Справка НКВД УССР об связи ОУН-УПА с фашистским командованием и разведкой от 14 июля 1944 года

Совершенно секретно

Справка к следственному делу № 243 по имеющимся материалам на ОУНовские вооруженные банды, об"единенные в так называемую УПА

Составлена 14 июля 1944 года

Накануне своего поражения в мировой войне 1914 ― 1918 г.г., воспользовавшись слабостью молодой Советской Республики и поддерживаемая украинскими помещиками в лице созданной последними антинародной Центральной Рады ― германская армия оккупировала Украину.

Вступив на украинскую землю, немцы начали организованный грабеж населения и культурных ценностей Украины, проводя массовую реквизицию сельскохозяйственных продуктов и отправляя эшелон за эшелоном с награбленным в Германию.

Украинский народ, при поддержке великого братского русского народа, вдохновляемый гениями человечества Лениным и Сталиным, изгнал из Украины немецких оккупантов и их прихвостней из числа помещиков, торговавших украинскими землями.

Не отказавшись от своих экспансионистских намерений в отношении Украины, на протяжении пятнадцати лет реакционные круги так называемой Веймарской республики, в ожидании "лучших времен", предоставляли убежище изгнанным из Советской Украины политическим авантюристам, искавшим, в своих классовых интересах, путей создания буржуазно-националистического "самостоятельного" украинского государства под протекторатом одной из держав "цивилизованного Запада".

Внешнеполитическая активизация Германии после прихода к власти Гитлера органически связана с лихорадочной антисоветской деятельностью этих авантюристов, направленной на отторжение Украины от Советского Союза и превращение ее в вассала германского фашизма.

Гитлеровская Германия всемерно содействовала организации украинских националистов, финансируя ее подрывную деятельность против СССР и предоставляя ей типографии для издания антисоветской националистической литературы и другие материальные средства.

Помещая на страницах своих грязных листков погромные антисоветские статьи, распространяя зловонный дух гитлеровской мракобесной пропаганды, оуновцы, гнусно фальсифицируя историю, истошно вопили о "вековом тяготении" Украины к Германии.

В период германо-польской войны украинские националисты, как верные псы кровавого гитлеризма, активно способствовали поражению польской армии, проводя широкую шпионскую и диверсионную работу в ее тылу.

За эти услуги немецким командованием, заинтересованном в разжигании национальной вражды, оуновцам была санкционирована расправа над польским населением, проживавшим в областях Западной Украины и разграбление его имущества.

В результате этих подлых человеконенавистнических действий были истреблены тысячи польских семей, сожжены сотни польских сел.

Освободившая в сентябре 1939 года население западных областей Украины от гнета польских помещиков Красная Армия тем самым устранила тогда угрозу его порабощения фашистской Германией и осуществила вековечные стремления и чаяния свободолюбивого украинского народа о воссоединении украинских земель в единое государство в братском содружестве с великим русским народом.

Эти исторические события вызвали со стороны прогитлеровских злементов из лагеря украинских националистов бешеную антинародную деятельность, которая вылилась в форму открытой террористической борьбы, непосредственно инспирируемую их фашистскими хозяевами.

Ненависть немецко-украинских националистов к украинскому народу, его политическим и духовным интересам, его героической Красной Армии, обнажилась во воей своей отвратительной наготе в первые-же дни великой Отечественной войны, когда бойцы и офицеры отдельных советских частей, с боями отходя на восток, стали подвергаться предательским террористическим нападениям из-за угла со стороны оуновских бандитов.

Продажная оуновская печать в июльские дни 1941 года хвастливо описывала "партизанские" действия своих вооруженных бандитских групп в тылу Красной Армии в указанный период.

«Под натиском непобедимой германской армии советские войска, отступая, приближались к окраинам города Теребовль.

Для того, чтобы парализовать отступление большевиков и нанести им в спину решающий удар, 2-го июля с. г. комендант партизан "СТЕП" выступил со своей боевкой в составе 200 человек, которые оцепили лес от Струсова до Зеленича.

Они нападали на небольшие подразделения красных, разоружали их и, используя захваченное оружие, атаковали кавалерийскую часть...

Кроме того, они уничтожали телефонные провода, в результате чего местные большевистские власти вынуждены были немедленно эвакуироваться.

...Рано утром 5-го июля с. г. остатки большевистской кавалерии оставили Теребовль. Отряды партизан с возгласами "Слава" вошли в город».

/ Из газеты "Теребовельскi вiстi", № 2 от 27-го июля 1941 года /.

«...Точно в 6 часов утра все боевики, вооруженные кто винтовками, кто револьверами, а некоторые ручними гранатами, в составе 19 человек являются на назначенное место сбора в лесу. Немедленно высылается разведка из двух боевиков с задачей выяснить, где находятся мелкие отряды советских войск, а остальные 11 боевиков идут лесом к окраинам с. Ивановка и занимают выгодные позиции для засады.

В 8 ч. 30 м. разведка доносит, что в направлении села движется мелкое подразделение отступающих красных...

О расстояния 300 метров из засады боевка по команде коменданта открывает огонь по врагу. Три красноармейца на месте падают замертво после первых-же выстрелов, остальные рассеиваются...»

/ Из газеты "Теребовельскi вiстi", №3 от 3-го августа 1941 года /.

С захватом Западной Украины немцами, во Львов прибыл "проводник" украинских националистов Степан БАНДЕРА, который, в соответствии с инструкциями, полученными в ведомстве Розенберга, 30-го июня 1941 года с высоты городской ратуши провозгласил "самостоятельность" Украины и заклинал украинский народ тесно сотрудничать о оккупантами.

Этот комендантский жест БАНДЕРЫ был только бездарным демагогическим трюком, направленным на спасение позорной репутации оуновских торговцев человеческой совестью.

Лакейская услужливость немецко-украинских националистов перед поработителями украинского народа ― гитлеровцами нашла также свое выражение в пресловутом приветственном обращении к германской армии главы греко-католической церкви Галиции, известного оуновского мецената митрополита Андрея ШЕПТИЦКОГО.

Распинаясь в угодливых панегирических выражениях по адресу немцев, ШЕПТИЦКИЙ призывал население оккупируемой Украины поддерживать насаждаемый Гитлером на захваченных землях "новый порядок", несущий покорение и рабство народам Европы.

Немецкая колониальная политика быстро привела к недовольству и озлоблению в широких массах украинского населения, которому памятны были черные дни германской оккупации 1918 года.

Клеймя позором ренегатов из оуновского "провода" за сотрудничество с извечными и злейшими врагами Украины ― немцами, украинский народ, не терявший надежды на возвращение Красной Армии, а вместе с ней и счастливой радостной жизни под солнцем Сталинской конституции, всячески саботировал мероприятия оккупационных властей. Большие группы украинских крестьян, возмущенные предательскими действиями главарей ОУН, стали уходить в леса для участия в партизанском движении против немецких захватчиков.

Обеспокоенный ростом народного недовольства немецкой и оуновской политикой и стремясь приостановить дальнейший уход масс в партизанские отряды, "провод" ОУН, по указке гитлеровцев, развернул среди населения широкую антисоветскую пропагандистскую деятельность, бросив на села огромное количество литературы и организуя бесплатные показы кино-фильмов, спектаклей и т. д.

