Тейлор Алисия

Схватка

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо

Схватка – 3

Алисия Тейлор

Оригинальное название: «Схватка», Алисия Тейлор, серия «Бойцы»

Переводчик: Lena N

Редактор: Irina V

Вычитка: Помидорка

Оформление и обложка: Mistress

Переведено для группы:

18+

(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Любое копирование без ссылки

на переводчиков и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Как только я решила, что пришло время двигаться дальше, Пол вернулся в мою жизнь. Пока я все еще копалась в проблемах своей матери, а Пол беспокоился о сестре и племяннике… его возвращение не сулило ничего хорошего. Моя мать вернулась к старым привычкам, а затем я узнала, что у Пола есть еще один страшный секрет. Смогу ли я наконец уйти и позаботиться о себе, или я уже застряла во всем этом слишком глубоко?

Содержание:

1 глава

Сегодня прошла ровно неделя, как Пол сорвался в неизвестном направлении, чтобы «защитить» своих сестру и племянника. И сегодня ровно неделя, как я вообще не получила от него ни весточки. Он не послал мне ни одной подсказки, был ли он в порядке или нет. Ни сообщений, ни телефонных звонков. Нет причин полагать, что он вообще даже думал обо мне. Несмотря ни на что, жизнь продолжалась дальше. Я с трудом проживала каждый день, сражаясь с нарастающей тонной более раздражающих вопросов от своей матери во время поедания овсянки по утрам, и выживая за ужином с ней каждый вечер. Она поражалась, почему я просто не скажу, с кем встречаюсь. Почему это было таким большим секретом для нее? Я убегала из дома по утрам на работу в поисках кусочка мира и спокойствия от нее. Почему, ради бога, вдруг для нее стало смыслом жизни знать, есть или нет мужчина рядом со мной, и кем этот мужчина был. Она воздерживалась от превозношения в моих глазах бывшего парня — наркодилера с того дня, когда я сорвалась в крике на нее. Похоже, нужно отдать должное за небольшую передышку. Но почему она до сих пор поддерживала с ним связь, было тем, что сложно давалось мне понять.

Это утро ничем не отличалось от других на этой неделе. Когда я выходила из дома, моя голова разрывалась от стучащей пульсации в мозгу, пока ноги вели к машине. День был замечательным, и мое взвинченное состояние могло выветриться только пешей прогулкой до зала. У меня новый клиент сегодня, но он появится не раньше девяти, поэтому у меня достаточно времени. Может, прогулка прочистит мозги, и как только я приступлю к работе, смогу сосредоточиться и не позволить всему происходящему дурдому в моей голове накрыть меня цунами из переживаний. Моего нового клиента звали Джастин Довер... какая ирония. Иногда мне кажется, что вселенная в сговоре против моего покоя ради ее же развлечения.

Как только я вошла в свой ритм ногами, то поняла, что именно это мне и нужно. С каждым шагом мозг становился более чистым, более ясным, чтобы остановить попытки каждого пробраться внутрь и разбить там лагерь на моих костях. Сначала Пол, затем Митч, после сестра Пола, а теперь и моя мама. Если бы я постоянно думала об их проблемах, то в мозгу не осталось бы места для моих собственных. У меня хорошая работа, замечательное жилье, и если бы люди действительно оставили бы, к дьяволу, меня в покое... это было бы великолепно. Пока я шла, визуализировала, как выстраиваю дистанцию между ними и тяжелой эмоциональной цепью на моей шее, которой они все становятся. Солнечные лучи были теплыми и манящими, и перспективы нового дня становились более привлекательными. Я пообещала сама себе, что буду бороться до последнего за этот день, оставив без внимания мысли о маме, которая, честно сказать, почти не заботилась обо мне; о моем бывшем, чье имя я меньше всего хотела бы слышать; и о парне, которого я уже была готова зачислить в звание моего, только он не мог выделить, хоть сколько-нибудь времени, чтобы просто позвонить мне разок за всю неделю. Я хотела похоронить все, что чувствовала к нему за стальной стеной и выбросить ключ. Маловероятно, что я когда-нибудь увижу его снова... или услышу от него хоть звук. Это была развлечение на неделю или две…

Черт! И снова это началось. Я стала стучать ногами по тротуару, набирая ритм. Это был путь в мое будущее. Никаких взглядов за спину. Я властна над всем этим... моим разумом, телом и душой. Я прибавила темп, наблюдая, как с каждым шагом город меняет свое обличие. Мои окрестности — это чисто рабочий район... не бедный, но ничего такого более роскошного, как я видела сейчас, на два квартала дальше.

Этот район смесь домов богатых аристократов и высококлассных торговых центров с причудливыми названиями, которые большинство людей не могут даже произнести. Это место, где царит атмосфера парфюма и звуков джаза. Персонал ухоженный и они не носят спандекс, как мы.

Спустя два квартала я начала проходить ломбарды с вещичками, называющимися антиквариат, но по сути это были новые вещи. Затем на пути стояли ликерные лавки и маленькие, семейные магазины, упирающиеся стенами друг в друга, забирая каждый сантиметр свободного пространства.

Пока я пробегала по улице мимо боулинга, который был закрыт почти на протяжении десяти лет, то осознала, что если бы новенький в городе только увидел потерянные души, разбившие лагерь на захудалом заднем дворе помещения, то у него не было бы понятия о том, какая царит погода в нашем городе. Один мужчина сидел около своего тента практические без одежды, лишь в поношенных шортах, другой в пяти шагах от своей картонной хижины был одет в камуфляжные цвета армейский жакет, шерстяную шапочку и перчатки. Там были и другие люди, но это был тот участок, где мне стоило прибавить скорость.

Я завернула направо, на следующую улицу, и продолжила свой путь через пригород. Здесь все дома, похоже, были построены по одному шаблону и газоны были одного оттенка зеленого. Проходя их, я устремилась к едва появляющемуся вдалеке спортивному залу. Погружаясь в легкую задумчивость, могла ли я когда-нибудь быть частью такой жизни... Буду ли я когда-нибудь жить в хорошеньком доме на хорошенькой улице и ездить на хорошенькой машине. Будут ли в моей жизни ужины с милым мужем по вечерам, и буду ли я укладывать милого малыша в кроватку спать? Или мне суждено быть одной и тащить на своем горбу проблемы каждого человека в своем окружении.

Я дошла до конца улицы и перешла дорогу к залу. Я увидела, как Марк выходит из своего лощенного черного «Камаро». Я скрылась от него и ждала, пока он не исчез внутри здания. Я попросила Джеффа и Сэма забрать у меня его тренировки. Как, оказалось, по каким-то причинам он проделал путь от мистера Вежливость и Уважительность до похотливого кобеля за несколько недель.

Может, он порвал со своей подружкой или еще что-нибудь... без понятия. У меня совсем не было желания пройтись с ним рядом, и тем более разговаривать каждый день. Пока Пола не было рядом со мной на протяжении недели, он становился с каждым днем все смелее.

Я быстро проскользнула в проход и отметила время прихода. Дебби поприветствовала за стойкой регистрации.

— Привет, девочка! Ты выглядишь такой свежей и розовощекой! Хорошее утро?

Улыбаясь, я ей ответила:

— В лучшем случае среднячок. А розовые щеки после прогулки пешком до зала.

— Ох, ты должна была позвонить мне. Я бы тебя забрала.

— Все отлично. Ничего плохого с моей машиной не случилось. Просто настроение для прогулки. Нужно было избавиться от кое-какого раздражения.

— Сексуальное... надеюсь? — Не нужно было даже поворачиваться, чтобы узнать голос Марка.

Прежде чем я смогла что-либо ответить, Дебби меня опередила:

— Прекрати свои надоедливые сексуальные комментарии, иначе придется попросить Сэма показать тебе выход.

Марк поднял руки ладонями вверх.

— Эй, дамы, вы же знаете, я просто пошутил. Прости, Джесси. Мне казалось, мы были друзьями.

Я проигнорировала его, пока Дебби продолжала сверлить его свирепым взглядом до того момента, как Марк удалился и расположился на полу продолжать свою тренировку.

— Спасибо, — поблагодарила я ее.

— Эй, девочка, мы прикроем твою спину. Брось попытки одолеть все в одиночку.

— Все?

Дебби звучала так, словно знала вещи, которыми я с ней не делилась.

— Виктория сказала мне, что заметила, как вы с Полом стали сближаться... а теперь Сэм говорит, что он совсем не появляется, и Сэм не уверен, появится ли вообще Пол на своем бою в пятницу вечером. Я не хотела ничего говорить, потому что ты молчала, но я волнуюсь за тебя. Мужчины могут быть такими болванами временами. Я знаю, ты держишь свои переживания в себе, милая, и я не должна совать свой нос. Я просто хочу убедиться, что ты в полном порядке.

Она была права. Я ненавидела повышенного интереса к моей личной жизни, но так приятно иметь друзей, которые могут в любой момент прикрыть твою спину.

— У меня все в порядке. Но спасибо за заботу, — ответила я.

Этой информации было достаточно. Если бы хотели, они могли догадаться об остальном.

— Просто помни, я здесь... мы все, если тебе что-нибудь понадобится.

Я знаю, это было больше, чем любопытство. Она была искренней, и люди, с которыми я работала, были нужны мне рядом по жизни. Мне нужно работать чуть усерднее над нашими с ними отношениями. С благодарностью я ушла в комнату, чтобы сменить свою мокрую майку. После того, как я освежилась в душе, решила оставить в шкафчике пару чистых вещей на всякий случай.

В то время пока я переодевалась и освежалась дезодорантом, в зал прибыл мой новый клиент, Джастин. Джастину двадцать четыре, и он бегал марафоны с самого детства. Преимуществом этого было то, что он знал возможности своего тела в настоящий момент и что ему необходимо, чтобы усовершенствоваться. Недостатком было то, что в столь юном возрасте всего двадцати четырех лет его тело прошло через ад и обратно, и так как он не желал покидать спорт, он стремился к большему. К счастью, Джастин был умным парнем и знал необходимость в правильной тренировке, чтобы не упасть замертво после тридцатикилометровой дистанции.

— Привет, Джастин!

— Привет, Джесси! Как дела?

Он находился на матах для растяжки. У него было длинное и худое тело бегунов. Он был не очень мускулистым с виду, но когда нагибался или тянулся, каждая видимая мышца его тела становилась более очерченной.

— Я в полном порядке. А как насчет тебя?

Он встал прямо, потягивая шею. Он был намного выше, чем обычный марафонец. Большинство ребят, которых я тренировала для марафона, были ростом не больше одного метра семидесяти трех или шести сантиметром, и весили около шестидесяти трех килограмм. Джастин был ростом примерно около одного метра восьмидесяти двух сантиметров и, я готова поспорить, весил килограммов семьдесят пять. Это не было проблемой, как я уже сказала, он знал свое тело и его возможности. Он знал, где нужно сделать больше усилий, и сегодня он работал над квадрицепсами. В гонке на тридцать километров понадобится больше, чем скорость и выносливость на клеточном уровне. Ему потребуется прочный каркас для этого испытания.

— Хорошо, — сказал он, растягиваясь с помощью выпадов. — У тебя была пробежка, Джесси?

— Просто ради удовольствия, — ответила я ему. — Я никогда не заходила так далеко, чтобы принимать участие в марафоне.

— Тебе стоило бы попробовать. Это действительно увлекательно. Это дает некую свободу, что сложно объяснить, обязательно нужно испытать эти чувства самой. У тебя тело бегуна, ты знаешь об этом?

— Да, я догадывалась, — мне не хотелось обсуждать мое тело с ним, даже если это безобидная беседа. — Ты готов начать?

Глядя на его лицо, мне сложно было сказать, что он имел в виду. Хотелось придерживаться только профессиональных отношений.

— Я готов, — ответил он.

— Итак, теперь расскажи мне, что ты делал для квадрицепсов.

— В основном бег и приседания.

Я кивнула, это было хорошее начало.

— Это хорошо, но позволь дать тебе совет, что будет лучше для твоего тела в тренировке. Лучший способ натренированности — работа с помощью функциональных упражнений. Знаком с таким?

— Немного, — задумался он.

— Тогда я повторно расскажу тебе о них, — сказала я улыбаясь.

Иногда мне нравилось цитировать что-то из книг.

— Функциональные упражнения включают в себя движения, которые ты имитируешь, выполняя в течение каждого дня на работе или дома... на самом деле, где угодно. Поднимаешься ли ты по лестнице или ступаешь на крыльцо, или делаешь шаг, чтобы подняться в пикап...

— Откуда ты знаешь, есть ли у меня пикап?

— Ты относишься к такому типу, — сказала я. — Как я уже говорила, в течение дня ты делаешь те же движения, более или менее похожие на те, что ты делаешь здесь на тренажере. Конечно, шаги на платформе в зале рассчитаны на большое количество мышц, но они такие же. Понял смысл?

Он улыбнулся.

— Ты говоришь мне, что я буду работать на платформе для вышагивания, верно?

Его улыбка была заразительной. Она была широкой и белоснежной, при этом его голубые глаза блестели. Это вынуждало подарить улыбку в ответ.

— Да, Джастин, именно это я и имела в виду.

Я повела его туда, где у меня стояла платформа для вышагивания, только добавила штангу для нагрузки. Сказала сделать ему несколько повторов, только чтобы лучше разогреть его тело.

— Делай шаг этой ногой, чтобы ею же поднять себя вверх. Подними заднюю ногу коленом вверх настолько, насколько сможешь. Хорошо. Теперь, пока передняя нога напряжена, опускай вторую назад вниз. Хорошо. Теперь добавим вес.

Мы повторили несколько сетов, и каждый раз увеличивали вес. Джастин совсем не жаловался, хотя последние пару сетов его ноги, должно быть, горели от нагрузки. Когда мы закончили, я отправила его немного отдохнуть и попить воды. После десяти минут отдыха мы преступили к выпадам со штангой.

— Хорошо, — сказала я ему. — Здесь та же техника, только вместо шагов мы будем делать выпады.

— Мы будем? — сказал он, заливаясь смехом.

