Лакедемонская Наталья

Хищники. Часть 2

Книга «ТОТЕМ: Хищники» (Часть 2)

Книга I из серии ТОТЕМ

Лакедемонская Наталья

Глава четырнадцатая

Очнулась Мия от неприятного звенящего звука. Девушка попыталась открыть глаза, но яркий холодный свет моментально ослепил ее. В голову ударила сильная боль. Мия застонала. Она попыталась пошевелиться, но что-то ей мешало. Когда глаза, наконец, привыкли к свету, девушка осмотрелась. Это было помещение похожее на больничный бокс. Неприятный звук исходил из аппарата, к которому она была присоединена прозрачными трубками капельниц. Из обеих рук торчали катетеры. У изголовья кровати, стоял небольшой столик, на котором лежали опустошенные шприцы. Одна стена комнаты была прозрачной. За ней суетился мужчина в белом халате и медицинской маске. Сделав новую попытку пошевелиться, девушка обнаружила, что прикована фиксирующими браслетами. Подняв голову, она начала рассматривать человека за стеклом. Тот, почувствовав на себе взгляд, обернулся. Маска скрывала лицо врача, но по морщинкам вокруг глаз было видно, что мужчина был пожилой. Он некоторое время сосредоточено смотрел на Мию, затем подошел к устройству, вмонтированному в стену, и что-то проговорил. Через минуту за стеклянной стеной появились двое мужчин. Эти были похожи на нападавших, с той лишь разницей, что на них не было масок. Все трое проследовали к ней в бокс. В абсолютной тишине врач отсоединил все трубки и вынул из вен катетеры. Один из бандитов отключил фиксирующие браслеты и, грубо схватив Мию за локоть, поднял ее с койки.

– Следуй за нами, – пробасил он и подтолкнул Мию к двери.

Девушка попыталась сделать шаг, но колени подогнулись, голову наполнил нестерпимый шум, а в глазах потемнело. Во рту появился привкус крови, и Мия потеряла сознание. Грубиян подхватил ее, положил обратно на кровать и гневно посмотрел на врача.

– А что вы хотите?! Доза была лошадиная! Такой заряд снотворного буйвола бы свалил, не то что эту щуплую девчонку! – начал оправдываться медик.

– Краго ждет, сделай что-нибудь! – рявкнул бандит.

Медик засуетился. Принес марлю, смоченную нашатырным спиртом и начал приводить девушку в чувства. Но Мия в себя не приходила.

– Может по старинке пощечин ей надавать? – предложил грубиян.

– У нее сотрясение, какие пощечины?! – возмутился врач. – Она память может потерять, или еще чего хуже.

– У нас все вспомнит, мы уговаривать умеем, – вмешался второй бандит и нагло ухмыльнулся.

Но тут девушка начала приходить в себя. Не теряя времени, провожатые взяли ее под руки и поволокли в коридор. Мия почти ничего не могла разглядеть – перед глазами все плыло. Во рту все еще стоял привкус крови. Ноги были ватные и совершенно не слушались. Но этого и не требовалась, провожатые были рослыми и сильными. Они быстро дотащили Мию до нужного бокса и грубо швырнули на стул. Девушке потребовалось время, чтобы сфокусировать зрение и оглядеться. Помещение было большое и походило на переговорную. Светлые стены были увешаны экранами. С потолка лился яркий теплый свет. Посередине бокса вокруг большого круглого стола аккуратно стояли стулья. На столе в хаотичном порядке были раскиданы какие-то бумаги. На краю, ближе к Мие лежала ручка из белого металла с золотым орнаментом, изящная и удлиненная. Ближе к концу она заострялась и при случае могла бы стать неплохим оружием.

Мию посадили чуть дальше от стола, спиной к выходу. В переговорной никого не было. Девушка непроизвольно дрожала и ждала. Через несколько минут вошел невысокий, но очень широкоплечий мужчина в форме Верховного Хранителя. Мия сразу догадалась – кто он. Краго прошел мимо девушки и сел за круглый стол напротив. Некоторое время оба молчали, изучая друг друга. Краго было лет за тридцать пять. Несколько лет назад он был Верховным Хранителем, но по результатам отборов Вилар его сместил. Как рассказывал когда-то Ким, после провала отборов действующий Верховный Хранитель автоматически становится заместителем нового. Это делается для того, чтобы не утратить накопленный опыт предыдущего руководителя. Конечно, у отставного Хранителя есть право отказаться от поста заместителя, но эта должность тоже очень почетная, поэтому отказы поступали редко. Краго, как и Вилар, выглядел властным и надменным, словно они были людьми одного особого сорта. Униформа Верховного Хранителя подчеркивала его крепкое телосложение. Девушка пригляделась к странной символике на груди и воротнике, но тут ее взгляд скользнул по шее Краго.

– Как вы себя чувствуете?! – не отрывая взгляда от характерной алой сыпи, безжизненным голосом спросила Мия.

– Заметили, да? Вы на удивление спокойно реагируете. Остальные впадают в панику и пытаются убежать как можно дальше, – невесело усмехнулся мужчина.

– Вы все равно меня убьете, – безжизненным голосом ответила девушка.

– Не скрою, это входит в мои планы, но не сейчас. Сначала вы должны вылечить меня.

– Разве у вас нет лекарства? – удивилась девушка.

– Есть, но вирус мутировал, и оно не убивает болезнь, а только блокирует ее развитие и распространение. Стоит перестать делать уколы раз в сутки, как начинается стремительное ухудшение состояния, я снова стану заразным, – спокойно объяснил мужчина.

– А пропавшая партия Молчуна разве не у вас?

– Была, но ее уничтожили почти сразу, – ответил Краго.

– Не предусмотрительно, – вздохнула Мия.

– Не предусмотрительно было бы этого не сделать. Ваша чудо-трава едва не сорвала операцию, на подготовку которой ушло несколько лет и куча денег, – фыркнул мужчина.

В ответ Мия молча пожала плечами.

– Я хочу знать, где вы спрятали лекарство? – приказным тоном сказал Хранитель.

– Химиодетекция вам в помощь, – апатично заявила девушка.

– Вы думаете, у нас нет других способов развязать вам язык? Сыворотка для Химиодетекции – вещь труднодоступная и дорогая. А вот менее гуманных способов масса, и далеко за ними ходить не надо, – заявил мужчина.

От этих угроз Мия похолодела. Она была обычной девушкой девятнадцати лет отроду, напугать которую не составляло труда. В незнакомом месте, среди бандитов, абсолютно беззащитной, ей нечего было противопоставить посягательствам Краго. При мысли о методах, которые используют подручные Хранителя, чтобы сэкономить на Химиодетекции, девушка пришла в ужас.

А мужчина сидел напротив абсолютно спокойный. Он вел себя так, словно находился на служебном совещании. Ни в его интонации, ни в манере общения не было ни малейшего намека на агрессию. Годами отточенная маска мудрого и рассудительного руководителя не сходила с его лица и сейчас. От такого поведения становилось еще страшнее.

Девушку привел в чувство звук открывающейся двери. В помещение вошел кто-то еще. Но Мия сидела спиной и не видела вошедшего. Краго почтенно кивнул вошедшему. Девушка терялась в догадках, но не обернулась.

– Ты сказала, что спрятала семена в пещере манула, – сказал знакомый голос.

Мия вздрогнула. Не веря своим ушам, она медленно повернулась в сторону голоса и застыла в изумлении. На нее смотрели до боли знакомые ярко-голубые глаза. Мия испытала не просто шок, а настоящее потрясение. С этого момента все происходящее стало похоже на странный абсурдный сон, от которого она никак не могла очнуться. Совершенно опешившая, она не знала, что сказать, как себя вести. В этом невероятно сложном сплетении лжи она была случайной гостьей. Спустя мгновенье, к Мие пришло осознание всего масштаба интриг, в центре которых она оказалась. Расчетливое лицемерие Вилара и ее глупая наивность. В воспоминаниях мелькали сцены их совместной жизни в пещере, ее попытки спасти ему жизнь и долгие откровенные беседы. Разочарование, стыд и горькая обида обожгли сердце девушки. Первое предательство – это всегда очень больно. Она смотрела на Вилара полными ужаса глазами. А он с надменным безразличием прошел мимо и сел рядом с Краго за стол, продолжая разговор, как ни в чем не бывало.

– Наши люди обыскали всю расщелину и ничего не нашли.

Девушка обратила внимание, что Хранитель опирался на трость и заметно хромал. Она опустила глаза и ничего не ответила, по щекам заструились слезы.

– Куда ты спрятала семена? – жестко повторил Вилар.

Девушка не поднимая глаз, отрицательно покачала головой.

– Ну что ж, значит, на одного оленя в этом мире станет меньше, – вмешался Краго.

– Нет! – вскрикнула Мия и умоляюще посмотрела на Вилара. – Пожалуйста, отпустите Кима, я… я… Ведь я спасла вам жизнь!

– Эта пуля предназначалась тебе, так что скорее я спас тебе жизнь,– холодно отрезал тот.

– Но… Зачем? – удивилась девушка.

– Абсолютно незачем, – холодно отозвался мужчина – У меня и в мыслях не было. Я не врал, ты была главной целью нападения. Мне пришлось тебя поднять в воздух, чтобы сделать легкой мишенью. Но случайное ранение все испортило. Без медицинской помощи я бы умер от потери крови. Пришлось оставить тебя в живых.

Мия смотрела на Вилара, и не могла поверить во все происходящее. В какой странный и бездушный мир она попала. Никогда еще в своей жизни Мия не встречала такого лицемерия. Казалось, что это не Вилар, а совершенно другой человек. Мия никак не могла принять, что все это время он лгал ради того, чтобы она его вылечила. У этих людей нет сердца, только безжалостный холодный расчет. Все дни в пещере она ни разу не усомнилась в искренности Вилара. Так глубоко Мия еще ни в ком не ошибалась. И в этот момент, девушка отчетливо осознала, что они с братом обречены. Их не оставят в живых. Вопрос лишь в том, насколько мучительной будет смерть. От этих мыслей ей нестерпимо захотелось увидеть брата, последний раз обнять его и рассказать, как много он для нее значил. Попросить прощения за то, что из-за нее они погибнут. Ведь не помоги она Вилару, их бы тут не было. Мия решила во что бы то ни стало выторговать себе свидание с Кимом.

– Я рада, что оправдала ваши ожидания, – неискренне ответила она после недолгого молчания и опустила глаза.

– Вернемся к вопросу о месте, где вы спрятали лекарство, – вмешался Краго.

– Какой смысл вам помогать, если вы все равно нас убьете? – набравшись храбрости, сказала девушка.

– Повторяю, это входит в наши планы, но сначала необходимо найти лекарство. Кроме того, мне будет спокойнее, если именно вы с вашим опытом проведете лечение, – заявил действующий Верховный Хранитель.

– Не надо с нами торговаться. Ты сделаешь все, что нам нужно. Будь благодарна, что Ким еще жив. Мы могли бы заставить тебя сотрудничать и без него, – надменно проговорил Вилар.

Девушка опустила голову и уставилась в стол. Невыносимо было даже смотреть в его сторону.

– Не трать наше время, рассказывай, где тайник, – закончил тот.

– Я хочу увидеть брата, – сказала она, не поднимая глаз.

– Еще раз повторяю, вы не в тех условиях, чтобы чего-то требовать, – повысил голос Краго.

И он был прав. Мие нечего было противопоставить. Но интуиция подсказывала, что это единственная возможность добиться свидания с братом, убедиться, что с ним все в порядке. Мужчины начали терять терпение, а она лихорадочно соображала, что можно предпринять. И тут ей в голову пришла ужасающая мысль. Она для них – ничто, тем не менее, нужна им живой. Без нее не будет лекарства. И неизвестно, как повернется ход истории, если они никогда его не найдут. Мия зажмурилась и сжала кулаки: «Нужно решиться. Это страшно, и непонятно, чем может кончиться, но это единственный шанс, заставить их пойти навстречу. А если и это не подействует, лишить их всех шансов на успех». Девушка сидела, учащенно дыша. Кровь прилила в голове. Сердце бешено билось где-то в горле. Ей почему-то вспомнилась мать. Она тоже не была воином, но делала все, что было в ее женских силах, чтобы повлиять на ход истории. Эта хрупкая, молодая женщина, бросила вызов эпидемии. И не важно, что при этом погибла. Она не сидела, сложа руки, она защищала близких. Воспоминание о матери придало Мие сил. Девушка впервые за недолгую жизнь смогла по-настоящему разозлиться. Отбросив жалость к себе, а с ней и все страхи, Мия подняла глаза на Хранителей. Мужчины сразу уловили перемену в ее настроении: Вилар приподнял брови, а Краго удивленно присвистнул.

Мия, с безумным блеском в глазах, усмехнулась и встала. Она в два шага преодолела расстояние до стола и ловким движением схватила ручку. Пораженные мужчины наблюдали, как безумная Мия воткнула острый конец предмета в область сонной артерии. По шее побежала тонкая струйка крови. Она вдавила ручку не глубоко, но достаточно, чтобы убедить всех присутствующих в своей решимости пойти до конца. Вопреки всем ожиданиям, девушка не почувствовала сильной боли. Что послужило тому причиной, она не знала, возможно, бесконечный стресс, последствие передозировки снотворного и внезапно нахлынувшая ярость сделали ее менее чувствительной.

Опешивший Вилар вскочил на ноги.

– Я хочу увидеть брата, – ледяным тоном повторила Мия.

И надавила на ручку сильнее, кровь пошла обильней. Не дожидаясь продолжения, Вилар начал действовать. Все было настолько быстро, что Мия не успела среагировать и что-то понять. Он молниеносно оказался возле нее, и через мгновение девушка лежала лицом на столе с заломленными за спину руками. А злополучная ручка отлетела в другой конец комнаты.

– И не думай, – процедил взбешенный мужчина.

Но даже лежа щекой на холодном столе, Мия понимала, что ей удалось переломить ситуацию. От ее внимания не ускользнул страх в глазах Хранителей при виде ее решимости и готовности к неожиданным действиям. Было совершенно очевидно, что никто из них не ожидал такого поступка от запуганной девятнадцатилетней девчонки.

– Было бы желание, а способ найдется, – тяжело дыша, ответила девушка.

Вилар вопросительно посмотрел на Краго. Тот еле заметно кивнул в ответ. Хранитель отпустил Мию и швырнул на стул. Затем, прихрамывая, прошел обратно на свое место за столом.

– Хорошо, вас проводят к брату, но сначала нам нужна информация, – спокойно сказал Краго.

Мия ликовала! Ей удалось! Всего несколько минут назад они были хозяевами положения, а теперь все изменилось. Она не сомневалась, что Краго выполнит свое обещание. Ничего не ответив, Мия согласно кивнула. Краго достал записывающее устройство и включил его. Девушка начала подробно объяснять, где находится тайник. Мужчины слушали очень внимательно, но Мия рассказывала, обращаясь исключительно к Краго, демонстративно игнорируя присутствие Вилара. Когда она закончила, Хранитель остановил запись и убрал прибор. Действующий Верховный Хранитель вызвал тех самых грубиянов, которые привели Мию. Вилар, тем временем внимательно разглядывал девушку. Его сосредоточенный взгляд скользил по кровоточащей шее, по забинтованным после катетеров рукам, по заляпанному кровью лбу. В лице Хранителя угадывалась тревога. Мия заметила любопытство Вилара, но не посмотрела на него в ответ. Ничего, кроме отвращения к этому человеку, она больше не испытывала.

Вызванные охранники повели ее к брату. Краго и Вилар шли следом. Здание, в котором держали девушку, было большим. По отделке оно напоминало башню Хранителей – тот же холодный свет с потолка, светлые синтетические стены, серый пол и длинные коридоры.

Процессия проследовала в лифт. Кима держали двумя этажами ниже. В этой части здания было что-то наподобие тюрьмы. Боксы напоминали тот, в котором держали Мию после поимки в Ормане. Внешняя стена боксов была прозрачной, остальные – глухими. Пока девушку вели по коридору, она заметила, что почти все боксы пусты, лишь в некоторых находились люди. Мия насчитала трех мужчин в форме Хранителей и пятерых сотрудников КВК, но знакомых среди них не было. Бокс брата располагался в конце коридора и ничем не отличался от остальных. Поскольку с обратной стороны стена камеры была зеркальной, Ким не видел приближения Мии. Зато Мия хорошо видела брата. Он лежал на кровати, испачканной кровью. Его раны не были обработаны и кровоточили. Ким не шевелился, но дышал. Сердце Мии сжалось, она испугалась, что Ким мог быть без сознания от полученных травм и нуждался в срочной помощи. Провожатые подвели ее к двери.

– У вас пять минут, – холодно сказал Краго.

Мия открыла дверь и быстро вошла. Ким был в сознании. Услышав звук открывающейся двери, молодой человек приподнялся на кровати и уставился на Мию.

– Ким!!! – воскликнула девушка и бросилась к брату.

Пораженный и обрадованный, Ким обнял сестру. Та уткнулась ему в грудь и тихо заплакала.

– Прости меня! Это я во всем виновата. На этот раз все очень плохо. Они убьют нас обоих, – всхлипывая, тихо бормотала Мия.

– Ну, перестань, в чем ты виновата?! Не говори ерунду, – успокаивающе шептал брат.

Затем девушка опомнилась и взяла себя в руки, у них было всего пять минут. Она отстранилась и сосредоточено осмотрела раны брата. Тот попытался возражать, но в такие моменты это было бесполезно. Вместо обычной Мии с ним разговаривал опытный врачеватель. Только убедившись, что раны не опасные, Мия успокоилась и села на кровать.

– Откуда кровь на шее? – обеспокоенно спросил брат.

– Один из способов выбивать свидания, – отмахнулась Мия.

– Не пойми меня неправильно, я не против свиданий, но нельзя ли найти другие методы, – шутливо проговорил брат, пристально осматривая рану.

– С ними другие методы не действуют. Мне пришлось рассказать про тайник, – грустно вздохнула девушка.

– Это не твоя война, Мия. Не надо геройствовать.

– Какая разница, нас с тобой все равно ликвидируют, – хмуро усмехнулась сестра.

– Как знать. Может Рид еще и внуков дождется, – пошутил брат.

– Только если у него есть еще дети.

– Когда ты стала такой пессимисткой? – спросил брат и потрепал ее за волосы.

– Когда поняла, насколько коварны и лживы могут быть люди, – сказала Мия, потом глубоко вздохнула и продолжила: – Вилар с ними. Более того, он ими руководит. Они с Краго в сговоре. Можешь, кстати, помахать ему рукой. Он сейчас наверняка сверлит взглядом это зеркало с обратной стороны.

– Я знаю. Он лично сопровождал меня в этот бокс, – улыбнулся Ким.

– Я такая идиотка, Ким. И совершенно ничего не понимаю в людях. За все эти недели, проведенные с ним в пещере, мне и в голову не приходило, что он может лицемерить.

– Не надо себя винить. Ведь он провел Мировой Совет и КВК. Так что провести молодую девушку для него пара пустяков. К тому же, ты не знаешь этот мир. Люди здесь совсем не такие, как в Себаре. Тут встречаются такие негодяи, что Вилар по сравнению с ними – ребенок, – успокаивал Ким.

– Ну тогда хорошо, что мне не суждено узнать этот мир лучше, – вздохнула сестра.

В этот момент Мия была такой трогательной, что Ким не выдержал и снова ее обнял. Та уютно прилегла щекой ему на грудь и продолжала рассказывать и извиняться. А он в свою очередь успокаивал и ободрял сестру.

А с обратной стороны стекла Вилар действительно очень внимательно наблюдал за участниками этой трогательной сцены. Краго вывел трансляцию звука из камеры в коридор, поэтому сопровождающие не только видели, но и слышали все, что происходит в камере. Бывший Верховный Хранитель стоял неподвижно. Внешне почти ничто не выдавало бешенства мужчины, только от напряжения на шее выступили жилы и побелели костяшки сильно сжатых кулаков. А в остальном, все тот же холодный и надменный взгляд, все то же безразличие на лице. Но внутри Вилара все кипело. Никогда в жизни он не испытывал такого сильного чувства. Ревность, как яд отравляла его. Долгие годы он оттачивал самоконтроль. Казалось, ничто в этой жизни не может вывести его из равновесия. Но это новое, невероятное по силе чувство прорывалось наружу, грозя разрушить все, чего он с таким трудом добился. Все спокойно смотрели на то, как брат успокаивает младшую сестру. Но только не Вилар. У него на глазах другой мужчина посягал на ту женщину, которую он определил для себя. Ему хотелось медленно, фаланга за фалангой, сломать каждый палец, которым тот прикасается к Мие. Неуправляемая, почти животная ярость испепеляла его. Эти пять минут показались ему вечностью. В ушах гудело, сердце бешено билось и гоняло кровь по жилам с невероятной скоростью. Непонятно чем бы все закончилось, но Краго нажал кнопку громкоговорителя и сказал:

– Время вышло.

От громкого голоса Хранителя Мия вздрогнула. Она в последний раз взглянула на брата. В ее глазах вновь появились слезы. Ким смотрел в них и вспоминал, сколько раз им приходилось прощаться навсегда. И всякий раз его согревала надежда, что и этот раз будет не последним. Брат разжал руки, ласково взял в ладони ее лицо и нежно поцеловал в губы.

– Я люблю тебя Мия, – сказал он.

Глаза девушки просияли. Она хотела что-то ответить, но ее уже уводили в коридор.

Мия не видела, как холодная ярость на мгновенье отразилась на лице Вилара. И не знала, чего ему стоило не прострелить немедленно голову Кима за эти последние слова и поцелуй. Вместо этого Мия увидела спину уходящего вдаль бывшего Верховного Хранителя, надменная осанка которого так контрастировала с тростью и легкой хромотой.

Краго отдал распоряжение проводить девушку в медицинский блок и там обустроить в карантинном боксе. В палате напротив предполагалось в будущем лечить Верховного Хранителя. Мия безвольно плелась за мужчинами. На нее вдруг навалилась усталость и апатия. Перед глазами стояло лицо брата, в ушах слышался звук его голоса. Главное было сделано – Мия простилась с Кимом. Сколько ей теперь отведено прожить, не имело никакого значения.

Девушку расположили в прозрачном блоке, где лишь небольшой отсек санитарно-гигиенической зоны был закрыт от всеобщего обозрения. Когда Мия осталась в боксе одна, она решила принять душ. На вешалке возле кровати девушка нашла белый халат и чистую одежду чем-то напоминавшую тюремный комбинезон. Мия приняла душ, переоделась, легла на кровать и уперлась безжизненным взглядом в стекло, отделявшее ее блок от коридора и помещения лаборатории. В лаборатории никого, кроме нее, не было. Казалось, она была одна на весь этаж.

Теперь, когда Мия понимала, что происходит, ей стало легче. Страх уступил место безразличию. Девушка долго пролежала в абсолютной тишине. В голове плыли воспоминания. Мия перебирала прошлое, словно листала любимую книгу. Ласка любящих рук бабушки Умы, успокаивающие объятия Рида, детские шалости Кима – страница за страницей… Воспоминания наполняли ее теплом и покоем. Так незаметно Мия уснула.

Проснулась она от звукового сигнала. Не сразу сообразив, в чем дело, девушка привстала и протерла сонные глаза. Звук был очень знакомый. Мия начала вспоминать, где она слышала его раньше. Потребовалось немного времени, чтобы понять, это был сигнал приема пищи. Окинув помещение взглядом, девушка обнаружила стол и знакомую дверцу над ним. Мия не была голодна, но решила подкрепить силы. Не успела девушка справиться с едой, как на всем этаже погасили основной свет, оставив только резервные светильники на стенах. Мия догадалась, что наступила ночь и это сигнал ко сну. Доев ужин, она снова легла спать. И на этот раз проспала долго. Проснувшись абсолютно отдохнувшей и полной сил, девушка продолжала лежать, погруженная в глубокие размышления, глядя пустыми глазами на гладкие стены лаборатории. Через некоторое время боковым зрением она уловила движение. По коридору кто-то шел. Не проявляя интереса к происходящему, Мия продолжала смотреть перед собой пустыми глазами.

За прозрачной стеной возникла фигура мужчины. Мия подняла глаза. Это был Вилар. Он пристально смотрел на девушку через стекло, но в бокс не входил. Мужчина молча стоял в коридоре и о чем-то напряженно думал. Мие было неприятно его присутствие, она отвела глаза и уставилась перед собой. Вилар простоял несколько минут. Затем, так ничего и не сказав, ушел, оставив девушку недоумевать о цели визита.

Глава пятнадцатая

Время шло, а к Мие никто не приходил. Она спала, ела, тревожилась, успокаивалась и ждала, что же будет дальше. Утром второго дня Мию разбудили голоса. Девушка подошла к прозрачной стене. По коридору двигалось несколько человек: два уже знакомых ей охранника, оба Верховных Хранителя и еще несколько мужчин, двое из которых были в белых медицинских халатах.

Возле лаборатории группа разделилась. Охранники проследовали к Мие, остальные – в лабораторию. Мию вывели из бокса и перевели в бокс напротив. Один из мужчин в белых халатах хлопотал вокруг Краго. Тот переоделся и расположился на больничной койке. Хранителю готовили капельницы и вставляли внутривенные катетеры. За несколько минут больного словно паутиной опутали множеством прозрачных трубочек. От шума и суеты Мия растерялась. Она прислонилась к одной из перегородок бокса и старалась быть как можно менее заметной.

Девушка с любопытством наблюдала за Краго. Даже лежа на больничной койке, зараженный смертельным вирусом, он держался с высокомерным достоинством. «Что же это за люди такие?» – думала Мия. Краго с Виларом были словно родные братья: та же величественная осанка, те же серьезность и спокойствие. Словно все и вся на свете было у них в подчинении. Мия никогда не видела Держателя Себара, но была уверена, что он был того же сорта. А еще она подумала, что даже в старости энергетика и уверенность Краго не изменится. Все, как и прежде, будут замолкать и услужливо суетиться при его появлении.

От этих мыслей ее отвлек Вилар. Он незаметно подошел к девушке и подобно ей облокотился на перегородку. В руках мужчина держал знакомый сверток – именно так Мия упаковала семена. Не говоря не слова, мужчина протянул упаковку девушке и кивнул в сторону лабораторного бокса. Девушка поняла, что пришло время готовить отвары. Не глядя в сторону Вилара, она взяла сверток и потянула его к себе, но вместо того, чтобы отпустить семена, мужчина удержал их и рывком дернул к себе. Мия по инерции сделала шаг в сторону Хранителя. От неожиданности она посмотрела на Вилара – на его лице играла еле заметная наглая улыбка. Мию обожгло неприязнью и смущением одновременно. Она не стала повторять попыток забрать сверток. Вместо этого девушка отпустила руку, и спокойно прошла в лабораторию. Вилар проследовал за ней, положил семена на один из столов и удалился. Обстановка в лабораторном боксе была знакомая. Мия быстро освоилась и начала приготовления. Когда отвар был готов, девушка направилась к больному. К тому времени мужчины в белых халатах ушли, Вилара Мия не видела с момента передачи ей семян. Казалось, что на этаже осталась только она с Краго и двое охранников, которые слонялись без дела то в лаборатории, то в коридоре.

С последней встречи состояние Краго заметно ухудшилось. На лбу выступил пот, его трясло, он слабел на глазах.

– Как вы себя чувствуете? – спросила девушка, расставляя емкости с лекарствами на столике у изголовья кровати.

– Теперь значительно хуже, – невозмутимо ответил мужчина.

– Почему ваше состояние так резко ухудшилось? – спросила Мия и с подозрением покосилась на капельницы.

– Меня очистили от сыворотки. Наш вариант лекарства от вируса очень агрессивная смесь. Врачи боялись осложнений, которые может вызвать конфликт двух лекарств, – спокойно объяснил Краго.

Девушка понимающе кивнула и приступила к делу. Работая, Мия вела себя как истинный медик – она отключала все личное, оставляя место лишь главному предмету – болезни. В такие моменты для нее было не важно, плохой перед ней человек или хороший. К тому же, кто она такая, чтобы судить. Главным врагом была болезнь, с ней она и боролась. Единственный раз, когда девушка не смогла абстрагироваться, было лечение Вилара. Этот случай неожиданно всплыл в ее памяти, и неприятно обжог. Стараясь переключиться на что-то другое, она прокручивала в памяти события последних месяцев. Все сейчас было похоже на то, как Мия лечила Кима. А ему все равно суждено погибнуть, будто смерть пометила его и не перестает искать удобного случая, чтобы получить свою добычу. Мие показалось смешным, что ее две самые большие мечты – увидеть Кима и попасть в Орман – воплотились таким неожиданным образом. Непроизвольно девушка усмехнулась.

– Что вас так забавляет? – поинтересовался Краго.

– Жизнь, – коротко ответила Мия.

– И часто?

– Только когда лечу двух верховных Хранителей подряд, – отшутилась девушка.

Краго улыбнулся и больше вопросов не задавал. Так в тишине, действуя на автомате, Мия продолжала свои нехитрые манипуляции. Когда все первоначальные приготовления закончились, девушка аккуратно приподняла голову Хранителя и влила отвар.

– Теперь необходимо подождать. Через три – четыре часа вам должно стать лучше. Если конечно… – и, не закончив фразу, девушка хотела удалиться в лабораторию.

– Если конечно, что? – спросил Краго, и в его голосе улавливалось беспокойство.

– Если, конечно, мое лекарство еще работает. Вирус мутировал и если перестало действовать ваше лекарство, вполне возможно, что не подействует и мое, – задумчиво объяснила Мия.

– В таком случае, буду рад прихватить на тот свет и тебя с Кимом, – устало выдохнул мужчина.

Мия остановилась и посмотрела на Краго. Тот лежал взмокший, тяжело дышал, наверняка от температуры у него ломило все тело, но, даже находясь в таком состоянии, он все еще продолжал ей угрожать, словно умирающая змея, продолжающая извиваться и пытаться укусить. Внезапно Мие стало его жаль. Жаль, что тьма в этом человеке полностью вытеснила свет, что за маской спокойствия и невозмутимости бьется в страхе и агонии ядовитая гадюка. Он, как злой, испорченный ребенок, которого никто никогда не любил. От этого осознания Мия вдруг тепло улыбнулась больному и сказала:

– Не тратьте свои жизненные силы. Я и без угроз сделаю все, что смогу. Мы с вами очень разные люди. Я не умею ненавидеть и желать смерти и никогда не знала, что такое желание отомстить.

– Уверен, проживи вы такую жизнь, как я, то всему научились бы, – ответил мужчина.

Мия пожала плечами и вышла. Теперь оставалось только ждать. Наступила ночь, на этаже приглушили свет. Мие хотелось спать. До следующего приема лекарства времени было достаточно, и девушка решила вздремнуть. Она взяла с собой из лаборатории таймер и ушла в свой бокс. Там настроила таймер так, чтобы он разбудил ее за полчаса до приема лекарств, и легла спать. Засыпая, Мия видела все, что творится в палате Краго и лаборатории. Охранники дремали на стульях в лаборатории. Краго бодрствовал. Временами мужчина поворачивал голову и смотрел на девушку, но лицо его оставалось непроницаемым, и невозможно было понять, о чем он думает. Поначалу прозрачная стена раздражала Мию, она чувствовала себя словно рыба в аквариуме. Но постепенно девушка расслабилась и заснула. Сигнал таймера выдернул ее из глубокого сна. Мия чувствовала себя усталой, ватной, кроме того, ее немного знобило, но девушка не придала этому значения. Только в лаборатории, во время приготовления очередной порции отвара, она вдруг подумала, что сама может заразиться, ведь теперь ежедневный чай с отваром Молчуна не защищает ее, как тогда в Себаре. Кроме того, больной теперь заразен, поскольку его очистили от противовирусной сыворотки. Вполне возможно, что она уже заразилась от Верховного Хранителя. Мия решила каждый раз варить чуть большее количество отвара и незаметно принимать его для предупреждения болезни.

Когда отвар был готов, Мия осмотрела Краго. К ее удивлению улучшение наступило, но менее заметное, чем у других пациентов. Вирус действительно мутировал, но, к счастью, Молчун все еще способен побеждать болезнь. Для следующего приема девушка сварила более концентрированную порцию отвара. И понаблюдав за течением болезни, выявила, что при такой концентрации процесс выздоровления немного ускорился. Прошло еще несколько часов и Мию снова начало клонить в сон. Девушка ушла спать в свой бокс. Предварительно настроенный таймер не подвел и в этот раз. Мия проснулась от уже знакомого звука. В медицинском блоке Краго был не один, рядом с ним возле кровати сидел Вилар. Мужчины о чем-то беседовали.

Что-то в этой невинной сцене смутило Мию. Она долго не могла понять, что именно, но затем ее осенило – Вилар не боялся заразиться! А это могло означать только одно, он уже переболел и у него иммунитет. Но когда? Ответ был очевиден, он переболел этим еще до ее приезда. И его выздоровление свидетельствует о том, что он стоял у самых истоков всего этого заговора.

Мия поморщилась. В памяти бесконтрольно начали всплывать события последних дней, связанные с Виларом. Вспомнилось странное и неуместное заигрывание при передаче свертка. Сейчас ей совершенно не хотелось общаться с Виларом, его внимание было неприятно. Оно напоминало ей о том, какой наивной дурочкой она была, и отдавало некрасивой издевкой. Но выбора не было, нужно продолжать лечение, и девушка нехотя поплелась в лабораторию.

Здесь тоже произошли некоторые перемены. Охранники, разбуженные приходом Вилара, слонялись по лаборатории. От нечего делать они внимательно смотрели за всем, что делает Мия, тихо переговаривались и пересмеивались. Приготовив очередную порцию концентрированного раствора, Мия поставила склянки на поднос и отправилась в палату. Вилар все еще сидел у кровати больного. Когда девушка вошла, мужчины резко прервали разговор. Мия подошла к столику и начала расставлять емкости.

– Почему так медленно? – спросил знакомый голос за спиной.

– Боюсь разлить, – ответила Мия.

– Я имел в виду выздоровление. Почему он выздоравливает медленнее остальных? – спокойно пояснил Вилар.

– Вы же сами сказали, что вирус мутировал. Хорошо, что лекарство вообще действует, – объяснила девушка.

– Увеличьте дозу, – приказным тоном вмешался Краго.

– Я увеличила.

– Значит, не достаточно, – настаивал больной.

– Процесс выздоровления идет. Увеличение концентрации раствора значительно его не ускорит. Главное, что вы выздоравливаете. Через неделю встанете на ноги, – заверила Мия.

– У нас нет столько времени. Увеличьте концентрацию, – отрезал Вилар.

Мия раздраженно посмотрела на мужчину. Такого грубого вмешательства в процесс лечения она еще никогда не встречала. На мгновенье неприязнь взяла верх и девушка, с яростью глядя ему в глаза, насмешливо ответила:

– С удовольствием!

– Что? – заподозрив неладное, спросил Вилар.

– Убью его по вашему приказу, а так ничего, – огрызнулась Мия.

– Что значит – убью? – встревожился Краго.

– То и значит. Просто бывший Верховный Хранитель запамятовал, что Молчун чрезвычайно ядовитое растение. И его семена не исключение. Есть определенный порог концентрации, который превышать нельзя, иначе мои отвары превратятся в отраву, – с издевательской улыбкой ответила девушка и, не дожидаясь ответной реакции, удалилась.

В лаборатории Мия начала разгружать поднос и складывать стеклянные колбы в стерилизатор. Одна из мензурок выскользнула из рук и укатилась на противоположный край стола. Мия легла животом на стол, чтобы дотянуться до склянки, как вдруг почувствовала ощутимый шлепок по ягодице. Мгновенно кровь прилила к лицу, ярость и отвращение накрыли ее душной волной. Она была уверена, что это Вилар, пользуясь неограниченной властью, перешел к грязным домогательствам. Никогда в жизни, никто не позволял вести себя с ней подобным образом! Девушка мгновенно повернулась к обидчику и со всего размаха влепила такую звонкую пощечину, что эхо пронеслось по всему этажу. И тут увидела, что перед ней лицо не Вилара, а одного из грубиянов – охранников, скабрезная ухмылка на которой, мгновенно сменилась гримасой бешенства. Мужчина схватил девушку за шею и больно сжал ее. У Мии потемнело в глазах, девушка начала задыхаться. Все, что происходило дальше, было настолько молниеносно, что она не уловила и половины. Рядом с охранником неожиданно появился Вилар. Одним резким ударом по предплечью он освободил шею девушки от рук нападавшего. Затем сложным захватом скрутил руки наглеца и с невероятной силой ударил охранника лицом об стол, по стерильной поверхности которого тотчас растеклась кровавая лужа. Хранитель брезгливо отпустил охранника и тот рухнул на пол. Все лицо мужчины было в крови. Мию едва не стошнило от ужаса. Она настолько перепугалась, что забыла про боль в шее, на которой остались алые следы от пальцев грубияна.

Вилар молча кивнул второму охраннику и жестом приказал убрать тело. Затем, осмотрев шею Мии, спокойно удалился. Охранник вынес тело напарника из лаборатории и поволок по коридору. Вилар зашел к Краго, что-то сказал и тоже ушел. На этаже стало тихо. Чтобы как-то прийти в себя, Мия взяла салфетку и начала стирать кровь со стола. По щекам медленно покатились слезы. Она была благодарна Вилару, но осуждала его за жестокость. Неизвестно, чем бы кончился этот конфликт, если бы не его вмешательство. Но в глазах все еще стояло окровавленное лицо охранника. С Виларом шутки плохи – он жестокий и опасный человек. И бояться надо его, а не Краго.

Шли дни. Постепенно у Мии выработался определенный график. Его формировали одни и те же обязательные действия: приготовления отваров, обследования Краго, сон и прием пищи. Ни один из охранников больше не возвращался. Вилар тоже перестал навещать Краго. Верховный Хранитель оказался не очень разговорчивым человеком. Мия кормила и поила его в полной тишине. Мужчина выполнял все ее рекомендации и не задавал вопросов, он был очень дисциплинированным пациентом. Мия оказалась права, Краго выздоравливал медленно. Только к концу третьего дня с лица больного сошла испарина, а с шеи пропала алая сыпь.

Как только его самочувствие улучшилось, он включил экран над кроватью, что-то загрузил в память устройства с браслета. На экране появился текст – то была какая-то книга. С этого момента Краго почти постоянно читал. Мие было очень любопытно, что за книга так заинтересовала Хранителя? Она попыталась подсмотреть, но шрифт был настолько мелким, что ей это не удалось.

Утром пятого дня Краго позвал Мию.

– Я чувствую себя вполне здоровым, – заявил он.

– Это еще ничего не значит. Вирус опасен, мы ослабили его, но могли убить не до конца. Это может привести к тому, что через некоторое время, если перестать лечить, болезнь разовьется снова, а у вируса выработается устойчивость к Молчуну. Тогда вы обречены, – уговаривала Мия.

Краго не стал продолжать спор и подчинился. Но чем дольше он находился в медицинском боксе, тем больше нервничал. Он уже не лежал в кровати, как в первые дни. Теперь Хранитель мерил шагами комнату и то и дело прислушивался – не идет ли кто по коридору. Было видно, что мужчина торопится и чего-то боится. За время болезни Краго так привык к Мие, что расслабился. Теперь сквозь маску невозмутимости время от времени проступали его истинные переживания.

Вечером пятого дня в коридоре послышались шаги. Это был Вилар. Он быстро прошел в палату к больному, даже не посмотрев в сторону девушки. Увидев его, Краго вскочил с постели. Мужчины начали о чем-то оживленно беседовать. Краго заметно нервничал, Вилар его успокаивал. Чтобы не привлекать к себе внимания, Мия занялась уборкой. Загрузила емкости в стерилизатор, вымыла столы, и за работой не заметила, как подошел Вилар. Он встал рядом со столом, который вытирала Мия, и молча наблюдал за ней. Заметив его боковым зрением, девушка повернулась. Несколько секунд они смотрели в глаза друг другу, затем Мия снова принялась за уборку. Мужчина не уходил, чем изрядно ее нервировал. Девушку смущало и пугало его внимание, хотелось бросить все и уйти в свой бокс. Но после того случая с охранником Мия стала еще больше опасаться Вилара.

– Ты злишься на меня? – неожиданно спросил мужчина.

Не понимая, о чем спрашивает Вилар, Мия продолжала натирать стол.

– Я ведь не лгал тебе, Мия. Тогда в пещере я был честен с тобой, – не дождавшись ответа, продолжил он.

– У нас разное понимание слова – «честен», – ответила Мия, не отрываясь от работы.

Не в силах терпеть невнимание девушки, Вилар взял ее под локоть и привлек к себе. Мия выставила вперед руку и остановила мужчину.

– Не надо, – твердо сказала она.

– Кто я и чем занимаюсь, касается только меня. В остальном же я был предельно откровенен. Я не обманул, когда рассказал о предательстве Краго, о том, что мишенью была ты, а вирус – это хорошо спланированная диверсия. Не лгал я и когда поцеловал тебя и…

И тут Мия не выдержала и оборвала этот монолог.

– Не надо продолжать! Я и так каждый раз, глядя на вас, Многоуважаемый Верховный Хранитель, чувствовала себя бестолочью и ничтожеством! А когда узнала, насколько жестоко обманулась, испытала настоящее потрясение. Ваши чувства касаются только вас. Ко мне, после всего пережитого, это не имеет никакого отношения. Мне все равно – кто вы и чем занимаетесь, я просто хочу, чтобы меня оставили в покое! Убили или отпустили с братом домой! – выпалила Мия.

При упоминании о Киме, Вилар закипел. Он еще помнил тот прощальный поцелуй. И в отличие от Мии, понимал, что за этим жестом кроется далеко не братская любовь.

– Ваши надежды и желания касаются только вас. Но будет так, как решу я! – жестко отрезал Вилар.

Мия с вызовом и ненавистью смотрела на Хранителя. Страх исчез, уступив место гневу. Она проклинала день, когда встретила этого тирана и не могла поверить, что была в него влюблена. Теперь он не лицемерит. Вот он, настоящий Вилар: жестокий, безжалостный и деспотичный. Что за странная раса, эти птицы? Не зря Лан так плохо отзывался о них. Они действительно считают себя выше других.

– Пока я жива, моя жизнь принадлежит мне. И кое-что, даже в сложившихся обстоятельствах, решаю я сама! – выпалила Мия и показала на след от ручки на шее.

Вилар хорошо помнил историю с ручкой и как недооценил тихую испуганную Мию. Тогда он совершенно не ожидал такого поворота событий, и след на ее шее служил тому постоянным напоминанием. Все внутри мужчины закипело. Его разозлило не упрямство девушки, а что он мог по собственной глупости потерять ее. Как много бы он отдал, чтобы оказаться сейчас в уютной пещере и снова услышать ее тихое пение. Но он уже тогда понимал, что Мия оттолкнет его, если узнает эту, скрытую часть его жизни. Она была воспитана по-другому. В ее мире не было середины, все делилось на плохое и хорошее. Он ошибся, ввязав ее в свои смертельные игры, а теперь оставалось вести ее сквозь это кровавое безумие, пытаясь всеми возможными способами сохранить ей жизнь. Он все еще любил Мию, а ее неожиданная самоотверженность стала для мужчины настоящим открытием. Он понимал, что любая другая молодая девушка, попавшая из допотопного мира хищников в их высокотехнологичный мир, давно сошла бы с ума. А хрупкая Мия отважно боролась за жизни брата, отца, незнакомых ей военных и даже за него. Несмотря на все пережитое, девушка держалась с достоинством, не впадала в истерики и не унижалась. Мия была послушна, но в решающие моменты вела себя смело и решительно. Даже сейчас она с вызовом смотрела на него – мужчину, от которого полностью зависит ее жизнь. И была в этом взгляде не провоцирующая наглость, а чистый праведный гнев.

Вилар очнулся от размышлений, неожиданно ласково коснулся рукой щеки Мии и, не сказав больше ни слова, ушел, оставив девушку недоумевать по поводу резкой перемены его настроения.

Сквозь стеклянные стены медицинского бокса за происходящим внимательно наблюдал Краго. Не зная всей предыстории, Верховный Хранитель решил, что у Вилара появилось новое увлечение, которое в будущем можно использовать, как слабую сторону конкурента. Он замечал неподдельный интерес коллеги к Мие, но до этого момента не понимал, насколько это серьезно. В жестоком мире интриг только очень искусный игрок мог позволить себе обнажить свои слабые места. Поэтому Краго очень удивила эта сцена.