Гитлеровская клика, рассматривавшая Украину как ближайшую цель своих империалистических стремлений на востоке и стратегический трамплин для "молниеносного" прыжка в глубь России, на примере неудачной "восточной кампании" 1918 года кайзера Вильгельма II, планы оккупации украинских земель построила на принципе жесточайшего террора народных масс, без игры в "самостоятельность".

Захватив значительную часть украинской территории немцы сбросили с своей колесницы оуновских прихлебателей, стали открыто называть Украину колонией "Третьей империи" и цинично высмеивать оуновские требования о создании "Соборной Украинской Державы".

Обманутые оуновцы вначале пытались было выразить свое возмущение публичными выступлениями против немцев. Так, в знак протеста против немецкого вероломства, известный националистический писатель-журналист Улас САМЧУК, по поручению "провода" ОУН, выступил в Ровенской областной газете "Волынь" с резкой антинемецкой статьей под заголовком "Так было и так всегда будет".

Когда-же вскоре после появления этой статьи в печати САМЧУК был арестован, а вслед за ним стали подвергаться аресту другие видные оуновцы, "провод", испугавшись дальнейших репрессий, дал указание своим низовым организациям перейти на нелегальное положение, не проявляя, однако, активности против немцев.

1942-й год прошел для населения оккупированной Украины в условиях жестокого фашистского террора, национального угнетения и угона в немецкое рабство.

Ушедшие в подполье оуновцы, заняв выжидательную позицию, внимательно следили за развитием событий на советско-германском фронте.

Весной 1943 года, как отзвук исторической сталинградской битвы, в корне изменившей весь ход войны, на Украине с новой силой разбушевалось пламя всенародной партизанской борьбы.

В целях предупреждения массового ухода крестьян в партизанские отряды, оуновцы на территории Волыни и Полесья начали создавать под лозунгом "освобождения" Украины и построения "Самостоятельного Соборного Государства", крупные вооруженные банды, названные ими "Украинской Повстанческой Армией" /УПА/, костяком которой явились: немецкие пособники, бывшие служащие полиции и жандармерии, убийцы и грабители.

Эти банды оуновцами были брошены против советских партизан, лойяльно настроенного к советской власти населения западных областей Украины и б. пленных офицеров и красноармейцев, бежавших из немецких лагерей.

В лице созданной оуновцами УПА немцы увидели антисоветскую силу, которую можно направить на борьбу с нарастающим, в связи с успешным развитием советского наступления /1943г./, партизанским движением на Украине, а затем использовать для шпионской и диверсионной работы в тылу Красной Армии, после освобождения ею Западной Украины.

Поэтому германское командование летом 1943 года, по своей инициативе, предприняло первые шаги к достижению соглашения с оуновскими вооруженными бандами, намереваясь использовать их в общем плане борьбы гитлеровской Германии и ее сателлитов против Советского Союза.

Эта договоренность была достигнута на следующих условиях:

УПА обязуется: вести шпионско-диверсионную работу в тылу Красной Армии в пользу немцев и их "союзников"; совершать вооруженные налеты на мелкие группы и одиночных офицеров и красноармейцев, на военные обозы; осуществлять террористические акты против партийного и советского актива; срывать поставки населением сельскохозяйственных продуктов для Красной Армии; развернуть среди населения Западной Украины широкую антисоветскую пропаганду.

Командование оккупационных войск обязуется: оказывать помощь УПА оружием, боеприпасами, рациями и другим военным имуществом.

Ниже приводится содержание документа, адресованного "Местному руководителю ОУН" от Крайхсгауптмана Каменка-Струмиловского округа, Львовской области НЕГРИНГА и ответ адресата, захваченные в числе документов, принадлежавших Волынскому Окружному Комитету ОУН:

«Крайхсгауптман Негринг,

Каменка Струмилова.

Дружкополь, дня 14.7-1943 г.

МЕСТНОМУ РУКОВОДИТЕЛЮ ОУН.

Несколько дней тому назад я обменялся мнениями с лейтенантом германской армии, который до этого времени находился в Дружкополе, о проблеме, одинаково затрагивающей честного немца, так-же, как и тех украинцев, которые, рискуя своей жизнью, борются за будущее своего народа.

Упомянутый лейтенант, пользуясь этим случаем, сообщил мне сведения о письме, которое Вы 20.6-1943 года направили ему.

Принимая во внимание Ваше письмо и не входя в данном случае в подробности Ваших выводов, ибо Вы касаетесь в нем проблемы, которая меня и многих других немцев долгое время серьезно волнует, а поэтому у меня сложилось, на основании Ваших слов, впечатление, что Вы, как честный солдат, защищаете Ваши националистические идеи.

Поэтому я и хочу в первую очередь говорить с Вами, как воин. Перед тем, как меня призвали на административную работу в Галицию, я был на фронте в качестве офицера запаса германской армии. После почти двухлетней работы в Каменке Струмиловой, я добровольно из"явил желание поступить в дивизию СС "Галиция", чтобы искренее взаимное доверие, которое меня об"единяло на протяжении этих двух лет с украинским населением округа Каменка Струмилова, закрепить на будущее посредством фронтовой дружбы.

Я всегда был крепко убежден, что честная приязнь между украинским и немецким народами необходима не только во время войны, но она также является одной иа самых важных предпосылок для органического и длительного порядка после войны. Я сожалею не меньше чем Вы по поводу тех событий, которые вредят этой цели. Кроме этого я знаю трагическую историю украинского народа и познал, что он является верным и честным. Поэтому прошу Вас поверить, что я сожалел бы по поводу падения этого народа в новом трагическом конфликте не только исходя из реально-политических немецких рассуждений, но также, как искренний приятель украинского народа, которому я желаю счастливого будущего.

Несомненно, для Германии не является безразличным, найдет ли она в современной борьбе за свою судьбу поддержку украинского народа или нет. Неоспоримым, однако, является то, что украинский народ, кроме героических жертв отдельных вождей и тех, кто за ними пойдет, пропал бы, если бы Германия не довела до конца победоносную войну против Москвы. Через Вашу знаменитую разведку Вы узнаете о том, что я, как Крайхсгауптман в Каменке Струмиловской старался вести работу на своем посту, исходя из вышеприведенных установок, и что благодаря доверию украинского населения, я мог всегда на своей служебной территории ходить без охраны и без оружия.

Я буду стоять и в дальнейшем всем своим существом за то, чтобы не допустить на моей служебной территории слез и мучений украинского народа.

Исходя из этого, считаю своим святым долгом также вне рамок моих служебных дел поработать над честным соглашением между немецким и украинским патриотом. Я убежден в честности Ваших выводов в Вашем письме на имя упомянутого немецкого офицера и верю в то, что можно положиться на Ваше доверие. Что касается места и времени, предлагаю: понедельник 19.7.1943 года в 11 часов, перед обедом, на месте, указанном г. лейтенантом ГЮНТНЕРОМ в его последнем письме, по дороге Охлопов-Дружкополь.

Я ношу униформу "айнес унтерштурмфюрер", принятую СС. Сопровождать меня будет мой украинский сотрудник.

Прошу дать ответ до субботы 17.7-1943 г. через господина ШУЛИКОВСКОГО из Дружкополя.

