в него. Я так молча и стою в его крепком объятии, покрывале и глядя в пол. Он тяжело вздыхает и, нагнувшись, мягко целует меня в висок.

— Пойдем. Я отведу тебя в комнату.

Поворачиваюсь в сторону двери и мой взгляд падает в зеркало на моё отражение. Я стою в одном пеньюаре, завернутая в теплое покрывало в объятии своего мужа, волосы из заколки на затылке немного выбились и обрамляют шею и плечи. Его взгляд плавно скользит по моему отражению и наши взгляды встречаются, но никто не двигается с места.

— Ты нужна мне… — тихо шепчет он моему отражению, а от его дыхания по шее проходят мурашки и я закрываю глаза.

В зеркале он и я, только разговор у нас никак не клеится. Да, я поцеловала его от нахлынувших чувств: то ли благодарности, то ли еще чего… но он хочет большего, а мне… мне просто страшно.

— Я не хотел на тебя давить, но твои поступки, Алекс, я вижу по тебе, что ты хочешь попробовать, я чувствую это. Ты просто боишься. Мы должны сломать этот барьер, вместе.

Придирчиво вглядываясь в своё отражение по ту сторону стекла. Слегка раскосый взгляд от наведенных черным стрелок, яркий макияж — оттуда на меня смотрит стерва, четко знающая цену всему. Еще не вытертый макияж, пеньюар — как же я не сообразила, что соблазню его только одним своим видом?

— Алекс позволь мне… позволь к тебе прикоснуться…

Низкий хриплый голос Тайлера, его тяжёлое горячее дыхание в шею заставляют меня волноваться, но я не паникую. Глядя в его отчаянные глаза я, набравшись решимости и делая глубокий вдох, сбрасываю покрывало.

Всем телом он прижимает меня к комоду перед зеркалом и слегка вдавливая, нагло и бесстыдно шарит руками по моему телу. Я замираю от страха, рывками втягивая воздух. Но тело, чувствуя ласки меня не слушается. Всплеск адреналина в крови заталкивает мои страхи уязвленного самолюбия и рассудка, полностью отдаваясь прикосновениям горячих ладоней.

— Смотри на себя! — рычит он, когда я в страхе отвожу взгляд в сторону, чтобы не видеть себя и, взяв меня за подбородок, поворачивает мое лицо к зеркалу, — смотри! Не бойся! Ты не должна бояться ни меня, ни себя.

Его рука сжимает мое бедро и, поднимая почти невесомую ткань пеньюара, он запускает под него руку, пальцами касаясь ткани уже промокших трусиков.

Я боюсь пошевелиться, боюсь открыть глаза, всего боюсь. Только слышу и чувствую. Вдох, второй, третий… и он вводит в меня два пальца, прижав своим телом меня к комоду и повернув мой подбородок к зеркалу, поглаживая меня пальцем по скуле.

— Открой глаза, не бойся. Ты знаешь, что я не сделаю тебе больно, но ты должна пересилить свой страх.

Я открываю глаза и смотрю через зеркало в его твердый и решительный взгляд, горящий желанием мною обладать.

— Зачем ты это делаешь? Чего ты от меня хочешь? — мой голос становится хриплым.

— Алекс, — его голос смягчается, а пальцы без резких движений поглаживают, меня снаружи, описывая круги и снова он их мягко вводит в меня, — я хочу, чтобы ты чувствовала своё тело, но ты должна видеть себя, когда тебе будет хорошо. Только тогда ты по-настоящему переборешь свой страх — получив удовольствие свободной, и я хочу быть тем, с кем это будет. Ты должна понять, что некоторые люди могут доставить тебе наслаждение, даже если ты снова повторяешь пройденный путь.

Его пальцы движутся во мне, не совершая толчки, а просто мягко надавливая и поглаживая стенки. Мучая меня. Низ живота наполняется тягучей истомой и мне становится жарко. Дышать тяжело. Немного расслабившись в его руках, я откидываю голову назад, положив ему на плечо и наблюдаю полузакрытыми глазами из-под ресниц за нами в зеркало. Он поцелуями спускается от мочки моего уха, по скуле, шее, до самого плеча, неспешными мягкими движениями доводя меня, наращивая истому внутри. Но он останавливается, вытянув из меня пальцы и разворачивает к себе. Присев, он стягивает с меня трусики, целуя внутреннюю сторону бедер, и усаживает на комод спиной к зеркалу, поднимая пеньюар, скользя пальцами по ткани и бедрам. Забросив мои ноги себе на плечи он наклоняется и целует, втягивая в себя уже набухший узелок. С громким стоном от переполняемых ощущений я резко дергаюсь, пульс диким ритмом зашкаливает, воздуха совсем не хватает, и я шумно хватаю ртом воздух, сквозь подступающие слезы. Я сама не знаю, отчего плачу — или от страха этих ощущений, или от факта боязни самой близости, слёзы просто неслышно текут, а я в нарастающем удовольствии зажмуриваю глаза, пальцами зарываюсь ему в волосы и тихо всхлипываю. Тайлер усиливает напор, описывает круги и я чувствую его язык внутри. Сильнее цепляюсь в его волосы и прижимаю к себе, а он глубже входит в меня языком. Так глубоко и так сладко…

Мое тело трясет как от озноба, внутри словно что-то взрывается и на пару секунд меня как будто уносит куда-то: я ничего не вижу, не слышу и не чувствую, но спустя эти секунды снова резко возвращаюсь. В ушах стоит звон от собственного крика, тело пробирает в дрожи, а в глазах мерцают миллионы маленьких искорок, то возникая, то угасая. Господи, насколько же сильны ощущения.

Я в изнеможении обмякаю, сползая по зеркалу и опустив мои ноги, Тайлер берет меня бережно на руки и несёт к кровати, томно стонущую и еще не до конца пришедшую в себя.

Положив меня на кровать и накрыв одеялом, он ложится рядом поверх одеяла, немного нависая надо мной. Легонько поглаживая меня по руке, он целует меня в плечо горячими губами, отчего по коже снова пробегают мурашки и я ёжусь. Мой пульс приходит в норму, дыхание выравнивается, и я открываю глаза, ища его взгляд, нежась под его ласковыми прикосновениями. И я странно себя чувствую — мне так много ему хочется сказать, но язык кажется таким тяжелым, а в голове полный сумбур. Но мне хорошо и спокойно рядом с ним.

— Ты как? — он вынимает заколку из моих волос и убирает разметавшиеся непослушные пряди.

— Не знаю, — еле выдавливаю из себя охрипшим, слабо похожим на мой, голосом. Я просто потерялась в своих ощущениях, даже не знаю, чего я хочу больше — то ли тихонько лежать и смотреть в его темные, полные желания глаза, то ли прыгать от счастья, что я смогла, смогла преодолеть свой страх, нежелание, обиду и апатию ко всему. Я смотрю в его глаза, понимая, что всё иначе: во всём, что сейчас произошло, не было его — Брайна. Не было той силы, которая брала меня только для удовлетворения собственных желаний. Во мне не было отвращения, страха быть использованной еще раз. Тайлер другой. Я снова живу и именно тот, в чьём взгляде темных глаз я тону, вернул меня к жизни, желание сопротивляться и стремиться. И он ждёт, не настаивает на ответе, я ему просто не безразлична. А что если… Я немного поднимаюсь на локтях и мы оказываемся лицом к лицу. Кончиками пальцев пробегаю по скуле, слегка колючей щетине и, остановившись подушечкой пальца на его нижней губе, замираю. Кажется, все звуки стихли, слышно только сердцебиение. Один удар, второй, третий…

Тайлер, резко сократив сантиметры расстояния между нами, с тихим низким стоном наклоняется к моим губам. Его теплые губы накрывают мои в легком поцелуе, который он сразу же меняет, с напором проникая языком ко мне, лаская, изучая. Я запускаю пальцы ему в волосы, чувствуя невероятный вихрь, закручивающий снова меня в ощущения, которых я так опасалась. Дыхание становится сбивчивым. Своим телом Тайлер прижимает меня к кровати, немного вдавливая в матрас, жадно целуя и сминая рукой мой пеньюар и я чувствую его твердый, упирающийся в меня член. Неспешно лаская мои ноги, живот и поднимаясь выше, он сминает шелковую ткань и тянет ее наверх, оставляя меня полностью обнаженной.

Высвободив меня из легкого шёлка, он покрывает поцелуями всю, горящую от волнения и возбуждения кожу, не пропуская ни единого сантиметра. Снова в голову пробирается грызущим червем страх, но ведь с Брайном ничего этого не было — всё было быстро и без излишних прелюдий: трахнуть, унизить, получить своё. Я отметаю эти мысли, понимая, что вообще нет смысла ничего сравнивать — Тайлер мне уже дал очень многое и это только небольшая часть, чем я могу и хочу хотя бы попытаться отплатить этому человеку — взаимностью.

Его губы добираются к моей груди, обдавая кожу горячим дыханием и я уже не сдерживаю громких стонов, рвущихся изнутри. Его покусывание и посасывание затвердевших сосков отдается тянущей болью внизу живота. Я выпускаю из пальцев его волосы, опускаясь по затылку к плечам и тяну его наверх. Тай поднимается ко мне, снова жадно сминая мои губы в горячем поцелуе и низко стонет. Спустившись кончиками пальцев по его рельефным плечам и спине к поясу штанов, я просовываю пальцы под пояс и останавливаюсь. Снова у меня ступор, Тайлер чувствует это и, остановившись, отстраняется от меня.

— Боишься? — его голос совсем охрип, — Мы можем не…

— Нет, — совсем тихо отвечаю, — но… — как же объяснить его, что секс с ним меня не пугает, меня пугает само ощущение близости, понимание её, чувства которые возникают при этом, — я боюсь доверия…

— Алекс, я на всё готов ради тебя, на всё, слышишь? Ты просто внеслась в мою голову тогда в баре и я не могу вытеснить тебя оттуда никак. Поверь, первые дни я старался, но ни черта из этого не получилось. Я старался сделать вид, будто ты мне безразлична, но понимал, что чем больше пытаюсь, тем более необходимой ты становишься в моей жизни. — Я молча киваю и он меня переворачивает, усаживая на себя сверху, давая тем самым мне полную свободу действий. И мы снова сидим лицом к лицу, — Я хочу тебя, но не заставлю.

Его слова доходят до самого сердца, до самых глубин души и во мне как будто что-то щелкает, какой-то последний затвор открывается, и я больше не думаю и не сомневаюсь. Прижавшись к нему поцелуем, запускаю пальцы ему за пояс и когда он приподнимается, стягиваю штаны и боксеры. Теперь никакая ткань нас не разделяет и я, шумно втянув воздух и закрыв глаза, плавно опускаюсь на его длину.

Я останавливаюсь. Привыкаю. Чувство наполненности и моей свободы действий ощущениями мелких электрических зарядов усиливает напряжение внизу живота. Терпеть это невозможно. Мучительно. И я начинаю двигаться, медленно, толчок за толчком. Наши пальцы сплелись, он притянул меня к себе и дыхание стало одним на двоих. Он двигает бедрами, стараясь проникнуть глубже. Моя внутренняя пружина закручивается всё сильнее и сильнее, и я усиливаю напор сама, хочу чувствовать его острее и глубже. Томные стоны перерастают в громкие вскрики. Кровать нещадно скрипит под нами. Мои мышцы внутри сильно сжимают Тайлера и я снова тону в своих ощущениях: меня оглушает, ослепляет, тело колют тысячи мелких иголочек и я громко вскрикнув, падаю в объятия Тайлера, всхлипывая. Чувство эйфории наполняют всё тело. Тай, влажный от пота, с пару секунд лежит, поглаживая меня по спине, а затем переворачивает, нависая сверху. Я всё-еще немного сжимаюсь вокруг него. Тайлер входит в меня и быстро движется, капельки пота стекают по его торсу и я тянусь руками к его прессу, хочу всё ощущать. С протяжным стоном Тайлер уткнувшись мне в плечо, делает еще несколько толчков и замирает. Секунда, вторая… и он резко выходит из меня, кончив рядом со мной на простынь.

Мы лежим обессиленные и уставшие. Молча, не говоря ни слова. Нам есть что сказать, но не сейчас. Это именно тот момент, когда слова не нужны, ты всё понимаешь, просто глядя ему в глаза, просто слыша стук его сердца, просто чувствуя его рядом…

Утром я собираюсь в салон. Ночь прошла, но ничего не изменилось, Тайлер уехал, но его присутствие я чувствую повсюду. И это не его запах и мои ощущения от этой ночи, нет, всё продолжается дальше. Он хочет общую спальню и общий душ, хочет каждую ночь быть рядом. Я не знаю, готова ли я, но все настолько быстро завертелось и сейчас настал момент для действий по плану, поэтому решаю оставить все на потом.

Тайлер приезжает из офиса. Последние наставления от Роберта, проверка оборудования, поцелуй от мужа и меня отпускают, чуть позже, чем уезжает машина с Натальей.

Всё проверено, я окружена людьми Тайлера, я должна быть в полной безопасности, но чувство тревоги всё-равно меня не покидает. Я жажду момента расплаты, но я не знаю, готова ли встретиться с Брайном, смотреть в его жёсткий взгляд, в котором теперь полностью смогу увидеть его прогнившее нутро. Отвернувшись от Роберта и Тайлера в машине, переплетаю пальцы рук. Меня пробирает нервная дрожь. Я снова мысленно возвращаюсь к встрече с Элис, что ей буду говорить, как передам мобильный. В разговоре всё кажется таким простым и закономерным, легким в исполнении, но на деле же всё оказывается куда сложнее, если и вовсе выполнимым.

Именно с таким чувством сомнения и гложущего страха я попадаю в «Бьянко Тэрмал Спа» — салон красоты, который есть в обязательном для посещения списке заведений Брайна Райта перед выходом в свет, как его подручный. На первый взгляд, кажется, что он внимателен и заботлив, оплачивая шмотки, тачки и прочие прихоти, но всё это только первое, мнимое и вовсе неверное впечатление, которое складывается о нём. Эта мразь расчетлива до каждой копейки, которую ты отплачиваешь не ему, так новому хозяину.