Глава шестнадцатая

Утром седьмого дня Краго встал раньше обычного. Мужчина был возбужден и нетерпелив. Отдав какие-то распоряжения по коннектору, Хранитель вышел в лабораторию. Мия предложила ему позавтракать, но тот отказался. Тогда девушка принялась за уборку лаборатории. Краго наблюдал за девушкой.

– У вас, наверное, была очень красивая мать, – неожиданно сказал Хранитель.

– Наверное, – продолжая вытирать стол, неохотно ответила девушка.

– Вы не знаете?

– Нет, я никогда ее не видела, – все так же неохотно ответила Мия.

– А отца? – спросил удивленный Краго.

– И отца, – коротко ответила девушка.

Ей совершенно не хотелось откровенничать с мужчиной. Она отложила все дела и собралась уходить. Краго рукой преградил ей путь.

– Вы сирота? – не унимался он.

В культуре хищной расы есть различия между понятиями «сирота» и «Дитя Аскера». Сиротой может быть отпрыск булочника или мужчины любой другой гражданской специальности. И только ребенок воина назывался – Дитя Аскера. Конечно, к сиротам тоже было особое отношение. Их жалели, им помогали. Но только статус «Дитя Аскера» был особо почитаемым. Словно памятник доблести родителя и его заслугам перед родиной. С детства членам хищного общества внушался почет и уважение к детям погибших воинов. В школе Мия особого отношения к себе не замечала, но среди взрослых оно явно чувствовалось. Например, на рынке ей продавали все самое лучшее и по очень низким ценам. А когда было плохо с деньгами, отдавали бесплатно. Поэтому заявление Краго: «Ты сирота», задело Мию. Он словно разжаловал ее отца до булочника. Мия подняла на Хранителя глаза и холодно ответила:

– Нет, не сирота.

Верховный Хранитель удивленно уставился на девушку.

– Я – Дитя Аскера, – с достоинством ответила Мия.

Краго снисходительно улыбнулся и пренебрежительно махнул рукой.

– Ах, ну да, как я мог забыть. У вашей расы очень забавные устои. Дитя Аскера, поединки чести и прочие детские игры. Вы могли бы стать сверхрасой. Только подумайте, какой потенциал, какое преимущество перед птицами и травоядными! И на что ваши предки его растратили? На междоусобную грызню! А эта стена!? Держатели хищных земель получают немалые деньги, чтобы она стояла, блокируя развитие вашего допотопного мира. Я был на вашей родине. Словно попал внутрь театрального представления. Каждый представитель вашего рода – музейный экспонат. Допотопные Вестисы, длинные юбки и прочее устаревшее тряпье. Весь мир пережил все это несколько столетий назад. В результате чужой жадности и буйного темперамента, обусловленного хищной агрессивностью, ваше общество само похоже на Дитя Аскера. Все его жалеют и оберегают. Но так будет не всегда, – злорадно закончил Хранитель.

Мия задохнулась от гнева и возмущения. Никогда прежде она не встречала настолько низких и подлых людей. И сейчас один из них называет понятия о чести детскими играми. Простую, но чистую жизнь хищных городов – пережитком древности. Насколько слеп этот человек, если не видит, что давно утратил человеческий облик и превратился в бессердечного хищного зверя. Ей всегда казалось, что бесконтрольная злоба, беспринципная подлость и слепая жажда власти – это и есть пережиток древности. Но вот стоит Краго, как олицетворение самых низменных качеств человека, и смеется ей в лицо.

– Если апофеозом технического прогресса, и сверхрасового развития являетесь вы, то я хочу остаться пережитком древности! – возмущенно выпалила девушка.

Несколько секунд Краго с ядовитой ухмылкой разглядывал Мию. Затем грустно вздохнул и проговорил себе под нос:

– Да, у него, определенно, неплохой вкус.

Потом еще раз чему-то улыбнулся и ушел к себе в бокс. Мия продолжила уборку, но внутри все продолжало кипеть от возмущения.

Спустя несколько минут один из ее охранников – напарник избитого недавно грубияна, принес Краго одежду. Верховный Хранитель принял душ и переоделся. По его обмундированию было понятно, что он собирается покинуть здание. Мия терялась в догадках, куда так торопится мужчина и чем это грозит ей и Киму.

Девушка заварила последнюю порцию лекарства и направилась в палату к больному. Она расставила емкости на столике и подала поильник мужчине. Вдруг на всем этаже погас свет. Коридор, лаборатория и медицинский отсек погрузились в абсолютную темноту. Мие показалось, что она ослепла. В темноте послышался шум приближающихся шагов.

– Заблокируй вход! – рявкнул Краго охраннику.

Судя по звукам, охранник пытался подчиниться, но найти вход в такой темноте было невозможно. И тут волна ослепительно яркого света ударила по глазам. Мозг болезненно обожгло. На этот раз Мия действительно ослепла. Вокруг начало что-то происходить. Но девушка стояла на месте, совершенно парализованная происходящим. Она услышала звук бьющей посуды, а затем кто-то обхватил ее за шею и грубо дернул на себя. Девушка почувствовала боль от укола острым предметом в свою многострадальную шею, а над самым ухом раздался жесткий голос Краго:

– Если тронете меня, она труп!

Постепенно зрение начало возвращаться. Мия различила перед собой темные силуэты с направленным в ее сторону оружием. Она догадалась, что Краго взял ее в заложники и угрожал осколком стеклянного поильника перерезать сонную артерию. Одно было непонятно, почему Краго решил, что нападавшие не будут в нее стрелять? После его выздоровления ценность Мии, как врача упала до минимума. Эта мысль привела девушку в ужас – она закрыла глаза в ожидании выстрела, но его не последовало. По какой-то причине, нападавшие не открывали огонь.

Спустя мгновение Краго грубо потащил ее в коридор через сквозной проход в лаборатории. Нападавшие медленно следовали за ним, делая друг другу непонятные жесты, но стрельбу не открывали. Краго зажал шею девушки согнутой в локте рукой и волок за собой по известному только ему маршруту. Девушка начала задыхаться.

Через несколько минут мужчина добрался до тамбура, ведущего к запасной лестнице, и закрыл за собой дверь. Он швырнул задыхающуюся Мию на ступени и нервным жестом приказал подниматься вверх. Девушка подчинилась. Спотыкаясь и падая, она, как могла быстро, карабкалась по лестнице. Краго не отставал и грубо подталкивал ее в спину. Когда Мия совершенно выбилась из сил, впереди показалась дверь, ведущая на крышу. Это и была конечная точка их нелегкого маршрута.

Девушка буквально вывалилась на крышу здания. Она пропустила Краго вперед, а сама села прислонившись спиной к ближайшей стене. Мия задыхалась. Клубы густого пара вырывались изо рта, горло и легкие обжигало холодом. На крыше было морозно и ветрено. Без верхней одежды Мия моментально начала замерзать.

Краго тем временем заблокировал дверь на крышу куском железной трубы. Затем тоже прислонился к стене и, согнувшись пополам, переводил дух.

Девушка немного пришла в себя, осмотрелась и увидела приземляющийся планолет. Крыша здания была настолько большой, что служила посадочной площадкой для летательных аппаратов. Само здание было невысоким, около пяти этажей, и стояло на пустыре, окруженном забором с колючей проволокой. Внизу Мия заметила будку и ворота. Вдали виднелся реденький лес. Местность была холмистая.

За дверью послышались голоса. Рядом с ней неожиданно появился Краго и снова куда-то поволок, больно ухватив за предплечье. У девушки не было сил сопротивляться, и она, спотыкаясь, плелась за мужчиной. Преследователи пытались выбить преграду, но дверь была массивной и не поддавалась. Только когда Краго впихнул Мию в планолет, девушка краем глаза увидела упавшую дверь и выбежавших на крышу людей.

Планолет взлетел, и ему в след не прозвучало ни одного выстрела. Мия не знала грустить или радоваться, что благодаря Краго она не попала к этим вооруженным людям. Но, судя по тому, что в нее не стали стрелять, скорее всего, ей не повезло. «Зато повезло Киму!» – утешилась Мия. Если эти люди военные, значит, Ким останется жив. Тем временем Краго привел ее в кабину пилота. Перед дверью мужчина ослабил хватку, но не отпустил Мию. Хранитель вошел сам и втащил девушку следом. В кабине был только один человек – Вилар.

– Я же предупреждал тебя! Мои источники никогда не врут. Мы чуть не попались, теперь я засветился! – возбужденно кричал Краго.

Вилар сидел спиной к входу и что-то набирал на приборной панели. Он жестом попросил Краго помолчать и произнес в коннектор:

– Да, он на борту. Жду координаты.

Потом, не поворачиваясь, ответил Краго:

– Главное, что не попался. Остынь, у нас не было выбора. Тебя надо было долечить.

Он повернулся и увидел Мию. На секунду на его лице появилось изумленное выражение, но мужчина быстро взял себя в руки и холодно спросил:

– Что она тут делает?

– Думал, ты будешь рад, если я прихвачу твою новую игрушку, – сказал Краго и подтолкнул Мию к Вилару.

Девушка освободила руку. На предплечье выступили синяки. Мия, опустив глаза, начала растирать больные места. От раны на шее к ключице пролегла дорожка из уже свернувшейся крови. Вилар сразу понял, что произошло, но промолчал. Он безразлично отвернулся к пульту управления и продолжил свои манипуляции с кнопками.

– Как они пронюхали?! Чивер доложил, что они накрыли все наши базы, осталась только главная, – продолжил разговор Краго, усаживаясь в другое кресло позади Вилара.

– Ну туда-то им никогда не добраться, она на нашей территории. Мне только что прислали координаты, – спокойно ответил Вилар.

– Газар будет в бешенстве, – продолжал Краго.

– Мне наплевать, что скажет Газар. Я до смерти устал делать за него всю грязную работу, – не поворачиваясь, ответил Вилар.

Уставшая, испуганная и совершенно сбитая с толку, Мия прислонилась к стене и медленно сползла по ней на пол. Вся эта неразбериха, постоянные перестрелки и погони до крайности ей надоели. Уж лучше бы ее застрелили еще в тот раз – в Ормане. Сейчас у нее не было бы проблем, а Вилар с Краго благополучно покинули бы этот земной мир. Из разговора Мие стало понятно, что их преследовали – правительственные войска, а значит, она была в миллиметре от спасения! Эта мысль повергла ее в совершеннейшее отчаяние. Сидя на корточках, девушка уткнулась лицом в колени и тихо расплакалась. Мия перебирала в памяти недавние события и понимала, что у нее были варианты спасения. Знай она, что нападавшие пришли спасти ее, вела бы себя по другому. Но все случилось, как случилось, она снова в плену. Хорошо, что хотя бы без Кима. Апатия снова накрыла девушку, и она сидела, не поднимая головы, совершенно не замечая, что происходит в кабине. Из этого состояния ее вывел голос Вилара:

– Мия, – сказал он совсем рядом.

Девушка вздрогнула и подняла заплаканное лицо.

– Ты в порядке? – необычно мягко спросил Хранитель.

Удивленная девушка ничего не ответила. Она посмотрела по сторонам. Краго куда-то ушел, в кабине остались только они вдвоем. Мия посмотрела на Вилара смертельно уставшим взглядом и промолчала.

Вилар достал из аптечки дезинфицирующий раствор и бинт. Затем присел перед Мией и обработал рану на шее девушки, внимательно осмотрел синяки на руках. Вдруг откуда-то прозвучал тихий сигнал. Вилар вынул крохотный предмет из-под воротника и вставил в ухо. Некоторое время он молча слушал, потом встал и, прихрамывая, зашагал по кабине.

– Да, информация верна, она у нас на борту, – тихо ответил Хранитель и посмотрел на Мию.

Та сделала удивленные глаза.

– Нет, это вы мне скажите, как это произошло?! – сквозь зубы прошептал Вилар.

– Ваши люди получили четкие инструкции. То, что ситуация так усложнилась – их промах! – продолжал отчитывать кого-то Хранитель.

– Да, я понимаю, есть риск. Нужно обеспечить планолету максимальную защиту, – после небольшой паузы отвечал невидимому собеседнику Вилар.

– Я отдаю себе отчет, насколько это сложно. Вы эту кашу заварили, вам и расхлебывать. В противном случае вся ответственность ляжет на вас, – тихо подытожил мужчина и вынул наушник.

Некоторое время Хранитель стоял посреди кабины и напряженно смотрел прямо перед собой. Затем подошел к Мие, присел напротив и, глядя ей в глаза, заговорил:

– Слушай меня внимательно, от этого зависит твоя жизнь. Сейчас я отведу тебя в пассажирский бокс, там ты пробудешь до конца путешествия. Как только мы приземлимся, заблокируй дверь вот этой штукой.

Вилар протянул девушке фиксирующий браслет и продолжил:

– Что бы ни происходило, не покидай бокс. Ты меня поняла? Это очень важно. И никого кроме меня не пускай.

Мия с недоверием посмотрела на мужчину.

– Я понимаю твое недоверие. Но на этот раз просто поверь, потом я все объясню. Это ведь не сложно, запереться и сидеть тихо? – уговаривал Вилар.

После недолгого раздумья девушка согласно кивнула.

– Ну, тогда пойдем, – облегченно выдохнул Вилар.

Он помог девушке подняться и повел в бокс. В коридоре, они встретили Краго. Тот направлялся в кабину пилота.

– Я сейчас подойду. Хочу отвести ее в бокс, – сказал Вилар, проходя мимо напарника.

Краго кивнул и пошел дальше.

Пассажирский бокс оказался очень маленьким помещением. В нем с трудом помещался откидной столик и узкая складная койка. Зато было большое окно, через которое открывался прекрасный обзор.

Вилар помог Мие разместиться и заторопился обратно. На прощанье он неожиданно притянул к себе девушку и, взяв ее лицо в свои ладони, сказал:

– Будет жарко, но ничего не бойся. Главное, не покидай бокс! Что бы ни случилось – не выходи!

Мужчина пристально посмотрел Мие в глаза. Та растерянно молчала. Хранитель больше ничего не сказал, отпустил девушку и ушел, плотно закрыв дверь.

Совершенно пораженная резкой переменой в поведении Вилара, Мия пребывала в растерянности. Она была не в силах понять, что происходит, но предчувствие подсказывало, что развязка не за горами. Внутри все сжалось от страха и ожидания неизвестного. Девушка села на кровать и уставилась в окно, за которым мелькали снежные облака.

Так прошло около часа. Затем Мия почувствовала, что планолет начал снижаться. За окном исчезла надоевшая облачная пелена и открылся потрясающий вид.

Небо было ярко-голубым, ослепительно светило солнце. Поначалу Мия не поняла, куда они приземляются. Внизу не было ничего, кроме облаков и большого количества странных огней. Затем девушка увидела, что прямо на облаках стоят большие автомобили и планолеты. Потом она разглядела, что посадочная площадка представляет собой стеклянную поверхность, каким-то непостижимым образом расположенную между скалами в горах. Площадка была квадратной, приблизительно километр на километр, со световой окантовкой синего цвета по периметру.

Площадь делилась на зоны. На одних располагались бронированные автомобили, похожие на тот, в котором она ехала по Орману. Другие занимали большие белые ангары, рядом с которыми стояла спецтехника; манипуляторы, краны, лебедки, эвакуаторы. По другую сторону ангаров был припаркован двухколесный транспорт – мотоциклы всевозможных размеров и вариаций. Техника занимала большую часть стеклянного выступа.

Самой большой и загруженной зоной была взлетно-посадочная, плотно заставленная грузовыми планолетами. К ним непрерывно подвозили разнообразные ящики, боксы и контейнеры. То и дело с полигона взлетали планолеты и исчезали за облаками.

Полосы посадочной зоны помечались вмонтированными в стекло красными огнями. Планолет Мии приближался к посадочной полосе. На соседних полосах девушка заметила около десятка больших боевых планолетов.

Поразительным было не только это огромное стеклянное сооружение между скалами, но и то, что располагалось под ним. А под ним были облака. Видимо, горы поднимались выше облаков. Все походило на залитый солнечным светом волшебный поднебесный город, искрящийся разноцветными огнями.

Скала, к которой прикреплялась стеклянная площадка, была полой и представляла собой огромное здание. Передняя стена скалы была полностью разрушена, а на ее месте размещался прозрачный выпуклый фасад, основным материалом которого было все то же стекло. Несмотря на ясный день, в окнах горел яркий искусственный свет. Строение напоминало большую светящуюся капсулу, застрявшую в камне. Размеры здания не уступали масштабам полигона. Оно насчитывало порядка двадцати этажей и имело несколько входов, которые находились под охраной и были оборудованы какими-то датчиками.

Уже при подлете Мия заметила, что на высоте примерно сто метров над стеклянной плоскостью располагался еще один выступ, на котором стояли мощные орудия, похожие на пушки, направленные вверх. Нетрудно было догадаться, что это средства противовоздушной обороны. Орудия выглядели настолько мощными, что даже большой военный планолет на их фоне казался детской игрушкой.

Помимо техники на полигоне находилось много людей. Все они были в одинаковых термокомбинезонах и странных шлемах. Мия догадалась, что из-за высоты и ветра дышать снаружи можно только в этом приспособлении. Немного позже девушка смогла различить, что одинаковые на первый взгляд комбинезоны отличались друг от друга нашивками со странной символикой. Например, у группы мужчин, проводящих технический осмотр планолета на соседней полосе, нашивки были ярко оранжевого цвета с символами в виде больших черных крыльев. А у людей рядом с пропускным пунктом взлетно-посадочной зоны – синие с простым набором букв.

Забыв про страхи, Мия жадно прилипла к окну. Она пришла в себя только тогда, когда почувствовала знакомый толчок – планолет приземлился. Девушка спохватилась, взяла фиксирующий браслет и заблокировала ручки тяжелых раздвижных дверей. Затем прыгнула на кровать с ногами и вжалась в стену.

В коридоре послышался шум шагов и голоса. Вилар и Краго шли на выход, о чем-то оживленно беседуя. И вдруг Мия услышала, как Краго сказал:

– Ты никого не забыл?

– Нет. Сейчас много дел. Не тащить же ее к Газару. Вернусь за ней позже, – надменно ответил Вилар.

Краго ничего не сказал. Мужчины покинули планолет.

Время шло, ничего не происходило. Мия немного расслабилась. Снова проснулось любопытство. Девушка украдкой разглядывала устройство главной базы бандитов. Когда Ким рассказывал ей про радикальные группировки, она представляла себе разрозненные шайки головорезов под командованием нескольких более или менее грамотных людей. Но то, что она увидела здесь, поразило ее до глубины души. Она и представить себе не могла, какие масштабы имеет это противостояние. Казалось, войска одной такой базы способны стереть с лица земли все хищные земли. Только теперь Мия полностью осознала, насколько уязвимы и отсталы хищники. Немного понаблюдав за людьми на площади, девушка оценила четкость организации и строгость дисциплины. Не было ни одного праздношатающегося человека, абсолютно все были заняты делом. Без лишних перерывов люди четко и качественно выполняли свои обязанности. Охранники на пропускных пунктах сканировали датчиками всех проходящих, даже тех, кто минуту назад уже проходил через пропускной пункт. Люди с оранжевыми нашивками суетились вокруг планолетов и наземной техники. Вооруженный патруль курсировал по зонам и проверял все вновь прибывшие транспортные средства.

Прилетел огромный грузовой планолет. Из здания моментально вышла группа охранников, инженеров и грузчиков. К месту погрузки подъехал манипулятор и работа закипела. Быстро и технично в планолет начали грузить бронированные автомобили. Никто из участников процесса не делал лишних или ошибочных движений. Мия с удовольствием и восхищением следила за слаженными действиями персонала.

Вдруг все резко изменилось. Сначала оглушительно завыла сирена. Огни полигона замигали тревожным ярко-оранжевым светом. Мия посмотрела вверх, но солнце слепило, и разглядеть что-либо не удалось. Но вот девушка заметила быстро приближающийся к базе объект, светящийся ярко-голубым светом. Мгновение, и ярко-голубая комета бесшумно прошла сквозь крышу одного из ангаров. Раздался странный гул, Мия почувствовала легкую вибрацию, от ангара в стороны, как круги по воде, начали расползаться голубые волны. Гул увеличился, вибрации усилились. Затем все резко стихло и долю секунды ничего не происходило. И вдруг, все, что покрыла самая большая волна, взорвалось. Мия вскрикнула от неожиданности. Несколько автомобилей превратились в огненные шары, в разные стороны полетели мелкие части горящих машин. Мия с ужасом наблюдала, как смертоносные кометы сыпались градом на стеклянную поверхность, уничтожая технику и людей, попадавшихся на пути. Взрывная волна накрыла охранников, инженеров и весь персонал, находившийся на площадке, оставив лишь обугленные трупы.

Снаряды падали все ближе и ближе. Запылал соседний планолет. Мия залезла с ногами на кровать. Уткнула лицо в колени и накрыла голову руками. Еще чуть-чуть и смертельный заряд уничтожит ее убежище вместе с ней.

Время шло, вибрация и гул не смолкали, но планолет Мии оставался цел. К звукам взрывов присоединились странные хлопки. Девушка снова выглянула в окно.

Этот странный звук издавали пушки противовоздушной обороны. Они посылали в небо снаряды, по яркости свечения и размеру напоминавшие голубые кометы. Теперь на небе сквозь слепящий свет солнца Мия разглядела клубы дыма и огненные вспышки. Когда глаза немного привыкли к солнцу, девушка ахнула от удивления. Словно рой пчел в небе кружилось огромное количество планолетов. Они были очень высоко и выглядели черными точками. Казалось, сделай каждый из них по одному выстрелу, от стеклянных сооружений ничего не останется. Мию удивляло, что хозяева не оказывают никакого сопротивления. На поверхности не осталось ни одной целой боевой единицы, словно противники сдались без боя и ждут, когда все уничтожат окончательно.

Но тут, словно прочитав ее мысли, хозяева базы начали действовать. Верхняя часть стеклянного фасада откинулась, и оттуда, словно стая птиц, вылетели миниатюрные летательные аппараты. Они двигались настолько быстро, что их невозможно было разглядеть в деталях, лишь по темным силуэтам можно было догадаться, что они треугольной формы. Одновременно с ними из окон здания в районе десятого и пятнадцатого этажей, словно иглы у ежа высунулись стволы каких-то орудий. Беспрерывной очередью они начали обстрел воздушного пространства самонаводящимися зарядами. Небо заволокло клубами дыма от взрывов, а огненные вспышки ракетных попаданий, блистали тут и там, наподобие молний.

Прошло несколько минут. Из-за дыма ничего не было видно. Но туча приближалась, звуки усиливались, стеклянная гладь сотрясалась. На Мию накатила паника. Она посмотрела вниз. От бомбардировки стеклянная поверхность полигона не пострадала. Подняв глаза на здание, девушка увидела, что и фасад не претерпел никаких изменений, несмотря на град снарядов, усыпавших всю поверхность базы. Девушка вздохнула с облегчением.

Тем временем нападавшие достигли базы и начали приземляться. Сквозь дымовую завесу девушка различала силуэты планолетов, прорвавшихся к посадочной полосе.

Звук сирены изменился, это послужило сигналом к новым действиям. Из здания базы выбегали военные. Из планолетов выскакивали вооруженные люди, которым наперерез немедленно выступали силы сопротивления. Наблюдая за этим рукопашным боем, Мия заметила, что мало кто из нападавших владел техникой равновесного слияния и, тем более, манипулированием этим состоянием. Некоторые были плохо обучены простой технике ведения боя. Зато сопротивление было блестяще подготовлено. Быстро и беспощадно они расправлялись с противником. Особенно заметной разница в подготовке стала, когда у обеих сторон кончались патроны. Нападавшие были обречены. Обороняющиеся воины пускали в ход весь свой арсенал: звериные когти, зубы, скорость и силу.

Мия, от ужаса зажав рукой рот, во все глаза смотрела в окно. Хозяева базы безжалостно истребляли противника, единственной поддержкой для которого служили непрекращающиеся воздушные бомбардировки.

Вдруг совсем рядом прогремел взрыв. Взрывная волна и град осколков обрушились на планолет Мии. Девушку с силой отбросило с кровати к противоположной стене. Паника с новой силой овладела девушкой. По сравнению с масштабами этого побоища, она была словно муравей в коробочке, которую вот-вот раздавят. Не помня себя от страха, Мия рванулась к двери, но тут в памяти всплыли указания Вилара. Мия остановилась. Не зная, что ей делать, она села на корточки, спиной облокотившись о перегородку, и закрыла голову руками. Теперь взрывы постоянно сотрясали бокс. В помещении становилось нестерпимо жарко. Крики, взрывы, вой сирены усиливали панику. Инстинкт самосохранения гнал девушку на улицу, но остатки разума говорили, что там не намного безопаснее. Никогда в жизни она не испытывала такого животного ужаса. Не в силах успокоиться, Мия заткнула уши и громко закричала. Очередной сильный толчок потряс планолет. Девушку отбросило в сторону. Она ударилась головой о край кровати и потеряла сознание.

Когда Мия пришла в себя, мало что изменилось. Все тот же шум и сильные вибрации. Все та же жара и запах гари. Но теперь прибавилась сильная головная боль, кровь на виске и звон в ушах. В дверь кто-то стучал. Девушка попыталась встать, но тело словно налилось свинцом. Руки и ноги казались непомерно тяжелыми, во рту стоял привкус крови. Не оставляя попыток подняться, Мия подползла к кровати, уцепилась за край и попыталась встать. Тут она услышала знакомый голос:

– Открывай, я сказал!

Мия похолодела от ужаса, заползла на кровать и села, поджав ноги. Последовали сильные удары. Дверь дрожала, но не открывалась.

– Открывай! – бешено рычал Краго.

Он снова и снова делал попытки выбить дверь ногами. Удар за ударом – дверь выгибалась. Мия вздрагивала в такт ударам. Первым сдался фиксирующий браслет. От очередного удара он разлетелся в разные стороны. Девушка зажмурилась.

Разъяренный мужчина ворвался в бокс, схватил ее за волосы и поволок в коридор. От боли у Мии потемнело в глазах. Она не сопротивлялась, просто пыталась встать на ноги, чтобы не было так больно. Но Краго с таким ожесточением тащил ее по коридору, что девушка билась о стены и никак не могла найти опору.

Еще не придя в себя от удара головой, Мия не могла сосредоточиться. Голову разрывало от боли. Левую часть лица заливало чем-то липким. Она пыталась разглядеть, куда тащил ее мужчина, но ничего не могла увидеть. Наконец Мия догадалась, что Краго тащит ее к выходу. Волна ужаса накрыла ее, девушка начала вырываться. Она пыталась цепляться за железные выступы коридора, крича:

– Куда?! Нас там убьют!

Не замедляя движения, Хранитель рявкнул:

– Заткнись и не упирайся. Тебя давно нужно было прикончить.

Мия собрала все оставшиеся силы, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Она понимала, что не проживет и минуты вне планолета. Но тут Краго остановился. Мию настолько перепугала эта перемена, что она замерла и перестала дышать. Последовал резкий рывок. И она оказалась стоящей впереди Краго лицом к двери, как живой щит, а к ее виску был прижат ствол оружия. Мия снова стала его заложницей. Но на этот раз все по-другому. Мия смотрела полными удивления глазами на нападавшего, знакомые ярко-голубые глаза которого смотрели на девушку сквозь прорезь в защитном шлеме. Вилар целился Краго в голову. Очень медленно мужчина сделал шаг вглубь планолета и что-то нажал на стене. Дверь за Хранителем закрылась.

– Я прострелю ей башку и все будет кончено, – угрожающе прошипел Краго.

Вилар ничего не ответил. Он осторожно, не делая резких движений, снял шлем и бросил на пол.

– Бросай оружие! – рявкнул Краго.

– Это конец, не усугубляй ситуацию, – спокойно ответил Вилар.

– Не трать мое время. Брось оружие и медленно иди в кабину пилота. Ты вывезешь меня отсюда, иначе она – труп, – настаивал мужчина.

– Вывезешь?! Отсюда нет выхода, – улыбнулся Вилар.

– Она – мой выход! – прорычал Краго. – Без нее вы все передохнете, не так ли?! Конфискованное лекарство не помогает, значит, эта девка вам очень нужна!

– Остынь, Краго, не все решаю я, надо связаться с Миролом и…

– Не надо рассказывать сказки! Я сыт твоим враньем! – криком перебил его Краго. – Брось ствол!

Мия услышала у себя над ухом металлический щелчок и зажмурилась. Вилар медленно положил оружие на пол.

– Хорошо, я вывезу тебя, – ответил он и сделал шаг вперед.

Краго начал медленно отступать, уводя за собой Мию. Вилар шел следом. Он внимательно следил за движениями противника. Процессия медленно продвигалась к кабине пилота. От железной хватки Краго Мия начала задыхаться. Ноги онемели и не слушались. Она неотрывно смотрела на Вилара, а тот, казалось, не обращал на нее внимания. Он впился взглядом в Краго и осторожно шел вперед. Неизвестно, сколько прошло времени, но вдруг за бортом раздался оглушительный шум, и новая волна вибрации сотрясла планолет. Вилар посмотрел за спину Краго, и на лице Хранителя мелькнула злорадная улыбка. Это привело Краго в замешательство, и он на долю секунды обернулся. Всего на мгновенье, но этого было достаточно. Дальше все происходило очень быстро. Вилар рванулся вперед и одной рукой выбил оружие из руки врага. Прозвучал выстрел, пуля вонзилась в стену. Одновременно с этим вторая рука Хранителя точным захватом предплечья освободила шею Мии. Не удержавшись на ватных ногах, девушка упала, а Вилар, тем временем, нанес резкий удар клювом в лицо уже обернувшегося Краго. Мужчина отлетел назад, из носа брызнула кровь. Пытаясь вернуть утраченное преимущество, Краго метнулся к Мие, но Вилар предвидел это и преградил ему путь. Завязалась драка. Мия вжалась в стену и с замиранием сердца наблюдала. Оба воина были очень хорошо подготовлены. Они без труда манипулировали слиянием. В ход шли клювы, руки, ноги, когти. Верх брал то один Хранитель, то другой. Ударом когтей по ребрам Краго оставил глубокие порезы, на теле противника, но Вилар в долгу не остался. Он несколько раз хорошенько приложил Краго головой о стену. Они, как ураган носились по планолету, сметая все на своем пути. Странно, но этот отчаянный бой не сопровождался бранью и криками. Хранители сражались в полном молчании. Были слышны только звуки ударов и разлетающихся предметов. Когда борьба перешла в кабину пилота, Мия потеряла мужчин из виду. Не в силах оставаться безучастной, девушка осторожно встала и, прижимаясь к стене, последовала за ними. Она остановилась в дверях кабины как раз в тот момент, когда Краго скрутил в захвате Вилара и опрокинул его на пульт, затем впился когтями в раненное бедро противника и распорол мышцу. Кровь из ноги обильно выступила на ткани комбинезона. Мия вскрикнула. Краго обернулся и отпустил израненного Хранителя, тот рухнул на пол. Понимая, чем это ей грозит, девушка бросилась по коридору к выходу. Краго рванулся, было, следом, но противник из последних сил схватил его за ногу и повалил на пол. Мия тем временем добежала до выхода, но открыть дверь не решалась. В замешательстве она судорожно смотрела по сторонам. Вдруг под ногами девушка увидела оружие, брошенное Виларом. Для нее эта вещь никакой пользы не представляла, Мия понятия не имела, как этим пользоваться, но решила рискнуть. Она бросилась обратно в кабину пилота. Там на полу продолжалась схватка. Не имея возможности встать, Вилар удерживал Краго, как мог. Увидев Мию в дверях, мужчина закатил измученные глаза. Он рассчитывал, что ей хватит ума сбежать из планолета. Присутствие Мии убило в Хранителе последнюю надежду на ее спасение, но девушка показала ему свою находку, Вилар кивнул, и Мия бросила ему оружие. Краго попытался перехватить, но Вилар оперся о колено здоровой ноги и подскочил, помогая себе крыльями. В прыжке он поймал оружие и, не успев приземлиться, выстрелил. Мия вскрикнула. Это был конец. Безжизненное тело Краго упало – пуля попала ему в голову. Пол залило алой кровью. Девушку начало тошнить, она прикрыла рот рукой и отвернулась. Справившись с накатившей дурнотой, Мия кинулась осматривать раны Вилара.

– На борту есть аптечка? – спросила она.

Вилар молча показал на маленькую дверцу в стене кабины. Он был очень бледен, на лбу выступил пот. Хранитель смертельно устал.

Мия достала аптечку, сделала жгут на ногу, быстро обработала рваные раны на ребрах, отмыла от крови изуродованное синяками и царапинами лицо мужчины. Затем отошла в сторону и села на пол.

Вилар с трудом встал и связался с кем-то по коннектору на пульте.

– Внимание, мы взлетаем, обеспечить прикрытие.

На другом конце что-то ответили. Рядом раздался взрыв, планолет опять сильно тряхнуло. Прервав связь, Вилар начал поднимать планолет в воздух. Сквозь клубы дыма через лобовое стекло планолета ничего нельзя было разобрать. Звуки выстрелов и взрывов усилились. Планолет взлетел, но даже в воздухе его продолжало нещадно трясти.

Мие уже не было страшно. Девушка сидела на корточках, погрузившись в полную прострацию. Она невидяще уставилась перед собой, а в памяти вставали кровавые сцены недавней бойни. Такое количество крови и жестокости не стереть из памяти и за десять лет. Но у всех есть свой предел – она своего достигла. В ней что-то перегорело и, кажется, ничего не осталось от прежней юной девушки, гулявшей по себарскому лесу в поисках редких растений.

Рядом лежал труп бывшего Верховного Хранителя с простреленным черепом. Лужа алой крови продолжала медленно растекаться по полу.

Вскоре звуки боя стали затихать и совсем пропали. Вилар немного расслабился, доверив машину автопилоту, мужчина подошел к Мие.

– Как ты? – спросил он.

Мия продолжала смотреть перед собой стеклянными глазами и не отвечала. Вилар достал из аптечки дезинфицирующие салфетки, заботливо обработал девушке висок, стер следы крови. Мия ни на что не реагировала.

Хранитель вернулся к пульту. Спустя полчаса планолет пошел на посадку. Последовал знакомый толчок – они приземлились.

– Мия, мы прилетели, надо идти, – проговорил Вилар, глядя в безжизненные глаза девушки.

Она молчала и не шевелилась. Он потряс ее за плечи. Пощелкал пальцами перед глазами. Девушка ни на что не реагировала. Мужчина взял ее на руки и понес к выходу. Нестерпимо болела нога. Хранитель, хромал и стиснув зубы от боли, медленно пробирался к выходу.

На посадочной площадке их ждало огромное количество народа. Первыми стояли высокопоставленные члены Мирового Совета. За ними выстроились представители КВК и толпа Хранителей. Через десять метров стояло оцепление, за которым толпились представители прессы со всех стран.

Как только раненый Вилар с Мией на руках показался в дверном проеме, все пришло в движение. Их ослепили вспышки фотокамер. Корреспонденты, отталкивая друг друга, наперебой задавали вопросы.

Подошла группа медиков. Мию переложили на каталку. Вилар от перевозки отказался и пошел самостоятельно. Его тут же окружили представители Мирового Совета. Многие пожимали руки и поздравляли. Хранитель был краток, но учтив и, невзирая на усталость, никого не обошел своим вниманием. Проходя мимо сотрудников КВК и Хранителей, Вилар остановился и поблагодарил некоторых людей. Мия уже лежала в машине, а Вилар, хромая, не прошел и половины пути до нее. Не дожидаясь его, машина отъехала. Хранителя обступила вторая бригада врачей.

Глава семнадцатая

Мию направили в главный госпиталь Хранителей. Чтобы уберечь девушку и Вилара от посягательств журналистов, здание больницы оцепили. Вход на территорию был строго по пропускам, но, несмотря на кордон, над госпиталем постоянно курсировали планолеты крупных информационных компаний.

На лечение Мии были брошены лучшие силы медицинского резерва. Врачи выявили сотрясение мозга средней тяжести, перелом височной кости. Но это было не самое страшное. Главной проблемой стало тяжелое шоковое состояние девушки. У нее было пониженное давление и учащенный пульс, она не реагировала ни на какие внешние раздражители. Мия лежала в палате, уставившись в потолок стеклянными глазами. Ей делали все необходимые процедуры, применяли сильнейшие препараты, но это не помогало. Депрессивное состояние было настолько глубоким, что Мия подсознательно отказывалась жить. Она быстро теряла вес. Организм усваивал только 30% от питательных веществ из препаратов, пропускавшихся через капельницы. Состояние девушки оценивали, как крайне тяжелое. Каждый день по вопросу ее реабилитации собиралась комиссия из лучших специалистов, они изучали результаты анализов, предлагали варианты лечения, но все было бесполезно. Мия из состояния шока не выходила.

Вилар лежал в той же больнице, но в соседнем корпусе. Каждый день его посещали высокопоставленные чины всех мастей. Первым Хранителя проведал Мирол, глава Мирового Совета. Их с Виларом, кроме работы, связывала еще и давняя дружба. Он благодарил, справлялся о здоровье, обсуждал план дальнейших действий. Затем на прием к Хранителю повалили руководители различных военных органов и кабинетов. Больничная палата походила на зал заседаний, где обсуждались важнейшие мировые проблемы. Директору госпиталя пришлось лично вмешаться в эту ситуацию. Он издал распоряжение, по которому посещать больного можно было только в определенные часы. После этого лечение Вилара пошло в соответствии с графиком. У него даже появилось немного свободного времени после обеда. Теперь каждый день, как только часы показывали тринадцать ноль-ноль, мужчина спешил в соседний корпус, где лежала Мия. Вилар сильно хромал и ходил при помощи костылей, но и в этом он быстро достиг мастерства, ловко преодолевая большое расстояние, разделявшее разные корпуса госпиталя.

Вилар первый раз увидел Мию через день после их высадки. Девушка выглядела ужасно: кожа приобрела голубовато-белый цвет; взгляд был абсолютно пустым; под глазами пролегли темные круги. Мужчина пытался поговорить с ней, но она ни на что не реагировала. Она была похожа на живого мертвеца. Иногда ему казалось, что Мия действительно умерла, но подключенные к ней датчики продолжали фиксировать учащенный пульс. Прошло несколько дней. Ситуация не менялась. Вилар продолжал разговаривать с Мией, не обращая внимания на ее состояние. Рассказывал про погоду, случаи из жизни, про свои наблюдения за животными. Иногда просто был рядом, обедал в ее палате, читал новости, разговаривал по коннектору, стоял глядя в окно, а главное, подолгу смотрел на нее. Лицо девушки оставалось неподвижным. Она лежала в паутине капельниц и еле заметно дышала.

Иногда Вилара охватывала паника. Он до смерти боялся, что она не придет в себя. Эта девушка, даже в таком состоянии открыла для него еще одно новое чувство – чувство утраты. Каждый день мужчина с надеждой спешил к ней в палату, и каждый вечер уходил оттуда с чувством угнетающей тоски. Глядя на ее безжизненное лицо, он скучал по прежней Мие. Воспоминания о днях, проведенных в пещере, казались теперь иллюзией. Надежда на ее исцеление слабела, а паника росла. Врачи разводили руками: «При таком состоянии сложно что-либо прогнозировать». Они делали все, что было в их силах, но улучшения не наступало. Было понятно, что прежнюю Мию Вилар больше никогда не увидит. Но ему хватило бы услышать ее голос, увидеть ямочки на щеках. Она была первой женщиной, которую он по-настоящему полюбил. Иногда ему хотелось забрать ее и увезти куда-нибудь далеко. Просто жить с ней в одной комнате, быть рядом каждый день. Даже если она никогда не очнется.

Вилара мучило чувство вины. Он постоянно думал, как сложилась бы ее жизнь, если бы он не отдал приказ привезти Мию из Себара. Ему было необходимо создать видимость попыток разрешения ситуации. Грубая попытка пустить пыль в глаза общественности стоила бы очень дорого. Он мог предпринять что угодно: запросить в штат лучших вирусологов, усилить оцепление базы, фальсифицировать данные и объявить о случаях исцеления. Но вместо этого он послал за простой девушкой, которая заслужила возможность жить нормальной человеческой жизнью. Какая ирония, что именно эту девушку он полюбил. Это он обрек Мию на весь этот ужас, заставил пережить страшные потрясения, неоднократно подвергал ее жизнь опасности. И теперь она лежит здесь в оцепенении, которое, возможно, никогда не пройдет.

Тем временем весь мир ждал возвращения Мии. Орман был все еще на карантине. Армия Хранителей сумела захватить вражеские лаборатории, но вирус приобрел устойчивость к противоядию. Как и в случае с Краго, болезнь замедлялась, но не исчезала. Стоило прекратить инъекции, и вирус начинал развиваться с новой силой. Лучшие врачи мира боролись с этой чумой, но не могли победить.

На Вилара и реабилитационную группу оказывалось колоссальное давление. Им нужна была Мия. После тщетных поисков специалисты так и не нашли других людей, которые смогли бы найти семена Себарского Молчуна. Кроме того, им не удалось найти книги, из которых Мия узнала об этом растении. Девушка надежно спрятала их при отъезде. А поскольку в хищном обществе книги писались вручную и были на вес золота, копий не существовало. Был еще шанс воспользоваться семенами, спрятанными девушкой в пещере. Но Краго тайно вывез их на главную базу, где во время штурма они сгорели. Опрос всех врачевателей хищных земель тоже не дал результатов. Никто о Себарском Молчуне не знал больше того, что он очень ядовит и смертельно опасен. Делались неоднократные попытки найти семена в окрестностях пещеры – там, где их нашла Мия, но ничего обнаружить не удалось. Так вышло, что Мия оказалась единственным человеком в мире, способным найти семена этого растения. Но сейчас она мало чем могла помочь. Время шло. Зима близилась к концу, и нужно было срочно что-то предпринимать.

Глава восемнадцатая

– Да я понимаю – ответил Вилар по коннектору, стоя у окна в палате Мии. – Но что я могу сделать? Медики бьются над проблемой, но они не волшебники.

– Нужно что-то придумать. Неужели кроме лекарств ничем нельзя привести в чувства эту спящую красавицу? – нервничал Мирол.

– На данный момент испробовали все, кроме самых нелепых предложений.

– Тогда, может, пришло время попробовать и нелепые? Какие способы были проигнорированы? – заинтересовался глава Мирового Совета.

– Ну, самый вменяемый, это вывезти ее на родину. Чтобы пожила с отцом, полежала в стенах родной комнаты. Но вы прекрасно понимаете, что это исключено, – ответил Хранитель.

– При определенной осторожности мы можем попытаться это организовать, – с сомнением в голосе отозвался Мирол.

– Вы серьезно?! – возмутился Вилар. – Позвольте напомнить, что Газару с небольшой группой радикалов удалось бежать. В криминальных кругах за голову Мии назначена солидная награда. А на территории хищных земель нам не удастся обеспечить ей должную охрану. На нее не подействовали сильнейшие препараты. Некоторые специалисты даже сомневаются, может ли ее мозг обрабатывать зрительные сигналы. Как в таком случае ей помогут стены родной комнаты?

– Я все понимаю, но мы прочесали весь седьмой сектор. Там расплавили весь снег. Заглянули под каждый куст и ничего не нашли. Нам нужна эта девушка. Без малого тысяча зараженных людей, как наркоманы, подсажены на инъекции противовирусной сыворотки. Орман все еще на чрезвычайном положении. Такого не было никогда. Люди в панике. Пресса съедает нас живьем. Близится весна и времени нет. Нужно, что-то предпринимать, делать новые попытки, – убеждал Мирол.

– Эти попытки могут стоить ей жизни или значительно ухудшить состояние. Нет никаких гарантий, что это поможет, – тихо проговорил Вилар и, обернувшись, посмотрел на неподвижную Мию.

– Мы должны попробовать. Не спорь Вилар.

Связь прервалась. В этот день Вилар ушел от Мии только ночью. Все это время Хранитель продумывал план перевозки девушки в Себар. Он сидел в кресле с блокнотом в руках и делал пометки.