Крайхсгауптман /подпись/ НЕГРИНГ

П.С. Мое письмо прошу возвратить».

«Местный руководитель ОУН.

СТАВКА, дня 16.7-1943 г.

ГОСПОДИНУ КРАЙХСГАУПТМАНУ В КАМЕНКЕ СТРУМИЛОВОЙ.

Ваше письмо от 14.7-1943 года произвело на меня и моих сотрудников прекрасное впечатление. Это письмо является доказательством того, что между немцами есть еще люди, которые трезво смотрят на украинско-немецкие отношения.

Очень благодарен Вам за Ваш труд привести к соглашению украинских и немецких патриотов. Однако должен заявить, что вести политические переговоры я не уполномочен. Их может вести только руководство украинского народа во главе со Степаном БАНДЕРОЙ.

Наши переговоры в конечном итоге не имели бы значения и не сыграли бы никакой роли в общих украинско-немецких взаимоотношениях, ибо, как Вам известно, ОУН ведет свою работу на территории всей Украины.

Однако, если Вы имеете определенные конкретные предложения, касающиеся переговоров, можете послать их, используя мое посредничество, в адрес руководства ОУН.

Местный руководитель ОУН.

Ваше письмо, согласно Вашего желания, возвращаю».

* * *

В марте 1944 г. партизанами соединения дважды Героя Советского Союза тов. Федорова А. Ф. в боях с оуновскими бандитами на Волыни захвачен документ, подтверждающий наличие связи УПА о немцами и наглядно иллюстрирующий антисоветский характер этой связи.

Ниже приводится текст этого документа ― письма главаря одной из банд УПА "ОРЛА", адресованного главарю другой оуновской банды "БОГДАНУ":

«Друже БОГДАН.

Пришлите 16 человек к нам в курень, которые будут работать на строительстве моста.

3 марта 1944 года я договорился с немецким капитаном ОФШТ, что мы построим мост для переправы немецких войск, за что они дадут нам подкрепление - два батальона со всей техникой. Совместно с этими батальонами 18 марта с. г. мы очистим от красных партизан лес по обе стороны Стохода и дадим свободный проход в тыл Красной Армии своим войскам УПА, которые там ждут.

На переговорах мы пробыли в течение 15 часов, немцы нам устроили обед.

5 марта 1944 года

ставка.

Слава Украине.

Командир куреня ОРЕЛ».

Частями 24-го стрелкового корпуса действующей Красной Армии в апреле 1944 года среди документов разгромленного штаба одной из немецких частей обнаружен следующий документ:

«Боевая группа ПРЮЦМАН

Разведотдел

12 февраля 1944 года

КАСАТЕЛЬНО: отношение к членам национальной Украинской Повстанческой Армии /УПА/.

Начатые в районе Деражно переговоры с руководителями национально-повстанческой армии, были успешно проведены также и в районе Верба.

Достигнута договоренность:

Немецкие части не подвергаются нападению со стороны членов УПА.

УПА засылает лазутчиков, преимущественно девушек в занятые врагом районы и сообщает результаты разведотделу боевой группы.

Пленные Красной Армии, а такие советские партизаны препровождаются в разведотдел для допроса, местные чуждые элементы используются боевой группой на работах.

Чтобы на мешать этому необходимому взаимодействию -

ПРИКАЗЫВАЮ:

1/ Агентам УПА, которые имеют удостоверения за подписью капитана ФЕЛИКС или тем, кто выдает себя за члена УПА, разрешать беспрепятственный переход, оружие оставлять при них. По требованию агента, предоставлять им быстрейший доступ в разведотдел.

2/ Члены частей УПА при встрече о немецкими частями, для опознавания, поднимают левую руку с раздвинутыми пальцами к лицу, таковых не задерживают, это означает их взаимопонимание.

3/ Со стороны УПА имеются жалобы на то, что немецкие полицейские производят самовольную реквизию, особенно домашней птицы, в связи с этим, согласно приказа от 11 февраля 1944 года, командиры частой привлекаются за эти дикие реквизиции, чтобы таковые прекратились.

С подлинным верно приказ подписал

ШМИДТ п. п. БРЕННЕР.

ГАУПТСШТУРМФЮРЕР

ГЕНЕРАЛ-МАЙОР и СС

БРИГАДЕНФЮРЕР»

Подтверждением наличия в немецких воинских частях вышеуказанного распоряжения немецкого командования являются показания военнопленного МАССКИ Рудольфа, по национальности немца, в звании гауптфельдфебель, плененного в апреле месяце с. г., бывш. начальника канцелярии 4-й роты охранного батальона 13-й танковой армии.

МАССКИ на допросе 30 апреля 1944 г. показал:

«В начале марта 1944 года к нам поступил приказ, подписанный командующим 13-й танковой армией генерал-лейтенантом ГАУФФЕ.

Этот приказ я читал лично, содержание его сводилось, примерно, к следующему:

В целях активизации борьбы с советскими партизанами, заключен договор с бандеровцами о совместной борьбе против большевиков, что бандеровцы будут выполнять указания немецкого командования.

В приказе указывалось, что немецкое командование в этом районе /Броды ― Кременец ― Дубно/ будет иметь только одного противника ― Красную Армию.

В приказе говорилось, что бандеровцы обязались передавать немецкому командованию разведывательные материалы по интересующим немецкое командование вопросам.

Бандеровцев немецкое командование будет снабжать вооружением и боеприпасами. В приказе ГАУФФЕ имеется оговорка, что в том случае, если бандеровцы будут выступать против немецких частей, этот приказ теряет силу».

Прямым свидетельством смыкания оуновских банд с немцами на базе их общей борьбы о Советским Союзом является захваченный у банды в Костопольском районе Ровенской области отчет референтуры СБ надрайона "Затока" группы УПА "ЗАГРАВА" за январь ― февраль 1944 года, датированный 1 апреля 1944 года и подписанный заместителем надрайонного референта СБ ― "ДОНЕЦ".

В отчете говорится:

«Отступая, немецкие фронтовые части в отдельных районах, как-то: "Искра", "Камень" и "Лесной", где они задержались вплоть до конца января с. г., к казакам УПА относились положительно. Это об"ясняется тем, что некоторые командиры УПА /командир "Острый"/ вели о немцами переговоры.

Абсолютно дружелюбно к УПА и населению были настроены отступающие венгерские части. Эти совершенно не грабили население, относились по-приятельски и давали аммуницию для УПА».

Документальным доказательством наличия самых тесных деловых отношений между УПА и венгерским командованием и материальной помощи, оказываемой последним оуновским бандам, является захваченный в апреле с. г. в Кременецких лесах, при разгроме крупной банды под названием "Южная группа УПА", приказ ее главаря "Энея" следующего содержания:

«Секретно

ПРИКАЗ № 21

Командирам и казакам УПА

Комендантам и работникам подполья ОУН

В связи с политической ситуацией и определенными настроениями, требующими от нас чрезвычайной чуткости и политической гибкости, ―

приказываю:

1/ Прекратить какие-либо агрессивные действия против мадьяр на территории всего военного округа.

2/ Договориться на местах с командованием мадьярских подразделений с целью предупреждения выступлений одной стороны против другой.

3/ В отношении мадьяр необходимо быть приветливыми и предупредительными.