Как и было оговорено заранее, я надела парик, вызванная на дом визажист наложила на меня грим, немного изменив мою внешность. И вот я, обновленная, стою на ресепшене, заказывая термальные процедуры — только там у меня, когда девушка выйдет из комнаты для замены горячих камней на жидкий шоколад, будет единственная возможность передать всё Элис.

Охранник, приставленный к администратору салона, внимательно и придирчиво меня осматривает, но не осмеливается подойти ко мне. Правильно, стой там, где стоишь! Наверняка Райт дал всем на счет меня рекомендации, Роберт и Тайлер, это обдумывали, главное мне не струсить.

Пока администратор оформляет мою поддельную анкету, я смотрю в отсвет от монитора и мысленно считаю до десяти. Держись! Не подавай виду! Но все же чувствую, как мандраж начинает окутывать все мое тело. Черт. Надо успокоиться. Но я не могу. Если бы сейчас здесь был Тайлер, и взял меня за руку, тогда все прошло бы отлично, но сейчас я готова просто развернуться и убежать подальше от этого места. Но тут же вспоминаю горячие губы Тайлера на своей шее, вспоминаю его слова, которые он сказал ночью. И если я наделаю глупостей, то он пустится вслед за мной, спасая от очередных безумных поступков. Я не могу его так подставить. И не хочу. Все что я хочу, это закончить все, что начала, как только прилетела в Нью-Йорк. Воспоминания о милом Брайне, который пригвоздил меня своим взглядом в баре, сменяются тем, как он наставил пистолет к моей голове, а затем использовав меня отдал своей подружке. Ну уж нет, Райт, я доведу все до конца! Вот увидишь!

Наконец-то девушка поднимает глаза на меня и, нажав кнопку, встает из-за стола. К нам подходит еще одна девушка с миловидной улыбкой и, взяв листок с процедурами, просит следовать за ней. Боковым зрением осматриваю, не идёт ли охранник за нами, но он остается на месте и я облегченно выдыхаю. Пока.

Теперь новый этап и самый важный. Элис. «Помни о жучках и камерах» — вспоминаются эхом в голове слова Тайлера: «он мог их засунуть всюду, ты достаточно о нём узнала, чтоб понимать, что он не остановится ни перед чем». Да, уж это я точно знаю, но и меня теперь мало, что остановит, когда цель становится такой близкой и даже осязаемой. Как же сильна эта жажда — жажда мести.

Я прошу не делать ванну сильно горячей, мне нужно, чтоб удержался грим при смене температур. Выхожу чуть раньше своей соседки в ванной рядом беру мобильник и заглядываю в ее кабинку — Элис лежит с закрытыми глазами. Девушки нет. Я не могу привлекать к себе излишнее внимание, ведь в комнатах могут быть скрыты камеры, поэтому, не проверяя, идёт ли кто, а отогнув свое полотенце, вставляю в него телефон, быстро печатаю заметку «Элис, прочти заметки» и бросаю это на рабочий стол экрана.

В телефонных заметках, по сути, не написано ничего, кроме того, что этот телефон временный и на него будут поступать звонки со скрытых номеров от Роберта, никаких контактов и рекомендаций, но и этого достаточно, главное, чтоб только она это прочитала.

Оставив телефон под полотенцем на тумбе, еще раз бросаю мимолетный взгляд на подругу. Как же мне хочется ее обнять, поговорить с ней, сказать спасибо, что помогла мне, нашла Эвансов. Моему спасению я обязана именно ей. Как же ей там у него? Я даже этого узнать не могу. В горле начинает расти ком, но я стараюсь не поддаваться этому и выхожу из её кабинки.

Вернувшись к себе, менять камни на шоколад я отказываюсь, ссылаясь на возникшую головную боль и приняв контрастный душ, еду домой. Точнее мой водитель совершает крюк, проверяя, не ведут ли за нами слежку. Но вроде всё чисто.

— Ты отлично справилась, — слышу голос Тайлера за своей спиной, пока работала за компьютером, пытаясь немного отвлечься от напряженного дня.

— Надеюсь, что Элис увидела мое послание и с ней сейчас всё хорошо. Жутко волнуюсь, — вздыхая, закрываю металлическую крышку лептопа. Чувствую, как руки Тайлера ложатся на мои плечи, и нежно сжимают их, заставляя расслабиться.

— Если ты и дальше будешь такой напряженной, то скоро станешь не моей женой, а каменной статуей. Тебе надо немного отвлечься, все прошло отлично. — Чувствую его поцелуй на макушке моей головы. — Пойдем, я тебе кое-что покажу, — протягивает руку в ожидании моей.

Тайлер ведёт меня в крыло, где я ни разу не была. Отчего-то за всё своё пребывание в доме именно сюда я не заходила. Коридор с плиткой, герметичная дверь, открывающаяся почти бесшумно и выпускающая…пар?! Сквозь лёгкий туман я всматриваюсь вовнутрь помещения с открытой передо мной дверью, и моему взору предстает большой, с клубами поднимающегося вверх пара, бассейн.

Linkin park — Numb

— Идём. Это мое место, где я могу отвлечься от ненужных для меня мыслей и прийти в себя. Я хочу, чтобы оно стало таким и для тебя. — Тайлер входит в дверной проем и тянет меня за собой. — Поплавай со мной.

В помещении тепло, даже жарко, но я не спешу раздеваться. Небольшой бассейн обложен маленькой декоративной плиткой, создающей причудливые винтажные фигуры. По стенам и колоннам, обрамляющим бассейн тоже рассеиваются лучи маленьких, отсвечивающих от воды плиточек. Даже, казалось бы, в отделке бассейна, поучаствовал дизайнер, знающийся на истории и искусстве. Главенство Роберта чувствуется во всем.

Еще раз осмотрев всё вокруг я возвращаюсь к Тайлеру. Он полностью снял одежду, оставшись в одних боксерах и его руки ложатся на мою талию, снимая с меня свитер. Я, слегка тревожась, оглядываюсь на дверь.

— Никто сюда не войдёт. Я обещаю, — Тайлер опускается и целует меня в шею, в то место, где слышен пульс. От жары, его запаха, поцелуя во рту пересыхает и я сглатываю. Новая ласка, новое прикосновение отдается внутри томительным ожиданием. Тягучим. Невыносимым.

С меня сползает бюстгальтер, и, оставшись в одних трусиках, я толкаю Тайлера в бассейн, прыгая следом за ним. Вода шумно расплескивается и бьется о стенки бассейна, но мне всё-равно. Его близость, подогреваемая опасностью быть пойманными, ломает мой последний барьер и меня захлёстывает исступление, умопомрачительное желание быть с этим мужчиной прямо сейчас, невзирая на то, что о нас подумают и скажут, если увидят здесь.

Я подплываю к нему, и, притянув к себе, впиваюсь губами, насколько могу. Я хочу его здесь и сейчас, до ломоты в теле, до потери пульса. Глубоко. Во мне. И пусть меня осуждают за бесстыдство. Месть и секс абсолютно различны по смыслу, но идентичны по чувствам и едины в своем исходе — границы дозволенного стираются, когда ты близок к цели.

Глава 22

Josef Salvat — Hustler (SaneBeats Remix)

Тайлер

Я притягиваю ее теплое тело, которое сейчас такое контрастное по сравнению с прохладной водой бассейна. Ее кожа безумно нежная и этот чертовки дурманящий цветочный аромат плотно оседает в моей голове. Наклоняюсь к ее шее, и, проведя по ней носом, вдыхаю запах, который стал для меня таким родным и необходимым, а затем покрываю каждый миллиметр поцелуем. Черт, эта девочка просто не оставила мне шансов держать свой член в штанах, когда ворвалась в мою комнату почти голой. Ее малюсенькие шортики еле скрывали зад, и показывали восхитительные ноги, а сквозь тонкую материю я мог видеть соски, которые так и хотелось попробовать, ласкать языком, кусать, чтобы она стонала от этого, но я старался сохранить самообладание и спасти ее от себя, поэтому прикрылся одеялом. Это сработало ненадолго, с каждым шагом к ней, я понимал, что это ее не спасет, и я получу то, что хочет мое тело. Я хочу ее, она нужна мне. Как воздух в космосе или на глубине океана.

Чуть отклонившись, беру в руки ее лицо и смотрю в карие глаза, в которых читается спокойствие. Уже нет того страха, мы сделали это, прошли все вместе, и с каждой минутой она становится моей, по-настоящему моей. А мое сердце уже давно принадлежит ей. На ее теле вижу отблески волнующейся воды вокруг нас, которая шлепками ударяется о стенки бассейна.

— Я рад, что ты — снова ты. — Провожу большим пальцем по ее нижней губе и накрываю ее своими губами. — Я не знаю, что будет происходить дальше, но в одном я уверен точно. Хрена с два я отпущу тебя!

— И не нужно. Я сама хочу этого, ты…твоя забота и поддержка вернули меня в реальность. Я больше не хочу просто существовать, живя кошмарами прошлого.

Поднимаю ее легкое в воде тело, усаживаю к себе на бедра, и медленно вхожу в нее. Я видел, как в первый раз она морщилась, и понимал, что сейчас все будет по-другому. Так и есть. Алекс сильно вдавливает в мою голову свои пальчики, давая понять, что ей не больно, а хорошо, подтверждая это самым охренительно-эротичным стоном. От этого я завожусь еще сильнее, и начинаю входить в нее глубже. Придерживая ее одной рукой за попку, вторую протягиваю сбоку и начинаю ласкать ее комочек, ощущая, как вхожу в нее. Черт. Это невероятно и я не продержусь с ней долго. Быстро убрав руку, кладу обе на талию и начинаю управлять ее телом. Вверх, вниз. Она такая мокрая, и я чувствую совсем не воду, которая разделяет нас, а ее. Она так же сильно хочет меня и получает удовольствие. А я уже на грани, не могу контролировать себя. Мой разум где-то далеко за пределами этого бассейна. Есть только я и она, которая царапает мою спину когтями, кусает мое плечо, вырывая из меня новый рык.

— Черт, Алекс, я не выдержу больше, — чувствую, как снизу нарастает волна удовольствия и поднимается к груди. Чувствую, что от моих слов она начинает сжимать мой член внутри себя, и вот-вот кончит. Я не хочу это заканчивать, хочу продлить наше блаженство, наш маленький рай, но вместо этого я только ускоряю темп. — Кончай. Кончай Алекс! — приказываю ей, и как по щелчку, она втягивает меня внутри себя, засасывает, словно зыбучие пески, выкрикивая мое имя и впиваясь ногтями в плечо и затылок. От этого я погибаю, хватает только пару рывков, чтобы кончить следом за ней, но на этот раз я хочу быть внутри нее, получая удовольствие до последней капли. Яркие огни и вспышки проносятся в моем сознании, но когда я открываю глаза, тяжело дыша, я вижу два огня, которые горят новым пламенем и смотрят прямо на меня, но в них появилось какое-то волнение. Твою мать!

— Алекс, прости, — беру ее за плечи, понимая, что только что кончил в нее. Блин, придурок! Она наверняка не принимает таблетки. — Я настолько тону в тебе морально и физически, что просто забываю нахрен все вокруг. Прости, малыш, — снова прижимаю ее к себе крепким объятием. Мне так много хочется сказать ей прямо сейчас. Все чувства рвутся на свободу, когда она теперь моя полностью. Только моя. Хочется, чтобы весь мир узнал то, что пытается просочиться сквозь каждую частичку моего тела. Я по уши влюбился в Алексис. Я могу себя винить и извиняться перед ней весь вечер, за то, что она может забеременеть. Но я буду последним дебилом, если признаю, что не хочу с ней настоящую семью. — Алекс, я вижу, что ты волнуешься, и прости, что веду себя как непредусмотрительный парень в момент полового созревания…

— Я понимаю, — она смотрит на меня с горящим взглядом, — просто я… боюсь, но ты рядом. Просто будь рядом со мной.

Наклоняюсь к ней и целую, а затем опускаю ее спиной на воду, и сам переворачиваюсь рядом с ней. Мы словно в невесомости болтаемся на поверхности воды, спускаясь в реальный мир с небес.

Через некоторое время, чувствую холодную руку на своей груди, и понимаю, что она замерзла.

— Пойдем, не хочу, чтобы ты заболела.

— Все в порядке, — улыбается она мне. Но мне все равно, что она мне говорит, я вижу ее чуть посиневшие губы, поэтому уверен, что она снова от меня скрывает свои чувства, как она это обычно любит делать. Выйдя из воды, я беру полотенце и укутываю свою жену в махровую теплую ткань, поворачивая ее лицом к себе. Ее зубы стучат, и я вытираю капельки воды с ее лица.

— Врунишка, — чуть улыбаясь, щелкаю ее по кончику носа, и, обернув полотенце вокруг талии, я вместе с Алекс выхожу из бассейна в коридор, по пути попросив прислугу принести кофе в гостиную.

Растопив камин, пододвигаю к нему поближе кресла и журнальный столик с горячими и ароматными напитками. Как и я, прислуга уже выучила вкусы Алекс. Она любит по утрам блинчики с кленовым сиропом, или тосты с маслом и клубничным джемом. Кофе латте с корицей. И фрукты. Много фруктов. Вообще она могла пожелать все, что угодно. Но видимо это ее привычки, которые она не хочет менять.

Слышу довольный стон с ее стороны, от которого мой член непроизвольно дергается, и перевожу взгляд на девушку. Она, прикрыв глаза, делает глоток кофе и довольно улыбается. Подношу чашку к губам и делаю глоток. Горячая горьковатая жидкость моментально окутывает тело теплом.

Алекс, умоляю тебя, — стонуще проговариваю ей, и ставлю кружку на столик.

— Что? — недоумевает Алекс, чуть нахмурив брови.

— Ты стонешь… и делаешь это невероятно возбуждающе. И если ты продолжишь, то боюсь наш «бассейный случай» продолжится прямо здесь.

Ее щеки наливаются румянцем, — Прости.

— Все нормально. — Улыбаясь, смотрю на нее. — Ты как себя чувствуешь? Успокоилась немного?