— Я выполняю свои обязанности, — ответила ему, смеясь — Хорошо, теперь, берешь штангу без веса и делаешь выпад одной ногой, другую оставляешь сзади, оба колена согнуты. Нога спереди параллельна полу и не позволяй задней ноге касаться коленом пола.

После того, как мы добавили вес, я заметила, что он стал уставать. Мне пришлось несколько раз напомнить ему, поднимать колени и держать их подальше от пола. Когда он закончил, я сказала:

— Хорошо, пройдись и попей немного воды.

Так он и сделал, а когда вернулся, сказал:

— Итак, Джесси, тебе нравится Need to Breathe?

Я посмотрела на него в замешательстве. Проскочила мысль «сталкер». Откуда он это знал? Я любила эту группу... но как он узнал? Нахождение с Полом неожиданно сделало меня параноиком ко всем?

— Хм... почему ты спрашиваешь? — сказала я.

Он засмеялся.

— Ты всегда такая подозрительная? Ты выглядишь, словно только что нашла алтарь поклонение тебе в моем шкафчике.

Мои глаза еще больше увеличились оттого, что он мне подмигнул и, улыбаясь, сказал:

— Я шучу, Джесси. А спрашиваю о группе, потому, что они выступают сегодня в «Греческом театре» и у меня есть два билета.

— Серьезно?

— Серьезно.

— У тебя два билета и сегодня концерт, и у тебя еще нет пары? Почему?

— Я пытался набраться смелости, чтобы пригласить тебя.

И опять он должен был сказать: «Я шучу! У меня два билета, сегодня вечером концерт и, похоже, девушка приятеля, с которым я должен был пойти, была против его поход со мной. Я не понимаю, ведь я отличный парень.

И наступила моя очередь смеяться.

— Прости. Обычно я не параноик. У меня были непонятные пару недель. Но я вижу, что нам надо поработать над твоим эго, пока ты здесь. Need to Breathe, надо же? Ничего себе... я действительно люблю их.

— Мы можем отлично повеселиться. Концерт начинается в восемь вечера. Я могу забрать тебя в шесть и можем сначала поужинать...

— Я подумаю об этом, — сказала я.

Почему я не могу просто сказать «нет»? Последнее, что мне нужно — это еще больше сложностей в моей жизни.

— Теперь приседания.

— Ах, мой любимый вид пыток.

Я улыбнулась.

— Мой тоже.

Джастин поднял штангу и сказал:

— Спереди или сзади?

Иногда приседания делаются с весом на плечах, а иногда с весом перед грудной клеткой.

— И так, и так, — ответила я.

— Ты правда любишь этот вид пыток, — выдал он.

Я сказала ему начать с фронтальной нагрузки. Пока он выполнял упражнение, я пробежалась по всем причинам, почему не стоит идти на свидание с этим парнем. Он был моим клиентом, я привлекала его физически на протяжении некоторого времени, находясь в закрытом помещении, что было очень опасно... и, самое важное, он не был Полом. Что, если Пол приедет завтра? Что, если я откажу Джастину, останусь сидеть и ждать Пола... и он никогда не вернется. Мы с Полом не задумывались о серьезных отношениях, даже если он и вернется. Джастин действительно был очень милым. Светлые волосы, голубые глаза — он был похож на соседского мальчишку. Я безумно любила Need to Breathe... и еще одна причина, по которой стоило пойти: по крайней мере, свидание с этим парнем остудит мою маму по отношению к моему бывшему... возможно.

К концу выполнения упражнений он восторженно закричал. Он попил немного воды и, подойдя к матам, взял полотенце, чтобы вытереть ручьи пота с лица.

— Итак? — сказал он, закончив.

— Итак, что? — задалась я вопросом.

Встряхнув свою голову, он сказал:

— Я думаю, это больше, чем один из видов пыток. Что насчет вечера?

— Думаю... это, наверное, будет весело.

— Ничего себе, обуздай свой восторг.

Еще одна хорошая причина, он мог меня рассмешить. Это именно то, что мне было необходимо на протяжении всех этих дней. Не было ничего плохого, чтобы сходить на концерт как хорошие друзья.

— Прости меня, — извиняясь, сказала я. — Я имела в виду, пойду с удовольствием.

— Так намного лучше, но могла бы ты за время, пока я тебя не заберу, поработать над своей интонацией немного больше? Вложи больше реальных чувств, специально для меня.

Я снова рассмеялась.

— Постараюсь по максимуму.

2 глава

К тому моменту, когда закончился мой рабочий день, я в сотый раз порывалась позвонить Джастину и все отменить. Он оставил мне свой номер. Мне не следовало идти с ним. Я все еще сходила с ума по Полу. Знаю, это смешно... Мы с Полом переспали несколько раз и поделились несколькими довольно личными вещами... но это не значит, что у нас были какие-либо отношения... и разумом я понимала это. Но мое сердце, однако, подсказывало мне оправдать его. Он вернется, и с этой мыслью в голове, я должна оставаться верной ему. Я должна верить, что правда нравилась ему. Он же делился со мной многими вещами о своей жизни. Думаю, он рассказывал мне больше, чем остальным людям.

Я возвращалась домой медленный прогулочным шагом, взвешивая все плюсы и минусы, и как всегда прокручивая их в своей голове. Сегодня победили плюсы, и я убедила себя, что это всего лишь ужин и концерт, это не свидание. Это может быть похоже на то, как два друга просто зависают вместе. В конце концов, я не буду спать с этим парнем сегодня. Все могло быть по-другому, если бы я встретила его в другое время... Джастин действительно очень горячий парень. Но опять же, он не Пол.

— Привет, малышка, — поприветствовала меня мама и соседка в одном лице, как только я вошла в дверь.

— Привет, мама.

— Как прошел твой день?

— Все хорошо. Как твой?

— Я заполнила несколько заявлений онлайн, — сказала она, очевидно, гордясь сама собой.

— Ничего себе, мам. Это здорово. Заявления куда?

— В несколько ресторанов, — туманно обозначила она.

Я не имела понятия, в самом ли деле она искала работу. Она говорила, что «искала», каждый день, но я не могла никак проверить правдоподобность всех ее историй. Кроме того, она не сможет долго оставаться без мужчины, а после она станет его проблемой на некоторое время. Я знаю, что ужасно было думать такое в своей голове, но я знала свою маму, и она была той, кем была.

— Это хорошо для тебя, — ответила я, стараясь звучать максимально одобряюще. — Говоря о ресторанах, что мне заказать сегодня для тебя? Я сегодня собираюсь на концерт.

— На концерт? С кем? С этим таинственным мужчиной...?

Закатив глаза, я сказала:

— Он не таинственный, мама. Мы идем на ужин, а после на концерт.

— Как его имя?

Я вздохнула.

— Джастин.

— Джастин?

— Не тот, мам. Этот Джастин не наркоторговец. Итак, чтобы ты хотела заказать для себя?

— Куда он тебя ведет?

— Я же сказала, ужин и концерт.

— Где вы собираетесь ужинать? То, какой ресторан выберет мужчина, может многое о нем сказать.

— Я бы хотела, чтобы ты мне сказала это много лет назад, мама. Мой последний парень брал меня с собой в Комптон, и мы ужинали в его доме для «сделок»... если бы ты сказала это тогда, у меня появились бы хотя бы подозрения на его счет.

— Я пытаюсь поддержать беседу. Почему так много сарказма?

— Прости. Ты права. Я не хочу спорить. Решай, что хочешь на ужин, пока я принимаю душ, и я закажу для тебя.

Я зашла в комнату, с радостью закрываясь от нее. Она могла разрушить мое умиротворение быстрее, чем кто-либо еще в этой Вселенной. Я уверена, что это из-за того, что большую часть своей жизни я мечтала о «нормальной» матери, как и все остальные, и я до сих пор испытываю немного негодования по этому поводу к ней. Пришлось стряхнуть осадок раздражения на свою мать, выбирая свежую пару джинсов и милую блузку зеленого цвета без рукавов, которую я купила к ним. Я приняла душ и, пока быстро высушивала волосы, мама постучала в мою дверь.

— Да?

— Милая, я пока не голодна. Может, ты просто оставишь мне двадцать долларов на пиццу?

Ненавижу оставлять ей наличные. Казалось, словно у меня посттравматический стресс. Мои мысли вернулись во времена, когда любые наличные в ее руках, даже если они приходили к ней из кошелька дочери, уходили на наркоту или алкоголь. Сделав глубокий вздох, я напомнила себе, что уже слишком долгое время, пока мама находилась здесь, она пребывала в адекватном состоянии. Я не могла наблюдать за ней как ястреб, все двадцать четыре часа семь дней в неделю. Мне придется ей доверять.

— Хорошо, мама. Оставлю, — сказала я.

Я закончила сушку волос и выпрямила их. Нанесла немного макияжа, чуть подводки, немного туши, чтобы придать яркости моим бесцветным ресницам, и немного пудры, чтобы придать цвета моей белой коже. На ноги надела пару низких сапог, прикрывающий низ моих джинсов. Когда я закончила свои сборы, последний раз взглянула на отражение... выглядела я не так уж и плохо.

Когда я прошла в гостиную, мама сказала:

— Боже мой, Джесси! Ты великолепна, малышка!

— Спасибо, мама, — ответила я.

Комплимент был милым, но опять всплывал этот фактор доверия. Никогда не знаешь, насколько она была серьезна. Я действительно хотела с ней «нормальных» отношений дочки-матери, но фактом оставалось, то, что у нас их нет. Мне придется учиться иметь с этим дело. Я взяла свой кошелек и достала купюру в двадцать и десять долларов. Оставив их на столике, наказала ей заказать, то, что она хочет.

— Спасибо тебе, малышка. Ненавижу просить тебя о деньгах на разные мелочи. Я собираюсь вернуть тебе все так скоро, как только смогу.

— Меня это не беспокоит, мама. Я просто хочу помочь тебе снова встать на ноги.

И это было правдой. Я хотела видеть ее на правильном пути. Просто было сложно поверить в ближайшее хорошее будущее после всех тех неудач.

Прозвучал звонок в дверь, и я заметила, как мама пробежалась пальцами вдоль своих волос и причмокнула немного блеском на губах. Некоторые вещи никогда не меняются, она всегда была «на высоте» ради всех мужчин. Я открыла дверь, и за ней стоял Джастин в джинсовой рубашке; пара верхних пуговиц были расстегнуты, что открывало немного его грудь. Его джинсы отлично на нем сидели, и мне пришлось оторвать взгляд, чтобы не рассматривать его так нагло.

— Привет.

— Привет, — сказал он с улыбкой, от которой хотелось схватить ложку и снять с него все сливки. — Ты выглядишь весьма... весьма красиво.

— Спасибо, ты тоже. Входи, мне нужно только взять сумочку. — Он зашел внутрь и я продолжила: — Джастин, это моя мама, Линн.

Мама перебросила волосы через плечо и расплылась в улыбке. Я могла сказать, что он прекрасно выглядел, без каких-либо слов с ее стороны. Я так же уверена, он был того же мнения о ней. Она смотрела на него, готовая броситься в объятия.

— Так приятно познакомиться с тобой, Джастин.

— И мне приятно познакомиться с вами тоже, — он пожал протянутую ею руку.

— Почему бы тебе не присесть со мной, пока Джесси закончит собираться?

— Никаких больше сборов, мама. Просто возьму сумочку.

— Итак, чем ты занимаешься, Джастин?

— Все взяла... мы можем идти прямо сейчас.

Бедный Джастин был почти растерзан. Я уверенно могла сказать, что джентльмен в нем хотел присесть с моей мамой. Он просто не имел понятие, во что мог втянуться. Если он присядет, она выведает у него за пять минут, чем не только он, но и его родители занимались в прошлом году.

— Может, мы сможем поболтать в другой раз, Линн?

— Я бы с большим удовольствием, — сказала она. — Моя дочь, сказочный повар. Может, в следующий раз ты поужинаешь здесь с нами?

— Звучит великолепно, — сказал он, подмигивая мне.

— Ладно, мама, закрой за нами дверь и прекрасного тебе вечера.

— Ведите себя хорошо, детки, — сказала мама.

Этот комментарий был пронизан глубоким подтекстом.

Как только я направилась к двери, она прошептала мне:

— Детка, он горяч.

Все, что я могла делать, только надеяться, что это прошло мимо его ушей. Мне должно было быть очень стыдно за нее прямо сейчас, но возможно, это было бесполезно по отношении к этой персоне вообще. Я была удивлена, когда он подвел меня к серой «Хонде». Думая, что он меня разыгрывает, я пробежала взглядом по стоянке в поисках того самого здоровяка-грузовика.

— Это твоя машина? — опешила я.

Он улыбался.

— Да, я солгал о пикапе.

Я скользнула на сидение, пока он придерживал дверь. Когда он устроился на водительском месте, я пристегнула ремень безопасности.

— Почему?

Он пристегнул ремень безопасности и завел машину. Затем сказал:

— Потому что хотел впечатлить тебя. Я на самом деле думал, что ты никогда не согласишься пойти со мной, и соответственно никогда не узнаешь, что я слукавил.

— Почему?

Он засмеялся.

— Ты как замаскированная трехгодовалая малышка, — сострил он. — Почему? Почему? Почему?

— Серьезно. Почему ты думал, я не соглашусь пойти с тобой?

— Я предполагал, что ты скажешь мне, что уже с кем-то встречаешься. Или ты не включила меня в свою лигу... или даже приблизительное окружение. Сложно предположить, что ты еще не занята кем-то. Ты великолепна, и за то малое время, что я провел с тобой, могу сказать, что ты умная и веселая. Ты находка, — он улыбался, но его слова звучали искренне.

Мои щеки начали краснеть, и я знала, что цвет лица и волос сейчас был одинаковым.

— Спасибо.

Пытаясь сменить тему, будто я не центр Вселенной, продолжила в другом русле:

— Итак, когда ты именно принял решение быть бегуном... отдать этому все свое время?

— Где-то около двенадцати. Мой отец бежал в Бостонском марафоне и занял третье место. Это было наикрутейшим для меня... я так им гордился, что захотел быть, как он.

— Он до сих пор бегает?

