Буланов Константин Николаевич

Брат [фанфик по Fairy Tail]

Буланов Константин Николаевич

Брат

В чем сила, брат?

Глава 1. Законы мироздания

Непроглядная тьма отступила и сквозь едва приоткрытые веки начали проступать расплывающиеся силуэты, а в уши пробиваться незнакомые голоса.

— Вот черт! — выругались прямо над головой.

— Что тебе? — отозвался кто-то стоявший вне зоны видимости.

— Да не ты! Я в принципе! О ситуации. — закутанная в черный балахон фигура озадаченно почесала затылок и тихо выругалась, поскольку форменный капюшон изрядно мешал осуществлению данного процесса. — Столько веков уже на этой работе и на тебе! Да я ничего глупее не совершал даже будучи зеленым новичком! Позор на мою седую голову! А все новое руководство со своим дурацким лозунгом, чтоб ты их побрал! Вывернись на изнанку, но выдай им пятилетку за три года. Тьфу, тоже мне, менеджеры! Сами и века в нашей конторе не отпахали, а уже руководить лезут! Специалисты доморощенные!

— Да, не повезло тебе с новым начальством. — сочувственно покачал головой собеседник, — А все ваша система оценки ценности сотрудников!

— И не говори! — махнула скрывающейся в широком рукаве рукой фигура в балахоне, — Ты бы и то в ней ногу сломал, пытаясь разобраться. Я уже три века как пытаюсь, но так и не понял всех нюансов. Но то, что система в корне неверная — видно невооруженным взглядом. Сколько заслуженных стариков до сих пор с косами наперевес вынуждены носиться сломя голову от одного клиента к другому, а ведь многие уже и двигаются с трудом. Им бы на какую сидячую должность. Так нет! Там уже все занято молодыми специалистами! Молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет. А где этот почет! Где он? Вот скажи мне, кулинар! Я заслуженный сотрудник канцелярии?

— Спрашиваешь, темный!

— Во-о-от! — протянул из-под полностью скрывающего лицо глубокого капюшона названный темным и ткнул костлявым пальцем вверх. — А мне даже новую форму выдавать отказались! Сказали, не раньше чем через век! А ведь она уже поизносилась за два столетия! Мне в таком одеянии, можно сказать, стыдно перед клиентами появляться!

— Ты поэтому вечно лицо скрываешь? — аж хрюкнул от собственной удачной шутки все еще незаметный собеседник.

— Смешно. — ровным голосом проговорил темный.

— Ну ладно тебе, не злись. Знаешь же как у нас порой бывает скучно на кухне. Зачастую и поговорить то толком не с кем. Знай себе за огнем следи, да масло подливай. Никакой романтики. Вы то хоть везде бываете, многое видите. А сколько интересных личностей приходится встречать! Есть что вспомнить на старости лет. А нашему брату, что прикажешь делать? Мы же за всю жизнь кроме сковород ничего и не видим! Знаешь, где они уже у меня сидят?

— Догадываюсь. — хмыкнули из-под капюшона, — Но тебе то грех жаловаться.

— Да, темный. Я, можно сказать, везунчик. Пол века на поставках свежего мяса! Мало кто может похвастать такой Удачей.

— Да при чем здесь эта взбалмошная особа! Тоже мне, нашел, кому благодарности возводить. Вот кто-кто, а она тут совершенно не при чем.

— Ладно, ладно, старик, не ворчи. Знаю, что это ты меня с кухни забрал. И пусть верить нашему брату не рекомендуется, не имея на руках официально оформленного договора о взаимных обязательствах, я тебя точно не сдам.

— А то я сам этого не понимаю. Сегодня ты меня сдашь руководству, а завтра сам опять окажешься на кухне. Ты же не враг себе!

— Кому угодно, только не себе!

— Бред какой-то. — раздался хриплый голос из-под ног беседующей пары.

— О! Очнулся неудачник! Смотри-ка, темный, а паренек не совсем пропащий. Похоже, даже личность не потерял!

— Не нагнетай, кулинар.

— А я что? Я ничего.

— Вот и помолчи. А вы, юноша, пока даже не пытайтесь подняться. Сперва позвольте мне объяснить ту неприятную ситуацию, что с вами приключилась.

— Ситуация? Ничего не помню.

— Это немудрено. Видите ли, вы погибли.

Шлепок ладони по лицу прервал было начавшееся объяснение, — Ну ты и дипломат, темный. Кто же так сразу рубит правду матку? Хотя, рубить с плеча — это по-вашему! Всё! Всё! Молчу!

— Вот и молчи. Так вот, молодой человек, в силу целого ряда случайностей сложившихся в единое событие, так произошло, что вы погибли. Причем, погибли отнюдь не в отведенное вам время. Но что еще хуже, вы погибли вместо человека, которому было предписано уйти на перерождение. А это проблема. Причем, вы даже не можете себе представить насколько это большая проблема. Я пока понятно объясняю?

— Я… умер? — сделав солидную паузу между словами, поинтересовался у темного едва заметный и пытающийся постоянно расплыться, будто он состоял из тумана, силуэт.

— Именно так, молодой человек.

— И как я… где я… Кто вы? — наконец, смог сформулировать следующий вопрос огорошенный неожиданной новостью свежепредставившийся.

— Мы проводники душ.

— Смерть! — сфокусировав зрение, туманный силуэт схлынул назад, отшатнувшись от фигуры в черном балахоне, стоявшей опираясь на боевую косу. Вот только передвижение прервалось, стоило силуэту уткнуться спиной в стоявшего позади пока еще незнакомого собеседника смерти. Вздрогнув, призрак медленно повернул голову и, проорав, — Чёрт! — попытался рыпнуться в сторону, но вошедшее прямо перед его носом в землю лезвие косы прервало попытку побега.

— Приятно, я себя побери, когда тебя узнают! — расплылся в улыбке самый обыкновенный чёрт. — Я так понимаю, ты русский, парень? — поинтересовался он на вытаращегося призрака.

— А? Да. — как китайский болванчик, закивал головой силуэт. — А как вы догадались?

— Только вы, русские, нашего брата сразу узнаете. Все остальные либо демоном, либо дьяволом, либо люцифером обзывают. А я чёрт! — ударил себя кулаком в покрытую черным мехом грудь представитель рогатого народа, — И горжусь этим!

— Закончил? — мрачно поинтересовался темный.

— Да. Извини. Просто, последний раз мы с тобой русского забирали лет десять назад. Кто знает, когда еще удастся пообщаться с начитанным человеком?

— Да какой же он начитанный! Меня…МЕНЯ!..Не узнал! Причем, прошлый русский меня тоже со Смертью перепутал. Может у них какая ошибка в образовании?

— Да тебя со Смертью каждый второй путает. — отмахнулся от брюзжания напарника чёрт. — Может вам хоть как-нибудь начать просвещать живых о себе еще при их жизни?

— Так уже.

— Значит, плохо просвещаете. — хмыкнул чёрт. — Вот ты слышал когда-нибудь о мрачных жнецах? — тут же обратился он к призраку.

— Э-э-э. Да.

— Вот! — вздернул костлявый палец к небу работник небесной канцелярии. — Так почему не узнал?

— Ну, вас так только американцы называют. Вроде. — попытался почесать нос призрак, но нематериальная рука легко прошла сквозь столь же нематериальный нос, заставив его вскрикнуть в ужасе.

— А вы, русские, стало быть, до сих пор Смертью кличете? — не обратив ровно никакого внимания на ошарашенного произошедшим призрака, пробубнил себе под нос темный, поглаживая не виденный под глубоким капюшоном подбородок. — Недоработка, однако.

— … - не найдя, что ответить на брошенный на него взгляд, призрак лишь развел руками.

— Ладно, я не обидчивый. Но на будущее запомни. Мы — мрачные жнецы. Сама госпожа Смерть бегать за каждым представившимся не будет. Не по чину. Если она за кем и приходит, то только за действительно заинтересовавшими ее личностями. Но ты точно к таким не относишься.

— А кто ее может заинтересовать? — не нашел ничего лучшего, как спросить именно это находящийся все еще в состоянии "пришибленного мешком" призрак молодого человека.

— Полубоги, сильнейшие маги, старейшие из представителей стихий, что не растеряли рассудок. Иногда, но очень редко, приходит к архидемонам. Недолюбливает она их — конкуренты, однако. — пояснил, как неразумному ребенку, само собой разумеющиеся вещи мрачный жнец. — Тоже любят наложить лапу на души. Наловят себе, а мы потом всеми отделами планы верстаем, да образовавшиеся дыры затыкаем. И главное, все по закону мироздания! Так что не любит их Предвечная. Понял?

— Ага. — тупо кивнул призрак. — И куда вы меня теперь? — опасливо покосился он на мурлыкающего что-то себе под нос чёрта. Кстати, в действительности пятачок чёрта выглядел скорее как кошачий нос — этаким треугольничком, что вкупе с матово черным мехом делало его весьма похожим на вставшую на задние лапы пантеру. Вид портили только копыта на ногах и выступающие вперед небольшие рожки, да заостренные человеческие уши, впрочем тоже покрытые коротким мехом и даже снабженные кисточками как у рысей. Впрочем, тонкий хвост заканчивавшийся отнюдь не кисточкой, а тяжелым костяным шипом, тоже не сильно походил на кошачий — непропорционально длинный, тонкий и гибкий будто змея. — В ад?

— Зачем сразу в ад, дорогой? — растягивая слова на восточный манер, разулыбался чёрт, — У нас там и так грешников как грязи — сковород на всех не хватает. Особо сильных прегрешений за тобой не числится, а что имеются на душе — сами сойдут со временем. Так что кипятить тебя век — другой в масле совсем ни к чему. Термообработка не требуется, говоря технически грамотным языком. — пояснил довольный чёрт. — И тебе хорошо и нашему брату работы поменьше.

— Значит на небо?

— Нет. — вновь подал голос жнец, — Тебя не то, что на небо, даже в круг перерождения пускать нельзя. Говорил же, не за тобой мы приходили.

— Тогда, может быть назад? — затаив дыхание, поинтересовался призрак. — Я был бы не против еще пожить.

— Тц. Тут, видишь ли, возникла одна проблема. Назад в тело мы тебя, конечно, сможем впихнуть. Вот только подлатать тело — это не в наших возможностях.

— А чего его латать? Тело то вполне себе на уровне было!

— В том то и дело, что было. — немного смутился жнец, — Ты же за рулем был, когда тебя по недоразумению забрали. Во-о-от. Ты, как бы отлетел, а тело продолжило путь.

— И что? — уже понимая, что ничего хорошего не услышит, поинтересовался призрак.

— И все. — не стал детально описывать случившееся жнец. — Если даже удастся закрепить твою душу обратно в теле, до конца дней своих будешь растением. Оно тебе надо?

— Вашу мать! — выругался в пространство призрак. — И кому я должен подать жалобу на загубленную жизнь? — чисто гипотетически поинтересовался он.

— А вот этого делать точно не надо! — тут же засуетился жнец. — Жалобы, служебные расследования, понижение рейтинга — кому нужны все эти проблемы?

— Точно не нам! — дал о себе знать чёрт.

— С твоим телом, конечно, очень некрасиво получилось, но тут уж ничего не поделаешь. Не того ты полета птица, чтобы привлекать архангелов к его восстановлению. Уж извини. Но есть встречное предложение! — не давая призраку вставить и слово, без передыха принялся тараторить жнец, что со стороны выглядело очень потешно. — У меня тут у коллеги из смежного отдела образовалась похожая проблема, только наоборот — у него в живое тело вселилась душа меллорна. Меллорн был старый. Не один десяток тысяч лет берег свой лес, так что жизнь, суета — это все не для него. Отвык он от общения. Так что тело там, в мире живых, тоже не сильно живет. Скорее, существует.

— И что?

— И то! Мы душу этого меллорна из того тела вырвем и в твое вставим. А тебя в новое подселим! А? Как тебе идея?

— Как мне идея!? — буквально взорвался призрак, — Да я полтора десятка лет свое тело из простого куска мяса в нечто приемлемое превращал! Пол жизни каждый день по несколько часов на тренировках загибался! Вы хоть представляете себе, сколько это потребовало сил! А вы мне что предлагаете? Тело какого-то овоща?

— Не овоща, а меллорна! — тут же поправил жнец.

— Да мне без разницы! Хоть баобаба! Что я родителям скажу? А девушке? — "Здравствуйте мои родные — это мое новое тело!?". Вы, вообще, чем думаете!

— Молчать душонка! — не выдержал наезда жнец, с которым последний раз так смел общаться полтора века назад весьма неслабый маг. — Знай свое место! Мы тут, понимаешь ли, вариант ему предлагаем, а он кочевряжится!

— Вариант!? Да я по вашим же словам должен был еще жить и жить! Сами напортачили, сами и исправляйте!

— Распылю! — взревел взбесившийся несговорчивостью клиента жнец, и подскочивший чёрт едва успел увести в сторону косу, что была готова обрушиться на голову несговорчивого духа. Впрочем, последний тоже не зевал и успел сместиться в сторону от наточенного до бритвенной остроты лезвия.

— Успокойся, темный. Так только хуже выйдет! — вцепился в укутанную в черный балахон фигуру черт.

— Отпусти инструмент, кулинар! Все равно я этого наглеца на чистую энергию пущу! Будет ему наука!

— Ему будет уже все равно! А вот нас точно учить начнут! Причем во всех позах разом! Оно тебе надо? Ну? Что ты на него взъелся? Понимаю, работа не сахар, нервы ни к нашему брату. Но ведь и так тоже нельзя. Сегодня одного развоплотишь, завтра другого, а послезавтра придут уже за нами. Успокойся, напарник.

— Не верю! — завопил призрак, тыча в них пальцем.

— В смысле? — прищурился чёрт.

— В прямом! Прямо по Станиславскому! — усмехнулся призрак. — Слишком грубо играете. Вас бы с таким добрым и злым полицейским даже в детский сад снеговиков на Новый год играть не взяли. Актеры из вас никудышные.

— Вот я. — сплюнул чёрт. — Говорил же, надо репетировать! А ты все — "Некогда! Работать надо!" — явно начал передразнивать он жнеца. — Ладно, ты то сам что предлагаешь, учитывая, что ничего иного мы тебе предложить в принципе не можем?

— Что, назад совсем никак? — посверлив неудавшихся актеров суровым взглядом, сник призрак.

— Как уже было сказано — только овощем. — развел руками чёрт.

— Тогда уж лучше и не подселяйте туда никого. Незачем родным мучаться.

— Как скажешь.

— А то, новое тело, сколько ему хоть лет? А то окажется, что это уже старик, которому всего пара лет осталось.

— Не переживай. С этой стороны, все в полном порядке. Тело молодое и весьма крепкое. Все же в нем дух меллорна столько лет прожил. Вот и укрепил тело. По вашему счислению телу чуть меньше семи лет.

— Так это же совсем сопляк!

— Ну извини, чем богаты. — пробурчал из-под своего капюшона жнец. — Все равно ничего лучше предложить мы не сможем. Скажи спасибо, что хоть такое нашлось.

— Спасибо! — поблагодарил работников небесной канцелярии дух, но по интонации было хорошо понятно, что на самом деле он думает о сделанном предложении. — Тело то хоть мужское?

— Ну, как бы… — тут же замялся чёрт, но встретившись взглядом с напарником, перестал гримасничать, — Шучу, шучу! Мужское! Если захочешь, то даже сможем немного его подправить в процессе подселения души, так что главное доказательство будет на зависть всем! У вас ведь вроде весьма трепетно относятся к этому вопросу?

— Ну, как бы, не то, что оно мне сильно требовалось в прошлом теле. Я имею в виду некоторое изменение. — поспешил уточнить дух, заметив ехидную ухмылку чёрта, — Но, больше не меньше. Во всяком случае в этом деле точно.

— Вот и ладушки. — начал потирать руки чёрт.

— Только, ты это, не переусердствуй. — мгновенно отреагировал призрак, вспомнив, что чертям вообще-то верить нельзя, — Увеличивай, но только на треть от прежнего.

— Хм. От прежнего будущего или предыдущего тела? — почесал за ухом карандашом, начавший записывать что-то в блокнот чёрт.

— Чувствую, разговор у нас будет долгий. — тяжело вздохнул призрак.

— А ты думал!? — разулыбался чёрт, — Не я такой, жизнь такая. Точнее, природа наша, чертовская. Не можем мы не пытаться обмануть или запутать.

— Это точно, парень. — подтвердил жнец. — Советую тебе уточнять и описывать все до малейших мелочей, вплоть до формы и цвета. А то ведь он такого начудить может, век плакать будешь.

Неизвестно сколько в конечном итоге прошло времени, но охрипший и взмокший чёрт с хорошо заметным облегчением закончил составление договора. Впрочем, призрак выглядел не лучше. Каким образом он смог вспотеть и охрипнуть осталось великой тайной мироздания даже для жнеца, но факт был налицо.

— Ну что, доволен? — проскрипел осипшим горлом чёрт.

— Нет. Но большего с вас все равно не возьмешь. — отмахнулся призрак. — Давайте уже быстрее заканчивать с этим балаганом.

— И откуда вы такие дотошные только беретесь? — покачал головой чёрт, — Ведь последнего веселья лишаете нашего брата.

— Ага. Вам одно веселье, а мы потом мучайся. Это надо же было догадаться сделать его в черно-желтую полоску!

— А что? — тут же вскинулся чёрт, — Вполне авангардично! Ничего-то ты не понимаешь в современном искусстве!

— Да! И нисколько не страдаю по этому поводу! По мне так всякие мишки, деревеньки и корабли куда лучше, чем невнятная мазня.

— Ретроград! — патетически воскликнул чёрт, прикладывая руку тыльной стороной ладони ко лбу.

— Пусть ретроград. Зато с нормальным агрегатом!

— Ладно, пошутили и хватит. — прервал вновь разгорающийся спор жнец. — И так столько времени потеряли, что теперь месяца два наверстывать придется. Дух, готовься к переходу.

— Да я как пионер — всегда готов! — усмехнулся призрак, выхватывая свой вариант договора из цепких лапок чёрта.

Кивнув в ответ, жнец взмахнул своей косой и появившаяся прямо в воздухе полоса начала споро расширяться, открывая проход в пространстве. Появившись на высоте птичьего полета, сформировавшееся окно с немалой скоростью устремилось вниз и единственное, что успел заметить призрак — были обширные леса, море и небольшая деревенька, которая и стала конечным пунктом его назначения. Во дворе скромного деревянного домика на скамеечке сидел отрешенный от всего происходящего вокруг паренек. Он был столь неподвижен, что на его плечах и голове уже успели рассесться небольшие пичужки, но стоило жнецу и чёрту протянуть свои руки к прорыву в пространстве, как они тут же заголосили и порхнули в стороны, видимо, почувствовав эманации жителей загробного мира.

Сопроводив проблемную душу в новую жизнь, жизнерадостный чёрт уже собирался потереть ручки, как все застыло и сзади раздался голос, который бы он не желал слышать никогда.

— Мрачный жнец и чёрт вы обвиняетесь в нарушении законов мироздания. Вы кардинально изменили линии судеб двух разумных существ и подлежите немедленному понижению в статусе и переводу в чистильщиков душ на ближайшую тысячу лет. Приговор вынесен. Ваше последнее слово?

Повернувшийся к напарнику чёрт едва заметно указал кончиком хвоста в стягивающийся прорыв пространства и одними губами произнес, — Валим.

Возможность подобного развития событий уже давно обсуждалась напарниками, после того как они заметили излишне пристальное внимание ревизоров. К тому же, слишком часто им стали попадаться проблемные задания, так что мысль о подставе все чаще начала витать в воздухе и обсуждаться в редкие моменты отдыха. Вот на подобный случай ими и были подготовлены аватары — слабенькие духи, способные при необходимости вместить в себя разум своего создателя, оставляя в основном теле лишь слепок этого самого разума. К сожалению, ничего большего они себе позволить не могли.

Под выплескивание настоящего фонтана покаяний посыпавшихся на разум ревизора, две небольшие фигурки чёрта и мрачного жнеца юркнули в окно, но, не успев чего-либо предпринять, были захвачены какими-то призрачными корнями и затянуты в тело, куда несколькими секундами раньше они подселили новую душу.

— Меллорн! — только и успел простонать чёрт, наконец вспомнивший, что же именно они забыли, увлекшись составлением договора. Так и не выдернутый из тела дух древнего древа никак не мог бы навредить сотрудникам небесной канцелярии, но простая человеческая душа и пара маленьких аватар соперниками ему точно не были. Связанные по рукам и ногам, аватары оказались намертво прижаты к шершавому призрачному телу меллорна по соседству с призраком, начавшим выговаривать горе-труженникам загробного мира все, что он думает о них и их умственных способностях.

Глава 2. Каждый выбирает для себя…

Относительно спокойно в новом теле троице вынужденных гостей меллорна удалось пожить чуть более года. За это время продолжавшему осознавать себя Виктору удалось не только понять, что его вынужденные соседи полные придурки подставившие и его и себя, но также что они настоящие неучи — они направили его душу на совершенно другую Землю. Как пояснил чёрт — там разница то была всего в одной цифре межмирового кода. Окончательно ругаться они прекратили лишь спустя три месяца, а дальше чувствовавшие за собой вину чёрт и жнец начали по очереди просвещать духа в принципах применения магии, поскольку мир, куда они все попали, оказался именно магическим.

В силу своей предыдущей работы и тот и другой имели определенные познания в магии и дабы хоть частично загладить свою вину, принялись не только комментировать происходившее вокруг ставшего их тюрьмой тела, но и давать Виктору углубленные теоретические знания в тех сферах, коими оба владели на самом высоком уровне. Левитация и пространственная магия для чёрта и преображение с той же пространственной магией для жнеца. Все же далеко не всегда последний являлся к своим клиентам в черном балахоне с косой в руках. Зачастую он принимал облик ближайших родственников, чтобы не спугнуть душу. Вот в трех этих разделах магии Виктор потихоньку и становился отлично подготовленным теоретиком. Однако, никакие разговоры не могли подменить собой настоящую жизнь и потому ото дня в день на троицу накатывала все большая тоска. Не сильно радовали и действия меллорна, за весь срок их сосуществования проронившего лишь одно единственное слово. Жизнь вокруг их вынужденного узилища тоже не радовала разнообразием — обычная прибрежная деревушка со своими хлопотами и проблемами была в тягость всем троим, привыкшим к постоянному движению и развитию.

Все изменилось в 772 году по местному летоисчислению. Очередной теплый и солнечный денек, составлявших основу местного календарного года, начался отнюдь не с привычного подъема тела заботливой бабулей. Вместо ставшей уже близким человеком бабушки Милы, в комнату, снеся ударом ноги дверь, ворвался какой-то оборванец с саблей наперевес и тут же кинулся вязать лежащее на кровати тело. Скрутив мальчишку по рукам и ногам, он довольно хмыкнул и взвалив добычу на плечо, не торопясь, побрел к стоявшим на берегу бухты лодкам, переступив у порога через бездыханное тело старушки. Налет действительно оказался простым и в то же время сулил изрядной прибылью. Кто бы сказал, что в занюханной рыбацкой деревушке "Розмарин" будет проживать столько одаренных магией, но абсолютно необученных людей, Пью ни за что не поверил бы, если бы не увидел все это добро своими глазами. Вот и сейчас на его плече болтался очередной одаренный, за которого на рабском рынке можно было выручить как минимум пять миллионов. Даже не имеющий никаких навыков одаренный мог быть выкуплен одним из темных артефакторов для использования в качестве батарейки. Вообще, взять в плен одаренного считалось большой удачей, они стоили в сотни раз дороже любых прочих пленников, но за все десять лет пиратской жизни, их шайке удалось схватить не более одиннадцати подобных людей. Здесь же, в их руки попало уже не менее семи, а ведь парни еще только начали шерстить дома.

Путешествие в темном и вонючем трюме пиратского корабля было далеко не самым приятным испытанием и воспоминанием, что выпадали на долю Виктора. В отличие от чёрта и жнеца, будучи целенаправленно подселенным в тело, он получил доступ ко всем органам чувств мальчика и потому мучился куда больше остальных своих соседей по живой тюремной камере, поскольку тому же меллорну, по всей видимости, было в принципе фиолетово чем и кто его кормит. Лишь бы в топку поступала органика. Виктору же было отнюдь не все равно, но его мнение могли слышать разве что сокамерники. Слышать, да сопереживать, когда тот корчился от вкуса помоев коими потчевали их общее тело. Впрочем, не меньшим испытанием стали помои, которыми их стали потчевать на невольничьем рынке. Три дня семеро детей и один дряхлый старик провели под палящим солнцем в загоне для магов, пока на острове не объявился оптовый покупатель. Явно маги и притом не принадлежащие ни к одной из светлых гильдий, не глядя, скупили всех имевшихся на рынке рабов. Связываться с подобными личностями, зачастую, было себе дороже. Уж больно сильно у многих из них переклинивало мозги от занятия запрещенными видами магии. Но что у них было не отнять — так это толстый кошелек. Слишком многим сильным мира сего время от времени требовались услуги подобных личностей. Вот и эти платили не торгуясь. Молодой, хромой, кривой, дряхлый — они брали всех без разбора.

Очередное путешествие в темном и вонючем трюме опять же не отличалось достойной кормежкой, но к этому времени Виктор уже хорошо научился различать жуткую бурду от страшной мути и даже гнилостный оттенок присущий последнему блюду всегда имел свой особый букет, который по-своему был весьма интересен. Ужаснувшись своим последним мыслям, он чуть не расстался с тем, что было залито ему в желудок взявшим над всеми детьми шефство стариком. Но все же смог сдержаться и только через пол минуты неверяще переглянулся с вытаращившим на него глаза чёртом.

— Это же был контроль над телом? — еще не веря в собственное счастье, поинтересовался у хвостатого соседа Виктор.

— Он самый, чтоб мне вечность грешников жарить!

— Но, как?

— А я знаю? — шмыгнул носом чёрт, — Меллорны и их взаимодействие с людьми — это все же не мой профиль. Вот как приготовить сочный бифштекс!

— Уж лучше помолчи. — простонал Виктор, для которого ежедневное выслушивание многочасовых речей о кулинарных шедеврах чёрта при отвратительной кормежке выливалось в настоящую пытку. У чертей, как оказалось, на фоне их должностных обязанностей выявилась неуемная страсть к кулинарии, которой весьма сильно способствовал великолепный нюх, в разы превосходящий собачий и как хвастал сам чёрт, почти дотягивающий до драконьего.

— Это все сила разума. — прервал их разговор жнец. — Меллорн силен. Очень силен. Но он не разумное существо. Он подобен стихии. А живому человеческому телу требуется человеческий же разум.

— Значит, есть шанс что рано или поздно я смогу взять полный контроль над этим телом?

— Шанс есть. — кивнул жнец, — Но вот когда это случится — никому не известно. Разве что меллорн уйдет на перерождение и в теле останешься только ты. Ну и мы за компанию.

— Ну да — подохнуть, чтобы освободиться. И почему я не удивлен в методах вашего брата!? — ехидно поинтересовался Виктор под веселое похрюкивание чёрта.

На сей раз их выгрузили на каком-то небольшом островке, единственной достопримечательностью которого являлась крутая и невероятно высокая скала, уходящая в небо едва ли не на полтора километра. Предполагая, что ничего не может быть хуже клетки невольничьего рынка, Виктор вынужденно изменил свое решение, попав в катакомбы, где проживали работавшие внутри скалы рабы.

Неизвестно, к горю или радости, но его тело оказалось совершенно неприспособленно даже к простейшему физическому труду, а потому использовалось темными магами исключительно в качестве батарейки для подпитки громадного кристалла лакримы обеспечивавшего энергией всю инфраструктуру хозяйства темных, включая контролирующие рабов артефакты. Каждый день его выдаивали досуха в магическом плане, после чего отдавали обессиленное тело на руки старику Робу, продолжавшему заботиться о деревенских детях. Впрочем, те не требовали много внимания, понимая насколько тяжело приходится всем оказавшимся в этом узилище людям и сами помогали старику по мере своих невеликих сил. Особенно сильно запомнились Виктору красноволосая малышка Эльза и синеволосый рассудительный Джерар, попавший в рабство и появившийся здесь на пол года раньше них. Впахивая на каменоломнях наряду со всеми, а также проходя каждый день через процедуру откачки маны, они все же находили в себе силы не только покормить и помыть его беспомощное тело, но и развлечь разговором ни о чем. Через пол года даже чёрт проникся к этой паре ребятишек настоящей любовью, что уж было говорить про Виктора. Его долг перед теми, кто изо дня в день не давал ему попросту свихнуться достиг столь значительных величин, что на его возврат не хватило бы и всей жизни.

Судя по отметкам, что делались на стенах, он провел в этом аду без малого год, прежде чем обрести свободу. Слова жнеца оказались пророческими. Как самого бесполезного, но при этом достаточно сильного магически, темные маги отобрали именно Виктора для проведения испытания возводимого ими по древним чертежам артефакта. Система воскрешения, призванная вернуть в мир душу одного древнего и невероятно могущественного мага, была еще далека от завершения, да и запасы накопленной энергии составляли сущие крохи по сравнению с тем, что требовалось для полного ритуала, но вот вытащить из тела уже имеющуюся внутри душу, не уничтожая при этом само вместилище, уже можно было попробовать.

Ничего не подозревающие Виктор, жнец и чёрт, давно привыкшие к ежедневной дойке, почувствовали неладное только когда вместо маны алтарь принялся засасывать в себя то древо, в форме которого существовала душа меллорна. Ну и их веселую троицу как привязанных к душе древней деревяшки.

— Проход! — буквально взревел чёрт, — Они открыли проход в нижние планы! Темный, валим отсюда!

— Эй-эй-эй! А как же я!? — не на шутку забеспокоился Виктор.

— А тебе по заключенному договору следует жить в этом теле. — ответил за чёрта мрачный жнец.

— И как я буду жить, если меня затянет на эти ваши нижние планы вместе с меллорном!?

— Да-а-а, это проблема. — протянул жнец.

— А то я не знаю! Вы что, издеваетесь!?

— Конечно! — расплылся в ехидной улыбке чёрт и демонстративно медленно сперва освободил из захвата ветвей свои руки, а потом выбрался на свободу весь полностью.

Жнец не сказал ничего, а просто раздвинул ветви в сторону и потянулся — энергия пришедшая из родного для них мира дала обоим достаточно сил, чтобы игнорировать все потуги меллорна по их удержанию.

— У нас договор! — Виктор вновь поспешил напомнить об обязательствах явно собирающимся свалить куда подальше работникам небесной канцелярии.

— Ну что ты такой нервный. — безразлично произнес жнец и призвал свою косу. Оружие призванное бороться с душами с легкостью рассекло ветви, что еще продолжали удерживать Виктора. Подхваченный под руки с обеих сторон своими недавними сокамерниками, он, под не сильно цензурное напутствие чёрта, полетел вверх и едва успел пересечь ту невидимую черту отделяющую жизнь от смерти, когда ритуал темных магов прекратился и в теле Оука Реда остались лишь душа Виктора, да ошметки меллорна тут же принявшиеся впитываться в астральное тело человека.

— Ну как? — старший жрец кинул взгляд на переставшее корчиться на алтаре тело.

— Душу разорвало. — поморщился следивший за показателями послушник.

— Что же, этого можно было ожидать. Избавьтесь от тела и готовьте информацию к анализу.

Потеряв всякий интерес к очередному ставшему ненужным телу, старший жрец покинул алтарную комнату и отправился готовить финансовую ведомость для их спонсоров. Все же даже самые гениальные маги в существующем мире не могли обойтись в своих работах и стремлениях без весомой финансовой поддержки, и потому столь драгоценное время требовалось тратить на бумагомарательство, откладывая возвращение Зерефа в этот мир на неопределенное время.

— Тьфу, гадость — отвалившись от спасшего его от неминуемой смерти бревна, Виктор выплюнул набившуюся в рот труху и раскинув руки в стороны, сделал глубокий вдох. — Свобода!

Двухдневное мотание по волнам закончилось на диком песчаном пляже усеянном кучами гниющих водорослей и сушняком нанесенным сюда морем за многие сотни лет. И хоть аромат от постоянно разлагающихся растений и древесины стоял не сильно приятный, он буквально пьянил Виктора, поскольку это был именно воздух свободы. Впервые за все время своего пребывания в этом мире он не был связан по рукам и ногам, имея возможность делать все что заблагорассудится. Еще бы тело не было столь юным и беспомощным, чтобы не бояться всего на свете, и тогда действительно можно было бы зажить. Но мечты о будущей сытной жизни никак не могли помочь ему с насыщением здесь и сейчас, а прилипший к позвоночнику желудок мягко намекал на потребность заморить червячка. Все же почти трое суток без еды негативно сказались даже на теле годами укрепляемом духом меллорна. Да, какие-то вещества он уже мог получать просто вдыхая воздух и аккумулируя солнечную энергию — фотосинтез для старого древа был столь привычен, что он потихоньку перестаивал человеческое тело под привычные условия существования, но ставший новым хозяином тела Виктор ни с какой стороны не был индийским йогом, способным протянуть на подобной же диете и потому, немного полежав, с жадностью принялся оглядываться по сторонам в поисках чего-либо съестного.

Не обнаружив ничего похожего на потенциальную еду в зоне видимости, он с кряхтением поднялся на ноги и подобрав себе палку покрепче, побрел, опираясь на нее, вглубь подступающего к пляжу леса. Помимо того, что чертовки хотелось есть, он вдобавок изнывал от жуткой жажды. Как он ни старался держать рот закрытым, морская вода все же время от времени находила щелочку между растрескавшихся губ или банально заливалась через нос, так что всю носоглотку жутко свербело от раздражения солью.

От неминуемой голодной смерти спасло его унаследованное от чёрта чуткое обоняние. Уже через час продирания сквозь дикий лес, он уловил аромат жаренной рыбы и как по навигатору устремился к еде, петляя между деревьев четко по следу распространения запаха. Испугав какого-то невысокого дедка своим внешним видом, он, вывалившись из леса, ринулся с протянутыми руками прямиком к костру, над которым висели две нанизанные на шампура рыбины и лишь остановившись в последний момент, повернулся к шокированному деду и поинтересовался.

— Можно?

— Хм. Вежливый. — хмыкнул сидевший у костра дед и махнул рукой, — Рубай на здоровье!

Дважды предлагать не пришлось. Виктор ухватился за шампур и шипя от боли, принялся уплетать за обе щеки обжигающе горячую рыбу.

— Вкусно? — поинтересовался с любопытством наблюдающий за ним дедок.

— Ешо ках! — прошамкал в ответ Виктор и сделав над собой невероятное усилие, приостановился в деле поглощения рыбы, прожевал то, что уже было во рту и слегка поклонившись, поблагодарил деда за угощение, — Прошу прощения за то, что оставил вас без обеда. И благодарю за доброту.

— Хм. И воспитанный. — погладив свои седые усы и видя, что ребенок утолил первый голод, дед поинтересовался, — А откуда ты такой вежливый и воспитанный взялся в этих всеми забытых краях?

— Сбежал. Из рабства. — продолжая потихоньку отщипывать от обглоданной рыбы кусочки жирного белого мяса, кратко пояснил Виктор. — У нас пираты всех жителей деревни в плен взяли, а потом продали темным магам.

— Темным магам? — доселе глядящий на него с жалостью и любопытством дедок мгновенно преобразился. От былой расслабленности не осталось и следа. — И где они? Где-то поблизости?

— Нет. Я теперь точно и не скажу. На каком-то острове. Мне удалось притвориться мертвым и меня выбросили в море, как поступали со всеми покойниками. Лишь в последний момент получилось активировать прощальный подарок одного друга, и я перенесся подальше от их острова. Вот только куда именно — не имею понятия. Еще два дня провел на подвернувшемся под руку бревне, дрейфуя в море, пока прилив не вынес меня на пляж недалеко отсюда.

— Поня-я-ятно. — протянул дедок и заметно успокоился, хоть осадок грусти и бессилия остался на его лице. — А как называлась твоя деревня? И в каком государстве находилась?

— Розмарин. Так мы ее называли. А где находилась, я не знаю. — слегка потупился Виктор. — В силу ряда обстоятельств я долгое время не мог обучаться и даже нормально контактировать с людьми.

— А по твоему поведению и не скажешь. У меня складывается такое ощущения, что я разговариваю с вполне образованным молодым человеком.

— Это уже после начало что-то получаться. Каменоломни, они, знаете ли, меняют человека как ничто другое.

— Каменоломни!? — вытаращился на него дед, — Тебя заставляли работать в каменоломнях!?

— Всех заставляли. — не стал вдаваться в подробности Виктор.

— Так ведь тебе лет десять не больше!

— Девять. Недавно исполнилось. Так что мне еще нормально пришлось. У нас ведь там и девочки помоложе меня были. Вот кому действительно не позавидуешь. Ненавижу этих темных тварей! Если раньше времени не сдохну, всех на тот свет спроважу. Они еще меня будут молить о быстрой смерти!

— Полагаешь, что такой путь будет для тебя правильным?

— А кто, если не я!? — воткнув в землю шампур с такой силой, что тот ушел в нее по самую рукоять, Виктор рывком поднялся и принялся расхаживать взад-вперед, чтобы хоть немного успокоить нервы. — Видел я как на них смотрели все на невольничьем рынке! Даже у пиратов колени дрожали во время торга! Слишком их все бояться!

— А ты, стало быть, не боишься?

— Я что, похож на дурака? Конечно боюсь! Но можно бояться и трястись под лавкой, а можно бояться и стиснув зубы идти в бой.

— Н-да. А тебе точно девять лет? — старик окинул скептическим взглядом снующего перед ним ребенка. — Уж больно речи взрослые.

— Точно. Вы еще нашу Эльзу не слышали! Вот уж кто действительно повзрослел всего за год. Малявка малявкой, а хоть сейчас выводи на баррикады и устраивай революцию. — грустно усмехнулся Виктор, вспомнив красноволосую девчушку взявшую шефство над всеми ними наряду со стариком Робом. Стоило воспоминаниям всплыть в памяти, как глаза застила накатившая волна слез и лишь большим усилием воли ему удалось сдержать рвущуюся наружу истерику — все же доставшаяся с телом толика детской психики и изрядно расшатанные нервы составляли гремучий коктейль эмоций. — Один против всех. — чтобы успокоиться, едва слышно повторил он окончание столь привычной по прошлой жизни фразы, что из года в год учитель вбивал в его мозг наряду со знаниями и навыками недоступными даже для понимания большей части людей. — Похоже, все будет именно так, учитель.

— Один против всех. — повторил следом за ним дед, ухитрившийся каким-то образом расслышать бормотание Виктора. — А сдюжишь?

— Не сейчас, конечно. — тяжело вздохнул Виктор, оглядывая свое тощее детское тело, — Но лет через пять — шесть я им устрою Ад на земле. Они у меня от каждой тени шарахаться будут!

— От тени, говоришь? — внимательно следя за ребенком, поинтересовался дедок, — А может лучше как каждый уважающий себя герой — порубишь их на куски огромным мечом?

— Уважаемый, уж простите мою бестактность, я так и не потрудился узнать вашего имени, я сильно похож на идиота? Идти в лоб на сотню темных магов? Я еще жить хочу! Не-е-ет. Я им устрою настоящую партизанскую войну, тем более, что это полностью соответствует моим магическим способностям.

— Так ты маг! — в удивлении вылупился на него дед.

— А то вы не догадались. — фыркнул в ответ Виктор. — Грубо играете, господин маг!

— И это девятилетний ребенок. — покачал головой дед. — На чем я прокололся?

— Символ. — Виктор ткнул пальцем в изображение хвостатой феи вышитой на плаще своего нового знакомого. — Это символ гильдии "Хвост Феи".

— И откуда у столь юного волшебника взялись такие познания? — прищурился дед.

— От деда Роба. У него имеется метка в виде точно такой же фигуры.

— Ты знаешь Роба? — тут же вскочил на ноги дед.

— Конечно знаю. Он долго жил в нашей деревне и попал в плен вместе со всеми. Только благодаря ему я и выжил.

— Так вот он куда запропастился. — еще сильнее нахмурился дед. — Когда вас, говоришь, захватили пираты?

— Где-то год назад.

— Ну да, ну да. Все сходится. — почесав в задумчивости подбородок, он вновь обратился к пареньку, — А ты сам-то эти места не узнаешь? Может ваша деревня была где-то поблизости?

— Может и была. — пожал плечами Виктор. — Деревья и погода похожи. Но я не часто покидал дом, а уж по лесу всего пару раз гулял и то недалеко от деревни. И даже если она находится за ближайшим деревом, чего смотреть на угли? Пираты, когда выгребли все из домов, спалили деревню дотла.

— Н-да. И что ты планируешь делать?

— Как что? Отправлюсь вместе с вами, в гильдию. — нагло улыбнувшись, заявил Виктор. — Ведь мастер Дреяр Макаров не будет столь жестокосердным и не бросит одинокого, обессиленного и голодного ребенка в кишащем хищниками лесу?

— И за что мне это все? — притворно тяжело вздохнув, воздел очи к небу один из сильнейших волшебников королевства Фиор.

— Видать, есть за что. — пожал плечами Виктор, — Вам лучше знать когда, где и сколько нагрешили.

— Это да, было врем…кхм. То есть, откуда у столь юного создания могут появиться такие мысли!?

— Да все оттуда. — усмехнулся малыш. — Кстати. Разрешите представиться. Виктор Ред. Будущий величайший артефактор всех времен и народов.

— Артефактор?

— Ага. Дед Роб сказал, что у меня весьма большой запас магической силы, но вся она абсолютно нейтральна и потому не подходит ни для чего кроме артефакторики. Так как, мастер? В не самом далеком будущем у вас появится потребность в артефакторе, имеющим цель в жизни?

— Я бы не отказался от артефактора уже сейчас. — усмехнулся Макаров.

— Ну извините. Чем богаты. — развел руками Виктор. — Так как? Берете?

— Беру. — солидно кивнул старик. — Кстати, а как ты собираешься бороться с темными магами, став артефактором?

— Конечно же я буду поражать их силой своего искусства!

— Искусством?

— Ну да! Как однажды сказал один не самый уравновешенный человек — "Искусство — это взрыв!". А у меня в последнее время было более чем достаточно поводов, чтобы слегка тронуться крышей. Так что будем притворять сию достойнейшую мысль в жизнь!

— О-хо-хо. — мастер гильдии припечатал ладонью свое лицо и простонал, — За что мне все это?

— Вы грешили, вам лучше знать. — как ни в чем не бывало пожал плечами Виктор, внутренне ухахатываясь над игрой старика.

Благодаря магии увеличения, которой владел мастер Хвоста Феи, путь до ближайшего города занял всего три дня. В каждом шаге гиганта, в которого превратился старик, было никак не меньше десяти метров и даже размеренное движение давало изрядную фору по времени. Вдобавок, можно было забыть о всяких лесных хищниках и тварях магического происхождения, что могли бы закусить неосторожными путниками. От поступи мастера Макарова все зверье разбегалось на километры вокруг. Виктор же, с удобством устроившись у того на плече, развлекал старика рассказом о своей жизни. Не всей, конечно, а той ее части, что можно было бы поведать окружающим без особого искажения фактов. Единственное, что пришлось сделать, так это слить информацию, что раньше в теле уживались две души, поскольку чувствовавший действительно огромный резерв паренька Макаров то и дело подводил разговор именно к этой особенности его организма.

На удивление, данная информация была воспринята спокойно — мало ли что могло быть на свете. Магия — это слово с лихвой объясняло все необъяснимое. Сам же Макаров рассказывал о гильдии, стране и положении дел вцелом. Все же не имевший до этого возможности нормально с кем-либо общаться малыш не мог похвастать обилием жизненных навыков. Причем Виктору даже не пришлось особо играть, так как он действительно не был в курсе правил жизни принятых в этом пропитанном магией мире. Люди, животные, растения, страны, финансы — ему было интересно абсолютно все. И живой неподдельный интерес лучше всяких уловок скрыл его истинные познания и жизненный опыт.

За неделю, что они добирались в Магнолию, из зачуханного голодранца Виктор преобразился в слегка худощавого и малость мрачного мальчугана, каких толпы бегали в деревнях и селениях, что им пришлось посетить по пути домой. Да, теперь гильдия должна была на долгие годы превратиться в его родной дом. Он точно не помнил подробностей того старого аниме, на которое его подсадила любимая девушка, но то, что Эльза объявится в этой гильдии и то, что она станет одним из ее сильнейших бойцов было железно. А вдвоем с такой валькирией уже можно было пощупать темных за мягкие места. Но прежде следовало дать ей набрать силу и набраться самому. Причем набраться не в смысле алкогольных напитков, а с точностью до наоборот — мудростью и знаниями. Хотя и просто набраться хотелось. Очень. Но наливать чего покрепче такому шкету, каким сейчас являлся он, считалось преступлением не только в его старом мире.

На удивление гильдия выглядела почти в точности как в аниме. Трехэтажный деревянный теремок на фоне добротных каменных зданий Магнолии смотрелся не сильно презентабельным. Да и малость покосившаяся табличка призванная убедить неверующих, что это и есть одна из волшебных гильдий, не украшала здание, но памятуя какие катаклизмы оно умудрялось пережить, становилось понятно, что с данным шедевром магической архитектуры было не все так просто. Да и выцарапанные на досках и балках письмена, что удалось заметить Виктору, явно не были той похабщиной, что зачастую писали на заборе желающие самоутвердиться идиоты. Правда, читать на местном языке он не умел от слова совсем. Но здравый смысл подсказывал, что всякую нецензурщину на своем доме такой суровый дед как Макаров карябать не позволит. Разве что он сам накарябал ее в своей такой бурной, но такой далекой молодости. Покосившись на письмена и следом на мастера, он мотнул головой, мол "Ничего.", в ответ на вопросительно поднятую бровь и зашел следом за Макаровым в распахнувшиеся двери.

— Вы что творите, шпаньё! — не успел Виктор переступить порог питей… магического заведения, как на его тонкий слух обрушился гром макаровского ора. Мастер с превеликим удовольствием и не щадя никого, прошелся по каждой присутствующей личности отдельно, припомнив как явные так и мнимые прегрешения и лишь немного спустив пар, вытолкнул вперед себя стоявшего позади ребенка, — Знакомьтесь, шпаньё. Это новый член нашей семьи. Виктор Ред.

— Привет!

— Здоров!

— Какой милый!

Из зала понеслась волна приветствий от мужской части населения гильдии, и причитаний по поводу его худощавого вида от женской.

— В общем, прошу любить, жаловать и всё такое! — кратко закончил представление мастер.

— Ну, любить меня еще слишком рано, жаловать не за что, а насчет всего такого прошу ко мне даже не подходить. Отбиваться буду до последнего. — прокомментировал напутствие мастера Виктор, не забывая махать всем присутствующим ручкой.

— Колючий!

— Наш человек!

— А-ха-ха-ха!

Дружно ответил зал и за большей частью столов зазвенели наполненные пивом и вином кружки, поднимаемые в честь нового мага их гильдии.

Пройдя вслед за мастером в его кабинет, Виктор получил метку гильдии, увидев которую мастер Макаров помотал головой, протер глаза, после чего воззрился на печать, которую пару секунд назад приложил к подставленному кулаку. Куда ставить метку — было индивидуальным делом каждого и сжатый, как для удара, кулак вовсе не являлся самым экстравагантным местом. Вот только вместо одной феи, что должна была расплыться по пальцам рук, на руке новичка появилось целых четыре крохотных фигурки, разместившихся на костяшках пальцев. Причем все они были разного цвета! Зеленая, черная, серая и красная феи ввели мастера в ступор.

— Виктор, а ты не проводишь меня в подвал? — отложив печать, поинтересовался Макаров.

— А у вас там нет ничего такого, что не следует показывать детям до совершеннолетия? — разглядывая свой кулак, поинтересовался парнишка в ответ.

— Кхм. — подавившийся непонятно откуда материализовавшимся пивом мастер с трудом откашлялся и лишь просипел, — Нет. Ничего подобного там нет.

— ТАМ нет. — выделил главное из услышанных слов Виктор, — А где есть? Чтобы я знал куда мне пока не стоит соваться.

— Ох шпаньё. — покачал головой мастер. — Пока можешь ходить везде. Только не суйся в женское общежитие. Ради собственного же блага.

— Затискают? — решил сыграть в дурачка Виктор.

— Не совсем. — скривился и потер лоб мастер, явно вспоминая о чем-то не сильно приятном. — Но физическое воздействие будет точно.

— Жестоко. — покачал головой Виктор. — И как же вы тут?

— Тяжело. — вздохнул мастер, но тут же вскинулся, — Ты вообще о чем!?

— Я? — сделав удивленные глаза, Виктор ткнул себя большим пальцем в грудь, — О жизни. А вы о чем?

— И я о ней же. — подозрительно покосился на мальчугана Макаров. — Так что, пойдешь в подвал?

— А что там?

— В числе всего прочего, комната для проверки магических навыков. Видишь ли, цвет проявляемой на теле печати отражает смесь внутреннего мира человека и присущей ему магической силы. Именно поэтому печать всегда появлялась в единственном экземпляре и однородного цвета. У тебя же проявилось четыре печати разного цвета. О подобном я даже никогда не слышал. Вот и хочу посмотреть, в чем может быть дело.

— Никаких опытов и экспериментов? Только посмотреть? — уточнил Виктор, сверля собеседника подозрительным взглядом.

— Только посмотреть и всё! — сказал, как отрезал, мастер.

— Смотрите, мастер. А то ведь выросту и отомщу. Страшно отомщу. А вы долгие годы будете мучаться, ожидая подвоха, ведь когда я посчитаю себя достаточно взрослым известно только мне.

Представив себе подобную перспективу и положив ее на рассказ о не самом легком детстве, а также стремлении стать боевым артефактором, мастер нервно сглотнул, но все же настоял на своем. Три минуты проведенные Виктором в каком-то магическом круге обставленном шарами из лакримы позволили узнать о себе много нового. Причем этого нового оказалось настолько много, что даже мастер, отставив в сторону недопитое пиво, достал из кармана солидных размеров шкалик и солидно приложился к нему.

— Мастер, не томите. — решил прервать возлияния своего нового руководителя Виктор. — Что там такого страшного?

— Даже и не знаю как сказать. — оторвавшись от фляжки и занюхав рукавом, уставился на мальчишку Макаров. — Роб был прав, говоря, что у тебя огромный резерв магической энергии и что она нейтральна. Но в тебе также присутствуют предрасположенности к магии перевоплощения, пространственной магии и тьме. Но вся загвоздка в том, что запасы энергии этих школ в тебе мизерные. Настолько мизерные, что даже самые усердные тренировки не позволят развить их выше уровня "С". А скорее всего они навсегда застрянут на уровне "D". И вообще, такой набор более характерен для демона, но в тебе не нашлось ни одной эманации демонической силы. Поэтому я ничего не понимаю. — закончивший объясняться мастер вновь присосался к фляге.

— Какой я, оказывается, разносторонне развитый и при этом абсолютно ограниченный в силах человек. — усмехнулся Виктор, прекрасно поняв от кого ему достались подобные силы. — И что теперь, мастер? Учиться или можно гулять на все четыре стороны?

— Гильдия это семья, Виктор. Поэтому, никаких четырех сторон. Завтра же я найму тебе учителя языка, а как освоишься с письмом, сам сможешь продолжить свое образование в нашей библиотеке. Тому собранию научных трудов и сочинений, что имеется в гильдии, может позавидовать даже королевская библиотека. Так что, как ты говорил ранее сам — все в твоих руках.

Год ушел на освоение всех потребных в будущей работе языков. Помимо обычного, повседневного языка, существовали еще письмена и руны. Как смог определить для себя Виктор, эти два магических языка были ничем иным как аналогом языков программирования. Именно правильность составления программ позволяла лакримам накапливать разлитую в пространстве ману, обеспечивая энергией многочисленные артефакты — начиная от простого аналога электроножа и заканчивая орбитальной энергетической пушкой "Эферион", способной оставить на месте городка размером с Магнолию лишь оплавленный кратер. Сбор, сохранение и отдача энергии кристаллами лакримы — вот были три основных столпа местного аналога информатики, называемого артефакторикой.

Еще будучи школьником в прошлой жизни, Виктор не хватал высот на информатике и стоявшая на стенде перед глазами книжка "Бейсик — это просто." с каждым новым занятием казалась ему тонким издевательством преподавателя над учениками. Но, как и любой другой гранит науки, информатика была попробована на зуб и даже слегка пожевана. Именно этот опыт, а также мышление человека техногенного мира позволили ему всего за пол года вырасти в глазах старого артефактора, взявшего его в ученики, из криворукой бездарности в простого бездаря. И судя по тому с каким уважением смотрел на него мастер, столь значительное и скорое возвышение в иерархии артефакторов считалось немалым достижением.

Естественно, помимо работы с письменами и энергетическими кристаллами, ему пришлось припомнить курсы материаловедения и системы технологий. Сопромата в его университете с экономическим уклоном не давали, потому во многое приходилось вникать с нуля. Но даже скромные бытовые знания о том, что проводит электричество, а что является диэлектриком и как между собой взаимодействуют различные материалы смогли помочь на первых порах освоения этой непростой науки. К тому же, всегда следовало учитывать тот факт, что магия, не то же самое, что электричество, да и немалая часть применяемых материалов являлись порождением этой самой магии.

Параллельно с учебой приходилось зарабатывать себе на жизнь. Конечно, гильдия брала на себя расходы по воспитанию подрастающего поколения, но сидеть на шее у других Виктору было не слишком комфортно и через пол года с момента своего появления в гильдии он смог уговорить мастера позволять ему брать самые легкие задания, большую часть которых составляли поиск редких трав и растений.

Наследие чёрта и жнеца оставившие свой отпечаток не только на теле, но и душе позволили почувствовать первые основы их магии и даже провести частичное преобразование. Пусть ненадолго, всего на пару минут в день, но у Виктора начало получаться перевоплощать свое лицо в мордочку чёрта и благодаря невероятному обонянию отыскивать в окрестных лесах требуемые лекарям, кондитерам, поварам и даже магам плоды, корешки и растения. Со временем он даже стал считаться в гильдии лучшим специалистом по выполнению подобных заданий. Вот только те крохи, что удавалось зарабатывать, моментально улетали на оплату материалов необходимых для обучения артефакторике. Те же малые кристаллы лакримы, что десятками уничтожались на уроках в результате некорректно написанной программы закачки энергии или ее циркуляции внутри кристалла, стоили по пять сотен драгоценных при том, что поисковое задание редко когда приносило более десяти тысяч. Серебро, золото, кости магических тварей и манопроводящая сталь вообще требовали колоссальных вложений, однако гибли в случае неудачи столь же безвозвратно, как и кристаллы, попросту сплавляясь в единое целое со всеми прочими элементами или разлетаясь на мелкие кусочки.

Ожоги, ссадины и порезы превратились в его постоянных спутников, а после особо мощного взрыва, когда он пытался смастерить аналог ОДАБ, очнулся Виктор не в мастерской артефактора, а в совершенно незнакомом ему месте. Мягкая кровать, чистая занавесочка и аромат сотен разнообразных трав дали понять, что это также не гильдия и не мужское общежитие, в котором он обитал с момента принятия в гильдию.

— Очнулся? — поинтересовался сбоку незнакомый голос, который одной интонацией мог бы заморозить все Спокойное море.

— Нет. Вам показалось. — тут же отозвался Виктор и попытался спрятаться от надвигающейся хозяйки голоса под одеялом, но последняя защита была безжалостно сорвана с беспомощного тела.

— … - столь презрительного взгляда он не удостаивался даже от пиратов. Возвышавшаяся над ним молчаливая дама с розовыми волосами могла быть только одним человеком — единственным медиком и чуть ли не главным пугалом Хвоста Феи.

Сглотнув, Виктор робко поинтересовался, — Пациент будет жить?

— Пока еще не решила. — задумчиво произнесла Полюшка и сменила взгляд энтомолога рассматривающего наколотую на булавку блоху на взгляд солдата вырвавшего ту же блоху из своего исподнего.

— А может дать пациенту второй шанс? — выдавив из себя взгляд кота из Шрека, предпринял попытку отделаться легким испугом Виктор. — Пациент хороший. Пациент больше так не будет.

— Ну-ну. — скептически хмыкнула лекарь, — Много вас таких, хороших, прошло через мои руки.

— И как, удачно?

— Пока счет в мою пользу.

— Полюшка, хватит пугать малыша. Сама же говорила, что ему нужен уход и покой. А… — прерванный убийственным взглядом лекаря мастер так и не смог закончить свою мысль.

— А с тобой, Макаров, у нас будет отдельный разговор.

— Мастер, не бросайте меня здесь. Пожалуйста. — протянул Виктор, с надеждой смотря на бледнеющего деда.

— Нуу…э-э-э…как бы. — сильнейший волшебник гильдии попытался подобрать правильные слова, но был вынужден прекратить эти попытки под прицелом пары глаз, в которых читались самые изысканные пытки предназначенные для одного беспечного старикашки. — В общем, выздоравливай. — наконец, предпринял попытку спасти хотя бы свою шкурку Макаров, но карающая метла правосудия накрыла его с головой у самой двери, после чего начался ужас, на который нельзя было смотреть без содрогания.

Одного из десяти богоизранных волшебников начали гонять метлой, словно шелудивого кота, то и дело впечатывая его в стены, пол и потолок — столь сильными были удары главного оружия простого дворника. Мастер кричал, мастер стенал, мастер обещал исправиться, но рука направляющая метлу не дрогнула ни разу, пока со стороны кровати не раздалась фраза чуть не стоявшая произнесшему ее пареньку жизни.

— Бьет, значит любит. — мечтательно вздохнув, Виктор окинул насмешливым взглядом замерших стариков, находясь уже с противоположной стороны распахнутого окна.

— Беги!

— Ах ты!

Обе фразы совпали с запуском метлы в одного излишне наглого юнца, который смог отклониться лишь на рефлексах наработанных Виктором еще в прошлой жизни. Едва не сломавшись пополам от выполненного мостика, он прекрасно рассмотрел прошедшую в считанных миллиметрах над ним метлу, что окончила свой полет, воткнувшись в дерево. Причем, метла реально воткнулась в дерево подобно копью, так что в том даже образовалась небольшая трещина.

Сглотнув, Виктор перекрестился и выкрикнув напоследок, — Если пациент хочет жить, то медицина бессильна! — понесся на запах родного города, который пусть едва, но добивал даже до этой глухомани.

— Макаров, ты где его откопал!? — уперев руки в бока, Полюшка повернулась к на мгновение оставленному без внимания мастеру гильдии, но обнаружила лишь пустой угол и тихо закрывающуюся дверь. — Вот ведь! И этот убежал! — обреченно вздохнув, она дернула рукой, призвав метлу обратно, после чего принялась наводить порядок в разгромленной ею же комнате, бурча себе под нос, — Еще одна дурная фея на мою голову.

Избежавший же избиения мастер, весьма скоро нагнал ковыляющего по колючим веткам завернутого в одну простыню Виктора и показав ему большой палец, солидно кивнул, — Молодец! Грамотно ушел! И внимание смог вовремя отвлечь. Только, советую в ближайший год не попадаться Полюшке на глаза. Поэтому учись, но аккуратнее. Незачем больше мастерскую мастера Вилью разрушать.

— Будем стараться, мастер. — тяжело вздохнул Виктор, — Будем стараться.

— Кстати, чем это ты ее так основательно развалил?

— ОДАБ пытался сделать.

— ОДАБ?

— Объемно-детонирующую бомбу на основе пылевоздушной смеси. Лучше, конечно, делать на основе паровых или газовых облаков горючих смесей, но подобные ингредиенты мне не по карману, а самому добыть огненных хамелеонов пока даже мечтать не приходится. Вот и приходится заниматься кустарщиной с мучной пылью.

Поняв из всего выше сказанного только слово "бомба" Макаров нахмурился и окинув взглядом плетущегося рядом подростка, поинтересовался каким образом тот пришел к мысли создания подобного оружия.

— А как еще скромный артефактор может получить достаточную силу? Только создавая оружие! Бомбы, мины, гранаты. Для поражения большого числа противников в замкнутом пространстве — нет ничего лучше. Вот и приходится изгаляться!

— И что? Все твои будущие изделия смогут разносить в клочья каменные строения?

— Нет, конечно. Просто я пока еще не смог определить величину критической массы пыли на кубический метр замкнутого пространства, чтобы произошел взрыв. Малые количества ни к чему не приводили. Только и делал потом, что ползал с половой тряпкой по всей мастерской. Кардинальное же увеличение количества муки привело вот к этому. Теперь остается найти золотую середину. А гранаты и мины у меня пока получаются только электрошоковые. Да и те приходится заряжать от Лексуса. А он почему-то всегда сильно противится утренней дойке. — показательно насупился Виктор, вспоминая то разнообразие ловушек, что ему пришлось изобретать для отлова единственного мага в их гильдии владеющего молниями. — Мастер, вы бы посоветовали своему внуку не увиливать от помощи нуждающимся согильдийцам. Так и мне не придется тратить ресурсы и время на его отлов, и ему позора поменьше. Я же не для себя энергию с него сцеживаю, я для дела!

— Ох, шпаньё! — тяжело вздохнул мастер. — А полюбовно договориться ты с ним не пробовал?

— Сотни раз подходил с предложениями, от которых невозможно было отказаться! А он ни в какую! Типа, молнии только мои и точка. Жмот! Ладно бы мне нужен был ток небольшой силы — собрать генератор на имеющейся базе — не бином ньютона. Справился бы. Но ведь мне важен именно сильный поражающий фактор! А тут без токов большой силы и мощности никак не обойтись! К тому же, тех крох, что удается получить с него, хватает лишь на проведение опытов. А что я буду делать, когда настанет время постановки производства боеприпасов на промышленные рельсы? Нет, что я буду делать — я точно знаю. Но, боюсь, ему это не понравится еще больше, чем висеть привязанным за ноги в одних труселях на входе в гильдию. Я ведь ради чистоты эксперимента и труселя могу срезать! Мало ли это именно они мешают сцеживать насыщенную электроэнергией ману?

— За что мне все это? — простонал дед и уже рефлекторно вознес очи к небу.

— Это судьба, мастер. — авторитетно заявил Виктор и ойкнул, наступив на очередную колючую ветку.

Лишь когда его новому телу исполнилось двенадцать лет, Виктор смог разработать и накопить достаточное количество всевозможных сеющих смерть и разрушение артефактов, чтобы попытать счастья в противостоянии с тем сборищем темных магов, что некогда держали его в кандалах. Нет, ни о какой атаке в лоб не могло быть и речи. Тихое, незаметное проникновение и диверсии — вот, что было его единственной возможностью хоть как-то противостоять магам, даже самый слабый из которых мог бы с легкостью расправиться с молодым артефактором, сойдись они в магическом поединке. О применении же навыков рукопашного боя, сохранившихся с прошлой жизни и бережно лелеемых ежедневными тренировками, пока можно было не заикаться в силу весьма скромных физических кондиций. Нет, конечно, удар в промежность и последующий 101-й прием карате выходили у него на славу. Пара проверок показали, что даже маги ранга "В" не могли ничего противопоставить подобной тактике. Но это требовало сближения с противником как минимум на расстояние вытянутой ноги, а большая часть магов практиковали заклинания бьющие по площадям, что серьезно снижало возможность сближения. Да и доставшиеся от жнеца навыки владения боевой косой все еще хромали на обе ноги из-за отсутствия наработки мышечной памяти и опять же роста. Махать мелкому шкету здоровенной косой пока выходило — никак. Да и смотрелся он после перевоплощения больше комично, чем устрашающе. Низенькая фигура в черном балахоне с огромной, едва удерживаемой в руках, косой почему-то не внушала страха. Наверное, все дело было в косе! Вдобавок, подобную форму он мог поддерживать всего пару минут — как и предупреждал его Макаров, даже ежедневно занимаясь развитием своих способностей, он вряд ли мог рассчитывать подняться выше уровня "D".

Зато с огнестрелом, а точнее — магострелом, он был на ты. Пока в гильдии не было практически никого из тех молодых магов, что помнились по аниме. Лишь будущая команда Громовержцев, да Кана с Альзаком помогали изредка скрашивать те редкие часы свободного времени, что он проводил в гильдии в промежутках между обучением, тренировками, работой и экспериментами. Но если с Громовержцами у него сохранялись отношения вооруженного нейтралитета, с Каной — просто хорошие дружеские отношения, то с Альзаком он сошелся на фоне общего интереса к боевым артефактам. Владеющий магией перевооружения парень пошел не по привычному многим пути магии и меча, а усердно долбился лбом в дверь открывающую проход в искусство ведения дальнего магического боя. Луки и арбалеты наряду с теми же копьями, кинжалами и мечами тоже не были редкость в среде магов, но пистолеты и ружья завсегда являлись штучной работой и стоили баснословных денег. Лишь имевшие немалый начальный капитал и фанатическую преданность подобному типу оружия могли выкидывать сотни тысяч драгоценных на переводимые при обучении патроны. Ведь каждый патрон сам по себе являлся небольшим артефактом. Порох заменялся кристалликом лакримы переполненным энергией, который при детонации не только выталкивал пулю, но и передавал заряд на питание ствола самого оружия. Да, одному древнему и давно всеми забытому артефактору удалось сконструировать магический аналог рейлгана. Но получившееся оружие требовало на постоянное поддержание электромагнитного поля столько маны насыщенной электричеством, что устройство занесли в список любопытных чудачеств, да на многие столетия задвинули в пыльный угол. Реанимировало проект изобретение патрона, который при производстве выстрела мог бы обеспечить подпитку ствола необходимой энергией для закручивания и большего разгона пули. В результате, оружие не требовало постоянной подпитки и в зависимости от типа пули могло стрелять всеми типами магии. Хоть огнем, хоть льдом, хоть светом — эффект зависел от того, что артефактор вложит в саму пулю. И вот тут вновь возник вопрос, который едва не поставил очередной крест на магострельном оружии. Цена патрона, мягко говоря, влетала в копеечку. Даже материалы для создания одного единственного патрона стоили порядка тысячи драгоценных. Кропотливая же работа артефактора вынужденного наносить письмена не только на кристалл лакримы, но и обе стороны гильзы, а также создавать практически под микроскопом каждую магическую пулю, увеличивало цену от трех тысяч за штуку для простого патрона со свинцовой пулей и до нескольких сотен тысяч за сильно хитрые боеголовки. При том факте, что для обучения стрельбе требовалось сжечь не один десяток тысяч этих самых патронов, становилось очевидным, почему подобное вооружение не пользовалось большой популярностью, не смотря на доказанную эффективность. Просто мультимиллионеры, обладающие магическими способностями, предпочитали применять их исключительно в деле приумножения собственного состояния и не прельщались работой в магических гильдиях, потому если и имели дома ствол, то исключительно в качестве украшения стены, ковра или камина. Прочим же, требуемые затраты были попросту не по карману и они осваивали луки с арбалетами чьи куда более дешевые стрелы не уничтожались при выстреле и могли идти в дело по несколько раз.

Исключение составляли лишь фанатики, да те, кто мог обучаться искусству обращения с магострельным оружием без особых затрат. Львиную долю этих людей составляли дети и внуки артефакторов. Механизм передачи магической силы от поколения к поколению до сих пор оставался тайной за семью печатями, над которой бились магические академии всех стран и несчетное количество частных лабораторий или гениальных одиночек, но объяснить как у магов льда появлялся на свет ребенок с предрасположенностью к земле, а то и огню, никто так и не смог. Народ просто радовался, когда у наследника проявлялся талант к магии, ведь в девяноста процентах случаев потомки магов рождались вовсе без дара. Альзак как раз был потомком артефактора. И пусть его сила перевооружения не позволяла заряжать кристаллы лакримы, отливать пули и наносить на гильзы письмена он умел, так что затраты на боеприпасы зачастую складывались лишь из стоимости материалов.

