Владимир Лысенков

Миры

Часть первая

Глава первая

Хмурое осеннее утро робко пробралось в сад самого большого и богатого особняка в округе. Все жители его спали, кроме одной служанки, хлопотавшей по хозяйству. Она заботливо протерла все шкафы и комоды, накрыла на стол, где разместился самый прелестный утренний завтрак. Хозяин все не просыпался. Да где там?! Всю ночь справляли день рождения старшего сына Лоренса. Ему только исполнилось двенадцать лет, а отец уже подарил ему двухмачтовый фрегат и тройку замечательных лошадей. «Как он, однако, балует своих детей!» — возмущалась служанка. — «А где же мой Джек?» Постель маленького Джека была совершенно пуста. И только открытое окно дало ей понять, что ее сын в саду с этими «шалунами». «Этот их младший.… Как его там? Джонни, кажется. Он и есть заводила. Каждый день придумывает что-нибудь новое. Наломает дров, а потом мой Джек должен отвечать? Ну, уж нет, сейчас же все расскажу его отцу».

И с решительным видом служанка пошла к хозяину особняка, который, наверное, спал «без задних ног». В доме было около ста комнат. Его владелец был очень богат. Почти каждый день он принимал у себя важных гостей, графов, генералов, даже принцев. А иногда приезжали гости из-за границы.

Служанка, наконец, дошла до комнаты графа, которая оказалась незапертой. «Очень странно» — подумала она. — «Обычно граф всегда запирает дверь на ключ». Это обстоятельство так озадачило и даже встревожило служанку, что уже с некоторым страхом она нерешительно заглянула в комнату. Та была совершенно пуста. Да, графа в ней не было. Служанка заметила, что дверь на балкон тоже открыта. «Сегодня все не так» — подумала она. — «Кто просил графа открывать дверь на балкон? В соседней комнате спят дети. Они же простудятся». Она вышла на балкон и когда уже собиралась выйти и закрыть дверь, увидела на перилах.… Да, да! Она увидела на перилах самую настоящую человеческую кровь. Следы чьих-то пальцев оставили на них кровавые пятна. Непроизвольно она опрокинулась на перила и увидела лежащего на земле графа. Он был мертв. Да! Самый богатый и самый известный в округе граф… мертв! Одна мысль об этом бросила служанку в дрожь. Она бросилась бежать с этого места. Выбежала из комнаты, дальше по коридору вниз, направо и столкнулась с братом графа.

— Мертв! Он Мертв! — истерический крик вырвался из горла испуганной служанки, и вдруг она увидела, что руки брата в крови. Да конечно! Если граф сам выпал из окна, то, как он оставил на перилах кровавые следы?

Медленно и недоверчиво служанка отошла от него и тихо произнесла:

— Как?!

Это было ее последним словом.

В это время в дверях напротив, напевая веселую песенку, появился маленький Джек. Увидев лежащую мать и стоящего над ней дядю Сильвера, он сначала не предпринимал никаких действий. Он просто не понимал, что произошло. Для него все, что случалось в этом мире, было игрой, и это он тоже принял за игру. С той же беззаботностью он подбежал к матери и закричал:

— Мама! Мама! Вставай! На улице такая хорошая погода. Пойдем собирать букет. А потом я помогу тебе готовить обед. Честное слово! Ну, вставай.

Когда мама не встала, мальчик заплакал. Да и что ему еще оставалось делать? Мальчик впервые узнал, что такое смерть и ему стало страшно.

— Ладно, малый, пойдем! — Грозный голос дяди заставил мальчика вздрогнуть. — Чего расселся? Пошел!

А на улице уже сокрушались в смерти своего отца его дети. Для них это было не меньшим ударом. «Старшему» Лоренсу было более понятно, что произошло, но «младший» Джонни никак не мог понять, почему папа не встает и почему дядя такой злой.

— Это ты! Ты убил! — Кричал Лоренс. — Ты!

Дядя не обращал никакого внимания на вопли своего племянника. Он потащил их через сад к потайной двери, которая открывала самый короткий путь к пристани. Прекрасный фрегат величаво покачивался на волнах, но Лоренса это вовсе не привлекало. Отец мертв! Все потеряно, ему больше ничего не нужно.

— Чего вы плететесь как вареные! Быстро в лодку.

Утренний туман рассеивался, даль просматривалась хорошо. Дети, а за ними и дядя взошли на корабль. Задерживаться нельзя было ни на секунду. Дрожащий воздух разнес по городу звук поднимаемого якоря, а после шипение волн, рассекаемых кораблем. Этот корабль больше никогда не вернется в родные места. И Лоренс понимал это. Маленькие Джонни и Джек смирно сидели на бочках с порохом. Ни у одного из них не было даже слезинки в глазах. Все свое переживание они оставили здесь. С этого самого дня жизнь их изменится, а в какую сторону, решать им самим. Хотя иногда бывает, человек не властен над своей судьбой. Казалось, это был тот самый случай. Но посмотрим, что будет дальше.

Родные берега скрылись за горизонтом. Только море окружало бедных детей. Сильвер Кидд, так звали дядю двух племянников, вел корабль по точно определенному курсу, словно он знал, куда надо плыть.

— За работу! Бездельники! — раздавались крики дяди. — Лоренс, встань за штурвал. Если курс изменится, пеняй на себя. А вы! Что мне с вами делать? А ну быстро за тряпки и драить палубу. И чтобы блестела как эти золотые часы.

Дядя показал свои часы, которые так блестели, что невозможно было смотреть на них, не прищурившись.

Когда все были за работой, Сильвер Кидд достал из припасенного ящика бутылку рома и сделал глоток. Чем больше он пил, тем краснее становились его глаза. Когда бутылка была опустошена, он разбил ее о палубу и, качаясь, пошел к штурвалу.

— Ты… Ты что!?.. Не видишь? Смотри, куда ты плывешь.

Он прищурился и почти вплотную прижался глазами к компасу.

— Пошел вон! Избаловал вас отец…

Сильвер Кидд сам встал за штурвал и сам себе начал отдавать приказы.

— Лево руля!.. Поднять паруса… Якорь,… Что у нас с якорем? Ай, да ну его к черту. Полный вперед!..

С последним словом он грузно повалился на бок и громко захрапел.

— Хочу кушать! Кушать!.. — заплакал Джек.

Лоренс бережно обнял его за плечи.

— Только не плач, не то дядя проснется. На этом корабле должна быть еда. Пойдем, Джонни, посмотрим в трюме. Отец должен был позаботиться о еде.

При слове «отец» Джонни чуть слышно всхлипнул, но поплелся за братом. Старый граф не поскупился и набил корабль ящиками с консервами. Чего там только не было! И кальмары, и осьминоги, и красная и черная икра. Лоренс приготовил из найденных продуктов замечательный обед. Джек уже не был таким грустным. Иногда он даже смеялся вместе с двумя братьями, когда те рассказывали что-нибудь смешное.

— Все, хватит есть. Надо беречь запасы. Кто знает, сколько мы здесь продержимся? Да еще и дяде надо оставить.

— Дяде? — Джонни выглядел весьма озадаченно.

— Что-то не так?

— Да нет, просто…

— Он такой же человек, как и мы, Джонни.

— Он издевается над нами, бьет. Он нашего отца убил!

— После этого он не перестал быть нашим дядей. Ты не думал, что бы с нами стало, если бы он нас оставил там? Нас бы отдали в детский дом. Ты бы хотел оказаться в детском доме?

— Нет. Но я бы хотел быть рядом с отцом.

— А я с мамой, — жалобно произнес Джек и тихо заплакал.

— Все, убрать слезы. Мы — семья. И мы никого не бросим в беде. Я клянусь вам всем, чем могу, что буду заменять вам и отца и мать. А вы клянитесь, что будете послушными детьми.

— Клянусь, — сказал Джонни.

— И я.… Клянусь… — сказал Джек.

— Хорошо. А теперь нам нужно здесь все привести в порядок. Но вначале нужно донести дядю до кровати. Думаю, ему сейчас очень плохо…

Для троих маленьких детей нести взрослого, да к тому же пьяного человека — тяжелый труд. Сколько раз они спотыкались и скатывались по ступеням вниз. Когда, наконец, дядя оказался в постели, Лоренс бережно укрыл его одеялом. Потом все поднялись наверх, и каждый занялся своей работой. Джек и Джонни отмыли всю палубу, притом с таким усердием, что та заблестела как золотые часы дяди Сильвера, и даже лучше. Лоренс, имевший небольшой опыт управления кораблем, стоял за штурвалом, а Джек и Джонни, окончив работу, носились по кораблю как угорелые.

Никто и не заметил, как корабль окутала тьма. Небо почернело, тучи наполнились влагой. Ветер был готов разорвать паруса в клочья.

— Команда! — закричал Лоренс, — слушать мои приказы! Опустить паруса!

Едва Джонни полез наверх, как гигантский водяной вал скинул его оттуда. Стоная, тот поднялся и снова полез, но снова и снова его ждала неудача.

— Джек, встань за штурвал. Смотри, если на нас пойдет большая волна, рули прямо на нее.

Джек, почувствовав, что огромный корабль повинуется ему, взбодрился и уверенно повел судно вперед.

Лоренс, словно всю жизнь только и делал, что лазал по канатам, быстро взобрался на самый верх. Паруса опустились, и корабль немного успокоился.

А Джек уже изо всех сил пытался бороться с очередной волной.

— Помогите! — кричал он.

Штурвал сначала медленно, а потом все быстрее закрутился, отбросив Джека в сторону.

— Держите штурвал, — закричал Лоренс и схватился за ручки огромного штурвала, но тот не повиновался. Корабль завертелся словно волчок, грозясь уйти в морскую пучину навсегда. Втроем они смогли удержать его, но следующая волна была им не по силам. В тот момент, когда казалось, что корабль уже ничто не спасет, мощная рука схватила штурвал, а грозный голос прокричал:

— А ну, быстро вниз.

Присутствие дяди придало детям уверенности, и они поспешили выполнить приказ. Внизу было не легче. То и дело что-нибудь падало, билось. А большой шкаф, полный всякой всячины, так и норовил придавить маленьких и беспомощных детей.

Но что творилось в море?! Волны, почти в три раза превышающие корабль, с неимоверной силой обрушивались на него и поглощали в свою пучину, оставляя наверху лишь небольшой кусочек мачты. Бесстрашный и опытный капитан Сильвер Кидд из последних сил боролся с природой, которая никак не хотела давать ему шанса. Его длинные черные волосы растрепались на ветру, а костюм разорвался в клочья. Корабль трещал по всем швам, а мачта была готова и вовсе упасть, когда буря стала утихать. Она прекратилась так же быстро, как и началась.

Океан, ранее метавшийся черным покрывалом, был таким же голубым и прозрачным, как небо. Сильвер Кидд оставил штурвал и упал перед ним на колени. Могучая сила воли заставила его подняться. Дети вышли наружу. Сияющее солнце мгновенно развеселило их, а Джек сразу же перестал плакать.

— Так! — Голос Сильвера Кидда дрожал, но был по-прежнему сильным и грозным.

— Поднять паруса, капитан? — Робко спросил Лоренс.

— Что? Паруса? Нет…, быстро раздеваться и сушить одежду, не то все мы здесь поляжем от этого жуткого холода.

Дети побежали переодеваться, ведь все они вымокли до нитки, к тому же наступал вечер, и становилось все холоднее и холоднее.

— Лоренс! — властный голос дяди заставил мальчика содрогнуться. — Ты — настоящий мужчина, Лоренс. И я точно знаю, — дядя перешел на шепот, — что ты будешь великолепным пиратом. Намного лучшим, нежели я.

— Вы… пират? — Удивленно и немного восхищенно воскликнул Лоренс.

— О, да! Это были удивительные времена. Твои еще впереди. Тебя ждет большое будущее! Во всяком случае, то, что ты сегодня спас нас всех…

— Извините…, но во время бури кораблем управлял Джек.

— Что же, он тоже славный малый. Запомни все, что я тебе сказал. А теперь бегом переодеваться. Если кто-нибудь из вас заболеет, я выброшу его за борт!

Граф позаботился даже о сменной одежде, поэтому вскоре все были в чистых и теплых одеяниях. Джек, Джонни и Лоренс сидели в своей каюте и, прижавшись, друг к другу грелись.

— Сейчас бы дровишек, — мечтательно произнес Лоренс, — развели бы костер да спокойно грелись.

— А, по-моему, и так тепло, — сказал Джек, глубже укутавшись в теплую и длинную зимнюю шубу.

— Легко тебе говорить, — простучал зубами Джонни.

Дело в том, что шуба на корабле оказалась одна, поэтому она, как все единогласно решили, досталась самому маленькому.

— Лично я пошел за дровами, — решительно сказал Лоренс.

— Я с тобой, — вскочил Джонни.

— И я!.. И я! — закричал Джек.

Ведь что может быть интереснее, чем искать дрова на безлюдном корабле в темную-темную ночь.

— Значит так! — Лоренс во всем старался подражать своему дяде. Даже голос его стал таким же повелительным и немного грозным. — Разделимся! Я буду искать дрова. Ты, Джонни, поищешь что-нибудь, на чем мы будем разжигать костер.

— Что именно? — не понял Джонни.

— Все, что угодно. Дядя не обрадуется, если мы поджарим корабль вместо свинины.

— А я? — пропищал Джек.

— А ты.… Представь себе, что ты — великий охотник, а склад с едой — огромный и темный лес, полный всякой живности. Все понятно? Если ты ничего не подстрелишь, все мы останемся голодными.

Такая забавная игра пришлась Джеку по вкусу. Он — настоящий охотник и на нем лежит огромная ответственность. Что ж, он не подведет своих друзей.

Все разошлись в разные стороны, и принялись выполнять каждый свое задание. Вскоре они встретились на палубе.

— Ну, выкладывайте все что нашли, — сказал Лоренс.

— Вот! — Джонни пыхтя, принес что-то тяжелое, но что пока понять не удалось.

Только потрогав то, что принес Джонни, Лоренс понял, что это железный лист. Он одобрительно кивнул головой и направил свой взор на Джека.

— Что у тебя? — Спросил он. — Удачная была охота?

Джек молчал.

— Где еда? — спросил Лоренс.

— В мешке, — виновато ответил Джек.

— А мешок…

— Там…

— Где там?

— Там.… Там привидение.

— Привидение? На моем корабле? Э-э… ну, вообще-то, привидений не существует. Тебе показалось.

— Как может показаться, что кто-то сказал тебе: «Ну, все, пока. Но я еще вернусь».

Джонни засмеялся, но строгий взгляд Лоренса привел его к серьезности.

— Сейчас мы все вместе пойдем и посмотрим, какое привидение тебя так напугало. Может быть, оно вовсе и не хотело тебя пугать. Ну, чего расселись? За мной! Не будем же мы сидеть здесь голодные из-за какого-то привидения!

Лоренс первым вошел в темноту. Он, если честно, и сам побаивался, но по привычке желал искоренить свой страх. Следом шел Джонни, потом Джек. Последний приложил все усилия, чтобы не развернуться и не убежать.

Узкий коридор между каютами был преодолен в неимоверно высоком напряжении. Вот и склад. Лоренс медленно открыл дверь.

— Ну, — сказал он, — где же твое привидение?

— Где же твое привидение!? Привидение! Привидение! — Раздались крики из склада.

Джек от страха присел на корточки и закрыл глаза руками. Он предпочитал не видеть то, что приносит страх. Ему казалось, если ты ничего не видишь, то и тебя никто не видит.

— Попугай, — через некоторое время сказал Лоренс.

— Что? — спросил Джонни, который был не в лучшем положении, чем Джек.

— Обыкновенный попугай, — повторил Лоренс, — никакого привидения здесь нет. Джек, бери мешок и быстро наверх.

Впервые за долгое-долгое время на корабле сложилась вполне семейная обстановка. Дети и их дядя сидели вокруг костра и грелись, обсуждая разные веселые, иногда грустные и страшные вещи, время, от времени поджаривая вкусную ветчину. Лоренс уже в сотый раз перечитывал письмо отца, которое он нашел в клетке с попугаем и его глаза не просыхали. Отец писал, что всех-всех очень любит, и его, и Джонни и даже Джека. Вначале он писал только об этом, но потом начались какие-то странности. Отец написал, что вскоре им придется вести самостоятельную жизнь. Он настоятельно просил, чтобы они во всем слушались своего дядю и всегда были дружными.

Лоренс аккуратно сложил письмо и положил его в нагрудный карман. Потом он долго смотрел на костер, и вдруг спросил:

— Так ты его не убивал?

Дядя в этот момент пытался разгрызть куриную косточку. После заданного вопроса он поперхнулся и едва не свалился в огонь. Некоторое время сидели молча. Молчание нарушил дядя:

— Мой брат, ваш отец, приказал мне не говорить этого, но я скажу.… У него была страшная болезнь. Открывались старые раны, которые он получил очень давно, некоторые даже в молодости. Много раз он мог просто умереть, но медицина откладывала этот день. Однажды он настал. Я… зашел в его комнату, когда он уже был…

Джонни не смог выдержать такого разговора, поэтому убежал вниз.

— Я верю тебе. — Со слезами в глазах произнес Лоренс. — Давайте тушить костер. Все очень устали и хотят спать.

Глава вторая

Утро выдалось холодным и туманным. Моросил мелкий дождь. Сильвер Кидд осторожно вел корабль, вглядываясь вдаль, пытаясь увидеть огоньки приближающихся судов. Если в открытом море столкнуться с кораблем, то вероятность того, что тебя спасут, весьма невелика. Лоренс проснулся очень давно. Можно сказать, что он вовсе и не спал. Он стоял возле дяди и дрожал от холода, но никакого вида об этом не подавал.

— Нам нужно сбавить ход, — сказал Лоренс.

— Не стоит. — Ответил дядя. — В этих местах столько пиратов, что подолгу застаиваться на одном месте очень опасно. Надо двигаться как можно быстрее и незаметнее.

— Но вы — пират. Чего вы их боитесь?

— Да, я пират, но и у пиратов бывают недопонимания. Одним словом, у одних пиратов со мной счеты и я не хочу попасться им на глаза.

— Все понятно. А что вы не поделили?

— Сложно объяснить.… Все из-за денег. Мы награбили столько золота, а я потом взял, да все перепрятал. За мной устроили постоянную слежку, и мне пришлось перейти на сушу. Здесь меня нашел ваш отец, а мой брат. Он дал мне все, работу, дом. Правда, с законом у меня дела шли крайне плохо. Не знаю, как, но ваш папочка все сделал. Так что я был чист до некоторого времени.

Тишина вновь охватила корабль, но ненадолго.

— Смотрите, — прошептал Лоренс, — кажется, корабль.

— Ты уверен? Я ничего не вижу.

По мере приближения к неизвестному объекту Сильвер Кидд увидел высокие мачты и белые паруса на них. Они были опущены.

— Странно, — сказал Лоренс, — здесь нет тумана.

— Еще удивительнее, что корабль стоит здесь один с опущенными парусами. Не слышно ни разговоров, ничего…

— Может там все умерли?

— С чего ты взял?

— А вы слышали о кораблях-призраках? Точно, это он! Вы слышите этот страшный вой?

— Надо сходить, проверить. Про призраки я слышал, но так и не смог в них поверить. Ты останешься здесь, а я быстро все узнаю.

— Нет, я с вами. Вдруг что-нибудь случится? Наш корабль на якоре и с опущенными парусами. Он никуда не уплывет.

— Хорошо. Советую не кричать, даже если встретишься с призраками. — Дядя улыбнулся и начал готовиться к отплытию.

Опустили шлюпку и поплыли к загадочному кораблю. Когда поднялись на него, сразу стало ясно, что-то здесь не так. На корабле не было ни души. Все как будто просто испарились. Сильвер Кидд обошел все каюты: никого. Злой вой не давал покоя. Сильвер чуть было и сам не поверил в корабль-призрак, когда за одной из дверей нашел огромного пса. Лоренс сжался от страха и приготовился к мучительной смерти, но…

— Пират?! Что ты здесь…

Осенённый какой-то догадкой, Сильвер Кидд помчался прочь. Лоренс за ним. Он не желал оставаться с этим псом наедине. Мальчик застал дядю, копающегося в парусах. Сильвер поднял аккуратно сложенные белые паруса и Лоренс увидел под ними такие же, но совершенно черные, без единого белого пятнышка, черные, как ночное небо без звезд.

— Ну, конечно! — Вскричал Сильвер Кидд. — Как я сразу не догадался! Лоренс, быстро беги отсюда!

— Не так быстро, приятель. — Голос принадлежал седому старику, стоящему позади них. — Старая уловка, но действует по-прежнему безотказно.

За стариком на корабль забрались остальные пираты. Один из них, самый мускулистый, держал связанных Джонни и Джека. Другие просто не могли с ними справиться. Завидев дядю, и Лоренса, мальчики мгновенно успокоились.

— Твои? — Спросил Старик. — И как ты так быстро успеваешь? И золото наше спрятал и детей настрогал. Так, этого запереть, детей за борт!

Сильвер Кидд, вырываясь из сильных рук пиратов, закричал:

— Стойте!

— Остановитесь! — сказал Старик. — Что ты хотел сказать?

— Они… мои сыновья…

Старик долго не думал.

— Я же сказал, за борт.

— Я скажу, где спрятал золото!

— О-о! Оказывается, договориться не так уж и сложно. Запереть всех! Я сегодня такой добрый, сам себе удивляюсь!

Только когда они оказались наедине, Лоренс задал вопрос:

— Зачем ты назвал нас своими сыновьями?

— Думал пробудить в нем отцовские чувства. Но все чувства у него давно исчезли.

— Ты расскажешь им, где спрятано золото?

— Может, ты предложишь другой вариант?

— Едва ли.

— Ну вот. И я другого варианта не вижу.

— А я вижу! Я вижу! — закричал Джек.

— Что ты видишь? — Спросил Лоренс. — И не кричи так, пожалуйста.

— Вариант вижу.

— Интересно, — сказал Сильвер Кидд, — какой же ты увидел вариант?

— Надо стать капитаном. — Тихо сказал Джек.

Все засмеялись, кроме дяди, а маленький Джек смущенно отвернулся.

— Я думаю, что Джек предложил самый хороший вариант, — сказал Сильвер Кидд, — потому что никто больше ничего не предложил. Это значит, что Джек у нас самый мудрый.

Смех прекратился. Дальше сидели молча. Откуда-то снаружи доносились громкие крики и смех пиратов. Потом раздался сильный топот: пираты напились и начали танцевать. Успокоились только к глубокой ночи. Корабль окутала тьма, сопровождаемая глухой тишиной, и стали слышны все малейшие звуки. Лоренс проснулся посреди ночи от едва слышного, как ему показалось, плача. Джонни и Джек спали без задних ног. «Показалось» — подумал Лоренс и мгновенно заснул. Прошло не больше минуты — плач повторился, теперь уже более громкий.

— Кто здесь? — Как можно увереннее спросил мальчик.

Плач снова утих.

— Ты кто? — Повторил попытку Лоренс.

— А ты не пират? — Спросил кто-то.

— Нет. Я пленник.

Раздалось фырканье, Лоренс услышал, как неизвестный вытирает лицо рукавом.

— Я — Лоренс. А ты? — Спросил он.

— Вуд, — ответил мальчик, — нас с папой поймали пираты и…

Он снова заплакал, но Лоренс поспешил его утешить.

— Не бойся. Ничего с твоим папой не случится.

— Нет. Его выбросили за борт. Меня тоже хотели.

— Мне очень жаль… Моего отца тоже нет.

— Они.… Они говорили о выкупе. Я никогда не вернусь домой…

— Ты только не переживай. Хочешь, я стану твоим другом?

— Конечно, хочу.

— Сколько тебе лет?

— Восемь. Через месяц должно было исполниться девять. Наверное, уже не исполнится.

— Ты никогда так не говори, — сказал Лоренс, — о чем будешь думать, то непременно и настанет.

— Эй, с кем ты там болтаешь? — Раздался голос дяди.

— С моим новым другом. Дядя, познакомься, это Вуд. Он мой друг.

— Очень приятно, но сейчас лучше поспать. Дружить будете завтра.

— Спокойной ночи, Вуд, — сказал Лоренс.

— Спокойной ночи, Лоренс.

— Быстро спать!

Утро наступило незаметно. Джек проснулся первым. Он сел перед решеткой и начал играть со всем, что находилось вокруг него. Внезапно до боли знакомый звук прорезал воздух и коснулся уха Джека. Этот звук был не чем иным, как шелестом листвы на деревьях. Но откуда в море деревья?

— Лоренс, Лоренс! Проснись! — Почти в истерике произнес Джек.

— Чего тебе? — Сонным голосом, потягиваясь, спросил Лоренс, едва шевеля языком.

— Слышишь? Мы, кажется, пристали к какому-то острову. Так могут шелестеть только деревья.

— Ну, ладно.… Пристали, так пристали. Ты еще чего хотел?

— Нет, — грустно ответил Джек, — я думал, что это радостная новость. Ведь мы столько не видели землю!

— Не грусти. Дядя все устроит. Он самый лучший и самый сильный в мире пират.

— А я не хочу быть пиратом. Я хочу… Я…

— Только не надо снова вспоминать.… Все в прошлом. Это твоя новая жизнь.

Вдруг друзей накрыла чья-то большая тень. Они обернулись и увидели огромного человека, державшего в руках связку ключей. Он миролюбиво улыбался и протягивал связку Лоренсу. Мальчик не хотел упускать такой удивительный шанс и схватил связку. Сначала он освободил себя и Джека, потом дядю, который, как только почувствовал свободу, проснулся.

— Что происходит? — спросил он.

— Ничего, — беззаботно ответил Лоренс, — просто он дал нам ключ.

— Кто? — Спросил Дядя, который никак не мог прийти в себя от такого поворота судьбы.

— Он! — Лоренс обернулся, но загадочного человека уже не было. — Честное слово, он был здесь! Иначе откуда бы у меня появились ключи?

— Он говорит вам правду. — Сказал Джек.

— А я не хочу никого обвинить, — ответил дядя, — я просто выясняю, зачем и кто дал вам ключи?

— Так вот же он! — Закричал Лоренс.

Неизвестный снова подошел к клетке и мило улыбался, но ничего не говорил. Сильвер Кидд медленно встал и подошел к решетке. Он долго стоял и смотрел на незнакомца и вдруг из его глаз полились слезы.

— Толстяк Сэмми! Ты живой?! Как же это может быть.… Нет, это определенно сон.

— Нет, не сон. — Низким голосом ответил Сэмми. — Я выжил в ту ночь. Она была поистине ужасна. Я весь израненный доплыл до острова и чудом спасся.

— А я сдержал свое обещание. — Сказал Сильвер. — Я сдержал,… Они больше ни кусочка золота не получат. Я его спрятал. И запер бумажным ключом.

— Нашим ключом?

— Да. Они его не получат. Обещаю.

— Но мне то ты можешь рассказать?

— Конечно, только вот поесть бы… Я со вчерашнего дня ничего не ел.

— Это без проблем. Сейчас что-нибудь принесу. Пока можете выйти.

Сильвер открыл дверь и выпустил сначала детей, затем вышел сам.

— А вот и я. — Сэмми притащил поднос, на котором разместилась самая замечательная еда. — Угощайтесь.

После недолгого завтрака Сильвер Кидд начал свой рассказ. Вот что он рассказал Сэму.

«В тот день, точнее в ту ночь, когда наш корабль начал тонуть, меня тревожила одна мысль, что станется с тобою, Сэм. Я помню, как мы оба бросились в море, но потом я потерял тебя из виду. Вода бурлила под градом пуль, и я подумал, что тебя уже нет в живых. Так что я добрался до суши один. Долго укрывался в горах, но однажды в одном из заливов увидел корабль и сразу же узнал его. Этот корабль принадлежал Кларку Дегниту. Кстати, где он сейчас? Ладно, потом разберемся. Этот корабль предназначался лишь для перевозки золота. К счастью, охраны на нем не было. Я в одиночку увел его, спрятал золото, а потом на нем же отправился прочь с этого ужасного места. Потом были погони, я сменил несколько кораблей, получил несколько ранений и, в конце концов, оказался в больнице, где меня нашел мой брат».

— Очень интересно, — прошептал Сэм, — ну, а где же все-таки спрятано золото?

— Помнишь наш первый тайник? Там мы спрятали нашу первую добычу.

— Как же не помнить?

— Так вот, все золото там.

— Ключ прежний?

Сильвер Кидд посмотрел на Сэма, и ему показалось, что глаза его грустные-грустные и почти красные. Он немного помедлил, но все-таки выдавил из себя:

— Да.… Да, ключ прежний.

— Браво, Сильвер! Весьма, весьма неплохая история!

Сильвер Кидд обернулся и увидел Кларка.

— Дегнит! Ты…

Потом он перевел вопрошающий взгляд на Сэма. Тот стоял, низко опустив голову.

— Извини, Сильвер. Но я с ними.

— Что? Да вы здесь вообще все с ума посходили!

— Все уже сказано. Осталось лишь сделать последний шаг. После, я обещаю, ваша смерть будет быстрой и вовсе не мучительной. Слово пирата! Прошу,… после вас.

Кларк указал на лодку, в которой уже сидело несколько человек. Сильвер, за ним Кларк, а потом и Сэм залезли в лодку, и та поплыла к острову. Если бы Сильвер только знал, где они сейчас находятся, разве он позволил бы оставить себя в дураках во второй раз?

Медленно-медленно лодка отплыла от корабля и направилась по направлению к острову. Сильвер и Сэм сидели друг напротив друга и обменивались непонятными никому знаками. Язык, который они придумали очень давно, состоял из чуть заметных движений. Вот Сильвер кивнул, у Сэма чуть дрогнули плечи. Сильвер повторил попытку. Сэм неуверенно, но все же кивнул в ответ. Теперь оставалось только ждать удобного момента. И вот, когда двое вооруженных до зубов пирата отвлеклись, произошло то, чего никто ожидать не мог. Сильвер и Сэм одновременно выпрямились и сильными ударами выкинули зазевавшихся пиратов за борт. В лодке остались только Сильвер, Сэм и Кларк. Последний удивленно смотрел на них, ничего не понимая. Резкий взмах рукой, в которой был зажат револьвер, — выстрел! В следующий момент сильнейший удар веслом, после которого он свалился за борт. Сильвер еще не понял, что случилось. Он сел, осматриваясь вокруг в поисках Сэма. Тот сидел позади него, держась рукой за грудь. Алая кровь струилась из нее, а Сэм уже на последнем дыхании произнес:

— Долг… Я… его… отдал. Я… больше… никому… ничего не должен…

Сильвер понял, о чем говорил Сэм и в его глазах стояли слезы. Закрыв глаза друга, он с болью в сердце столкнул его в море.… Пиратов хоронили только таким образом. После этого он направил лодку к кораблю. Тот все еще стоял на месте, тихо покачиваясь на волнах. Но никто и не думал бросить ему веревку. Напротив, с борта корабля на Сильвера были нацелены, как минимум, десяток револьверов.

— Мы конечно рады, что ты избавил нас от Кларка, — раздался голос с корабля, — но ты чужой. Мы дарим тебе жизнь. Уходи!

Глава третья

Джек проснулся в холодном поту. Он лежал на жесткой кровати и вспоминал свой сон. Этот сон преследовал его почти каждую ночь. Он его никогда не забудет, ведь это его жизнь. Вот распахнулась дверь, и в проеме показался Сильвер Кидд.

— Ну, здравствуй, именинник. Не помню, что ты хотел на свое совершеннолетие?

— Дядя, мне сейчас не до шуток.

Он так говорил, потому что знал, ему ничего не подарят на день рождения. Прошли уже более десяти лет, и он ни разу не получал подарки.

— Только не раскисай, — сказал Сильвер, — ты, наверное, еще не знаешь, что настоящими пиратами становятся только совершеннолетние. Итак, сегодня совершится твое посвящение в пираты!

— Извини, дядя, но можно как-нибудь без этого?

— Ты что? Не хочешь быть пиратом?

— Нет! Только не пиратом. Я буду поваром, но не пиратом.

— Тебе решать. Но знай, как много ты теряешь.

— Я хочу жить как все люди, узнать, что такое любовь, и еще много-много всего.

— Понимаю тебя. Ты. Понимаешь? Ты просто уже созрел для…

— Для чего я созрел?

— Да ты что думаешь, я не найду тебе девчонку? Ты только попроси. Дядя Сильвер никогда не обидит.

— Лучше бы вы никогда не пили.

— О, это нет. Никогда. Ром — это же… это же святое.

— Да, вижу я, какое это святое…

В это время в двери показался Джон.

— Дядя, — сказал он, — прямо по курсу корабль.

— Корабль?.. Хм… — Сильвер внимательно посмотрел на Джека, — так значит, ты говоришь, корабль? Это твой шанс, Джек. Чтобы стать настоящим пиратом, надо действовать.

— Нет. Сегодня у меня живот болит. Я не могу двигаться. Может это морская болезнь?

— Ты меня разочаровываешь, Джек. А я возлагал на тебя такие надежды…

— Капитан! Они нас заметили. Уходят!

Сильвер закричал:

— Не дать им уйти! Выкатить пушки!

Он выбежал наверх, и Джек снова остался один. Он размышлял над тем, кто он такой и что ему предстоит сделать в этой жизни. «Нет, пиратом я определенно не стану», — думал Джек, — «лучше утопиться в океане».

Медленно потянулось время. Джек не обращал внимание ни на что вокруг. Его мысли были далеко отсюда, и он даже не подозревал, какие перемены совершатся в его жизни совсем скоро. Громкие взрывы возвестили о том, что захвачено еще одно мирное судно. Всплески в море, удары весел, треск сгораемого дерева, еще взрывы… Тишина. Море спокойно, как никогда, солнце самое нежное, самое светлое. Но, не смотря на это, сейчас, возможно, погибли люди. Джек этого не понимал. Он не хотел быть пиратом, убивать, радоваться победам, которые, в конце концов, приведут к полному духовному поражению. Туман перед его взором рассеялся именно в тот момент, когда воздух разрезал тонкий, жалостный крик о помощи. Этот крик принадлежал девушке, которой было не больше восемнадцати лет. Кричала она истерично, было понятно, что ей больно. Она страдала и духовно и телесно. Джек окаменел всего на пару секунд. Этого времени ему хватило, чтобы понять, как действовать. Не обращая внимание на вошедшего полного радости Джона, он, оттолкнув его в сторону, выбежал прочь. Да, это была девушка, и ей действительно скоро должно было исполниться восемнадцать, как и Джеку. Языки пламени, охватывающие корабль, закрыли горизонт. Корабль медленно погружался в морскую пучину. Лодка подплыла к кораблю, и пленница вскоре оказалась на нем. Ей было страшно, больно. Она была связана по рукам и ногам, а кляп во рту мешал дышать. Слезы лились как осенний дождь, и, казалось, ничто не сможет утешить ее. Она осматривала все вокруг, пока ее взор не остановился на Джеке. Он стоял, не двигаясь, смотрел на нее. Чувство, которое охватило его сердце, он не смог объяснить. Но это было больше, чем просто жалость к беззащитному человеку. Поэтому, когда к ней приблизились пираты, Джек, сам не понимая, что он делает, набросился на них. Он дрался, словно разъяренный бык, и любое неверное движение пиратов сказывалось для них весьма плачевно. Джек прекрасно владел боевыми искусствами, поэтому вскоре на палубе валялось, по крайней мере, десяток избитых, обессиленных разбойников. Джек развязал обессиленную девушку и, взяв ее на руки, понес к себе в каюту. Во-первых, он попытался привести ее в порядок, но это оказалось не так просто. Она брыкалась, не давала прикасаться к себе, и несколько раз опрокинула таз с чистой водой. Джек понял, что ее просто так не успокоить. Он не знал, как ему поступить, ведь он не имел еще чести находиться рядом с людьми противоположного пола. Он сел на краешек кровати и отвернулся от нее. Лишь тогда она начала приводить себя в порядок.

— Можешь переодеться, — как можно дружелюбнее сказал Джек, — одежда в том шкафу. Я не смотрю.

— А ты пират? — спросила девушка.

— Нет! — Решительно отрезал Джек. — И никогда им не стану. Пусть хоть расстреливают.

— Что же ты делаешь на пиратском судне?

— Пытаюсь отсюда вырваться. Из этого ада. Ты не бойся. С тобой ничего не случится. Пока я жив, этот корабль твое самое безопасное место.

— Спасибо, конечно, но зачем? Они же убьют тебя.

— Нет. Не посмеют. Потом, я могу за себя постоять. Ты, главное не бойся.

Дальше последовала тишина. Она испугала Джека, и он снова заговорил.

— На том корабле были твои родные?

— Нет. У меня нет никого. Меня везли в тюрьму.

— В тюрьму?

— Ты не ослышался. Но я ничего не сделала. Такая уж эта жизнь. Если у тебя есть деньги, то будут виноваты все, только не ты.

— Но это, же подло. Хотел бы я посмотреть на этого.… Не знаю, как его называть.

— Не надо. Я не хочу об этом разговаривать. Может, хотя бы познакомимся?

— О, прости меня. Я Джек.

— Очень красивое имя. А я Анжелина. Анжелина Стоун. Я была кухаркой в одном из богатых домов. Там произошло убийство. Как ты уже понял, меня во всем обвинили. И отправили в тюрьму в мою родную страну.

— А ты живешь…

— В Австралии. Англия — мой второй дом. К сожалению, я пробыла там недолго.

Глаза Джека впились в Анжелину. Она продолжала, рассказывать о своей жизни, но он не слышал ее. Он слышал, как развеваются ее волосы, как хлопают ее ресницы, и как благозвучен и красив ее голос, но смысл ее слов был вдалеке от него. То, что происходило в его сердце, было просто и прекрасно, но в то же время сложно и запутанно. Страха не было.

— Джек! — Сладкий голос вывел юношу из забытья. — Ты, кажется, вовсе меня не слушаешь.

— А? Да, то есть, нет, или.… Ну…

— Что с тобой?

— Просто… Ты……

— Что…

— Ты.… Наверное, очень устала. — Джек не смог выдать своих чувств и лишь глубоко вздохнул. — Можешь отдохнуть на моей кровати.

— О, это очень… очень мило. Спасибо!

— Всегда только, пожалуйста. Отдыхай. А я буду следить, чтобы никто тебе не мешал.

Анжелина подарила ему прощальный, полный благодарности взгляд и сладко заснула.

Джек понимал, что сейчас ему предстоит сложный разговор с дядей. Он поднялся наверх и тут же столкнулся с Джоном.

— Ну, братишка! Ты был просто великолепен. Скажу только тебе: дядя тобой гордится. Он сказал, что пират из тебя может получиться и неважный, но боец ты — высший класс. Он тебя ждет.

— Хорошо. Слушай, Джон.

— Очень даже внимательно…

— Если кто-нибудь к ней зайдет, я сдеру с тебя кожу и сделаю из нее запасные паруса.

— О-о! Это уже что-то. Хорошо. Даю слово пирата… Ладно, ладно, слово самого добропорядочного гражданина. Все с ней будет нормально. Можно я только посмотрю?

— Нет.

— А…

— Нет!

— Будь, по-твоему. Поторопись. Дядя не любит ждать. Если ты помнишь. Хотя после этого, что ты можешь помнить? Ах, Джек, Джек. Если бы ты только знал, кто они, эти женщины….

Но Джек, к счастью, уже был далеко и не услышал слова Джона.

Тихо скрипнула дверь, и Джек оказался в просторной комнате, которая служила чем-то вроде личного кабинета Сильвера Кидда. Одноглазый пират поменял мокрую тряпку, которую он прикладывал к единственному глазу, под которым находился большой синяк, и коварно посмотрел на Джека. Остальные пираты были не в лучшем состоянии. Лоренс стоял позади всех, и о чем-то шептался с дядей. Вуд, который в последние годы стал неофициальным помощником Лоренса, крутился рядом и успевал вставить одно два слова, которые от него вовсе не требовались.

— Предлагаю повесить его сразу же, — воскликнул одноглазый, — нечего позорить нашу команду.

— А лучше просто пристрелить. — Крикнул другой пират.

— Что? Слишком легкая смерть. Пусть его сожрут акулы!

— Повесить!

— Пристрелить!

— На ужин акулам!

Джек испуганно смотрел то на взбесившихся пиратов, то на дядю, который согласно кивал головой на то, что говорил ему Лоренс. Он уже приготовился к смертному приговору но…

— Тишина!!! — Голос принадлежал Сильверу Кидду. — Никто никого не собирается вешать. Да и акулы, я думаю, не голодны. Джек сегодня определил свою судьбу. Да, он спас эту девушку. Но вы, ничтожные создания, обвиняете этого юношу в том, что он вас побил? Как вы можете называть себя пиратами, когда не можете одолеть даже его? Он совершил благородный поступок. А пират — это благородный человек. Да, Джек. Это и было твоим посвящением. Ты — настоящий пират, и ты доказал это. Сегодня отметим твое посвящение. Сделаем пикник на корабле. Помнишь, как в старые добрые времена? Всё, все свободны. Кроме тебя, Джек. А, вот и Джон. Ты нам тоже понадобишься.

Когда все вышли, Сильвер принял серьезное выражение лица. Он посадил Джека, Джона и Лоренса за стол, сам сел перед ними.

— О чем ты хотел поговорить, дядя? — Спросил Лоренс.

— О вашем наследстве. — Загадочно произнес Сильвер. — И о карте, которая вас к нему приведет.

— Наследство? — Удивился Джек. — Но ты никогда еще не говорил об этом.

— Да, не говорил. Потому что.… Потому что было рано. А сейчас пришло время.

— Как я понял, здесь есть какая-то загвоздка. — Предположил Джон.

— С чего ты взял? — Спросил Лоренс.

— Потому что когда дядя говорит таким голосом, всегда появляется какая-то загвоздка.

— Да, ты прав, Джон. И это не просто загвоздка. Это проблема. Карты у меня нет…

Гробовая тишина, последовавшая за этим, нарушалась лишь ритмичным стуком, который издавал Лоренс своим железным каблуком.

— Так, где же эта карта? — Спросил Джек.

— Мы плывем к ней. Она у морского хозяина…

Глава четвертая

— Они?

— Точно. Пираты! Будь они прокляты…

— Что они там делают?

— Костер жгут. Пьют виски, танцуют….

— Празднуют, значит…. Опять кого-то ограбили.

— Позвольте мне пустить их ко дну!

— Их должны судить. Таков приказ. Их все равно повесят, не беспокойтесь, сер Пенгинс, лучше позаботьтесь о наших новых пленниках. Начальство желает видеть их невредимыми. Надо выполнять приказы, сер Пенгинс! Приступайте!

— Но я не могу обещать, что жертв не будет.

— Приступайте!

Веселью пришел конец именно в тот момент, когда с неба полил дождь. Такой сильный и мокрый, что костер вмиг погас, а пираты сразу протрезвели.

— Вот черт! К штурвалу, быстро! Паруса опустить!

Погода испортилась, высокие волны захлестывали корабль, норовя опрокинуть его словно корыто, а идущий стеной дождь закрывал всю возможную видимость.

И в этом крутящемся танце капитан, то есть, Сильвер Кидд, спокойно ориентировался и вел корабль куда нужно. А нужно было провести его по узенькому заливчику сквозь скалы, которые появились неизвестно откуда. Словно послушная собачонка, корабль втиснулся в проем, а после пираты услышали треск позади. Преследовавший их корабль с антипиратским флагом наткнулся на одну из скал и пошел ко дну. Последнее, что могли сделать борцы против пиратов — это спустить шлюпки и искать сушу.

— Пронесло, — прошептал один из пиратов, наблюдая за судном, все глубже уходящим в морскую пучину.

— Я бы так не сказал, — ответил другой пират, смотрящий совершенно в другую сторону.

И все остальные взгляды были направлены именно в эту сторону.

— Что это? — Спросил Джек, разглядывая озерцо, на котором они оказались, проплыв через ущелье. Почти полностью оно было занято всевозможными кораблями, наполовину сгнившими, разрушенными. Некоторые только высовывали свою гордую грудь из воды, показывая тем самым, что они все еще живы. На самом деле, это было кладбище кораблей, и мертвых здесь было больше, чем живых, как казалось с первого взгляда.

— Ш-ш-ш… — Прошипел Сильвер Кидд, прикладывая палец к губам.

Вокруг озера росли высокие горы, мешавшие шторму прорваться внутрь, но злой грохот и скрежет волн проникали в ущелье без труда, что было на руку пиратам.

— От кого мы прячемся? — Спросил Джек.

— Лучше тебе не знать об этом, — ответил Сильвер Кидд, — Спокойный сон в твоем возрасте так важен для здоровья.

— И все-таки, кто здесь обитает?

— Здесь полно летучих мышей, акул, водорослей, и всякой твари, а еще здесь полно пиратов! Самых кровожадных и самых неглупых пиратов во всем мировом океане. И самый главный из них — морской хозяин.

— Его так и зовут?

— Я не спрашивал, как его зовут. — Без улыбки ответил Сильвер. — И тебе не советую, если вдруг встретишься с ним.

Джек понял юмор дяди, и поэтому согласно кивнул головой. Минуты текли, и, как казалось Джеку, из них сложилось уже немало часов, ведь корабль плыл так медленно, едва не задевая бортами плавающие тут и там корабли, и их обломки, а озеро было такое большое.

— Джек! Джек! — Раздался позади женский голос.

Джек обернулся и увидел Анжелину, пытающуюся протиснуться между пиратами и всевозможными канатами, бочками и всякой-всячиной, которую вы можете встретить только на пиратском корабле.

— Я, кажется, сломала ногу, Джек, — печальным голосом сказала девушка, — здесь столько всего, и все так толкаются. Ой!

— Ничего страшного, — поспешил успокоить ее Джек, осматривая раненую ногу, — перелома здесь однозначно нет, а вот растяжение налицо. Сейчас я наложу повязку, и все будет нормально.

— Это очень мило с твоей стороны, — улыбаясь, ответила Анжелина и огляделась по сторонам, — Где мы?

— Это — кладбище кораблей, — пояснил Джек, — все корабли рано или поздно попадают на него. Но здесь не безлюдно, так что говори тише.

— Хорошо, — уже шепотом ответила она.

Джек еще около минуты повозился с повязкой, после чего радостно сказал:

— Ну, вот и все, можешь наступать. Не бойся, ты и боли не почувствуешь.

И, правда, боли не было.

— Ой, как хорошо! А можно я тебя за это поцелую?

— Я не знаю даже, можно ли пиратам…

— Это можно, я знаю… — сказала Девушка и, обняв Джека, нежно-нежно его поцеловала.

Дядя изо всех сил пытался не смотреть, или хотя бы делать вид, что не смотрит и не видит ничего. Но получалось это с большим трудом.

А молодые все продолжали, не замечая ничего вокруг, пока не оказались на краю верхней палубы. В следующий момент ноги Анжелины не нашли под собой твердой «деревянной суши». А уже через секунду по озеру разнесся пронзительный крик, а после него глухой удар, как, будто мешок картошки свалился на дно какой-нибудь ямы.

— Тш-ш-ш… — прошептал Джек, — ты в порядке?

— Да.… Здесь какой-то мешок, я ничего не сломала, не бойся.

— А вот мне вы кажется, много чего сломали, — ответил мешок, который оказался самым обыкновенным пиратом, оказавшимся в самом подходящем месте в самое подходящее время.

Однако этот весьма неприятный случай произошел в весьма неподходящее время.

В считанные секунды, а может и меньше того, все озеро озарилось огнями, отовсюду послышались зловещие скрипы, скрежеты, крик. Крики, как вы догадались, принадлежали пиратам, скрывавшимся в разрушенных кораблях. Скрежеты и скрипы издавали сами корабли, прогнившие до последнего болтика, до последней щепки, но все еще каким то чудом державшиеся на плаву.

Сразу между громадинами появились маленькие лодки, в которых сидели люди. Берег вокруг тоже ожил, одним словом, пиратский городок проснулся, и зажил обычной пиратской жизнью. Никто, в общем-то, и не обращал внимания на чужаков, все шли, то есть плыли по своим каким-то пиратским делам, даже не замечая, что на них сверху глядит множество удивленных глаз, владельцы которых стояли с открытыми ртами, пока их не заметили слуги самого морского хозяина. Заметили они их, конечно же, раньше, на то они и слуги, чтобы все замечать и все-все докладывать.

— Не нужно сопротивляться, — сказал Сильвер Кидд, когда Джек приготовился к обороне при виде залезающих на корабль одноглазых, одноногих, до зубов вооруженных пиратов. Один из них, видимо, представитель главаря, учтивым, спокойным голосом произнес:

— Мы не знаем, кто вы такие, и зачем вы сюда пришли, и мы бы с радостью отрубили вам головы прямо здесь, но наш господин слишком добр, чтобы позволить нам так поступить. Вы должны с благодарностью отнестись к его доброте и последовать за нами, чтобы предстать перед его добрейшеством.

— Скорее злейшеством, — Сквозь зубы пробормотал Сильвер, но, к счастью, его слова не были услышаны, иначе, даже я не мог бы сказать, как отреагировал бы на это пират.

Сам пират, одноногий и однорукий, с одним глазом, и повязкой на месте второго (его так и звали — Половинка) остался на корабле, а остальные спустились обратно в лодки, и повели корабль к главному лагерю пиратов, где и должен был находиться морской хозяин.

Джек отвернулся от противного пирата, и укрыл собой Анжелину, которая, судя по направлению взгляда Половинки, привлекала его большее внимания. Он мысленно представил, каким же должен быть этот морской хозяин. «Это — конечно же, высокий, большой, может быть толстый, очень властный и злой человек….» — Подумал Джек. Но на этом его фантазия не закончилась. Он пририсовал к этому высокому и толстому злодею злодейские усы, бороду, длинные клыки, шапку с рогами и огромную дубину с железным наконечником на конце. В конце концов, он так разошелся, что получившийся в его разуме пират был похож скорее на какого-то огнедышащего дракона размером с гору, глотающего все на своем пути, беспощадного и кровожадного, нежели на простого пирата!

Каково же было удивление юноши, когда перед его взором предстал действительно высокий, но совершенно не толстый и не кровожадный пират. У него не было ни усов, ни бороды. Да и улыбался он очень даже мило, был приветливым, учтивым, и совершенно не хотел никого глотать и убивать.

Удивление Джека возросло еще больше, когда Сильвер Кидд, спрыгнув с корабля, пожал руку «морскому хозяину», а потом, словно старые друзья, они обнялись, похлопали друг друга по плечам, и начали громко разговаривать, обсуждая, как показалось Джеку, былые дела.

Из их разговора Джек понял, что морской хозяин вовсе не пират, а капитан дальнего плавания, попавший к пиратам по нелепой случайности и по той же нелепости ставший их главарем и первым лицом. А такое имя, или, скорее прозвище, выбрал для устрашения всех пиратов и простых людей. Раз ты хозяин, значит нужно подумать, стоит с тобой связываться или нет.

Еще из этого разговора, теперь ставшего весьма печальным, Джек понял, что некогда Сильвер Кидд и морской хозяин были союзниками в войне между пиратами средиземного моря, или корсарами. Что уж они там не поделили, Джек так и не узнал, а вмешиваться в разговор ему казалось неприличным делом. Одно он понял, точно — война была из-за золота, очень большого количества золота, местонахождение которого, как понял Джек, морской хозяин не знает до сих пор.

— Я не помню, что тогда было, — продолжал свое повествование Сильвер, — знаю только, что корабли Фрэнка отошли южнее, в ту сторону, где остался ты. А у меня уже не было сил добраться до тебя. Мой корабль затонул, я потерял из виду своего напарника. Помнишь Сэма? Такой толстый и веселый.

— Как же не помнить? Я до сих пор живот надрываю, когда вспоминаю его шутки. А еще он был отменным поваром.

— Да, это у него от Бога.

— Кстати, где он сейчас? Вот бы встретиться с ним, поболтать. Я его, считай, уже лет двадцать пять не видел.

— Нет, много больше! — Сказал Сильвер, — да и не увидишь уже. Нет его больше с нами…

Дальше последовала тишина, в которой были слышны лишь тяжелые вздохи.

— Ладно, не будем о грустном, — сказал Сильвер, — много воды утекло с тех пор, и ничего уже не вернуть. А вот ты, как я вижу, очень даже неплохо здесь устроился.

— О, да! Здесь просто райский уголок. Все, что нужно пирату, только здесь.

— Да, я вижу. Ну, что же, не пригласишь нас на огонек?

— Ах, простите, ради Бога.… Проходите в мое скромное жилище.

Жилище было действительно скромное, пиратское, в средних размеров пещере, устроенной как вполне приличная квартирка.

— Эй, половинка! Зови всех, мы сегодня празднуем!

— Да, повелитель, — ответил, половинка и мгновенно испарился за «дверью». А уже через несколько мгновений стало понятно, что приказ приходит в исполнение. Раздались громкие крики, вопли, откуда-то неслась барабанная дробь.

Вечерело. Тьма накрыла ущелье в считанные минуты. А снаружи все шло приготовление к пиру. Разожгли огромный костер, языки которого лизали острые пики ущелья. Послышалось свинячий визг.

— Заметьте, не каждый день я подаю на стол жаркое. — Сказал Морской хозяин, глотая из темной бутылки, раскрывая все больше и больше свои глаза с каждым глотком. Постепенно они становились такими красными, что Джеку становилось жалко пирата, но тот быстро моргал и вновь прикладывался к горлышку.

Сильвер Кидд не переставал задавать вопросы, а пират с удовольствием на них отвечал, пока вдруг разговор не дошел до карты. Да, да, именно той карты, из-за которой Джек сейчас просиживал в сырой пещерке, а Сильвер Кидд протирал язык, пытаясь заговорить зубы Морскому хозяину.

— Помнишь нашу игрушку, которую мы придумали когда-то в молодости? Я, ты и Сэм?

— Игрушку?

— Карту, бумажный ключ.

— Что? Карта? — Пират судорожно схватил руку Сильвера. — Ты знаешь, где спрятаны сокровища?

— Нет, что ты, дружище! И отпусти меня, я не знаю где это золото! Карта Сэма ушла вместе с ним, моя куда-то запропастилась. Надеюсь, ты сохранил свою?

— Она на мне. — Ответил пират. — Я боялся, что потеряю ее, или кто-нибудь украдет. Вот и нарисовал ее на своей спине. Теперь только старуха смерть отберет у меня эту карту.

«Не думаю», — подумал Сильвер, но вслух сказал:

— Ладно, все равно никто не знает, где спрятано это золото. Давай-ка лучше выйдем на свежий воздух, так здесь стало душно. Да и ужин, наверное, уже готов.

Глава пятая

Сер Пенгинс засуетился, вглядываясь в одну точку на горизонте, а потом и вовсе завалился на борт лодки, едва не перевернув ее. Он думал, что таким образом лучше увидит горизонт.

— Что вы там нашли, сэр Пенгинс? — Спросил капитан полиции Мистер Боб.

— Там корабль, честное слово! Корабль!

— Успокойтесь, Сэр Пенгинс! Никакого корабля там нет. Оставьте лодку в покое, у меня уже все штаны мокрые!

— Ну, точно, корабль. По всему видимому, торговый. Вон, смотрите, бочки стоят, ящики…

— Да у вас началась морская болезнь. Ну и где ваш корабль? Горизонт чище моих сапог…

— Что спорить? Возьмите подзорную трубу, и развейте наши сомнения.

Капитан достал свою хоть и плохонькую, но вполне пригодную для использования подзорную трубу и не только не развеял все свои сомнения, но даже дополнил, что корабль действительно торговый и находится вовсе недалеко, только в противоположной стороне.

— Ну, Пенгинс! Вы просто спаситель наш. — Радостно прокричал Мистер Боб. — Всем плыть за мной!

Лодки одна за другой развернулись и поплыли навстречу спасительному кораблю.

А уже к вечеру в небольшом городке, не будем уточнять его название и местоположение, разнеслась весть о подготовке к облаве на пиратский лагерь. Из центра прислали несколько кораблей полных солдат, вооруженных всяческим оружием. За главного поставили того же Мистера Боба, а разработкой стратегии ведения боя занялся сэр Пенгинс, поскольку лучшего специалиста в этой области знаний поблизости не нашлось. Как только на землю спустились первые вечерние сумерки, корабли под командованием отважного капитана отправились в путь.

Праздник был в самом разгаре, гости веселились и поддерживали очаг веселья и общения с другими пиратами. Морской хозяин напился, как говорится, до чертиков, поэтому Сильвер Кидд с помощью нескольких пиратов — личной охраны морского хозяина — отнесли его в пещеру.

— Джон, Лоренс! — Окликнул продолжавших веселье племянников Сильвер. — Не забывайте, зачем мы здесь. Продолжайте делать вид, что вы пьяны и поскорее найдите наш корабль. Он должен быть где-то…

Сильвер Кидд окинул взглядом бесконечное количество кораблей, рядами стоявших по всему озеру.

— Ну, короче где-то там. — Махнул он рукой на озеро.

Лоренс икнув, грузно повалился на Джона. Тот был не в лучшем состоянии, и, икнув в ответ, обнял брата и что-то запел.

— Да вы… Вы пьяны!

— Извини, дядя… — Пробормотал Джон. — Мы найдем наш корабль.

Дядя долго не думал и быстро окунул братьев одного за другим в ледяное озеро. Мгновенно протрезвевшие, и собравшиеся с мыслями, Джон и Лоренс отправились в поисках своего корабля.

— А ты, Джек, поищи хорошую лампу и бумагу. — Сказал дядя и направился к пещере.

— Откуда в этом… В этой дыре бумага и тем более лампа. — Возмущенно ответил Джек, разводя руками.

— Ты главное начни искать, а все вопросы будут потом.

Джек приступил к поискам, а Сильвер Кидд взял на себя охрану Морского хозяина.

Керосиновую лампу Джек к своему удивлению нашел почти сразу на одном из наполовину затонувших кораблей. А вот с бумагой пришлось повозиться. К тому же мешали пьяные надоедливые пираты, то и дело приглашавшие его на ужин. Так постепенно и очень медленно Джек обошел вокруг почти все озеро, и когда надежда была почти совсем потеряна, заметил одинокий дырявый корабль, лежавший на одном боку, нос которого был в воде, а корма на берегу. Дырки, которые корабль получил, видимо, наткнувшись на подводные рифы, были аккуратно заделаны каким-то чудаком самой, что ни на есть настоящей бумагой. Она была промокшей, но вполне пригодной для предстоящей работы. Обратный путь был немного легче по той простой причине, что пираты, напившиеся как свиньи, лежали кто, где и кто, как и громко храпели, лишь иногда выкрикивая ужасающие проклятия в чей-то адрес. Джек пробрался мимо спящих разбойников и зашел в пещеру, где его ждал дядя.

— Ну, где ты там пропал? — Прошипел дядя, но в следующее же мгновение на его лице появилась улыбка: он увидел в руках Джека лампу и клочок пусть и не первоклассной, но все же бумаги.

— Давай сюда. Свети ярче, ничего не видно. Так, где же она…

Сильвер Кидд перевернул пирата спиной кверху и обнажил спину. На всю ширину последней была нанесена жирными линиями та самая карта, а под ней располагался так называемый «бумажный ключ».

— Чернил нет. — Заметил Джек.

— Главное чтобы голова была на месте. — Ответил дядя. — Протяни-ка мне свой нож.

— Моего уже нет. Кто-то из этих разбойников стащил. Зачем вам нож?

— Увидишь. Суши бумагу, я скоро приду. Смотри, не сожги!

Над тлеющими углями бумага высохла в считанные минуты. Вскоре вернулся Сильвер Кидд.

— Замечательно. — Похвалил он Джека, рассматривая готовый к применению клочок бумаги. — Теперь свети хорошенько.

Дядя завернул рукав и сделал небольшой надрез на левой руке. Алая кровь стремительно потекла в заранее подготовленное углубление в булыжнике.

— Ближе.… Держи карту.… Вот так, не шевелись…

И Джек не шевелился. Он видел, как аккуратно и удивительно точно переносит дядя рисунок карты на бумагу своей собственной кровью. У него даже дух захватывало, когда быстрым и ловким движением руки он создавал горы, ущелья, и не было в руке его страха, может быть только в глазах. Руки пирата сильные, стальные, всегда готовы нанести последний для кого-то удар, но иногда они бывают очень даже нежными и аккуратными, как дуновение ветерка, высекающего на скалах неповторимые пейзажи.

Самым сложным было срисовать бумажный ключ.

— Видишь эти фигуры? — Указал дядя рукой на ключ.

— Вижу.

— Если на замке, запирающем дверь в подземелье сложить такой же рисунок из этих фигур, дверь откроется. Вот почему я так тщательно измеряю каждый дюйм.

— А если он. — Джек указал на спящего разбойника. — Что если он сам ошибся, когда переносил карту себе на спину?

— Будем думать, что он не ошибся. — Оптимистично сказал дядя. — Ну, вот и готово. Собираемся и уходим.

— Постойте…

Джек оторвал клочок от своей одежды и перевязал дядину руку.

— Вот за это спасибо. Но это вовсе не обязательно. Я привык ко всем этим ранам и вкус крови мне как родной. Выходи. Я за тобой.

Он положил карту за пояс и пошел за мальчиком. Джек вышел из пещеры и нос к носу столкнулся с Джоном.

— Дядя, мы не нашли наш корабль. — Сказал он. — Но есть кое-что получше.

Он показал рукой на озеро, в сторону, где стоял огромный фрегат с черными парусами. Нос корабля украшал деревянный бюст женщины с развевающимися деревянными волосами.

— Больше всего мне нравится эта часть. — Признался Джон, указывая на деревянную статую.

— Сейчас не время разглядывать девушек. — Строго прошипел дядя. — Даже деревянных. Джек, буди команду. Мы отплываем.

Чтобы разбудить человека без шума, следует облить его ледяной водой. Мгновенный шок не позволяет ему сделать крик. Джек так и поступил. По одному он отправлял пиратов на судно, и все больше охватывался волнением. Среди спящих он никак не мог найти Анжелину. Вскоре вся команда была в сборе, но Джек продолжал рыскать по берегу, упорно ища девушку. Он забрел довольно далеко, когда услышал за спиной шорох. Обернувшись, он увидел ее.

— Эй, ты, где пропадала? Скорее идем, пираты сейчас проснутся.

Анжелина стояла с кинжалом в вытянутой руке, и медленно приближалась к Джеку.

— Брось его. Надо уходить!

— Ты должен умереть.

— Что?

— Ты должен умереть, Джек. Ты не дойдешь до конца.

— Куда я должен дойти? Я ничего…

Девушка сорвалась с места и кинулась на парня. Джек выставил руки вперед, пытаясь хоть как-то защититься. Это у него получилось. Кинжал воткнулся в правую его руку.

— Джек! — раздались откуда-то сзади чьи-то крики. Хотя теперь для Джека было непонятно, где зад, а где перед, где лево, а где право. Он катался в обнимку с девушкой по земле, уворачиваясь от ее ударов.

— Что с тобой случилось? — прошипел Джек. Иначе он говорить не мог, руки Анжелины крепко зажали его горло. Джек заметил, что она тянется к кинжалу, и попытался воспротивиться этому, но у него ничего не получилось.

— Ты должен умереть, — еще раз сказала она и, вытащив кинжал, замахнулась.

В следующее мгновение она вскрикнула, руки ее замерли.

Глава шестая

Джек поскорее выбрался из-под девушки и увидел торчащий из ее спины топор.

— Ты должен умереть, — нечеловеческим голосом воскликнула она и превратилась в серый туман, который тут же вознесся к небесам. Топор так и остался лежать на земле.

— Скорее, Джек, — закричал Лоренс, — сейчас все проснутся, надо спешить!

— Где корабль? — спросил Джек.

— Вон, светится. Видишь?

— Да.

Они достали откуда-то лодку и поплыли по направлению к кораблю.

— Где вы бродите? — раздался откуда-то сверху голос Джона. — Мы уже без вас хотели отплывать.

— Потом, Джон, потом мы тебе все расскажем. А теперь полный вперед. Кажется, на берегу уже началось волнение.

Волнение на берегу действительно началось, правда, от пьяных пиратов большой угрозы не исходило, но все же лучше было убраться от этого места, и побыстрее. Ловко маневрируя между обломками, Сильвер Кидд выводил корабль из ущелья. Джек решил пока не рассказывать дяде о случившемся и на вопрос «Что ты там делал?» и «Где девушка?» он коротко отвечал: «Искал свой нож», «Не знаю».

Корабли кончились, теперь впереди была только водная гладь. Спокойствие здесь царило полное, однако так уж устроены романы, всегда это спокойствие кто-то нарушает. Иначе будет просто неинтересно. Итак, спокойствие было нарушено громким взрывом. Откуда взрыв? С антипиратского корабля, покачивающегося на волнах метрах в трехстах от пиратов.

— Быстро уходим! — закричал Сильвер Кидд, — Разворачивай!

Корабль начал разворачиваться, но слишком медленно. С военного корабля палили сразу из нескольких пушек, и снаряды попадали рядом с нашим судном. Что бы ни делали наши друзья, их гибель была очевидна, но… Бомбардировка окончилась так же внезапно, как началась. Через некоторое время она возобновилась, но в другом направлении.

— В кого они стреляют? — удивился Сильвер Кидд.

— В корабль пиратов, вы разве не видите? — Джек указал рукой в сторону корабля с черными парусами.

Времени, которое ушло на обстрел неизвестного судна, пиратам хватило на то, чтобы снова укрыться в ущелье. Теперь они были в безопасности, но надолго ли? Морской хозяин встречал путешественников со злобным видом.

— Ты даже не отблагодарил меня за ночлег и ужин! Что заставило тебя так быстро смыться?

— Ты прав, — ответил Сильвер Кидд, — я ушел как последний трус. Но теперь речь не об этом. За ущельем стоит военное судно. В любой момент его люди придут сюда и вздернут нас до суда. Я думаю, для тебя это не лучшая смерть. Помню, ты мечтал выбраться в люди, купить домик в Италии и выращивать розы под окном, как добропорядочный гражданин. Твоя мечта на пороге осуществления, только вытащи нас отсюда.

— Военное судно? Врешь!

— Что? Рисковал бы я, возвращаясь сюда и зная, что ты и твои люди сделают со мной за побег да еще с картой?

— С картой? Я подозревал, что ты…

— Теперь речь вовсе не об этом. Хочешь, я сожгу ее прямо сейчас? Ну, не сейчас, потом, когда выберемся. Ведь ты наверняка знаешь иной выход, кроме этого?

— А если ты врешь? Не пойму, какую цель ты тогда преследуешь?

В это время со стороны океана послышались громкие крики с угрозами. Эхо донесло их до ушей пиратов и те содрогнулись.

— Так это правда? — Морской хозяин сотворил отчаянное лицо.

— Ты знаешь какой-либо выход кроме ущелья?

— Ну, есть один, только его нужно сначала проделать.

— В каком смысле?

— Под озером воздушная подушка. Если на дне заложить динамит, вся вода уйдет туда, а вместе с ней и мы. Это единственный выход.

— Так чего мы ждем? За дело. У меня десять бочек пороха, хватит, чтобы взорвать целую гору.

— Целую гору не надо, — возразил Лоренс, — иначе не будет смысла выбираться отсюда.

— Почему? — не понял Сильвер.

— Потому что все мы будем в гостях у морского дьявола.

— Вполне логично. — Похвалил его дядя. — А теперь давайте подорвем дно этой кастрюли.

— Порох намокнет, и не будет гореть, — напомнил Джек.

— О, господи! Что за день сегодня? Кто-нибудь может что-нибудь предложить?

— Да, — ответил Джек, — надо вместе с порохом опустить воздух.

— Как?

— Взять лодку, перевернуть ее, заложить побольше пороха, опустить на дно и поджечь, а самим поскорее выбраться.

— Хорошая мысль. Молодец, Джек. Задача в том, как ее опустить. Боюсь, вода заполнит лодку прежде, чем мы опустим ее на поверхность.

— А якоря на что? Здесь же столько якорей. Привязать побольше к лодке, равномерно распределив вес, чтобы не перевернулась и все.

— Все слышали? — прокричал Сильвер Кидд. — Всем искать якоря, да побольше.

Сотни пиратов разбежались во все стороны в поисках якорей, а Сильвер Кидд, Джек, Лоренс, Джон и Морской хозяин принялись готовить взрывную лодку. Вскоре начали подходить первые искатели якорей. Якоря были самыми разными, большими и малыми, корявыми, скрученными в узел, дырявыми, ржавыми. Сильвер Кидд выбрал подходящие, и началась работа. Сначала лодку опробовали без пороха. Получилось с третьего раза, да и то на двух метрах Сильвер Кидд наглотался воды.

— Все нормально, — сказал он, отдышавшись, — за работу.

Нацепили побольше груза и двое человек в составе с Сильвером Киддом и Морским хозяином вошли в воду. Лодка шла уверенно и поначалу совсем не набирала воды. Через полминуты давление сильно увеличилось и стало сложнее.

— Держимся! — прошептал Сильвер Кидд, и под лодкой его шепот показался громом.

— Как будем закреплять? — спросил Морской хозяин.

— Об этом, извини, времени, думать не было. — С усмешкой сказал Сильвер. — что-нибудь придумаем.

До дна добрались удачно. Дальше помог чистой воды случай. На дне пираты нашли два камня, расположенных примерно на расстоянии, равном длине лодки. Расстояние между дном и камнями позволяло свободно оставить лодку в перевернутом положении не боясь, что она перевернется обратно.

— Поджигай, — сказал Морской хозяин.

Зашипел детонирующий шнур и пираты выбрались наружу. Сильвер Кидд уверенно поплыл к поверхности и заметил, как машет ему рукой Морской хозяин.

— Он вопросительно глянул на него, и тот указал рукой на то, что с огромной скоростью приближалось к ним. Это была большая белая акула, весьма опасное для человека создание. Пришлось им снова укрыться под лодкой.

— И что будем делать? — Спросил Сильвер Кидд.

— Ждать?

— Не лучший выход. Времени нет. Предлагаю действовать быстро, и… Короче, я думаю, что мы успеем.

— Не уверен.

— А ты знаешь, почему человек не умеет летать?

— Интересно, и почему же?

— Он не уверен, что получится. За мной!

Сильвер Кидд резко вырвался вперед, проскочив прямо перед носом акулы, а вот Морскому хозяину пришлось несладко, ему ничего не оставалось, как вступить в бой со зверем. Сильвер глянул вниз и увидел ожесточенную схватку, потом темную кровь. Неизвестно, какие мысли пробежали у него в этот момент в голове, но он поплыл дальше.

Выбрался точно у своего корабля.

— Вот он, смотрите, — закричал Джек, — давайте веревку!

Его вытащили и дали отдохнуть.

— А где… — протянул Лоренс.

— Он… он…

— Вон он, выплыл, — снова закричал Джек!

Морского хозяина тоже вытащили. Он все еще держал в руке нож, на котором остались следы крови.

— Хороший ножик, — объяснил он недоумевающему другу, — никогда меня не подводил.

— Ладно, а теперь все вниз, сейчас будет жарко!

— Скорее, холодно, — поправил его Джек, глядя на ледяную воду озера.

В это время со стороны выхода послышались крики, и пираты увидели свет факелов и приближающихся военных в антипиратской форме.

— Ничего, успеем, — успокоил всех Сильвер, — скорее вниз!

А взрыва все не было. Факелы были уже рядом, когда откуда-то снизу донесся глухой звук.

— Не пробили… — огорченно произнес Морской хозяин. — Или дырка получилась слишком маленькой.

— Если дырка будем мала, то вода под своим же весом прорвет дно, словно тряпку. — Успокоил всех Джек.

— Умный парень, — с улыбкой произнес Сильвер Кидд, — Мой ученик.

Через некоторое время Джеку показалось, что голова у него начала кружиться. Он вопросительно посмотрел на дядю, он молча кивнул. Завелся мотор адской машины, теперь нужно было только покрепче держаться и погромче кричать, ведь, как известно, внешняя агрессия подавляет внутренние страхи и боли. Поэтому от страха и боли люди кричат. Корабль начинало кружить все сильнее. Он наклонился набок, отчего все, что лежало на столах и полкал полетело на чьи-то головы. В конце концов, корабль встал вертикально, носом вверх и на огромной скорости помчался вниз. Потом Джеку показалось, что на него бросили сразу двадцать якорей, отчего тело его сжалось и превратилось в блин. Видно, это корабль задел о края дырки. От такого сотрясения Джека кинуло куда-то в темноту, и он потерял сознание.

Прошло десять лет…

Глава седьмая

Ночная тьма окутала город, настолько маленький и неизвестный, что никто даже не потрудился придумать для него название. Ну, так уж и быть. Придется самому его назвать. Раз этот город находится в Англии, точнее в самой южной его части, то пусть и называется Южная Англия. Может это и не так красиво звучит, но у нас нет времени на раздумье. Ведь именно сейчас произойдет главный разворот событий. Итак, на чем я остановился? Ах, да! Ночная тьма окутала город под названием «Южная Англия», и тот невольно погрузился в сон. В округе все давно спали, и только одно окно выдавало своих жителей тусклым жёлтым светом. Это окно принадлежало одному из местных полицейских участков (Да, да, хотя этот город и был слишком мал, но полицейский участок в нем был; и скажу вам, работал он безотказно, вы сами убедитесь в этом чуть позже), который беспрестанно работал и был готов к чему угодно.

При свете маленького ночника можно было увидеть двух уставших людей, дежуривших в этом самом участке. Их усталость была сразу видна потому что, развалившись в самых неудобных позах, один на кресле с ногами на столе, а другой на небольшом диванчике, мерно посапывали и лишь иногда вздрагивали, видно вспоминая о своих ратных подвигах и приключениях. Если бы сейчас какая-нибудь бандитская шайка нагрянула в дом (если вы подумали, что раз этот город так мал, то в нем нет бандитов, то вы ошиблись, иначе, зачем бы несчастные полицейские день и ночь дежурили в своем маленьком и душном участке?), то им ничто бы не помешало легко разобраться со «спящими». Но пока всё было тихо. День и, правда был довольно утомительным и вовсе не потому, что они, не переставая, гонялись за ворами и убийцами. Вовсе нет. Сегодня, как назло, не было ни одного задания. Пришлось весь день сидеть в маленькой душной комнатке, то и дело, вытирая пот с лица. И вот в этой тихой мирной обстановке как гром с неба, раздался громкий стук в дверь. Человек за дверью был явно напуган. Стук был такой сильный, что создавалось впечатление, будто за ним, за этим человеком, гналась целая шайка пиратов. От испуга и неожиданности сидевший на кресле человек, забыв, что его ноги на столе, кубарем полетел вниз. Поднявшись, он, кривя лицо, потер ушибленное место, где красовался немалых размеров синяк. Второй тоже проснулся, но не с такими последствиями. Стук повторился.

— Да подойди же ты, наконец, к этой двери! — Не выдержав, закричал пострадавший. Наверное, это был начальник, раз так распоряжался. Второй быстро побежал исполнять приказ.

Не будет ошибкой сказать, что на улице пошел дождь. Ведь все приключения намного интереснее, когда они приключаются ночью и, особенно, когда на улице идет дождь. Естественно, когда помощник полицейского открыл дверь, в нее ворвался до нитки вымокший прохожий, скорее нищий, ведь откуда ночью на улице да еще в такой ливень может появиться обычный прохожий? Его голос дрожал, и он долго не мог прийти в себя. Видно, что он и, правда, был сильно чем-то напуган. Но что может случиться в таком маленьком и никому не известном городе, где, как могло казаться, ничего страшного случиться не может? Человек долго не мог говорить. И лишь после третьей чашки самого горячего и ароматного кофе он, наконец, собрался с мыслями и выдавил из себя, судя по его лицу, весьма нелюбимое им слово:

— Пираты!

Ни один мускул на лице начальника полиции не дрогнул. Он лишь рявкнул погромче?

— Где?

Такого повелительного голоса прохожему, видно никогда не приходилось слышать. Поэтому, предварительно вылив на себя все содержимое чашки, он еще громче, не столько от уважения к начальнику, сколько от дикого жжения в штанах, выпалил:

— В гавани, где же еще?

Вооружившись, двое вышли на тёмную улицу, естественно, захватив с собой два самых широких зонта, ведь дождь на улице все еще не кончился, и направились в гавань. Она находилась совсем недалеко. Нужно было пройти метров сто вниз по улице и повернуть налево. Еще не доходя до пристани, полицейские услышали звуки пальбы и громкие всплески в море. Да кстати, я совсем забыл представить вам полицейских. Один из них — в прошлом доктор в одной из самых престижных больниц города, после одного пренеприятного случая, оказался в полиции. Здесь его все так и называли — доктор, а сокращенно — просто Док. Вскоре, после еще одного случая, в этот раз весьма приятного, ему удалось остаться в этой полиции навсегда. А имя Док так и осталось за ним. Теперь он, «доктор» полиции, идет со своим помощником, просто Джимом, на очень ответственное задание.

— Чего это они там не поделили, Док? — Полицейский задал вопрос, на который явно не было ответа. Одному Богу было известно, как пираты оказались в этом месте, да еще устроили здесь такой беспорядок.

— Это их дело. Подождём, пока они друг друга перестреляют, а потом будем брать.

Док говорил четко и уверенно, так что Джим на все сто уверился в успешное окончание операции. Он работал с Доком не один год, и каждая подобная операция, за исключением некоторых сложных заданий государственной важности, венчались успехом.

Стрельба продолжалась ещё несколько минут. Иногда пули с треском врезались в дом, за углом которого прятались полицейские. Тогда Джим подпрыгивал, словно хотел обмануть пулю, но толстые стены дома не давали злодейке пробиться к нашим блюстителям закона.

Вскоре всё прекратилось. Раздался последний всплеск, что-то упало, разбилась чья-то бутылка, а чей-то револьвер, скорее всего, совершенно случайно угодил в стену прямо рядом с носом Джима.

— Ай! — Вскрикнул он и принялся вычищать запорошенные кирпичной крошкой глаза.

— Идём, Джим.

— Ты только посмотри! — Заныл Джим, — А я ведь только что хотел двинуться вперед. Ах, черт! Вот это дырка! Еще один шаг и она была бы в моей голове!

— Я же сказал — Идем! — Более грозным голосом повторил Док, — Жене своей будешь рассказывать про дырки. А у нас здесь только пулевые ранения.

— Да, но если бы…

— Мы на задании! Если ты забыл.

Медленно, словно ожидая нового залпа, блюстители порядка направились к кораблю. Упавшие в море пираты понемногу приходили в себя, не успев, как следует наглотаться морской воды. Но в пьяном состоянии они не могли ни сопротивляться, ни тем более пробовать скрыться. Поэтому все «безропотно» повиновались полицейским, которые вытащили их на пристань. Разобравшись с этими пиратами, Док и Джим направились непосредственно на судно. Сразу же стала ясна причина конфликта.

— Да они напились! — Воскликнул Джим, указывая на разбросанные тут и там пустые бутылки.

— Ш-ш… — Док указал на спящих, на бочке разбойников. Мирно посапывая, они были похожи на младенцев. Но полицейские вовсе так не думали.

Док осмотрелся вокруг, держа свой потертый револьвер наготове.

— Ай! Ай! — Закричал Джим.

— Что такое? — обеспокоенным голосом спросил Док, не переводя взгляда на помощника. Он продолжал осматривать всех без исключения пиратов, пытаясь установить более ясную причину для конфликта.

— Он меня схватил, — шепотом ответил Джим, — не отпускает. Эй, с женой будешь обниматься.

Раздался глухой удар, после чего по всему кораблю разнесся продолжительный храп.

Это Джим, наконец, освободился от крепких рук пирата, которому явно не хватало женской ласки.

— Так, здесь вроде все чисто. Давай, ты спустись вниз, я покараулю здесь.

Пока Джим обшаривал низ, Док успел связать всех наверху. Как ни странно, но среди пиратов не нашлось не только убитых, но даже раненных. Они так напились, что не могли, как следует прицелиться. Джим вернулся почти сразу, но не один.

— Кажется, это капитан, — предположил он, таща по ступеням спящее тело, — во сне вдруг начал отдавать приказы. Иначе я бы его не нашёл.

— Вот и отлично, — радостно потирая руки, сказал Док, — Жди повышения!

— Рад стараться, — ответил Джим, и еще раз хорошенько стукнул по пирату, который, открыв один глаз, начал тревожно озираться по сторонам.

Глава восьмая

Дождь кончился только под утро. Небо, недавно закрытое черными тучами (которых, к счастью, никто не видел, ведь была ночь), теперь было голубым-голубым. Маленькие тучки, напоминание о недавнем дожде, медленно расползались по нему и постепенно исчезали. Солнце давно взошло. Маленькие его лучики с трудом пробивались через узкие щелки старого прогнившего дерева, а породившийся ими солнечный зайчик все стремительнее бегал по крохотной комнате пока, наконец, не угодил в глаза спящего. Пытаясь укрыться от надоедливых существ, он одним неловким движением рук задел левый глаз, который, как назло, открылся. Сон как рукой сняло. Неизвестный смотрел на то, что было перед ним. А что было перед ним? Там был второй этаж жесткой и неудобной кровати. Но первого этажа, как ни странно, не было. Его просто-напросто выломали чьи-то сильные руки и чей-то пьяный ум. Вместо него стоял большой и такой же жесткий сундук. Впрочем, разницы никакой, разве что места поубавилось. Итак, неизвестный проснулся, но один глаз никак не хотел просыпаться. Он продолжал так же мирно спать, как второй несколько минут назад. Один глаз разглядел на стоящем рядом столе бутылку рома, в которой на донышке покачивалась манящая жидкость. Почему покачивалась? Потому что она находилась в бутылке, которая находилась на корабле. А все корабли, как известно, покачиваются на волнах. «Неужели я столько выпил»? — шёпотом спросил он себя. «Ну же, Джек, давай, вспоминай». (Итак, мы знаем, что уже не неизвестного человека зовут Джек, и что он вчера изрядно выпил, и что на вид ему было около двадцати пяти; мы можем сделать небольшой вывод из этого, но не будем забегать вперед). Вспомнилось только то, что он в обнимку с кем-то допил бутылку спиртного, когда разгорелся этот спор. Конечно же, он был из-за денег. Совсем недавно пираты нашли карту сокровищ и никак не могли поделить ещё ненайденное золото. А тут ещё напились, как свиньи и началось. Последнее, что он вспомнил, было то, как его запихали в эту комнатку. Окончательно проснувшись, Джек потянулся, сделал глоток из недопитой бутылки и направился разведывать обстановку. А обстановка была просто ужасна. Тут и там валялись разбитые бутылки, вся палуба была истыкана пулями. Джек невольно посмотрел на стоявшие рядом бочки с порохом, и по его спине пробежал холодок. Снаружи слышался какой-то шум, как будто, кто-то шарил в помойном баке. Джек, качаясь из стороны в сторону, пытался найти на корабле хоть одну живую душу, но все как будто испарились.

— Где же все? — Он даже не понял, что произнёс эти слова вслух. Шум снаружи моментально умолк.

— Вы что-то сказали, сер?

Тут только Джек заметил стоящего напротив корабля неопрятно одетого, грязного человека.

— Слушай, — кривя лицо от головной боли, произнёс Джек, — что здесь произошло?

— О-о, страшные вещи произошли сегодня ночью. Вот стою я как обычно вот на этом самом месте. И вдруг бах-бах, ну это, стрелять начали. Одна пуля прямо возле носа пролетела…

— Это я знаю, что дальше то было?

— А дальше, а что дальше, прибыли полицейские, всех связали и отвезли.

— Куда отвезли? — после сказанных слов Джек моментально отрезвел, перестала болеть голова, напротив, стала быстро-быстро соображать.

— Ясно куда — в тюрьму.

Вдруг Джек хлопнул себя рукой по лбу и прокричал:

— Карта!

— Что-что?

— Отведёшь меня туда?

— Без проблем.

Выбравшись на берег, Джек направился за бродягой.

— Вы, я вижу, здесь впервые, — заметил тот, уплетая что-то за обе щёки, — здесь каждый знает, где находится тюрьма.

— Да. Мы сюда вчера причалили.

— Ну, раз так, то вам следует где-нибудь остановиться. Ночью здесь крайне опасно. Не заметишь, как всадят нож в спину или глотку перережут. — Сказал он это таким жутким голосом, сопровождающимся жадным причмокиванием, что Джеку стало не по себе. — Могу посоветовать мой скромный уголок.

— Нет, я ненадолго. Дело у меня есть. Не хотелось бы его откладывать. Долго ещё идти?

— Да тут рядом. Вот полицейский участок. Прямо за ним — тюрьма. Страшное здание.

Здание и правда имело неприятный вид, это без труда давало понять, что может находиться за этими стенами.

— Благодарю, — сказал Джек и вошёл внутрь. Тут и там сновали полицейские, не обращая никакого внимания на Джека, как будто его совсем нет. Слева за столом сидела девушка, что-то старательно записывая.

— Извините, — обратился Джек, — мне бы встретиться кое с кем.

— Это не ко мне. Пройдите прямо, потом налево, дальше направо. Там находится зал свиданий.

— Спасибо.

Джек никогда раньше не бывал в таких местах, поэтому не знал, что нужно делать, как себя вести. Да и одет он был как пират. Впрочем, он и был пиратом.

Пройдя по указанному маршруту, Джек открыл нужную дверь, чуть не сбив стоящего за ней человека. Им оказался полицейский, внимательно разглядывающий бумаги.

— Извините, я…

— В таких приличных заведениях как это вообще-то принято стучать, прежде чем войти. — Речь этого человека сопровождалась сверлящим насквозь взглядом, от которого волосы вставали дыбом. Джек невольно отступил назад.

— Ладно, ладно. Чего надо?

— Недавно в этом районе задержали пиратов.

— Было дело.

— Устроите мне встречу?

Посверлив душу Джека своим взглядом, полицейский тем же голосом спросил:

— А ты что — с ними?

Джек растерялся. Он ещё не придумал, как отвечать на этот вопрос. Да и документов нет. «Хоть бы не спросил документы» — умолял про себя Джек.

— Я.… Ну, в общем, должны они мне кое-что.

— Да, они много кому должны, — подумав, сказал полицейский, — Ну, пошли. Садись вот здесь. Сейчас приведут. Джек вошёл в указанную комнатку и сел на стул. Комната была мрачная и пустая. Деревянный гнилой стол, пара скамеек и шикарные часы с кукушкой, что очень не подходило под эту обстановку, — это все, что находилось в комнате. Скрипнула дверь, и Джек невольно вздрогнул. Важно переступив через порог, пират закрыл за собой дверь.

— А я уж думал, ты забыл про нас.

— Карта у тебя?

— Не расстаюсь с ней ни на секунду после небольшого инцидента, связанного с.… Ну чего ты так смотришь? Ты же знаешь, что я прекрасно играю в покер.

— Ты играл в покер на мою карту?

