Николай Петрович Попов

Как начиналась эпоха Путина

Общественное мнение 1999–2000 гг

© Попов Н.П., 2016.

© ЗАО «ИД «Аргументы недели», 2016

* * *

Предисловие

Эта книга – сборник заметок, написанных на основе опросов общественного мнения населения страны в 1999–2000 годы – драматичный период ухода от власти президента Б. Ельцина и прихода во власть – сначала премьером, а затем президентом – В. Путина. Сменился не только верхний эшелон управления страной, сменилась политическая культура, изменились отношения власти и бизнеса, власти и народа, что побудило многих аналитиков говорить об окончании «эпохи Ельцина» и наступлении «эпохи Путина».

Данные заметки писались по результатам еженедельных опросов россиян, проводившихся социологическими службами АРПИ (Агентство региональных политических исследований), РОМИР Мониторинг, ВЦИОМ, обычно с выборкой 1500–1600 человек, а также Фондом «Общественное мнение», Gallup Organization и другими социологическими центрами. Они были опубликованы в виде колонок обозревателя «Опросы и ответы» в еженедельнике «Новое время».

Как сами заметки, так и эта их коллекция не претендуют на сколько-нибудь исчерпывающий анализ народного сознания за описываемый период, они скорее дают оперативную, как того требовала еженедельная публикация, краткую оценку общественной реакции на те или иные события дня. Иногда заметки посвящены одной теме, в других случаях они являются описанием народного мнения по нескольким событиям недели или месяца. Некоторые наблюдения в силу важности момента или вдохновения автора позже разрослись до более обширных аналитических статей. В основном же автор исходил из того, что «моментальная фотография» общественного мнения в какой-то конкретный момент жизни страны не есть последовательный, научный анализ массового сознания, а описание реакции народа, часто эмоциональной, порой непоследовательной и противоречивой, на то, что затронуло жизнь людей, стало предметом общественного интереса, заботы, обсуждения в средствах массой информации.

Эти заметки скорее предназначались для того, чтобы дать журналисту, политику, всякому мыслящему человеку возможность узнать, что же, собственно, думают обычные люди по поводу обсуждаемых в обществе событий и проблем и чем эти взгляды могут отличаться от принятых в политической элите. Таково же предназначение и предлагаемого читателю сборника заметок – дать обзор общественного мнения за важный период жизни нашего общества – после-дефолтный, предвыборный 1999 год и 2000-й – год выборов президента. Они заканчиваются оценкой 100 дней власти президента Путина.

Трудно сказать, насколько устойчивой и долгосрочной будет «эпоха Путина», однако многие формы государственного управления, партии, нормы политической жизни, родившиеся в тот период, продолжают действовать и сегодня. Заметки расположены в хронологическом порядке, даны так, как они были написаны во время событий этого периода, без сегодняшнего анализа «задним умом», чтобы читатель мог по мере возможности почувствовать дух того времени.

Автор выражает особую благодарность постоянному и внимательному редактору данных заметок Л.В. Цукановой и главному редактору «Нового времени» А.Б. Пумпянскому, без чьей заботы эти заметки не увидели бы свет.

1999 год

Ваш бы рейтинг к моей харизме

Не успели мы оглянуться, как у нас началась очередная предвыборная кампания. Теперь все чаще вам будут показывать графики, как меняется рейтинг будущих кандидатов в Думу и на президентский пост, и объяснять, почему у одного шикарный имидж, а другой харизмой не вышел. Мы попытаемся понять, чего хочет народ и что об этом говорит социология, с помощью данных опросов общественного мнения, в том числе проводимых Агентством региональных политических исследований.

Один из вопросов, который мне часто задают мои друзья-несоциологи, – почему так прыгают рейтинги наших политиков и почему они не совпадают с тем, что мы об этих политиках думаем.

Посмотрим, что мы имеем в этом плане на нашем политическом Олимпе. Первое, что приходит в голову при взгляде на списки политиков, предлагаемых в качестве будущих вождей, это, как сказал классик, «узок круг этих людей», одни и те же лица. Поэтому появление каждого нового человека, так сказать, с улицы, сразу дает ему шанс вызвать интерес публики, надежду, что «новый человек наконец наведет порядок», «изгонит менял из Храма». Во-вторых, «страшно далеки они от народа»: люди не доверяют власти вообще и лидерам в частности; они с трудом отличают одного политика от другого, да и то по их телевизионным образам. Наконец, оценки политиков в опросах «скачут» в основном в пределах ошибки метода социологических опросов, которая обычно составляет 2,5 %.

Так что соревнование пока что очень условное: четверо бегут голова в голову – Лужков, Явлинский, Зюганов, Примаков, их поддержка как возможных кандидатов на будущих президентских выборах – по 12—13 % населения, вдвое уступает им Лебедь с 5 %. Остальные статистически незаметны. И стабильно треть населения не может ответить на вопрос, кто им нравится, за кого бы они проголосовали.

Теперь о рейтингах. Во-первых, в мировой политической науке, и прежде всего в Америке, откуда все пришло, нет таких понятий, как рейтинг политика. Это все равно, что сказать – объем политика. Есть объем талии, бедер, головного мозга, наконец, но не просто объем. Так и с рейтингом – может быть рейтинг популярности, рейтинг доверия, рейтинг избираемости политика – какой процент собирается за него проголосовать на выборах или рейтинг недоверия, рейтинг неприемлемости – «ни за что не буду за него голосовать». Ясно, что сравнивать их трудно.

Как же народ оценивает политических лидеров на старте новой гонки? Один из вопросов, оценивающих народное отношение к лидерам, который нередко задается в опросах, это кто из политиков, общественных фигур «пользуется наибольшим авторитетом». При такой постановке немного больше поддержки получил Примаков – 9,4 %; 6,9 % набрал Лужков; по 6,1 % получили Зюганов и Явлинский, 4,2 % – Лебедь, 2,1 % – Жириновский. Остальных назвали меньше 2 % населения. 40 % затруднились назвать, кто для них является авторитетом.

Другие оценки, другие рейтинги возникают, когда людей спрашивают, «какой политик наиболее перспективен на данный момент». При такой постановке вопроса лидирует Лужков – 24,1 %. Затем идут Примаков – 17,4 %, Явлинский – 15,7 %, Зюганов – 13,9 %, Лебедь – 6,3 %. Другие политики не набрали 2 %.

Посмотрим теперь на рейтинг неприязни к политикам и олигархам. Здесь картина обратная, но не полностью зеркальная. Как и следовало ожидать, читая прессу, лидируют среди деятелей, «оказывающих негативное влияние на политическую ситуацию в России», Березовский и Чубайс. Березовского назвали 21,4 %, Чубайса – 19,4 %. Сильно уступают им в антипопулярности Зюганов – 9,6 %, Ельцин – 8,7 %, Макашов – 6,2 %, Черномырдин – 5,7 %, Жириновский – 5,1 %, Гайдар – 4,3 %.

Можно было бы, конечно, сложить положительную оценку с отрицательной, или перемножить, или еще как-то усреднить, чтобы получить твердый остаток, но люди в реальной ситуации так не делают, для одних сильнее «love», для других – «hate», когда они приходят голосовать. Эти соображения сильнее просматриваются, когда людям задают вопрос – «кого Вы не хотели бы видеть работающим в органах государственной власти». В этом заезде лидерство за Чубайсом – его не хотели бы видеть во власти 22,5 %, Березовского – 17,5 %. Затем идет пара Жириновский – 8,7 % и Зюганов – 8,6 %. Далее Черномырдин – 5,6 %, Гайдар – 5,2 %, Ельцин – 4,4 %, Макашов – 3,7 %. Остальных назвали меньше 2 %. Как мы видим, среди антигероев нет Лужкова, Явлинского, Примакова, Лебедя. Иной раз на выборах везет больше тем кандидатам, у кого меньше врагов, чем лидерам гонки, чья поддержка строится по принципу «на безрыбье и рак – рыба».

Наконец, самая эмоциональная оценка – к черту рейтинги! – «кого бы Вы назвали человеком месяца». Кто бы, вы думали, стал «человеком января»? С большим отрывом им стал Примаков – его назвали человеком месяца 30 %. 16,1 % назвали Лужкова. Практически поровну – 7,3 % и 7,1 % – назвали Явлинского и Лебедя. Зюганова выбрали 4,5 %, Кондратенко – 3,6 %, наконец, Клинтону отдали предпочтение 3,3 %. Очевидно, «другу Биллу» надо еще сильно нарастить харизму, чтобы котироваться на нашем политическом рынке. Впрочем, тише едешь, дальше будешь. Это уже относится ко всем политикам месяца.

«Новое время». № 8, 28 февраля 1999 г.

«Скромное обаяние» команды Примакова

Премьерство Евгения Примакова сопровождается необычно высокой и стабильной поддержкой населения. Уж минули сто дней, после которых политики и простые люди обычно подводят итоги новой власти, смотрят, что ей удалось сделать, а что нет. Скоро уж и двести дней пройдут, а особых сдвигов в экономике и в жизни народа незаметно. Об улучшении говорить не приходится, люди никак не сосчитают убытки – стали они жить в три раза хуже или только в два. И тем не менее поддержка населением Примакова и его правительства только возрастает.

Экономические, материальные проблемы вышли сейчас на первый план среди забот населения. В прошлом году на первом месте была преступность, сейчас же материальные невзгоды значительно обогнали преступность: 54 % в первую очередь требуют от правительства решать проблемы экономические, лишь 17 % назвали первоочередной проблему преступности.

Удалось ли правительству переломить ситуацию, изменить что-либо к лучшему в материальной жизни людей? «Нет» отвечают 55 % населения; лишь 28 % заметили какой-то прогресс, остальные не знают, что сказать.

А сможет ли правительство вообще что-либо сделать для улучшения ситуации в стране? Здесь мнения разделились поровну: 34 % полагают, что сможет, 35 % – что не сможет и 31 % затрудняются дать оценку. И в целом экономические перспективы этого года народ оценивает пессимистически: лишь 11 % ожидают улучшения ситуации, 30 % – ухудшения и 35 % полагают, что ситуация останется такой же, как и сейчас, т. е. кризисной. Остальные затрудняются загадывать.

То есть ситуация печальная, и правительству, по мнению большинства населения, ничего существенного сделать в экономике пока не удалось. Единственное, что ставится в заслугу правительству Примакова, – и в этом суть – то, что оно «искренне стремится вывести страну из кризиса». Уж достижений никто особенно не ждет, но хоть было бы у них стремление. Такое стремление находят 45 %, не видят его 35 %, остальные не имели мнения на этот счет.

И здесь, собственно, кончается холодный расчет, оценка рублями и килограммами, и начинается вера. Народ настолько истосковался по стабильности, по неторопливым, спокойным лидерам, предположительно не набивающим себе карманы в перерывах между помывками в саунах, что готов в очередной раз поверить в честное слово, что ситуация понемногу улучшится, только надо еще раз потерпеть. Эта вера в добросердие власти дорогого стоит.

Вера лидерам не вечна. Но, однажды возникнув, она имеет свою инерцию. Что, например, делать Примакову, если ситуация в экономике еще больше ухудшится? Критики премьера предсказывали очередной виток кризиса в ноябре-декабре и, соответственно, неминуемый уход правительства в отставку. Очередного обвала не произошло. Но главное в том, что народ готов поддержать, простить Примакова и в том случае, «если ситуация еще больше ухудшится». Лишь 29 % считают, что он должен уйти в отставку при дальнейшем ухудшении экономического положения, а большинство в 49 % считают, что он должен оставаться главой правительства.

Значительная часть поддержки правительства Примакова и доверия ему строится на массовом представлении, что их бросили тушить пожар, в котором виноваты другие. Подавляющее большинство уверено, что вину за нынешний кризис несут прежние правительства: 42 % обвиняют в этом «правительство Гайдара», 29 % – «правительство Черномырдина», 7 % – Кириенко. Меньше 1 % видят в нынешнем кризисе вину правительства Примакова. В этих условиях понятно, что когда население спрашивают, кто должен возглавить правительство, чтобы вывести страну из кризиса, в первую очередь называют Примакова. За него высказываются 29 %, за Лужкова – 12 %, за Зюганова – 11 %, за Явлинского – 10 %, за Лебедя – 8 %, за Кириенко – 5 %, за Маслюкова – 2 %.

В целом за последние месяцы доверие правительству сравнялось с доверием к церкви, чего вообще не случалось за последние десять лет; и правительству люди доверяют больше, чем средствам массовой информации.

Эти соображения в народе пока приводили к стабильной поддержке правительства Примакова: в январе положительная оценка его деятельности составляла 47–50 %, в феврале – 50–56 %; отрицательная – в среднем 15 %, остальные затруднились дать оценку. При этом почти в равной мере его поддерживали сторонники КПРФ и НДР, «яблочники» и сторонники «Отечества» Лужкова. Независимо от своего отношения к правительству, большинство не думает, что президент отправит его в отставку: 53 % полагают, что этого не произойдет, и лишь 14 % считают это возможным.

Очевидно, что два фактора способствовали этой поддержке команды Примакова: вера в более высокие моральные качества нынешнего правительства, чему способствовала волна разоблачений высокопоставленных чиновников прошлых лет. И другой фактор – они явно не подходят в глазах населения под определение «молодые реформаторы» – от них не ждут процветания «к концу года», но и не опасаются очередных катастрофических экспериментов.

«Новое время». № 9, 7 марта 1999 г.

На границе тучи ходят хмуро

В последние недели в добавление к экономическим проблемам международные дела вызывали озабоченность населения. Больше всего затронуло людей обсуждение в Думе и Совете Федерации договора с Украиной. Для многих одной из самых важных проблем, связанных с договором, была окончательная передача Украине Севастополя, что вызывает неприятие большинства россиян. Три четверти населения страны по-прежнему считают, что «Россия должна добиваться передачи Севастополя в состав России», лишь 13 % так не думают при 14 % затруднившихся ответить. В то же время, когда речь идет о возможности использования Севастополя как базы российского флота, здесь мнения разделились. 36 % полагают, что «ратификация договора между Россией и Украиной означает окончательную потерю Севастополя как базы Черноморского флота», 27 % так не считают и 37 % затрудняются дать оценку. Очевидно, что большинство российского населения неравнодушно к отношениям со славянским соседом, но фактических знаний конкретных проблем наших взаимоотношений с Украиной многим не хватает, и оценки этих отношений строятся в большой мере на эмоциональной основе.

Так или иначе, значительное большинство в 66 % выступает за «союз России с Украиной», только 11,3 % считают, что такой союз не нужен, и 14,8 % относятся к этому безразлично при 8,3 % затруднившихся ответить. Надо сказать, что число активных сторонников сближения с Украиной – тех, кто говорит, что «союз нужен при любых условиях», больше среди людей старшего возраста, меньше среди молодежи.

Это общее стремление к сближению с Украиной проявилось и в отношении к ратификации договора России и Украины: 53 % отнеслись положительно к ратификации договора, 22 % – отрицательно и 25 % затруднились ответить.

Вновь возрос массовый интерес к Чечне. Последние изменения в политической жизни Чечни – переход от светского к исламскому государственному устройству – вызвали рост представлений, что исламская республика Ичкерия все больше дрейфует в сторону от России. 56 % населения полагают, что «в настоящее время Чечня не является субъектом Федерации»; 26 % считают, что является, 18 % не имели мнения на этот счет. Как и следовало предположить, чем ближе люди живут к этому мятежному региону, тем больше среди них распространено убеждение, что Чечня – отрезанный ломоть. На юге России 71 % полагают, что Чечня уже не член Федерации.

Очевидно, что пример Чечни многих наводит на мысль об опасности распада на «удельные княжества» и для всей России. Мнения здесь разделились почти поровну: 41 % полагают, что «распад России на несколько государств возможен», 44 % – что невозможен; еще 15 % затруднились ответить. Среди молодежи значительно больше считающих, что распад возможен, чем среди людей старшего возраста.

«Горячая точка» в Косово вновь вызвала рост интереса к бывшей Югославии и продолжение дискуссии, на чьей мы стороне. Поскольку основной источник сведений и оценок для рядового гражданина – это телепередачи из Думы с диаметрально противоположными призывами, то ясности по югославской проблеме это не вносит. Мнения о том, какую позицию по Косово должна занять Россия, разделились, однако преобладает осторожный подход. 32 % полагают, что в случае вооруженного конфликта НАТО и Югославии по поводу косовской проблемы Россия «должна оказать военную помощь Югославии». 45 % с этим не согласны и выступают против военной помощи, 23 % не имели мнения по этому поводу. Больше всего рвутся в бой сторонники ЛДПР и коммунисты. Предпочитают отсидеться в тылу сторонники НДР и «Яблока». Мужчины значительно более воинственны, чем женщины.

Отношения с Америкой всегда остаются темой для дискуссий на завалинке. Интерес к ней не угас совсем с затуханием ракетно-ядерной угрозы. Последние события, связанные с США, – Ирак, Клинтон, Косово, западная помощь России – оказали смешанное влияние на массовые представления об этой стране и наших с ней отношениях. В целом большинство считает, что «за последние полгода отношения между Россией и США» ухудшились – таково мнение 52,5 % населения; лишь 10,4 % полагают, что отношения улучшились, и 24,2 % считают, что отношения не изменились. 47 % считают, что на переговорах о противоракетной обороне Россия должна занять «более жесткую позицию», лишь 5 % – что «более мягкую». В данном случае не важно, что каждый вкладывает в понятие «жесткость», важен общий антиамериканский настрой.

Вообще наш народ к Западу относится строго. Не очень рвется, например, получать западную помощь. 52 % считают, что «Россия не нуждается в гуманитарной помощи Запада», 36 % считают, что нуждается. Остальные еще не определились. Мы бедные, но гордые. С другой стороны, сколько нам ни давай, все как в песок: так, 80 % считают, что «ранее полученные западные кредиты были использованы неэффективно», лишь 2 % – что эффективно.

«Новое время». № 10, 14 марта 1999 г.

Проблема доверия премьеру

Не успели мы порадоваться относительной политической стабильности конца февраля и народному доверию правительству, несмотря на скромность его успехов в экономике, как эта стабильность была нарушена обвинениями в прессе в адрес верхушки кабинета. Причем обвинениями по поводу главных достоинств команды Примакова в глазах населения – «искреннего стремления вывести страну из кризиса» и честности. Обвинения в коррупции членов кабинета уже сыграли свою роль – хотя половина населения им не верит, другая половина верит или не знает, что и думать. Во всяком случае, червь сомнения начал свою работу. За первую неделю марта негативная оценка деятельности правительства Примакова выросла с 14 % до 20 %, позитивная снизилась с 53 % до 50 %. Пока вроде небольшой откат, но полугодовая тенденция роста доверия переломилась.

Некоторое снижение поддержки правительства Примакова не связано с его политической ориентацией – лишь 35 % считают его «прокоммунистическим», а 43 % не считают и 22 % затруднились ответить. В соотношении 2:1 население не думает, что министров, близких к компартии, надо уволить. И в целом лишь 15 % готовы поддержать отставку правительства Примакова президентом, если у того возникнет такое желание, 58 % относятся к этому отрицательно, остальные – безразлично или не определились. Главная мотивировка здесь – положение в стране от этого только ухудшится, так думают 47 %, лишь 7 % считают, что оно улучшится, 26 % полагают, что не изменится, и 20 % не имеют мнения на этот счет.

То, что правительству не удалось пока получить искомых кредитов ВМФ, мало влияет на поддержку кабинета: 44 % считают, что и не надо идти на уступки ВМФ, 24 % полагают, что все же ради кредитов надо пойти на уступки, и 32 % затруднились ответить. Так или иначе, доверие к правительству за две последние недели несколько снизилось – с первого места оно спустилось на третье, после церкви и СМИ.

События последних недель сказались и на оценке населением самого премьера. Если в конце февраля из всех политиков он пользовался «наибольшим авторитетом» у населения – так его оценивали 11,2 % и почти вдвое меньше называли Зюганова – 6,9 % и Лужкова – 6,1 %, то сейчас Зюганов вышел на первое место по уровню авторитета. Первая тройка по этому показателю выглядит так: Зюганов – 11,1 %, Примаков – 10,6 %, Лужков – 6,2 %.

Но главный сдвиг в оценках населением политиков произошел в готовности проголосовать за того или иного из них на президентских выборах. Если в конце февраля Лужков и Зюганов шли вровень, получая по 14 % сторонников, и 12 % готовы были выбрать Примакова, за которым вплотную шел Явлинский – 11 %, то спустя две недели всех заметно опередил Зюганов, получивший 18 % поддержки. Лишь по 12 % у Лужкова и Примакова, 9 % – у Явлинского. То есть Зюганов может ничего не делать, сидя в своем уютном кресле стороннего наблюдателя и критика, и смотреть, как подтягиваются его сторонники. И это еще при отсутствии крупных провалов правительства. Если же взять не все население, а только три четверти потенциальных избирателей, которые собираются голосовать, то Зюганов получил бы 28 % голосов, случись завтра выборы президента, по 19 % – Лужков и Примаков, 14 % – Явлинский и 6 % – Лебедь.

Основа поддержки Зюганова это люди в возрасте, но далеко не только пенсионеры; его электорат молодеет, фактически водораздел проходит по рубежу 40 лет – люди старше 40 предпочитают Зюганова другим кандидатам. Картину ему портит молодежь до 35 лет, среди которой его сторонников 10–13 %. Среди женщин заметно выше, чем среди мужчин, поддержка Примакова и Явлинского. Вообще, если бы на выборы пришли одни девушки до 24 лет, то Григорий Алексеевич был бы очень близок к победе, это самая активная его группа поддержки. А среди девушек с высшим образованием он и подавно безусловный фаворит. Однако все же исход выборов будут решать самые массовые слои избирателей – рабочие и пенсионеры. Кроме того, обещать еще не значит проголосовать. То, что сейчас замеряется в опросах, – это скорее общие симпатии – за кого люди хотели бы проголосовать. Если же избранник имеет мало шансов, то многие от него отворачиваются – не голосуют вообще или голосуют за ожидаемого победителя. И сейчас здесь картина такая: отвечая на вопрос, «кто бы мог выиграть президентские выборы», 19 % называют Лужкова, 18 % – Зюганова, 16 % – Примакова, 7 % – Явлинского, 4 % – Лебедя.

«Новое время». № 11, 21 марта 1999 г.

Не картошкой единой

В столице нарасхват семена овощей, народ готовится к посевной на своем огороде. И политические кризисы и скандалы не могут отвлечь людей от заботы о хлебе насущном. Хлеб на частных делянках население пока еще не сеет, но овощами себя снабжает, смягчая проблему недоедания и голода. По данным опросов, у 75 % семей есть свой огород или сад. Еще большее число людей сообщило, что они занимались консервированием продуктов на зиму, – таких 89 %. Вот куда надо бросить производственные мощности – на выпуск машинок для закатки банок, а не пентиумов.

Отсутствие шумных демонстраций в Москве по поводу невыплаты зарплат и пенсий не означает, что экономическое положение людей выправилось. По-прежнему большинство опасается безработицы, эта проблема окружает людей со всех сторон – 79 % сообщили, что среди их знакомых есть безработные. Что касается шахтерских бунтов, как в прошлом году, то две трети людей полагают, что они могут начаться в любое время.

В целом, подавляющее большинство людей считают, что за последние полгода – а это полгода пребывания у власти правительства Примакова – их материальное положение ухудшилось. Основная группа – почти половина населения – 46,3 % сообщают, что их материальное положение за полгода «значительно ухудшилось», еще 28,7 % говорят, что оно «несколько ухудшилось». Лишь 6,6 % отмечают, что положение улучшилось, и 15,6 % считают, что положение не изменилось.

На этом фоне и происходят замеры политических настроений людей – за какую партию голосовать на выборах в Думу и за кого голосовать на выборах президента, до которых осталось уже немногим больше года. Вообще-то две вялотекущие избирательные кампании уже идут, так что об их начале говорить не приходится.

Пока, конечно, все очень смутно, работают лишь «основные инстинкты». Большинство считает, что «как при Ельцине» быть не должно, – 85 % отрицательно оценивают его деятельность на посту президента. Молодые реформаторы тоже не в чести, как показывают опросы. Уже полгода надежды связаны с пожилым и умеренным реформатором Примаковым, символом стабильности, кого многие не прочь увидеть и следующим президентом. Символ ностальгии по советскому прошлому – Зюганов и его партия.

Однако для большинства групп избирателей проблема в том, что идеального кандидата нет, «у всех свои недостатки», за кого голосовать – неясно. Так что в ближайшие месяцы и недели, в зависимости от взаимных обвинений и разоблачений, колебаний общественных симпатий и антипатий будет предостаточно. К тому же «ждем-с» выхода на политическую арену новой народной звезды – генерального прокурора.

Первая прикидка народных привязанностей, поддержки думских партий и президентских кандидатов дает следующую картину. Из потенциальных избирателей за КПРФ, «Яблоко», «Отечество», ЛДПР и НПР выступают соответственно 35,4 %, 27,2 %, 14,5 %, 7,8 % и 7,5 %. За разные «другие» партии и объединения готовы проголосовать еще 7,6 % избирателей.

Суть этих результатов в том, что, случись думские выборы завтра, коммунисты смогут получить до 40 % Думы, остальные 60 % – другие партии. Точный баланс сейчас невозможно подсчитать. Иными словами, Дума будет похожей на нынешнюю – если что заблокировать, сил коммунистов хватит, в то же время что-то продавить свое – недостаточно.

Логика президентских соревнований иная. Зюганову дышат в затылок сразу три потенциальных кандидата – Лужков, Явлинский, Примаков, соотношение их нынешних рейтингов поддержки – 23,6 %, 20,1 %, 18,7 % и 17,7 % соответственно. Далеко отстали Жириновский – 5,7 % и Лебедь – 5,3 %. Это означает, что при выборах президента сегодня Зюганов лидирует в первом туре, но никоим образом не может в нем победить, выходя с кем-то из соперников во второй тур. Во втором туре картина складывается весьма интересная. Зюганов с небольшим отрывом побеждает Лебедя, если тот пройдет во второй тур: 28 %:19,5 %, но проигрывает остальным претендентам. Зюганов – Явлинский: 26,3 %:36,5 %; Зюганов – Лужков: 25,8 %:42,8 %; Зюганов – Примаков: 22,3 %:45,5 %. Этот разрыв далеко превышает возможные ошибки метода при проведении опросов. При сегодняшних пристрастиях людей ясно, что они готовы двинуть коммунистов в Думу как силу, сдерживающую реформаторов, но вернуть все назад, поставив над страной очередного генсека, – увольте.

Кроме того, очевидно, что поддержка партий на выборах в Думу не совпадает с поддержкой их лидеров на президентских выборах: харизма у всех разная. И треть населения не устраивает ни один из нынешних кандидатов – люди ждут появления на политической сцене нового лица.

«Новое время». № 12, 28 марта 1999 г.

Есть гимн нации. Отца нет

События в Югославии отодвинули сейчас на второй план наши внутренние дела, но в середине месяца события были окрашены в «постельные» тона: вся страна от Калининграда до Сусумана жила в тревоге – что там с генеральным прокурором. Глубоко просчитались те темные силы, которые показали по телевизору сцену в постели, надеясь этим навредить генпрокурору и оторвать его от борьбы с коррупцией и другими пороками нашего общества. Большинство народа сказало «нет», компромат про личную жизнь генпрокурора не является основанием для его отставки. Так считают 54 %, 32 % готовы бросить в него камень, остальные еще не определились.

Кстати, не следует думать, что нашему народу вопросы морали вообще безразличны – дескать, каждый волен делать, что хочет. Например, подавляющее большинство поддержало идею создания совета по защите нравственности на радио и телевидении — соотношение «за» и «против» – 60 %:15 %; остальные не определились.

Когда президент и премьер сказали, что такому прокурору у нас не место, 31 % с этим не согласились и лишь 19 % их поддержали. Остальные, правда, не имели четкого мнения. Совет Федерации знал, что делал, когда решил оставить Скуратова на его посту: население поддержало это решение в соотношении 34 %:20 %; остальные еще не разобрались в этом деле. Несмотря на недовольство президента таким решением, большинство – 41 % – не считает, что отставка прокурора – дело решенное и его так или иначе уволят; 23 % полагают, что генпрокурора все-таки дожмут.

Как бы то ни было, Скуратову будет приятно знать, что его «деятельность по борьбе с преступностью и коррупцией на посту генерального прокурора» одобряет больше людей – 35 %, чем не одобряет – 26 %; остальные затруднились дать оценку.

Мало кто знает, чем занимается глава администрации президента, и Н. Бордюжа не стал исключением. Накануне его отставки 63 % не смогли как-либо оценить его деятельность на этом посту. Те, кто дали оценку, разделились поровну: 18 % оценили его деятельность положительно и 19 % – отрицательно. Этим последним, очевидно, не понравилась его роль в «наезде» на генерального прокурора. У Строева и Селезнева, которые не дали генпрокурора в обиду, и оценки деятельности заметно выше: 34 %:17 % и 38 %:22 %.

Правда, не эти два политика лидируют сейчас в списке популярности у населения. По-прежнему «наиболее авторитетным» является Примаков: в таком качестве его назвали 10 %, 7,3 % выбрали Зюганова и по 5,8 % – Явлинского и Лужкова. В то же время на будущих президентских выборах больше всего готовых проголосовать за Зюганова – 16,1 %, у Лужкова – 12,4 % сторонников, у Явлинского – 10,8 %, у Примакова – 9,5 %.

Однако, когда потенциальных избирателей, независимо от их личных сегодняшних предпочтений, просят оценить, кто реально имеет больше всего шансов победить на президентских выборах 2000 года, заметно больше людей называют Лужкова – 23,7 %, по сравнению с 18,6 %, назвавшими Зюганова, 14,8 % – Примакова и 9 % – Явлинского.

В одном из вопросов к населению «планка» оценки была поднята еще выше: «Кто в России имеет право претендовать на роль «отца нации»?». Общее ощущение у народа, что мы сироты, – больше 70 % таких людей среди ныне живущих не видят. Большая часть из названных лиц получили менее одного процента, шестеро – от 1 % до 1,5 % и лишь троих назвали больше 4 % опрошенных: Лужков – 4,7 %, Примаков – 4,4 %, Зюганов – 4,3 %. Ельцин занял скромное восьмое место с 1,1 %, назвавших его «отцом нации», что неудивительно, при том, что положительно его деятельность на посту президента оценивают сейчас лишь 4 %.

Чувство обиды, что у руля страны нет достойных кормчих, еще больше оттого, что большинство по-прежнему, несмотря на все передряги, считает Россию «великой державой». Это мнение 59 % людей при 35 % так не считающих и 6 % не имеющих мнения.

Ностальгия по тем временам, когда статус СССР как супердержавы никем не оспаривался, проявляется, в частности, в том, что большинство одобряет инициативу Госдумы сделать музыку гимна СССР музыкой гимна России. Так считают 46 % при 22 %, отнесшихся к инициативе отрицательно, и 25 % безразличных к тому, какой у страны гимн.

«Новое время». № 13, 4 апреля 1999 г.

Билл нам друг, но Слободан дороже

Похоже, если бы вся Россия собралась на площади перед американским посольством в начале апреля, то яйцами кидалась бы треть собравшихся, пятая часть эти действия осуждала бы, а остальные бы молча наблюдали. Югославский кризис поверг население в замешательство. Ясности нет никакой: что там происходит в Косово, чего от них хотят НАТО и Америка, и вообще, кто там у власти в Югославии – демократы или коммунисты. В этой неразберихе один тезис, накручиваемый многими политиками, доходит до сердца россиянина – там наши братья-славяне и к тому же православные. Их бьют, значит, мы на их стороне и против НАТО.

Все предыдущие выступления в прессе о вреде продвижения НАТО на восток также способствовали росту критических настроений в адрес Североатлантического альянса. А тут еще три наши бывшие братские соцстраны в него вступили, границы НАТО совсем близко подошли к российским. Поэтому, когда в феврале заговорили о возможности военного давления НАТО на Югославию в связи с ее неуступчивостью по косовской проблеме, неприязнь к НАТО еще больше возросла.

В начале марта 29 % считали, что Россия должна прекратить сотрудничество с НАТО, «если войска НАТО будут введены на территорию Югославии», 31 % с этим были не согласны при 40 % не имевших мнения на этот счет. Сходным было и отношение к возможной российской военной помощи Югославии «в случае вооруженной агрессии НАТО»: 32 % высказывались за оказание такой помощи, 45 % были против и 23 % затруднялись дать оценку.

И вот это произошло, гипотетическая ситуация стала реальностью. В значительной мере реакция населения была близкой ожидавшейся. Прежде всего 56 % одобрили отмену визита Примакова в США в связи с началом бомбардировок Югославии; лишь 23 % не одобрили, 20 % не имели мнения. Наиболее активно поддержали это решение сторонники Зюганова и Примакова. Еще больше стало сторонников прекращения сотрудничества с НАТО: 46 % – «за», 26 % – «против».

Однако изменилось отношение к военной помощи Югославии по сравнению с настроениями месяц назад – одно дело поддерживать такую помощь в принципе, другое – когда это фактически означает втягивание России в войну. Мнения разделились практически поровну: за «поставки российской военной техники в Югославию» – 43,6 %, против – 41,2 %, остальные не имели мнения. Больше всего «ястребов» среди коммунистов – сторонников военной помощи среди них 46 %, противников – 29 %; меньше всего среди избирателей «Яблока» – 36 % «за», 52 % «против». Мужчины больше за помощь Югославии военной техникой, чем женщины – 52 % и 37 %.

Подавляющее большинство населения – 70 % – против возможности отправки добровольцев в Югославию, положительно оценили такую возможность лишь 19 %. Тем не менее среди отдельных групп поддержка выше: сторонники ЛДПР – «за» 29 %, НДР – «за» 28 %, КПРФ – «за» 24 %. Среди мужчин сторонников отправки добровольцев 26 %, среди женщин лишь 14 %.

Как после войны во Вьетнаме у американцев развился «вьетнамский синдром» – никогда больше ввязываться в военные конфликты в других странах, так и у нас, похоже, есть свой «чеченский синдром» – кидаться яйцами – пожалуйста, но посылать на погибель своих солдат в другие страны, хоть и славянские, – увольте. В то же время события последних недель показали, как легко реанимировать в населении антизападные настроения, как быстро может вернуться «дух холодной войны». Многие политики усиленно зарабатывают политический капитал именно на этих настроениях, стараясь перещеголять друг друга в ура-патриотической риторике к тому же в славянском обрамлении.

Пока, однако, наибольшую популярность снискал за свою внешнеполитическую активность Примаков. Впервые за время пребывания у власти он назван наибольшим числом людей не только «самым авторитетным политиком», но и «наиболее перспективным политиком», потеснив в этом качестве Лужкова. Что более важно – он догнал Зюганова в гипотетической президентской гонке – оба получили по 14 % населения. Так же продвинулся Примаков в массовых оценках того, кто имеет наибольшие шансы стать президентом в 2000 году. Уже два месяца первое место здесь держит Лужков, сейчас его шансы оцениваются наибольшими – 24,5 % населения. В то же время шансы Примакова поднялись за последнее время с 14,8 % до 21,1 %.

«Новое время». № 14, 11 апреля 1999 г.

Эхо балканской войны

Югославия вошла в каждый дом России – в виде телевизионных репортажей из Белграда и Брюсселя, телевизионных выступлений политиков. Многие сравнивают ситуацию с 1914 годом, с событиями в Сараево, когда российские власти, а вместе с ними и россияне поддержали «братьев-славян» в Сербии. Но не менее, пожалуй, сходные настроения развертывались в России и во время Испанской войны 1936–1939 гг., когда добровольцы и советники направлялись на помощь республиканцам, «чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». Тогда были «братья по классу», сейчас «братья по крови», но пафос сходный.

Понятно, что каждый извлекает из телевизионной реальности то, что ему ближе, – для одних это кадры страданий мирного населения, для других – бурная риторика думцев. Но тем не менее идея помощи Югославии военной техникой стала несколько более распространенной среди населения, чем неделю назад: сейчас соотношение «за» и «против» – 47 % и 41 %, неделей раньше было 44 % и 41 %. Рост небольшой, но и уменьшения нет.

Если в начале марта большая часть людей рассматривала действия НАТО в Югославии прежде всего как ущемление югославского суверенитета, то сейчас эти действия представляются и как угроза национальной безопасности России – так думают 73 % при 15 % несогласных и 12 % затруднившихся ответить. Соответственно, 68 % считают необходимым для России создать некий оборонительный союз, противостоящий НАТО. Лишь 19 % были с этой идеей не согласны при 13 % сомневающихся.

В этой связи важно, как оценивает население действия наших политиков по отношению к событиям в Югославии. Большинство в 56 % положительно оценило «результаты поездки Примакова в Югославию и Германию», 18 % дали ей негативную оценку и 27 % не имели на этот счет какого-либо мнения. Гораздо более скептически отнесся народ к миротворческой поездке в Югославию трех молодых реформаторов – Гайдара, Немцова, Федорова: 15 % оценили ее положительно, 67 % – отрицательно и 18 % затруднились дать ей оценку.

Драма в Югославии не вытеснила тем не менее из массовых интересов события внутриполитической жизни. Загадка генпрокурора по-прежнему будоражит умы сограждан. И хотя симпатии населения скорее на его стороне, большинство все же думает, что ему придется покинуть свой пост. 51 % полагают, что ему придется уйти в отставку, лишь 18 % считают, что он останется на своем посту, и 31 % не имеют определенного мнения на этот счет.

События в Югославии несколько ослабили накал предвыборной кампании – по выборам в Думу и президентской, но она уже идет. И больше всего набирают очков Зюганов и Примаков. Один – как основной критик действующей власти, другой – как наиболее приличный ее представитель. Так, КПРФ продолжает лидировать как наиболее популярная партия при выборах в Думу, а Зюганов – как кандидат, набирающий больше всего сторонников при выборах президента. В то же время Примаков и Явлинский идут почти вровень с ним как президентские кандидаты; при этом популярность Примакова понемногу растет, как бы ее ни оценивать. По данным опросов, он держит первое место уже несколько недель как «наиболее перспективный политический деятель»; уже четыре месяца более половины населения – сейчас 55 % – оценивают положительно его деятельность на посту премьера, а отрицательная оценка не превышает 20 %. Практически наравне с Зюгановым и Лужковым его оценивают как наиболее реального претендента на победу в 2000 году. Но не менее важна эмоциональная оценка населением его образа в целом: 28 % назвали его сейчас «человеком месяца», по сравнению с 14 %, назвавшими Скуратова, и остальными, набравшими 3 % и менее. Конечно, мы предупреждены, что «sic transit gloria mundi», но все же.