— Да, вроде успокоилась, пока ты снова меня об этом не спросил.

— Что тебя беспокоит? — чуть поворачиваюсь в ее сторону, а Алекс поджимает ноги под себя, и садится поудобнее.

— Я переживаю на счет того, что будет дальше. Что если Брайн разоблачит Элис? Что если Элис вообще ничего не поняла или все-таки переметнулась на его сторону, хотя в этом я сомневаюсь, но в глубине все же крутятся разные мысли, сам понимаешь. А вдруг все пойдет не по нашему плану и я… снова окажусь у него? Я не выдержу этого еще раз. Или что-то случится с тобой…

Со мной. Она переживает за меня. От этого мой мозг уже вырисовывает сияющую улыбку, но мое лицо этого не выдает. Встаю с кресла и сажусь на колени перед ней, взяв ее за руку.

— Послушай, я знаю, что сейчас у тебя куча сомнений, но уже поздно отступать. Мы все продумали до мелочей, не думаю, что Брайн что-то заподозрит. А Элис никогда тебя не предаст. И я уверен, что она сообразительная и все поняла из сообщения, которое ты оставила на телефоне. Как минимум у вас особая дружеская связь, и она просто почувствует, что будет правильно для вас двоих.

— Думаешь?

— Я уверен.

— Ох, не хотел мешать вам. — В комнату входит отец, и я медленно встаю на ноги.

— Привет.

— Привет дети, я, пожалуй, пойду, чтобы не мешать вам, — он поднимает руки в характерном жесте, что хочет оставить нас наедине.

— Нет, Роберт, останьтесь, — говорит Алекс, чуть обернувшись в его сторону. — Как прошел ваш день?

— Все хорошо, дорогая. — Отец проходит в комнату и ставит на диван портфель. Сделки, встречи. У вас как дела?

— Показывал Алекс бассейн.

— Он восхитителен. У вас великолепный дом. Только… — она замолкает и виновато переводит на меня взгляд.

— Только? — чуть наклонив голову, переспрашивает отец.

— Только не хватает жизни. Хочется добавить зелени, чтобы было похоже не на музей, а на дом, где тепло и уютно. — Она переплетает пальцы рук и опускает на них взгляд. — Извините, просто давно хотелось это сказать, но язык не поворачивался.

Отец обводит комнату оценивающим взглядом, — Я ведь говорил тебе, что она находка, — усмехаясь, смотрит на меня. — Алекс, у тебя полный карт-бланш. Если ты хочешь что-то изменить здесь — все в твоих руках. Это теперь и твой дом, и ты можешь делать с ним все что захочешь, только не сожги его, главное. Не хочу переезжать в другой. Мне этот очень нравится, — смеется отец.

— Я не смогу просто взять и начать здесь что-то менять.

— Не сможешь ты, смогу я. Просто сделаем это вместе. Ты будешь говорить, что ты хочешь изменить, а я буду делать это, — предлагаю ей.

— Согласна, но только так, — кивает Алекс, и снова делает глоток кофе.

— Итак, ребятки, с телефоном у нас все вышло. Когда мы будем готовы начинать нашу игру? — отец садится на диван и в ожидании смотрит на нас, перекидывая взгляд то на меня, то на Алекс.

— Я хочу как можно скорее покончить с этим. Забыть все как очередной кошмар и жить дальше, — начинает Алекс, и ставит кружку на столик, разворачивая кресло в сторону отца.

— Согласен. Надо заканчивать с этим. У нас все предусмотрено. Я еще раз проверил все сегодня. Осталось выбрать хороший момент для Элис, чтобы не подставить ее, поэтому с завтрашнего дня я предлагаю ставить наблюдение за ней.

— Согласен, нам не к чему лишние проблемы. Алекс, нам может что-то еще помешать? Какие-то люди?

— Нет, я уже все и обо всех вам рассказала.

— Хорошо, тогда начинаем завтра, — говорит Роберт, а я смотрю на Алекс.

Ее немного передернуло, и взгляд сначала вспыхнул, а затем вновь зародилась тревога, и все ее тело напряглось. И это не пропустил и мой отец.

— Алекс, дорогая, у нас все получится. Теперь ты привязана к моему сыну, и если что-то случится с тобой, то отразится на нем. Ты ведь понимаешь, что я как отец не позволю моему сыну страдать? Но проблема в том, что теперь и ты часть нашей семьи, ты стала для меня почти дочерью. Поэтому мое желание, чтобы все прошло идеально, множится на два, — он встает с дивана, подходит к ней, и поднимает ее лицо за подбородок, ловя взгляд девушки, — промаха не будет, обещаю.

— Вы точно в этом уверены? — спрашивает она снова, но уже не только у меня, но и отца.

— Более чем. Сейчас здесь три человека хотят мести одному. И я думаю, что трое против одного — шансы неравные и однозначно в нашу сторону. И справедливость все-таки должна быть. Мы раздавим этого засранца как жука, за все то, что он причинил нам и не сможет сделать этого с другими.

— Хорошо, — выдыхает Алекс.

— Все. Нам пора спать. С завтрашнего дня работаем в усиленном режиме. Тайлер — ты знаешь что делать.

— Да.

— Все, теперь спать. — Роберт берет портфель и выходит из комнаты, а я поворачиваюсь к жене.

— Посидим еще? Или последуем его совету?

— Я думаю, что нам надо прислушаться к здравому смыслу твоего отца, — Алекс улыбается сногсшибательной улыбкой, от которой на ее лице появляются ямочки.

— Тогда вперед, — указываю ей на выход из комнаты.

Поднявшись на второй этаж, Алекс подходит ко мне ближе и нежно поцеловав, отстраняется.

— Доброй ночи, Тайлер. — Открывает дверь комнаты.

— Стоять. Куда собралась? — говорю я и ловлю ее за руку, а второй закрываю дверь обратно.

— Спать, в свою комнату.

— По-моему вы что-то перепутали миссис Стоун, — обнимаю ее за талию и сильнее притягиваю к себе.

— Тайлер, нам надо спать. Не думаю, что если я останусь в твоей комнате, то у нас получится выспаться.

— Мы идем спать. Ты идешь ко мне в комнату. А если решишь пойти в свою, то я сниму с петель дверь твоей спальни и притащу тебя к себе. Ты все поняла?

— Поняла, — улыбается она, и я, открыв дверь в свою спальню, пропускаю ее вперед, подталкивая рукой.

В комнате довольно прохладно из-за распахнутого балкона, а тюль развивается от ветра.

— В кровать, быстро, — говорю девушке, поскольку пол жутко холодный. А сам направляюсь закрыть окно.

Стянув с себя полотенце, в котором я был после бассейна, откидываю одеяло и залезаю в постель, где меня уже ждёт теплое и обнаженное тело моей жены. Она невероятно теплая, и я прижимаюсь к ее спине, обвивая руками, чтобы она не смогла сбежать от меня ночью. Я знаю, что она может что-то придумать в своей голове, что заставит ее уйти, но вот хрен я выпущу ее сегодня ночью из комнаты.

— Алекс, — шепчу я ей на ухо.

— Мм?

— Обещай, что будешь здесь, когда я проснусь. — Но в ответ тишина. — Ты знаешь, я могу разозлиться, и завтра вечером я просто заколочу нахрен эту дверь, чтобы ты не могла сбежать отсюда.

— Хорошо, я обещаю быть утром здесь. — Поцеловав ее, я проваливаюсь в сон, в котором снова вижу ее, в моих руках. Она светится как солнышко, распространяя тело, словно яркий шар, который я не могу выпустить из рук.

Открыв глаза, я снова закрываю и жмурюсь от яркого света. Сначала я подумал, что это все еще сон, но потом понял, что уже утро, а мы так и спим, словно вообще не двигались. Жарко, хочется пить и спрятаться от солнечных лучей. Я переворачиваюсь на спину, и Алекс тут же поворачивается ко мне.

— Привет, — шепчу я, — прости, не хотел тебя разбудить.

— Ты не разбудил, я уже давно проснулась и просто не хотелось беспокоить твой безмятежный сон.

— Что ж, это вполне разумно, потому что, проснулся не только я, — с улыбкой говорю я, и резким движением нависаю над Алекс, а мой член уже готов войти в нее. Я хочу ее, невыносимо, дико. Она нужна мне каждую долбанную минуту. Алекс стала для меня важнее кофе по утрам. Поэтому я медленно вхожу в нее, понимая, что она уже давно хочет меня.

* * *

В середине дня, мы получаем звонок от охраны, которая следит за Элис и докладывает о любых ее передвижениях.

— Мистер Эванс. Объект в магазине женского белья, сер. Зашла минуту назад. Охрана за ней не приставлена, слежки нет.

— Хорошо, спасибо Ричард, — отключаюсь. Вот он, наш шанс. — Алекс!

Девушка забегает в кабинет, и останавливается в дверях.

— Элис в магазине белья, только зашла. С ней никого нет. Мы можем ей звонить?

— Да, Она проводит там много времени. Думаю, мы можем сделать это сейчас.

— Хорошо, — сажусь обратно в кресло и беру в руки предоплаченный телефон, такой же, который мы подложили Элис.

— Тайлер, — Алекс подходит ко мне, кладет руку на плечо и от волнения сжимает его, — пообещай мне, что все будет хорошо, — ее брови сдвигаются, а на лбу появляются складочки. Лицо, которое умоляет дать ей нужный ответ.

— Я уверен, у нас все получится, — сжимаю ее руку, которая все еще лежит у меня на плече, — готова?

— Готова, — шумно выдыхает она.

Набираю номер. Гудок, второй, третий.

— Алло? — отвечает девушка шепотом.

— Элис, это Тайлер. У нас мало времени, поэтому слушай и запоминай все внимательно. — Мое сердце замирает, ведь обратного пути больше не будет. Наш план начинает свой путь с этого момента. Я не знаю, к чему он приведет, но я не могу подвести отца, себя и тем более Алекс. Черта с два я позволю этому всему провалиться! Ну что же, мистер Райт. Ваш путь к уничтожению начинается прямо сейчас.

Глава 23

Брайн

Снова ночь. За окном по-прежнему меняются картинки домов, погруженных в сон. Вижу ежедневно повторяющийся однообразный пейзаж сквозь лобовое стекло и слышу звук мотора. Это расслабляет и дает дополнительное время подумать над всем, что есть в моей жизни: своём положении, статусе, моей собственности. У меня есть дом, бизнес, уважение, телки, тачки и куча денег, на которые я могу купить все, что захочу. В свои тридцать лет не каждый может похвастаться тем, что имеет. И я горжусь тем, что у меня есть, чего достиг. Конечно, в основном это заслуга отца, но я все же не дал его бизнесу развалиться, и продолжил дело после него. Сейчас я вижу, что у меня получается все. Естественно бывают и непредвиденные случаи, как с этой сучкой Фишер, но я найду ее — рано или поздно. Сейчас она не представляет для меня опасности. Девчонка не высунет нос еще долгое время, где бы она ни была и, я полностью уверен, первым делом свяжется со своей подружкой Элис, которая на прослушке и под контролем каждый день, поэтому все очень скоро встанет на свои места. В данный момент я даже не хочу засорять свои мозги этой фигней у меня есть Коул, которому я плачу за эту работу, и который обязан выполнить ее превосходно.

Я останавливаюсь на красном сигнале светофора, и чуть опускаю окно, чтобы свежий воздух наполнил салон авто. Перевожу взгляд на толпу людей, которые стоят возле входа в ночной клуб. Естественно, ведь сегодня пятница и каждый старается выйти из дома, и спустить немного своих жалких сбережений на алкоголь, кокс, танцы и секс. Но мой взгляд привлекают две девушки. Одна — то, что нам нужно — высокая шатенка, статная, одета как полагается в моём деле, ухоженная. По ней видно, что она идет туда, найти очередной кошелек, который оплатит ей ее сегодняшнее веселье, а это как обычно мой сочок в ловле экзотических бабочек. Рядом с ней подруга чуть ниже ростом, блондинка, весьма неплоха. Ведет себя чуть более раскованно, чем первая, но в ней есть что-то отталкивающее. Мне нужна именно эта девица.

Загорается зеленый, и я сворачиваю к клубу. Останавливаясь прямо возле двух девиц и не глуша мотор, медленно выхожу из машины. Девушки уже обратили на меня внимание, обе приняли ожидающую позу и оценивающий взгляд. Я смотрю на ту, что нужна мне для работы. Вижу по ее глазам, что она справится и ее можно смело выставлять на аукционе «верхних» — проблем не будет. В ней читается страсть к деньгам, но я понимаю, что если пересплю с ней сейчас, то уже не заполучу ее для работы, а использую только для удовлетворения своей потребности.

Подойдя вплотную к ним, я разрываю взгляд с шатенкой и перевожу взгляд на ее подружку блондинку, которая даже чуть напряглась, что я не обратил на нее внимания, когда шел.

— Привет, прокатишься со мной? — смотрю на ее изумленный взгляд, который переметнулся на ее спутницу, что-то обдумывая. Я уже вижу в ней всю историю и все довольно банально — она обычная подружка второго плана, на которую не обращают внимание, если она рядом с шатеночкой. И на лице девушки уже появляется самодовольная ухмылка.

— Конечно, почему бы нет, — чуть пожимая плечом, она машет на прощание подружке и идет в сторону машины. Смотрю на шатенку, которая явно в недоумении от всей ситуации и не понимает, почему выбор пал на ее никчемную подружку. Это мне и нужно. Она уже завелась и попалась в мои сети.

— Жду тебя завтра в восемь по этому адресу, — протягиваю ей визитку клуба, разворачиваюсь и направляюсь к машине.

− Даже не думай, извращенец! — кричит девица мне в след, но я, улыбаясь, сажусь в салон машины и срываюсь с места с визгом шин. Придет, еще как придет. Этим шлюхам только дай повод. В итоге все равно они оказываются в моей власти, или между ног.

— Меня зовут Сара, — говорит моя спутница, стараясь завязать разговор.

— Что ж, Сара, − намеренно громче и протяжнее произношу ее имя, делая акцент на том, что мне абсолютно это не интересно, — может уже сделаешь то, зачем ты здесь?