Надо ли говорить, что появление в гильдии новичка выбравшего путь артефактора, мгновенно привлекло к нему внимание стрелка? В обмен на запитку энергией кристаллов, что для Виктора являлось плевым делом с его то запасами маны, Альзак обучил его всем известным самому тонкостям и хитростям производства патронов и пуль. Все равно озолотиться на их производстве не представлялось возможным, так как товар был чуть ли не штучный и немногочисленные стрелки предпочитали закупаться лишь у какого-то одного проверенного годами артефактора, чтобы в один прекрасный момент не оказаться перед очередной магической тварью с "отсыревшими" патронами, ведь малейшая ошибка в нанесении символов на составляющие патрона могли привести к постепенной разрядке кристалла.

Столь плачевное положение с боеприпасами повлияло и на само оружие, которое было представлено на рынке исключительно бедно. Однозарядные пистолет и винтовка многие века являлись единственными представителями магострельного оружия. Лишь недоумение высказанное Виктором при осмотре пистолета, по какой причине к нему нельзя было приделать барабан, сдвинуло с места остановившийся эволюционный процесс. Уже через полтора года Альзак хвастал в гильдии новеньким револьвером, изготовленным мастером Вельдом по техническому заданию и зарисовкам сделанным Виктором. Револьвер влетел в копеечку — все же штучная ручная работа, да еще и первая в своем роде, так что Альзаку пришлось полностью опустошить свой счет, но радости его не было конца. Впрочем, сбережений Виктора и кредита от гильдии хватило, чтобы вскоре он тоже смог примерить подобное оружие к своей руке. Лишь сильная отдача пока не позволяла ему стрелять с одной руки, но с двух рук он всаживал в десятку шесть пуль из шести на тридцати метрах. Правда, это касалось только пуль изготовленных для Альзака мастером-артефактором. Поделки же Виктора никак не могли похвастать приличной центровкой и хорошо если укладывались в ростовую мишень на такой же дистанции. Но за неимением гербовой всегда и везде было принято использовать туалетную бумагу, вот и Виктор решил не изменять данному правилу.

Глава 3. Выбор

— Уходишь? — тишину ночи нарушил голос материализовавшегося за спиной Виктора мастера. Три года прошло с тех пор как ему удалось сбежать из башни, а Эльза так и не объявилась в гильдии, потому более откладывать свой выход он не был намерен. Минимум сил и средств за эти три сумасшедшие года ему накопить удалось, но даже в этом случае он куда больше полагался на госпожу Удачу, чем на собственные навыки.

— Да, мастер. Готовиться можно бесконечно и потому надо вовремя дать себе команду остановиться и сделать, наконец, то, что должен.

— А как же гильдия? Полагаешь, семья не захочет помочь тебе в этом деле?

— К сожалению, наши желания далеко не всегда совпадают с нашими возможностями, мастер. Я ведь так и не смог узнать куда именно мне надо попасть. Да и вы тоже не смогли. Так?

— Твоя правда, Виктор. — тяжело вздохнул Макаров и выйдя из-за дерева, присел на скамеечку рядом с одним из своих сорванцов. — Слишком много островов разбросано по окружающим континент морям. Обыскать их все не хватит никакой жизни.

— Вот видите.

— Значит, пойдешь искать?

— Нет, мастер. Помните, я упоминал прощальный дар одного друга, благодаря которому смог удрать из рабства? Он вновь заработал. Точнее, я, наконец, получил возможность вновь воспользоваться им. Если я окажусь на том пляже, рядом с которым впервые встретил вас, у меня будет возможность почувствовать, куда надо прыгнуть. Не знаю, как описать это чувство, просто я ощущаю наличие пространства, с которым у меня существует связь.

— А поискать по карте не пробовал?

— Пробовал. Не помогает. Даже карты Каны не помогли. — усмехнулся Виктор. — Я просто чувствую, но не знаю как туда дойти, доплыть или долететь. Только прыгнуть. Даже сейчас я ощущаю его, но столь слабо, что мне не хватает сил дотянуться туда.

— А как насчет хотя бы одного небольшого и легкого пассажира? — усмехнулся Макаров, выглядящий немногим меньше Виктора.

— Нет, мастер, силенок не хватит. Только то, что сейчас на мне. Это мой предел.

— В таком случае я, пожалуй, возьму отпуск и прогуляюсь с тобой до одного замечательного пляжа. Давненько я что-то не отдыхал на море.

— Только не забудьте прихватить шезлонг, зонтик и повязку на нос. А то там в единственный раз моего пребывания было жарко и изрядно вонюче. — усмехнулся Виктор, — И я сомневаюсь, что за прошедшие годы там что-либо изменилось.

— Хм. Дашь пол часика на сборы?

— Поезд только через час. Это я просто решил пораньше выйти. Подышать свежим воздухом. — слово "напоследок" не было произнесено вслух, но оба прекрасно поняли недосказанность фразы.

Стоило мастеру скрыться в направлении гильдии, как его место на скамейке занял Альзак. Бросив недовольный взгляд на закутанного в черный плащ Виктора, он так же уставился на звездное небо.

— А ведь я считал тебя своим другом, Виктор. — минут через пять тишины, все же нашел с чего начать беседу молодой стрелок.

— Я безмерно рад этому факту, Альзак. — усмехнулся его собеседник, — Только почему в прошедшем времени? Разве мы больше не друзья?

— Друзья так не поступают.

— Альзак, ты даже не представляешь себе, как мне пришлось поступить со своими старыми друзьями. Теперь пришло время исправить то, что еще можно исправить. Одному. И это не моя прихоть. Так сложились обстоятельства. Но даже будь все иначе, я бы тебя не позвал с собой?

— Это еще почему! — мгновенно вскинулся Альзак.

— Мал еще! — рассмеялся Виктор. — Да и случись что с тобой, Биска меня выследила бы и застрелила за свою загубленную любовь.

— К-какую любовь? — подавившийся готовой слететь с языка фразой, поинтересовался Альзак, потихоньку краснея, что было заметно даже во тьме ночи. Появившаяся в гильдии пол года назад Биска так же как и он оказалась повернутой на магострельном оружии, что мгновенно сблизило ее с Альзаком и Виктором.

— Первую и наверное, единственную. — пожал плечами Виктор. — Где же еще она сможет найти такого парня как ты. Так что береги ее, мой юный друг. Такие девушки как она — встречаются один раз в жизни. А теперь ступай, отрок. Мне надо подумать в одиночестве. — изобразив скрипучий голос древнего старика, Виктор замахал рукой на своего собеседника, как будто отгоняя назойливого комара.

— Вот, возьми. — не зная как поступить, Альзак протянул Виктору утыканный патронами пояс. — Эти пули делал по моему спецзаказу мастер Вельд. По десятку огненных, ледяных и усыпляющих. Пусть хотя бы они помогут тебе, если мне не позволено.

— Вот ведь, искуситель. — покачал головой Виктор и принялся вытаскивать из карманов уже забитые патронами обоймы. На немой вопрос Альзака, он, повздыхав, пояснил — Я же говорил, что упакован полностью. Даже одной лишней пули взять не могу. — Давая пояснения, он не забывал заменять свои кривые самоделки на стоящие десятки тысяч драгоценных произведения артефактного искусства. Забив по одной шестизарядной обойме артефактными патронами, он пожал руку друга и вскочив с лавки, с удовольствием потянулся. — Ну все. Пора на поезд. А то, чувствую, что если еще немного посижу тут, могу привлечь еще чье-нибудь внимание. И, Альзак, — посмотрев парню в глаза, он покрепче сжал руку, — насчет Биски я не шутил. Может я еще и мелкий шкет, впрочем как и вы, но мне со стороны видно все куда лучше чем вам обоим.

— А? Д-да. Хорошо. Спасибо. — совсем растерялся парень от серьезности, с которой говорил вечный шутник, балагур и проказник Виктор. Сегодня он впервые увидел скрытую ото всех сторону характера своего друга.

— И если я вдруг не смогу вернуться, передай пожалуйста это Кане. — достав из внутреннего кармана ничем не примечательный конверт, он протянул его Альзаку.

— Любовное послание? — ухмыльнулся паренек, беря конверт в руку.

— Нет, Альзак. Просто добрый совет. Я бы хотел дать его сам, но… В общем, не появлюсь через год, передай ей.

Всё ту же неделю занял путь до пляжа, к которому море некогда вынесло вцепившегося в бревно обессиленного паренька. За три прошедших года на нем лишь немного добавилось сухих бревен, а так более ничего не изменилось. Зато, тянущее чувство усилилось настолько, что Виктор почувствовал, стоит только захотеть и он окажется там, откуда телепортировался, спасая свою жизнь.

— Ну как? — поинтересовался мастер, внимательно наблюдая за Виктором.

— Отсюда точно дотянусь. — расплылся тот в улыбке, — Так что не стоит откладывать на завтра то, что можно съесть сегодня.

— Каждый член гильдии, имеет право поступать так, как считает нужным. — произнес, глядя вдаль, старый мастер. — Ты сам выбрал свой путь, и я лишь могу пожелать тебе удачи. Но знай, — Макаров перевел взгляд на закутанного в черный плащ паренька, — даже если порежешь себе пальчик, не говоря о чем-то более серьезном, сдам тебя на излечение Полюшке.

Передернув плечами, Виктор трижды сплюнул через левое плечо. — Чур меня! Но намек я понял, мастер. Если помру, домой могу не возвращаться. — и не давая тому ляпнуть что-либо в ответ, крепко обнял старика, — Еще увидимся, дед. — после чего тут же ушел в пространственный прыжок.

— Ну, шпаньё. — смахнул накатившую слезу Макаров и тяжело вздохнув, побрел к оставленному у ближайшего дерева шезлонгу. Более ему ничего не оставалось, кроме как ждать. Надеяться, молиться и ждать. Слишком многие из его старых друзей когда-то ушли вот точно так же.

Недолгий полет весьма предсказуемо закончился падением в воду. Вынырнув и отплевавшись от набившейся в нос воды, Виктор окинул взглядом уходящую вверх скалу и поежившись, погреб в сторону галечного пляжа, до которого было не более пары сотен метров. Море было спокойным, так что без труда добравшись до земной тверди, он затихарился в тени, отбрасываемой скалой и раздевшись, принялся выжимать промокшую насквозь одежду. Вообще, он мог бы ее легко высушить парой выбросов маны — это далеко не самое простое заклинание, было единственным защитным средством артефакторов. В зависимости от количества выброшенной телом магической энергии и ее плотности, можно было как высушиться после ванны, так и защититься от вражеских заклинаний. Только выброс никак нельзя было растянуть по времени и потому даже трехсекундного постоянного воздействия тем же огнем или холодом было достаточно, чтобы свести усилия артефактора к нулю. Но колдовать на вражеской территории Виктор опасался и потому действовал по старинке.

Натянув на тело неприятно мокрую и оттого липнущую к коже одежду, он убедился, что вода с него даже не капает и не торопясь, полез вверх по скале. Двумя известными Виктору проходами внутрь скалы занимавшей практически весь остров были, так сказать парадный и черный ход. Через парадный их внутрь скалы загоняли по прибытию на остров, а через черный выносили трупы не выдержавших нагрузок бедолаг. Вот к последнему и лежал его путь. Насколько он помнил, охраны там не было, а для обнаружения сигналок у него имелся подарок его учителя артефакторики. За усердие и смекалку, которыми не могли похвастать другие дети, Виктор к концу второго года обучения возвысился в звании до "недоросля" и получил возможность высказать пожелание насчет подарка. В результате сквернословящий мастер Вельд месяц корпел над подарком, а наглый лучший ученик до потери чувства и сознания работал батарейкой, сливая ману в стационарной накопитель мастерской — естественно, исключительно в целях развития объема своей силы, ведь опустошение и последующее заполнение объема маны были известны еще с древних времен как лучший способ постепенного усиления любого мага. Болезненный, длительный, но гарантированный.

И вот результат целого месяца мучений двух разумных, придумавших друг для друга интересное испытание, дернув лапками, ожил и завертел по сторонам шестью глазками. Выглядящий как настоящий паук, артефакт являлся идеальным шпионом, что удалось проверить на системе защиты женского общежития уже через неделю после его торжественного вручения Виктору. Семь дней подготовки и Виктор смог убедиться в том, что идеал все же существует. Причем, это слово можно было отнести как к принимавшим душ феечкам, так и пауку. В тот момент он особо остро почувствовал насколько скучает по своему прежнему тридцатилетнему телу и осознал, что о пауке не должны знать никто кроме владельца и производителя. Причем, путем наглого шантажа производитель был вынужден дать магическую подписку о неразглашении тайны, дабы не быть обвиненным в непристойном поведении по отношению к юным и красивым гильдейским девушкам. Впрочем, Виктор не сумел предусмотреть абсолютно всё, составляя договор о неразглашении, и примерно через пол года засек у просверленной в незапамятные времена дырочки в потолке женской душевой точную копию своего разведчика. В тот раз палить своего учителя Виктор не стал, но целый месяц сопровождал мастера Вельда настолько ехидной улыбкой, которая буквально вопила — "А я всё знаю!", что перенервничавший старый артефактор вынужден был отдариться еще одним хитрым презентом в уплату за молчание, а также пообещать более не нарушать монопольных прав Виктора на подглядывание на территории общежития.

Цепляясь за камни, паучок скрылся в неширокой темной расщелине, а оставшийся сидеть в укрытии Виктор уставился на экран. Чтобы избежать выброса маны, все данные передавались по тончайшему, не толще волоса, проводку тянущемуся за паучком. Его наличие требовало хорошо продумывать каждый шаг паука, но достижение полной скрытности требовало жертв.

Когда его несли в последний путь, Виктор не смог хорошенько рассмотреть коридоры и попадавшиеся по пути помещения, потому почти три часа ему пришлось обследовать небольшие комнатушки вырубленные в горной породе с обеих сторон коридора. Видимо, когда-то их планировалось превратить в жилые комнаты, но дело не пошло и сюда начали стаскивать всякий хлам, который был уже не нужен, но выкинуть рука не поднималась. Кучи поломанного шанцевого инструмента, вышедшие из строя рабские ошейники и браслеты, порванные балахоны стражников и много чего еще, судя по слою пыли лежащее здесь не один год.

Удостоверившись, как в отсутствии живых, так и магических сигналок, он прикрыл тельцем паука обнаруженный объектив аналога камеры слежения и быстро проскочил в последнюю из проверенных комнат. Подобное продвижение вглубь вражеской территории продолжалось более суток. В одном месте ему пришлось просидеть девять часов, ожидая пока появится возможность пройти дальше. Но на вторые сутки все потуги были вознаграждены и паучок в очередном помещении обнаружил местный аналог электростанции, от которой питались контролирующие рабов артефакты. Огромная, переполненная энергией лакрима переливалась разрядами красно-черной энергии. Он хорошо помнил, как его и десяток других одаренных каждый день досуха выдаивали для запитки маной этого сердца логова темных магов.

Предвкушающе улыбнувшись, он потихоньку убрал паучка из аналога местной электростанции. Как бы не чесались руки немедленно взорвать тут к чертям собачьим, нельзя было забывать о возможности многократного дублирования системы. Во всяком случае, как минимум один "запасной генератор" у местных непременно должен был иметься в заначке, поскольку на дебилов темные маги ни разу не походили. Да, твари. Да, уроды. Да, изверги. Но никак не дебилы. "Ни в коем случае нельзя недооценивать противника" — эту простую мысль годами вдалбливали в его голову на тренировках по рукопашному бою и игнорировать ее он ни в коем случае не собирался.

Темные оказались теми еще параноиками. У них имелось целых пять запасных кристаллов лакримы запитанных именно на контроль рабов. Для их обнаружения паучку, а следом за ним и Виктору пришлось облазить едва ли не всю гору сильно изъеденную изнутри многочисленными комнатами, проходами и лестницами. Неделю он питался сделанными для него на заказ кондитерами плитками из сухофруктов с орехами. О сублимированных продуктах и сухпайках здесь слыхом не слыхивали, поэтому пришлось обходиться дедовским методом. Невероятно вкусно, но невероятно мало, хоть и достаточно чтобы поддержать физические силы. Единственное чего он опасался — как бы его не обнаружили по урчанию живота, но столь неприятного для любого диверсанта последствия недоедания удалось избежать, растягивая трапезу на весь день, отщипывая потихоньку от очередной плитки каждые пол часа.

На четвертый день ему даже удалось заглянуть в пещеры, где содержались рабы. Среди тысяч изможденных и перемазанных грязью с ног до головы тел, он так и не смог отыскать тех, кто заботился о нем в течение всего времени проведенного в неволе. Все же темень, разрываемая лишь редкими тусклыми светильниками, делала всех "кошек серыми". Но тот факт, что никаких решеток как не было, так и не появилось, позволял надеяться, что такая толпа рабов после выведения из строя системы сдерживания сможет смять тот десяток охранников, что скучали у входа в подземелье.

В отличие от центральной "электростанции" комнаты с резервными "генераторами" не охранялись и заминировать их не составило особого труда. Разработать сколь-либо действенную магическую взрывчатку ему так и не удалось, потому приходилось рассчитывать на старые добрые термобарические бомбы. Лакрима, была твердым, но хрупким материалом и прекрасно крошилась при достаточно сильном воздействии. Это, кстати, было одной из причин небольшого числа артефакторов — мало кто готов был часами корпеть над аккуратным вытачиванием в кристалле многочисленных строк команд условий его активации и работы. Большинство магов под воздействием своей силы не только менялись внешне, но и имели характер сродный со своей стихией. Поэтому ни один огневик никогда не смог бы стать артефактором — слишком вспыльчивый и неусидчивый. Он бы разнес всю мастерскую уже после третьего случайно разрушенного кристалла. Вот и над способом вывода из строя этих энергетических лакрим не стоило особо ломать голову. Достаточно было добиться появления трещины по месту начертания текста, чтобы огромный кристалл перестал выполнять свои функции, а то и рванул от переизбытка более ничем не сдерживаемой энергии. Причем, простое перечеркивание текста или даже его вытравливание кислотой, в этом деле не помогало. Можно было бы изменить параметры применения энергии, переписав текст на лакриме, но для успешного применения подобного способа следовало быть мастером-артефактором с огромным опытом и при этом полным отморозком, поскольку ошибка вполне могла привести к немедленной детонации кристалла-накопителя. При тех размерах кристаллов, что имелись в генераторных, от ученика-недоучки не осталось бы даже атома в случае аннигиляции лакримы.

Выудив из пространственного кармана один из четырех баллонов с горючей секрецией огненных хамелеонов — лучшее что ему удалось достать при совместных охотах на магических тварей с Альзаком и Биской, он тяжело вздохнул, пытаясь в очередной раз выкинуть из головы цену подобного материала и установив таймер, поспешил покинуть помещение. Впереди его ждали еще два генератора и её величество — главная лакрима. На остальные резервные источники питания взрывчатки попросту не было. Он и так максимально растянул свой пространственный карман, так что от магического перенапряжения болело все тело. Вся надежда была на то, что два резервных генератора не смогут полностью заменить сердце местной охранной системы, да и попытка обстрелять один из них сперва огненными, а после ледяными пулями могла привести к растрескиванию кристалла из-за резкого перепада температур.

Как бы не было велико желание скрываться до последнего, пройти незамеченным мимо охраны электростанции было невозможно. Тут тёмные не поскупились и выставили перед дверьми сразу трех сторожей и еще двое постоянно находились у кристалла, следя за его работой. Припомнив добрым словом Альзака, он сменил патроны в револьвере на усыпляющие и подобравшись как можно ближе, начал выцеливать одного стражника за другим, чтобы убедиться в беспрепятственной возможности накрытия всей троицы. Нет, ему нисколько не было жалко этих темных, что годами мучили и убивали людей, но существовали два фактора, которые делали весьма нежелательным применение летальных боеприпасов в данной ситуации. Во-первых, на местных магах могла иметься система постоянной диагностики, отслеживавшей их жизнедеятельность. Подобные артефакты не являлись большой редкостью и на постоянной основе использовались в гвардейских частях многих стран. Во-вторых, убийство любых магов было крайне нежелательным, поскольку приводило к прорыву энергии хаоса. Как происходило взаимодействие между двумя этими событиями Виктор так и не понял, но факт был налицо. Гибель магов всегда приводила к просачиванию в мир демонических сущностей. Потому, даже самых закоренелых преступников владеющих даром не казнили, а пожизненно упекали в тюрьму, где их использовали в качестве батарейки. Смертей же одаренных здесь вскоре и так должно было хватить на появление далеко не одной твари и потому множить количество подобных сущностей он не желал, ведь каждая из них впоследствии начинала охотиться на людей.

Три тихих металлических щелчка не слышных уже на дистанции в пять метров были сопровождены падением на пол трех мгновенно заснувших тел. Один из находившихся в комнате с лакримой охранников, выглянувший наружу, чтобы разобраться с непонятными звуками разнесшимися снаружи, получил снотворную пулю прямо в лоб. Лишь последний, пятый, успел предпринять хоть что-нибудь. В сторону приоткрытой двери улетела здоровенная сосулька, но предназначалась она явно для кого-то высокого. Прыгнув в приоткрытую дверь головой вперед и перекувырнувшись через правое плечо, Виктор даже не заметил пролетевшей над ним опасности и практически в упор всадил две последние пули в пятого мага.

Установка последней бомбы заняла всего десяток секунд, а вот перетаскивания от центра будущего армагеддона пяти спящих магов заняло почти десять минут. Самого здорового из них он даже не тащил за воротник, а перекатывал, поскольку как-либо иначе сдвинуть такую тушу с места не представлялось возможным. Утерев трудовой пот, он от души пнул напоследок неподъемного хряка и взглянув на часы, охнул. Бомбы должны были сдетонировать уже через семь минут, а ему еще следовало добраться до ближайшего резервного генератора, чтобы попытаться расстрелять его из револьвера.

Отзвуки взрывов и жуткая тряска настигли его на пол пути. По ушам ударила звуковая волна, которая даже слегка контузила — все же вся гора, по сути, являлась сплошным закрытым помещением, потому ни воздуху, ни звуку деваться было особо некуда, кроме как распространяться по проложенным тоннелям. Сверху тут же посыпались камни, грозя прибить мелкое насекомое посмевшее нарушить покой горы, но благодаря удаче и ловкости, удалось отделаться лишь небольшим рассечением на лбу и левой брови.

Шесть дорогущих артефактных огненных пуль ударивших в одну точку, довели в ней температуру до нескольких тысяч градусов, так что кристалл затрещал, а еще шесть не менее дорогущих ледяных пуль мгновенно остудили пылающую жаром небольшую площадь лакримы, создав невероятную точку напряжения. Не выдержавший подобного издевательства кристалл мгновенно треснул, но вовсю делавший к этому моменту ноги Виктор не смог оценить конечный результат своих действий. Все же шанс детонации лакримы оставался весьма высок и потому диверсант-самоучка предпочел вспомнить весьма полезную пиратскую заповедь — сдернуть куда подальше, пока не прилетело в ответ.

Эльза тихо сидела в ставшей уже привычной пещере и не обращала никакого внимания на пытавшегося привести ее в чувство старика Роба. Выказываемая ею строптивость все же привела к закономерному результату и ее, в назидание остальным, отправили в пыточную. Многочасовое пропускание через тело ядовитой энергии тьмы едва не выжгло ее изнутри, но палач слишком хорошо знал свое дело, и потому девочка лишилась лишь правого глаза, в котором обычно концентрировалась остающаяся в теле человека тьма. Но что хуже всего, в качестве еще большего наказания темные забрали ее лучшего друга. Он был уже не первым из друзей и знакомых кого пытали темные, но он был единственным лучшим другом и факт того, что в его будущих мучениях оказалась виновна именно она, буквально выгрызал Эльзу изнутри.

— Не переживай так, девочка моя. — погладил ее по голове Роб, — Джерар такой же боец как и ты. Он никогда не покажет свою слабину этим тварям, что носят человеческое обличие. Вы двое всегда поддерживали друг друга и всех вокруг, так не бросай его и сейчас. Думай о нем, мысленно поддерживай его и он почувствует, что не один.

— Он пострадает из-за меня. — тихо произнесла красноволосая девчушка и из ее единственного глаза скатилась слеза, оставившая мокрый след на запорошенном вездесущей каменной пылью лице.

0x01 graphic

— Нет. Он пострадает не из-за тебя. Он вообще не пострадает. Он будет держаться за то, во что верит. За того, в кого верит. Он будет держаться и не проронит ни звука на потеху темным. Помнишь, я рассказывал тебе о своей гильдии — Хвост Феи?

— Да. — слегка кивнула Эльза.

— Так вот, наша гильдия — одна большая семья, где каждый стеной встанет за другого и если потребуется примет удар на себя. Пусть у вас всех — Роб обвел рукой сидевшую вдоль стен ребятню, — нет знаков гильдии, но мне ли не видеть, что вы одна большая семья? А в семье принято всегда верить в своих. Верь в него, девочка. Верь в него, как я верю в Хвост Феи, которая своих не бросает.

Эльза попыталась было ответить, но жуткий грохот и прошедшая по полу и стенам вибрация, не дала ей сказать то, что могло бы слишком сильно задеть старика. Вот уже сколько лет он подбадривал их рассказами о своей гильдии, убеждая, что та своих не бросает ни при каких обстоятельствах, но ожидаемого изо дня в день прибытия светлых магов, которые могли бы сбросить с них оковы, все не было.

— Хм. Похоже, я все таки дождался своих друзей. — усмехнулся старик. — Узнаю стиль фей. Тихо заявлять о себе мы никогда не умели.

— Ошейник! Он отключился! — внезапно раздался голос из темноты.

— И кандалы! Кандалы тоже отпали! — неверяще, ответил ему другой. — Мы свободны!

Тут и там по всем пещерам раздавалось клацанье сбрасываемых с тел артефактов, что годами истязали людей по воле темных магов. Вслед за этим поднялся гул довольно скоро переросший в настоящий звериный рев и сотни похватавших ломы, кирки и лопаты узников устремились к опешившей страже. Десятки пали под выстрелами шоковых дубинок и посохов темных магов, не менее сотни погибло от атакующих заклинаний, пущенных магами в ход, но остановить лавину из человеческих тел немногочисленной охране оказалось не под силу. Их смели, затоптали, забили тем, что имелось в руках или под рукой.

Потреся головой, Виктор привалился к стене и прохрипел — Старость — не радость. — В его теле болело абсолютно все, включая волосы. Хотелось просто лечь и сдохнуть, чтобы прекратилась эта мука, но воля заставляла его игнорировать мелочные желания оглушенного, избитого камнями, контуженного и под конец отравленного темной магией организма. Четвертая резервная лакрима все же взорвалась, породив поток той самой энергии боли, что была призвана обеспечивать послушание рабов. Лишь быстрые ноги спасли его от смерти в результате болевого шока, но и так досталось — не приведи Господь.

Откинув барабан револьвера, он вытряхнул в ладонь пустые гильзы и спрятав их в карман, принялся снаряжать барабан новыми патронами. То, что план удался и лакримы оказались разрушены, вовсе не значило, что все закончилось. Нет. Все только начиналось. Главный калибр отработал свое, и впереди была операция по зачистке территории от вражеской пехоты. Причем пехоты этой вместе со "сторожевыми собачками" да не простыми, а являвшимися чистейшим продуктом химерологии, обитало в скале не одна сотня. И каждый их них был магом. А патронов в закромах оставалось всего ничего — восемнадцать штук.

Чтобы не сражаться одному против всех, он быстро прикинул кратчайший путь до пещер, где держали рабов и старчески кряхтя, медленно побрел в ту сторону. Бегать, как еще минуту назад, он уже не мог — даже малейший шаг отдавался в теле ноющей болью. Пустить верный револьвер в дело пришлось уже за третьим по счету поворотом, два выстрела в затылки спешащим на шум битвы темным открыли счет в его личном кладбище. До этого момента ему приходилось убивать только магических тварей и химер, на которых брали задания его друзья. Да и то, зачастую он был на подхвате и самому стрелять приходилось всего лишь с десяток раз, основную работу делали Альзак и Биска. Здесь же и сейчас полагаться приходилось только на себя.

Что его удивило, никаких сомнений и душевных терзаний он не испытывал, стреляя в спину пусть скверным и заслуживающим смерть, но все же людям. Не было вообще никаких чувств. Создавалось ощущение, что он просто делает давно приевшуюся работу — как механический болванчик. Два выстрела, два трупа и сожаление о расходовании боеприпасов — вот и все, что он мог бы поведать о своих первых убийствах, поинтересуйся кто этим фактом его биографии.

Подобное отношение не на шутку напугало его самого, но разбираться в себе было не время и не место, сперва следовало решить вопрос наличия в ближайшем пространстве темных магов. Семь павших темных и пять химер полностью опустошили его запасы гранат и патронов, так что верный револьвер отправился обратно в кобуру, и на первый план вышла магия перевоплощения. Благодаря постоянным тренировкам он уже мог поддерживать форму мрачного жнеца целых три минуты и двенадцать секунд. Жнец, конечно, выходил не сильно пугающий — все же сказывался рост в метр с кепкой, но оставшаяся на долгую память об одном сотруднике небесной канцелярии боевая коса не становилась от этого менее опасной для окружающих. И пусть сложных приемов наработать не хватило ни сил, ни времени, ни физических возможностей, основы он знал на зубок, а против столь экзотичного оружия как коса, мало кто умел правильно защищаться.

Вылетев в своем новом облачении прямо в катакомбы, где тут и там восставшие пленники рубились с магами и химерами, он, подпрыгнув, рубанул ближайшего стоявшего к нему спиной мага. Перекрывавшие этот проход темные никак не ожидали удара в спину и потому коса, не встречая никакого сопротивления, снесла голову одного и застряла в шее другого мага, войдя в нее наполовину. В очередной раз помянув недобрым словом свою физическую немощь, он, создав рычаг, вырвал косу из уже заваливающего тела и тут же отбил удар посохом — последний из тройки темных не пожелал отправиться вслед за своими соратниками без сопротивления и прекратив поливать молниями освободившихся рабов, повернулся к новой опасности.

Увести древко посоха в сторону, ткнуть навершием косы под нос противника и пока тот находится в полусекундной дезориентации, дернуть косу на себя с одновременным разворотом вправо. Простейший прием гарантированно приводил к потере левой руки никогда не встречавшимся с боевой косой противником. Этот темный явно не встречался. Полностью отчекрыжить руку не вышло, но разрез вышел знатный, судя по треску попавшей под лезвие кости, да и посохи из рук магов просто так не выпадают. Не долго думая, он без затей ударил схватившегося за руку мага сверху вниз. Тот хоть и успел подставить под удар правую руку, встретилась она лишь с древком, а кончик лезвия к тому моменту уже достиг мозга, пройдя через глазницу.

В запасе оставалось не более пары минут, так что, выдернув косу, он не остался смотреть, как падет на землю уже мертвый противник и ринулся в самую гущу сражения. Хоть его одеяние некоторым образом повторяло те балахоны, что носили темные маги, ни знаков различия, ни прикрывающей лицо маски на нем не наблюдалось, но разгоряченные битвой пленники порой не сильно вглядывались в его фигуру. В черном балахоне с капюшоном? Значит враг! Раз пять ему приходилось отводить в стороны удары кирок и лопат, бросая в ответ лишь свое мнение об умственных способностях тех, кто атакует союзников.

Уже пять темных магов и две химеры пали от его руки в этом гроте, когда он краем глаза увидел мелькнувшие в стороне красные волосы. За всю свою жизнь он встречал всего лишь одного человека, имеющего подобный цвет шевелюры и потому, отбив очередной выпад мечника-неумехи, махавшего своим оружием как простой дубиной, он провел ложный выпад в голову, после чего выпустив из рук косу, метнулся в ноги увлеченного отбитием косы мага. Мелькнуло лезвие боевого ножа и правая нога противника подрезанная под коленом подкосилась, позволив уже следующим движением воткнуть нож в горло осевшего мага. Пусть на занятиях по рукопашке они не сильно много времени уделяли непосредственно ножевому бою, уходы и отбитие подобных атак нарабатывались регулярно, а чтобы наработать их, хочешь не хочешь, приходилось тыкать ножом в спарринг-партнера. Вот и наработались со временем определенные движения. Выдернув короткий клинок, он быстро отер его о спину булькающего пробитым горлом мага и подобрав свою косу, понесся в направлении, где была замечена Эльза.

Главный герой всегда появляется в последний момент. Избитая киношная истина в исполнении Виктора не смотрелась сильно эпично, да и спасать пришлось не прекрасную деву, а дряхлого старика. Размахивавшая трофейным мечом Эльза, опять же из-за своего редкого цвета волос, буквально притягивала к себе внимание вражеских магов и в ее сторону до и дело устремлялись молнии и потоки тьмы — как впоследствии выяснилось, практически все темные были слабаками уровня "D" в плане магической силы и потому вовсю пользовались однотипными посохами, а не шарахали массовыми заклинаниями по толпам пленников. Невысокая, шустрая, юркая и невероятно везучая, она умудрялась уходить от всех направленных на нее атак, пока не споткнулась о незамеченный камень, мгновенно растеряв всю свою прыть. Вдобавок, ей на ноги упал попавший под удар электрического разряда бежавший рядом с ней паренек, так что девчушка оказалась надежно придавлена к полу пещеры без какой-либо возможности быстро выбраться из-под трясущегося тела. Три посоха разом были направлены в сторону извивающейся на земле Эльзы, как ее небольшую фигурку закрыл собой державшийся всегда поблизости Роб.

Чертыхнувшись, Виктор метнул, словно биту из игры в городки, свою косу в ближайшего из выцеливающих его давних спасителей темного, после чего применил мерцание — пространственный прыжок на дистанцию прямой видимости. Оставшаяся в теле чертовская сила позволяла делать три подобных прыжка, но потом почти неделю приходилось по капельке восполнять потраченную энергию поскольку его нейтральная мана своими огромными запасами перебивала все каналы накопления энергии для прочих магических способностей.

Убить коса никого не убила, но отбить посох в сторону смогла и выпущенная темным молния ушла в стену грота. Два же других отстрелялись без проблем, но в последний момент перед старческой спиной с изображением хвостатой феи возник из ниоткуда подросток, только и успевший хлопнуть ладонью по тыльной стороне кисти своей левой руки.

Полученный в результате шантажа откуп спас жизнь не только Виктору, но и всем, кто находился за возникшим щитом — этаким мини аналогом будущего алмазного доспеха Эльзы за долю секунды после активации выставившим защиту, способную выдержать любой магический удар силой вплоть до "А" ранга. Вот только мастер Вельд заранее предупредил вымогателя, что так и не смог до конца решить вопрос отвода тепла возникающего при соударении щита с атакующим заклинанием. Мгновенно раскалившаяся перчатка, что Виктор носил на левой руке, заставила его позабыть обо всем на свете и заняться исключительно ее сдергиванием с прожаривающейся до хрустящей корочки конечности.

— Да чтоб вас всех черти взяли! — заорал он, срывая уже частично вместе с обуглившейся кожей перчатку, не замечая как вокруг него в землю врезаются заряды молнии. Признанный куда большей угрозой, именно он стал мишенью для троицы темных магов, и если бы не его хаотическое метание, бывшее частью защитного механизма тела от испытываемой боли, он уже мог рассчитывать на очередную встречу с очаровательной парой чёрт-жнец. — Да вы достали! — наконец сорвав дымящуюся перчатку и отбросив ее в сторону, он увернулся от очередного атакующего заклинания и "прыгнул" вплотную к магам.

Первый умер так и не успев понять, что же произошло. Второй понять успел, но и только — вошедший под левую руку нож достал до сердца раньше, чем он сам успел повернуться к противнику. Третий успел понять и выстрелить, но лишь поразил молнией уже своего погибшего коллегу. Правда, нож Виктору пришлось оставить в теле темного мага, так как удар молнии пришелся и в него.

Отскочив в сторону, он тут же ушел еще дальше перекатом через плечо, но дальнейших ужимков и прыжков не понадобилось. До последнего темного успел добраться кто-то из рабов, о чем красноречиво свидетельствовала торчавшая из его головы кирка.

— А я гляжу, ты решил поиграть в героя на старости лет, дед? — усмехнулся Виктор, смотрящим на него неверящим взглядом Роба и Эльзу. — Спасать прекрасных дев от неминуемой гибели — это, конечно, почетно, и все такое, но лучше оставь это дело молодым. Им оно нужнее, старый ты ловелас.

— Оук? Это действительно ты?

— Не совсем, Роб. — покачал головой паренек, кривясь от терзающей тело боли, — Оук навсегда остался здесь, в этих застенках. — он обвел руками вокруг. — Теперь меня зовут Виктор. Маг гильдии Хвост Феи! — сжав кулак правой руки, он продемонстрировал старику четырех миниатюрных разноцветных феек. Резко дернувшись в сторону, он ушел от слабенькой атаки одного из недобитых магов, который, впрочем, уже лишился своего посоха и метнул в ответ выхваченную из-за пояса последнюю приберегаемую на крайний случай гранату. С метанием холодного оружия у него пока не сильно ладилось, а вот гранаты шли на ура. Вот и эта, упав у ног мага, мгновенно взорвалась вспышками молний. Тот едва успел отпрыгнуть подальше, чтобы не превратиться в хорошо прожаренный кусок мяса, но правая нога все же осталась в зоне поражения и затрясшийся от полученного разряда темный, рухнул на колени. — И я вернулся чтобы карать! — прокричал под конец своего представления старым друзьям Виктор, подхватывая на бегу косу. Замах вышел на славу, но последние крохи сил жнеца закончились до того как лезвие соприкоснулось с телом темного мага. Вложив слишком много сил в этот удар, он не смог удержаться на месте, когда коса испарилась из его рук, и кубарем полетел прямиком в противника. Впрочем, тот уже был изрядно потрепан и обессилен, так что даже небольшого веса Виктора оказалось достаточно, чтобы окончательно свалить мага. Оказавшись сверху, Виктор выхватил последнее оружие, что еще оставалось с ним. Револьвер мог не только стрелять. Благодаря немалому весу он превратился в прекрасный вариант булавы. Тяжелая рукоять раз за разом, замах за замахом, начала опускаться на голову противника, вдребезги разбивая его лицо. — И вот так будет с каждым. — под конец прохрипел обессиленный паренек, почувствовав, что лежащее под ним тело все же обмякло, на что потребовалось три десятка ударов.

— Хвост Феи. — неверяще пробормотала Эльза, смотря на своего старого знакомого и не узнавая его. От беспомощного Оука в представшем перед ней пареньке не осталось ровным счетом ничего, кроме лица. Лица, в данный момент забрызганного кровью. Впрочем, кровью оказались забрызганы и обе его руки, а со сжимаемого им непонятного оружия красная жидкость падала на пол частой капелью.

— Не беспокойся, Эльза. — осмотрев себя, хмыкнул Виктор, — То, что рассказывал про гильдию Роб оказалось чистой правдой. Они все там хорошие люди. Там я смог обрести вторую семью. И так грубо — он продемонстрировал окровавленную рукоять револьвера, — никто из них не стал бы действовать. Они бы точно смогли обойтись без лишних жертв. Это я одна такая сволочь, которой не жалко человеческой жизни. Что поделать? — развел он руками, — У меня было тяжелое детство.

— Оук, не надо так о себе говорить. — заметно подрагивающим голосом попыталась возразить Эльза.

— Не Оук, Эльза. — грустно усмехнулся Виктор. — Оук умер три года назад. Остался только я — Виктор.

— Виктор, а где остальные феи? Где Макаров? — вовремя решил вмешаться Роб.

— Мастер ждет меня на берегу. А остальных я не стал вовлекать в столь опасное дело. Просто, я до сих пор не знаю, где именно мы находимся, а доставить сюда Макарова тем способом каким попал сюда я, мне не хватало сил. Вот и пришлось возвращаться в гордом одиночестве.

— Так это ты отключил ошейники и кандалы?

— Ага! Годы подготовки не пошли насмарку! — он от души пнул валявшийся под ногами ошейник, — Или я не прав?

— Прав, Виктор. — пустив скупую слезу, кивнул Роб. — Ты молодец, мой мальчик. Ты все правильно сделал. А это. — он окинул взглядом лежавшие вокруг неподвижные тела, — Это не ты такой. Просто жизнь не оставила тебе иного выбора.

— Выбор есть всегда. — хмыкнул в ответ Виктор. — Можно поднять лапки и сдохнуть на радость врагу, а можно… — не договорив, он продемонстрировал свой револьвер. — Я свой выбор сделал. Полагаю, время покажет насколько верным он был. А теперь… — договорить он не успел и свалился, подергиваясь от пробивавших тело разрядов — подкравшийся со спины и незамеченный враг все же смог достать того, кто стал причиной разразившихся в строившейся башне беспорядков.

— Джерар!? Что ты делаешь!? Это же Оук! — уставился в немалом удивлении на синеволосого паренька Роб.

— Я знаю. — ухмыльнулся тот и выстрелил из посоха в старика. Тот все еще прикрывал своим телом Эльзу и потому даже не дернулся, чтобы уйти с линии атаки.

— Джерар! — смотря широко распахнутыми глазами на своего лучшего друга, Эльза отказывалась понимать, то, свидетелем чего она стала. — Это же свои!

— Смотря для кого. — усмехнулся Джерар и присел у лежавшей на полу девчонки. — Ты знаешь, Эльза. Годы проведенные в этом месте не прошли для меня даром. Мне, наконец, открылась истина. Ты даже представить себе не можешь всю грандиозность того, что мы делали в этой башне. И теперь я никому не могу позволить разрушить все, что уже было сделано. Присоединяйся ко мне Эльза и вскоре мы станем настолько сильными, что более никто не посмеет смотреть на нас свысока.

— А как же все остальные? Как же Роб? Ты же убил его!

— Этот дряхлый старик все равно уже ни на что не годился. А что касается остальных — я смогу найти слова, чтобы убедить их остаться здесь. Уж поверь.

— Ты не Джерар! Джерар никогда бы не сказал ничего подобного! Кто ты!?

— Я Джерар, Эльза. Просто, именно сейчас я стал самим собой. Так каким будет твое последнее слово? Ты со мной или ты против меня? — он поднялся с корточек и направил в голову старой подруги навершие магического посоха.

— Джерар, не делай этого. Ты никогда не простишь себя, если сделаешь сейчас нечто ужасное. — прохрипел лежавший рядом Роб.

— Хм. А ты, пожалуй, прав, старик. Она мне еще пригодится. Пусть не сейчас, но в будущем — точно. Я даже буду столь милостивым, что позволю ей уйти с острова. Только знай одно, Эльза. Если ты или кто-либо другой, направленный сюда по твоей наводке, ступит хоть одной ногой на остров, я убью всех наших друзей. Одного за другим. И вся вина за их смерть ляжет именно на твои плечи. А чтобы ты не сомневалась, что мне хватит духа на нечто подобное, смотри. — он медленно перевел посох с Эльзы на Роба и ухмыльнувшись, выпустил молнию.

Досмотреть жуткую картину гибели человека заменившего ей семью Эльза не смогла. Нечто черное накрыло ее сверху, а после она ощутила резкий рывок и чувство свободного падения, окончившееся приземлением в мокрый песок на берегу какого-то дикого пляжа. Отплевавшись от забившегося в рот песка, она принялась осматриваться и мгновенно наткнулась взглядом на бледное, искаженное гримасой боли лицо Оука. По всей видимости тот был без сознания, поскольку даже не попытался изменить положение тела, когда накатывающие волны принялись забивать его рот и нос морской водой. А следом за ним проглядывались знакомые седые волосы Роба.

Глава 4. Дела семейные

Провалявшийся в забытьи следующие семь дней Виктор пропустил столько событий, что, очнувшись, сперва испугался, не узнав в стоявшем над головой зомби старого доброго мастера Макарова. Позеленевший, с красными глазами, обрамленными огромными синяками, он мало чем напоминал жизнерадостного деда. Причем, судя по отсутствию какой-либо реакции, мастер спал стоя с открытыми глазами. Но что было еще страшнее — он узнал комнату. Именно при побеге отсюда его чуть было не накололи на метлу, как беспечную бабочку на иголку. Тут же в голове проскочила мысль по поводу повторения процедуры тактического отступления с потенциально враждебной территории, но даже откидывание одеяла отняло у него столько сил, что закружилась голова и на лбу выступил холодный пот.

— Пациент куда-то собрался? — не предвещавший ничего хорошего голос, раздался из дальнего угла комнаты, скрываемого телом мастера.

— Здравствуйте госпожа Полюшка. Безмерно рад вновь вас…э-э-э-э…слышать. — предпринял попытку смягчить будущее лечение Виктор.

— Хм. Какой вежливый пациент. — задумчиво произнесла все еще ненаблюдаемая лекарь, — Давно я таких не муч… кхм… не врачевала. Будет даже интересно. — то предвкушение, что сочилось в каждом слове его будущего лечащего врача, заставило Виктора побледнеть еще больше, так что даже белоснежная перина на его фоне смотрелась несколько сероватой.

— А может лучше не надо? — жалобно протянул он в ответ. — Может, не будем мешать природе самой все исправить? Время, регулярное питание и здоровый сон быстро поставят меня на ноги. Вот увидите!

— Надо, Виктор. Надо! — притворно тяжело вздохнула Полюшка и поднялась с кресла. — Природа тут — она окинула его не предвещавшим ничего хорошего взглядом, — уже не справится. Придется помогать.

Вздрогнув, Виктор еле слышно поинтересовался, — Госпожа Полюшка, а у вас, случаем, драконов в предках не было?

Потянувшая было к пациенту руки Полюшка застыла как вкопанная — Э-э-э. Нет. Не было. А с чего вдруг такие вопросы?

— Да вот проскочило у вас в глазах что-то такое… Хищническое. Но не связанное с гастрономическим интересом. Вот я сразу о драконах и подумал.

— Да нет, тебе явно показалось. — отмахнулась лекарь, но руки убрала за спину под полным подозрения взглядом паренька.

— Да? — плотность скепсиса в его коротеньком вопросе была столь велика, что будь он материален, его можно было бы есть ложкой. А сузившиеся до едва заметных щелок глаза, казалось, пытались просветить попавшего в их поле зрения насквозь.

— Ч-что? — под таким бесконтактным напором Полюшка даже отступила на шаг.

— Как они? — прекратив дурачиться и запугивать пожилую женщину, у которой хватало своих секретов, Виктор полностью убрал ехидное выражение со своего лица и резко сменил тему разговора.

— Только ты и твоя подруга. — тяжело вздохнула Полюшка и кинула взгляд на дверь комнаты, — Даже у одного из богоизбранных имеется свой предел.

— Понятно. — закрыв глаза, пробормотал Виктор. — Невозможно спасти всех. Даже представлять себе не хочу, какого пришлось ему. Но все же мастер у нас кремень. — внезапно навалившаяся тяжесть утянула его в царство Морфея, так что последние слова он буквально прошептал.

— Оба вы хороши. — нежно усмехнулась Полюшка, смотря на двух таких разных, но таких одинаковых спящих волшебников. С каким бы удовольствием она отходила что одного, что другого своей незаменимой метлой, за их выходки, но пациенты пока еще были слишком слабы, чтобы доставить ей наслаждение своими мольбами о милости и невообразимыми ужимками и прыжками. Виктор совершенно верно подметил наличие в ней хищнической природы, которая время от времени брала верх и требовала устраивать охоту на достойную добычу. И вот уже многие десятилетия неугомонные феи помогали ей скинуть накапливающееся напряжение, да еще под совершенно законным видом — как было не наказать лоботрясов получивших очередное ранение исключительно по своей дурости.

Приподняв действительно уснувшего стоя Макарова, она аккуратно усадила его в кресло и покачав головой, покинула комнату. Пусть экстренное лечение всех тех тяжелейших повреждений, что обнаружились на и в теле молодого мага подошло к концу, процедуры по полному восстановлению хотя бы тела требовали приготовления немалого количества мазей, настоек и бальзамов, так что надолго засиживаться у кровати столь интересной "мышки", которая осмелилась ей дерзить, но дерзить не грубо, а тонко и с немалым чувством юмора, пока было недопустимой роскошью. А ведь еще постоянно приходилось отвлекаться на разгон повадившихся ходить к ее дому фей!

Самостоятельно встать с кровати Виктор смог только спустя две недели. Все же отравление организма концентрированной магией тьмы, принявшейся заражать его нейтральную ману, потребовало обширного и всестороннего лечения. Но, хотя бы в отличие от Эльзы, он не потерял ни одного глаза — тьма начала концентрироваться в сосредоточении нейтральной маны, что, впрочем, весьма прискорбно сказалось на легких и сердце. Да к тому же он полностью утратил способность к перемещению, перегрузив переносом разом двух людей свои невеликие возможности.

— Как пациент чувствует себя сегодня? — ласково поинтересовалась Полюшка, выставляя перед тумбочкой три огромных кружки с отварами.

— Не дождетесь. — покосившись на кружки и передернув плечами, пробурчал Виктор. Большей гадости, чем эти лекарства, ему не приходилось пробовать в своей жизни. Даже та бурда, которой их кормили пираты, казалась теперь не столь ужасной. Он не сомневался, что столь опытной травнице и алхимику как Полюшка не составило бы особого труда сделать вкус отваров менее противным, но сознавался сам себе, что тоже не упустил бы шанса поквитаться столь утонченным способом со своим противником. Тем не менее, играть в эту игру можно было вдвоем. Ласково улыбнувшись, он, не меняя выражение лица, выцедил все три кружки, одну за другой, и поблагодарив Полюшку за угощение, отвернулся к стенке и накрылся одеялом с головой, только чтобы та не заметила его перекошенную от отвращения рожу и сжимаемые в кулаки пальцы. Доставлять такое удовольствие своему лечащему мучителю, как показывать собственные страдания, он не собирался.

К середине четвертой недели как единственный оставшийся на стационарном излечении пациент Виктор все же взвыл и даже предпринял пару попыток побега из стен пропитанного эманациями человеческих страданий милого лесного домика. Все кто попадал в него, уходили отсюда на своих ногах, но давали себе клятву впредь более не попадаться в руки Полюшки. Все же сочетание обязанностей лекаря и откровенной нелюбви к людям превращало любое лечение в настоящее мучение для пациентов. Вот и запас прочности Виктора сперва дал трещину, а после совсем испарился. Во время третьей по счету попытки побега, он даже смог добраться до входной двери и наполовину выпрыгнуть на улицу, как был схвачен за ноги.

— Бегите глупцы. — фразой и интонацией Гендальфа, до того как тот рухнул в пропасть вслед за дьяблой, поприветствовал Виктор оказавшихся перед дверью Альзака, Биску и Эльзу, после чего все еще слабые пальцы не выдержали нагрузки и разжались, выпустив из захвата косяк двери.

Обреченный вид и произнесенная, как последнее прощание, фраза, утащенного кем-то невидимым Виктора, наложилась на жуткий скрип медленно закрывшейся двери настолько сильно, что все три подростка нервно сглотнули и побледнели. Создавалось ощущение, что они пришли не к дому штатного медика Хвоста Феи, а ошиблись адресом и забрели к мрачной пещере монстра, в которой прямо на их глазах оборвалась жизнь их хорошего друга.

— Оук! — первой отмерла Эльза и призвав прихваченный с острова меч, ринулась в дом целительницы. — Держись Оук! Мы идем на помощь!

— Брысь отсюда! — стоило Эльзе распахнуть дверь, как она попала под удар метлы и отлетела прямо в руки ринувшихся следом стрелков. Появившаяся в дверном проеме Полюшка хмуро посмотрела на трех ребятишек и с хорошо заметной угрозой в голосе поинтересовалась — Что надо!?

Ничего не ответив, все трое вытаращили глаза на то, что виделось за спиной лекаря. Из-за комода показалась человеческая рука, которая, уцепившись за пол, подтащила вслед за собой тело. Всего Виктора увидеть они так и не смогли, после трех попыток сдвинуться с места, он замер и лишь повернул голову к раскрытой двери.

— Отомстите за меня, друзья. — прохрипел Виктор и задергавшись в конвульсиях, обмяк, уставившись стеклянным взглядом в пол.

Эльза, выронив меч, закрыла обеими ладонями рот, не позволяя вырваться наружу крику отчаяния, а Биска с Альзаком начали хлопать по поясам в поисках своих верных орудий магического труда.

— Ну ладно, ладно, вымогатель! — сокрушенно покачала головой Полюшка, смотря на все это представление, — Можешь долечиваться у себя дома. Отпускаю.

С еще секунду назад мертвым телом, мгновенно произошли значительные метаморфозы, которые кроме как магией нельзя было объяснить — оно ожило. Как ни в чем не бывало Виктор поднялся на ноги и принялся показательно отряхиваться, бурча себе под нос что-то о грязных полах и нецелевом использовании метлы в отдельно взятом доме.

— Забирайте этого клоуна. — тяжело вздохнув, Полюшка махнула рукой в сторону своего непоседливого пациента и отошла в сторону, позволив детям войти.

Сборы не заняли много времени. Пропустив вперед нагруженных банками с отварами и микстурами друзей, Виктор искренне поблагодарил Полюшку за заботу и пообещал время от времени заглядывать на огонек, но исключительно в качестве гостя и с тортом под мышкой. Выслушав в ответ насколько сильно его не желали бы вновь видеть в этом доме, он счастливо улыбнулся и лишь помахал на прощание рукой.

— Вот паразит. — захлопнув дверь и прислонившись к ней спиной, весело улыбнулась Полюшка. Не смотря на сложившиеся обстоятельства, последние недели были едва ли не самым счастливым временем за последние несколько десятков лет. Этот мелкий непоседа и балагур смог расшевелить ее, что не удавалось сделать даже Макарову, хотя тот очень старался. А многие из пророненных им фраз и рассказанных анекдотов про врачевателей, она даже тайком записывала в отдельный блокнот, чтобы перечитывать время от времени и тихонечко смеяться, пока никто не видит. — Да-а-а, Макаров. Похоже, гильдию ожидают веселые времена.

По старой доброй традиции в Хвосте Феи все мало-мальски значимые события отмечались одним-единственным способом — всеобщей попойкой. С учетом возраста пьющего конечно. Поэтому, вместо пива и вина льющихся рекой за соседними столами, Виктор с Эльзой довольствовались вишневым соком, закусывая его купленным на очередной гильдейский кредит тортом.

Как ни странно, за все те недели, что она провела в городе, Эльза так и не заглянула ни в одну из кондитерских, что имелись в Магнолии и соответственно, не имела возможности попробовать пирожные и торты. Насколько помнил Виктор, в их старой деревеньке ничего подобного тоже никем не делалось, потому состояние нирваны, в которую впала подруга, было ему понятно. После тех помоев, что составляли рацион всех рабов, таящий во рту торт воистину казался маной небесной. Так что подкалывать или одергивать ушедшую в себя Эльзу, он не стал и лишь подкладывал ей в тарелку очередной кусочек, когда ложка в очередной раз принималась скрести по выскобленному до последней крошки фарфору.

— Понравилось? — наконец нарушил он тишину священнодействия, когда последний кусочек торта исчез в маленькой девочке.

— А? Ага. — кивнула вернувшаяся с небес на землю Эльза, при этом сильно покраснев. — Было очень вкусно.

— Это точно. — кивнул довольный жизнью Виктор. — Только впредь постарайся не налегать на сласти столь сильно. — он выразительно посмотрел на пустую коробку из-под торта, от которого ему досталось всего два кусочка. — Вам, девушкам, надо с юных лет заботиться о своей фигуре, чтобы потом вертеть мужиками как вздумается. Женская красота — одно из самых эффективных и при этом прекрасных оружий придуманных природой. Но как и всякое оружие, если за ним как следует не следить, оно затупится, покроется ржавчиной и в конечном итоге подведет в самый неподходящий момент.

— Еще такой маленький, а уже такой мудрый. — промурлыкала подкравшаяся сзади Эвергрин. — Что же будет лет через шесть!

— Для некоторых может быть уже ничего. — поймав силуэт волшебницы в отражении стакана, он ухмыльнулся и откинул левой рукой часть плаща, под которым оказался направленный на волшебницу револьвер. — С некоторых пор я стал весьма нервной личностью, юная леди. И поэтому сперва стреляю и только после задаю вопросы. Особенно это касается всяких любителей подкрадываться со спины. Но согласитесь, сквозные дыры обрамленные кроваво-красными разводами на вашем великолепном платье будут смотреться не слишком празднично и нарядно.

Творившийся в помещении кутеж прекратился как по мановению волшебной палочки и в гильдии установилась звенящая тишина.

— Я сам всегда люблю пошутить и посмеяться над удачным розыгрышем. — между тем продолжал Виктор, — Но применение боевой магии на своих помимо тренировок или дружеских драк и превращение друзей в камень, по моему скромному мнению, является перебором. Вам так не кажется? — приподняв левой рукой стакан, он повертел его, чтобы поймать более удачный угол отражения и посмотрел в глаза боявшейся пошевелиться волшебницы. — И я могу очень сильно рассердиться, если когда-нибудь что-нибудь подобное случится. Вы ведь не захотите узнать насколько мстительным и изобретательным в своем мщении может быть один артефактор-недоучка?

Судя по тому как побледнела и резко затрясла головой Эвергрин, ей вполне хватило воображения представить себе, на что способен обиженный артефактор. И мина в кровати было еще не самым страшным, что она смогла придумать за столь короткое время.

— Ну я так и подумал. — кивнул Виктор и убрал револьвер обратно в кобуру. — Передавайте привет моей любимой батарейке, юная леди.

Потеряв всякий интерес к сдувшейся волшебнице из сколачиваемой Лексусом компании, он вновь обратил все свое внимание на Эльзу. Та сперва в изумлении уставилась на Виктора, не представляя, что нашло на ее друга, но по мере его монолога взгляд единственного глаза переместился на девушку лет четырнадцати действительно подкравшейся к их столу. Внимательно отслеживая ее реакцию на каждое слово Виктора, она сама смогла убедиться, что основания вести себя подобным образом у ее друга было. Пройдя не самую простую школу жизни, она научилась видеть и подмечать то, что для обычных детей ее возраста осталось бы незамеченным. Под конец же монолога о взгляд Эльзы можно было порезаться, настолько острым он был.

— Кто это был, Виктор? — стоило незваной гостье испариться, а прервавшимся было разговорам разгореться с новой силой, Эльза повернулась к продолжавшему пялиться в стакан другу. — Ее стоит опасаться?

— Она всего лишь заблудшая овечка, Эльза. Надеюсь, мое сегодняшнее предупреждение не будет забыто с годами. Все же она тоже член нашей большой и дружной семьи и мне не хотелось бы открывать на нее сезон охоты. А что касается опасности. То покажи мне хоть одного мага, про которого можно было бы сказать, что он не опасен. Такие как мы опасны по факту рождения. — выпив остававшийся в стакане сок, он откинулся на находившуюся за спиной балку и постучал себя по надувшемуся животу — Ну я и наелся! Как-нибудь еще повторим заход в кондитерскую?

— Ага! — тут же улыбнулась в ответ Эльза, облизывая ложку. — А когда?

Заржав от такой детской непосредственности, (Хотя чего можно было ожидать от ребенка?) Виктор достал из кармана свой кошелек и перевернув его вверх тормашками, пересчитал все три вывалившихся на стол монетки.

— Как только заработаю денег, сразу и сходим. — он кинул взгляд на доску заказов и отметил пятерку заданий по поиску редких ингредиентов. — Полагаю, дня через три-четыре я опять буду при деньгах. Так что готовься к очередному трудовому свершению! — он кивнул на пустую коробку и вновь рассмеялся, глядя как заливается краской собеседница. — Ой не могу! — утирая слезы, он пододвинул к Эльзе опустевший стакан в качестве замены зеркала — Теперь и не поймешь, то ли волосы под цвет лица, то ли лицо под цвет волос!

— А можно мне сходить с тобой на задание? — немного помявшись, поинтересовалась Эльза — С тех пор как я сюда попала, я еще ни разу не покидала Магнолию.

— Хм. Если не возражаешь, я сперва поинтересуюсь у мастера. Мы, маги гильдии, конечно, сами имеем право решать что, где и с кем нам делать, но тебе еще предстоит определенное лечение и я не желал бы становиться причиной его срыва. Сама ведь знаешь, какие у меня непростые отношения складываются с Полюшкой. Того и гляди, залечит до смерти, а потом скажет, что так и было. Ты посиди здесь. Я быстро смотаюсь к мастеру и сразу вернусь.

— Угу. — кивнула Эльза, кинув взгляд полный сожаления на пустую тарелку.

Как оказалось, до пересадки глаза было еще как до Луны — даже далеко не все ингредиенты были собраны для его создания, потому Макаров с чистой совестью отпустил юных магов. Все же, не смотря на непростой характер Виктора, он был одним из немногих гильдийцев отличающихся не только сообразительностью, но и умом вкупе с ответственностью. Во всяком случае жалоб на него приходило куда меньше чем на любого другого мага Хвоста Феи. А имевшая место быть почти месяц назад битва с темными, как ничто иное показала возможности молодого артефактора. Единственное, пугал тот факт, что он лично убил с десяток людей и совершенно не переживал по этому поводу. Слишком часто в своем прошлом Макарову доводилось сталкиваться с подобными личностями и ничего хорошего сказать о них он бы не мог. Но все они были уже взрослыми, состоявшимися личностями, а тут всего лишь ребенок, так что надежда на исправление все еще имелась, и он, мастер гильдии, собирался приложить для этого все возможные и даже невозможные усилия. И тот факт, что даже осознав свою настоящую силу, Виктор не стал сразу же кидаться на денежные, но опасные задания — откровенно радовал. Мальчик не возомнил о себе нечто невообразимое, а запрятав подальше вглубь сознания того, кто развалил одну из крупнейших темных гильдий, вновь вернулся к мирным делам. Да еще с радостью согласился вовлечь в них свою подругу, которой очень сильно не хватало решивших остаться на том острове друзей. Все то время, что Виктор провел на излечении, она показывала лишь свою нелюдимость и замкнутость при любой попытке вовлечь ее в разговор и ожила лишь с возвращением в гильдию одного непоседливого артефактора.

За два месяца проведенных в полях и лесах за сбором всевозможных даров природы, Эльза узнала о своем старом друге столько нового, что даже заподозрила факт подмены. Ну не мог тот Оук, которого она знала столько лет, быть таким… многосторонним. Веселый и беззаботный среди друзей, сосредоточенный и целеустремленный на заданиях, осторожный и даже немного параноик в деле обеспечения собственной безопасности — чего только стоили мины расставляемые им вокруг лагеря при каждой ночевке и беспощадный ко всем врагам, будь то люди, магические твари или просто надоедливые насекомые. Ну как можно было применять огнемет для уничтожения обычных комаров и при этом дико хохотать, да еще кричать что-то на совершенно незнакомом языке!? Только сейчас она поняла, почему Виктор говорил ей, что Оук умер.

— Виктор, а ты стал таким из-за воздействия темных магов? — после долгих недель терзаний все же решилась она задать терзавший ее вопрос.

— Можно и так сказать. — усмехнулся разлегшийся на спальнике Виктор. Лениво пожевывая сочную травинку, он наблюдал за разгорающимся костром. — Хотя, приложили руку не только они. Если не возражаешь, я оставлю этот секрет себе.

— Конечно нет! — мгновенно ответила Эльза, испугавшись, что могла задеть своим вопросом Виктора за живое.

— Единственное, что я могу тебе сказать, Эльза — Оук действительно умер на том острове. Как бы тебе объяснить? — он активно почесал затылок, потом потер подбородок, затем ухо, тихо попенял на то, что не мешало бы, наконец, помыться, вызвав задорный смешок у своей собеседницы, и решил выдать малую часть правды — Понимаешь, нас в этом теле было двое. Я и Оук.

— Как это двое!? — округлила все еще единственный глаз девчонка.

— Как я полагаю — в теле было разом две души и два разума. Я — Виктор и я — Оук. Душа Оука была очень сильной, а разум, мягко говоря, слабым. — помахав рукой на попытавшуюся что-то возразить Эльзу, он продолжил, — Не спорь, пожалуйста. Так оно и было. Так вот. Я — Виктор, наоборот, был силен разумом, но слаб духовной силой. Я все видел, слышал, ощущал, но не мог контролировать тело. Можно сказать, что жил как птичка в клетке. Это, знаешь ли, было не очень приятно. Даже больше скажу — это было равносильно той каторге, где мы с тобой побывали. Но для меня все закончилось и одновременно началось там, где были вынуждены столько лет страдать мои друзья. Темные, проводили какой-то эксперимент с призывом души, насколько я сейчас понимаю. Но вместо того, чтобы призвать кого-либо, они вырвали душу Оука из тела, позволив именно мне стать, наконец, его единственным владельцем и пользователем. Вот такой я непростой человек. — развел руками под конец своего пояснения Виктор. — И как? Могу ли я все еще считаться твоим старым добрым другом? Или я уже кто-то незнакомый?

— Не говори так! — аж вскочила на ноги Эльза — Ты все тот же! Другой. Но тот же!

— Рад это слышать от тебя, Эльза. — улыбнулся Виктор — Ты, наверное, единственная из моих старых друзей, кто не испугался, увидев меня там, на острове, таким, каким я стал. Признаю, тогда я спустил с цепей весь гнев, всю обиду, что долгие годы накапливал в душе и должно быть выглядел со стороны не очень лицеприятно. С чего бы им еще было кидаться на меня с лопатами наперевес? Но это неотъемлемая часть меня. Нравится она кому-то или нет — их дело. Я такой, какой есть.

— Я тогда тоже сильно испугалась. — потупив взор, созналась Эльза. — Ты действительно выглядел очень страшно. Но ты вернулся, чтобы спасти нас. Один. Я этого никогда не забуду Виктор. А остальные — они просто… — так и не найдя, что сказать, Эльза замолкла. Рассказывать Виктору всю правду о случившемся на острове, после того как он потерял сознание, Эльза не решилась. Она не сомневалась, что он непременно предпринял бы очередную попытку освободить их друзей и стал бы невольным виновником их гибели. А позволить что-либо подобное, она никак не могла. Потому для Виктора и остальных была придумана легенда о желании бывших узников остаться на острове, но уже в качестве его хозяев.

— Они просто не были готовы вновь увидеть меня, да еще после столь значительных изменений. — пришел ей на помощь Виктор.

— Да! — тут же просияла она в ответ.

— О! Вода закипела! — обрадовано потерев руки, Виктор достал из рюкзака мешочек с рисом и принялся засыпать его в котелок — Сейчас еще тушенки туда жахнем и будет такая прелесть, что пальчики оближешь!

После пятерки относительно легких заданий по сбору трав и кореньев, Виктор утащил Эльзу на шахтерские работы, как он называл добычу кристаллов лакримы в пещерах, где ранее жили измененные волшебством животные и магические твари. Зачастую бывшие обитатели этих пещер становились жертвами их более старших и опытных согильдийцев, так что точное место расположение очередного логова он знал хорошо. Кристаллы же образовывавшиеся в скальной толще под воздействием магического фона живых существ хоть и стоили немалых денег, требовали затратить столько средств и усилий для добычи, что почти все маги просто махали на них рукой. Только такие же редкие индивидуумы, каким являлся он или Альзак с Биской, не обходились одной лишь наградой и всегда старались забрать с собой все, что могло принести деньги. Правда, его друзья стрелки больше специализировались на тушах тварей, оставив нишу ростков, кореньев и добычи лакримы ему.

— Какая сказочная красота! — пробравшись через узкий лаз вслед за Виктором, Эльза ахнула, оказавшись в играющей всеми цветами радуги пещере.

— Ага. И все это в наглую прихватизировал себе один недостойный вулкан! Представляешь!? Макао так уговаривал его съехать. Так уговаривал. Еле уговорил!

— А вот мне помнится как кто-то не давал Макао и шагу ступить, тыча ему под нос заказом на этого самого вулкана. — ехидно ухмыльнувшись, Эльза перевела взгляд с играющих разными цветами камней на Виктора.

— Мужчина должен зарабатывать деньги для семьи, а не сидеть безвылазно с друзьями в баре! — мгновенно отверг все возможные обвинения Виктор. — Я ему просто помог исполнить его долг.

— Поня-я-ятно. — протянула Эльза, не переставая улыбаться.

