Прокофьева Мария Александровна

Люди любят деньги

Глава 1.

Ольга сидит перед экраном телевизора просто потрясенная. Она никак не ожидала увидеть подобное: муж, которого она похоронила пять лет назад, живой и здоровый дефилирует по ковровой дорожке в экране телевизора. От удивления Ольга чуть было не выронила чашку с травяным чаем, которую она держала в руках, обжигая пальцы. Она тут же набрала номер телефона своей московской подруги, и пока та не сняла трубку, пыталась собраться с мыслями. «А ведь я и правда не видела его мертвым. Тело не нашли, сообщили, что самолет взорвался в воздухе. Шансов выжить не было…»

– Алло! – звонкий голос подруги вывел Ольгу из состояния оцепенения.

– Инна! Привет!

– Олюшка, как дела, дорогая? Как долетела? Что нового во Франции?

– Во Франции все по-старому. А вот что в России творится, я понять никак не могу! Что Игорь делает в телевизоре?

После долгой паузы Инна все-таки выдавила:

– Ольга, я все понимаю, но такие шутки вряд ли уместны…

– Инна, я не шучу! Только что я увидела покойного Игоря в передаче «Бизнесмен года». Мало того, что он жив и здоров, так еще и премию получил за производство вин высокого качества!

– Ты что-то перепутала! Оленька, я бы знала, если бы такое было возможно! А его фамилию, имя ты отчетливо услышала?

– Имя его. Но фамилия другая: Бежин…

– Ну вот! А у твоего Игоря какая фамилия была? Правильно! Сварин!

– Фамилию поменять – дело трех минут. У меня тоже уже другая фамилия, если ты помнишь!

– Ну правильно, ты же потом еще раз выходила замуж. А когда разводилась, вернула девичью!

– Ладно, может, ты и права. Как ты хоть поживаешь? А то я обрушилась на тебя со своими домыслами, – Ольге стало неудобно перед подругой, которую она не видела почти полгода и на которую, вместо положенного приветствия, вывалила кучу непроверенной информации, да еще и таким тоном.

– Ничего, я понимаю: перелет в Россию, старые воспоминания… У меня все нормально, приезжай – поболтаем!

– Договорились. Куда ехать: домой к тебе или в офис?

– Домой прикатывай!

– Чао!

– Пока!

Инна немного переубедила Ольгу, но сомнения по-прежнему оставались. Нужно было как-то их развеять! Призраки прошлого не должны преследовать! Для того чтобы окончательно убедиться в ошибке своего предположения, Ольга решила забежать в паспортный стол, но сначала следовало встретиться с подругой.

Ольга распаковала вещи, привезенные из Франции, выбрала брючный костюм телесного цвета, который собиралась надеть для выхода в гости, подобрала к нему босоножки на высоченном каблуке. Пять лет она не видела Инну! Интересно, изменилась ли подруга? Изменилась ли сама Ольга? Когда погиб Игорь, Ольга не смогла оставаться в Москве. Инна сама посоветовала ей улететь во Францию. Там Ольга действительно пришла в себя, а через два года даже вышла замуж. Но этот брак не продлился долго – чужая страна, чужие нравы – все это начало угнетать ее, и она решила вернуться в Москву.

Ольга покрутилась перед зеркалом, отмечая про себя, что костюм ей очень идет. Она распустила свои золотистые волосы, подкрасила губы, покидала в сумочку ключи, расческу, телефон. По инерции начала искать зажигалку, но потом вспомнила, что курить бросила еще во Франции.

Дорога к Инне заняла полчаса, хотя раньше уходило минут пятнадцать. Ольга попеняла на себя, что разучилась ездить по московским улицам, да и вообще последнее время редко садилась за руль.

Инна выскочила навстречу подруге, когда та только въезжала во двор:

– Какая красавица! Ольгушка, ты похорошела еще больше!

– Инна, нам ли говорить друг другу комплименты? Мы знакомы тысячу лет!

– Если мы не будем себя хвалить, кто тогда это сделает?

– С твоей логикой получается, что мы просто льстим себе!

– Нет, мы просто себя любим! Ладно, пошли на кухню, я купила отличный зеленый чай!

Девушки прошли по огромному коридору в не менее огромную кухню.

– Инна, ты не говорила, что приобрела настолько шикарную квартиру! Только не пойму, зачем тебе две квартиры в одном доме, да еще и в одном подъезде?

– Моя старая квартира находится как раз под этой, поэтому я просто сделаю проход между ними, поставлю лестницу, и будет двухэтажная квартира!

– Ого! Ты не заблудишься тут ночью?

– Ты же не плутаешь по своим хоромам! – Инна развела руки в стороны, изображая размер Ольгиных апартаментов, – Как Витька поживает?

– Витька отлично! Очень расстроен был, что я развелась с новым мужем! У него отношения с Джорджем были даже лучше, чем у меня!

– Ты удивительный человек, Оля! Витька у тебя непонятно от кого, тем не менее, уже через полгода после его рождения ты выходишь замуж за Игоря. Игорь погиб, и за два года ты находишь нового мужа, который тебя любит и балует. Ты и с ним разводишься! И почему? Только потому, что тебе скучно! В итоге ты получаешь пятьдесят процентов дохода фирмы Джорджа! А он, насколько мне известно, владелец сети магазинов, и не только во Франции!

– Он раскрутился за те два года, что мы были вместе, поэтому мне по закону принадлежит половина всего! Я даже не стала претендовать на недвижимость!

– Она тебе и не нужна! У вас с Игорем тоже был отлично налаженный бизнес, но он и сотой доли не составляет от того, что ты имеешь сейчас!

– От бизнеса с Игорем не осталось и следа! Я в этом бизнесе не разбиралась ничуть! Он сам нанимал людей для перегонки автомобилей, сам следил за их продажей, сам назначал зарплаты. И поэтому, когда Игорь погиб, я просто не знала, что делать! Ехать к родителям в Астрахань я не захотела. Да и зачем мне это было нужно?

– Кстати, как ты познакомилась с Джорджем?

– Ну, сначала я жила у твоей родственницы, как ты мне и приказала. Не искала никаких приключений, пользовалась ее добротой…

– Оля, перестань! Она живет одна, поэтому ты со своим сорванцом были ей только в радость.

– Так вот. Когда деньги начали заканчиваться, а я более или менее пришла в себя, решила пойти и попытать счастья на трудовом поприще. А дальше проще: секретарь, шеф. Свадьба!

– А он что, не был женат?

– Инна, очнись! Мы с Джорджем ровесники! Когда я пришла к нему на работу, ему только-только исполнилось двадцать два года! Это я уже побывала замужем и имела трехлетнего сына! Два года я его охмуряла, три года мы прожили в любви и согласии, а потом меня потянуло на родину!

– Ты ненормальная! Молодой богатый муж! Счастливая супружеская жизнь! Патриотка, тоже мне! – возмущалась недопустимым поведением подруги Инна.

– Я не жалею, что уехала. Он без меня тоже проживет, а вот я с ним – не знаю.

– Ты хоть успокоилась насчет Игоря? Искать его не собираешься?

– Успокоилась. Я после перелета утомилась, тут и не такое покажется!

Ольга просидела у подруги еще часа два, затем распрощалась и вышла. По пути к машине она еще раз припомнила Игоря Бежина, сравнила с Игорем Свариным… Одно лицо! Даже родинка на лице такая же! Нет, она не послушается Инну, она обязательно сходит в паспортный стол.

Глава 2.

За пятьдесят долларов девушка в паспортном столе согласилась во что бы то ни стало отыскать в картотеке компьютера всех Свариных, которые там фигурируют. Их оказалось видимо-невидимо, но только один из них поменял фамилию на Бежина. Ольга даже не удивилась этому. Ее муж жив. Что ж, надо его найти! Только почему никто из их общих знакомых не сообщил ей об этом? Ольга обязательно должна отыскать ответы на все вопросы, которые теснились сейчас в ее голове. Но у кого можно разузнать хоть что-нибудь об Игоре? Родственников в Москве у него не имелось. Да и самих-то родственников было мало. Родная сестра жила в Венгрии вместе с родителями, возраст которых давно перевалил за восьмидесятилетний рубеж. Игорь был поздним ребенком в семье, даже сестра Анна называла его малышом – разница в их возрасте составляла двадцать лет. Может быть, именно из-за Игоря Анна и не создала свою семью – младший брат был для нее больше сыном.

Ольга решила  позвонить в Венгрию, хотя почему-то была уверенна, что ничего интересного из разговора не узнает.

– Оля, привет! – Ольга вздрогнула – она так и не привыкла к голосу Анны, который по своему звучанию напоминал голос малолетнего ребенка.

– Анна, как ты поняла, что это я?

– Просто ты позвонила на мобильный, а в памяти телефона сохранился твой номер!

Да, Ольга могла и сама об этом догадаться! Сморозила глупость уже в начале разговора. И как перейти к волнующей теме? Надо было заранее подготовиться. А теперь неловкая пауза.

– Как вы там поживаете?

– Нормально, – Анна говорила по-русски четко, совершенно без акцента, хотя он мог появиться за то долгое время, которое она прожила в Венгрии вместе с родителями, перебравшись туда еще в начале девяностых.

– Как родители?

– Хорошо.

– Работаешь?

– Да.

– Что нового?

– Да все по-прежнему.

– Я могу приехать проведать могилу Игоря? Да и с вами хотелось бы увидеться… – наконец-то Ольга подобралась к интересующей теме.

– Конечно, приезжай. Родители будут рады тебя видеть. Да и Игорь… там… тоже…

Значит, в Венгрии никто не считает Игоря воскресшим. Он там похоронен, сестра ухаживает за могилой, никаких сенсационных новостей. Интересно получается!

– Ну, и вы тоже приезжайте в гости! Я теперь в Москве и, видимо, надолго! – Еще минут пять Ольга вкратце пересказывала историю развода со вторым мужем, затем, распрощавшись, еще более озадаченная, пошла открывать входную дверь, от которой несся звук раздирающегося звонка. На пороге стояла соседка:

– Оленька, с приездом!

– Здрасьте, теть Кать!

– Ой, а ты совсем не изменилась, и акцент не появился! Молодец, что вернулась! Тут без тебя такое творилось, – Ольга напрасно пыталась вставить хоть слово – соседка выкладывала новости безостановочно, – пойдем-ка, чайку выпьем, а я про все расскажу. Ты когда во Францию улетела, по квартире твоей кто-то расхаживал. Ночи три подряд приходили. Я же прямо под тобой живу, все слышала. А потом перестали. Милицию-то я не стала вызывать: думала, может кто из родственников. А потом дочка-то мне и сказала, что родственников в Москве ни у тебя, ни у Игоря не было. Кто ж это тогда мог быть-то?

– Я и сама не знаю! Наверное, воры прокрались. Из вещей кое-что пропало. – Ольга приврала насчет вещей – все было так, как она и оставляла. Просто она уже поняла, кто был в квартире после ее отъезда. Только неясно: зачем Игорь возвращался сюда, если не стал брать с собой никаких документов, никаких вещей?

– Надо же! Три ночи подряд лазили тут! Да, раньше такого не было… – соседка сокрушалась об ушедших временах, но Ольга ее уже не слушала.

Она придумала план действий на ближайший вечер, а точнее, ночь. Если Игорь в Москве, да и тем более, с такими деньгами, с таким положением, что его даже показали в передаче «Бизнесмен года», он явно вошел в элитные круги столицы. А элита обязана принимать участие в светских тусовках! Ольга не любила подобных мероприятий, но, живя во Франции с мужем-миллионером, сама являлась представителем элитарного сообщества. Только Франция осталась в прошлом, и теперь нужно как-то пробраться в круги московской тусовки! Но как? Даже с теми деньгами, которые имела Ольга, это было затруднительно: общество, давно сложившееся, вряд ли так просто станет раскрывать свои двери перед чужестранкой, пусть даже богатой. Перебрав всех немногочисленных знакомых по памяти, Ольга обрадовалась: есть такой человек, который сможет помочь! Друг детства, а точнее, юности – Максим. С Максом Ольгу связывали не просто дружеские отношения: в шестнадцать лет у них был даже своего рода роман, еще в Астрахани, но когда Ольга перебралась в Москву и вышла замуж за Игоря, все связи юности оборвались сами собой. Кстати, не прошло и полгода после переезда Ольги в столицу, как туда же перебрался и Макс. Какое-то время они еще общались друг с другом, но Игорь на многих знакомствах Ольги поставил крест.

– Ну, в общем, приходи!– Ольга даже не сразу поняла, что соседка все еще в ее доме.

– Куда?

– Я же тебе рассказала: послезавтра приезжает мой племянник из Краснодара. Парень молодой, симпатичный. Всего пятьдесят семь годков исполнилось! Не женат, детей нет. Я вас познакомлю – отличная пара получится! А то кто ж тебя еще замуж возьмет, если не свои? Ты-то два раза уже мужика поменяла!

Ольга с трудом поняла, о чем идет речь. Пока она размышляла над способом проникнуть в круг потенциальных знакомых Игоря, тетя Катя решила сосватать ей своего племянника. Значит, соседка считает, что разница в возрасте в количестве тридцати лет – сущие пустяки! И вообще, если женщина была замужем, она больше не является полноценным человеком!

– Молодец, что ты согласилась со мной. Послезавтра, в восемь вечера. Я ему сообщу. Вот увидишь, Митя отличный человек!– соседка довольно потирала ладони и пятилась к двери.

Ольга  не успела ничего произнести, как тетя Катя выскользнула из квартиры. «Да уж… Мало того, что я напросилась в гости к сестре Игоря, так теперь еще и с неким Митей придется встречаться. Хороша Ольга, ничего не скажешь!» – Оля рухнула на диван и моментально уснула.

Глава 3.

Когда она открыла глаза, часы показывали половину восьмого вечера. А ведь Ольга планировала связаться с Максом и сегодня же начать поиски Игоря. Номера телефона бывшего поклонника у нее не было, но зато она знала его домашний адрес. Хоть бы он никуда не переехал – ведь сколько времени прошло с момента ее последнего визита! Три года? Четыре? А может, и все пять… Оставалось надеяться, что Максим живет все в той же квартире, которую ему купили родители.

А что же делать с Витькой? Она совершенно забыла о сыне! Где его оставить на целый вечер, а, быть может, и ночь? Ольга набрала номер няни, к которой она привезла Витьку еще утром:

– Нина Федоровна, извините, что не приехала! Как там мой Витек?

– Олечка, не волнуйся, все хорошо! Мы покушали, поспали, поиграли, все как раньше! Я так рада, что вы вернулись на родину, а Витюшка как доволен! Ты сегодня приедешь? Если не можешь, то не беспокойся, я его спать уложу, а завтра тогда мы тебя ждем!

– Да, Нина Федоровна, это было бы весьма кстати. Вы читаете мои мысли! Тогда, если этот вопрос решен,  дайте-ка трубочку Витьке!

Послышалось какое-то шуршание, затем топот и наконец-то в трубке раздался звонкий голосок:

– Мам, все у нас классно, я Нину сегодня подстрелил, она сдалась! – Витя был явно доволен одержанной победой над няней.

– Ну, тогда я поздравляю тебя. Витек, завтра я приеду за тобой, а чтобы ты на меня пока не обижался, привезу тебе новый автомат, договорились?

– Договорились! Ты решила подмазаться!

– Типа того! Целую, милый!

– Пока, мамуля!

Более или менее успокоенная Ольга положила трубку. Сын был для нее единственным человеком, ради которого стоило существовать на этой земле, двигаться, что-то предпринимать. Конечно, в Астрахани жили родители Ольги, но они, к счастью, не нуждались в опеке и постоянной помощи, скорее, наоборот: сами эту помощь оказывали. Вообще, Витя был единственной настоящей радостью в жизни Ольги: он олицетворял собой то, что осталось у нее от истинной любви, любви всей ее жизни, любви, которая осталась далеко-далеко…

Ольга встряхнула волосами, отгоняя воспоминания – сейчас ей нужно было заняться делом, причем весьма и весьма серьезным. И для начала следовало отправиться в гости к Максу. Что же ей надеть? Кем он теперь работает? Может, он давно ушел из шоубизнеса… Но связи-то все-равно должны остаться! А может, он женился? Мысли теснились в голове, не давая сосредоточиться ни на чем конкретном.

В конце концов, Ольга приняла решение надеть красный костюм: пошив в строгом стиле, но длина юбки превосходит все грани возможного. Стоило Ольге немного наклониться, как сразу можно было заметить, где заканчиваются чулки. Надеть красные сапоги Ольга не решилась: слишком много красного, поэтому она нацепила черные сапожки на тонкой шпильке и, оставшись довольной своим выбором, подобрала в тон костюму блузку, разумеется, достаточно декольтированную. Максу должно понравится! Вряд ли в восторг придет его жена, если таковая имеется, но и она ничего не сможет сказать: все в рамках приличия.

Неожиданно на Ольгу нахлынули воспоминания юности: вот она, семнадцатилетняя девочка, приехавшая в Москву, впервые попала в ночной клуб… Какие впечатления тогда произвела на нее столичная жизнь! Все казалось таким новым, необычным, даже люди предстали перед ней какими-то сказочными существами. Именно на той первой дискотеке она и встретилась снова со своим бывшим астраханским кавалером,  Максимом: приехав в столицу, он сразу же устроился диджеем. Оставалось только поражаться разворотливости парня! Хоть ему и запрещалось заводить знакомства с посетителями, да и вообще общаться с кем бы то ни было, Макс все-равно пригласил Ольгу на медленный танец. Так и началось их общение снова. Продлилось оно не больше года – Ольга в девятнадцать лет уже выскочила замуж. Поначалу она думала, что на этот раз у них сложится увлекательный роман, но ошиблась – Макс быстро охладел в своих чувствах, как и тогда, в Астрахани. Уже в то время он начал казаться Ольге каким-то необычным, не таким как все. Предчувствия оправдались – Максим подался в круги шоубизнеса, а там, как известно, собрались настоящие «эксклюзивы».

На удивление, Ольга не попала ни в одну пробку и к дому Макса она подкатила ровно в девять вечера. Он жил на третьем этаже элитного дома в одном из самых престижных районов. Еще до отъезда во Францию Ольга долго удивлялась, как можно было заработать родителям Максима на столь роскошное жилье для сына, ведь работали они в Астрахани на одном из самых обычных заводов по переработке древесины.

Макс открыл дверь сразу же – Ольга даже не успела убрать руку со звонка.

– О! К нам пожаловала госпожа Кортроф!

– Я поменяла фамилию сразу после развода. Так что я при своей девичьей: Лесницкая, – ну, Макс! Вместо приветствия поставил девушку в тупик.

– Проходи, милая! Каким ветром к нам занесло?

– Макс, расскажи-ка вначале о себе! Женился? Где работаешь?– Ольга решила сразу перейти к интересующим вопросам. Но тут в прихожую выскочило какое-то чучело. Ольга даже не сразу разобрала, какое. При детальном рассмотрении чучело оказалось мужчиной лет тридцати. На голове у него громоздились волосы, раскрашенные в синий цвет, весьма яркого оттенка. Ноги украшали тапочки-собачки. Все остальные телеса были укутаны в махровый халат небесно – голубого цвета.

– Знакомься, Олюшка! Это Симочка. Мы живем вместе! – Макс улыбнулся очаровательной улыбкой и нежно приобнял чучело. В свою очередь, Ольга так растерялась, что тоже приобняла Симочку. На короткое время она вообще забыла, зачем сюда пришла. Глупо похихикивая, Ольга протискивалась вглубь квартиры, благо, ей хватило сообразительности отцепиться от Симочки.

– Макс, я к тебе по делу! – это фраза далась Ольге с большим трудом, и то минут через пять.

– Интересно-интересно! Какие дела может решать столь юная и очаровательная девушка? – Макс принял серьезное выражение лица и сконцентрировался на собеседнице. Симочка тем временем их покинул и где-то за стеной включил телевизор.

– Ты где сейчас работаешь?

– Тебе помочь с трудоустройством?

– Нет. Просто ответь!

– Там же, где и работал. Я прирожденный стилист!

– Ты прирожденный клоун! Зачем тебе этот Симочка?

– Ревнуешь! Милая, твое место в моем сердце не заменит никто!

Ольга поняла, что Симочку лучше отложить до лучших времен и приступила к делу:

– Меня интересует бизнесмен Игорь Бежин. Он же Игорь Сварин!

– Значит, ты все узнала! Но зачем тебе это, милая? Ты и так богата, а Игорь твой подлец. Забудь о нем и живи спокойно.

– Значит, ты знал, что он жив?

– Я узнал об этом год назад. Он и в Москве-то появился недавно.

– Но что все это значит? Он же разбился на самолете! Даже его семья в Венгрии ничего не знает!

– Об этом вообще мало кто знает. Я и сам не очень-то просвещен на эту тему. Знаю, что он действительно исчезал на долгое время, потом появился в Москве, сразу занялся бизнесом. Причем деньги вкладывал огромные!

– Каким бизнесом? Машины?

– Нет, машины тут ни при чем. Он построил несколько закрытых заведений в разных уголках столицы. Говорят, что и не только столицы. Доход эти заведения приносят огромный. Я только удивляюсь, где он взял деньги на то, чтобы ему вообще позволили вклиниться в этот бизнес?

– А что за заведения? Почему закрытого типа? – Ольга сидела неподвижно, боясь, что одним неверным движением может спугнуть Макса. Но Макс и не думал пугаться. Он явно был заинтересован беседой не меньше Ольги:

– Типа ночных клубов. Но обычных людей туда не допустят, потому что, во-первых, им это будет не по карману, а во-вторых, могут потом поползти слухи. Заведения эти имеют явно непристойный характер.

Ольга итак поняла, что тут что-то нечисто. Она знала, что существуют такие клубы, где отдыхают «странные» люди. Вот Макс с Симочкой оказались одними из них.

– Макс, мне нужно туда попасть!

– Девочка, ты чего? Зачем?

– Я хочу встретиться с Игорем. И лучше, чтобы эта встреча была неожиданной! Он ведь наверняка появляется в этих клубах?

– Конечно! Хозяин должен следить за порядком!

– Макс, как мне туда проникнуть? Мне нужно купить билет или сунуть кому-нибудь взятку?

– Это не поможет. Да и билетов там не бывает. Каждый вечер во всех клубах меняется кодовое слово. Вот кто его назовет, того и пропускают!

– А сегодня? Какое сегодня слово?

– Сейчас спросим. Но, Ольга, если что-то натворишь, я тебя не знаю!

– Конечно-конечно, Максик!

Макс вышел из комнаты, потом вернулся минут через десять, сел на диван и с умным видом сказал:

– Призовой фонд.

– Что?

– Кодовое слово: призовой фонд. Смотри, не ошибись!

Минут через пятнадцать Ольга уже неслась по городу с бешеной скоростью. Ей нужно было успеть переодеться, накраситься, вычитать что-нибудь в Интернете о поведении в таких местах, как закрытый клуб для «необычных» людей и сообщить подруге о своем предприятии.

Интернет преподнес кучу полезной информации вплоть до того, какой стиль общения присущ завсегдатаям подобных заведений. Подбор одежды занял значительно больше времени, чем предполагалось, а разговор с подругой вообще расстроил Ольгу. Инна всеми силами пыталась отговорить Ольгу от задуманного и советовала опять вернуться во Францию от греха подальше. Но Ольга была непоколебима в своем решении, так что в полночь она прикатила к дверям  клуба «Летучий голландец» в полной боевой готовности. Машину Ольга оставила дома, так что теперь пришлось немного шокировать несчастного таксиста своим внешним видом. Ольга надела узкую юбку и такую же куртку из черного блестящего материала, сделанного под кожу. Она с трудом припомнила, откуда взялся столь странный наряд в ее гардеробе. Но потом из памяти всплыло, что этот костюм подарил ей второй муж, который когда-то страстно увлекался тяжелым роком и мотоциклами. Когда Ольга примерила костюмчик, он пришел в полный восторг. Но девушка так ни разу его больше и не надела. Одежда была украшена всякими цепочками, колечками и бусинками из металла. Сапоги Ольга подобрала той же цветовой гаммы, что и костюм. Высоченные голенища доходили практически до юбки, а юбка, в свою очередь, чуть-чуть прикрывала попу. Красные ажурные чулки и красный блестящий пояс дополнили композицию «девушка наилегчайшего поведения».

Охранник тупо уставился на Ольгу и произнес замогильным голосом:

– Слушаю.

– Эээ… Призовой фонд!

Дверь распахнулась, и Ольга влетела в зал с такой скоростью, будто охранник пнул ее коленом под зад. Минуты две девушка пыталась привыкнуть к бешеной музыке и ярко мигающим огням. На первый взгляд ничего нового она не увидела: обычный ночной клуб, правда одежда у посетителей более вызывающая и откровенная, но никаких других особенностей… Хотя… Ага, два парня прошли под ручку. Ну, этим Ольгу уже не удивишь. Несколько девушек пробежали мимо, дико хохоча, и выскочили в какую-то дверь. Ольга направилась следом за ними. Дверь была незапертая, да и зачем ее замыкать, если это выход в коридор?

Девушки пробежали по коридору и скрылись за поворотом. Ольга шла следом, и дергала все дверные ручки, которые попадались ей по пути, но ни одна дверь не подалась. Ольга повернула следом за девушками и остановилась, когда заметила, что вход в какую-то комнату приоткрыт. Прислушавшись, Ольга поняла, что там кто-то есть. Любопытство взяло верх, и девушка ужом проскользнула внутрь. Ольга спряталась за выступом в стене, который служил чем-то вроде шкафа в прихожей: тут на гвоздях висели куртки, пальто, пиджаки и прочая верхняя одежда, в которую девушка и не преминула нырнуть. Отсюда ей хорошо было видно комнату, но ничего интересного не происходило. Пьяная компания из семи человек праздновала чей-то день рождения. Кто-то произносил тост, кто-то рассказывал анекдот, в общем, ничего такого, что могло быть отнесено к из ряда вон выходящему. Ольга не стала задерживаться и бесшумно выскочила за дверь. Она пробежала по коридору и повернула направо. В конце коридора Ольга заметила дверь, отличавшуюся от всех остальных. В противовес разноцветной обивки остальных дверей, эта бросалась в глаза строгостью цветовой гаммы. Ольга повернула ручку и вошла внутрь. По всей видимости, это был кабинет. Точно! В углу комнаты компьютер,  посередине – стол, стулья, предназначенные, видимо, для каких-то небольших переговоров. Ольга подошла к компьютеру. Тут же на столике она заметила ежедневник. Пролистав несколько страниц, Ольга узнала подчерк бывшего мужа. В планах на сегодняшнее число у Игоря значилось посетить клуб «Полет мечты». Значит, Ольга его не там ищет! Недолго думая, девушка выбралась из «Летучего голландца», поймала такси и приказала катить в «Полет мечты». Ольга боялась, что Игорь мог уже уехать и из этого клуба, поэтому пообещала приплатить за скорость доставки. Таксист неодобрительно покачал головой, произнеся фразу типа «Куда спешить? В такие места не опаздывают!», но, тем не менее, прибавил газу.

На входе в «Полет мечты» стоял точно такой же охранник, как и в «Летучем голландце». Ольга подумала, уж не привез ли ее таксист обратно? Но фасад здания был немного иным, да и вывеска носила другое название. Недолго думая, Ольга подошла вплотную к охраннику и четко произнесла:

– Призовой фонд.

– Проходите. Приятного вам отдыха! – охранник приветливо улыбнулся и проводил девушку внутрь.

Ольга прошла по ярко освещенной площадке, толкнула единственную дверь и вошла в огромный зал. Тут тоже играла музыка, сверкали огни, бушевала толпа. Правда, одеты все были очень экзотично. Вот мимо прошла парочка: девушка в шкурке лисицы и парень-медвежонок. Были тут и динозавры, и кошки, и тигры. Обслуживающий персонал отличался более скромным одеянием: черные блестящие костюмы разных фасонов. Так что Ольгу можно было принять за официантку, чему девушка очень обрадовалась. Недолго думая, она выбралась из толпы и начала поиск двери, выводящей в коридор. Теперь Ольга приблизительно знала, где ей вести поиски Игоря. Она быстро обнаружила нужную дверь и теперь неслась по коридору сломя голову. Как и в «Летучем голландце» коридор повернул направо. Тут Ольга приостановилась. Она заметила, как кто-то выскочил из последней двери и нырнул в соседнюю. Ольга дошла до этой двери, но она оказалась запертой. Зато кабинет был приоткрыт. Ольга сразу поняла, что это именно кабинет, потому что выглядел он точно так же, как и в «Летучем голландце». Девушка вошла внутрь и увидела мужчину, сидящего к ней спиной. Он работал на компьютере и ее не заметил. Когда Ольга подошла поближе, то чуть не лишилась чувств от увиденного. Это был Игорь. Он смотрел неподвижным взглядом прямо в глаза Ольги. Изо рта у него еще шла пена, а кожа на лице приобрела нереально зеленый цвет. Ольга училась на медицинском факультете и сразу в голове у нее возникла мысль об отравлении. Она попыталась найти какие-нибудь улики: чашки, ложки, шприцы, но ничего такого не заметила, зато четко услышала звуки шагов. Кто-то двигался по коридору в направлении кабинета. Ольга с ужасом заметалась по комнате и не придумала ничего лучше, как спрятаться в стоявший  у входа шкаф. Она услышала голоса входивших в комнату. Это были две девушки. Сквозь створки шкафа Ольга заметила, что одеты они практически так же, как и она. Затем одна из девушек вскрикнула и выскочила из кабинета. Следом за ней выбежала и другая. Ольга, недолго соображая, выбралась из шкафа. На компьютерном столе перед Игорем она заметила такой же ежедневник, как и в кабинете «Летучего Голландца». Недолго думая, девушка схватила тетрадь и выскочила в коридор.  Там уже были слышны голоса приближающихся людей. Ольга неслась вперед, дергая все двери подряд. Одна из них подалась, и девушка скользнула внутрь.  Как раз в это время мимо двери пробежало человек шесть персонала.

Ольга огляделась вокруг и шагнула вглубь комнаты. На первый взгляд ей показалось, что она одна, но тут девушка услышала тихий щелчок. Оглянувшись, Ольга поняла, что оказалась заперта. Клочок света, который проникал через щелку приоткрытой двери, погас.  Но кто дернул ручку?

В темноте ничего нельзя было разглядеть, Ольга слышала только, что кто-то к ней приближается. Девушка бросилась вглубь комнаты. Тут она заметила, что на кровати лежит полуголый мужчина: его огромное волосатое тело немного прикрыто одеялом, ноги и руки раскинуты в разные стороны, грудь вздымается в такт с неравномерным дыханием.  Рядом с ним стоит торшер и немного рассеивает темноту, создавая своим светом удручающий полумрак. Когда Ольга повернулась, она чуть не закричала от ужаса: к ней приближалась карлица, наряженная в бальное платье. Конечно, Ольга не раз видела людей, не достигших в росте общепринятых норм, но то, что она наблюдала сейчас, повергло ее в настоящий шок. Тело карлицы передвигалось в сторону Ольги с ужасающей скоростью, непомерно большая голова раскачивалась из стороны в сторону, а из беззубого рта несся ужасающий визг.  От испуга Ольга не знала, что ей делать. Все происходящее напоминало ей страшный сон, когда движения замедляются, и ничего нельзя сделать, чтобы спастись от надвигающегося кошмара.  Ольга запрыгнула на кровать в попытках спастись от карлицы, начала трясти мужчину, но тот был настолько пьян, что даже не пошевельнулся. Тем временем, карлица залезла под одеяло и подползала к Ольге. Девушка попыталась ударить ее ежедневником, который все еще сжимала в руках, но ей это не удалось. Зато удалось спрыгнуть с постели.

Ольга подлетела к двери, но открыть ее можно было только ключом. Как в продолжение кошмара, Ольга почувствовала, что карлица лезет по ее ногам, цепляется за колготки, разрывает юбку. В бессилии что-либо сделать, чтобы снять с себя визжащую карлицу, Ольга бросилась в комнату в поисках ключа. Ключ лежал на столе. Девушка схватила его, и начала судорожно отмыкать замок. Тем временем карлица уже сидела у нее на плечах и гладила ей волосы. «Прямо как в книге Генриха Манна,– неожиданно подумала Ольга, – только там несчастного будущего короля Франции Генриха четвертого облизали, а потом еще и обмочили. Значит, мне еще повезло!».

Наконец-то Ольга справилась с замком и вылетела в освещенный коридор, в котором толпилось столько людей, что никто и не заметил появления девушки. Тут карлица быстро спустилась с плеч девушки и снова нырнула в комнату. Ольга поняла, что карлица оказалась не настолько уж и безумной – она четко научена охранять комнату, в которой работает. Ольга не стала задумываться, в чем заключается работа ее недавней спутницы – сейчас ей было не до этого. Нужно срочно покинуть «Полет мечты», пока никто не заметил  ее присутствия.

Девушка просочилась сквозь толпу народа, суетящуюся в коридоре, и снова очутилась в зале. На удивление, танцы продолжались, никто не кричал «Убили! Убили!» и не вставал на пути у Ольги. Даже охранник не предпринял попытки задержать девушку, наверное, ему дали приказ не наводить панику и ничем не выдавать происходящих внутри клуба событий. Ольга еле заставила себя пройти неторопливым шагом до поворота улицы и только там бросилась бегом подальше от этого кошмара.

Глава 4.

Домой Ольга попала под утро, и первым делом она хорошенько помылась в душе. Костюм был испорчен настолько, что восстановлению не подлежал, да и зачем он был нужен вообще? Сапоги тоже отправились в мусорный бачок вслед за юбкой и пиджаком. На удивление, Ольга обнаружила, что ежедневник Игоря она не выронила и даже не порвала в пылу борьбы и сражений. Почитать его девушка решила позже, когда будет способна что-либо соображать. А пока ей требовался основательный отдых.

Проснулась Ольга в обед и сразу же отправилась к Нине Федоровне. К счастью, у няни с Витьком все было в порядке. Ольга решила, что сейчас необходимо отправить сына подальше от Москвы, хотя бы на то время, пока что-нибудь не прояснится в истории с Игорем.

– Нина Федоровна, как вы смотрите на то, чтобы съездить с Витюшей в санаторий? Или в детский лагерь в качестве сопровождающего?

– Олюшка, скоро закончатся весенние каникулы, и мальчику нужно снова идти в школу!

– Каникулы закончатся через неделю, да и в лагере обучение не прерывается!

– Ну, тебе виднее, – Нина Федоровна решила не возражать. Она всегда знала, когда Ольгу возможно переубедить, а когда это бесполезно.

Уже через два часа Ольга провожала сына с няней на поезд, который должен был доставить их в Адлер. Морской воздух полезен в любое время года, да и общение со сверстниками пойдет только на пользу.

Ольгу терзали противоречия о том, рассказать ли обо всем случившемся Инне, или лучше сохранить в секрете? Пока она размышляла над этим вопросом, телефон оглушительно затрещал. «Инна! Прямо настоящий телепат!»:

– Привет, дорогая!

– Здравствуй, Оля! Как дела? Отдохнула после перелета?

–Да уж, куда там!– Ольга не выдержала и рассказала подруге обо всем, что произошло в обоих клубах. Инна как следует отругала неразумную и строго-настрого запретила ей впредь лезть в это дело.

– Ты хоть о Витьке подумала? Суешь свою голову, куда только можно и нельзя, а с сыном что будет, если с тобой что-нибудь случится?

– Иннуся, не каркай! – Ольга не любила, когда кто-то пытался остановить ее в пылу борьбы, – Лучше расскажи, чем ты занимаешься? Как дела?

– Вот только и можешь, что по телефону спрашивать! Взяла бы, да и заскочила на чай!

– Некогда, дорогая, некогда!

– Это тебе-то некогда? Сына с няней отправила в лагерь, сама не работаешь! И некогда?

– Вот так вот и бывает! – Ольга решила не рассказывать о том, что решила-таки продолжать поиски истины.

– Смотри, не пытайся снова начать какое-нибудь расследование! – Инна вновь удивила своей способностью читать мысли.

– Нет, нет! Кого теперь искать? Игорь явно мертв, лично в этом убедилась!

– Кстати, об Игоре. Если милиция докопается, что ты была на месте преступления, тебе никак не оправдаться! И мотив очевидный, и алиби никакого! Так что тебе вообще было бы лучше уехать из города.

– Может быть, ты и права. Хотя никто ведь не знает, что я была в клубе, кроме меня самой, тебя и Макса. Тебе я доверяю. Макс тоже не станет трепаться…

– Милая, ты забыла об охраннике, а также о настоящем убийце, ведь наверняка в коридоре ты увидела его! А сколько народа сможет составить твой автопортрет! Та же самая карлица узнает тебя сразу же! Ведь ты правильно заметила, что она не настолько безумна, как тебе показалось вначале.

– Да, да, конечно, все это верно. Но ведь и доказательств моей вины нет!

– А тебе нужны вообще все следственные мероприятия, подписки о невыезде, суды, в конце концов?

– Инна, не нагнетай обстановку!

Подруги поспорили еще минут двадцать, договорились обязательно встретиться на выходных и уже с более радостным настроением распрощались.

Ольга отправилась на кухню, прихватив с собой ежедневник Игоря. Наконец-то она до него добралась! Заварила себе травяного чая, достала вафельный тортик – первый кусок пищи за сегодняшний день, и приступила к перелистыванию страниц.  Этот ежедневник Игорь начал вести еще шесть лет назад! Получается, что в тот период они с Ольгой состояли в законном браке. На первых страницах ничего необычного не было: планы на день, марки автомобилей, которые следовало пригнать, суммы денег и тому подобные рабочие вопросы. Но дальше, прямо посередине листа, черным фломастером был записан адрес: Московская область, село Обухово, 10.  Во весь следующий лист начерчена карта, с указанием населенных пунктов, которые нужно преодолеть, чтобы попасть в загадочное Обухово.  В самом углу, уже обычной ручкой, было приписано имя: Гришанова Наталья Сергеевна. А дальше шли подробные чертежи комнат, с указанием расставленной мебели и обведенными в кружки участками. Кто такая Гришанова? Игорь никогда не упоминал ее имени! Да и что вообще связывает его с этим селом? Зачем понадобились подробные чертежи столь ветхого жилища, что это становилось понятно даже из плана комнат? Ольга решила во что бы то ни стало получить ответы на свои вопросы, главным из которых был: «Кто отравил Игоря?», хотя  как раз в этом случае могли иметь место элементарные разборки с конкурентами.

Не задерживаясь ни на минуту, Ольга стала собираться в дорогу. Судя по чертежу, путь предстоял неблизкий, а машина явно не была предназначена для длительной поездки. Когда Ольга улетала во Францию, ей пришлось продать свою дорогую иномарку, чтобы не начинать поиски денег в первый же день, да еще и в чужой стране, так что теперь у нее имелась лишь пятнадцатилетняя семерка. Ольга схватила кредитную карточку, вызвала такси и отправилась в автомобильный центр за новым конем.

Консультанты засуетились вокруг неразумной блондинки, но, к их сожалению, Ольга сама прекрасно знала, какую именно машину ей приобрести. Из салона девушка выехала на новеньком БМВ темно-синего цвета. Ольга была в полном восторге от покупки: «Жоржик, спасибо за подарок! – мысленно пропела Ольга, – у тебя отличный вкус!». Теперь можно было спокойно оправляться в Обухово.

Глава 5.

Если бы Ольга знала, сколько ей придется плестись по бездорожью, по глухим деревням и селам, она бы хорошенько подумала, стоит ли вообще совершать эту поездку? Но дело сделано, осталось проехать еще два населенных пункта и Обухово замаячит на горизонте. Телефонная связь, разумеется, прервалась еще три часа назад, и теперь Ольга могла наслаждаться абсолютной свободой. «Хорошо, что я догадалась взять с собой пару канистр бензина, а то бы в обратный путь пришлось пуститься пешком!». Но вот желанное Обухово наконец-то достигнуто! Неудивительно, что в ежедневнике Игоря не было указано названия улицы: здесь всего-то было от силы домов тридцать. Видимо, население вело совершенно обособленную от мира жизнь. Ольга без труда нашла дом с номером десять и постучала в деревянную калитку. Ответ последовал незамедлительно, видимо, хозяйка работала в огороде:

– Кто?

– Вы меня вряд ли знаете, но я очень хочу познакомиться! – Ольга попеняла на себя за то, что так и не научилась быстро находить, что ответить на вполне логичные вопросы.

– Ну, раз хотите познакомиться, то милости прошу! – женщина лет семидесяти с добродушным миловидным лицом распахнула калитку и впустила Ольгу во двор. Но Гришанову никак нельзя было назвать старухой – выглядела она очень энергично и бодро.

– Меня зовут Ольга, я к вам приехала из Москвы и очень хотела бы кое-что прояснить для себя…

– Сейчас все расскажете, не на улице же нам знакомиться! Проходите в дом, – хозяйка пропустила Ольгу вперед, сама быстро поставила чайник на плиту, – что же заставило вас, Оленька, проделать столь длинный и опасный путь, чтобы познакомиться со мной?

– Скажите, пожалуйста, вас ведь зовут Наталья Сергеевна Гришанова? – Ольга могла и не задавать этот вопрос, она итак чувствовала, что идет по верному следу, да и дом оказался точно таким же, как и на чертеже у Игоря.

– Ну вот, а вы говорили «Давайте знакомиться»!

– Наталья Сергеевна, я нашла ваш адрес в блокноте своего бывшего мужа…– Ольга запнулась. Она не знала, стоит ли посвящать незнакомую женщину в подробности гибели Игоря? И как вообще объяснить, зачем она сюда приехала? Но говорить что-то было необходимо, – я долгое время не общалась с ним, да и вообще жила в другой стране, но когда вернулась и отыскала его, он оказался мертв. Рядом с его телом лежал ежедневник, и там я нашла ваш адрес.

– Примите мои соболезнования. А как звали вашего мужа? Быть может, Игорь?

– Да! Игорь Бежин! Или Сварин…

– Про Сварина ничего сказать не могу, а вот Бежина Игоря я отлично помню. Он жил у меня в течение года. Но три года назад уехал и больше ничего не давал о себе знать!

– А почему вообще он у вас жил? Как он это объяснил?

– Он, как и вы, приехал из Москвы, но ко мне пришел не сразу. Сначала был у соседки, спрашивал, где можно снять комнату на короткое время. А она сразу ко мне. Знает, что живу одна, дом просторный, места хватит. Вот так Игорь и поселился здесь. Рассказал, что в Москве он развелся с женой, все оставил ей, а самому ни денег, ни квартиры не досталось. Так, значит, это он про вас говорил?

– Видимо, да. Но мы не разводились с ним… – И тут Ольга поведала незнакомой женщине то, что сама знала обо всей этой истории. Наталья Сергеевна внимательно слушала Ольгу, лишь изредка задавая вопросы. Больше всего ее заинтересовал момент, когда Ольга рассказала про чертежи дома Гришановой.

– Вот тут-то все и становится понятным! Если бы я знала, с какой целью он поселился! – Наталья Сергеевна вскочила из-за стола и в крайнем возбуждении удалилась на кухню. Там она минут пять гремела посудой, затем появилась с двумя кружками ароматного чая. Уже вполне успокоенная она села за стол и принялась рассказывать:

– Не знаю откуда, но вашему мужу, видимо, стал известен один момент из очень далекого прошлого моей семьи. Все это происходило настолько давно, что и свидетелей этой истории уже не осталось, – Наталья Сергеевна задумалась о чем-то, будто пытаясь понять: имело ли место какое-то событие в действительности или нет? Затем она собралась с мыслями и продолжила.

Родители Натальи Сергеевны Гришановой всю жизнь прожили в Обухове. Родились и познакомились здесь же. Здесь же вышла замуж и сама Гришанова. Но, к сожалению, ее муж Андрей скончался в пятидесятилетнем возрасте от укуса змеи, так как никаких быстродействующих противоядий в деревне не имелось, да и рядом никого не оказалось в тот момент, когда незамедлительно требовалась помощь. Детей у Гришановых трое, но все разъехались по разным городам, поближе к цивилизации, так что Наталья Сергеевна осталась одна. Хотя и других родственников имелось предостаточно, связь они не поддерживали. Причина этого имела корни в далеком прошлом, но Гришанова отлично знала ее со слов своей матери.

Когда семьей еще правил прадед Гришановой, все жили очень дружно и сплоченно до тех пор, пока младшая дочь, бабушка Натальи Сергеевны, не ослушалась отца и не вышла замуж за недостойного, по мнению семьи, человека. В итоге ей пришлось сбежать не только из дома, но и из города. Вместе с мужем, Екатерина поселилась в Обухове и полностью оборвала отношения со всеми родственниками. Тем не менее, она никогда не скрывала от своей дочери Елены, что у них есть многочисленная родня: две тети Инна и Татьяна, старшие сестры Екатерины, их мужья Сергей и Виктор, а также дети Инны Светлана и Юрий, а еще бабушка с дедушкой, которые все же простили неразумную дочь незадолго до своей смерти и пытались наладить с ней отношения. Конечно, Екатерина с радостью пошла на перемирие, но общались с ней только родители, другие родственники считали ее недостойной внимания. Когда Екатерина умерла, ей было сто семь лет, матери Натальи Сергеевны – Елене – больше семидесяти, а самой Гришановой около сорока. В их семье все мужчины прожили значительно меньше, чем жены: и дед, и отец, и муж Натальи Сергеевны не перешагнули даже шестидесятилетнего рубежа.

Позже Елена всегда узнавала обо всем, что происходило в семьях ее ближайших родственников. Иногда она даже писала письма с поздравлениями, но отвечала ей только Светлана – двоюродная сестра. Светлана и сообщала о прибавлении в семействах или об уходе в мир иной. Когда десять лет назад скончалась Елена, переписка, а, следовательно, и новости от семьи, оборвались. Наталье Сергеевне было тогда известно, что из родственников у нее есть тетя Светлана, которой давно перевалило за сто лет, двоюродная сестра Алеся, дочь Светланы, муж Алеси и их дети: Игорь и Наталья. В двадцать лет Наталья вышла замуж и родила двоих детей – одну девочку назвали Инной, а другую Татьяной в честь прапрабабушек.

– Сейчас они примерно твои ровесницы, – улыбнулась Наталья Сергеевна.

Ольга так увлеклась плавным течением рассказа, что даже не сразу обратила внимания на фразу, предназначенную лично ей.

– А в каком городе они живут? Вы так ни разу и не упомянули, откуда родом ваша семья!

– Начиная с прадеда все жили в Москве. И только моя бабушка сбежала оттуда. Знаешь, Ольга, я совершенно не жалею о том, что она так поступила. Даже из писем Светланы я понимала, что и ее жизнь прошла кувырком. Вся их семья гналась за мифическими сокровищами, из-за которых, в итоге, бабушке и пришлось уехать вместе с мужем.

– Каких сокровищ?

– За которыми, видимо, охотился и ваш муж, Игорь Бежин.

– Подождите, подождите… Ничего не понимаю. Вы же говорили, что Екатерине пришлось уехать вместе с мужем из-за давления семьи. При чем здесь сокровища?

– Его обвинили в том, что он хочет похитить их!

– Ваш прадед обладал золотым запасом? – интерес Ольги все больше и больше возрастал. У нее с Игорем, видимо, семейная тяга к золоту!

– Я сама этому не очень-то верила. Но теперь, после твоего рассказа, задумалась. Вот послушай сама, может, вместе разберемся. История, конечно, очень давняя, но суть заключается в следующем…

Тришин Владимир Иванович родился в 1799 году в семье крестьянина Ивана Павловича, который вместе с женой растил пятерых сыновей и двух дочерей. Разумеется, материального достатка семья не имела, поэтому, как самому маленькому, Владимиру приходилось донашивать одежду старших братьев, по мере возможности помогать родителям. Но когда Вовочке исполнилось десять лет, у Ивана Павловича внезапно раскрылся талант: неожиданно для всех он начал рисовать портреты. О снизошедшем даре быстро поползла молва. Уже через пять лет Тришин-старший стал знаменитым портретистом и был приглашен в Петербург, чтобы запечатлеть на холсте облики представителей царской семьи. Было решено взять с собой младшего сына в качестве сопровождения. Владимиру было тогда пятнадцать лет, и внешность его напоминала нечто неземное: белокурые волосы ниспадали на плечи, небесно-голубые глаза обезоруживали своей невинностью, и оставалось только удивляться: как в семье крестьянина мог родиться ребенок со столь незаурядной внешностью? Но внешность бывает обманчивой. Доказательством данного высказывания и был Владимир.

Пока Иван Павлович занимался написанием портретов, Тришин-младший изучал царские палаты. Ему никто ничего не запрещал: стоило только парню взглянуть собеседнику в глаза, как перед ним тут же распахивались все двери. Несмотря на столь юный возраст, Владимир, плюс ко всему, был еще и покорителем женских сердец: одни влюблялись в него как в мужчину, другие воспринимали ребенком но, несмотря на причину, результат был одинаков.

И вот, незадолго до отъезда обратно в Москву, Владимир, по своему обыкновению, разгуливал по дворцу, любуясь роскошью. Хоть его отец и начал отлично зарабатывать, такую жизнь Тришин-младший видел впервые. Его всегда тянуло к дорогим вещам, а драгоценности вызывали в нем нечто вроде экстаза. И вот как-то раз в одном из коридоров дворца мимо него пролетела барышня, с ног до головы обвешанная золотыми пряжками и булавочками.

– Молодая дама спешит в свои покои? – Владимир поклонился столь изысканно, что девушка остановилась.

– Какой хам! Задавать вопросы знатной даме! – девушка напустила на себя высокомерный вид, хотя сердце ее застучало учащенно.

– Я потерял рассудок и поэтому то, что кажется вам хамством, на самом деле лишь порыв души влюбленного человека!

Через пятнадцать минут молодые люди бежали по коридорам, весело хихикая. И уже через минуту щелкнула задвижка на двери одной из комнат. К сожалению, только девушка искренне считала, что встреча с очаровательным принцем, коим виделся ей Владимир, была случайной. На самом деле Тришин-младший давно следил за юной дочерью приближенной к царским палатам дамы и разрабатывал четкий план знакомства с ней. Он разузнал, что девушка проводит несколько дневных часов в своей опочивальне, изучая старинные книги по наказу  матушки,  и теперь ловко подстроил неожиданную встречу. Также Владимир был в курсе о том, что юная прелестница имеет ключи от комнаты, где хранятся эти книги, а помимо них еще и фамильные драгоценности царской семьи. Спустя два часа Владимир выходил из покоев своей новой поклонницы, оставив ее одну для дальнейшего изучения книг. Девушка даже не заметила, как Тришин вытащил ключи из ее шкатулки, и теперь с трепетом провожала его, прислонившись к двери:

– Не забудьте, что через час я снова буду свободна. Изучение книг требует большого внимания и полного сосредоточения, поэтому я не должна утомляться. Так что ваш приход будет весьма кстати!

– Да, любовь моя! Я буду считать минуты до встречи с вами! – На самом деле Владимир считал минуты до того момента, как он сможет раскрыть шкатулку с драгоценностями.

Владимир проделал все идеально. Ровно через час ключи снова лежали у юной девушки.

Наталья Сергеевна взглянула в глаза Ольги:

– Я не думала, что у прадеда получилось вывезти золото из Петербурга! Я вообще удивляюсь, как его не казнили прямо там же, на площади!

– Да, интересная история… А кто еще о ней знал?

– Об этом знала вся семья, но никто особо в нее не верил. Это только теперь я поняла, что на самом деле очень даже верили. Не зря же бабушка говорила, что ей кричали, когда выгоняли вместе с мужем из дома: «Не хватало нам еще одного претендента на сокровища».

– А ваш прадед никому не показывал украденных драгоценностей?

Наталья Сергеевна задумалась, потом покачала головой:

– Нет. Он только говорил, что вывез их за пределы Москвы и что найдет их достойнейший из семьи. Екатерина любила это повторять. Наверное, она искренне считала, что сокровища не дадутся в руки плохому человеку.

– А ваша мама, Елена, не пыталась найти драгоценности?

– Не знаю. Мне она ничего об этом не говорила.

– Конечно, все это интересно, но какое отношение имеет Игорь к вашим семейным тайнам?

– Вот уж не знаю. Но мне кажется, что ты начала копать не с той стороны. Попробуй-ка, если тебе это так уж интересно, встретиться с теми Тришиными, которые живут в Москве. Хотя фамилии-то у них уже другие!

– Хорошая мысль! – поникшая от потерянной было нити расследования Ольга встрепенулась. – А адреса у вас хоть какие-нибудь имеются?

– Имеются. Пиши. Моя двоюродная сестра Алеся проживает последние лет десять в доме престарелых. Не думаю, что она может тебе чем-нибудь помочь. Год назад я попросила своего сына разузнать, как поживают наши родственники. Дима сказал, что Алеся давно не в своем уме. Но я почему-то сильно сомневаюсь, что женщины в нашем роду способны дойти до такого состояния. Муж Алеси скончался двадцать пять лет назад, их дочь вышла замуж, а сын женился. Есть адреса Игоря и Натальи, – Наталья Сергеевна продиктовала Ольге адреса, – не забудь передать привет от меня, если, конечно, это не помешает твоему расследованию!

Глава 6.

Ольга уезжала из Обухова утром следующего дня. Радушная хозяйка Наталья Сергеевна не отпустила гостью в обратный путь ночью и уложила спать. Утром Ольга позавтракала и, в полной боевой готовности, отправилась домой. В квартиру она вошла в три часа дня, и тут же была оглушена трезвоном телефона:

– Ольга, ты где гуляешь? Я звонила тебе с утра! – соседка возмущенно сопела в трубку.

– А что случилось, теть Кать? Вас опять затопило? Надо звать сантехников! Вы только не переживайте!

– Ну что ты там тараторишь! Какие сантехники? Я тебе вообще не за этим звонила, экая ты взбалмошная. Митя приехал!

Ольга пыталась сконцентрироваться, чтобы понять, какое отношение она имеет к некому Мите? Что их связывает? Откуда у нее могут быть общие интересы с тетей Катей? Ах, да! Митя! Сын соседки! Как она могла забыть?

– Уже приехал? Какая радость! Митенька!

– Я жду тебя у нас, ты не забыла?

– Нет, что вы, что вы!

Соседка весело усмехнулась и отсоединилась. Но телефон снова зазвонил:

– Что еще, теть Кать?

– Какая я тебе тетя!

– Иннусь, привет!

– Привет! Оля, я тебе не могу дозвониться ни на сотовый, ни на домашний! Я же волнуюсь, как ты не поймешь? Где ты гуляешь всю ночь?

– Ой, а в телефоне, наверное, батарейка села! А в домашнем я звук на ночь отключаю, ты же знаешь!

– Вот уж мне эти твои привычки! Ты ничего не скрываешь?

– Ты что! – Ольге было трудно обманывать подругу, но лучше ей не знать о планируемых действиях, иначе Иннуся всеми силами начнет удерживать ее от опасных мероприятий.

– Я хотела узнать, какие у тебя планы на вечер? Не хочешь сходить в ресторанчик?

– Хочу. Но не могу.

– Интересное дело. Нашла нового жениха?

– Ты прямо в точку. Только есть небольшое уточнение – мне нашли нового жениха. Соседка тетя Катя предложила выгодную партию со своим сыном. Я просто не могла отказаться!

– Ну, удачного вечера, дорогуша! – Инна, более или менее успокоенная планами подруги, отсоединилась. Но  так как до вечера было еще предостаточно времени, Ольга решила не тратить его впустую. «Для начала навещу-ка я престарелую родственницу Тришиной, может, разговор с ней прольет хоть какой-то свет на историю с исчезнувшими драгоценностями. А там и до Игоря доберемся!» – Ольга развернула карту Москвы и принялась искать дом престарелых под названием «Ивушка», которое вместе с адресами записала ей Наталья Сергеевна.

«Ивушка» располагалась в полутора часах езды от дома Ольги в тихом райончике и представляла из себя трехэтажное кирпичное здание белого цвета. Калитка во двор не была закрыта – так что Ольга беспрепятственно проникла внутрь. Только на проходной пожилая женщина поинтересовалась:

– Вы к кому?

Ольга запнулась. Только сейчас она поняла, что не знает ни отчества, ни фамилии Алеси – Наталья Сергеевна практически не называла мужских имен из их семьи, а тем более фамилий.

– Я к бабуле… Э… К своей…

– Фамилия!

– Игнатьева, – неожиданно для себя самой Ольга выпалила фамилию подруги.

– Проходите. Я вас записала.

Куда проходить Ольга не представляла. Спросить у дежурной тоже не было возможности: следовало сформулировать к кому именно держишь путь, но фамилия Алеси неизвестна. Поэтому Ольга смело шагнула вглубь коридора, решив разобраться с координатами «бабули» позднее. К сожалению, по пути никто не встретился, и даже ни одна дверь не приоткрылась. Ольга набралась храбрости и толкнула первую попавшуюся. Две бабули мирно сидели на стульях и пили чай. Появление Ольги их ничуть не смутило:

– К нам назначили новую сиделку?

– Нет. Ириша сегодня приходила и ничего не сказала. Это, наверное, проверка: как живем, чем кормят… Проходите, деточка! – последнее обращение предназначалось Ольге, которая решила сразу внести ясность:

– Добрый день! Простите, пожалуйста, что прерываю вашу трапезу, но мне очень нужно поговорить с… бабушкой… Алесей…

– Так Алеся не из этой комнаты!

– А кем вы ей приходитесь? – проявила любопытство другая собеседница.

– Внучка, – Ольга решила немного приврать ради благого дела.

– Какая такая внучка? Что-то я не припомню никаких внучек! Да и детей у Алеси нет!

Ольга растерялась. По рассказам Тришиной, у Алеси должен быть сын Игорь и дочь Наталья, а у Наталья, в свою очередь, тоже двое детей: Инна и Татьяна. Может быть, родственники не жалуют бабулю своими визитами?

– Я не родная внучка. Просто мы жили рядом, часто общались…

– Ну тогда другое дело. Вы, деточка, чуть дальше по коридору пройдите, и в комнату тридцать постучитесь. Там Алеся проживает.