4/ В случае, если мадьяры будут проводить грабежи и насилия, необходимо немедленно известить об этом вышестоящих начальников, указав конкретные факты /место, время, пострадавших лиц и т. д./.

5/ Ответственность за выполнение настоящего приказа возлагаю на командиров подразделений УПА и комендантов подполья ОУН.

9/X-1943 года

Ставка.

Слава Украине.

Командир группы УПА ЭНЕЙ»

Показаниями ряда арестованных органами НКВД УССР в период апрель―июнь с. г. лиц руководящего состава УПА устанавливается непосредственное участие венгерских офицеров в ведении переговоров между командованием оккупационных войск на Украине и оуновскими бандами.

Арестованный 2-го мая 1944 года БАЛИЦКИЙ Андрей Александрович, являющийся одним из руководителей "восточной группы УПА", на допросе 10-го мая 1944 года показал:

«2-го января 1944 года в с. Топча, Корецкого района, Ровенской области, где располагался курень "КВАТЫРЕНКО", приехал венгерский генерал, с которым были три представителя главного командования УПА и переводчик.

На квартире одного из жителей с. Топча был устроен в честь генерала банкет, на котором присутствовали ― генерал, представители штаба УПА "ВЕРЕЩАК" /командир группы "Восток"/, "ОЧЕРЕТЕНКО" /нач. штаба группы "Восток"/, "КВАТЫРЕНКО" /командир куреня/, "ОРЕЛ", "ХИТРЫЙ" и я.

Выступивший на банкете генерал заявил, что он рад приветствовать "доблестную" украинскую повстанческую армию, несущую "освобождение" человечеству.

"ВЕРЕЩАК" в ответной речи приветствовал генерала и говорил о необходимости тесного контакта при проведении боевых операций с венгерскими войсками.

После банкета генерал передал "ВЕРЕЩАКУ" подарок ― 1.000 индивидуальных перевязочных пакетов, патроны и гранаты, количество которых неизвестно.

В этот-же день генерал должен был осмотреть курень "КВАТЫРЕНКО", но так как шел дождь, то это не было сделано.

3-го января с. г. генерал выехал в с. Малую Совцу, где в лесу, что южнее этого села, были выстроены сотни "КВАТЫРЕНКО" и генерал осмотрел их. После осмотра он вместе с "ВЕРЕЩАКОМ" и другими лицами, сопровождавшими его, выехал за реку Горынь.

При от"езде генерал обещал подарить "КВАТЫРЕНКО" радиостанцию.

Хочу также дополнить, что еще в конце 1943 г. по УПА был издан приказ за подписью "КЛИМА САВУРА" ― не вступать в бой с частями венгерской и румынской армии, а наоборот ― устанавливать с ними контакт, помогать им получать продукты питания в селах и о всех случаях столкновения с этими частями немедленно ставить в известность лично его ― "КЛИМА САВУРА"».

Этот факт подтверждается также показаниями арестованного главаря банды УПА ТРОФИМЧУК С. К. и бывш. активного члена ОУН ПОПЛАВСКОЙ Л. И.

Данные о овязи УПА с немецкими оккупантами и их мадьярскими "союзниками" перекрываются показаниями захваченного в плен 29-го мая с. г. в районе с. Берестянцы, Цуманского района, Волынской области венгерского офицера в чине прапорщика ― СКИПКАЛО Б. И., по национальности словака.

На допросе 17 июня с. г. СКИПКАЛО показал:

«Еще находясь на ст. Христиновка, Житомирской области я получил приказ за подписью адъютанта 26 стрелковой дивизии ― подполковника ВАШВАРИ в котором доводилось до нашего сведения о существовании на Украине бандеровской партии, борющейся за "Самостийну Украину". Этим приказом нам было указано никаких репрессий против бандеровцев не проводить.

В конце декабря 1943 года я был вызван на офицерское собрание в дивизию, в м. Песковое, возле г. Костополя, Ровенской области. На этом собрании выступил командир 26 СД - генерал КАЛМАНЬ Имре, который заявил:

«Господа офицеры. Сейчас мы с вами находимся на территории, которая кишит партизанами. Тут вы можете встретить и польских и советских и, наконец, украинсиих партизан. Последние именуются бандеровцами /по фамилии своего вождя Бандеры/.

Поэтому вам необходимо разобраться, против кого-же мы ведем борьбу?

Раз"ясняю: советских и польских партизан уничтожать, украинских партизан ― бандеровцев не трогать, так как против нас они борьбу не ведут».

И далее:

«Кроме того, из разговоров с знакомыми офицерами мне было известно, что бацдеровцы сами ведут борьбу против советских партизан. Прапорщик ШИТОЖ, командовавший взводом, размещавшемся в с. Столин, Ровенской области, рассказал мне, что в Западной Украине значительно легче чем в восточной, так как тут хозяева лесов бандеровцы, которые против венгров не выступают и даже относятся к ним доброжелательно, помогая вести борьбу с советскими партизанами.»

В январе 1944 года части Красной Армии, успешно освобождая территорию Западной Украины, окружили гарнизон немецко-венгерских войск м. Домбровица, Ровенской области.

В поисках выхода из создавшегося положения, командование окруженной части обратилось через местного оуновца ЛОГВИНОВИЧА А. С. к главарям банды УПА, действовавшей в Домбровицком районе, за помощью.

Между командованием части и главарями банды состоялись переговоры, в результате которых было достигнуто соглашение о взаимопомощи.

Ниже приводятся выдержки из показаний ЛОГВИНОВИЧА /"господарчего" УПА Домбровицкого района/ от 4-го июля с. г.

«Лично мне в начале текущего года пришлось принять участие в переговорах между представителями УПА и командования венгерских частей на территории Западной Украины...»

«...Спустя 2-3 часа в с. Орвяница прибыл командир венгерской части в сопровождении ад"ютанта и врача и переговоры начались.

Делегацию УПА представляли: "ТРЕТИЙ", "ШВОРНЫЙ", "ХОМА", "ГАЛАЙДА" и я.

Нужно сказать, что обстановка на участке фронта в районе м. Домбровица в этот момент сложилась для венгерских частей, как и для немецких, крайне неблагоприятно.

Советские войска, в результате умелого обходного маневра, овладели м. Домбровица и венгерские части, дислоцировавшиеся там, стали в беспорядке отступать.

Таким образом мадьяры очутились в мешке и неминуемо должны были быть уничтожены частями Красной Армии.

Вступив с нами в переговоры, мадьяры, будучи хорошо осведомлены о нашей деятельности, преследовали цель ― при помощи главарей банд УПА выйти из окружения.

Последние также были осведомлены о положении мадьяр.

В ходе переговоров, помню, "ТРЕТИЙ", обращаясь и командиру венгерской части, произнес такие слова:

«На войне счастье изменчиво. Сейчас наступает Красная Армия, а завтра, может быть, счастье улыбнется нам.

Создавшаяся обстановка требует от нас оказания вам помощи, и мы это сделаем. Я даю вам слово, что ни один волос с головы отступающего венгерского или немецкого солдата не упадет. Но за это я потребую от вас оказать нам помощь вооружением и боеприпасами, в которых сейчас мы нуждаемся. Можете быть уверены, что они будут использованы по назначению, против нашего общего врага ― большевиков».