— Извини, но что было, то было. Ладно, ладно! Я проиграл твою карту в покер. Но ведь я, же отыгрался. И я вовсе не виноват, что он оказался таким агрессивным и отказался ее отдавать. А ты прекрасно знаешь, что свою честь я всегда отстаиваю только на дуэли. Да, кстати, как там с нашим освобождением?

Джек выхватил карту из рук пирата, свернул её и положил под куртку.

— С вашим освобождением нужно будет немного повременить. Вы там такое устроили. Мы же договаривались, что шума не будет. Готов поклясться, это ты затеял стрельбу.

— Я же сказал, что свою честь я отстаиваю только на дуэли. Мы не нашли лучшего места, чем корабль.

— И чуть не подорвали полгорода. Пули прошли рядом с пороховыми бочками.

— Значит, нет?

— Сожалею. Но, думаю, вам много не дадут.

— Конечно, пиратам больше пожизненного не дают. А может и сразу пристрелят.

— Что-нибудь придумаете. Мне пора.

Глава девятая

Из здания полицейского участка Джек вышел совершенно спокойный. Карта снова у него и можно было продолжать путешествие, но только он вышел на улицу, как его окликнул знакомый голос. Повернув на него голову, Джек увидел того самого бродягу с рваной сумочкой в руках.

— Ты все еще здесь? — Джек удивлённо посмотрел на нищего, даже не думая о том, что этот самый нищий будет хоть и не самым лучшим, но все-таки другом.

— Вообще-то, я не привык работать за «так», — важно ответил нищий, что-то тщательно пережевывая.

— А, понятно. Я заплачу. Сейчас… — Джек начал рыться в карманах в поисках денег. Их оказалось немало. Могло бы хватить даже на то, чтобы снять небольшую квартирку в центре города на полгода, не меньше.

— Денег не надо. — Таким же важным представительным голосом ответил нищий. — У них есть дурная привычка — заканчиваться в самый неподходящий момент.

— А чего же тебе надо? — удивленно спросил Джек.

— Вы говорили, что у вас неотложные дела. Деловому человеку необходим деловой партнёр, как вы считаете?

— Ты? Партнер? Ты что, шутишь? Ну, уж нет. Во всяком случае, ты мне не подходишь. Смотри, здесь очень даже немало. Тебе хватит на.… На месяц. За этот месяц ты сможешь найти рабо…

— Нет, нет! Ты меня не понял. Некий человек вылез с пиратского корабля, который недавно обшарила полиция, шляется тут по городу и просит помощи у первого попавшегося прохожего. Это может значить только одно — он пират и очень спешишь по своим пиратским делам. Ты знаешь, как обрадуется полиция, если я расскажу им об этом человеке?

Джек понял, что попался на удочку. Выхода из этой не могло быть в принципе. Ведь он и, правда, пират, тут уж не отвертишься, как ни пытайся… А брать с собой этого «нищего» было весьма малоперспективно.

— И еще я ужасный романтик, обожаю всяческие приключения, и путешествия. — Добавил нищий с идиотской улыбкой на лице.

— Ладно, уговорил. — Сказал Джек, отметив про себя, что этот нищий действительно ужасный, а уж как до романтика, романтичной у него была, наверное, только сумочка, из которой тут и там торчали куриные косточки.

Джек внимательно оглядел его с ног до головы.

— Приодеться надо бы тебе. Не будешь же ты шататься со мной по свету в этих лохмотьях. Да и мне бы не мешало сменить одежонку. Кстати, как тебя зовут?

— Можешь обращаться ко мне как захочешь, хотя я предпочитаю, чтобы меня называли по имени. Меня зовут Бук.

— Я Джек. И с этого момента ты — мой партнер. Условия нашего партнерства расскажу тебе позже. А пока.… Где здесь можно нормально одеться и перекусить?

— Магазинов здесь просто тьма. Только надо знать, где искать. Вам что нужно?

— Одним из условий нашего партнерства будет «никогда не называть партнера на вы». Итак, нам нужна одежда, еда и команда.

При слове «еда» Бук жадно облизал свои губы.

— Ну что ж, тогда, наверное, нам подойдёт вот это.

Схватив Джека за руку, он повёл его через улицу по каким-то подворотням.

— Куда мы идём? — спросил Джек, пытаясь вывернуться из крепких рук Бука, но это было невозможно.

— Сейчас ты увидишь высший класс, — при этом слове Бук закатил глаза, — ещё один поворот и … мы пришли!

Перед глазами Джека возник старый обветшалый дом, если это вообще можно было назвать домом. А уж про «Класс» вообще следовало молчать. Полупрогнившая крыша тут и там была заделана кусками бумаги и ткани. Ни один заблудившийся путник не мог бы даже случайно спутать этот дом с каким-либо магазином. Едва путники ступили на крыльцо, как ступени зловеще заскрипели. Бук отворил дверь. Звон колокольчика мгновенно погасил разговоры и весёлый смех, сопровождающиеся весьма невесёлой музыкой. Некоторое время в маленькой, но вполне уютной комнатке царило молчание. Все до единого смотрели на пришедших. Было видно, что их здесь не ждали. Джек сразу понял, что здесь не все чисто. Хотя чего ему беспокоиться? Он ведь пират. И грязнее дела бывали. Из всей публики выделялся один большой и грозный мужчина. Он медленно допил свое пиво и, вытерев мокрые усы длинным рукавом своего пиджачка, поднялся и подошел к Буку.

— Старина Фигли, как приятно видеть старых друзей! — сказал он, приподнимаясь со стула.

— Мне тоже очень приятно, Бен. Я…

В то же мгновение Бен схватил Бука за горло, зло сверкнул глазами и приподнял над собой.

— Припоминаю наш недавний разговор, в котором я запретил тебе даже появляться здесь, — почти шёпотом произнёс он.

— Он со мной! — Выступил вперёд Джек. Бен перевёл взгляд на него. Такого взгляда Джек не видел даже у самых грозных пиратов.

Между тем Буку удалось вырваться.

— Господин при деньгах. Ему нужна одежда и еда.

Гнев Бена мигом исчез.

— Милости просим. — Сказал он, и некрасиво улыбнувшись, попытался ухватить Бука, но тот прорвался вперёд и повёл Джека за собой.

— Вот здесь можно перекусить, — сказал он, указывая на стойку, за которой находился бармен, — одежду получим наверху.

Джек увидел лестницу, отделяющую первый этаж от второго.

— Давай сначала подкрепимся. Я со вчерашнего вечера совершенно ничего не ел.

Как ни странно, но заведение с таким страшным видом имело огромный выбор самых разнообразных блюд, закусок, и спиртного. Глаза Джека мгновенно пробежали по меню, предоставленным ему вежливым улыбающимся барменом. Остановившись, наконец, на сочной жареной курице и паре салатов, которые, как показалось Джеку, должны были оказаться самыми восхитительными, партнеры уселись за заранее выбранный стол. Курица оказалась немного суховата, но если учесть то, как был голоден Бук и как спешил Джек, можно понять, почему она довольно быстро превратилась в горку косточек. Салаты действительно оказались просто великолепными. Однако после того, как сидящая напротив пара похвалила «замечательный соус из бычьих глаз», которым был заправлен салат, Джек мгновенно потерял всякий аппетит, а салат вдруг стал таким отвратительным. Бук в свою очередь не обращал внимания ни на чьи разговоры. И его вовсе не смущало то обстоятельство, что салат сделан из бычьих глаз. Еще Джек заметил за своим новым другом удивительную способность не умолкать ни на секунду, даже во время еды. Прошло всего несколько минут, а Джек уже знал почти каждого, кто был в этом заведении.

— А вон видишь ту красотку?

Джек обратил внимание на девушку, стоящую рядом с человеком, который так грозно встретил их. Человек наклонился к ее самому уху, и та миловидно захохотала.

— Когда-то она была моей, — произнёс Бук, жадно вгрызаясь в сочную куриную ляжку, — а теперь я ей вовсе не нужен. Представляешь? Да и она мне не нужна. А вот это Бен. Он здесь самый главный. Если бы не он, я бы сейчас не шарил по помойкам и не грыз отходы.

— А что случилось? — спросил Джек.

— Случилось вот. Конечно, я в этом виноват, но если ты узнаешь в чём дело, то поймешь, зачем я так сделал. Бен — это бандит высшей гильдии. Короче, он здесь главный, в нашем мире. В один прекрасный день он предложил провернуть одно дельце, которое было не самым чистым. Ну, какие чистые дела могут быть у бандитов? Авторитет то время у него был уже немалый, и вот он буквально затащил нас туда. Ну, пошли мы на это дело, которое состояло из встречи одних нехороших людей. Не будем вдаваться в подробности. Скажу кратко: я во всём оказался крайним, я вообще всегда во всем оказываюсь крайним. Так удобнее. Для них, — Бук покосился в сторону Бена. — И мне просто пришлось сдать всех в полицию. Хотя она сама подоспела. Я просто ей немного помог. Сделка, естественно, сорвалась. С Беном никто связываться не захотел и его отпустили, как и меня. После этого я потерял девушку, дом, друзей, если их было можно, конечно, называть друзьями.

— Так зачем ты тогда связался со мной? Я пират и не очень хороший друг.

— Редко я встречал таких пиратов, которые просят у тебя помощи, говорят спасибо, и при угрозе не стреляют в брюхо, а идут на уступки. Я про себя всё рассказал. Теперь ты.

— А что можно рассказать про пирата? Целыми днями мы рыскаем по океану в поисках добычи. Но я отличался от других. Всегда, когда мы на кого-нибудь нападали, я отлёживался в своей каюте, ссылаясь на морскую болезнь. Я помог им отыскать карту сокровищ. Сегодня — завтра мы должны были отплыть в поисках этого сокровища. Но они устроили здесь перестрелку из-за золота, которое мы ещё не нашли.

— Понятно. Вот значит, какое у тебя дело. Тогда еще один вопрос. Тот пират в тюрьме… Он твой друг?

Джек понизил голос почти до шепота.

— Слышал когда-нибудь про пирата по прозвищу Черный Дракон?

— Кто же его не слышал? Говорят, он убил собственного брата. У того еще осталось двое сыновей.

— Так вот, один из его сыновей сидит в этой самой тюрьме.

— Что?! Так ты к нему ходил?

— Да, он был мне кое-что должен.

— Все понятно с вами.

— Слушай, Бук, — едва слышно сказал Джек, — команду надо бы собрать. Одним не справиться.

— В чём вопрос?! Да у меня здесь все знакомые. Скажи мне, пожалуйста, кто не хочет разбогатеть?

Последняя фраза была произнесена, как показалось Джеку, слишком громко. Весёлый смех и танцы мгновенно прекратились. Все направили свои взгляды на Джека, возле которого стоял растерянный Бук. Допив своё пиво, Бен громко ударил стаканом о стол и, обтерев мокрые губы, тупо уставился на новичков.

— Нам пора? — Неуверенно спросил Бук.

— Ты же говорил, что у тебя здесь все знакомые. Вот и выкручивайся! — Почти шёпотом произнес Джек.

— Так что там насчёт «разбогатеть»? — Доносились недовольные выкрики откуда-то сзади.

— Значит так, парни, есть работа. Платим наличными. Деньги немалые, стоит согласиться. — Бук тараторил, словно стоял за прилавком и продавал обувь. Мужчины начали подниматься. Немногие здесь любили Бука, особенно когда он начинал нести чушь. Джек понял, что надо что-то делать.

— Работа есть, — сказал он, повернувшись к публике, — нет вашего согласия.

— Что надо сделать? — Потягивая из резной трубки, спросил Бен.

— На некотором острове зарыто сокровище. Надо до него добраться, откопать и поделить на всех. То есть на тех, кто поедет.

— На ложь это не похоже. Хотя… — Возлюбленная Бука подошла ближе, и недоверчиво взглянула Джеку в глаза.

— Есть доказательство моих слов. Вот карта.

С этими словами Джек вытащил карту и поднял её вверх.

— На чём поедем? — Глаза Бена уже сверкали радостным пламенем.

— В гавани стоит мой корабль. Можно отчалить хоть сейчас.

— Нет, сегодня мы гуляем. Завтра всё обсудим, решим и в путь.

Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент послышался громкий настойчивый стук, вовсе не похожий на стук посетителей.

Глава десятая

— Капитан, мы у цели.

— Отлично! Всё готово?

— Да, сер.

— Начинаем!

Огромный корабль под пиратским флагом, рассекая своим носом морскую гладь, приближался к городу. Пираты бегали по нему, как муравьи в муравейнике, готовясь к предстоящей операции. Глаза капитана Лоренса жадно блестели. Сегодня удача на удивление сопутствовала ему. Он, как никогда был уверен в себе. Закончив бриться, капитан умылся ледяной водой и поднялся наверх. Деревяшка, заменявшая ему правую ногу, с тяжёлым деревянным стуком ударялась об такой же деревянный пол. Грозный вид капитана заставил всех бросить свою работу. Все ждали только приказа. Эти отчаянные головорезы были готовы на всё ради своего капитана, и он знал об этом.

— Слушайте все! — Карта нужна мне сегодня, сейчас же. Я не позволю ещё раз оставить себя в дураках. Идите и принесите мне её. Отличившихся буду награждать отдельно. Вуд! — Обратился он к одному из пиратов. — Не подведи меня, дружище! Золото ждет!

Послышались всплески падающих шлюпок, а вслед за ними по канатам спустились пираты. Вести себя они старались как можно тише, ведь не ровен час, засадят всех в тесную камеру, а там и до петли рукой подать.

Достигнув берега, они бесшумно взобрались на него и отправились в поисках карты. Как назло на улице города не было ни души, хотя с другой стороны, это было на руку пиратам, потому что лишние глаза потом нужно будет ликвидировать, а это еще трата времени, которого у них было и так мало. Вдруг один из пиратов приложил палец ко рту, давая понять, что он что-то услышал. Вскоре остальные тоже услышали неразборчивый шум, как, будто кто-то рылся в ящике для мусора. Завернув за угол, откуда доносился этот шум, они увидели, что это действительно так. Какой-то человек, навалившись всем телом на мусорный контейнер, что-то упорно искал. Через некоторое время он вынырнул из него со счастливым лицом, которое сразу же помрачнело. Он почувствовал, что в его висок упирается дуло револьвера, а грозный голос произнёс:

— Жить хочешь?

Потеряв дар речи, тот невольно закивал головой.

— Где они?

— Это вы о чём? Если о тех деньгах, что я недавно стащил, то я всё верну. Только отпустите меня, я всё отдам.

— Пристань. Корабль. Пираты…

— А, так вы о тех.… Так они сейчас в тюрьме. Той ночью такое устроили. Вся полиция города съехалась.

Было видно, что подробности никого не интересовали.

— Веди!

— Конечно, конечно. С удовольствием.

Удовольствие это было, конечно же, не из лучших, но другого выхода не оставалось и пираты во главе с бедняком направились к тюрьме. А тот в свою очередь ни на секунду не умолкал. «Вот это полицейский участок», — сказал он, будто на что-то намекая, — сразу за ним — тюрьма. Ну, думаю, дальше сами доберётесь.

И нищий мгновенно исчез в одной из подворотен. Некоторые достали оружие, но было уже поздно.

— Ладно, пошли, — приказал командир.

Бедняк не обманул — на следующем здании крупными буквами было написано: «Тюрьма центральная». Дверь была заперта.

— Надеюсь, вы не забыли динамит?

— Мы готовились самым лучшим образом, — сказал одноглазый пират, носивший такое же имя, точнее прозвище (как вы знаете, пиратов редко называют по именам), и достал динамит из сумки. Когда он зашипел и заискрился красными искрами, все разбежались в разные стороны. По прошествии нескольких секунд шипение прекратилось, раздался оглушительный взрыв, и взрывная волна снесла не только дверь, но и часть здания.

Глава одиннадцатая

Секунды складывались в минуты, минуты — в часы, часы — в дни. Короче — время тянулось очень-очень медленно. За железными прутьями решётки то и дело неустанно сновал полицейский, давая понять, что он настороже и сбежать не получится. Капитан Джон сидел в своей душной камере, наблюдая за охранником. Топот его обитых железом ботинок эхом проносился по всей тюрьме, что сильно действовало на нервы всем заключенным. Это было нечто вроде пытки, сидеть, задыхаясь от нехватки воздуха и слушать этот ужасный стук. Охранник был молодой, несмышленый, то и дело вздрагивал, когда кто-нибудь чихал или кашлял. Капитан перебирал в голове события недавних дней, как вдруг ему в голову пришла весьма неплохая идея.

— Эй, Одноглазый! — Как можно тише обратился он к своему соседу, такому же пирату как он сам.

— Чего ещё?

— Ты не против массового побега?

— Что ты ещё придумал? Каждый раз, когда ты что-нибудь придумываешь, мы обычно попадаем за решётку…

— Но потом с тем же успехом оттуда убегаем! К тому же, мы уже за решёткой. — Сказал Капитан Джон. — Вспомни, сколько раз я спасал твою шкуру?

— Давай, валяй. — Как бы нехотя произнёс одноглазый, но слушать принялся очень внимательно.

— Итак, — начал капитан, — что нужно для побега? Это уже почти статистика. Для этого нужны ключи. Но ключи у охранника. Значит, нам нужен охранник с ключами.

— Я до этого и сам бы догадался.

— Догадался бы, да не догадался. Значит так! Я привлекаю охранника, ты его… ну, ты понял. И потом мы все дружно покидаем это злачное местечко.

— Ещё одно преступление. Ну ладно. Но даю честное слово, что когда я выберусь отсюда, если, конечно, выберусь, то начну новую жизнь. Устроюсь где-нибудь охранником и стану порядочным гражданином.

— Это твоё дело. А сейчас нам предстоит общее дело. Приготовься!

Послышались робкие, но громкие шаги приближающегося охранника. Вот уже видна его длинная черная тень. (Хотя откуда в темной тюрьме взяться тени, разве что от тусклого светильника, свет которого едва-едва пробивался через многочисленные коридоры).

— Слушай, начальник.

Охранник беспокойно завертел головой.

— Да здесь я, здесь. — Спокойным голосом сказал капитан Джон засуетившемуся охраннику. — Вот скажи мне, пожалуйста, зачем я здесь сижу.

— Как зачем, — было видно, что новичок растерялся, — ты пират, должен сидеть за решёткой. И вообще мне не положено разговаривать с заключенными.

— Все вы такие правильные, — как бы обиженно сказал капитан, — но ведь всё далеко не так. — И Джон приблизился к решётке. — Открою тебе правду, — капитан поманил к себе кончиком пальца.

Охранник, оглядываясь по сторонам, будто ожидая увидеть выскочившего из-за угла какого-нибудь генерала, неохотно подошёл к капитану Джону, держа его на мушке своего револьвера. В этот же момент он получил такой сокрушительный удар по голове громадным кулаком одноглазого, что, покачнувшись, не раздумывая, повалился на железную решётку. Капитан, не долго думая, вытащил ключи, находившиеся в нагрудном кармане охранника.

— Не помнишь, — спросил капитан, открывая заржавевший от времени замок, — сколько у нас побегов?

Не зная, к кому был направлен вопрос, одноглазый ответил:

— Если считать этот, то, наверное, уже около сотни.

— Проклятый замок, — шипел сквозь зубы покрасневший от натуги Джон, — он не открыва…

Последнее слово было заглушено ужасающе громким взрывом, эхо которого пронеслось по всей тюрьме, и даже заложило уши капитану Джону. Послышались чьи-то разговоры, и вскоре появились виновники происшествия. А это были…

— О, мистер Вуд! Какая встреча. — Радостно сказал капитан Джон, отплёвываясь от грязи и пыли, которая успела пробраться к нему в камеру и забиться во все «щели». — К вашему сведению, культурные люди стучат, прежде чем войти.

— Сейчас не до шуток, — сказал Вуд и угрожающе посмотрел на капитана Джона, — где карта?

— Мне уже задавали этот вопрос. — Вспомнил капитан Джон, продолжая долбить себя по ушам, чтобы вернуть нормальный слух. — Не помню, что я ответил…

— И где она?

— Сдал в ломбард. — Ответил Капитан, пытаясь придать выражению своего лица как можно более идиотский вид. — Правда, дали за нее мало. Вот, видите, сижу в каких-то обрывках, даже покушать нормально не смог.

— Кроме шуток!

После долгих хлопаний по ушам слух Капитана Джона вернулся в прежнее состояние, а лицо его просияло!

— Что вы сказали? — Переспросил он.

— Я же сказал, кроме шуток! — Голос Вуда становился все грознее, а глаза все краснее и краснее.

— Ладно, ладно! Не кипятись, и так жарко. — Сдаваясь, и разводя руками, сказал Капитан. — Пришёл Джек и забрал её у меня. Это правда. Я же ничего не мог поделать в этих наручниках. Что же мне прямо в тюрьме применять к нему силу? Тогда мне вдобавок к повешению на том свете присудят еще и избиение родного брата.

— Капитан Лоренс не очень обрадуется, когда ты это ему скажешь.

— Думаю, наша встреча не состоится, — тупо улыбаясь, сказал Капитан Джон, — замок как на зло заклинило. А я уже такие планы составил на сегодня. И капитану Лоренсу придется провести этот замечательный вечер без моих красноречивых речей. Прошу извинить, но у нас тихий час. Да, и посторонним без записи вход запрещен.

— Бадди, — сказал Вуд одному из своих, и указал на решётку.

Огромный мускулистый человек подошёл и просто выдернул решётку на корню. Затем он вытащил не сопротивлявшегося капитана и поставил перед Вудом.

— Пристрелил бы тебя прямо здесь за твои красноречивые речи и длинный язык.

— Не надо, я сам как-нибудь это сделаю. — Сказал капитан Джон. — Скажу только вам по секрету, как мне надоел этот язык! Эй-эй!.. Остальных то освободите, — сказал Джон, окидывая взглядом мрачные решётки, — я к ним как-то уже привык.

— Ничего, сами выберутся. Как говорится, меньше народа — больше кислорода.

— Ну, да, тоже верно. Эх!

Глава двенадцатая

Стук повторился. А за ним послышались чьи-то негромкие разговоры. Создавшаяся в маленьком кабачке гробовая тишина говорила о том, что за дверью находились незваные гости. Это место было известно не каждому, а так как все свои были уже здесь, то неизвестные, стоявшие за дверью были или полицейские или какие-нибудь заблудившиеся путники.

— Облава! — Раздалось вдруг откуда-то сверху: система разведки работала с небольшим запозданием, однако она могла работать и быстрее, и тише, так как в следующий же миг дверь под натиском мощнейших ударов едва не слетела с петель. Замок лязгал своим слабеньким язычком из последних сил, а державшиеся из последних сил проржавевшие насквозь петли жалобно скрипели.

— Скорей сюда. — Проговорил Бук, держа Джека за руку. Он пробрался через толпу к стойке, за которой стоял бармен с тупой улыбкой на лице. Ему ничего не оставалось, как тупо улыбаться и просто стоять, вытирая и без того сухие бокалы. Как ни странно, но все старались попасть именно в это место.

Бук небрежно оттолкнул официанта, отчего тот выронил бокал, и откинул лежавший на деревянном полу коврик. Джек увидел крышку люка, которую коврик тщательно маскировал. Открыв крышку, Бук сначала затолкал туда Джека, а потом залез сам. Следом полезли и остальные. В считанные секунды кабачок опустел. В небольшом помещении, где только что было полно народу, остался один официант с тупой улыбкой на лице и несколько столиков, на которых осталась еда и пустые бутылки с многочисленными окурками внутри. Зловещий стук прекратился. Через мгновение удар ужасной силы обрушился на нее, петли не выдержали, и дверь с грохотом залетела внутрь кабака. Полицейские (да, это были они) ворвались в помещение, вертя туда-сюда своими старыми потертыми револьверами. Официант приветливо улыбнулся, не переставая ни на секунду вытирать сухие бокалы.

— Почему так долго не открывали?

— В такое время по улице ходят одни бандиты. Я подумал, что это как раз они и были. Хотел уже звонить в полицию.

— Но ты же здесь.

— Я поручил это своему помощнику.

— А кто кричал?

— Наверху гости репетируют пьесу.

— Почему не убрано?

— Недавно были посетители. Никак руки не доходят. Дела.

В подтверждение он показал полицейским кучу разных бумаг.

Полицейские походили взад и вперед, осмотрели каждый столик, будто намереваясь увидеть под ними спрятавшихся бандитов. Потом подошли к официанту. Док уставился в его глаза, которые хотели казаться глазами самого честного гражданина, но у них это не получалось. Они бегали от одной стены в другую, а когда встретились с грозными глазами полицейского, то и вовсе заметались по комнате.

— Ну! — Рявкнул полицейский.

— А! — От неожиданности официант выронил все бокалы.

Глаза полицейского медленно поползли вниз, а официант все искал глазами коврик, но не найдя его, сам встал на люк, закрыв его своей тенью.

— Смотрите-ка. — Сказал другой полицейский. — Коврик прям в тарелке супа. Непорядок.

— Ах, это, наверное.… Наверное…

— Приберитесь здесь, все-таки какое-никакое да заведение. — Сказал капитан и повернулся к своему помощнику.

— Ладно, Джим. Сегодня не получилось. — Вполголоса сказал он помощнику. — Уходим.

И полицейские направились к выходу, поставив перед уходом на место несчастную дверь.

Глава тринадцатая

— Где мы? — Спросил Джек и его голос эхом прокатился по всему подземелью. Темнота, царившая в нем, заставляла прищуривать глаза, чтобы разглядеть то, что было впереди.

А впереди был бесконечный коридор с множеством труб, уходивших наверх.

— Это канализация. — Спокойно, будто шагая по аллее с тюльпанами, сказал Бук.

— Так вот почему здесь так воняет. — Морща нос, пробормотал Джек.

— Не ворчи. — Ответил Бен. — Если бы не это злачное местечко, сидеть бы тебе сейчас… в тюрьме! Ха-ха-ха!

Хохот мгновенно приняли в себя стены тоннеля и разнесли его своим соседям на многие мили вперед.

Канализация, как известно, довольно грязное место, и очень мокрое. Этот фактор был причиной того, что все издавали очень много шума. Джеку это стало надоедать.

— Долго ещё идти? — Недовольно спросил он, когда все разом остановились.

Бук тоже остановился.

— Мы уже пришли. — Он указал пальцем наверх, где брала начало небольших размеров лестница. Джек, глаза которого уже стали немного привыкать к темноте, отчётливо увидел её начало, но конца разглядеть так и не удалось.

— Чего встали? — удивлённо спросил Бук. — Вперёд, то есть, я хотел сказать, наверх.

Джек потянулся к свисающей лестнице и осторожно, проверяя каждую ступеньку (неизвестно, сколько лет этим лестницам), полез наверх. За ним, небрежно оттолкнув, Бука, полез Бен, потом остальные. Следом выбрался сам Бук. Там, куда они попали, царила полнейшая темнота, намного темнее, чем в канализации.

— И куда мы на этот раз попали? — Спросил Джек, не переставая вертеть головой по сторонам. Щурить глаза уже было бесполезно. — Неужели уже ночь?

— Мало у тебя воображения. — С насмешкой возразил Бен. — Мы на очередной станции. Передохнём немного и на твой корабль.

— Если, конечно…

— Что еще?

— Полиция может его присвоить себе. Надо бы поторопиться.

— Насчёт «поторопиться», я думаю, не получится. — Тут Бен перешёл на полушёпот. — Даю тебе полную гарантию, что эта полиция сейчас рыскает по всему городу в поисках преступников. То есть, нас. Они нас давно ищут.

— Хорошо ещё, что карта… — Джек старательно обшарил карманы своей старенькой курточки, но они были совершенно пусты. — Стоп! А где карта?

Джек хотел уже лезть назад, но в тот же миг услышал знакомый женский голос:

— Успокойся. Здесь твоя карта, — раздался голос любовницы Бука.

— Тогда отдай мне её.

— Это не мне решать. — Печальным голосом сказала она и вручила карту Бену.

— Убедимся, что ты не обманываешь, потом заберёшь свою драгоценность. А пока птичка побудет у хозяина.

— Ты, кажется, возомнил себя здесь главным. С чего ты взял, что ты главный? Я веду вас к сокровищу, это моя карта и я здесь главный.

— Не горячись. Мы ведь сейчас, как ни как, команда. Какая разница, у кого карта? Как говорится, дружба важнее всего. Притом, ты сам предложил нам работу, не так ли? Это ты влез в наше общество, поэтому не смей диктовать нам свои условия.

— Значит так! — Теперь Бен обращался ко всем. — Нам нужно выйти отсюда как можно раньше и незаметнее. Выходим по одному из разных выходов. Место сбора — корабль!

Он в последний раз посмотрел на Джека своими красными глазами (хорошо, что в темноте Джек не смог их разглядеть) и исчез в темноте.

Все остальные тоже быстро разбежались кто куда. Джек почувствовал, что кто-то тянет его за рукав.

— Воспользуемся коротким переходом. — Сказал Бук. — Пошли.

И он нырнул в ту дырку, из которой они только что пришли. Джеку ничего не оставалось, как последовать за ним. Повиляв немного в подземных переходах, они, наконец, вышли на прямую дорогу, если это можно было, конечно же, назвать дорогой.

— Ты шагаешь очень уверенно, как будто идёшь по улице города. — Заметил Джек.

— Это мой второй дом. — Сказал Бук. — Я здесь всё-все знаю. Каждый поворот, каждую пылинку, каждый грибок. С этими словами он вырвал неизвестно откуда бледную поганку и повертел ею перед глазами Джека.

— Ну, вот и всё. Мы на пристани, точнее под пристанью.

— Ты в этом уверен? — Джек беспокойно посмотрел на него.

— Вполне. Полезли! Даже если мы немного ошибемся, то нам не составит труда добраться до назначенного места по городу.

Над их головами то и дело слышался топот проносившихся людей, которые явно куда-то спешили. И появление каких-то «сумасшедших» из канализационного люка, конечно же, оставит некоторые подозрения. А любые подозрения — это непременный визит к полиции, которая и так уже сбилась с ног в поисках преступников. А тут еще «эти» из канализации. Чем не новый след? Бук ухватился за край лестницы и полез, было наверх, когда раздался оглушительный грохот, который отличался от топота людей по дороге. Во-первых, ужасающим землетрясением, от которого у Джека подогнулись колени, а Бук так и полетел вниз головой. Поднявшись, он хотел лезть снова. Но Джек остановил его.

— Там неспокойно, давай переждём, или поищем другой путь. — Сказал он.

— Другой путь? — Проговорил Бук, потирая ушибленные места, и улыбаясь. С его перекошенными от удара глазами и этой улыбкой он был похож на сбежавшего больного из психического стационара.

— Другой путь? — Еще раз спросил он уже более уверенно. — До ближайшего выхода час пути, а нас, наверное, уже ждут. Что касается взрыва, то это не редкость в наших краях. Бывает и похуже. Лезем!

Другого выхода, как показалось Джеку, не было, и они начали карабкаться по скрипучей шатающейся лестнице наверх. Громко заскрежетал отодвинутый Буком блин, и Джек почувствовал приток свежего воздуха, от которого голова сразу перестала кружиться. Он помог Буку закрыть люк и, выпрямившись, неподвижно уставился на то, что было перед ним, вернее кто был перед ним.

Не трудно догадаться, кого увидел Джек. Он стоял нос к носу с капитаном Джоном, позади которого находился Вуд, державший стоявшего перед его лицом капитана Джона на мушке своего ружья. Повсюду валялись кирпичи от тюремной стены, а не успевшая еще осесть кирпичная пыль так и норовила попасть в глаза и рот.

— Ты же сказал, что мы под пристанью. — Прошипел Джек Буку, который и сам был не рад своей затее.

— Немного не рассчитал. Ну, с кем не бывает?

— Так, так, мистер Джек. — Заговорил Вуд, злобно сверкая глазами. — А мы тут о вас только что вспоминали. Вещичку то нашу верните!

— Это ты о чём?

— Нехорошо брать чужие вещи, мистер Джек.

— Карты у меня нет. Её забрали.

— Карты у нас нет. — Подтвердил Бук.

— Ситуация ясна. Будете говорить с капитаном Лоренсом. Он жаждет этого разговора. Вперёд!

— Ну, удружил. — Неслышно сказал Джек капитану Джону. — Зачем ты им сказал, что карта у меня?

— Так, сорвалось с языка. Знаешь ведь, что я не забываю старые обиды. Помог бы мне бежать, ничего бы этого не случилось.

— Все, хватим о прошлом. Сейчас то, что делать?

— Полностью отдаться судьбе. Это наш пока единственный шанс спастись.

Вдруг сзади раздались крики и звуки пальбы. Джек оглянулся, и увидел приближающихся с каждой секундой полицейских.

Глава четырнадцатая

— Говорю тебе, я своими ушами слышал там музыку и разговоры. Не мог же один официант устроить такой шум!

— Да я тоже слышал, но что теперь рассуждать? У нас нет ни доказательств, что бандиты были именно там, и что именно они там были, да и никаких видимых улик. Они все разом будто сквозь землю провалились!

Так рассуждали с озадаченными лицами полицейские Док и Джим, возвращаясь с невыполненного задания. Отчасти, они были правы, насчет того, куда делись преступники, ведь они бежали через подземный ход.

Шаг за шагом они приближались к участку. По левую сторону располагалась небольших размеров пивнушка. День подходил к полудню, и солнце начинало печь, так что создавалось впечатление, будто ты находишься в сауне, а не на улице города. Джим жадно смотрел на жирные красные буквы «ПИВО». У него даже ноги подкосились при мысли, что он сейчас сидит в этом маленьком кабачке и размеренно пьёт холодное пиво, а белая пенка так и щекочет нос, стекая и охлаждая разгоряченное тело. Он жадно проглотил слюну и почти умоляюще сказал:

— Я бы сейчас не отказался от прохладного пива. Как прохожу мимо этого места, так и тянет зайти. Как жаль, что я тогда бываю на службе.

— Да, в такую жару мы не дотянем до вечера. — Сказал Док, — Тогда какая от нас польза? Пропустим пару стаканчиков и пойдём дальше.

Бесшумно отворилась дверь. Зазвенел колокольчик. Этот маленький магазинчик двое полицейских часто посещали после дежурства, поэтому знали в нем каждый столик, и каждая кружка была для них родной. Поэтому они никак не могли не заметить, что старый, с белой бородой и белыми усами хозяин исчез, вместо него, приветливо улыбаясь, подошёл на своё место новый хозяин пивнушки. Это был довольно полный, бородатый человек, но волне молодой, на вид около сорока — сорока пяти. Было видно, что он не тратил время даром: глаза его пьяно бегали.

— Здорово, я Штопор. Рад принять у себя таких почётных гостей. Что будете заказывать?

— Наверное, пару стаканчиков хватит, — сказал Док.

Громко икнув, Штопор со стуком поставил на стол два огромных стакана, при виде которых у посетителей расширились глаза, и наполнил их душистым, пенящимся пивом. Всё это он проделал одной рукой. Закрыв глаза, Док сделал первый глоток. Джим не отставал. Пиво оказалось просто чудесным. Полицейские удобнее расположились на высоких стульях и попивали своё пиво.

— А тебе не кажется, что у тебя довольно странное имя. — Спросил Док. Он просто не мог не спросить. Да и каждый непременно задал бы этот вопрос.

— Ничуть. — Смеясь, ответил хозяин. — Меня так прозвали, потому что я на всех вечерах открываю любые вина безо всякого штопора.

И он продемонстрировал посетителям свою левую руку, на которой красовался крюк. Полицейские продолжали пить пиво, когда до них донёсся отголосок, точнее гул, больше походивший на взрыв.

— Этого ещё не хватало. — Взволнованно сказал Док, вскакивая со стула.

Джим преспокойно допил своё пиво (ничто не могло остановить его в этот миг) и направился вслед за начальником. Издалека они увидели столб пыли, и разбросанные тут и там обломки кирпичей. Осевшая пыль обличила виновников происшествия. Группа людей, наверное, хорошо вооружённых, стояли не двигаясь. Они даже и не думали скрываться. Док, не долго думая, достал своё потёртый револьвер и бросился вперёд. Джим, не желая оставаться позади, не отставал от начальника ни на шаг.

— Именем закона. — Закричал Док, готовясь к выстрелу. — Стоять на месте, оружие на землю!

Раздались выстрелы, но на бегу было невозможно, как следует прицелиться. А бандиты, спохватившись, начали убегать и становились всё недоступнее. И вдруг со стороны противника раздался выстрел, возможно, случайный, но довольно меткий. Пуля, пролетев огромное расстояние, со свистом вцепилась в правое плечо капитана. Он выронил револьвер, бессильно опустив руку, но не издал ни одного слова, даже писка, выдавшего его боль.

— Слушай меня внимательно. — Сказал он, крепко схватив руку Джима. — Быстро беги в главное управление и вызывай подкрепление.

— Но вам необходимо перевязать рану. — Попытался возразить Джим, хотя он точно знал, что капитан не отказывается от своих решений.

— Времени нет. — Рявкнул на него Док, сверкнув глазами, свет в которых постепенно угасал. — Живее.

Последнее слово было произнесено с неимоверным трудом. Джим убежал, а Док, истекая кровью, поплёлся искать помощи. Силы покидали его. Кружилась голова. В горле всё пересохло. Обессилено опустившись на землю, он не двигаясь, наблюдал, как к нему кто-то приближается. Вот он склонился над капитаном, часто дыша, и что-то выкрикивая. Но что, Док уже не смог услышать.

А в главном управлении в это время все готовились к обеду. Безмятежные полицейские, не подозревающие ни о чем, размеренно пили горячий кофе и пытались заигрывать с полицейскими противоположного пола.

Один из них, стоя слишком близко к двери, разговаривал с дежурной управления, размахивая своей кружкой с кофе, когда неожиданно распахнувшаяся дверь с треском ударила бедного полицейского, а кружка с ароматным, но, как назло, горячим кофе, полетела точно в дежурную. Но в тот же миг другой отважный полицейский в буквальном смысле снес со стола очаровательную женщину, приняв весь «удар» на себя. А потом достал револьвер и направил его на виновника случившегося, едва не визжа от жжения в… Ну, не будем вдаваться в подробности, одним словом, «вломившийся» натворил немало дел, да еще чуть не схлопотал пулю в лоб, ведь это так легко можно сделать, облив кого-нибудь горячим кофе.

— Что, черт возьми, происходит. — Кричал пострадавший.

— Спокойно, это я. — Сказал Джим.

— Успокойся, Джордж, не видишь, это Джим. — Сказал полицейский, которого тот едва не сшиб с ног. — Что случилось, Джим? Да на тебе лица нет!

— Там пираты. Капитан ранен, он умирает! Он просил вызвать подкрепление, не позволил мне даже перевязать его раны.

— Так, слышали?! Вызывайте военный корабль! Мы им еще покажем, Джим! А капитана мы сейчас осмотрим. Оставайся здесь. Помогите ему, дайте чего-нибудь выпить. Джордж, ты идешь?

— Вот в этом? — Спросил тот, показывая на свои облитые кофе штаны.

— Ты поплачь еще. Быстро за мной!

— Есть, капитан!

И двое стремительно выбежали на улицу, направившись в сторону трагедии.

Глава пятнадцатая

— Стоп. — Лейла подала знак рукой. — Помнится мне, наш друг Джек говорил только об одном корабле. Но здесь их целых два. Притом, оба пиратские.

— Может, это как-то связано с тем взрывом? — Попытался кто-то предположить.

— Не исключено. — Стоявший впереди главарь банды Бен был озадачен. Послышавшийся позади шум, топот и безразборная стрельба заставили его выйти из раздумий.

— Прячься! — Эта команда была давно отточена, поэтому толпа людей в буквальном смысле растворилась. Кто забежал за угол соседнего дома, кто затерялся в густых кустарниках, а некоторые просто скрылись в мусорных ящиках. Так поступили и Бен с Лейлой.

Из ящика открывался отличный кругозор, позволяющий видеть всё, что происходило вокруг. Не успели они захлопнуть крышку, предварительно оставив небольшую щелку, как показались бегущие, топот ног, которых слышала компания Бена. Легко догадаться, кого они увидели в пробегавшей толпе.

— А вот и наш Джек, — заметила Лейла, как ей показалось, слишком громко. Один из бегущих на миг остановился, обнажая свой острый взгляд, направленный прямо в глаза Лейлы. Тяжёлый взгляд, как ей показалось, сковал её мышцы. Она опустилась на дно ящика, отчего крышка с шумом захлопнулась. В ожидании, что она сейчас откроется, и снова появятся эти страшные глаза, девушка затаила дыхание. Время шло. Но ничего не происходило.

Отчётливо послышался шум, издаваемый опущенными в воду вёслами, это послужило сигналом. Маленький участок между двумя домами быстро заполнился людьми.

— Значит так, — так обычно начинался разговор Бена. Тон, с которым он говорил, предполагал, что возражений не будет, — понятно, что эти натворили там дел. Значит, здесь скоро будет полиция. А она всё тут перевернёт. Какие есть предложения?

— А что, если сесть на корабль. — Предложил седой старик, потирая свою белую длинную бороду. — И просто сидеть, не подавая признаков жизни?

— Ты думаешь, они не будут там искать?

— Если пираты что-нибудь совершили, то они, наверное, будут убегать. А если корабль стоит на месте, значит, там никого нет. Мы просто окажемся чуточку хитрее.

— Недурно. Можно даже попробовать. Все на борт! — Бен вызывающе махнул рукой и вслед за всеми взобрался на корабль.

Глава шестнадцатая

Институт современных компьютерных технологий находился в самом центре города. На его стенах были вывешены странные афиши, будто это вовсе не институт, а какой-нибудь цирк. «Уникальное изобретение. Только сегодня профессор программирования и физических наук покажет единственный в мире эксперимент со временем».

А у входа в институт уже яблоку негде было упасть. Назойливые мальчишки, пытаясь узнать, не за сладостями ли спешит эта бурлящая толпа, то и дело наступали на ноги прохожим, отчего волнение в ней усиливалось.

— Кто сказал, что путешествия во времени невозможны? — Профессор Фледриг.… Так, давайте я лучше сначала вкратце расскажу о самом профессоре.

Внешность его была просто удивительна. Он был похож на старого волшебника из детских или взрослых сказок. Его длинная белая борода скрывала удивительно мягкую и добрую улыбку, не похожую ни на чьи другие. Несмотря на свой далеко не молодой возраст, он выглядел весьма бодро, и даже немного игриво. Пока гости рассаживались по местам, он успел сделать гимнастику, и даже отжаться на жестком полу, как говорили, потом заядлые спорщики, чуть ли не сто раз. Если бы кто-нибудь из пришедших не знал, что он находится в институте компьютерных технологий, он бы с легкостью предположил, что каким-то удивительным образом попал в цирк.

Итак, профессор Фледриг вышел из-за трибуны и встал перед собравшимися в огромном зале:

— Да, многие пытались сделать машину времени. Но как она выглядела? Огромное сооружение, страшный вид, к тому же ни одна из них не дала должного результата. А всё из-за недостатка энергии. Так говорили все разработчики. Энергия здесь не при чем. Я собрал вас, чтобы продемонстрировать вам своё открытие, над которым работал практически всю жизнь.

Профессор подошёл к столу, на котором находился предмет, завёрнутый в чёрную ткань. Когда он снял её, все увидели…

То, что находилось на столе, на первый взгляд больше походило на спичечный коробок, нежели на машину времени.

— Принцип действия этой машины. — Продолжал профессор Фледриг. — Немногим отличается от остальных. Я добавил систему локализации и уменьшил размеры в несколько раз. Она полностью компьютеризирована, можно подключить к тому же самому компьютеру и отправляться в путешествие. Работает от обыкновенной батарейки.

— То, что вы сейчас сказали можно как-нибудь подтвердить? — Послышался голос с переднего ряда.

— Я знал, что мне не сразу поверят. Вот так вот раз, и на тебе машину времени. Я бы тоже не поверил. Ну, так кто желает прокатиться? Может быть вы? — Профессор указал пальцем на молодого человека, который задал вопрос.

— Ну, я не знаю. — Засмущался тот. — Наверное, я вам верю.

— Ну, уж нет! Так не пойдёт. Надо, чтобы все поверили. — И профессор, несмотря на свой возраст, схватил его и поставил перед столом. Он достал из походной сумки ноутбук и подсоединил к нему удивительное устройство. То, что увидел мальчик, не очень то удивляло. На экране появилось нечто, похожее на календарь.

— А ваша машина действительно работает? — С опаской спросил Алекс. Он ждал, что профессор сейчас рассмеётся и скажет что-нибудь вроде: «Ага! А вы уже поверили!» К тому же скоро первое апреля. Это могло быть обыкновенным розыгрышем. Но…

— Честно говоря. — Сказал профессор Фледриг. — Я и сам точно не знаю, будет ли работать эта машина. Но судя по моим теоретическим подсчётам, нет никаких сомнений в том, что машина исправна. Всё покажет опыт.

— Так вы хотите, чтобы я стал подопытной мышью? А если мы застрянем где-нибудь в средних веках?

— Только что вы сомневались в том, что это машина времени, и что она работает.

— Хорошо. Тогда давайте попробуем ледниковый период.

— Ледниковый, так ледниковый. Итак, дамы и господа! Сейчас я и мой ученик отправимся в прошлое. Я думаю, здесь полно журналистов, готовых в пух и прах разрушить мою теорию о возможности путешествия во времени с помощью программирования. Ну, вот заодно и узнаем, возможно, ли это. Только вы, молодой человек, слишком легко одеты для этого. Ну да ладно. Мы пробудем там не больше пяти секунд, я надеюсь, если не повстречаемся с каким-нибудь саблезубым тигром.… Не бойтесь, Я проходил как-то в молодости курсы по дрессировке тигров. Да и с мамонтами думаю, проблемы не возникнет.

Профессор настроил компьютер на ледниковый период, и нажал ввод. То, что почувствовал Алекс, было больше похоже на состояние невесомости, нежели на путешествие во времени. Мгновение спустя он ощутил всем телом пронизывающий до костей жуткий холод. Огромные хлопья снега падали на него, вызывая весьма неприятные ощущения.

— Ну, как? — Раздался радостный голос профессора Фледрига.

Алекс открыл глаза. Рядом стоял профессор с лицом как у мальчишки, сияющим от восторга. Они стоял перед залом восторженных взглядов, плохо соображая, что сейчас произошло. Таявший снег ручьями стекал по волосам, носу и рукам Алекса, но он не обращал на это никакого внимания. Подбежавшие репортёры и журналисты с камерами, диктофонами, начали задавать уже надоевшие вопросы.

— Что вы думаете о новом открытии Профессора Фледрига? — старалась перекричать всех молоденькая журналистка, буквально вырывая бедного юношу из нахлынувшей бурлящей толпы желающих прокатиться на машине времени.

Естественно же, никто так и не прокатился на ней. Причина? Да самая простая. Патент на изобретение профессор еще не получил, а использование такой вещи как машина времени без лицензии может стоить недешево, с точки зрения закона. Ну и в таких ситуациях обычно действует правило детского сада: «если кто-нибудь попробовал, то и мне надо». А желающих полный зал, тысяча человек уж точно наберется.

А зал все не переставал аплодировать. Апекс даже подумал, «как они ещё не отбили себе ладони?».

Пока профессор разбирался с журналистами, он, наконец, пришёл в себя и вырвался из цепких рук до ужаса надоевшей журналистки, которая прожужжала ему все уши своим вопросом. Ему вовсе не хотелось попадать в газету, поэтому он выбрался из толпы и направился к двери, ведущей к выходу.

— Эй, молодой человек! — Успел крикнуть профессор. — Заходите сегодня ко мне на чашечку кофе.

— Хорошо, обязательно зайду! — Ответил Алекс и вышел из института.

Глава семнадцатая

Солнечный диск оранжево-желтого цвета переливал облака вокруг себя в нежные красные и розовые оттенки, создавая неповторимый пейзаж, который был особенно неповторим из окна самого богатого дома во всей округе. Он принадлежал одному из самых богатых и значимых людей в городе — генералу Кребсу.

Генерал Кребс был видным человеком, и вовсе не потому, что у него был огромный живот и большая голова, вовсе нет. Сам мер города ходил перед ним на цыпочках. Ходили слухи, что генерал Кребс каким то чудесным образом помог меру получить эту должность, и теперь тот работает на него. Еще ходили слухи о секретной незаконной организации, но пока это все слухи, а всю правду мы очень скоро узнаем. Итак, генерал Кребс стоял у окна одного из своих красивейших дворцов, наслаждаясь неповторимым пейзажем и холодными струями воздуха, испускаемыми очистителями. Сложившаяся ситуация не давала ему покоя. Походив по комнате, он, не найдя ничего лучше, сел в кресло, бессильно опустив руки. Из раздумья его вывел звонок висевшего на стене телефона.

— Что нового? — Спросил генерал.

— Доброе утро, генерал. Я думаю, моя новость вас не очень утешит.

— Говори.

— Этот груз. Ну, он слишком большой. Невозможно будет доставить его без шума. Двести тонн — это не шутка. Вот если бы можно было отложить перевозку, скажем, на месяц. За это время я смогу уладить все дела.

— А что мне прикажешь делать? Наша лаборатория не располагает стольким временем. Я понимаю, что риск немалый, но выгода будет ещё больше. Представь себе, что мы получим! Постарайся доставить его как можно быстрее, если хочешь иметь нечто больше звания мэра города.

Генерал положил трубку и, заказав машину, вышел на улицу.

— Куда едем? — Спросил водитель, когда генерал Кребс уселся на заднее сиденье.

— В лабораторию.

Усевшись удобнее, Кребс, желая скоротать время поездки, включил телевизор, и тупо уставился на экран, соображая, что ему делать дальше.

— И, наконец, главные новости недели. — Сказала дикторша в телевизоре. — Профессор Фледриг утверждает, что он изобрёл «пространственно — временную машину».

Вначале профессор говорил, как показалось генералу Кребсу, какую-то чушь. Рассказ о строении «машины времени» его вовсе не интересовал. Но когда профессор сказал, что его изобретение позволяет путешествовать не только во времени, но и в пространстве, генерал начал прислушиваться.

— Я внедрил в эту машину особую систему локализации. Это позволяет не только перенестись на какой-то промежуток времени, но также на определённую территорию, в определённое время. Как это можно применить в жизни? Например, у вас срочный вызов. Вы просто указываете время, в которое вам нужно быть в том или ином месте, и нажимаете ввод. Ничего сложного. Только есть один нюанс. Если вы проделаете это в автобусе, то переместится весь автобус, поэтому с целью перемещения одного человека необходимо выбрать пустынное место.

— Вы говорили, что с помощью вашего изобретения можно предотвратить опасность столкновения с Землёй ужасного астероида.

— Теоретически это вполне возможно. Я уже давно всё просчитал. Но ничего не получится без подготовки. Нужны практика, опыты и опыты. Одним словом, в том, что грозящую опасность можно предотвратить, я больше чем уверен.

Они говорили о чем-то ещё, потом профессор Фледриг разговаривал с какими-то гостями, но генерал Кребс уже ничего не слушал. Он, как ему показалось, нашёл выход из своего положения. Достав из нагрудного кармана телефон, генерал набрал нужный номер.

— Да. — Раздался в трубке грубый мужской голос.

— Ты смотрел новости? — спросил Кребс.

— А как же?

— Разузнай всё про этого профессора. Мне нужна эта вещь. И помни: как можно меньше жертв. И не светись.

Глава восемнадцатая

Профессор Фледриг как обычно возвращался домой с работы. Длинный рабочий день измотал профессора. А эти взгляды… Ему не нравилось, что все таращатся на него, и тихо перешёптываются между собой за спиной. Не желая привлекать к себе много внимания, он свернул с прямой дороги в какую-то подворотню. Пропетляв между домами, наконец, вышел к дому. Дом — двухэтажный особнячок с небольшим садом вокруг, и живой изгородью. Войдя внутрь, профессор запер дверь и только после этого успокоился. Целый день ему казалось, что за ним кто-то следит. Тяжёлый взгляд не давал ему покоя, но найти владельца этого взгляда не получалось. Даже дома профессор чувствовал себя неуверенно. Как говорится, мой дом — моя крепость, но иногда и крепость — могила. Малейший шорох заставлял его вздрагивать и оборачиваться по сторонам. «Я схожу с ума», — подумал профессор Фледриг, — «Старею. Отдохнуть бы, чуток, и снова за работу». Профессор представил себя молодым и здоровым, в плавках, загорающим на побережье океана, а рядом девушки, совсем еще молоденькие… Миловидно улыбаясь, словно младенец, профессор все дальше уходил из реальности, но суровая действительность вернула его обратно. В его голове стала рождаться мысль, что за его изобретением охотятся. По телу пробежал холодок, а за ним мелкая дрожь, продолжавшаяся до тех пор, пока он не взял себя в руки. «Если машина времени попадёт в недобрые руки, мир рухнет», — продолжал размышлять профессор, нервно постукивая карандашом по столу, — «Так, главное — не волноваться. Собраться с мыслями. Так.… Теперь искать решение. Мне нужны последователи. А нужны ли? Кому можно доверить изобретение?»

Громкий стук. Хоть профессор и вернулся в реальность, мысли не дали ему хоть как-то среагировать на него. Еще стук. Такой же равномерный, негромкий стук. Стучал человек, полностью уверенный в себе, которого не мучили чьи-то взгляды. Которому не нужно было укрываться от беспокойных мыслей. Так по обыкновенному стуку профессор понял душевное состояние человека, стоявшего за дверью. А если этот человек уверен в себе, уверен в том, что он сможет…

— Нет, ну я, правда, схожу с ума. — Сам себе сказал профессор, и вдруг испугался своего голоса. — Ну вот, сам с собой начал разговаривать.

«Кто это может быть?» — подумал профессор, не решаясь открыть.

— Кто там?

— Это я, Алекс. Помните меня? Вы приглашали меня на чашечку кофе.

— Ты один?

— Да, я один.

— Посмотри по сторонам. Ты видишь каких-нибудь подозрительных людей?

— Ничего такого. Что-нибудь случилось?

Дверь отворилась, и как только Алекс зашёл, профессор Фледриг захлопнул её, закрыв на все секретные замки.

— Может, я схожу с ума. — Сказал он. — Но мне кажется, что за мной устроили слежку. Целый день я не мог отбиться от этого взгляда. Я вообще очень чувствительный на чьи-нибудь взгляды, особенно коварные.

— Так вы думаете, что за вашим изобретением охотятся? — Удивлённо спросил Алекс.

— Вот именно. — Поддержал его профессор.

— Но кому это понадобилось?

— О-о! Желающих очень много. Ты, наверное, читал рассказ о том, как из машины времени сделали экскурсионную машину? Помнишь, что тогда произошло?

— Да, когда они вернулись из путешествия, то не поняли сразу, куда попали. Всё катастрофически изменилось.

— Да, и всё из-за того, что кто-то в далёком прошлом раздавил насекомое. В мои годы это считалось увлекательной сказкой, но подумай, если сейчас люди попытаются сделать то же самое?

— Что же вы предлагаете?

— Понимаешь, — каким-то непривычным голосом сказал профессор Фледриг. — У меня нет ни детей, ни внуков. Всю свою жизнь я посвятил науке. Вместо того чтобы ходить по улицам и знакомиться с девчонками, я читал научные труды разных учёных. Теперь я стар. Слушай меня внимательно. — Профессор перешёл на шёпот. — Если со мной что-нибудь случится… — С этими словами он подошёл к столу, и вытащил из него ноутбук, — …никому не доверяй эту вещь. Судьба всего человечества в твоих руках. В самой безвыходной ситуации уничтожь её. Это всё.

— Профессор, вы хотите, чтобы я забрал ваше изобретение? — Спросил Алекс.

— Другого выхода нет. Я ведь не зря напомнил тебе про сказку о межвременном путешествии и о его последствии. Теперь это реальность. Тебе нужно уходить. У меня плохие предчувствия.

В этот же момент в дверь постучали. Этот стук тоже был равномерным и человек за дверью тоже был уверен в себе, но еще по стуку профессор определил злость и коварство.

— Профессор, вы дома? — Раздался грубый и не знакомый до сих пор профессору голос.

Глава девятнадцатая

Человек с белой повязкой на голове и с загипсованной рукой с трудом открыл глаза и не понял сразу, где находится. Последнее, что он помнил, это перестрелка, в которой он получил ранение. Не смертельное. А задание? Он не выполнил? Не смог! Трус.… Потом он упал. Дальше память отказывалась служить ему. Он попробовал пошевелиться, но понял, что лучше этого не делать. Встать? Об этом и речи быть не могло. Лежать тихо, не двигаясь, не создавая лишнего шума. Вот лучшее, что мог он делать в своем положении. Малейшее движение вызывало боль. Плечо онемело, и не желало подчиняться. В голове что-то жужжало, свистело, хлопало. Сквозь весь этот шум в своей голове Док услышал шаги в соседней комнате. За ними последовал разговор двух людей, разобрать который было практически невозможно. Скрипнула дверь, в комнату вошли двое. Один был в белом халате. «Доктор», — подумал Док. Второй человек был ему очень знаком, но короткие обрывки из памяти не давали возможности создать полную картину из прошлого. Двое продолжали разговаривать. Только когда Док увидел у человека крюк вместо левой руки, сразу вспомнил всё: и как они с напарником зашли в кабачок выпить пива, и как они познакомились с добродушным хозяином кабака, и как услышали выстрелы.

— Штопор? — Для уверенности спросил полицейский, и удивился, как ослабел его голос.

Хмурое до этого лицо Штопора озарила радостная улыбка.

— Вот видите. — Сказал врач. — Нет никаких причин для беспокойства: пациент уже пришёл в себя, и даже разговаривает. Хотя, это делать категорически нельзя. — Он строго посмотрел на пострадавшего. — Вы потеряли много крови и вам нельзя разговаривать и шевелиться. Ну. — Снова обращаясь к Штопору. — Думаю, мне можно идти.

— Да, доктор. Спасибо вам. Я вас провожу.

Штопор проводил доктора до двери и вернулся.

— Слушай…

— Вообще-то, меня зовут Бриф.

— Слушай, Бриф, мне надо идти. Очень срочно.

— Ты же слышал, что сказал доктор. Тебе надо лежать. Хотя бы недельку. За это время ничего не случится.

— Уже всё случилось. За неделю эти пираты доберутся до другого конца земли.

— Так это были пираты?

— Да. Освободили своих дружков и пытались убежать. Как видишь. — Док показал на своё плечо. — Им это удалось. Конечно, я послал за подкреплением подчинённого, но сам ведь знаешь: всё лучше делать самому.

— Я думаю, твой напарник справится. Тебе никак нельзя уходить.

В это время раздался стук в дверь. Бриф встал и самым недовольным голосом произнёс:

— Кого ещё там принесло?

Он пошёл открывать дверь. Когда он пришёл обратно, за ним следовал…

— Джим?

— Здравствуйте, капитан. Можно доложить?

— Докладывай!

— Я доложил начальству все обстоятельства дела и мне сказали, что очень скоро преступники будут на своих местах. Вы выполнили свой долг и честно заслужили отдых.

— Как и ты. Даю тебе неделю выходных.

— Спасибо, капитан. — Джим вытянулся по струнке, удивляясь щедрости капитана.

— Думаю, что всем нам не помешает по стаканчику горячего кофе. — Вставая, сказал Бриф.

Гости закивали головами.

Бриф отправился на кухню и вскоре напарники почувствовали аромат самого настоящего чёрного кофе.

Глава двадцатая

— Зря ты завалил полицейского.

— А что мне оставалось делать?

— Сейчас за нами устроят погоню!

— О чём вы там разговариваете? — Грозный голос капитана Лоренса заставил обоих замолчать.

— Пойдите, посмотрите лучше, как там наши пленники.

Тот, что был поменьше ростом, взял другого за руку, и они пошли вниз.

Капитан поманил к себе Вуда.

— Тебе не кажется, что они что-то скрывают?

— Ну, говорят они очень убедительно. Особенно когда рассказывают, как какая-то девчонка стащила карту.

— И что нам теперь делать?

— Джек говорил, что он сказал «тем», что у него корабль в гавани. Скорее всего, они используют его.

— Значит, будем ждать?

— Будем ждать. — Утвердительно кивнул Вуд.

— А как же полиция?

— А вот с полицией будет сложнее. Но у нас нет другого выхода. Если мы не хотим потерять карту…

— Хорошо. Ждать, так ждать.

В это время вернулись двое.

— То же самое, сер. — Сказал один.

— Ничего нового, сер. — Сказал второй. — Но они сказали, что сами были бы не прочь повидаться с теми, у кого сейчас карта.

— Я бы тоже так сказал. — Заметил Вуд.

— Капитан, корабль! — Закричал кто-то.

— Ну, вот и дождались.

Корабль приближался с каждой минутой.

— Они что, нас не видят? — Спросил Вуд, глядя на быстро приближающийся корабль.

Тот мчался с бешеной скоростью, прямо на пиратов. Вскоре стала ясна причина такого марафона. Из тумана, величаво покачиваясь на волнах, вышел огромный военный крейсер. Такие корабли принадлежали государственным борцам против контрабандистов и пиратов.

— Поднять все паруса! — Скомандовал капитан Лоренс. Команда была тотчас исполнена, и пиратский корабль с надутыми парусами помчался прочь с этого места.

— Капитан. — Снова закричали с кормы. — Они отстают.

— Сам вижу. — Сказал капитан Лоренс, одновременно радуясь, что его корабль быстрее, но и понимая, что может расстаться с картой навсегда.

«Надо что-то делать» — подумал он. Но думать было некогда. Военный корабль нагонял их с каждой минутой.

— Опустить паруса! — Прозвучала команда капитана.

В недоумении наёмные рабочие повиновались. Вуд понял намерение капитана и стал помогать ему, отдавать приказы.

— Живее, живее, кричал он, носясь по палубе. — А вы чего сидите? Быстро строить перекидной мост.

Перекидной мост понадобился, чтобы перевести людей на их корабль. Когда всё было готово, все стали ждать, когда корабли поравняются.

Глава двадцать первая

Несмотря на то, что день близился к вечеру, над морем распростёрся густой туман. Корабль, находясь в нём, двигался практически вслепую.

— Как думаешь, Бен. — Спросила Лейла, оглядывая туманный горизонт. — За нами не устроят погоню?

— С чего бы это?

— Не знаю, просто мысли всякие в голову лезут. Кажется, мы не одни. Но сквозь туман ничего не видно.

— Тебе всегда всё кажется.

— А как ты думаешь, что всегда спасает нашу команду от непредвиденного? Моя интуиция…

— Капитан, корабль с левого борта! — Закричал кто-то.

— Что за корабль?

— Пока не разобрать — туман слишком густой.

Бен подошёл к человеку, заметившему неизвестный корабль.

— Дай сюда. — Бен выхватил у него подзорную трубу. Корабль и, правда, нельзя было разобрать, но антипиратский флаг был виден довольно хорошо.

— Всем наверх. — Прозвучала команда. — Поднять паруса.

Когда все паруса были подняты, скорость значительно увеличилась, но не сравнилась со скоростью военного судна. Постепенно туман начал редеть. Вскоре он совсем исчез, как и военный корабль. Но все знали, что он там, в тумане.

— Корабль, капитан. — Закричали с носа.

— Что на этот раз? — спросил Бен.

— Пиратский.

— Ну что же, не сбавляем скорость.

Корабль пиратов приближался и рос на глазах, военный тоже не отставал. Команда Бена, как ему казалось, попала в западню. К Бену подошла Лейла.

— Смотри. — Указала она на пиратский корабль. — Они опустили все паруса.

Корабли быстро сближались. Вот между ними осталось каких-то десять метров. Бен и Лейла отчётливо увидели бегающих по кораблю пиратов.

— Они строят мост. — Сказал Бен. — Хотят, чтобы мы к ним перебрались.

— Другого выхода у нас нет. — Сказала Лейла. — Их корабль быстрее. Надо перебираться.

К тому же с корабля пиратов начали что-то кричать. Когда корабли поравнялись, команда Бена без усилий перебралась на корабль пиратов. Бен залез последним. Посреди корабля стоял высокий человек с деревянной ногой.

«Капитан». — Подумал он.

— Поднять паруса, — последовала команда капитана Лоренса.

В этот миг на военном корабле стали видны короткие и яркие вспышки света. Тотчас вода вокруг корабля словно закипела. Вдруг раздался грохот, совсем не похожий на взрыв. К великому удивлению всех присутствующих, на корабле появился стол, стул и маленький виновник происшествия. Наконец меткий выстрел ударил точно в цель. Оглушённая взрывом команда заметалась по кораблю. Военный корабль дал ещё один залп…, но ничего не произошло.

Глава двадцать вторая

Профессор Фледриг заметался по маленькой комнате, будто что-то потеряв. Назойливый стук повторился. Теперь стучал человек, который явно нервничал, и возможно торопился.

— Прячься. — Сказал профессор Алексу, открывая шкаф, стоявший у противоположной к двери стене..

Алекс залез в него и принялся ждать. Он услышал, как отворилась дверь, и в комнату вошёл некто.

— Вы одни? — Раздался тот же грубый и незнакомый голос.

— Конечно. С кем же мне еще быть?

— Ладно. Тогда давайте поговорим по тихому. Успокойтесь, я к вам по делу. Сколько вам нужно за машину времени?

— Нисколько, ведь её у меня нет. И даже если была бы, ни за что не продал.

— Ну, тогда вам придётся покинуть это место.

— Что…

Голос профессора Фледрига оборвался.

— Все вопросы потом. — Сказал тот.

Незнакомец, как понял Алекс, начал обшаривать дом. Раздался шум падающих предметов. Что-то посыпалось, застучало, упало, разбилось. Вот шаги умолкли. Но ненадолго: после затишья, как правило, бывает буря. Алекс почувствовал, что шаги приближаются к его убежищу. Он уже приготовился к самому худшему, и как можно плотнее прижался к задней стенке шкафа. Заскрипела открывающаяся дверь, и в то же время Алекс почувствовал, как стена, на которую он опирался, начинает сдавать назад. В следующее мгновение он уже лежал на спине, на улице. Покрепче схватив драгоценную вещь, Алекс со всех ног побежал домой. Он помнил указание профессора: никому не доверять его изобретение. Алекс крепче схватился за ручку чемоданчика и ускорил шаг. Настроение было самое плохое. Вдобавок к нему пошёл сильный дождь. Вот и дом. Войдя в него, Алекс, не раздеваясь, прошёл в свою комнату и как можно надёжнее спрятал машину времени. Единственным человеком, кому можно было доверить эту тайну, была его мать. Но она по делам службы находилась где-то на другом конце света. Ситуация была не из лёгких. Алекс каждую минуту ожидал, что в дом сейчас ворвутся люди с автоматами и заберут машину времени. «Что тогда будет»? — Подумал Алекс. Но никто и не думал врываться в дом. На улице, с шумом разбрызгивая лужи, проносились автомобили. Где-то лаяли собаки, видно потерявшие своих хозяев. Не было никаких причин для беспокойства, но необъятный страх за судьбу профессора Фледрига все еще не покидал Алекса. В конце концов, он пришел к мысли, что те, кто забрал профессора, удостоверившись, что машины времени у него нет, отпустят его, и успокоился. Чтобы в голову не лезли эти ужасные мысли, Алекс достал свою коллекцию газетных вырезок. В ней содержались самые невероятные факты из прошлого. «Бесследно исчезнувший корабль не даёт учёным покоя до сих пор», — гласила надпись на первой странице. Алекс написал когда-то по этой статье доклад по истории, когда еще учился в школе. Он так заинтересовался этой вырезкой, что не спал по ночам, думая об исчезнувшем корабле. Алекс лежал, читая давно уже выученный текст, как вдруг его посетила неожиданная мысль.

Он ведь может узнать, как исчез корабль. Одно нажатие кнопки и тайна раскроется. Но тут же вспомнился его разговор с профессором. «Я только посмотрю и всё», — подумал Алекс и достал машину. Положив её на письменный стол, он ввёл точные координаты, время и нажал клавишу. Снова то же чувство невесомости, после которого послышался стук: это стол ударился о палубу старого корабля. Вокруг сновали, как показалось Алексу, пираты. Заметив его, они разом остановились, и раскрыв рты молча наблюдали за необычным гостем. Между тем Алекс старался как можно скорее набрать цифры: «15.07.2036». Набрав нужную комбинацию цифр, Алекс приготовился нажать ввод, как вдруг корабль сотрясся от мощнейшего удара. Ударив пальцем наугад по клавиатуре, Алекс от сильного толчка слетел со стула и, ударившись обо что-то, потерял сознание.

Глава двадцать третья

Генерал Громблер, главный командующий на военном судне, сидел в своей каюте и преспокойно попивал чай, когда к нему ворвался вспотевший от перенапряжения посыльный.

— Мы их настигли, генерал, — только и смог проговорить он.

Генерал молча отстранил его в сторону и вышел на палубу. Тотчас к нему подошёл низенький человек в военной форме.

— Беглецы застигнуты врасплох. Они убегают, но мы намного быстрее их, так что через каких-то полчаса они будут перед вами — живыми или мёртвыми.

— Ну что же, капитан, продолжайте в том же духе. Если сможете их достать, повышу вам жалованье.

— Спасибо, сер, — прокричал капитан, — выдвигай орудия, — прозвучала его команда.

Огромные пушки самой последней модели бесшумно выкатились наружу и грациозно застыли. Капитан радостно потирал руки: до кораблей оставалось не более двухсот метров. Даже начинающий стрелок без труда поразит такую цель с третьего раза. А на военном флоте служили вовсе не начинающие солдаты. Их многолетний опыт грузно давил на плечи, но, несмотря на это, они стояли прямо, как струнки в пианино. Раздались первые выстрелы, но они были довольно неудачными. Команде было сложно ориентироваться в тумане.

— Цельтесь точнее, — кричал капитан, бегая по кораблю со своей подзорной трубой, которая в некоторых ситуациях также служила хорошим элементом для воспитания боевого духа солдат. Но сейчас он только смотрел через нее вдаль, в надежде увидеть надломившуюся мачту и белый флаг, развевающийся под грозными порывами ветра.

Но белого флага не было. И мачта вовсе не думала ломаться. Корабли шел ровно, нисколько не страшась бурлящей вокруг него воды.

Снаряды падали в каких-то метрах от корабля, но не задевали его. Когда расстояние стало минимальным, капитан подошёл к главной пушке, стоявшей на самом носу корабля и имевшей большую огневую мощь, более грозный вид и изящную форму.

— Генерал, — сказал капитан, — последний выстрел за вами.

Генерал Громблер как бы нехотя подошёл к орудию и приготовился к выстрелу. Когда цель была выбрана, раздался оглушительный грохот, перед которым и генерал и капитан закрыли уши. Выстрел оказался крайне удачным, и всё было бы хорошо, если бы не…

— Что за чертовщина? — Вполголоса проговорил капитан.

— Что-нибудь не так? — удивленно спросил генерал.

— Всё так, если не считать, что преследуемого нами корабля нет.

— Как это нет? — Вскричал генерал Громблер.

— Его просто нет и все. Остался только тот корабль, с которого беглецы пересели в поджидавшее их судно.

Генерал выхватил у капитана его подзорную трубу (он привык всё проверять) но увидел то же самое. Можно было предположить, что корабль разлетелся на куски при взрыве, но нигде не было видно ни одной щепки.

Глава двадцать четвертая

Прохладный ветерок приятно его обдувал тело своими нежными и лёгкими струйками. Алекс лежал на кровати, которая мерно покачивалась из стороны в сторону. Нет, не те мысли были сейчас в голове у Алекса. Они были у него дома, на мягкой, теплой, уютной постели. Алекс и думать забыл, где он сейчас находится. Медленно потянувшись, он открыл глаза и с ужасом заметил, что домом тут вовсе не пахнет. Он находился в какой-то мрачной комнате, которая полностью провоняла потным бельём. Рядом стоял небольшой столик. На нём Алекс увидел разбитый ноутбук. Тут наверху послышались чьи-то шаги, и в каюту зашёл человек. Увидев сидевшего на кровати мальчика, он со всех ног бросился обратно. Через некоторое время снова послышались шаги, сопровождающиеся постоянным деревянным стуком. Вошедший человек напоминал пирата из приключенческих фильмов. Вместо ноги у него была деревяшка, что ещё больше придавало ему образ пирата. Следом вошёл ещё один пират. Они уселись напротив Алекса и начали допрос.

— Кто ты такой? — Спросил пират.

— Я Алекс.

— Ну, кто бы ты ни был, ты нас выручил. Как тебе удалось уничтожить военный корабль?

— Я его вовсе не уничтожал. Я просто перенёс вас в будущее и всё.

— На вруна ты вроде не похож.

— А куда, по-вашему, мог деться огромный корабль? И к тому же у меня есть доказательства.

С этими словами Алекс достал из кармана газетную вырезку.

Внимательно прочитав содержание вырезки, капитан глубоко вздохнул и произнёс:

— Так возвращай нас назад. Нам надо найти золото.

— К сожалению, это невозможно, — Алекс указал на ноутбук, — машина времени сломана. Но её можно починить. Это может сделать только один человек. Только его похитили. Но ведь золото можно искать и в это время.

— В том то и дело, что нельзя. Карта сокровищ осталась на другом корабле — в прошлом.

— Вы сказали — карта? Вы дочитали вырезку до конца? Здесь написано, что на корабле, с которого бежали преступники, была найдена карта сокровищ и некоторые ценности. Всё было отправлено в музей. Я был в этом музее и своими глазами видел вашу карту. Значит так: вы поможете мне отыскать профессора, который сможет починить машину времени, а я помогу вам достать карту.

Капитан принял задумчивый вид, видно принимая решение. Когда оно было принято, капитан повернулся ко второму пирату.

— Вуд, — сказал он, — освободи пленников. Теперь мы одна команда.

— Но они же украли нашу карту.

— А ты случайно не был в этом замешан? Что-то ты мне очень часто об этом напоминаешь.

Вуд в замешательстве не смог выговорить ни слова.

— Ладно, я тебя прощаю. Выполняй приказ. А мы пойдём знакомиться с нашей командой. — Дружелюбно сказал он, подмигнув Алексу.

Вуд ушёл выполнять приказ, а капитан повёл мальчика наверх. Спустя несколько минут Алекс знал практически всех, кто был на этом корабле. По просьбе капитана он рассказал всем, что нужно для их возращения, и никто даже не попытался возразить. Во-первых, из-за того, что рядом стоял капитан Лоренс, а во-вторых, всем понравилось то, что придумал Алекс. Всем, кроме одного. Вуд, стоявший отдельно от всех, искоса поглядывал на своих друзей. Недобрые мысли проносились у него в голове в этот момент.

Глава двадцать пятая

Единственная в городе библиотека находилась в самом центре острова. Она была огорожена красивой железной решёткой ручной работы. Вокруг росли всевозможные причудливые растения. Фасад здания выделялся посредством двух огромных крылатых львов, грозно раскрывших пасть и готовых в любую минуту броситься на посетителя. И, хотя они были сделаны из дорогого красного дерева, вблизи с ними было крайне неуютно. Царившая здесь тишина привлекала многих просто посидеть у фонтана, полюбоваться золотыми рыбками, побродить по дремучему искусственному леску.

Тихую, уютную обстановку нарушил пронзительный сигнал подъехавшего к воротам чёрного лимузина. Охранник нехотя поднялся и посмотрел в окошко. Его заспанные глаза выдавали усталость: летний день выдался на удивление жаркий. Увидев стоящий за воротами черный лимузин, охранник мгновенно проснулся и нажал кнопку. Ворота медленно открылись, и машина медленно и бесшумно въехала на территорию библиотеки. Из остановившегося автомобиля вылез толстый бритый человек, опрятно одетый, с важным, деловым выражением лица. Он постоял несколько секунд, вдыхая свежий вкусный воздух и оглядываясь по сторонам. Только после этого он вошёл в здание. Внутри обстановка была не менее уютной. Человек подошёл к столику, за которым сидела молоденькая девушка. Увидев гостя, она тут же встала, поправляя слетевшие на нос очки, и подтягивая коротенькую юбочку.

— Были какие-нибудь происшествия за время моего отсутствия? — Спросил человек, нервно постукивая пальцами по столу.

— Совершенно никаких, генерал Кребс, — робко, но уверенно проговорила девушка давно заученную фразу.

— Ну и отлично. — Генерал улыбнулся и хотел сказать что-то ещё, но в это время вошли посетители: мама с ребёнком.

— Если что, я у себя. — Тихо, чтобы никто не услышал, сказал генерал и пошёл дальше. Его «кабинет» находился на втором этаже. Поднявшись туда по крутой лестнице, генерал бросил пиджак на кресло и, ещё раз проклиная «эту жару» уселся туда же, доставая клетчатый платок и вытирая пот со лба.

Посидев так немного на мягком кресле, генерал Кребс поднялся и проговорил себе под нос:

— Пора приниматься за работу.

И присвистывая, он подошёл к огромному шкафу, который выполнял одновременно роль шкафа и секретного лифта. Почему секретного? Это вы скоро узнаете. Чтобы придать шкафу большей секретности, его набили всевозможными книгами. Потайная дверь, на которой они стояли, отворилась, и туда влез генерал Кребс. Лифт двигался на магнитных дисках, поэтому не издавал совершенно никакого шума.

Двери раскрылись, и перед взором генерала открылся самый настоящий город, где, как и наверху, ездили машины, бегали люди с папками и деловыми глазами, строились какие-то сооружения. Генерал шагнул на платформу, под которой была глубокая пропасть, и смело двинулся вперёд. В центре городка располагалось округлое белое здание с матовыми стёклами, так что нельзя было рассмотреть, что происходит внутри. К нему и направился генерал. Мелкие рабочие, завидев уважаемую особу, почтительно расступались. Подойдя к белой двери, генерал предоставил стоявшему там компьютеру пропуск, значившийся как пропуск к особо важным местам. Дверь с надписью «Особая территория, вход только по пропускам» вздрогнула и медленно поползла в сторону. Генерал Кребс гордо переступил такой же белоснежный порог и оказался в здании с белыми стенами. Внутри оно представляло собой нечто вроде продуктового магазина. Единственное отличие было в том, что все люди были в белых костюмах и стеклянных масках. Один из таких подошёл к генералу и сказал:

— Простите, генерал, но вы же знаете, что здесь нельзя находиться без соответствующей формы.

— Я знаю. Я ненадолго. Должен же я знать, как у меня идут дела.

— Всё под самым жестким контролем. Только сырья осталось очень мало. Если сильно экономить, то хватит максимум на неделю, а экономить нам не выгодно — товар может пострадать. Надо скорее его использовать.

— Сырьё будет. В ближайшие дни, а может даже и часы. А пока продолжайте в том же духе.

Дав указание, генерал удалился.

Глава двадцать шестая

— Чего он хотел? — Недовольно спросил Тэд подошедшего.

— Не знаю, — ответил тот, — спросил, как идут дела. Выглядел он на редкость счастливым.

— Ты бы тоже был счастлив, когда тебе в карман такие деньги плывут.

На некоторое время воцарилась тишина, которую через несколько минут нарушил Тэд:

— Как думаешь, Рон, надолго этого хватит? — спросил он, указывая на стоявшие позади контейнеры.

— Неделю продержимся, не дольше. Я ему так и сказал, когда он спросил.

— Что он ответил?

— Сказал, что сырьё очень скоро будет.

— Неужели таможню обхитрил? — удивлённо спросил Тэд.

— Возможно.

Они продолжали свою работу, которая заключалась в смазывании каких-то существ, похожих на лягушек, жидкостью, которую после смазывания ещё заливали им в рот. После такой процедуры лягушки становились неуклюжими, не прыгали, напротив, сидели и опьянёнными глазами глядели на людей. Поджидавшая свою очередь партия несчастных животных, выглядела ничуть не лучше, чем эти, видно, с ними это проделывали не раз. Обработанных лягушек грузили в морозильники и увозили.

— Раствор закончился, — сказал Рон.

— Сейчас сделаю, — отозвался с другой стороны Тэд и, схватив одну из стоявших на земле ёмкостей, подошёл к контейнерам. Он насыпал полную ёмкость белого порошка и принялся смешивать его с водой. При этом произошла реакция с выделением огромного количества газа, полностью окутавшего Тэда. Но защитный костюм не давал газу прорваться внутрь.

Вскоре испарение прекратилось. Раствор был сделан. Разделив его на несколько частей, Тэд снова принялся за работу, которая, судя по выражению его лица, ему порядком надоела.

Глава двадцать седьмая

Освоение космоса шло своим чередом. С появлением новых технологий появлялись новые разработки, новые достижения. Всё меньше и безопаснее казалось то бесконечное пространство, нависавшее и глядевшее на Землю своими глазами-звёздами.

Где-то в глубине космоса, в месте, еще не так хорошо изученном человеком, своим тусклым жёлтым светом светила планета, не успевшая получить ещё официального названия. Многие, кто успел побывать на ней так, и звали ее «Желтой планетой». Она была одой из немногих, открытых человеком планет, и на ней существовала жизнь. Она проявлялась в виде насекомых, различных жуков, червяков, и мелких животных. А так же в виде генетического кода, который в обильном количестве содержался в желтом песке планеты. Огромные стрекозы летали над поверхностью жёлтой планеты, охотясь за более мелкими насекомыми.

Ещё одно утро на жёлтой планете заставило всё живое проснуться и зажить прежней жизнью. Из кабины корабля «Сириус» доносились протяжные храпы. В то же время кто-то громко напевал весёлую песенку. В нос спящим ударил аромат крепко заваренного кофе, но просыпаться они не желали. Открылась дверь, и на пороге появился человек. Он был шоколадного цвета, как негр. Собственно говоря, это и был негр.

— Хватит спать! — спокойным с небольшим акцентом голосом произнёс он, — завтрак на столе, я пошёл в душ.

Спящие только подёрнули носом, и продолжили каждый своё путешествие во сне.

— У-а-а-а! — послышались душераздирающие крики из душевой комнаты, и тут же что-то упало, посыпалось, покатилось.

Сон у спящих как рукой сняло.

— Что там опять Том натворил? — спросил Сэм.

— Наверное, снова окатил себя кипятком, — ответил ему Фрэнк, — я ведь столько раз говорил ему, чтобы он сначала проверял воду рукой. Ох уж эти негры…

В это время показался Том. От его тела исходили клубы пара. Стоная, он улёгся в кресло и закрыл глаза.

— Искупался? — Фрэнк явно хотел поиздеваться над негром.

— Кто-то забыл выключить генератор тепла. Там, наверное, градусов двести было.

— Вообще-то, вода больше ста не бывает, — поправил его Сэм. — Кто же это сделал?

— А это случайно не ты вчера последним принимал душ? — спросил Фрэнк пострадавшего.

— Кажется я.

— Вот и поплатился за свою невнимательность, — сказал Сэм, — а теперь давайте завтракать и работать. Чем больше мы наберём, тем больше будем отдыхать.

— Сколько там ещё осталось? — строя страдальческую гримасу, спросил Фрэнк.

— Кажется, тонн десять.

Позавтракали относительно спокойно. Только несколько раз на «кухню» залетали какие-то неизвестные насекомые, напоминающие стрекоз, только гораздо больше. Том как-то изловчился поймать парочку и, отвернув им головы, бросил на стол позади.

— Они должно быть, хороши на вкус, — предположил Том. — Я слышал, японцы этих насекомых за обе щеки уплетают, даже не жмурятся.

— Как же! — Воскликнул Фрэнк. — Да эти японцы самые обыкновенные экономки. Экономят даже на еде, насекомых жрут. А чтобы никто не догадался, называют их десертом. Коктейль из свежих стрекоз, сер, — издевательски произнес он.

— Да, — согласился Сэм, — скоро мы собственные ботинки употреблять будем. И это будет нормально. Куда катится этот мир?

В этот момент раздался приятный женский голосок, исходивший от небольшого экранчика на стене.

— У вас новый вызов. Принять или отклонить?

— Принять, — приказал Фрэнк.

Экран вспыхнул, и на нем появилось чье-то лицо.

— О, мистер Рон! — Фрэнк попытался улыбнуться, и скорчил что-то похожее на улыбку.

— Что, Фрэнк, сколько осталось?

— Многовато еще. Даже роботы выдыхаются.

— Сейчас не до шуток, поверь мне. Скоро придет генерал. Я скажу ему, что груз готов к отправке и назначу более выгодный график доставки. Все ясно?

— Да, ясно.

— Что тебе ясно?

— Мы работаем, мистер Рон, из последних сил работаем. — Уверил начальника Фрэнк.

— Хорошо. Сразу после проверки я сообщу дату отправки груза. Если не управитесь к сроку, генерал лично с вас будет сдирать шкуру. Все, работайте. А че это у вас такие лица грустные? — Рон указал на негра.

— Том сегодня снова вылил на себя всю воду из генератора. — Пояснил Фрэнк. — Кто-то оставил его включенным на всю ночь.

— Вы мне там скоро весь корабль спалите!

— Это больше не повторится, заверяю вас.

— Все, до встречи.

Экран погас.

— Ну, чего расселись? Быстро за работу!

Трое рабочих разошлись каждый к своему роботу, и началась работа. От каждого робота в корабль шел длинный шланг, по которому в грузовой отсек поступало сырье — желтый песок.

— Я не пойму, — сказал Фрэнк, — почему здесь песок жёлтый, а на корабле белый.

— Всякому явлению есть своё объяснение. Наверное, и этому тоже найдут.

Глава двадцать восьмая

Корабль скрепя мачтами с надутыми парусами всё приближался к заветному острову, на котором должны были оправдаться все мечты и надежды путешественников. Алекс беспокойно бродил по судну, досконально изучая всё, что здесь находилось. Не найдя себе лучшего занятия, он решил удовольствоваться этим. Неожиданно осенившая Алекса мысль заставила его подойти к капитану Лоренсу. Он в это время разговаривал с неизвестным Алексу человеком, который, по-видимому, тоже был пиратом. Когда разговор был закончен, и они начали старательно изучать свои ботинки, Алекс решился задать мучивший его вопрос.

— Капитан, — произнёс он, — вам не кажется, что если мы пристанем к берегу на этом судне, нас не правильно поймут.

— В каком смысле? — не понял вопроса капитан Лоренс.

— Ну, сейчас не плавают на таких кораблях. Они давно вышли из моды. Нас или арестуют или просто не пустят на берег.

— Так ты хочешь сказать, что нам нужно новое судно? Так мы это в миг сделаем. Смотри, Джек, — обратился он к стоявшему рядом человеку, — когда-нибудь он будет прекрасным пиратом.

— Я так не думаю, капитан, но новое судно нам не помешает. И, хотя будет сделано преступление, другого выхода у нас нет. Ради профессора я готов на всё.

В это время послышались сначала тихие, а потом всё более сильные звуки музыки. К ним приближалось какое-то судно. Те, кто на нём находились, явно не были готовы к встрече с пиратами.

— Рыбка сама идёт на удочку, — сказал капитан, радостно потирая руки.