— Нет. Он повредил колени. Его оба колена и левое бедро прооперированы.

— Ой.

— Именно. Поэтому я тренируюсь... хочу бегать с умом и продлить жизнеспособность своего тела. Я хочу уйти из спорта прежде, чем тело начнет давать сбой.

— Умно, — сказала я.

— Что насчет тебя? Что заставило тебя стать тренером?

— Я всегда была из числа помешанных на питании и фитнесе. Думаю, благодаря этому я сосредоточилась на чем-то позитивном, когда была ребенком. Когда думала о своем будущем, решила выбрать то, что могло бы сделать меня счастливой. Так оно и получилось. Это вызывает приятные чувства, помогать кому-либо и учить, как твое тело должно работать на тебя.

— Бьюсь об заклад, — сказал он.

Когда мы повернули на Бульвар Сансет, он продолжил:

— У меня есть еще одно признание.

— Еще одно?

— Да, ты знаешь... я ведь не крепкий парень на большом пикапе?

Смеясь, я ответила:

— Ой-ой, это звучит серьезно.

— В одних круга это принимают хорошо, в других плохо.

— Ты гей? — пошутила я, но это могло бы снять с меня немного напряжения, окажись он им.

С серьезным лицом он ответил:

— Нет, но я виновен... я вегетарианец.

— О! Ужас! — Я до сих пор смеялась. — Ты был так серьезен, я правда подумала, ты скажешь, что ты транссексуал или что-то в этом роде.

— Фуу! Ничего настолько серьезного, — ответил он. — Быть вегетарианцем и признать это — временами дается тяжело. Люди настолько субъективны и готовы вешать ярлыки на всех и все. Не давай моему предпочтению в еде отпугнуть тебя от меня. Этот ресторан великолепен и блюда, которые не вегетарианские, напечатаны первыми, поэтому «нормальным» людям их достаточно просто найти.

— Что заставляет тебя думать, что я не вегетарианка?

— Ты вегетарианка? — Он посмотрел на меня с надеждой.

— Нет, но как ты догадался, что я не такая же, как ты?

Он подъехал к парковочной стоянке и, повернувшись, сказал:

— Тогда ты была бы просто чертовски идеальной, чтобы быть реальной.

Пока я ждала, когда он обойдет автомобиль, чтобы открыть мне дверь, думала, кто же из нас мог быть чертовски идеален.

Ресторан располагался внутри старинного театра. Атмосфера была великолепной, и нас усадили в глубине зала около огромного и красивого каменного камина. Мы находились внутри, но со всеми растениями и мягким освещением ощущалось, что мы где-то снаружи. Это однозначно было одно из самых милых мест, где я бывала. С другой стороны, здесь не было наряженных людей, чтобы мы в наших джинсах чувствовали себя некомфортно.

Мы оба пропустили список вин и заказали пиво. Джастин был прав. Меню было легко читаемым. Я пробежалась сначала по выделенным блюдам, но решила остановиться на любимых овощах, и мне было немного неудобно поглощать мясо... даже рыбу, прямо на глазах у вегетарианца. Решила остановиться на «Крылышках Баффало» из цветной капусты и вегетарианской пицце. Казалось, Джастина это позабавило. Он заказал что-то с грибами, и выглядело это очень аппетитно, когда все было подано.

— Хочешь попробовать немного? — спросил он после того, как заметил, что я пялилась на его блюдо.

— Нет, мое вкусное, спасибо. Выглядит очень аппетитно.

— Это вкусно, — дразнился он, делая укус.

Я укусила свое и должна сказать, я влюбилась. Сложно было понять, что это была цветная капуста, и она была более сочная. Чем любой стейк, который мне приходилось есть.

— Ничего себе! Это восхитительно!

— Ага! Она переходит на темную сторону! — сказал он с ухмылкой.

— Может быть, но не сейчас. Иногда я просто должна съесть стейк. Почему ты стал вегетарианцем? — спросила я его.

— Я вынужден пуститься в унылый перечень, как это защищает землю и животных, которые появились здесь задолго до нас... но этого не будет, — сказал он, ухмыляясь. — Я люблю животных, не пойми меня неправильно. Но, я стал вегетарианцем по чисто эгоистическим причинам, кто-то может сказать даже тщеславным. Растения основа диет, которые хорошо сформированы на богатстве белков, железа, кальция... и так далее. Также имеют множество полезных веществ. В них низкое содержание жиров, высокое содержание клетчатки, антиоксидантов. Когда я попробовал эту диету, я стал более энергичным, сон стал более спокойным на протяжении всей ночи, кожа выглядела замечательно, и я начал работать над мускулами. Так я стал победителем среди марафонцев, и это всегда было моей главной целью.

Не знаю, как именно я смотрела на него, но рассмеявшись, он сказал:

— Извини. Слишком много информации?

— Нет. Ты просто хорошо осведомлен о своей диете. Это замечательно. Редко сталкиваюсь с подобным, тренируя людей.

— Оба мои родителя очень заботятся о своем здоровье, и растили нас так же, и это достаточно помогало в дальнейшем.

— Сколько у тебя братьев или сестер?

— Пять сестер и брат.

— О, боже! Серьезно?

Он рассмеялся:

— Да, догадываюсь, вегетарианская диета отлично действует и на папу тоже.

— У меня никого нет.

Я часто хотела кого-нибудь рядом. Когда дело доходило до мамы, это небольшая помощь была бы кстати. Когда я думала о еще одном ребенке у мамы, то ощущала себя паршиво... не из-за мамы, а за того самого ребенка.

— Временами это забавно, быть занозой в чьей-то заднице, — сказал Джастин. — Я люблю праздники со всеми вместе, с этим хаосом и шумом от нашей компании. Не знаю, как быть без всего этого. Но иногда бывают времена, когда хочется просто испариться от всего мира на день или два... Я даже не могу залечь на дно без одного или двух родичей, которые звонят убедиться живой ли я вообще.

Я рассмеялась.

— Но, должно быть, это приятно, когда о тебе так сильно заботятся?

— Это так, да. Я также виновен в том, что названиваю им, как и они мне, особенно сестрам. Я беспокоюсь о них.

Сестринские дела снова напомнили мне о Поле. Мне пришлось сменить тему.

— Так, где твой следующий марафон?

— Сан-Франциско, — ответил он.

— О, это будет весело. Я люблю Сан-Франциско.

— Я тоже. Люблю «Пирс 39»[1] и Сан-Франциско Джайентс[2] и даже Форти Найнерс[3]. Как-то выбрался и взял билеты на тур в Алкатрас, и побывал там тоже. Это точно стоящая поездка. Я мог бы просто приехать и гулять там целый день. Красивое местечко. Знаешь, какая самая лучшая часть?

— Какая? — спросила я.

— Я могу есть вегетарианские блюда и не бояться, что меня осудят.

Он рассмеялся, когда я сказала:

— После того, что я попробовала сегодня, никогда теперь не буду осуждать.

Ужин был вкусным и наше общение таким комфортным и легким. Не было ощущения вынужденности или тревоги. Я удивлялась, что со мной не так. Почему я сходила с ума по такому парню как Пол... и другому Джастину... по парням с полным вагоном проблем, и которых нужно «исправить»? Я понятия не имела, но точно знала, что такой умный и веселый, великолепный и атлетически сложенный парень, не привлекал меня, как произошло с Полом. Даже не приблизилось к тем ощущениям. С моей головой точно что-то не в порядке.

Мы отправились на концерт после ужина, и Need to Breathe были удивительными, как я того и ожидала. Места были великолепные, и Джастин купил нам футболки, когда ходил в уборную. Это была удивительная ночь... лучшая за все мои последние. До тех пор пока мы не приехали к моему дому, и Джастин не довел меня до двери. Я знала, что не могла его поцеловать. Было несправедливо по отношению к Джастину, потому что мои мысли после всего прошедшего за вечер заполонил Пол. Когда он наклонился для поцелуя, моя голова повернулась, и он клюнул меня в щеку.

Я видела обиду в его глазах, но в доказательство великолепия этого парня, он просто сказал:

— Спасибо, что пошла со мной сегодня, Джесси. Я замечательно провел с тобой время.

— Спасибо. Я тоже.

— Увидимся в зале, — сказал он, улыбаясь.

Его глаза до сих пор излучали грусть. Ужасные чувства накрыли меня, глядя, как он уходит назад к машине. Когда я развернулась и открыла входную дверь, то почти врезалась в любопытную маму.

— Что ты делаешь?

— Почему ты не позволила ему поцеловать тебя?

— Мама! Это точно не твое дело. Ты стояла здесь и выглядывала в окно все это время?

— Да.

Ей даже не было стыдно.

— Почему ты не поцеловала его? Он великолепен. Он себя плохо вел сегодня, или что?

— Нет, мам. Он был идеальным джентльменом. Я замечательно провела время. Почему я его не поцеловала, это не твое дело. Ты не знаешь, что я чувствую...

— Я бы завела его внутрь и...

— Перестань! Просто перестань, мама, хорошо? Я знаю, что ты сделала бы это. Я иду спать, спокойной ночи.

Она смотрела на меня, тряся головой, удивляясь, какого черта происходит с дочерью, которую она вырастила. Кажется, она забыла... или даже не видела, насколько мы разные во многом.

3 глава

На следующий день я была на работе, занимаясь своими обязанностями и клиентами, которых мне передал Сэм. На этот раз это была женщина, по крайней мере, теперь я могла не беспокоиться, что она выдаст что-то, как Марк, или пригласит меня куда-то, как Джастин. Не то чтобы тусоваться с Джастином было чем-то плохим, все было наоборот, чем могло показаться сначала. Наша встреча была настолько милой, что я до сих пор думала о ней и надеялась получить шанс поблагодарить его еще раз за замечательный вечер, и извиниться за то, что обломала его у порога. Чем больше я думала об этом, тем хуже себя чувствовала.

Моя клиентка Таня, и мы работали над ее верхними мышцами. Она теннисистка и находится в отличной форме, но она хотела поработать над своими руками. Я оставила ее работать на тренажере для бицепсов и трицепсов, а сама пошла в конец зала за дополнительным грузом. Грег работал на матах с парнем, которого я раньше не видела здесь. У него было телосложение бойца и много тату. Конечно же, я немедленно вспомнила о Поле и дне, когда мы с ним работали на матах над его партером[4]. Я была в бешенстве тогда на него, но это не помешало мне получить некий эротические опыт. Я уверена, Грег не испытывал те же ощущения... в конце концов благодаря жене, я надеюсь. Я рассмеялась слишком громко, Грег обернулся на меня с поднятой бровью.

— Мы делаем что-то неправильно? — сказал он с довольным выражением.

— О, нет. Прости. Я думала о своем. Да ты что! Я бы никогда не посмела поправить то, как ты что-то делаешь...

Он рассмеялся.

— Расслабься, Джесси. Я пошутил. Девон — это Джесси. Она одна из самых преданных моих сотрудников. Приходит и уходит раньше меня. Временами думаю, может, она здесь живет.

— Призрак зала «Медисон», — сказал Девон.

Он улыбнулся и встал. Потирая пальца о белые шорты, которые выделялись на его коже цвета мокко, протянул мне руку.

— Я рад познакомиться с тобой, Джесси.

Пожав его руку, я сказала:

— Девон Рафтер?

— Это я, — сказал он.

На секунду в нем вспыхнуло тщеславие и он, усмехаясь, сказал:

— Похоже, моя репутация опережает меня самого.

— Гм... да уж. Слышала, насколько ты хорош. Вы, ребята, работаете над партером, да?

— О, да. Я боксер в глубине души, но даже великие должны постоянно совершенствоваться, ты же понимаешь? У меня, действительно, очень важный бой в пятницу, чтобы защитить свой титул.

— В пятницу? С кем у тебя бой?

— Пол Делпорт. Ты знаешь его?

Я надеялась, что мое лицо не выдало меня. Какого черта? Может, Девон просто не знает, что Пол уехал.

— Ты разговаривал с Полом в последнее время? — спросила я.

— Нет, но мой менеджер разговаривал с ним вчера, а что?

Я не ответила сразу, и Грег продолжил:

— Джесси, возможно, просто интересуется, потому, что уже как неделю никто ничего не слышал от него. Он приходил каждый день... может, он нашел новое место для тренировок.

Я надеялась, мое лицо не выдало все, что я чувствовала сейчас. Он собирался пробыть в городе два дня, чтобы драться, и я могла помочь тренироваться для боя, а он даже не позаботился, чтобы позвонить мне? Какого черта?

— Ладно, было приятно познакомиться, Девон. Меня ждет клиентка в начале зала.

— Мне тоже приятно познакомиться, — сказал он. — Надеюсь увидеть тебя на бою в пятницу. Мне нужны дружелюбные лица в моем углу.

Я улыбнулась и надеялась, что это отразилось в моих глазах, прежде чем развернуться и пойти в начало зала. Использовал ли Пол сестру, как причину не видеть меня больше никогда? Был ли он одним из этих трусов? Я хотела сильно сомневаться в этом. Я знаю, он беспокоился о Мари и Викторе. Я знала, это...

— Извини, Таня, начнем, — сказала я своей клиентке.

Я пыталась отогнать все свои мысли о Поле, пока мы работали, но они прокрадывались назад снова и снова. Пока я не осознала, что беспокоилась о его стратегии. Он тренировал партер, потому что Девон знал о его боксерских навыках. Что если все, что он думал, было неправильным? Движения Девона... то, что я видела у них с Грегом, было довольно хорошо. Он планировал пойти на Пола тем путем, каким Пол хотел ему ответить. Даже, если бы мне получилось добраться до него, сейчас уже было поздно. Дерьмо! В любом случае это его проклятая вина, что он не позвонил мне.

Когда мы с Таней закончили, и она отправилась в конец зала, чтобы принять быстрый душ, я отправилась поговорить с Викторией.

— Привет, Вик. Ты видела Пола Делпорта на этой неделе вообще?

Она покачала головой, не отводя взгляда от компьютера, на котором печатала. Потом она подняла голову и сказала:

— Он не заплатил взнос даже за этот месяц. Это не похоже на него. Я не видела его всю неделю.