То, что мирская слава преходяща, лишний раз показывает пример президента Б.Н. Ельцина, возможность импичмента которого рассматривает Дума. Бывший кумиром населения в конце 80-х – начале 90-х гг., Ельцин сильно потерял в народной поддержке в 1993–1995 гг., возродился как лидер на время выборов в 1996 г. и с тех пор непрерывно терял популярность. Сейчас – весь последний год – лишь 4–5 % оценивают положительно «деятельность Ельцина на посту президента РФ»; 85 % оценивают ее отрицательно, остальные затрудняются дать оценку. Неудивительно, что свыше 60 % одобряют досрочные выборы президента, 28 % не одобряют, остальные не определились.

События последних недель не вселяли оптимизма в людей: 43 % охарактеризовали свое настроение как «тревожное, мрачное» или «раздраженное, агрессивное»; 34 % чувствовали себя более уверенно. Многих от забот и тяжелых мыслей отвлек праздник Пасхи – 40 % собирались пойти на Пасху в церковь, примерно столько же – 47 % – намеревались навестить родительские могилы.

«Новое время». № 15, 18 апреля 1999 г.

Наш импичмент на запасном пути

Две вещи взбудоражили народ больше всего на прошлой неделе – готовящийся импичмент президенту и возбуждение уголовного дела против Березовского. Последнее событие захватило практически весь народ – лишь 6 % ничего об этом не слышали. Объяснить это можно только тем, что 4 % вообще не смотрят телевизор, а еще у 2 %, наверное, последнее время не было электричества. Нельзя сказать, что это вызвало массовое ликование народа. Хотя 51 % одобрили возможный арест олигарха № 1, 12 % отнеслись к этому отрицательно, 17 % – «безразлично» и 20 % не имели четкого мнения. Больше того, 29 % охарактеризовали уголовное дело против Березовского как «политическое», т. е. как происки его политических противников, и только 39 % полагали, что дело чисто криминальное; остальные не знали, что и думать.

Другое громкое уголовное дело – против Смоленского – не вызвало такого ажиотажа. О нем были осведомлены лишь 35 % населения. Но и среди них треть полагала, что причины такого «наезда» политические.

И уж тем более большинство считает «политическим» уголовное дело, возбужденное против бедного Скуратова.

Так его охарактеризовали 54 %, «криминальным», т. е. связанным с действительным нарушением закона, это дело назвали 13 %, остальные не имели определенного мнения. Соответственно, 39 % отрицательно отнеслись к возможной отставке Скуратова Советом Федерации, лишь 22 % оценили такую возможность положительно; остальные не выработали мнения. Эта позиция объясняется прежде всего тем, что большинство в 67 % полагает, что отставка Скуратова не будет способствовать борьбе с коррупцией. Большинство также считает, что Скуратов «должен завершить возбужденные им уголовные дела».

Благодаря ли победам на антикриминальном фронте или развороту Примакова над Атлантикой, но авторитет его правительства все растет и достиг рекордной отметки за время его существования. Положительно «деятельность правительства Примакова» оценивают 59 %, отрицательно – лишь 13 % и 28 % затруднились дать оценку. Соответственно, 70 % отрицательно отнеслись к возможности отставки Примакова, о чем снова появились материалы в прессе. Больше всего сторонников Примакова среди пожилых людей, пенсионеров и сторонников КПСС. Уже четвертый месяц премьер лидирует в списке людей, которые, по мнению населения, «обладают наибольшим авторитетом». При этом в апреле Примакова называют «самым авторитетным» вдвое больше людей, чем выбрали Зюганова, Лужкова и Явлинского.

В то же время потенциальная поддержка избирателей на будущих президентских выборах остается у Примакова примерно на одном уровне последние три месяца: среди потенциальных избирателей его поддерживают около 20 %. Шансы других будущих кандидатов сильно колеблются. Так, за время балканского конфликта существенно возросла поддержка Лужкова – с 16 % до 22 %; напротив, заметно упала поддержка Явлинского за это время – с 20 % до 15 %. Это намерения людей проголосовать за того или иного кандидата, «если бы выборы были завтра». В то же время, отвечая на вопрос, «кто бы мог выиграть на президентских выборах в 2000 году», больше других называют Лужкова – 24 %. Шансы Зюганова оценивают выше других 18 %, Примакова – 17 %, Явлинского – 6 %.

За все время конфликта президента с Думой в опросах выяснялось отношение к возможным досрочным выборам президента РФ. Последние полгода число сторонников такого развития событий стабильно – около 60 %. В то же время в апреле процесс подготовки к импичменту в Думе достиг кульминации и отразился в массовом сознании. Отношение к этому населения для президента неутешительное. 57 % положительно относятся к «возможному решению Госдумы о досрочном отстранении президента от власти», 29 % относятся к этому отрицательно, 5 % – «безразлично» и 9 % затруднились ответить. Какие бы обвинения ни выдвигались в Думе, логика населения проще – 85 % оценивают отрицательно «деятельность Б. Ельцина на посту президента РФ» и лишь 4 % – положительно.

«Новое время». № 16, 25 апреля 1999 г.

Казаки-разбойники наоборот

Если вдруг оправдаются слухи о скорой отставке премьера Примакова, то это будет первый случай в нашей послевоенной истории, когда председатель правительства уходит на пике своей популярности в народе. Население считает его столь же перспективным, как и Зюганова, на будущих президентских выборах за него готовы проголосовать примерно столько же людей, сколько за Зюганова, Лужкова и Явлинского, а по авторитету у народа он вдвое опережает всех остальных политиков. Соответственно, 62 % негативно относятся к его возможной отставке, лишь 8 % одобряют ее и 18 % относятся к этому безразлично. Для сравнения скажем, что два месяца назад эти цифры составляли 40 %, 20 % и 24 %.

Это объясняется, помимо общего уважения к бывшему ученому, разведчику и дипломату, широко распространенными представлениями, что стране и всем нам станет значительно хуже, если Примаков будет вынужден уйти. Так, 51 % считают, что политическая и экономическая ситуация в стране ухудшится «в случае отставки правительства Примакова», лишь 3 % полагают, что ситуация улучшится и 26 % думают, что она не изменится; еще 20 % не смогли дать оценку. Предмет особой зависти западных демократий – это то, что у нас правительству Примакова доверяют так же или даже больше, чем церкви и прессе. На последнем месте по доверию народа за последний год – президент и профсоюзы. Нельзя не отметить, что половина людей не доверяют вообще никаким органам власти или общественным организациям.

На этом фоне роста популярности правительства Примакова достаточно стабильно выглядит отношение к возможному импичменту президента: последние две недели около 55 % одобряют возможное решение Госдумы об импичменте президента, около 30 % не одобряют, остальные не определились.

Одна из причин роста поддержки правительства Примакова состоит в том, что, по оценкам населения, за последние два месяца изменилась к лучшему ситуация с выплатой им зарплаты и пенсий, т. е. задержки выплат стали меньше. Если число людей, страдающих от длительных задержек – свыше 6 месяцев, осталось по-прежнему 6 %, то число людей с задержкой выплат от 3 до 6 месяцев уменьшилось с 14 % до 6 %, с задержкой от 1 до 3 месяцев снизилось с 31 % до 25 %. Численность людей с задержкой выплат до 1 месяца осталась прежней – 19 %, а число людей, получающих зарплаты и пенсии вообще без задержек, выросло с 20 % до 33 %. Естественно, за этот небольшой подарок к Пасхе народ скорее будет благодарить правительство, а не оппозицию.

Интересно, что многие наши сограждане по-прежнему, по-советски, относятся с пиететом к «государственной собственности», в частности к сбережению госзапасов золота и валюты. Так, 38 % отнеслись отрицательно к идее «использовать запасы золота и валюты государства для выплаты задолженности бюджетникам и пенсионерам»; столько же – 39 % были готовы одобрить этот шаг и 23 % не имели мнения на этот счет.

Этот «государственный» патриотический подход сказывается и в том, что многие, а именно 46 %, положительно относятся к «возможности ограничения конвертируемости рубля», т. е. ограничения хождения в стране доллара, 36 % такую идею не одобрили.

Еще более государственный подход у людей к частным банкам, особенно после событий прошлого августа. 71 % считают, что частные банки, которые «не выполняют своих обязательств перед вкладчиками», надо национализировать, т. е. вернуть в собственность государства; лишь 15 % против этого.

Должно пройти достаточно времени, пока банки станут символом надежности и честности, гарантами стабильности страны; пока что финансовые олигархи в глазах народа являются скорее символами коллективного зла. Судьба одного из них – Березовского вызвала всеобщий интерес населения за последние две недели. Как и следовало ожидать, большинство – 42 % – положительно оценивало возможный арест олигарха и лишь 11 % – отрицательно, 30 % отнеслись безразлично к такому повороту событий и 17 % затруднились ответить. Что не менее важно, подавляющее большинство полагало, что наше правосудие будет снисходительно к Березовскому и, несмотря на все выдвинутые против него обвинения, он уйдет от ответственности: 56 % полагали, что Березовский арестован не будет, лишь 17 % думали, что будет, и остальные затруднились ответить. В то же время судьба генерального прокурора вызывает у людей большие опасения: 54 % полагают, что он все-таки будет вынужден уйти в отставку, лишь 17 % думают, что он удержится на своем посту, остальные были в сомнении относительно его судьбы. Такие вот «казаки-разбойники» наоборот.

«Новое время». № 17, 2 мая 1999 г.

Кто хозяин в доме

Кажется, ничто не может навредить популярности Примакова в народе – сидит ли он дома или ездит за границу, болеет радикулитом или демонстрирует здоровье, позирует перед камерами с президентом или пикируется с ним, забирают ли у него зама или дают нового – все равно его популярность понемногу растет: 61 % его деятельность одобряют, лишь 14 % не одобряют.

Его устойчивость в народном доверии можно сравнить только с непотопляемостью генпрокурора. Примером последней был очередной акт нанайской борьбы в Совете Федерации по поводу смещения Скуратова с поста под нажимом президента. А что такое давление на сенаторов со стороны администрации президента было оказано, считает половина населения, против 18 % с этим не согласных. Как известно, сенаторы во второй раз не отдали генпрокурора Кремлю на заклание, и это вызвало больше положительных эмоций у населения – 38 %, чем отрицательных – 26 %. Более того, половина народа – 49 % – считает, что президент должен согласиться-таки с решением Совета Федерации и оставить Скуратова в покое, в то время как лишь 20 % имели противоположное мнение.

Не прошло мимо внимания широкой публики и то, что Совет вторично отклонил предложение президента и тем фактически выразил ему недоверие, вроде как мини-импичмент. Так считали 48 % и лишь 19 % с такой оценкой согласны не были. Некоторые даже посчитали, что президенту после такого неуважения к его мнению надо уйти в отставку, правда, таких мнений было столько же, сколько и противоположных, – по 35 %.

Вообще с отставками народ, видимо, подустал – как с реальными, так и с обещаемыми разными слухами. Так, возможную отставку Примакова народ не приемлет ни под каким видом. Но и импичмента президента народ хочет все меньше, несмотря на отсутствие каких-либо видимых достижений со стороны президентской администрации. Например, отрицательно относятся к досрочным выборам президента 32 % – больше, чем за последние четыре месяца. И положительное отношение к «возможному решению Госдумы о досрочном отрешении президента от власти» поддерживали в конце апреля 50 %, по сравнению с 57 % в начале апреля. Небольшое, но снижение.

Соответственно, большинство людей – 47 % – считают, что Думе нужного для этого количества голосов не набрать, 30 % полагали, что голоса набрать удастся.

Некоторый рост популярности президента объясняется прежде всего ростом его видимой активности за последний месяц, а это в свою очередь было связано с балканским кризисом. Как это случается в такой ситуации и в других странах: возникает опасность войны – народ сплачивается вокруг своего президента. При этом до народа дошла суть президентской внешнеполитической активности: Россию в войну втянуть не дадим. И это оказалось созвучным с превалирующими настроениями населения. За апрель отношение к возможной помощи Югославии военной техникой изменилось на противоположное – от преобладания поддержки этой идеи к ее неодобрению. Если в начале месяца поддерживали такую помощь 44 % и не поддерживали 40 %, то в конце апреля поддерживали ее лишь 36 % и выступали против 52 %. Уменьшилось и желание объединяться с Югославией – сейчас за это выступают 36 %, против такого союза – 48 %.

Надо сказать, что за время конфликта на Балканах все политические лидеры за исключением президента несколько потеряли в популярности. Особенно это коснулось Зюганова, уровень поддержки которого как потенциального кандидата в президенты упал с 27 % в начале года до 17 % в конце апреля. Его старания по импичменту президента не принесли ему особого политического навара.

Вообще, если суммировать первомайские настроения трудящихся, то будь на то воля народа, президенту дали бы «дорулить» свой срок – при всей критике президента лишь половина хотела бы его досрочной замены. При том, что все рвутся оставить «на хозяйстве» Примакова, пусть премьерствует, сколько хочет. Это не значит, однако, что народ всерьез думает, будто реальная власть находится в Кремле или в Белом доме правительства.

Не зря нас столько лет учили марксизму: большинство народа считает, что раз мы строим капитализм, то и власть перетекает к финансово-промышленной олигархии, воротилам московского «Уолл-стрита». Напрасно наши политики и кандидаты в президенты надувают щеки – 45 % населения считают, что «реальная власть в стране» принадлежит «большому бизнесу, олигархам». На втором месте с незначительными 14 % – президент. Далее следуют практически на равных «правительство, кабинет министров» и «мафия, криминальные структуры» с 9 % и 8 % соответственно. Наконец, Госдума и Совет Федерации получили едва заметные 4 % и 3 %. Иными словами, власть в руках правительства, государства ощущают 30 % граждан, а 53 % видят ее у олигархов и мафиозных боссов. Что вся власть у народа, не додумался никто. А что же теперь писать в первомайских призывах?

«Новое время». № 19, 16 мая 1999 г.

Ум хорошо, но честность лучше

Не далее как две недели назад я писал, что, случись сейчас отставка Примакова, он уйдет на пике популярности в народе, не только своей, но и правительства. Видно, президент не читает результаты наших опросов, а то, может, и повременил бы с отставкой. Например, узнав, что Примаков выигрывает у всех других претендентов на президентское кресло во втором туре, если до этого дойдет дело.

Так что мы, возможно, в драме последних двух недель потеряли не только премьера, но и потенциального президента – простому гражданину Примакову, не обзаведшемуся какой-нибудь партией, бороться за президентство – захоти он этого – будет трудно. Впору ему воскликнуть, как В.И. Ленин сто лет назад, – дайте мне партию революционеров, и я переверну Россию. Впрочем, еще, может, кто и ответит – «есть такая партия».

Выйти во второй тур у Примакова, будь выборы завтра, столько же шансов, сколько у Зюганова, Лужкова и Явлинского, поскольку избирательные рейтинги четырех ведущих кандидатов в президенты сблизились как никогда. Если в начале марта разброс рейтингов был от 14 % у Явлинского до 28 % у Зюганова, то сейчас их шансы сошлись, с учетом статистической ошибки, практически в одну точку: 21 % – у Лужкова, 20 % – у Зюганова, 19 % – у Примакова, 18 % – у Явлинского. Впрочем, всю картину могут спутать 35 % населения, которые отвечают в опросах, что не пойдут на выборы или пока не знают, за кого будут голосовать. Если они надумают, соотношение сил может сильно измениться.

Во втором же туре Примаков легко переигрывает Зюганова – в соотношении 52 %:19 %, Лебедя – 54 %:15 %. Отрыв от Лужкова и Явлинского тоже достаточно внушительный – 41 %:34 % и 40 %:32 % соответственно.

Вообще избирательский выбор вещь капризная. Сегодня он один, завтра другой. При этом если будущих кандидатов в президенты избиратели хотя бы могут увидеть на экране, то партия для большинства – вещь аморфная, малопонятная. Например, как выбирать, за какую партию голосовать, если 40 % не смогли назвать ни одной партии, которая имела бы понятную для избирателей политическую и экономическую программу. Пресса для большинства тоже плохой помощник – 44 % сказали, что они не доверяют средствам массовой информации в освещении ими деятельности политических партий, лишь 27 % доверяют и еще 29 % затруднились ответить или не интересуются партиями.

В целом же за последние два месяца поддержка избирателями трех ведущих партий также сблизилась: если в начале марта соотношение сторонников КПРФ, «Яблока» и «Отечества» составляло 40 %, 23 % и 13 %, то сейчас оно 32 %,25 % и 18 %. ЛДПР получает 8 %, НДР – 7 %. Вот, собственно, и состав новой Думы – треть коммунистов, половина – либералов-центристов. Остальные три десятка партий и движений получили менее чем по 2 % голосов, и в Думу, если бы выборы были завтра, не проходят.

Не очень разбираясь в партийных программах, избиратель будет, как и раньше, вглядываться в лица партийных вождей в телевизоре или на митинге, пытаясь понять, отвечают ли они идеалу народного избранника, который у них сложился. А идеал этот складывается из следующих черт, которыми, по мнению избирателей, должен обладать депутат Госдумы. Два первых качества, в сумме далеко опережающие все другие качества, – это «честность» и «порядочность», их назвали главными 26 % и 22 %. «Профессионализм» назвали 15 % – для многих все же непонятно, что такое профессиональный политик; производственник – понятно, хозяйственник – понятно, но не может же человек всю жизнь сидеть в Думе. «Заботу о людях» как главное качество, как ни странно, назвали лишь 14 %, «уму, знаниям» и подавно не повезло – их выбрали только 9 %; остальные качества для думцев особо нужными не считаются – «справедливость» и «патриотизм» назвали по 5 %, другие еще меньше. Очевидно, что у лидеров партий или парламентариев этих качеств большинство населения не находит, поскольку партиям доверяют лишь 4 %, Госдуме и Совету Федерации – по 2 %. Немудрено, что многие с удовольствием восприняли бы отмену голосования в Думу по партийным спискам – так считают 32 %, 21 % с этим не согласны при 47 % не имевших мнения.

Какие бы качества население ни приписывало сейчас Б. Ельцину, в разгар подготовки импичмента в Думе лишь половина населения поддерживала досрочные выборы президента: 51 % были «за», 37 % – «против» и 12 % затруднились ответить. С конца марта поддержка президента выросла на 10 %.

Политические пертурбации последних недель отодвинули в тень события на Балканах, однако поддержка возможной помощи Югославии военной техникой продолжала снижаться: сейчас «за» – 34 %, «против» – 54 %. В то же время большинство в 73 % считают, что НАТО и США должны компенсировать Югославии материальный ущерб, нанесенный бомбардировками. При этом лишь пятая часть полагает, что такая компенсация произойдет, а половина не верит, что ущерб будет возмещен.

«Новое время». № 20, 23 мая 1999 г.

Пост № 1. Смена караула

Последний опрос середины мая совпал с голосованием по импичменту в Думе. На каждый голос депутата народ отвечал своими голосами в анкетах опроса общественного мнения, проходившего в ту судьбоносную субботу. Редко раньше бывало, чтобы народ и его избранники так слились в едином порыве. Как известно, импичмент не прошел, но, если посмотреть на голосование в Думе как на опрос, то его результаты исключительно близки к результатам опроса населения: думские результаты по двум ударным пунктам обвинения президенту – по «93-му году» и Чечне – 58 % и 63 %, общая поддержка импичмента населением – 60 % при 21 % против.

При этом массовая поддержка импичмента или вообще досрочных выборов президента с начала этого года весьма стабильно составляла около 60 %. И народу, в отличие от Думы, нельзя отказать в последовательности: весь последний год 85 % населения деятельность президента оценивали отрицательно. Немудрено, что народ требует увольнения – «по собственному» или «за служебное несоответствие». Про импичмент все скоро забудут, но народная оценка президента вряд ли сильно изменится.

Несомненно, в центре драмы последней недели был Е. Примаков. Премьер был уволен на пике популярности его правительства. Более того, сама отставка еще более повысила его поддержку населением. После отставки положительная оценка «деятельности правительства Примакова» выросла на 8 % и составила 68 %; лишь 11 % оценили ее негативно. Соответственно, подавляющее большинство в 73 % отрицательно отнеслось к отставке при 10 % поддержавших ее и 17 % не имевших мнения на этот счет.

По мнению большинства, уход Примакова приведет к ухудшению ситуации в стране: в соотношении 5:3 население ожидает ухудшение политической и экономической ситуации в связи с отставкой правительства Примакова. И хотя к моменту опроса президент уже назвал кандидата на пост премьера, народ не мог отрешиться от мысли, что лучше Примакова рулить правительством все равно никто не сможет. Вот, например, как распределились ответы на вопрос, «кто должен возглавить российское правительство, чтобы оно смогло вывести страну из кризиса». Были названы десятки разных фамилий, в том числе и Чубайс и Сосковец, получившие по 1 %. Но больше всего по-прежнему назвали Примакова – 27 %, 13 % выбрали Лужкова, 11 % – Явлинского. Это основные приемлемые кандидаты, по мнению большей части людей. Далее идут: Лебедь – 5 %, Кириенко – 5 %, Степашин – 3 %, Черномырдин – 2 %, Маслюков – 1 %, Немцов – 1 %, Аксененко – 1 %. Так что, если бы премьер определялся на всенародных выборах, шансы Степашина были бы невелики.

Это проявилось и в ответе на прямой вопрос, «как вы относитесь к назначению Степашина на должность премьер-министра». 40 % ответили отрицательно, 14 % – положительно и 46 % затруднились ответить. Конечно, правильнее будет сказать, что личность Степашина еще мало известна населению, для большинства он – «темная лошадка», а негативная оценка его назначения – это скорее протест против снятия столь любимого Примакова.

Политическое будущее экс-премьера также небезразлично для большинства населения. Так, 54 % положительно отнеслись к идее, что Примаков возглавит какое-либо политическое движение, лишь 15 % были против. И 45 % были бы готовы поддержать это движение на выборах. Хоть и считается, что «один в поле не воин», но даже без поддержки какой-либо партии или движения сторонников президентской кандидатуры Примакова уже с конца января примерно столько же, сколько у Зюганова, Лужкова и Явлинского. Получи он партию, шансы Примакова заручиться поддержкой избирателей могут еще больше возрасти. Однако память народа коротка, и своих героев он забывает очень быстро.

Драма отставки правительства и неудачи импичмента была усилена витавшими в воздухе слухами о возможном роспуске президентом Госдумы, поведи она себя не так. Эта перспектива у большинства населения вызывает негативную реакцию. При том, что доверие к Думе как общественному институту едва теплится – лишь 2 % назвали Думу в качестве института, которому они доверяют в наибольшей степени, 58 % отнеслись отрицательно к возможности роспуска Госдумы президентом при 24 % отнесшихся к этому положительно. При этом 43 % полагают, что если такое случится, то в стране могут начаться массовые акции протеста. 35 % такую возможность отрицают и 22 % на этот вопрос не смогли найти ответа.

«Новое время». № 21, 30 мая 1999 г.

Появление Степашина

Видимо, С. Степашин знает какое-то волшебное слово или он хорошо смотрится на фоне депутатов Госдумы, но народ его принял. Спустя неделю после назначения его премьером положительная оценка этого события населением скакнула с 14 % до 40 % и, напротив, отрицательное отношение снизилось с 40 % до 21 %. Остальные не имели мнения на этот счет.

Этот внезапный рост расположения следует считать кредитом доверия, выданным населением новому правительству, поскольку реальных результатов его деятельности еще долго ждать. Более того, смена кабинета и уход Примакова привели к снижению доверия к правительству как одному из влиятельных институтов общества. Если за время премьерства Примакова правительство по уровню доверия поднялось до рейтинга церкви, то сейчас доверие к правительству снизилось до 3 % – наравне с политическими партиями, армией и местными органами власти. Так что Степашину еще предстоит переплавить кредит доверия к своей личности в одобрение деятельности своего правительства.

Положительное отношение к Степашину выразилось и в его появлении в списке потенциальных кандидатов на президентский пост. Поддержать его на выборах 2000 года готовы 5 % населения, что, конечно, ниже, чем 19 %, 18 % и 17 % у Лужкова, Примакова и Зюганова или 12 % у Явлинского, но столько же, сколько у Жириновского. Рост его поддержки в качестве кандидата в большой мере будет зависеть от того, насколько он сможет проявить себя самостоятельной политической фигурой. Пока что он – очевидный фаворит президента, а полная поддержка Ельцина – плохой подарок для будущих президентских гонок. Например, отвечая на вопрос, «поддержите ли Вы на выборах президента того кандидата, которого Б. Ельцин назовет своим преемником», 60 % ответили отрицательно и только 7 % – положительно. Правда, есть еще резерв в 33 % затруднившихся пока сделать выбор, но «антиельцинский синдром» – это тот колосник, который потянет на дно любого.

О силе этого синдрома говорят и стабильная за прошедший год негативная оценка населением деятельности Б. Ельцина на посту президента – 85 % и тот факт, что больше половины населения полагает, что «Б. Ельцин или члены его семьи могут быть привлечены к ответственности за коррупцию» после окончания президентского срока.

Несколько потускнела в умах народных фигура Примакова – стоило ему исчезнуть на две недели с экранов телевизоров, как число готовых проголосовать за него на будущих президентских выборах снизилось с 20 % до 15 %. Все же он еще в первой тройке – сразу за Зюгановым и Лужковым, идущими голова в голову. Более того, продолжает расти поддержка идеи, чтобы Примаков возглавил какое-нибудь политическое движение: за нее – 62 %, против – 14 %. Интересно, что у большинства осведомленного населения вызывает положительную реакцию возможность сотрудничества в предвыборных делах Примакова и Лужкова – за эту идею высказались 48 %, против – 24 %, остальные пока не имели мнения об этом возможном тандеме.

Сам Лужков продолжает набирать очки. Он не только уверенно держится в первой тройке претендентов, но и опережает других кандидатов в представлениях населения о том, кто имеет наибольшие шансы выиграть президентские выборы. То есть, независимо от своих личных политических симпатий, 25 % населения считают, что на выборах победит Лужков, лишь 17 % наибольшие шансы видят у Зюганова, 13 % – у Примакова, 7 % – у Явлинского.

Очевидно, популярности Лужкова способствует ряд обстоятельств, но при этом важную роль играет его «имидж» человека, который делает реальные дела. Отвечая на вопрос, «кто он больше – крепкий хозяйственник или тонкий политик», 42 % выбрали первое и лишь 9 % – второе; правда, 25 % высказали мнение, что «для него характерны оба качества». В общем, образ умелого прораба тесно связан с московским мэром. Тут-то уместно вспомнить обсуждавшийся в прессе возможный тандем Лужкова с Примаковым и про Гоголя: вот бы Евгению Максимовичу немного «крепкого хозяйственника» от Юрия Михайловича, а Юрию Михайловичу немного «тонкого политика» от Евгения Максимовича.

А им обоим немного здоровой уверенности от Немцова и Чубайса. Но нет, от сходства или соседства с этими политиками, похоже, мало кто выиграет. 73 % народа сказали, что не поддержат на выборах политическое движение, в которое будут входить Немцов и Чубайс. Лишь 11 % его поддержат.

Политические события внутри страны отодвинули на второй план балканский кризис. Внимание населения к нему ослабело, а ясности, что там происходит, не прибавилось. Очевидно, поэтому на три равные части разделилась оценка в опросах деятельности спецпредставителя Черномырдина: треть дали положительную оценку, треть – отрицательную и треть затруднились ответить.

«Новое время». № 22, 6 июня 1999 г.

Новая команда и болельщики

Народ, похоже, свыкается с новым премьером и его правительством. Большинство одобряет его назначение, постепенно растет доверие к новому правительству, хотя большая часть еще затрудняется дать ему какую-либо оценку.

От внимания населения не ускользнула странная процедура формирования нового правительства с назначениями вице-премьеров и министров, их скоропалительными отставками, неясной судьбой самого премьера. Большинство в этой связи считает, что сам премьер в подборе своего правительства играл малозаметную роль. Лишь 11 % полагают, что его роль в подборе команды была наибольшей; олигархов и то ставят выше по влиянию – их роль в качестве «отдела кадров» правительства считают главной 13 %. Но решающую роль в подборе правительства, по мнению 51 %, сыграли президент и его окружение, при этом 13 % основную роль отводят советникам президента и 10 % – администрации. Немудрено, что при такой «независимости» правительству отводят небольшой срок жизни: 12 % полагают, что оно доживет лишь до осени, 25 % считают, что правительство может проработать до думских выборов, и еще 25 % оптимистов не исключают того, что правительство продержится от полугода до года, т. е. весь возможный свой срок до перевыборов президента.

Фактически из всего правительства люди знают только Степашина. Так, попытки узнать в опросах, кто из членов нового правительства лично симпатичен россиянам, дали 12 % Степашину, 8 % – Матвиенко, 3 % – Иванову, 3 % – Задорнову, 3 % – Шойгу и 2 % – Аксененко. При этом в силу незнания новых министров и антипатию к ним мало кто смог выразить: 8 % – Аксененко, 6 % – Степашину и 2 % – Задорнову.

На этом фоне Е. Примаков выглядит старым знакомым. Вообще-то пословица «с глаз долой – из сердца вон» справедлива и для политики: не видно Евгения Максимовича в «политтусовках» и на телеэкране – и пошел вниз его электоральный рейтинг, за две недели после отставки число готовых проголосовать за него на президентских выборах снизилось с 18 % до 13 %. Если последние полгода он лидировал в оценках людей как «наиболее авторитетный политик» с большим отрывом от остальных политических фигур, то сейчас его считают «наиболее авторитетным» столько же людей, сколько и Зюганова – 9 %. Уже не так много народа полагает, что Примаков «сможет вывести Россию из кризиса», – столько же, сколько видят в качестве спасителя Зюганова и Лужкова. Надо сказать, что 60 % полагают, что никто из нынешних политиков такой способностью не обладает.

Однако запас уважения и доверия к Е. Примакову в умах народных по-прежнему велик. Отвечая на вопрос, «может ли Примаков после его отставки рассчитывать на победу на выборах президента в 2000 году», значительное число в 48 % ответили «да», лишь 31 % отвергли такую возможность и 21 % затруднились дать оценку. Это, конечно, не означает, что половина населения завтра пойдет голосовать за Примакова, это скорее уровень доверия к нему и сочувствие в связи с непонятной населению отставкой бывшего премьера. Это потенциал, который еще надо суметь использовать.

Уход – на данный момент – Примакова с политической сцены привел за последнюю неделю к росту поддержки других потенциальных кандидатов, причем отошедшие от поддержки Примакова избиратели практически поровну разделились между тремя другими лидерами в президентском соревновании. Сдвиги их поддержки за последнюю неделю были такими: Зюганов – 22 %–25 %, Лужков – 20 %–23 %, Явлинский – 15 %–17 %.

Среди партий по числу сторонников по-прежнему лидирует КПРФ – 37 %, чья поддержка несколько выросла, затем идет «Яблоко» – 21 %, чей электорат понемногу снижается с 30 % в январе, третье место стабильно держит «Отечество» – 17 % с небольшим ростом за последнюю неделю.

Новые партобразования пока медленно набирают вес: за май осведомленность населения о существовании нового политического движения «Вся Россия» выросла с 37 % до 44 %, число тех, кто не слышал о нем, уменьшилось с 50 % до 46 %. Отчасти это объясняется тем, что наши партии прежде всего известны благодаря известности их вождей, а у этого движения однозначного лидера в представлении населения нет: лишь 7 % ассоциируют новое политдвижение с именем Лужкова, 5 % – с Шаймиевым, 4 % – с Яковлевым, по 1–2 % назвали Титова, Лебедя, Аяцкова, Тулеева.

Однако политическое лето только начинается. Как выяснилось, треть населения любит ловить рыбу, а две трети ходит по грибы. Видимо, вот в эти-то часы медитации и оттачиваются политические взгляды наших соплеменников, их партийные ориентации, рождаются их электоральные предпочтения.

«Новое время». № 23, 13 июня 1999 г.

Борьба за тело Ленина

Правительство Степашина хоть и медленно, но набирает очки: его деятельность 19 % народа оценили положительно, 14 % – отрицательно, основная масса людей – 67 % – пока затруднились дать какую-либо оценку.

Понятно, что обычный человек работу правительства ощущает либо на кошельке, либо по телевизору. Ни того, ни другого последние недели не было. Более того, в массовом сознании отразилось, что на Степашина давило окружение президента в формировании его команды, – лишь 11 % полагали, что он играл главную роль в формировании правительства. С большим сомнением население отнеслось к высказываниям, в том числе и самого Степашина, что новое правительство – это «команда единомышленников»: с этим согласились лишь 20 %, 32 % так не считали и 48 % затруднились ответить. Тем не менее симпатии к новому премьеру в народных умах каким-то образом создались. Во-первых, больше всего людей назвали его в мае «человеком месяца», причем следующим за ним с отрывом почти в два раза идет Примаков, а дальше глубоко внизу списка упоминаются Жириновский, Лужков, Черномырдин, Зюганов. Во-вторых, он уже появился в списке потенциальных кандидатов в президенты – пока не рядом с Лужковым и Зюгановым, но уже на уровне Лебедя.

Не исключено, что на формирование положительного имиджа власти – хотя в этом скорее заслуга предыдущего правительства – сказывается и некоторое улучшение материального положения людей: за полгода заметно улучшилось состояние с задолженностью по выплатам зарплат и пенсий. На начало июня, по сравнению с началом февраля, число людей, получающих свои кровные без задержек, увеличилось с 20 % до 35 %, а численность людей с задержкой выплат от 1 месяца до 3 уменьшилась с 31 % до 21 % и число задержек от 3 до 6 месяцев сократилось с 14 % до 5 %. Иными словами, более или менее вовремя – включая задержку в пределах месяца – получают положенные им деньги 58 %, а с задержкой получают выплаты около 40 %. Это значительно лучше, чем полгода назад.

Появление Степашина в списке претендентов на президентское кресло никак не сказалось на распределении мест в ведущей четверке. По-прежнему по готовности потенциальных избирателей отдать кому-либо свои голоса лидирует Зюганов, ему в спину дышит Лужков, затем с заметным отрывом идут Явлинский и Примаков, который с момента отставки увядает как потенциальный кандидат. При этом за прошедший уик-энд произошло заметное и одинаковое снижение поддержки всех лидирующих кандидатов: наша блестящая победа по футболу над сборной Франции оттянула часть болельщиков от президентского соревнования.

В партийных ориентациях изменений нет: впереди КПРФ с поддержкой 35 % потенциальных избирателей, т. е. тех, кто собирается принять участие в выборах в Госдуму или еще не определился, будет голосовать или нет. На втором месте – «Яблоко», чьи ряды заметно поредели за последние месяцы: со стабильных 27 % в январе – марте число его сторонников снизилось до 21 %. Третье место за «Отечеством» с 16 % избирателей. Другие претенденты на места в Думе – ЛДПР с 10 % голосов и НДР – с 7 %.

Из новых политобразований «Вся Россия» понемногу становится частью политического ландшафта: почти половина населения – 45 % – знают о его создании и столько же еще не знают. Это в основном те люди, которые вообще не интересуются политикой, – треть населения говорит, что не пойдет на думские выборы вообще, 18 % не знают, какую партию выбрать. Так что поле для агитации есть.

Как и год назад, в обществе продолжается борьба за тело Ленина. Снова обсуждается вопрос, не вынести ли тело из мавзолея и не захоронить ли на кладбище. Мнения населения по этому поводу разделились: 43 % поддерживают идею захоронения, 36 % относятся к этому отрицательно. Хотя эта последняя цифра точно совпадает с процентом сторонников компартии на выборах в Думу, водораздел мнений не проходит по партийным границам: за перенос тела Ленина выступают и 22 % сторонников КПРФ (61 % – «за», 18 % не определились по этому вопросу). В то же время против переноса и 16 % сторонников НДР, 22 % избирателей «Яблока», 29 % – ЛДПР, 38 % – «Отечества». Чем старше люди, тем больше они возражают против того, чтобы беспокоили вечный сон вождя. Но и среди самой младшей группы – до 25 лет – четверть выступает против переноса. Очевидно, Ленин в мавзолее – это символ, но для разных групп – символ разного. Для одних это продолжение коммунистических идей, «дела Ленина»; для других – олицетворение ушедшего в прошлое Советского Союза, неотъемлемая часть советской истории; для третьих – не связанная с идеологией часть нашей культуры, как скифские курганы, древние монастыри или «Старые песни о главном».

«Новое время». № 24, 20 июня 1999 г.

Наш паровоз на шведском пути

В России, если на кого начинают нападать, то народная поддержка обиженному обеспечена. Стоило пойти волне нападок на Лужкова с разных сторон – и его избирательный рейтинг скакнул вверх. После трех месяцев гонок голова в голову он обогнал Зюганова и стал кандидатом в президенты номер один. Одновременно две недели продолжается снижение поддержки Зюганова: если в конце мая за него были готовы проголосовать 25 % потенциальных избирателей, то сейчас их число снизилось до 20 %. Наконец, заметное явление в избирательном ландшафте – подъем популярности Примакова после месячного забвения во время его «отсидки в шалаше». Сейчас в качестве потенциального кандидата в президенты он опять идет наравне с Явлинским.

Степашину пока не до президентских амбиций, хотя несколько процентов избирателей уже начинают называть его в качестве своего будущего избранника. Ему надо наращивать поддержку своего правительства. Пока две трети населения никак не могут оценить его деятельность, но все же положительная оценка медленно растет: за половину июня она поднялась с 19 % до 23 %, а отрицательная снизилась с 14 % до 11 %. Вероятно, положительные очки Степашину прибавляет его упорная борьба в Думе за принятие предложенных им законов. Кстати, несмотря на видимое политическое затишье, наступившее после смены правительства, многие не думают, что конфликт президента с Думой закончился: 50 % полагают, что еще возможен роспуск Госдумы президентом, лишь 18 % считают, что конфликт потух.