Алекс увидел, как от их корабля бесшумно начали своё движение несколько лодок. Они направлялись к тому судну, с которого лилась музыка. Вот лодки исчезли из виду, и Алекс принялся ждать. Он невольно затосковал по родному дому, по маме, по профессору, и даже не заметил, как к нему подсел Джек.

— У тебя такой вид, как будто ты лимон проглотил, — сказал он.

— Я бы целый пакет лимонов проглотил. Хоть бы только быть сейчас дома, увидеть профессора, маму, друзей.

— Я тебя отлично понимаю, — сочувственно произнёс Джек, — ведь пиратам свойственно одиночество. Они остаются один на один только со своей совестью. А ведь это намного хуже, чем просто одиночество. Верь в победу и гони прочь с лица эту гримасу.

— Спасибо. Мне уже намного легче. Если хотите, я буду вашим другом, и вам не будет так одиноко и скучно.

— О-о, вот скучно то мне как раз и не бывает. С моим спутником скучно никогда не бывает. Эй, Бук! Ты где? — позвал кого-то Джек.

Вечно улыбающийся человечек мгновенно развеселил Алекса. Одно только его слово прогоняло тоску. Побыв вместе около часа, Алекс понял, что сильно привязался к этим двум простакам, которые никогда не грустили, что бы ни случилось, и всегда пытались найти компромисс с судьбой.

Следующим, с кем познакомился Алекс, вернее, с кем познакомили Алекса, был капитан Джон. Его шуткам и захватывающим историям не было конца. Весёлая четвёрка прогуливалась по кораблю, сотрясая его простым, заливающимся смехом. День шёл на убыль, когда сквозь сумерки друзья заметили огни приближающегося судна.

Глава двадцать девятая

Белый столик и белые стулья просто отлично смотрелись на белой красавице яхте. Молодая девушка подошла с подносом, на котором лежали самые изысканные блюда. Что ещё нужно было для счастья? Удобно рассевшись на белых пластиковых стульях, трое молодых людей с жаром поддерживали беседу, как поддерживают огонь в очаге.

— А у тебя славно идут дела, мистер богач, — сказал один из мужчин.

— Да, — с удовольствием потягивая из стакана с соком, ответил второй, — бизнес — святое дело. Он может загубить человека, но может дать ему новую жизнь, которую не даст ему никто.

— Да у тебя начинает просыпаться философское мышление, — застенчиво улыбаясь, и показывая свои белые зубки, сказала девушка, — но мне кажется, что, во-первых, в человеке должны быть высокие моральные качества, а потом уже деньги. А у тебя это всё есть. И я так рада, что выхожу за тебя.

Потом, немного помедлив, она произнесла:

— С днём рождения, будущий муженёк.

— Поздравляю, — сказал второй и поставил на стол бутылку вина, — пятьдесят лет выдержки, — прибавил он, — от деда досталась.

Парни пожали друг другу руки и принялись открывать вино. Вот пробка со щелчком вылетела из горлышка, от чего девушка прикрыла свои маленькие ушки тоненькими ручонками. Медленно разлив красное, испускающее дурманящий аромат вино в высокие хрустальные бокалы, все принялись за дело, не умолкая ни на минуту. Когда они уже достаточно опьянели, девушка потянулась и сказала:

— Я хочу танцевать. Ты же не откажешь мне в этом удовольствии. Надеюсь, на этом судне есть хоть какая-нибудь музыка.

— Вот этого здесь предостаточно, — сказал жених и побрёл выполнять пожелание своей девушки. Вскоре над океаном, сотрясая воздух, понеслась в бешеном ритме музыка, от которой все трое сразу пришли в движение, радостно крича и полностью отдавшись задушевному звучанию.

Приближался вечер, на яхте зажглись огни, отчего стало ещё интереснее. Не замечая ничего вокруг, молодёжь веселилась от души. Казалось, ничто не могло их остановить. Оглушительный выстрел привёл молодых людей в реальность. Музыка мгновенно смолкла и все уставились на нарушителей спокойствия. Самый главный из них, подняв свой пистолет, которому было, по крайней мере, лет триста, и нельзя было сказать, выстрелит ли он в следующую секунду или нет, и сказал спокойным, но грубым голосом:

— Рули свой корабль на восток.

Жених только кивнул головой: при виде страшных пиратов, от которых исходило страшное зловоние, он совершенно потерял дар речи. Вскоре затарахтел двигатель, и судно пришло в движение. Пираты уже сидели за столом, не соблюдая ни малейших правил приличия: гоготали во всё горло, пили вино из горла, и переломали все стулья. Когда совсем стемнело, на корабле зажгли огни. Пираты успокоились, и уже не выглядели такими страшными.

Скоростная яхта быстро доставила пиратов на их корабль. Тотчас же со страшного корабля на белое судно полетели верёвочные лестницы, канаты, и очень скоро судно наполнилось людьми. Среди них выделялся один юноша, как заметила девушка, он был одет не так, как все, и, судя по поведению, обладал не малой властью в этом обществе. Увидев, какой разгром учинили здесь пираты, он первым делом подошел к новым друзьям и спросил, «не обижали ли они их». Но дар речи пришёл к ним не скоро.

— Капитан, — сказал тогда мальчик, — прикажите этим разбойникам прибрать здесь и как следует, накажите.

Порядок быстро навели, но от наказания капитан отказался, посчитав уборку достаточной мерой. Только после этого мальчик успокоился и сказал:

— Ну, давайте знакомиться, я Алекс.

— Анжелина. Это — мой жених, Кларк. Это наш семейный друг, Эд.

— Очень приятно. Нам срочно нужно попасть на остров, не привлекая к себе большого внимания. А как это можно сделать на этой посудине и в таких лохмотьях? — и Алекс указал на корабль и одежду пиратов.

— Да, — понимающе кивнула Анжелина, — прикид — высший класс. Ну да ладно, мы вас так оденем, что на вас точно никто внимание не обратит: гардероб у нас в порядке. Только меня удивляет, где ты нашёл столько дикарей? Да и корабль не очень модный.

— Интересная история у нас получилась. Столько всего нужно решить, продумать, исправить. Давайте в другой раз расскажу.

— Нет — нет, мы очень любим интересные истории.

— Может быть чайку? — робко спросил Кларк, вставая со стула.

— Ну что ж, ничего не случится, если мы немного подкрепимся. — Подхватил Джек. Он уже не помнил, когда в последний раз пил чай по-человечески. Бук думал точно так же, потому что в следующую секунду жадно облизнулся, предвкушая вкусный ужин.

— Действительно интересная история. И ты не знаешь, кто похитил профессора Фледрига?

— Без понятия. — Ответил Алекс, попивая в компании с Джеком, Буком и Анжелиной, вкусный чай и наблюдая за пиратами, изучавшими свой новый «прикид» и вставляя новое слово в любом удобном случае. Кларк и Эд в это время бегали по судну и читали лекции неожиданно свалившимся им на голову друзьям.

— Скоро будем на месте? — поинтересовался Алекс.

— Думаю, к полуночи. — Ответила Анжелина. — А пойдёмте пока танцевать! Такая красивая музыка.

— Могу вас заверить, — сказал Джек, — я плохой танцор. В детстве меня похитили пираты, и с тех пор я мало общался с культурными людьми.

— Могу вас заверить ещё больше, — улыбаясь, сказала Анжелина, — через полчаса вы заткнёте рот любому танцору.

Она взяла Джека за руку, и тот неуверенно вышел из-за стола. Мягкая, тихая и красивая композиция валила с ног, но Джек ещё как-то держался, не отрывая глаз от девушки, её фигуры и от того, как она танцует, плавно переходя из одного положения в другое. Медленная музыка кончилась. Зарядили басы, и тут себя показал Бук. Лучшего танцора, как показалось Алексу, он ещё не видел. И, хотя Бук был из восемнадцатого века, он ничуть не уступал современным любителям потанцевать.

По прошествии нескольких минут друзья сидели за широким пластиковым столом и мирно поддерживали беседу. И, хотя был самый разгар лета, они здорово продрогли. Укутавшись в тёплые одеяла Алекс, Джек, Бук и Анжелина сделали последний глоток вкусного чая, приготовленного по специальному рецепту её мужа, и отправились спать. Для этого путешественникам приготовили некоторые подобия кроватей, которые разместили на палубе: внутри уже не было места. Бук, не в силах оторваться от желания танцевать, сотворил последний образ танцора, после которого бессильно рухнул на кровать и захрапел, вызвав этим недовольство присутствующих. Кроме Анжелины: девушка лишь тихонько засмеялась.

Глава тридцатая

— Сдаётся мне, парнишка был прав. Не попадём мы на остров. Чего доброго, ещё ко дну пустят.

— Прорвёмся! Надо будет, сами кого угодно пустим на дно.

— Мистер Вуд, вы забываетесь. Вас ещё никто не признал капитаном. Мы против! Давайте вернёмся.

— Молчать! С этого момента я ваш капитан. Я один знаю дорогу к золоту. Пока они будут искать эту карту, мы с полными мешками отправимся назад.

— А куда? Нам некуда плыть. Здесь всё изменилось. Время пронеслось, по крайней мере, лет на триста вперёд.

— Когда вы увидите золото, вы будете думать совершенно по-другому. Доверьтесь мне. Или может кто-нибудь хочет быть капитаном за меня? Пусть он выйдет.

Наступила тишина.

И в этой тишине под тихий шепот неуверенных в своей правоте пиратов раздался ровный стук деревянных каблуков и на середину корабля вышел смельчак, который, по-видимому, не прочь был бы стать капитаном пиратов.

— Кто ты такой? — спросил Вуд незнакомца.

— Меня зовут Бен, и я думаю, ты отдашь мне своё место без всяких фокусов.

— Что? Да я тебя.… Схватить его!

В ту же секунду половина присутствующих резко отделилась и, щёлкнув своими револьверами, приставила их к вискам другой. Вуд беспомощно раскрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. Холодное лезвие острейшей бритвы плавно скользило по его щетинистому горлу, норовя вонзиться в него.

— Дёрнешься, — прирежу, — раздался миловидный женский голос.

— Хорошо, хорошо! Давай уговор. Я отдаю тебе корабль, довожу до золота и мы делим его пополам.

— Предлагаю другой вариант. После того, как вы сядете в лодку и уберётесь отсюда ко всем чертям, мы откроем по вам огонь только через пять минут.

Было видно, что пиратов и этот вариант вполне устраивал, так как через мгновение их на корабле не было. Выкрикивая всяческие угрозы, Вуд давал подзатыльники нерадивым гребцам, ожидая, начало стрельбы.

— Какой курс, капитан, — вдыхая свежий морской воздух, спросила Лейла.

— Остров. Это наш единственный курс. И надеюсь, что не последний.

— С чего ты взял, что он может быть последним?

— Слишком много конкурентов. Нужны союзники.

— Мы найдём их на острове, — не задумываясь, ответила девушка, — мой внутренний голос никогда меня не подводил.

— Я знаю, знаю.… Но всё равно как-то тревожно на душе. Что-то тут не чисто.

— Стоп! — Лейла повернула голову в сторону звука, который раньше казался обыкновенным скрипом мачты, но теперь он усилился и даже в некоторой степени начал действовать на нервы. — Ты слышишь? Странный звук.

— Капитан, судно прямо по курсу, — доложил подошедший человек с подзорной трубой, — скорее всего это — полиция.

Глава тридцать первая

Строительство шло как нельзя лучше. Роботы-краны поднимали и опускали многотонные плиты, роботы-уборщики собирали образовавшийся мусор в кучи и увозили на своих могучих железных «руках» в мусорные утилизаторы. Генерал Кребс, решивший, что за всем этим нужен постоянный контроль, сновал туда-сюда, рассматривая и расспрашивая, как идёт работа. Компьютеризированная каска, изготовленная из высокопрочной пластмассы, предупреждала его о малейшем намёке на опасность. В руках генерал держал записную книжку, куда он заносил записи, чертежи, судя по которым он делал различные выводы, подсчёты. В самый разгар этой деятельности к нему подбежал рабочий в такой же каске и униформе.

— Генерал Кребс, вас к телефону.

Рабочий протянул генералу трубку и скрылся.

— Генерал, — проговорили там, — профессор Фледриг ждёт вас в вашем кабинете. И ещё одно небольшое задержание.

— У меня нет времени на какие-то там задержания.

— Да нет… Просто очень интересный случай: задержанные в один голос утверждают, что они из восемнадцатого века, какие-то машины времени…

Генерал на некоторое время потерял дар речи. Хватая ртом воздух, он всё же смог выговорить:

— Немедленно доставить их сюда.

— Но они так одеты, что…

— Так оденьте же их и поторопитесь.

Вытирая пот со лба, генерал кое-как влез в лифт и нажал нужную кнопку. В следующую минуту он был уже в своём офисе. Когда двери шкафа открылись, его взору представилась следующая картина: профессор Фледриг (как показалось генералу, это был он) сидел на диване связанный по рукам и ногам. Находившиеся во рту профессора тряпки едва позволяли ему дышать.

— Господа, — обратился генерал к присутствующим охранникам, — наш дорогой гость требует к себе хорошего отношения. Развяжите его.

Не долго думая, они принялись выполнять приказ. Отдышавшись, профессор начал растирать затёкшие руки, затем приступил к ногам.

— Он категорически отказывается говорить правду, — сообщил один из охранников.

— Ничего страшного. Скоро мы всё узнаем. Ведь тайное всегда становится явным.

Тут приоткрылась дверь и в кабинет всунулась чья-то голова:

— Генерал Кребс, задержанные ждут вас в читальном зале, — быстро прокомментировала она и тут же исчезла.

— Я вас оставлю. Надеюсь, вы тут не передерётесь, — как бы в шутку сказал генерал, но потом серьёзнее:

— Гостя не трогать!

Жадный и самодовольный генерал грузно спускался по лестнице под тяжестью своего огромного живота, хваля себя за то, как он быстро нашёл выход из практически безвыходной ситуации.

Войдя в читальный зал, генерал Кребс сразу узнал пленников по описанию полиции. Они сидели за круглым столом и читали лекции по этикету. Было видно, что их заставили это делать для того, чтобы не привлекать лишнего внимания. Подсев к кажущейся издали дружной компании, генерал сразу же приступил к допросу.

— Вы, наверное, хотите мне что-нибудь рассказать? — спросил он.

— А вы тот самый генерал, о котором нам рассказывали?

— Точно.

— Я Бен. И я не понимаю, зачем нас задержали. Что вам нужно?

— Во-первых, — поправил его генерал Кребс, — вопросы буду задавать я. Вы говорили о машине времени. Мне нужно точно знать, где она, и что с ней.

Пока пленник говорил, лицо генерала то светлело, то помрачалось. Когда он кончил, генерал посидел немного в раздумье и задал вопрос:

— Как ты думаешь, они уже на острове?

— Ничуть не сомневаюсь. И вот что я ещё забыл рассказать: та карта, что мы оставили в прошлом, хранится в музее. Они сейчас туда направляются.

— Отлично. Но днём они не решатся на ограбление. Дождёмся ночи, и тогда…

— Гениально, генерал. — Льстиво произнёс Бен.

— Ты мне нравишься, будешь моим помощником.

— Что же, ждём ночи?

— Ночи…

Глава тридцать вторая

— И где же находится твой музей? — спросил Джек, вертя головой в разные стороны, стараясь увидеть всё, что его окружает.

— Осторожнее, голову свернёшь, — с усмешкой сказал Алекс.

Дружная четвёрка двигалась по улице города, сотрясая его своим весёлым смехом. Джек, Бук и капитан Джон то и дело раскрывали рты, когда перед их взором возникало что-нибудь удивительное. То же самое они сделали, когда увидели огромное здание, с двумя такими же огромными львами впереди.

— Это наша библиотека, — пояснил Алекс, — но не будем тратить драгоценное время зря. Музей уже совсем близко.

И, правда, за следующим поворотом красовалось высочайшее здание, очень красиво облицованное и разукрашенное разными плакатами. Тут гости из прошлого и вовсе потеряли дар речи.

— Этому зданию уже больше двухсот лет, — с гордостью сказал Алекс, — зайдём внутрь?

Повторять дважды не пришлось. Алекс купил четыре билета и вместе с друзьями вошёл внутрь. То, что там находилось, не раз поражало и самого Алекса. Первый зал содержал макеты первых жителей планеты — динозавров, собранных из их же костей в натуральную величину. На осмотр этого зала ушла уйма времени.

— Идёмте же скорее, — уговаривал их Алекс, — динозавров можно и завтра посмотреть. Мы же не за этим сюда пришли.

— Да погоди же ты, — не мог оторвать свой взгляд от зловещего монстра капитан Джон, — ты только посмотри, какие у него клыки. Не верится, что когда-то эти твари бродили здесь.

Бук не подавал ни малейшего признака удивления, словно он жил в этом музее и целыми днями прохаживал по его огромным залам.

В следующем зале разместились картины знаменитых художественных мастеров.

— Я не понимаю искусства, — честно признался Джек, — хотя тоже мог бы рисовать эти каракули.

И Джек изобразил в воздухе «эти каракули».

— Да это же Пикассо, — сказал Алекс, — в его картинах присутствует тайный смысл. Поэтому его часто не понимают с первого раза.

— Ладно, идёмте отсюда, — поторопил друзей капитан Джон, — картины меня не вдохновляют. Я рождён для морских путешествий.

Когда они вошли в очередной зал, то встали на месте, как вкопанные.

— Это, наверное, просто сон, — шёпотом произнёс капитан Джон.

Посреди зала стоял корабль, хранивший карту сокровищ почти триста лет. Он был помещён в стеклянный ящик с толстыми стенками. Внутри ящика на одноногой подставке, которую обычно используют дирижеры, лежала карта, тоже под стеклом, обитая деревянной рамкой.

— Интересно, кто-нибудь уже пробовал найти сокровище? — спросил Джек, — если да, то какой смысл нам его искать?

— Надёюсь, что никто золота не нашёл, — приободрил Джека капитан Джон, — так как же мы будем её вытаскивать?

Задача была не из лёгких. Сорокамиллиметровое стекло было неприступно. Алекс изо всех сил напряг мозги и… нашёл выход из ситуации.

— Возьмём копию карты, — радостно сказал он и, подбежав к лавке, где продавались копии старинных ценностей, купил её.

— А голова то работает, — похвалил мальчика за сообразительность капитан Джон.

Поглазев напоследок на скелеты динозавров, друзья двинулись в обратный путь.

Большая палатка, в которой временно расположились наши путешественники, сразу бросилась в глаза Алексу.

— Вон она! Я нашёл! — закричал он.

— А я уж думал, что мы заблудились, — сказал капитан Джон.

Рядом с палаткой загорал капитан Лоренс, остальные пираты что-то стряпали, отчего вокруг распространялся вкусный запах жареного мяса. Алекс подошёл к капитану и подал ему приобретённую карту. Капитану Лоренсу стоило лишь развернуть её и, даже не рассматривая, определить, что карта не та.

— Но как же? Ведь это точная копия той… ну, вашей карты, — попробовал возразить Алекс.

— Точная, да не точная, — ответил капитан, — обратная сторона настоящей карты содержит секретный ключ в виде изображения фигуры. Если такую же фигуру собрать на замке сокровищницы, дверь откроется. Иначе никак.

Алекс понял, какую сложную задачу стоит ему разрешить, конечно же, не без помощи верных друзей.

— Карта тщательно охраняется, — обречённо произнёс Алекс, — нам её никогда не заполучить.

— Ну, безвыходных ситуаций в моей практике ещё не бывало, — сказал капитан, — что-нибудь придумаем. А сейчас прошу к столу.

Хороший ужин сразу приподнял настроению Алексу и его друзьям, и безвыходная ситуация уже не казалась такой уж безвыходной. Алекс решил сейчас же сходить в музей и поговорить с директором о карте. «Может быть, мне разрешат просто взглянуть на неё, запечатлеть ключ», — подумал мальчик. С этими мыслями он углубился в лёгкую дрёму, ведь день сегодня был таким утомительным.

Глава тридцать третья

— Ну а теперь, господа, прошу проследовать за мной. Я покажу вам мою научную лабораторию. До ночи ещё далеко, я успею раскрыть вам кое-какие мои секреты.

Выйдя из лифта, Генерал Кребс направился вперёд. Бен и профессор Фледриг пошли за ним, не зная, что им ожидать дальше. Мимо прошёл человек с контейнером, в котором находилось что-то живое: тёмная масса не переставала перемещаться из стороны в сторону, напоминая собой неугомонную лаву.

— Знаете что там? — спросил генерал и, не дождавшись ответа, произнёс:

— Это жабы. Да, да, обыкновенные жабы, которых я превратил в моих подопытных кроликов. Они принимают особые процедуры моего изобретения. В течение нескольких дней после этого они начинают выделять некоторую массу, после обработки, которой получается вот это.

И генерал достал из своего пиджака маленький стеклянный сосуд, в котором находилась чёрная жидкость.

— Это — пятое состояние тела. Жидкость, которая живёт своей жизнью. Вживив в неё био-чипы, обладающие способностью размножаться и в дальнейшем служить чем-то наподобие мозга, я смогу создать что угодно, вплоть до сильнейшей армии, которую невозможно будет победить традиционными методами. Но для этой цели у меня очень мало сырья, — генерал постучал пальцем по сосуду.

— Я не очень понял, что такое био-чипы, — сказал Бен, но ваш коварный замысел я понял просто отлично. Буду готов вам служить.

— Я думаю, вы знаете, где находится Жёлтая планета, — сказал генерал Кребс, обращаясь к профессору.

— Это одна из новых планет. Там ещё не успела зародиться жизнь, — ответил профессор Фледриг.

— Правильно. Только жизнь там давно зародилась, правда лишь в виде генетического кода, заключённого в песке, из которого и состоит планета. Мои лягушки, поглощая этот песок, выделяют жидкость, которая содержит этот самый генетический код. И эта жидкость начинает жить, учиться, чувствовать. Но… чтобы провезти песок сюда, нужно обмануть таможню. А как это можно сделать? Только с помощью вашей машины времени.

— Я посмею вас огорчить, — сказал профессор, — машины времени у меня нет. Уже нет.

— Я знаю. И сегодня ночью она будет у меня. Вам нужно будет её только починить. Она ведь сломалась, не так ли?

— Да, — ответил Бен, — после взрыва она разбилась о палубу.

— Как всё просто. Неужели я не гений?

— Вы само совершенство.

Глава тридцать четвертая

Сегодня в полицейском участке было необыкновенно тихо. Заключённые, которых недавно сюда доставили, вели себя настолько скромно, насколько это возможно. Дежурный, проходя между решетками, удивлялся такому поведению: обычно заключённые шумят, ругаются, пытаются вырваться наружу. В сравнение этому явлению сержант Джо вспомнил случай, когда несколько мятежников устроили бунт, и, тогда ещё рядовым, Джо утихомирил взбесившихся заключённых. За доблесть он получил сержанта, и хороший оклад.

«И всё-таки эта девушка ими управляет», — всякий раз убеждался Джо, проходя мимо камеры. Не раз он приходил к выводу, что заключённые готовят какой-то заговор. В этом не трудно убедиться, если послушать о чём говорят сами заключённые.

— Какие будут предложения? — спросила девушка.

— Подорвём дверь динамитом, — предложил старый седой человек.

— Каким динамитом?

Старик сунул руку за пояс и вытащил оттуда динамитную шашку.

— Как ты её пронёс? — удивилась девушка, — нас же всех осматривали.

— Это старый фокус, как-нибудь покажу. Ну, так что?

— Во всяком случае, динамит не подойдёт, — заметил другой, — мы заживо себя погребём.

— Видите щель для кормёжки? — не унимался старик, — бросим туда динамит: и дверь снесёт, и с ней охранника.

— Дельное предложение. Оставим его на рассмотрение. Ещё есть мысли?

— Можно будет позвать охранника, и когда дверь откроется, на его глазах зажечь динамит. Даю вам слово, удирать он будет славно.

Дальше последовали предложения более замысловатые, но все решили остановиться на этом. Девушка подошла к двери и как можно сильнее постучала. Охранник не заставил себя ждать и в следующее мгновение стоял у двери.

— Чего надо? — спросил он, пытаясь придать своему голосу больше грубости, но ничего не получилось.

— Открой, мне плохо.

После недолгого раздумья охранник открыл дверь, держа девушку на мушке своего оружия. Во рту торчала сигарета, которую он не успел зажечь.

— Дать закурить?

— Что?

В это время девушка отошла в сторону, и глазам охранника предстало страшное зрелище: на него надвигался старик с динамитом в руке.

Несчастный попытался сделать отчаянное лицо, после чего с грохотом захлопнул дверь. Послышались удаляющиеся шаги.

— Всё нам конец!

— Бросай его в щель!

— Ничего не видно.

— Ты мне на ногу наступил! Где динамит?

— Я его куда-то выбро…

Слова говорящего застыли в грохоте взорвавшегося динамита. Когда пыль осела, раздался радостный крик:

— Я попал!

Дверь зловеще заскрипела, покачалась, словно раздумывая, и с грохотом обрушилась на бетонный пол.

— Путь открыт, — сказала девушка, — всем на выход.

Дважды просить не пришлось, и в следующую же минуту камера опустела.

Оказавшись на улице, беглецы направились, как говорится «куда глаза глядят». Их окружала только ночная тьма, да ещё и луна на тёмном туманном небе. Город спал. Вокруг ни души. И только где-то далеко впереди маячили два глаза, с каждой минутой становившиеся всё ближе. Пронзительно запели сирены.

— Бежим, — такой приказ отдала Лейла, когда полицейская машина была уже в каких-то ста метров от них.

С шумом, расплёскивая лужи, она промчалась мимо и завернула за угол. Беглецы успели укрыться за тенью могучего дуба, который раскинул свои ветви прямо над головами путешественников.

— Стой! Кто идёт? — раздался грозный голос из темноты.

Девушку охватил страх, но она на всякий случай крикнула:

— Свои!

Зажёгшийся фонарь осветил лицо незнакомца.

— Капитан Лоренс! — удивилась Лейла.

— А вы здесь, какими судьбами? — не менее удивился Капитан Лоренс, — и где твой приятель?

— Нас предали. Бен сбежал как последний трус. Теперь мы с вами.

— Врёшь!

— Они затевают против вас что-то дурное. Я слышала про машину времени.

— Хорошо. Вы остаётесь с нами только потому, что мы спешим.

— И куда же вы так спешите?

— На экскурсию в музей, — из темноты вышел Джек, — надеюсь, вы с нами?

— Можешь не сомневаться.

— Хватит болтать, не хватало ещё, чтобы нас заметили.

— О, и ты тоже здесь?

— Привет, крошка, — Бук жадно поглядел на девушку, — надеюсь, ты не забыла наш маленький роман?

— Теперь всё будет по-прежнему.

— Моё разбитое сердце…, — Бук явно подбирал рифму, но ничего не подобрав, просто сказал, — теперь вовсе не разбитое.

В это время свет погас.

— Что такое? — послышались недовольные голоса.

— Мы пришли, — капитан Лоренс протолкнул вперёд Алекса, — как мы попадём внутрь?

— Я умею открывать любые замки, — сказал Бук.

— Ну, так чего же ты стоишь? За дело.

Бук отыскал где-то проволоку и принялся за дело. Долго ждать не пришлось. Поковырявшись в замке, Бук с облегчением вздохнул:

— Ух, а я думал, что уже разучился.

— Заходим, — последовал приказ капитана.

Алекс как мог, объяснил всем, что нельзя наступать на красную линию, и потом сам вошёл в здание. Времени было очень мало: в любую минуту сюда могли ворваться полицейские. Вот третий зал. Стеклянный корпус надёжно укрывал драгоценную карту от наших друзей.

— Доставайте динамит!

— Стойте, — раздался голос удивлённого мальчика, — вы хотите подорвать это динамитом?

— А что ты можешь ещё предложить? — сказал Капитан Лоренс, — Поджигайте!

Знакомое шипение, после которого наступила гробовая тишина.

— Все спрятались?

— А где же взрыв?

— Динамита больше нет.

— Капитан встал и в бешенстве кинул этот динамит прямо об стекло, после чего послышался звон бьющегося стекла.

— Разбил! — раздался крик радостного капитана, после чего тот сотворил нечто похожее на победный танец и достал карту, — Всё в порядке: ключ на месте. Стоп! Что за шипение?

— Откуда дым?

— Нечем дышать.

— Что происходит?

— Нас окружили! Уходим! — закричал капитан и побежал, как ему показалось, к выходу. Но из-за густого дыма ничего не было видно. Столкнувшись с кем-то, он поменял курс и столкнулся со стенкой, после чего предпринял ещё несколько попыток выбежать из этого ада, но все они заканчивались или стеной или очередным горшком с кактусами. После недолгой процедуры вытаскивания колючек из рук и ног капитан почувствовал, что его схватили чьи-то сильные руки.

— Полиция острова, — услышал капитан сквозь шум в голове, — ваши друзья ждут вас в машине.

Глава тридцать пятая

Чёрный лимузин медленно отъехал от музея и свернул за угол. Алекс старался не показывать ни малейшего признака страха, но коленки не желали ему подчиняться и дрожали. Человек, сидящий рядом, не подавал признаков беспокойства и то и дело поглядывал на часы. Мимо проносились знакомые улицы, дома. Вот библиотека. Лимузин въехал на ее территорию и остановился у ворот здания, по бокам которого всё так же торжественно стояли могучие львы. Если бы они имели сердце, то, наверное, посочувствовали Алексу. Но это были просто деревянные статуи, которые не имели ни чувств, ни души. Всякий раз, когда Алекс проходил в огромные резные ворота знаменитой библиотеки, его охватывало чувство восторга. Сейчас же он чувствовал только обречённость.

Двери бесшумно открылись, незнакомец и ещё несколько охранников, которых Алекс не раз встречал в библиотеке, ввели мальчика в здание. Его пустынность удивила и в некоторой степени даже напугала Алекса. Обычно читальный зал был переполнен, иногда даже приходилось освобождать дополнительное место. Сейчас была ночь и библиотека должна быть закрытой, но.… Когда они оказались перед дверью, за которой обычно находится начальство, незнакомец остановился и сказал:

— Мы на месте.

Дверь отворилась, и Алекс оказался в просторной белой комнате, в которой находилось несколько людей. В одном из них Алекс сразу признал профессора Фледрига. Подойдя ближе, он не бросился к нему на шею, а просто сел рядом. Он понимал, что не смог выполнить просьбу профессора.

— Здравствуйте, профессор, — тихо сказал Алекс.

— Здравствуй, друг мой — ответил профессор и, не удержавшись, обнял его.

— Я не справился, машина времени у них. Что сейчас будет?

— Будем тянуть время, а потом обязательно что-нибудь придумаем.

Между тем незнакомец положил на стол рюкзак мальчика и достал из него ноутбук. Генерал Кребс повертел его в руках и задал вопрос:

— Вы сможете его починить?

— Можно взглянуть? — попросил профессор.

Взяв в руки компьютер, профессор вытащил устройство и долго и внимательно его рассматривал.

— Очень тяжёлый случай, — сказал он, — но не всё так плохо.

— Сколько времени вам надо? Два дня хватит?

— Три.

— Отлично. Вам выделят комнату, и вы приметесь за работу. И глупостей делать не советую.

— Только мальчика оставьте. Мне необходима его помощь. Сами понимаете, мои глаза уже не те.

— Конечно. Сегодня отоспитесь, а уж завтра начнёте. Господа, — обратился он к охранникам, — проводите их. Теперь они наши друзья.

Отношение к пленникам сразу изменилось. С этого момента к ним обращались как к дорогим гостям. Алекс и профессор Фледриг вошли в свою комнату, которая оказалась, не так уж плохо обустроена. Напротив, она представляла собой номер-люкс в дорогом отеле.

— Профессор, — сказал Алекс, — неужели вы не сможете починить машину времени?

— Она не сломана.

— Но зачем же вы им соврали?

— Я же сказал, что мы будем тянуть время. За два дня мы обязательно что-нибудь придумаем. А теперь быстро спать.

Глава тридцать шестая

Ограбление музея — дело серьёзное. И наказывают за это тоже серьёзно. Как вы понимаете, наши друзья снова оказались в тюрьме.

— Итак, — сказал капитан Лоренс, — мы за решёткой. Ваши предложения.

— Сцена с динамитом уже не получится, — заметил старик.

— А помощи с неба ждать не следует, — сказала Лейла.

— Придётся ждать, — сказал Джек, — я уверен, мы здесь долго не продержимся.

— Откуда такая уверенность? — спросил Капитан Лоренс.

— Вспомните Алекса. Он так старался нам помочь. Теперь мы просто обязаны спасти его. Мы не можем здесь находиться. Хотя бы из-за Алекса.

— Согласен, — сказал капитан, — но изменить ничего не могу.

Наступила тишина, в которой отчётливо были слышны разговоры охранников. Все уже потеряли надежду на спасение, но, как всегда бывает, решение проблемы приходит всегда неожиданно и в самых необыкновенных формах.

— Слушайте, — нарушил тишину Бук, — а здесь должна быть эта дыра?

— Какая дыра? — спросил капитан Лоренс.

— Да вот же. Оттуда так дует, что я сейчас простужусь, заболею и умру.

— Дайте взглянуть, — сказал Джек, после чего он вскликнул, — да это же подземный ход. Должно быть, кто-то до нас вырыл его и сбежал, а заделать его так и не успели. Ну что, идём?

— Конечно же, идём, — сказал капитан, и первый устремился во мрак.

Проход был довольно широкий, видно тот, кто его рыл был не из худых.

Вот и свет в конце тоннеля.

— Стоп! — удивлённо воскликнул капитан Лоренс, — Какой свет? Сейчас ночь.

Несмотря на это свет продолжал приближаться к беглецам, пока не приблизился почти вплотную и оказался простым фонариком. Его владелец удивлённо фыркнул, а капитан просто раскрыл рот.

— Вуд, старина! — проговорил он, — как ты здесь оказался?

— Вообще-то я думал, что иду за сокровищами. А вы их уже нашли?

— Никаких сокровищ там нет. Там тюрьма, куда нас посадили за ограбление музея. Так что давай поскорее выбираться отсюда.

Пленники выбрались из заточения и вдохнули приятный запах свободы. Капитан Лоренс устроил Вуду допрос.

— Зачем было красть мой корабль? — спросил он.

— Я его не крал, — ответил Вуд, — у меня была мысль самому завладеть золотом, но мне приставили револьвер к голове, и я отправился на берег в лодке.

— Это мы украли ваш корабль, — сказала Лейла.

— Но зачем? — возмущённо спросил капитан Лоренс.

— Спросите у Бена, когда встретите его.

— Хорошо! Я думаю, не стоит тратить драгоценное время ради этой чепухи. Надо найти это золото.

— Стойте, — остановил капитана Джек, — а как же Алекс? Мы не будем ему искать?

— Где мы будем его искать? Мы снова попадём в тюрьму и тогда уже точно никого не найдём. Начнём искать сокровища, может что-нибудь и раскопаем.

Но искать золото по карте, которая была составлена триста лет назад, когда города не было и в плане, довольно трудно. Все ориентиры, за которые принимались холмы, овраги, были уничтожены. Задача усложнялась также тем, что по улицам тут и там бродили полицейские в поисках беглецов, вглядывались в темноту, ища нарушителей порядка, и периодически светя фонарём по сторонам.

Глава тридцать седьмая

Целый день в неволе показался Алексу вечностью, несмотря на то, что его кормили как в лучшем ресторане города. Профессор изо всех сил старался делать вид, что он погружён в работу, а Алекс, как ассистент, играл свою роль просто превосходно. И всё бы шло хорошо, если бы не…

Обед, принесённый недавно служанкой, почти остыл, но Алекс так и не принялся за него.

— Поешь, — сказал профессор Фледриг, — силы всегда могут понадобиться.

— Не могу, — уныло ответил Алекс, — не могу забыть своих друзей. Они сейчас, наверное, в тюрьме, как, впрочем, и я.

Постучавшись, в комнату вошёл охранник.

— Срок изменён, — сухо проговорил он, — завтра утром к начальнику с готовым продуктом.

— Очень хорошо, — с лёгкостью согласился профессор, — нам осталось добавить некоторые штрихи, и всё будет готово. И нам нужен новый компьютер.

— Всё будет. Работайте.

— Вот так, — сказал профессор, — у нас половина суток, чтобы что-нибудь придумать. Бежать надо однозначно.

— Я не против, — сказал Алекс, — но только вряд ли это возможно. Вы видели, сколько там охраны?

— Ну, как говорится, ещё не вечер. Не время рыть могилу.

После ужина пленников отпускали погулять, правда, только по одному, чтобы не сбежали. Алекс проходил обычный маршрут, обдумывая сложную ситуацию, но обдумать ситуацию мало, нужно что-нибудь предпринять для её решения. Профессор не раз говорил, чтобы Алекс бежал, но верный друг и думать об этом не хотел. Бросить профессора было самым последним делом. Погружённый в самые тяжёлые мысли, Алекс даже не услышал, как его кто-то тихо зовёт. Повторный зов вывел Алекса из раздумий. Вокруг никого не было, только неугомонные автомобили, летевшие в разные стороны, и густые зелёные кусты, которые подозрительно качались, окружали его. Голос шёл как раз оттуда. Едва Алекс приблизился, как мощные руки затянули его в эти самые кусты. Упорное сопротивление продолжалось до тех пор, пока он не открыл глаза. Первым делом Алекс попросил ущипнуть себя, так как он был не в шутку в полусонном состоянии. Вскрикнув и убедившись, что он на самом деле стоит перед своими друзьями, Алекс бросился их обнимать. После этой процедуры начались расспросы, и друзья рассказали мальчику ту самую историю, которую мы уже знаем. После того, как Алекс нашёл своих друзей, у него появилась хоть какая-нибудь надежда на спасение.

— А тебе обязательно туда возвращаться? — поинтересовался Джек.

— Я не могу бросить профессора, — ответил Алекс. — Я думал, что вы поможете мне, то есть нам выбраться оттуда.

Перед капитаном Лоренсом встала непростая задача: идти искать золото, или помочь друзьям, попавшим в почти безвыходное положение. И, хотя он был пиратом, честь и мужество у него были на месте.

— Если команда согласна на помощь, — сказал капитан Лоренс, — то я всегда готов.

— Я сейчас же возвращаюсь обратно, — сказал Алекс, — а вы двигайтесь за мной через кусты. Когда окажетесь на месте, начнёте разрабатывать план нашего спасения.

И Алекс устремился вперёд. Весь путь его сопровождали шелест листьев, топанье невидимых ног и качающиеся из стороны в сторону ветви кустарника.

Но, когда дружная компания добралась до места, оказалось, что спасать уже никого не надо. Профессор Фледриг стоял на краю глубокой пропасти, на месте которой когда-то было здание библиотеки. А где-то вдалеке уже были слышны звуки полицейских сирен.

Глава тридцать восьмая

А что произошло, мы сейчас и узнаем.

После ухода Алекса к профессору снова зашёл охранник и объявил, что срок окончен, и ему надо срочно явиться к генералу Кребсу. Отговариваться не было смысла. Генерал к тому времени подготовил всё необходимое для его замысла. Профессора только встревожило, что все страшно суетятся, бегают, будто где-то случился пожар. После того, как генерал задал ему этот вопрос, профессор и вовсе потерял дар речи.

— Насколько мощный компьютер вам понадобится, чтобы отправить это прекрасное здание на другой конец вселенной? — спросил генерал Кребс.

— Я не имею никакого понятия об этом, — ответил профессор Фледриг, — я проектировал данное устройство с учётом того, что все перемещения будут совершаться в пределах нашей планеты.

— Значит, я буду лётчиком-испытателем, — с коварной улыбкой сказал генерал, — подключайте машину. Проводите его.

Охранник грубо взял профессора за руку и куда-то повёл. Вскоре профессор оказался в просторном кабинете, набитом всяческой аппаратурой. Охранник посадил его за один из компьютеров и стал пристально следить за каждым движением профессора. Когда устройство было подключено, в кабинет вошёл генерал Кребс.

— Всё готово, — сказал профессор, — только не знаю насколько это хорошая идея.

— Извините, других в голову не приходило. Теперь о главном. Сколько примерно будет длиться перемещение и какова возможная погрешность при достижении цели.

— В пределах Земли погрешность довольно мала: не больше одного миллиметра. Но, чем больше расстояние, тем больше погрешность.

— Всё ясно. А теперь попрошу вас покинуть здание.

— Вы меня отпускаете?

— А вы не верите? Мне не нужны лишние проблемы с полицией. Вы помогли мне, я вам отвечу тем же. А с вашим изобретением вам придётся расстаться… ненадолго.

Так профессор Фледриг оказался на улице. Когда вернулся Алекс, библиотеки не было и в помине. Подъехавшие полицейские лишь раскрыли рты и тупо смотрели на огромную яму. Алексу ничего рассказывать не пришлось. Он и сам всё понял. Больше того, он понял, какая опасность нависла над всем человечеством, и какая ответственность теперь лежит на его плечах. В это время зашевелились кусты и оттуда вышли пираты. Заметив полицейских, они попытались скрыться, но посчитали это ненужным: все, в том числе и полицейские не обращали на них никакого внимания. Пираты окружили наших друзей со всех сторон и тоже уставились на яму. Джек, стоявший рядом с капитаном Лоренсом, тихо произнёс:

— Капитан, дайте мне карту.

Ничего, не понимая, капитан протянул Джеку пергамент.

Осмотрев его, и повертев головой по сторонам, Джек также тихо прошептал капитану на ухо:

— Мы у цели. Взгляните на карту. По бокам сокровищницы стоят два больших холма. Мы как раз посреди этих холмов.

Капитан поглядел вокруг, потом на карту и сказал:

— Возможно, возможно. Только наше золото улетело, — и капитан указал на яму. Теперь оно будет нашим только в наших снах.

Тут подошли полицейские. Один из них был тот самый сержант Джо. Подойдя ближе, он весело присвистнул:

— Знакомые лица, — сказал он, — ну ладно, на месте разберёмся.

Полицейские окружили компанию, отстранив профессора и Алекса от общего круга, и принялись надевать всем наручники. Тут к сержанту подбежал какой-то рядовой.

— Сюда едет мэр, — сказал он, — наверное, что-то очень важное. И, правда, на территорию бывшей библиотеки въехал чёрный лимузин. Из ехавшего позади фургона сначала выскочили личные охранники мэра, а потом он сам предстал перед глазами полицейских и наших друзей. Подойдя к профессору, он пожал ему руку и сказал:

— Очень рад, что с вами ничего не случилось. А кто этот молодой человек?

— Это мой друг и помощник. Мы вместе пережили это приключение, — гордо ответил профессор.

— Думаю, приключение будет впереди. Пройдёмте в машину. По пути я попытаюсь вам вкратце всё объяснить.

— Без своих друзей я не поеду, — сказал Алекс, — пусть их освободят.

— Это твои друзья? — удивился мэр, рассматривая пиратов.

— Если честно, то они из прошлого. Вы представляете, что случится, если они не вернутся назад?

Пиратов тотчас освободили и посадили в фургон, после чего колонна машин двинулась в путь.

— Значит так, — начал мэр, — Человечество в опасности. Как вы знаете, к Земле приближается астероид нешуточных размеров. Как-то отклонить его или уничтожить невозможно: даже если его расколоть, осколки всё равно попадут на Землю. Все учёные опустили руки и объявили, что планета обречена. А тут ещё третья мировая на пороге. Одним словом, все наши надежды на вас. Вы или спасёте мир, или…

— Но как мы можем сдвинуть с курса такой астероид? — изумленно спросил Алекс.

— Теоретически с помощью моей пространственно-временной машины это сделать — раз плюнуть, — сказал профессор.

— Вот-вот, — поддержал его мэр, — это-то я и хотел предложить.

— Но завладеть ею намного сложнее.

— В правительстве острова сейчас находятся представители нескольких стран. Они решают, сколько войск и кораблей вам понадобится, чтобы решить эту проблему.

— Что? Если вы действительно хотите направить туда войска, то мы точно обречены — третьей мировой нам не избежать.

— Предлагайте другой вариант, — сказал мэр, хотя, как ему показалось, все варианты он пересмотрел.

— Думаю, что мы отправимся на Жёлтую планету одни. И захватим с собой пиратов: пусть отработают все свои преступления. Мы незаметно проберемся в их логово и заберём машину времени. Там же на месте постараемся избавиться от метеорита. А если вы пойдёте на генерала войной, то машины нам не видать как своих ушей. Да и свободы тоже.

Глава тридцать девятая

После перелёта генерал Кребс чувствовал себя просто отлично. Приняв душ, он спокойно без всяких волнений лежал в своём кабинете, предвкушая радостное событие. Да, его непобедимая армия будет поистине величайшим его созданием. Теперь никто не сможет встать на его пути. Мысли уводили генерала всё дальше из реальности, делая его всё более величественным. И вот он властитель всего мира, нет, всей вселенной, сидит на огромном троне, а внизу бегают и суетятся маленькие людишки — бывшие президенты и министры — стараются ему всячески угодить. Генерал едва не захлопал в ладоши от мысли, что скоро, очень скоро все его мечты станут реальностью. Но пока реальностью был его маленький библиотечный кабинет и огромная подземная лаборатория. С треском отворились двери лифта, отчего генерал едва не свалился с кресла. Радостная улыбка пропала, теперь на её месте красовалась злая, недовольная физиономия. В кабинет вошёл Рон. Он держал в руках связку ключей, один из которых предназначался для запуска нового завода.

— Генерал Кребс, — торжественно произнёс он, — мы полностью готовы к запуску и вам первым предназначается повернуть этот ключ.

— Спасибо, Рон, — сказал генерал, — а теперь иди на своё место. Мне надо переодеться для такого мероприятия.

Через несколько минут генерал Кребс спустился вниз, где уже собрались все рабочие и управляющие. Рабочие здорово постарались, так как всё вокруг так блестело, что невозможно было идти с широко открытыми глазами. В огромном зале вряд стояло множество форм для будущей армии, а сверху нависала всё оборудование, которое предназначалось для заполнения этих форм. Генерал Кребс встал за пульт управления и всунул ключ в гнездо. Наступила гробовая тишина. Генерал повернул ключ и в то же мгновение огромные машины пришли в движение, начался процесс, которого генерал так долго ждал. Одна машина заполняла формы прозрачной жидкостью, другая вживляла в будущих солдат био-чипы. После этого формы отправляли на термообработку, затем шла лазерная, компьютерная и другие обработки. Далее шёл процесс обработки, после которого роботы смогут переходить в любые состояния, будь то пар, жидкость или лед. Наконец, готовые капсулы предстали перед генералом, который уже грыз пальцы от нетерпения.

— Сейчас мы дадим этим существам жизнь, — таинственно произнес Рон, — на некоторое время, возможно, погаснет свет: нам понадобится огромное количество энергии.

В следующую же секунду что-то зловеще загудело, отовсюду посыпались искры. Свет действительно погас, но через некоторое время зал озарила ослепительная вспышка, напоминающая молнию, затем вторая, третья… Генералу Кребсу невольно вспомнилась гроза, бешеный ливень, сверкающие в поле молнии… Внезапно раздался хлопок, стало темно как в темнице. Постепенно тусклые лампочки набирали мощность, и вскоре в зале стало светло как прежде. В неподвижном ряду в нескольких местах кверху тянулся чёрный дымок. Видно, некоторые роботы не выдержали напряжения. Одна за другой, капсулы начали раскрываться и выпускать своих временных жителей.

Генерал радостно потирал руки, глядя на своё творение. Ему немедленно захотелось посмотреть, на что оно способно. Один за другим начались отдаваться приказы и роботы беспрекословно их выполняли: то расплывались по полу в виде воды, то застывали ледяными статуями, то исчезали, превращаясь в пар, потом стреляли по мишеням. Ни одна из них не уцелела. Притом было выпущено ровно столько пуль, сколько было мишеней. Генерал был в восторге и сейчас же приказал продолжать процесс изготовления роботов, а сам отправился со счастливой улыбкой в свой кабинет.

Глава сороковая

Двери в маленькой комнате здания правления острова распахнулись, и вошёл мэр. Его измученный, озабоченный вид предполагал, что совещание шло с жаром. Присев на кресло он принялся рассказывать.

— Мы рассмотрели вопрос о том, чтобы вы одни высадились на планете и после долгих споров решили, что более безрассудных планов человечество ещё не придумывало. Но другого выхода у нас нет. Именно поэтому все члены совещания проголосовали именно за этот план. Если мы сейчас завяжем третью мировую, человечество будет обречено. Так что,… одним словом я могу только пожелать вам удачи. Кто-нибудь из вас управляет кораблём?

Капитан Лоренс хотел гордо заявить, что он в совершенстве владеет штурвалом, но его опередил профессор Фледриг.

— Несколько лет назад я шутки ради окончил курсы по вождению космических судов, — сказал он, — основные навыки у меня есть.

— Вот и отлично. Тогда сейчас вам проведут небольшой инструктаж, и вы отправитесь в путь.

Тут мэр побледнел. Всем показалось, что он сейчас рухнет от переизбытка чувств, но он устоял, сказав:

— Если ничего не получится, не расстраивайтесь и попытайтесь спастись сами. Если человечеству суждено погибнуть, то… против судьбы не пойдёшь. Стоп! Что это я всё о грустном? Конечно же, вы справитесь. Надо только верить в удачу и всё будет хорошо. Мэр попытался улыбнуться, но улыбка у него получилась какая-то холодная, как луна, что глядела сейчас через окно маленькой комнаты на наших друзей, преисполненных верой и надеждой в удачу.

После инструктажа, который ничего нового и необычного никому, кроме пиратов, не дал, все засобирались в путь. Мэр, провожая наших друзей, растрогался и чуть не пустил слезу, но его чин не позволил ему этого сделать. Он осыпал профессора и Алекса различными наставлениями, и вёл себя так, будто провожал их в последний путь. Он как бы знал, что этот путь обязательно будет последним.

Вот всё готово к полёту. Алекс забрался на Клопа, так назывался их корабль, с опаской поглядывая по сторонам: это было его первое путешествие в космос. Профессор Фледриг сел за штурвал и приготовился к взлёту. Новые бесшумные двигатели подняли Клопа в воздух и понесли прочь от Земли. Когда тряска закончилась, Алекс побрёл изучать корабль. Он был небольшой, но довольно вместительный, совсем не такой, каким казался снаружи. Как говорят, любопытство никого до добра не доводит, но сейчас оно сыграло в пользу Алекса. Топливный отдел с надписью на двери «Запрещено» привлёк к себе Алекса и он, не раздумывая, вошёл в него. Там было неимоверно жарко, отовсюду шёл пар, всё трещало. И не удивительно: за следующей дверью шли реакции, толкающие Клопа вперёд. Алекс обратил внимание на несколько бочек, стоявших вряд у стены. Они выделялись среди огромных топливных баков, и Алекс не удержался от искушения. Подойдя ближе, он с ужасом прочитал: «тротил». Да, пять бочек настоящего тротила, который в состоянии уничтожить не только корабль, но и целый город. Удивительно, как они ещё не взорвались при такой жаре. Алекс немедля побежал к профессору, едва не сбив, по пути Капитана Лоренса, читавшего инструкции на стене.

— Куда ты так спешишь? — обижено спросил Капитан.

Алекс не ответил — у него было слишком мало времени. Он подбежал к профессору, но от волнения ничего не смог сказать.

— Что случилось? — спросил профессор Фледриг, — ты так бежал, будто у нас на корабле бомба.

— Так и есть, — ответил Алекс, — пять бочек тротила в топливном отсеке. Надо что-нибудь делать.

На шутку это не было похоже, поэтому профессор сразу же приступил к спасению корабля. Сначала он перекачал немного топлива из основного отсека в резервные баки.

— Скорее, профессор, времени совсем нет — там так жарко, что бочки вот-вот взорвутся.

— Думаю, этого хватит до планеты, — сказал профессор и отсоединил топливный отсек от корабля.

Через некоторое время корабль наших друзей сильно качнуло. Топливный отсек успел отлететь довольно далеко, поэтому взрывная волна была слишком слаба, чтобы повредить Клопа.

— А наш мэр отличный актёр, — спустя некоторое время сказал профессор Фледриг, — даже я ничего не заподозрил.

— Вы думаете, это он сделал? — спросил Алекс.

— Без сомнений. И так же я уверен, что он работает на этого генерала. Иначе, зачем же ему от нас избавляться.

— Но мы живы, — заметил Алекс.

— Да. И наверно ещё не раз посидим у меня в доме за чашечкой кофе, — профессор Фледриг глубоко вздохнул, словно хотел почувствовать запах этого самого кофе… и действительно учуял — пока друзья разговаривали, пираты стряпали на корабельной кухне. Вскоре сам капитан Лоренс зашёл с подносом в руках, на котором стояли два стаканчика самого ароматного кофе.

Глава сорок первая

Профессор Фледриг оказался прав насчёт коварства мэра, потому что через несколько минут после взрыва в космосе генералу Кребсу позвонили. Без труда можно догадаться, кто это был.

— Здравствуйте, генерал Кребс, — проговорил голос, — я сделал всё так, как вы приказали. Пять бочонков им хватит, чтобы добраться до небес. Как там ваша армия?

— Прекрасно, прекрасно, — сказал генерал, однако мэр не понял, что он под этим подразумевал: армию или его великолепный успех, — у меня к тебе ещё одна просьба.

— Если это, конечно же, в моих силах, — сказал мэр.

— Это также и в твоих интересах. У меня много дел, поэтому Землей пока править будешь ты. Для этого нужно незаметно доставить на планету мою армию.

— Это будет несколько сложнее, чем доставка песка, но ради такого дела можно постараться. Считайте, что задание уже выполнено.

— Полетишь ко мне, заберёшь машину времени, и будешь перебрасывать силы на Землю. Когда воинов будет достаточно, просто захвати её. Временное правление не даёт тебе право на всякие полномочия. Ты будешь править от моего имени, и выполнять мои приказы. Приступай!

Не решаясь потерять ни минуты, мэр заказал машину и поехал в космопорт, на другой конец острова. Через несколько минут он был уже на пути к жёлтой планете. Генерал Кребс к тому времени успел хорошенько обустроиться и создал настоящую военную базу. Несколько сотен солдат поджидали отправления на Землю. По прибытию мэра начался процесс, который так долго ждал генерал Кребс. Одна за другой платформы с солдатами исчезали и где-то на далёкой Земле появлялись и только ожидали приказаний своего создателя. А приказы были один ужаснее другого. Сначала армия генерала захватала остров, а мэр стал полноправным его хозяином. Остров стал новой военной базой, тщательно охраняемой и неприступной. Точно также были захвачены многие другие близлежащие острова. Спустя несколько дней, когда сил стало предостаточно, генерал Кребс приказал начать глобальный захват, то есть покорение всей Земли. Именно с этого момента я начну более подробное повествование.

Жёлтая планета потому так и называлась, что была сплошь покрыта жёлтым песком. Но она не была обделена растительностью. Наши друзья, продвигаясь к военной базе генерала Кребса, всё чаще встречали сочные зелёные деревья и небольшие озёрца, так называемые, оазисы. Когда силы покидали их, приходилось останавливаться в этих самых оазисах, запасаться свежей водой и подкрепляться припасённой пищей. Во время одной из таких остановок Алекс забрёл в поисках воды слишком далеко от лагеря. Найдя среди камней и деревьев ручеёк, он принялся набирать в бочонки воды. Непривычная жара сильно действовала на него, поэтому Алекс вылил на себя весь бочонок и начал оглядываться по сторонам. Всё было также одинаково и неинтересно. Такие же камни, однообразные деревья.… Но.… Вдали Алекс разглядел смутные очертания… Библиотеки! Высокие металлические ограждения надёжно укрывали её от нежелаемых посетителей. Алекс едва не подпрыгнул от радости, но, увидев, на каком утёсе он стоит, подумал, что делать этого не стоит. Набрав оставшиеся бочонки, он пошёл назад, предчувствуя, как все обрадуются его новости.

— Профессор! Профессор! — как можно тише, чтобы не услышали на базе, закричал Алекс, — мы почти пришли. До цели — рукой подать.

— Я догадывался, что мы уже недалеко, — ответил профессор Фледриг без малейшего признака восторга.

— Так идёмте же скорее! Чем быстрее мы выполним задачу, тем будет лучше.

— Чем быстрее мы наломаем дров, — так же рассудительно сказал профессор, подняв вверх указательный палец, — тем будет хуже. И не только нам, но и всему человечеству. Будем ждать темноты, а пока составим подробный план наших действий. У каждого будет своя задача, которую нужно будет выполнить, несмотря ни на что.

И профессор Фледриг принялся распределять обязанности.

— Как вас зовут, — поочерёдно расспрашивал он пиратов.

— Я Лейла. Вот мои люди. Мы сделаем всё, что в наших силах.

— Возможно, возможно, — рассеянно пробормотал профессор, — но думаю, что девушке лучше остаться. Я и сам не знаю, что нам придётся пережить.

— Вы меня просто плохо знаете. Только прикажите, и я стащу у вашего генерала всё, что угодно. Он даже не заметит пропажи. Вот, к примеру, это ваши часы? — Лейла протянула профессору его золотые, старые как он сам, часы.

— Не знаю, насколько воровство помогало вам в жизни, — удивлённо сказал профессор Фледриг, — но здесь оно может пригодиться. Хотя незаметно украсть машину времени будет довольно тяжело.

— Пара пустяков, — сказала Лейла, — вы только прикажите.

— Вам, наверное, ещё понадобится динамит, — заметил седой старик (надеюсь, вы его ещё не забыли), вытаскивая опухший от жары динамит.

— Что! — закричал профессор, — ты таскаешь динамит при такой жаре?

И выхватив его у старика, профессор выбросил динамит в пропасть. Не пролетев и половины пути, динамит со страшным грохотом взорвался, отчего земля под нашими путешественниками ожила. Переведя дух, профессор снова было принялся отчитывать старикашку, но решил, что лучше сматывать удочки. После такого взрыва они точно не останутся незамеченными. Волнение профессора возросло, когда вокруг стали виднеться сначала одна, потом множество ярких, блистающих точек. Скорее всего, это были солдаты генерала Кребса. Хотелось, конечно же, предполагать, что это очередные оазисы, но это было не так. Точки стремительно приближались, с каждой минутой принимая всё более чёткие очертания. Наши друзья и не заметили, как оказались в оцеплении. Бездушные глаза прозрачных, как самый чистый ручей солдат уставились на несчастных спасателей человечества. Передние ряды расступились и все увидели… Кого же они ещё могли увидеть? Конечно же, это был мэр маленького земного городка, где жил Алекс и профессор Фледриг, куда так стремились попасть пираты, в надежде найти золото, но попавшие в неимоверно необыкновенное стечение обстоятельств. Все те годы, пока Алекс спокойно жил на Земле в своём маленьком уютном уголке, мэр представлялся ему серьёзным, величественным, справедливым человеком, но никак не предателем. Как бы то ни было, но совесть этого предателя нисколько не мучила. Это было понятно из его поведения. Осмотрев путников и удивлённо, несколько смущённо причмокнув губами, он прошептал что-то невнятное себе под нос и направился к базе. Солдаты схватили наших друзей, и повели вслед за предателем.

Как ни странно, генерал Кребс нисколько не удивился непрошенным гостям. Когда наши друзья вошли, он сидел за большим экраном и, как показалось Алексу и профессору Фледригу, играл в крестики-нолики. Оказалось, это была вовсе не игра. Красные крестики отражали те участки на Земле, которые покорились власти ненасытного генерала. Чем больше возникало крестиков, тем сильнее разгорался его азарт. Вдруг, не понятно к кому обращаясь, генерал воскликнул:

— Почему солдаты стоят? Им давно пора заняться делом.

— Сию минуту, повелитель, — словно послушный раб ответил мэр, — но думаю, у вас найдётся время на наших гостей.

Генерал Кребс повернулся, расплылся в улыбке и даже напоил нежданных гостей чаем. И, хотя чай был просто замечательный, друзья по-прежнему были враждебно настроены на агрессора.

— Итак, — сказал генерал Кребс, — при всём моем уважении к вам, мне придётся приставить к вам стражу.

Тотчас в зал вошли несколько солдат и плотным кольцом окружили наших друзей так, что никаких шансов на спасение у них не оставалось.

— И не думайте, что я попытаюсь от вас избавиться. Я позволю вам дожить до того дня, когда я, наконец, стану правителем всей вселенной.

И, немного подумав, добавил:

— Возможно, вы станете моими слугами. Во всяком случае, шанс выжить у вас будет, хотя и небольшой.

Тут слово взял профессор Фледриг:

— Вы, наверное, не в курсе, что к Земле с каждой минутой приближается огромный астероид. Если вы ничего не предпримете, некем будет повелевать.

Последние слова профессор чуть ли не прокричал, но в последний момент сдержался и часто задышал.

Генерала, по-видимому, эта новость не очень удивила.

— Это гвоздь моей программы, — невозмутимо сказал он, — когда народ увидит, что я предотвратил конец света, он сам поверит в меня и моя власть станет намного могущественнее. Я взойду на престол практически без кровопролития.

— Вы — дьявол воплоти, — вскричал капитан Лоренс.

Хотя капитан и был пиратом, ему никогда не приходила в голову мысль о захвате мира.

— Возможно, — ответил генерал, — и мне это нравится. Ну ладно, заговорился я с вами. Лаборатория в вашем распоряжении.

И, развернувшись, он направился к выходу.

Глава сорок первая

Как спрятать армию? Война. Средство от роботов.

А что же в это время происходило на земле? Да и как генерал смог так легко захватить власть в свои руки? Ответ на этот вопрос довольно прост. Задолго до создания лаборатории генерал Кребс создал несколько, точнее множество военных центров, конечно же, незаконно. Там хранилось оружие, боеприпасы для будущей армии. Генерал не мог предвидеть, что его дела резко пойдут вверх, но всё предусмотрел. Когда всё было готово, оставалось только создать армию, большую и непобедимую. В этом ему помог мэр. Он позволил создать незаконную лабораторию по созданию нетрадиционной армии, которую невозможно будет победить. Для исследовательской и практической работы было выделено множество профессоров и учёных. Профессора Фледрига тоже хотели засунуть туда, но тот, учуяв неладное, отказался от сотрудничества. Он давно знал о делах генерала, но молчал, боясь расправы. А дела генерала Кребса действительно поползли наверх. Хоть со скрипом, но поползли. Учёными лаборатории было открыто удивительное свойство песка на далёкой Жёлтой планете, содержавшего генетический код, близкий к человеческому. Для получения жизни, необходимо было пронести этот песок через саму жизнь, то есть через что-то живое. Для опытов были выбраны обыкновенные лягушки. После длительных и упорных трудов впервые была получены живая вода, которая после обработки могла жить собственной жизнью. После такого успеха начались попытки создания водяной армии. Всё шло хорошо, но возить песок с другой планеты на Землю было довольно опасно. Для создания нескольких литров живой воды требовалось переработать много тонн песка. Как раз к этому времени профессор Фледриг изобрёл пространственно-временную машину, способную перемещать предметы не только во времени, но и в пространстве. По самому необыкновенному стечению обстоятельств изобретение профессора Фледрига оказывается в руках генерала Кребса, и он отправляется на Жёлтую планету для создания своей непобедимой армии. Готовые солдаты незаметно переправлялись в созданные генералом военные центры, где получали всё военное снаряжение. А когда солдаты заполнили всю планету, генерал объявил всему миру войну. Началась третья мировая война между человеком и машиной. Человечество было вынуждено объединиться, оставив вчерашние конфликты.

После приезда генерала Кребса в родной город прошло несколько дней, почти неделя. Всё вокруг кишело роботами, и старый диктатор повелевал ими как мог. Честно сказать, очень скоро генералу стали надоедать свои создания. Хотя гены водяных солдат были близки к человеческим, их поведение мало, чем отличалось от обезьян. Эти существа могли лишь повиноваться приказам и безропотно их выполнять, но вести собственную трудовую или умственную деятельность они были не в состоянии. Поэтому генерал Кребс то и дело кричал в прибор повелительности угрозы в адрес глупых роботов, что превратит их в пар, если не будут работать как надо. А работали роботы вполне исправно, если не считать того нюанса, что после выполнения задачи, солдаты, за неимением последующего приказания, начинали делать то, что им хочется. Они могли играть в футбол с городскими мальчишками, часами смотреть на афиши, ходить с заядлыми любителями пива в рестораны. Как ни странно, но солдаты очень быстро пристрастились к алкоголю. «Но это же не возможно», — скажете вы. Действительно, водяные статуи, не имеющие в себе ни одного живого органа, как они могут пристраститься к пиву? Ответ на этот вопрос довольно прост. Алкоголь, имеющий способность поднимать температуру тела, также поднимает температуру «тела» солдат, отчего компьютерная система роботов даёт сбой, и роботы пьянеют. С этим бедствием генерал Кребс ничего не мог поделать. Раз, попробовав пиво, роботы уже не могли отказать себе после очередного задания зайти в какой-нибудь кафе-бар и пропустить стаканчик-другой дурманящего напитка. Но, несмотря на это, захват Земли продолжался, и никто не мог этому помешать. Обыкновенное оружие было не способно предотвратить наступление армии, поэтому военные силы планеты несли потери.

Глава сорок вторая

Получив полную свободу в пределах базы генерала Кребса, наши друзья принялись бродить по бывшей библиотеке в поисках, как сказал профессор Фледриг, головного компьютера. В сопровождении роботов спустились в подземелье. Профессор изо всех сил пытался вспомнить, куда его повели для подключения машины времени и, немного поблуждав, действительно вспомнил. Компьютер стоял на своём месте, машина времени была там же.

— Вот она, профессор, — сказал Алекс, — давайте побыстрее уходить отсюда.

— Во-первых, мы под охраной. Во-вторых, у меня есть небольшой план.

Сидя за компьютером, профессор что-то упорно искал.

— Ага! Нашёл. Смотрите. Судя по этим данным, всего было создано пять сотен роботов-командиров, которым сам генерал отдавал приказы, а те, в свою очередь, передавали приказы солдатам. Значит, генерал не властен над всей своей армией. Ему подчиняются всего несколько сотен солдат.

— И что это значит, — не понимая, к чему клонит профессор, спросил Алекс.

— Это значит, что, если мы собьём с толку этих несколько сотен роботов, то победим.

— А мне так не кажется, — сказал Алекс, — если солдаты останутся без предводителей, неизвестно, что они будут делать. Может они продолжат воевать? Тогда нам точно конец.

— Правильно, — поддержал профессор Алекса, — но мы же не будем уничтожать предводителей, мы их просто перепрограммируем. Вот здесь есть заготовки микрочипов.

И профессор начал работать. Часами, просиживая за компьютером, он то мрачнел, то лицо его светлело. К концу следующего дня он, наконец, изготовил антибиочипы. Роботы, получившие приказ не выпускать наших друзей из здания, выполняли лишь этот приказ, поэтому, когда их командира перепрограммировали, никто даже не шелохнулся. После этой недолгой процедуры командира словно подменили. Замерев на несколько секунд, он, а за ним и все остальные, помчались разбирать щётки, метла, тряпки и принялись с усердием чистить, драить, мыть.

— В кого вы их превратили? — изумлённо спросил Алекс.

— Они — страстные уборщики. Любая уборка за пять минут. А теперь пора уходить. Ах! Чуть не забыл.

Положив в карман машину времени и небольшой сосуд с множеством новых биочипов, профессор заторопился к выходу. Все роботы в округе занимались уборкой.

— Первый шаг к спасению планеты сделан, — сказал профессор Фледриг, — теперь остаётся найти каких-то там пятьсот командиров и перепрограммировать их.

Последние слова профессор произнёс как-то неуверенно, будто полагая, что такая задача ему не по плечу. И, правда, отыскать пятьсот командиров на Земле было сложно.

— Легче перепрограммировать самого генерала, — сказал Алекс, — или… собрать всех командиров в кучу и разом перепрограммировать.

— Неплохая мысль, — одобрил предложение Алекса профессор, — можно будет попробовать, когда подвернётся удобный момент.

Пока они разговаривали, впереди показался «Клоп». Всю дорогу профессор Фледриг что-то бормотал. Слова становились всё четче и громче. Под конец он и вовсе закричал:

— Эврика! Как же я раньше не догадался! Мы создадим вирус. Обыкновенный компьютерный вирус. Нам не нужно будет искать всех пятисот командиров. Найдём одного и вживим в него вирус. И робот будет сам искать себе подобного, чтобы передать ему этот вирус.

— Гениально! — закричал капитан Лоренс, — только я ничего не понял. Можете ещё раз объяснить?

— Это как золотая лихорадка. Только распространяться она будет среди роботов.

— Гениально! — ещё громче закричал капитан, — Думаю, вам просто необходимо поставить памятник.

— Ну, до этого ещё дожить надо, — засмущался профессор.

Профессор снова взялся за работу, а корабль, поставленный на автопилот, полетел к Земле.

Глава сорок третья

Небольшой городок на окраине второго квадрата.

Рабочее время маленькой пивнушки подходило к концу, но, несмотря на это «водяные», так прозвали роботов жители этого городка, продолжали «бурное веселье». Хозяин ничего не мог сделать, «водяные» не реагировали на его голос. Подбегая то к одному то к другому, вспотевший и измученный, он вконец успокоился и, сев на своё рабочее место, уставился на посетителей. Люди, пользуясь моментом, весело хохотали и, чуть ли не в обнимку с «водяными» заливали в рот один за другим стаканы пива. Посетители прибывали и, никому не было дела до них. Наверное, именно поэтому никто не обратил внимания на очередного гостя — высокого старика с длинной белой бородой, укрытого в длинный чёрный плащ так, что не было видно ничего, кроме бороды и очков, сверкающих при тусклом свете. Как и все, он подошёл к стойке, заказал кружку пива и присоединился к одной из компаний, занятой каким-то разговором. В круге этой компании находилось несколько «водяных». Старик в черном плаще, с бородой и в очках, мало кого волновал, потому что когда он исчез, никто его не спохватился. Зато все заметили, как резко изменилось поведение роботов. Отстранив от себя кружки с пивом, все, словно по сговору, поднялись и вмиг наилучшим образом навели в пивнушке отменный порядок, после чего удалились. Хозяин, поражённый таким поворотом, поспешил закрыться, а мужики ещё долго стояли на улице, обсуждая происшествие.

Только добравшись до корабля, профессор Фледриг решился снять с себя чёрный плащ. Все спали. Только Алекс, сквозь сон прошептал:

— Как всё прошло, профессор?

— Отлично, — ответил тот, — меня даже не заметили. Думаю, завтра заглянем в квадрат номер 1 и направимся в шестой. Да, да. С центра континента вирус распространится гораздо быстрее. Далее у нас останется Австралия и наш маленький островок, так сказать, «логово зверя». А пока спи, завтра будет тяжёлый день.

А день и действительно намечался тяжёлым, ведь силы в Южную Америку только прибывали, и водяные ещё не успели освоить пивнушки, поэтому командиров найти будет не легко. Но до этого дня ещё целая ночь, поэтому не будем мешать нашим друзьям, хорошенько выспаться перед ответственным заданием, а посмотрим, что творится в «Логове».

Генерал Кребс ничего не знал о вирусе, поэтому продолжал распоряжаться над своими уже неподвластными роботами. Сигнал доходил до роботов, но обратно не возвращался, поэтому генерал находился в неведении. А что же вообще делал будущий «царь» в свободное время? По вечерам он любил репетировать речи, которые он будет говорить своим верноподданным. Остановившись перед зеркалом, он то с грозным, то с добрым лицом обращался к мнимому народу. Ещё генерал стал серьёзно заниматься философией. «Какой из меня правитель, если я буду глупым?» — думал он и часами пропускал через мозги одну за другой философские книги. Потом и сам стал заниматься написанием мудрых книг, но вконец ему всё надоело, и он почти всё свободное время проводил в сауне или играя в бильярд.

Дом генерала — огромный дворец с башнями — принял на себя роль корпуса временного правительства Земли. Почему временного? Потому что никто не собирался его признавать кроме мэра, слуг генерала и нескольких людей, принявших на себя роли разных министров. За несколько дней остров превратился в небольшое государство. Были изданы новые законы, совершено не подчиняющиеся правилам морали и этикета. Да куда там до этикета, если генерал Кребс требовал от народа полной покорности и уважения под дулом оружия.

Длительные и одинаковые дни шли один за другим. Ничего нового не происходило, а старое начинало надоедать. Генерал в совершенстве научился играть в бильярд и стал почти чёрным после посещения сауны, но счастья от этого не прибавлялось. Генерал мечтал о едином признании его властелином мира, но никак не насильником. Он вовсе не собирался уничтожать президентов, министров: ему было нужно, чтобы они правили от его имени и под его предводительством, советовались с ним, просили помощи, но не ненавидели.

Эти беспокойные мысли не покидали генерала Кребса, пока ему не принесли сразу три новости.

— У меня к вам одна плохая и две ужасные новости, — закричал издалека запыхавшийся мэр, — во-первых, до столкновения астероида с Землёй осталась неделя, во-вторых — пленники сбежали и украли машину времени и, в-третьих — ваши роботы вместо того, чтобы захватывать планету вычищают до блеска улицы.

Всё это он произнёс на одном дыхании, после чего, захрипев, стал часто дышать.

— Уверен, что это проделки того самого профессора. Он отлично разбирается в технике, и ему ничего не стоило расстроить программную систему роботов. У меня есть сведения об их последней остановке.

— Отлично, — сказал генерал Кребс, — возьмём их. Я лично буду при этом присутствовать.

— Но не лучше ли вам…

— Нет, не лучше. В путь.

Утро следующего дня.

Сквозь огромные иллюминаторы Клопа робко пробиралось солнце. Захватывая всё большую площадь, его лучи медленно пробирались к сладко посапывающему мальчику. Граница между светом и тенью приближалась к его глазам. Вот уже осталось совсем немного…

— Быстро вставай! — раздался голос профессора Фледрига, — одевайся!

Солнце, наконец, добралось до глаз Алекса, и тот проснулся.

— Что… Что случилось?

— Топливный отсек пуст. А вокруг корабля не один десяток агрессивно настроенных солдат.

— И… Что мы будем делать?

— Не задавай лишних вопросов, лучше разбуди остальных.

Алекс не посмел ослушаться и побежал выполнять приказ. Тем временем профессор суетился возле панели управления. Когда все были на ногах, он загнал всех в топливный отсек и закрыл за собой дверь.

— Что мы делаем? — беспокойно спросил Алекс.

— В новейших космических кораблях есть такая функция, как дезинтеграция. Мы катапультируем, а корабль взорвется.

— И куда же мы катапультируем?

Профессор тревожно взглянул на Алекса и в это же время стены затряслись, от сильного толчка все, как горох, посыпались в одну сторону. После сильного удара о землю Алекс почувствовал тупую боль в голове и не решался пошевелиться.

— Все живы? — спросил Профессор Фледриг, поднимаясь на ноги и пытаясь открыть дверь.

— Кажется да, — сказал Алекс и тоже встал.

Когда дверь открылась, стали слышны кудахтанье кур и мычание коров. После неудачной попытки выбраться из топливного отсека, профессор первым делом уткнулся лицом в навозную кучу, после чего встал, отряхнулся и принялся оглядываться по сторонам.

— Кажется, мы попали на курино-коровью ферму, — предположил Джек, которому повезло чуть больше — запнувшись о тот же самый порог, он просто уселся на одну из куриц, которая неважно крякнула и испустила дух.

— Точно, вот и фермер бежит, — сказала Лейла.

И, правда, вскоре подбежал маленький толстенький человечек, который, не обращая никакого внимания на посторонних, начал бегать вокруг топливного отсека и что-то громко кричать, схватившись руками за голову. С виду это выглядело довольно забавно, но фермер так не думал: огромный металлический контейнер приземлился прямо на его курятник, где он содержал около сотни кур. К счастью, днём куры разгуливали вокруг курятника, поэтому пострадала лишь одна — та, на которую уселся Джек. Наконец, фермер успокоился и заметил наших друзей. Профессор Фледриг, не зная, что можно ожидать от человека, только что потерявшего курятник, первым завёл разговор.

— Здравствуйте, вы нас не знаете, но всё-таки, мы э-э…

Дальше говорить он не смог, так как на него с огромной скоростью, как разъяренный бык, мчался красный от волнения фермер. Прокричав нечто, похожее на боевой гимн, он, не попав в увернувшегося профессора, удачно попал в открытую дверь топливного отсека.

Все переглянулись и, не сказав ни слова, дружно взяли несчастного и понесли в дом.

Фермер занимался разведением кур, коров, овец и всякой живности. Основную долю его финансового бюджета он был обязан курам. Именно поэтому он так расстроился после того, как незваные гости явились к нему со страшными последствиями. Профессор Фледриг был знатоком не только в технической части, и неплохо разбирался в медицине, поэтому полностью взял на себя лечение фермера.

— У него шок и хорошее сотрясение мозга, — прокомментировал он, — но это поправимо.

— Может вызвать доктора? — спросил Алекс.

— Не думаю, что это самая лучшая мысль, — ответил профессор, — уверен, что все больницы уже под контролем этого генерала. А всё, что с ним связано, нам лучше не трогать. Короче говоря, нам нельзя ничего трогать, ни с чем связываться и ни с кем разговаривать.

Пока профессор с Алексом ухаживали за несчастным, пираты изучали его владение. Домик оказался немаленьким, но и пиратов было немало. За неимоверно короткий промежуток времени был наведён такой огромный беспорядок, который при большом желании невозможно было создать и за неделю.

Вы не заметили, что наше повествование становится довольно скучным. Одни захватывают мир, другие пытаются его спасти, но первые пытаются помешать вторым… Правильно, пора вводить новых героев, новые обстоятельства, развивать новые чувства, переживания. И вот этот новый герой приближается к тому самому дому, в котором так удобно разместились путешественники. Заметив на месте курятника огромный контейнер, он ускорил шаг, лицо его омрачилось. Он взобрался на порог, открыл дверь… и конечно же едва не получил по голове одной из подушек, из которых пираты устроили настоящее сражение.

— Что здесь вообще происходит? — раздался громкий женский голос, после которого мгновенно наступила тишина, недолетевшие до получателей подушки попадали на пол, а раскачавшаяся ваза, не долетев до пола, оказалась в руках Джека. Улыбаясь, он поставил её на место, но, после неловкого движения, всё-таки разбил.

— Меня кто-нибудь слышал? — снова закричала девушка, — Папа!

Алекс и профессор Фледриг в это время ставили фермеру примочки. Услышав громкие крики, профессор сказал:

— Сходи, проверь.

Алекс спустился вниз и нос к носу столкнулся с прекрасной девушкой лет семнадцати, с русыми волосами, чёрными, как смоль глазами. Он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но закрыл его за неимением слов. Вскоре явился профессор. Увидев обездвиженную пару, он громко кашлянул и сказал.

— Ты, наверное, его дочь?

— Да.… Да. Что с моим папой?

— Он неудачно упал и повредил голову, — сказал Алекс, — мы за ним ухаживаем. А это, — он махнул рукой на пиратов, — это наши друзья. Мы сейчас же наведём порядок.

— Стойте, — вдруг удивлённо крикнула девушка, — вы не тот профессор, который изобрёл машину времени?

— Вы не ошиблись, — сказал профессор, — и, как вы, наверное, тоже знаете, мы пытаемся спасти мир. Вы слышали о генерале Кребсе?

— Так кто же о нём не слышал? Настоящий изверг. Его роботы только и знают, что крушат и ломают. Но в последнее время они изменились — всё ремонтируют, занимаются уборкой. Готова спорить, это ваших рук дело.

— Да, — ответил профессор, — но они не всегда будут такими. Сигналы, которые посылают этим роботам, не удаляются, они хранятся в их памяти и ждут удобного момента, чтобы вырваться наружу. Тогда произойдёт катастрофа. Представьте себе, все роботы на планете начнут исполнять сразу все сигналы, которые им задавали, может, неделю назад. Они станут неконтролируемыми, даже генерал Кребс не сможет ничего поделать. Именно поэтому нам просто необходимо прекратить подачу команд роботам и спасти планету от надвигающейся угрозы. Это я про астероид. И нам понадобится ваша помощь.

— Конечно, мне самой бы помощь не помешала.… Ой! Да что же мы стоим? Прошу к столу. Сейчас я что-нибудь приготовлю.

— Да, да. Подкрепиться нам бы не помешало.

— Чем я могу вам помочь? — спросила девушка.

— Нам бы на время избавиться от обузы, — профессор кивнул на пиратов, — с ними мы слишком заметны, да и просто необходимо поспешить.

Внимательно рассмотрев пиратов, девушка, перейдя на шёпот, спросила:

— А кто они такие?

— Если честно, — ответил профессор, — они из прошлого. Наш юный Алекс провёл эксперимент, после которого они оказались здесь. Они довольно дружелюбные и трудолюбивые. Пока мы будем отсутствовать, они наведут здесь полный порядок и построят новый курятник.

— Я не против, если только отец…

— А что отец? Отец согласен, — раздался хриплый голос сверху.

Все повернули головы к лестнице и увидели фермера с белой тряпкой на голове.

— Ради такого дела можно постараться.

— Да, папа, спасение Земли — благородное дело…

— Я имел в виду новый курятник, — сказал фермер.

— Как голова? — спросил профессор Фледриг.

— Что-то щёлкает внутри, в глазах рябит и в ушах оркестр.

— Значит, всё в порядке, — со спокойствием заметил профессор и приступил к еде. Но, заметив, что пираты ничем не заняты, сказал:

— Капитан Лоренс, организуйте дисциплинированную группу и постройте новый курятник.

— Под моим руководством всё будет сделано наилучшим образом, — гордо ответил капитан Лоренс и повёл команду во двор.

— А ты, Джек, и вы, — профессор указал на Лейлу с Буком, — можете нам понадобиться. Задачу объясню позже, а пока ешьте и отдыхайте.

— А вам разве не понадобится динамит? — спросил седой старик.

— Этого чудака лучше взять с собой, — сказала Лейла, — от него можно всего ожидать. А динамит нам и вправду не помешает.

— Что ж, придётся его взять, — неуверенно сказал профессор Фледриг.

Пока взрослые обсуждали события минувших дней, подростки тоже завели разговор.

— Так тебя Алексом зовут? — спросила девушка.

— Точно, — ответил Алекс, — я — помощник профессора.

— Папа тоже зовёт меня Алекс, хотя мама всегда называла меня полным именем. Но её сейчас нет.

— Моей мамы тоже нет.

— Умерла?

— Уехала по делам фирмы. Не знаю, увижу ли я её когда-нибудь.

— Пойдём, я покажу тебе своих лошадей.

Они встали и вышли из дома.

— У тебя есть свои лошади? — удивлённо спросил Алекс.

— Ну, они не совсем мои.… Но, на восемнадцатилетие отец обещал подарить мне одну из них. Если ты думаешь, что лошади сейчас не в моде, то сильно ошибаешься. Они как люди, всё чувствую, понимают. Они всегда утешат тебя и приласкают. Когда моя мама умерла, я целые дни проводила с ними, а они, вроде, чувствовали мою боль и помогали. Мы пришли.

Алекс стоял перед конюшней, в которой находилось несколько лошадей.

— Правда, они красивые? — спросила Алекс.

— Э-э.… Да, — замялся Алекс. Он видел этих животных пару раз, да и то, много лет назад. Лошадей полностью заменила техника, и в них никто не нуждался. Но здесь, на ферме, они продолжали работать на своего хозяина.

— Думаю, папа не будет против, если мы немного развеемся, — неожиданно сказала Алекс.

Она открыла загон, вывела пару лошадей и ловко вскочила на одну из них. Попытавшись сделать то же самое, Алекс потерпел неудачу. Огромный чёрный мускулистый жеребец, резко отскочив в сторону, громко заржал, чувствуя своё превосходство над человеком. Алекса это привело в бешенство, он разбежался и, несмотря на протесты лошади, запрыгнул ей на спину,… правда, задом наперёд. Пришлось сделать ещё несколько попыток, чтобы оказаться в седле. Девушка, смотря на всё это, не могла удержаться и смеялась от души.

Грязный, потный, но довольный, Алекс направил своего жеребца вслед за девушкой. Впереди на далёкие километры простиралась широкая пустынная степь. То тут то там её украшали огромные каменные глыбы, видно, когда-то сорвавшиеся с горы и пролежавшие здесь много лет. Это было очень красиво, но самое замечательное было впереди. Через несколько минут впереди показались деревья. Впереди, словно полководец, гордо выпятив грудь и расправив плечи, стоял вековой дуб, заслонявший горизонт, как огромная чёрная туча. Алекс направила свою лошадь прямо к нему. Казалось, до него — рукой подать, но это был обман. Прошло около получаса, когда друзья спешились и дали лошадям отдохнуть. Под деревом было уютно и свежо.

— Ты идёшь, — спросила Алекс задремавшего друга, забираясь в густую листву дуба по веревочной лестнице.

— А.… Да, — ответил Алекс и полез следом.

Через некоторое время листва словно расступилась, и Алекс оказался, как ему показалось, внутри дерева. На самом деле это был обыкновенный деревянный домик, построенный фермером много лет назад. В нём были все удобства: небольшая кровать, стол, стулья, и даже холодильник с едой и телевизор.

— Ну, как? — спросила девушка.

— Знаешь, я никогда не видел ничего подобного. Это… Это превосходно.

— Да, я тоже так говорила, когда отец впервые привёл меня сюда. Этот домик полон моих детских воспоминаний,… когда мама была ещё жива. Я помню, когда отец был зол на весь мир, мы с мамой приходили сюда,… она читала мне сказки,… и я засыпала…

Ещё долго друзья сидели в прекрасном маленьком раю и обменивались своими историями, весёлыми или грустными. А иногда просто сидели, молча, опустив глаза вниз, не зная, что и сказать. Так прошло довольно много времени. Алекс понял, что нашёл настоящего друга, единственного и неповторимого и с этого момента и навсегда он желал быть с ним рядом, вместе разделять горе и радость, но в глубине души он всё-таки понимал, что расставание, смутные очертания которого виднелись где-то на горизонте, должно было наступить.

Незаметно подкрался вечер, и друзья заторопились домой. Алекс спустилась вниз, но тут же возвратилась:

— Лошадей нет, — сказала она, — видно, их что-то спугнуло.

— Что-то? — переспросил Алекс.

— В этих местах водятся дикие звери, но они обычно выходят ночью.

Глухой раскат грома заставил их вздрогнуть. Засверкали молнии, и пошёл дождь. Без лошадей идти домой было опасно, да и просто бессмысленно.

— Останемся здесь на ночь, — сказала Алекс, — а утром за нами придут.

— Откуда ты знаешь, что за нами придут? — удивлённо спросил Алекс.

— Лошади знают дорогу домой. Когда они вернутся без нас, отец поймёт, что мы здесь и приедет за нами.

Это успокоило Алекса, и он под дождевой оркестр погрузился в тревожный сон.