− Ты о чем? — чуть прищуриваясь, спрашивает она.

− Я хочу, чтобы ты сделала мне приятно. Ты же ведь понимала, когда соглашалась на мое предложение, что такие, как я, просто так не будут приглашать прокатиться девушек.

Слышу вздох: − Понимала, − бубнит она себе под нос.

− Тогда чего ты ждешь?

— Что прямо сейчас? — все еще недоумевает она.

− Ты хочешь дождаться моей старости, когда мой член перестанет стоять? Сейчас! — шиплю я, и останавливаю машину на парковке возле парка.

Девушка аккуратно расстегивает ширинку на моих брюках и отодвигает резинку от трусов вниз, взять в руки мой член. Она делает это настолько медленно, что, кажется, словно она делает это впервые.

− Только не говори, что не делала этого.

− Нет, − поднимает на меня взгляд, немного смущаясь.

— Нет? Тогда в самый раз научиться. — Я с силой притягиваю ее голову к своим штанам и ощущаю, как она втягивает воздух и обхватывает влажными губами головку. Блять, то, что надо. Запускаю пальцы в ее волосы и начинаю направлять девку так, как мне нравится. И без того короткое платье задралось и оголило бедро, в которое мне хотелось впиться пальцами, насаживая ее на себя. Опускаю сиденье назад и ложусь, чтобы нам было более удобно. И в этот момент шлюшка стонет. Черт! Вибрация проходит по моему члену, делая его еще более твердым и большим. От этого я хватаю ее за волосы и поднимаю голову.

− Садись сверху, — говорю девице. Ее щеки уже горят румянцем, и она завелась до предела.

Не знал, что неопытные девицы могут меня возбуждать, но нужно взять это на заметку. Ее стоны были мощными, как и оргазм. Блять, эта сучка исцарапала мне спину, но в тот момент мне это даже нравилось. Я трахал ее что было сил, а она извивалась, прыгая на мне, считая, что владеет контролем надо мной. Но это было не так. Девчонка была грубой и дерзкой, как я и любил.

− Боже, ты нравишься мне, − шепчет она сквозь стоны.

− Уж прости малышка, но я только трахаю таких, как ты.

− Кретин, − девушка дает мне пощечину, но не останавливается. От этого я закидываю ее на заднее кресло, ставя на колени, и жестко начинаю вдалбливаться в нее. Блондинка начинает кричать от моего напора. — Остановись, мне больно! — слышу я сквозь ее стоны, но не делаю того, что она просит, и ускоряю темп, чтобы скорее кончить. — Стой, остановись!

Но я вхожу в нее, раз за разом глубже, и тогда чувствую, как она сжимается вокруг меня. Дешевая врунья! Ей нравилось это так же, как и мне. От этого я кончаю в нее, с силой сжимая ее грудь одной рукой, а второй держа за волосы.

− Ты козел! Ненормальный!

— А ты шлюха, которая садится в тачку первого встречного, — выплевываю я, пытаясь восстановить дыхание. — Пошла вон отсюда! — открываю дверь машины и выталкиваю ее под голый зад на улицу, захлопнув дверцу. − Отлично.

Блондинка что-то кричит через стекло и размахивает руками, а затем разворачивается, и быстрым шагом уходит прочь. Теперь можно ехать домой и спокойно выспаться. Возвращаюсь на водительское сиденье, завожу мотор с визгом шин уезжаю подальше от этого места.

− Ты уже вернулся? — войдя в спальню, я застаю Миранду в моей постели. На ней лишь чулки и туфли на высокой шпильке.

− Только не говори, что в душе мужики, с которыми ты только что кувыркалась на моей кровати? — останавливаюсь в дверном проеме и указываю пальцем на ванную комнату, надеясь, что там никого, кого бы мне пришлось выталкивать пинками из дома.

− Тут только ты и я, − девушка привстает с подушек, и начинает ползти к краю постели, — мы с тобой, как всегда, только вдвоем. Все как ты любишь. — Бросаю пиджак на кресло, которое стоит у входа, и направляюсь в душ, снимая по пути обувь и расстегивая рубашку.

− Миранда, сегодня я уже получил все, что хотел. — Сняв с себя всю одежду, включаю душ и захожу в кабину. Она моментально наполняется паром от горячей воды. Странно, что Миранда не последовала за мной. Обычно игры в душе ее самые любимые. Ей нравится сочетание моей спермы и капелек воды на ее губах, когда я кончаю на нее. Но сейчас этого не происходит. Догадываюсь, что она что-то затевает и знаю, что когда выйду, будет все еще ждать меня. Поэтому через некоторое время я не удивлен, застав ее все так же на моей постели ласкающую себя. — Я тебе сказал, что на сегодня никаких игр, — вытирая волосы полотенцем, подхожу к двери и открываю ее, давая понять Миранде, что она не желанный гость тут.

— Но малыш, — стонет девушка, растягивая буквы и выпячивая губы вперед, как обиженный ребенок, — мы в последнее время так редко вместе, что я начала скучать по тебе. — Встает с кровати и направляется ко мне. Подойдя впритык, она стаскивает второе полотенце с моих бедер и взяв в руку мой член. — И особенно по нему, — с силой сжимает его, — но у меня есть особые причины полагать, что это как-то связанно с той девицей — Алексис, если я не ошибаюсь. — Проводит указательным пальцем по моей груди, собирая капельки стекающей воды.

Резко хватаю ее за запястье, сжимая так, что костяшки на моей собственной руке белеют, и смотрю Миранде прямо в глаза, но она в свою очередь смотрит в мои, абсолютно не выдавая и намека на боль. — Еще раз я услышу это имя в моем доме…

— И что? Что будет, Брайн? — она еще чуть подается вперед на меня. — Ты не сделаешь мне ничего. Я могу повторять это имя бесконечно. Алексис. Алексис. Алексис, — шепчет мне на ухо. — Ты не можешь скрыть тот факт, что она тебе была небезразлична. Ты наслаждался ей, когда трахал в моем присутствии так, как не наслаждался мной. В чем ее секрет, Брайн? В чем? — спрашивает она, чуть отодвигаясь от меня, — я хочу это узнать, а еще больше я хочу это почувствовать. Давай Брайн. Я хочу, чтобы ты трахал меня так, как трахал ее тогда. Представь, что я — это она. Представь, — ее голос снова переходит на шепот. — Помнишь, те длинные гладкие ноги, по которым ты водил язычком, когда она жила в спальне по соседству. Ее грудь — такую мягкую, теплую, приятную. Какая она была горячая на ощупь. Вспомни те карие глаза, которые она не сводила с тебя, когда ты ласкал ее клитор.

Черт. Миранда говорит и говорит, а я, прикрыв глаза начал глубоко вдыхать и выдыхать. Я вспоминаю ее, эту шлюшку, которая въелась мне в память с того дня в клубе. Я помню ту ночь, когда зашел в ее комнату, а Алексис спала. Но я все же ласкал ее, и я так хотел оттрахать ее, но у меня был план — она должна была сама меня об этом попросить. И сейчас от одних только слов Миранды и моих воспоминаний, мой член уже был твердым как никогда. Я с рыком хватаю Миранду за задницу, поднимаю и несу к кровати. Я не хочу думать, что передо мной Миранда. Я хочу трахать Алексис, как в тот день в Hell.

− О, да Брайн! Это я, Алексис — это я, − шепот продолжает ласкать мой слух с возбуждающим именем из моих фантазий и я тут же вхожу в Миранду, заставляя ее вскрикнуть.

− Скажи еще, — требую я.

− Да, Брайн. Это я. Я буду для тебя Алексис, и ты можешь делать со мной всё, что захочешь. — Именно это я и получил. Я вспомнил все, что было у меня с Алексис, и вылил все воспоминания внутрь Миранды. Все до последней капли.

На следующий день все происходило как обычно. К шести я приехал в клуб, где меня уже ждала Элис. Теперь она стала моим ассистентом. Ей надоело искать для меня новых помощниц, а мне нужно было держать ее при себе, чтобы контролировать по максимуму. Тем более она знала почти все о моих делах. Я не мог позволить, чтобы и она смылась − слишком много знает, но Элис не подавала никаких признаков о том, что в курсе, где находится Алексис. Охрана сообщала мне, что ей никто подозрительный не звонил и не встречался с ней, поэтому она продолжала работать. Я знал, что девчонка может задержаться при мне еще очень надолго. Изначально у меня был план, ровно такой-же как и со всеми — аукцион «верхних», а если у нее не хватит мозгов и она захочет переспать со мной, то отправится в Hell. Но однажды она нашла для меня очень редкий экспонат — картину, за которую я получил неимоверно большую сумму с молотка. Благодаря ее находке, поднялось и мое уважение к ней. Конечно в тот же вечер, я зажал ее в коридоре, проникая в ее трусики, которые были мокрыми. Я видел, что она хотела меня. Видел, как она смотрела на меня с огнем в глазах и понимал, что она была такой же как и все. Я мог воспользоваться ей в любую минуту. Что я и сделал, когда мы шли по коридору, а она виляла задом впереди меня. Но как только мои пальцы коснулись ее клитора, она ударила коленом мне по яйцам и сказала, что знает, какую игру я веду и что я могу трахнуть ее, но тогда я не получу больше возможности зарабатывать столько денег на предметах искусства.

В тот момент я понял, что девчонка со стальными яйцами, как и я, завоевав еще больше уважения. С тех пор я не хотел ее трахнуть, просто отключило и все, но иногда я был готов ее убить за дерзость, которую она позволяла себе по отношению ко мне. Приходилось ставить ее на место.

− Элис, к восьми приедет еще одна. Посмотришь ее. Планировал взять ее на «верхний», но может у нее мозгов и манеры на «нижнюю». Проведи беседу, — говорю сходу блондинке, которая уже ждала меня в кабинете.

− Хорошо. Звонил Грин, сказал − приведет с собой еще одного клиента, — поворачивается девушка в кресле в мою сторону.

− Это хорошо. Надеюсь его дружок с таким же толстым кошельком. Что еще? — усаживаюсь за стол.

− Все готово для завтрашнего аукциона. Все проверила на подлинность и целостность. Запланировано двадцать гостей. Девочки для «верхнего» подобраны, сейчас готовлю их. Но посмотрим, кого ты там еще нашел. И… Миранда заходила.

− Что ей надо было?

− Она просила, чтобы ты перезвонил, что соскучилась о тебе и вашим играм, — протягивает она, подкалывая меня.

− Достаточно. Я услышал тебя. Теперь иди работать. И принеси мне…

− Мистер Райт! — прерывает меня Коул, вбегая в кабинет и хватая ртом воздух. — Ваш компьютер взламывают.

− Чего? — в моей голове начинается подобие растревоженного муравейника. Куча мыслей одновременно возникают, одна тут же сменяя другую.

− Ваш компьютер, — указывает на мой лептоп. — Его взламывают! Удаленно.

− Твою мать, Элис оставь нас! — кричу я, тут же открываю крышку ноутбука и запускаю его. — Что ищут?

Коул заходит в какие-то настройки, я ни черта не понимаю и не запоминаю, что он делает.

− Они скачивают информацию о вашем бизнесе.

− О чем именно?

− Где хранятся ваши бумаги на бизнес.

Блять! Блять! Черт! Паника закрадывается во все частицы моего тела, одновременно разжигая пламя и озноб. Я запускаю обе руки в волосы, с силой оттягивая их до боли.

− Уже скачали?

− Да, — чуть тише говорит он, — я ничего не мог сделать. Этот хакер умен и однозначно лучше меня.

− Твою мать, Коул, какого черта?! − хватаю его за воротник рубахи,− я что, плачу тебе за то, чтобы ты проебал мой бизнес из-за того, что какой-то сукин сын круче тебя? На хрена ты мне тогда? Коул, найди мне, кто это сделал! — толкаю его и протираю рукой лицо, стараясь прийти в себя.

Парень срывается с места и убегает, и как только захлопывается дверь кабинета, я хватаю стул и со всей яростью отправляю его в стену.

− Блять! Суки! — упираясь руками о стол, я вдыхаю, чтобы успокоиться, но уже поздно. Я заведен до предела. Сначала эта сука Тили. Затем Фишер. Теперь какой-то урод нашел файлы, которые Коул хорошо припрятал. Кому вообще это понадобилось? Но если этот кто-то так быстро нашел то, что искал, то наверняка он придумает, как забрать документы из банка.

В голове яркими буквами горит слово — «Опасность!» Мне нужно, чтобы документы были у меня, в надежном месте. Лихтенштейн далеко, и если что-то пойдет не так, то я упущу и потеряю свой бизнес.

− Что случилось? — в кабинет входит Элис.

— Меня завтра не будет, аукцион проведете сами. Купи мне билет до Лихтенштейна и обратно, и забронируй гостиницу, — резко отвечаю ей, стараясь не смотреть на девушку.

− То есть, тебя не будет два дня? — в ее глазах я вижу радостные нотки, а бровь подлетает в удивлении вверх. Что происходит?

− Не будет, а что?

− Да… ничего, — в голосе Элис я слышу какую-то загадку. Что за херня?

− У тебя есть планы?

− Нет-нет! — тут же отнекивается девушка, и отводит взгляд в сторону. Она врет. У нее что-то есть, что она не хочет мне говорить. Но есть только одно, чего бы она мне не сказала — Фишер. Она наверняка что-то знает. Но у меня нет времени разбираться с этим дерьмом сейчас. И нельзя, чтобы Элис помогла этой суке спрятаться от меня.

− Ты едешь со мной! — указываю на нее пальцем.

− Что?

− Что слышала — ты со мной едешь.

− Но я ведь могу все забронировать.

− Элис, я знаю тебя уже достаточно хорошо, чтобы понять, что ты что-то замышляешь. И я этому не позволю случиться.

− Брайн. По-моему ты бредишь, — прыскает она, пытаясь сдержать смех.