— Понятно ей. — еле слышно пробурчал себе под нос Виктор, за что тут же легонько получил кончиком меча по затылку. Молча стерпев наказание и вообще сделав вид, что ничего не почувствовал, он продолжил сосредоточенно рыться в рюкзаке. Возможности его пространственного кармана все еще были слишком невелики, чтобы обходиться только им, потому нечто вроде туристического рюкзака всегда составляло часть его экипировки.

Выудив покрытое алмазной пылью сверло дюймового диаметра, он призвал из кармана перфоратор и запитав артефактный инструмент от себя, принялся вгрызаться в горную породу. Выкалывать кристаллы лакримы по одной штучке, работая исключительно киркой, было не в его стиле. Ни один уважающий себя житель, пусть и бывший, технологического мира не стал бы заниматься подобной ерундой. Поковырявшись первое время вместе с мастером Вельдом в подобных пещерах, он выступил с целой горой рационализаторских предложений, которые и вылились в изготовление применяемого им сейчас бура. Взрывчатка же была исключительно его ноу-хау. Причем артефактная взрывчатка для горных работ не имела ничего общего с боевой. Большая часть разрушений достигалась созданием колебаний и звуковой волной, обеспечивавших растрескивание камня и лишь шедший следом подрыв небольшого количества взрывчатого вещества выбивал отколовшиеся от основной части куски скальной породы.

— Мы рождены, чтоб сказку сделать былью. Преодолеть пространство и простор. Нам разум дал в стальные руки дрели. А вместо сердца — пламенный мотор. — намурлыкивая себе под нос песенку, он принялся проделывать шпуры, предварительно выгнав Эльзу наружу.

Полтора часа пришлось Эльзе в одиночку просидеть перед пещерой, слушая лишь визг странного инструмента Виктора, да хруст сдающегося под его напором камня. Потом минут десять стояла полнейшая тишина и лишь продолжавшая лететь из пещеры пыль давала понять, что еще недавно внутри что-то происходило. Внезапно пыль разлетелась в стороны от выскочившей из пещеры фигуры.

— Беги! — только и успел прокричать Виктор.

Видя, что Эльза не стремится выполнять его команду, а просто поднялась на ноги и удивленно смотрит на него, Виктор слегка подкорректировал направление своего движения, сгреб в охапку пискнувшую девчонку и не останавливаясь, взвалил ее себе на плечо. Отбежав метров на двести, он сиганул за показавшееся крепким дерево и только после этого позволил себе перевести дух.

— Эльза. Фух-фух. — сбитое дыхание и пересушенное горло не позволяли ему произнести всю фразу разом, — Если видишь. Фух-фух. Бегущего артефактора. Фух-Фух. Не стой на месте. Фух-фух. Не задавай лишних вопросов. Фух-Фух. Просто беги. Фух-фух. В том же направлении, что и он. Фух-фух. Целее будешь. Фух. — раздавшийся за спиной грохот и вид обваливающейся стенки скалы не потребовал каких-либо дополнительных пояснений. — Взрывчатка, по ходу, оказалась не той системы. — посмотрев на дело своих рук, прокомментировал Виктор. — И кто-то мне за это заплатит. Кровью! В смысле заставлю их разбирать этот завал голыми руками вплоть до образования кровавых мозолей! — поспешил уточнить он на хмурый взгляд Эльзы. — И не сопи так! Представляешь, что бы от меня осталось, не заметь я вовремя, что что-то пошло не так!? — По переменившемуся взгляду напарницы он понял, что процесс натравливания Эльзы на Лексуса с сегодняшнего дня пойдет с куда большей скоростью. Вообще, внуку Макарова давно уже требовалось вправить мозги, но своих сил на это никак не хватало, а простенькие ловушки на принявшегося осторожничать внука мастера более не действовали. Единственным достойным и доступным кандидатом на роль мозговправителя оставалась Эльза, которой, если верить просмотренному сто лет назад мультику, недолго оставалось быть замкнутой и неуверенной маленькой девочкой.

— Ладно, помечтали о мести и хватит. Идем Эльза. Лакрима сама себя не добудет. — поднявшись и отряхнувшись от осевшей на одежде пыли, Виктор помог встать на ноги напарнице и намурлыкивая какую-то мелодию, отправился осматривать образовавшийся завал. По первоначальным прикидкам кристаллов лакримы в этой пещере было не менее чем на пол миллиона драгоценных. А, учитывая его долг перед гильдией, такие деньги бросать на произвол судьбы было слишком расточительно.

Благодаря тому, что обвалившаяся часть скалы рухнула очень удачно, оголив немалую часть кристаллов скрывавшихся в каменной тверди, за две недели им удалось набрать материала более чем на миллион. Даже для любого взрослого и сильного гильдейского мага подобная сумма была более чем внушительной, что уж было говорить про двух детей. С забитыми под завязку пространственными карманами и с отвисшими под тяжестью ноши рюкзаками они уставшие, чумазые, голодные, но довольные ввалились в гильдию.

— О! Кто к нам вернулся!

— Добытчики!

— Ах, какая пара!

Мгновенно донеслось от разных столов забитых народом. Те из магов, кто не был на заработках, по старой доброй традиции глушили пиво в зале гильдии. Здесь же находился и мастер. Заняв излюбленное место на стойке, он поприветствовал вернувшихся ребят уже наполовину опорожненной кружкой.

— Вешайтесь. — проходя к стойке мимо столика занятой командой Громовержцев, Виктор остановился и мило улыбнулся всей четверке, прежде чем дать им рекомендацию наиболее легкой смерти.

— … - Эльза не проронила ни слова, но суровое выражение лица и буквально ощущаемая аура гнева, дополненные абсолютно понятным жестом — перечеркнутым большим пальцем горлом, говорили сами за себя.

— Как сходили? — нейтрально поинтересовался мастер, естественно не упустивший из вида произошедшее.

— Весело. — хмыкнул Виктор. — Я бы даже сказал — с огоньком. И вообще вы знаете, мастер, у вашего внука ярко выраженные суицидальные наклонности.

— Экхм. — подавившийся пивом Макаров закашлялся и лишь постучав себя по груди, прохрипел — Это еще почему?

— Так он так и нарывается на то, чтобы я подложил ему мину в кровать! — спокойно пояснил Виктор, устраиваясь поудобнее на табурете и заказывая им с Эльзой всего и побольше, — Вы меня знаете, мастер. Я человек мирный и местами даже добрый. Но даже у меня имеется предел, который не стоит пересекать никому.

— Успел убедиться. — солидно кивнул головой мастер, примораживая взглядом решившего свалить под шумок Лексуса.

— Я бы очень не хотел, чтобы этот предел хоть когда-либо был преодолен одним из членов нашей замечательной гильдии. То, что я умею карать, вовсе не значит, что это доставляет мне какое-либо удовольствие. Просто это неизбежное зло, которое необходимо для уничтожения еще большего зла. Шутки, розыгрыши, подколы — все это нормально. Я и сам не могу жить без этого. Но покушение на убийство — это перебор.

Удерживаемая в руках старика кружка мелко задрожала и разлетелась сотнями осколков от той силы, с которой оказалась сжата ее ручка. Сбив с себя пару попавших на одежду керамических крошек и промокнув салфеткой подступающее к краю стойки пиво, Виктор продолжил.

— Так вот, если хоть когда-нибудь, хоть кто-нибудь еще раз притронется своими шаловливыми ручонками к моей взрывчатке, я такого идиота на удобрения пущу. Всяко природе будет больше пользы. Это мое первое и последнее китайское предупреждение. Делайте оргвыводы, мастер.

Судя по тому, что последующие три месяца Лексус ни разу никуда не присел в те редкие моменты, что он появлялся в гильдии, "оргвыводы" мастер Макаров проводил долго, регулярно и вдумчиво. За это время пара шахтеров смогла осуществить еще одну вылазку к той пещере, изрядно пополнив свой кошелек. Впрочем, последнее касалось только Эльзы, так как Виктор все еще оставался должен гильдии почти два миллиона. За себя он расплатился сполна, но восстановление глаза подруги было отнюдь не самым дешевым действом. Одни только материалы обходились в два миллиона. А ведь еще требовалось заплатить за работу артефакторов-ювелиров, вытачивавших из алмазов кристаллики для будущего глаза. О том же сколько брала за подобную работу Полюшка со всех пришлых — не хотелось даже думать. Количество нулей в той цифре являлись недоступными для Виктора еще весьма продолжительное время. Возлагать же все затраты исключительно на гильдию, он также не счел возможным — и так едва ли не ежедневно мастеру приходили счета на ремонт того, что разгромили выполнявшие очередное задание феи.

— Ну как? — поинтересовалась вернувшаяся после операции Эльза.

— Как родной! — внимательно осмотрев лицо подруги со всех сторон, показал большой палец Виктор. — Не знай я правды, никогда бы не подумал, что он искусственный. А как он в действии?

— Как родной! — улыбнулась в ответ Эльза.

— Это надо непременно отметить! — авторитетно заявил Виктор, параллельно вспоминая, сколько у него там осталось денег на карманные расходы — Как насчет похода по всем кондитерским Магнолии?

— Ты сам это предложил! — тут же подхватила инициативу красноволосая сладкоежка и схватив его за руку, потянула на выход из гильдии. — Сперва зайдем в Земляничную!

Три кондитерских спустя, Эльза, наконец, сдалась и с сожалением была вынуждена признать, что больше в нее не влезет. Дюжина кусочков самых разных цветов, вкусов и размеров пали жертвой первой девичьей любви — любви к тортикам. Виктор же, послав хвалу всему святому, что только могло иметься во всем множестве миров, тихонечко выдохнул, поскольку еще пары кусочков остатки его бюджета точно не выдержали бы. А так позориться перед подругой совершенно не хотелось.

— Спасибо тебе, Виктор. — оставив в покое округлившийся животик, который, впрочем, не просматривался под кирасой, что Эльза так и не сняла, не смотря на все старания Виктора, она поднялась со своего места и подойдя к другу, чмокнула его в щеку.

— Да не за что. — немало удивился парень, никак не ожидавший подобного от все еще не пришедшей в норму после многих лет рабства Эльзы — Кормить девушек тортиками — это мой мужской долг.

— И за тортики тоже спасибо. — улыбнулась Эльза и поцеловала его в другую щеку.

— Сдали все таки? — скривившись, будто съел лимон, поинтересовался он. То, что все затраты по ее лечению Виктор брал на себя знали только мастер с Полюшкой. Рассказывать об этом девчонке, перед которой у него имелся куда больший долг, он посчитал в принципе невозможным, зная ее натуру. Она непременно уперлась бы руками и ногами узнай насколько тяжелым грузом является восстановление ее здоровья для не способного похвастаться хорошими доходами Виктора.

— С потрохами. — кивнула довольная Эльза.

— Тц. Вот старичье.

— Я этого не забуду, Виктор. Никогда.

— Ой, Эльза, брось. — отмахнулся Виктор — Я сделал то, что должен был сделать. Теперь ты сама сможешь ходить на любые задания, а не таскаться за мной по пятам. Все же я слишком слаб, чтобы браться за действительно высокооплачиваемую работу и потому вынужденно тормозил твое развитие. Ты ведь знаешь, что у тебя огромный потенциал?

— Да. Когда мастер проверял меня на магическую силу, он сказал, что я смогу стать магом "S"-класса.

— Ну вот. А мне никогда не светит даже уровень "B". Жизнь мага — далеко не сахар и те внешне беззаботные бестолочи, которых мы каждый день видим в гильдии, просто снимают стресс подобным поведением. Все же справиться с магической тварью или темным магом далеко не просто. Наши походы за травами и кристаллами по сложности и близко не стоят. К моему величайшему сожалению твоя магия идеально подходит именно для битв. Да и характер боевой. — усмехнулся Виктор — Так что, когда ты возьмешь свой первый контракт на какую-нибудь тварь — лишь вопрос времени. Однажды я уже терял тебя как и всех остальных друзей и больше не желаю повторения чего-либо подобного. Потому, именно сейчас мне надо уйти в сторону и позволить тебе найти тех, кто сможет подготовить тебя к будущим боям. Ты сама знаешь, мои походы за ингредиентами и работа в мастерской отнимают слишком много времени, а значит я более не смогу быть рядом достаточно часто. Только не думай, пожалуйста, что я хочу избавиться от твоего общества столь изощренным способом.

— Не буду. — улыбнулась Эльза и по ее левой щеке скатилась одинокая слеза счастья. После предательства Джерара она уже считала, что никогда не сможет подпустить кого-нибудь близко к себе, но Виктор не только спас ее жизнь, он стал для нее той опорой, что позволила подняться из болота отчаяния. Обняв Виктора, она тихо сказала ему на ухо — Спасибо тебе за все, братик.

— Братик? — немало удивился тот.

— Угу. — кивнула Эльза, не разжимая объятий, — Если ты не возражаешь.

— Не возражаю. — усмехнулся он в ответ. — А что! Я Ред, ты Скарлетт — фамилии и те говорят о близкой связи! Только чур я старший!

— А это мы еще посмотрим! — озорно улыбнулась Эльза и счастливо рассмеялась.

Глава 5. Работа над ошибками

То, что канон шаг за шагом приближается, Виктор понял, обнаружив в гильдии в один прекрасный день одетого в одни семейники парнишку на год или два младше себя. Этот камикадзе уже успел сказать что-то не то Эльзе и теперь пожинал плоды своего невежества. Деревянный тренировочный меч раз за разом опускался на его обнаженное тело, оставляя заметные синяки, и судя по их количеству, били Грея давно и без жалости.

— О! Привет, Эльза! А это что за извращуга! — решил проявить мужскую солидарность Виктор, путем спасения одного из представителей сильной половины человечества от хрупкой и ранимой девушки, отвлекая ее на себя.

— Привет, братик! — поприветствовала Виктора та в ответ, не отвлекаясь от дела. — Новенький! Зовут Грей Фуллбастер. Маг льда. И как ты правильно заметил — он извращенец!

— И судя по тому, как ты с ним тренируешься, он позволил себе лишнего. — голосом, которым можно было бы заморозить целое море, поинтересовался Виктор.

— Да какая тренировка! Меня бьют! — успел вставить пару слов в свою защиту Грей в промежутке между сыпавшимися на него ударами.

— Что он посмел тебе сделать, сестренка. — полностью проигнорировав вопль избиваемого, поинтересовался Виктор.

— Он съел кусочек торта, который я сохранила специально для тебя! — совершая по удару на каждое слово, прорычала Эльза.

— Он съел мой торт? — кидая каждое слово, словно забивая гвоздь в крышку гроба, уточнил Виктор.

— До последней крошки. — кивнула Эльза, перестав размахивать мечом, поскольку, наконец, загнала новенького в угол, откуда тому уже было никак не выбраться.

— В таком случае я должен его покарать. — переведя абсолютно равнодушный взгляд на съежившегося в углу паренька, Виктор демонстративно медленно достал из кобуры револьвер и поднеся его к уху, начал прокручивать большим пальцем барабан, прислушиваясь к звучным щелчкам раздававшимся в боевом артефакте. — Что бы такое для тебя выбрать?

Ранее лишь изредка комментировавший действия Эльзы зал замер в предвкушении, поскольку многие уже хорошо усвоили, порой даже на своей шкуре, насколько может быть беспощадным слабенький маг-артефактор, удачно маскирующийся под их товарища и друга.

— Извращенец, который съел мой торт и должно быть непременно нагрубивший моей маленькой и беззащитной сестренке, после того как она сделал ему заслуженное замечание, ты знаешь почему затих зал? — между тем продолжил нагнетать обстановку Виктор.

Приотпустив руки, которыми он прикрывал голову, Грей метнул взгляд затравленного зверька в зал и действительно убедился, что все не только перестали болтать, но и буквально замерли неподвижно.

— Все дело в том, что они как никто знают, кто именно наиболее опасный маг нашей гильдии. — закончив прокручивать барабан, он довольно ухмыльнулся — Вот оно!

— Ч-что? — нервно сглотнув, пискнул сорвавшимся голосом Грей.

— Я выбрал. — ухмыльнулся улыбкой отъявленного маньяка-рецидивиста Виктор, что вкупе с его предыдущим полнейшим спокойствием смотрелось еще более пугающим. — Я выбрал то, что ты пронесешь с собой всю оставшуюся жизнь. Какой бы длинной или короткой она бы ни оказалась. — бросив вопросительный взгляд на стоявшую под боком Эльзу, он вздернул правую бровь в немом вопросе.

— Судя по всему, не очень длинную. — смерив Грея безразличным взглядом, пожала плечами Эльза, внутренне разрываясь от хохота, впрочем как и все остальные в гильдии.

— Так знаешь почему меня здесь считают самым страшным человеком?

— Н-н-нет. — замотал головой напрочь перепуганный Грей.

— Все дело в том, мой молодой и неразумный друг, — Виктор присел к бледному как мел Грею и приобняв его, словно старого приятеля, за шею, принялся нарочито медленно раскачивать зажатым в руке револьвером перед его носом, — что именно я придумываю — сделав продолжительную паузу, во время которой уже покрывшийся холодным потом Грей успел сглотнуть три раза — прозвища.

— Ч-чего? — ожидавший чего угодно, вплоть до жутких истязаний, о которых в принципе не стоило знать детям его возраста, Грей оказался сбит с толку рокотом смеха пронесшимся по всему залу, а также видом держащейся за живот и ухохатывающейся девчонки, что еще минуту назад безнаказанно с каким-то внутренним удовлетворением избивала его словно беспомощного котенка.

— Фуллбастер, маг льда, извращенец, — не обращая внимания на вопрос Грея, начал перебирать известные факты Виктор — украл торт Эльзы, схлестнулся с ней же голыми руками вместо того, чтобы мгновенно смыться с места преступления. Да у вас, батенька, клинический случай. — покачал он головой.

— Ну!?

— Не томи народ, Виктор!

— Что ты выбрал!?

Из зала полетели десятки вопросов, томящихся в нетерпении магов, изрядно повеселившихся внезапным представлением.

— ОТМОРОЖЕННЫЙ! — подобно рефери на ринге, растянул представление Виктор, одновременно вздымая правую руку их нового товарища, словно победителя поединка.

— Ура!

— За Отмороженного!

— Добро пожаловать в клуб!

— Избранный!

Зал буквально взорвался радостными выкриками и звоном сталкивающихся кружек. Маги гильдии праздновали рождение нового "нареченного" — человека, сумевшего привлечь внимание одного из наиболее непредсказуемых магов их гильдии. И поскольку каждое наречение превращалось в натуральный театр абсурда, подобное представление пользовалось невероятным успехом и впоследствии еще много дней смаковалось в гуляющих по гильдии разговорах.

— Теперь ты ему должен, парень. — посмотрев на Грея на сей раз вполне нормальным и даже доброжелательным взглядом, Эльза кивнула на стоявшего рядом с ним ее нареченного брата — Виктор выбрал тебя. Потом ты поймешь, что это значит очень немало. А пока можешь исправить свою ошибку и сбегать в ближайшую кондитерскую за кусочком торта. Только сперва оденься. — Раздав ценные указания, девушка развернулась, махнув гривой красных волос и удалилась к столику, где сидели Кана с Биской.

— Деньги то есть? — тихо поинтересовался Виктор у объекта своего розыгрыша.

— Нет. — потупился насупившийся Грей.

— Будет желание подзаработать, обращайся. Со мной мастер отпустит. А пока держи — он сунул в руку парня несколько смятых купюр — и поторопись. Эльза дважды не повторяет. Сразу бьет.

Появление в гильдии мага льда, позволило Виктору с новой силой взяться за добычу кристаллов лакримы. Все же его взрывчатка далеко не всегда позволяла вернуться с добычей, поскольку иногда образующиеся после подрыва завалы нечего было и думать разбирать. На горного инженера он никогда и нигде не учился, впрочем как и на подрывника, вот и устраивал обрушение скальных пород на глазок. Но то, что вода при замерзании расширяется, он помнил прекрасно.

— И что я должен буду делать? — окинув взглядом покрытую трещинами скалу, поинтересовался Грей. Как Виктор и говорил, мастер сразу согласился отпустить его, хотя прежде упирал на необходимость предварительного обучения. И даже демонстрация приемов и заклинаний, которым успела обучить его Ур, не убедили мастера гильдии в возможностях Грея постоять за себя в случае необходимости.

— Для начала, перестань раздеваться. А то нас могут неправильно понять.

— Так тут же никого нет! — повертев головой по сторонам, возразил Грей, но раздеваться все же перестал и даже принялся натягивать назад уже снятые вещи.

— Если суслика не видно, это еще не значит что его нет! — поделился очередным откровением Виктор и принялся прилаживать к каменной стене магический аналог огнетушителя, который по вместимости мог поспорить с пятикубовой цистерной. Артефакт этот был не сильно распространенным в силу немалой цены, но время от времени купцы привозили их из каких-то далеких стран и один Виктору все же удалось купить, заплатив почти полмиллиона. Не будь он таким дорогим, и он непременно попытался бы создать на его основе настоящий огнемет, а не то недоразумение, которым он "отпугивал" от себя комаров на привалах, но пока финансы продолжали петь романсы, о каких-либо затратных опытах оставалось только мечтать. — А что касается твоего задания — будешь замораживать воду, что просочится в эти трещины. Сможешь?

— И всего то?

— Именно. Ничего особо сложного. — усмехнулся Виктор. — Разве что сидеть нам здесь не одну неделю и работать надо будет в течение всего дня. Так что обычные грубые работы по большим объемам пространства здесь не помогут. Замораживать придется только воду, а не всю скалу, если не хочешь упасть с магическим истощением. Ну как? Сможешь работать тонко?

— Попробую. — не слишком уверенно пробормотал Грей.

— В таком случае, приступим. — настроив давление, с которым должна подаваться вода, Виктор уперся в огнетушитель и нажал на рычаг. Мгновенно устремившийся из подпространства поток воды принялся не только разлетаться в стороны, но и наполнять живительной влагой все малейшие трещинки. — Давай, Грей! Морозь!

Сидя перед потрескивающим сухими дровами костром и стуча зубами, Виктор кидал обвинительные взгляды на своего нового напарника. Тот, не смотря на инструкции, сделал все в точности наоборот. В результате, единым целым куска льда стала не только вода и камень, но и артефакт с удерживающими его руками Виктора.

— Ну что я могу сказать? — удерживая все еще синие руки поближе к огню, пробурчал Виктор — Прозвище я тебе дал правильное. Ты еще тот отморозок. Тебя ведь близко к людям подпускать нельзя с такими то навыками! Города это тебе не вечные заснеженные горные долины. Ладно я. Пусть и слабенький, но маг, а стало быть куда более крепкий телом и здоровьем, чем обычные люди. К тому же выброс сырой маны еще никто не отменял. А окажись на моем месте кто-нибудь менее расторопный? Что бы ты сказал мастеру? — "Извините не сдержался?". Так это не вернуло бы к жизни тех, кто стал твоей новой семьей. Потому, учиться, учиться и еще раз учиться! С мощностью у тебя все на уровне. Про фантазию спрашивать боюсь и потому не буду. А вот с точностью и возможностями тонкой манипуляции маны пока никак. Ну ничего, пару лет каторги. Кхм, в смысле, года два поработаешь со мной в шахтах и гарантирую, мы сделаем из тебя человека! Да и в рукопашке потренировать тебя будет не лишним. Все же с твоими непроизвольными раздеваниями, надо хотя бы не срамиться перед девушками дряблыми телесами. Если уж тебе до конца дней предстоит так мучаться, то хоть предъявляй к показу достойный товар. Сейчас то, тебе пока все равно, а вот лет через пять поймешь что к чему.

— А ты умеешь драться?

— А кто, по-твоему, обучал Эльзу основам движений? Да мы и сейчас постоянно с ней тренируемся, когда находится свободное время. Все же может так произойти, что меча под рукой не окажется, и тогда останется полагаться только на собственные кулаки. А тебе нечто подобное сам Бог велел развивать. Тебе же на себя ледяную броню или кастеты наморозить — раз плюнуть, если дело дойдет до ближнего боя. Но чтобы при этом не превратить самого себя в кусок мороженой трески, надо тренироваться. И в настоящий момент я уже достаточно отогрелся и все еще достаточно зол, чтобы провести с тобой первое занятие.

От адресованной ему многообещающей улыбки Грей вздрогнул и про себя проклял тот день, когда позарился на чужой кусочек торта, который в конечном итоге привел его сюда. Синяки от "беседы" с Эльзой все еще часто покрывали его тело и биться в таком состоянии с человеком обучавшим отлупившую его девчонку виделось чистым самоубийством. И даже тот факт, что его будущий противник всего на пару лет старше его самого, нисколько не успокаивало. Историю спасения Эльзы он успел узнать и потому недооценивать слабенького мага-артефактора не собирался.

Первым делом из Грея пришлось выбивать показушность, которую он, казалось, впитал с мастерством своего учителя. Наглядно и зачастую болезненно доказывая, что крутая поза не поможет ему от грамотного удара кулаком или ногой, Виктор месяц за месяцем гонял парнишку в хвост и гриву. Сперва тот стойко сдерживал все ехидные комментарии и обидные подзатыльники, на которые не скупился Виктор, стоило ему заметить очередную стойку "крутого парня". Примерно через пол года Грей самонадеянно решил, что уже на что-то способен и попытался огрызнуться как вербально, так и физически. Попытка поймать своего старшего товарища и наставника прямым в челюсть на противоходе закончилась долгим полетом и гулким ударом о стену. Когда и каким образом Виктор умудрился нанести ему удар, Грей так и не понял, что заставило его еще на пол года полностью смириться с судьбой и продолжать таскаться по всяким ерундовым заданиям вслед за Виктором. Впрочем и через год практически ежедневных многочасовых издевательств, которые Виктор именовал тренировками, подловить того не вышло. Дело вновь окончилось полетом и стенкой, но теперь во всяком случае Эльза не смеялась, а подошла и подав ему руку, помогла подняться.

— Ты растешь, Грей. — наверное, впервые улыбнулась она ледяному магу, — Пусть тебе кажется, что, болтаясь по лесам, полям и горам с Виктором ты лишь впустую тратишь время, но даже мне уже видно насколько серьезно ты продвинулся в искусстве боя.

— Спасибо, Эльза. — утвердившись на ноги и отряхнув спину, он рискнул поинтересоваться — А кто учил твоего брата? Насколько я могу судить, в гильдии никто кроме тебя не сравнится с ним в бое без магии.

— Ха-ха-ха-ха. — искренне рассмеялась Эльза — Кроме меня! Ну ты и шутник, Грей! Да мне до Виктора как до Луны пешком! Полагаешь, он показывает все что умеет, когда проводит со мной спарринги? Боюсь тебя разочаровать, но ты провел слишком мало времени в его компании, чтобы разглядеть ту пропасть, что разделяет нас. Пусть Виктор не очень силен как маг, хотя и это весьма спорно, при необходимости он сможет голыми руками скрутить вулкана без использования волшебства.

— Отдохнули и хватит. — прервал обсуждение себя любимого Виктор, подойдя к паре усердно гоняемых учеников. Отставной королевский гвардеец, что обучал Эльзу искусству работы со всем колюще-режущим, уехал проведать свою родню, и потому у его ученицы появилось свободное время, которое она решила провести в компании брата. Все же последнее время они виделись хорошо если пару раз в месяц и упускать появившуюся возможность девушка не стала, отправившись на очередную работу за компанию с Греем и Виктором.

— Кстати, а куда мы идем на сей раз? — поинтересовался оклемавшийся Грей — Раньше ты всегда заранее показывал задание, а сейчас просто схватил меня за шкирку и поволок из гильдии.

— Да, Виктор, куда мы идем? — присоединилась к магу льда Эльза.

— О-о-о! — протянул Виктор и зашептал заговорщическим тоном — Мы идем громить отряд темных магов.

— Чего!? — вылупился на напарника Грей.

— Темные. — проскрежетала зубами Эльза и с удивлением посмотрела на материализовавшийся в руках бастард — самый грозный из тех мечей, какими она могла действовать в силу возраста, умений и физических кондиций.

0x01 graphic

— Да. Темные. — серьезно кивнул Виктор, — И это не задание гильдии. Пока вы не закидали меня вопросами, поясню. За последний год кто-то обокрал почти всех артефакторов Фиора. Независимо от того чем они занимались, насколько богаты или известны были — обнесли всех. И меня, наконец, тоже. — усмехнулся Виктор.

— Наконец!? Тебя обокрали и ты радуешься этому!? — не на шутку возмутилась Эльза.

— Ага! — довольно кивнул Виктор. — И это замечательно, поскольку как и многие мои коллеги я готовился к подобному развитию событий и поставил на материалы что-то вроде метки, которую могу отследить лишь я один. Причем, метка не магическая, и потому даже самый искусный маг не сможет ничего обнаружить!

— Так мы уже неделю идем по следу воров?

— В точку, сестренка! И как только мы обнаружим их логово, твой добрый, милый и отзывчивый братик может на время исчезнуть, уступив место несколько другой личности.

— Той, что я когда-то видела на острове?

— Да, Эльза.

— Она тоже личность? — серьезно смотря на Виктора, решила уточнить Эльза.

— Нет. Но при использовании, она может оказывать весьма неприятное лично для меня воздействие. Она делает меня абсолютно безэмоциональным и беспристрастным. Потому, я практически не обращался к этой своей способности после острова. Это оружие, которое бьет равно по врагу и тому, кто его использует. А теперь ты мне дашь слово, что остановишь меня, в случае если я пересеку черту. Остановишь всеми возможными способами.

— Н-нет. — завертела головой Эльза и даже отпрянула на пару шагов, дистанцируясь от Виктора. — Я никогда…

— Тебе придется, Эльза. Настало время переступить через достигнутый предел и продолжить свое развитие. В бою нет места эмоциям, в бою нет места жалости, в бою нет места ярости — тот кто не осознает этого факта и не разовьет в себе способность абстрагироваться от всего, рано или поздно обречен на поражение. Хоть ты и замечательно маскируешься, я прекрасно знаю, какая ты внутри — под этим панцирем. — он демонстративно постучал костяшками пальцев по нагруднику. — Пришла пора привести содержание к форме.

— О чем это вы? — совершенно выпал в осадок Грей.

— Не переживай, Грей. Это так, семейное.

— Это жестоко, Виктор. — смотря прямо в глаза названного брата, тихо произнесла Эльза.

— Жизнь вообще жестокая штука, Эльза. Тебе ли это не знать? Никто не знает, что ожидает нас в будущем. — держа пальцы скрещенными, продолжил свою речь Виктор. — Но я хочу, чтобы ты оказалась подготовленной к любым возможным ситуациям и не проявила слабость в самый ответственный момент.

— Я не слабая!

— Это она то слабая!

Два полных возмущения выкрика одновременно вырвались у Грея с Эльзой.

— Слабость, как и сила, бывает разной, сестричка. И тебе ли не знать свою? — ласково усмехнулся Виктор и подойдя к Эльзе, крепко обнял ее. — Как твой старший брат, я обязан убедиться, что ты сможешь позаботиться о себе в любой ситуации. Я ведь не смогу вечно приглядывать за тобой.

— Дурак. — шмыгнула носом Эльза и слегка ударила Виктора кулаком в грудь, вызвав шок у наблюдающего за действием Грея. ТАКОЙ Эльзы он даже не мог себе представить. Ну не могла гонявшая всю гильдию Железная Леди оказаться такой домашней девочкой!

— Грей? — позвал напарника Виктор

— А? Да? Чего?

— То, что ты сейчас видел, ты не видел. Ты меня понял, мой маленький друг?

— А что я видел? Разве что вон то дерево, да пару играющих на нем птичек! — мгновенно сделал правильный вывод молодой волшебник, пятой точкой почувствовав, что поступить надо именно так и никак иначе.

— Вот и молодец. — кивнул Виктор, — Мне было бы очень печально подкладывать мину в кровать своего друга. — ласково улыбнувшись, добавил он.

Прекрасно зная любовь Виктора ко всему стреляющему и взрывающемуся, Грей ни на секунду не усомнился в обещании своего наставника. Тот не уточнил какую именно мину он мог бы подложить в его кровать, но вид заикающегося и нервно дергающего глазом Лексуса, с которым у Виктора было старое противостояние, говорил о многом.

— Так ты сделаешь все, чтобы остановить меня, Эльза?

— Я остановлю тебя, брат. — кивнула вновь посерьезневшая девушка — Но потом ты мне ответишь за подобную просьбу. И даже не надейся, что тебе удастся отвертеться.

— Спасибо, моя маленькая сестренка.

— Кто из нас маленький, еще надо посмотреть. — пробурчала Эльза, глядя в спину начавшего сворачивать лагерь Виктора.

На десятый день пути, два из которых они пробирались по лесу, все трое, устроившись за стволом поваленного дерева, рассматривали черный зев прохода ведущего в подземелья давно сгинувшего замка, о наличии здесь некогда которого можно было догадаться по живописным руинам.

— Нам туда? — шепотом поинтересовался Грей.

— Судя по всему, да. Но сперва надо проверить. — полностью скрывшись за бревном, Виктор стащил со спины рюкзак и извлек из него короб с паучком-разведчиком, что уже многие годы был ему верным помощником.

— Хм. — оторвавшаяся от наблюдения Эльза заглянула в раскрытую коробочку, и Виктор почувствовал, как вокруг начала растекаться жажда крови. Медленно повернув голову, он встретился с полным подозрений прищуром глаз своей сестры. — Знакомый паучок. — медленно произнесла Эльза и принялась показательно разминать кулаки — Видела его раз двадцать в душевой женского общежития.

Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу. Сделав над собой неимоверное усилие, чтобы не сглотнуть и не побледнеть, Виктор пожал плечами и как ни в чем не бывало пояснил — Стандартный артефактный паук-разведчик. Не скажу, что он очень распространен, но в небольших количествах производится некоторыми артефакторами.

— И что же некоторые артефакторы могли забыть в женской душевой? — прошипела едва сдерживающаяся от невозможности начать священную кару прямо здесь и сейчас девушка.

— А при чем тут артефакторы!? Чуть что сразу артефакторы! — предпринял очередную попытку отвертеться Виктор — Артефакторы, между прочим, делают их на продажу.

— Ага.

— Десятками в год делают!

— Ага.

— И продают всем подряд!

— Ага.

— И…

— Ага.

— Меня же линчуют, Эльза! — наконец взмолился Виктор — Как ты сможешь продолжать жить, зная, что оказалась виновной в смерти брата!?

— Абстрагируюсь и переживу. — недобро усмехнулась Эльза, решив припомнить одному, возомнившему о себе невесть что, балбесу, все его прегрешения перед любимой сестрой.

— Эльзочка, милая, я ведь не шучу. — поняв, что отвертеться не выйдет, взбледнул Виктор. — Наши милые девушки порвут меня на мелкие-мелкие клочки. А ведь я еще пожить толком не успел!

— Пожить не успел, зато преуспел в кое-чем другом. — полностью игнорируя стенания Виктора, продолжила давить Эльза — Мне действительно будет не хватать тебя, брат.

— Ах так!? — зеркально сузил глаза Виктор и закрыв руками уже раскалившиеся докрасна уши Грея, нагло ухмыльнулся в ответ — Расскажешь о моей маленькой тайне и я расскажу о твоей. Кто бы мог подумать, что у такой серьезной девушки окажется столь занимательное хобби!

— ТЫ! — прошипела Эльза и едва сдержала уже потянувшиеся к горлу Виктора руки. — Ты за мной подглядывал!

— Ложь и клевета! Просто я наблюдательный! И если тебе будет от этого легче, за тобой я не подглядывал никогда.

— Не врешь? — поколебавшись с минуту, уточнила Эльза.

— Зуб даю!

— Одного зуба будет мало.

— Говори уже, вымогательница.

— Пять лет.

— Что пять лет?

— Пять лет будешь оплачивать все мои тортики.

— Нет.

— Что!?

— Я не знаю, что со мной будет уже через час и потому не хочу давать обещание, которое не смогу сдержать.

— А ты постарайся.

— Поверь, я буду стараться. Но все равно, то, что ты просишь, слишком близко к невыполнимому. Измени условия договора.

— Хм. Что ты можешь предложить?

— Я могу открыть в банке счет, с которого будут списываться деньги на твои тортики. Пойдет? — дождавшись кивка, он дополнил — И ты устроишь показ. Персонально для меня! — расплылся он в довольной улыбке.

— Хорошо. — потупилась и кивнула Эльза, чьи кончики ушей превосходили по красноте даже ее великолепные волосы. Любовь к всевозможным милым нарядам и костюмам проснулась в ней относительно недавно, но девушка успела спустить на многочисленные обновки баснословные деньги и некоторые из этих обновок, мягко говоря, можно было назвать фривольными. Но ей они нравились и будучи не в силах ничего с собой поделать, Эльза решила скрыть от остальных свое маленькое увлечение.

— Вот и договорились! — разжав руки, он вопросительно уставился на Грея.

— Меня здесь вообще не было! — мгновенно отреагировал тот и на фоне сильного нервяка начал раздеваться.

— А у тебя неплохо развито чувство самосохранения, приятель. — усмехнулся Виктор и надавал по стягивающим футболку рукам. — Но вот склонности у тебя… — покачав головой, он вернулся к своему паучку, которому в ближайшее время предстояло немало поработать.

Не смотря на внешний вид развалин, подземелье оказалось достаточно обжитым. Четыре уровня, на которых разместились склады, жилые комнаты, гостиная и солидная мастерская, оказались местом проживания пяти весьма примечательных личностей. Два больных на всю голову, но, несомненно, гениальных артефактора и тройка магов, с которыми Виктор не пожелал бы встречаться никому. Он смог узнать филиноголового мага, что в давно просмотренном мультике смог расправиться с Нацу, а следом за ним удалось припомнить и двух остальных членов отряда наемных убийц. А то, что они убийцы можно было понять по метке гильдии специализирующейся именно на подобных заказах.

В его предыдущем мире подобных специалистов назвали бы отставными офицерами спецназа ушедших на вольные хлеба. После завершения Кабрийской войны те из магов, кто не смог отказаться от желания продолжать убивать, создали небольшую, но быстро ставшую весьма авторитетной темную гильдию — "Династия Черепа". Данных по ней было совсем немного — все же бывшие вояки, знавшие ценность информации. Но кое-что в личном справочнике Виктора имелось. И на первом месте стояла надпись — "Убивать не раздумывая!!!".

— Виктор, все так плохо? — поинтересовалась не отрывавшая от него взгляда Эльза, заметив выступившие на висках капли пота.

— Хуже некуда. — подтвердил Виктор, не отрываясь от экрана — Это одна из баз Династии Черепов. Слышали о такой гильдии?

— Неа.

— Нет.

— И это хорошо. Меньше знаешь, крепче спишь. — хэкнув от прилетевшего в бок несильного удара, он все же соизволил объяснить — Это наемные убийцы. Профессиональные, беспощадные и невероятно сильные. Для них убить человека — все равно что комара прихлопнуть.

— Их там много?

— Три боевика и два артефактора.

— И?

— Я не смогу взять их живьем. Слишком опасно. Если хоть один из них успеет среагировать, мы все покойники. Бить придется со спины и всех разом.

— Виктор. — Эльза положила ему на плечо свою руку — Ты ведь прекрасно знаешь, что происходит при гибели мага.

— Да, Эльза. Знаю. Но тут именно та ситуация, которая является исключением из правил. Усыпить их всех я точно не смогу.

— Так может оставить все? Обратимся к мастеру, попросим подмогу.

— Чтобы они убили наших друзей, когда и если мы завалимся сюда всей гильдией? Ты этого хочешь?

— Нет.

— Как я тебе уже говорил, время от времени каждому гильдейскому магу приходится принимать сложное решение. Сейчас как раз один из таких моментов. Чёрт! Прячься! — тройка боевиков, за которыми он наблюдал через паучка, резко засобирались и потянулись к выходу из убежища.

Обрубив связь с паучком, он включил моторчик, который споро смотал отпавший от разведчика кабель. Совы и филины отличались отменным зрением и Виктор не желал проверять насколько сильно данные способности выразились у вражеского мага. Закрыв коробку, он подгреб под себя пискнувших Грея с Эльзой и накинул сверху маскплащ, тоже являвшийся шедевром артефактного искусства. Сделанный из кожи огненного хамелеона и сотни прочих редких ингредиентов он мог не только подстраиваться под окружающую обстановку, но также не пропускал магический фон и тепло человеческого тела. Идеальная экипировка для любого королевского рейнджера из-за непомерной цены в полтора миллиона за штуку превратилась в штучный товар для специалистов узкого круга. Убийцы, разведчики и диверсанты — вот тот короткий перечень лиц нуждающихся в подобном снаряжении. Лишь через три часа, убедившись, что тройка боевиков действительно ушла, Виктор скинул плащ и выпустил из своих объятий изрядно затекших друзей.

— Похоже, госпожа Удача играет сегодня на нашей стороне. — довольно пробормотал Виктор и пояснил своим напарникам — Боевая тройка темных куда-то умотала. Так что внутри остались лишь двое артефакторов.

— Значит, получится обойтись без убийств? — на всякий случай уточнила Эльза.

— А вот этого я не говорил. — покачал головой Виктор. — Если ты еще не поняла, мы собираемся ограбить грабителей, которые не терпят конкурентов. Так или иначе, я заберу все, что найдется у них в кладовых, но при этом я буду достаточно умным и не оставлю в живых свидетелей, способных впоследствии натравить на нас одних из лучших наемных убийц. А что касается жертв. Как ты думаешь, что обычно производят артефакторы темных гильдий? Молчишь? То-то же! — тяжело вздохнув, он обнял за плечи Эльзу и придвинул ее поближе к себе, — Пойми Эльза. Я не могу так сильно рисковать тобой и гильдией. Чёрт возьми! Я даже этим извращугой не могу так сильно рисковать! — ткнул он кулаком в Грея, вызвав короткий смешок сестры. — Но если тебе от этого станет легче, я не буду делать все собственными руками. Они погибнут при взрыве, который уничтожит все это убежище. А до тех пор будут спать.

Взамен временно выбывшего из строя паука-разведчика, Виктор под еще более заинтересованные взгляды напарников извлек из рюкзака гораздо более крупный контейнер и нашептывая что-то вроде "Моя прелесть!", принялся оглаживать его по бокам.

— Что там внутри? — наконец не выдержала изнывающая от любопытства Эльза.

— О! Это уже моя личная разработка на основе паучка-разведчика! Добавил немного того и немного сего. Чуть увеличил в размерах.

— Мне уже страшно. — нервно сглотнул Грей, глядя на коробку — Зная твои предпочтения того и сего.

И вы таки правильно боитесь, мой юный друг! — расплылся в улыбке маньяка Виктор.

— Открывай уже! — судя по загоревшимся глазам, Эльзу нисколечко не проняло от прозвучавших описаний. Ей не терпелось увидеть очередное творение ее брата.

— Я назвал его — хедкраб. — прокомментировал Виктор, доставая из коробки некую смесь паука, краба и скорпиона. Он еще не начал рассказывать о возможностях своего творения, а Грей уже передернул плечами от одного вида. — Возможности зависят от загружаемой начинки. — Виктор указал на оставшиеся в коробке небольшие цилиндрики.

— А как он действует?

— Управление почти такое же как у разведчика, но есть ряд новых функций. Видишь его хвост?

— Его трудно не заметить.

— Так вот, хедкраб может прыгнуть на голову человека, присосаться к его лицу и обвиться хвостом вокруг шеи, так что сорвать его уже не выйдет. А дальше все зависит от начинки. Можно усыпить, можно поразить током. А можно просто подорвать. Но даже если вдруг по какой-то причине не сработает вкладываемая начинка, всегда можно перерезать горло противника, дернув хвостом — видишь, на нем десяток небольших выдвижных лезвий — как раз на подобный случай. — ушел в объяснения Виктор, не замечая медленное охренивание своих друзей.

— Я никогда, никогда не буду злить артефакторов. — тихо пробормотал Грей, нервно поглядывая на удерживаемый Виктором артефакт.

— Ну знаешь ли, братец. — покачала головой Эльза — Иногда я начинаю сомневаться, кто более опасен для общества — светлый артефактор или темный маг.

— Ну, я ведь хороший. — с недоумением посмотрел на нее Виктор.

— Ох, Виктор. — Эльза прикрыла глаза ладонью.

— А что Виктор!? Как могу, так и зарабатываю себе на жизнь! — фыркнув от обиды, он вставил в брюшко хедкраба контейнер со снотворным газом и подключил систему управления. Не прошло и десяти минут, как он довольно усмехнулся и посмотрев на сидевших тише мышей в подполе напарников, кивнул в сторону развалин. — Путь свободен.

Оба артефактора обнаружились усыпленными. Один сидел в мастерской, уткнувшись головой в микроскоп, а второй храпел прямо в коридоре жилого сектора, не дойдя пары шагов до двери своей комнаты. Оттащив обоих в уголок мастерской и надежно связав, троица юных магов с плохо скрываемой алчностью в глазах огляделась по сторонам.

— Значит так, дорогие мои. Берем только самое ценное. Эльза — никаких платьев, Грей — никакой жратвы. — мгновенно прочитал как открытые книги и обломал своих напарников Виктор. — Ценное — значит редкое и дорогое, а не то что больше всего мило сердцу.

Переглянувшись и тяжело вздохнув, Грей с Эльзой разбрелись по комнатам, а проводивший их взглядом Виктор, ускакал в мастерскую. Одно имевшееся в ней оборудование тянуло на баснословную сумму, и пройти мимо него не смог бы ни один артефактор. Виктор не был исключением. Микроскопы, анализаторы, точнейший инструмент, переносные алтари, мини-печи, морозильники, центрифуги, сепараторы и сотни книг — за такое действительно можно было убить.

Самому Виктору запихать все это добро в свой пространственный карман нечего было и мечтать, потому, отловив Эльзу, которая, будучи пойманной на копании в шкафу доверху забитого платьями, полностью сравнялась по цвету со своими волосами, он лишь удрученно покачал головой и пообещав потом купить сестренке с десяток обновок, утащил ее в мастерскую. После удаления питающих оборудование кристаллов лакримы, оно все спокойно поместилось в необъятном кармане Эльзы, уже сейчас в сотни раз превосходящем его собственный.

Следом, более не рискуя оставлять насупившуюся сестренку без присмотра, они пролетели по всем комнатам и на несколько часов зависли на складах, где Виктор, откровенно рыдая, отсортировывал неимоверно ценные артефакты и материалы от очень ценных, поскольку забрать все в принципе не представлялось возможным и многим надо было пожертвовать при заметании следов.

Ворчавшая себе под нос Эльза почувствовала, что что-то случилось, когда очередной брошенный на Виктора недовольный взгляд не заметил совершенно никаких изменений — тот стоял все на том же месте, что и в прошлый раз и даже не изменил позы. Всего пара секунд потребовались на обдумывание ситуации, после чего вооруженная мечом девушка принялась осторожно продвигаться к ни на что не реагирующему брату. Осторожно заглянув во вскрытый им огромный деревянный ящик, она с недоумением уставилась на два непонятных цилиндра заставивших впасть в ступор Виктора.

— И что это такое? — нарушила она затянувшееся молчание.

— А? Что? — медитирующий на настоящие реактивные двигатели Виктор на время выпал из реальности, потому не заметил ни приближения Эльзы, ни ее последующего недовольного сопения — Это? Это, настоящее произведение маго-технического искусства.

— Да? — скептически осмотрев цилиндры, выразила сомнение Эльза. — И что это произведение делает?

— Оно позволяет летать. — как влюбленный проговорил Виктор, не отрывая глаз от мечты всей своей прошлой жизни.

— Летать? — по всей видимости, у Эльзы имелась похожая мечта, потому что она тоже застыла на месте, принявшись рассматривать артефакт.

— У тебя место в кармане еще осталось? — наконец отмер и поинтересовался Виктор.

— Для этого — найду. — сказала, как отрезала, Эльза.

— Но, но, но! Только без фанатизма. Ты мне нужна живая и здоровая.

— Переживаешь?

— Конечно!

— Хм. А это приятно, — расплылась в улыбке Эльза — когда за тебя переживают. Но можешь не тратить свои нервы. Места у меня действительно еще хватит.

— Тогда чего мы ждем! Пакуйте, юная леди! — изобразив па, он указал рукой на двигатели.

Загруженные под завязку рюкзаками и баулами, хранящими ценности на десятки миллионов драгоценных, они с трудом выползли из "пещеры Алладина" и кинули горестный взгляд назад, прощаясь со всем тем добром, на перенос которого уже не хватило ни сил, ни рук. Виктор заминировал все на славу, пообещав, что от подземелья останется лишь груда обугленных камней. Причем, чтобы темные не всполошились раньше времени, подрыв должен был произойти либо через два дня, либо при пересечении входа в убежище любым живым существом крупнее кошки. Вряд ли кроме магов темной гильдии сюда мог кто-нибудь заявиться и возможности подгадить им напоследок, Виктор решил не упускать.

Естественно, светить всем честно украденным богатством было никак нельзя и Виктор все же решился съехать из общежития в свой собственный дом. К сожалению, того, что имелось на руках и очередного кредита от гильдии хватило лишь на небольшой домик на окраине Магнолии. Конечно, продай он хотя бы десятую часть того, что удалось вынести из убежища темных, денег сполна хватило бы на добротный каменный дом недалеко от гильдии, но палиться на сбыте, после того как замел все следы, было бы слишком глупо. К счастью, Грей с Эльзой оказались полностью солидарны с Виктором в даном вопросе и потому никакого раздора при последующем дележе не было. То, что нельзя было отдать напарникам прямо сейчас, Виктор обещал выплатить в ближайшие пару лет — все же взяли они слишком много, чтобы отдать даже две трети от стоимости трофеев за менее короткий срок. Впрочем, кое-что после определенной переработки вполне легко можно было предложить торговой гильдии для последующей реализации. Дело оставалось за малым — отловить Гилдарца, чтобы распылить золото, серебро и самые дешевые из алмазов на пыль. То, что получалось у этого мага одним касанием, в любом другом случае требовало постройки целой лаборатории. Вся беда заключалась в том, что отловить Галдарца было очень непросто. А отловив, заставить что-либо сделать этого патологического лентяя проходило по разряду миссии ранга "S". Но знания канона, дали в руки Виктора столь сильный козырь, что постоянно отмахивающийся от назойливого артефактора Клайв не имел никакого шанса отвертеться на сей раз. К тому же ему очень не хотелось когда-нибудь увидеть на месте милой и доброй Каны горькую пьяницу выглядящую лет на десять старше, чем оно было на самом деле.

— Одиноко, наверное, вот так вот вечно сидеть на берегу. — присев рядом с Гильдарцом, Виктор кивнул ему, здороваясь.

— Для кого как, парень. — усмехнулся сильнейший после мастера маг гильдии. — Что требуется распылить на сей раз?

— Много всего. — ответил зеркальной ухмылкой Виктор — Но прежде, я бы хотел попросить тебя сходить со мной в одно место. Не волнуйся, идти недалеко и много времени я у тебя не украду.

— Тебе действительно это необходимо? — лениво осведомился Клайв, которому ну совершенно не хотелось никуда идти.

— Я бы сказал, жизненно необходимо.

— Даже так? — вопросительно приподнял бровь Гилдарц. После того как он пару раз попадался в изуверские ловушки Виктора, Клайв малость невзлюбил мелкого наглеца, вечно пытающегося припахать его к какой-нибудь работе, но при этом он не мог не отметить, что их гильдейский артефактор никогда не бросал слов на ветер. — Тебе что-то угрожает?

— Не без этого. — усмехнулся Виктор. — Но сейчас дело не во мне. Нужно спасти одну прекрасную незнакомку — нанес он удар ниже пояса, прекрасно зная кобелиную сущность своего собеседника.

— Прекрасную? — мгновенно сделал стойку Гилдарц. — Тогда чего мы ждем!?

Проводив старшего товарища до своего дома, Виктор открыл дверь и сделал приглашающий жест, предлагая войти вовнутрь. К удивлению Гилдарца берлога молодого мага, выглядящая снаружи той еще развалиной, внутри оказалась вполне пристойной и даже чистой. Нигде не висела паутина, не валялись разбросанные носки, и даже пыль с полок и книг, по всей видимости, время от времени убиралась. Хмыкнув, Гилдарц прошел вслед за хозяином на кухню, откуда доносился аромат свежеиспеченного кекса и душистого чая.

— Надеюсь, вы тут не скучали? — поинтересовался у кого-то вошедший на кухню первым Виктор.

— Нет. — Гилдарц сразу узнал голос Эльзы. Все же именно эта девчушка постоянно читала ему нотации и даже пыталась строить и гонять как остальных, но потеряв распыленными десяток деревянных мечей, с тяжелым вздохом махнула на него рукой как на совсем пропащего.

— Мы кекс испекли! — второй голос тоже оказался смутно знакомым и точно принадлежал кому-то из гильдии. — Я и не знала, что у тебя столько всего может найтись в закромах.

Подумав — Ты даже не представляешь себе, что можно найти в моих закромах, если хорошо порыться. — Виктор лишь улыбнулся и развел руками — мол, да, я такой.

— А кто там пришел с тобой? Грей что ли?

— Нет. Это не Грей, но тоже не чужой нам человек. Проходи. — махнув рукой Гилдарцу, он присел за стол и принялся принюхиваться к исходящему паром кексу.

— Всем привет! — махнул рукой Гилдарц, появившись в дверном проеме и заметив наметанным глазом как дернулась на своем месте Кана. Бросив вопросительный взгляд на Виктора, он получил едва заметный кивок и приглашение присаживаться за стол.

— Кекс стынет, поэтому, полагаю, затягивать нет смысла. — взял слово Виктор. — Кана, ты мне веришь?

— Ну, да. — кивнула перебирающая салфетку девочка, стараясь не смотреть на присутствующих.

— Рад это слышать. — усмехнулся Виктор. — В таком случае мы поступим следующим образом. — достав из под плаща небольшой конверт, он пододвинул его к Гилдарцу — Ты скажешь нашему гостю то, что так хочешь, но так боишься сказать. Поверь мне, так надо. Взгляни мне пожалуйста в глаза. — Дождавшись, когда девочка выполнит его просьбу, Виктор продолжил — Ему это надо гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Так что ничего не бойся. — ободряюще улыбнулся он ей. — Но если ты все же не найдешь в себе силы, Гилдарц все равно узнает правду, прочитав вот это послание. — он кивнул на приковавший всеобщее внимание конверт. Кана смотрела на него с ужасом, Эльза с нескрываемым любопытством, а Клайв задумчиво. — Гильдия — это семья, и каждый должен помогать своим по мере сил, даже если его потом за это могут возненавидеть. Гилдарц, чтобы ни произошло, что бы ни случилось, ровно через пятнадцать минут ты вскроешь этот конверт. Обещай мне.

— Нет! — полный отчаяния крик Каны неимоверно поразил как Гилдарца, так и Эльзу, не поставленную братом в курс дела.

— Обещай мне, Гилдарц. — тоном не терпящим отказа, произнес Виктор. — Если ты настоящий мужчина, ты вскроешь этот конверт, не смотря на все просьбы, мольбы, а то и угрозы одной милой девочки. — покосился он на Кану.

— Нет! — та уже не кричала, а практически рыдала.

0x01 graphic

— Виктор. — не предвещавшим ничего хорошего голосом дала о себе знать Эльза.

— Потом побьешь меня, если захочешь, Эльза. А сейчас просто не вмешивайся. Я тебя очень прошу.

— Брат, если конечный результат не будет стоить тех слез, что Кана уже пролила, я тебя изобью до полусмерти. Не знаю, как я смогу это сделать, а после пережить, но изобью.

— Договорились, сестренка. — усмехнулся Виктор. — А теперь, не составишь мне компанию? — подхватив кекс и заварочный чайник, он кивнул ей на кружки и направился в гостиную.

— Ну ты и паразит. Я же теперь с тобой за век не расплачусь. — вышедший через час из кухни ушибленный мешком по голове Гилдарц, присел рядом с развалившимся на диване Виктором.

— А то! — нагло ухмыльнулся тот в ответ, но быстро убрав улыбку с лица, поинтересовался — Она сама рассказала?

— Да.

— Ты умница, Кана! Я тобой горжусь! — проорал он на весь дом. — Ну и как оно, ощущать себя отцом? — вновь вернулся к собеседнику Виктор — Чувствуешь, что, наконец, повзрослел?

— Отец!? — вылупилась на старшего товарища Эльза — Так Кана твоя дочь!?

— Его, его. — тут же сдал Гилдарца Виктор — Только не спрашивайте откуда это стало известно мне! — Поднявшись с дивана, он прихватил остатки кекса и чайник. — Пойду заглаживать свою вину. — объяснил он Эльзе. — Этим, конечно, не сильно расплатишься, но надо же с чего-то начинать — потряс он ношей и направился на кухню.

— Виктор. — перед самой дверью его нагнал голос Эльзы — Я тобой горжусь, брат!

— Я тоже собой горжусь, сестренка. — усмехнулся Виктор и прокричал на кухню — Кана, я иду с угощением, поэтому, пожалуйста, не бей меня сковородкой! Во всяком случае сразу!

Бить его не стали. Подойдя к Виктору, Кана обняла его и разрыдалась. То, чего она боялась столько лет, наконец, произошло. Испуг быть отвергнутой и обсмеянной день за днем выгрызал ее изнутри. Но весь этот тяжкий груз удалось сбросить с плеч благодаря одному паразиту, хитростью заманившего ее на дружеское чаепитие. Как бы она хотела отомстить ему за такую подставу, но руки готовы были лишь обнять его, а вместо проклятий с губ готовы были сорваться исключительно слова искренней благодарности.

— Ну и что мне со всем этим делать? — спросил в пустоту Виктор, намертво зажатый в объятиях хрупкой девочки и с занятыми посудой руками. — Кекс и так остыл. Кана, неужели ты хочешь, чтобы он еще и засох вдобавок?

— Спасибо тебе. — прошептала Кана и добавила — Дурак.

— Ну, не бьешь и на том спасибо. — усмехнулся Виктор — Но все же, как насчет кекса? Будет грустно, если он пропадет.

— Давай сюда свой кекс! — разжав объятия, Кана ухватила тарелку и принялась заталкивать себе в рот один кусок за другим, чтобы скрыть обуревавшие ее эмоции.

— Не подавись, чудо! — усмехнулся Виктор, потрепав ее по голове. — Надеюсь, теперь ты перестанешь бросать заинтересованные взгляды на вино?

Густо покраснев, Кана потупилась и прошамкала — Ты и это заметил?

— Заметил. Но пусть это останется нашей маленькой тайной. Когда придет время, мы все начнем пробовать то или иное, что не следует употреблять или делать подросткам. Но вот торопиться ни к чему. Хотя, с таким то отцом не спиться будет непросто. Но ты постарайся!

— Хорошо! — рассмеялась Кана.

Когда дом стал более менее обжитым и в него стало не стыдно приглашать гостей, Виктор наведался в женское общежитие и под визг дефилировавших по коридорам максимум в банных полотенцах девушек, дошел до двери комнаты Эльзы, отбиваясь от нападок церберши-комендантши, являвшейся главным врагом всей мужской половины гильдии. Слишком многие, включая мастера, были биты этой бойкой старушенцией при попытках пробраться в общежитие.

В свое время Виктор приврал Эльзе, заявив, что он не подсматривал за ней. Впрочем, в душе он действительно уделял внимание исключительно вошедшим в самый расцвет девушкам. Но при наличии сил и средств не присмотреть за той, что приняла его как родного, было бы верхом свинства. Так он узнал о ее любви к милым нарядам и костюмчикам, так он узнал, что едва ли не каждую ночь Эльза тихо плакала в подушку. Не смотря на все старания, ему так и не удалось заместить собой всю ту пустоту, что образовалась в ее сердце и душе и потому требовались куда более действенные средства.

Весьма настойчиво постучавшись в дверь, он кинул такой взгляд на вцепившуюся в него словно клещ комендантшу, что та прервалась на полуслове и покачав головой, все же отошла в сторону.

— Виктор!? — немало удивилась Эльза, увидев за дверью брата — А как ты сюда попал?

— С боями. — покосился он на старушку. — Я бы хотел с тобой поговорить. Не пригласишь зайти?

— Да. Конечно. Проходи. — Эльза посторонилась, пропуская нежданного посетителя в свою комнату. — Что-то случилось?

— Да. Случилось. — серьезно кивнул Виктор — Вчера закончили ремонт в твоей комнате в нашем доме.

— Виктор, мы же уже столько раз разговаривали на эту тему. — мгновенно надулась Эльза — Ты ведь прекрасно знаешь, что мне нравится жить здесь.

— Знаю. Также я прекрасно знаю, что никогда не смогу тебя уговорить переехать в наш дом. Поэтому я пришел, чтобы попросить тебя. Эльза, пожалуйста, не бросай меня одного. Мне жутко одиноко жить там без тебя. Ты позволила мне стать своим братом. Ты подарила мне лучик надежды на обретение семьи. Так, пожалуйста, не отнимай у меня этот подарок. — Виктор долго подбирал нужные слова, прежде чем явиться сюда и не обидеть пережившую слишком многое девчонку действительно ставшую ему как младшая сестренка. — Я не знаю, получится ли у меня быть действительно достойным старшим братом, но я обещаю, что буду стараться.

— Долго репетировал? — грустно улыбнувшись, поинтересовалась не по годам разумная и догадливая девочка.

— Долго. — понуро кивнул Виктор. — Листов сто извел, пока не посчитал, что нашел правильные слова.

— Я рада, что у меня появился такой заботливый и хитрый брат. — подойдя к Виктору, Эльза крепко обняла его — Но мне действительно нравится жить именно здесь.

— И плакать каждую ночь тоже нравится? — обняв ее в ответ и надежно зафиксировав, поинтересовался Виктор. Почувствовав как Эльза дернулась, будто от удара током, он продолжил — Ты самый дорогой для меня человек в этом мире. Неужели ты думала, что я буду просто игнорировать твои слезы и делать вид, будто ничего не происходит? Ты считаешь меня настолько низким человеком?

— А ведь кто-то убеждал меня, что не подглядывал. — почти прорычала Эльза.

— Я не подглядывал. Я приглядывал. — позволив сестре оторваться от себя, он посмотрел ей в глаза — Если уж у меня имелись возможности любоваться нашими девушками, неужели ты думала, что я не выкрою время, чтобы проверить не обижает ли кто мою сестренку. И что, по-твоему, я должен был подумать, увидев, как ты заливаешься слезами? После того, как я впервые увидел подобное, я очень серьезно поговорил с Каной и Биской, но обе уверили меня, что у вас в общежитии действительно очень дружная атмосфера и никто здесь не мог довести тебя до слез. Тогда я все понял. Я ведь тоже вижу их всех, стоит мне закрыть глаза. Я никогда не смогу забыть друзей, что заботились обо мне столько лет. Но здесь и сейчас у меня есть только ты, а у тебя только я. Не мы в этом виноваты, так сложилась судьба. — Посидев пару минут в наступившей тишине, Виктор поднялся и подошел к двери — Извини, Эльза. Я больше не могу подобрать правильных слов. Скажу лишь одно — я не хочу, чтобы ты впредь проливала слезы. Разве что слезы радости. Если ты полагаешь, что здесь тебе действительно лучше и легче, чем будет в нашем доме, конечно, оставайся в общежитии. Навязывать тебе что-либо я не собираюсь. Для меня главное, чтобы тебе было хорошо.

— Мне действительно очень хорошо здесь. — улыбнулась Эльза. — Не обижайся, брат. Я буду часто-часто навещать тебя, но переезжать не стану.

— Я уважаю твой выбор, Эльза. Но если вдруг передумаешь, знай, комната для тебя всегда будет готова.

Глава 6. Обучение и наказание

С появлением в гильдии Нацу Драгнила будни одного извращенного отморозка разнообразили еще и вечные споры с драками, в которых ледяной волшебник раз за разом размазывал своего противника в тонкий блин. Как бы ни старался убийца драконов достать своего визави, против наработанной техники одной кипучей энергии было недостаточно. Потому, вскоре у Виктора появился еще один воспитанник, который помимо кучи проблем принес и возможность перейти к изготовлению артефактов совершенно другого уровня. Термообработка и спекание в пламени дракона кристаллов лакримы позволило значительно поднять их плотность и энергоемкость. А какие огненные пули начали выходить у Виктора! Про огнемет, зажигательные мины и гранаты можно было даже и не говорить. Одним словом, новая головная боль того стоила. Да и Эльзе с Греем требовалось разнообразить нарабатываемые навыки защитой от огненных атак.

Вообще, последующий год выдался на удивление спокойным. Много тренировок, много работы как в полях, так и в мастерской и никаких особенных приключений. Единственное, Макаров свел Виктора с мастером гильдии "Голубой пегас". Помня этого жуткого кадра, Виктор упирался руками и ногами, мотивируя нежелание наведываться в заведение со столь опасным для любого нормального мужика названием своей любовью исключительно к представительницам прекрасной половины человечества. Но стоило прозвучать волшебным словам — "Они одни из лучших артефакторов.", как Виктор сделал стойку и уже сам начал тянуть мастера к железнодорожной станции. Старик Вельд выпнул его из мастерской еще пол года назад, заявив, что далее молодое дарование должно постигать науку и таинство создания артефактов само. А все книги, что из библиотеки гильдии, что трофейные, уже закончились, оставив еще больше вопросов, чем имелось до их прочтения. Виктор сам понимал, что ему требуются советы опытных практиков, но артефакторы были слишком редки и зачастую настолько скрытны, что имена многих так и оставались тайной даже после их смерти. Лишь такие как Вельд, что занимались в основном только производством обычных бытовых артефактов, наоборот, вовсю рекламировали себя, чтобы создать себе имя.

Увидев мастера Боба, Виктор покрепче вцепился в сопровождавшего его Макарова, так что даже сильнейший волшебник Хвоста Феи не смог оторвать его от себя, как ни старался. Такое описание как "полный ахтунг" идеально подходило толстому волосатому мужику рассекающему по гильдии в боксерке, семейниках и боевой раскраске девицы самого не тяжелого поведения.

— Ой! Макаров, душка! Сколько лет, сколько зим! — расплылся в улыбке мастер Боб и Виктор едва сдержался от того, чтобы не дать деру немедленно. — А что это за милый мальчик с тобой? Какой симпатичный!

— Здравствуй, Боб. — попытался помахать рукой мастер фей, но удалось лишь дернуться в стальном захвате Виктора. Тот вцепился руками в плечи мастера и как бы отгородился им от шокирующей многих личности. — Да вот, привел одного из своих сорванцов на повышение квалификации. Не поможешь ему парой советов?

— Хо! А на чем специализируется этот милый малыш?

— Этот милый малыш специализируется на боевых артефактах. — ответил Виктор, с настороженностью поглядывая на приближающийся ахтунг, — И предупреждаю сразу. — отпустив одно из плеч мастера, он распахнул свой плащ, продемонстрировав окружающим набитую взрывчаткой разгрузку — В случае неадекватного поведения, живым я не дамся.

— Это то, о чем я боюсь думать? — поинтересовался покосившийся на него Макаров.

— Нет мастер. Я ведь не стоял на месте, так что это еще мощнее и страшнее.

Сглотнув, Макаров посмотрел расширенными от ужаса глазами на своего коллегу и старого друга — Боб, сейчас лучше не шутить. Просто поверь мне.

— Идемте. — покосившись на подростка, убрал с лица похотливую улыбку мастер пегасов и махнув рукой, побрел на второй этаж. Расположив гостей в своем кабинете, он уселся за рабочий стол и уставился на Виктора — Ну-с, молодой человек. С чем пожаловали?

— Предлагаю обмен.

— Очень интересно! Что именно могло заинтересовать в моей гильдии столь юное дарование?

— Я слышал, что вы собираете воздушный корабль. — покосился на своего мастера Виктор.

— Есть такое. — после секундного переглядывания с Макаровым, кивнул мастер Боб.

— У меня имеются чертежи и технологии изготовления реактивных двигателей. Интересует?

— Хм. Не буду спрашивать, откуда они могли появиться, но да, интересует. В этой области мы пока что продвинулись не очень далеко.

— Готов обменять на данные по антигравитационной установке. С условием нераспространения информации третьим лицам.