Глава сорок четвертая

Генерал Кребс смог прибыть к предполагаемому месту задержания профессора только через несколько часов. Можно себе представить, как он взбесился, когда узнал, что операция провалилась, а профессора Фледрига и след простыл.

— Идиоты! — бушевал генерал, — Неужели нельзя было догнать этот чёртов контейнер без всякого приказания? Где его теперь искать?

— Извините, — робко спросил мэр, — я могу чем-нибудь помочь?

— А ты куда смотрел, когда эти оборванцы просто взяли и улизнули из-под самого твоего носа?

— Извините, — продолжал извиняться мэр, — но я не могу повелевать этими. Вот если бы вы дали мне прибор повелительности.

— Найди мне их, — грозно сказал генерал, протягивая ему нечто вроде телевизионного пульта, — пока они ещё чего не натворили. А мне пора отдохнуть.

Генерал взобрался на свой корабль и тот взмыл в небеса. А мэр с повелительным видом направился на поиски беглецов. Роботы были сильны в математике, поэтому было не трудно вычислить примерное положение контейнера.

Профессор Фледриг с беспокойным видом вглядывался в горизонт. Да и как было не беспокоиться? Алекс с новой подружкой ускакал неизвестно куда, лошади вернулись с пустыми сёдлами, к тому же пошёл дождь, с громом и молнией. Ночь была проведена без снов. Но и под утро они не вернулись. Вскоре и сам фермер, которого, кстати, звали Корнелиусом, или просто длинным Усом, забеспокоился и начал собираться. Он приготовил ружьё, патроны, за пояс засунул мощный резной охотничий нож. Все эти предостережения удивили и в некоторой степени напугали профессора Фледрига.

— Здесь водятся дикие звери? — спросил он у Корнелиуса.

— Хуже, — спокойно ответил он.

Профессор непонимающе поглядел на фермера. Тот, начищая до блеска своё ружьё, невозмутимо продолжал:

— Вам наверное, случалось бывать в зоопарке.

— Приходилось, — ответил профессор.

— И вы наверняка видели там тигров.

— Да.

— А вы представляете, как примерно выглядит мамонт?

— Конечно, представляю. К чему все эти вопросы?

— Так вот. В местной лаборатории, которая занимается разведением доисторических животных, попробовали воскресить того самого мамонта. Но одного генетического кода недостаточно для воплощения этой идеи. Необходима некая биологическая основа, посредством которой будет создан зародыш. За основу взяли обыкновенную пару тигров. Эксперимент превзошел, все ожидания и сейчас преспокойно бродит по нашим окрестностям. Правда, гибрид получился довольно слабый, но нас с вами с удовольствием перекусит пополам.

— Надеюсь, мы с ним не повстречаемся.

— Одна надежда не повод отправляться в поход неподготовленными. Днём они живут в горах, а ночью спускаются в долину, но кто знает, как они поведут себя сегодня. Излишней предосторожности не будет, не беспокойтесь.

— А как же дети?

— Моя дочь знает, где спрятаться и ночью никогда не выйдет в долину.

— А днём?

— Вот почему нам необходимо поспешить.

И, схватив рюкзак с разными принадлежностями, фермер вышел из дома, предварительно вручив профессору некоторое количество взрывчатки собственного изготовления. Посмотрев в очередной раз на усердно работавших пиратов под громкие, иногда грозные команды капитана Лоренса, они отправились в путь. Оседлали тех же лошадей, на которых вчера подростки ускакали в долину. Путь был не близкий. Единственный ориентир были невысокие горы на Западе. У профессора возникало всё больше вопросов, которые он не решался задать. Наконец, пересилив себя, он спросил:

— Слушай, Корнелиус. Меня мучает этот вопрос об этих ваших тигро-мамонтах. Как правительство могло разрешить такой опыт?

— Здесь всё дело в конкуренции. — Ответил фермер. — Многие страны пытались возвратить к жизни или просто создать искусственно какое-нибудь доисторическое животное. К сожалению, не многие догадывались каким именно образом можно воскресить этих тварей. Первый удачный эксперимент был проведён в первом квадрате. Создали лабораторию, сделали опыт — всё работает. По теоретическим расчетам новые животные должны были быть довольно слабыми и совершенно беспомощными. Единственное, в чем мы ошиблись, как раз это.

— Ты сказал мы?

— Да, я тоже принимал участие в опыте, вернее, в его конечном этапе — ухаживании за гибридами. Я ведь, как ни как, фермер и немало понимаю в таких вещах.

— Так ошибка — неправильный расчет?

— В расчете никакой ошибки не было. Мы просто не учли такого момента, что животные начнут размножаться. Первые годы они действительно представляли собой довольно слабых и беспомощных существ. Но через несколько сезонов к нам начали поступать жалобы от людей, на которых нападали огромных размеров звери.

— Как же эти люди оставались в живых, — удивился профессор.

— Полученное нами существо получило несколько свойств от мамонта и несколько от тигра. От мамонта достались огромные размеры и медлительность, а от тигра способность бесшумно настигать жертву, сила, кровожадность и внезапность нападения. Так что, если быть повнимательнее, можно избежать встречи с желудком.

— И государство не желает избавиться от этих существ? — спросил профессор Фледриг.

— Что вы? — крайне удивился Корнелиус. — тигро-мамонты, как вы их окрестили, находятся под особой охраной. На них уже начали охоту местные браконьеры. Знаете, получить сразу кость мамонта и шкуру тигра мечтает любой охотник. Но ведь они не так опасны. Обыкновенные тигры принесут больше жертв, однако их не расстреливают.

— А как же ружьё? — спросил профессор.

— Оно заряжено усыпляющими пулями и никакого вреда животным не принесёт. А нож всегда может понадобиться.

В это время вдалеке послышался громкий стук, который эхо разносило в разные стороны. Такой стук, сопровождаемый треском, и скрипом должно было издавать существо немалых размеров. Корнелиус достал из сумки бинокль, трясущимися руками приставил к глазам и, осмотрев горизонт, не сказав ни слова, помчался вперёд. Профессор Фледриг понял, что случилась беда и с замирающим от назойливого стука сердцем, поскакал следом.

Глава сорок пятая

Алекс проснулся рано утром, когда солнце только прорезало горизонт, и почувствовал резкую бель в спине (неудивительно, ведь он всю ночь провёл на жёстком кресле). С трудом, поднявшись на ноги, заметил, что он в домике один. Постель его подруги была аккуратно заправлена, на столике стояла чашечка горячего кофе и несколько бутербродов. С удовольствием подкрепившись, Алекс решил спуститься вниз, но это оказалось ненужным: дверь в полу распахнулось и показалось жизнерадостное лицо девушки.

— Ты уже проснулся?

— Да. Спасибо за завтрак.

— Всегда на здоровье.

— Где ты была?

— Ходила встречать отца.

— Он здесь?

— Нет.… Наверное, его что-то задерживает. Надо идти самим: здесь не так далеко. В полдень будем дома.

— А здесь не опасно? Наверняка в этих местах водятся какие-нибудь звери.

— Трусишка! Днём все звери в горах.

— Да никакой я не трусишка, просто осторожность никому ещё не помешала.

— Тогда пошли, мистер осторожный. — Алекс ловко спустилась с дерева и быстро помчалась прочь. — Догоняй!

Юноша последовал её примеру и вскоре они вдвоём, переводя дух от быстрого бега, медленно шли по низкой траве одинокой долины. Наконец, уставшие, вспотевшие путники присели отдохнуть. Девушка, полежав немного на мягкой траве, присела и, внимательно глядя на Алекса, сказала:

— У меня есть небольшой секрет. Только о нём не должен узнать мой отец. Ты ведь не расскажешь ему?

— Конечно, нет, — ответил мальчик.

Алекс тотчас вскочила и, направив свой взор на горы, громко свистнула. Некоторое время ничего не происходило. Потом юноша почувствовал лёгкую и даже приятную вибрацию в ногах и руках. Последовал громкий всплеск (впереди текла река), после чего лёгкая вибрация перешла в лёгкое землетрясение. Алекс невольно приподнялся, дальнейшие события никак не укладывались в его голове. На горизонте начали вырисовываться очертания того самого, которое создавало такое сотрясание. По мере приближения этого существа стали выявляться особенности его строения, размера и внешнего вида. Оно было похоже на огромного слона, или даже древнего мамонта, с сочной тигровой окраской. Размеры впечатляли.

— И это твой маленький секрет? — не отводя глаз от гиганта, спросил Алекс, — по-моему, он очень даже не маленький.

— Это дружок. — Ответила девушка. — Он такой хороший, добрый и ласковый. Но папа считает его кровожадным монстром, хотя это вовсе не так.

В это время дружок разлёгся на поляне во весь рост, и на мгновение юноше показалось, что перед ним огромная дикая кошка. Алекс заботливо почесала Дружка за ухом, отчего тот издал приятный звук, похожий на мурлыканье обыкновенной домашней кошки.

— Правда, он очень милый, — сказала девушка, — давай, погладь его. Не бойся, он это очень любит.

Осторожно, не делая резких движений, Алекс принялся поглаживать Дружка и вскоре вошёл в его полное доверие.

— Покатаемся? — спросила Алекс.

Дружок, видно не был против такой затеи, потому что через несколько минут друзья сидели на нём верхом. С такой высоты было видно далеко вокруг. У мальчика возникали новые и новые вопросы и он всё задавал их своей подруге, а та с удовольствием на них отвечала.

— Когда я впервые увидела дружка, он помещался у меня на ладони и был похож на маленького котёнка. Он был ужасно красив и мгновенно покорил меня. Дружок стал жить в моём домике, а когда он стал ему мал, поселился в лесу. Оказалось, что это вовсе не котёнок и такого зверя в природе вообще нет. Там был какой-то эксперимент, я слышала от отца. Но я по-прежнему любила своего друга и каждый день встречала его с чем-нибудь вкусненьким. Вот так мы и дружим до сих пор.

— А там в горах ещё много таких? — спросил Алекс, как вдруг дружок резко остановился и начал угрожающе хрипеть.

Друзья заметили вдали множество сияющих звёздочек.

— Надо уходить, — сказал Алекс.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Впереди армия генерала Кребса, — ответил Алекс, — нам её никакими силами не одолеть.

Тут Дружок, видно, почувствовав, что впереди — враг, присел и наклонился набок, так, что всадники оказались на земле. После он издал громогласный рёв. Это был боевой клич. После него земля затряслась так, что друзья не смогли устоять на ногах. Тысячи существ, подобных Дружку, спустились с гор и встали в ряд, словно хорошо обученные воины.

— Дружок у них самый главный, — пояснила Алекс, — поддерживает суровую дисциплину.

Когда Армия роботов приблизилась достаточно близко, животные, словно по сигналу, сорвались с места, и через некоторое время от армии осталось только мокрое место (в прямом смысле этого слова). Вода, из которой были сделаны роботы, впиталась в сухую землю довольно быстро и глубоко, так что восстановлению они не подлежали. Издав победный рёв, Дружок повёл стадо обратно в горы.

— Вот оно, оружие против роботов. — Радостно закричал Алекс и заметил впереди всадников, в одном из которых сразу признал профессора Фледрига.

Глава сорок шестая

Обратно ехали вчетвером. После рассказа Алекса, профессор Фледриг надолго задумался. Создать армию из животных-мутантов было довольно заманчивым предложением, но… огромных тигромамонтов было сложно транспортировать и всё же, нельзя упускать ничего, что могло бы помочь в этой сложной ситуации. На ферме их встретили радостные пираты. Капитан Лоренс, первым подошедший к всадникам, доложил:

— Курятник готов, куры на месте. Какие последуют приказания?

— Нам нужна армия. Большая и сильная армия. Соберите в округе всех, кто способен держаться на ногах и научите их всему, что должен знать хороший воин. Стратегию, тактику ведения боя.… Сможете?

— В чём вопрос? Мы, хотя нас и называют кровожадными пиратами, отличные воины и сможем создать такую армию, перед которой никто не устоит.

— Ты, Алекс, — обратился профессор к девушке, — готовь кавалерию тигромамонтов. Нам нужна дисциплинированная и дружная армия. А мы, Джек, Лейла, Бук и Алекс, отправимся в Логово с ультиматумом.

Все единогласно приняли решение профессора Фледрига, и каждый занялся своим делом. Алекс никак не хотел расставаться со своей подругой, но понимал, что здесь от него много пользы не будет. Смирившись со своей участью, он поплёлся за профессором сочинять ультиматум генералу Кребсу. Занятие это было не из лёгких, но и не из скучных. Профессор Фледриг разработал методику написания ультиматума. Каждому предлагалось написать свой вариант ультиматума. Потом все варианты одновременно просматривались и из каждого убирались ненужные или лишние строки. В результате должен был получиться один большой ультиматум, обоюдно согласованный несколькими лицами. Через довольно небольшой промежуток времени появились первые результаты. Вот один из них.

Ультиматум.

От имени всех пиратов и лично от меня настойчиво требую, чтобы ты, грязный и наглый генералишка, посмевший посягнуть на общую свободу всех людей, немедленно прекратил свои чёрные дела и разоружил всех солдат.

В случае невыполнения данного условия, мы будем обязаны объявить тебе войну, которая положит конец твоему честолюбию.

Как вы уже, наверное, поняли, этот ультиматум написал Джек. Следующим, кто положил пергамент на стол, был Алекс. Его вариант не был настолько грозным, напротив, даже немного вежливым.

Ультиматум Алекса.

Многоуважаемый генерал Кребс. Ваша затея с захватом мира не очень удачна, скорее даже безумна. Ведь даже если у вас всё получится, никто вас не признает, и вы будете негодным правителем. Предлагаем вам сотрудничество по спасению Земли. По нашим расчётам, ваши роботы скоро выйдут из вашего повиновения, и тогда всем будет плохо, даже вам. В этом случае мы точно не успеем спасти планету от надвигающегося астероида.

Но вы должны выполнить несколько наших условий. Во-первых, вы должны перестать подавать команды солдатам, восстановить или создать всё, что было разрушено или уничтожено, и, наконец, уничтожить всю вашу армию. После выполнения всех этих условий, мы подумаем о вашей дальнейшей судьбе. Если вы их не выполните, нам придётся объявить вам войну.

Профессор Фледриг не желал отставать и следующим положил свой вариант.

Ультиматум профессора Фледрига.

В первых строках хочу сообщить или, скорее напомнить вам, что власть ваша давно уже не безгранична и рано или поздно нужно будет передать её законным представителям. Но что вы с того получите? Как минимум, пожизненный срок. Вам это нужно? Вот если вы станете героем, никто не станет лишать вас свободы. На данный момент никто не в силах остановить тот процесс, который вы запустили… кроме вас самого. Как вы уже поняли, ваши солдаты разделились на два фронта — те, которые находятся в более отдалённых от вас участках, заражены вирусом, и те, которые рядом с вами: они не успели заразиться. Но ваши приказы подаются до сих пор и тем и другим. Когда память первых переполнится, они полностью выйдут из вашего повиновения и уже не будут ни добрыми уборщиками, ни вашими слугами. Тогда начнётся настоящая война, в которой трудно будет найти победителя. А проигравшим, во всяком случае, будете вы, если конечно не присоединитесь к нашей команде по спасению Земли. Наши требования просты: союз или война.

Лейла, ссылаясь на то, что девушки не учувствуют в военных действиях, а ультиматум — это начало таковых, отказалась от написания ультиматума. А Бук убедительно заверил всех, что не умеет ни читать, ни писать. Но даже так уже можно было составлять мега-ультиматум. Профессор Фледриг, не откладывая дело в долгий ящик, перечитав все варианты, сразу приступил к работе, конечно же, не без помощи его верных помощников.

Много времени это не заняло. Профессор вывел последние строки и, поудобнее усевшись на кресле, светящимися, как у ребёнка глазами, осмотрел своё «творение» и лишь после этого решился выдать его на суд.

От имени всех пиратов, главного руководителя группы, профессора Фледрига и его помощника Алекса.

Ультиматум.

Многоуважаемый генерал Кребс. Вы посмели посягнуть на общую свободу всех людей. Мы настойчиво требуем, чтобы вы немедленно прекратили свои чёрные дела и разоружили всех солдат. Вы должны перестать подавать команды солдатам, восстановить или создать всё, что было разрушено или уничтожено, и, наконец, уничтожить всю вашу армию. После выполнения всех этих условий, мы подумаем о вашей дальнейшей судьбе. Ваша власть давно уже не безгранична и рано или поздно нужно будет передать её законным представителям. На данный момент никто не в силах остановить тот процесс, который вы запустили… кроме вас самого. Как вы уже поняли, ваши солдаты разделились на два фронта — те, которые находятся в более отдалённых от вас участках, заражены вирусом, и те, которые рядом с вами: они не успели заразиться. Но ваши приказы подаются до сих пор и тем и другим. Когда память первых переполнится, они полностью выйдут из вашего повиновения и уже не будут ни добрыми уборщиками, ни вашими слугами. Тогда начнётся настоящая война, в которой трудно будет найти победителя. А проигравшим, во всяком случае, будете вы, если конечно не присоединитесь к нашей команде по спасению Земли. Наши требования просты: союз или война.

P.S.:

Если вы не согласны с данным условием, ведите свою армию к нашей последней остановке. Там, в одинокой долине, мы будем ждать вас во главе всех ваших подданных. Если вы не явитесь лично, будут предприняты крайние меры.

— А что за крайние меры? — спросил Алекс.

— Очень скоро ты всё узнаешь, — с улыбкой ответил профессор, — а пока вы трое, — обратился профессор к Джеку Лейле и Буку, — доставите ультиматум в «Логово». Корнелиус отведёт вас в космопорт. Если наш генерал имеет честь, он не посмеет вас тронуть. И ещё.… Вернуться назад обычным способом у вас, скорее всего не получится. Придется вам незаметно внедриться в армию генерала и таким способом вернуться назад. Вы здесь ещё понадобитесь. А мы с Алексом будем готовиться к «крайним мерам».

Тут профессор Фледриг снова улыбнулся, но уже как-то натянуто.

— Ладно, — сказал он, — медлить нельзя. А вот, кстати, и Корнелиус.

Профессор попросил фермера отвести «посланников» в космопорт. Тот, узнав, какое дело готовится к исполнению, с радостью согласился. Пожелав друг другу удачи, друзья разошлись в разные стороны.

— Куда мы идём? — спросил Алекс.

— Сегодня мы будем автомеханиками, — ответил профессор Фледриг, — у Корнелиуса в одном из сараев стоит старенький корабль, который он собирается сдать на металлолом.

— Для чего нам корабль? — допытывался Алекс.

— Какой ты нетерпеливый! — Сказал профессор. — Ладно. Мы отправимся на нём за нашим астероидом.

— Мы положим его в карман или возьмём на буксир? — пошутил юноша.

— Не смейся, ты почти прав. Я всегда был оптимистом и из любой даже самой ужасной ситуации мог извлечь немало пользы. Сейчас этот астероид выступит в роли нашего союзника. Только необходимо сначала починить это…

Профессор открыл первую попавшуюся дверь и даже присвистнул то ли от ужаса, то ли от восторга. Перед неунывающими искателями приключений стоял небольших размеров шаттл, весь покрытый пылью и паутиной, но довольно хорошо сохранившийся. Профессор заставил Алекса очистить корабль от пыли, а сам занялся его изучением. После недолгой, но трудной работы (грязь въелась в металл и никак не желала отмываться), Алекс присел на стул и с удовлетворением посмотрел на почти новенький корабль, но внешность, как говорится, бывает обманчива. Судя по тяжким вздохам профессора и неприятным скрипам старого полупрогнившего железа, впереди ещё было много работы.

— Профессор, вам чем-нибудь помочь? — спросил Алекс.

Через несколько секунд из блестящего люка высунулась чёрная, как уголь, голова профессора Фледрига, которая горящими, теперь, скорее, от восторга, глазами, произнесла:

— Скорее тащи сюда все инструменты, которые найдёшь в этом помещении. Этот кораблик ещё полетает и немало!

Алекс побежал исполнять просьбу профессора, а тот вновь углубился в работу.

Глава сорок седьмая

Корнелиус уверенно шагал вперёд, уводя Джека, Лейлу и Бука всё дальше и дальше от фермы. Пустынная и безлюдная местность пугала и настораживала путников: в любую минуту из-за какого-нибудь холма могли появиться солдаты, но только не Корнелиуса. Фермер прожил в этой местности всю свою жизнь, и каждая тропка была родна ему. Вот и эта песчаная дорога, казалось бы, уводящая наших друзей в неизвестность, на самом деле была самым коротким путём к космопорту.

— Дорога такая длинная и утомительная, — пожаловалась Лейла. — Расскажите нам что-нибудь о себе, Корнелиус: может, хоть так скоротаем время.

Здесь начинается

«Короткая история длинной жизни Корнелиуса».

— Если честно, — начал Корнелиус, — я учёный. Закончил несколько институтов, академию, получил докторскую степень и мне разрешили вести научную деятельность. Я изучал доисторических животных. До определённого времени это была моя страсть, теперь это — моя боль, а скоро возможно и спасение. Ну да ладно! Я объездил весь мир в поисках единомышленников. Дело в том, что я занимался вопросом о воскрешении доисторических животных. И представите себе, нашёл и очень даже не мало. У меня был доступ ко всем секретным лабораториям мира, поэтому я несколько лет черпал и черпал нужную мне информацию, а потом весь накопленный опыт привёз в свою страну. Я организовал группу самых выдающихся учёных, а сам взял лидерство. Создав собственную лабораторию, я получил разрешение на опыты и они тотчас же начались. Представьте себе, я первый, кто додумался скрестить всем известных мамонтов с самыми обыкновенными тиграми. Опыт получился блестящий, и я получил Нобелевскую премию. Но… но есть везде. И этот случай не исключение. Всем известно, что искусственно полученный гибрид не способен размножаться. Но мы ошиблись, вернее сама природа допустила эту ошибку, из-за которой теперь все горы кишат этими тварями. К тому времени я уже был женат, и у меня была моя маленькая Алекс. Люди начали жаловаться на страшных и ужасных хищников, рыскающих ночью по долине, и стали просить уничтожить их. Правительство уничтожать уже созданных нашим трудом животных не стало, однако лабораторию пришлось закрыть, а в одинокую долину и без всяких запретов никто ходить не решался. Тогда я бросил науку, купил участок земли и стал обычным добропорядочным фермером.

Наступила небольшая пауза.

— А вы что расскажете, Джек, — спросил Корнелиус.

— А что может рассказать человек, вынужденный стать пиратом и бороздить моря и океаны в поисках этих ничтожных денег.

— Ну, этим вы уже много рассказали. Продолжайте.

— Значит, я начну с самого начала. Очень давно в неком городе стоял большой и роскошный особняк. В нём жили два брата. У одного из них было два сына, и он был очень богат и знатf0ой жил, как бы на его средствах. Но это не мешало им, и первый брат был очень счастлив, что они живут вместе. Но второй брат был очень жаден и скуп. Все деньги, которые ему удавалось заработать, он прятал и жил только на деньги брата. Зависть и жадность грызла его и в один прекрасный день произошла страшная вещь — брат убил брата ради денег. Все сбережения он забрал себе. Двух сыновей взял на свое попечение. В доме была уничтожена вся прислуга. А я был сыном одной из кухарок и был свидетелем убийства. Убийца подался в пираты и скоро добился немалых успехов. Его стали называть грозой морей и не раз мы едва выходили живыми из кровавых перестрелок. Так продолжалось не вечно. Брат в старости скончался, и всё состояние завещал нам. Однако он забыл, где закопал накопленное золото. Перед смертью он успел сказать: «Карта.… Ищите карту». И мы, два брата, и я начали свой длинный путь. Потом был бунт, и мы разделились. Я остался с одним из сыновей богача.

— И кто же эти сыновья? — спросила Лейла.

— Я думал, вы догадаетесь, — сказал Джек, — старший сын — это капитан Лоренс, а младший — капитан Джон.

— Никогда бы не подумала, что капитан Лоренс и капитан Джон могут быть братьями, — удивилась девушка.

— Золото может сделать человека богатым, но никак не счастливым, и даже самые близкие люди могут стать лютыми врагами, — ответил Джек.

— Мистер Бук, — произнёс Корнелиус, — ваш выход. Расскажите нам о себе.

Бук не заставил себя долго ждать.

— Что я могу рассказать о себе? Придётся тоже начинать с самого начала. Я родился не в самой богатой семье, скорее даже в самой бедной. Отец был сапожником, мать горничной в одном из богатых дворов. Основное пропитание, конечно, давал отец, но это пропитание годилось лишь для того, чтобы мы вовсе не забыли вкус пищи. Семья была большая, и основное воспитание мы получали на улице. Я был самым младшим ребёнком в семье, и мне же пришлось похоронить своих родителей. Тогда мне было чуть больше двадцати. Улица все еще влияла на меня и в один прекрасный день дала мне новую жизнь. В это время в городе только начинали создаваться бандитские группировки, и меня буквально засосало в одну из них. Нами была основана одна из самых грозных бандитских группировок в городе. Тот район, где мы обосновались, наверное, до сих пор самый криминальный. Наш вожак создал для нас второй мир. Мы жили в своём родном городе, который с того момента стал для нас тюрьмой. Мы не могли просто так выйти на улицу, не могли заходить в магазины, пивнушки. Мы жили в старых заброшенных шахтах, передвигались только по канализации. Чтобы как-нибудь облегчить свою жизнь, мы создали несколько кабаков, официально зарегистрированных, как забегаловки для бедняков и нищих. Их расположили над основными канализационными магистралями, чтобы в случае необходимости можно было спокойно уходить. Везде работали наши люди. В одном из них было нечто вроде конторы, где мы решали свои всевозможные вопросы, обсуждали, советовались, заключали сделки. И вот во время одной из таких сделок нас накрыла полиция. Сделка сорвалась, но, к счастью, никого не посадили. А во всем почему-то обвинили меня. Надо же найти крайнего. Вот я то им и оказался. С тех пор рылся в мусорных баках, пока меня не нашёл Джек и, в буквальном смысле слова, не вернул моё доброе имя. Ну, вот и всё!

В это время всё с большей нарастающей мощью из-за холма начал раздаваться рокочущий звук. Когда он дошёл до неимоверного предела, наших путников накрыла огромная тень — то был гигантский пассажирский космический лайнер, перевозивший рабочих на ближайшие планеты. От ужаса, удивления и восхищения Джек, Бук и Лейла пригнулись к Земле, а потом долго смотрели ему вслед.

С холма четвёрке друзей открылась удивительная панорама: на несколько квадратных километров растянулся космопорт. Это больше походило на огромных размеров муравейник, только вместо муравьёв здесь учувствовало огромное количество самых разнообразных машин, роботов и всяческой техники. Только ни одного человека на территории не было видно.

— А где же все люди? — спросила Лейла.

— Люди? — не менее удивлённо переспросил Корнелиус. — Все люди под землёй. А там вы и шагу не сможете ступить: вас непременно придавит первый попавшийся робот, или расплавит струей взлетающего звездолёта. Да вас туда и не пустят.

— Тогда как люди попадают в эти ваши звездолёты? — не унималась девушка.

— А вы приглядитесь внимательнее, — посоветовал Корнелиус.

Все начали упорно смотреть вперед. Не очень большие роботы с мощными челюстями то и дело подходили к одному из высоких зданий и забирали находящиеся там контейнеры. После эти контейнеры переносились к самим звездолётам. Те же роботы подходили снизу и вставляли эти контейнеры прямо в брюхо машины. Дальше они снова возвращались к тому зданию и вновь появившиеся контейнеры повторяли тот же путь.

— А в тех контейнерах… — начала Лейла.

— Да, да! — сказал Корнелиус. — В тех контейнерах находятся пассажиры. И им там весьма удобно. Я сам не раз летал и могу вас заверить, я не чувствовал никакой тряски. В это время раздалось страшное скрежетание, стуки и звуки сирены. Друзья увидели, как один из роботов остановился, к нему подошёл второй, взял контейнер и пошел дальше. А к первому тотчас подошёл, вернее, приполз робот на чётырёх опорах и, встав прямо над сломавшейся машиной, запустил в неё из брюха острые стальные когти. Прижав его к себе практически вплотную, четвероногий робот побрёл, как сказал Корнелиус, на небольшой заводик, где проверялось состояние роботов, и их ремонтировали, или пускали на запчасти.

Спустившись под землю, Корнелиус заплатил за магнитную тележку, которая довольно быстро доставила их в центр космопорта, где людей было как на базаре в выходной день. Тут и там висели огромные плакаты с мелькающими изображениями, как: «туристические путёвки на марс», или «Работа на Луне. Зарплата договорная, высокая. Описание: постройка химической электростанции». И многое другое. Джек заметил, что по всему зданию бегают маленькие роботы, останавливаются то у одного, то у другого человека. Оглядываясь по сторонам, он не заметил, как один из роботов приблизился к нему.

— Заказ билетов. Назовите пункт назначения и свои данные, — всё это робот произнёс твёрдым монотонным голосом.

Подбежавший Корнелиус чуть не захлопал в ладоши:

— Ну, ни одного свободного нет.

Он сказал всё, что потребовал робот, после чего тот таким же противным голосом сказал:

— Получите ваши билеты в тысяче двести двадцать четвёртой кассе. Всего хорошего. Счастливого полёта.

— Как мы отыщем 1224 кассу? — удивился Бук, — пока вы её будете искать, я пешком дойду до нашего острова.

— И здесь тоже всё продумано. — Ответил Корнелиус.

Он помахал одному из длинных низких роботов на гусеницах и, когда тот приблизился, взобрался на него верхом. Джек, Бук и Лейла последовали его примеру.

— Тысяче двести двадцать четвёртая касса, — медленно произнёс Корнелиус.

На задней стороне головы этого робота вспыхнул экран, где отобразился точный маршрут до 1224 кассы, после этого робот сорвался в места. Более проворного существа никто из присутствующих, кроме, конечно же, Корнелиуса, не видел. Аккуратно объезжая людей, и избегая аварий, машина резво неслась по этажам, между которыми не было ступеней: все пользовались только этими роботами. Меньше чем через пять минут друзья стояли у кассы номер тысяче двести двадцать четыре. Очереди практически не было.

— Ближайшая свободная ячейка находится на двадцатом этаже, номер ячейки сорок третий, — улыбаясь, сказала девушка за пуленепробиваемым стеклом в оправе из титанового сплава: видно, бывали нападения.

Сев на того же робота, друзья довольно быстро добрались до двадцатого этажа и почти сразу отыскали ячейку номер сорок три. Вблизи она оказалась просто гигантской. Войдя в неё, Корнелиус сунул поочерёдно магнитные билеты в приёмник билетов, которые, после регистрации тотчас отправились обратно и, поменяв электронный код, уже, наверное, попали в руки следующему пассажиру. Список присутствующих в ячейке прибавился на три пункта, потом Джек, Бук и Лейла по очереди оставили свои отпечатки пальцев в регистрационном отделе, после чего трое путешественников попали в пассажирский отдел. Система распределения мест была довольно интересной. Места, ещё не занятые людьми, представляли собой закрытую капсулу, которая открывалась лишь в том случае, если пассажир оставил отпечаток на определённом месте этой капсулы. При ошибке местом капсула оставалась закрытой. Это очень удобно и не требует дополнительных людей для установления дисциплины. Проделав все эти недолгие процедуры, наши друзья, наконец, оказались на своих местах и полная ячейка начала спускаться. Никаких волнений, как и предупреждал Корнелиус, не было. И лишь едва слышные звуки начавших свою работу двигателей известили наших путешественников о начале их долгого пути.

Глава сорок восьмая

— Профессор Фледриг! — прокричал Алекс внутрь космического корабля, но только чёрная пыль поднялась в воздух, и это было сигналом.

— Я уже иду! — снова крикнул Алекс и забрался в корабль. Внутри он был не таким уж маленьким, каким казалось снаружи.

Алексу показалось, что он непременно заблудится, если не найдёт профессора.

Чёрная химическая пыль мешала дышать, глаза слезились и не хотели ничего видеть.

Вдруг Алекс услышал тяжёлые вздохи и кашель, сопровождаемый железным стуком и скрипом. Часто повторяющиеся вибрации корпуса говорили о том, что работы не прекращается ни на миг.

За очередной дверью обнаружилась кабина пилотов. Широкая и уютная, она была обставлена как небольшая комнатка в приличной квартире на какой-нибудь улице рабочих-депутатов, если, конечно, такая существует. Здесь было всё, что могло понадобиться человеку, желающему просто отдохнуть в тёплой уютной обстановке: двухместная кровать, столик с двумя стульями, на котором осталась недочитанная кем-то книга под названием «фермерские штучки». Наверное, Корнелиус читал её перед тем, как ложился спать, возможно, она служила книжкой на ночь маленькой дочке за неимением сказок. Во всяком случае, она была и лежала открытой на странице, которую венчало странное и отчасти страшное название: «Ужасные похитители морковок. Война или смекалка».

Два гигантских кресла перед главной панелью управления занимали центральное место, они то и приковали к себе взгляд мальчика к своим мощным и красивым формам. Забравшись в кресло главного пилота, Алекс заметил, что рука его невольно тянется к рычажку с манящим названием «Пуск». Конечно же, каждому хотелось бы запустить космический корабль и попробовать его в действии. От такой возможности Алекса отвлекло очередное вздрагивание машины и появление после этого электричества, без которого, как известно, никакой прибор даже при самом большом желании работать не смог. Скрипнула дверь, и на пороге появился профессор Фледриг, которого легко можно было спутать с негром из самой чистокровной королевской семьи отдалённых африканских уголков нашей прекрасной планеты, но это исключалось по той простой причине, что профессор Фледриг не был обучен африканскому языку.

— С электроникой всё в полном порядке, остальное не должно подвести.

— Когда взлетаем? — поинтересовался Алекс.

— О-о! Это лишь вопрос времени, в течение которого я смогу отыскать здесь душевую.

— Прямо и налево, как только выйдите. Там находится душ, я видел. А управление этой штукой вполне можно доверить компьютеру. Главное, ввести координаты и поднять корабль в воздух.

— В таком случае… доверяю вам, мой дорогой друг, свою жизнь и жизнь, если можно так выразиться, этого корабля. А координаты вот здесь.

Профессор протянул Алексу ноутбук и удалился.

Убедившись, что координаты принадлежат астероиду, Алекс уже хотел нажать кнопку «перемещение», как вдруг понял, что мысль эта неудачная. По описаниям астероид имеет немалые размеры и лучше иметь под собой хоть какую-нибудь тягу, чтобы в случае аварийной ситуации можно было сделать необходимый маневр. Поэтому Алекс привёл корабль в рабочее состояние посредством той самой кнопки «Пуск», после чего приготовился к взлету. Курсы по подготовке пилотов, на которые Алекс записался, как бы, от нечего делать, сейчас очень пригодились. Сложная комбинация кнопок и рычажков регулировала различные системы корабля, в том числе и поддержание необходимой температуры в различных отделах, давление и концентрация веществ, для создания определённой тяги устанавливались автоматически. Закончив все приготовления, Алекс взял штурвал управления, и корабль стал медленно отрываться от земли. Негромкий хлопок и мелкие удары о корпус известили, о том, что крыши уже нет.

«Ничего, пираты вмиг всё построят», — подумал с улыбкой Алекс. Он ещё ни разу не управлял настоящим судном, а виртуальные тренажёры не давали должного ощущения. Теперь, почувствовав своё превосходство над машиной, Алекс удобнее устроился в кресле. Дрожь в коленках прошла, а руки перестали трястись. Перемещение заняло пару секунд, а уже через десять Алекс увидел намеченную цель — астероид размерности триста на четыреста метров, описывая в безвоздушном пространстве различные фигуры, с огромной скоростью приближался к кораблю, угрожая разнести его прежде, чем тот успеет набрать скорость.

Глава сорок девятая

Генерал Кребс надолго погрузился в раздумье. Его мысли были далеко от того места, где он сейчас находился. Мэр, стоявший позади генерала, терпеливо ждал, когда же он, наконец, заговорит.

— И всё-таки. Какие у нас шансы? — грозным голосом спросил генерал.

— Самые высокие! Уверяю вас, самые высокие. Наша новая пехота продолжает завоёвывать мир, а антивирусная защита работает как надо. Я уверяю… Им, нечего будет нам противопоставить.

— Нечего? — взревел генерал. — Нечего? Если бы профессор Фледриг был у меня, им бы нечего было противопоставить. Но теперь наши силы не равны. Ты ещё не знаешь, что это за человек.

— Но у нас новая армия. Чтобы взломать систему роботов, профессору понадобится пара месяцев. Их у него не будет.

— Дело вовсе не в этом. Ты попытался хоть что-нибудь сделать для спасения моей армии? Я уверен, ты первый убежал оттуда. И теперь ты говоришь, что им нечего нам противопоставить? Я отвечу: есть и очень даже много. Один профессор со своим помощником сколько стоит. Ладно! Всё поправимо. Так говоришь, наша новая армия просто безупречна?

— Обижаете! Я лично следил за выполнением всех операций. И скажу вам, что этим верзилам всё нипочём. Наши профессора добились более высокого качества. Так что уничтожить их — если только тот астероид на голову обрушить. Иначе никак.

Мэр засмеялся, а генерал оставался суровым и мрачным, как и та погода за окном.

— Вы недовольны нашим успехом? — спросил мэр.

— Быть довольным тому, что, возможно, ничего не принесёт, дольно глупо.

— Что вы имеете в виду…

— Так ты думаешь, профессор Фледриг со своей командой лежит на диване и пьёт кофе? Как бы ни так! Одно поражение мы уже потерпели, и ни разу не нанесли, ни одного удара.

— Так почему же ему не напасть сейчас? Раз он такой могущественный? Может он уже здесь? Может, он уже объявил нам войну? Нет!

— Пока нет! — послышался голос из двери.

Шаги человека, явно, мокрого насквозь, приближались. Маленький ночник не мог осветить всю комнату полноценно, поэтому лица его не было видно.

— Кто вы такой? — спросил генерал возмутительным голосом.

Мэр, явно почувствовав неладное, закричал:

— Охрана!

Но тут же получил по голове чем-то тяжёлым и повалился на пол, словно мешок картошки.

— Что вы себе позволяете?

Генерал попытался встать, но почувствовал холодное лезвие ножа на горле и предпочёл остаться в кресле.

— Что вам…

— Генерал Кребс! С вами всё в порядке? — Послышался голос охранника за дверью.

— Говори! — прошептал женский голос, и лезвие стало медленно погружаться в мягкое горло генерала.

— Всё отлично. Можете идти.

— Хорошо! Если что, мы рядом.

— Так… — Продолжал всё тот же женский голос, который генерал где-то слышал. — Мы могли бы закончить это прямо сейчас и прямо здесь. Но у нас другой приказ. Джек! Дай ему.

Джек достал аккуратно свёрнутый кусок пергамента, всё ещё мокрый из-за дождя. Генерал несколько раз пробежался по нему глазами и посмотрел на неизвестных. Тут он глупо заржал и булькающим голосом произнёс:

— Да вы хоть знаете, кто я такой? Да я сотру в порошок этого вашего профессора. Кстати, где он сам? Может, он спрятался у меня за диваном? Ха-ха!

— А давайте проверим? У вас есть хороший шанс. Здесь всё написано. Мы будем ждать.

И ещё, — сказала Лейла, пока Джек связывал генерала, — если за нами устроят погоню, мы выиграем эту войну заранее.

И она прикрепила к креслу генерала взрывчатку.

— Всего хорошего.

Посланники удалились, а когда за окном послышался звук заводящегося мотора, генерал закричал истерическим голосом:

— Эй вы, олухи!

В двери немедленно появилось несколько охранников и, увидев связанного по рукам и ногам генерала Кребса, бросились ему на помощь.

— Вы куда вообще смотрите? Охрана называется!

— Но вы же сами сказали, всё норма…

— Я сказал? А ты на что? Ко мне вошли совершенно посторонние люди! Ты должен меня охранять даже от моей родной матери! ТЫ УВОЛЕН! ВЫ ВСЕ УВОЛЕНЫ!

После этого генерал бросился к телефону, набрал нужный номер, и сказал:

— Рон! Сколько у нас солдат? У нас контрнаступление. Квадрат первый! Всех, всех до единого! Чтобы превратили этот квадрат в кучу пепла! Если надо, уничтожить его совсем!

Новые роботы, изобретение генерала Кребса, вернее, его профессоров, были созданы всё из той же живой жидкости. Изменились лишь размеры и форма (теперь они были похожи на огромных слонов, почти полностью покрытых броней) и защитная система от вирусов. Поставлялись на Землю они теперь естественным способом — с помощью космических кораблей.

Рон положил трубку и серьёзно посмотрел на Тэда.

— Что случилось, Рон? Звонил Генерал?

Рон кивнул.

— Так что? Что-нибудь всё-таки случилось?

— Случилось. И не что-нибудь. Он объявил контрнаступление. Посмотри, в каких квадратах у нас меньшее напряжение.

— Да чего тут смотреть? Вот двадцатый. Здесь вообще спокойно. В пятьдесят четвёртом недавно восстание возмущенных подавили. Можно и сотый, конечно, но там как-то неспокойно. Насоздавали какие-то союзы, теперь там глаз да глаз нужен. Часть, конечно, можно вывести. Ну, и еще там несколько без особого напряжения. А остальные — там война. Оставим — накроет по полной программе. «Гражданские» совсем голову потеряли. Одни русские чего стоят. Додумались наших роботов в сауну водить. Так у них там все чипы и полетели. Никакого вируса не надо.

— Отлично! Думаю, хватит. Значит так! Напичкаете «Сириус» пушками, ракетами. Скажешь Фрэнку, он в его распоряжении. «Титан» я сам поведу. Сэма назначь командиром роботов. Так, кто там еще.… Ах, да! Негр. Ему можно доверить Пехоту. Кстати, сколько там человек?

— Около ста тысяч.

— Ну, вот и все…

— А как же «Мистер Блэк»?

— «Мистер Блэк»?… — глаза Рона загорелись ярким пламенем от одного названия этого корабля, — я доверяю его тебе. И не забудь — он у нас «единственный».

Единственный — это значит, что «Мистер Блэк» — это единственный корабль с системой искусственного интеллекта. Человек в нем необходим лишь для ограничений действий корабля.

В это время в «Одинокой долине».

Корнелиус сидел за столиком на веранде, поглощая страницу за страницей, свежей утренней газеты. Вдруг в дом ворвалась Алекс. Глаза ее бешено бегали, от долгого бега она тяжело дышала.

— Ты чего? — Обеспокоено спросил отец.

— Там… там… — Бормотала Алекс. — Там роботы! Они сюда идут.

— Только успокойся. Скорее всего, тебе показалось. Как роботы могут оказаться здесь?

Но Корнелиус, в сопровождении своей дочери, всё-таки вышел из дома. Вокруг, куда не гляди, виднелись мерцающие точки, с каждой минутой приближающиеся к ферме.

Пираты, уже имевшие удовольствие познакомиться с этими существами, озабоченно оглядываясь, подошли к Корнелиусу. Они распустили всех немногих, которые желали вступить в армию профессора Фледрига — около пятидесяти тысяч человек, и теперь тревожно посматривали по сторонам.

— Бежать или сражаться бесполезно. — Сразу заявил капитан Лоренс.

— Что же тогда делать? — Озадаченно спросил Корнелиус.

— Переговоры! — Коротко ответил капитан и встал в позу самого решительного человека, готового к любым поворотам событий.

А между тем кольцо из сверкающих точек сужалось, и точки постепенно становились безжизненными фигурами, всё четче вырисовывающимися из-за горизонта. Вот, круг, образованный водяными, сузился до размеров теннисной площадки. Из него вышел солдат, видимо, командир.

— Кто главный? — Спросил он голосом, больше похожим на журчание ручейка.

— Э-э… Главного пока нет. — Ответил Корнелиус. — Он на задании. А вы…

— Друзья. Мы — друзья.

Вдруг Алекс, словно что-то вспомнив, закричала:

— Папа! Да это же те самые роботы, которые были заражены вирусом профессора Фледрига! Он же говорил, что скоро эти роботы станут неуправляемыми и неизвестно, какую сторону они займут! Оказывается, у роботов тоже есть душа.

— У нас не душа. У нас — искусственный интеллект.

И затем, обратившись к Корнелиусу, видно, посчитав его самым главным после профессора Фледрига, командир спросил:

— Что надо делать?

— Армия… — С восторженным взглядом прошептал Корнелиус. — Нам нужна армия! Сколько вас?

Командир окинул взглядом площадь, заполненную роботами, и выдал невероятное число:

— Сто двадцать четыре тысячи пятьсот семьдесят три с погрешностью в десять роботов.

Корнелиус присвистнул и отдал приказ готовить армию к бою.

Глава пятидесятая

Алекс смотрел на астероид и от волнения едва соображал, что им грозит и что надо делать. Когда уже было ясно, что катастрофа неизбежна, астероид вдруг замедлил ход и остановился. Алекс в недоумении огляделся по сторонам и увидел стоящего рядом профессора Фледрига.

— Вода в душе закончилась.

— А-а? Да, да. Бывает.

Тут плечи профессора начали подрагивать, а через секунду его голос взорвался в громком хохоте. Алекс не отставал. Приступ смеха поглотил обоих на добрые десять минут. Профессор даже прослезился и, достав из нагрудного кармана носовой платок, начал вытирать им мокрое лицо.

— Можно сказать, что я — ваш должник, — сказал Алекс с красными от смеха глазами.

— Не совсем. Да, не совсем. Ты — мой друг. Ну, это почти то же самое, что и должник. Ладно, спасешь меня как-нибудь в другой раз. А теперь нам пора на Землю.

Каменный исполин, словно послушная собачка, поплёлся вслед за Клопом (так они решили назвать корабль), совершая в безвоздушном пространстве всевозможные выкрутасы.

— Мы в Одинокую Долину? — Спросил Алекс.

— В долину? Нет, нам нельзя там показываться днём. Я отдал некоторые приказания капитану Лоренсу, так что пока приземлимся где-нибудь в другом месте.

— Но они должны узнать, что мы задумали. Иначе наши действия окажутся несогласованными, и мы потерпим поражение.

— Всё правильно, — кивнул в ответ профессор Фледриг, — капитан частично знает наш план. Однако здесь есть один нюанс. Если враги будут разбросаны по всей долине, то мы точно потерпим поражение.

— Так нужно их сгруппировать.… Как можно плотнее. И ударить. Один раз — и мокрое место.

— Точно. Вот это-то им и объяснишь.

— Как я это сделаю?

— Ну, это можно сделать только одним способом. Кстати, вот и земля. В этой темноте ничего не видно. Как бы кого не задавить.

Приземлились удачно. После этого Профессор дал Алексу машину времени и он, отойдя от корабля на значительное расстояние, исчез.

Глава пятьдесят первая

Выйдя из здания библиотеки, Джек, Лейла и Бук направились к поджидавшей их машине. Как только они сели, та сорвалась с места. Уже после этого из библиотеки выбежал красный от волнения генерал Кребс.

— Чего вы стоите? — Закричал он охранникам. — Схватить их! Догнать! Взорвать!

Тотчас за желтым такси выехало, по крайней мере, три автомобиля.

Джек с волнением наблюдал за приближающимися машинами.

— Не успеем, — сказал он водителю, — может эта штука хоть чуть-чуть ехать быстрее?

— Вы видите, как здесь тесно. Городок маленький, особо не развернешься.

— Ты, наверное, еще не понял, — сказал Джек, — что если они нас догонят, то не жить ни нам, ни тебе. Они свидетелей не посмеют оставить. Вперед!

Таксист выжал последнюю каплю из своей машины, но это не очень то помогло.

— Вы посмотрите, какие у них тачки, — сказал Таксист, — никогда не оторвемся.

— Придумай что-нибудь, — чуть ли не прокричал Джек, и в тот же момент его обдало ливнем из битого стекла. Джек обернулся и увидел несколько дыр в заднем окне.

— Все живы? — Спросил он.

— Кажется, да. — Ответила Лейла.

Таксист, видно, понял, какая ему угрожает опасность.

Хорошо, — сказал он, — применим старый добрый способ.

— Что за способ? — спросил Джек, но в следующую же секунду ему показалось, что всего его просто выворачивает наизнанку.

Все вокруг слилось в один большой разноцветный ком, который катился неизвестно куда. Постепенно придя в себя, Джек оглянулся назад и увидел стоящие позади автомобили преследователей. Таксист просто-напросто развернул маленький старый фордик, а у огромных внедорожников не хватило маневренности и места для разворота. Поэтому они терпеливо дождались, когда освободится проезжая часть и можно будет развернуться «по-человечески».

— Куда едем? — спросил таксист.

— Нам нужно любым способом попасть в армию генерала Кребса, — ответил Джек, — но сделать это нужно незаметно. Если нас поймают, то будет плохо.

— На этом острове есть несколько пунктов приема в армию генерала Кребса. Вы, как я понял, вовсе не ради доблести туда собрались? У вас, надеюсь, хоть документы то есть?

— Ну, это вы правильно поняли. А документы.… Слушай, генерал скоро должен будет отправить значительную часть своей армии в Северную Америку. Нам надо попасть в этот поток. Поможешь с документами?

— Вижу, у вас важное дело какое-то?

— Вы даже не подозреваете, насколько. — Ответила Лейла.

— Я сделаю все, что смогу, но не обещаю, что все получится. Сейчас заедем к одному моему знакомому, он должен помочь.

Такси заехало в узкий коридорчик между почти вплотную стоявшими домами, и остановилось у двухэтажного особняка, окруженного небольшим аккуратно постриженным кустарником. Высоченные деревья, росшие вдоль домов, и сами эти огромные дома вокруг маленького особнячка создавали неповторимое ощущение. Выехав с солнечной улицы на узкую дорожку, такси попало в ночной рай. Под крышей маленького домика даже горел маленький фонарь, освещающий все вокруг. В окнах зажегся свет, отдернулись занавески. Послышался скрип старых досок, открылась дверь, и на крыльце появился некто. Этот некто был в старой оборванной рубахе, семейных трусах в полосочку, с эмблемой «Стармастер», и огромной сигарой в зубах. Нервно похлопывая себя по шее, он спустился вниз по скрипучему крыльцу, и оперся на старый столб, поддерживающий крышу. Все заскрипело, крыша скосилась набок, а фонарь зловеще закачался. Но тот даже не обратил на это внимания. Таксист вышел из машины и направился прямо к этому верзиле. Они о чем-то пошептались. Таксист нервно размахивал руками, и указывал на сидящих в машине друзей, а верзила только покачивал головой и ничего не говорил. Потом он глубоко затянулся и потушил сигару о руку таксиста. Тот привстал на цыпочки от боли, но выдержал. Верзила что-то сказал ему, и он вернулся в машину. Потирая обожженную руку, он сказал:

— Боб Хавк готов принять вас, выходите.

Они вышли, а таксист сразу дал по газам и скрылся за следующим поворотом.

— Вы, собственно, по какому делу? — спросил Боб.

— Нам нужны документы и места в армии генерала Кребса. — Сказал Джек.

— А у меня что, паспортный стол что ли? Или приемная комиссия?

— Нам сказали, вы можете помочь.

— Ну, всегда так! Чуть что, так сразу Боб! Ладно! Будут деньги, будет что угодно, хоть президентская контора.

— А мы сможем рассчитаться с вами попозже? У нас очень важное дело.

— Вам нужны документы?

— Без них, как я понял, в армию не попасть.

— Вот именно. А без денег нет документов. Ты хоть знаешь, сколько стоит одна заготовка на липовые документы? Да вы меня все здесь разорите!

Верзила выкинул очередную сигарету, сплюнул и собрался уходить.

— Постойте, — остановил его Джек, — все, что у меня есть, это старинный медальон, доставшийся мне от дяди. Он говорил, что ему цены нет.

Джек снял с груди медальон и протянул его Бобу. Тот, видно, был знатоком всего, что могло приносить деньги. Едва увидев медальон, он метнулся к Джеку, видно, думая, что он может спрятать драгоценность. Боб выхватил его из рук Джека и, щурясь, принялся разглядывать, при свете фонаря.

— Слушай, парень, да это же пятнадцатый век! Чистая платина! Где ты это взял? Да за это можно сотни.… Ну, ладно, уговорили. За эту безделушку я сделаю вам документы и предоставлю номера в ближайшей гостинице.

— Большое спасибо.

— Проходите в дом, — вежливо сказал Боб, пропуская неожиданных гостей вперед себя, — сейчас мы вас щелкнем и все.

— Когда можно будет забрать документы? — поинтересовался Джек.

— Дней через пять.

— Так долго? К этому времени там война то закончится.

— Что, так хочется повоевать?

— Хотелось бы.

— Ну ладно, только для вас по срочной программе я сделаю вам документы за два дня. Это вас устраивает?

— Вполне.

— Лизи, эй, Лизи, ты где? — закричал верзила, стуча по перилам, — спускайся, у нас гости.

Со второго этажа спустилась миловидная девушка лет тридцати.

— Это моя жена, Лизи, — представил Боб.

— Очень приятно, миссис Хавк, — пробормотал Джек, пялясь на привлекательную блондинку.

— Сфотографируй их, дорогая, — сказал Боб, — а биографией я займусь сам.

— Хорошо. Идемте со мной, — она указала рукой на дверь, ведущую в подвал.

Там было полно всякого оборудования. Джек никогда в жизни не видел ничего подобного, разве что в лаборатории генерала Кребса, когда их захватили водяные. Фотографии были готовы через полчаса. Это время Боб Хавк подбирал клиентам подходящую биографию. Во встраиваемый чип он вписывал все новые данные про Тома Фаулера, Лили Гранж, И Джима Филикса. Теперь эти трое были вовсе не пиратами и не бандитами, а военными, служившими на одной из космических станций. В их биографии были все характеристики, которые удовлетворили бы любую вербовочную контору.

— Ну, вот и все, — устало проговорил Боб, — теперь можно и отдохнуть. Как насчет какого-нибудь ресторанчика? Вы только представьте, недавно у нас тут открылся такой…

— Нет, нет, нам нужно срочно попасть в армию генерала Кребса.

— Да никуда ваша армия не убежит. Притом, что все вербовочные пункты давно уже закрыты. Так что придется вам дожидаться утра. Если не хотите составить мне компанию, то можете располагаться. Лизи!

— Подождите, наверное, вы правы, — заметила Лейла, теперь уже Лили, — думаю, нам стоит немного развеяться.

— Ну, вот и чудно, — радостно сказал Боб.

— Ты звал, дорогой, — спросила Лизи, спускаясь по лестнице.

— Да, закрой за нами, мы едем веселиться! Вы только представьте, сколько там всего, одних только развлекательных комнат триста штук! Садитесь в машину. Уверяю вас, вы останетесь довольны.

Глава пятьдесят вторая

— Капитан Лоренс, — сказал Корнелиус, — нам нужно ожидать нападения каждую минуту, поэтому давайте расставим силы и разработаем план ведения боя.

— Войска готовы. Стратегия ведения боя разработана лично мной.

— И насколько она эффективна?

— Военные навыки у меня получше чем у любого генерала. Сколько живу — ни разу не ошибался.

— И… как же вы применяли свои навыки в прошлом?

— Я поджидал своих врагов под водой. Они захватывали наш корабль, удостоверялись, что там никого нет, и расслаблялись. А ночью мы просто брали всех в плен. Одна из таких операций прошла не очень успешно, — капитан указал на деревянную ногу, — но закончилась в нашу пользу.

— Но, смею вам напомнить, вы не в своем родном море. Вы собираетесь…

— Да, я собираюсь проделать то же самое. Чем ваша долина хуже морских просторов? Была бы смекалка, да тысчонка-другая рабочих рук, а сделать всё можно. Да, кстати, они должны были уже давно закончить.

— Что закончить?

— В это время где-то снизу что-то посыпалось, затрещало. Бесшумные лазерные лучи прорезали в полу квадратное отверстие. Получившаяся таким образом «дверь» открылась, и в комнату влезла Алекс.

— Капитан Лоренс, — громко отрапортовала она, — у нас всё готово.

— Вот видите, — сказал капитан, — у них уже всё готово. А теперь попрошу вас следовать за мной.

— Что? А кто же будет воевать?

— Воевать? Как вы будете воевать с непобедимой армией этого бешеного генерала? Профессор лично мне приказал ждать его дальнейших указаний. Я уверен, он что-то задумал. Он нас не бросит. Давайте за мной.

Подземное царство, коридоры которого тянулись во все стороны на многие километры, было построено буквально за полдня. Были сооружены наблюдательные пункты в разных точках долины. Их не просто было обнаружить, если только не знать, где они находятся. Таким образом, временные подземные жители были в курсе всего, что бы ни происходило снаружи. Основные выходы из подземелья, замаскированные огромными валунами, тщательно охранялись десятками, а то и сотнями вечно бодрствующих, не требующих не пищи, не сна, солдат.

Близился вечер. Внезапно по подземелью прошло лёгкое землетрясение, отчего с потолков посыпалась земля.

— Что случилось? — спросил Корнелиус.

— Наши гости, кажется, уже здесь, — невозмутимо произнёс капитан Лоренс, — можете посмотреть.

Корнелиус приблизился и увидел три огромных звездолёта, вооружённых, как говорится, до зубов. Среди них выделялся один, весь увешенный всевозможным оружием.

— И… что же нам делать?

— Ждать дальнейших указаний, — ответил капитан и направился к главному выходу, который вел в дом Корнелиуса, — а сейчас идите за мной.

Дверь в полу открылась и двое оказались в доме. Он был пуст, однако утверждать это наверняка было нельзя: темнота поглощала последние лучи тлеющего солнца и, наконец, овладела домом.

— Зачем мы сюда пришли? Вы можете ввести меня в курс дела? У нас хорошо подготовленная и вооруженная армия, почему мы не сражаемся, а бегаем под землёй, словно кроты?

— Я же сказал, будем ждать дальнейших указаний.

Время шло и, когда терпение, казалось, начало заканчиваться, раздался крик Корнелиуса:

— Ай-ай!

Стало ясно, что в комнате есть кто-то ещё. Электрический фонарик капитана Лоренса скользнул по этому третьему человеку.

— Алекс!? — Удивился Корнелиус, — Но ты же…

— Да, — ответил Алекс, — мы с профессором остановились милях в ста отсюда.

— Так далеко. Зачем?

— Чтобы они, — он указал рукой на врагов, которые уже начали строить лагерь, — не заметили наш маленький сюрприз.

— Что велел профессор Фледриг? — спросил капитан Лоренс.

— Помните наш план? Так вот! Нужно попытаться собрать всех этих гадов в одной точке, как можно плотнее.

— Это сложно сделать, — задумчиво произнес капитан, — их лагерь уже занимает несколько квадратных километров.

— Нужно постараться. Как-нибудь.

— Мы, во всяком случае, постараемся. Кстати, у нас пополнение — сто тысяч водяных.

— Сто тысяч? Как вы их заманили к себе?

— Сами пришли. Так значит в одну точку?

— Точно. Сделаете?

— Без проблем!

— Тогда я пошел.

Алекс исчез, а капитан и Корнелиус ещё стояли в задумчивости.

— Через час выходим, — сказал капитан и пропал во мраке.

Корнелиус ещё раз посмотрел за окно, в долину, где лагерь уже достиг размеров маленького городка, и отправился следом. Едва он спустился, как на него набросилась заплаканная Алекс.

— Я столько старалась ради этой армии, а теперь я остаюсь здесь?

— Стоп, подожди! Сначала успокойся. Кто тебе об этом сказал?

— Капитан Лоренс.

— Он совершенно прав. Тебе ещё рано, да и вообще нельзя соваться в самое пекло. Мы сами ещё не знаем, что там будет. Так что…

— Это не всё. Он хочет пожертвовать моими мохнатиками.

— Здесь я уже ничем не смогу тебе помочь. Профессор Фледриг назначил капитана Лоренса главнокомандующим. И если для победы необходимы такие жертвы…

Алекс умоляюще посмотрела на отца, который старался помочь дочке хотя бы сострадальческим выражением лица.

— Я… я обговорю с капитаном Лоренсом вопрос о твоих мохнатиках, но ничего не обещаю. И никаких самостоятельных действий.

— Хорошо, папочка, — ответила Алекс, вытирая слёзы маленькими кулачками.

— Послушай, — сказал Корнелиус капитану, который отдавал приказы людям, — зачем тебе уничтожать мамонтов?

— Уничтожать? Кто тебе сказал?

— Моя дочь. Она…

— Во-первых: намеренно никто никого уничтожать не собирается. Во-вторых: если ваши мамонты успеют вырваться из круга, подверженного падению астероида, они останутся живы.

— А роботы?

— Они будут уничтожать врагов, чтобы вражеский круг стал как можно меньше. А что им ещё делать?

— Есть ещё одна неясность. Людям лучше не совать нос в эти дела.

— Туда они соваться не будут. У них другое задание. Когда роботы соберутся в одной точке, нужно будет прекратить подачу команд. Это так же даст вашим мамонтам шанс спастись. Дело рискованное. Необходимо будет тщательно обшарить все корабли до того, как нас всех поджарят. Наши сто тысяч — ничего против их миллионов. Теперь неясности есть?

— Никак нет, — по-военному ответил Корнелиус, — и ещё насчёт моей дочери.

— Что ещё?

— Просто мамонты никуда не пойдут без её приказа.

Капитан долго стоял, погрузившись в тяжёлые мысли.

— Она ваша дочь. Вы уверены, что вождь мамонтов не поляжет первым?

— Нет! Ни в чём нельзя быть уверенным. Но сейчас решается вопрос не только нашего города, даже не нашей страны, а всей планеты. Родительские чувства здесь неуместны. К тому же я уверен, что она прорвётся.

— Последние слова фермер произнес с красными от слез глазами.

— Хорошо. Другого выхода у нас нет. Сказав это, капитан удалился, а Корнелиус, обхватив голову руками, уселся на землю и зарыдал. Такая жертва была выше его отцовских чувств.

Вокруг все суетились. Капитан Лоренс не присел ни на секунду за этот день. Приказы сыпались от него и тотчас выполнялись. Во всей этой суматохе невозможно было разобрать, где кто — где люди, а где роботы. Когда почти всё было готово, сам собой родился вопрос: кто поведёт водяную армию в бой? Командир, у которого была заложена программа подачи команд, был один, а солдаты должны будут выходить с четырех разных выходов. Вопрос разрешился так же быстро, как возник. Солдат разделили на четыре армии. Первая армия должна будет выйти со стороны гор, тем самым, дав армии мамонтов вырваться как можно дальше вперед. Её будет вести сам командир водяных. Армия, выходящая со стороны фермы, будет подчиняться Корнелиусу. А для достижения большего результата две оставшиеся армии, под руководством капитана Лоренса и капитана Джона, будут напирать с юга и севера, то есть сбоку, чтобы уплотнение вражеской армии шло равномерно. Вуда назначили командиром армии людей, которая должна будет незаметно проникнуть во вражеские корабли и, хотя бы на время остановить врага. Теперь, когда все задачи поставлены, необходимо приступить к их выполнению. Капитан Лоренс посмотрел на часы и сказал всем присутствующим — капитану Джону, Корнелиусу, командиру роботов, Вуду и Алекс, которая была настроена решительнее всех остальных:

— Сверяем время. На моих ровно полночь. Так.… Наша задача — уничтожить врага. Чтобы добиться успеха, необходимо действовать организованно. Поэтому ровно через двадцать минут… все должны быть на местах и ждать сигнала.

— А какой будет сигнал? — спросила Алекс.

— Красная вспышка — в бой. Зелёная — армия врага под контролем, всем отступать. Это касается вас, мистер Вуд. Как только установите контроль над армией, подавайте сигнал. А теперь все по местам.

Корнелиус обнял свою дочь, быть может, в последний раз. Капитан Лоренс крепко сжал руку капитана Джона и, похлопав его по плечу, прошептал:

— Удачи, братишка.

В это мгновение показалось, что голос его дрогнул, но, к счастью, этого никто не услышал.

— Всем по местам, — ещё раз прокричал капитан Лоренс и первым отправился на свое место.

Корнелиус ещё раз посмотрел на Алекс и, приняв серьезное выражение лица, которое не выдавало ни малейших признаков слабости или нерешительности, натянул на голову потертую шляпу, закинул за плечо старое ружье, а за пояс засунул длинный охотничий нож.

Глава пятьдесят третья

Алекс без проблем добралась до своей точки. Поджидавший её там Дружок выразил радость встречи с хозяйкой, нежно, словно кошка, потершись головой о её плечо. Однако эта нежность стоила девочке пару синяков и одну шишку.

— Да, да, мой маленький! Я тоже тебя люблю, — сказала Алекс и, когда Дружок, приятно мурлыкая, улегся на бок, она забралась на него. Шепча в его огромные уши приятные, красивые слова, она почесывала его густую кошачью шерсть, которая в некоторых местах превратилась в плотные комки.

— Ну вот, Дружок, — прошептала Алекс, пытаясь распутать очередной особо грубый комок шерсти, — скоро нам в бой. Не знаю, что там будет? Эх, Дружок, Дружок.… Если бы ты только знал, что такое война, власть, оружие. Ты бы, наверное, сказал: «Какие же вы, всё-таки, люди глупые». Да, ты точно так бы и сказал. А может и наоборот. И, наверное, был бы прав. Ведь это — не просто война, а спасение Земли.

Несмотря на то, что время, как казалось девочке, текло катастрофически медленно (не терпелось ринуться в бой, почувствовать вкус победы, до которой было ещё очень-очень далеко), разговор с молчаливым собеседником оказался коротким. Яркая красная бесшумная вспышка озарила темное небо, украв на мгновенье пару-другую тусклых звёздочек, и тотчас погасла. По давно заученным командам стадо мамонтов разбилось на группы, которые находились на строго определенных местах. Образовались роты, батальоны, совсем как у людей. Режущий уши свист, казалось, поверг стадо в бешенство. Сорвавшись с места, оно на огромной скорости, не нарушая строевого порядка, в буквальном смысле слова, снесло все, что находилось у него на пути: деревья, кусты, валуны. Громкие всплески возвестили о том, что армия мамонтов пересекла реку и скоро должен начаться бой. Жуткая темнота, от которой кровь стыла в жилах, заставила Алекс остановить стадо. Но, ненадолго. Через некоторое время где-то вдали раздались мощнейшие взрывы, а секундой позже вся поляна вокруг Алекс засветилась миллионами зеленых лучей. Оказывается, союзники окружили армию мамонтов и ждали удобного момента, чтобы начать бой. И вот он наступил.

— Вперед! — закричала Алекс, завидев вдали такие же вспышки, и погнала армию в бой.

Взрывы, сотрясая землю и, уничтожая врагов своими газовыми образованиями, продолжались. Три огромных звездолета зажгли все огни и поднялись в воздух, освещая долину ярким дневным светом. Армия мамонтов между тем надвигалась на полчища врагов, которые беспомощно стояли, не смея двинуться с места без приказа. Первые ряды так и полегли под титанами, не оказав никакого сопротивления. Следующие, уже получив приказ, начали отступать. Зеленые лучи проносились вокруг, создавая сильную вибрацию воздуха. Если закроешь глаза, то, кажется, что стаи гигантских мух проносятся над твоей головой. Армия врага была настолько огромна, что удерживать контроль над ней было сложно. Да и корабли, проносясь над долиной, мешали сосредоточиться. К тому же, они начали бомбить долину, оставляя на ее поверхности глубокие впадины. Армия генерала Кребса несла потери, а армия мамонтов страдала незначительно — если только кого-нибудь не заденет снаряд. Учитывая во внимание размеры и толстую шкуру мамонтов, можно предположить, что зеленые лучи для них были не страшнее комариного или пчелиного укуса. Это больно, но не смертельно.

Отдельные рубежи, где армия союзников принимала оборонительные положения, говорили о том, что их ряды редели. Но никто не собирался сдаваться. Капитан Лоренс, обладая высокими навыками ведения наземного боя, смог сохранить большинство своих солдат и продвинуться далеко вперед.

«А вон там должен быть мой отец» — подумала Алекс.

В следующую секунду метко пущенный снаряд со звездолета в буквальном смысле стер армию Корнелиуса, задев немалую часть врагов. С ужасом, наблюдая за этой картиной, Алекс, одержимая страхом и жаждой мести, помчалась туда, ведя за собой армию мамонтов. Хотя это и был необдуманный поступок, но вполне правильный. Разное давление с четырех флангов могло привести к беде. В это время к месту взрыва уже подоспел капитан Джон с практически целой армией. Завидев его в монотонной толпе, Алекс что было сил, закричала:

— Капитан Джон!

Слух у капитана был что надо. Повертев головой по сторонам, он так же громко ответил:

— Алекс? Что ты тут делаешь? Твое место на западе.

— Ты не видел моего отца?

— Нет! Здесь сейчас так жахнуло, ноги подкосились. Я уверен, он где-то здесь.

Глотая слезы, девочка уже готова была снова ринуться в бой, но… небо озарила зеленая вспышка. Алекс застыла на месте, глядя на небо. А в следующую секунду очередной снаряд взорвался рядом с ней. Упругая взрывная волна вырвала Алекс с Дружка и выкинула в неизвестность.

Глава пятьдесят четвертая

Армия капитана Лоренса прорезала насквозь поредевшую армию врага, отделив от основной ее массы беспомощный кусочек, который был тотчас уничтожен армией капитана Джона. Сам он сидел в огромной рытвине и с умилением наблюдал, как его бойцы вгрызаются в полчища врагов.

— Ну, вот и встретились, — сказал капитан Лоренс, прыгая в яму под градом пуль. Усевшись поудобнее рядом с братом, он достал из кармана сломанную трубку.

— Не повезло. — Проворчал он и выбросил обломки.

— Вот, возьми мою, — сказал капитан Джон и протянул свою серебряную трубку и горстку самого замечательного табака.

Капитан Лоренс закурил и начал пускать изо рта красивые ровные колечки дыма.

— Это ты подал сигнал к отступлению? — спросил его капитан Джон.

— Нет. Я сам удивился. Раз подали сигнал, значит надо отступать.

— Отступать будем вместе. Там Алекс и Корнелиус.

Некоторое время сидели молча, запрокинув голову назад и рассматривая звёздное небо.

— Послушай, — вдруг сказал Капитан Лоренс, — это у меня от табака голову снесло, или на самом деле звезды исчезают?

— Исчезают? — переспросил капитан Джон и стал пристально разглядывать звезды, которые одна за другой исчезали, образую своим отсутствием огромный четырехугольник.

Капитан Джон вскочил на ноги и бросился вон из ямы. Он успел лишь крикнуть:

— За мной!

Они выбрались из ямы и отправились на поиски друзей. Долго искать не пришлось. Почти сразу нашли поверженного снарядом мамонта Алекс, а рядом ее саму. Она лежала, широко раскинув руки и не подавая никаких признаков жизни.

— Жива! — сказал капитан Лоренс, пощупав пульс.

— Ладно, ты неси ее в безопасное место, а я буду искать Корнелиуса.

— Удачи, брат!

— Однако, странно, — задумчиво произнес профессор Фледриг, — странно…

— Что именно? — не понял Алекс.

— Странно, что они так быстро справились. Понимаешь, захват хорошо охраняемого судна таким малым количеством войск — задача трудная и долгая.

— Наши союзники хорошо справились с заданием. Мы должны быть благодарны им за это. Да и не только мы.

— Да. Да, ты прав, — сказал профессор, наводя секретное оружие на цель, — по плану это должно быть именно здесь.

— Ну, давайте же. Мы не знаем, сколько они там еще продержатся.

Профессор окончательно удостоверился в правильности выбранных координат и убрал контроль над астероидом. Несколько секунд ничего не происходило. Потом раздался глухой удар.

— Кажется, все. — Выдохнув, сказал профессор Фледриг.

— Точно, — подтвердил Алекс, — свою работу мы сделали. Вот, кстати, и рассвет.

И, правда, первые лучи восходящего солнца робко озарили долину. В этих лучах наши друзья увидели ужасную картину: астероид лежал вовсе не на земле, а на могучих руках водяного исполина. Это и было секретным оружием генерала Кребса.

Едва капитан Лоренс закрыл за собой дверь, как по дому прошла волна небольшого землетрясения. Он бережно положил Алекс на мягкую кровать и глянул в окно. В этот момент дверь в подземелье открылась.

— Успел! — сказал капитан Джон, — Корнелиуса нигде нет.

— Ш-ш-ш! — капитан Лоренс приложил палец к губам, — смотри сюда.

Капитан Джон подошел к окну. Оставшиеся солдаты-союзники всю свою огненную мощь направили на единственного вражеского солдата. Размеры его поражали. Держа над собой астероид, словно безобидную детскую игрушку, он выбирал цель для броска. Капитан Лоренс и капитан Джон вышли из дома, чтобы получше оценить обстановку. Из подлетевшего «Клопа» вышли Алекс и Профессор Фледриг.

— Враг пошел на хитрость, — сквозь зубы процедил капитан Лоренс, — здесь я бессилен.

— Не беспокойся, — сказал профессор, — ваши то там.

— Хотелось бы верить, — ответил капитан и неожиданно увидел приближающегося Вуда. Брошенный на землю камень сбил его с ног. Поднявшись, тот продолжил бег.

— Полный крах, — в бешенстве закричал капитан Лоренс.

Приблизившись достаточно для начала разговора, Вуд начал оправдываться:

— Мы просто не успели. Эти… Эти корабли. Они… мы даже не приблизились к ним. Половину армии уничтожили еще в начале пути. Так что… Мне пришлось пустить сигнал к отступлению. Иначе у нас бы просто не осталось союзников.

— Ты не ошибся, — сказал профессор Фледриг, — все было сделано по плану, никто не виноват. Никто не знал, на какую подлость может пойти генерал Кребс.

Взгляды всех присутствующих вновь обратились к исполину, который готовился к новому броску. Сделав приличный замах,… он так и застыл на одном месте. А через некоторое время медленно опустил камень на землю, а сам водопадом обрушился на землю и мгновенно впитался в нее. Друзья смотрели на все это с неимоверным удивлением, пока над долиной не пронесся до боли знакомый всем голос:

— Представление прервано по техническим причинам. Всех недовольных прошу обращаться… ну, в общем, можете никуда не обращаться. Всем доброе утро!

— Это же наш Джек! — В восторге закричал капитан Лоренс. — И мой ученик.

Скрипнула дверь и вышла Алекс.

— А… что здесь вообще происходит? — спросила она, держась одной рукой за голову, боль в которой никак не проходила.

Все обернулись на ее голос. Профессор выразительно посмотрел на юношу и чуть слышно сказал:

— Ну, и что ты стоишь?

Улыбнувшись, Алекс медленно подошел к девочке, и нежно обняв ее, прошептал:

— Я так сильно скучал.

— Я тоже. Тоже скучала. А где папа? Я ничего не помню. Где он?

— На поле боя его нет, значит, он отступил и, естественно, с ним все в порядке.

— Но…

— Никаких но, — перебил ее профессор, — по твоему состоянию видно, что у тебя или сотрясение мозга, или еще что похуже. Прогулки строго запрещены. Да и разговаривать надо поменьше. Сейчас назначу тебе курс лечения и…

Но договорить ему не дали. С громким криком «Папа!» Алекс бросилась бежать куда-то мимо профессора.

Все обернулись и увидели страшно хромающего Дружка, а на нем избитого и израненного Корнелиуса.

Профессор немедленно занялся пострадавшим. Его уложили на постель, прежде промыв и перевязав все раны. Потом напоили чудочаем, который профессор Фледриг изготовил индивидуально для Корнелиуса. После всего этого занялись самим Дружком. Его состояние было несколько похуже. В некоторый местах шкура разодралась, обнажая внутренности, многочисленные раны, царапины, перелом правой передней ноги и множество других травм. Пока профессор занимался лечением мамонта, звездолет с бывшим генералом Кребсом приземлился прямо возле фермы. И из него вылезли счастливые Джек, Бук и Лейла. Связанного генерала хотели отдать под самосуд, но профессор Фледриг не позволил.

— Будь он хоть трижды негодяем, а все-таки, он заслужил справедливого наказания и защиты со стороны государства.

В отчасти, профессор был прав, но и разъяренную толпу фермеров тоже можно было понять. Генерала и его помощников отдали под справедливый суд и засудили на довольно большой срок. Правда, еще долго ходили по Земле слухи, будто генерал Кребс сбежал и сейчас создает новую армию. Правда, это были только слухи.

Прошла неделя. Состояние всех раненых, больных намного улучшилось и профессор с Алексом, и пираты засобирались домой. Прощание было очень тяжелым, но в то же время, и радостным. Ведь, Земля освобождена, пираты, наконец, смогут возвратиться домой и продолжить поиски сокровищ. Особенно трогательным было прощание подростков. Они стояли неподвижно, не смея выронить ни слова, и с забвением смотрели друг на друга. Профессор, глядя на это, даже слезу пустил.

— Алекс, нам уже пора.

— Хорошо, — ответил мальчик.

— Приезжай к нам на следующее лето, — сказала девочка, — будет весело.

— Обязательно приеду, — ответил Алекс, — если опять какой-нибудь генерал мир не захватит.

— Что же, будем снова вместе его спасать.

— Обязательно.

— Да, обязательно. Надеюсь, ты сдержишь свое слово.

— Непременно. Я приеду и на следующее лето и на последующее и так каждый раз, пока…

— Пока что?

— Пока… Пока… Пока ты не приедешь ко мне, — выкрутился Алекс и, обняв на прощание подругу, попытался уже идти к кораблю, но не тут то было. Прижав бедного мальчика к себе, Алекс нежно и таинственно поцеловала его, а когда их взгляд снова соединился, юноша отвернулся и медленно побрел к «Клопу».

Повернувшись в последний раз, Алекс сказал:

— Я буду скучать, как никогда еще не скучал….

В ответ девочка лишь улыбнулась, а когда Алекс исчез в темноте космического корабля, бросилась отцу на грудь и заплакала.

— Ну, ну! Это не последняя ваша встреча. Возможно, когда-нибудь вы еще надоедите друг другу.

— Не говори глупостей, папа, — ответила Алекс, глядя вслед уходящему кораблю, — лучше поставь чаю. Я со вчерашнего дня ничего не ела.

— Чудесная мысль. Только скажи мне, где будет жить этот ужасный монстр?

— Он не монстр и вовсе не ужасный. Он будет нас охранять.

— Да, и когда-нибудь перепутает с завтраком.

— Папа!

— Ну, хорошо, хорошо! Поселю его у себя под кроватью.

И, обнявшись, отец с дочерью побрели домой, наблюдая за Дружком, который уже съел годовой запас сена для лошадей.

Глава пятьдесят пятая

Вкратце расскажу, что происходило на острове после свержения власти генерала Кребса.

Во-первых, поставили на место библиотеку, во-вторых — выбрали нового ее директора. И ни в коем случае не генерала. Алекс встретился со своей мамой и познакомил ее с профессором, которому она очень понравилась. Планета была благодарна профессору и его юному помощнику. Они, как и полагается, были удостоены награды и звания почетных героев. Пираты по разрешению властей перерыли всю площадь библиотеки и нашли столько золота, что даже сотой его части, подаренной им за открытие, хватило бы им с избытком как минимум на десять поколений. Однако, старый корабль, как древнюю историческую ценность, власти отказались отдавать, предложив взамен новенькую парусную шхуну. Пираты оказались недовольны и обратились за помощью к профессору. Он обещал помочь, только ближе к ночи. А пока пираты за свой счет устроили на берегу грандиозную вечеринку. Сюда съехались гости со всей округи. Естественно, были приглашены и самые почетные гости — профессор Фледриг, Алекс с мамой и, конечно же, родная полиция.

А на следующее утро во всех газетах распечатали о новом ограблении музея — на этот раз пропал огромный корабль. Только как его вынесли из здания, не продолбив в стене дырку гигантских размеров, никто объяснить не смог. Да и о машине времени с тех пор никто ничего не слышал. Пираты с того самого дня навсегда исчезли из жизни этих милых горожан, не без помощи, конечно же, профессора Фледрига. А через много-много лет он, сидя за столом у своего помощника — Алекса, почесывая свою длинную белую бороду, рассказывал его детям интереснейшую историю о том, как он помог пиратам украсть корабль. Конечно же, воровством это было назвать нельзя, это был их корабль. Кстати, упустил малую деталь — Алекс женился на своей подруге и как раз их детям профессор рассказывал эти истории, а они называли его дедушкой.

Часть вторая

Глава первая

Сегодня был день моего рождения, точнее, должен был быть. Мне должно было исполниться двадцать два года. И он бы непременно наступил, если бы меня снова не мучили эти кошмары. Я проснулся посреди ночи. Кейт и Гарри мирно посапывали в своей постельке, Алекс тоже спала без задних ног. Я тихо встал и проследовал на кухню. Там я узнал, что времени до утра еще полно, намного больше, чем я ожидал. Отодвинув занавески на окне, я стал наблюдать за спящим городом. Не такой уж он и спящий в такой поздний час. Время от времени в ту или иную сторону проезжали одинокие машины, бесшумно проплывали загадочные тени. Я не мог разглядеть их лиц, у теней лиц не было, во всяком случае, мне их не было видно. Но я был уверен, что это были люди. Кто еще будет бродить в три часа ночи по темным улицам? Постепенно глаза мои стали закрываться, и я решил, что уже достаточно нагулял сон, как вдруг его как рукой сняло. Я внимательно присмотрелся и… Загадочные тени, проплывающие под окнами нашего дома, были уже вовсе не тенями, а какими-то непонятными существами. Зеленые, красные, синие, с длинными, как у страусов ногами, они были похожи на пришельцев из фантастических фильмов. Передвигались они ужасно неуклюже, подпрыгивая на каждой ноге, а всего их было три, больше я не насчитал. Головы их украшал длинный нос, с виду похожий на огурец, или сдувшийся воздушный шарик. Несмотря на свою неуклюжесть, они так стремительно пробегали по лужам, что я не успевал их, как следует разглядеть. Потом пошли следующие. Я готов поклясться, что увидел одинокую зеленую голову с восемью, как у паука ногами, медленно переползавшую улицу. Попадались и более странные существа. Когда, наконец, бешеный марафон закончился, пришлось все списать на страшный сон и отправиться спать. Но эту ночь мне явно было не суждено провести до конца в своей теплой уютной постельке. Раздался телефонный звонок. Пока я перебирал в голове имена всех ненормальных, кто мог позвонить в такой поздний час, звонок повторился. Да, да, именно «ненормальных!» Потому что не один нормальный человек не будет звонить в час ночи, кому попало. В конце концов, я остановился на одном имени. Позади кто-то зашевелился.

— Милый…

— Спи, дорогая! Я сейчас лягу.

Я никак не мог найти телефон и только после очередного пятого звонка я его, наконец-то нашел. Я не ошибся, звонил профессор Фледриг.

— Я слушаю вас, профессор, — сказал я сонным голосом.

— Алекс?

— Да, это я. Вы что-то хотели?

— Твой голос мне не нравится. Что, решил отметить заранее?

В трубке послышался смешок.

— Ладно, это я так, чтобы обстановку разрядить.

— Я не нахожу напряженности в окружающей обстановке…

— Алекс, у меня к тебе очень важное дело.

— Что-то случилось?

— Боюсь, что да.

— Это серьезно?

— Крайне.

— Сможете объяснить?

— Только не по телефону.

— Хорошо, я сейчас подъеду.

— Подъезжай, мой мальчик. Поверь мне, по пустякам я людей не беспокою, особенно в час ночи.

— До свидания, профессор.

В трубке раздались короткие гудки.

Я как можно тише поднялся в свою комнату и начал одеваться. Внезапно позади меня включился свет. В дверях стояла Алекс.

— Ты куда-то идешь?

— Милая, у меня важные дела. Никак нельзя отложить.

— Что еще за дела? Посмотри на часы!

— Часы всегда со мной. Где же они?

— Что ты ищешь?

— Ах, вот!

Я схватил ключи от машины, которые висели на гвоздике, на стене.

— Звонил профессор Фледриг.

— А, все понятно.

— Он сказал, что у него ко мне очень важное дело.

— Хорошо, но только поскорее возвращайся. И не гони сильно!

— Постараюсь, то есть, конечно. Куда торопиться?

Я поцеловал ее в щечку, и вышел во двор. Выехал на проезжую часть и дал по газам. Ночной город был красив и пуст. Пустота добавляла ему совсем иную красоту, которую невозможно было увидеть утром в час пик.

Окна в доме профессора были зажжены. Когда я постучался, дверь мне открыл пес по кличке Мак. Его я подарил профессору на его семидесяти пятилетие. Сейчас псу было около двух лет.

— Добрый вечер, профессор Фледриг! Вернее, я хотел сказать, доброй ночи, тьфу! Короче, здравствуйте!

По звукам и запахам, доносившимся с кухни, я догадался, что профессор варит кофе.

— Алекс, это ты?

— Да. Можно пройти?

— Будьте уверены, в этой жизни вы не добьетесь от меня отрицательного ответа. Проходите, друг мой. Столько лет связывают нас. Мой дом твой дом.

— Спасибо, — ответил я, заметно краснея. К счастью, в темноте этого никто увидеть не мог, разве что пес, сидевший рядом со мной и наблюдающий за каждым моим движением. Но потом я вспомнил, что собаки не различают цвета, и успокоился.

— Вы научили собаку открывать дверь?

— Знаете, весьма удобная вещь, кстати. Заведи себе такую же. Она не только двери открывать умеет.

— Ну, во-первых, чтобы завести точно такую же собаку, нужно будет позвонить Корнелиусу, нашему старому другу. Надеюсь, он уже научился клонировать собак.

Профессор Фледриг встретил мой юмор очень дружелюбно, и расхохотался.

— Да, друг мой, первый опыт у него явно удался.

— Это точно. Так вы не боитесь, что собака откроет дверь какому-нибудь незнакомцу?

— Много ли незнакомцев в нашем городе? К тому же, незнакомцев мой Мак игнорирует. Такой вот умный песик.

— Очень интересно. Однако думаю, следует перейти к делу. У вас было ко мне что-то крайне важное.

— Да. Следуй за мной. За чашечкой кофе легче вести беседу, ты не находишь?

— Безусловно, — поспешил согласиться я.

— Итак, — начал профессор, — все началось около месяца назад.

— Что началось?

— Не перебивай! Сначала начались странности, потом эти странности переросли в закономерность, которую я изучал до сегодняшнего дня.

— Я попрошу изложить конкретно, что началось, какие это были закономерности, и с чем это все связано?

— Все это связано с машиной времени.

— Как? Но ее же давно уже нет.

— Правильно, машины нет, а то, что мы с ее «помощью» сделали, осталось. Ты помнишь рассказ о путешественниках в прошлое?

— Когда-то вы мне уже задавали подобный вопрос.

— Тогда в моих расчетах я не учел того, что…

— Не томите меня, профессор, изложите четко и ясно суть дела. Если вам известно то, что не известно мне…

— Хорошо, — профессор сделал большой глоток и продолжил, — машина времени наделала в пространстве и времени некоторое количество проходов, не берусь сказать, сколько. И несколько миров, подобных нашему, только измененных, мутированных миров. Все там искажено.