Ольга распрощалась с бдительными старушками и вышла из комнаты. «Как начать разговор с Алесей? Кем представиться? Ладно, разберусь по ходу дела. Вот почему, интересно, часто бывает так: готовишься к чему-то, готовишься, а на деле все совершенно по-другому? А бывает, что не предусмотришь какую-нибудь крошечную деталь и проваливаешься на этой мелочевке», – теперь Ольга рассуждала, стоя перед закрытой комнатой и тактично постукивая по двери кончиками пальцев.

– Входите. Открыто, – донеслось из глубины комнаты.

– Здравствуйте! А могу я поговорить с Алесей?

– Можете. Давно меня так никто не называл! – с кровати приподнялась бабуля, приветливо улыбнулась и занялась поисками тапочек, – А по какому поводу вы пожаловали к нам?

– Я обязательно все объясню и подробно расскажу, – Ольга решила не скрывать от Алеси истинную цель своего визита, – только мне бы хотелось для начала узнать ваше отчество, а то неловко величать вас просто по имени.

– А мне наоборот было приятно услышать, что и даму столь преклонного возраста, как я, можно еще называть без всякого пафоса, а «просто по имени»! Вообще не могу понять, кто придумал столь несправедливое правило: чем моложе человек, тем проще с ним обращаются, проще называют, но стоит только выйти из юного возраста, как тут же все начинается: сначала тетя Алеся, Алеся Юрьевна, потом чуть ли не госпожа Симонович. А дальше вообще мрак! Бабушка Алеся!

– Я абсолютно согласна с вами. Кстати, в Америке люди обращаются друг к другу именно так, как вам нравится: по имени. Исключения составляют лишь родственные связи: мама, папа, бабушка. Да и вообще, в английском языке отсутствует местоимение «вы».

– Вот здорово! Никогда не была в штатах. Ну ничего, все еще впереди.

«Да уж, госпожа Симонович вовсе не тянет на старуху преклонного возраста. Скрепя сердце ей можно дать максимум шестьдесят, а ведь Гришанова говорила, что матери Алеси, Светлане, давно перевалило за сто лет. Может, Алеся поздний ребенок?», – ход мыслей Ольги прервал возглас Алеси:

– Так вы мне скажете или нет, для чего я вам понадобилась?

– Да, да, простите. Позвольте представиться: Ольга. Мы незнакомы, но кое-что о вас мне уже известно. Как я поняла, вы – Симонович Алеся Юрьевна.

– Вы правильно поняли. Теперь меня интересует: что вы хотите? – в голосе Симонович появились стальные нотки, и Ольга сразу же переменила тактику: она решила не признаваться Алеси, что пришла получить какие-либо сведения об убийстве Игоря, его связи с фамильными драгоценностями семьи Тришиных и вообще хоть какую-нибудь информацию, касающуюся всего этого.

– Я независимый журналист газеты «Простые истины» и хочу написать статью о жизни наших бабушек, дедушек, прабабушек и прадедушек, в общем, о том, как люди жили в старину,– Ольга поняла, что сморозила большую глупость, выбрав именно эту тему для разговора с Алесей, ведь та не чувствует себя представителем родившихся в начале прошлого века людей, но делать шаг в сторону уже поздно.

– Интересно, а почему вы решили поговорить именно со мной?

– Совершенно случайно. Спросила на проходной, кто из проживающих в «Ивушке» может грамотно и достоверно изложить факты давнего прошлого. Мне посоветовали обратиться в тридцатую комнату к Алесе Юрьевне. Пока дошла к вам, отчество вылетело из памяти, уж простите.

– Прощаю. Правильно сделали, что зашли именно ко мне, а то тут большинство из проживающих давно выжили из ума, а те, кто еще способен на связную речь, предпочитают посплетничать, чем поговорить на интеллектуальные темы. Так что именно вас интересует?

– Давайте начнем с того, в каком году вы родились, простите за нескромный вопрос. А дальше перейдем к тому, кого из родственников вы знали лично, я имею ввиду ваших дедушек, бабушек, родителей.

– Ну, сразу предупрежу вас, что прабабушку и прадедушку я не застала в живых. Зато бабушек у меня было трое, разумеется, две двоюродные: Татьяна и Екатерина. Родную звали Инной. Дочь потом в честь них назвала своих дочерей: Инна и Татьяна. А вот Екатерина, как в поговорке «в семье не без урода»… Ну да ладно об этом. Вас, наверное, интересует что-то конкретное, а не семейные неурядицы?

– Меня интересует все, что было лет пятьдесят назад, а желательно и еще раньше. А также, разумеется, ваша биография. Может, какие-нибудь семейные тайны, которые уже утратили свою засекреченность, но могут быть интересны постороннему человеку. За увлекательную, но главное, имевшую место в жизни историю наше издательство готово заплатить гонорар в размере тысячи долларов…

Ольга боялась, что Алеся Юрьевна не захочет откровенничать с новой знакомой, но за деньги ведь может и рискнуть. Тем более, есть шанс, что Симонович и не верила лично в существование сокровищ, а вот историю прадеда Тришина слышала. Оставалось надеяться на болтливость и жадность собеседницы – обычно чаша весов перевешивала именно в сторону пороков, а не добродетелей. Ольге вдруг вспомнился случай из своей ранней молодости: когда она училась в школе, в восьмом классе и была тайно влюблена в мальчика из одиннадцатого. Она не претендовала ни на вечера, проведенные вместе с Никитой, ни на прогулки, ни даже на приятельские отношения. Просто жила мечтой и фантазиями о призрачном будущем. Вообще, Ольга была замкнутой и нелюдимой девочкой, ее многие не понимали и считали не от мира сего. Подруга была одна – Светка. И вот эта Светка казалась Ольге самой, что ни на есть замечательной: умной, красивой, преданной и, главное, искренней. Ольга делилась своими мечтами, успехами, если можно назвать успехом брошенный мимолетом взгляд любимого, и вообще всем, что было у нее в жизни только со Светкой.

И вот однажды кандидатура Ольги была выдвинута на роль снегурочки на новогоднем школьном празднике. Это было неожиданностью даже для самой Ольги. Кто из учителей постарался за нелюдимую ученицу, неизвестно, но, тем не менее, кандидатуру утвердили. И что было самым неожиданным, дедом морозом оказался тот самый  Никита. Нужно отдать должное парню – он ни словом не выразил своего нежелания составлять пару со странной «малолеткой», напротив, приветливо улыбнулся напарнице и даже подмигнул. Ольга не заметила, как тогда изменилась в лице Светка. Все шло своим чередом, роли были выучены назубок, на всякий случай подобрали замену. Ольга сама предложила Свету на свою роль, но она была уверена, что ничто в жизни не помешает ей выступить вместе с Никитой. Как она ошибалась! За неделю до выступления Ольгу подкосила простуда. Заболевание несерьезное, но дня два ей нужно было отлежаться дома. Ольга вызвала к себе Свету и попросила передать учителям, что послезавтра она уже придет на репетицию, что платье готово, туфли тоже, а сама Ольга рассказывает свой текст даже во сне.

Что наговорила учителям Светка Ольге до сих пор неизвестно, но когда она оправилась от болезни и примчалась на репетицию, вместо нее уже выступала «подруга». Говорили, что Светка сказала учителям, будто Ольга сильно заболела и сама попросила подругу сыграть вместо нее, что она не нашла платья и что вообще не очень-то хочет выступать.

Нет, Ольга не устроила подруге скандал с выдергиванием волос, не заявила фразу «ты мне больше не подруга»  и вообще не сказала ни слова по этому поводу. Просто перестала с ней откровенничать, а когда узнала, что Светка стала встречаться с Никитой, полностью прекратила общение. Светка же пыталась наладить контакт, но, поняв, что это ей не удастся, успокоилась и погрузилась в море страсти с первым красавчиком школы. Как потом узнавала Ольга, ничего хорошего из этого романа не вышло: к концу восьмого класса Светка сделала аборт от Никиты. Окончив школу, она все же умудрилась выскочить за него замуж и даже родить троих детей. Но Никита медленно спивался, не хотел работать, был жену и упрекал ее за то, что она захомутала его детьми. Что было дальше Ольга не знает: она тогда уже вышла замуж за Джоржа и приезжала к родителям в Астрахань очень редко. Да и не интересовала ее судьба бывшей подруги. Ольга сделала для себя вывод: не стоит действовать из-за зависти, тем более, если и завидовать-то нечему, а Светка поступила так именно поэтому. Она дружила с Ольгой, наслаждаясь страданиями подруги,  но когда той улыбнулся счастливый случай, не упустила возможности подставить ей подножку. Но жизнь все же справедлива – за все надо платить. Тем не менее, людские пороки неискоренимы, и теперь Ольга надеялась на болтливость и алчность Симонович.

– Конечно, у нас есть семейные тайны, деточка! А где можно будет потом получить деньги?

– Сразу же, у меня, если я посчитаю историю подходящей, – Ольга ослепительно улыбнулась, расчет на жадность оправдался.

– У меня есть на выбор несколько историй…

А вот такого поворота событий Ольга явно не ожидала! Симонович действительно может дать интересную информацию, но совершенно не относящуюся к делу. И как быть?

– Вы можете рассказать все, а я выберу, что больше подходит.

– Вы лучше выберите, про кого мне рассказать!

– Про кого можете и что именно? – Ольга пошла ва-банк.

– Могу про то, как я помогала нашим во время войны… Или про дядьку – он был разведчиком…

Ого! Ну, раз Симонович собралась выбалтывать развед-тайны предка (кажется, его зовут Юрий), то вполне возможно, что она расскажет и о своем прадеде. Во всяком случае, его история более фантастична и происходила-то в глубокой древности.

– Жаль, конечно, что вас интересуют только те сведения, которые я получала из первых уст… Вот о своем прадеде я могла бы рассказать более захватывающую историю!

– Меня интересует истина. И если вы знаете что-то достоверно, я поверю вам на слово, – Ольга боялась спугнуть Симонович любым неверным словом, любой фразой, – будет еще лучше, если вы поведаете мне о своем прадеде!

– Ну тогда слушайте…

Родилась Симонович в 1905 году и стала в семье долгожданным ребенком. Ее мать Светлана вместе с мужем Юрием познакомились, когда им было уже около тридцати лет. Ни у нее, ни у него не имелось до встречи ни семей, ни детей, так что Алесю буквально носили на руках. Симоновичи часто рассказывали дочери о ее предках, о том, кем были дальние родственники, о семейных традициях… Но больше всех упоминался прадед – Тришин Владимир Иванович. Его портрет даже висел на стене: высокий стройный блондин с кинжалом в руке смотрел прямо в глаза своими огромными голубыми глазищами. Внизу была подпись: «От отца. 1820г.»  Трогать портрет или, тем более, снимать его со стены, Алесе строго-настрого запрещалось. Это был единственный запрет, который родители поставили своей дочери. Но Алеся была непослушным ребенком, и однажды, когда дома никого не было, она поставила стул, залезла на него и попыталась снять портрет со стены. То ли табуретка пошатнулась, то ли Алеся не удержала равновесие, но в итоге она оказалась на полу вместе с портретом. Стекло отскочило, но, к счастью, не разбилось, зато деревянная рамка разлетелась на четыре части, но не успела Алеся разрыдаться, как заметила, что из рамки выкатилось кольцо. Пятнадцатилетняя девушка отложила слезы на потом и принялась рассматривать колечко: явно золотое с огромным сверкающим камнем. Только значительно позже Алеся узнала стоимость этого кольца.

К возвращению родителей портрет уже висел на стене, как и прежде. Долгое время никто так и не знал о находке юной проказницы и только через пять лет, когда Юрий тяжело заболел и семья начала голодать, Алеся показала кольцо матери. Почему-то та сразу же поверила дочери: кольцо было найдено именно в портрете. Долгое время Светлана ходила сама не своя, потом посадила Алесю рядом и сказала:

– Дочь, я хочу рассказать тебе одну историю. Слушай внимательно и не перебивай. Потом мы вместе решим, как к этому относиться.

Мать Алеси рассказала дочери то же самое, что Ольга услышала от Гришановой: о художнике-портретисте Иване Павловиче Тришине, о его сыне Владимире Ивановиче, об их поездке в королевские покои и о краже драгоценностей у персоны знатного рода.

– Я не верила рассказам твоей бабушки, – продолжала Светлана, – но, наверное, что-то все-таки было. Вот только я не пойму, если драгоценности все же существовали, то куда они подевались? А, может, это кольцо совершенно не относится к этой истории?

Проговорив полночи, мать с дочерью решили разузнать подробнее все, что могло пролить свет на загадочную историю и наутро отправились к младшей дочери Тришина, Инне, матери Светланы и бабушке Алеси. В то время Инне исполнилось сто два года и многие считали, что она выжила из ума. Но Инна совершенно спокойно отреагировала на просьбу дочери подробнее рассказать о Тришине и четко поведала историю своего отца в мельчайших деталях.

– Раз уж вы заинтересовались этими драгоценностями, значит, вы наконец-то поверили в их существование, – пробормотала под конец старуха. – И у меня есть для вас одна интересная мелочь, – подмигнула она синим глазом, – дневник отца! Он подробно описывает, что стащил тогда у юной прелестницы. Только смотрите, чтобы дневник не попал в руки Екатерины, моей младшей сестры.

Светлана пыталась возразить, что ее тетка давно не живет с ними, что она перебралась в какую-то глухомань, да и вообще вряд ли знает о существовании драгоценностей.

– Знает-знает. Этот дневник отец оставил ей. Именно ей перед смертью он сказал, где именно спрятано золото, я уверена. Тем более что часть дневников украдена – уж не знаю кем. А у меня остались так, описания сокровищ…

Следующую ночь Светлана с дочерью перечитывали записи прадеда: о том, как он обольщал юную представительницу благородного рода, как лихо провел кражу сокровищ, о том, какие драгоценности попали ему в руки… «Кольцо с бриллиантом, размером с крупную фасолину! Хорошо будет смотреться камушек на моей руке! Шикарные браслеты с какими-то зелеными стеклышками… Надо узнать у Ивана-ювелирщика, что это за тусклые камушки… Несколько ожерелий… вроде, жемчуг…» Видимо, Тришин смог наверняка определить название только одного драгоценного камня: бриллианта. Сколько их там было на самом деле так и осталось загадкой.

В итоге кольцо, найденное Алесей, было продано за довольно приличную сумму, семья выбралась из материального кризиса, а история Тришина благополучно забылась, или же все старательно сделали вид, что забыли.

– Я сама так и не поверила в существование драгоценностей, – проговорила Симонович, пристально вглядываясь в Ольгу, – да больше и не поступало никаких сведений. Мать пыталась связаться с родной сестрой моей бабки, Екатериной, той, что сбежала от родителей в глухомань вместе со своей дочкой и мужем, но та только отмахнулась, мол, нет никаких сокровищ и дед ничего не говорил.

– Так вы сами не верите в то, что говорите мне! – Ольга решила вытянуть из хитрющей Симонович все, что та могла знать, – За что же я должна вам платить тысячу долларов?

– Я рассказала вам историю, подтвержденную рукописным ежедневником моего прадеда. Так что будьте добры, раскошеливайтесь, иначе, я заявлю в ваше издательство, что вы – мошенница!

Ольга и не думала отпираться от обещанной суммы – она взяла с собой деньги и теперь собиралась их заплатить. Тем более, она поняла, что Симонович, скорее всего, ничего не утаила – если бы она или ее ближайшие родственники нашли драгоценности, то старуха не стала бы рассказывать о них журналистке. Кстати, о родственниках! Ольга совсем забыла, что хотела разузнать кое-что о семье Алеси:

– Скажите, а как вам здесь живется? – начала она, пересчитывая доллары, – Посетителей пропускают свободно?

– Свободно. Только были бы они еще, эти посетители, – вздохнула Симонович, наблюдая, как купюры равномерно ложатся на стол, – то вместе с мужем жила, а теперь одна совсем.

– А дети?

– Дети сами по себе, я сама по себе. Не так воспитала, наверное. Что сынок, Игорь, что Наталья… Игорь хоть изредка появляется, а Наташка вообще глаз не кажет. Все за своим муженьком хвост носит. Самой уже под шестьдесят,  а Левушке ее вообще семьдесят – так он еще и гуляет от нее! А внучек, тех вообще раз десять за всю жизнь увидела. Их Наташка в честь моих бабок назвала: Инна и Таня. Только они совсем не похожи. Бабки жили душа в душу, всегда вместе, помогали друг другу, вместе младшую Екатерину ненавидели. А эти! Все друг другу наперекор! Не то что помочь, они навредить друг другу стараются! Соревнуются – кто кому хуже сделает!

Да, бывает такое. Ольга сама могла рассказать много историй на эту тему. Ее лучшая подруга, Инна, тоже не смогла ужиться с сестрой – как только поступила в институт, ушла жить в общежитие. А теперь сама купила квартиру и радуется – хоть свободней дышать стало. У Иннуси спокойный, добрый нрав, а младшая сестра настоящая мегера! Любимой ее фразой было «почему для старшей дочери все, а для меня ничего». Ольга много раз утешала подругу – они учились в одном институте, только Инна жила в общаге, а Ольга – в шикарной квартире. Но даже в общежитии Инна не могла укрыться от сестры, та частенько наведывалась к ней в гости и проверяла холодильник – не лучшие ли ей родители отдают продукты? Хотя к тому времени Инна уже устроилась на работу и сама обеспечивала себя.

Ольга расплатилась с Симонович, дала ей свой номер телефона «на всякий случай» и покинула «Ивушку». Разговор с Алесей Юрьевной занял больше трех часов – на дворе стало холодать, все-таки раннее весеннее солнце не могло прогревать землю еще и вечером. Ольга уселась на водительское кресло, включила печку. Мысли путались и никак не хотели выстраиваться в какое-либо логическое заключение.

Если Игорь узнал про сокровища Тришиных, значит, он был знаком с кем-то из их семьи. Гришанова не могла быть первоисточником, потому что к ней он отправился с уже нарисованной схемой. Алеся сама не верит в существование драгоценностей, а если даже и верит, то не знает, где их искать. Но тем не менее, кто-то вырвал листы из дневника Тришина! Причем это произошло еще в начале прошлого века! Симонович уверена, что прадед открыл тайну сокровищ Екатерине, младшей дочери, но Ольга почему-то была убеждена, что семья Гришановой никогда не искала эти драгоценности. Но что мешало им хранить тайну и просто не предпринимать попыток найти золото? Нет, человек слишком любопытен! Скорее всего, пропавшие листы из ежедневника находятся не у Гришановой, и возможно, они были у Игоря. Только как они к нему попали?

Ольга настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что и не заметила, как подкатила к дому. Часы показывали начало седьмого, и Ольга судорожно пыталась припомнить, какие у нее были планы на вечер. А планы точно были…

Глава 7.

Проводной телефон оглушительно звенел, и не успела Ольга поднести его к уху, как услышала визг соседки:

– Ты совсем свихнулась? Мужики на дороге не валяются!

– Теть Кать, здрасьте! – Ольга всегда терялась от напора соседки, – Что-то случилось?

– Случилось! У тебя случилось! Чуть мужика не упустила!

Какого мужика? За кем Ольге следовало так упорно следить?

– Митя сидит, я сижу, Юляша сидит…– сокрушалась тетя Катя. Но при чем здесь уголовники? Ой! И неужели тетю Катю тоже посадили?

– Что вы сделали, теть Кать? И почему решили обратиться именно ко мне? У меня нет связей в милиции!

– Нет, ты вообще сдвинулась! Ольга, очнись! Приехал Митя! Мы празднуем! Я соседку позвала с пятого этажа, тебя позвала – чтоб Митя выбрать мог, кто ему больше по душе…

Точно! Тетя Катя приглашала ее, Ольгу, еще пару дней назад, и теперь следовало срочно бежать к соседке, не то разразится жуткий скандал! А она-то, дурочка, подумала, что произошла трагедия, и доблестная милиция посадила тетю Катю в КПЗ. Ольга положила трубку и кинулась к шкафу в поисках подходящей одежды. Выбор платья занял пять минут, макияж еще пять… В итоге через четверть часа Ольга уже стояла на пороге квартиры тети Кати. Соседка в зеленом обтягивающем платье походила на елку, комнатный ароматизатор «Сосна» дополнял иллюзию леса. Настроение Ольги поднялось, и она весело хихикнула. Тем временем, соседка протолкнула ее вглубь квартиры и громко продекларировала:

– Дамы и господа, позвольте представить вам юную прелестницу Ольгу Лесницкую, двадцати семи лет отроду! Оля, проходи, садись, знакомься! – Тетя Катя выдвинула стул и усадила гостью, затем продолжила ознакомительную беседу, – с Юляшей ты знакома, а вот сыночка моего прелестного видишь впервые. Митяня!

Митя сорвался со стула, с трудом дотянулся до Ольги и смачно поцеловал ее руку. Юляша смерила соседку презрительным взглядом. Заметив это, Ольга облегченно вздохнула: ей не придется поддерживать знакомство с сыном тети Кати – на него явно положила глаз Юлия. Она пыталась подсесть к несчастному Мите поближе и один раз почти что взгромоздилась ему на колени. Довольно неповоротливый Митя кое-как увернулся, и Юля чуть было не улетела на пол.

Через час оживленной беседы и трапезы, гости успели перебрать со спиртным, и теперь разговоры шли на интимные темы. Ольга же наслаждалась относительным покоем: ее мысли пришли в порядок, голова стала на удивление ясной. Наверное, она выпила больше всех, но кроме приятного тепла не чувствовала никаких других признаков опьянения. Митя, тем временем, включил легкую музыку и пригласил Ольгу на медленный танец. Она согласилась, хотя заметила недовольную гримаску Юли. В отличие от ожидаемого, Митя оказался довольно спокойным, правда, занудливым мужчиной. Он рассказывал Ольге о своем детстве, о городе, в котором он теперь живет, работе, планах на дальнейшую жизнь. Ольга слушала внимательно, хотя ей это было совершенно неинтересно, ее радовало то, что Митя не пытается к ней приставать с пошлыми шутками и еще в юности надоевшими намеками. Напротив, он сообщил ей о том, что собирается жениться на Юле.

– А вы разве давно знакомы? – спросила Ольга.

– Нет. Познакомились мы сегодня, но мама часто о ней рассказывала. Вы только не обижайтесь, Оленька, вы замечательная девушка. Просто на всех женщин мужчин не хватает… А вы обязательно найдете своего принца. Мама поведала мне о вашей одинокой жизни, о том, как вы обрадовались, когда узнали о моем приезде…

Ольга уже и не знала, что было бы лучше: терпеть приставания Мити или выслушивать скорбную речь о своей судьбе? Она решила не обращать внимания на явно несправедливые высказывания собеседника.

– Ну раз уж вы выбрали не меня, то желаю вам счастья с Юлией, она  вам действительно подходит! – говоря про соседку, Ольга ничуть не кривила душой. Она знала нелегкую судьбу Юлии. Оставшись одна с двумя детьми, на мало оплачиваемой работе, Юля частенько прибегала к Ольге, чтобы занять денег до получки. Ольга много раз пыталась подкинуть соседке деньжат так, без отдачи, но та обижалась и всеми силами возвращала долги. Как Юля умудрялась платить за трехкомнатную квартиру в столь престижном районе, Ольга даже не могла себе представить. Несколько раз соседка пыталась продать апартаменты, но в последний момент не решалась: берегла квартиру как память о родителях.  Много лет Юля прожила с мужем-алкашом, как многие российские женщины терпела его побои и пьянки, проговаривая лишь одну фразу: «Какой ни какой, а мужик». Ольга была категорически не согласна с соседкой, но разве можно объяснить человеку, выросшему с устоявшимся мнением о чем-то, что он не прав? Наверняка и мать, и бабушка, и подруги Юли  считали нормальным, что глава семьи может позволить себе махать кулаками и напиваться, как свинья. Но для Ольги это было непонятно. Вернувшись из Франции, Ольга узнала, что муж Юли умер – не выдержала печень. Теперь, видимо, соседка решила обзавестись новым кавалером и, по мнению Ольги, Митя был вполне подходящим кандидатом на эту роль. Пусть зануда, но хотя бы не пьяница. Да и деньги у него, вроде бы,  имеются.

– Вы правда совершенно не в обиде на меня? – снова начал занудствовать Митя. К счастью, песня закончилась, и паре пришлось рассоединиться. – Спасибо за танец! – лучезарно улыбнулся Митя, затем прошептал Ольге на ухо:

– Но мы могли бы стать любовниками…

Ольга хитро подмигнула и поспешно уселась на свой стул. Да, неужели все мужики такие? Либо алкаши, либо зануды, либо любители поставить жене рога? Не все. Насколько известно ей, Ольге, ни Игорь, ни Джордж не изменяли ей. Выпивали они тоже в меру, не махали кулаками и не занудствовали по поводу и без повода. Все зависит от женщины: кого она выберет для себя или… как повезет.

С Митей, разумеется, Ольга не собиралась продолжать отношения, и была совершенно счастлива оттого, что ей не придется прятаться от назойливого жениха. Вечер прошел удачно и домой она возвращалась в хорошем настроении.  Проводить до квартиры вызвался Митя, но Ольга отказалась, сославшись на то,  что живет этажом выше и ничего плохого за минуту не случится. Митя остался, но тетя Катя выскочила вслед за Ольгой:

– Деточка, ты не расстраивайся… Я понимаю, что Митенька тебе приглянулся, я видела, как ты крутилась около него, но, видимо, не судьба. Понимаю я, что мало таких мужчин, как мой сыночек, но что поделать? Жизнь такая. Да ты сама виновата: говорила тебе, мол, Митя приедет, карауль. А ты что ж?

Ольга не хотела спорить с соседкой, да это было и бессмысленно. Тем более что они уже поднялись  к Олиной квартире и теперь следовало пожелать друг другу спокойной ночи:

– Спасибо за праздничный вечер в честь приезда Мити. Передайте ему, что я рада за них с Юлей, и искренне желаю им счастья. Пока, теть Кать!

– Пока-пока, – пропела соседка.

Ольга кое-как добралась до постели и сразу же уснула.

Глава 8.

Утро началось со звонка Инны:

– Доброе утро, Олюшка! Как поживаешь, чем порадуешь?

– Привет, дорогая! – Ольга сладко зевнула и потянулась, как кошка. – Поживаю нормально, без приключений, – не стоило заставлять Иннусю нервничать по пустякам, тем более что ничего страшного за последнее время не произошло, а впутывать подругу в расследование, начатое Ольгой, было бы некрасиво.

– Как прошла встреча с потенциальным женихом?

– Отлично. Только жених достался другой – я отдала его без боя.

– А стоящий хоть был вариант?

– Может, и стоящий, но не для меня. Кстати, не пора ли и тебе обзавестись парой?

– А я как раз тебе и звоню, чтобы пригласить на прикольную вечеринку! – для пущего эффекта Инна даже перешла на шепот, – в ночном клубе «Золушка» сегодня будет гламурная вечеринка!

– Ох уж мне эти ночные клубы… – протянула Ольга, невольно вспоминая свою вылазку в клубы Игоря, – но я с удовольствием составлю тебе компанию.

– Вот и отлично! Встречаемся у меня в десять вечера. Идет?

– Идет!

Чем занять себя до вечера Ольга еще не придумала. Она умылась, заправила постель, налила себе чашку чая с лимоном и уселась перед телевизором, подогнув под себя ноги. Нужно было набросать план дальнейшего расследования, потом заехать в банк, чтобы проверить четкость поступления денег на ее счет со счетов фирмы Джорджа во Франции, а еще лучше – созвониться с бывшим мужем, хотя бы ради приличия. Если честно, то она немного скучала за Кортрофом. У нее не было к нему сильного чувства, но, как говорится, была страсть, а осталось еще и уважение.

Ольга достала из тумбочки чистый лист и ручку и нарисовала посередине кружок. В кружке она написала слово «дед», в скобках «Тришин Владимир Иванович». От «деда» пошло три линии, оканчивающиеся кружками с надписями: «Екатерина», «Инна», «Татьяна». Тут Ольга призадумалась. И Гришанова, и Симонович сообщили ей, что и у младшей дочери Тришина, и у старшей имелись дети, но что касается средней, Татьяны, Ольга ничего не узнала. Может, у нее и не было потомства? От кружка «Екатерина» отделилась одна линия – «Елена», от имени «Инна» потянулись две черточки: «Светлана» и «Юрий». Про детей Юрия Ольга тоже ничего не знала. Кажется, Симонович говорила, что у него их и не было. От кружочка «Светлана» пошла одна линия: «Алеся». У Алеси двое детей – это Ольга знала точно – Игорь и Наталья. И от «Натальи» протянулись две стрелки: «Инна» и «Татьяна». Наталья назвала дочек в честь прабабушек. Дальше Ольга приписала к именам те сведения, которые смогла получить: имена мужей, даты рождения. К слову «дед» дописала «сокровища», а на уровне стрелочек, идущих к потомству Натальи, приписала имя «Игорь». Затем повертела лист в руке. Неожиданная мысль прокралась в голову к Ольге: «А ведь действительно Игорь мог быть связан с племянницами Гришановой и именно от них узнать о наличии неких таинственных сокровищ! Что если дочки Натальи все-таки раздобыли ту часть информации, которая была так необходима, чтобы кусочки мозаики сложились в полноценный рисунок?» Нужно было немедленно пообщаться с Инной и Татьяной! Можно было даже спросить у них в лоб: «Что вас связывало с Игорем Свариным? Или с Игорем Бежиным?» Девчонки бы не смогли отвертеться!  Хотя какие они девчонки – почти ровесницы Ольги.

Но ни Симонович, ни Гришанова не знали адресов Инны и Татьяны. Зато имелся адрес их матери Натальи. Ольга припомнила, что в семье Натальи творился полный бардак: гулящий муж и постоянные ссоры дочерей – что может быть хуже? Но Ольге обязательно нужно было встретится с сестрами – это могло привести ее на нужный след.

Ольга решила не откладывать визит на потом, и начала собираться. Через полчаса она уже сидела в машине и обдумывала детали встречи: кем представиться? Что сказать? Как начать разговор?

Она без труда нашла улицу, на которой проживала дочь Симонович. А вот и нужный дом. Ничего себе особнячок! Трехэтажное здание было украшено витиеватыми балкончиками и таким же эксклюзивным крылечком. Оно было рассчитано на пять-шесть жильцов. Ольга видела такие дома – у одной из ее однокурсниц бабушка жила в подобном здании. Наверное, дочь Симонович проживает в такой же царской палате. «Но почему я записала квартира 57? – недоумевала Ольга. – Здесь всего-то квартир пять-шесть!» Оказалось, Ольга не досмотрела одну маленькую деталь:  ей требовался дом 16б, а сейчас она стояла просто перед домом номер 16. Нужное здание располагалось за шикарным особнячком дворянских времен и представляло собой настоящие трущобы. Ольга без труда отыскала нужную квартиру и с уже заготовленной речью начала тарабанить в дверь, потому что так и не сумела обнаружить звонок.

– Чего так колотиться? Неужели позвонить нельзя? – недовольный голос был настолько звонким, что Ольга подумала, будто кричат ей на ухо.

– Так я звонка не вижу!

– И что теперь? Нужно дверь сносить? Кто такая? – не унимались за дверью.

– Откройте, пожалуйста. Я представитель комитета жилищного хозяйства. Мы решили установить кодовый замок на двери вашего подъезда и теперь собираем подписи жильцов. Это требуется для оформления документов, – вдохновенно врала Ольга.

Дверь скрипнула, наконец-то, высунулась голова хозяйки. На удивление, лицо Натальи, а это, скорее всего, была именно она, не выражало злости и досады из-за визита непрошенного гостя.

– Проходите, пожалуйста. Извините, что напала на вас. Просто надоели нежданные визиты. Ладно бы просто визиты, а то, представляете, постоянно являются эти нахалки – любовницы мужа, – Наталья горько всхлипнула, – совсем совесть потеряли, домой лезут, в семью. Хотя знают прекрасно, что женат Левушка. Дети есть…

У Ольги был свой взгляд на эти вещи – не стоит роптать на наглость несчастных женщин, хотя с них тоже нельзя снимать всей вины, но как бы там ни было, первым по макушке должен был получить «Левушка».

– А что ж вы допустили-то, что муж так нагло изменяет? Даже не скрывает своих связей?

– Он у меня такой… всегда был… говорит, отказать не могу. Бросить не может их! А они рады стараться – и шантажируют его, и запугивают…

Ольге надоел дурацкий разговор – как можно винить Левушку в кобелизме, если это считается достоинством? Вот он какой, обидеть не может, отказать…

– Сочувствую вам, вашему мужу… Женщины сейчас действительно обнаглели: увидят доброго, порядочного мужчину и кидаются на него. Не смотрят, что человек семейный, что его дети ждут, жена, – Ольга давно поняла, что в таких ситуациях не стоит пытаться переубедить человека, проще согласиться с ним и перейти на нужную тему, чем продолжать приводить разумные доводы, – но давайте поговорим о цели моего визита.

– Ах да, простите. Вы, кажется, подписи собираете?

– Почти что так. Только мне не нужны формальные росчерки на бумаге. Просто продиктуйте свои данные, а я занесу их в документ!

– Ну, спрашивайте, что там нужно.

– Фамилия, имя, отчество, год рождения – ваши и всех членов семьи, которые проживают в квартире.

– Давайте с Левушки начнем: Лев Михайлович Приходько, тысяча девятьсот сорок седьмого года рождения…

Да уж, старый мужик, а все успокоиться не может! Бывают такие экземпляры: седина в бороду, бес в ребро. Интересно, Приходько относится к этой категории или он всю жизнь любит погулять?

– Я – Наталья Викторовна Приходько, тысяча девятьсот пятидесятого года рождения.

– Никогда бы не подумала, что вам больше сорока! – искренне изумилась Ольга.

– У нас в семье все женщины молодо выглядят и живут долго, да и на здоровье никогда не жалуются. А вот мужики почему-то до шестидесяти почти не дотягивают, вот только Левушка мой почти миновал этот критический возраст.

– Видимо, хорошая жена досталась, – решила немного польстить собеседнице Ольга, – а кто еще проживает в квартире, кроме вас с Львом Михайловичем?

– Дочка младшая с нами – Татьяна Львовна Приходько. Год рождения: тысяча девятьсот восемьдесят третий. Никак от родителей отцепиться не может. Я ей все говорю: посмотри на сестру! В институт поступила, с отличием окончила, на работу устроилась, квартиру себе купила…

– Так у вас есть еще одна дочка? Ее данные нас тоже интересуют!

– Зачем? Она давно с нами не прописана. Живет самостоятельно!

– Ах, ну если не прописана… – Ольга решила зайти с другой стороны, все-таки неплохо было разузнать подробности о старшей дочери Натальи. – Конечно, взрослые, самостоятельные дети, вышедшие из под опеки родителей, да еще и сменившие место жительства в наш список не должны быть внесены.

– Все жду – не дождусь, когда Танька из под опеки выйдет! Ей-то уже двадцать четыре  года исполнилось! А у самой ни образования, ни работы, ни жениха, – сокрушалась Приходько, – так мало того, что бестолковая такая, она и сестре чуть жизнь не сломала!

– Это как же, интересно?

– Попросила Инну, так нашу старшую дочь зовут, чтобы та ее на работу устроила. Ну, куда-нибудь к себе, в офис. Инна договорилась, уговорила шефа… А Танька – бах – и замуж собралась! Не буду, говорит, работать, пусть муж обеспечивает! Инна так переживала, мучилась, перед коллегами оправдывалась. Да ладно бы, если действительно замуж вышла и жила спокойненько, а она через два месяца на развод подала и снова к нам переехала: без денег, без вещей, без работы…

– А как же они сейчас с сестрой общаются? Инна, наверное, замуж давно вышла, забросила младшую Татьяну…

– Да не везет нашей Инночке в личной жизни: одни подлецы попадаются. Два года назад познакомилась с порядочным парнем, уже и свадьбу сыграть собирались, так его убили недавно… Говорят, конкуренты на фирме.

– Представляю, как было тяжело вашей дочери, – искренне посочувствовала Ольга, – как же она теперь? От стресса отошла?

– Она сильная девочка – никогда не сдавалась и не жаловалась. Это Танька постоянно слезы льет, а Инна – никогда.

– А где же ваша старшая дочь работает? Чтобы в Москве самой квартиру купить нужно не просто много зарабатывать, а зарабатывать очень много!

– Уж не знаю, что в ее обязанности входит – она нас не посвящала, но вроде бы в какой-то серьезной фирме бухгалтером трудится.

Да, бухгалтерия в почете в любые времена! Ольга прекрасно знала, сколько может положить себе в карман грамотный бухгалтер – она проработала в фирме своего второго мужа больше двух лет, и то  имела дело только с малой частью финансов. Тепленькое же местечко досталось старшей дочери Приходько!

Через пятнадцать минут Ольга сидела в машине и размышляла. Ничего связанного с драгоценностями Тришина она не узнала, разве что разобралась в семейных тайнах Приходько, и то весьма поверхностно. Наталья точит зуб на любовниц мужа, старшая дочь в обиде на младшую за то, что та чуть не разрушила ее карьеру, с родителями сестры близкой психологической связи не имеют… В общем, каждый за себя. Неплохо было  поговорить хотя бы с одной из дочерей Натальи, лучше всего с Татьяной. Наверняка Инна – человек занятой, не станет заниматься поисками сомнительных сокровищ, а Таня – как раз тот самый вариант, когда от скуки на все руки.

Не успела Ольга хорошенько поразмышлять над всем этим, как во дворе появилась симпатичная девушка лет двадцати пяти и направилась к подъезду, в котором проживала семья Приходько. Ольга сразу узнала Татьяну – так девушка была похожа на Наталью – и кинулась за ней из своего убежища.

– Татьяна Львовна! Подождите секундочку!

– Да, что вы хотели? – голос у девушки был очень приятный и мелодичный.

– Мне нужно с вами поговорить. Не бойтесь меня – я не собираюсь вас похищать! Давайте присядем в мою машину, если вы не против.

– А кто вам сказал, что я вас боюсь? Давайте присядем.

Когда Татьяна вальяжно расположилась на переднем сиденье БМВ и приняла задумчивый вид, Ольга сказала:

– Меня зовут Екатерина Андреевна Липкина, я представитель центра занятости населения вашего района и должна узнать: как продвигается ваше трудоустройство? Ольга поняла, что сморозила глупость: Татьяна могла резонно спросить: «А как вы узнали, что это именно я – Приходько?» или вообще заявить, что не становилась на учет в центре занятости. Но что сделано – то сделано. Теперь надо надеяться, что глупая девчонка не заметит очевидных нестыковок.

– А я и не знала, что должна предоставлять вам отчет о том, работаю или нет, – кажется, Татьяна попалась на крючок, – я и заявление-то не писала. Наверное, мамаша постаралась. Или отец – когда он только успевает: и денег заработать, и матери лапши на уши навешать, и с любовницами поразвлекаться. Теперь еще, оказывается, и меня старается пристроить.

– Нас не интересует, кто писал заявление. Числитесь вы: Татьяна Львовна Приходько, ваши паспортные данные представлены в картотеке, – Ольга перла танком на ни в чем не разбирающуюся глупышку, – нас интересует: как продвигается ваше трудоустройство, что вы предприняли для поступления на службу, в каких условиях вы проживаете, хватает ли вам денег на питание… Получаете ли вы пособие для безработных?

– Подождите, давайте по порядку. Спрашивайте, а я буду отвечать.

Ольга еще в ранней юности усвоила одну простую истину: если хочешь что-то разузнать, нужно запутать собеседника. Даже если попадется очень хитрый, ловкий и умный экземпляр – не нужно отчаиваться. Главное правило: побольше вопросов, вперемешку с давлением. А давление может быть любым: неясное бормотание, угрозы физической расправой или расправой с помощью органов власти и много чего еще.  Главное – не сдаваться. Вот и сейчас Татьяна растерялась и готова была ответить на любой вопрос.

– Хорошо. Отвечайте: устроились ли вы на работу?

– Нет, но я пытаюсь – ищу подходящее место с достойной зарплатой. Просила сестру помочь – но она отказалась, никак не может забыть старые обиды.

– Видимо, сильно вы ей насолили. Или сестра такая злопамятная? – закинула удочку Ольга.

– Злопамятная – это мягко сказано. Да она настоящая стерва! Еще в детстве пыталась мне навредить – то родителям наябедничает, то вещь мою возьмет да спрячет… А уж про парней вообще молчу! Не было у меня ни одного жениха, которого она не попыталась бы увести!

– Вы так и живете с сестрой?

– Нет, что вы! Она, как только в институт поступила, сразу переехала от нас. А года три назад квартиру себе приобрела… или сняла… Я точно не знаю! И представляете, даже адрес не дала! Общаемся по телефону, и то раз в сто лет.

– А когда вы виделись с сестрой в последний раз?

– На мою свадьбу. Больше ни разу ее не встречала.

– Интересно, на какой работе можно получать столько денег, чтобы за довольно короткий срок купить квартиру в Москве… – проговорила Ольга. Впрочем, она не надеялась, что Татьяна ответит на ее вопрос.

– Знаете, я тоже удивляюсь. Но есть у меня одна догадка!

– Интересно, какая?

Ольга тут же спохватилась и добавила:

– Наш центр занятости интересуется не только безработными людьми, но и ведет некоторые статистики: сколько население зарабатывает в среднем на человека, какие профессии самые высокооплачиваемые и так далее. Поэтому нам интересно узнать: как выгоднее и безопаснее приобретать жилье, и случай с вашей сестрой был бы рассмотрен нами подробнее. Разумеется, если вы изложите мне все четко и ясно, гарантирую денежное вознаграждение. Идет?

– В каком размере вознаграждение?

Видимо, Татьяна пошла в бабку: Симонович тоже не удержалась перед искушением получить денег.

– Так как наша структура стоит на службе у государства, я не могу обещать вам высокое вознаграждение. Но минимальный размер оплаты труда за принятие участия в статистике я гарантирую.

Ольга понятия не имела, какой нынче в стране минимальный размер оплаты труда. Но что сказано, то сделано. Оставалось надеяться, что Татьяна тоже не в курсе, какой оклад в стране считается минимальным.

– Я согласна, – поспешно закивала головой Татьяна, – только слушайте меня внимательно и не перебивайте.

Еще в детстве сестры никак не могли поделить первенство: у кого красивее кукла, кто лучше учится в школе, чьи друзья более круче… Но уже в восьмом классе Татьяна поняла: Инна намного опередила ее. Даже если откинуть двухлетнюю разницу в возрасте, становилось понятно – Инна более амбициозна, хитра и красива. Но Татьяну этот факт не огорчал: ей надоело соперничество с сестрой, и поэтому она перестала рваться в первые ряды. Татьяна стала водить знакомства с одноклассницами, влилась в их ручей и прекрасно проводила свободное время в веселых компаниях. Инна же была другого склада: она четко отслеживала, с кем стоит общаться, а с кем нет, кто перспективен, а кто нет.

Но уже к концу десятого класса Инна поняла: методика, избранная ею, ошибочна. Теперь, если вокруг младшей сестры всегда крутились толпы поклонников, старшей не с кем было даже поговорить. Когда Таня убегала на очередную вечеринку, Инна оставалась дома и старательно делала уроки: не потому, что ей очень хотелось отличных оценок, а потому, что просто не с кем было погулять. И в один прекрасный день Инна все же решилась на откровенный разговор. Она призналась младшей сестре, что очень сожалеет об их былом соперничестве.

– Я рада, что ты все поняла, – Таня обняла сестру, – но честное слово, я никогда не желала тебе ничего плохого!

– Я тебе тоже! Просто нас неправильно воспитали: не как двух сестер, а как двух соперниц. Давай же все исправим! Будем теперь всегда вместе, будем помогать друг другу…

Татьяна очень обрадовалась словам сестры и приняла их за чистую монету. Тем более, она сама ни раз задумывалась о том, чтобы сблизиться с Инной, но никак не решалась.

Первое время все шло прекрасно: девочки проводили вместе все свободное время. Они вместе ходили в школу, вместе учили уроки, вместе бегали на вечеринки. Но однажды к Тане подошел ее хороший друг и предложил серьезно поговорить.

– Танюша, мы с тобой дружим с пятого класса… И не просто дружим… – Павел замялся, потом набрал побольше воздуха, – мы с тобой как брат и сестра…

– Паша, не тяни кота за хвост. Что случилась?

– Не перебивай меня! Про тебя, Таня, пошли нехорошие слухи. Говорят, что ты спишь с Андреем из одиннадцатого класса. Это, конечно, твое дело, но мне почему-то стало не по себе: я считал тебя хорошей девчонкой…

Татьяна на минуту опешила. Да, она встречалась с Андреем. Пару раз сходили вместе на дискотеку, один раз даже поцеловались. Но чтобы с кем-то переспать! Ей такое даже в голову не приходило. Да и не знал никто о ее отношениях со старшеклассником. Она только Инне рассказала. Вот Андрей, вот подлец! Придумать такое, да еще пустить сплетни!

– Паша, я тебе даю честное слово: все, что ты мне рассказал сейчас просто сплетни. И я очень прошу тебя, не верь людям, говорящим про меня подобные вещи.

Павел заметно повеселел:

– А я и не поверил! Просто решил тебя предупредить: в наших кругах завелась крыса. Но мы ее поймаем, я тебе обещаю!

Крысу действительно поймали: после очередной сплетни Паша проследил, кто стал ее первоисточником. И, как не трудно догадаться, козни сестре строила Инна.

Татьяна не стала устраивать скандалов – она даже не прекратила дружить с Инной. Просто теперь младшая сестра не доверяла старшей ни на йоту. Таня только ухмылялась, когда видела, как Инна пытается охмурить  очередного кавалера Татьяны.

Такие отношения не могли продлиться долго. Постепенно ненависть Инны к младшей сестре перешла все границы, и началась открытая война. Кто проиграл сказать трудно, но, как только Инна поступила в институт, она сразу же переехала в общежитие.

На минуту Татьяна остановила свое повествование и взглянула на Ольгу:

– В общем-то, основное я рассказала: Инна была беднее церковной мыши. Родители помогали ей, как могли, но в основном это выражалось не в денежном эквиваленте, а в продуктовом. Хороших друзей или подруг у нее не было. Кавалеры все как один попадались непутевые. Да и работа, насколько мне известно, была не настолько денежной.

– Тогда на какие средства Инна смогла приобрести квартиру? – одна догадка крутилась в голове у Ольги, но озвучить ее не было возможным. Оставалось ждать, что Татьяна расскажет сама, если ей это известно.

– Есть у нас одна семейная тайна…

Видимо, тайну прадеда Тришина знала вся семья. Татьяна поведала историю сокровищ в той же интерпретации, что и Гришанова, и Симонович. Единственным несовпадением было то, что по версии Татьяны драгоценности уже были найдены, а вернее, переданы Тришиным средней дочери, Татьяне.

– А откуда вы узнали об этом? – Ольга решила разузнать все, что было возможным, а уж потом из имеющейся неразберихи составить более или менее приближенную к истине историю.

– Мне рассказала об этом Инна. Она всерьез занялась поисками драгоценностей, как только переехала в общежитие. Наверное, хотела, чтобы я помогла ей – все-таки Инна знала, что на меня можно положиться. Но я не верила в существование этих сокровищ. А теперь и не знаю – может, они и вправду существуют. Все-таки Инна приобрела квартиру в Москве!

Да уж, интересная история. Получается, что Инна начала поиски сокровищ лет девять назад, и только три года назад она купила себе квартиру. Игорь тоже занимался поисками драгоценностей, и начал их тогда, когда Ольга узнала о его гибели, а может быть, еще раньше. А это примерно, пять лет назад. Интересно, Инна и Игорь были знакомы? Искали ли они сокровища вместе или каждый по отдельности? Где теперь можно откопать истину? Встретиться с Инной практически нереально – ее адрес не знают даже родственники. Но зато известен номер телефона!

– Таня, назовите мне номер Инны!

– У меня имеется только мобильный.

– Диктуйте.

Глава 9.

Через полчаса после визита в семью Приходько Ольга была в банке. Она относилась к вип-клиентам и обслуживалась в специальной комнате. Разумеется, ни в каких очередях к банковским окошкам Ольга отношения не имела и теперь спокойно рассматривала нужные бумаги, сидя на удобном диване и попивая теплый чай. Еще в детстве Ольга поняла, что ее горло не выдерживает никакой критики: стоило выпить прохладной воды – можно было не задумываясь бежать в аптеку за лекарствами. То же самое относилось и к слишком горячим напиткам: они сразу же обдирали слизистую горла. Ольга всегда завидовала людям, которые могли спокойно пить воду из холодильника, или баловаться только что вскипяченным чайком. И теперь она исподтишка поглядывала на сотрудницу банка, которая сидела напротив нее и попивала из большой кружки дымящийся кофе.

– На ваш счет переведена положенная сумма, все в полном объеме, – отчитывалась девушка, – вы наш надежный и постоянный клиент, и если бы произошли какие-то сбои, мы сразу же сообщили бы вам!

– Да, спасибо. Но контроль необходим всегда.

Ольга с благодарностью вспомнила Джорджа. Какой он все-таки честный и порядочный человек! При бракоразводном процессе и разделе имущества он даже не попытался хоть в чем-то обмануть Ольгу. И теперь регулярно перечисляет деньги на ее счет. «Контроль необходим всегда» – Джордж часто повторял эту фразу. Чувство благодарности нахлынуло на Ольгу, и она набрала номер его телефона. Интересно, узнает ли он ее сразу или спросит: «Кто вы?». Наверное, узнает, ведь не так много среди его знакомых тех, кто разговаривает с ним не на французском, а на английском языке. Ольга так и не научилась французской речи, знала всего пару фраз.

– Джордж, привет! – Ольга обрадовалась, услышав в трубке знакомый голос, – это я, Ольга.

– Привет! Я знал, что ты позвонишь!

– Знал? Откуда?

– Ну как же, сегодня второе марта – день нашего знакомства. А ты девушка сентиментальная…

Да, видимо не настолько сентиментальная. Про дату знакомства Ольга, конечно же, напрочь забыла, и бывшему мужу позвонила совершенно случайно. Тем не менее, память услужливо представила картинку пятилетней давности: вот она, Ольга, читает газету объявлений, с трудом понимая французские слова. Ее внимание привлекает предложение работы, написанное по-английски: «Кампании «Мир продуктов» требуется сотрудник для работы с американскими партнерами…», или что-то вроде того. Ольга, не задумываясь, летит в офис по адресу, предоставленному в газете. В то время Джордж еще не был миллионером и сам занимался подбором сотрудников. Как потом выяснилось, Ольга понравилась ему сразу, и  не только как работник. Симпатичная, милая девушка, отлично умеющая справляться с трудностями… Вот только Ольга боялась реакции жениха, когда тот узнает, что у двадцатитрехлетней невесты имеется четырехлетний сын. Но и тут Джордж оказался на высоте! Он настолько сильно привязался к Витьку, что все выходные, все праздники и все свободное время старался проводить с невестой и ее сыном.  После свадьбы все трое стали носить одну фамилию – Кортроф.

– Кстати, я заказал тебе букет из ста одной розы, – прервал размышления Ольги бывший муж, – его должны принести в пять часов вечера. Ты же тогда, пять лет назад, примчалась ко мне в офис именно в пять!

– У тебя отличная память, дорогой!

– Я помню все, что было связано с тобой, Ольга. И когда ты уезжала в Россию, я сказал, что буду ждать твоего возвращения. И теперь я снова подтверждаю свои слова. За всю свою жизнь я не встретил ни одной женщины, хотя бы немного похожую на тебя.

– Ты это просто придумал. Но мне все-равно приятно слышать подобное.

– Я звонил Витьку сегодня утром, и он рассказал мне, что находится сейчас в детском лагере. Ты все-таки непутевая мамаша, Ольга! Как можно отправлять ребенка в лагерь, когда вот-вот начнется учебная четверть?

– Я подумала, что ему необходим отдых. Все-таки переезд из Франции не мог не сказаться на его самочувствии…

Проговорив с Джорджем еще минут пятнадцать, Ольга досмотрела оставшиеся бумаги, распрощалась с сотрудницей банка и вышла на свежий воздух. Ранняя весна радовала своим теплом. Ольга остановилась на пороге банка и зажмурилась от удовольствия. Солнце было настолько ярким, что в глазах запрыгали зайчики. Захотелось разуться и пробежать по недавно появившейся зеленой траве. Еле сдержавшись от искушения, Ольга направилась к машине: БМВ тихонько пиликнул, снимаясь с сигнализации. Часы показывали без четверти пять по полудню – следовало быстрее возвращаться домой, чтобы успеть получить розы, заказанные Джорджем.

К счастью, пробок на дороге не оказалось, и Ольга прибыла во время. Около квартиры ее ожидал молодой человек в желтом костюме и с желтой кепкой на голове. Его лицо невозможно было рассмотреть из-за огромного букета красных роз. Пришлось быстро открывать квартиру, набирать в самую большую вазу воду и просить парня поставить в нее букет. После того, как все было проделано, Ольга вручила молодому человеку чаевые, закрыла за ним дверь и вернулась в комнату. До встречи с Инной оставалось четыре часа, заняться было нечем. Ольга пересчитала розы – их действительно оказалась сто одна. Затем заварила себе чай, нашла в сумочке телефон Инны Приходько, набрала ее номер… Сначала никто не отвечал. Потом звонок «сбросили». После третьей попытки дозвониться, несостоявшаяся собеседница выключила телефон.

«Ну, вот и поговорила с Приходько-старшей, – удрученно подумала Ольга, – лучше позвоню подруге». Инна сразу же схватила трубку:

– Да, дорогая!

– Привет-привет. Планы не поменялись?

– Нет, конечно! Буду у тебя ровно в девять: пока оденемся, пока накрасимся…

– Жду.

Чтобы время тянулось быстрее, Ольга решила принять ванну. Она всегда так делала – не только для того, чтобы скрасить ожидание чего-либо – горячая вода помогала и расслабиться и принять нужное решение.

Ольга добавила в воду пару шариков эфирных масел, накидала сушеных лепестков розы… Что может быть лучше!

Глава 10.

Инна подъехала ровно в девять. Выглядела она замечательно: длинные прямые волосы свисали тяжелыми прядями ниже пояса, короткая юбка бросалась в глаза не столько своей длиной, сколько необычным поясом, выполненным из блестящего материала под кожу и имеющим пряжку в виде изогнутого дракона с семью головами. Кофточка подходила по цвету к полусапожкам на тонкой шпильке: золотистая и блестящая, безупречный макияж, в общем, все идеально, как всегда и было у Инны.

– Ты, дорогая, на высоте! – улыбнулась Ольга. – Что же мне теперь такое нацепить, чтобы совсем уж не потеряться на твоем фоне?

– Надевай что-нибудь броское и яркое – все-таки идем на пинк-пати! Гламурная вечеринка – отличное место для ловли хорошего жениха!

Инна была в своем репертуаре – хлебом не корми, дай подцепить какого-нибудь счастливчика. И ведь именно счастливчика! Почему-то этой красивой, умной и обеспеченной девушке всегда попадались настоящие проходимцы, которые отлынивали от работы и прекрасно жили за счет «невесты». И что самое удивительное, даже на таких условиях парни почему-то предпочитали сбежать от Иннуси!  Приходилось только посочувствовать подруге.

– Как думаешь, если я надену свое черное обтягивающее платье, будет не слишком вызывающе?

Инна сделала такие глаза, что Ольга поняла: она сморозила глупость. Только еще не догадалась, какую именно?

– Черное платье на пинк-пати? Ольга, ты меня шокируешь! Ты понимаешь, что надеть ЭТО на гламурную вечеринку почти то же самое, что маскарадный костюм на поминки?

Интересное сравнение! Инне надо было поступать в лингвистический институт, а не в институт сервиса – в ней явно погиб языковед.

Подруги поспорили еще минут десять, в итоге Ольга сдалась. Ей пришлось нацепить умопомрачительный наряд: розовую юбчонку и такую же «гламурную» кофточку с выкатом почти до пупка.

– Вот это наряд, я понимаю! А то вырядилась как старая дева – еще бы чадру приколола. А волосы, на твоем месте, я бы подняла наверх…– осторожно начала Иннуся, но, заметив недовольный взгляд Ольги, остановилась. Она знала, что подруга никого не подпустит к своим роскошным, пшеничного цвета кудрям.

Ольга с детства ненавидела процедуру поглаживания по голове, и если другие дети приходили в восторг от кошачьего обращения с ними, маленькая Олюшка начинала всхлипывать. Она не знала до сих пор, почему происходило подобное, но к волосам не допускались даже родители. Разумеется, ни о каких парикмахерских речь не заводилась – Ольга сама подстригала кудри, сама делала прически и укладки. Даже любимым мужчинам в порывах ласк не позволялось трогать волосы.

И теперь Ольга крутилась перед зеркалом, решая: собрать косы в прическу или оставить распущенными? Почему-то захотелось подурачиться: в итоге волосы были затянуты в два хвостика по бокам. Теперь Ольга походила на восемнадцатилетнюю студентку. Инна пришла в восторг от выдумки подруги и сделала себе такие же хвосты.

Через полчаса девушки садились в такси – машины было решено оставить дома, чтобы  не считать количество выпитого. А еще через полчаса подруги сидели за столиком в ночном клубе «Золушка». Инна позаботилась о том, чтобы для них забронировали места недалеко от танцевальной площадки. Ольга не без удовольствия отметила, что они с подругой не бросаются в глаза своими нарядами – большинство из присутствующих одеты так же.

Через минуту после появления девушек подошел официант. Разнообразие кухни удивляло. Или, может, Ольга давно забыла, как кормят в подобных заведениях? Инна заказала курицу, запеченную в ананасах, салат из морских обитателей и мороженое. Ольга решила не попадать в глупое положение и попросила то же самое. Припомнился случай: вот они с Джорджем приходят в ресторан, чтобы отметить очередную совместную дату. Стоит уточнить, что это был первый поход Ольги в заведение с французской кухней и, разумеется, французским меню, до этого она посещала русскоязычные кафешки. Но, чтобы не ударить в грязь лицом, Ольга решила сделать заказ самостоятельно: ткнула пальцем в первое попавшееся, кое-как прочитала название по буквам и принялась напряженно ожидать ужина. Все остальное заказал Джордж. И именно это «остальное» оказалось съедобным. То, что выбрала Ольга, больше напоминало умершего своей смертью осьминога, фаршированного маленькими улиточками.  Возможно, состав блюда таким и был, но что сделано, то сделано. Поковыряв принесенное вилкой, Ольга отставила блюдо в сторону.