— Хм. — откинувшись на спинку кресла, мастер Боб постучал пальцами по столешнице и через пару минут кивнул — Идет. Что-нибудь еще?

— Да, скажите, а чем это вас так приложило, что вы стали таким? — Виктор покрутил кистью в воздухе, не найдя подходящего слова — Я ведь вижу, что это последствия магического воздействия.

— Умный и наблюдательный. — расплылся в улыбке мастер Боб — Поздравляю, Макаров. У тебя подрастает отличный артефактор.

— Боевой артефактор. — тяжело вздохнул Макаров — Сам создает, сам и использует.

— Даже так? Д-а-а. Это немалая редкость. И как? Успешно?

— Более чем. Скажу лишь одно — Виктора боится даже Гилдарц.

— Однако! — присвистнул хозяин кабинета — В таком случае мне действительно лучше оставить свою игру в стороне. — Став полностью серьезным, мастер Боб очертил пальцем свое лицо — Ты прав, Виктор. Это все результат магического воздействия. Даже очень опытные артефакторы порой делают ошибки.

— А что вы создавали, если не секрет? Просто, не хочется повторять подобных ошибок.

— Ха-ха-ха-ха! Молодец! Учиться надо всегда на чужих ошибках! — рассмеялся мастер пегасов. — А создавал я универсальную косметичку. Как видишь, не совсем удачно. Этот артефакт мне так и не дался и пришлось выводить на рынок множество отдельных.

— А почему вы не вернули себе нормальный вид?

— К сожалению, изменения оказались необратимы. Так что просто пришлось подстроиться под них. Только никому об этом не говори! А то затискаю, милашка!

— Да я вообще могила! Мне еще дорога моя репутация! — мгновенно привел железный аргумент своего молчания Виктор, приняв игру мастера Боба. — Кстати, а тот артефакт у вас еще сохранился?

— Ну да. Лежит где-то в запасниках. А зачем тебе? Хочешь над кем-нибудь подшутить?

— Нет. — потеребив пучок своих волос, он пояснил — Хочу привести свой внешний вид в соответствие с фамилией. Да и сестре, думаю, понравится. А будете так откровенно ржать, мастер, — повернулся он к принявшемуся ухохатываться Макарову — начну подсыпать слабительное во все поступающие в гильдию бочонки с пивом.

— Кхм. Ну, к чему такая жестокость! — мгновенно поперхнулся и закашлялся мастер фей.

— И какая же у тебя фамилия? — поинтересовался похихикивающий над разыгравшимся небольшим представлением мастер Боб.

— Ред.

— Красный, значит. — покивал он. — Что же, за точный результат не ручаюсь, но что-то близкое подобрать будет возможно.

— Отлично. Только предупреждаю сразу, уважаемый мастер Боб. Если получится нечто розовое, мне придется подорвать всю вашу гильдию. Увы, но за совершенные в жизни ошибки я привык спрашивать кровью.

Эльза, не отрываясь, смотрела на вернувшегося из поездки с мастером Виктора и пребывала на седьмом небе от счастья. Темно красная шевелюра и бордовые брови брата поразили ее до глубины души. Раньше она считала себя белой вороной из-за цвета своих волос, который она более не встречала ни у кого, и только заверения Виктора, что это не недостаток, а наоборот достоинство, помогали ей не обращать внимание на заинтересованные взгляды прохожих, которые то и дело провожали ее на заданиях. Все же в самой Магнолии жители уже давно не обращали на подобные мелочи какое-либо внимание.

— Ну как, сестренка, нравится? — усмехнулся Виктор, присев рядом с Эльзой.

0x01 graphic

— Красненький! — протянула она и принялась перебирать волосы названного брата.

— Ага! Правда, я чуть было не стал розововолосым, как наш неугомонный Нацу, но полсотни килограмм готовой к подрыву взрывчатки в центре чужой гильдии могут творить настоящие чудеса. Куда там магии!

— И надолго у тебя сохранится такой цвет? — про косметические артефакты она уже давно знала и даже несколько раз пользовалась ими, но их эффект держался всего пару дней.

— Навсегда. — расплылся в улыбке Виктор — Фирма дает гарантию!

— Навсегда! — радости Эльзы не было предела, так что даже прилетевший неизвестно откуда Нацу, сбивший своим телом тарелку с недоеденным тортиком, оказался незамеченным и смог вовремя смыться, спасаясь от неминуемой расправы. Кто-кто, а он уже не один десяток раз ощутил на своей тушке реальную силу разозленной Эльзы. Всего за год по этому показателю он на голову обставил Грея, выбившись в непревзойденные лидеры.

— А это тебе! — достав из пространственного кармана здоровый сверток, он положил его на стол и раскинул в стороны оберточную ткань.

— Уа! — нахлынувшие на Эльзу эмоции не позволили ей более четко выразить свое восхищение.

— С днем рождения, сестренка! — поверх выполненного на заказ самым именитым во всем королевстве домом моды "Крест Сердца" доспеха легла коробка с великолепным даже на вид тортом.

— Это все мне? — неверяще спросила Эльза.

— Ну, я надеюсь, что хоть одним кусочком торта ты поделишься со своим забывчивым братом. — усмехнулся в ответ Виктор и мгновенно был повален на скамейку после чего досмерти зацелован в щеки. — Ну все! Все! Сдаюсь! Пощады! — К своему стыду он забыл про прошлый день рождения Эльзы, а она в свою очередь не напомнила ему об упущении ни одним словом или жестом. Вспомнил он уже слишком поздно и дабы загладить свою вину, решил подготовиться к следующему как можно лучше. — Извини, пожалуйста, что я забыл поздравить тебя в прошлом году. Понимаю, что никакого прощения мне быть не может, но я все же рассчитываю на твою легендарную снисходительность.

— Прощаю. — солидно кивнула слезшая с брата Эльза и вновь счастливо рассмеялась.

— Фух, прям гора с плеч! — стряхнул со лба несуществующий пот Виктор и кивнул на новый доспех — Может примеришь?

Матовый серебристый доспех тут же исчез и через мгновение материализовался уже на теле Эльзы. Благодаря магии перевооружения ей не требовалось расстегивать и застегивать десятки ремешков и потому помимо того, что процесс протекал меньше чем за секунду, доспехи можно было изготавливать куда более прочные.

— Как родной! — прикрыв глаза, поведала свои ощущения Эльза. — Только вот здесь — она положила ладони на заметно выпирающую грудь — много свободного места.

— Это на вырост. Будешь знать к чему стремиться! — рассмеялся Виктор, глядя на заливающуюся краской сестру.

— В этом деле чем больше, тем лучше! — встрял в разговор подошедший полюбопытствовать вместе с остальными согильдийцами Гилдарц, за что тут же получил с двух сторон. Кана отдавила ему левую ногу, а Виктор ткнул локтем в печень. Взгляды же бросаемые на старого ловеласа гильдийскими девушками грозили прожечь в нем не одно сквозное отверстие.

Веселое пинание Гилдарца, вскоре переросло во всеобщую потасовку, что случалось в гильдии постоянно, так что Эльзе практически сразу удалось опробовать в бою новую экипировку. Более легкий и оснащенный подвижными элементами, сделанный специально под нее новый доспех позволял чувствовать себя столь свободно, что Эльза на радостях чересчур увлеклась и остановилась только когда загнанные в угол Грей с Нацу сидя в обнимку и дрожа, как лист на ветру, начали убеждать ее в своей искренней и вечной дружбе. Зыркнув на них недобрым взглядом и покосившись на неодобрительно покачивающего головой брата, она опустила тренировочный меч, уже занесенный для последнего удара и милостиво позволила двум парням уползти в какой-нибудь темный уголок.

— Тц, тц, тц. И не стыдно тебе маленьких обижать? — покачал головой Виктор, когда не решающаяся посмотреть ему в глаза Эльза подошла поближе.

— Да какие они маленькие! Всего на год младше меня! — пробурчала та в ответ, все также продолжая рассматривать пол.

— Да я не про их физиологический возраст сейчас говорю. — тяжело вздохнул Виктор — Я про то, что у них в голове. Ладно Грей. У него хоть что-то в черепушке имеется и это что-то изредка даже работает. Но Нацу то чистый ребенок. Взбалмошный, приставучий, доставучий и способный прожарить до хрустящей корочки, но ребенок. Ты бы была с ними немного помягче, сестренка. А то вырастут забитыми маменькими сынками, мучайся с ними потом. Так что, пожалуйста, впредь гоняй их, но в меру. Только чтоб не расслаблялись.

— Хорошо! — расплылась в улыбке Эльзя, поняв, что никто не будет запрещать ей одно из любимых занятий.

— Ох, шпаньё! — горестно вздохнул Виктор.

— Ах-ха-ха-ха! Ты прямо как мастер, братец!

— Станешь тут с вами как мастер. — пробурчал Виктор, вызвав очередную волну смеха и неудержимого веселья. А из глаз невысокого старичка, наблюдавшего с перил второго этажа за всем, что творилось в гильдии, скатились слезы счастья — судьба все же смилостивилась над ним и послала того, кто мог бы в будущем заменить его на столь непростом посту.

Не смотря на неоднократные предложения переехать жить в купленный дом, Эльза отказывалась покидать женское общежитие, так что получив последнее железное "нет", Виктор с чистой совестью отстроил недалеко от своего скромного жилища мастерскую и ангар, где принялся притворять в жизнь то, что являлось стандартными предметами обихода в его прошлой жизни, но пока еще не было изобретено здесь. Скооперировавшись с матером Вельдом, они открыли небольшую фирму по изготовлению миксеров, кухонных комбайнов, тостеров и конечно же магокатов. И пусть последние уже пол века как бегали по разбитым дорогам Фиора, творения Виктора на фоне самодвижущихся карет выглядели настоящими произведениями искусства. Впрочем, они и стоили как произведения искусства. Очень старые и очень дорогие произведения. Тем не менее, спрос на подобную продукцию был постоянным. Минимум пять машин в месяц у них готовы были брать, так что дело оставалось лишь за наладкой производства.

Кое что из оборудования удалось достать у поставщиков тех, кто уже давно занимался изготовлением магокатов, но большую часть приходилось выдумывать и собирать с нуля самостоятельно. Начав проект еще в середине 777 года, первую пробную модель своего автомобиля они выкатили из ворот ангара только через год. Больше всего получившееся чудо магической инженерной мысли напоминало "Антилопу Гну" Козлевича и на взгляд Виктора требовало немедленной отправки под пресс, дабы не позорить своим видом создателей, но старик Вельд попросту влюбился в "верх маго-технической мысли" и пригрозил отправить в дезинтегратор любого, кто посмеет покуситься на его детище. Да и стоило признаться, на фоне самобеглых карет и колясок, выглядел и бегал их первенец совсем неплохо. Малость измененный и сильно облагороженный внешне именно этот автомобиль вскоре начал появляться в гаражах сильных мира сего, имевших возможность нанять в качестве водителя хотя бы слабенького мага, а также у зажиточных волшебников. Для всех же кто был попроще, Виктор сконструировал квадроцикл, но поскольку все мощности небольшой фабрики уходили на иные товары, изготовил только предсерийные экземпляры.

Вообще, все, что было связано с магическими артефактами, крутилось исключительно в весьма тесном мирке и большая часть производств имела тип мануфактур, а то и просто отдельных мастеров. На их фоне даже небольшое предприятия Виктора и Вельда смотрелось как огромнейшая промышленная зона, потому, услышав об очередной потребности расширения производства, старый артефактор замахал на своего неразумного компаньона руками и поведал о негласной договоренности всех артефакторов по созданию искусственного дефицита товаров подобного вида. Пока что их товар производился в немалых количествах лишь по той простой причине, что ничего подобного на рынке прежде не предлагалось и необходимо было успеть занять свою нишу, до того как в дело вступят другие артефакторы, но как только рынок достаточно насытится, объемы производства придется сократить в десятки раз, и только после этого высвободившиеся ресурсы можно было бы кидать на новый проект. Поругались они в тот раз знатно, но в конечном итоге Виктор был вынужден все же принять правила игры и магическая замена лошади увидела свет лишь в паре экземпляров, доработанных исключительно для личного пользования.

Полностью разочаровавшись в бизнесе на артефактах и поняв, что это не его, Виктор продал свою долю мастеру Вельду и полностью расплатившись с гильдией, выкупил пустующий участок в пригороде, где решил построить тот дом, в котором ему было бы комфортно жить. И пусть денег на сей раз имелось в достатке, чтобы позволить себе даже особняк в центре города, он предпочел поселиться подальше от любопытных глаз, ведь мастерская и трофеи из запасников темной гильдии переехали вместе с ним. Вопрос же подключения его нового жилища к коммуникациям города упирался лишь в деньги и потому был вполне разрешим. Правда, Эльза и на этот раз отказалась съезжать из общежития.

Тем временем в гильдии потихоньку появлялся новый народ. Кто-то смутно помнился по канону, кого-то Виктор видел в первый раз, но 15 ноября 778 года, в день его пятнадцатилетия, произошла встреча перевернувшая вверх дном весь его устоявшийся мирок.

— Дура бронелобая! — сопровождаемые именно таким криком двери гильдии, выдержавшие за многие годы десятки тысяч отнюдь не слабых пинков, были напрочь сметены вместе с подошедшим к ним Виктором отточенным ударом милой ножки. Виктор и четыре торта, которые он тащил в гильдию на празднование дня рождения, разлетелись в разные стороны, но считавшему в этот момент вылетающие из глаз искры парню было уже все равно. Сознание практически уплыло и с трудом удерживалось в голове лишь силой воли. — Ой! — раздалось откуда-то сверху. — Не бронелобая. — произнес тот же голос, но уже с задумчивыми нотками. — Эй, ты живой вообще?

Двоюродный дед был последним из родственников, и с радостью принял под свое крыло трех осиротевших ребят. В отличие от детей и их погибших родителей он не являлся магом и не мог похвастать особо состоятельной жизнью, потому Миражанна, Эльфман и Лисанна росли на рабочих окраинах столицы, где искусство грамотной работы кулаками требовалось куда больше, нежели хорошее воспитание. Хоть дед и пытался ограждать их от притворного влияния улиц, держать детей все время взаперти было бы неправильно и потому будучи старшей из всей троицы Мире пришлось доказывать среди местного маловозрастного хулиганья право ее семьи на жизнь в этом районе. Полное драк и негатива детство наложилось на предрасположенность девочки к магии демонизации, что привело к появлению на свет одной наглой и не признающей никакие авторитеты оторвы. На фоне своей старшей сестры Эльфман с Лисанной не смотрелись совершенно, потому со временем превратились в придатки везде следовавшие за своим лидером. Для младшей сестры это еще казалось вполне нормальным и потому никаких комплексов от подобного распределения ролей она не испытывала, а вот Эльфман воспринимал все слишком близко к сердцу и постоянно корил себя за трусость и неуверенность в собственных силах, не понимая, что он был попросту слишком добрым от природы.

Когда скончался и приютивший их на четыре года дед, Миражанна взяла в охапку своих младших родственников и на последние сбережения купила билеты в Магнолию. Она уже давно подыскивала магическую гильдию, которая не отказалась бы принять столь непростую личность какой являлась она, и постоянные новости о погромах учиняемых магами Хвоста Феи легли на благодатную почву.

То, что ее знакомство с гильдией началось с драки, Миражанне даже понравилось. Она так и не успела узнать имя этой красноволосой зазнайки, что не позволила ей попробовать даже кусочек выглядевшего так аппетитно и притягательно тортика, но зато успела оценить ее силу, возрадовавшись появлению достойного противника. Правда, радость была недолгой. Она уже почти успела достать противницу прямым в челюсть, когда сознание потухло и наступило приятное забытье. Очнулась Мира в объятиях обеспокоенных сестры и брата с холодным полотенцем на лбу украшенном здоровой шишкой. Не успев возмутиться факту подобного своего непонятного положения, Мира увидела через окно копну красных волос, продвигавшуюся по улице в сторону двери и радостно взревев, ринулась мстить своей обидчице. Удар ногой с разворота вынес дверь вместе с обидчицей на несколько метров на улицу и только победно взвизгнув и утвердив ногу на поверженном противнике, она разглядела, что атаковала не того. Под ногой с окровавленным лицом лежал и не шевелился красноволосый парень.

0x01 graphic

— Что это было? — первым делом поинтересовался Виктор после того как его в пятый раз окатили из ведра холодной водой — более тонкой возможности приведения своих в сознание гильдейские маги не знали, а опыт многочисленных драк показывал, что трех-пяти ведер ледяной воды обычно было достаточно.

— Виктор, ты только не злись и не нервничай. — на правах ближайшего соратника из всех находившихся в гильдии принялся объяснять Грей. — Это новенькая. Она не знала, что это ты, вот и перестаралась немного. Не надо подкладывать ей мину в кровать, дай ей шанс исправиться.

— Новенькая? — переспросил все еще туго соображающий Виктор, у которого перед глазами кружился хоровод из знакомых лиц. — Новенькая — это хорошо. — сказал он и вновь отрубился.

— Эй, ледышка, а чего ты там плел про мины? — не сильно вежливо поинтересовалась Миражанна, пытаясь скрыть за внешней грубостью внутренний страх. Судя по тому, с какой жалостью на нее смотрели все местные маги, напав на этого парня, она совершила очень большую ошибку. Как бы он не оказался родственником мастера, за чьё избиение можно было смело вылететь из гильдии.

— Я не плел. Я констатировал факт. — не обратив никакого внимания на абсолютно непочтительный тон, ответил Грей — Виктор у нас из тех, кто не оставляет своих врагов в живых. Исключения он делает лишь для своих, но и так возможность обнаружить в один прекрасный день в своей кровати мину остается весьма высокой. Вон, видишь дергающего глазом дылду.

— Со шрамом в виде молнии?

— Он самый. — кивнул Грей. — Это Лексус — внук нашего мастера и маг "S"-класса. Однажды он очень сильно рассердил Виктора. Результат ты видишь сама. Даже сейчас он не рискует приближаться к нему.

Посмотрев на не выглядящего кровожадным маньяком и с какой-то стороны даже немного милого паренька, Миражанна нервно сглотнула и осмотрелась по сторонам взглядом загнанного зверька.

— Кто? — не открывая глаз, спросил Виктор.

— Что кто? — уточнил Грей, на всякий случай отодвигаясь подальше.

— Кто это сделал?

— Я. - пискнула Мира, вызвав немалое удивление у своих младших родственников — такой свою старшую сестру они не видели никогда.

— Кто, я? — уточнил Виктор.

— Миражанна Штраус. Новенькая.

— Грей, дай весь расклад. — попросил Виктор.

Покосившись на побледневшую девчонку, Грей тяжело вздохнул и принялся раздеваться.

— Грей, я просил не раздеваться, а дать расклад. — все так же не открывая глаз, произнес Виктор.

Тихо выругавшись и натянув обратно штаны и футболку, ледяной маг еще раз покосился на новенькую и принялся говорить — Миражанна Штраус, 13 лет, старшая в семье, хорошая школа уличного боя, магия перевоплощения, форма пока неизвестна. Как пришла в гильдию, сразу схлестнулась с твоей сестрой из-за куска торта. В бою держалась очень достойно, но как ты сам говорил — "Против лома нет приема.". Эльза вырубила ее ударом в лоб тренировочным мечом, который ты называешь волшебным дрыном.

— Ты забыл упомянуть еще один очень важный фактор, мой отмороженный друг. — проговорил Виктор и открыв глаза, повернулся к стоявшей едва ли не по стойке смирно девушке. — Она чертовски хороша собой.

— А, ну да. — еще раз посмотрев на новенькую, вынужден был признать Грей.

0x01 graphic

— А, ну да. — передразнил его Виктор. — Деревенщина ты, Грей. Разве можно так говорить о прекрасных созданиях? Ты пойми, на одни свои раздевания достойную девушку ты никогда не поймаешь.

— О-о-о! — протянул ухмыляющийся Гилдарц, который и окатывал Виктора водой — Похоже, наш мальчик вырос!

— Новенькая. — не обратив никакого внимания на полную скрытой похабщины интонацию старшего товарища, Виктор улыбнулся Миражанне. — Я выбрал.

— Ч-что? — не понимая, что вообще тут происходит, несколько сжалась Мира, готовясь дать отпор в любой момент.

— Я выбрал тебя.

— Избранная! Избранная! Избранная! — моментально разлетелось по всей гильдии и даже слышавшиеся в задних рядах шепотки мгновенно прекратились.

— Отныне и до скончания времен твоим единственным — сделав драматическую паузу и позволив девчонке самой накрутить себя по поводу чего-то единственного, Виктор улыбнулся и продолжил — прозвищем будет — Дьяволица.

— Дьяволица!

— Ура!

— А мне, Виктор?

— Когда ты назовешь меня?

Многочисленные выкрики начали разноситься по всей гильдии, а поморщившийся Виктор с помощью Грея приподнялся, но тут же присел на ближайшую лавку — тело все еще сильно штормило, да и из похоже сломанного носа кровь хлынула с новой силой.

— Ну ты меня и приложила. — посмотрев на разглядывающую его девушку, покачал Виктор головой. Пусть Мира еще не вошла в тот возраст, когда ни один нормальный мужик не смог бы добровольно оторвать от нее взгляд, неотразимая красота уже хорошо просматривалась за подростковой угловатостью. — Надеюсь, что мне больше не придется попадать под удар твоей прелестной ножки. — усмехнулся он и благодарно кивнул Кане, передавшей ему новый носовой платок взамен того, что уже пропитался кровью насквозь.

— Я это… Нечаянно. Думала, что бью другого. Другую. — не привыкшая оправдываться за содеянное, Мира почему-то не смогла ответить этому парню в своей обычной манере, выработанной на задворках столицы. Откуда-то из глубин памяти всплыли давно забывшиеся хорошие манеры, что родители прививали ей с самого детства. Может, причиной была его реакция на случившееся, которая совершенно не вязалась с полученной ею жизненным опытом. А может взявший верх над разумом страх за своих младших, что могли быть вышвырнуты из гильдии вместе с ней. Или же причина была в чем-то другом, что она так и не могла понять, но явно ощущала на границах своих чувств.

— Другую? — Виктор склонил набок голову. — Тогда это очень хорошо, что удар достался именно мне. Для девушки он мог оказаться чересчур опасным. Надеюсь, что в будущем ты научишься правильно оценивать свои силы, до того как произойдет что-нибудь непоправимое. А пока. Добро пожаловать в семью! У меня сегодня день рождения, так что будем праздновать! Грей, не в службу, а в дружбу, смотайся, пожалуйста, за новыми тортами. — Виктор отстегнул товарищу несколько тысяч драгоценных — А то предыдущие пали жертвой боевой красоты нашей Миры.

— Ты не злишься? — проводив взглядом унесшегося Грея, поинтересовалась подошедшая поближе Мира.

— Вот если бы ты приголубила подобным образом мою сестру, я бы разозлился. Все же сломанный нос ей явно не пришелся бы к лицу. Хотите выяснять отношения, хотите драться друг с другом — ради Бога. Цапайтесь. Но знайте меру. — осмотрев немалую шишку на лбу Миры, он покачал головой — Эльзе я тоже это скажу. — Порывшись в кармане, он достал монетку и протянул ее Мире — На вот, приложи к шишке. Она холодненькая, так что станет легче. Эх, блин, не догадался попросить Грея слегка приморозить нас.

С тех пор как погибли родители, она ни разу не ощутила того чувства заботы, что мог витать только в настоящей семье. Дед Ольд хоть и пытался, но сказывалось полное отсутствие опыта, да и свободного времени у него практически не было — прокормить кроме себя еще три растущих организма можно было только найдя вторую работу. Приложив ко лбу монетку, она почувствовала не только благодатный холод, но и давно забытое душевное тепло, а слегка ироничный, но не надсмехающийся взгляд этого красноволосого парня оказался даже приятен. К тому же он был первый за исключением родителей, кто назвал ее красавицей. Пусть несколько другими словами, но они ей понравились даже больше. Ведь они идеально подходили именно ей, тому, кто был способен приобретать форму демона.

— Ну а тебя как звать, ангелочек? — на время оставив задумавшуюся о чем то Миру, Виктор повернулся к мнущимся поблизости младшим Штраусам. — И я имел в виду не тебя, парень — усмехнулся он в ответ на вытянувшееся лицо Эльфмана.

— Лисанна. — выглянула из-за спины брата полная противоположность Миражанны.

— А меня Виктор Ред. Приятно познакомиться, малышка.

— Хи-хи. Ред. — не смогла сдержать смешок младшая Штраус.

— Ну да. — весело хмыкнул Виктор, потеребив свою шевелюру. — Можно сказать, полное соответствие.

— А вы правда не сердитесь на сестру? — поковыряв пол ножкой, поинтересовалась Лисанна.

— Ого! Такая маленькая, а уже такая вымогательница! — восхитился Виктор, вгоняя Лисанну в краску. — Ну как можно отказать такой очаровашке и не простить ее непоседливую сестру! Теперь я вижу, кто на самом деле самый опасный в вашей дружной семье! — отсмеявшись, он протянул руку третьему Штраусу — Виктор.

— Эльфман. — пожал протянутую руку столь же платиноволосый паренек как и его сестры.

— Да-а-а, парень. Ты настоящий кремень! С такими то сестрами и все еще жив. — уважительно протянул Виктор, вызвав очередную волну смеха собравшихся.

Прибывшие торты и уже расставленные по столам прочие яства, позволили, наконец, закончить с процедурой знакомства и перейти к не менее приятному занятию. Вот только сперва Виктору пришлось уже на подлете к новой сопернице отловить Эльзу и утянуть ее за стол к себе под бок, чтобы постоянно контролировать рвущуюся восстановить справедливость и покарать всех виновных в непрезентабельном виде ее брата красноволосую фурию. Впрочем, за тот же стол подсели все маги Хвоста Феи, которым еще рано было употреблять горячительные напитки и оказавшиеся друг напротив друга Мира с Эльзой обеспечили ребятне несколько незабываемых часов науки тонких подколов и вежливых оскорблений. Правда, в конечном итоге, словесная баталия все же перешла в откровенный мордобой с размазыванием остатков тортов по лицам соперницы, но больше всех огреб полезший разнимать девушек Виктор. Обе, не глядя, отмахнулись от него, не сдерживая силу, и миротворец закономерно впечатался в стену после непродолжительного полета. Что у одной, что у другой в силу присущей им магии рука оказалась очень тяжелой.

0x01 graphic

— Виктор!

— Брат!

Две фурии одновременно подскочили к поднимающемуся по стеночке имениннику, но, не пожелав уступить друг другу дорогу, запутались в ногах и падая, врезались лбами прямо в его лицо.

— Фаталити. — откомментировал Грей двойной добивающий удар и как ни в чем не бывало отправил в рот очередной кусочек торта.

— А вы ему разве не поможете? — едва слышно поинтересовалась Лисанна.

— Он сам выбрал свою судьбу. — пожал плечами ледяной волшебник и покосившись на груду из трех тел, уточнил — Обе судьбы.

— А раз выбрал, зачем мешать человеку? — усмехнулась Кана.

— Ага! Пусть развлекается! — прошамкал набитым ртом Нацу, заставив подавиться и закашляться обоих предыдущих комментаторов. Все же огненный убийца драконов в своем развитии был еще таким ребенком, что зачастую не понимал весь подтекст сказанного.

Со свернутым набок носом и заплывшим левым глазом Виктор был доставлен прямо из-за праздничного стола к Полюшке. Прийти в сознание, чтобы отказаться от подобной помощи он так и не смог и потому, очнувшись, первым делом ущипнул себя, чтобы убедиться, что ему не снится кошмар и только почувствовав в ноге боль, поинтересовался.

— Полюшка, надеюсь, что хоть вы то меня бить не будете? — и пару секунд спустя добавил — Здравствуйте.

— И кто это был на сей раз? — сверля пациента недобрым взглядом, поинтересовалась лекарь. — Темные маги, волшебные твари или твои опасные эксперименты?

— Родня. — расплылся в улыбке Виктор и тут же ойкнул — натянувшаяся кожа отдалась болью во вправленном носу. На недоуменный взгляд Полюшки он пояснил — Сестра и надеюсь, будущая жена. Не поделили немного.

— Вот оно как? — протянула задумавшаяся Полюшка и покосилась на дверь. — Ладно, живи пока. А я пойду, побеседую с кое-кем.

— Вы только, пожалуйста, не очень сильно беседуйте. — изрядно забеспокоился Виктор — Молодые еще, дурные.

— Молодые! — хмыкнула Полюшка и смерила пациента насмешливым взглядом — А сам то!

— А я старый и больной, так что меня надо холить и лелеять. — простонал старческим голосом Виктор и добавил в конце — А не бить метелкой как нашкодившего кота.

— Да кто тебя бьет то!?

— Но ведь собирались! — Виктор многозначительно покосился на удерживаемую Полюшкой боевую метлу.

— Это просто реакция на появление в моем доме безмозглых фей. — мгновенно открестилась от всех обвинения Полюшка.

— Да? — хмыкнул Виктор — Тогда два представителя этого подвида человека ждут вас в соседней комнате, если я ничего не путаю.

— И не жалко тебе их? — немного кровожадно улыбнулась лекарь.

— Ничего, легкая порка не помешает. Умнее будут. Но только легкая!

— Ты сам это сказал. — хмыкнула Полюшка и покинула комнату.

Пройдя в гостиную, она окинула взглядом сидевших в разных креслах и испепеляющих друг друга взглядом девчонок и не говоря ни слова, приложила Миру метлой. От удара ту буквально вмяло в кресло. Не останавливаясь, метелка сделала полукруг и совершила то же действо с Эльзой. Попытавшаяся было прыгнуть из столь неудобного положения Мира оказалась сбита налету и рухнула обратно в кресло, а более опытная в общении с Полюшкой Эльза застыла в кресле, боясь даже вздохнуть.

— А вот теперь поговорим. — удовлетворенно кивнула головой Полюшка, придавив напоследок метелкой пытавшуюся вновь дернуться Миру — Вы чего творите, бестолочи! Чуть такого парня не угробили!

— Как чуть не угробили? — дрожащими губами прошептала перепуганная Эльза.

— А так! Вы хоть представляете себе разницу между сильными и слабыми магами!? И сейчас я не имею в виду магическую силу!

— А есть разница? — пробурчала из своего кресла Мира, недобро поглядывая на все еще зажатую в руке хозяйки дома метлу.

— И где вас Макаров таких неучей только находит. — покачала головой Полюшка и тяжело вздохнув, присела на диван. — Объясняю первый и последний раз. У сильных магов и физическое тело намного более сильное и крепкое. То, что для вас является легким дружеским хлопком по спине, для слабых магов равносильно удару кулаком. Тем более это касается вас, магов предрасположенных именно к боевой магии.

— Но ведь он всегда легко переносил мои удары на тренировках. — попыталась возразить Эльза.

— Он их переносил, потому что заранее накачивал свое тело нейтральной маной, запасы которой у Виктора просто огромны. Но в обычной жизни, когда он не готов к бою, он ничем не отличается от мага уровня "D". Вы же обе уже сейчас тянете на уровень "В", а года через три — четыре при должных тренировках сможете стать магами "S"-класса.

— И как он сейчас? — сказать, что Эльза оказалась взволнованной, значило не сказать ничего.

— Раздроблен нос, трещина в скуле, тяжелейшее сотрясение мозга. Минимум месяц он проведет у меня.

По мере перечисления травм обе девушки все больше выпадали в осадок.

— И последнее. — прервала процесс их обалдевания Полюшка — А вы еще не слишком молоды, чтобы начинать делить парня? — Подумав, что Виктор в свое время оказался прав и смущать людей было не менее весело, чем гонять метлой, Полюшка все же решила не изменять своим привычкам и вымела двух раскалившихся докрасна девиц вон из своего дома.

— Он мой брат! — прокричала в захлопнувшуюся дверь Эльза, тем не менее, продолжая оставаться лицом одним цветом со своей шевелюрой.

— Точно? — с подозрением покосилась на нее не менее краснолицая Мира.

— Точнее не бывает. — подтвердил вышедший из-за ближайшего дерева Виктор. С наложенной на нос тугой фиксирующей повязкой, он малость гундел, но не узнать его было невозможно. Подойдя к Эльзе, он приобнял ее одной рукой за плечи и направился по единственной лесной дорожке к городу, прихватив по пути другой рукой Миру.

— А? Как? — с удивлением покосилась на него Эльза — Полюшка ведь сказала… -

— Она дала вам знать, что могло со мной произойти, не накачивай я свое тело нейтральной маной на постоянной основе. Все же оставаться беззаботным и расслабленным простачком с ребятами из нашей гильдии в принципе невозможно. Что не день, то либо кружка, либо бутылка так и норовит прилететь в голову. Вам то ладно, у вас головы и так чугунные. — постучал он по одной огненно-красной и одной платиновой макушке, получив в ответ два несильных удара локтями — А вот мне, бедному-несчастному, приходится всегда быть настороже. Надеюсь, мои дорогие, этот урок пойдет вам на пользу и впредь вы будете рассчитывать силу удара в зависимости от того, кого вы бьете.

— А Нацу с Греем? — поинтересовалась Эльза.

— О! Этих дуралеев можешь лупасить в полную силу. — рассмеялся Виктор. — У них головы — это сплошная кость, а потому ломаться и сотрясаться в них нечему. Да и заслуживают они зачастую хорошей трепки.

— А я?

— И ты тоже, Мира, можешь их бить. — усмехнулся Виктор. — Но только за дело! Те, кто бьет своих друзей и соратников просто так, потому что им вдруг захотелось кого-то ударить, у нас точно не задержатся. Подобным личностям прямая дорога в темные гильдии, а с темными у нас разговор короткий. — под конец фразы голос Виктора стал настолько безжизненным и холодным, что Мира поежилась, будто ее обдало ледяным ветром. Потихоньку она начинала понимать, почему такого слабого мага, каким являлся Виктор, называли в гильдии "жутким типом".

Очередные ученики у него появились уже через три дня. Успевшая еще пару раз отхватить от Эльзы Миражанна вытрясла из согильдийцев, где та навострилась так махать кулаками и с немалым удивлением узнав, что всю мелюзгу в деле развития навыков мордобоя гоняет Виктор, не только сама заявилась на очередной урок, но и притащила брата с сестрой. Сперва она не поверила своим глазам. Тот, кого они с Эльзой совершенно случайно едва не отправили на месяц в больничную койку, в одиночку играючи раскидывал кидающихся на него со всех сторон пятерых молодых магов, каждый из которых был куда сильнее его. Вот только здесь и сейчас она смогла убедиться, что магическая сила была далеко не всем. Нацу с Греем хоть и не использовали дистанционных атак, то и дело покрывали свои руки или ноги обжигающим пламенем и не менее обжигающим льдом, но ни один из подобных ударов ни разу не попал по Виктору. Тот даже не выставлял блоки, а уходя с линии атак, проводил короткие и молниеносные контратаки в не покрытые стихиями конечности и части тела противников, отправляя тех на землю или в непродолжительный полет. Каким образом кажущиеся слабыми удары, а то и простые чирки достигали результатов неслабых плюх, она так и не смогла понять. Но это завораживало. Это была не привычная уличная драка. Это был настоящий танец. По своему красивый и грациозный танец, в котором танцор лишь обходил встающие на его пути препятствия. Вот, буквально налетевший на неизвестно откуда взявшийся кулак Нацу, выпучив глаза, осел на землю не в силах сделать вдох, не прошло и секунды, как заходивший сбоку Грей пролетел вперед — туда, куда он наносил удар, а придавшая ему ускорения нога Виктора уже впечаталась в нагрудник Эльзы, отчего у последней обе ноги оторвались от земли и та рухнула грудью на траву. Действовавшие в паре Кана с Альзаком также не смогли провести результативную атаку и спасаясь, были вынуждены поспешно отступить. Причем Альзак заметно кривился и растирал явно отбитую правую руку.

— Закончили! — рявкнул Виктор и подойдя к сестре, прихватил ее за шкирку и поднял на ноги одним рывком — То, что вас сбили с ног, вовсе не значит, что нужно валяться на земле и ждать пока противник добьет вас! Сколько еще раз мне придется повторять, что бой — это не уличная драка! В бою вы не отделаетесь синяками и выбитыми зубами! — Приведя таким же образом в вертикальное положение Нацу, он продолжил разбор полетов — Грей, Нацу, прекратите, наконец, друг другу мешать и начните помогать! Не важно кто нанесет самый первый или самый сильный удар! Важно только одно — ваше выживание! Эльза, то что на тебе надета броня, вовсе не значит, что ты стала неуязвимой! Тебе могут повстречаться такие противники, для которых твой доспех не большая преграда, чем листок бумаги. А кто-то, как я сейчас, тоже может нанести удар не по броне, а за нее. Да, это трудно. Да, это мало кто умеет. Но такие люди существуют и я тому прямое доказательство. Альзак, Кана, удар нужно наносить, а не обозначать его нанесение. Зря я что ли позволяю вам мутузить себя изо дня в день!? Вы должны научиться не сдерживаться в бою!

— Кто кого мутузит — это спорный вопрос. — усмехнулся Грей — Что-то за все то время, что ты нас гоняешь, я ни разу не видел тебя лежащим на земле.

— И не увидишь, если будешь продолжать действовать в том же духе! Так! Разбились по парам и отрабатываем прямые удары. Наносим по сто ударов и меняемся. Эльза со мной.

— Брат, у нас гости. — Эльза кивнула в сторону появившихся Штраусов.

— Полагаю, в нашем полку прибыло. — усмехнулся Виктор.

Кипучей энергии и желания стать сильнее у Миражанны было хоть отбавляй, а вот усидчивость и терпение ее добродетелями явно не являлись. Неугомонной Дьяволице хотелось получить все и сразу, но едва ли не ежедневная попытка проверить свои силы заканчивалась валянием на земле под нотации прохаживающегося вокруг ее тела Виктора. Месяц понадобился ей, чтобы осознать временную неспособность справиться с их учителем и тогда она переключилась на Эльзу. Там ситуация оказалась чуть лучше — нотации после проигрыша ей не читали.

Вообще эта семейка красноволосых превратилась для нее в некий раздражитель, который не позволял пройти спокойно мимо кого-либо из них. Она даже сама не понимала почему так происходит, но день прожитый без подначки то одного, то другого начинал восприниматься как напрасно потерянный. И в те редкие недели, когда оба красноволосика исчезали из гильдии на выполнение заданий, все остальные маги начинали лезть на стены от непоседливой милой девчушки, сладить с которой не было никакой возможности. Мелкие пакости и подколы наряду с острым язычком создавали столь дикий коктейль невыносимости существования, что даже самые ленивые из фей срывали с доски заказов какое-нибудь из заданий, лишь бы на время свалить куда подальше. Но в этот раз все было намного хуже — Виктор утащил на какое-то задание всех своих учеников кроме Штраусов. И сказать, что это взбесило Миру, значило не сказать ничего!

0x01 graphic

Чихнув и потерев горящее левое ухо Виктор покосился на всех, кого он взял в этот раз на охоту, и убедившись, что кто-то вспоминает не его одного, едва заметно ухмыльнулся, представляя себе шипящую как кошка Миру. Какие только способы и психологические приемы он не использовал, чтобы хоть немного приструнить эту чертовку и не дать ей безмерно загордиться собой, чтобы избежать в будущем трагедии с Лисанной, но ничего не помогало. В результате пришлось придумывать сильно растянутую во времени и многоходовую операцию. И этот поход всей командой за исключением Штраусов был только первым шагом. Впрочем, Виктор легко сопрягал свою основную задачу с зарабатыванием средств и тренировкой молодняка на реальном противнике. По одиночке каждый из них уже легко мог справиться с любой магической тварью, что водились в их краях, но поскольку основными их противниками вскоре должны были стать темные маги, пришла пора натаскивать их именно на ком-то подобном.

Сперва он подыскивал какую-нибудь мелкую и откровенно слабую темную гильдию, но весьма удачно свалившееся на голову задание по уничтожению объявившегося в небольшом поселке лича оказалось даже лучше. Лич и так уже являлся мертвым и потому можно было не стараться брать его, как того предписывали правила захвата темных магов. Подобного противника дозволялось уничтожить и молодым волшебникам пришло время показать чего они стоят.

— Значит так, команда. Что нам известно про личей и кладбища? — обратился Виктор к сгрудившимся вокруг него товарищам. Получив в ответ взгляды полные недоумения, он тяжело вздохнул — Неужели никто не удосужился посидеть в библиотеке и ознакомиться с информацией о существе, с которым нам придется сражаться? Я же специально дал вам два дня на подготовку в выходу! Ладно эти бестолочи, но ты, Альзак! Ты же охотник!

— Эй!

— И вовсе я не бестолочь!

Мгновенно надулись обе девчонки, а Грей с Нацу просто принялись рассматривать небо, будто оно было самым прекрасным произведением искусства.

— Понимаешь, Виктор. — почесал затылок Альзак — Я узнал, что против личей лучше всего использовать световые и огненные пули. На этом и успокоился.

— Ну хоть что-то. — вздохнул Виктор и покосился на остальных. — Значит так, безалаберные бестолочи, слушайте внимательно и наматывайте информацию на ту единственную извилину, что имеется в ваших головах. Лич — это восставший из мертвых маг практиковавший при жизни магию тьмы или некромантию. Демонологи тоже могут восстать, но их это касается в куда меньшей степени. Как уже правильно отметил Альзак, против них следует применять магию света и огня. Прочую, в принципе, тоже можно, но эффект будет мизерным. Однако, побывавший за гранью и вернувшийся обратно маг, превратившись в лича, не только стал в разы сильнее, но и получил возможность на время призывать в этот мир сущности нижних уровней бытия. По простому говоря — тени и духи. Эти нематериальные сущности могут вселяться в мертвые тела и восставать из могил в качестве скелетов и зомби. Особо сильные, найдя подходящее тело, восстают в виде умертвий и упырей. Кто-нибудь может мне ответить, каким образом можно справиться с названными мною тварями? — послушав тишину, он устало потер пальцами глаза. — Вы хоть понимаете, что все игры закончились, когда вы начали позиционировать себя как достаточно взрослых, чтобы браться за подобного рода задания!? Это вам не тупое зверье по лесам и горам гонять! Любой из разумных противников всегда может оказаться сильнее, хитрее, предусмотрительнее или просто-напросто умнее вас. И к этому всегда надо быть готовым! Никогда! Слышите!? Никогда не недооценивайте своего противника!

— Брат, мы все поняли. — пробурчала Эльза — И обещаем, что впредь подобного не повторится.

— Конечно не повторится! Как только вернемся в гильдию, вы у меня в библиотеке жить будете, пока не сдадите мне экзамен по всем типам тварей и способам борьбы с ними! Но это после. А сейчас превратились в один сплошной слух и внемлем мне. Грей, на тебе будут все скелеты и зомби — они не очень быстрые, но сильные и совершенно не чувствуют боли. Твоя задача — обездвиживать их, намертво вмораживая в землю. Если противников окажется слишком много — действуй более ювелирно и замораживай им коленные и локтевые суставы, чтобы они при всем желании не смогли бы сдвинутся с места. Нацу, ты у нас будешь добивать всех, кого остановит Грей. Огонь — лучшее средство против нежити. Так что не жалей сил, превращая их в прах и пепел. Кана, в этой операции ты будешь нашим главным оружием. Твоя магия света губительна как для низшей, так и для высшей нежити. Поэтому будешь бить по упырям и умертвиям.

— А я думал, что у Каны магия завязана на карты? — посмотрев на нее с немалым удивлением, произнес Нацу.

— Карты — ее основная магия, а свет — второстепенная. Впрочем, благодаря хорошей наследственности, ее второстепенная сила на порядок превосходит основную силу многих наших друзей и знакомых. — пояснил Виктор.

— А у меня какая второстепенная сила!? — мгновенно отреагировал не подозревавший о подобном Нацу.

— Ты всеяден. — усмехнулся Виктор, вспомнив как Нацу в будущем примется поглощать лакриму Райской башни. Впрочем, кроме него никто эту информацию всерьез не воспринял и потому выразили свое мнение исключительно тихими смешками, зная как любит поесть их огненный убийца драконов. — Посмеялись!? Теперь продолжим. Я и Альзак — будем отстреливать одиночек или тех, кто сможет прорваться через заклинания нашей ударной тройки. Также я буду координировать ваши действия. Надеюсь, никто не посмеет в бою усомниться в моих командах и не выполнить их максимально быстро и точно. — обведя ничего хорошего не предвещающим взглядом сглотнувших фей, поинтересовался Виктор. — Все мы пока что слишком слабы, чтобы справляться с подобными противниками в одиночку, и потому наша единственная возможность выполнить задание без потерь состоит в слаженной командной работе.

— А я, брат? Что делать мне?

— А ты, Эльза, будешь нашей последней линией обороны. Те, кто умудрится прорваться через заклинания и пули, должны закончить свою нежизнь на твоих клинках. Только запомни. Никаких колющих ударов. Руби им головы и конечности, а потом отходи в сторону, чтобы Нацу сжег оставшееся. Все равно сталью нежить убить невозможно. Только задержать и обездвижить. И самое главное — не увлекайся. Не позволяй противнику выманить себя из боевого порядка. Сама низшая нежить — весьма тупые создания, но вот их кукловод, видя, что не может справиться с нашей группой, непременно предпримет попытку разделить нас всех и перебить поодиночке. Так что держитесь своих товарищей. Это касается всех. А теперь смотрите внимательно, как именно мы будем передвигаться и действовать…

По всей видимости выдавший заказ поселок оказался построен неподалеку от древнего некрополя или опять же древнего поля битвы, поскольку количество низшей нечисти начавшей лезть из-под земли зашкаливало все разумные пределы. Сперва счет шел на десятки, и продвижение их группы было вполне спокойным. Грей морозил, Нацу кидался файерболами, а Виктор с Альзаком изредка постреливали, экономя весьма недешевые патроны.

Когда счет уже обращенных в пепел врагов перевалил за три сотни, Виктор приказал прекратить наступление и начать медленный отход. Попытавшийся было что-то вякнуть Нацу, мгновенно огреб смачную затрещину от Эльзы и замолкнув на полуслове, начал отступать вместе со всеми.

По всей видимости, наблюдавший за ними лич хотел заманить пришедших по его душу магов в окружение и раздавить их одновременной атакой своих слуг со всех сторон. Это уже почти удалось, когда уверенно продвигавшаяся вперед команда замерла, а после начала медленно откатываться назад. В одно мгновение из-под земли начали выбираться несколько сотен зомби, мумий и скелетов. Лич все же решился кинуть на молодых магов большую часть сидевших в засаде сил. Если уж на полноценное окружение можно было уже не рассчитывать, судя по тому как, сметая все на своем пути, группа магов устремилась в узкий проход, то шанс взять их в клещи и вымотать постоянными атаками оставался весьма неплохой.

0x01 graphic

Чтобы пробить себе брешь из сжимающегося кольца, Грей с Нацу перешли на работу по площадям, сжигая и заковывая в лед по десятку врагов за раз. Кана тоже перешла от точечных ударов на выплеск магии света широким фронтом. Убить это нежить не могло, но вот серьезно дезориентировать получалось, так что вместо выполнения команды своего повелителя она начинала бестолку слоняться туда-сюда, мешаясь под ногами у накатывающих сил. Виктор уже давно убравший за спину свою винтовку достал из пространственного кармана изготовленный недавно пистолет-пулемет и внутренне рыдая над столь расточительным расходом боеприпасов, принялся поливать нежить длинными очередями.

0x01 graphic

Лишь добравшись до заранее подготовленной оборонительной позиции, Виктор позволил себе вздохнуть спокойно. Кинув взгляд назад, он простонал от осознания того во сколько ему встанет это обучение своих балбесов настоящему бою и нажал на кнопку активации минного поля. Полсотни огненных фугасов и три десятка световых мин за пару секунд упокоили еще не менее трех сотен шедших плотным строем мертвецов, дав вымотавшимся магам короткую передышку. Кинув свой автомат Альзаку вместе с еще пятью забитыми световыми патронами дисками, Виктор извлек из внутреннего кармана станковый крупнокалиберный пулемет и найдя среди вывалившихся коробов с патронами те, что были снаряжены зажигательными и световыми пулями, принялся споро заряжать свою самую смертоносную машинку из тех, что удалось собрать на местной маго-технической базе.

0x01 graphic

— О-о-о! — благоговейно затрепетал Альзак, уставившись на замерший на треноге ствол. Он знал, что Виктор тратил все свободное время на конструирование нового оружия, но никак не мог предположить увидеть нечто подобное. По сравнению с этим даже покоящийся в его руках пистолет-пулемет, который он держал всего третий раз в жизни, выглядел сущей игрушкой.

— А сейчас, мелюзга, смотрите, почему ни в коем случае нельзя недооценивать слабеньких и беззащитных артефакторов. — припав к прикладу, Виктор поймал в прицел приближающегося противника и выжал спусковой крючок.

Приказав себе не думать о том сколько стоят патроны, он принялся водить плюющимся огнем стволом из стороны в сторону, буквально выкашивая ряды наступающей нежити. Спустя три минуты времени и пять сотен 15-мм патронов от войска лича осталась лишь перемолотая в фарш, но все еще шевелящаяся масса.

— Господа и дамы, ваша очередь. — Виктор махнул рукой в сторону врага, которого осталось только добить и позволил себе ненадолго расслабиться, наблюдая, за тем как немногие уцелевшие противники начали опадать на землю кучками пепла или полностью замороженные замирать на месте в ожидании своей участи. — Кана, Эльза, ну не дуйтесь так. Насколько я могу видеть, к нам со всех ног или что там у них, спешат именно ваши противники. Видите расплывающиеся тени, что парят над землей или мелькают среди все еще недобитых скелетов? Это к нам в гости пожаловали упыри и умертвия. Эльза, напяливай свой доспех ветра и кромсай на куски рвущихся к нам упырей. Кана, умертвия на тебе. Эти твари полуматериальные-полудуховные, да еще и летают, так что железом с ними особо не повоюешь.

— Ура! — синхронно взвизгнули обе заскучавшие девушки и ринулись вперед.

— Альзак, прикрываешь Кану. — быстро отдал приказ уже кинувшийся вслед за Эльзой Виктор. Обе они видимо позабыли, что приказ, от своих не отдаляться, никто не отменял и уже со всех ног неслись к заваленному пеплом и все еще шевелящимися конечностями полю. Особенно сильно в этом деле преуспела ускорившаяся в несколько раз Эльза.

Достав из кармана второй и последний пистолет-пулемет, Виктор принялся садить длинными очередями по курсу движения размытых теней, отсекая их от уже задорно рубящей кого-то Эльзы. Двое упырей сгорели во вспышках магии света, схлопотав с десяток пуль каждый, остальные же предпочли не рваться бездумно вперед, а сперва разобраться с ним. Еще двоих Виктору удалось уложить на подходе, добив барабанный магазин до железки, и когда уже предвкушающим легкую победу упырям оставалось до него с десяток метров, артефактор гаденько улыбнулся и скинув с себя плащ, нажал кнопку активации закрепленных на теле световых гранат.

На мгновение превратившись в сверхновую звезду, Виктор выжиг в радиусе полусотни метров всю нежить, но и сам полностью потерял ориентацию в пространстве. Все же одновременный подрыв трех десятков гранат под завязку накаченных магией света оказался немалым испытанием не только для немертвых. Вспышка оказалась столь яркой, что свет спокойно проник сквозь закрытые веки. Не менее пяти минут ушло на то, чтобы расходящиеся круги разной степени желтизны сменились более привычной картинкой до боли знакомых лиц, склонившихся над лежащим на земле телом.

— Как враг? — нейтрально поинтересовался Виктор, выцепив взглядом Альзака.

— Полностью уничтожен. Кроме пепла тут ничего не осталось.

— Как ничего!? А трофеи!? Я же видел у некоторых из зомби и скелетов в руках отличные клинки и копья! Если уж они сохранились, пролежав столько времени под землей, то материал явно не простой!

— Вот теперь я уверена, что с Виктором все в порядке. — усмехнулась Кана, — Кто о чем, а Виктор о трофеях.

— В порядке, в порядке. — подтвердил Виктор. — Но отнюдь не вашими стараниями. Кто вам разрешал покинуть строй? Какого черта вы забыли в самой гуще недобитых масс противника?

— Ну, ты же приказ отдал. — понимая, что их ждет, попыталась соскочить со скользкой дорожки Эльза.

— А дослушать приказ? А голову свою включить в конце концов!? Значит так, дорогие мои. То, что не доходит через голову, дойдет через пятую точку. Как вернемся домой, обоим всыплю по первое число. И никакие милые мордашки меня не разжалобят! — обвинительно ткнул он пальцем в личико Каны, попытавшейся уже сейчас начать давить на жалость.

— Злюка. — фыркнула та в ответ и сложив руки на груди, демонстративно отвернулась в сторону.

— Так что нам делать сейчас? Искать трофеи или идти бить лича? — поинтересовался Грей.

— Сейчас? — переспросил Виктор. — Сейчас нам надо взять руки в ноги и валить отсюда впереди собственного визга. Разведку боем мы провели, теперь пусть кто посильнее сюда идет выкорчевывать из логова этого лича.

— Но ведь мы взяли задание! — мгновенно вскинулся Нацу.

— Да. Но мы брали обычное задание на обычного лича. Этот же смог поднять армию в тысячу мертвых! Чуешь разницу!? Мы только-только вошли в пределы его владений, а уже полностью исчерпали свои силы! Для нас двигаться дальше — чистое самоубийство. Нет, конечно, кто-то из нас сможет уцелеть в будущей мясорубке, но неужели ради выполнения задания ты будешь готов хоронить своих друзей? Научись, наконец, включать голову, Нацу, и расставлять приоритеты. А теперь помогите мне подняться и давайте сваливать отсюда, пока хозяин этих мест не пришел к нам сам. Причем не один, а с компанией.

— Что, и даже трофеи не возьмем? — малость обиженно покосилась на брата Эльза.

— Не в этот раз, сестренка. — тяжело вздохнул Виктор. — У самого сердце кровью обливается оставлять здесь все это добро, но для меня жизнь любого из вас бесценна. Поэтому, доставим информацию мастеру, и пусть он дальше пробивает это задание как задачу "S"-класса.

Помимо обучению командной работе и предоставления возможности провести бой на грани возможностей, Виктор решил, что и урок невыполнения задания будет отнюдь не лишним для некоторых горячих голов. Именно поэтому он упросил Гилдарца позволить им поучаствовать на первом этапе его нового задания. Уничтожение этого лича и его армии изначально проходило под классом сложности "S", но имея в прикрытии Гилдарца, который всегда находился буквально в двух шагах скрытый маскировочным плащом Виктора, можно было не бояться за жизнь и здоровье притащенного сюда молодняка. В случае реальной опасности старший товарищ мог бы распылить на атомы всю эту свору нежити за какие-то секунды.

Если бы Виктор знал, какой его ожидает по возвращении в гильдию скандал, наверное, предпочел бы задержаться на миссии и прогуляться вместе с Гилдарцом до лича. Стоило ему появиться, как схваченный друзьями и товарищами он был доставлен полностью связанный к ногам очень недобро поглядывающей на него Миражанны и с дружным гиканьем кинут прямо в пасть изголодавшемуся льву. Точнее львице. Очень злой, изобретательной и жаждущей крови львице.

— Предатели! — только и смог выкрикнуть Виктор в спины поспешно ретирующихся согильдийцев. — Здравствуй, Мира! Не правда ли сегодня прекрасный день! Я смотрю, ты собралась что-то готовить? — покосился он на зажатые в руке девушки тесаки.

0x01 graphic

— Здравствуй, Виктор. — едва ли не промурлыкала расплывшаяся в улыбке маньяка Мира. — Ты знаешь, первые два дня я тебя хотела просто убить за то, что ты бросил меня здесь, в то время как всех остальных взял с собой. Потом я хотела убить тебя непросто. Хотела смотреть, как ты будешь мучиться и извиваться, умоляя меня о пощаде. Но в конечном итоге решила, что смерть для тебя — это слишком простой выход. — потрогав лезвие ножа на предмет его остроты, девушка замахнулась рукой и резко опустила тесак вниз, перерубив мясо, жилы и кость. Поморщившись от брызнувшей на лицо крови, она, тем не менее, еще несколько раз повторила действие, пока не осталась довольна конечным результатом. — Не зная, что именно такого для тебя придумать, я обратилась за советом к Полюшке. — Увидев как вздрогнул и начал активно бледнеть ее пленник, Мира аж зажмурила глаза в предвкушении будущего удовольствия. — И ты знаешь, что она мне поведала!? У тебя, мой дорогой учитель, оказывается очень нежное обоняние и вкусовые рецепторы, так что любая съедобная гадость для тебя в сотни раз хуже чем для кого бы то ни было. А мне всегда говорили, что девушка должна уметь готовить, вот только как-то руки никогда до учебы не доходили. Но после вашего ухода на миссию все так совпало, что у меня появилось и время и желание. Разве что с добровольцами готовыми пробовать мои кулинарные шедевры не очень хорошо вышло. Слишком быстро они закончились. Но ты ведь крепкий, Виктор. Ты ведь быстро не закончишься? — проведя пальчиком по его щеке, промурлыкала донельзя довольная Мира и вернулась к разделке свиных ребрышек.

— По-мо-ги-те! — заорал Виктор, поняв насколько сильно подставила его Полюшка. — Спа-си-те! — Он хотел выкрикнуть еще что-нибудь, но в открытый рот мгновенно было воткнуто нечто холодное, склизкое и жутко острое, отчего на глазах мгновенно выступили слезы.

— Ну как тебе котлетка? Извини, подогреть не успела, уж очень ты выглядел голодным. Но не переживай, за все дни вашего отсутствия мне удалось приготовить много всего. Так что накормлю до отвала.

— Мира, а может не надо? — прожевав и с немалым трудом проглотив адскую котлету, решил начать мирные переговоры Виктор. — Все же опыты на людях запрещены международной конвенцией и преследуются по закону. Я бы не хотел, чтобы тебя такую молодую и красивую отправили в тюрьму.

— Ты за меня переживаешь!? — сложив руки в молитвенном жесте, проворковала Мира — Как приятно! — Вернув на лицо свою маньячную улыбку, она приблизилась к Виктору и начала шептать ему на ухо, — Но ты забываешь одну немаловажную вещь. Ты ведь не человек, Виктор. Ты сволочь и мерзавец! А на таких нормы международного права не распространяются! — закончив уже оглушающим криком, она впихнула в его рот ложку с тушеными овощами, вкус которых заставил Виктора позеленеть.

Спустя семь смен блюд Виктор был вынужден признать всю правоту древних китайцев, у которых существовало немало изощренных пыток основанных на закармливании пленника. Мира вовсе не преувеличивала, говоря, что у нее выдалось немало свободного времени, поскольку, не смотря на уже полностью забитый живот, количество выставленных перед ним блюд, казалось, нисколько не уменьшилось. С одной стороны, стряпня Миры была откровенно гадостной, и вид заставленных тарелками столов просто-напросто ужасал. С другой стороны, Виктор увидел, насколько сильно старалась девушка — все же приготовить столько блюд было делом не одного дня, и обижать ее еще и отказом есть всю эту гадость совершенно не хотелось.

— Мира, спасибо, что накормила. — ласково улыбнулся он опешившей от подобного поворота девушке. — Извини, не могу сказать, что у тебя все вышло удачно, но сам факт того, что все это было приготовлено исключительно для меня, греет мне душу. Еще никто и никогда не делал для меня ничего подобного. Так что ты у меня первая. — Поняв всю бесперспективность разжаловать не на шутку обидевшуюся Дьяволицу, Виктор перешел к новой тактике, решив засмущать Миру. — Если у тебя и впредь найдется свободное время, я бы с удовольствием подучил тебя готовке. Что скажешь? Позволишь дать тебе пару частных уроков? — Понаблюдав, как медленно краснота заливает ее личико, поднимаясь от подбородка до кончиков ушей, он решил нанести добивающий удар — У меня дома как раз имеется небольшая, но уютная кухонька, так что никто нам не сможет помешать! Возьмем бутылочку вина и… — договорить он не сумел, поскольку выроненная девушкой тарелка упала всем своим содержимым прямо Виктору на лицо, а сама уже бордовая, как тлеющий уголек, Мира пулей вылетела из кухни гильдии.

— И все-таки ты действительно жуткий тип, Виктор. — покачала головой вышедшая из-за буфета Полюшка. — Будучи связанным по рукам и ногам заставить отступить своего истязателя — это талант! Все же Миражанна еще слишком молода и наивна, чтобы противостоять таким прохвостам как ты.

— Развяжете? — с немалым подозрением косясь на зажатую в руке лекаря метлу, поинтересовался Виктор. — Или бить будете?

— А есть за что? — поинтересовалась присевшая напротив него Полюшка.

— Ну, был бы человек, а за что его бить всегда найдется. Не это ли ваша философия?

— Вот значит как ты меня себе представляешь? — зло прищурилась лекарь.

— Это не я вас так себе представляю! Это вы себя так позиционируете!

— Хм. Лежишь передо мной связанный по рукам и ногам да еще дерзишь. Никак у тебя дал сбой твой легендарный инстинкт самосохранения?

— Ни в коем случае! Просто чем быстрее вы меня побьете, тем быстрее развяжете и у меня появится шанс не умереть от пищевого отравления.

— Ну зачем ты так наговариваешь на стряпню Миры. — покачала головой Полюшка. — Девочка действительно сильно старалась.

— Не сомневаюсь. Но одним старанием в этом деле никак не обойтись. Да вы сами попробуйте! Вон, тарелочка с ленивыми голубцами у вас под рукой стоит!

Подозрительно покосившись сперва на Виктора, затем на предложенное блюдо, Полюшка достала из-под плаща местный аналог лакмусовой бумажки и с немалым удивлением уставилась на то, как зажатая в пальцах палочка вместо того чтобы сменить цвет, начала активно съеживаться как под воздействием сильнейшей кислоты.

— Из чего же она это сделала!? — воскликнула лекарь, отбрасывая в сторону практически полностью скукожившийся пробник и отодвигаясь подальше от тарелки. — И ты это съел!?

— В меня это впихнули! И как вы сами можете понять, я бы сейчас с удовольствием посетил уборную и избавился от всех этих яств, пока они не избавили этот мир от меня!

Подскочившая Полюшка мгновенно срезала с Виктора веревки и протянула ему бутылек.

— Выпей это немедленно и лети в уборную. А я пока приготовлю лекарства. — проводив взглядом буквально испарившегося парня, она лишь тяжело вздохнула, — Н-да, сама вечно ворчал на этих дурных фей, и теперь сама чуть такой же не стала. — Собрав набор требуемых бальзамов и микстур, она поспешила вслед за Виктором, одним своим видом разгоняя встречающихся на пути магов.

И все же от госпитализации Виктору отвертеться не удалось. Перепутанные Мирой сладкий и жгучий перцы, не говоря уже о десятках других пряностей, едва не закончились для него язвой желудка и лишь своевременное медицинское вмешательство помогло сохранить организм в относительной целости. Но две недели он все же провел на ставшей уже почти родной кушетке в доме Полюшки, питаясь исключительно лечебными бальзамами и микстурами. Все эти дни к нему рвались все без исключения феи хоть как-то приложившие руку к столь изощренной пытке, но всем и каждому следовал один и тот же ответ — "С предателями не общаюсь!". Сказать, что после таких заявлений в гильдии началась паника, значило не сказать ничего. Народ в скором темпе собирал вещички и брал пусть даже убыточные, но длительные задания. Каждый из заговорщиков никак не желал оказаться тем, на кого падет вся тяжесть мести одного излишне изобретательного артефактора и ближайшие месяцы планировал переждать где-нибудь подальше от Магнолии, чтобы дать Виктору время хоть немного остыть. Лишь главная виновница его очередного больничного не предпринимала никаких попыток улизнуть от ответственности и каждое утро приходила к лесному домику, чтобы просидеть весь день под дверью в надежде получить дозволение повидаться с Виктором. Вовсе не такого она хотела, готовясь к своей маленькой мести, за то, что он не взял ее на общее задание. За то, что посчитал слишком слабой. Она даже позволила Эльзе спокойно влепить себе пощечину, причем далеко не одну. В любой другой ситуации она непременно кинулась бы в драку с красноволоской, но в данной ситуации Мира осознала всю тяжесть своей вины и лишь попросила в ответ на пощечины позволить ей поговорить с Виктором. Эльза тогда не ответила ничего, вот и сидела она дни напролет под дверью, изредка роняя на деревянное крыльцо слезы.

— И не жалко тебе ее? — посмотрев в очередной раз в окно, поинтересовалась у своего пациента Полюшка.

— Жалко. Очень жалко. — тяжело вздохнул Виктор, с трудом впихивая в себя очередную порцию осточертевшего травяного настоя. — Но лучше я дам ей этот урок, чем его преподнесет жизнь. Чем быстрее она научится сопоставлять свои действия с возможными последствиями, тем лучше для нее.

— А ты жестокий учитель, Виктор. — хмыкнула Полюшка.

— Уж какой есть. — пожал тот плечами и принялся поудобнее устраиваться в кровати. — Полюшка? — позвал он лекаря, закутавшись в одеяло с головой.

— Что?

— Дайте ей, пожалуйста, что-нибудь поесть, а то судя по внешнему виду, последние пару дней она забывала о существовании завтрака, обеда и ужина.

— Хорошо. — едва заметно улыбнулась хозяйка дома.

Кинув взгляд на поникшую девушку, Полюшка даже не стала привычно бить ее метлой.

— Идем, Виктор просил покормить тебя. — коротко бросила она Мире и скрылась за дверью.

Ждать гостью долго не пришлось. Непривычно тихая и скромная Миражанна уместилась за столом в гостиной и звучно сглотнула, увидев выставленную для нее еду.

— Он меня ненавидит, да? — едва слышно спросила она, не смея прикасаться к еде.

— Нет. Я знаю, каким бывает Виктор, когда он кого-нибудь ненавидит. Так что могу утверждать, что ненависти к тебе он не испытывает.

— Тогда почему он не хочет меня видеть? Почему он не позволяет навестить себя? Я же хочу извиниться! Я ведь даже не подозревала, что приготовленная мною еда окажется настолько ядовитой! Да, я хотела немного отомстить ему. Но ведь не так!

— И он это понимает, Мира. — усмехнулась Полюшка. — Виктор на удивление умный и рассудительный молодой человек. Просто ему надо время, чтобы остыть, а заодно придумать для тебя соответствующее наказание. Такой уж он человек, что не сможет оставить произошедшее без адекватного ответа. Увидев же тебя такой всей из себя раскаивающейся, он опасается, что дрогнет и не сможет отомстить. А это для него настоящая трагедия. Ты ведь не в курсе их с Эльзой истории?

— Нет. — помотала головой Мира.

— Раз они тебе не рассказывали, то и я не буду. Скажу лишь одно, Виктор стал таким, какой он есть лишь благодаря стремлению отомстить. Месть стала для него путеводной звездой в жизни. Именно поэтому его так опасаются все маги гильдии. Были среди них немногочисленные дурачки, что пытались задеть кажущегося таким слабым артефактора. Теперь все, кто умудрился так сглупить, стараются вообще не попадать на глаза Виктору.

— Как Лексус?

— Именно. Он один из наиболее показательных примеров изощренности Виктора в плане мести.

— А если я позволю ему отомстить так, как он только пожелает, вы позволите навестить его?

— Нет, не позволю. — сказала, как отрезала, Полюшка. — Но если ты сейчас съешь все, что я выставила на стол, то сможешь посидеть с ним с полчасика, пока он спит. И не торопись так! А то подавишься!

Смолотив все за пять минут, Мира требовательно уставилась на Полюшку. Неодобрительно покачав головой на столь скоростное сметание со стола всего съестного, лекарь, тем не менее, не стала отказываться от своих слов и наказав не шуметь, проводила девушку к своему единственному пациенту. Стоявшая в его комнате темнота, не помешала посетительнице разглядеть насколько сильно осунулось лицо Виктора. Его и так нельзя было назвать упитанным, а сейчас натянувшаяся кожа впалых щек четко обозначила скулы.