— То есть, вы хотите сказать, что мы создали несколько параллельных миров?

— Именно так, — утвердительно кивнул профессор, — и проходы к ним открыты. Всякая живность, ужасные твари, ползающие, летающие, бегающие твари пробираются по этим проходам к нам, на Землю. Возможно, неосознанно, но не исключается и такая версия, что всем этим кто-то управляет.

— Но в таком случае…

Я посмотрел на профессора, тот закивал.

— Правильно, нам грозит как минимум, война миров. Если у этого процесса есть единственный мозг, который всем этим управляет.

— Сколько всего таких миров?

— Интересный вопрос! Хм.… Думаю, бесчисленное множество.

— Что же нам теперь делать?

— Как можно скорее закрыть все ходы через параллельные миры, а при отсутствии такой возможности просто-напросто уничтожить их.

— Вместе с мирами?

— Естественно.

— Но как? Машины времени у нас уже нет.

— Я не сижу на месте, друг мой. Моя лаборатория располагает такими ресурсами, которые ни одному ученому в мире даже во сне не снились. Я разработал новую машину времени. Только теперь этот эффект создания параллельных миров отсутствует. То есть, все изменения происходят только здесь, на земле. Я доступно объясняю?

— Доступнее некуда, — ответил я.

— Ну, что ж, думаю, самое время отправиться в путь. Как в старые добрые времена.

— Стоп, стоп! — я вскочил со стула, едва не разлив кофе, — в какой еще путь?

— Пора спасать вселенную, друг мой!

— Но…

— Выбора у вас уже нет. Я запустил программу, с помощью которой машина времени перенесет нас в первый мир, который был нами создан.

— Но…

— Твоих близких я уже предупредил. Я оставил сообщение на автоответчике.

— Да послушайте же вы! Если все эти твари, которых я видел сегодня у себя во дворе приходят из этих миров, то они наверное там обитают, вы не находите?

— Вполне логично, — кивнул профессор.

— А если мы попадем в самое их логово?

— Вы хотите сказать, что нам нужна армия?

— Возможно.

— Где же сейчас взять… — профессор внимательно посмотрел на меня. — Друг мой, вы сейчас думаете о том же, о чем и я?

— Возможно, а о чем вы думаете?

— Нужно поскорее приостановить программу.

Я уже начал ощущать невесомость и холодный ветерок. Как только профессор отключил программу перемещения, все прошло.

— Так о чем вы думали?

— Скорее в прошлое, скорее! Времени нет!

— В прошлое?

И тут до меня дошло. Профессор набирал в ноутбуке знакомую дату. В следующее мгновение ощущение невесомости возобновилось, я почувствовал запах моря и до костей пронизывающий холод.

Мы оказались на пиратском корабле. Профессор, прижав компьютер как можно плотнее к груди, побежал куда-то, расталкивая недоумевающих пиратов. На корабле явно было волнение, и не только из-за нас.

— Алекс! Как ты здесь оказался? — раздался до боли знакомый мне голос.

Я обернулся на него и увидел запыхавшегося, усталого и грязного Джека.

— Джек! Как я рад тебя видеть!

В следующее мгновение раздался оглушительный взрыв, корабли метнуло в сторону, и я упал. К счастью, удачно. Джек, как бывалый моряк, устоял.

— Что у вас тут происходит?

— Смотри, — Джек указал рукой на военный корабль с правого борта.

Корабль был просто огромен, с его боков выглядывали десятки пушек с львиными головами на стволе. Мы находились вблизи с каким-то ущельем, что в нем находилось, я не увидел. Оно было похоже на большой стакан с трещиной в боку.

— А там что? — спросил я, вглядываясь вдаль. — Это ваш корабль?

— По какой-то случайности машина времени забросила нас в далекое прошлое, в мое детство. И теперь военные охотятся за нами и за нами.

Я хотел, было расхохотаться, но было не до смеха. Нужно было уносить ноги.

— Сколько прошло времени с вашего возвращения?

— Несколько минут, — ответил Джек, — А ты сильно изменился.

— Ты тоже, — сказал я и указал на грязную и мокрую одежду. — Профессор Фледриг хочет снова вернуть вас в будущее, — сказал Алекс.

— Зачем? Наверное, что-нибудь случилось?

— Да, случилось. И без вашей помощи нам не обойтись. Мы решили воссоздать армию профессора Фледрига. Как в старые добрые времена.

— А что, собственно, случилось?

— Я не знаю, как это объяснить, ты меня вряд ли поймешь. Одним словом, все связано с машиной времени.

В этот момент корабль снова качнуло, но не так сильно. Я устоял на ногах и продолжил повествование.

— При использовании машины времени мы создали несколько миров.

— Создали?

— Я же сказал, что ты не поймешь меня. Ну, это не важно. Важно то, что теперь из этих миров на Землю приходят разные твари. Мы предположили, что этим кто-то управляет, так что опасность намного больше, чем предполагается.

— Я понял. Если мои братья поддержат меня, я не против. А вот, кстати, и они.

К нам подошли трое: Капитан Лоренс, капитан Джон и профессор Фледриг.

— Здравствуй, Джек!

— Добрый вечер, профессор. — Джек улыбнулся и пожал старику руку. — Алекс мне уже все рассказал.

— Вот и замечательно, — профессор потер ладони и взялся за ноутбук.

Все вокруг поплыло в разные стороны, корабль на миг канул в бездну, и очутился в доме профессора Фледрига. К счастью, он оказался довольно большим, чтобы вместить такую громадину, как корабль. Последний простоял вертикально несколько секунд, и накренился набок, опершись на стену, которая зловеще затрещала.

Глава вторая

Корабль накренился на левый бок, а я, естественно, свалился в правый, прямо в кровать профессора Фледрига. Сам он, как будто ничего и не случилось, спокойно уселся на краешек кровати, где лежал я и принялся что-то набирать.

— Профессор… — тихо позвал я.

— Я слушаю тебя.

— Вы им уже рассказали?

— Как ни странно, за тридцать секунд я успел изложить всю суть нашего дела, и они все поняли.

— Ну что ж…

В это время ко мне подошли Капитан Лоренс и Капитан Джон.

— Алекс! Неужели я снова тебя увидел? — воскликнул Капитан Джон.

Мы обнялись, как братья сначала с ним, потом с капитаном Лоренсом.

— Ну, совсем не изменился, — сказал капитан Лоренс, — слушай, Алекс, ты не можешь нам объяснить, в чем, собственно, дело?

Я покосился на профессора, который только пожал плечами и пробормотал что-то вроде «Ну я же не виноват, что они не владеют научными терминами, объясняться простым языком, у меня не было времени».

Я как смог вкратце рассказал им все, что мне было известно из уст профессора Фледрига.

— Мда… — только и смог выговорить капитан Лоренс.

— И что, мы эти миры разрушать будем? Вот здорово! Ломать — не строить, сделаем!

— Только если за всем этим кто-то стоит, ну, если всеми тварями с иных миров кто-то управляет, то будет не так-то просто.

— А кто сказал, что мы боимся трудностей? Разве не мы усмирили тигромамонтов?

— Вообще-то, это я их усмирила, — раздался женский голос из прихожей, от которой остались одни воспоминания.

Я так и подскочил на кровати, отчего профессор на другой стороне подлетел вверх, едва не свалившись на пол.

— Друг мой, я попросил бы вас быть со мной аккуратнее. Я стал ужасно хрупким на старость лет, и таких полетов могу не вынести.

— Простите, профессор, — извинился я и подбежал к своей жене. — Что ты здесь делаешь?

— Что у вас здесь происходит? — Алекс смотрела на корабль, навалившийся на стену.

— Я первый задал вопрос, отвечай. Где дети?

— Я отвезла их к маме. Теперь твоя очередь.

Но мне высказаться не дали. Капитан Джон, жадно кушая неизвестно откуда взятое яблоко, невнятно пробормотал:

— Мы летим в параллельный мир, будем тварей убивать. «Бах, бах!»

— Что? И я ничего не знаю? Какой еще параллельный мир?

— Милая, долго объяснять. Тебе лучше вернуться домой.

— Домой? Ты думаешь, от нашего дома что-нибудь осталось? Я в этом не уверенна.

— Что ты несешь?

— А вот и не несу. Час назад меня разбудил зелененький человечек, а синенький прокусил мне палец, потом появились еще, и еще, я еле убежала с детьми. Пришлось отвезти их к маме. По дороге я сбила еще с десяток таких. Я ничего не понимаю.

— Успокойся, — я приласкал ее и как можно подробнее все объяснил.

— Вот, значит как… Я с вами!

— Только не надо…

— Ты меня знаешь, только нервы зря попортишь, отговаривая меня.

Я понял, что делать нечего, и согласился, хотя и сам даже не подозревал, что нас там ждет. Но и оставлять Алекс здесь.… А дети? Ну, с мамой они в безопасности.

Капитан Лоренс что-то обсуждал с профессором Фледригом. Постепенно их обсуждения становились все громче и громче. Они сводились к тому, что в нашей армии мало людей.

— Можно позвать моего папу, — сказала Алекс.

— Корнелиус? — профессор почесал свою длинную бороду. — Я о нем и не подумал. Он нам вполне подходит. Только согласится ли?

— А мы спросим, — предложил я. — Прямо сейчас.

Профессор настроил машину времени и нажал ввод. Тут только меня осенило.

— Профессор! Мы же дома!

— Что? Ах, какой я дурак!

Но было уже поздно. Невесомость, холодок и все. Откуда-то снизу послышался глухой удар. Снаружи раздавались куриное кудахтанье и мычание коров. Еще слышались чьи-то крики. Я узнал их, кричал Корнелиус. Я понял, мы приземлились на курятник. В доме от удара поднялась вся пыль, которая в нем находилась, и я был не в состоянии что-либо увидеть. Поэтому я как можно громче крикнул:

— Все живы?

Постепенно один за другим раздавались ответы. Я считал их и вскоре удостоверился, что все в порядке. Нужно было поскорее выбираться из дома, ведь неизвестно, сколько он еще так простоит. Пыль почти осела, и я снова видел, но дышать было по-прежнему тяжело. Первой я вывел Алекс, потом вышли все остальные. Корнелиус стоял с боку дома и любовался на созданный нами пейзаж. А пейзаж был просто великолепен. Дом, скошенный на бок, стоял на половине курятника, в котором еще осталась половина кур. Бедные животные, видно, не знали, что им делать, поэтому дико кричали на все голоса.

Завидев нас, Корнелиус на секунду замер. Потом весь расплылся в улыбке.

— Дочка! Алекс! Как давно я вас не видел! Какими судьбами здесь?

Алекс побежала к папе и обняла его.

— Мы за тобой, папочка.

— Что?

— Может, пригласишь гостей в дом?

— Ах, да, конечно. Проходите. Профессор, здравствуйте.

Старые друзья пожали руки и обнялись.

— Уф, ненавижу это, — призналась мне Алекс.

Все направились к дому Корнелиуса. Но не успели мы дойти до него, как позади послышался треск. Я обернулся, как и остальные. Треск доносился от дома профессора Фледрига. Стена, то ли левая, то ли правая, сейчас это было уже не важно, постепенно округлялась. Дом стал похож на огромный помидор, вот-вот готовый лопнуть. Вот треск прекратился.

— Затишье перед бурей, — шепотом пояснил капитан Лоренс.

Раздался громкий щелчок, и стена рухнула на землю. Корабль выкатился наружу, слегка задев свинарник. Ну, как слегка, если принять во внимание габариты посудины, то это «слегка» обернулось для свинарника полным крахом.

— Одна свинья осталась в свинарнике, — сказал Корнелиус.

— Что? — переспросил профессор Фледриг.

— Лора сегодня заболела, и я решил не выводить ее. Пусть земля ей будет пухом.

— Жаль Лору, — сочувственно произнес профессор. — А теперь давайте все же пройдемте в дом. У нас будет длинный разговор.

Нельзя сказать, что разговор был очень уж длинным, мне так не показалось. Но он заставил Корнелиуса серьезно призадуматься. После недолгого раздумья он встал и потянулся.

— Вы не знаете, сколько всего было создано миров?

— Нет.

— Но желаете отправиться туда, безо всякого плана?

— Ну, там видно будет.

— А мне кажется, видно уже ничего не будет. Нам нужен план, стратегия.

— Где же взять этот план? В нашем деле одни неизвестные, хоть бы за что-нибудь уцепиться.

Корнелиус снова задумался, но ненадолго.

— Профессор, — произнес он каким-то загадочным голосом, — я хочу рассказать вам одну историю, которая произошла около недели назад.

— Я весь во внимании. Если ваша история поможет…

— Поможет, безусловно, поможет, я знаю. Так вот, около недели назад я познакомился с одним старичком. Ужасно старый дед, и странный какой-то. Всегда ходит в белом, борода белая, волосы тоже. И с тростью белой ходит, говорит, волшебная. И себя волшебником называет. Ну, разговорились мы как-то, и пригласил он меня на чай, по-дружески. А что дома у него творится!

— Давайте ближе к сути, — поторопил его профессор Фледриг.

— Так вот, старик Ревендульф, так он себя назвал, заварил свой чай и мы начали его пить, весело разговаривая. Готов поклясться, ворон, сидевший у него за спиной, постоянно что-то ему бормотал, а старик то ухмылялся на его бормотанье, то что-нибудь отвечал. И так незаметно разговор наш подошел к теме об этих самых странных существах. Старику, как я понял, не очень хотелось говорить об этом, поэтому он просто отмахнулся от меня, сказав: «Да все они оттуда».

«Откуда»? — спросил я.

«Из девятого мира», — ответил он мне, и тут же у него появились какие-то неотложные дела, так что мне чисто из вежливости пришлось уйти, а так бы я еще порасспрашивал. Ну, вам это что-то говорит?

— Познакомь меня с этим стариком, Корнелиус! — попросил профессор Фледриг. — Мне кажется, он может нам что-то прояснить. Как его там? Ревендульф?

— Точно. Я то с радостью познакомил бы, только вот согласится ли он? Всегда такой занятой, вечно над чем-нибудь колдует.

— Прямо сейчас.

— Сейчас?

— Корнелиус, у нас нет лишнего времени, не забывай об этом!

— Хорошо, прямо сейчас и отправимся.

— Вот и чудно. А вы оставайтесь здесь, — обратился он к пиратам, — и постарайтесь навести тут порядок.

— Да, и устройте Лоре достойные похороны.

— Что?

— Да ладно, это я так. Идемте, вот только выведу свой грузовик.

Корнелиус завел старенький фордик и, когда профессор Фледриг уселся рядом, тронул его с места. Грузовик пару раз недовольно фыркнул, и помчался по неровной дороге прочь от фермы, поднимая за собой столбы пыли.

Я проводил грузовик взглядом и вернулся к своей жене. Она в это время уже перемыла всю посуду и сидела у окна, смотря куда-то вдаль. Завидев меня, она улыбнулась и встала.

— Я отвлек тебя от каких-то мыслей? — спросил я.

— Нет, вовсе нет. — Заверила она. — Я просто думала, неплохо бы сейчас взять лошадей и съездить к нашему старому домику. Я столько лет там не была. Наверное, все там изменилось.

— Неплохая мысль, — поддержал я ее, — вот сейчас возьмем и умчимся прочь от всех этих проблем, и пусть они нас не касаются! Оторвемся от этого мира на одно лишь мгновение, а потом снова вернемся на Землю. Как тебе такой план?

— Он великолепен! — радостно воскликнула Алекс. — Давай, пошли. Надеюсь, мой симпатяшка меня не забыл.

— Нет, это невозможно. Чтобы тебя забыть.… Нет, невозможно.

— А ты романтик. Идем.

Мы вышли на улицу и чуть ли не лбами столкнулись с капитаном Лоренсом. Он весь запыхался и торопился в дом.

— Капитан, как работа? — поинтересовался я.

— Да вот, полюбуйтесь, — он указал на то место, где раньше стоял дом профессора Фледрига. Как ни странно, за такой короткий промежуток времени пираты не только успели разнести весь дом на мелкие кирпичики, но даже начали строить новый курятник. — Мы создадим новый, кирпичный курятник с деревянной оттедкой внутри.

— А откуда дерево?

— А корабль на что? Он нам теперь не нужен, весь в дырах. А вы далеко собрались?

— В одинокую долину, вспомним старые времена.

— Эх, отправился бы я с вами, да только дел по горло. Может, к вашему приезду закончим.

— Ну что ж, Бог помощь!

— Благодарю! Удачной прогулки, мисс, — капитан поклонился даме и вбежал в дом.

Позже я расскажу историю, которую поведал мне профессор Фледриг, а пока мы с Алекс мчимся на лошадях к нашему старенькому домику, который когда-то спас нас от страшной грозы. Мы проехали по полю битвы. На нем остались огромные рытвины от бомб и пепел вокруг них. Под одним из валунов мы обнаружили вход в подземелье. Он весь зарос травой, и паутиной. Я как смог очистил проход и первым зашел внутрь. Алекс следовала за мной. Мы вошли в довольно сухой тоннель, по бокам которого были сделаны специальные углубления для хранения оружия и боеприпасов. Некоторые ящики были полупустыми, некоторые полными. Так мы прошли около ста метров. За много лет все здесь поросло мохом, и гнилью, и гнилой запах витал повсюду.

Алекс недовольно морщила нос, повторяя: «Милый, пойдем отсюда».

А я как будто что-то искал, сам не зная чего. В конце концов, я и сам устал от этих бесконечных переходов и решил выбираться наружу. Легко сказать выбираться. Оглянувшись назад, я увидел бесконечное число проходов, которые уходили вглубь и разбивались на такое же число других тоннелей, и так далее. Я понял, что дело наше плохо, и в тот же момент, когда я это понял, со мной заговорила стена. Да, да. Хотите, верьте, хотите, нет, но стена спросила, как меня зовут. Я ответил. Очертания лица на стене прорисовывалось все четче, правда, оно было каким-то водяным.

— Ты кто? — неуверенно спросил я, не зная, можно ли задавать такой вопрос стене.

— Милый, с кем ты разговариваешь? — обеспокоено спросила моя жена.

— Я xxx5001yz, — ответила стена и, наконец, выпуклость на ней стала максимальной.

Стена как будто выдавила из себя нечто. И это нечто было порождением воды, правда, довольно мутной. Из этого же места вышло еще три водяных. Да, это были те самые водяные. Они были повсюду, и все продолжали вылезать из стен, заполняя собой все свободное пространство. В тот момент я мог только поблагодарить судьбу за то, что водяные не потеют, у них просто нет потных желез. Иначе мы бы давно уже задохнулись. Меня мучил вопрос, как водяные оказались здесь, в подземелье? Но ответ на него сам собой выплыл на поверхность — когда водяной гигант лишился «головы», он автоматически распределился на сотни тысяч мини-водяных, которые впитались в землю как раз в том месте, где находилось подземелье. И ждали прихода человека, который будет ими командовать. Робот сам не может отдавать приказы, даже командир. Водяной, который завел со мной разговор, видимо, и был командиром. Он смотрел на меня, явно чего-то выжидая. Я понял, он ждал приказа. Когда пульт управления был сломан, водяные могли слушаться любого человека.

— Вы сможете вывести нас отсюда? — спросил я.

— Это приказ? — голосом ручейка спросил робот.

— Да. — Твердым уверенным голосом сказал я. — Это приказ.

— Замрите на пару секунд.

— Зачем?

— Я сохраняю ваши данные в свою базу данных.

— Для чего?

— Чтобы выполнять только ваши приказы.

— Чудненько. Так вы выведите нас?

— Я сам вас провожу. Следуйте за мной.

— Пойдем, дорогая. Все не так уж и плохо.

— Ничего плохого и не было. Лично я смогла бы выбраться из этого тоннеля без его помощи.

— Я в этом и не сомневался, — улыбнулся я и поцеловал ее.

До выхода добрались в считанные минуты. К этому времени в моей голове созрела одна мысль, которую необходимо было претворить в жизнь, но чуть позже. Поэтому я сказал:

— Стой на этом месте и жди нашего возвращения.

— Команда ясна. Ждать возвращения. Робот замер по стойке смирно и принялся выполнять мой приказ. Мы забрались на лошади и помчались дальше.

Домик наш оказался в полном порядке. Корнелиус, видно, частенько заглядывал сюда. Вся мебель просто блистала. Я заметил жесткое кресло, на котором когда-то проспал всю ночь. Теперь оно стало еще жестче, наверное, от времени. Практически ничего здесь не изменилось, разве что появилась полочка с книгами. Среди них я увидел знакомую книжку: «фермерские штучки». Закладка в виде поросенка с капустой во рту лежала на странице: «Ужасные похитители морковок. Война или смекалка». Я усмехнулся и положил книгу на место.

Глава третья

Мы уже почти подъезжали к дому, когда вдруг я вспомнил про нашего водяного. Он терпеливо стоял и ждал нашего возвращения. Мы отсутствовали часа два. За это время водяной не сдвинулся ни на сантиметр.

— Приказ выполнен, — отрапортовал он.

— Вижу, — ответил я, — а теперь слушай. Помнишь дом Корнелиуса?

— Корнелиус — наш прежний повелитель.

— Точно. Вот к его дому нужно доставить армию водяных, всех до единого.

— Будет сделано.

Вот так четко и ясно, никаких вопросов, будет сделано и все. Вот чем мне нравятся роботы.

К нашему приезду пираты успели закончить фундамент и начать лепить новый курятник. К счастью, песка, глины и воды было предостаточно. Капитан Лоренс надорвал себе весь голос, крича на «нерадивых» работников. Теперь его приказы были не слышны за километры. Завидев нас, пираты бросили всю работу и раскрыв рты смотрели на нас, точнее на то, что было за нами. А за нами шла целая армия водяных. Земля внутри них наполовину осела, так что они были наполовину серыми, наполовину прозрачными. Это было незабываемое зрелище.

— Чудесная работа, — похвалил я капитана Лоренса, когда завел лошадей в конюшню и подошел к пиратам.

— Стараемся, — ответил тот, — а эти, откуда взялись?

— Они не взялись, они все это время находились в подземелье. Помнишь?

— То самое, что мы строили чуть меньше недели назад? Как не помнить?

Я подумал сначала, что капитан попросту смеется надо мной, но в следующую секунду вспомнил, то для пиратов с момента строительства подземелья времени прошло действительно чуть меньше недели.

Капитан снова вернулся к своей команде, и они продолжили работу над строительством курятника. А мы тем временем вошли в дом. То, что мы там увидели, больше было похоже на свинарник, чем на дом Корнелиуса. Посреди комнаты во всю длину лежала свинья, и за обе щеки что-то уплетала. На задней правой ее ноге красовалась белая повязка, которая была намотана на две деревяшки, так называемая, шина, применяемая в случае перелома.

— Папа, что происходит? — спросила Алекс. — Что эта свинья делает в доме?

— Это Лора. — Радостно ответил Корнелиус. — Она оказалась жива. Профессор Фледриг показал себя неплохим доктором, и вот, все в полном порядке. Правда, профессор?

— Да, да, — задумчиво произнес профессор откуда-то из угла комнаты.

Я сначала и не приметил его. Он сидел на кресле-качалке возле камина, который, несмотря на жару, потрескивал, выпуская тысячи искр. В руке профессор держал развернутый платочек, в котором я увидел несколько колец. Я насчитал девять штук. Он бережно брал каждое кольцо и внимательно рассматривал.

— Что это? — не выдержал я.

Профессор долго не отвечал. Потом, поднеся одно из колец к глазам, тихо прошептал:

— Вы не поверите, друг мой, но это — камни желаний.

— Камни чего? — переспросил я.

— Если этот старик не соврал, то…

— То что?

— Наша задача намного упрощается.

— Расскажите нам все, профессор.

В разговор вмешался Корнелиус:

— Этот старик меня на шаг к себе не подпускал, а вот нашим профессором здорово заинтересовался. О чем уж они там болтали, не знаю, но после их разговора профессор просто засветился. И еще старик дал ему вот эти камни. Правда, профессор, расскажите нам все. О чем вы там говорили?

Профессор немного помедлил и начал свое повествование.

— Как только грузовик Корнелиуса подъехал к дому Ревендульфа, двери его открылись, и оттуда вышел он. Весь в белом. Со словами: «Ну, наконец-то» он ухватил меня за рукав и потащил к себе домой. Корнелиус правильно выразился, старик не подпустил его к себе даже на шаг. Пришлось ему сидеть в грузовике и терпеливо ждать меня.

Корнелиус хмыкнул и продолжил слушать.

— Потом он напоил меня чаем, и мы отправились во второй мир.

— Что?

— Ну, не так отправились, а по его волшебному глобусу, глобусу миров. Он рассказал мне все, как были созданы эти миры, и почему проход к ним до некоторого времени был закрыт. Дело в том, что правительница девятого мира жаждет власти, полной власти. Вселенная делится на девять миров, как вы поняли. Первый — это наш мир. Девятый — мир хаоса. Эти два мира управляют вселенной. Генерал Кребс стремился к порабощению нашего мира. Он уже тогда знал, ну, или догадывался о существовании других.… Но никому не говорил, так как не был уверен в этом. Но проход он все же открыл.

— Как? — спросил я.

— Не знаю. Но точно не с помощью машины времени. Там стояла такая защита, что, как выразился старик Ревендульф, никакому смертному ее было не одолеть. Проход можно было открыть только с помощью камня. Эти камни — отражение настоящих камней желаний.

— А эти что, ненастоящие?

— Это ключи к ним. С помощью этих камней и ключей можно передвигаться по мирам. В каждом мире по одному камню желаний. Добравшись до него, можно пробраться в следующий мир. Камни хранят миры. Если камень уничтожить, то и мира не станет. Проход к миру можно закрыть, что и было сделано Ревендульфом много лет назад. Это похоже на волшебство, но это что-то большее. С точки зрения программирования я смог бы объяснить вам общий принцип действия этих камней, там много схожего, но сейчас нет времени. Мы сейчас же отправляемся во второй мир. Лишних людей нам не нужно. Отберем только девять…

— Профессор, — неуверенно начал Алекс, — за время нашего отсутствия мы набрали немного.… Ну, короче, сами посмотрите. Там, за окном.

Профессор глянул и только снял очки.

— Нет, друг мой, столько нам не нужно.

— Что же, их распустить?

— Распустить? Нет, мы найдем для них другое задание. Из мира хаоса на Землю поступают всякие твари. Вот пусть ими займутся наши водяные.

Я мгновенно отдал приказ, и армия постепенно рассосалась.

Мы начали отбирать людей к путешествию. В первые ряды попали мы с профессором Фледригом, Корнелиус и его дочь Алекс. Потом пошли пираты. Капитан Лоренс, капитан Джон и Джек, а так же Бук с Лейлой — любовников никак нельзя было разъединить. Набралось ровно девять человек, а остальных профессор с моей помощью в спешном порядке отправил домой — в прошлое. А потом и вовсе начались сплошные странности. Мы все так суетились, составляя планы на будущее. что не заметили прибавления. Неизвестно как, но старик в белом оказался среди нас. Его не сразу заметили, а когда заметили, приутихли.

— Пора, — тихо сказал Ревендульф и вышел из дома.

Все мы направились за ним. Несмотря на свой преклонный возраст, старик шел бодро и уверенно, лишь слегка задевая тростью землю. Мы шли к его дому, это я понял по мере приближения. Дом его был ужасно старым, словно выросшим из сказок.

— Войдите, — так же тихо сказал он и терпеливо ждал, пока все не зайдут.

Я обратил внимание, как он посмотрел на Корнелиуса, шедшего последним. Это был взгляд человека, которому изрядно надоел тот, на кого он смотрел. Старик недовольно выдохнул, покачав головой, и захлопнул дверь. Я не знаю, чем насолил ему Корнелиус, но неважно, главное, что все мы были готовы к предстоящему путешествию. Ревендульф сдернул с пола коврик и принялся открывать дверь, ведущую, как я понял, в погреб. В нем находилось нечто, я не уверен, что смогу описать это словами. Это был огромный голубой шар, с виду похожий на глобус, только весь светящийся. Внутри него двигалась какая-то густая масса, похожая на водяные облака. Стоял этот шар на высокой подставке из чистого золота, иначе не могло быть! Она была такой же округлой, как шар. По всей ее ширине были сделаны круглые отверстия, из которых «подавали признаки жизни» свечения разных цветов. Голубого, зеленого, синего, красного, белого, фиолетового, серого, желтого и черного. Старик явно чего-то выжидал. Не знаю, как, но мне пришла в голову мысль.

— Надо вставить ключ, профессор, — тихо сказал я ему.

— Ах, какой же я дурак! — закачал головой профессор Фледриг. — Вроде бы не одно высшее образование, а до такого не догадался. Значит так, нам нужен зеленый.

Зеленый оказался у Бука. Он подошел к камню.

— Сначала Земля, — тихо произнес старик Ревендульф.

— Сначала нужно активизировать камень, — догадался профессор, — у кого голубой камень?

Голубой камень красовался на моем среднем пальце. Я осторожно вложил его в соответствующее отверстие и почувствовал, как он застыл. Попробовал вытащить — не выходит. Следом за мной в зеленое отверстие вложил свой камень Бук. Я почувствовал, как шар начинает наполняться красками и, как бы, увеличиваться в размерах.

— Ближе, ближе! — кричал где-то старик Ревендульф, но я был уже не в силах что-нибудь слышать и чувствовать.

Такие чувства я испытывал, когда переносился в пространстве с машиной времени. Только эффект был намного больше. Шар менял свой цвет от голубого к зеленому. В ушах стоял непонятный шум. Вообще, шума, как такового не было. Было ощущение полета. И полет этот ощущался больше ушами, чем глазами. Шар все расширялся. Я услышал, как хлопнула сверху дверь погреба. В конце концов, шар достиг таких размеров, что поглотил всех нас. Потом он уменьшился до прежнего размера, приняв ярко-зеленый цвет.

Глава четвертая

Я открыл глаза. Мой камень все еще находился в отверстии. Я потянул, и он свободно вышел оттуда. Шар находился в каком-то здании, настолько огромном, что глаз моих не хватало, чтобы окинуть ими его своды. Окон в здании не было, но несмотря не это, здесь было светло. Подняв голову, я увидел огромную дырищу на потолке. Оттуда то и исходил свет. Оглянувшись, я понял, что в здании кроме меня никого нет. Каким-то образом мои друзья попали в совершенно другое место. Как это произошло, я не знал, но нужно было что-нибудь предпринимать. Откуда-то сверху затрещал кузнечик, во всяком случае, мне показалось, что это был он. И я не ошибся, это действительно был кузнечик, только немного не такой как на Земле. Он был огромен и надвигался на меня. С другой стороны на меня поползла огромная гусеница, а с левого бока пикировала бабочка размером с быка. В считанные секунды зал ожил и все, что в нем находилось, было направлено против меня. Я споткнулся о какого-то жука, превосходившего по размерам любую собаку, и упал, раздавив какого-то муравья. И тут я увидел, во что я одет! Мой костюм теперь состоял из легких красивых доспехов, железных нарукавников, таких же наколенников и шлема. А за поясом я нащупал меч. Времени на удивление не было, поэтому я быстро вытащил меч и принялся махать им во все стороны, уничтожая все, что ко мне приближалось. Твари поняли, что я несу смерть и остановились. «Соображают», — подумал я и с поднятым мечом пошел к ближайшей стене, полагая, что таким образом я стану меньше подвержен опасности. Но я зря так подумал. Со стены на мои плечи опустились мохнатые лапы, как я потом понял, они принадлежали гигантскому тарантулу. «Ну и все, — подумал я, — Путешествие закончилось, не успев начаться». Только я об этом подумал, как кольцо мое засветилось, и на его голубой поверхности появился улыбающийся профессор.

— Где вы, друг мой? — спросил он спокойным голосом.

— Вы не поверите, профессор, — не менее спокойном голосом ответил я, — но именно в данный момент мной обедает огромный паук. Вытащите меня отсюда!

— Одну секунду. Сосредоточьтесь, представьте движение, смотрите мне в глаза.

Я как смог посмотрел в глаза профессора Фледрига и сосредоточился. Я почувствовал полное опустошение то ли из-за того, что паук впустил в меня жало, то ли из-за перемещения. Глаза профессора становились все реальнее, вокруг его головы исчез голубой фон и я предстал перед своими друзьями во всей своей красе с пауком на шее. Капитан Лоренс, одетый как самый настоящий рыцарь, только без коня, стащил с меня паука и выкинул его в реку.

Мои руки отяжелели и перестали слушаться, голова повисла на плечах, а ноги подкосились. Меня кто-то поймал, дальше темнота…

Я проснулся от разговоров. Профессор Фледриг что-то обсуждал с капитаном Лоренсом. Глаза открылись легко, а вот голова никак не хотела поворачиваться, так что пришлось довольствоваться тем, что я услышал.

— Долго мы в этой пещере не протянем, — говорил капитан Лоренс, — нас скорее слопает воробей, или растопчет какой-нибудь жук.

— Но нельзя оставить Алекса на произвол судьбы, — возразил профессор.

— Никого мы оставлять не будем. Я предлагаю разделиться. Половина группы пойдет искать людей, а половина останется охранять Алекса.

Я приподнялся и промямлил:

— А… й… фе… аху… др.… ась… а…

Это означало: «Я уже могу передвигаться».

После этих слов я обессиленный упал без чувств. Очнулся я, когда уже наступила ночь. Я видел полную луну, или что-то другое, похожее на луну. Это был большой шар желтого цвета, испускающий немало света. Я понял, что уже могу вертеть головой из стороны в сторону, это облегчало ситуацию. Из разговора профессора Фледрига с капитаном Лоренсом я понял, что мы находимся в какой-то пещере. Попытался пошевелить рукой — все нормально. Я сел. Никаких видимых ограничений в движении не было. Я встал и походил по пещере, разминая затекшие конечности. Я обратил внимание на то, что пещера была правильной округлой формы. Одна стена полностью отсутствовала. Посмотрев вниз, я убедился в том, что нахожусь на большой высоте. Вниз уходила узенькая каменная тропа. Спустившись по ней вниз, я оказался в такой же пещере. Посреди нее горел костер, а вокруг сидели мои друзья. Все они были одеты необычно. Профессор Фледриг был в белом плаще. Белая растительность на его лице просто отлично сочеталась с одеждой, которая придавала ему величественный вид. В руках у него была трость из неизвестного мне белого материала, напоминавшего дерево. Корнелиус же сменил свое фермерское одеяние, и теперь на нем был длинный черный плащ с какими-то непонятными иероглифами. Голову его украшала прекрасная черная шляпа, а за поясом висел такой же черный, как смола меч. Капитан Лоренс, как я уже упоминал ранее, был похож на рыцаря. Его тяжелая броня ничуть не стесняла его могучие плечи, а отсутствующую ногу заменил серебряный протез. За поясом висел большой меч в золотых ножнах и украшенный драгоценными камнями, а рядом лежало длинное копье. Капитан Джон выглядел менее эффектно. Его торс покрывали кожаные доспехи, пояс украшал великолепный кинжал, а за спиной красовался лук с серебряными стрелами. На девушках были тонкие и легкие кожаные доспехи, стальные щитки на ногах и легкие разноцветные туфельки. За спиной каждой был лук со стрелами. А Джек был просто великолепен. На нем была серебряная кольчуга, а на месте солнечного сплетения красовался какой-то медальон круглой формы, на котором были изображены насекомые. На руках у него были позолоченные нарукавники, и такие же наколенники, а все остальное было серебряным. Я неосторожно наступил на камень и тот полетел вниз, создав этим немало шума. Все обернулись и, увидев меня, повскакивали с мест. Лица всех блестели, особенно у Алекс. Она подошла ко мне и, нежно обняв, прошептала:

— Милый, как я рада! Тебе уже лучше?

— Намного лучше, дорогая. — Ответил я и почувствовал, что голос мой стал более уверенным, но все же я еле узнал его.

— Быстро поправился, Алекс, — похлопал меня по плечу капитан Лоренс, — Молодец.

Профессор Фледриг повелительно поднял руки, призывая всех сесть к огню. Потом поправил очки на носу и, внимательно оглядев каждого, произнес:

— Друзья! Теперь мы в полном сборе и можем продолжать наше путешествие. Советую всем держаться поближе и не забывать о чудесных свойствах ваших камней. Это не просто ключи, но еще средства общения и, так называемые, пространственные порталы. С их помощью вы можете общаться и при необходимости переносить друг друга к себе. Пользуйтесь этим, а пока — в путь. Надо бы затушить костер.

Капитан Лоренс с капитаном Джоном быстро затоптали полыхающее пламя. Потом они отошли в угол пещеры, если это можно было назвать углом — ведь пещера была кругла, как яичная скорлупа, и принялись толкать лежавший там мешок. Мешок пошевелился и сел. Только тут я заметил Бука. Он был одет как самый настоящий гном. В сером плаще и красном капюшоне его и, правда, можно было спутать с гномом.

— Старина Бук переел какой-то травы, — пояснил Джек, — бедняга страдал всю ночь.

Джек скорчил сочувствующую рожицу и рассмеялся. Может быть, самому пострадавшему было вовсе не до смеха, но выглядело это очень даже забавно. Он встал, согнулся пополам и что-то промычал. Потом разогнулся и, что-то ворча, поплелся за остальными.

Спускались мы с этой спиралевидной пещеры довольно долго. К концу спуска я обливался тремя потами. Нас спасала лишь ночная прохлада, и ветерок, снующий повсюду. Выйдя из пещеры, мы оказались у густого леса. Сзади текла река. Я узнал это по соответствующему звуку. Профессор Фледриг огляделся вокруг и, указав тростью на лес, двинулся к нему. Для того чтобы раздвинуть упругие ветви, требовалась немалая сила. Но, несмотря ни на что, профессор уверенно шел вперед. Я не знал, куда мы идем, и что нас ждет впереди, но одно было известно точно — стоять на месте, и ждать чего-то было нельзя.

Капитан Лоренс и капитан Джон весело болтали, развевая вокруг напряженную обстановку.

— Послушай, Лоренс, — говорил Джон, — если здесь такие насекомые, то каких размеров должны быть люди?

— Ну, если прикинуть, на глаз, — капитан Лоренс прищурился и, измерил пальцами ближайшее гигантское дерево, — раз в сто больше обычного.

— Ого! — капитан Джон посмотрел наверх, словно ожидая увидеть гиганта. — В таком случае нужно поскорее выбираться отсюда.

— Для этого надо сначала найти камень желаний, — ответил Профессор Фледриг.

Я содрогнулся при упоминании о камне.

— Я был рядом с ним, — сказал я.

— Что? — профессор выразительно посмотрел на своего ученика.

— Как только мы переместились, я оказался рядом с зеленым камнем. — Повторил я, — В каком-то здании. Но на меня тут же напали насекомые, и мне пришлось бежать оттуда с вашей помощью.

— Мда, — протянул профессор, — мы были так близки, но…

— Если бы я знал о свойстве камня, то перенес бы вас к себе, — виновато сказал я.

— Только не смей винить себя, — профессор замахал рукой, — тебе и так досталось. Неизвестно что бы еще было, протяни ты там минутой больше.

И я не винил себя. Я вообще никого не винил. С детства я привык принимать все подарки судьбы с относительным равнодушием, зная, что все они даны свыше и изменить ничего невозможно. Вот и этот необыкновенный «подарок» судьба преподнесла мне в такой необычной обстановке.

— Нужно было взять с собой этого Ревендульфа, — сказал Корнелиус, обращаясь сразу ко всем, — он ведь наверняка не раз бывал в этих местах, и знает, где находятся камни.

— Очень неплохая мысль, — заметил профессор Фледриг, — жаль только, что мы не можем с ним связаться. Ну ладно, будь что будет. Во всяком случае, мы будем двигаться. В конце концов, мы наткнемся на этот камень, пусть даже случайно.

— А вы редкий оптимист, — похвалил профессора Корнелиус.

— Во-первых, я — человек с хорошим настроением, — сказал профессор, — и оно у меня редко портится. К хорошему настроению обычно и прилагаются оптимистичные мысли.

Корнелиус понимающе кивнул. Мы все шли и шли, не замечая никаких признаков присутствия людей. Постепенно дорога пошла в гору и только тут меня осенило: «Дорога!» Неизвестно какое время шли мы по этой утоптанной чьими-то ногами тропе, но это была самая настоящая дорога с двумя неглубокими колеями, которые могут оставить только люди. А раз здесь ходили люди, значит эта дорога приведет нас к ним. Профессор, видно, тоже сделал открытие с запозданием, и, не оборачиваясь, крикнул мне:

— Алекс, как ты думаешь, эта тропа приведет нас куда-нибудь?

— По следам, оставленным в колее, — ответил я, хватаясь за ветку дерева, чтобы не упасть, — можно предположить, что тропа проложена чем-то тяжелым, вероятно, каким-то транспортом. Значит, ее проложили люди. Не уверен, что жуки в этом месте на высшей ступени эволюции. Можно проверить. Вот только заберусь на дерево.

Всем пришлось остановиться и терпеливо ждать, пока я не слезу с дерева. Деревья здесь были гладкими, не такими, как у нас, на Земле. Кора напоминала расплавленную пластмассу, которую несколько раз подвергали переработке. С большим трудом я все-таки забрался на самую верхушку, и оттуда мне представилось целое море зеленой жизни. Начинало светать, поэтому было видно далеко вокруг. И только одно указывало на присутствие людей: две огромные металлические остроугольные вышки располагались на востоке от нас. Можно было с уверенностью сказать, что такие сооружения могут быть возведены только разумными существами. Поэтому, спустившись, я повел друзей прямо к ним.

Глава пятая

По прошествии еще пары часов я разуверился в том, что мы идем верным путем. До сооружений, на мой взгляд, было не больше полумили, но по моим соображениям, за два часа мы прошли добрых две, двигаясь средним шагом. Я хотел остановиться на отдых, когда качающиеся кроны деревьев обнажили верхушку одной из станций. Да, это были обыкновенные телевизионные станции. Силы прихлынули к моим ногам и ко всему телу, давая возможность сделать последний рывок к тому, что казалось мне спасением. Но спасения не было. На территории, огороженной невысоким деревянным забором, не было ни одного человека. Даже намека на присутствие чего-либо живого здесь не было. Для нас это было полным разочарованием. К счастью, в железных и каменных домиках на территории мы нашли достаточно провизии, чтобы укрепить силы и даже взять с собой. Профессор объявил двадцатиминутный отдых, в течении которого мы хорошо отдохнули. За это время я успел оглядеть окрестности и убедиться, что место это все-таки обитаемо. В самом конце заграждения в маленькой тесной будочке сидел унылый пес. При моем появлении он даже ухом не шевельнул, лишь чуть слышно проскулил, приподнял голову и снова улегся на свои мохнатые лапы. Жара делала свое дело, так что псу было не до нас. Он был живым свидетельством того, что здесь жили и живут люди. В мисочке рядом с конурой находилась еда и свежая вода рядом. О своем открытии я тут же доложил профессору Фледригу. Он погладил свою бороду и высоко задернул голову. Так он обычно принимал важные решения. В конце концов, он вернулся в реальность и объявил:

— Подождем. Может, кто-нибудь появится.

И мы стали ждать. Долго нас ждать не заставили. Через полчаса вдалеке послышалось тарахтенье, потом на территорию въехало некое подобие автомобиля. Из него вышел весьма прилично одетый, привлекательный джентльмен лет сорока пяти. Он с грохотом захлопнул дверь машины и закрыл ее на ключ. Не могу точно сказать, обрадовался он или нет, когда увидел нас. Скажу только, что он ужасно удивился. Его удивили наши наряды, в которых, как он сказал, уже давно никто не ходит. Постепенно мы разговорились. Профессор Фледриг обладал удивительным даром общения. Он мог заговорить с кем и чем угодно, даже с собственным зеркалом.

— Что же привело вас в наши края? — спросил Тиецио (так звали нашего нового друга), разливая кофе в чашки.

— Так как у нас совершенно нет времени, — сказал профессор, — то буду говорить кратко.

— Да, да. — Поспешил согласиться Тиецио, — краткость — одна из составляющих мудрости. Вторая же составляющая — это молчание.

— Вы, наверное, долгое время ни с кем не общаетесь? — спросил Корнелиус.

— Нет, почему же? — возразил он, — ко мне частенько заглядывают местные рыбаки, чтобы поделиться новостями, да и рыбки пожарить. Ну, я слушаю вас, — он внимательно посмотрел на профессора Фледрига.

— Мы ищем камень желаний. Слышали когда-нибудь о таком?

— Это видно какая-нибудь драгоценность? Нет, никогда не слышал.

— Вот, в общем, то и вся история, — развел руками профессор, — больше рассказать пока нечего.

— А вы начните с самого начала. Вы ведь неместные, так?

— Ну, что-то вроде того, — согласился профессор. Что ж, с начала так с начала. Только вы выслушайте меня, не перебивайте, а потом уже задавайте вопросы.

— Хорошо.

Профессор рассказал Тиецио все, что знал, с самого начала. История получилась длинная: с момента изобретения профессором машины времени, знакомства с пиратами, захвата Земли генералом Кребсом до этого дня. Тиецио все это время внимательно слушал, так внимательно, что даже забыл про свое кофе, которое во время рассказа держал в руке. Наконец, профессор Фледриг завершил рассказ. Тиецио отпил немного из чашки и поморщился — кофе совершенно остыл, а рука онемела.

— Знаете, — растирая затекшую руку, радостно произнес он, — я наконец-то вспомнил!

— Что же именно вы вспомнили? — спросил профессор, — про камень желаний?

— Да нет же, про ваши костюмы. Я все думал, где же я их видел? И вот тут я вспомнил. Такие же костюмы были на принцах девяти миров.

— Что вы сказали? — Профессор от удивления снял очки.

— Эту сказку нам когда-то читали в школе. Одним словом, когда-то очень давно жили девять братьев. Как обычно бывает в семье, они всегда ссорились. Их отцу надоели их ссоры, и он… Короче, он выгнал их из дома. Но прежде он дал им что-то, не помню, так давно это было. Ну и с помощью этого они создали восемь миров, в которых стали править.

— Значит, с помощью того, что дал им отец, можно было создать эти миры?

— Да. Я не помню, это были какие-то драгоценности.

— Камни?

— Наверное.

— Если с их помощью можно было создать миры, можно ли их уничтожить с помощью этих же камней?

— Я не знаю, вы верите в сказки про эти миры? Вы думаете, они существуют? Я же сказал, нам в школе читали эти…

— А как вы думаете, откуда мы явились?

— И откуда же?

— Из первого мира, в котором, судя по вашему рассказу, братья жили с самого начала.

— Я не понимаю вас. Сейчас я дам вам мои старые учебники, надеюсь, там есть ответы на ваши вопросы.

Тиецио порылся в старых вещах и достал оттуда какую-то древнюю книгу, которой с виду было лет триста. Профессор открыл ее, и нашему взору представилась удивительная история, которую, однако, мы читать не стали. Нас интересовали только подробности, связанные с камнями и девятью мирами, которые с помощью этих камней были созданы.

— Вот, — протянул профессор, водя пальцем по строчкам, — судя по написанному в этой книге, у старого короля Эланда было восемь сыновей и одна дочь. Герром, Левас, Сириус, Хэлнок, Рондум, Корендиум, Борэг. Так же была дочь Анжелина и самый младший сын — Ревендульф. Каждому Эланд дал по одному камню желаний — самому младшему, Ревендульфу — голубой, Рондуму — зеленый, Борэгу — синий, Корендиуму — красный, Левасу — белый, Геррому — фиолетовый, Сириусу — серый, Хэлноку — желтый и Анжелине — Черный. «Миры связывают увеличенные копии камней, с помощью которых можно передвигаться между мирами, используя малые камни. Ну, это мы знаем, — профессор перелистнул страницу и продолжил, — Доступ к тому или иному миру может закрыть только владелец камня. Владея всеми девятью камнями, их владелец получает огромную силу, с ее помощью, например, из дерева можно получить золото, а из воды — эликсир молодости». Хм, интересно, — пробормотал профессор, поглаживая бороду, — «придавая силу, камни так же и забирают ее, как и любой магический предмет». — Вот так вот, — вздохнул профессор, — теперь немного из истории девяти миров. «Между принцами постоянно случались конфликты, которые разрешались войнами. В основном они были из-за камней. Каждый хотел заполучить сразу все камни и тем самым сделать себя бессмертным. Впервые всеми камнями завладела Анжелина. Она создала неизвестное количество эликсира молодости, благодаря которому долгое время оставалась молодой. После войны с принцем Ревендульфом она лишилась всех камней и своего единственного сына, которого родила от одного из поданных». Так, здесь же есть пророчество, — таинственно произнес профессор, — «Поднимется рука сына на мать, и прольется ее кровь, которая искупит ее вину перед братьями». Так, что там дольше? Вот. «У каждого принца родилось по одному наследнику. Но, чтобы уберечь их от военных конфликтов, принцы решили отправить их в разное время, в первый мир, который был закрыт принцем Ревендульфом до того времени, пока наследники не объединятся, чтобы победить зло».

— Да это же полный бред, — размахивая руками, прокричал Тиецио, — вы как дети!

— «Отрок, не наделенный бессмертием, явится через века, чтобы исполнить пророчество, — продолжал профессор, — которое может не исполниться, если мать прольет кровь сына на камень желаний. В том случае пророчеству придет конец, а грех будет жить с ней вечно».

— Какой-то фильм ужасов, — заметил я.

— И где же этот сын, который «придет через века»? — усмехаясь, спросил Лоренс. — Лично я тоже считаю это полным бредом.

— А я нет, — возразил Джек и встал лицом ко всем, — я хочу вам кое-что рассказать.

— Мы слушаем тебя, Джек, — сказал профессор, подняв руку вверх. Это означало «Молчать!»

— Эта история произошла со мной очень давно. Возможно, мой некровный братец Лоренс помнит ее.

— О чем ты? — спросил Лоренс с беззаботным видом.

— Я о той девушке, которую мы нашли на горящем судне. Теперь то я понимаю, что никакого горящего судна не было. И ни в какую тюрьму она не плыла. Та самая Анжелина, разве ты забыл?

— Я что-то припоминаю, — сказал Джон, — да, точно, я еще попросил тогда у Джека взглянуть на нее одним глазком, но он не разрешил. Она была такой странной, постоянно дергалась, суетилась. Сначала я подумал, что она контуженая, ну, после взрыва. Но потом я понял, что у нее есть определенная цель — убить Джека. Несколько раз я заставал ее с поднятой над Джеком рукой, в которой был зажат кинжал. Но, завидев меня, она постоянно его убирала. Джеку я ничего не говорил, он все равно не поверил бы, но я решил за ним присматривать. Именно поэтому он сейчас и стоит перед нами. Я только что это вспомнил, вот это память! Лоренс, дай пять!

— Сейчас не до шуток, — строго сказал профессор Фледриг.

— Ну ладно, я тогда продолжу, — сказал Джек, и профессор кивнул, — мы с нашим дядей попали к одному его знакомому — пирату по прозвищу Морской Хозяин. Вот там то и произошло самое главное. Перед нашим побегом Анжелина загадочно исчезла. Я отправился ее искать и уже зашел довольно далеко, когда позади меня появилась она. Она кинулась на меня с ножом и закричала: «Ты должен умереть». Потом появился Лоренс и кинул в нее топор. После чего она просто испарилась.

— А еще что-нибудь запомнилось тебе там? — спросил профессор.

— Нет, больше ничего.

— Значит, все это не случайности? — Спросил Алекс, — и создание машины времени, и мое путешествие в прошлое?

— Да, Алекс, — ответил задумчиво профессор, — история распорядилась за нас.

Глава шестая

— И все-таки мы немного неправильно поступили, вырвав эти несчастные клочки бумаги из книги Тиецио, — сказал я, когда через час мы снова продирались сквозь густые заросли. — Он дал нам столько еды, и целых девять рюкзаков.

— Ничего страшного, — ответил профессор, — все равно он считает эти клочки бредом. А нас они могут привести к камню.

— Если это на самом деле не бред, — вмешался Лоренс.

— Не думаю, — сказал профессор.

После этого часа два мы шли молча. Густой лес становился все темнее. Кроны деревьев смыкались над нашими головами, образуя сплошной непроглядный купол. В конце концов, мы оказались в такой темноте, что не могли видеть собственных рук, не то, что дорогу.

— Отдохнем немного, — сказал профессор и, сняв с себя тяжелый рюкзак, положил его у дерева.

Все поступили так же, как и я. Через несколько секунд, когда я потянулся за рюкзаком, его там не оказалось. А вокруг уже раздавались недовольные голоса.

— Эй, Лоренс, хватит шутить, — кричал Джон, — отдай мой рюкзак!

— Твой рюкзак? Я его не брал, мне и своей тяжести хватает. Кстати, а где мой? Эй, братишка, ты так посмеяться надо мной решил? Спер мой рюкзак, да еще на меня бочку катишь?

— Ничего я не крал, посмотри, нет их нигде.

Потом раздался голос Бука:

— А у меня прям из рук, вытащили, — обиженно тянул он, — я только булочку взял, как раз, и все тут.

— Тебе бы только поесть. — Сказала Лейла, с которой произошло то же самое.

— Так, — раздался голос Корнелиуса, у которого в буквальном смысле вырвали несчастный рюкзак со спины, так что в руках у него остались только бесполезные лямки, — или кто-то решил над нами подшутить, или здесь кроме нас есть кто-то еще.

— Второй вариант более правдоподобен, — сказал я и решительно двинулся к одному из рюкзаков, висевших на ветке. Дернув его, я услышал чей-то жалобный крик, но вещь теперь была у меня в руках.

— Лично я свой не снимал, так что все на месте, — довольно произнес Джек, но через мгновение воскликнул, — Эй, что за дела! А ну, отдай!

По звуку я определил, что где-то впереди идет упорная борьба за последний рюкзак. Я, как и все, кинулся на выручку Джеку, который уже валялся с кем-то в обнимку, а между ними был все тот же несчастный рюкзак. Когда профессор Фледриг зажег спичку, оказалось, что на нас напали самые обыкновенные обезьяны. Они довольно безобидные, хотя и воруют чужие вещи. Как только зажегся свет, обезьяна исчезла.

— Надо быть повнимательнее, — сказал профессор, который в свете огня выглядел жутковато. Рюкзак же был у него за спиной, целый и невредимый. Обезьяны словно почувствовали в нем профессора и не тронули.

Я подошел к Алекс, с которой случилась та же история. У нее в руках был только маленький кулечек с двумя булочками, который она успела вытащить, прежде чем у нее стащили рюкзак.

— Ты в порядке? — спросил я.

— Все нормально, — улыбаясь, ответила она и повертела в руках то, что осталось.

— Ничего страшного, — успокоил я ее, — еды все равно хватит на всех.

После не очень удачного отдыха мы снова отправились в путь. Еще около трех часов мы шли в полной темноте. Когда, наконец, немного посветлело, профессор снова предложил отдохнуть да заодно и оценить обстановку. Он разложил на земле карты, и мы начали их изучать. Изучение карт — весьма интересное занятие, особенно в нашем положении. Профессор выбрал страницу с зелеными камнями в рамке и поставил указательный палец на замок, естественно, нарисованный, в котором находился камень желаний и задал вопрос, на который никто ответить явно не мог:

— Интересно, а где находимся мы?

Все пожали плечами, и только Джек, ранее оглядывающий окрестности, уверенно указал на карте место:

— Здесь.

Его палец лежал на зеленой пустыне, по краю которой текла река.

— Откуда такая уверенность? — спросил профессор Фледриг.

— Я помню это место. Не знаю, откуда, но помню. Мне было года два или три, когда я впервые здесь был. Я помню эту гору, похожую на голову единорога.

— Правильно, так и называется, гора единорога.

— На ней живет единорог? — спросил молчаливый Бук.

Я почти позабыл про этого ранее веселого и беспечного человека, который последнее время почему-то молчал.

— Не уверен, — ответил профессор, двигая очки взад и вперед, тем самым, улавливая безупречный фокус, — но это неважно. Главное, что наш замок с камнем прямо у подножия этой горы. У нас есть направление, господа! — сказал профессор, радостно взмахнув руками. — Давайте отдохнем минут десять и — в путь.

Словно по команде «Вольно» все разошлись по поляне, на которую мы вышли из леса и стали заниматься своими делами. Профессор Фледриг продолжал изучать карты, хмуря брови и иногда снимая очки, удивленно рассматривая те или иные участки карты. Лоренс и Джон, как всегда, спорили, и наверняка снова по пустякам. Бук с Лейлой, видно, предавались своим любовным воспоминаниям. Лишь Джек стоял один на склоне горы и рассматривал простирающуюся внизу долину. Корнелиус разговаривал с дочерью. Я подошел к ним. Впервые за долгое время мы от души поговорили обо всем многом, что случилось за время нашего путешествия.

— Интересно, как там дети? — спросила она и печально посмотрела на меня. В этот момент мне стало так ее жалко, что я нежно обнял ее и прошептал:

— С мамой дети в полнейшей безопасности, не волнуйся.

— Правда?

— Ты не знаешь мою маму, — улыбнулся я, — зелененькие человечки ей нипочем.

На ее лице появилась улыбка, а потом мы и вовсе рассмеялись, как дети. Я заметил добрый взгляд профессора Фледрига, который, улыбаясь, медленно покивал головой, а потом встал, сложил все карты себе за пояс и протрубил басом:

— В путь!

За какие-то десять минут я отдохнул так, как не отдыхал раньше целыми ночами. Этому удивительному явлению я нашел свое объяснение — смех. Да, смех придает силы и возвращает молодость. Как редко мы смеемся, даже просто улыбнуться для нас иногда бывает сложно.

Все собрались на склоне холма. Лоренс с Джоном тоже выглядели отдохнувшими, а Бук с Лейлой просто блестели. И тогда я понял, что каждый по-разному пополняет свою жизненную энергию — некоторые с помощью смеха, некоторые — с помощью спора, а некоторые — с помощью любви.

Глава седьмая

И снова эти непроходимые леса. Спустившись с холма, мы сразу же угодили в их колючие «лапы». Гору единорога из виду потеряли еще на спуске, а когда вошли в чащу, и вовсе остались безо всяких ориентиров. Так прошло еще около двух часов. Наши силы были на исходе. Непривычные к долгой ходьбе мы с профессором буквально валились с ног, а Алекс и вовсе шла, опершись на меня всей тяжестью. Отец как мог, помогал ей. Он, как фермер, был привычен к долгому и упорному труду.

— Эх, как бы пригодился сейчас компас, — вдруг досадно проговорил усталый капитан Лоренс, осторожно переступая через огромные корни деревьев.

На его слова никто никак не отреагировал. Я понял, что обстановка напряжена, и решил ее немного разрядить, заведя разговор.

— Тиецио говорил, что он когда-то учился в школе. Лично я не могу представить себе школу в таких зарослях. А вы, профессор?

В следующую секунду я натолкнулся на чью-то спину. Это был профессор Фледриг.

— Тш-ш-ш, — тихо сказал он.

Глаза мои понемногу начали привыкать к темноте, поэтому я увидел, куда были направлены взоры моих друзей — на огромный замок, который стоял посреди огромных деревьев, так, что вершины его мне рассмотреть не удалось. Я первым шагнул к замку, намереваясь показать храбрость, или что-то в этом роде. Через пару шагов я почувствовал, что земля под моими ногами потеряла всякую неровность, отчего ноги мои покатились в другую сторону, нежели голова. Мир вокруг меня сделал оборот в девяносто градусов, и что-то жесткое больно ударило меня по затылку.

— О, Господи! Лед! — прокричал я, щупая то, на что я только что обрушился. — Осторожнее, профессор.

Все осторожно начали ступать за мной. Вскоре дорога пошла под уклон, а потом я услышал позади шарканье чьих-то ног. Я понял, что кто-то отчаянно пытается сохранить равновесие, но, как потом выяснилось, это ему не удалось, так как в следующую секунду я был жестоко сбит с ног.

— Эй, Бук! — кричал откуда-то капитан Лоренс, — ты чего творишь? Убить нас хочешь?

Было видно, что мистер Бук сейчас уже ничего не хотел. Он лежал, беспомощно раскинув руки, и не шевелился.

— Вроде живой, — сказал капитан Лоренс и, приложив всю свою капитанскую силу, взвалил беднягу на плечи.

Взволнованная Лейла металась от одного плеча капитана к другому, пытаясь хоть как-то разглядеть своего любимого.

— Не путайся под ногами, — сказал Лоренс, — не то мы снова рухнем. Тогда твоему жениху точно не жить.

Она немного успокоилась, когда Бук открыл глаза и приветливо помахал рукой.

Мы продвигались все дальше, и замок становился все ближе. Наконец, мы подошли к большим металлическим дверям. Профессор Фледриг вышел вперед и постучал в ворота. Открылось окошечко, и тонким голоском кто-то спросил:

— Кто там?

— Путники, — сказал профессор, — нам нужен ночлег и еда.

Как вы помните, всю еду у нас забрали обезьяны, так что больше половины дня мы ничего не ели.

Человек за воротами недовольно засопел, видно, размышляя, пускать незваных гостей или нет. В конце концов, он решился, и засов со скрипом пошел в сторону, тяжелые двери открылись и мы оказались на цветущем и пахнущем дворе, где не было даже намека на лед.

— Стойте, — приказал человечек, когда мы вошли.

Это был низенький, худенький человек с длинным носом и такими же длинными и широкими ушами и большими круглыми глазами. Он удивленно шлепал ими, рассматривая каждого.

— Обыкновенная проверка, — пояснил он, — вам придется оставить ваше оружие, прежде чем вы ступите за порог школы.

— Это школа? — спросил я.

— Я сказал что-то удивительное? Да, это обыкновенная школа магии и волшебства.

Мы сдали оружие, после чего человечек таинственно произнес:

— Добро пожаловать в школу ученого гоблина.

Мы шли по затемненной удивительными растениями аллее. Эти растения представляли собой арки необычайной формы. Сплетаясь между собой в строго определенном порядке, они образовывали неповторимые узоры. Через каждые пять метров по бокам аллеи стояли скамейки, на которых сидели такие же человечки с большими носами, ушами и глазами, только помоложе. Они старательно что-то записывали, зубрили, закрыв уши и положив учебники на колени. Это выглядело очень забавно. На некоторое время их внимание переключилось на нас, но ненадолго, в следующую же секунду они снова принялись за учебу.

Замок оказался неимоверно большим. Мы прошли вдоль него, по крайней мере, полмили, когда аллея повернула направо.

— А вот и вход, — радостно сказал Капитан Лоренс.

Едва мы зашли в двери, как к нам подошли двое таких же молодых человечков и строго сказали:

— Извините, посторонним вход запрещен.

— Мы не посторонние, — попытался оправдаться профессор Фледриг, — мы путники. К тому же у нас раненый.

Но те никак не желали нас пропускать. К счастью мимо проходил старый человечек со стопкой книг в руках. Завидев нас, он сразу подошел. Небрежно сунув книги одному из юношей, он что-то им тихо приказал, и те исчезли в одном из коридоров.

— Здравствуйте. Я — ученый гоблин, — представился он.

— Я профессор Фледриг, — сказал профессор, — а это — мои друзья.

Он обвел нас рукой и продолжил:

— Все что нам нужно, это ночлег и врач.

— Он ранен? — спросил гоблин, разглядывая, Бука.

— Не сильно, но медицинское вмешательство ему не помешает.

Гоблин щелкнул пальцами и тут же прибежали четверо санитаров, которые унесли Бука.

— А теперь прошу следовать в мой кабинет, — сказал гоблин и пошел петлять по коридорам. Мы едва поспевали за ним. В конце концов, мы вышли в длинный коридор, которому не было конца. Гоблин остановился перед дверью с табличкой: «Кабинет ученого гоблина».

В его кабинете не было ничего особенного, если не считать пары кресел с драконьими головами, нескольких портретов с изображением разных сущностей. В основном там были гоблины.

— Присаживайтесь, — указал он на кресла и длинный диван, — и рассказывайте.

— Что именно вы хотите от нас услышать? — спросил профессор.

— Вашу историю, разумеется, — развел руками гоблин, — вы ведь наверняка не просто так здесь оказались.

— Вы правы, не просто так. Мы движемся в девятый мир.

— Вы хоть знаете, что вас там будет ждать? — таинственным голосом спросил гоблин. Он вовсе не удивился, как Тиецио.

Профессор Фледриг принял это как должное, поэтому ответил:

— Я полагаю, ничего хорошего.

— Вы правы. Хорошего там мало. Я был там несколько лет назад. Даже тогда там был полный хаос.

— Вы, наверное, хотите спросить, что нам там нужно?

— Да нет, я догадываюсь. Недавно какой-то чудак открыл врата миров, и вся гадость из девятого мира прямиком пошла к вам, верно?

— Да, и мы даже догадываемся, кто это сделал, — задумчиво проговорил Корнелиус.

— О чем вы, друг мой? — удивленно спросил профессор Фледриг.

— А вы не в курсе? Генерал Кребс, помните такого? Он сбежал как раз в то время, когда начались все эти странности.

Профессор Фледриг только вздохнул:

— Ну, считай, четвертая мировая на пороге.

Гоблин все это время внимательно смотрел на профессора.

— Ах, я совсем забыл, — сказал профессор, — я ведь обещал рассказать вам нашу историю. Ну что же, слушайте.

И профессор рассказал ученому гоблину все, что с нами произошло, и как мы оказались здесь.

Нокс — так звали нашего гоблина — внимательно выслушал историю, не задавая никаких вопросов. Лишь после того, как профессор произнес последнее слово, он покачал головой.

— Очень интересно, — сказал он.

Гоблин замолчал минут на пять. Я подумал уже, что он просто-напросто заснул, но он не спал.

— Значит, старина Ревендульф все еще жив? — спросил он.

— Выходит, что жив, — ответил профессор.

— Я помню, когда был еще совсем маленьким, он частенько бывал в нашем королевстве. Я тогда служил у короля Рондума девятого хранителем ключей.

— А король Рондум… — спросил я.

— О, старый Рондум девятый умер сто лет назад, — сказал Нокс, — он покоится в гробнице единорога, прямо за горой единорога.

— В замке с камнем желаний? — спросил Фледриг?

— Да, там был какой-то камень.

Нам срочно нужно туда попасть, — сказал профессор.

— Понимаю, но это сложно сделать. Гробница тщательно охраняется. К камню будет сложно подойти.

— Потому что она охраняется гигантскими насекомыми? — спросил я.

— А вы многое успели узнать за такое короткое время, — улыбнулся гоблин, — в таком случае не смею вас задерживать. Вот только поправится ваш друг, и отправитесь.

— Мы так и рассчитывали, — улыбкой на улыбку ответил профессор Фледриг.

— А теперь прошу в нашу столовую. Вы, верно, голодны?

— Ужасно, — утвердительно кивнул капитан Джон.

— Это называется невоспитанность, — прошипел капитан Лоренс и больно щелкнул братишку по голове.

— Как будто меня кто-то воспитывал, — буркнул Джон, вызвав у всех немало смеха.

Глава восьмая

Столовая была, конечно, не рестораном, но покормили, нас неплохо. Я уже привык к тому, что в этом мире постоянно случаются какие-то странности, поэтому, когда со мной заговорил жареный поросенок, я не очень то и удивился.

— Здравствуйте, мистер, — сказал он писклявым голоском, — как вам я?

— Извините, но я еще не попробовал, — ответил я.

— Ну что ж, тогда поспешите, — сказал поросенок, — я — самый редкий поросенок в семействе, и меня очень многие хотели скушать. Боюсь, через несколько секунд от меня останутся одни только воспоминания.

— Надеюсь, что хорошие.

— Непременно. Я слышал, что моего прапрапрадеда подавали к столу самого короля Рондума девятого.

— О, — протянул я, — для меня большая честь кушать прапраправнука королевского обеда.

С этими словами я вонзил нож в сочного поросенка. То же самое сделали все присутствующие. Поросенок был немалый, поэтому его хватило на всех. Когда от него остались, к сожалению, всего лишь хорошие воспоминания, все отметили, что это был самый лучший поросенок, которого они когда-либо пробовали.

После обеда мы наведались к Буку. Бедняга лежал весь перебинтованный, а около него суетились маленькие человечки.

— Я же сказала, — ворчала медсестра в толстых очках, — пациенту сейчас нужен только покой. У него сильнейшее сотрясение мозга!

— Мы не имеем ничего против покоя, — заверил ее профессор Фледриг, — но все-таки хотелось бы взглянуть. Как никак, он наш друг.

— У вас есть пять минут, — строго сказала она и, обрушив на маленький столик толстенную историю болезни какого-то больного, вышла из кабинета.

Первой к Буку, конечно же, подошла Лейла.

— Привет.

— Привет, — ответил он.

— Как ты, любимый?

— Хорошо, только когда глаза закрываю, начинают букашки разные ползать.

— Это последствия удара, — констатировал факт профессор Фледриг.

— Ну, ничего, ты скоро поправишься, и мы снова двинемся в путь, — сказала Лейла.

— Да я бы прямо сейчас двинулся, только здесь кормят хорошо, — Бук погладил свой живот и добавил, — и со мной никогда не разговаривали жареные поросята.

Все рассмеялись, и в этот момент вошла медсестра.

— Что за смех? — закричала она, — больному нужны тишина и покой!

— По-моему, вы сейчас создали больше шума, чем вы, — заметил я.

В ответ она грозно посмотрела не меня. Я подумал уже, что она сейчас взорвется, и поспешил к выходу. Но она не взорвалась, и мы благополучно покинули медицинский кабинет, чуть ли не носами столкнувшись с Ноксом.

— Ваши комнаты готовы, — вежливо произнес он, — можете располагаться.

— У каждого будет отдельная комната? — удивленно спросил капитан Лоренс.

— Да, только для таких гостей, как вы.

— И в чем же мы такие особенные? — спросил профессор Фледриг.

— Не вы, а пророчества.

— Опять эти пророчества, — устало выдохнул капитан Джон.

— В пророчестве сказано: «Явится истинный наследник, который свергнет самозванца, и придет в мир спокойствие».

— Истинный наследник? — профессор Фледриг, как и все мы были в недоумении.

— Все вы — наследники великих королей, каких свет еще не видел. Камни выбрали именно вас, и вам предстоит взойти на престолы девяти миров, чтобы править ими вечно.

— Красиво сказано, — сказал я, — но у нас немного другие планы — дойти до девятого мира и уничтожить зло.

— Невозможно уничтожить зло, оно тоже будет существовать вечно, но когда исполняться все девять пророчеств, и все наследники обретут власть, зло изолируется.

— Значит, мы обречены? — печально спросил Корнелиус.

— Иного выхода у нас нет, — сказал профессор, — во всяком случае, мы должны играть по правилам. А сейчас нам лучше пойти в свои комнаты и хорошенько отдохнуть. Завтра нужно будет выходить.

— А как же Бук? — обеспокоено спросил я.

— Ваш друг обязательно поправится, — заверил нас Нокс, — не забывайте, где вы находитесь.

Нокс лично проводил каждого из нас в свои комнаты и пожелал хорошего отдыха. Только оставшись один, я почувствовал, что ужасно устал. В одной из комнат была душевая. Но так она только называлась, на самом же дела это была самая обыкновенная комната, в которой стояло пара больших тазов, наполненных теплой водой и большая ванная, в которой находилось все для приведения себя в порядок. Самым трудным было раздеться. На мне было столько одежды, что только она заняла половину комнаты. Как ни странно, но отсутствие всех удобств я не ощущал. Наверное, это было следствием моей усталости. Я просидел в теплой воде почти час, пока вода не начала остывать, и, почувствовав облегчение (вода всегда оказывает на человека оздоровительное влияние) приступил к процедурам по очищению собственного тела. За время путешествия на мне накопилось столько грязи, что по окончании вода стала черной. Во время моего купания по комнате постоянно кто-то бегал, но я этого видеть не мог, так как глаза мои были покрыты толстым слоем мыльной пены. Когда же я снова обрел способность видеть, то понял, что топот маленьких ног мне не послышался. Рядом со мной стояла высокая вешалка, на которой аккуратно были развешаны чистые полотенца и белоснежный халат. Я поблагодарил своих невидимых помощников и отправился в комнату, в которой находилась кровать. Как и всегда бывает, после водных процедур мне ужасно хотелось пить. Когда я вошел в комнату, то увидел, что возле кровати стоит маленькая тележка, на которой аккуратно расположился фруктовый напиток и пара пышных булочек. «Смотри-ка, все предусмотрели», — подумал я и улегся на мягкую кровать. Она была настолько мягка, что я буквально провалился в ее нежные объятия. К этому я, к счастью, быстро привык и был готов заснуть в любую минуту. Но мне мешал свет, исходящий от больших окон. Я хотел, было пойти и занавесить их, но тут услышал позади себя голос:

— Хм… э-э… мистер…

Я обернулся и увидел висевшую на стене большую картину с изображением на ней старого человечка в ночнушке и смешном колпаке, который так же смешно болтался у него на голове.

— Вы это мне? — спросил я, не успев удивиться.

— Ну а кому же еще?

— Ну да, правильно, — согласился я, — кроме нас с вами здесь никого нет. Вы что-то хотели спросить?

— Да. Пожалуйста, не закрывайте окна, мне осталось прочитать каких-то триста тысяч книг, — он кивком указал на тысячи книг за его спиной, которые ожидали прочтения.

— Хорошо, как скажете, — сказал я и вернулся в постель.

— Вы откуда? — спросил человек.

Да, это был человек, а не гоблин. Мне было приятно поговорить с настоящим человеком, пусть он даже всего лишь изображение. Эти гоблины за короткое время мне изрядно надоели.

— Из первого мира, — ответил я.

— Я был там, — сказал человек, — в детстве.

— Вы кто? — поинтересовался я.

— Я — Тендал Старый Пес, Библиотекарь, — ответил он, — я работал в школе с самого ее основания.

— Ого, — сказал я, — зачем же вас нарисовали? За хорошее поведение?

— Нет, я был двоюродным братом самого короля Эланда. — Он поднял вверх палец и принял важный вид, но потом снова ссутулился и скромно пролепетал, — теперь же я только изображение.

— Как же, брат короля, и работали библиотекарем? — удивился я.

— Хранитель книг — очень старая профессия. На пост библиотекаря берут не каждого, а только приближенных короля.

— Я не знал, — начал оправдываться я. — А зачем вы называете себя старым псом?

— По той простой причине, что меня так зовут. Вы здесь надолго?

— Завтра двигаемся в путь.

— Но тогда, боюсь, за этот день я не успею рассказать вам все, что знаю.

Я уже был не рад, что завел беседу с этим библиотекарем. Если он начнет рассказывать все свои премудрости, то мне не удастся отдохнуть.

— Давайте сделаем так, — предложил я, — вы ведь никуда не уйдете отсюда, так?

— Куда же мне уходить? — развел руками библиотекарь, — если только за очередной книгой.

— В таком случае, вы расскажете мне все, когда мы вернемся. Тогда у нас будет целая куча времени, может даже больше.

— Чудесно, — сказал библиотекарь, — я буду ждать вашего возвращения.

— А сейчас я, пожалуй, посплю часок другой.

— Хотите, я почитаю вам сказку перед сном? — заботливо спросил он.

— Спасибо, но лучшая сказка — это сон.

Он говорил что-то еще, но я уже не слышал его, погружаясь все глубже в свой чудесный целительный сон.

Глава девятая

Как и предполагалось, мы проснулись очень рано. За большими окнами царила темнота, однако часы упрямо утверждали, что наступило утро. Я проснулся самым последним, как убедился в этом позже. Молодой гоблин, прибежавший за мной, отвел меня к моим друзьям. Они сидели в столовой за большим столом и что-то обсуждали с Ноксом.

— Вот и наш соня, — с улыбкой сказал профессор Фледриг.

— Не часто мне приходилось спать в такой уютной постели, — начал оправдываться я, — я проспал весь день, весь вечер и всю ночь, и все равно меня тянет обратно.

— Мне очень приятно слышать такие слова, — сказал Нокс, — и я с удовольствием бы поселил вас в своей школе, но… Пророчества не ждут. Поэтому прошу несколько минут внимания. Я вкратце расскажу вам все обстоятельства дела, и дам карту нашего королевства. К счастью, оно не очень большое, и вы очень быстро в нем освоитесь. Я думаю, у вас еще очень много вопросов.

— О, да, — ответил профессор Фледриг, — например, откуда у вас телевизионная станция? По пути к вам мы не увидели ни одного дома, кроме дома Тиецио, где и находится эта станция. Но у вас, же нет телевизоров.

— Это объясняется очень просто, — сказал Нокс, — я понял, о чем вы говорите. Я видел ваши телевизоры, поэтому с легкостью отвечу на ваш вопрос: это не телевизионная станция. С помощью этой установки мы прекращаем рост насекомых. В нашем мире они имеют тенденцию, очень быстро расти, притом, вырастают до невероятных размеров. И никто не в силах это объяснить. К счастью, разработчики с… извините, мне нельзя разглашать, это секретная информация. Так вот, некие разработчики придумали установку, которая просто-напросто прекращает рост этих насекомых, и действует на довольно большое расстояние.

— Но как же вы жили раньше? — спросил я.

— Раньше были сложные времена. Я тогда еще был ребенком, и помню, как мы всей семьей спасались бегством от этих тварей. Король Рондум девятый собирал целые армии, которые участвовали в сражениях с гигантами.

— Тогда еще один вопрос, — я поднял руку, и Нокс приготовился слушать, — как объяснить то, что в гробнице короля размеры насекомых больше, чем снаружи?

— Это объясняется еще проще, — улыбнулся Нокс, — те же разработчики придумали установку, которая отражает излучение первой. Таким образом, можно контролировать рост насекомых в любой точке королевства, даже в обыкновенном доме можно вырастить несколько насекомых разных размеров. Это, как вы понимаете, необходимо для охраны короля. Не каждый смельчак осмелится войти в гробницу короля, в которой кишат такие вот твари.

— Теперь понятно, почему мы нигде больше не встречали гигантских насекомых, — сказал я.

— Давайте я все-таки расскажу все, что может вам понадобиться для дальнейшего путешествия, — сказал гоблин, надевая очки и развертывая какой-то лист бумаги. — Это карта королевства, — пояснил он, — пожалуйста, располагайтесь поближе.

Мы подсели как можно ближе к Ноксу и тот начал объяснять практически каждый сантиметр карты.

— Вот столица, Ровелль. Там правит сейчас король Рондум Десятый, Но это он так себя называет. На самом же деле это самый обыкновенный самозванец. Для его свержения вам понадобятся больше сил. Попросите гномов и эльфов, они должны помочь.

— Здесь есть гномы и эльфы? — удивился капитан Лоренс.

— Здесь они, так сказать, коренные жители, а у вас, в первом мире, их довольно мало. Во времена, когда проход был еще открыт, довольно давно, немало эльфов и гномов перебралось к вам.

— А раньше я не верил в эти сказки, — произнес я, — теперь же я поверю во что угодно.

— Вот здесь, в горах, стоит Гордубен, город гномов. Гномы — воинственный и сильный народ. Они не знают слова «трусость», и никогда не отступят, ежели выбрали цель. Эвелейн — город эльфов. С эльфами нужно обращаться осторожно. Это быстрые, бесшумные, существа, и чаще всего они не любят незваных гостей. Если что, скажете, что вы от Нокса. Я с ними в дружбе. Видите эту реку, что течет по краю леса Элладена? Эта река приведет вас точно в город гномов. Правда, в горах она очень капризная, поэтому там лучше идти пешком. По пути вы разделитесь. Кто-то пойдет в Гордубен, а кто-то в Эвелейн. Практически все королевство усеяно деревнями. В основном там мирные жители, но все равно будьте осторожны. И еще, у нас есть блуждающие деревни.

— Блуждающие? — переспросил я.

— Да. Бойтесь их. Заходите только в те деревни, которые отмечены на этой карте. Я не знаю никого, кто бы вышел из блуждающих деревень. Нет, из нее выходят, если не останавливаются на ночлег. А вам они понадобятся только для этого.

— А как появились эти блуждающие деревни? — спросил профессор Фледриг.

— Очень просто, — ответил Нокс, разведя руками, — это своего рода проклятие. Когда-то эти деревни были в буквальном смысле стерты с лица нашего королевства. Теперь же они мстят каждому, кто попадется в их лапы. Они представляют собой обыкновенную деревню, с домами и жителями. В ней есть гостиницы, и все прочее. Обычно они появляются под вечер, когда усталые путники ищут ночлег. Ночлег то им дадут, но обратно они из этой деревни никогда не выйдут. Поговаривают, что это порождения хаоса. Там такие дела в порядке вещей. Всякий, кто попадет в ловушку, отправляется в девятый мир, а там.… Ну, в общем, вы меня поняли.

Мы утвердительно кивнули головами, и Нокс продолжил.

— Тордерн — город орков. Не лучшая компания для участия в войне. Орки, в общем-то, и созданы для ведения военных действий, но я бы их вам не советовал. Могу предложить вам мой родной город — город Сторн. Там живут мои братья — гоблины. Он находится вот здесь, — Нокс указал самый край карты в левом углу. И «город лесных странников». Он так и называется.

— А там кто живет? — поинтересовался капитан Лоренс.

— Люди. Самые обыкновенные люди. Ну, я рассказал вам все, что знал. В пути вас будет ждать много приключений, и я не могу обещать вам только хорошие.

— Спасибо, — сказал профессор, — и еще, расскажите нам все, что вы знаете про камни желаний. Нам необходимо знать все их свойства.

— Познания мои не столь велики в этой области, но все что знаю, я расскажу. Камни желаний — это осколки, которые в целом представляют единую структуру, называемую философским камнем. Эти камни родны друг другу, они — единое целое, хоть и находятся у каждого на своем пальце. Эта связь позволяет вам общаться и даже перемещаться в пространстве. Большие же камни — порождения малых — несмотря на свои внушительные размеры, обладают меньшей силой, но с их помощью так же возможно общение. Если все девять камней собрать воедино, они обретут такую силу, которая сможет менять саму структуру атомов. С помощью этого свойства вот эти очки из железного дерева, — Нокс постучал своими очками по столу, — можно превратить в золотые. А из воды можно создать любой другой напиток. Так же можно лечить любые болезни, включая так же и старость.

— Эликсир молодости? — догадался я.

— Точно. Этот напиток был весьма популярен среди королей. Но вам бы я не советовал. Так же камни желаний обладают свойством преданности. Обретя однажды истинного владельца, они всегда будут с ним. Если вы даже потеряете свой камень, рано или поздно он к вам вернется. К сожалению, друзья, это все, что я знал.

— Спасибо и на этом, — сказал профессор Фледриг, — а теперь, думаю, нам пора в путь.

— И еще один вопрос, — любопытство так и выпирало из меня, — этот лед вокруг вашей школы. Почему он не тает?

— Обыкновенное волшебство, ничего больше, — ответил Нокс, — если кому-то вздумается на нас напасть, то ему придется хорошо подумать прежде чем совершить это. Лед не раскалывается, и на нем невозможно ничего закрепить. Ботинки с шипами вам тоже вряд ли помогут. Это самое эффективное средство при обороне. Единственно уязвимое место в этом случае — это воздух, вернее, удары с воздуха. А времена драконов давно уже прошли.

— У вас и драконы были? — не переставал удивляться капитан Лоренс.

— Да есть тут один, но он совсем старый. Мой тезка, старина Нокс. Он живет в этой пещере, — гоблин указал место на карте, — можете его навестить. Если найдете с ним общий язык, он будет для вас хорошим помощником в предстоящем деле.

— Спасибо вам, — профессор Фледриг пожал руку Ноксу, так же поступили и все мы, — теперь мы отправимся в путь.

Мы получили каждый свою чистую одежду и оружие. Напоследок Нокс сказал:

— Доплывете до одинокой ноги, а там уж разделитесь. Город эльфов будет по правую сторону от реки, город людей и гоблинов — по левую, а до гномов река вас сама домчит.

После недолгих прощаний мы, наконец, покинули владения старого доброго гоблина Нокса.

Глава десятая

Нас снова ждали дремучие и непроходимые леса. Буквально через час хождения по ним мы заметно ослабели. Профессор поднял руку и предложил остановиться на пятиминутный отдых, чтобы свериться с картой. Судя по ней, через мили две-три впереди нас должна быть река, которая ведет в царство гномов. Решив не задерживаться ни на минуту, мы двинулись дальше. Пройдя не больше мили, мы действительно услышали шум воды. Еще миля и мы вышли к реке. Нельзя сказать, что она была очень широкая, скорее, узкая, чем широкая. Но на плоту по ней вполне можно было путешествовать. Профессор сразу организовал группу для постройки плота. Капитан Лоренс и капитан Джон должны были заготавливать небольшие бревна, мы с Джеком их носить, а Бука с девушками профессор заставил делать веревки, чтобы скрепить ими плот. Веревки, в общем-то, не нужно было искать, они свисали вниз тысячами — так называемые лианы. Не знаю, как они называются здесь. Как известно, лиана может выдержать вес целого слона. К сожалению, слонов здесь не было, и проверить достоверность этой теории мы не могли. Мы шли с Джеком по поваленным капитанами деревьям и выбирали подходящие, в то же время, поддерживая веселую беседу. Найдя подходящее бревно, мы уносили его на берег, где профессор с Корнелиусом по какой-то неизвестной мне технологии скреплял их обрезками лиан и глиной. Бук выглядел печальным и немного униженным. Но при нашем появлении он улыбался и спрашивал, как идут дела. А дела шли хорошо, даже очень хорошо. Капитан Лоренс и капитан Джон немного перестарались, и, когда плот уже был готов, продолжали валить деревья. Нам с Джеком пришлось пройти почти целую милю, чтобы найти их. Оглянувшись, капитан Лоренс присвистнул:

— Ух, ты, вот это поработали!

За каких-то полчаса ими была проложена гигантская тропа из поваленных деревьев длиной в милю. Когда мы вернулись, профессор Фледриг немного отчитал капитана Лоренса и капитана Джона:

— От природы надо брать только то, что вам жизненно необходимо. В данный момент нам жизненно необходимо построить плот, потому, что если я отправлюсь туда вплавь, то нас останется всего восемь. А вы устроили целый лесоповал промышленного масштаба.

Капитан Лоренс и капитан Джон не знали, что такое лесоповал промышленного масштаба, но, все-таки, оба виновато повесили головы. Но тут же их высоко подняли, ведь работа была сделана, и мы снова могли отправляться в путь. Плот оказался довольно вместительным и качественным. Все мы без труда разместились на нем. Мужчины, включая и меня, вооружились длинными шестами, и разместились по краю плота, выравнивая его направление, а девушки и профессор Фледриг уселись в центре.

— Давайте сразу подумаем, как будем делиться, — предложил профессор Фледриг.

— Я без своей дочери никуда не пойду, — заявил Корнелиус.

— А мы с Алекс успели хорошо сдружиться, — сказала Лейла.