Больше всего пострадали от политического успокоения в стране коммунисты: после их неудач помешать смене правительства и добиться импичмента президента их поддержка потенциальными избирателями сильно снизилась. Если в середине мая соотношение избирательских рейтингов КПРФ и «Яблока» составляло 37 % и 21 %, то сейчас оно составляет 29 % и 24 %, т. е. отрыв минимальный. «Свои» 15–17 % вот уже пять месяцев стабильно держит «Отечество», начав со скромных 11 % в январе.

Вообще, рейтинги потенциальной поддержки избирателей вещь весьма капризная, особенно летом. Поэтому преждевременны как заявления о кончине компартии, так и надежды коммунистов, что все недовольные Ельциным – а их за 80 % – у них в кармане. Если посмотреть на народную идеологию, а не только на партийную ориентацию людей, каковой вообще нет у половины населения, то получится следующая картина. 24 % населения считают, что «следовало бы все вернуть к тому, как было до 1985 года, к социализму». Это, очевидно, и есть максимальный резерв компартии, сильно пожилой и уменьшающийся, но активно голосующий слой людей. На другом полюсе люди, которых все устраивает в нынешнем курсе реформ, и они настаивают на его продолжении. Таких сейчас 9 %. Их, естественно, больше среди бизнесменов, более зажиточных и молодых людей. Но при этом эти крутые либералы раскиданы равномерно среди сторонников разных партий, и ни одна партия не решается назвать их своим главным электоратом. Потому что основная масса населения – 58 % – считает, что «рыночные реформы надо проводить, но с социальной защитой населения». Так же, как власть и ее партии не убедили народ в своем желании или умении эту социальную защиту осуществлять, так и коммунисты с их сострадательной к народу риторикой не показали своей готовности представить что-то взамен старой советской системы. Большинство народа трудно будет снова посадить на паровоз с остановкой в коммуне. Скорее им хотелось бы «капитализма с человеческим лицом», «шведского пути», о котором столько говорили 10 лет назад. Но где он сейчас, этот путь?

По поводу прекращения военных действий в Югославии взгляды населения разделились: большая часть – 30 % – считает, что завершение конфликта это в первую очередь «результат миротворческих усилий России» – хотя роль бедного Виктора Степановича в этом оценивается невысоко: 36 % отрицательно и 32 % положительно; в то время как 23 % полагают, что «в первую очередь это победа НАТО». 22 % дали другие объяснения случившемуся и 25 % затруднились оценить это событие. Надо отметить, на протяжении всего конфликта росло число людей, выступавших против активного участия России в нем – посылки оружия, воинских частей, добровольцев. Около 70 % высказывались в середине марта против отправки добровольцев, лишь 19 % были «за». По поводу оружия мнения тогда разделились: по 40 % были за отправку и против этого. Сейчас значительное большинство – 64 % – считает, оглядываясь назад, что России не следовало оказывать Югославии военную помощь, «включая поставки оружия, отправку добровольцев и др.». 19 % считают, что следовало. Это растущее опасение быть втянутым в конфликт на чужой земле проявляется и в том, что большая часть людей – 53 % – выступает против посылки туда наших войск даже в составе миротворческих сил.

«Новое время». № 25, 27 июня 1999 г.

Шапка Мономаха – 2000

Как только в политической жизни наступает затишье, Дума, например, перестает воевать с президентом, коммунисты тут же начинают терять очки, для них питательная среда – это революционная ситуация. Вот и сейчас избирательский рейтинг КПРФ за последний месяц снизился на 7 % – с 37 % до 30 %. И примерно на столько же выросло число сторонников «Яблока» – с 21 % до 27 %. Разрыв между этими ведущими партиями еще больше сократился.

Так же минимален разрыв между электоральными рейтингами ведущих кандидатов в президенты: по 30 % потенциальных избирателей готовы отдать свои голоса Лужкову и Зюганову; 16 % и 17 % – Примакову и Явлинскому.

Надо сказать, что сторонники Примакова – это в значительной мере и сторонники Зюганова, поэтому рост избирательского рейтинга Примакова сопровождается его падением у Зюганова и наоборот. Это и произошло за последние три недели: по тем или иным причинам о Примакове опять заговорили как о кандидате в президенты, и он отобрал у Зюганова 5 % сторонников. Кстати, половина населения считает, что Примакову следует выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах, не считают – 32 %. Так что резервы у Примакова значительные. Но в то же время реальных шансов победить на выборах, по оценкам населения, больше всего у Лужкова: 25 % пророчат ему победу, по сравнению с 15 % людей, которые предсказывают победу Зюганову, 13 % – Примакову и 8 % – Явлинскому.

Избирательская аллергия к ведущей четверке кандидатов сильно разнится. Отвечая на вопрос, «за кого из политиков вы не проголосуете ни при каких условиях», 28 % назвали Ельцина, 22 % – Жириновского, 16 % – Зюганова. Лужкова назвали только 3 %, Явлинского – 2 % и Примакова – 1 %.

Столь критическое отношение к Б. Ельцину связано, прежде всего, со стабильно низкой в течение последнего года оценкой его деятельности на посту президента – негативно ее сейчас оценивают 86 %. Но что, вероятно, еще более неприятно для окружения президента, это массовое мнение, что Б. Ельцин не должен иметь гарантии неприкосновенности после окончания его президентского срока: так считают 54 %; противоположной точки зрения – что такие гарантии у Ельцина должны быть – придерживаются 28 %, остальные затруднились ответить. Так что шапка Мономаха по-прежнему тяжела.

Если президента народ сейчас не жалует, то премьер понемногу набирает популярность: за последние две недели «положительная оценка деятельности правительства Степашина» поднялась с 19 % до 28 %; отрицательная осталась на одном уровне – 15 %; снизилось с 67 % до 57 % число затруднившихся дать оценку. Это еще, конечно, далеко до 60 % положительной оценки правительства Примакова на пике его популярности, но рост поддержки заметный. При этом 5 % роста пришлось только на последнюю неделю – визит в Европу пошел Степашину на пользу.

Но вот если правительство поднимет руку на «святое», то падения всех рейтингов ему не избежать: до народа дошло, что в попытках наполнить бюджет в правительстве поговаривают о поднятии цен на водку, и реакцию было нетрудно предсказать. Одобрили бы этот шаг лишь 15 %, не одобрили 52 %, при этом 33 % – категорически «против» и 33 % отнеслись безразлично. Понятно, что мужчины сильнее «против», чем женщины, но и пенсионеры и домашние хозяйки активно возражают.

Без энтузиазма относится население и к попыткам правительства заполучить западные кредиты, прежде всего потому, что, по мнению большинства людей, эти деньги нам не помогут выйти из кризиса – так думают 60 %, лишь 17 % полагают, что все же помогут.

Закон об амнистии вызвал смешанную реакцию населения – сторонники и противники этой меры разделились примерно поровну: 38 % оценивают амнистию положительно, 35 % – отрицательно, 20 % затруднились ответить и 7 % ничего об этом не слышали.

Также разделилось население в оценке нашей стратегии в Косово: 39 % считают, что России следует ограничиться небольшим количеством войск в Косово, в то время как 34 % полагают, что количество наших войск должно быть наравне со странами НАТО. Надо сказать, что народные эмоции по этому вопросу достаточно противоречивы. В канун окончания войны в Югославии значительное большинство в 65 % вообще возражало против отправки наших войск в Косово после окончания конфликта с миротворческой миссией. Но теперь, раз уж послали – то пусть не меньше, чем у НАТО, чтобы не было за державу обидно.

«Новое время». № 26, 4 июля 1999 г.

Шансы Примакова

Некоторая стабильность воцарилась в президентских выборных предпочтениях: уже два месяца парами идут четыре политика: по 20–25 % потенциального электората – за Зюгановым и Лужковым и по 15 % – за Явлинским и Примаковым. Эти прикидки приблизительные, но трудно предположить, что в эту ведущую четверку может ворваться кто-то незнакомый. Пока что на запасных путях стоят Жириновский и Степашин с 6 % поддержки каждый. Если Жириновский скорее постоянный аутсайдер, вечный раздражитель, не дающий спать основным претендентам, то Степашин понемногу набирает очки как публичный политик. Его 6 % потенциальных президентских голосов – это отражение его растущей оценки как руководителя правительства: каждую неделю с момента его назначения он прибавляет 3—5 % голосов поддержки, и сейчас деятельность его правительства одобряют 30 %, не одобряют 15 %, остальные затруднились ответить.

Разговоры в прессе о скором возвращении в страну Примакова привели к возвращению его на место наиболее популярного политика: он снова лидирует в массовых представлениях как человек, пользующийся наибольшим авторитетом, половина населения считает, что ему следует выдвинуть свою кандидатуру в президенты. Все же пока он в тени и по электоральному рейтингу – четвертый.

Если что и устойчиво в нашем политическом ландшафте, то это партийная поддержка. Стоило «Яблоку» нарастить мускулы, как компартия опять взяла свое – ее снова готовы поддержать на думских выборах 34 % по сравнению с 27 % «яблочных» и на удивление стабильных 16 % сторонников «Отечества». При этом интересно, за кого бы люди ни собирались голосовать, большинство считает, что коммунисты по-прежнему получат большинство в новой Думе. Остальные готовы смириться с меньшими долями своих партий в составе Госдумы. Эта тройка первых претендентов уже устоялась: КПРФ, «Яблоко», «Отечество». Всем новым политобразованиям предстоит сложная борьба за свое место под солнцем. Около 40 % знают о создании блока «Вся Россия», что, однако, не означает, что они готовы за это движение голосовать, несмотря на то, что движение ассоциируется с популярными политиками Лужковым и Шаймиевым.

В принципе же у губернаторов большой электоральный потенциал – по отдельности и коллективно как института власти. Из всех органов и уровней власти губернаторский сейчас наиболее популярный. За полгода до думских выборов оценка населением отдельных составляющих властной вертикали сейчас следующая. Деятельность президента положительно оценивают лишь 4 %, отрицательно – 86 %. Это соотношение не меняется уже год. На втором месте по негативной оценке – Дума. Отрицательно оценивают ее деятельность 61 %, положительно – 17 %, остальные 22 % затруднились ответить. Несколько выше оценка деятельности Совета Федерации, но все равно отрицательная оценка – 36 % – превышает положительную – 28 %; в то же время о его деятельности население мало знает, и 36 % затруднились дать оценку его работе.

Дальше по уровню доверия идут местные органы власти – города, поселка, деревни. Оценки здесь – вероятно, самые надежные, основанные на личном опыте людей, – разделились пополам: 35 % оценили деятельность этих органов положительно, 39 % – отрицательно и 26 % не смогли дать оценку.

Работу нынешнего правительства большинство в 55 % также еще не может оценить, но соотношение положительных и отрицательных оценок выше, чем у Думы и Совета Федерации 30 %:15 %. Наконец, самую высокую оценку получили губернские начальники: деятельность губернатора своей области, края, президента своей республики положительно оценили 46 %, отрицательно – 29 % и 25 % затруднились ответить.

Возможно, такая, достаточно высокая, оценка деятельности губернаторов и президентов дает возможность большинству населения в 65 % полагать, что распада России на несколько государств не произойдет, в то время как 24 % посчитали, что такая опасность есть.

Оценивая различные институты общества, население наибольшее доверие оказывает церкви и средствам массовой информации. На другом же полюсе – наибольшего недоверия – странная комбинация из президента, Государственной думы, профсоюзов и правоохранительных органов. Отвечая на отдельный вопрос, «доверяете ли Вы милиции», 60 % ответили «нет», в то время как 32 % выразили доверие. При этом лишь 10 % ответили, что доверяют полностью. Немного граждан готовы сегодня запеть: «Моя милиция меня бережет».

Конфликт на Балканах еще не выветрился из памяти людей. Вероятно, бесконечные проблемы с нашими миротворцами и другие сообщения из Косово способствовали тому, что большинство в 63 % полагало, что «война в Югославии еще не закончилась». При этом большинство не может также понять, чем же там все закончилось. 50 % считают, что никто не победил в войне в Югославии. 22 % полагают, что победу одержало НАТО, 6 % считают победителем Россию и 4 % – Югославию. 18 % не смогли определиться.

Возвращаясь к собственным проблемам, 51 % населения считают себя «бедными». Вторая большая группа – это те, кто считает себя людьми «среднего достатка». Таких 39 %. К «богатым» себя причислили лишь 2 % населения и 8 % затруднились дать оценку своей жизни. При этом 23 % надеются, что нынешняя молодежь будет жить лучше, чем их родители, еще 23 % считают, что так же, и большая часть – 37 % думают, что молодежь ожидает худшая жизнь, чем жизнь их родителей.

«Новое время». № 27, 11 июля 1999 г.

Станет ли президент почетным сенатором

Если соотношение между тремя партиями-лидерами в думской избирательной кампании стабильно последние полгода – КПРФ, «Яблоко», «Отечество», то новые движения и объединения набирают политический вес неспешно. 40 % населения знают про «Всю Россию», 33 % думают, что у движения есть шансы пройти в Думу, преодолев 5 %-ный барьер, но готовы проголосовать за это движение пока немного – точность опросного метода не позволяет разглядеть их число.

Проблемы наших партий вообще в том, что мало кто разбирается в их программах, за исключением разве что коммунистов, или не верят им, а различают их в основном по лидерам: это – партия Явлинского, это – Лужкова, это – Зюганова, соответственно и голосуют. Поэтому избирательные рейтинги партий тесно связаны с президентскими рейтингами их лидеров. Если у партии такого узнаваемого вождя нет, ей мало что светит, несмотря на красивое название.

Например, движение «Вся Россия», возможно, могло бы набрать больше сторонников, но для многих непонятно – Лужков, он в «Отечестве» или уже во «Всей России»?

С конца мая по 7–9 % ассоциируют это движение с именами Лужкова и Шаймиева, и кто же все-таки там лидер, большинству непонятно. А народ наш с трудом воспринимает коллегиальность – так сказать, одна партия, один вождь. Соответственно, 43 % предпочли бы, чтобы у «Всей России» был один лидер, и лишь 16 % – чтобы несколько.

Есть проблема лидерства и у младореформаторов из «Правого дела». Во-первых, это движение мало кто знает, но главное, его лидеры у немногих вызывают положительные эмоции. Немцову 8 % дали положительную оценку, Кириенко – 6 %. Федорову, Гайдару, Чубайсу – по 2 %.

Напротив, у Примакова таких проблем нет: 54 % за глаза готовы «купить» движение, которое он возглавит, и проголосовать за него на выборах в Думу. Может быть, люди несколько горячатся и потенциальная «партия Примакова» столько голосов не наберет, но и президентский избирательный рейтинг Примакова весьма высок — 15 % потенциальных избирателей после 18 % сторонников Явлинского и по 21 % у Лужкова и Зюганова. Что касается оценки шансов кандидатов выиграть на выборах, то Примаков вообще называется третьим, при том, что он кампании еще и не начинал.

Между прочим, на глазах растут шансы Степашина. В общем списке возможных победителей он уже пятый – за Явлинским. А когда людей прямо спрашивают, «может ли Степашин стать президентом в 2000 году», 37 % считают, что может, 34 % не видят такой возможности. Это прямое следствие общего роста его популярности и положительной оценки деятельности правительства, которая выросла еще на 4 % и составляет 34 % при 15 %, оценивающих ее негативно.

Не прошли незамеченными для населения и разговоры в прессе о том, что Б. Ельцин может каким-либо путем стать президентом России в 2000 году. Такую возможность видели 12 % людей и 79 % ее отрицали. При этом столь же низко население оценивало и шансы Ельцина стать президентом возможного союзного государства России и Белоруссии, если таковое будет создано. Дает себя знать низкая оценка деятельности Б. Ельцина на посту президента – лишь 5 % оценивают ее положительно. При этом значительное большинство не только не хотело бы видеть Ельцина в Кремле еще четыре года, но и не рвется предоставить ему почетный отдых на пенсии: 65 % не считают, что должен быть принят закон, по которому президент Ельцин после окончания срока его президентских полномочий становится почетным членом Совета Федерации, лишь 15 % поддержали бы такой закон.

Президента в какой-то степени может утешить то, что население не любит всякую нынешнюю власть. Лишь чуть-чуть выше, чем к президенту, доверие народа к Думе и правоохранительным органам, еще на один процент выше – к правительству и партиям. Лидируют в доверии церковь и пресса. Но в целом 64 % жителей страны не доверяют ни одному институту общества. Столько же не верят в возможность честных выборов в Госдуму в этом году. В значительной мере в этом причина того, что треть взрослого населения, потенциальных избирателей, в думских выборах не собирается принимать участия.

Если народ с трудом разбирается в партиях и движениях, то этого нельзя сказать про движение курса доллара – естественно, в рублях. 62 % говорят, что они следят за курсом доллара, 34 % – не следят. При этом зорче всех отслеживают этот курс предприниматели и студенты, мало волнует он пенсионеров и сторонников КПРФ. В целом же можно сказать, что если раньше для нас главным был курс партии, то теперь – курс доллара.

«Новое время». № 28, 18 июля 1999 г.

Год до второго тура

Как часто бывает, люди долго бьются за что-то, а когда оно приходит, то никто и не замечает. Сколько протестов было против невыплаты людям заработанных денег – месяцами, годами, а сколько правительств обещали решить проблему и платить деньги вовремя – и ничего не делалось, а сейчас ситуация с выплатой зарплат и пенсий улучшилась радикально – а радости особой никто не выражает. По данным последнего опроса, зарплату и пенсию в стране получают без задержек 42 % – вдвое больше, чем в феврале, еще 22 % получают заработанные деньги с задержкой до 1 месяца. О задержках до 3 месяцев сообщили 16 % по сравнению с 31 % в феврале. Ждут зарплаты до полугода 5 % – в феврале таких было 14 % и свыше полугода – 2 % и 6 %.

Если об этом мало пишут в прессе, то на настроениях людей это все же отразилось: за этот период с 36 % до 27 % уменьшилось число людей, описывающих свое настроение как «тревожное, мрачное». Трудно сказать, насколько этот явный сдвиг к лучшему люди связывают с работой правительства или заботами премьера – надо сказать, что основной сдвиг по ликвидации задержек с выплатами произошел в апреле, при правительстве Примакова, – тем не менее популярность Степашина продолжает расти. Хотя положительная оценка деятельности «правительства Степашина» несколько снизилась за последнюю неделю, все же позитивная оценка – ее высказали 30 % населения – вдвое превышает негативную; больше половины людей пока еще не берутся оценивать деятельность правительства. Второй месяц подряд Степашина называют «человеком месяца», он идет шестым номером как потенциальный кандидат в президенты.

Но пока его популярность блекнет по сравнению с престижем Примакова, который зреет сам по себе, пока Е.М. отдыхает и выжидает. Что будет, когда Примаков выйдет из тени, можно только предполагать. Например, экс-премьер пока отклоняет предложения и намеки о его вхождении в какую-нибудь партию или движение. Но если это произойдет, то успех такому движению на выборах в Думу гарантирован: половина населения готова «с ходу» проголосовать на выборах за движение, «лидером которого будет Примаков», лишь четверть предпочитает оставаться со своими, ранее выбранными партиями.

До президентских выборов еще год, но случись они завтра, события разворачивались бы так. В первом туре ситуация неясная. Сейчас впереди опять Зюганов с 23 % поддержки вероятных избирателей. Но произошло это в основном благодаря тому, что несколько «просел» Лужков из-за волны критики в его адрес за последнюю неделю – до 17 %. До этого в течение последних трех месяцев Лужков шел практически вровень с Зюгановым по уровню поддержки избирателями. Чуть меньше – на 2–3 % – получали Примаков и Явлинский. Так что сейчас наибольшие шансы пройти во второй тур имеет Зюганов. Кто становится его противником во втором туре? Сейчас шансы Лужкова, Примакова и Явлинского равны, при том, что Примаков как бы в соревнованиях и не участвует. Если же он активно вступает в борьбу, его шансы выйти во второй тур значительно повышаются.

Если Примаков выходит во второй тур, то вот как выглядят его шансы на успех по сравнению с возможными соперниками. Легче всего ему будет разобраться с Зюгановым: соотношение голосов между ними будет 46 % за Примакова и 19 % – за Зюганова. Примерно такое же соотношение в противостоянии с Явлинским: 45 % – у Примакова и 21 % – у Явлинского. С несколько меньшим разрывом, но все же так же убедительно Примаков переигрывает и Лужкова: 40 % и 26 %. При этом два месяца назад, во время отставки Примакова и на пике популярности мэра соотношение было 41 %:34 %, но все равно в пользу Примакова.

При этом у коммунистов и их вождя еще есть резервы. Так, за последнюю неделю поддержка КПРФ снова пошла вверх до 33 % вероятного электората, а число сторонников «Яблока», видимо, менее стойких к жаре, сократилось до 23 %. Возможно, сплочение рядов компартии связано с начавшимися снова разговорами о необходимости захоронения тела Ленина. При этом среди всего населения эта мера вызывает растущую поддержку – 48 % «за» и 36 % «против», в июне соотношение было 43 %:36 %. Еще одним обнадеживающим моментом для коммунистов является тот факт, что по-прежнему твердые 25 % населения считают, что «нужно вернуться к социализму», и эта величина не меняется уже два года. Лишь 10 % поддерживают «нынешний курс реформ» и 55 % за «продолжение реформ, но с социальной защитой населения». При этом, если Зюганов уж точно за социализм, то кто из остальных кандидатов может обеспечить эту «социальную защиту», населению пока неясно.

«Новое время». № 29, 25 июля 1999 г.

Ключ от квартиры, где деньги лежат

Все перед выборами затеяли объединяться – одни, чтобы пройти 5 %-ный барьер, другие – 50 %-ный, чтобы захватить большинство мест в Думе. Населению эти слияния пока мало понятны. Только люди начали запоминать название «Вся Россия» – 38 % знают о существовании такого движения, как пошли разговоры о возможности объединения его в один избирательный блок с «Отечеством». Большинству пока неясно, для чего это, что это им даст: 38 % отнеслись к такой идее безразлично, 26 % затруднились дать ей оценку, 9 % высказались против и 27 % отнеслись к этой идее положительно.

Еще более скептически-безразлично относятся люди к возможности объединения правых политических движений: «Наш дом – Россия», «Новая сила», «Правое дело» и «Голос России». Безразличие к такой идее выразили 40 %, затруднились что-либо сказать по этому поводу 17 %, ничего о таком объединении не слышали 15 %, отрицательно отнеслись к такому предложению 12 %, наконец, поддержали бы такое объединение 16 %. Вообще, думские выборы еще мало волнуют население. Стабильные 32 % говорят, что на выборы в Госдуму они не пойдут, еще 9 % не знают, идти им или нет. 82 % честно говорят, что не знают, сколько депутатов будет избираться в Думу от их избирательного округа, лишь 8 % знают их число. Вообще, летом, да еще таким жарким, преждевременно спрашивать людей о том, что принесет им большая политика перед Рождеством.

Тем не менее нельзя сказать, чтобы людям было совсем безразлично, что происходит на подступах к Думе. Так, например, достаточно сильную волну отторжения вызвала идея, что Березовский выдвинет свою кандидатуру на выборах в Госдуму: 52 % отнеслись к такой возможности отрицательно, 21 % – безразлично, 20 % – не слышали о такой идее или затруднились что-либо сказать о ней и лишь 7 % отнеслись положительно.

Значительно больший интерес вызывает у народа президентская гонка – лишь 21 % отказываются принять участие в выборах. И, судя по быстрому колебанию числа сторонников различных кандидатов на президентский пост, люди следят за их выступлениями, поездками, оценками прессы. Так, рост популярности Примакова без видимых усилий с его стороны, о чем мы писали в прошлый раз, привел к тому, что впервые за прошедший год по уровню избирательной поддержки он обогнал Зюганова – случись президентские выборы сегодня, Евгений Максимович получил бы 21 % голосов, а Зюганов – 20 %. Они бы вышли во второй тур, а уж там Примаков легко его обставляет в соотношении голосов: 46 % против 19 % у Зюганова. Надо сказать, что эти избирательские намерения сегодня, за год до выборов, не вполне стыкуются с собственным «политическим чутьем» населения: отвечая на вопрос, «кто, по Вашему мнению, мог бы выиграть президентские выборы в 2000 году», большая часть людей уже полгода называет Лужкова. Но сейчас разрыв рейтингов Лужкова и Примакова предельно сократился. Если в мае и июне соотношение оценок было 25 % и 12 %, при этом у Зюганова – на втором месте – было 15 %, то сейчас победу через год Лужкову предсказывают 19 %, Примакову – 16 % и Зюганову – 13 %.

Разговоры в прессе о том, что президент Ельцин и его окружение не покладая рук подыскивают ему преемника на свой вкус, вызвали смешанную реакцию: 38 % полагают, что администрации удастся добиться, чтобы новым президентом был избран близкий к ней человек, 27 % думают, что им это не удастся, и 35 % затрудняются ответить. Если таким избранником станет Степашин, то пока его шансы победить на выборах невелики – за него готовы проголосовать 5 % и столько же предсказывают его победу. В то же время его популярность продолжает расти – по шансам выиграть выборы он занимает уже пятое место, обойдя Жириновского. 34 % положительно оценивают деятельность правительства Степашина, лишь 16 % – отрицательно, 50 % затрудняются дать ей оценку.

Вообще трудно ожидать, что доверие народа к правительству вернется на тот небывало высокий уровень, который был в конце правления Примакова, когда больше половины населения положительно оценивали его деятельность, а по уровню доверия правительство обогнало церковь и прессу. Сейчас по степени доверия народа правительство занимает скромное пятое место, уступая церкви, СМИ, партиям и армии.

Вообще же проблема неэффективности, слабости государственной власти всерьез волнует лишь 10 % населения. На первом месте по степени остроты – рост цен; 33 % назвали его проблемой, которая беспокоит их больше всего. 11 % назвали такой проблемой невыплату зарплаты, столько же – угрозу безработицы, 10 % – слабость государственной власти, 9 % – рост преступности.

О том, к чему приводят рост цен и невыплата зарплаты, говорят ответы на вопрос, «где люди хранят свои сбережения». 48 % сказали, что у большинства нет сбережений; лишь 12 % ответили, что хранят деньги в банке, в той самой «сберкассе», к чему нас так долго призывали большевики со всех плакатов прошлого. Наконец, 23 % держат нажитое дома. 17 % на этот небезопасный вопрос не ответили.

«Новое время». № 30, 1 августа 1999 г.

Если скрестить ежа и ужа

Партии и движения продолжают выстраивать фигуры в политических хороводах, прикидывая самые возможные сплетения, группы и блоки. Большинство этих игр малозаметны для широкой публики, другие понемногу начинают запоминаться, у некоторых новых альянсов начинают вырисовываться лидеры. Восемь из десяти людей еще не слышали про движение «Голос России», но у половины, тех, кто знает о его существовании, оно ассоциируется с Титовым. Более известно движение «Вся Россия» – о его создании знают 44 %, при этом треть связывают это движение с именем Шаймиева.

Некоторые проигрываемые в прессе альянсы воспринимаются со сдержанным одобрением, другие воспринимаются скорее как неравный брак. Например, 25 % потенциальных избирателей улучшили бы свое отношение к Лебедю, если бы он со своим движением «Честь и Родина» объединился с «Отечеством» Лужкова; ухудшили бы только 11 %. Однако разговоры о возможном объединении Лебедя с Чубайсом и его «Правым делом» и «Новой силой» Кириенко воспринимаются скорее как попытки «скрестить ежа и ужа» – 32 % ухудшили бы свое отношение к Лебедю в результате такого шага, лишь 9 % улучшили бы, у остальных этот вариант не вызвал бы никаких эмоций.

В первой тройке партий за последние две недели произошли некоторые перестановки. Компартия осталась по-прежнему на первом месте с 31 % вероятных избирателей. В то же время активность движения «Честь и Родина», «Правого дела» и «Отечества» отобрала часть поддержки у «Яблока», уровень поддержки которого снизился за последнюю неделю с 25 % до 18 %, в результате чего «Яблоко» впервые за полгода уступило «Отечеству» по уровню поддержки электората, спустившись на третье место.

По той же причине несколько снизилась поддержка Явлинского как потенциального кандидата в президенты – с 16 % до 13 %. Однако кто больше всего потерял в поддержке потенциальных избирателей, так это Примаков – его затянувшееся политическое затворничество вышло ему снижением электорального рейтинга с 21 % до 16 %, после трех недель непрерывного роста популярности. Зато выиграл Лужков – со своим 21 % поддержки вероятных избирателей он вновь сравнялся с Зюгановым.

Если Лужков выходит во второй тур – а это выглядит сейчас весьма вероятно – его шансы в соревновании с другими потенциальными претендентами на президентское кресло следующие. Если, что маловероятно, во второй тур выходит и Жириновский, то Лужков без труда побеждает его со счетом 43 %:10 %. Если в финальном поединке сходятся Лужков и Лебедь, то соотношение будет 39 %:18 % в пользу Лужкова. При соревновании во втором туре с Явлинским соотношение голосов будет 34 %:21 %, с Зюгановым – 39 %:24 %. С несколько меньшим разрывом, но все равно убедительно, Лужков опережает Степашина – 32 %:22 %, хотя последний пока имеет мало шансов выйти во второй тур.

Однако, если во втором туре Лужкову придется сойтись с Примаковым, то удача ему изменит: побеждает Примаков, получая 40 % голосов, при 25 % голосов избирателей у Лужкова. Это если бы выборы состоялись завтра и избиратели проголосовали так, как они сейчас обещают в опросе общественного мнения. Что далеко не всегда случается. Однако при всех колебаниях народных настроений, тенденция сейчас налицо: Примаков в гипотетическом втором туре президентских выборов лидирует уже месяц. При этом за Примакова во втором туре в большей степени проголосуют и сторонники НДР и «Яблока». Более того, даже среди тех, кто в первом туре собирается голосовать за Лужкова, 13 % во втором туре перешли бы в адрес сторонников Примакова. При этом Примаков по-прежнему лидирует как «самая авторитетная личность» в глазах населения.

Хотя Степашин пока не конкурент по уровню личного авторитета у населения, положительная оценка деятельности его правительства продолжает расти: 35 % оценивают деятельность правительства Степашина положительно, 15 % – отрицательно и 50 % не могут ее оценить. Так что некоторое снижение его личного электорального рейтинга ему пока не очень повредило.

Сравнивая работу различных ветвей и органов власти, многие люди высоко оценивают деятельность глав субъектов Федерации. Так, 43 % «положительно» оценили деятельность губернатора или президента своей области или республики, отрицательную оценку дали 31 %, затруднились дать такую оценку 26 %. При этом, оценивая «чужих» губернаторов и президентов республик, треть населения выделяет прежде всего Лебедя и Лужкова – «наибольшее уважение» они вызывают у 17 % и 15 % соответственно. Далее с большим отрывом следуют: Тулеев – 9 %, Шаймиев – 7 %, Яковлев – 6 %, Титов – 5 %.

«Новое время». № 31, 8 августа 1999 г.

Не голосуй скрепя сердце

Несмотря на приближение выборов в Думу и бесконечные разговоры в прессе о создании предвыборных блоков и коалиций, интерес населения к думским выборам растет слабо. Лишь 61 % населения, по данным последнего опроса, выказали интерес к тому, какие партии добьются успеха на этих выборах. Соответственно почти 40 % это не интересует. Примерно так же люди оценивают и свое намерение принять участие в выборах – 62 % собираются голосовать, остальные – нет или сомневаются. При этом, как и на прошлых выборах, избирательская активность сильно отличается в различных социальных группах: почти половина молодежи не собирается голосовать, в то время как среди пенсионеров 70 % голосовать готовы.

Больше того, треть из тех, кто собирается идти на выборы, еще не определились, за какую партию будут голосовать, таким образом, меньше половины населения – 48 % – имеют какие-либо партийные предпочтения. Из этой половины «партийцев» в свою очередь две трети разбирает тройка ведущих партий: КПРФ с 15 % населения, собирающимися поддержать ее на выборах, и примерно по 10 % сторонников «Яблока» и «Отечества». Конечно, если считать от вероятных избирателей – тех, кто в опросах отвечает, что пойдет голосовать, – то цифры выглядят посолиднее: 29 % – у КПРФ, 21 % – у «Яблока» и 19 % – у «Отечества». С созданием блока «Отечество – Вся Россия» его рейтинг, вероятно, вырастет. Кроме того, магический 5 %-ный барьер переваливают – по мнениям избирателей в начале августа – еще ЛДПР с 10 % и НДР – с 7 % сторонников.

Партии для избирателей – это прежде всего их лидеры. За исключением КПРФ, чьи сторонники в основном считают, что их партия за восстановление социализма, остальные вероятные избиратели в программах выбранных ими партий и движений разбираются слабо. Например, лишь 5 % знают, чем отличаются программы и предвыборные лозунги движения «Вся Россия» и блока «Голос России». В то же время 13 % всего населения и треть тех, кто знал о создании движения «Вся Россия», справедливо считали, что лидером движения является М. Шаймиев.

Если партийное строительство представляется будущим избирателям делом малоинтересным, то разворачивающаяся борьба за президентское кресло вызывает гораздо больший интерес. 83 % интересует, кто станет следующим президентом, – по сравнению с 61 % выражающих интерес по поводу думских выборов. 75 % собираются в них участвовать, в то время как в думских выборах – 62 %.

Популярность политиков и шансы на их успех или неуспех на президентских выборах можно оценивать по-разному. Чаще всего в опросах замеряют избирательский рейтинг – готовность вероятных избирателей проголосовать за того или иного деятеля в гипотетических выборах, если они состоятся, например, через неделю. Казалось бы, люди должны голосовать за того, кто им представляется наиболее способным руководителем, кто вызывает наибольшее уважение и нравится как личность. Однако на практике сплошь и рядом люди готовы голосовать за кого-то, потому что уже голосовали за него раньше, или из-за партийной лояльности, или чтобы не допустить кого-то на президентский пост, а, что называется, душой они расположены к кому-то другому.

Например, избирательский рейтинг, т. е. готовность проголосовать за того или иного кандидата, сейчас практически равна у Лужкова и Зюганова – примерно по 20 % вероятных избирателей. Кстати, эта тенденция длится уже полгода, лишь иногда ее нарушал Примаков, вырываясь на вершину рейтинга. За этими двумя политиками, отставая на 5 %, следует пара Примаков и Явлинский, получающие сейчас по 15 % голосов. На следующей ступеньке стоят Степашин и Жириновский – 8 % и 7 % соответственно.

Однако отношение к этой ведущей четверке их рейтингами не исчерпывается. Например, при ответе на вопрос, «кого бы вы хотели видеть президентом после выборов 2000 года», соотношение несколько меняется: по 14 % (из расчета всего населения) получают Лужков и Примаков, Зюганов отодвигается на третье место с 12 %, Явлинского «хотели бы видеть президентом» 10 %. То есть часть людей готовы были бы проголосовать сегодня за Зюганова, что называется, скрепя сердце, а их симпатии скорее на стороне Примакова, в частности, среди сторонников компартии таких 14 %. Кстати, немаловажно для исхода выборов и то, кто вызывает наибольшее отторжение у избирателей как кандидат. На вопрос, «кого бы вы больше всего не хотели видеть президентом», почти половина – 43 % – назвали Ельцина, 16 % – Зюганова, 13 % – Жириновского. Остальных потенциальных кандидатов назвали 2–3 % и меньше, в частности, Лужкова – 2 %, Примакова и Явлинского – меньше 1 %. В реальном голосовании это означает, что заметное число людей во втором туре будут голосовать по принципу «кого угодно, но только не Зюганова». Наконец, независимо от личных привязанностей, оценивая шансы кандидатов на предстоящих выборах, люди расставляют их так. 20 % считают, что больше всего шансов стать президентом имеет Лужков. 16 % считают, что больше всего шансов у Примакова; наконец, третьим идет Зюганов – наибольшие шансы видят у него 13 %. Сильно отстают Явлинский и Степашин – победу им предсказывают по 5 %.

Как известно, президент сместил Е. Примакова с поста премьер-министра, после того как популярность его правительства в народе перевалила за 50 %, что для прошлых правительств раннего российского капитализма было недостижимой мечтой. Не хотелось бы накликать беду на молодое правительство С. Степашина, но он приближается к опасной черте: положительная оценка его деятельности достигла 41 %, при том, что отрицательная застыла на 16 %. В начале июня лишь 20 % оценивали работу правительства Степашина положительно.

Если Степашина постигнет участь его предшественников – ранняя отставка, то народ это не одобрит: 53 % относятся отрицательно к возможной отставке С. Степашина с поста премьер-министра, 33 % затрудняются дать оценку и лишь 14 % оценили бы отставку положительно. Об этом сожалели бы почти в равной мере сторонники всех политических партий, но больше всего сторонники Явлинского.

«Новое время». № 32, 15 августа 1999 г.

Второе пришествие Примакова

Ушедший премьер С. Степашин уносит с собой высокую оценку населением деятельности его правительства.

42 % оценили ее накануне отставки положительно, лишь 17 % дали негативную оценку и 41 % затруднились дать ответ. А начинал он в конце мая – начале июня со скромных 19 % положительных, почти тех же 14 % отрицательных и 67 % затруднившихся ответить. Возможно, не повтори он «ошибку» Примакова с постоянным наращиванием популярности в народе, не пришлось бы ему собирать чемоданы так скоро. Видимо, в нашей политической жизни вырабатывается некий закон «убывающего плодородия» – премьер, чтобы оставаться в Белом доме, должен снижать свою популярность, во всяком случае, не быть столь вызывающе более популярным, чем президент, чья положительная оценка деятельности последний год колеблется на уровне 5 %.

Мало того, что Степашин был популярен, так еще последние три месяца он назывался большей частью населения в опросах «человеком месяца», в три раза опережая по уровню этой оценки следующих за ним политиков. Вероятно, становясь сейчас публичным политиком, Степашин имеет все шансы перелить этот политический капитал в какую-либо существенную и заметную фигуру на политической шахматной доске.

Смена премьеров не смогла, однако, отвлечь внимание населения от «партийного строительства», в частности, создания предвыборного суперблока «Отечество – Вся Россия». Больше половины населения знают о его создании. Более того, 25 % уже выражают личную готовность проголосовать за этот блок на думских выборах, а 32 % предрекают, что этот блок «привлечет большое количество избирателей». Картина еще больше меняется, если во главе блока становится Е. Примаков. В этом случае за блок «Отечество – Вся Россия» будут готовы отдать свои голоса на выборах 42 % участников опроса, не будут за него голосовать 24 % и затруднились ответить 34 %. Эта оценка предварительная – блок только что создан, но уже очевидно, что Примаков во главе блока повышает его избирательный рейтинг по меньшей мере в полтора раза.