– Ты плохо себя чувствуешь, дорогая? – заботливо поинтересовался Джордж.

– С чего ты взял?

– Побледнела… Блюдо отставила…

– Просто передумала есть эту… этот… салат!

– Странно… Очень вкусное, между прочим, изобретение этого ресторанчика. Так скажем, фирменное блюдо. Но если ты не хочешь, может поделишься?

Ольга подвинула тарелку Джорджу и, не моргая, уставилась на него. Джордж  с удовольствием накинулся на мертвого осьминога, улиточки так и хрустели у него на зубах. До сих пор Ольга не знает, как удержала тогда себя в руках и не выбежала из зала. Нет, она, конечно, пробовала на вкус обитателей океанских просторов, но выглядели она тогда немного иначе, вернее, совсем иначе: то были нанизанные на палочку маринованные мидии или жареные рыбки диковинных пород… Но не жуткого вида осьминог, усыпанный скользкими мелкокалиберными улитками!

После этого похода в ресторан Ольга решила: никаких экспериментов, только хорошо знакомые блюда или блюда, заказанные товарищем. Вот и теперь она положилась исключительно на выбор Инны. Из спиртного подруги заказали коктейли в количестве четырех штук – для начала.

После первого выпитого фужера Ольгу потянуло танцевать – не смотря на то, что диджей нес полную чепуху, музыку он ставил отличную. Инна предпочла остаться за столиком – присмотреться к аудитории,  что, в общем-то, означало выцепить кандидатуру нового жениха.

Не успела Ольга выйти на площадку, как к ней тут же подкатил какой-то пьяный молодой человек и начал примитивную ознакомительную речь:

– Такая симпатичная девушка и совершенно одна! Куда смотрят современные мужчины? Как зовут, красавица?

Ольга была решительно против знакомств с пьяными личностями, но, в силу своей воспитанности, не могла так сразу дать от ворот поворот, поэтому процедила сквозь зубы:

– Я не одна, муж сидит за столиком, просто танцевать не хочет. Так что, извините, но знакомство не состоится.

– Это кто вам сказал такую глупость? Знакомство состоится. И с мужем вашим познакомимся. Пойдемте к нему – мы с ним договоримся.

– Это интересно мне знать, о чем вы договоритесь?

– О вас! Удалим мужа из клуба, и все будет тип-топ!

Ольга опешила от предложения, но через несколько секунд опомнилась:

– А если я не хочу с вами знакомиться?

– Ты это серьезно? – выражение лица у хама исказилось неприкрытой злобой, кривая улыбка походила на усмешку. – Цену себе набиваешь? Видали мы таких, тоже мне, верная жена!

Пьяный грубиян больно схватил Ольгу за руку и притянул к себе:

– Потанцуем? Потанцуем. Муж ведь не против. Или нет никакого мужа? Любите вы, бабы, лапшу на уши вешать. Да кому вы нужны? Брехливые, ворчливые… Одна только польза от вас, да и то поломаться вам еще надо.

Странно, почему никто не пытается остановить хама? Ольга оглянулась по сторонам: народ увлеченно танцевал, кто-то беседовал и весело смеялся – никто не замечал, что ей, бедняжке, угрожает опасность. Или опасность угрожает уже этому пьяному  кретину? Ольга ловко выдернула свою руку из лап ненормального, подпрыгнула и вцепилась ему в волосы – благо, она были длинными и отвратительно засаленными. Пока она так висела, удалось со всего размаху стукнуть подлецу каблуком между ног – по всему залу разнесся оглушительный визг мерзавца, толпа тут же повернулась в сторону дерущихся и образовала нечто вроде арены. Через несколько секунд какой-то парень подскочил к Ольге, висящей на волосах у обидчика, и попытался оторвать ее. Напрасно он полез в эпицентр урагана! Не разобравшись, что к чему, Ольга лягнула несчастного, пьяный мерзавец, у которого она все еще продолжала висеть на волосах, завыл пуще прежнего, толпа восхищенно заулюлюкала. Наконец волосы обидчика не выдержали – Ольга, с пучком засаленных лохмотьев, оказалась на полу, очень ловко приземлившись на ноги.

Подоспевшие охранники опешили – вроде,  шума было много, а причину понять невозможно: стоит девушка, рядом с ней парень, вокруг толпа… Кое-как Ольга ввела секьюрити в курс дела: на нее, гостью их заведения, напал пьяный мерзавец и пытался изнасиловать прямо здесь, на танцевальной площадке. Протиснувшаяся сквозь толпу Инна подтвердила слова подруги. Через несколько минут пьяного хама вытаскивали из зала, нерастерявшийся диджей прокричал свою очередную шутку и врубил веселую музыку: толпа снова ринулась танцевать. Но Ольга решила отдохнуть: все-таки драка немного ее утомила. Не успели подруги сесть за столик, как к ним подошел симпатичный молодой человек. В одной руке красавчик держал розы, в другой – бутылку шампанского.

– Честно признаться, я никогда не видел, как девушки лупят мужиков, – обворожительно улыбнувшись, произнес он, – и тем более не видел, чтобы одна девушка хорошенько отметелила сразу двоих!

– Каких двоих? – искренне удивилась Ольга и невольно поддержала разговор, – я помню только одного ненормального!

– Вторым ненормальным был я! Именно я, по причине своей ненормальности, попытался отвлечь вас от избиения вашей жертвы.

– Так вы считаете этого подонка жертвой? Вообще-то, смею открыть вам глаза, он набросился на меня первый с унизительными предложениями и мерзкими домоганиями!

Ольга настолько была возмущена несправедливыми замечаниями собеседника, что вскочила со стула и возбужденно замахала руками, изображая напавшего на нее хама. Инна решила прийти на помощь подруге и заявила:

– Если вы не видели начала ссоры, как можете теперь обвинять Ольгу?

– Значит, вас зовут Ольга? – красавчик снова лучезарно улыбнулся. – Мне очень приятно с вами познакомиться! Андрей.

Андрей протянул Ольге руку, предварительно поставив шампанское на стол. Затем взглянул на Инну и спросил:

– А как зовут вас, очаровательная леди?

– Инна.

Ольга заметила, как у подруги засверкали глаза – новый знакомый определенно ей понравился. Наверное, он понравился бы большинству девушек: идеальные черты лица, причем, именно мужского лица, спортивная фигура, темные густые волосы…

– Так, значит, вы тоже пострадали во время драки? – опомнилась Ольга.

– Пострадал, но не сильно, – кивнул Андрей, – вы просто… э… как бы это сказать…

– Ну говорите как есть! Не тяните кота за хвост!

– Вы немножко меня лягнули. Слегка. Чтобы я не помешал вам осуществлять задуманное.

– Да-да, помню. Кто-то пытался схватить меня сзади. Но я же подумала, что вы – друг этого мерзавца! Я же не знала, что вы собирались помочь мне!

Ольга искренне расстроилась, что из-за нее пострадал невиновный человек, но что сделано, то сделано, и теперь следовало искупить свою вину.

– Давайте я компенсирую нанесенный вред? В денежном эквиваленте?

Андрей весело рассмеялся, запрокинув назад голову.

– Это я решил загладить перед вами вину: держите! – Андрей протянул розы. – Так скажем, компенсация за причиненные неудобства – за попытку помешать разделаться с врагом!

– А шампанское? Тоже компенсация? – Ольга обрадовалась, что все обернулось столь приятным образом, и теперь весело подмигнула Андрею.

– Шампанское – повод для знакомства. Так скажем, попытка присесть к вам за столик. Или пригласить вас за наш – я тут с друзьями, отмечаем успешное завершение одного важного дела. Что скажете?

Ольга с Инной переглянулись – и подумали об одном и том же.

– Наверное, некрасиво было бы отрывать вас от компании, – начала Инна.

– Тогда не отрывайте – просто переселяйтесь к нам. Я имею ввиду, за наш столик!

Не долго думая, Андрей подозвал официанта, что-то сказал ему и начал собирать вещи: подхватил легкие курточки и сумочки своих новых знакомых, затем взял в другую руку бутылку шампанского:

– А вот коктейльчики и цветы дамам придется нести самим!

Через пять минут Андрей представлял Ольгу и Инну своим приятелям:

– Пацаны, знакомьтесь! Самые симпатичные и бесстрашные девушки сидят сейчас за нашим столом!

Затем, повернувшись к подругам, поочередно представил своих друзей:

– Девчата, запоминайте: это Миша, наш самый умный и продвинутый бухгалтер, – сказал Андрей, похлопывая по плечу сидящего рядом парня.

Ольга всегда считала, что бухгалтером может быть только женщина, причем солидного возраста, и чем солиднее эта женщина, тем крупнее и успешнее фирма, на которую она работает.  Сейчас же перед ней сидел маленький хрупкий Миша, больше походящий на школьника, в крайнем случае, на студента первого курса. Как в дополнение ее мыслям Андрей пояснил:

– Не обращайте внимания на Мишин внешний вид – он просто прикидывается таким беспомощным и юным. На самом деле ему давно больше тридцати, а что касается интеллекта – с ним не сравнится ни одна супер навороченная электронная машина!

Миша скромно улыбнулся обличительной речи товарища и добавил:

– Вечно ты преувеличиваешь, Андрей!

Но почему-то Ольга поняла, что Андрей ничего не преувеличил.

Следующим представили Николая – голубоглазого красавца с вьющимися черными волосами. Впервые в жизни Ольга увидела такое соотношение. Ей попадались кареглазые блондины, но чтобы у человека были небесно-голубые глаза и черные, как смоль волосы – ни разу. Николай тоже оказался сотрудником Андрея. Он был то ли менеджером, то ли промоултером – Ольга так и не разобралась. И, наконец, третьим по счету был представлен Иннокентий – тоже сотрудник той же самой фирмы. Кеша ничем особенным не отличался – обычный тридцати – тридцатипятилетний мужчина  непримечательной внешности.

Компания Андрея очень понравилась Ольге, она чувствовала себя на удивление спокойно и свободно среди этих мужчин. Взглянув на подругу, Ольга поняла, что и ей тоже приятно проводить время в такой компании. Инна от души веселилась и смеялась. Ольга сразу же поняла, кто станет очередной жертвой подруги – Инна сидела около Николая и всеми способами привлекала к себе его внимание. Да Коля и сам явно заинтересовался новой знакомой: рассказывал анекдоты и какие-то истории из своей жизни, незаметно приобнимая Инну за талию.

К Ольге все также проявлял интерес Андрей: он просвещал ее на тему борьбы с хулиганами, приводил примеры из собственной практики, рассказывал, как можно в одиночку справляться чуть ли ни с армией бандитов. Из всего, что поведал Андрей, Ольга сделала вывод: лучший способ спастись от преступников – применить заячью хитрость, то есть, убежать.

За интересной и одновременно злободневной беседой, Ольга  забыла о других участниках застолья и тут же решила это исправить. С неудовольствием отметила, что Инна уже целуется с Николаем. Нет, Ольга ни чуть не завидовала подруге, наоборот, считала, что подобное поведение может навредить дальнейшим отношениям, если, конечно, Инна на таковые рассчитывала.

Сколько раз Ольга повторяла: «Иннусь, ну как ты себя ведешь? Сначала ты холодная, как лед. Кавалер даже боится спросить разрешения присесть рядом, не говоря о том, чтобы продолжить знакомство. Но не проходит и полчаса, как ты уже согласна на все и искренне считаешь его подарком судьбы. Понимаешь, мужчины боятся таких женщин, они считают, что за ними охотятся и боятся сделать хоть малейшую ошибку! То есть боятся, что на них тут же накинут аркан и все – прощай свобода! Нельзя так сразу соглашаться на все предложения – ты же совершенно не знаешь человека, не знаешь, зачем он вообще завел знакомство с тобой! Но нет, Инна отметала все доводы:  «Раз мужчина был так решительно настроен, значит у него серьезные намерения. Ни один нормальный человек не станет распаляться, если не имеет дальнейших планов на будущее!». На что Ольга пыталась возразить: «А я и не говорю, что планов у него нет! Планы есть – на ближайший вечер, ночь… А там, глядишь, еще недельку перекантуется. Ты прости меня, подруга, но они же тебя просто разводят: кушают, пьют, живут – за твой счет. Разве не обидно? А если попадается кто-нибудь состоятельный, то больше чем на одну ночь не остается. Пойми, это ведь не потому, что ты плохая или глупая – ты красавица и умница – это потому, что они пугаются. Пугаются твоей покорности, активности, искренности.  Все-таки не зря бабушка учила меня не раскрываться сразу перед мужчиной!»  Иногда Инна соглашалась с подругой, иногда нет, но результат был одинаковый: большую часть своей еще не столь долгой жизни она провела в одиночестве, хотя партнеров сменилось предостаточно.

Вот и теперь Иннуся уже сидела на коленях у Коли и что-то шептала ему на ухо. Коля улыбался, одной рукой держал бокал с коньяком, другой – обнимал девушку.

Наручные часы Ольги показывали три часа ночи – время летело незаметно. Ольга не любила долгое времяпрепровождение в клубах, но сейчас ей было по-настоящему весело и интересно. То ли шампанское так на нее подействовало, то ли Андрей действительно был столь привлекателен, но Ольга отметила, что новый знакомый ей очень понравился, что она почти влюблена в него. Тем не менее, Ольга решила собираться домой. Наверное, так было бы правильнее: сохранить столь приятные воспоминания и не утратить их, продолжая изнуряющие танцы до утра. Словно подслушав мысли Ольги, Андрей поднялся и пригласил ее на медленный танец, встав на правое колено и вытянув вперед руку.

Они танцевали очень красиво: не только потому, что умели это делать (как выяснилось, оба занимались спортивными танцами), но и потому, что идеально подходили друг другу как пара, стройные и красивые.

Вернувшись за столик, Ольга шепнула Инне: «Мне надо домой, но не люблю прощаний. Поэтому если начнется паника из-за моего исчезновения, скажи, что я уехала». Инна не удивилась Ольгиному решению – она знала, что подруга предпочитает уходить по-английски, поэтому кивнула ей в ответ и незаметно помахала ручкой. На вопрос: когда Инна сама собирается домой, ответила, что скоро. Только к себе домой она, ясное дело, не поедет.

Глава 11.

Утром Ольга обнаружила, что чувствует себя просто великолепно: никакой усталости, никаких головных болей – наоборот, она свежа и активна. Нужно было разработать план дальнейших действий в истории с Игорем, но ничего толкового в голову не приходило. Всех, кто мог бы что-нибудь рассказать она уже разыскала и расспросила, вот только Инна, старшая дочь Приходько, никак не хотела брать трубку. Ольга попыталась дозвониться еще раз: шли гудки, один, второй… И вдруг, о счастье, кто-то решил ответить. Ольга ожидала услышать голос молодой девушки, но в трубку грянул бас:

– Алло!

– Ой, здрасьте! Мне бы Инну!

– Ага, значит, эту дуру зовут Инной. Ну, извините, помочь ничем не могу!

– Подождите – подождите! Не кладите трубочку! – Ольга испугалась, что и эта увенчанная успехом попытка дозвониться развалится на кусочки.

– А я и не собираюсь! – мужик был явно недоволен. – Что ж я, подлец какой что ли?

– Нет-нет, вы не подлец! Вы хороший, добросовестный человек! И я была бы благодарна, если бы вы позвали к телефону Инну. Или, если не хотите, просто скажите мне, где она сейчас?

– Еще одна ненормальная! Говорю, Инна ваша – дура. Я ее знать не знаю! Видеть не видел никогда!

– А как же вы тогда сделали вывод о ее умственных способностях?

– Легко! Какая нормальная женщина, потеряв телефон, не станет пытаться его найти?

Ах вот как! Теперь кое-что прояснилось. Мужик действительно не знает Приходько – он просто нашел ее телефон и теперь отвечает на звонки.

– А что вы собираетесь делать с сотовым?

– Буду ждать, пока эта дура не опомнится и не приедет!

– А мне не отдадите телефон? Я ее подруга и могла бы передать вещицу.

– Ох ты, хитрая какая! Шиш тебе телефончик достанется – верну только хозяйке.

Ольга поняла, что спорить бессмысленно и положила трубку. Почему-то люди иногда считают себя настоящими гениями, хотя на самом деле совершают откровенные глупости. Вот и сейчас некий господин N не захотел отдать телефон чужой девушке – решил вернуть его только в руки хозяйке. Ну, что ж, хозяйке так хозяйке!

Ольга придвинула проводной телефон поближе, набрала номер Инны и принялась ждать ответа. Через три-четыре гудка тот же голос проорал:

– Алло!

– День добрый! – заверещала Ольга тонюсеньким голоском. – Вы – мой спаситель, честнейший человек и будете самым лучшим во Вселенной, если вернете мой телефон! Я заплачу вам стоимость вещицы – только бы не утерять сохраненные в телефонной книге номера!

То ли мужчина был действительно порядочным, то ли клюнул на деньги, а может, его прельстила перспектива быть самым лучшим во Вселенной, тем не менее, он ответил:

– Ну, приезжай, дуреха, за своим аппаратом. Адрес пиши: проспект Калинина, дом 160, квартира 7. Спросить Аркадия. И не забудь потом поблагодарить меня за то, что не отдал твой аппарат одной предприимчивой особе, которая выпрашивала у меня его несколько минут назад.

Интересная картина: приехать по точному адресу, а там еще и указать имя, к кому приехал – как будто все жильцы квартиры нашли как минимум по одному телефону! Но, хозяин – барин.

Через полчаса Ольга колесила по одному из самых густо застроенных районов Москвы. Может, все было бы не так безнадежно, додумайся архитекторы спроектировать райончик более осмысленно: улицы шли, пересекая одна другую, и создавалось впечатление полного тупика.  Наконец, кое – как разобравшись по карте, Ольга поняла, где берет начало нужный ей проспект, а затем даже высчитала приблизительное месторасположение дома номер 160.

Аркадий проживал в небольшом строении годов пятидесятых и, прежде чем поняв, что попала она в общежитие, Ольга долго недоумевала: почему на каждом этаже всего по две двери?

Наконец, добравшись до четвертого этажа, Ольга нажала на звонок. Через семь минут безрезультатной попытки проникнуть внутрь легально, Ольга крутанула ручку. Разумеется, дверь открылась, и предоставила обозрению Ольги длинный коридор, по каждую сторону которого расположилось минимум по десять дверей. Недолго думая, Ольга крикнула: «Есть кто живой?», и из ближайшей комнаты на ее зов выскочила толстенная баба. Ольга сразу же пожалела, что нарушила покой женщины: судя по весовой категории с ней было не справиться. Но тетка вполне миролюбиво пробормотала:

– Чего орешь? Пожар что ли? – толстушка поправила фартук. – Говорила, говорила, а всем плевать! Ну можно же было указать номера комнат, чтоб люди не бегали, не искали… – фраза относилась, видимо, к недобросовестным соседям, из-за которых хозяевам близлежащих к общей двери квартир приходилось служить кем-то вроде консьержек.

– Извините, мне бы узнать, где Аркадий живет?

– Аркашка… – женщина загадочно улыбнулась, затем, сразу поменяв тон, процедила:

– А ты кем ему будешь?

– Никем. Просто я вчера потеряла телефон, а он нашел. Теперь хочу выкупить обратно.

– А… Тогда ступай: пятая дверь по моей стороне. Передай ему, чтобы в гости почаще заходил. К Анюте. Не забудь, что именно к Анюте!

– Конечно, передам. Спасибо большое!

Видимо, Аркадий был местным бабником, любимцем женщин, раз Анюта так рьяно настаивала, чтобы он зашел к ней в гости.

На удивление, дверь Ольге открыл невысокий сухенький мужчинка лет пятидесяти, правда, голос у него был грубый и низкий. Представившись владелицей телефона, Ольга сразу же предложила Аркадию денег, но он наотрез отказался. Ольга прониклась симпатией к этому человеку – не так часто в наши дни люди добровольно лишают себя заслуженного вознаграждения.

– Вам Анюта просила передать, чтобы вы чаще ее навещали, – улыбнулась Ольга.

– Непременно! А вы что, знакомы с ней?

– Десять минут назад познакомились, когда я вас искала.

Уже стоя на пороге и держа в руках аккуратненький телефончик, Ольга спросила:

– А где же вы его все-таки нашли?

– Прямо на дорожке валялся, недалеко от магазина обуви, этого, как его там… Бутика! По улице Терешковой.

Ольга знала, где это находится, но, к сожалению, никак не могла применить полученные сведения.

Выходя от Аркадия, Ольга заметила прикрывающуюся дверь Анюты: видимо, женщина следила, не задержится ли гостья дольше положенного?

Удобно усевшись за рулем автомобиля, Ольга достала телефон. Ничего интересного в нем не было: довольно старенький, модель не навороченная – такие можно купить не дороже тысячи. Может, поэтому Аркадий и решил его вернуть владелице? А, может, этот Аркадий действительно честный человек? Почему он никак не выходит из головы? Наверное, именно из-за того, что не взял деньги. Наверное, поэтому он так и живет в трущобах, не имея возможности скопить деньги на нормальную квартиру… Ладно, довольно этих мыслей, надо осмотреть телефон – наверняка в нем есть много интересного, несмотря на непрезентабельную внешность.

Отыскав у агрегата записную книжку, Ольга была немного разочарована: в памяти телефона хранилось всего лишь семь номеров. Но прочитав имена адресатов, Ольга поняла, что вышла на правильный след. Расположившись по алфавиту, шли имена: мама, Марина, Сварин, Ольга, Танька, Хамзат. Разумеется, сравнив номера телефонов с имеющимися у нее, Ольга открыла очевидную истину: мама – Наталья Приходько, Танька – младшая сестра, Сварин – бывший муж Игорь, Ольга – она сама. Значит, связь Инны и Игоря теперь становится очевидной – вот откуда и ее, Ольгин, номер телефона в справочной книжке Инны… Но кто такие Марина и Хамзат?  Вот это-то она сейчас и узнает!

Сначала Ольга решила поговорить с Мариной, но не успела она набрать нужные цифры, как телефон тут же запиликал: кто-то звонил со скрытого номера.

– Слушаю!

Глухой треск, долгая возня, затем приглушенный женский голос ответил:

– Здравствуйте! Простите за беспокойство, но у вас мой телефон. Можно мне его как-то забрать?

Ольга обрадовалась. Наконец-то она встретится с Инной и все выяснит!

– Да-да, конечно. Где мы сможем увидеться?

Договорившись о встрече, Ольга отсоединилась. Стоило ли звонить Марине и Хамзату? Наверное, нет. Все-равно она сейчас поговорит с Инной и все станет на свои места.

Ровно через полчаса Ольга сидела в кафе «Зеленая роща» и мирно попивала чай. Как начать разговор с Инной? Как вести себя, чтобы вывести ее на чистую воду? Но все раздумья оказались напрасными. Мобильный телефон, найденный Аркадием, снова зазвонил, и снова Ольга услышала приглушенный женский голос:

– Вы уже в кафе?

– Да. Сижу тут совершенно одна, так что мы точно не разминемся и не потеряемся!

После минутного молчания собеседница продолжила:

– К сожалению, я не смогу прийти, но вы можете отдать телефон моему сыну: с минуты на минуту он появится в кафе. Вознаграждение для вас передаст тоже он.

Ольга опешила. Как же быть? Не отдавать телефон? Но что это даст? Поговорить с сыном Инны? О чем? Да и с каким таким сыном? Насколько успела разузнать она, Ольга, никаких детей у Инны не было! Ничего не придумав, Ольга осталась сидеть на месте. В конце концов, можно будет позвонить Марине и Хамзату – их номера давно переписаны в блокнот.

Через минуту после разговора с Инной в зал вошел высокий накаченный парень и уверенно направился за столик к Ольге.

– Здравствуйте! Мама попросила меня передать вам деньги и забрать телефон.

– Да-да, конечно. Только вот денег мне не нужно.

Парень заметно повеселел – видимо, решил прикарманить чужое вознаграждение, а «маме» сказать, что Ольга забрала заслуженные рубли.

– Как маму-то зовут? – закинула удочку Ольга.

Парень впал в ступор: было видно, как шевелятся его немногочисленные извилины. После продолжительной паузы  вундеркинд произнес:

– Инна.

Да уж! Видимо собеседник не перегружен умом – не решился даже придумать какое-нибудь другое имя. Или не привык импровизировать – не было указаний скрывать инициалы – он и не скрывает!

– А где мама работает?

Опять ступор. Опять молчание. «Так я и до вечера ничего не узнаю, – возмущенно подумала Ольга, – надо расшевелить парня. Но вот как?»

– Нигде! – парень победно улыбнулся.

Ольга вздрогнула от его раскатистого голоса и забыла, что она вообще спрашивала.

– Что нигде?

– Мама нигде не работает. Дома она сидит, – парень заметно оживился.

– Может, тебе что-нибудь покушать заказать? За мое вознаграждение?

Было видно, как внутри собеседника идет борьба – он нервно моргал, глупо улыбался, наконец выдавил:

– Не, спасибо. Мама сказала забрать телефон и сразу к ней!

– Ну тогда конечно, беги-беги. Как тебя-то зовут?

– Стас.

На этом знакомство закончилось – парень быстро встал из-за стола и вышел из кафе. Ольга снова осталась одна. Она достала свой мобильный и набрала номер Марины – раз уж не удалось встретиться лично с Инной.

Веселый женский голос бодро ответил:

– На проводе Кремль!

Избитая шутка, но Ольге почему-то стало смешно.

– Здравствуйте! Можно мне поговорить с Мариной?

– Можно. Говорите!

– Вам звонят из сотовой кампании «билайн». В честь приближающегося дня рождения фирмы мы решили подарить маленькие сувениры нашим постоянным абонентам!

На самом деле Ольга понятия не имела о дате рождения «Билайна», но и Марина, скорее всего, не в курсе, когда зародилась эта глобальная сеть.

– Ой, как здорово! А что за подарочки?

– Увидите. Скажите только, где вас можно найти, и наш сотрудник непременно поздравит вас!

– Приезжайте ко мне на работу – все-равно делать нечего, сижу скучаю.

Глава 12.

Работала Марина в библиотеке имени Пушкина. По пути в читальню Ольга заехала в офис кампании «билайн» и прикупила за двойную цену подарочный набор: полосатый шарфик и шапочку. В общем, к огромному удручающему зданию библиотеки Ольга прибыла в полной боевой готовности: с подарком и заготовленной речью.

Марина оказалась симпатичной миниатюрной женщиной лет тридцати. На ее фоне Ольга почувствовала себя гигантом со своими метр шестьюдесятью пятью и каблуками в десять сантиметров. Марина сразу признала в Ольге сотрудника кампании «билайн» по известным всей стране логотипам.

– Здравствуйте-здравствуйте! – пропела она. – Как приятно получать неожиданные подарки! Спасибо вам большое, что не ленитесь доставлять радость людям!

– Это моя работа. Вы же тоже не ленитесь приносить книги посетителям библиотеки!

– А я не приношу книги! – возразила Марина. – Я работаю в архиве: пересматриваю документы, складирую их по годам, ищу необходимые, если понадобится. В общем, я – архивная мышь! – захихикали Марина.

– Какая интересная у вас работа!

Неожиданная мысль пробежала в голове у Ольги и выстроилась во вполне логичную цепочку: старые документы – вот что связывает Марину и Инну! Если Инна занималась поисками драгоценностей Тришина, ей просто необходимо было досконально изучить свою родословную. А как это можно было сделать, если очевидцев давно не осталось? Конечно, используя старинные документы из архива!

– А у простого человека имеется доступ к архивным документам? – спросила Ольга.

– Нет, что вы! Если бы каждый желающий мог копаться в истории – история бы исчезла, она превратилась бы в настоящее!

– Да, вы правы. Но мне кажется, что человек имеет право знать свои корни!

– Имеет. Поэтому можно заказать для себя составление генеалогического древа – этим занимаются специалисты.

– А если нужно установить какой-то факт из глубокого прошлого семьи, как быть?

– Не знаю – не знаю. Но боюсь, что и документы в этом случае могут оказаться бессильными – далеко не все семейные тайны заносятся на бумагу, – улыбнулась Марина. – А почему вы так этим интересуетесь?

– Просто одна моя подруга рассказывала, что с помощью архивных документов докопалась до весьма интересной истории из жизни ее прапрапрадеда.

– Значит, она либо работала в архиве, либо путем взятки туда проникла. Ко мне тоже приходила одна женщина с просьбой пропустить ее к документам – предлагала деньги, причем немалые, но я отказала ей. Тем не менее, не исключаю, что везде найдутся продажные шкуры. У нас тоже была такая, вернее, был. Теперь уже уволился.

– В библиотеке работал мужчина? – удивилась Ольга. Она искренне считала, что работа в данной сфере – прерогатива женщин. Видимо, ошиблась, как и в случае с бухгалтерской сферой.

– Мужчина! Ха! – Марина скорчила презрительную гримасу. – Крыса он, а не мужчина. Заработал денег с помощью взяточничества и уволился. Говорили, что уехал наш Хамзат в Турцию – отдыхать…

Хамзат! Вряд ли это совпадение – два имени в телефонной книжке, два сотрудника одной библиотеки…

– А теперь, вроде, вернулся. Просился обратно, в архив, – продолжала Марина, – но наш директор послала его куда подальше – и правильно сделала! Мы ее все поддержали, хотя сотрудников, если признаться честно, не хватает – мало кто хочет работать за оклад в семь тысяч. Согласитесь, для Москвы это не деньги.

Конечно, Ольга была согласна с Мариной. Она и сама не раз задумывалась, почему благородные, нужные профессии так низко ценятся и еще ниже оплачиваются? Видимо, считается, что труд библиотекарей, учителей, врачей настолько легок и прост, что незачем за него платить достойные деньги. Вот и сейчас верная своей профессии и совести женщина рассказывает о перипетиях работы в библиотеке.

Проговорив с приятной собеседницей почти целых два часа и выпив не одну чашку чая, Ольга наконец-то собралась уходить. Они обменялись с Мариной телефонами, еще раз поздравили друг друга с наступающим праздником и решили как-нибудь увидеться.

Домой Ольга приехала под вечер: во всяком случае, девятнадцать часов для весны – уже вечер.  Приготовила ужин, приняла ванну – в общем, позаботилась и о душе, и о теле. Не успев удобно расположиться перед телевизором, услышала, как зазвонил телефон. На экране мобильного высветился номер Андрея и его смеющееся лицо – Ольга сфотографировала нового знакомого еще в клубе.

– Привет, красавица! Чем занимаешься?

– Привет, красавиц! – иронизировала Ольга. – Отдыхаю после тяжелого трудового дня.

– И где же ты трудишься?

– Тружусь на благо отчизне, – обтекаемо ответила Ольга.

Неожиданно она вспомнила о своей подруге. Как же Инна? Когда Ольга уезжала из клуба, она еще оставалась там.

– Андрей, а ты не в курсе, случайно, где моя подруга?

– Точно сказать не могу, но думаю, что она вместе с моим другом. Ты же вчера не соизволила остаться с нами и исчезла, словно Золушка, а Инна, как воспитанная и благородная девушка, осталась поддержать нашу сугубо мужскую компанию!

Насчет благородства Ольга могла поспорить: вряд ли посещение ночных клубов и развлекаловка там с компанией парней могли подчеркивать именно эту черту характера.

– Простите, я не думала, что так задену ваши чувства своим отъездом! – шутливым тоном  заметила Ольга, – надеюсь, я не испортила этим поступком настроение всей компании?

– И не надейтесь – вы разбили мне сердце самым наглым образом!

Ольга улыбнулась: Андрей определенно ей нравился, только чем именно, она не могла понять! Да, он красив, но вокруг полно красивых мужчин, еще больше красивых альфонсов, спрашивается, где доказательства того, что Андрей не из их числа? Вроде, он не глуп, но это только на первый взгляд – ведь они знакомы всего второй день. Ни где он работает, ни есть ли у него семья Ольга не знала – ее просто тянуло к нему и все. По большому счету для нее уже не имело принципиального значения ни его материальное положение, ни семейное. Ольга мысленно укорила себя за это, но укол совести так и не почувствовала. «Может, он гипнотизер? Загипнотизировал меня, как удав кролика, и ползу я теперь прямо в раскрытую пасть!» – мысленно рассуждала Ольга.

– Алло! Оля! Вы меня слышите? – разрывался на другом конце линии Андрей.

– Слышу… Что ты сказал?

– Я сказал, может, мы увидимся?

– Может быть. Но не сегодня.

Ольга почему-то испугалась встречи. У нее невольно задрожали колени и предательски дрогнул голос.

– Жаль, что не сегодня. Хотел пожарить шашлык и пригласить тебя: наелись бы до отвала! Говорят, что мужики не пьют шампанское, а я вот люблю: шампанское и шашлык – и я доволен жизнью!

– А где ты собрался разводить костер? В московской квартире?

– С чего ты взяла? Я живу не в центре города, а почти на окраине – в своем доме, ближе к земле, так сказать, на улице Новоселов в доме под номером семь. Это вы поселились в городских трущобах и лишились всех радостей жизни!

Ольга знала район, о котором говорил Андрей. Когда-то они с Игорем хотели приобрести там жилье, но, даже имея на руках приличные деньги, не смогли себе этого позволить.

– Даже не пытайся меня уговорить – все-равно не поддамся! – отбивалась от уговоров Ольга. – Так что кушай шашлык сам – больше достанется.

Поговорив с Андреем, Ольга решила позвонить подруге. Инна отозвалась на другом конце провода только через пару минут:

– Привет, Оля, – невнятно пробормотала она, – как дела?

Голос подруги показался подозрительным, и уже через минуту Ольга поняла: Инна плачет.

Как оказалось, ночь Инна провела с Николаем. Тот клялся в вечной любви и верности, утром даже притащил завтрак в постель, потом отвез новую подругу домой и… Все. Уже вечер, а от Коли ни слуху, ни духу.

– Может, он просто занят? – пыталась строить предположения Ольга. – Мне вот Андрей тоже не звонил весь день – только сейчас соизволил пообщаться!

– Ты не сравнивай! Мы с Колей собирались пожениться, а вы с Андреем даже не целовались! Ты вообще сбежала вчера! – всхлипывала Инна.

– Дорогая, может, мне приехать?

– Ни в коем случае – не хочу, чтобы ты видела меня в таком состоянии, тем более, я собираюсь поехать к маме, давно ее уже не видела. Да и за отцом соскучилась.

– Передавай родителям привет, хотя я с ними так и не познакомилась!

– Ну, заочно-то они тебя знают… – снова всхлипнула Инна.

Родители Инны редко интересовались жизнью дочери: у них были ровные отношения, но никакой крепкой связи Ольга не замечала. Проучившись с подругой пять лет и, продолжая общаться теперь, Ольга так ни разу и не видела их в лицо.

По телевизору шла какая-то ерунда, причем по всем каналам сразу, читать не хотелось совершенно, оставался один способ себя занять – лечь спать, хотя часы показывали всего лишь начало десятого.

Но и уснуть Ольге не удавалось. Бывали у нее такие ночи, что сон никак не хотел приходить – мысли крутились в голове, прошлые страхи снова напоминали о себе. Даже давно пережитые и, казалось бы, забытые истории проплывали перед глазами. Вот вспомнилось увиденное в клубе «Полет мечты»: тело Игоря, пена, идущая у него изо рта… Затем попытка Ольги скрыться из кабинета… Эта страшная комната с пьяным толстенным мужиком и сумасшедшей карлицей… Теперь перед глазами возник вчерашний вечер: драка с ненормальным придурком, клок его волос у нее в руке… Сердце  бешено заколотилось, Ольга вскочила с постели. Пропали последние надежды на сон: она побрела на кухню. Выпила чаю, съела бутерброд – на душе полегчало, но спать больше не хотелось. Вернувшись в комнату, Ольга сняла рубашку, нацепила джинсы, кофту, туфли на толстой подошве и куртку, взяла ключи от машины и спустилась во двор.

БМВ задорно подмигнул хозяйке, разумеется, не сам по себе, а после нажатия кнопки сигнализации, но Ольге показалось, что машина просто поприветствовала ее в предвкушении увлекательной поездки.

– Сейчас мы с тобой покатаемся! А то твоей хозяйке даже некогда посмотреть, на что ты способен. В этих московских пробках не слишком-то разгонишься! Зато сейчас улицы свободны – знай себе, дави на газ.

Мотор завелся с пол-оборота, как и положено любой хорошей машине. Ольге вообще везло с машинами: ее старенькая Жигули никогда не отказывалась ездить, ей не требовалось частых ремонтов, постоянной смены масла – в общем, всего того, о чем обычно причитают мастера. А что касается новых иномарок – то тут вообще говорить что-либо излишне.

Бесшумный мотор БМВ как всегда порадовал Ольгу: никакого тарахтения, лишних звуков и дерганий. Загорелись приборчики на панели, вспыхнули фары – казалось, все происходило само по себе, без участия человека. Ольга нажала на газ, машина послушно загудела, набирая скорость.

Дороги, как и ожидалось, оказались пустыми: никто не мешал огромному БМВ разгоняться до недозволенной скорости. Ольга любила машины, может быть потому, что любила скорость. Но быстро ездить она позволяла только себе, никто другой, с кем бы она ни сидела в машине, не должен был превышать положенное количество километров в час.

Как ей нравилось просто мчаться по дороге, не имея определенной цели, не боясь опоздать на важную встречу! Просто давить на педаль, не глядя на спидометр! Жаль, конечно, что не с кем разделить это удовольствие: Витьку с няней нужно катать осторожно, Игорь всегда начинал причитать, когда жена превышала дозволенную скорость, француз Джордж вообще считал, что Ольга не должна водить машину… Инна… Что касается подруги, то та просто падала в обморок, если происходило что-то экстремальное. Поэтому приходилось радоваться жизни в одиночестве, что, может быть, и к лучшему.

В зеркало заднего вида Ольга заметила догоняющую ее иномарку: наверное, кто-то тоже решил покататься. Ольга скинула газ, чтобы машина подъехала ближе, затем снова рванула с места одновременно с приблизившейся ауди. Теперь по городу летело две машины: два водителя соревновались между собой за звание лучшего. Ауди была тонирована так же сильно, как и Ольгина БМВ, поэтому рассмотреть, кто сидит за рулем, не представлялось возможным.

На первом же повороте Ольга вырвалась вперед, но ауди почти сразу догнала ее. Пришлось напрячься, чтобы к ближайшему светофору прийти первой. Остановившись, Ольга вышла из БМВ, чтобы узнать, кто так искусно водит машину: ей стоило немалых усилий обогнать ауди. Из притормозившей машины тоже вышла девушка, и одновременно с Ольгой рассмеялась.

– А я думала, какой-нибудь мужик выскочит и оправдываться начнет! –  улыбнулась Ольга.

– Я тоже так думала! Отлично водишь машину!

Девушки познакомились, даже обменялись телефонами. Оказалось, что обладательницу ауди тоже зовут Инной. «Везет мне на подруг с именем Инна, – подумала Ольга, садясь в машину, – хотя вроде не такое уж и распространенное имя!»

Поколесив по городу еще с полчаса, Ольга поняла, что накаталась вдоволь: «Даже в гонках поучаствовала!».

Неожиданная мысль проникла сначала в подсознание, потом в сознание и оформилась во вполне реальную идею: а что если навестить Андрея? Подумаешь, что стрелки часов давно перевалили за двенадцать! Иногда можно позволить себе какую-нибудь глупость.

Ольга припомнила адрес, названный Андреем, сориентировалась в месте расположения нужного района, заехала в ближайший круглосуточный супермаркет: приобрела, на всякий случай, шампанское, кое-какую закуску и фрукты.

Усевшись вновь в водительское кресло, Ольга еще сильнее надавила на газ – чтобы не передумать и не вернуться домой…

Глава 13.

На улице Новоселов под номером семь располагался не просто красивый дом – это был огромный особняк, окруженный мощеным кирпичным забором. «Да уж, я бы никогда не решилась жить в таком домище! – подумала Ольга, приближаясь к калитке. – Мне и в моей-то квартире страшновато, а здесь я бы вообще заснуть не смогла. А может, Андрей живет не один?».

Сначала Ольга хотела сделать сюрприз своим внезапным появлением, но теперь поняла, что проникнуть в хоромы незаметно ей не удастся: во дворе бегали две огромные собаки, насколько Ольга разбиралась в породах, это были московские сторожевые. Пришлось звонить Андрею. Видимо, он еще не ложился спать, потому что схватил трубку почти сразу же и неимоверно обрадовался, узнав, что Ольга стоит около его дома.

Скрипнул ключ в замочной скважине, и калитка тут же распахнулась:

– Я очень рад, что ты приехала. Я правда рад, – улыбнулся Андрей, – и почему-то чувствовал, что увижу тебя сегодня!

– Уже не сегодня, уже наступил новый день, – ответила Ольга, глядя на наручные часы, – стрелки давно перешагнули двенадцатичасовой рубеж. Вот только почему ты не спишь?

– Ты тоже не спишь, смею заметить!

– Сегодня, видимо, многих терзает бессонница…

Ольга рассказала про то, как гоняла по городу, как познакомилась с Инной, которая тоже не смогла уснуть и выехала прокатиться.

– Машина твоя? – удивился Андрей.

– Моя. А что, ты находишь это необычным?

– Честно говоря, я подумал, что тебе не больше двадцати лет!

– Ну, мы тогда с Инкой пошутили – оделись как малолетки… На самом деле мне почти двадцать восемь. Но даже если бы было двадцать, что удивительного в том, что машина моя?

– Дороговато для юной девы! Даже состоятельные родители редко покупают своим чадам столь роскошные подарки…

– Как видишь, я не юное чадо. Расстроен?

– Напротив – я рад, что ты оказалась не восемнадцатилетней девчушкой. А насчет машины – отличный выбор, у меня тоже БМВ, почти такая же, как у тебя. Правда, признаюсь, немного дешевле! Ой, что же мы стоим, – спохватился Андрей, – добро пожаловать в мою нору!

Ольга не стала бы торопиться называть двухэтажный особняк норой, но, может, Андрей вышел из соседнего дома? Нет – нет, он точно открывал эту калитку.

Две огромные собаки подбежали к Ольге, обнюхали ее практически с ног до головы – их размеры позволяли дотянуться чуть ли не до ее груди – и убежали в сад.

– Хорошие собачки!

– Хорошие. И умные – я их сам дрессировал. И имена сам придумывал: Рубль и Гривна. Говорят, если собак или кошек назвать денежными именами, в доме всегда будет достаток. Вот смотри, я их зову: Рубль, иди сюда, Гривна, бегом ко мне… И они приходят, и деньги также придут.

Судя по тому, в каком достатке жил Андрей, его примета срабатывала на все сто.

– Кстати, Оля, могу тебя обрадовать – шашлык я все-таки пожарил, думал, друзей позову, а потом решил побыть в одиночестве, раз ты не захотела приехать, – рассказывал Андрей, пропуская Ольгу в дом.

Шикарный снаружи – еще лучше особняк смотрелся изнутри: дубовая мебель, высокие потолки, витиеватая резная лестница, ползущая на второй этаж – и все сделано со вкусом, видно, что проектировал дом сам хозяин, да и дизайнером был тоже он.

– Проходи в зал: сейчас покушаем, как следует, телек посмотрим, а потом я тебя спать уложу.

Ольга запоздало вспомнила о продуктах, оставшихся в машине: «Надеюсь, за ночь они не пропадут. Вроде, не должны – на дворе прохладно.»

Тем временем, Андрей принес в зал поднос с фруктами, блюдо с шашлыком, различные приправы, две бутылки вина разных сортов и одну шампанского. Удобно расположившись на диване, он откупорил все бутылки сразу, наполнил фужеры шампанским и провозгласил тост сидящей рядом Ольге:

– За то, чтобы мы всегда были вместе!

– Решительные слова! – прокомментировала Ольга смеющимся голосом, хотя в душе у нее что-то перевернулось от волнения. Неожиданно даже для самой себя она вспомнила, что когда-то точно такой же тост произносил мужчина всей ее жизни, мужчина, который остался в далеком прошлом.

На улице подул ветер и неожиданно ворвался в открытое окно; то ли Рубль, то ли Гривна отреагировали на внезапный порыв природы громким лаем. Впрочем, собака тут же замолчала. Природа продолжала бушевать: ветер пригнал облака, и теперь начинался мелкий дождик, силясь перейти в ливень.

– Рановато еще для летних дождей, – заметила Ольга, – хотя весенние ведь тоже бывают?

– Наверное, бывают… Ты любишь дождь?

– Люблю. Но не просто дождь, а вот именно такой: неожиданный, сильный, а главное, ночной. Чтобы утром его уже не было – как будто его не было вообще…

Андрей встал, закрыл окно, чтобы теперь уже вошедший в свою силу ливень не врывался с порывами ветра в комнату. Вернувшись на диван, легко приподнял Ольгу и посадил к себе на колени.

«Сколько раз я учила Инну жизни, а теперь сама веду себя не лучше! Может быть, даже хуже – Инна хотя бы поначалу не ездит к своим парням сама, да еще и ночью, а я вот прикатила… Ну и ладно! Один-то раз в жизни можно позволить себе расслабиться. Если желание слишком велико – поддайся ему. Где же я это услышала?» – мысли пробегали одна за другой, пытаясь перебить главную, назойливо вертящуюся в голове: ничто на свете не удержит ее сейчас, ничто не сможет остановить. Будто наваждением становился для нее Андрей: его лицо, руки… Да и эта ночь тоже наваждение, и дождь, и ветер. Мир словно замер в предчувствии чего-то важного, замер, вслушиваясь в ливень, покрывший город.

Ольга сама наклонилась к его губам, сама впилась в них долгим поцелуем. Андрей ответил ей незамедлительно, словно ожидая этого сигнала: не прекращая поцелуй, он сжал ее в своих объятиях и отнес на кровать в спальне… «Еще минута, еще несколько секунд, и я опять вытесню его из своей памяти, так некстати там возникшего снова… – думала Ольга, отвечая горячим ласкам Андрея. – Сколько еще он может всплывать из прошлого? Сколько еще мне нужно сменить мужчин, чтобы наконец-таки растоптать эту любовь?»

Ливень начал постепенно стихать только в начале четвертого ночи. Ольга не спала – она любовалась лежащим рядом Андреем, который беззаботно похрапывал. «Чудесная, удивительная ночь, такой же чудесный мужчина около меня…».

Уходить не хотелось, но уйти было надо. Утро развеяло бы все очарование ночи – Ольга это знала. Ее напрягали примитивные вещи: кофе в постель, приготовление завтрака, умывание, душ… У себя дома – конечно, но после всего того, что произошло здесь, не хотелось переходить в реальность. Поэтому она тихо поднялась с постели, спустилась на первый этаж, собирая по пути свои вещи, вышла во двор. К ней тут же подбежали собаки и весело замахали хвостами.

– Охраняете хозяина, да? – обратилась к ним Ольга. – Правильно! А то ходят тут всякие…

Неожиданно для себя самой Ольга почувствовала укол ревности: скольких женщин Андрей приводил к себе домой, скольким из них эти приветливые собаки махали хвостами, как сейчас машут ей?

– Кыш от меня! – внезапно возмутилась Ольга.

Через минуту ей стало стыдно за свое поведение и, выходя уже за калитку, она весело крикнула бегающим за заборам охранникам:

– Пока, ребята!

Огромный БМВ сверкнул на последок фарами и скрылся в ночной тьме.

Глава 14.

Проснулась Ольга ближе к обеду, и то не по собственному желанию, а потому, что кто-то колотил в дверь. Выйдя в прихожую, Ольга поняла, кто стал ее ранним визитером: с лестничной клетки доносились нелестные возгласы в ее адрес, и эти возгласы издавала явно соседка снизу – тетя Катя.

– Что случилось? – поинтересовалась Ольга невозмутимым тоном, открывая дверь и впуская взволнованную гостью.

– Ты все спишь! Так и жизнь проспать можно!

«А что делать, – подумала Ольга, – если я веду исключительно ночной образ жизни?»

– Вы пришли только для того, чтобы мне об этом сказать? – спросила она, зевая.

– Не только. Я вообще могла не приходить к тебе, если бы не была таким честным и обязательным человеком!

Уже интересно! Если соседка заявляла подобное, значит, она разузнала какую-то информацию, причем, вполне нужную.

– Так что у вас интересного?

– Приходили к тебе вчера. Причем ночью. Звонили – звонили, стучали – стучали… Где тебя только носит? В общем, не выдержала я этого грохота, поднялась на твой этаж – хорошо хоть сынок со мной, а то я бы одна не вышла.

– Так кто приходил?

– Инка, подруга твоя. Взволнованная вся, красная – рыдала, что ль. Я у нее спрашиваю: «Что случилось-то?», а она мне ни слова – бегом убежала!

Не слушая больше повествований тети Кати, Ольга бросилась вглубь квартиры в поисках телефона. Так и есть – батарея разряжена! Бедная Инна пыталась дозвониться, но так и не смогла. Что же там случилось у подруги?

Ольга набрала номер с проводного телефона, в ухо полетели гудки.

– Алло!

– Иннуся, привет, это я. Что с тобой? Тетя Катя сказала, что ты приходила вчера вечером!

– Ольга… Этот мерзавец… Он предал меня…

Так, теперь понятно. У Инны опять не сложившийся роман – наверняка, речь сейчас идет о Николае.

– Что стряслось у вас с Колей?

– Приезжай, пожалуйста, я все тебе расскажу.

Через час Ольга сидела на кухне у подруги и выслушивала жалобную речь. В общем, ситуация выглядела следующим образом: так и не дождавшись никаких известий от Коли, Инна решила сама напомнить о себе. Причем не просто напомнить, а преподнести сюрприз: приехать к нему домой. Адреса она не знала, поэтому позвонила Мише и попросила расколоться: дать координаты друга. Мише затея с сюрпризом понравилась, поэтому он без колебаний написал Инне нужный номер дома и название улицы.

– Лучше бы я этого не делала! – причитала Инна. – Лучше бы жила в неведении и надеялась, что когда-нибудь он мне позвонит!

– Ну это ты погорячилась – подобные ожидания не в твоем духе!

– Лучше бы тогда я осталась у мамы – мы так с ней задушевно поговорили, посчитали, какого числа лучше сыграть свадьбу…

– Твоя мама выходит замуж? У нее же, вроде есть муж…

– Да я не про нее. Мы считали, когда лучше мне выходить за Колю…

Понятно, Инна в своем репертуаре! Интересно, что же так сломило ее дух? Если честно, Инна никогда раньше не прибегала к Ольге домой, чтобы излить душу об очередной неудавшейся попытке выскочить замуж.

– Так вот, – продолжала Инна, – узнала я его адрес, нарядилась, как последняя дура, вызвала такси, набрала продуктов, выпивки…

Продукты! «Как я могла забыть о брошенных в машине покупках!» – не к месту вспомнила Ольга.  Наверняка они пропали и теперь по багажнику расползается удушливый аромат тлеющих фруктов и мяса!

– Кое-как с таксистом нашли нужный адрес… И вот поднимаюсь я к его квартире, нахожу дверь с табличкой 120… На всякий случай дернула ручку – открыто…

Ольге стало страшно – неужели подруга обнаружила труп Николая? Ведь точно также Ольга дергала ручку кабинета Игоря, и оказалось, что он мертв. Не дожидаясь окончания рассказа, Ольга перебила подругу:

– Ты вызвала милицию?

– А они помогают решить подобные вопросы? – удивилась Инна.

– Конечно, помогают – собирают свидетелей, ищут преступника…

– А что его искать, этого преступника? – зарыдала Инна. – Он рядом лежал и даже не пошевельнулся, когда я зашла!

– Тоже мертвый? – ужаснулась Ольга.

– Почему мертвый? Стоп, почему тоже?

– Ну не шевелился же… – постепенно Ольга поняла, что ничего не поняла.

– Ты меня не слушаешь совершенно! Опять напридумывала чего-то! Я же тебе говорю: захожу в квартиру, иду по коридору… Дохожу до спальни – а там Коля лежит, а рядом девица какая-то. Посмотрела на меня и даже не пошевелилась, чтобы прикрыться!

Ах, вон оно как! А Ольга-то испугалась! Оказывается, Николай просто не запер дверь в спешке!

– Так он живой, – выдохнула Ольга, – просто развлекался с кем-то!

– Просто? Просто?? Ольга, да ты понимаешь, что меня предали? Что я своими глазами видела, как меня предали?

Конечно, неприятно, но не смертельно, в прямом смысле слова. Ольга улыбнулась своим мыслям.

– Чего ты смеешься? – взъерошилась Инна. – Подруге умереть хочется, а ты смеешься?

Ольга рассказала об аналогии, неожиданно проведенной в голове. Впрочем, она опустила сравнения, возникшие из-за образа Игоря.

– Ну и что ты сделала в конце концов?

– Ничего! – развела руками Инна. – Я просто подошла и дала обоим по пощечине.

– А девушке-то за что? – удивилась Ольга. – Может, она и не в курсе вовсе, что у Николая есть ты?

– А какая разница: в курсе она или нет? Она дрянь – это видно сразу. Нормальная девушка сначала выяснит – может, у парня уже есть вторая половина? А эта нет – сразу в постель!

«Интересно, а ты понимаешь, что сама ведешь себя не лучше? – подумала Ольга. – Может, эта девица его законная жена?»

Словно подслушав мысли подруги, Инна продолжила:

– Я вот сразу поинтересовалась у Николая – есть ли у него кто-нибудь? И он мне признался: нет, одинок, как волк!

– А, может, он обманул тебя?

– Зачем?

– Инна, ты же взрослая, умная женщина! Неужели трудно догадаться, зачем мужчины врут, что одиноки? Чтобы завести себе любовницу!

Немного помолчав, Ольга продолжила:

– Что теперь собираешься делать?

– Ничего. С этим мерзавцем – ничего!

Поняв, что подруга пришла в равновесие, Ольга решила уезжать – ей нужно было встретиться с последним представителем семьи Тришиных, братом Натальи Приходько, Игорем.

Сидя в машине, Ольга принялась ковыряться в блокноте в поисках адреса Игоря. Адрес нашелся в списках под буквой П – почему-то Ольга записала его так: Приходько Игорь. Хотя у него наверняка была другая фамилия, скорее всего, Симонович.

По пути к потомку Тришина, Ольга заехала в кафе – она не успела поесть дома, торопясь к Инне. Приветливый официант подскочил к посетительнице и загрузил ее по полной программе –  он успел выложить все, начиная от перечня блюд и заканчивая полезностью каждого из них. Впрочем, напрягался парень не зря: заказ Ольги потянул на приличную сумму.

Поедая принесенное, Ольга размышляла на тему: как вести диалог с Игорем? Она не знала точно ни его фамилии, ни даже отчества – значит, и обратиться к нему она толком не может. Гришанова упоминала, что Игорь был женат, но, судя по его приблизительному возрасту, давно мог стать одиноким престарелым дедулей.

Выходя из кафе, Ольга огляделась по сторонам – следов от ночного дождя почти не осталось, как не осталось ничего от Андрея. Она так и не узнала, кем он работает, с кем живет – ведь если никого не оказалось дома, это вовсе не значило, что никто там, кроме Андрея, и не живет. Он не звонит ей, не пишет страстных смсок, не пытается найти адрес… Что ж… Она все-равно не жалеет о вчерашней ночи – все было слишком сказочным, чтобы оказаться реальностью.

Неожиданно, Ольга заметила маленького щенка, бегущего следом за двумя женщинами. Черненький, на четырех длинных ножках с пушистой спинкой щенок был абсолютно доволен жизнью. Пробегая мимо Ольги, он остановился. Женщины ушли далеко вперед, и Ольга поняла, что щенок бесхозный – он просто увязался за идущими людьми, чтобы хоть на минуту поверить, что и у него есть хозяин. Щенок напоминал нестриженую овцу: такой же тонконогий с копной кучерявой шерстки. Вокруг сновали люди, рядом проезжали машины – никому не было дела до одинокого малыша. Ольге стало невообразимо жаль брошенную дворняжку.

– Тобик, иди сюда! – позвала она.

Щенок обрадовался появлению потенциальной хозяйке и на всей скорости врезался Ольге в ногу. Ольга наклонилась, взяла его на руки, погладила:

– Пойдем за завтраком для тебя?

Конечно, ответа она не ожидала, но заметила, как у Тобика заблестели глаза.

Купленный гамбургер был съеден вместе с булочкой.

– Больше тебе нельзя, – размышляла вслух Ольга, – потому, что может заболеть живот!

Тобик ерзал на сиденье БМВ, наблюдая за Ольгой.

– Давай придумаем тебе другое имя! Тобик, конечно, хорошо, но не солидно. Так что будешь теперь зваться Тюбиком!

Щенок весело завилял хвостом, поднявшись на своих тонких лапах – значит, его все-таки приняли! Хозяин нашелся!

Ольга улыбнулась, глядя на еще больше развеселившегося щенка. На душе стало теплее и уютнее.

Через час Ольга нашла нужный адрес. Игорь проживал в многоэтажке, построенной в начале шестидесятых. Выходя из машины, Ольга заметила, как Тюбик разволновался – принялся ерзать на сиденье и тихонько скулить. Видимо, он подумал, что судьба вновь к нему не благосклонна – не успевшая появиться хозяйка хочет снова его покинуть. Пришлось брать щенка с собой.

Дверь открыл сухощавый старичок преклонного возраста, на носу которого возвышались очки с толстенными стеклами:

– Пенсию принесли? – оживился дедуля.

– Здравствуйте! Это не пенсионный фонд, а социальный опрос населения!

– Перепись, что ль?

– Вы попали почти в точку.

Ольга невольно улыбнулась – дедок походил на сморщенный гриб, только она не могла никак вспомнить, на какой именно. Потом в памяти всплыли названия: подосиновик, мухомор… Сморчок! Точно!

– Проходите, – проворчал сморчок, – от вас, работников социальных служб, все-равно не отделаешься…

Жил дедок в трехкомнатной квартире, довольно приличной и по размерам и по обстановке. Чувствовалось, что он не принадлежал к тому слою населения, который хранит в доме все: начиная от старых газет и заканчивая поломанными зонтиками – во всех комнатах царил идеальный порядок и чистота.