— Вот и хорошо, — улыбнулся профессор, — одна тройка уже есть. Дальше?

— А что дальше? — сказал капитан Лоренс, с трудом выравнивая плот, — мы с братишкой в последнее время ладим, да и Бука можем с собой прихватить.

— Ну, вот и все, остались мы с Джеком и Алексом. Значит так, назначаю главных в группах. В нашей группе, естественно, я. Во второй группе Корнелиус, а в третьей капитан Лоренс. Первая группа отправляется в Гордубен, вторая — в Эвелейн, а третья — или в «город лесных странников» или в Сторн, выбирайте сами.

— Нам без разницы, — сказал капитан Лоренс, — главное, чтобы там ром продавали. Джон, у тебя остались монеты?

— И помните про блуждающие деревни.

Я дернул профессора за рукав:

— Нога, профессор.

— А? Что с моей ногой?

— Да нет же, вон она, одинокая нога, про которую говорил Нокс.

— Все, разделяемся! — сказал профессор.

Сначала мы доставили девушек и Корнелиуса на правый берег реки, а потом команду капитана Лоренса — на левый. На обоих берегах я увидел таблички с названиями городов: «Эвелейн», «Гордубен», «Сторн», «Город лесных странников». Это немного облегчило дело, так как было известно, что выбранные пути верны.

— Пока! — Крикнул я Алекс.

— Пока, — ответила она, — почаще вызывай меня по камню!

— Хорошо!

Я не сводил с нее глаз, пока они не исчезла в густых зарослях.

Мы с профессором и Джеком остались одни. Мне даже стало грустно, но ненадолго. Ведь именно сейчас начиналось наше приключение, связанное с захватом трона в зеленом королевстве. Я не могу сказать, сколько мы так плыли, время для меня в тот момент остановилось. Начало темнеть. Через каких-то полтора-два часа ночь поглотила все вокруг. Профессор Фледриг сидел с картой в руках, с трудом вглядываясь в нее, но потом бросил это занятие, боясь испортить и без того плохое зрение. А Джеку каким-то невероятным способом удалось наловить несколько рыбок. К счастью, у меня в кармане нашлась зажигалка, но тут же встал вопрос: а как разводить костер? Профессор придумал гениальную штуку. Если бы мы развели костер прямо на плоту, то непременно сгорели бы вместе с ним. А разводить его на берегу было опасно. Мы не знали, какие звери водятся в этих местах, поэтому не стали рисковать. Мы причалили к берегу и набрали побольше земли. Как известно, земля не горит. К счастью, вокруг был сплошной лес, так что хвороста было предостаточно. Мы сложили кучу земли в самом центре, а сами уселись по бокам будущего костра. Профессор сложил из веток и сучков шалашик, который очень быстро превратился в кучу угольков. Вскоре разгорелся настоящий костер, так что через несколько минут по всей реке разнесся аромат жареной рыбы. Изредка нам приходилось поправлять направление плота шестами, чтобы не угодить на берег. Не раз я видел на берегу горящие точки, перемещающиеся вслед за нашим плотом. Но очень скоро я перестал замечать эти точки, и все свое внимание сосредоточил на костре. Как известно, огонь имеет успокаивающее действие. Постепенно глаза мои стали слипаться, и костер превратился в один большой сплошной разноцветный ком, который я поскорее выбросил из своей головы и заснул.

Во сне мне приснился шар. Он менял свои цвета с синего до черного. Потом его формы стали плыть, и он превратился в небо. Потом я сам стал шаром, но какого я был цвета не смог разобрать. А потом все исчезло, и мы с профессором Фледригом плыли в полной темноте на плоту. Только не по воде, а в космосе. О чем мы разговаривали, уже не помню. Последнее, что сказал профессор, было:

— Друг мой, вы рискуете упасть и быть съеденным пираньями, или чем-то другим, не знаю, как их здесь называют.

Я посмотрел вниз, и увидел, что сижу на пустоте, а плот медленно от меня отплывает. Проснулся я оттого, что в рот мне набилась вода, а плот и действительно отплывал. Профессор с Джеком протянули мне шест, и с их помощью я забрался на плот.

— Как вы, друг мой? — обеспокоено спросил профессор.

— В полном порядке, — ответил я, когда из моих легких вылились остатки воды.

— Нужно быть осторожнее, — наставительно сказал профессор.

— Я крайне осторожен, профессор, — ответил я, — но во сне вся моя осторожность куда-то улетучивается. Где мы сейчас находимся?

— Недавно мы проплыли деревню забытых снов, — ответил профессор.

— Забытых снов? Странное название.

— Да, здесь все странное, — заметил Джек, — вот только что мы с профессором хотели позавтракать, но наша еда решительно заявила, что не желает быть нашим завтраком.

— Что за еда? — спросил я.

— Какая-то птица. Уселась на наш плот, а я ее схватил. Вот, смотри, — Джек показал мне палец с запекшейся кровью.

— Судя по карте, до Гордубена примерно двести миль, — сказал профессор, — придется на эту ночь где-то остановиться.

— На нашем пути есть только одна деревня, — заметил я, глянув на карту.

— Деревня старых псов, — произнес профессор, — еще одно странное название. Придется остановиться в ней.

— Так и сделаем, — согласился я.

Мы плыли до тех пор, пока солнце не опустилось на линию горизонта и не окрасило облака в яркие золотистые цвета.

— Надо бы связаться с капитаном Лоренсом и Корнелиусом, — сказал профессор, и я настроился на камень капитана Лоренса. У него был фиолетовый цвет. Контакт произошел почти сразу, и мое кольцо засветилось.

В нем отразился радостный капитан Лоренс с кружкой пива и в обнимку с какой-то девушкой.

— Здравствуйте, капитан, — сказал я.

Он отозвался нескоро, не сразу поняв, откуда его зовут. В конце концов, он ответил:

— О, Алекс! Здравствуй! Как поживаешь?

— Нормально поживаю. Вы уже где-то остановились?

— Как видишь.

— В деревне?

— Да, тут такая деревня…

— Как она называется?

— Призрак висельника, — ответил он, — кажется так, или что-то в этом роде.

— Профессор, посмотрите на карте деревню «Призрак висельника».

— Профессор долго искал, но, в конце концов, развел руками и произнес:

— Извините, друг мой, но такой деревни тут нет.

— Все понятно, они в блуждающей деревне.

— Пускай поскорее выбираются оттуда, — обеспокоено сказал профессор.

Но капитан Лоренс уже не в состоянии был говорить. Алкоголь ударил в его голову и камень погас.

— Что же теперь делать? — спросил Джек с волнением в голосе.

— Без паники, — профессор поднял руки, призывая нас к спокойствию, — надеюсь, капитан Джон был благоразумнее, и не стал пить так много.

Он связался с капитаном Джоном, но результат тот же. Капитан смог произнести только слова приветствие, неизвестно на каком языке, и камень профессора тут же померк.

— Последняя надежда на Бука, — сказал я и настроился на зеленый камень. Мое кольцо тут же начало менять цвет, становясь наполовину голубым, наполовину зеленым.

— Эй, что такое? — раздался голос Бука и звук льющейся воды. Оказалось, что он находился в самом обыкновенном туалете, и мы застали его врасплох в самый ответственный момент.

— Привет, Алекс, — ответил Бук через некоторое время.

— Привет, Бук, — ответил я, — ты знаешь, где капитан Лоренс и капитан Джон?

— Да, в местном баре. Пошли повеселиться, а меня оставили тут одного. Вот хожу по улицам, изучаю окрестности.

— Вам нужно как можно быстрее выбраться из этой деревни, слышишь меня?

— Что-то случилось?

— Да, вы — в блуждающей деревне, ее нет на карте. Как называется ваша деревня?

— Веселый призрак, — ответил Бук.

Я хотел, было рассмеяться, но было не до смеха.

— Нет, такой тоже нету, — сказал профессор.

— Ты меня слышал? — еще раз спросил я Бука для верности.

— Да где же я их сейчас найду? Я уже час хожу, а она все не кончается. Хотел уже домой идти.

— Вам нужно просто выбраться из этой деревни, — сказал я, — постарайся.

— Куда ж я денусь? — уныло ответил Бук, — пока.

— Удачи!

Дальше мы связались с Корнелиусом. Они не встретили на своем пути еще ни одной деревни, и профессор настоятельно просил сразу же связаться с ним, как только они что-то найдут. Потом я вызвал Алекс и мы от души поболтали, обмениваясь впечатлениями. Через час камень профессора засветился бледно-красным цветом. Камень профессора был белого цвета, а у Корнелиуса был красный камень. Сочетание их цветов давало такой бледно-красный оттенок.

— Профессор, — раздался голос Корнелиуса, — мы нашли какую-то деревню. Это гиблое место.

— Понятно, а как называется деревня?

— Так и называется, «Гиблое место».

— Да, такая деревня есть, — сказал профессор, складывая карту и убирая ее в карман. — Что же, удачно вам отдохнуть. Надеюсь, там живут гостеприимные люди.

— Спасибо, профессор, — сказал Корнелиус, — вам тоже всего хорошего, до свидания.

Камень профессора погас, а через минуту солнечный диск полностью закатился за горизонт, и нас окутала полная тьма. Вскоре и мы добрались до нашей деревни под странным названием «деревня старых псов». С трудом, увидев табличку на покосившемся столбике, мы причалили к берегу. Не без труда вытащив тяжелый плот на берег, мы отправились в деревню. На карте она была нарисована прямо возле реки, но на деле нам пришлось идти почти целую милю по темному лесу. Наконец, в полной темноте вдали я увидел свет.

— Вижу ее, профессор, — сказал я.

— Вот и хорошо, — спокойно ответил он, и мы прибавили шагу.

Дойдя до высокой деревянной арки, мы увидели название, написанное корявым подчерком: «Деревня старых псов».

— Интересно, зачем ее так назвали? — еще раз удивился Джек, и мы вошли в деревню.

В первом домике нас отпугнула злая собака, во втором, как оказалось, был какой-то праздник, и хозяин не мог связать и два слова. Короче, мы прошли почти полдеревни, пока нас не приютил маленький старичок. Он жил в самом центре деревни, прямо возле деревенского базара. Он вежливо расспросил нас, откуда мы идем, и мы за вкусным ужином с удовольствием рассказали ему все. В конце я спросил, почему деревня так называется. Оказалось, что «Старые псы» — это фамилия одного очень богатого человека, приближенного самого короля, который, шутки ради купил когда-то очень давно этот клочок земли. Здесь начали работать сотни людей, и постепенно здесь образовалась деревня, которую назвали именем того самого хозяина.

Не знаю почему, но я сразу же успокоился, ведь меня больше не мучил вопрос о происхождении этих странных названий. Я в последний раз связался с Буком и, убедившись, что у них все в порядке, заснул.

Глава одиннадцатая

Ночь прошла очень быстро, я даже не заметил. Однако, за столь короткое, как мне показалось, время, я хорошо отдохнул, и не чувствовал ни капли усталости. Как оказалось, я проснулся первым, что меня очень удивило. Обычно я сплю очень долго, но, видно, домашний уют подействовал на меня и я выспался намного раньше, чем обычно. Хозяин, маленький горбатый старичок, сидел за столом и занимался своими делами. Он оказался довольно хорошим собеседником, и мы отлично поболтали с ним про местную жизнь. Он рассказал мне некоторые легенды, связанные с этой деревней. Некоторые, признаюсь, были довольно страшными. Так мы разговаривали, пока не проснулись профессор Фледриг и Джек. Я пожелал им обоим доброго утра, а старик принялся готовить нам завтрак. Настоящая деревенская еда пришлась мне по вкусу, к тому же, прибавила еще немало сил, которые очень понадобятся в дальнейшем путешествии.

Профессор Фледриг остался беседовать со стариком, а мы с Джеком решили пройтись по окрестностям. А окрестности, скажу вам, были немаленькими. Больше мили мы прошли по довольно оживленным улицам, полным народа, который с удивлением рассматривал наши удивительные одежды. Незаметно дома кончились, и мы вышли на одинокую поляну без единого домика, посреди которой стоял одинокий эшафот.

— Старик говорил мне про это место, — сказал я, — здесь произошло нечто ужасное.

— Что-то типа оживших мертвецов? — спросил Джек, — в наше время такие случаи не были редкостью.

— Да нет, это похуже. Здесь казнили семью старых псов.

— Это тех, в честь которых назвали деревню?

— Точно.

— Они в чем-то провинились?

— Нет, просто в те времена были частые восстания, народ был возмущен, ну, как обычно, знаешь. И люди начали убивать всех приближенных короля. Так же поступили и с этой семьей. Когда они в очередной раз приехали в деревню отдохнуть, их всех повесили. Но старые псы были непростыми. Их род начинался от какой-то ведьмы, мачехи короля Эланда.

— Это самый главный который?

— Да. Они имели некоторую колдовскую силу. Перед смертью старый пес старший произнес страшное проклятие, которое не просто сделало их бессмертными впоследствии, но и дало им некоторую власть над силами тьмы. Они частенько совершают набеги на деревню, и каждого, кто встанет на их пути, они забирают в свои ряды. Понятно, каким образом.

— Да уж, — сказал Джек с дрожью в голосе, — пойдем отсюда, Алекс. Что-то здесь мрачновато становится.

И действительно, постепенно поляна мрачнела, а небо над нашими головами становилось все темнее.

— Бежим туда, — сказал я Джеку, указывая на одинокий туалет, стоявший на самом краю поляны.

В нем было проделано несколько дырочек, видно, служивших для вентиляции. Но все равно от омерзительного запаха они не спасали. Зато через них было хорошо видно все, что делается на поляне. А там творились просто ужасные вещи. По поляне носился белый ветер, так и, норовя разнести наше убежище в щепки. Вы когда-нибудь видели белый ветер? Я тоже не видел. Постепенно он приближался к эшафоту, в петле которого уже начал прорисовываться силуэт человека. Ветер кружился вокруг него, пока человек не запрокинул голову, издав громкий хриплый вдох. Воздух заполнил дырявые легкие, из которых он так же стремительно со свистом вылетал из разных дырочек. Все это время мы с ужасом наблюдали за создавшейся картиной. Человек попытался выбраться из петли и, когда ему это не удалось, просто оторвал прогнившую веревку у самой шеи. Он упал на колени и, хрипя, начал что-то бормотать. Его бормотанье мы слышали отчетливо, несмотря на сильный ветер, который уже начал менять цвета. В его бешеном танце начали проявляться силуэты лошадей, и сидевших на них конников. Я вдруг с ужасом почувствовал, что нога моя медленно опускается вниз, сопровождаясь деревянным скрипом. Это прогнившая доска гнулась под моим весом, и вот-вот должна была лопнуть. Я стал медленно поднимать ногу, старясь не создавать лишнего шума. Но в следующим момент ветер обрушился на крошечный домик, и я, потеряв равновесие, вместе с прогнившей доской полетел вниз, но, вовремя ухватившись за Джека, удержался и лишь навалился на стенку туалета. В то же время раздался оглушительный треск и наш туалет начал крениться набок. Пришлось нам вместе навалиться на другую стенку, чтобы выпрямить его. Этими действиями мы создали столько шума, что человек, сидевший на эшафоте, перестал бормотать. В то же мгновение мы притихли, ожидая самое страшное. Он медленно поднялся и, глядя в сторону нашего укрытия, побрел прямо к нам. Признаюсь, в тот момент у меня задрожали колени, а во рту стало сухо, как в пустыне. Человек дошел до нас и глянул в дырку, в которую только что смотрел я. Мы с Джеком как можно плотнее прижались к противоположным стенкам, стараясь не издавать лишнего шума, и ждали только, когда откроется дверь. Но она не открылась. Я посмотрел в щель и увидел, что человек пошел обратно к эшафоту и снова принялся что-то бормотать. Загадочные, мистические тени с очертаниями древних всадников на лошадях становились все более реальнее, пока, наконец, не ожили совсем. Ну, как ожили, это были мертвецы, и они пошли в сторону деревни. Войско из мертвых всадников было просто огромно. Когда оно, наконец, закончилось, Джек с ужасом заметил:

— Профессор не знает о них.

— Наш дедуля наверняка ему обо всем рассказал, — успокоил я его, но на душе у меня все же было неспокойно. — Пошли, — сказал я Джеку, и мы вышли, полной грудью вдохнув чистый, свежий воздух.

После такого ужасного аромата этот был просто чудесным. Но разнюхивать окружающий воздух, у нас не было времени. Мы со всех ног побежали в сторону деревни, время, от времени укрываясь в кустах, едва заслышав какой-нибудь шорох. Уже издалека мы услышали звуки настоящей борьбы. Стальные клинки сталкивались друг с другом и издавали громкие острые звуки. Мы подбежали поближе и увидели ужасную картину. Несколько десятков всадников на главной площади окружили обороняющихся мужиков с топорами и лопатами, которые яростно защищались, встав стеной вокруг маленькой беззащитной девочки, которая от страха присела на корточки и тихо плакала. Рядом лежали поверженные храбрецы, и ни одного врага, и было ясно, почему. Я не стал дожидаться, пока они убьют всех, и, вынув меч, кинулся на всадников. Джек последовал моему примеру. Как ни странно, но при моем приближении они разбегались кто куда, а когда мой меч настигал кого-нибудь из них, тот сразу падал замертво и исчезал, пустив клубы черного дыма. Постепенно все поняли, с чем они имеют дело и успокоились. Самый главный из них, как я понял, это был старый пес, и несколько всадников продолжали борьбу с обессилившими мужиками.

— Стой! — крикнул я им и кинулся старому псу наперерез.

Завидев меня, он хотел было кинуться ко мне и разнести меня в клочья, но, не пройдя и двух шагов, остановился. В его глазах отразился ужас, а и без того белое лицо еще больше побелело. Он нелепо покачнулся и, выронив меч, упал передо мной на колени:

— О, мой повелитель! — воскликнул он, — я не признал вас, прошу простить.

Поначалу я даже немного удивился, но тут же овладел собой и голосом, подобающим повелителю, сказал:

— Оставь этих людей и отведи свое войско.

В моем голосе промелькнула дрожь, но он этого не заметил и выполнил все, что я приказал.

— Еще раз прошу меня извинить.

— Не извиняйся, — приказал я и он перестал.

Сейчас этот человек, принявший меня за своего государя, был готов на что угодно.

— Старый Пес, ведь так? — спросил я.

— Так и есть, мой повелитель, — с поклоном ответил он, — я весь к вашим услугам.

— Я бы хотел узнать твою историю, а особенно про проклятие.

— Мне больно вспоминать, но я постараюсь, — ответил он.

— Тогда пройдемте в дом, — я указал на наше временное жилище и первым вошел в ворота.

Удивленные взгляды мужиков, которые только что сражались с этим мертвецом, перекрещивались друг с другом, и люди лишь пожимали плечами.

Едва мы с Джеком вошли в дом, на меня накинулся профессор Фледриг со словами:

— Алекс! Что там у вас…

Но, увидев за моей спиной человека с остатками плоти на лице, покачнулся и, как мне показалось, собрался падать. Но он не упал, лишь присел на стул, который очень кстати оказался рядом с ним.

— Знакомьтесь, — я указал на гостя, — это Старый Пес старший.

Старый пес вошел в дом, рассматривая присутствующих. Честно признаться, мне вдруг стало как-то жутковато. Я в первый раз в жизни пригласил на чай мертвеца.

— Присаживайтесь, — робко сказал хозяин и, перекрестившись, вылетел из дома.

Мы с Джеком как смогли в красках рассказали очумевшему профессору все, что с нами произошло. Постепенно он пришел в себя, и я попросил Старого Пса начинать свое повествование. И он начал с самого начала, когда его еще и в помине не было. Вкратце только расскажу то, что он нам поведал. Одним словом, жил когда-то давно король Эланд, и у него была жена, прекрасная Беллатриса. Она родила ему восемь прекрасных сыновей, но, как это обычно бывает, вскоре умерла. И король, после недолгих переживаний, женился на другой девушке по имени Карамдель. Она то и носила эту странную фамилию — Старые Псы. По рассказам, это была злая ведьма, обладающая неимоверной силой. Она родила королю дочку, которую назвали Анжелиной — в честь ее прабабушки. Мачеха невзлюбила сыновей и постоянно их ссорила. В конце концов, чтобы избавиться от них совсем, она с помощью своей силы создала камни желаний, которые открывали их владельцам невероятные возможности. К примеру, с помощью камня можно было создавать целые миры, что и сделали принцы. Все они стали жить раздельно, что еще больше надрывало их и без того ужасные отношения. Между ними случались настоящие войны, связанные с завоеваниями камней. Ведь, как известно, властелин всех камней обладал еще большей силой, с которой не то, что миры, целые вселенные создавать можно было. У новой жены короля был двоюродный брат Тендал, работающий у него библиотекарем. У него родился сын Торнед, который и находился сейчас у нас в гостях. В те времена ведьма Карамдель творила ужасные вещи с людьми, и всем, что их окружало. С помощью своих чар она овладела разумом короля Эланда, и тот был в полной ее власти. Народ очень злился на старую ведьму и, в конце концов, его терпение, как говорится, лопнуло и ведьму сожгли на костре. Люди были в бешенстве и решили полностью избавиться от Старых Псов. Дело в том, что король принял эту фамилию и тем самым обрек себя на погибель. Та же участь постигла и Торнеда. В последнею минуту своей жизни он успел произнести свое страшное предсмертное проклятие. Он будет мстить людям до тех пор, пока кто-нибудь из Старых Псов не взойдет на трон. То есть, любой наследник короля Эланда. Пока до этого времени на троне были лишь самозванцы, и проклятие не могло исполниться, из-за чего дух Торнеда не успокаивался и постоянно с местными мертвецами совершал набеги на деревню, в которой его убили.

На этом Старый Пес старший закончил свою повесть. Мы немного помолчали. За это время профессор Фледриг совсем успокоился, и с глубоким вниманием слушал Торнеда, а иногда даже задавал ему вопросы.

— Значит, чтобы успокоиться, тебе нужно, чтобы трон занял кто-то из вашего рода? — спросил профессор.

— Да, — подтвердил Торнед, — Я породил это проклятие, но исполнить его не в силах, ведь я уже…

— Мы поняли, — за всех ответил профессор. — Поэтому призываем вас к сотрудничеству.

Я понял, что профессор опять что-то придумал.

— Вы могли бы прояснить? — спросил Торнед.

— Конечно, — ответил профессор, — вы со своей командой поможете нам свергнуть этого самозванца на троне, и тем самым поможете себе успокоиться.

Торнед думал недолго. Он, как мне показалось, улыбнулся, но тут же принял серьезное выражение лица и твердо произнес:

— Придется потрудиться, ведь столько народу надо будет собрать. Боюсь, столько еще не умерло.

Это, конечно же, был юмор, и мы вместе с трещавшим по швам Торнедом от души посмеялись.

Глава двенадцатая

Я связался с капитаном Лоренсом, а потом с Алекс, и они рассказали мне каждый свои истории. Они помогут прояснить дальнейшее мое повествование.

После нашего расставания капитан Лоренс повел свою маленькую команду в «город лесных странников». Путь был долгим, и в дороге их застала ночь. К счастью, на пути у них встала деревня, в которой они и остановились. Капитан Лоренс с капитаном Джоном сразу отправились искать местный бар, а Бук остался дома. Братья напились, как свиньи и перестали ощущать ход времени, а оно неумолимо приближалось к ночи. Блуждающая деревня уже начала исчезать, превращая все и вся в духов. Именно в этот момент я и связался с Буком. К счастью, он довольно далеко прошел в поисках общественного места, поэтому с легкостью нашел деревенский бар, где пьянствовали капитан Лоренс и капитан Джон. Лица деревенских жителей стали мертвецки-белыми, а их жуткие голоса распространялись на многие километры. От такой жути оба капитана мгновенно протрезвели, и без посторонней помощи принялись уносить ноги. Единственное, что помогло им, было то, что они были наследниками самого короля, и вся нечисть признала их, дав им возможность быстро уйти. Деревня медленно растаяла, унося лица и голоса в бездну, и вскоре на ее месте осталась обычная поляна, на которой не было ни травы, ни цветов, просто голая земля. Им пришлось заночевать в лесу, рискуя проснуться в чьем-нибудь желудке, но делать было нечего, поиск убежища мог бы занять всю ночь. К счастью, утром они проснулись на своих местах, и, скудно покушав, двинулись в путь. По пути они не нашли ни одного признака присутствия людей, однако капитана Лоренса мучила мысль, что они не одни. Его пиратское чутье никогда не подводило, и вскоре их схватили деревья. Да, да, самые обыкновенные деревья. Друзей окружили плотным кольцом из деревьев, и повели в «город лесных странников». На самом же деле это был не город, а самый настоящий рай. Даже по рассказам капитана Лоренса я ощутил то трепетное ожидание того, что окажется за следующим деревом. А деревья там были просто гигантскими, размером с дом, не меньше. Лесные странники специально выбрали такое место с такими деревьями, чтобы было удобнее строить город. Сам город находился между небом и землей, к последней же спускались лишь длинные веревки. Люди в странных одеждах непонятно из чего, свободно и довольно спокойно разгуливали по широким деревянным платформам, которые были расположены на деревьях. Закреплены они были самым удивительным образом самыми обыкновенными веревками. Каким-то невероятным способом верхушки массивных близстоящих деревьев были согнуты крест-накрест. От центра пересечения стволов вниз шли толстые веревки. Огромная сила, созданная упругими стволами, стремящимися выпрямиться, и поддерживала практически все платформы на смежных деревьях. Всего же таких платформ было по пять штук на каждое дерево, и на каждой жила отдельная семья. Четыре верхние платформы были намного выше, чем нижние. Они были соединены между собой деревянными мостами. Они то и позволили создать в буквальном смысле слова воздушное королевство. Нижние платформы, соединенные между собой мостами длиной в десять-пятнадцать метров, образовывали настоящие улицы, переулки, дворы. На каждом дереве вверх уходили длинные веревочные лестницы, позволяющие жителям свободно добираться каждому до своего места жительства. За всем этим Капитан Лоренс, капитан Джон и Бук наблюдали, затаив дыхание, а, пройдя рядом с городским баром, в котором они разглядели самые редкие и, по их мнению, вкусные напитки, капитан Джон и капитан Лоренс поклялись друг другу, что непременно заглянут сюда как-нибудь.

— Куда мы идем? — спросил капитан Лоренс у шедшего рядом дерева.

— К королю, куда же еще? — глухо ответил ствол и умолк.

— Вот еще, какой вопрос, — капитан Джон сделал выразительно-озадаченное лицо, — почему вас называют лесными странниками? Вы, как я понял, никуда не странствуете.

— Это не про нас, — снова раздался из дерева глухой голос.

— Надеюсь, вы не про них говорите? — голос капитана смолк, взгляд его указывал вниз. Посмотрев туда, друзья просто онемели. Деревья-гиганты, словно строй солдат, медленно шагали, оставляя за собой лишь смятую траву. Учитывая их вес, это было удивительно.

— Ого, — выдавил из себя капитан Джон, — никогда бы не подумал, что.… Хотя, проведя здесь еще пару месяцев, я поверю даже в кораблей-призраков.

— О-о, этого тут навалом, — со смешком сказал другой ствол, — как я понимаю, вы — неместные?

— Нет, — сказал капитан Лоренс, — как я понимаю, мы из первого мира. Только в последнее время я вообще ничего не понимаю. Надеюсь, когда-нибудь я все-таки проснусь.

— А я надеюсь, что это не сон, — сказал Бук, и больно ущипнул капитана.

— Ай! — капитан хотел обсыпать Бука всякими проклятиями, но, к счастью для последнего, колонна подошла к концу своего пути.

Они стояли перед просто огромным деревом, по сравнению с которым остальные были детьми.

— Да, — произнес капитан Джон, — вы сразу скажите, сколько у вас тут таких штучек, чтобы каждый раз не удивляться.

— Давай, пошел, — прикрикнул ствол и больно толкнул капитана Джона в проход в дереве. После он так же поступил с капитаном Лоренсом и Буком.

— А вы не думаете, что этому дереву должно быть больно? — спросил капитан Джон, — оно, или он ведь живой. Раз ходит, значит живой, я прав?

— Слишком много вопросов, — грозно сказало дерево, шедшее позади него, — чем больше вопросов, тем больше голов полетит вниз.

— Так сразу? — капитан придал голосу немного обидчивости, — даже чаю не предложите?

— Пришли, — сказал ствол, — о, великий Кедр, мы привели тебе путников. Что прикажешь делать?

Поначалу друзья расслышали лишь громкие скрежеты и скрипы, сопровождающиеся сильным потоком ветра, но потом из этих скрипов они научились выделять слова, и предложения. Вот что сказал Кедр:

— Пускай остаются, а вы ступайте прочь!

Стволы покорно расступились и пропустили тройку вперед, а сами, раскланявшись, вышли наружу.

Дерево говорило медленно, нараспев, скрипя своими деревянными связками, ведь спешить то ему было некуда.

— Принцы… великого… короля… Рад… приветствовать… вас… здесь…

— Вообще-то, мы пришли за помощью, — сказал капитан Лоренс, — нам нужна армия для того, чтобы исполнить пророчество.

— Я… знаю… — сказал Кедр, — армия… будет… Только… не… смейте… ходить… к… гномам… и… эльфам… Сегодня… они… не… на… нашей… стороне…

— Хорошо, я обязательно передам своим друзьям, — сказал капитан, — прямо сейчас.

— Не… нужно… торопиться… — спокойно произнесло дерево, — К… спешащему… по… жизни… спешат… все… беды…

— У вас, я вижу, философский подход к жизни, — сказал капитан Джон, — а, сколько вам лет?

— Сто… лет… назад… мне… исполнилось… ровно… пять… тысяч…

— Ого! — воскликнул капитан Джон, — мы немного опоздали, извините.

Старый Кедр обладал чувством юмора, поэтому разразился настоящим деревянным хохотом. Правда, этот хохот стоил друзьям половины слуха и несколько шишек. Такой порыв ветра просто сдул их с ног.

— Прошу… простить… — сказал Кедр, — как… давно… я… так… смеялся. Вы… можете… располагаться…

Они вышли, а за ними в Кедр вошли охранники. После недолгого разговора они вышли и повели наших друзей в их комнаты. Теперь отношение деревьев к ним совсем изменилось. Они не грубили, не толкались, напротив, старались им угодить. Каждому была отведена отдельная комната на втором этаже в центре города. Медленная качающаяся жизнь пришлась по вкусу принцам с королевской кровью. На этом я заканчиваю повествование, и приступаю к истории Алекс.

После нашего расставания они пошли по узкой тропе, уводящей в густые заросли. По прошествии почти двух часов они вышли к широкой реке с песчаными берегами. Справа от них развернулась ужасная картина: на земле лежал человек с многочисленными ранениями. Он держался рукой за живот и глядел куда-то вдаль. Корнелиус подошел к раненому и первым делом принялся перевязывать ему раны. На это ушло почти половина его одежды, которая, к счастью, скрывалась под его черным плащом, так что обрывки не были видны. Кровь удалось остановить, но в сознание пострадавший не приходил.

— Принесите воды, — сказал Корнелиус, и девушки побежали к реке.

Едва первые капли холодной речной воды упали на лицо раненого, как он резко вздохнув, открыл глаза. Он тяжело дышал и внимательно рассматривал окружавших его людей. Вдруг лице его отразился ужас и он начал что-то говорить, правда, разобрать то, что он говорил, не представлялось возможным — настолько он был слаб.

— Ему нужны тепло и покой, — сказал Корнелиус и все трое принялись готовить для раненого временное убежище. Алекс с Лейлой занялись приготовлением дров, а Корнелиус отыскал небольшую пещерку, куда и поместили раненого. Огонь делал свое дело, и постепенно на бледном лице пострадавшего появился яркий румянец, и он снова открыл глаза.

— Кто вы? — Корнелиус решил первым завести разговор.

— Они похитили Венду, — еле шевеля губами, произнес раненый.

Глаза его стали закрываться, и Корнелиус подумал, что он опять потеряет сознание, но тот снова заговорил:

— Я — Нрейнед. Венда была моей любимой дочерью.

— Кто ее похитил? — спросил Корнелиус, склонившись над Нрейнедом.

— Они. — Ответил он и снова ушел в забытье.

— К ночи нам нужно добраться до деревни, — сказал Корнелиус, — я думаю, она не так далеко.

Они стали ждать, пока Нрейнеду не станет лучше. Когда он уже был в состоянии самостоятельно подниматься и даже ходить, они, следуя его указаниям, двинулись в путь. Нужно было пройти вправо вдоль по течению реки, чтобы дойти до моста, перебраться на ту сторону, а там до деревни рукой подать. Так и оказалось. Пройдя по длинному мосту, они снова углубились в лес, и через каких-то пятнадцать минут вышли к деревне, перед которой стоял вбитый в землю столбик с надписью: «Гиблое место». В темноте нельзя было понять, насколько это гиблое место, так что Корнелиус в сопровождении девушек и Нрейнеда начали искать дом. Он должен был находиться в центре деревни возле большого колодца. Вскоре они подошли к совершенно низкой стене, едва доходившей человеку до колен.

— Не переступайте, — тихим ослабевшим голосом произнес Нрейнед, — это колодец.

— Такой большой? — удивилась Алекс и заглянула в его темное око.

Корнелиус обеспокоено потянул дочку назад:

— Не надо, Алекс. В темноте можно и оступиться.

По всем описаниям дом Нрейнеда находился справа от колодца. Сам он держался из последних сил и, едва переступив порог своего дома, лишился чувств. Женщина, сидевшая за столом, сорвалась с места и бросилась к Нрейнеду.

— Вы его жена? — спросил Корнелиус.

— Да, — робко ответила та, — кто вы?

— Мы нашли вашего мужа на той стороне реки. Он тяжело ранен, ему нужен покой.

Все вместе уложили Нрейнеда в постель, а Элайна, так звали его жену, приготовила ужин. Она не переставала благодарить спасителей своего мужа, но грусть с ее лица так и не сошла.

— Может быть, вы расскажете, что произошло? — спросил Корнелиус, за обе щеки уплетающий вкусную говядину.

— Это произошло давно, очень давно, — ответила женщина, подавляя слезы.

— Если вам тяжело, можете не рассказывать, — сказала Алекс, жалостно глядя на нее.

— Нет, нет, все хорошо, — Элайна сделала попытку улыбнуться, и она удалась. — Очень давно, когда я еще была ребенком, в наших горах поселились орлы. Только это не те орлы, которых мы с вами обычно привыкли видеть, эти превосходят человека в несколько раз. Естественно, что и пищи им нужно было много больше. Вот они и повадились в нашу деревню. Раз в неделю у нас пропадали люди. Потом все поняли, какая опасность нависла над деревней, и стали остерегаться. Жертв стало меньше, но они были. В основном молоденькие девушки. Эти существа появляются и днем и ночью. Они просто появляются и все, как будто из-под земли. Я не знаю, как это у них получается. Вот и в этот раз они забрали нашу Венду.

Глаза Элайны заметно краснели, и было видно, что она вот-вот расплачется.

Алекс дернула отца за рукав:

— Папа, ты же видишь, как ей тяжело. Неужели нельзя отложить назавтра?

— Нет, я продолжу, — казала Элайна. — Однажды терпение деревенских мужиков лопнуло, и они собрались в поход, чтобы найти логово орлов. Мой муж тоже отправился с ними. В тот раз я ждала его долгих два дня. Он вернулся с радостной вестью — логово найдено. Там в горах произошла большая битва, в которой орлы потерпели поражение, и нескольких пленных удалось спасти. У нас тогда было всего двое раненых. В тот же день на нашу деревню обрушились сотни птиц. Они разгромили с десяток домов и поубивали половину из тех, с кем сражались ранее. С тех пор мы стали осторожнее, но, когда они похитили Венду, — Элайна тяжело вздохнула, — мой муж один отправился в горы. С момента его ухода прошло почти два дня. И вот, когда вы принесли его такого,… Я вам очень благодарна. Слава Богу, он жив.

— Да, это самое главное, — сказал Корнелиус. — Вы не будете против, если мы заночуем у вас?

— Конечно, нет. Я приготовлю вам постель.

Элайна побежала готовить место для ночлега, а Корнелиус, Алекс и Лейла принялись обсуждать услышанное. Обсуждали недолго, и пришли к единому решению, что нужно остаться в деревне и помочь ее жителям в беде. На этом они, пожелав хозяйке спокойной ночи, отправились спать.

В деревне обычно все просыпаются очень рано. Так и трое наших друзей тоже проснулись еще затемно. Стол уже был накрыт, а хозяйка хлопотала по дому. Она выглядела намного бодрее, чем вчера. К тому же Нрейнед начал поправляться и уже завтракал в своей постели.

— Всем доброе утро, — сказал Корнелиус. То же сделали Алекс и Лейла.

— Доброе, — ответил Нрейнед, — как спалось?

— Просто замечательно, — сказала Алекс.

— Отлично, — подтвердил Корнелиус.

— Давайте кушать, — сказала Элайна, и только после гостей села к столу.

— Да, кстати, — словно что-то вспомнив, сказал Корнелиус, обращаясь к Нрейнеду, — вчера мы так и не познакомились, столько всего навалилось, не до этого было. Меня зовут Корнелиус, это — моя дочь, Алекс, а это — Лейла.

— Очень приятно, — с улыбкой ответил хозяин и кивнул головой в знак уважения.

— Вижу, вам уже лучше? — сказал Корнелиус.

— О, да, — довольно ответил Нрейнед, — вот поправлюсь и снова в горы.

— Даже не думай, — строго сказала Элайна, — мне еще тебя осталось потерять.

— Так ты думаешь, что ее уже не вернуть? — с гневом воскликнул Нрейнед, — я отправлюсь туда и верну свою дочь! Не смей даже думать о том, чтобы меня отговорить!

Элайна, уткнувшись лицом в ладони, тихо плакала. Она до сих пор не могла пережить эту боль.

— Не расстраивайтесь, — сказала Алекс, — мы обязательно вам поможем.

— Поможете? — переспросил Нрейнед, — как именно?

Корнелиус негромко кашлянул и произнес:

— Ночью мы обсуждали эту тему и решили остаться у вас на некоторое время, чтобы помочь вам разыскать вашу дочь.

— Это очень мило с вашей стороны, — сказала Элайна, перестав плакать, — только оттуда мало кто возвращался.

— Ну, как видите, мы во всеоружии, — Корнелиус показал на мечи и серебряный лук со стрелами, — во всяком случае, мы постараемся помочь.

— Вот только поправлюсь, — повторил Нрейнед и заснул.

— Ему сейчас нужно больше отдыхать, — сказал Корнелиус, — спасибо за завтрак, все было вкусно. Я думаю, неплохо было бы сейчас прогуляться.

Лейла и Алекс с этим согласились, и все трое вышли на улицу.

Не успели они пройти и пары шагов, как остановились.

— Надо же, перо, — сказала Лейла, поднимая с земли гигантское перо, судя по всему, орлиное.

Перья были разбросаны повсюду, но больше всего их было возле колодца.

— Пошли, — сказал Корнелиус и направился прямо к нему.

Заглянув внутрь, он замер: вся внутренняя стенка колодца была буквально облеплена перьями и пухом.

— Что думаете? — спросил Корнелиус.

— Мыслей очень много, — ответила Алекс, — но одна пугает меня больше всего.

— Что за мысль?

— Что нам придется туда лезть.

— С чего ты взяла?

— А что, мы будем так стоять и смотреть?

— Она права, — сказала Лейла, — если колодец как-то связан с орлами, его нужно полностью проверить. Я первая спущусь. Только веревку бы достать.

Веревку нашли без труда, в доме Нрейнеда, и Лейла приготовилась к спуску. Вокруг стояли любопытные наблюдатели, которые глядели на происходящее с открытыми ртами. Видно, с колодцем была связана какая-то страшная легенда или что-то в этом роде. Примерно через минуту после начала спуска Лейла закричала:

— Все, я стою! Спускайтесь! Здесь даже воды нет, только запах противный.

— Ну, запах нам нипочем, — сказал Корнелиус и как следует закрепил веревку на Алекс.

— Осторожнее, — наставительным голосом сказал он.

Она тоже спустилась удачно. Потом Корнелиус закрепил веревку за столбик возле колодца и спустился сам. Запах и, правда, стоял просто отвратительный, повсюду были разбросаны птичьи перья. На дне было совершенно темно. Отверстие наверху не пропускало ни малейшего света. Постепенно их глаза начали привыкать к темноте, и они разглядели массивный тоннель, уходящий далеко в глубь каменной породы.

— Идем? — спросила Лейла.

— Надо идти, — согласился с ней Корнелиус и первым двинулся вперед.

Тоннель имел округлую форму и был невероятно большим. По всей ее длине вилась каменная дорожка, явно выложенная людьми. Кто и когда проложил этот тоннель, было неизвестно, но его предназначение становилось понятным. Около часа шли они по прямой каменной дороге, которая вдруг стала подниматься вверх. Постепенно подъем увеличился так, что продолжать движение стало невозможно. Ноги соскальзывали с гладких камней, по которым раньше, видно, текла вода.

Корнелиус покачал головой:

— Дальше пути нет, идем обратно.

— Постойте, — сказала Лейла, — здесь что-то похожее на лестницу.

У правой стены наверх шла длинная веревочная лестница. Корнелиус подошел к ней и слегка наступил, проверяя ее прочность.

— Вроде держит, — сказал он.

Но, как только он наступил на нее всем своим весом, раздался громкий треск, эхом прокатившийся по всему тоннелю и Корнелиус вместе с веревкой полетел вниз. К счастью, лететь было не далеко.

— Папа, ты в порядке? — взволнованно спросила Алекс.

— Я то в порядке, — ответил он, — только лестница, кажется, совсем не порядке.

Он попытался встать, но тут же сел, прихватившись за спину.

— Все, — сказала Алекс, — пошли домой.

— Вот только отдохну, и пойдем, — сказал Корнелиус.

Через пять минут ему стало легче, и он смог подняться на ноги, после чего они отправились назад. По веревке, которую Корнелиус закрепил снаружи, они с легкостью выбрались наверх. Обойдя колодец вокруг несколько раз, Корнелиус задумчиво почесал по голове и направился домой. Завидев путников в грязной одежде и покрытых перьями, хозяин не на шутку перепугался и начал расспрашивать, что произошло. Пришлось рассказывать, как они лазили в колодец и отыскали там подземный ход. Старик немного успокоился, но все же настоятельно просил больше туда не соваться. После этого разговора он ушел куда-то по своим делам, и друзья остались наедине.

— Что думаете о находке? — спросила Лейла.

— Ты о подземном ходе или об орлиных перьях? — спросила Алекс.

— Обо всем.

— Давайте выслушаем мнения всех, а потом сделаем выводы, — сказал Корнелиус.

— Согласна, — сказала Лейла, — лично я думаю, что этот колодец как-то связан с нападениями птиц на деревню.

— Возможно, он ведет прямо в их логово. — Заметила Алекс, — но я не вижу никакой логики. Зачем использовать колодец, если можно добраться по воздуху?

— Вот и я о том же, — сказал Корнелиус, — этот тоннель не просто связывает деревню с логовом орлов. Здесь какая-то тайна. И ее нам нужно разгадать.

В этот момент где-то на улице раздался душераздирающий вопль. Корнелиус мгновенно выскочил из дома, Алекс и Лейла — за ним. На улице перед ними предстала удивительная и страшная картина: огромная птица металась из стороны в сторону, выискивая жертву. Наконец, приметив молодую девушку, кинулась на нее и, схватив когтями ее нежное тело, бросилась к колодцу.

— А ну, стой! — закричал Корнелиус и вцепился орлу прямо в хвост.

Вместе они с большой скоростью полетели вниз.

— Папа! — закричала Алекс, и попыталась броситься вслед, но ее остановила Лейла, — не спеши. Будет лучше, если мы подождем здесь. Твой отец, я уверена, что-нибудь да придумает, а в том, что он жив, сомневаться не стоит.

Со слезами на глазах Алекс побежала в дом. А вот что в это время было с Корнелиусом.

Он крепко держался за орлиный хвост и едва не задевал стены тоннеля, по которому птица летела с огромной скоростью. Именно эта скорость позволяла Корнелиусу избегать столкновения. Полет продолжался несколько минут. Наконец, впереди показался тусклый свет и в следующее мгновение орел полетел резко вверх, рискуя задеть своими крыльями узкий проход, из которого и лился солнечный свет. Полет прекратился минуты через две, и стоил Корнелиусу несколько шишек. С трудом поднявшись, он понял, что находится в том самом логове, о котором говорил старик. Повсюду здесь были орлы. Тот, что принес его сюда, положил девушку на землю и повернулся к Корнелиусу. Он был готов разорвать незваного гостя в клочья, и Корнелиус был уверен, что он непременно это сделает, но орел не торопился. Он, удивленно уставившись на гостя, отступил немного назад, после чего произнес:

— Простите, ваше величество, сразу не признал.

Корнелиус ужасно удивился, но тут же взял себя в руки:

— Ничего страшного. Зачем ты похитил эту бедную девушку?

— Пойдемте со мной, я все вам расскажу.

Он направился на край зеленой поляны, где было меньше всего птиц. Пока они шли, остальные орлы с почтением расступались перед орлом, а, завидев Корнелиуса, и вовсе припадали к земле.

— Много лет назад, — начал орел, — наше племя было в буквальном смысле слова стерто с лица земли. Жители деревни поступили с нами жестоко, я был тогда малышом, и уже тогда поклялся отомстить за своих родителей, и за всех, кого так жестоко убили. Я чудом спасся и с того самого дня начал собирать армию для осуществления своего плана. Моя армия росла с каждым днем, пока не стала той, которую вы видите сейчас.

Он обвел крылом поляну с орлами и продолжил:

— Если я уничтожу всю деревню, то месть будет слишком мягка. Я поступал по-другому, забирал у людей самое дорогое — их детей. Согласитесь, потеря близких приносит больше страданий.

— Нельзя же убивать невинных детей за проступки прошлых поколений, — грозно сказал Корнелиус.

— За всю свою жизнь я убил только одного человека — того, кто убил моего отца и мою мать.

— А где же остальные?

— Все они живы и, между прочим, живут прекрасно, хотя, может быть, и не понимают этого.

— Значит так, — сказал Корнелиус, — сегодня же все пленники должны вернуться в деревню, и вы прекратите набеги.

— Как скажете, — покорно ответил орел и, чуть помедлив, добавил, — очень рад, что вы вернулись.

— Кстати, а как ты меня узнал? — спросил Корнелиус.

— Вас знает каждый муравей, — ответил орел, — пророчество сбывается!

С этими словами он отправился выполнять приказ.

Глава тринадцатая

Как только Торнед закончил свой рассказ, мы тотчас же принялись готовить армию. Самое подходящее для этого место было на кладбище. Оно находилось не так далеко, в полутора километров от деревни. До него мы добрались пешком. Как такового, кладбища там не было, вернее, уже не было. От него, судя по немногочисленным сгнившим крестам, давно остались одни только воспоминания.

— Кого мы будем здесь искать? — спросил я, оглядываясь по сторонам в ожидании увидеть силуэты призраков. Профессор Фледриг шел следом за мной. Ему, судя по его выражению лица, тоже было не по себе. Самым последним шел Джек, беззаботно грызя неизвестно откуда взятые семечки.

— Друг мой, где вы раздобыли эту удивительнейшую вещь? — спросил Джека профессор, — не могли бы вы отложить мне горсточку?

— Конечно, профессор, — Джек принялся пересыпать профессору семечки. В этот же момент Торнед громким голосом проговорил:

— На этом кладбище нельзя ничего трогать, а тем более есть. Все, что вы унесете с собой, убьет вас.

Джек принялся судорожно кашлять, и спешно опустошать карманы. Его примеру последовал и профессор Фледриг.

— Очередное проклятие? — спросил я.

— Проклятия тут плодятся как крысы в полном еды подземелье.

— Так кого мы здесь будем искать? — повторил я вопрос.

— Все, пришли, — сказал Торнед, останавливаясь возле небольшого холмика. — Это лорд Венелис. В прошлом он командовал армией самого короля Эланда.

— Вы его вызовете? — спросил профессор.

— Нет, зачем же беспокоить старика? Мы сами к нему отправимся.

— Можно узнать, каким способом?

— Если у меня хватит сил, я постараюсь создать проход. Иначе придется ждать ночи.

— Проход в мир призраков? — спросил Джек.

— Они не призраки, — поправил Джека Торнед, — они такие же, как вы, просто живут в другом мире. А вот я — призрак. Вы — единственные, кто может помочь мне избавиться от проклятия. Только поэтому вы все еще живы.

— Мне уже страшно, — произнес Джек.

— Тихо! — сказал Торнед и сосредоточился.

Он начал бормотать какие-то несвязные слова, как тогда, на поляне с туалетом. Небо над нашими друзьями начало менять цвет из ярко голубого в темно синий. Через несколько минут вокруг начали подниматься листья, ветки и всякий другой мусор. Их подхватывал белый ветер, постепенно образующий вокруг белую воздушную стену, которую невозможно было преодолеть взглядом. Наконец, бешеный танец ветров закончился, и нам представилась удивительная картина: мы стояли посреди великолепного сада, в котором росли самые всевозможные чудесные деревья, а на них сидели настоящие райские птицы. Где-то вдалеке тек ручей, распространяя приятную прохладу вокруг себя. Как ни странно, но нигде не было даже листика, чистоте этого места мог бы позавидовать любой самый чистый город. Небо над головой было золотисто-голубого цвета, а облака были белоснежными, без единого черного пятнышка.

— Мы что, в раю? — шепотом спросил Джек, затаив дыхание, разглядывая все, что его окружает.

— Это мир. — Ответил Торнед, — такой же, из которого мы только что ушли.

— И в чем же разница между этими двумя мирами? — спросил Профессор Фледриг. — в том, что тут живут уже умершие?

— Они умерли там, в том мире, а здесь они живы, только по-другому. Мы называем их привидениями, мертвецами, по-всякому, но они живы, только в своем мире. Они не смогут жить так, как вы в прежнем мире, и вы не сможете жить в этом мире, так как они, пока не покинете прежний мир.

— А мы его разве не покинули? — спросил Джек.

— Нет, вы связаны с ним, вернее, даже с первым миром. Другими словами, чтобы попасть в этот мир, вам нужно умереть дважды. Камни желаний убирают эту потребность. Ведь кому захочется умирать восемнадцать раз, чтобы завершить свой путь? Однако, это обман. И никакие принцы не создавали эти миры, они были всегда, с начала времен. Эта королева, злая ведьма, создала эти проклятые магические камни, чтобы лишить принцев покоя. Она позволила им свободно передвигаться по этим мирам, но они были лишены возможности дойти до конца. До десятого мира.

— Есть еще и десятый мир? — спросил Джек.

— Это конечная остановка, дальше ничего нет. Десятый и девятый миры находятся так близко, но ничего общего между ними нет. В девятом мире — мрак и вечный ужас, а в десятом вы забудете обо всех проблемах, там их просто нет. Если конечно доберетесь, что не так просто. Принцы же лишились этой возможности много лет назад. Они сознательно захотели стать богами. И они ими стали, но только на время этой гнусной и ничтожной жизни.

— Но выход есть? — спросил профессор.

— Выход всегда есть, — ответил Торнед, — уничтожьте все камни желаний, и королевская семья успокоится. Да и вам не будет лишней обузы. Пока вы не используете камни в корыстных целях, все будет хорошо.

— Наверное, это не так просто? — спросил я.

— Скажу больше, это очень сложно, — сказал призрак, — у каждого принца было по девять камней. Все они спрятаны в гробницах, притом, каждый камень спрятан отдельно, и охраняется каждый своим проклятием.

— Снова эти проклятия, — возмущенно воскликнул Джек, — Чтобы дойти до конца нам нужно, по крайней мере, десять волшебников, пять магов и еще кучу всяких колдунов!

— Будет вам и волшебник и маг и колдун, просто немного потерпите. Но есть выход попроще.

Я вопросительно посмотрел на Торнеда.

— Если вы добровольно расстанетесь со своей душой во имя спасения принцев, они освободятся. — Сказал Торнед и, предупреждая мой вопрос, добавил, — что будет с вашими душами дальше, я не знаю. Но если вы сделаете это, зло уйдет. И принцы освободятся.

— Как это сделать? — спросил профессор.

— Для начала нужно свою душу сохранить, — сказал Торнед, — иначе нечего будет отдавать.

— Как именно? — спросил Джек.

— Увидите…

Мы замолчали. Ничто не нарушало удивительной тишины, даже нежный ветерок был так же тих, как золотисто-голубое небо.

— Чего мы ждем? — спросил профессор.

— Без разрешения мы не сможем покинуть это место и попасть в светлые врата. — Ответил Торнед.

— Я так полагаю, есть еще и темные? — спросил я.

— Да. Через них нам и предстоит пройти.

— То есть, другими словами это — ад? — с ужасом в голосе спросил Джек.

— Только его подобие, — с улыбкой произнес Торнед, — не бойтесь, там будет не страшнее, чем в темном подвале.

— Надеюсь, — сказал Джек, — Где же наш друг?

— Наш друг ждет нас, — сказал Торнед, — только попадем мы к нему не сразу. Скоро за нами должны придти.

Прошло не более десяти минут, когда обстановка вокруг резко изменилась. Небо над головой было уже не голубым, вернее его совсем не было, как и прекрасного сада вокруг. Мы стояли в каком-то подвале, где было ужасно сыро и пахло гнилью. Изредка раздавались всплески воды, которые громким эхом разносились по всему подземелью. Судя по эху, я понял, что подземелье это немаленькое, но размеры его разглядеть не удавалось. Все освещение состояло из трех свечей, горящих хоть и ярко, но не достаточно, чтобы осветить совершенно все.

Кусочек подземелья, на котором мы находились, имел всего один выход. Тяжелая железная дверь скрывала от нашего взора нечто, что находилось за ней, и с чем, нам, видимо скоро придется столкнуться.

— Профессор, — Сказал Торнед, — вы пойдете первым, я следом за вами.

Я понял, что нам с Джеком придется идти последними, и почему то мне стало не по себе.

— И помните, если вы не дойдете до конца, то навсегда останетесь в мире мертвых. А сделать это нужно точно до захода солнца. К счастью, мне это не страшно. — Сказал Торнед.

Профессор шагнул первым и, как только его дверь открылась, мне в лицо повеяло холодом, а по телу пробежала мелкая дрожь. Я увидел за дверью снег, белый свистящий ветер и голые деревья, спящие под ровный свист белого ветра. Профессор плотнее закутался в свою длинную белую мантию и шагнул вперед. Когда он скрылся за дверью, она тихо закрылась, шум смолк, и свечи, метающиеся из стороны в сторону, снова выровнялись. Через пару секунд к двери подошел Торнед. Когда он открыл ее, мы с Джеком раскрыли рты от удивления: теперь за ней скрывался огненный мир с многочисленными вулканами, и дымящимися водами. За несколько секунд я весь покрылся потом, и у меня начала кружиться голова. Наконец, Торнед закрыл за собой дверь, и мы приготовились к самому худшему. После лютой зимы и огненного мира нам вовсе не хотелось открывать эту дверь.

— Пойдем вместе, — шепнул Джек.

Я подумал, что это очень разумно, и подошел к двери. Но все наши опасения развеялись, когда мы увидели за дверью цветущий и пахнущий сад, очень похожий на тот, в котором мы находились несколько минут назад. Я первым ступил через порог железной двери и оказался в раю. Джек едва успел проскочить за мной, как дверь закрылась. На ее месте благоухал прекрасный сад с чудесными деревьями и сочными плодами на их ветвях: двери не было и в помине. Мы не знали, куда идти, что делать и вообще зачем? Здесь было так хорошо, никуда не хотелось торопиться. Но тут, же вспомнились слова Торнеда, и я решил поторопить Джека, который уже вошел во вкус хорошей жизни, за обе щеки уплетая прекрасные плоды.

— Джек, сейчас не время обеда. Нам надо идти.

Тот пробормотал что-то невнятное, и, обглодав фрукт, выбросил его на траву. Мы стояли на тропинке, настолько аккуратно вытоптанной, как будто ее вымеряли несколько лучших инженеров. Ее ровная полоска уходила вглубь сада, по ней мы и направились. Все вокруг, казалось, вымерло, на нашем пути вставали лишь одинаковые деревья со своими одинаковыми плодами. Совершенно никакой фантазии! В очередной раз, пройдя несколько километров, когда нам захотелось покушать, Джек сорвал два замечательных, но как две капли воды похожих друг на друга яблока. Я приготовился вонзить в уже успевшую, изрядно надоесть еду зубы, как вдруг сверху донесся противный голос:

— Я бы не советовал вам делать это очень часто!

Я онемел, так как сильно привык к тому, что мы с Джеком были совершенно одни в этом саду. Появление какого-то третьего лица, во-первых, меня немного смутило. Кто, как, зачем, и главное, что ему от нас нужно? Джек также явно не мог понять, что происходит и откуда доносится этот голос. Смысл слов, которые владелец этого голоса произнес, дошел до нас только когда он негромко кашлянул и спустился к нам, то есть на землю. Этот был ворон. Самый обыкновенный говорящий ворон, черный как ночь, с такими же черными глазами, и противным черным голосом. Так как мне уже приходилось разговаривать с жареным поросенком, то этой встрече я мало удивился.

— Здравствуйте, — вежливо поприветствовал я гостя, — как поживаете?

— Поживаю? Извините, господа, но что вы имеете ввиду?

— Я имею в виду как ваше здоровье, дела… Тьфу!.. Что я несу? Какие дела могут быть у ворона?

— Дел у меня много, а вот здоровье… Честно признаться, я вас немного не понимаю. В этом мире уже давно никто не поживает.

— Вы нас немного не понимаете, а мы вас вообще не понимаем, — сказал Джек, — потрудитесь объяснить.

— Это мир призраков, вот и все объяснение, — сказал ворон.

— И вы, то есть, ты тоже призрак? — спросил я.

— Да, я самый обычный призрак, но до настоящего призрака мне еще далеко. Сад — это единственное в мире место, где есть что-либо живое. Именно поэтому я не советовал вам много есть этих яблок, этот сад является чем-то вроде музея жизни для призраков. Плохого ничего не случится, просто если какой-нибудь призрак застанет вас за поеданием чего-либо, то у вас будет слишком много хлопот. К живым здесь относятся как к чему-то экзотическому.

— Но неужели они не смогут понять, что я живой?

— Безусловно смогут, но за то время, пока они будут это понимать, вы сделаете немало дел.

— Что ты имел в виду, сказав, что до настоящего призрака тебе далеко?

— Я не прошел ритуал посвящения в призраки, поэтому я пока числюсь в живых, и мне место в музее.

— Зачем же ты не… не… — я автоматически указал пальцем вниз, хотя я не имел ни малейшего представления о том, где находится тот мир, из которого мы пришли.

— Я понял, — утвердительно кивнул ворон, — там я числюсь как умерший, а здесь ну никак не выдают сертификат призрака.

— Что для этого нужно? — спросил Джек.

— Как минимум, найти что-нибудь живое и привести сюда. Желательно чтобы это было не яблоко, ведь его нельзя будет напугать. — Ворон залился противным смехом. — А сделать это можно единственным способом, напугать «до смерти», иначе сюда не попадешь.

А у вас наверняка есть какой-нибудь знакомый призрак, живых сюда только по блату пускают.

— Да, есть один, мы здесь по делу. — Сказал я.

— Что за дело?

— Нужно выбраться отсюда живыми, чтобы попасть в следующий мир.

— Постойте, но отсюда только один выход, и он только для призраков, там столько охраны, так просто не пройдешь. Придется вам по-тихому умереть. Могу помочь, и сертификат заодно получу.

— А другого пути нет?

— К сожалению, я здесь недолго, мало что знаю. Но точно знаю, что выйти отсюда нельзя, если ты конечно не призрак. А так без проблем, если сертификат при себе.

— Вот это ничего себе, — воскликнул Джек, — нам умирать, да еще и сертификат получать? А кто нас обратно оживлять будет?

— Это не ко мне. Я помощь свою предложил, вы решайте.

— Слушай, а мы уже решили, — сказал я, — веди нас к выходу из мира, а там, на месте посмотрим, может быть и согласимся. Тебе сертификат то нужен?

— Конечно, без проблем! Следуйте за мной, и главное не теряйтесь, не то вас какой-нибудь другой призрак заберет. А мне сертификат позарез нужен.

— Ну, так давай веди. — Сказал Джек, и вдруг добавил, — а что мы есть то будем? Ведь сад это единственное место, где есть еда.

— Тебе бы только покушать, — упрекнул я его, — не беспокойся, нам только до заката дотянуть, потом нам или вообще еда не понадобится, или ее будет предостаточно.

Глава четырнадцатая

Постепенно из прекрасного сад превращался во все более ужасный. На когда-то красивых и изумительно пахнущих деревьях висели сморщившиеся черные плоды, и сами деревья вскоре стали такими же черными, а невзрачное небо и вовсе навевало одну тоску. О том, что здесь совершенно невозможно узнать время, я и не подумал. На небе не было ничего кроме серого тумана и самого неба. Я спросил об этом у нашего спутника, на что он ответил: «Не беспокойтесь, через часок-другой вы без особого труда определите, который час. В этом мрачном мире нет солнца, зато есть луна, выступающая в его роли. Когда она выходит на небо, наступает день, а когда уходит — ночь. Понимаю, вам кажется это странным, но я сам прежде не знал ничего более странного». Я уже привык не удивляться ничему, ведь впереди еще столько всего удивительного, а после разговора с жареным поросенком я и вовсе перестал удивляться, разве что чему-нибудь более чем экстраординарному.

Не могу сказать, сколько мы шли, одно скажу точно, больше двух часов. За это время я изрядно устал, по измученному лицу Джека, у которого закончились все припасенные яблоки, я понял, что его силы тоже на исходе. Я уже хотел предложить остановку, как вдруг нашим глазам представилось удивительное зрелище. Неизвестно откуда посреди дороги появилось двухэтажное здание с рекламным щитком в виде кружки пива. Ах, как не хватало сейчас пары глотков этого чудесного напитка. Джек в изнеможении протянул руку к спасительной двери, но вдруг меня что-то заставило его оттолкнуть.

— Что ты делаешь? — спросил Джек.

— Подумай внимательно, стоит ли это делать?

— Ты что? С ума сошел? Я же сейчас умру. Всего один стаканчик.

— Нет, мы пойдем дальше, — уверенно сказал я и в то же мгновение здания как не бывало.

— Удивительное дело, — в изумлении произнес Джек, — уже и не хочется.

— Это была ловушка. Сам подумай, откуда в мире мертвых пивной бар? Западня для простачков.

Мы пошли дальше. Чем дальше мы продвигались, тем мрачнее становилось. Силы покидали меня, когда вдруг случилось неимоверное. Обогнув очередной холм, меня буквально ослепило множество огней, расположенных тут и там по широкой долине. И вовсе тут было не мрачно, даже наоборот. Это был какой-то гигантский развлекательный центр.

— Как красиво, — мечтательно произнес Джек, — спустимся?

— Давай, — я уже сам горел желанием увидеть все поближе, настолько все было великолепно построено. Гигантские увеселительные центры, шикарные рестораны и простенькие пивнушки. Повсюду ходили люди, что-то говорили, весело смеялись и ели, пили, веселились.

— Вам не кажется, что нам следует пойти другой дорогой? — в голосе ворона была какая-то настороженность и даже обеспокоенность.

— А ты нам не указывай, — отмахнулся Джек, — мы устали и нам нужно отдохнуть.

— Постой, — тут и у меня появилось острое чувство опасности, — надо уходить, скорее!

— Зачем?

— Потому что мне все больше хочется остаться здесь, я хочу пить, есть, хочу веселиться как они все.

— Я тоже хочу, здесь так хорошо, давай останемся!

Я схватил Джека за рукав и силой потащил от этого места. Как только мы взобрались обратно на холм, все великолепие в мгновение ока погасло. Когда мы спустились, то обнаружили лишь жалкие обломки каких-то построек и груды человеческих костей.

— Вот что было бы с вами, — сказал Ворон, — здесь ничему нельзя верить, даже собственной тени.

Как ни странно, но после того, как все это исчезло, мне расхотелось пить, есть, да и силы прибавились. Словом, я готов был пройти еще столько же и может даже больше. Но силы были не бесконечны. В конце концов, меня начала одолевать страшная усталость.

На мою просьбу отдохнуть, Ворон ответил:

— Не беспокойтесь, очень скоро вы отдохнете, нам осталось идти совсем немного.

До чего конкретно нам осталось идти, я не знал, да и спросить не хватало сил, мне нужно было только дойти до чего-нибудь уютненького, где можно было просто поспать. Очень скоро мы дошли до такого места. Им оказался самый обыкновенный маленький деревянный домик. Только он был совершенно черного цвета, словно сделан из угля. Но я совершенно не обратил на это внимания, лишь зашел в него и, найдя кровать, мгновенно заснул. Когда я проснулся, в окно светил тусклый желтый свет. Наступил день.

— Вставай, Джек, — я растолкал спящего на полу Джека, — пора идти.

Он проснулся не сразу, а когда открыл глаза, долго потягивался, а после начал бегать по комнате, согнувшись чуть ли не пополам.

— Не стоит в другой раз спать на таком жестком полу, — ворчал Джек, — я теперь разогнуться не могу.

В следующую секунду, взглянув на меня, он не только разогнулся, но еще подскочил и начал бешено орать, словно перед ним стоял не я, а кто-то еще. Взглянув на зеркало, висевшее перед моим носом, я едва не поступил как Джек, однако усвоив, что в этом мире происходят довольно странные вещи, и удивляться не стоит, я сохранил полное спокойствие. В зеркале отразился я, но немного не я. Вместо головы, вернее части головы у меня торчал вороний клюв.

— Не пугайтесь, это мой двоюродный брат, Вороний Клюв, — раздался голос нашего спутника.

Вороний Клюв отделился от моего лица и присел на столе.

— Приятно познакомиться, — сказал ворон, — а вы что, живые?

— Да…, то есть, нет…, — залепетал Джек.

— А чего тогда так пугаетесь?

— Ладно, братишка, скажу как есть, они живые, и мне нужно вывести их отсюда, чтобы получить первую степень призрачности. И даже не надейся, — Вороний Глаз громко закаркал и захлопал крыльями, — тебе я их не отдам!

— Я и не надеюсь, — ответил Вороний Клюв, — однако десятая степень мне тоже не помешает.

— Я же сказал, не надейся!

Внезапно все звуки исчезли, а комната наполнилась каким-то черным туманом, из которого изредка доносились зловещие рычания, мне стало не по себе, а когда на меня начали нападать чьи-то желтые глаза, мне и вовсе стало страшно. Потом все исчезло. Совершенно все было на своих местах, Джек также стоял посреди комнаты, только глаза его наполнились ужасом, и мне показалось, что у него опять начнется истерика.

— Ну, и чем ты будешь их пугать? — Спросил Вороний Клюв своего брата.

— Найду чем, главное — ты мне не мешай. А если все получится, найду тебе материал для десятой степени.

— Ладно, у меня очень важные дела, — сказал Ворон и вылетел в окно.

Мы немного посидели в тишине, пока Джек окончательно не успокоился, и двинулись в путь. По словам ворона, нам надо было пройти через небольшой лес, болото призраков и невысокую гору. Однако очень скоро я убедился в том, что ворон соврал. Войдя в лес и пройдя по нему более двух часов по корявым корням гигантским корням неизвестных деревьев, я совершенно выбился из сил, а когда мы взобрались на небольшой холмик, нашим глазам открылось зеленое море. Лес был бесконечен!

— Я же не виноват, что вы так медленно идете, — комментировал наши ворчанья ворон.

Но несмотря ни на что мы медленно, но верно преодолевали этот бесконечно зеленый лес. Очередной холмик показал, что лес скоро кончится. Одним словом, мы убили все утро и пол-обеда, чтобы прогуляться по лесу. Я хотел надеяться, что эта прогулка была не напрасной, и что в этом мире не существует более быстрого перехода, иначе нашему спутнику пришлось бы несладко. В конце концов, лес все-таки кончился, и нас ждали очередные трудности, с приходом которых жизнь стала просто невыносимой. Озеро призраков так и называлось, потому что на нем жили призраки, и не простые, а проклятые. А это значило, что им уже ничего не угрожает и они могут творить что угодно. К счастью мы очень быстро нашли способ избавиться от них. На моей груди висел маленький деревянный крестик, который Алекс подарила мне на мое двадцатилетие. При малейшем приближении к нам призраков я вытаскивал этот крестик, и их сдувало от нас словно ветром. Я в душе поблагодарил Алекс и Бога за то, что он есть, и мы продолжили путь. Постепенно туман, окутывавший озеро растворился, и перед нами встала величественная гора, вершины которой невозможно было разглядеть. Я уже готов был задушить ворона, но понял что это невозможно, однако он не на шутку испугался, когда я сжал его горло в кулаке.

— Ты же сказал что гора невысокая, а я даже верхушки не вижу. — Закричал я не столько от ярости, сколько от усталости.

— Это потому, что вся вершина в тумане, — объяснил ворон, пытаясь вырваться из моего кулака, — это, во-первых, а во-вторых, нам не придется туда лезть. Есть другой путь, через тоннель.

— Чего ж ты молчал? — спросил Джек, — если бы ты был живым, ты бы уже им не был.

— Смешно… — пробурчал ворон, — за мной.

И мы снова пошли за ним, ведь ничего другого нам не оставалось. Я в последний раз посмотрел на «солнце», которое уже добралось до середины небосвода, и шагнул в пропасть за Джеком.

Глава пятнадцатая

Оказалось, что тоннель этот уходит глубоко вниз. От неожиданности из моего горла вырвался крик, который я сам не слышал из-за большой скорости полета. В последний момент я его услышал, но он тут же прервался, потому что я сильно обо что-то ударился грудью, и все мои внутренности в буквальном смысле расплющились, сначала было больно, а потом все прошло. Было темно, я как бы парил в этой ватной темноте, настолько мне было легко.

— Так, ну чего встал? — раздалось откуда-то сверху.

Я поднял голову и увидел ворона, а за ним Джека. Он тоже парил в воздухе.

— Что со мной? — растерянно спросил я, — неужели я…

— А ты что думал? — рассмеялся Ворон.

— А мне нравится, — сказал Джек и распластался на воздухе.

— Жалко, что я вас теперь напугать не смогу, ну что ж, поищу кого-нибудь другого.

— Ты нас бросаешь?

— Ну, как же вы без меня? — спросил Ворон, — летите за мной.

Теперь передвигаться было намного проще, я даже немного обрадовался, но потом вспомнил Алекс, маму, детей и чуть не расплакался. Я не знал, могут ли призраки плакать, но все равно мне стало не по себе. За какие то полчаса мы добрались до главных врат. Это они так только назывались, на самом деле это был самый обыкновенный замок с призраками, который просто кишел ими.

— Вам нужно будет пройти несколько этапов подготовки призрака, чтобы получить лицензию, — сказал Ворон.

— Но нам не нужна лицензия, — возразил Джек.

— Нам нужно попасть в следующий мир, как можно скорее и желательно в своих телах.

— К сожалению, процедура требует немного больше времени и усилий, а лицензию вам все равно придется получать.

Я остановился, словно ребенок, готовый в любую секунду закатить истерику.

— Нам нужно срочно найти одного призрака.

— Кого именно?

— Сэр Торнед, он был в армии короля Рондума девятого.

— Вы его знаете? — удивленно произнес Ворон.

— Еще бы, — ответил Джек.

— Ну что ж, здесь есть такая услуга, идемте за мной.

Мы прошли по нескольким коридорам, вошли в несколько дверей и, наконец оказались в довольно уютном кабинете со столом, за которым сидела молоденькая девушка.

— Что вам угодно? — спросила она.

Я сказал.

— Подождите секунду, — ответила девушка, — столь важная особа требует…

— Нам неважно, что она требует, — сказал Джек, — нам срочно нужно его видеть.

Похоже, Джек произвел на девушку впечатление, они разволновалась и дернула за какую-то веревочку, потом тихонько вскрикнула, словно допустила какую-то ошибку, но было уже поздно, Торнед стоял перед нами, с обгоревшим лицом и одеждой, на которой все еще тлели угольки. От него пахло чем-то копченым, а еще он дымился словно паровоз.

— Джек, Алекс! — удивленно воскликнул он.

— Простите, ваше превосходительство, — виновато прошептала девушка, — я не хотела…

— Все нормально, — сказал Торнед, — что случилось?

— Мы потеряли где-то наши тела, — сказал я, — вот по его вине, — я выставил ворона напоказ, — а еще нас заставляют получить какую-то лицензию.

— Не беспокойтесь, считайте, что лицензия уже у вас в кармане, и о ваших телах тоже позаботятся, скоро вы будете в них.

И, обратившись к девушке, он дал ей распоряжение выдать нам лицензию призраков, и поместить наши тела в камеру хранения.

— Все будет сделано, — покорно ответила девушка.

Тут я почувствовал, что меня кто-то треплет за рукав. Оказалось, ворон. Я тут же догадался, чего он хочет.

— И еще, нужна лицензия для нашего маленького друга, — сказал я, — хоть он и позаботился о нашей смерти, думаю, он заслужил эту лицензию. Признаться, мне было ужасно страшно.

— Приготовьте еще одну лицензию, — приказал Торнед, — а теперь мне нужно бежать, дела.

И он исчез.

— Пожалуйста, вот ваши лицензии, распишитесь вот тут… и тут. Все. Поздравляю вас с получением первой степени призрачности. Теперь прошу следовать в камеру выдачи.

— Что это за камера? — спросил Джек.

— Я объясню, — ответил Ворон, — Алекс, возьми мою лицензию, мне будет сложновато ее нести. А теперь за мной.

Мы вышли по тому же маршруту к камере выдачи. Оказалось, что здесь выдают новые тела.

— Можете выбрать любое, — сказал Ворон, — я лично хочу орлиное, или например, тело ястреба, слушай, Джек, это же здорово, буду ловить мышей!

Мы сдали свои лицензии толстому призраку. Он внимательно прочитал их и указал на кабинки, в которых находились наши реконструированные тела. Я зашел, как мне показалось, в свою, а Джек в свою. Ворона я не видел. И тела я тоже не видел, только чувствовал, как меня с головы до ног окутывает страшным холодом, потом мои конечности словно налились свинцом, стало тяжело дышать, а голова и вовсе повисла словно на веревочке. Процедура длилась минут пять-десять. По ее окончании я долго не мог прийти в себя, и понять где я нахожусь. Когда, наконец, я сориентировался, то понял что это то же самое здание, только мы стояли по другую сторону от толстого призрака. Ко мне подошел маленький воробей, и начал чирикать:

— О, Джек, тебя прям, не узнать, твое тело как новенькое, а мне вот досталась какая-то чепуха. Да меня же любая мышь съест.

— Ворон, ты?

— А кто же еще? — спросил Ворон, — Джек, проснись, ты уже живой.

— Но я не Джек, — ответил я, — ты, наверное, перепутал что-то.

Наступила короткая пауза. Когда, наконец, Ворон понял, в чем дело, он залился громким смехом, потом упал на землю и принялся кататься из стороны в сторону, пока не начал кашлять, чихать и плакать, естественно же, от смеха.

Когда к нам подошел Джек в моем теле, Ворон рассмеялся еще громче. Из-за шума к нам подошел администратор и сделал замечание.

— В чем дело? — строго спросила женщина.

— Они… ха, ха… ы…ы… у.… А, Ха, ху у-у, хаха! — надели не свои тела! — продолжая смеяться, прокричал Ворон.

— Надо быть повнимательнее, — сказала администратор, — следуйте за мной.

В считанные минуты мы вернулись каждый в свое тело. Ворон все еще не мог успокоиться, и хохотал во все горло.

— Смотри, Алекс, — завопил Джек, — это же профессор!

И, правда, к столу с толстым призраком медленно приближался профессор Фледриг. Пока он был призраком, но вскоре он тоже получил свое тело. Мы встретили его и усадили на скамейку. Он долго приходил в себя, а когда, наконец, пришел, чуть ли не запрыгал от радости.

— Дорогие вы мои, — обнимал он то меня, то Джека, а на последок еще поцеловал Ворона в его маленький клюв, — наконец то мы вместе.

— Ладно, вы пока обнимайтесь, а я посплю в твоем рюкзаке, — устало сказал ворон и залез в мой потрепанный рюкзак.

— А где Торнед? — спросил я.

— Он шел за мной, — ответил профессор, — так вот же он!

Торнед единственный, кто не получил нового тела. Ведь на нем лежало огромное проклятие. Так что он мог свободно передвигаться по мирам, не умирая. Потому что дальше уже некуда…

— Мы в третьем мире, — сказал Торнед, — Вы пробудете здесь недолго. Скоро вы вернетесь обратно, а армию я буду набирать один.

— Но зачем мы проходили весь этот путь? — Удивился профессор.

— Вы были прекрасной гарантией того, что я не лгу.

— Не понимаю, — покачал головой Джек.

— Лорд Венелис — очень почетная и уважаемая персона. Чтобы добиться от него чего-либо, нужно что-то дать под залог. Простите, но другого выхода у нас не было. Когда он узнал, кого я отдаю под залог, он весь затрясся. Ха-ха!

— А если бы по какой-либо причине тебя признали лжецом, что было бы с нами? — поинтересовался я.

— Лучше об этом не говорить, — ответил Торнед, — при том, что я ничуть не соврал. Мне действительно была нужна армия для разгрома темного войска.

— Все понятно, — понимающе кивнул Джек.

— Сейчас я дам вам некоторые навыки обращения с магией, которые вам пригодятся в будущем.

Магия в этих безумных мирах была единственным средством, способным победить зло. И Торнед частично обладал некоторыми навыками.

Мы вышли из замка и по зеленой тропинке направились прямо в лес. Он выглядел весьма дружелюбно, а его зеленые деревья, приветливо помахивающие своими ветвями, ввели нас в полное доверие этого леса. Однако, когда за мной погналась молодая березка, я сразу же отказался от своих предположений. Торнед неизвестным мне заклинанием разрубил дерево пополам. Жалостно поскрипывая, оно продолжало подрагивать ветками.

— Может, нам стоит обойти этот лес? — Опасливо оглядываясь, предложил Джек.

— Нет, — твердо заявил Торнед, — мы идем через лес. вас надо хорошенько подготовить. Начнем прямо сейчас.

Мы зашли уже довольно далеко, и обратного пути не было. Лес был редкий, и солнечные лучи без особого труда дарили нам свои тепло и свет. Это обстоятельство придало мне уверенности.

— Я готов, — сказал я.

— Я тоже, — Джек встал рядом со мной, голос его немного подрагивал.

— Итак, начнем, — повторил Торнед, — любое зло имеет корень. Если убить корень, зло исчезнет. Корень — это магия, которая была послана предмету или какому-нибудь существу от какого-нибудь мага. Эту магию нужно распознать. Для этого существует множество заклинаний. Распознав магию, нужно ее нейтрализовать, другими словами, наслать на предмет, угрожающий вам проклятие, которое убьет злую магию. Все просто.

— Я бы так не сказал, — Джек неуверенно пожал плечами, — как я буду распознавать эту магию, если в меня кто-нибудь вцепится своими острыми зубами?

— Для этого были созданы универсальные заклинания, — пояснил Торнед, — но они не убивают злую магию, а только затормаживают ее действие. В роли заглушения зла могут участвовать также различные эликсиры. Например, если вы — оборотень, вы должны принимать специальный эликсир. Иначе вас казнят.

— Все так строго? — удивился Джек. — А если меня укусит оборотень, и у меня не окажется этого эликсира?

— Для этого есть отдельное заклинание, которое даст знать специальным людям, кто вы такой, где находитесь, и что с вами случилось.

— Своеобразная скорая помощь? — спросил я.

— Что? — не понял Торнед.

— На земле есть нечто подобное, — начал объяснять я, — это называется скорой помощью.

— А какие у вас заклинания?

— Мы используем телефоны.

— Извини, но я ничего не понял. Итак, продолжим.

Торнед заставил нас с Джеком заучить около ста заклинаний, и обязательно то, что они обозначают. Занятия заняли около трех часов. За это время Торнед успел завалить трех кабанов, поймать несколько бегающих деревьев и приготовить хороший обед.

Глава шестнадцатая

Могу с уверенностью сказать, что практически все заклинания пошли мне на пользу. В этом бешеном мире, где каждый куст так и норовит вонзить в тебя свои острые «когти», я чувствовал себя довольно уверенно. В предыдущем мире мы, видимо, не дошли до этих мест, иначе мы бы вообще никуда не дошли.

— Это земля магов и колдунов, — сказал Торнед, — здесь каждый предмет обладает магической силой. На любой камень может быть наложено страшнейшее проклятие, а безобидный зайчик может за секунду превратиться в коварного волка и разорвать вас в клочья. Будьте осторожны, скоро мы пойдем разными дорогами. Используйте все, что я дал вам.

Слова Торнеда были отнюдь не пустой болтовней, вскоре я в этом убедился. Когда наш магический опыт поднялся на определенный уровень, Торнед отправил нас во второй мир. Перемещения мы даже не заметили, лишь несколько секунд невесомости, легкий ветерок и вот мы снова в лесу, почти таком же, по которому продвигались несколько секунд назад.

Новый лес, по которому мы шли, был таинственным и странным. Казалось, что каждый пень, каждый кустик имеет душу, мы словно находились в переполненной людьми зале, где тысячи взглядов впиваются тебе в спину, в твои же глаза.… Иногда мне казалось, что деревья что-то замышляют. Тот тут то там попадались одни и те же клены и дубы. Мои опасения оказались ненапрасными, так как постепенно странности начали возрастать, деревья были повсюду, они перемещались в произвольном порядке, у меня даже закружилась голова, я потерял из виду своих друзей, повсюду было лишь сплошное море деревьев, ничего больше. В конце концов, эта густая масса закрыла небесный свет, и я, как мне показалось, потерял сознание.

Проснулся я в темной комнатке, освещаемой несколькими свечами. Голова продолжала кружиться, мысли путались. Я был один. Встав с неудобного ложа, я походил по комнате. Пол был неровным, словно сплетен из корней дерева. Присмотревшись повнимательнее, я понял, что так оно и есть. Все в этой комнате было из дерева, и притом ничто ни к чему не крепилось. Я находился в цельной деревянной коробке. Посмотрев на свечи, я понял, почему моя голова кружится — эта коробка двигалась вместе со мной и своим содержимым, к сожалению, я не знал куда. С трудом, найдя некое подобие двери, попытался ее открыть. И тут раздался деревянный голос. Никогда прежде не слышал деревянного голоса, но сразу понял, что это он.

— Ты хочешь уйти? — Спросил некто.

— Хотелось бы, — ответил я, — мне надо найти своих друзей! Кто ты?

— Дерево, естественно, — ответил голос, — а ты разве нет?

— К счастью, пока нет, — сказал я, — или я с ума сошел или.… А куда мы идем?

— В Древандию, — сказало дерево.

— Что это за страна?

— Какое странное ты дерево, неужели никогда не слышал про Древандию? — владелец деревянного голоса, видимо, был крайне удивлен.

— Во-первых, я не дерево, во-вторых, я впервые в этих краях, и даже если бы я был деревом…

— Ладно, ладно, я все понял, ты не дерево. А человек — это такой куст? Или трава?

— Нет, ни то ни другое. Есть трава, есть дерево, а есть человек. Понятно?

— Нет, — честно призналось дерево, — дело в том, что мне всего лишь пара сотен лет, и я не так много знаю об этом мире. Вот мой дед знает очень много, ему пять с половиной тысяч лет. Я тебя с ним познакомлю.

— Мне будет очень приятно. Скажи, а ты не сможешь меня выпустить?

— Ну, если ты не дерево, то тебя просто растопчут. Можешь просто посмотреть.

Тут открылось меленькое окошко, и я припал к нему с открытым ртом, вдыхая чистый свежий воздух. Потом я открыл глаза и увидел то, что творилось снаружи. Так как я уже привык к странностям этого мира, то не очень удивился, даже не испугался. Впереди нас и вслед за нами мерно покачиваясь из стороны в сторону, шли маленькие и большие деревья. Деревянные гиганты были крайне аккуратны и, несмотря на свои внушительные размеры, обходили каждый кустик. Здесь все было как у людей. Маленькие деревья носились как угорелые из стороны в сторону, громко смеясь, а взрослые как могли, делали им замечания, а в случае необходимости воспитывали с помощью своих ветвей.

— Эй, как там тебя? — обратился я к дереву, — со мной был еще один человек, ну, такой же, как я, понимаешь?

— Ах, этот? Его, наверное, забрал мой двоюродный братец. Вас, видно, хорошо потрепали эти маленькие безобразники? Совсем от рук отбились!

Услышав, что профессор Фледриг в безопасности, я даже немного повеселел.

— Скоро придем в вашу деревню?

— Вообще-то, ты уже в Древандии.

— Серьезно?

— Конечно, ведь Древандия… это город непрерывного движения.

— Что же заставляет вас странствовать?

— Мы не странствуем, так устроен наш внутренний мир.

— Не понимаю.

— К сожалению, я тоже. Мне открыты не все тайны нашего мира. Лично я придерживаюсь нашей древней традиции, а что и зачем… м… это я не знаю. Мой прадед знает все, спроси у него, он все и расскажет.

— Что же это за традиция такая?

— Мы двигаемся уже около пяти тысяч лет, не останавливаясь.

— Ого, прилично, — воскликнул я, — Может быть, вам угрожает какая-нибудь опасность?

— Это просто древняя традиция, — ответило дерево, — в общем, спросишь у моего прадеда, он расскажет. На чем мы остановились?

— Я очень устал, можно поспать?

— Конечно, устраивайся поудобнее, — вежливо предложило дерево.

Я как смог удобнее расположился на жестких корнях дерева и почти мгновенно заснул. Я не увидел ни одного сна, или мне так показалось, потому что проснулся я почти сразу. Открыв глаза, я не понял поначалу, проснулся я или еще нет. Стояла темная ночь, на небе уже зажглись тысячи, миллионы звезд. Я находился на открытом пространстве, надо мной было небо, но все же я был высоко от земли. Я понял это, посмотрев вниз. Передо мной горел костер, рядом сидели капитан Лоренс и капитан Джон и о чем-то весело болтали. Тут с разных сторон до меня донеслись голоса, музыка и чей-то заливистый смех. Я окончательно проснулся.

— Джон? Лоренс? — Обратился я к сидящим, — как вы здесь оказались?

Я почувствовал, что мой язык плохо меня слушается, а когда я мотнул головой, все поплыло в разные стороны. О том чтобы встать, я даже не думал.

Капитан Джон медленно встал, подошел ко мне, и покачал головой.

— Как думаешь? — Спросил он Лоренса, — мы ему слишком много налили?

И тут я все вспомнил, и как я встретился с капитанами и профессором, и как они организовали мне экскурсию по воздушному царству, и вечер на нижних палубах, как называл этажи капитан Лоренс.