Политический вес Е. Примакова возрастал весь этот год. Еще больше он вырос после безвременной отставки в мае. С начала года он лидирует в списках «наиболее авторитетных» политиков, людей, пользующихся наибольшим доверием населения. Немудрено, что с марта он прочно обосновался в первой четверке наиболее вероятных кандидатов в президенты на выборах 2000 года. В большинстве опросов последнего полугода уровень его поддержки среди вероятных избирателей составлял в среднем 15–17 %, примерно столько же, сколько у Явлинского. Несколько выше был электоральный рейтинг у первой двойки – Зюганова и Лужкова – по 20–25 %. Однако дважды – в конце марта и в середине июля он выходил на первое место по рейтингу, который достигал 21–22 %. Такой момент наступил и сейчас, после того, как он возвратился в Россию и политические наблюдатели активно заговорили о том, что Примаков, возможно, станет во главе какого-либо политдвижения или нового суперблока. 22 % вероятных избирателей готовы сейчас проголосовать за него на президентских выборах; заметно меньше – по 18 % – собираются голосовать за Лужкова и Зюганова, 11 % выбрали бы Явлинского. Понятно, что при таком раскладе нас ожидает второй тур. Если Примаков в него выходит, то в любой паре, по данным сегодняшних опросов, он переигрывает конкурентов – в два с лишним раза, по числу голосов, Зюганова и Явлинского, в соотношении 4:3 – Лужкова.

Эти нынешние оценки, за год до выборов, могут показаться преждевременными, однако люди именно президентские выборы принимают всерьез. Несмотря на низкую оценку деятельности нынешнего президента, большинство вовсе не подвергают сомнению саму необходимость поста президента в России, как того требуют левые силы. 60 % не одобряют идею ликвидации президентского поста и превращения Думы в высший орган власти, вроде прошлого Верховного Совета. Лишь 20 % одобряют и 20 % затрудняются дать оценку.

Небезразлично народу и то, что случится с Россией в случае ее воссоединения с Белоруссией, которое большинство в принципе поддерживает. Однако вопрос о том, кого россияне хотели бы видеть президентом этого объединенного государства, вызывает большие затруднения. Прежде всего, это явно не Ельцин – лишь 2 % назвали его в качестве желаемого президента нового Союза. По 5–7 % назвали трех популярных политиков – Зюганова, Лужкова, Примакова, по 2–3 % участников опроса назвали других политических деятелей, включая Лебедя и Жириновского. Еще 18 % опрошенных предпочли бы в качестве президента нового Союза других политиков, но на каждого пришлось меньше 2 % сторонников.

Больше всех голосов получил А. Лукашенко – 18 %. В то же время 47 % в целом предпочли «не-Лукашенко». Остальные 35 % затруднились сделать выбор. Для многих, очевидно, проблема была и в том, куда выдвинуть близкого им политика – на российский или на союзный пост. Если такой выбор совпадет по времени, многим будет трудно решать.

«Новое время». № 33, 22 августа 1999 г.

«Он в новый цирк ходил на площадь»

У большинства людей по-прежнему не выходит из головы вопрос, как в известной песне Булата Окуджавы – «за что же Ваньку-то Морозова»: 67 % отвечают в опросе, что им непонятно, «за что Б. Ельцин отправил в отставку председателя правительства С. Степашина», лишь для 19 % замысел этого хода ясен и 14 % затруднились что-либо сказать по этому поводу.

При этом нельзя сказать, что назначение премьером В. Путина встретило массовое неодобрение – негативно отнеслись к его назначению 34 %, позитивно – 11 %, а большинство в 55 % не смогли оценить назначение Путина из-за незнания его личности. При этом большинство не питает иллюзий относительно долгожительства нового правительства – почти 40 % полагают, что оно продержится не более трех месяцев, 15 % думают, что новому правительству удастся проработать полгода, и 10 % считают, что правительство Путина дослужит аж до президентских выборов. Остальные не смогли представить, как все обернется.

Кстати, если бы Ельцин назвал Путина своим преемником на посту президента, это вряд ли помогло бы ему, по мнению населения, на предстоящих президентских выборах, скорее наоборот. Три месяца назад, отвечая на вопрос, «поддержите ли вы на выборах президента того кандидата, которого Б. Ельцин назовет своим преемником», 60 % ответили отрицательно и лишь 7 % положительно.

Снятие Степашина пошло только на пользу его авторитету у народа. Во-первых, оглядываясь назад – на всю недолгую деятельность его правительства, большинство в 52 % оценили ее в целом положительно; и за неделю до отставки положительная оценка составила 42 %, негативно ее оценили лишь 12 %, остальные 36 % затруднились дать оценку. Значительное большинство – 63 % – положительно относятся к возможному участию Степашина в думских выборах, против – лишь 15 %. Многие также не против, чтобы он поборолся и за пост президента – 54 % положительно относятся к возможному выдвижению кандидатуры Степашина, 21 % – отрицательно. При этом уровень его поддержки потенциальными избирателями весьма высок – он занял место во второй тройке возможных кандидатов, между Явлинским и Жириновским, с 9 % вероятных избирателей. Более того, когда людей спрашивают, у кого наибольшие шансы выиграть, то Степашина называют четвертым – в два раза чаще, чем Жириновского и Явлинского.

Однако первое место во всех возможных рейтингах на прошедшей неделе занимал Е. Примаков. Еще накануне его согласия возглавить блок «Отечество – Вся Россия» 51 % людей высказывали свою готовность проголосовать за этот блок на выборах в Думу, если во главе его будет Примаков. На президентских выборах – случись они завтра – за него готовы проголосовать столько же, сколько за Зюганова, – по 20–21 % вероятных избирателей. Что еще более важно, впервые за этот год Примаков опередил Лужкова по шансам победить на президентских выборах в оценке населения. Такие оценки люди дают вне зависимости от своего выбора будущего кандидата – собираясь сейчас голосовать за какого-либо политика, многие в то же время понимают, что реальные шансы победить имеет кто-то другой. Так вот с начала этого года еженедельная оценка политических предпочтений населения показывала, что наибольшие шансы на победу люди видят у Лужкова. На прошлой неделе картина изменилась: 20 % предсказывают победу Примакову, 16 % – Лужкову и 12 % – Зюганову.

Сейчас, почти за год до президентских выборов, люди могут себе позволить симпатизировать одному политику, а предсказывать победу другому. Однако ближе к выборам ореол потенциального победителя начинает все сильнее давить на сознание избирателей – никто не хочет голосовать за явно проигрывающего.

Пока же понемногу растет интерес к приближающимся думским выборам. Хотя число людей, собирающихся принять участие в выборах за полгода почти не изменилось и составляет около 60 % при стабильных 30 % еще не принявших на этот счет решения, большинство знает о создании новых блоков. Так, не успели объединиться «Отечество» и «Вся Россия», а 66 % населения уже сообщили в опросах, что они «в курсе». Несмотря на рост поддержки нового блока, на прошлой неделе впереди по числу сторонников по-прежнему была КПРФ с 34 % вероятных избирателей, готовых проголосовать за нее на думских выборах. Если отнести число твердых избирателей партии ко всему населению, то их будет лишь 16 %, у других партий еще меньше; тем не менее при ответе на вопрос, «как вы относитесь к возможному запрету КПРФ» 55 % ответили отрицательно и лишь 22 % положительно. Народ против чрезвычайщины. Это проявилось и в реакции на растущие разговоры о возможном введении в стране чрезвычайного положения из-за военного конфликта на Кавказе и как следствие – отмене или переносе выборов в Думу. Против этого высказались 63 %, лишь 10 % высказали одобрение. Остальные затруднились ответить. И это при том, что доверие к Думе давно держится на уровне доверия к президенту, которое едва заметно. Тем не менее народ еще не потерял веры в выборы как в инструмент, могущий изменить жизнь в стране к лучшему. Например, сделать что-нибудь с коррупцией высших чиновников, которые пока что наслаждаются безнаказанностью: так, 76 % считают, что крупные чиновники, чьи миллионные счета обнаружены в банках Швейцарии, смогут уйти от ответственности, лишь 11 % полагают, что будут все же возбуждены уголовные дела.

«Новое время». № 34, 29 августа 1999 г.

Общий старт марафона

Если при назначении В. Путина премьером треть населения оценила это негативно, сожалея о безвременном уходе Степашина, и лишь 11 % приветствовали, то по прошествии двух недель оценка нового премьера выравнялась. Практически равное число людей оценивают работу его правительства положительно и отрицательно – 12 % и 13 %. Остальные три четверти населения пока не смогли оценить его деятельность.

Большинству в 56 % не понравилось, что Ельцин назвал Путина своим преемником на посту президента, одобрили этот жест 9 %. Три месяца назад сама идея назначения преемника не одобрялась 60 %, а одобрялась лишь 7 %. Может, стерпится – слюбится?

Также народ в нерешительности – нужен ли нам вице-президент. Население разделилось на три равные части: треть за введение такого поста, треть – против, остальные не знают, что сказать. А в других странах вице-президент как раз и бывает готовым преемником. Так что резервы развития этой идеи есть, если кто интересуется.

Но все эти заботы бледнеют перед стартом избирательной кампании, при этом сразу двойным стартом – думской кампании и президентской. Это вообще можно назвать общим стартом – так кучно все побежали. Население просто растерялось от обилия имен, их перетасовок, от блоков, движений, объединений. Тем не менее за основными слияниями оно как-то уследило. Последние месяцы стабильные 40—43 % знали о движении «Вся Россия», две трети знали об «Отечестве» и его лидере Лужкове. Очень быстро – за несколько дней – большинство населения оказалось осведомленным о создании нового блока «Отечество – Вся Россия». Сейчас о его существовании знают 69 %, не знают – 22 %.

Естественно, создание новых блоков и возникновение новых лидеров не могло не сказаться на электоральной поддержке партий, движений и блоков. Практически при своих избирателях осталась лишь КПРФ: это 32 % от всех людей, собирающихся участвовать в выборах и сделавших – на сегодня – свой выбор партии или движения, за которые они собираются голосовать. Завидная стабильность за весь последний год: были небольшие подъемы и снижения – не выше 40 % и не ниже 30 %, но в среднем – как первого января 1999 года, так и сегодня – около 32 %. Для других партий и движений стабильность кончилась. С начала разговоров о создании новых блоков, с середины июля, пошла вниз поддержка «Яблока» – к сегодняшнему дню она снизилась с 25 % и стабильного второго места до 16 %, уравнявшись с теми же 16 % «Отечества». Зато уже через неделю после создания нового блока 9 % электоральной поддержки получил блок «Отечество – Вся Россия».

Зная о создании нового блока, часть людей еще не полностью разобралась, что его составляющие уже отдельно в выборах участвовать не будут, поэтому значительное число избирателей продолжают говорить о своей поддержке «Отечества». Однако эта поддержка за неделю уже снизилась с 19 % до 16 %. Вероятно, сейчас эти отдельные группы можно считать вместе, что дает совокупный электорат блока «Отечество – Вся Россия» и «Отечества» в 25 %. Кстати, и месяц назад, еще до создания блока, его собирались поддерживать на выборах 25 % населения. Но главные надежды создатели блока, естественно, возлагали на Примакова, как на потенциального лидера, поскольку за этот блок с Примаковым во главе собирались голосовать уже 51 % населения.

Этого пока, как мы видим, не произошло – поддержка вполовину меньше. Отчасти это связано с тем, что не все потенциальные сторонники блока осознали, что Примаков уже во главе, – это поняли лишь 20 % людей, хотя понимание это растет.

Если же говорить о потенциале поддержки на выборах нынешних партий и блоков, то картина такая. Потенциал левых сил – это те, кто, говоря о путях развития страны, предпочел бы «вернуться к социализму». Таких, как показывают последние опросы, – 25 %. Правые или «либеральные» партии и блоки могут рассчитывать на 13 % – на тех, кто предпочитает «продолжать нынешний курс реформ». Основная масса населения – 52 % – высказывается за то, чтобы «проводить реформы с социальной защитой населения»; их можно назвать «центристами». Это резерв блока «Отечество – Вся Россия», если им удастся убедить избирателей, что они и есть те самые центристы, реформаторы с «социальной защитой».

Но, конечно, главная ударная сила блока – Примаков. Его популярность по-прежнему на подъеме, в том числе и как потенциального кандидата в президенты. Его вторжение в общий старт бегунов на длинную дистанцию произвело немалое замешательство в их рядах. С середины августа Примаков делит первое и второе места с Зюгановым по уровню поддержки вероятными избирателями; сейчас это 22 %. За месяц заметно уменьшился электорат Лужкова – с 21 % до 15 %. Также уменьшилась поддержка Явлинского – с 15 % до 11 %. То есть пока Примаков отбирает голоса не у Зюганова, а у других претендентов из первой четверки. Кстати, Степашин уже месяц делит пятое и шестое места с Жириновским – по 8 % избирателей.

Потенциал Примакова особенно заметно проявляется в сравнении шансов кандидатов во втором туре, который, видимо, неминуем. Если во второй тур выходят Примаков и Зюганов, то за Зюганова проголосуют лишь 17 %, т. е. часть его сторонников уйдет к Примакову. Кроме того, к Примакову примкнут многие избиратели других кандидатов, и он получит 44 % голосов.

Наиболее трудным было бы соревнование во втором туре Примакова с Лужковым. Примаков получил бы в этом случае 39 %, а Лужков – 20 %. В мае, в момент отставки Примакова, это соотношение было 41 %:34 %. Если бы во второй тур вышли Примаков и Степашин, то первый получил бы 41 % голосов избирателей, а Степашин – 17 %. Надо сказать, что шансы Степашина в этом гипотетическом соревновании несколько выросли: месяц назад соотношение было 46 %:15 %.

Вооруженный конфликт в Дагестане вызывает большую тревогу населения. 81 % считают, что там идет настоящая война, лишь 9 % так не считают. При этом лишь 11 % считают виновными в происходящем «чеченцев», «боевиков» и Басаева. Основную вину за развитие конфликта респонденты возлагают на «правительство» – 16 % и президента Ельцина – 31 %. Почти 40 % затруднились ответить.

Военные действия в Дагестане не прибавляют людям оптимизма. За лето число «оптимистов», по данным опросов, снизилось с 31 % до 26 %, а «пессимистов» выросло с 35 % до 40 %. Остальные дали промежуточные оценки своего настроения и надежд на будущее.

«Новое время». № 35, 5 сентября 1999 г.

«Партия власти» идет к ней

Новый блок «Отечество – Вся Россия», о необходимости которого так долго говорили политики в Москве и регионах, не успев создаться, уже воспринимается многими как «партия власти». Так его назвали 18 %, еще 12 % сочли таковой КПРФ и столько же – НДР, «партию власти» последних пяти лет. 41 % не смогли разобраться в этом. Сейчас неизвестно, прибавит ли голосов на думских выборах этот статус новому блоку, однако пока эта оценка популярности блока не повредила.

Впереди по-прежнему КПРФ с 30 % вероятных избирателей, затем «Яблоко», чья поддержка возросла за последние две недели с 16 % до 21 %. После них, на третьем месте, «Отечество», за которое готовы проголосовать, «если бы выборы состоялись в следующее воскресенье», 16 %. На четвертом месте – «Отечество – Вся Россия» с 9 %, затем ЛДПР с 7 % и замыкает список партий, имеющих шансы пройти в Думу, НДР с заветными 5 %. Пока еще многие избиратели, сторонники «Отечества» и «Всей России», не разобрались, что на выборах им придется голосовать за новый объединенный блок, поэтому в опросах, говоря о своем избирательском выборе, продолжают называть свои старые объединения. Поэтому их можно всех считать потенциальным электоратом блока «Отечество – Вся Россия», и тогда его размер вырастает до 25 % вероятных избирателей, выводя на второе место после КПРФ. Это еще не 51 %, как обещали избиратели, если блок возглавит Примаков, но рост налицо.

Вернуло себе 5 % поддержки и «Яблоко», вероятно благодаря приобретению в свои ряды С. Степашина. Правые партии и блоки пока заметной поддержки не имеют. Вообще, когда мы говорим о поддержке потенциальными избирателями тех или иных партий на думских выборах, следует иметь в виду, что речь идет лишь о половине населения: 30 % пока не собираются голосовать, а 20 % хотя и собираются, но партию или движение себе еще не выбрали.

Примерно та же картина и в президентской избирательной гонке. Хотя не собираются в них участвовать несколько меньше избирателей – 21 %, но не определились с выбором еще 23 %. Из оставшейся половины поровну – по 23—22 % – набирают Зюганов и Примаков, также рядом идут Лужков и Явлинский – 14 % и 12 %. На пятое место вышел Степашин с 9 %. За ним – Жириновский с 6 %. При этом если Примаков набирает очки, то Лужков теряет: его избирательский рейтинг с конца июля до конца августа упал с 21 % до 14 %.

Их положение в турнирной таблице демонстрирует и сравнение их шансов в воображаемом втором туре выборов. Оба политика легко выигрывают у всех остальных претендентов, но наибольшие трудности испытывают в соревновании друг с другом. Если бы такие выборы состоялись сейчас, в соотношении 37 %:17 % победил бы Примаков. И немудрено – сейчас Примаков самый популярный политик, население считает его наиболее уважаемым деятелем, которому можно доверять больше других политиков. Что уж говорить, если его чаще других называют «отцом нации» – вдвое больше, чем Лужкова и Зюганова. Шансы Примакова победить на президентских выборах 20 % населения считают наивысшими, шансы Лужкова как максимальные оценивают 16 %. Месяц назад ситуация была обратная.

Как бы ни соревновались в риторике на экранах телевизоров кандидаты в президенты и партийцы, создавая замысловатые блоки и коалиции, им придется скоро доказывать избирателям свои способности решать наиболее тяжелые проблемы страны. И наиболее острой проблемой, беспокоящей народ, остается рост цен – ее назвали самой тяжелой 26 %. По 13 % назвали невыплату зарплаты и пенсий и «слабость государственной власти». Безработицу назвали самой острой проблемой 10 %; 9 % – преступность; 7 % – «отсутствие программы развития страны»; 6 % – «кризис морали, культуры»; 4 % самой острой проблемой посчитали «обострение национальных конфликтов». Эта оценка проявляется, в частности, в отношении к вооруженному конфликту в Дагестане. 81 % считают, что там идет настоящая война, лишь 9 % так не думают.

Однако время стирает память народа даже о войнах.

В годовщину начала Второй мировой войны 69 % из тех, кто дал какие-либо ответы, вспомнили, что в числе ее первых участников была Германия, 33 % назвали Польшу и еще 20 % – СССР. Но и Францию включили в число первых участников 17 %. Затруднились вообще ответить на этот вопрос 54 %.

Надо сказать, что люди забывают и детали собственной биографии. Хотя 79 % смогли вспомнить, как звали их первого учителя, 16 % этого не помнили и 5 % затруднились ответить.

«Новое время». № 37, 19 сентября 1999 г.

Путин – человек месяца

Военный конфликт в Дагестане продолжает волновать людей. При этом многим непонятно, что там на самом деле происходит. 34 % полагают, что армия и МВД «контролируют ситуацию» там, 43 % считают, что не контролируют. В любом случае, восемь десятых населения считает, что там идет настоящая война. При этом реляции военных об успехах воспринимаются большинством людей скептически. После взятия ряда сел и сообщений о скором конце операции лишь 13 % поверили, что это конец войны, 66 % так не считали.

Более того, большинство населения полагает, что корни этого конфликта – в Москве. 67 % людей считают, что в самой России есть группы, «которые поддерживают, финансируют чеченских боевиков», лишь 12 % так не считали и 21 % затруднились дать оценку событиям.

Для многих события в Дагестане, участие в них чеченских боевиков усиливают тлеющий страх перед чеченским терроризмом. Так, подавляющее большинство людей по всей стране узнали о взрыве на Манежной площади в Москве. И большая часть из тех, кто высказал мнение об авторстве теракта, считают, что это дело рук «чеченских террористов».

Поскольку в развитии конфликта на Кавказе население в первую очередь винит правительство и президента, от них ждут и решения проблемы. Пока же правительство В. Путина медленно, но верно набирает очки в глазах народа. Гипноз «начальства» действует. Не успел Путин прослужить и месяца, как население в опросах присваивает ему титул «человек месяца». Хотя большинство постеснялось присвоить кому-либо такой титул, все же так назвали Путина в два раза больше людей, чем Примакова и Степашина, следующих за ним в этой оценке.

Вообще последние полгода у нас «человек месяца» – премьер. Но лучший «человек месяца» – это только что снятый премьер. Так что у Путина еще все впереди. Тем не менее и в более конкретной оценке – деятельности правительства Путина – положительная оценка выросла за месяц с 12 % до 21 %. Отрицательная же составляет 17 % и растет медленнее. Число людей, затруднившихся оценить деятельность правительства, пока больше половины – 62 %, но месяц назад таких было 75 %.

Постепенный рост популярности Путина в массах проявляется и в том, что он уже называется участниками опросов в качестве потенциального кандидата в президенты. Пока еще его избирательский рейтинг составляет несколько процентов, но, например, в сопоставлении с другими кандидатами в гипотетическом втором туре он уже стоит в одном ряду с устоявшимися публичными политиками. В последнем таком сравнении пар оценивались шансы Степашина и других претендентов. Поддержка потенциальных избирателей распределяется таким образом, что Степашин явно проигрывает лишь Примакову – 19 %:40 %. Лужкову он проигрывает, но в напряженной борьбе – 24 %:28 %. Остальных Степашин обходит, причем достаточно убедительно – это по сегодняшним настроениям избирателей, если бы выборы были завтра. Зюганова и Явлинского он опережает в полтора раза – 32 %:21 % и 27 %:17 % соответственно. Еще легче он расправляется с Лебедем и Кириенко – 31 %:14 % и 31 %:11 %. Следующая группа претендентов пока не ровня Степашину. С Жириновским счет 35 %:9%, с В. Рыжковым – 30 %:9%, с Путиным – 31 %:7% и с Черномырдиным – 33 %:7%. Как мы видим, Путин на одном уровне с ветеранами сцены и даже несколько обгоняет Черномырдина.

Однако фаворит по-прежнему Примаков. Его избирательский рейтинг уже месяц как равен Зюганову – 21–22 %. Но при этом катится вниз рейтинг Лужкова: с конца июля, когда началось падение, он снизился с 21 % вероятных избирателей, которые уже сделали выбор кандидата, до 13 %. Столько же у Явлинского, чья поддержка избирателей остается на одном уровне с начала августа. При этом Примаков обогнал Лужкова и по такой оценке, как шансы на победу в президентских выборах, в представлениях населения. Сейчас предсказывают победу Примакова 21 %, Лужкова – 15 %, Зюганова – 11 %, Степашина – 6 %, Явлинского – 4 %, Жириновского – 3 %.

Такая растущая поддержка Примакова не проявляется пока в росте популярности руководимого им блока «Отечество – Вся Россия». Поддержка отдельно взятого «Отечества» несколько снижается, суммарного блока – немного растет, и в сумме они набирают 24 %, но этот рост заморозился. И в любом случае это в два раза меньше обещанной народом 50 %-ной поддержки любого движения, если только его возглавит Примаков. Так население реагировало на разговоры о возвращении Примакова в политику все лето.

«Новое время». № 38, 26 сентября 1999 г.

Последний рейтинг: Брежнев, Андропов, Сталин, Ленин

Если те силы, которые стоят за возобновлением военного конфликта вокруг Чечни и терактами в России, ставили целью раздуть воинственные настроения в стране и дестабилизировать общество, то они своего добились: джингоизм завладел страной. Прежде всего, три четверти населения считают, что военные действия в Дагестане были «актом агрессии против России со стороны Чечни». Слова Масхадова о непричастности официального Грозного к рейдам боевиков услышаны не были.

Вообще, для большинства народа Чечня – отрезанный ломоть: лишь 28 % считают ее субъектом федерации, 51 % не считают и 21 % затрудняются дать оценку. Подавляющее большинство в 82 % поддерживает закрытие административных границ с Чечней, лишь 7 % не одобряют этого и 11 % затруднились ответить. При этом нет и уверенности, что закрытие границ поможет предотвратить новые военные действия в Дагестане, – 47 % считают, что блокада границ этому поможет, 28 % так не считают. Еще более пессимистически оценивает население возможность борьбы с терроризмом. 83 % считают, что вполне возможно повторение террористических актов, взрывов на территории России. Лишь четверть полагает, что виновники терактов будут наказаны, а половина в это не верит.

В результате этих настроений 49 % поддержали предложения о нанесении «бомбовых ударов по территории Чечни в ответ на террористические акты», отрицательно отнеслись к этому 36 %, затруднились высказать какое-либо мнение 36 %.

Пока не оправдались прогнозы о готовности населения поддержать введение в стране чрезвычайного положения в связи с ситуацией на Кавказе: за введение ЧП высказались лишь 21 %, против – 65 % и не дали оценки 14 %.

В основном как результат жестких мер правительства по отношению к Чечне следует рассматривать буквальный взлет одобрения «деятельности правительства В. Путина» за последние две недели – с 21 % до 48 %; соответственно неодобрение снизилось с 63 % до 42 %. Это соотношение уже выше, чем у Степашина на пике его популярности, в последнюю неделю перед отставкой – 42 %:41 %.

Соответственно, Путин вышел на пятое место в качестве потенциального кандидата в президенты, по оценкам вероятных избирателей, – за него были бы готовы проголосовать сейчас 8 % избирателей. Путин обошел по уровню поддержки Жириновского и Степашина и следует за Лужковым с его 11 % поддержки, Явлинским – с 13 %, Зюгановым – с 20 % сторонников и стабильным лидером последних полутора месяцев Примаковым, чей рейтинг 24 %.

За это время в соотношении сил основных претендентов выявились три стойкие тенденции: рост популярности Примакова, стабильный уровень поддержки Зюганова и Явлинского и значительное падение электорального рейтинга Лужкова. Очевидно, избиратели поверили заверениям Лужкова о нежелании выставлять свою кандидатуру и готовности поддержать Примакова. Во всяком случае, такая поддержка не прошла незамеченной – 75 % населения в ответ на вопрос, «кого бы вы посчитали единомышленниками Примакова», назвали Лужкова.

С другой стороны все эти рейтинги нынешних политиков бледнеют в сравнении с тем, как население оценивает в ретроспективе всех лидеров уходящего века. На первом месте – вы бы ни за что не угадали – идет Брежнев, он вызывает наибольшие симпатии у 13 %, затем следуют Андропов и Сталин – они набрали по 9 % голосов, далее идут Ленин и Хрущев – по 5 %. Затем были названы Горбачев и Примаков – по 4 % голосов; по 2 % получили Киров и Николай II; 1 % – Столыпин. 5 % назвали других лидеров и 41 % затруднились назвать кого-либо из политиков, кто им симпатичен.

Чтобы не было сомнений относительно случайности этого выбора, респондентам были заданы вопросы по лидерам в отдельности. Например, «как вы относитесь к Сталину?». Отрицательное отношение высказали 44 %, положительное – 28 %, не смогли дать оценку тоже 28 %. Иными словами, отрицательно относятся к Сталину меньше половины населения.

Больше того. Аккордом уходящей администрации и восьмилетия радикальных реформ можно считать отношение народа к Ленину. Положительно относятся к вождю мирового пролетариата 40 %, отрицательно – 28 %, еще 32 % не смогли дать оценки своего отношения.

Сходно и отношение к Брежневу – 40 % положительных оценок, 34 % отрицательных, 26 % затруднились дать ответ.

Лидеры перестройки и нынешних реформ заметно проигрывают вождям коммунистической эпохи. Отрицательно относятся к Горбачеву 58 %, положительно лишь 20 %, затруднились дать оценку 22 %. Место в истории Б. Ельцина еще трудно определить, но сегодняшнее отношение населения к его деятельности на посту президента незавидное: 86 % оценивают ее отрицательно, 3 % положительно и 11 % не могут дать оценки. Трудно ожидать от народа более высокой оценки, если 77 % верят сообщениям прессы, что члены семьи президента и его окружения имеют в западных банках миллионные счета, лишь 6 % этому не верят, остальные или не слышали об этом, или затрудняются что-либо сказать.

Вообще общий настрой людей, их отношение к положению в стране и к ее лидерам красноречиво показывают ответы на вопрос, «в какой стране мира вы бы хотели, чтобы жили ваши дети». Россию выбрали немногим больше половины – 56 %.

«Новое время». № 39, 3 октября 1999 г.

Точечные удары по Чечне и по мафии

Нация разделилась. На тех, кто за бомбардировку Чечни, – их большинство, 56 %, и на тех, кто против, – их 30 %. В конце сентября соотношение было 49 %:36 %. Число бомбистов растет. И действительно, если Запад бомбил «нашу» Югославию, то мы тем более можем бомбить «свою» Чечню. И на этот раз гораздо больше уверенности в победе, чем в прошлой чеченской войне: 60 % населения считают, что «российская армия сможет уничтожить боевиков на территории Чечни», в три раза меньшее число – 22 % считают, что не сможет, остальные не знают.

Вообще, опыт НАТО в операции против Югославии произвел впечатление: многим представляется заманчивым, не вводя войска, покарать террористов с воздуха. Поэтому отношение к вводу войск в Чечню и наземным операциям более осторожное: 45 % поддержали ввод российских войск в Чечню, 40 % не поддержали и 15 % затруднились дать оценку.

Что встречает всеобщий энтузиазм, так это блокада Чечни – полное закрытие границ с ней, в том числе и потому, что большинство в соотношении 5:3 уже не считает ее частью России, субъектом Федерации. Отчасти поэтому – это уже не наши люди – нет всеобщей поддержки помощи беженцам из Чечни. 65 % считают, что «российское правительство должно оказать помощь беженцам из Чечни», 21 % не считают и 14 % затрудняются ответить.

Вяло поддерживает население и необходимость переговоров с чеченским правительством – 44 % считают, что Ельцин должен встретиться с президентом Чечни Масхадовым, 35 % так не считают и 21 % затрудняются дать оценку.

Пока жесткая позиция правительства Путина по отношению к Чечне – блокада, ввод войск и бомбежки встречала значительное одобрение населения и привела к резкому росту его популярности и одобрению деятельности правительства. За сентябрь положительная оценка правительства Путина выросла с 21 % до 42 %. Но в начале октября рост одобрения замедлился. Народ ждет дальнейших побед на этом фронте, вялотекущая операция не впечатляет.

В то же время популярность Путина как потенциального кандидата в президенты продолжает расти. За первую неделю октября его электоральный рейтинг скакнул с 8 % поддержки вероятными избирателями до 15 %, и он вышел на третье место после Примакова с 22 % и Зюганова с 19 %, обойдя Явлинского и Лужкова. Фактически Путин отобрал часть избирателей у Примакова, чей рейтинг снизился за последние три недели с 26 % до 22 %. Путин также вышел на третье место в оценках населения – кто имеет наибольшие шансы выиграть выборы. На первом месте по-прежнему Примаков – его назвали 21 %. Но дальше фактически на равных идут Зюганов, Путин и Лужков с 10–11 %.

Немаловажно, что пока против Путина мало кто настроен резко отрицательно. Есть такой «антирейтинг» – оценка избирателями, за кого они ни за что не стали бы голосовать на президентских выборах. Лидирует в нем Жириновский – за него «ни в коем случае» не стали бы голосовать 26 % населения. За ним следует Ельцин с 23 %, затем Зюганов – 16 %. Против Путина категорически настроены меньше 1 %.

Важный момент на выборах для нашего эмоционального народа – личная симпатия к политику. Так вот по этому признаку Путин вышел на второе место. Примакова назвали политиком, который «Вам лично симпатичен больше всех», 18 %, Путина – 11 %. И за ним уже следуют Явлинский, Зюганов, Лужков. Недавний любимец публики Степашин получил лишь 4 %. Симпатии народа вещь непостоянная.

Как мы не раз писали, все премьеры последних лет, когда их популярность достигала 50 %, Кремлем отторгались. Путин опасный порог перешагнул – поддержка его правительства уже составила 51 %.

Кроме того, близость к Кремлю в свете разворачивающегося скандала с ворованными деньгами, отмывающимися в западных банках, становится все опаснее. Подавляющее большинство в 80 % «верит сообщениям прессы, что из России через американские банки уходили миллиарды долларов русской мафии». Лишь 7 % этому не верят и 13 % не знают, что сказать. При этом широко обсуждаемый в прессе тезис о тайных злокозненных силах, которые затеяли и раздувают этот скандал, не встретил энтузиазма у населения. 17 % соглашаются, что в скандале могут быть заинтересованы «противники Ельцина», еще 16 % – что это могут быть «антироссийские круги в США», 8 % – что это злой гений Березовский, 7 % – коммунисты. Половина не видит тайных пружин – воров поймали за руку, какие тут тайные силы.

И главное – по мнению населения – не только «русская мафия» сливает незаконные капиталы за границу. 77 % народа верит, что «члены семьи президента и его окружения имеют счета с очень крупными вкладами в западных банках». Только 6 % этому не верят. Остальные не слышали об этом или не знают, что и думать.

В свете массового воровства народных денег под красивым названием «коррупция» и массового негодования по этому поводу, для претендентов на высокие посты антикоррупционная риторика или какие-нибудь результаты на этой ниве могут принести значительные очки. В этом плане у Путина еще большие резервы. Пока особой веры, что кто-то добьется в этом прорыва, у населения нет. Надеются на Примакова 11 %, на Зюганова – 7 %, на Степашина – 6 %, на Путина – 5 %. Вот если бы Путин, а не ФБР, нанес точечный удар по «русской мафии», отмывающей наши деньги.

«Новое время». № 40, 10 октября 1999 г.

Будет ли трехпартийная дума?

До выборов в Думу два месяца, разговоров о них все больше, каждую неделю появляется новый блок или партия, а интерес народа к выборам почти не растет. За последние полгода практически неизменные 30 % населения не собираются идти голосовать, 10 % затрудняются дать ответ и около 60 % обещают сходить на выборы. За последние два месяца с созданием блока тяжеловесов Примакова – Лужкова число таких вероятных избирателей подросло на 2–3 %. Но и среди них ясности, за кого они будут голосовать, еще нет.

23 % населения – или больше трети вероятных избирателей – не знают, за какую партию или блок они будут голосовать. Многие из них определятся лишь за неделю до выборов, а то и прямо на избирательном участке. Если еще отбросить треть бойкотирующих выборы, то на долю сторонников партий, собирающихся за них голосовать, остается не так много людей. Так, сторонников КПРФ, которая держит первое место, 14 %. За «Отечество – Вся Россия» готовы голосовать 12 %, за «Яблоко» – 10 %, за ЛДПР – 4 %, за другие партии и блоки – 9 %. Если же сосчитать только определившихся с выбором, т. е. реальных избирателей, то состав Думы, случись выборы в «следующее воскресенье», был бы таким. 29 % голосов получает КПРФ, 24 % – «Отечество – Вся Россия», 20 % – «Яблоко», 8 % – ЛДПР и 5 % – НДР. Остальные получили бы значительно меньше роковых пяти процентов.

Примерно так же оценивают сами участники опросов шансы партий пройти 5 %-ный барьер. Большинство уверены, что с гарантией проходят в Думу лишь КПРФ, ОВР и «Яблоко». Пятая часть полагает, что шансы есть и у НДР, и у ЛДПР. Лишь 10 % считают, что барьер преодолеет «Единство». Остальным места в Думе не будет.

Места в первой тройке распределились уже больше месяца. При этом в конце сентября блок «Отечество – Вся Россия» догнал КПРФ, но затем избирательный рейтинг ОВР снизился на 4 %. Два месяца не меняется уровень поддержки «Яблока». Однако главные баталии еще впереди, после окончания регистрации, и тут наш неуверенный избиратель вполне может поменять свои привязанности.

И уж во всяком случае, могут быть какие угодно сюрпризы в президентской гонке. Кстати, интерес к ним тоже достаточно стабильный: весь нынешний год три четверти населения заявляют о своем намерении принять участие в президентских выборах, 20 % не собираются участвовать и 6–7 % не уверены. Неожиданной кометой воспарил на электоральном небосклоне Путин. Он уверенно держится в первой тройке претендентов, с 17 % поддержки вероятных избирателей, после Зюганова с 19 % и Примакова с 21 %. Но, в отличие от партийной поддержки, здесь никакой стабильности нет. На первых местах уже перебывали и Зюганов, и Примаков, и Лужков, и Явлинский, и Степашин. Колебания избирательской поддержки здесь сплошь и рядом идут скачками. Пока кривая Путина круто идет вверх. Более того, 54 % участников опроса считают, что Путин имеет шансы стать президентом России в 2000 году. Лишь 22 % с этим не согласились и 24 % затруднились дать оценку. По уровню народной симпатии – высказанной в опросах оценке «лично симпатичен больше всех» он уже сравнялся с Примаковым – 15 % и 16 %, оставив позади Зюганова с Явлинским – по 9 % и Лужкова с 7 %.

Вообще электоральная популярность Лужкова неуклонно снижается – за последние два месяца его рейтинг как кандидата в президенты снизился с 21 % до 8 %. Отчасти это вызвано его заявлениями о нежелании участвовать в президентской гонке, а отчасти – усилившейся критикой в прессе. При этом большинство населения – 57 % – считает, что Лужков не должен отмалчиваться и ему следует «реагировать на резкую критику в его адрес». Лишь 20 % так не считают и 23 % не смогли дать оценку. Такая критика, в частности на ОРТ, не прошла незамеченной – за прошлую неделю из-за передач Доренко аудитория ОРТ выросла с 35 % до 41 %, а число сторонников Лужкова, готовых проголосовать за него, снизилось еще на 2 %.

Пока скандал вокруг дач в Испании несколько потеснил отмывание денег «русской мафии» в Нью-Йорке и сводки с чеченского фронта. Что там реально происходит, мало кому понятно. Пока же поддержка действий российской армии в Чечне стабильна: 46 % их одобряют и 40 % не одобряют при 14 % затруднившихся ответить. Очевидно, от того, как там будут развиваться события дальше, зависит и оценка деятельности правительства Путина. Сейчас рост положительной оценки остановился на уровне 51 %. И при всем нынешнем джингоизме все же большинство в соотношении 44 %:35 % считает, что Ельцину нужно встретиться с Масхадовым.