− Заткнись, − я подхожу к ней вплотную и хватаю ее за подбородок. − Меня достали твои игры! Меня бесит твоя Фишер, из-за которой сейчас еще один геморрой. И если я говорю, что ты едешь — поверь, ты поедешь, иначе будешь отрабатывать эти два дня вместе с девочками в Helll, — с силой отталкиваю ее, — собирайся. Вылетаем сегодня же ближайшим рейсом, — разворачиваю ее девицу в сторону двери и толкаю в ее направлении.

− Придурок, − уходя, ворчит Элис, но мне насрать. Почему с приходом этой Алексис все пошло не так? Какого черта вообще происходит?

Сердце выдает ритмичный стук в груди, окутанное чувством гнетущей ярости. Я вообще ни хрена не понимаю, я взбешен и не могу успокоиться, чтобы начать мыслить здраво. Моя голова вибрирует от гнева, шея напряжена до предела, и я стараюсь чуть размять ее рукой.

− Это что, херова проверка на прочность? — говорю я в сторону портрета отца, висящего на стене над столом. Он как-то говорил мне, что все может пойти не так, как должно быть, и тогда моя голова окажется в заднице, но если я достоин этого бизнеса, то я справлюсь. Я не мог его подвести. И даже после его смерти я хотел, чтобы он мог гордиться мной.

Достаю телефон и набираю Коула: − Есть информация?

− Пока нет, как только найду — тут же сообщу, — отвечает парень.

− Тебе лучше поторопиться. Надеюсь, ты предоставишь мне отчет, сегодня же. — Отключаюсь.

Через одиннадцать часов мы приземляемся в аэропорту Лихтенштейна. Проведя восемь часов в самолете, я изрядно устал, а Элис засыпала на ходу, хотя проспала весь полет. Сейчас было раннее утро, и прохладный воздух бодрил, как никогда. Раньше я любил бывать здесь. Кто-то из моих родственников жил тут, и мы часто с отцом прилетали погостить к ним. Отец уезжал по делам, оставляя меня с каким-то мужчиной. Но сейчас мне некогда было думать об этом и вспоминать приятные моменты юности. Сейчас во мне кипела ярость. Я давно уже должен был прийти в себя и успокоиться, но не мог. Всю дорогу мои ногти впивались в ладони, оставляя следы, а челюсть уже начинала болеть от той силы, с которой я ее сжимал. Коул так и не смог найти, откуда был источник взлома. Еще один бесполезный вымогатель денег. Надо позаботиться по приезду о том, чтобы следующей его работой было — выскребать дерьмо из сортиров. Все приходится делать самому. Но Коул подождёт, сейчас важнее, чтобы акции на бизнес были в безопасности, а еще точнее — у меня. Не знаю, на что способны те, кто взломали мой компьютер бесследно и нарыли то, что было так хорошо спрятано, но я не хочу оставлять бумаги в банке. Не сейчас, когда и так все катится к черту.

При выходе из аэропорта нас уже ждала машина, которую Элис забронировала по прилету. Черная ауди сияла на свете солнца, и мысленно поставив моей помощнице галочку, я сел за руль.

Нажимаю на педаль газа, и срываюсь с места, набирая скорость за считанные секунды. Мы едем по узкой дорожке за городом. По краям только деревья, а впереди петляющий асфальт с желтой разделительной полосой. Элис не разговаривает со мной, как и я с ней. У меня нет желания даже начинать беседу зная, что ее стервозный характер будет проситься наружу сквозь дерзкий рот. Но как только я подумал о ее молчании, она тут же прервала столь приятную для меня тишину и звук мотора.

− Брайн, почему ты такой мудак?

− А почему мне им не быть? — я сдерживаюсь, желая узнать, какой вопрос будет следующий, или же понять, к чему она клонит.

− Как минимум потому, что есть люди, которые и так будут работать на тебя за деньги. Но нет. Ты ведь специально трахаешь всех, чтобы потом пользоваться ими. Скажи, у тебя член еще не отвис?

Это меня даже веселит, поэтому чуть усмехнувшись, я слегка поворачиваю к ней голову, и снова надеваю непроницаемую маску.

— Послушай, милая. Мы с тобой не раз это обсуждали. Я беру все, что хочу. Такой уж я есть. Мне все было позволено в детстве, и я не хочу лишаться этого и сейчас, а тем более узнав вкус оргазма. И да, я делаю это специально. Я знаю, что мое удовольствие может принести мне потом еще и кучу деньжат. Поэтому я трахаю тупых девиц, которые сами не прочь раздвинуть ноги, напрочь забыв про контракт. — Снова перевожу взгляд на девушку. Элис скрестила руки на груди, и, цокнув, отвернулась к окну, рассматривая пейзаж за окном. — Мне лишь не понятно, почему твоя киска зарастает паутиной уже так много времени. Ты решила стать монашкой?

− Скажи мне, на хрена ты сделал это с Алексис? — Элис проигнорировала мой подкол. — Ты знал, что она мне не посторонний человек. Ты знал, что она дорога мне как никто другой, − повышает голос с каждым словом и совсем переходит на крик. Я резко торможу и смотрю прямо на нее. Достала. На протяжении двух месяцев она задавала мне эти вопросы постоянно, но я просто игнорировал ее.

− Потому, что твоя сучка подставила меня, как последняя идиотка. Я не собираюсь с тобой больше это обсуждать. Ты знала кто я, и на что я способен. Ты понимала, во что втягиваешь ее. И снова вас ослепляют только деньги и желание обладать суммами побольше. И поверь, если бы она не была тебе так близка, то я бы уже давно пристрелил ее, делая из ее аппетитного тела решето. Но я решил просто насладиться тем, что она не давала мне. И это еще один повод. Я… Получаю… Все… Ты знаешь это. И запомни это, раз и навсегда. — Гнев снова проникает в мой разум. Я вспоминаю все, что сделала эта Фишер. Как унизила меня в глазах клиента, как помогла этой шлюхе Тили скрыться от меня. — Блять! Я не хочу больше это обсуждать. Я сказал тебе — я найду эту тварь — твою подружку. И ты будешь навещать ее в Hell между ее клиентами, которых я буду подбирать особо тщательно, чтобы они имели ее как можно жестче.

− Ты урод! Скотина! Ты думаешь, это сойдет тебе с рук? Ты никогда не найдешь ее! Я тебе обещаю! — черт. Она что, знает, где эта тварь? Я хватаю ее за руку, когда та пытается открыть дверь машины, чтобы выйти.

− Сидеть! Ты никуда не пойдешь! — блокирую дверь машины. — Ты знаешь, где она? — спрашиваю, чуть тряхнув ее за руку.

− Нет, и если бы знала, то не сказала.

Мы смотрим друг на друга, как два разгневанных быка перед боем. Но я понимаю, что она не шутит. Элис никогда не сдаст свою подружку.

−Если я узнаю, что ты все знала, то тебя ждет судьба еще хуже, чем у нее. Ты поняла?

− Посмотрим, − выдергивает руку из моей хватки и потирает место, где остались отметины моих пальцев. Я хватаю ее за волосы и с силой поворачиваю ее голову так, чтобы она смотрела на меня.

− Я сказал это, Элис, − шепчу я как змея, словно стараясь выплеснуть весь яд в этих словах. — И ты знаешь, что если я говорю это, то так и будет. — С силой отпускаю ее, толкая так, что она ударяется головой о стекло, шипя от боли. Снова давлю на газ и продолжаю путь. Нужно решить все это дерьмо.

Через час я расписываюсь за то, чтоб забрать документы из ячейки в банке. Они со мной. Бумаги на предъявителя. Это будет провалом, если они попадут в чужие руки. Тот, кто владеет этими бумагами — владеет всем моим бизнесом. Поэтому я не мог потерять из виду ни одной из тех, что лежат в большом белом конверте, который я держу в руках. Сейчас важно доставить их как можно скорее ко мне в дом, в сейфе они будут под большей защитой, и я буду более спокоен, чтобы разобраться с тем, кто собирает информацию на меня. Еще и Элис. Я не стал оставлять ее в машине, поэтому взял с собой в банк, крепко держа ее под локоть, но та рьяно старалась вырваться. Она доставила проблемы и привлекала много ненужного внимания, так как охранники банка не сводили с нас глаз, а менеджер был очень насторожен.

Выйдя из банка, я запихиваю Элис в машину, и сев, завожу мотор.

Конверт я кладу в бардачок, не хочу, чтобы они были у девчонки в руках. Не хочу, чтобы кто-то вообще их касался. Во мне нарастает тревога, которой не было раньше, поэтому я решаю скорее двигаться дальше.

− Что-то вы быстро, мистер Райт, даже слишком. Спешим? — неожиданно слышу за своей спиной женский голос. Ее голос. Фишер. Перевожу взгляд в зеркало заднего вида и натыкаюсь на шоколадные глаза, которые с прищуром смотрят на меня, но они уже не те, раньше они были другими. В них нет того страстного огня, с которым она каждый раз смотрела на меня. В них только лед, такой же, как и в моих. Сука. Тварь. Она здесь, сидит со мной в одной машине. Сама пришла ко мне. Это мой шанс покончить с ней.

Быстро нажимаю на кнопку блокировки дверей, но в этот момент слышу непонятный вибрирующий шум и укол в шею. Электрический разряд парализует меня, уносит куда-то в темноту. Дикая боль не дает мне пошевелиться, но я смотрю на нее, не могу отпустить ее взгляд. Не сейчас. Из меня вырывается рык, но это последнее, что я смог сделать. Пустота окутала меня, и я больше ничего не видел, не слышал, не чувствовал. Я просто падал в пропасть, не осознавая ничего, что происходит рядом со мной.

Глава 24

Avril Lavigne — How you remind me

Алексис

Я так и не стала для тебя зазнобой. Той, которую холят, лелеют… которую любят. Я не стала для тебя той единственной, о которой думаешь до дрожи, которая впивается глубоко под кожу и завладевает сердцем. У тебя его просто нет… там дыра, огромная и черная, и тебе нечем любить. Ты жалок в своём обличии всеобъемлющего тщеславия и огромных возможностей, на самом деле это всё ничтожно, но ты никогда этого не поймёшь, ты просто не способен. А я… пусть я не стала любимой для тебя, я всё-же стану особенной и ты запомнишь меня навсегда. Ни злостью, ни истерикой, ни паникой — ни чем ты не вытеснишь меня из своей сущности. Ты забрал у меня все, и я отплачу тебе той же монетой…

Тайлер неустанно следит за Элис, для него всё это имеет такое же огромное значение, как и для меня. Его мотивы мне понятны, он потерял маму, они забрали её у маленького мальчика. Он вырос, но не смирился. Наверное, с этим можно жить, но не смириться. Когда я думаю об этом — хочется подойти и обнять его, лишённого материнского тепла и ласки. Но он ждёт от меня того же, только в ином проявлении — как от женщины, а я боюсь, боюсь, того, что это всё мимолётно и это не дает мне раскрыться. Хочется верить, что это просто мой страх, моя недоверчивость и всё это безосновательное. Слишком он рисковал, подставляя себя ради того, чтоб меня перехватить у нового хозяина, не дал мне сойти с ума от мучающих кошмаров по ночам, купил дом. Он тот, с кем чувствую себя маленькой девочкой за каменной стеной, закрывающей от всех бед. Почему я раньше не заметила в нём этого? Почему тогда, на защищавшего меня парня в баре, я не обратила внимание? Потому что была верна другому, подписав контракт ценой в собственную жизнь. Поплатилась за доверие. А Тайлер стал для меня всем — советником, союзником, любимым.

От каждого нового звонка Элис меня, казалось, пробивает электрическим разрядом — перед глазами сразу возникал яркий и приковывающий внимание «Hell» с дорогим интерьером, вышколенным персоналом — его верными «псами», красной комнатой, с которой всё по сути началось и аукционом — местом моего падения, местом, где я осознала, что всё, даже жизнь, которую мы считаем бесценной, имеет свою стоимость.

И вот наш план введен в действие. Тайлер уверен, что всё должно сработать и я очень надеюсь, что так и будет. Первым этапом было найти своего человека в рядах Райта и Элис стала идеальным вариантом для связного. Почему она пошла на это? Ведь она же меня предупреждала, каким будет босс, но видимо и сердце подруги не выдержало как он повёл себя со мной — глупой и наивно полагающей, что что-то значу для этого монстра и смогу его изменить. И я сыграю с ним в его же игру. Жестокую и бесчеловечную, игру без права на ошибку.

Когда думаю об этом, мне становится не по себе насколько я жестока, но и успокоиться я не могу. Отпустить и забыть это у меня не получается.

Поставив телефон Элис на прослушивание Тайлер ждёт её появление в людном месте, обычно это магазин, где можно спокойно и ненавязчиво болтать по телефону, не привлекая излишнего внимания. Он отлично в этом разбирается. Возникает мысль, что он профи и занимается этим не впервые.

Еще раз проверив территорию, звонит охрана и сообщает что Элис одна и без признаков слежки. Тайлер набирает её.

− Элис, это Тайлер. У нас мало времени, поэтому слушай и запоминай всё внимательно. — Его тело заметно напряглось, а скулы явно очертились. — Ты понимаешь, на что идёшь, отвечая на звонки. Что бы ни происходило дальше — следуй за Райтом. Его база у меня и он узнает об этом. Остального рассказать пока тебе не могу, за тобой явная слежка, ты и сейчас можешь быть в опасности. Дальше инструкции получишь позже. — Он отключается и поворачивается к компьютеру, напряженно, даже немного с раздражением, что-то изучая.

Какое-то время он сидит у компьютера серьезный, молчаливый. Я боюсь спрашивать, всё ли идёт по его плану, боюсь спугнуть возможность всё осуществить и просто жду. Но вот его лицо светлеет, расцветая в улыбке, плечи расслабляются, и он облегченно выдыхает.

− Готово. Алекс, − поворачивается он ко мне, − иди ко мне. — Тайлер протягивает ко мне руки, и я забираюсь к нему на колени, усталому, но довольному. — Ты готова забрать у Райта его детище? Его бесценный бизнес, сама, лично? — Он заглядывает в мои глаза. — Я знаю, как для тебя это важно, но кроме того, что мы уже сделали, нужно забрать эти бумаги. Я заберу их сам, но ты тогда так этого хотела. С ним самим ты хочешь расправиться? — При этом вопросе я отвожу взгляд в сторону, на свои колени.