— Как дела Алекс? — Раздался вдруг знакомый голос.

Все вздрогнули, и обернулись.

— Вы подкрадываетесь словно кот, так же бесшумно, — сказал капитан Лоренс дрожащим голосом.

— Спасибо, капитан, — поблагодарил его профессор, — учитывая мой возраст, это хороший комплимент. Ну, я не слышу ответа.

Я вздрогнул и посмотрел на профессора Фледрига.

— Извините, профессор, я просто устал, а так все очень даже неплохо. Надеюсь, у вас также.

— Нет, дело в том, что я не пью пиво литрами.

Наступила небольшая пауза, после которой вся палуба затряслась от громкого смеха так, что на других этажах временно все затихло. В этот же миг раздался сигнал к отбою — для этого использовали рог единорога, высокий звук был слышен очень хорошо.

— Все по каютам! — Сказал капитан Лоренс.

Меня проводили до моего дерева, так как я еще окончательно не освоился в этом удивительном городке.

— Это… вы, мой… маленький… друг? — Спросил деревянный голос.

— Конечно. Спокойной ночи.

— Сладких… вам… сновидений.… Хотя сны… отнимают… так много… времени. Вот я, например…

Дальше я уже не слушал, потому что полностью ушел в свой сказочный сон.

Глава семнадцатая

Утро наступило совершенно незаметно. Несмотря на львиную долю выпитого мной алкоголя, я чувствовал себя просто великолепно. Наверное, этому способствовали чистый воздух и невероятная сказочная обстановка, в которой гармония с природой удивительным образом сочетались с теплой и дружеской атмосферой лесного королевства.

— Доброе утро, мой маленький друг, — раздался надо мной деревянный голос, — как вам спалось?

— Благодарю, спалось мне просто отлично, а вам?

— О, как всегда, чудесно. Сегодня мне приснился аист. Он свил в моих ветвях гнездо и поселил туда свою семью. Как вы думаете, что это может значить?

— Если честно, я не знаю. Но обычно аисты приносят счастье, так что возможно скоро вам крупно повезет.

— Повезет… — медленно проговорило дерево, выдержав длинную паузу, видно, переваривая глубокий смысл этого слова, — я буду ждать…

Раздался стук в дверь, в тот же миг она отворилась и радостное, как всегда лицо капитана Джона, всунулось в мое скромное жилище.

— Ты уже встал?

— Как видишь.

— Ну, тогда умывайся, завтракай и на совет.

— Какой совет?

— Как какой? Военный. Скоро битва! Ты чего, мы столько всего прошли, наконец, то преподнесем кому-нибудь дельный урок.

— Надеюсь, этот кто-то не окажется проворнее, а не то нам придется худо.

— Доверься моему военному опыту, — капитан перешел на шепот и, прищурив глаза, сказал:

— Не родился еще тот человек, который перехитрил бы меня.

— А если это не человек?

— Хм, об этом я, правда, не подумал, — он сделал задумчивое лицо, — враг уже проявляет хитрость. Ну, ничего, наша тактика несокрушима, а стратегия разработана лучшим полководцем и мореходом. Что уж говорить про военную смекалку, она тверже стали!

— Верю, верю, сдаюсь, — я поднял руки, — а теперь мне надо умыться и покушать, а то мой живот уже начинает урчать.

— Тогда следуй за мной. Я тут со всеми познакомился и знаю где достать самый лакомый кусочек.

Я пошел вслед за Джоном и оказался в сказке. В этом удивительном месте можно было найти совершенно все, что только душе угодно. Утро началось с бурной торговли. Деревья не останавливались ни на секунду, но, несмотря на это, на раскачивающихся «палубах» ходили, бегали или просто стояли сотни и тысячи людей. Все это время капитан Джон рассказывал про бурную жизнь этих удивительных лесных жителей. То и дело он махал кому-нибудь рукой и кричал:

— Привет! Как дела, дружище!..

Буквально через минуту мы оказались в очень красивом месте, где изумительно пахло чем-то жареным. Наевшись до отвала, мы пошли на совет. В старом Кедре уже собирался народ. Там были как люди, так и молодые деревья с серьезными и решительными лицами. Каждый из них что-то говорил своему соседу, отчего поднимался страшный гул.

— Ти…хо… — сказал старый кедр, — мы собрались, чтобы обсудить крайне важный вопрос. Он касается судьбы нашего мира. Всем известно, что на троне великого короля Рондума восседает коварный самозванец, свергнуть которого нелегкая задача. Наши друзья, потомки великих королей вызвались помочь нам в этом сложном деле.

Когда Кедр произнес последнее слово, раздались громкие радостные крики и аплодисменты в нашу честь. Я немного смутился, но стоял прямо, выставив вперед грудь.

— Благодарю, — сказал Кедр, — предлагаю выслушать мнения присутствующих. Достопочтенный Дуб, вам первое слово.

Дуб был настолько огромен, что остался снаружи. Он долго и громко говорил, а старый кедр внимательно слушал и выразительно хмыкал. Дуб предлагал собрать все деревья и обрушиться на столицу войной. Дворец можно было взять штурмом, ведь деревьям много не нужно, главное чтобы была вода и солнечный свет. Тут же вставил свое слово клен, сказав, что люди пожгут старые деревья, а молодые изрубят и пустят в печь. Осада города явно была не лучшим вариантом.

— Забросаем их камнями, — сказал Клен, — в детстве я здорово бросался огромными булыжниками, которые для стен города будут разрушительны. Я соберу целую армию из таких же, как я.

Предложение клена было одобрено и старый кедр, довольно хмыкнув, приказал работать над этим планом. Дальше посыпались целые горы планов. Кто-то предложил залить город водой, потом сдавшихся взять в плен и дело с концом. Однако этот план отвергли. Во-первых, в городе протекает целых три реки. Каждый горожанин имеет лодку, многие держат небольшие шхуны, а особенно богатые даже корабли. А у правительства сотни военных судов, так что затопление пойдет им только на пользу. Поступило еще много предложений. Какие-то из них отвергались, какие-то принимались. Перед нашими друзьями уже предстал общий план действий, как вдруг старый Кедр сказал:

— Мы забыли спросить самого мудрого среди нас, филина Ораго. Старина наверное уже спит, но ради такого дела можно его разбудить. И кедр загудел:

— Филин! Просыпайся!

Все застыли в ожидании, и вдруг наверху кто-то закопошился. Среди сухих веток показалась круглая голова, которая сонным голосом спросила:

— Что, уже ночь? Вот ведь, вроде только заснул, как быстро время пролетело.

— Нет, сейчас полдень, но у нас к тебе важный вопрос, — сказал Кедр.

— Слушаю…

Филину рассказали все, что касалось этого дела. Он задумчиво кряхтел и ухал, закрыв глаза. Когда он захрапел, Кедру пришлось здорово топнуть ногой, отчего филин подскочил и, недолго думая, медленно произнес:

— Призовите драконов.

— Но драконов в вашем мире уже давно нет, — возразил я, — остался только один.

— Правильно, — ответил Ораго, — остальные ушли в подземелье. Если вы найдете с ними общий язык, у вас будет сильная и почти непобедимая армия. Драконов нельзя убить стрелами и огнем. Их могут взять только некоторые очень сильные заклинания, которые хранятся в книге мудрости в священной гробнице короля.

— Которая охраняется гигантскими насекомыми? — добавил я.

— Правильно.

— Если мы получим такое оружие, мы вмиг разобьем врагов.

— Но прежде вам нужно будет побывать в городе и найти все возможные пути отступления, а их там немало. Если потом что-то пойдет не так, вы все окажетесь в ловушке.

Мудрость филина поражала, и все встретили ее громкими аплодисментами.

— Я помогу вам, только ночью, а сейчас спокойного дня.

— Совещание закончено, расходитесь по домам, — сказал старый Кедр.

Перед нами стоял длинный и утомительный день. Бесконечные хождения по висячему городу сильно наскучили, и я с нетерпением ждал ночи. Несколько часов я просидел в своем дереве, поддерживая весьма нескучный разговор. Потомок старого Кедра знал кучу всяких интересных вещей, о которых с удовольствием рассказывал мне. Часы так и летели, унося так надоевший день и приближая спасительную ночь.

— … И вот, когда огонь охватил нас плотным кольцом, я подумал, что нам всем пришел конец, — продолжало повествования дерево, — но тут на горизонте показалась чья-то тень, очень похожая на тебя. Она стояла неподвижно с поднятыми к небу ветвями. Огонь уже опалил большую часть моей листвы, когда пошел сильный дождь. Это было нашим спасением….

В этот момент с грохотом распахнулась дверь.

— Ты что, еще не собрался?

— Куда? — сонным голосом спросил я.

Тут туман окончательно сошел с моих глаз, и я увидел стоящего надо мной капитана Джона. Оказывается, я проспал все это время.

— Поторопись!

На сборы у меня ушло пару секунд, надо было просто встать, что потребовало небольших усилий, так крепко я заснул.

— Прощай, — сказал я дереву.

— Возвращайся поскорее. Мне снова не с кем будет разговаривать.

Я направился прямо к старому Кедру. Мне было жаль расставаться с добродушным деревом, но надо было идти. Небо было черным как смола, из-за туч не было видно ни одной звезды. Все уже стояли у Кедра и, видимо, ждали только меня.

— Все собрались, — сказал Старый Кедр, — сейчас мы отберем для похода самых лучших наших бойцов…

— Мы идем одни, — решительно сказал я, — благодарю вас за приют. До свидания.

— Филин укажет вам дорогу. Прощайте.

Налетел небольшой ветерок, и закачавшаяся листва обдала меня мелким дождем. Это были слезы.

— У меня к вам один вопрос. Почему ваш город находится в непрерывном движении? Этот вопрос мучит меня каждую ночь.

— Кхе… Кхе… Пещера будет только через час пути, — сказал Филин.

— Хорошо, — сказал Старый Кедр, — заходите, я расскажу вам историю.

Глава восемнадцатая

Я был молод и полон сил. Мне было чуть меньше трех тысяч лет. Я рос в большом цветущем саду, полном самых разных деревьев. Много лет мы жили большой и дружной семьей, разделяя все невзгоды и радости и помогая друг другу. В один прекрасный день в сад пришел человек с большой белой бородой. Его глаза были так печальны, что все мы проникли к нему глубокой жалостью, хотя видели его впервые. Побыв в саду около часа, он ушел. На следующий день он снова пришел и долго просидел под моей тенью. Он о чем-то думал, его задумчивые глаза выдавали глубокие мысли, которые нам были не ведомы. Когда этот человек пришел и на следующий день, я не выдержал и спросил, что же у него случилось.

И Кедр рассказал нам до боли знакомую историю, которая случилась с этим человеком. У него была сестра и много братьев. Все они были наделены какой-то властью, но им хотелось больше. Самой проворной оказалась сестра. Она завладела практически всем, с помощью этого человека, которого настраивала на своих братьев. В случае отказа его ждала смерть. Вот почему он был так печален.

Старый кедр пообещал помочь и спрятал бедного человека в саду. Здесь было много потайных мест, где никогда не ходил человек. А потом пришла некая женщина и нашла этого человека. Она долго кричала, а потом напустила на сад страшное проклятие: «Из года в год ходить вам бессмысленно по этой земле с одного ее конца на другой, пока истинный наследник не займет престол».

В тот же миг корни деревьев вырвались из земли, и они пошли в многолетний поход, который имел лишь начало. Конец не был известен никому.

Глава девятнадцатая

Рассказ Старого Кедра занял чуть больше часа. Он ярко описывал сражения и победы, захваты власти и падения королевств, которые я не включил в свое повествование. Пора было собираться в путь. Филин уже не мог усидеть на месте: пещера осталась далеко позади. Мы распрощались с кедром, новыми друзьями и отправились в путь.

— Это тот еще сказочник, — недовольно ворчал Филин, — свои истории он может рассказывать дни напролет, ему то что? Время для него давно остановилось.

Несмотря на ворчание Филина, у меня на душе было более чем спокойно. Наша команда частично восстановилась, и мы снова идем выполнять невыполнимые задачи!

Все шли бодро и непринужденно кроме профессора Фледрига. Он тяжело дышал после нескольких минут ходьбы и еле переставлял ноги.

— Вы бы присматривали за стариком, — сказал Ораго, сидевший на моем плече, — а то он того и гляди… Кхе… Кхе…

Я посмотрел на беспомощного профессора, и мне стало так его жалко. Как я мог забыть про него?

— Отдых десять минут, — сказал я, — как вы, профессор.

— Ничего, — со вздохом ответил он, — с непривычки и похуже бывало. Пролежал неделю в теплом гнездышке, теперь словно заново ходить учусь. Старею…

— Скоро вам станет полегче, — я попытался вселить в профессора хоть какую-то надежду, — вот увидите.

— Нет… Годы подтачивают меня. И легче мне будет только там, — профессор указал пальцем вверх. Наверное, будет лучше, если вы оставите меня здесь.

— Профессор!.. Пожалуйста, никогда больше так не говорите. Этого вы никогда от меня не дождетесь. Отдыхайте, через десять минут в путь.

Я присел рядом с профессором.

— Как вы думаете, — спросил я, — как там Алекс, Корнелиус?

— С ними все хорошо, — ответил профессор, — я в этом точно уверен. Алекс — сильная девушка. И Корнелиус на все пойдет ради нее. Ведь она его дочь. К тому же с ними бесстрашный пират.

— Что обсуждаем?

Я не заметил, как к нам подошел Джек. За ним шли Капитан Лоренс, капитан Джон и Бук.

— Вспоминаем друзей, — сказал я, — хотелось бы знать как там у них дела.

— Так возьми и узнай, — сказал Бук, — камень тебе на что? Для красоты?

Я хлопнул себя по лбу и едва не свалился с ног: я совсем позабыл про камень желаний. Не прошло и минуты, как мой камень засветился приятным желтым цветом. Я от всей души наговорился с Алекс. Она рассказала все, что с ней произошло. Если будет время, а его у нас очень мало, я все опишу. Потом мы сделали удивительную вещь. Профессор Фледриг связался с Корнелиусом, Бук с Лейлой, а я с Алекс и все уселись в круг. Таким образом, каждый мог беспрепятственно разговаривать друг с другом. Оба капитана и Джек бегали то к одному, то к другому и шутили, смеялись, делились своими историями. В общем, мы отлично провели время, которое неумолимо двигалось вперед. И нам тоже уже пора было двигаться. Я попрощался с Алекс и наш поход возобновился.

Поначалу мы шли, весело обсуждая разговор с друзьями. Но постепенно наши голоса начали затихать. И это не только потому, что филин, настороженно приглядываясь, шипел на нас. Обстановка вокруг сильно изменилась. Нас окружали огромные серые валуны и росшие неровными рядами редкие деревья, на которых не было ни одного листика. А если и были, то только желтые. Казалось, мы попали в мир вечной осени. Холодный ветер пронизывал насквозь нашу одежду, и мы шли, поеживаясь и прижимаясь друг к другу, чтобы согреться. Хотя пару часов назад я был готов раздеться и даже искупаться в каком-нибудь озере. Слова филина подтвердили мои мысли:

— Эти места всегда имели дурную славу. Без хорошего проводника вы или заблудитесь или сойдете с ума. Камни хранят историю прежних веков, и сами они — история. Каждое дерево — это павший воин, каждый порыв ветра — его железная воля.

— Здесь когда-то была война? — спросил Бук, дрожа, и испугано оглядываясь вокруг, видно ожидая увидеть восставших воинов.

— Много битв видела эта земля. Много слышала проклятий. Ведь это — страна магов и колдунов в прошлом. Сейчас их стало меньше, а проклятия остались. В основном все они связаны с вашими предками.

— Да, да, мы слышали, — сказал я, — мы должны занять престол и проклятия исчезнут.

— Поторопитесь…

И через несколько минут добавил:

— Не верьте ничему, что вы здесь увидите.

Мы шли уже около двух часов подряд. Непроглядная ночь намного усложняла поход, и то и дело слышалось, как кто-то, негромко вскрикнув, падал, видно в очередной раз, зацепившись ногой за корень какого-нибудь дерева. Когда он поднимался, недовольно охая, мы продолжали путь. Несколько раз мне казалось, будто ветви деревьев задерживали меня, словно не желая отпускать. А корни сами лезли под ноги. Потом начались и вовсе непонятные явления. Останавливаться на ночлег мы не стали: филин не советовал, да и самим нам было не до сна, хотя все мы жутко устали. Внезапно я натолкнулся на чью-то спину.

— Это ты, Алекс? — услышал я дрожащий голос, в котором признал Бука.

— Что случилось?

— Смотри! — робко прошептал он.

Я посмотрел туда, куда указывал Бук и едва не подпрыгнул то ли от радости, то ли от страха: внизу справа расположился небольшой лагерь. Горел костер, и несколько людей сидели вокруг него.

— Давай спустимся, погреемся немного и снова в путь, — предложил Бук.

Его предложение было заманчиво, но и предупреждение филина тоже настораживало.

— Мы еще и еды возьмем для всех. Наша то уже заканчивается. Я вот, например, предпоследнюю булочку доел.

Наконец, предложение Бука взяло верх, и мы осторожно спустились вниз. Костер был примерно метрах в трехстах от нас и мы быстро до него добрались. Мы спрятались за деревом и решили вначале понаблюдать за сидевшими.

— Битва неизбежна, — сказал один из них, — Король зашел слишком далеко, и он должен поплатиться за свои дела!

— За этим мы и пришли сюда, Ремус, — сказал второй, — мы здесь для расплаты.

— Старые псы должны исчезнуть раз и навсегда. Довольно! Пришел конец мучениям.

После этих слов по моему телу пробежала дрожь. Я попытался встать, но ноги меня не слушались. Внезапно где-то вдали зажегся огонь.

— Это сигнал! Они здесь! Буди всех!

Ремус приложил ладони ко рту и над лесом разнесся волчий вой. Вокруг нас что-то зашевелилось и, оглянувшись, я обомлел: сотни и тысячи людей, взяв свое оружие, выстроились в боевом порядке, а потом начался ад. Где-то внизу послышались звуки рога и чьи-то громкие крики. Полетели огненные стрелы, поджигающие все, что попадалось на их пути.

— Вперед! За мной!

Я узнал голос Ремуса. Сначала его армия сбросила врагов вниз, а потом, видимо, снизу подошло подкрепление и сражение переместилось прямо к нашему пристанищу. Случайно пущенная кем-то стрела угодила мне в правую руку. Хоть я и понимал, что все это за гранью реальности, боль была более чем реальной. Рука не слушалась и стала мокрой от крови. Я как смог перевязал ее и, приложив всю силу воли, побежал наверх. Бука нигде не было видно.

— А ну стой! — послышались сзади крики.

Я понял, что они обращены ко мне, но не останавливался.

— Стой, кому говорю!

Я добрался, вернее, дополз до того места, откуда мы спустились, и тут меня толкнула чья-то сильная рука, и я упал.

Обернувшись, я увидел Ремуса.

— Попались, шпионы!

Он стоял передо мной. Высокий и широкоплечий, с большими глазами. Я не мог пошевелиться от боли и, конечно же, мне было не до принятия каких-либо решений. Я истекал кровью, и сознание постепенно покидало меня. Последнее что я успел увидеть — это нацеленный на меня лук и яркая голубая вспышка.

Глава двадцатая

Теплые язычки пламени ласкали мои окоченевшие ноги. Я слышал, как надо мной суетятся люди, но был настолько слаб, что не мог даже их рассмотреть.

— Надо вытащить стрелу, — сказал кто-то.

— Сначала нужно промыть рану, — возразил другой голос.

— Он так слаб, что, боюсь, болевой шок его погубит…

— Другого пути у нас нет, профессор…

— Здесь недалеко есть ручей, — я узнал в этом голосе Филина, — Только как вы принесете воды…

— Это уже наша проблема, — раздался голос Джона, — пошли, Лоренс.

Через несколько минут я почувствовал живительное прикосновение прохлады. Вода придала мне немного сил, и я приоткрыл глаза. Увидев на миг друзей, я снова погрузился в темноту. Потом сильнейшая боль…

Я не знаю, сколько проспал, но когда проснулся, было уже утро, или день. Во всяком случае, было светло. Рука болела, но уже не так сильно и я смог встать. Страшно хотелось кушать. Я лежал в уютном шалашике, набитом большими мягкими листьями, от которых исходило тепло. Под листьями лежали толстые длинные палки, а под ними еще теплые угольки. Вот почему я не замерз ночью.

В узкую щелочку всунулась голова Джона:

— Живой? Давай к нам, мы такого кабана поймали, закачаешься. На неделю хватит.

Я с трудом вышел и присоединился к компании. Кабан и, правда был замечательный и вмиг прибавил мне сил, так что я мог идти теперь хоть на край света. Зла на нас за потерянное время никто не держал. Филин сам оправдывался, что не усмотрел за нами.

После завтрака остатки сложили в сумки и двинулись в путь. До пещеры оставалось рукой подать. Буквально через пять минут мы вышли на отвесный склон высотой около сорока-пятидесяти метров. Слева глубоко вниз уходила в темному та самая дорога, которая привела нас сюда. Это и была пещера, в которой, по словам филина, жили драконы. Лишь только я произнес про себя это слово, как по телу пробежала дрожь. Эти страшные твари, которые в самых страшных фильмах были простой фантастикой, теперь ждали нас на обед. Или на ужин, не важно. Во всяком случае, другого пути у нас не было.

Мы вошли в темноту, которая через несколько минут полностью отрезала нас от внешнего мира. Время здесь остановилось. Иногда казалось, что его вообще нет, и никогда не было. Голос филина, эхом катившийся по пещере, возвращал меня к действительности.

— Вы можете не беспокоиться, профессор. Драконы не так страшны, как вы думаете. Главное найти язык с одним из них — с вожаком, а дальше — все как по маслу.

— А в случае неудачи нас обмажут этим маслом и зажарят на вертеле. Честно признаться, мне не очень нравится эта затея. Но с другой стороны, если мы привлечем эти создания на нашу сторону, наши силы возрастут в десятки раз.

— Вот я и говорю…

Я представил себя на вертеле, и мне невольно захотелось стать драконом. Но потом я вспомнил, как встретил нас Торнед, а Корнелиуса — орлы и мне стало спокойнее. Я уже видел, как полчища огромных драконов преклоняются пред нами, когда чей-то грозный рык заставил всех замолчать и остановиться.

— Опять чего-то не поделили, — пояснил Филин, — или кого-то.

На мгновение в моем сердце поселился страх. Но страх для того и нужен, чтобы его преодолевать. Через пару часов мы покинули непроходимый лабиринт, и вышли в огромный зал, полный всяческих скульптурных творений, созданных, вероятно, не одним десятком талантливых умов. Одних только колонн с восхитительными рисунками было около сотни. Они стояли ровными рядами, подпирая массивную толщу камня. Если случится землетрясение, колонны вряд ли спасут пещеру от разрушения, но, несущие красоту, эти прекрасные творения имеют право жить. Между ними расположились самые разнообразные существа, начиная от изящных стройных воинов, и заканчивая мощными кентаврами. Походя по рядам, я изумился, насколько велико их сходство с настоящими людьми.

— Как живые… — прошептал я.

— А кто тебе сказал, что они умерли? — раздался позади меня голос филина.

— Что ты имеешь в виду?

— Очередное проклятие, я полагаю, — высказал свое мнение капитан Лоренс, — Дай угадаю! Эти люди когда-то были живы, а теперь их кто-то замуровал в собственных же телах. Просто я уже столько здесь всего навидался, что глупо предположить что-то иное.

— Это действительно так. Они были живы, и, между прочим, были доблестными воинами в рядах армии самого короля Эланда. Могу сказать точно — это было очень давно.

— Три тысячи лет тому назад, верно? — Догадался я.

— Браво! Если вы не ясновидец, то я в некоем замешательстве.

— Все просто. Младшему сыну короля Эланда Ревендульфу сейчас три тысячи лет.

Немного погодя я спросил у Филина как можно оживить армию, ведь это такая прибавка в силе. Но, оказалось, что здесь может помочь только меч короля Рондума, а он, как известно, находится в его гробнице. Я решил, что как только еще раз увижу Торнеда, обязательно попрошу у него разыскать гробницу и принести меч. Ну а сейчас нам не оставалось ничего другого, как снова отправиться в путь. Мы шли между нескончаемыми рядами воинов, кентавров, огромных боевых рысей, пантер и других злобных зверей. Мне казалось, что армия короля Эланда нескончаема, когда, пройдя последнюю колонну, подошли к глубокой пропасти. На другую сторону был перекинут узенький мостик, ширина которого была равна ширине одного среднего человека. Никаких веревочек, тросов, за которые можно было держаться руками. Я бросил вниз камень, чтобы узнать, как долго я буду падать. На двадцатой секунде счета раздался звонкий удар.

— Ничего страшного, — как всегда с оптимизмом отметил капитан Джон, — зато я точно знаю, что больно не будет.

— Эх, что бы мы без тебя делали? — со смехом сказал капитан Лоренс и первым шагнул на казавшийся хрупким мост.

— Главное не держитесь за руки, иначе точно упадете. — предупредил он.

— Вы, наверное, в прошлом и не в таких ситуациях бывали? — спросил я у Джона. — Жизнь пиратов такая интересная.

— О, поверь мне, все, что сейчас происходит для меня это как вечерняя прогулка. Ой!.. — Капитан станцевал на одной ноге непонятный танец, — Ну, прогулка с препятствиями, конечно же.

Дальше пошел я, за мной Бук, а профессор Фледриг, ссылаясь на головокружение, пополз за нами на четвереньках. Так мы удачно добрались до противоположной стороны пропасти и тут же сделали привал.

А потом появился Торнед. Да, да, просто появился из неоткуда и все. Мы приветствовали друг друга как старые друзья и сразу же принялись расспрашивать друг друга обо всем.

— И еще один вопрос. Как ты смог забыть такое простое заклинание как отпугивание духов? Мы же столько его разучивали. В следующий раз я вряд ли смогу прийти на помощь.

— Извини, не понял о чем ты? — Спросил я.

— Там на горе, когда ты полез в лагерь армии короля Эланда. Я был недалеко и почувствовал опасность.

— Так вот откуда эта синяя вспышка! — Воскликнул я.

— Заклинания мы подучим. А теперь о деле. У меня к вам очень неприятные новости. Не секрет, что королева знает о вашем пришествии.

— Да, да, знаем, — сказал капитан Джон, — она постарается нам помешать, как мы сами до этого не додумались?

— Помешать — это мягко сказано. Дайте мне карту.

Профессор вытащил из рюкзака пергамент и протянул его Торнеду.

— Все четыре стороны света обращены против вас. На западе готовится огромная армия эльфов. Не тех эльфов, о которых вы читали в книжках. Они вовсе не милые и нежные существа с кроткими душами. Это слуги королевы Анжелины. Лучше бы повстречать в лесу стаю голодных волков, или погибнуть в пасти дракона, чем встретиться с ними. Восток уже готов к войне, как юг и север. Люди, гномы, орки, все, что движется, ползает и летает. Все боятся даже взгляда королевы. Но у каждого из них есть в душе искра. Та искра надежды, которую можете разжечь только вы — истинные наследники великих королей. За вами пойдут многие, но страх перед смертью у многих вызовет предпочтение перед верой в победу. У вас впереди много работы. И то, что вы сейчас делаете, заслуживает уважения. Драконы — огромная прибавка в силе. Но недостаточная. Вы продержитесь долго, возможно, даже захватите пару городов, и даже возьмете трон. На время. Вам нужно больше. Ваш союзник собрал немалую армию Орлов.

— Корнелиус? — Оживился профессор.

— После него я сразу отправился к вам.

— Как они там? Как Алекс? — спросил я.

— Все потом. Могу сказать только одно — все в порядке. Они успешно движутся вперед. Вскоре они столкнутся с одной из армий королевы. Я отправил им на помощь часть своей армии.

— О, ну теперь королеве крышка! — Воскликнул капитан Джон.

— У нее в услужении множество магов, волшебников и колдунов. Кстати, драконов у нее тоже хватает.

— О чем же большем ты говоришь? — Спросил я, — Мы сделаем все, что в наших силах. Но если этого недостаточно… То что?…

— Артефакты Великого короля Эланда.

— Меч?

— Меч является одним из основных элементов, поддерживающих мир на этой планете. И во всех мирах тоже. Он обладает удивительной мощью. Но его не каждый может взять. Камнями может управлять каждый, но меч… Им может владеть только истинный наследник истинного короля. То есть, только ты.

— А Анжелина? — Спросил профессор, — она тоже истинная наследница. Почему же она до сих пор не завладела этим мечом?

— Приняв эликсир молодости, она навсегда лишила себя всех прав наследницы. Король правит только одно поколение, потом его власть переходит к его наследникам. Поступки Анжелины перешли все границы. Поэтому она даже близко не может подойти к мечу под страхом смерти. Вот и все, что я хотел сказать. Больше ничем помочь не смогу. И еще. Запомните, драконы — свободные существа. Они не обязаны признавать вас своим королем. Если они захотят помочь, то помогут, а если нет, то можете ожидать от них чего угодно. Все, мне нужно идти, у меня еще очень много дел.

С этими словами Торнед растворился.

Глава двадцать первая

После разговора с Торнедом я немного успокоился. У меня снова появилась надежда найти меч Эланда и решить с его помощью все проблемы. Но масштаб поиска был неимоверно велик. Гробница короля могла находиться в любом уголке королевства. Но пока я преследовал другую цель — найти союзников и друзей в предстоящих битвах. Мы шли по широкой пещере с высокими потолками, с которых свисали острые сталактиты.

— Что будет, если одна из этих штуковин свалится нам на голову? — Спросил капитан Джон, рассматривая прекрасные нерукотворные творения.

— Ничего особенного не произойдет, — ответил капитан Лоренс, — просто в мире на один болтливый язык станет меньше.

— Почему это болтливый? Между прочим, я спасаю всех своими разговорами. Без них мы все сойдем с ума.

— Ты можешь спасать всех молча? — Раздражительно произнес капитан Лоренс, — Мы, между прочим, не по аллее прогуливаемся, мы — в пещере с драконами.

— Тихо! Тш…ш…ш… — Зашипел профессор, — остановитесь. Слушайте.

Я прислушался, и по моему телу пробежала дрожь. Где-то недалеко раздавались чьи-то тяжелые вздохи и похрапывание.

— Вот и пришел наш конец, — прошептал капитан Джон.

— Какой еще конец? — Удивился профессор, — разве цель нашего похода — не встреча с драконами? Так, капитан, советую вам подзапастись силою воли и духа. И вам, Лоренс тоже.

— Моих запасов хватит десяти поколениям, — невозмутимо произнес капитан Лоренс.

— Вот это истинный оптимист! Ну что ж, вперед!

— Не стоит идти туда всем, — сказал я, — если там действительно дракон, и от него можно ожидать что угодно, то…

— Что?

— Я пойду один.

— Я с тобой, — сказал капитан Лоренс.

— Не стоит. Ждите здесь.

Если честно, мне было ужасно страшно, и у меня даже тряслись коленки. К счастью, было темно, и никто этого не видел. И я тоже ничего не видел, поэтому шел осторожно, словно вокруг меня лежали сотни спящих драконов. Когда храп стал неимоверно близко, я понял, что без дополнительного освещения мне не обойтись. И тут меня осенило. В моменты страха в голову всегда приходят только умные мысли. Я связался с Алекс и быстро объяснил ей, в чем дело. Яркий солнечный свет вырвался из моего кольца и осветил все вокруг. Я направил кольцо перед собой и едва не упал. Буквально в двух шагах от меня лежало нечто, похожее на… Дракона! Собственно, это и был дракон. Я никогда не видел вживую этих тварей, поэтому поначалу не мог прийти в себя.

— Алекс, что это? — спросил камень.

— Потом объясню, дорогая.

— Это же дракон! Ты что, с ума сошел? Быстро уходи оттуда!

— Не кричи, а то он проснется.

Но храп, вырывающийся из ноздрей чудовища, был настолько громким, что я не слышал даже собственного голоса. Тут позади меня послышался непонятный шорох. Обернувшись, я увидел капитана Джона и капитана Лоренса. Они о чем-то шептались, время, от времени указывая на дракона.

— Обойти такую громадину точно не получится. Предлагаю быстро перерезать ему глотку и идти дальше, — говорил капитан Джон.

— Ты, братишка, верно, забыл, что мы пришли сюда в поисках союзников. Союзникам горло не режут. Только переговоры! Других вариантов не вижу.

— Тише, — зашипел я на них.

И небезосновательно. Дракон лениво покачал головой, зевнул (при этом нас едва не сдуло с ног), и, улегшись на одну из своих огромных лап, снова заснул.

— Кажется, заснул, — облегченно вздохнул Джон, — предлагаю…

В этот момент позади нас раздался страшный грохот, сопровождаемый возгласами:

— Проклятый камень!!!

— Профессор, Тише! — Зашипел на несчастного старика капитан Лоренс.

Но было уже поздно. Дракон перестал храпеть и начал часто дышать. Я повернул голову и встретился с его черными глазами. Мой язык стал настолько тяжелым, что мне не хватило сил даже произнести слово «Бегите!». Я в упор смотрел на огромные глаза, величиной со среднее блюдце, в то время как они тоже внимательно изучали каждый сантиметр моего тела. И тут я совершил, наверное, самую большую глупость:

— Добрый день, как поживаете? — спросил я и уже в следующую секунду мы с криками бежали прочь с этого места, а дракон, подпаляя своими огненными языками наши пятки, несся нам вслед.

— Это самое умное, что пришло тебе в голову? — задыхаясь от бега, спросил капитан Джон, — я бы лучше спросил как его имя.

— Имя! Точно! Имя! — воскликнул я, — это же, наверное, Нокс!

Топот позади нас тут же утих.

— Вы меня знаете? — раздался громогласный голос.

Мы тоже остановились и посмотрели назад. Дракон сидел на задних лапах, словно кошка, а из его ноздрей вырывался дым.

— Мы знаем вашего друга — гоблина Нокса, — сказал я. — Он передавал вам привет.

Поведение дракона резко изменилось. Он тут же извинился и рассказал кучу разных историй, связанных с ним и гоблином. А потом мы рассказали свою историю. Нокс сильно задумался.

— Понимаете, — наконец произнес он, — я бы с удовольствием вам помог, но один я вряд ли принесу много пользы. А из племени меня выгнали.

— Из племени? Нокс, ну, гоблин Нокс говорил, что ты — единственный дракон.

— Да, единственный. Я единственный дракон, который всего на свете боится. Даже вас я страшно испугался. А погнался за вами просто потому, что сзади что-то хрустнуло…

Договорить ему не дали. Капитан Джон схватился за живот и едва не упал от смеха.

— Хрустнуло! Ой-е-е-ей, держите меня, я сейчас лопну!..

— Стыдно смеяться над чужим горем, — сказал капитан Лоренс, который тоже едва сдерживался от смеха.

— Так вас там много? — Спросил профессор Фледриг.

— Больше пяти сотен, это точно.

— А чем вы там питаетесь? — Удивился капитан Лоренс, — чтобы прокормить столько драконов нужно много еды.

— Мы разводили Тробонов.

— Кого? — переспросил я.

— Это такие животные, похожие на пауков. Только намного больше по размерам. Одним словом, три-четыре Тробона могут одолеть одного дракона. Я так их боялся, что меня выгнали из племени. Тробоны очень вкусные и сытные, они быстро размножаются. Но за ними нужно тщательно следить. Бывало, они вырывались из клеток, и тогда нам бывало худо.

— А что, если ты вернешься в племя?

— Ни за что!

— Пойми, нам нужна твоя помощь. — Сказал капитан Джон, — нас ты уже знаешь, а те драконы нас не знают и запросто могут перепутать с едой.

После нескольких минут уговоров Нокс все же согласился и только тут я заметил пропажу.

— А где наш Филин? — спросил я.

— Я его уже давно не видел, — ответил профессор.

— Наверное, струсил, — сказал капитан Джон.

И тут случилось нечто. Сначала мне показалось, что где-то далеко шумит вода. Потом шум начал приближаться, и я увидел черную тучу. Когда она приблизилась, я увидел филина. Он летел впереди стаи летучих мышей.

— Бей неприятеля! — закричал филин, и летучие мыши кинулись на Нокса. Тот завизжал как поросенок и кинулся прочь.

— Рад, что успел. — Сказал Филин, — Это чудище вероятно уже собиралось вас съесть?

— Никто никого не собирался, есть! — закричал я на него, — это наш старый знакомый. Быстро останови их.

Филин полетел вглубь пещеры и вскоре все летучие мыши вылетели оттуда. Мы отправились искать Нокса. Это оказалось не так то просто. Через несколько минут мы остановились.

— Тихо, — сказал капитан Лоренс, — слушайте…

Где-то рядом с нами слышались тяжелые вздохи. Мое кольцо все еще светилось, поэтому я без труда отыскал в стене большое отверстие. Оттуда на нас смотрели два огромных черных глаза.

— Давай, выбирайся. — Сказал я, — отведешь нас в свое племя. Я уверен, они тебя примут.

— Хорошо, уговорили. Только если вас съедят, я не виноват. В моем племени очень суровые законы.

Глава двадцать вторая

Нокс предложил забраться ему на спину и понесся по бесконечным лабиринтам пещеры.

После пяти минут тряски я не выдержал и спросил:

— Долго еще идти?

— Осталось совсем чуть-чуть, — ответил Нокс, — потерпите.

— А мы не заблудимся? — Обеспокоено спросил профессор Фледриг.

— Я родился в этой пещере, и знаю здесь все. Еще пару поворотов и мы на месте.

И, правда, через пару минут мы оказались на краю пропасти. Нокс едва успел остановиться.

— Надо быть осторожнее, — сказал он, — я не так хорошо летаю.

В это время прямо мимо нас пролетело нечто, огромное.

— Все, нас заметили стражники, — упавшим голосом сообщил Нокс, — теперь нас схватят.

Не прошло и минуты, как из пропасти поднялись два дракона:

— Спускайтесь вниз, вас ждут.

— Одну минуту, — дрожащим голосом ответил Нокс.

— Ну что, Нокс, как насчет пары Тробонов на завтрак? — Спросил другой дракон и с громким хохотом они улетели прочь.

— Надо как-то спускаться, — сказал Нокс.

— Ты же дракон! — воскликнул капитан Джон. — Ты должен летать как птица и даже лучше.

— Один я, может быть, и долечу. А с лишним весом, то есть, с вами, нет.

— Отлично, лети. Мы как-нибудь сами, — сказал я и приготовился обдумывать план спуска.

— Да, и предупреди там, что мы с тобой, — крикнул профессор, но Нокс был уже далеко.

— Ну вот, — грустно произнес профессор, — теперь нас точно спутают с завтраком.

— Не отчаивайтесь, профессор, — сказал капитан Лоренс, — подумайте, если бы мы не встретили этого старого труса, мы бы сейчас были в точно такой же ситуации и даже немного похуже. Нокс, может быть, и трус, но какой-то шанс на выживание у нас все-таки есть.

— Вы правы, капитан, — сказал я, — организуйте, пожалуйста, спуск, у меня духа не хватает.

— А ну, строиться! Итак, перед нами стоит сложная задача — спуститься вниз по отвесному склону. Так как эта задача трудновыполнима, я пойду первым. Мы спустимся, и пусть хоть один драконишка встанет на моем пути, уж я его…

Я хотел предупредить Лоренса, но меня опередил профессор Фледриг:

— Капитан, прошу вас, обернитесь.

Он обернулся и встретился с зубастой пастью гигантского дракона, намного больше Нокса.

— Нокс нам все рассказал, садитесь.

Мы уселись на массивную спину и полетели вниз. Ну, как полетели? Мы просто упали вместе с драконом в пропасть. И лишь перед самой землей он расправил свои могучие крылья и благополучно приземлился.

— Это — моя пещера, — сказал он, указывая на дыру в стене, — ждите здесь. Меня зовут Морэн. Вечером вас позовут.

— Куда? — спросил капитан Джон.

— Могу сказать только одно — будет весело.

Я не знал, который сейчас час, да и когда у драконов вечер я тоже не знал, ведь они не видят, или очень редко видят солнечный свет. Во всяком случае, мы с небольшими неудобствами расположились в огромной пещере и попытались немного поспать. Сейчас это было самое верное решение, ведь неизвестно, что нас ждет впереди, а сила всегда понадобится, много ее не бывает. Я улегся на свои вещи и мгновенно уснул. Время пролетело так быстро, что когда я проснулся, то сначала не понял, спал я или нет. Оказалось, я проспал целых четыре часа. Морэн уже стоял снаружи и ждал только меня.

Подземелье, в котором жило племя Нокса, было просто огромно. Меня поражали его размеры. Когда мы начали спускаться, я удивился еще больше.

— Профессор, вы не находите, это очень похоже на…

— Да, друг мой, — улыбаясь, ответил профессор Фледриг, — это — Колизей.

— Я слышал, гномы заимствовали идею этого здания у первого мира. — Сказал Морэн. — Не имею представления, где он находится. Они так умно выражаются, что я скоро стану ученым драконом. И мне стыдно будет кого-либо есть.

— Вы сказали гномы? — переспросил я.

— Конечно. Мы с ними живем в мире. Они разводят для нас Тробонов, а мы не запрещаем им добывать разные камушки и заниматься земледелием.

— Как же они могут усмирять таких ужасных тварей? — спросил капитан Лоренс.

— О, эти гномы до всего могут додуматься. Нашли у них какую-то болевую точку. Нажмешь, говорят, на нее и этот Тробон сам наденется на вертел, ха-ха-ха!

— Гениально, — произнес профессор.

Мы опустились прямо перед входом в так называемый Колизей, уж не знаю, как они его здесь называют.

— Да, может быть размерами он и меньше, чем настоящий, но пропорции примерно те же. — Сообщил профессор Фледриг. — Удивительно, как они его строили.

— Конечно же, не без нашей помощи, — сказал Морэн, — все, мне надо бежать, а вам желаю удачи.

— В каком смысле? — спросил капитан Джон.

В этот момент к нам подошли маленькие человечки с бородками — гномы.

— Это вы? — спросил один из них.

— Ну, допустим, — ответил профессор Фледриг. — Что вы хотели?

— Следуйте за нами. И без шуток, мы шутить не любим.

Нам ничего не оставалось, как пойти за гномами. Те вошли в узенький подвальчик, который открывал необъятные просторы удивительного сооружения. Это было бесчисленное множество всяческих ходов, лабиринтов, подземных пещер, состоящих из одних клеток с огромными замками. Возле одной такой клетки гномы остановились:

— Вы будете сидеть здесь, — сказал старший гном.

— А что с нами будет? — спросил профессор.

— Вы будете сражаться с Тробонами, — ответил Гном, — если понесете поражение, или кинетесь спасаться, будете обедом. Если же одержите победу — будете почетными гостями. Дам вам пару советов. На голове у Тробонов есть маленькое черное пятно. Если слегка надавить на него, Тробон выполнит все ваши желания. Если же проткнуть ее, то он умрет. Но предупреждаю, это будет очень сложно, и только гномы умеют делать это без ошибок.

С этими словами гном защелкнул замок, и они удалились.

— Какие будут предложения? — Спросил капитан Джон.

— Если бы у меня был динамит, я бы взорвал эту дверь, — Сказал капитан Лоренс.

— И нас вместе с ней? — Засмеялся капитан Джон.

— Ты спросил какие будут предложения, а не последствия.

— Динамита у нас нет, зато есть заклинания, — сказал я.

— Давай быстро рассказывай, — сказал капитан Джон. — Неизвестно сколько у нас времени.

Мы разделились на две группы — я обучал капитанов, а Джеку достался профессор Фледриг и Бук. К счастью у всех была отменная память, поэтому в считанные минуты мы разучили основные заклинания по парализации и превращениям и приступили к испытаниям. Первым вызвался профессор. В углу камеры мы нашли маленького паука, который беззаботно плел свою паутину.

— Говорите медленно и очень четко, — сказал я.

Профессор сосредоточился и выпалил непонятно что. После его слов паук раздулся до размеров воздушного шарика.

— Профессор, в заклинании нельзя переставлять буквы местами!

— Как же мы его теперь уменьшим? — Дрожащим голосом спросил профессор, смотря на паука, который, видимо, ничего не понял и смотрел на нас удивленными глазами.

— Если честно, я всегда недолюбливал пауков, — сказал капитан Джон, — если он кинется на меня, мы, скорее всего, окажемся на свободе.

В этот момент паук задрожал и стал постепенно сдуваться. Через несколько секунд он сдулся до обычных размеров. После третьего урока у профессора отлично получилось заклинание парализации. Капитан Джон пару раз превратил несчастного паука в пончик.

— Я все время думаю о еде, — жаловался он, — ничего не могу с собой поделать.

У капитана Лоренса все получилось с первого раза. Я в своих возможностях не сомневался, но на всякий случай все же парализовал паука. В конце концов, бедный «подопытный кролик» забрался в маленькую щелочку и больше не показывался. Итак, мы были полностью готовы к испытаниям. Приблизительно через полчаса за нами пришли. Гном проводил нас на первые ряды.

— А я думал, мы будем сражаться, — воскликнул капитан Джон.

— Ты — первый, — указал на него Гном.

Капитан мгновенно умолк и с бледным лицом уставился на арену. А справа от нас на великолепно обустроенной ложе появился гигантский дракон.

— Итак, драконы и драконихи, — громогласно возвестил он, — гномы и… э… гномы! Мы давно не собирались в этом месте, но теперь вас ждет незабываемое зрелище. Люди и Тробоны! Кто из них одержит победу? Это мы сейчас и узнаем!

К нам подошел тот самый гном с еще двумя крепкими гномами и вежливо попросил капитана Джона пойти с ним. Он, видно понял, что отпираться нет смысла, как и возможности.

— Не забывай про заклинания, — сказал я ему напоследок.

Я видел арену как на ладони. Поэтому когда выпустили Тробона, у меня все пересохло во рту от страха. Одним словом, это было ужасное чудище на восьми лапах и с массивной уродливой головой.

— Главное, чтобы он не перепутал буквы в заклинании, — сказал профессор Фледриг. — Если это увеличится как тот паук, ему вряд ли хватит места на этой арене.

Я постарался уйти от плохих мыслей и не смотрел на арену. Но когда весь «стадион» завопил на самые разные голоса, я поднял глаза и увидел капитана Джона, прыгавшего вокруг лежавшего Тробона. Он пинал его ногами и радостно кричал.

— На арену призывается следующий участник.

Следующим оказался Джек. Он так же хорошо справился с заданием. Зал аплодировал. Как аплодировал? Верно, ведь у драконов нет рук, они просто стучали лапами по бетонным выступам и дико орали. Потом пошел капитан Лоренс. Этот могучий и бесстрашный человек справился без всякого заклинания. А вот профессору Фледригу пришлось повозиться. Он никак не мог вспомнить заклинание. Пару раз Тробон едва не задел профессора. В конце концов, он превратил чудовище в корову, которая благозвучно замычала и запачкала половину арены. Зрители были в восторге. Они, наверное, никогда не видели такого шоу. Потом на арену вышел я. И тут моя фантазия разрослась до неимоверных пределов. В общем, пределов у моей фантазии нет, во всяком случае, я до них никогда не доходил. Я знал больше заклинаний, поэтому был совершенно спокоен и даже попросил вывести не одного, а целых трех Тробонов. С первым я справился довольно быстро, заставив расти неизвестно откуда взявшееся дерево (обыкновенное волшебство) так, что в несколько секунд тот оказался на высоте примерно тридцати метров. А потом дерево исчезло, и Тробон всей своей массой обрушился на своего товарища. Последний «паук» оказался намного быстрее и проворнее предыдущих. Он с такой скоростью бросился на меня, что я не успел произнести ни одного заклинания. Мне пришлось запрыгнуть ему на спину, при этом он нанес мне глубокую рану на руке. Она онемела и беспомощно повисла. А Тробон бешено метался из стороны в сторону, пытаясь скинуть меня со спины. В следующую секунду это у него получилось. Я упал на землю и ударился головой, от чего на некоторое время потерял сознание. Когда я очнулся, то увидел, что «паук» мчится на меня. Я с трудом нащупал свой меч и, когда мохнатое тело появилось надо мной, воткнул его прямо в голову. Тробон поскакал по арене словно ошпаренный, потом его затрясло, и он упал. Я приложил все усилия, чтобы в очередной раз не потерять сознание. За мной прибежало несколько гномов. Они отвели меня внутрь, омыли раны и, когда мне стало легче, я вернулся к своим друзьям. Все это время «зрители» мне аплодировали.

— А теперь, — закричал дракон, — время последнего испытания. Выводите его!

На арену вышел Нокс. Он боязливо оглядывался и поджимал хвост от страха.

— Прошу приветствовать Нокса — нашего старого друга!

Весь зал взорвался в неудержимом хохоте.

— И твое самое любимое блюдо из Тробонов. Правда, оно еще не совсем готово, но…

На арену вышли пять Тробонов и жадно уставились на Нокса.

— Удачи! Если убежишь, твоих друзей подадут мне на ужин.

— Этого я боялся больше всего, — признался капитан Джон, — этот трус разрушит все наши планы! Эй, Нокс, задай им!

Нокс его, конечно же, не услышал, но принялся действовать. Хоть он был и трусом, но силы у него было не мало. С первым Тробоном он справился довольно легко, швырнув его об стену. Стена при этом жалобно затрещала. Во второго он вцепился всеми своими когтями и, возможно совершенно не случайно, проткнул его заветное пятнышко. Итак, осталось еще три.

— Чего он медлит? — Закричал капитан Джон. — Давно бы затоптал их всех! Я бы на его месте даже не думал.

— А мне кажется, он что-то задумал, — ответил я.

Тут послышался разговор двух драконов сверху:

— Смотри, он приближается к выходу!

— Думаю, он не такой дурак. Если он пройдет под воротами, ему отрубит голову. Хорошую штуку гномы придумали. Ха-ха!

Помотав Тробонов по арене, Нокс встал прямо напротив тех самых ворот, о которых говорили драконы. Измученные и уставшие противники решили действовать решительно и кинулись на Нокса. А когда тот резко отошел в сторону, двое из них попали «под нож». С последним Тробоном Нокс разобрался быстро: когда тот подошел, просто ударил его лапой по голове. Тот немного покачался из стороны в сторону, походил немного по арене и затих. Зрители были поражены храбростью недавнего труса.

— Я их больше не боюсь! — закричал Нокс. — Я ничего не боюсь!

— Что ж, — сказал главный дракон, — я удивлен. А потому разрешаю тебе остаться в нашем племени. И отныне тебя будут называть Нокс «бесстрашный»! А сейчас предлагаю отпраздновать это дело!

— Мы с трудом пробились к Ноксу и, когда он нас заметил, я сказал:

— У нас нет времени праздновать!

— У нас очень важное дело, уважаемый, — добавил профессор Фледриг, поправляя упавшие на нос очки.

— Извините, — ответил Нокс, — но с ними лучше не спорить. Сегодня отдохнем, как следует, а завтра решим все дела. Никуда они не убегут, а отдыхать тоже надо. Не отходите от меня не на шаг.

Мы последовали совету Нокса, и вышли из Колизея. Сотни драконов пошли за нами и впереди нас, они были везде. Такого зрелища я еще никогда не видел. Некоторые из них, что помоложе, летали взад-вперед, кто постарше — прогуливались, как люди по аллее парка. Но все они, так или иначе, двигались в одном направлении.

— Куда мы идем? — спросил я у Нокса.

— О, это древняя традиция — отмечать важные события в «зеленой вечности».

— Какое странное название, — заметил профессор, — можно поинтересоваться, что это за место и почему его так назвали?

— Понимаете, — ответил Нокс, — гномы у нас большие выдумщики. Они здесь много чего сделали. Без них нам было бы плохо. Не знаю, как, но они засадили каменистые земли всевозможной растительностью, а в самом верху продолбили огромное отверстие. Гномы — великие мастера в этом деле. Растения получают свет и спокойно растут, и каждый из нас в любое время может прийти или прилететь в это место отдохнуть, или просто прогуляться.

Внезапно я увидел впереди какое-то свечение, а потом мне показалось, что я сплю. Становилось все светлее и светлее, мрак постепенно отходил в сторону. Теперь мы шли не по жестким камням, а по мягким утоптанным тропинкам. Все чаще попадались вспаханные земли и луга, на которых паслись разные животные, в том числе и коровы.

— Вон та корова моя, — гордо заявил профессор.

Гномы, в самом деле, были великими мастерами. Мне на некоторое время показалось, что я выбрался наружу, и даже хотел поднять голову в надежде найти солнце, но вместо него там были каменные своды, окрашенные золотом солнечных лучей, проникающих сюда в отверстие. Однако это не меняло дело. Нокс предложил нам прогуляться по знаменитому саду, славившемуся своей красотой, а гном, который запирал нас в клетке, вызвался нас проводить. Мне сложно будет подобрать слова, чтобы описать всю красоту этого сада. Здесь были яблони, вишни, другие плодовые деревья. Причем, плоды на них были огромны, совсем не такие как на поверхности.

— Мы долго выводили сорта различных деревьев. Вы ведь сами понимаете, при недостатке света и тепла много плодов они не дадут. Была проведена очень кропотливая работа, и результат налицо.

В саду жили самые разные птицы, и даже маленькие животные, такие как кролики. Пройдя некоторое расстояние, я услышал журчание воды.

— Мне кажется, или это…

— Нет, не кажется. Под землей когда-то текла река. С помощью особых технологий мы заставили ее течь так, как нам хочется. Теперь она здесь.

Мы вышли на берег маленькой речки, шириной примерно в три-четыре метра.

— Здесь и рыба есть? — спросил Джек. — Я в детстве любил рыбалку.

— Конечно, мы иногда устраиваем соревнования по рыбалке. Но большую часть рыбы отпускаем обратно: нас здесь много, а рыбы еще довольно мало.

— Все понятно, — сказал Джек и попробовал воду рукой. — Какая холодная.

— Неудивительно, ведь она течет из-под земли, куда не поступает солнце. — Пояснил профессор.

Мы еще немного походили по саду и вернулись обратно. А тут на огромной поляне гномы уже готовили Тробонов. Несмотря на отвратительный вид, от них шел просто изумительный запах, примерно как курица-гриль.

— Надеюсь, они и на вкус также хороши, — сказал капитан Лоренс.

Мы отыскали глазами Нокса и когда подошли к нему, сначала не поняли в чем дело. Глаза его смотрели в разные стороны, говорил он непонятно что и ходил, чуть ли не на четвереньках.

— Что с тобой? — спросил я.

Профессор указал на огромные бочки и, заглянув в них, поморщился:

— Все нормально, праздник в полном разгаре.

Не знаю как, но через полчаса капитан Джон и капитан Лоренс были примерно в таком же состоянии.

— Вы же никуда не отлучались, — со смехом удивился я, — когда успели?

— Здесь очень вежливые официанты, — только и смог выговорить капитан Джон.

Глава двадцать третья

На следующий день я сразу решил перейти к делу. Связавшись с Алекс, я узнал, что королева перешла к открытым нападениям, и армия Корнелиуса несла потери. По пути к ним присоединялись добровольцы, но их не хватало. После разговора я встретился с вожаком племени и, предоставив все аргументы, заставил его подумать. Теперь все могло решить только время.

Мы сидели в яблоневом саду и обсуждали важные вопросы.

— Во всяком случае, все идет по плану, — сказал профессор, жадно кушая большое красное яблоко. — Мы встретились с драконами, попросили у них помощи, теперь от нас мало что зависит.

Вскоре за нами прилетел Морэн, и мы отправились к вождю племени Драконов.

— Вождь собирает великий совет, — сказал Морэн. — Мы собираемся туда, когда принимаем очень важные решения.

— Где он будет проходить? — спросил я.

— В месте, которое вы назвали странным именем «Колизей». Там будут гости из ближайших городов и деревень. Они помогут нам принять правильное решение.

Вот мы на месте. У главного входа уже толпятся драконы, и совсем как люди что-то обсуждают. Я заметил в толпе Нокса и помахал ему рукой. Он тут же подошел к нам.

— У меня плохие новости, — печально сказал он, — Напали на школу ученого гоблина.

— Кто напал?! — С ужасом спросил я.

— Армия королевы. Злые эльфы и драконы.

— Как же вы узнали об этом?

— Идемте.

Мы подошли к толпе драконов и ужаснулись. На носилках там лежали два гоблина. Медсестра, которая когда-то кричала на нас и еще один, которого мы не знали.

— Бедный гоблин Нокс, — заплакал дракон, — представляете, она сказала, они забрали его в плен, а остальных…

— Тихо, не плачь, — я старался утешить Нокса. Но у меня самого было тяжело на душе и слова приходилось вытягивать клещами. — Мы обязательно его спасем.

А потом прилетел гонец, которого драконы послали на разведку в злополучное место. Он тяжело летел, кренясь на одно крыло. Было видно, что он очень устал и вот-вот упадет. Когда он приземлился, стала ясна причина такого странного полета. На своей спине он нес трех гоблинов, совсем еще молодых. Одно крыло его было пронизано сотнями стрел, и все тело было в многочисленных ранениях.

— Это еще не все. — Тяжело сказал он, обессилено рухнув на землю. — Королева на моих глазах уничтожила две деревни, в которых жили наши друзья — гномы.

Драконы тут же засуетились и отнесли героя в одну из пещер. А молодых гоблинов тут же накормили и отправили отдыхать.

На великий совет собрались все драконы и гномы, какие только были в подземелье, и даже пришли гномы из соседних деревень. В глазах каждого был огонь, огонь мести. Места всем, естественно, не хватило. Поэтому все старались говорить громко и каждого выслушивали до конца. После того, как все высказались, начался настоящий кошмар. В некоторых местах даже начали драться. Но к счастью все быстро закончилось, потому что вождь так рявкнул на дерущихся, что все тут же смолкли. Тишина продолжалась довольно длительное время.

— Это у них там совещание, — пояснил мне Нокс, — сейчас примут решение.

Через пару минут вождь сам вышел из ворот Колизея и сказал:

— О, люди! Вы открыли нам глаза. Много лет мы жили в мире с гномами, гоблинами и некоторыми людьми. И теперь, когда наших друзей настигла беда, мы не можем остаться в стороне. Ведите нас!

Чуть раньше я связался с Алекс и узнал, что в каменной долине вот-вот начнется битва. Не теряя ни минуты, мы с армией драконов и гномов отправились туда.

И началась великая битва. Сколько хватало глаз — повсюду шли кровопролитные сражения. Все вокруг вертелось и крутилось. Время то ли шло, то ли нет. Я едва успевал отбиваться от набегавших гномов и эльфов. Еще в пещере мы условились с гномами, что при нашем приближении они будут говорить «друг». Иначе мы бы точно спутались. Сначала было немного неудобно, так как ничего слышно не было, но потом я привык. Попытавшись отыскать своих друзей, я потерпел неудачу. Сложно найти каплю в море. А в небе началась просто гигантская баталия. Драконы королевы отличались огромными размерами и поражающим, страшным видом. Но наши давили их численностью. Они нападали по двое или даже по трое и просто выводили противника из себя. Те вовсе не ожидали, что подоспеет такое подкрепление. Тут и там раздавались оглушительные грохоты — это падали поверженные драконы королевы. Сама она сидела на своем величественном драконе и следила с высоты за битвой. Я уже давно приметил ее, и моей единственной целью было пробраться к ней. Что я буду делать дальше, я еще не придумал. Но надо спешить. Я размахивал своим мечом направо и налево. Благо, меч у меня оказался просто замечательным. При внушительных размерах, я практически не ощущал его веса, и он как будто сам защищал меня от ударов. Правда, пару раз мне все-таки не повезло. Один эльф рассек мне левую руку, а гном ударил дубиной по груди. Я на мгновение потерял сознание, но через секунду снова был на ногах. И тут я услышал…

— Сколько у тебя?

— Тридцать семь!

— А у меня сорок два.

— Так держать, братишка!

— Эх, давненько мы так не развлекались.

— Точно!

Я увидел все таких же беззаботных братьев — Джона и Лоренса, которые как ни в чем не бывало, размахивали своими мечами, и, кажется, были довольны.

— Эй, Алекс, — увидел меня Джон, — сколько у тебя?

— Сбился со чета, — ответил я, нанося очередной удар по Эльфу.

— Удачи.

— Джон! — крикнул я, — увидишь Нокса или Морэна, скажи, пусть найдут меня. Это срочно.

— Обязательно!

А я уже пробирался дальше. Хоть меч и был легким, но я все равно дьявольски устал. Да еще рана на руке начинала выводить меня из строя. Тут кто-то сильно ударил меня по голове, и я упал. Оглянувшись, я увидел над собой гнома с топором. Я уже приготовился к смерти и даже закрыл глаза, как вдруг почувствовал, что взлетаю. Поначалу мне показалось, что я уже умер, но потом я увидел над собой Нокса. Он летел к спасительному выступу в скале. Я не помню, как мы приземлились. Сильно болела голова, все тело просто разрывалось от боли, а левая рука вовсе отказывалась подчиняться. Я вдруг понял, что все мое тело в многочисленных ранениях. И как я не заметил прежде? Удивительно.

— Ты оставайся здесь, а я полечу за помощью. Тебе надо перевязать раны. — Сказал Нокс и уже собрался улетать.

— Нет, стой, — закричал я, — остановись!

Я встал и едва не свалился обратно. Чтобы не показывать Ноксу свою боль, я собрался силами и залез ему на спину.

— Полетишь куда я тебе скажу, — сказал я дрожащим голосом.

Я не знал, что я буду делать там, когда окажусь перед королевой, но зачем-то мне обязательно нужно было туда попасть. Я не помню даже, как отдавал команды, но точно знал, что цель близка. Нокс ловко увертывался от вражеских драконов. Пару раз я едва не упал вниз. Я думал только о том, когда же наконец закончится этот ад, как вдруг…

— Ты не меня ищешь, Алекс? — Раздался холодный женский голос.

Я открыл глаза. Нокса уже не было, да и вообще ничего не было. Вокруг была темнота и лишь далекий свет открывал моему взору каменную пустыню. Слева от меня возвышалась каменная скала, а вокруг только безжизненные холодные камни и туман, светящийся непонятным светом.

— Где ты? Покажись! — Крикнул я что было сил.

— Не надо так кричать, Алекс. — Голос словно исходил отовсюду, — я прекрасно тебя слышу.

— Ты играешь со мной?

— О, да.

— Ну, так давай, убей! Или боишься?

— Нет. Тогда игра получится неинтересной, а ведь она только начинается. Последние слова я услышал, словно во сне, а в следующий миг я упал. Удар был настолько сильным, что боль затмила все. Я лежал на чем-то холодном и единственным, что я испытывал, была боль, и ничего кроме боли. А потом — просто темнота.

Глава двадцать четвертая

В те первые минуты, когда сознание стало понемногу возвращаться ко мне, меня беспокоила только одна мысль: «А жив ли я»? Я попробовал пошевелить рукой, сначала левой, затем правой, но потом отказался от этого занятия — малейшее движение причиняло моему телу невыносимую боль. Я помнил долгий полет сквозь мрак, и вот я здесь, сам даже не знаю где, но уж точно не там, где я был несколько мгновений назад. Какая-то неимоверная сила выбросила меня в неизвестность, и я даже не мог вспомнить, как меня зовут. Я открыл глаза и с трудом огляделся вокруг. Постепенно ко мне стали возвращаться чувства, и мне стало холодно и больно. Я лежал на мокрой холодной дороге, и вокруг меня не было ни души. Попытался подняться — безуспешно. Одна нога сильно болела, видно, она была сломана, или вывихнута, вторая же и вовсе отказывалась подчиняться. Голова просто раскалывалась, а в спине я ощутил настоящую адскую боль. От боли в глазах у меня помутилось, и сознание мое медленно поплыло куда-то в сторону. Я услышал неразборчивый звук, и потом ритмичные стуки. Голос, который я услышал потом, был мне незнаком. Я не слышал, что он говорил, я вообще уже ничего не слышал. От боли я просто в очередной раз потерял сознание.

Я не знаю, как долго пробыл без сознания. Проснулся я в просторной белой комнате, совершенно белой. В углу ее я рассмотрел зеркальный шкаф, рядом со мной стояло еще две больничные койки. Да, я был в больнице. Что со мной произошло, и где я был прежде, вспомнить, пока не удавалось. Я предпринял еще одну попытку пошевелить своими конечностями, и она увенчалась успехом. Такой ужасной боли уже не было, но нога все равно не слушалась. Вдруг раздался дверной скрип и в комнату вошел некто. По походке я понял, что это женщина. Я приподнял голову и увидел миловидную блондинку лет двадцати пяти. Она удивленно посмотрела на меня и тут же помчалась прочь. Через несколько минут вошел еще один человек в сопровождении той самой блондинки.

— Он поднял голову, уверяю вас, ему уже лучше.

— Ну что ж, тогда я могу сказать только одно — этот паренек делает успехи. Всего один час после автокатастрофы, и уже пришел в сознание, даже головой по сторонам вертит. А это делать категорически запрещено. Между прочим! Вы слышите меня, мистер!

Я попытался кивнуть, но тут, же застонал от боли. Я понял, что резкие движения делать не стоит.

— Сейчас мы вам вколем кое-что, и будет совсем хорошо, — сказал врач и подошел ко мне со шприцом, наполненным какой-то дрянью. Я понял это, когда после укола почувствовал слабую эйфорию, а потом и вовсе отключился.

Я не знаю, сколько часов спал. Белая пелена, которая закрывала мои глаза, постепенно развеялась, и я почувствовал ужасную усталость, как будто только что пробежал десятки километров. Я с трудом сел и к своей радости почувствовал, что нога перестала болеть, так что я смог встать. Усталость немного отпустила, и я прошелся по комнате. Увидев свое отражение в зеркальном шкафу, я немного испугался — какой я был худой. На лице выступили скулы, а глаза наполовину вылезли из орбит. Все руки были в ссадинах и порезах, а на ногах было несколько десятков швов. Вдруг что-то сверкнуло, и на пальце правой руки я увидел перстень с голубым камнем. Что-то промелькнуло перед моими глазами, какое-то воспоминание, за ним второе, и я сразу все вспомнил и про второй мир, и про ученого гоблина и про деревню старых псов. И ту битву, в которой потерпел страшное поражение. Я помнил те глаза, владелец которых отправил меня сюда. Это была девушка. Прекрасная, но все-таки стерва. Так воспоминание за воспоминанием ко мне возвратилась вся память. Я попытался связаться с кем-либо через камень, но у меня ничего не вышло. Камень хранил свой голубой цвет, и даже не стал ярче, когда я сосредотачивался. Это было, конечно же, большим разочарованием.

В это время в палату вошел доктор, и, округлив свои и без того круглые глаза, принялся бегать вокруг меня и лепетать что-то типа: «Вам нельзя, мистер, У вас же сломана нога».

Как ни странно, но я этого даже не заметил. Я был совершенно гол. Единственной одеждой, которая закрывала мое израненное тело, было мое нижнее белье и гипсовая повязка на ноге. Однако, боли я не чувствовал. Можно было, конечно, списать это на наркоз, но это был не наркоз. Я был совершенно здоров, и даже сплясал для удивленного врача какой-то африканский танец, а потом еще подпрыгнул до потолка. После этого врач едва не лишился сознания, так что мне пришлось его даже поддержать.

— Немедленно ложитесь, — сказал он, — сейчас придет медсестра и сделает вам укол.

— Извините, — вежливо сказал я, — но у меня немного другие планы на будущее. Мне срочно нужно уйти.

— Куда вы.… Куда? Вы — больной, у вас сломана нога, у вас самое сильнейшее сотрясение мозга, и еще, еще… Вы — голый! Куда вы пойдете в таком виде?

— Ну, так верните мне мою одежду.

— Простите, мистер, но одежды на вас не было.

— Когда я здесь оказался?

— Около полутора суток назад.

— А я думал, целый год прошел. Ну, так тем более мне нужно идти.

— Не положено. Вы должны пройти полный курс лечения.

— Полный курс? Я не заказывал себе лечение, так что отойдите, мне нужно уходить.

Я бесцеремонно оттолкнул врача и пошел по направлению к двери. Тут вошла медсестра и, так же как доктор округлила глаза, которые едва не выпали из орбит. Я так же отстранил ее, и вышел в длинный коридор. Не зная куда идти, я направился наугад, как говорится, куда глаза глядят. А за мной уже слышался топот ног. Оглянувшись, я увидел того же врача с медсестрой, у которой в руках все еще был зажат шприц.

— Я же сказал, мне не нужны эти уколы, я совершенно здоров.

— Вы уверены? — врач щелкнул пальцами и к нам подошли несколько крупных парней в белых халатах.

— Вы рассказали мне очень интересную историю. Про какое-то королевство, про гоблинов, и мертвецов, восставших из ада. Мы склонны думать, что у вас редкое психологическое заболевание, поэтому отпустить вас, мы просто не имеем права. А вдруг вы опасны для общества?

— Я не опасен для общества, и ничем я не болен, — твердо заявил я, — и никакую историю я вам не рассказывал.

— Вот видите, а говорите что не больны. Связать его!

Я начал сопротивляться, даже хотел убежать, но это было совершенно бесполезно. Двое здоровяков держали мне руки, а еще двое надели на меня смирительную рубашку. Теперь я не мог размахивать руками, и врач спокойно вздохнул:

— Ну вот, видите, все не так уж и плохо. Там вы отдохнете, поправитесь, а самое главное что? Правильно, вылечитесь! Сейчас я сделаю запись в журнале, и вас выпишут, а потом снова впишут, но уже не у нас.

Меня затащили в лифт, и мы поехали вниз. Потом врач начал копаться в своем компьютере. Наконец, он встал и радостно произнес:

— Все, можете забирать!

И меня потащили к выходу. Там нас уже ждала машина скорой помощи. Только в ней возили не раненых, а психов. Так же и меня засадили туда, и повезли в психушку. А там все равно, что тюрьма. Как только меня завели туда, сразу же спросили имя, и грязный дядька выбил его на железной дощечке, а под ним написал мой номер — 1454. Эту дощечку повесили мне на шею, и повели дальше. В следующем пункте мне дали спецодежду — голубые штаны и такую же рубашку. Это было самое ужасное место, в котором я когда-либо бывал. Голубые стен и белый потолок, да еще страшная грязь повсюду, и эти крики. Да, это была настоящая психушка, сомнений быть не могло. Меня отвели в мою комнату и закрыли на ключ. И тут время для меня совсем остановилось. Я смотрел на чьи-то каракули, оставленные когда-то кем-то и думал над сложившейся ситуацией. Мои друзья были так близко, но все-таки и так далеко. Я достал камень, который до сих пор прятал в гипсовой повязке. Ее забыли снять в больнице. Как я ни вглядывался, ничего не происходило. Камень оставался обычным камнем, так что через некоторое время я вовсе разуверился в том, что это все было со мной на этом деле. Каждый день меня, как заключенного, выводили в столовую, и я тупо съедал свою долю, после чего возвращался в палату, так ее называли, на самом же деле это была камера. Так проходил день за днем, и я все больше верил в то, что нахожусь здесь всегда. Профессор Фледриг, Джек, капитан Лоренс, даже Алекс были каким-то далеким сказочным сном, но никак не реальностью.

После очередного ужина меня как всегда небрежно запихнули в камеру, и я снова в какой раз улегся на скрипучую кровать. От нечего делать я начал бить по этим рисункам, которые мне так надоели, и услышал голос. В этот момент я мысленно сказал себе: «Ну, все, Алекс, вот ты и сошел с ума». Но голос был таким реальным:

— Эй, привет, ты кто?

— Алекс, — ответил я, — а ты?

— А я Рикки. Если честно, я из королевского рода. Только никому не говори об этом, хорошо?

— Конечно, о чем речь, — уверил я его.

— Значит, теперь ты — мой сосед?

— Точно. Ты не знаешь, как долго мы здесь пробудем?

— Как долго? Парень, забудь про это слово! Как долго! Все, приехали, это конечная остановка в твоей жизни. Ты хоть знаешь, куда ты попал?

— Если честно, то нет.

— Это не просто психушка. Это психушка для тех, у кого уже нет, и никогда не будет шансов.

— Но я совершенно здоров!

— Ты уверен? За что тебя?

— За гоблинов. Но все это правда!

— Вот видишь. А меня за королевского наследника. Но это не столько из-за самого наследника, сколько из-за того, что он из параллельного мира.

— Что ты сказал?

— То, что слышал.

— Ты сказал, из параллельного мира?

— Ну, да. Точнее, из седьмого, слышал о таком?

— Да. Но туда я не дошел.

— Правда? Так ты бывал там? Вот здорово! Хоть с кем-то поболтать можно! А меня какая-то баба прямо с седьмого выбросила.

— И ты так же оказался в той больнице?

— Да, сначала я оказался в больнице, а потом меня уже направили сюда.

— Кстати, разговариваешь ты не как псих.

— А с чего ты взял, что я псих?

— Ни с чего. Я тебе верю, меня самого эта баба выбросила, правда уже со второго мира.

— Вот сука! А этот старик.… Если увижу его, порву на части.

— Это ты о Ревендульфе?

— Да, о ком же еще? Ты его тоже знаешь?

— Ну да, он меня туда отправил.

— Ах, да, он всех туда отправляет. Старику три тысячи лет, а он все воюет. Сейчас уже сил нет, вот и отправляет туда первых попавшихся. И что самое главное, все там уверяют тебя, что ты — из королевского рода, рассказывают всякие интересные истории.

— А что, это все не правда? Про короля Эланда и его вторую жену Карамдель, кажется.

— Что? С чего ты взял, что у него была вторая? Вот гад, вроде король, а по бабам ходит!

— Мне Торнед рассказал, его племянник. Правда, он умер несколько тысяч лет назад.

— И как он тебе рассказал?

— Каждый год он встает из ада и мстит за себя и за короля Эланда.

— Да, слышал, из всех зверски убили. Жалко старикашку, но сам виноват.

— А что ты знаешь про камни?

— Это те, которые старик всем раздавал?

— Точно. Так ты знаешь про них что-нибудь?

— Уверяю тебя, не больше, чем ты.

— А почему он у меня на земле не работает?

Я услышал удивленный вздох:

— Ух, ты, у тебя есть камень?

— Ну да, а что такого?

— У меня его сразу забрали. Как ты его пронес?

— В гипсе.

— Слушай, парень, да ты просто молодец! Давай уговор, если я расскажу тебе, как настроить камень, ты возьмешь меня с собой. Я здесь уже пять лет торчу, знаешь, как надоело?

— Хорошо, я возьму тебя. Давай, говори.

— Нет, брат, скажу, когда встретимся.

— Как же мы встретимся? Я тебя не знаю.

— Узнаешь. У тебя какой номер?

— Тысяча четыреста пятьдесят четыре.

— У меня ровно тысяча. Все говорят, что у меня счастливый номер, но я никакого счастья пока не вижу. Завтра я найду тебя в столовой.

— Я буду ждать. Спокойной ночи.

Глава двадцать пятая

Как обычно меня рано разбудили и повели на водные процедуры. Там уже собралось немало психов, и я, как все стоял в очереди и слушал этот ад. Каждый старался рассказать свою историю, притом, каждый хотел, чтобы его услышали. При этом создавался такой ужасный шум, при котором невозможно было не сойти с ума.

— А ты просто не слушай их, — сказал мне знакомый голос, — все они психи, в отличие от нас.

Я обернулся и увидел его.

— Привет, я — Рикки, — представился тощий мужичок с узкой бородкой и короткой стрижкой.

— Очень приятно, я — Алекс, — я пожал ему руку, — как ты меня нашел?

— А вот так, — он повернулся и на его спине я увидел надпись «1000».

— Понятно. Э…

— Расскажу в столовой, — сказал он, — здесь слишком много ушей.

Тем временем мы потихоньку продвигались вперед. В конце концов, и нам представилась возможность умыться. А потом мы пошли в столовую. Среди тысячи столиков он нашел свой с табличкой «1000» и, взяв ее, сказал:

— Давай, веди к своему столу. Мы подошли к моему столику, который еще никто не успел занять.

— Итак, начнем, — сказал он.

Тут к нам подошли двое и попытались сесть.

— Так-так, ну-ка, стой! — сказал Рикки, — повернись.

Псих повернулся, и я увидел надпись «1764». У второго был номер «1542».

— Твоя табличка вот здесь, — сказал Рикки первому, и кинул табличку на чей-то стол, — а твоя вот тут.

Оба помчались за свои новые столы, сотрясая зал своими дикими идиотскими смешками.

— Эй, Рикки! — раздался голос охранника, — ты снова за свое?

— Все нормально, начальник, — сказал тот, — мой номер всегда при мне.

— Смотри у меня, допрыгаешься.

— Скорее ты допрыгаешься, начальник хренов, когда не застанешь меня однажды в моей камере. Ну и достанется же тебе. Итак, давай начнем. Твой камень не работает потому, что связь между мирами поддерживают не малые, а большие камни.

— Выходит, я должен связаться с каким-то из больших камней?

— Точно. Но не с каким-то, а со своим. Какой у тебя?

— Голубой.

— О-о, так тебе просто повезло! Прямо сегодня и попытайся, и не забудь про меня. Только не здесь, — он убрал мою руку с перстнем со стола, — слишком много охраны, увидят камешек, и прощайся со своей драгоценностью. У себя в камере и попробуешь. Как только получится, скажешь мне.

— А как я тебя вытащу?

— Я что-нибудь придумаю. Главное, чтобы старик был на связи, а остальное — чепуха. Да ты ешь, остынет.

Как только я снова оказался в камере, тут же попробовал совету Рикки. К моему счастью, камень засветился ярким голубым светом, но никто мне не ответил.

— Эй! — крикнул кто-то, и стал открывать дверь, — что ты там жжешь?

Я поскорее спрятал камень. Передо мной стоял охранник с лазерной дубинкой.

— Вам показалось, сэр.

— Ты так думаешь?

— Да. Хотя, возможно, и нет. Вон там, в углу я видел свет, — я указал на угол комнаты, где стояла кровать, — в самом низу.

Охранник оказался намного глупее, чем я думал. Он нагнулся и, чтобы удобнее было рассматривать, положил дубинку на стол.

— Да ничего там нет, — сказал он, вставая, и тут же получил дубинкой по лицу. Дубинка обладала свойством парализовывать, поэтому он надолго отрубился. Я достал у него из его кармана электронные ключи и вышел в коридор, не забыв закрыть за собой дверь. Она глухо щелкнула, и замерла. Камера Рикки была с номером 342. Я набрал на электронном экранчике ключей этот номер, и провел ими по замку. Тут же раздался звук, похожий на кипение чайника. Гидравлические прессы отпустили дверь, и она медленно поползла в сторону. Рикки лежал на своей кровати и рисовал чертиков на стене.

— Что тебе, начальник? — спросил он, даже не глянув на меня.

— Рикки, это я, — сказал я ему.

— Алекс? Как ты вошел?

— Оглушил начальника. Все работает, но Ревендульф не подходит к камню.

— Да, плохо будет, если этот старикашка подох.

— Здесь есть укромные места? А то сейчас этот проснется, и начнет кричать, тут все номера начнут поверять.

— А если нас не окажется здесь?

— А если мы здесь окажемся вдвоем? Думаю, лучше не будет.

— Ну, есть туалет для психов.

— Пошли.

Мы вышли в темный коридор и направились в туалет. К нашему счастью, по пути мы не встретили ни души, за исключением одной облезлой кошки, которая жалобно и противно мяукала, наводя на нас ужас. Место, куда мы направлялись, находилось на первом этаже. Когда мы добрались до него, я понял, что мы были, по крайней мере, на пятнадцатом, настолько долгим мне показался спуск.

— Ты хоть представляешь, что с нами сделают, если найдут? — спросил Рикки, открывая дверь туалета.

Я не знал, поэтому ответил:

— Не имею ни малейшего представления о том, что делают с психами за такие проделки.

— Вот именно, с психами. Если бы это была простая больница, возможно, нам даже сошло это с рук, но это не простая больница. Так что учти, если тебя поймают, то за избиение охранника как минимум убьют.

Я больше удивился, чем испугался, но все-таки произнес:

— Какой ужас!

— Да. Молись, чтобы старикашка спустился сейчас в свой погреб за какой-нибудь травкой.

Молиться я не стал, но подумал, что было бы неплохо, если Ревендульф оказался бы сейчас возле камня. Не знаю, то ли мои мысли помогли, то ли что-нибудь еще, но когда я сосредоточился на голубом цвете, мой камень не просто засветился, но из него еще послышалось чье-то кашлянье и знакомый голос:

— Кто включил свет! Эй! Здесь кто-то есть?

— Э-э, Ревендульф? — для уверенности спросил я.

— В общем-то, да. Кто вы? И что вы, собственно, хотели?

Рикки недовольно переминался с ноги на ногу:

— Этот старикашка не помнит даже тех, кого отправлял на свои невыполнимые миссии. Дай-ка мне его. Эй ты, старый хрыч! Быстро вытаскивай нас отсюда!

— Во-первых, я не потерплю такого отношения к себе, а во-вторых, я не дождался ответа.

— Не надо так, Рикки, — упрекнул я своего товарища по побегу, — нам нужно просто выбраться отсюда. Если он сейчас уйдет, лучше не будет ни тебе, ни мне. Будешь тогда ругаться с унитазом.

— Ладно, ладно, только не кипятись. Давайте скорее, а то там уже кто-то бегает.

Я вкратце объяснил старику все, что знал сам, и что должен был знать он. К счастью, он узнал меня и профессора Фледрига, а уж тем более, Корнелиуса. После этого он начал нести какую-то чушь, так что Рикки снова не выдержал и накрыл Ревендульфа трехэтажным матом. Признаться, раньше я никогда ничего подобного не слышал, поэтому уши мои в буквальном смысле повяли.

— Одну минуту, Господа, — тихим, упавшим голосом произнес Ревендульф, — чтобы перенести вас мне нужно сосредоточиться.

— Ну, так давай сосредотачивайся! — нервы Рикки были на пределе, да и у меня они пошаливали. На верхних этажах уже началось волнение, а крики охранника, которого я запер, просто сотрясали всю больницу.

Я с опаской поглядывал на дверь, в которую мы только что вошли. Где-то горел свет, и его отражение сейчас плясало на матовой поверхности нашей спасательной двери. Вдруг свет стал приближаться, и я услышал голос:

— Вот подумай логически, где могут прятаться два психа?

— Ну, и где?

— Я бы не спрашивал, если бы знал! У тебя логика вообще есть? Или только женская?

— Ой, так в туалет хочется. Слушай, я на минутку.

— Этот же для психов, наш на двенадцатом.

— Ты думаешь, я добегу?

— Так, давай быстро!

— Ага.… Ой-ей-ей…

Послышался глухой топот ног, и в дверь ввалилось нечто, превышающее меня по всем параметрам, по крайней мере раза в три. Мы с Рикки как можно плотнее прижались к правой стене, надеясь, что толстяк нас просто не заметит. Поначалу он и, правда нас не увидел, и принялся за свои дела. Никогда прежде я не видел ничего более ужасного. Мне вспомнился день, когда мы с ребятами наблюдали за пожаром на какой-то из улиц острова. Приехавшие пожарные дали напор и принялись поливать огненные языки. Именно этот звук я услышал сейчас. Наконец, он закончил и, потянувшись, довольно улыбнулся и с такой тупой улыбкой уставился на зеркало, висевшее на стене слева. Не трудно догадаться, кого он там увидел. Рикки, тощий, словно скелет, в тусклом свете, пробивающимся сквозь матовое стекло, был похож на настоящего мертвеца, а я смахнул бы за самого дьявола. Толстяк простоял так с минуту, пока его тупая улыбка не начала исчезать. Видно, его парализовало, и руки, поднятые вверх, в таком положении и остались. Рикки тихонько подтолкнул меня локтем, и я понял, что он попросил ему подыграть. Я напустил на свое лицо как можно более зловещий вид, и мы начали спектакль.

— Что ты делаешь в подземелье мертвых, о, ты, смертный! Как ты посмел войти сюда без его разрешения? — спросил Рикки таким голосом, что даже у меня задрожали коленки, а все тело похолодело от ужаса.

Я не понял, без чьего разрешения толстяк вторгнулся в туалет, но продолжал ему подыгрывать.

Толстяк, видно, здорово струхнул.

— Ладно, толстый, не парься, ты мне понравился, — сказал Рикки уже более спокойным голосом, — с этого момента ты будешь новым хранителем туалета мертвых.

Сам не знаю зачем, но я поднял руку, на пальце которой красовался мой светящийся перстень.

— Поцелуй кольцо великого повелителя тьмы, — догадался Рикки.

— Толстяк с трудом развернулся и направился ко мне. На секунду он остановился, и мне показалось, что он нас узнал, но потом подошел и поцеловал мой камень. Посмотрев в него, он, наверное, увидел копавшегося в своем погребе Ревендульфа.

— Ах ты, подлая тварь, — донеслись из камня страшные крики, — если ты еще раз тут появишься, я разорву тебя на части! Вон!..

Толстяк, окончательно уверившись в существование потусторонних сил, тяжело оперся на стену, и, ощупывая каждый ее сантиметр, вылетел из туалета, взвизгнув напоследок, как настоящая девчонка. Мы от души посмеялись над простодушным человеком, но на смех у нас не было времени.

— Все готово, — сказал камень, — сейчас я перенесу вас к себе.

В этот момент дверь в туалет снова открылась, и в нее ворвался другой человек, настолько худой, что сначала я не разглядел его силуэт в свете матового стекла. Он посмотрел на нас и решительно двинулся в нашем направлении.

— Стой! — в ужасе прокричал толстяк позади него, — не смей тревожить повелителя тьмы!

— Ты что, тоже рехнулся? Какой это повелитель? Это психи, слышишь?..

Дальше я уже ничего не слышал, так как мы перенеслись в дом Ревендульфа. Я представил себе глаза охранника, и лишь улыбнулся.

Глава двадцать шестая

Да, мы были на свободе. Я стоял возле камня и не мог поверить в это. Ревендульф копался где-то в углу, и что-то бормотал.

— Вы только посмотрите, эта тварь съела всю мою траву! — он указал на объеденные остатки какой-то травы и бросил на пол огромную крысу.

Рикки теперь, как мне показалось, вовсе не сердился на старика, и вполне дружелюбно сказал:

— Ладно, старик, веди на выход. Мне пора.

— Куда это тебе пора? — спросил Ревендульф.

— Вообще-то, домой.

— У тебя есть дом?

Рикки замолчал, и в этот момент мне почему-то стало его так жалко.

— Нет, — протянул старик, — вы отправитесь во второй мир.

— Ни за что! — решительно заявил Рикки, — только не это. И не нужно мне говорить про наследника, я в это не верю.

Ревендульф пожал плечами и произнес:

— Даже в то, что ты мой внук?

— Что? Очередная уловка?