Командир венгерской части, внимательно выслушав "ТРЕТЬЕГО", в свою очередь заявил, что он давно уже интересуется действиями УПА и хорошо изучил программу украинских националистов, борющихся за создание "дружественного Венгрии украинского самостоятельного государства".

Далее он заявил, что будет бесконечно рад, если командование УПА поможет ему в настояний момент вывести его часть из окружения и готов оказать посильную помощь УПА вооружением и боеприпасами.

Переговоры с мадьярами протекали в атмосфере сердечности и взаимного понимания и поэтому очень быстро обе стороны пришли к обоюдному согдашению.

Конкретно был заключен следующий договор:

Командование УПА берет на себя обязательство провести венгерскую воинскую часть, в состав которой входило также подразделение немецкой жандармерии, из района окружения через линию фронта до г. Луцка, где в то время размещались основные венгерские вооруженные силы на советско-германском фронте.

Командование УПА гарантирует мадьярам беспрепятственное передвижение по территории, "контролируемой" группой УПА и, в случае необходимости, своими силами будет прикрывать их отступление.

Командование венгерской части обязуется также передать УПА два тяжелых миномета, один станковый пулемет с запасом патронов к нему и некоторое количество автоматов и винтовок.

Когда переговоры были закончены, "ТРЕТИЙ" тут же дал распоряжение своему связному немедленно выделить специальных проводников для венгерской части и одновременно получить у последней предусмотренное договором оружие с боеприпасами.

Как позже я узнал от "ТРЕТЬЕГО", вся венгерская часть без потерь, со всем вооружением, техникой и обозами, была выведена проводниками УПА из окружения, за что передала нам обещанные минометы, пулемет и патроны».

О передаче немцами оружия оуновским бандам показывает также военнопленный ГЕПЕЛЬ Юлиус, фельдфебель учебного батальона 4 танковой армии, которой командовал, к моменту пленения ГЕПЕЛЬ, генерал-лейтенант ХООТ:

«Мне известен случай, когда, примерно 11―12 марта 1944 года, в районе города Броды воинская часть, в которой я служил, учебный батальон 4 танковой армии, в составе 4-х рот, совместно о бандеровцами вели бой с советскими партизанами возле села Подкамень. Немецким учебным батальоном во время боя с партизанами командовал капитан ГОППЕ.

За участие в этом бою бандеровцам немецкое командование дало много оружия, доставленного из села Подкамень на грузовой машине».

Выполняя взятые на себя обязательства, оуновские банды, находясь в непосредственном тылу Красной Армии, ведут активную разведывательную работу в пользу немецкого командования.

В числе документов, захваченных органами НКВД УССР в мае с. г. при ликвидации оуновской банды в Костопольоком районе, Ровенской области, имеется следующее донесение военной разведки УПА, не представляющее непосредственного интереса для банд и, судя по его содержанию, отражающее выполнение задания немецкого командования:

«Куст № 2, дня 15 апреля 1944 года

Донесение. Я, десятник № 10 из куста № 2 доношу, что 13 апреля по железной дороге проехало 4 эшелона на Ровно. В эшелонах везли 7 катюш, орудия и танки. Ехало также в них много красных. Из Ровно на Сарны проехало 4 поезда с красными.

14 апреля по железной дороге проехало 5 порожних поездов на Ровно. На Сарны прошел 1 порожний поезд.

Сегодня с моста красные ходили в село за продуктами. На мосту стоит всех 10.

ЛИНОК»

Следствием по делу арестованного ЗАЙЧИКОВА А. А., агента немецкой разведки установлено, что он 7 раз переходил линию фронта по заданию немецкой разведки и доставлял последней шпионские материалы, полученные им от командира банды сотни "ШУЛЯК" из куреня "ЯРКО".

ЗАЙЧИКОВ, находясь на работах в Германии, куда он выехал добровольно, в декабре месяце 1943 года был завербован немецкой разведкой и направлен в разведывательную школу в гор. Данциг. Обучавшиеся в разведшколе были все украинцы, в количестве 130 человек.

Наряду с изучением способов ведения разведки, подрывного дела и радиосвязи, в школе изучались вопросы оуновского движения, которое немцами-преподавателями рассматривалось, как благоприятное явление для немцев в борьбе о Советским Союзом. Эта школа готовила разведчиков для совместной работы с оуновскими бандами.

После окончания в декабре 1943 года школы и практических работ по изучению местности и условий для разведывательной деятельности в Волынской и Ровенской областях и совпавшим с этим передвижением линии фронта в указанных областях, в январе 1944 года ЗАЙЧИКОВ стал выполнять роль связиста между оуновомими бандами, оставшимися в тылу Красной Армии и немецкой разведкой.

Об этой своей деятельности ЗАЙЧИКОВ на следствии показал:

«...Инструктор /резидент немецкой разведки/ направил меня вместе с проводником через линию фронта, с заданием ― установить связь с оуновской бандой "ШУЛЯК" и выяснить следующие вопросы: количественный состав банды и настроение ее участников, состояние дисциплины и обеспеченность отряда продовольствием и вооружением».

«...На оклик часового ― "стой, кто идет", проводник назвал свой псевдоним "ДУНАЙКО", тогда часовой спросил, указывая на меня ― "а это кто?" Проводник ответил: "Человек от немецкой власти". Часовой беспрекословно нас пропустил».

«...Меня привели к командиру, как я впоследствии узнал, его псевдоним "ШУЛЯК".

"ШУЛЯК" опросил меня, откуда и кто я такой. Я ответил, что с той стороны фронта и выполняю задание немецкой разведки. Выслушав меня, он приказал стоящему возле меня бандиту устроить мне ночлег и накормить».

«...Утром наша беседа продолжалась. Я узнал, что нахожусь среди участников т. н. украинской повстанческой армии, в сотне "ШУЛЯКА из куреня "ЯРКО", численность которой до 50 чел. местных жителей, вооруженных немецкими винтовками и гранатами...»

О другом случае посещения "ШУЛЯКА" ЗАЙЧИКОВ показал:

«Я получил от инструктора задание шпионского характера ― выведать направление передвижения войск Красной Армии, количественный состав частей, находящихся в селах, количество танков, самолетов, расположение передовых застав Красной Армии и т. д.

Получив задание, я не шел непосредственно его выполнять, а приходил к главарю банды "ШУЛЯКУ" и просил собрать мне необходимые сведения. "ШУЛЯК" направлял в указанный мною пункт 2-3 человека из состава банды, маскировавшихся под местных жителей и в тот же день я получал от них, через "ШУЛЯКА", необходимые мне данные, уходя обратно за линию фронта на остров к инструктору, которому докладывал о добытых мною данных».

ЗАЙЧИКОВ по шпионской работе также был связан о другим главарем банды ― "НЕЧАЕМ", к которому он являлся за разведывательным материалом для немецкой разведки.

По этому поводу ЗАЙЧИКОВ дал такие показания:

«Находясь в банде "НЕЧАЯ", я также установил, что сам "НЕЧАЙ", имя его Лазарь, является главным связным между представителями немецкой разведки и оуновскими бандитами.

"НЕЧАЙ" был хорошо осведомлен о деятельности немецких агентов в прифронтовой полосе, знал большинство из них в лицо, организовывал встречи агента с агентом и выдавал им, при необходимости, взрывчатые вещества и оружие.