«Новое время». № 41, 17 октября 1999 г.

«Чеченский синдром» против «вьетнамского»

По мере успешного продвижения российской армии вглубь Чечни росла и поддержка действий армии и правительства населением. Если в начале военных действий месяц назад 45 % поддержали ввод российских войск в Чечню, а 40 % не поддержали, то в последнюю неделю «положительно оценили действия российской армии в Чечне» уже 52 %, а отрицательно – 26 %, 22 % затруднились дать оценку. В той же пропорции распределились и люди, настаивающие на более активных действиях армии в Чечне: «за» – 53 %, «против» – 25 %. 22 % не смогли дать оценку.

Так же неуклонно росла поддержка населением деятельности правительства В. Путина. Сейчас положительная оценка достигла 60 %. Отрицательно оценивают правительство лишь 10 %, 30 % затрудняются дать оценку. За месяц положительная оценка выросла вдвое – с 30 % до 60 %. Путин пока больше всех выигрывает от нынешнего захватившего народ «чеченского синдрома» – дожать террористов, взять реванш за поражение в прошлой чеченской войне. Однако маловероятно, чтобы этот настрой был долговечен.

Как известно, «вьетнамский синдром» в США претерпел во время вьетнамской войны поворот на 180 градусов – от всеобщего лозунга «дожать бандитов Вьетконга» до столь же массового требования вывести войска оттуда и никогда больше не вмешиваться в наземные войны за границей – после того как число прибывающих из-за океана гробов, завернутых в звездно-полосатые флаги, стало исчисляться десятками тысяч. Потребовалось четверть века, пока население одобрило антииракскую «Бурю в пустыне». Куда далеко ходить – у нас уже был афганский опыт.

Пока же Путин лидирует по всем показателям. В середине октября его избирательский рейтинг превысил рейтинг Примакова: сейчас за него собираются голосовать на президентских выборах, случись они через неделю, 24 % вероятных избирателей, сделавших на данный момент свой выбор. За Примакова проголосовали бы 20 %, за Зюганова – 19 %, за Явлинского – 11 % и за Лужкова – 6 %. Если посмотреть на график изменения этих рейтингов за два месяца, то кривая Путина выглядит, как взлет ракеты «земля – воздух», в то время как кривые остальных кандидатов похожи на траектории планеров. Плавно снижается рейтинг Лужкова, понемногу теряет высоту Явлинский, за последний месяц «клюнул» вниз Примаков – его поддержка вероятными избирателями снизилась на 6 %.

Путин обогнал Примакова и по такому показателю, как оценка населением шансов потенциальных кандидатов выиграть президентские выборы в 2000 году. В начале сентября лишь 1 % населения считали, что у Путина есть реальные шансы выиграть президентские выборы, сейчас 20 % считают, что у него наибольшие шансы на победу. 19 % по-прежнему наибольшие шансы видят у Примакова. За ними следуют Зюганов – 10 %, Лужков – 6 % и Явлинский – 4 %.

Относительное затишье в думской избирательной кампании, связанное с регистрацией партий, проявилось в стабилизации поддержки основных партий и блоков потенциальными избирателями. По-прежнему стабильно лидирует КПРФ с нынешней поддержкой 30 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор партии. За ней идет «Отечество – Вся Россия», чья поддержка последние две недели держится на уровне 24 %, что ниже рейтинга середины сентября в 28 %. Примерно на одном уровне – 21 % – поддержка «Яблока».

Самое интересное и жизненно важное для партийных лидеров – это как себя поведут не попадающие в эти рейтинги 28 % населения, которые сейчас говорят, что они не пойдут на выборы. А если все-таки пойдут, кого они поддержат? А как себя поведут еще более важные для исхода выборов 26 %, которые говорят, что на выборы, наверное, пойдут, но за кого голосовать, еще не решили? И, наконец, насколько твердо решение тех, кто говорит, что свой выбор уже сделали. Некоторый свет на эти загадки проливают результаты опросов.

Прежде всего, об определившихся. Чуть больше 60 % сделали свой выбор партии в первой половине этого года или раньше, треть – месяц-два назад, неделю-две назад или вообще «на днях». Сходная картина была и на прошлых думских выборах в 1995 году. Около половины избирателей сделали свой выбор в первой половине 1995 года или раньше, 15 % – осенью и еще 15 % – за две-три недели до выборов, за несколько дней до голосования или вообще на участке. Остальные не могли вспомнить.

При другом подходе: «насколько окончателен ваш выбор?», две трети сказали, что окончательный, 16 % признались, что не окончательный, и 15 % затруднились дать ответ. При этом наиболее твердыми оказались «твердые ленинцы», сделавшие «окончательный выбор» в КПРФ больше, чем в других партиях. Очень похожая картина была и на прошлых выборах – две трети не меняли свой выбор, 16 % меняли и остальные не могли вспомнить. При наименьшем числе перебежчиков в рядах КПРФ.

О том, насколько могут меняться партийные предпочтения в завершающую часть кампании, могут сказать ответы людей на вопрос, «почему они выбрали «свою» партию». Половина избирателей и сейчас, и в 1995 году назвали в качестве причины близость целей, позиций, программы партии. По 12—14 % голосовали из-за лидера, 13—16 % «всегда голосовали за нее». Основное отличие тогда и сейчас в том, что в 1995 году лишь 8 % выбирали партию, чтобы «сменить власть», сейчас – 18 %. При окончательном выборе партий сегодня эта причина сыграет свою роль.

«Новое время». № 42, 24 октября 1999 г.

Особый путь России

Затихли разговоры о «русской национальной идее», совсем перестали ее искать, а народ тем не менее живет в ожидании, когда кто-нибудь четко скажет, в чем российский смысл жизни, куда мы идем. Три четверти населения считают, что «Россия – особая страна, поэтому главное для нее – найти свой путь». Несколько больше половины людей соглашаются, что жить по Конституции это и есть главная идея, но большинству все же хочется чего-то великого: 75 % полагают, что «только возродив высокую духовность, великую культуру, мы поднимем страну».

Кто же выведет страну на ее «особый путь», возродит духовность и величие? Совсем недавно большинству казалось, что это Примаков. В мае две трети одобряли его деятельность на посту премьер-министра, затем все лето он был самым популярным кандидатом в президенты, половина избирателей была готова проголосовать за любой блок или партию, которую бы он ни возглавил. Но вот на политическом небосклоне появился Путин, и всем стало ясно, что путь к величию лежит через Чечню. Завоюем Чечню раз и навсегда, разгромим боевиков. Это ко всему прочему и наш реванш за поражение в первой чеченской войне и за унижение в Югославии. Во всяком случае, большинство поддержало сначала бомбардировки, потом блокаду границ Чечни, а потом и ввод войск. Соответственно, поддержка правительства Путина за сентябрь выросла вдвое – с 21 % до 42 %.

За октябрь положительная оценка деятельности правительства Путина достигла рекордной высоты – 61 %. Он обогнал на 1 % Примакова в последнюю неделю его пребывания на посту премьера в мае. Что там Примаков, он почти догнал Рейгана в зените его славы во второй президентский срок с 62 % положительной оценки. Но еще не вечер, будет взята и эта высота. Например, когда падет Грозный. Под стать высокой оценке деятельности правительства и другие оценки Путина. Он самый популярный политик – 17 % назвали его как «политика, который симпатичен больше всех». На 2 % отстал Примаков, 9 % назвали Зюганова, 7 % – Явлинского, 5 % – Лужкова.

Этот взлет популярности Путина вылился в главное – его зовут в президенты. В начале октября Путин обогнал Примакова по уровню избирательского рейтинга – за него готовы сейчас проголосовать как за президента 25 % вероятных избирателей, за Примакова лишь 20 % и 19 % – за Зюганова. Позади Явлинский с 10 % и Лужков с 7 %.

Правда, у Путина есть один недостаток, в глазах населения – он «преемник». А быть преемником Ельцина это грех. Уже полгода подавляющее большинство населения заявляет, что не поддержит на президентских выборах «того кандидата, которого Б. Ельцин назовет своим преемником» – таково решение 60 %, лишь 6 % готовы поддержать преемника и 34 % затрудняются сделать выбор. Хуже может быть только поддержка Березовского – за такого человека проголосуют лишь 3 %, не проголосуют 75 %, остальным безразлично, кто кого поддерживает.

У Путина не только ореол преемника; многие считают, что на посту премьер-министра – он прежде всего представляет «интересы Б. Ельцина и его окружения» – так думают 25 %. 21 % полагают, что он представляет «интересы всего народа», и 10 % – «интересы военных». Ко всему прочему, для 2 % людей за Путиным видится тень Березовского и еще для 2 % – «олигархов». Но Путину это пока мало вредило. Напротив, все больше людей считают, что у него наилучшие из всех политиков шансы выиграть президентские выборы. Ему прочат победу 22 %, Примакову уже меньше – 18 %, лишь 10 % – Зюганову, 6 % – Лужкову, 3 % – Явлинскому.

В думской кампании затишье перед боем. Из-за долгой регистрации в избиркоме активной агитации партии не вели, и их избирательские рейтинги уже месяц стабильны – около 30 % сторонников у КПРФ, 25 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор, готовы проголосовать за блок «Отечество – Вся Россия» и 20 % – за «Яблоко». По 7 % сторонников у «Блока Жириновского» и «Единства». Замыкает первую шестерку «Союз правых сил» с 5 %-ным электоральным рейтингом. Когда начнутся активная пропаганда и агитация, то борьба развернется вокруг трети избирателей, еще не надумавших голосовать, или не выбравших партию по вкусу, или выбравших не наверняка и готовых передумать.

Чем бы ни пытались лидеры партий и блоков завлечь избирателей, вопросом № 1 в избирательной кампании оказалась чеченская война, и настроения избирателей – пока – за войну до победного конца. Большинство населения в соотношении 53 %:25 % выступает за то, чтобы российская армия «начала более активные действия в Чечне». Случись выборы завтра, и дополнительные голоса наберут наиболее воинственные партии и их лидеры.

В разгар кампании возникнет и «Белорусский вопрос» – обсуждение нового договора о создании союзного государства России и Беларуси. При этом две трети населения, еще не зная сути нынешнего договора, в принципе за объединение. И вообще 55 % против 26 % поддерживают высказывание, что «историческая миссия России – собирание народов в единый союз, который стал бы преемником Российской империи и СССР».

Однако ностальгия по имперскому величию соседствует в умах людей с идеями, которым порадовался бы Адам Смит и которые вполне укладываются в принципы «либерализма-лессеферизма»: 80 % людей считают, что «главное – каждому честно трудиться и много зарабатывать, тогда и страна у нас будет богатая и сильная».

«Новое время». № 43, 31 октября 1999 г.

Синдром потери кумиров

За валом внутренних российских проблем визит в Москву А. Лукашенко не привлек должного внимания. Его гневные филиппики в адрес Запада – обычно весьма популярная у россиян тема – не вызвали большого внимания публики. Почти 40 % не знали о визите или не видели выступлений Лукашенко. На остальных его речи тоже не произвели большого впечатления: у 38 % людей отношение к Лукашенко не изменилось «после его последнего визита и публичных выступлений». Но все же у 18 % отношение улучшилось и лишь у 6 % ухудшилось.

Этот визит не привлек дополнительного внимания и к тому, ради чего он был задуман – к обсуждению проекта договора о создании Союзного государства России и Беларуси. В результате пока всенародного обсуждения не получилось. 16 % россиян ничего не слышали о договоре или не могли ничего о нем сказать. Половина населения лишь слышала о существовании такого проекта, но не знала, что в нем содержится. Лишь немногим больше трети были в той или иной степени знакомы с проектом – 30 % сказали, что они «знают договор в общих чертах» и 5 % сообщили, что «читали текст договора». Явно мало для обсуждения и тем более референдума.

Тем не менее определенные представления относительно самой идеи объединения двух народов у населения есть. Прежде всего, практически с самого распада СССР, большинство населения России в принципе выступает за объединение белорусского и российского народов. По данным последнего опроса, 62 % одобряют идею «объединения России и Беларуси», 15 % не одобряют и 23 % затруднились высказать какое-либо мнение по этому поводу. Несмотря на слабое знание деталей нового договора, основные подходы к такому объединению у населения сложились. Практически поровну – по 27—28 % разделились сторонники двух разных подходов – те, кто поддерживает «полное объединение России и Беларуси в одно государство», и те, кто предпочитает объединение в форме «союза двух независимых государств». Следующая альтернатива, которую поддерживают 16 % людей, это объединение, при котором Беларусь становится республикой России, и еще один вариант – это превращение областей Беларуси в субъекты Российской Федерации, эту идею поддерживают 5 % жителей России. 21 % не смогли сделать выбор.

Следует отметить, что почти половина – 45 % – полагают, что от объединения в равной мере выиграют обе страны. Заметно больше людей считают, что в большей степени выиграют жители Беларуси, чем России – 22 % и 8 %. Лишь 9 % не видят пользы от объединения ни для одной страны и 16 % не смогли дать оценку. На традиционный вопрос – кого хотели бы видеть президентом нового союза, половина опрошенных не дали ответа. По 11 % назвали Лукашенко и Путина, 8 % – Примакова, 5 % – Зюганова, по 2 % – Лужкова и Явлинского и по 1 % – Жириновского и Ельцина.

Пока же до введения поста президента «Бело-России» еще далеко, и для Путина более привлекателен трон российского президента. Здесь его шансы уже два месяца видятся населением наивысшими, по сравнению с другими политиками. Его победу на выборах в 2000 году предсказывают 26 %, 18 % полагают, что победит Примаков, 12 % – Зюганов. Победу Лужкова и Явлинского предсказывают лишь 5 % и 3 %. Готовы проголосовать за первых трех, если бы выборы были завтра, 29 %, 20 % и 19 %.

Несмотря на столь впечатляющий взлет популярности Путина за последние два месяца, на его пути появились первые подводные камни. Несмотря на то что всех сейчас волнует ситуация в Чечне, все же в долгосрочном плане проблема, которая больше всего беспокоит людей последние годы, это экономика. Рост цен в три раза превышает все другие проблемы по степени важности для населения, а в целом экономические проблемы назвали самыми беспокоящими 52 % населения. «Слабость государственной власти» назвали главной заботой 11 %, преступность – 10 %. И, отвечая на вопрос, «кто из политических деятелей сможет успешнее всего решить эти важнейшие проблемы», 47 % не смогли назвать такого политика или ответили, что «никто не сможет». Путина назвали 19 %, Зюганова и Примакова – по 10 %. Это заметно ниже, чем «положительная оценка» деятельности правительства Путина в 61 % или готовность голосовать за него, высказанная 29 % населения. Очевидно, его популярность в значительной мере зиждется на репортажах о победах в Чечне.

Но и здесь не все так ясно. Известно, что джингоизм вещь неустойчивая, он должен постоянно подпитываться новыми победами или угрозами внешнего врага. А воинственные настроения по поводу нашей стратегии в Чечне основаны на непрочном фундаменте. Неверно думать, что население будет вечно мечтать, чтобы «наши танки вышли к Ла-Маншу», т. е. войска прошли всю Чечню до грузинской границы, при этом невзирая на потери – своих войск и мирного населения. Вероятно, если бы наши войска к 7 Ноября взяли Грозный, то первая реакция была бы восторженной, однако уже сейчас наряду с наступательными призывами слышны и более осторожные, трезвые голоса.

22 % населения по-прежнему занимают наступательную позицию – «войска должны штурмовать Грозный и остальную территорию Чечни». В то же время большинство – 42 % высказываются за «продолжение осады и постепенное уничтожение боевиков», а 15 % считают, что надо «начать переговоры с правительством Масхадова». 17 % не имели ясной позиции.

Вообще, фавориты думской и президентской кампаний не должны забывать, насколько непостоянна народная любовь к политикам. Вспомнить хотя бы результаты референдума 1993 года – 59 % высказали доверие президенту Б. Ельцину и значительно меньше – 39 % ответили, что не доверяют ему. Сегодня в ответе на вопрос, «кого из политических деятелей вы считаете наиболее коррумпированным, корыстным, нечестным», больше всего, 29 % респондентов, давших ответ, назвали Б. Ельцина; 25 % – Березовского, 11 % – Чубайса, 9 % – Лужкова, 7 % – Черномырдина, 5 % – Жириновского. Как сказано, «не сотвори себе кумира».

«Новое время». № 44, 7 ноября 1999 г.

Война до полного конца

Войска в Чечне подтягиваются для решающего штурма или для решающей осады, и чего у армии сейчас в достатке, так это народной поддержки ее действий в Чечне. По крайней мере, многие люди выражают ее в ответах на вопросы анкет социологических опросов. Насколько эта поддержка серьезна и долговечна, сказать трудно, известно лишь, что настроения народа уходят так же быстро, как и приходят.

В целом за последние два месяца общество разделилось на следующие условные группы по отношению к войне в Чечне. «Ястребы» – сторонники войны до победного конца, занятия войсками всей территории Чечни, – составляют примерно половину или даже больше всего населения. «Голуби» – выступающие за прекращение военных действий и переговоры – составляют четверть населения. И еще примерно четверть не имеют четкой позиции. Так что перераспределение между этими группами может быть значительным.

Во всяком случае, сегодня большинство в 60 % «разделяют мнение военных, что с чеченскими лидерами нельзя вступать в переговоры». 21 % такого мнения не разделяют и 19 % затрудняются дать оценку. «Ястребы» считают, что взятием Грозного ограничиваться нельзя и нужно идти дальше: 71 % полагают, что «чеченскую войну нельзя будет считать законченной, когда российские войска займут Грозный». Лишь 11 % придерживаются противоположной точки зрения.

Вообще, при военной постановке вопроса – «может ли Россия одержать победу в войне с Чечней», две трети – 65 % – отвечают положительно. Лишь 13 % в это не верят, остальные затрудняются с ответом. В то же время при переходе с абстрактно-исторической «победы русского оружия» к конкретным проблемам, ради которых затеяна война, такой уверенности уже нет. Лишь половина – 51 % считают, что «проблемы с Чечней могут быть решены военным путем», 27 % так не считают и 22 % не могут дать ответа. Такое же соотношение мнений при оценке издержек войны, ужесточения военных действий. 52 % населения придерживаются точки зрения, что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков». Противоположную точку зрения, что «жертвы и страдания мирного населения слишком велики и надо остановить войну», выражают 25 % участников опросов. Еще 23 % не смогли дать оценку.

Лишь 18 % высказали возражение против того, что делегация по обеспечению прав человека из ОБСЕ приехала в Ингушетию и Чечню. Одобрили согласие Путина на приезд такой делегации 51 %, остальные затруднились ответить. Основываясь на известных фактах из прошлой чеченской войны и послевоенного восстановления, 66 % полагают, что «под прикрытием войны происходит расхищение выделяемых на Чечню бюджетных денег». Не верят в это лишь 12 %, остальные не знают, что сказать.

Вера в Путина столь высока, что народ готов ждать полной победы еще несколько месяцев. По крайней мере, 47 % отвечают в опросах, что их отношение к Путину не изменится, если война затянется еще на несколько месяцев». 26 % ждать не хотят и предсказывают ухудшение своего отношения к Путину при таком развитии событий. 23 % не смогли дать оценку, а 4 %, очевидно, наиболее преданных сторонников Путина даже готовы улучшить свое отношение к нему при таком ходе дел.

Так что с этого фланга премьеру ждать опасности не приходится. Хуже обстоит дело на экономическом фронте.

Если экономическая ситуация в стране ухудшится, то, по мнению 45 % населения, и их отношение к Путину ухудшится. 30 % говорят, что их отношение в этом случае не изменится, остальные затруднились ответить.

Пока же этого не произошло, популярность Путина по-прежнему высока. Правда, надо сказать, что «положительная оценка деятельности правительства Путина» практически не растет с середины октября, но остановилась она на очень высокой отметке в 62 %. Лишь 10 % оценивают ее отрицательно и остальные не могут дать оценку. Также приостановился рост президентского рейтинга Путина, опять же на очень высокой отметке в 29 % – тех, кто собирается проголосовать за него, если бы выборы президента состоялись завтра. За ним следует Зюганов с 20 % и лишь 17 % – рейтинг Примакова.

Что несколько снизилось у Путина, так это уровень симпатии к нему населения. В конце октября 21 % называли его как политика, «который симпатичен им больше всех», а сейчас так говорят 19 %. Но и у Примакова этот показатель снизился с 15 % до 11 %. Видимо, осень это не пора для роста симпатий – «унылая пора». Трудно ждать симпатий от людей, у которых «тревожное, мрачное» настроение – так описали свои ощущения 27 % жителей страны. Правда, 24 % говорят, что у них настроение «спокойное и уверенное». Но опять же у 17 % оно «безразличное». Пожалуй, это ближе к унылому.

«Новое время». № 45, 14 ноября 1999 г.

Ищите женщину – в президенты

Найдена наконец разгадка, почему наши правители на всех уровнях неумелы и неэффективны, почему премьеров меняют как перчатки, почему вообще у народа нет доверия к власти – там мало женщин. Результаты последнего проса показали, что 24 % населения считают, что женщины-депутаты Государственной думы могут «более эффективно решать важные государственные вопросы», чем мужчины. 40 % полагают, что они так же эффективны, как мужчины, и лишь 21 % думают, что деятельность женщин-депутатов менее эффективна, чем мужчин.

При этом не следует думать, что так в основном считает женская часть населения. Наоборот, среди мужчин вера в женщин-законодателей гораздо выше, чем среди женщин. Так, 35 % мужчин полагают, что женщины-депутаты более эффективны, чем мужчины, и только 15 % женщин. А в целом больше чем две трети мужского населения России – 70 % – считают, что женщины в Думе могут, так же как представители сильного пола или даже лучше, решать наши проблемы. При этом наибольшее доверие к женщинам-депутатам у военных – среди них женоненавистников оказалось лишь 12 %.

Столь же демократично подошло население и к идее избрания женщины на пост президента. 34 % одобряют эту идею, 26 % считают, что «пол не должен играть роль при выборе президента», и 28 % отнеслись к этой идее отрицательно. 12 % еще для себя этот вопрос не решили. Надо сказать, что мужчины к такому повороту дел отнеслись с осторожностью: в Думу женщин – сколько угодно, но президентом – слишком круто. Поддержали эту идею 23 % мужчин и 43 % женщин; ответили, что пол не играет роли при выборе президента, по 26 %. Отнеслись отрицательно 39 % мужчин и 19 % женщин. Пока трудно себе даже представить, как женщина смогла бы участвовать в наших избирательных кампаниях с их брутальными нравами, публичным обсуждением личной жизни и часто необоснованными обвинениями во всех смертных грехах. И это при том, что зрителям-избирателям это публичное взаимное обливание грязью нравится. Например, 38 % сообщили в опросе, что им нравятся воскресные передачи С. Доренко на ОРТ, 25 % они не нравятся. Остальные либо не смотрят их, либо не имели определенного мнения. И измерения телеаудитории говорят о том же – с начала обличительных передач Доренко в октябре аудитория ОРТ – процент зрителей, предпочитавших его другим каналам, выросла с 36 % до 42 %, и по размеру аудитории канал еще более оторвался от конкурентов.

Нельзя сказать, чтобы жесткая критика в этой передаче в адрес Примакова и Лужкова сильно им повредила – особого снижения их рейтингов за этот период не произошло. Все политики – в том числе Примаков и Лужков – стали терять электоральную поддержку раньше, когда на политический небосклон взошла звезда В. Путина, а именно в середине сентября, когда начались военные успехи в Дагестане. Путин отобрал свои 38 % вероятных избирателей довольно равномерно у всех политиков – естественно, лидеры и потеряли больше.

Каждый день – небольшие успехи в Чечне, каждый день – на экране уверенное лицо премьера плюс периодические обещания ликвидировать задержку зарплаты и поднять пенсии – сейчас это оказалось формулой сверхподдержки В. Путина. Положительная оценка «деятельности правительства Путина» уже «зашкаливает» – она достигла 70 %. Критиков, негативно оценивающих деятельность правительства, почти не осталось – их 7 %. Еще 23 % не могут дать оценку. Такие резкие подъемы и спады были характерны для рейтингов потенциальных кандидатов в президенты все последние месяцы. Этого нельзя сказать о думской кампании.

С момента создания блока «Отечество – Вся Россия» соотношение сил между партиями ведущей пятерки оставалось достаточно стабильным. Около 30 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор партии, были готовы проголосовать за КПРФ, 25 % – сторонники ОВР и 16–17 % поддерживали «Яблоко». Сильно отстают «Единство» – около 8 %, «Союз правых сил» – 5 % и «Блок Жириновского» – 6 %. Некоторая перестройка рядов произошла в момент опубликования неделю назад списка Центризбиркома с официально зарегистрированными для участия в выборах объединениями и блоками. Когда в опросах используется этот список, избирателям легче сделать свой выбор и назвать партии, о которых они не могли раньше вспомнить. В результате несколько снизилась поддержка известных партий из ведущей пятерки. КПРФ: 31 %– 26 %; ОВР: 24 %—19 %; «Яблоко»: 17 %—14 %; «Единство»: 8 %—7 %; «Блок Жириновского»: 6 %—5 %. Поддержка же малоизвестных партий выросла с 3 % до 12 %. В частности, поддержка «Женщин России», о которых избиратель уже подзабыл, поднялась с 1 % до 4 % поддержки. Тут и до проходных 5 % недалеко.

«Новое время». № 46, 21 ноября 1999 г.

Главная загадка кампании

За три недели, оставшиеся до думских выборов, избиратель все еще не очень уверен, за кого голосовать. Хотя число людей, собирающихся принять участие в выборах, за последние недели несколько выросло и перевалило за 70 %, все же 20 % участвовать в голосовании не собираются, а остальные еще не решили. Больше того, из тех, кто собирается голосовать, 25 % еще не выбрали – за какую партию они отдадут свой голос. Такие люди обычно определяются с выбором в последнюю неделю, в последние дни или на самом участке. Эти люди – главная загадка избирательной кампании и они же основная мишень партийной пропаганды последних дней гонки, объект телевизионного зомбирования.

Но и это еще не все из предвыборных кошмаров стратегов партий и блоков. Одна треть, из называющих сейчас партию, за которую будут голосовать, признаются, что их выбор еще не окончательный и они могут передумать. То есть по стране бродят стада «ничьих» избирателей, которые могут в последнюю минуту прибиться к любому партийному корралю.

К примеру, появление списка партий, допущенных Центризбиркомом к выборам, сразу привело к уходу 16 % вероятных избирателей от крупных, известных партий к малоизвестным, и этот процесс продолжается. В результате, за три недели до финиша цепочка бегунов значительно растянулась и выглядит следующим образом. Впереди тройка лидеров, которая вряд ли изменится до выборов: КПРФ с 19,2 % сторонников среди «электорально активного населения», т. е. тех, кто собирается или допускает возможность участия в выборах, «Отечество – Вся Россия» с 12,8 % и «Яблоко» – с 10,8 %.

Следующая тройка, заметно отстающая от первой, это партии, имеющие шансы преодолеть 5 %-ный барьер: «Единство» с 5,8 %, «Союз правых сил» с 5,7 % и «Блок Жириновского» с 4,2 % сторонников. За ними еще две партии, которые при благоприятных обстоятельствах могут набрать 5 %, это «Женщины России» с 3 % поддержки и «Наш дом – Россия» с 2,9 % голосов.

Остальные 20 партий и блоков пока набирают менее 1 % каждая, но в сумме отбирают у тяжеловесов 11 % потенциальных сторонников, и эта величина, вероятно, будет с развитием кампании еще расти. И, наконец, как уже говорилось, самая большая «партия» – неопределившихся, мощностью в 25 %, которые могут смешать все карты. Если же они распределятся равномерно между претендентами, то ведущая шестерка примет следующий вид: КПРФ – 25,5 %, ОВР – 17 %, «Яблоко» – 14,4 %, «Единство» – 7,7 %, СПС – 7,6 %, БЖ – 5,6 %. Остальные, случись выборы завтра, роковой барьер не берут.

Нетвердость поддержки партий избирателями и их колебания объясняются в большой мере самой их логикой выбора партий. Лишь немного больше трети – 38 % сторонников партий – говорят, что они выбрали свою партию, потому что их «привлекают ее цели, программа, подход к решению проблем». 26 % считают, что эта партия больше, чем другая, сможет «сменить власть», т. е. это в чистом виде «протестный электорат». Наконец, 23 % выбирают партию, потому что им нравится ее лидер. Остальные назвали другие мотивы или не смогли дать ответа. При этом, если в оставшееся время «идейные» соображения сторонников партий вряд ли сильно изменятся, то привлечь новых сторонников критикой «режима» или увеличенной харизмой еще вполне возможно.

Правда, с «критикой режима» у партийных лидеров сейчас возникли неожиданные сложности. Это надо каким-то образом делать, не затрагивая народного любимца В. Путина. Невиданная популярность премьера продолжает расти – положительная оценка деятельности его правительства составляет 73 %, его президентский электоральный рейтинг – 46 % – почти втрое больше, чем у Зюганова и Примакова. И это при том, что треть народа говорит, что за последние два месяца их материальное положение ухудшилось, половина – что не изменилось, и лишь 14 % отмечают его улучшение. Весь последний год люди утверждали в опросах, что не будут голосовать за преемника Ельцина. Однако Ельцин назвал преемником Путина, а подавляющее большинство говорят, что им все равно, на их отношение к Путину это не повлияло.

Вообще тлеющая в народе тяга к «сильной руке» сейчас проявилась в полной мере. 41 % населения считают, что «нашему народу всегда нужна «сильная рука»; 27 % полагают, что «бывают ситуации, например сейчас, когда нужно сосредоточить всю власть в одних руках», и лишь 19 % считают, что этого делать нельзя. 13 % в этом не разбираются. Немудрено при этом, что большинство смотрит скептически на важность своего участия в думских выборах. Отвечая на вопрос, «в какой мере участие в выборах влияет на принятие важных решений в жизни страны», 36 % ответили, что «совсем не влияет», 29 % считают, что «влияет незначительно», лишь 26 % полагают, что их участие в выборах оказывает какое-то влияние на принятие важных решений.

«Новое время». № 47, 28 ноября 1999 г.

С новой думой в новый век

Кто мог предположить, что так тихо и незаметно подойдут новый век и третье тысячелетие. Раньше каждое десятилетие Советской власти праздновали по году, а уж про 100-летие Ленина и говорить не приходится – долгое всемирное ликование. По крайней мере, улицы ремонтировали и дома красили. А сейчас ощущения праздника нет никакого, видимо, всю энергию отобрали думские выборы. Немудрено, что, отвечая на вопрос, «будет ли для вас встреча 2000 года чем-то особенным», 48 % отвечают «нет», лишь 39 % отвечают, что будет особенным, и 13 % еще не поняли, что это такое приближается.

Лишь в городах с миллионным населением ждут чего-то особенного от встречи нового миллениума, и среди молодежи и студентов 60 % ждут чего-то нового от прихода нового века. Более оптимистично настроены мужчины, чем женщины, сторонники «Союза правых сил» и Жириновского, чем КПРФ. Вообще, чем выше жизненный уровень, тем радужнее ожидания от встречи нового тысячелетия.

Большинству радоваться действительно нечему. В новый век вступает страна, население которой за четыре года истекающего парламентского срока стало жить хуже – об этом заявляют 56 % народа; о том, что стали жить лучше, сообщают 16 %; говорят, что их жизнь не изменилась, еще 23 % и 5 % не смогли оценить. Надо сказать, что и самые последние месяцы перед выборами и сменой столетий не принесли улучшения положения большинству жителей страны: 29 % сообщают об ухудшении своего материального положения за последние два месяца, 14 % – об улучшении, у 53 % оно не изменилось, остальные затруднились что-нибудь сказать по этому поводу.

Такая неутешительная оценка последних четырех лет не вызывает у населения энтузиазма по поводу успехов новой Думы: 40 % полагают, что «новый состав Думы мало что сможет изменить в жизни России», лишь 29 % думают, что изменения возможны, а остальные сомневаются.

Тем не менее состязание за места в Думе обостряется. Коммунисты в последние недели несколько потеряли в поддержке. Основная тенденция была в росте числа сторонников малоизвестных партий, заявивших о себе после утверждения ЦИК официального списка для голосования. Они отобрали поддержку у более известных блоков. Другая черта последних двух недель – это рост поддержки «Единства», «Союза правых сил», «Блока Жириновского» и «Женщин России» и снижение поддержки КПРФ и блока «Отечество – Вся Россия». Поддержка Путиным движения «Единство» Шойгу увеличила его рейтинг в последнюю неделю ноября с 7 % до 14 %. А поддержка КПРФ снизилась до 22 % и ОВР – до 16 %. «Яблоко» удерживает свои 14 %.

Речь идет о проценте тех людей, которые, скорее всего, пойдут голосовать и уже выбрали свою партию.

Значительные подвижки еще вполне возможны в оставшиеся десять дней до выборов – 25 % потенциальных избирателей еще не определились с выбором партии или блока и сделают это в последние дни перед выборами. И на их выбор еще много что может повлиять.

Например, прямая или косвенная поддержка премьера, чья популярность – «положительная оценка деятельности правительства Путина» – достигла новых высот в 74 %. Или новый рост популярности Примакова, которого по-прежнему чаще, чем других политиков, называют «отцом нации».

Ход чеченской войны может сказаться на настроениях избирателей и их отношении к разным партиям. Сейчас 73 % населения считают, что война приняла «затяжной характер». Что будет, если они посчитают, что она носит также «кровопролитный характер», кто будет нести ответственность?

Подписание договора о новом союзе России с Белоруссией может повлиять на настроения. Одобрение объединения России и Беларуси выросло за последнее время и достигло 68 %. Не одобряют объединение лишь 15 %. Одним партиям на этом поле играть легче, другим сложнее.

По-прежнему важным вопросом, разделяющим население и партии на «левых» и «правых», будет вопрос – куда идти стране. Достаточно стабильно последний год 25 % народа хочет вернуться в социализм. Это «левые». 13 %, по последним данным, выступают за продолжение нынешнего курса реформ – это скорее «правые». И 46 % «центристов» хотят проведения реформ с социальной защитой населения. При другой постановке вопроса, те же 25 % предпочитают «плановый социализм», 9 % хотели бы иметь такой «социализм, как в Китае, с элементами рынка»; 22 % предпочитают «капитализм с социальной защитой» и 19 % – «капитализм, как в Европе». Меньше всего – 8 % – хотели бы «капитализм, как в США». И 17 % на этот счет мнения не имеют.

Когда же понять уже невозможно, какая партия за что выступает – коммунизм или капитализм, – народ смотрит на результаты опросов общественного мнения – а как собираются голосовать другие. Опросами интересуются 76 % людей. Но лишь 17 % признают, что это влияет на их выбор.

«Новое время». № 48, 5 декабря 1999 г.

Организация, похожая на Думу

Поскольку в последние дни, оставшиеся до выборов, прямая или косвенная агитация за партии и блоки запрещена, нам придется в эти дни пользоваться исключительно эзоповым языком. Итак, на выборы организации, похожей на Думу, собирается прийти три четверти населения. Это обещают, а на самом деле придет, наверное, меньше народу, хотя, видимо, не меньше, чем в 1995 году, когда в выборах участвовали 63 % избирателей. Но, что удивительно, число людей, сделавших свой выбор, за какую партию голосовать, не растет – с удивительным постоянством уже месяц 22 % вероятных избирателей говорят, что они еще не определились, за кого будут голосовать.

Что еще хуже, так это то, что три последних месяца 30 % из тех, кто определился с выбором, говорят, что их выбор партии не окончательный и они еще могут поменять привязанность. Когда же они все-таки определятся, то могут спутать все карты политических предсказателей. Так что у партийных вождей есть еще шанс быстро набрать очки, но для этого должно произойти что-то действительно сильное, например, если кто-нибудь из них «коня на скаку остановит» или «в горящую избу войдет».

Нужно отметить, что при упорстве «неопределившихся» изменения рейтингов за последний месяц происходили в основном за счет перетекания избирателей от одной партии к другой. Сначала, в середине ноября, при появлении официального списка допущенных партий, малоизвестные партии отобрали часть сторонников у более крупных и известных. Суммарно они похудели на 10 %. За последние недели часть беглецов вернулась назад, снова покинув малочисленные партии. Скорее всего, эта тенденция продолжится до самых выборов – избиратели традиционно избегают голосовать за явно проигрывающие партии. В результате, если «неопределившиеся» распределятся в конце концов между крупными партиями и блоками, 5 %-ный барьер переходят 7 партий.

По-прежнему основных мотивов выбора той или иной партии три: около 40 % привлекают цели, программа, подход к решению проблем выбранной партии, по 25 % назвали лидеров партии как основной мотив ее выбора и желание «сменить власть». Эти мотивы были стабильны на протяжении всей кампании.

При выборе партии, за которую они собираются голосовать, – и это прежде всего относится к избирателям, решающим в последний момент, – немаловажную роль играет «антирейтинг», т. е. представления людей, за какую партию они не станут голосовать ни при каких обстоятельствах. Такую «антипартию» смогли назвать 65 % потенциальных избирателей, но больше половины из них выразили свое неприятие лишь двум партиям. Иными словами, как политические симпатии, так и политические антипатии у людей весьма слабые, что делает для них таким сложным выбор – за кого голосовать.

Такой выбор кажется сейчас более простым в отношении избрания президента – хотя до него еще полгода. Готовность принять участие в президентских выборах даже выше, чем в думских, – 83 % и 74 %. Лишь 12 % говорят, что они не собираются участвовать в выборах президента. И 48 % из вероятных избирателей собираются голосовать за В. Путина – случись выборы в следующее воскресенье. Единственное успокоение его конкурентам может принести тот факт, что рост поддержки Путина приостановился.

Вообще нынешняя избирательная осень прошла весьма интересно для избирателей-зрителей. Телевизионных политических шоу было предостаточно. Новой чертой кампании стали телевизионные дебаты руководителей ведущих партий. Каждую передачу с дебатами смотрели от 40 % до 50 % населения – больше, чем сериалы или футбол. Хотя люди и говорят, что ни пресса, ни опросы для них не указ, власть «ящика» над умами трудно переоценить.