Да. Да, более чем. В жутких криках и мучениях, терзавших меня ночами, я мечтала, что заставлю его страдать, причинив боль, ударив по самому сокровенному, самому болезненному месту. Но сердца у него нет, его душа — это его бесчеловечный бизнес, торговля людскими душами, как демон из Ада.

−Да, я хочу положить этому конец. Я не хочу, чтобы женщины страдали, как я и Тили.

− Алекс, − он мягко проводит по моей щеке, приподнимая мой подбородок, заставляя меня смотреть на него, − если ты не готова или не хочешь, то не должна этого делать, ты не должна идти против себя и своей воли.

− Нет, я хочу. − При очередном воспоминании о Райте у меня пересыхает во рту и руки сжимаются в кулаки. Я хочу забрать бумаги и я не хочу больше бояться его. — Я поеду.

Наш разговор прерывает звонок телефона. Тайлер поворачивает ко мне дисплей, давая понять, что это Элис.

− Говори, — отвечает Тайлер.

− Тайлер, Брайн в ярости, его компьютер взломали. Я не знаю, что там было, но речь шла о бумагах. Он заставляет меня ехать с ним…

− Да, все верно. Ты должна ехать с ним в Швейцарию, − отвечает Эванс быстро и четко, но на другой стороне молчание. Тайлер продолжает разговор с девушкой, но я переключилась на свои мысли.

Да, это те самые документы, которые дают право на полное обладание его бизнесом. Их мы и будем забирать. И осознание полной победы, те эмоции, того чувства свободы от гложущих тебя мыслей, той тревоги, что разрывала изнутри даст только тот момент, когда я буду держать их сама. Да, я хочу видеть его лицо, как он видел моё в момент кульминации его игры. И ради этого я готова ехать.

Тайлер объясняет Элис, что по прилету в Швейцарию, она должна арендовать ауди. И только ее, без других вариантов, а сам тем временем заказывает билеты для нас.

Уже через пару часов наш рейс. И чем ближе этот момент, тем сильнее я волнуюсь. Под кожей покалывает, а пульс ускоряется, когда представлю, что окажусь рядом с Райтом. А что, если он всё знает? Что если это ловушка? Ловушка с новым и изощренным наказанием.

Нет, Тайлер не мог так просчитаться. Он проверил каждую деталь, каждый шаг и я доверяю ему.

Собрав сумку, подхожу к окну в смятении чувств и обнимаю себя руками за плечи. Мне зябко: то ли от моих мыслей, то ли просто замерзла − сейчас и не разобрать. Быстрее бы всё уже случилось — сделать и переступить через это.

− Вот, возьми. — Рука Тая легла мне на плечо, а в другой он держит электрошокер.

− Для чего это? — сжимаю металлический баллончик в своей руке и с непониманием смотрю на него.

— Пока парень побежит спасать свои драгоценные бумажки, я займусь кое-чем другим, — улыбаясь, говорит он, и целует меня в лоб.

− И чем же, можно узнать?

− Я считаю сигналку на Ауди с помощью триггера, и мы проникнем в машину. Райт вернется, а там его встретишь ты, твоя задача его отключить. В свой удар и речь ты можешь вылить всю свою ненависть, что чувствуешь к нему за всю боль, что он причинил тебе.

−Хорошо. − Еще крепче сжимаю баллончик, от чего костяшки на руке стали белыми. — Я всё сделаю.

− Не бойся. Всё довольно сложно, чтобы взять и развалиться. Райт не дурак, но и он не всё просчитал. Всё защитить невозможно, как бы он ни пытался и я слишком долго к этому шёл. Я знаю, что Брайн не оставит бумаги в той ячейке. Он был уверен, что его база достаточно хорошо скрыта от других всеми возможными способами. Но не от меня. И раз уж он увидел, что его так просто взломали, то конечно он побежит в банк, спасать свое наследство. Сейчас им движет страх. Страх же и толкает людей на необдуманные поступки. Необдуманные поступки Райта — наш козырь, потому что мы, любимая моя, продумали все в нескольких направлениях, — обнимая, говорит он.

Тайлер меня подбадривает, успокаивает, утешает. В его объятиях тепло и спокойно. Тревога уходит прочь.

И в самолёте, и на пути в банк я настроена сделать всё быстро и чётко. Медлить нельзя.

Итак. Мы подъезжаем к тому банку, о котором узнал Тайлер, взломал компьютер Брайна, и остановившись, начинаем наблюдать.

− Вот они, − говорит мне Тайлер, указывая на черную Ауди. Что ж, машина действительно в стиле этого ничтожества.

Я смотрю на открывающиеся двери авто как в замедленной съемке. Выходит Элис, и не оглядываясь по сторонам, уверенно закрывает дверь. А с другой стороны выходит он. Все мое тело будто перестало двигаться, а в памяти всплывает тот проклятый день. И я снова будто попадаю в ночной кошмар. Но теперь мне не страшно. Нет. Я хочу, чтобы он страдал так же, как и я тогда. Мне это нужно. Необходимо.

Тут же я слышу, как у Тайлера срабатывает звук сигнала, в тот момент, когда Брайн ставит машину на сигнализацию.

− Готово, считался, − уверенно говорит Тайлер, и берет мою руку в свою, снова сжимая ее, как бы подбадривая меня, и мы провожаем взглядом парочку, которая входит в банк. — Пошли, нам пора.

Мы мигом выходим из нашей машины, и Тайлер открывает дверь, впуская меня на заднее сидение черного авто. Я, пригнувшись, смотрю сквозь затонированное стекло иномарки на улицу. Гулко стучит в груди сердце, слышен каждый удар. Каждая минута пролетает незаметно, пока я вдыхаю теперь такой ненавистный для меня запах Райта. Он проникает в меня, разжигая огонь, но теперь уже не страсти, как это было ранее, а злобы, ненависти, ярости и безмерного отвращения к нему.

И наконец, они выходят из здания. Он злой и нервный, тянет с силой Элис за собой. Пульс в ушах бьет отчетливее, пальцы начинают дрожать, и я сильнее сжимаю в руке шокер. «Соберись! Ещё чуть-чуть, не поддавайся панике!» − говорю я сама себе. Точнее, даже кричу.

Делаю несколько очищающих выдохов. Тайлер рядом, он за нами следит, я просто должна пройти через это сама. Вот они и у машины.

Раздается звук отключаемой сигнализации и дверь открывается. Я замираю и не дышу. Райт садится на водительское кресло, прямо передо мной, суетливо кладет конверт в бардачок. Это даёт мне возможность незаметно выпрямиться, и пока я это делаю, внутри меня уже бурлит уверенность в наших дальнейших действиях.

− Что-то вы быстро, мистер Райт, даже слишком. Спешим?

Слышу приглушенный вопль Элис. Но на неё я не смотрю, я сфокусирована только на нём. Райт замирает. Его и без того напряженная поза становится еще более выражающей раздражение и злобу. Но мне хватит и этого. Что же он предпримет на счет нас с Элис я не жду, я уже достаточно осведомлена и прочувствовала на что способна эта мразь. Таких людей не учит ничего. Такие, как он, не меняются.

Все происходит, как мне показалось, меньше чем за секунду. Он блокирует двери машины, а я резко включаю электрошокер и приставляю к его сонной артерии. Разряд, треск которого наполняет машину, Райта трясет и он отключается.

Бездыханное тело лежит на сидении. Смотрю на него, осознавая, что только что совершила. Вот он, тот, кто приходил в кошмарах, подпитывал страх, не давал дышать. Тот, кто растоптал душу, вытащил и перекрутил на мясорубке сердце, тот, кто сделал из меня когда-то призрак.

Но я смогла! Я прошла через весь этот Ад и вот тебе расплата, тебя переиграли Райт, твоим же нечестным методом. Поделом тебе.

Только теперь я могу посмотреть на Элис тихо сидящую, от неожиданности вскрикнувшей в момент, когда я подала голос.

− Привет, − она судорожно выдыхает и обнимает меня за шею, − я так рада, что с тобой всё хорошо и что ты в надёжных руках. А что с ним будет? — Она смотрит в сторону Райта.

− Элис, − тихо шепчу, обнимая подругу, переклонившуюся ко мне с переднего сидения. Меня переполняет тихая радость. Моя подруга, лучшая, частичка моей старой жизни. Она меня не подвела. А теперь она как я, и ее нужно от Райта спрятать. — Тайлер всё продумал. Мы с тобой уже всё сделали.

К машине подходит Тайлер и Элис снимает двери с блокировки. Он просит Элис пересесть ко мне, а сам в это время пересаживает Райта на соседнее пассажирское сиденье, надев на него наручники. Вытащив конверт с документами из бардачка, он передает их мне, сев за руль. Тайлер выруливает со стоянки банка, и мы направляемся в сторону выезда из Цюриха.

− Эта тварь заслуживает самого жестокого наказания за то, что делает и что сделал с тобой Алекс, но я не смогу его убить. Поэтому, у меня в планах другое. — Тайлер смотрит на меня через зеркало заднего вида. — Он заставляет людей выживать и выкарабкиваться из дерьма. — Возникает Небольшая пауза. — Мы оставим его в таком же положении, прикованным к дорожному знаку вдалеке от цивилизации. Пусть выбирается сам, как сможет.

В этот момент я облегченно вздыхаю. Естественно, что забрать документы на бизнес — для Тайлера это не все. А Элис прыскает от смеха, прикрывая лицо рукой.

Город заканчивается, сменяясь зоной коттеджей, а потом и вовсе лесостепной полосой. За окнами уже темнеет и мы на отрезке трассы с ремонтом дороги в километрах 40 от города. Тайлер останавливает машину.

— Ах, да. Я, наверное, забыл вам сказать, что он будет голым, — добавляет Тайлер и выходит из машины, огибая ее.

Брайн все еще в отключке. И мы, полностью раздеваем его до трусов, забираем все средства связи, и приковываем его наручниками к дорожному знаку на обочине.

Оставить Райта одного, на аварийном участке трассы, без средств к существованию — это жестоко. Но во мне ничего не дрогнуло, ни укор совести, ни гуманность. Мой внутренний голос молчал. Я забыла, что когда-то чувствовала к этому монстру. Нет, точнее я поняла, что это было. Я питала к нему вожделение, вызванное восторгом и страхом, но не любовь. Таким можно восторгаться, изумляться, тихо и благоговейно бояться, но не любить. И пусть меня осуждают, пусть корят за мою безрассудность, что я сама во всём виновата, что верила в неосуществимое, и что не мне его судить, но нет, уж кто, а я имею право это сделать. Он мог меня продать, как остальных, что и хотел с самого начала, но не насиловать, не дать в него верить и не отнять ту самую ценную частичку меня, единственное, что у меня было — мой дом. Но этот человек не знает ни жалости, ни пощады. Его метод наказания — уничтожение человека, причинять боль и сломать.

Но я возродилась, восстала из пепла краха собственных выжженных надежд и обещаний и я довела это до конца. Он мог бы быть другим, мог бы помогать женщинам, ведь далеко не все приходят к нему за легкими деньгами. Нет, судьбы у нас разные и нужды тоже. Но Райт никогда и никого и не хотел понимать, единственные его ценности — предметы роскоши и искусства, молчаливые и пахнущие деньгами.

Вернувшись назад в Цюрих, мы переоформляем форму собственности и хозяина. Подключенный Робертом нотариус довольно быстро всё оформляет. И в считанные минуты я становлюсь хозяйкой «Hell», и теперь собственноручно могу всё поменять. Что касается Элис, то мы заберем к себе и спрячем, она будет под нашим присмотром, подальше от Райта. В Швейцарии нас больше ничего не держит, поэтому пора возвращаться домой.

Самолёт поднимается всё выше и выше, набирая высоту. Такое долгожданное облегчение я так и не получила. Всё это оставило по себе лишь неприятный осадок.

У меня на руках новые документы, мои документы, но… для меня это всего-лишь бумажки, отголоски его грязного семейного дела, которому я твёрдо и решительно намерена положить конец. Больше не будет насилия, слёз, разочарований, обмана, искалеченных и сломанных женских судеб. Нет, нельзя, не позволю! — От нахлынувшей злости сжимаю конверт до хруста, впиваясь в него ногтями.

Сразу же по возвращению домой мы закрываем аукционы, все до единого. Я не хочу ни копейки от этого грязного семейного дела Райтов, и все средства, полученные за лоты, я отправляю на благотворительность от имени мецената Джейн Стоун. И это ничтожно малая сумма, которую сам же Райт мог подарить миру, но на что был не способен, купаясь в своей алчности и скупости.

За пару дней дело дошло и до клубов. Появиться вновь в этих притонах прогнившего шика и изысканного вкуса Райта было для меня новым испытанием. Но, чувствуя себя хозяйкой, я меняла всё на ходу, срывая шторы, разбрасывая стулья и показывая прихвостням Райта, всегда лебезившим перед ним, что больше их не задерживают.

Я поменяю здесь всё, прочищу все подвалы и ящики. Теперь это не твоё, Райт, за все мои крики, за каждую судорогу, за каждый стон от боли ты расплатился свой самым дорогим и лелеемым. И ни одно твоё правило больше здесь не работает, ни одна девушка, слышишь, больше ни одна не будет здесь избита!

И вот осталось одно незавершенное дело, но самое важное — «Hell». Чтобы мы могли попасть в клуб я взяла копии документов на имущество, заверенные нотариусом, а Тайлер позвонил своему знакомому оперативнику, который организовал группу захвата.

Мы едем в клуб. Возможно, именно сейчас там аукцион и продают женщин. От закрадывающихся мыслей под кожей пробегает неприятный холодок. Я снова вспоминаю себя, выставленной на подиум в красноватых отблесках фонариков в полу. До боли сжимаю челюсти. Я готова сама разбить каждый из этих искусно вделанных в пол фонариков и неважно, сколько это стоило прежнему хозяину.