В хищные земли было только два входа: через Орман и через пункт депортации. Поскольку даже полное оцепление депортационного входа не гарантирует полной безопасности, Вилар рассматривал только вход через Орман. После победы над радикалами лес был недостаточно безопасен. Военный Комитет еще ведет расследования и выслеживает сообщников в числе первого и второго состава Хранителей. Но из двух входов этот является более предпочтительным, поэтому перевозить Мию было необходимо через священный лес. На этот раз перевозка планолетом исключалась. Нужно расчистить скоростную трассу и на бронированном автотранспорте переправить Мию на Северную базу. Самое сложное – обеспечить ее защиту на территории хищных земель. По договору Хранители не имеют права демонстрировать и применять свои технологии в хищном обществе. За пределами Северной башни нельзя использовать машины и показывать оружие. От мыслей, что Мию придется переложить на деревянную телегу, запряженную лошадьми или мулами, Вилару стало дурно. В распоряжении Хранителей были планолеты-невидимки, на одном из которых Мию впервые привезли в Орман. Нижняя часть такого планолета оснащена специальными экранами, которые транслировали изображение того что находится над планолетом. Такие летательные средства невидны глазу, но с помощью радара обнаружить их не составляет труда. Поэтому такой вариант тоже не устраивал Вилара. Хранитель пришел к выводу, что идеального решения нет. Либо Мия будет два дня трястись в телеге, либо сорок минут смертельной опасности в воздухе. Хранитель выбрал планолет. Необходимо было позаботиться о его воздушной и наземной охране.

Поскольку не всех предателей удалось вычислить, операцию следовало держать под строжайшим секретом. Утром следующего дня Вилар вновь связался с Миролом, подробно рассказал свой план и заручился его поддержкой. Уже в полдень Хранитель провел срочное секретное совещание, на котором присутствовали только непосредственные участники операции, в том числе Ким, Нот и Лан. Им отводилась особая роль во всей этой истории, после перевозки Мии они должны обеспечить девушке круглосуточную охрану дома. Еще несколько Хранителей инкогнито расселят по соседним домам. Идея состояла в том, чтобы Мию окружали только знакомые люди, к которым она прежде испытывала симпатию, поэтому подселять в дом к Риду посторонних нельзя.

Разумеется, участие Кима в операции не нравилось Вилару, но раз решено провести этот эксперимент, нужно сделать все возможное для его успешного завершения. Кроме того, Вилар и так слишком долго препятствовал встрече брата с Мией, дальнейшее сопротивление может выглядеть подозрительным.

На подготовку трассы, сбор людей, предупреждение властей хищного сообщества ушли сутки. В полдень следующего дня Мию на каталке вывезли из госпиталя и разместили в бронированном автомобиле. Девушка лежала без движения и, как всегда, ни на что не реагировала. Несмотря на протесты врачей Вилар принял участие в операции, он хотел сопровождать девушку на всем протяжении пути. Хранитель сел в тот же автомобиль, что и Мия, и группа отправилась в путь. Кортеж насчитывал четыре бронированных машины: один с девушкой и Хранителем, остальные – с охраной. В каждом броневике сидело по пять проверенных, хорошо обученных Хранителей.

Курсирующий над госпиталем планолет журналистов сразу заметил необычное движение и начал съемку. Сохранить операцию в секрете стало невозможным.

Госпиталь располагался недалеко от Главной башни. Группа быстро достигла Ормана и въехала на выделенную трассу. Скорость движения значительно увеличилась. Планировалось достичь Северной башни за восемь часов.

День был морозный и солнечный. За окном мелькали деревья. Колонна неслась, не сбавляя скорости даже на поворотах. Помня неудачную попытку перевоза Мии в публичный корпус, все были максимально собраны. Колонну прикрывали с воздуха. Через каждые пять километров стоял патруль. На этот раз никто не тешил себя иллюзиями, что Орман безопасное место. Была объявлена полная боевая готовность. Группа достигла Северной башни в положенное время и без происшествий. В лесу уже стемнело, а на площади перед башней группу уже ожидало несколько планолетов – невидимок. Мию переместили на борт одного из них. И снова все участники застыли в нервном ожидании. Организовать прикрытие с земли удалось только частично. Агенты с портативными ракетными установками находились только на территории больших городов, коих по маршруту располагалось всего три. Но с воздуха планолет провожали еще четыре вооруженных невидимки. В мучительном напряжении сорок минут пути пролетели незаметно. Планолет приземлился в овраге возле главного моста Предлесья. Девушку перенесли в телегу, запряженную лошадьми, и через двадцать минут Мия была дома.

После сообщения о том, что девушка доставлена, два планолета вернулись на Северную базу. Остальные были замаскированы и остались на случай экстренной эвакуации. Часть Хранителей переоделись в одежду, которую носили жители Предлесья и были расквартированы по соседним гостиницам.

Глава девятнадцатая

Когда Рид открыл дверь, на пороге стоял Ким, Лан, Нот и Вилар. Они бережно занесли девушку на носилках и положили в гостиной на диван.

Рид смотрел на дочь и не узнавал ее. Бледная, исхудавшая, с неподвижным взглядом и каменным лицом она лишь отдаленно напоминала живую доброжелательную, улыбчивую Мию. Он встал на колени рядом с диваном, взял руку Мии, уткнулся лицом в ее ладонь и горько заплакал. Ким держал его в курсе событий, почти каждый день они связывались по коннектору. Сын щадил отца, уверяя, что все не очень серьезно. Теперь было очевидно – все гораздо хуже, чем Рид мог себе представить.

– Сколько же ты пережила, девочка моя, – горько проговорил отец.

Мужчина плакал и целовал ладонь дочери. От этой душераздирающей сцены всем стало не по себе. Ким подошел к отцу и положил ему руку на плечо. Лан и Нот отошли к горящему камину и отвернулись. Вилар стоял, прислонившись спиной к стене, не сводя глаз с убитого горем Рида. Хранитель был до глубины души потрясен, насколько тот любил Мию. Теперь он понял, в чем был секрет этой девушки. Она росла в заботе и любви, как рыба живет в воде. Каждый день маленькая Мия начинала и заканчивала с улыбкой. Все ее существо было настолько напитано любовью, что для нее стало естественным дарить ее всем окружающим. Чистая, добрая и очень любящая, она согрела и растопила зачерствевшую душу сурового Хранителя. Даже нежная женственность девушки была следствием любви и заботы, которой бесконечно одаривали ее отец и брат. Сам Вилар рос в обществе, лишенном теплоты семейных уз. Теперь он увидел, насколько пустой и холодной была его жизнь. Он проникся огромным уважением ко всему хищному обществу, которому, благодаря добровольной изоляции, удалось сохранить и семейный уклад, и простую человеческую любовь. Возможно, представители хищной расы и отстали от остального мира, но они сохранили чистоту сердца и бесконечное благородство, которые другие расы так легко променяли на блага прогресса. Как произошло, что остальной мир утратил понятия о любви, семье и чести, Вилар не понимал. Но то, что это слишком высокая цена за приобретенные материальные блага, теперь стало для него очевидно.

Погруженный в эти тяжелые раздумья, Вилар наблюдал, как Рид продолжал сокрушаться над дочерью. Он что-то еле слышно шептал, не помня себя от горя, будто разговаривал сам с собой. Рид причитал, словно в бреду, а по щекам катились крупные слезы. Мужчина машинально раскачивался, словно баюкал маленькую дочь.

Не в силах на это смотреть, Вилар поднял глаза на Мию и потрясенно увидел, что на глазах девушки выступили слезы. Не веря себе, Вилар подошел ближе. Ким не заметил перемены в Мие, он успокаивал отца, но уловив движение Вилара, посмотрел на сестру.

– Отец! Смотри! – потрясенным голосом позвал он.

Рид поднял мокрое лицо и взглянул на дочь. Лан и Нот тоже обернулись. На секунду в гостиной воцарилась полная тишина. Затем Рид приподнял и обнял тело Мии. Так в полной тишине он сидел, обняв дочь и покачиваясь из стороны в сторону. Никто из присутствующих не смог сдержать слез. Это была победа. Вилар не сомневался, что с этого дня Мия пойдет на поправку.

Спустя полчаса Рид на руках отнес Мию в ее комнату. Вилар не решился последовать за ним. Коннектор Хранителя разрывался от звонков. Мужчина не хотел разговаривать, но ему пришлось. Он мерил шагами гостиную и отвечал на вызовы. Вскоре Хранитель получил приказ возвращаться на базу. Вилару безумно хотелось остаться в доме Рида, но он был вынужден подчиниться. Попрощавшись со всеми, мужчина верхом отправился к планолету.

Остальных Рид накормил ужином и расселил со всеми удобствами. Гости разошлись спать. Рид прибрался и поднялся к Мие. В комнате был Ким. Он сидел на кровати в ногах сестры, гладил ее руку и о чем-то думал.

– Не спится? – заботливо спросил отец.

– Да, какое там! – ответил Ким.

– Она поправится? – взволновано спросил Рид.

– Думаю – да. Раньше Мия не плакала. И еще, когда я пришел и взял ее за руку, она слегка сжала ее. Думаю, постепенно мы одолеем эту болезнь, – ответил Ким.

– Мия сильная, – вздохнул отец.

– Да, она молодец, весь мир только о ней и говорит.

– А она об этом знает? – спросил Рид.

– Вряд ли. Кроме лабораторных экранов Мия ничего толком увидеть не успела. Откуда ей знать, что происходит за периметром Ормана, – предположил Ким.

– Кто бы мог подумать, что с нами такое случится, – грустно вздохнул отец.

– Да. Но если она поправится, можно расценить все произошедшее как везение. Я слился с оленем, но стал Хранителем. Она стала изгоем, но увлеклась книгами. Попала в эту бойню, но спасла много жизней, и как знать, сколько еще спасет. Все взаимосвязано, все гармонично, – ответил Ким.

– А ты поумнел, сын, – улыбнулся Рид.

– Поумнеешь тут, – усмехнулся сын.

– Освоил манипулирование? – поинтересовался отец.

– Пока нет. Много тренировался, но безуспешно. Для манипуляции нужен сильный самоконтроль и спокойствие. А последние события этому не способствовали, – оправдывался Ким.

– Ну, ничего, не все сразу. Если все закончится хорошо, у тебя получится. С такой закалкой мало что сможет вывести тебя из равновесия, – ободрил Рид.

– Если все закончится хорошо, я подам в отставку, – кратко ответил сын.

– В каком смысле?! – опешил отец.

– Давай обсудим это в гостиной, – сказал Ким и поднялся с кровати.

Они спустились вниз и продолжили беседу.

– Отец, я люблю Мию. Не как раньше, в детстве. Я люблю ее по-настоящему и хочу жениться на ней. Мне кажется, я любил ее всегда. Неприятности, которые мы вместе пережили, показали мне, насколько сильно я в ней нуждаюсь. Насколько сильно боюсь потерять, – объяснил Ким.

– Ким, это прекрасная новость! – просиял отец. – А я уж и не надеялся. Но зачем увольняться? Женись, наделай мне внуков и продолжай работать. Расти, реализуйся, это важно для мужчины.

– Я буду отсутствовать по полгода. Что это за семья, где дети растут без отца. Мие будет трудно одной. Но главное не это. Ты не знаешь травоядный мир, отец. Теперь она знаменитость. Ее окружат такими почестями и вниманием, что голова пойдет кругом. Мия очень красива и добра, но слава развратит кого угодно. Я должен оградить ее от этого. Не дать им испортить Мию, – твердо сказал Ким.

– Я совершенно не знаю внешний мир, но думаю, Мия достаточно сильна, чтобы противостоять соблазнам. Она чистая натура и умеет отличать черное от белого. Ты напрасно волнуешься, – успокаивал отец.

– Я ни в коем случае не уменьшаю достоинства Мии. Просто мне хорошо известна сила этого искушения. Ее доброта и наивность будут многим на руку. А уж по части манипулирования людьми травоядным нет равных.

– Ладно, это пустой спор. Ты был там, тебе виднее. Не будем загадывать, сейчас главное – помочь ей поправиться, – заключил отец.

Ему было не по себе от разговоров о мире за стенами. Травоядное общество шокировало Рида своей распущенностью. Он предпочел бы, чтобы его дети жили в Себаре. Теперь, когда Ким стал Хранителем, это было возможно. Хранители в хищных землях были настолько редки и почитаемы, что им разрешалось жить на родной территории, независимо от Тотема. То, что Ким стал Хранителем, смывало позор с его семьи. Конечно, познав удобства жизни за стеной, Хранители на родину возвращаться не спешили. Рид слышал только о двух таких случаях за всю историю хищников, но, если Ким поселится в Себаре, он станет одним из самых знаменитых и влиятельных людей. Мия тоже будет рядом, и Рид может помогать дочери, Киму не придется увольняться со службы. Рид хотел изложить свои соображения сыну, но решил отложить обсуждение. Сейчас так многое зависело от выздоровления Мии, что остальное обсуждать преждевременно.

Они еще немного поговорили о ситуации в Ормане и разошлись по своим комнатам – спать.

Утром следующего дня Ким на руках перенес Мию из комнаты в гостиную. Девушку удобно устроили на диване, зажгли камин. Гости уселись за большим столом и приступили к завтраку. Нот, как всегда, был немногословен. Зато Лан с Кимом резвились, как школьники. Даже Рид не мог сдержать смеха, слушая их словесные перепалки.

– Нет, ну серьезно, у вас очень красивый дом. Не удивительно, что Киму пришлось съехать, он бы все косяки вам своими рогами исцарапал, – шутил Лан.

– Это еще что, ты не видел чучело гепарда у нас в чулане! Показать? – не остался в долгу Ким.

– Дружище, что ж ты молчал! Нужно было не мне его показывать! Вилар бы с радостью вшил тебе «поводок» и отправил на выселки за эту чудную безделушку, – сострил Хранитель.

Ким, прищурившись, посмотрел на друга. Лан, по своей привычке, раскачивался на стуле и, ухмыляясь, ждал ответа. С добрейшей улыбкой Ким под столом мыском ноги поддел приподнятую ножку стула и Лан грохнулся на пол. Все зашлись от смеха. Молодой человек гордо поднялся, театрально отряхнул штаны, ухмыльнулся в ответ, но тут его взгляд упал на Мию. Вслед за ним все посмотрели в сторону девушки. Та смотрела на них и еле заметно улыбалась. Выражение глаз девушки тоже изменилось, было очевидно, что она узнавала окружающую обстановку и людей рядом с собой. Радости присутствующих не было предела. Ким подскочил к сестре и сказал:

– Если тебе так нравится, как я поколачиваю этого болтолога, готов делать это чаще.

– Как бы не так. Думаю, ей вряд ли понравится наблюдать унизительное избиение собственного брата, – парировал Лан.

С того дня Мия быстро шла на поправку. Девушка оживала, любовь ближних и родные стены отогревали ее. Спустя четыре дня после приезда, Ким решил вывезти девушку в лес. Мия все еще не могла двигаться и говорить, но она владела пальцами рук, поворачивала голову, глаза были ясными и понимающими. Мужчины устроили ее на телеге и повезли к лесу. Когда дорога кончилась, Ким взял Мию на руки и понес вглубь. Остальные последовали за ними. Для первого раза Ким решил отнести ее на место, где они часто бывали в детстве. Это был мыс на крутом берегу большого оврага. С него открывался потрясающий вид на реку и лес. Ким усадил Мию на ствол упавшего дуба. Лан и Нот намерено отстали. Некоторое время брат с сестрой сидели молча, затем Ким произнес:

– Помнишь, я случайно порвал бабушкино лучшее платье? Было так страшно и стыдно, что свалил на тебя. Уверен, что Ума сразу меня раскусила, но она начала мягко отчитывать тебя. Ты тогда сильно расплакалась, а я не смог на это смотреть и признался.

– Несправедливость очень ранит, – еле слышно ответила Мия.

Ким просиял. Он обнял сестру за плечи, притянул к себе, девушка положила голову ему на плечо.

После этого случая Мия начала понемногу разговаривать. Теперь Ким каждый день вывозил сестру в лес, уходя все дальше. Постепенно девушка начала двигаться. На десятый день своего пребывания в Себаре Мия снова пошла, сначала медленно, опираясь на плечо брата, но все же пошла. Кожа девушки от ежедневных прогулок по морозу приобрела здоровый цвет. Рид, как заправская стряпуха, каждый день готовил любимые блюда Мии и Кима и к девушке вернулся аппетит. На щеках снова появились ямочки и нежный румянец. Отец был счастлив. Чтобы отпраздновать это событие, было решено позвать Хога с детьми. Как только малыши увидели сидящую в гостиной Мию, они облепили ее и начали наперебой рассказывать свои новости. Гостиная наполнилась звонким детским смехом. Мия внимательно всех слушала и тихо отвечала.

– Ты теперь снова будешь жить здесь? – спросила младшая дочь.

На секунду все обернулись и посмотрели на Мию.

– Мне нужно вылечить несколько очень хороших людей, а для этого придется уехать. Они так больны, что не могут ходить.

– А потом ты вернешься? – не отставали дети.

– Пока не знаю, – вздохнула Мия.

Услышав слова Мии, Рид и Ким очень обрадовались. Мию ждали в Ормане. Каждый день Ким отчитывался по коннектору о состоянии сестры. Руководство дало приказ готовить девушку к отправке в Орман, с ней необходимо было поговорить об этом, но Рид опасался за дочь. Она была все еще очень слаба физически и не понятно, насколько окрепла психологически. Брат с отцом постоянно откладывали этот разговор, но с каждым днем руководство давило все сильнее. Зима подходила к концу, нужно было как можно скорее найти семена.

– А когда тебе нужно уехать? – продолжали расспрашивать дети.

Мия подняла глаза на брата. Он смущенно поежился и сказал.

– Откровенно говоря, чем скорее, тем лучше. Но тебе нужно окрепнуть. Ты еще плохо ходишь.

Глава двадцатая

Прошло еще пять дней. Мия пришла в себя настолько, что начала заниматься хозяйством. Однажды, когда по дому разносились дразнящие ароматы выпечки и жареного мяса, а мужчины истекали слюной и ждали обеда, раздался стук в дверь. Поскольку никаких посещений запланировано не было, все насторожились. Мия была на кухне и ничего не слышала. Рид подошел к двери. Лан и Нот встали за спиной, Ким – у входа в кухню. Когда дверь открыли, на пороге стоял Вилар. От неожиданности мужчины растерялись.

– Я могу войти? – спросил Верховный Хранитель.

– Да, конечно. Здравствуйте, – опомнился Рид.

Гость снял верхнюю одежду и прошел в гостиную, все последовали за ним. Рид пригласил мужчину присесть, но тот жестом отказался.

– У меня плохие новости, – сразу перешел к делу Хранитель. – Лекарство перестало сдерживать вирус. Постепенно он приобрел иммунитет к синтетической сыворотке. Зафиксированы случаи заражения от людей, принимающих лекарство. Мы не знаем, сколько у нас времени, поэтому нужно срочно отправляться на поиски семян. Где она?

– Я здесь, – раздался знакомый голос за спиной.

Вилар резко обернулся на голос и замер. В дверях стояла Мия. Живая, красивая, она пристально смотрела на Вилара и вытирала руки о полотенце. Конечно, Хранителю сообщали, что девушка поправляется, но он не ожидал увидеть настолько разительные перемены. Если бы ни худоба, он и не поверил бы, что всего несколько недель назад она была живым трупом. Ее голос совершенно не изменился, глаза были ясными. Никогда прежде Вилар не испытывал такого счастья. Он хотел подхватить ее на руки и расцеловать. Это была его Мия, та, которую он уже не надеялся увидеть. Из головы сразу вылетело все, что он хотел сказать, но слова Мии вывели его из ступора:

– Я никуда не поеду, – твердо заявила девушка.

В гостиной воцарилось молчание. Все были в шоке от такого поворота событий. Настолько категоричной Мия бывала редко. Она медленно подошла к Вилару и продолжила:

– Я никуда не поеду, пока ты мне все не объяснишь, Вилар.

И девушка выжидающе уставилась на мужчину. На лицах присутствующих было написано недоумение. Тон девушки озадачил всех, кроме Вилара. Мало кто мог себе позволить называть действующего Верховного Хранителя на «ты». Присутствующие ждали реакции мужчины. Никто не мог понять, каких именно объяснений требует Мия.

На секунду Риду показалось, что сознание девушки снова помутилось. Она смотрела в глаза Вилара и молчала. Но в молчании этом чувствовалось ее право на Хранителя. Мужчина сделал шаг к ней навстречу. Девушка отступила назад. Некоторое время они смотрели друг на друга. Вилар понял, что готов рассказать ей все. Готов сделать все, что она попросит, не ожидая ничего взамен. Он усмехнулся и ответил:

– А я все ждал, когда ты меня спросишь.

Мия приподняла одну бровь, затем жестом пригласила гостя присесть на диван, сама устроилась в кресле напротив. Остальные так и остались стоять. Все были настолько потрясены происходящим, что не двинулись с места и не произнесли ни слова.

– Даже не знаю с чего начать, – произнес Хранитель.

– Начни с самого начала, – серьезно сказала Мия.

Вилара умиляла ее строгость. Он улыбнулся и продолжил:

– Ну, хорошо. Три года назад мы получили информацию, что одна радикальная группировка разрабатывает бактериологическое оружие, чтобы использовать против миротворческих сил Хранителей. Стала известна часть плана затеваемой диверсии, в рамках которой радикалы хотели подкупить несколько влиятельных лиц, являющихся главами различных военных кабинетов. Мое имя было в этом списке одним из первых. Человек, благодаря которому нам все это стало известно, пожертвовал своей жизнью ради передачи этой информации. На срочном секретном совещании приняли решение внедрить меня в эту группировку. Поэтому, когда ко мне явился человек от радикалов и предложил солидный гонорар за участие, я согласился. С тех пор я работал под прикрытием. Ни Военный Комитет, ни Мировой Совет не знали об этой операции. В курсе были только проверенные высокопоставленные персоны, участвовавшие в первом совещании. Целью моей работы было рассекречивание всех планов группировки. Внедрение прошло настолько успешно, что вскоре я лично познакомился с руководителем банды. Им был Газар. Благодаря ему я узнал, что оружием будет смертельный вирус, позаимствованный с хищных земель. Та вспышка тотальной дегидратации, от которой погибла твоя мама, по сути, была началом всей истории. Еще тогда зараженные вирусом образцы были законсервированы. В лабораториях травоядного общества его долго изучали. Но все наработки были похищены радикалами, а лаборатории уничтожены.

– Невероятно… – прошептал пораженный Рид.

– К сожалению, это так. История этой диверсии, по иронии судьбы, затрагивает не только Мию, но и ее мать, – ответил Вилар.

– Но зачем так рисковать? Хранить эту заразу целых пятнадцать лет? – возмутился Ким.

– Это делалось, чтобы предотвратить дальнейшее распространение заразы и новые вспышки смертельной эпидемии. Разрабатывалось противоядие. Откуда-то этот вирус пришел однажды, а значит, есть вероятность повторения ситуации, – объяснял Вилар.

– Простуда – это одно дело: заболел, заразил другого, и так по цепочке. Но от этой дряни умирают. Вероятность повторения мала, когда все носители умирают в течение пяти дней, – не унимался брат.

Вилар остановил Кима твердым взглядом. Одно дело – Мия, и совсем другое – ее так называемый брат. Он не забыл тот прощальный поцелуй и все еще испытывал неприязнь к молодому человеку. Ким понял намек начальника и перестал перебивать.

– Как бы там ни было, – продолжил Вилар, – вирус попал к Газару. Мне отводилась ключевая роль. Во время вспышки эпидемии я должен был имитировать видимость деятельности, но фактически ничего не предпринимать. Поэтому, как только начались случаи заболевания, я вызвал знаменитого, но вздорного вирусолога, доктора наук Киану. Эта барышня была известна в научных кругах, но я собрал о ней полную информацию и выяснил, что она сделала свою научную карьеру, используя…, как бы это сказать… не вполне этичные методы. Ее кандидатура подходила идеально. Доктор Киана не обманула моих ожиданий, лекарство синтезировать не удалось. Время шло, зараза распространялась, я делал все, что в моих силах. С одной стороны – пытался поддерживать жизнедеятельность заразившихся. С другой – препятствовал лечению. Когда количество зараженных на Северной базе превысило критическую отметку, я отдал приказ привезти Мию. Слух о девушке, вылечившей целый город от вируса, не ускользнул от всеобщего внимания, поэтому руководство меня поддержало. Вот тут-то все и началось.

Хранитель встал с дивана, прошелся по комнате и остановился напротив Мии и продолжил:

– Ты вылечила Кима. Это был настоящий удар для Газара. Он понял, что теперь у миротворцев появилось противоядие. Мне отдали приказ ликвидировать тебя и лекарство. Конечно, я мог отказаться и выдать себя, но у меня была своя задача – необходимо было вычислить и уничтожить все базы группировки. Кроме того, руководство недостаточно доверяло натуральному препарату, они хотели захватить лаборатории противника и достать формулу синтетического противоядия. Мне нельзя было себя рассекречивать, поэтому пришлось отправить группу с лекарством и проинформировать Газара об операции. Отключив щит, мы с Краго впустили членов группировки на территорию Ормана, а те в свою очередь захватили груз и людей. Краго радикалы купили еще вначале, но, в отличие от меня, он продался по-настоящему. Самым сложным было спасти тебя, Мия, и не засветиться. По моей инициативе была отправлена поисковая группа. Газар был проинформирован о маршруте поисков, я ждал нападения, главной целью которого была ты. Как только началась перестрелка, я попытался спасти тебя, но меня ранили. Эту часть ты знаешь сама. Как чудом выжила в лесу и спасла мне жизнь. Когда тебя унес планолет, я думал что это конец. Краго не оставил бы тебя в живых, но его болезнь и мутация вируса перевернуло все. Вопреки приказам Газара, Краго оставил тебя в живых. Речь шла уже не о деньгах, а о его собственной шкуре. Предыдущий груз с семенами был уничтожен сразу же, чтобы не ставить диверсию под угрозу. Но противник поспешил. Краго нервничал. Он устроил тайный допрос, на котором выяснилось, что у тебя есть лекарство. Вмешательство КВК помешало, но не остановило Краго. Я к тому времени вернулся из леса и помогал ему, вместе мы спланировали твое похищение. Так ты попала в плен, вылечила Краго, а параллельно с этими событиями миротворческие войска громили рассекреченные мною базы радикалов. Но до лабораторий они добрались поздно – сыворотка была уже бессильна. Выздоровление Краго, как ты помнишь, шло медленно, он нервничал, боялся, что и эту базу накроют. Не скрою, он планировал убить тебя сразу после последнего приема лекарства.

– Но разве я не нужна была Газару? Ведь теперь и они были в опасности, – удивилась Мия.

– Газар до последнего надеялся на свои лаборатории, а потом дал приказ Краго тайно перевезти на главную базу остаток семян, что тот впоследствии и сделал. Оставлять тебя в живых не входило в планы Краго и Газара. Поэтому пришлось убедить всех, что ты «моя новая игрушка», как удачно выразился Краго, это уберегло тебя от жестокого обращения и досрочной ликвидации. Когда лечение было закончено, я вызвал группу захвата. По сценарию тебя должны были отбить, и отправить на главную базу, а Краго, нужно было дать сесть в мой планолет. Без него Газар не давал мне координаты главной базы радикалов, но все пошло по-другому – Краго взял тебя в заложники. Останавливать операцию было уже поздно. В итоге ты оказалась в самом центре боевых действий. Дальше – ты знаешь: мы ушли на базу, началось наступление, Краго вернулся за тобой, а потом ты снова спасла мне жизнь.

– Я?! – удивилась Мия.

– Если бы ты покинула планолет, когда я дал тебе возможность, Краго убил бы меня. Думаю, он был не меньше меня удивлен, увидев тебя в дверях кабины с оружием, – спокойно пояснил Вилар.

Вилар немного помолчал и добавил:

– Ты стала свидетелем одной из самых масштабных операций в истории. Это была не просто база одной из радикальных группировок, там располагалось военное производство, оно снабжало оружием весь криминальный мир. Те люди, чьи смерти ты наблюдала, были прекрасно обученными наемниками, убийцами, продавшими свою совесть за большие деньги. Каждый из них – преступник, давно сделавший свой выбор. Все они знали, на что идут и чем рискуют.

Мия понимающе кивнула. Рассказ Вилара освежил в ее памяти страшные картины той бойни. По ее лицу пробежала тень недавнего отрешенного состояния. Рид подошел к дочери и погладил по волосам. Она поцеловала руку отца и прижалась к его плечу. Трудно было поверить, что эта хрупкая девушка прошла через ад. Вилар отдал бы все на свете, чтобы оказаться на месте Рида, иметь возможность просто подойти и обнять ее. Но такой роскоши в данный момент он себе позволить не мог. Некоторое время все молчали. Затем Мия встала и направилась к лестнице:

– Буду готова через пятнадцать минут, – бросила девушка уходя.

Спустя полчаса Мия в сопровождении Вилара, Лана, Нота и Кима летела в планолете по направлению к Северной башне Хранителей. Вилар в кабине пилота отдавал приказы по коннектору. Ким с Ланом от нечего делать снова соревновались в остроумии. Мия слушала их и смеялась до слез. В редкие минуты отдыха Вилар украдкой наблюдал, как искрятся ее глаза и светится улыбка. Внутри кипела буйная смесь ревности и зависти. Он сходил с ума от того, что сияющие глаза Мии смотрят не на него. Его бесило, что не он вывел ее из оцепенения. Вилар потратил столько времени безрезультатно, а Киму за две недели удалось полностью вернуть ее к жизни. Но Верховный Хранитель был хорошим психологом и знал два главных правила конкуренции – «умей ждать» и «никогда не сдавайся». И пусть у Кима есть неоспоримое преимущество – он давно заслужил ее любовь и доверие, Вилар никогда не оставит попыток завоевать Мию.

Когда планолет приземлился на площадку перед башней, их уже ждали. Мию и остальных быстро переодели и выдали рюкзаки. Все это напомнило Мие прошлую поисковую операцию, девушке опять стало не по себе. Она посмотрела на брата, тот понимающе кивнул. Ким тоже хорошо помнил их неудачную вылазку. Увидев, что сестра нервничает, он подошел и спросил:

– Ты в порядке?

– Да, наверное, – задумчиво проговорила девушка.

– На этот раз все будет хорошо, – улыбнулся Ким, мы полетим на планолете.

– Сомневаюсь, что это безопаснее автомобиля, – скептически отозвалась сестра.

– Зато быстрее, – Ким обнял ее за плечи и повел к выходу.

За дверями их ждали три планолета и отряд из семнадцати человек. В состав сопровождения входили, в основном, Хранители, но были и представители КВК. Через несколько минут вся делегация поднялась в воздух, а через полчаса прибыла на место. Это был седьмой сектор – Мия сразу узнала местность. Девушка направилась к скале и, увидев пещеру, вошла под свод знакомого помещения. С того времени здесь почти ничего не изменилось. Темные стены большой пещеры были покрытые инеем. Мия не удержалась и, ведя рукой по стенам, прошла вглубь. Маленькая пещера была холодной и заброшенной. У входа все еще стоял импровизированный очаг из камней. На полу лежал пожелтевший лапник. Слева от входа была прислонена плетеная перегородка. Воспоминания потоком обрушились на Мию. Яркие картины теплых вечеров в обществе Вилара сменялись ужасными сценами перестрелок. Мию бросило в дрожь. В ушах сплошным гулом стояли звуки взрывов. У Мии снова участилось дыхание, ноги подкосились, чтобы не упасть, она попыталась схватиться за стену, но пальцы скользнули по гладкой поверхности и девушка начала падать назад. Чьи-то руки удержали ее. Это был Вилар, который бережно придержал ее за локти.

– Все хорошо? – спросил мужчина.

– Нет, – честно призналась Мия.

Вилар аккуратно усадил девушку на лапник и присел рядом.

– Прости меня, – тихо сказал Хранитель.

– За что? – удивилась Мия.

– За все, что тебе пришлось пережить.

Мия опустила глаза.

– Это было очень поучительно, – ответила она.

– Юной девушке ни к чему такие уроки, – серьезно сказал Вилар.

– Возможно. Но благодаря этим приключениям я немного узнала мир, побывала в Ормане и стала лучше понимать людей, – сказала Мия, глядя Вилару в глаза, затем потупилась и добавила: – Хотя не всех.

Мия попыталась встать и уйти. Вилар поднялся вслед за ней и удержал девушку за руку.

– Я никогда не врал тебе Мия, – сказал он.

– Но ты никогда ничего толком и не говорил. По твоему холодному лицу нельзя понять, что происходит внутри. Я запуталась в тебе, не могу понять, где был настоящий Вилар – со мной в пещере, в палате Краго, или в коридорах Северной башни. Объясни мне.

Мия выпалила это на одном дыхании, с надеждой гладя в глаза Хранителя.

– Это сложно объяснить, – вздохнул мужчина.

– Если тебе сложно это объяснить, представь, насколько мне сложно это понять. Я с первого дня обжигаюсь о твою сдержанность. Ты всегда отталкивал меня высокомерием. И даже сейчас, после всего пережитого, я не могу тебя понять. Понимаю, ты занят. Тебе не до меня с моими наивными представлениями о взаимоотношениях. Но мне кажется, ты жалеешь о том, что произошло в этой пещере, хочешь забыть все это, поэтому избегаешь меня и ведешь себя так, словно ничего не было. Хотя, по меркам вашего мира, ничего и не было, – сказала Мия и покраснела.

Девушка высвободила руку и вышла из пещеры. Вилар был так удивлен этим внезапным монологом, что не остановил ее. Он даже представить себе не мог, насколько она заблуждается. Его занятость и постоянное отсутствие не давали возможности объясниться с девушкой. Кроме того диалога в гостиной у них не было ни одного полноценного разговора. Разумеется, девушка недоумевала. Вилар взглянул на ситуацию глазами Мии, и ему стало стыдно. Своими перевоплощениями он совершенно сбил ее с толку. И не удивительно, что невозможно отличить, где он притворялся, а где был настоящим. Но самое главное, он и представить себе не мог, насколько холодным и отстраненным выглядел теперь, когда все было позади и притворяться, казалось бы, не было никакой нужды.

Ему нужно объясниться с Мией. Но не здесь и не сейчас.

Когда Хранитель вышел из пещеры, Мия была уже далеко. Ее маленькая фигурка мелькала между зарослями какого-то сушняка. Девушка куда-то целеустремленно шла, за ней следовали Ким и Лан. Остальная группа дожидалась руководителя.

Глядя на Кима, идущего рядом с Мией, Вилар непроизвольно сжал челюсть. Он решил поговорить с Мией пока не поздно. Иначе Ким его опередит, и неизвестно, какое решение в сложившейся ситуации примет девушка.

Верховный Хранитель отдал приказ следовать за Мией. Группа начала углубляться в заросли. Они шли около часа. Затем Мия остановилась и осмотрелась, что-то напряженно высматривая. Мужчины молча ждали. Первым не выдержал Ким.

– Что ты ищешь?

– Знак, который оставила тогда. Это место очень похоже на то, но меня смущает вон то большое упавшее дерево. Его тут не было. Либо я ошиблась, – растеряно ответила Мия.

– А что за знак? – заинтересовался брат.

– Засечка на коре молодого дуба, – сказала девушка.

– Что-то я не вижу молодых дубов. Наверное, твои собратья съели, – сострил Лан.

– Один молодой дуб я все-таки вижу. Стоит рядом со мной и пытается острить, – мгновенно отозвался Ким.

– Конечно, я твоим рогатым сородичам не по зубам, – не унимался Лан.

– Да брось. Они бы побрезговали. Пахнешь ты далеко не так приятно, как кора молодого дуба.

– Если ты у нас такой, что дуб можешь унюхать, пошел бы да нашел сестре заветное деревце, – сказал Лан.

– Хорошая мысль! – ответил друг и начал снимать термокомбинезон.

Оставшись в одной униформе, Ким изменился в Зверовоина. Затем задрал голову и глубоко вдохнул морозный воздух.

– Я чувствую его запах. Он где-то рядом. Сейчас найду, – сказал он и превратился в оленя.

Припав мордой к снегу, Ким пошел в сторону огромного упавшего дерева. Он долго ходил возле него кругами, потом изменился в получеловека и начал разгребать ветки руками. Лан подошел и стал помогать другу. Минут пять они монотонно хрустели ветками.

– Вот он, нашел! Дерево упало прямо на него! – крикнул Ким.

Мия подбежала к брату. Пробраться к найденному дубу было непросто. Пришлось карабкаться через мощные обломки веток. Но старания Мии были не напрасными. Это было то самое дерево. Оно сильно пострадало, но на коре виднелась засечка.

– Ты молодец, – улыбнулась Мия брату.

– А я тут, значит, просто для красоты руками махал? – наиграно обиделся Лан.

– Хорош клянчить. Будь мужчиной. Не похвалили, значит – не заслужил. Разнылся, как девчонка, – рассмеялся Ким.

– Твое счастье, что отцы – командиры смотрят. А то бы я тебе это дубок, знаешь куда… Ладно, не при дамах, – осекся Лан.

Слушая мужчин вполуха, Мия продолжала поиски. Она словно животное разгребала ветки и принюхивалась. На расстоянии метра от помеченного дуба девушка почувствовала легкий цветочный аромат.

– Они здесь – я чувствую! Нужно убирать дерево! – громко крикнула Мия.

Все засуетились. Вилар по коннектору связался с планолетом, тот подлетел и спустил лебедку. Мужчины тросом зацепили упавшую громадину. Прозвучал приказ отойти подальше, и планолет рывком поднял дерево над землей. Несколько мужчин приблизились и, придерживая висящий ствол, последовали за планолетом. Через десять метров дерево опустили на землю. Планолет улетел, Мия подошла к месту, где ощутила аромат и увидела драгоценные семенные коробочки.

– Ты мой хороший, – ласково промурлыкала она, словно перед ней ребенок. – А мы тут все с ног сбились, ищем тебя. А ты, значит, под деревом спрятался. Теперь понятно, почему тебя найти не могли.

Девушка скинула со спины рюкзак и принялась собирать урожай. Мужчины побоялись вмешиваться в процесс и просто стояли рядом, о чем-то радостно переговариваясь. Целый час Мия копошилась в снегу. Но результат превзошел все ожидания. Семян было очень много. Часть урожая Мия трогать не стала.

– Пусть растет, вдруг понадобится, – объяснила она.

Начало темнеть, группа погрузилась в планолеты и отправилась на базу.

Глава двадцать первая

Все это время Мие было страшно. Новость о том, что, несмотря на разгром радикалов, за ней продолжается охота, не давала покоя. Присутствие Вилара и Кима немного успокаивали девушку, но тревога не покидала ее на протяжении всего полета. Только почувствовав знакомый толчок от приземления, она расслабилась.

После посадки Мию сразу проводили в лабораторию. Девушку вкусно накормили, дали возможность принять душ и переодеться в личную униформу с длинной юбкой. Затем ее проводили в главный бокс административного блока. Девушка с удовольствием разглядывала знакомые коридоры. Проведя некоторое время дома, она начала скучать по Орману и Хранителям. Мия была полна сил и энергии.

В главном боксе ее снова поставили спиной к выходу, напротив разместилась группа руководителей, в число которых входили Вилар, мужчина из КВК, допрашивавший Мию после несанкционированной попытки Химиодетекции и трое незнакомых ей мужчин. По обе стороны от Мии расположились остальные – они направили на нее какие-то странные устройства. Такого оборудования девушка никогда прежде не видела.

– Здравствуйте, Мия, очень рад с Вами наконец познакомиться, – тепло поприветствовал девушку один из руководителей.

Он вышел из-за стола, подошел к девушке и пожал ей руку. Мия была поражена. Она так привыкла к сдержанности и холодности здешнего персонала, что такое учтивое обращение смутило девушку.

– Меня зовут Мирол. Я глава Мирового Совета, – представился мужчина.

«Так вот он какой, Мирол» – восхищенно подумала Мия. Перед ней стоял мужчина лет пятидесяти, высокий и статный, как все Хранители. Красиво причесанные волосы, были почти полностью седыми. Лицо мужчины покрывали глубокие морщины, но это не уродовало его. Мирола украшали выразительные мудрые глаза, и хитрая, но располагающая улыбка. Он был из той категории людей, через несколько минут общения с которыми возникает ощущение, что ты давно с ним знаком. Мие сразу пришел на ум вопрос: “Кто его Тотемное животное?”. Она еще раз посмотрела ему в глаза и пришла к выводу, что ему больше всего подошел бы старый мудрый лис.

– Хочу от лица всего Совета поблагодарить вас за помощь. Мы собрались для обсуждения дальнейших действий, – продолжил мужчина.– Мия, сегодня у нас пресса, вы не против, если будет Вестись съемка?

Мирол отступил от девушки и указал на людей со странным оборудованием. Девушка молча кивнула.

– Хорошо, тогда начнем, – бодро сказал мужчина и отошел к столу.

Повисла минутная пауза, все чего то ждали. Потом прозвучал приятный звуковой сигнал. Мирол кивнул и заговорил уже более официальным тоном.

– Мия, как Вы знаете, в Ормане введено чрезвычайное положение. Заражено около семидесяти процентов Хранителей первого состава. Лекарство из захваченных лабораторий перестало сдерживать вирус, нужны срочные меры. Семена лекарственного растения уже разделены на доли и отправлены во все четыре башни, включая эту. Лаборатории готовы, медицинский персонал ждет только сигнала к началу работы. Вы должны как можно скорее проинструктировать специалистов всех баз по методике лечения. Поскольку времени мало, было решено устроить прямую трансляцию ваших инструкций на все башни. На примере лечения одного из больных Вы покажете остальным специалистам, как надо действовать. В вашей лаборатории будет создан пункт связи со всеми базами. Дистанционно Вы будете руководить процессом лечения во всех башнях. Мы понимаем, что Вы не привыкли к подобному и еще не слишком окрепли после болезни, но времени нет. Люди нуждаются в Вашей помощи, – подытожил Мирол.

Некоторое время Мия смотрела на него, осмысливая все услышанное. Потом пожала плечам и извиняющимся тоном ответила:

– Я сделаю все возможное. Надеюсь, что у меня получится.

– Вы нас никогда не разочаровывали. Не сомневаюсь, что получится, – мягко ответил мужчина.

Мирол кивнул людям с оборудованием. Прозвучал звуковой сигнал.

– Заседание окончено. Все по местам! – энергично скомандовал глава Мирового Совета.

Мию проводили в лабораторию, где ее встретил Ким и Лан.

– Привет, красотка, – подмигнул Лан.

Мия смущенно улыбнулась и кивнула. Ей нравился Лан, с ним было легко и всегда весело. Она так часто видела его с братом, что Лан непроизвольно ассоциироваться с чем-то родным. В обществе брата и Лана Мие работалось легче, они всегда были готовы помочь, им было не стыдно задавать самые глупые вопросы. Несмотря на свою насмешливость, молодые люди всегда были крайне тактичны с девушкой. Мия немного взбодрилась. Друзья провели ее в лабораторию.

Девушка вошла в помещение первой и удивленно огляделась. Лаборатория изменилась до неузнаваемости, полупрозрачный блок теперь больше напоминал кабину планолета. На стенах были размещены экраны, на которых непрерывно транслировалось все, что происходит в лабораториях других баз. Помещение было напичкано маленькими видеокамерами и микрофонами. На одном из экранов Мия увидела себя. Микрофоны и камеры ловили каждое ее движение. Девушка поняла, что вот такой ее сейчас видят на других базах, и ей стало не по себе. Она решила не смотреть на камеры, чтобы не думать, как она выглядит, двигается и правильно ли говорит.

– Ким, а где семена для нашей базы? – спросила она, открывая один за другим ящики стола.

– У меня, – ответил голос Вилара.

Девушка удивленно повернулась.

– А где Ким? – растерянно спросила она.

– Отошел по моему поручению, – ответил Хранитель.

Он с невозмутимым лицом протянул девушке сверток с семенами. Мия подошла и попыталась взять его. И вместо того чтобы отпустить семена, мужчина снова удержал его и чуть потянул на себя. Девушка сделала непроизвольный шаг в его сторону. Вилар еле заметно улыбнулся. Некоторое время девушка пристально смотрела на мужчину, по ее лицу было совершенно не понятно, что она в этот момент испытывает, оно выражало сосредоточенность и только. Мия отпустила сверток и с вызовом посмотрела в глаза Вилару. Вдруг прозвучал звуковой сигнал. От неожиданности Мия вздрогнула.

На одном из экранов появилось лицо Мирола.

– Доброй ночи. У нас все в сборе, готовы начать в любой момент. Ждем вашей команды, – проговорил он.

– У нас тоже все готово, – ответил Вилар и повернулся к Мие. – Посмотри, у тебя есть все необходимое для приготовления лекарства?

Мия внимательно осмотрела стол с приборами и аппаратурой и утвердительно кивнула.

– Думаю, мы можем начинать, – сказал Вилар.