Но этот политический сериал уже затянулся. Люди ждут его окончания, чтобы перейти к следующему празднику. За политическими и военными драмами уходящего года переход в новый век проходит почти незаметно. 39 % говорят, что встреча нового столетия будет событием особенным, а 48 % ничего особенного в этом не видят. В любом случае 71 %, скорее всего, встретят Новый год дома, 20 % – в гостях и около 10 % – в разных других местах.

Почти 80 % встретят Новый год под елкой, которую они обычно наряжают по этому поводу. И можно не сомневаться, что три четверти жителей страны, сидящих у новогодней елки, будут смотреть телевизор. У 40 % бывших избирателей это будет канал ОРТ, у 25 % – НТВ, 13 % – РТР и 4 % – ТВ-6. Хотя, конечно, многие будут перескакивать с канала на канал, как они это делали во время избирательной кампании, впиваясь взором то в спор «Спартака» и «Лидса», то в теледебаты наших политиков.

«Новое время». № 49, 12 декабря 1999 г.

Прощайте, рейтинги

Неопределившиеся определились, сомневавшиеся как-то сделали свой выбор, народ проголосовал. Многие долго не могли определиться – идти на выборы или нет и за кого голосовать. Так, за неделю до выборов собирались прийти голосовать 79 %, еще 7 % затруднялись сказать, придут на выборы или нет, и 14 % не собирались участвовать в выборах. В действительности пришли на участки 61 %. Подвели, конечно, но, по мировым нормам, это большая явка, и она немногим меньше, чем 63 % на выборах в 1995 году.

За неделю до выборов все еще не знали, за какую партию будут голосовать, 25 % избирателей. И вот они все же решились. В результате, за КПРФ проголосовали 25 %, хотя собирались отдать ей свой голос 21 % людей, намеревавшихся прийти на выборы. Собирались поддержать на выборах блок «Единство» 15 %, а в действительности проголосовали за них 24 %. Обещали проголосовать за блок «Отечество – Вся Россия» 12 %, и в реальности проголосовали за нее 12 %. За «Яблоко» собирались отдать голоса – за неделю до выборов – 9 % потенциальных избирателей, а в реальности их оказалось 6 %. «Союзу правых сил» обещали отдать голоса 7 %, а отдали 9 %. Наконец, «Блоку Жириновского» намеревались отдать голоса 4 % определившихся избирателей, а отдали 6 %. «Женщины России» в разные моменты избирательной кампании набирали до 5 % голосов, однако на выборах за них проголосовали 2 %. Былая «партия власти» – НДР как набирала в предвыборных опросах немногим более 1 %, так и набрала столько же. Основные сюрпризы преподнесли как раз те 25 % избирателей, которые до самых выборов не знали, за кого будут голосовать и большинство из которых, очарованные перелетающим над страной Шойгу, отдали свои голоса «Единству». Самолет оказался сильнее телевизора: в теледебатах лидеры «Единства» не участвовали.

За партии, не набравшие заветные 5 %, в сумме проголосовали 17 % избирателей, добавив в результате свои голоса к тем, кто прошел. На прошлых выборах такие непрошедшие партии «оттянули» почти половину всех голосов. То есть сейчас число «жертвователей» в пользу победителей сократилось втрое.

Надо сказать, что иллюзий по поводу важности своего голосования в пользу той или иной партии или депутата население не имеет. Большинство – 62 % – считает, что выборы – больше ритуал и их участие в выборах на «принятие важных решений в жизни страны» влияет очень мало. Кроме того, лишь 12 % оценивают деятельность завершившей свой срок Госдумы положительно, а 61 % оценивают ее отрицательно. Вряд ли они ожидают большого прогресса и в будущем.

И к объективности самого процесса выборов население относилось накануне голосования весьма скептически: лишь 26 % полагали, что результаты голосования будут подсчитаны правильно, а 45 % считали, что результаты будут искажены, подтасованы. Но, несмотря на эти сомнения, народ отвергал идею переноса выборов – 75 % отрицательно относились к возможному переносу выборов на более поздний срок по тем или иным причинам.

Главными событиями в канун выборов стали подписание договора с Белоруссией и поездка Б. Ельцина в Китай.

Подписание союзного договора с Белоруссией одобрили 72 % населения, отрицательно отнеслись к этому только 11 %, затруднились дать оценку 17 %. Не меньшим подарком половине населения стало заявление Б. Ельцина в Пекине, что Клинтон забыл про российский ядерный арсенал и что «мы будем диктовать миру, как жить, а не один Клинтон». Одобрили такую позицию 49 %, не одобрили 27 %, остальные не знали, как это оценить.

Большинство населения положительно относится не только к воинственным речам, но и к действиям: 48 % положительно отнеслись к возможности «нанесения массированных бомбовых ударов по Грозному после окончания срока ультиматума» – «мочить, так мочить»; 30 % отнеслись к этому отрицательно и 22 % затруднились дать оценку. В сентябре поддерживали бомбовые удары по Чечне 49 %, а возражали несколько больше людей – 36 %. В большей степени за бомбежку – электораты Жириновского и блока «Единство», в меньшей – избиратели блока «Отечество – Вся Россия», «Союза правых сил» и «Яблока». Вообще же чеченская война еще не стала проблемой № 1 для большинства людей. В качестве проблемы, «беспокоящей больше всего», ее назвали 12 % населения – столько же, сколько назвали в качестве главной проблемы «рост преступности», «угрозу безработицы», «слабость государственной власти». На первом месте по-прежнему «рост цен» – его назвали главной проблемой 22 % населения.

«Новое время». № 50, 19 декабря 1999 г.

Конец века переносится

По мнению большинства населения, истекающий год не годится как образцовый, итоговый год XX века в силу чрезмерного количества потрясений, конфликтов и войн и финальным теперь надо считать год следующий. Соответственно, половина народа встречу Нового года будет считать делом обычным – никакого миллениума.

А начиналось все в начале года вполне спокойно. В январе стало ясно, что экономического обвала не будет, благодаря осторожным маневрам правительства Е. Примакова, чья положительная оценка населением в феврале перевалила 50 %-ный уровень. Вообще все говорило о том, что это будет год Лужкова и Примакова: «Отечество» после регистрации вышло на третье место в рейтинге партий с 15 % поддержки, Лужков занял прочное второе место как кандидат в президенты – после Зюганова, а Примаков стал в глазах населения символом стабильности, олицетворением «отца нации».

В уходящем году после всех перетрясок десятилетия в народе выкристаллизовалась тяга к новому лидеру. Обжегшись на консерваторах и реформаторах, коммунистах и демократах, народ хочет простого: лидера честного, но сильного, уверенного в себе и привлекательного. А за этим стоит еще и ностальгия по «сильной руке»: 41 % населения уверены, что «нашему народу всегда нужна «сильная рука», и 27 % полагают, что «бывают ситуации, например, сейчас, когда нужно сосредоточить всю власть в одних руках».

Несмотря на все отличия, последние премьеры в целом отвечали этим требованиям, и поэтому каждому был гарантирован быстрый подъем популярности. Рейтинг Примакова как премьера вырос с января по май с 45 % до 65 %. Рейтинг Степашина за его недолгое премьерство поднялся с 19 % до 42 %. Поддержка Путина вообще воспарила с 10 % в августе до 72 % к моменту выборов в Думу. Правда, мировые лидеры хорошо знают эффект маятника.

Два события года сомкнулись воедино в массовом сознании – война на Балканах и война в Чечне. Одна стала последним ударом по «национальной гордости великороссов», другая – реваншем за ущемленное национальное самолюбие последнего десятилетия. Три четверти сочли действия НАТО в Югославии угрозой национальной безопасности России, половина выступала за поставки российской военной техники Югославии и треть – за помощь войсками. Когда война закончилась, 50 % считали, что в ней не победил никто, 22 % полагали, что победа – за НАТО. Россию победителем считали лишь 6 %. Но главное, в народе остался осадок, что наше мнение игнорировали в очередной раз, несмотря на разворот Примакова над Атлантикой и челночную дипломатию Черномырдина.

Зато в Чечне мы отыгрались: если НАТО может бомбить «нашу» Югославию, то мы тем более можем бомбить «свою» Чечню. За бомбардировки выступили 55 % населения, против – 30 %. Две трети считали, что российская армия должна занять всю территорию Чечни, а не только Грозный или север, и уничтожить боевиков и сепаратистов. В соотношении 5:3 народ считает, что «проблемы с Чечней могут быть решены военным путем» и что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков». В общем, «чеченский синдром» в противовес их «вьетнамскому». Кроме того, победы над боевиками в Дагестане и Чечне – основа популярности Путина.

Событием года стала в глазах народа и майская попытка импичмента президента Ельцина в Думе. Если результаты голосования в Думе по основным пунктам обвинения – событиям октября 1993 года и по чеченской войне дали 58 % и 63 % осуждающих голосов, то и население поддержало импичмент по обеим этим статьям в соотношении 60 % «за» и 21 % «против». Это отношение к президенту отразилось и в стабильно негативной оценке его деятельности 82–85 % населения.

Весь год проходил под аккомпанемент скандалов в верхних эшелонах власти. Генпрокурора «снимают» в частном борделе, и президент его тоже снимает. Народ против – во-первых, не за что, во-вторых, жалко тех, кого бьют. Против отставки генпрокурора 60 %. Обороняясь, прокурор раскручивает скандал вокруг коррупции семьи президента и приближенных – 77 % населения верят в наличие их миллионных счетов в западных банках. И тут выясняется, кто в глазах народа главные антигерои. «Наиболее коррумпированным, корыстным, нечестным» 29 % назвали Ельцина; 25 % – Березовского; 11 % – Чубайса; 9 % – Лужкова; 7 % – Черномырдина; 5 % – Жириновского.

А кто же герои уходящего века? На первом месте Брежнев – он вызывает наибольшие симпатии у 13 % населения, у Андропова и Сталина по 9 % сторонников, Ленину и Хрущеву симпатизируют по 5 %, Горбачеву и Примакову – по 2 %. Так что тем, кто недоволен результатами думских выборов, надо понять – могло быть и хуже. Народ хоть и вспоминает с тоской Ленина и Сталина, но жить собирается с Примаковым и Путиным, о чем говорят их высокие рейтинги уходящего года.

«Новое время». № 51, 26 декабря 1999 г.

Уходящий год

После всех предвыборных переживаний наступила пора бесконечных праздников – Рождество чередуется с Новым годом по одному календарному стилю, затем по другому. И наш народ приемлет как юлианский, так и григорианский подход к летоисчислению – был бы праздник. Старый Новый год собираются отмечать 70 % населения. Для большинства эти праздники ассоциируются прежде всего с запахом елки, хотя для многих Новый год – это прежде всего мандарины.

Новогодний дух сказывается и на общем настроении людей. Впервые за год число людей, которые описывают свое настроение как «спокойное, уверенное» – таких 29 %, — превысило число тех, кто называл свое настроение «тревожным, мрачным», – их 26 %. Заметное улучшение настроения произошло за две предпраздничные недели, но постепенный рост спокойствия и уверенности людей шел последние полгода, особенно в сравнении с народными настроениями прошлой осени, когда о «спокойствии, уверенности» говорили 25 %, а «тревожное, мрачное» настроение отмечали 35 %.

Подытоживая уходящий год, большинство людей – 45 % – характеризуют его как «нормальный, средний», 10 % называют его «успешным», а 4 % – даже «счастливым». Для 28 % он был «неважным», а для 7 % – «несчастливым». Выше всего его оценивают москвичи, сторонники Лужкова и «Союза правых сил», хуже всех – сторонники Зюганова и КПРФ.

Достаточно высокую оценку прошедшему году люди дают, очевидно, сравнивая его с обвальным 1998-м. Поэтому при более конкретной оценке своего собственного материального положения их характеристики менее оптимистические. 41 % населения отмечают ухудшение материального положения своей семьи за прошедший год. Столько же говорят, что оно осталось прежним и лишь у 12 % улучшилось. При этом об ухудшении положения больше говорят как раз люди с низким доходом – у 52 % из них положение еще более ухудшилось, у 36 % осталось прежним и лишь у 7 % – улучшилось. То есть по-прежнему бедные становятся беднее, богатые – богаче.

Сравнивая нынешнее положение с тем, каким оно было 4 года назад, большинство в 56 % отмечает, что они стали жить хуже, лишь 15 % – что лучше, и 23 % – что так же. В значительной мере эти представления об ухудшении своего материального положения за срок деятельности Думы приводят и к низкой оценке работы парламента: 61 % оценивают ее отрицательно, лишь 12 % – положительно и 27 % затруднились ответить.

Большинство при этом не верит, что вообще можно избрать новый, «хороший» парламент вместо «плохого» – 62 % не верят, что участие в выборах «влияет на принятие важных решений в жизни страны», лишь 30 % полагают, что такое влияние есть. Скорее люди готовы приветствовать приход «сильной руки» – 72 % считают, что «народу нужен сильный и властный руководитель, «сильная рука». Против этого только 17 %, остальные не знают, что лучше.

Тем не менее 62 % все же проголосовали. С большим трудом, но определились с выбором партии. При этом 15 % не могли на ком-либо остановиться до самых последних дней, а 6 % решали, за кого голосовать, прямо на участке. Из тех четырех десятых избирателей, кто не пошел на выборы, лишь 29 % не голосовали по объективным причинам – занятость, болезнь, отъезд и т. п., а 60 % сделали это осознанно – не веря политикам и партиям, не видя достойных кандидатов, считая, что Дума ничего не решает, или не веря в честность выборов.

О твердости выбора своей партии или блока говорить не приходится – почти половина избирателей в течение года меняли свою партийную ориентацию. При этом в половине случаев члены одной семьи голосовали по-разному – молодежь чаще голосовала иначе, чем поколение родителей.

Тем не менее семья, друзья и знакомые были основным источником пищи для размышлений и форумом, где рождались партийные привязанности, – 69 % сообщили, что обсуждали выборные дела в кругу родных и знакомых. Главным источником сведений о партиях и депутатах были центральное телевидение и радио – их назвали 74 % населения. При этом 72 % часто или регулярно смотрели во время кампании политические новости. 19 % смотрели программу С. Доренко, 20 % – «Итоги» Е. Киселева и 33 % – «Время».

Около 70 % отметили, что средства массовой информации «привлекли внимание» к выборам или «прояснили предвыборную ситуацию», а 18 % признались, что под воздействием прессы их взгляды поменялись. В то же время 25 % считают, что СМИ «только запутывали, мешали принять решение». В целом же народный вердикт в адрес органов прессы на выборах достаточно суровый. 32 % считают, что центральное телевидение «чаще искаженно» показывало кандидатов и партии перед выборами, а 13 % – «почти всегда предвзято, искаженно». Лишь 20 % полагают, что показ был «чаще правдивый, чем нет» и 8 % – «почти всегда правдивый», 27 % затруднились дать оценку.

«Новое время». № 52, 30 декабря 1999 г.

2000 год

Новогодний подарок Ельцина

Длинные новогодние праздники растянули во времени восприятие народом новогоднего поздравления Ельцина, ставшего последним обращением президента к населению страны с объявлением о его уходе. Постепенно народ все же осознал, что президента Ельцина больше нет, а есть другой человек, исполняющий его обязанности. Реакция населения смешанная: 59 % считают, что Ельцину «давно надо было уйти, не дожидаясь 31 декабря», 32 % одобряют «досрочный уход Ельцина со своего поста» и 4 % по тем или иным причинам не одобряют «досрочный уход Ельцина» – надо было доработать до конца положенного срока, «взялся за гуж…» и т. д.

Понятно, что слухи об этом ходили уже давно, но, как всегда, все, что связано с Ельциным, случается внезапно. Поэтому многие только сейчас осознают, что случилась не просто смена президентов, а смена целой эпохи. На этот счет мнения народа разделились: 30 % полагают, что уход Ельцина с поста президента «означает конец эпохи», в то время как скептическое большинство в 45 % считает, что все «останется, как и было», и 25 % затруднились дать оценку степени эпохальности случившегося.

Народ, на радостях, дал деятельности Ельцина более высокую оценку, чем давал в течение года. Вместо средней за прошлый год положительной оценки «деятельности Б. Ельцина на посту президента» в 4 % после его добровольной отставки этот уровень вырос до 10 % при снижении негативной оценки этой деятельности с 86 % до 73 %. Правда, население по-прежнему не готово вверить Ельцину какой-нибудь другой пост, например, главы союза России с Беларусью. 73 % против такого поворота событий, лишь 11 % одобрили бы такой вариант.

Главный бенефициант этого эпохального решения, конечно, Путин – его рейтинг как потенциального кандидата в президенты подскочил после судьбоносного решения Ельцина на десять пунктов – с 52 % до 62 %. Это событие также остановило небольшое снижение одобрения деятельности правительства Путина, наблюдавшееся с конца ноября. В тот момент наступило некоторое насыщение народной популярности премьера: достигнув уровня в 74 %, одобрение пошло вниз, достигнув в момент выборов в Думу уровня в 66 %. После передачи власти от Ельцина Путину одобрение выровнялось, однако сейчас снова спустилось к 64 % – народ устает от непрерывного восхищения.

Тем не менее Путин сейчас безусловный лидер в начавшейся президентской гонке. На втором месте, опережая Примакова, идет Зюганов с 16 % вероятных избирателей, готовых сейчас за него проголосовать. У Примакова лишь 9 % сторонников – и это по сравнению с 25 % в сентябре. Во всем мире говорят «sic transit…», а в России мирская слава вообще может растаять за несколько дней. Опять же сказано – «не сотвори себе кумира», но не слушают.

Восхищение Путиным, кажется, не имеет границ. Ему доверяют в три раза больше людей, чем Зюганову, и в четыре раза больше, чем Примакову. Наибольшее доверие – среди рабочих и руководителей всех уровней. Больше всего доверяют Путину сторонники «Единства» и «Союза правых сил», но и среди «яблочников» доверие Путину лишь в два раза ниже, чем доверие Явлинскому. Путина вообще нет в списке политиков, которым народ не доверяет. Лидирует в нем Жириновский с 19 %, затем идут Зюганов с 13 % и Ельцин с 6 %; по 4 % набрали Чубайс, Лужков и Примаков. Только незначительные 11 % полагают с той или иной степенью уверенности, что Путин «не соответствует должности президента». При этом лишь 14 % людей полагают, что к мартовским выборам доверие Путину может снизиться.

Народу хочется чуда, и он его ждет от нового президента. 54 % думают, что «новый президент России сможет изменить к лучшему экономическую ситуацию в стране, лишь 16 % так не думают, остальные боятся в это верить. Вообще, приход Путина на политическую сцену привел к тому, что впервые за год число «оптимистов» превысило число «пессимистов»: количество людей, считающих, что «нынешнее молодое поколение будет жить лучше их родителей», выросло с 30 % в среднем за год до 35 % в начале января, а тех, кто считает, что молодежь будет жить хуже, вместо 35 % стало 25 %.

Осталось добиться полного успеха в Чечне. Здесь, однако, дела идут не так хорошо, как обещали Путин и его генералы. Война затягивается. Хотя большинство населения – 61 % – по-прежнему в целом положительно «оценивает действия российской армии в Чечне», многие не согласны с оценкой Ельцина, что «действия военных в Чечне безупречны». Не согласились с такой оценкой 47 %, согласились 25 % и 28 % не смогли дать оценку.

В общем, население приготовилось к затяжной войне. Две трети полагают, что войну нельзя будет считать законченной, даже когда российские войска займут Грозный, лишь 14 % придерживаются такой точки зрения. И в целом население все больше убеждается, что «проблемы с Чечней военным путем решены быть не могут».

В ноябре 51 % верили в военное решение чеченской проблемы и 27 % не верили, а сейчас соотношение стало 36 % верящих и 42 % не верящих в военное решение проблемы с Чечней.

Однако репутации Путина затягивание войны пока мало вредило. Лишь четверть населения отмечает в опросах, что их отношение к Путину может ухудшиться, если «война затянется на несколько месяцев», половина считает, что отношение не изменится. Пока действительно не изменилось: война идет, популярность растет.

«Новое время». № 1–2, 9 января 2000 г.

Неполное соответствие

Похоже, что до народа постепенно доходит, что война в Чечне идет всерьез и скоро не кончится. После всей неразберихи с военными отчетами о повторных освобождениях и зачистках уже взятых чеченских сел, 68 % населения поняли, что, хотя почти всю территорию Чечни войска заняли, боевики в начале января перешли в нескольких местах в контрнаступление и снова отбили «зачищенные» селения. Лишь 21 % не слышали об этом и 11 % не могли точно ответить на этот вопрос. При этом мужчины были лучше осведомлены, чем женщины, пожилые люди больше следили за событиями в Чечне, чем молодежь.

В момент ухода Ельцина в отставку 47 % не согласились с его утверждением, что «действия военных в Чечне безупречны» и лишь 25 % выразили с этим согласие, однако, оценивая «ход военной операции в целом», 12 % все же посчитали ее «полностью успешной», 34 % охарактеризовали ее как «скорее успешную, чем нет», 21 % оценили ее как «скорее неуспешную» и лишь 6 % сочли ее «совсем неуспешной». Значительное число в 27 % затруднились дать оценку ходу военной операции в Чечне. Наиболее критически оценивают ход операции сторонники Явлинского – среди них число негативных оценок превышает число позитивных в соотношении 46 %:42 %; наиболее оптимистическая оценка – среди сторонников «Единства» и Путина.

В то же время за последние недели произошел некоторый сдвиг в оценке того, «изменится ли отношение к Путину, если война в Чечне затянется на несколько месяцев». Если раньше почти половина утверждала, что их отношение к Путину не изменится, и только четверть полагала, что отношение ухудшится, то в середине января эти оценки почти выровнялись: 38 % сказали, что их отношение к Путину при затягивании войны не изменится, и 34 % сообщили, что ухудшится. Наиболее благосклонны в этом отношении к Путину сторонники «Единства» и СПС, наиболее критичны – сторонники Жириновского, Зюганова и Явлинского. Очевидно, что дружба политбюро КПРФ с Кремлем не поддерживается безоглядно рядовыми избирателями.

Не очень нравится народу, уже привыкшему к захватывающим предвыборным состязаниям с неожиданным появлением «темных лошадок» и схождением с круга стопроцентных лидеров, что на этом президентском заезде соревнования вроде и не ожидается. Ровно 50 % не одобряют того, что на президентских выборах «у Путина не будет реальных соперников» – «избирателям должен быть дан реальный выбор». В то же время у 23 % этот факт не вызывает никакого протеста, «потому что он – лучший кандидат». Еще 15 % ответили, что для них неважно, сколько будет кандидатов, и 12 % затруднились ответить.

Разделились мнения по поводу того, прав ли был Путин, гарантируя «неприкосновенность Б. Ельцину после того, как он ушел в отставку» – 41 % это не одобрили, 37 % одобрили и 22 % затруднились ответить. Наиболее критически к этому решению отнеслись сторонники Зюганова – 63 %, Примакова – 58 % и Жириновского – 54 %, тех, кто против указа Путина о неприкосновенности Ельцина.

Однако на популярность Путина все эти нюансы пока никакого влияния не оказали. По-прежнему 62 % вероятных избирателей, тех, кто, скорее всего, придет на выборы, собираются голосовать за Путина как кандидата в президенты. Этот уровень держится с того момента, когда Ельцин ушел в отставку и назначил Путина своим и.о.

Оценка Путина как премьера несколько снизилась – на 6 пунктов с момента думских выборов, но по-прежнему держится на очень высоком уровне – 66 % одобряют деятельность правительства Путина и лишь 8 % оценивают ее отрицательно при 26 % затруднившихся ответить. При этом даже среди сторонников Зюганова и КПРФ число людей, положительно оценивающих работу правительства Путина, значительно превышает число тех, кто оценивает ее отрицательно.

Уверенно растет такая сторона отношения к Путину, как доверие. В конце декабря ему доверяли «больше всех» 30 %, в начале января – 34 %, а сейчас – 39 %. Тех, кто больше всех доверяет Зюганову, – 12 %, Примакову – 7 %, Явлинскому – 4 %. Так что, если лозунг «голосуй сердцем» по-прежнему в силе, понятно, на чьей стороне сердца избирателей. Что удивительно – и мужчины и женщины, и молодые и старые, люди с высшим образованием и без – доверяют Путину одинаково.

Нельзя сказать, что все потеряно и для Зюганова. Когда о нем задают отдельный вопрос, например, «насколько он соответствует должности президента России?», спектр оценок достаточно велик. Действительно, больше четверти населения – 27 % – считает, что Зюганов «совсем не соответствует должности президента». Еще 21 % полагают, что он этой должности «скорее не соответствует, чем соответствует». С другой стороны, 12 % уверены, что Зюганов должности президента «соответствует полностью» и 10 % полагают, что он «скорее соответствует, чем нет». При этом есть еще одна группа людей, которые считают, что он искомой должности «в чем-то соответствует, в чем-то не соответствует». Это явный потенциальный резерв, который может присмотреться повнимательнее к претендентам на пост № 1 и решить, что как раз Зюганов и «соответствует». А это уже за 40 % электората. При этом главные противники Зюганова – среди сторонников СПС и Жириновского.

«Новое время». № 3, 23 января 2000 г.

Сороковины «эпохи Ельцина»

Во многих странах работу нового президента – в нашем случае и.о. – принято оценивать через сто дней, которые даются для разгона. До новых выборов ста дней не наберется, поэтому приходится обходиться более короткими круглыми датами, например сорок дней, как сейчас, что одновременно является и «сороковинами» закончившейся «эпохи Ельцина». Если судить по наиболее часто используемой оценке – «деятельности правительства в целом», то ее положительная оценка снизилась с момента назначения Путина и.о. президента с 70 % до 60 %, а с конца ноября – вообще на 15 %. Казалось бы, сильное снижение, начало разочарования? Но при общем уровне одобрения в две трети это не так уж важно, тем более что за это время практически на одном уровне в 10 % держится негативная оценка деятельности правительства, растет лишь число затрудняющихся оценить его работу.

При этом для большинства людей Путин это вовсе не правительство – он практически президент, его дело разговаривать с генсеком ООН, а не мелочами в правительстве заниматься. Поэтому, несмотря на снижение поддержки правительства с начала января на 10 %, президентский рейтинг Путина снизился лишь на 4 % – с 62 % до 58 % вероятных избирателей. Часть его голосов ушла к Зюганову, чей рейтинг за это время поднялся с 16 % до 23 %, вернувшись на средний для последнего года уровень. Рейтинг Примакова продолжает тихо снижаться, достигнув 7 %, у Явлинского электоральная поддержка остановилась на 5 %.

Судя по всему, оценка деятельности правительства на исход выборов повлияет мало, главное – оценка личностей кандидатов. И здесь по-прежнему Путин далеко впереди. После некоторого всплеска в середине января сейчас уровень доверия к нему вернулся к 32 %, что в два с половиной раза больше, чем у Зюганова – 13 %, и значительно выше рейтинга Примакова – 7 %. В значительной мере эта оценка определяет и все остальные оценки личностей кандидатов – уж если доверять, так во всем, а когда доверия нет, то и другие оценки низкие. Например, при ответе на вопрос, «кто из политиков может, на ваш взгляд, лучше справиться с экономическими проблемами, поднять благосостояние людей», 35 % назвали Путина, 16 % – Зюганова и 10 % – Примакова. Очевидно, что мало кто знает, каким путем Путин будет «справляться с экономическими проблемами»; это оценка – целиком вытекающая из общего доверия.

Значительно перевешивает Путин и в представлениях народа, кто «лучше других выражает интересы таких людей, как Вы», – его назвали 34 %, в то время как Зюганова – 19 % и Примакова –10 %. Эти оценки напрямую связаны с возрастом респондентов: чем старше человек, тем больше его доверие к Зюганову и готовность поддержать его на выборах, Зюганов начинает обгонять Путина среди людей старше 55 лет.

Прогнозы вещь рискованная, тем более когда мы пытаемся узнать у людей, как они поведут себя на выборах, если дела в стране пойдут иначе, чем сейчас. Тем не менее интересно узнать, по каким причинам народное «отношение к Путину могло бы ухудшиться». Больше всего людей – 33 % – назвали такой причиной «ухудшение экономической ситуации в стране», т. е. чтобы это стало всем заметно до выборов, например, повторение августа 1998 года. Но всерьез никто такого не предрекает, а настрой населения в целом умеренно оптимистичный: самая большая группа людей в 27 % ожидает, что в ближайшие четыре-пять лет «жизнь простых людей станет немного лучше», 5 % полагают, что она станет «значительно лучше»; лишь 19 % ожидают ухудшения положения и 25 % считают, что экономическое положение в стране останется таким же, как сейчас; еще 24 % затруднились дать оценку.

Второй по весу причиной оказалась чеченская война, но ее назвали лишь 16 % людей, отметив, что их отношение к Путину «могло бы ухудшиться при затягивании военной операции в Чечне». При этом, отвечая на вопросы о чеченской войне, больше половины людей, имеющих какое-либо мнение на этот счет, считают, что в Чечне «завяжется многолетняя партизанская война». Лишь 30 % полагают, что операция закончится успешно, а именно, что «на территории Чечни будет восстановлено действие законов РФ». Еще 14 % думают, что война закончится ничем, как в прошлый раз, – «войска будут выведены из Чечни, и она будет изолирована». То есть, так или иначе, большинство полагает, что «маленькой победоносной войны» в Чечне не получилось, но Путина они в этом никак не винят и свою любовь к нему не уменьшат, поскольку террористам дан хороший урок, они наказаны, в общем, «замочили».

Еще одну потенциальную причину, по которой «отношение к Путину могло бы ухудшиться», назвали 4 % участников опросов – это «появление в России нового яркого политического лидера». Видимо, не всем забылся еще стремительный взлет Лебедя во время прошлой президентской избирательной кампании. Однако пока никто из относительно новых заявленных кандидатов – ни Скуратов, ни Титов, ни Тулеев, ни Говорухин – не набирает и 1 % избирателей.

Одно из скрытых достоинств Путина, которое недоброжелатели называют его недостатком, это отсутствие у него заметной идеологии. 59 % населения честно заявляют, что они не знают, какая у Путина «политическая ориентация», 21 % думают, что он «центрист» (если бы еще знать, что это такое), 14 % полагают, что он «правый», и 6 % подозревают, что он «левый». Таких в три раза больше среди сторонников Жириновского. Естественно, среди сторонников СПС больше таких, кто считает его правым. Но и среди тех, кто собирается голосовать за Путина, 53 % не знают, какой он «политической ориентации». Как говорится, был бы человек хороший.

«Новое время». № 4, 13 февраля 2000 г.

Единство правых

Уже народные избранники в Думе начали обсуждать законы, а электорат все переживает по поводу думского кризиса. Например, союз «Единства» и КПРФ привел народ в полную растерянность: 32 % поддержали такой союз, 30 % отнеслись к нему отрицательно и 38 % не знали, что и сказать. При этом понятно, что такой блок коммунистов и беспартийных осуждают сторонники СПС и «Яблока», но и те, кто голосовал за КПРФ и «Единство», не вполне понимают маневр своих выдвиженцев. Среди избирателей, поддержавших на думских выборах КПРФ, 59 % поддерживают союз, остальные его не одобряют или сомневаются. А среди тех, кто с подачи Путина поддержал на выборах «Единство», и подавно лишь 36 % одобрили его союз с КПРФ, 26 % – против такого блока и 38 % в сомнениях.

Что интересно, эти же сомневающиеся и недовольные странным политическим гибридом вполне благосклонно отнеслись к тому, что этому блоку удалось прибрать к рукам большинство руководящих постов в Думе. 75 % коммунистов такой поворот дел одобрили и лишь 9 % не одобрили, среди сторонников «Единства» соотношение составило 53 %:23 %. И среди сторонников ОВР и «Яблока» тоже оказалась «пятая колонна» – 24 % и 17 % их избирателей одобрили захват власти в Думе новым блоком коммунистов и путинцев. Надо сказать, что и сторонники Путина – собирающиеся голосовать за него на президентских выборах – тоже не сумели быстро сориентироваться в политситуации: одобрили новый блок 38 %, не одобрили – 28 %, остальные в недоумении.

Вообще электорат оказался принципиальнее своих вождей. Они голосовали за одни партии и блоки, с трудом разобравшись, чем они отличаются, а однажды проснувшись, узнали, что все снова перемешалось. Поэтому единство правых сил и ОВР у многих тоже вызвало неприятие.

Среди всего населения 27 % не одобрили создание блока ОВР, СПС и «Яблока», 30 % одобрили и 43 % затруднились дать оценку этому событию. При этом и среди сторонников ОВР 20 % не приняли этого союза, столько же – среди избирателей СПС и 16 % – среди «яблочников».

Понятно, что при такой партийной неразберихе, народ не знает, кого теперь поддерживать: положительно оценили избрание Селезнева спикером не только 81 % сторонников КПРФ, но и 39 % избирателей ОВР, 26 % из числа электората СПС, 23 % сторонников «Яблока». Если так дальше пойдет, то правые чего доброго двинут Зюганова в президенты. Во всяком случае, многие левые за Путина уже голосовать готовы, по крайней мере, так считают 31 % населения в целом, при 28 % с эти не согласных и 41 %, затрудняющихся дать оценку. Да и среди самих коммунистов 25 % считают, что их партия поддержит Путина, и лишь 38 % стойких партийцев говорят, что не поддержит, остальные в растерянности.

Надо сказать, что Примаков правильно оценил свои шансы в президентской гонке: лишь 4 % готовы были бы поддержать его на выборах. Даже если бы его выдвинул весь новый блок ОВР, СПС и «Яблоко», то, по мнению 51 % населения, у него все равно не было бы шансов на победу на выборах, 25 % полагают, что такие шансы были бы, и 24 % затруднились дать оценку. При этом только в рядах ОВР «оптимисты» и «пессимисты» соотносятся как 60 % к 27 %; среди сторонников остальных составляющих блока большинство в победу Примакова не верит – соотношение оценок среди них 30 %:49 %.

Не возрастали его шансы и в том случае, если бы Примаков пообещал после победы сделать премьером Кириенко: не поддержали бы кандидатуру Примакова 62 %, поддержали бы 24 %. При этом и среди сторонников СПС лишь 35 % подержали бы такую связку, 44 % голосовать за них все равно бы не стали. В то же время, когда речь заходит о будущих кандидатах на пост премьера, то все равно никаких новых идей людям в голову не приходит: 13 % хотели бы видеть на посту премьера Примакова, 12 % – Кириенко, 9 % – Степашина, 6 % – Явлинского, 5 % – Касьянова.

Если по профессиональным «премьерским» качествам Примаков впереди всех, то по уровню симпатий к нему населения он проигрывает сейчас Зюганову. На первом месте, конечно, Путин – 31 % назвали его в ответе на вопрос, «кто из российских политиков Вам лично симпатичен больше всех», 12 % назвали Зюганова, 7 % – Примакова и 5 % – Явлинского.

Лишь 25 % затруднились назвать какого-либо политика, который вызывает симпатию. В то же время, когда речь заходит о бизнесменах, которые вызывают симпатию, то выясняется, что таких почти нет – не смогли назвать никого 80 % населения. Чемпионами симпатий с едва заметными 4 % оказались Брынцалов и Довгань, по 2 % получили Чубайс и Березовский. Зато Березовский лидирует с большим отрывом в оценках влиятельности – 27 % назвали его «наиболее влиятельным» российским бизнесменом, 6 % назвали Чубайса, по 2 % получили Вяхирев, Довгань, Брынцалов, Черномырдин и Абрамович.

Вообще же самый влиятельный человек у нас, конечно, Путин. Его президентский рейтинг, снизившийся в начале месяца с 62 % до 58 %, снова скакнул до 63 % после объявления им о взятии Грозного. Бьют рекорды рейтинги его поддержки среди различных слоев и групп населения: 79 % – военнослужащие и домохозяйки, немного отстают студенты – 74 %, за ними вплотную следуют капиталисты и рабочие – по 72 %. Маловата поддержка среди специалистов: 59 % – среди них популярен Явлинский, и среди пенсионеров – 49 %, потому что 44 % из них поддерживают Зюганова.

«Новое время». № 5, 20 февраля 2000 г.

Дзержинского – на Лубянку

Трудная задача будет стоять перед организаторами референдума по поводу закона о частной собственности на землю или, иначе, о возможности свободной купли и продажи земли. По данным последнего опроса общественного мнения, оценки здесь разделились практически поровну: 39 % относятся к принятию такого закона положительно, 38 % – отрицательно и 23 % затруднились ответить. При этом мнения людей в различных регионах и социальных группах сильно отличаются. В некоторых районах положительное отношение вдвое превышает отрицательное – в таких как Северо-Запад, Западная Сибирь, Москва и Санкт-Петербург. В то же время число противников значительно превышает число сторонников в Северном, Северо-Кавказском и Центрально-Черноземном районах.

В большинстве своем «против» – жители сельской местности, столь же активно «за» – жители городов-миллионеров. Молодежь в большей степени «за», пожилые – «против». В целом частную собственность на землю поддерживают больше молодые, более образованные и с более высоким доходом люди. Вообще это один из тех вопросов, которые разделяют людей на «левых» и «правых»; это показывают и результаты опроса – среди первых соотношение «за» и «против» – 24 %:58 %, среди вторых – 50 %:22 %.

Если результаты возможного будущего референдума по поводу собственности на землю неясны, то гораздо большее единодушие наблюдается в отношении приватизации госсобственности: 58 % считают, что «новому президенту России следует пересмотреть итоги приватизации государственной собственности», лишь 18 % не одобряют эту меру и 24 % – в сомнениях. Стремление отменить, пересмотреть несправедливую, «грабительскую» приватизацию в той или иной степени поддерживается всеми слоями населения. Особенно сильно ратуют за пересмотр приватизации пенсионеры, крестьяне и безработные – слои, наиболее пострадавшие от реформ; но почти столь же активно требуют от президента пересмотреть итоги приватизации руководители всех уровней и специалисты с высшим образованием. Даже среди предпринимателей за пересмотр приватизации выступают 35 %, против этого – 30 % и 35 % еще не определились.