— Ладно. Мне просто было любопытно. Девон Рафтер в конце зала. Он сказал, что бой все еще будет в пятницу.

— Точно, говоря об этом. Сэм достал нам всем билеты, если ты хочешь пойти.

Хотела ли я пойти? Я не была уверена. Я не хотела отвечать прямо сейчас, потому что Джастин только что прошел через дверь.

— Я скажу тебе позже, Вик. Привет, Джастин.

— Привет, Джесси. Как дела?

Я прошлась с ним немного от стойки пока не ответила.

— Я еще раз хотела сказать, что вчерашний вечер был очень веселым. Еще я хотела извиниться... Знаешь, я в каком-то роде начала встречаться с одним парнем, но он только что покинул город, и я не знаю на какой стадии мы сейчас. Я не хочу ничего начинать с тобой, пока не буду знать... просто это нечестно...

Он улыбнулся и, положив свою руку на мою, сказал:

— Не беспокойся об этом, Джесси, правда, все хорошо. Я великолепно провел время и был бы рад повторить это, если ты захочешь. Если нет, я переживу

Боги! Отвратительно идеальный мужчина. Я ненормальная.

— Спасибо тебе. С кем ты сегодня тренируешься?

— Я собирался в одиночестве... но, если у тебя есть свободное время?

— Конечно, есть.

***

Мне удалось отогнать от себя всю тревогу в течение следующих двух дней, я не дала забрать все лучшее, что осталось во мне. Я решилась пойти на бой. Не думаю, что даже когда-то возникал реальный вопрос пойти или нет. Меня взяли с собой Сэм и Дебби, и она болтала большую часть дороги, поэтому не возникало необходимости поддерживать диалог. Всем было интересно, где все это время Пол был и почему не появлялся в зале. Были разного рода версии, но я не рассчитывала, ни на одну из них. Мне самой было интересно, что он собирается делать, потому что было очевидно, что он продолжал двигаться дальше с этой частью своей жизни.

Как обычно, Сэм достал нам билеты на отличные места. Октагон был прямо перед нами, и я рассуждала, было это хорошо или плохо. Я оглядывалась вокруг, пока места рядом заполнились по максимуму. В воздухе нарастало напряжение, оно становилось почти осязаемым. Толпа была на взводе и готова к началу боя. Люди громко кричали, и пока мы ждали, я услышала, по крайней мере, три мнение об итоге поединка. Единодушие было в том, что Полу надерут задницу. Я не была уверена, была ли я зла на него до сих пор или нет, но была уверена в желании, чтобы они ошибались.

Когда ведущий вышел в центр октагона вместе с рефери и объявил имя Пола, у меня перехватило дыхание. Я наблюдала, как он не то чтобы шел, а выхаживал с важным видом по проходу. Он выглядел очень собранным, проходя мимо поднятых ладоней и кулаков. Он шагнул в центр клетки, и неожиданно до него дошло осознание, что толпа наблюдает за ним, он несколько раз покружился на месте с поднятыми вверх руками.

Следующим наступила очередь Девона. Он вышел, выглядя, как Сильвестр Сталлоне в «Рокки». Шел почти танцуя, и выбрасывая удары. На нем были снова белые шорты, и его темная смуглая кожа сияла под резкими прожекторами, словно на него вылили масло. Он запрыгнул в клетку и, в отличие от Пола, заигрывал со своими фанатами. Бегая трусцой по октагону, раздавал воздушные поцелуи и махал, пока представляли его заслуги. Список был впечатляющим.

Ведущий, наконец, закончил представление, и двух бойцов вызвали в центр площадки. Рефери подал знак, мужчины столкнулись перчатками, и начался бой. Они стали кружить вокруг друг друга, каждый без сомнения продумывал стратегию. Пол выкинул первый удар, джеб с правой стороны, нацеленный точно в сторону головы Девона. Девон доказал, что обладал молниеносной реакцией. В то время, пока одна рука блокировала удар Пола, другая выстрелом закружила и приземлилась в лицо Пола. Я вздрогнула, когда его голова повернулась под неестественным углом. Он отшатнулся назад, но быстро вернул себя в прежнее положение на ноги. Все еще немного шатаясь, будто еще пытался восстановить свою опору, он удивил Девона круговым ударом, приземлившимся на левом боку. Девон споткнулся, но только слегка... и все же, выглядел он невозмутимым.

В этот момент, я думаю, Пол решил воспользоваться шансом. Он сделал шаг вперед, и Девон не ожидал этого. Пол схватил его руки и удерживал от падения, пока Девон выбросил удар лбом, поймав Пола. Казалось, Пол не уменьшал свою хватку ни на секунду, пока мужчины танцевали по кругу. Девон уже удерживал руки Пола, и они пытались добраться до верха рук друг друга. Толпа утопала в крике, половина за Пола, половина за Девона. Я видела движения ног Пола в сторону, и он сделал быстрый взмах, сбивая Девона с ног. Они вместе упали, ударяясь о маты с глухим стуком. Затем оба поспешили, чтобы встать на свои колени. Пол оказал первым и в то же время забросил локоть вокруг Девона, который выкатился из-под него. Когда локоть Пола хлопнул по мату под Девоном, он был на коленях и запрыгнул на его грудь. Пол не прекращал двигаться, и я увидела, что его колени подняты и сейчас соприкасались с ребрами Девона. Другой боец скатился и попытался вскарабкаться на свои ноги, но прежде чем он смог, Пол уже оказался на его спине. Гонг прозвонил, и бойцы разошлись по своим углам в октагоне. Пол, определенно, выиграл этот раунд.

Эгоистичная сторона меня задавалась вопросом, знал ли он, что я здесь. Упрямая часть меня говорила, что это не имеет никакого значения. Он не позвонил и не сказал, что собирается быть здесь, так почему я должна беспокоиться? Я беспокоилась и задавалась вопросом, что это говорило обо мне. Когда они преступили ко второму раунду, на лице Пола была не меньше, чем чистая решительность. Он вышел драться, выглядя, будто планировал выиграть за несколько раундов на пределе человеческих возможностей. Девон тоже выглядел решительным, но в его глазах не было того же огня, что у Пола. Прежде они обменялись несколькими выбросами, и ударами, и снова Полу получилось повалить Девона с ног. На этот раз они упали, и Пол схватил его сзади, чтобы они могли упасть с Полом на спину Девона. Его левая рука была на шее Девона, когда они упали на маты, попав локтем прямо по трахеи.

Пол правой рукой схватил свою левую руку и сжал вокруг шеи Девона. Зажимая бицепс, он направил свою руку вниз так, чтобы захватить голову Девона сзади и сжать его локти вместе. Это была картина прекрасного удушающего захвата. Я гордилась им.

Единственная проблема была в том, что я видела, как Пол пытался удержать равновесие. Он пытался подставить свои щитки под колени Девона, чтобы он мог использовать их, как крючки для контроля своих ног, но Девон не собирался сдавать слишком легко ту часть своего тела, которую еще мог контролировать. Он использовал мощь в своих ногах и бедрах, чтобы практически поднять их от земли. Это было рискованно в случае, если они упадут на маты, то руки Пола, зажатые вокруг трахеи противника, могли с легкостью соскользнуть. Это дало Девону три попытки и это выглядело, как последний шанс резко выскользнуть, в то время как рука Пола сдвинулась достаточно, чтобы позволить свободно совершить маневр. Он все еще хватал воздух, но, по крайней мере, это дало возможность Полу вернуться на ноги. Как только Девон встал на ноги, он показал толпе, как он заработал свою звездную репутацию. Он разразился серией ударов и джебов, и выпадов на Пола, которые почти вернули его на маты, прежде чем прозвучал финальный гонг. Этот раунд остался за Девоном. Пол выглядел обессиленным, к счастью, как и его оппонент.

Третий раунд начался практически аналогично последнему. Они кружили вокруг друг друга, выбрасывая удары и джебы, и я видела, как Пол бросает взгляды на ноги противника каждые несколько секунд, пытаясь поймать возможность его повалить. Он двигался медленнее в этом раунде, усталость читалась на его лице, когда капли пота стекали по нему и падали на пол. Наконец он совершил захват, чтобы повалить Девона с ног. Девон легко скрутился и шагнул назад, чтобы захватить Пола. Когда это произошло, я вдруг поняла, что прекрасные голубые глаза Пола больше не находились в клетке... они сосредоточились на мне. Я хотела бы, чтобы он меня заметил, но больше я хотела, чтобы он сфокусировался на бое. Девон моментально заметил его отвлечение. Это длилось несколько секунд, но этого было достаточно.

Девон обхватил своими руками грудь Пола и жестко повалил его на маты. Его колени стояли по обе стороны, и он почти был готов спуститься с катушек, когда Пол скрутил его тело достаточно, чтобы удержать руки Девона. Девон до сих пор был сверху, но Пол не отпускал его рук и чем больше тот двигался, тем сильнее становилась хватка Пола. И вскоре Пол был в доминирующей позиции и руки Девона были загнуты назад под странным углом. Толпа была безумно громкая теперь, и Девон должен поблагодарить Господа за то, что рефери отдал должное вниманию этим действиям, потому что он, однозначно, не мог услышать гонг. Бедный парень выглядел как в агонии, будто это забрало каждую каплю энергии, когда он высвободил руку, чтобы дважды хлопнуть ею о маты. Он сдался, он закончил. Пол отпустил его и встал. Тренер Девона сразу взял заботу о нем на себя, и рефери поднял руку Пола вверх, оповещая всех о его победе.

Фамилия Пола раздавалась эхом по помещению от микрофона и от скандирующей возбужденной толпы. Его менеджер открыл ворота в клетку, и, выступая Пол, расплылся улыбкой, его обставили толпы людей, желающие снять фото и толкающие ему листы и блокноты, даже части тела в надежде на его автографы. Он выглядел немного ошеломленным, и я не была уверена, было ли это после боя или от всех вспышек, направленных ему в лицо. Он пытался остановиться и подписать несколько автографов, но его менеджер взял за руку и протолкнул вперед. Я наблюдала, как они остановились в задней части, где был установлен подиум, и менеджер дал возможность репортерам задать «несколько» вопросов. Репортеры кричали ему одновременно, и менеджер указывал на них по одному, чтобы они задавали свои вопросы. Они все были однотипными... «Как это ощущалось?», «Куда вы собираетесь после боя?». Пол отвечал им всем все с той же огромной улыбкой на лице.

— Мистер Делпорт, вы были названы несколькими людьми, как огромнейшая угроза нынешнему чемпиону ММА Тренту Джонсу, что вы думаете об этом?

— Я думаю, я надеюсь, что он съел свои хлопья, потому что я иду...

Несколько следующих вопросов были, о Тренте Джонсе и Пол отвечал всем с полной уверенностью. Хотя я могла сказать, что ему начало это надоедать. Он посмотрел на своего менеджера и мужчина сказал:

— Прошу прощение, леди и джентльмены, но на этом мы закончим.

Его менеджер отступил назад в сторону раздевалки, но вместо того, чтобы следовать за ним, Пол сделал шаг к репортерам и прошел сквозь толпу. Он выглядел так, будто шел ко мне, но я не хотела выглядеть слишком возбужденной, пока неожиданно не оказалась в его руках, и его губы накрыли мои. Я раскрыла губы, и позволила его языку найти мой, пока мы целовались, будто никого не было рядом, чтобы наблюдать за нами. Когда он, наконец отстранился, и мы оба пытались перевести дыхание, мы осознали, что со всех сторон были оттеснены толпой.

— Может, нам стоит отправиться в место, где менее многолюдно?

Я улыбнулась и кивнула головой, после чего он взял мою руку и повел в заднюю часть зала.

4 глава

После того как мы оказались возле раздевалок в конце зала, Пол снова меня поцеловал. В этот раз, когда мы снова могли дышать, Пол сказал:

— Я скучал по тебе».

Эти три простых слова…и поцелуй растопили лед вокруг моего сердца.

— Я тоже по тебе скучала!

Мы снова поцеловались, а потом он сказал:

— Я собираюсь очень быстро принять душ. Отпразднуешь со мной?

— Конечно, с удовольствием.

Я вернулась в начало зала и встретилась со своими друзьями, которые собрались снаружи, чтобы поболтать. Дебби и Виктория обе посмотрели на меня этим «взглядом». Это означало только одно, как только появиться шанс, они захотят узнать, что именно происходит у нас с Полом. Я чувствовала, что не могла стереть глупую улыбку с лица. Либо атмосфера, царившая в воздухе, повлияло на меня, либо это только что вернувшийся Пол. Когда он подошел к нам, на нем была белая футболка и джинсы, выглядел он так аппетитно, что его можно было бы съесть. Его руки обняли меня за плечи, и он поприветствовал всех вокруг.

— Отличная работа, парень. Где, черт возьми, ты был? Мы чуть не объявили тебя без вести пропавшим.

Грег шутил лишь наполовину. Они все, и правда, очень беспокоились.

— Спасибо. Были некоторые семейные дела, надо было позаботиться о них. Все случилось в последнюю минуту.

— Рад твоему возвращению, — сказал Сэм. — Это было… у меня, нет слов.

Пол поблагодарил его, и тогда Грег сказал:

— Мы направляемся в спортивный бар, вы двое в деле?

Пол посмотрел на меня, и обмен взглядами между нами сказал обо всем. Повернувшись к Грегу, он сказал:

— Спасибо, мужик, но Джесси и я хотели отпраздновать по-своему.

Мы останавливались, по крайней мере, больше шести раз по дороге на парковку к его грузовику из-за людей, желающих получить автографы. Когда, наконец, мы оказались внутри автомобиля, он притянул меня к себе и снова поцеловал.

— Я скучал по тебе, — сказал он снова.

— Почему ты не звонил? — я должна была спросить об этом.

— Я забрал Мари и Виктора, чтобы обустроиться. Прости. Это была адская неделька. Я почти отказался от боя, но не дал воли страху, что бывший моей сестры разрушил еще что-то в моей жизни. Это моя мечта, и я иду к ней.

— Я рада. Митч знает, что ты вернулся?