Со всех экранов на Мию смотрели глаза медиков из остальных лабораторий. Девушка начала приготовление отвара, комментируя каждое свое действие. К этому ей было не привыкать, она давно взяла за правило подробно описывать пациентам почти каждое свое действие. Мия верила, что это успокаивает и обнадеживает больного.

Персонал других лабораторий параллельно с ней готовил лекарство. Несколько раз ее прерывали. Медики задавали вопросы, уточняли порядок действий. Девушка давала необходимые разъяснения и продолжала приготовление. Когда первая порция раствора была готова, на каталке привезли больного. Он выглядел очень плохо. Было видно, что болезнь находится в запущенной стадии. Лекарства и препараты, вливаемые через капельницы, замедляли потерю жидкости и давали энергию, но мужчина, все равно, сильно исхудал. Пациент был очень слаб, пульс еле прощупывался.

Мия осмотрела больного и проговорила вслух свои предположения по поводу степени тяжести болезни. Затем бережно приподняла голову мужчины и медленно по внутренней части щеки влила отвар. Из-за запущенности болезни организм больного отторг лекарство. Исходя из этого, Мия озвучила дозы и частоту приема отвара. Пациента увезли в палату.

– Если у кого-то остались вопросы, с радостью отвечу, – проговорила Мия, глядя на экраны.

Врач из западной лаборатории спросил:

– К чему такие сложности с вливанием отвара в рот? Не проще было бы добавить отвар в капельницу?

– Возможно. Но там, где я впервые лечила этот вирус, капельниц нет, – извиняющимся тоном ответила Мия.

– А как же, в таком случае, вы лечили запущенных больных, они же отторгают жидкость даже в бессознательном состоянии? – удивленно расспрашивал мужчина.

– Мы погружали их в резервуар с отваром. Они впитывали его через кожу. Это помогало даже в самых запущенных случаях.

– Поразительно! – выдохнул мужчина. – Простите мне мое любопытство, и часто вы применяете окунание вместо капельниц?

– Впервые. Я просто… Это было от отчаянья… Когда у тебя на глазах умирают близкие… – начала запинаться Мия, и совсем замолчала.

Она вспомнила умиравшего Хога. К горлу подкатил ком. Недавние приключения вытеснили события тех дней. И вот они снова всплыли, словно все происходило вчера. Сколько боли могут принести одни люди другим ради собственной наживы. Стоит ли кого-то спасать? Мир, в котором живут такие монстры, заранее обречен. Девушка еле сдерживала слезы.

Заметив ее состояние, Вилар попытался закончить трансляцию и сделал шаг вперед, но Мия жестом остановила его. Она взяла себя в руки и серьезно ответила:

– Этот способ пришел мне в голову случайно. Раньше его никогда не применяли. По крайней мере, мне об этом не известно.

– В таком случае разрешите выразить вам мой восторг! Вы очень талантливы, – улыбнулся медик.

– Сомневаюсь. Просто удачлива, – отмахнулась Мия.

Прозвучал звуковой сигнал, и люди на экранах заспешили по своим делам. Мия повернулась к Вилару. Тот с подозрением смотрел на нее. Глаза девушки все еще были немного влажными, но она не плакала.

– Все нормально? – недоверчиво спросил он.

– Да. Что делать дальше? – бодро ответила девушка.

– Теперь лечить заболевших в нашей башне. Как только услышишь звуковой сигнал, похожий на этот, возвращайся сюда. Это значит, тебя вызывают из другой башни, где нужна твоя консультация. Поняла? – мягко спросил Вилар.

Мия кивнула и направилась к двери. Вилар хотел задержать ее, но его остановило наличие работающих видеокамер. Он сделал шаг в сторону и пропустил девушку.

После разговора в пещере Мия изменила отношение к Вилару и он это чувствовал. Теперь в общении с ним она была сдержанной и серьезной, пропала робость, а вместе с ней и тепло. Он понимал, что необходимо, как можно скорее, поговорить с ней, но в нынешних обстоятельствах это было невозможно. Каждый шаг девушки транслируют чуть ли не на весь мир. Сейчас у них обоих нет ни одной свободной минуты, а время идет, и он может потерять Мию. Впервые Вилар начал испытывать неуверенность в себе. Каждый раз, когда он незаметно наблюдал за Мией и Кимом, он чувствовал практически физическую боль от зависти и гнева. А постоянная занятость, съемки, контроль руководства не оставляли шанса составить достойную конкуренцию молодому человеку. От этих размышлений Вилар вдруг возненавидел свою работу: почести, высокую должность. Теперь стало очевидно, что высокий статус Верховного Хранителя – это не привилегия, а красиво оформленная форма рабства, попадая в которое человек себе не принадлежит. Вызов по коннектору оборвал размышления Вилара.

Тем временем работа в лабораториях Ормана шла со всей возможной активностью. Мия металась от боксов с пациентами к переговорному пункту и обратно. Вопросов было много. Процесс выздоровления теперь происходил медленно, и каждому пациенту требовался индивидуальный подход. Несмотря на то, что у девушки был большой штат помощников, времени на еду и сон не оставалось. К вечеру следующего дня Мие удалось осмотреть всех больных Северной башни, назначить частоту приема и дозы. Девушка в буквальном смысле слова, валилась с ног от усталости.

– Тебе надо отдохнуть, – сказал Ким, поймав девушку в коридоре: – Ты еще не окрепла и такие нагрузки ни к чему.

– Не могу, очень много дел…

Звуковой сигнал из переговорного бокса прервал диалог. Девушка поспешила на вызов. Ким поймал ее за руку и удержал.

– Если упадешь в обморок и не сможешь прийти в себя, ты подведешь всех. Согласись, несколько часов твоего отсутствия – меньшее зло.

– Хорошо, отвечу на вызов и забьюсь в какую-нибудь подсобку, – грустно вздохнула Мия.

– Не надо подсобок, я все устрою, – обрадовался Ким и куда-то поспешил.

Мию вызывали с Восточной базы.

– У одного из пациентов обнаружилась аллергическая реакция на отвар. Встречалось ли такое в вашей практике?

– Нет, – честно призналась Мия: – Но мне кажется, без лечения вирус убьет его быстрее, чем аллергия. Насколько сильна реакция?

– Пока трудно сказать. Он только начал прием лекарства. Сейчас все на стадии сильных высыпаний на коже, – ответил один из врачей.

– А насколько запущенная стадия дегидратации? – поинтересовалась девушка.

– Мы для удобства с коллегами разработали десятибалльную шкалу. У пациента шесть баллов.

– Больной не усваивает лекарство, или оно не воздействует на вирус? – уточнила Мия.

– По первому приему сложно судить, – замешкались на другом конце.

– Тогда предлагаю лечение продолжить, но совместить со средствами против аллергии. Если лечение прекратить – он умрет, поэтому выбора нет, – устало проговорила Мия.

– Спасибо, так и сделаем, – ответил мужчина, и все разошлись.

Когда девушка вышла из переговорной, в коридоре ее уже ждал Ким.

– Я все устроил, пойдем, – радостно сообщил он.

– Далеко? – спросила Мия.

– В жилой корпус.

– Ким, я могу здесь срочно понадобиться, – забеспокоилась Мия.

– Вот именно поэтому я отведу тебя в жилой блок. Там тебя никто не потревожит.

– Я не могу, это эгоистично и безответственно, – из последних сил упрямилась сестра.

Не говоря больше ни слова, Ким поднял Мию на руки, перевалил через плечо и понес в сторону лифта. Некоторое время она пыхтела и отбивалась. Потом смирилась с заботливым насилием брата.

– Ладно, твоя взяла. Все что угодно, только не позорь меня. Опусти на землю, я пойду сама.

– Ты забыла, что со мной бесполезно спорить, – победоносно заявил брат.

– Одержал верх над смертельно уставшей девушкой и радуется, – проворчала Мия.

Ким дождался, пока Мия уснет, и вернулся в лабораторию. В коридоре его поймал Лан.

– Ты где был? Тебя все ищут.

– Ну, без меня никак не обойтись! Как еще мир не рухнул – удивляюсь! – шутливо ответил Ким.

– Да кому ты нужен, бизон тебя подери. Сестру твою разыскивают, – отозвался друг.

– Зачем?

– Не знаю. Переговорная от вызовов разрывается. Все красавицу твою хотят, а ее нет нигде. Пришел Вилар, начал расспрашивать, где Мия, узнал, что она с тобой куда-то ушла, и устроил всем показательный нагоняй. Вся лаборатория с ног сбилась, ищут вас обоих, – объяснил Хранитель.

– Ну, тогда тебе повезло, дружище, веди меня к начальству, может, наградят тебя за успешную поисковую операцию. Медаль, там, шоколадную и все такое. Сам Вилар руку пожмет, а то и Мирол, – шутил Ким, пока они добирались до переговорной.

– Все шутишь? Вот сейчас Вилар тебе мозги вправит, тогда посмотрим, как ты запоешь. Я его в таком бешенстве никогда не видел.

Первым в лабораторию вошел Лан и доложил, что нашел Кима. Вилар попросил Кима войти, а Лана – выйти. Некоторое время Верховный Хранитель сверлил Кима глазами. Кроме обычной сосредоточенности на лице начальника угадывался гнев.

– Вы объясните мне, что происходит? Куда вы отлучались, и где ваша сестра? – процедил Вилар.

Тон руководителя возмутил Кима. Тот с детства не любил излишнего давления и не переносил несправедливых обвинений. Кроме того, Ким всегда был честен и не перед кем не пресмыкался. То, что он отвел Мию поспать, не казалось ему поступком, заслуживающим такого тона. Молодой человек начал закипать, в последнее время он все чаще замечал предвзятое к себе отношение со стороны Вилара. Началось все с того, что Ким долгое время пытался попасть к Мие в госпиталь, но все попытки получить пропуск были безуспешны. И это было, по меньшей мере, странно, поскольку девушке было явно на пользу его общество. Позднее он выяснил, что именно по приказу Вилара ему запретили посещения сестры. С тех пор молодой человек стал постоянно ощущать неприязнь Верховного Хранителя. После выздоровления Мии, в чем была большая заслуга Кима, отношение к нему стало только хуже. Напряжение между мужчинами росло и, казалось, сейчас достигло своего пика.

– Я отвел ее поспать, – кратко отрапортовал молодой человек.

– По какому праву?! – мгновенно вспыхнул Вилар.

– Что значит – по какому праву? Она не спала двое суток. Мия еще не окрепла после болезни, ей необходимо отдохнуть, – возмущенно ответил Ким.

– Не вам принимать такие решения! Мы дадим ей поспать, как только это будет возможно, а сейчас она нужна здесь, – жестко сказал начальник.

– Простите, но я должен напомнить, что Мия не является вашим подчиненным. Она не присягала на верность миротворческому корпусу и является свободной гражданкой хищного общества. Она не обязана никому подчиняться и может располагать своим временем так, как считает нужным. Только доброта и ответственность заставляют ее работать на вас сутками без сна и отдыха. На вашем месте, я бы воздержался от проявлений излишнего давления. В противном случае, Мия может отказаться от сотрудничества, – сквозь зубы ответил Ким.

– Простите, но я должен напомнить, что вы здесь именно для того, чтобы она не отказалась от сотрудничества. Большего от вас не требуется. В сложившейся ситуации Мия – член рабочей группы, которая борется с эпидемией. Никто не наделял вас полномочиями распоряжаться рабочим временем персонала базы, – с раздражением проговорил Вилар.

– Меня мало интересует остальной персонал базы… – начал Ким.

– Это заметно, – перебил начальник.

– Как вы правильно заметили в начале разговора, Мия – моя сестра, – игнорируя слова Вилара, продолжил молодой человек: – Я единственный человек в башне, который не рассматривает ее, как рабочую единицу. Я беспокоюсь о ней, поэтому вмешался. Мия перенесла тяжелую болезнь, она не механизм, а живой человек. Чрезмерные нагрузки могут снова ввести ее в состояние оцепенения.

– Откуда такие смелые выводы? У вас есть медицинское образование, или степень по психиатрии? – ядовито осведомился Вилар.

– Нет. Вот только не ваши профессора вывели ее из шока, а двое мужчин без медицинского образования и степени, то есть я и мой отец, – с вызовом ответил Ким.

Это заявление задело Вилара за живое. Он помнил, что за несколько недель ему не удалось добиться, чтобы Мия пошевелила хоть пальцем. А Киму и Риду за один вечер удалось вернуть ей интерес к жизни.

Вилар едва не бросился на Кима, но со всех сторон на них смотрели камеры и микрофоны. Любое неосторожное слово или действие может принести Вилару большие неприятности. Диалог нужно было прекращать, Верховный Хранитель боялся потерять самообладание, к тому же он понимал, что Мия действительно нуждалась в отдыхе. Вилар сам очень беспокоился за нее и ждал небольшого затишья, чтобы отправить девушку отдыхать, несмотря на это, вмешательство Кима возмутило его. Возмущение и ревность лишила его способности рассуждать хладнокровно, он не совладал с эмоциями. Впервые окружающие увидели, как в одно мгновенье улетучилась вся его железная выдержка, и гнев вырвался наружу. Вилар прекрасно понимал, что Ким поступил правильно, но здравый смысл отступил перед эмоциями. Продолжать этот жаркий диалог было опасно и бессмысленно.

– Доложите, куда вы отвели Мию, и возвращайтесь к своим обязанностям, – устало проговорил Верховный Хранитель.

– Она в жилом корпусе.

– Где именно? – снова начал заводиться Вилар.

– Через шесть часов Мия вернется к своим обязанностям. До этого момента я не позволю ее беспокоить.

«Я не позволю» – пронеслось эхом в голове Верховного Хранителя. Вилар с силой сжал кулаки. Мужчина был настолько взбешен, что его кинуло в жар. Ему хотелось приложить Кима лицом об стену, что бы дать понять насколько ничтожно это «я не позволю» по сравнению с его бурлящей яростью. Вилар закрыл глаза, сделал глубокий вдох и еще раз напомнил себе про видео наблюдение.

– Что еще вы намерены мне не позволить? – не открывая глаз, выдохнул Вилар.

– Еще раз довести ее до такого состояния. Думаю, мы оба хорошо помним, чем закончилась для Мии ваша прошлая совместная работа, – ядовито ответил Ким.

Последовала долгая пауза. Вилар боролся с противоречивыми эмоциями. Конечно, он прекрасно помнил, что виноват в болезни Мии. Каждый раз при взгляде на девушку его огрубевшее сердце непривычно сжималось от щемящего чувства вины за все, на что он ее обрек. Но меньше всего ему хотелось слышать об этом от человека, которого он и без того почти ненавидит. На мгновенье он поддался желанию ударить Кима и сделал шаг вперед. Но страх потерять Мию, удержал его. Если он сейчас покалечит ее брата, она никогда ему этого простит. Так же, как Мирол и миллиарды зрителей вечерних новостей. Последствия будут ужасающими. «Он не стоит того», – подумал Вилар и взял себя в руки. С безразличным выражение лица он подошел вплотную к подчиненному, тяжело посмотрел ему в глаза, а затем еле слышно прошептал на ухо:

– Обсуждение того, до какого состояния может довести совместная работа со мной, мы отложим до встречи в тренировочном зале, когда все закончится.

И не дожидаясь ответа, Верховный Хранитель удалился. Как только дверь за начальником закрылась, в переговорную влетел Лан. Он хотел что-то сострить, но посмотрев на Кима, замер. Лан хорошо знал друга и не раз видел его в бешенстве, поэтому безошибочно определил настроение Кима.

– Может… пойдем, поужинаем… – замялся Лан.

– Нет, мне нужно уладить одно маленькое дело. Поможешь? – серьезно спросил Ким.

– Ну, если это не покушение на Верховного Хранителя, я полностью к твоим услугам, – ободрился молодой человек.

И друзья направились в жилой блок.

Прошло пять с половиной часов с момента, как Мия уснула. Ким все приготовил и пошел будить сестру. Девушка спала очень глубоко, было жалко прерывать ее отдых, но выхода не было.

– Мия, – тихо позвал Ким.

Девушка зашевелилась – она всегда чутко спала.

– Пора вставать, – мягко сказал брат.

Мия открыла глаза и села на кровати.

– Сколько я проспала? – сонно спросила девушка.

– Пять с половиной часов.

– Ох… Я бы проспала еще пятьдесят пять с половиной часов, – устало вздохнула Мия. – Я чувствую себя еще более разбитой, чем до сна.

– У меня есть нечто, что тебя взбодрит, – с улыбкой ответил Ким.

Молодой человек взял со стола большую кружку и поднес сестре. Мия сразу почувствовала невероятно приятный аромат ванили и чего-то еще. Она с благодарностью и аппетитом отхлебнула напиток.

– Что это? – с восхищением спросила сестра.

– Горячий шоколад, – с довольной улыбкой ответил Ким.

– Невероятно!!! – выдохнула сестра. – Чем-то напоминает кофе, но все же не оно. Из чего это сделано?

– Из бобов какао. У нас это растение не растет, поэтому шоколад можно отведать только за пределами хищных земель. Кстати, его изобрели травоядные, – объяснил Ким.

– Ну, хоть что-то полезное они изобрели, – шутливо отозвалась девушка.

– Ты не любишь травоядных? Раньше твое отношение к ним было более мягким, – напомнил брат.

– Раньше я представляла себе несправедливо отверженных мучеников, а не пресыщенное и развращенное общество, – задумчиво сказала Мия.

– Не все так плохо. Уверен, ты изменишь свое мнение, когда поживешь там, – ободряюще ответил Ким.

– Не уверена, что хочу там жить. Я планирую вернуться в Себар и врачевать, – устало ответила девушка.

– Но ты же хотела? Помнишь? Мы, даже убедили отца нас отпустить, – встревожено спросил брат.

– Помню, конечно. Тогда мне хотелось. Глупая жажда приключений. Но на данный момент приключений с меня достаточно. Я не понимала своего счастья. В Себаре мой любимый дом, там отец один, – извиняющимся тоном ответила Мия.

– А тут – я, – тихо сказал брат.

– Ну, перестань. Тебе недолго в холостяках ходить. Не нравятся девушки из травоядного общества, возьми из Себара. Теперь, когда ты – Хранитель, твое сватовство большая честь для любой семьи, – успокаивала девушка.

Ким смотрел, как сестра с удовольствием потягивает горячий шоколад и молчал. Ему хотелось немедленно объяснить, что никто кроме нее ему не нужен. Но он понимал, что сейчас неподходящий момент. Он объяснится с ней, когда все закончится.

Тем временем Мия допила шоколад, умылась и была готова продолжать работу.

– Спасибо большое! Я готова, – улыбнулась она брату.

– Ну, пошли, – ответил тот, встал и направился к выходу.

Через несколько минут Мия уже шла по коридору медицинского блока. Ким оставил ее у лифта и побежал по своим делам. Когда девушка вошла в переговорный бокс, Вилар нервно мерил шагами помещение и что-то говорил в наушник. Девушка кивнула мужчине в знак приветствия и сразу начала отвечать на вызовы. Вопросов, у персонала остальных баз накопилось много. За обсуждением различных проблем, Мия не заметила, как Верховный Хранитель покинул помещение. Закончив переговоры, девушка с облегчением обнаружила, что осталась в комнате одна.

Ее тяготило общество Вилара. После последнего разговора в пещере она окончательно убедилась, что не нужна ему. Все, что происходило с ними в той расщелине, было вызвано длительным совместным пребыванием и не более. Она не осуждала его, понимая, что зрелому мужчине тяжело прожить в тесном помещении с юной девушкой на протяжении нескольких недель и хоть немного не увлечься. Но уже тогда Мия не тешила себя надеждами, что его увлечение окажется серьезным и продолжительным. Ей просто очень хотелось поверить в то, что такой человек заинтересовался ею. Девушка не была избалована мужским вниманием. Сомнение боролось с влюбленностью, а Мия просто плыла по течению. В итоге, сомнение победило. В этой реальности Вилара Мие не нашлось места. Осталось только вспоминать, как спокойно и надежно спалось на его плече под звук мягкого голоса.

Постепенно она смирилась, как смиряются с тем, чего не могут изменить. Без особой боли и обид. Ведь для здешних обитателей это был пустяк. Легкий флирт, не заслуживающий особого внимания и пламенных объяснений. Несмотря на это, девушка чувствовала странное напряжение между ними, недоговоренность, намек на возможное продолжение. Все это смущало ее и отвлекало от работы. Мия избегала Вилара, как могла, но он всегда был поблизости. Девушка объясняла это тем, что Вилар возглавлял операцию по борьбе с эпидемией и ему приходилось контролировать всех и каждого, а при возникновении затруднений принимать срочные меры, для их разрешения.

Шли дни. Постепенно Мия свыклась с обществом Вилара. Она усилием воли мысленно отделила время, проведенное в пещере от сегодняшней жизни. Тот Вилар, которого она выхаживала, ушел, а этот – Верховный Хранитель и ее куратор. Мия успокоилась.

Глава двадцать вторая

Тем временем, эпидемия отступала. Сотрудники всех лабораторий работали, не зная отдыха, и это принесло свои плоды. Спустя десять дней усиленной работы суммарное количество выписавшихся со всех баз составило около пятисот человек.

В этот день в лаборатории стояла праздничная атмосфера. Для персонала был подан вкусный обед, многим дали суточный отдых. Мию это послабление не коснулось, но нагрузка начала снижаться, появилось больше времени для сна и отдыха. Количество вызовов с других баз уменьшилось. Постепенно у Мии появились свободные вечера. Девушке определили восьмичасовой рабочий день и выделили просторный уютный бокс в жилом корпусе. Теперь у нее были собственная спальня, гостиная, кухня и душевая. Несколько дней подряд Мия плелась в свой бокс, отмокала под горячим душем и падала спать. Проснувшись, плотно завтракала и спешила обратно в медицинский блок. Когда Мия наконец восстановила силы, встал резонный вопрос, чем занять себя вечерами.

– А чем вы занимаетесь по вечерам? – спросила она однажды Кима.

– Кто чем. Мы с Ланом занимаемся в тренировочном блоке. Другие расходятся по боксам. Некоторые выезжают за периметр, но это в выходные, – объяснил Ким.

– Ясно, – грустно отозвалась Мия, – Ну, буду коротать вечера, болтая с отцом по коннектору.

– Да, папа у нас тот еще болтун. Из него обычно слово не вытянешь. Он и так-то не говорлив, а по коннектору вообще молчит, как рыба. Никак не привыкнет к новому способу общения.

– Значит, будем молча смотреть друг на друга. Может у вас есть библиотеки? – спросила сестра.

– Библиотеки? – засмеялся брат. – Это такие помещения с кучей пыльных книг, типа той, что у нас в школе была? Такого тут точно нет.

– Вы что, совсем не читаете? Только физиономии друг другу на тренировках шлифуете? – ядовито осведомилась девушка.

– Конечно, читаем, но не книги. Да и в тренировочном зале не только морды шлифуют. Пойдем сегодня с нами вечером, посидишь, посмотришь. Поболеешь за меня на спаррингах, – предложил брат.

– А можно?

– Тебе все можно, – загадочно ответил брат.

– Я с удовольствием! – радостно ответила Мия.

И они условились встретиться в десять минут седьмого у лифтов. Когда сестра в назначенное время шла по коридору, Ким и Лан уже ждали ее у лифта.

– Привет, красотка, – подмигнул Лан.

– Привет, – весело отозвалась сестра.

– Сегодня ты, наконец, увидишь, насколько я хорош в деле, – шутливо продолжил молодой человек и продемонстрировал бицепсы.

– Вот увидишь, проучу я этого хвастуна, как котенка, – вмешался Ким.

– Ты только языком работать умеешь, а меня завалить – кишка тонка! – засмеялся Лан.

– Ну, тогда давай замажем, если я тебя сегодня на ринге уделаю, ты всю неделю обращаешься ко мне: «О великий»? – предложил Ким.

Отлично, но если выиграю я, всю неделю будешь – «конь рогатый», – согласился Лан.

– По рукам, – бодро ответил Ким.

Тренировочный блок располагался на шестом этаже башни. Он занимал весь этаж и по оформлению отличался от привычных интерьеров базы. Выйдя из лифта, Мия попала в просторный холл, залитый теплым светом. Стильно оформленные колонны подпирали небольшие лоджии, в которых располагались места для отдыха, стояли удобные диваны и кресла. Неподалеку находились аппараты с едой и напитками.

Большинство лоджий были заняты. Мужчины сидели группами и поодиночке. Некоторые весело общались, кое-кто говорил по коннектору. Многие сидели с переносными экранами. Как объяснил однажды Ким, это устройство называется Планум. Мия уже имела дело с ними, когда работала в лаборатории.

В самом холле играла тихая музыка и очень приятно пахло. Здесь было множество дверей с табличками. Несколько лестниц вели на цокольную часть блока.

Мие так надоели залитые холодным светом узкие коридоры лаборатории, что она сразу полюбила это место.

Вдруг справа девушка услышала громкий смех. Она повернулась на звук, и увидела большую группу мужчин в лоджии неподалеку. Ким и Лан направились в сторону веселой компании, Мия последовала за ними. Увидев приближающихся людей, мужчины прекратили смеяться и начали о чем-то тихо переговариваться. Ким и Лан обменялись с присутствующими рукопожатиями, затем брат подвел Мию к компании и представил:

– Это Мия, моя сестра.

Повисла долгая пауза. Все уставились на девушку. Мия смущенно потупилась. Затем один из сидевших мужчин вскочил и предложил девушке присесть. Та благодарно кивнула и села в кресло. Опять повисла неловкая пауза. Обстановку разрядил молодой человек, уступивший Мие место:

– Вы дадите мне автограф? Моя мать вас просто боготворит. Говорит, что всегда мечтала о такой дочери, и что мне просто необходимо найти себе жену из хищного общества.

Мия удивленно уставилась на мужчину. Затем открыла рот, чтобы что-то ответить, но не нашла слов и умоляюще уставилась на брата. Тот растеряно пожал плечами.

– Да, ладно! – выдохнул незнакомец. – Вы что, не в курсе? Вас каждая собака за периметром знает. Вы в каждом выпуске новостей мелькаете.

Мия припомнила разговор с Шелтом в злосчастном броневике перед нападением в Ормане. Он тоже упоминал, что девушка знаменита, но ей тогда было не до этого.

– А что такое «автограф»? – краснея, осведомилась девушка.

Мужчины удивленно переглянулись. Снова повисла небольшая пауза. На этот раз положение спас Ким.

– У нас на родине нет понятия «автограф». У нас там вообще подпись не ставят. В Себаре треть населения – неграмотные люди. Не все поступают в школы и умеют писать, поэтому вместо подписи мы используем отпечаток пальца. Прижимаешь палец к тканевой подушечке, пропитанной чернилами, и отпечатываешь его на бумаге.

– Вот это круто! – обомлел незнакомец. – Да за отпечаток пальца твоей сестры меня мать полгода на руках носить будет!

Ким повернулся к сестре. На этот раз Мия растеряно пожала плечами.

– Никому не расходиться, я сейчас, – скомандовал незнакомец и куда-то умчался.

Пока его не было, другие молодые люди немного осмелели и начали расспрашивать Лана с Кимом, как обстоят дела в лаборатории. Мия молча слушала и старалась поменьше обращать на себя внимание. Через десять минут вернулся незнакомец с блокнотом и маркером в руках. Он подошел и обратился к Мие.

– Ну, так как насчет отпечатка?

Мия кивнула. Тогда он смущенно взял руку девушки, накрасил подушечку большого пальца маркером и прижал к листку блокнота. Маркер был насыщенного красного цвета и на листке остался кроваво-красный отпечаток, на котором были отчетливо видна текстура кожи. Получилось красиво и устрашающе.

– Потрясающе! Спасибо огромное! – восхищенно выдохнул незнакомец.

Атмосфера сразу изменилась. Мужчины оживились и начали разглядывать отпечаток.

– Здесь явно не хватает какой-нибудь надписи, – сказал один из молодых людей.

Незнакомец повернулся и умоляюще посмотрел на Мию. Но тут вступился Ким.

– Да хорош Дикер! Тебе и так отпечаток дали, перестань девушку смущать.

Молодой человек сник. Было видно, насколько ему хотелось уговорить Мию, но он и сам понимал, что ведет себя бестактно. Девушке стало его жалко.

– Ничего страшного. Мне не сложно. Я напишу, – сказала она и взяла листочек с отпечатком обратно.

Дикер подал ей ручку. Мия немного подумала и над оттиском пальца написала: «Ближе всего к небу тот, кому ничего не надо».

– Спасибо! – горячо поблагодарил мужчина и забрал листок.

Все собравшиеся с любопытством прочитали текст и смолкли. Каждый задумался о чем-то своем. Первым молчание нарушил Лан.

– Кто хочет посмотреть, как я отметелю Кима? – бодро спросил он.

Поднялась шумиха и хохот, посыпались остроты. Все вскочили и направились в зал. Мия спокойно шла за Кимом и думала обо всем произошедшем. Ее не прекращал удивлять этот новый мир. У хищной расы нет понятия «знаменитость». А определение «автограф» казалось ей абсурдным. Зачем кому-то ее каракули? Что за странный ажиотаж вокруг одного человека? В хищном обществе дело с передачей информации обстоит сложно. Единственным общеизвестным человеком является Держатель. Остальные могут выделяться только статусом, родословной или богатством в пределах своего городка.

Мия так глубоко задумалась, что не заметила, как оказалась в зале. Перед ней был большой спортивный зал, по центру которого находилась круглая площадка с невысоким ограждением по периметру. Девушка догадалась, что именно на этом круге проводятся схватки. Справа от ринга висели разнообразные боксерские приспособления. Вся противоположная сторона зала была оборудована многоуровневыми сидениями, напоминающими ступени.

– Мия, не отставай, – сказал Ким и повел сестру сквозь зал.

Брат усадил девушку на верхний уровень и убежал в раздевалку. Мия с любопытством озиралась по сторонам. Тренировочный зал был полон Хранителей. Многие отрабатывали удары на грушах. Звук ударов эхом отражался от стен зала. Несколько минут девушка с восхищение наблюдала за игрой мышц тренирующихся мужчин, затем опомнилась и посмотрела в другую сторону. Там группа молодых людей потела на тренажерах. Девушку изумило, насколько изобретательны и замысловаты устройства для тренировок. Некоторые из них скорее напоминали орудия пыток, чем аппарат для улучшения физической формы. Вдруг Мия почувствовала на себе чей-то взгляд. Неподалеку несколько мужчин о чем-то оживленно спорили, поглядывая в ее сторону. Мия смутилась и уставилась на пустующий ринг.

Прошло несколько минут, боковым зрением она заметила приближающегося человека. В надежде, что это Ким, девушка подняла глаза, но увидев идущего к ней незнакомого мужчину резко отвернулась. Незнакомца это не смутило, он сел рядом с девушкой. Это был очень привлекательный молодой человек. Смуглый, широкоплечий брюнет со сверхъестественно-салатовыми глазами. Он просто светился обаянием и уверенностью в себе. Не дожидаясь реакции Мии, он улыбнулся и заговорил первым.

– Меня зовут Рок. А вас, наверное, Мия?

– Очень приятно. Да, Мия. – не поднимая глаз, ответила девушка.

– Вас привел сюда Ким? – поинтересовался мужчина.

Мия кивнула. От осознания того, что молодой человек знает ее брата, девушка немного расслабилась. Остальные участники спора тоже подошли и расселись рядом.

– Можно задать вам один нескромный вопрос? – спросил Рок.

– Сейчас я из вежливости, скажу да. Но если ваш вопрос меня смутит, я совру, – откровенно призналась Мия.

Рок улыбнулся и хотел что-то добавить, но его прервал подошедший Ким.

– Рок, она же из хищников. Ты вырос там и знаешь воспитание тамошних женщин. Так что убери свой павлиний хвост и ступай в травоядный курятник, – грубо отсек брат.

– Это не тебя там, на ринге, дожидаются? – небрежно спросил Рок.

А на ринге уже разогревался Лан. Ким кинул угрожающий взгляд на Рока и направился к рингу.

– Не отстанешь от нее, будешь следующим, – бросил он через спину.

– Сначала Лана завали, а потом посмотрим, что от тебя останется, – ядовито

ответил Хранитель.

Но мужчина не стал делать новых попыток заговорить. Может, действительно испугался Кима, а может, заинтересовался намечающимся боем.

На ринге Ким и Лан надели специальные перчатки и шлемы и разошлись в стороны к ограждению.

Зрительные места постепенно заполнились. Практически все посетители тренажерного зала бросили свои занятия и подошли к рингу. Прозвучал сигнал и схватка началась. Поначалу противники осторожничали, держась на расстоянии, нанося редкие удары. Со всех сторон послышались упреки, шуточки и свист. Мие это не понравилось. После всего пережитого ей было неприятно насилие, даже в виде тренировки. Но любопытство удерживало ее на трибуне. Она никогда не видела Кима в человеческой рукопашной схватке. С детства ей доводилось наблюдать только живописные последствия его уличных потасовок. И вот теперь ей представилась такая возможность.

Шум вокруг нарастал. Бойцы стали смелее, темп схватки нарастал, частота и скорость движений увеличивалась. В ход шли не только руки, но и ноги. В какой-то момент Лан попытался проделать сложный захват, но Ким ловко вывернулся и на прощанье дал противнику по ребрам. Зрители зааплодировали. Разозленный неудачей, Лан начал интенсивно атаковать. Мия ничего не понимала в рукопашных боях. Из-за скорости движений было сложно уловить, какие удары причиняют боль брату, а какие через блок не проходят. В какой-то момент сестре показалось, что Лан избивает Кима как грушу, а тот не предпринимает никаких действий. Лан начал оттеснять его к краю ринга, но Ким молниеносным движением отразил удар противника, схватил его за правую руку и сильным броском припечатал к полу. Наблюдавшие одобрительно зашумели. Лан попытался выкрутиться. Последовала непонятная потасовка на полу. Один захват сменялся другим, мужчины двигались словно змеи. И снова Лан начал одерживать победу. Когда Мие показалось, что брат проиграл, Ким с размаху ударил его по почкам и резким рывком скинул. Затем проделал зрелищный захват и намертво зафиксировал Лана на полу.

– Сдаешься, пятнистый? – прохрипел Ким.

– Не дождешься, – сдавлено ответил Лан.

– Ну, сам напросился, – выдохнул брат.

Со своего места Мия не разглядела, что именно сделал Ким. Но Лан громко вскрикнул и трижды ударил ладонью по полу ринга. Прозвучал звуковой сигнал. Ким отпустил Лана, вскочил на ноги и протянул ему руку.

– Без обид? Я дал тебе шанс. Когда-нибудь у тебя все-таки получится.

– Смотри не лопни от гордости, а то публику забрызгаешь, – обиженно отозвался напарник.

Лан схватился за руку друга и бодро вскочил на ноги. Они обменялись рукопожатиями и отправились в раздевалку под аплодисменты зрителей. Постепенно трибуны опустели. Но Рок уходить не спешил. Молодой человек нескромно разглядывал девушку и Мию это крайне смущало. Она встала и попыталась уйти.

– Прошу прощения, – сказал Рок и преградил ей путь.

Девушка изумленно уставилась на молодого человека. Он немного помолчал и продолжил:

– Прошу прощенья, что смутил вас. Ким прав, я уже давно забыл, какие они -хищные девушки. Простите меня.

Мия не нашлась, что ответить и села обратно. Мужчина тоже сел.

– Я просто хотел сказать, что вы очень привлекательная девушка.

Девушка покраснела и снова попыталась уйти. Молодой человек встал первым.

– Не уходите, я постараюсь больше вас не смущать, – умоляюще сказал он.

Она нехотя села на место. Больше всего на свете ей хотелось незаметно испариться из этого зала. На них начали поглядывать люди. Девушка сгорала от стыда, думая как все это выглядело со стороны.

– Вы понимаете что-нибудь в рукопашных боях? – неожиданно спросил Рок.

Мия отрицательно покачала головой. Она уставилась на ринг, стараясь не смотреть на молодого человека.

– Ну, тогда я вас немного просвещу. То, что вы сейчас наблюдали, было сплошным фарсом.

Девушка удивленно посмотрела на Рока, а тот продолжил:

– На самом деле Лан силен. И за последний год он здорово прибавил в мастерстве. Вся проблема в вашем брате. Этот выскочка появился здесь год назад и уже тогда мало кто мог одолеть его в спарринге. Поначалу каждый считал своим долгом проучить новичка, но это почти никому не удавалось. Прошло полгода, благодаря тренировочным боям он набрал форму и стал лучшим. Лан, как и все мы, это прекрасно знает. Он единственный, кто тренируется с Кимом в паре. Остальные не горят желанием.

– Но учиться лучше у того человека, который лучше тебя в деле, – заметила Мия.

Рок улыбнулся. Наконец-то ему удалось разговорить девушку.

– Никому не нравится постоянно проигрывать, – ответил молодой человек.

– Получается, что кроме Лана, Киму больше не с кем тренироваться? – забеспокоилась сестра.

– Нет, почему же. Его регулярно отправляют на внутренние турниры. Это своего рода отборочные соревнования. Победителей таких отборов рекомендуют в состав соревнующихся за должность Верховного Хранителя.

– А как же Вилар? – изумилась Мия.

– А что – Вилар? Он знал, на что идет. Должность Верховного Хранителя пересматривается каждый год, и мало кто может продержаться несколько лет подряд. Вилар в должности уже четыре года, это рекорд! Пора на покой, – хладнокровно подытожил Рок.

– А участвовать в отборе обязательно? – поинтересовалась Мия.

– Нет, но быть Верховным Хранителем – высшая честь. Об этом мечтает каждый.

– Понятно. Значит, Ким тоже может стать Верховным Хранителем? – спросила девушка.

– Да, если сможет освоить манипулирование равновесным слиянием. Это обязательное условие. Но, насколько мне известно, в этом он не преуспел, – со злорадной улыбкой ответил Рок.

– Ему мешает только это? – удивилась Мия.

– Да. По всем остальным дисциплинам он лучший. Пока.

– А что собой представляют остальные дисциплины? – заинтересовалась девушка.

– Их очень много: тактика, теория руководства, психология, зоология и так далее. Умственные способности претендентов проверяются тестами. С их же помощью определяют лидерские способности, интеллект, способность нести ответственность и другие характеристики. Но тесты завершают испытания. Первоначальный отсев происходит на этапе физических состязаний. Вы были в боевом эмуляторе? – неожиданно спросил Рок.

– Нет, я впервые в тренировочном блоке, – ответила Мия.

– Вам обязательно нужно побывать. Там оттачивают технику ведения вооруженных схваток. Есть разные уровни сложности, множество настроек. Очень интересное зрелище. Думаю, Ким обязательно вас туда отведет. А вот, кстати, и он. Мне пора. Приятно было познакомиться, – Рок ослепительно улыбнулся, и ушел.

Ким стоял у нижнего ряда сидений и провожал мужчину недовольным взглядом. Как только Рок удалился к тренажерам, молодой человек жестом позвал девушку последовать за ним.

– Ты покажешь мне боевой эмулятор? – спросила Мия.

– Я покажу тебе весь мир, красавица, только попроси, – прозвучал голос Лана откуда-то из-за спины.

– Мы с Ланом как раз хотели провести тебе обзорную экскурсию по блоку, – засмеялся Ким.

– Отлично!

– Эмулятор оставим на десерт, сначала общий экскурс, – деловым тоном сообщил Лан.

Они прошли в большой спортивный зал. Место, где играли в командные игры, типа футбола, баскетбола и волейбола. Затем Мие продемонстрировали огромный бассейн с большим количеством разнообразных вышек. Потом шел поразительный зал для тренировок зимних видов спорта. Это было огромное холодное помещение, заваленное снегом. Зал был оснащен горнолыжным спуском и рядом трамплинов. В нем же располагался большой каток с трибунами и ограждением. Но больше всего Мию поразило то, что иногда там шел снег. Как объяснил Ким, оборудование зала было запрограммировано на периодическое обновление и пополнение снежного покрова. Поэтому в определенное время с потолка шел красивый пушистый снег. После зимнего зала мужчины продемонстрировали Мие главную арену. На ней проводились внутренние турниры между базами. Лан рассказал девушке, что турниры между командами четырех баз проводятся регулярно. Здесь проходят состязания по самым разнообразным видам спорта, поэтому при необходимости арену можно быстро переоборудовать для зимних видов спорта.

– А часто проводятся соревнования? – спросила Мия Лана.

– По-разному. В среднем три раза в год, – ответил Ким.

– Дружище, по-моему, красотка обращалась ко мне! – возмутился Лан.

– Хвост твой тощий тебе дружище, а я тебе – «О, великий», – засмеялся напарник.

– О, великий! По-моему, красотка обращалась ко мне. Но я не в обиде, вам, наверное, рогами уши прищемило, – сострил Лан.

– Сейчас кое-кому действительно кое-что прищемит, – начал угрожать Ким.

– Тебе обязательно надо побывать на этих состязаниях. Очень интересное зрелище. Их показывают на весь мир, а победитель становится знаменитостью, – не обращая внимания на угрозы, начал рассказывать Лан.

– О! Я бы с удовольствием посмотрела, – заинтересовалась Мия.

– Не вопрос, принцесса! На следующий турнир я тебя проведу. Надеюсь, ты не обидишься, если я не возьму с собой Великого? А то он так раздулся, что не поместится на трибуне, – начал задираться друг.

– На трибуне пусть пятнистые девчонки отсиживаются. А я, как всегда, на арене!

– Раз так, то я с удовольствием поболею за тебя! – восхищенно ответила Мия.

Так, за шутками и разговорами, они незаметно обошли весь тренажерный блок. Несмотря на то, что он занимал, как выяснилось, четыре этажа, девушка не уставала поражаться, каким образом все это поместилось в башне.

Как и было обещано, в самом конце ее отвели в эмулятор – небольшой зал, по периметру которого размещались многоуровневые трибуны. В центре помещения была большая стеклянная полусфера. Кроме этого купола, ничего особенного Мия не увидела. Как только они вошли в зал, Ким незаметно отделился и куда-то ушел.

– Что это за купол? – спросила девушка у Лана.

– Это ринг.

– А почему из стекла?

– Это не обычное стекло. Несколько лет назад ученым травоядного общества удалось изобрести особый материал. Его назвали Фортис. Он выглядит как стекло, но у него есть одно отличительное свойство. При подаче на материал электрического заряда, он накапливает его на поверхности и создает своеобразное электромагнитное поле. Я не физик и не знаю всех тонкостей, но это поле может отражать удары любой силы, не допуская повреждений поверхности. Оно выдерживает, как механические, так и тепловые удары. Даже очень тонкая пластина Фортиса способна отразить выстрел, пробивающий полуметровую металлическую броню. Поверь, это был настоящий прорыв. Фортис сейчас применяют везде, но особенно широкое применение он нашел в строительстве и вооружении. Поверхности из Фортиса выдерживают колоссальные нагрузки. Из него строят мосты, облицовывают стратегически важные здания. Группе ученых, разработавших Фортис, была выдана премия. Им установлен памятник на главной аллее Саорса – столицы травоядных земель, – гордо резюмировал Лан.

– А зачем он здесь? – недоумевала Мия.

– Сейчас увидишь, – загадочно ответил молодой человек.

Девушка замолчала. Друзья прошли на трибуны и заняли самые верхние места. Вдруг, в полу под куполом обозначилась крышка люка, которая медленно опускалась в подпол, а через несколько секунд из подпола появилась голова Кима. Мия изумленно наблюдала, как брат плавно выплывал из-под пола. На нем был необычный костюм. В целом это была одежда в том же стиле, что и униформа Хранителей. Схожи были покрой и материал, но это облачение дополнялось странным сияющим орнаментом. Узоры светились зеленым светом и мерцали во время движения.

– Что это за костюм? – не удержалась Мия.

– Специальный костюм. Он необходим для правильной работы эмулятора. Потерпи, ты сейчас сама все поймешь, – довольный произведенным эффектом, ответил Лан.

Мия в нетерпении уставилась на ринг. Вдруг, на ринге из воздуха появился человек. Он был на две головы выше Кима и гораздо шире в плечах. В руках у него был нож. Без предупреждения он со спины набросился на Кима. Мия вскрикнула от ужаса и вскочила на ноги. Лан схватил девушку за руку.

– Мия, остынь, просто смотри. Киму ничего не угрожает, – успокоил он.

Девушка посмотрела на мужчину полными недоверия и испуга глазами, немного поколебалась, но села. Под куполом Ким уже вовсю боролся с громилой. Нападавший быстро и проворно орудовал ножом, но Киму удавалось уклоняться от ударов. Затем брат попытался сделать захват правой руки громилы, но тот обхватил его за шею и начал душить. Мия снова вскочила на ноги.