— Нет, мои уловки закончились. Нет мне смысла врать. Ты помнишь хоть что-нибудь после автокатастрофы?

— Да, но только с того момента, когда нас отправили в эти миры. И то не все, пять лет вспоминал, чуть сам с ума не сошел.

— И ты, наверное, также не помнишь, сколько тебе лет?

— Двадцать пять, — наугад сказал Рикки, — кажется…

Старик лишь покачал головой:

— Ты всего на триста лет моложе меня.

— Так ты что, мой дедушка? Прошу вас, не смешите меня.

— Но ты ведь сказал, что не помнишь ничего, кроме путешествия в параллельные миры, — напомнил я Рикки.

— Да, сказал, — резко отозвался Рикки, — но это вовсе не значит, что он — мой дедушка.

Наступила тишина. Старик заметно волновался, это было видно по его поведению: он нервно дергал пальцы и вертел глазами в разные стороны. Я понял, что он от нас что-то скрывает.

— Пойдемте наверх, — предложил он, — мне есть, что вам рассказать.

— Сразу бы так, — сказал Рикки.

Когда мы выбрались на поверхность, Ревендульф приготовил три чашки чая. Потом мы расселись за круглым столом.

— Скажи, только честно, — произнес Рикки, — ты, правда, мой дед?

— Это правда, Рикки, ты мой прямой наследник, и без пяти минут властитель первого мира. Единственное, что тебе не хватает, так это камня желаний.

— Простите, а я тогда кто? — спросил я.

— Ты тоже мой родственник, но очень далекий.

— Вы сказали, что Рикки не хватает камня желаний, так я могу отдать ему свой, если он настоящий наследник.

— Нет, — сказал старик, — твой камень не поможет ему стать королем.

— Поясните, — попросил я.

— В ту ужасную ночь, — начал Ревендульф, — я проиграл битву с королевой девятого мира. Я не забрал у нее камни, и… Короче, для меня все было кончено. Но она пожалела меня, и предложила сделку. Для того, чтобы стать полной властительницей девяти миров, ей нужно, чтобы не исполнились пророчества. А как это сделать?

Я понимающе кивнул головой.

— Правильно, нужно избавиться от всех наследников. Это и была наша сделка. Я должен был избавиться от наследников, а она стала бы королевой миров. Но это было не так просто, потому что многие наследники жили в прошлом, а некоторые в настоящем. Если не предпринимать никаких действий, то пророчества исполнятся сами. Силой миров была запущена программа, которая собрала девять наследников. Нужно было именно девять наследников, не больше и не меньше, чтобы пророчества исполнились. Но в настоящем времени осталось всего два. Вас с профессором свел случай, так?

— Да, мы познакомились на его научном выступлении, — сказал я.

— Это было частью программы. Вы встретились, чтобы собрать вместе всех наследников. Изобретение профессором машины времени, твое путешествие в прошлое. Все складывалось так гладко и четко, ведь сила камней велика. Но тут появился бешеный генерал, который захватил мир и едва не расстроил всю программу. Но к счастью все остались живы. Спустя несколько лет вы снова собрались и пророчества начали сбываться. Так вот, генерал — это моя работа.

— Что вы имеете в виду?

— Я умею управлять мыслями других людей. Я могу сделать так, чтобы вы сейчас ощутили во рту вкус лимона.

В этот момент я действительно почувствовал страшную кислоту, и принялся плеваться, но через мгновение все прошло.

— Или заставить человека принять какое-нибудь решение. Чтобы уничтожить всех вас разом, я сначала внедрил одному генералу мысль…

— Чтобы он захватил землю?

— Да, точно.

— Целая война только для истребления девяти человек? — задумчиво спросил я. — Вы не считаете это более чем не рациональным поступком?

— Да, но я не мог и предположить, что ваш профессор окажется, настолько умен и более того, сможет блокировать мои мыслительные удары.

— Блокировать?

— Да, и не только он. Вначале мне пришла в голову мысль стереть все и вся с лица земли. Для этого нужно было собрать всех в одном месте, а потом бах, и разом всех положить.

— С помощью астероида? — догадался я.

— Точно. Но я не учел того, что профессор догадается схватить этот астероид с помощью машины времени, и тем самым выиграть войну. Если бы все было так просто, я мог бы просто заставить всех вас прыгнуть с двухсотметрового обрыва, и все. Но вы — наследники девяти великих королей, и обладаете почти такой же властью, как и все мы.

— Так значит, ты во всем виноват, — злобно прошипел Рикки, — Что же мы сидим? Давай закончим это здесь и сейчас.

— Нет, нет, успокойтесь, — робко проговорил Ревендульф, — я давно вышел из этой игры. Эту войну вы проиграли вовсе не из-за меня. Королева Анжелина имеет много большую власть, чем я. Она объясняется тем, что у нее есть девять подлинных камней желаний. Но мне одному дана власть управлять другими через их же мысли, кроме своих братьев и сестры. Так пожелала наша мачеха, когда раздавала нам свои силы. Ты, Рикки, и ваш друг Джек — прямые наследники престола, поэтому вы опасны для королевы вдвойне. Как я уже сказал, я вышел из игры. Мне надоело бояться своей сестры. Поэтому у всех нас есть только один выход — покончить жизнь самоубийством, или завязать новую войну. Но для этого понадобятся новые силы, много большие чем в прошлый раз.

— Как вы узнали, сколько сил у нас было в прошлый раз? — спросил я.

— Я же сказал, что могу управлять вашими мыслями, а так же и читать их. Я могу заснуть вашим сном и влюбиться в вашу девушку. Одним словом, я могу делать с вашими мыслями все, что можете делать с ними вы.

— Впечатляет, — сказал Рикки.

— Вы сказали, мачеха раздала вам силы. Что же она дала Анжелине?

— Способность мгновенно самой переноситься в пространстве и времени, и переносить предметы, но лишь в пространстве.

— Так вот как она меня выкинула, — догадался Рикки.

Я непроизвольно схватился за камень и зачем-то связался с профессором Фледригом. Камень не засветился. В этот момент дверь с грохотом растворилась. На пороге стояла женщина с длинными волосами и в рыцарских доспехах.

Ревендульф привстал и, как мне показалось, слегка поклонился даме.

— Моя госпожа, — вежливо сказал он, — все как вы и просили. Я вытащил их оттуда.

— Спасибо, братишка, — ответила Анжелина и приблизилась к нам.

В этот момент я схватил первое, что попалось мне под руку — это оказался небольшой деревянный стол — и обрушил его на женщину. Затем, взяв Рикки за руку и побежал к подвалу. Быстро откинув крышку, я сначала скинул туда Рикки, а потом забрался сам. Огромный синий шар стоял на том же месте и светился приятным светом. Но у нас не было времени его разглядывать. Как можно скорее я засунул свой камень в отверстие и изо всех сил представил второй мир. Без второго камня теоретически перемещение было невозможно, но когда сверху послышались голоса, и кто-то спустился вниз, нас там уже не было. Мы стояли у зеленого шара в огромном здании с отверстием наверху. Я помнил, насколько любезно меня встретили здесь в прошлый раз, поэтому боялся пошевелиться. Рикки тоже стоял, как вкопанный, смотря в одну точку. Посмотрев туда, я понял, что лучше бы я не смотрел. Перед нами стоял огромных размеров богомол. Он лишь слегка шевелил головой из стороны в сторону и издавал непонятные звуки, при этом сложив лапы на груди. Из курса биологии известно, что это поза перед нападением. Поэтому я начал судорожно искать выход. Когда Богомол издал очередной звук, я схватил парализованного Рикки за руку и побежал к ближайшей стене, часть которой была погружена в тень. Пробежав в темноте несколько секунд, я почувствовал свежий лесной запах, а когда споткнулся о ветку дерева, понял, что мы спасены. Вокруг было темно и страшно, но мы все равно побежали вперед. Всю дорогу нас сопровождали странные звуки, шелест листьев и топот чьих-то ног. Иногда казалось, что кто-то невидимый настигал нас, но тут же все прекращалось и начиналось заново. Бешенная погоня продолжалась около часа, а я так и не понял кто за нами гонится, однако руку Рикки так и не отпустил. Через пять минут мы выбежали на открытое пространство, вокруг нас был лес. Справа стояла высокая гора, похожая на большую пружину. Я вспомнил это место. Отовсюду доносились страшные звуки, скрежет и скрип. Рикки был ни жив, ни мертв от страха, мое состояние вы тоже можете представить. В последний момент я рванул в сторону горы, когда из леса выбежали непонятные сущность. К счастью мы успели забраться на второй этаж, и уже оттуда наблюдали за всем, что происходило внизу. А то, что там происходило, не поддавалось никакому объяснению. На полянке бегали, прыгали, ползали и летали самые разные насекомые, начиная от муравья и заканчивая огромными пауками. Только размерами они превосходили обычных насекомых раз в десять, не меньше.

— Подождем, пока они не уйдут, потом продолжим путь, — сказал я Рикки.

— Туда я больше не вернусь, — ответил он дрожащим голосом.

— Не умирать же нам здесь с голоду. Тем более я отлично знаю дорогу к безопасному месту.

— Хорошо. Только надо вооружиться.

— Согласен с тобой. Давай обойдем каждый этаж, может что-нибудь и найдем.

На четвертом этаже мы к радостному удивлению нашли длинный рыцарский меч. Правда, я удивлялся недолго. Видно, в прошлый раз кто-нибудь из нас оставил этот меч во время остановки. Возможно, здесь был кто-то еще. Предположений могло быть тысячи, но гадать, у нас не было времени. Кроме меча, к сожалению, мы ничего больше не нашли. Когда внизу все стихло, мы тихо спустились и направились к лесу по знакомой мне дороге. С помощью меча я срубил большую ветку и сделал из нее довольно увесистую дубинку, которой вполне можно было отбиваться от нападения. Мы шли уже более получаса, когда снова появились эти звуки. Встав друг к другу спиной, мы приготовились к обороне. Ночью в густом темном лесу не было видно совершенно ничего. Нам пришлось действовать только по звукам. Рядом со мной кто-то прошипел. Рикки дернулся, было в сторону, но я удержал его:

— Держимся вместе, иначе пропадем.

Я что было силы, ударил то, что было впереди меня. Раздался глухой «плюх», после чего этот кто-то свалился на землю. В следующую секунду на нас в буквальном смысле слова обрушился настоящий шторм этих насекомых. Рикки рубил мечом направо и налево. Я молился только чтобы он не перепутал меня с кем-нибудь из этих тварей, и сам не отставал от него. Сущности, видно, поняли, с кем имеют дело и немного отступили. Мы продолжили путь, стараясь держать оружие наготове, как вдруг нападение повторилось. После третьей атаки я понял, что у меня кончаются силы, и очередного нападения я не выдержу. Рикки тоже был на пределе. Когда силы были уже на исходе, послышались крики, похожие на человеческие. Похоже, что мы были не одни. Тут и там слышались звуки стальных клинков, разрезавшие насекомых пополам. Голоса приближались. Когда они стали совсем близко, Рикки закричал:

— Стойте, стойте, мы свои!

На мгновение все остановилось, даже насекомые затихли. Но в тот же миг все возобновилось с удвоенной силой. Кто-то схватил нас за руки и стремительно потащил сквозь темноту. Звуки борьбы продолжались, а нас все тащили неизвестно куда. Через минуту бега у меня помутнело в глазах, а еще через полминуты все мы провалились сквозь землю, во всяком случае, мне так показалось.

Глава двадцать седьмая

Вокруг была кромешная тьма, мне не удалось даже разглядеть лица наших спасителей. Мы продолжали идти. По тяжелым вздохам я понял, что Рикки находится позади меня. Ему, видно, досталось больше чем мне: Рикки сильно хромал, что было отчетливо слышно.

— Кто вы такие и как здесь оказались? — Прогремел грубый голос откуда-то снизу. Я опустил голову, но не смог разглядеть его владельца.

— Мы путешественники, и попали сюда совершенно случайно.

Человек с грубым голосом издал удивленное «Хм!».

— Если бы мы нашли вас мертвыми, то нисколько бы не удивились. Но вы живы, и это более чем удивительно. Вы или черные маги или…

Мы остановились.

— А может вы — повелители насекомых?

Среди присутствующих разразилась настоящая буря.

— Так они существуют?

— Это они!

— Надо их сжечь, и все прекратится.

— Стойте! — закричал я, — объясните кто такие повелители насекомых.

Крики прекратились. Грубый голос вновь заставил нас содрогнуться.

— О.… Это страшные существа. И если вы с ними, вам придется плохо. За мной!

Кто-то сильно толкнул меня в спину, отчего я едва не упал, и мы двинулись дальше. Постепенно глаза начали привыкать к темноте и стали видны силуэты шедших впереди и позади меня людей. Они были настолько низки, что я боялся споткнуться об них. «Гномы», — промелькнуло у меня в голове. Это действительно были гномы. Они шагали, широко расставив ноги, и махали руками как мельницы. Это выглядело довольно забавно. Всем известно как сильны и выносливы гномы. Они могли шагать несколько дней без устали, тогда как мы выдохлись уже через три-четыре часа. Но выдавать свою усталость я не стал, так как не знал, чего можно ожидать от гномов. Я вспомнил про Алекс и профессора. И о всех остальных. Как они там? Я этого не знал. Я был совершенно один в глубокой пещере в сопровождении неизвестных мне существ и не знал, что меня ждет. Вздохи Рикки позади меня постепенно переросли в крики и стоны.

— Остановитесь! — крикнул я, — он ранен, нужно сделать привал.

— Тебя не спрашивают, крысеныш, что делать. Закрой рот и иди. — раздался грубый голос.

— Надо остановиться. Дальше я не пойду, пока не перевяжу раны своему другу.

Владелец грубого голоса яростно запыхтел, но его опередил другой, видимо, вожак.

— У тебя есть полчаса.

Я подбежал к Рикки и принялся его осматривать. Было темно, но огромная рана на ноге просматривалась хорошо. Из нее ручьем текла кровь. Рикки сильно ослабел и еле шевелился. Оторвав приличный клок ткани от рубахи, я крепко перевязал рану и помог Рикки подняться. Но он тут же свалился на мое плечо. Все это время гномы весело о чем-то болтали. Им явно было не до нас. Через полчаса Рикки стало намного легче. Я попросил воды. После недолгих разговоров я получил заветный мешочек из кожи, в котором находилась жизнь. Три глотка буквально оживили Рикки, а мне придали сил. Мы могли двигаться дальше. Через полчаса мы пришли в огромную пещеру. Настолько огромную, что своды ее легко можно было спутать с небом. Мимо нас пробегало множество гномов с тележками, в которых находились различные камни и минералы. Обогнув небольшое озеро, мы оказались возле маленьких домиков сложенных из толстых прутьев неизвестного мне дерева, в которых нас заперли на неопределенное время. Наконец мы были совершенно одни и могли спокойно обсудить наше положение и дальнейшие действия. Положение было явно не самым наилучшим. Я бы даже сказал, что оно был плачевным.

— Итак, какие есть предложения? — спросил я, пытаясь придумать что-нибудь, но в голову как назло ничего не шло.

— В первое время будем наблюдать, — сказал Рикки, — возможно, мы заметим полезные для нас закономерности.

Рикки был прав. Сейчас нашей главной задачей было как можно лучше узнать врага. И мы начали следить.

В беспорядочной беготне десятков и сотен маленьких человечков трудно было заметить какие-либо закономерности. Однако, уже на второй день нашего наблюдения мы получили неплохой результат. Около полусотни гномов неустанно носились взад и вперед с небольшими тележками. На другой стороне озера был небольшой склад, куда привозили полные тележки. Один гном тщательно просматривал содержимое, потом все вываливалось в большие мешки, которые по мере накопления грузились на большие деревянные платформы, которые при помощи гигантских жуков увозились в темную пещеру.

— Могу поклясться, там находится выход, — сказал Рикки.

— Итак, если мы каким-либо образом окажемся в тех мешках, то теоретически сможем выбраться наружу, ты это имеешь в виду? — спросил я у Рикки.

— Думаю так.

— А если там не выход, а какой-нибудь цех по переработке.

— Нужно больше информации.

И мы начали собирать информацию. В основном при помощи подслушивания разговоров. Но это не принесло больших успехов. Через неделю я подумал, что про нас попросту забыли. Маленький гном в кольчуге, шлеме и с мечом за поясом ежедневно приносил нам еду, не произнося ни слова. Однажды я спросил его, как долго нас тут продержат. Оказывается, все это время решалась наша судьба. Гномы никак не могли прийти к окончательному выводу. Многие считали нас повелителями насекомых. Другие говорили, что если мы таковыми являемся, почему же не вызываем их на помощь. В общем, шел долгий спор, в течение которого нам приходилось сидеть за решеткой и лишь наблюдать. За это время мы хорошо сдружились с нашим гномом и часами болтали с ним на разные темы. Он оказался хорошим собеседником и другом. Теперь он приносил нам только лучшие блюда, которые удавалось достать. За несколько дней мы очень много узнали. Наш новый друг неплохо знал историю. Двести назад произошла битва света и тьмы, в которой тьма вышла победителем. Ее слуги уничтожили наследников великого короля Эланда, и его род как бы прервался. Но на протяжении многих лет существовало пророчество (при этом слове я содрогнулся: как надоели эти пророчества), что придет истинный наследник и все, наконец, то встанет на свои места. Пророчества, как известно, никогда не появляются просто так. Они произносятся магом или волшебником определенной степени и обязательно исполняются, если силы тьмы не повернут события в другую сторону. Тут уж надо всю силу приложить, чтобы этому помешать. Все это рассказал нам гном Торб.

Прошло несколько дней, прежде чем мы решились на побег. Оружие у нас забрали, как и одежду. Когда мы посвятили нашего охранника в свои планы, он, недолго думая, сказал, что если ему удастся нас вызволить, то нам придется взять его с собой. У гномов очень суровые законы и за такой проступок ему грозит мучительная смерть. Да и выйти из этого лабиринта без сопровождения нам вряд ли удастся.

Сложность состояла в том, что гномы трудились практически всегда, и днем и ночью. Эти понятия были чисто символическими. Когда все уходили в свои дома, была ночь, а когда на улице полно народа, значит день. Ночью гномов было много меньше, лишь некоторые из них бегали с полными тележками из одной стороны в другую. Торб заранее незаметно принес нам оружие, а одежду спрятал в месте, положение которого примерно объяснил. Пожелав нам удачи, он скрылся.

Улучив момент, когда вокруг не было никого, я с огромной силой ударил по одному из прутов, намереваясь разрубить его, но это оказалось не так просто. Меч лишь на пару миллиметров воткнулся в прут и застрял. Тут помогла находчивость Рикки.

— Видишь, какие гибкие и толстые прутья? Простым ударом их не разрубить, они очень плотны внутри, но…

Рикки пощупал разрез:

— Мягкие… Их гибкость не позволит разрубить их перпендикулярно, но… если ударить по диагонали, меч пройдет как нож по маслу. Главное очень сильно ударить.

Вторая попытка увенчалась невероятным успехом. Один за другим прутья были срублены. Раздвинув их, мы, оглядев все вокруг, осторожно выбрались, и направились в указанное Торбом место. Защитную одежду мы нашли сразу же, а самого Гнома все не было.

В моей голове вертелись самые разные мысли, но прийти к одной мне так и не удалось. Он просто где-то задержался и скоро придет. Возможно, возникли некоторые проблемы. Во всяком случае, я считал недопустимым бросать в беде этого добродушного человечка, который к тому же оказал нам помощь. Из задумчивости меня вывел голос Рикки:

— Мы так долго еще будем стоять? Нам идти надо, между прочим.

А куда идти? Торб наверняка знал окрестные места получше любого человека. Да и лишняя сила нам не помешает, все-таки снаружи небезопасно.

— Что-то случилось. Мы не можем вот так уйти.

— Если нас поймают еще раз, то наши головы долго будут висеть вон там.

Рикки указал на столбы, которые были увенчаны полусгнившими черепами. Я содрогнулся от этой мысли. Действительно, время на раздумье было крайне ограничено. Пока мы обдумывали ситуацию, к нашей клетке подошел гном. Это явно был не Торб: черты его лица были суровы и недружелюбны. Обнаружив разрубленные прутья, он бросился прочь.

— Ну, вот и все, дождались!.. Теперь нас изрубят на мелкие кусочки и подадут на стол.

— Никуда нас не подадут. И мы бы все равно не выбрались отсюда! Ты помнишь, как мы петляли пока шли сюда? Мы на свободе, и это главное. Сейчас просто надо спрятаться.

У нас было несколько секунд, чтобы что-нибудь придумать, и я понимал это. Поэтому, схватив Рикки за руку, я, дождавшись, пока в округе никого не было, бросился к деревянным платформам с мешками. Внутри они были совершенно черны. Грязи там было, наверное, больше, чем во всей пещере. Но сейчас это было совершенно не важно. Рикки с кряхтеньем забрался в пустой мешок, мне же, за неимением других, пришлось пробраться на самое дно, что оказалось нелегкой задачей. Во всяком случае, нас не было видно. Буквально через пару секунд раздались громкий топот и чьи-то крики.

— Кто был на страже?

— Мой господин, этих негодников охранял Торб. — Раздался язвительный голос.

— Где он?

— Вероятно на великом совете. Когда я пришел, пленников уже не было, как и самого Торба. Но несколько минут назад я видел его здесь.

— Где?

— Он общался с пленниками.

— Что? Сегодня же я посажу его на кол.

— Я так же видел… Может быть, мне показалось, но он нес оружие.

— Гррр.… Найти мне этого Торба.

В этот момент я почувствовал, как наша платформа медленно сдвинулась с места. Через маленькую щелочку я мог наблюдать, как мимо проносились дома и небольшие пруды. Все как в обычной жизни, только под землей. На стенах примерно в пяти метрах над землей горели факелы, освещающие небольшое поселение. Когда нас поглотила тьма, я попытался выбраться наружу. Это не составило много труда. Исполином, который тащил огромную повозку, управлял маленький гном. Вокруг никого больше не было, и я решился на вполне обдуманный поступок. Растолкав Рикки, я встал и, схватив гнома за капюшон, поднял его в воздух и, повернув к нам лицом, опустил. У гнома, вероятно, был шок. Некоторое время он смотрел на меня широко раскрытыми глазами и не двигался. А после того как Рикки, словно появившись ни откуда, прогремел: «Мы — повелители насекомых!», бедный гном, закатив глаза, свалился на мешки. Мы с трудом растолкали гнома. Когда он нас увидел, то снова чуть не упал в обморок.

— Повелители насекомых… — прошептал он. — Пожалуйста, не трогайте меня!

— Да какие мы повелители? — смягченным голосом сказал я, — нам просто нужно попасть на великий совет.

— Великий? Совет? Да без проблем. Только…

— Да не тронем мы тебя, времени мало у нас, — рявкнул на него Рикки и гном снова упал в обморок.

— Тише, — сказал я, — так ты все дело испортишь.

Я начали приводить гнома в чувство, а когда тот очнулся, Мы с Рикки «спокойно» ему все объяснили. Так что через некоторое время (после 3 обмороков) мы двинулись в путь. В узком темном тоннеле я чувствовал себя в полной безопасности. Здесь не могло быть неожиданных встреч, или каких либо других нежелательных происшествий. Наша повозка просто медленно катилась вперед, слегка подрагивая, иногда проваливаясь в небольшие ямы. Через некоторое время мне казалось, что ничего и не произошло, не было никакого приключения, и мы всегда вот так мирно покачиваясь, катились куда-то в неизвестность. Постепенно такое мерное покачивание уморило меня, и я заснул. Сон, несмотря на более-менее благоприятную среду, был беспокойным. Я постоянно вздрагивал от малейшего шума, а когда Рикки принялся меня будить, и вовсе отвесил ему оплеуху.

— Ты чего дерешься? — Держась за щеку, спросил Рикки.

— Извини, — я начал оправдываться, но вдруг замер.

Теперь наша повозка катилась не по темному тоннелю, а по вполне светлой и привлекательной поляне, на которой тут и там росли красивые цветы, иногда попадались и небольшие деревья. Когда мы заехали в цветущий сад, я чуть не ахнул: это место было так знакомо мне.

— Сейчас будет речка, — сказал я, и правда, пару минут спустя мы услышали тихое журчание воды, а потом появилась чистая, как слеза река.

— Вот бы искупаться, — мечтательно сказал Рикки.

Мне тоже не терпелось поскорее забраться в прохладную воду и вспомнить былые времена. Поэтому мы, несмотря на все отговорки гнома, попросили его остановиться на пять минут.

— Только быстро, если груз не дойдет вовремя, меня будут искать. Вам не поздоровится, и меня накажут.

Живительная сила воды быстро придала нам сил, и настроения.

— Теперь можно ехать, — натянув одежду, мы уселись в повозку, и она плавно двинулась дальше.

Постепенно становилось все темнее: мы удалялись от единственного источника света в этой пещере. Пропали все растения, ведь без света они не могут расти. Стало скучно и ужасно тоскливо, словно мы попали в какое-то мертвое царство.

— О, Колизей, — воскликнул Рикки, но тут, же зажал рот рукой — нам нельзя было выдавать себя, — или мне снится? — прошептал он.

— Не снится, — ответил я, — это чудесное творение было создано гномами.

Не доезжая до первых построек, гном остановился и попросил нас слезть.

— Если узнают, что я катаю неизвестных, да еще в рабочее время, я лишусь работы.

— Понимаем, — ответил я и поспешил выбраться из повозки.

Что делать дальше? Кажется, выход был очевиден — нужно было поскорее найти своих друзей. У нас был такой страшный вид, что любой мог принять нас за кого угодно, но точно не за наследников великого короля.

— Пойдем, — сказал я Рикки, — нам нужно разыскать кое-кого.

— Кто такой? Местная шишка, надеюсь?

— Типа того. — Я как можно быстрее и незаметнее начал пробираться к Колизею. Но тут…

— Куда?! Кто такие?

— Мы путешественники, — сказал я первое, что пришло на ум, и лишь потом оглянулся. Позади нас стояли двое массивных гнома с гигантскими дубинками.

— И мы заблудились, — добавил Рикки.

— Кто вас знает? — спросил второй гном, — С какой целью путешествуете? Чтобы навести на нас войско королевы?

— Думаю, им не повредит, — предложил первый гном.

— Точно, пусть посидят. А уж наш предводитель точно вас раскусит. И если вы… — гном прошелся большим пальцем по горлу, — то вам крышка.

Я не стал сопротивляться, и практически добровольно пошел по направлению к тюремному подземелью. Так называемая «коробка в коробке». Выбрав свободную камеру, первый гном небрежно запихал нас в нее.

— Пока посидите здесь, а через час будете разговаривать с предводителем.

— Он вам покажет! Ха-ха.

— Посмотрим, — спокойно ответил я.

— Посмотрим? — удивленно спросил Рикки, — через час нас посадят на кол, а ты так спокоен?

— Во-первых, гномы на кол не сажают. Если бы мы были пленниками, нарушившими все законы здешнего мира, наша участь была бы немного легче. Так что успокойся.

— Уже спокоен. Не посадят, так повесят, какая разница?

Я посмеялся про себя, но не стал рассказывать Рикки все, желая сделать ему сюрприз. Время шло ужасно медленно. Когда я уже подумал, что о нас попросту забыли, раздался скрип открывающейся двери и веселый смех. К нашей камере подошли те же гномы, радостно ухмыляющиеся и не очень приятно пахнущие. Один из них открыл тяжелую дверь, и мы направились к выходу. А снаружи нас ждал предводитель гномов. Догадываетесь, кто это был? Конечно же, это был Нокс. Рикки первые минуты тупо смотрел на гигантского дракона, потом тихо что-то прошептал, и я услышал тяжелый шлепок позади. Обернувшись, я увидел лежавшего без сознания Рикки.

— Нервы слабые пока, — констатировал факт Нокс, — помню, у меня раньше тоже самое было.

— Ты моешь кого-то бояться?

— Ну, та мышь была честно очень большая, представляешь, она чуть меня не съела.

— Представляю, что было с мышкой, — со вздохом сказал я и, взвалив Рикки на плечи, (благо, вес у него был невелик) поплелся вслед за Ноксом.

— Где остальные? — спросил я.

— В последний раз видел их в саду. Они очень за тебя волнуются, особенно Алекс. А профессор вовсе места себе не находит. Сейчас отведу вас в пещеру, надо «этому» отдохнуть немного.

Глава двадцать восьмая

Оставив Рикки в пещере, я отправился на поиски своих друзей. Приятно была видеть, что меня снова узнают и даже отвешивают поклоны при встрече. Решив нигде не задерживаться, я пошел прямиком в сад. Яркий солнечный свет на миг ослепил меня, и я остановился. А потом послышались голоса, от которых сердце мое заколотилось в тысячи раз быстрее. Они обсуждали меня. Я отчетливо различил голос моей жены:

— Как вы думаете, профессор, где сейчас Алекс?

— Хм… Во всяком случае, он жив. В этом не может быть никаких сомнений.

— Я о нем всегда думаю.

— Алекс — сильный и умный, — раздался голос капитана Лоренса, — такой из любой передряги выберется. Даю руку на отсечение, что он где-то рядом, возможно даже за моей спиной, что, конечно, маловероятно.

— Почему же? — спросил я и, наконец, вышел на свет.

Мое появление повергло всех в шок, и я даже испугался, что все попадают в обморок от такого сюрприза, но в следующую секунду оцепенение моих друзей перешло в дикий восторг. Каждый старался потрогать меня, задавая столько вопросов, что вскоре моя голова пошла кругом. Одна Алекс стояла в стороне и тихо плакала, все еще не веря в чудо. Я смотрел на нее, не отрывая глаз. Профессор первым понял, что нас нужно оставить наедине.

— Эй, капитан Лоренс, — сказал он, — помнится мне, вы обещали историю о захвате вами целого флота.

— О, да, профессор, — капитан понял намек, поэтому, схватив за шиворот зазевавшихся Джека и Бука, направился вглубь сада, — мне было тогда двадцать пять лет. Все, что у меня было — это револьвер и небольшой корабль с парочкой пиратов…

Оставшись наедине, мы долго смотрели друг на друга. Потом я взял ее за руку и мы пошли вдоль прозрачной реки, сами не зная куда. Я рассказывал ей свою историю, а она то радостно смеялась, то грустно вздыхала, но, несмотря ни на что, была счастлива, как и я.

За разговором я и не заметил, как прошло много часов. Мы углубились так далеко в сад, и я решил, что нам пора возвращаться, но… Справа, словно из ниоткуда, возник маленький домик. Около него стояла низенькая бабушка. Я решил подойти поближе, поздороваться и узнать кратчайшую дорогу обратно, но, подойдя ближе, с ужасом остановился. Алекс схватила меня за руку и тяжело дышала. Глаза старушки были совершенно белые, лицо ее не выражало ни радости, ни грусти, а губы шевелились, нашептывая едва слышные звуки. Постепенно голос усиливался.

— … Она придет и с ней — вечная тьма. Голод и смерть настигнут каждого, кто не подчинится ее власти. Наступят темные времена. Бывшие короли станут рабами, и камни соединятся во имя зла. И ничто не сможет остановить это кроме…

С этими словами старушка громко закашляла и без сил рухнула на землю. Не решаясь подойти, мы стали ждать. Через минуту она зашевелилась и попыталась встать.

— Помогай, — сказал я Алекс и взялся за руку старухи.

Встав, она удивленно осмотрела нас.

— Кто вы такие и что вы здесь делаете? — испуганно спросила она.

— Мы заблудились, — ответила Алекс.

— Убирайтесь отсюда, и никогда больше не возвращайтесь.

— Вы что-то говорили, — сказал я.

— Я ничего не говорила, — ответила она, — а теперь убирайтесь.

Она зашла в дом и захлопнула дверь.

Нам не оставалось ничего другого, как идти обратно, как вдруг позади скрипнула дверь.

— Время, — раздался голос старушки.

— Что? — переспросил я.

— Ее остановит только время, повернутое вспять… Пошли вон!!!

Нам ничего не оставалось, как уйти прочь. Поблуждав немного по саду, мы все-таки вышли на тропу. Приближалась ночь. Где-то вдалеке я различил едва заметные движения костра и приятный мясной запах. И вдруг я почувствовал настоящий домашний уют. После всего пережитого, я чувствовал, что попал домой. Меня окружали голые каменные стены и мрачные своды пещеры, запах в которой стоял отнюдь не самый приятный, но все, же я был дома.

— Наконец-то, — профессор Фледриг выглядел очень взволнованным, — мы уже хотели послать гномов на ваши поиски. Ну, раз все собрались, приступим к ужину. Этот ужин в честь тебя, дорогой Алекс. Все мы думали, что ты погиб, но где-то в глубине души у каждого из нас была искра надежды. И вот ты вернулся.

— Спасибо, друзья, — я поднял бокал с вином, — спасибо за то, что верили. То, что я здесь, скорее, стечение обстоятельств. Если бы я не встретил своего нового друга, я до сих пор сидел в том ужасном месте. Если бы на нас не напали насекомые, я бы сейчас не стоял здесь с вами. Но я знаю, что именно ваша вера давала мне силы. И особенно твоя, дорогая, — я обнял смущенную Алекс и продолжил, — я поднимаю бокал за то, чтобы вера и настойчивость, храбрость и сила духа привели нас к победе.

— Замечательный тост, Мой мальчик, — воскликнул профессор и залпом опрокинул бокал с вином.

Раздались восхищенные возгласы, и началось веселье. Я понимал, что завтра у нас будет тяжелый день, ведь враг не дремлет. Возможно, это последний безмятежный вечер в этом мире. Всеобщее веселье ничуть не успокаивало меня, напротив, я был погружен в тяжелые мысли. Из пещеры сейчас глаз не высунешь, повсюду бегают эти твари… Что делать? С такими тяжелыми мыслями я, выпив неопределенное количество вина, заснул на чем-то мягком.

Проснулся я в пещере от яркого света. Я долго ничего не мог понять. Глаза долго привыкали к солнцу. Открыв, наконец, глаза, я с ужасом понял, в чем дело. Часть сводов пещеры была разрушена, повсюду были разбросаны обломки камня. Кто-то внизу тихо плакал.

— Алекс! — вдруг раздался знакомый голос.

— Рикки?

— Да, это я! Что случилось? Как нам выбираться отсюда?

— Тихо, — как можно тише крикнул я.

Внизу меж камней пробирался жук просто гигантских размеров. Я узнал его, это был тот самый жук, который тянул повозку. У меня возникла дерзкая мысль, от которой просто невозможно было отказаться.

— Рикки, — позвал я, — видишь того жука?

— Ага, — ответил он, — такой большой.

— Добудь какие-нибудь веревки, я пока прослежу за ним.

Рикки что-то ответил, но я не понял его. Однако, вскоре внизу послышались какие-то движения.

— Кажется, что-то нашел, — раздался голос Рикки.

— Молодец, я спускаюсь!

Легко сказать, «спускаюсь». Посмотрев вниз, я понял, что обречен. Спуститься с такой высоты можно было только одним способом, и он мне явно не понравился. За неимением других вариантов, я решил пока не принимать никаких решений. Что же здесь случилось? И где все? Куда могло деться многотысячное племя драконов? Если они не провалились под землю, то где они? И больше всего меня беспокоила мысль о моих друзьях. Вроде только нашел их и снова потерял. Но я почему-то был уверен, что с ними все хорошо. Вдруг позади меня послышался какой-то шорох. Обернувшись, я замер от неожиданности. Передо мной стоял Торнед.

— Не хотел тебя пугать, — сказал он, — но у меня плохие новости.

— Что с моими друзьями? — Взволнованно спросил я.

— На пещеру напали драконы королевы. Все это — их рук дело. Они отступили, но теперь здесь опасно. Они прячутся во временном убежище. А что касается твоих друзей, то я ничем не могу тебе помочь.

— Что?

— Я не вижу их. Могу сказать, только, что они живы. Но будем надеяться на лучшее. За тобой уже летят, будь готов. И еще. Я поговорил здесь кое с кем, теперь у вас есть союзники. Если твои друзья успели выйти из пещеры, они в безопасности.

С этими словами Торнед исчез. Я не знал, что и думать. Слова Торнеда немного успокоили меня, но не совсем. Я даже не заметил Нокса, который плавно приземлился на крохотный кусок скалы, служащий мне временным пристанищем. Мы забрали Рикки и покинули бывшую пещеру. Я тщетно пытался разузнать у Нокса об остальных, и уже почти потерял всякую надежду.

— Когда случилось нападение, все спали. В пещере твоих друзей нет, значит, они либо ушли раньше, либо их схватили в плен, либо, они ушли во время нападения, что очень вероятно.

— Зачем же я тогда здесь?

— Ты задаешь очень сложные вопросы.

— Возвращайся назад! — крикнул я.

— Что?

— Быстро возвращайся. Если они ушли, мы догоним их.

— Там опасно.

— Опаснее, чем здесь?

— Ну, ладно. Только в случае опасности я не смогу защитить вас!

— Спасибо тебе, но мы сами справимся.

О мнении Рикки я в тот момент не думал, но был почти уверен, что он разделяет мой план.

Мы высадились у входа разрушенной пещеры и, не задерживаясь ни на секунду, отправились по знакомому мне маршруту. Вскоре мы подошли к нашей последней остановке, и тут мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди от радости. В кострище, обложенном белыми камнями, едва заметно тлели угольки. По этой дороге можно идти или в пещеру, или только из нее, а так как нам по пути никто не встретился, вывод был очевиден.

— Не более двух часов назад, — сказал Рикки, потрогав еще горячую золу.

— Не будем останавливаться!

Забыв об усталости, мы почти три часа двигались без остановки, продираясь через дебри лесов, переправляясь через многоводные реки и опасные болота, которых в этих местах было предостаточно. Пройдя очередной лес, мы вышли на открытую со всех сторон местность, поросшую мелкой травой. Редкие деревья давали возможность видеть далеко, но и наши враги видели нас так, же хорошо, как и мы. Я чувствовал на себе чей-то взгляд, но вокруг никого не было. Тут и там начали раздаваться шорохи, и в какой-то момент я понял, что мы окружены. Вдруг сверху послышалось чье-то сопение. Посмотрев наверх, я увидел гигантского паука, внимательно разглядывавшего нас с Рикки.

Вот паук замер и я понял, что он готовится к прыжку.

— Берегись, — закричал я Рикки, и прыгнул в сторону.

Паук промахнулся, но уже в следующую секунду был наготове. Я не стал дожидаться следующего удара и, молниеносно вытащив меч, отсек ему голову по самое туловище. Но рано было радоваться. Не прошло и минуты, как мы были полностью окружены всевозможными ужасными тварями, в основном это были пауки. Один из них судорожно затрясся и выплюнул какую-то гадость прямо на меня. Моя одежда в этом месте задымилась, а часть этой жидкости обожгла мне руку. Я протянул Рикки острый кинжал и начал очищать путь к отступлению. Как только появилась возможность убежать, я схватил зазевавшегося Рикки за руку и мы быстро покинули эту поляну. Однако, нас явно не хотели оставлять в покое. Не успели мы пробежать и ста метров, как нас снова окружили. Теперь врагов было намного больше, и нас могло спасти только чудо. И оно не заставило себя ждать. Как только пауки приготовились к атаке, со всех сторон на насекомых обрушился целый шквал стрел. А сверху спустились две веревки. Выбора не было, и я схватил одну из них. Рикки последовал моему примеру. В тот же миг мы оказались наверху и я увидел…

Глава двадцать девятая

Передо мной стоял Ремус. Его довольная улыбка могла говорить о многом, и я был готов ко всему.

— Сер Торнед просил приглядеть за вами, — спокойно сказал он.

— Где мои друзья? — обеспокоенно спросил я.

— С ними все в порядке. Добро пожаловать в город лесных странников.

И только тут я почувствовал, что мы движемся.

— Ты идешь? — Спросил Ремус.

Мы с Рикки переглянулись и двинулись следом за Ремусом.

— Мои люди тщательно охраняют этот город, — сказал он, указывая вниз.

Там, в густых ветвях, сидели первоклассные лучники и то и дело выпускали в кого-нибудь свои острые стрелы.

— Это, наверное, самое безопасное место во всем королевстве, — улыбнулся Ремус, — так что можете расслабиться.

Вскоре мы подошли к старому Кедру. Он был все также красив и зелен, и все так же медленно говорил.

— Рад… снова… приветствовать… тебя…, наследник великого короля…

— Зовите меня просто Алекс, — поправил я его, — я тоже очень рад тебя видеть.

— Хорошо, Алекс… А теперь… Заходи… Твои друзья ждут тебя. А ты, — обратился он к Рикки.

— Он тоже наследник, — сказал я, — он внук Ревендульфа.

— Да, да, помню.

— Но мы, же, ни разу не виделись, как вы можете меня помнить? — В недоумении спросил Рикки.

— От меня… мало… что… ускользает… Птицы… приносят… мне… истории, которые… происходят… в этом… королевстве, … а ветер… шепчет …обо… всем, что не донесли… птицы… Я помню… историю о том, как глупый… наследник… рванулся… в наш мир, надеясь… на быструю… победу… Если бы ты… пришел… ко мне, я бы успел… тебя… остановить… Это… чудо, что ты… остался жив.

— Я не могу сидеть на одном месте, тем более чего-то ждать. А ждать других наследников мне надо было, между прочим, целых пять лет. Вот я и подумал, что справлюсь сам.

— Ну, прямо как старина Ревендульф, — дерево затряслось от смеха и пропустило нас внутрь.

Мало кто удивился, увидев меня. Дело в том, что с тех пор, как мы вошли в пределы владений Ремуса, а они находятся не так далеко от пещеры, мои друзья знали о каждом моем шаге. Мы долго разговаривали, обсуждая важные вопросы, касающиеся дальнейших действий. А они были отнюдь не завидными. Нам одним предстояло пробираться по бескрайним лесам к гробнице короля Эланда, приблизительное местоположение которой на карте нам указал Ремус. Сам он не мог уходить дальше своих владений, поэтому очень скоро нам пришлось расстаться. Город лесных странников продолжал свое величавое шествие, а мы направились в другую сторону. На нашем пути, судя по карте, была широкая река, и пара деревень со странными названиями: «Гнилое яблоко» и «Старый башмак». Мы шли, весело разговаривая и шутя на разные темы. Здесь было на удивление спокойно и тихо. Лес вскоре закончился, и мы вышли к гигантской пропасти, до другого края которой было не менее трехсот метров. Внизу тонкой полоской текла река.

— Ну что, вперед? — пошутил капитан Лоренс. — Я много повидал в своей жизни, и точно знаю, здесь нам не пройти.

Обрыв был настолько крут, что спуститься отсюда можно было только одним способом. И вдруг позади я почувствовал какое-то движение. Обернувшись, я увидел надвигавшихся на нас богомолов. Они были настолько огромны, что могли в один присест проглотить человека. Тут и остальные заметили опасность. На размышление у нас была лишь пара секунд. Но богомол, остановившись, начал внимательно нас разглядывать, и я готов поклясться, в его глазах не было, ни одной голодной мысли. И только оправившись от первого шока, я заметил, что насекомое было обуздано, как обыкновенная ездовая лошадь, а на нем сидел прекрасный молодой юноша с длинными светлыми волосами. Он долго разглядывал нас, а потом заговорил медленно и очень красиво.

— Кто вы такие и что привело вас в наши края?

Профессор Фледриг, как самый старший из нас, вышел вперед и, поклонившись незнакомцу, сказал:

— Мы — наследники великого короля Эланда.

— Король Эланд? Я много слышал о нем. У эльфов он в большом почете, но, несмотря на это вам придется побыть нашими гостями. Прошу, следуйте за мной.

Нам не оставалось ничего другого, как пойти следом. Да и другого пути у нас не было.

— Простите, а как вас зовут? — спросил капитан Джон, — я всегда мечтал увидеть эльфов, особенно в детстве! Но всю свою жизнь я видел только грязные пиратские рожи.

— Я Эрлинг, — ответил Эльф, — сын Дастрао, короля Эвелейна.

— Мы идем в Эвелейн? — Спросила Лейла, — Это же город Эльфов.

— Город? — переспросил Эрлинг, — это не город, это страна, империя. Многие мечтают побывать в Эвелейне, но туда не так просто попасть, как, впрочем, и выйти.

Постепенно картина перед моими глазами преображалась. Густой лес кончился, а на смену ему пришла удивительная панорама из чудесных растений, которых я никогда прежде не встречал, и просто потрясающего горно-водного пейзажа. Мы находились на верху гигантской горы, с которой открывался вид на Эвелейн — город-призрак, который ищут все, но никто не может найти. В самом низу собралось в гигантскую сеть множество озер и речушек, переливающихся одна в другую неповторимым красочным узором. Повсюду, сколько хватало глаз, были горы, с которых в бешеном танце обрушивались вниз миллиарды тонн воды, которая, мгновенно усмиряясь, стремилась пополнить водные запасы Эвелейна.

— Вы предстанете пред лицом короля. Он решит, что с вами делать.

— Но мы не делали ничего плохого, — начала, было, Лейла, но Эрлинг перебил ее:

— Любой, входящий в нашу страну, становится нашим гостем. Если же он не принимает наше гостеприимство, он становится нашим врагом. А с врагами у нас разговор короткий, — Эльф положил руку на свой длинный острый меч и попросил следовать за ним.

В общем, то, не было ничего плохого в том, чтобы немного погостить у эльфов, но меня беспокоил вопрос о времени. А оно было особенно драгоценно в данный час. Сколько продлится их гостеприимство, никто не знал, но другого выхода я не находил. По бесконечным каменным ступеням мы спустились вниз. Спуск занял около получаса, и я заметно устал, как и все мои друзья, однако эльф не подавал ни малейшего признака об усталости, напротив — он, словно парил по воздуху, лишь слегка задевая ногами землю. Спустившись с каменных ступеней, мы сразу же погрузились в царство Эльфов — бескрайний лес с удивительными красками и запахами. Тут и там на деревьях висели небольшие деревянные домики. С виду они не были ничем закреплены и когда дул ветер, они плавно покачивались из стороны в сторону и, казалось, будто они парят в воздухе, как птицы. Видя наше удивление, Эрлинг пояснил:

— Эти дома созданы не из простых деревьев. У этих деревья практически нет веса, и они даже имеют свойство подниматься над землей. Они связаны с деревьями тонкой паутиной только для того, чтобы не улететь в открытое небо.

— Как красиво, — прошептала Алекс и слегка коснулась одного из домиков, который располагался особенно низко над землей. От ее прикосновения он пару раз качнулся и замер.

— Но, несмотря на отсутствие веса, они имеют удивительную прочность. К сожалению, это свойство нельзя ни к чему применить. Мы пытались делать стрелы из этого дерева, но они вместо того, чтобы попасть в цель, взмывали в воздух и никогда не возвращались. Топоры были настолько легки, что ими невозможно было ничего срубить, а одно неверное движение — и вы его больше не увидите.

Это замечание было настолько забавным, что мы все рассмеялись.

— Вот и приходится делать эти домики. Не обходилось, конечно, и без трагических случаев. Однажды налетел ветер и сорвал пару домиков. Один был пуст, а в другом эльф собирался обедать. Нам пришлось обратиться к драконам, чтобы спасти несчастного. В результате его, конечно, спасли. Он был весь измазан едой, а домик превратился в блюдо из овощей.

— Все это очень интересно, — сказал капитан Лоренс, — Но где, же ваш король? Чем быстрее мы с ним встретимся, тем быстрее продолжим свое путешествие.

— Терпение, — только лишь ответил Эрлинг.

Через пару минут мы вышли из леса и оказались у маленького озерца. Через него был перекинут широкий, красивый и высокий мост. Он плавно покачивался над водой, едва задевая ее зеркальную поверхность своим основанием. Возле него стояла лодка. Эрлинг приказал нам забраться в нее. Лодка оказалась настолько просторной, что места хватило всем. Эльф взял прикрепленное к лодке весло и, встав на самый ее край, оттолкнулся от берега. Слегка коснувшись веслом прозрачной воды, Эрлинг заставил лодку стремительно двигаться вперед. Мы легко прошли под мостом, и попали в настоящую сказку. Лодка плыла по узенькой речушке с настолько ровными берегами, что казалось, как, будто их кто-то специально вырезал по стандарту. Прозрачная как воздух вода давала возможность рассмотреть все до мельчайших подробностей. Под нами проплывали гигантские красные и зеленые рыбы, украшенные причудливыми узорами, а с самого дна к поверхности тянулись растения, которых я раньше никогда не видел. По пути нам попалось еще с десяток поселений из летающих домиков. И вот, наконец, Эрлинг произнес долгожданное слово:

— Дворец!

Как известно, у Эльфов зрение в сотни раз лучше, чем у людей, поэтому первые очертания королевского дворца я увидел только через десять минут. А когда он стал выглядеть вполне отчетливо, по моему телу пробежала слабая дрожь. Мы приближались к горе единорога.

— Это ваш дворец? — спросил я, — Гора единорога?

— Конечно, нет, — ответил Эльф. — Это — священная гора и входить туда не может никто. А дворец — вот он.

Эльф указал на противоположный берег. Взглянув на великолепное творение, я пару минут не мог произнести ни слова. Дворец представлял собой гигантский кусок камня, в котором были вырезаны окна, стены, крыша, лестницы и различные замысловатые переходы, видные издалека. Река, разливаясь в небольшое озерцо, полностью затапливала нижнюю часть дворца, поэтому мы легко проплыли под ним и устремились вглубь. Хитрая зеркальная система позволяла освещать огромные пространства под землей, и давала возможность рассмотреть всю красоту подземного мира. Наконец лодка остановилась, и мы сошли на каменный «берег». Слева виднелась витая лестница, и именно к ней направился Эрлинг. Мы старались не отставать. Наконец лестница закончилась, и мы вышли в узкий коридор с широкими окнами справа, через которые лился яркий солнечный свет. Слева же ровными рядами расположилось с десяток дверей, ведущих в комнаты для гостей. Это была самая обыкновенная гостиница.

— Располагайтесь, — сказал Эрлинг, — завтра король сам вызовет вас к себе.

— Ладно, всем удачно отдыха, — устало сказал капитан Лоренс и вошел в свою комнату.

— Спокойной ночи, — сказал капитан Джон и тоже скрылся за дверью.

Я взглянул в окно и увидел, как красный солнечный диск медленно скрывается за горизонтом. «Как же быстро пролетел этот день», — подумал я и, пожелав всем спокойной ночи, вошел в свою комнату.

Глава традцатая

Сон был тревожным. После очередного кошмара я проснулся. Мое сердце билось в учащенном ритме, дыхание сбивалось, а все тело объяла невыносимая дрожь. Я начисто забыл все, что мне снилось, но какое-то тревожное чувство осталось, и я решил прогуляться, чтобы избавиться от него.

Выйдя из своей комнаты, я пошел направо. Коридор был округлым, уходящим вверх. Вскоре он закончился, и я оказался у высокой двери, которая была наполовину открыта. Пройдя в нее, я оказался под открытым небом, на каменном мосту, который соединял башню, в которой мы разместились и, собственно, королевский дворец, как мне казалось. Посмотрев вниз, я понял, что забрался довольно высоко. Утро еще не наступило, а ночь уже отживала свое. Было немного холодно. На небе осталось немного звезд, но они постепенно исчезали, одна за другой. Горизонт уже начал светиться приятным Розовым светом, озаряя прекрасные владения Эльфов. Настроение от такой картины сразу улучшилось, и я решил немного прогуляться. Мост, хоть он и был каменным, не внушал особого доверия. Поручни были настолько тонкими, а о самом мосте и говорить не приходилось, что казалось, даже легкое дуновение ветерка превратит это чудесное творение в прах. Но, несмотря на это, я вполне удачно добрался до его конца. Там была такая же дверь. Пройдя через нее, я попал в маленькую башенку. В самом центре ее зияла огромная дыра, а по бокам вниз уходили каменные ступени. По ним я и начал спускаться. Через каждые десять-пятнадцать ступенек справа попадалось отверстие, через которое без труда можно было попасть наружу. Я пролез в одно такое окно и оказался на очередном мостике. Этот был сделан из дерева, а над головой у меня была крыша. Посмотрев вниз, я увидел, что подо мной еще четыре таких же моста, и два надо мной. Все они вели в следующую башню, значительно большую, чем первая и вторая. Всего было четыре таких башни. Они располагались по четыре стороны от основного здания дворца, и у всех была одна и та же конструкция — две маленькие башенки, соединенные с большой башней семью мостами. Я не знал, для чего вся эта хитроумная конструкция, но не стал ломать голову.

— Вы тоже решили прогуляться? — Раздался слева от меня приятный мужской голос.

Повернув голову, я увидел эльфа с длинными белыми волосами.

— Да, — ответил я, — такое прекрасное утро, грех было не пройтись.

— Я каждый день выхожу сюда, — сказал эльф, — люблю эти места.

— Да, здесь красиво.

— Слышал, вы вчера прибыли?

— Верно.

— Не хотите прогуляться по дворцу? Давайте, соглашайтесь. Сделаю вам небольшую экскурсию.

— Ну, хорошо.

И мы пошли. Вошли в башню и по замысловатым коридорам попали во дворец.

— А вы… — начал, было, я, но тут же остановился, потому что на нас мчался некто весь белом. Я имел в виду, что у него была белая одежда, белый головной убор, как у повара, и все лицо было измазано чем-то белым. Впрочем, это и был повар.

— О, мой король, — закричал он, бросаясь на колени, — он опять взбесился.

— Что? — вскричал Эльф, — где он?

— В пекарне, — дрожащим голосом ответил поваренок.

— Подождите меня здесь, — сказал мне эльф, указывая на дверь в конце коридора, а сам пошел за поваром. Они продолжали о чем-то разговаривать, и постепенно их голоса стихли.

Мне ничего не оставалось, как пройти в ту дверь. А там были настоящие королевские покои. Все, что было не из золота, было из серебра. В центре стояла большая двухэтажная кровать, причем, второй этаж находился так высоко, что забраться туда можно было только по лестнице. У каждого угла этого прекрасного «сооружения», словно живые, застыли статуи животных. В одном углу расположился медведь с раскрытой пастью и злыми глазами, во втором — лев, настолько похожий на настоящего, что мне стало не по себе. В третьем углу стоял на задних лапах гигантский волк и, вытянув шею, выл на луну. Конечно, никакой луны не было. Напротив волчьей морды висели прекрасные настенные часы и мерно отстукивали секунды. Ну, и наконец, последний зверь — совершенно непонятное существо, которое невозможно было сопоставить ни с одним из существующих видов зверей. Это был огромный волосатый комок, из которого в соответствующих местах высовывались уродливые конечности, а в том месте, где должна была находиться голова, зияли огромные черные глаза. И вдруг мне показалось, что существо моргнуло, ну мало ли что может показаться в темноте. Я на всякий случай все же отошел подальше. Опыт подсказывал мне, что в этом мире может произойти все, что угодно. И когда это чучело расправило свои корявые лапы и потянулось, словно гигантский кот, я, если честно, немного струсил. Но, как человек, который разговаривал с жареным поросенком и имел дела с живыми призраками, я проявил остроумие и в мгновение ока забрался на второй этаж. Это было сделано как раз вовремя. Когда я посмотрел вниз, то увидел, что волосатый уже стоял на том месте, с которого я только что отпрыгнул. Существо, вероятно, не обладало достаточным умом. Оглядевшись по сторонам, оно вяло потащило свое жирное тело по комнате, даже не смотря в мою сторону. И тут, как назло, я чихнул. И так громко, что зазвенели бокалы на полке позади меня. В ту же секунду чудовищные глаза направили свой взор на меня. Ощущение было не из приятных. Потом существо съежилось и прыгнуло прямо на второй этаж. Я не ожидал от него такой проворности, поэтому кубарем скатился вниз. Вы когда-нибудь падали с высоты в три — четыре метра? Если за вами не гонится волосатый монстр, то этого делать, категорически не стоит. У меня болело все, начиная от лодыжек и заканчивая шишкой на голове, которую я только что набил. Немного придя в себя, я понял, что надо мной кто-то стоит. Кто же это мог быть? Странный вопрос, не правда ли? А надо мной стоял все тот же волосатый, с огромными черными глазами. Я уже приготовился к худшему и закрыл глаза. Но ничего такого не произошло, только кто-то жалобно заскулил. Я открыл глаза и увидел, что волосатый сидит на прежнем месте и тихонько поскуливает. А когда он пару раз гавкнул, я все понял. Это была самая обыкновенная собака, и она хотела играть. Правда, собак таких размеров я никогда прежде не встречал.

— Ну что ж, давай поиграем. Только во что?

Собака, видно, поняла мой вопрос и подбежала к куче хлама в углу комнаты. Вытащив оттуда какую-то вещь, она подбежала ко мне. В зубах у нее была палка.

— А ты уверен, что после этого здесь хоть что-нибудь уцелеет? — спросил я его, и вдруг сам понял, что разговариваю с собакой.

— Хорошо, тогда лови, — сказал я и бросил палку подальше от серебряных шкафов, в которых стояли хрустальные бокалы.

Как ни странно, гигантский пес был очень аккуратен и разбил всего две вазы, одну фарфоровую статую, какой-то старый кувшин и пару бокалов.

— Неплохо, — похвалил я волосатого, — но думаю, пока хватит.

Но песик вовсе не хотел заканчивать, и продолжал прыгать вокруг меня. В этот момент распахнулась дверь и вошел король.

— А, уже познакомились с Кошмариком?

— Очень энергичный песик, — заметил я.

— Он очень любит играть, но не со всеми. У вас добрая душа.

— Спасибо, мне приятно это слышать.

И мне действительно было приятно.

— А теперь давайте поговорим. Кошмар! Сидеть!

Собака послушно уселась на свое место и замерла.

— Вы ведь неспроста здесь оказались, верно?

— Только не говорите мне, что вы не слышали про королеву.

— Слышал, как же?

— Она и есть наша цель. Она коварно захватила все миры и теперь добралась до нашего. Была битва. Королева отступила, но мы так ничего и не добились. Возможно, уже сейчас она готовит новую армию, много большую, чем прежде. Вы понимаете, что предстоящая битва затронет всех, и вас в том числе.

— Я предполагал. И, заметьте, не терял времени даром. Многие приходят к нам за помощью, и гоблины, и гномы, и люди. Мы никому не отказываем, но тот, кто пришел к нас за помощью, в этот же миг зачисляется в наши ряды. Сами понимаете, какое время. Одних эльфов будет мало.

— Понимаю. И хочу предложить вам помощь. На востоке — племя драконов — около тысячи особей, и внушительная армия гномов. На западе — гоблины, которым тоже ненавистны дела злой колдуньи. Если мы объединимся, наши силы увеличатся в десятки раз.

— Мне нравится ваше предложение. И я охотно его принимаю.

— Тогда шлите гонцов на запад и восток, Армию нужно собирать сейчас, немедленно. А когда начнется шевеление, нас предупредят.

— Правда? Хорошо, я распоряжусь по поводу гонцов, а пока думаю, стоит отдохнуть. Ведь нам предстоит великая битва, и мы оба это понимаем.

— Все идет к этому. Но не это ли наша цель?

— Верно. Что ж, жду вас вечером в тронном зале. А теперь можете идти.

Попрощавшись, я направился к своим друзьям. Я рассказал им о разговоре с королем, и об объединении армий. Эту новость все приняли на «Ура». Но еще больше они обрадовались, когда я сказал, что король приглашает всех нас на пир.

Ближе к вечеру мы направились в тронный зал, где все уже было готово к торжеству. Нас разместили в самых лучших местах. Король с королевой сидели на украшенных золотом креслах, по бокам расположились разодетые придворные, а в самом конце находились обыкновенные эльфы, гномы и гоблины, и даже люди.

— Итак, — громогласный голос короля пронесся по каменным сводам, — предлагаю поднять бокалы за великое объединение, которое принесет нам победу в великой битве.

Тост был принят оглушительными аплодисментами. Бокалы были опустошены, блюда съедены, в общем, пир удался.

На следующий день послали гонцов на восток — за гномами и драконами и на запад — за гоблинами. Буквально через час все свободное пространство заполонили драконы. Не было ни одного холмика, ни одной полянки, где бы ни сидел дракон. Я нашел Нокса и мы от души поболтали. А вечером явился Торнед и принес неутешительные новости — армия королевы готова и движется к нам.

Глава тридцать первая

Ночь выдалась холодной, а под утро все окутал густой туман. Это была замечательная возможность взять меч из гробницы. Обычно к ней не подпускали и на сто шагов, но сейчас у нас не было выбора. До битвы оставались считанные дни, возможно даже часы, и сила меча нам бы не помешала. Я взял с собой Джека, и мы пошли. По знакомым переходам добрались до подземной реки, а дальше пришлось немного окунуться. Вода оказалась просто ледяной, и мгновенно сковала мои мышцы. Но, собравшись с силами, я все, же поплыл.

— Помнишь, где находится гробница? — спросил я у Джека.

— Да, на том берегу.

— Понятно…

И мы поплыли дальше. Приблизительно в том месте, где должна была находиться гробница, мы выбрались на берег.

— Куда теперь? — спросил Джек.

— Думаю, вперед, — ответил я, хотя с того момента, как мы вылезли на берег, я уже не понимал, где здесь «вперед», а где «назад».

Джек предложил пойти в разные стороны, но я сразу же отказался от этой идеи и сказал, что мы пойдем в противоположную от реки сторону, а там видно будет. Пока мы спорили, нас кто-то окрикнул:

— Эй, Эллор, Ольрин, это вы? — раздался грубый голос.

— Да, это мы, — я старался, чтобы мой голос был как можно жестче.

— Ну, наконец, то, устал я вас ждать, сколько, можно уже? У моего сына сегодня день рождения, а я тут торчу как идиот. Быстро бегите сюда. Откуда-то появились чьи-то длинные руки и вручили нам лук со стрелами и длинный меч.

— Все как обычно, в гробницу никого не впускать, никого не выпускать. Я пошел.

Я не верил своим ушам. Все оказалось намного проще, чем я предполагал. Но радоваться было еще рано. Начинало светать, и туман постепенно рассеивался. Вдали показались две массивные фигуры, которые стремительно приближались к нам.

— Это, наверное, Эллор и Ольрин, — предположил я, — быстро внутрь.

Но дверь оказалось заперта. Как я ни старался, она не поддавалась.

— Кто вы такие? — прогремел еще более грозный голос.

— Служба технической помощи, — сказал я первое, что пришло на ум, — нас прислали, чтобы проверить канализацию, водопровод, скорее всего, система охлаждения барахлит, а кондиционеры, вероятно уже сто лет не меняли. Да тут скоро такое начнется, вы себе даже не представляете.

— Да, да, — зловещим голосом сказал Джек.

— Ну, ясно, проходите, — испуганно сказал стражник и открыл дверь. Он, конечно, не понял ни единого моего слова, поэтому не посмел ослушаться.

Итак, мы в гробнице. Теперь дело оставалось за малым — взять меч и уйти. Но, как только мы прошли первый коридор, я понял, что это будет не так-то просто. Мы стояли перед развилкой целых пяти дорог, ведущих неизвестно куда. Хорошо еще, в стенах были проделаны небольшие отверстия, которые пропускали немного света и свежий воздух.

— А вот теперь разделимся, — сказал я. — если что-нибудь найдешь, свяжешься со мной по камню.

— Само собой, — ответил Джек и шагнул в центральный коридор.

Я не стал долго думать и пошел по правому крайнему. Проход был ровным и широким. По нему спокойно мог проехать грузовик небольших размеров. Иногда он спускался вниз, тогда мои ноги сами собой начинали ускоряться. Один из таких спусков закончился глухой стеной. Я ощутил ее всем своим телом, особенно — носом, который от столкновения жутко болел. Другой бы на моем месте пошел бы обратно, но у меня не было на это времени. Поэтому я принялся ощупывать каждый сантиметр злосчастной стены, но ничего не нашел. Вдруг что-то заставило меня посмотреть наверх. Там, где-то высоко что-то светилось, а прямо над моей головой, примерно в двух с половиной метрах над землей висела веревка. Это была самая настоящая удача. Я приложил все усилия и, подпрыгнув, наверное, метра на три, крепко уцепился за спасительную веревку. Она немного поддалась, и начала опускаться, а внизу что-то жутко заскрипело. В следующую же секунду веревка с треском лопнула, а я, естественно, полетел в открытый мною железный люк.

Когда я пришел в себя, мне в глаза бил яркий солнечный свет. Перед глазами все плыло, и сотни картинок складывались в одну неясным темным пятном. Я не понимал где я, что со мной, и плохо помнил, что вообще произошло. Откуда-то доносился неясный звук, я пока не мог разобрать какой, было похоже на человеческий голос. Постепенно боль в голове утихла. Картинка перед глазами приняла нормальный вид, и я увидел Джека, стоящего надо мной. Он что-то говорил, но я не слышал. По выражению его лица я понял, что нам что-то угрожает.

— Где меч? — раздался оглушительный голос Джека.

— Что ты кричишь? — я закрыл уши руками, — где мы?

— Я не знаю, здесь какой-то шар, а меча нет. И еще…

— Что?

— Они за нами уже полчаса наблюдают. Пытались подойти, но я дал им небольшой отпор.

Оглядевшись, я увидел расположившихся вокруг нас всевозможных насекомых.

— Говоришь, меча нет? — спросил я.

— Я тут все осмотрел.

— Правда? — я подошел к шару и внимательно вгляделся в него. За зелеными облаками, обволакивающими внутренности шара, висел меч, настолько красивый и величественный, что некоторое время я стоял не двигаясь. Да, он просто висел, словно его кто-то подвесил на невидимую нить.

— Ого, — удивленно произнес Джек, подойдя к шару.

И тут я ощутил вокруг себя движение.

— Кажется, они устали ждать, — с дрожью в голосе пролепетал Джек.

— Ничего, подождут еще пару секунд, — сказал я и, запустив руку внутрь шара, дотронулся до меча. От прикосновения он слегка покачнулся и замер.

— Алекс! — закричал Джек.

Я схватил меч и, развернувшись, взмахнул им в сторону тварей. Движение они сразу прекратили и даже попятились назад.

— Ну что? Съели?! — воскликнул Джек, — теперь поиграем по нашим правилам!

В этот момент земля под моими ногами затряслась, как во время землетрясения. Со стен посыпались части отделки, а один камень больно ударил меня по голове.

— Это проделки колдуньи, — я огляделся по сторонам, — надо выбираться отсюда. Поскорее.

— Отсюда нет выхода, — сказал Джек.

— Ты уверен? — я подошел к стене и, что было силы, ударил по ней мечом.

От удара во все стороны разлетелся сноп искр, а стена, словно сделанная из детских кубиков, разлетелась в разные стороны, подняв при этом кучу пыли. Итак, проход был свободен. Мы выбрались из гробницы и направились к дворцу.

— Смотри, — прошептал Джек.

Оглянувшись, я увидел сотни насекомых, следовавших за нами. Поравнявшись с нами, они выстроились в ровные ряды, прямо как солдаты

— Они защищают меч, — догадался я.

— Похоже, — ответил Джек, — ну, пошли.

И мы во главе многотысячной армии насекомых двинулись в сторону королевского дворца. А там уже началось волнение. Сотни, тысячи, десятки тысяч воинов выстроились около дворца и терпеливо ожидали приказаний.

— Алекс?! — раздался знакомый голос.

На противоположном берегу реки стоял профессор Фледриг и махал нам рукой.

— Что это? — он указал на насекомых.

— Это, — пояснил я, — наши новые союзники. А это — меч короля Эланда. Он обладает удивительной силой. Думаю, королева долго не продержится.

— Что ж, надеюсь. Из последних сообщений драконов, она уже в пятнадцати милях от нас. Ее драконы будут здесь с минуты на минуту. Будь готов.

— Я готов.

И тут из дворца величаво вышел королевский конь, на котором сидел сам король Дастрао.

— Воины великой империи! — громогласный голос короля разнесся по долине, — на нас надвигается война! Война со злом! Мы должны выстоять, чтобы наши дети продолжали жить в этой стране и наслаждаться лучами этого солнца, чтобы они вспоминали про нас, как о славных героях, а не о трусах. Даже если мы не победим, наши сердца не дрогнут! Но мы победим, я верю. А вы верите?!

Земля содрогнулась от восхищенных криков эльфов, гномов, гоблинов и людей, которые верили в победу.

— В таком случае лучники — на стены! Гномы — к главным воротам! Драконы — патрулируйте воздух! Ни один дракон не должен улететь отсюда живым, разве что вылететь с разорванным брюхом.

Дальше события разворачивались как в фантастическом фильме. Эльфы заняли оборону на стенах, гномы же охраняли ворота. Гоблины рассредоточились по долине и были в качестве резерва. Я с Джеком находился вблизи главных ворот. Алекс осталась во дворце, так как я приказал ей «не высовываться». Я был спокоен за нее и ждал начала битвы, которая все не начиналась.

Глава тридцать вторая

Драконы королевы появились внезапно и первый же удар нанесли по главным воротам. Огонь разнес в щепки внешнюю обшивку, но основная часть, сделанная из железного дерева, устояла и даже не пошатнулась. В воздухе началась жестокая битва, сопровождающаяся чудовищными рыками. Время от времени на землю падали раненные драконы, а там уже дежурила группа гномов. Своих они оттаскивали в безопасные места, а врагов добивали. И вот, наконец, показалась основная армия королевы. Мы с Джеком забрались на стену, чтобы лучше рассмотреть силы противника. А они были просто ужасающими. В первых рядах тяжелыми шагами двигались гигантские белые медведи. Не такие, которые водятся на земле. Эти превосходили их в три-четыре раза, и больше напоминали слонов. Дальше следовали существа, больше похожие на саблезубых тигров. Их длинные острые клыки наводили дикий ужас даже на расстоянии. В третьем ряду находились черные всадники на таких же черных конях. Они занимали большую часть войска и особенно страшными были сверкающие шипы на их железных рукавицах и налокотниках. Шлемы также были украшены острыми шипами, а в руках у них были увесистые железные дубины с острыми наконечниками. Потом шла пехота, также вооруженная до зубов, а в самом конце два драконы тащили повозку, в которой сидела сама королева Анжелина.

Когда войско подошло на довольно близкое расстояние, от него отделился всадник и поскакал к главным воротам. Его пропустили через дополнительную дверцу в самом низу основных ворот.

— Я — посланник королевы, — гордо возгласил всадник и, прокашлявшись, продолжил, — великая королева Анжелина предлагает вам сдаться и она сохранит всем жизнь. В противном случае вы все будете уничтожены…

В конце своей речи голос всадника становился все тише и тише, так как к нему приближался огромный дракон. Когда он закончил, король подал сигнал и дракон просто откусил половину всадника, а вторую половину отослали обратно королеве.

— Ну вот, опять будут газы, — недовольным голосом сказал дракон, отплевываясь во все стороны.

— Приготовиться к битве, — сказал король, — лучники! Стрелять только по моей команде! Всем, кто находится внизу — держать ворота до конца! Самое главное, не падайте духом, все идет по плану.

Драконы королевы временно отступили, и все ждали одного — сигнала к началу битвы. И он прозвучал — протяжный звук рога пронесся над землей, и в тот же миг армия королевы пришла в движение. Когда она подошла на оптимальное для выстрелов расстояние, король отдал приказ и на вражеское войско посыпался град стрел. Медведям и тиграм такие уколы были нипочем, а всадникам и пехоте пришлось несладко. Эльфийские стрелы имели удивительную прочность и страшную силу. Они с легкостью пробивали толстую броню, а кожаные доспехи пехоты с железными пластинами им были и вовсе нипочем. А медведи были уже у самых ворот. Они по очереди разгонялись и, что было сил, ударялись всем телом о них. При каждом таком ударе стены тряслись, как при хорошем землетрясении, а железное дерево уже трещало по швам.

Я понял, что внизу от меня будет больше пользы и поспешил к лестнице.

— Оставайся здесь, — крикнул я Джеку, а сам спустился вниз.

— Всем разойтись, — закричал я, — отойти от ворот, все назад.

В недоумении гномы повиновались. Еще один удар, от ворот отлетела огромная щепка. Следующий удар разнес единственную защиту крепости на мелкие кусочки. В образовавшееся отверстие ворвался гигантский медведь. Он ревел, словно его ужалили тысячи пчел, и был готов порвать каждого, кто попадется ему на пути. Но только не меня. Я, что было сил, ударил мечом по животному и тот вылетел обратно по тому же маршруту, и снес по пути несколько своих собратьев.

— Выпускай насекомых! — раздался приказ и в тот же миг тысячи пауков, муравьев, и других ужасных тварей вырвались наружу, приводя всех в ужас. Они были быстры и точны. Не обращая внимания на гигантов, насекомые стремительно направились в сторону пехоты.

— За мной, — закричал я и выбежал из ворот, нанося удары мечом направо и налево. От моих ударов гигантские звери разлетались в разные стороны, словно плюшевые игрушки и тем самым наносили огромные урон своим же воинам. Глупые создания не собирались отступать, и я постепенно перерубил всех медведей и тигров, затратив при этом минимум усилий. Поле боя теперь больше походило на кладбище животных. Пехота и всадники уже давно скрылись с глаз, и посреди поля осталась лишь одна королева.

— Победа? — с волнением спросил король.

— Не спешите с выводами, — ответил я.

В то же мгновение над полем битвы пронеслось страшное заклинание. Я вспомнил его — такое же читал Торнед, когда мы с Джеком прятались в туалете. Небо становилось все мрачнее, ветер усиливался, и я уже начал видеть страшных всадников. Но через пару секунд вокруг стало темно как ночью. Когда тьма рассеялась, из уст короля вырвался тяжелый вздох. Все поле было черным, от ворот — до горизонта. И тут до моих ушей донесся знакомый голос. Он тоже читал заклинание. Обернувшись, я увидел стоявшего на пригорке Торнеда. Когда он закончил, половину долины заняли его воины.

— Вам лучше остаться здесь, — обратился он к королю, — это наша битва.

— И моя, — сказал я и направился вслед за Торнедом.

— Ты вовремя, — сказал я ему.

— Были небольшие дела. Вижу, ты неплохо поработал. Смог все-таки добыть меч?

— Да, это оказалось не так-то сложно. Ну что, начнем?

И началась битва. Я с легкостью справлялся с черными воинами, но их было слишком много. Они обступали меня со всех сторон, и тогда приходилось рубить всех направо и налево, не давая усталости овладеть своим телом. Войско Торнеда было намного меньше, чем у королевы, но оно уверенно вгрызалось в черное море вражеских воинов. Время от времени я смотрел на Анжелину. Ее лицо становилось все злее и злее. Ее армия гибла у нее на глазах, и она ничего не могла с этим поделать. И вот, когда от войска осталось около сотни воинов, королева встала в полный рост и произнесла что-то на непонятном языке.

— Что?! — закричал Торнед, — это запрещенное заклинание!

С этими словами Торнед кинулся в сторону королевы. Брошенный им меч угодил ей прямо в сердце. В то же мгновение все войско исчезло.

— Она успела его дочитать, — я почувствовал в голосе Торнеда безысходность и поспешил узнать, в чем дело.

— Все открытые миры будут уничтожены через три часа. Максимум — четыре.

— То есть, первый и второй мир?

— Точно.

— Что же делать?

— Ничего. Против этого заклинания я ничего не могу противопоставить.

И тут мне вспомнились слова старушки, которая сказала, что ее может остановить только…

— …Время, повернутое вспять…

— Что? — переспросил Торнед.

— Как это сделать?

— Что сделать?!

Я напряг все свои извилины и наконец, нашел выход. Как известно, в критические моменты мозг работает в сотни раз быстрее. Вот и в этот раз выход нашелся как бы сам собой. Я направился прямиком к королю Дастрао.

— Оставайтесь здесь. А мы идем в первый мир. Профессор. Соберите всех, встречаемся у гробницы.

Я направился за Алекс. Когда мы подошли к гробнице, все были на месте. Небо уже становилось черным, а земля начинала немного подрагивать. Постепенно дрожь усиливалась, и я понимал, что медлить нельзя. Мы взялись за руки и перенеслись в первый мир, прямо в дом к Ревендульфу.

— Кто там? — раздался сверху старческий голос и открылся люк.

— Прочь! — сказал я и, оттолкнув старика, выбрался наружу.

— Какой у тебя план? — спросил профессор.

— Вспомните, как мы вляпались в эту историю. Я по глупости отправился в прошлое и перенес с собой пиратов. Если бы я этого не сделал, не было бы газеты, в которой писалось о таинственном исчезновении пиратского корабля, из-за которой, собственно, и случилось это путешествие, значит, ничего бы не было, если бы я не отправился в прошлое. Надо вернуть пиратов в то же самое место в то же самое время, и все станет на свои места.

— Но я не помню, ни координат, ни времени, ничего не получится.

— Значит, нам нужны только координаты и время?

— Точно. Что ты задумал?

— Добудем их. Надеюсь, машина времени еще на своем месте.

И мы направились к дому Корнелиуса. Там все осталось на своих местах: недостроенный курятник, полуразрушенный дом профессора Фледрига и останки пиратского корабля. Ноутбук лежал там же в куче всякого хлама.

— Отправимся в прошлое, отыщем машину времени, координаты и корабль. А сейчас — на остров.

— Аккумулятор разряжен, хватит максимум на два перемещения.

— Нам больше и не нужно. Вперед!

И мы отправились на остров. Там ситуация тоже была не лучше. Все небо заволокли черные тучи, землетрясение уже уничтожило старинные дома и легкие однодневные постройки. Дороги были изрезаны вдоль и поперек. Люди бросали свои машины, в ужасе бежали в разные стороны. Усиливавшееся землетрясение начинало рушить крупные постройки.

— О, господи, — прошептал профессор.

— А теперь все быстро в прошлое, — сказал я.

Профессор волновался и постоянно путался. Поэтому я взял ноутбук и при помощи профессора отправил всех нас в прошлое. Мы были в том самом месте, только в прошлом, шесть лет назад. Все было тихо и спокойно.

— Теперь главный вопрос, — профессор оглянулся, — где сейчас мы? Другие мы?

— А какой сегодня день? — спросил я.

— Шестнадцатое июля, — ответил профессор, посмотрев на компьютер.

— Сегодня мы должны быть в музее.

— Как мы будем действовать? — спросил Джек.

— Мы будем действовать по плану. А план у нас такой. Нам нужно, во что бы то ни стало, добыть машину времени и корабль. Прошлое и настоящее нам уже не спасти, поэтому можно делать все. Изменяться будет просто нечему. А сейчас — в музей. Помню, в первый раз мы отправились туда вчетвером — Я, Джек, капитан Джон и Бук. Значит, нам там показываться нельзя. Капитан Лоренс, ваш выход. Зайдете в музей, найдите нас и попросите у меня машину времени, скажите, профессор Фледриг попросил.

— Считай, все уже сделано, — уверенно сказал капитан Лоренс и вошел в музей.

Вышел он минут через двадцать.

— Машина времени осталась у профессора Фледрига, — капитан Лоренс развел руками, — так ты сказал.

— Хорошо, тогда — на пляж. Теперь будет действовать Джек. Скажи профессору, что мне нужен компьютер.

Джек отправился на задание, а мы стали ждать. Все прошло как нельзя лучше. Теперь оставалось только незаметно добраться до гавани и найти корабль, похожий на пиратский.

— Стоп, — воскликнул я, — корабль в музее еще не похитили, воспользуемся им.

— Гениально, — похвалил меня капитан Лоренс.

Мы пошли обратно в музей. Как только мы приблизились к двери, они распахнулись и вышли мы. Как ни странно, но никто из четверки даже не посмотрел на нас.

— Чудно, заходим, — сказал я.

— Но у нас нет, ни денег, ни билетов, — сказал профессор.

— А они нам не нужны, — я подмигнул Джеку, — проделаем наш старый фокус?

Когда нас остановила охрана, мы с Джеком принялись распинаться и доказывать ничего не понимающему охраннику, что у них неисправно, что и когда взорвется и так далее. Охранник выдал нам пропуск, на котором было написано — общий допуск. Это означало, что мы имеем право заходить в любое помещение. Добравшись до зала, в котором находился пиратский корабль, я увидел, что он полностью забит людьми. Нужно было что-то делать. На нас уже начали оглядываться, ведь мы все были в разорванных одеждах, в добавок от нас воняло, как от мусорных баков.

Итак, действовать нужно было немедленно. И я вышел вперед.

— Служба технической помощи, — сказал я как можно громче, — во избежание несчастных случаев советую всем покинуть помещение.

Видно, я сказал очень убедительным голосом, потому что толпа людей засуетилась и направилась к дверям. От основной массы отделился человек в белом костюме и подошел к нам.

— Я администратор музея. В чем дело, господа?

— Нашими датчиками была зафиксирована газовая активность в нескольких метрах под музеем, — сказал профессор Фледриг, глядя в глаза администратору.

— И что это значит?

— Это значит, что если газ проникнет в здание, будет взрыв, и немалый. Советую приступать к эвакуации. Полиция уже в курсе. Они скоро будут здесь.

— Хорошо, работайте, — администратор быстро скрылся за одной из дверей.

— Хорошая работа, — сказал капитан Джон, — а как теперь мы попадем в корабль? Здесь стекло прочнее любой стены будет.

И в подтверждение своих слов капитан Джон, что было сил, двинул по стеклу кулаком. Раздался глухой звук, а капитан принялся дуть на поврежденную руку.

— Ничего, — сказал я и, вытащив меч, ударил по стеклу.

По нему сразу пошли трещины. Второй удар уничтожил стекло.

— Смотрите, — Джек стоял у окна и указывал на небо.

А небо было уже наполовину черным. Раздавались раскаты грома. Вдруг, зазвенели осколки разбившегося стекла, а потом и вовсе пустились в бешенный танец.

— Оно дошло и сюда, — сказал я, — все пираты — в корабль! Профессор, настраивайте машину.

Когда все пираты были на своих местах, а профессор был готов нажать кнопку, я понял, что в следующую секунду все исчезнет. Возможно, все будет лучше, чем сейчас, но я уже не увижу Джека и добрых капитанов… Алекс… Она стояла в стороне и молча наблюдала за всем происходящим. Я подошел к ней. Она было совершенно спокойна.

— Я все понимаю, — сказала она, — это все для спасения нашего мира. Но я всегда буду помнить тебя. И любить…

Тут землетрясение усилилось настолько, что выбило все окна, а часть стены и вовсе полетела вниз. Всюду полыхали пожары, взрывы сотрясали землю. Очередной толчок сбил меня с ног.

— Давайте, профессор, — крикнул я, и в тот же момент меня окутала тьма.

Эпилог

Меня ослепил яркий солнечный свет. Я стоял в ванной комнате напротив зеркала. Из него на меня смотрел мальчишка лет семнадцати.

— Дорогой, ты скоро? — раздалось за дверью.

— Мама? — спросил я.

— Я уезжаю на конференцию, веди себя хорошо. Кстати, ты не забыл о выступлении того чокнутого профессора? Надо же, создал машину времени. Какая чушь.

Я все еще не мог прийти в себя и, выйдя из комнаты, бросился на маму с объятиями.

— Как я рад тебя видеть.

— Но мы виделись пару минут назад, — удивленно ответила она, — ну, ладно, я побежала, пока.

Я наспех оделся и выскочил из дома. До института было минут двадцать ходьбы. Я был счастлив снова видеть знакомые лица, эти живые, неповторимые улицы. Я, словно ребенок, изучал каждый сантиметр давно изученного мною мира. Вот и институт. Второй этаж, налево, аудитория номер тридцать восемь. Выступление еще не началось, и я поспешил занять первый ряд. Все вокруг шумели и шептались. Вон, наконец, вышел профессор Фледриг с ноутбуком и маленьким свертком. Он что-то говорил, о машине времени, о перемещениях.

— Может быть, вы?

— Что? — голос профессора вывел меня из раздумий.

Я поднялся на сцену, а профессор, подмигнув мне, спросил:

— Куда отправимся?

Я наклонился к его уху и что-то тихо прошептал. Профессор улыбнулся и произнес таинственным голосом:

— Ну что ж, раз ты так хочешь… Так, надо вспомнить. Ах, да. Вводим координаты. В путь!

Профессор нажал кнопку, и чувство невесомости овладело моим телом. Продолжалось оно недолго. Вскоре послышалось мычание коров и кудахтанье кур. При виде незнакомцев они начали издавать слишком громкие звуки.

— Что здесь происходит? — раздался знакомый женский голос.

И я увидел ее. Все та же красивая и неповторимая, она, не двигаясь, стояла передо мной. Мы не произнесли ни слова, просто стояли и смотрели друг на друга. И вдруг она расплакалась, совсем как девчонка. Я обнял ее, не сдерживая эмоций, ведь мы снова были вместе. Скоро она успокоилась, и мы снова уставились друг на друга.

— Как отец, Алекс? — спросил профессор.

— Он в порядке, — ответила она, — идемте в дом, он будет рад вас видеть.

Корнелиус и, правда, очень обрадовался. Мы посидели, вспоминая прошлое, или будущее… Хотя, какая разница? Но тут профессор вспомнил о своем выступлении, и мы засобирались обратно. Но Алекс, ни за что не хотела меня отпускать.

— Так, слушайте, — профессор поднял руку вверх, — мы сделаем так. Вы оба поступите в наш институт, а потом делайте что захотите. Отец не против?

Корнелиус был только «за».

— А сейчас нам пора домой. Если мы не вернемся, нас сочтут без вести пропавшими, а это очень некстати.

А потом… ну, а что было потом, потом было вот что. Алекс приехала ко мне, и мы поступили в институт, а на следующий день отправились в полицию и сообщили о подземной лаборатории генерала Кребса. Поднялось много шума, а про нас даже напечатали в газете и дали небольшую премию. Вот так закончилась еще, не начавшись, бесславная история жадного генерала Кребса. Ну, а мы успешно окончили институт и поженились. Что хочу сказать напоследок. Мир намного интереснее, чем он нам кажется, и с самыми обычными людьми могут происходить самые невероятные вещи. Кто знает, быть может, тот, кого с кем ты знаком уже много лет, лишь пару минут назад вернулся из параллельного мира, где пережил удивительные приключения. Конечно же, он тебе этого не расскажет, потому что ты ему не поверишь. А я вот рассказал. Сейчас мне двадцать три, и я собираюсь поставить последнюю точку в этой истории. А верить или нет — дело твое.

— Дорогой! Профессор Фледриг пришел.

Ну, вот и все. Удачи!

Content

Владимир Лысенков
Миры

Часть первая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Глава тридцать девятая

Глава сороковая

Глава сорок первая

Глава сорок первая

Глава сорок вторая

Глава сорок третья

Глава сорок четвертая

Глава сорок пятая

Глава сорок шестая

Глава сорок седьмая

Глава сорок восьмая

Глава сорок девятая

Глава пятидесятая

Глава пятьдесят первая

Глава пятьдесят вторая

Глава пятьдесят третья

Глава пятьдесят четвертая

Глава пятьдесят пятая

Часть вторая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава традцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Эпилог