— Да. У меня есть несколько парней, которые сегодня играют вышибал… и присматривают за ним. Я разговаривал с одним из них, они выкинули его незадолго до боя.

— Ничего себе. Я даже не видела его.

— Это хорошо. Я надеюсь, ты больше никогда не увидишь этого ублюдка. Чем бы ты хотела заняться сегодня вечером?

— Это твой вечер. Ты выбирай.

Он снова поцеловал меня и сказал:

— Я хочу провести его с тобой.

— Моя мама в моем доме…

— Это не страшно, — сказал он, заводя свой грузовик. — У меня есть идея получше.

Он повез нас в центр города, там, где находилось несколько поистине милых отелей. Я была немного разочарована, думала, он повезет меня в многолюдный бар или клуб. Вместо этого мы подъехали к одному из красивейших отелей… пять звезд, если не ошибаюсь. Он усмехнулся мне, и выпрыгнул наружу, передавая ключи камердинеру. Другой служащий открыл мою дверь, и Пол уже ждал меня, чтобы помочь. Он передал служащему двадцатку, и сказал:

— Мы останемся на ночь.

Я стояла в тишине и была немного шокирована, пока он регистрировался в номере и распоряжался принести нам наверх бутылку шампанского. Он взял мою руку и повел к лифту, и как только двери закрылись, схватил меня для сладкого и нежного поцелуя, и все это время смотрел прямо в мои глаза. И неожиданно я воспламенилась.

Из лифта мы вышли на пятом этаже. Ковер был настолько плотным и мягким, что казалось, я утопала в нем, пока Пол вел меня в наш номер. Пока он проводил ключ-карту вдоль замка, я огляделась. В маленькой и очень милой гостиной зоне лежали персидские ковры, дорого выглядевшие вазы стояли на стеклянном столике. Я проследовала за ним в комнату, и когда дверь за нами закрылась, он нежно подтолкнул своим телом мою спину к двери. На этот раз, Пол действительно целовал меня. Я раскрыла губы, и он лизнул их, пока его язык не нашел мой. Мы не спеша пробовали друг друга, когда его рука утонула в моих волосах. Я чувствовала, как его пальца нежно зажимали затылок, спускаясь к шее. Другой рукой он нашел мою руку, и мы крепко сцепили их, пока длился поцелуй. Я чувствовала, что воздух меня покидает, и сейчас меня меньше всего заботило, что я могла умереть от удушья прямо здесь и сейчас.

Пол провел рукой от моей шеи до плеч. Я чувствовала его нежные массажные движения, прежде чем рука переместилась на спину. Его поведение со мной настолько резко контрастировало с тем парнем, за которым я наблюдала во время боя в октагоне совсем незадолго до этого. Моя голова была готова взорваться, пока он страстно целовал меня, нежно лаская и разминая мою спину через одежду. Он нашел край футболки, и запустил свои руки под нее. От соприкосновения кожа к коже, меня пробила дрожь. Его рука опять сместилась до моей шеи, и мои стоны утопали в его губах, пока он продолжал свои ласки. Его другая рука возобновила движения, исследуя пространство вверх по руке, дотрагиваясь нежно до моего лица, и возвращаясь назад. Я протянула свою руку вверх, чтобы дотянуться до его лица, пока мы целуемся, и давай ему доступ проводить руками по моему телу.

Он опускал руку по моей спине, пока не наткнулся на край джинсов. Его руки скользнули под пояс, опускаясь на мой зад. Я выгибалась к нему, потому что это ощущалось так хорошо. Он использовал это движение, чтобы дотянуться до внутренней части и обхватить обеими руками мои ягодицы, чтобы каждая оказалась в его руке. И сжал их. Как только раздался стук в дверь, я взвизгнула, это почти напугало меня.

Пол улыбнулся и сказал мне:

— Это шампанское. — Я отошла от двери, до сих пор задыхаясь и хватая воздух. Пол взял банкноту из кармана и, открыв дверь, он обменял чаевые на шампанское. Затем закрыл дверь и развернулся с медным ведерком, которое было заполнено льдом и шампанским в одной руке, и двумя бокалами в другой.

— Шампанское? — спросил он.

Я кивнула. До сих пор мне было тяжело дышать, и мое тело было готово взорваться пламенем. Он держал шампанское над маленьким столиком и выпустил пробку. Она ударилась об потолок и упала вниз, шлепаясь о поверхность стола, когда шампанское пенилось через золотое горлышко бутылки. Пол наполнил два фужера и опустился на одно из больших кресел около столика. Затем поднял руку и сгреб меня к себе на колени. Потом протянул мне бокал и поднял свой в воздух. Держа свой бокал, он сказал:

— За нас.

Я улыбнулась, и мы чокнулись бокалами. Шампанское было сладким и гладко проскальзывало по моему горлу. После того как проглотила его, я сказала:

— А есть мы, Пол?

Он посмотрел на меня со всей серьезностью и сказал:

— Я бы хотел, чтобы так было.

— Будешь ли ты действительно проводить время со мной сейчас, когда Мари и Виктор в безопасности?

— Да, безусловно. Но нам все равно придется приглядывать за Митчем. Но, я не уверен, что придурок будет действовать в ближайшее время… что ты думаешь об этом?

— Я согласна, — ответила я честно.

Он осушил свой бокал и поставил его на столик, затем схватил меня за обе руки и притянул к себе. Я опустила ноги по обе стороны от него, оседлав его, затем осушила свой бокал и наклонилась для нового поцелуя. Опустила свой бокал через его плечо на столик, пробуя своим языком шампанское на его и упиваясь тем, как его руки ласкали мой зад. После нескольких минут я почувствовала, как напряглись мышцы его бедер, когда он подхватил меня и встал. Неся меня к кровати, он уткнулся лицом в мою шею, прям под волосы, когда он целовал и покусывал, и у меня побежали мурашки. Пол уложил меня на кровать, и я клянусь, что мое тело утонуло в ней. Это была самая мягкая кровать, на которой я когда-либо лежала. Я приподнялась и потянула его за футболку. Поняв намек, он стянул ее со своего тела. Мои руки пробежались по его упругим мышцам живота и груди, когда он навалился на меня. Мои трусики уже были влажными, но сейчас они промокли насквозь. Он остановился только на секунду, чтобы поглотить меня голодными глазами прежде, чем опуститься расстегнуть и раскрыть молнию джинсов. Затем, потянув за каждую брючину, он стянул их и бросил их к остальной куче на полу рядом с собой. Я потянулась назад и расстегнула свой бюстгальтер, пока он избавлялся от своих джинсов. В его шортах виднелась дьявольская выпуклость, ноющая выпрыгнуть наружу. Я присела помочь, и пока спускала боксеры вниз, его рука опустилась, скручивая мой сосок пальцами. Мои стоны громко вырывались наружу, когда он начал выкручивать и тянуть их. Как только его плавки оказались в стороне, моя рука полностью завладела его эрекцией. Я начала поглаживать его прекрасный, совершенный и жесткий член и играючи исследовать пространство между его ног своей другой рукой. Все время я наблюдала за его лицом. Его глаза были закрыты, и его лицо выражало полный экстаз. Моя рука скользнула по его налитым шарам, ожидая, когда он снова откроет глаза. Как только он это сделал, я вперилась в него своим взглядом и направила его член между губ.

— Черт! — простонал он.

Мои губы скользили по его стволу, и не уверена, мои губы горели или его разгоряченная плоть, но что-то точно обжигало. Я прошла языком у основания, пока запускала и выпускала его изо рта. Пол зарылся своими руками в мои волосы и двигал бедрами в унисон моим движениям вверх-вниз, пока я ласкала его яйца и верхнюю часть бедер.

Он закрыл глаза и простонал мое имя хриплым голосом. Я наклонила голову так, что его член почти касался стенки моего горла, позволяя мышцам горло довести его до изнеможения, пока он громко не закричал.

— О, черт, Джесси! О боже, детка! Пожалуйста, остановись... о, черт!

Я остановилась и медленно выпустила его, беря его обратно в руку, улыбаясь, глядя на лицо Пола. Он встряхнул головой, словно пытаясь поверить чему-то.

Затем потянулся вниз и пробежался своей рукой по моим волосам, опускаясь ниже и чертовски эротично проводя по моим губам.

— Такая сексуальная, — отчего мурашки покрыли мою спину.

Затем не так нежно, как прикасался ко мне до этого, откинул меня на спину. Эти касания были более резкие... грубые. Он опустил меня и положил по центру кровати. Укладываясь рядом со мной, он нашел мои груди и начал ласкать их. Пол мял теплую плоть, избегая сосков, заставляя меня изгибаться. Наклонившись, он опять накрыл мой рот своим, жадно целуя, засасывая губы между своих зубов, заставляя меня изнывать едва сдерживаясь. Он целовал мою шею сбоку, проводя языком вверх и вниз по податливой плоти, периодически покусывая ближе к плечу.

Мои руки держались за его спину, слегка царапая его кожу кончиками ногтей. Я могла бы опустить руку вниз и найти его жесткий член, упирающийся в мое бедро. Я любила, то, что он дрожал от моих прикосновений, как и я от его.

Пол проводил руками по всему моему телу, скользнув ими по животу и прямо к чувствительному бугорку. Мои бедра приподнялись вверх, и когда моя грудь замерла в воздухе, он, наконец, втянул один из моих сосков в рот. Я закричала, когда его руки потирали мой бугорок, а губы втягивали ртом соски одновременно с этим. Пол переходил от одного к другому, дразня их языком. Мое тело двигалось навстречу его руке, побуждая действовать дальше. Мне были необходимы его прикосновения на клиторе. Если он быстро не приступит к этому, я могу заорать. Он поднял другую руку, щипая и оттягивая один сосок, пока сосал другой.

— О, боже, Пол!

Я задыхалась, пока он продолжал свои мастерские атаки на мое тело. Он начал меня вылизывать, останавливаясь, чтобы оставить поцелуй на каждом сантиметр коже, вылизывая впадинки под грудями, заставляя мое тело биться в конвульсиях. Его горячий язык продолжал ласки по моему животу, мучая несколько секунд, затем продолжил свой путь к разгоряченному бугорку. Пока он опускал свое сексуально лицо вниз между моих ног, я потянулась назад, чтобы схватить подушку. Моя голова прижалась к ней, чтобы я могла наблюдать за ним. Не хотелось упускать ни единый момент его сексуальных движений.

Я наблюдала, как его руки опустились под мой зад и сорвали мои трусики прочь. Затем, проскользнув одной рукой под меня, он приподнял меня, чтобы встретиться с его губами. Его язык проскользнул между моих складочек сначала нежно, а затем он всосал наружную губу себе в рот. Я резко повернула голову, кусая низ подушки, чтобы сдержать свои крики. Когда он осознал, что делает со мной, то повторил это и крик слетел с моих губ. Я дергала бедрами, желая большего, но он продолжал полизывать внутреннюю сторону бедер и кожу около моей киски, пока я, наконец, не схватила его за голову и не направила к своему центру. И, в конце концов, он втянул мой клитор между губ и начал его лизать. Я извивалась и стонала, пока он атаковал его. Это не было достаточно жестко, чтобы было больно, но это было так эротично, что я была готова потерять рассудок. Я снова кричала в надежде, что стены были достаточно толстыми, чтобы соседи не понеслись вскоре жаловаться на нас.

Затем он проник языком в мою киску, все глубже и глубже, полизывая клитор каждый раз, когда двигался вверх или вниз. Я приподняла бедра, когда неожиданно почувствовала его язык на своем клиторе и палец около входа. Затем опустилась, чтобы он проскользнул в меня, и когда он это сделал, я испытала дрожь по всему телу.

Я застонала и захныкала, как только он проскользнул другим пальцем и начал его толкать в меня и наружу, не отпуская давления своего языка с моего клитора.

Клянусь богом, я была уверена, что умру. Никогда не испытывала ничего подобного раньше. Я была на грани... Как будто висишь на краю обрыва, и цунами оргазма проглотит, если только он остановится. Я громко застонала. Пол поднял взгляд на меня, ухмыльнувшись, и затем одним долгим, медленным, финальным движением языка поднял голову снова и начал скользить вверх по моему телу.

Он остановился лишь, чтобы натянуть презерватив, который развернул, что я даже не заметила, а затем жестко захватил мои губы. Я слизывала свои соки с его уст, наслаждаясь вкусом на нем. Пока я это делала, он расположил свое тело, так, что головка члена давила на мой вход. Мои зубы сжались, и я втянула резкий глоток воздуха, когда он толкнулся нежно. Я лежала неподвижно, желая проявить инициативу, чтобы он вошел в меня во всю длину. Он дразнил меня, толкаясь наполовину и затем выскальзывая. Я терпела это так долго, как могла, пока не захватила его зад обеими руками и направила его в себя полностью. Пол застонал, и я почувствовала скольжение его каменной эрекции по моему разбухшему клитору, пока он двигался вперед и назад. Он начинал медленно, увеличивая свой темп, двигаясь со мной вместе. Я была готова снова кончить. Мои бедра начали толкаться быстрее, захватывая его еще глубже. Я ощущала, как мышцы моей киски сжимались все крепче... как раз, когда он выскользнул из меня снова. На этот раз я зарычала:

— Ты убиваешь меня! — Я почувствовала его улыбку напротив своей кожи. Он уже опускал голову между моих ног, и я была готова заплакать... пока не ощутила, как он накрыл мой клитор своим ртом. Он снова начал его лизать жестко и быстро. Я издавала звуки, которые не узнавала сама и, клянусь, это чувствовалось чертовски приятно, я была готова кричать во всю силу своих легких. — О боже, Пол, остановись, малыш! Трахни меня, пожалуйста! Ты мне нужен внутри.

На удивление в моих легких оказалось достаточно воздуха, чтобы прокричать эти слова. Он не заставил меня повторять это снова, и, слава богу. Пол вернулся назад и погрузил свой член глубоко в меня. На этот раз трахая меня жестко. Наши тела ударялись друг о друга от каждого его толчка. Я снова схватила его за задницу и стонала и хныкала напротив его лица, когда не могла больше выдерживать напряжения. Даже если он собирался выскользнуть из меня снова, я все равно была готова кончить.