– Сядь, я тебе говорю! Все будет хорошо! – прикрикнул Лан.

Тем временем, Ким со всего размаха ударил нападавшего пяткой по ноге. Тот от боли ослабил хватку, чем молодой человек воспользовался. Он ловко высвободился и отскочил за спину противника, откуда нанес удар по ногам в области колен. У нападавшего подогнулись ноги и он упал. Брат попытался нанести удар кулаком в область позвоночника между лопатками, но бугай откатился в сторону, резко вскочил и ударил Кима ножом в области ребер. Хранитель успел прикрыться рукой, и ранение пришлось на предплечье левой руки.

– Ким!!! – не выдержала Мия.

Девушка вскочила на ноги и понеслась к куполу. Лан попытался ее перехватить, но не успел. Когда Мия подбежала к рингу, она увидела, что раненая рука Кима, вместо зеленого начала светиться ярко-красным светом. Брат продолжал отчаянно сражаться, но его левая рука безжизненно болталась. Девушка в отчаянии прильнула к куполу. Из ее глаз полились слезы. Сзади подбежал Лан.

– Мия, не плач, с ним все в порядке. Это – эмулятор. Ранение не настоящее, – успокаивал он.

– Как не настоящее?! Я же видела, как в него воткнулся нож, – всхлипывая, отвечала девушка.

– Это не настоящий нож. Этот мужик не настоящий. Он – проекция, – объяснил Хранитель.

После его слов девушка начала внимательно разглядывать громилу. Он был абсолютно реален. Никакого изъяна. Ничего общего с проекциями, которые Мие доводилось видеть ранее.

– Ну, допустим, – проговорила Мия: – Но как, ягуар тебя раздери, проекция может наносить такие реальные удары?

– Первый раз слышу, как ты ругаешься! – обомлел на мгновенье Лан.

– Перестань! Я серьезно! – возмутилась Мия.

– Костюм Кима делает эти удары реальными. Он реагирует на контакт с проекцией и создает имитацию удара.

– А почему у него отнялась раненая рука? – взволнованно спросила Мия.

– Это тоже сделал костюм. Видишь, в зоне ранения он светит красным? Это означает, что Ким лишен контроля над рукой. При ранении костюм просчитывает степень повреждения и имитирует последствия. В данном случае, у Кима полностью отнялась рука, поэтому костюм засветил ее красным и с помощью электрических микроимпульсов отнял возможность ее чувствовать, – терпеливо объяснял Лан

– А это не больно? – недоверчиво спросила Мия.

– Нет, как будто отлежал. Просто онемела и все, – успокоил Лан.

После этих объяснений Мия успокоилась и вернулась на место. К тому времени схватка подходила к концу. Ким в подкате сбил проекцию с ног и, произведя захват головы, одним рывком свернул громиле шею. Потом встал и послал воздушный поцелуй сестре. Та, вся белая от пережитого ужаса, слабо махнула ему в ответ.

– Ну и развлечения тут у вас, – дрожащим голосом проговорила Мия и на ватных ногах пошла к выходу.

– Да ладно тебе, Мия. Это же весело,– поспешил за ней Лан.

– Тебе весело, ты же знал, что все не по-настоящему. А мне смотреть, как пытаются убить моего брата, было совсем не весело, – строго сказала она.

– Я же говорил, что с ним все будет в порядке, – оправдывался молодой человек.

– И я прямо так сразу поверила. Думаешь, я забыла, как в Ормане ты позволил медведю бороться с Кимом дольше положенного? У вас иногда очень извращенное чувство юмора, мне трудно его понять, – отчитала его Мия.

– Ладно, прости меня, Мия. Нужно было сначала все тебе объяснить, а потом показывать. В мужском коллективе быстро забываешь, какие женщины бывают пугливые, – сокрушенно проговорил Лан.

Выйдя в холл, Мия поднялась на ближайшую лоджию, присела на край дивана и, сжав голову руками, начала покачиваться взад-вперед. Пережитый ужас начал перерастать в бесконтрольную панику, на лбу выступила испарина, сердце билось где-то в горле. Девушку сильно трясло.

– Мия, перестань. Теперь ты меня пугаешь, – испугано проговорил Лан.

Девушка не отвечала. Она отчаянно пыталась побороть панику. Мысленно Мия считала до десяти и делала ритмичные глубокие вдохи и выдохи. Напуганный Лан суетился рядом и что-то безостановочно говорил. Такими их и застал вернувшийся из раздевалки Ким. Завидев друга, Лан кинулся к нему.

– Ким, это катастрофа! Она не отвечает! Это я, идиот, во всем виноват! Мне хотелось, чтобы она все прочувствовала, и я перестарался!

Ким, увидев состояние Мии, не дослушав объяснения друга, бросился к сестре, схватил ее за плечи и несколько раз встряхнул.

– Мия! Мия! – кричал он.

– Это я идиот! Я не объяснил ей, что там происходит. Она думала – все по-настоящему и очень испугалась, – в отчаянии продолжал бормотать Лан.

Брат отпустил Мию, поднял на друга изумленные глаза и сказал:

– Ты ей не объяснил! Да, Лан, ты – идиот!

– Я просто… я просто хотел… поразить… да уж… – сбивчиво проговорил молодой человек и совершенно сник.

– Все… Все нормально… Я в порядке… – дрожащим голосом ответила девушка.

Было слышно, как стучат ее зубы. Ким облегченно вздохнул и обнял сестру. Лан тоже приободрился. Спустя несколько минут Мия пришла в себя. Ее перестала бить дрожь, сердце успокоилось, с лица сошла бледность. Лан куда-то отошел и вернулся с кружкой питья.

– Прости меня, Мия. Надеюсь, это как-то загладит мою вину, – смиренным тоном проговорил он и протянул кружку.

Девушка сразу почувствовала знакомый аромат горячего лакомства. Она улыбнулась и с благодарностью приняла подарок. Это был горячий шоколад, именно такой, который до этого ей приносил Ким. Отпив глоток вкусного напитка, девушка окончательно взбодрилась и с улыбкой сказала:

– Ты прощен!

Лан просиял.

– Надеюсь, это не на всю жизнь. Если каждый испуг будет вводить меня в такое состояние, то меня до последнего дня надо запереть в комнате с мягкими стенами, – с невеселой улыбкой сказала Мия.

– Все наладится, не переживай. Ты только недавно поправилась. Просто, еще не окрепла, – успокоил брат.

– Ну, пора домой. Мы засиделись, – сказал Лан.

Все отправились в жилой корпус. Поскольку, по просьбе Мии, ее поселили на одном этаже с братом, Лан попрощался первым.

– Ты не злись на него. Он не знал, что так выйдет. Никто не знал, – сказала сестра, когда за Ланом закрылись двери лифта.

– Ты всегда была слишком добра. Лан поступил, как идиот. Страшно подумать, что было бы, если бы ты не справилась и снова впала в оцепенение, – сердито ответил Ким.

Мия ласково взяла Кима под руку и, заглянув в его глаза, сказала.

– Не ошибается тот, кто ничего не делает. Он никогда бы так не поступил, если бы знал, каковы будут последствия.

– Но спрогнозировать эти последствия было не сложно, – не успокаивался брат.

– Он не виноват, Ким. Дело во мне. Я пока еще психически не вполне здорова. Надо с этим смириться и не искать виноватых, – грустно ответила Мия.

– Не говори ерунду. Ты абсолютно нормальная. Я читал, что шестьдесят процентов неподготовленных людей, попадая в зону боевых действий, испытывают психический шок различной степени тяжести. Это пройдет. Тебе просто нужно восстановиться. Время и спокойная обстановка все исправит.

Прозвучал звуковой сигнал, двери лифта открылись, и молодые люди вышли в коридор.

– Ким, я могу попросить тебя об одолжении? – неожиданно спросила сестра.

– Да все, что угодно.

– Пойдем ко мне. Я приготовлю ужин. Душ ты тоже можешь принять у меня, – робко попросила Мия: – Просто этот случай напомнил мне, что времени для общения у нас не так много, как кажется. Кто знает, что преподнесет завтрашний день. А мы так мало общаемся.

Ким ласково приобнял сестру за плечи и ответил.

– Давай заскочим ко мне. Я возьму чистую одежду, а потом пойдем в твой бокс. Я очень даже «за» проводить больше времени вместе.

Через десять минут Мия суетилась на кухне. А из душа ее бокса доносилось невнятное напевание брата и шум воды. Остаток вечера Мия и Ким провели в очень теплой семейной обстановке: они вспоминали детство, обсуждали политику, Ким отвечал на многочисленные вопросы сестры. Мия связалась с отцом по коннектору и все вместе они целый час болтали. Это был прекрасный, наполненный любовью и уютом, вечер.

Глава двадцать третья

С того дня жизнь Мии изменилась. После работы в лаборатории девушка спешила к вестибюлю, где у лифтов ее уже дожидались Лан и Ким. Молодые люди шли в тренировочный блок. Благодаря большому количеству времени, проведенному в зале, у Мии появилось много новых знакомых, среди которых было немало ее пациентов. Мужчины относились к ней с большой симпатией и уважением. Кроткая, тактичная Мия вела себя просто, но с достоинством. Она с большим интересом слушала разговоры мужчин. Разумеется, такое поведение симпатичной юной особы льстило и располагало к общению. Будучи чуть ли не единственной женщиной на базе, Мия была окружена вниманием. На радость девушке и с целью покрасоваться Хранители часто устраивали спарринги.

А после тренировок Ким и Лан отправлялись в гости к Мие, где с аппетитом поглощали ужин, приготовленный ее руками. Мужчины научили девушку играть в покер, и теперь их досуг украшала не только веселая болтовня и регулярное общение с Ридом, но и напряженные схватки в карты.

Время полетело с невероятной быстротой. Не успела Мия опомниться, как в медицинском блоке осталось только десять занятых палат, что означало конец борьбы с эпидемией.

Все эти дни Вилар был рядом и внимательно наблюдал за Мией. В ней появилась разительная перемена. Девушка окончательно восстановила здоровье, исчезла болезненная худоба и бледность. Внимание мужчин сделало ее более женственной, она словно сияла изнутри. Когда Мия в своей необычной юбке до пола проходила по коридору, невозможно было не обернуться вслед. Вилар с раздражением замечал, какие взгляды кидали на нее мужчины. С каждым днем ему все мучительнее не хватало ее внимания. Он чувствовал, что девушка полностью отстранилась от него, вычеркнув из памяти время, которое они провели вместе. Верховный Хранитель решил больше не откладывать откровенный разговор с Мией. Однажды после работы он зашел к ней в лабораторию. Был конец рабочего дня, и Мия приводила рабочее место в порядок.

– Мия, – тихо окликнул Вилар.

Девушка сразу уловила странный тон Хранителя. Его голос звучал не так сухо и серьезно, как обычно. Она обернулась и удивленно посмотрела на мужчину.

– Я хотел бы поговорить с тобой, – продолжил он.

Мия села на стул и кивнула.

– Нет, не здесь. Я могу пригласить тебя сегодня поужинать? – мягко попросил мужчина.

– Куда? – заволновалась девушка.

– За периметр. В ресторан. Здесь недалеко есть очень уютное место, – ответил Вилар.

– Звучит интересно, – задумчиво ответила Мия.

– Я зайду за тобой через час. Тебе хватит времени, чтобы собраться? – вежливо поинтересовался Вилар.

– Да конечно. Но у меня нет никакой другой одежды, кроме униформы, – смущенно ответила девушка.

– Ты прекрасно выглядишь, – сказал Вилар и удалился.

Мия была поражена. Вилар удивил ее настолько, что она некоторое время продолжала стоять, глядя перед собой. Несмотря на внешнюю неподвижность, внутри все кипело от эмоций. Щеки начал заливать румянец. В какой-то момент Мие показалось, что ей все это померещилось. Она уже давно привыкла, что Вилар обращается с ней, как с обычной сотрудницей, и совершенно не ожидала такой резкой перемены. Немного придя в себя, девушка поспешила на встречу с братом.

Ким и Лан, как всегда, ждали ее у лифта.

– Простите, я сегодня не смогу, – сказала она, подойдя к ним.

– Как так? – удивился Лан.

– Мия, какие-то проблемы в лаборатории? – заволновался брат.

– Нет… Нет, просто… – девушка растерялась.

Она не знала, можно ли рассказывать брату про свидание, ведь Вилар был его начальником. Возможно, было нетактично раскрывать личную жизнь руководителя подчиненным. Немного посомневавшись, Мия решила пока промолчать. Она понимала, что совсем скрыть это от брата ей не удастся, но отложить объяснение стоило хотя бы для того, чтобы не информировать Лана.

– Просто меня пригласили… В другое место… Вы не против?

– Против, – хором ответили мужчины, понимая, к чему она клонит.

– Что значит – в другое место? – возмутился Ким.

– Кто пригласил? – грозно спросил Лан.

– Я не могу сказать. Это будет нетактично по отношению к пригласившему. Простите, – сказала девушка и густо покраснела.

Она видела, как помрачнел брат. Для Мии подобная реакция была неожиданностью, ей казалось, что Ким должен порадоваться за сестру. Лан тоже скис. Все трое сели в лифт и ехали в полном молчании. Как только Мия вышла на этаже жилого корпуса и дверь лифта за ней закрылась, Лан не выдержал:

– Я что-то не понял, а что, так можно?

– Как? – раздраженно спросил Ким.

– Приглашать твою сестру на свидания, – пояснил Лан.

– Даже не думай, – резко ответил Ким и бросил на друга такой свирепый взгляд, что Лан не стал продолжать.

Тем временем, Мия пришла домой. Не понимая, что делать, к чему готовиться, и как именно приводить себя в порядок, она просто повесила одежду в очистительный шкаф и отправилась в ванную. Горячий душ всегда расслаблял и успокаивал ее, но сегодня даже он не мог унять эмоций. Это было первое свидание в ее жизни. В голове не укладывалось, что Вилар все-таки решил поговорить с ней. Мия терялась в догадках, о чем пойдет речь, но надеялась, конечно, на лучшее.

Иногда ее пронзало предположение, что он притворялся, давно остыл и хочет ей все это объяснить, но Мия легкомысленно отгоняла от себя грустные мысли.

Причесываясь перед зеркалом после душа, девушка вглядывалась в свое отражение. Она искренне не понимала, что нашел в ней Вилар. Как вообще она способна кого-то заинтересовать. Серые глаза, Темно серые волосы – сплошная монотонная серость. Не удивительно, что она никогда не пользовалась популярностью у мужчин. Но до недавнего времени ее это мало беспокоило. С детских лет мысль о том, что ее выдадут замуж и разлучат с Ридом и Кимом внушала ей неподдельный ужас. Поэтому, с идеей замужества она попрощалась, так и не поздоровавшись. Мия причесывалась и размышляла, что ей предстоит не свидание, а грустный разговор о том, какой наивной дурой она оказалась. В итоге Мия скрутила волосы в тугой узел, который носила каждый день в лаборатории.

Выйдя из ванной комнаты, Девушка оделась в чистую униформу и поспешила к коннектору. Она объяснила Риду, что сегодня все пойдет не по обычному сценарию, и вечером она с ним поговорить не сможет. Поначалу отец насторожился, но Мия успокоила его, что все в порядке, ее просто пригласили в другое место и беспокоиться не о чем. Рида это утешило, и они попрощались до следующего вечера.

На этом все приготовления девушки были окончены. Она села на диван, ожидая стука в дверь. Мию настолько переполняли внутренние переживания, что на внешние проявления не оставалось ресурсов. В напряженном ожидании ее бросало то в жар, то в холод. Радость и отчаяние, как прилив и отлив, накатывали на девушку, заставляя сбиваться дыхание. Наконец раздался стук в дверь. Мия подбежала и открыла, даже не спросив, кто там. Вопреки ожиданиям, на пороге стоял Ким.

– Ким?! – изумленно выдохнула она.

– Привет, – серьезно ответил тот.

Он выглядел очень напряженным.

– Я могу войти? – продолжил брат.

– Да, конечно, – растерянно произнесла Мия.

Девушка впустила гостя.

– Мне нужно с тобой поговорить, – начал молодой человек.

– Ким, боюсь сейчас не самое подходящее время. Давай отложим на завтра, – торопливо ответила сестра.

Было видно, как она нервничает. Мия очень хотела поскорее закончить разговор.

– Нет, я слишком долго его откладывал…

Стук в дверь прервал его. Мия вздрогнула. Более неудачное развитие событий сложно было себе представить. Девушка не сомневалась, что за дверью стоит Вилар. Открой она сейчас и Ким увидит, кто пригласил ее на свидание, но в данных обстоятельствах ее больше заботило, что подумает Вилар. Обвинит ли он ее в бестактности. «Как же все это глупо!!!» – сокрушалась она про себя. Пауза затянулась. В дверь постучали повторно. Мия все еще не могла решить, что делать и в растерянности стояла между дверью и Кимом. Ким облегчил ей задачу. Молодой человек по-хозяйски щелкнул замком и открыл дверь.

На пороге действительно стоял Вилар. От неожиданности оба застыли. Повисла напряженная пауза. Мия стыдливо выглядывала из-за плеча брата. Ее лицо горело от смущения и неловкости.

Вилар был настолько поражен встречей с Кимом, что даже его железный самоконтроль не помог. На лице читалась неприязнь, смешанная с неподдельным изумлением.

Что творилось с братом, Мия не видела, поскольку стояла у него за спиной. А Ким пребывал в глубочайшем шоке. Меньше всего он ожидал увидеть в дверях Верховного Хранителя. Постепенно шок сменился гневом. Ким вспомнил обо всех необоснованных придирках и обвинениях, припомнился инцидент с запретом посещения госпиталя. Теперь стало понятно, с чем связана предвзятость Вилара. Ревность, отвращение и презрение разом обожгли мозг Кима. Кровь в жилах закипела, от ярости загудело в ушах. Он сжал кулаки, с трудом сдерживая желание наброситься на непрошеного гостя.

Ситуацию спасла Мия. Девушка вынырнула из-за спины брата и встала между мужчинами. С извиняющейся улыбкой она посмотрела на Вилара, затем повернулась к брату и мягко сказала:

– Давай отложим разговор до завтра. Мне надо идти.

И, не дожидаясь ответа, направилась к лифтам.

Мужчины еще некоторое время угрожающе смотрели друг другу в глаза, первым отвел взгляд Ким. Вилар последовал за Мией, а Ким вернулся в бокс.

Мия и Вилар ехали в лифте и молчали. Девушке было неловко за испорченное начало свидания. От стыда она боялась поднять на мужчину глаза и тенью следовала за Хранителем, не решаясь заговорить.

На площади перед выходом их ждал автомобиль. Вилар галантно усадил Мию на переднее сидение, а сам сел за руль. В машине Мия продолжала молчать, а Вилар вел автомобиль на пугающей скорости. Чтобы как-то отвлечься девушка смотрела в окно. Начинало темнеть. Поначалу не было видно ничего, кроме леса. Затем Мие открылись необыкновенные виды; причудливая архитектура зданий, обилие разноцветных огней, ухоженные улицы, необычно одетые люди. Город травоядного общества выглядел красивым и благополучным. Затаив дыхание, Мия вглядывалась в проплывающие пейзажи. Она словно попала в сказку, оставив реальный мир позади. За все время пути Мия ни разу не повернулась к Вилару. Новые впечатления полностью завладели девушкой.

Автомобиль остановился у кованых ворот, украшенных причудливым растительным орнаментом из темного металла. Вилар вышел из машины, открыл дверь с пассажирской стороны и подал девушке руку. Мия вышла из машины. За время пути настроение у девушки значительно улучшилось.

За воротами располагался небольшой парк с фонтаном в центре, который был выключен на зиму. Живые изгороди из облетевшего кустарника контрастировали с вечнозелеными деревьями туй и можжевельника, постриженных в виде шаров и свеч. Накануне прошел снег, он украсил голые ветви лиственных обитателей парка. Мия заметила множество кленов и беседку, густо увитую диким виноградом. Было очевидно, что осенью этот парк выглядел еще великолепнее. Ветер гонял по тропинке снежинки, закручивая их в замысловатые узоры.

В глубине парка располагалось здание, увидев которое Мия изумленно застыла. Бледно желтая отделка фасада ненавязчиво контрастировала с окрашенными в белый цвет колоннами и балясинами. Здание было изысканно украшено лепниной. На втором этаже располагались просторные полукруглые балконы. Главный вход оборудован широкой белоснежной лестницей, навес над которой держали величественные колонны. Над всем этим великолепием возвышался узорчатый герб. Архитектура здания изобиловала арками, форме которых вторили большие окна в массивных белых наличниках.

Строение настолько напоминало богатое хищное поместье, что Мие на секунду показалось, будто она в Себаре. Словно ее привезли на прием к какому-нибудь богатому Себарскому чиновнику.

– Все в порядке? – спросил Вилар, видя замешательство Мии.

Девушка опомнилась и смущенно кивнула.

Поднявшись по широким ступеням парадного входа, гости попали в просторный светлый холл. Он был оформлен в том же помпезном стиле, что и здание. Бархатные гардины, мраморные колонны, золотые канделябры создавали атмосферу богатства и величия. Роскоши было с избытком, девушке стало не по себе. В такой обстановке Мия особенно остро ощущала свою серость и заурядность. Услужливый метрдотель, встретивший их на пороге, только усугубил это ощущение. Мужчина помог гостям раздеться и повел вглубь дома.

Настроение Мии испортилось. Девушка шла за мужчинами и смотрела под ноги. Погруженная в размышления о собственном несовершенстве, девушка не заметила, как они попали в небольшую залу, где был накрыт стол. Мия осмотрелась. Помещение было просторным, его заливал теплый приглушенный свет. В золотых подсвечниках горели настоящие свечи, комнату согревал огонь, разожженный в красивом камине. Справа находился ряд больших окон, открывавших живописный вид на парк. Как и холл, отделка зала состояла из бархата, мрамора, золота и лепнины, но мягкое сияние свечей и огонь камина, облагораживал всю эту кричащую роскошь и делал ее по-домашнему спокойной. Напротив камина стоял стол, сервированный на двоих.

Когда гости разместились, услужливый метрдотель исчез в дверях. Зал был в полном распоряжении Мии и Вилара. Через минуту официант принес два изящных бокала и бутылку. Девушка заворожено наблюдала, как ловкими отточенными движениями молодой человек вскрывает бутыль и наполняет бокалы. Рубиновая жидкость, искрясь, стекала по стеклянной стенке бокала, наполняя воздух винным ароматом. Наполнив бокалы, официант почтительно спросил:

– Все готово. Прикажете подавать сейчас?

Верховный Хранитель молча кивнул. Молодой человек исчез, и гости снова остались одни.

Вилар взял свой бокал, поднял его за хрупкую ножку и, глядя Мие в глаза, сказал:

– За этот вечер.

Мия чувствовала, как опять начали гореть ее щеки. Девушка не ответила на жест Хранителя. Вместо этого она отодвинула фужер и сказала:

– В хищном обществе молодым девушкам не разрешается пробовать вино до замужества.

Вилар совершенно не ожидал такого поворота событий. Он немного помолчал, удивленно глядя на Мию, затем спокойно спросил:

– И что, все это правило соблюдают?

– Честно говоря, никогда не задавалась этим вопросом. Но глядя на то, какое дурное действие оказывает вино на человека, я понимаю, почему это правило ввели, – откровенно призналась Мия.

Вилар еле заметно улыбнулся. Зрелая рассудительность юной Мии всегда умиляла мужчину. Девушка расценила его улыбку, как насмешку над своей простоватостью. Мия проклинала себя за то, что молча не отпила из бокала. Ей казалось, что в глазах Вилара она выглядела той самой непролазной древностью, о которой толковал когда-то Краго.

– Прости, я многого не знаю об устоях твоего общества. Вы – закрытый народ, поэтому информации о вас мало, – извинился Вилар.

Он сказал это просто и откровенно, и Мие стало немного легче.

– Ваш народ, насколько мне известно, тоже не слишком общителен, – сказала она.

Вилар хотел что-то ответить, но тут в зал вошел официант с подносом. Не задавая лишних вопросов, он аккуратно расставил тарелки с блюдами на столе и хотел удалиться, но Хранитель жестом придержал его.

– Что ты будешь пить? – вежливо обратился к Мие Вилар.

– Вишневый сок, если можно, – скромно ответила девушка.

Верховный Хранитель посмотрел на официанта, тот понимающе кивнул и удалился. Через минуту вишневый сок в изысканном хрустальном бокале красовался на столе рядом с Мией.

– Я заказал тебе то же, что и себе. Надеюсь, угадал, – улыбнулся Вилар.

Мия взглянула в тарелку. Там лежал красиво украшенный овощами кусок жареного мяса. Сбоку теснился замысловатый гарнир, а рядом красовалась капля красно-оранжевого соуса. Все это выглядело и пахло очень аппетитно.

– Если это не баранина, то угадали, – честно ответила девушка.

И оба принялись за ужин. Несмотря на отсутствие аппетита, блюдо Мие очень понравилось. Мясо оказалось невероятно нежным, оно таяло во рту, оставляя приятное послевкусие. Гарнир тоже был на высоте. А пряный соус поразил Мию, своим сложным набором специй, многие из которых она так и не распознала.

Когда с горячим блюдом было покончено, Вилар снова поднял бокал. И на этот раз Мия была с ним солидарна.

– За тебя, Мия, – мягко сказал он и пригубил вино.

Мия улыбнулась и отпила вишневого сока. Вилар пристально смотрел на нее. Чтобы справиться с наплывающим волнением, она отвернулась к окну. В парке зажгли фонари, дорожки и живая изгородь подсвечивались самыми разнообразными светильниками. Вдоль бордюров горела световая полоса. На главной аллее зажглись красивые высокие фонари, выполненные в одном стиле с кованой оградой поместья.

– Мия, – неожиданно окликнул Вилар.

Девушка оторвалась от окна и посмотрела на собеседника.

– Я давно хотел поговорить с тобой.

Мия откинулась на спинку стула и приготовилась слушать. Вилар немного помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:

– Я притворялся…

Повисла пауза. Мия похолодела – самые плохие опасения оправдались. Она напрасно надеялась. Разумеется, он притворялся, как может такой мужчина заинтересоваться ею надолго. Мия сжала руки, к глазам подступили слезы, и все внимание девушки было поглощено тем, чтобы не дать им пролиться.

– Мне пришлось… – продолжал мужчина.

Девушка отчаянно боролась с желанием заплакать.

– Я давно хотел поговорить, но мешала работа. Прости, что так затянул с этим разговором. Нужно было объяснить все раньше.

Сдержаться не удалось. По щекам девушки предательски побежали слезы. Мия снова отвернулась к окну. Вилара обожгло чувство вины.

– Прости. Не плач. Просто, выслушай. Я никогда не встречал никого похожего на тебя. Ты потрясающий человек и невероятная девушка. С самого первого знакомства ты поразила меня своей уникальностью. Чем больше узнавал тебя, тем сильнее проникался симпатией и уважением. Было сложно не поддаваться чувствам и соблюдать субординацию. А когда оказался с тобой один на один в пещере, бороться с собой стало невозможно. Я расслабился и позволил этим чувствам развиться.

Вилар сделал глоток вина и продолжил:

– Мия, ты показала мне, что такое любовь, ты изменила меня. С тех пор моей главной целью было спасти тебе жизнь. Но каждый раз обстоятельства складывались самым неблагоприятным образом. В итоге, ты попала в ад. Представить себе не можешь, как я виню себя за твою болезнь. Ведь из-за меня тебе пришлось пережить все это. Когда ты впала в шоковое состояние, я три недели бился над тем, чтобы расшевелить тебя. Мы с Миролом собрали лучших врачей, но все было тщетно. Мысль о том, что ты никогда не выйдешь из шокового состояния, вызывала во мне отчаянье, которого я никогда прежде не испытывал. Несмотря на это, решение отправить тебя в Себар далось нелегко. Безумно не хотелось разлучаться с тобой. Там в пещере я настолько привык к тебе, что в твое отсутствие чувствовал себя невероятно опустошенным. Но эта жертва не была напрасной, стены родного дома и семья быстро поставили тебя на ноги. Когда я увидел, что ты поправилась, моему счастью не было предела. Но мы никогда не оставались наедине, кроме того случая, в пещере, помнишь? Ты сказала, что не понимаешь меня. Поразительно, мы так по-разному все воспринимаем. Я виноват. Мне пришлось столько притворяться, неудивительно, что ты запуталась. Наконец-то я могу сказать. Я люблю тебя, Мия. Прости, что заставил тебя страдать.

Девушка слушала и плакала. Но это были уже совсем другие слезы. Она была счастлива. Никогда раньше ей не доводилось слышать ничего подобного. Мия и не представляла насколько дорога Вилару. Сердце бешено колотилось в груди. Ей требовалось время, чтобы немного успокоиться и ответить.

Но Вилар, не дожидаясь ответа, резко встал и куда-то вышел. Через мгновенье он вернулся, неся в руках какой-то контейнер. Мужчина остановился в нескольких шагах от стола и поставил странную ношу на пол. Контейнер был размером с небольшую тумбу, сверху располагалась ручка. К дну были прикреплены колесики.

Вилар некоторое время смотрел на девушку, затем щелкнул механизмом на крышке и открыл странный сундук. Некоторое время мужчина смотрел внутрь емкости и ждал. Затем из сундука раздались знакомые звуки. Девушка вскочила на ноги – она боялась поверить своим ушам. Из сундука высунулась мохнатая кошачья морда. Мия подбежала к сундуку.

– Обжора, это ты? Не могу поверить! Ты жив! – почти кричала Мия, вытаскивая взлохмаченного манула из его тесной тюрьмы.

Девушка принялась наглаживать растрепанное животное. Кот сразу узнал ее. Недовольство унизительными условиями транспортировки, сменилось фырканьем, а затем и вовсе блаженным урчанием.

Мия подняла на Вилара сияющие глаза и спросила:

– Ты спас его?! Как тебе это удалось?

– Не без труда, – улыбнулся Вилар.

Девушка оторвалась от кота встала и обняла Вилара. Он ответил на ее объятие. Некоторое время они стояли в полной тишине. Затем Хранитель отстранил девушку. Взял ее лицо в свои ладони и горячо поцеловал в губы.

Никогда в жизни Мия не была так счастлива. Остаток вечера с лица девушки не сходила счастливая улыбка. Вилар смотрел в ее сияющие глаза и рассказывал историю спасения кота.

– Ты не представляешь, что я испытал, когда услышал выстрел и твой крик, – рассказывал Вилар. – Я знал, что на тебя идет охота, поэтому был уверен, что выстрел предназначался тебе. Попытался найти тебя, но в ночи в сугробах это было невозможно. Пришлось ждать до утра. Та ночь была одной из самых страшных в моей жизни. Сначала я боялся, что ты замерзаешь в сугробе. Но позже в пещеру приполз раненый манул. Стало понятно, что выстрел предназначался ему. Это давало надежду.

Кот словно чувствовал, что речь идет о его важной персоне, начал наваливаться плюшевым боком на ногу Мии, как в пещере, выпрашивая что-нибудь вкусненькое.

– Утром следующего дня я развел костер у подножья скалы. Накидал туда свежего лапника. По столбу густого дыма меня обнаружил планолет с сотрудниками КВК. Я был арестован и отправлен под следствие. Но в дело вмешался Мирол. Под предлогом секретного разбирательства на уровне Мирового Совета меня якобы перевели в другой следственный изолятор, а на самом деле отпустили.

– А что сделали с котом? – спросила Мия, ласково поглаживая животное.

– Его забрали вместе со мной и отправили в ветлечебницу. Там подлечили и отвезли в заповедник, – улыбнулся Хранитель.

– В какой заповедник? – удивилась девушка.

– В секторе главной базы выделена особая территория. Туда попадают животные после лечебницы. Там они восстанавливаются, затем проходят осмотр специалистов и возвращаются в лес.

– Обжора еще не до конца восстановился? – заволновалась Мия.

– Нет. Он уже никогда до конца не восстановится. Хромое животное долго в диком лесу не протянет. В таких случаях зверь навсегда остается в заповеднике и ждет своего хозяина, – спокойно ответил Вилар.

– Значит, обжора всю жизнь будет в неволе? – грустно спросила девушка.

– В неволе?! Ты не видела заповедник – он очень большой. Животные там не чувствуют себя в неволе. Кроме того, этот наглый кот действительно обжора и очень ленив. Ему не нужна дикая природа. Ему нужны люди, которые будут его постоянно кормить, – сказал Вилар и негодующе посмотрел на кота. – Весь персонал заповедника замучил. Постоянно клянчит еду. Кроме того, он у нас теперь знаменитость, публика его обожает. Как только стало известно, что этот тип нашел семена, его показали по телевидению. И теперь его за периметром каждый школьник знает.

– Ну, тогда я за него спокойна. Только как же он сольется в заповеднике? – заволновалась Мия.

– Ему еще рано, он все еще не оставил потомства. И с таким отношением к жизни, вряд ли оставит. А значит, к слиянию не готов.

– Я думала, все дикие животные становятся Тотемами, – удивилась девушка.

– Большая их часть. Но жизнь штука интересная и разнообразная. Ты же знаешь, что не все люди находят Тотемы. Так и среди животных, – объяснил Вилар.

Мия загрустила. Ей стало очень жалко манула, который, как и она, никогда не пройдет слияние. Снова, как в детстве, эта несправедливость задела Мию. Заметив в ней перемену настроения, мужчина обеспокоенно спросил:

– Что тебя так расстроило?

– Несправедливость. Меня с детства ранит несправедливость, – задумчиво ответила Мия, потом опомнилась и спросила: – А что было потом, после того, как тебя отпустили?

– Я попал к Краго. На тот момент КВК уже перехватили тебя, не дав Краго сделать Химиодетекцию. Узнав, что он болен и хочет организовать твое похищение, я вызвался помогать, – продолжил рассказ Вилар.

– Зачем? – удивилась Мия.

– По нескольким причинам. Во-первых, он бы тебя все равно выкрал, поэтому нужно было держаться рядом. Во-вторых, у меня был шанс объяснить радикалам, что тебя нельзя убивать. Ты была нужна, поскольку их лекарство действовать перестало. Не представляешь, как трудно было убедить этих фанатиков. Пришлось врать, что я не смог найти семена.

– А ты смог? – изумилась девушка.

– Нет, но и не слишком старался. Мы сделали пару рейдов для видимости и все. Ну, а дальше ты все знаешь.

– Да уж, – грустно вздохнула Мия.

– В целом, все сложилось очень удачно. То, что вирус мутировал и Краго заболел, сильно облегчило твое спасение, – улыбнулся Хранитель.

– Спасибо, – сказала Мия и положила ладонь на руку Вилара.

За тихой беседой вечер пролетел незаметно. Пришло время возвращаться на базу. Услужливый метрдотель проводил пару к выходу и помог одеться. Гости пересекли парк и сели в автомобиль.

Они снова ехали в тишине. Но на этот раз молчание не было напряженным.

Сорок минут пролетели как мгновенье. Вилар проводил Мию до бокса и на прощанье поцеловал в губы. Единственным желанием девушки было, чтобы этот момент никогда не кончался. И в этом они с Виларом были полностью солидарны. Понадобилось немалое усилие, чтобы оторваться друг от друга. Первым отстранился Вилар. Он посмотрел Мие в глаза, потом наклонился и прошептал на ухо:

– Спокойной ночи, Мия.

Мурашки пробежали по телу девушки. Ей не нужна была эта спокойная ночь, если она не заснет на плече Вилара. Но Хранитель развернулся и быстро пошел прочь. Девушка смотрела вслед уходящему Верховному Хранителю и думала о том, что она впервые в жизни хочет замуж.

Той ночью Мия долго не могла заснуть. Она аккуратно укладывала события минувших месяцев в сценарий, который рассказал Хранитель, собирая, как мозаику, общую картину их отношений. Девушка заснула ближе к утру, но, несмотря на это, встала полная сил, словно проспала всю ночь глубоким сном.

Утром Мия быстро собралась и поспешила на работу. Мысль о том, что там Вилар, делала ее счастливой. Мие очень хотелось его увидеть, просто побыть рядом, посмотреть в глаза, почувствовать тонкую связь, которую оба прятали под маской безразличия. Однако стоило ей увидеть в переговорной Верховного Хранителя, она непроизвольно улыбнулась такой сияющей улыбкой, увидев которую никто бы не ошибся в оценке их отношений. Но Мие было все равно, первая влюбленность делает людей неосмотрительными.

Вилар тоже с нетерпением ждал встречи. Увидев Мию в дверях, он был поражен. Девушка сияла и улыбалась такой невероятной улыбкой, что невозможно было устоять перед этой юной красавицей. Вилар проклял стеклянные стены лаборатории и бесконечные камеры и микрофоны вокруг. Он с улыбкой поздоровался и подмигнул девушке. И этого было достаточно, чтобы оба почувствовали себя счастливее.

Звук вызова по коннектору вернул обоих в реальность и работа закипела. Вилар углубился в бесконечный поток переговоров, а Мия начала обход пациентов.

Ближе к обеду пришел Ким. Он стоял в коридоре и сквозь прозрачную стену наблюдал за Мией. Та, не замечая брата, крутилась возле аппаратуры, не в силах сосредоточиться на работе. Она то и дело проваливалась в воспоминания вчерашнего вечера и на ее лице появлялась мечтательная улыбка. Глядя на нее, все становилось понятно. Так может выглядеть только влюбленная девушка. Кима обожгло злостью. Весь предыдущий вечер и ночь он, словно зверь в клетке, метался по своей комнате, не находя сна и покоя. Его сжигала ревность и ненависть к Вилару. Он клял себя за бесконечную глупость. Теперь поведение начальника казалось ему настолько очевидным, что было странно, почему Ким не догадался обо всем раньше. А сейчас поздно. Вилар сделал первый шаг раньше Кима. Но одно Ким решил твердо, он не сдастся и пойдет на что угодно, чтобы вернуть Мию.

Он стоял и думал, как же быть дальше. Совершенно очевидно, что при данных обстоятельствах его пламенные признания вызовут только жалость. Мия влюблена и счастлива. Это самый неподходящий момент для вмешательства. Теперь он до смерти боялся оттолкнуть от себя девушку. Если повести себя неосмотрительно и выдать свои чувства, есть риск проиграть окончательно. Тактичная Мия не станет играть его чувствами и просто прервет общение с ним на какой то срок. А это значит, что Вилар получит ее целиком.

В итоге брат пришел к мысли, что в данных обстоятельствах лучше успокоиться и подождать. Нужен удобный момент, какое-то удачное стечение обстоятельств. Торопиться некуда, все равно этот раунд он уже проиграл.

Для всех участников драмы день прошел незаметно. Не получив приглашения от Вилара, в шесть часов Мия заторопилась к лифту. На площадке ее ожидали друзья. Мия подбежала к брату и взяла его под руку.

– Ты хотел со мной поговорить? Я в полном твоем распоряжении, – сказала она, улыбаясь.

Лан оценивающе посмотрел на девушку и вздохнул. Она выглядела настолько счастливой, что не оставалось сомнений, вчерашний вечер удался. Молодой человек грустно взглянул на Кима, и впервые в жизни ему не захотелось шутить. Он понимал, что дела обстоят настолько грустно, что лучше промолчать.

– Нет, все нормально. Все уладилось само собой. Пойдешь с нами на тренировку? – спокойно ответил брат.

– Да, конечно, с удовольствием, – ответила девушка.

Мия посмотрела на грустного Лана, повнимательнее пригляделась к расстроенному брату и добавила.

– Если вы, конечно, не против.

В этот момент вид у нее был такой, словно она ребенок, которого только что наказали, а он не понимает за что, но все равно чувствует себя очень виноватым. Это было настолько трогательно, что Лану стало ее жаль.

– Ким точно против, поэтому сегодня ты пойдешь со мной, красотка, – сказал молодой человек и преувеличенно галантно предложил девушке свою руку.

– Извини, Мия, но Лан не сможет дойти до зала с разбитым носом, – пошутил Ким.

Атмосфера немного разрядилась и все трое, продолжая шутить, отправились в тренировочный корпус.

Глава двадцать четвертая

Спустя два дня из лабораторно-медицинского блока выписался последний пациент. С эпидемией было покончено, в Ормане сняли чрезвычайное положение. По этому случаю было решено провести пресс-конференцию.

Мирол связался с Мией по коннектору:

– Мия, я бы очень хотел, чтобы вы приняли в ней участие.

– Если это необходимо, я согласна, но оратор из меня никудышний. Можно просто постоять в сторонке? – робко ответила девушка.

– Не скромничайте, я видел вас в переговорном боксе. Вы отлично общались с медперсоналом других башен. У вас все получится,– настаивал глава Мирового Совета.

– Тогда все было иначе. Когда дело касается обсуждения диагнозов, во мне что-то переключается. В обычной жизни я не такая, – серьезно ответила Мия.

– А вы представьте, что речь идет о болезни. Мия, вы спасли весь мир от эпидемии. Сейчас вы одна из самых знаменитых женщин мира. Если пресса не заполучит интервью с вами, меня съедят живьем. Я слишком долго вас прятал, – взмолился мужчина.

– Но, что мне говорить?

– Они будут спрашивать, а вы отвечать. Просто будьте собой. Что бы вы ни сказали, публика вас уже любит, – успокаивал Мирол.

– Хорошо, – грустно вздохнула Мия.

Вся эта суета была ей не по душе. Мия не понимала всей этой шумихи вокруг ее персоны.

– Это очень странная склонность, превозносить незнакомых тебе людей, – сказала она как-то Вилару.

– Людям скучно. Хочется красивых сказок, – кратко объяснил Хранитель.

– Но я же не сказочная героиня. Я, возможно, хуже многих из них. Зачем кому-то мной интересоваться? Если им так скучно, пусть найдут себе полезное занятие. Я в свое время открыла для себя собирательство. Страшно подумать, что было бы, если бы вместо книг мне пришло в голову увлечься жизнью, например, Держателя. Или стать поклонницей Многоуважаемого Рона, – посмеялась Мия.

– Чтобы увлечься собирательством, нужно трудиться. Походы в лес и чтение книг отнимают массу сил. А чтобы интересоваться чьей-то жизнью, достаточно нажать одну кнопку. Мне сложно тебе все объяснить. Ты не знаешь людей травоядного общества. Они другие. Они так долго боролись за комфорт и удобство, что стали их рабами. Многие из них не представляют себе, как можно бегать по лесу в поисках какой-то травы, – сказал Вилар.

Мие снова стало не по себе от описания странных людей из травоядной расы. Мнение об этом обществе с каждым днем становилось все хуже. Словно прочитав ее мысли, Вилар добавил:

– Не стоит судить их строго. Просто уклад их жизни наносит свой отпечаток на характер каждого. В целом они очень добрые приветливые люди.

Девушка с сомнением посмотрела на него и улыбнулась. Она прекрасно понимала, насколько незрелыми и наивными в его глазах были ее соображения. Мия была благодарна Вилару за бесконечный такт и сочувствие. Она перестала стыдиться выглядеть глупой, доверилась ему и раскрылась. Они проводили много времени в разговорах, и, к великому удивлению Мии, он слушал ее с таким же неподдельным интересом, как она его.

В день интервью Мию вызвали на главную базу. После победы над эпидемией награду за ее голову сняли, и девушка была в безопасности. Теперь от ее смерти никому проку не было, поэтому ее быстро и беспрепятственно переправили планолетом в публичный корпус Главной башни. Несмотря на то, что ее сопровождал Вилар, времени для общения у них было немного. За тридцать минут пути они лишь на десять минут остались одни. Мия сидела в пассажирском боксе, Хранитель тайком зашел к ней.

– Я боюсь, – призналась Мия.

– Тебе нечего бояться. Награду за твою жизнь сняли, ты в полной безопасности, – успокаивал Вилар.

– Нет, я боюсь интервью, – смущенно пояснила девушка.

– После всего пережитого ты боишься простого интервью?! – засмеялся мужчина.

– Не смейся! Мое выступление увидит весь мир. А вдруг я скажу какую-нибудь глупость. Ведь когда волнуешься, именно так и бывает, – сказала Мия и покраснела.

– Мия, ты себя недооцениваешь. К тому же Мирол не преувеличивал, когда говорил, что тебя обожают. Что бы ты ни сказала, это будет восприниматься положительно. Даже если ты начнешь ругаться, завтра это войдет в моду, – улыбнулся мужчина.

– Ты преувеличиваешь, – отмахнулась девушка.

– А ты преуменьшаешь, – ответил Хранитель.