Тихонечко присев на стоявший у кровати табурет, Мира смахнула выступившие на глазах слезы и поправила слегка сбившееся одеяло. Больше ничего она сделать не могла и потому просто сидела и смотрела на мерно посапывающего Виктора. Раньше она никогда не уделяла ему столь пристального внимания и потому с удивлением обнаружила, что лицо ее друга несло немало следов отнюдь не спокойного детства. Едва заметный шрам начинавшийся на лбу проходил по левой брови и заканчивался чуть ниже глаза. Такие же шрамы вскоре обнаружились на левой же скуле и правой щеке. А левая кисть, которую Виктор постоянно скрывал под тонкой кожаной перчаткой, вообще оказалась одним сплошным давно зажившим ожогом. Позабыв обо всем на свете и полностью поддавшись своему любопытству, она оттянула край одеяла и преодолевая нахлынувшее смущение, принялась изучать видимую часть груди и живота парня. Помимо весьма привлекательного телосложения там обнаружились три небольших шрамика и фигурный ожог в виде молнии, по всей видимости прошедшей по касательной. Дальнейшее изучение тела оказалось прервано едва слышным покашливанием раздавшимся за спиной.

— И что это сейчас было? — пристально уставилась на Миру хозяйка дома, стоило им покинуть комнату Виктора.

— Ну, я поправила одеяло…А потом заметила шрамик и еще один…Вот…А потом решила посмотреть есть ли еше…Полюшка, а откуда у него столько шрамов?

— Одеяло она, видите ли, поправила. — недовольно пробурчала Полюшка. — Я тебе что разрешила!? Просто посидеть рядышком! А ты!? Всё! Больше не пущу! И можешь мне не лить тут слезы! Не поможет! — с превеликим удовольствием она опустила свою метелку на серебристую шевелюру и в три удара вымела Миру из своего дома. Лишь через три дня она вновь позволила ей навестить спящего Виктора, предварительно накормив заметно осунувшуюся девушку.

На торжественную процедуру выписки явились только Эльза и Кана, притащив на буксире едва не сбежавшую в последний момент Миру. Все остальные были на заданиях, зарабатывая себе на пропитание, потому лучшего момента для свершения своей маленькой мести Виктор даже не смог придумать.

— Ага! Явились! И как я вижу, все трое! Замечательно! — расплывшись в гаденькой улыбке, он потер в предвкушении руки. — В силу некоторых обстоятельств мне пришлось сдвинуть процесс вашего перевоспитания на целых две недели, но вы же не думаете, что я мог позабыть о чем-либо подобном!

— О чем это ты? — прикинувшись простушкой, предприняла попытку соскочить Кана.

— О том самом, дорогие мои. Невыполнение приказа командира в условиях ведения боевых действий карается по всей строгости законов военного времени. Надеюсь, мне всему такому ослабшему не придется бегать за вами по всему лесу, чтобы привести приговор в исполнение?

— Брат, а может ты сперва наберешься сил?

— Вот, Кана, учись, как надо начинать подлизываться к своего будущему истязателю! Не строить из себя ничего не понимающую дурочку, а подходить издалека, склоняя в процессе диалога своего собеседника к мысли насколько он не прав.

— А это поможет? — решила уточнить Кана.

— Со мной, нет! — сказал, как отрезал, Виктор. — Но сам факт подобной попытки не может меня не радовать! Растешь, сестренка! Ну что же, не будем терять время! Кто первый? — Видя, что добровольцы не спешат сделать шаг вперед, Виктор решил описать, что случится с отказниками — Значит так, дорогие мои девушки. Или вы сейчас с высоко поднятой головой и в тайне ото всех принимаете заслуженное наказание, или я потом переловлю вас по одной, обмажу медом и изваляю в перьях, после чего вывешу перед входом в гильдию. Кана, ты у нас тут осталась единственная без прозвища. Как тебе такое — "Чудо в перьях"!? Звучит!?

— Ты…ты…ты так не поступишь! — представив себе картинку во всех подробностях, предприняла попытку ретироваться Кана, но вырваться из крепкого захвата Эльзы у нее не вышло.

— А Мира? — решила уточнить Эльза, поскольку Дьяволица не участвовала в бою с нежитью.

— Она понесет такое же наказание за покушение на убийство вашего командира.

— Я согласна быть первой. — все еще не решаясь посмотреть Виктору в глаза, едва слышно вызвалась Миражанна.

— Замечательно! В таком случае, прошу в мой офис! — уже расстегивая ремень на штанах, он указал рукой на небольшой пенек. Присев на пенек, он похлопал по своим коленям — Ложись, дитя неразумное. Будем вбивать тебе мудрость предков через то место, которым ты думала.

Недобро покосившись на висевший в руке Виктора ремень, Мира поджала губы, но не проронив ни слова, легла грудью на его колени, подставив пятую точку под удары карающего ремня правосудия. Спустя тридцать ударов красная как сверху так и снизу Мира была отпущена, и запыхавшийся Виктор воззрился в немом вопросе на оставшуюся пару.

— Но ведь это же не педагогично! — предприняла последнюю попытку отмазаться Кана, косясь на едва сдерживающую слезы и потирающую свою попу Миру.

— Зато дешево, надежно и практично! — отмахнулся от последнего аргумента девушки Виктор, — А теперь иди сюда, моя дорогая, будешь следующей.

Выписав под одобрительную улыбку Полюшки по три десятка ударов двум оставшимся залетчицам, Виктор с удовольствием вдохнул ароматный лесной воздух и окинув взглядом три насупившиеся милые мордашки, от души расхохотался.

— Вы бы себя видели со стороны! Вот умора! Был бы художником, непременно написал бы картину!

— Брат, надеюсь, ты понимаешь, что если хоть кто-нибудь узнает об этом, наша месть не будет знать границ?

— Да! — притопнув ножкой, поддакнула Кана.

— А если утечка произойдет не от меня?" Виктор демонстративно покосился на Полюшку.

— Тогда…

— Что тогда!? — сверкнув глазами и крутанув своей метелкой, недобро поинтересовалась лекарь.

— Ничего! — мгновенно пискнула Кана, спрятавшись за спинами подруг.

— То-то же! — удовлетворенно кивнула Полюшка.

Глава 7. Миропроходимец

Почти три беззаботных года не отмеченных особыми происшествиями кроме появления в гильдии одного чрезмерно языкастого синего летающего кота и получения ранга "S" его девочками, позволили Виктору с головой уйти в чудесный мир артефакторики. Все же грядущие события требовали изрядной подготовки, и на подземных уровнях его мастерской рождалось оружие должное помочь ему пройти все испытания с высоко поднятой головой. Естественно, исследования и разработки требовали немалых капиталовложений, но сейфы и запасники темных гильдий с лихвой восполняли потребности, как в материалах, так и наличных деньгах. Со временем он стал отличным специалистом не только по сбору трав, но и по выслеживанию и ликвидации темных. Естественно, убивал он очень редко — всего пятерых за столь длительное время, при том, что количество уничтоженных им темных гильдий равнялось уже девяти. Вообще, после наработки своей тактики диверсионных действий и получения в руки все новых смертоносных игрушек, он мог бы обойтись без трупов, но каждый из уничтоженной пятерки одним фактом своего существования вызывал у Виктора одно сплошное негодование и не смотря на молчаливое порицание мастера, время от времени он спроваживал на тот свет возомнивших себя вершителями судеб магов.

Уставший, но довольный он привычным пинком открыл дверь гильдии, вернувшись с потрошения очередной темной гильдии, но вместо не прекращающегося безудержного веселья и гама, обеденный зал встретил его угрюмой тишиной и тихим всхлипыванием.

— Кто!? — выронив из рук рюкзак, он посмотрел на отводивших глаза друзей, пока не остановился на мертвенно бледной, перебинтованной и заплаканной Мире. Сидевший рядом с ней и обнимавший сестру Эльфман выглядел немногим лучше. — Кто? — прохрипел Виктор предательски дрогнувшим голосом.

0x01 graphic

— Лисанна. — отозвался со стороны Грей.

— Как!? Где!? — он помнил этот эпизод и потому заранее готовил как Миру так и Лисанну к возможному противостоянию. Благодаря немалым усилиям, Мира стала все же более осторожной, хоть и осталась такой же взбалмошной девчонкой. А Лисанна была практически с ног до головы увешана замаскированными под заколки, браслеты и брошки защитными артефактами. Но как оказалось, у Судьбы были свои планы.

— Это все я виновата. — едва слышно прошептала смотревшая прямо перед собой и не видевшая ничего Мира. — Это только моя вина.

Растолкав окруживших Миру магов, он присел прямо перед ней и попытался растормошить, но та не реагировала ни на чего. Лишь пятерка хлестких и звонких пощечин позволили вернуть в ее глаза отблески разума. Зыркнув зверем на неодобрительно загудевших друзей и знакомых, он подхватил девушку на руки.

— Мастер, я займу ваш кабинет?

— Что ты задумал, Виктор?

— Да или нет, мастер?

— Он открыт. — Проводив взглядом поднимающегося на второй этаж парня, мастер прошептал себе под нос, — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Потому что я не знаю, что вообще можно поделать в такой ситуации.

Влетев в кабинет и сбив ногой с небольшого дивана немалую стопку документов, Виктор уложил на него Миру и взяв ее руки в свои, посмотрел ей в глаза — Рассказывай. Все. В малейших деталях.

Часто прерываемый ревом и истериками рассказ занял от силы пол часа, но полученной информации вполне хватило чтобы понять — канон рулит. Лисанна не погибла, а испарилась прямо на руках у Миры, будучи затянутой Анимой в параллельный мир. Вот только единственным человеком, который об этом доподлинно знал, был он. Настало время, когда пришлось выбирать между сохранением одной из своих главных тайн и душевным спокойствием той, кто была ему не безразлична.

— Она жива, Мира. — наконец решился Виктор после минуты молчания. — Лисанна не умерла.

— Ч-что?

— То, что ты видела — это был перенос. Лисанна перенеслась в параллельный мир.

— Но к-как? Как это возможно?

— Ты извини, я все еще многого не знаю. Но то, что мне известно — расскажу. В нашем мире имеется магическая аномалия искусственного происхождения. Она называется Анима. Эта аномалия вытягивает магическую энергию нашего мира и передает ее в мир называемый Эдолас. По всей видимости, сила демона и применяемых тобой заклинаний привлекла проходящую мимо аномалию и она затянула в себя всю доступную магию в том районе. После полученной травмы Лисанна оказалась слишком слаба, чтобы сопротивляться воздействию Анимы и провалилась в Эдолас. Извини, у меня имеется слишком мало достоверной информации по этой аномалии, но в одном я могу тебе поклясться своей жизнью — Лисанна жива.

— Тогда нам…Нам надо бежать! Она там! Одна! Ранена! — Мира попыталась вскочить с дивана, но легшие сверху руки Виктора не позволили ей даже дернуться.

— Ты мне веришь, Мира?

— Пусти! — она вновь попыталась рвануться, но тот, кто был значительно слабей ее, даже не шелохнулся, намертво фиксируя девушку на диване.

— Ты мне веришь? — повторил свой вопрос Виктор, глядя в глаза убитой горем Миры.

— Да. — выдохнула она после десятка бесплотных попыток разорвать захват Виктора.

— Тогда ты отпустишь на поиски меня одного.

— ЧТО!?

— Так надо, Мира. Просто поверь.

— Да как ты можешь такое предлагать!? — перекинувшаяся в форму демоницы девушка попыталась отбросить куда подальше преграду стоявшую между ней и ее сестрой, но к своему немалому удивлению обнаружила, что лишь развалила диван, но так и осталась на месте, не смотря на силу дьявола.

— Долго мне еще терять время на твои уговоры? — холодно поинтересовался изменившийся Виктор — руки покрылись короткой бордовой шерсткой, на пальцах выступили солидных размеров когти, лоб обзавелся украшением из двух недлинных рожек, а из-за плеча показался увенчанный шипом кончик хвоста. — Ты сама воруешь время у своей сестры, Мира. Ты так жаждешь погубить ее?

— НЕТ!

— В таком случае, не мешай мне.

— Кто тут кому мешает!? Это ты держишь меня!

— А ты знаешь, где искать? — удивился Виктор.

— Ты сам только что сказал, что она в Эдоласе!

— А ты знаешь, как туда попасть!? Ты знаешь как отыскать и потом открыть Аниму!? Ты знаешь, где именно в Эдоласе она оказалась!? Если да, то прошу поделиться со мной этой информацией.

— …

— Не знаешь!? — вопросительно вздернул бровь Виктор. — Вот и я не знаю. Пока. — Посмотрев в глаза Мире, он продолжил, — У меня осталось мало чертовских сил, так что я сейчас отпущу тебя. Обещай, что не будешь делать глупостей.

— Обещаю. — посверлив собеседника полным ненависти взглядом и безрезультатно дернувшись еще пару раз, наконец, сдалась Дьяволица.

— Спасибо. — преобразившийся обратно в человека, Виктор привалился к письменному столу и принялся глубоко дышать — после выжигания сил перемещения в пространстве ему было очень тяжело перекидываться в форму черта, а уж физических сил подобное преобразование требовало вагон и маленькую тележку. — Сейчас я заскочу домой, возьму все, что сможет мне помочь в поисках и не вернусь, пока не обнаружу Лисанну. Я не знаю, сколько времени это у меня займет — день, неделю, месяц, годы, но я обещаю вернуть тебе сестру живой и здоровой. Ты мне веришь? — он устало посмотрел на лежавшую в груде поломанной древесины и разодранной ткани девушку.

— Верю, — обессилено выдохнула Мира, едва сдерживаясь, чтобы вновь не разрыдаться.

— Спасибо. — едва заметно улыбнулся Виктор и поднявшись на ноги, подошел к девушке. Опустившись у нее на колени, он склонился и прошептал ей на ухо, — Я люблю тебя, Мира. — после чего слегка поцеловал ее в ушко и быстро поднявшись, вышел из кабинета.

— Дурак. — спрятав заплаканное лицо в ладони, прошептала вслед скрывшейся за дверью спине Мира. — Какой же ты дурак, Виктор.

Спустившийся в зал Виктор подошел к поникшему Эльфману и вздернув его за шкирятник, развернул в сторону лестницы на второй этаж — Ты нужен сестре, Эльфман. — Придав тому ускорения, он добавил — Позаботься о ней. Пришла пора взрослеть и становиться настоящим мужиком.

— Что ты творишь, Виктор!? — едва не налетела на него с кулаками Кана, но была вовремя перехвачена Греем.

— Мастер, мне придется уйти на некоторое время. — не обратив на попытку нападения никакого внимания, повернулся к Макарову Виктор — Вы уж присмотрите тут за всеми в мое отсутствие.

— Помощь нужна? — осведомился кивнувший мастер.

— Мне нужен Мистган. Как и где я смогу его найти?

— Держи. — достав из-за пазухи небольшой палантир, мастер протянул его Виктору. — Как пользоваться, полагаю, знаешь.

— Да. И еще, мастер, передайте Эльзе, что я не мог не уйти. И пусть не держит зла.

— Эльза — девочка умная. Она поймет. — вновь кивнул мастер. — Береги себя.

— Вы тоже, мастер. — улыбнулся Виктор и махнув всем на прощание рукой, поспешил в свою берлогу. Канон каноном, а от случайностей никто не мог быть убережен и потому ждать несколько лет до начала разборок с Эдоласом он не решился.

Консультации Полюшки и Мистгана позволили понять в общих чертах, с чем ему придется столкнуться в новом мире. К сожалению, большая часть экипировки не годилась к переносу через Аниму, и потому почти месяц пришлось потратить на покрытие всех магических элементов димагетиком — составом изготовленным Виктором еще пару лет назад из камня изолирующего всякую магию. Распылить его так же как и все остальные материалы — посредством привлечения к работе Гилдарца, по понятным причинам не представлялось возможным, и потому Виктор этот материал в свое время чуть ли не в ступке толок. Все это время он вынужденно скрывался ото всех на нижних уровнях своей мастерской, дабы не попасть под горячую руку не на шутку разбушевавшейся Эльзы, что с одного пинка открыла защищенную магическим барьером дверь его дома или не дай Бог, позволить Мире понять, что он все еще никуда не ушел. Подобного удара едва успокоившаяся девушка могла не выдержать.

Параллельно подготовке Виктора к предстоящему путешествию, Мистган отслеживал перемещение Анимы, чтобы в нужный момент предоставить точные координаты. Откуда Виктор узнал о его реальном происхождении, он так и не понял, но в обмен на сохранение своей тайны согласился сотрудничать. Тем более это не было ему в тягость.

— Это она? — стоя на краю обрыва, Виктор кивнул в сторону едва заметного облака искривляющего вокруг себя пространство.

— Да, Виктор, — кивнул Мистган. — Судя по всему, скоро стоит ожидать открытия. Ты точно уверен в том, что собираешься сделать?

— Ты хочешь спросить, не псих ли я? — усмехнулся Виктор. — Еще пару лет назад я лупил ремнем по пятым точкам двух волшебниц "S"-класса, если они начинали заниматься дурью на тренировках. Так как по твоему? Я псих или просто уверен в своих силах?

— По-моему псих, — осмотрев Виктора с головы до ног, констатировал Мистган. — Но псих сильный. У тебя все получится. — кивнул он и вновь воззрился на Аниму. — Готовься, Виктор. Осталось не более минуты.

— Всегда готов! — вскинул тот руку в пионерском приветствии и принялся закреплять себя на летающем крыле с реактивной тягой. Затрофеиные много лет назад двигатели, наконец, пригодились.

— Она открывается!

— Понял! — двинув рычаг газа до упора, он крикнул напоследок — Поехали! — и соскользнувшая по салазкам конструкция устремилась вниз, но подхваченная набегающим потомком воздуха и подталкиваемая реактивной струей вскоре взмыла в небо, держа курс на разверзшийся магический водоворот.

0x01 graphic

Протектирование питавших двигатели кристаллов оказалось вовсе не лишним — стоило приблизиться к аномалии, как та мгновенно досуха выпила несколько небольших лакрим, которые Виктор укрепил на пленере в качестве пробников. Причем его собственная сила тоже начала мгновенно утекать из тела, и лишь огромный объем и большая скорость полета позволили проскочить в Эдолас хотя бы с минимумом сил. Но вот метки с руки слизало подчистую.

Увернувшись от возникшего прямо по курсу летающего острова и распугав стайку летающих рыб, он разглядел ближайшую полянку и поспешил пойти на посадку — силы утекали с такой скоростью, что минут через пять он уже должен был полностью опустошить свои запасы. А ведь еще требовалось достать из пространственного кармана запрятанные в него запасы лакрим, намертво запаянных в димагическую оболочку. Эти кристаллы должны были стать его неприкосновенным запасом на черный день.

Уйдя свечкой вверх над самой поляной, он вырубил двигатели, и как только сила гравитации потянула его вниз, дернул за кольцо, раскрывая парашют. Система проверенная не одним испытанием не подвела, и на сей раз лишь близкое магическое истощение портило впечатление от полета. Стоило ногам коснуться земли, как он тут же напряг остаток сил и разом вывалил на поляну все, что хранилось в кармане. Долгие годы постоянного хомячества не прошли даром и к восемнадцати годам карман растянулся до размеров мага ранга "C". Конечно, по сравнению с Эльзой результат выглядел откровенно жалким, та уже сейчас могла запихать себе в карман десять тонн обычного груза или артефакты суммарной мощностью в двести тысяч магических единиц, но для него это было настоящим чудом. Появившийся на поляне квадроцикл был весьма споро нагружен разобранным летающим крылом и коробками с хранящимися в них "батарейками".

Следуя одной из заповедей истинного диверсанта, он постарался как можно раньше покинуть место своего приземления и позволил себе свалиться в обморок лишь через час. Тело не привыкшее обходиться без магической силы мгновенно потяжелело в несколько раз, а глаза сами пытались закрыться, дабы дать отдых вымотавшемуся организму. Нечто подобное можно было чувствовать по выходу на берег, после нескольких часов проведенных в воде, но в несравненно меньших объемах. Лишь тот факт, что двигать ему приходилось одними руками, позволил Виктору продержаться столь длительное время в седле излюбленного средства передвижения.

Пробуждение оказалось не из приятных — все тело ломило, как при сильной простуде, а мозги соглашались шевелиться лишь с отчетливо слышимым хрустом крошащихся шестеренок. Лишь на третий день своего движения в произвольно выбранном направлении, он смог акклиматизироваться к местным условиям и перестал представлять из себя разваливающегося от древности старика.

Мало что зная и помня об Эдоласе, первые два месяца после выхода к людям, он занимался лишь сбором информации, выдавая себя за простого путешественника. В отличие от Земли, Эдолас оказался однополярным миром — то есть на всю планету имелось лишь одно гигантское государство, если не считать Вышляндию — парящие острова, на которых проживали иксиды.

Естественно, деньги здесь ходили совершенно другие, но золото и драгоценные камни ценились столь же сильно, так что ни с финансами, ни с продовольствием никаких проблем не возникло. А немалые познания в артефакторике, позволили ему на равных общаться с многочисленными местными мастерами-артефакторами. Магия в этом мире все же имелась, но применять ее было возможно исключительно посредством артефактов, которые заряжались от магической цепи как от линии электропередач. Причем, как Виктор смог лично убедиться, разобрав с десяток недорогих устройств — кристаллы лакримы в них также покрывались защитным слоем димагнетика, малейшее повреждение которого приводило к постепенному разрушению кристалла. И данный факт оказал значительное влияние на саму школу артефакторики данного мира, ведь записывать программы непосредственно на кристалл было практически невозможно — разве что в полностью изолированном и защищенном помещении. Это приводило к значительному уменьшению магической мощности артефактов и небольшому промежутку времени их работы до очередной подзарядки, но в свою очередь подтолкнуло технический прогресс и можно было утверждать, что развитие того же сталелитейного дела здесь находилось на уровне начала двадцатого века его родного мира. То же касалось химической промышленности и механики.

Совершенно не представляя себе как можно найти в целом мире небольшое и вечно кочующее здание последней волшебной гильдии Эдоласа, он решил не изобретать велосипед, а просто сесть на хвост тем, кто и так постоянно охотился на фей. Возможностей у всепланетарного государства было явно больше чем у одного единственного человека и потому, прикупив себе домик на окраине столицы, он принялся изготавливать артефакты, что на голову превосходили поделки местных мастеров, вобрав в себя все лучшее от технологий Земли и Эдоласа. Поскольку самостоятельно заявляться в отряды занимающиеся охотой на магов с просьбой принятия на службу виделось совсем неразумно, Виктор постарался сделать так, чтобы они сами пригласили его. Начав с простеньких кухонных приборов, он вскоре перешел на оружие и примерно через пол года проживания в столице стал весьма известным в узких кругах специалистом. Клинки его работы при всех прочих равных наголову превосходили аналоги коллег по цеху, а поскольку основными заказчиками выступали местные дворяне, вскоре слухи о новом гениальном артефакторе достигли дворца.

— Это ты Виктор? — появившаяся в один прекрасный день в его мастерской темная копия его сестры, заставила молодого человека внутренне возликовать. Кинув хмурый взгляд на посмевшего обратиться к нему, мягко говоря, не вежливо — для всех своих клиентов он уже давно стал "уважаемым мастером Виктором", он внимательно осмотрел посетительницу и вернувшись обратно к прерванной работе, поинтересовался — Чем могу быть полезен юной леди? — Едва успев одернуть руки от очередной заготовки, он воззрился на обрушившееся на его стол копье, что легко могло отрубить ему, как минимум, правую кисть, не прояви он должной прыти.

— Еще раз обратишься ко мне "юная леди" и до вечера точно не доживешь. — процедила красноволосая девушка. — Меня зовут Эльза Найтволкер. Капитан королевской армии. Командир 2-го отряда по борьбе с темными магами. Для тебя — капитан Найтволкер.

Мгновенно подскочив со своего стула, Виктор согнулся в поклоне и быстро-быстро затороторил, — Прошу простить меня, недостойного. Я поселился в столице совсем недавно и большей частью не покидаю свою мастерскую, потому не имею чести знать господ капитанов нашей доблестной армии. Даже в своих самых сокровенных мечтах я не мог предположить, что когда-нибудь мою скромную обитель почтит своим визитом сама капитан Найтволкер. — подумав, что изобразил раболепие вполне искренне, Виктор позволил себе чуть приподнять голову и покоситься на стоявшую перед ним посетительницу.

— Хорошо, артефактор. На первый раз ты будешь прощен. Но впредь озаботься изучением портретов людей, которых следует знать в лицо.

— Всенепременно, госпожа капитан.

— До меня дошли слухи, что ты хороший оружейник. — вопросительно выгнула бровь Эльза.

— Лично я могу судить о своих скромных возможностях исключительно по отзывам клиентов, госпожа капитан. Если же имеют место быть подобные слухи, я могу лишь уповать, что они действительно правдивы.

— Я видела один из твоих огненных мечей. Он действительно неплох. Но что ты сможешь сказать об этом? — все еще покоившееся на его столе копье мгновенно сжалось до размеров коротенькой трости и через секунду превратилось в протазан.

— Хм. Магия пространственного кармана и перевооружения. Весьма занятно. Будет ли мне позволено узнать, сколько всего видов может принимать данное оружие?

— Пять видов.

— Неплохо, неплохо. — покивал он головой, внимательно разглядывая широкое лезвие. — И что же госпожа капитан ожидает от меня?

— Улучшить сможешь?

— Прежде чем ответить на ваш вопрос, я должен увидеть, на что оно способно. В бою. — усмехнулся Виктор и под удивленный взор Эльзы указал на дверь ведущую на задний двор. — Оружие можно сделать красивым, оружие можно сделать устрашающим, но для настоящего воина оружие должно быть только и исключительно эффективным. Вы так не считаете, госпожа капитан?

Двигалась Эльза грамотно. Уходы, уколы, неожиданные рубящие удары — это был настоящий танец смерти. Очень завораживающий и очень грустный — ведь через несколько лет с ней должна была скрестить клинки его Эльза, а она все еще слишком сильно полагалась на магию, используя возможности тела далеко не на все сто процентов. Сделав себе зарубку на память непременно исправить этот недостаток по возвращению домой, он нацепил свои излюбленные наручи и вошел в круг.

— Что? — уставилась на него даже не запыхавшаяся за пол часа демонстрации своих возможностей капитан Найтволкер.

— Демонстрация закончилась, — улыбнулся Виктор. — Пришла пора проверки в деле.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — едва не согнулась от приступа неудержимого смеха Эльза. — Ты хочешь драться со мной!? Неужели ты так сильно торопишься умереть!?

— Ни в коем случае! И потому рассчитываю на вашу снисходительность. Но проверить ваши навыки в бою я обязан. Все же мне предстоит делать не дворцовую игрушку.

— Даже так? — кровожадно улыбнулась Эльза и даже облизала губы в предвкушении. — Что же, артефактор, ты сам этого хотел.

На дальней и средней дистанции командир 2-го отряда действительно оказалась выше всяких похвал — даже древний церемониальный артефакт, чем, по сути, являлось ее многофункциональное копье, был в ее руках невероятно смертоносной игрушкой. Было видно, что за годы она хорошо изучила все сильные и слабые стороны своего оружия, и пользовалась ими на полную. Но также было заметно, что оружие не лежало в ее руке, а стоило Виктору выйти на короткую дистанцию, как бой прекратился, поскольку хозяйка и ее копье разлетелись в разные стороны — все же за плечами у Виктора имелось больше лет занятий рукопашным боем, причем отнюдь не спортивным и даже не армейским, чем Эльзе исполнилось с рождения.

— ТЫ! — мгновенно вскочившая на ноги, буквально прорычала Эльза, испепеляя своего противника взглядом полным ненависти.

— Вы злитесь на меня или на себя, госпожа капитан? — мило поинтересовался Виктор в ответ.

— ЕЩЕ РАЗ!

— Как вам будет угодно, — слегка поклонился Виктор.

Игра в кошки-мышки продолжалась более часа, пока взмокший Виктор не поднял руки, признавая свое поражение. Все же его подготовка куда больше подходила именно диверсантам. А им затяжные бои были полностью противопоказаны. Вот только международный жест не был принят не на шутку разошедшейся Эльзой и пропустивший подсечку Виктор оказался прижат к земле.

— Кто ты!? — отбросив в сторону свое копье, Эльза выхватила из ножен кинжал и прижала его к горлу своего противника. — Отвечай, артефактор!

— Вы сами ответили на свой вопрос, госпожа капитан, — скосив глаза на рукоять кинжала, ответил Виктор. — Я — артефактор.

— Ты такой же артефактор, как я министрель! — фыркнула Эльза и надавив на кинжал, пустила несговорчивому парню кровь.

— Так вы умеете отлично петь!? — обрадовался Виктор. — Хотелось бы когда-нибудь послушать!

— Нет, петь я не умею, — надавив еще немного на кинжал, хищно облизнулась Эльза. — Но умею заставлять петь других. Отвечай, кто ты.

— Меня зовут Виктор Ред. Я — артефактор.

— Еще один миллиметр и я перережу тебе сонную артерию, артефактор.

— Тогда вас арестуют и посадят в тюрьму за предумышленное убийство, госпожа капитан.

— Не посадят. Я скажу, что это была самозащита.

— Хм. В таком случае мы с вами оказались в патовой ситуации. Мне больше нечего поведать о себе.

— Где ты научился так драться? Еще никому не удавалось победить меня с того дня, как я стала капитаном.

— А, по-моему, это вы победили, — вновь покосился на кинжал Виктор.

— Не заговаривай мне зубы! Отвечай! Немедленно!

— О-хо-хо. — тяжело вздохнул прижатый к земле парень и одним легким движением выкрутил запястье удерживавшей кинжал руки, так что кисть разжалась, и клинок упал на землю. — До чего же настырные нынче пошли господа капитаны. — с тяжелым вздохом пробурчал он, столь же легко скидывая с себя сидевшую на груди девушку — все же она была куда легче тех профессиональных борцов, с которыми еще в прошлой жизни он отрабатывал техники уходов из захватов.

0x01 graphic

— Как? — только и смогла спросить оказавшаяся на спине Эльза.

Не обращая на ошарашенную девушку никакого внимания, Виктор подошел к валяющемуся на земле копью и подняв его, принялся разглядывать древко — Я буду прав, если предположу, что это древний церемониальный артефакт?

— Да. — выдавила из себя раздавленная морально и физически командир 2-го отряда.

— Я так и думал, — кивнул Виктор. — Слишком он вычурный. С таким можно было показаться в тронном зале при полном параде, но никак не идти в бой. Мои поздравления, госпожа капитан. Вы смогли мне продемонстрировать все, на что только было способно это оружие и даже больше. Полагаю, теперь я могу себе представить, что именно сделать для вас.

— Ты возьмешься доработать копье? — нейтрально поинтересовалась подошедшая к нему девушка.

— Ни в коем случае! К этой древней вещице я даже не притронусь! Но вот изготовить нечто новое я возьмусь.

— Полагаешь, что сможешь сделать нечто подобное?

— Да. Полагаю. Но предупреждаю сразу, цену я запрошу немалую. Работа предстоит тонкая и кропотливая. А сколько будет испорчено материала я даже и загадывать не хочу!

— Ты так уверен в своих силах, артефактор?

— Пока не попробуешь, не узнаешь, — улыбнулся Виктор, протягивая копье владелице. — Не изволите ли привести себя в порядок и выпить кружечку душистого чая?

— Хм, — осмотрев себя и поморщившись от слишком неподобающего внешнего вида, Эльза была вынуждена признать необходимость скорейшего посещения ванной комнаты — Пожалуй.

— В таком случае, ванная в вашем полном распоряжении. На втором этаже, первая дверь слева от лестницы. Чистые полотенца лежат в шкафчике. А я пока озабочусь чаем.

В противовес мастерской, где тут и там был навален всякий хлам, обломки, стружка и части будущих артефактов, ванная комната оказалась образчиком порядка и чистоты. Конечно, по богатству обстановки она не шла ни в какое сравнение с теми, что имелись во дворце, но все оказалось вполне функционально. Хозяин дома явно не пренебрегал личной гигиеной и комфортом.

К своему собственному немалому удивлению, Эльза совершенно спокойно восприняла прием душа в совершенно чужом доме. Никогда ранее ничего подобного она себе не позволяла. Правда, и бывать у кого-либо дома ей приходилось совсем нечасто. Сперва, сколько себя помнит, была казарма учебки. Потом, обычная солдатская казарма и только став младшим офицером она, наконец, обрела собственное персональное жилье, да и то это была небольшая квартира в дворцовой казарме. На зарплату капитана было особо не разгуляться и потому даже подобный дом, в каком проживал артефактор, был ей не по карману.

Лишь пожав на факт случившегося плечами, она закуталась в мягкое полотенце и только после обратила внимание на измазанную в грязи и пропитанную насквозь пылью и потом одежду. Одевать такое после душа не было никакого желания. Порывшись еще немного в шкафчике, она нашла стопку чистых халатов — столь же мягких как полотенце, и решив, что посидеть за чаем можно и подольше — пока сушится одежда, взялась за быструю стирку.

— А чай как раз подоспел, — встретил ее появление в небольшой гостиной Виктор. — Прошу располагаться, — отодвинув стул, он дождался пока гостья разместится за столом и поспешил разлить по кружкам настоявшийся напиток.

Отметив отсутствие удивления ее внешним видом и не найдя никакой похоти во взгляде, хотя раньше она очень часто ловила на себе подобные взгляды от всех знакомых мужчин, Эльза спокойно присела за предложенный стул. К ее немалому удивлению хозяин дома тоже успел привести себя в относительный порядок. Лишь в волосах немного виднелась застрявшая в них пыль, но и только. Впрочем, с учетом того, что единственная ванная оказалась занята ею, артефактор справился с ролью радушного хозяина с лихвой. Да и чай оказался тоже очень вкусным. А какой был кекс! Сам того не подозревая, он выставил на стол то единственное, что могло смягчить ее сердце. Конфеты, печения, пирожные, торты — все это было не то. А вот кексы! Кексы Эльза боготворила и потому не позволяла себе даже смотреть в их сторону, чтобы не признаваться себе в наличии хоть одной слабости. Но если вот так вот угощают, то и можно было позволить себе не отказываться.

— Прикажете послать кого-нибудь за чистой одеждой, госпожа капитан? — поинтересовался Виктор. — Признаться, я не подумал о чем-то подобном, пытаясь выяснить все возможные грани работы с вашим оружием. Прошу прощения за свою оплошность, — слегка склонил он голову в извинении.

— Не стоит. Часа вполне хватит, чтобы моя форма подсохла, а за меньшее время даже самый быстроногий посыльный не успеет добраться до казармы и вернуться сюда. Не говоря уже о том, что его никто не пустит в дворцовую зону. Лучше развлеки меня беседой. Я ведь так и не услышала, откуда у артефактора смогли взяться столь немалые знания и опыт в противостоянии хорошо подготовленным бойцам.

— О! Это долгая история!

— Ничего страшного, время у нас есть…

Вспоминая состоявшийся днем разговор, Эльза лишь презрительно хмыкнула на все те враки, что самозабвенно вешал ей на уши артефактор и достав из кармана несколько найденных в ванне волосков, принялась скоблить по ним небольшим ножичком. Банку с черной краской для волос она обнаружила за стопкой с халатами и тут же захотела узнать, что пытается скрыть ее новый знакомый от всех окружающих.

— Красный!? — не веря своим глазам, она приложила очищенный от краски волос к одному из своих и не смогла найти никаких отличий. Быстро вычистив все оставшиеся волоски, она в удивлении уставилась на них — все пять в точности повторяли природный цвет ее волос — цвет, который она не встречала более ни у кого. — Кто ты, артефактор!? И что тебе от меня надо? — служба в непосредственной близости от трона развила в ней способность не верить ни в какие совпадения, и то с какой хитростью действовал этот Виктор, чтобы в конечном итоге обратить на себя ее внимание, внушало уважение и опасение. — Очень тонко и очень профессионально, — пробормотала она себе под нос. — Но почему тогда твоя история оказалась столь плохо проработанной? Почему ты захотел, чтобы я начала тебя в чем-то подозревать? — Посмотрев в свое отражение в зеркале, Эльза хищно улыбнулась, — А впрочем, давай сыграем.

— Ну давай. — усмехнулся в ответ Виктор, и повел своего проверенного годами паучка путешествовать дальше по стене казармы. Чтобы обнаружить постоянно скрывающуюся гильдию не обязательно было неотрывно висеть на хвосте у Эльзы, также можно было узнать методы, по которым отслеживались маги и предпринять попытку обнаружить Лисанну самостоятельно. Хотя, первый путь выглядел все же более предпочтительным. Как артефактору ему очень хотелось взглянуть хоть одним глазком на чертежи и расчеты того стального дракона, с которым в будущем предстояло сойтись в бою его друзьям. У него самого не хватало ни знаний ни соображалки, чтобы воспроизвести подобный магический механизм самостоятельно, а потребность в чем-то подобном с каждым годом ощущалась все больше и больше.

Три месяца заняло у него создание копья, которое на голову превосходило оружие Эльзы. Вместо пяти форм оно имело восемь, а вычурная показушность уступили место хищной красоте боевого оружия. Как ни единожды говорили настоящие мастера своего дела — отличное оружие обязано быть красивым.

— Ну как? — поинтересовался он у закончившей свой очередной танец смерти Эльзы.

— Ты действительно отличный артефактор, Виктор, — все же была вынуждена признать девушка, сжимая в руках оружие, которое буквально стало продолжением ее тела.

— Ну, раз клиент доволен результатом, пришла пора произвести расчет, — потер руки Виктор, заранее готовясь ошарашить Эльзу немыслимой суммой. — С учетом потраченного времени, материалов, работы прочих мастеров и того, что ушло в утиль при производстве, с вас, госпожа капитан, двадцать три тысячи золотых ровно.

— Ч-чего? — едва не выронила копье из рук услышавшая сумму Эльза. — Это же десять моих годовых окладов!

— Ну извините, — развел руками довольный произведенным эффектом Виктор. — Я заранее предупреждал, что оружие выйдет очень дорогим. Но раз вы отказываетесь платить, прошу вернуть оружие, — он требовательно вытянул руку вперед.

Прижав к груди копье, Эльза огляделась взглядом загнанной в угол кошки и уставившись на Виктора, прорычала — Говори уже! Что ты хочешь!?

— Я? — изрядно удивился Виктор. — Я всего лишь хочу получить плату за свою работу.

— Не юли, артефактор! Говори, чего хочешь на самом деле! Неужели ты думал, что я не смогу тебя просчитать?

Посмотрев прямо в глаза Эльзе, он поднял на уровень лица свою левую руку и принялся нарочито медленно стаскивать с нее кожаную перчатку. Представив гостье на обозрение изуродованную многочисленными ожоговыми шрамами кисть, он какое-то время полюбовался работой Полюшки, умудрившейся много лет назад спасти ему руку, — Когда мне было семь лет, я попал в рабство к темным магам. Не один. Нас было очень много. Сотни. Может тысячи. Сбежать удалось лишь двоим.

Положив копье на землю, Эльза приблизилась к артефактору и взяла в свои руки изуродованную кисть. Убедившись, что это не грим, а действительно следы давно полученной травмы, она перевела вопросительный взгляд на Виктора.

— С тех пор я начал охотиться на темных, — все правильно поняв, продолжил Виктор. — Я был слабым, ничего не знал и не умел, поэтому никогда не отказывался обучиться чему-нибудь новому, что могло бы помочь в моей войне с темными. Так я стал артефактором, так я стал неплохим кулачным бойцом. Долгие годы я выслеживал и уничтожал темные гильдии, пока армия не завершила их разгром. Пока не осталась последняя — Хвост Феи, — вновь скрыв свою руку под тонкой кожей перчатки, он продолжил, — Я бы спокойно подождал пока вы сами ее уничтожите, но так случилось, что именно у них находится человек, который очень нужен мне.

— Это тот, с кем ты бежал из рабства?

— Нет. Та, с которой я бежал… Она сейчас в лучшем мире, — грустно улыбнулся Виктор, смотря вдаль. — И я очень надеюсь, что смогу скоро встретиться с ней.

— Скоро? — настороженно поинтересовалась Эльза.

— Меня здесь держит лишь одно незаконченное дело, — пожал плечами Виктор. — Как только я смогу добраться до скрывающегося у фей человека, я посчитаю свой долг, свое обещание исполненным и уйду с чистой совестью. Помоги мне добраться до фей и мы будем в расчете.

— А если я откажусь?

— Я в любом случае найду их рано или поздно. Все зарабатываемые средства я трачу на информаторов. Просто, с помощью армии я надеюсь максимально возможно приблизить момент нашего с этим человеком свидания.

— И что ты собираешься сделать с человеком, которого так жаждешь найти?

— О-о-о! — осклабился Виктор, — Я непременно заберу его с собой. — Подняв взгляд к небу, он добавил, — Туда.

Сбитая с толку Эльза сидела на кухне своей маленькой квартиры и задумчиво смотрела на кружку с давно остывшим чаем. Чего только она не напридумывала себе за месяцы знакомства с артефактором, но то, что он хочет на самом деле, не укладывалось в голове. Прихваченный с собой детектор лжи показал, что все сказанное Виктором было чистейшей правдой — от первого до последнего слова. Молодой, веселый, наглый артефактор, выводивший ее из себя одной своей снисходительной улыбкой — он предстал перед ней с совершенно другой стороны. Надломленный, но продолжающий держаться из последних сил ради выполнения данного когда-то давно обещания. Ему не нужны были деньги — разведка подтвердила, что все свободные средства тот тратил на осведомителей, ему не нужна была слава — гильдия артефакторов получила от него уверения, что он не станет отбивать у нее клиентов, ему нужна была только смерть. Точнее, две смерти. И та, кто привыкла нести смерть темным магам, оказалась не готова подарить ее тому, кто ее столь жаждал.

— Барс, а что бы сделал на моем месте ты? — прекратив медитировать на кружку, Эльза подняла глаза на одного из тех немногих, кому она не побоялась бы доверить прикрывать свою спину. Иксид, изгнанный много лет назад из Вышляндии стал отличным соратником и был проверен не одной сотней совместных схваток.

— Все зависит от того, что ты хочешь сама, Эльза, — громадный котяра под два метра ростом постучал когтем по столешнице и покосился на девушку. — Ты хочешь помочь ему или ты хочешь помочь ему, но сделать это так, чтобы он захотел остаться?

— Конечно второе! — мгновенно вспыхнула Эльза.

— Почему? — спокойно поинтересовался иксид.

— Он…Он…Я не знаю, — девушка обессилено откинулась на спинку своего стула. — Ты понимаешь, он ведь сильный. Побитый и поломанный жизнью, но продолжающий тянуться к поставленной перед собой цели. Он не тот мусор, что мы вычищали все последние годы. Такие как он должны жить!

— Даже если они сами не хотят?

— Даже в этом случае!

— В таком случае, я вижу всего два пути: ты можешь его заставить силой и контролировать всю оставшуюся жизнь или ты можешь дать ему новую достойную цель жизни.

— О чем ты? — недобро прищурилась Эльза.

— Посмотри на свое новое копье. Что ты видишь?

— Оружие. — пожала плечами Эльза. — Великолепное оружие.

— Это шедевр, Эльза, — покачал головой Барс. — Только человеку истово любящему свое дело было бы под силу создать нечто подобное. Он прирожденный артефактор. Как ты думаешь, что сделает такой человек, если показать ему насколько на самом деле высока вершина данного искусства, в котором он считает себя одним из лучших?

— Я поняла к чему ты клонишь, но он сам говорил, что работа артефактором — это лишь один из инструментов, что позволяет ему двигаться к своей цели.

— Одно дело говорить, полагая себя достигнувшим пусть не всех, но многих высот. И совсем другое — увидеть насколько далеко тебе на самом деле до истинного идеала.

— Предлагаешь предложить ему стать королевским артефактором?

— Почему бы и нет, если он пройдет проверку на лояльность? — пожал плечами иксид. — У нас как раз имеются несколько темных магов ожидающих казни, так почему бы не позволить этому артефактору доказать делом, что он действительно готов бороться с темными всеми доступными способами.

— А если он пройдет проверку?

— Если пройдет, возьмешь его в свой отряд. По сути, именно ведь этого он просил? — дождавшись кивка, Барс продолжил, — Потом несколько затянешь с уничтожением фей и потихоньку будешь пододвигать его к идее продолжения службы в закрытой лаборатории с лучшими в мире артефакторами, которые смогут показать ему настоящие высоты данного искусства.

— Хм. Не думаю, что этого окажется достаточно. Ты просто не видел его глаза, когда мы беседовали.

— Все возможно, — пожал тот плечами. — Все же я иксид, а не человек, и все тонкости человеческой психики мне недоступны.

— Что же, спасибо, что хоть согласился выслушать, — кивнула Эльза.

— Не за что, Эльза.

Вернувшись в свою квартиру, иксид с тяжелым вздохом опустился в кресло и устало прикрыл лапой глаза. Кто бы знал насколько нелегко дался ему этот разговор.

— Надеюсь, теперь мы в расчете, чертов вымогатель, — тихо прорычал он в пустоту помещения и убрав лапу, посмотрел на небольшого паучка устроившегося на письменном столе. Это проклятый артефактор оказался далеко не тем, кого представляла себе его молодая коллега. Да, он действительно планировал уйти, да, он не собирался причинять вреда ни королевству в целом, ни кому-нибудь из его граждан в частности, но он оказался великолепным актером и настоящим мастером говорить правду, не говоря ее. А еще в случае отказа он угрожал перерезать горло принцу, спасенному Барсом много лет назад. И фотография повзрослевшего бледного принца с приставленным к горлу ножом, в компании мило улыбающегося Виктора, была тому веским доказательством. Единственное, чего он не мог понять, почему этот артефактор настаивал на показательном убийстве одного из пленных темных магов.

Естественно, паучок не ответил ничего, но и похожего на кивок головой движения было достаточно, чтобы понять — вымогатель остался доволен разыгранным представлением. Пробежавшись по стене, он юркнул в приоткрытое окно, оставив иксида наедине с его тяжелыми мыслями.

Не прошло и трех дней, как в самой защищенной тюрьме королевства объявились офицеры отрядов по борьбе с магами. Помимо Эльзы Виктора сопровождал недобро косившийся на него Барс и трое лейтенантов. Всего в тюрьме на данный момент находилось семеро магов, и Виктор, в ответ на озвученное Эльзой предложение, попросил дать ему возможность самому сделать выбор, кого именно из пленников казнить. Переходя от камеры к камере, он задавал одни и те же вопросы — Как зовут? В какой гильдии состоял? — Так продолжалось до шестой по счету двери, пока он не услышал именно тех слов, которые ждал.

— Лисанна Штраус. Хвост Феи. — обреченно произнесла худенькая и заметно изможденная девушка.

— Хвост Феи!? — замер Виктор, словно почувствовавший добычу хищник. Повернувшись к Эльзе, он ткнул пальцем в дверь камеры — Ее! Я выбираю ее! — За почти год пребывания в Эдоласе, он смог раскинуть щупальца своих осведомителей на весьма немалую территорию, а благодаря всевозможным шпионским и разведывательным артефактам, многие закрытые для него здания и помещения оказались обследованы с особой тщательностью. Именно во время одной из своих ночных вылазок он и наткнулся в тюрьме на местную Лисанну. Опознать в ней местную удалось по татуировке, которая не только имела совершенно другой цвет, но и располагалась на бедре, а не плече.

Пожав плечами, Эльза кивнула тюремной страже на дверь и двое закованных в доспехи тюремщиков весьма споро выволокли из камеры молоденькую девушку. Бегло осмотрев пленницу, Эльза припомнила, что они захватили ее года полтора назад. Раненая и без сознания она стала единственной добычей доставшейся им после очередной попытки покончить с гильдией Хвост Феи. Поскольку по сводкам она ни разу не проходила, сразу уничтожать ее не стали, оставив на всякий случай в живых. И вот теперь, похоже, жившая в Викторе ярость к этой гильдии собиралась поставить крест на жизни этой слабачки.

Намертво вцепившись в шарахнувшуюся от него Лисанну, Виктор кивнул страже — Ведите к эшафоту. Не будем затягивать представление.

Отлично чувствуя, как дрожит бедная девушка, он продолжал тащить ее вперед по коридорам, надежно удерживая за воротник тюремной робы. Вскоре он собирался подарить ей свободу, но, сперва, сценарий требовал отыграть до конца роль ушибленного на всю голову и жаждущего только мести отморозка. Оттолкнув в сторону палача, он поднялся вместе с выбранной жертвой на эшафот и осмотрев тюремный двор, довольно хмыкнул.

Сохраняя на лице выражение маньяка-рецедивиста, он нагнулся к самому уху девушки и едва слышно зашептал — Не волнуйся, Лисанна. Продолжай делать вид, что тебе очень страшно и не о чем не переживай. Скоро мы сбежим отсюда. Просто не делай попыток вырваться из моих рук и все пройдет отлично. Ты все поняла? Просто кивни, если да. — Дождавшись едва заметного кивка, он встал за спину Лисанны и посмотрел на собравшихся зрителей. — Эльза, извини, но, похоже, я нашел третий путь.

— Что!?

Не дожидаясь ответной реакции, он активировал одну из батареек и мгновенно выпив ее досуха, извлек из пространственного кармана свое реактивное крыло. Для старта с земли, да еще с дополнительным грузом, его пришлось малость доработать, но летающие острова дали очень много знаний и материала для удачной модернизации. Сграбастав в объятия Лисанну, он развернулся на месте и зажал ее между своим телом и крылом, которое мгновенно захватило обоих в захваты и с диким ревом рвануло вверх. Небольшой антиграв и два дополнительных одноразовых ракетных ускорителя позволили взмыть ввысь, до того как опомнившаяся стража открыла огонь.

Управлять крылом, будучи повернутым лицом вверх, оказалось не слишком удобно, да и шея затекла уже через три минуты полета от предпринимаемых попыток разглядеть хоть что-нибудь прямо по курсу, но все это были мелочи по сравнению с повисшей на хвосте погоней. Не имея достаточной информации о летающих легионах охотников на магов, он сильно недооценил скорость их полета. Так, его крыло развивало максимальную скорость в 300 километров в час даже с дополнительным грузом в виде дрожащей, как лист на ветру, Лисанной, но эти крылатые твари даже и не думали отставать.

Лишь через час зверюги все же не выдержали набранного темпа и начали сдавать одна за другой, и только одинокая фигура с красной шевелюрой продолжала преследовать его. Покосившись на уровень оставшегося заряда и мысленно выругавшись, он рассмотрел внизу пригодное для посадки место и начал постепенное снижение. Его крыло могло бы продержаться еще не более пятнадцати минут, а после можно было надеяться исключительно на не совсем обычные законы гравитации мира Эдолас. Благодаря наличию небольшого антиграва удалось отказаться от парашюта и потому посадка оказалась куда быстрее и мягче.

— Что ты творишь, Виктор!? — прорычала соскочившая со своего запыхавшегося небесного скакуна Эльза.

— Как я уже говорил, госпожа капитан, я нашел третий путь. Я обменяю ее жизнь на жизнь человека, который нужен мне.

— Почему!? Почему ты так рвешься уйти!? Я не понимаю!

— Потому что там меня ждут все, кто был мне дорог, — грустно улыбнулся Виктор, вновь включив режим актера.

— И что? Больше тебя ничто не сможет удержать здесь? Я ведь тебе сделала такое предложение, за которое ухватился бы любой артефактор мира!

— Я не любой, Эльза, — развел руками Виктор. — Не будем затягивать. Если хочешь остановить меня здесь и сейчас, нападай. Но учти, я буду драться до последнего.

Какой бы фанаткой занятий боевыми искусствами Эльза ни была, противостоять на равных человеку посвятившему этому делу всю свою прошлую жизнь молодой девушке нечего было и мечтать. Да, на своем уровне развития она была одной из лучших. Даже оставшаяся на Земле Эльза уступала ей в скорости и техничности из-за возможности больше полагаться на магию. Но как бы то ни было — мастер всегда сможет прочитать бойца более низкого класса, не смотря на все финты. И то, что он демонстрировал раньше в их редких спаррингах являлось лишь вершиной айсберга его истинных возможностей. Отведя наручем лезвие копья, он просто положил на древко свою ладонь и его противницу буквально прибило к земле — во всяком случае бой длившийся менее секунды выглядел со стороны именно так для любого, кто смог бы заметить их движения.

Растерявшись на долю секунды, Эльза успела лишь в удивлении уставиться на внезапно ставшее абсолютно неподъемным копье, а потом свет погас и заваливающееся тело оказалось подхвачено на заботливо подставленные руки. Проверив пульс и убедившись, что удар ногой за ухо оказался не слишком сильным, Виктор сорвал с себя плащ, уложил его на землю и только после опустил сверху потерявшую сознание девушку.

— Извини меня, сестренка, — едва слышно прошептал он ей на ухо, — но у меня действительно нет другого выхода. — Заботливо укутав ее в плащ, он посмотрел на рычащего легиона сильно недовольного тем, что кто-то делает с его хозяйкой и коротко бросил — Охраняй.

— Убей ее! — внезапно подала голос молчавшая доселе Лисанна. — Пожалуйста, убей ее! — она уже не кричала, а буквально рыдала. — Она заслужила смерть!

— Извини, Лисанна, — посмотрев в полные отчаяния глаза девушки, он отвел взгляд в сторону, — Я не смогу этого сделать. И не позволю этого сделать тебе.

— Но почему!? Она же убийца! Она убила столько моих друзей и знакомых!

— Нам пора, — оставив вопрос без ответа, коротко бросил Виктор и принялся надевать на нее кожаную сбрую. Продолжать полет в предыдущем положении совершенно не хотелось, да и время подготовиться к очередному перелету имелось.

Вызывающе одетая блондинка с полным наглости взглядом, закинула свои стройные, обтянутые кожаными штанами ножки на столик и мазнув взглядом по сидящей напротив парочке, поинтересовалась — Зачем искали?

— Простите, кого искали? — вежливо поинтересовался Виктор, поставив стакан с соком обратно на стол.

— Мага. Кого же еще? — осмотревшись по сторонам и не найдя признаков засады, ответила Люси.

Хоть в их гильдии Люси еще не объявилась, он все равно смог узнать девушку по выдающимся… глазам, которые аниматоры отразили в мультике весьма достоверно. Впрочем, довольно милое личико, не смотря на налет наглости, тоже оказалось весьма узнаваемым. — Я не искал мага, — пожал плечами Виктор. — Я искал фею.

— Считай, что сегодня роль доброй феи выполняю я, — усмехнулась девушка. — Чего надо?

— Обмен. — коротко ответил Виктор.

— Обмен чего на чего?

— Точнее сказать, обмен кого на кого — усмехнулся Виктор и приподнял капюшон полностью скрывавший лицо Лисанны. — Я готов обменять ее, — он кивнул на свою спутницу — на нее, — достав из кармана фотографию своей Лисанны, он продемонстрировал ее враз посерьезневшей Люси. — Согласен на обмен на вашей территории.

— Лисанна? — неверяще прошептала Люси, вглядываясь в изможденное лицо девушки.

— Ага, Люси. Это я.

— Но как!? Ты же была в гильдии, когда я уходила!?

— Скажи ей, — тихо буркнул Виктор.

— По правде говоря, последние полтора года я провела в тюрьме, — едва слышно прошептала Лисанна. — Виктор — она кивнула на соседа, — вытащил меня оттуда несколько дней назад, чтобы поменять на свою Лисанну.

— Свою Лисанну!?

— Да. — Виктор вновь взял слово, — Девушка на этой фотографии — не ваша Лисанна, а моя. Лисанна из моего мира. Она попала к вам случайно, и я пришел ее вернуть.

— Из другого мира? — пробубнила себе под нос Люси и посмотрев на собеседника, уточнила — Ты ведь с Земли, да?

— Именно.

— А я полагала, что это все байки, — нахмурилась мастер Хвоста Фей в Эдоласе.

— Смею тебя уверить, это не байки — спокойно произнес Виктор. — Так как насчет обмена? Прошу понять меня правильно — я уже больше года разыскиваю свою Лисанну и многие на Земле все это время считают ее погибшей. Не хотелось бы увеличивать этот срок даже на лишнюю минуту. Да и вашей Мире с Эльфманом будет приятно узнать, что их сестра все же жива.

— Они и так это знают. Они видят ее каждый день.

— Ох, Люси, — покачал головой Виктор. — Все же пока ты еще слишком молода, чтобы стать настоящим мастером гильдии. Неужели ты не понимаешь, что проведшие столько времени вместе родственники не поймут, что это была другая Лисанна? Просто после потери своей родной младшей сестренки, они постарались переложить всю любовь и заботу на ее точную копию, также требовавшей помощи и семьи. Да я больше чем уверен, что они в первый же день раскусили ее. Но винить их в чем-либо нельзя ни в коем случае. Ты слышишь меня, Лисанна? — повернулся он к притихшей спутнице, — Они никак не могли узнать, что ты выжила. Даже по документам королевской армии ты проходила как уничтоженная в бою. Честно говоря, я сам отыскал тебя совершенно случайно. Главное, знай, что они всегда любили, любят и будут любить тебя, не смотря ни на что.

— Спасибо, Виктор, — тихо прошептала девушка, утирая платком выступившие слезы.

— Хорошо, идем, — кивнула Люси.

— Пешком, до гильдии? — удивился Виктор.

— Не. Тут меня неподалеку ждет Нацу на своей тачке. Так что долетим с ветерком.

— Хм. Нацу на своей тачке — пробормотал Виктор. — Это будет интересно! — Поднявшись, он помог все еще слишком слабой Лисанне и придерживая ее под руку, неторопясь пошел вслед за Люси.

— А у вас что, Нацу не ездит на машине? — обернулась к пришедшему из другого мира магу Люси.

— В моем мире Нацу и любой вид транспорта — это две несовместимые вещи. Его моментально укачивает, — охотно пояснил Виктор.

— Нацу и укачивает. Никогда бы не поверила, — покачала головой Люси. — А как насчет меня? Я у вас тоже мастер гильдии?

— Извини, Люси, но в нашей гильдии тебя вообще нет.

— Как это нет!? — девушка аж споткнулась, услышав подобную новость. — А кто же тогда мастер? Леви?

— Нет. — усмехнулся Виктор, — Не знаю как насчет вашей Леви, но наша не может похвастать выдающейся силой. Она милая, веселая и немного застенчивая девушка. Ее главное достоинство в другом — она очень умная и начитанная. Можно сказать, она хранитель библиотеки нашей гильдии.

— Ах-ха-ха-ха! — едва не согнулась пополам Люси от обуявшего ее смеха, — Леви — книжный червь! Кто бы мог подумать!

— Полагаю, у вас она немного другая?

— Я бы сказала, она у нас совсем другая, — усмехнулась Люси.

— Что я могу сказать? Разные миры предполагают наличие определенных отличий, — пожал плечами Виктор и вспомнив Эльзу, грустно дополнил, — Порой, слишком сильных отличий.

— Да. Наверное, ты прав, — кивнула внимательно наблюдающая за неожиданным спутником Люси. — Тебя в нашей гильдии точно нет. Должно быть ты очень сильный, раз тебя не побоялись отправить в другой мир?

— Нет. — усмехнулся Виктор. — Во-первых, меня никто не отправлял. Я сам решил уйти на поиски. Во-вторых, я один из самых слабых магов гильдии. У меня слишком мало запасов сил.

— Ты, один из самых слабых!? — немало удивилась Лисанна. — Ты ведь на моих глазах смог одним ударом победить Найтволкер!

— Ч-чего!? — не поверила своим ушам Люси. — Ты смог убить эту стерву!?

— Нет. Я ее не стал убивать.

— Почему?

— Я отвечу на твой вопрос, но только после того, как мы совершим обмен, — Виктор не знал как могут отреагировать местные феи на то, что он является братом Эльзы в своем мире и потому предпочел отмалчиваться.

— Хм. Заметано! — усмехнулась Люси. — А еще кто-нибудь кроме тебя отправился искать вашу Лисанну?

— Нет. То, что Лисанна выжила и попала в ваш мир было известно только мне. Перед тем как уйти на поиски, я поведал об этом только Мире. Тогда она была слишком сильно ранена, чтобы я мог позволить ей последовать за мной. Эльфман тоже был далеко не в лучшей форме. Все же битва с настоящим демоном, пусть и низшим, это не легкая прогулка.

— С демоном!? С настоящим демоном!? — не поверила своим ушам Люси. — У вас там и такое водится!?

— Чего у нас только не водится, — отмахнулся Виктор.

— Видно, Мира, Лисанна и Эльфман в вашем мире действительно сильно отличаются от наших. — продолжила беседу Люси. — Все же я не смогла бы представить моих друзей бьющихся с настоящим демоном. Хотя, Лисанна, вроде, ничем не отличалась.

— Какие у вас мои брат с сестрой? — Лисанна тоже решила вступить в беседу.

— Эльфман — добрый и малость стеснительный здоровяк.

— Прям как наш! — тут же вставила свои пять копеек Люси.

— А Мира, — вспомнив свою любимую девушку, с которой он не виделся уже год, Виктор грустно улыбнулся. — Мира — она милый и непоседливый маленький демоненок. Немного похожа на тебя, Люси. Только более самоуверенная, наглая и гораздо более сильная. Уж не обижайся.

— Я не обижаюсь, — усмехнулась Люси. — Раз уж один из самых слабых магов вашего мира смог победить Найтволкер, то на что способны те, кого ты называешь сильными, я себе даже боюсь представить. — Пройдя минуту в полном молчании, она спросила — Ты ее сильно любишь?

— Кого? — вопросительно поднял бровь Виктор.

— Свою Миру.

— А ты очень наблюдательная, Люси, — усмехнулся Виктор. — Я ведь расслабился буквально на пару секунд, а ты уже все подметила. Что же касается твоего вопроса. Да. Я ее люблю. Сильно люблю. Она одна из тех двоих за кого я готов отдать свою жизнь или отнять жизнь любого другого человека.

По новому посмотрев на спасшего ее парня, Лисанна робко поинтересовалась, — А кто вторая? Если это не секрет.

— Не секрет, — усмехнулся Виктор. — Вторая — моя сестра. Но ее точно нет в вашей гильдии, так что можете не гадать, кто бы это мог быть.

Увидев местного Нацу, Виктор сперва впал в небольшой ступор, а потом повалился на землю в приступе безудержного смеха. Все же аниматорам не удалось в полной мере отразить различия двух Нацу и этот, настоящий, а не нарисованный, представлял собой натуральную пародию на их убийцу драконов. Хлипкий, забитый и откровенно трусливый паренек, которого, походя отмутузила Люси, за то, что он спал на посту, вызывал ассоциации с зашуганным котенком.

— Что, так сильно различаются? — покосившись на пытающегося забиться под машину от заслуженной кары Нацу, поинтересовалась Люси.

— Разве можно сравнивать болонку с бультерьером!? — с трудом произнес Виктор, пытаясь отдышаться.

— Да уж. Полагаю, спрашивать, кто из них двоих бультерьер — даже не стоит. — тяжело вздохнула Люси, и взяв Нацу за шкирятник, закинула его в машину, попав в дверной проем только с третьей попытки.

И все же одно достоинство у местного Нацу было — он являлся отличным интуитивным артефактором. Машина, на которой они отправились в гильдию, оказалось исключительно его детищем, причем собранным буквально на коленке. И что больше всего задело Виктора — она на голову превосходила те агрегаты, что они некогда сконструировали вместе с мастером Вельдом. Потому, долгая дорога оказалась скрашена беседой двух нашедших друг друга больных на всю голову артефакторов. Если первые минут пять Люси с Лисанной еще пытались хоть как-то понять о чем ведут речь двое парней, то после лишь махнули на них рукой, да устроившись поудобнее на заднем сиденье, вскоре уснули, не смотря на постоянную тряску — все же в Эдоласе преобладали направления, а не дороги. Да и гильдия старалась прятаться в каких-нибудь глухих местах.

Выглядящее, как результат незаконной селекции какого-нибудь повернутого на исследованиях лесного эльфа, здание местной гильдии Хвост Феи непременно могло бы понравиться каким-нибудь авангардистам, но Виктору откровенно резало глаз. Покинув знатно растрясшую их всех на ухабах и колдобинах Эдоласа машину, Виктор, не тратя ни секунды, направился вслед за Люси, таща на буксире заспанную Лисанну. Распахнув с ноги дверь с криком — Не ждали!? — Люси ввалилась внутрь живого дома-дерева и начала устраивать разнос в лучших традициях Эльзы Скарлет.

Переждав, пока спадет накал страстей, Виктор зашел в оставшиеся открытыми двери и замер на пороге, встретившись с удивленным взглядом Миры. Год. Целый год он довольствовался лишь одной фотографией, что всегда хранилась у сердца и увидев копию той, в которой не чаял души, не смог совладать с собой. Почувствовав как кто-то дергает его за рукав, он посмотрел на державшую его за руку Лисанну.

— Это ведь не она, — грустно улыбнулась почувствовавшая напряжение Виктора девушка, — Это не твоя Мира.

— Ты права — улыбнулся в ответ Виктор. — Спасибо. — Справившись с наваждением, он прошел к барной стойке, постепенно окружаемый со всех сторон местными феями и подойдя к Миражанне, протянул ей зажатую в левой руке ладонь ее сестры.

— Возвращаю вашу потеряшку.

— Сестра! — сбросив капюшон, Лисанна кинулась на шею Мире и тут же разрыдалась, дав выход копившемуся долгое время напряжению.

— Лисанна!? — явно обалдевшая от такого поворота событий Мира на секунду замерла, а после заключила свою сестру в объятия и мгновение спустя присоединилась к процессу пролития слез радости.

— Пора возвращаться домой, — скинув и свой капюшон, улыбнулся Виктор опешившей от такого поворота событий Лисанне из его мира. — Ты бы знала, как волнуются твои сестра и брат.

— Виктор! — выронив поднос, Лисанна кинулась на шею человека, которого невозможно было не узнать, даже не смотря на покрашенные волосы.

— Это я, девочка, — принял ее в объятия едва не сбитый с ног Виктор. — Теперь все будет хорошо. Скоро мы отправимся домой.

Праздник воссоединения оказался прерван влетевшим в гильдию бледным Нацу. — Охотница на фей! — только и успел прокричать он, перед тем как все здание содрогнулось, и с потолка посыпалась труха.

— Прыгаем! — мгновенно среагировала Люси. Бодаться с армейскими отрядами охотников на магов после гибели предыдущего мастера у них уже не было никаких сил и оставалось только убегать.

— Не хватает энергии! — прокричала от пульта управления пространственного перемещения Леви.

— Нам хана! — тут же начал подымать панику Нацу, но мгновенно был успокоен ударом кулака по затылку.

Укрыв Лисанну за барной стойкой, Виктор метнулся к все еще распахнутой двери и выглянул наружу. Ожидания увидеть целый отряд рыцарей на летающих тварях не оправдались. В воздухе кружили лишь два всадника, не узнать которых было невозможно.

— Отбой тревоги! — прокричал он внутрь помещения и чуть тише добавил, — Я разберусь.

Под удивленные взгляды приготовившихся к последней битве магов, приведший вторую Лисанну незнакомец, ничего не опасаясь, вышел на улицу. Полностью скинув с себя балахон, чтобы быть узнанным, он отошел от гильдии метров на сто и начал следить за кружившими в небе капитанами — Эльза и Барс, именно эта пара элитных бойцов королевства каким-то непостижимым образом смогла отследить его. Вот только несколько смущало отсутствие кого-либо еще. Все же этой пары было явно недостаточно, чтобы вынести всех магов нашедших приют в Хвосте Феи.

— Мы снова встретились, артефактор, — обдав Виктора недовольным взглядом, произнесла приземлившаяся рядом с ним Эльза. — Вижу, ты все же смог найти этих магов без нашей помощи.

— Добрый день, госпожа капитан, — слегка улыбнулся Виктор. — Чем обязан вашему визиту?

— Ты нашел, того, кого искал? — покосившись на выглядывающих из здания магов, поинтересовалась Эльза.

— Нашел. И готовился уйти отсюда как раз в тот момент, когда появились вы.