— О, Пол… о черт! Черт.

Его толчки еще больше ожесточились, и когда он погрузился в меня настолько глубоко, насколько мог, меня накрыл самый мощный оргазм в моей жизни. Где-то в середине всего этого, я ощутила, как его мускулы стали неподвижными, и его член внутри меня набух и стал слишком жестким. Клянусь, я только что умерла, и именно так ощущались небеса.

Я почувствовала его движение в сторону, и затем он выскользнул из меня, яростно дрожа. Мое тело неожиданно ощутило, словно я потеряла часть себя. Он нагнулся и ловко стянул презерватив, затем повис на краю кровати, чтобы выбросить его в мусорку. После лег на спину и притянул меня к своей груди. Я лежала тихо, ощущая и слушая биение его сердца напротив своего. Мои волосы были запутанным беспорядком и пропитаны потом.

Он поцеловал мое лицо и сказал:

— Ты такая красивая.

Я снова задрожала.

5 глава

Следующим утром я проснулась я в теплых объятиях Пола и после еще одного крышесносного раунда секса, мы вместе помылись, и он отвез меня домой. Подарив мне на прощание распаляющий горячий поцелуй. Я практически вплыла в свою квартиру, после чего остановилась, словно вкопанная. Как только я открыла входную дверь, знала, что что-то было не так. Вся моя мебель была переставлена в центр комнаты, и я учуяла запах краски. Я стояла, оглядываясь по сторонам, и увидела, что все стены были расписаны деревьями, скалами и реками. Моя мама была кем-то вроде художника. Я просто никогда не могла предположить, что моя мама будет ходить с растрепанными волосами и задекорирует мои стены без разрешения.

— Мам?

Она появилась, практически забегая откуда-то из коридора. Ее зрачки были настолько расширены, что с другого конца комнаты глаза казались черными. Она была одета в фартук поверх пижамы и пару зимних сапог. Ее волосы торчали в разные стороны. Выглядела она, как сумасшедший ученый.

— Мама, что происходит?

Эта улыбка. Это была та же нездоровая улыбочка, как когда я возвращалась домой из школы и находила ее под воздействием наркоты. Она была дерганной... опять.

— Привет, малышка. Что думаешь об этом?

— Что я думаю? Ты, черт возьми, спятила? Мам, что ты принимала?

Она попыталась принять невинный вид, но это совсем не сработало. Она делала что-то своими губами, непрерывно ими хлопая, и дергала шею в одну сторону. В ней было полно этого дерьма, это можно даже не отрицать.

— Я ничего не принимала, малышка. Я завязала с этим.

— Где ты взяла деньги, чтобы купить что-нибудь? У кого ты брала? О боже, мама, пожалуйста, скажи, ты не приводила сюда Джастина.

— Приходил мужчина.

— Что? Когда?

— Я не знаю. Прошлым вечером... может, утром...

— Кто это был, мама? Как его звали?

Боже, если это был Митч, и он видел ее в таком состоянии. Прекрасно... он мог использовать против меня мою мать-наркоманку.

— Я не знаю, — теперь она использовала плаксивые нотки в голосе, которые заставлял меня желать дать пощечину ей.

— Вспомни, мама. Был ли он старым? Молодым? Был ли это приятный парень, который приходил ко мне одним вечером? Или полицейский?

— Почему это должен быть полицейский? Я не хочу попасть в тюрьму, Джесси! — она начала плакать. — Пожалуйста, малышка. Я была чиста… просто сорвалась.

— Иисусе, мама. Ты не попадешь в тюрьму. Я просто хочу знать, что здесь случилось, пока меня не было.

— Я использовала деньги, которые ты оставила на еду, — выпалила она.

Я такая глупая. Первое правило, которому учит сообщество «анонимных наркоманов» — не оставлять больному наличные дома. Боже! Это последнее, в чем я сейчас нуждалась.

— Мама, подойди сюда и присядь. — Я попыталась протянуть ей свои руки, но она отпрыгнула назад от моих прикосновений, как от огня или чего-то в этом роде. Я ненавидела ее такое состояние, больше из-за того, что не знала злиться или беспокоиться, вдруг она может упасть замертво. — Пожалуйста, мама.

В конце концов, она присела на диван, как можно дальше от меня, опираясь на край, готовая сорваться на бег от меня.

— Нет, пожалуйста, скажи, где ты купила то, что приняла. Никто не приходил сюда, верно?

Когда я встречалась с Джастином, я досыта насмотрелась на дилеров и наркоманов. Там не было ни одного, которого я хотела бы видеть у себя в доме. Меня выворачивало лишь от одной этой мысли.

— Приходил человек. Он искал тебя.

Дерьмо!

— Я знаю, мама. Ты мне говорила. Но что насчет наркотиков? Кто тебе продал наркотики?

— Я больше вообще не принимаю наркотики, малышка. Я чиста.

— Черт! — Я вскочила с дивана, и она вскочила вслед за мной. Она действительно выглядела, словно кролик, рвущийся за дверь. Я сделала глубокий вдох и еще один... и постаралась спокойным тоном сказать: — Прости, мама. Я не хотела кричать на тебя. Я просто очень беспокоюсь за тебя.

— Люблю тебя, малышка.

Теперь настоящие слезы побежали по ее щекам.

— Я тебя тоже люблю, мам. Может, ты сходишь в душ и немного освежишься. Думаю, тебе станет намного легче. Я сделаю кофе, и когда ты закончишь, мы поговорим.

Я сделаю кофе, без кофеина.

Она шмыгнула носом, который потек от слез, и дрожащим голосом сказала:

— Хорошо, малышка. Прости за весь беспорядок.

Я посмотрела на стенные росписи.

— Не сожалей, мама. Они очень милые. Мы со всем разберемся, ладно? Иди, и освежись.

Понаблюдав, как она шла по коридору, я отправилась на кухню сделать кофе. Она, должно быть, работала всю ночь. На всех шкафах были изображены маленькие лесные существа. Черт! Надеюсь, управляющий домом не придет за чем-нибудь раньше, чем я очищу все здесь. Запустив кофемашину, я присела за стол и взяла телефон. В поиске я набрала сообщество «Анонимных наркоманов» в нашем городе. Было больше миллиона попаданий. Я сузила поиск до нужной даты и местоположения и остановилась на одном в церкви, которая находилась в нескольких милях отсюда. Там говорилось, что у них завтра встреча.

Я позвонила по указанному номеру, и мне ответил мужчина:

— Первая Баптистская церковь на Седьмой улице. Это, Майк. Чем могу вам помочь?

— Здравствуйте. Меня интересует встреча АН завтрашним вечером. Вы принимаете новых членов?

— Конечно. Мы всех приветствуем.

— Хорошо. Моя мама была чиста... некоторое время. Честно, не знаю, как долго. Не знаю насколько, то, что она мне говорит правда, понимаете?

— Я понимаю. Это сложно.

— По меньшей мере, — сказала я. — Могу ли я взять направление? Думаю привести ее завтра, если удастся ее убедить.

Он дал ей направление и после добавил:

— Если она откажется прийти, позвоните, я смогу дать вам совет. У нас существуют действительно хорошие программы для семей с этой проблемой, если пожелаете.

— Спасибо, вам, — ответила я. — Я очень постараюсь ее привезти.

Положив трубку, пошла, проверить маму. Она сидела обнаженная на краю ванны. Выглядела так, будто находится в трансе.

— Мама? Ты собираешься принять душ?

Она посмотрела, на меня, не узнавая. Заняло хороших десять или двадцать секунд понять, кто я такая... Я могла прочитать это по ее лицу.

— Привет, малышка. Я только что собиралась в душ. Приходил мужчина...

— Я знаю, мама. Давай, я настрою воду для тебя.

Я настроила воду, чтобы она не была слишком горячей или холодной. Затем достала чистые полотенца и принесла спортивный костюм из ее вещей. Также нашла маленькие белые таблетки в пластиковой бутылочке на ее ночном столике. Их было только три в упаковке. Меня интересовало, сколько их было изначально. Я спустила их в туалет. Была уверена, что мы вступим в спор снова, когда она пойдет искать их... но это до чертиков скверно.

Когда она вышла из душа, выглядела немного лучше. Мне пришлось помочь ей одеться, и я принялась сушить ее волосы. Расчесывая, я выпрямляла их по ее просьбе, а также помогла нанести немного макияжа. Я не стала говорить, что не важно, как она выглядит. Дом сегодня мы покидать не будем. Наконец, когда она отошла от своего кайфа, я собралась убрать весь беспорядок.

***

Я работала по дому в течение всего дня. Я не могла исправить разукрашенные стены, но привела в порядок остальное помещение и поставила на место мебель. Моя мама наконец-то полностью пришла в себя по истечению часа после душа. Она проспала, похоже, всю ночь... слава богу. Когда она проснулась воскресным утром, то была голодна. Я приготовила сытный завтрак, и как только она поела и выпила кофе, я сказала:

— Мам, я разговаривала кое с кем из Баптистской церкви неподалеку. Они устраивают встречи АН и проводят специальные программы. Я бы хотела привезти тебя на одну такую сегодня.

— Мне нет необходимости идти к АН, Джесси...

— Мам, пожалуйста, не говори так. Я пришла вчера домой, и ты разукрасила абсолютно всю квартиру. Твои зрачки были размером с квартал, и я нашла бутылочку с таблетками у тебя в комнате. Ты приняла слишком много... что бы это, черт возьми, не было, оно сделало тебя совершенно неадекватной. Во-первых, и прежде всего, я люблю тебя и беспокоюсь о тебе. Но, во-вторых, ты не можешь оставаться здесь, если принимаешь это. Ты думаешь, я не выкину тебя на улицу, но только принеси сюда какую-нибудь дрянь, и ты увидишь, насколько ошибаешься.

Она опустила взгляд на стол, избегая смотреть мне в глаза. Когда я закончила говорить, она медленно подняла свою голову, выглядывая из-под волос, как будто была ребенком.

— Прости, — сказала она.

Это была излюбленная линия поведения. Предполагалось, что все должно волшебным способом исчезнуть.

— Это начало, мама. Но, извини, оно недостаточно хорошее, мама. Ты пойдешь на встречу сегодня, и пообещаешь, что не будешь приносить домой наркотики... или я не смогу тебе помогать дальше.

— Я не хочу быть в таком состоянии, — сказала она.

Она вызывала жалость и не важно, насколько я была зла, я знала, что ее слова были правдой, несмотря ни на что.

— Я знаю, мам. — Я потянулась и положила свои руки поверх ее. — Я не хочу, чтобы ты вставала на этот путь, потому что люблю тебя, понимаешь?

— Ты единственная, Джесси. Ты единственная, кто никогда не покидал меня.

И она снова начала плакать. Я просто обняла ее и дала выплакаться. Иногда это все, чем вы можете помочь. Весь остаток дня она была смущена, глядя на стены, и каждый раз продолжала извиняться. Она приготовила нам обед, и мы вместе смотрели фильм, а когда пришло время отправиться на встречу, она не сопротивлялась.

Я сказала ей, что нам нужен автобус, потому что в моей машине имелись проблемы. Но правда была в том, что меня до сих пор пугал Митч. Она даже не могла вспомнить говорила ли мне о приходящем человеке, когда протрезвела, и тем более не вспомнит, кем он был. Также я собиралась встретиться с Полом, когда оставлю ее, и я хотела быть уверена, что за мной не будет никакой слежки.

Когда мы сошли с автобуса, я проводила ее до двери. Она выглядела напуганной, и мне было не по себе оставлять ее одну. Она знала, что я не могу остаться. Встречи проводились в полной конфиденциальности и, если мне ждать ее, то только снаружи в темноте.

— Все будет в полном порядке, — сказала я ей.

Она кивнула, но выглядела неуверенной.

— Это место безопасное. Сюда. — Я протянула ей купленный назад билет на автобус, и сказала: — Просто жди там, где мы с тобой высадились. Он довезет тебя точно до самого дома. Если меня не будет дома, когда вернешься, никого не впускай, ладно? Никого, мама. Вспомни, что я говорила тебе раньше, хорошо?

— Я поняла, — сказала она.

Могу сказать, что она была раздраженной. Она часто говорила, что я разговариваю с ней, словно с ребенком или идиоткой. В ответ я говорила, что если бы она не вела себя как ребенок или идиотка, я бы не разговаривала с ней таким образом.

Пытаясь говорить более одобряюще, чем ощущала себя, я сказала:

— Удачи, мама. Увидимся дома.

Она кивнула и, развернувшись, зашла внутрь. Я стояла, утопая в вине из-за... даже не знала из-за чего. В конце концов, я отвернулась и пошла на автобусную остановку. Когда автобус подошел я села на него и, сменив два маршрута, пересела на тот, который отвезет меня в маленький городок, где были сестра Пола и его племянник. Когда сошла на нужной остановке, Пол уже ждал меня.

— Привет, — сказал он, целуя меня, прежде чем запрыгнуть в грузовик.

— Привет.

— По дороге сюда не возникло проблем? — спросил он любезно, была ли я уверена, что не было слежки. Я не стала говорить, что чувствовала себя девушкой Бонда, перепрыгивая с одного автобус в другой.

— Никаких проблем. Я была осторожна.

— Хорошо. Я рад, что ты здесь.

— Я тоже.

Мы ехали минут десять, и Пол припарковался недалеко от китайского ресторанчика. Мы зашли внутрь, и он закал еду на вынос.

Когда мы вышли на улицу, я попыталась проследовать в машину, но он сказал:

— Мы оставим ее здесь.

— О, ладно.

Я знала, он осторожничал. Пол взял меня за руку, и мы начали идти. Мы шли по маленькому городку, который находился недалеко, от того места, где мы жили, но выглядел совершенно другим миром. Он выглядел, как небольшой рыбацкий поселок или что-то в этом роде. Дома, магазинчики и даже школы были нагромождены друг на друга, смешиваясь в разных цветах, стилях и материалах. Рядом могли стоять простые кирпичные дома, и дома эпохи Тюдоров. Там же был деревянный дом, выглядя как коттедж, и посреди всего этого росло множество деревьев... везде, куда ни посмотреть, была гуща зеленых деревьев, казалось, местами они выкручивались из некоторых зданий. Некоторые из них были слишком грузными с переспевшими фруктами, которые разносили по всему городу приторно сладкий запах. Это было странное маленькое местечко, и я нашла его еще более странным, когда мы покинули жилой район и перешли по ряду заброшенных зданий. Это был старинный центр, и некоторые здания выглядели едва державшимися на фундаменте.