Требования пересмотреть итоги приватизации не обязательно означают, что сторонники этой меры являются закоренелыми коммунистами и хотят все вернуть назад. Понятно, что среди выступающих за возврат к социализму 75 % – за пересмотр, но и среди тех, кто считает необходимым «продолжить нынешний курс реформ», т. е. среди «правых», 43 % выступают за пересмотр итогов приватизации и лишь 27 % – против этого, остальные не смогли дать оценку.

Вообще отношение к «прихватизации» – это, вероятно, одна из немногих областей народного сознания, где есть относительное единодушие. В большинстве других случаев мнение нации расколото, часто посредине. Например, вот как оценивает население не самую главную, но символичную проблему восстановления памятников советским вождям: 33 % поддерживают предложение восстановить в центре Москвы памятник Дзержинскому, 27 % относятся к этому отрицательно и 40 % затрудняются сделать выбор. Здесь деление проходит по идеологическому принципу: «правые» в большинстве против, «левые» – «за»; среди сторонников «Яблока» и СПС противников восстановления памятника чекисту № 1 вдвое больше, чем сторонников, а среди сторонников КПРФ сторонников в пять раз больше противников. В затруднении оказались сторонники «Единства»: поскольку В. Путин по этому поводу ничего не говорил, «правильный» ответ на этот вопрос неизвестен, и сторонники «Медведя» разделились пополам: 29 % – за восстановление памятника главному чекисту, 29 % – против и 42 % не смогли дать оценку.

Столь же сильно разделились мнения по поводу войны в Чечне. Большинство уже полгода поддерживает военные действия правительства и чеченскую позицию Путина. Но есть один вопрос, который будет становиться все более важным с каждой неделей – независимо от военных успехов и ликвидации боевиков, «могут ли проблемы с Чечней быть решены военным путем». В начале военных действий, когда федеральные войска быстро продвигались вглубь Чечни, ответ на этот вопрос казался простым и логичным – «конечно, могут быть решены военным путем»; в начале ноября так считали 51 % и лишь 27 % не были с этим согласны при 22 % сомневавшихся. После двух месяцев ожесточенных боев и замедлившегося продвижения вперед уверенность в военном решении проблемы значительно снизилась: в начале января уже меньшинство – 36 % верили в такую возможность, 42 % не верили и те же 22 % сомневались. Но вот пал Грозный – о чем официально заявил Путин, чей рейтинг сразу же подскочил на 5 %, – и опять произошел перелом в оценке возможностей военного решения проблем Чечни. Снова половина населения верит в военное решение – 49 %, не верят 33 %, не могут дать оценки 18 %. Для большинства «решение проблем Чечни» – это те же самые военные успехи: разбили врага – есть «решение проблем», не добили – нет решения. Жертвы, в том числе среди мирного населения, беженцы, возможность партизанской войны хоть и признаются многими как реальность, но эти стороны войны находятся на периферии сознания, не затрагивают глубоко большинства населения, кроме тех, чьи родственники там воюют или живут. Поэтому «завершающий этап операции» – взятие «чеченского Кавказа», объявленное и показанное по телевизору, – даст новый рост мнениям, что «проблемы решаются военным путем». Чтобы люди поняли, что проблемы никуда не ушли, хотя отряды боевиков разбиты, нужно время – причем, вероятно, больше месяца, оставшегося до президентских выборов.

«Новое время». № 6, 27 февраля 2000 г.

Кого в премьеры к Путину

Когда по телевизору показывают войну в Чечне, то все чаще это кадры заснеженных кавказских гор, вызывающих в памяти переход Суворова через Альпы; многим понятно, что победа близка, и все больше людей поддерживают «войну до победного конца». Если в октябре положительно оценивали действия российской армии в Чечне 52 % и отрицательно – 26 %, то сейчас соотношение положительных и отрицательных оценок стало 61 %:19 % при 20 %, затрудняющихся дать оценку.

За это же время выросло число людей, считающих, что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков», – сейчас так думают 54 % населения. Противоположной точки зрения – что «жертвы и страдания мирного населения слишком велики и надо остановить войну», придерживаются 29 %; 17 % не смогли выбрать позицию. Такое отношение – «на войне как на войне» распространяется и на журналистов: 35 % одобрили «обмен журналиста Бабицкого на военных, которые были в чеченском плену», 22 % не одобрили, 15 % ничего об этом не слышали и 28 % не смогли дать оценку. Больше всего не одобривших эту акцию было среди жителей городов-миллионеров – 34 % при 29 % одобривших. Но основной водораздел в оценках прошел по политической ориентации: одобрение и неодобрение обмена среди сторонников Жириновского составило 59 %:13 %, в то время как среди сторонников Явлинского это соотношение было 23 %:39 %.

Под звуки залпов с чеченского фронта затихли разговоры о введении профессиональной армии – воевать, так всем. Соответственно, большинство поддержало восстановление в школах уроков «военного дела»: 68 % положительно оценивают введение в школах предмета «Основы военной подготовки», лишь 17 % оценивают это отрицательно и 15 % не имеют мнения по этому вопросу. Идею эту поддерживают «и стар и млад», мужчины и женщины, люди с высоким образованием и низким; за нее подавляющее большинство коммунистов, несколько меньше – среди сторонников «Яблока». По таинственным причинам наименьшая поддержка милитаризации школы – среди электората полковника Жириновского: 55 % – «за», 38 % – «против».

При такой поддержке чеченской войны и всяких прочих жестких мер одобрение всего, что делает правительство, и особенно Путин, держится на высшем уровне. Избирательский рейтинг Путина как кандидата в президенты второй месяц держится на уровне 62 %. Оценка деятельности «правительства Путина» вяло снижается – вместо рекордных 74 % в конце ноября сейчас это «всего» около 60 % – этот уровень держится с начала февраля.

Ничто не может поколебать эту народную любовь к Путину. Например, лишь 13 % сообщают в опросах, что они «знакомы с экономической программой Путина», а 69 % с такой программой не знакомы – ничего, познакомимся потом. Людей спрашивают, знакомы ли они с биографией кандидата в президенты В. Путина, – лишь 21 % говорят, что «знают основные факты» 6иографии Путина, а 75 % знают его биографию плохо или совсем с ней не знакомы – ничего, выберем – тогда и узнаем. Наконец, страшно сказать, 55 % положительно относятся к тому, что «президентом России может стать бывший сотрудник КГБ», лишь 21 % воспринимают такую возможность отрицательно и 24 % затруднились оценить свои чувства по этому поводу. Что среди электората партии «Единства» положительно к этому относятся 79 %, а отрицательно только 6 %, это понятно, но и среди сторонников СПС положительно относятся к такой возможности 53 % и среди избирателей «Яблока» – 38 %. Если чекист – Путин, то мы – за чекистов.

При сравнении качеств нынешних кандидатов в президенты Путин вдвое опережает ближайшего конкурента Зюганова по всем показателям: по доверию избирателей, способности выражать интересы простых людей, по умению решить экономические проблемы. Известна нелюбовь народа к олигархам – например, лишь по 4 % готовы согласиться с участием в правительстве Березовского или Чубайса. И на вопрос, «сможет ли Путин, если станет президентом, избавиться от влияния олигархов», 43 % отвечают отрицательно и лишь 27 % – положительно. Но если на троне Путин, то пусть влияют, это не опасно. Лишь по одному показателю Путин пока не дотягивает до монаршего уровня – в качестве «отца нации». Лишь 9 % считают, что его можно назвать «отцом нации», почти столько же – 7 % – Зюганова.

Несмотря на такую высокую поддержку Путина во всех его начинаниях и качествах, полной уверенности, что он победит на выборах с первого захода, у многих нет. Почти поровну разделились участники опроса по поводу возможности второго тура президентских выборов: 40 % считают, что президента изберут уже в первом туре, и 38 % полагают, что понадобится второй тур, 22 % затруднились ответить. Основные различия взглядов – между представителями разных политических убеждений. Сторонники Путина и Примакова в соотношении 5:3 полагают, что выборы закончатся в первом туре, в то время как среди сторонников Зюганова и Явлинского примерно в такой же пропорции преобладает представление, что на выборах будет второй тур.

Еще одна черта народного отношения к Путину. Со времен Руцкого население с неприязнью относится к идее введения поста вице-президента. В августе положительные и отрицательные оценки составляли 35 % и 31 %. За время правления Путина соотношение стало 37 %:22 %; понемногу растет мнение – пусть у Путина будет «младший брат». Тем более что премьером при Путине никого из известных фигур видеть не хотят: за Примакова в этом качестве выступают 9 %, за Явлинского – 8 %, за Зюганова – 7 %.

«Новое время». № 7, 12 марта 2000 г.

Знание силы

Что бы ни говорили представители власти про обуздание инфляции, стабилизацию цен и экономики вообще, основная проблема, которая беспокоит народ больше всего, это дороговизна, рост цен. Стабильно четверть населения называет ее последние годы главной, самой острой проблемой, которая беспокоит их больше всего. За этой проблемой – вдвое уступая дороговизне по уровню народного беспокойства – шли четыре проблемы: рост преступности, угроза безработицы, война в Чечне и «слабость государственной власти». Их называли в качестве наиболее беспокоящих 10–12 % населения. Такое положение сохранялось до конца декабря прошлого года, однако за январь и февраль беспокойство по поводу чеченской войны выросло в полтора раза и сейчас это вторая по остроте проблема для населения – самой острой ее назвали 16 % людей по сравнению с 24 %, которые назвали рост цен.

Для исхода выборов – нынешних и любых других – не менее важно, как люди оценивают перспективу с этими острыми проблемами, чего ждут от будущего. И здесь за последние два месяца – со сменой хозяина в Кремле – наметился рост оптимизма. В январе 32 % ожидали улучшения «жизни простых людей» через четыре-пять лет, а в конце февраля – 40 %; уровень «пессимистов» и не ожидающих каких-либо изменений остался прежним. Более того, и оценка положения в Чечне становится все более оптимистичной. Хотя 38 % считают, что там «завяжется многолетняя партизанская война», за последний месяц заметно выросло – с 22 % до 31 % – число людей, полагающих, что «на территории Чечни будет восстановлено действие законов РФ».

При этом, независимо от выбора наиболее острой проблемы, большинство по-прежнему полагает, что успешнее всех решит эту проблему Путин. Так считали 43 %, 19 % назвали Зюганова, 5 % – Явлинского. При этом Путина называют как человека, способного решить главную проблему страны, не только 80 % сторонников «Единства», но и 51 % электората СПС, и 36 % электората ОВР; так думают и 26 % сторонников «Яблока» – по сравнению с 49 % отдающих приоритет Явлинскому; 24 % поклонников ЛДПР и 11 % сторонников КПРФ.

Можно было бы подумать, что эти представления люди извлекли из программ кандидатов – но нет, знание этих программ будущими избирателями весьма низко. Лишь 23 % сообщают в опросах, что они имеют «полное представление» о предвыборной платформе Путина, 19 % – о платформе Зюганова, 4 % – о платформе Явлинского. При этом и среди сторонников Зюганова – собирающихся голосовать за него на предстоящих выборах – 69 % знают его платформу, остальные нет; 53 % сторонников Явлинского имеют полное представление о его программе, остальные этим похвастать не могут; а среди электората «Яблока» и подавно – только 39 % разбираются в программе своего лидера. Не тот нынче уровень партучебы, не читают люди своего «краткого курса» – да их и не пишут.

Все это, видимо, не столь важно – все равно голосуют сейчас сердцем. А сердце подсказывает избирателю, что президента надо выбирать за его душевные качества, остальное приложится. Из множества качеств, которыми «в первую очередь должен обладать президент», по данным последних опросов, можно выделить четыре основные группы. Первая, которую можно условно назвать «Порядочность», включает в себя «честность, правдивость», что в умах народа предполагает готовность говорить правду о положении дел, не давать невыполнимых обязательств, и собственно «порядочность» – отсутствие корысти на высоком посту, некоррумпированность. Эти качества выбрали главными 37 % людей. Вторую группу можно назвать «Патриотизм и сила», она включает «патриотизм, любовь к родине», «решительность, смелость, уверенность» и «жесткость, строгость» и близка по своему содержанию к понятию «сильная рука», столь популярному сейчас в народе. В сумме эти качества набрали 25 % сторонников. На третьем месте группа качеств «Любовь к народу», которая включает такие черты, как «любовь к людям, народу» и «справедливость». Ее назвали главной 18 %. И, наконец, в группу «Компетентность» входят «ум, знание» и сходные черты интеллектуального свойства, которые назвали 16 %.

При этом интересно, как сторонники разных кандидатов в нынешней гонке оценивают эти желаемые черты президента. 24 % сторонников Зюганова назвали главным необходимым для президента качеством «честность» по сравнению с 15 % сторонников Явлинского. Напротив, 27 % избирателей Явлинского назвали главным «ум, знания», по сравнению с 9 % сторонников Зюганова. «Решительность» выбрали 12 % поклонников Путина и лишь по 5 % последователей Зюганова и Явлинского. Наибольшие пожелания «порядочности» высказали домохозяйки и безработные. «Честности» в наибольшей степени ждут от президента предприниматели. В наибольшей степени хотели бы наличие «ума» у президента руководители и студенты. На «любовь к народу» как самое желательное качество президента чаще всего указывают пенсионеры.

«Новое время». № 11, 19 марта 2000 г.

Любящая оппозиция

По стране прокатилась Масленица, которую в полной мере отпраздновали 66 % населения, 26 % было не до Масленицы, 8 % не заметили, что праздновали, потому что был еще и Женский день. В любом случае внимание электората было притуплено.

Тем не менее все больше людей знают, что хочет сделать Путин, если его выберут президентом: за последние три недели число имеющих «полное представление о предвыборной платформе» Путина выросло с 15 % до 32 %. Надо сказать, что и знание платформы Зюганова за это же время поднялось с 16 % до 22 %. Чего нельзя сказать о Явлинском – его платформу хорошо знают лишь 6 % населения. Несмотря на рост осведомленности о платформе Путина, его избирательский рейтинг немного снизился – с 62 %, каковым он был полтора месяца после назначения и.о., до 55 %. За это же время, т. е. с Нового года, рейтинг Зюганова плавно поднялся с 16 % до 27 %. Законы математики подсказывают, что эти графики могут пересечься при таких тенденциях где-нибудь к концу апреля. Однако другие предвыборные показатели не дают оснований так думать. Например, «положительная оценка деятельности правительства Путина» уже полтора месяца застыла на отметке 62 %. Лишь 13 % дают ей негативную оценку и 25 % не знают, что сказать. При этом высокую оценку правительству Путина дают не только сторонники «Единства» – 86 % и СПС – 72 %, но и ЛДПР – 62 %, и даже сторонники «Яблока» – 55 % и КПРФ – 43 %. Если это и оппозиция, то очень любящая.

Уровень доверия политическим лидерам также застыл за последний месяц: Путину «доверяют в наибольшей степени» 37 %, Зюганову – 17 % и Явлинскому – 6 % населения. Единственная группа, в которой доверие Путину меньше, чем Зюганову, это пенсионеры. Наибольшее доверие Путину – среди предпринимателей. Уже полгода Путина, больше, чем кого-либо другого, называют «человеком месяца» – сейчас так считают 30 % населения. По 4 % получили Зюганов и Бабицкий. Успехи в чеченской войне вывели в ряды людей, пользующихся доверием, также и военачальников, хотя впереди по уровню доверия «мирные» генералы: 6 % назвали Громова как «военного, которому доверяют в наибольшей степени», 5 % назвали Лебедя, 4 % – Сергеева, по 3 % – Шаманова и Трошина.

Образ Примакова не совсем еще стерся в памяти народной. Его называют в первую очередь в ответ на вопрос, «кого не хватает в списке кандидатов в президенты». Его кандидатуру поддерживают также в разных других гипотетических ситуациях. Например, 40 % положительно относятся к идее, что Примаков станет председателем Го с д у м ы; 33 % отнеслись к этому отрицательно и 27 % не смогли дать оценку.

Некоторый дополнительный свет на оценку населением нынешних претендентов проливает ответ на вопрос, «кого из известных политиков вы хотели бы в наибольшей степени видеть в окружении, в правительстве В. Путина». 11 % назвали Зюганова, 10 % – Примакова и 10 % – Явлинского. Дальше был назван Кириенко – 5 %, по 4 % – Шойгу и Жириновский, по 2 % – Немцов и Степашин. Интересное получилось бы правительство, дай народу волю.

При этом Зюганова хотели бы видеть в правительстве Путина 36 % коммунистов и 46 % сторонников ОВР, а Явлинского – 56 % «яблочников».

Надо сказать, что в список политиков, которых население не хотело бы видеть в правительстве Путина, попали не все те же фигуры и не в том же порядке. Здесь лидирует Жириновский – 19 % не хотели бы видеть его в первую очередь в окружении Путина, причем все слои примерно в равной степени. Зюганова не приемлют в окружении Путина 15 %, при этом больше всего возражают предприниматели, студенты и безработные. Против Чубайса выступают в среднем 8 %, а больше всего возражают руководители всех уровней и пенсионеры. Явлинского и Березовского назвали 5 % и 4 % соответственно.

Недавние выступления различных политиков о целесообразности увеличения президентского срока с 4 лет до семи вызвали в общем отрицательную реакцию населения. 57 % отнеслись к этой идее негативно и 23 % – позитивно при 20 % затруднившихся ответить. При этом среди сторонников Путина поддержка продления срока президентства лишь несколько выше среднего: 27 % – «за» и 52 % – «против».

«Новое время». № 12, 26 марта 2000 г.

Будет ли второй тур?

Предвыборная гонка приближается к финишу. Политологи-предсказатели с трудом зарабатывают свой хлеб – всем и так ясен исход выборов. Споры последние недели шли только вокруг того, будет ли второй тур или все решится уже 26 марта. Как показывали опросы последнего месяца, возможность второго тура остается – поддержка Путина медленно, но неуклонно снижалась и вплотную приблизилась к 50 %-ной отметке, т. е. к возможности того, что и.о. не победит в первом туре.

Вообще, основные черты кампании были следующими. Готовность людей участвовать в выборах была столь же высокой, как и во время думской кампании. С конца декабря стабильно 66–68 % сообщали в опросах, что они «обязательно будут участвовать в выборах», 18–20 % собирались участвовать, «если не помешают обстоятельства», еще 3–4 % не собирались, но готовы были еще передумать, 5–6 % точно не собирались голосовать и 4–5 % не знали, как они поступят. В этом случае люди обычно дают ответы, смещенные в сторону социально приемлемых позиций, говорят, «как правильно», а в реальности явка может быть сходной с думскими выборами – около 60 %. Однако из-за активной агитации в пользу бойкота и переноса выборов, реальное число участников может отклониться как в ту, так и в другую сторону. Как всегда, пожилые более политически активны – среди людей преклонного возраста и пенсионеров готовность проголосовать почти в полтора раза выше, чем среди молодежи и студентов.

С момента назначения Путина и.о. президента первая тройка претендентов оставалась стабильной: на первом месте Путин – с несколько снизившимся рейтингом, с 62 % до 52 %; на втором месте с большим отрывом – Зюганов, рейтинг которого вырос с 16 % до 24–25 %, и на третьем месте Явлинский, рейтинг которого подрос за это время с 5 % до 7–8 %. Приходы и уходы Жириновского дали ему 4 % сторонников. Следующая группа кандидатов набирает по 1–1,5 %, это Тулеев, Титов, Скуратов, Памфилова, Говорухин; наконец, последняя тройка с поддержкой по 0,5 % избирателей и менее – это Подберезкин, Севастьянов, Джабраилов.

Вообще же наши избиратели известны своей ветреностью и переменчивостью. На думских выборах 20 % избирателей до последнего дня не знали, за какую партию будут голосовать, и еще столько же определились с выбором лишь за два-три месяца до выборов. Интересно, например, как сейчас распределяются избиратели по характеру своего отношения к кандидатуре Путина. 21 % всех потенциальных избирателей говорят, что они его «полностью поддерживают, потому что он лучший кандидат», эти голоса, можно сказать, у Путина в кармане. 14 % поддерживают Путина, потому что «он один наведет порядок в стране». Очевидно, что это поддержка скорее авансом – наведения порядка за три месяца никто не ждал, а желания порядка у Путина, по виду, много, так что эта группа его тоже вряд ли покинет. Еще 12 % поддерживали Путина «за его действия в Чечне». Поведение этих избирателей может измениться в зависимости от того, как они оценят успешность чеченской войны, в том числе и в самые последние дни перед выборами. Последняя группа сторонников Путина в 15 % поддерживала его, потому что «не устраивают другие кандидаты». Здесь также вряд что-нибудь радикально изменится, потому что соперники Путина уже все известны и любовь к ним растет еле-еле. 14 % «скорее не поддерживают Путина», т. е. колеблются с выбором и могут еще передумать в его пользу, сделай он что-нибудь впечатляющее в последние дни. И только 9 % «совсем не поддерживают Путина». Наконец, 15 % затруднились высказать свое отношение к кандидатуре Путина. Его сторонников больше среди самой молодой группы населения в возрасте 18–35 лет, меньше среди пожилых – они за Зюганова.

Если Путин для большинства народа – «положительный герой», то символ «отрицательного героя» – Жириновский; за него не проголосовали бы ни при каких условиях 59 %, за Зюганова – 33 %, за Явлинского – 22 %, а за Путина – лишь 13 %.

Эта комбинация одобрения и неприятия кандидатов проявляется и в отношении населения к голосованию в возможном втором туре. Так, при наиболее вероятном сценарии выхода во второй тур Путина и Зюганова, Путин получает 50 % голосов, Зюганов – 24 % и 9 % собираются проголосовать «против всех». 6 % не пошли бы на выборы и 11 % затруднились сказать, как они проголосуют. Соотношение поддержки двух претендентов практически не изменилось с октября прошлого года – при росте поддержки обоих кандидатов соотношение осталось 2 к 1. При этом количество людей, собирающихся голосовать «против всех», сократилось с 15 % до 9 %, примерно так же, как и число нежелающих принимать участие во втором туре голосования.

Какие бы слова ни говорили остальные кандидаты, Путин действует: по-прежнему большинство в 55 % одобряет действия войск – а значит, и Путина в Чечне, 56 % против 15 % положительно оценивают деятельность его правительства. Эта поддержка, правда, снизилась за последние недели – промашка вышла с подорожанием водки накануне выборов; не попал Путин в струю народных настроений и с идеей вступления в НАТО, но, как говорил один киногерой, – «ничего, у каждого свои недостатки».

«Новое время». № 13, 2 апреля 2000 г.

Оптимисты – за Путина

Избиратели проголосовали, как и обещали. Хотя поддержка Путина снизилась за последний предвыборный месяц: с 62 % в середине февраля до 48 % за неделю до выборов, он почти в два раза опередил Зюганова и в пять раз – Явлинского. Проигравшие приводят разные причины своего сокрушительного поражения и в первую очередь поддержку населением действий правительства Путина в Чечне. Действительно, накануне выборов 55 % выступали за то, чтобы «добить боевиков», несмотря на потери среди мирного населения, и только 26 % считали, что «жертвы и страдания мирного населения слишком велики, и надо остановить войну», а среди сторонников Путина 66 % считали, что «надо добить».

В то же время у Путина был и еще один мощный резерв народной поддержки: он многим внушает оптимизм. Например, с начала декабря, когда стало ясно, что он будет кандидатом в президенты, число «оптимистов» – тех, кто считает, что «нынешнее молодое поколение будет жить лучше их родителей», выросло к моменту выборов с 27 % до 39 %, а число «пессимистов» – считающих, что нынешняя молодежь будет жить хуже родителей, сократилось с 32 % до 24 %. Может быть, и не такая огромная разница, но «оптимистов» стало больше, чем «пессимистов». При этом наиболее оптимистично настроены именно сторонники Путина – среди них это соотношение 48 %:16 %.

Да и при прямой постановке вопроса – чего простым людям ждать от Путина в жизни, 41 % всего населения полагают, что он «сможет добиться улучшения жизни простых людей», 24 % так не считают, а его сторонники в подавляющем большинстве – 74 % против 6 % – надеются на улучшение жизни.

За время правления Путина выросло и число людей, считающих, что «экономическое положение России, жизнь простых людей» улучшится уже скоро, через четыре-пять лет – как раз к концу президентского срока Путина. Так сейчас думают 42 %, по сравнению с 32 % два месяца назад. Не надеются на улучшение дел 16 % и полагают, что положение останется таким же, как сейчас, 24 %.

Больше, чем о каком-либо другом политике, люди говорят о Путине, что он «лучше других выражает интересы таких людей, как мы». Накануне выборов так считали 37 %, эту точку зрения в отношении Зюганова высказывали 24 % и 8 % – про Явлинского. Ближе всего Путин оказался к молодежи, предпринимателям, военнослужащим, студентам и безработным. Пенсионеры же назвали политиком, лучше других выражающим их интересы, Зюганова.

На выборах, особенно президентских, гораздо важнее, чем оценка избирателями различных способностей кандидата, общее доверие к нему. Здесь Путину также нет равных: «в наибольшей степени» доверяют ему 34 %, Зюганову – 21 % и Явлинскому – 7 %. По 2 % набирают Примаков, Жириновский и Тулеев. Других политиков назвали 6 %, никому не доверяют 5 % и 21 % затруднились назвать кого-либо, достойного высокого доверия. Выше всего доверие Путину на Северо-Западе и на Урале, Зюганову – в Центрально-Черноземном районе и в Западной Сибири. Путину больше всего доверяют в малых городах, Зюганову – в деревне. Понятно, что Путину безоговорочно доверяют сторонники «Единства» – 79 %, большинство – в «Союзе правых сил» – 49 %. Но большой резерв поддержки был у него и среди сторонников блока «Отечество – Вся Россия» – 34 %.

Сходным образом выглядит и такая сторона отношения избирателей к Путину, как уважение, – «в наибольшей степени» его уважают 30 % населения, Зюганова – 18 %, Явлинского – 7 %, Примакова – 4 %, Жириновского – 3 %, Тулеева и Кириенко – по 2 %. Других назвали 7 %, никого не уважают – 1 % и затруднились назвать кого-либо 26 %. Здесь дополнительный резерв возник в стане сторонников ЛДПР: 14 % изменили своему вождю и назвали Путина политиком, которого они уважают больше всех.

Лишь в одном взгляды Путина и большинства народа несколько разошлись – в его заявлении, что Россия может войти в НАТО. Это его заявление поддержали 23 % и не поддержали 40 %, остальные затруднились дать оценку. В большой мере такая нелюбовь к НАТО связана с тем, что ведущую роль в нем играют США, к которым многие относятся с опаской и подозрением. В недавнем опросе выяснялись представления людей, какая страна является «наиболее дружественной по отношению к России», а какая – самой недружественной. Оба списка оказались достаточно неожиданными. В списке «друзей» лидирует Беларусь – «наиболее дружественной» ее назвали 17 %; второе и третье места делят Германия и Китай – их назвали по 6 %, США назвали 4 %, Украину и Индию – по 3 % и 2 % выбрали Югославию. 14 % назвали другие страны и затруднились с выбором 45 %. В то же время «самой недружественной» страной 30 % населения назвали США, по 3 % – Латвию и Афганистан, по 2 % – Польшу и Украину, другие недружественные страны назвали 17 % и 43 % не смогли сделать выбор.

«Новое время». № 14, 9 апреля 2000 г.

Все не так, ребята

Выбирая нового президента, многие избиратели так или иначе задумывались о том, каким путем пойдет страна и чего им ждать от новой власти. Что роднило на выборах и правых и левых, сторонников и Зюганова, и Путина, и Явлинского, так это ощущение, что последние десять лет все в стране шло не так. 68 % считают, что экономические и политические реформы прошедшего десятилетия «были во вред народу», и лишь 10 % полагают, что они были «на благо народа»; 22 % затруднились дать оценку. Вред реформ для народа отмечают 86 % сторонников КПРФ, 71 % членов ЛДПР, 63 % сторонников «Единства», 59 % – ОВР и 58 % – «Яблока». Даже среди сторонников «Союза правых сил» соотношение плюсов и минусов – 51 % и 10 %.

«Первого президента» Б. Ельцина большинство считает и первым виновником свалившихся на голову народа бед. Его деятельность оценили отрицательно накануне ухода в отставку 85 %. Правда, наш народ отходчив, и 29 % «простили Б. Ельцина», после того как он попросил у народа прощения за совершенные им ошибки в своем последнем президентском выступлении. Но 51 % отказались простить ушедшего в отставку президента. Соответственно, большинство считает, что после ухода Ельцина «нашей стране нужно полное изменение курса» – за это высказались 49 %, в то время как 34 % полагают, что «нам нужно более эффективное руководство при сохранении прежнего курса развития».

О том, каким должен быть этот курс, единства в народе нет. Уже несколько лет опросы стабильно показывают, что 22–25 % выступают за то, чтобы вернуться к социализму. Причем этого хотят не только пожилые люди и пенсионеры, за это выступают 5 % студентов, 6 % предпринимателей, 8 % специалистов, 14 % руководителей и 9 % людей младше 35 лет. Эту идею разделяют 10 % сторонников Явлинского и 11 % избирателей Путина. Так что резерв у коммунистов или каких-либо партий социал-демократического типа есть. Тем более что основная масса народа – 52 % – как раз и выступает за «реформы с социальной защитой населения». Третья группа населения, условно говоря «правые», выступает за «продолжение нынешнего курса реформ»; сторонников этого курса больше всего среди студентов, предпринимателей и специалистов, а всего их 13 %. Еще 13 % затруднились выбрать путь страны.

При оценке политических ориентаций Путина и того, какой курс развития страны он изберет, мнения населения разделились. 39 % полагают, что он будет «продолжать нынешний курс реформ», т. е. придерживаться правой ориентации, несколько меньшее число – 34 % – полагает, что Путин будет проводить «реформы с социальной защитой населения». И, наконец, лишь 2 % считают, что он изберет курс на возвращение к социализму. При этом мнения тех, кто голосовал за Путина, и остальных избирателей полностью разошлись: большинство его сторонников в соотношении 2:1 полагают, что он будет проводить реформы с социальной защитой, а не продолжать нынешний курс, в то время как электорат остальных кандидатов видит Путина гораздо более «правым» – в соотношении 5:2 эти избиратели полагают, что он будет продолжать нынешний курс, а не реформы с социальной защитой.

Вообще те, кто голосовал за Путина, руководствовались скорее не идеологическими оценками. Два главных фактора ковали победу Путина: «порядок» и «Чечня». 24 % его избирателей отдали ему свой голос, потому «что он один наведет порядок в стране»: 13 % поддержали его прежде всего «за его действия в Чечне». При этом чеченскую политику Путина поддерживают и часть тех, кто голосовал за Явлинского – 12 % и за Зюганова – 13 %, и 18 % сторонников Жириновского.

О том, что народ хочет «порядка» любой ценой, говорят ответы на традиционный вопрос, «бывают ли такие ситуации, когда народу нужен сильный и властный руководитель, «сильная рука». 42 % считают, что «нашему народу всегда нужна «сильная рука», 30 % полагают, что сейчас та самая ситуация, «когда нужно сосредоточить всю власть в одних руках», и лишь 17 % считают, что «нельзя отдавать власть в одни руки». Еще 11 % не смогли дать ответа. Тяга к «сильной руке» распространена в населении достаточно равномерно. Она несколько выше среди людей старшего возраста, с низким уровнем образования; ниже – среди студентов и людей с высшим образованием. Больше всего возражают против авторитарного правления сторонники «Яблока», Явлинского и «Союза правых сил».

О том, какие конкретные проблемы нужно решать «сильной рукой», говорит реестр наиболее острых проблем, беспокоящих людей больше всего. 22 % назвали «наиболее беспокоящей проблемой» рост цен. По 12–13 % назвали «рост преступности», «слабость государственной власти», «угрозу безработицы», «войну в Чечне». Еще 9 % назвали в качестве самой острой проблемы «отсутствие программы развития страны», 6 % – «невыплату зарплаты, пенсий» и 5 % – «кризис морали, культуры».

«Новое время». № 15, 16 апреля 2000 г.

Один сокол – Ленин, другой сокол —…

Другим «соколом» в народном сознании скоро будет Путин – в недавнем опросе он вышел на третье место среди «самых выдающихся политиков России XX века». Ленин по-прежнему первый – его назвали 11 % населения, на процент меньше, чем в конце прошлого года; на втором месте Сталин, которого назвали 10 %, тоже чуть меньше, чем четыре месяца назад. Бывший на третьем месте Горбачев потерял 4 % поддержки и перешел на восьмое место. На третье же место вышел Путин, которого назвали «самым выдающимся» 6 %. После него следуют Брежнев с 5 % сторонников, Столыпин – с 4 % и Примаков – с 3 %. Если процесс продолжится, то скоро Путин может выйти на второе место, после Ленина.

Высокие оценки Путина населением мало связаны с тем, как народ оценивает результаты деятельности его правительства. Эту деятельность положительно оценили в конце ноября 74 %, а сейчас – 51 %. 14 % дали отрицательную оценку и 35 % не смогли ответить. Еще ниже оценивается населением способность Путина решить конкретные острые проблемы страны. Их набор постоянен уже длительное время. Относительное большинство – 25 % – в качестве «наиболее беспокоящей» их проблемы, назвали «рост цен», по 12 % назвали в качестве главной проблемы «слабость государственной власти», «угрозу безработицы» и «рост преступности». «Война в Чечне» в качестве главной проблемы перешла со второго места на пятое – ее назвали 10 %. Затем были названы «отсутствие программы развития страны» – 8 %, «кризис морали, культуры» и «невыплата зарплаты, пенсий» – по 5 %, «обострение национальных конфликтов» и «загрязнение окружающей среды» – по 2 %.

Так вот, отвечая на вопрос, «кто из политиков может успешнее решить эту проблему», Путина назвали 34 %, Зюганова – 14 %, Явлинского – 4 %. Остальные получили по 2 % и менее, а самое большое число людей – 41 % – не смогли назвать такого человека. Надежда на Путина в решении наиболее острых проблем выше среди молодежи от 25 до 34 лет, жителей малых городов, технического персонала и руководителей, ниже всего – у предпринимателей и пенсионеров. Ставят его на первое место, как политика, способного решить главные проблемы, сторонники «Единства», ОВР и СПС, коммунисты ожидают этого от Зюганова, «яблочники» – от Явлинского, а сторонники ЛДПР разделились поровну – половина видит спасителя в Путине и половина – в Жириновском.

Стойко держится на втором-третьем месте по важности для населения проблема преступности. Не ожидая, что ее в одночасье сможет решить Путин, население в то же время пессимистически оценивает вообще возможность искать защиту у государства в случае, если против них будет совершено преступление. Лишь 50 % сообщили, что в этом случае они обратятся в милицию, 13 % сказали, что прежде всего они обратятся за помощью к друзьям и знакомым, 6 % назвали родственников; 8 % и 4 % соответственно назвали суд и прокуратуру, к которым они обратились бы за помощью, и 4 % прежде всего обратились бы за помощью в «криминальные структуры». Прокуратура и криминальные группы по эффективности защиты от преступников в представлениях населения одинаковы. Интересно было бы узнать, в какой другой стране народ испытывает сходное отношение к правоохранительным органам.

Немудрено, что население смотрит со смешанными чувствами самый популярный сериал сезона – «Улицы разбитых фонарей». У большинства в 21 % после просмотра программ на криминальную тему возникает чувство «неуверенности в завтрашнем дне», у 19 % – «страх перед преступностью», у 17 % – «желание защитить себя» и у 13 % – «беспомощность». На другом полюсе – 5 % испытывают «гордость за нашу милицию» и 3 % – «оптимизм». Меньше всего чувство страха испытывают руководители, военные и предприниматели; больше всего – пожилые люди и домохозяйки.

Еще один источник беспокойства для многих людей – наша ссора с Европой. Хотя большинство не признает справедливость упреков ПАСЕ в отношении России и ее чеченской политики, угроза исключения России из Совета Европы для многих неприятна. 47 % относятся «отрицательно» к возможному исключению России из Совета Европы, лишь 16 % оценивают такую возможность «положительно» и 37 % затруднились высказать какое-либо мнение. Особой разницы между оценками разных групп нет. Разве что сторонники Жириновского больше других готовы уйти из Европы, а сторонники Явлинского и Путина больше не одобряют такое развитие событий.

Для большинства наш ответ на конфликт с Европой и расширение НАТО – это усиление нашего союза с Беларусью, и в том числе военного. 59 % положительно относятся к возможности создания «российско-белорусской группы войск», лишь 15 % – отрицательно при 26 % не определившихся с мнением на этот счет.

«Новое время». № 18, 7 мая 2000 г.

Церковь – на втором месте

Похоже, что накануне вступления Путина в должность президента он – единственная надежда народа, человек, которому население доверяет в наибольшей степени. Пока он возглавлял правительство, доверие Совмину было самым высоким по сравнению с другими органами власти и институтами общества, как только он был назначен и.о., доверие к правительству пошло вниз и на такую же высоту поднялся институт президентства как орган, которому население доверяет больше всего. 33 % доверяют больше всего президенту России, а в последний год правления Ельцина таких насчитывалось лишь 3–5 % – от тех, кто назвал какой-либо институт или орган власти. А не назвали, ответив, что не доверяют никому или не знают, кому верить, почти половина всего населения – 48 %.

Лидировавшая по уровню народного доверия церковь сейчас на втором месте со скромными 15 % доверия. Рупор демократии – свободная пресса на третьем месте с 8 %. Такой же уровень доверия у правительства и правоохранительных органов. По 6 % назвали армию, местные органы власти, политические партии и Совет Федерации. Замыкают первую десятку по уровню доверия профсоюзы и Госдума.

Понятно, что Путин также и «человек месяца» – этот титул ему дали 31 %. Следующий за ним Зюганов набрал лишь 1 %. Впрочем, Путин держит этот титул уже с сентября прошлого года.

Высказывая невысокое доверие к прессе, люди, тем не менее, имеют своих любимчиков среди журналистов. Но и они набирают низкие оценки. Во-первых, 61 % населения не смогли назвать какого-либо журналиста, которому они доверяют «в наибольшей степени». Из остальных 9 % выразили наибольшее доверие С. Доренко, 7 % – Е. Киселеву, 3 % – Н. Сванидзе, по 2 % – С. Сорокиной и А. Любимову. Доверие к Доренко, больше, чем к другим журналистам, зависит от социальной и политической группы, к которой принадлежат люди. Например, среди мужчин Доренко доверяют в наибольшей мере 7 %, среди женщин – 11 %; среди специалистов – 4 %, среди технического персонала – 15 %; среди сторонников блока «Отечество – Вся Россия» – 1 %, ЛДПР – 17 %.