Заместитель "НЕЧАЯ", по имени Миша, псевдоним "БЫСТРЫЙ", является основным проводником немецкой агентуры через линию фронта.

В конце марта вместе с "НЕЧАЕМ" и "БЫСТРЫМ" я направился на Лохвицкие хутора, Морочанского района, где нас уже ждал инструктор немецкой разведки УЖИНСКИЙ, которому я подробно доложил о всех собранных мною данных за время пребывания в банде "НЕЧАЯ". Затем я вместе с инструктором, в сопровождении "БЫСТРОГО", переправились через линию фронта в районе села Лохвицы и явились в близлежащую немецкую воинскую часть...»

«... Немецкий офицер в форме гестаповца, перешедший с нами линию фронта, остался с "ЗАДУМОЙ", а инструктор и с ним мы ― три разведчика, направились на Лохвицкие хутора. Оттуда я, вместе с "НЕЧАЕМ" направились на хутор Вулька, имея от инструктора следующее задание: связаться с немецкими разведчиками, находящимися в сотнях куреня "ЯРКО" и вместе с ними не позднее 6 мая 1944 года вернуться обратно к инструктору на Лохвицкие хутора.

Попутно с этим инструктор предложил мне провести тщательную разведку местности в Владимирецком и Морочанском районах, выяснить месторасположение и численность частей Красной Армии, места нахождения воинских складов, а также установить наличие банд УПА, их численность и деятельность в вышеуказанных районах...»

* * *

Захваченными во время проведения чекистско-войсковых операций по разгрому действующих в западных областях Украины оуновских банд, а также показаниями пленных бандитов установлено, что так называемая Украинская Повстанческая Армия к началу освобождения Ровенской и Волынской областей, насчитывавшая в своих рядах 60―80 тысяч участников, делилась на четыре группы /"военные округа"/: северную, южную, западную и восточную, которыми руководило "Главное Командование" УПА во главе с "Клим САВУРОМ".

СЕВЕРНАЯ группа УПА, зашифрованная под названием "ЗАГРАВА", которой ранее командовал "ДУБОВОЙ" /он-же "МАКСИМ"/, последнее время возглавлялась "ЮРИЕМ". Банды этой группы оперировали в северных районах Ровенской и Волынской областей.

При штабе северной группы постоянно находилось "Главное Командование" УПА.

ЮЖНАЯ группа УПА ― зашифрованная под названием "БОГУН", возглавлялась "ЭНЕЕМ".

Банды этой группы действовали в районе лесов так называемой Кременецкой возвышенности, на стыке Ровенской и Тернопольской областей.

ЗАПАДНАЯ группа УПА ― зашифрованная под названием "ТУРИВ", возглавлялась "РУДЫМ".

Банды этой группы действовали в западных районах Волынской области.

ВОСТОЧНАЯ группа УПА ― зашифрованная под названием "ТЮТЮННИК", возглавлалась "ВЕРЕЩАКОМ" и являлась наиболее активным оуновским бандитским формированием. В период немецкой оккупации распространяла свою деятельность на все правобережье Украины до границ 1939 года.

С началом советского наступления вслед за отходившими немецкими частями ушли на запад и банды восточной группы, базировавшиеся в Кировоградской, Киевской, Черниговской, Житомирской, Винницкой и Каменец-Подольской областях.

Эти банды, состоявшие преимущественно из "западников" были малочисленны и с освобождением Красной Армией территории Западной Украины осели в северо-восточной части Ровенской области.

"Главным командованием" УПА банды восточной группы предназначались для осуществления диверсионно-разведывательных заданий германского командования в восточных областях Украины.

Органами и войсками НКВД в западных областях Украины, после изгнания немецких оккупантов, проведен ряд операций по разгрому банд так называемой УПА.

В ходе этих операций разгромлены крупные банды: "ОНИЩЕНКО", "ШАУЛЫ", "ОСТРОГО", "ПАНЬКО", "ЛЫХО", "ЛЫСОГОРА", "ШУЛЯКА", "КИРИЛЮКА", "НЕДОЛИ", "ОЧЕРЕТЕНКО", "ХМАРЫ", "ЯСЕНЯ", "КРАПИВЫ", "ДОВБУША", "ПОДХМАРНОГО", "ДЕЛИКАНТА", "КОРБАНА", "КВАТЫРЕНКО", "КОРЫ", "ЖУКА", "КРУКА", "КВИТКА", "ЧЕРНОТЫ", "БОГУНА", "СВИСТА", "БАЙДЫ", "ПАНАСА", "ТРЯСЫЛО", "ЛЕВАНДЫ", "ЧЕРНОМОРЦА", "ГАМАЛИИ", "ЦЫГАНА", "ЕРМАКА", "ЗЕЛЕНОГО", "БУЧКО" и ряд других более мелких банд численностью от 50 до 200 человек.

Общие потери УПА в результате разгрома перечисленных банд, по данным на 12 июля с. г. , составляют 34.147 человек, из них:

Убитыми

17.635

чел.

Ранеными

312

"

Пленными и задержанными

16.200

"

Среди убитых и задержанных ― главари крупных банд-куреней: "ОСТРЫЙ", "ОНИЩЕНКО" , "ШАУЛА", "ЛЫСОГОР", "НЕДОЛЯ", "ХМАРА", "ЖУК", "ШУЛЯК" и "КРУК".

Захвачено оружие:

Самолетов У-2 ― 1

Автомашин ― 4

Мотоциклов ― 7

Пушек 45 мм ― 13

Пушек 76 мм ― 1

Пушек 85 мм ― 1

Станковых пулеметов ― 45

Ручных пулеметов ― 503

Крупнокалиберн. пулеметов ― 1

Авиапулеметов ― 2

ПТР ― 27

Винтовок ― 3365

Винтовок СВ ― 20

Карабинов ― 47

Автоматов ― 914

Минометов ― 94

Пистолетов ― 218

Револьверов ― 213

Гранат ― 6396

Патрон винтовочных ― 620.139

Патрон к ПТР ― 822

Патрон к револьвер. "Наган" ― 21

Патрон к пистолетам ― 9.277

Мин ― 6205

Шашек кавалерийских ― 7

Дисков к РП ― 116

Запалов для гранат ― 40

Гранат противотанковых ― 90

Запасных стволов к пулеметам ― 101

Пулеметных лент ― 43

Артснарядов ― 5905

Обрезов ― 12

Радиостанций ― 9

Радиоприемников ― 20

Противогазов ― 109

Перископов ― 1

Парашютов ― 3

Биноклей ― 3

Походных кухонь ― З

Телефонных аппаратов ― 29

Телефонных коммутаторов ― 4

Тола ― 252 кг.

Топографических карт ― 800 лист.

Аммонала ― 700 кг.

Гранатометов ― 4

Типографий ― 3

Полевых сумок ― 13

Ракетниц ― 8

Компасов ― 1

Бикфордова шнура ― 127

Охотничьих ружей ― 1

Магазинов и пулеметам ― 16

Магазинов и автоматам ― 4

Фотоаппаратов ― 1

Пишущих машинок ― 7

Велосипедов ― 2

Кроме того, из"ято значительное количество подпольных складов с продовольствием и аммуницией, чем подорвана экономическая база остатков разгромленных оуновоких банд.