Вдруг прямо на Ольгу выскочил огромный пес, неизвестно какой породы и какого происхождения.

– Мухтар, свои, – проворчал дедок.

Ольга покрепче вцепилась в Тюбика – она не опасалась за свою жизнь и здоровье, больше заботилась о нервной системе щенка.

– Не бойтесь, Мухтар дрессированный и воспитанный – вас он не тронет из-за моего приказа, а кошку не посмеет обидеть в силу того, что значительно превышает ее в размерах.

– Это не кошка, – вступилась Ольга за своего воспитанника, – это моя собака, Тюбик. Просто он еще маленький.

Дедок приблизился к Ольге, снял очки, протер их, снова водрузил на нос:

– Так и есть, – пробормотал он, словно открывая Америку, – собака.

Проходя в зал, Ольга с удовольствием отметила, что Мухтар покинул их общество и удалился в одну из комнат.

– Чай пить будем? – осведомился дедок.

– Нет-нет. Простите меня, пожалуйста, но должна вам кое в чем признаться…

– У вас аллергия на чай? – пошутил сморчок.

– Нет. Я не работник социальной службы.

Дедок снова снял очки, протер их, присмотрелся к Ольге. Видимо, ему это не помогло.

– Тогда кто вы и что вам нужно?

– Позвольте представиться, Ольга.

– Игорь Арнольдович. Вот уж наградил папенька отчеством.

Ольга вздохнула с облегчением – дедок не стал биться в истерике из-за страха быть ограбленным неизвестной девушкой. Он чинно уселся на стул и произнес:

– Чем могу быть полезен юной деве?

Насчет девы Игорь Арнольдович явно погорячился, как и насчет юной, но все-равно приятно, когда тебя принимают за девчушку.

– Я хотела бы кое-что узнать о вашей семье, конечно, не из праздного любопытства. Боюсь, что кто-то из ваших родственников может быть замешан в смерти моего мужа… – начала Ольга.

Продолжить она не успела – сморчок оживился, заморгал глазками и тут же перебил Ольгу:

– Ничуть не удивляюсь, – усмехнулся дедок, – от моей семейки можно всего ожидать! В свое время бабка Светлана укокошила своего двоюродного дядюшку, а моя глубокоуважаемая маманя вместе с той же любимой бабулей расторгли замечательную пару единственного нормального человека – деда Юры – с его невестой!

Ольга на секунду растерялась – перепутала всех потомков Тришина, но потом напряглась и уловила суть: мать дедка – Алеся, милая бабуля, которую она посещала в доме престарелых, и которая, как она говорила, нашла кольцо в портрете Тришина, а мать Алеси – Светлана. У Светланы был брат – Юрий. Видимо о нем вел сейчас речь Игорь Арнольдович, когда говорил о несостоявшемся браке. Но какого двоюродного дядюшку имел ввиду сморчок, когда заявил, что Светлана его укокошила? Это мог быть или муж Екатерины – младшей дочери Тришина, или Татьяны – у которой, по словам Гришановой, так и не было детей.

– Вам бы лучше поговорить с маманей – уж она-то все точно знает, – подмигнул сморчок, – хотя расскажет ли что-нибудь – это вопрос.

– Я была у Алеси, – ответила Ольга, – но ничего конкретного она мне не поведала. Так что я очень надеюсь на вашу помощь!

– Ну, тогда садитесь рядом, наливайте чаю и слушайте. Только мамане моей потом ни слова – а то она меня съест с потрохами!

Игорь Арнольдович родился, когда его матери исполнилось ровно тридцать лет – прямо на ее день рождения. Алеся Симонович не очень-то хотела детей, но появление сына ее обрадовало – тем более, она посчитала добрым знаком то, что их дни рождения совпали. Но когда Игорь начал подрастать, Алеся поняла, что сын ее надежд не оправдывает – мать ни в чем не слушает, делает то, что считает нужным:

– Вы не представляете, как она на меня кричала, когда я привел в дом Настеньку – свою любимую, – вздохнул дедок, – даже не постеснялась присутствия в доме чужого человека! Мне тогда было двадцать три года, а Насте тридцать – вот она и взбеленилась!

Ольга на секунду представила, как бы отреагировала она, если бы ее Витек через десять лет притащил в дом женщину старше себя и представил ее как свою невесту. Вряд ли бы она была в восторге.

– Но я Настю не бросил, – продолжал Игорь Арнольдович, – просто хлопнул дверью и сказал: выбирайте – либо принимаете меня с невестой, либо никогда больше не увидимся. Мать и успокоилась – все-таки мы с отцом тогда всю семью содержали, а еще за маленькой Наташкой уход требовался, ей тогда года три было. Но зря я тогда, наверное, не ушел: может, по-другому бы жизнь сложилась, может, у нас с Настеной детишки бы родились. А так, то работа, то сестра малая… А потом Настя заболела сильно – десять лет мучилась, никто понять не мог, что происходит. А в сорок пять покинула меня…

Ольга заметила, что дедок до сих пор с болью в сердце отзывается о жене. А, может, и нет никакого значения, сколько лет разницы у влюбленных? Может, действительно, любви все возрасты покорны? Ведь не просто так сидит сейчас перед ней, перед Ольгой, старичок: одинокий, покинутый всеми, и вздыхает о той женщине, которую видел живой около сорока лет назад.

– Ну, вот, это что касается моей жизни. С сестрой мы, правда, душа в душу жили, пока она замуж не выскочила. Теперь видимся редко: только на ее день рождения. Когда у меня случаются именины, она мне звонит, но не приходит – мать видеть не хочет, мы же с ней в один день родились, так и празднуем вместе. Племянниц своих уже и в лицо позабыл – не жалуют визитами.

Да, бывает такое! Вроде, родные люди, а видеть друг друга не хотят! Ольга не могла этого понять – ее всегда тянуло к родителям, но жизнь распорядилась иначе – Ольга здесь, в Москве, а родственники в Астрахани. Она звала родню переехать в столицу, но бабушки наотрез отказались, а родители не захотели оставлять стариков одних.

– А вот с бабкой у матери отношения складывались отличные, – сморчок поправил очки и ехидно улыбнулся, – если кому кости перемыть – то они всегда вместе. А если гадость какую-нибудь устроить – бегом сбегаются. Не зря дед рано умер – не выдержал характерец жены вкупе с доченькой. Это они же тогда, две стервы, помолвку деда моего двоюродного расторгли. Дед у меня отличный мужик был! Все так говорили. Я его успел живым застать. Помню, как плакал, когда он умер – мне тогда годков семь было, а все уже понимал. Дед много чего мне рассказывал: говорил, что бабка с матерью загубили родного деда моего, кстати, тоже Юрия. Вот они дружили: два Юрия! Ну, да ладно. Родного деда-то я не знал, а вот двоюродного… Так вот, рассказывал он мне, что когда привел в дом невесту, сразу заметил: не по вкусу это пришлось сестре. Не успел отвернуться, как глядь: а она уже что-то матери нашептывает. А мать, Инна, отмахнулась только. Дед Юрий и успокоился: раз мать не против, то и сестра успокоится. Ан нет! Не прошло и недели, как мать подозвала сына и сказала: «Неподходящую невесту себе выбрал, Юрий! Не успела в дом войти, как из дома выносить начала – соседка заметила, как наша Светлана из кармана Юли твоей мой браслет вытащила. Я у дочери спросила, а она «нет, – говорит, – показалось Нюрке». А я-то поняла, что выгораживает Светка невесту твою».

Но уже через месяц кража повторилась: только заметила это уже не Светлана, а ее десятилетняя дочь – Алеся. Юлию посадили, Юрий остался один. Через полгода он узнал, что невеста тяжело заболела в тюрьме, то ли воспалением легких, то ли чем-то другим, но спасти ее не удалось.

– Так бы и жил дядька, будучи уверенным, что его Юлия воровкой оказалась, – продолжал Игорь Арнольдович, – если бы ни один случай…

Как-то раз Юрий пришел к сестре без предупреждения – просто захотел увидеться со Светланой, поговорить о матери – у той что-то приключилось со здоровьем. Дверь была не заперта – до Юрия долетел случайно отрывок разговора сестры с дочерью Алесей:

– Вот и умница ты у меня, доченька, – сюсюкала Светлана, – мы с тобой вместе горы свернем! Никто не сможет помешать твоей матушке, как и Юльке не удалось, пройдохе этой!

Юрий остановился, прислушался.

– Ты только не говори никому о том, что это я попросила тебя цепочку ей подкинуть, а то ведь никто не понимал, что за дрянную девицу мой брат в дом приволок!

– А почему она дрянная? – пропищала Алеся.

– Я тебе потом расскажу, ты еще маленькая все знать!

Юрий не выдержал и вошел в комнату. Впервые в жизни он поднял руку на женщину – со всего размаха влепил сестре пощечину, больше он ни разу не позволил себе подобного. Светлана сразу поняла, что брат услышал ее разговор с дочерью, и отправила Алесю на улицу – поиграть с подругами.

– Говори немедленно, за что ты сгноила Юлию?

Светлана поняла, что отпираться бессмысленно, тем более, видя, как изменился в одночасье брат, по-настоящему испугалась.

– Юрочка, миленький, – залопотала она, у меня не было другого выбора! Тем более, я действительно уверена, что Юлия все-равно обокрала бы нас!

– Да что у нас можно украсть, кроме маминых безделушек? Да и какое вообще твое дело, что творится у нас в доме? Ты-то вышла замуж, хоть и в тридцать лет, а мне-то уже почти сорок пять! А ведь я тоже хочу семью, ребенка! Я ведь любил Юлию, в конце-то концов! Да ты же человека убила, ты не понимаешь этого?

– Я никого не убивала, – Светлана окончательно взяла себя в руки, и теперь отчеканивала слова жестким высоким голосом, – она поплатилась за свою любопытство! Юрий, твоя бывшая невеста пыталась выведать нашу семейную тайну – найти сокровища деда!

Теперь Ольга явно заинтересовалась рассказом Игоря Арнольдовича – наконец-то тема приняла нужное направление, и можно было узнать истоки всей этой истории и довольно интересные подробности.

Оказалось, что Светлана услышала, как Юлия шепталась с Виктором – мужем Татьяны, средней дочери Тришина. Тут нужно было сказать, что Виктор давно не жил с женой – не потому, что она умерла или он ее бросил – просто в один прекрасный день Татьяна исчезла. Виктор так и остался при семье Тришиных – одинокий и мрачный. Так вот, Светлана услышала, как однажды ее двоюродный дед переговаривается с невестой Юрия об их семейных драгоценностях. Светлана поняла, что разворотливая Юлия находится в шаге от их сокровищ, и решила расправиться с несостоявшейся родственницей – оболгала ее, подстроив сначала неожиданное разоблачение перед соседкой, а затем довела свое дело до конца с помощью Алеси.

– Тут нужно еще сказать, что неожиданно в это же самое время умирает Виктор – тот самый дед, с которым разговаривала Юлия, – ухмыльнулся Игорь Арнольдович, – хоть ему и было тогда больше восьмидесяти, чувствовал он себя неплохо! Дед Юрий часто рассказывал мне эту историю, но он не считал смерть Виктора неслучайной, это я уже в силе своего нынешнего возраста сделал заключение: а ведь дедку-то помогли на тот свет отправится!

Ольга задумалась: неужели ради мифических сокровищ можно идти на такие ужасающие по своей жестокости вещи? Ведь Светлана фактически умертвила своего двоюродного деда, невесту родного брата и еще неизвестно сколько человек. А ведь делала она это еще не будучи уверенной в существовании сокровищ! Страшно подумать, как начала вести себя эта женщина после того, как узнала, что Алеся нашла кольцо Тришина – верное свидетельство того, что драгоценности имели место в реальной жизни!

– А куда же исчезла Татьяна, средняя дочь Тришина? – поинтересовалась Ольга.

– Этого никто не знает! Может, ее тоже убили из-за сокровищ, а может, просто похитили. Вы думаете, что только в наше время идет охота за людьми – нет, раньше тоже было полно сумасшедших, просто не было газет, телевидения, журналов – информация появлялась и умирала, так и не достигнув общественности, – сморчок развел руками и чуть не смахнул со стола чашку.

– Спасибо за интересный рассказ, – улыбнулась Ольга, стряхивая с себя некое оцепенение, охватившее ее во время разговора, – узнала много, но не знаю теперь, где искать связь…

– А с чего вы взяли, что ваш муж имеет какое-то отношение к драгоценностям Тришина? – поинтересовался дедок.

– Просто след привел меня к одной из ваших родственниц – Гришановой Наталье Сергеевне, – ответила Ольга, – он явно искал сокровища у нее.

– Гришанова – Гришанова…– повторял сморчок, словно силясь вспомнить: кто такая эта женщина? – Нет, Гришанова здесь ни при чем. Ее бабка в свое время сбежала ото всей родни в какую-то глухомань: там она и жила, ни разу не приезжая в Москву. Светлана поддерживала с ней связь, затем с ее дочерью, даже с самой Натальей Сергеевной общалась, правда, по телефону. Им все казалось, будто бабка с ними искренне хотела дружить, но я-то знаю, что она все про сокровища выведывала. Если бы Гришановы или, как там их, что-нибудь знали, Светлана давно бы с ними разделалась. Правильно Елена сделала, что сбежала из Москвы. Правда, там какая-то другая причина была…

– Семья не приняла ее мужа…– автоматически вставила Ольга.

– А, ну да, точно… А вы откуда знаете?

– Я была у Натальи Сергеевны – она мне все и рассказала. Правда, она считает Светлану нормальным человек, во всяком случае, она единственная, кто поддерживала связь…

– Лучше бы не поддерживала, – прокомментировал дедок, – сама родилась гадиной, еще и дочь под себя подстраивала. Помню, как мать была против Натальиного замужества: все пеняла ее, что рано замуж выскакивает, да еще за мужика взрослого… Сестре двадцать лет всего исполнилось, а Левушке ее уже за тридцать перевалило.

– Любви все возрасты покорны… – процитировала Ольга.

– Не всегда, – оборвал ее дедок, – это у меня с Настеной все было хорошо, хоть она и старше меня на семь лет, а у Наташки жизнь сразу не заклеилась: муж гулять уже через месяц начал. А детей у них вообще одиннадцать лет не было – это потом Инна родилась, а за ней почти сразу Татьяна. Вообще у нас в семье все не так: ни с браками, ни с детьми. Наверное, все это наказание за то, что дед Тришин напортачил: обокрал тогда королевишну и разжился на этом.

– Так вы тоже верите в существование сокровищ?

– Верить-то верю, да вот только уверен я в следующем: Тришин их как награбил, так сам и протратил – на жену – красавицу, на детей… Говорят, дед сам – как с картинки писаный, а жена его, кстати, тоже Ольгой звали, еще краше. А любил он ее как! На руках носил! Все, что бы она ни пожелала, тут же приносил, еще и ноги целовал Ольге своей! Красивая была пара – я их портрет видел. Отец Тришина художником был, вот он сына-то и изобразил вместе с невесткой.

Ольга задумалась – красивая история. Она любила слушать именно такие истории, пусть даже где-то приукрашенные, преувеличенные, но все-равно чем-то цепляющие, задевающие за живое.

– А уж как радовался-то Тришин, когда жена ему дочек родила! – Игорь Арнольдович улыбнулся так печально, что Ольге стало его жалко. – Да, не думал дед, что потомки из-за его сокровищ целую резню устроят!

– А где теперь  портрет Тришина с супругой? – поинтересовалась Ольга. – Он ведь теперь представляет собой немалую ценность – все-таки написан аж в позапрошлом веке, да еще и знаменитым художником.

– Ну, художник-то не очень знаменит в наше время… А вот что касается портрета – у меня он. И даже не один – вся коллекция, что осталась от талантливого предка здесь хранится, в этой квартире!

Ольга несказанно обрадовалась – не потому, что надеялась с помощью картин набрести на след сокровищ – ей просто хотелось увидеть человека, о котором она столько слышала и столько напридумывала себе сама.

– Пойдем, Ольга, – Игорь Арнольдович вскочил со стула и протянул руку, – пойдем в галерею.

Целая комната была посвящена полотнам – они висели на стенах, стояли на полу… Часть картин была прикрыта белыми материями, как объяснил Игорь Арнольдович, «чтобы не попортились». Со всех сторон на Ольгу смотрели лица – отлично очерченные, словно живые. Внизу каждой картины стояли подписи: даты и кто изображен на полотне. Несколько картин были посвящены царской семье, как пояснил Игорь Арнольдович, это были забракованные заказчиком полотна.

Картина с изображением Тришина с супругой висела на стене: огромное полотно в золоченой раме было размером с человека, поэтому люди, изображенные на нем, походили на живых. Ольга была потрясена, насколько пронзительно художник изобразил глаза: огромные голубые зрачки парня и такие же у девушки, казалось, что они смотрят прямо в глаза тому, кто приблизился к полотну.  Пара была удивительно красивой – не просто красивой, а именно удивительной. Казалось, что изображены не муж и жена, а брат с сестрой – так были похожи молодые люди: у обоих голубые глаза, точеные черты лица, светлые густые волосы… Вьющиеся пряди у девушки спускались чуть ли не до колен, а стан был настолько тонок, что казалось, будто его можно обхватить двумя пальцами. Парень тоже удивлял красотой, но не столько красотой, сколько своим взглядом: может, он был гипнотизером? И кого так сильно напомнила Ольге его супруга?

Здесь же на стене Ольга увидела портрет Тришина, о котором рассказывала старуха Алеся: с подписью «от отца, 1820 год». Было отдельно и изображение его супруги, написанное позднее: «красавице Ольге, в день ее нарождения» – гласила надпись. Имелся и автопортрет самого художника: вместе с детьми и, видимо, женой. Нет, Тришин-младший определенно не походил на родителей – казалось, он был совершенно из другой семьи и даже другого сословия, скорее, царского, нежели крестьянского. На закрытом полотне оказались изображены три дочери Тришина: Екатерина, Инна и Татьяна, Ольга прочитала имена девочек внизу картины.

Другие картины были написаны, видимо, для заказчиков – внизу значились только подпись художника и дата. Были и иные полотна, надписи на которых гласили: «задумчивость», «красота», «тревога» и многое тому подобное. На всех картинах художник изображал только людей: никакой природы, животных или натюрмортов.

– Ты похожа на нее, – прервал поток мыслей Ольги Игорь Арнольдович.

– На кого? – после минутной паузы ответила Ольга.

– На его жену – на Тришину Ольгу.

Точно! Девушка с портрета напомнила Ольге ее саму! Вот почему она сразу не могла понять, на кого же похожа жена Тришина.

Глава 15.

От Игоря Арнольдовича Ольга вернулась поздно – можно было со спокойной совестью отправляться  спать, но почему-то спать совершенно не хотелось. Ольга побрела на кухню, заварила себе чай из трав, накормила Тюбика и отправилась в ванную. По пути включила автоответчик – может кто-нибудь оставил сообщение, не пытаясь дозвониться на мобильный? Так и есть – аппарат застрекотал, затем заговорил голосом няни, Нины Федоровны: «Оленька, отчитываюсь за прошедшие дни: Витек в полном порядке – сыт, здоров и весел…». Конечно, Ольга и не сомневалась в этом! «Учится сам, без моей помощи, – продолжала няня, – гуляем каждый день по морскому берегу, катались на пароходе. В общем, все у нас отлично!». Так, за сына можно не беспокоится – он в надежных руках. Что там еще? «Оля, будешь дома, набери меня, – зазвучал голос Инны, – ничего срочного, просто хочу убедиться, что у тебя все нормально, и ты вернулась в родные пенаты». Больше сообщений не было.

Ольга дотянулась до мобильного телефона и набрала номер подруги.

– Ну где тебя носит? Где ты постоянно шарахаешься?

Инна была явно не в духе. Зато Ольга достигла душевного равновесия с помощью чая и ароматных масел, покрывающих поверхность воды, и теперь могла совершенно спокойно общаться с людьми:

– Были кое-какие дела в городе, – отмахнулась она ничего не значащей фразой.

– Ольга, ты понимаешь, что я волнуюсь за тебя!

– Но у меня есть мобильный телефон – просто позвони мне и успокойся!

– Да что мобильный, что мобильный! – возмущалась Инна. – Можно быть спокойным только когда человек находится дома, а не шляется где-то по улицам!

– А ты думаешь, что дома совершенно ничего не угрожает? – подшучивала Ольга. – Нет, моя дорогая, ты забыла о воришках и маньяках, пробирающихся в квартиры одиноких девушек!

– Ольга, хватит шутить такими вещами!

– Ладно, Иннусь, перестань! Лучше расскажи, как у тебя дела? Не объявился наш мачо?

– Нет. Да я его и не прощу – пусть развлекается со своей подружкой!

Ну, это была бы не Инна, если бы не заявила что-нибудь подобное. Только Ольга наперед знала, что стоит Николаю помахать ручкой, как подруга тут же побежит к нему со всех ног.

– А как там твой Андрейка? – задала встречный вопрос Инна.

– Ничего, наверное, нормально, – неопределенно ответила Ольга, – забыла тебе сказать – мы провели с ним шикарную ночь, – как бы невзначай добавила она.

Совершенно не хотелось вдаваться в подробности, а тем более рассказывать о том, что после «шикарной ночи» Андрей даже не дал о себе знать.

– А теперь? Что собираешься делать? – оживилась Инна.

– Ничего! Посмотрим, как будут развиваться события – не бежать же сразу в загс!

Да уж, тут бы хоть увидеться с кавалером, а уж потом упоминать о загсе. Но рассказывать всю правду Ольге не хотелось – совершенно не было настроения, да и выступать в роли жертвы она не любила.

Вдоволь наболтавшись о других не менее интересных вопросах, таких, как приобретение Инной  нового автомобиля или отдых Витюши с няней, подруги распрощались, договорившись в скором будущем снова сбегать на какую-нибудь вечеринку.

Не успела Ольга высушить волосы и разобрать постель, как услышала настойчивый звонок. Схватив мобильный, она поняла, что звонили вовсе не по телефону, а в звонок на входной двери. Мимолетно отметив, что стрелка часов приближалась к одиннадцати, Ольга побрела в коридор. Кроме букета алых роз в дверном глазке ничего не было видно.

– Кто там?

– Милая, открывай! Это я!

Даже через дверь Ольга узнала голос Андрея. Немного усмирив рвущуюся наружу радость, она отомкнула замок:

– Проходи!

– Я не разбудил тебя? – спросил Андрей, протягивая букет.

Он, как всегда, был неотразим: костюмчик с иголочки, уложенные волосы – придраться не к чему. Проходя мимо зеркала, Ольга отметила, что сама она выглядела не презентабельно: распущенные волосы, которые она еще не успела причесать, свисали лохматыми прядями, вместо приличной одежды пришлось предстать перед мужчиной в ночной сорочке. Тем не менее, ее внешний вид можно было назвать довольно-таки сексуальным, так что Ольга решила не расстраиваться.

– Прекрасно выглядишь! – заявил Андрей, словно умел читать мысли.

– Ты тоже! – улыбнулась Ольга. – Чем обязана столь позднему визиту?

– Ничем! Просто захотел сделать сюрприз. Не помешал?

– Нет. На меня опять напала очередная бессонница – все-равно пришлось бы промаяться всю ночь.  Так что ты весьма кстати! Ты не голоден?

– Не голоден. Но если ты собралась перекусить – могу составить тебе компанию – выпить чаю.

Ольга секунду решала: голодна она или нет, но пришла к выводу, что есть совершенно не хочется.

– Пойдем лучше телек посмотрим – я взяла отличный фильм, который давно искала в видеопрокате.

– Пойдем, я люблю кино.

Пока Ольга искала диск с фильмом, Андрей уютно расположился на ее диване и теперь рассматривал книги в шкафу. Из соседней комнаты приковылял Тюбик и теперь пытался вползти на диван.

– Прикольная собака, – Андрей помог щенку взобраться и уложил рядом с собой, – что за порода?

– Не знаю, – искренне призналась Ольга.

– А где ты его взяла?

– На улице.

– Понятно. Думаю, что читать тебе мораль на тему бактерий и различных инфекций, переносимых через уличных животных, бессмысленно?

Ольга кивнула.

– Тогда как зовут твоего питомца?

– Тюбик.

Имя Андрею явно понравилось. Он повторил его несколько раз, поглаживая щенка по голове. Через какое-то время Андрей снова обратился к Ольге:

– А ты где-нибудь работаешь?

– Даже не знаю, как тебе ответить… По документам – да, а на практике – нет.

– Интересно, это как?

– А вот так: мой напарник работает за двоих, а деньги делим пополам!

– Хороший напарник! – усмехнулся Андрей.

– Он сам так решил. А ты где работаешь?

Андрей задумался, словно пытаясь припомнить: работает ли он вообще? Потом уклончиво ответил:

– В фирме. Частная фирма, я – владелец. Занимаемся чем-то вроде сыска – в общем, детектив я.

– Интересная работа, наверное?

– Интересная…

– И, судя по твоему материальному положению, очень прибыльная… – заметила Ольга.

– Малышка, только не выпытывай из меня подробностей, ладно? – Андрей умоляюще посмотрел на Ольгу.

– Хорошо. А могу я сделать частный заказ?

– Есть в этом необходимость?

Ольга даже не знала – есть ли необходимость в том, чтобы заказать Андрею расследование истории, связанной с Игорем. В конце концов, может, Андрей пошутил насчет частного детективного агентства? Может, он вообще не имеет никакого отношения к поисковым службам?

– Нет, необходимости нет, – Ольга решила сначала проверить Андрея, а уж потом решать: стоит ли возлагать на него столь важную миссию, как поиски истины в ее деле, или нет, – но есть личная просьба.

– Какая?

– У моего первого мужа осталось после смерти несколько клубов. Никаких прав я на них не имею – он приобрел их уже после того, как я вышла замуж во второй раз, – Ольга решила опустить подробности того, что даже не была официально разведена с Игорем, – а когда вернулась в Москву, оказалось, что Сварина уже нет в живых. Теперь хочу узнать: кто стал полноправным хозяином всего имущества Игоря?

– Узнаем. Конечно, эта информация не распространяется – поэтому придется немного повозиться. Еще добавлю, что тебе вряд ли удастся что-то получить в наследство от первого мужа – свою часть ты должна была «изъять» еще во время развода. Так что теперь имущество поделилось среди его родни: новой жены, детей, родителей…

Родителей! Точно! Интересно, а пришло ли сообщение в Венгрию о том, что  родственникам нужно явиться в Россию за наследством?  Вряд ли, ведь Игорь сменил фамилию и скрыл все следы своей прошлой жизни. Так что теперь наследство делят те, кто имел отношение не к Игорю Бежину, а к Игорю Сварину.

Вот пусть сыщик Андрей и помучается, проявляя свои способности!

– Андрей, а расскажи мне что-нибудь о себе – я ведь практически ничего не знаю!

– Что тебя интересует?

– Ну, хотя бы твоя фамилия?

– Ладно, не будем тянуть кота за хвост – расскажу тебе краткую биографию. Слушай. Зовут меня Булавин Андрей Андреевич, родился в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году в городе Петербурге. В Москву сбежал в возрасте семнадцати лет в целях продолжения образования, а также в целях спасения от безудержной любви родственников. «Деньги – зло» – любимая фраза родственников матери, наверное, именно поэтому они с этим злом так боролись. Причем не со своим злом, а только с тем, которое  зарабатывала мама. Она – единственный человек в семье, который по-настоящему трудится. Мама имеет свой магазинчик, дающий приличный доход, и вся родня фактически сидит на шее. Все аргументы, приводимые разумными людьми, в том числе, и мною, мама опровергает единственной фразой: «Родным людям надо помогать». А то, что эти родные предпочитают только получать помощь, ничего не давая взамен, она не замечает. Нет, родственники отлично себя ведут: все свое свободное время (а его у них предостаточно) они проводят у нас дома, аргументируя это заботой о ближнем. В конце концов, мне все надоело, и я решил устраивать жизнь вдали от родных пенатов. С родителями я продолжаю общаться, приезжаю к ним в гости, но жить с ними я не способен. Тем более, теперь я собираюсь заняться личной жизнью – уже ведь далеко не мальчик…

Ольга ликовала – наверняка, говоря о личной жизни, Андрей рассматривал ее кандидатуру на роль своей спутницы.

– А ты никогда не был женат раньше?

– Представляешь, нет! Я и серьезных отношений ни с кем не имел. А вот недавно задумался: что я за свои почти тридцать лет сделал? Выстроил удачную карьеру? А для кого?

Ольга приуныла: в отличие от Андрея, у нее было целых два мужа, а еще Витек.

– Знаешь, дорогой, а у меня помимо бывших мужей есть еще и нынешний сын…

Теперь настало время задуматься Андрею. Впрочем, длинной паузы не было и, подмигнув Ольге, Андрей ответил:

– Вот и хорошо! Вместе с невестой получаю сразу и первого наследника!

Фух, от сердца отлегло – как и всегда, Ольга поняла, что ребенок не становится помехой ни при каких обстоятельствах, даже если в очередной раз собираешься заводить новый роман. Кстати, что там сказал Андрей? Вместе с «невестой»? Здорово! Хотя еще рано было думать о столь заманчивой перспективе – все-таки она еще едва знакома с Андреем.

Глава 16.

Проснулась Ольга почти в десять часов утра, как всегда от звонка: мобильный, вибрируя, перемещался по столу в ее сторону.

– Ничего себе, – пробормотала Ольга, – у меня, оказывается, дрессированный телефон! Алло!

– Доброе утро, любимая!

Ольга даже не поняла сначала, кто это говорит. Потом, пошарив по постели рукой и убедившись, что Андрея рядом нет, наконец-то ответила:

– Доброе утро, Андрей. А ты когда ушел?

– Ушел я рано, в шесть часов – ты, разумеется, спала. Надеюсь, сейчас я тебя не разбудил?

Признаваться, что спит она обычно до полудня, Ольге не хотелось, поэтому пришлось соврать:

– Конечно! Уже давно позавтракала и приняла душ! Сейчас отправляюсь на утреннюю зарядку!

– Вот молодец, а я никак не заставлю себя заниматься по утрам. Предпочитаю ходить в тренажерный зал три раза в неделю, а заодно и в бассейн. Ну, не буду тебя отвлекать, малышка! Созвонимся еще.

Ольга подошла к зеркалу, критически осмотрела свою фигуру – все в полном порядке, ничего лишнего. «Все-равно не мешало бы тебе заняться спортом, – мысленно ругала себя Ольга, – если сейчас выглядишь нормально… ну… хорошо… в общем, если сейчас фигура идеальная, это не значит, что всю жизнь она такой и останется, без ухода, массажа, упражнений…». Ольга немного лукавила даже перед самой собой – на самом деле, она вела довольно-таки подвижный образ жизни: увлекалась конным спортом, йогой, правда, нерегулярно, по вечерам устраивала пробежки или сорок минут быстрой ходьбы перед сном. И если вдруг замечала, что набрала лишние килограммы, тут же садилась на диету, которая заключалась в уменьшенном употреблении пищи.

Пройдя по квартире, Ольга с неудовольствием отметила, что совсем не заботится об уюте: нет, все чисто и прибрано, но чего-то не хватает. «Картины! – внезапно подумала Ольга. – А что, если мне выкупить у Игоря Арнольдовича пару портретов? Думаю, если предложить ему приличную сумму, он вряд ли откажется!».

Ольга решила не откладывать идею в долгий ящик и посетить Игоря Арнольдовича прямо сейчас. Она собралась за двадцать минут, взяла с собой крупную сумму наличными – все, что хранила дома – и отправилась за картинами.

На удивление, дедуля обрадовался появлению Ольги:

– Здравствуй, деточка, – пробормотал он себе под нос, – чем обязан визиту?

– Игорь Арнольдович, у меня к вам огромная просьба, дело на миллион, как говорится.

Дедок снял очки, протер стекла, снова надел их, будто это могло помочь угадать: чего же от него хочет Ольга?

– Какая просьба?

– Вчера я видела у вас картины – удивительные шедевры, которые произвели на меня неизгладимое впечатление. Я хотела бы приобрести у вас хотя бы одно полотно…

– Я даже знаю, какое именно! – дедок приобрел хитрый вид и теперь смотрел на Ольгу сверкающими глазками. – Тебе хочется приобрести полотно с изображением Тришина-младшего вместе с супругой.

– Это возможно? Я согласна заплатить любые деньги за эту картину!

– Денег не нужно – полотна принадлежат мне и я волен распоряжаться ими на свое усмотрение.

Ольга не стала расспрашивать, почему  единоличным владельцем картин стал именно Игорь Арнольдович – конечно, любопытство терзало ее, но все же она поборола себя. Сейчас было главным уговорить старика продать ей полотно – Ольге почему-то казалось, что именно она должна им владеть.

Игорь Арнольдович тем временем продолжал:

– …поэтому я подарю тебе картину просто так.

Ольга опешила: такого поворота событий она не ожидала. Если признаться честно, ей казалось, что со стариком придется повозиться, да и то вопрос, согласился бы он продать полотно или нет.

– Мало того, что я подарю тебе любую выбранную тобой картину, после смерти все оставшиеся тоже достанутся тебе – так я укажу в завещании.

– Но почему? – удивилась Ольга. Она, конечно, знала, что у всех людей бывают причуды, но чтобы такие…

– А кому мне еще отдать портреты? Своим родственникам? Ну уж нет! Полотна должны принадлежать честному человеку, который не станет их продавать ради денег, который станет их единовластным владельцем!

Что ж, теперь ход мыслей Игоря Арнольдовича становился понятен: он не любит родственников и считает их недостойными.

– А как вам удалось собрать все полотна? – решилась Ольга задать интересующий ее вопрос.

– Ну смотри: сначала картины принадлежали Тришину, после его смерти две дочери, Татьяна и Инна, поделили их между собой. Екатерина в расчет не бралась – она жила далеко со своей семьей и даже не думала претендовать на наследство. Потом исчезла Татьяна и единственным владельцем стала Инна. С сыном Юрием отношения у нее были не очень близкие, поэтому картины были наследованы моей матерью. Она разделила их: часть оставила себе, часть мне, часть Наталье. У сестры я со временем выкупил все полотна, так же как и у матери.

Теперь все стало на свои места: решающую роль сыграла банальная жажда наживы – все картины собраны исключительно с помощью денег. Поэтому Игорь Арнольдович не хочет, чтобы портреты вернулись в руки родственников.

– Ты обеспеченная женщина, ты не станешь гнаться за деньгами – они и так есть, – рассуждал дедок, – а картины тебе понравились – я видел, как загорелись глаза, когда ты их увидела.

Да, картины ей действительно понравились. И не так сами картины, которые, впрочем, были великолепны, как девушка, изображенная на нескольких из них – жена Тришина-младшего. Взглянув на нее снова, Ольге показалось, что художник рисовал не молодую женщину, жившую в девятнадцатом веке, а ее, Ольгу, только с более длинными волосами и в старинном платье.

– А может, ты тоже потомок Тришиных? – выдвинул ошеломляющую версию Игорь Арнольдович. – Я же ознакомлен только с ветвью, идущей от прабабок Инны и Екатерины, а что было с младшей Татьяной так никто и не знает!

Что ж, Ольга не имела доказательств ни того, что дедок прав, ни того, что он ошибается. Она хорошо знала только близких родственников: родителей и бабушек с дедушками, которые жили в Астрахани. В общем, версия Игоря Арнольдовича была очень интересна, но почти безосновательна: кроме внешней схожести с Ольгой Тришиной Ольга Лесницкая не имела никаких других причин считать себя ее потомком.

Квартиру Игоря Арнольдовича Ольга покинула в прекрасном расположении духа – в руках она держала завернутую в плотную материю картину, которую удалось получить взамен на домашний адрес и номер телефона. Ольга не очень-то верила в то, что оставшиеся полотна перейдут когда-либо в ее собственность, но дедок настоял на том, чтобы она оставила свои координаты, дабы потом ее можно было без труда найти его адвокату.

Вернувшуюся домой Ольгу встречал встревоженный Тюбик – он явно сильно перенервничал от того, что его оставили одного.

– Маленький мой, все хорошо! – успокаивала теперь бегающего следом щенка Ольга. – Пойдем со мной – повесим картинку и на кухню – обедать!

Тюбик обрадовано завилял хвостом, больше похожим на мышиный, чем на собачий, и помчался за хозяйкой. По пути Ольга протирала лужицы, которые успел наделать щенок во время ее отсутствия.

– Хорошо, что по-большому ты все-таки ходишь на улице! – сделала сомнительный комплимент своему питомцу Ольга.

Сидя за столом на кухне, она набрала номер подруги, чтобы пригласить Инну в гости – показать приобретенную картину. Инна была как раз свободна и пообещала приехать.

Глава 17.

– Какая красота! – восхищалась Инна, глядя на портрет со всех сторон. – Ольга, ты просто неотразима! Надо же, как четко художник смог передать душу! А глаза-то какие! Кстати, что это за парень рядом с тобой?

– А почему ты не интересуешься тем, что на портрете у меня длинные волосы? – Ольга решила не расстраивать подругу тем, что на полотне изображена вовсе не она.

– Они у тебя на самом деле длинные. Ну, пусть не до колен, но ведь художник – личность творческая, подумаешь, пририсовал немного!

– А платье, как думаешь, зачем такое?

– Так красиво же! Ну не в джинсах тебе было позировать, в конце-то концов! И почему я должна отвечать на эти вопросы? Все-таки на картине изображена ты, а не я! Кстати, дай мне координаты художника – хочу заказать себе такой же портрет!

– К сожалению, это невозможно, – Ольга сделала печальную мину, – он умер.

– Как? Вот незадача…

– Не расстраивайся так, он умер очень давно, где-то году в восемьсот шестидесятом примерно. Так что ты бы все-равно не успела к нему обратиться.

Инна опешила:

– Ольга, твои шутки не к месту! Не хочешь называть портретиста, так и скажи – нечего мне голову морочить.

Ольга решила прекратить издевательство над подругой и открыла ей тайну:

– Посмотри, внизу полотна стоит подпись и дата. На картине изображена не я, а девушка, очень похожая на меня. Вернее, девушка, на которую похожа я. В общем, художник изобразил своего сына вместе с женой.

– Вот это да! Ольга, да вы же с ней на одно лицо!

– Еще и на одно имя, – заметила Ольга, – красавицу тоже зовут Ольгой, а ее мужа – Владимиром.

Инна долго пыталась выпытать, где подруга достала портрет, но так и не добилась правды. Ольга не хотела рассказывать о том, что так и не остановила поиски истины в деле Игоря, а Игорь Арнольдович оказался всего лишь одним из опрошенных ею членов семейства Симонович. Она отбилась от расспросов Инны тем, что сообщила: купила картину на рынке – какой-то дедулька продал.

– Ну ладно, – сдалась, наконец, Инна, – расскажи тогда об Андрее. Как у вас там дела?

– У нас все хорошо. Представляешь, он, оказывается, занимается частными расследованиями! Я уговорила его разузнать кое-что об Игоре: в частности, кто стал наследником его имущества.

– Зачем тебе это нужно? – снова начала набирать обороты Инна. – Тебе мало того, что ты увидела в клубе – продолжения захотелось?

– Не захотелось. Вот именно поэтому я и попросила Андрея помочь. В конце концов, я вообще не очень-то верю, что он занимается частными расследованиями – судя по его сотрудникам, особенно по твоему Николаю, я сделала бы предположение, что они работают в какой-нибудь пиар-кампании. Во всяком случае, их внешний вид говорит именно об этом – слишком все пафосно для сыщиков!

– Ладно, делай, что хочешь, – сдалась Инна, – только не рискуй больше своей головой.

Проходя мимо портрета, она еще раз сравнила изображенную на нем девушку с Ольгой:

– А тебе не сказали имя автора сего шедевра?

– Нет, я не спрашивала, – отбила мяч Ольга, чтобы не участвовать в дальнейших расспросах, – говорю же: шла по рынку, увидела дедульку с портретом, смотрю – на полотне точная моя копия изображена. Вот и купила!

– Ну, понятно. Ладно, пока! Пора на работу бежать.

После ухода Инны Ольга занялась уборкой: пропылесосила в квартире, полила один – единственный цветок, перемыла скопившуюся за четыре дня посуду. «Да, хозяйка из меня никудышная. Веду холостяцкий образ жизни – одна, как бобыль. Сына отправила в лагерь, заботиться стало и вовсе не о ком. Спрашивается, зачем затеяла это дурацкое расследование? Что я выяснила? Даже близко не разузнала: кто убил Игоря, почему он разыграл пять лет назад собственную смерть, где драгоценности Тришина? Хотя подозреваемая у меня имеется: Инна Приходько. Да вот только найти ее никак не могу. Надо же, у меня имелся такой козырь – мобильный телефон Приходько, так я его отдала неизвестно кому! Мало того, что теперь его и вовсе отключили, так и я засветилась! Теперь вообще не поймать эту Инну!».

Поплутав еще немного по квартире, Ольга решила предпринять очередную попытку в поисках Приходько – позвонить ее родителям и узнать: где можно найти их дочь. Трубку никто не брал, и Ольга решила еще раз съездить к ним домой.

Собравшись, Ольга подхватила Тюбика на руки:

– Поедешь со мной?

Тюбик завилял хвостом.

– Молодец! Только смотри мне, в машине не вздумай напрудить лужицу!

Подъезжая к многоэтажке, в которой проживала чета Приходько, Ольга поняла: что-то случилось. Вокруг дома стояло около пяти машин пожарной службы и раза в два больше карет скорой помощи. Когда Ольга увидела, наконец, что произошло, она чуть не вскрикнула от ужаса – на месте, где раньше находились окна квартиры Приходько, зияла огромная обугленная дыра.

– Что произошло? – спросила Ольга у первого встречного мужчины, который метался неподалеку от нее.

– Взрыв! – мужик развел руками. – По предварительной версии – бытовой газ. Сколько по новостям передают: внимательнее быть надо, ан нет! Сами себя уничтожили.

– Есть жертвы? – безнадежно спросила Ольга, хотя что-то давно подсказало ей, что жертвами наверняка стала семья Приходько.

– Есть, конечно – от квартиры ничего не осталось. МЧС все удивляется, как дом не рухнул. Четыре квартиры рядом пострадали, хорошо хоть, людей не задело: кто на работе был, а кто в рубашке родился. А вот Приходько все погибли: и Лев, и жена его и дочь Татьяна.

Ольга была потрясена – ничего хуже услышать она не ожидала. Когда мимо проносили кого-то на носилках, она отвернулась, не в силах посмотреть на происходящее.

– А больше родственников у них не было? – спросила Ольга у своего собеседника.

– Да была, вроде, еще одна дочь. Но она тут почти не появлялась – может, вообще теперь в другой стране живет, искать ее никто не станет.

Ольга хотела спросить еще кое-что, но мужик побежал помогать спасателям, пытавшимся засунуть носилки в машину. Неподалеку от себя Ольга увидела двух бабулек, увлеченно обсуждавших произошедшее:

– Я, Никифоровна, слышала, как рвануло. Батюшки мои! Квартирка-то моя  как раз над ихней расположена, – бормотала одна из собеседниц.

– Бедная ты, Васильевна, бедная! Небось, всю хату-то тебе разворотило? Кто ж восстанавливать-то будет?

– Обещали, что государство восстановит. Я пока у детей поживу. Вот горе-то, горе! Такая семья была хорошая, интеллигентная, – переключилась Васильевна на другую тему. –  Правда, Левка погулять любил, но Наталья – золото, а не женщина. И соседка хорошая, и супруга заботливая, чего ему не хватало-то?

– Ну, о покойнике плохо нельзя. Не нам теперь его судить, – остудила подругу Никифоровна. – Ты лучше скажи мне, как же они дома-то все очутились?

– Да гости к ним приходили, – поведала Васильевна, – сама видела, когда к себе на этаж поднималась, как девицу какую-то запускали. Мне показалось, что на Инку их похожа, но Инка улетела куда-то – мне Наталья говорила. Может, Танькина подружка? Или Наташкина гостья? А, может, Левкина очередная? – строила предположения досужая соседка.

Ольга не стала больше задерживаться в этом страшном месте – села в машину и нажала на газ. Ехать домой совершенно не хотелось, почему-то стало страшно остаться в квартире одной. Тюбик пытался ободрить хозяйку – даже залез к ней на колени и лизнул в лицо. Ольга мельком взглянула на щенка, улыбнулась:

– Вы меня отвлекаете от дороги, господин Тюбик!

Но щенка с колен убирать не хотелось – это живое существо привносило в душу какой-то покой и умиротворение.

Может, попытаться разузнать что-нибудь о Татьяне Тришиной? За одно и развеяться немного от гнетущих мыслей – дело всегда помогает избавиться от хандры.

Единственной правильной мыслью на тот момент казалось обратиться за помощью в архив, тем более, что там работала теперь новая знакомая Ольги – Марина.

Глава 18.

Марина пребывала в отличном расположении духа – приезд Ольги явно обрадовал ее:

– Ты просто так или по делу?

Ольга улыбнулась:

– По делу. Но тебя видеть очень рада!

Марина улыбнулась в ответ и стала еще милее: все-таки улыбка украшает человека. Хотя, тут можно было поспорить. Бывает, что улыбнется человек и страшно становится – настолько выражение лица становится похожим на оскал, но это, видимо, зависит от искренности. Марине улыбка шла.

– Какое дело? Помогу чем смогу!

Ольга прекрасно помнила, как Марина рассказывала ей о том, что доступ в архив строго охраняется от посторонних, но сейчас был особый случай.

– Мариночка, мне нужно тебе кое-что рассказать, – начала Ольга серьезным тоном, – помимо того, что я работаю в кампании «билайн», на мою совесть свалилось еще одно неожиданное дело…

Ольга сочинила целую эпопею о том, что у нее есть друг, работающий в частном детективном агентстве (что, в общем-то, соответствовало действительности), который занимается сейчас раскрытием тяжкого преступления – убийства. Следы мотива этого преступления увели сыщика в глубокую древность, но, к счастью, не настолько глубокую, что нельзя было бы найти документов, которые могут помочь следствию.

– В общем, мне очень нужно, просто необходимо просмотреть все архивные бумаги, на которых бы упоминались люди с фамилией Тришины! – подытожила Ольга.

– Конечно, мы можем покопаться в бумагах, но смею тебя огорчить – людей с фамилией Тришины не так-то мало! Вот если бы ты знала даты рождения тех, кто тебя интересует…

Ольга обрадовалась – даты она знала. Мало того, она знала еще и полное имя самого Тришина-старшего.

Марина крикнула своей напарнице, чтобы та следила за залом, а сама схватила Ольгу за руку и потащила за собой. Молодые женщины нырнули в какую-то дверь, затем долго петляли по коридору, пока не пришли к очередной двери. Марина достала ключ, повернула его в замке:

– Милости прошу в обитель архивных крыс!

В голове Ольги промелькнула мысль: «А вдруг нужные документы сожрали эти мерзкие твари? И тогда все – прощай прекрасная идея!». Конечно, Марина имела в виду людей, работающих в архиве, но ведь настоящих крыс там итак должно быть предостаточно!

– Какие именно документы тебя интересуют?

– Думаю, начать с переписи населения, датируемого примерно тысяча восемьсот пятидесятым годом… – размышляла Ольга.

Точной даты рождения Тришиной Татьяны она не знала, но знала, что Таня была средней дочерью Тришина. Плюс еще лет двадцать она прожила с родителями, а потом сбежала, оставив даже мужа. И того получается, что к дате рождения Тришина нужно прибавить примерно пятьдесят лет.

Марина улыбнулась:

– А какую цель ты преследуешь? Хочешь узнать, когда человек умер?

– Нет, мне нужно выяснить, когда человек уехал и уезжал ли он вообще. Менял ли фамилию и какую фамилию давал своим детям, если они, конечно, имелись… И было бы отлично, если б мы смогли выяснить, живы ли его потомки и если да, то где они сейчас.

Марина задумалась. Видимо, задача Ольги представилась ей трудновыполнимой. Заметив на лице знакомой замешательство, Ольга пожалела, что так сразу загрузила ее своими планами: видимо, Марина была слишком исполнительным человеком.

– Мариночка, ну давай уже по ходу дела разберемся, что к чему. Может, и не было никакого Тришина – просто мой знакомый сыщик что-то не так понял в ситуации.

Полтора часа ушло только на то, чтобы выбрать нужные папки: переписи населения Москвы за несколько лет с фамилиями людей, начинающимися на «Т».

Логика Ольги оказалась верной: через несколько часов кропотливой работы в папке, датируемой тысяча восемьсот семидесятым годом был обнаружен интересный факт. Если раньше имя Тришиной Татьяны Владимировны перечислялось вместе с остальным семейством Тришиных, а позднее вообще нигде не фигурировало, то теперь оно снова появилось, но уже в другой группе: вместе с некимТришиным Аркадием Владимировичем, тысяча восемьсот семидесятого года рождения. Очевидно, что Аркадий был сыном Татьяны.

– Интересно, почему Тришина Татьяна долгое время вообще нигде не значилась, а потом неожиданно всплыла? – задала Ольга риторический вопрос, но Марина на него ответила.

– Ты думаешь, кто-то обращал особое внимание, если вдруг не досчитывались какого-нибудь гражданина? – заявила она. – Да кому это вообще было нужно! Если сейчас все сведения хранятся в памяти компьютера, который по нажатию одной клавиши  выдает все информацию, то раньше несчастные люди вручную трудились над рукописями, так что ничего удивительного в том, что никто не заметил нестыковки, нет. Видишь, в чем дело: сначала твоя Татьяна жила по одному адресу, а потом уже всплывает с другим. Так что, может, виноваты вовсе и не переписчики, а сама Тришина – скрывалась где-нибудь от родни.

Ольга не стала говорить Марине, что та попала прямо в точку.

– Мариночка, а давай теперь посмотрим другие сведения: может, можно узнать, когда Аркадий Гришанов женился, были ли у него дети…

В общем, из архива Ольга выползала почти ночью. Вместе с Мариной, которая, на удивление, пребывала в отличном настроении.

– Ты не устала? – еде передвигая ноги, пробормотала Ольга.

– Нет! Я же сегодня почти не работала – практически весь день провела с тобой в архиве.

– Вот и я о том же! Весь день двигать папки и разыскивать сведения! Каторжный труд!

Марина засмеялась:

– Это для непривычного человека труд, а я в архиве с восемнадцати лет работаю! Так что для меня это легче легкого.

– Мариночка, ты очень нам помогла. Даже не знаю, где бы еще мы смогли разузнать всю эту информацию. Кстати, мой знакомый просил передать это, – Ольга протянула конверт, –  тому человеку, который прольет свет на семейку Тришиных.

– Оля, ничего не надо! Я помогла тебе, а не твоему знакомому, так что никаких вознаграждений не надо! Тем более, особого труда мне это не составило.

– Мариночка, мне приятно будет отблагодарить тебя, так что не отказывайся!

Кое-как удалось побороть сопротивление и передать конверт с деньгами Марине.

– Ты где живешь, в каком районе? – спросила Ольга, когда они подошли к машине.

– Ничего себе тачка! – восхитилась Марина, проигнорировав вопрос Ольги. – Я тоже хочу работать в «билайне»!

– «Билайн» тут ни при чем, – улыбнулась Ольга, – это мне жених подарил!

– Хороший жених! – подмигнула Марина.

Порассуждав немного о женихах, работе и сведениях, добытых в архиве, молодые женщины не заметили, как приехали к дому Марины.

– Может, на ужин ко мне зайдешь? – пригласила Марина.

– Неудобно как-то, – призналась Ольга, – итак задержала тебя на роботе. Вряд ли твоим домашним придется по душе мой визит!

– А нет никаких домашних! Мужа нет, детей нет, так что я – свободная птица.

Ольга задумалась: вот почему, интересно, так происходит? Марина – красивая, образованная женщина, с приятными манерами, а живет одна… Ее подруга Инна – то же самое. Да сколько таких женщин вокруг! Вроде, и обеспеченные, и милые, а одинокие. Отчего это зависит –  на одну мужики сами вешаются, бегают за ней, дерутся друг с другом, морды бьют, а другую стороной обегают?  Может, и правда аура человека имеет такое большое значение? Или дело вовсе не в ауре, а в самом человеке?

– Так что, на ужин? – прервала размышления Ольги Марина.

– Да нет, поеду домой. Вон Тюбик сидит голодный, – кивнула Ольга на щенка, устроившегося на заднем сиденье, – хоть я и угостила его котлетой, когда мы в архиве обедали, этого все-равно недостаточно. Ему нужен специальный корм для собак его возраста.

– Ну, ладно. Тогда до встречи! – улыбнулась Марина.

На прощание она погладила Тюбика по голове, помахала Ольге рукой и скрылась в подъезде.

Ольга завела мотор, но не успела нажать на газ, как зазвонил мобильный. На экране появилась рожица Андрея.

– Ты где? – не здороваясь, завопил он.

– В машине, – Ольга опешила от внезапного наезда на свою персону.

– Я звоню тебе весь день, пишу смс, а от тебя ни слуху ни духу. Даже на звонки ответить не способна!

Только сейчас Ольга поняла, что все то время, которое она провела в архиве вместе с Мариной и Тюбиком, ее мобильный спокойненько пролежал в салоне автомобиля – она просто забыла его там. И теперь приходится выслушивать справедливый гневный вопль Андрея.

– Ладно, – он, наконец-то, смилостивился, – могу я к тебе подъехать? Кое-что разузнал об Игоре.

Ольга обрадовалась – какой у нее сегодня продуктивный день! И в архиве много интересного удалось добыть, и Андрей что-то откопал.

– Приезжай! Через полчаса буду дома.

Пересадив Тюбика на переднее сиденье, Ольга наконец-то тронулась с места.

– Опять не удастся тебя искупать, – обратилась она к щенку, – снова приедет Андрей. Или, может, сначала все-таки заняться тобой, а потом уделять внимание этому паникеру?

Тюбик радостно завилял хвостом, поднявшись на свои тонкие лапки. Долго устоять ему не удалось – Ольга заложила вираж на большой скорости, и щенок снова уселся, недоуменно поглядывая на нее.

– Наконец-то у меня появился соучастник! Будем теперь вместе гонять на машине! – отметила Ольга.

Вряд ли щенку пришла по душе ее идея, но уж лучше иметь такую хозяйку, чем совсем никакой.

– Я знаю, о чем ты подумал, – продолжала болтать Ольга, – но ты пойми, я вообще не способна ни о ком заботиться! А вот погонять быстро люблю! А с тобой веселее. Ты не переживай – езжу я хорошо. А скоро вообще настанут благодатные времена: приедет Нина Федоровна с Витьком – вот когда ты вдоволь нарезвишься! И поправишься сразу на несколько килограммов!

Словно поняв ее слова, щенок весело тявкнул, если это определение, конечно, подходит к собаке. Ольга вдавила педаль газа в пол – машина загудела своим мощным мотором.

Через десять минут Ольга уже стояла на пороге родной квартиры с Тюбиком на руках. «Все-таки надо его искупать, – подумала Ольга, – а то мало ли где он лазил, пока скитался по улицам».

Ванна была воспринята Тюбиком на «ура». Он тявкал, отряхивал шерсть прямо на Ольгу – в общем, веселился от всей собачьей души. Только выходя из ванны, Ольга поняла, что ото всюду слышит настойчивые звонки: на столе разрывался телефон, из коридора несся оглушительный писк дверного звонка. Схватив трубку, Ольга закричала: «Иду, иду».

На пороге стоял Андрей, прислонивший к уху мобильный телефон.

– Молчание стало твоим кредо? – процитировал Андрей слова из песни.

– Собаку купала, – ответила Ольга, закутывая Тюбика в полотенце.

Мохнатая морда Тюбика, с черным пятном под глазом, хитренько уставилась на Андрея.

– Даже твоя собака смотрит на меня с усмешкой, – обидчиво заявил Андрей.

– Ты уверен, что Тюбик способен на подобный фортель? – хихикнула Ольга.

– Уверен!

– Ладно тебе, не обижайся. Проходи на кухню – угощу чаем. Или даже ужином – сама голодная, как волк.

– Вот значит, как. Если бы сама кушать не хотела, то и меня бы кормить не стала, да?

Ольга улыбнулась.

– Наверное. Кстати, и сейчас не стану. Андрейка, у меня идея: пока я буду сушить Тюбика, ты сходишь на кухню, покопаешься в холодильнике и что-нибудь приготовишь, окей?

Андрей согласился, аргументировав это логичным умозаключением: лучше приготовить пищу самому, чем остаться голодным.

Через полчаса сухой и пушистый Тюбик влетел на кухню, следом за ним вошла Ольга – она успела переодеться, принять душ и даже подкрасить глаза. Тем временем, Андрей запек в духовке курицу, и даже сделал к ней гарнир – макароны. Во время принятия пищи все трое молчали: каждый уплетал за обе щеки. Когда с курицей и ее костями было покончено, и все приступили к следующему этапу наполнения желудков, Ольга наконец-то произнесла:

– Что удалось разузнать об Игоре?

– Вопреки моим ожиданиям и прогнозам все оказалось достаточно просто, – начал Андрей, попивая зеленый чай, – все ночные клубы, принадлежавшие твоему мужу, были поделены между его директорами!

– А разве Игорь не был единоличным владельцем? – удивилась Ольга.

– Вот именно, что был! Но у него имелись и финансовый директор, и управляющие… Да много кого еще, кто зарабатывал вполне приличные деньги. А когда Игорь умер, все его клубы выкупили эти самые директора – выкупили у государства, которому отошло имущество Игоря, так как он не оставил завещания.

Вот как! Значит, Игоря убили не ради денег, или, может, ради денег, но не этих.

– А ты не узнал имена новых владельцев?

– Узнал. Вот список.

Андрей протянул распечатанный на компьютере список бывших служащих, а теперь владельцев клубов Сварина. Или Бежина. Что, в общем-то, подразумевало одного и того же человека.

Фамилии ни о чем не говорили Ольге , кроме одной – Приходько. Но и тут ничего удивительного не открылось – Ольга давно поняла, что Инна замешана в делах Игоря. Рядом с каждой фамилией были указаны названия клубов, отошедших данному владельцу. В общей сложности, Ольга насчитала двенадцать единиц недвижимости, включавших в себя не только клубы, но и кафешки, ресторанчики и магазины. Фамилий было всего шесть: Голубев, Брыков, Андреева, Хвойник, Зазноба и небезызвестная Приходько.