Невысокий уровень доверия к парламенту унаследован еще от прошлой и позапрошлой Думы. Например, лишь 12 % полагают, что депутатов Госдумы можно отнести к «политической элите России», 40 % считают, что в элиту можно включить «только некоторых из них», а 29 % полагают, что к «политической элите» думцев вообще отнести нельзя. Понятно, что о высоком доверии к таким людям говорить трудно.

Если с героями в нынешних условиях перебои, то со злодеями легче – лишь 37 % не смогли указать кого-нибудь в ответе на вопрос, «кого из российских политиков ХХ века Вы назвали бы «злым гением России». Возглавляет список Сталин – его назвали 18 % населения. В прошлый раз мы писали, что для других он, наоборот, «самый выдающийся российский политик ХХ века» – в этом качестве он стоит в глазах населения на втором месте после Ленина. Злодей он, однако, первый, после него идет Ленин с 11 %, несильно отстает от них и Жириновский – 8 % назвали его «злым гением России». Возможно, его быстрый рост в военном чине вызвал особую нелюбовь к нему военных – в глазах военнослужащих он самый главный «злой гений», так считают 17 % военных. Далее следуют Распутин, Горбачев и Ельцин с 6 %, 5 % и 4 % соответственно.

Прошедшую Пасху и приближающийся День Победы одинаковое число людей – по 14 % – считают главными всенародными праздниками, правда, на первом месте Новый год – его «всенародным праздником» назвали 48 %. С каждым годом все меньше людей могут 9 Мая выйти на улицу, надев ордена, как участники войны. В этом году 2 % населения сообщили в опросе, что они принимали участие в Великой Отечественной войне. В то же время у 80 % народа кто-либо из членов семьи участвовал в войне.

Традиционно приближающееся время летних отпусков для большинства людей означало поездку в какое-нибудь место отдыха. В нынешних тяжелых условиях это не так. Лишь 13 % будут проводить свой отпуск в каком-либо специальном месте отдыха, из них 8 % проведут его «в пансионате, на базе отдыха в России» и 5 % – в ближнем и дальнем зарубежье. 29 % проведут отпуск на своем садовом или дачном участке и 34 % никуда не будут уезжать и просто проведут отпуск дома. Остальные еще не знают, как распорядятся своим отпуском.

Скорее всего, те, кто никуда не поедет, будут ходить по грибы. По крайней мере 54 % сообщили в недавнем опросе, что собираются заготавливать грибы на зиму, и лишь 30 % делать этого не будут. Очевидно, просто собирать, без заготовки, будут еще больше. Особенно активно настроены на заготовку грибов предприниматели и руководители – этим собираются заняться по 60 % из них. Впрочем, возможно, они себе отводят в этом деле руководящую роль.

«Новое время». № 19, 14 мая 2000 г.

Бедность не порок. Это национальная трагедия

Вступление Путина на пост президента было отмечено некоторым ростом положительной оценки деятельности его правительства – позитивно ее оценили 56 % – на 5 % больше, чем в середине апреля, негативно – лишь 13 % при 31 % затруднившихся ответить. Теперь в опросах будет выясняться отношение народа к деятельности правительства под руководством Касьянова, а успешность работы Путина будет оцениваться по его умелости руководить страной уже в качестве президента.

Эта оценка будет теперь фигурировать в опросах, как минимум, следующие четыре года. Сколько будет находиться вновь избираемый президент у власти, сейчас до конца не ясно. Продолжаются дискуссии о том, не следует ли продлить длительность одного президентского срока с 4 до 7 лет. И реакция на эту идею общественного мнения неоднозначна: накануне инаугурации поддержали это предложение 27 % населения, не поддержали 51 %, еще 22 % не имели мнения на этот счет. То есть число противников продления срока президентства почти вдвое больше числа сторонников. Однако за последние два месяца мнение сдвигалось в пользу этого шага: численность противников уменьшилась на 6 %, численность сторонников выросла на 4 %. Если так будет продолжаться, то к концу лета можно подавать проект поправки к конституции в Думу.

Напутствуя нового главу государства на должность, народ хочет, чтобы он отвечал образу идеального лидера. Среди качеств такого вождя население в первую очередь выделяет «ум, знания» – их назвали 17 % как самые важные. На равных были названы «честность, правдивость», «порядочность», «любовь к людям, народу» – 15 %, 14 % и 14 % соответственно. По 10 % назвали «жесткость, строгость» и «решительность, смелость, уверенность»; «патриотизм, любовь к родине» выбрали 9 % и «справедливость» – 8 %.

Приход к власти нового президента проходит на фоне сообщений о некотором возрождении промышленности, общем экономическом росте. Однако отдельные люди еще не успели заметить явного улучшения своего положения. Вот как они сами характеризуют материальное положение своих семей накануне коронации нового президента. На одном полюсе те, кто честно признается, что они «живут хорошо, ни в чем себе не отказывают»; таких 4 % населения. Естественно, таких больше всего среди предпринимателей и руководителей – 15 % и 16 % соответственно. Затем идут те, кого условно в российских реалиях можно было бы причислить к «среднему классу». Они отмечают, что «живут прилично, хотя приходится работать изо всех сил». Таких 32 %, и они составляют большинство среди специалистов – 50 %, руководителей – 46 % и предпринимателей – 43 %. Эти две категории, составляющие в сумме чуть более трети населения, можно считать вырвавшимися из бедности.

Остальные две трети населения балансируют на грани бедности или живут в нищете. 49 % сообщили в опросе, что они и их семьи «едва сводят концы с концами, все средства уходят на питание». Больше всего таких семей в Центрально-Черноземном, Восточно-Сибирском и Северном регионах, меньше всего – в Москве, Санкт-Петербурге и на Урале. Для 64 % семей пенсионеров это – норма жизни сейчас. Последняя группа это те, кто сообщил в опросе, что они «бедствуют, недоедают», – таких 8 %. Больше всего таких среди безработных, пожилых людей и пенсионеров – 21 %, 15 % и 14 % соответственно.

Если этим людям еще периодически отключают электричество, то небо вообще кажется с овчинку. Во всяком случае, инаугурацию из Москвы по телевизору не посмотришь. А знают, что такое – сидеть впотьмах, около 40 % населения. Так, 19 % сообщили, что им отключают свет несколько раз в месяц, 5 % испытывают то же самое «несколько раз в неделю», еще 5 % говорят, что им отключают электричество каждый день на несколько часов, и 1 % говорят, что свет отключают «иногда на несколько дней подряд». Еще 9 % затруднились точно оценить, как часто им отключают электричество. Больше всего испытывают это «удовольствие» жители сельской местности – почти 60 % живущих в деревнях сообщили об этом. Больше других страдают жители Дальнего Востока: 80 % сообщили о периодическом отключении у них света, при этом 40 % говорят, что это случается несколько раз в неделю, и 19 % – что каждый день на несколько часов.

Конечно, если не работает телевизор, то можно при свете коптилки почитать газету, однако это когда-то столь любимое народом занятие постепенно уходит в прошлое. Сообщили о том, что они регулярно читают газеты, чуть больше половины – 52 % взрослого населения страны. Остальная половина либо вообще газет не читает – об этом сообщили 17 %, либо у них сейчас нет денег на газеты – 11 %, либо затруднились сказать, как часто они читают газеты. Чем меньше люди читают газеты, тем больше шансов, что они смотрят ОРТ и РТР, и меньше, что НТВ и ТВ-6.

«Новое время». № 20, 21 мая 2000 г.

Если завтра война…

Если завтра в поход, как поется в песне, мы сегодня к походу готовы. Так считают большинство россиян – 68 % ответили утвердительно на вопрос, «способны ли сегодня российские вооруженные силы в случае реальной военной угрозы защитить страну». 21 % в разной степени усомнились в этом и 11 % не дали прямого ответа. Больше всего в этом уверены жители Волго-Вятского района, меньше всех – жители Центрально-Черноземного и Северо-Кавказского районов.

Соответственно, 41 % полагают, что для уменьшения «внешней угрозы России» надо «укреплять и развивать вооруженные силы страны». Еще 13 % полагают: чтобы «разведка доложила точно», надо «усиливать деятельность разведки и контрразведки, чтобы предупреждать возможную военную угрозу». Есть, однако, и небольшая группа в 19 %, которая считает, что прежде всего – для уменьшения внешней угрозы России – нужно «стремиться к мирному урегулированию международных споров». Еще 10 % полагают, что той же цели послужит «развитие торговли, экономического сотрудничества с другими странами». Наконец, прекраснодушные 3 % считают, что для тех же целей надо «развивать международный туризм, чтобы простые люди разных стран лучше понимали друг друга». Еще 13 % назвали другие варианты либо не назвали никаких. Итого, 54 % «ястребов» против 32 % «голубей». Чтобы не было никаких иллюзий, эта таинственная «внешняя угроза» в представлении большей части населения исходит от США – 30 % назвали Америку «самой недружественной по отношению к России» страной. Едва заметными, по сравнению с ней, источниками угрозы являются, по мнению 2–3 % населения, Латвия, Афганистан, Украина, Польша.

Надо сказать, что «внешняя угроза» не будоражит людей каждый день. Внутренние проблемы страны выглядят для большинства большей угрозой, чем внешние. На первом плане здесь – «рост цен». Сколько бы ни говорили правительственные экономисты о снижении инфляции, наибольшая группа населения – 26 % – называет рост цен «самой беспокоящей проблемой нашего общества». Почти вдвое меньше людей – 14 % – назвали такой главной проблемой безработицу. Почти столько же – 13 % – «войну в Чечне». Дальше следуют: «слабость государственной власти» – теперь с семью суперрегионами, надо полагать, она не такая слабая, и «рост преступности» – эти две проблемы назвали по 10 %. Остальные проблемы набрали от 1 % до 7 %.

Интересно, как оценивают люди способности нового президента решить эти самые важные для них проблемы.

54 % считают, что «Путин на посту президента сможет улучшить экономическую ситуацию в стране», 15 % полагают, что не сможет, и 31 % не смогли высказать оценку. По проблеме преступности 46 % полагают, что Путин, став президентом, «сможет остановить рост преступности», 22 % считают, что ему этого сделать не удастся, и 32 % не имели определенного мнения на этот счет.

Эти оценки в большой мере зависят от общего представления – наш человек Путин или не наш, выражает он «взгляды таких людей, как мы» или нет. Так вот, 46 %, как и в предыдущем вопросе, считают, что Путин «выражает наши взгляды», 12 % – что «не выражает», и промежуточная группа в 27 % считает, что «в чем-то выражает, в чем-то нет». Больше всего людей считают, что Путин выражает их интересы, в Центральном районе – 64 %, Волго-Вятском – 54 %, и Северо-Кавказском – 52 %. Меньше всего – в Москве и Санкт-Петербурге – 28 % и Дальневосточном районе – 33 %. Его взгляды ближе всего предпринимателям и специалистам, домохозяйкам и рабочим – по 50 % и дальше всего для руководителей и технического персонала – 35 % и 40 % соответственно. Сторонники КПРФ и «Яблока» особой близости взглядов с Путиным не ощущают, «Единство» и СПС, напротив, с Путиным идейно близки.

Поддержка Путина проявляется и в том, что народ готов поддержать такие меры, которые раньше были непопулярны. Например, обжегшись на вице-президентстве Руцкого, народ скептически относился к самому этому посту последние пять лет. Если же сейчас Путин попросит назначить ему заместителя, то народ такую идею поддержит в соотношении 38 % «за» к 20 % «против». В момент назначения его премьером в августе прошлого года соотношение было 35 % к 31 %.

Показывая народу накануне выборов собачку Путина, руководители его предвыборного штаба еще не знали, что близость к Путину при этом испытают 36 % избирателей, у которых тоже есть дома собака. В то же время, если бы это была кошка, то это вызвало бы теплые чувства у 45 % населения, держащих дома кошку. С ростом образования и дохода уменьшается число людей, у которых есть кошка. Меньше всего любовь к кошкам свойственна военнослужащим, руководителям и специалистам, больше всего – безработным и пенсионерам. Больше всего кошек и собак у сторонников Зюганова – 49 % и 40 % соответственно.

Меньше всего испытывают тягу к братьям нашим меньшим сторонники Жириновского: лишь 21 % из них имеют дома кошку и 23 % – собаку.

«Новое время». № 21, 28 мая 2000 г.

На сцене – Касьянов

Большинство народа одобрило назначение Касьянова премьер-министром. Положительно оценили это назначение 54 %, отрицательно только 11 % и те в основном коммунисты; 35 % затруднились дать оценку этому назначению. Не то чтобы нового премьера хорошо знали, но раз его выдвинул Путин, которому доверяет подавляющее большинство населения, значит, и Касьянову можно доверять. А деятельность Путина – теперь уже на посту президента – одобряют 61 % и не одобряют лишь 9 % и еще 30 % своего мнения не высказали. Раз Касьянова назначил Путин, то и те, кого Касьянов назначил членами своего кабинета, тоже должны быть правильными людьми – их поддержали 38 %, не поддержали 17 %, для остальных оценить новое правительство оказалось слишком сложным делом. Но тем не менее оно по той же логике уже получило приличные оценки за работу: положительно оценили его деятельность 42 %, отрицательно – 16 %, остальные пока никак не оценили.

Здесь по-прежнему действует «феномен Путина»: народная любовь к нему столь сильна, что он, так сказать, любую лягушку обращает в царевну. Когда же мания путинского очарования спадает, в отношение населения к начальникам и органам власти закрадывается скептицизм. Например, когда населению задают традиционный вопрос – какой организации, органу власти и институту общества они доверяют в наибольшей степени, на первом месте называют президента, имея в виду именно Путина. Ему «доверяют в наибольшей степени» 22 %. В последние годы правления Ельцина этот пост набирал не больше 5 % доверия. Второе и третье места делят пресса и церковь, традиционно набирая по 7–8 %. Правительство как институт по уровню доверия котировалось низко – на уровне 3–4 %. Однако этот орган власти знавал за последние годы два взлета доверия, когда он выходил на первое место – в конце правления Примакова и во время премьерства Путина. С переходом Путина на президентскую работу правительство вернулось на свое законное место в 3 % народного доверия – наравне с политическими партиями, правоохранительными органами и Государственной думой. На четвертом и пятом местах – после прессы и церкви – армия и местные органы власти с 5 % и 4 %. Фактически Путин, если посмотреть на нашу политическую карту, это остров народного доверия в море недоверия. Временами от большого острова отделяются маленькие островки доверия. Сейчас Касьянов – один из них. Но не забыты и прошлые кумиры.

Например, время от времени всплывает идея снова ввести пост вице-президента. Большинство населения не против этого поста, воспринимая его как вице-Путина. Соответственно, и кандидатуры на этот пост рассматриваются как возможные помощники Путина. Первым называют Примакова – его выбрали 6 %, затем Зюганова – 5 %, Явлинского – также 5 %. Затем – Касьянова – 3 % и Кириенко – 2 %.

Немногими было замечено еще одно важное назначение. Лишь 35 % смогли назвать фамилию нового генерального прокурора, остальные не знали, кого назначили вместо Скуратова. После него любая новая фигура на этом посту не вызывает такого интереса.

Человеком месяца по-прежнему большая часть людей называют Путина, их 33 %. С нуля до 10 % вырос этот рейтинг Касьянова. 2 % назвали Яковлева, 1 % – Зюганова. Немного для самой массовой партии в стране. Но зато Зюганов не попадает в список «злых гениев России», который периодически обновляется по результатам опросов общественного мнения, а Горбачев, Ельцин и Жириновский в этот список попали. Возглавляет его, так же как и список «наиболее выдающихся российских политиков», Сталин. «Злым гением России» № 1 его назвали 20 %. Затем идет Ленин – его назвали 13 %, и потом – Жириновский с 9 %. Два следующих места делят Горбачев и Ельцин с 6 %. Замыкает первую шестерку Распутин с 5 %. Самое заметное, что произошло в этом списке за последние полгода, это то, что Ельцин переместился со второго места на пятое. Накануне его отставки в конце декабря 14 % называли Ельцина «злым гением России», сразу после Сталина с 17 %.

Отходчив наш народ, долго зла не держит. А ведь во время попытки импичмента президента в мае прошлого года большинство народа отрешило бы Ельцина от власти за первую чеченскую войну. За вторую чеченскую войну, похоже, никого винить не собираются, хотя массовый джингоизм несколько спал. Большинство населения в 40 % полагают, что боевые действия в Чечне сейчас перешли в стадию партизанской войны. Поровну – по 15–16 % считают, что там проводится «антитеррористическая операция» или «зачистка территории». Еще 12 % полагают, что нынешняя фаза – это «защита от бандитов мирных граждан». К этой точке зрения больше склоняются пенсионеры, в «зачистку территории» больше верят руководители, а коммунисты больше других полагают, что в Чечне идет партизанская война. Наиболее оптимистическая оценка войны – среди сторонников «Союза правых сил», около 40 % которых полагают, что в Чечне идут лишь «защита населения от бандитов» и «зачистка территории».

«Новое время». № 23, 11 июня 2000 г.

Что хорошо для Путина

Раздел страны на семь округов еще не вошел в привычку, отношение к этому решению Путина еще формируется. Первая реакция населения была более одобрительная, чем сейчас. Сначала это была реакция на Путина – вскоре после принятия указа его поддержали 50 %, не поддержали 20 % и 30 % затруднились оценить. Сейчас отрицательная оценка почти такая же – 21 %, но выросло число сомневающихся – 36 %, и соответственно настолько же уменьшилось число одобряющих – до 43 %. Наибольшая поддержка нового деления страны – на Северном Кавказе, наименьшая – в Приволжском и Северо-Западном округах. Сильно отличается степень поддержки в разного типа населенных пунктах: наименьшая – в городах-миллионерах, здесь число сторонников и противников равно – по 29 %, напротив, в малых городах и в сельской местности поддержка максимальная – 50 % и 48 % соответственно, противников здесь лишь по 16 %. Но главный водораздел проходит по политическим пристрастиям – кто за Путина, тот и за новое деление, кто за других политиков, тот от указа не в восторге.

Несмотря на новое деление страны, население по-прежнему мыслит категориями областей, краев и республик, и основной «начальник» для людей – это «свой» губернатор или президент республики. Отношение к руководителям субъектов Федерации на удивление стабильно: на протяжении последних двух лет – с момента завершения массовых перевыборов губернаторов – положительно оценивают деятельность «своих» лидеров 42–43 % населения, отрицательно – 30–31 % и затрудняются дать оценку 26–27 %. Политические предпочтения сильно сказываются на оценках губернаторов. Сторонники «губернаторского» блока «Отечество – Вся Россия» в значительном большинстве поддерживают «своих» губернаторов – соотношение одобряющих и неодобряющих 73 %:21 %. В то же время среди сторонников КПРФ это соотношение – 40 %:32 %. Больше всего поддерживают губернаторов руководители, меньше всего – студенты. Наибольшая поддержка губернаторов – в Уральском федеральном округе – 63 %, самая низкая – в Центральном округе – 34 %.

Активность Путина последних недель не принесла ему, однако, роста популярности – оценка его деятельности на посту президента немного пошла вниз. В конце мая положительно оценивали деятельность президента 61 %, в середине июня – 57 %; отрицательно – 9 % и 11 %; затруднились дать оценку 30 % и 32 %. Одобрение падает при движении с запада на восток – максимально оно на родине президента, снижается до 47 % на Дальнем Востоке. Выше всех оценивают труды президента сторонники «Единства» и военные, ниже всех – коммунисты и безработные.

Последним особенно благодарить власть не за что. А знает, что это такое, не понаслышке большинство населения – 75 % сообщили в опросе, что среди их знакомых есть безработные. За год это число немного снизилось – в марте прошлого года таких было 79 %. Больше всего безработных среди молодежи до 24 лет и рабочих.

Но и другие слои населения уже скоро десять лет живут, затянув пояса. Последние два года стабильно около 50 % сообщают в опросах, что они «едва сводят концы с концами, все средства уходят на еду», около 5 % «бедствуют, недоедают».

Кто-то должен отвечать за тяготы людей. Если не Путин, который пока вне критики, то ближайший кандидат на роль ответственного – премьер. Пока Касьянов и его правительство «едут» на популярности Путина – как люди, им отобранные и назначенные. Но рейтинг правительства пошел вниз. В конце мая положительно оценили «результаты деятельности правительства» 57 %, в середине июня – 41 %. Отрицательную оценку дали 11 % и 16 %. Не смогли дать оценку результативности работы правительства 32 % и 43 %. Выше всего оценивают правительство в деревне, ниже – в крупных городах. Наиболее критически настроены безработные и пенсионеры, но и среди предпринимателей и специалистов поддержка правительства пока низка: 37 % положительных оценок, 16 % – отрицательных и 47 % – затруднившихся оценить новый кабинет. Самая высокая оценка правительства – среди сторонников «Единства» и СПС – 62 % и 51 % положительных оценок соответственно. Скептически настроены к правительству сторонники ЛДПР: 37 % одобряют, 24 % не одобряют; и в основном не одобряют работу нового правительства коммунисты: положительно оценили ее 26 %, отрицательно – 32 % и 42 % не смогли пока дать оценки.

Один из наказов народа президенту был: пересмотреть итоги приватизации и отобрать незаконно присвоенное госимущество. Эта идея по-прежнему владеет массами: 58 % считают, что «итоги приватизации государственной собственности должны быть пересмотрены», 19 % считают, что этого делать не надо и 23 % затруднились дать ответ. При этом и предприниматели в большинстве за это. Ниже всего поддержка пересмотра итогов приватизации среди руководителей – 35 % и студентов – 36 %.

Понемногу набирает силу и поддержка бомбового удара по «базам на территории Афганистана, где готовятся боевики для участия в чеченской войне» – в конце мая одобряли идею 28 %, сейчас уже 32 %, не одобряли 40 %, теперь – 37 %.

«Новое время». № 25, 25 июня 2000 г.

Бомбить нельзя помиловать

Война в Чечне постепенно уходит с экранов телевизоров и из сознания людей. Лишь недавнее назначение Кадырова руководителем администрации вызвало кратковременный подъем интереса к Чечне. Регулярные жертвы среди солдат воспринимаются как привычные, тем более что уже давно большинство населения смирилось с распространенной точкой зрения, что в Чечне «будет идти затяжная партизанская война». Когда же военное и кремлевское начальство обещает скорый мир в Чечне, это вызывает массовое недоверие. Так, в марте военные заговорили о завершении военной фазы операции и о скором восстановлении мира в Чечне. Назывались и сроки – два-три месяца. Тогда лишь 20 % поверили в наступление мира в июне-июле, а 67 % в это не верили. Вот этот срок наступил, и скептики оказались правы.

При этом большинство людей не верит и в официальные данные о потерях федеральных сил в Чечне – 67 % полагают, что размер потерь занижается, и лишь 13 % считают, что официальные данные соответствуют действительности.

Оценивая результаты войны в момент вступления Путина в должность, лишь 10 % считали, что в Чечне «достигнута победа и боевики разгромлены», остальные рассматривали результаты семимесячной войны скорее как поражение: 47 % полагали, что «часть боевиков остались и будут вести партизанскую войну», а 23 % вообще считают, что «цель не достигнута и все жертвы были напрасны». 20 % затруднились ответить.

Суть дела в том, что половина населения – которая предсказывает «затяжную партизанскую войну в Чечне» – не вкладывает в этот прогноз особого трагизма: ситуация малоприятная, но типичная, у нас были партизаны против немцев, в Западной Украине – против нас; в Ирландии и Испании тоже есть свои партизаны. Для половины населения затяжная партизанская война это не провал операции, а ее естественное, ожидавшееся развитие. По мнению многих людей, после поражения в первой чеченской войне важно было наказать чеченцев, а военный результат операции не так уж важен. Отсюда устойчивая поддержка войны, независимо от потерь своих солдат, мирного населения или низкой эффективности операции. Половина населения – 49 % – продолжает считать, что «проблемы Чечни могут быть решены военным путем», не согласны с этим 33 %.

С самого начала нынешнего конфликта в сентябре прошлого года, а фактически уже после конца первой чеченской войны, население разделилось на две неравные группы, которые, следуя известной аналогии, можно назвать «ястребами» и «голубями». Первые считают, что за поражение в первой чеченской войне нужно любыми силами взять реванш, наказать чеченцев – сепаратистов, террористов, ваххабитов и война с ними неизбежна. Вторые считают, что проблемы Чечни надо решать только мирными средствами. Соотношение между этими двумя группами стабильно держится на уровне 5:3 или 3:2. Так, в октябре прошлого года, в начале операции, 56 % выступали за нанесение бомбовых ударов по Чечне, 30 % были против этого. Наиболее показательными для этого деления на «ястребов» и «голубей» были ответы на вопросы о необходимости ужесточения военных действий. За все время войны практически неизменным оставалось соотношение между этими группами: 51–55 % считали, что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков», и 25–26 % полагали, что «жертвы и страдания мирного населения слишком велики и надо остановить войну»; около 20 % не могли сделать выбор.

При этом различия между социальными группами практически нет – о том, что «жертвы неизбежны и надо добить боевиков», в равной мере говорят и люди с неполным школьным, и с высшим образованием, и богатые, и бедные. Есть заметное различие между полами: за то, чтобы остановить войну, выступают 18 % мужчин и 31 % женщин. Основной водораздел проходит по политическим взглядам: среди сторонников Жириновского соотношение «ястребов» и «голубей» 72 %:23 %, среди последователей Явлинского – 35 %:43 %, среди сторонников Зюганова – 49 %:30 %. Больше всего поклонников военного решения проблемы среди электората «Единства» – 69 %:14 %.

Последний июньский опрос на ту же тему показал, что 48 % за то, чтобы «продолжать военные действия», а 29 % за то, чтобы «начать мирные переговоры с правительством Масхадова». Следы некоторого смягчения позиции «ястребов» видны в ответах на ретроспективный вопрос, «если бы начать все сначала» – «если бы Вы знали в октябре прошлого года, как будут развиваться события в Чечне, как бы Вы поступили на месте правительства Путина?» 27 % ответили, что «начали бы военные действия против боевиков» – это «твердые» «ястребы». 29 % сказали, что «создали бы блокаду вокруг Чечни» – это «мягкие» «ястребы» и часть «жестких» «голубей». Наконец, 16 % сказали, что они «организовали бы переговоры с правительством Масхадова». Для 28 % решение этой проблемы оказалось слишком сложным. Больше всего «твердых» «ястребов» среди бизнесменов и военных; больше всего «голубей» среди интеллигенции – специалистов с высшим образованием. Но и среди них 25 % начали бы воевать.

«Новое время». № 26, 2 июля 2000 г.

Сенаторы и губернаторы

Накладывая вето на законопроект Думы о Федеральном собрании, который выводит губернаторов из Совета Федерации и заодно лишает их неприкосновенности, сенаторы чувствовали за спиной поддержку народа. Хотя в среднем оценка их деятельности населением далека от восторга – положительные и отрицательные оценки относятся как 4 к 3, сильно снизить их роль в управлении страной народ не хочет. Например, идея, продолжающая витать в воздухе, о возврате к назначению губернаторов президентом встречает массовое отторжение. 65 % считают, что губернаторы краев и областей должны напрямую избираться населением, и лишь 19 % полагают, что их должен назначать президент. 16 % пока не определились. Больше всего за выборы губернаторов жители уральских и дальневосточных областей и краев, больше за назначение губернаторов президентом – жители Северного Кавказа.

Вообще в душах людей еще долго будут сталкиваться противоречивые мысли по поводу управления регионами. С одной стороны, своя власть ближе к телу, чем московская, и совсем лишаться возможности влиять на нее не хочется, с другой стороны, большинству нравится усиление «вертикали власти» и вообще всякой власти, тем более что во главе ее стоит народный любимец Путин. Пока все, что бы он ни делал, встречает поддержку большей части граждан. Например, не вполне понятные многим действия по отношению к олигархам у многих простых, неискушенных в политической кухне людей вызывают ощущение, что государство, наконец, решило наступить на хвост богатеям. Так, 43 % решили, что первые шаги Путина на посту президента означают начало борьбы с коррупцией. Не согласились с этим 28 % и столько же затруднились дать оценку.

Известна нелюбовь народа к НАТО и к Западу вообще, к тому же культивируемая разными политиками в разных целях, однако, стоило Путину предложить создать совместно с НАТО и Европой систему противоракетной обороны, как 44 % населения одобрило эту идею, хотя 38 % не одобрили при 18 % не имевших мнения. Больше других поддержали создание ПРО совместно с НАТО военнослужащие, домохозяйки, руководители и люди с высокими доходами. Не поддержали эту идею коммунисты, что понятно, и сторонники ЛДПР, но также и поклонники Явлинского.

Еще один результат визитов Путина в Европу – возобновление приготовлений к визиту в Россию папы римского. Большинство поддерживает такой визит – 51 %. Однако довольно много людей еще раздумывают, как отнестись к этому визиту, – 43 %, а 6 % против приезда папы римского.

Некоторое родство с западными демократиями проявилось и в одобрении свободолюбивых высказываний Клинтона, когда он гостил у Путина в Москве. 41 % согласились со словами Клинтона, что «без свободы слова в России не будет демократии». Совсем с этим не согласны 9 %, однако 33 % заявили, что это наше внутреннее дело. Это, так сказать, демократы, но без Запада или без Клинтона. Еще 17 % затруднились дать ответ. Больше других беспокоились о вмешательстве американцев в наши внутренние дела предприниматели, безработные и домохозяйки. Вообще не согласны с Клинтоном пожилые люди и коммунисты. Согласны с ним молодые люди, образованные и зажиточные.

Пока народ еще не разобрался, что сулит нам экономическая программа Грефа, принятая правительством к выполнению, которая по многим заявлениям ее авторов должна продолжить и углубить либеральные, рыночные реформы в России. Однако отношение населения к таким реформам, проводившимся до сих пор, устойчиво отрицательное.

60 % считают, что десять лет экономических реформ в стране были во вред народу, лишь 13 % полагают, что они пошли на пользу, и 27 % не смогли дать оценку. Обещание улучшения нашего материального положения уже через два года ложится на почву общего пессимистического настроя населения относительно будущего материального положения. Хотя 34 % полагают, что нынешнее молодое поколение будет жить лучше, чем их родители, 26 % думают, что хуже, и 24 % считают, что молодежь будет жить так же, как их родители живут сейчас, что также оптимистической оценкой не назовешь, и 16 % не смогли заглянуть в будущее. Понятно, что молодежь и студенты, буржуазия и сторонники «Союза правых сил», а также домохозяйки смотрят в будущее с большим оптимизмом, а бедные, пожилые и сторонники «левых» взглядов этого оптимизма не испытывают.

Если материальный уровень населения оставляет желать лучшего, то растет научно-техническая грамотность людей. 82 % каким-то образом осведомлены о магнитных бурях, периодически проносящихся над страной. Из них 43 % сообщают, что они подвержены влиянию магнитных бурь, 39 % их влияния на себе не чувствуют. Понятно, что сильнее подвержены их воздействию женщины, чем мужчины, больше страдают пожилые люди и бедные, а также руководители разных уровней. Не обращают внимания на такие пустяки рабочие, трудовые крестьяне, военнослужащие и студенты.

«Новое время». № 27, 9 июля 2000 г.

Первые сто дней президента

Без особого шума прошла знаменательная дата – первые сто дней президентства Путина. Возможно, некоторые ждут ста дней с момента инаугурации, на американский манер, но у нас другое дело: ядерный чемоданчик и ключи от Кремля у Путина с Нового года, а уж после триумфальной победы на выборах он и подавно – полновластный лидер страны. Оценивая работу президента за эти сто дней, люди в большинстве своем – 58 % – отвечают, что их отношение к нему не изменилось с момента выборов. Говорят, что их отношение к Путину за это время улучшилось, 17 % населения, отмечают ухудшение своего отношения 14 % и затруднились ответить еще 11 %. То есть отношение к Путину за время его президентства практически не изменилось.

Это подтверждается и ответами на прямой вопрос: «как вы оцениваете деятельность Президента РФ?». 54 % оценили сейчас деятельность Путина на посту президента положительно, лишь 15 % отрицательно и 31 % затруднились дать оценку. Надо сказать, что за июнь положительная оценка снизилась с 61 %, а негативная выросла с 9 % до сегодняшних 15 %. Однако преждевременно говорить об окончании «медового месяца». На самом деле, президентский рейтинг вернулся на свой первоначальный послевыборный уровень в 54–55 %. Столько людей проголосовали за Путина, также 55 % оценили положительно «деятельность правительства Путина» за то время, что он был премьером и исполняющим обязанности президента. Некоторый подъем был связан с пышными торжествами инаугурации, сейчас все вернулось на круги своя.

Вообще у Путина большой запас прочности. Наш неполитизированный народ голосует действительно сердцем, и, сделав выбор, что невесты, что президента, за него держится долго. Еще в январе в опросе был вопрос: «какие причины могут привести к ухудшению вашего отношения к Путину?». 33 % назвали «ухудшение экономической ситуации в стране», 16 % указали «затягивание военной операции в Чечне», 7 % – «попытку решить конфликт путем переговоров с боевиками» и 4 % назвали в качестве такой причины «появление в России нового яркого политического лидера». Из этих причин реально за это время осталась лишь одна – затягивание войны в Чечне. Но и она, как оказалось, на популярность Путина не влияет. Также в январе задавался прямой вопрос на эту тему: «если война в Чечне затянется на несколько месяцев, изменится ли ваше отношение к Путину?». Лишь треть населения – 34 % – не были готовы простить Путину затягивание войны, остальные либо обещали, что их отношение еще улучшится, таких было 2 %, либо говорили, что отношение к Путину не изменится, – 38 %, либо не могли дать такой прогноз – 26 %. Все примерно так и произошло.

Вообще, что бы Путин ни делал или ни говорил, его сторонники – на сегодняшний день 54 % – всегда с ним, 15 % настроены критически, остальным 31 % трудно давать какие-либо оценки, им вообще безразлично, кто там, в Москве, президент. Именно в такой пропорции – 54 %:15 %:31 % – распределились ответы на вопрос, заданный сразу после инаугурации: «сможет ли Путин на посту президента улучшить экономическую ситуацию в стране?». На вопрос: «соответствует ли Путин должности президента?» «соответствует» – ответили 60 %, «не соответствует» – 9 %; еще 20 % выбрали удобную среднюю позицию – «в чем-то соответствует, в чем-то не соответствует». Еще один вопрос: «насколько Путин выражает взгляды таких людей, как Вы?». 46 % считают, что выражает, 12 % – не выражает, 27 % заняли промежуточную позицию.

Народ связывает с Путиным надежды, что он приструнит ненавистных олигархов. Соответственно, 21 % полагают, что «Путин избавится от влияния олигархов на власть», 24 % считают, что он по крайней мере «устранит чрезмерное влияние одних олигархов по сравнению с другими». Лишь 13 % пессимистов считают, что «олигархи окончательно возьмут власть в свои руки», и 42 % не смогли ответить на вопрос. Надо сказать, что народ как-то проглядел наступление Кремля на одного из олигархов. Лишь 10 % отметили, что «после истории с арестом Гусинского» их отношение к Путину улучшилось. Примерно столько же – 12 % – сообщили об ухудшении своего отношения к Путину и 58 % сообщили, что их отношение к Путину осталось прежним.

Похоже, что Путина, как в свое время Рейгана, можно считать «тефлоновым президентом». Он может делать и непопулярные шаги, которые ему народ или простит, или они после этого станут популярными. Например, после югославского конфликта отношение в народе к НАТО вернулось почти что к уровню «холодной войны». В этой обстановке Путин делает известное замечание, что Россия могла бы и войти в НАТО. В марте поддержали эту идею 25 %, не поддержали 39 %. И это накануне выборов, которые Путин тем не менее с блеском выигрывает, а отношение к НАТО постепенно мягчеет: в начале июля негативные и позитивные оценки относились уже как 30 %:38 %. А недавняя идея Путина о создании системы ПРО вместе с Европой и НАТО вообще встретила значительную поддержку: за нее 44 %, против – лишь 18 %.

«Новое время». № 28, 16 июля 2000 г.

Content

Николай Петрович Попов
Как начиналась эпоха Путина
Общественное мнение 1999–2000 гг

Предисловие

1999 год

Ваш бы рейтинг к моей харизме

«Скромное обаяние» команды Примакова

На границе тучи ходят хмуро

Проблема доверия премьеру

Не картошкой единой

Есть гимн нации. Отца нет

Билл нам друг, но Слободан дороже

Эхо балканской войны

Наш импичмент на запасном пути

Казаки-разбойники наоборот

Кто хозяин в доме

Ум хорошо, но честность лучше

Пост № 1. Смена караула

Появление Степашина

Новая команда и болельщики

Борьба за тело Ленина

Наш паровоз на шведском пути

Шапка Мономаха – 2000

Шансы Примакова

Станет ли президент почетным сенатором

Год до второго тура

Ключ от квартиры, где деньги лежат

Если скрестить ежа и ужа

Не голосуй скрепя сердце

Второе пришествие Примакова

«Он в новый цирк ходил на площадь»

Общий старт марафона

«Партия власти» идет к ней

Путин – человек месяца

Последний рейтинг: Брежнев, Андропов, Сталин, Ленин

Точечные удары по Чечне и по мафии

Будет ли трехпартийная дума?

«Чеченский синдром» против «вьетнамского»

Особый путь России

Синдром потери кумиров

Война до полного конца

Ищите женщину – в президенты

Главная загадка кампании

С новой думой в новый век

Организация, похожая на Думу

Прощайте, рейтинги

Конец века переносится

Уходящий год

2000 год

Новогодний подарок Ельцина

Неполное соответствие

Сороковины «эпохи Ельцина»

Единство правых

Дзержинского – на Лубянку

Кого в премьеры к Путину

Знание силы

Любящая оппозиция

Будет ли второй тур?

Оптимисты – за Путина

Все не так, ребята

Один сокол – Ленин, другой сокол —…

Церковь – на втором месте

Бедность не порок. Это национальная трагедия

Если завтра война…

На сцене – Касьянов

Что хорошо для Путина

Бомбить нельзя помиловать

Сенаторы и губернаторы

Первые сто дней президента