Результаты оперативных ударов, нанесенных бандитским формированиям УПА в первом полугодии 1944 года, позволяют сделать вывод о том, что оуновский бандитизм, как организованная вражеская сила на освобожденной Красной Армией территории Западной Украины, перестал существовать.

Это находит свое подтверждение и в признаниях самих главарей банд, задержанных органами НКВД УССР.

Арестованный ТРОФИМЧУК С. К. /кличка "НЕДОЛЯ"/, возглавляющий крупную банду в составе восточной группы УПА, на следствии показал:

«Существующая ныне растерянность среди большинства командного состава УПА, отсутствие боеприпасов и оружия, разгром основных организованных банд ― привели к резкому падению морального уровня их участников и к твердому убеждению в бесперспективности дальнейией борьбы против Советской власти».

* * *

Для подавления малейших антиоуновоних проявлений в массах и поддержания своего сомнительного авторитета путем террора и запугиваний, руководство ОУН создало при УПА специальный карательный орган ― СБ /"Служба безопасности"/, который всю свою работу построил на принципах и методах гестапо.

С первых же дней своего существования, действуя в разрезе указаний оуновского "провода", СБ на местах приступила к совершению неслыханных злодеяний, истребляя ни в чем неповинных людей, в первую очередь советских военнослужащих, бежавших из немецкого плена и лиц, заподозренных в симпатиях к Советской власти. В огромной мере это истребление коснулось поляков и представителей других национальностей, населяющих Западную Украину, которых убийцы из СБ уничтожали целыми семьями, от мала до велика, не щадя ни женщин, ни грудных детей.

НКВД УССР за активную антисоветскую бандитско-террористическую деятельность, за массовое истребление невинных советских людей, из числа задержанных участников разгромленных банд восточной группы УПА привлекаются к ответственности:

1. ТРОФИМЧУК Степан Клементьевич,

1909 года рождения, уроженец и житель м. Тучин, Ровенской области, по национальности украинец, грамотный, гр-н СССР, женат, со слов ранее не судим, в период оккупации являлся комендантом райполиции в м. Тучин.

2. ЗАЙЧИКОВ Анатолий Антонович,

1924 года рождения, уроженец гор. Шахты, Ростовской области, по национальности украинец, грамотный, гр-н СССР, холост, со слов ранее не судим.

З. ЛОГВИНОВИЧ Владимир Степанович,

1911 года рождения, уроженец и житель м. Домбровица, Ровенской области, по национальности украинец, образование незаконченное среднее, из служащих, со слов не судим, при немцах работал заместителем начальника Домбровицкой райполиции.

4. КИРИЛЮК Алексей Савкович,

1924 года рождения, уроженец и житель с. Карпиловка, Ровенского района, по национальности украинец, гражданин СССР, образование 7 классов, из крестьян-середняков, холост, со слов не судим.

5. ГРИЦЮК Александр Васильевич,

1927 года рождения, уроженец и житель седа Шпанов, Ровенского района, украинец, гр-н СССР, из крестьян-середняиов, б/п., одинокий, грамотный, со слов ранее не судим.

6. СЛОБОДЮК Николай Тодорович,

1922 года рождения, уроженец и житель с. Дядьковичи, Ровенского района, украинец, гр-н СССР, из крестьян-бедняков, б/п., грамотный, со слов ранее не судим.

7. СЛОБОДЮК Василий Аксенович,

1924 года рождения, уроженец и житель с. Дядьковичи, Ровенского района, украинец, гр-н СССР, б/партийный, из крестьян-бедняков, грамотный, со слов ранее не судим.

8. ПОДОЛЕЦ Василий Леонтьевич,

1927 года рождения, уроженец и житель с. Дядьковичи, Ровенского района, украинец, гр-н СССР, из крестьян-беднянов, б/п., грамотный, со слов ранее не судим.

9. СЛОБОДЮК Яков Андреевич,

1903 года рождения, уроженец и житель с. Дядьковичи, Ровенского района, украинец, гр-н СССР, из крестьян-середняков, б/п., грамотный, со слов ранее не судим. В период немецкой оккупация 1,5 месяцев служил в полиции.

10. КАТЕРИНЧУК Лаврентий Адамович,

1913 года рождения, уроженец и житель с. Речицы, Тучинского района, Ровенской области, из крестьян-середняков, по национальности украинец, гражданин СССР, грамотный, холост, со слов не судим.

Обвиняемый ГРИЦЮК А. В. ― участник СВ так называемого 10-го /Ровенокого района/ и исполнитель многих злодеяний, на следствии показал:

«Свое бандитское "крещение" я получил в декабре 1943 года, когда я ехал однажды с комендантом районного СБ "ДУБОМ" по Клаванскому шоссе в с. Бегень.

На шоссе мы встретили двух неизвестных, по виду украинцев.

"ДУБ" приказал мне, не проверяя документов и ни о чем их не расспрашивая, расстрелять этих людей. Я дал по ним очередь из имевшегося у меня ручного пулемета системы Дегтярева и они упали сраженные. Убийство мною было совершено примерно с расстояния 100 метров.

"ДУБ" сошел о повозки, подошел к лежавшим, повернул их тела и убедившись, что они мертвы, сказал, подойдя ко мне: "Мододец, стреляешь без промаха".

Спустя несколько дней в с. Бегень, Ровенского района, по поручению "ДУБА", я убил крестьянина в возрасте 40―45 лет, по национальности украинца, фамилия которого мне была неизвестна и не интерооовала.

В том же декабре 1943 года в с. Пересопница, Ровенского района, где я находился в это время с "ДУБОМ", как его телохранитель, ― участники СБ 10-го района доставили группу задержанных военнопленных и гражданских лиц в числе 13 человек.

По поручению "ДУБА" я расстрелял их всех: 6 человек пленных красноармейцев и офицеров и 7 гражданских лиц. Знаю, что пленные были беглецы из немецких лагерей. Все расстрелянные мною 13 человек являлись украинцами по национальности. Мне приводили их по одному и я расстреливал каждого из них из винтовки образца 1891 года.

Когда все 13 человек мною были расстреляны, с них стали срывать одежду, после чего трупы там-же на месте зарыли в землю.

В конце декабря 1943 года в с. Дядьковичи "ДУБ" вызвал меня и приказал расстрелять двух человек ― мужчину 30 лет и женщину 25 лет, обоих по национальности украинцев.

Я отвел этих лиц на усадьбу поляка КУРОВСКОГО, в 2-х километрах от с. Дядьковичи, убил их там из русской винтовки, а трупы сбросил в колодец.

В начале января 1944 года участники районной СБ задержали трех пленных красноармейцев в с. Малые Омельяны и двух пленных офицеров Красной Армии в с. Большие Омельяны.

Задержанных доставили в с. Дядьковичи, где мы с "ДУБОМ" в то время находились.

"ДУБ" приказал мне отвести их к указанному выше колодцу и расстрелять.

Несколько участников СБ окружили пленных и повели. Я следовал за ними. Придя к колодцу, я их всех, одного за другим, расстрелял из винтовки.

Перед расстрелом задержанные пытались вырваться и проклинали нас, но были избиты прикладами.