— Феи согласились отпустить тебя с одним из своих? — немало удивилась Эльза, поскольку именно эта, последняя, гильдия отличалась тем, что никогда не бросала своих на произвол судьбы. Ситуация с той девчонкой была редким исключением — не более того.

— Да. Согласились. Думаю, я смог убедить их, что этот человек куда больше принадлежит мне, чем им.

— И где же этот человек? Я хочу увидеть того, ради встречи с кем ты был готов пойти на любые шаги.

— Боюсь, я не захочу показывать этого человека вам, госпожа капитан. Это лишь мое дело и более ничье. Дайте нам спокойно уйти отсюда.

— Извини, артефактор, но вот как раз этого я тебе позволить не могу.

— А если я скажу — "Пожалуйста!".

— И даже в этом случае мой ответ будет — "Нет." — усмехнулась Эльза.

— Значит, вы не хотите оставить мне иного выхода, кроме как решить вопрос силой. — покачал головой Виктор. — Неужели вам не хватило результата предыдущей схватки.

— Нет! — облизнулась Эльза. — В прошлый раз ты, наконец, показал свою истинную силу! И после такого я точно не могу отпустить тебя! Ты слишком хорош, чтобы дать тебе просто уйти!

— Что же, не хотите по хорошему, будет по плохому. Так или иначе, сегодня я покину этот мир. И все кто рискнет встать у меня на пути, познают, что такое настоящая боль и унижение. Вы готовы быть отшлепанной ремнем, как набедокуривший ребенок, госпожа капитан?

— На сей раз тебе не удастся разозлить или раззадорить меня, артефактор. Больше я не повторю предыдущей ошибки и не стану тебя недооценивать. Если ты так хочешь уйти, я организую тебе достойные проводы. Но перед этим ты знатно повеселишь меня. В отличие от всего этого мусора, — она кинула презрительный взгляд на притихших магов, — ты достойный противник.

— Как вам будет угодно, госпожа капитан, — согнулся в низком поклоне Виктор, скрывая телом и головой движение правой ноги. Стоило ему вновь распрямиться, как в лицо Эльзы ударила волна захваченного носком ботинка мелкого песка. Долгие годы его учили одному главному правилу — в бою правил нет. Противник должен быть уничтожен и точка. А как ты это сделаешь — по-голливудски красиво или по-деревенски топорно — это лишь твои проблемы. Главное — с противником надо было уметь разобраться мгновенно.

Не ожидавшая подобного подвоха Эльза мгновенно ослепла из-за забившего глаза песка и пропустила полностью выбившую из нее дух серию ударов.

— Вот ведь несносная девчонка. — проворчал Виктор, расстегивая свой ремень. — Ну ничего. Будет тебе наука на будущее. — Перекинув едва шевелящуюся, словно сонная муха, Эльзу через свои колени, он воздел к небу руку с зажатым в ней ремнем и под шокированные взгляды фей принялся охаживать кожаной полоской пятую точку той, кто внушала им ужас и трепет.

— Что делаешь? — нейтрально поинтересовался подошедший поближе Барс.

— Перевоспитываю. — пояснил Виктор, не отрываясь от процедуры. — Одну уже воспитал нормальным человеком, глядишь, и эту поставлю на путь истинный.

— Ну-ну! — хмыкнул иксид, провожая насмешливым взглядом раз за разом опускающийся ремень. — А что насчет?…

— Не переживай. — усмехнулся в ответ на заданный не до конца вопрос Виктор, — Вообще-то мы с ним хорошие друзья. Так что все с ним в порядке. В голове та еще каша, конечно, но жить это ему не мешает. — Тараканов в голове у Мистгана действительно хватало, но все они были домашние и ни к какому рецидиву не должны были привести.

Увлекшись воспитательным процессом, он не заметил, как от гильдии подтянулся народ вскоре обступивший его с иксидом кругом. И судя по сжимаемому в руках оружию, явились они не просто поглазеть на невиданное зрелище.

Хлестанув Эльзу очередной раз, он опустил ремень и обвел взглядом суровых волшебников Хвоста Феи.

— Ты же мог ее легко убить. — встретила его полным ненависти взглядом Люси. — Ты обещал рассказать, почему ты не тронул ее в прошлый раз. По-моему, время пришло.

Не успев ничего ответить, он в последний момент на одних рефлексах прикрыл своим телом Эльзу от прилетевшего из толпы клинка. Наполненный огненной магией кинжал вошел в спину над правой лопаткой и принялся сжигать его тело изнутри. Хорошо еще, что заряд кинжала оказался на последнем издыхании и потому вместо кремации целого участка тела он лишь прижег рану.

0x01 graphic

— Не-е-ет! — выскочившая из-за спин магов земная Лисанна бросилась к заваливающемуся на бок Витору и подхватила его до того, как он рухнул на землю. Одновременно с ней отреагировал Барс, но в его руках оказалась нокаутированная Эльза. Подняв полные слез глаза к тем, кого в течение последнего года считала самыми близкими людьми, Лисанна нашла взглядом Миру, — Пожалуйста, не убивайте их! Прошу!

— Да в чем дело!? — не выдержав, заорала Люси, с ужасом смотря на исходящую дымом спину человека, который смог вернуть им члена их большой семьи.

— Он никогда не сможет причинить ей зла. — потупив взор и покрепче обняв Виктора сзади за плечи, она аккуратно положила его на бок, чтобы не потревожить застрявший в теле кинжал. — Эльза его сестра. — пояснила она на недоуменный взгляд Миры и местной Лисанны, у которых имелись очень большие счеты к Найтволкер.

— Жизнь, за жизнь. — прохрипел отошедший от болевого шока Виктор, вытянув дрожащую левую руку в сторону спасенной им Лисанны. — Люси, обещай мне, что отпустишь их.

— Извини, Виктор, — отведя взгляд в сторону, Люси едва заметно кивнула приготовившимся к нападению магам, — слишком многих она у нас забрала, чтобы мы позволили ей жить. У нас нет другого выбора.

— Что же. Тогда у меня тоже нет. — едва слышно ответил Виктор и активировал одну из батареек, что запитывала магией его пространственный карман. Одновременный подрыв полусотни вывалившихся из ниоткуда светошумовых гранат, на какое-то мгновение превратил пустынную местность в центр рождения нового светила. Ослепленные и оглушенные феи, побросав свое оружие, сидели на коленях или просто валялись на земле, силясь протереть ослепшие глаза.

Лишь один с трудом поднявшийся на ноги человек сохранил свое зрение. Изрядно пошатываясь на подгибающихся ногах, он помог подняться сидевшей рядом Лисанне, после чего побрел в сторону замершего на месте и готового к отражению любой атаки иксида.

— Барс, это Виктор. — прохрипел он, подойдя поближе к королевским офицерам. — Не атакуй меня. Я помогу вам выбраться отсюда.

— Хорошо. — спустя несколько секунд обдумывания кивнул здоровый котяра и позволил взять себя за свободную руку. Второй он прижимал к своему телу Эльзу.

Проводив всех троих до машины Нацу, Виктор, шипя от боли, с трудом уместился на водительском месте и припомнив старые навыки, легко повел машину подальше от гильдии. Как ни странно — управление этим автомобилем очень сильно походило на то, что он помнил по своей первой жизни.

Отъехав километров на пять, он остановился и взмахом руки предложил всем выгружаться. Впрочем, все — это были Лисанна и Пантер. В Эльзу ему пришлось выстрелить усыпляющей пулей, когда она стала приходить в себя. Все же характер у девчонки был не сахар, а вновь устраивать с ней разборки, когда сам еле двигаешься, в планы Виктора никак не входило. Даже принятые в дороге обезболивающие и общеукрепляющие пилюли, что делала для него Полюшка, не сильно помогли.

— Дальше сам доберешься? — поинтересовался он у потягивающегося иксида — тому пришлось согнуться в три погибели, чтобы поместиться в машине.

— Да.

— Пригляди за моей сестренкой, Барс. — Виктор кивнул в сторону оставленной машины. — Не позволяй ей делать глупостей. А я обещаю присмотреть за принцем.

— Ты так заботишься о ней, будто она действительно твоя сестра. — усмехнулся иксид, показав взглядом на ремень.

— А она действительно моя сестра, Барс. Ты знаешь, как бы я ни старался, у меня не получается воспринимать ее иначе. Пусть Эльзы живут в разных мирах, но для меня они как разлученные в далеком детстве близняшки.

— Знаешь, Виктор. Еще недавно я хотел лично придушить тебя, за все твои выкрутасы. Но теперь я точно знаю, что не буду этого делать. Ты сам умудряешься найти для себя столько проблем, что мне будет намного приятнее думать, как ты мучаешься в попытке выбраться из них, чем убивать тебя собственными руками.

— Я тоже рад был знакомству. — усмехнулся в ответ Виктор. Вновь подключив батарейку, он вытащил из пространственного кармана летающее крыло. — Не поможешь напоследок. — кивнув на новое средство передвижения, он указал на все еще торчавший из раны кинжал — Один, боюсь, не справлюсь.

Чтобы не тревожить пораненную спину, он вновь прикрепил себя как при бегстве из тюрьмы, зажав Лисанну между крылом и своим телом. До постоянно отслеживаемой Анимы было чуть более часа спокойного полета и он очень надеялся, что запасов сил и здоровья хватит на последний рывок из этого мира. Оставаться здесь еще не знамо насколько для лечения, абсолютно не хотелось, да и спрятаться от местной Эльзы, оставшись практически без денег, было бы совсем непросто. А то, что после устроенной порки она непременно вновь захочет найти его, пусть даже в виде бесчувственного тела, не вызывало сомнений.

Силы начали истощаться уже на подлете к рукотворной аномалии. Рецепт процесса перехода уже давно был выучен на зубок, потому, с этой стороны препятствий не предвиделось. Разверзшаяся подпространственная дыра с удовольствием втянула в себя не принадлежащую этому миру материю, чтобы через долю секунды выплюнуть ее уже на Земле.

Чувствуя, что сознание вот-вот отключится, Виктор, работая на одной силе воли, приткнул свой аппарат на ближайшее ровное место и подав сигнал бедствия по доставшемуся еще от Макарова палантиру, отрубился.

Глава 8. Дом, милый дом

— А ведь кто-то говорил, что больше не будет. — оказались первыми словами, которыми встретили его в родном мире. Осуждающий взгляд Полюшки прошелся по пациенту и замер, наткнувшись на раскрывшиеся глаза. — Наверное, все же придется наказать такого непослушного пациента.

— Все живы? — еле слышно проскрипел Виктор иссушенным горлом.

— Все. — усмехнулась лекарь, давая ему попить воды из небольшого чайничка. — Все, кроме одного негодного мальчишки, который с каждым разом все дальше продвигается в деле приближения собственной кончины.

— Значит все. — расплылся в довольной улыбке Виктор, которая, впрочем, на его осунувшемся и позеленевшем лице совершенно не смотрелась. — А что с негодным мальчишкой?

— Не смотря на все мои старания, жить все же будет. — продолжила их старую игру Полюшка.

— Он такой! Он может! — хмыкнул Виктор. — Долго я провалялся в отключке?

— Пять дней.

— А Лисанна?

— Давно с семьей. — подойдя поближе, Полюшка промокнула выступивший на лбу Виктора пот. — Каждый день с самого утра приходят к моему дому. Мне уже даже надоело гонять их метлой. — пожаловалась на невменяемых Штраусов лекарь.

— Не может быть! — притворно ужаснулся Виктор. — Вам!? И надоело!? Может я ошибся адресом и прибыл на другую Землю!?

— Нет, адресом ты не ошибся. Впрочем, как и семьей.

— К-какой семьей? — и так плохо ворочающиеся мозги, совершенно застопорились от услышанной фразы.

— Тебе лучше знать, — пожала плечами Полюшка и добавила, — почему малышка Мира уже который день требует пропустить ее к мужу.

— К мужу!? А кто у нас муж?

— Ну, полагаю, что поскольку кроме тебя у меня никого на излечении нет — муж у нас именно ты.

— И когда я только успел? — покачал головой Виктор, впрочем, расплывшаяся во все лицо улыбка выдала его настоящие мысли с головой.

— Ох шпанье. — вздохнула в ответ Полюшка.

— А вы оказывается мелкая воровка. — усмехнулся Виктор. Впрочем, в его исполнении смешок больше походил на едва заметное фырканье.

— С чего бы это!? — тут же возмутилась очередной наглости пациента Полюшка.

— Это была фраза мастера! — с серьезным видом пояснил Виктор и стойко принял удар холодной мокрой тряпки по лбу. Впрочем, даже при очень большом желании он не смог бы сдвинуться с места, чтобы уклониться от заслуженной кары. Да и тряпка больше шлепнула, чем ударила.

— Был бы здоров, прибила бы! — фыркнула в ответ на подколку лекарь.

— Я всегда знал, что вы, врачи, в голодные времена сами выходите на большие дороги с дубиной наперевес, дабы обеспечить себе приток пациентов, но никак не подозревал, что вы когда-нибудь в этом признаетесь! — обличительно прохрипел Виктор и начал часто дышать, поскольку слишком сильно выдохся, произнося столь длинную фразу.

Занесенная для очередного раунда священной кары тряпка, дрогнула и медленно опустилась обратно в тазик с холодной водой. Прополощенная и отжатая она вскоре уместилась на лбу молодого человека, заодно прикрывая и глаза.

— Спи, шутник. — оглядевшись вокруг и удостоверившись, что ее никто не слышит, ласково проговорила Полюшка и погладила своего любимого пациента по впалой щеке. — А счастье твое еще немного подождет за дверью — не развалится.

Еще трижды Виктор ненадолго приходил в сознание, после чего вновь погружался в лечебный сон, так что повидаться с друзьями удалось лишь спустя полторы недели после возвращения. Да и то приводили их по одному и под конвоем лечащего врача. Исключения сделали лишь для Эльзы и Миры.

— Здравствуй, брат. — холодный тон, которым Эльза поздоровалась с Виктором, мог ввести в заблуждение кого угодно, но только не его.

Ничего не ответив, он лишь протянул в ее сторону заметно похудевшую руку. На немой вопрос, он улыбнулся и призывно подергал пальцами на себя. Битва взглядов продолжалась почти минуту, и Виктор уже был готов сдаться и опустить задрожавшую от напряга руку, как вихрь красных волос буквально налетел на него, и на груди разревелась не грозная волшебница "S"-класса, а испереживавшаяся за брата младшая сестренка.

0x01 graphic

— Я тебя ненавижу, брат. — заливаясь слезами, она начала легонько постукивать его по груди, одновременно млея от прикосновения таких родных рук, что принялись гладить ее по голове.

— А я тебя обожаю, сестренка! — рассмеялся Виктор, поглубже зарываясь носом в приятно пахнущую и такую мягкую и ласковую шевелюру. — Как же я по тебе скучал!

— Почему!? Почему ты не взял меня с собой!? Почему бросил одну!? — поудобнее уместившись на груди брата, едва слышно прошептала Эльза, не в силах справиться с душившими ее слезами.

— Я тебя никогда не бросал и никогда не брошу, Эльза. — ласково ответил Виктор и поцеловал ее в макушку. — Но у меня были определенные обязательства перед дедом с гильдией. А на кого как не на тебя я бы мог оставить всех этих балбесов?

— Ни на кого. — тихо признала правоту брата Эльза.

— Вот видишь. — вновь принялся гладить ее по голове Виктор. — Я знал, что ты у меня девочка умная и сможешь все понять. Извини, что не успел лично попрощаться с тобой, но времени было слишком мало.

— Я все понимаю, Виктор. — кивнула Эльза. — Но больше никогда так не делай. Слышишь!? Никогда!

— Извини, Эльза. Но порой жизнь сама делает выбор за нас, и мы не в силах противостоять ей. Я обещаю тебе, что приложу все усилия, чтобы подобное более не повторилось. Этого достаточно?

— Достаточно. — вновь едва заметно кивнула Эльза. — Но когда ты поправишься, я все равно изобью тебя за то, как ты поступил со мной. Так что набирайся сил и готовься к будущей взбучке, брат! — просияла задравшая голову Эльза, старательно растирая по щекам остатки слез.

— Хорошо! — усмехнулся Виктор, — Но если ты проиграешь, я отлуплю тебя ремнем за непослушание. Как в старые добрые времена!

Ткнув кулаком в грудь брата и притворно насупившись, Эльза пробурчала, — Меня нельзя бить ремнем. Я уже взрослая девушка и вообще — маг "S"-класса.

— А мы никому не расскажем. — заговорщически прошептал ей на ухо Виктор и зашелся в смехе, начав получать в грудь серию слабеньких ударов.

Закончив с шутливой экзекуцией, Эльза вновь опустила голову на грудь Виктора, — Скажи, брат, а та, вторая я, какая она? Лисанна не стала мне ничего говорить. — Как бы она ни старалась гнать от себя мысли, что ее копия из другого мира смогла занять ее место в сердце и душе брата, червячок сомнений день за днем грыз ее изнутри, после того как Лисанна поведала ей о своих приключениях.

— Она не вторая ты, Эльза. Ты у меня единственная и неповторимая. Так было, так есть и так будет. Знай это! — вновь прижав сестру покрепче к себе, начал непростой разговор Виктор. — Эльза Найтволкер, она очень похожа на тебя. Тоже сильная, тоже ранимая, — он легонько щелкнул по возмущенно задравшемуся носику, — тоже невероятно красивая и тоже неповторимая. Ей просто не повезло в жизни и она не встретила такого замечательного брата как я. — показательно ойкнув от прилетевшего в бок несильного удара, Виктор продолжил, — Она пошла по иному пути, нежели мы с тобой и стала врагом гильдии Хвост Феи. Врагом с большой буквы. — В ответ на требовательный взгляд напрягшейся сестры, он, тяжело вздохнув, пояснил, — В Эдоласе все маги, которые не состоят на службе у короны, считаются темными. И за ними долгие годы велась постоянная охота. В результате, сейчас там осталась только одна гильдия — Хвост Феи. И все силы королевской армии заняты ее уничтожением. Та Эльза убивает магов Хвоста Феи, если они не успевают скрыться от нее. — Почувствовав, как участилось дыхание сестры и как сжались ее кулаки, он успокаивающе погладил ее по голове, — Пойми правильно, она не сама стала такой. Такой ее воспитали в королевской армии. С точки зрения правительства Эдоласа и большей части населения — она настоящий герой, борющийся с темными магами. Мы с тобой можем относиться, мягко говоря, негативно к тому, чем она занимается, но мы не имеем права осуждать ее, за то, что она живет по законам своего мира. Поэтому, если вдруг так случится, что ты когда-нибудь встретишься с Эльзой из Эдоласа, не убивай ее, пожалуйста. Не недооценивай ее, бейся в полную силу, но не убивай.

— Она стала дорога тебе, брат? — серьезно посмотрела на Виктора Эльза.

— Понимаешь, Эльза, я не смог отнестись к ней как к постороннему человеку. Много раз у меня имелась возможность убить ее. Ты бы знала, как меня просили об этом эдоласские маги Хвоста Феи. Какие взгляды полные ненависти они бросали на нее и на меня, когда я отказался выполнить их просьбу. Но у меня просто не поднялась на нее рука. Я смотрел на нее и видел твою сестру-близняшку, попавшую на воспитание в руки не к тем людям и выращенную с исковерканными жизненными приоритетами. Как, по-твоему, я мог бы отнестись к твоей пропавшей много лет назад сестренке?

— Я поняла, что ты пытаешься сказать. — улыбнулась Эльза. — Я горжусь тобой, брат! — погладив Виктора по щеке, она поцеловала его в лоб и преодолевая себя, выскользнула из объятий самого родного человека. — Полюшка позволила побыть у тебя сегодня всего десять минут, а там еще Мира ждет. Я бы может не уступила ей ни секунды общения с тобой, но какой-то мерзавец прошептал ей на ухо год назад настолько обязывающие слова, что она все это время не находила себе место. Ты, часом, не знаешь, кто бы мог быть этим мерзавцем?

— Есть одна персона на примете. — усмехнулся Виктор.

— Я люблю тебя, брат. — тепло улыбнулась Виктору уже стоявшая у двери Эльза. — Жди меня завтра. — Послав воздушный поцелуй, она скрылась за дверью.

Не прошло и пары секунд, как в комнату Виктора зашла еще одна девушка, которая тоже могла бы похвастать не только сногсшибательной красотой, но и невероятно редким цветом волос.

Встретившись с Мирой взглядами, Виктор буквально утонул в той бури чувств, что плескались в двух бездонных озерах. Он даже не стал пытаться разобраться в них, ему было достаточно просто смотреть. До того как увидеть свою Миру он даже не подозревал, как сильно жаждал увидеть ее снова. Сердце гулко забухало в груди, а притекшая к голове кровь начала пьянить почище крепленого вина.

— Мира. — только и смог он вымолвить враз пересохшим горлом. Больше Виктор ничего сказать не успел. Уподобившись его сестре, Мира кинулась к нему, но вместо груди прильнула к губам, запечатав их своими. Малость неумелый, но такой пылкий и одновременно нежный поцелуй не требовал никаких дополнительных слов. Поддавшись обуявшим его желаниям, Виктор заключил девушку в объятия и взял дальнейший ход действа на себя. С трудом оторвавшись от таких манящих губ, он зарылся в платинового цвета волосы, давая любимой отдышаться. Решив немного похулиганить, Виктор слегка прикусил ее правое ушко и промурлыкал, — Я тут краем уха услышал, что без меня меня женили. Ты случайно не знаешь, кто та прелестница, что решила прибрать меня к своим милым ручкам? — С удовольствием понаблюдав как доселе белое ушко сперва покраснело, а после превратилось в бордовый пылающий уголек, он от души рассмеялся и вновь поддался искушению вишневых губ. — Я люблю тебя, Мира. — вновь прервав поцелуй, произнес Виктор, глядя прямо в глаза своей избраннице. — Ты даже не представляешь себе, насколько сильно я люблю тебя.

— Я знаю. — расцвела в улыбке девушка, нежно разглаживая растрепанные волосы Виктора. В тот день, когда пропала Лисанна, она была не в себе и мало что помнила о произошедшем. Многое ей казалось сном или простым видением, но когда спустя недели немного оклемавшаяся Мира узнала, что Виктор ушел в тот же день, сразу после разговора с ней, и более его никто не видел, она вспомнила все его слова — до последней буквы. Этот, никогда не унывающий брат ее вечной соперницы, которого она так любила доставать и подкалывать, за то, что он почему-то то и дело привлекал ее взгляд, пообещал сделать невозможное. А еще он сказал те три волшебных слова, что сама она гнала от себя как дурные мысли, когда исподтишка поглядывала в его сторону. Осознание возможной потери еще одного оказавшегося столь дорогим для нее человека едва не привело к новому срыву, и лишь разговор с Эльзой помог ей удержаться. То, с какой внутренней уверенностью говорила Эльза о своем брате, буквально придавало ей сил не просто существовать, а продолжать жить дальше. Жить полноценной жизнью и верить в Виктора. Именно тогда она узнала полную историю Эльзы и Виктора. То, что было так тяжело вспоминать ее вечной сопернице и лучшей подруге, стало настоящим столпом для Миры. Только человек привыкший совершать невозможное, мог вернуть ей младшую сестренку и вернуться сам. И такой человек дал ей слово. — Я ждала. Я знала. — потершись щекой о плечо Виктора, едва слышно прошептала Мира. — Эльза сказала, что ты всегда держишь свое слово, и потому я ждала. Спасибо тебе за то, что вернул мне Лисанну, вернул мне жизнь и подарил мне возможность быть любимой.

Очередной страстный поцелуй был нагло прерван настойчивым стуком в дверь. Появившаяся вслед за этим в комнате Полюшка лишь покачала головой на неподобающее поведение как пациента, так и посетителя и попросила всех лишних очистить помещение и дать выздоравливающему как следует отдохнуть.

Проводив Миру хмурым взглядом и убедившись, что за ней захлопнулась дверь, Полюшка погрозила Виктору кулаком — Ну что, мерзавец, доволен? Вскружил девчонке голову!

— Ага. Доволен. — все еще прибывающий на седьмом небе от счастья Виктор не смог вовремя сосредоточиться на вопросе и просто сказал правду, как она есть.

— Вот наглец! Доволен он! — пробурчала для порядка Полюшка, но вид действительно по уши влюбленного парня все же растопил ее драконье сердце, — Сделай ее счастливой, мой мальчик. Я знаю, ты сможешь.

Подавившийся слюной Виктор воззрился на пожилую женщину, — Полюшка, это действительно вы сказали, или у меня слуховые галлюцинации?

— Тьфу, паразит! Такой момент испортил. — проворчала она в ответ.

— Полюшка? — позвал тихонько посмеивающийся Виктор.

— Ну что еще!?

— А вы семейные консультации даете? Ну, там, когда лучше ребенка завести, как лучше за ним ухаживать. — с самым серьезным видом поинтересовался он.

— Какой ребенок!? Она сама еще дитя неразумное, раз отдала свое сердце такому раздолбаю как ты!

— Ну, так ведь дети не выбирают, когда им появляться на свет. — как ни в чем не бывало продолжил Виктор. — Рано или поздно, после того как два любящих сердца находят друг друга, у них появляются дети. Причем зачастую это происходит рано, нежели поздно.

— Ах ты охальник! С больничной койки еще подняться не успел, а уже о детях думает!

— Лучше подумать и подготовиться заранее, чем сидеть потом и почесывая репу, говорить- "Как же это так получилось?"

— Ладно, говори, чего ты там опять удумал.

— Полюшка, я не хочу лишать Миру радости молодости, но и отдаю себе отчет в том, что мои мужские инстинкты возьмут верх над разумом. Пусть не завтра, не через неделю и даже не через месяц, но когда-нибудь мы разделим с Мирой ложе. Да, для вас мы оба все еще неразумные дети, но биологический возраст не обманешь, и природа все больше и больше требует свое. Вы сможете проконсультировать Миру о том, как можно безопасно защищаться?

— И откуда ты такой всезнающий свалился на мою голову? — тяжело вздохнула Полюшка. — А, главное, слова то какие смог подобрать! — Окинув его задумчивым взглядом, лекарь кивнула своим мыслям, — Ладно, герой-любовник, будет твоей драгоценной Мире консультация. И даже кое-что сверх того. Но учти, узнаю, что ты позволил себе лишнее по отношению к этой бедной девочке, превращу в лягушку.

— Согласен. — кивнул Виктор и решил таки добить своего лечащего врача, — И для Эльзы тоже, пожалуйста, проведите такую же консультацию.

— А ей то зачем!? — опешила Полюшка, — У нее, вроде, никого на примете нет.

— Когда появится, может быть поздно. — пробурчал в ответ Виктор. — Не сидеть же мне каждый вечер под ее окнами с винтовкой в руках, чтобы отстреливать охочих до молодого тела всяких придурков!

— О сестре вон как беспокоишься, а сам порядочным девушкам головы кружишь! Не стыдно!? У Миражанны, между прочим, тоже брат имеется. Не боишься и сам в один прекрасный момент попасть ему на мушку?

— Отвечаю по порядку. Нет, не стыдно. Боюсь, и потому буду приглашать Миру исключительно к себе домой.

— Вот не был бы ты таким израненным и беспомощным, отходила бы тебя метлой так, что сам себя в зеркале бы не узнал!

— Значит, это хорошо, что я всегда попадаю к вам в руки израненным и беспомощным.

— Да чего же тут хорошего, бестолочь! — тяжело вздохнула Полюшка. — Видел бы ты Эльзу, когда тебя ко мне только доставили. Страх и отчаяние — вот сосредоточием чего она была в тот момент. Уж если не бережешь меня, старую, побереги хоть сестру. Не давай ей поводов изводить себя темными мыслями.

— Извините меня, Полюшка. И рад бы, да не всегда получается. К сожалению, жизнь из года в год не становится проще, а количество проблем и врагов лишь увеличивается. И для противостояния им нужны сила и опыт. Сами знаете, что с силой у меня не слишком задалось, так что опыт — мой единственный шанс уцелеть в будущих передрягах. А опыт — он, как известно, сын ошибок трудных. А также результат тысяч литров трудового пота и сотен литров пролитой крови. Иного пути нет, и вы это знаете как никто другой. Я мужчина и я должен ограждать своих девочек от всего того зла, которого с головой хватает в нашем мире.

— Спи уже, мужчина. — поведя снотворным эликсиром под носом Виктора, нежно проговорила Полюшка. — Набирайся сил. А опыта и мудрости тебе и так хватает.

Провалявшись три недели на излечении у Полюшки, Виктор все же был отпущен на поруки и в сопровождении Эльзы с Мирой первым делом наведался в гильдию. За прошедшее время ничего не изменилось и стоило ему появиться в дверях, как со всех сторон полетели приветствия и поздравления от веселящихся магов.

— Виктор! Давай смахнемся! — вечный живчик Нацу, не придумал ничего лучшего как мгновенно кинуться с объятыми пламенем кулаками на того, кого считал действительно сильным.

— Извини, Нацу, — уйдя с линии атаки, он слегка подправил направление движения этого вечного двигателя и услышав за спиной звук удара пустой головешки о деревянную стену, добавил, — я все еще слишком слаб, так что давай немного отложим наш поединок.

— НАЦУ! — проревело сзади какое-то неимоверно жуткое чудовище, если судить по голосу.

— Убью. — холодно произнес напарник этого чудовища.

— А я смотрю, у нас все по прежнему! — усмехнулся Виктор, подойдя к мастеру, и принялся вместе с ним наблюдать за процессом воспитания одного бестолкового убийцы драконов парой обворожительных разъяренных фурий. — Вот теперь я точно могу сказать — я дома! — Приняв от расцветшей в улыбке Лисанны стакан любимого сока, он чокнулся с кружкой мастера, — Спасибо, что присмотрел за моими девочками, дед.

— Еще неизвестно, кто за кем больше присматривал. — усмехнулся растроганный Макаров. Даже его родной внук уже много лет не называл его "дедом" и только Виктор пусть изредка, но давал ему почувствовать себя не только мастером гильдии, но и главой большой и дружной семьи. — Девочкам пришлось повзрослеть всего за один год, чтобы справиться с теми обязанностями, что ты взвалил на их хрупкие плечи своим уходом. И все вы справились со взятыми на себя обязательствами в полной мере. Я счастлив, что в подрастающем поколении Хвоста Феи есть те, кому я смогу безбоязненно передать гильдию.

— Э нет, дед. — усмехнулся Виктор. — Гильдия — это твой крест, вот и неси его с высоко поднятой головой. А мы, в меру сил, поможем. Но на большее даже не рассчитывай. Так что как минимум еще лет двадцать тебе придется ворчать на всякое шпанье и тяжело вздыхать, читая очередные жалобы магического совета.

— И не жалко тебе меня? — проворчал Макаров, глядя в искрящиеся весельем глаза собеседника.

— Вы знаете, мастер, — придвинувшись поближе, начал заговорщически шептать Виктор, — судя по тому списку прегрешений, числящимися за вами со слов Полюшки, вы еще легко отделались. Был у меня один знакомый, так он за подобное людей заживо на сковороде жарил.

Подавившийся пивом мастер, закашлялся и придвинувшись еще ближе к Виктору, прошептал, — Никогда, ничего и никому не рассказывай!

— Посмотрим, мастер. — промурлыкал неимоверно довольный Виктор, одним взглядом обещая старику веселые времена.

— Ну за что? За что мне все это!? — простонал Макаров, воздев очи к потолку.

— Как я теперь точно знаю — за дело! — рассмеялся Виктор, смотря на стенания старого ловеласа.

— Ох, шпанье. — покачал головой мастер, после чего озорно подмигнул парню, что обязан был занять его место. Пусть не завтра, не через год и даже не через пять лет, но именно Виктора выбрал старый мастер в свои преемники и отказываться от идеи спихнуть все проблемы на более молодые и крепкие плечи он не собирался, не смотря на любой шантаж. Пусть огромные запасы магической силы и поддерживали в нем жизнь и относительно неплохое здоровье, все же почти девять десятков прожитых лет все чаще напоминали о себе.

Завершившие экзекуцию девушки подошли к переданному им Полюшкой едва ли не под расписку Виктору. Эльза с удовольствием разместилась на соседнем табурете, а поцеловавшая Виктора в щеку Мира унеслась на кухню. После пропажи сестры она все же запечатала свои магические силы и вот уже как несколько месяцев следила за хозяйством гильдии, а также стояла за стойкой и разносила заказы по столам, даря согильдийцам милые улыбки и хорошее настроение.

— Везет тебе, Виктор. — тяжело вздохнул мастер, проводив упорхнувшую девушку веселым взглядом.

— Я и сам это знаю. — серьезно кивнул Виктор. — И благодарен судьбе, за то, что она одарила меня такой сестренкой и такой любимой. Мастер, надеюсь, вы понимаете, что я уничтожу любого, кто окажется настолько глупым, что начнет предпринимать по отношению к моим девочкам неадекватные действа.

— Ты это о чем? — от былого веселья не осталось и следа. Слишком хорошо он знал, каким может быть Виктор защищающий то, что ему дорого.

— Вправьте уже мозги Лексусу, пока не стало слишком поздно. — ответил ему Виктор и покосился на второй этаж, откуда с видом немалого превосходства взирал на своих согильдийцев внук Макарова. — То, что меня здесь не было целый год, вовсе не означает, что я превратился в слепца. С каждым годом он все больше и больше дистанцируется от всех остальных, не стесняясь при этом выражать свое отношение ко всяким "слабакам". Он уже давно не бестолковый ребенок, чтобы не отвечать за свои слова. Отвечать придется. И отвечать отнюдь не по детски. Скажу прямо, мастер, если он окончательно пересечет черту, мне придется его уничтожить.

— Ты что-то знаешь, Виктор? — спросил враз поникший старик.

— Все мы что-то знаем, мастер. Мое предупреждение вы услышали. Надеюсь, вы сможете донести до Лексуса основу моей мысли, иначе в один далеко не самый прекрасный день это придется сделать мне. — Пересказывать Макарову весь разговор, что состоялся у него с Лексусом всего неделю назад, Виктор посчитал неправильным, но и принять предложение внука мастера построить гильдию исключительно для сильных и избранных магов, он никак не мог. По хорошему, Лексуса следовало как следует отметелить уже тогда, но два фактора не позволили Виктору поступить подобным образом. Первое — на тот момент он сам был беспомощнее котенка и второе — Лексус, пусть и в своей пижонской манере, выразил искреннюю благодарность за возвращение Лисанны. Кто другой мог бы и ничего не услышать в его речи, но Виктор имел слишком большой опыт общения с этим искусственным убийцей драконов, чтобы не понять того, что было завуалировано кучей пафосных фраз.

— Вы это о чем? — влезла в разговор Эльза, — Что там опять Лексус натворил?

— А подслушивать — нехорошо. — покачал головой Виктор. — Ты целый год воспитывала всех этих балбесов, дай уже и мне душу отвести. — расплылся в улыбке Виктор и повернувшись к залу, принялся выбирать первую жертву разноса. — Грей! Извращуга ты великовозрастный! Ты куда трусы стягиваешь! Макао! У тебя, небось, опять семья не кормлена, а ты все тут бухаешь! Кана! Я с кем год назад проводил беседу о пагубном воздействии алкоголя на неокрепший детский мозг! И что я вижу!?…

Под заливистый смех Эльзы, довольное бурчание мастера и теплую улыбку Миры, Виктор прошелся по всем и каждому, придумывая порой совсем уж мнимые проколы и ошибки, но народ с радостью принялся подыгрывать вернувшемуся домой блудному сыну, позволяя ему окунуться в семейную обстановку с головой.

Поскольку все свои средства Виктор потратил на покупку золота и драгоценных камней перед путешествием в Эдолас, а сидеть на шее у гильдии или сестры он счел невозможным, уже вскоре в его руках оказалось задание из тех, что висели на стене заказов первого этажа. Почувствовав теплое дыхание у правого плеча, он повернулся посмотреть на того, кто смог подкрасться к нему незамеченным и встретился с серьезным взглядом Эльзы.

— Собрался на работу, брат?

— Да. Деньги сами собой в кармане не появятся, а мне еще тебе за пропущенный день рождения отдариваться надо. Да и насколько я смог заметить, тебе уже сейчас нужен новый доспех, который бы не жал там, где раньше был велик. — расплылся в улыбке Виктор. — Не стоит сдерживать рост молодого тела, тем более если оно растет в самых правильных местах.

— Дурак. — пробурчала зарумянившаяся Эльза. — Я и сама могу купить себе любой доспех.

— Но ведь получить в подарок будет куда приятнее. — подмигнул Виктор. — И не говори мне, что это не так.

— Ты еще не оправился от ран. Отдохни еще немного. Ты ведь только вернулся и хочешь опять уйти. Это нечестно, брат.

— Ну, я ведь ухожу не неизвестно куда. — Виктор демонстративно потряс заказом.

— Ох, Виктор, ну почему ты не хочешь понять, насколько сильно нам тебя не хватало. Полагаешь, тех нескольких дней, что ты провел в гильдии, хватит мне и Мире, чтобы забыть тот жуткий год, в течение которого мы могли только гадать, где ты и как ты себя чувствуешь? Жив ли ты!? Ты хоть представляешь, через что нам пришлось пройти?

— Не представляю, Эльза. И никогда не хочу представлять чего-либо подобного. Но и сидеть всю оставшуюся жизнь под твоим присмотром я не собираюсь.

— Я и не говорила про всю жизнь. Но посиди дома хотя бы месяц. Набери форму, поправь здоровье, подготовь свои многочисленные игрушки. И только после берись за очередное дело. — Подойдя поближе, она обняла его сзади и зашептала на ухо, — Ты думаешь, я не знала, что всякий раз, когда ты отправлялся за травами в одиночку, на самом деле ты уходил охотиться на темных магов? Пусть я и младшая в нашей семье, но я отнюдь не глупая.

— Я никогда ничего подобного и не говорил. Наоборот, я всегда гордился тем, какая ты у меня умничка.

— Вот и ты побудь хоть немного умничкой и послушай свою мудрую сестру. Ты еще слишком слаб.

— А если я дам слово, что не собираюсь сейчас охотиться на темных? Я действительно собирался лишь выполнить это задание. Все же у меня тоже имеется голова на плечах, чтобы не соваться в самое пекло, едва выкарабкавшись с того света. Сама посмотри, ну что опасного может быть в охоте на виверн? Возьму свою любимую винтовку, запас снотворных патронов и смотаюсь в горы на недельку, не больше.

— Брат, ты кому пытаешься запудрить мозги? — укоризненно покачала головой Эльза. — Какие горы!? Какие виверны!? Ты же до сих пор едва ли не по стеночке ползаешь! — Она прекрасно знала, причину, по которой ее брат вынужден был взяться за задание, но также знала, что если предложит ему денег, они сильно поругаются. Однажды она уже совершила подобную ошибку и в результате получила такой выговор, что месяц дулась на Виктора. Лишь с возрастом она поняла один из тех столпов, что составляли основу характера ее брата — мужчина должен заботиться о своей семье. И Виктор заботился о ней, как только мог. Она видела, как нелегко приходилось брату и потому старалась, как можно меньше доставлять ему неудобств. Именно по этой причине она всегда отказывалась переехать к нему домой. Но сейчас речь шла о его здоровье, а то и жизни, по сравнению с которыми возможная ссора являлась сущим пустяком. Забрав из его рук задание, Эльза строго посмотрела Виктору в глаза, — Ты у меня очень сильный. Но даже самому сильному человеку порой требуется помощь друзей и близких. Я не отпущу тебя одного. Пойдем вместе.

— А я согласен. — усмехнулся Виктор. — Я уже и не помню, когда мы с тобой в последний раз ходили на задание вдвоем. Тем более с такими тратами на одежду, деньги тебе точно не помешают.

— К-какими тратами? — мгновенно смутилась Эльза.

— Я бы сказал — немыслимыми и шокирующими. Но я еще слишком слаб, чтобы отбиться от твоего праведного гнева и потому промолчу. — рассмеялся Виктор. — Покажешь мне как-нибудь свою новую коллекцию? — решил он подбодрить совсем засмущавшуюся сестру, да и получать тумаки действительно не хотелось.

— Покажу. — едва заметно кивнула смутившаяся еще больше Эльза. И чтобы справиться со своим смущением не нашла ничего лучше чем врезать дефилирующему мимо в одних труселях Грею. — Грей, оденься! — рявкнула она на распластавшегося на полу парня и сунув обратно Виктору в руки листок задания, направилась к выходу из гильдии, бросив напоследок, — Жду на вокзале через три часа.

— За что? — прохрипел с пола пытающийся прийти в себя Грей.

— Извини, мой извращенный друг, но ты пал невинной жертвой тонкой душевной натуры моей маленькой сестренки. — помог ему подняться Виктор и поудобнее устроив тело ледяного мага на табурете, добавил, — Но с раздеванием все же завязывай. А то свяжу тебя и подкину абсолютно беспомощным в личный кабинет мастера Боба.

— НЕТ! Ты так не поступишь со своим другом! — в мгновение ока пришел в себя Грей. — Ведь не поступишь!? Ответь мне, Виктор!

— Знаешь, Грей, — задумчиво произнес Виктор, — ряд медиков в своих работах утверждали, что многие психологические патологии можно вылечить шокотерапией. Полагаю, что мастер Боб в твоем запущенном случае будет в самый раз. Так что возрадуйся! Скоро, совместными усилиями, мы на корню искореним твой недуг и ты, наконец, сможешь найти себе девушку, которая не будет от тебя шарахаться! — Ободряюще похлопав побледневшего от открывающейся перспективы Грея по плечу, Виктор поцеловал на прощание едва сдерживающую смех Миру и насвистывая какой-то веселый мотивчик, покинул гильдию.

— Он ведь это несерьезно!? Скажи мне, Мира! Ведь несерьезно!? — взмолился Грей, в мельчайших подробностях представив себе описанные Виктором перспективы.

— Кто знает, Грей. — лукаво улыбнувшись, пожала плечами Мира, к которой после возвращения сестры постепенно стала возвращаться любовь к тонкому искусству подтрунивания над всеми окружающими, что вкупе с ее ангельским видом создавало гремучую смесь для любого не готового к подобному повороту событий человека. — Все же Виктор — человек слова. И раз он пообещал помочь с решением твоей проблемы — то обязательно поможет.

— Ну Мира! Ну пожалуйста! Я сделаю все, что скажешь! Только не надо мастера Боба!

— Все что скажу? — предвкушающе облизнулась Мира, давая Грею понять, насколько сильно он влип, бросаясь необдуманными обещаниями.

— Грей, лучше молчи. — мило улыбнулась ему подошедшая с опустевшим подносом Лисанна. — А не то загонишь сам себя в еще более жуткую ловушку.

— Лисанна! — решил уцепиться за последнюю тростиночку висящий над бездонной пропастью Грей, — Умоляю! Поговори с Виктором! Я сам разберусь со своей проблемой! Не надо мне помогать!

Глава 9. Трудовые будни

Наведавшись домой и прихватив набор матерого снайпера и на всякий случай набор юного диверсанта, Виктор успел заскочить в ближайший ресторанчик, чтобы заказать еды в дорогу и как по команде, явился к железнодорожному вокзалу ровно через три часа. Эльза уже была на месте и отшивала очередного кавалера в свойственной ей манере — избитый и дрожащий паренек, косясь на приставленный к его шее меч, что-то лепетал в свое оправдание и явно проклинал себя за то, что вообще подошел к обряженной в доспех девушке.

Полюбовавшись на творящееся действо и решив, что с парня и так хватит, он не стал нагнетать обстановку и лишь осуждающе покачал головой, смотря на вошедшую во вкус сестру. Впрочем, по настоящему осуждать ее у Виктора не было никакого права. Эльза с Мирой были ровесницами, и потому его сестра уже давно вошла в тот возраст, когда можно было начинать интересоваться парнями, но прекрасно зная, кто именно навсегда поселился в ее сердце, он не позволял себе вмешиваться в ее личную жизнь. Пока. До активации Райской башни по его прикидкам оставалось год-полтора и потому подготовиться к предстоящей операции время еще было.

Заметив осуждающий взгляд брата, Эльза быстренько свернула представление и понурив голову, прошла в ожидающий отправления поезд. Прекрасно зная, какую реакцию вызывает ее внешность у всех мужчин, она давно привыкла ставить себя так, чтобы раз и навсегда отбивать у них желание познакомится поближе. Но если в Магнолии все уже давно знали, что подкатывать к Эльзе — смерти подобно, то приезжим то и дело приходилось давать от ворот поворот. А уж что порой творилось во время выполнения заданий! Доходило до того, что ей не давали и шага ступить до тех пор пока один-два самых настырных воздыхателя не отправлялись в больничку с многочисленными синяками и ушибами.

— Ох и нелегко же тебе приходится, сестренка. — вместо ожидаемого чтения нотаций, Эльза наткнулась на грустно-ироничный взгляд Виктора. — Впрочем, такая красота требует жертв. — он потеребил кончик локона ее шелковистых волос. — Надеюсь, никто в мое отсутствие не позволял себе лишнего по отношению к тебе?

— Не волнуйся, брат. — счастливо улыбнулась Эльза, — Я уже взрослая девочка и сама могу позаботиться о себе. Так что тебе не придется сидеть под моим окном с винтовкой наперевес! — прыснула она в кулачок, повторяя его слова, сказанные недавно Полюшке. — Так что по ночам можешь спать спокойно. Или не спать — судя по тому, что нам с Мирой по твоей, между прочим, просьбе поведала Полюшка! — расплылась она в ехидной улыбке, смотря на краснеющие уши Виктора. — Я всегда знала, что ты у меня своего никогда не упустишь. Но в этот раз ты превзошел самого себя, братец! Не знаю, как Мира тебя не побила в тот же день за подобное просвещение.

— Она пыталась. — чтобы не смотреть в фонтанирующие весельем глаза Эльзы, Виктор отвернулся к окну. — Даже сковородкой уже замахнулась, но в последний момент проявила жалость и сострадание.

— И с чего бы это ей проявлять жалость и сострадание к такому беспринципному мерзавцу, каким оказался мой брат!? — продолжала вовсю веселиться Эльза.

— А я на нее посмотрел вот так. — преобразовав свои глаза и часть черт лица в чертовские, что сделало его неимоверно похожим на кота, Виктор в точности воспроизвел взгляд кота в сапогах из Шрека.

— Милашка! — невольно вырвалось у Эльзы и ее руки сами собой потянулись вперед, чтобы почесать за ухом у этого чудесного, милого и беззащитного существа, что оказалось перед ней, но в последний момент она одернула их и зажмурив глаза, встряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения. — Ну ты даешь, братец. — покачала она головой. — Надеюсь, ты не часто пользуешься столь страшным оружием, чтобы добиться от беззащитных девушек всего, чего бы ты ни хотел? Учти, узнаю, что это так, и мне придется убить тебя, дабы спасти весь женский род от посягательств одного милого мерзавца.

— Не беспокойся, это я сохранил исключительно для Миры. Ну и тебе могу демонстрировать время от времени, если попросишь. — рассмеялся Виктор.

— Если попросишь. — пробубнила Эльза, передразнивая Виктора, и прошептала себе под нос, — Чертов милашка.

— А я все слышу!

Так, весело переругиваясь, они добрались до городка Ошибана, откуда дальше отправились уже на своих двоих. Точнее, на своих четырех — пусть один из изготовленных квадроциклов навсегда остался в Эдоласе, второй спокойно дождался возвращения своего владельца в гараже и теперь, извлеченный из пространственного кармана, нес красноволосую пару седоков к видневшимся на севере горам.

Занимавшая едва ли не десятую часть всей территории королевства горная гряда давала приют многим магическим тварям, но даже там люди не собирались оставлять их в покое. Многочисленные поселки шахтеров и золотодобытчиков, перемежались с деревеньками лесорубов и охотников. Далеко не всегда добычей кристаллов лакримы и тушек полумагических тварей занимались маги. Наоборот, зачастую это был хлеб обычных, обделенных даром, людей. Просто в отличие от Виктора у них имелось куда меньше способов и ресурсов для организации добычи, потому и держались на весьма высоком уровне цены на всевозможные ингредиенты потребные любому артефактору. Но в горах порой встречались такие твари, которые обычным людям были не по зубам. В основном это были вулканы, виверны, йети и гаргульи. Вот и сейчас пришедшее из глубины горного хребта семейство виверн облюбовало под логово пещеру, где старатели добывали кристаллы лакримы. По всей видимости, разработки давали очень неплохой доход, раз шахтеры решили нанять магов, вместо того, чтобы найти себе новое место добычи.

Небольшой поселок в два десятка домов являлся весьма типичным поселением для этих мест. Те, кто промышлял добычей лакримы то и дело кочевали с места на место по мере выработки очередного месторождения и не заморачиваясь архитектурными излишками, возводили себе новое жилище по образу и подобию предыдущего.

— И сколько всего там виверн? — найти старосту не составило особого труда, поскольку все шахтеры сидели по домам или без дела слонялись по единственной улице поселка, треплясь с соседями ни о чем.

— Снаружи мы видели трех взрослых, но сколько их заселилось в саму пещеру — неизвестно. Честно говоря, первым делом мы обратились к охотникам из соседних поселений, но сталкиваться одновременно с таким количеством тварей никто из них не решился.

— Не могу их винить в желании выжить. — усмехнулся Виктор, — С таким количеством виверн и я побоялся бы схлестнуться. Все же они очень крепкие и живучие твари, да вдобавок могут противостоять магии.

— Так что? Тоже откажетесь?

— Нет. — усмехнулся Виктор, — Но прежде чем приступить, я хочу удостовериться, что у вас хватит средств для расчета. Все же три сотни тысяч за голову — деньги отнюдь не маленькие. А вдруг их там десяток окажется? Потянете?

— Десяток потянем. — кивнул староста и продемонстрировал магический банковский вексель с очень немалым количеством нулей.

— В таком случае, не будем тратить время на пустые разговоры! — предвкушающе потер руки Виктор. — Показывайте, где эта ваша пещера!

Отправляясь в путь, Виктор рассчитывал заработать от силы тысяч шестьсот, максимум — девятьсот. Но как оказалось, тут можно было сорвать джек-пот. К тому же, разделанные на ингредиенты виверны могли принести еще по три сотни тысяч драгоценных каждая. А разделывать подобную дичь он умел — Альзак в свое время неплохо натаскал его в этом вопросе. Ну и в качестве вишенки на торте — имелся шанс проверить в деле честно украденный у эдоласских королевских артефакторов излучатель, с помощью которого можно было превращать в кристалл лакримы любое магическое живое существо. В будущем их предполагалось использовать против иксидов и потому секрет этого оружия, как и сами готовые образцы, надежно охранялись, запрятанные в глубоких подвалах королевского дворца, но небольшой переносной предсерийный образец пылившийся в кладовых артефакторов уже давно никого не интересовал, судя по слою скопившейся на нем пыли, и в числе прочего был прихватизирован Виктором для личных нужд. Понять принцип его работы Виктор так и не смог, но это не мешало ему пользоваться столь многообещающим оружием. Правда, в связи с отсутствием встроенного источника энергии похожий на гипертрофированный американский ручной гранатомет М-79 излучатель приходилось запитывать от себя. Для любого другого мага гильдии, кроме разве что мастера, Гилдарца и Каны оно было бы слишком опасным из-за зверского аппетита, но Виктору с его немыслимым резервом на подобный недостаток было откровенно наплевать.

Не смотря на солидный калибр винтовки в 15-мм и весьма тяжелые пули, гулявшие в горах ветра не позволяли вести прицельный огонь с больших дистанций и потому, скрывшемуся под своим любимым плащом Виктору пришлось подбираться к логову виверн почти на три сотни метров, что для этих хозяев неба было не расстоянием. Как ни шипела на брата Эльза, ее пришлось оставить примерно в полукилометре за спиной, поскольку вдвоем под плащом им уже было никак не поместиться. А обладающие первоклассным зрением и обонянием виверны не прощали охотникам ни малейшей ошибки. Вот и приходилось работать в гордом одиночестве.

0x01 graphic

Естественно, мгновенно открывать огонь по караулившим снаружи пещеры тварям было бы чистым самоубийством и потому вперед был пущен старый добрый паучек-разведчик. Если он и привлек внимание одной из виверн, та никак не отреагировала на его появление. На достойную дичь или вообще еду паук никак не походил, а какую-либо опасность виверне подобная мелочь представлять не могла.

За те пять часов, что Виктор провел практически не шевелясь, стараясь слиться как можно больше с окружающей местностью, он с помощью небольшого разведчика смог обследовать всю пещеру и отыскав причину появления виверн, мысленно присвистнул от немалого удивления. Стало понятно, почему шахтеры так сильно вцепились в эту пещеру. Когда-то давно здесь закончил свою жизнь один из драконов, скорее всего и проживший здесь не одно столетие, так что кристаллов лакримы там должно было быть вагон и маленькая тележка. И хоть лакрима сама по себе не могла заинтересовать виверн, сильное магическое поле сохраняющееся в пещере являлось для них чем-то вроде идеальной температуры окружающей среды для человека. Вдобавок, они смогли раскопать часть засыпанного давним обвалом драконьего скелета и с превеликим удовольствием принялись грызть сохранившиеся после него бронечешуйки. Являясь ну очень далекими родичами драконов, они обладали той же способностью, что и исчезнувшие небесные гиганты — во время роста их шкура становилась крепкой только по мере потребления чего-либо твердого — типа железа или камня. И чем тверже и крепче был потребленный материал, тем более крепкой шкурой мог похвастать взрослый экземпляр. По всей видимости, почивший здесь дракон питался в свое время чем-то намного лучшим нежели камни, раз слетевшиеся к его последнему пристанищу виверны столь сосредоточенно грызли оставшиеся от него чешуйки, не обращая никакого внимания на валявшиеся тут и там стальные инструменты.

Всего в пещере обосновалось восемь виверн — пятеро молодых особей под присмотром тройки взрослых практически без остановки вовсю двигали челюстями, пытаясь сгрызть плохо поддающиеся чешуйки и судя по скорости поедания, в ближайший год они точно не собирались покидать данную территорию.

Отставив в сторонку пульт управления паучком, Виктор достал хедкраба и прицепив к нему контейнер с изготовленным Полюшкой снотворным, способным мгновенно свалить и слона, направил свое творение на охоту. Ко всяким ядам и снотворным средствам виверны никакого защитного механизма не имели, и лишь отличное обоняние тварей не позволяло охотникам активно пользоваться подобными средствами. Виктор же не собирался подкладывать снотворное в какую-либо приманку, а его мгновенное распыление не должно было позволить намеченным целям скрыться или поднять тревогу раньше времени.

За три захода он переправил внутрь пещеры все имевшиеся футляры со снотворным, и стоило заряженному убийственным электрическим шокером хэдкрабу прыгнуть на одну из взрослых виверн, Виктор инициировал подрыв размещенных внутри пещеры футляров и схватив винтовку, выстрелил стоявшей тридцать тысяч драгоценных пулей в соседа сотрясаемого судорогами сторожа. Особая ценность этой пули состояла в том, что внутри в подобии гравитационного поля покоилась сырая мана магии разрушения — чем-то подобным обладал Гилдарц. Как одного его касания было достаточно для мгновенного разрушения любой преграды, так и попадания данной пули оказалось достаточно, чтобы распылить на атомы немалый кусок кожи и мяса виверны. Целился Виктор в глаз, чтобы наверняка поразить цель с первого выстрела, но та успела дернуться в последний момент и пуля попала в шею.

Выругавшись, Виктор выпустил в виверну четыре куда более дешевых бронебойных пули, после чего бросил все свое добро на месте и припустил вниз по склону навстречу Эльзе. По достигнутой договоренности она должна была выдвинуться ему навстречу после первого же выстрела и в случае необходимости прикрыть брата на ближней дистанции. А необходимость все-таки возникла. Оставшийся невредимым третий страж мгновенно засек стрелка и рванул на обидчика своего собрата с такой скоростью, что Виктор едва успел пробежать пару десятков метров, прежде чем ему пришлось прыгать за камни в поисках укрытия. Скрежетнувшие над головой когти высекли целый сноп искр из его укрытия, а пущенные вдогонку из револьвера пули лишь бессильно застряли в крепкой шкуре воздушного хищника, не причинив тому никакого вреда. Именно поэтому раньше он охотился на виверн только вместе с Альзаком и Биской — пока один изображал из себя подсадную утку, двое других занимались превращением хищника в дуршлаг. Все изменилось после изготовления первой крупнокалиберной винтовки с оптическим прицелом и бронебойными пулями. С таким оружием, что Биска, что Альзак спокойно могли выходить один на один против самых сильных виверн. Даже у него самого только что получилось завалить одну из этих летающих рептилий! Но при численном превосходстве виверн, даже это произведение маго-технического искусства не могло помочь одинокому охотнику.

Еще дважды ему приходилось уходить от острых зубов и когтей виверны, пока в пошедшую на очередной заход тварь не влетело огромное копье. Сила удара оказалась такова, что весившая под тонну летающая ящерица вошла в штопор и рухнула метрах в ста от Виктора. Неслабо приложившись головой, она, тем не менее, даже и не думала умирать. Рассмотрев среди камней прятавшегося мага, виверна, издав жуткий рев, кинулась к Виктору, забавно перебирая задними лапами.

По всей видимости, чувство опасности все же подстегнуло его мозг к работе и потому, хлопнув себя по лбу, он вытащил из пространственного кармана изделие эдоласских артефакторов и направив его на приближающуюся тварь, активировал. Чуть меньше секунды потребовалось излучателю, чтобы выпить почти десятую часть его сил и одновременно превратить виверну в красивую небольшую кристаллическую фигурку маленького дракончика.

— Брат! Ты в порядке!? — на соседний камень буквально влетела одетая или точнее раздетая в доспех ветра Эльза.

— Лучше не бывает! — просиял он в ответ и принялся нарочито медленно разглядывать сестру. — Скажи, Эльза, а кошачьи ушки и леопардовая расцветка как-то тоже влияют на скорость? — наконец закончил он изучение того, что сестра называла доспехом и ехидно улыбнулся, заметив начавшую проступать красноту на щеках и ушах Эльзы.

— Нет. — фыркнув и отвернувшись в сторону, ответила девушка.

— Значит, просто, чтобы выглядеть мило даже в бою? — улыбка и не думала сползать с его лица. — Знаешь что, сестренка. Как только вернемся домой, я все же проведу ревизию твоих доспехов. Потому как у меня складывается четкое ощущение, что защита в них отдана в жертву красоте. А меня, как твоего старшего брата, это не может не волновать.

— Но ведь ушки не мешают. — предприняла попытку оправдаться Эльза, чем вызвала настоящий поток смеха.

— Не мешают. — отсмеявшись, согласился Виктор. — Но бронелифчик и бронетруселя никак не тянут на гордое звание настоящего доспеха. Уж извини. — Приобняв обидевшуюся сестру за плечи, он направился к пещере. — Знаешь, Эльза, в подобном одеянии ты, конечно, выглядишь сногсшибательно и не будь я твоим братом, как и любой нормальный мужчина непременно предпринял бы попытку приударить за тобой. Так что в какой-то мере подобный доспех — это еще и оружие в битве с любым мужиком. Хочет он того или нет, но он все же будет отвлекаться от ведения боя, чтобы кинуть мимолетный взгляд на твое шикарное тело. И это плюс подобного одеяния. Но той же виверне или еще какой магической твари твои идеальные пропорции до лампочки. Твое тело их больше интересует с гастрономической точки зрения и полностью оголенный животик, руки и ноги так и будут манить их попробовать тебя на зуб. Ты только, пожалуйста, не считай, что я сейчас читаю тебе нотации. Ты у меня девочка умная и сильная. Да и опыта боев тебе не занимать. Потому, я не сомневаюсь, что ты прекрасно знаешь, в какой ситуации применять тот или иной из своих доспехов. Но я все же не могу не волноваться за тебя, так что давай договоримся. Мы посмотрим все твои доспехи и подумаем каким образом можно было бы улучшить их характеристики, не уменьшая при этом красоту и изящество.

— Хорошо. Но ушки и хвостик мы трогать не будем. — едва заметно кивнула уже забывшая об обиде Эльза.

— О! Ушки и хвостик — это святое! — активно закивал Виктор и показательно подергал одно из своих материализовавшихся чертовских ушей.

На сбор трофеев ушел целый день, а потом еще неделю Виктор отказывался покидать пещеру, откапывая из-под завала все сохранившиеся драконьи чешуйки. Мало того что это был редчайший и потому невероятно дорогой материал, так еще пришедшая ему в голову мысль при виде спящих молодых виверн натолкнула на идею временно переквалифицироваться в фермера. Примерно через год виверны должны были окончательно вырасти и при условии их усиленного питания чешуей дракона, в перспективе он мог рассчитывать на получение невероятно прочного, но при этом гибкого материала. Естественно, на всех пятерых виверн никаких чешуек было не запастись, но пару наиболее крепких он оставил в живых. Не забыл Виктор набрать сувениров и для остальных, выбив из черепа дракона наиболее грозно смотрящиеся зубы.

— Как же не хочется отсюда уходить. — тяжело вздохнул Виктор, бросив последний взгляд на пещеру. — Не знаю как у тебя, Эльза, а мой внутренний хомяк негодует от одной мысли, что мы не прибрали к рукам ни одного кристаллика лакримы. Тут ведь если немного копнуть, мгновенно озолотишься.

— Оставь, Виктор. — улыбнулась Эльза, прекрасно понимая, насколько тяжело приходится ее брату, — Это хлеб местных шахтеров.

— Так то оно так. Но как же печально.

— Лучше подумай о том, что чем быстрее мы вернемся в гильдию, тем скорее ты вновь увидишь Миру. И тебе сразу полегчает.

— Ну вот! Теперь мне стало еще хуже! Мало того, что я бросаю столь замечательную пещерку на произвол судьбы, так теперь еще несколько дней буду думать о том, как долго я не видел мою маленькую чертовку.

— Ох, Виктор. Как же с тобой, порой, тяжело. То тебе не то, это тебе не это. Бедная Мира! С кем только она согласилась связать свою судьбу!

— Но-но-но! Я бы попросил! Нечего тут наговаривать на одного обаятельного и привлекательного артефактора! И вообще! Никто не совершенен!

— Что!? — мгновенно материализовавшийся в руке Эльзы меч приник к горлу Виктора, — И даже я?

— Признаю свою ошибку! — тут же пошел он на попятную. — Ты и Мира — это два сосредоточия совершенства в нашем несовершенном мире!

— Я рада, что ты умеешь признавать свои ошибки. — ласково улыбнулась Эльза, убрав меч.

— Научишься тут признавать. — пробурчал Виктор, косясь на сестру, но волшебного пенделя правосудия не последовало и он спокойно продолжил спуск с горы.

Еще пара выходов на охоту за редкими тварями позволили, наконец, Виктору почувствовать себя финансово состоятельным человеком и на время забросить походы на задания. К тому же слишком много идей, материалов и неотложных дел накопилось за все время его вынужденного отсутствия в своей мастерской, так что на время он переквалифицировался в сумасшедшего ученого. Также, выполняя предыдущие договоренности, Эльза отловила зашедшего навестить Миру брата и устроила ему показ мод.

— А это что такое? — хриплым голосом поинтересовался Виктор, который всего за пол часа превратился в кусок бордово-красного раскаленного угля от тех видов и поз, что демонстрировала его скромная сестра.

— Костюм домохозяйки. — недоуменно пояснила Эльза, поправляя немного смявшийся фартук, компанию которому составляли лишь стринги.

0x01 graphic

— И кто тебе об этом сказал? — глубоко дыша, чтобы сбить возникшее в теле напряжение, поинтересовался Виктор.

— Ну, — приложив указательный пальчик к губам, Эльза подняла глаза к потолку, — Мира. — после чего покосилась на брата.

— Мира!? — прохрипел Виктор и представив себе в подобном костюмчике практически Евы любимую девушку, не выдержал и зарычав, кинулся на задний двор своего дома, где хранились дрова для камина. Лишь спустя пол часа активного махания топором и последующего холодного душа он смог вернуться обратно в комнату. — Эльза, а что еще тебе рассказывала Мира?

— Ты точно уверен, что хочешь это знать? — начала заливаться красной краской Эльза.

— Теперь уже нет! — прокричал вновь рванувший на задний двор Виктор, вспомнивший, что у него еще оставалась неразрубленной колода.

Так, с перерывами на холодный душ и рубку всего, что было не жалко, Виктор все же осилил просмотр всей коллекции, после чего кинулся составлять список костюмов, которые подпадали под его жесточайшие запретительные санкции как оружие массового поражения разума мужчин. Найти в себе силы, чтобы продолжить просмотр еще и доспехов, в тот же день он так и не смог, и вообще предложил перенести это действо хотя бы на недельку.

Чтобы хоть как-то отвлечься от терзающих тело и душу желаний, Виктор с головой ушел в работу. Слишком многое из добытой в Эдоласе информации требовалось переложить на реалии Земли, чтобы сконструировать и создать действительно стоящие вещи. То, что уже совсем скоро его сил будет едва хватать на тренировочные бои с Эльзой и пацанами, он видел прекрасно уже сейчас, потому требовалось как можно лучше подготовиться к грядущим событиям. Если его бренная тушка не имела никаких шансов уцелеть в будущих боях, выход оставался один — создать себе новое тело. Идея экзоскелета принесенная еще из своего родного мира уже давно витала в его голове, но прежде ему не хватало информации. Лишь после нескольких рейдов в секретные королевские лаборатории Эдоласа удалось ликвидировать ряд прорех в знаниях, да вдобавок прихватить прототипы узлов и агрегатов изучаемого там древнего стального дракона. С материалами же смогла помочь Леви. Все же магия веского слова оказалась сильно недооценена как самой волшебницей, так и всем миром. При большом желании и наличии огромных запасов маны Леви могла материализовывать все, что пожелает. Золото, алмазы, титан — для нее не было ничего невозможного. Главное — было правильно написать письменами название материала, который ты хочешь в итоге получить.

Методом многочисленных проб и ошибок им в свое время удалось таки получить разные арамидные ткани, эпоксидную смолу и ряд сплавов, о которых здесь не должны были слышать еще не одну сотню лет. Лишь уход Виктора на поиск Лисанны, отодвинул процесс внедрения руслана, номекса, нитинола и различных броневых сталей в процесс производства доспехов. Леви посетила его еще у Полюшки и обрадовала новостью, что пока Виктор героически пропадал незнамо где, она создавала запасы этих материалов, каждый вечер сливая на их материализацию остатки своей маны. В итоге за год у нее накопился не один кубометр тканей и почти четыре тонны сталей в листах разных размеров. Кое-что из этих материалов Виктор планировал пустить на модернизацию доспехов Эльзы, но большая часть в конечном итоге должна была стать частью будущего меха. Вот именно над его чертежами Виктор и корпел, обложенный со всех сторон кучей книг и справочников. В отличие от технологического мира, где ему никогда не светило в одиночку создать что-либо подобное, магическая составляющая этого, легко позволяла компенсировать недостаток конструкции нанесением на нее всевозможных заклинаний, делая материалы крепкими, твердыми, износостойкими. Главным условием было наличие достаточного количества энергии для подпитки нанесенных рун и письмен, но с его объемами маны о подобном можно было даже не задумываться.

— И над чем ты так усердно трудишься, что даже забыл про меня? — подкравшаяся сзади Мира нежно обняла его и с немалым любопытством заглянула в расстеленный на столе чертеж.

— Над особым доспехом. — улыбнулся Виктор и поймав в руки одну из ладошек девушки, поцеловал ее. — Но в том, что я не заглядывал к тебе, виноват вовсе не он.

— Да? И кто же виноват в твоем отсутствии? — угрожающе промурлыкала ему в ухо Мира.

— Ты, ты и еще раз ты! — Повернувшись на своем кресле, он ухватил девушку за талию и усадил себе на колени. — Ты слишком красива и слишком притягательна, Мира. — с немалым удовольствием Виктор зарылся в ее густые распущенные волосы и принялся тереться о ее плечико подобно коту. — Каждый раз, смотря на тебя, я чувствую, как моя сила воли все больше истончается и живущий внутри меня зверь готовится просто-напросто наброситься на тебя. Твой взгляд, аромат твоих волос, твой завораживающий голос пьянят меня похлеще крепленого вина.

— И это проблема!? — поинтересовалась млеющая от направленного на нее душевного тепла Мира.

— Еще какая! Я слишком сильно люблю тебя, чтобы позволять себе лишнее.

— Бедненький. — участливо протянула Мира, поглаживая Виктора по голове.

— Ага. Я такой. — с нотками грусти в голосе мгновенно согласился Виктор и лишь покрепче прижался к любимой. — Я никогда и никому не позволю обидеть тебя, Мира. В особенности себе. — он нежно поцеловал ее в шею. — Давай съездим на курорт? Вдвоем. Позагораем, искупаемся, отдохнем. Никаких тебе заданий, никаких проблем, никаких взбалмошных фей. Полагаю, мы с тобой заслужили право на отдых как никто другой.

— Спасибо тебе, Виктор. Но я, наверное, больше никогда не смогу оставить Лисанну без присмотра. Не сердись, пожалуйста. Я действительно хотела бы отправиться с тобой на море, но, просто не могу…

— Это да, младшие сестрички они такие — постоянно требуют пригляда. — усмехнулся Виктор. — Мне ли не знать!

— Хи-хи! — прыснула в кулачек Мира. — А вот в вашей семье еще неясно, кто за кем больше присматривает! — задорно рассмеялась девушка и соскочив с колен, потянула Виктора за собой, — Хватит сидеть в своем подвале, как старый затворник. Пойдем, я принесла тебе поесть.

— Поесть? Поесть — это хорошо! — усмехнулся Виктор и не сопротивляясь, позволил себя повести наверх, — А что будет на десерт!?

— Пока еще не решила. — хитро улыбнулась Мира. — А что бы ты хотел?

— Дай ка подумать. — изображая глубокую задумчивость, потер он свободной рукой подбородок, — Как насчет поцелуя со сливками?

— Сливок не обещаю, но вот все остальное, — она провела указательным пальчиком по своим губам, — будет подано в избытке!

— Тогда чего мы так медленно плетемся!? Где там этот обед, который стоит между мной и моим десертом! Ради тебя, Мира, я расправлюсь с ним в два счета! — выпятив вперед грудь и расправив плечи, Виктор ударил себя кулаком в грудь, подражая какому-нибудь герою, обещающему расправиться с чудовищем ради любимой девушки.

— О! Мой рыцарь! — мгновенно подыграла ему Мира и звонко рассмеявшись, взбежала вверх по лестнице, где указала рукой направление дальнейшего движения, — Недостойный враг ждет вас в столовой!

Через пару дней они все же уехали на лучший курорт королевства, но прихватив с собой едва ли не всю молодежную компанию Хвоста Феи из тех, кто был в гильдии. Альзак, Биска, и Грей смогли заплатить за себя сами, а вот Лисанна, Эльза, Кана, Эльфман, Нацу и Леви получили путевки в презент от Виктора. И пусть обошлось ему это почти в пол миллиона, счастливая улыбка Миры и полный нежности поцелуй окупили все сполна. Эльфман попытался было начать распаляться, по поводу того, что настоящие мужики подобных подарков принимать не имеют право, но ласковый взгляд старшей сестры заставил его подавиться на полуслове и быстренько ретироваться куда подальше.

Путь до прибрежного города Акане был довольно близкий — чуть больше двенадцати часов на поезде с учетом пересадки в Харгеоне, но никто из собравшейся компашки ранее в этом тропическом раю никогда не был. Отдых в нем действительно влетал в копеечку и далеко не каждый из молодых магов мог бы отложить такие деньги со своих доходов. Съем жилья, питание и что самое главное — артефактное снаряжение, оружие и доспехи сжирали львиную долю их заработков. Тех, кто мог бы выполнять высокооплачиваемые, но весьма рисковые задания в гильдии можно было пересчитать по пальцам рук, а большая часть магов довольствовались заработком в сто — сто пятьдесят тысяч драгоценных в месяц. Только семейные выделялись на их фоне, стараясь заработать чуть больше, да Виктор с Эльзой выглядели белыми воронами. Но и у них всегда находилось куда пристроить заработанные деньги, поэтому для красноволосой семейки это тоже был первый в их жизни выезд на отдых.

— Все прям как дома. — покачал головой Виктор, складывая ударом в печень еще одного непонятливого представителя золотой молодежи, из числа той группы идиотов, что решили подкатить к их девушкам. Слов, не привыкшие получать отказа, мажоры не понимали, и потому разъяснительную работу пришлось проводить на международном языке жестов. Правда, большая часть как его так и присоединившихся к веселью Нацу с Греем жестов заканчивались впечатыванием кулака, локтя, ступни или колена в тело очередной непонятливой особи, но тут уже ничего нельзя было поделать — укладывать придурков с помощью магии было бы совсем жестоко.

— Сколько у тебя, ледышка!? — проорал веселящийся от души Нацу, впечатывая очередного клиента ударом ноги с разворота в дерево.

— Пятеро, уголек! — не отвлекаясь от обработки кулаками ребер открывшегося противника, прокричал в ответ Грей.

— Мы ведем! У Виктора только девять! — искренне обрадовался убийца драконов.

— Но ведь он один, а нас двое. — недопонял логику приятеля Грей и отправив в нокаут надоевшую грушу, повернулся к Нацу.

— Так ведь Виктор! — подал голос порхающий над своим другом и напарником синий кот.

— Ну да, этим все сказано. — почесав затылок, был вынужден согласиться Грей. Все же как Виктор не гонял их с Нацу, до его возможностей любому из них было как до Луны. И даже Эльза, не скрываясь, признавала свою слабость в искусстве рукопашного боя по сравнению с братом.

— А вы говорили, будет скучно! — пробив в промежность последнему остававшемуся на ногах мажору, Виктор, как ни в чем не бывало, прихватил опущенные на землю перед дракой чемоданы. — Вот это я понимаю сервис по высшему разряду! Да, Нацу?

— Ага! Я аж воспылал!

— Тогда хватай вещи и айда заселяться! Если уж нам посчастливилось так отметиться на входе, представляешь, сколько новых лиц мы сможем приголубить на пляже!

— О-о-о! — затрепетал в экстазе убийца драконов, представив себе возможный размах будущих махачей.

— Мииииилый, а может все же обойдемся без драк? — ласково улыбнувшись, поинтересовалась Мира, отчего стоявший рядом с ней Эльфман нервно сглотнул и заметно побледнел. Уж он то хорошо знал, к чему может привести подобный тон его сестры.

— Не. — окинув ее восхищенным взглядом, помотал головой Виктор. — Если бы вы видели себя со стороны, сами бы поняли, что без драк никак не получится. На такой цветник, эти, — он кивнул в сторону постанывающих тел, — будут слетаться как голодные пчелы.

Их компания действительно привлекала к себе взгляды. Любая магия всегда влияла непосредственно на тело владеющего ей мага и если сила была по-своему красива, то и сам маг отличался изрядной внешней привлекательностью. Вдобавок, стоило учитывать постоянные тренировки и немалое количество боев, что были за плечами большей части народа из их компании, весьма положительно сказавшихся на внешних данных. Высокие, красивые, мускулистые, с идеальными пропорциями тела они выглядели как гордые лебеди среди отъевшихся уток.

— С пчелами мы и сами могли бы разобраться, брат. — улыбнулась Эльза, сменившая таки свой вечный доспех на купальник. — Ты ведь сюда приехал отдыхать, вот и расслабься. К тому же нам тоже порой хочется повеселиться. — хрустнула она под конец костяшками пальцев.

0x01 graphic

— Да, Виктор, мы уже девочки взрослые! — мгновенно подхватила Кана, уже успевшая где-то раздобыть алкогольный коктейль. — Сами разберемся, что и с кем нам делать.

— Ага! Особенно ты у нас самая взрослая! Кана, меня не было всего год и что с тобой стало! Куда делась та милая и заботливая девочка, что баловала меня ванильными кексами?

— Выросла! — высунула язык Кана и показательно добила бокал одним глотком.

— Да? Ты в этом точно уверена? — взглядом полным недоверия окинул ее Виктор. — А вот я пока что не заметил.

— ЧТО!? — тут же взорвалась девушка, — Глаза протри! Как такое можно не заметить! — она провела ладонями по топу своего бикини.

— Прости, но микроскоп я забыл дома. — развел руками Виктор и под грозное шипение разошедшейся Каны, которую принялись вдвоем удерживать Мира с Эльзой, все же направился к дверям гостиница. — Твой отец оставил мне письмо с просьбой присмотреть за тобой, пока он не вернется, и потому знай, куда бы ты не отправилась, за тобой всегда будут следовать мои глаза и уши.

— Виктор стра-а-ашный! — не сдержался, чтобы не прокомментировать ситуацию Хеппи.

Хоть Фиор и являлся королевством, разница в правах и обязанностях дворян и простого народа была минимальной, потому, прибывшая вскоре стража, опросив всех участников событий, была вынуждена вынести устное предупреждение всем отличившимся и убыть восвояси. Связываться с золотой молодежью и их родителями у командовавшего отрядом офицера явно не было никакого желания, но и наезд на гильдейских магов мог впоследствии аукнуться столь немалыми неприятностями, что лучшим выходом стало простое замятие дела. Администрация курорта оказалась полностью солидарна с ним, и потому каждая сторона конфликта получила от отеля дополнительные бонусы. Виктор не знал да и не хотел знать, чем решили подмазать богатеньких Буратин, но от ежедневных сеансов массажа и зарезервированных персонально для них горячих источников он решил не отказываться, намекнув, что и подарочная бутылка превосходного вина в каждом номере была бы не лишней. Сильно наглеть он не собирался, но не выторговать что-либо сверх того, что буквально пихали в руки улыбающиеся сотрудники курорта, было выше его сил.

— Красота! — потянувшись, констатировал развалившийся на лежаке Виктор. Стоило им прийти на пляж, как практически вся компания рванула в море, а он с Эльфманом принялся расставлять зонты, лежаки и раскладывать на подстилки притащенные с собой съестные припасы. Впрочем, долго возиться не пришлось и уже минут через пять оба с удовольствием растянулись на своих лежаках.

— Ты о чем? О море или о том кто сейчас играется в море? — усмехнувшись, уточнил Эльфман.

— Я в принципе! Все же пока я сюда не попал, не понимал, насколько сильно мне требовался отдых. Мы еще только приехали, а я уже почувствовал себя другим человеком!

— Что-то я пока не заметил. — вновь усмехнулся Эльфман. — Драка была? Была! Нотации читал? Читал! Где же изменения?

— Хм. — потерев подбородок, Виктор просветлел, — О! Я ведь никого не взрывал!

— Это аргумент! — рассмеялся Эльфман. — И надеюсь, что ты сможешь сдержаться до конца отдыха! — Убрав весь несерьезный тон, он продолжил, — Виктор, ты даже не представляешь себе, насколько я тебе благодарен. Не только за то, что вернул нам младшую сестренку, но и за то, что начал возвращать к жизни Миру. Та, вечно улыбающаяся и заботливая Мира, что встречает, поит и кормит всех в гильдии — она ведь не настоящая. Представь себе Эльзу на ее месте и ты поймешь, о чем я говорю. Она отгородилась этой маской от всего мира и копила внутри себя горе и отчаяние. Не один раз я просыпался ночью, слыша ее тихий плач. Сейчас же я прекрасно вижу, что маска уже дала солидные трещины. Виктор, пожалуйста, разбей ее окончательно и верни нам ту Миру, которая бесила и выводила нас из себя, но которая и была нам дорога именно поэтому.

— Ого! Эльфман, ты ли это!? Слова не мальчика, но мужа! А где же твое вечное — "Мужик обязан…" и так далее по тексту?

— Не одна Мира смогла придумать себе маску. — усмехнулся двухметровый здоровый детина. — Но я свою маску смогу разбить сам.

— Н-да. Задал ты мне задачку, Эльфман. Сделать из ангела дьяволенка. А ты уверен, что твоя сестра сама хочет стать прежней? Может ей понравилось быть такой. — Виктор кивнул на играющуюся в воде Миру. — Все же всем нам пришлось резко повзрослеть за довольно короткое время и часть того, что ты считаешь маской, на самом деле является ее выбором. Ты об этом не думал? С возрастом людям свойственно меняться, знаешь ли. Разве что Нацу так и продолжает оставаться неразумным ребенком. Лисанна бросает на него такие взгляды, а он их в упор не замечает.

— Какие взгляды!? — мгновенно сделал стойку Эльфман.

— Такие же, какие ты бросаешь на Эвергрин! — рассмеялся Виктор. — У вас это, похоже, семейное — бросать взгляды!

— И как ты только все подмечаешь? — тут же принялся ворчать смутившийся парень. — Тебя же в гильдии почти не бывает!

— О чем шепчетесь? — к лежащим в тени зонтов парням подлетела Кана и весело смеясь, обдала обоих водой принесенной в ракушке.

— О тебе, Кана. — посмотрев на замоченную рубашку, мрачно ответил Виктор. — Думаем, что же с тобой делать. Начинать пороть ремнем прямо здесь или все же в номере.

— А за что ремнем то!? За что!? — невольно схватившись за свои нижние девяносто, возмутилась Кана.

— Так для профилактики. — тут же пояснил Виктор. — Когда будет за что — время уже уйдет.

— Злю-ю-юка. — протянула Кана, состроив рожицу. — Лучше бы пошел искупаться со всеми, вместо того, чтобы строить тут разные козни одной милой и беззащитной девушке! Давай! Снимай ка свою рубашку и марш в море! А то разлегся тут как старый дед! — схватившись за шиворот его рубашки, Кана принялась тягать его туда-сюда в попытке расстегнуть пуговицы.

— Хорошо, хорошо, только перестань меня дергать. — с трудом отбился от цепких ручек девушки Виктор и под горящим любопытством взглядом принялся стягивать гавайку. — И не пялься так на меня! Вон, на Эльфмана лучше смотри — это у него идеально сложенное атлетическое тело.

— Э нет! Мне интересно узнать, что же такого нашла в тебе Мира!

— Эх, Кана. — покачал головой Виктор, — Мира нашла во мне интересное не столько снаружи, сколько внутри. — Сняв рубашку, он увидел, как сползли улыбки с лиц его друзей и разведя в стороны руками, сказал, — Теперь и сами видите, что любоваться тут особо нечем.

— Ты знал? — тихо поинтересовалась Кана у Эльфмана, когда их старший товарищ унесся к морю.

— Нет. — покачал головой здоровяк. — Слышал от Лисанны, что он был серьезно ранен в спину, когда вытаскивал ее, но она ничего не говорила об остальных шрамах.

— Но откуда они могли взяться!? Он же артефактор, а не боевой маг!

— Кана, я знаю о Викторе не больше тебя. Но и этого мне вполне достаточно, чтобы ни в коем случае не недооценивать его. Пусть как маг он довольно слаб даже по сравнению с нами, Виктор научился применять свои силы на таком высоком уровне, что сойдись он в настоящем бою с тем же Лексусом, последнему можно было бы только посочувствовать. И все эти боевые шрамы лишь подтверждают тот факт, что Виктор один из сильнейших членов нашей гильдии. Так что твой отец знал, кого просить присмотреть за тобой. — усмехнулся он и показательно охнул, получив серию несильных ударов в бок.

Притопив по ходу движения сцепившихся в очередной раз Нацу с Греем, Виктор брызнул водой в лицо уже направлявшейся наводить порядок Эльзе и счастливо рассмеявшись, принялся удирать вплавь от переключившейся на него сестры. Все же порой у Эльзы были слишком жестокие методы наведения порядка, о чем явно свидетельствовал зажатый в ее руке деревянный тренировочный меч. Впрочем, уйти от сменившей свой купальник на доспех водной царицы Эльзы ему не удалось.

— Эй! Так нечестно! — прохрипел попавший в стальной удушающий захват Виктор. — А как же здоровый дух соревнования!?

— Ничего, братик, какой бы злобный дух в тебе не засел, я его из тебя выбью! — лучась довольствием, ответила Эльза.

— А меня бить нельзя! — тут же принялся спасать свою тушку Виктор.

— Это еще почему? — немало удивилась Эльза.

— Я хороший! И если я хороший, то тот, кто меня будет бить, непременно станет плохим в глазах всего населения!

— И кто же тебе сказал, что ты хороший?

— Да ты сама и говорила! Причем очень много раз!

— Не иначе, я тогда была под воздействием каких-нибудь запрещенных чар.

— Нет. Просто тогда я тебя кормил тортиками.

— Хм. Тогда действительно могла. — признала правоту брата Эльза.

— Вот видишь! Ты хорошая. Я хороший. А два хороших человека никогда не станут бить друг друга!

— А как же Нацу с Греем? Они ведь тоже хорошие, но вечно норовят подраться друг с другом.

— Они — это исключение подтверждающее правило!

— Но ведь должна же я хоть как-нибудь отомстить тебе!

— А за что мне мстить!?

— Тебе зачитать весь список прегрешений?

— Пожалуй, не стоит.

— И почему же? — поинтересовалась подкравшаяся со спины Мира. — Мне бы очень хотелось узнать, что за прегрешения скрывает этот обольстительный тип.

— Боюсь, что если перечислять всё, не хватит и целого дня. — понуро вздохнув, признался Виктор. — Хотя бы то обстоятельство, что я далеко не каждый день восхвалял вашу неземную красоту, уже тянет на преступление против человечества!

— Дорогой, какой же ты бываешь милый и ласковый, стоит приставить тебе к горлу нож! — промурлыкала Мира, обойдя пару красноволосых родственников и встав перед Виктором. — Эльза, можешь его отпустить, теперь он уже никуда не денется.

— Э нет, сестренка! Теперь то держи меня крепче! А то я за себя не ручаюсь! — прекратив попытки разжать захват, Виктор потянул руки к Мире, чье покрытое капельками воды тело манило его как ничто на свете.

— Так вот ты какой, оказывается, на самом деле! — обличительно ткнув в него пальчиком, воскликнула отскочившая в последний момент Миражанна. — А ведь притворялся таким белым, пушистым и порядочным!

— Ох, держите меня семеро! — буквально прорычал в ответ Виктор и как трактор попер на залившуюся смехом Миру, таща на буксире вцепившуюся в него, подобно клещу, Эльзу. — Попалась, которая кусалась! — довольно прокричал он, спустя пару минут шутливой погони, захватив в объятия не успевшую отскочить в очередной раз Миру.

— Эй! — обидно пробурчала все еще висевшая у него на спине Эльза, — Я еще не накаталась! Вперед, мой боевой скакун! — для верности она пришпорила его пятками. Доспехи уже были сменены обратно на купальник, и потому повредить как-либо брату она не опасалась.

— Боевой скакун? — задумчиво пробормотал покосившийся на сестру Виктор. — Ладно, вымогательница, будет тебе боевой скакун. Думал достать его чуть позже, но раз пошла такая пьянка. — Из пространственного кармана в воду выпал двухместный водный мотоцикл и избавившийся от объятий девушек Виктор залез на его седло. — Значит так, дорогие мои, с квадроциклом вы уже управляться умеете, а это его водный аналог… — описание способа управления и обучение езде на водном мотоцикле для всех подтянувшихся к новинке фей затянулось на немалые два часа. Словами было не передать, какой восторг вызвало новое творение Виктора у молодых магов. Причем, особо сильно визжали от восторга и весело смеялись именно девушки, буквально оккупировавшие гидроцикл. Довольный же Виктор, передав новую игрушку в руки друзей, вернулся на пляж и с удовольствием растянулся на покрытом полотенцем лежаке.

Ощутив нежное прикосновение, он приоткрыл один глаз и посмотрел на присевшую рядом Миру. Та с задумчивым видом водила пальчиком по покрывавшим его тело шрамам, то и дело прикусывая нижнюю губу. Сегодня на пляже она впервые увидела его в одних плавках и если бы не предостерегающий взгляд Эльзы, могла бы и не сдержать своего удивления и жалости. К семнадцати годам Мира и сама могла похвастать парой небольших едва заметных шрамиков, но такого количества некогда полученных ран, не было ни у кого. Даже Эльфман отделался куда меньшими повреждениями во время того трагического боя, когда они едва не потеряли сестру.

— Щекотно. — усмехнулся Виктор, когда пальчик, пройдясь по очередному шраму, уперся в ребро.

— Почему ты мне не рассказывал? — погладив очередной шрам ладошкой, поинтересовалась Мира.

— Поверь, это не то, о чем бы я хотел говорить с тобой. — улыбнулся Виктор. — Зачем вспоминать не самые лучшие моменты своей жизни, когда рядом находится такая красота!?

— Как всегда пытаешься уйти от темы, начав раздавать комплименты? — грустно улыбнулась Мира. — Соглашусь, у тебя это неплохо получается. Но если я тебе действительно не безразлична, когда-нибудь ты мне все расскажешь.

— А вот это уже удар ниже пояса. — покачал головой Виктор. — Нечестно пользоваться такими приемами!

— Сам так учил.

— Научил на свою голову. — тут же принялся ворчать Виктор, но получив чувственный поцелуй, тут же поплыл, — Ладно, вымогательница, когда-нибудь расскажу. Но не сейчас. Мы на отдыхе и потому все заботы и проблемы пусть остаются где-то в стороне.

— Ловлю тебя на слове! — довольно рассмеялась Мира.

Целых три дня к ним никто не цеплялся, позволяя отдыхать в свое удовольствие. Двое особо непонятливых ухажеров, которых Эльза забила по голову в песок, были не в счет и проходили по разряду легкой разминки. Неприятности пришли откуда не ждали — в Акане приехали на отдых маги Голубого Пегаса во главе с мастером Бобом, и первыми жертвами этих неадекватов стала красноволосая семейка.

— Виктор, душка моя! — прокричал едва ли не на весь пляж одетый в одни розовые труселя мастер Боб. — Иди же ко мне, мой хороший! Дай я тебя расцелую!

— О нет. — обреченно произнес враз побледневший Виктор, занимавшийся до этого натиранием тела Миры кремом для загара. — Это он.

— Кто? — недовольно поинтересовалась Мира и попыталась рассмотреть нахала, заставившего Виктора прервать столь приятный процесс.

— Это полный ахтунг! — простонал Виктор и на недоумевающий взгляд девушки пояснил, — Это мастер Боб — глава гильдии "Голубой Пегас".

— И что ему от тебя надо? — Мира покосилась на летящего к ним толстого и волосатого мужика.

— К сожалению — обнять и поцеловать. Меня. — упавшим голосом поведал Виктор и медленно поднявшись на ноги, развернулся лицом к приближающейся опасности. — Прости, милая, но мне надо бежать!

Уйдя в последний момент с траектории движения матера Боба, Виктор успел провести подсечку и пока решивший похулиганить мастер загребал раскрытым ртом горы песка, пропахивая брюхом пляж, дал деру куда подальше. Одновременно с ним с пляжа бежала Эльза в попытке скрыться от Наноча. Этот мелкий токсикоман был единственным живым существом способным вогнать ее в ужас. Избивать его было не за что, да и не поднималась рука на этакую мелочь, но и находиться в его компании было выше человеческих сил. Этот помешанный на запахах алхимик совал своей непропорционально большой нос везде и всюду, едва ли не забираясь к людям в штаны.

— Эльза! Уходим в море! — увидев улепетывающую со всех ног сестру и летящего вслед за ней Наноча, Виктор махнул в сторону гидроцикла оккупированного на сей раз Греем.

— Поняла! — тут же кивнула Эльза и сменив направление, устремилась к единственному средству спасения. Сбив с гидроцикла прямо в воду Грея, она заняла место за рулем и оглянулась, ожидая, когда брат займет место сзади.

— Прости меня, Грей, но твоя добровольная жертва спасет жизнь твоего старшего товарища! — схватив ворчащего и ничего не подозревающего ледяного мага за плечи, Виктор с разворота швырнул его в руки настигающего его мастера Боба и выиграв таким образом себе пару секунд, поскакал вслед начавшему движение водному мотоциклу.

— Это было слишком жестоко даже для тебя, Виктор. — Эльза кинула неодобрительный взгляд на схватившего ее за талию пассажира.

Обернувшись назад и вдоволь налюбовавшись агонией Грея зажатого в страстные объятия прикалывающегося мастера, Виктор лишь хмыкнул, — Ничего страшного. Ему это даже будет полезно. Я же обещал Грею помочь с его недугом! Считай, что первая фаза лечения вошла в действие. — Панические крики затискиваемого товарища доносились до них еще целую минуту, пока они не удалились достаточно далеко от берега.

— И что нам теперь делать? — убрав газ, поинтересовалась Эльза.

— Ты про Грея или о ситуации в целом?

— Второе.

— Ну, я мог бы их всех подорвать.

— А что-нибудь менее радикальное ты предложить можешь?

— Извини, все же я отправлялся на отдых и потому большую часть своего арсенала оставил дома.

— А взрывчатку, значит, решил прихватить?

— Не взрывчатку. Гранаты. — уточнил Виктор. — Не ехать же мне на море совсем голым!

— Хм. Тут ты прав.

— А то!

— Но гранаты — это тоже перебор. Все же они не враги, а…, - не найдя подходящего слова для описания доставучих пегасов, Эльза резюмировала, — В общем, не враги.

— Тогда слабительное. Очень сильное и продолжительного действия. Где-то я недавно видел аптеку. Раз уж нам не удастся избавиться от них, мы можем сделать так, чтобы им стало не до нас.

— Полагаешь, сработает?

— Пока не попробуем, не узнаем. — пожал плечами Виктор. — Главное, надо будет замаскировать его запах, чтобы Наноч ничего не почувствовал.

— Брр. — передернула плечами Эльза, вспомнив мелкого нюхача. — И как ты раньше мог с ними общаться?

— О! Тут секрет очень прост! Я приходил к ним в гильдию полностью обвешанный взрывчаткой и грозился подорвать ее в случае неадекватных действий. И ты знаешь, почему-то они мне верили!

— Я даже знаю почему! — усмехнулась Эльза. — Ты бы видел свои глаза, когда держишь в руках одну из своих взрывающихся игрушек! Тут, хочешь не хочешь, а начнешь верить, что тебе не терпится кого-нибудь или что-нибудь подорвать!

— Наверное, они у меня такие же как у тебя, когда ты берешь в руки очередной клинок или примериваешь новый доспех.

— Эй! И вовсе у меня не такой взгляд! — притворно возмутилась Эльза, но не выдержав скептического взгляда брата, рассмеялась, — А может и такой! Похоже, это у нас семейное.

— Такой, такой! Не сомневайся! — Покрепче обняв Эльзу и положив ей голову на плечо, Виктор тихо поинтересовался, — Ты ведь уже встречалась с Зигрейном?

Столь резкий переход с темы на тему слегка выбил Эльзу из колеи, и она не успела вовремя взять свои эмоции под контроль. Дернувшись пару раз и попытавшись повернуть голову, чтобы посмотреть Виктору в глаза, она была вынуждена признать, что ее брат идеально подготовился к весьма непростому разговору. Ни тебе свидетелей, ни возможности куда-либо уйти. Да даже просто посмотреть в его глаза, чтобы понять чего именно он ожидает от разговора, не было никакой возможности. Оставалось лишь нейтрально ответить на заданный вопрос.

— Да, полгода назад я сопровождала мастера на встречу с советом магов и увидела его там. Зигрейн. Брат-близнец Джерара. Так он представился.

— Надеюсь, ты ни на секунду не поверила, что это так?

— Нет. Это был именно он — Джерар.

— Извини, сестренка, но ты права лишь наполовину. На самом деле это была материальная проекция Джерара. Не знаю, что это за магия такая, но там, в совете, заседает лишь копия нашего старого друга. А сам он практически безвылазно сидит на том самом острове.

— Виктор, — тяжело вздохнула Эльза, — ты тогда был уже серьезно ранен и наверное, ничего не помнишь, но Джерар сильно изменился. Он уже тогда был не тот, кем ты его мог помнить.

— Конечно он уже был не тот! Как он мог остаться самим собой, если его настоящее "я" оказалось порабощено тьмой и магией разума одной по-своему несчастной темной магини?

— Что!? — на сей раз Виктор позволил Эльзе вырваться и та, мгновенно развернувшись, требовательно уставилась ему в глаза.

— И все это время он оставался под этим контролем. — закончил свою фразу, смотря прямо в глаза сестре, Виктор. — До сих пор он является марионеткой одновременно двух живущих во тьме разумов. А тот, кто заботился обо мне и был поддержкой тебе, все это время пребывает в некотором роде летаргического сна и ждет, когда вновь сможет вернуть себе свое тело.

— Это правда!? — буквально разрываясь от охвативших ее чувств, спросила Эльза. — Ты ведь сейчас ничего не придумываешь!?

— Эльза, сейчас я серьезен как никогда. Честно говоря, я уже давно знал об этом факте, но не спешил говорить тебе, поскольку не знал, как можно очистить его разум от влияния тьмы.

— А сейчас? — если бы на Викторе была одежда, она бы вцепилась ему в воротник и трясла бы до тех пор, пока тот не выложил бы все, что знает. Но по причине наличия одних лишь плавок приходилось обходиться исключительно прожигающим насквозь взглядом.

— Сейчас мне известен способ. Вот только тебе он вряд ли понравится.

— Какой? — требовательно спросила Эльза.

— Его необходимо убить определенным способом и после того как чуждый разум оставит тело, воскресить.

0x01 graphic

Вдоволь полюбовавшись выражением полного охренивания, которое на лице Эльзы ему доселе видеть не приходилось, Виктор все же решил немного смилостивиться и уточнить ряд аспектов.

— Того, кто будет способен его воскресить, я уже обнаружил, но пока еще не встречался. Способ убийства тоже уже найден. Дело осталось за малым — понять сам механизм смерти от подобного воздействия и как сохранить его тело до момента оживления, чтобы к нам вернулся наш Джерар, а не гниющий зомби.

— Да-а-а-а, брат. — задумчиво протянула Эльза. — На сей раз ты превзошел самого себя. Убить — чтобы спасти. В голове не укладывается. Как ты только смог дойти до подобных мыслей!?

— Ну, ты же знаешь насколько у меня пытливый ум. — расплылся в улыбке Виктор. — А путешествия по секретным мастерским королевских артефакторов Эдоласа дали немало пищи для размышлений. Все же там живут поистине великие мастера своего дела.

— Ох, братец. — покачала головой Эльза. — Представляю себе эти твои путешествия. Небось, вовсю применял свой любимый набор матерого диверсанта!

0x01 graphic

— Не без этого. — тяжело вздохнул Виктор. — Все же они там слишком скрытные. По-хорошему никак не хотели делиться своими секретами. Кстати, несколько новых доспехов для тебя уже создаются именно с применением тех знаний, что я вынес оттуда. Дело за малым — подобрать к ним достойные источники питания, чтобы они не тянули силу из тебя, но и на их счет у меня уже есть определенные мысли.

— Даже и не знаю, что же теперь с тобой делать. Побить или расцеловать? — грустно усмехнулась Эльза. — Признавайся, мы ведь приехали сюда отдыхать не просто так?

— А от моего ответа будет зависеть твой окончательный выбор между моей жизнью и смертью?

— Конечно!

— В таком случае, я предпочту промолчать.

— Значит, я права, и ты что-то задумал. — хмыкнула Эльза и кинув хитрый взгляд на Виктора, добавила, — И даже привлек пегасов.

— Не пойман, не вор!

— А если я расскажу о своих догадках Мире?

— Не расскажешь. — ухмыльнулся Виктор. — Ты нас слишком любишь, чтобы портить первый в жизни совместный отдых. Лучше расслабься и наслаждайся ничегонеделанием, сестренка. Когда еще нам удастся вырваться на море?

— И как только Мира умудрилась влюбиться в такого несносного типа? — покачала головой Эльза. — Бедняжка, она даже не подозревает, с кем именно собралась связать свою жизнь.

Появление пегасов позволило скрасить начавшую становиться пресноватой жизнь, но в конечном итоге все закончилось всеобщим махачем на пляже, который после применения весьма неслабых заклинаний пришлось полностью восстанавливать. Естественно, разгром пляжа оказался последней каплей, и администрация отеля под давлением обозленных постояльцев была вынуждена попросить компанию магов съехать несколько раньше времени. Особо качать права и возникать никто не стал, тем более что отдыхать оставалось всего пару дней, да и все необходимые дела уже были сделаны. Потому, получив материальную компенсацию, феи уехали обратно в Магнолию, пообещав напоследок покрывшемуся холодным потом директору отеля еще не раз вернуться.

Отдых и наем пегасов в очередной раз пробили неслабую дыру в бюджете одного скромного артефактора и потому, едва успев вернуться в гильдию, он вновь принялся изучать доску заказов, чтобы как можно быстрее поправить свое материальное положение до того, как ему придется уйти в Эдолас. Да, не смотря на наличие добытой у королевских артефакторов информации и предсерийных экземпляров ряда устройств и агрегатов, создать все необходимое на местной маго-технической базе не представлялось возможным. Тут требовались возможности и технологии артефакторов Эдоласа, и потому очередной поход в иной мир был уже решенным делом. Вот только он пока еще не знал, как сообщить о данном решении Эльзе с Мирой и остаться при этом целым и невредимым.

— Опять пытаешься удрать? — неотрывно приглядывавшая за братом Эльза все еще не была готова вновь отпустить его одного, видя, что тот до конца так и не восстановился. — Может, прежде чем браться за работу, следует проверить свои силы?

— Не переживай, Эльза. Все же у меня имеется голова на плечах, и делать глупости я не собираюсь.

— Извини, Виктор, но в твоем нынешнем состоянии отправляться в одиночку на любое задание — и есть настоящая глупость. К тому же Макс уже успел выесть мне весь мозг насчет того, что он больше не будет кормить твоих виверн. И не смотри на меня так! Я тоже не буду их кормить!

— Ну Эльза! — тут же принялся канючить Виктор, — Они же трудятся, не щадя зубов, чтобы в будущем у тебя появился превосходный доспех!

— Нет уж! Брат мне куда нужнее какого-то доспеха! Поэтому будешь сидеть дома и восстанавливаться пока не докажешь мне, что вновь готов к самостоятельным действиям.

— Хорошо, мамочка. — пободавшись взглядами с сестрой, вынужден был признать поражение Виктор. Тем более что ничего подходящего на стене заказов не нашлось.

Лишь спустя два месяца всерьез взявшаяся за опекунское дело Эльза была вынуждена признать, что Виктор вновь вошел в силу. Да, пусть он уже далеко не всегда одерживал верх в их спаррингах, но ведь он и не пользовался увеличивавшими скорость, защиту или силу доспехами. Впрочем, всех остальных Виктор раскидывал все так же легко и не напрягаясь.

— Мамочка, а можно я пойду погуляю!? Тут недалеко! — все время, что Эльза не пускала его на задания, Виктор доставал ее именно подобным обращением, но вместо развлечений в виде словесных баталий нарвался на неожиданно проснувшийся материнский инстинкт сестры, от которого впоследствии страдал не один месяц, но мужская гордость не позволяла ему сдаться.

— Нашел что-то интересное? — вырвав из рук Виктора задание, она внимательно изучила его и тяжело вздохнув, вернула брату. — Ладно. Все же обследование руин вряд ли потребует вступления в бой, да и благодаря своим многочисленным игрушкам ты сможешь делать это с безопасного расстояния. Но поскольку действовать придется в горах, ты можешь нарваться на какую-нибудь облюбовавшую ближайшие пещеры тварь.

— И? — покосился на сестру Виктор.

— И поэтому я еду с тобой. — сказала, как отрезала, Эльза.

За три дня они добрались до небольшого шахтерского городка, откуда и поступило задание. Заказчиком оказался не какой-то отдельный шахтер, а мэрия города. Потому и награда оказалась весьма немалой. Все же для любого старателя одиночки миллион драгоценных был едва ли не годовым заработком, но для бюджета преуспевающего города сумма являлась более чем подъемной. Впрочем, и проблема оказалась не рядовой. Шахтерами действительно были найдены старые заброшенные штольни, вот только из всей группы в дюжину человек назад вернулся только один, да и тот малость тронулся умом, хоть и сумел донести информацию до городского начальства.

— И что ты об этом думаешь? — поинтересовалась Эльза, выслушав сбивчивый рассказ уцелевшего шахтера.

— Без понятия. — пожал плечами Виктор. — Со времен войны с драконами вот в таких вот всеми забытых уголках мира хранится или живет столько всякой гадости, что и всей жизни на их исследование и описание не хватит. Посмотрим, пощупаем, понюхаем — тогда и узнаем.

— И почему мне кажется, что для тебя это не ново?

— Может потому что ты у меня умница-разумница!? — попытался подлизаться Виктор, чтобы избежать допроса с пристрастием и возможного последующего избиения.

— Значит, сознаешься, что и раньше бродил по всяким катакомбам? Без меня! — осуждающе выставив на него указательный палец, недобро блеснула глазами Эльза. — А сам все время рассказывал, что всякие травки и корешки собирать ходил! Нам придется очень о многом поговорить, брат!

— Хорошо, хорошо. Только не здесь и не сейчас.

— Ловлю тебя на слове. И учти, на сей раз отвертеться тебе не удастся.

Разрабатываемая пропавшими горняками шахта раньше была логовом ну очень крупной твари. Судя по размерам, Виктор не удивился бы, что сотни лет назад здесь проживал дракон и кристаллов лакримы здесь могло быть не на один десяток миллионов драгоценных. Потому было неудивительно, что вместо того, чтобы наглухо завалить оказавшуюся опасной пещеру, шахтеры решили нанять магов. Терять такие деньги, которые уже практически были в руках, не хотелось никому.

Забившись вместе с Эльзой в неприметную каменную нишу и полностью закрывшись своим маскировочным плащом, Виктор извлек из пенала своего любимого паучка-разведчика. Трижды им приходилось перемещаться все глубже и глубже внутрь скалы из-за нехватки длины провода управления, пока паучок не наткнулся, наконец, на взломанную древнюю дверь. По всей видимости, обнаружившие ее шахтеры оказались слишком жадными и вместо того, чтобы сообщить о находке в город, сперва сами решили посмотреть на то, что могло бы за ней скрываться.

— Что там? — едва слышно поинтересовалась Эльза, глядя на вытянувшееся лицо брата.

— Похоже, эти бедолаги нашли на свою голову старое укрытие демонолога. — пояснил Виктор и добавил, — С заточенным в нем уже многие столетия демоном. Очень голодным и очень разозленным демоном.

— Демон!? — сглотнула Эльза. — И что ты намерен делать, брат? — что бы Виктор не решил, она не собиралась пускать его дальше ни на шаг.

— Как что!? Возвращаться в поселок за заслуженной наградой. — пожал плечами Виктор. — Запрос был на обследование старых катакомб. Логово этого древнего демонолога было небольшим, и я уже почти закончил его осмотр. Так что предъявим материалы заказчику, получим деньги и смотаемся отсюда впереди собственного визга. — как ни в чем не бывало, ответил он. — Я может и псих, но не сумасшедший, чтобы встречаться с демоном. Особенно таким!

— А пропавшие шахтеры? — с одной стороны ответ брата ее полностью удовлетворил, но с другой немного покоробил.

— Спасать там уже некого. — тяжело вздохнул Виктор. — Демон был очень голодным. Выпил всех до дна. Всё. Уходим. — вернув назад своего незаменимого паучка, он так же тихо как крался сюда, повел сестру на выход. Хорошо зная Эльзу и прекрасно понимая, что творится у нее в голове, он не тешил себя надеждой, что им удастся уйти отсюда, не схлестнувшись с демоном. Но делать подобную работу за бесплатно он не собирался. Уничтожение низшего демона тянуло минимум на полтора десятка миллионов, а то, что демоном была изголодавшаяся по мужчинам суккуба, заказчику знать не требовалось. Конечно, для любого мужчины она представляла немалую опасность, но Эльза могла бы справиться с ней одной левой — все же магия суккуб на девушек не действовала, а рука у его сестры была тяжелой.

Сказать, что мэр городка оказался недоволен решением Виктора свалить куда подальше, значило не сказать ничего. Он кричал, брызжа слюной, и требовал уничтожения демона как часть выполнения контракта. Лишь хорошее знание законов, позволило Виктору, не переходя на личности, все же выбить заслуженное вознаграждение. Правда, сдавленная нежной ручкой Эльзы стальная кружка тоже внесла свою лепту, заставив жадного мэра покрыться хорошо заметной испариной.

— Значит так. — переход от улыбчиво-вежливого паренька к монолитному куску льда, каким стал Виктор всего за одно мгновение, также произвело на мэра неизгладимое впечатление. — Хотите избавиться от демона — подавайте заказ в гильдии. Рано или поздно кто-нибудь из сильных волшебников им заинтересуется, если не поскупитесь на награду. А я слишком слаб, чтобы встречаться с подобными врагами. И в самоубийцы записываться не собираюсь.

— И все это время демон будет охотиться на нас!? — все же рассерженные маги казались мэру куда меньшей опасностью, чем голодный и злой демон, потому, даже трясясь от страха, он не мог позволить себе отступить.

— Я же уже говорил. Если вы не будете заходить в те пещеры, то можете не волноваться. За их пределами демон не опасен. Он сидит в ловушке и самостоятельно выбраться никак не сможет.

— Но я не могу закрыть эту шахту! Она дает почти половину дохода нашего города!

— И что вы хотите от меня? Чтобы я пошел туда и сдох!?

— Нет. — потупился мэр, — Но ведь вы можете попытаться сделать хоть что-нибудь?

— Я могу обрушить часть шахт и завалить проход к демону. — немного подумав, выдал Виктор, — Заплатите только за взрывчатку, а работу я так и быть сделаю бесплатно.

— Нет! Нет! Нет! Ничего взрывать не надо! — тут же замахал руками мэр.

— Тогда извините, ничем не могу помочь. — развел руками Виктор. — Разве что вы можете попытаться нанять мою младшую сестренку, которая по совместительству является магом "S"-класса, но как вы сами знаете, такие сильные гильдейские маги могут работать только по официальным заказам. Если вы сделаете соответствующий заказ и разошлете в гильдии, мы, как находящиеся уже здесь, возьмемся его выполнить. Но предупреждаю сразу, меньше чем за 20 миллионов драгоценных никто и пальцем не пошевелит, чтобы решить вашу проблему.

— Двадцать!? — мэра едва не хватил удар. — Да за такую работу никогда не давали больше пятнадцати миллионов!

— Хорошо. Пятнадцать. — легко согласился Виктор. — Но ни драгоценным меньше! И официальный заказ попрошу выдать вперед! А также документ об отсутствии претензий в случае обрушения шахт!

— Вы о чем! Какое обрушение шахт! Я же вам уже целый час пытаюсь втолковать, что эта шахта — самое главное, что есть у нашего городка!

— Господин мэр, — устало произнес Виктор, потирая пальцами переносицу, — вы что, плохо меня слушали? У. Вас. Там. Демон! — выделяя каждое слово, припечатал Виктор. — Вы хоть представляете себе, сколько и каких сил надо приложить, чтобы справиться с демоном! Да если после боя сама гора уцелеет — уже хорошо будет!

— Хорошо! Двадцать миллионов и гора с шахтой остаются нетронутыми! — прорычал уже багровый мэр.

— Господин мэр, мы честные маги, а не вымогатели. — сокрушенно покачал головой Виктор. — Пятнадцать миллионов — это честная цена, но чтобы победить демона, надо сражаться. Сражаться в закрытом пространстве небольшого помещения и штолен. Вы хоть представляете себе, какая разрушительная сила содержится в демонах и магах "S"-класса? Обещайте хоть сто миллионов, но без разрушений в подобных схватках не обойтись!

— Совсем никак?

— Совсем.

— А может все же…?

— Никак! — отрезал Виктор. — Соглашайтесь или не тратьте наше время. Если вы полагаете, что нам нечем заняться, то вы глубоко заблуждаетесь!

Выйдя из здания мэрии на свежий воздух, Виктор глубоко вдохнул морозный свежий воздух и потянувшись, направился обратно к входу в шахты. Солнце висело еще высоко, и откладывать работу на завтра не было никакой причины.

— Ты так уверенно говорил, что я смогу справиться с этим демоном. — нарушила тишину следовавшая за ним Эльза, — Ты что-то знаешь о нем, Виктор?

— Ага. — лениво отозвался тот.

— Ты ведь не обманывал мэра, чтобы нажиться на беде этих людей? — еще примерно через минуту строгим голосом поинтересовалась Эльза.

— Нет. Не обманывал. — покачал головой Виктор и остановившись, повернулся к сестре. — Ради сохранения объемов добычи и финансовых показателей он был готов с радостью отправить нас с тобой на смерть, Эльза. Ты это понимаешь?

— Понимаю. — тихо произнесла девушка, отведя глаза от требовательного взгляда брата.

— А раз ему нет дела до наших с тобой жизней, то и мне нет дела до его личного кармана. — жестко произнес Виктор. — Как ты полагаешь, сколько магов погибли бы в этой пещере, до того как он указал бы в задании действительное положение дел? Один? Два? Десять? А какой был шанс, что одним из них оказался бы кто-нибудь из наших друзей и знакомых? Да если бы я не заявил ему о том, что мне известно о демоне — так бы и было! Им наплевать на наши жизни! Мы для них никто! Расходный материал! Справился бы какой-нибудь маг с их проблемой — хорошо! Погиб бы — ну и черт с ним! Нашли бы другого!

— Что с тобой, Виктор? — встревожено посмотрела на брата Эльза. — Раньше ты никогда ничего подобного не говорил.

— Тц. Черт! Попался таки. — сплюнул Виктор. — Это все демон! Она смогла обнаружить меня там, в пещере, и зацепить. Надо быстрее от нее избавиться! — схватив за руку Эльзу, он припустил к шахтам. В свое время чёрт поведал ему много всего. Свободное время имелось в достатке, а развлечений кроме как беседы не было никаких. Вот среди прочего он и провел ликбез об основных видах демонов, их силах, слабостях и наклонностях. — Слушай меня внимательно, Эльза. Демон, которого мы обнаружили — это суккуба. Демонесса похоти и разврата. Но опасна она только для мужчин. Она может полностью взять под контроль любого мужчину, управляя его животными желаниями. Надо рассказывать о каких именно желаниях идет речь?

Кинув быстрый взгляд на брата, Эльза мотнула головой и сама припустила так, что теперь уже Виктору пришлось бежать за ней.

— Не знаю, по какой причине ей не удалось взять меня под контроль — из-за большого расстояния или общей слабости в результате долгого заточения, но серьезно понизить рамку психологической возбудимости ей удалось. Вот я и не сдержался. — тем временем продолжал короткую лекцию Виктор. — Помнишь, когда-то я тебе говорил, что может наступить такой момент, когда тебе придется остановить меня? Так вот. Сейчас у нас будет тренировка максимально приближенная к боевой. Как только мы подойдем к шахте, ее воздействие на мой разум, скорее всего, увеличится, и тогда я могу потерять над собой контроль. Чтобы этого не случилось, ты вырубишь меня.

— Если все так серьезно, зачем ты бежишь туда!? Останься здесь, дальше я справлюсь сама. — сильно притормозив, Эльза схватила обеими руками Виктора, заставляя сбавить скорость и его.

— Не все так просто, Эльза. — отрицательно покачал головой Виктор и прихватив в ладонь побольше снега, принялся активно растирать лицо, чтобы хоть немного сбить начавшие выползать изнутри низменные желания. — Она до сих пор находится в ловушке для демонов, и я не знаю, хватит ли тебе сил пробиться через защитный барьер, чтобы убить ее. Поэтому мы с тобой сделаем кое-что другое. — Достав из пространственного кармана честно украденный из запасников эдоласских королевских артефакторов и доработанный им уже здесь излучатель, что уже помог ему в деле с вивернами, Виктор продемонстрировал его Эльзе, — С помощью этого мы можем ее нейтрализовать, не пробивая защитное поле ловушки. Но чтобы справиться с демоном твоих запасов маны может не хватить, поэтому запитываться артефакт будет от меня. — вытащив из правого рукава куртки руку, он показательно примотал ее к прикладу излучателя, — Буду при этом я в сознании или нет — артефакту не важно. Так что, вырубив меня, тебе придется протащить мою тушку до самого логова демонолога и направив излучатель вот таким образом, — он выставил руку вперед, беря на прицел ближайшее дерево, — нажать вот сюда. — Виктор ткнул пальцем на спусковой крючок. — Сделаешь?

— Сделаю. — коротко кивнула Эльза и внезапно вскрикнув, уставилась за спину Виктора.

Поддавшись на уловку, Виктор тут же развернулся в сторону возможной опасности и потому никак не смог отреагировать на прилетевший в затылок кулак. Взвалив на плечи бессознательное тело брата, Эльза призвала доспех ветра и на огромной скорости понеслась ко входу в шахты, оставляя за собой лишь шлейф поднятого в воздух снега. Решив, что не стоит рисковать и подпускать бодрствующего Виктора слишком близко к оказавшейся столь опасной для него демонессы, Эльза сделала именно то, чему столько лет он сам учил ее — создала все условия для неожиданного нападения. Вес же тела ее брата уже давно перестал быть для нее чем-то неподъемным. С каждым годом магия настолько укрепляла ее тело, что на тренировках она уже могла поднять штангу в две сотни килограмм при собственном весе в сорок восемь.

Откуда брат взял информацию о демонах, она не знала, но стоило ей увидеть заточенную в пентаграмму демонессу, сразу поняла, что Виктор ни разу не ошибся. Плененная древним демонологом суккуба действительно выглядела сногсшибательно и даже без магии могла бы крутить большей частью парней за счет одной своей природной красоты. Идеальные формы, прелестное личико, завораживающие движения, каждое из которых подчеркивало ее женственность, могли снести голову любому нормальному мужчине. Судя по тому, как реагировал Виктор на мастера гильдии "Голубой Пегас" и пускал слюни на Миру, брат у нее был самым что ни на есть нормальным мужиком и потому гарантированно попадал в группу риска. Да чего там брат, даже у нее слегка быстрее заколотилось сердце, стоило встретиться с манящим взглядом демонессы.

— Какая хорошая девочка. — проворковала поднявшаяся с каменного пола суккуба и сделав несколько шагов, приблизилась к границе пентаграммы. — Ты принесла мне десерт? — она кинула восторженный взгляд на ношу Эльзы и медленно облизнулась, — Какой вкусный мальчик! Может приведешь его в сознание, чтобы я могла подарить ему наслаждение, которое он не испытывал никогда в жизни?

— Не дождешься демон! — прорычала Эльза и направив на суккубу странное оружие Виктора, нажала на крючок. Вернее, попыталась нажать, но, казалось, закаменевшая кисть брата не позволила сдвинуть его ни на миллиметр.

— Неужели ты хочешь уничтожить этот идеал? — прошептал пришедший в себя Виктор, не сводящий взгляда с суккубы. — Сестричка, как тебе не стыдно!? — захватив шею Эльзы в удушающий захват, он попытался подбить изнутри ее колени, чтобы облегчить процесс удушения, но в последний момент вынужден был захватить одну из ее ног в ножницы, чтобы не отправиться в полет в результате почти осуществленного броска через плечо.

— Правильно, мальчик, устрани преграду, что стоит между нами. — промурлыкала с интересом наблюдающая за схваткой суккуба. — Убей ее и я подарю тебе вечное блаженство. — она медленно провела рукой по своему обнаженному телу, разжигая в очередной попавшей под ее чары жертве еще большую страсть.

— Виктор, нет! — прохрипела Эльза, у которой от нехватки воздуха уже начало потихоньку плыть сознание. — Борись, брат! Не давай ей взять над собой контроль!

— Брат!? — вспыхнули желанием глаза суккубы. — Ты принесла мне своего брата!? Какая хорошая девочка! За это я подарю тебе невероятные ощущения, после того как закончу с этим вкусным красавчиком. Ну же, не сопротивляйся. Просто дай ему сделать то, чего он сам так хочет. Или ты не любишь своего брата?

— Заткнись, демон! — захватив стальной хваткой руки Виктора, Эльза принялась разводить их в стороны. Полностью сорвав захват с шеи, она нанесла молниеносный удар локтем назад, целясь в подбородок брата, но тот уже успел уйти в сторону и нанести свой удар в открытый левый бок. С трудом свернувшись и пропустив удар по касательной, она отпрыгнула в сторону, чтобы восстановить все же сбившееся даже от такого чирка дыхание и приспособиться к пронзившей почку боли. К ее счастью, правая рука Виктора все еще была занята удержанием артефакта, и потому тот не мог мгновенно атаковать и ей тоже. Посмотрев в затуманенные глаза Виктора, она все же попыталась воззвать к его здравому смыслу, — Виктор, борись! Слышишь меня!? Борись с ней ради Миры! Ты помнишь Миру!? Ту, ради которой ты сделал невозможное!? Ту, кого ты называл своим милым дьяволенком!? Вспомни!

— Мира. — словно заторможенный прошептал Виктор и медленно склонив голову, воззрился на свои руки.

— Да! Мира! Она же ждет тебя! Каким мужчиной ты будешь, если посмеешь не вернуться к ней после всех данных обещаний!?

— Ты будешь самым счастливым мужчиной! — проворковала суккуба, вновь привлекая к себе внимание посмевшей сопротивляться жертвы. — Я дам тебе то, что не сможет дать никакая Мира! Иди же ко мне!

— Нет! Брат! — стоило Виктору двинуться к манящей его суккубе, как Эльза молнией метнулась к нему. Чтобы спасти брата следовало как можно быстрее и надежнее вырубить его, что, впрочем, было очень непросто, не смотря на превосходство в скорости и силе. Она прекрасно знала, что даже спустя годы тренировок он продолжал читать ее как открытую книгу и будь она хоть чуточку слабее, уже лежала бы без сознания на каменном полу.

Битва техники с одной стороны и силы со скоростью с другой продолжалась минут пять, пока Эльза не увидела мимолетной улыбки Виктора и не почувствовала как ее сносит, словно лист на ветру. Это был далеко не первый пропущенный от брата удар, но в отличие от остальных, на этот ее подвели. Подвели грамотно. Это не был тупой и сильный прямой, не был легкий чирк, от которых на теле оставались лишь ссадины и синяки, да стонали внутренние органы. Это был волновой удар. Пару раз Виктор уже показывал его, и Эльза прекрасно знала, что через пару секунд она уже не сможет сопротивляться — тело просто-напросто перестанет работать как положено и начнет жить своей жизнью, норовясь завалиться то в одну, то в другую сторону, а то и осесть на землю. Рыкнув, она кинулась в последнюю атаку, но не принявший боя Виктор лишь ухмыльнулся. Он прекрасно знал, что его противнику осталось недолго и потому не стал встречать атаку на защиту или контратаку.

— Какой умелый мальчик! — облизнулась суккуба, наблюдая, как промахнувшаяся в своем последнем выпаде помеха влетела в стену, по которой и сползла, припечатанная сзади едва заметным добивающим ударом. — Иди сюда! Награда ждет тебя!

— Виктор. Нет. — прошептала держащаяся на грани беспамятства и сознания Эльза, — Борись, брат. Ради Миры. Борись.

Не обращая внимания на последние слова отправленной в нокаут Эльзы, Виктор приблизился к границе пентаграммы и провел ладонью по стенке удерживающего демона поля, выражая лицом и взглядом лишь одно желание — прикоснуться к столь желанному и манящему телу.

— Правильно, мой милый! Иди ко мне! — возбуждающе прошептала суккуба и уже протянула навстречу свои руки.

— Нет. — ледяной безжизненный тон, которым было сказано одно короткое слово, буквально заморозил демона. Суккуба застыла на месте, боясь пошевелиться. Любой житель нижних планов прекрасно чувствовал эманации смерти и тот факт, что перед ней оказался не простой человек, а слуга Смерти, вогнал демонессу в животный ужас, ведь мрачные жнецы обладали силой убивать демонов одним взмахом своей косы.

Свернувшись вбок одним отработанным движением, Виктор нажал таки на спусковой крючок и успевший подкрасться к едва шевелящейся Эльзе демон оказался окружен желтым светом. Взревев, он попытался прыгнуть в сторону Виктора, но не смог сдвинуться и на миллиметр. Кто бы другой уже давно превратился в кристалл лакримы, но проживший не одну тысячу лет демон был слишком силен и потому процесс его кристаллизации оказался значительно растянут во времени. К тому же уплотнение и соответственно, уменьшение будущего кристалла потребовало от Виктора выложиться на полную. Не зная какого-либо отработанного механизма, он был вынужден давить со всех сторон огромным количеством своей нейтральной маны как гидравлическим прессом, постоянно вливая в поток немыслимое количество энергии.

0x01 graphic

— Вот и все. — устало покачнувшись, Виктор рухнул на колени, но не в силах более находиться в вертикальном положении повалился на бок. Весь его гигантский резерв ушел на запечатывание демона, в которого превратился проживавший здесь некогда демонолог, а без поддержки магией избитое чрезвычайно заботливой сестрой тело попросту отказывалось функционировать.

— Малыш, ну что же ты разлегся на таком холодном и жестком камне! — вновь зазвучал чарующий голос суккубы решившей испытать судьбу. — Иди же ко мне и я тебя согрею!

— Молчать. — напрягшись, Виктор преобразился в мрачного жнеца и спокойно пройдя через барьер, приставил свою косу к шее вновь замершей на месте демонессы. — Еще одно слово или движение без моего дозволения и… — договаривать он не стал, но прикоснувшееся к горлу лезвие косы никаких дополнений не требовало.

Окинув слугу Смерти затравленным взглядом, суккуба едва заметно кивнула, боясь проронить даже одно слово. А мелкая дрожь начавшая колотить ее тело дала понять, что смерти она боялась как любой смертный. Несколько секунд посверлив невидимым из под капюшона взглядом суккубу, Виктор убрал косу в сторону и не говоря ни слова, направился к Эльзе. Она была в сознании и даже попыталась встать, стоило Виктору протянуть ей руку, но ноги все еще не слушались, и потому ставшую полем боя комнату она покинула на руках брата.

Отойдя метров на двести, Виктор опустился на колени и развеял образ жнеца, мгновенно завалившись на шершавую стену прорубленной в скале шахты. Тут же ослабшие руки более не смогли удерживать Эльзу, и она потихоньку сползла сперва на его ноги, а после и на каменный пол.

— Мы победили, сестренка. — устало улыбнулся Виктор, найдя взглядом ее глаза.

— Что это было, брат? — не разделяя его радость, строго поинтересовалась Эльза. — Ты ведь знал о наличии второго демона.

— Знал. — едва заметно кивнул Виктор. — Суккуба находилась в ловушке и потому никак не могла убить шахтеров. Значит, там должен был быть второй демон. Если бы он покинул шахту, в ближайшем городке уже не осталось бы ни одной живой души. Однако мэр смотрелся живее всех живых. Обнаружить демона в наше первое посещение этих милых катакомб я не смог. Оставалось одно — ловить гада на живца.

— А предупредить не мог? — с явной обидой в голосе поинтересовалась Эльза.

— Извини. Я не знал, какой природы был этот неизвестный демон и потому приходилось использовать тебя в темную.

— Ты за это еще получишь, братец. — сверкнула глазами обиженная до глубины души девушка.

— Уже получил. — зафыркал Виктор, поскольку сил смеяться уже не было. — Так что если попробуешь добить, я даже не смогу сопротивляться.

— Даже так!? — со взглядом кошки загнавшей мышь в угол Эльза придвинулась вплотную к Виктору и отвесила ему звучный щелбан. Потом второй. Третий. — Так даже не интересно. — грустно вздохнула она после десятого щелбана и привалилась головой к плечу брата. — Лучше дам тебе прийти в форму и только потом побью.

— Хорошо. — усмехнулся Виктор, приобняв Эльзу за плечи. — Но учти, сестренка. Подставляться так, как сегодня, я не буду. — Хэкнув, от прилетевшего в бок несильного удара локтем, Виктор рассмеялся — накопившееся напряжение и усталость все же вылилось в истерику, и потому следующие пять минут он пытался лишь не задохнуться от душившего его смеха.

— Полегчало? — осведомилась Эльза, заботливо протирая его лицо смоченной в воде тряпкой.

— Немного. — кивнул едва дышащий Виктор. — Даже не знаю, что на меня нашло.

— Не переживай. Ты ведь тоже не железный. — погладила его по голове Эльза, не зная как еще поддержать брата.

— Я не о том, Эльза. Я вообще о ситуации. Как я мог потащить тебя сюда, зная, что нас ждет засада? Неужели всего за один день я стал настолько тупым человеком?

— Просто ты верил в нас.

— Не-е-ет. — протянул Виктор. — Что-то тут не так. Сама подумай, чтобы я без разведки, без прикрытия, практически с голыми руками ринулся в логово демонов!? Это даже не смешно! Я же на Нацу, в конце концов!

— А ведь ты прав, брат. — подумав, кивнула Эльза. — Кто-кто, а ты точно не мог поступить так.

— Значит, на меня воздействовал еще кто-то помимо суккубы.

— Тот, второй демон, которого ты превратил в кристалл?

— Не знаю. — задумчиво пробормотал Виктор. — Но до общения с мэром я никаких отклонений в себе не замечал.

— Полагаешь, он может быть как-то замешан во всем этом?

— Кто знает? — пожал плечами Виктор. — Но возвращаться в городок мы, на всякий случай, пока не будем. Помоги мне подняться, пожалуйста. Надо бы заминировать тут все наглухо, а потом можно будет и отдохнуть.

— А вот теперь я тебя узнаю! — весело улыбнулась Эльза и поднапрягшись, подняла брата с пола.

Электрические, огненные, ледяные, светошумовые, кислотные мины десятками усеяли пол, потолок и стены, отгораживая небольшой отрезок шахты с обеих сторон. Вдобавок, поддавшись здоровой паранойе, Виктор выпустил погулять двух поставленных на функцию охраны автономных хедкрабов, пометив для них в качестве дружественных целей только себя и Эльзу. К его величайшему сожалению, больше ничего подходящего в карманах не завалялось и потому, поворчав по поводу оголенных тылов, он был препровожден в небольшой отнорок, где можно было перекусить, а то и вздремнуть часок-другой.

— Полагаешь, этого хватит? — с самым серьезным видом Эльза посмотрела на Виктора и кивнула в сторону мин.

— Конечно нет! Но больше у меня ничего с собой не было. — развел руками Виктор, — Я ведь не рассчитывал встретиться с демоном!

— Боюсь представить, что бы ты с собой взял, соберись поохотиться на демона! — прыснула в кулачек Эльза. — Мир бы после такого боя уцелел?

— Уцелел бы. — пробурчал обидевшийся Виктор, которого опять начали тонко подкалывать за его неуемное хомячество. Правда, на сей раз попался противник страдающий той же болезнью, и потому возможность нанесения контрудара имелась весьма немалая, но взглянув на насупившуюся Эльзу, которая, по всей видимости, прочитала все по его лицу, Виктор лишь усмехнулся и потрепал ее по голове. — Но проверять это я бы не хотел!

— И я бы не хотела, чтобы ты это проверял. — улыбнулась Эльза.

Спустя примерно три часа они вернулись в логово демонолога и застали там любопытную картину — суккуба за все это время не сдвинулась ни на миллиметр. Встретив затравленным взглядом вернувшуюся парочку, она лишь едва заметно вздрогнула.

— Чего это с ней? — поинтересовалась Эльза.

— Да, я кое-что пообещал с ней сделать, в случае непослушания. — отмахнулся Виктор, — Вот и боится.

— Брат, ты начинаешь меня беспокоить. Что такого ты мог пообещать сделать с демонессой похоти и разврата, что она стала тебя бояться!? Полагаешь, узнав о подобном, я смогу вновь подпустить тебя к Мире!? — ухмыльнулась Эльза, решив подколоть Виктора.

— Вообще-то я пообещал ее убить. — почесал затылок Виктор. — А ты о чем подумала? Хотя нет! Не говори! Я не хочу знать, о чем ты подумала! Я хочу навсегда запомнить свою младшую сестричку милой и хорошей девочкой! — не остался в долгу он и полюбовавшись, как медленно краснеет его сестра, от души рассмеялся. — Я смотрю, сестренка, в тихом омуте черти водятся!

— Дурак. — буркнула уже бордовая Эльза и не в силах сдержать ехидный взгляд брата, выбежала из помещения.

— А теперь что касается тебя. — враз преобразившийся из доброго весельчака в глыбу льда Виктор ткнул излучателем в сторону замершей демонессы. — Давно тут сидишь? — он хотел сказать совершенно другое, но в памяти неожиданно всплыли воспоминания собственного заточения в ветвях меллорна.

— Пятьсот три года, два месяца и одиннадцать дней. — опустив голову, ответила суккуба.

— Хм. Не врешь. — тяжело вздохнув, констатировал Виктор и на недоуменный взгляд демонессы, продемонстрировал ей истлевший дневник демонолога, который покоился на подставке прямо перед пентаграммой. До превращения в демона он был очень пунктуальным человеком и всегда ставил число, ведя записи своих экспериментов. — В кого он превратился? Что за тип демона?

— Не знаю. — пожала плечами присевшая на каменный пол суккуба. — По силе был сопоставим с графом, но какова его природа, я так и не поняла.

— За столько то лет и не поняла? — удивился Виктор.

— Он практически сразу впал в спячку, когда понял, что не сможет самостоятельно выбраться из логова демонолога. Проснулся только когда они, — суккуба кивнула на иссушенные мумии шахтеров, — вскрыли дверь.

— А тебя чего не выпустил? Вроде бы одного поля ягодки.

— Я же суккуба — низший демон. Для любого обладающего силой графа, я просто грязь под ногами.

— И это верно. — усмехнулся Виктор, припомнив уроки знакомого чёрта. — Но ведь чем-то ты для него была полезна, раз он тебя не убил?

— Я приманивала мужчин, душами которых он питался. — боясь поднять глаза на мага, пояснила суккуба. — Эти ведь не сразу все заявились. — она вновь кивнула в сторону мумий. — Каждого пришлось по несколько дней обрабатывать, чтобы заманить.

— Понятно. Так и запишем, соучастие в убийстве двух и более лиц по предварительному сговору. — тяжело вздохнул Виктор, смотря на действительно очень красивую демонессу, которая немного напоминала ему Миражанну.

— Убьешь? — тихо поинтересовалась суккуба.

— Убью. — коротко кивнул Виктор. — Но сперва разберусь кого и за что. Эти ведь не единственные, кого тебе удалось приманить?

— Нет.

— Мэра близлежащего городка приманивала?

— Не знаю. — пожала плечами суккуба. — Многих приманивала. Кто из них мэр, а кто простой шахтер — мне не говорили.

— Понятно. Что ты им внушала?

— Ничего. Я только приманивала. Тот, которого ты убил, сам работал с людьми.

— Вот блин. Только целого города спящих агентов демонов мне не хватало. — устало прикрыл глаза рукой Виктор. — Снять воздействие сможешь?

— Нет. — совсем тихо и потерянно произнесла суккуба. — У меня нет таких сил.

— А хоть определить тех, над кем успел поработать твой дружок? — он кивнул на продолжавший лежать на полу красный кристалл с черными прожилками отдаленно напоминающий по своей форме вытянутое по стойке смирно гуманоидное тело.

— Он мне не дружок. — пробурчала суккуба.

— Я задал вопрос, демон.

— Определить не смогу. Указать смогу. Лица я хорошо запомнила.

— Какая хитрая. — усмехнулся Виктор. — Полагаешь, что я настолько глуп, чтобы выпустить тебя из этой ловушки?

— Но ведь попробовать стоило. — несмело, но озорно улыбнулась в ответ суккуба.

— Стоило. — серьезно кивнул Виктор. — Пробовать всегда стоит.

— Тоже пришлось посидеть взаперти? — сочувственно поинтересовалась демонесса.

— Да. Было дело. Не так долго как тебе, конечно. Но все равно — приятного было мало. Я вообще поражаюсь, как ты тут с ума не сошла за столько лет. Пусть ты и демон, но все же разумная.

— Ну, развлекала себя, как могла. — пожав плечами, улыбнулась суккуба и медленно провела по телу руками.

— Даже не хочу знать, что скрывается за этой фразой! — потряс головой Виктор, чтобы выкинуть похотливые мысли из головы.

— Уверен, что не хочешь? — лукаво улыбнулась суккуба.

— Уверен. И, давай, прекращай хулиганить, пока я не разозлился. Или тебе понравилось общаться со жнецом?

— Нет! — мгновенно отшатнулась от края пентаграммы суккуба. — Я все поняла. Я буду хорошей девочкой.

— Из твоих уст это звучит более чем двусмысленно. — покачал головой Виктор. — Ладно, повеселились и хватит. Знаешь, почему он не мог покинуть данное помещение?

— Демонолог успел привязать его сюда, до того как полностью потерял свою душу. Он бы никогда не смог уйти отсюда.

— А зачем ему понадобились маги? — если мэром управлял демон, то и задание в гильдии рассылалось исключительно с его ведома.

— Он хотел собрать несколько магов и разом всех убить, чтобы образовался прорыв сил хаоса. Другого пути как вернуться обратно на нижние планы у него не было.

— И точно. — хлопнул себя ладонью по лбу Виктор. — Дурак я, однако. Мог бы и сам догадаться.

Решив, что больше он ничего интересного узнать у суккубы не сможет, Виктор направил на нее излучатель и практически спустил крючок, но в последний момент прервался и отвел дуло в сторону.

— Делай аватарку и привязывай ее к моей силе. Появится возможность, выпущу тебя в нижние планы. — Виктор все же не смог найти в себе силы окончательно уничтожить такую красоту, тем более что суккубы сами по себе никого не убивали и даже не воровали души.

— П-правда можно? — не поверила в собственное счастье уже приготовившаяся к неминуемой смерти суккуба.

— Правда. — кивнул Виктор и преобразившись в мрачного жнеца, вошел в пентаграмму. — Когда-то давно мне дали второй шанс. Не скажу, что я его прям таки жаждал, но в конечном итоге я сейчас счастлив. Почему бы и мне не дать кому-нибудь возможность начать жизнь заново? Пусть даже и демонессе. Все же ты не разрушитель и не пожиратель душ, а суккуба.

— Спасибо. — демонесса медленно поднесла свои руки к протянутой к ней ладони жнеца и на той появилась маленькая летающая лисичка.

Убрав аватарку под свой плащ, Виктор спокойно пересек барьер ловушки для демонов и преобразовавшись обратно в человека, пустил таки в ход свое оружие. Но вместо ожидаемого ужаса на лице оставшейся за барьером суккубы расцвело выражение покоя и умиротворения. Путь хоть так, но она все же обрела столь долгожданную свободу.

Подобрав обе оставшиеся от демонов кристаллические фигурки, Виктор быстренько покидал в карман то имущество демонолога, что не рассыпалось в труху от времени и с чувством выполненного долга покинул древнее убежище, что превратилось сперва в тюрьму, а после в мавзолей для своего бывшего владельца.

— Все? — повернулась в его сторону стоявшая у границы заминированного участка Эльза, — Закончил?

— Да. — коротко кивнул Виктор и продемонстрировал багрово-красную лакриму в форме сложившей крылья летучей лисицы. — Больше нам здесь делать нечего.

— Хорошо. — задержав на брате пристальный взгляд несколько секунд, кивнула Эльза. — Не думала, что ты все же сможешь сам убить ее.

— Я тоже. — вынужден был признать Виктор и присев, принялся снимать первую из ранее установленных мин. — Только, еще ничего не закончилось.

— Смог что-то узнать?

— Ага. У нас, похоже, имеется целый город одержимых. Демон, которого мы убили, не один месяц орудовал в этих краях и смог навязать свою волю всем, до кого дотянулся.

— Ты знаешь, как им помочь? — спросила растерявшаяся Эльза. С таким она никогда ранее не сталкивалась и потому даже предположить не могла, чем можно помочь попавшим под влияние демона людям.

— Нет. — скривился Виктор. — Максимум, что мы можем сделать — отловить и скрутить всех обращенных. Но как их расколдовать я не знаю. Все же я артефактор, а не демонолог. Боюсь, без рунных рыцарей нам будет не обойтись.

— Ну, все же мы ничего не разрушили, так что… — договорить она не успела, поскольку вид ойкнувшего и мгновенно побледневшего Виктора заставил Эльзу покрыться холодным потом.

— Бежим! — схватив сестру за руку, Виктор рванул вперед, петляя между оставшимися не снятыми минами. Они едва успели проскочить последние метры заминированного участка, как сзади раздался жуткий взрыв, сопровождаемый выбросом пламени, обжигающего льда и сильных электрических разрядов — вслед за первой сработавшей миной начали рваться и все остальные.

Когда они покинули шахты, сзади все еще раздавался грохот обваливающихся камней, повествующий о закрытии столь многообещающего месторождения лакримы на неопределенно длительное время.

Покосившись на невольное дело своих рук, Виктор посмотрел на суровую Эльзу и пожав плечами, прокомментировал произошедшее, — Все же мы — Хвост Феи. Надо соответствовать нашему имиджу.

— Ох, Виктор. — тяжело вздохнула девушка и покачав головой, направилась в сторону города.

Почти неделю они потеряли, сперва, отлавливая обращенных, затем, ожидая прибытия рунных рыцарей и под конец, давая показания. Одно лишь радовало Виктора — заказ на демона был признан официальной бумагой и потому им в карманы упали весьма немаленькие средства. Да и насчет разрушенной шахты удалось отвертеться, предоставив подписанный мэром документ об отсутствии возможных претензий в связи с возможными разрушениями при уничтожении демона.

Пораженная до глубины души подобной предусмотрительностью Эльза, которая, как и большая часть магов их гильдии, предпочитала в подобных случаях побыстрее смыться с места причинения ущерба, лишь восхищенно смотрела на брата, когда тот как-то даже лениво отбивался от всех нападок как рыцарей, так и прикативших в город владельцев рудника. Доскональное знание законов и своевременное прикрытие тылов парой подписанных бумажек творили такие чудеса, до которых магии было еще расти и расти.

— Ой, какая милая! — всплеснула руками Мира, увидев вылезшую из-под плаща Виктора лисичку. Они с Эльзой вернулись в Магнолию днем и потому сразу направились в гильдию. — А кто это такая? — взяв на руки аватарку демонессы, она аккуратно погладила ее по мягкой шерстке и получив в ответ довольное урчание, расцвела в улыбке.

0x01 graphic

— Летающая лисица. Нашел ее в одной шахте. Только ты ее не сильно балуй, а то эта рыжая особа излишне наглая.

— Хочешь сказать, что она вся в тебя? — ехидно усмехнулась Мира.

— К сожалению, нет. — тяжело вздохнул Виктор. — И хотел бы быть таким же наглым, но никак не получается.

— Да чтобы у тебя и что-нибудь не получалось! Быть того не может! — залилась в звонком смехе Мира.

— Раньше я тоже так думал, но встретив это беспардонное существо, осознал, насколько сильно заблуждался в своих способностях. До ее высот мне еще расти и расти.

— И все то он на тебя наговаривает. Да, прелесть? — почесывая млеющую лисичку, Мира слегка попеняла Виктора, но в конечном итоге подалась вперед и позволила, наконец, себя поцеловать.

— Я скучал, милая. — расплылся в довольной улыбке Виктор.

— А раз скучал, чего же так быстро уехал? Даже попрощаться толком не успели! — мило поинтересовалась Мира, но всякий кто ее хорошо знал, предпочел бы побыстрее забиться в самый темный угол и не отсвечивать, пока не минует буря.

— Ну, я же мужчина. И должен добывать мамонта для семьи! — решил пойти с козырей Виктор.

— И как? Добыл? — Покосившись на лисичку, Мира прыснула в кулачек, — Не сильно упитанный мамонт тебе попался!

— Уж какой был. — развел руками Виктор под дружный смех Миры и присоединившейся к ней лисички.

— Ой! А она что, понимает!? — немало удивилась реакции зверька девушка.

— Да. И даже разговаривает. — кивнул Виктор. — Магическая, — посверля лисичку недобрым взглядом, Виктор закончил фразу, — тварь.

— Не тварь, а создание! — притопнула та лапкой и недовольно хмыкнув, показательно отвернулась от Виктора.

— Р-р-распылю, мелочь пузатая! — прорычал Виктор, которого аватарка суккубы успела уже окончательно достать всего за несколько дней.

— Я стройная! — тут же взвилась лисичка и раскинув крылья в стороны, повернулась вокруг своей оси, — Сам же видишь!

— А в моей угрозе главным словом было не "пузатая". - недобро уточнил Виктор и показательно медленно потянулся за ножом.

— Ну давай, давай! Бей! Проткни мое беззащитное, стройное и такое прекрасное тело своим мечом. — патетически воскликнула лисичка, при этом неотрывно смотря на Виктора глазами полными ехидства. Все же кроме него никто не мог понять вкладываемого в эти слова двойного смысла, а видевшая настоящее тело суккубы Эльза ушла отчитываться к мастеру.

— Ну ты это, не переигрывай! — возмутился Виктор и слегка щелкнул разошедшуюся аватарку по носу.

— Ой! — показательно потерев якобы ушибленный нос, лисичка отвернулась от него и бросив напоследок — Грубиян! — направилась исследовать содержимое ближайших кружек и тарелок.

— Мира, ты лучше присматривай за этой мелкой ворюгой. — кивнул в сторону уже хрумкающей соленые орешки лисички Виктор. — Глазом моргнуть не успеешь, как она тут все выпьет и съест. А что не съест, то понадкусывает!

— Ложь и клевета! — прошамкала набитым ртом аватарка под звонкий смех Миры.

— Вот видишь! — обличительно ткнул в нее пальцем Виктор.

— Да уж, добыча — что надо! — ласково улыбнулась Мира и под завистливые взгляды немногочисленной публики мужского пола, что уже с утра пораньше глушила пиво в гильдии, подарила Виктору еще один поцелуй. — Обедать будешь, добытчик?

— Ага. И для Эльзы тоже принеси что-нибудь, пожалуйста. — поняв, что гроза миновала, Виктор смахнул со лба несуществующий пот и осуждающе покачав головой продолжавшей неравную битву с орехами аватарке, осмотрелся в зале.

— А ты знаешь, что она тоже демон? — чуть слышно прошептала забравшаяся ему на плечо лисичка и закинула за щеку очередной орешек.

— Ты не права. Она человек. Просто с весьма необычной магией демонизации.

— Ого! И такие, оказывается, бывают! — искренне удивилась суккуба.

— Бывают.

— А она у тебя миленькая. Я теперь даже не ревную, когда вспоминаю, как твоя сестра пыталась сбить мои чары, напоминая о ней.

— Она не ревнует! Ну прям гора с плеч! — усмехнулся Виктор, за что тут же был укушен за ухо. Мгновенно отловив не успевшую удрать хулиганку, он поднес ее поближе к своему лицу, — Лучше молись, чтобы Мира никогда не узнала, что ты пыталась сотворить со мной в той шахте. Ты еще не видела ее в гневе, а мне приходилось. Так вот, воротник ты крылатый, если умудришься ее по настоящему разозлить, лучше заберись повыше в небо, сложи крылья и сама разбейся о землю, чтобы уйти на перерождение легко. Поняла меня?

— Поняла. — пробурчала суккуба.

— А раз поняла, то иди, жуй свои орешки и не лезь в наши с Мирой отношения. Я хоть и добрый человек, но за счастье Миры уничтожу не то что тебя, а половину нижних планов бытия.

— А почему только половину? — склонила на бок голову, заинтересовавшаяся человеческой логикой суккуба.

— На большее сил не хватит. — усмехнулся Виктор и посадил аватарку поближе к тарелке с орешками. — Жуй, давай.

Спустившаяся от мастера Эльза коротко кивнула, давая понять, что все в порядке и с удовольствием приземлилась напротив исходящей паром тарелки, где в гуще каши тут и там торчали кусочки клубники. Кинув недовольный взгляд на уплетающую явно вытащенную из ее тарелки клубничину лисицу, она взялась за ложку и показав аватарке язык, принялась вылавливать и демонстративно поедать ягодки, каждую из которых та сопровождала настолько грустным и потерянным взглядом, будто ее до этого век не кормили.

— Вот актриса! — восхитилась лисичкой Мира. — Ты смотри, Виктор, вся в тебя! Да и мех у нее больше красный, нежели рыжий. А вы точно не родственники!? — залилась смехом Мира, стоило Виктору и лисичке начать изучать друг друга взглядами, словно они никогда до этого не встречались.

— Да нет. Не родня. — спустя минуту ответил Виктор. — У моей родни не может быть такой наглой рыжей морды. Мы люди честные! И если какой-нибудь синий кот сейчас, не подумавши, оклевещет такого честного меня, — бросил он предостерегающий взгляд на перебазировавшегося за барную стойку и уже готовившегося раскрыть рот Хэппи, — за его долгую и счастливую жизнь я не ручаюсь.

Подавившись уже готовыми сорваться с языка колкими комментариями, Хэппи затравленно покосился на семейку красноволосых и сглотнув, решил все же не играть с огнем, а прикинуться валенком. — Привет! Меня зовут, Хэппи! — помахал он лапкой отвесившей челюсть лисичке. — А как тебя зовут!?

— Это говорящий синий кот? — не поверив собственным глазам и ушам, обратилась аватарка к Виктору. — У меня ведь не голодные галлюцинации?

— Не переживай. С тем количеством еды, что ты умудряешься впихнуть в себя, голодные галлюцинации тебе не грозят. — хмыкнул Виктор. — А Хэппи — настоящий. И помимо того, что он синий и умеет разговаривать, у него еще и крылья имеются. Да, я и сам понимаю, что это похоже на бред сумасшедшего, но с фактами не поспоришь.

— Говорящий синий летающий кот. Чего только в жизни не бывает. — пораженно пробормотала лисичка под дружный смех всех, кто слышал этот короткий разговор. Все же ситуация, когда говорящая огненно-рыжая летающая лисица поражается существованию говорящего синего летающего кота, со стороны выглядела более чем комично.

Глава 10. Миропроходимец 2.0

Деньги заработанные на уничтожении демона с лихвой покрыли все потребности скромного артефактора и позволили сконцентрировать все внимание исключительно на подготовке к новому визиту в Эдолас. Он даже составил себе расписанный до мельчайших подробностей план действий, чтобы максимально возможно сократить время пребывания в ином мире, но все равно путешествие грозило затянуться не менее чем на пять месяцев.

Прекрасно понимая, какой скандал ему смогут устроить две самые дорогие на свете девушки, он постарался подготовиться к предстоящему непростому разговору как можно лучше и потому для Эльзы уже были подготовлены два новых доспеха, а к Мире вскоре должен был прибыть фотограф из журнала "Волшебник" с предложением стать фотомоделью их журнала. Конечно, подобное смотрелось откровенно жалким откупом, но ничего более достойного за столь короткое время он придумать не смог. О том же, чтобы взять обоих с собой в Эдолас, не могло быть и речи. Все же ему там предстояло не прохлаждаться, а жить исключительно на правах диссидента — то есть без прав. И наличие под боком двух его единственных слабых точек могло слишком сильно все усложнить.

— О чем ты хотел поговорить, Виктор? — покосившись на Миру, поинтересовалась Эльза. Полтора месяца после их возвращения с задания ее брат практически безвылазно сидел в своей мастерской, делая короткие перерывы лишь на свидания с Мирой, да тренировки молодняка гильдии, но, судя по пойманному взгляду, на сей раз разговор должен был быть отнюдь не об очередном изобретении.

— Вы обе знаете, насколько вы дороги для меня. — уткнувшись взглядом в стол, начал Виктор, — И насколько сильно мне нравится видеть ваши счастливые улыбки каждый день.

— Ты снова хочешь уйти, брат? — нейтральным тоном поинтересовалась Эльза.

— Хочу — не совсем верное слово, Эльза. — тяжело вздохнув, он по очереди посмотрел в глаза обеим девушкам и грустно усмехнулся, — Вы знаете, я, кажется, начинаю понимать Гилдарца. Вы раньше не задумывались, почему он берет все эти многолетние задания? — Не дождавшись какого-либо ответа, кроме двух очень серьезных взглядов, Виктор продолжил, — Просто есть такое слово — "надо". Так или иначе, эти задания надо выполнять, но кому-либо менее подготовленному они будут не по зубам. Вот и приходится нашему великовозрастному шалопаю отдуваться за всех. И я имею в виду не только магов нашей гильдии. Все же по опыту и силе мало кто может сравниться с Гилдарцом.

— Мне не нравится, к чему ты клонишь, брат. — столь же нейтрально произнесла Эльза.

— Я не такой сильный, как Гилдарц и потому не собираюсь браться за подобные задания, но и помимо них в мире хватает опасностей, с которыми нам рано или поздно придется столкнуться. Пусть у меня нет силы, но в достатке знаний и опыта, чтобы попытаться максимально возможно подготовиться к ним. Одна загвоздка — мне необходима помощь и знания куда более сведущих артефакторов чем я или мастер Вельд.

— Ты собираешься вернуться в Эдолас, да? — тихо проговорила куда быстрее просчитавшая все Мира.

— Да, Мира. — посмотрев ей в глаза, твердо ответил Виктор, — Я должен.

— И при этом ты не можешь взять туда нас с Эльзой. — грустно улыбнувшись, произнесла Мира.

— Не могу.

— Но почему!? — вскочила со своего места Эльза. — Ты ведь прекрасно знаешь, насколько мы сильные! На что мы способны!

— Именно поэтому, дорогие мои, вы останетесь здесь и присмотрите за дедом и гильдией, пока я не вернусь. Мастер у нас, конечно — кремень, но он уже очень стар. Пусть этот мелкий похотливый старикашка и молодится как только может, но природу не обманешь. У него уже давно потихоньку сдает сердце. Так что я хочу попросить вас присмотреть за всеми нашими балбесами, чтобы они доставляли мастеру поменьше хлопот. Конечно, перед тем как уйти я, насколько возможно, постращаю их всех и постараюсь разогнать по заданиям, чтобы хоть месяц прошел относительно спокойно, но вот вернуться я смогу примерно только через пол года. И все это время вам придется вести среди них разъяснительную работу.

— Когда ты уходишь? — с трудом сдержав готовые сорваться с глаз слезы, поинтересовалась Мира.

— Через два дня.

— Мира!? И ты вот так спокойно готова его отпустить!? — буквально взорвалась Эльза.

— Эльза, твой брат и мой мужчина сделал свой выбор. — спокойно ответила Мира своей подруге, хотя это показное спокойствие далось ей неимоверно тяжело. — Полагаешь, что если бы не было иного выхода, он не нашел бы возможности не покидать нас? Ты ведь не хуже меня знаешь Виктора. Так или иначе, он сделает все возможное и невозможное, чтобы защитить нас с тобой и всех наших друзей. Так дай ему возможность подготовиться как можно лучше, чтобы, когда придет момент, ему не пришлось бы вновь жертвовать собой.

— И за что небеса подарили мне такую идеальную вторую половинку? — расплылся в улыбке Виктор и взяв в свои руки ладошки Миры, нежно поцеловал их. — Наверное, в одной из прошлых жизней я был святым, раз заслужил такое счастье.

— Не обольщайся, братец. Из тебя святой как из меня балерина. — хмыкнула Эльза. — Хочется научиться быть таковым, но никак не получается!

— И вот так всю жизнь! — тяжело вздохнул Виктор. — Сплошной поклеп и неверие в мои силы!

— Просто она тебя слишком хорошо знает. — хихикнула Мира. — Да и не нужен мне никакой святой. Мне нужен ты. Такой, какой есть. Поэтому постарайся справиться со своими делами как можно скорее, а то ведь я могу так заскучать по сильной мужской руке, так заскучать, что не сдержусь и отвечу на многочисленные предложения руки и сердца от залетных принцев на белых конях.

— Ох уж мне эти залетные принцы с их белыми клячами. — тут же принялся бурчать Виктор. — Где же я их всех хоронить буду? И так расстрельный ров уже под завязку забит! — К красивым волшебницам действительно постоянно подкатывали ухажеры. Кто-то клевал на их красоту, кому-то хотелось похвастать перед друзьями магической подружкой, а некоторые рассчитывали поправить свое материальное положение за счет возможностей и заработков девушек. В общем, гильдейским магам мужского пола то и дело приходилось давать от ворот поворот очередному непонятливому субъекту, зачастую сопровождая слова крепким пинком или ударом. Виктору и самому не раз приходилось отлавливать в подворотнях подобных воздыхателей, чтобы обозначить им линию партии. Все же быть парнем такой красавицы как Миражанна и братом не менее красивой Эльзы порой было уж слишком хлопотно. Во всяком случае, за три последних месяца ему пришлось проводить подобные разъяснительные беседы семь раз, да еще по паре раз отметились Грей с Эльфманом.

— В общем, я тебя предупредила! — промурлыкала довольная реакцией Виктора Мира.

— Хм. — окинув девушку задумчивым взглядом, Виктор кивнул самому себе и тихо, но так чтобы услышали его собеседницы, пробурчал себе под нос, — Наверное, все же придется нанять Грея, чтобы он гонял всяких воздыхателей, пока меня не будет.

— Ну ты и жук, брат. — рассмеялась Эльза.

— Станешь тут жуком! Тем более что количество поклонников грозит многократно возрости!

— С чего бы это!? — сощурив глаза, Мира подозрительно уставилась на Виктора. — Ну ка, выкладывай, что ты еще умудрился натворить!

— Мира, милая, ты ведь знаешь, насколько сильно я хотел бы заботиться о тебе. Но ты уже успела накрепко вбить мне в голову, что ты у меня девушка самостоятельная, и потому я позволил себе пообщаться с главным редактором журнала "Волшебник". Как ты смотришь на то, чтобы стать их фотомоделью? — после пропажи Лисанны доходы семейства Штраус упали настолько сильно, что им едва хватало на проживание. Мира, запечатав свою магию, больше не могла ходить на задания и отпускала своего младшего брата лишь на довольно легкие и совершенно безопасные миссии, за которые, естественно, платили копейки. Ее зарплата в гильдии тоже не располагала к особому шику. Даже возвращение младшей сестренки не смогло изменить ситуацию — Мира наотрез отказалась отпускать Лисанну на какие-либо задания, так что финансовое благополучие и семейство Штраус все еще были абсолютно несочетаемыми вещами. А модели одного из самых популярных журналов все же получали неплохие гонорары.

— И ты не будешь против?

— Как я могу быть против, если сам все это организовал! Пусть все видят, какая ты у меня красивая и сгорают от зависти, узнав, что я твой парень!

— Спасибо, Виктор! — обрадованная Мира вскочила со своего стула и притянув к себе Виктора, подарила ему страстный поцелуй, — Ты у меня лучший!

— А то! — расплылся в улыбке Виктор. — А это, — достав из-под стола с десяток картонных коробок, он водрузил их на стол, — позволит подчеркнуть твою невероятную красоту! — Чтобы снять с Миражанны мерки, не привлекая ее саму к этому процессу, Виктору пришлось притащить в Магнолию одного из лучших мастеров "Креста Сердца" славившегося своим непревзойденным глазомером. В общем итоге новые платья, костюмы и купальники для любимой девушки влетели ему почти в три миллиона, но сожалеть о тратах он не собирался. Стоило же увидеть глаза оценившей подарки Миры, он вообще выкинул эти презренные деньги из головы и подперев голову руками, принялся любоваться на боровшуюся с собой девушку. С одной стороны, она явно желала отказаться от столь дорогого подарка, поскольку ни раз предупреждала Виктора о нежелательности подобного. С другой стороны, отказаться от шедевров сотворенных ведущими модельерами королевства не было сил даже у нее.

— Искуситель. — наконец, прижав более всего понравившееся платье к груди, она покачала головой, смотря на любующегося ее метаниями и терзаниями Виктора и счастливо рассмеявшись, вновь позволила поцеловать себя.

— Только у меня будет одна просьба. Сможешь присмотреть за Чиби, пока меня не будет? — он кивнул в сторону хомячевшей печенье крылатой лисицы. — Ей необходима ежедневная небольшая подпитка маной особого рода и твоя подходит идеально.

— Хорошо. Присмотрю за твоей маленькой обжорой. — усмехнулась Мира.

— И вовсе я не обжора! — прошамкала в ответ аватарка и спрятала за спиной честно украденный пакетик печенья, на котором скрестились три скептических взгляда.

— Чиби, я тебя очень попрошу не хулиганить и не учить плохому этих милых девушек. Иначе, по возвращению мне придется укоротить тебя на голову. — ласково обратился Виктор к поперхнувшейся лисице. — А это я оставлю тебе в качестве напоминания. Так, на всякий случай. — перед лисичкой лег небольшой кожаный ошейник, на котором вместо колокольчика висела крохотная фигурка мрачного жнеца сжимающего свой рабочий инструмент. — Ты ведь прекрасно знаешь, каким я могу быть. Давай не будем проверять это на практике.

— Х-хорошо. — тут же принялась активно кивать головой лисица, не отрывая затравленного взгляда от своей обновки.

— Ну чего ты ее постоянно пугаешь. — вступилась за аватарку Мира. — Вон ведь какая она маленькая и беззащитная. Ты ведь никогда и ни с кем, кого считал слабее себя, не позволял вести себя подобным образом.

— Просто все остальные не были демонами. — Виктор решил раскрыть Мире истинную сущность Чиби, чтобы она знала, с кем на самом деле ей придется иметь дело.

— Демон!? — Мира в неверии уставилась на маленькую лисичку. — Она!?

— Да. Когда-то она была пусть и низшим, но очень сильным демоном. Даже будучи чрезвычайно сильно ослабленной, ей едва не удалось взять надо мной контроль. Только применение сил мрачного жнеца помогло мне справиться с ее воздействием. И предвосхищая твой вопрос, почему я ее не убил на месте, скажу лишь, что она достаточно натерпелась за свою жизнь и заслужила право на второй шанс. Тем более этот тип демонов сам никого не убивает.

— Демон, который никого не убивает? — нахмурила бровки Мира, вспоминая информацию о демонах собранную из множества источников. — Она суккуба!? — примерно через пол минуты воскликнула девушка и повернувшись к сжавшейся в комок аватарке, ледяным тоном, от которого даже у Эльзы с Виктором по спине пробежали табуны мурашек, поинтересовалась, — И ты пыталась охмурить моего Виктора?

— А что тут такого! — с трудом преодолевая накрывший ее с головой страх, распрямилась и топнула лапкой Чиби. — Все же я тоже девушка! — осмотрев себя, аватарка уточнила, — Была. А после полутысячи лет заключения на любого мужчину будешь смотреть исключительно как на добычу! Тем более, в его случае действительно было на что пустить слюнку. — взглядом полным вожделения она прошлась по фигуре мага.

— Он занят! — тут же вскочила Мира и загребла в свои объятия не успевшего даже пикнуть Виктора. — Так что пускай слюни на кого другого!

— А мне теперь больше ничего и не остается. — тяжело вздохнула аватарка и провела лапками по своему телу, добавив с ненаигранной грустью в голосе, — В таком теле на любовь мужчин надеяться не приходится. — чем заставила обоих девушек залиться красной краской до кончиков ушей.

— Не переживай, мелочь пузатая. Вернусь из Эдоласа и займемся вопросом твоего возвращения в родные планы бытия. — решил успокоить ее Виктор. — Но только при условии, что ты будешь держать язык за зубами и не начнешь портить моих девочек!

Показав лапкой жест закрывания рта на замок с последующим выбрасыванием ключа, лисичка еще раз прошлась плотоядным взглядом по Виктору и тяжело вздохнув, вернулась к своему печенью.

— Ты только мой, запомни это, милый! — ревниво косясь на Чиби, предостерегающе произнесла Мира и для большей убедительности впилась в губы Виктора с такой страстью, что у него даже слегка закружилась голова.

— И не дуйся так, сестренка. — оторвавшись от губ любимой, Виктор глубоко вздохнул, чтобы успокоить перевозбудившийся организм и повернулся к Эльзе, — Для тебя я тоже кое-что приготовил. — Быстро сбегав в свою комнату, он притащил два баула с новыми доспехами для сестры.

— Это что, куртка? — получив в руки первую часть подарка, Эльза с удивлением принялась разглядывать явно изготовленную тем же домом моды "Крест Сердца" обновку.

— В том числе и куртка. — кивнул Виктор. — Вот только она куда крепче и прочнее твоего нынешнего доспеха. Заговоренный нитинол, руслан, драконьи бронечешуйки, кожа виверны — чего только не пошло на ее изготовление. Все же девушке не престало постоянно носить стальную кирасу. И раз мне так и не удалось убедить тебя сменить ее на что-либо более женственное, я решил подойти к этому вопросу с другой стороны. Теперь у тебя имеется прочнейшая кираса, которая выглядит как модная куртка! Вдобавок, я встроил в нее заклинание регулирования климата, так что в жару она тебя будет охлаждать, а в мороз — греть. Ну ка, примерь!

— Ого! А она легкая!

— Еще бы! Это тебе не цельностальной панцирь!

— А она точно крепкая? — крутясь перед зеркалом и осматривая себя со всех сторон, недоверчиво поинтересовалась Эльза.

— Давай проверим. — пожал плечами Виктор и достав из пространственного кармана любимый нож, ни говоря ни слова, ткнул им в бок Эльзе. — Видишь!

— А меч?

— Тоже выдержит. — кивнул Виктор. — Можно сказать, на себе проверял! — распахнув плащ, он продемонстрировал аналогичную куртку, но мужского фасона. — Она выдерживает даже пулю, бронебойную стрелу и удар заговоренного копья. В повседневной жизни куртка остается гибкой и мягкой, но стоит произойти какому-либо воздействию, как ее волокна становятся прочнее броневой стали в точке этого самого воздействия. А кожа виверны и нитинол позволяют выдерживать температуру в полторы тысячи градусов и практически любые кислоты.

— А что во второй сумке? — мгновенно позабыв обо всех обидах, горящими глазами Эльза уставилась на второй баул.

— О! Это, можно сказать, настоящий шедевр артефакторики! Доспех убийцы теней! Надев его, ты сможешь уничтожать таких нематериальных противников как духи, умертвия и тени. Впрочем, против материальных целей он тоже будет вполне эффективен. Правда, в отличие от прочих доспехов он питается энергией не от тебя, а от батарейки, которую я смастерил из лакримы оставшейся от демона. Только благодаря этому удалось получить подобные результаты. Ну как, нравится?

0x01 graphic

0x01 graphic

— Еще бы! — расцвела в улыбке любовно гладящая матово-черный клинок Эльза. — Но это не спасет тебя от заслуженного наказания, когда ты вернешься! Я буду готовиться, брат, и покажу, что ты не зря гонял меня все эти годы!

Отполировав заглаживание вины походом в самый фешенебельный ресторан Магнолии, Виктор проводил девушек по домам и вернулся к себе, чтобы в последний раз проверить все ли необходимое он приготовил. Раздавшийся пару часов спустя дверной звонок заставил его выругаться по поводу нежданных гостей, которые приходят на ночь глядя, но стоило ему открыть дверь, как все нелестные эпитеты мгновенно улетучились.

— Мира!? — осмотрев одевшую его подарки девушку и с трудом поборов начавший разгораться внутри огонь желания, он поинтересовался, — Что-то случилось?

— Да. — зайдя в дом и прикрыв за собой дверь, Мира обняла Виктора и крепко прижалась к нему, — Ты со мной случился. — Не дав парню сказать и слова, она прильнула к его губам. — Я не буду уговаривать тебя остаться, но сделаю все возможное, чтобы ты желал вернуться назад как можно быстрее. Идем. — взяв его за руку, Мира потянула любимого в сторону его спальни.

— Мира… — враз охрипшим голосом попытался что-то сказать Виктор, но легший на его губы пальчик заставил все слова застрять в горле.

— Не говори ничего, милый. — улыбнулась ему Мира. — Я уже все решила. Этой ночью я хочу, наконец, стать полностью твоей и чтобы ты стал полностью моим. Не зря же ты в свое время натравливал на нас с Эльзой Полюшку! — хихикнула она и радостно ойкнула, когда Виктор подхватил ее на руки.

— Никому не отдам! — прижав покрепче к себе столь желанную девушку, Виктор под веселый девичий смех, пронес Миру в свою небольшую спальню и осторожно опустив ее на кровать, прильнул к манящим губам. Время от времени прерываясь от столь затягивающего занятия, он помогал своей второй половинке избавляться от совершенно лишних в этом деле деталей гардероба, не забывая срывать вещи и с себя.

Благодаря памяти доставшейся этому телу вместе с душой он сделал все возможное дабы первый опыт Миры оказался практически безболезненным и принес девушке исключительно удовольствие. Не все удалось так, как хотелось — все же это тело тоже было абсолютно неопытным, но счастливая улыбка Миры ставшая первым, что он увидел с утра и повторение ночного опыта, наверное, с еще большей страстью и желанием, дали четко понять, что он не ударил лицом в грязь. А еще он осознал, что не вернуться не сможет, ибо ради такого можно было вернуться даже с того света.

Вновь пройдя через Аниму, Виктор с удовлетворением отметил, что пилюли изготовленные Полюшкой и Мистганом действительно действуют — мир Эдоласа не стал с жадностью выпивать из него все магические силы, как это случилось в первый раз. Это не могло не радовать, поскольку сохранившаяся магия перевоплощения позволяла ему вполне официально прибрать к рукам все свое имущество брошенное здесь в прошлый раз. Все же тот же дом с мастерской в свое время обошлись ему почти в двадцать миллионов драгоценных по курсу мира Земли и с учетом поставленной перед собой цели виделись совершенно не лишним приобретением.

Наведавшись к нотариусу по очереди в двух своих обличиях — старом и новом, Виктор продал сам себе дом вместе со всем содержимым, после чего, нисколько не скрываясь, появился в своем жилище. Не смотря на длительное отсутствие, к своему немалому удивлению он обнаружил, что дом и все вещи остались нетронутыми. Это было более чем странно, поскольку ворья в столице водилось в избытке.

Разгадка неожиданного сюрприза появилась минут через пять, после того как он пересек порог дома. Вихрь красных волос в сопровождении обломков ставен выбитого окна налетел на него с такой скоростью, что он даже не успел испугаться.

— Ты кто такой? — прошипела Эльза, едва не пришпилив неизвестного парня к стене своим копьем.

— Джерар…Фернандес… — смотря глазами полными страха на красноволосую девушку, честно признался Виктор, поскольку в наглую скопировал внешний вид Мистгана.

— И что ты делаешь в этом доме, Джерар Фернандес? — тем же ничего хорошего не предвещающим тоном поинтересовалась Найтволкер.

— Вселяюсь в свой новый дом. — дрожащим голосом ответил Виктор.

— И когда он стал твоим? — придвинув лезвие копья вплотную к шее парня, поинтересовалась Эльза.

— Пол года назад. — честно ответил Виктор, оформивший все бумаги задним числом. — Предыдущий владелец продал его мне с большой скидкой, но с условием, что я смогу вселиться только сегодня.

— Документы! — тут же потребовала недобро сверкающая глазами девушка и требовательно вытянула левую руку вперед.

— Д-да, п-пожалуйста. — неотрывно смотря на копье, как кролик на удава, Виктор принялся рыться в карманах куртки и найдя заветную бумажку лишь в пятом кармане, трясущейся рукой протянул ее разъяренной девушке.

— Стой на месте и не двигайся. — процедила сквозь зубы Эльза. — Только попробуй рыпнуться — сразу прикончу.

— Угу. — нервно сглотнув, закивал головой Виктор.

— Опиши того, кто продал тебе этот дом. — минуты через три изучения купчей приказала Эльза. Выслушав сбивчивое повествование парня, она лишь скривилась, но все же убрала копье от его горла. — А после того как ты подписал данную купчую, видел того парня?

— Да, видел. — нервно потирая шею, подтвердил Виктор. — Последний раз месяца четыре назад. Он тогда сказал мне, что уезжает куда-то далеко и скорее всего больше не вернется, потому я смогу взять себе все, что останется в мастерской.

— Только в мастерской?

— Ну, да. Я ведь тоже начинающий артефактор, как и предыдущий хозяин этого дома. Он сказал, что в мастерской должны были остаться некоторые материалы и устройства, которые я могу взять себе в качестве бонуса к покупке.

— А откуда тебе известно, что предыдущий владелец был артефактором?

— Мы так и познакомились. Он искал артефакторов, которые могли бы выполнять несложные и потому дешевые операции, чтобы самому не тратить на них время. А я как раз год как окончил обучение у своего наставника и с удовольствием взялся за подобное задание. На них очень хорошо набивается рука, знаете ли. Кстати, а кто вы собственно будете, юная леди? — решив сыграть в немного пришедшего в себя честного гражданина королевства, специально именно так обратился Виктор к своей собеседнице, прекрасно зная, как она реагирует на подобное.

Эльза себе не изменила и мгновенно выкинула руку с копьем вперед, пробив деревянную стену насквозь в считанных миллиметрах от головы Виктора.

— Меня зовут капитан Найтволкер, а не юная леди! — прорычала та.

— Приятно познакомиться, капитан Найтволкер. — кинув затравленный взгляд на копье, отвесил глубокий поклон Виктор. — Джерар Фернандес, к вашим услугам. — представился он в ответ, не смея поднять взгляд на красивую, но внушающую ужас девушку.

— Мусор. — лишь кинула та в ответ, с отвращением смотря на труса занявшего дом Виктора.

— Извините, тут действительно малость не прибрано. — продолжал играть туповатого дурочка Виктор. — Но я только прибыл сюда и еще даже не успел проверить все комнаты.

Ничего не ответив, Эльза убрала копье и развернувшись, молча вышла из дома.

— Ну и характер у тебя, сестренка. — едва слышно пробубнил себе под нос Виктор, смотря вслед красноволосой девушке. — Чуть единственного наследника трона походя не угробила. Да и что это за новая форма!? Бронелифчик и бронетруселя, конечно, смотрятся потрясающе, но надо же знать меру! Срочно! Надо срочно выдавать тебя замуж за Мистгана! И пусть это ходячее снотворное только попробует что-то вякнуть против!

Чтобы не выбиваться из образа, он зарегистрировался в гильдии артефакторов, внеся весьма немалый входной сбор, и принялся брать всевозможные недорогие заказы, которыми все прочие мастера откровенно брезговали заниматься. Для вчерашнего же ученика это, наоборот, было в порядке вещей, так что с этой стороны к нему невозможно было подкопаться.

Так, день за днем он возился со всякой мелочевкой, но стоило солнцу уходить за горизонт, как безобидный начинающий артефактор исчезал, а вместо него появлялся ночной ужас королевской стражи. Чтобы не привлекать внимания к своим истинным интересам и заодно добыть дополнительное финансирование, Виктор начал свою противозаконную деятельность с обчистки сундуков и сейфов зажиточных семейств столицы. По сравнению с системами безопасности пары темных гильдий, вынесенных им в своем мире, местные защитные системы выглядели натуральным анахронизмом. К тому же немало семейств вообще не применяли каких-либо защитных артефактов, полагаясь исключительно на нанятых сторожей и стражников. В результате, всего за месяц ему удалось собрать столь нешуточные средства, что хватило бы на постройку трех экземпляров запланированного им меха. Вот только светить подобными средствами начинающему артефактору было все равно, что написать на собственном доме — "Все украл именно я!". Естественно, совершать подобную глупость он не стал, а решил обратиться к тем, кто и так давно был в розыске и вдобавок имел немало знакомств среди занятых в темных делишках артефакторов.

— Здравствуй, добрая фея. — найти Люси благодаря сохранившимся с прошлого посещения Эдоласа связям оказалось вполне возможно и всего за месяц ему удалось выйти на новое место расположения Хвоста Феи.

— Кха, кха, кха! — подавившаяся соком Люси мгновенно развернулась на столь знакомый голос и выпучила глаза на абсолютно незнакомого синеволосого парня. — Ты кто? — прохрипела она и вновь зашлась в кашле.

— О-хо-хо. — покачал головой Виктор и привстав со своего стула, похлопал девушку по спине. — И чего у вас всех такая нездоровая реакция на меня? — припомнил он визит Эльзы.

— Спасибо. — откашлявшись, поблагодарила Люси парня, но не перестала с подозрением вглядываться в его лицо. — Мы раньше нигде не встречались?

— Вообще-то этот вопрос должен был задать я. — усмехнулся Виктор. — Все же это прерогатива мужчин знакомиться подобным образом с красивыми девушками.

— Мне знаком этот голос. — не повелась на дурашливый тон собеседника Люси. — У одного моего знакомого был точно такой же.

— Я рад, что ты осталась все столь же наблюдательной, Люси. Но не стоит настолько прямо говорить первому встречному о своих подозрениях на его счет. Лучше усыпи его бдительность своей показной глупостью, а в самый неожиданный момент нанеси удар. Все же самой разыскиваемой преступнице королевства стоит быть куда осторожнее. А вдруг я агент королевской стражи?

— А кто сказал, что я не готова к встрече с королевской стражей? — ехидно ухмыльнулась Люси и чуть-чуть ткнула в ногу парня кончиком клинка, что с самого начала разговора упирался в область его паха.

— Да, Люси, — рассмеялся Виктор, — мне действительно будет любопытно посмотреть на тебя в нашем мире. Если она будет хотя бы в половину такой же как ты, я смогу быть за нее спокоен!

— Виктор. — мило улыбнулась в ответ Люси и потянувшись к парню в намерении обнять его, внезапно нанесла весьма профессиональный апперкот, — Сволочь! Да я чуть не ослепла в тот раз! Не мог сбежать как-нибудь иначе!?

— Ну извини. — развел руками рухнувший от шикарного удара на землю парень, — На что сил хватило, то и сделал. Все же когда из спины торчит нож, не очень-то повоюешь.

— И даже не пытайся меня разжалобить! — приставив к его горлу клинок, спокойно произнесла Люси. — Ты спас моего злейшего врага. Только за одно это ты заслуживаешь смерти.

— Так чего же не добиваешь? — Виктор покосился на клинок. — Одно движение и больше не придется обо мне беспокоиться. — Поборовшись с пол минуты взглядами, Виктор улыбнулся, — Все же ты слишком добрая и хорошая, Люси. Надеюсь, это тебе никогда не аукнется. — Отведя рукой в сторону клинок, он поднялся на ноги и показательно потер рукой пострадавший подбородок, — А удар у тебя неплохой. Только научись контролировать свое плечо при его нанесении, а то он слишком читаем.

— Ты-ы-ы! — тут же прошипела разозлившаяся Люси, — Сам ведь его пропустил, а нотации читаешь!

— Пропустить и позволить себя ударить — это, знаешь ли, две очень большие разницы. Тебе очень хотелось меня ударить, и я предоставил тебе такую возможность. Полегче стало? — участливо поинтересовался под конец Виктор.

— Стало. — буркнула надувшаяся Люси.

— Мир? — протянул он руку вперед.

— Мир. — слегка кивнув, пожала протянутую руку Люси. — Как спина?

— Не переживай, уже давно все залечили. Есть у нас лекарь, способная поднять на ноги даже мертвого. Главное, пережить ее лечение. — передернул плечами Виктор, вспомнив вкусы особо гадостных витаминных настоек.

— Хорошо. Но если ты думаешь, что я буду извиняться за произошедшее — даже не надейся. Тот нож предназначался не тебе, и ты сам по своей собственной глупости сунулся под него.

— И сунулся бы вновь, повторись подобная ситуация.

— И что бы сказала на это твоя настоящая сестра из твоего мира?

— Ну, сначала бы она меня как следует избила за то, что вновь угодил на больничную койку, а потом сказала бы следующее — "Я горжусь тобой, брат.". И запомни, Люси. Как Мира с Эльфманом не смогли отказаться от нашей Лисанны, так же я никогда не откажусь от местной Эльзы, пусть даже мне и не нравится, чем она здесь занимается.

— Ох, Виктор, и что мне прикажешь делать с тобой? С одной стороны ты друг, а с другой стороны — сделаешь все возможное и невозможное ради нашего злейшего врага.

— Вот такой я непростой человек. — развел руками Виктор. — Но если ты не возражаешь, давай продолжим наше общение в каком-нибудь более укромном месте. Уж очень тяжело удерживать этот облик. — он обвел пальцем свое лицо.

— Ого! Так это магия, а не грим?

— Ага. Магия перевоплощения. Только я в ней довольно слаб и не могу долго маскировать свой истинный облик.

— Хорошо. Идем. Знаю я здесь одно местечко.

Войдя в ничем не примечательный бар, она, ни говоря ни слова, прошла мимо бармена на кухню, таща за собой скрывшегося под любимым плащом Виктора. Там она юркнула в какую-то подсобку, где за фальшстеной оказался спуск в подземелье. Долгое противостояние свободных и королевских магов породило немалое количество подобных потайных мест, где хранили свое оружие или прятались при облавах провозглашенные темными маги.

— Все. — включив небольшой стоявший на столе фонарик, Люси развалилась на истертом диванчике, — Можешь развоплощаться. Здесь нас точно никто не побеспокоит. — С немалым любопытством понаблюдав за изменениями Виктора, она ахнула, увидев красную шевелюру, — А? Ты же был черненьким!

— Маскировался. Все же красноволосых людей встречается совсем немного. Лично я кроме сестренок еще никого не видел.

— И то верно. А что же сейчас не покрасился?

— А сейчас меня здесь вообще нет. Виктор Ред умер тогда, несколько месяцев назад. И сейчас пока еще слишком рано, чтобы ему воскресать из мертвых. Здесь и сейчас есть только начинающий артефактор Джерар Фернандес — тот синеволосый паренек.

— Хм, ну как знаешь. Так зачем ты искал меня?

— Есть возможность неплохо подзаработать. Интересует?

— Кто же откажется от возможности подзаработать деньжат! — усмехнулась Люси. — Выкладывай, чего надо делать.

— Необходимо разместить среди квалифицированных, но не болтливых артефакторов пару сотен заказов. Осилишь?

— Пару сотен? — задумчиво протянула Люси. — Боюсь, такого количества надежных людей не наберется.

— Не обязательно все размещать среди своих людей. Можно задействовать любых артефакторов. Главное, чтобы качество изготовления изделий было на уровне.

— Ну, это проще. — тут же кивнула Люси. — А что же сам заказы не сделаешь? К чему тебе мы?

— На то имеются две причины. Первая — я здесь недавно и не могу позволить себе тратить время на поиск подходящих артефакторов. Вторая — я не могу светиться с такими заказами и ТАКИМИ деньгами.

— Настолько большая сумма? — правильно уловив выделенное интонацией слово, поинтересовалась Люси.

— По предварительным прикидкам — почти полтора миллиона золотых.

— Ого! А ты по мелочам не работаешь! — присвистнула Люси. — С такими деньгами действительно лучше оставаться в тени. Постой! — прищурила девушка глаза и воткнула острый, будто кинжал, взгляд в своего собеседника, — А не ты ли тот неизвестный ночной грабитель, что вот уже месяц как ставит на уши всю столицу?

— Без комментариев. — Сделал морду кирпичом Виктор, чтобы не палиться на лжи.

— Ну ты даешь! — искренне восхитилась Люси. — Это где же ты так навострился обходить ловушки и сигнализации, не говоря уже о страже!?

— Извини, но это та часть моей жизни, о которой я не хотел бы распространяться. У каждого из нас полно своих скелетов в шкафу, вот пусть они там и остаются. Так что насчет моего предложения? Интересует?

— Какая наша доля?

— Десять процентов от каждого выполненного заказа. А также еще одно заманчивое предложение.

— Что за предложение!?

— Где-то через пол года — год у меня появится возможность наложить лапу на два миллиарда единиц маны.

— СКОЛЬКО!? — вскочила со своего диванчика Люси и намертво вцепилась руками в воротник куртки Виктора. — А ну повтори!

— Два миллиарда единиц маны. Примерно. — спокойно ответил Виктор. — Я вижу, тебя это интересует.

— Еще бы! Да это же почти годовой расход всего королевства!

— В таком случае, для начала отпусти меня, пожалуйста. — поправив слегка измятый ворот, он вернулся к разговору, — Так вот. Энергия будет выплеснута и собрана в моем мире, но там у меня нет ни одной возможности превратить единомоментно столь огромное количество магической энергии в лакриму. А вот природа и ряд технологий вашего мира вполне справятся с этой задачей. Технологии я уже сумел позаимствовать в закромах королевских артефакторов, но без помощи отсюда, мне ничего не светит. Нужны люди, которые вовремя включили бы устройства, которые собрали бы лакриму и которые успели бы удрать с этими запасами от королевской армии, которая в свою очередь не сможет не отреагировать на появление столь большого количества дармовой лакримы. Подумай, по силам ли это вашей гильдии. Со своей стороны готов предложить в качестве оплаты четверть от всей собранной и сохраненной лакримы."

— Да за пятьсот миллионов я лично раскатаю в блин всю королевскую армию! — воскликнула Люси, в глазах которой уже стояли настоящие горы денег.

Как Виктор ни пытался ускорить ход работ, спорить с природой маго-технического машиностроения было бесполезно. Если на изготовление того или иного узла требовалось три месяца, сдвинуть сроки его создания хотя бы на один день нечего было и мечтать. Дошло до того, что он даже был вынужден отказаться от всех скидываемых ему гильдией артефакторов заказов и запереться в своей мастерской, замаскировав свое поведение неожиданно свалившимся на голову крупным сторонним заказом. Да, это подрывало его прикрытие и сделало едва ли не врагом в глазах всех столичных артефакторов, которые совершенно не жаловали подобных выскочек, но время утекало, словно вода сквозь пальцы, а дел впереди виделось еще вагон и маленькая тележка. Отвлекаться приходилось лишь на добычу средств и материалов, основным источником которых стали королевская кладовая и сокровищница. При этом каждый новый поход превращался во все более изощренный способ самоубийства. Бесившиеся от постоянных неудач в деле поимки терроризирующего столицу вора и получавшие в связи с этим ежедневную головомойку капитаны стражи и королевские артефакторы принялись лютовать с такой силой, что даже вечные базарные карманники предпочли на время оставить свое ремесло и переждать бурю в каком-нибудь тихом месте. Сам же королевский дворец и в особенности его подвалы превратились в одно сплошное минное поле.

Мысленно обкладывая самыми нелестными словами местных артефакторов-параноиков установивших на двери неизвлекаемые мины, которые к тому же при срабатывании запускали цепную реакцию подрыва десятков мин расположенных с обеих сторон двери, Виктор миллиметр за миллиметром обследовал ее устройство, когда сзади раздались быстрые шаги босых ног и влетевшая в коридор малявка, ткнув в его сторону пальцем, закричала, — Ага! Попался!

— ЧЁРТ! — только и успел подумать Виктор, перед тем как отпрыгнуть от двери и подхватив на руки столь невовремя появившуюся девчушку, рвануть по коридору, что было мочи. Все же королевские артефакторы действительно оказались настоящими параноиками — их мины срабатывали на все: движение, свет, изменение окружающей температуры, перемещение самой мины, изменение влажности воздуха и конечно же, звуки. Вот крик Коко — совсем молоденькой девчушки, что служила посланником в замке, и которую Виктор видел уже не один десяток раз и взвел мину.

Он успел пробежать метров десять, прежде чем сзади оглушительно грохнуло. Лишь выплеск сырой маны смог защитить его от тучи осколков, что нагнали его через долю секунды, но спасти от ударной волны это уже не могло. Прижимая к груди девчонку, он, словно пробка от шампанского, вылетел из коридора, но лишь для того, чтобы оказаться в эпицентре новых взрывов — местные артефакторы оказались еще большими параноиками, чем он подозревал, и замкнули в общую сеть вообще все мины. Единственное, что он успел сделать, так это прижаться к полу и прикрыв собой ту, что стала виновницей его обнаружения, и начать выплескивать в пространство свой огромный запас маны, чтобы как можно дольше продержать защитный щит, способный выдержать даже атаку заклинания "А"-класса.

Очнувшись и с трудом продрав глаза, он лишь устало рассмеялся. Хищный оскал неимоверно довольной собой Эльзы Найтволкер сидящей напротив и ощущения собственного тела, явно прикованного к какому-то столбу, дали понять, что он все же отбегался. А ведь именно этот заход должен был стать прощальной песней в его преступной деятельности в Эдоласе. Все собранные устройства и агрегаты уже давно ожидали его на небольшом летающем островке, который он собирался забрать с собой на Землю, поскольку унести абсолютно все на своих двоих не представлялось возможным. Для полного счастья ему не хватало лишь мощного генератора кристаллизации — старшего брата того устройства, что было вмонтировано в ранее украденный излучатель. Несколько десятков подобных устройств были расположены в подвалах королевского замка, но ни до одного из них добраться так и не удалось.

— Девчонка жива? — отсмеявшись, поинтересовался он у Эльзы. — Та, босоногая.

— Ты бы лучше побеспокоился о себе, Джерар Фернандес. — поднявшись со стула с хищной грацией, Эльза подошла к пленнику и медленно, смакуя движение, принялась вдавливать ему в плечо небольшой и узкий кинжал, пока тот не уперся в кость. — Слабенький начинающий артефактор оказался с сюрпризом. — мило улыбнувшись ему, она принялась вести кинжал вниз, рассекая мышцы и сухожилия. — Хм. Не слабенький. — пройдя вниз сантиметров пять и вытащив из раны кинжал, но так и не добившись от пленника ни единого звука, она озадаченно склонила голову набок. Взяв из стоящей поблизости жаровни раскаленный прут, она прижгла кровоточащую рану, — Но так будет даже интереснее!

— Тебе действительно нравится все это? — с неимоверным трудом сдержав крик от соприкосновения раскаленного железа с раной, почти ровным голосом поинтересовался Виктор и обвел взглядом помещение пыточной камеры. — Не самое хорошее хобби для юной леди. — покачал он головой.

— Я, кажется, уже один раз предупреждала тебя, что меня не стоит называть так. Но ты оказался слишком забывчивым. Придется тебе напомнить. — проведя пальчиком по его щеке, Эльза медленно подошла к столу ломящемуся от всевозможных инструментов заплечных дел мастера и то и дело бросая взгляды на закованного в цепи парня, принялась медленно перебирать жуткого вида крючки, ножи и иголки. — Нет. Не то. И это не то. — перебрав едва ли не половину содержимого стола, она остановилась на наборе из трех длинных стальных спиц и продемонстрировав его пленнику, пояснила, — Начнем, пожалуй, с рук. — Намурлыкивая себе под нос какую-то песенку, она подошла к Виктору и принялась стягивать перчатку с его правой руки. — Так ты из Хвоста Феи! — обрадовано воскликнула она, разглядев три небольшие символа, что располагались на костяшках. — Давненько уже я не убивала фею!

— Мне искренне жаль тебя, Эльза. — посмотрев на девушку взглядом полным сострадания, произнес Виктор. — Что же с тобой произошло в детстве, если ты с улыбкой на устах пытаешь людей?

— О-о-о! Ты ошибаешься! Я никогда не пытала людей. Я лишь несла кару преступникам, которые потеряли право называться людьми в ту самую секунду, когда пошли против королевской власти.

— Могу лишь повторить. Мне искренне жаль тебя, Эльза. — ответил ей Виктор и прикрыв глаза, откинул голову назад, прижав ее поплотнее к столбу. — Делай уже свое грязное дело. Не заставляй человека ждать.

— Ты сам этого попросил! — ответила весьма довольная Эльза и схватив покрепче его руку, принялась втыкать первую иглу между мизинцем и безымянным пальцем.

Прострелившая все тело боль, заставила Виктора начать дергаться всем телом, но сквозь сжатые до хруста эмали зубы не было проронено ни одного звука.

— Действительно сильный! — едва ли не промурлыкала Эльза и взялась за вторую иглу, — Но давай проверим насколько!?

Вторая игла, пройдя с хрустом между безымянным и средним пальцами, заняла свое место уже под сиплый выдох Виктора. На этот раз иглу вводили куда медленнее, и потому полностью выдержать боль у него не вышло.

— Вот мы и обнаружили, что даже тебе может быть больно! — захлопала в ладоши Эльза. — А вот это мы уберем, чтобы глазки не щипало. — заботливо вытерла она платочком вышедший на лбу и висках Виктора холодный пот. — Глазки нам еще понадобятся. К глазкам мы еще придем. Но чуть попозже.

— А-ха-ха-ха-ха. — устало рассмеялся Виктор. — А тебе разве не говорили, что для игры в доброго и злого палача нужны двое? — осведомился он. — Или ты прогуляла тот урок, на котором это рассказывали?

— А нас как раз двое! — ласково ответила Эльза. — Ты и я. И поверь мне, больше нам никто не нужен. Но если ты так хочешь увидеть злого палача, хорошо, только ради тебя я готова примерить на себя подобную маску.

— Так значит, до сих пор я общался с добрым? — хмыкнул Виктор. — Ну надо же! Что-то я совсем расслабился, хороших людей не узнаю.

— А ты соберись! Сейчас мы закончим с правой рукой, потом поработаем с левой. И если ты так ничего и не скажешь, нам придется провести здесь с тобой весь день.

— А что я могу сказать, если вы ничего не спросили, юная леди? — рассмеялся Виктор, чтобы хоть немного сбить нервным смехом растекающуюся по телу боль.

— Да? — озадаченно уточнила Эльза. — И точно! Вот я забывчивая! Ну да ничего! Сейчас закончим с правой рукой и я обязательно что-нибудь спрошу! — Стоило затихнуть хрусту вхождения третьей иглы, как Эльза отошла обратно к столу и взяв небольшую горелку, вернулась к пленнику. — Так как говоришь твое имя? — поинтересовалась она, начав накаливать первую из игл.

— Джерар…Фернандес… — просипел находящийся уже на грани Виктор.

— Хм. Надо будет запомнить. — кивнула Эльза и перевела струю пламени на следующую иглу, мазнув по дороге по пальцам, отчего по камере начал распространятся тошнотворный запах паленой плоти. — И что же такого ты искал в замке, что прошел столько мин и ловушек?

— Меня…зовут…Джерар…Фернандес…

— Это я уже поняла. — кивнула головой Эльза, переходя к следующей игле, — Но что же ты все-таки искал? Мне ведь интересно!

— Джерар…Фернандес… — как заведеный продолжал шептать Виктор.

— Что ты искал!? — схватив несговорчивого пленника за волосы и задрав его голову так, чтобы смотреть ему прямо в глаза, прокричала Эльза. — Отвечай! — она замахнулась свободной рукой, чтобы врезать тому по зубам, но все еще находившаяся в руке горелка, встретившись с челюстью парня, внезапно выдала огромный факел пламени и закричавший от дикой боли Виктор, которому в одно мгновение выжгло правый глаз, потерял сознание.

Отбросив в сторону горелку, Эльза прикрыла руками рот и сдерживая рвотный позыв, кинулась из камеры. Едва выбежав в коридор, она прислонилась руками к холодной и склизкой от плесени каменной стене, после чего ее вывернуло наизнанку. Ее тошнило до тех пор, пока не закончилась даже желчь, после чего, медленно сползя по стене и рухнув на пол в каких-то миллиметрах от остатков своего обеда и ужина, она закрыла лицо руками и разрыдалась.

0x01 graphic

Да, она всегда была жестока к врагам королевства и убивала их без душевных терзаний, но придуманное начальником штаба армии лично для нее наказание за то, что вор спокойно прокрался мимо всех ее людей дежуривших этой ночью, оказалось выше ее сил. Пытать она не была готова. Знал бы пленный сколько сил она затратила на самоконтроль, чтобы ни единым словом или движением не выдать собственное предобморочное состояние, наверное, посмеялся бы от души. Да, она убила многих, да, порой она позволяла себе поиграть с обреченной жертвой, но вот так медленно убивать достойного противника, который не может тебе ответить ничем кроме снисходительной и грустной улыбки, было выше ее сил.

— Мне искренне жаль тебя, Эльза. — еле слышно прошептала она слова пленника, что ранили сердце почище холодной стали клинка. — Как ты мог говорить такое!? Почему ты не проклинал меня!? Почему не осыпал ругательствами!? Почему!?

— Потому что ты заблудшая душа. Но я знаю, что для тебя еще не все закончено. — тяжело вздохнул Виктор, после того как ударом в затылок отправил пытавшую его Эльзу в царство Морфея. Стоило ей выбежать из пыточной, как, мгновенно преобразовавшись в мрачного жнеца, Виктор спокойно разорвал связывавшие его оковы и прибрав свое изрядно пострадавшее при взрывах и последовавших обвалах имущество, что лежало здесь же, покинул оказавшуюся столь негостеприимной камеру. — И куда теперь идти? — задал он риторический вопрос, вглядываясь в темноту замковых подземелий. Всегда носимые с собой обезболивающие и укрепляющие пилюли позволили ему в ближайшее время не обращать внимание на последствия пыток.

— Идите за мной, принц. — из совершенно невидимой ниши вынырнул, как чертик из табакерки, Барс. — Я выведу вас из замка.

— Тьфу ты, Барс! Ну и напугал! — показательно схватился за сердце Виктор. — Так ведь и помереть не долго! Тебе не говорили, что так подкрадываться к людям нехорошо!?

— Ты не принц. — вмиг развернулся на месте иксид, одновременно вытягивая из ножен свой меч.

— Конечно я не принц! Он хоть и нормальный парень, а также весьма сильный маг, но тайные операции — не его стезя. Хотя, с учетом его усыпляющей магии, может, все как раз наоборот и это я просто ничего не знаю о нем? — задумчиво потер левой рукой подбородок Виктор, одновременно принимая свой истинный облик.

— Опять ты, вымогатель. — тяжело вздохнул Барс и убрал свой меч обратно в ножны. Он хотел сказать что-то еще, но окинув взглядом обожженный провал на месте правого глаза и подрагивающую правую руку с торчащими из нее иглами, лишь перевел ошарашенный взгляд с парня на Эльзу.

— Она не знала, кого пытает. — поспешил уточнить Виктор. — Хотя, должен признать, это не самая лучшая отмазка. Вот мне интересно, кто заставил ее заняться этим. Ты, случайно, не знаешь?

— Нет. — покачал головой иксид.

— Жаль. Я бы с превеликим удовольствием пообщался с этим организмом. Очень, знаешь ли, вдумчиво так пообщался с ним. Ну да ладно, еще не вечер. Придет время, сочтемся. Ты только приглядывай за Эльзой, чтобы ничего подобного с нее больше не требовали. Хорошо? Сможешь?

— Сделаю все, что в моих силах. — кивнул Барс. — Обещаю. А теперь идем.

Тревогу в замке, а затем и в городе подняли, когда Виктор уже покинул стены цитадели по потайному ходу и пробирался по окраинам к ближайшему лесу. Вылетать к своему острову на хранящемся в подпространственном кармане реактивном крыле непосредственно из города было бы слишком опасно, вот и приходилось активно работать ногами, хотя хотелось просто упасть и сдохнуть на месте, так вернувшаяся боль разрывала все тело. Помимо последствий пыток, он обнаружил на себе несколько ран с застрявшей в теле каменной картечью получившейся в результате подрыва мин и умудрившейся как-то проскользнуть в коротких промежутках между падением и появлением нового щита из маны. Даже таблетки изготовленные для него Полюшкой уже не сильно помогали поддерживать тело в работоспособном состоянии.

Все же от идеи долететь до острова в конечном итоге пришлось отказаться. Уже на остатках сознания он с трудом смог добраться до берлоги одного сотрудничающего с феями артефактора, жившего в трущобах и рухнуть там без сил.

Придя в сознание, он обнаружил, что находится уже в совершенно другом месте. Вместо древнего пропахшего пылью и клопами дивана он лежал в чистенькой и белоснежной кровати, а кое-как наложенные повязки из разодранной простыни сменились бинтами, под которыми ощущалась какая-то маслянистая мазь. Повернув голову вправо, он встретился взглядом с Мирой и мгновенно покрывшись холодным потом, принялся оправдываться.

— Мира, милая, это не то, что ты могла подумать! Всего-то пара неопасных царапин! Честное слово!

— Хи-хи. — прикрыв ладошкой губы, тихонечко хихикнула девушка и смочив платок в холодной воде, принялась протирать лицо Виктора. — Похоже, она у тебя с характером, если ты столь рьяно оправдываешься!

— Я все еще в Эдоласе? — наконец подключив мозг, поинтересовался Виктор и получив утвердительный ответ, с облегчением выдохнул, — Фу-у-ух. Значит, буду жить. — Прикрыв единственный оставшийся глаз, он спросил, — Я долго пробыл без сознания?

— Почти три дня. Люси с Нацу привезли тебя в гильдию позавчера, и мы сразу смогли обработать твои раны.

— Много набралось? — все так же не открывая глаз, поинтересовался он.

— Достаточно. — вздохнула Мира. — Я, конечно, слышала, что шрамы украшают мужчину, но ты, похоже, перестарался в этом плане. Не удивительно, что твоя Мира устраивает тебе головомойку по этому поводу.

— Головомойка — это еще ничего. Куда хуже, когда она просто осуждающе смотрит и молчит. Вот это действительно пытка. А уж когда к ней подключается сестра — хоть иди и вешайся. Этот дуэт способен приструнить даже такого мерзавца как я.

— А ты разве мерзавец? — удивилась Мира.

— По их мнению — еще какой! — принялся жаловаться на свою жизнь Виктор. — На охоту на монстров и демонов — не беру. На экскурсии в другой мир — тоже. Нервы их — не берегу. Говорю, что они у меня самые лучшие и самые красивые меньше сотни раз в день. Стало быть — мерзавец!

— Хм. А ведь и правда мерзавец. — спустя пару секунд согласилась Миражанна и звонко рассмеялась, увидев надувшуюся физиономию пациента. Склонившись над Виктором, она нежно поцеловала его в лоб, — Спасибо, что спас мою сестренку. Я этого никогда не забуду. Жаль, что я уже заняла тебя, Виктор. — проведя ладошкой по его щеке, она поправила сбившееся одеяло, — Была бы кто другая, непременно отбила бы. Но у себя же — вряд ли получится.

— Это точно! — усмехнулся Виктор. — Да и не отбился бы я.

— Я позову Люси. — мило улыбнувшись в ответ, сказала Мира. — Она просила позвать ее, как только ты очнешься.

— Конечно. — едва заметно кивнул головой Виктор. — И спасибо, что присмотрела за моей тушкой.

Разговор с Люси занял от силы пол часа. Его поимка и последующий побег из тюрьмы наделал столь много шума, что королевская армия принялась трясти всех, кого хоть самую малость подозревали в темных делишках. Ей с Нацу удалось вывезти Виктора буквально под самым носом у королевских гвардейцев, после чего они на всякий случай прыгнули всей гильдией в отдаленный пустынный район. Впрочем, соваться на территорию иксидов, которой считались все летающие острова, королевские войска не решились, и потому за многочисленное имущество запрятанное на одном из них можно было не волноваться.

Не смотря на желание немедленно отправиться домой, ослабшее от ран и отсутствия питания тело вынудило задержаться в гостях еще на три дня, пока колени не перестали дрожать хотя бы под собственным весом тела. За это время он успел перезнакомиться со всеми членами местного Хвоста Феи, у которых большим интересом пользовались рассказы о себе же из другого мира. К своему сожалению он вынужден был отметить, что местных магов оказалось раза в четыре меньше, чем было в земной гильдии. Слишком многие ушли или погибли за долгие годы травли. А, учитывая, что в едва ли не половине убийств их друзей успела поучаствовать Эльза Найтволкер, Виктор все больше и больше убеждался, что после грядущего переворота жизни Эльзе здесь не будет. И даже протекция принца не могла гарантировать ей защиту от затаивших жгучую ненависть магов. Рано или поздно кто-нибудь из них непременно добрался бы до нее, чего Виктор никак не мог позволить. Оставалось выбрать, кого именно из них утащить с собой на Землю — всех местных магов Хвоста Феи или только Эльзу.

Content

Буланов Константин Николаевич Брат [фанфик по Fairy Tail]

Буланов Константин Николаевич Брат

Глава 1. Законы мироздания

Глава 2. Каждый выбирает для себя…

Глава 3. Выбор

Глава 4. Дела семейные

Глава 5. Работа над ошибками

Глава 6. Обучение и наказание

Глава 7. Миропроходимец

Глава 8. Дом, милый дом

Глава 9. Трудовые будни

Глава 10. Миропроходимец 2.0