– А что это за люди ты не узнавал?

– Узнавал, – усмехнулся Андрей, – и даже пообщался кое с кем лично.

– И с кем? Расскажи!

– Ольга, давай сделаем так: сначала ты выкладываешь мне все, что тебе известно, и объясняешь, какое ты имеешь ко всему этому отношение. А потом уже будет видно.

Взглянув на Андрея, Ольга поняла, что он настроен решительно, и вряд ли удастся чего-то добиться, не соглашаясь с его условием. Но вот только что именно рассказать Андрею? То, что относится только к Игорю, или все: начиная от похода в «Полет мечты» и заканчивая сегодняшними поисками в архиве?

Заметив нерешительность Ольги, Андрей заявил:

– Знаешь, дорогая, не мучайся! Я уже в курсе о том, что ты завела расследование на тему «Игорь и его проделки» и даже в курсе, что ты докопалась до его причастности к неким драгоценностям господина Тришина, давно покинувшего сей грешный мир. Так что не стоит сейчас ломать голову над дилеммой, с какого бока начать.

– Тогда что ты хочешь от меня услышать нового, если сам все узнал?

Ольга даже не знала, радоваться ей или нет такому повороту событий.

– Давай поступим так: я буду спрашивать, а ты отвечать. Потом обсудим все, что нам удалось разузнать общими силами и сделаем вывод, – предложил Андрей.

– Спрашивай.

– Видела ли ты Инну Приходько лично?

– Нет.

– Пыталась ли с ней пообщаться?

– Пыталась. Много раз. Но ничего не вышло: за найденным телефоном Инны пришел посторонний парень, представившись ее сыном, на мои звонки она не отвечала. Последний визит к ее родственникам вообще потряс меня.

– Не надо подробностей. О взрыве я все знаю. Кстати, у следователей есть версия, что произошел он неслучайно. Соседи говорили, что у Приходько была гостья, но никто не видел ее в лицо – запомнили только рыжие волосы. Насколько известно соседям, Инна была брюнеткой, но ведь можно надеть парик… Только вот по сведениям, которые удалось добыть, Приходько сейчас вообще нет в городе и даже в стране – она уехала в Польшу еще месяц назад.

Андрей замолчал – было видно, что он что-то обдумывает. Ольга тоже пыталась решить какую-то задачку, только даже ей самой было непонятно, какую именно. Просто что-то не стыковалось, но вот что именно?

– Ладно, поехали дальше… Что ты разузнала сегодня в архиве?

– А разузнала я то, что, быть может, являюсь дальним потомком Тришина!

Такой новости Андрей явно не ожидал. Он сделал огромные глаза, потряс головой, затем, наконец-то совладав с собой, проговорил:

– И что позволило тебе сделать такой вывод?

– А вот что…

В общем, если опустить все подробности того, как Ольга с Мариной перекапывали рукописи, удалось выяснить, что средняя дочь Тришина, Татьяна, родив мальчика Аркадия, прожила всю жизнь в Москве, так и не вернувшись к родителям и сестрам. А вот Аркадий, женившись на дочери своих соседей, уехал с молодой супругой в Астрахань.

– А я ведь тоже из Астрахани! – воскликнула Ольга. – И все мои родственники оттуда, начиная с прапрабабушек.

Андрей с облегчением вздохнул – видимо, версию Ольги о ее кровной связи с Тришиным он мысленно опроверг.

– Знаешь, Андрей, я не стану тебя ни в чем убеждать – я и сама-то не уверенна в своих предположениях. Но есть у меня и еще один факт, о котором я расскажу после того, как ты сходишь в комнату и посмотришь на стену.

Андрей послушно удалился. Через пару минут он вернулся и недоуменно спросил:

– Откуда портрет?

– Оттуда! – съязвила Ольга. – А говорил, что все знаешь! Портрет мне подарил Игорь Арнольдович – брат матери Инны Приходько.

– Мне известен Игорь Арнольдович, но я не думал, что ты установила с ним такой тесный контакт.

– Представь себе! А откуда ты мог все разузнать за такой короткий промежуток времени? Я ведь только вчера попросила тебя помочь?

– Если честно, то «помогать» я тебе начал еще в тот вечер, когда мы с тобой познакомились. Твоя подруга рассказала мне о том, что ты пытаешься расследовать дело внезапного воскрешения, а затем такой же внезапной гибели своего мужа.

Ну, Инна! Ну, погоди! Все тайны разболтает первому встречному. Хотя, может она просто не подумала, что Ольга продолжила свое следственное мероприятие?

– Значит, картину подарил Игорь Арнольдович… – протянул Андрей. – Вот хитрый старикашка! А ведь мне он даже не показал коллекцию – сказал, что хранит ее в надежном месте вдалеке от дома!

Да, Игорь Арнольдович действительно оказался хитрецом – он ведь ни словом не обмолвился Ольге о том, что к нему приходили и интересовались портретами до нее. И не только портретами.

– А эта Ольга с портрета похожа на тебя! – восхищенно добавил Андрей.

– Откуда ты узнал о том, что ее зовут Ольгой?

– Арнольдович рассказал! Так что ты хотела мне сообщить? – перешел на новую тему Андрей.

– Я звонила своим бабушкам в Астрахань. И спрашивала девичьи фамилии своих прабабушек… и фамилии прадедушек. Так вот оказалось, что мою прабабушку по материнской линии звали Тришиной Валентиной Аркадьевной. А сын ее – Федор Борохов – мой дед. Поговорив с ним, я выяснила, что его родители родились и выросли в Астрахани, а вот дед с бабушкой были коренными москвичами, но, поженившись, перебрались сюда.

– Интересно получается… – протянул Андрей и снова задумался. – Но, в принципе, возможно и совпадение: Тришиных много. Только вот похожа ты очень на эту Ольгу с портрета – просто одно лицо. Неужели и правда гены всплыли?

Ольга не знала: гены это или что-то другое, но какое-то смутное чувство постоянно охватывало ее, при взгляде на висящий на стене портрет.

– Давай сделаем выводы, – предложил Андрей. – Возможно, ты и вправду потомок Тришина, и даже, возможно, об этом как-то разузнал Игорь Сварин вместе с Приходько. Вот они и решили, что ты можешь иметь отношение к сокровищам Тришина – и разыграли гибель твоего первого мужа. Только зачем? Может, драгоценности могли достаться тебе? Неизвестно…

– А, может, они перехватили какую-нибудь информацию, предназначенную для меня? – предположила Ольга, невольно вскакивая с дивана от столь неожиданной мысли.

– Не знаю, не знаю… Как бы нам переговорить с твоим дедом, Федором Бороховым? Может, он что-нибудь поведает нам по делу?

Ольга сомневалась в этом – ее родственники не подходили под описание искателей сокровищ, но попытку можно было предпринять, не помешает.

– Можно позвонить ему завтра – сейчас уже поздно. Но мне кажется, следует копать не здесь. Андрей, а что если снова расспросить Игоря Арнольдовича? Мне кажется, он знает гораздо больше, чем рассказал нам!

– Идея хорошая. Я займусь этим завтра, а ты все-таки пообщайся со своим дедом: и ему приятно, и нам польза. А еще не мешало бы разузнать о детях и внуках Гришановой – тоже все-таки не посторонние люди. Кстати, ты сегодня такая обворожительная… – улыбнулся Андрей, подхватывая Ольгу на руки.

Глава 19.

Андрей сидел напротив Гришановой и вот уже битый час пытался выведать адреса ее детей и внуков.

– Наталья Сергеевна, ну поймите, я же не ради праздного любопытства интересуюсь! Пока не найден убийца Игоря и не выяснена причина, опасность угрожает всем, кто может иметь хоть малейшее отношение к этим злосчастным драгоценностям!

На лице Гришановой явно выражалась борьба, идущая внутри нее. Наконец она проговорила:

– Хорошо, я скажу адреса – все-равно вы их узнаете, если захотите. Вот только не понимаю, о чем вы будете разговаривать с моими детьми – неужели подозреваете в чем-то и их?

– Нет, не подозреваем, но не мешало бы порасспрашивать их: может, кто-то из них встречался с Инной Приходько? Или обнаружил что-то интересное…

– Хорошо, пишите. Начнем с младшей дочери: Валерия Андреевна Андерсен, проживает в Америке вместе с мужем и двумя детьми. Адрес…

– Подождите… Давно ваша дочь в Америке?

– Сейчас скажу… Так, в семнадцать лет она окончила  школу и уехала учиться. Это было двадцать четыре года назад!

– Хорошо, Валерию Андреевну пропускаем. Давайте поговорим о других ваших детях.

– Есть еще два сына: Дима и Роман, разумеется, Гришановы. Диме сейчас пятьдесят шесть лет, разведен, живет один по адресу село Обухово…

– Как? Ваш сын живет практически по соседству с вами? А Ольга говорила мне, что ваши дети далеко!

– Были далеко, а теперь Дима перебрался в Обухово. Сказал, что нечего делать ему одному в Москве: дети выросли, жена бросила, – пояснила Наталья Сергеевна.

– А почему они разошлись с женой?

– Дима не рассказывает мне. Для меня их развод вообще стал полной неожиданностью!

– Понятно. А Роман сейчас где?

– А вот Роман в Москве, с женой и детьми. У него старший сын и дочь – студентка. Дети живут с Романом и его супругой, Оксаной. Если решите их навестить, передавайте от меня привет!

На этом беседа с Гришановой закончилась, но Андрей решил пока не уезжать из Обухова, а навестить Диму – старшего сына Натальи Сергеевны.

Оказалось, что Дима проживал практически в трех минутах ходьбы от матери, в небольшой избе, правда, построенной добросовестно. Выглядел Дмитрий замечательно, и если бы Андрей не знал, что ему исполнилось пятьдесят шесть лет, то вполне мог принять его за сорокалетнего мужчину.

– Чем могу быть полезен? – деловито поинтересовался Дмитрий, когда Андрей изложил суть своего визита.

– Дмитрий, меня интересует вот что: не встречались ли вы с кем-нибудь из представителей семьи Симонович? Или, может, вы поддерживали с ними родственную связь?

Дмитрий кашлянул, взглянул на Андрея исподлобья, затем все же проговорил:

– Я теперь вообще не желаю ничего слышать об этой семейке!

Вот как! Значит, какие-то отношения все-таки имели место!

– Дима, поймите, мне необходимо разузнать как можно больше информации. Убили человека, отравили, и никто не знает, из-за чего! А пять лет назад этот же человек инсценировал собственную смерть! И известно, что он был знаком с вашей родственницей, хоть и дальней, Инной Приходько.

– Но какое вы имеете к этому отношение? – задал вполне логичный вопрос Дмитрий.

– Я – никакого. Но моя невеста считает, что необходимо во всем разобраться – Игорь был ее мужем.

– Ладно, я расскажу вам то, что знаю, а потом сами решайте, что вам делать с этой информацией.

Оказалось, что примерно год назад в офис кампании, в которой трудился Дмитрий, пришла новая сотрудница – эффектная дама бальзаковского возраста. Хоть Дима и был примерным семьянином, но возможности познакомиться с очаровательной ровесницей не упустил. Завязалось что-то среднее между служебным романом и дружбой.

Только по прошествии некоторого времени Дима узнал, что Симонович Наталья Викторовна – его дальняя родственница. Правда раскрылась случайно – просто как-то раз Дима с Натальей заговорили о своих корнях и оказалось, что оба являются потомками господина Тришина.

– Вот это да! – восхитилась тогда Наталья. – От судьбы не уйдешь, как говорится! Все старания наших прабабок разъединить семью оказались тщетными – родственные души и сердца все-равно встретились!

Дружба и общение так и продолжались. Потом Дима и Наталья решили познакомить и своих детей – все-таки родственники. У Димы был всего один ребенок – дочь Злата, и оказалось, что Злата – ровесница Татьяны, дочери Натальи. Девочки сдружились, начали вместе гулять, ходить на дни рождения друзей – в общем, все было бы хорошо, если бы не одно «но».

– Затащила эта Татьяна мою Злату в настоящее болото, – зло проговорил Дмитрий, – наркоманкой сделала. А мы с женой ничего понять не могли: вроде, на вид все в порядке с дочерью, а настроение все-время меняется – то истерики нам закатит, то ластится, как кошка. А когда поняли, что происходит, за голову схватились – да поздно было. Схватили ее, смотрим на руки, а они все исколоты. Жена тогда в обморок рухнула – не выдержала.

В общем, Злату положили в клинику для наркоманов, кое-как вылечили, но не успели выписать, как она опять за шприц схватилась. Дома снова начались постоянные истерики, крики, обвинения. Отношения с женой у Дмитрия испортились – Анастасия во всем обвиняла мужа и его злосчастных родственников. Теперь Злата снова лежала в клинике, а Настя подала на развод.

– Вот такие дела, – вздохнул Дмитрий. – А самое обидное, что Танька-то не была наркоманкой, а вот Злату мою погубила.

– Татьяна погибла вместе с родителями, – перебил собеседника Андрей. – В их квартире произошел взрыв газа.

Дмитрий опешил от такого сообщения.

– Взрыв… – пробормотал он. – Жаль людей, хоть и беды в мою семью много навлекли, но такого я им не желал.

– И это еще не все. Есть версия, что взрыв произошел не по вине хозяев. Но это только версия, и теперь нужно выяснить, как все было на самом деле.

– Но я уже рассказал вам все, что знал, больше мне ничего не известно. Общение с Натальей прекратилось после того, как мы с женой узнали, кто продавал дочери наркотики, с ее мужем я вообще не общался. Так что дальше копайте сами!

Немного подумав, Дмитрий добавил:

– Если хотите, могу дать вам адрес клиники, в которой лежит Злата. Может, она вам что-нибудь расскажет – все-таки дружила с Татьяной.

Через два часа пути Андрей был уже в городе. Первым делом он решил навестить Злату.

Видимо, семья Гришановых относилась к числу состоятельных, судя по клинике, в которой лечилась Злата: персонал был вежливый и одновременно строгий, палаты чистые и хорошо оборудованные. К девушке удалось пройти без проблем – дежурная сообщила, в какой палате находится Злата Гришанова.

Выглядела девушка болезненно, но не пугающе: никаких шрамов на руках, страшной синевы под глазами – видимо, лечение шло успешно. И вообще, перед Андреем на больничной постели лежала сейчас настоящая красавица: стройная молодая девушка с длинными густыми волосами, черными выразительными глазами и пухлыми розоватыми губками.

– Здравствуй, Злата, – улыбнулся Андрей, – а я к тебе в гости! Давай знакомиться, я – Андрей.

Девушка встала с постели, отложила книгу, которую читала до прихода посетителя:

– Хочешь чаю? – спросила она.

– Не откажусь. Тебе привет от отца.

– Спасибо. А ты его знакомый? Интересно, с каких пор папа водит дружбу с моими ровесниками?

– Он и не водит. Я сам с ним познакомился. По своему личному делу. Злата, я работаю частным детективом, и мне бы очень хотелось поговорить с тобой о твоей подруге – Татьяне Симонович.

Лицо Златы не выразило ни малейшего удивления. Можно было подумать, что к ней каждый день приходят частные детективы и задают вопросы.

– О Таньке? А что о ней говорить? Подруга, как подруга – приходила ко мне недавно.

– Вы с ней продолжали общаться после того, как с тобой произошло все это? – спросил Андрей, выразительно разводя руками, указывая на больничную палату.

– А почему бы и нет? – резонно возразила Злата. – Танька-то не наркоманка, это я, дурья башка, ввязалась в эту грязь. А то, что она меня с ребятами этими познакомила… Так она ведь не знала, что они наркоманы!

Немного помолчав, Злата добавила:

– А тебе мой отец, наверное, наговорил гадостей про Таньку?

– Нет, гадостей он мне не говорил… – соврал Андрей. –  Злата, вспомни, пожалуйста, рассказывала ли тебе Таня что-нибудь о своей сестре, может, ты ее видела?

– Инну я не видела никогда, – покачала головой девушка. – Кое-что Танька о ней говорила, но ничего особенного, как мне показалось.

– Понятно. А о драгоценностях каких-нибудь слышала?

– Да, что-то такое было… Искала Инна какие-то побрякушки, вроде, как от деда наследство. Но я толком ничего не поняла, да и не интересовало меня это. Танька-то сама редко с сестрой виделась – так что с чего бы она мне о ней говорила?

«Нет, здесь ничего не откопаешь, – размышлял Андрей, – видимо, Злата не имеет отношения к происходящему. Стоит ли ей сообщать о гибели подруги? Может, повременить? Но все-равно ведь узнает…».

– Злата, у меня для тебя есть новость, очень плохая. Твоя подруга Таня погибла – в их квартире произошел взрыв газа.

Глаза Златы, округлились, она тяжело задышала, открыв рот.

– Злата, что с тобой? Позвать врача?

– Не надо… никого не надо… Это она ее убила… Она…

– Кто?

– Инна… или Светка…

– Злата, успокойся и приди в себя.

Андрей схватил девушку за плечи и хорошенько встряхнул. Маневр помог, Злата перестала труситься и приобрела вполне осмысленный вид.

– Расскажи все по порядку: какая Света, при чем здесь Инна…

– Ладно, так и быть, расскажу. Хоть это и тайна была… но Тани уже все-равно нет.

Познакомилась Злата с Татьяной еще пять лет назад – девушкам было тогда по двадцать. Подруги очень удивились, когда год назад родители представили их друг другу, как дальних родственниц, но промолчали об этом. Потом они долго хихикали, вспоминая серьезные постные лица Натальи Приходько и Дмитрия Гришанова, рассказывающих своим дочерям об их кровном родстве.

После этого случая, Татьяна и Злата стали дружить еще крепче. Девушки делились друг с другом всеми бедами и радостями, которые сваливались на них – молодых, веселых и счастливых. Примерно полгода назад Татьяна позвонила Злате и прошептала:

– Подруга, помоги. Надо встретиться, срочно.

Злата не стала наводить панику – Таня всегда любила преувеличить опасность, но на встречу согласилась и в положенный срок была на месте.

– Что стряслось? Тебя бросил Сергей?

С Сергеем Таня встречалась почти два месяца, и не было ни дня, когда парочка не ссорилась.

– Сергей ни при чем, хотя с ним я действительно рассталась. Но сейчас речь пойдет не о нем:  мне нужно поделиться с тобой кое-чем другим.

Злата до сих пор не знала: серьезно ли воспринимать слова Татьяны или списать их на слишком буйное воображение подруги, но в целом, истории выглядела так…

Таня со своей сестрой Инной практически не общалась. Иногда Инна заскакивала в гости, иногда звонила по телефону, но случалось это так редко, что Таня воспринимала сестру как нечто далекое и недоступное. Но приблизительно полгода назад она почему-то решила разузнать: чем живет Инна, где работает, с кем проводит время. Узнать местожительство сестры оказалось делом непростым, но как-то раз, в один из редчайших случаев, когда Инна посещала родственников, Татьяна проследила за ней. Оказалось, что проживает сестра в одном из самых престижных районов, в шикарной квартире. Нет, в апартаменты сестры Таня тогда не попала, но догадаться о красоте квартиры не составляло труда – настолько благопристойно и величаво выглядела сама многоэтажка.

Обрадованная результатом своих поисков Татьяна решила сделать Инне сюрприз – неожиданно нагрянуть в гости. Но сюрприз, как можно было догадаться, не удался. Нет, Инна пустила сестру в квартиру, даже напоила чаем, но Татьяна почувствовала – лучше было ей сюда нос не совать.

Предчувствие оправдалось: провожая сестру, Инна сказала:

– Дорогая, попрошу тебя больше сюда не приходить. Квартиру я снимаю, а хозяйка сразу предупредила меня о нежелательности визитов посторонних.

Таня сделала вид, что поверила сестре, но сама пришла  к выводу, что что-то здесь не чисто. Снятие подобных апартаментов обходилось бы в довольно кругленькую сумму – проще было снимать что-то подешевле, откладывая на собственную жилплощадь. И  тогда, на свою беду, Таня решила разузнать все до конца: кому принадлежит квартира, как сестра зарабатывает деньги, чем вообще занимается и с кем общается.

Это оказалось делом непростым – общих друзей давно не осталось, координат работы Инны Татьяна не знала и узнать никак не могла. Проследить за сестрой не удавалось – Инна уезжала рано утром на такси. В общем, ситуация зашла бы в тупик, если бы не одно обстоятельство.

В один из очередных вечеров, когда Таня дожидалась возвращения сестры, переодевшись в немощную старушку и загримировавшись до неузнаваемости, ей, наконец-то, удалось подслушать один диалог, открывший глаза на то, чем занимается Инна. Сгорбившись, Татьяна сидела на скамье около подъезда, когда из-за угла заметила две фигуры, приближающиеся к ней. Когда фигуры подошли к подъезду, Таня разглядела, что это Инна с какой-то молодой женщиной. Оглядевшись по сторонам, девушки присели на скамью, правда, на противоположный конец от Татьяны. Видимо, они посчитали «старушку» настолько немощной и глухой, что она показалась им совершенно безопасной. Разговор, подслушанный Татьяной, поверг ее в настоящий ужас.

– Света, меня не интересуют твои проблемы, – железным тоном цедила Инна. – Если товар не будет доставлен во время, Игорь шкуру с меня сдерет, а я, в свою очередь, с тебя…

– Ну ты пойми, я же не по собственному желанию задерживаю поставку! У ребят возникли проблемы – им просто нужно на время залечь на дно. А через месяц-два все утрясется!

– Хорошо, – тоненьким голоском проговорила Инна, – так и быть, подождем…

– Я знала, что ты меня поймешь и сможешь объяснить Игорю, что…

– Ты меня не дослушала, – прервала собеседницу Инна, – мы-то подождем, а вот бизнес нет. Так что вам, или тебе лично, придется выплачивать так называемую неустойку. Знаешь, что это такое? А это вот что: те деньги, которые мы бы получали, продавая порошок, и которые из-за тебя или твоих «сотрудников» уплывают! И вот именно эти деньги ты будешь отдавать!

Татьяна слышала каждое слово, произнесенное сестрой и ее собеседницей, и ее уже начала бить дрожь – если женщины вдруг догадаются, что их подслушивают, ей не жить.

– Где я возьму такие бабки? – чуть ли не выкрикнула Светлана.

– Заткнись! Не хватало, чтобы нас услышали! – Инна схватила Светлану за руку и притянула к себе. – Воруй, убивай, продавайся – мне плевать! Не будет денег – не будет тебя. Усекла?

Инна встала и быстрым шагом вошла в подъезд. Светлана оставалась сидеть на скамье, обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Татьяна тоже продолжала сидеть, не смея подняться. Минут через пятнадцать Светлана все-таки ушла.

– Наверное, они все-таки узнали о том, что Таня подслушала разговор! – сделала вывод Злата.

Андрей кивнул:

– Может, и так, но это не факт. Что-нибудь еще можешь припомнить?

– Нет, больше ничего, – покачала головой Злата, – все, что знала, я рассказала. Да я и не придала тогда этому рассказу большого значения! Танюшка любила все приукрасить – поэтому ее словам я верила надвое. Но раз есть подозрения, что взрыв произошел неслучайно… Кому еще могла быть выгодна гибель семьи Приходько, как не подпольным наркоторговцам, если они догадались, что об их деятельности стало известно?

Андрей не стал говорить о том, что помимо этой причины могло быть еще много других. Тем не менее, рассказ Златы подтвердил, насколько сильно была повязана Инна с Игорем Свариным – ведь наверняка в разговоре речь шла о нем.

– Еще раз спасибо тебе за помощь, – поблагодарил Андрей, поднимаясь со стула, – поправляйся и больше не вздумай приближаться к этой гадости!

В глазах Златы промелькнул огонек сожаления – видимо, она не хотела, чтобы Андрей так быстро уходил. Он это заметил.

– А вас отпускают отсюда хоть иногда? – поинтересовался Андрей.

– Отпускают, только в компании близких.

– А со мной отпустят?

– Да! Я поговорю с мамой, и она выпишет разрешение у моего лечащего врача! – обрадовано воскликнула Злата.

Затем, сделав тон более равнодушным, добавила:

– А почему ты этим интересуешься?

– Хочу пригласить тебя в ресторанчик – отблагодарить за помощь в расследовании.

– А когда?

– Да хоть сегодня!

Выходя из клиники, Андрей решил, что до вечера еще достаточно времени – он вполне успеет поговорить и с Романом.

Глава 20.

Тем временем, Ольга пыталась дозвониться в Астрахань своему любимому деду – Федору Борохову. С седьмой попытки ей это все-таки удалось:

– Дедуль, алло! Ты где ходишь?

– Оленька, здравствуй! Так на дворе был – Палкана кормил!

Ольга вспомнила огромного Палкана – собаку неизвестной породы и неизвестных ранее размеров. Когда прошлой зимой она приезжала в гости к родителям вместе с мужем и сыном, Палкан катал Витьку на санках. Джордж тогда постоянно удивлялся, как обычная дворняга может по размерам превосходить теленка?

– Как у вас дела? Нормально все?

– Нормально! Ты же вчера звонила, спрашивала…

– Я знаю, но у меня к тебе дело. Дедуль, расскажи, пожалуйста, подробнее о том, что тебе известно о моей прабабушке, о твоей бабушке… Вообще, о наших предках!

– К корням потянуло? – усмехнулся в трубку дед Федор.

– Если бы! Просто тут такое дело… – замялась Ольга.

– Не тяни кота за хвост! Рассказывай.

– В общем, Витек попросил составить для него генеалогическое древо нашей семьи! – выкрутилась, наконец-то, Ольга.

– А… Ну это дело хорошее. Только все, что я знал, я тебе вчера рассказал.

– Повтори еще раз, пожалуйста! – Ольга надеялась, что дед может вспомнить что-то еще, если повторит историю дважды.

– С кого начать? С твоей бабушки?

– Нет, рассказывай про своих предков, у бабушки я сама спрошу.

– Ну слушай. Я, Федор Борохов, родился и вырос там же, где и ты, родители мои – Павел Борохов и Валентина, в девичестве Гришанова, тоже коренные астраханцы. Я – их единственный ребенок. Отец мой в своей семье был шестым, а вот матушка тоже одна была. Она вообще кроме отца и бабушки не знала никого. Дед мой,  Аркадий Гришанов, говорят, удалым человеком был.  Коренным москвичом рос! Ан нет – взял, и переехал в Астрахань с супругой. Я его помню, успел живым застать. Только, он в восемьдесят лет совсем сумасшедшим мне казался. Помню, мне тогда пятнадцать лет было, а он и говорит мне: «Ты, внучек, взрослый уже, пора тебе тайну одну раскрыть. Матушка твоя не верит ничему, а ты, я вижу, человек умный, поймешь». В общем, деньги в семье были – взяли мы с дедом приличную сумму и рванули в Москву… Ну да ладно, тебя же родословная интересует?

– Дедуль, расскажи, пожалуйста, зачем вы в Москву ездили? – взмолилась Ольга. – Мне очень интересно, правда!

После долгих уговоров дед Федор раскололся и поведал Ольге весьма интересный факт.

Приехав в Москву, Аркадий Гришанов с внуком долго плутали по улицам, пока, наконец, не забрели в какое-то захолустье – настоящие джунгли в центре города. Аркадий остановился, осмотрелся, будто пытаясь что-то припомнить, затем уверенно зашагал в сторону одного из домишек, бормоча при этом: «Пойдем, внучек, взглянешь на нее, все-таки прабабка твоя, а мне матушка».

Пятнадцатилетний Федор, в силу своего возраста и вообще природного любопытства, сгорал от нетерпения увидеть то, ради чего они приехали с дедом в такую даль, обманув родителей. Но то, что предстало его взору, повергло парня в настоящий ужас.

Не стучась в дверь, дед Аркаша вошел в разваливающийся домик, втягивая за собой внука. Ужасная вонь пронзила легкие – Федор закашлялся, пытаясь вздохнуть. Пройдя через маленький коридорчик, парень понял, от чего шло такое зловоние: в единственной комнате, прямо посередине, стояла ветхая кровать. На кровати громоздилась куча барахла, среди которого лежал человек. Впрочем, Федор не был уверен, что это именно человек. Только подойдя поближе, он убедился: зловоние шло от человеческого тела, разлагающегося прямо на глазах. От ужаса Федор закрыл глаза. Он не слышал, что делал в этот момент Дед Аркаша, но в комнате его явно не было. В следующую секунду Федор заорал от ужаса: он почувствовал как кто-то схватил его за руку, и, судя по тому, что он все еще стоял около кровати, это было то самое разлагающееся тело.

В обморок Федор не упал. Открыв глаза, он увидел, что его рука зажата обеими руками старухи, лежащей на кровати. Назвать ее живым человеком язык не поворачивался, но это следовало признать: мертвец не может ни за что цепляться. Подоспевший во время дед Аркаша оттащил внука от кровати, а лежащей старухе протянул откуда-то принесенный стакан воды.

– Ей сейчас должно быть больше ста десяти лет… – бормотал дед. – Я не думал, что она жива… Хотя… Для всех она давно мертва.

Федор стоял, покачиваясь от ужаса из стороны в сторону.

– Кто это? – наконец-то проговорил он.

– Эта твоя прабабушка.

– Дед, ты чего? Какая прабабушка? Родители говорили, что ты приехал в Астрахань, потому что в Москве остался один – без отца и без матери… – бормотал Федор.

– Как видишь, это не так. Перед тобой Татьяна Тришина – дочь самого Владимира Ивановича Тришина, наследника огромного состояния…

Родители Федора были людьми довольно состоятельными для тех времен, когда в стране только-только закончилась война, поэтому подросток с трудом представлял, что можно быть богаче, чем они есть.

– О каком состоянии ты говоришь, дед?

– О том самом… которое Тришин Владимир своровал из Петербургского дворца и спрятал ото всех подальше… которое искали все его родственники, а нашла твоя прабабка и сбежала…

Видимо, Федору по наследству передалась страсть к драгоценностям, поэтому, поверив в существование золота и забыв о лежащей на постели старухе, он дрогнувшим голосом спросил:

– Дед, а где теперь сокровища?

– Я не знаю. Спроси у нее, – махнул в сторону Татьяны Тришиной Аркадий. –  Много раз я пытался выяснить: куда вы, мамаша, спрятали сокровища. Ан нет! Молчит!

– Так может, они и не у нее вовсе? – справедливо засомневался Федор.

– У нее. Я видел. Еще когда мне лет шесть было – видел. Все видел: и кольца, и браслеты… Я тогда не понимал еще ничего, но знал – что-то ценное и нужное у матери имеется. Она в огороде все закопала. А когда вырос я и припомнил все, спросил: «Матушка, а что ж мы золото-то наше не продаем, голодаем ведь?». А она глаза удивленные делала, мол, не знаю ничего, не придумывай. Я тогда весь огород перекопал, так и не нашел ничего. А потом женился и уехал – пусть одна остается со своими браслетами.

И вдруг, как из параллельного мира, послышался голос, приглушенный и хриплый:

– Что же ты сейчас-то приехал?

Федор вздрогнул, взглянул на деда. Было заметно, что и у того по коже пробежали мурашки.

– Что молчишь? – вновь проговорила старуха. – Опять будешь огород перекапывать?

– Ты узнала меня?

– Так ты же сам сказал мальчишке: «это твоя прабабушка». А детей, кроме тебя, у меня больше не было. Здравствуй, Аркадий! Что ж ты, зашел, а  с матерью даже не поздоровался? – старуха говорила приглушенным голосом, было заметно, что слова даются ей с большим трудом.

– Я думал… ты не слышишь… Я вообще подумал сначала…

– Спасибо, что воды принес, – старуха улыбнулась такой страшной улыбкой, что Федору показалось, будто она настоящая ведьма. – Так как зовут тебя? – обратилась Татьяна Тришина к Федору.

– Федор…

– А родители кто у тебя? Вернее, кто мне по крови родной: матушка твоя или отец?

– Матушка, – ответил за внука Аркадий, – Валентина.

– Похожа хоть на нас, Тришиных? Ты-то у меня в отца своего пошел…

– Не похожа, – со злорадной усмешкой ответил Аркадий. Тон деда очень не понравился Федору. – И хорошо, что не похожа – таких, как Тришины, меньше по свету должно быть. Вы сами свою жизнь перегадили и другим покоя не даете. Правильно я сделал, что сбежал из Москвы, плюнул на золото, и сбежал.

– А было золото? – вмешался в разговор Федор.

Старуха снова улыбнулась гнилыми зубами:

– Было, Федя, было. И золото было, и камни драгоценные. Вот только не скажу я никому, где все это.

– Скажи хоть, как оно к тебе попало, – взмолился Аркадий.

Видимо, в его сердце до сих пор хранилась надежда на то, что он когда-нибудь подержит в своих руках то, что украл его дед.

– Как попало, как попало… Просто попало! Когда дед твой умирал уже, я рядом оказалась: вот он мне и сказал, где его зарыл. А еще сказал, чтобы я Инне, сестре своей, ни слова не говорила об этом, а найденным поделилась с Еленой. Только я так решила: если уж с Инной делиться не велено, то и Елена обойдется.

– А почему тетку решили стороной обойти? – искренне удивился дед Аркадий, хотя сам не был знаком ни с одной, ни с другой женщиной, хотя обе и приходились ему близкими родственницами.

– А потому, что очень подлой Инна оказалась. Я ее любила до беспамятства – а она, оказывается, меня ненавидела. Инна-то сокровища начала искать еще до того, как отец умер, столько гадостей делала… Я когда поняла, что она за человек и на что способна, быстренько из дома сбежала. Проклято это золото, сын… Не нужно оно тебе… И семье нашей не нужно. Пусть тот его найдет, кто заслужил это наказание…

Дальнейшее Федор запомнил на всю жизнь в мельчайших подробностях.

– Прости меня за все, – проговорил Аркадий, опускаясь на колени перед матерью. – Прости… Прости за то, что из-за этого золота покинул тебя, за то, что столько лет не навещал тебя… Если ты простишь меня, я буду благодарен небесам, за то, что они подарили мне этот последний шанс замолить свою вину…

Дряблой рукой старуха погладила своего сына по седым волосам:

– Я не держу на тебя зла. Ты единственное, что я оставляю в этой жизни. Ты и твои потомки. Поэтому пообещай мне, что ты не станешь больше искать эти злосчастные драгоценности, – голос Татьяны Тришиной начал срываться, – они приносят только горе и больше ничего. Отец рассказал мне, что стало потом с несчастной девушкой, воспользовавшись глупостью которой он похитил золото. Кража раскрылась на следующий день, и твой дед сам присутствовал на казни. Ее казнили, понимаешь? Ее обвинили в том, что она украла  царские драгоценности, и повесили на глазах у всех.

Аркадий молчал, он целовал руки Татьяны и, кажется, плакал. Федор смотрел на деда и удивлялся – он еще не мог понять, какая трагедия происходила рядом с ним. В следующую минуту Татьяна Тришина умерла. В сто десять лет она наконец-то дождалась последней встречи с сыном и его прощения. А он, в свою очередь, получил прощение своей матери.

Федор вместе с дедом провели в Москве три дня – хоронили Татьяну. Когда вся эта история закончилось, и они вернулись в Астрахань, Аркадий обратился к внуку:

– Я надеюсь, мне не стоит говорить о том, чтобы ты даже не вспоминал того, что с нами произошло. И уж тем более, забыл об этих драгоценностях?

Федор кивнул.

Ольга настолько внимательно вслушивалась в слова своего дедушки, что даже не сразу поняла, когда он перестал говорить.

– Алло, Оля? Ты почему молчишь?

Ольга встрепенулась:

– И ты о них забыл?

– О ком забыл?

– О драгоценностях! – уточнила Ольга. – Тебе же сказал мой прадед: «не вспоминай того, что с нами произошло, и уж тем более, забудь о драгоценностях».

– Конечно, забыл. Я никому никогда не рассказывал эту историю, и уж тем более, не думал, что выложу ее тебе, да еще и по телефону.

– Спасибо, что рассказал! Ты не представляешь, как помог мне! Вот Витька обрадуется, когда увидит, сколько предков будет изображено на нашем генеалогическом древе.

– Древо – это, конечно, хорошо. Только, Ольга…  Забудь о сокровищах! И даже не вспоминай про них. И никому о них не говори.

Ольга попыталась сделать голос непринужденным, но ей это удалось с большим трудом:

– Конечно, дедуль! Да их и не было, наверное. А если даже и были, то наверняка кто-то их откопал!

Ольга решила убедить деда Федора в том, что интересуется исключительно родословной и уж, тем более, не посвящать его в то, что ей удалось разузнать о дальнейшей судьбе драгоценностей, а точнее, тех, кто пытался их найти. Она расспросила деда об их родословной по линии отца Федора, впрочем, это было для отвода глаз.

– А сама-то как поживаешь? Нормально? К нам когда приедешь?

– Все хорошо, дедуль. Приехать думаю в недалеком будущем, вместе с Ниной Федоровной и Витькой.

– Ждем-ждем!

Значит, получается, что Ольга действительно потомок Тришина, того голубоглазого блондина, портрет которого висит на стене в ее комнате! Не зря Ольга, как завороженная, не могла оторвать взгляда от портрета еще в квартире Игоря Арнольдовича. «Вот и дождалась, наконец-то, прабабка Татьяна появления настоящего потомка чистокровного тришинского рода… Интересно, на кого я похожа больше: на Владимира или на его супругу? Глаза-то у них почти одинаковые, да и волосы тоже…» – рассуждала Ольга.

Разговор с дедом Федором расставил все по местам: кто чей потомок, кому достались драгоценности… Но судьба сокровищ в настоящее время так и оставалась неизвестной. Нашел ли кто-нибудь золото, спрятанное Татьяной, и если да, то кто и когда?

Ольга предполагала, что самым правдоподобным было бы, если сокровища находятся у Инны Симонович. На это указывало и то, что в поисках драгоценностей участвовал Игорь Сварин – подельник Инны, и то, что был свидетель – Татьяна,  которая утверждала, что ее сестра искала золото… Но где теперь Инна? Андрей сказал, что она покинула страну, и где ее искать – неясно. Да и доказательств причастности Инны ко всему этому нет никаких…

Размышления Ольги прервал звонок мобильного телефона.

– Слушаю тебя, моя дорогая! – проговорила Ольга, поднося трубку к уху.

– Оленька, привет! – голос Инны явно свидетельствовал о ее приподнятом настроении.

– Привет-привет! Что у нас хорошего произошло?

– Как ты догадалась, что произошло что-то хорошее? – захихикала Инна.

– Не трудно догадаться по твоим интонациям!

– Ты не ошиблась. Поздравляй – у твоей подруги наконец-то устраивается личная жизнь!

Ну вот, Инна опять в своем репертуаре: наверное, снова начала встречаться с Николаем.

– Коля вернулся? – спросила Ольга.

– А вот и нет! Не нужен мне никакой Коля. У меня теперь есть Миша!

– И где же ты с ним познакомилась?

– Ольга, очнись! Ми-ша! – повторила Инна, но теперь уже по слогам.

– Я поняла, что не Вася!

– Ну, тот самый Миша, которого представил нам Андрей в клубе! – Инна наконец-то снизошла до объяснений.

– А… Бухгалтер!

– Он самый!

– И как же тебе удалось захомутать несчастного парня?

– Очень просто! Я позвонила Коле и спросила у него адрес Миши. Затем купила шампанского, фруктов, вызвала такси и нагрянула в гости: без звонка, без предупреждения – в общем, сюрприз!

– И как прореагировал Миша?

– Он был очень рад! Очень! Сразу накрыл на стол, приготовил ужин… Я не стала говорить ему, что приехала просто так – насочиняла целую историю о том, какой подлец его друг, и как мне тяжело пережить расставание в одиночестве.

– И, конечно же, Миша тебя пожалел… – сделала вывод Ольга.

– Конечно! Он чудесный человек, чудесный! – распевала на все лады Инна. – Кстати, дорогая, а как ты поживаешь?

– Замечательно! Веду богемный образ жизни, целый день сижу дома, по вечерам встречаю Андрея… – Ольга врала, не стесняясь. Если подруга догадается о том, что она продолжила расследование и почти довела его до конца, она прибьет ее, Ольгу, своими руками.

– Что-то все у тебя гладко! Уж не ввязалась ли ты в какую-нибудь историю, а? – нет, Инна определенно обладает чутьем сыщика.

– В какую такую историю? В отличие от вас, дорогая, я не бегаю по квартирам мало знакомых парней, а охраняю собственную безопасность всеми способами!

– Ну хорошо. Правильно, – успокоилась Инна. – А что ты думаешь по поводу того, чтобы смотаться нам в какое-нибудь местечко, типа ресторанчика?

Идея подруги понравилась Ольге – ей давно хотелось отдохнуть ото всех мыслей и поисков правды.

– Положительно смотрю на ваше предложение! – хихикнула Ольга. – Где и когда?

– Заедешь за мной? Часов в восемь вечера!

– Хорошо, жди.

Глава 21.

В семь часов вечера Ольга начала собираться на прогулку. Она любила отдыхать в обществе приятных людей и интересных собеседников – а Инна была именно таким человеком. Подруги никогда не скучали в компании друг друга: даже если в начале вечера у обоих было плохое настроение, то потом оно улетучивалось неизвестно куда. Нельзя сказать, что Инна и Ольга никогда не ссорились, не выясняли отношения, но эти ссоры никогда не заканчивались попыткой устроить какую-нибудь подлость или гадость. Обычно ссоры случались в том случае, когда кто-то из них совершал очевидную глупость наперекор совету подруги.

Познакомились девушки еще на первом курсе института: как оказалось, Инна была коренной москвичкой, но, тем не менее, вынуждена была жить в общежитии. А Ольга переехала из Астрахани и получилось так, что девушкам выделили одну и ту же комнату. Уже на втором курсе, в возрасте девятнадцати лет Ольга родила ребенка и тут же выскочила замуж. Правда, свадьба состоялась не с отцом Витька, а с Игорем Бежиным. Впрочем, Игорь ни разу не упрекнул супругу за это.

В то время Бежин еще не был богатым предпринимателем, но собственная квартира у него имелась. Он не рассказывал, кем были его родители, другие родственники – единственное, что знала Ольга, это то, что родня ее мужа живет заграницей.

Как только сыграли свадьбу, Игорь незамедлительно перевез супругу и маленького Витьку к себе, но на этом дружба Инны и Ольги не закончилась – они продолжали учиться на одном и том же факультете. Уже через полтора года состояние Бежиных значительно возросло: теперь и Игорь, и Ольга разъезжали на дорогих иномарках, одевались исключительно в фирменную одежду.

Не прервалась дружба девушек и после того, как Игорь исчез при падении самолета, и его признали погибшим. Именно Инна помогла подруге с перелетом во Францию. Вот и теперь, когда Ольга вернулась в Россию, они снова вместе.

Ольга крутилась перед зеркалом, примеряя то один наряд, то другой. Все было очень красивым и элегантным, но все-время хотелось чего-то другого. Наконец Ольга остановила свой выбор на платье золотистого цвета, сильно декольтированном и приталенном, по длине достающим колена. В том платью подобрала туфли на высоком каблуке и сумочку. В целом композиция выглядела великолепно, тем более что ее дополняли длинные золотистые волосы, свисающие до талии. Выплеснув на себя несколько капель «Mademoiselle» от Коко Шанель, Ольга пришла в восторг – настолько она понравилась себе.

БМВ приветливо пискнул, разблокируя двери. Тюбик по-свойски забрался на переднее сиденье и с любопытством поглядывал на хозяйку.

– Мы едем гулять! – пояснила Ольга щенку. – Ты когда-нибудь был в ресторане? Не был. Вот и хорошо – значит, побываешь.

Через минуту БМВ летел по дороге в сторону квартиры Инны, Тюбик с восторгом смотрел на пролетающие мимо машины, деревья, дома… Видимо, он уже привык к скорости и перестал бояться.

К дому Инны Ольга приехала ровно в восемь. Подруга открыла дверь и ахнула:

– Какая ты красавица, Оля! Шикарное платье! Когда купила?

– Еще во Франции, – улыбнулась Ольга. Она привыкла к комплиментам, но все-равно любила их слышать, – в одном из самых престижных магазинчиков, между прочим! Кстати, ты тоже отлично выглядишь!

Инна действительно выглядела потрясающе: в черном обтягивающем платье, в черных полусапожках, с распущенными черными волосами.

– Прямо как ведьма! – хихикнула Ольга. – Тебе идет черный цвет, – добавила она уже серьезным тоном.

– Миша тоже мне так говорит!

– Значит, у нас с Мишей мысли совпадают!

– Не думаю, – загадочно протянула Инна, – он сказал это, когда я предстала перед ним в черном нижнем белье…

– Инна! – воскликнула Ольга. – Ну как так можно? Не успела ты прийти к парню в гости, как уже…

– Ольга, ну что ты, как бука? Я что, маленькая девочка? Мне уже двадцать семь лет! И тебе, между прочим, тоже! А ты так говоришь, будто в нашем возрасте можно только в щечку целоваться!

– Нет, Инна, я не это имею ввиду. Ясное дело, ты уже взрослая и вправе поступать так, как тебе заблагорассудится, но пойми, парни не ценят тех, кто в первый же вечер прыгает к ним в постель! – в который раз пыталась вразумить подругу Ольга. – Мужчины – это завоеватели, во всяком случае, являлись таковыми раньше, но генная память-то сохранилась! Им нравится, когда за девушкой нужно ухаживать, добиваться ее благосклонности, а когда она сама просит о том, чтобы ей уделили внимание, они пугаются: может, что-то не так? Они не осознают этого напрямую, но подсознание их останавливает. Понимаешь?

– Я понимаю только одно: ты слишком серьезно все воспринимаешь, – сделала вывод Инна, – а к жизни нужно относиться попроще.

– Что значит попроще? Как это так – попроще? Инна, пойми, когда что-то входит в систему, эту систему нужно разрушать – а не относиться к ней попроще! Тебе уже двадцать семь лет, а не девятнадцать… И ни один мужчина не задержался рядом

с тобой больше чем на месяц! Задумайся над этим, а не отмахивайся, как обычно!

– Хорошо, я подумаю, – согласилась Инна, – но этот Миша такой лапочка…

Все понятно…  Никакие увещевания Ольги не имеют смысла.

– Ладно, поехали, – сдалась Ольга. – Ты собралась?

– Да.

Спустившись к машине и заметив на переднем сиденье Тюбика, Инна воскликнула от неожиданности:

– Ой, собака! Как она попала к тебе в машину?

– Это Тюбик! – представила своего питомца Ольга. – А ты разве его не видела? Я его дней пять назад нашла…

– Не видела! Ты его не показывала мне, – обиженно засопела Инна. – Миленький пес!

Тюбик не испытывал подобного восторга в адрес Инны – он вообще никого не любил, кроме Ольги. Наверное, он считал, что раз приютила его Ольга, то именно ее он и должен почитать, а все остальные – это так, просто мебель.

Подруги решили сходить в ресторан на берегу Москвы-реки. И внешне и внутренне здание оказалось вполне приличным – небольшим и уютным. Меню тоже радовало своим разнообразием. Приветливый официант не стал возражать против присутствия Тюбика – даже принес ему молока на блюдце. За разговором время текло приятно и незаметно.

– А как у тебя с Андреем? – поинтересовалась Инна.

– Все хорошо. Приезжает каждый день, помогает в… – Ольга осеклась. Она чуть было не призналась подруге в том, что ведет расследование по поводу гибели Игоря, – помогает во всем…

– А что насчет свадьбы?

– Пока не тороплюсь. Знаешь, надоели уже эти свадьбы. Сколько можно? Игорь, Джордж… Вот когда буду уверена в человеке и в своих чувствах, тогда посмотрим.

– А ты что, не уверена в Андрее? – удивилась Инна. – По-моему он очень искренне к тебе относится…

– А из чего ты сделала такой вывод?

– Ну как же… Приезжает, помогает…

– Так мы знакомы всего ничего! Конечно, он будет пока заботиться… Пусть хоть время пройдет – тогда видно будет.

– Не знаю, не знаю… Смотри, а то уведут твоего Андрея. Мужчину держать нужно, привязывать к себе – иначе, не успеешь и глазом моргнуть, как слетятся на него бабы.

– Я не думаю… Мне кажется, если человек любит, то на других даже смотреть не будет.

– Напрасно ты так считаешь. Знаешь, как бывает, что-то недопоймешь, что-то недослышишь – а мужчина уже в обиде. Идет на стороне поддержки искать.

Словно в дополнение к словам Инны дверь ресторана открылась, и вошли новые посетители. Это была красивая молодая девушка с парнем.

– Вот это да! – воскликнула Инна, гладя на вошедших.

– Что такое? – Ольга сидела спиной к двери и поэтому не могла видеть новых посетителей.

– Ольга, да это же твой Андрей с какой-то кралей!

Ольга обернулась и не поверила своим глазам: она узнала в парне своего нового кавалера. Девушка была ей незнакома.

– Инна, посмотри, как она на тебя похожа… – пробормотала Ольга.

– Ты не о том думаешь, подруга, – возмутилась Инна. – У тебя жениха уводят, а ты сходство ищешь!

– А что мне еще остается?

– Иди и дай ему пощечину! А ей выдерни клок волос!

Да, лихо придумала Инна! Интересно, а что будет потом? Поможет ли драка? Вряд ли.

– Нет, дорогая. Бить я никого не буду. Давай посидим, понаблюдаем за ними, а там видно будет, что делать. Нас они не заметят – столик далеко, людей в ресторане много. Вдруг, она его сестра?

– Ага, мать родная! Да какая она сестра? Ты только посмотри, какими влюбленными глазами она на него уставилась!

Ольга пригляделась: и правда, девица пялилась на ее Андрея такими  восхищенными глазищами, будто он был ее кумиром. А девчонка хороша! Даже очень! Густые блестящие волосы, черные очи (уж не о ней ли придумали песню?), точеная фигура… Ревность начинала пробираться в сердце Ольге. «А что я нервничаю? Он ничего мне не обещал… Я сама надумала его серьезные отношения – так что винить некого, кроме себя самой. Девочка рядом с ним хорошенькая, симпатичная, молодая… Ей лет двадцать пять, не больше… А мне-то уже почти двадцать восемь… Хотя, это не так уж и много. Да что я себя выгораживаю! И вообще, может, ему больше брюнетки нравятся!».

– Эй, Ольга, очнись!

– Что? Что случилось?

– Я тебя до тебя уже две минуты не могу докричаться! – Инна смотрела на подругу удивленными глазами. – Ты так и будешь сидеть?

– А что мне еще делать? Бегать, прыгать?

Вовремя подошедший официант прервал разногласия подруг:

– Ваш заказ, дамы! – парень поставил на столик принесенные блюда. – Вам пепельница нужна?

– Нет, – ответила Ольга.

– Да! – поменяла решение подруги Инна. – Принесите, пожалуйста, пепельницу.

После того, как официант ушел, Ольга недоуменно взглянула на Инну:

– Ты что, курить начала? С каких это пор? И вообще, с какой стати?

– Просто… Успокаивает… Попробовала один раз – понравилось. Да что мне рассказывать – ты же сама курила лет десять!

– Одиннадцать, – поправила подругу Ольга, – первый раз попробовала в пятнадцать, а бросила только в двадцать шесть. С большим трудом, между прочим! Так что, завязывай, пока не поздно.

– Мне еще рано, – улыбнулась Инна, – стаж небольшой.

Официант принес пепельницу, щелкнул зажигалкой, поднесенной к сигарете Инны.

– Что-нибудь еще? – поинтересовался парень.

– Пока нет, спасибо, – ответила Ольга, – но, скорее всего, вы нам еще понадобитесь.

Официант кивнул и ушел.

– Зачем понадобится? – удивилась Инна. – Ты что, думаешь, что не наешься всем этим?

– Думаю, что наемся. Просто я еще не решила, как проявить свое присутствие для Андрея. Может, заказать им бутылку шампанского?

Следующие полчаса девушки придумывали план дальнейших действий. Идей было много, но ничего подходящего в голову не приходило.

Тем временем, девица начинала открыто виснуть Андрею на шею: сначала она положила на его руку свою, затем притянула ее к себе, потом придвинула свой стул поближе к его стулу… Тем не менее, было заметно, что Андрей чувствует себя неловко – казалось, что ухаживания девушки напрягали его, но дать ей от ворот поворот он тоже не решался. Чем бы закончились порывы навязчивой девушки осталось неизвестным – Андрей неловко повернулся и нечаянно скинул на пол тарелку. Сразу прибежал официант и принялся за уборку.

– Он специально уронил тарелку! – сделала вывод Инна. – Видимо, эта девица сама его пытается захомутать, а он не хочет: сопротивляется.

Ольга не знала, к какому решению склониться: принять версию подруги или все же остаться при своем мнении – если человек чего-то не хочет, он не станет это делать. Ведь если бы Андрей не хотел общаться с этой девушкой, он бы не стал сидеть с ней сейчас в ресторане. Не зная, к какому берегу причалить, Ольга сидела, погруженная в свои мысли. На этот раз раздумья прервал официант – он подошел как всегда во время, да еще и с бутылкой шампанского:

– Просили передать вашему столику, – улыбнулся парень.

«Наверное, столику будет очень приятно» – пошутила про себя Ольга и сама же рассмеялась своей шутке, поглаживая скатерть правой рукой, а левой протягивая бокал.

Официант недоуменно посмотрел на смеявшуюся Ольгу, затем многозначительно перевел взгляд на Инну, та в ответ недоуменно пожала плечами. «Наверное, она посчитала, что я схожу с ума от горя, – подумала Ольга, – ну, пусть, пусть». Вдобавок ко всему Ольга скорчила страшную рожу и сделала вид, что ее прямо сейчас разобьет припадок. Официант коротко вскрикнул и поспешил ретироваться. На что он надеялся – неизвестно, ведь если посетителю станет плохо, ему все-равно необходимо будет вмешаться.

Когда парнишка скрылся из виду, Ольга приняла нормальное выражение лица и произнесла тост:

– За нас!

Через минутную паузу Инна наконец-таки выдавила:

– Ольга, что за цирк? Тебе сколько лет?

– Двадцать семь. Почти двадцать восемь. А что?

– Ничего. Так, просто поинтересовалась. За нас!

Ольга всегда ценила подругу за это – она никогда не упрекала ее ни за какие глупости. Вот и сейчас Инна обошлась без лишних комментариев – ну, захотелось Ольге подурачиться, с кем не бывает? Подруги выпили залпом, предварительно чокнувшись хрустальными бокалами.

– Кстати, а от кого шампанское? – запоздало поинтересовалась Ольга.

– Не знаю, не знаю. Можно было спросить официанта, но теперь уже поздно – вряд ли в ближайшие полчаса он к нам подойдет.

Подруги оглянулись по сторонам в поисках дарителя, но людей в ресторане было слишком много – разобрать, кто преподнес презент, не представлялось возможным.

– Придется подождать, пока мачо не объявится сам, – сделала вывод Инна.

– Придется, – пробормотала Ольга, усаживая наевшегося Тюбика к себе на колени.

Долго ждать не пришлось – минут через десять все тот же официант начал медленно, с расстановкой приближаться к столику девушек. Было заметно, что парень довольно-таки сильно перетрусил во время последнего общения с посетительницами, но долг есть долг.

– Вам снова передали, – прошептал парень, ставя на стол два букета красных роз в вазочках голубоватого цвета.

– А от кого, можете раскрыть тайну? – спросила Ольга серьезным тоном.

Парень почему-то зажмурился, затем со страхом открыл глаза, бегло взглянул на Ольгу, снова зажмурился.

– Странный тип, – прокомментировала Ольга. – Долго будем в жмурки играть?

– Жмурки – это прятки, – поправила подругу Инна, – а то, что происходит сейчас с нашим мальчиком – нечто другое.

«Наш мальчик» испугался пуще прежнего, но с места не сдвинулся и рта не раскрыл. Наконец Ольге надоела эта свистопляска, она быстро поднялась и тряхнула официанта за плечи. Тюбик, тем временем, соскочил с ее колен и приземлился на пол, задорно тявкнув: видимо, он посчитал, что хозяйка решила немного поразвлечься.

– От кого цветы, признавайся? – грозно спросила Ольга.

– Десятый столик, – пробормотал официант, так и не открывая глаз.

– Спасибо. Свободен.

Быстро перебирая ножками, парень удалился.

– Красивые розы… – протянула Инна, – И ты только посмотри, какие мальчики сидят за десятым столиком!

Ольга оглянулась – мальчики кивнули ей и помахали руками. Ольга кивнула в ответ и мило улыбнулась – ей всегда было приятно, когда кто-то проявлял знаки внимания таким воспитанным и элегантным образом.

– Неплохие парни, – согласилась с подругой Ольга, – вот только судя по их внешнему виду, юноши едва ли перешли на третий курс института.

– А тебе что, нужны престарелые дедки? – грозно спросила Инна. – Мы с тобой, кажется, еще не бабки!

– Но нам и не по двадцать лет, согласись!

– Ольга, если молодые парни захотели с нами познакомиться, то я не против.

– Я тоже не против, только боюсь, что решение завязать знакомство было у них небескорыстным, – обломала подругу Ольга.

– Это еще почему? – не хотела сдаваться Инна.

– Глядя на то, во что мы одеты, а также на стоимость наших заказов, любой бы захотел завязать знакомство с мало того, что богатенькими, так еще и симпатичными девушками…

– Ольга, ты думаешь о том, что все люди корыстны и лживы. Открой глаза – в мире много добра! – увещевала Инна.

Тем временем, двое ребят уже направлялись к столику, за которым разместились подруги. Парни были высокими, стройными и красивыми – в общем, настоящие студенты, без забот, проблем, семей и детей.

– Девочки, можно нам припарковаться за вашим столиком? – спросил один из студентов.

– Стоянка платная, – загадочно пропела Ольга.

Инна недоуменно уставилась на подругу: что это с ней? Наверное, и правда на нервной почве у подруги начала барахлить крыша… Или это ее очередной розыгрыш?

– Мы так и поняли… – не менее загадочно, чем Ольга, протянули парни. – Может, пора отсюда сматываться?