Раздев трупы, мы бросили их в колодец.

В средних числах января 1944 года в с. Ясениничи я убил, по приказанию "ДУБА", жительницу указанного села, лет 19―20, украинку по национальности.

Убийство я совериил путем удушения веревкой /"путованием"/. Труп жителями села был закопан на месте убийства. В конце января 1944 года в том же селе Грушвица я принял участие в убийстве одной женщины, набросив на шею петлю, которую затянули участники районной СБ "НЕЧАЙ" и "КРУК" /фамилий их не знаю, равно как не знаю фамилии своей жертвы/».

Другой убийца - главарь банды СБ, действовавший в Ровенском районе ― КИРИЛЮК А. С. показал:

«В течение полутора месяцев я вместе с этими участниками "боевки" раз"езжал по селам, находясь на иждивении у местных жителей.

Приезжая в село, я вместе о указанными выше лицами располагались на постой у местных жителей, которые узнав, что мы из службы безопасности, трепетали перед нами, зная о методах "работы" СБ.

В конце августа 1943 года меня вызвал "МАКАР" и дав мне список 12 человек жителей села Бегень, Ровенского района, приказал мне вместе о "боевкой" выехать в это село и там уничтожить их. Это приказание я выполнил.

Прибыв в село Бегень вечером, я узнал, где проживают указанные "МАКАРОМ" лица и, заходя по порядку в дома интересующих меня лиц, вместе с другими участниками СБ уничтожал их, расстреливая из огнестрельного оружия.

Нас не пугали крики и мучения. Заходя в дом, мы тут-же стреляли в упор и направлялись в следующий дом.

Фамилии убитых людей в с. Бегень я не помню. Знаю только, что все они были украинцы, местные жители.

Трупы убитых мы бросили тут-же в селе.

Далее "МАКАР" вручил мне список на 36 человек жителей с. Грушвица и предложил всех до единого человека расстрелять.

Не став расспрашивать "МАКАРА" о причинах их расстрела, я собрал участников "боевки" и тут-же выехал о ними в с. Грушвицы.

Приехав в село, я установил, при помщи местных жителей, где проживают лица, занесенные "МАКАРОМ" в список; как только стемнело, мы начали заходить в интересующие нас дома и выстрелами в упор расстреливать людей. Всего в течение 2-х дней в с. Грушвица, Ровенского района, мы убили около 36-ти человек, трупы которых бросили в этом селе».

Свидетельница ПАВЛЮК Е. А. ― жительница села Дядьковичи, Ровенского района, где банда проявляла особую активность, на допросе показала:

«Мне известно, что в нашем селе с конца 1943 года орудовала банда убийц, именовавшая себя "СБ". Эти бандиты убили очень много невинных людей. Я знаю, что днем они увели и убили аптекаря и аптекаршу по имени Оля, задушили ряд военнопленных красноармейцев, бежавших из немецкого плена, замучили до смерти семью поляка ЗАВАДЫ.

Для того, чтобы скрыть от Советской власти и народа следы своих грязных преступлений, бандиты свозили трупы убитых в колодец, что в 2-х километрах от седа Дядьковичи на усадьбе КУРОВСКОГО».

Судебно-медицинской комиссией, с 12 по 17 июня 1944 года производившей работы по извлечению и осмотру трупов, находившихся в колодце в усадьбе КУРОВСКОГО, что в 3-х километрах от села Дядьковичи, Ровенского района, констатировано:

«Трупы в большом количестве находились в колодце глубиной до 100 метров /по данным следствия/, диаметром по поверхности 1 метр, обложенном кирпичом и оштукатуренном цементным раствором.

Трупы были завалены камнем, землей и бревнами диаметром 25 сантиметров, длиной 5 метров, находившимися в вертикальном положении и сверх того были заминированы 81 миллиметровыми немецкими минами.

Для извлечения трупов был применен стальной трос с деревянным блоком.

Под"емные работы производились в чрезвычайно тяжелых условиях: в сильно затесненном месте, на глубине 72 метра /в начале работ/ до 80 метров /в конце работ/, при полном отсутствии кислорода, при наличии большого количества трупных выделений ― газов.

Работы по извлечению трупов велись бойцами саперного взвода посменно.

Пространство между глубинами от 72 мт. до 80 мт. было заполнено камнем, землей, бревнами и заминировано.

Не подлежит никакому сомнению, что оуновскими бандитами, сбрасывавшими трупы своих жертв в колодец, мины были заложены в расчете на то, чтобы они взорвались на случай раскопочных работ по извлечению из колодца трупов и предназначались в качестве "сюрприза" для лиц, которые вели-бы эти работы.

Из колодца было извлечено только 5 трупов, из коих один был почти цел, а остальные представляли бесформенные куски мяса и костей, что и затруднило дальнейшее извлечение всей массы трупов, находившихся в колодце.

Вместе с трупами извлечены два простреленных головных убора /пилотка и военная летняя фуражка/, часть верхнего платья, среди которого житель с. Новоселки, Ровенского района МУЗЫЧУК опознал лоскутки черного пиджака его 16-ти летнего сына Адама, убитого бандеровскими бандитами в январе с. г.»

И далее:

«Характерными признаками причины смерти являлись пулевые ранения черепов и обширные травмы черепных сводов, являвшихся результатом забрасывания трупов камнями весом от одного килограмма до 16-ти килограмм, а возможно при жизненном нанесении их, так как в одном черепе пулевых отверстий не было обнаружено, а было лишь травматическое вдавление темянных и лобных костей.

По возрасту трупы были определены 16―17 лет, 20 лет, 35 лет. Обрывки покровов головы о волосами определяли принадлежность их к мужчинам и женщинам».

Арестованные по делу признали себя виновными в пред"явленном им обвинении по ст. ст. 54-1 п. "а" и 54-11 УК УССР, изобличаются также свидетельскими показаниями и материалами документации.

* * *

Анализ всей предательской антинародной деятельности немецко-украинских националистов приводит к неопровержимому выводу, что антисоветское оуновское движение является крайней, террористической формой попытки реакционных остатков разгромленной украинской буржуазии сыграть в истории Украины презренную роль квислингов.

В первые-же дни захвата Гитлером власти в Германии воспрянувшие духом оуновские гитлеровские агенты, под знаком петлюровского трезуба, с пеной у рта стали доказывать идеологическую тождественность украинского национализма и немецкого "национал-социализма".

Легальный орган ОУН "Наш Клич" 9-го июля 1933 года писал:

«Под именем украинского национализма мы привыкли понимать определенную сущность: это ― общественно-политическое движение, которое сегодня существует во всем мире. В одной стране оно проявляется, как фашизм, в другой, как гитлеризм, а у нас просто, как национализм».

* * *

Рассмотрение конкретных преступлений вышеперечисленных обвиняемых в свете материалов, представленных в деле, на открытом судебном процессе вскроет немецко-фашистокую сущность украинских националистов, что особенно тщательно скрывается ими от участников банд и населения.

* * *

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ УССР

КОМИССАР ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 3-го РАНГА

/РЯСНОЙ/ (подпись)

"14" июля 1944 г.

гор. Киев

Content

Справка НКВД УССР об связи ОУН-УПА с фашистским командованием и разведкой от 14 июля 1944 года