К моменту приземления планолета на площадке собралась целая толпа. Вспышки фотокамер ослепили Мию, ее сразу окружили какие-то люди и повели в косметический бокс. Вилар остался на площади. Он непрерывно жал руки и улыбался. Вся эта суета, словно ведро холодной воды, вылитое на голову, обескуражила Мию. Ее усадили в кресло перед большим зеркалом. В помещении было пять человек, все они что-то доставали из сумок. Одна из девушек смешивала какие-то составы. Еще несколько распаковывали странное оборудование и приспособления. Был среди них и молодой мужчина, который единственный стоял в стороне и делал замечания остальным. Мия сидела ко всем спиной и в зеркало наблюдала за происходящим.

– Какой макияж вы предпочитаете? Натуральный или по сочнее? – манерно спросил у Мии мужчина.

– Какой, что?! – робко спросила девушка.

Все присутствующие застыли в изумлении. Наступила тишина. Мия испуганно повернулась к присутствующим.

– Я сказала что-то не то? – прямо спросила она.

– Ээммм… – замялся мужчина. – Кстати, меня зовут Лакси, – и он грациозно поклонился Мие.

– Очень приятно.

Остальные начали перешептываться.

– Вас смутило слово «макияж»? – вежливо поинтересовался мужчина.

– Да, я никогда прежде этого слова не слышала, – честно призналась Мия.

– Как бы это объяснить… – задумчиво произнес мужчина. – Это когда на лицо девушки, наносят специальные вещества.

– Зачем?

– Чтобы сделать красивой, – растеряно ответил молодой человек.

– Все так безнадежно? – испуганно спросила Мия.

– Нет, я… простите… я не это имел в виду, – сбивчиво оправдывался мужчина.

– У вас – что, девушки не пользуются специальными красками для лица? – с ужасом в голосе спросила одна из девушек.

– Красками для лица! – просияла Мия, словно что-то вспомнив. – В школе нам рассказывали про такие вещи. Но такими составами у нас пользуются только богатые пожилые женщины, чтобы скрыть возраст, но мне всегда это казалось нелепым. Юным девушкам неприлично привлекать к себе излишнее внимание. А замужним вообще ни к чему, они же уже замужем. К тому же, у нас эти краски стоят дорого и обычным женщинам не по карману.

– То есть вы хотите сказать, что в хищном обществе девушки не красятся? – вмешалась еще одна женщина.

– Нет, а почему вас это шокирует? – ответила Мия.

– У нас красятся почти все, даже некоторые мужчины, – ответила девушка.

– Мужчины?! – изумленно переспросила Мия.

Мия с недоверием уставилась на присутствующих. И не знала чему больше удивляться, тому, что услышала, или тому, насколько удивились собравшиеся. Взяв себя в руки, девушка спросила.

– А можно обойтись без этого?

– Нет! – хором ответили присутствующие.

– Я сделаю максимально натуральный макияж, еле заметно подчеркнув выгодные особенности вашего лица; глаза, губы, здоровый румянец на щеках, – добавил мужчина.

После этих слов все снова засуетились. Но девушка заметила, что окружающие поглядывали на нее, как на диковинную зверюшку.

Через двадцать минут, накрашенная и аккуратно причесанная, Мия была готова к съемке. Девушку проводили в большой зал и усадили за стол, стоящий на небольшом возвышении. Увидев сидящего рядом Вилара, Мия немного успокоилась и начала осматриваться. Зал был достаточно большой. Почти всю его площадь занимали кресла. Вдоль противоположной от входа стены шла небольшая возвышенность, на которой размещался длинный стол. На столе стояли маленькие приспособления, напоминавшие микрофоны в переговорном боксе лаборатории. Зал был плотно набит людьми, не осталось ни одного свободного места. Мие стало не по себе, от волнения закружилась голова, стало душно, в ушах зазвенело.

– Ты прекрасно выглядишь, – тихо шепнул Вилар.

Мия повернулась к Хранителю и сдавленно улыбнулась.

– Не волнуйся, уверен, ты все сделаешь правильно, – успокаивал Вилар.

– Добрый день! – послышался голос Мирола.

Глава Мирового Совета подошел и сел справа от девушки. Мия улыбнулась и кивнула.

– Как ощущения? – участливо поинтересовался мужчина.

– Не очень, – честно призналась Мия.

– Не переживайте. Вы первая представительница слабого пола хищной расы, которую видит мир. Они сами не знают, чего от вас ждать. Можете говорить и делать все, что вам вздумается. Хоть на столе станцуйте, вам все простят, – засмеялся Мирол.

Прошло несколько минут. К сидящим за столом присоединились еще несколько мужчин. Некоторых из них Мия знала – это были руководители отдела КВК и новый заместитель Вилара. Но были среди них и незнакомцы.

В помещении раздался звуковой сигнал. Шум голосов стих, в зале наступила абсолютная тишина. Мирол встал и с располагающей улыбкой поприветствовал присутствующих и весь мир. Заседание началось. Люди из зала начали задавать вопросы. Мия сидела тихо, стараясь привлекать, как можно меньше внимания. Суть разговора была ей понятна, присутствующие обсуждали текущие проблемы в Ормане, задавали вопросы по общему состоянию здоровья первого состава Хранителей. Спрашивали о мерах реабилитации и восстановления переболевших. Интересовались мерами профилактики повторных заражений. Когда речь заходила о медицинских тонкостях, Вилар любезно перехватывал инициативу, стараясь прикрыть Мию, за что она была бесконечно ему благодарна. Девушка старательно скрывала бившую ее дрожь. Ее бросало то в жар, то в холод и единственным желанием было провалиться сквозь землю. Она не понимала, по какому дурацкому стечению обстоятельств, ее угораздило сидеть среди всех этих умнейших мужчин, а самое главное, как отсюда уйти, не опозорившись. Одна из женщин в зале подняла руку. Мирол кивнул. Журналистка встала и спросила:

– Мия, это правда, что ваша мать умерла от этой же болезни?

Девушка похолодела. Такого поворота событий она не ожидала. До этого момента речь шла о глобальных проблемах и не затрагивала личную жизнь присутствующих.

– Как это относится к делу, позвольте узнать? – жестко поинтересовался Вилар.

– Простите. Возможно, я не достаточно тактично сформулировала вопрос, но это относится к тому, что данный вирус пришел к нам из хищных земель. А значит, может оттуда же и вернуться, – настойчиво проговорила женщина.

Вилар хотел что-то сказать, но Мия поняла, если он сейчас продолжит ее защищать, весь мир заподозрит неладное, а Мие не хотелось доставлять близкому человеку подобные неудобства. Девушка опередила Верховного Хранителя и ответила:

– Да, пятнадцать лет назад от этой болезни умерла моя мать. Дело в том, что она была очень любящей женщиной. Любящей жизнь, людей, своего мужа и ребенка. Мой отец в составе элитного отряда Держателя сражался с вражескими войсками на границе родного Себара. Мать со своей сестрой следовала за ним. Не желая оставаться безучастной к боли родных людей, женщины организовали полевой госпиталь, в котором лечили раненых. Но вскоре они встретили нового врага, ему дали название Сухой мор. От этого врага в итоге полегло огромное количество людей с нашей стороны и стороны противника. По приказу Держателя вокруг очага эпидемии было выставлено оцепление. Моя мама и ее сестра до последнего боролись с болезнью. Тогда болезнь удалось победить, лишь полностью истребив ее носителей, – грустно закончила Мия.

На секунду воцарилась тишина. Резкий переход от обсуждения глобальных проблем к личной трагедии, обескуражил людей. Откровенность Мии тронула присутствующих. Тишину нарушил еще один журналист.

– Говорят, в вашем родном городе не так давно была повторная эпидемия? – обратился он к Мие.

– Да. Как и пятнадцать лет назад эпидемия пришла с гор и распространилась от Предгорья до Предлесья, – ответила Мия.

– И что на этот раз предприняли власти? – спросил мужчина.

– То же самое. Оцепили территорию.

– С целью дождаться полного вымирания заразившихся, как я понимаю? – отозвался журналист.

– Да, – кратко ответила Мия.

В зале поднялся шум. Видно было, что люди негодуют. До Мии доносились нелестные характеристики, из которых слова «варварство» и «первобытная жестокость» были не самыми грубыми. Неожиданно Мия почувствовала желание оправдать Держателя. То, что эти люди осуждают внутреннюю политику ее родного государства, задело девушку. Шум в зале продолжал нарастать. Видно было, что заседание начинает выходить за рамки обсуждения эпидемии в Ормане. Закрытое для остального мира хищное общество, всегда было лакомым куском для мировой прессы. Информация, полученная от Мии, была для них неожиданным подарком. Внезапно Мия прочувствовала всю ответственность ее заявлений. Ситуацию было необходимо исправить. В ней закипел, доселе глубоко спавший, патриотизм. Девушка встала.

– Как вас зовут? – обратилась Мия к мужчине, задавшему последний вопрос.

Тон ее был настолько жестким, словно не она, а Вилар разговаривала сейчас с залом. От неожиданности все стихли.

– Кварт, – растеряно ответил мужчина.

– У вас есть дети, Кварт? – все тем же тоном спросила девушка.

– Да, двое, – в абсолютной тишине ответил журналист.

– Прекрасно, тогда вы меня поймете. Представьте, что у вас пятеро детей. Один из них заболевает смертельным вирусом. Первая реакция любого любящего родителя – найти лекарство. Но! Вирус убивает за пять дней! С наскока лекарство найти не удается, но вы не оставляете попыток. Кроме того, не будем забывать, что вирус невероятно заразен. Поэтому одним из первых ваших действий будет изоляция зараженного ребенка. А теперь, скажите мне, Кварт, после изоляции больного ребенка от здоровых, вы стали бы меньше его любить?

Мужчина завороженно слушал девушку и молчал.

– Думаю, нет! – ответила Мия за Кварта. – А когда через пять дней, исчерпав все ресурсы, вы не нашли лекарство и потеряли свое дитя, будете ли оплакивать его? Какие уроки вынесете из этой трагедии? А теперь представьте, что спустя годы, эта беда посетит вас снова. Следующий ребенок заболеет этой заразой. Каковы будут ваши действия, Кварт?

В зале была тишина. Мужчина ничего не ответил.

– Я хочу предостеречь вас от скорых необдуманных выводов. Поверьте, попав в оцепление, я тоже была не в восторге от решения Держателя. Но давайте посмотрим правде в глаза. Что бы вы делали в такой ситуации? И чем ситуация с закрытием Ормана отличается от ситуации изоляции Предлесья? Не будем забывать, даже ваши технологии не смогли обуздать болезнь. Что уж говорить о моей родине. Поэтому я призываю всех собравшихся еще раз вспомнить о том, какую большую победу удалось одержать, и какому радостному событию посвящена это пресс-конференция. Ваши родные и близкие живы и они в безопасности. Вот самый главный предмет обсуждения и радости.

Мия еще немного постояла. Затем молча села. Больше вопросов у присутствующих не осталось. Спустя несколько минут журналисты вернулись к обсуждению тем, входящих в рамки заседания. Больше к Мие обратиться не решился ни один журналист. Заседание продлилось около часа. Когда прозвучал звуковой сигнал к окончанию конференции, журналисты начали расходиться. Мужчины на трибуне тоже засобирались. Мия сидела в растерянности и не знала, что ей делать. Вилар подошел к девушке.

– Ты была великолепна, – шепнул он.

Мия почувствовала, как горят ее щеки.

– Пойдем, в соседнем зале нас ждет Мирол. Нужно обсудить еще несколько вопросов без прессы, и можно лететь домой.

Девушка молча кивнула и последовала за Хранителем.

Соседний зал оказался гораздо меньше предыдущего. Он представлял собой небольшую комнату с экранами на стенах. В центре комнаты стоял круглый стол, окруженный креслами. Когда Вилар и Мия вошли, Мирол уже ждал их.

– «Ваши родные и близкие живы и они в безопасности», – с улыбкой процитировал он, подходя к Мие. – Блестяще! Даже я не сказал бы лучше. Уверен, журналисты сделают из этого высказывания ваш слоган.

– Мой – что? – спросила девушка.

– Неважно. Не берите в голову, – с улыбкой отмахнулся мужчина. – Присаживайтесь, нам нужно кое-что обсудить.

Мирол отодвинул одно из кресел и учтивым жестом пригласил Мию сесть. Девушка не переставала поражаться этому странному человеку. Всегда вежлив, бодр, общителен. Он обращался со всеми на равных и почти всегда пребывал в таком настроении, словно сегодня счастливейший день в его жизни. Какие разные маски были у него с Виларом. Но и тот, и другой были отличными руководителями. Вилара люди боялись и потому слушались. Мирола любили и старались угодить, как лучшему другу. Вот и она попала под обаяние главы Мирового Совета, пребывая в полной готовности сделать все, что он попросит.

– Теперь, когда с эпидемией покончено, какие у вас планы? – загадочно спросил мужчина.

– Не знаю. Думала вернуться домой, – честно призналась Мия.

– То есть, если я правильно понимаю, особенно важных дел у вас нет? – продолжал расспрашивать Мирол.

Мия утвердительно кивнула.

– Вы же понимаете, что я не просто так интересуюсь. Дело в том, что для вас есть работа. Вернее, не совсем для вас, но мне бы хотелось, чтобы вы приняли в ней участие, – с улыбкой объяснил мужчина.

– Слушаю, – ответила девушка.

– Вам известно, что нашим ученым так и не удалось синтезировать лекарство от дегидратации?

– Да, конечно, – кивнула Мия.

– Так вот, мы не оставляем этих попыток. Необходимо подготовиться на случай повторных вспышек заболевания.

– Но я не специалист в науках, – возразила Мия.

– Да, но так уж вышло, что вы специалист по тотальной дегидратации. Поэтому я хочу просить вас подготовить полный отчет по всем вариантам течения болезни и методам их лечения. Это будет объемный обучающий курс с видео, аудио, и текстовыми материалами. Все материалы, а так же группу помощников мы вам предоставим. Параллельно с подготовкой курса вы могли бы помочь нашим ученым, работающим над получением лекарства. Они уже сейчас нуждаются в ваших консультациях, но я не решался отрывать вас от работы. По моим смелым подсчетам, на все у вас уйдет около двух месяцев. Поэтому, если вы располагаете таким временем, очень прошу вас нам посодействовать.

– Конечно, сделаю все, что от меня зависит,– решительно ответила Мия.

– Тогда договорились. Работы по синтезированию для вашего удобства перенесем на Северную базу. Список сотрудников, входящих в команду подготовки курса, вам составят. Если есть личные пожелания, учтем. Отдохните несколько дней, а в начале следующей недели начнем работу, – мягко, но решительно заключил Мирол и встал. – Теперь прошу меня извинить – очень много дел. Удачно долететь.

Переговоры были закончены, и Мия с Виларом покинули главную башню. Во время полета они обсуждали пресс-конференцию.

– Я чуть не наломала дров, рассказав про оцепление Предлесья, – сокрушалась Мия.

– Не твоя вина, что хищное общество, небезосновательно воспринимается как кучка слаборазвитых вооруженных варваров, погрязших в постоянных междоусобных войнах, грозящих перейти за пределы стены, – мягко проговорил Вилар.

– Не успокаивай меня. Если то, что ты говоришь, правда, мне следует быть осторожней в высказываниях, – серьезно ответила девушка.

– Авторитет твоей расы – забота Держателей, а не твоя, – успокаивал мужчина.

– Я первая женщина хищной расы, которую видит остальной мир. Мне стоит быть осмотрительней, – настаивала Мия.

Вилар улыбнулся, обнял девушку и Мия успокоилась.

Глава двадцать пятая

По прибытии на базу, Вилар погрузился в дела.

Никаких мероприятий на вечер запланировано не было, поэтому Мия направилась домой. Но по дороге ее перехватил Лан.

– Мои поздравления! – восторженно сказал молодой человек.

– С чем? – удивилась Мия.

– Не скромничай, мы видели новости. Ты по всем каналам!

– Да ладно тебе, чуть не опозорила весь наш род. Радоваться нечему, – отмахнулась Мия.

– Радоваться нечему?! Да Держатель должен медаль тебе выдать! Я чуть не прослезился, когда ты начала проводить параллель про детей! – возмутился друг.

– Когда удалось погасить эпидемию в Предлесье, в качестве благодарности к нам пришли с обыском и отобрали все мои драгоценные сборы, оставив беззащитными перед новой вспышкой болезни. Так что не стоит ждать от Держателя особых нежностей, – возмущенно ответила девушка.

Лан полными удивления глазами уставился на Мию.

– Вот уроды!

– Не бери в голову. А где Ким? – спросила Мия.

– Раздает автографы, я полагаю, он ведь брат суперзвезды!

– Ну, хватит, Лан!

– Ладно, Ким в зале. Пойдешь? – сдался Хранитель.

– С удовольствием, – бодро ответила девушка.

И друзья отправились в тренировочный корпус.

Ким был на ринге. Впервые за долгое время он спарринговался не с Ланом. Когда Мия вошла в зал, все внимание мгновенно переключилось на нее. Девушка вздохнула и спряталась за спину Лана. Видя ее смущение, мужчины тактично отвернулись и занялись своими делами. Мия незаметно прошмыгнула на трибуну и пожалела, что не пошла прямиком домой. Тем временем Ким отправил противника в нокаут. Он перескочил через ограждение ринга и поспешил к сестре.

– Не думал, что ты так быстро вернешься, – сказал Ким.

– Чудо техники под названием «планолет» мчал меня со скоростью ветра, – улыбнулась сестра.

– Мы с отцом видели трансляцию, – сказал брат.

– С отцом? – удивилась девушка.

– Да, он смотрел на экран через коннектор, – объяснил Ким.

– Ну и как? – без энтузиазма спросила Мия.

– Мы очень тобой гордимся, – похвалил брат.

– Как говорит Хог: «языком молоть, не дрова колоть», – отмахнулась девушка.

– Не скромничай, Мия – вмешался Лан.

– Да перестаньте! Куча людей участвовала в этой истории, а превозносят только меня. Это незаслуженно и несправедливо! – возмутилась Мия.

– Мия, если бы не ты, то я и многие другие были бы уже мертвы. Без тебя, возможно, радикалов удалось бы победить, но вот эпидемию – вряд ли, – настаивал Ким.

– Ты преувеличиваешь мои заслуги. Уверена, рано или поздно лекарство удалось бы синтезировать. Получилось у радикалов – смогли бы и вы. Сколько людей трудилось в лабораториях других башен! Сколько Хранителей рисковало своими жизнями при захвате военных баз противника! Мне не нужны эти лавры. Их заслужили все!

– Мия, у любой победы, должно быть лицо, – горячо заявил брат.

– Пусть возьмут того, благодаря кому эта победа была одержана. Я-то тут при чем? – отпиралась Мия.

– Кого, например? – заинтересовался Лан.

– Вилара, например! Он рассекретил все базы радикалов. Он организовал поиск растения. Только благодаря ему я осталась жива. Вот уж без кого этой победы не было, так это без него! – горячо ответила Мия.

Услышав ненавистное имя, Ким сжал кулаки. Лан хотел что-то возразить, но, уловив резкую перемену в настроении друга, тему развивать не стал. Опасаясь выдать свое раздражение, Ким ничего не ответив, пошел в раздевалку.

Оставшееся время Мия провела на трибуне боевого эмулятора, наблюдая, как Лан и Ким в паре пытаются одолеть шестерых вооруженных бандитов.

Эти зрелища перестали пугать девушку. Наоборот, Мия убеждалась, что брат умеет за себя постоять.

Когда Ким, Лан и Мия вернулись домой, по коннектору с ней связался отец. Он, в свойственной ему немногословной форме, похвалил дочь, затем погрузился в долгие дебаты на политические темы родного Себара с Кимом и Ланом. Мия тем временем приготовила ужин и усадила гостей за стол.

– Невероятно вкусно! – похвалил Лан, доедая мясо.

– Спасибо. Я старалась, – поблагодарила Мия.

– Ты слышал, человек – острые рога, она для меня старалась, – начал задирать Кима Лан.

– Лан, я старалась не только для тебя, уж извини. Просто в последние дни Ким какой-то грустный, – говорила Мия, неторопливо собирая тарелки со стола. – Я, конечно, не спрашиваю… Но, если он сочтет нужным, то расскажет сам.

Девушка с подносом грязных тарелок направилась к мойке.

– Моя любимая бабушка научила меня одной женской хитрости, – продолжала говорить она, украдкой поглядывая на брата.

– Я весь внимание. Надеюсь это что-то неприличное? – отозвался Лан.

– Если мужчина не в духе, его надо вкусно накормить и дать выспаться. А если это не помогло с первого раза, делать так неделю, – с улыбкой объяснила Мия и снова искоса взглянула на брата.

– А если и это не поможет? – шутливо спросил Лан.

– Вот! Я тоже задала ей этот вопрос. И она ответила следующее, если это не помогло, то, скорее всего, источник его негодования – ты, а это значит – надо на время расстаться, – сказала девушка.

Ким, который до этого молча ел, не желая участвовать в дискуссии, поднял на Мию удивленные глаза.

– Это намек?!

– Скорее, попытка разговорить тебя! – мягко ответила сестра.– Что с тобой происходит?! Я не понимаю, почему в последнее время ты сам не свой? Чувствую, что дело во мне, но чем могла так обидеть – не пойму?!

Видя, какой поворот принимает беседа, Лан затих и напрягся. Повисла долгая пауза.

– Вкусно я поел, теперь надо выспаться, – сказал Ким, выдавил из себя улыбку и вышел из комнаты.

Расстроенная Мия принялась за уборку.

Лан тоже заторопился вслед за другом. Он едва догнал Кима и схватил его за плечо перед входом в лифт.

– Послушай, Ким!

– Отвали, Лан, нет у меня настроения для острот, – отмахнулся друг.

– Как раз об этом я и хочу поговорить. Дело, конечно, твое, но я не слепой и вижу, в чем дело. Не знаю, что у нее за ухажер, но ты ведешь себя неправильно, – начал Лан.

– А ты у нас большой специалист по этой части? – огрызнулся друг.

– Нет, но со стороны виднее. Просто сам прикинь, этот пижон из себя перед ней совершенство корчит, она домой приходит, а там ты с оленьей мордой. С тобой же рядом находиться невозможно! Ты же сам этому выскочке подыгрываешь! Если она тебе действительно нужна, подбери сопли и борись. А то в боевом эмуляторе дубиной махать все горазды, а вот как до женщин дело доходит, у нас только Рок не пасует!

– Да я сам все понимаю. Но одно дело – с другими воевать, а другое – с собой. Ты не представляешь, как я ее люблю, – вдруг откровенно признался Ким.

– Ну, тогда плохо твое дело, винторогий. Она, на таком живописном контрасте, его выберет, а не твою кислую физиономию.

– Ладно, кончай, Лан, и без тебя тошно, – отмахнулся Ким и свернул к своему боксу.

Лан грустно вздохнул и пошел своей дорогой.

Глава двадцать шестая

После первого свидания, Вилар часто приглашал Мию на прогулки. Там девушка впервые услышала орган, побывала в опере и поплавала с дельфинами. Мия с замиранием сердца ждала каждого свидания. В эти дни она вся светилась. Вилар старался каждый раз показать ей что-нибудь интересное. Ему бесконечно льстила ее искренняя благодарность за любое яркое впечатление. Это были счастливые дни.

Время летело незаметно. Мия все реже посещала тренировки брата. В такие вечера Ким ходил мрачный и раздраженный.

Наступили солнечные весенние дни. Снег растаял, люди потянулись на улицу. Хранителям разрешалось гулять по Орману в свободное от работы время. Кроме того, на территории леса в теплое время года открывались уличные тренировочные площадки. Из-за высоких ограждений такие сооружения называли «коробками».

В один из выходных дней Ким привел Мию на одну из таких площадок. Мия устроилась на самой высокой скамейке и подставила лицо солнечным лучам.

– Загар способствует преждевременному старению кожи, – прозвучал рядом знакомый голос.

– Носи с собой зонтик, Рок. Морщины могут испортить твою потрясающую внешность, – с улыбкой ответила Мия.

– Ты такого высокого мнения о моей внешности?! В таком случае, надеюсь, что я всех обогнал в борьбе за твое внимание? – спросил молодой человек и присел рядом.

– Ты говоришь так, будто участвуешь в каких-то состязаниях. А на самом деле ничего подобного не происходит, – ответила девушка.

– Конечно, к чему состязания, можно просто взять за рога лучшего быка и дело с концом, – тихо сказал молодой человек и подмигнул.

– Посмотри на меня, разве такая слабая девушка способна одолеть быка? – отшучивалась девушка.

– Еще как может, только имей в виду, у твоего бычка дурная слава, – предостерег Рок.

– Еще более дурная, чем у тебя? Такое бывает? – улыбнулась Мия.

– Ты меня обижаешь, красавица. Только дай мне шанс, и я посвящу всю свою жизнь тебе одной, – значительно произнес молодой человек.

– Спасибо за советы и заботу, но я не планирую переквалифицироваться в тореадоры, – перевела тему Мия.

– Не надо отпираться, здесь даже у стен есть уши. Такие связи невозможно скрыть. Но я не об этом. Просто, имей в виду, этот красавчик бычком только прикидывается, а на самом деле это он – тореадор. И управляется с дамами мастерски. А когда проходит азарт, бросает.

– Стало быть, вы с ним коллеги? – пытаясь скрыть тревогу, улыбнулась девушка.

– Куда там, он птица более высокого полета. У него в арсенале статус, деньги и связи. А у меня только божественная внешность и сверхъестественное обаяние.

– И невероятная скромность, – засмеялась Мия.

– Что есть, то есть, – весело ответил Рок.

– Ну, а кроме шуток, будь осторожна. У нас, мужчин, так всегда. Сначала, влюблены до беспамятства, а потом – имя вспомнить не можем. Но мы не лжецы – сами верим в то, что говорим. Каждый раз думаем, что предыдущие связи были ошибкой, а вот новая – совсем другое дело, – извиняющимся тоном предупредил Рок.

– Ты опять к моей сестре свою полосатую холку пристраиваешь? – крикнул Ким с ринга.

– Ни в коем случае! Мне не по зубам такая сногсшибательная девушка. Подошел из вежливости, поздороваться, – ответил Рок, вставая со скамьи.

Молодой человек подмигнул и удалился. А Мия осталась сидеть, переживая по поводу услышанного. Девушка пыталась делать вид, что с азартом наблюдает за спаррингом, но, на самом деле, была очень расстроена. Она впервые задумалась о жизни Вилара до их знакомства. Мие никогда раньше не приходила в голову мысль о том, были ли у него женщины раньше, и как складывались его отношения с ними. После слов Рока у нее появились сомнения. Все дело в том, что в глубине души Мия так и не смогла поверить, что ее заурядная личность могла заинтересовать такого умного и красивого мужчину. В ней подспудно всегда жило подозрение, что его чувства поверхностны и быстро пройдут. А мысли о том, что он вот так же обнимал и целовал других женщин, вызывали в Мие отвращение. Не ревность, а именно отвращение. В ней бунтовала не гордость, а чистоплотность. Ведь на ее родине мужчины вступали в брак один раз, и, как правило, на всю жизнь. Любовные романы, отношение к которым за стеной было таким легким, в хищном обществе считались бесчестием и бесстыдством. Если становилось известно, что молодые люди вступили во внебрачную связь, их тут же женили во избежание позора. Конечно, отношение к мужским похождениям было более снисходительным, но это, все равно, был позор, бросающий тень на всю семью. Такой уклад жизни был для Мии нормой, поэтому ей и не приходило в голову, что Вилар живет по-другому. Девушку разрывали противоречия. С одной стороны, хотелось узнать правду из первых уст, с другой – остаться в блаженном неведении. Да и тема была настолько щепетильна, что спрашивать Вилара об этом казалось бестактностью.

Глава двадцать седьмая

Работа над обучающим курсом подходила к концу. Оставалось несколько дней до назначенного Миролом срока.

– Ты в курсе, что руководство устраивает торжественный вечер по поводу окончания эпидемии? – спросил как-то Лан.

– Нет, а где? – заинтересовалась Мия.

– На каждой базе в отдельности через две недели. Будут награждать отличившихся. Разрешено привести своих девушек и жен – небывалый случай, так как обычно посторонних пускают только в публичный корпус,– объяснил молодой человек.

– Я слышал, сначала там и хотели все устроить. Но все участники событий туда не влезут. И с транспортировкой будут проблемы. Поэтому решили устроить на каждой базе свой вечер. Но сценарий для всех один: куча еды, красивая музыка, премии и награды, – добавил Ким.

– Ты пойдешь? – спросил девушку брат.

– Конечно, ни за что не пропущу! Должна же я посмотреть на девушку неотразимого Рока и жену «болтливого» Нота. Да и как знать, может удастся подглядеть с кем придет Лан, – засмеялась Мия.

– Кроме насекомых со своей пятнистой шкуры, ему привести некого, – рассмеялся Ким.

– Очень смешно. Надеюсь, тебя с твоими рогами посадят за отдельный стол, чтобы сцену не загораживал, – огрызнулся друг.

– Мия, ты пойдешь со мной? – вдруг спросил посерьезневший Ким.

– Конечно, – удивленно ответила девушка.

Мия с Виларом на людях тщательно скрывали свои отношения, поэтому приглашения от Верховного Хранителя она не ждала. Но Мию это не расстраивало, девушка была уверена, что в компании друзей вечер пройдет более весело, чем среди чопорных представителей мировой элиты.

Вечером того же дня Вилар снова пригласил Мию в ресторан. Верховный Хранитель был очень пунктуален, поэтому ровно в шесть пара выехала с территории базы. На этот раз Вилар привез Мию в удивительно красивое место. Это было невысокое здание с большим количеством открытых веранд, в одной из которых их и разместили. Веранда имела форму полукруга и была очень уютной. По периметру размещался удобный диван, перед которым стоял невысокий столик. На столе искрились серебряные приборы и горели невысокие свечи. Но не веранда делала это место уникальным, а вид, который с нее открывался. Ресторан находился на возвышенности. Местность была холмистой и уединенной. Девственный природный пейзаж не портило ни одно здание. Неподалеку виднелось озеро, берега которого живописно поросли шарообразными кустами ивы, на ветвях уже начала появляться первая нежная листва. Снег с холмов давно сошел, и они были покрыты светло-зеленым ковром. В воздухе волнующе пахло весной. Каким-то непостижимым образом открытая веранда отапливалась. Воздух дразнил весенними запахами, но при этом было очень тепло.

Они расположились на диване. Некоторое время сидели молча, глядя как тает красивый розовый закат. Восторг от обстановки настолько переполнял Мию, что говорить не хотелось. Идиллию нарушил безупречно одетый молодой официант, который вошел на веранду и обратился к Верховному Хранителю:

– Вам то же, что и всегда?

Вилар еле заметно кивнул и официант исчез.

Эта короткая фраза не только разрушила всю романтику момента, но и напомнила Мие о недавнем разговоре с Роком. В голове возникли вопросы: «Что значит – всегда? Сколько раз он здесь был? С кем он здесь был?». Мия настолько расстроилась, что непроизвольно отодвинулась от Вилара. Она впервые задумалась, прилично ли она себя ведет. Ведь по представлениям ее общества, целовать мужчину, не будучи с ним даже помолвленной, поведение непристойное. Мию переполняла досада от того, насколько она потеряла голову. В этот момент она вспомнила Рида. Он точно не одобрил бы такое поведение. Все внутри сжалось от стыда.

– Что с тобой? – уловив перемену в настроении Мии, спросил мужчина.

Мия растерялась. Ей не хватило духа для откровений. Не найдя лучшего выхода, она поспешила перевести тему.

– Я давно хотела попросить тебя рассказать про твою расу.

– Конечно, – ответил мужчина, недоверчиво глядя на девушку. – Что конкретно тебе рассказать?

– Это правда, что когда человек сливается с птицей, его насильно запирают на территории ваших земель? – спросила Мия.

– Насильно запирают! Эта формулировка звучит ужасающе, – засмеялся Вилар.

– Это неправда? – недоумевала девушка.

– Ну почему же, правда. Но все не так ужасно. Каждый новый гражданин птичьего общества получает солидную сумму денег, шикарное жилье и полную свободу выбора деятельности. С одним единственным ограничением. Он должен жить на территории птичьего сообщества, – с улыбкой объяснил Вилар.

– А почему так строго? – искренне заинтересовалась Мия.

– По многим причинам. Некоторые из них схожи с закрытостью хищников. Мы тоже поддерживаем самобытность, но в разумных пределах. Например, обмен технологиями и опытом никогда не возбранялся, наоборот – поощрялся. Не скрою, имеет место предвзятое отношение к остальным расам. Но, думаю, у хищников тоже присутствует и этот аспект, – объяснил Хранитель.

– Ты прав. Меня с детства удивляло отношение к травоядным, как к бездушному мясу. Значит, основная причина в этом?

– Нет, основная причина не в этом. Очень давно одним великим ученым по имени Карос, было сделано открытие, которое навсегда изменило уклад жизни нашей расы. Он открыл, что у каждой расы, будь то травоядные, хищники или птицы, есть свое общее информационно-энергетическое поле. Каждый представитель расы способен внести в это поле свой вклад. Или наоборот, взять из этого поля что-то полезное для себя, – объяснил Вилар.

Мия ничего не поняла, но судорожно пыталась осмыслить его слова. Заметив замешательство девушки, мужчина продолжил:

– Да, это сложно понять. Попробую привести пример. Рождается ребенок, у него, как и у каждого человека, есть скрытый талант – например, быстро читать. По теории Кароса, нужно найти талант человека и развить. Таким образом, информационно-энергетическая копилка всей расы пополнится способностью следующих поколений читать немного быстрее. Но если эту способность не развить, она не отложится в копилку и просто пропадет. Именно поэтому все представители птичьей расы проходят обязательную миграцию, то есть, переселяются на территорию птичьего сообщества. А дальше вся система жизни расы направлена на обнаружение и раскрытие внутреннего потенциала человека.

– Удивительно! А другие расы знают про теорию Кароса? – спросила восхищенная Мия.

– Да. Карос обнародовал свою теорию. Но научное общество травоядной расы объявило ее бездоказательной. Ну, а хищникам, сама понимаешь, это вообще не интересно, – ответил мужчина.

– А вы уверены, что теория верна? – засомневалась девушка.

– Конечно! У нас каждый владеет техникой манипулирования равновесным слиянием, в то время как остальной мир считает это редким даром. А благодаря системе психологической детекции, нашим ученым удается в каждом индивидууме выявить скрытый талант. Например, фотографическая память за последние двести лет из редкого таланта стала расовой чертой птичьего сообщества. У нас есть редкие дарования, и есть – распространенные. В моей стране не богатство и родовитость возвышает человека, а обладание редкой способностью. Чем исключительнее твоя способность, тем ты ценней для всей расы, – объяснил Вилар.

– А что, если рожденный в птичьем обществе ребенок, сливается с хищником? – спросила Мия.

– Его депортируют к травоядным. Но такое случается крайне редко. Существуют методики, которые влияют на результат слияния. Если с младенчества определенным образом подготавливать ребенка, то в девяноста процентах случаев он сливается с птицей. Прохождение этой подготовки является обязательным для всех граждан птичьей расы. Но никакого принуждения не требуется, никому не хочется расставаться со своим ребенком из-за принудительной депортации.

– Но, в таком случае, птиц должно быть очень много, – удивилась Мия.

– Нет, по той же теории Кароса существует определенный предел представителей рас. Так заложено природой. На самом деле, нас почти поровну. Предусмотренное реальностью количество хищников, травоядных и птиц равно. Поэтому, вероятность, что с птицей сольется человек не из птичьего общества, очень мала,– разъяснил Вилар.

– Десять процентов на все население травоядных и хищников, – закончила его мысль Мия.

– Именно! Так что, обязательная миграция – процедура редкая, – отозвался Вилар.

– А как вы узнаете, что произошло слияние с птицей? – продолжала расспрашивать девушка.

– Очень просто. Все публичные ворота Ормана оборудованы датчиками, определяющими тотем. Они отслеживают не только людей, но и животных.

– А если человек сольется с птицей и улетит?

– После слияния с птицей человек некоторое время не может летать, – кратко ответил Вилар.

– Почему? – заинтересовалась Мия.

– Психологический блок. Дело в том, что психофизическая оболочка человека сильнее животного. Поэтому, после слияния с медведем именно человеческая сущность управляет изменениями, а не медвежья. Если бы человек не доминировал при слиянии, мы бы получили толпы существ, обладающих внешностью человека и сущностью зверя. Так вот, при слиянии с птицей, человек, никогда не знавший состояния полета, должен преодолеть психологический барьер. Нужно время, чтобы избавиться от подсознательного страха перед неизведанной и неподконтрольной способностью летать, – объяснил мужчина.

– И много нужно времени? – продолжала расспрашивать Мия.

– У всех по-разному. Но в среднем – полгода. Состояние полета очень сложная и необычная вещь. Психика земного существа сильно сопротивляется, – сказал Вилар.

Мия в задумчивости откинулась на спинку дивана.

– Удивительно, сколького мы не знаем. Как же сильно обделяет себя хищная раса! Поначалу, чем больше я узнавала о травоядных нравах, тем больше мне казалось, что закрытость – благо для хищников. Но соприкоснувшись с достижениями медицины, психологии, военной промышленности и многим другим, начинаю сожалеть о изоляции, – после недолгого молчания, грустно проговорила Мия.

– Знаешь, я на собственном опыте убедился, что тяга к знаниям не свойственна представителям вашей расы. И не удивительно. Если рассмотреть ваш уклад через призму теории Кароса, что хищники складывают в свою копилку? Консерватизм, предвзятое отношение к травоядным, культ войны. Ваша раса загоняет себя в тупик, обрекая будущие поколения повторять путь предыдущих, не имея шанса на развитие.

Слова Вилар больно кольнули Мию, но она понимала, что он прав.

– Ты прав Вилар, но я видела представителей вашей расы и не заметила, что богатая копилка идет вам на пользу. Вы взрастили в себе гордыню и высокомерное отношение к не таким, как вы. И насколько я понимаю, эта пропасть отчуждения только растет. В погоне за интеллектом и личностным превосходством вы забыли про другие важные составляющие личности человека, – задумчиво проговорила девушка.

– Какие, например? – удивился Вилар.

– Любовь, честь, милосердие, сострадание и многое другое. И мне кажется, если вы не восполните эти упущения, очень скоро мир поглотит высокоразвитая, непобедимая и абсолютно беспощадная тирания птичьего происхождения.

– Возможно, ты права, – задумчиво ответил Вилар.

Они еще немного помолчали. На улице окончательно стемнело. Вдруг Вилар притянул к себе Мию, обнял и поцеловал. Удивленная таким неожиданным проявлением чувств, девушка изумленно посмотрела на мужчину.

– Ты не перестаешь меня восхищать. Я никогда в жизни не встречал такой любознательности среди хищников, а твоя способность делать здравые выводы из небольшого количества информации просто поразительна. Обычно женщины не наделены таким острым аналитическим умом, – объяснил мужчина.

И снова слова «обычно женщины» неприятно укололи девушку. Сравнение с другими женщинами показалось девушке унизительной бестактностью. Мия не умела скрывать свои эмоции, и сейчас выражение лица выдало ее чувства.

– Не могу понять, что с тобой сегодня происходит? Что-то случилось Мия? – искренне забеспокоился Вилар.

– Нет… не то что бы… Но, наверное, да… – сбивчиво отвечала девушка.

– Что? – напрягся Вилар.

– Я как-то раньше не задумывалась о твоей прошлой жизни. Я имею в виду отношения с другими женщинами. А недавно один разговор натолкнул меня на эти мысли. И мне неприятно думать, что… – Мия не закончила.

Она грустно вздохнула, откинулась на диван и запрокинула лицо к небу, не зная, как высказать свои сомнения.

– Кажется, я понимаю, о чем ты, но все, что было до тебя – ошибка, ты совсем другое дело, – ответил мужчина и попытался обнять Мию.

Мия вспомнила, как днем Рок, предостерегая, слово в слово говорил ей то же самое. Девушка резко отодвинулась и отвернулась. Что-то больно сжалось в груди, к горлу подкатили слезы. Нужно было прекращать этот ненужный разговор. Мия понимала, что не имеет права осуждать Вилара за прошлое, но ничего не могла с собой поделать.

– Мия, – удивленно окликнул ее Вилар. – Я что-то не так сказал? Что за разговор ты упомянула? С кем? Что тебе наговорили про меня?

– Нет, ничего, все нормально. Наверное, просто плохое настроение. Прости, – сказала девушка и придвинулась обратно.

Но это объяснение не удовлетворило Вилара. Он понял, что кто-то натолкнул Мию на сомнения и от предположения, кто это мог быть, Вилар закипел. Ревность новой волной окатила мужчину. Он не позволит отнять Мию сейчас, когда победа у него в кармане.

Остаток вечера они провели в молчании. Это было первое свидание, с которого Мия вернулась грустной. Девушка не переставала винить себя за неуместное прямодушие. Мия расценила плохое настроение Вилара, как реакцию на ее бестактные сомнения. Она полночи провела без сна, терзаемая сожалением за испорченный вечер.

На следующий день Мия получила письмо. Оно застало ее в монтажном боксе, где девушка помогала готовить видеоматериалы по эпидемии. Вместе со специалистом по видеомонтажу, Цианом, они уже в течение нескольких часов отбирали лучшие видеозаписи, как в дверь бокса постучали. Это был Нот. Он молча протянул девушке запакованный конверт и удалился.

– Он всегда такой разговорчивый? – ехидно спросил Циан.

– О, да! Он у нас неугомонный весельчак! – весело ответила Мия.

Но, увидев, от кого пришло письмо, девушка нахмурилась – это был конверт от Вилара. Мия извинилась и вышла в коридор. Она дрожащими руками распаковала письмо и принялась читать.

«Мия, прости, но сегодняшняя встреча отменяется. Меня срочно вызывают на главную базу. Не знаю, когда вернусь, но буду скучать».

Мия неподвижным взглядом смотрела поверх листка бумаги, зажатого в руке. Теперь у нее не оставалось сомнений, что она все испортила. Вилар обижен и не хочет ее видеть, иначе он нашел бы способ попрощаться лично. Девушка снова винила себя за несдержанность в словах. Некоторое время Мия стояла в коридоре и плакала, а когда успокоилась, подумала, что все равно есть слабая надежда на то, что он действительно очень занят и она себе все придумала. С этими мыслями девушка вернулась в бокс.

Дни после отъезда Вилара тянулись невероятно медленно. Известий не было, и Мия страдала. Ей было непонятно, по какой причине он не может связаться с ней по коннектору. Надежда, что Вилар вернется, и все будет как раньше, таяла с каждым днем. Ей все чаще казалось, что он просто бросил ее, и, не желая обидеть, написал это письмо.

За пять дней до торжественного вечера работы по подготовке обучающего курса подошли к концу. Результаты были переправлены на главную базу, а группа разработчиков отправлена в заслуженный отпуск. Мия целыми днями слонялась без дела, не в силах найти себе занятие. Она считала дни до торжественного вечера, после которого планировала отбыть в Себар. Маясь от безделья, Мия мечтала о том, как вернется к собирательству и врачеванию в родном Предлесье.

После отъезда Вилара девушка снова каждый вечер общалась с Ланом и Кимом. Мужчины были очень довольны, особенно – Ким. Он знал об отсутствии Верховного Хранителя и старался проводить с Мией как можно больше времени. Снова вернулись теплые дружеские вечера, ужины в обществе проекции Рида, смех и увлекательные беседы. Мия опять получала огромное удовольствие от общения с братом и Ланом.

За три дня до торжества во время ужина Ким обратился к сестре с вопросом.

– Ты уже подумала о праздничном наряде?

– Нет… А разве в форме нельзя? – растерялась сестра.

– Ну, среди красоток в вечерних платьях в униформе ты будешь смотреться… оригинально, – вмешался Лан.

– В вечерних платьях?! Я даже не задумывалась над этим… А где же мне взять вечернее платье? – расстроилась девушка.

– Не переживай, я уже заказал. Завтра днем занесу, – сказал Ким.

– Спасибо! – просияла Мия.

– Всегда пожалуйста! Выбрал то, что мне понравилось. Надеюсь, угадал, – улыбнулся брат.

– Уверена, если оно приглянулось тебе, то и мне понравится, – ответила сестра.

– Ой! Я сейчас расплачусь! – ехидно вступил Лан и поднес к глазам бумажную салфетку.

На следующий день Ким, как и обещал, принес платье.

– Размер я выбирал на глаз, – извиняющимся тоном объяснил Ким, вручая Мие коробку, перевязанную синей атласной лентой.