– Куда? – опешила Инна.

– Куда хотите: гостиница, сауна, можно к Валере – он один живет.

– Значит, вашего друга зовут Валерой… – перешла на другую тему Ольга. – А как вас зовут?

– Гоша. Егор! А можно нам поинтересоваться вашими именами?

– Я – Ольга. Эта юная леди – Инна! – ответила Ольга и за себя, и за подругу.

– Очень приятно! Мы на вас, девочки, сразу внимание обратили, как только вы в ресторан зашли. Такие красивые, нарядные… А потом вы за этот столик сели, и мы решили, что непременно с вами познакомимся… – подмигнул Гоша.

Ольга не могла понять: почему парни ведут себя столь загадочным образом? И при чем здесь столик? Неужели несчастный четвероногий мог стать причиной их знакомства?

– Вы пока тут без меня посидите – я на секундочку! – Ольга подхватила Тюбика на руки и быстрым шагом пошла в сторону бара.

Заметив ее приближение, официант нервно забегал вокруг стойки.

– Ну прекрати уже, – с раздражением произнесла Ольга, – что, шуток не понимаешь?

– Каких? – тупо спросил парень.

– Простых! Я не сумасшедшая – просто настроение хорошее, – пояснила Ольга.

– Все вы так говорите… Конечно, кому охота, чтобы его в клинику забрали… – бормотал парень.

Ольга поняла, что переубедить его вряд ли удастся, поэтому решила перейти к делу:

– У меня к тебе одна просьба и один вопрос. Можно?

– Можно, – неуверенно произнес парень.

– Просьба: вот тебе Тюбик, выведи его, пожалуйста, на улицу – пусть в туалет сходит. Я заплачу, – дала приказание Ольга, протягивая щенка.

– Это собака, – устало произнес парень.

– Ясное дело, не табуретка! – Ольга начинала терять терпение.

– Это собака, – снова завел свою пластинку официант, – а вы говорите – тюбик.

Ах вон оно что! Парень просто не разобрался, что Тюбик – это кличка.

– Да, милый, это собака, – пустилась в объяснения Ольга, – а зовут его – Тюбик.

Стало заметно, что парень немного оживился и, видимо, приободрился. Наверное, он все-таки поверил во вменяемость Ольги.

– А что за вопрос вы хотели задать? – спросил он.

– Что это за столик, который мы заняли?

– Это… В общем… Ну, это обычный столик… Просто местные девочки частенько за ним обедают…

Ольга задумалась: какие местные девочки? При чем здесь они с Инной? Неужели парни перепутали их со своими подружками и теперь находятся в неведении? Тогда почему они интересовались их именами? Не понятно!

Тем временем официант продолжал:

– Я сначала тоже подумал, что вы из местных, просто новенькие… А потом понял, что нет – уж слишком одеты роскошно, да и собачка у вас видно, что породистая, дорогая… А когда вы заказ сделали, то вообще все сомнения развеялись!

После слов, сказанных в адрес Тюбика, Ольга почувствовала прилив гордости – ее питомца приняли за породистого пса, который даже способен поднять статус своей хозяйки в глазах окружающих. Но неясность, царившая в голове у Ольги, не была развеяна:

– Милый, – снова обратилась она к официанту, – скажи, пожалуйста, по-человечески: за каких таких местных ты нас принял?

– Ну… За девочек… Легкого поведения!

Вот как! Наконец-таки все стало по своим местам: их с Инной приняли за продажных женщин! Отличный поворот! Ольга даже не знала: смеяться или плакать. Затем решила, что слезы пролить еще возможностей хватит, а вот пошутить представился отличный случай.

– Спасибо, что разъяснил, – поблагодарила Ольга официанта. – Так что насчет Тюбика? Прогуляешься с ним?

– Конечно! – улыбнулся парень, подхватывая щенка на руки. – Через пятнадцать минут доставлю его в целости и сохранности.

– И еще… Рассчитай нас сейчас – не хочу расплачиваться при «клиентах», – попросила Ольга.

Официант быстро пощелкал на калькуляторе и протянул листик Ольге. Добавив к полученной сумме еще две тысячи чаевых в счет прогулки с Тюбиком, Ольга расплатилась с парнем и вернулась к своему столику, стараясь не попасться на глаза Андрея. Бросив мимолетный взгляд на несостоявшегося жениха, Ольга отметила, что домогания девицы практически достигли своей цели: Андрей уже спокойно реагировал на ее прикосновения.

Вернувшись за свой столик, Ольга обнаружила, что к их компании присоединился еще один парень: тот, который оставался в ожидании своих друзей. При появлении Ольги парень вскочил со стула, галантно поцеловал ей руку и представился:

– Геннадий!

– Ольга!

Гена отодвинул стул, усаживая Ольгу, затем присел сам.

– У меня предложение! – весело воскликнул он. – Давайте отсюда уйдем и где-нибудь покатаемся!

– Отличная идея! – ответила Ольга. – А что потом?

– Видно будет! – сказал Гоша.

– Ну вы же понимаете, что нам все-равно, как будет проходить наше время – главное, чтобы с оплатой все было в порядке, – произнесла Ольга, подмигивая Инне. Та кивнула в ответ – видимо, подруга поняла, что происходит.

Выходя из ресторана, Ольга постаралась, чтобы ее не заметил Андрей – все-таки он сидел недалеко от выхода. На улице она заметила официанта, увлеченно выгуливающего Тюбика. Ольга подошла к нему и тихо сказала:

– Дорогой мой, можно ли вас попросить об одном одолжении? Хорошо оплачиваемом, между прочим…

Официант приободрился и быстро закивал головой.

– Вот ключи от моей машины. Машина стоит около входа – черный БМВ. Вы умеете водить?

– Да, имеются права. Могу показать!

– Не стоит. Так вот: после окончания рабочего дня возьмите с собой Тюбика, сядьте в машину и пригоните ее по этому адресу, – сказала Ольга, протягивая бумажку с координатами своих пенатов. – Вот ключи от квартиры – чувствуйте себя там, как дома. Если не поленитесь – покормите Тюбика, в холодильнике полно еды. Обязательно дождитесь меня, хорошо? Гарантирую большое вознаграждение.

– Слушаюсь! – бодро ответил парень. – Только освобожусь я часов в десять вечера…

– Я тоже планирую вернуться к этому времени. Только меня вот что беспокоит: где будет Тюбик находится до конца вашего рабочего дня?

– За это не волнуйтесь – я его отнесу сейчас на наш внутренний дворик, там очень хорошо: травка, деревья…

– Вот и чудесно! Надеюсь, ты не заскучаешь, малыш? – спросила Ольга у Тюбика, поглаживая его по спине.

– Не заскучает! – ответил Официант вместо щенка. – У нас там две кошки проживают: Муська и Кузя, они его будут развлекать. Только, мадам, можно один вопрос?

– Да, конечно.

– А зачем вы собираетесь уезжать с этими парнями? Они ведь наверняка хотели просто снять девчонок на время и все! А вы ведь девушка состоятельная – сразу видно.

– У богатых свои причуды, – расплывчато пояснила Ольга.

На самом деле, она решила согласиться на поездку только для удовлетворения собственного самолюбия: раз Андрей так легко ее предал, то почему бы ей не сделать то же самое? Так за нее готовы даже платить!

– Ну, что? Поехали? – весело спросила Ольга, подходя к ждущей ее компании.

– Поехали! – ответил Валера, щелкая кнопкой сигнализации.

На нажатие кнопки отреагировала машина, стоявшая рядом с Ольгиной: это был какой-то китайский джип – в марках этих машин Ольга разбиралась плохо.

За руль сел Валера, рядом с ним – Гоша. На заднее сиденье, к девушкам, примостился Гена.

– А вы водить умеете, девчонки? – поинтересовался с переднего сиденья Гоша.

– Нет, – честно призналась Инна.

– А кстати, почему ты до сих пор без прав? – запоздало удивилась Ольга. – В наше время без машины трудно…

– Я пыталась научиться рулить, – объясняла теперь Инна, – только ни к чему это не привело: как сяду за руль, так сразу поджилки трястись начинают. Боюсь я, и все тут!

Да уж… Вот так общаешься с человеком, общаешься, а в итоге понимаешь, что ничего о нем не знал и не знаешь. Даже о страхах его не догадывался… Ольге стало стыдно за свою невнимательность.

– А вы умеете водить? – спросил Валера, обращаясь к Ольге.

– Да, немного… Права купила себе в прошлом году…

– А машина есть?

– Есть.

– А какая?

– БМВ, – ответила Ольга, посмеиваясь.

Парни дружно расхохотались.

– Хочешь за руль сесть? – спросил Валера, переходя на «ты». – Посмотришь, как джипом управлять.

– Хочу! – ответила Ольга, изображая телячий восторг.

Валера выехал с шумных улиц на более или менее пустую дорогу, вышел из машины, освобождая место для Ольги. Затем согнал с переднего кресла Гошу, а сам занял его место.

– Ну, что? Поехали?

– Поехали! – отозвалась Ольга, пристегиваясь ремнем безопасности.

Она умела водить джип не хуже, чем легковушку – у ее второго мужа, Джорджа, был огромных размеров джип,  к которому страшно было даже приближаться. Джордж запрещал Ольге садиться за руль этого монстра, но в отсутствие мужа дорога была открыта – катайся, сколько хочешь. Этим-то Ольга и пользовалась: поэтому теперь джип Валеры не представлял из себя ничего пугающего.

Через две минуты машина летела по улицам города с пугающей скоростью. Сначала Валера пытался остановить Ольгу, но затем понял, что ничего страшного не происходит: Ольга ловко маневрировала, во время переключала скорости, уверенно обгоняла ползущие легковушки.

– Ничего себе «купила права в прошлом году», – бормотал на заднем сиденье Гоша. – А как же ты будешь водить лет через пять?

– Да пошутила я насчет прошлого года! – улыбнулась Ольга. – Десять лет уже за рулем.

Парни переглянулись:

– А сколько тогда тебе сейчас лет? – спросили почти хором Гоша и Гена.

– Двадцать семь!

– Ровесница моя! – обрадовался Валера. – А мы-то подумали, что вы молоденькие совсем!

Теперь пришла очередь удивляться подругам:

– Так мы тоже подумали, что вы студенты, – призналась Инна. – А ну признавайтесь, какого года рождения?

– Мне двадцать восемь, – сказал Гена.

– Мне тоже, – улыбнулся Гоша.

– Мы вместе в институте учились! – пояснил Валера. – А теперь работаем вместе!

– Мы тоже! – воскликнула Инна. – В смысле, в институте вместе учились. А работаем в разных местах.

Друзья снова переглянулись:

– Что-то незаметно, что вы в разных местах работаете, – изрек Гоша.

Ольга поняла, что пора признаваться: никакие они не продажные женщины, а обычные девушки, решившие сходить в ресторанчик и попавшие, сами того не желая, в такую ситуацию.

– Ребята, давайте-ка я вам кое-что объясню…

Следующие полчаса ушли на то, чтобы все разъяснить, а затем всем вместе посмеяться над сложившейся ситуацией.

– А мы-то подумали: такие девочки молоденькие, красивые, свежие, а уже такой работой занимаются… – рассказывал теперь Валера. – Мы часто в этот ресторан забегаем – работаем недалеко, вот и приметили, что за посетители садятся за этот столик.

– Вот и решили: может, поговорим с дурочками, объясним все, работу приличную предложим… – пояснял Гена.

– А вы, оказывается, пошутить решили! – добавил Гоша.

– А что за работу предложить хотели? – поинтересовалась Ольга.

– Нам с Геной секретари нужны – наши-то Света с Диной в декрет ушли. Обе сразу!

– Жены это их, – пояснил Валера.

– Я точно не могу, – ответила Инна, – а вот Ольгу, может быть, уломаете.

– А чем ваша фирма занимается? Что в обязанности секретаря входит? – полюбопытствовала ради приличия Ольга, хотя заранее знала, что работать она не пойдет.

– У нас своя швейная фабрика, а секретарь сидит на телефоне и записывает время, когда  с клиентом надо встретиться, – пояснил Валера.

– В общем, работа непыльная, – добавил Гена.

– А зарплата приличная! – подытожил Гоша.

– Спасибо, что объяснили, но я девушка ленивая, к труду неприученная…

– Давайте все-таки телефонами обменяемся – вдруг передумаете… – попросил Валера.

Глава 22.

Ровно в десять часов вечера Ольга была дома. Не успела она толком переодеться и умыться, как  в дверь позвонили – это был официант, улыбающийся молодой парень из кафешки, где они отдыхали с Инной. На руках молодой человек держал Тюбика, весело помахивающего хвостом.

– Приятно иметь дело с пунктуальными людьми, – улыбнулась Ольга, пропуская парня в квартиру, – кстати, может скажешь, как тебя зовут?

– Скажу, – гость снова улыбнулся, – Сергей!

– Очень приятно! Меня зовут Ольга.

– Я знаю – вас так подруга называла, а я услышал.

– У меня предложение: Сергей, давай перейдем с тобой на «ты», а то я как-то неловко себя чувствую! Вроде, и разница в возрасте у нас не очень большая, и пределы места твоей работы мы покинули…

Сергей явно обрадовался предложению. Он вздохнул с облегчением и наконец-таки отпустил Тюбика. Щенок, в свою очередь, сразу же помчался на кухню.

– Давай хоть чаю выпьем? – предложила Ольга, подталкивая своего гостя вслед за Тюбиком. – А заодно и рассчитаемся с тобой!

– Да не надо никакого расчета, мне не составило труда помочь тебе, даже наоборот – было очень приятно оказать услугу такой симпатичной девушке!

Хоть комплимент и был явно примитивным, Ольге стало приятно: невольно она почувствовала что-то вроде симпатии к человеку, который не давал ей погрузиться в мрачные мысли.  А мрачные мысли с легкостью могли возникнуть: шел уже одиннадцатый час ночи, а от Андрея не было ни слуху ни духу. «Явно развлекается с этой чернявой девицей, – думала Ольга. – Ну и пусть! Я тоже не скучаю в одиночестве!»

– Сергей, а давай выпьем – за знакомство! У меня есть отличный коньяк…

– Давай! Тем более что завтра у меня выходной – так что, можно расслабиться.

Через полчаса совместного распития спиртных напитков Ольга произнесла тост «на брудершафт» и громко чмокнула Сергея в губы. Парень не сопротивлялся – в общем, начало было положено. Рассмотрев нового знакомого получше, Ольга пришла к выводу, что парень очень даже ничего – симпатичные черты лица, густые волосы – в общем, внешность довольно привлекательная, да и собеседник неплохой! Неожиданно Ольга пришла к выводу, что Сергей напоминает ей одного старого знакомого, общение с которым прекратилось еще десять лет назад. «Как же он на него похож! – с запоздалым изумлением подумала Ольга. – Такие же волосы, губы… Хотя, наверное, Ваня теперь выглядит совершенно иначе, все-таки десять лет не проходят так просто ни для кого… Десять лет… А я все еще не могу его забыть… Единственного мужчину, которого по-настоящему любила!»

Тогда еще Ольга жила в Астрахани и училась в школе – шла последняя неделя десятого класса. Вереди маячил трудный учебный год, неотвратимо ведущий к выпускным экзаменам, поэтому каникулы перед началом  года следовало провести с пользой. Никакой подготовкой к предстоящим трудностям заниматься не хотелось – шестнадцатилетнюю Ольгу тянуло на дискотеки, прогулки, свидания… Тем более что раньше она никогда себе этого не позволяла.

– Оля, что с тобой? – недоумевали родители, глядя на поменявшуюся так неожиданно дочь.

– Ничего! Просто надоело быть белой вороной: постоянно думать об учебе, выделяться среди одноклассников! Захотелось и мне отдохнуть, погулять, наконец-таки! – заявила Оля.

Ни к чему хорошему эти желания не привели – нет, Ольга не начала спиваться или употреблять наркотики, не ввязалась в хулиганские разборки… Она реально смотрела на общество, которое существует вокруг нее, на людей, которые ее окружают… Тем более что у нее имелось достаточно друзей вне школы, которые знали эту жизнь лучше многих ее одногодок, но, тем не менее, относились к Ольге с каким-то обожанием. Уж неизвестно почему, но именно уличные подростки поддерживали Ольгу, общались с ней, в отличие от одноклассников, на равных. Позже опыт общения с уличной молодежью не раз помогал в жизни: ведь, как известно, больше требуется именно такой опыт, нежели тепличные условия.

Ольге очень нравился один мальчик из ее «уличного» окружения, но, к сожалению, парень все не решался начать роман с девушкой, которую он считал подругой, или же ему просто некогда было заниматься такими глупостями, но как бы там ни было, любовь Ольги осталась неразделенной. Как раз в этот период страданий Ольга познакомилась с другим парнем. Никогда бы она не подумала, что со временем сможет в него влюбиться: настоящий хулиган, любитель выпить, несерьезный и совершено не ценящий ее, как личность. Но, как говорится, любовь зла. Ольга совершенно забыла о своей предыдущей любви и бросилась в бушующее море страстей с новым кавалером. Но «кавалером» парень оказался только в течение первого месяца отношений. Слишком поздно Ольга стала замечать, что прекратились признания в любви, звонки по телефону – теперь все было иначе: приходилось самой напрашиваться на встречи, одной возвращаться домой по пустынным улицам… Не раз «кавалер» занимал деньги, придумывая очередные вынужденные обстоятельства, не раз оскорблял Ольгу ни за что ни про что. Но шестнадцатилетняя девушка ничего не осознавала: это был ее первый настоящий роман, поговорить о котором, в общем-то, было не с кем. С родителями обсудить это не представлялось возможным из-за отсутствия близких душевных отношений, подруг не имелось, а многочисленные друзья не могли толком объяснить, что парень, с которым Ольга встречается, настоящий подонок.

Не будучи умудренной хоть каким бы то ни было опытом общения с парнями как с «кавалерами», Ольга всеми силами пыталась удержать своего возлюбленного. Но оказалось, что овчинка выделки не стоила. В общем, наступив на горло всем принципам морали и вообще представлениям о порядочности, Ольга переспала с мерзавцем, наивно полагая, что отношения после этого наладятся. Разумеется, ожидания не оправдались: мало того, что Ольга почти потеряла уважение к себе, так еще и «возлюбленный» посчитал, что теперь девушку можно «пустить по кругу». Он ошибся. Ольга сразу поняла, к чему шло дело, когда ее любимый вышел из комнаты, где они находились втроем с его другом, а друг незамедлительно начал к ней приставать. Ольга тут же вышла следом за парнем, подошла к нему вплотную и, уставившись немигающим взглядом в его ухмыляющуюся физиономию, произнесла:

– Между нами все кончено, прощай.

Фраза была банальной, но далась она с большим трудом. Позже Ольга ни раз хвалила себя за то, что нашла в себе силы оборвать эти отношения, несущие за собой только унижения и грязь.

Кстати, примерно через полгода парень понял, что потерял достойного человека, и не раз пытался вернуть Ольгу. Разумеется, ничего не удалось, хотя девушка и не таила ни на что обид. Нет, Ольга не отказывалась встретиться с бывшим кавалером, но дальше дружеских разговоров о жизни ничего не допускала. Но это было только через полгода после расставания.

Вспоминать, как тяжело далась разлука, даже сейчас было неприятно. Ольга плакала вечерами в подушку, а ближе к ночи уходила из дома – развеять гнетущее состояние и съедающую заживо тоску. Она ненавидела себя за то, что вступила в близкие отношения, что ради какого-то мерзавца отказалась от собственных принципов… Но, говорят, что человеку даются только те испытания, которые он способен перенести.

Через какое-то время Ольга познакомилась с Ваней – совершенно случайно он оказался в одной компании с ее давнишним знакомым. Ваня был полной противоположностью всех тех стереотипов, которые сложились у Ольги после отношений с ее первым парнем. Он напомнил то, что было утеряно и позабыто в борьбе за жизнь: первую любовь, чистые отношения, чувства, которые наполняли существо радостью… В общем, Ольга поняла: ей просто необходим этот человек, необходим, как воздух, как сама жизнь…

Ваня любил ее безумно, но любят все по-разному. Ольга устраивала истерики, когда парень не ревновал ее в очевидных ситуациях, обижалась за то, что игнорировал ее выходки. Как же она ошибалась, полагая, что он просто равнодушен к ней! В силу своего возраста, Ольга не могла оценить того отношения, которое получала от Вани. Он буквально носил ее на руках, дарил подарки, не спорил и не шел наперекор ее мнению – а она, дурочка, воспринимала все это как равнодушие.

– Ну почему ты молчишь? – нападала в очередной раз Ольга. – Я же только что общалась с парнем по телефону!

– И что я должен делать? – спокойно отвечал Ваня.

– Как что? Как это что??? Тебя не интересует, кто мне звонит, с кем я провела вечер? Тебя это не беспокоит?

– Оля, я доверяю тебе. Ты встречаешься со мной – значит, тебе нужен я. Почему я должен в чем-то тебя ограничивать?

Ольга не могла понять такой реакции: она и подумать не могла, что за внешней оболочкой спокойствия скрывается постоянная борьба. Ваня не хотел упрекать свою любимую, устраивать ей сцен ревности – он боялся, что она просто-напросто развернется и уйдет. А это было бы для него значительно хуже, чем мучившая постоянно ревность.

Но, как в свою очередь просчиталась в своей теории Ольга в отношении предыдущего романа, так и Ваня не правильно видел ситуацию. Вспыльчивая натура Ольги, ее неудержимый характер взяли верх: в один из таких дней, когда она снова пыталась вызвать ревность Вани, а он продолжал играть в молчанку, Ольга не выдержала и поставила в отношениях точку. «Он равнодушен ко мне, – прискорбно констатировала девушка, – а я не хочу быть с человеком, который меня не любит. Лучше перестрадаю сама, но буду с тем, кому я нужна».

Только выйдя замуж за Игоря, Ольга узнала, какие чувства на самом деле к ней испытывал Ваня. Как-то раз, приехав навестить родителей, она встретила Ивана в городе. Ей тогда был двадцать один год, а ему двадцать. Игорь уехал наводить справки о возможной транспортировке автомобилей из Астрахани (он тогда только начинал свой бизнес), а Ольга решила поужинать со случайно встреченным Ваней. Разговорившись, она поняла, какую ошибку совершила три года назад.

– Я любил тебя, – впервые в жизни признался парень, – больше всего на свете любил… Знаешь, а я ведь так и не понял до конца: почему мы расстались. Вроде, все твои капризы выполнял, ничего не требовал от тебя, а ты так раз и говоришь: «Ну все, хватит. Расстаемся».

Ольга тогда опешила: она смотрела на сидящего перед ней Ваню широко раскрытыми глазами и не могла произнести ни слова. Какая же она была дура! Не замечала очевидных вещей! И что теперь делать?  Неожиданно, Ольга поняла, что из-за своей слепоты сама разрушила себе жизнь: назад дороги не было, хотя и стало совершенно понятно, что чувства еще не остыли. Словно прочитав ее мысли, Ваня произнес:

– Я рад, что ты приехала. Я всегда был рад, когда видел тебя: на дискотеках, в кругу знакомых или просто встречал на улице. И я ужасно расстроился, когда узнал о твоем решении уехать учиться в Москву… А после того, как ты вышла замуж… Ну да ладно. Давай просто выпьем за встречу!

Ольга не выдержала: она разрыдалась прямо так, не переставая смотреть в глаза сидящему напротив Ване. Впервые за три года она поняла: не нужно было так торопиться с решением уехать, не нужно было крутить романы направо и налево, а затем также необдуманно выходить замуж… Да ненужно было вообще расставаться с ним!

– Как с мужем живете? Все хорошо? – полюбопытствовал тем временем Ваня. – Не ссоритесь?

– Все нормально, – пролепетала Ольга. – И с сыном все хорошо, и с учебой тоже…

– Да, мне твои родители говорили, что у тебя сын растет – Виктор. Когда ты его успела родить? Вроде замуж только год назад вышла…

– И сына год назад родила – поэтому и замуж выскочила.

– А кто отец у Витьки твоего? Знакомые говорили, что Игорь ему отчим…

– Правильно говорили. Только об отцовстве я не хочу заводить тему, – оборвала Ольга дальнейшие расспросы.

– Лучше бы в Астрахань вернулась… Я ждал тебя.

Ольга налила себе еще пятьдесят грамм коньяка и выпила залпом. Затем резко произнесла:

– Лучше бы ты сейчас сказал, что не любил меня никогда, и не ждал… Лучше бы я так и думала, что ты равнодушен ко мне – так проще было бы жить дальше…

Она долго плакала – почти до прихода Игоря. А Ваня так ничего и не говорил: не утешал, не просил прощения… Ничего! Как и три года назад… Когда вернулся Игорь, Ольга представила ему Ваню:

– Знакомься, мой дорогой, друг детства, а точнее, юности, Иван!

Игорю было тогда двадцать три года, поэтому он с неким снисхождением пожал руку двадцатилетнему Ване и постарался поскорее проводить гостя.

Сейчас Ольга сидела напротив Сергея и всматривалась в его лицо:

– Ты очень на него похож, только… Улыбаешься чаще! – проговорила она.

Сергей улыбнулся, будто в подтверждение ее слов:

– У меня жизнь более веселая, видимо!

– Да у Вани тоже все хорошо сложилось – у него теперь своя фирма по ремонту компьютеров и вычислительных машин, живет, как сыр в масле катается! Но улыбается все-равно редко…

– Так ты с ним все еще общаешься?

– Последний раз виделись полгода назад – я к родителям приезжала.

– Кстати, а где же твой Игорь? – удивился Сергей. – Вроде времени много, а мужа дома нет!

Пришлось рассказывать всю эпопею: начиная с француза Джорджа и заканчивая смертью Игоря и дальнейшим знакомством с Андреем.

– Ничего себе! – шокировано произнес Сергей, слушая историю об исчезновении Игоря. – А что же ты в Астрахань не вернулась – ведь знала же, что Ваня тебя все еще любит…

– Это легко рассуждать о любви, не пытаясь соединить ее с реальностью. А ты представь только: прошли годы после нашего романа, мы тогда были детьми, а теперь уже взрослые люди. Когда погиб Игорь мне было двадцать три года, а Ване, значит, двадцать два. Конечно, это не так уж много, но у меня уже был сын Витя, да и Ваня встречался тогда с какой-то девушкой.

Ольга замолчала и задумалась: а что если действительно стоило попробовать? Вдруг то была настоящая любовь – одна и на всю жизнь? Ведь она до сих пор вспоминает Ваню с каким-то мифическим трепетом… Да и полгода назад, когда они виделись в последний раз… Он ведь так и не женился! А ведь ему уже двадцать шесть лет. А, может, любовь и правда вечна? Только не просто любовь, а истинная, настоящая…

Сергей налил еще по пятьдесят грамм коньяка и произнес тост:

– За любовь!

– За любовь! – ответила Ольга, невольно сравнивая Ваню с Сергеем.

Время летело совершенно незаметно, и когда в дверь позвонили, часы показывали полночь. Сергей уже собирался уходить.

– Ну вот, наверное, пришел Андрей, – пробормотала полупьяная Ольга. – Пойдем, я открою ему, а заодно провожу тебя. Такси уже ждет внизу – только что звонил диспетчер.

Как и предполагала Ольга, на пороге стоял Андрей и недоуменно смотрел на выходящего Сергея. Предупреждающим жестом Ольга остановила возможный скандал и произнесла:

– Попрошу обойтись без выяснения отношений, мой дорогой Андрюша, потому что силы тебе еще понадобятся – у меня накопилось много вопросов, на которые ты мне непременно ответишь!

Андрей недоуменно отступил перед покачивающимся после приличной дозы коньяка Сергеем и, выпустив его из квартиры, сам вошел в коридор.

– Пока, Сергей! Надеюсь, мы еще увидимся, – крикнула вслед уходящему гостю Ольга. – А вот с тобой… А вот с тобой сейчас будет долгий разговор! – эти слова относились уже к Андрею.

– Интересно послушать! – с иронией ответил он.

– Где ты провел этот вечер? – с места в карьер бросилась Ольга.

– О, это долгая история, но пойдем выпьем чаю и я все тебе расскажу! – спокойно ответил Андрей.

Через полчаса Ольга упрекала себя за то, что привыкла делать скоропостижные выводы. Кроме того, ее еще и начала мучить совесть: вместо того, что отблагодарить Андрея за те усилия, которые он прилагает для раскрытия порученного ею задания, она, Ольга, еще и пыталась ему отомстить.

– Андрей, ну я же не знала, что эта девица – внучка Гришановой, и встретился ты с нею исключительно по делу!

– Вот теперь узнала, – глубокомысленно изрек Андрей. – Только как ты прикажешь воспринимать твои интимные отношения с этим Сергеем?

Следующие полчаса ушли, чтобы убедить Андрея в том, что никаких интимных отношений нет. Наконец-таки, расставив все по местам и выяснив все, что касалось их двоих, Андрей с Ольгой перешли к делу, а именно – к составлению дальнейшего плана расследования.

– Что мы имеем? – вопрошала Ольга. – А вот что: неблагополучную семью сына Гришановой, Дмитрия. Дима разведен с супругой, проживает в Обухове, а его дочь – Злата – лечится в клинике для наркоманов. Ты выяснил, что Злата была знакома с Татьяной – дочерью Симонович, и даже знала об их дальнем родстве. Также стало известно, что Таня рассказывала подруге о разговоре, услышанном однажды ночью. Из разговора удалось понять, что Инна как-то связалась с поставкой наркотиков, и одной из помощниц Инны являлась некая Светлана…

– Молодец! – похвалил Андрей. – Ты отлично умеешь излагать факты! Может, взять тебя к себе на работу?

– Ну почему все пытаются отправить меня на трудовое поприще? – задала Ольга риторический вопрос.

– Кто все? – сразу же насторожился Андрей.

– Да так… – промямлила Ольга. – Инна вот пыталась недавно пристроить меня на работу, теперь ты…

– Инна, говоришь… – недоверчиво косился Андрей. – Ну, Инна пусть пытается. Лишь бы не этот твой Сергей!

– А чем тебе Сергей так не понравился? Говорю же – однокурсник он мой, не виделись больше пяти лет… – приходилось врать и изворачиваться на каждом шагу. Ну не рассказывать же Андрею о том, как ее, Ольгу, приняли за продажную женщину трое парней, а затем она с этими парнями уехала кататься на джипе, оставив Тюбика на попечение официанта.

– Ну однокурсник так однокурсник… – сдался Андрей. – Поехали дальше – ты очень хорошо излагала суть того, что нам удалось выяснить, так что продолжай.

– Так вот, это что касается семьи Дмитрия. Теперь о Романе: нужно встретиться с ним, с его женой Оксаной и их детьми, причем с каждым по отдельности, – рассуждала Ольга, – чтобы выслушать мнения до того, как они успеют рассказать друг другу о нашем интересе к их семейству.

– Правильно мыслишь! – снова похвалил Андрей. – А что мы будем делать с информацией, которую удалось получить тебе? Все-таки мы узнали теперь, что ты – потомок Тришина.

– Это не меняет дело. За драгоценностями я все-равно не очень-то рвалась последнее время, а теперь и подавно – главное, выяснить точно: кто отравил Игоря, подстроил взрыв газа в квартире Симонович и где сейчас скрывается Инна, которая непременно имеет отношение к происходящему…

– Мало того, что она имеет ко всему отношение, скорее всего, именно она все это и затеяла, – подвел итог Андрей.

– Да уж, заварила девица кашу… Кстати, я совершенно уверенна, что Инна Симонович находится в Москве, просто не желает выдавать свое месторасположение.

– Мне тоже так кажется. Если мы идем по правильному следу, и именно Инна взорвала квартиру своих родственников, то она должна присутствовать в городе.

– Андрей… – Ольга все-таки решила перейти на другую тему разговора, – скажи мне, у тебя ничего нет с этой Златой? Конечно, я понимаю, что ты занимаешься расследованием, а Злата – свидетель, но все же… Она красивая молодая девушка, и, как ты сообщил, одинокая… Тем более, я видела, как она на тебя смотрела в ресторанчике. Она ведь влюбилась в тебя – это сразу видно!

– Ты ревнуешь? – сделал вывод Андрей.

– А если и так, что в этом плохого?

– Ничего! Даже наоборот – мне очень приятно знать, что я тебе небезразличен!

– Если человек не ревнует, или ты не видишь, что он ревнует, это не значит, что он равнодушен к тебе… – задумчиво произнесла Ольга, вспоминая недавний разговор с Сергеем.

Андрей пожал плечами, давая понять, что о таких вещах он не задумывался.

– Малышка, я люблю тебя. И это правда. А Злата, кстати, и правда симпатичная девушка, меня не интересует. И никакая другая девушка меня интересовать не будет, пока ты рядом со мной.

Андрей обнял Ольгу за плечи, погладил по голове, как маленькую девочку.

– Не трогай волосы, – попросила Ольга. – Меня это почему-то раздражает.

Андрей понимающе кивнул – видимо, в его привычках тоже было что-то подобное.

Глава 23.

На удивление, проснувшаяся в обед Ольга не почувствовала ни малейших признаков похмелья, хотя вчера приняла изрядную дозу коньяка в компании официанта Сергея. Андрей тоже недоумевал этому факту:

– Где же ты так научилась пить, моя дорогая?

На расспросы Андрея Ольга пожимала плечами и загадочно улыбалась. Она и сама не знала, почему коньяк не подействовал на ее организм. Может, она слишком часто пьет? Нет – нет, многие пьют еще больше… Ну вот, начались оправдания настоящего алкоголика. Пора завязывать со спиртным.

– Андрей, давай определимся: как быть дальше…

– Что ты имеешь ввиду?

– Гришановых.

Андрей облегченно вздохнул:

– А, ты об этом…

– А ты думал о чем?

– Я думал… Да ладно… Это неважно…

– Нет, важно!

– Оля, я думал, что ты о наших отношениях.

– А что с нашими отношениями? – Ольга сделала недоумевающий вид, хотя сама прекрасно поняла, о чем сейчас будет идти речь.

– Со Златой мы все выяснили. Но вот с Сергеем… Что-то мне не верится, что он твой однокурсник…

– Это еще почему?

– Соседка сказала, что видела, как в десять часов к тебе поднялся молодой человек с Тюбиком на руках…

– Как же она могла это видеть? Вернее, откуда она узнала, что молодой человек направляется именно ко мне? – недоумевала Ольга. – Тетя Катя живет на этаж ниже меня…

Андрей ухмыльнулся:

– Сначала она его увидела, а затем услышала, как он позвонил в твою дверь, и ты ему открыла.

Вот это тетя Катя! Настоящий Шерлок Холмс! Это же надо – ничего не проходит мимо нее незаметно.

– Андрей, что удивительного в том, что Сергей вернулся с Тюбиком? Я просто попросила его прогуляться с моим щенком… Он вышел на десять минут, а затем, когда уже возвращался, был замечен тетей Катей.

– Ладно, Ольга… Даже если ты сейчас лжешь, все-равно мне приятно – ты хотя бы пытаешься оправдаться передо мной…

– Вовсе я не оправдываюсь! – Ольга вскочила с дивана и забегала по комнате. – Зачем мне оправдываться, если я не сделала ничего плохого? И вообще, давай закончим этот дурацкий разговор и перейдем, наконец-таки, к делу!

– Давай, – смиренно ответил Андрей.

– Как мы поступим с семьей Романа Гришанова? Есть ли смысл копать в этом направлении?

Андрей молчал, механически покачивая головой из стороны в сторону.

– Андрей! Я с тобой разговариваю!

– Что?

Ольга не на шутку разозлилась.

– В общем так, мой дорогой, если ты передумал помогать мне – пожалуйста, прячься в кусты. Только не оставляй мне тогда надежду на то, что у меня есть помощник!

– Оля, я вовсе не собираюсь прятаться в кусты. Более того, я советую тебе отойти в сторону. Я сам разберусь во всем, и мне будет значительно спокойнее, если я буду уверен в твоей безопасности, буду уверен, что ты занимаешься в данный момент обычными житейскими вопросами, а не бегаешь по городу в поисках опасной истины. Если ты не хочешь слушать меня, то вспомни слова своего деда о том, что это драгоценности не несут ничего, кроме зла. Вспомни, что ты пообещала ему не вмешиваться в гонку за сокровищами.

– А я и не вмешиваюсь! Мне не нужно это золото! – здесь Ольга немного покривила душой. Ей очень хотелось самой прикоснуться к этим драгоценностям, окутанным такой тайной, подержать их в руках, примерить кольца и браслеты, которые стали причиной бесконечных конфликтов и кровопролитий.

– Тогда зачем ты пытаешься распутать это дело? – недоумевал Андрей.

– Ты правильно выразился: распутать это дело! Именно распутать, потому что все слишком сильно закрутилось. Причем, заметь, крутится все вокруг моей семьи…

– Если бы ты не узнала о том, что являешься потомком Тришина… – начал, было, Андрей, но затем остановился. – Да ладно, Ольга, поступай, как знаешь. Только об одном тебя попрошу: обо всем, что ты соберешься предпринять, говори мне. И вообще, давай вместе решать: что, куда и как. Договорились?

– Договорились, – примирительно ответила Ольга. – Да я, в общем-то, и не собиралась что-то от тебя скрывать… С самого начала этого разговора пыталась поднять тему о нашем дальнейшем расследовании.

– Ладно, давай к делу. Как я успел тебе вчера рассказать, у Гришановой есть трое детей: дочь и два сына. Дочь живет в Америке, причем уже давно, поэтому на ее кандидатуре долго задерживаться не будем. Что касается сыновей… Вчера я побеседовал с Дмитрием и его дочерью, Златой, которую ты благополучно приняла за мою любовницу…

– Хватит об этом, – пресекла дальнейшие укоры в свой адрес Ольга. – Давай дальше: кратко и по делу!

– Так вот, осталось встретиться с бывшей супругой Дмитрия – ее адрес у меня имеется – и с четой Романа Гришанова, – отчитался Андрей.

– Кто чем займется? – деловито поинтересовалась Ольга.

– Давай так: с супругой Дмитрия встречусь я, затем навещу чету Романа, когда дома не будет их сына, а ты, тем временем, перехватишь Гришанова младшего!

– План хороший, но есть заминка. Где я смогу перехватить сына Романа?

– Это не проблема! Ты пока собирайся, а я убегаю. Через полчаса, максимум через час, я скажу тебе, где ты сможешь встретиться с Гришановым – младшим. Договорились?

– Договорились.

Выпив чаю и наспех закусив бутербродами, Андрей убежал.

– Эх, Тюбик, Тюбик… А что бы нам с тобой перекусить? – задала Ольга риторический вопрос.

Тюбик обрадовано замахал хвостом в предвкушении завтрака.

– Ну ничего, сейчас что-нибудь съедим, а максимум через неделю ты узнаешь, что такое настоящая вкусная и полезная пища!

Ольга и сама в предвкушении блюд, приготовленных умелыми руками Нины Федоровны, проглотила слюну.

Кое-как позавтракав оставшимися в холодильнике продуктами, Ольга отправилась в спальню, Тюбик побежал следом. «Что же надеть?» – думала Ольга. Вопрос был действительно актуальным: судя по погоде, разыгравшейся на улице, к выбору одежды следовало подойти более тщательно.

Ветер дул порывисто, пронося по небу тучи с пугающей скоростью. Казалось, вот-вот, и разразится настоящий ураган. Но дождя не было – лишь отдельные капли срывались на землю, раскидывая пыль в стороны. «Неужели снова пойдет дождь? – думала Ольга, пытаясь найти зонтик. – Не очень-то похоже на начало весны…»

– Ну что, Тюбик, останешься дома? Не брать же тебя с собой по такой погоде? – произнесла она вслух.

Видимо, щенок понял, о чем ему говорили – он покорно отправился в зал и забрался на диван в предвкушении спокойного сна. Тем временем, Ольга пришла к выводу, что ничего лучше джинсов и свитера в такую погоду не придумать. Не успела она одеться, как зазвонил мобильный телефон.

– Ну что? Готова к боевым действиям? – проговорила трубка голосом Андрея.

– Что узнал? – вопросом на вопрос ответила Ольга.

– В общем так: через полчаса Руслан, сын Гришанова Романа, появится в бюро по трудоустройству. Сколько он там пробудет и как с ним познакомиться – мне неизвестно.

– Ну это уже и не твоя забота, – успокоила Андрея Ольга. – Как же тебе удалось разузнать, где будет Руслан через полчаса?

– Это не важно. И вообще, не интересуйся тем, что в общем-то, знать не обязательно. Твоя основная задача – разузнать как можно больше о том, какие отношения были у Романа с семьей Симонович и были ли эти отношения вообще. Да и о его родственных чувствах к двоюродной сестре тоже было бы неплохо поинтересоваться.

– Андрей, я сама знаю, что следует выяснить. Кстати, хотелось бы посоветовать тебе тоже заняться делом, а не гулять с возможными подозреваемыми по ресторанам…

– Если ты снова о Злате… – начал заводиться Андрей.

– Ладно, не злись. Просто давай каждый будет думать за себя, а не распаляться на то, чтобы дать больше советов другому, договорились?

– Договорились.

На этой дружелюбной ноте разговор закончился, и Ольга торопливо направилась к машине.

Не прошло и пятнадцати минут, как она припарковалась у входа в бюро по трудоустройству. Стараясь не привлекать к себе особого внимания, Ольга вошла внутрь и присела на стул около двери в кабинет. Никакой очереди не было, да и вообще людей в коридорах здания не наблюдалось. «Вот и хорошо, – подумала Ольга, – хоть не перепутаю этого Руслана ни с кем другим». Еще через какое-то непродолжительное время появился и сам парень.

– Вы сюда? – спросил он, указывая на дверь.

– Нет-нет, – живо закивала Ольга.

Руслан вошел в кабинет. То, что это именно он, Ольга поняла уже через минуту: она прислонилась к двери и четко услышала, как парень назвал свою фамилию и имя. Остальное ее не интересовало.

Еще через какое-то время Руслан вышел из кабинета, бормоча что-то невнятное.

– Молодой человек, можно с вами переговорить? – спросила Ольга, приподнимаясь со стула.

– Что вы хотели?

– Это долгий разговор, и мне не хотелось бы, чтобы нас слышали.

Парень на секунду замешкался, было заметно, что он занервничал.

– Не переживайте вы так, я не маньяк-убийца, и даже не грабитель! – попыталась успокоить парня Ольга.

– Я знаю, кто вы, – неожиданно произнес Руслан.

Ольга удивилась, но виду не показала.

– Вот и хорошо, что знаете. Тогда тем более, не стоит волноваться. – После небольшой паузы она добавила:

– Пройдемте в машину.

Руслан больше не пытался сопротивляться: он нетвердой походкой зашагал вслед за Ольгой.

Усевшись на переднее сиденье БМВ, Руслан, наконец-таки, выдавил:

– Видимо, неплохо зарабатывают в вашей службе, раз можете позволить себе такие дорогие тачки.  Как вы там называетесь? Организация по борьбе с наркотиками? Просто ФСБ? Или вы всего лишь нанятый папашей доктор очередной клиники?

Ольга молчала: хорошо, когда собеседник из-за своей глупости выбалтывает всю информацию без всяких ухищрений со стороны. Вот и сейчас Руслан бормотал что-то невнятное, но вполне реальное. Ольга даже начала понимать, о чем он говорит.

– Ладно, хватит предположений, – наконец-таки она прервала собеседника, – я не та, за кого ты меня принял.

Руслан осекся.

– А кто вы?

– Просто работодатель. Но, судя по твоему монологу, я ошиблась адресом – наркоманы нам не нужны.

– Подождите, – взмолился Руслан. – Я не наркоман, честное слово! Я вообще наркотики в глаза не видел!

Ольга присмотрелась к парню – зрачки расширены, синева по всему лицу, да уж, не наркоман он! Такие вещи Ольга понимала за версту, но решила подыграть Руслану.

– Ладно, вижу, что ты нормальный здоровый парень. Только вот зачем ты всю эту чушь нес о клиниках, милиции?

– Да это все отец мой виноват – выставляет меня конченым человеком, по врачам затаскал уже…

– А с чего это он? Неужели просто так?

Руслан молчал. Видя, что собеседника следует разговорить, Ольга произнесла загадочным голосом:

– Знаешь, я все это спрашиваю не из праздного любопытства. Наша фирма занимается сейчас набором кадров для расширения дальнейшего производства – вот и отправили меня в центр занятости населения в поисках толковых молодых людей. Работу мы предлагаем не пыльную, но высокооплачиваемую. А платить мы знаешь, за что будем?

– Нет.

– За мозги! Умным, перспективным и амбициозным людям! Тем людям, которые станут повышать уровень нашей организации.

– А что входит в обязанности? – поинтересовался Руслан.

– Ничего сложного: предложить какую-нибудь интересную разработку в области рекламы, встретиться с возможным клиентом и тому подобное. Главное, чтобы мозги варили, и чтобы никакой лени не было. Платим прилично, потому что считаем, что ради денег человек будет выкладываться больше, чем просто ради энтузиазма.

Видимо, Руслана заинтересовало предложение Ольги – в его глазах промелькнуло что-то, похожее на огонек.

– Итак, расскажи, что ты плел про наркоту? – вернулась Ольга в нужное русло.

– Да это так, ерунда… Отец считает, что я наркоман: нашел один раз в кармане травку и все! Теперь лечить меня пытается всеми способами.

– Руслан, знаешь, как мы поступим? – вкрадчиво проговорила Ольга. – Я вижу, что ты парень хороший, перспективный, не доверять тебе нет никаких оснований, поэтому я сразу же зачисляю тебя на должность менеджера по продажам и плачу аванс.

Ольга не имела никакого представления о том, существует ли этот менеджер по продажам в природе или нет? Но, скорее всего, познания Руслана в этой области не превышают ее познаний. А вот деньги имеют власть над большинством людей – это неоспоримая истина. Вот и теперь Ольга заметила, как еще больше засверкали глаза у парня, когда она достала из сумочки сто долларов.

– Вот тебе десятая часть твоей первоначальной зарплаты, чтобы ты понял, насколько серьезной является наша фирма. Но я требую, чтобы ты подробно рассказал о себе все, как есть. С кем ты живешь? Где работал ранее? Какие отношения складываются с близкими? И пойми, все это не праздное любопытство, а неотъемлемая часть нашего дальнейшего сотрудничества. И еще: настоятельно советую тебе ничего не скрывать – все-равно все станет известно нашим агентам.

Видимо, Руслан и не собирался ничего скрывать: как на духу, он выложил целый ворох информации, даже не поинтересовавшись, зачем фирме такие подробные сведения. В общем, по рассказу парня ситуация выглядела следующим образом…

Родился Руслан двадцать пять лет назад в семье тогда еще обычных советских тружеников: отец его работал на каком-то заводе по производству консервных банок, мать трудилась в школе, обучая детишек музыке. Жила семья небогато, но и особой материальной нужды не испытывала. Все резко изменилось с развалом советского союза. Неизвестно как, но Роману Гришанову удалось заполучить завод в частное владение, и теперь он стал, так называемым, новоиспеченным новым русским. В то время как многие в стране погибали, не выдерживая сложившейся обстановки, семья Гришановых процветала в плане материального благополучия, но вот что касается душевной гармонии, то с появлением денег она куда-то исчезла. Все чаще стал ссориться с супругой Роман, причем безосновательно: то она плохо смотрит за детьми, то превратилась из милой женщины в стерву, то повисла на его шее… На самом деле Галина все так же продолжала работать в школе, продолжала бережно относится и к своим и к чужим детям. Она старалась уделять внимание и мужу, но, казалось, это только раздражало его.

– У отца есть любовница, – рассказывал теперь Руслан. – Он на мать вообще внимание перестал обращать. Раньше, когда я был маленький совсем, помню, какие у них отношения складывались… Отец всегда старался пораньше прийти домой, мать что-нибудь вкусное готовила… Мы с Глашей рядом крутимся: веселые, счастливые…

– А Глаша это кто?

– Сестра моя, Глафира. У нас с ней четыре года разница в возрасте.

– Понятно. А с чего ты все-таки решил, что у отца любовница есть? Может, это просто деньги на него так повлияли… Знаешь, бывает такое: вроде семья живет небогато, а мир царит в доме, появляются большие деньги – прощай счастливая жизнь!

– Деньги, конечно, сыграли свою роль: не было бы денег, не было бы и измен…

– Не все богатые люди изменяют своим женам…

– Согласен. Но отец изменяет. Я это наверняка знаю – сам видел.

– Следил за ним, что ли?

– Именно. Мне когда двенадцать лет исполнилось, пацаны на улице рассказали, что значит слово «любовница», и какое отношение это слово имеет к нашей семье. Оказывается, сплетницы в нашем дворе давно уже все знали, просто матери моей не рассказывали.

– А теперь твоя мама в курсе?

– Скорее всего. Но я ей так ничего и сказал тогда, хотя и разузнал многое. Отец девок менял, как перчатки – только я четверых в лицо знал, а потом вообще перестал за ним следить. Да и зачем? Я как-то раз попытался его вразумить, а он только наорал на меня, обозвал тунеядцем и сплетником, да и деньги перестал давать. Со мной Глашка делилась.

– А как же мама реагировала на его поведение? Неужели догадывалась обо всем и молчала? – удивилась Ольга.

– Представьте себе – молчала! Не хотела семью рушить. А по мне, так лучше вообще без отца жить, чем с таким подлецом.

– Каждый выбирает для себя… А теперь как живете? Также?

– Нет. Примерно год назад отца как подменили. Уж не знаю, что там произошло, но он снова стал прежним: заботливый, верный… Во всяком случае, мне так кажется. Теперь он снова ночует дома, маму носит на руках. Вот только воспитанием своим заколебал нас с Глашей – опомнился, когда нам уже далеко за двадцать перевалило.

– Дети всегда остаются детьми, – изрекла Ольга, вспоминая своего малолетнего Витьку. – А в чем же заключается его воспитание?

– Во всем! Начиная с того, во сколько мы приходим домой и заканчивая тем, о чем мы разговариваем по телефону. А как он меня этими наркотиками замучил! Он их видит повсюду!

– Дыма без огня не бывает, – Ольга еще раз присмотрелась к Руслану. Судя по его бегающим глазам и подрагивающим конечностям, Роман Гришанов не зря так подозрительно относится к сыну.

– Но я не наркоман! Как вы не понимаете! Он привязывается ко мне, потому что вину свою чувствует перед матерью и хочет показать ей, какой он заботливый.

– Ты же сам говорил, что отец находил у тебя травку…

– А что в этом преступного? Травка – не наркотик!

Ольга могла поспорить с парнем на эту тему и привести множество неопровержимых фактов своей правоты, но ей показалось, что доказать ничего не удастся и пользы никакой не будет, поэтому она просто перешла на другую тему, более нужную для нее.

– А где ты эту травку приобретаешь?

Руслан ухмыльнулся, затем заявил:

– А где придется! То друзья подбросят, то в клубе продадут…

Ольга поняла, что выяснить ничего конкретного не удастся: парень может попросту соврать. Нужно копать в другом направлении.

– Руслан, а о более дальних родственниках можешь рассказать? Мне необходима эта информация для составления полного портрета наших сотрудников!

– Кто именно вас интересует? Бабушки, дедушки? Братья, сестры?

– Давай начнем с линии твоей мамы, Галины.

– А тут и рассказывать нечего. Мама и сама-то своей родни не знает. Воспитывала ее тетя, которая умерла еще до моего рождения, а кроме тети никого и не было.

– А что за тетя?

– Этого тоже никто не знает. Как думает мама, эта тетя, Светлана Алексеевна, взяла ее к себе на воспитание из детского дома, а сама Светлана Алексеевна ничего никогда не объясняла.

– Интересно… А про родственников по отцовской линии что можешь рассказать?

– Здесь можно долго рассказывать! У отца есть сестра и брат. Сестра живет в Америке вместе с мужем…

Все, что рассказывал сейчас Руслан, Ольге уже было известно. Но ее интересовали  не те родственники, о которых так усердно повествовал парень, а другие, более дальнего родства. А именно: необходимо было узнать, знаком ли Руслан с Татьяной и Инной Симонович, или знает ли он, что его двоюродная сестра Злата была с ними знакома?

Дослушав Руслана до конца, Ольга наконец-то задала интересующий ее вопрос:

– Скажи, а со Златой вы дружите? Все же она тебе сестра…

– Общаемся иногда, на семейных праздниках, но так, чтобы дружить… Нет. С ней моя Глаша постоянно контактирует: и гуляют вместе, и в школе одной учились. Хоть у них и разница в возрасте есть, но подруги они, кажется, хорошие.

Все, что было нужно, Ольга узнала, теперь следовало распрощаться с парнем и созвониться с Андреем. Или сделать это потом? Лучше потом. Сейчас хотелось позвонить Нине Федоровне и хоть немного поболтать с сыном.

– В общем, это все, что мне было необходимо знать, – улыбнулась Ольга. – Надеюсь на дальнейшее сотрудничество с вами!

– Я тоже надеюсь, – улыбнулся в ответ Руслан. – А куда мне подъехать для того, чтобы получить дальнейшие указания по работе?

Ольга задумалась. Как же она могла так попасть впросак! И вот что теперь делать с парнем? Он ведь ей поверил и теперь надеялся, что ему наконец-то удалось устроиться на приличную работу!

– Тебе не нужно будет приезжать в офис кампании: все необходимые указания буду давать тебе я. Расплачиваться тоже буду я. В общем, слушай первое задание. Через две недели предоставь мне…

Дальше Ольга на ходу сочиняла первое задание, которое в общих чертах выглядело следующим образом: разработать проект возможной рекламы для собачьего корма. Если проект будет удачным – оплата пятьсот долларов, если совершенно неинтересным – пятьдесят. Руслан с энтузиазмом слушал Ольгу, задавая иногда вопросы по теме. «Интересно, долго ли мы так будем сотрудничать? – подумала Ольга. – И что потом мне с ним делать?»

Наконец, распрощавшись с Русланом, Ольга облегченно вздохнула. Передышка была небольшой – следующие десять минут прошли в поисках телефонной трубки.

– Нина Федоровна, здравствуйте! – радостно воскликнула Ольга, дозвонившись до няни. – Как вы там, отдыхаете?

– Оля, привет! Все у нас хорошо, только что вернулись с прогулки по морскому берегу, – деловито отчиталась няня. – Как сама там поживаешь?

– Тоже хорошо. Соскучилась так за вами… Когда возвращаетесь?

– Путевка истекает через четыре дня, так что жди, скоро будем дома. С Витьком хочешь поговорить?

– Конечно!

В трубке что-то зашуршало, Ольга услышала, как Нина Федоровна позвала сорванца, и как тот прокричал в ответ, что уже «мчится на всех парусах». И действительно, не прошло и пяти секунд, как динамики телефона донесли голос Витька:

– Мама, привет!

– Привет, мой дорогой…

Ольга проговорила с сыном почти полчаса, интересуясь его здоровьем, их прогулками, поездками по местным достопримечательностям… В общем, к концу разговора настроение поднялось до максимума, и даже разыгравшаяся непогода теперь радовала.

За окном машины действительно стало твориться что-то ужасное: казалось, вот-вот, и деревья начнут ломаться под силой бушующего ветра. Тучи еще больше набрали скорость, пугая людей своим иссиня – черным цветом и обещая принести с собой проливной дождь с грозой и молниями. Но Ольга любила грозу. Ее успокаивал дождь, равномерно стучащий каплями по крышам домов и автомобилей, ей нравилась молния, угрожающе блистающая в небе… Ей вообще нравилось наблюдать за природой, которая показывала свою мощь людям. Вот и теперь Ольга с удовольствием смотрела на разыгравшуюся стихию…

Через полчаса Ольга летела по дороге с бешеной скоростью. Она любила дождь… Любила скорость. Сейчас все соединилось в одном порыве – шум, ветер, рев мотора. БМВ, как огромный корабль в море, летел по дороге. Из-под колес вырывались струи воды, небо разрывалось молниями.

«Сколько сейчас времени? – подумала Ольга, включая фары. – Наверное, еще не поздно, а темнеть начало из-за грозы…». Часы показывали шесть вечера.

«Поеду домой, – решила Ольга. – Все-равно не могу дозвониться до Андрея, а без него трудно решить, чем заняться дальше…»

Дома обнаружился Тюбик, спрятавшийся под диваном.

– Думаешь, если ты не видишь грозу, то ее и нет вовсе? – улыбнулась Ольга, доставая щенка. – Пойдем, поужинаем с тобой.

Идея пришлась явно по душе Тюбику, он обрадовано лизнул в щеку несущую  его на руках Ольгу и даже тихонько заскулил.

Не успела Ольга доесть приготовленный бутерброд, как в дверь позвонили. «Наверное, Андрей… Наконец-то научился возвращаться пораньше». Она ошиблась. На пороге квартиры стоял… Ваня.

Глава 24.

Тем временем Андрей сидел в гостях у Анастасии Юрьевны Гришановой, матери Златы и бывшей жены Дмитрия Гришанова. С большим удовольствием Андрей отметил, что женщина вовсе не выглядит на свои законные пятьдесят лет, ей от силы можно было дать сорок. И уж совсем не было заметно, что у нее, Анастасии Юрьевны, дочь лежит в наркологической клинике, а мужа и вовсе теперь нет.

– Андрюшенька, – ворковала Анастасия, – давай-ка мы с тобой выпьем винца за наше знакомство, а уж потом ты мне расскажешь, с какой целью навестил мой дом.

– Давайте выпьем, – ответил Андрей, глядя в окно на бушующую природу.

– Вот только сразу попрошу тебя, котик, перейти на «ты». Мне это будет очень приятно!

Андрей согласился с хозяйкой и с легкостью начал общаться с ней, как с ровесницей. Не прошло и полчаса, как он и вовсе позабыл о разнице в возрасте. Анастасия порхала вокруг гостя, как на крыльях, выставляя на стол блюда с закусками. Наконец-то, усевшись напротив гостя, она деловито произнесла:

– Ну что, мой мальчик, какое такое дело привело тебя сюда?

Андрей, выпив немного лишнего, разоткровенничался с приветливой хозяйкой и выложил все, что его интересовало. Анастасия и глазом не моргнула, казалось, что ничего удивительного в рассказе Андрея она не услышала.

– Так что ты хочешь узнать от меня? – поинтересовалась Анастасия Юрьевна.