Пол привел меня к тому, что выглядело словно спортзал, но слишком старый. Крыша была плоской и похожа на алюминий или листовую сталь. Здание было деревянным и выкрашено в оттенок красного, который обычно используют для амбаров. На входной двери висел большой замок и цепь, для которых Пол неожиданно достал ключ. Он открыл замок и толкнул двойную дверь вперед. Я вошла в тренажерный зал из 1970-х годов. Это было почти нереально.

— Что это за место такое?

— Раньше это был тренажерный зал. Просто заброшен на протяжении многих... десятилетий.

— Почему? Почему все эти здания пустуют?

— Город когда-то был самодостаточным. Здесь был мебельный завод, где работало большинство населения этого города. Но затем в 70-х его закрыли и люди, у которых были машины, переехали работать в ближайшие города. Остальным не удалось сколотить благосостояние. Город почти умер. Город стал возвращаться к жизни в 90-х, но строительство началось ближе к автобусной остановке. Они ничего не делали с этой частью города. Мой наставник владеет этим зданием.

— Привет, дядя Пол! Ты принес еды?

Виктор мчался к нам, и Пол схватил его, чтобы закинуть его на старые маты на полу. Они поборолись немного, и это было так мило. Когда Мари зашла внутрь помещения, они оба выглядели немного виноватыми.

— Вы двое опять боролись?

Никто из них не проронил ни слова, но вина на их лицах говорила сама за себя. Она покачала головой в их сторону, и после, заметив меня, улыбнулась.

— Привет, Джесси. Как твои дела?

— Я в полном порядке, Мари. Как ты?

— Я справляюсь хорошо, спасибо. Если бы я только могла угомонить этих двоих, ощущение, что живу с двумя пятилетними мальчишками. Ты будешь омлет яйца фуюнг?

— Боже, я хочу быть женщиной, когда вырасту, — сказал Виктор.

Мы все в шоке посмотрели на него и Пол сказал:

— Почему ты так говоришь?

— Потому что, если ты женщина, ты раздаешь распоряжения и решаешь, что кушать и все остальное.

Мари окинула его прищуренным взглядом, и Пол рассмеялся. Я хотела придержаться нейтральной стороны, но думаю, легкая улыбка меня выдала.

Мари накрыла еду для нас в задней комнате на стол. У них был маленький холодильник, на полу лежало три надувших матраса. Это выглядело жалким местом для жилья... особенно с ребенком. Но, они, похоже, отлично справлялись с этим положением. Мари была довольной, и Виктор был счастлив, и Пол казалось, до сих пор был на высоте после боя накануне. Хотелось бы думать, что от меня тоже.

После еды мы все очистили, что состояло в основном в выбрасывании бумажных тарелок и палочек для еды. Пол взял меня за руку и сказал:

— Иди сюда, я хочу тебе кое-что показать.

Я последовала за ним через другую маленькую комнату, и он остановился на металлической лестнице, закрепленной на стене.

— Ты не боишься высоты

— Нет, — сказала я честно.

Только я не была уверена в старой проржавевшей лестнице на стене. Я не сказала эту часть своих мыслей, потому он отошел и подождал, пропуская меня вперед. Я поднялась на шесть или семь ступеней вверх, и остановилась у открытого отверстия наверху. Это была крыша и, как я и думала, она оказалась алюминиевой. Забравшись на нее, я надеялась, что она выдержит вес, когда через несколько секунд Пол забрался рядом со мной. Теперь с нами двумя было примерно сто тридцать пять килограмм давления на нее. Не похоже, что она прогнулась или что-то в этом роде, но мне до сих пор было не по себе. Пол снова взял меня за руку и повел к пространству, где была небольшая перегородка.

Мы уселись, и Пол подняв голову, сказал:

— Тут прелестно, хм?

Он обернул руку вокруг меня, и я посмотрела вверх, на небо цвета обсидиана, возвышавшееся над нами со вспышками звезд.

— Оно красивое, — сказала я.

Когда я была маленькой девочкой, думала, что поднявшись высоко, можно потрогать звезды. Сегодня они выглядели очень далекими от меня. Я посмотрела вправо от нас через крыши заброшенных зданий, и увидела далекую вспышку падающей звезды или это, возможно, было отражением света машин. В любом случае, что бы там ни было, я загадала желание.

Губы Пола коснулись моих волос, и его слова вызвали удивление.

— В один из дней, Джесси... я не собираюсь жить как сейчас. Я стану чемпионом и заработаю кучу денег, чтобы нанять людей для постоянной охраны моей семьи, чтобы держать ее в безопасности.

Я положила голову на его плечо и ответила:

— Я верю, так и будет.

— Хорошо, — сказал он. — Потому что, когда это будущее осуществится, я буду счастлив, если ты будешь частью моей жизни.

Я ничего не ответила. И не надо было. Я уверена, он мог почувствовать это. Я бы жила с ним в этих заброшенных зданиях, если так надо. Я однозначно хотела быть частью его будущего, чтобы ни случилось.

6 глава

Я проснулась от звуков дождя. Я забыла, где уснула, пока не услышала странные звуки. Неожиданно я поняла, что ощущаю капли, когда они падали на лицо и скатывались на тяжелую алюминиевую крышу, где мы с Полом заснули прошлой ночью. Открыв глаза, не могла сказать, какое было время суток, потому что облака заволокли все вокруг, погружая нас в темноту. Дождь был сейчас только мелкой моросью, но огромное черное облако мерцало поблизости, и я знала, что мы немедленно промокнем, если не спрячемся внутри.

— Эй, соня, проснись. Мы сейчас промокнем.

Пол перевернулся на спину и застонал, когда почувствовал резкий металл под собой.

Открыв один глаз, он спросил:

— Это дождь?

Прежде чем я ответила, огромная капля упала на его щеку. Он встал и засмеялся.

— Да, полагаю именно он. Давай, пошли внутрь.

Я последовала за ним вниз по лестнице в старый зал. Я могла слышать голос Виктора, когда мы спустились.

— Дядя Пол! Ребята, вы спали на крыше?

Он посмотрел в направление другой комнаты, где была его сестра, и приложил палец к губам. Мари, должно быть, была одной из матерей с рентгеновским зрением, потому что она сказала:

— Уже слишком поздно, Пол. И что ты собираешься сказать ему, когда он захочет спать там?

Пол закатил глаза, и Виктор усмехнулся.

— Ты снова впутаешь меня в неприятности, маленький засранец, — сказал он.

Он толкнул Виктора шутливо, а Виктор толкнул его в ответ. Я отступила назад, чтобы не впутаться в притворную драку.

— Мальчики! — крикнула Мари из другой комнаты.

— Мы ничего не делали, — крикнул Виктор в ответ.

— Да, это была Джесси, — поддержал Пол усмехаясь.

Я треснула ему подзатыльник по задней части головы, что позабавило Виктора. Пол поднял его на руки и отнес в другую комнату. Мари вздохнула и покачала головой, но на самом деле не выглядела взбешенной на них. Пол был хорош с ним, и Виктор, бесспорно, любил его, как и она.

Я была удивлена увидеть яйца и бекон, а также драники на столе. Я не заметила раньше вечером кухонную плиту или микроволновую печь. Интересно работает ли электричество в заброшенных зданиях. Я собиралась спросить, но вспомнила, как ночью слышала легкое гудение, когда мы поднимались на крышу. Должно быть, был запущен генератор, возможно, работающий на бензине.

Завтрак на удивление был хорошим, и пока я наблюдала за тем, как играют и дразнят друг друга Пол с Виктором, позволила себе мимоходом пофантазировать о наших будущих детях, и каким замечательным отцом он будет. Улыбаясь себе, я представляла, насколько они будут симпатичными.

— Ты сегодня останешься, Джесси? — спросил меня Виктор, пока мы прибирались. — Мама и я собираемся на прогулку до старого озера. Там очень круто. Никто туда не ходит, поэтому там можно найти разный хорошо сохраненный хлам.

Мари улыбнулась ему и сказала:

— Да, у нас полно коробок с этим в соседней комнате.

— Я бы с удовольствием, Виктор, но у меня работа сегодня днем. Может, в следующий раз?

— Ладно, — сказал он.

Он начал уходить из комнаты, когда Пол игриво обвил руку вокруг шеи сестры и сказал:

— Быстро, Виктор... хватай коробку! Я нашел немного опрятного старья!

Мари толкнула его локтем в ребра. Пол схватил ее снова, и Виктор рассмеялся. Было так мило смотреть на них вместе. Находясь с ними, я хотела бы иметь брата или сестру, или обоих.

— Я отвезу тебя сегодня в город, если ты не против. Хочу потренироваться в зале немного.

— Конечно, ты уверен, что это безопасно?

— Я буду осторожным, — сказал он. Смотря на Мари, он спросил: — Ты не возражаешь?

— Нет. Мы с мелким займемся коллекцией хлама. Мы будет в полном порядке.

После того как я попрощалась с Мари, мы с Полом пошли обратно к китайскому ресторанчику. Я была в полном шоке, когда мы оказались на месте, и вместо его грузовика стоял маленький двухдверный «Форд». Я практически запаниковала, когда Пол, заметив это по моему лицу, сказал:

— Все хорошо. Мой наставник заимствует мою машину на несколько дней. Если Митч продолжает слежку за мной, то мы немного его запутаем.

— Это очень мило с его стороны.

— Да, не знаю, чтобы мы делали без него, — сказал он, разблокировав авто и открывая дверь для меня.

После того как я села внутрь, он обошел машину с другой стороны.

Когда он оказался внутри и завел ее, я сказала:

— Спасибо, что позвал меня. Мне было весело.

Он улыбнулся и сказал:

— Я подразумевал то, что сказал вчера вечером, это не будет продолжаться вечно.

— Я знаю, — ответила я. — Мне нравится видеть тебя с Мари и Виктором. Я всегда хотела иметь брата. Ты такой замечательный для своего племянника. Однажды ты станешь великолепным отцом.

Пол ударил по тормозам. Если бы на мне не было ремня безопасности, то я могла бы вылететь в лобовое стекло.

— Какого черта это было? — спросила я.

Он выглядел немного обезумевшим, когда сказал:

— Прости, неустойчивые тормоза. Я еще не ездил на этой машине.

Мы поехали дальше в тишине. Он выглядел так, будто неожиданно впал в размышления о чем-то.

— Пол... я что-то сказала, что вывело тебя из себя?

— Нет.

Мы поехали дальше в полной тишине еще минут десять, пока я не продолжила:

— Очевидно, я это сделала. Почему бы просто не сказать мне...

Пол снова ударил по тормозам, теперь съехав с дороги. Он поставил машину на режим «парковка» и сказал:

— Это не твоя вина, но я не люблю, когда люди говорят, что я могу быть хорошим отцом.

— Почему?

Я не могла понять, как эти слова могли значить еще что-то, кроме как комплимент. Поначалу он вел себя, будто вообще меня не слышал. Пол включил в машине передачу и выехал на дорогу опять. Подождав немного, я сказала:

— Пол? Почему?

— Потому что я был отцом. Одним из ужасных. Самым худшим. Мой сын умер под моим присмотром.

Он проговорил все это, стиснув зубы. Я почувствовала, словно попала в кошмар. Какого черта? У него был сын?

— Ты был отцом? Когда это случилось? Где его мать?

— Я не хочу разговаривать об этом, Джесси.

— Но...

— Черт побери, Джесси! У тебя чертовы проблемы со слухом? Я, твою мать, не хочу об этом разговаривать!

У меня не было проблем со слухом. Я сидела молча, удивляясь, почему у меня на лбу еще нет знака «Фанатка облажавшихся парней» или «Чем больше облажался, тем лучше». Я и так была в достаточном безумии от отношений с парнем, который носится со своей сестрой, оберегая ее, и живет в заброшенном зале. Теперь еще обнаружила, что у него был сын, который умер? Какого черта со мной не так? Как такое возможно, что я привлекаю только мужчин с демонами и душами, нуждающимися в исправлении? Я не смогла исправить своего последнего... есть вероятность, что я вообще никого не смогу исправить.

Когда мы приехали к моему дому, я вышла наружу, думая, что он просто уедет. Я ошиблась. Пол последовал за мной, и никто из нас даже не пытался заговорить. Меня опять накрыло дежавю, когда я вошла в дверь. Я знала, что что-то было не так.

Пол разглядывал стены по всей комнате, пока я звала.

— Мама?

В ответ ничего, кроме тишины.

— Что случилось с твоими стенами?

— Моя мама их разрисовала, — просто сказала я.

Я еще была на него в бешенстве за то, что он кричал на меня. Я думаю, если он хотел говорить о будущем со мной, то узнать, что случилось с его ребенком и матерью ребенка, были законными вопросами. Я начала бегать из комнаты в комнату, продолжая звать ее. Это было смешно, все пространство занимало сорока квадратных метров. Если бы она была здесь, то ответила бы. Проблема состояла в самом страшном кошмаре моего детства, с тех пор, как я была подростком… найти ее мертвой от передоза… или хуже.

— Ты можешь возвращаться обратно к Мари и Виктору, — сказала я Полу. — Я должна найти маму.

— Нет, они в порядке. Я пойду с тобой. Ты знаешь, где искать?

— Я оставила ее в Баптистской церкви на Седьмой улице прошлым вечером, когда отправилась к тебе. Не похоже, что она вообще была дома.

— Ладно, давай начнем оттуда.

Я была благодарна за его инициативу, потому что все мое тело было слишком охвачено паникой, чтобы ехать туда самой. Я последовала за ним из дома в машину, и мы снова поехали в тишине. Меня накрыло чувство тошноты. Что если что-нибудь случилось с ней, пока она возвращалась домой прошлым вечером? Я должна была дождаться ее. Почему я такая эгоистка?