Показав документы охране, я прохожу в клуб. Группа захвата не дает им сообщить Джейку, что я в клубе, и мы беспрепятственно проходим дальше. На первом этаже всё как обычно — гремят басы, по полу стелется мыльная пена, обволакивая танцующую разгоряченную и весёлую толпу. По залу ходят полураздетые девушки с подносами напитков. На вид ничего особенного, распутный бар, прикрытие и ширма Райта для настоящего дела. И я пришла именно туда, вниз, где всё и происходит.

Минуя коридор с комнатами, группа захвата входит в каждую комнату, забирая людей и частично арестовывая. Только меня интересует другой человек — тот, который заправляет этим притоном и как верный пёс служит своему хозяину.

Я первой не вхожу в тот зал, не могу. Снова увидеть, как могут на глазах у всех насиловать девушку — это выше меня. Я пропускаю остальных вперёд.

Тайлер с людьми уже там, аукцион остановлен и только тогда я вхожу. Уверенно делая шаг за шагом, подхожу к арестованному Джейку. Парень смотрит на меня взглядом, полным ненависти и презрения, таким же, каким и Райт смотрел на этот мир.

— Ну, вот и всё, Джейк. Здесь другие хозяева и в твоих услугах больше не нуждаются.

— Бл*ть. Сука! Как ты?..

— Выбралась? — я зло и иронично улыбаюсь, готовая плюнуть в его изумленную физиономию.

— Смогла. — Делаю небольшую паузу. — Знаешь Джейк, тебе и не представить чего это мне стоило. Но если уж идти на дно, то тащить туда всех, кто виновен. И я это сделала. Оказавшись на дне сама и выплыв, теперь я опущу туда вас, всех — и тебя и твоего хозяина.

— Тварь. Он тебя найдёт. Он убьет тебя, сука! — шипит Джейк.

— Пусть выкарабкается вначале оттуда, где он сейчас, а потом посмотрим, — самоуверенно поднимаю брови, — твой хозяин тоже человек из плоти и крови, убить можно всех.

Джейк что-то еще говорит и слышна грубая брань, пока его уводят, но я его больше не слушаю. Всех — и клиентов, и девушек выводят из помещения, и я его опечатываю, навсегда закрывая это место на замок в моей душе.

Помимо документов на клуб у меня есть еще один совсем неприметный, но очень важный для меня листок — разрешение от городских властей на снос здания. Я просто никогда не хочу видеть это место, где были сломаны и изменены сотни женских судеб. Все работы будут начаты утром, но по специальному разрешению, техника уже подъехала и ждёт приказа.

Тайлер подходит ко мне и обнимает за плечи, крепко прижимая к себе.

— Готова?

— Да, — шумно выдыхаю, зная к чему его вопрос.

— Знаешь. Я так же, как и ты ненавижу это место. Но как ни странно, именно оно было для меня неким счастливым стартом, — Тайлер смотрит мне в глаза, словно заглядывает в саму душу. — Я впервые встретил здесь тебя, и с тех пор ни на минуту не мог перестать думать о тебе. Но я знаю, что нам нужно сделать это. Если готова ты, то готов и я. Это место отняло у меня семью, мое счастье, и твое счастье. Я думаю, что это поставит точку во всей этой гнили, что несла с собой семейка Райтов, да?

Я чуть киваю ему, оглядывая ненавистный мне клуб. Мы отходим дальше, надевая каски и специальную одежду, пока охрана делает последнюю, завершающую проверку здания, а спецрабочие оцепляют его специальными заграждениями. Последний проверяющий выходит, делая знак, что помещение чисто и Тайлер подает знак рабочему на машине для сноса.

Раздается шум мотора, движение в сторону здания и удар. Затем следует второй и третий. Под треском рушащегося бетона, стекла и кирпича я хороню свои былые страхи, воспоминания и боль, раздирающую мне душу.

Каждый контракт имеет свой исход. Моим стала МЕСТЬ. Теперь мы квиты, Брайн Райт, теперь мы квиты.

Глава 25

Брайн

Темнота внутри меня, она поглотила полностью. Я стараюсь открыть глаза, но голова, словно каменная и тяжелая, не позволяет скоординировать движения. Сейчас я совсем не понимаю что со мной, где я, мать твою, нахожусь. Дикий холод окутывает тело до неприятной дрожи, я сижу на чем-то твердом, а руки прикованы сзади, похоже наручниками, если я правильно ощущаю этот холодный предмет оков. На глазах повязка и я не вижу, где нахожусь, но понимаю, что это улица, только вот, черт, где я?

Новое дуновение холодного ветра обдает и без того замерзающее тело. Какого хрена вообще происходит? Швейцария… Мы с Элис забрали документы… Машина… Фишер… Сука Фишер!

— Ты здесь? — говорю я в пустоту. — Фишер? — Но на мой вопрос не получаю ответа. Я тихонько поднимаюсь на ноги, опираясь немного на металлический столб, к которому меня приковали эти шлюхи. — Нет, — смеюсь я, стараясь выбраться из холодных оков, — нет, этого не может быть! Сука! Тварь! Просто на хрен не может этого быть! — я немного наклоняюсь в сторону и упираюсь головой в столб, а затем трусь об него, чтобы стянуть повязку вверх. И мне это удается.

Я оглядываюсь по сторонам: уже давно стемнело, небо иссиня-черное, в поле моего зрения я не вижу никаких признаков цивилизации, меня окружают все те же деревья на трассе, по которой мы ехали сегодня в банк. Но я не думаю, что это именно та же самая трасса, иначе меня бы давно обнаружил хоть кто-то. Я вновь поднимаю взгляд вверх — меня приковали к дорожному знаку.

— Ну, охренеть! — я отчаянно выдыхаю, понимая, что спасти меня из этой чертовой дыры может только случайный проезжий, если хоть кто-то вообще тут окажется. Шлюхи, гребанные тупые девки обхитрили меня! Как это вообще все произошло? Как такое возможно? Мысли, словно бешеные тараканы забегали в моей голове: одна сменяет другую, третью, четвертую, превращая этот поток информации в неконтролируемую злость.

— Ааааааа! — я кричу, кричу что есть силы, вкладывая в вырывающийся из горла рёв все, что сейчас происходит со мной — ярость, злость, стыд за свою глупость, неосмотрительность, которую я проявил. — Я найду, Вас, сучки! Найду. — За спиной сжимаю кулаки, и с силой пытаюсь разломать цепь между наручниками или вытащить из них ладони. Блять, все бесполезно.

От боли, начинаю пинать ногой металлический столб, но босиком ничего не выходит, а кости на пятках словно вот-вот превратятся в пыль. Я обессилено оседаю на корточки, а затем и вовсе вытягиваю ноги, ощущая холод твердого асфальта под собой. Эта сука оказалась проворной. Я найду тебя, мразь! Из-под земли достану!

В голове еще раз начинаю прокручивать события сегодняшнего дня, но дважды два никак не складывается. Откуда эта хитрая сука Фишер узнала, что я буду здесь? Об этом знали только я, Коул и Элис. Но за девчонкой постоянно следили и она на прослушке, поэтому к ней не подобраться, как и к Коулу. Явно, что Алексис действовала не одна. И как она попала в тачку, если я собственноручно ее закрыл? И соответственно выплывает, если Элис позволила мне остаться прикованным на обочине дороги, значит эти сучки заодно. Играют в одной команде! Я должен их найти. Я просто обязан это сделать! Эти суки украли у меня самое дорогое и ценное, что осталось у меня, что осталось от отца. Это смысл моей жизни. Я пообещал отцу… нет, даже поклялся, что сделаю все, чтобы его детище процветало. И я не могу подвести его. Не могу!

— Фишер, я найду тебя! — кричу в темноту трассы, но не слышу даже эха. Опираясь головой о металлический столб, закрываю глаза. Перестаю ощущать пальцы ног и рук, но сжимаю кулаки, чтобы хоть как-то согреть их. Во мне бушует пожар, ураган ненависти, который должен опалять все вокруг, но видимо я слишком долго нахожусь здесь в таком виде и уже не могу согреться.

Проходят секунды, минуты, часы. Я не знаю, сколько я сижу на этом чертовом асфальте, но сквозь дрёму я слышу тарахтящий звук.

— Это же… — машина, додумываю про себя. Из-за деревьев выезжает авто, ослепляя меня двумя яркими фарами, и я резко встаю на ноги, крича водителю, чтобы привлечь его внимание. И вот машина уже рядом со мной — моя надежда, мое спасение. Но эта гнида проезжает мимо, игнорируя мои крики о помощи.

— Урод! Чтобы тебя пристегнули на этом же месте! — резкий визг тормозов, и водитель сдает назад, останавливается рядом со мной и опускает стекло. Дед и бабка смотрят на меня непонимающими глазами и что-то бормочат на немецком, но я не знаю этот проклятый язык.

— Телефон, у вас есть телефон? — говорю им, но они не понимают меня. Черт, да как же им объяснить. — Мне нужна помощь, — указываю на руки, сцепленные за спиной. — Понимаете?

Но старики снова что-то болтают, и я не разбираю что именно. Дед выходит из фургона, прихватив с собой какой-то инструмент, а затем, подойдя ко мне, перекусывает цепочку между наручниками и два металлических браслета остаются на моих руках.

— Телефон, у вас есть телефон? — жестами объясняю, что мне необходимо, и только тогда пара понимает, что я от них хочу. Старуха активно машет рукой, приглашая сесть рядом с ней, и видимо следовать за ними. Хрен с тобой, мне сейчас всё похер, лишь-бы дозвониться к своим и добраться домой.

Через час, а может больше мы добираемся до какой-то деревни, и останавливаемся около небольшого домика, по-видимому это их берлога. Зайдя внутрь, дед направляется по ступенькам вверх, а бабка идет на кухню, и ставит чайник.

Я вымотан. У меня совсем нет сил, но мне нужно выбираться отсюда и поскорее, чтобы успеть найти свои бумаги.

Через пару минут, дед спускается и приносит мне какие-то вещи, но меня мало заботит что это. Я тут-же надеваю шмотки на себя.

— Спасибо, — киваю ему. Тут же бабка приносит мне кружку с горячим чаем и глубокую тарелку пирожков. Я мигом накидываюсь, осознавая как же я голоден, и как замерз. — Но мне нужен телефон, — еще раз показываю им то, что мне необходимо позвонить.

Дед начинает активно показывать на часы, а руками показывает девять пальцев.

— Вы что, издеваетесь? У вас нет телефона? — пытаюсь все так же общаться жестами, отставив в сторону чай. И дед снова показывает, что телефон мне не видать, и по видимому ближайший доступен только в девять утра. Ну блять, охренеть! И в какую гребанную дыру я попал, что здесь нет сотовых?

Старики принесли мне постельное белье и застелили диван, и как только моя голова коснулась мягкой подушки, я моментально провалился в сон.

Мне снится «Hell». Я бреду по темному и холодному коридору в сторону приоткрытой двери, откуда доносится блеклый свет. Каждый шаг для меня непомерно тяжелый, словно к ногам привязали гири. Я слышу каждый стук подошвы о кафельный пол, который по какой-то причине не застелен привычным бордовым ковровым покрытием.

Подойдя к своему кабинету, чуть толкаю рукой дверь, но тут же вижу, что это не моя рука. Она маленькая, детская. Сердце в груди отчетливо бьется, а дыхание чуть сбивается. Я перевожу взгляд на стол, за которым обычно сижу. Кресло повернуто спинкой ко входу, и из-за него я вижу чуть седую шевелюру отца.

— Пап? — шепчу я, но он не реагирует, не слышит, не поворачивается. — Отец, — чуть громче зову его, пройдя внутрь кабинета. — Отец! — уже кричу, подойдя вплотную к столу. Кресло резко поворачивается, и я вижу его. Такой родной взгляд смотрит на меня совершенно ледяным взглядом.

— Ты подвел меня, Брайн, — говорит мне повышенным голосом. Его жёсткий тон словно эхом разносится по кабинету, проходя сквозь меня. Я чувствую его гнев каждой клеточкой своего тела. — Убирайся отсюда, и не приходи сюда больше! — кричит отец, указывая на дверь.

— Но, отец…

— Я сказал: пошел вон! — в этот момент его кулак летит мне прямо в лицо, но я резко открываю глаза, не почувствовав удар. Сердце дико стучит в груди, все тело мокрое, во рту пересохло.

— Чертовы кошмары. Гребанная Фишер. Ты довольна, долбанная шлюха? — смотря в потолок спрашиваю я, надеясь, что сейчас ей тоже снятся кошмары, но те, где я добираюсь до нее и раздавливаю как букашку, превращая в месиво.

Стук обуви по деревянной лестнице заставляет меня обернуться. Отлично, дед уже встал и пора выезжать. Он так же говорит мне что-то на все таком-же непонятном для меня немецком, открывает дверь, и указывает на машину. Наконец-то. Мне срочно нужен телефон. И надеюсь, что в этой дыре он работает.

Десять минут езды по деревне, и мы останавливаемся возле небольшого магазина. Быстро открыв дверь, я выбегаю из машины и прямиком направляюсь внутрь, не дожидаясь старика.

— У вас есть телефон? — сразу с порога, я снова жестами показываю то, что мне нужно.

— Доброе утро! Я говорю по-английски, — отвечает женщина, чуть нахмурившись.

— Отлично, так у вас есть телефон? Мне очень нужно. — Я не выдерживаю и начинаю постукивать пальцем по стойке.

— Одну минуточку, — отвечает она недовольным голосом и удаляется за ширму. Чуть наклоняю голову, потирая шею рукой, стараясь снять растущее напряжение из-за дерзости этой тетки.

Вернувшись, она протягивает мне кнопочный мобильный, и я еще раз мысленно отмечаю, что попал в реальную деревенскую дыру, где люди понятия не имеют о современных технологиях.

Быстро набираю номер, который знаю наизусть. Гудок, второй, третий.

— Возьми же эту чертову трубку… — рычу себе под нос.

— Алло? — да, вот он спасительный голос на том конце провода. Я боялся не услышать его, но сейчас во мне зародилась хоть какая-то капля спокойствия и предвкушение начала чьего-то конца. Этот ответ на звонок — мой первый шаг к тому, что будет дальше.