– Меня интересует, что тебе известно из всей этой истории? Может, Злата что-то рассказывала?

Анастасию явно не интересовало ни золото, ни дочь, да и вообще ничего из того, что она услышала. Интересовало ее только одно: сам гость.

– Андрюша, если честно, то ничем помочь я тебе не могу, единственное, что посоветую, это прочитать личные дневники моей дочери, она их оставила в своей комнате, когда сама отправилась на лечение в клинику.

– Это было бы весьма кстати! – обрадовался Андрей.

– Тогда прошу в комнату! Ты там все осмотри, что тебя интересует, а я пока пойду припудрю носик. Нельзя же женщине представать перед мужчиной в неопрятном виде…

Андрей еще раз взглянул на хозяйку и отметил, что выглядит она безупречно. Зачем еще что-то припудривать, подправлять? Все итак идеально. Но кто поймет этих женщин!

В комнате Златы царил идеальный порядок и чистота, впрочем, как и во всей квартире. Ничего необычного в комнате девушки не наблюдалось: кровать, телевизор, компьютер… Все как у многих! Дневники обнаружились в столе в количестве трех штук. «Так, этой тетрадке уже четыре года, эта тоже не новая… А вот последний дневник…».

Ровным каллиграфическим почерком на обложке дневника стояла дата: начало прошлого года. Тетрадь была исписана наполовину таким же аккуратным почерком. Читать слова можно было без труда, что в значительной степени облегчило труд Андрея. «Так, последняя запись трехмесячной давности… – констатировал он, – значит,  Злата находится в больнице максимум три месяца». Запись была короткая и включала в себя по большей части сетования на невозможность переубедить мать в необходимости лечения в наркологической клинике. «Никакая я не наркоманка, – писала Злата, – а травкой все сейчас балуются, ну или почти все. Разве, что Танька предпочитает курить кальян. Так от кальяна еще больше вреда, чем от сигарет… И вообще, мать, наверное, просто решила от меня избавиться, чтобы пожить в свое удовольствие. Отца вон спровадила в деревню, а меня не удалось. Так она другое придумала. Сначала замуж пыталась выдать, теперь это… Ну за что мне такое наказание? И ведь ничего не поделаешь…»

Больше выяснить ничего не удалось – в комнату вошла Анастасия…

«А фигурка-то у нее ничего», – подумал Андрей, гладя на более чем откровенный наряд матери Златы.

Фигура хозяйки квартиры действительно радовала мужской глаз и наверняка вызывала зависть женского: смуглая кожа, тонкая талия, широкие бедра… Анастасия была невысокого роста, в отличие от дочери, но во многом остальном они были похожи. Вот только волосы Златы и Анастасии радикально отличались по цвету. Если Злата имела чернявые кудри, то локоны ее матери, спускавшиеся до талии, отличались платиновым оттенком. Впрочем, вряд ли это был природный цвет, скорее всего, Анастасия просто воспользовалась услугами дорогого парикмахера.

Когда Анастасия приблизилась к Андрею, он отметил, что одета бывшая жена Гришанова в полупрозрачный халат. Вернее, халат был почти прозрачным и, если бы не нижнее белье, можно было посчитать, что женщина совершенно раздета. Кружевной бюстгальтер прекрасно подчеркивал и без того красивую грудь, а тонкие черные чулки делали ноги еще более стройными.

– Может, ты заберешь эти дневники с собой и займешься ими в свободное время? – предложила Анастасия Юрьевна, гладя сидящего перед компьютером Андрея по голове.

«Ольга не любит, когда ее гладят по волосам, – не к месту вспомнил Андрей, – и я не люблю. А сейчас приятно…». Тем временем, Анастасия уже удобно присела на коленях у гостя, сложив руки на его сильных плечах. Ее длинные локоны касались его голой груди. И когда это Анастасия Юрьевна успела снять с него рубашку? Кажется, дело дойдет сейчас и до замка на джинсах. Может, стоит все это прекратить? Все-таки дома ждет результатов расследования Ольга, да и дневники желательно было изучить поскорее.

– Дневники подождут, пока мы с тобой… Пока мы посмотрим телевизор. У меня полно интересных фильмов… – Анастасия Юрьевна будто бы прочитала мысли своего гостя и возможного любовника одновременно.

Андрей еще раз посмотрел в окно: дождь наконец-то начался. Он хлестал по стеклам настоящим потоком, падал на землю, смывая с нее человеческие грехи… «Кто она мне? – думал Андрей. – Никто! Ни жена, ни невеста… Просто любовница! Значит, это будет не измена… Да и, в конце концов, все мужики изменяют! Даже женам…».

Он схватил Анастасию Юрьевну на руки и легко отнес в другую комнату, находящуюся за стенкой этой. Хозяйка квартиры весело смеялась, обнажая ровные белые зубы. Интересно, возможно ли сохранить зубы в столь идеальном состоянии или челюсти Анастасии Юрьевны претерпели искусную работу стоматолога? Как бы там ни было, красоту женщине сохранить удалось, и не просто сохранить, а привнести в нее вместе с годами какой-то особый шик, изюминку.

«Надо же, до чего я дошел! Хочу пятидесятилетнюю женщину взамен двадцатисемилетней… Парадокс!»

Комната Анастасии была отделана в темно-бордовых тонах. Широкая кровать, два кресла, занавеси – все одного цвета. На полу темно-красный ковер. «Люди, предпочитающие красный цвет, помешаны на сексе, – припомнил Андрей. – Вот только где я это читал?»

– Ты такой сильный… – проговорила Анастасия, когда Андрей положил ее на кровать. – И очень красивый!

– Ты тоже… Ты очень красивая, очень… – бормотал Андрей, снимая с жены Гришанова одежду и раздвигая ей ноги.

Дождь продолжал лить как из ведра, молнии сверкали, озаряя небо яркими полосками света…

Глава 25.

Ольга лежала на постели, уставившись в потолок. В комнате было темно, лишь изредка все вокруг озарялось очередной вспышкой молнии. Гроза почти прекратилась, но дождь перешел в проливной и теперь нещадно хлестал по земле, наполняя ее влагой. «Как я теперь посмотрю в глаза Андрею? Что я ему скажу?»  Мысли путались в голове, вытесняя одна другую… «Я изменила ему, изменила… И с кем? С человеком, которого не видела полгода, о котором почти не вспоминала…»

Очередная вспышка осветила Ивана, стоящего около открытого окна. Он курил. Наверное, третью сигарету подряд за какие-то пятнадцать минут.

– Жалеешь?

– Нет.

Ольге даже стало стыдно за то, что она не смогла соврать. Не смогла наплести с три коробы о том, что это была ошибка, и что она его видеть больше не хочет. Она хочет видеть его. Снова и снова. Всегда. Да вот только не будет этого. Никогда не будет. Иван приехал в Москву только для того, чтобы подписать контракт с очередной фирмой, желающей сотрудничать с ним, и ровно через два часа ему уже нужно быть в аэропорту.

Ольга натянула почти до шеи шелковую простынь – то ли из-за ветра, ворвавшегося в открытое окно, то ли потому, что наконец-то пришли хоть какие-то намеки на стыд.

– Ты еще не женился? – запоздало поинтересовалась Ольга.

– Нет еще. Кстати, свадьба будет через месяц.

– Какая свадьба? – почти что закричала Ольга. Потом, опомнившись, добавила:

– Наконец-то решил устроить личную жизнь?

– Да. Девушка попалась решительно настроенная, да и родители уже замучили, внуков хотят.

– Внуков…

Слезы потекли из глаз так неожиданно, что Ольга даже не поняла, откуда они взялись. Хорошо, что Иван не мог видеть, как она плачет. Молнии сверкали все реже и реже.

– Почему ты плачешь?

Ольга вздрогнула. Откуда он узнал, что она плачет?

– С чего ты это взял? – тон получился неуверенный.

– Слышу.

Он шутит? Как можно что-то услышать, когда за окном шумит дождь… Да как вообще можно услышать слезы? Привязываться с расспросами не хотелось – времени итак осталось очень мало.

– Ты ее любишь?

– Наверное.

– Как ее зовут?

– Лена.

– Где познакомились?

Иван улыбнулся. Ольга это четко увидела в свете промелькнувшей молнии.

– Ты все такая же любопытная… Не представляешь, как мне это нравилось в тебе. А еще нравилась твоя вредность. И упрямство. Ольга, ты единственная девушка, обладающая такой вредностью и упрямством.

– Как это может нравиться?

– Вот так вот… Знаешь, возбуждает!

Ольга всхлипнула – теперь она не пыталась скрыть слезы. Ну почему он такой? Зачем он это делает? Терзает ее, мучает… Но ведь он не заставляет ее страдать – она сама отдалась ему и теперь сердце разрывается от воспоминаний.

А ведь он ничуть не изменился, даже внешне: такой же стройный, высокий, почти такая же фигура, разве что мускулатуры нарастил побольше.

– Так где вы все-таки познакомились?

– На работе. Она работает у меня дизайнером. Удовлетворил твое любопытство?

– Нет. Ты ее любишь?

– Повторяешься.

– Ты не ответил. Наверное – это не ответ.

– А что ты хочешь услышать? Если я скажу «да», то ты не поверишь. Если скажу «нет», то сам себя поставлю в тупиковую ситуацию.

– Знаешь, Ваня, ты работаешь не по специальности. Тебе бы в психологи записаться! Или в психоаналитики…

– Это почти одно и то же…

Он наконец-то закрыл окно и подошел к постели. Сел рядом с лежащей Ольгой, стянул с нее простынь.

– Ты такая красивая… И кому же теперь принадлежишь?

– Себе самой. Я же не вещь, чтобы принадлежать кому-то!

– Когда любишь, то принадлежишь этому человеку. А вот если нет любви, то и принадлежать некому…

– Хватит философии… Если ты хочешь узнать, есть ли у меня кто-нибудь, то так и спроси, а не ходи вокруг да около!

– И что, есть?

– Есть! Не тебе же одному свадьбы играть! Я вот тоже скоро замуж пойду.

– За кого на этот раз?

– За одного милого, красивого и доброго человека. Андреем зовут.

– По тебе, так все милые и добрые. Только что-то ты долго не задерживаешься ни на одном!

– Ты же прекрасно знаешь, что Игорь погиб! А с Джорджем… Не могу жить вдали от родины!

– Погиб, говоришь, Игорь… а по моим сведениям, его убили…

Ольга замерла. Кто мог сообщить Ване о том, что Игорь умер только недавно, а не пять лет назад, как все считали ранее?

– Не напрягайся. Мне твоя подруга рассказала, – опередил Иван последующий вопрос Ольги.

– Инна? А где вы успели увидеться?

– Ну, в этом ничего удивительного нет: пересеклись на работе. Она заключала со мной договор о поставке компьютеров. Кстати, Инна тоже была потрясена моим приездом. Честно говоря, я так и не понял, кем она работает…

– Я тоже не очень-то в курсе, – призналась Ольга. – Знаю только, что в какой-то фирме, причем весьма успешной, а вот подробности… Кстати, что еще она успела рассказать тебе про Игоря?

– Ничего особенного, кроме того, что он оказался жив, а не погиб пять лет назад. Кстати, подробности я хочу услышать от тебя…

– Зачем?

– Любопытство! Думаешь, ты одна такая? Мне тоже иногда интересно знать то, что меня не касается.

Как на духу Ольга выложила все, что ей было известно.

– И что собираешься делать дальше?

– Пока не знаю. Вот дождусь, что мне Андрей расскажет, а там видно будет.

– Эх, Ольга, Ольга… Вечно ты лезешь в экстремальные истории…

– Ваня, только давай не будем открывать эту тему, ладно?

– Как хочешь…

Через полтора часа Иван стоял на пороге квартиры с небольшой дорожной сумкой в руках.

– Счастливого пути!

– Спасибо. А где же твой Андрей? Что-то не видно жениха!

– Он занят расследованием.

– Понятно… – протянул Ваня, выходя на лестничную площадку.

– Это все? – Ольга не могла поверить, что так просто пройдет эта удивительная ночь, не оставив после себя ничего, кроме воспоминаний.

– А что ты хочешь еще? – вопрос прозвучал приглушенно, потому то Иван притянул Ольгу к себе и поцеловал в губы.

– Ничего… Больше ничего… – слова были произнесены в пустоту или вслед опускающемуся вниз лифту.

Ольга вошла в квартиру как раз во время – на столе разрывался телефон.

– Оля, что так долго не берешь трубку?

– Андрей? Я… Я в ванной была…

– В три часа ночи?

Как? Уже три часа? Ваня приехал в десять вечера… Они пили чай, кушали бутерброды – единственную пищу, имевшуюся в наличии. Потом перешли к шампанскому и конфетам, купленным Ваней. Потом Ольга примерила костюм, который тоже привез Ваня, и очень обрадовалась, отметив, что он ей идет. Ваня всегда умел делать подарки, вот и теперь не ошибся ни с размерами, ни с фасоном и цветом. Потом они долго-долго беседовали о жизни. А потом… Потом занимались любовью… как тогда, в ранней юности. Последний раз это было ровно девять лет назад – ей тогда едва исполнилось восемнадцать. А ему, значит, семнадцать. Через девять месяцев, уже в Москве, родился Витька. Это был ребенок Вани. Об этом не знал никто, даже родители. Да и какой смысл было говорить, кто настоящий отец Витьки, если этому отцу едва исполнилось семнадцать лет? А вот Ваня теперь говорит, что женился бы на ней, принял даже с чужим ребенком… Что бы он сказал, если узнал, что Витя – его сын? Наверное, не простил бы ее никогда…

– Что ты молчишь, Оля? – гневно воскликнула трубка.

– А что я могу сказать? Захотелось искупаться – вот и отправилась в ванну!

– Почему не спишь так поздно?

– Не хочется. Ты, кстати, тоже не спишь.

– Я был на деле. А теперь уже дома – решил не тревожить тебя поздними визитами.

– Правильно решил, – вздохнула Ольга, представив реакцию Андрея, заставшего в гостях у нее другого мужчину.

– Это почему правильно? – взвился Андрей. – Ты не хочешь меня видеть? Если не хочешь, то так и скажи!

– Что за глупости! Я хочу тебя видеть, и весь день хотела… Но я же понимаю: дело есть дело.

Зачем она врет? Нужно ведь просто сказать правду – так будет лучше. Зачем притворяться, если чувствуешь, что нет никакой любви? Путаться в бесконечной лжи, оправдываться… Как это тяжело! Но где гарантии, что станет легче, если расстаться с Андреем? Вани-то все-равно нет рядом! У него через месяц свадьба и ничего исправить нельзя. Нужно было раньше думать, рисковать, идти вперед, биться за свое счастье… а теперь поздно. Так причем здесь Андрей?

– Ольга! Ты меня слышишь?

– Что?

– Ты напилась там, что ли?

– Нет. Хотя, да. Немного выпила.

– Судя по твоему голосу это «немного» было минимум бутылкой вина. Ты одна?

– Да, конечно. Что за вопросы?

– Ладно, ложись спать. Прости, если нагрубил.

– Ничего… я же понимаю, что ты просто устал… Кстати, что удалось выяснить?

– Ничего, к сожалению. Успел встретиться только с матерью Златы… Но она никакой полезной информации не преподнесла, зато отдала мне дневники своей дочери. Я их просмотрел, но ничего интересного не нашел. Завтра с утра привезу тебе – может, ты на что-нибудь наткнешься.

Хотелось спросить, где же тогда был так занят Андрей, если кроме матери Златы ни с кем больше не встретился, но Ольга удержалась от пытавшегося сорваться с языка вопроса и, мило попрощавшись с «женихом», отсоединилась.

Теперь ее перестал интересовать Андрей, даже совесть перестала мучить. Да и в чем можно было упрекнуть себя? В том, что она переспала с Ваней? А разве это грех? Скорее всего, можно было назвать грехом то, что она не сделала этого раньше, то, что она не призналась раньше, чей на самом деле сын Витек, и то, что она так и не сказала Ване самого главного… А стоило ли говорить? Судя по всему, Иван так и не решится никогда изменить свою жизнь, сделать решающий шаг, пусть даже не будучи уверенным в правильности этого шага. Но ведь жизнь дается один раз, и только один раз может прийти настоящая любовь. Все остальное – это так, просто влюбленность, забвенье, попытка отвлечься от истинного чувства.

Мысли пролетали одна за другой, минуты бежали еще быстрее, вот только сон никак не хотел приходить. Стрелки часов приближались к цифре пять, на улице даже появился первый признак наступления рассвета, и дождь давно прекратился… А сон… сон только-только подкрадывался к усталому сознанию Ольги.

Глава 26.

Утро, как всегда, расставило все по своим местам: она снова одна, лежит в постели… Никого нет рядом: Иван улетел в Астрахань, Андрей, наверное, у себя дома. Одна-единственная ночь снова перечеркнула наладившуюся, было, жизнь. Продолжать отношения с Андреем казалось невозможным. Нет, не потому что будет терзать совесть, не потому что она, Ольга, не сможет посмотреть в глаза человеку, которому изменила… Все не поэтому. Причина другая: Иван. Он напомнил о себе, и теперь требуется много времени на реабилитацию, на то, чтобы снова заставить себя принять другого мужчину. Что же делать?

Звонок в дверь перепугал Ольгу: кто это может быть? «Неужели Ваня вернулся?» – мысль пролетела быстро, но сердце успело забиться чаще. «Глупости… Он уже в Астрахани, наверное…».

– Здравствуй, любимая! – Андрей улыбался, обнажая свои идеальные зубы. – Спишь до сих пор, соня?

– Привет.

Ольга отошла в сторону, пропуская гостя. Андрей попытался поцеловать Ольгу, но она ловко увернулась.

– Не надо…

– Почему?

– Андрей… Я… Я думала о нас и поняла… В общем, нам надо расстаться.

– Почему? – голос у него дрожал, даже губы дрогнули. Было видно, что Андрей не ожидал подобного. Он был готов к любому повороту судьбы, но эта новость явно выбила его из колеи. – Почему? Неужели из-за того, что я вчера не приехал? Или из-за того, что не звонил весь день?

– Нет, не поэтому… Причина совершенно другая…

Мысли пролетали в голове Андрея с бешеной скоростью. «Как она могла узнать о моей измене? Неужели Анастасия каким-то образом узнала про Ольгу и все ей рассказала? Что же теперь делать?»

– Ольга, если тебе что-то про меня рассказали – не верь. Все не правда.

– А что-то могли рассказать? – Ольга улыбнулась. Улыбка вышла грустная.

– Оля, у меня много завистников… Я прошу тебя…

Ольга не дала договорить – прервала Андрея на полуслове:

– Успокойся. Завистники ни при чем. Мое решение зависело только от меня – никто не виноват ни в чем, кроме меня самой.

– Оля, объясни, в чем дело? Ну не расставаться же нам так просто!

– Ладно. Я не хотела этого говорить, но, видимо, придется: я люблю другого человека.

Нужно отдать должное Андрею: держался он хорошо. Никаких истерик, упреков и разочарованных вздохов не было. Единственное, что он спросил, относилось вовсе не к их отношениям с Ольгой, а к делу, которое они вместе расследовали.

– Андрей, спасибо тебе большое за помощь, но я решила прекратить расследование…

– Тогда забери дневники Златы. Мне они тоже не нужны.

– Спасибо за дневники…

Как здорово, что тема перешла в другое русло – Ольга ужасно не любила долгих расставаний. Если процесс расставания затягивался, то казалось, что время замирает, а голос вот-вот должен сорваться.

– За дневники благодари не меня, а мать Златы – Анастасию. Хотя и ее можешь не благодарить – я сам это сделал.

– Когда нужно вернуть ей дневники дочери?

– Не знаю, она не говорила.

– Может, я их отдам тебе, когда хорошенько изучу, а уж ты там с ними как-нибудь сам? – Ольга умоляюще посмотрела на Андрея: ей почему-то совершенно не хотелось встречаться ни со Златой, ни с ее матерью. – Это моя последняя просьба к тебе, больше беспокоить не стану, обещаю!

– Оля, прекрати говорить глупости! Кажется, это ты решила расстаться со мной, а не я. Так вот учти, мне приятно общаться с тобой, и оказывать тебе помощь. Кстати, ты серьезно решила, что расследование нужно прекратить?

– Да, совершенно серьезно. Я просто не вижу дальнейшего его смысла! Вроде, главную преступницу мы вычислили – Инну Симонович, но так как ее нет в стране, то какой смысл пытаться откопать что-то еще?

Ольга говорила вполне убедительно, и Андрей сразу клюнул на ее удочку.

– Как хочешь… Я всего лишь сыщик, и собственной инициативы к расследованию никогда не проявлял. Если клиент дал отбой, то так тому и быть.

«Отличная позиция! – подумала Ольга. – Я не ошиблась, выбрав этого парня себе в помощники, но дальше нам не по пути. Чутьем чувствую, что развязка где-то рядом, и эту развязку я найду сама!»

– Оля… Мы так просто расстанемся?

– А ты хочешь расстаться как-то сложно? – улыбнулась Ольга, пытаясь незаметно вывести Андрея поближе к двери.

– Не иронизируй!

– Хорошо, предлагаю остаться друзьями, устроит?

– Устроит…

Когда за Андреем щелкнул входной замок, Ольга почувствовала некоторое облегчение – тяжелый груз свалился с плеч. Не успела Ольга толком обдумать, как жить дальше, из прихожей разнеслась трель проводного телефона.

– Слушаю.

– Здравствуйте. С вами разговаривает Киселева Анна Анатольевна – адвокат Игоря Арнольдовича. Вы понимаете, о ком я говорю?

Конечно, она поняла, кто такой Игорь Арнольдович! Тот самый старичок-боровичок, или сморчок, как его окрестила Ольга. Симонович Игорь Арнольдович.

– Да-да, я поняла, о ком вы говорите. Чем могу служить Игорю Арнольдовичу?

– Боюсь, что ни чем. Ольга Александровна, жаль, что приходится извещать вас о столь прискорбном происшествии, но господин Симонович скончался ровно четыре дня назад.

Старичок-боровичок скончался? Ну, надо же! А выглядел вполне бодреньким и здоровым, когда она его видела.

– Действительно, прискорбная новость, – искренне расстроилась Ольга. – А почему вы решили известить об этом меня?

– Дело в том, что ваше имя упомянуто в завещании, и нам необходимо встретиться.

– Хорошо, – произнесла потрясенная Ольга. Значит, Симонович решил завещать что-то едва знакомому человеку? Интересно… – Куда подъехать?

– Вы знаете, где проживал Игорь Арнольдович?

– Да-да.

– Тогда приезжайте сюда, мы вас ждем вместе с другими родственниками усопшего.

Ольга собралась за пять минут – почти как настоящий пожарник. Еще минут двадцать ушло на дорогу – по знакомым московским улицам она летала как на крыльях. В общем, не прошло и полчаса, как Ольга стояла на пороге квартиры Симоновича, показывая паспорт какой-то женщине.

– Здравствуйте, Ольга Александровна! Простите, что приходится прибегать к проверке документов, но таков закон, ничего не поделаешь.

– Пожалуйста – пожалуйста, – улыбнулась Ольга незнакомой женщине.

– Проходите. Все сидят в зале в ожидании провозглашения завещания.

Ольга никогда не присутствовала на подобных «мероприятиях» и поэтому с трудом представляла, как себя вести. Еще большую неловкость она почувствовала, войдя в зал. Все присутствующие тут же уставились на нее, сверля взглядами. Сразу стало заметно, что ее приход вовсе нежелателен. Среди незнакомых лиц Ольга заметила одно знакомое – Алеся Юрьевна, мать Игоря Арнольдовича, присутствовала здесь тоже. Хотя это вовсе не было удивительным. На секунду Ольга растерялась: стоит ли здороваться с Алесей, ведь они все-таки знакомы? Но затем, решив, что старуха ее забыла, Ольга сделала вид, что они незнакомы.

Через пару минут в комнату вошла женщина, встретившая Ольгу – Киселева Анна Анатольевна. В руках она держала какие-то листы.

– Итак, завещание.

Листы зашуршали. Все, как по команде, замерли.

– Квартиру со всей мебелью, гараж и машину марки «Москвич» завещаю соседу: Гарному Виктору Игнатьевичу…

Какой-то мужичок вскочил со стула и расплакался. «Видимо, от счастья» – подумала Ольга.

– Вот это человек, вот это человек! – бормотал мужичок, бегая по квартире и семеня короткими ножками.

– Счет в банке «Индастриал», составляющий пятьдесят тысяч рублей и в банке «Юнистрим», составляющий сто тысяч завещаю своей матери – Алеси Юрьевне Симонович, – продолжала тем временем юрист.

– Вот мерзавец, – бормотала старуха, – соседу и квартиру, и машину, и гараж, а матери родной сто пятьдесят тысяч. И куда мне их тратить, скажите, пожалуйста?

Вопрос был явно риторический, но Анна Анатольевна решила ответить:

– Если кто-то не хочет принимать завещанное, то он вправе отказаться от него в пользу государства или передать другим юридическим лицам.

Алеся Юрьевна надула губы и промолчала.

– Автомобиль марки «тойота» завещаю Кирилиной Виктории Викторовне…

– Да за что он все чужим людям раздал? – воскликнула Алеся Юрьевна.

– Сейчас поясню, – спокойно ответила юрист, – тем более что Игорь Арнольдович все подробно пояснил. Гарному Виктору Игнатьевичу завещание оставлено в знак благодарности за заботу о питомце господина Симоновича – овчарке по имени Мухтар…

Как по команде из комнаты вышел и сам питомец. Взглянув на собаку, Ольга чуть не воскликнула: а почему же сейчас за питомцем никто не ухаживает? Мухтар походил теперь вовсе не на того роскошного степенного пса, каким увидела его Ольга впервые. Теперь бока у овчарки слиплись, шерсть сбилась в комья, а взгляд был настолько грустным, что Ольга сама чуть не расплакалась.  Мухтар жалобно смотрел на собравшихся в квартире его хозяина людей, не решаясь подойти к кому бы то ни было. Наконец, он решился и приблизился к Ольге.

– Маленький мой, что же ты такой грустный? За хозяином скучаешь?

Мухтар заскулил, пытаясь положить голову Ольге на колене. Теперь он смотрел только на нее.

– Алесе Юрьевне были оставлены деньги на случай необходимости оплаты лечения, – продолжала юрист, – а Кирилиной Виктории Викторовне в знак благодарности за то, что девушка частенько навещала старика. Есть еще уточнения?

– Нет, – ответила Симонович, сверкая из-под сдвинутых бровей озлобленным взглядом.

– Тогда читаю дальше. Все картины коллекции в количестве одиннадцати штук завещаю Лесницкой  Ольге Александровне. В пояснении сказано следующее: «человеку порядочному и жалостливому». На этом у меня все!

Народ зашумел, видимо, оставаясь недовольным услышанным. Больше всех возмущались два каких-то мужчины и одна женщина. Ольга их не знала. Остальные заторопились покинуть дом. Наконец, когда в квартире остался только ее будущий владелец, Ольга тоже поднялась и собралась уходить.

– Пока, Мухтар!

Мухтар снова заскулил. Не успела Ольга погладить его по голове, как к ней подошел господин Гарный и недовольным тоном произнес:

– Вы еще здесь? Не пойму, что вам еще нужно? Получили на халяву коллекцию, а теперь будете пытаться отсудить у меня квартиру?

Ольга опешила. Никаких мыслей о квартире у нее не возникало. Она вообще была удивлена, что Игорь Арнольдович решил ей что-то завещать.

– Извините, уже ухожу. Только вот картины со стен поснимаю.  И еще… Позаботьтесь, пожалуйста, о Мухтаре. И покормите его…

Не успела Ольга вынести в машину последнюю картину, как замок защелкнулся. «Ничего себе! – подумала Ольга. – Первый раз сталкиваюсь с подобной ситуацией! Неужели все люди такие озлобленные? Да ладно, ерунда все это, лишь бы он теперь о собаке позаботился». Но и тут надежды Ольги не оправдались.

Не успела она повернуть ключ в замке зажигания, как услышала визг тормозов. «Болваны! Купят права, а потом с управлением справиться не могут!» Повернувшись, Ольга увидела удаляющуюся машину, по дороге растерянно металась овчарка, мимо нее продолжали пролетать автомобили.

Ольга выскочила из своего БМВ, как ужаленная. «Да это же Мухтар! Вот Гарный, вот урод! Не успел получить квартиру, как уже выгнал из дома питомца бывшего владельца жилплощади! А ведь Игорь Арнольдович наверняка оставил квартиру в надежде на то, что сосед станет присматривать за собакой.

– Мухтар, ко мне! – крикнула Ольга, пытаясь перекричать шум проезжающих автомобилей. Овчарка оглянулась и бросилась навстречу.

– Иди ко мне, ко мне, Мухтарчик!

Собака завиляла хвостом, в надежде на лучшее.

– И что теперь делать? – риторический вопрос, но ответ требовался, правда, от самой же Ольги. – Поехали домой?

Дома Мухтар был накормлен, вымыт и расчесан. Ольга опасалась, что он не поладит с Тюбиком, но страхи оказались напрасными: щенок весело залаял при виде нового друга, причем такого большого и степенного. Выяснив, что контакт налажен, Ольга удалилась в комнату с дневниками Златы.

Каллиграфический почерк, ровные строчки, сердечки на полях… Так, это Злата писала, еще учась в школе. Ничего, относящегося к делу, тут не было, но вот что касается семьи девушки, то описано все было в мельчайших подробностях. «Мама пришла с работы. Она опять не в духе. Снова пилит папу. Он отбивается, как может. Я сижу у себя в комнате и думаю. Над чем, о чем? Да просто так, о жизни… Вот взять бы все бросить и сбежать! Пусть выясняют отношения, пусть ссорятся, дерутся, но без меня. А я бы с Витей уехала, далеко-далеко…» В других заметках рассказывалось, кто такой Витя и чем он занимается, какой он хороший, и как Злата сильно его любит. Потом говорилось, что с Витей пришлось расстаться, так как он оказался редкостным гадом.  «Ничего страшного, бывает. Особенно в твоем возрасте, – рассуждала Ольга, беседуя с невидимой собеседницей. – Я тоже быстро разочаровалась в своей первой любви. Но вот зато в другой любви… В иной любви… Все иначе…»

В следующем дневнике главной героиней была уже девушка – студентка. Повзрослевшая Злата разительно отличалась от той школьницы, характер которой можно было угадать из первого дневника. Теперь Злата меркантильно рассуждала о выгоде общения с тем или иным человеком. Чуть ли не каждый месяц, судя по заметкам, у Златы менялись парни, поклонники, мужчины. Всеми она была довольна до той поры, пока они приносили ей какую-нибудь пользу, но со временем приходилось расставаться с каждым последующим кавалером. «Сергей не оправдал моих ожиданий: оказался редкостным жлобом. У самого денег куры не клюют, а мне на день рождения подарил какие-то затрапезные серьги» – жаловалась Злата своему молчаливому дневнику-собеседнику. В записях о неком Аркадии, девушка обозвала его «индюком надутым», рассуждая о сексуальных возможностях кавалера. Из большинства заметок можно было сделать вывод, что девушку в основном интересовали деньги, нежели душевный комфорт и привязанность к человеку. Только один мужчина воспринимался Златой не как способ вести обеспеченный образ жизни: некий Игорь был предметом небывалой страсти и вожделения для нее. Нет, это не было неразделенной любовью – Игорь отвечал девушке взаимностью.

«Да уж, правильно сказал Андрей, что ничего интересного в дневниках нет». Но Ольга снова ошиблась. Третий дневник все разложил по полочкам. Оказалось, что Злата обманула Андрея, сказав ему о том, что была знакома только с Татьяной. Из записей дневника следовало, что дружбу девушка водила как раз таки с Инной Симонович, а не с Таней. Но и это было еще не все.

Тот самый Игорь, к которому так была привязана Злата, тот самый единственный мужчина для нее… Он оказался женат! Девушка узнала это от своей подруги и по совместительству родственницы, Инны. И мало того, что он был женат, у него уже имелся сын – Виктор. Инна даже сообщила подруге имя жены Игоря – Ольга Лесницкая.

Ольга обхватила голову руками. Ничего себе открытие! Как же Андрей читал дневники, если сообщил, что в них нет ничего интересного? Или он работает на другой лагерь? Нет, не может быть. Ведь если бы Андрей оказался предателем, он бы не стал отдавать дневники Ольге: наверное, он просто их не прочел. Но тогда зачем сказал, что все изучил? Да о чем она вообще сейчас думает? Какая разница, зачем Андрей так сказал! Сейчас есть вещи поинтереснее. Вот у Игоря действительно есть что спросить, только нет никакой возможности это сделать… Надо же! А Сварин-то, оказывается, изменял ей, Ольге! И не просто один раз сходил на лево, а в течение всей семейной жизни имел любовницу – ведь встречаться со Златой, как стало ясно из дневников, он начал еще, когда та училась на первом курсе института!

Мысли закопошились в голове Ольги: «Это что же получается? Злата была любовницей Игоря… дружила с Инной… Наврала Андрею… А история о некой Светлане – это тогда что? Попытка увести в сторону? Так может, Злата и есть преступница? Вместе с Инной, разумеется… Или она просто несчастная жертва… Наркоманка…» Ну, вот… Еще больше вопросов и никаких ответов.

Ольга отложила дневники в сторону. Стоило ли звонить Андрею? Наверное, нет. Лишь бы он не полез в расследование снова, лишь бы прекратил общение со Златой. А дневники? Ольга же сама попросила его передать их потом Злате!

Судорожно набирая номер Андрея, Ольга пыталась придумать что-нибудь правдоподобное для него.

– Андрюша, прости, что беспокою… Но у меня к тебе просьба: дай, пожалуйста, адрес матери Златы, я сама отнесу ей дневники.

– Оля, мы же договорились…

– Я помню. Но просто так будет лучше. Так мне будет спокойнее. Все-таки я попросила тебя прекратить расследование.

Сначала Андрей долго кашлял, затем сопел в трубку, наконец, произнес:

– Хорошо, записывай адрес Анастасии…

Вот и хорошо! Теперь она сама навестит мать Златы и отдаст дневники. Авось и уговорит эту Анастасию не рассказывать дочери об их следственных мероприятиях. В конце концов, если Злата окажется сообщницей Инны, то опасность будет угрожать всем, кто хоть как-то посвящен в тайны девушек.

Глава 27.

Первое, что пришло в голову после прочтения дневников, оказалось идеей встретиться с матерью Златы. Ольга не стала откладывать в дальний ящик это мероприятие и сразу же отправилась в путь.

Анастасия встретила гостью приветливо, предложила выпить чаю, но Ольга отказалась, предпочтя перейти сразу к делу.

– Анастасия Юрьевна, к вам приходил мой сотрудник, Андрей, с вопросами о вашей дочери…

Анастасия глубоко вздохнула, и Ольге даже показалось, что хозяйка квартиры на мгновение закатила глаза к верху, будто припоминая какой-то сладостный момент из своей жизни. Или, все же, не показалось?

– Так вот… Андрей взял у вас дневники Златы, – продолжала Ольга. – Мы их изучили, и теперь хочу вам вернуть все в целости и сохранности.

– А почему Андрей не мог их вернуть?

– Просто… просто он вышел из этого расследования.

Анастасия Юрьевна снова вздохнула, но на этот раз снизошла до короткой фразы:

– И правильно сделал, что прекратил это дурацкое следствие.

– Почему?

– А зачем оно вообще кому-то нужно?

Теперь вздыхать пришла очередь Ольги – но не от сладостных воспоминаний, а от необходимости перейти к делу, по которому, собственно, она и пришла.

– Анастасия Юрьевна, ответьте мне честно, знали ли вы, что ваша дочь ввязалась в одну не очень приятную историю?

– Конечно, знала, – кивнула Анастасия. – Что же я, не мать ей что ли? Ведь это именно я заметила, что Злата стала употреблять наркотики, и именно я уговорила ее лечиться в клинике.

– Я не об этом. Давайте-ка вы попытаетесь припомнить всех близких знакомых вашей дочери, – Ольга решила зайти с другого бока.

– Это будет очень трудно! К Злате каждый день кто-то приходил в гости, а уж сколько телефонных звонков к ней поступает – это вообще с ума сойти можно! Я тоже человек общительный, но до дочери мне далеко…

– Но все же, попробуйте вспомнить самых-самых близких друзей. Или подруг.

– Честное слово, не могу! У нее кого только нет: и Светы, и Маши, и Саши, и Гриши…

Да уж, тяжелый случай… И что теперь делать? Выкладывать правду Ольге не хотелось: Анастасия казалась совершенно несерьезным человеком. Затянувшуюся тишину прервал звонок телефона.

– Слушаю! – пропела Анастасия в трубку. – Да, я – Анастасия Гришанова. Что? Что??

Ольга вовремя подскочила к Анастасии – она уже сползала на пол, судорожно сжимая телефонную трубку в руках. Ольга выхватила телефон, но в нем уже понеслись гудки.

– Что случилось? Анастасия Юрьевна, скажите!

– Злата… Злата, она… выпрыгнула из окна.

– Она жива? – Ольга трясла Анастасию за плечи, боясь, что та упадет в обморок.

– Нет… нет…, – Анастасия забилась в судорогах, вцепившись будто окаменевшими пальцами, в плечо Ольге, – она разбилась совсем… Она лежит еще там, во дворе… Они просят меня приехать туда… Но я боюсь, я не могу…

– Анастасия Юрьевна, придите в себя, прошу вас! Я могу поехать туда вместе с вами… Я отвезу вас…

– Правда? – Анастасия смотрела на Ольгу так же, как смотрят неразумные дети на своих родителей. Ольга кивнула:

– Да. Собирайтесь.

Долго ждать не пришлось – Гришанова собралась за две минуты. За эти же две минуты она, казалось, полностью овладела собой: теперь лицо ее не выражало никакого страха, тело не искажалось судорогами.

Во дворе клиники Анастасия Юрьевна вела себя так же: собранно, уверенно… Но только до того момента, как они прошли через толпу народа, окружавшую место трагедии. Увидев раскинувшееся на асфальте тело дочери, Анастасия упала в обморок. Ольга успела подхватить ее под руки до того момента, как Гришанова могла оказаться на асфальте рядом с дочерью. Подоспевшие врачи уложили Анастасию на носилки и вкололи какое-то лекарство.

– Унесите ее, – попросила Ольга, – зачем ей видеть весь этот кошмар?

Санитары послушались и унесли носилки в открытые двери клиники. Ольга, тем временем, пыталась заставить себя взглянуть на тело Златы: это было просто необходимо, мало ли, что могло обнаружиться по горячим следам?

С трудом пересиливая внутренний ужас, Ольга посмотрела на распростертое по земле тело: некогда красивая статная Злата сейчас представляла собой угнетающее зрелище – большую куклу, с вывернутыми под неестественным углом конечностями. Густые черные волосы разметались по асфальту, впитывая в себя вытекшую кровь, фигура, облаченная в короткое платье, все еще сохраняла красоту  недавно ушедшей жизни, а огромные глаза, широко распахнутые, казалось, что смотрели в небо.

Ольга отвернулась. Нет, здесь никаких зацепок не найти – все уверенны, что Злата покончила с собой. Нужно отправиться в палату, где лежала девушка: может, что-то натолкнет на нужную мысль?

Ольга поднялась на четвертый этаж, зашла в палату (врач, который наблюдал Злату, сообщил, в какой именно палате она лежала): вещи были разбросаны, создавалось впечатление, что Злата что-то искала… Или кто-то другой пытался найти нужное… Никаких зацепок, ни-че-го! Но что-то подталкивало на мысль, что произошедшее не является самоубийством! Пусть Злата была наркоманкой, пусть она страдала и мучилась без наркотиков – но решится на такой шаг… Да и с чего вдруг? Ведь в клинике ее никто не держал, не заставлял здесь находиться! Злата могла спокойно перемещаться по городу – она ведь даже в кафе ходила с Андреем… Что-то здесь другое…

Ольга выглянула из окна – девушку грузили на носилки, один из присутствовавших милиционеров пытался разогнать собравшихся зевак, но у него ничего не получалось. Наконец, удручающая процедура закончилась – толпа начала расходиться. Ольга вздохнула с облегчением – в отличие от любопытных, она не любила подобных зрелищ. «Теперь можно поспокойнее оглядеться» – подумала Ольга, как будто присутствие тела Златы во дворе клиники могло ей помешать.

Поиски наконец-то привели к результату – Ольга обнаружила едва различимый кровавый след на полу возле кровати: создавалось впечатление, что совсем недавно в палате развернулась нешуточная борьба. Только вот с кем дралась Злата? И является ли падение из окна следствием этой борьбы? Ольга проползла по полу к двери и снова натолкнулась на кровь, только теперь она представляла собой потемневшую каплю. «Значит, тот, с кем дралась Злата, был ранен ею… Причем довольно-таки серьезно, раз капала кровь…» Оставалось решить, что делать дальше? Сообщить милиции?

Как по команде в палату вошли два представителя следственной службы и решительным шагом направились к Ольге, которая, к счастью, успела подняться с колен до их прихода.

– Кто вы, гражданка? – громовым голосом проговорил старший по званию: Ольга решила, что раз у него больше звездочек на погонах, то он и старший.

– Ольга Лесницкая. Подруга Златы… Бывшая, – быстро нашлась, что ответить, Ольга.

– Что вы здесь делаете?

– Ничего… Просто зашла в палату… Думала, может, Анастасия Юрьевна здесь.

– Кто такая Анастасия Юрьевна? – обратился старший по званию к младшему.

– Мать погибшей, – прошептал тот.

– Кстати, могу ли я узнать предварительное следственное заключение о гибели своей подруги?

– А какое может быть заключение? Наркоманка покончила с собой! Такое сплошь и рядом бывает…

– А я пока тут в палате была, обнаружила кое-что, – сообщила Ольга, указывая на кровавые следы.

– Кровь, – констатировал один из представителей правопорядка.

– Так точно, товарищ старший лейтенант, – отчеканил другой.

– Нужно сообщить об этом, – вынес вердикт лейтенант.

Удовлетворенно кивнув, Ольга вышла из палаты. «Правильно я сделала, что указала на кровь – пусть милиция во всем разбирается, а мне уже хватит…»

Вернувшись домой, Ольга первым делом накормила собак: Тюбик получил маленькую тарелочку, полную «Педигри», Мухтар – большую. Собаки завиляли хвостами и дружно принялись за еду. Сама Ольга поела лапши быстрого приготовления и запила ее компотом, тоже порошковым, затем отправилась в комнату развешивать картины, привезенные из квартиры Игоря Арнольдовича.

На дворе уже был поздний вечер – сумерки сгущались, образуя непроглядную темень. Изображения почти двухсотлетней давности выглядели еще более мистически в неярком свете бра. Ольга подбежала к выключателю и зажгла яркую люстру, не выдержав разыгравшегося воображения. Свет разогнал всех призраков древности.

Картины Ольга развесила на свое усмотрение, совершенно иначе, чем они располагались в квартире Игоря Арнольдовича, хотя она прекрасно помнила, как именно они были расположены.

Мысли путались в голове, сменяя одна другую. «Так можно и с ума сойти, – сокрушенно подумала Ольга, – и из-за постоянного напряжения, и от одиночества тоже…»  Часы показывали начало десятого, но делать было совершенно нечего. Единственное, что оставалось – это лечь спать, утро все-равно что-нибудь, да прояснит.

Глава 28.

Проснулась Ольга в начале одиннадцатого и сразу же начала мысленно перебирать в голове то, что необходимо сделать:  одеться, умыться, покормить собак, выгулять четвероногих, затем позавтракать самой… можно принять душ… Но когда дело на практике наконец-то дошло до душа, оказалось, что сделать это времени не остается – день давно перевалил за два часа по полудню, а она собиралась навестить-таки сегодня  семью Романа Гришанова, причем сделать это нужно было так, чтобы не застать дома сына Романа  – Руслана.

Солнце сияло почти по-летнему, вот только тепла приносило намного меньше, но замерзнуть все-равно было бы трудно, даже если надеть простой хлопчатый костюм. А на машине так и вообще можно было без пиджака ехать! Именно так Ольга и поступила: надела свой розоватого цвета костюм, включавший в себя три предмета (юбку, пиджак и галстук) и захватила в тон одежде сумочку.

Примерно в три часа дня Ольга перешагнула порог дома Романа Гришанова. Дверь открыла миловидная миниатюрная дама лет сорока пяти, с роскошными черными волосами. «Неужели блондинки вышли из моды? – сокрушено подумала Ольга. – Куда ни глянь – одни брюнетки!» Повнимательнее присмотревшись к даме, Ольга поняла, что хозяйка квартиры нацепила на голову парик – непонятно, почему, но от данного открытия стало приятнее на душе.

– Здравствуйте! – улыбнулась Ольга. – С кем имею честь разговаривать?

– Добрый день. А кто вам, собственно, нужен?

У дамы был высокий голос, невыносимо напоминающий голос какого-то очень знакомого ей, Ольге, человека, да и внешность дамы, казалось, была знакома.

– Мне нужно поговорить с родителями э… – Ольга пыталась припомнить имя дочери Гришановых, которое называл Андрей, но удалось это не с первого раза. – Эээ… Глафиры!

– Проходите. Вы, наверное, из института?

– Именно!

– По поводу учебы?

– Не совсем… Скорее, по поводу поведения.

По пути к семейству Гришановых Ольга сочинила целую эпопею о цели своего визита. Вкратце, идея выглядела так: она, Ольга, куратор группы, в которой учится Глафира, и деканат направил ее в семейство Гришановых для выяснения причины отвратительного поведения дочери. Конечно, Ольга не подумала, как станет выкручиваться, если Глафира заявит: «Нет у нас никакого куратора» или «Не знаю тетку – самозванка она!», Ольга решила действовать в этой ситуации по обстоятельствам.

– Что опять натворила эта дура? – возопила дама нечеловеческим голосом так, что Ольга даже не поняла сначала, откуда идет столь ужасный вопль.

На рев супруги из комнаты выглянул Роман (то, что это именно он, Ольга поняла сразу – мужчина представлял собой точную копию своей матери – Гришановой Натальи Сергеевны, только мужского пола) и издал не менее ужасный вопль:

– Что случилось, дорогая?

«Первый раз сталкиваюсь со столь дикой манерой разговаривать, – подумала Ольга. – Если у них еще и доченька обладает такой способностью воспроизводить звуки в подобном диапазоне, я точно не выберусь отсюда живой»

– Что случилось? Ты спрашиваешь, что случилось?? Да твоя доченька, Глашенька твоя, под монастырь скоро семью подведет!

– Что сделала Глафира? – удивился глава семьи, и, судя по выражению его лица, удивление было вполне искренним.

– А ты у педагога спроси!

Роман повернулся к Ольге, но не успела та раскрыть рта, чтобы залиться триадой о несносном поведении Глафиры, как из другой комнаты выглянула сама виновница кошмара.

Первое, что поняла Ольга, заметив появившееся из-за двери личико, это то, что она совершила колоссальную ошибку, придумав именно эту историю о причине своего прихода: Глафиру можно было принять за кого угодно, но только не за нарушителя дисциплины в институте.  Девушка выглядела настолько прилежной ученицей, настолько дисциплинированной и порядочной, что это казалось пределом человеческих возможностей.

– Ага, вышла она к нам! Принцесса ненаглядная! Говорила я тебе, прикидывается она только такой благонравной! – эти слова были обращены уже к Роману. – А на деле-то, вон оно все как – натворила что-то в институте!

Ольга поняла, что если сейчас же не придумает какую-нибудь более правдоподобную версию своего прихода, то Глафире несдобровать, да и самой ей тоже.

– Подождите-подождите! Вы не правильно меня поняли, совершенно неправильно!

Жена Романа прекратила вопли и тупо уставилась на Ольгу, Глафира напряженно терзала книгу, с которой вышла из комнаты.

– Я пришла не для того, чтобы ругать вашу дочь, напротив: меня прислали, чтобы вынести устную благодарность ее родителям за то воспитание, которое получила девочка!

Отец Глафиры радостно улыбнулся и попытался погладить дочь по голове, но у него ничего не вышло: девочка задрожала, как осиновый лист.

– Ну что, вынесли благодарность? – снова заорала дама. – Тогда, милости просим!

В адрес Ольги еще не разу не употребляли этого выражения для того, чтобы выставить ее за дверь, вот и сейчас она не сразу поняла, на что так открыто намекает жена Романа.

– Оксана, ну нельзя так! – укорил супругу Роман. – Человек к нам ехал, устал, наверное… А ты…

– А что я? Это ее обязанность, значит! Ей за это деньги платят! – не унималась Оксана. Видимо, Роман понял, что призвать супругу к добродетели не удастся, поэтому решил взять инициативу в свои руки:

– Может, чаю выпьете? – улыбнулся он. – Да и представиться не мешало бы!

– Можно и чаю, – облегченно выдохнула Ольга, – а зовут меня Светланой Алексеевной.

– А меня Роман. Просто Роман, без отчества!

Оксана зло усмехнулась и быстро ушла в комнату, не забыв громко хлопнуть дверью.

– Замучила уже… – проговорил Роман, когда супруга ушла. – Жить спокойно не дает ни мне, ни детям. Сын уже неделю как дома не появляется, с наркотиками связался. Глафира… Та вообще измаялась. И вот надо же так! Когда я гулял напропалую, Оксанка гладкая как шелк была, слова поперек не говорила, за детьми бегала, как курица за цыплятами… А сейчас – ну, прямо будто подменили!

Ольга припомнила, что ей рассказывал Руслан об отце: как он замучил его своим контролем, как гулял от супруги годами, а затем неожиданно перестал…

– Бывает такое… Сначала жена терпит, а потом мстить начинает…– изрекла Ольга, когда Роман замолчал.

– Да я уже и сам ни раз пожалел о том, что жене изменял, что семью не ценил… Наверное, опоздал со своим раскаянием.

Роман провел Ольгу в кухню, налил чай, нарезал булочки… Достал из холодильника шоколадное масло, извлек откуда-то коробку конфет:

– Может, вы голодны?

– Нет-нет, чая вполне достаточно! Роман… Могу ли я поговорить с вашей дочерью? Узнать, как у нее дела, может, вопросы какие-то есть по учебному процессу…

– Да-да, конечно. Позвать ее?

– Не надо. Если можно, я бы сама могла пройти к ней в комнату…

– Хорошо, идите – третья дверь справа по коридору.

Ольга застала Глафиру сидящей за компьютером. Что делала девушка – узнать не удалось, потому что монитор был повернут в противоположную от двери сторону.

– Можно к тебе?

– Проходите.

– Ничего не хочешь спросить?

– Хочу. А можно?

– Можно.

– Кто вы?

– Я – Ольга Лесницкая. Разумеется, к твоему институту я не имею никакого отношения, а вот к твоей родственнице и по совместительству подруге, Злате, имею.

– Злата умерла вчера…

– Я знаю. Мне поручили расследовать все обстоятельства гибели девушки, – ради благого дела можно было немного приврать.

– Ее убили… Я это знаю точно.

– Откуда?

– Злата говорила мне, что жить ей осталось недолго… За три дня до трагедии мы встречались с ней… тогда она это и сказала.

– А причины своего предположения не назвала?

Глафира ничего не отвечала, только смотрела на Ольгу и покачивала головой. Наконец-то она выдавила:

– Документы…

– Что документы?

– Покажите мне свои документы! Мало ли, кем вы можете представиться! Вдруг вы и меня пришли убить, а родителям наврали с три короба!

Разумеется, никаких документов у Ольги не было. Оставалось только одно – рассказать девушке всю правду и надеяться, что она поймет и поверит.

На удивление, Глафира поверила и даже не задала ни одного вопроса.

– Да, слышала я что-то про эти драгоценности, правда не от родителей, а от подруги Златы – Инны. Она приходила один раз сюда вместе со Златой, расспрашивала меня…

– О чем именно, можешь припомнить?

– Да… Правда, давно это было – года три назад. Я тогда еще в одиннадцатом классе училась. Инна спрашивала, не рассказывал ли мне кто-нибудь о фамильных драгоценностях Тришина, но я ничего о них не знала и вообще, от Инны услышала впервые.

– И больше с Инной не общалась и о драгоценностях ничего не слышала… так?

– Так.

Что же получается? Жили-были три девушки: Инна, Злата и Глафира… даже четыре: была еще Татьяна. Все они приходились друг другу дальними родственницами, но не все об этом знали. Инна вела активный поиск исчезнувших еще лет сто назад сокровищ и, возможно поэтому, заводила знакомства со всеми, кто мог иметь к отношение к драгоценностям. Одна за другой гибнут Татьяна и Злата, причиной смерти которых, быть может, и стало это золото. Косвенно, через Игоря, Инна вышла и на нее, Ольгу. В последствии Игорь тоже погибает. Смерть Натальи Симонович и ее мужа Левушки могла быть и незапланированна преступницей: просто так случилось, что они оказались в квартире вместе с Татьяной. Что касается Игоря Арнольдовича… Ольга не была уверена, что старик умер своей смертью, но и явной причастности других лиц заметно не было. «Как бы Инна не разузнала о том, какой информацией владеет мой дед Федор, – с ужасом подумала Ольга. – Да и моя жизнь явно в опасности – ведь преступница давно могла понять, кто копает под нее». В отсутствие Инны в стране верилось с трудом – слишком много событий развивалось явно с ее участием. Как в подтверждение мыслей Ольги Глафира проговорила:

– Кстати, Инну я недавно видела в городе…

– Видела Инну??

– Да, а что вы так удивляетесь? Мы с ней не общаемся, но в городе пару раз пересекались случайно… Правда не здороваемся, но в лицо-то я ее знаю!

Ольга поняла, что сейчас перед ней сидит важный свидетель, единственный человек, который остался в живых из всех, кто имел хоть какое-то отношение к Инне (помимо нее самой, разумеется).

– Глафира… Мне необходимо, мне просто жизненно важно сейчас услышать кое-что от тебя!

– Что именно?

– Как выглядит Инна? Опиши мне ее! В самых мельчайших подробностях!

Глафира задумалась. Затем закрыла глаза, будто припоминая облик, и наконец-таки, произнесла:

– Высокая, стройная, раньше у нее были длинные черные волосы, но когда я ее увидела три дня назад, волосы у нее уже были красноватого оттенка… Глаза темно-карие, почти черные, голос звонкий…

Чем дольше Ольга слушала описание, тем больше представляла себе эту девушку, тем более что ее было с кем сравнить: подруга Ольги, Инна Игнатьева, подходила под описание точь-в-точь. Ольгу могли даже начать терзать сомнения, если бы не фамилии: она точно знала, что у этих двух девушек они совершенно разные: Симонович и Игнатьева.

– У тебя хорошая зрительная память, – похвалила Ольга свою собеседницу. Та расплылась в благодарной улыбке – стало заметно, что Глафиру редко баловали комплиментами.

На этом беседа была закончена – Ольга собралась домой. Уже в дверях Глафира ее остановила и тихо прошептала на ухо:

– Будьте осторожнее. Что-то мне подсказывает, что вести расследование о гибели Златы – дело весьма опасное!

– Спасибо за заботу! – улыбнулась Ольга.

Глава 29.

Прогуливаясь с собаками по тихому двору, находящемуся неподалеку от ее дома, Ольга собралась с мыслями. Теперь единственно верным решением ей казалось вновь обратиться к Андрею с просьбой о помощи. Ольга набрала номер бывшего любовника и стала ждать: один гудок, второй третий, пятый… «Наверное, он не хочет меня слышать. Что ж, вполне понимаю…» На седьмой гудок Андрей все же снял трубку:

– Слушаю!

– Андрей, это я, Ольга! Мне нужно с тобой срочно переговорить!

– Боюсь, что в ближайшие сутки это невозможно – я уехал в командировку по новому делу.

Голос в трубке был сухой и беспристрастный. «Все понятно… Я ему совершенно не нужна. Да и была ли нужна вообще?»

– Ладно, извини. Пока!

Гудки понеслись в ухо с раздражающим пискливым звоном. Ольга нажала «отбой». Вот так вот! Вот тебе и любовь! Жениться он собирался! Как же! Наверное, единственной настоящей любовью был совершенно другой человек, совершенно другой человек любил и ее, Ольгу: верно, трепетно, по-настоящему. Но и у него свадьба на носу, через каких-то пару недель он тоже предаст их любовь, как когда-то предавала ее и она, Ольга. И ничего нельзя поделать.

Единственное, что могло отвлечь Ольгу от грустных мыслей, это расследование, тем более что из-за такого грубого отказа Андрея азарт увеличился вместе с адреналином. «Я тебе покажу – новое дело! Я вам всем покажу! Всех вас пересажаю, убийц и проходимцев!» – негодовала в душе Ольга.

Но вот что теперь делать? Все нити были оборваны, все версии рассмотрены… Искать Инну в городе не представлялось возможным – все-таки Москва это не деревня, и даже не Астрахань. Первой мыслью было навестить мать Златы и расспросить ее о ходе расследования: что стало известно, есть ли вообще какие-нибудь новости? Да и поддержать женщину казалось необходимым.

Поразмыслив еще несколько минут, Ольга пришла к выводу, что эта идея самая верная, и отправилась по знакомому адресу.

Подойдя к двери, Ольга заметила, что она не заперта. Сердце зашлось от страха: а что, если хозяйка квартиры уже мертва, что если она, Ольга, опоздала и теперь наткнется на хладный труп? Руки начали дрожать вместе с коленями, но отступать было поздно, тем более что и некуда, поэтому Ольга собралась, смело шагнула вглубь квартиры и замерла. Какие-то звуки все же доносились: приглушенные, сдавленные, вперемешку со вскриками. «Ее пытают» – подумала Ольга и ринулась на помощь. Ворвавшись в комнату, она так и застыла в позе бегущего от того, что пришлось лицезреть: на кровати, в жарких объятиях, сплелись два обнаженных тела. Одно из них принадлежало Анастасии – это Ольга поняла сразу, а вот другое… Когда Ольга рассмотрела мужчину, она чуть не упала в обморок от неожиданности!  Прямо перед ней лежал в обнаженном виде Андрей! Первой фразой, сорвавшейся с губ, была следующая:

– Ты же в командировке!

Потом Ольга поняла, что городит несусветную чушь, и взяла себя в руки, правда, с большим трудом.