Вдруг раздался стук в дверь. Сердце Мии сжалось. В девушке сверкнула надежда, что это может быть Вилар.

– Убирайся прочь, любопытное животное! – крикнул Ким в сторону двери.

В дверь еще раз настойчиво постучали.

– Лан увязался за мной. Сказал, что ни за что в жизни не пропустит примерку, – сказал брат, вставая и отпирая дверь.

Мия зажмурилась и затаила дыхание…

– Добрый день! Я ничего не пропустил? – весело поинтересовался Лан, входя в бокс.

– Привет, – разочарованно ответила Мия – Ты вовремя.

Девушка взяла коробку и хотела удалиться в ванную, но Ким остановил ее.

– Захвати и это, – сказал он и положил сверху на коробку с платьем еще одну, поменьше и бархатный футляр.

– Что это? – спросила Мия.

– Увидишь. Надеюсь, тебе понравится, – загадочно ответил брат.

Закрывшись в ванной, Мия развязала ленту, открыла коробку и обомлела – тонкая нежная ткань струилась, как вода. Мия торопливо скинула форму и надела платье. Топ был элегантно стянут красивой брошью на левом плече, оставляя правое – обнаженным. Поначалу девушку смутила эта нагота, но все компенсировала косая сборка, доходящая до ключиц. Верхняя часть была покрыта мелкими складками. Под грудью ткань была собрана широким украшением в виде широкого пояса. Длинная юбка опускалась до пола и подчеркивала стройную фигуру девушки. Платье было двухслойным. Верхняя полупрозрачная ткань кофейного цвета расходилась из-под груди, обнажая бирюзовый шелк второго слоя. Брошь и пояс были сделаны из металла, похожего на бронзу, с включениями из ярко голубых кристаллов. Это напомнило Мие родину.

Женщины хищного общества обожали самоцветы и носили их порой в чрезмерных количествах. Мие это никогда не нравилось. Но украшения на платье были выполнены скромно и искусно. Они словно были с тканью единым целым.

Бирюзово-голубой цвет был к лицу Мие, и само платье пришлось по фигуре.

В другой коробке лежали изящные туфли все того же кофейного цвета, а в футляре – длинные серьги из белого металла, украшенные крошечными бирюзовыми кристаллами. Туфли были на каблуке, что поначалу напугало девушку, но, примерив их, Мия успокоилась, обувь оказалась очень удобной и устойчивой. Девушка одела серёжки. Они струились вдоль шеи, как капли дождя, нанизанные на сверкающие металлические нити. Никогда прежде Мия не видела украшение такой тонкой работы.

Когда девушка появилась в комнате, мужчины невольно встали. Мия выглядела великолепно.

Повисла пауза. Девушка забеспокоилась.

– Что-то не так? – спросила она.

– Мы так привыкли видеть тебя в темной униформе, что… – сбивчиво начал Лан.

– Тебе очень идет! – подтвердил Ким.

– Я не мастер говорить комплименты… – начал Лан.

– Платье – супер! – снова перебил Ким.

– Да причем тут платье?! И прекрати меня перебивать! – возмутился Лан. – Не обращай внимания на этого грубияна, у него все извилины в рога ушли. Ты потрясающе выглядишь!

– Большое спасибо, – смутилась Мия.

– Мия, я договорился с одним своим другом подготовить тебя к вечеру. Надеюсь, ты не против? – не сводя возмущенных глаз с друга, сказал Ким.

– В каком смысле – подготовить? – испугалась девушка.

– Прическу, макияж и так далее. Его зовут Декус, это он помог мне подобрать платье и все остальное, – пояснил брат.

– А откуда он узнал мой размер?

– Видел тебя в новостях, – кратко пояснил брат. – Я арендовал косметический кабинет в салоне неподалеку. Мы с Ланом завтра отвезем тебя туда, и Декус над тобой поработает. Заодно и сами подстрижемся, если конечно согласятся пустить эту блохастую шкуру в зал, – ядовито сказал Ким и кивнул в сторону друга.

– Очень смешно, дружище. Тебя там вообще обслуживать отказываются. Неудобно волосы вокруг рогов выстригать, – парировал Лан.

Глава двадцать восьмая

День перед торжественным вечером был объявлен выходным. Ким с Ланом зашли за Мией с утра и направились в салон. Сестра немного удивилась, увидев большой бронированный военный автомобиль, на котором ее собирались перевозить.

– Это единственное, что удалось найти – весь легковой автопарк разобрали. А личный транспорт остается за периметром, – извинялся Ким.

– Не слушай его жалкие оправдания, красавица. Предоставь он дело мне, я раздобыл бы даже карету, а не это бронированное ведро, – перебил Лан.

– Да все отлично, просто немного удивилась, думала за периметром такими пользуются только в особых случаях, – заулыбалась Мия.

До парикмахерской молодые люди добрались за пять минут. Мужской зал был заполнен до отказа. Очередь из Хранителей толпилась в вестибюле салона, все готовились к вечеру. Многих из присутствующих Мия знала. Вдруг, прямо над ее ухом мужской голос прогремел:

– Привет, Ким!

Мия вздрогнула и повернулась.

– О… Добрый день, Мия, – галантно поздоровался мужчина и протянул ей руку.

Девушка растеряно кивнула и протянула свою. Незнакомец аккуратно взял ее кисть и поцеловал тыльную сторону. Девушка смутилась.

– Это будет не сложно, вы и так прекрасны, – загадочно проговорил мужчина.

– Знакомься, Мия, это Декуc, мой старый друг и лучший стилист всех времен и народов, – представил мужчину Ким.

Перед Мией стоял молодой мужчина лет тридцати. Он был одет в замысловатый чёрный свитер и голубые с потертостями штаны. Декус обладал не слишком красивой, но очень располагающей внешностью. Больше всего Мию поразила его причёска. Средней длины волосы были темными у корней и совершенно седыми на концах, а в области висков был аккуратно выбрит элегантный орнамент.

– Очень приятно, – улыбнулась девушка.

– У тебя все с собой? Я арендовал тут кабинет, – спросил брат.

– Да, все в машине, – ответил мужчина.

– Пойдем, мы с Ланом поможем донести, заодно и проводим, – обратился он к Декусу. Затем повернулся к сестре и добавил. – Не отставай.

Машина Декуса была необыкновенного цвета. Под разными углами она отливала разными цветами, от зеленого до фиолетового. Багажник автомобиля открылся автоматически и стилист начал доставать вещи. Когда Мия, наконец, оторвалась от созерцания причудливого авто, она ужаснулась. Каждый из мужчин держал в руках по огромной сумке.

– Это все для одной меня? – поразилась она.

– Нет, в основном для меня – улыбнулся Декус и направился к салону.

Ким проводил сестру со стилистом в арендованный кабинет, а сам с Ланом отправился в общий зал парикмахерской.

Мужчина усадил Мию перед зеркалом на вертящееся кресло, а сам принялся распаковывать сумки. Девушка сидела тихо, стараясь не отвлекать специалиста. Через несколько минут помещение наполнилось спокойной музыкой. От удивления Мия обернулась на звук. Музыка раздавалась из маленького плоского устройства.

– Надеюсь, вы не против? Я не привык работать в тишине. Обычно мои клиенты болтают без умолку, рассказывая мне все подробности своей жизни, но что-то мне подсказывает, что вы не из таких, – пояснил мужчина и обаятельно улыбнулся.

– Возможно. Хотя кое о чем я хотела поговорить. Вернее спросить, – смущенно проговорила девушка.

– К вашим услугам, – ответил Декус, роясь в очередной сумке.

– Что значит «стилист»?

От неожиданности мужчина выпрямился и посмотрел на девушку. Поначалу он подумал, что она шутит, но увидев растерянность на ее лице, понял, что Мия действительно в замешательстве. Никто раньше не задавал ему подобного вопроса. А для него, как для человека увлеченного своим делом, эта тема была неисчерпаема. Мужчина с удовольствием начал подробно объяснять, что значит стиль и зачем он нужен. Он рассказал об истоках этой профессии. Разъяснил девушки много любопытных фактов, касающихся внешности и ее влияния на восприятие себя через мнение окружающих. Затем углубился в перечисление видов средств по уходу за внешностью, на некоторых останавливался подробно. Не умолкая, мужчина кружил вокруг увлеченной рассказом девушки и от всей души творил. Он не интересовался, чего хочет Мия, но девушке было все равно. Декус оказался прекрасным оратором. Он с упоением рассказывал о деле всей своей жизни, а девушка молча слушала, изредка прерывая мужчину вопросами. Так незаметно пролетело два часа. Когда работа подошла к концу, в дверь постучал Ким. Не дождавшись ответа, молодой человек заглянул в комнату.

– Не хочу вас прерывать, маэстро. Но мы с Ланом уже отсидели себе пятые точки. Просто успокойте нас, мой одаренный друг, что к началу торжественного вечера вы управитесь, – шутливо поинтересовался он.

– Дай мне еще пару минут, – отозвался Декус.

Стилист закончил работу и позвал Кима. Вслед за братом в кабинет просочился Лан.

Оба с любопытством разглядывали Мию, невероятно ее этим смущая. Никто из мужчин ничего не сказал.

– Ты великолепен, – обратился к Декусу после долгой паузы Ким, не отводя глаз от Мии.

– Почему, я?! Она великолепна, я только подчеркнул детали, – отозвался Декус.

Ким еще раз посмотрел на сестру. Перед ним была другая Мия, красивая, нежная, утонченная. Декус был настоящим профессионалом, поэтому на лице Мии не было яркого макияжа. Ким не мог понять, что конкретно изменилось в девушке, но она выглядела прекрасно. Глаза стали еще более сияющими и выразительными. Изменения коснулись и волос девушки. Помимо искусной укладки, Декус немного поработал с цветом. Сохранив естественный пигмент, он немного затонировал некоторые пряди, что придало прическе дополнительный объем и замысловатость. Однако, глядя на Мию, невозможно было подумать, что над ней несколько часов трудился стилист. Все выглядело очень естественно и натурально.

– Не хочу вас расстраивать, но мы выбиваемся из графика, – пробормотал Лан, не сводя потрясенных глаз с девушки.

Декус засуетился над сумками. Ким принялся ему помогать. Чуть позже к ним присоединился Лан. И все трое быстро управились с упаковкой и погрузкой багажа.

– Огромное спасибо! – на прощанье искренне поблагодарила Декуса Мия.

– Не за что, я и сам получил огромное удовольствие от общения, – сказал мужчина и галантно поцеловал Мие руку. Затем вложил ей в ладонь маленький флакончик духов и добавил. – Это небольшой подарок от меня. Воспользуйтесь ими сегодня вечером. Всего несколько капель на запястья и ваш образ будет завершен.

Мия кивнула и благодарно улыбнулась мужчине. Все расселись по машинам и разъехались в разные стороны.

Не прошло и двадцати минут, как Мия стояла в своей ванной, облачаясь в платье. Ким и Лан разбежались по домам приводить себя в порядок. Девушка оделась и вышла в гостиную. Брат обещал зайти, как только будет готов. Не зная, что делать, Мия села у приоткрытого окна.

Вид просыпающегося от зимнего сна Ормана приводил ее в восторг. На унылых серых ветвях стали появляться почки и первая нежно-зеленая листва. Снег почти сошел, но кое-где, в тенистых местах виднелись белые шапки. День был солнечный. Отовсюду раздавалось птичье пение. В воздухе пахло влажной весенней прохладой. От этого великолепия поднималось настроение, а все неприятности казались мелкими и незначительными.

Мия вспомнила весну в Себаре, свои походы в лес, когда отступала надоевшая зима, а из-под снега пробивались первые растения. В памяти всплыли события последней весны. Эпидемия в Предлесье. Дни, наполненные страхом и отчаянием. Теперь все позади, и, в сравнении с пережитым, отсутствие вестей от Вилара, кажется мелочью. Но эта мелочь больно ранила девушку. Она была счастлива, проводя время с Кимом и Ланом, ей очень хотелось вернуться в Себар, обнять отца, пройтись по родным болотистым лесам, но после отъезда Вилара ее словно разделили надвое. Внутри поселилось чувство одиночества и разочарования от того, что тебя отверг человек, ставший таким близким. Мия не находила объяснения, что может мешать Вилару связаться с ней. Иногда она с тревогой воображала, что с ним что-то случилось, он серьезно болен или ранен. Но, когда что-то случается с Верховным Хранителем, его обязанности принимает на себя заместитель и об этом сообщается публично.

От грустных мыслей девушку отвлек стук в дверь. Это был Ким.

– Ты потрясающе выглядишь! – выдохнула девушка, увидев брата.

– Это все Декус! Он подобрал костюм и остальное, – не сводя изумленных глаз с сестры, рассеяно ответил брат.

– Я так понимаю, этот сногсшибательный запах тоже выбран по его рекомендации, – улыбнулась Мия.

Ким смотрел на сестру и не узнавал. Она была прекрасна. Она и раньше казалась ему самой красивой девушкой, но теперь у него просто не было слов. Ее красота не была кричащей, как искрящийся бриллиант, она была завораживающей, как опал. Чистота и обаяние сочетались в ней с необыкновенным изяществом и женственностью. А сдержанность и скромность придавали девушке загадочность и утонченность. Декус оформил все эти качества и сделал образ Мии завершенным.

– Мия… Я… Ты так похорошела за годы моего отсутствия, – только и смог выдавить потрясенный Ким.

– А ты всегда был самым красивым из всех, кого я знала, – искренне ответила Мия и поцеловала его в щеку.

Стук в дверь разрушил всю идиллию.

– Угадайте – кто? – послышалось из-за двери.

– Гепард в манто! – отозвался Ким.

– А вот и нет! Встречайте! Великий и ужасный Лан! – торжественно заявил молодой человек и, широко распахнув дверь, картинно вошел в комнату.

– Позвольте взять у Вас автограф, о, великий, – засмеялась Мия.

– Позже – снисходительно отозвался Лан. – Сегодня меня ждут толпы поклонников и поклонниц, не хочу устать раньше времени.

– Да, дружище, на счет ужасного – ты не преувеличил, – рассмеялся Ким.

– Зависть тебя погубит, – отозвался Лан.

Так весело подшучивая друг над другом, молодые люди направились в верхний блок. Это отделение базы располагалось на самом последнем этаже, и с него был выход на крышу.

– Я был там однажды, вид оттуда потрясающий, – с восторгом рассказывал Лан. – Весь Орман, как на ладони.

– Да быть такого не может, Орман слишком большой. Хорош преувеличивать, – перебил Ким.

– Насколько мне известно, ты там никогда не был, поэтому молчи и внимай с восторгом своему более опытному другу, – весело отозвался друг.

И Лан начал долгое повествование о том, как он попал на крышу Северной башни. Слушая эту забавную историю, прерываемую колкими комментариями Кима, друзья незаметно добрались до верхнего блока.

К подготовке торжества руководство подошло с размахом. Было выделено два больших зала. Зал для официальной части был заставлен красиво сервированными столами и украшен многочисленными колоннами и другими элементами декора. Все выглядело очень помпезно и официально. В глубине зала соорудили сцену, по центру которой стояла стойка с микрофоном. За стойкой располагался огромный экран величиной во всю стену. Между столами манерно плавали официанты и разносили напитки прибывающим гостям. Любопытство Лана заставило друзей заглянуть и в соседнее помещение.

Это был просторный зал. В глубине стояли столы с едой и напитками. По периметру и кое-где по центру размещались небольшие островки, разделенные столами и удобными угловыми диванчиками. Этот зал выглядел более уютным, а приглушенная мелодичная музыка и теплый неяркий свет создавали ощущение спокойствия и уединенности. Мие сразу понравилось здесь, и она решила, что при первой же возможности расположится в одном из отдаленных уютных островков.

Когда Лан изучил оба помещения, любопытство повело молодых людей на крышу, но из помпезного зала послышался голос, призывающий гостей занять места за столами. Начиналась официальная часть мероприятия. Ким, Лан и Мия проследовали в главный зал.

Когда друзья вошли в помещение, свободных столиков не осталось. За время их отсутствия зал до отказа наполнился людьми. Ким долго вглядывался, разыскивая свободные места. Наконец он улыбнулся, махнул кому-то рукой и, взяв сестру под руку, повел вглубь помещения. Некоторое время Мия не могла понять, кого поприветствовал брат и куда ее ведет, но вскоре, на другом конце зала, за самым отдаленным столиком девушка увидела Рока. Молодой человек был не один, рядом сидела ослепительная красавица. Кроме них за столом никого не было.

– Довольна? – спросил у Мии Лан.

– Чем? – удивилась девушка.

– Ты же хотела посмотреть на девушку Рока.

Мия собралась ответить, но друзья подошли слишком близко и их могли услышать.

– Свободно? – спросил Ким.

– Да, – ответил Рок, не сводя оценивающего взгляда с Мии.

– Как тебе это удалось? – шутливо поинтересовался Ким.

– Пришлось прилюдно плюнуть на каждый свободный стул, – с лукавой улыбкой ответил Рок, глядя Мие в глаза.

Девушка смутилась и потупилась.

– К чему такие сложности, достаточно было объяснить, что тут занято, – вмешался Лан.

– Я обещал Миле звездное соседство, нужно было подстраховаться, – весело отозвался молодой человек и встал.

– Знакомься Мила, это Ким, Мия и Лан. Нет смысла объяснять тебе, кто это такие, ты и сама все знаешь, – объяснял Рок, одновременно пожимая руки Киму и Лану.

Мила некоторое время с любопытством смотрела на Мию. Но вскоре ее внимание переключилось на Кима. Мила с неприкрытым восхищением разглядывала молодого человека. Мие это не понравилось. Ее возмутило не то, что девушку заинтересовал ее брат, к этому Мия давно привыкла, она была поражена тем, что, будучи с кавалером, Мила позволяет себе настолько явно заглядываться на другого мужчину. Но, поняв по имени, что Мила из травоядного общества, Мия успокоилась. Она старалась стать более терпимой к нравам этой расы.

– Я слышал, сегодня будут награждения, – начал Рок.

– Ну, наконец-то, давно пора выдать мне медаль, – отозвался Лан.

– Не в этой жизни, дружище, – начал перепалку Ким.

Мия не слушала друзей. Девушка с любопытством осматривала зал. Почти за каждым столом она видела знакомые лица. Это были коллеги по лаборатории, вылеченные Хранители и просто знакомые из тренировочного зала. Мужчины сменили темную униформу на костюмы и выглядели потрясающе. Многие пригласили своих жен и подруг, роскошно одетых, элегантных и сияющих. Между столами сновали официанты, разнося легкие закуски и напитки. В помещении зазвучала музыка. Атмосфера была веселая и праздничная.

Вдруг Мия почувствовала на себе чей-то взгляд и оглянулась. За одним из центральных столиков, стоящих напротив сцены, девушка увидела Вилара. Ярко-голубые глаза напряженно следили за каждым ее движением.

Верховный Хранитель заметил ее сразу, как только Мия появилась в дверях зала. Она была прекрасна! Женственная и изящная, Мия шла по залу вслед за братом, сопровождаемая восхищенными взглядами мужчин.

Вилар очень соскучился. За последнее время она стала для него воздухом. Казалось, он жил только тогда, когда рядом была она, а стоило им расстаться, как мир становился холодным и бесцветным. Его зависимость от Мии приобретала опасные масштабы, это часто пугало Вилара, но он не мог бороться сам с собой. Желание быть рядом начало перерастать в физическую потребность.

Эта разлука далась ему тяжело. Отсутствие связи сильно усугубляло ситуацию. Если бы не личная просьба Мирола, он ни за что не уехал бы.

Мужчина снова проклинал свой высокий статус за то, что не принадлежал себе. Его единственным желанием было обнять Мию и больше никогда не отпускать, а вместо этого он был вынужден сидеть за столиком, зубоскалить с высокопоставленными господами и делать вид, что та сногсшибательная красавица за крайним столиком его не интересует. И, если с первым он еще справлялся, то со вторым у него получалось из рук вон плохо.

Мия не знала, но в прессу уже давно просочились слухи о том, что ее с Виларом связывали особые отношения, и сегодня вечером за ними пристально наблюдают сотни любопытных глаз. Вилар это знал и не хотел давать поводов для новых сплетен. Но. как только он пытался отвести взгляд от Мии и сосредоточиться на чем-то другом, через минуту ловил себя на том, что снова смотрит на нее.

Присутствие Кима сильно усложняло ситуацию. По сравнению с ухаживаниями этого, так называемого брата, томные взгляды Рока и других присутствующих отходили на задний план. Каждый раз, когда Ким позволял себе прикоснуться к Мие, Вилар был готов прилюдно свернуть ему шею. В такие моменты глаза наливались кровью, а сквозь маску безразличия просачивалась гримаса ярости. Вилар непроизвольно сжимал кулаки и, чтобы взять себя в руки, отворачивался.

Для Мии вечер складывался по-иному. Встреча с Верховным Хранителем была для нее полной неожиданностью. Переживания по поводу отсутствия известий и неудачное последнее свидание остудили ее. После намеков Рока Мия утратила доверие к Вилару, а разлука и недосказанность все усугубили. В девушке зрела обида. Она не понимала, что могло препятствовать связаться с ней, но не помешало прийти на торжество. Ее больно ранили все эти игры.

Ким уловил перемену в сестре и посмотрел в сторону Вилара. Теперь пришла его очередь закипеть от ярости. Мужчины встретились глазами и некоторое время с вызовом смотрели друг на друга. Их отвлек взошедший на сцену человек, объявивший начало вечера.

– Ни для кого не секрет, по какому светлому поводу мы сегодня собрались… – начал мужчина.

– Терпеть не могу всю эту официальную трепологию, – фыркнул недовольный Рок.

– Не мешай слушать. Сейчас меня будут награждать, – прошептал Лан.

– За что, если не секрет? – искренне поинтересовалась Мила.

– За то, что я всех спас, разумеется. Вы вот не в курсе, а Вилар с Миролом все это время без меня обойтись не могли, – важно прошептал молодой человек.

– Даже в туалет у него отпрашивались, – подхватил Ким.

– Мила, не обращайте внимания на этого остряка. В нем говорит банальная зависть, – отмахнулся Лан.

– Этот хвастун тебе докучает, милая? – вмешался Рок и поцеловал спутницу в обнаженное плечо.

От этого откровенного жеста Мие стало не по себе, и она повернулась к сцене.

– …пройдет награждение некоторых особо отличившихся участников минувших событий… – продолжал вещать со сцены ведущий.

– Особо отличившихся – это как раз про тебя, – обратился Лан к Киму.

– И чем же я, по-твоему, так отличился?

– Помнишь свою жалкую возню с тем медведем? Разнылся, как девчонка, что я долго в него целился, – пояснил Лан, обращаясь к Миле.

– Ты про тот случай, когда я голодного медведя врукопашную ушатывал, а ты, как школьник, с пистолетиком в кустах отсиживался? – весело отозвался Ким.

Перепалка между друзьями набирала обороты. Девушки отвлеклись от сцены и с интересом слушали молодых людей. Остроты бесконечным потоком сыпались от Кима к Лану и обратно. Мия с трудом сдерживала смех. К диалогу присоединился Рок, и разговор принял еще более острый характер. Мила и Мия слушали мужчин, не обращая внимания на происходящее в зале.

– О, Рок, смотри – это же Мирол! – неожиданно вскрикнула Мила.

Молодые люди повернулись к сцене.

– Победа над эпидемией и разгром основных баз радикальной группировки Газара – наша общая победа. Я благодарю всех, кто принимал участие в этой борьбе и хочу выразить свое сочувствие тем, кто от нее пострадал. Вместе мы не только очистили Орман от опаснейшего вируса, но и не пустили эту заразу за периметр священного леса. Эти события, без сомнения, войдут в историю, а вместе с ними и те, кто, не жалея себя, боролся и победил! – Мирол поднял в воздух бокал с вином и отпил глоток.

Все присутствующие, словно по команде, тоже подняли бокалы и выпили.

– Безусловно, каждый из вас заслуживает награды и особого внимания, но я уполномочен наградить лишь некоторых, – продолжил Мирол после недолгой паузы. – Ни для кого не секрет, насколько пристально следила за происходящим в Ормане вся общественность. Именно по этой причине совет инициировал сбор информации о достойных наград кандидатах. На протяжении двух недель любой желающий, не зависимо от пола, возраста и расовой принадлежности, имел возможность предложить от себя кандидатуру человека, который, по его мнению, заслужил главную награду в борьбе с тотальной дегидратацией. Так был выявлен абсолютный лидер, которому сегодня достанется главная награда. Кроме того, руководство миротворческого корпуса учредило еще ряд наград для Хранителей, чье участие не было освещено в прессе, но вклад их велик и неоценим. И начнем мы награждение именно с этих людей.

Мирол кивком головы подал кому-то знак. Воцарилась тишина. На сцену поднялся Вилар. Верховный Хранитель встал рядом с Миролом и протянул ему какой-то конверт. Глава Мирового Совета вскрыл конверт и развернул список.

– За блестяще спланированную и реализованную операцию по захвату шестой, третьей и четвертой базы радикальной группировки награждается Хранитель Гит, – прочел Мирол.

Глава Мирового Совета оторвался от списка и посмотрел в зал. Нашел глазами Гита, улыбнулся и жестом пригласил на сцену. Присутствующие зааплодировали. Все искренне радовались успеху коллеги. Хранитель поднялся на сцену. Мирол жестом попросил тишины.

– Благодаря стараниям этого человека, были захвачены лаборатории противника и получена первая партия сыворотки, разработанной группировкой Газара. Позволь мне лично поблагодарить тебя за проявленный героизм. Твой аналитический ум и лидерские качества принесли огромную пользу нам и нанесли ощутимый урон противнику, – Мирол пожал Хранителю руку и вручил награду.

На сцену поднялся еще один мужчина. Он преподнес Гиту длинный деревянный футляр, открыл его и продемонстрировал залу. Внутри футляра на бархатной обивке гранатового цвета лежал меч ручной работы.

– Это именной меч, сделанный специально для тебя по заказу миротворческого корпуса лучшими кузнецами хищной расы, – прокомментировал Вилар.

Видно было, насколько глубоко был тронут Гит этим подарком. Он горящими глазами разглядывал свой трофей и, казалось, забыл про все на свете.

– Помимо этого, Гит, ты получаешь полгода внеочередного отпуска и солидную денежную премию, на которую все эти полгода можно неплохо отдыхать, – объявил с улыбкой Мирол.

В зале снова зазвучали аплодисменты. Но теперь к ним примешался одобрительный свист. Поднялся шум, но глава Мирового Совета снова жестом попросил тишины и все стихло.

– Слово предоставляется Хранителю Гиту, – объявил глава.

Счастливый Гит обернулся к присутствующим.

– Спасибо! Это большая честь для меня! Но без моих товарищей, коллег и подчиненных у меня ничего бы не вышло. Спасибо вам! – растрогано проговорил Хранитель.

Зал снова взорвался аплодисментами, которые не смолкали, пока Гит не занял место за своим столиком.

Тем временем Мирол снова обратился к списку и продолжил объявлять Хранителей, представленных к награде.

– Похоже, ты в пролете, дружище, – не удержался от колкости Ким, когда объявили девятого Хранителя.

– Эээээ, брат, не спеши. Во-первых, объявили не всех. А во-вторых, даже если Мирол не наградит меня прилюдно, все равно зажмет меня в кулуарах и будет выражать свои бурные восторги, – весело отозвался Лан, и сам не удержался от смеха.

– Не хочу тебя расстраивать, но в кулуарах Мирол предпочитает зажимать особей несколько иного пола, – вмешался Рок.

– Кто о чем, а блохастый о бане, – пробурчал Лан.

Мила картинно подняла одну бровь и посмотрела на спутника.

– Не слушай его, милая, ты у меня первая, – шутливым тоном оправдывался Рок.

Молодой человек взял девушку за руку, нежно поцеловал и, глядя в глаза, сказал:

– Выходи за меня!

– Размечтался, – томно ответила Мила.

Мия была поражена. В Себаре такими вещами не шутят. Этот жест показался ей совсем не смешным. Девушку удивило, насколько спокойно отнеслась к этому спектаклю Мила.

– Чувствую, я сегодня в пролете не один, – засмеялся Лан.

И тут со сцены зазвучала громкая торжественная мелодия. От неожиданности Мия вздрогнула. Все обернулись на звук.

– Наконец, мы добрались до самого интересного. К итогам народного голосования. Должен открыть тайну, что голосующие были поразительно единодушны, поэтому выявить лидера не составило труда. И прежде чем объявить этого человека, я хочу продемонстрировать вам небольшой видеоролик, переданный нам Главным Мировым Информационным Агентством. Он посвящен победителю и содержит исчерпывающую информацию о том, как обычный человек при определенных условиях может стать героем. Итак – внимание! – закончил Мирол и отошел на край сцены.

Все стихли. В зале приглушили свет. На большом экране загорелся логотип Главного Информационного Агентства. Через мгновенье начался ролик. Первым эпизодом было прибытие Мии в башню и ее встреча с Виларом. Знакомство. Это были всего несколько секунд записи, но на ней было видно все: испуг Мии, настороженность Рида, любопытство Вилара и многое другое. Затем душераздирающая сцена, когда Мия узнала в одном из зараженных своего брата, ее глубокое потрясение и слезы.

Ким видел эти кадры впервые и был удивлен не меньше Мии. Он взял сестру за руку, и она сжала ее в ответ.

Далее сюжет ролика кратко освещал процесс выздоровления Кима и начало лечения остальных пациентов. Мия с бледным от усталости лицом суетилась то в лабораторном отсеке, то в больничных боксах, при этом рядом всегда были Лан и Нот.

Совершенно потрясенная, Мия сидела тихо и с ужасом смотрела на себя со стороны. Никогда прежде ей не доводилось видеть себя на экране. В хищном обществе не было ни фотографий, ни, уж тем более, видео. Все, что могли позволить себе люди, это несколько картин, написанные в разные промежутки жизни. Конечно, девушка давно привыкла к экранам и коннектору, но одно дело видеть других, а другое – себя. В довершение всего, с экрана показывались события, которые поднимали душераздирающие эпизоды жизни, часто личного характера. У Мии не укладывалось в голове, откуда пресса набрала столько видеоматериала. Неужели все ее действия транслировались на весь мир.

Тем временем на экране начались кадры перестрелки в Ормане. Живописное попадание первой пули в область сердца Мии и ее падение в снег. Невероятно красиво смотрелась сцена, когда Вилар подхватывает девушку и взлетает в небо.

Мия непроизвольно перевела взгляд на Верховного Хранителя. Тот стоял рядом с Миролом и неотрывно смотрел на экран. Его хладнокровность больно уколола Мию и она перевела взгляд.

Сюжет плавно перетек к первому допросу Мии и попытке ее принудительной Химиодетекции. Вмешательство КВК и подготовка к ее транспортировке в главный корпус. Кадр за кадром повествование перешло к нападению на колонну, перевозившую Мию. От сцены, где в свете фар и пламени Мия с окровавленным лицом выбирается из опрокинутого броневика и вытаскивает из кабины водителя, у девушки перехватило дыхание. Она вспомнила весь ужас, пережитый в эти страшные дни. Мия непроизвольно сжала руку Кима. Тот обернулся и посмотрел на сестру – по щекам девушки бежали слезы. Брат погладил Мию по руке и снова повернулся к экрану.

Ким успел застать феерический бросок камня, пробивший голову бандиту, напавшему на Шелта. В зале раздались аплодисменты и одобрительный свист. Но Мия не обратила на это внимания, она, как завороженная, смотрела на экран, где показывалась сцена ее захвата в заложники при бегстве Краго. Камера проследовала за бывшим заместителем до лестницы, и сцена сменилась кадрами улетающего планолета.

Когда на экране замелькали сцены захвата главной базы бандитов, Мия машинально прикрыла рот руками. Слезы градом полились из глаз девушки. И лишь картина ее приземления в Ормане, когда Вилар вынес на руках ее оцепеневшее тело, заставила девушку немного успокоиться.

Мия смотрела на все эти события со стороны, и в какой-то момент ей показалось, что на экране не она. Столько хорошего случилось с ней после, что не хотелось верить в то, что столько плохого было с ней до.

Когда на экране возникли кадры из больничной палаты, Мия с трудом узнала себя в безжизненном теле, лежащем на кровати. Сцена возвращения из Себара заставила девушку вздрогнуть. Мия увидела, насколько ужасно выглядела после болезни. Но на последующих кадрах, во время поиска семян, девушка выглядела уже свежее. Не остались без внимания и Ким с Ланом, помогавшие разгребать ветки упавшего дерева.

Затем пошли картины начала лечения. Зал начал наполняться гулом шепота. Все чаще в кадр стали попадать пациенты, которых лечила Мия. Узнавая себя, мужчины шептались с женами и друзьями. Напряжение от увиденных кадров перерастало в облегчение и радость.

В сюжете ролика стали мелькать люди, помогавшие Мие в лаборатории и больнице. Переговоры с коллегами на других базах. Первая выписка. Ну, а в заключении, было показано ставшее легендарным первое выступление Мии в прессе.

«Ваши родные и близкие живы, и они в безопасности. Вот самый главный предмет обсуждения и радости», – пронеслось по залу.

Экран погас, свет снова сделали ярче. Помещение наполнилось аплодисментами. Теперь все внимание было приковано к девушке.

Растерянная и совершенно потрясенная, Мия густо покраснела и не знала, что ей делать. Увидев замешательство сестры, Ким встал и под руку повел ее в центр зала. Мия шла на ватных ногах. Сознание отказывалось воспринимать происходящее, как реальность. В ушах предательски зазвенело, перед глазами поплыли черные круги. Чтобы не упасть в обморок, девушка сильнее ухватилась за руку Кима.

Брат проводил сестру на сцену и помог подняться. Все стихли.

– Я горд, что мне посчастливилось познакомиться с такой уникальной девушкой, – с теплой улыбкой начал Мирол.

Мия робко улыбнулась в ответ и ничего не ответила.

– Во-первых, вы первая женщина хищного общества, которая пересекла границы Ормана. Во-вторых, вы первая женщина, которая представлена к такой почетной награде. В-третьих, вы самая юная и прекрасная из всех сотрудников четырех башен Хранителей! – продолжил мужчина.

После этих слов Мия была готова провалиться сквозь землю. На лице застыла улыбка, а внутри все сжалось от невероятного смущения.

– Ну, а остальное вы только что видели. Такой, Мия, вы выглядите со стороны. Такой вас знают миллионы. Вы безусловный победитель голосования. У каждой победы есть свой герой. И я со всей ответственностью заявляю, что у победы над тотальной дегидратацией героем стала юная, самоотверженная и невероятно скромная – Мия!

После этих слов зал взорвался аплодисментами. Мия стояла, еле дыша, и смотрела на лица в зале. Улыбки присутствующих были искренними, как и их аплодисменты.

– У меня в руках конверт от Держателя Себара. Это его личный подарок вам, Мия, – после недолгой паузы продолжил Мирол.

В зале моментально стало тихо.

– В этом конверте находятся две бесценные бумаги. Первая является приглашением в замок Держателя на торжественный вечер, который состоится через два месяца. Вторая бумага – разрешение на пожизненное свободное пересечение границ хищных земель в обе стороны. Иными словами, Держатель даровал вам свободу. Согласитесь – бесценный подарок, – с улыбкой отметил мужчина.

Мия растерянно кивнула. Раньше она не ощущала себя несвободной и не задумывалась о том, что запрет на пересечение стены как-то ущемляет ее свободу. Но мысль, что она сможет навещать Кима, согрела ей душу.

– Но это еще не все. Приказом руководства миротворческого корпуса вам присвоен статус Почетного гостя Ормана. Это значит, что вы в любое время можете приехать в Орман на неограниченный срок. Вам будет предоставлено жилье и полное содержание в стенах любой из баз. Иными словами, милости просим и всегда рады! – снова подметил Мирол.

И снова зазвучали аплодисменты. Мия посмотрела на Кима. Брат сиял от счастья.

– Но и это еще не все. Помимо этих скромных подарков, вы получаете денежное вознаграждение, размеры которого позволят не только вам, но и вашим внукам прожить безбедную жизнь, – объявил Мирол и лукаво улыбнулся.

В зале раздался свист и аплодисменты. Все искренне радовались за Мию. А девушка, стояла на сцене, не веря, что все это происходит с ней, и смущенно улыбалась.

– Знаю, Мия, вы не любите говорить на публику, но когда захотите, у вас неплохо получается. Сделайте одолжение, скажите несколько слов для наших гостей и зрителей за периметром, – сказал Мирол и указал на противоположную стену, где Мия заметила маленький красный огонек.

Теперь, когда Мия понимала, что происходящее транслируется на весь мир, ее охватил ужас. Кровь прилила к щекам, а горло сжалось так, что невозможно было вымолвить ни звука. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Девушка собралась с силами, подошла к микрофону и произнесла первое, что пришло ей в голову.

– В детстве я очень любила слушать рассказы отца про священный лес и Хранителей. Тогда Орман представлялся мне светлым волшебным местом. А его Хранители – могучими бесстрашными стражами. И я рада, что детское восприятие меня не обмануло. Орман великолепен! Священный лес не географический центр нашего мира, он его сердце – чистое и беспристрастное. А Хранители, неотъемлемая его часть. Они лучшие из лучших, но такими их делает не умение лучше всех драться. Лучшими их делает полная самоотдача, потрясающее мужество и бесконечная любовь и уважение к Орману. И пока на страже Священного леса такие мужчины, ему не страшны никакие эпидемии и заговоры. Благодаря вам – сказала Мия, обращаясь к присутствующим в зале, – наш мир именно такой, какой он есть: свободный, яркий и разнообразный. Спасибо! – искренне выдохнула Мия.

Зал взорвался аплодисментами. Снова послышался свист. Присутствующие подняли бокалы.

Мирол больше не стал задерживать Мию. Ким помог сестре спуститься со сцены и проводил до столика. Глава Верховного Совета объявил об окончании официальной части мероприятия и, пожелав присутствующим приятного вечера, покинул сцену. Официанты разносили основные блюда. За столиком Мии все были заняты ужином, только у нее не было аппетита. Девушка сидела погруженная в себя и для вида ковыряла вилкой в сочном стейке.

– Что-то не так со стейком? – тихо спросил Ким.

– Нет, со стейком все отлично, – улыбнулась Мия.

– Тогда что? – кратко поинтересовался брат.

– Все, – с тяжелым вздохом ответила девушка.

– А! Ну это все объясняет, – кивнул Ким.

– Прости, от переизбытка чувств у меня в голове ни одной мысли! Столько всего!

– Как я тебя понимаю! Сам весь на эмоциях! Меня ведь так и не наградили! – картинно возмутился Лан.

– Прекрати паясничать, Лан, видишь, наша звезда не в духе, – отозвался Рок.

– Что значит – «звезда»? – растерянно спросила Мия.

– Знаменитость. Человек, которого все знают и который часто мелькает в прессе, – пояснил молодой человек.

– Вот как раз это меня и расстраивает, – честно призналась девушка. – Я и представить себе не могла, что каждое мое действие снимают и показывают на весь мир. Откуда у них видеоматериалы из таких мест, про которые я и подумать не могла? Например, перестрелка в Ормане. Откуда велась съемка?

– С автоматического видеорегистратора на браслете, конечно, – удивленно ответил Ким.

– Ну, допустим. А откуда кадры нападения на колонну, когда меня пытались перевезти в главный корпус?

– С автомобиля. Броневик оснащен штатными торцевыми и фронтальными камерами. Это нужно для наблюдения за ситуацией вокруг автомобиля. Все транслируется в кабину водителя и автоматически записывается. При необходимости изображение транслируется на базу, – разъяснил брат.

– Это ужас какой-то, – грустно вздохнула девушка – Надеюсь, хотя бы у меня в ванной камер нет.

– Есть, конечно, – ехидно улыбнулся Рок. – Но записи с этих камер хранятся на отдельных серверах и не публикуются.

Шокированная Мия неверящими глазами уставилась на Рока.

– Привыкай, красотка, когда ты на территории Ормана, у тебя нет личной жизни. Постоянное видеонаблюдение, это часть нашей жизни. В контракте при вступлении в должность это четко прописано, – ответил молодой человек.

– И что, вас это не смущает? – изумилась девушка.

– Кого может смущать внимание! Только дурак не мечтает прославиться, – вмешалась Мила.

– Мия, этот мир отличается от нашего. Ты привыкнешь, – успокаивал Ким.

– Это вряд ли! – возмущенно ответила Мия.

– Не сердись, Мия, ты должна понимать, что для поддержания безопасности и порядка круглосуточное видеонаблюдение вещь необходимая, – вступился Лан.

– Предположим, ты прав, но транслировать на весь мир-то зачем? – не унималась Мия.

– Ты очень странная, Мия. Что тебя смущает?! Тебя весь мир обожает благодаря этим трансляциям. Разве плохо? – изумилась Мила.

– Мне не нужен весь мир. Для меня важно мнение только близких людей: уважение отца, любовь брата. А зачем мне весь мир? Ведь есть же понятие интимности. У меня на родине люди уважают и оберегают личную жизнь друг друга. Сплетни и пересуды – дело позорное, – объясняла Мия.

– Одно дело – пересуды, а другое прямая констатация фактов, – настаивала Мила.

– Так все эти съемки и интерес к моей жизни будут порождать пересуды. Сегодня показали съемки из лаборатории, а завтра могут обнародовать запись с камеры в ванной, – объяснила Мия.

– Да, это была бы бомба, – мечтательно выдохнул Рок.

– Не преувеличивай, Мия, никто твоей личной жизни не нарушил. В ролике нет ни одной провокационной детали. Все сухо и по делу, – слегка раздраженно ответила Мила. – Но Рок прав, в ванной тебя мечтает увидеть полмира.

– Давайте прекратим этот пустой спор. Правда всегда где-то посередине. Я вырос с Мией и понимаю ее возмущение, но, пожив за стеной, успел привыкнуть и к правилам травоядного общества, – вмешался Ким. – Хотя, откровенно говоря, мысль о том, кто, и в каком виде, мечтает увидеть мою сестру, портит мне настроение. А в данных обстоятельствах это ни к чему.

– Слышали все?! А ну прекращайте увечить тонкую и ранимую натуру моего лучшего друга, – засмеялся Лан.

Между друзьями снова завязалась словесная перепалка. Мия не обращала на них внимания. После всего услышанного настроение ее резко ухудшилось. Все-таки этот травоядный мир был очень странным. Мысль о том, что кто-то, кого она даже не знает, мечтает увидеть ее обнаженной, вызывала отвращение. Девушка встала.

– Вы доедайте, а я пойду пройдусь. Здесь душно, хочу на свежий воздух, – извинилась она и пошла к выходу.

В поисках уединения девушка направилась в соседний зал. Он был пуст. Вокруг столов самообслуживания суетились официанты. У противоположной стены Мия заметила небольшую барную стойку, там сосредоточено колдовал бармен. На девушку никто не обратил внимание. Мия восприняла это, как разрешение войти, и двинулась вглубь помещения, где в самом укромном углу присмотрела столик. Но стоило девушке сделать несколько шагов, как ее окликнул незнакомый мужской голос. Думая, что ее сейчас попросят покинуть помещение, Мия робко повернулась.

– Простите, я подумала, что уже можно, – не дожидаясь выговора, извинилась она.

Мужчина растерялся и удивленно уставился на Мию. После недолгой паузы он сказал:

– Мия, меня зовут Крат, – и протянул девушке руку.

После разговора о мировой известности и упоминания о желающих видеть ее в ванной, Мие стало не по себе. Она внутренне поморщилась и серьезно ответила:

– Очень приятно, чем могу помочь?

– Ничем. Вы мне, собственно, уже помогли. Именно поэтому я к вам и подошел, – спокойно ответил мужчина.

После этих слов Мия насторожилась еще больше. Она посмотрела на мужчину. На вид ему было около сорока лет или чуть больше. Статный, как все военные, с темными волосами, подернутыми сединой, приятное лицо украшала аккуратная бородка. Внешность мужчины располагала к доверию и Мия спросила:

– Как я могла вам помочь, если вижу впервые?

– Давайте присядем и я все объясню, – мужчина жестом пригласил Мию пройти в зал.

Девушка немного поколебалась и направилась к столику, который уже приметила для себя. Крат сел с противоположной стороны и заговорил:

– Сейчас на экране показывали ролик о ваших злоключениях в Ормане. Там была сцена, за которую я буду благодарен вам до конца своих дней. И не только я, поверьте.

Мия заинтриговано слушала.