Когда мы подъехали к церкви, я выскочила из машины и направилась к месту, где вчера вечером проходила встреча. Дверь была заперта.

— Джесси, офис здесь.

Я последовала за Полом к другой двери, и он постучал в нее. Майк, парень, который проводил встречу с группой прошлым вечером, отворил дверь и, увидев Пола, его лицо озарилось, и он сказал:

— Привет, Пол. Как твои дела?

— Привет, Майк. Я отлично. Джесси ищет здесь свою маму.

Еще раз... Какого черта? У меня не было времени беспокоиться об этом прямо сейчас, поэтому я оставила это на потом.

— Моя мама приходила навстречу АН вчера вечером. Ей около сорока, похожа на меня. Ее имя Линн...

Майк до сих пор смотрел на меня без какой-либо реакции.

— Слушайте, я не пытаюсь заставить вас нарушить какую-либо конфиденциальность. Я просто очень беспокоюсь за нее. Я оставила ее вчера здесь, и она даже не вернулась домой.

— Я помню Линн, — сказал он. — Она была здесь на протяжении всей встречи. Даже принимала немного участие. Она ушла, как только все закончилось, Джесси. С тех пор я ее не видел.

— Черт! Дерьмо! Простите. Я забыла, мы в церкви.

— Это не страшно. У вас есть еще какие-нибудь идеи, где ее искать? Вы звонили ее друзьям?

Я почувствовала, как слезы жалили уголки моих глаз. У нее не было друзей, по крайней мере, которых я могла бы знать. Если бы я могла найти их, сомневаюсь, что они могли быть в состоянии, чтобы отвечать.

— Я попробую позвонить, — сказала я. — Спасибо вам.

Я слышала, мой голос начал надрываться, и вышла наружу. Не хотелось плакать перед чужаком. Я не хотела плакать перед Полом из-за этого.

— Может, она осталась у друзей? — сказал Пол, пока мы шли к машине.

— Ты не понимаешь. Если это так, то она точно в плохом месте. Я заставила ее паршиво себя почувствовать и бросила здесь одну. Я должна была остаться и отвезти ее домой. Что, если что-нибудь случилось с ней? Что, если она не в безопасности? Это будет моя вина.

Пол ничего не говорил, когда мы вернулись в машину. Я взяла телефон и стала искать и обзванивать приюты для бездомных людей. В городе оказалось только три, где персонал находился каждый день. Они сказали, что не требовали имен от людей, которые оставались у них, тогда я описала маму, но по описанию они никого не узнали.

Я начала обзванивать все дрянные мотели рядом с нашим местом. Пол просто сидел и наблюдал за мной. Его взгляд был грустным и обеспокоенным.

Он подождал, пока я закончу со всеми телефонными звонками, которые ни к чему не привели, и, заведя машину, сказал:

— Я отвезу тебя домой.

То есть так. Он не планировал застрять со мной, когда моя семья была в опасности. Чудненько.

Когда мы доехали до моего дома, он сказал:

— Я хочу, чтобы ты оставалась здесь в безопасности. Сделай еще больше звонков. Может, она позвонит сама, пока ты дома. Я знаю некоторые места в городе, где болтаются наркоманы. Я собираюсь проверить их и после вернусь.

Единственную часть, которую я расслышала, «наркоманы». Он что, только что назвал мою маму «наркоманкой»? Какого хрена? Я не произнесла ни слова. Просто вышла из машины и закрыла дверь. Это было слишком для меня сейчас. Я должна найти свою маму.

7 глава

Я открыла квартиру, ворвалась в свою квартиру и бросила свою сумку и ключи через всю комнату. Как посмел Пол назвать мою маму наркоманкой? Он не знал ее. Черт... он едва знал меня. Мы едва знали друг друга. Я рассказывала ему немного о маме за ужином тем вечером, но я никогда не использовала слово... «наркоманка». Для меня это было сопоставимо с тем, если бы он называл ее сукой. Это уничижительный термин и не тот, которым я бы хотела, чтобы кто-нибудь говорил о моей маме. Он не мог ходить и называть так чужих матерей. Почему он не понимает этого? Кроме этого, он слышал от меня, что она была на встрече АН, очевидно, он сразу сделал выводы. Был ли он из числа людей, которые не дают другому шанса? Никаких вторых шансов, если ты не член его семьи. Как смеет он в своей ситуации судить мою маму! Он был, очевидно, не настолько идеален... и если уж на то пошло, сам не воспитывался в идеальной семье. Черт бы его побрал!

Я прошлась по комнате, чтобы взять свои ключи и заметила краем глаза росписи на стенах. Усевшись на диван, начала их разглядывать. Это был лес. Листья были светлого и темного оттенка зеленого, словно тени лежали на них, и маленький ручей, пробегающий через деревья, выглядел достаточно реалистичным, чтобы хотелось выпить из него. Скалы были смуглыми и серыми, а в воде вокруг бурлили пузыри. Тропинка между деревьями, казалось. Вела к свету. Небо было невидимым потому, что его укрывали кроны деревьев. Место выглядело умиротворенным и могу поспорить, что мама нарисовала, то где она хотела бы оказаться... мир для изменений. Я знала, она не хочет жить как сейчас... она просто не знала, как жить по-другому. Когда мы найдем ее, хочу, чтобы она была уверена и знала, что я буду здесь ради нее всегда. Она не должна жить так. Я могу помочь ей стать лучше.

Я не могла сидеть на месте. Поднялась и стала расхаживать, а затем решила продолжить обзванивать. Я нашла номер парня по имени «Тайлер», с которым она жила до того, как переехала жить ко мне, и позвонила ему.

Когда он ответил, я сказала:

— Привет, Тайлер. Это Джесси, я дочь Линн.

На секунду я подумала, что он сбросит. Наконец, он ответил:

— Да, хм... Линн здесь нет...

— Я знаю. Она была здесь, осталась у меня... я думаю, она снова подсела на наркотики, и она пропала, а я очень беспокоюсь. Есть ли у тебя какие-нибудь идеи, где я могу ее найти?

— Не совсем. Бар, где я играл, был одним из ее любимых мест. Он называется Sequoia Club. Ты могла бы позвонить туда, и спросить видел ли ее кто-нибудь.

— Ладно, я попробую спросить. Эй, Тайлер...

— Да?

— Она употребляла наркотики, когда была с тобой?

— Нет, она проходила реабилитацию в Уиттиер. Она была чиста, насколько я знаю... по крайней мере, последние шесть месяцев, — сказал он.

Это именно то, что она мне говорила. Она была чиста более полугода. Это был просто мелкий срыв, даже недостаточно, чтобы классифицировать, как рецидив. Мы могли бы снова направить ее на правильный путь.

— Спасибо, Тайлер.

— Конечно.

Он повесил трубку. Не важно, что мама сделала ему, но все мосты были сожжены. Это было очевидно по его голосу. Я не могла обвинять его в этом, я ее дочь, и она сделала мне много плохого. Рационально я знала, что должна отойти в сторону. Эмоционально я не могла.

Я нашла номер телефона бара, про который он сказал мне, и позвонила. Ответила женщина, назвавшаяся Вандой. Я сказала ей, кем была, и спросила:

— Я ищу свою маму Линн... Она приходила к вам с Тайлером Грантом... рыжеволосая леди, зеленые глаза...

— Я знаю Линн. Она не была здесь уже больше недели, дорогая.

— Ладно, спасибо. Есть ли у вас идеи, где можно ее еще поискать?

— Я действительно не знаю, милая. Но у меня остался твой номер. Если я ее увижу или узнаю что-нибудь о ней, то позвоню тебе. Она в порядке?

— Я уверена, что да, — солгала я. В своей голове я прокручивала всяческие ужасающие сценарии. — Спасибо, — сказала я.

Я позвонила еще в несколько мотелей. Все они утверждали, что не видели ее. Но эти мотели были дешевые и жуткие, постоянные клиенты желали оставаться в тени. Я была еще больше расстроена, когда повесила трубку. Я не хотела, но решила проглотить ком и позвонить Джастину. Если кто и снабдил ее наркотиками, то я больше чем уверена, это именно он. Я бы быстрее вырвала свой коренной зуб ржавыми плоскогубцами, чем позвонила бы Джастину, но мне необходимо ее найти. Я расхаживала по дому, когда совершала все звонки, но когда я нажала номер Джастина, то подошла к окну. Там стояла полицейская машина. Черт! Я опустила телефон вниз, стараясь не стоять у окна, где он мог меня заметить, и заняла другую позицию. Внутри машины был человек... большой мужчина. Это был Митч, я была уверена в этом. Твою мать! Что он теперь хотел от меня?

Пока я размышляла об этом, Митч очевидно выбрался из машины и оказался у моей двери. Я слышала его стук. Я должна была испугаться, но не было страха. Я была слишком зла на весь мир. На маму из-за исчезновения, и что она заставила меня переживать... На Пола из-за... много чего… и на Митча, в основном, что он мудак.

Я толкнула дверь и сказала:

— Что? — после этого, я не дала ему шанса ответить и продолжила: — У меня нет времени сегодня для твоего дерьма. Я даже не знаю, когда ты находишь время для реальной работы в полиции. Ты всегда сильно занят, преследуя людей, ты, придурок! Оставь меня в покое. У меня есть свои проблемы.

Митч просто стоял и смотрел на меня, пока я напыщенно высказывала все ему, а когда перехватила дыхание, он сказал:

— Могу я войти?

— Нет! Боже! Ты сумасшедший? Проваливай!

— Джесси, это касается твоей мамы. Ты хочешь обсудить это здесь, где любой может услышать?

О, черт! Сукин сын! Я отошла от двери и позволила ему войти. У меня вообще не было выбора, и это становилось нормой в последнее время. Как только он оказался внутри, я закрыла дверь и сказала:

— Что ты знаешь о моей маме?

Митч рассматривал расписанные стены в комнате с изумленным выражением на лице. Я действительно не была в настроении.

— Эй! Что тебе известно о моей маме?

Я повторила, на этот раз, проговаривая каждый слог.

— Она в участке, — сказал он все тем же спокойным голосом с убийственным выражением глаз.

Что Мари нашла в нем, было выше моего понимания.

— Милые рисунки на стенах, между прочим.

— Где? Почему она в участке? Полицейском участке?

Митч усмехнулся и сказал:

— Нет, я просто пришел, чтобы сказать, что она на садовом участке.

— Заканчивай со своим дерьмом, Митч! Что ты сделал с моей мамой?

— Я ничего ей не делал. Твоя мать была поймана при покупке наркотиков у подставного полицейского. Я здесь, как заинтересованный друг...

— Друг? Ты, черт побери, прикалываешься надо мной? Мы настолько далеки от друзей, что могли быть на разных континентах. Ты никогда не будешь моим другом. Уясни это.

Я схватила свой кошелек и ключи, и с довольным выражением лица, будто я только что сказала шутку, он продолжил:

— Ты уезжаешь?

— Я собираюсь забрать свою маму. Извиняюсь.

Он стоял между мной и дверью. Я была идиоткой, позволяя ему зайти сюда.

— Ты не можешь просто взять и «забрать ее», Джесси. Это так не работает.

Боюсь, я уже знала, как это должно работать, но опять же, я должна спросить.

Бросив свою сумку и опустившись в кресло, потому что мои ноги тряслись так сильно, что было очень сложно устоять на них, я сказала:

— Скажи мне, Митч. Как это работает?

Он сел на мой диван и похоже старался почувствовать себя комфортно, когда сказал:

— Я могу привезти маму домой... без единого упоминания в ее личном деле.

— Как ты сделал для Мари когда-то? Потом ты ее арестуешь за «неявку в суд», и используешь все это против, чтобы шантажировать нас однажды?

— Ты заблуждаешься. Я сделал это, чтобы помочь Мари тогда, она вырвалась из плохого места. Я не хотел влюбляться, но я влюбился. Я не хотел делать ребенка, но сделал. Я бы никогда не использовал это против нее, если бы она предоставила мне какой-нибудь другой выбор. Она украла моего сына, Джесси. Скажи мне, не думаешь, ли ты, что я имею права быть немного разозленным.

— Но при чем, черт побери, здесь мы с мамой? Это между тобой и Мари с Полом. Почему ты хочешь втянуть меня в это?

— Потому что, насколько долго я знаю его, этот маленький кусок дерьма Пол ненавидит меня. Он делал все, что угодно, лишь бы держать меня сначала вдали от Мари, а теперь и от Виктора. Он считает себя крутым парнем, а я знаю, что он просто высокомерная задница, чтобы довериться девчонке, которую он трахает.

— Ты отвратителен, — сказала я.

— О, прости меня... девчонке, с которой «занимается любовью», — сказал он с похотливым смехом. — Без разницы. Дело в том, что я знаю, ты в курсе, где он и его сестра прячут моего мальчика. Все, что мне нужно, адрес от тебя, и как только я пойму, что ты не солгала, твою маму выпустят невредимой.

— Я не понимаю, как ты еще смотришь на себя в зеркало, — сказала я.

Какого черта я собираюсь делать? Это была полностью моя вина. Я обещала самой себе после Джастина, что не буду повторяться... влюбляться в парня, который сражается с одним демоном за другим. Вот, что я заслужила, когда не убежала в ту же секунду, когда он рассказал о своей сестре или, по крайней мере, в ту же секунду, когда Митч показался на моем пороге. Я не могла обменять безопасность своей мамы на спасения Мари и Виктора. Черт возьми! Какого черта я собираюсь делать?

[1] Пирс 39 — это торгово-развлекательный центр, построенный на пристани в Сан-Франциско.

[2] Сан-Франциско Джайентс — профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Главной лиге бейсбола (МЛБ). Клуб был основан в 1879 году.

[3] Сан-Франциско Форти Найнерс — профессиональный футбольный клуб, выступающий в Западном дивизионе Национальной футбольной конференции Национальной футбольной лиге. Команда была основана в 1946 году.

[4] борьба на матах в лежащем положении.

Content

Тейлор Алисия Схватка