– Простите, что отвлекаю…

Какое-то мерзостное чувство пробралось в душу – Ольге стало тошно от того, какими циничными бывают люди: захотелось плюнуть в лицо этой бесстыжей Анастасии, которая, еще не забрав тела дочери из морга, предается запретной любви с молодым любовником; хотелось расцарапать морду этому наглому Андрею, который не соизволил помочь ей, Ольге, когда она так запуталась, когда попала в такую опасную ситуацию…

– Я ухожу… Еще раз, извините…

Ольга выскочила из двери и помчалась вниз по ступенькам, не дожидаясь лифта. Вслед ей несся крик Андрея: «Оля, постой, Оля, вернись…», но она и не думала останавливаться: от одной мысли, что придется снова разговаривать с бывшим любовником, становилось не по себе. «Да что это со мной? – пыталась урезонить себя Ольга. – Я же сама с ним рассталась! Да и чувств никаких не осталось, так что это точно не ревность…» В сердце забралась банальная обида – обида на человека, который казался единственным, кто мог помочь, единственным, с которым она почувствовала хоть какую-ту душевную близость за последние месяцы, и который так безапелляционно обманул ее надежды.

«Где же ты, Ваня? Где же… Наверное, в жарких объятиях своей будущей жены… в теплой постели… Или в ресторане танцуешь с ней медленные танцы… А мне здесь так плохо, так страшно одной, когда даже кожей чувствуется, как сжимается кольцо вокруг шеи… Хочется бежать, а бежать некуда… Снова прочь из Москвы? Да, я так и сделаю, когда вернется сын… Я спасусь бегством от опасности, но не от боли в душе, – Ольга терзалась мыслями, автоматически управляя автомобилем. Андрей ее, разумеется, не успел остановить, и теперь она летела по городу, нарушая правила. – Я не смогу вернуться в Астрахань, не смогу видеть твое счастье издали, ее счастье; не смогу улететь во Францию, да и вообще заграницу – мне там не место… Спрячусь где-нибудь на просторах России, отсижусь, а потом, может быть, вернусь».

К дому Ольга подъехала в районе одиннадцати вечера, включила свою любимую музыку, заперла все двери… Страх не оставлял, не покидал ни на минуту. Даже собаки, окружившие свою хозяйку, не привнесли своим присутствием умиротворения. Ольга ходила по квартире, включая свет во всех комнатах, но и свет не рассеял тревогу. Раздавшийся из прихожей дверной звонок перепугал ее совсем:

– Кто там?

– Открывай, свои!

– Иннуся, неужели ты? – Ольга не могла скрыть радости. Подруга появилась как всегда вовремя.

– Я, я. Давай уже, поторапливайся!

Ольга наконец-то добралась до двери, открыла замок…

– Инна, какая ты красавица! Неужели волосы покрасила?

– Да, нравится? – Инна повернулась спиной, демонстрируя шикарные кудри, отливающие красноватым оттенком.

– Очень! Твои волосы… они…

Ольга замерла на полуслове. Волосы! Глафира Гришанова… Она говорила, что знала Инну Симонович, описывала ее внешность и упомянула, что видела ее недавно, видела с крашеными волосами…

Земля завертелась под ногами будто в три раза быстрее. Ольга пошатнулась и чуть было не упала, но вовремя взяла себя в руки: нужно было не подавать виду, что она догадалась обо всем… Обо всем! Неужели это правда?

– Они прекрасны! – наконец-то выдавила Ольга. – Ты все-таки решила перекраситься в другой цвет!

– Да, надоел уже мне этот черный, захотелось что-нибудь повеселее! А у тебя что нового?

– Ничего хорошего, – Ольга махнула рукой и попыталась сделать беспечный вид. – С Андреем рассталась!

– Да, а что так? Мне Миша не говорил!

– Он еще просто не знает, наверное, мы расстались совсем недавно.

– Кстати, Ольга, мне Миша сказал, что ты не прекратила свое расследование!

– А откуда он узнал? – Ольга сжалась в комок. Теперь она смотрела на Инну не как на подругу, а как на убийцу. Хотелось закричать, позвать на помощь, вызвать милицию, но нужно было еще все уточнить: а вдруг она ошиблась? Вдруг простое совпадение? Подумаешь, цвет волос… А то, что внешность, описанная Глафирой, совпала с внешностью Инны – так это тоже не доказательство! Только вот сердце никак не успокаивается…

– Какая разница, как он узнал? Ну, Андрей ему рассказал, а он мне… Оля, что ты делаешь? Ты понимаешь, что ты можешь попасть в беду с этим своим расследованием или нет?

Да, Теперь Ольга понимала… Она не просто могла попасть, она уже попала…

– Инна, да что ты так переживаешь! Закончила я уже это расследование!

– И каковы результаты? – Инна посмотрела на Ольгу в упор, не моргая, словно боясь упустить какую-то важную деталь, жизненно необходимую деталь.

– Никаких! Без Андрея ничего не смогла выяснить… Так что ты зря на меня нападаешь!

– Хорошо, если так…

– А что именно тебе Миша говорил?

– Да ничего особенного. Я вообще-то и пришла у тебя разузнать, что удалось откопать…

Неожиданно из комнаты вышел Мухтар и, скалясь, зарычал.

– Это еще кто?

– Мой новый питомец, Мухтар!

– Не укусит?

– Не знаю! – искренне ответила Ольга, в тайне надеясь, что Инна испугается Мухтара и уйдет, но подруга не спешила.

– Надеюсь, мы с ним подружимся! Дорогая, ты меня чаем не хочешь угостить?

– Пойдем!

На кухне Ольга боялась повернуться спиной к Инне, боялась сказать что-то лишнее. Наконец-то чай был налит и поставлен на стол.

– Ой, Олюшка, а ты не принесешь мне свой телефончик проводной – хочу Мишке домой позвонить, а у меня батарейка села!

Ольга вышла из кухни и спряталась за дверью: что-то подсказывало, что поступить нужно именно так. Предчувствие не обмануло – не прошло и минуты, как Инна залезла в сумочку и достала оттуда ампулу, еще через мгновение содержимое ампулы оказалось в Олиной чашке с чаем.

– Ну вот ты и допрыгалась подружка, – прошипела Инна, хищно сверкая своими огромными глазищами. – Лезешь, куда тебя не просят, так что сама во всем виновата!

Ольга услышала все, до последнего слова, затем, еле справясь с трясущимися коленями, на цыпочках ушла за телефоном.

– Вот тебе трубка, Иннуся, болтай, сколько хочешь! – беспечный голос, беспечный жест, но чего стоили эти жесты для Ольги!

– Спасибо, дорогая! Кстати, отменный чай! Где покупала?

– В магазине… за углом.

Инна набирала номер, поглядывая на Ольгу, а та не знала, куда себя деть и что вообще дальше делать. Решение пришло неожиданно – Ольга повернулась и смахнула чашку рукой.

– Ой, мой чай! Инна, аккуратней, а то намочишь рукав!

– Что ты такая неуклюжая? – заорала Инна, вскакивая со стула. – Даже чай не можешь выпить!

– Инна, Инна, успокойся! Это всего лишь чай! – конечно, Ольга понимала, что для подруги это не просто чай: это способ избавится от нее, от Ольги, как от ненужного сыщика… Или как от ненавистной подруги.

Инна шла прямо к Ольге, вытаращив глаза и пряча что-то за спиной. Последней мыслью было развернуться и убежать прочь, но Ольга замерла перед убийцей, как кролик перед удавом.

– Да я спокойна, спокойна! Сейчас сама тебе чай налью. И вообще, извини, что на тебя сорвалась – просто день был тяжелый…

– Понимаю. У самой так бывает. Буду благодарна, если чай мне нальешь, а я пока в туалет сбегаю.

Брать с собой проводной телефон Ольга не решилась – Инна бы сразу догадалась, зачем, а с мобильного вызывать милицию не умела  – так и не научилась набирать короткие номера. Оставалось только одно: идти в туалет с мобильным и пытаться дозвониться хоть до кого-нибудь.

«Так, номер тети Кати у меня записан в блокноте, а блокнот в комнате, – вспоминала Ольга, закрывшись в туалете. – А кто еще сможет прийти на помощь за короткое время? Инна! Точно! Та девушка, с которой я гонялась на машине! Ее-то номер записан в электронной записной книжке телефона, да и приехать она может быстро!»

– Алло, Инна, привет. Не перебивай меня и ничего не спрашивай. Это я, Ольга. Ты узнала меня?

– Да.

– Инна, прошу тебя, вызови милицию на мой адрес. Он у тебя есть?

– Да.

– И, пожалуйста, срочно! Хорошо?

– Да.

Ольга отключила телефон, когда снаружи раздался голос подруги:

– Ты что, застряла? Чай уже остыл!

Сердце забилось в бешеном ритме, дыхание прервалось: «Вот и все… Вот и конец…» – судорожно подумала Ольга. И вдруг в квартире раздался страшный грохот, все зазвенело и задребезжало, затем истошно закричала Инна:

– Пустите меня! Пустите!

Ольга выскочила из своего убежища и застала интересную картину: на полу лежала Инна, сверху ее держали два омоновца, еще четверо стояло по периметру, а в коридоре, около двери, за всем этим наблюдал невозмутимый Иван.

Глава 30.

– Пустите меня немедленно! Кто вам дал право вести себя так со мной! – безрезультатно надрывалась Инна, когда ее уводили из квартиры. – Я вас потом всех пересажаю!

Ольга сидела на полу в зале, окруженная своими собаками. Мухтар положил голову ей на колени, Тюбик пытался лизнуть в лицо.

– Ну, вот и все. Следствие окончено, – бормотала Ольга сама себе, раскачиваясь из стороны в сторону и обхватив голову обеими руками.

– Зачем ты вообще полезла в это дело?

Как оказалось, в комнате она была не одна: в дверях материализовался Иван. Он подошел к Ольге, присел на колени, поглаживая Мухтара.

– Красивая собака. Не знал, что ты увлекаешься животноводством. Давно ли?

– Ты лучше скажи мне, как вообще очутился в моей квартире? Ты же уехал из Москвы еще несколько дней назад! – вопросом на вопрос ответила Ольга.

– А вот и не уехал! Ты опять сделала неправильный вывод!

Ольга изобразила удивление на лице, впрочем, удивление было искреннем.

– Не томи, расскажи все, как есть, иначе я умру от любопытства!

– А что тут рассказывать? Все элементарно просто! Я приехал в Москву по приглашению одной солидной фирмы, даже не фирмы, а целой организации – несколько московских ночных клубов заказали серию новых компьютеров. Очень солидный заказик был, скажу я тебе, на приличную сумму тянул! И представь теперь мое удивление, когда встретился я по этому делу не с кем иным, как с твоей подругой, Инной! Конечно, она меня узнала, а я ее: вы ведь как-то раз вместе приезжали в Астрахань, ты нас тогда и познакомила. Инна сказала мне, что их директор поручил именно ей руководить процессом компьютеризации, потому что она единственный сотрудник, который отлично разбирается в электронных технологиях. Я тогда не придал особого значения, на какую именно организацию работает Инна, и как вообще называются клубы, но, поговорив с тобой…

В общем, ситуация выглядела следующим образом. Услышав повествование Ольги о проводимом ею расследовании, Иван насторожился: судя по рассказу, Инна Симонович должна была состоять в тесном контакте не только с Игорем Свариным, но и с самой Ольгой, как с непосредственным кандидатом на получение потерянных еще многие десятки лет назад сокровищ. Оставалось решить вопрос: в облике кого Инна Симонович контактирует с Ольгой? Не под своим же именем она будет вести поиски и убирать ненужных свидетелей?

– Как же я сама не догадалась! – воскликнула Ольга. – Хотя я и поверить не могла, что моя подруга выступит в роли хладнокровного убийцы! Какие же мотивы толкнули ее на это?

– Всего я не знаю, могу рассказать только то, что мне самому удалось выяснить, а вот за подробностями мы обратимся завтра в правоохранительные органы.

– Так они нам все и расскажут! Следствие-то еще не окончено, наверное…

– Следствие не окончено, осталось собрать кое-какие улики по поводу взрыва квартиры семьи Симонович… Но вот все остальное мы с тобой узнаем завтра. Есть тут у меня один хороший знакомый…

– Ваня, я тебе очень благодарна, очень! Ты не представляешь даже, насколько! – Ольга обняла Ивана и даже чмокнула его в щеку. – А теперь расскажи хотя бы то, что ты знаешь, иначе я до утра не усну!

– В общем-то, рассказывать мне особо нечего: следствие, в отличие от тебя, я сам проводить не стал, а сразу обратился в компетентные органы, чтобы узнать, как идет дело в отношении убийства Игоря Сварина или Бежина. Кстати, твой бывший муж оказался не толь отвратительным типом, как можно было подумать. Ты, наверное, решила, что он специально разыграл свою гибель, чтобы скрыться от тебя, ведь так?

– А разве было иначе?

– Представь себе! Игорь Сварин был уверен, что когда он улетел в очередную командировку, ты ему изменила. И вообще, очень долгое время Инна убеждала его, что ты его обманываешь, что ты спишь и видишь, как бы завладеть его деньгами и расстаться с ним, чтобы сбежать вместе с любовником!

– А зачем ей это было нужно?

– Все дело в этих сокровищах. Инна узнала о них, узнала о твоей дальнем родстве с Тришиным…

– Но она ведь тоже тришинский потомок!

– Это еще неизвестно…

– Как это? Она ведь дочь Натальи Симонович…

– Ольга, не беги впереди повозки. Я и сам еще не все знаю. Так что не перебивай, а то вообще ничего потом из меня не вытянешь.

Ольга закивала, уверяя всем своим видом, что больше не посмеет и слова лишнего вставить в рассказ Ивана.

– Так вот… Инна убедила Игоря разыграть его гибель, дабы он мог обойтись без лишних скандалов и разделов имущества: они оба были уверены, что сама ты не разберешься в бизнесе Сварина и просто уедешь из Москвы, покинешь, так сказать, тонущий корабль. Впрочем, ты их ожидания полностью оправдала, хотя по-другому и быть не могло: ты действительно ничего не соображала в делах мужа, не так ли?

– Так. Но мне и не нужно это было! Деньги в семье водились, а зачем мне лезть туда, куда не просят?

– Логично. Слушай дальше. Инсценировка у Инны и Игоря удалась отлично, результат достигнут – ты улетаешь во Францию. Сам Сварин тоже покидает страну – он отправляется в Венгрию, к родственникам, чтобы продолжать свой бизнес на более высоком уровне. Одновременно со своими делами он помогает Инне с поисками семейных драгоценностей – в знак благодарности за то, что она раскрыла ему глаза на твои измены.

– Неужели он поверил ей так просто, без всяких доказательств?

– Почему же? Инна предоставила ему свидетелей! Нашлось немало людей, завидовавших твоему счастью, да и фотографии какие-то там она смонтировала. А когда ты вышла замуж во второй раз, Игорь уверился на все сто процентов.

– Вот мерзавка!

– Ты слушай дальше! Инна до конца не могла поверить, что ты не в курсе ни о каких сокровищах, а спросить у тебя напрямую не могла, именно поэтому ей приходилось действовать через Игоря. А Игорь был падок на женщин, и Инне это было хорошо известно. А еще ей было известно, что в постели мужчина расскажет гораздо больше, чем когда он находится в обычном деловом состоянии. И вот тогда Инна знакомит твоего бывшего мужа со Златой, своей подругой – черноволосой красавицей, которая, как ни странно, по уши влюбляется в Игоря. Инна надеялась, что Злата сможет выведать у любовника то, что могло не удастся ей, но она и здесь ошиблась: Игорь тоже не смог ничего конкретного узнать о золоте, так что любовная связь Златы и Игоря была на радость только им двоим.

– Он изменял мне все нашу совместную жизнь! – ужаснулась Ольга.

– Такое бывает. Но ты так сильно не расстраивайся: на самом деле Игорь любил тебя, просто есть такой тип мужчин – прирожденные изменщики.

– Ваня, единственное, что я не понимаю, так это зачем нужно было Инне устраивать эту инсценировку гибели Игоря, если она изначально задействовала его в качестве связующей нити со мной?

– А что тут непонятного? – удивился Иван. – Все как раз таки логично: мавр сделал свое дело, мавр может умереть. На протяжении долгих лет Инна следила за тобой и сама лично и через Игоря в надежде на то, что ты, наконец-таки, решишь начать поиски сокровищ, или кто-то из родни даст тебе сигнал на начало этих поисков. Понимаешь, для Инны это золото было смыслом жизни, и она держала под неусыпным контролем всех, кто мог иметь к нему отношение. Когда она поняла, что истина где-то рядом, и ты к этой истине не имеешь отношения, она решила удалить тебя на безопасное расстояние, дабы избежать непредвиденных эксцессов.

– Ничего себе! Как ей удалось все так продумать? Я чувствую себя просто марионеткой в руках мастера!

– Так оно и было. Инна продумывала каждый шаг, каждое движение, и вот когда она наконец-таки подобралась вплотную к разгадке, появляешься ты! Твой развод с Джорджем и возвращение в Россию стали для нее как гром среди ясного неба! А тут еще ты в первый же день возвращения видишь Игоря по телевизору и собираешься его немедленно отыскать. И самое главное, что и Игорь узнает о твоем возвращении – ему сообщает Максим.

– Макс? Так он общался со Свариным?

– Да. После твоего визита он позвонил Игорю и рассказал, что ты возвратилась в Россию. И вот тогда Сварин решил вернуть тебя – хоть он и продолжал думать, что  ты ему изменяла, но все-равно решил рассказать всю правду: видимо, любил тебя. Вот только не успел: Инна его опередила, как, впрочем, и тебя.

– Значит тогда, в коридоре, я видела ее…

– Да. Инна отравила Сварина каким-то быстродействующим ядом, не знаю, как называется.

Ольга вздохнула, повела плечами, сгоняя озноб.

– Ваня, а почему по телевизору сказали тогда, что Игорь занимается производством вин? Он что, бросил автомобильный бизнес?

– Нет, не бросил. Игорь был мастером на все руки: он успевал следить за делами и на автомобильном рынке, и в винном деле, еще и клубы открыл по всей Москве. Еще вопросы имеются?

– Имеются, и не один.

– Задавай.

– Зачем Игорь поменял фамилию?

– Честно говоря, не знаю! Захотелось, наверное. Он взял девичью фамилию матери.

– А фамилия Инны… Она ведь всю жизнь была для меня Игнатьевой!

– И не только для тебя: в институте она тоже проходила под этой фамилией, а вот на работе она уже была Симонович. Игнатьевой Инна пробыла всего пять лет, а затем поменяла фамилию снова.

– Ваня, а как же могила Игоря в Венгрии? – добавила Ольга после минутной паузы. – Неужели это все вранье? Неужели даже родители Игоря и его сестра втянулись в эту ложь?

– Именно так. Игорь сам попросил их скрывать от тебя то, что он жив и здоров: объяснил причину, описал тебя в черных красках… Вот они и сыграли свою роль без запинки!

– Надо же! Все вокруг лгут! Так скоро проснешься, и сам себе верить перестанешь! – сокрушалась Ольга.

– Еще вопросы?

– Да. Когда у тебя свадьба?

Иван улыбнулся.

– Через семь дней, дорогая моя, через семь дней. А я тут вот торчу, даже невесту свою не вижу…

– Значит, так хочешь видеть, – не удержалась Ольга.

Снова улыбка, но уже другая: не такая ироничная, как предыдущая.

– А это, дорогая, не твое дело.

– Не мое, говоришь?

Ольга встала, подошла к сидящему на полу Ивану сзади, обняла за плечи. Неожиданно почувствовала, как он дрогнул всем телом. Через секунду Иван уже поднялся и подхватил Ольгу на руки.

– Не стоит. У тебя через неделю свадьба.

– Как хочешь.

Снова легкое движение – и Ольга твердо стоит на ногах.

Глава 31.

На следующее утро Ольга вскочила не свет ни заря и сразу же помчалась в комнату к Ивану.

– Просыпайся скорее! Нам же к следователю идти!

– Но не в такую же рань! – Иван постепенно сползал с кровати, натягивая халат, милостиво предоставленный Ольгой. – Кстати, откуда в квартире холостячки имеется мужской халат, позвольте поинтересоваться?

– Считай, что он достался мне в наследство от последнего жениха!

– Он что, умер?

– С чего ты взял? – не поняла Ольга.

– Раз по наследству…

– А, ты об этом… Да нет, живой, вроде, и даже невредимый. Мало того, уже завел новую любовницу!

– Да, мы такие… – загадочно улыбнулся Иван. – Долго без вас, женщин, не можем!

– Мы тоже такие, – съехидничала Ольга.

Через полчаса после завтрака Иван с Ольгой уже сидели в кабинете районного отделения прокуратуры и ожидали следователя.

– Кто он вообще такой? – не унималась Ольга. – Откуда вы знакомы?

– Не он, а она… А вот откуда знакомы – не спрашивай!

Ольга услышала, как кто-то вошел, и обернулась.

– Инна! Вот это встреча! Что же ты тут делаешь? – Ольга искренне удивилась, увидев свою новую знакомую-гонщицу в кабинете.

– Оля, привет! Рада представиться тебе в новом статусе: я не только любитель скоростной езды по ночному городу, но и старший следователь прокуратуры, по совместительству.

– Так вот почему ты вчера не приехала! Омоновцев прислала! Спасибо тебе огромное, ты мне жизнь спасла!

– Вот тут ты как раз и ошибаешься, дорогая. Если бы не Иван, то я сомневаюсь, что оперативная группа прибыла бы вовремя: это ведь он вел наблюдение за твоим домом и, как только появилась Инна Симонович, сразу же дал сигнал нам.

Ольга с благодарностью посмотрела на Ивана, затем снова на Инну:

– Ну расскажи нам все, не томи!

– Слушайте! Только одно условие: никаких вопросов без моего разрешения, хорошо?

– Хорошо! – хором ответили Ольга с Иваном.

Много-много лет назад в семье одного талантливого художника Тришина Ивана Павловича родился не менее талантливый сын, но талантлив он был по-своему – еще будучи маленьким мальчиком Володенька обладал удивительной властью над людьми. Взрослым оставалось только удивляться: как ребенок ухитрялся править их действиями? Представительницами противоположного пола Владимир Тришин вообще управлял так, как ему заблагорассудится.

И вот однажды еще не вкусившему плоды сладкой богатой жизни Тришину-младшему предоставляется возможность стать обладателем несметных сокровищ – фамильных драгоценностей царского рода. Не будучи наделенным чрезмерной порядочностью и честностью Владимир использует этот шанс и, подставив под удар юную девушку, похищает из дворца сокровища. Как он прятал золото и как его удалось вывезти из Петербурга – история умалчивает, но факт остается фактом: в семью Тришиных попадают очень дорогие украшения.

Воспользоваться самому украденными драгоценностями Тришину возможность так и не представилась. Впрочем, наследников на золото осталось предостаточно: у Владимира с молодой красивой супругой Ольгой родилось три дочери. Но видимо, правду говорят, что и деньги, и богатства, нажитые на чьей-то крови приносят одни несчастья – так и Тришин не смог с умом разделить драгоценности между детьми. Не успели скончаться Владимир и Ольга, как в семье начались распри: уехала далеко от родителей младшая дочь Екатерина, не выдержав атаки сестер и родителей, выступавших против ее брака, затем исчезла другая дочь – Татьяна… Кому достались драгоценности, узнать было практически невозможно, если бы не одна деталь: показания живого свидетеля тех давно минувших лет – Федора Борохова.

– Вы общались с моим дедушкой? – не утерпела Ольга.

– Да. И скажи спасибо ему за то, что он согласился ответить на наши вопросы. Кстати, опять-таки благодари Ивана – это он смог уговорить Федора Борохова дать показания!

– Ребята, спасибо вам обоим! – снова улыбнулась Ольга, глядя на своих спасителей. – А что было дальше?

– Так вот, драгоценности попали в руки Татьяны Тришиной…

Дальше долгое время опять шли междоусобицы: Инна Тришина со своей дочерью всеми способами пытались найти сокровища, направо и налево подставляя невинных людей. Уже тогда было пролито немало крови и разбито человеческих судеб. Кстати, надо отдать должное ветви, идущей от младшей дочери, Екатерины – никто, из ее династии не пытался отыскать золото. Впрочем, потомки Инны Тришиной, начиная с Игоря Арнольдовича, тоже уже не были задействованы в поисках.

– Как же так? – снова не удержалась Ольга. – А Инна Симонович? Она же потомок Инны Тришиной и главная подозреваемая во всех преступлениях!

– Ты ошиблась сразу в двух пунктах: первое, она не просто подозреваемая, а уже обвиняемая по нескольким статьям, и второе, Инна Симонович вовсе не дочь Натальи Симонович и Льва Михайловича!

– Как же так?

– А вот так! Слушай и не перебивай!

У Натальи Викторовны Симонович действительно родилась дочь, только вот попала она в совершенно чужие руки – в семью Гришановых. Это произошло неслучайно, и хотя выяснить подробности было не так-то просто, но все же это удалось.

Одновременно с Симонович в палате лежала еще одна роженица – Гришанова Оксана, жена Романа. Оксана с ужасом ожидала рождения ребенка: мало того, что он был для нее нежеланный, так еще и нагулянный – долгие годы Гришанова изменяла своему мужу. И вот теперь оставалось ждать и надеяться, что девочка родится похожая на нее: светловолосая и голубоглазая, а не чернявая в отца-цыгана. Разумеется, Оксана была не дура и понимала, что шансы на такое очень малы. И вот, о чудо! Получилось так, что и Оксана, и Наталья рожали в один день и час. Припоминая внешность мужчины, навещавшего Наталью, Оксана отметила, что он был светловолосый, да и сама Наталья не отличалась чернявостью… мысль возникла неожиданно и также неожиданно приобрела вполне реальные черты: нужно просто взять и подменить ребенка.

Как Оксане удалось проделать все без сучка, без задоринки, объяснить трудно, но задуманное ею удалось на сто процентов! Вот так, по воле случая, настоящая дочь четы Симонович попала в семью Гришановых.

– Теперь понятно, почему Олеся так ненавидела Глафиру… А она общалась со своей родной дочерью?

– Да. И не просто общалась – Оксана всячески помогала Инне осуществлять все ее коварные замыслы, а в чем-то даже сама была инициатором. Инна даже фамилию свою меняла на девичью родной матери – Игнатьева… Кстати, гибель Натальи, Льва и Татьяны Приходько тоже лежат на плечах Олеси.  Вот, в общем-то, и все!

– Как все? Ты же не сказала самого главного: где, у кого сейчас находятся сокровища?

Инна пожала плечами:

– Честно признаться, понятия не имею. Но точно не у Инны – иначе она бы не стала так подставляться с попыткой убить Игоря Арнольдовича.

– С попыткой? Как с попыткой??

– А вот так! – улыбнулась Инна. – Твой дедок-боровичок жив-здоров, как говорится!

Недоумение захлестнуло Ольгу с головой: перемешанное вместе с неожиданной радостью оно заполнило все ее существо.

– Инна, не томи, говори уже!

– А что говорить? Нам ведь именно Игорь Арнольдович помог следствие раскрыть!

Оказалось, что не так-то давно к старику вдруг неожиданно нагрянула племянница: предложила деду попить чайку, поговорить о жизни… Инна сама приготовила чай, сама накрыла на стол и под каким-то хозяйственным предлогом отправила Игоря Арнольдовича в другую комнату. Но что-то остановило старика: он спрятался за дверью и понаблюдал за племянницей: Инна, уверенная в том, что она осталась на кухне одна, достала из сумочки какую-то ампулу и вылила содержимое в чашку.

– Она и меня так пыталась отравить! – снова не удержалась Ольга. – Но у нее ничего не вышло!

– Оля, успокойся. Ты еще успеешь все рассказать и дать подробные показания: главное, что и ты, и Игорь Арнольдович остались живы и здоровы. Так мало того, что старик обхитрил Инну, он еще и умудрился спрятать чашку с отравленным чаем и заменить эту чашку другой, которую несостоявшаяся убийца и забрала с собой!

– Молодец, Игорь Арнольдович! Только вот не пойму, зачем тогда понадобился весь этот цирк с наследством?

– Ну как же! Во-первых, для того, чтобы Инна полностью убедилась в том, что дело свое страшное она сделала, а во-вторых, чтобы проверить людей, которым он доверял…

– Странный какой-то этот дед-боровик, – ухмыльнулась Ольга. – Зачем ему эти проверки, раз итак людей насквозь видит… А с картинами мне теперь что делать? Обратно ему везти?

– Можешь сама активность не разводить – Игорь Арнольдович скоро к тебе собственной персоной наведается: все-таки Мухтара своего он никому не собирался дарить…

– Да, Мухтар – хороший пес, верный… Он так за дедом тосковал! Мне его даже не жалко будет возвращать хозяину, хотя, если честно, мы с Тюбиком к нему тоже привязались…

Инна недоуменно посмотрела на Ивана, тот пояснил:

– Собака это Ольгина – Тюбик.

– А, понятно, – улыбнулась Инна. – Ну, что, ребята, вопросы еще будут?

– Пока нет!

– Тогда до встречи!

– Пока, Инна. Спасибо, что рассказал нам все, а то бы я представляю как мучилась без информации.

Из здания Ольга вышла вместе с Иваном. Погода была на редкость ясная и теплая.

– Для марта чудесный денек, – констатировала Ольга. Иван кивнул. – Куда сейчас отправишься?

– Оля, я бы хотел спросить… Вернее, предложить…

– Что, Ваня, что? – занервничала Ольга, надеясь не понятно на что.

– Да ничего. Ничего особенного. Хотел узнать, не собираешься ли ты вернуться в Астрахань?

Ольга вздохнула: нет, не это она хотела услышать, не на эти слова надеялась сейчас, надеялась в последний раз.

– А зачем мне туда?

– Ну, проведать родителей, а заодно и на свадьбе моей поприсутствовать.

– Собиралась. Только вот на свадьбу к тебе я не смогу прийти, и не спрашивай, почему, ладно?

– Ладно. Не хочешь – не надо.

– А ты когда уезжаешь?

– Через час.

– Тогда пора поторапливаться – тебе ведь еще за вещами надо заехать…

Глава 32.

Ну, вот и все: Ивана она проводила, следствие закончено… Завтра должен вернуться Витька – наверняка с какими-нибудь подарками для нее, Ольги. В честь приезда Нина Федоровна напечет всяких сдобных булочек, пирогов, пирожков, и Ольга будет их уплетать за обе щеки. А потом… Потом потянутся серые дни: без любви, без мечты, только горечь будет их заполнять, горечь и одиночество. Ольга тяжело вздохнула и поплелась на кухню, следом за ней увязался Тюбик, который тоже находился в глубокой печали: час назад приезжал Игорь Арнольдович и забрал Мухтара домой.

– Да, дорогой, такие мы с тобой несчастные… Опять одни: ни друзей, ни врагов… Но тебе все-таки лучше: ты знаешь, что друг твой жив-здоров, мы можем к нему наведываться хоть каждый день…

Игорь Арнольдович действительно приглашал Ольгу к себе в гости, приглашал от чистого сердца и обещал принимать ее у себя хоть каждый день. Картины забирать обратно он не стал, сказал, что ему приятно от того, что полотна находятся у достойного человека. Еще они с Ольгой долго хохотали, когда Игорь Арнольдович рассказывал, как вытянулось лицо у горе-соседа, когда он узнал, что старик жив, и из квартиры придется выселяться. Да, старичок оказался на редкость хорошим собеседником: мало того, что он умел интересно рассказывать, он мог еще и внимательно слушать… А как этого порой не хватает!

За последние лет десять Игорь Арнольдович оказался единственным человеком, который смог понять Ольгу, единственным, кто смог объяснить ей все то, что творилось с ней самой, в ее душе.

– Ты понимаешь, племяшка, – так он теперь называл Ольгу, узнав, что она его дальняя-дальняя родственница, – понимаешь, в чем дело… Люди очень интересные существа! Они придумывают себе кучу правил, начиная с того, как кушать за столом, и заканчивая тем, как важно прислушиваться к словам, которые о тебе говорят окружающие. Вот ты сейчас мучаешься и не можешь решить очевидную задачу: есть два человека, и эти два человека, скорее всего, любят друг друга, но проходит год за годом, а они не вместе. Почему? Почему сначала один из них не уверен в любви другого и боится сделать шаг навстречу, затем другой? А чего, спрашивается, они боятся? Неужели так страшно поговорить друг с другом и признаться в любви? Нет! Они боятся, что за этим последует, боятся остаться в одиночестве, боятся возможных издевок со стороны, ненужной жалости… И что в итоге? В итоге-то всем вокруг хорошо, а они страдают… Они придумывают всякие разные способы скрасить свое гнетущее одиночество, пытаются вытравить из себя свою любовь, но ведь настоящую-то любовь невозможно убить, не так ли, Ольга?

Ольга кивнула. Она и сама поняла уже, что не сможет быть счастлива ни с каким другим мужчиной, кроме Вани. Да, она была два раза замужем, да, встречалась с Андреем, с другими мужчинами тоже… Они нравились ей, и Ольга искренне надеялась, что сможет их полюбить. Но надежды не оправдались! Так и не появлялось то опьяняющее чувство свободы, чувство полета, не вырастали крылья за спиной, как она ни надеялась.

– А любовь-то и не надо убивать, деточка, – подмигнул Игорь Арнольдович. – Ты запомни: если умирает настоящая любовь, то вместе с ней умирает и человек. Запомни это!

– А что же мне теперь делать-то, дедушка? – воскликнула Ольга. – Он женится, понимаешь, женится!

– Ты тоже выходила замуж, и не раз! Только чем это закончилось? Правильно, ничем хорошим: хоть и любил тебя первый муж, но все-равно изменял – видимо, чувствовал все же, как ты к нему относишься. А со вторым ты сама не смогла оставаться. Только не говори мне, что по родине затосковала – не поверю! И с Андреем ты осталась – сама себе врать не захотела.

Да, все это было так, именно так и никак иначе. Но что она могла сейчас сделать? Время потеряно, через три дня свадьба… Как на нее потом люди посмотрят, если она, Ольга, попытается увести жениха из под венца?

Глава 33.

Проснулась Ольга рано и больше уснуть не смогла. Этот сон… Зачем он приснился? К Чему?

…Вот она, Ольга, гуляет в ресторане в шумной компании: десятки людей вокруг нее, все счастливые, радостные, хвалят ее, Ольгу, а ей почему-то грустно… За нее поднимают тосты, милые официанты подносят различные блюда, но ничего не хочется. Хочется куда-нибудь убежать, подальше ото всех, чтобы никто не смог догнать, остановить, чтобы перестали, наконец-то, хвалить, гладить по голове… Как же это неприятно: ее постоянно кто-то гладит, трогает волосы… Но она не хочет, не хочет! Ей нужно бежать, спасаться! И вот откуда-то неожиданно появляется Иван. Он подходит к ней, протягивает руку, но кто-то шепчет за ее спиной, что с ним идти нельзя, что это неправильно, ей должно быть стыдно так себя вести… И он уходит. Ольга начинает плакать, кричать, но люди не дают ей выбежать из ресторана: они продолжают гладить ее по голове, кто-то хватает ее за руки… И тогда… Тогда за спиной вырастают крылья: большие, белые, сильные… один взмах… другой… третий… И Ольга летит вверх, в открытое окно… Вот уже и не земля оказывается внизу, а голубое море… море… море… А потом какой-то берег: песчаный, теплый. И Иван – ждет ее на берегу… Вот уже и она с ним рядом… и, наконец-то, долгожданный покой, безмятежное счастье овладевают ею…

– Мам, что с тобой? – Витька прервал воспоминания о чудесном сне.

– Ничего, милый. А ты почему так рано встал?

– Нина на кухне пироги печет, а я решил ей помочь!

– Вот молодец, сынок, вот умница! – Ольга погладила Витька по голове: в отличие от нее, сын любил, когда трогали его волосы. – Витя, а как ты думаешь, дядя Ваня хороший?

– Конечно хороший!

– А ты хотел бы, чтобы он с нами жил?

– Конечно!

Ольга улыбнулась. Неужели Витька чувствует связь с отцом, неужели привязался к нему за те недолгие и нечастые встречи, которые были? Неужели…

– Витя, а если я сейчас уеду и попытаюсь привезти Ваню к нам, то что ты обо мне подумаешь?

– Ничего особенного! Ты влюбилась в него – вот и все!

Влюбилась – вот и все! Как же все просто! Все элементарно! Единственная фраза развеяла все сомнения, которые могли остановить Ольгу. А действительно, зачем усложнять жизнь, зачем искать какие-то предлоги, оправдания, когда можно так легко все объяснить – она влюбилась в Ивана и поэтому хочет его вернуть!

– Нина Федоровна! – кричала Ольга, врываясь на кухню. – Нина Федоровна!

– Что такое, Оленька? Что?

– Нина Федоровна, мне надо срочно уехать, срочно! Вернусь скоро, обещаю!

Не слушая, что говорит ей няня, Ольга хватала все подряд: телефон, деньги, пластиковые карточки…

– Сынок, пока! Нина Федоровна, до встречи!

Дверь хлопнула, Ольга побежала вниз, к машине.

– Что это с ней? – недоуменно спросила Нина Федоровна у Витька.

– Влюбилась она, – невозмутимо ответил тот.

– А, ну тогда понятно…

Тем временем Ольга уже заводила своего железного коня – ждать ближайший рейс самолета было некогда – время шло на часы. Уже завтра Иван должен был жениться, завтра! А ближайший рейс тоже завтра. Конечно, на машине придется потратить в дороге чуть ли не целый день, но зато к ночи она уже будет в Астрахани.

Итак, педаль газа до конца вниз… Машина срывается с места и несется вперед… Нет, не вперед, а к тому спасительному окну из Ольгиного сна – значит, вверх!

Глава 34.

Вот, наконец-таки, и знакомый город, родной город, близкий, дорогой! Ольга летела по Астраханским дорогам уже поздним вечером. «Завтра суббота, уже завтра у него свадьба… Что же я делаю? Зачем сюда приехала?» Ольга боялась – откровенно боялась своего поступка. Нет, она не планировала расстроить свадьбу Ивана, не думала провести эту последнюю ночь его холостяцкой жизни в его объятиях, даже не знала точно – увидится ли она с ним или нет. «Зачем же я приехала? Ради чего? Неужели просто так, чтобы убедиться лично, что он женится? Увидеть, как они распишутся в Загсе?»

Огни города радостно мигали за окном машины: витрины магазинов, неоновые рекламы, еще не убранные поздравления с восьмым марта… Ночь, тишина… Ольгин БМВ несся по дороге один, как корабль на просторах моря: тяжелый, самоуверенный, надежный. Вот и знакомые улицы: еще несколько минут, и Ольга подъедет к дому родителей, а там и до апартаментов Ивана недалеко. Интересно, увеличил ли Иван свою жилплощадь? И живет ли он еще там, где жил раньше, или переехал в более просторный дом?

Ольга остановила машину, не доезжая до родительского дома. Часы показывали почти одиннадцать часов вечера. «Мама рано ложится спать, – вспоминала Ольга, – да и отец тоже… Не хочется их будить, а то распереживаются, разволнуются… И куда мне теперь податься? Может, к деду Федору на работу? Бабушка говорила, что он сторожем посменно подрабатывает… Вдруг повезет, и он сейчас на дежурстве?»

Дед Федор любил трудиться: ни минуты не мог просидеть на месте что в молодости, что в старости. Сколько его не уговаривали родные отдохнуть, собой заняться – он ни в какую! Вот и теперь давно будучи на пенсии подрабатывал сторожем на швейной фабрике.

Так и есть! Дед Федор сидит в своей сторожке и читает… «Наверное, что-нибудь о войне» – подумала Ольга, вспоминая пристрастия деда в литературе. Ольга посигналила, вышла из машины.

– Кто это к нам пожаловал? – улыбался Федор, выбираясь из своей сторожки. Ольгу он узнал сразу – зрение позволяло, да и освещение тоже было хорошим.

– Дедушка, здравствуй! Как ты? Как здоровье?

– Привет-привет, внучка. Я-то хорошо, а вот почему вы, девица, по ночам катаетесь, хотелось бы спросить?

Ольга улыбнулась: она обожала деда, любила его манеры, способ общения… Вот и сейчас она отметила то, что Федор повел себя так, как она и ожидала: никаких возгласов «Что стряслось? Почему ты приехала на ночь глядя?», никаких сердечных приступов от неожиданного визита – все это никогда не входило в состав свойств характера деда, не изменился дед и сейчас.

– Дедушка, я поговорить с тобой хочу…

– Ну, это дело хорошее. Тем более, вижу я, что действительно совет тебе нужен, – усмехнулся Федор. – Не зря же ты из Москвы примчалась…

– Все-то ты знаешь!

– А как же! Пойдем-ка, чайку выпьем, ты мне все и расскажешь.

Чай в приготовлении Федора, как всегда оказался вкусным: на травах, ароматный, с каким-то интересным необычным привкусом. Заметив удивление Ольги, дед пояснил:

– Добавил пару капель клубничной настойки. Нравится?

– Очень! – честно призналась Ольга, вновь с благодарностью глядя на деда. Он, как всегда, оправдал ее надежды: не стал сразу же приставать с расспросами, лезть в душу, а дал время, чтобы Ольга могла собраться с мыслями. Поговорив еще немного о том о сем, дед наконец-таки произнес:

– Из-за Ивана приехала?

– Да, – ответила Ольга, удивляясь: откуда дед узнал об этом?

– И что, не знаешь, как дальше поступить?

– Не знаю… – Ольга задумалась: а ради чего она приехала? Неужели из-за этого непонятного сна? Вот так вот просто увидела сон и решила: срочно повернуть время вспять… Дурочка! Обыкновенная дурочка!

– Коришь себя из-за того, что поступила необдуманно?

– Даже не знаю, дедушка, – вновь честно призналась Ольга. – Как-то неспокойно мне стало: а вдруг это мой последний шанс, вдруг больше не останется ни малейшей возможности что-то сделать? Все-таки свадьба – это не так просто…

– Да, свадьба – дело серьезное… – ухмыльнулся Федор. – А что ж ты раньше-то не спохватилась?

– А когда раньше, дедушка, когда? Я же из Франции вернулась не больше месяца назад!

– А причем тут Франция? Разве я последний год имею в виду?

Конечно, нет, конечно не последний год, и Ольга это знала. Дед намекает на то, почему же она раньше не подумала об Иване, о том, чтобы быть вместе именно с ним, а не с Игорем, не с Джорджем… Только вот время назад не повернешь…

– Молчишь, голубушка, молчишь… А вспомни, я ведь говорил тебе: возвращайся в Астрахань, бери сына и возвращайся – Москва ведь никуда от тебя не денется!

Ольга пожала плечами: конечно, дед говорит разумные вещи, но в ее правилах существовало такое убеждение: никогда ни о чем не жалеть.

– Дедушка, а исправить же всегда все можно, так?

– Так. Почти всегда.

Ольга снова задумалась: интересно, а в ее случае можно хоть что-то исправить? Пусть много воды утекло, пусть многое изменилось, но ведь шанс есть!

– Дедушка, а ты ее не знаешь, случайно?

– Ванькину невесту? Знаю!

– И какая она? Что из себя представляет?

– А ничего особенного, на мой взгляд. Зовут ее Александрой, двадцать пять лет… Внешне симпатичная, но вот характер… Не думаю, что она легко от Ивана откажется!

Вот дед, вот мудрец! Он уже понял, что Ольга приняла решение: она будет действовать, пытаться вернуть Ивана – и теперь предупреждает ее о возможных препятствиях.

– Но как она его удержит, если он решит быть со мной?

– Олюшка, неужели это я должен тебе рассказывать о ваших бабских хитростях?

– Но ты же у меня умный, мудрый…

– Я не знаю, что может предпринять Саша, просто предупреждаю тебя: женщина она хитрая, смелая… – немного помолчав, дед добавил:

– Да и ты у меня не из робкого десятка! Слышал я, что ты все-таки докопалась до истины об этих несчастных драгоценностях?

Ольга встряхнула волосами, улыбнулась:

– Нет, дедушка. Не правильно тебя Иван информировал! Убийцу-то я нашла, и даже соучастника, а вот сокровища так и не всплыли…

– А хотелось бы их найти?

– Честно признаться, хотелось бы. Да вот только помню, что ты мне о них говорил: зло они несут, смерть… Так что не жалею о том, что мне они в руки не попали.

– И правильно, не жалей, – дед взглянул на часы, затем, прищурившись, перевел взгляд на Ольгу, – что-то ты засиделась у меня, деточка, не пора ли тебе делом заняться?

Через пять минут Ольга уже неслась по ночному городу: теперь ее вряд ли что-нибудь могло остановить.

Глава 35.

Перед домом Ивана Ольга притормозила: а что, если он не один? Ведь такое вполне возможно – накануне свадьбы невеста заночевала у жениха… Но останавливаться было поздно – теперь можно было только надеяться, что все же Иван и Саша решили соблюсти традицию, и ночь перед женитьбой провести порознь.

Ольга с удовольствием отметила, что дом Ивана остался вполне узнаваем, хоть он и сделал пристройку, расширив двор за счет выкупленного соседнего участка.

Калитка, как и раньше, была не заперта, и Ольга беспрепятственно проникла во двор. В доме горел свет: «Наверное, не один!» – с ужасом подумала Ольга. Подобравшись поближе к окну, она долго наблюдала за происходящим в доме, но, кроме Ивана, сидящего перед телевизором, никого больше не увидела. «Пора действовать, а то так и просижу всю ночь под окнами!» – подумала Ольга, дергая ручку входной двери. «Открыто! А вот это уже интересно!» Сердце Ольги забилось так сильно, что ей казалось, будто она слышит стук. А, может, она действительно слышала: на дворе стояла такая тишина, что можно было услышать даже звук падающего на землю платка. «Даже природа затихла, ожидая, что же сейчас произойдет», – подумала Ольга, делая неуверенный шаг в комнату. Затем еще шаг, еще…

– Здравствуй, Ольга, – не оборачиваясь произнес Иван.

– Откуда ты узнал, что это я?

– Услышал. Ты на своем БМВ даже глухого взбудоражишь.

Он врал – Ольга это знала наверняка потому, что услышать шум подъезжающей машины было невозможно: она оставила БМВ на соседней улице.

– Не обманывай! Я верю, что на дворе стоит удивительная тишина, но ты все-равно не мог услышать шум машины – я пришла пешком.

Иван поднялся, подошел к Ольге вплотную, затем взял ее за руку и усадил на диван, сам сел рядом с ее коленями на пол.

– Ну, значит, не угадал…

– Почему двери не закрываешь?

– Я ждал тебя.

Ольга улыбнулась – ей приятно было услышать именно эти слова, хотя она и не надеялась, что это правда.

– Можешь не сомневаться в моей искренности, – прокомментировал Иван ее мысли, – я говорю правду. Я надеялся, что когда до исчерпываемого лимита останется всего один шаг – ты придешь.

Вот какие слова: «исчерпываемый лимит», «искренность»… А кто виноват, что этот лимит исчерпался? Разве не он, не Иван, затеял эту свадьбу? Хотя, впрочем, Ольга понимала, кто на самом деле виноват в том, что они не вместе…

– Прости меня, Ваня, прости, пожалуйста. Я знаю, что сейчас вряд ли что-то можно изменить: твоя невеста сидит дома в ожидании завтрашней свадьбы, наверняка заказан ресторан, приглашены гости… А я свалилась тебе на голову, ночью, несу какую-то ерунду… Прости меня за все…

– За что еще, помимо того, что ты свалилась мне на голову ночью?

– Ваня, ты ее любишь? Скажи? Только честно, пожалуйста!

– Оля, зачем ты спрашиваешь? Ты же знаешь, кого я люблю на самом деле, кого любил всегда и вряд ли уже разлюблю… Конечно, я не люблю Сашу, но надеюсь, что любовь придет: вместе с совместной жизнью, с детьми, которые у нас будут… Саша надежный человек, она хочет быть со мной, хочет иметь детей от меня…

– И все? И это все? Ваня, а как же любовь?

– А что любовь, что? Что толку, что я всегда любил тебя? Что из этого вышло? Где ты и где я? С кем ты? С кем теперь я? Разве принесла мне счастье моя любовь? Нет, Ольга, нет! Только страдания и ничего больше! Я каждый день и каждую ночь с ужасом думал, как ты ложишься в постель с Игорем… Потом Игорь исчез, и я был безумно рад этому! Я надеялся, что ты придешь ко мне и останешься со мной, но ты не пришла – ты улетела во Францию, ты снова вышла замуж, а я опять начал сходить с ума, представляя, какое наслаждение испытывает этот француз, занимаясь с тобой любовью… И теперь снова! Ты вернулась в Россию, на родину, но не вернулась ко мне… Опять очередной счастливчик – Андрей…

– Ваня, ты никогда не звал меня, не предлагал быть вместе… Как бы я смогла вернуться?

– Да ты же итак все знала! Только не говори, что это не так! Если бы это было не так, ты не решилась бы явиться ко мне накануне свадьбы и просить прощения…

Он был прав, конечно, прав. Ольга и сама понимала, что совершила много ошибок: ей просто было удобнее так жить, не признаваясь себе в своей неправоте. Конечно, можно было попробовать вернуться к Ивану – тем более, возможностей предоставлялось много, вот только не решалась она это сделать: жизнь шла своим чередом, и страшно было начинать в ней что-то менять.

– А сейчас уже ничего нельзя изменить? – спросила Ольга, с надеждой глядя на Ивана.

– Можно. Всегда можно что-то изменить.

– А как?

Иван взял со стола проводной телефон, набрал какой-то номер… Через пару гудков в трубке раздался женский голос:

– Ваня, ты не спишь? Почему? Что-то хочешь мне сказать?

Ольга нажала кнопку громкой связи, чтобы слышать слова собеседницы Вани. Она поняла, с кем он собрался разговаривать: с Сашей, своей невестой. Иван не стал отключать громкую связь – он никогда не запрещал Ольге делать то, что она хотела, и никогда не ругал за ее проделки – даже когда они встречались еще в юности.

– Саша, прости меня, но я принял одно решение, очень важное для меня и, наверное, очень неприятное для тебя…

– Какое? – голос в трубке стал металлическим, вытесняя все те нежные нотки, которые звучали вначале.

– Нам придется отменить свадьбу.

Ольга вздрогнула: неужели она не ослышалась? Неужели он так и сказал: отменить свадьбу?

– Что? – заорала трубка нечеловеческим голосом. – Что ты сказал?

– Нам надо отменить свадьбу, – по слогам произнес Иван. – Что непонятного?

– Ты с ума сошел? Ты что там придумываешь? Да я тебя уничтожу, я с тобой через два дня разделаюсь, фирму твою разорю…

Минут пять трубка разрывалась в диких воплях и угрозах, потом замолчала.

– Саша, ты так не нервничай. Сколько ты хочешь денег, чтобы признать в общественности, что мы расстались по обоюдному согласию? Сто тысяч долларов хватит?

– Двести.

– Договорились.

В трубке понеслись гудки.

– Ваня, неужели ты… Неужели ты так просто отказался от своей невесты?

– А что меня могло удержать? – улыбнулся Иван, целуя ноги сидящей на диване Ольги. – Неужели ты думала, что я смогу предпочесть ее? Неужели думала, что я прогоню тебя? Ведь я так долго ждал тебя, целую вечность… И неужели ты думаешь, что я дорожу женщиной, которая готова отказаться от меня ради денег…

– Не думаю.

– Оля, а давай уедем? Прямо сейчас!

– Куда? – улыбнулась Ольга.

– Сначала в аэропорт, а потом улетим далеко-далеко… На недельку! А за эту недельку подойдет очередь в Загсе…

– Ты делаешь мне предложение?

– Да. Ты согласна?

– Согласна!

Она дождалась ее, этой минуты, которая сделала ее самой счастливой на свете, самой радостной и счастливой.

Неделю спустя…

На свадьбу съехалось столько людей, что Ольга ощущала себя настоящей наследницей престола, которую выдают замуж заботливые родители-короли. На самом деле почти всю организаторскую работу взяла на себя новая подруга Ольги – Инна. Она прекрасно разбиралась во всех тонкостях этого мероприятия, потому что, как оказалось, сама вышла замуж три месяца назад. Праздновать торжество решено было в Москве, чтобы не было никаких неожиданностей, преподнесенных родственниками и друзьями бывшей невесты Ивана. Впрочем, Ольгина астраханская родня была только «за» – всем не терпелось вкусить радостей московского торжества, организованного на столь широкую ногу.

Свадьба прошла с таким размахом, что о ней даже было упомянуто в одной из московских газет, как о давно не виданном торжестве.

Что касается Ольгиного расследования, то его вполне можно считать доведенным до конца: преступницам Инне и ее родной матери Оксане светит как минимум по двадцать лет тюремного заключения за совершенные злодеяния, а в отношении сокровищ… Все же Ольге удалось выяснить, где они хранятся теперь и где были на протяжении последних двухсот лет. Правда выяснилась на свадьбе: именно на свадьбе Ольга поняла, что оказывается ее дед Федор отлично знаком с Игорем Арнольдовичем, и это весьма ее насторожило. После долгих уговоров и обещаний о том, что ни одна живая душа не узнает об их разговоре, хитрые старички  все же раскрыли Ольге тайну, которую оба они хранили на протяжении всей своей жизни: оказывается, все то, что Ольга пыталась откопать о потомках Тришина, давно было известно двум представителям этих потомков – деду Игорю и Федору.

– Как же так? – еле сдерживаясь воскликнула Ольга. – Как вы посмели молчать? Я же всех вверх головами поставила из-за этих поисков, а вы как в рот воды набрали!

Дедки переглянулись и ехидненько засмеялись – глядя на них, рассмеялась и Ольга.

– Ну, ладно, хорошо хоть теперь решили правду раскрыть…

– Мы бы не раскрыли, если бы ты не была такая досужая! – укоризненно заявил Игорь Арнольдович. – А, впрочем, и хорошо, что ты обо всем узнала: сколько мы еще могли с Федором все это скрывать?

– А как «все это» вообще началось? – недоумевала Ольга.

– А так и началось…

Оказалось, что общаться Игорь Арнольдович и дед Федор начали еще в двадцатилетнем возрасте, когда попали на службу в один и тот же город, а именно на флот в Севастополе. Дружба завязалась крепкая: парни подходили и по возрасту, и по мировоззрению. Но еще больше их объединяло врожденное любопытство.

И вот как-то раз, в один из дней, когда выдалось время на душевную беседу, Федор рассказал, как однажды приезжал в Москву вместе со своим дедом Аркадием, чтобы навестить некую Татьяну – его прабабку. Разумеется, рассказал и о таинственных сокровищах, и о том, что эти сокровища приносят беды своим обладателям. Вот тогда-то и выяснилось, что не только Федор знает легенду о мистических драгоценностях, но и Игорь Симонович посвящен в их тайну, только с другой стороны. Игорю о сокровищах рассказывал родной брат его бабки – Юрий, тот самый, о котором с такой любовью и привязанностью он отзывался Ольге.

– Ну а почему же вы не рассказали мне тогда всю правду? – не унималась Ольга. – Про Юрия рассказали, про отношения в семье тоже… А о том, что оказывается, с моим дедом близко общаетесь – нет!

– Мы когда сокровища с Федором откопали (кстати, все это время они так и хранились в огороде у Татьяны), приняли решение: никому из близких о них не говорить и даже не намекать на то, что знаем об их существовании!

Ольга тяжело вздохнула, теряя надежду на то, что ей все-таки доведется хоть одним глазком взглянуть на драгоценности, но дед Федор, видимо поняв причину ее столь быстрой смены настроения, решил успокоить внучку:

– Оля, если мы рассказали тебе все, как на духу, неужели ты думаешь, что мы скроем от тебя это золото?

– А разве нет?

– Нет. Мы с Игорем посовещались и приняли решение: нам следует рассказать о своей тайне, но только тому человеку, который сможет с умом воспринять услышанное. Ты – именно такой человек: бесстрашная, любопытная, хитрая и одновременно честная и справедливая.

– Спасибо на добром слове, – улыбнулась Ольга, скорчив одновременно смешную рожицу, изображая торжественность на лицах своих дедов. – Только мне ведь тоже эти сокровища некуда девать, разве что, хранить их, как это делали вы. Но я не думаю, что у меня это получится лучше!

Дедки переглянулись: видимо, ответ Ольги им понравился.

– А взглянуть на драгоценности хочешь?

– Еще как! – ответила Ольга с замиранием сердца.

– Тогда приезжай завтра к Игорю Арнольдовичу – мы тебе их и покажем.

– Завтра? Нет уж, сегодня! И не просто сегодня, а именно сейчас!

Что верещали дед Федор с Игорем Арнольдовичем Ольга уже не слушала – она тащила их к выходу, отмечая про себя, что если они будут отсутствовать не очень долго, то никто, в общем-то, этого и не заметит. Пробегая мимо танцующего с гостями Ивана, Ольга шепнула ему на ухо:

– Буду через часик, не скучай!

По своему обыкновению Иван не стал задавать лишних вопросов, а просто помахал жене рукой.

Не больше чем через двадцать минут Ольга была уже в квартире Игоря Арнольдовича, а еще через пять минут примеряла старинные драгоценности: шикарные браслеты, кольца, серьги и колье удивляли своей роскошью, но какой-то подземельный холод пронизывал тело в тех местах, которых касались старинное золото и камни.

– Как же ты похожа на его супругу Ольгу! – восхищенно прокомментировал Игорь Арнольдович, глядя на свою дальнюю родственницу, украшенную сокровищами Тришина.

– А на картинах-то она в этих побрякушках нарисована! – отметил дед Федор.

– Да, в этих… Надо же, какое сходство!

Ольга улыбнулась, глядя на себя в зеркало:

– Действительно похожа! А можно я оставлю на себе это колье, пока будет идти моя свадьба?

– Не боишься?

– Нет! Мне кажется, оно принесет мне счастье: вон ведь как любил Тришин свою супругу… И рисовал ее, и на руках носил всю жизнь. А после свадьбы я сразу верну колье – храните лучше сами эти драгоценности, мне так будет спокойнее!

Content

Прокофьева Мария Александровна Люди любят деньги