– Это касается нападения на колонну при перевозке вас на главную базу. Там где радикалам таки удалось вас похитить, помните?

– Конечно, такое невозможно забыть, – ответила девушка.

– Тогда вы наверняка помните Шелта, – продолжил Крат.

– Да, конечно! Вы с ним знакомы, как он? – просияла Мия.

– Да, я с ним знаком. Благодаря вам он отлично себя чувствует. Именно за это я и хотел вас поблагодарить. Дело в том, что он мой единственный сын. То, что он попал в ту переделку, моя вина. Он молод, отважен, амбициозен и полон идеалов. Совсем, как я в молодости. Долгое время мне удавалось держать его вдали от горячих точек и опасных операций. Но тогда я проявил слабость, Шелт уговаривал меня, как никогда до этого. Ему безумно хотелось с вами познакомиться и «поучаствовать в чем-то действительно стоящем», так он тогда сказал. Краго убедил совет, что операция будет под полным контролем, поэтому я использовал свои связи и пристроил сына в кортеж. Он был счастлив, – мужчина грустно улыбнулся и продолжил: – В тот день я был в башне. Вы, наверное, не в курсе, но с броневика велась прямая трансляция на базу, и я стал свидетелем всего, что происходило в лесу. Никогда не забуду страшных минут, которые провел в бессильной ярости перед экранами. На моих глазах убивали собственного сына, а я ничем не мог помочь. Трансляция велась в реальном времени, я словно был там, стоял рядом, но ничего не мог сделать. В тот момент… – мужчина замолчал.

Видно было, что страшные воспоминания до сих пор мучительны для него.

– Главное, что все позади. Шелт жив и здоров, многому научился, многое понял, приобрел ценный опыт, – с улыбкой успокаивала Мия.

– Да, и вместе с ним шрамы на пол-лица, – грустно вздохнул Крат.

– У меня на родине говорят: «Шрамы украшают мужчину».

– В его случае это именно так, – с гордостью ответил мужчина. – Тот инцидент прославил его – от женщин отбоя нет.

– Ну вот, видите, как все хорошо. Я рада за него, – улыбнулась в ответ Мия.

– Мия, вы даже не представляете, как я вам обязан. Ваш меткий бросок спас не только его жизнь, он спас всю мою семью. Шелт для нас с женой – все. Мы не пережили бы этой утраты, – искренне сказал Крат.

Мужчина полез в карман, достал оттуда маленькую карточку и протянул девушке.

– Возьмите мою визитку. Если когда-нибудь вам будет нужна помощь – свяжитесь со мной, я сделаю все, что в моих силах, – горячо сказал мужчина.

– Спасибо, – с улыбкой ответила Мия и приняла карточку.

Краем глаза девушка заметила, что в зал вошел Ким. Он осмотрелся и, заметив ее, направился к столику. Крат сидел к нему спиной. Ким напрягся, увидев, что сестра не одна.

– И еще, – продолжил Крат, немного смутившись. – Шелт очень просил ваш автограф.

– Да, конечно, – ответила Мия.

Мужчина протянул ей листок и ручку. Мия написала: «Моему защитнику Шелту. С искренней благодарностью и симпатией. Мия». Девушка вернула ручку и листок. Крат пробежал глазами по тексту и улыбнулся.

– Я не помешаю? – сурово спросил подошедший Ким.

Мужчина встал и обернулся лицом к молодому человеку. Увидев собеседника сестры в лицо, Ким вытянулся по струнке, и официальным тоном отрапортовал:

– Добрый вечер, господин Крат. Простите, что прервал.

– Ничего, я уже закончил, – спокойно ответил мужчина, затем повернулся к Мие и добавил: – Еще раз спасибо. Удачного вам вечера.

Мужчина направился к выходу, а обалдевший Ким еще долго смотрел ему вслед. Когда Крат уже выходил, в дверях с ним столкнулись Лан и Рок. При виде мужчины, лица молодых людей вытянулись от удивления. Быстро подойдя к столу, Лан с заговорщическим видом спросил у Кима:

– А он что тут делает?

– Понятия не имею. О чем он с тобой разговаривал, Мия? – обратился к сестре Ким.

– Крат разговаривал с Мией?! – удивился подошедший Рок.

– Пожелал приятного вечера, – пожав плечами, ответила девушка.

– Очень странно… – задумчиво проговорил брат.

– Когда начальник Гаола, желает даме приятного вечера, это не к добру, – растеряно сказал Рок.

– Начальник чего? – удивилась Мия.

– Гаола. Это главное тюремное поселение, – кратко пояснил Ким.

– Ну, подумаешь, начальник тюрьмы, что в этом такого страшного? – удивилась девушка.

– Гаол не просто тюрьма, это огромный город. Почти государство со своими правилами и порядками. Туда ссылают преступников со всего мира… – начал объяснять Ким.

– То еще местечко, – перебил Лан.

– Вы хотите сказать, что если бы меня осудили в Себаре, то отправили бы в Гаол? – спросила Мия.

– Да, – ответил Лан.

– А я всегда думала, что у нас есть свои тюрьмы.

– Раньше были, но их упразднили и создали Гаол, – объяснил Ким.

– Значит, если бы я стащила у старой Юки десяток яиц, мне пришлось бы соседствовать с маньяками и убийцами? – испугалась Мия.

– Нет. Гаол сложная тюремная система. Он состоит из зон. В зависимости от тяжести преступления человека определяют в соответствующую зону, – успокоил брат.

– За кражу яиц тебе просто отрубят руку и отправят домой. Нечего мировой бюджет на пустяки переводить, – зловеще заявил Рок и подмигнул Мие.

Девушка испуганно посмотрела на молодого человека.

– Хорош ее запугивать, Рок – это совершенно не смешно. Что за темы у вас сегодня? Сначала съемками мне настроение портили, теперь – про тюрьму! Мы, вроде, повеселиться собрались! – возмутился Ким.

– Рада, что это неправда. Страшно жить в мире, где за такие мелочи руки отрубают, – облегченно вздохнула Мия.

– За кражу яиц тебя на пару месяцев в трудовой лагерь упекут. А вот попадись нам Газар, он бы в Пекло загремел, – вмешался Лан.

– В Пекло? – удивилась девушка.

– Это самое сердце Гаола. Поверь, тебе туда лучше не попадать. Люди там умирают очень быстро. Это город, где правят самые опасные преступники. Там почти все осуждены на пожизненное заключение. Туда отправляют умирать. Их не выпускают за периметр, но внутрь города не суются. Там правят сами заключенные, это страшное место, – объяснил Лан.

– Так, все, прекращайте! – вмешался Ким.

Мия нервно поежилась. Несколько минут назад она разговаривала с начальником этого ужасного места, неудивительно, что остальные так отреагировали на его появление.

– А где Мила? – спохватилась девушка.

– Удалилась в дамскую комнату, – ответил Рок. – Поэтому пока я в полном твоем распоряжении.

– Нехорошо флиртовать за спиной у своей девушки! – возмутилась Мия.

– Во-первых, она не моя девушка. Во-вторых, полигамия в природе мужчины, а против природы не попрешь, – отмахнулся Рок.

– Не знаю, какое значение ты вкладываешь в слово «девушка», но по мне, если мужчина пришел на такое официальное мероприятия со спутницей, значит она либо член его семьи, либо скоро им станет, – сказала Мия.

– Ты безнадежно устарела, – улыбнулся Рок.

– Спасибо, мне говорили, – усмехнулась Мия.

В памяти всплыл ее пылкий разговор с Краго в лаборатории после его исцеления.

– О! Вечер обещает быть интересным! По всей видимости, к нам сейчас присоединится Дикер с компанией, – сказал Лан, глядя в сторону входа.

Мия посмотрела на дверь. Оттуда в их сторону двигалась веселая компания из пяти мужчин и двух девушек, а мгновение спустя, подошла и Мила. Вновь прибывшие уютно расположились за их столиком. Несмотря на небольшие размеры островка, места хватило всем. Все были в прекрасном настроении. Вечер наполнился веселыми шутками, интересными рассказами и непринужденным общением. Постепенно зал наполнялся людьми, и вскоре не осталось ни одного свободного столика. Несмотря на это, их островок был самым шумным. Ким и Лан бесконечно острили, поэтому за столом то и дело раздавался громкий смех. Люди с любопытством оборачивались на шумную компанию. Многие, заметив Мию среди присутствующих, пускались в какие-то обсуждения. Но девушку это не волновало. Мия сидела молча, с интересом слушая рассказы Хранителей о приключениях, связанных с эпидемией. Мужчины перебивали друг друга, острили и веселились от души. Ким был звездой вечера. Он всегда умел красочно и с юмором преподнести любую, даже самую заурядную историю, и был настолько красив, что присутствующие дамы внимали ему, раскрыв рты. Даже мужчины не перебивали его рассказов.

– Мия, а почему вы все время молчите? – спросила одна девушка из компании Дикера.

– Знаете, зачем женщине дано два уха и один рот? – с улыбкой спросила в ответ Мия.

Девушка отрицательно покачала головой.

– Чтобы больше слушать и меньше говорить, – вмешался в разговор Ким.

Мия с Кимом переглянулись и, неожиданно для всех, расхохотались. Это был один из тех моментов, когда понимаешь, что рядом есть человек, который понимает тебя даже не с полуслова, а с полувзгляда.

– Я уже успел проголодаться. Невозможно острить на пустой желудок, – пожаловался Лан.

– Пойдем дружище, я уговорю официантов дать тебе хоть что-нибудь. Скажу, что ты со мной и думаю, они над тобой сжалятся, – ответил Ким вставая.

– Скорее, выдадут в качестве компенсации за такое жуткое соседство, – сострил Лан.

– Ты чего-нибудь хочешь? – обратился Ким к Мие.

– Из еды – нет. Я бы немного прошлась, – ответила сестра и тоже встала.

Когда молодые люди отошли от стола, Ким и Лан извинились перед Мией, и отправились в комнату для мужчин. В ожидании девушка присела в маленьком баре и попросила сок.

В помещении было людно. За исключением их компании, остальные гости праздника вели себя сдержанно. Приглушенная музыка создавала расслабляющую атмосферу. Все островки со столиками были заняты. Многие разговаривали, стоя неподалеку от стола с закусками. Мие непривычно было видеть мужчин в элегантных костюмах, а разнообразие нарядов присутствующих дам, поражало воображение. Девушка с любопытством скользила глазами по залу и примечала интересных людей.

Вдруг Мию привлек чей-то настойчивый взгляд. Это был Вилар. Он сидел за одним из столиков в обществе нескольких женщин и мужчин. Из мужчин Мия узнала только Мирола, а женщин, разумеется, видела впервые. За столом велась оживленная беседа, в которой Верховный Хранитель почти не принимал участия. Мия смотрела в глаза Вилару и силилась угадать, что он чувствует. Но, как и всегда, холодное, чуть высокомерное выражение его лица, искусно скрывало от окружающих истинные чувства. Внезапно незнакомый женский голос отвлек девушку.

– Значит, слухи не врут?

Мия удивленно повернулась на голос и застыла. Рядом с ней стояла одна из самых красивых женщин, которых ей доводилось видеть прежде. Стройная, элегантно одетая брюнетка, смотрела на нее ярко зелеными глазами. От красавицы веяло роскошью, аристократизмом и безграничной уверенностью в себе. Мия растерялась и отвела глаза.

– В прессу давно просочились слухи о ваших отношениях с Виларом, – спокойно продолжила женщина, переводя взгляд с Мии на Верховного Хранителя.

Мия тоже посмотрела на Вилара и, к своему удивлению, заметила, как изменилось выражение его лица – безразличие сменилось явной тревогой. Казалось, он хочет встать и подойти к ним, но что-то удерживает его от этого шага. Мия догадалась, что перемена связана с этой женщиной.

– Это меня не удивляет, вокруг Вилара всегда много женщин. Еще бы! Он красив, богат и знаменит. Но есть один нюанс… – сказала женщина и снова повернулась к Мие. – Он не свободен. У него уже есть любовь всей жизни. И он ни на кого ее не променяет.

Женщина взяла с барной стойки бокал вина, медленно отпила и продолжила.

– Эта коварная обольстительница покорила многих мужчин его круга. И он, к сожалению, не стал исключением.

– И кто же она? – не выдержала Мия.

Красавица лукаво улыбнулась.

– Его работа. Даже не работа, как таковая. А те блага, которые она в себе несет. Богатство, власть, слава и уважение. Ради нее он готов на все. А на другую у него не остается времени.

Мия удивленно смотрела на собеседницу. Она понимала, о чем говорит незнакомка. Все это время именно работа стояла между ней и Виларом. Его постоянная занятость мешала общению, а статус вынуждал скрывать отношения. Вилар отводил Мие очень мало времени, но, несмотря на это, Мия никогда не считала себя вправе ставить свои интересы выше его. Со свойственной ей кротостью, девушка принимала все, как есть.

– Не трать время. Его интерес быстро угаснет, если уже не угас. Такое было много раз, – сказала незнакомка и грустно улыбнулась.

Все внутри Мии больно сжалось. Девушка почувствовала себя обманутой. Она машинально посмотрела туда, где минуту назад сидел Вилар, но мужчины на месте не оказалось.

– Откуда вы знаете? – тихо выдавила Мия.

– Я была его любовницей три года – для него это рекорд. И за это время изучила его досконально, – спокойно ответила женщина.

На Мию словно вылили ведро ледяной воды. Девушка уставилась на незнакомку огромными от изумления глазами. Все переживания моментально испарились, уступив место шоку. В хищном обществе слово «любовница» – одно из самых оскорбительных. Ни одна женщина в здравом уме не назовет себя так. Отношения вне брака считались страшным позором, а отношения интимного характера, не приведшие к браку, – несмываемое пятно на всей семье. О таком сраме принято молчать, а эта богато одетая, внешне такая утонченная женщина спокойно рассказывает о своем бесчестии малознакомой девушке. «Что это за мир?! Что это за люди?!» – кричала про себя потрясенная Мия. Девушка впервые в жизни испытала отвращение к незнакомому человеку. Ей показалась страшным лицемерием красота и опрятность этой женщины. Мия молча поставила стакан с недопитым соком на стойку и пошла в сторону выхода. Ей вдруг захотелось немедленно оказаться дома, в родной гостиной у камина, и чтобы рядом был отец. Хорошо бы снова стать маленькой девочкой и больше никогда не возвращаться в этот странный развращенный мир. Все, что с детства закладывали в нее, как фундамент воспитания и образец поведения, рушилось на глазах. Выдержать такие потрясения без поддержки – дело нелегкое.

Погруженная в свои переживания, Мия не заметила, как оказалась в незнакомом светлом коридоре. Девушка остановилась и растерянно осмотрелась. Вокруг было пусто, но из-за поворота раздавались голоса. В надежде выяснить дорогу в зал, Мия пошла на шум. Каково же было ее удивление, когда за поворотом в конце длинного коридора она увидела Кима и Вилара. Ким стоял к ней лицом, а Вилар спиной. О чем говорили мужчины, Мия не расслышала, она застала лишь конечную сцену, когда Вилар проходя мимо Кима, грубо толкнул его плечом в плечо. Сцена была настолько вызывающей, что Мия сначала усомнилась, был ли это Вилар. Ким стерпел этот агрессивный выпад, хотя по лицу было видно, насколько он зол. Мия решила скрыть, что стала свидетелем этой сцены. Она поспешно направилась в начало коридора и осталась дожидаться Кима у самого входа.

Брат появился не сразу. Вероятно, он остановился немного успокоиться и взять себя в руки. Ему это удалось, к Мие он вышел совершенно спокойный и, увидев сестру, лучезарно улыбнулся.

– Прости, что заставил столько ждать. Лан зацепился языком с одной барышней, и я никак не мог его оттащить.

– А где он теперь? – спросила Мия.

– Разбирается с ее мужем, – ответил брат.

– Надеюсь, все закончится мирно? – заволновалась девушка.

– Не волнуйся, этот парень от кого хочешь отболтается, – улыбнулся Ким.

Мия взяла брата под руку, и они направились в зал. За их столиком, как и прежде, было людно, оживленно и весело. К компании присоединились еще двое мужчин и одна девушка. Стол был заставлен бокалами и аппетитными закусками.

– Мы думали, вы от нас сбежали, – сказал Рок, увидев Кима.

– Мне, конечно, стыдно за ваше поведение, но не настолько, чтобы сбежать, – с улыбкой ответил молодой человек.

– А где ты потерял Лана? – поинтересовался Дикер.

– В туалете.

– Утопил? – кратко поинтересовался Рок.

– Нет, но соблазн был, – весело ответил Ким.

Ким начал красочное повествование о случившемся в туалете, а Мия осторожно пробралась на свое прежнее место и затихла. Слова незнакомки не давали покоя, а сцена в коридоре наводила на самые мрачные мысли. Все это не укладывалось в ее сознании. Но один вывод девушка все-таки сделала – она совершенно не знает Вилара. И ей больше не стоит ему доверять. Самым огорчительным было, что она не знала никого из присутствующих и никому кроме Кима доверять не могла. И виной тому не личные качества здешних обитателей, а общество, устои которого настолько отличаются от тех, к которым она привыкла. Мия утешилась мыслью, что всего через несколько дней она окажется дома.

Девушка была рада, когда торжественный вечер подошел к концу и его участники потянулись к выходу. Мия тихо сидела и ждала, когда Ким тоже соберется пойти домой. Но их веселая компания разошлась последней. Уже на выходе с Кимом поравнялся Рок и спросил:

Я украду твою спутницу на секунду?

Если только на секунду, – настороженно ответил брат.

Рок жестом пригласил Мию отойти в сторону. Девушка подчинилась.

Слышал, ты послезавтра уезжаешь. И это, возможно, последняя наша встреча, – тихо проговорил Рок.

Молодой человек полез во внутренний карман пиджака и достал маленькую бархатную коробочку.

Не знаю, что так огорчило тебя во второй половине вечера, но искренне желаю, чтобы ничто больше не расстраивало тебя впредь. Ты одна из самых лучших женщин, которых мне доводилось встречать в своей жизни. Я тебя не забуду. И мне бы очень хотелось, чтобы и ты не забыла меня.

С этими словами он открыл коробочку и вынул маленький изящный медальон выполненный из белого блестящего металла и инкрустированный крупным ярко-красным кристаллом. Украшение было очень тонкой работы. По центру медальона оплетая каменную вставку в сложном узоре сплелись три существа, символизирующие три расы. Украшение дополнялось изящной цепочкой из того же белого метала.

Такой неожиданный подарок смутил Мию. Девушка хотела запротестовать. Но Рок угадал ее намерение и торопливо продолжил.

Не пойми меня превратно. Это знак дружбы и глубочайшего уважения. Не отвергай его. И он не только от меня, он от всех, кому ты помогла.

Рок так искренне сказал это, что Мия приняла подарок.

Цепочка и сам медальон из сверхпрочного сплава. Одев однажды, ты никогда его не потеряешь. Кроме того, это не просто красивая безделушка, а портативный коннектор – новейшая разработка. Если ты нажмешь подушечкой своего большого пальца в центр медальона он соединит тебя со мной, – объяснил Рок.

Мия удивленно взглянула на Рока.

– Я дарю его не для того, чтобы по вечерам вести с тобой томные беседы, – обижено проговорил молодой человек, заметив замешательство Мии.

– А зачем?

– Если когда-нибудь тебе понадобится помощь, воспользуйся им. Помни, что много Хранителей, и я в том числе, обязаны тебе жизнью. И этот долг они готовы отдать в любую минуту, – мягко проговорил Рок.

Мия была потрясена. На какой-то момент ей стало стыдно, что весь вечер она относилась к присутствующим с предвзятостью. Девушка тепло обняла Рока и дружески чмокнула в щеку.

– Спасибо за заботу тебе и всем, кто принял в этом участие, – искренне проговорила она.

Рок хотел что-то ответить, но подошел Ким.

– У тебя что-то с часами. Прошла уже целая вечность, – проговорил брат.

– Ты бесконечно тактичен, Ким.

– Стараюсь, – ответил тот и повел Мию к выходу.

Девушка оглянулась на Рока, смотрящего ей вслед, и махнула рукой.

Ким проводил Мию до ее бокса, а сам в компании коллег отправился продолжать веселье. Куда именно пошли мужчины сестру мало интересовало. Мия чувствовала себя ужасно уставшей. Ее хватило только на то, чтобы принять душ, после которого девушка упала в кровать и глубоко заснула.

Глава двадцать девятая

Среди ночи Мию разбудил стук в дверь. Сонная девушка открыла, даже не поинтересовавшись, кто стучит. На пороге стоял Лан.

– Что случилось? – сонным голосом спросила Мия.

– Прости, что разбудил. Я ищу Кима, он не у тебя? – встревоженно спросил молодой человек.

– Нет, а который час?

– Около трех, – ответил Лан.

– И что, дома его нет? – удивилась Мия.

– Нет.

– А зачем он тебе вообще понадобился в такое время? – с сомнением спросила девушка.

– Это долгая история. А ты не знаешь, где он может быть? Он тебе ничего не говорил? – расспрашивал молодой человек.

– Нет, ничего не говорил. Последний раз я его видела вместе с тобой и остальными, когда вы пошли праздновать дальше. Больше он не заходил.

– Очень странно, – тихо проговорил Лан.

Мия с тревогой смотрела на друга – мужчина заметно нервничал.

– Ты чего-то недоговариваешь? Что случилось? – начала расспрашивать Мия.

– Ничего, все нормально. Иди, ложись спать. Я пойду.

– Ты смеешься? Я теперь не засну! Я пойду с тобой, – запротестовала девушка.

– Не надо, Мия. Оставайся дома, я свяжусь с тобой по коннектору.

– Ну, уж нет. А вдруг что-то случилось? Я пойду с тобой, не спорь, – поставила точку Мия.

Она скрылась в комнате, быстро переоделась и снова вышла к Лану.

– Готова? – спросил молодой человек и, не дожидаясь ответа, продолжил – У меня есть одно предположение. Я уже все обыскал, кроме тренировочного блока.

– Что ему там делать среди ночи? – удивилась Мия.

– Не знаю. Но если его там нет, остается только Орман, – ответил Лан и поспешил к лифтам.

Мия молча следовала за молодым человеком. Ее все сильнее охватывала тревога за брата. Девушка понимала, что на территории базы с Кимом не может случиться ничего плохого, но все-таки дурное предчувствие одолевало Мию.

Молодые люди быстро добрались до тренировочного блока и начали поиски. В холле было непривычно темно и пусто. Помещение слабо освещалось резервными лампами. Лан заглядывал во все помещения по очереди и каждый раз разочарованно сообщал Мие, что Кима там нет.

Зал за залом они добрались до эмулятора. Лан открыл дверь и вошел внутрь. На этот раз молодой человек пропал надолго. Почуяв неладное, Мия вошла вслед за ним.

Помещение было освещено тусклыми резервными лампами. Стояла тишина. Лана нигде не было видно. Мия обвела взглядом все пространство зала и застыла в ужасе, глядя на арену под прозрачным куполом. Там за толстым стеклом шла настоящая бойня. Вилар в гробовой тишине беспощадно избивал Кима. Купол не пропускал шум, и от этого происходящее казалось еще более страшным.

Мия застала конец схватки. Окровавленное лицо брата трудно было узнать, но это был он. Молодой человек не сопротивлялся. Удар за ударом Верховный Хранитель выбивал из него последние остатки сознания. На лице Кима не было живого места. Сам Вилар практически не пострадал, у него была слегка подбита губа, и виднелось небольшое покраснение на скуле.

От этого чудовищного зрелища у Мии похолодели руки. Девушка закричала и побежала к арене. Она что есть силы начала барабанить в стекло купола. Но, по всей видимости, ее не было слышно с внутренней стороны. Стена полностью поглощала звуки. Мия, как обезумевшая билась о стекло. Так прошло несколько ужасно долгих минут. Закончилось все тем, что Вилар эффектным ударом отправил и без того полуживого Кима в нокаут. Мия пронзительно закричала. К девушке подбежал Лан и попытался увести из зала. Она вырвалась и снова приникала к стеклу. Именно в этот момент Вилар поднял глаза и увидел Мию.

Она стояла заплаканная, задыхающаяся и взгляд ее метался между телом брата и Виларом. От этого зрелища мужчина моментально протрезвел. Меньше всего он ожидал ее здесь увидеть. Всего несколько мгновений понадобилось, чтобы понять, какую огромную ошибку он совершил.

Мия взяла себя в руки и попросила Лана проводить ее под купол. Молодой человек возражать не стал. Они прошли через малозаметную боковую дверь, спустились по лестнице в раздевалку и на специальном подъемнике поднялись под купол. Мия сразу бросилась к брату, не удостоив Вилара даже взглядом. Девушка опустилась перед окровавленным телом на колени и начала осматривать раны. По щекам градом катились слезы. Мия ощупывала повреждения на лице и теле, стараясь диагностировать переломы и смещения. Слезы мешали сфокусироваться, перед глазами все плыло. Девушка вытирала лицо руками, испачканными в крови брата. Красные разводы оставались на щеках, и смешиваясь со слезами, медленно стекались к шее. Кроме слез и дрожи, ничто не выдавало ее чувств. Мия сосредоточено проводила осмотр, а Вилар и Лан молча наблюдали за процессом. Когда девушка убедилась, что серьезных переломов нет, и тело брата можно переносить, она жестом подозвала Лана. Вилар сделал шаг вперед, чтобы помочь.

– Не надо, – дрожащим голосом твердо сказала Мия, обращаясь к мужчине.

Она посмотрела на него такими глазами, что сердце Хранителя сжалось. Даже сейчас в них не было ненависти, только отчаянная боль и невыразимое разочарование.

– Я могу все объяснить, – без особой надежды проговорил Вилар.

– Это все равно ничего не изменит, – ответила девушка и отвернулась.

Лан и Мия подхватили Кима с двух сторон и потащили к подъемнику. А совершенно опустошенный Вилар так и остался стоять под стеклянным колпаком, наедине со своим позором. Верховный Хранитель еще долго смотрел им вслед и думал, что выиграв эту драку, главный бой он проиграл.

Ценой невероятных усилий друзьям удалось дотащить полуживого Кима до жилого бокса Мии. К счастью, по пути им никто не встретился.

Лан помог положить Кима на кровать и сел перевести дух. Он сидел и молча наблюдал, как мечется по боксу Мия. Девушка быстро достала свои драгоценные мази и отвары, обследовала штатную аптечку, обязательный атрибут любого бокса. Когда все было готово, они вместе раздели Кима. Сестра еще раз тщательно осмотрела повреждения и приступила к лечению. Девушка аккуратно промыла открытые раны и нанесла заживляющую мазь. Крови было много, но кроме рассечений, ушибов и вывихов, серьезных ран не было.

– С ним все в порядке? – не выдержал Лан.

– Сломан только нос, других переломов я не обнаружила. Вывих кисти правой руки, локтевого сустава левой. Выбиты два пальца. Вилар свернул ему челюсть. Судя по гематомам, он отбил ему почки и ребра. Наверное, самое сложное – это вывихнутое колено. А что касается внутренних повреждений, их диагностировать без оборудования сложно. В общем, Вилар умеет сделать человеку больно, сильно при этом не навредив. Ребра, почки, нос – одни из самых болезненных повреждений – заживать будут долго и мучительно. Сейчас главное вправить и зафиксировать вывихи. Нужны шины, они в лаборатории. Мне надо за ними сбегать. Побудь с ним, – сказала Мия.

Лан молча кивнул, он был очень подавлен происшедшим. Мия ушла. На всей территории базы было очень тихо. Следующий день после торжественного вечера, был объявлен выходным, поэтому многие уехали за периметр, а оставшиеся ещё спали. Девушка беспрепятственно попала в лабораторию, собрала все необходимое и вернулась в свой бокс. Когда она вошла, Ким и Лан, о чем-то тихо разговаривали. Радостная Мия вбежала в комнату.

– Ким!

Она подбежала к брату обняла и поцеловала в распухшую от отека щеку.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня переехал танк, – прохрипел Ким.

– Ты объяснишь, что там произошло? – серьезным тоном спросила сестра.

– Ерунда. Мне наконец-то накостыляли, – небрежно ответил молодой человек и попытался улыбнуться.

От неожиданной боли в челюсти и губах он вздрогнул и больше улыбаться не пытался.

– Ерунда?! Да на тебе живого места нет. За что он тебя так избил? – возмутилась девушка.

– Не сошлись характерами. Слово за слово, и понеслось. Ты же меня знаешь, я с детства наглый, – отмахнулся брат.

– Ким не темни, рассказывай, – настаивала девушка.

– Мия, если ты эту хромоножку лечить не собираешься, могу устроить ему допрос. Вывихну второе колено, например. Как тебе мое предложение? – вмешался Лан.

– Не смешно, Лан, – отмахнулась Мия.

– Лан сказал, переломов нет. Жить буду? – спросил Ким.

– Не уводи разговор от темы. Почему ты не сопротивлялся? – с горечью в голосе спросила сестра.

– Почему – не сопротивлялся? Разок я ему вмазал. Немногие могут этим похвастаться. Но увлекаться избиением Верховного Хранителя не стоит. А то можно пригласительный получить в строгую зону Гаола. А я бы лучше на море съездил, чем в этот ад, – отшутился Ким.

Мия была настолько возмущена услышанным, что перестала докучать брату вопросами. Погруженная в свои переживания, она принялась распаковывать шины.

– Мия, не расстраивайся. Все заживет. Переломов нет, а синяки и вывихи пройдут быстро.

– Ну как тут не расстраиваться? Ты бы себя видел! На тебе живого места нет – одна сплошная гематома, – ответила Мия.

– Ничего, ему на пользу, а то совсем зазнался. Так ему хоть кто-то на ринге навалял, – вмешался Лан.

– Это было нечестно! – возмутилась сестра.

– Жизнь вообще нечестная штука. Это только на соревнованиях все по правилам, а в жизни по-разному бывает. Кстати, о соревнованиях! – сказал Лан и посмотрел на Кима.

– Да успею я восстановиться, не переживай, – отмахнулся Ким.

– Вы о чем? – насторожилась Мия.

– Не слушай этого параноика. У нас через полвека внутренние соревнования между базами. Помнишь, я тебе рассказывал? – объяснил брат.

– Полвека?! Через три месяца, если точнее, – перебил Лан.

Возмущенная Мия собиралась что-то сказать, но Ким ее опередил:

– Поваляюсь месяцок дома, в Себаре, и стану, как огурчик. Вилару ни к чему шумиха вокруг этого инцидента, думаю, меня отпустят без особых проблем.

Мысль о том, что домой она поедет не одна и вся семья снова будет в сборе, согрела Мию. Девушка замолчала и принялась за труды.

Ким мужественно терпел боль, во время того, как сустав за суставом, сестра вправляла вывихи. Сложнее всего дело обстояло с коленом. Требовалось серьезное усилие, чтобы вправить непослушный сустав, поэтому хрупкой Мие это удалось не сразу. Ким не издавал ни звука, но лицо его побледнело, а на лбу выступила испарина. По щетинистым щекам покатились непроизвольные слезы.

Когда Мия управилась с коленом, она и сама была вся мокрая. Девушка наложила шину и ушла умываться. В ванной до нее доносились приглушенные голоса мужчин.

Вернувшись в комнату, Лана она уже не застала.

– Он смертельно устал, и пошел спать, – объяснил брат.

– Тебе тоже не мешало бы поспать, – сказала сестра.

– И тебе.

– Я вряд ли засну, – грустно ответила девушка.

– Иди ко мне под бок, я расскажу тебе сказку, – улыбнулся Ким и снова вздрогнул от боли в челюсти.

– В твою сторону теперь дышать страшно, не то, что спать под боком. Но сказку я бы все-таки послушала. Про то, за что Вилар так избил тебя, – нахмурилась Мия.

– Ох, ну это очень скучная и неинтересная сказка, – начал отпираться брат.

Мия осторожно прилегла рядом и сказала:

– Скучные сказки, это как раз то, что нужно для крепкого сна.

Она была такая уставшая, хрупкая и милая. Ким не удержался и провел по ее волосам искалеченной рукой.

– Давай, я лучше расскажу тебе, как здорово мы проведем мой больничный в Себаре. Я говорил, что в мой последний приезд домой, когда ты была в шоке, мы с Ланом встретили Гая? – полушепотом спросил брат.

– Нет, – ответила Мия и зевнула.

– Ты в курсе, что он стал преподавателем рукопашного боя в школе вместо нашего отца? – спросил брат.

– Нет, не в курсе, но это здорово. Он молодец, – искренне похвалила Мия.

– Ты не поверишь, но он тебя тоже очень хвалил. Сказал, что если бы не ты, Себара бы не было.

– Как всегда преувеличивает, – устало отмахнулась девушка.

– Его ты тоже вылечила? – спросил Ким.

Мия рассказала, как вылечила брата Гая. Поведала о том, как Гай переживал за брата и других своих близких, как он помог в организации лечения остальных. Под этот мягкий шепот Ким заснул, а за ним в сон погрузилась и Мия.

Встали они очень поздно. Первым проснулся Ким. Он лежал тихо, боясь потревожить сестру. Мия лежала настолько близко, что пряди шелковистых волос касались его щеки. Ким полной грудью вдыхал запах ее локонов, сохранивших аромат духов, подаренных Декусом. Комнату заливал солнечный свет, освещая безмятежное лицо сестры. Она была невероятно красива. Сердце Кима наполнилось счастьем и любовью. Он лежал опьяненный моментом и боялся, что все это сон. Меньше всего ему хотелось проснуться сейчас в своем холостяцком боксе без побоев и перспективы провести месяц в обществе любимой Мии.

Через полчаса после брата проснулась и Мия. Она открыла глаза и вздрогнула, увидев изуродованное побоями лицо брата. Но уже через секунду Мия сочувственно улыбнулась и погладила брата по щеке.

– Как ты себя чувствуешь? – шепотом спросила сестра.

– Лучше всех, – искренне ответил Ким.

Мия хотела что-то добавить, но в дверь постучали. Девушка проворно спрыгнула с кровати и поспешила открывать.

– Я думал, вы никогда не проснетесь. Сколько можно дрыхнуть? – заявил с порога Лан.

– Убирайся отсюда, пятнистое отродье! – крикнул из комнаты Ким.

– Я сделаю вид, что не слышал тебя, синее чудовище, – огрызнулся Лан.

– Проходи. Завтракать будешь? – приветливо улыбнулась Мия и направилась на кухню.

– Завтракать?! Вы на часы смотрели? – тихо ворчал Лан, плетясь за ней следом.

Мия принялась за приготовление блинчиков и манной каши для Кима. Лан уселся на стуле в углу и жадно вдыхал ароматы. Вскоре в кухне появился Ким.

– Тебе нельзя нагружать ногу! – заволновалась сестра.

– Готов освоить левитацию, лишь бы не лежать там, как овощ, – отозвался брат и присел рядом с Ланом.

Молодые люди сидели в стороне, молча наблюдая, как Мия суетится на кухне. Было настолько тепло и уютно, что разговаривать совсем не хотелось. Только после того, как девушка накрыла на стол, молчание было нарушено.

– Я должен есть эту детскую мазню? – возмутился брат, глядя на тарелку с кашей.

– Дай этому неблагодарному винторогу орехов, пусть ими завтракает, – засмеялся Лан.

– Тебе нужно беречь челюсть. Я ее вправила, но сустав может вылететь снова, – ответила Мия.

– От блинов не вылетит, – обижено сказал брат.

– Делай, как считаешь нужным, но я тебя предупредила, – отозвалась сестра.

Молодой человек намазал блин медом, свернул трубочкой и попытался открыть рот и откусить. От резкой боли Киму показалось, что из глаз посыпались искры. С тихим стоном он отложил блин, придвинул тарелку с манкой и чайной ложкой принялся поедать жидкую кашу. Лан тихо давился от смеха. Мия тактично промолчала.

После завтрака Ким и Мия начали обсуждать отъезд, который был запланирован на завтра. Лан рассказал, что Мие был выделен планолет до главного моста Предлесья, а дальше нужно добираться самостоятельно. Ким вызвался поговорить с отцом и организовать транспорт от моста до дома.

– Но сначала нужно незаметно пробраться в лабораторно-медицинский блок и оформить больничный, – сказал Ким.

– Не надо, я уже все устроил, – отозвался Лан.

– Как? – удивился друг.

– Пошел в лабораторию вызвать врача для освидетельствования сюда, чтобы ты не светился. Но оказалось, что в этом нет необходимости. Приказ на тебя был уже готов, – объяснил Лан.

– Вилар? – мрачно спросил Ким.

– Нет, зубная фея, – подколол друг.

При упоминании имени Вилара Мия нахмурилась. В памяти стихийно начали всплывать картины вчерашнего избиения. Припомнилась это странная женщина на банкете, ее слова о непостоянстве Верховного Хранителя. За исключением незабываемых свиданий, картина вырисовывалась безрадостная. Мия поняла, что из их отношений ничего путного не получилось бы. Девушке стало очевидно, что Вилар не планировал узаконить их отношения. В этом мире мало кого интересовали подобные формальности, напротив, семья и брак считались анахронизмом. «Что за странный мир» – сокрушалась про себя Мия. Ей было больно от осознания своей наивности. Вчерашний инцидент окончательно разрушил все ее иллюзии. «И о чем я только думала? Кто – он, а кто – я», – крутилось у нее в голове. Чтобы не выдать своих чувств, Мия удалилась в ванную.

Девушка стояла, глядя на себя в зеркало, и слезы предательски струились по бледным щекам. Она чувствовала себя обманутой. Казалось, что никогда не найдется человек, который смог бы настолько восхищать и притягивать ее, как Вилар. Мысли о собственном несовершенстве усугубляли дело. Мия тяжело вздохнула. Все это теперь не имело значения. Бешеный нрав Вилара приводил ее в ужас. Она выросла в обществе сдержанного Рида и чуткого Кима, вспышки резкой агрессии в мужчине казались ей нездоровым и опасным отклонением. Даже после того, как Вилар вполне заслуженно приложил лицом об стол распоясавшегося бандита, она еще долго не могла прийти в себя. А теперь, после страшной сцены избиения Кима, Мия окончательно разочаровалась в Виларе. Из грустных рассуждений ее вывел голос брата.

– Мия, подойди, пожалуйста.

Девушка быстро умылась и вышла. Ким посмотрел на сестру и сразу все понял, красные глаза и припухшие веки выдали ее. Сердце брата сжалось, он с детства не переносил ее слез.

– Что случилось? – тихо спросила девушка, стараясь не смотреть Киму в глаза.

– Я разговаривал с отцом по коннектору, но поступил вызов на вторую линию, – объяснил Ким.

– От кого? – спросила Мия.

– От Вилара, – сдержанно ответил брат.

Мия в растерянности молчала. Пауза затянулась.

– Ты будешь отвечать? – не выдержал брат.

– Нет, – произнесла девушка и, не дожидаясь ответа, ушла обратно в ванную.

Ким с Ланом многозначительно переглянулись, и брат сбросил вызов.

Ким договорился обо всем с Ридом. Отъезд был назначен на утро следующего дня. Во избежание огласки Ким снова ночевал у Мии. Около девяти часов вечера Рид связался с Кимом и Мией по коннектору.

– Я был против. Вы наверняка будете дико уставшими. К тому же Ким в таком виде, но Уга ничего не хочет слышать. А малыши… Ты же знаешь, как они тебя обожают, – оправдывался Рид перед дочерью.

– Не переживай, пап, это здорово, пусть приходят. Я ужасно по всем соскучилась, – успокаивала Мия.

– Пусть приходят, не совсем уместно в данной ситуации, – прошептал в коннектор отец, приблизив лицо к экрану и воровато оглядываясь. – Скорее, пусть не уходят. Уга с утра хозяйничает на кухне. А малыши уже перевернули полдома. Даже не знаю, как мы съедим все, что наготовила эта неугомонная женщина. И как уберем все, что натворили эти энергичные дети.

– Я все слышу! – послышался строгий голос Уги.

Мия рассмеялась. Ей ужасно хотелось домой. Хотелось обнять отца, расцеловать малышей, поболтать с Угой. Больше в Ормане ее ничто не держало. Ее сердце было свободно и рвалось на родину.

Вдруг коннектор проинформировал о вызове на второй линии. Внизу проекции высветилось имя Верховного Хранителя. Улыбка мгновенно сошла с лица девушки. Рид встревожился.

– Мия, с тобой все в порядке?

– Да, пап, – опомнилась девушка и сбросила параллельный вызов.

– Ну, не буду тебя больше утомлять, ты, наверное, устала за день. Выхаживать Кима – дело хлопотное. Жду вас завтра у моста. Спокойной ночи, – поспешил попрощаться Рид, расценив изменение в настроении Мии, как усталость.

– И тебе, пап. До завтра, – сказала девушка.

– До завтра, – отозвался из-за спины Ким.

Ночью Мия никак не могла уснуть. В голове крутились воспоминания о доме, семье и детстве. Воссоединение семьи было для девушки настоящей наградой за все пережитые ужасы. Она посмотрела на брата. Он глубоко спал рядом, тихо посапывая как младенец. Сердце девушки наполнилось любовью. В ее жизни нет место ни Вилару, ни кому бы то ни было еще. Оно и так тесно наполнено любовью к Киму, Риду и Себару.

Утро следующего дня было суетным. Когда Мия проснулась, Ким уже собирался, неловко действуя раненными руками и с трудом перемещаясь по комнате. Она села на кровати и сонно наблюдала за торопливыми сборами брата.

– Боюсь, кровать в планолет не влезет, так что тебе все равно придется встать, – заявил Ким.

– Я видела, как ты голыми руками завалил медведя, неужели какой-то предмет мебели тебе не по зубам?

– Одно дело идти против медведя, другое – против законов физики, – ответил Ким и подмигнул.

Растрепанная Мия нехотя сползла с кровати и, прихватив одежду, поплелась в ванную. Наткнувшись на платье, приготовленное с вечера, девушка поняла, что машинально схватила униформу.

– Ким, а я могу взять униформу с собой? – крикнула она из ванной в комнату.

– Мне не очень идут длинные юбки. Вряд ли твой фасон кого-то заинтересует. Поэтому можешь забрать. Хотя Року и Лану я бы предложил. Рок сохранит, как реликвию, а Лан просто балбес, – посмеялся Ким.

Мия улыбнулась и бережно сложила форму. В старом платье было непривычно. После обтягивающей формы оно смотрелось мешковатым, а прикосновение грубой ткани было неприятно. «Как я носила его раньше?», – подумала Мия.

Когда девушка вышла из ванной, в коридоре уже стоял Лан. Вид у молодого человека был подавленный.

– Что случилось? – встревожилась Мия.

– Не хочу, чтобы вы уезжали – грустно ответил он.

– Не переживай, дорогой, я ненадолго, – весело отозвался из комнаты Ким.

– Да я не по тебе, куцехвостый, скучать буду, – огрызнулся друг.

– Я тоже буду скучать, – искренне ответила растроганная Мия и обняла Лана.

– Обещай, что приедешь на соревнования через три месяца, – настойчиво потребовал молодой человек.

– Обязательно! – пообещала Мия.

– Теперь, когда у нее свободный доступ, пусть только попробует пропустить хоть одно мое выступление! – бодро пригрозил Ким, подойдя к сестре.

– Ну, вам пора, планолет уже ждет. Надеюсь, вы что-нибудь забыли, – со вздохом сказал Лан.

– Даже не надейся, – отозвался Ким.

И молодые люди, нагруженные сумками, покинули бокс. На площади перед башней их ждал планолет. Мия прошла в транспорт. Через несколько минут на борт поднялся Ким. Аппарат взлетел в небо, оставив на площадке грустного Лана.

В планолете Мия прошла в пассажирский бокс, а Ким направился в кабину пилота. Девушка смотрела на проплывающий внизу Орман. Они летели настолько высоко, что можно было увидеть ближнюю границу леса с землями травоядного общества. Девушка вспомнила, как Вилар вывозил ее за периметр. Чудные весенние вечера, дивные пейзажи и поразительные зрелища, сколько всего осталось позади. «Как теперь сложится моя жизнь? Будет ли она столь же интересной и насыщенной?» – думала Мия.

Но, к великому счастью, мир устроен так, что нам не дано знать наше будущее.

Скачать продолжение можно здесь: http://totem3.ru/shop-books

Другие книги автора можно посмотреть здесь: http://totem3.ru/more

Автор книги: Лакедемонская Наталья

Над книгой работали

Белинская Ольга

Короленков Илья

Короленкова Татьяна

Троянова Наталья

Официальный сайт: totem3.ru

Content

Лакедемонская Наталья Хищники. Часть 2