— Миранда. Мне нужна помощь.

Эпилог

Элис

— Эй, Эл, ты скоро? Машина приехала!

— Иду! — наношу последние штрихи в своем макияже, взбиваю руками волосы, еще раз оглядываю свою одежду и завершаю полную оценку своего образа. Шикарно! Белые чуть волнистые локоны спадают ниже плеч. Удлиненный кардиган на замке из темного кашемира, кожаные штаны и ботинки на каблуках. Я обожаю все вязаное, оно придает образу нежность, мягкость и некий уют. Для моего стервозного характера это самое то! Как говорится — встречают по одежке. И с этим девизом я иду по жизни во всех делах — начиная с моего образа и заканчивая работой.

Беру с тумбы телефон и выхожу из комнаты. Уже почти два года, как я живу в семье Эвансов. После того, как мы оставили Брайна без копейки и без его семейного бизнеса, Алекс переживала за меня, что я остаюсь одна, в то время как у нее появилась вторая семья. Я и сама опасалась Брайна, поэтому переехала к ним.

Я безумно рада за Алекс. После всего, что она пережила в жизни — это счастье найти тех, кто любит тебя по-настоящему. Все еще не могу простить себе, что втянула ее в этот чертов бизнес Райта, поэтому мне очень важно знать, что моя девочка в надежных руках, я должна видеть, как она улыбается.

Поначалу все так и было. Я следила за ней, проводила все свободное время рядом. И однажды мистер Эванс предложил работать на них. Теперь я что-то вроде семейного декоратора и дизайнер интерьера. Все стало тихо и спокойно в нашей жизни.

Смотрясь на свое отражение в зеркале, меня уносит в воспоминания двухгодичной давности.

— Ааааа, — слышу визг Алекс, доносившийся из их с Тайлером комнаты. В одно мгновение по телу пробегает ледяное пламя, а сердце ухает в пятки. В мыслях проносится много дурных мыслей, связанных с прошлым.

Мчусь по коридору и вбегаю в комнату Алекс, которая стоит в ванной комнате, по ее лицу стекают слезы, но она улыбается.

— Что? Что случилось, — пытаюсь перевести дыхание, но ничего не понимаю.

— Элис. Я беременна! — Снова визжит она, хватая меня в охапку и крепко обнимая. Я не могу в это поверить — моя девочка оказалась беременной. Она серьезно беременна?

— Ты серьезно? — чуть отстранившись, спрашиваю я.

— Да, вот четвертый тест сделала! — Боже, это и впрямь правда! И тогда комнату наполняют уже не только визги Алексис, но и мои.

Мы скакали и визжали от восторга обнявшись, как в детстве. Это было самой невероятной новостью для всех. И через 8 месяцев родилась Лили. У этой малышки было мамино лицо, но глаза серые — папины. Я просто не могу оторваться от этой девочки, балую ее самыми лучшими подарками. Тем более, что у этой красотки завтра ее первый день рождения и я устрою все по высшему разряду.

Спускаюсь на первый этаж и выхожу на улицу, где меня ждет Алексис и еще 5 рабочих возле грузовика с декором для торжества.

— Малышка, ты долго, — улыбается подруга и протягивает мне кружку ароматного латте с корицей. Мой любимый.

— Детка, ты знаешь, что детали важны. Не хочу упускать ни одной, — поворачиваюсь к рабочим и хлопаю в ладоши, привлекая внимание. — Так, парни, что стоим? Товар сам себя не разгрузит. Несем все в дом. Живо, живо! — Указываю на дом. — Иначе вы сами все это будете устанавливать. — Добавляю милейшую улыбку, забираю свой кофе у Алекс и делаю глоток божественного напитка.

— Лили спит? — интересуюсь я и смотрю в сторону дома.

— Да, — хихикает подруга, — малышка сегодня бормотала половину ночи, видимо устала.

— Да, моей девочке палец в рот не клади. Поболтать она любит, как и ее крестная.

— Уж это точно, — говорит Тайлер, неожиданно подошедший сзади и целует Алексис, — ну что, девочки, пробежимся еще раз по списку гостей?

— Да, у меня все готово, — открываю приложение в телефоне. Благодаря Тайлеру я узнала много программ, которые позволяют не таскать везде за собой ноутбук или блокнот. Если я начинаю что-то делать на компьютере, то могу продолжить в телефоне и наоборот.

— Элис, звонил мой друг. Наконец-то у этого засранца нашлось время на своего друга по колледжу. Ник Бекер.

— Уже готово, — забиваю фамилию еще одного гостя к остальному списку. И деловито оглашаю вслух имена 36 человек. — Все верно или еще кого-то забыли?

— Вроде все верно, — говорит Алексис, — пойду, проверю как там Лили. Прошу прощения, — идет в сторону дома.

— Поцелуй ее от меня! — кричу в след подруге.

— Сама приди и поцелуй. Тебя ничто не останавливает! — кричит Алексис, заходя в дом.

— Ну как же, а кто все контролировать будет? — усмехаюсь и перевожу взгляд на Тайлер. Он был выше меня на 2 головы, и парень тащился от спортзала и утренних пробежек. Помимо того, что он был крепким, он был еще и умным. Черт, я безумно рада за свою подругу, зная, что такой мужчина есть в ее жизни.

— Есть планы на этот день? — спрашиваю, допивая свой кофе.

— Вообще-то, хотел ехать за подарками для девочек.

Мои глаза раскрываются от того, что я слышу. И тут же в плечо Тая укоризненно летит мой кулак.

— Ты что, еще ничего не купил?! Быстро сел в свою сверкающую машинку и поехал тратить денежки на своих красоток! — Хватаю его за ворот рубашки, сжав хлопковую ткань в кулак. — Иначе, твои яйца до старости не доживут, — прищуриваясь, угрожаю.

Тайлер поднимает руки в знак поражения: — Понял, босс. Черт, девочка, ты еще моему отцу нос утрешь, если вдруг тебе повезет, и ты станешь владельцем Эванс Компани.

— Будь в этом уверен! А теперь вперед! — шлепаю Тая по заднице, на что слышу его «Ауч».

Через пару часов я подъезжаю к офису «Эванс Групп». Вообще компания Роберта — это медиа-холдинг, в которой Мистер Эванс отвечает за некоторое количество компаний, которым принадлежат издательства, СМИ и многое другое. А Тайлер отвечает за мультимедийное направление: интернет ресурсы, разработка приложений для смартфонов и многое другое. С младшим на работе я встречаюсь крайне редко, поскольку его мало интересует искусство. Что не скажешь о Роберте — еще при моей работе на Брайна мистер Эванс был постоянным посетителем аукционов предметов искусства. Он скупал все самое ценное и значимое.

Зеркальный лифт с легкой быстротой поднимает меня на 57 этаж, и я попадаю в светлое фойе. На ресепшене сидит Александра и просит меня подождать 2 минуты, пока Эванс заканчивает переговоры, но я не хочу зря терять время и обхожу этаж.

До блеска наполированный кафель отражает небольшие лампочки на потолке, от чего пространство вокруг сияет. Стены выкрашены в светло-морковный цвет и естественно украшены картинами. Я направляюсь в конец коридора, который мы отвели, как место ожидания. Два уютных кресла и небольшой столик, за которыми открывается вид на город с высоты птичьего полета. Это безумно завораживает. Все кажется таким маленьким, незначительным. Смотря на бурлящий жизнью город с этого места, понимаешь, что спешить не хочется.

— Элис, проходи! — слышу сзади голос Роберта. — Александра, один американо и один латте с корицей.

— Пара минут, — отвечает секретарь и удаляется.

— Роберт, я хочу добавить немного зеленого, пустить по полу вдоль окна искусственную траву сантиметров 10. Это придаст свежести и будет прекрасно сочетаться с морковным оттенком стен.

— Элис, ты как всегда неугомонна, — улыбается мужчина и садится в кресло за столом, а я направляюсь к окну.

— Когда вы будете смотреть вниз на город, то ваш взгляд всегда будет цеплять зелень, и будет возникать ощущение лета. Это порой просто необходимо, а особенно для хорошего настроения.

— Ну настроение у меня всегда прекрасное, особенно с тех пор как я стал дедом. Картины кстати еще не привезли. Застряли где-то на складе.

— Я разберусь. Просила же их звонить мне напрямую и не тревожить вас. — Бесят. Эти кретины и так задержали все сроки доставки, теперь вот снова, да еще и отвлекают Роберта. Ну вот какого хрена?

Я набираю на телефоне номер поставщиков и начинаю объяснять всю серьезность данной посылки и риски, которые они получат, если товар не будет доставлен в течение часа. Эванс смеется надо мной в момент разговора, поэтому чтобы не засмеяться вместе с ним, я просто отворачиваюсь и начинаю мерить шагами кабинет, доказывая тупице на линии, что я имею полное право отказаться от доставки и потребовать сумму компенсации равную стоимости товара с процентами за моральный ущерб.

— Как у тебя это получается?

— Что конкретно?

— Быть настолько милой и стервозной одновременно. Ты словно ангел и демон в одном флаконе.

— Знаете, Роберт, а по-другому просто нельзя. В детстве, в школе, когда за нами стали бегать мальчишки, я поняла что симпатичная. Но после того, как они стали доставать нас, дергая за косички, а Алекс постоянно хныкала по этому поводу, я научилась быть такой же забиякой, как и парни. Я наблюдала за мальчиками постарше. Следила за их манерами, речью. И многому научилась. Поэтому вскоре я поняла, кого мне можно подпускать к себе близко, а кого нет. Это помогает мне постоянно. Можно рассчитывать только на себя. — И это было тем, что я думала всегда. В то время, как Алекс была доброй и милой, я — ее старший брат, отгоняющий всякое дерьмо подальше.

Мистер Эванс задумчиво смотрит в кружку с кофе, начиная вертеть ее.

— Что-то не так? Я не то сказала? — присаживаюсь в кресло напротив стола.

— Да нет, нет. Ты очень права, девочка. В этом мире каждый сам за себя. И лишь немногим удается найти тех, кто поддержит тебя и будет идти с тобой по жизни. Просто я не совсем понимаю, каким образом ты оказалась у Брайна. А раз ты защищала всю жизнь Алексис, то, как она там оказалась? — ну вот и настал этот момент. Мы никогда не обсуждали это. Мне до сих пор больно от того, что я позволила Брайну сделать такое с Алексис. Думала, что буду рядом и уберегу ее.

— Ну… Мы жили в Чикаго. И после колледжа я решила переехать в Нью-Йорк, так как меня пригласил работать Мартин Шрайбер. И однажды я познакомилась с Брайном. Знаете, он покорил меня. На тот момент он показался мне таким…. Красивым. — Не то слово я хотела употребить. Брайн показался мне очень сексуальным, невероятным. Его мужественность флюидами распространялась на несколько метров. Даже через всю комнату его взгляд был подобно магниту. И меня это подкупило. — И он предложил работу по контракту за большую сумму. Я прочитала контракт, в котором мне не показалось ничего подозрительного. Но когда я оказалась в клубе, о котором говорилось в договоре — было уже поздно. И мне просто пришлось быть сильной. А потом я привыкла. Брайн не был со мной чудовищем. Он уважал мое мнение и всегда старался прислушиваться. И через полгода я уже полностью свыклась с ситуацией и не считала эту работу чем-то ужасным. Он хорошо платил, обеспечивал жильем и так далее. И я поняла, что хотела бы отвлечь Алексис от траура по родителям именно работой. Предложила переехать. Я думала, что она всегда будет под моим контролем, и я уберегу ее, но просто не усмотрела. А когда поняла, что… — мне становится тяжело дышать. Комок в груди увеличивается, и я пытаюсь его сглотнуть, но ничего не выходит. Непрошенные слезы уже блестят в глазах. — Я не знала, что Брайн так с ней поступит. Я видела, что он делал с другими, но я говорила, как важна она для меня и просто надеялась на лучшее. — Слеза стекает по моей щеке, и я смахиваю ее пальчиками, стараясь не размазать макияж.

— Эй, эй, Элис. — Эванс встает и быстро подходит к моему креслу, присаживаясь на колено и поднимая мое лицо за подбородок. — Ты молодец! Тебя никто не винит в том, что случилось! Сейчас все хорошо. Уже все хорошо.

— Я сама виню себя за это. Я не смогу простить себе этого никогда! Поэтому я не хочу оставлять ее, я виновата за судьбу Алекс.

— Не нужно винить себя. Это был и ее выбор тоже. Никто из вас не мог знать, что получится из всего этого.

— И все же…. — пожимаю плечами. — Я никогда не прощу себя, и уж тем более Райта. Для меня мало того, что мы сделали с Брайном. Он заслуживает более жестокой участи за всё, что сделал с Алекс и с другими девушками.

— Он получил свое. А я присмотрю за вами двумя, чтобы все было хорошо, ведь я обещал, — улыбается Эванс, пытаясь приободрить меня.

— Да, Роберт, я знаю. Вы чудесный человек, — обнимаю его, — это просто невероятная сказка, в которой вы словно принц на белом коне спасли нас. Такого просто не бывает.

Роберт смеется: — Элис, это должно было произойти. Ты работала на идиота, который общался с богатеями вроде меня. Хотя бы один должен быть нормальным и на твое счастье им оказался я. Но я бы хотел кое-что тебе сказать.

— Да?

— Мы с тобой знаем, что Райт — умный человек, и он явно нашел выход с той дороги, на которой вы его оставили. И я знаю, что души Алексис и Тайлера очистились, и они отомстили за себя и за меня, но мое сердце неспокойно. Я тревожусь за них.

— Почему же?

— Он вернется, Элис. Я уверен, что он еще вернется.

Комок в горле, который, казалось, душил меня пару минут назад, а потом схлынул, моментально вернулся, мешая сглотнуть и вздохнуть. Он действительно умный и находчивый. Райт пробивной, и он найдет путь назад. Найдет путь к своей мести. Но сейчас я не одна, Алексис не одна — мы одна семья, которая постоит друг за друга. И мы будем готовы к его появлению, каким бы неожиданным оно ни было.

Content

Юлия Михуткина
Исход контракта

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог