Элизабет Лейн

Греховный соблазн

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

A Sinful Seduction © 2014 by Elizabeth Lane

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Сан-Франциско, Калифорния, 11 февраля

Заголовок на второй полосе был словно пощечина для Кэла Джеффордса: «Спустя два года вдова руководителя фонда, как и денежные средства фонда, все еще не найдены». Выругавшись похлеще портового грузчика, Кэл нервно смял газету. Последнее, о чем он хотел вспоминать, – это то, что сегодня вторая годовщина со дня самоубийства его лучшего друга и партнера по бизнесу. Фото в статье стало также неприятным напоминанием о Нике и его жене, Мэган, которая своей красотой походила на кинозвезду. Эта женщина привыкла к роскоши: она носила только дизайнерскую одежду, жила в невероятно дорогом особняке. При этом ее нельзя было назвать порядочным человеком, ведь она украла деньги из благотворительного фонда, а затем заставила мужа взять всю вину на себя.

Кэл со злостью выкинул смятую газету в мусорную корзину. У него не было ни капли сомнения в том, что во всей этой мерзкой истории виновата Мэган. Но его до сих пор мучил вопрос: как и почему это произошло? Как ей удалось принудить мужа к такому? Неужели ее расточительный образ жизни заставил Ника Рафферти пойти на преступление и присвоить миллионы из благотворительного фонда «ДЖЕЙ-КОР»? Или же Мэган сама растратила средства и заставила мужа ответить за это? У нее была возможность самостоятельно вывести денежные средства, которые перечислялись в фонд. Кэл даже нашел подтверждение тому, что она так и поступила.

В тот день, когда этот скандал стал достоянием общественности, он нашел Ника мертвым за столом его кабинета. В его руке все еще был пистолет. После тайных похорон мужа Мэган пропала. Украденные деньги, которые планировалось потратить на облегчение участи беженцев из стран третьего мира, также бесследно исчезли. Все было очевидно.

Не в состоянии сидеть спокойно, Кэл расправил свои широкие плечи и подошел к окну. Из его офиса на двадцать восьмом этаже здания, принадлежавшего фонду «ДЖЕЙ-КОР», открывался панорамный вид на залив и мост, который возвышался над покрытой рябью водой. За Золотыми Воротами простирался до самой линии горизонта неспокойный Тихий океан.

Мэган была где-то там. Кэл чувствовал это всем своим нутром. Ему представлялось, что она обосновалась где-нибудь на другом полушарии и живет припеваючи на деньги, похищенные из фонда.

Ему не давало покоя не столько отсутствие денег – хотя эта потеря существенно подорвала резервы фонда, – сколько ужасающая циничность поступка Мэган. Украсть средства, предназначенные для нужд беженцев! То, что после смерти мужа Мэган никак не попыталась возместить ущерб или загладить вину, вызывало в нем еще большее презрение.

Даже если она действительно была невиновна, как утверждала, Мэган могла остаться работать в фонде и помогать распределять средства нуждающимся. Но вместо этого она просто убежала, что еще больше укрепило веру Кэла в ее виновности. Она бы не сделала этого, если бы ей нечего было скрывать. И этой женщине чертовски хорошо удалось замести свои следы. Ни один из детективов, которых он нанимал, так и не смог выследить ее. Но у Кэла не было привычки сдаваться. Когда-нибудь он найдет ее, и Мэган Рафферти за все заплатит сполна.

– Мистер Джеффордс.

Кэл обернулся, услышав голос своей секретарши, стоявшей на пороге кабинета.

– Харлан Крэндалл ожидает вас в приемной. Вы можете принять его сейчас или мне назначить ему встречу на другой день?

– Пригласи его войти.

Крэндалл был частным детективом, которого Кэл нанял для поисков Мэган. Этот низкорослый, лысеющий мужчина не вселял особой надежды, как и его предшественники. Но он пришел без предварительного звонка и требовал встречи. Возможно, у него появилась какая-то информация о беглянке.

– Присаживайтесь, мистер Крэндалл, – сказал Кэл, когда мужчина вошел. – У вас есть какие-то новости для меня?

– Возможно, – ответил он, поставив на стол кожаный портфель и достав из него папку с бумагами. – Вы наняли меня, чтобы найти Мэган Рафферти. Вам, случайно, не известна ее девичья фамилия?

– Конечно. Кардстон. Мэган Кардстон.

Крэндалл кивнул, надевая очки:

– В таком случае у меня есть для вас информация. Мои источники отыскали некую Мэган Кард-стон, внешне очень похожую на женщину, которую вы ищете. Она работает медсестрой-волонтером в вашей организации.

– Это невозможно, – с недоверием прорычал Кэл. – Наверное, это какая-то другая женщина с таким же именем.

– Может быть. Решите это сами после того, как просмотрите эти документы. – Крэндалл кинул ему папку через стол.

Кэл начал изучать содержимое папки. Там было несколько ксерокопий заявок на командировки, список личного состава и единственная черно-белая фотография, которая тут же привлекла его внимание.

Уставившись на фото, Кэл пытался вспомнить Мэган такой, какой он видел ее в последний раз, – длинные волны светлых волос платинового оттенка, бриллиантовые серьги, безупречный макияж. Даже на похоронах мужа она выглядела как настоящая звезда Голливуда, если не считать ее взгляда, полного боли.

Женщина на фото оказалась более худой и немного старше. На ней были солнцезащитные очки и рубашка цвета хаки. Ее короткие светло-каштановые волосы развевал ветер, а на лице не было ни грамма косметики. Кэл внимательно всматривался в ее четко очерченный подбородок, аристократический нос и чувственные губы. Он прекрасно помнил лицо Мэган, и, женщина на фото была невероятно на нее похожа. Кэл вспомнил, что до свадьбы с Ником Мэган работала медсестрой. Но неужели эта женщина действительно та, которая скрылась от него два года назад? Был только один способ удостовериться в этом.

– Где сделано фото? – настойчиво спросил он. – Где эта женщина сейчас?

Крэндалл закрыл портфель, защелкнув замок, и произнес:

– В Африке.

Аруша, Танзания, 26 февраля

Мэган схватила новорожденного ребенка и крепко ущипнула его за кожу крохотных ягодиц. Никакой реакции. Она шлепнула сильнее, ее губы застыли в беззвучной мольбе. Тягостная тишина нарастала, но вдруг раздался громкий плач, и ребенок начал жадно глотать воздух. Меган тут же почувствовала облегчение. Роды были очень трудными, схватки продолжались всю ночь. То, что и мать, и ребенок сумели это перенести, было просто чудом.

Передав ребенка сиделке, она вытерла пот со лба краем рукава халата, а затем сделала то же самое с матерью новорожденного. Когда Мэган наклонилась к роженице, та с трудом открыла глаза.

– Asante sana, – тихо прошептала она на языке суахили, на котором разговаривали жители Восточной Африки. Это значило «спасибо».

– Karibu sana.

Мэган умело обработала и перевязала пуповину ребенка. К счастью, это был крепкий малыш, без вспухшего живота и обезображенных конечностей, как у тех детей, которых она отчаянно пыталась спасти, принимая роды в Дарфуре, регионе Судана. Жестокий правитель Дарфура использовал наемные войска, чтобы истребить племенное население Африки.

Последние одиннадцать месяцев Мэган проработала в суданском лагере для беженцев, организованном фондом «ДЖЕЙ-КОР». Две недели назад, будучи на грани нервного и физического истощения, она была переведена в больницу на окраине городка в Танзании. По сравнению с лагерем работа здесь была не столь тяжелой.

Но она собиралась вернуться назад, как только немного восстановится. Мэган слишком долго жила бесцельно и просто плыла по течению. Теперь, когда она нашла свое призвание, была готова отдать все свои силы этому делу. Она должна быть там, где в ней больше всего нуждаются.

Сиделка аккуратно обмыла ребенка и закутала его в пеленку. Мать живо протянула руки, желая прижать его к своей груди. Мэган сняла халат и резиновые перчатки.

– Я пойду отдохну, – сказала она сиделке. – Присматривай за ней. Если откроется сильное кровотечение, разбуди меня.

Молодая африканка кивнула в знак того, что все поняла.

Мэган чувствовала себя очень уставшей. Казалось, все ее силы иссякли. Она тщательно вымыла руки под водопроводным краном на улице, затем выпрямилась и помассажировала свою поясницу.

Над рифленой крышей больницы мерцала луна, словно висевшая на кроне цветущей джакаранды монета. По ее положению Мэган знала, что уже далеко за полночь. Оставалось всего несколько драгоценных часов на сон. Совсем скоро, с первыми лучами солнца, зазвучит какофония птичьего пения, приветствующего новый день. По крайней мере, этот долгий день был удачным – ей удалось спасти новую жизнь.

Несмотря на свою усталость, Мэган знала, что не имеет права жаловаться. Она сама выбрала такую жизнь. Теперь ее прежняя жизнь, с дорогой одеждой, украшениями, машинами, благотворительными вечерами, которые она устраивала для сбора пожертвований, казалась ей почти сном. Сном, который оборвался с выстрелом из пистолета.

Она пыталась не вспоминать ту ужасную неделю, но не могла выкинуть из памяти стеклянные серые глаза Кэла, выражавшие холодное презрение.

– Ты ответишь за это, Мэган. Я заставлю тебя заплатить, чего бы мне это ни стоило, – произнес он во время их последней встречи.

Мэган не крала деньги, она даже не знала о том, что они пропали, пока не разразился скандал. Но Кэл никогда ей не поверит, ведь он доверял Нику до последнего.

После этих слов Кэла Мэган поняла, что ей ничего не остается, кроме как убежать туда, где он никогда ее не найдет. «Теперь это все в прошлом», – напомнила она себе, взбираясь на крыльцо бунгало, которое служило жилищем для волонтеров. Теперь она была совершенно другим человеком и жила жизнью, приносящей огромное удовлетворение. Если бы только перестали мучить ночные кошмары…

Когда частный самолет проносился над полуостровом Африканский Рог, Кэл вновь открыл папку, которую получил от Крэндалла. Детектив оказался профессионалом своего дела. Он решил искать Мэган там, где никто бы и не подумал, – среди волонтеров фонда, который она же и ограбила.

Судя по ксерокопиям документов, Мэган выбирала самые сложные задания в волонтерской программе. Но почему? Ведь тех денег, которые она украла, хватило бы на десятки лет роскошной жизни. Она могла позволить себе жить с поистине королевским размахом, хотя она и до этого ни в чем не нуждалась. Ник всегда удовлетворял все ее запросы, он хотел, чтобы у нее было все самое лучшее.

Ник и Кэл познакомились в старших классах, а затем вместе учились в одном университете. Ник получил образование в сфере маркетинга, а Кэл выбрал профессию инженера. Когда Кэл разработал проект мобильного укрытия, которое можно было установить в считаные минуты при стихийном бедствии или использовать на строительных и рекреационных площадках, два друга решили заняться совместным бизнесом. «ДЖЕЙ-КОР» принес им немало денег. Но они оба решили, что богатство не главная их цель. Создать благотворительный фонд, призванный помогать нуждающимся по всему миру, было идеей Кэла.

Через несколько лет Ник женился на Мэган. Кэл был его свидетелем на свадьбе, и уже тогда Мэган не вызвала в нем особого доверия. Она была слишком красива. За ее утонченной внешностью просматривалось нечто таинственное и необъяснимое.

Ее замкнутость резко контрастировала с открытостью Ника. Он обожал свою жену и осыпал ее роскошными подарками. Вскоре Мэган решила помогать мужу вести дела фонда. Она устраивала благотворительные вечера, где спонсоры не скупились на щедрые пожертвования. Через три года, во время плановой налоговой проверки, карточный домик рассыпался. Скандал о грязных махинациях с денежными средствами фонда облетел все таблоиды.

Кэл вновь посмотрел на фото женщины. Если это действительно была Мэган, то, что сейчас ее направили в Арушу, было настоящим везением. Отыскать ее в Судане было бы очень сложно. Сейчас самолет направлялся именно в Танзанию, и Кэл знал, что если бы захотел, то мог бы приказать доставить ее на борт. Но что потом? Похищать ее было неразумно. Мэган – умная женщина. Она знала, что, кроме ее подписи на чеках, которые так и не оказались в казне фонда, у Кэла не было прямых доказательств ее вины. Он никак не мог требовать ее ареста.

Единственный способ узнать всю правду – заполучить ее доверие. Она никогда прямо не признается в преступлении. Но если ему удастся добиться ее расположения, то, возможно, она нечаянно проговорится, и это сможет стать зацепкой. Конечно, уйдет много времени, но он слишком далеко зашел, чтобы возвратиться без ответов. Он готов даже пригласить ее на свидание, если это потребуется.

Самолет начал снижение, и Кэл пристегнул ремень, наблюдая в иллюминатор, как разыгрывается шторм. Все было затянуто черными тучами. Ярко сверкали молнии. Звук дождя, бившегося в окно, навеял Кэлу воспоминания о дождливой ночи три года назад в Сан-Франциско.

Это была рождественская вечеринка, устроенная их компанией в отеле «Хилтон». Около одиннадцати вечера Кэл наткнулся на Мэган, которая выходила из дамской комнаты. Она была слегка бледна. Кэл подошел к ней спросить, все ли с ней в порядке.

– Со мной все хорошо, Кэл, – рассмеялась она. – Я просто немножко… беременна.

– Тебе принести что-нибудь? – Он был удивлен, что Ник ничего ему не сказал.

– Нет, спасибо. Нику придется остаться, а я вызову себе такси. Больше никаких поздних вечеринок для меня.

Она тут же ушла, а Кэл подумал о том, что за все время, сколько он ее знает, впервые видел ее по-настоящему радостной. Счастлива ли она теперь? Он попытался представить ее работающей в лагере – невыносимая жара, лишения, болезни… Что она здесь делала и куда она спрятала деньги? Только один человек мог ответить на этот вопрос – она сама.

Мэган тяжело опустилась на скамейку на улице, спасаясь от дождя под крышей. День прошел в суматохе, как обычно, – поток пациентов с недугами, начиная от импетиго и заканчивая малярией. Больница уже закрылась, и весь персонал разошелся по домам. Мэган закрыла глаза и вдохнула сладкий запах дождя. Она уже собиралась встать и отправиться в свое бунгало, как вдруг услышала звонок в ворота. Если кому-то срочно нужна была помощь, она не сможет отказать. Но это вполне могли быть бандиты в поисках наркотиков или денег.

Вновь раздался звонок, и Мэган ринулась к бунгало, где взяла свой пистолет и положила себе в карман. Схватив резиновое пончо, она направилась к воротам.

– Jiko lako nani? – спросила она, кто это, на суахили.

Тишину нарушил густой мужской голос:

– Мэган? Это ты?

У Мэган вмиг подкосились ноги – она узнала голос Кэла. Найдя в кармане ключ, она крепко его сжала. Глупо сейчас прятаться. Она должна была предугадать, что Кэл будет ее искать, пока не найдет.

– Мэган? – Его голос зазвучал резче, требуя ответа.

Продолжая хранить молчание, она неловкими движениями справилась с замком, широко открыла ворота и впустила его во двор. Она знала, чего он хочет. Кэл все еще искал вопросы на ответы, касающиеся смерти Ника и пропавших денег. Но Мэган ничего об этом не знала. Сможет ли она убедить его поверить ей и оставить ее в покое?

Глава 2

Кэл окинул взглядом уставшее лицо женщины.

Да, это была Мэган, совсем другая, не такая, какой он ее помнил.

– Здравствуй, Кэл, – хриплым голосом произнесла она. – Я вижу, ты совсем не изменился.

– Зато ты изменилась. Не пригласишь меня войти? Я весь продрог.

Она кивнула в сторону бунгало:

– Могу предложить тебе выпить кофе. К сожалению, больше ничего нет. У меня не было времени на магазины… – Ее последние слова заглушил грохот ливня о металлическую крышу. Они поднялись на крыльцо.

– Вообще-то за воротами меня ждет такси, – сказал он. – Я надеялся, что ты согласишься поужинать со мной в отеле.

Ее глаза округлились от удивления этим поступком.

– Очень мило с твоей стороны, но здесь никого, кроме меня, нет. Мне придется остаться…

Он положил руку ей на плечо. Мэган вздрогнула от его прикосновения, но не попыталась отстраниться.

– Все в порядке, – ответил Кэл. – Я разговаривал с доктором Мусой по телефону. Он абсолютно не против, если ты отлучишься на пару часов, а пока нас не будет, за всем здесь присмотрит его слуга, который уже в пути.

– Что ж, если ты уже обо всем договорился… – неуверенно произнесла Мэган.

– Доктор Муса также рассказал мне, как много ты здесь работаешь. – Это было правдой, но Кэл прежде всего хотел польстить ей.

Она слегка пожала плечами. Прежняя Мэган уже давно бы расплылась в улыбке от похвалы.

– Я уже закончила уборку больницы. Мне надо принять душ и переодеться. Теперь это занимает у меня минимум времени. – Она натянуто улыбнулась.

– Хорошо. Я пока открою ворота, чтобы такси заехало во двор.

Кэл направился к воротам, до сих пор не веря, что наконец нашел ее. Но Мэган так изменилась, что ему казалось, будто он впервые познакомился с этой женщиной. Он был немного растерян и заинтригован, но все еще был настроен прижать ее к стенке и узнать всю правду.

Когда такси подъехало к бунгало, появился Бэнджамин, слуга доктора Мусы. Через несколько минут на крыльцо вышла Мэган в белой блузке, брюках цвета хаки и черном пиджаке. Она отдала Бэнджамину свой пистолет и поблагодарила Кэла. Тот поднял полу своего плаща, укрыв ее от дождя, пока они сходили с крыльца и сели в машину. Мэган хватило десяти минут, чтобы привести себя в порядок. Она выглядела отлично.

– Когда ты прилетел? – спросила она, чтобы нарушить неловкое молчание.

– Несколько часов назад. Я остановился в отеле «Аруша», принял душ и сразу же направился в больницу.

– Что-то случилось, Кэл? – Она нахмурилась.

– Нет. Я мог бы сказать, что оказался здесь по делам и решил заодно проведать тебя… – В ее глазах цвета карамели отразилось недоверие. – Но ты бы мне не поверила, не так ли?

– Нет. – На ее чувственных губах заиграла улыбка.

Ее губы были просто созданы для поцелуев. Кэл не мог отрицать то, что Мэган была невероятно привлекательной женщиной. «Интересно, когда она целовалась в последний раз?» – невольно подумал он.

– Я все понимаю. Я оставила тебе множество неразрешенных вопросов. Но если ты здесь, чтобы задавать мне их, то ты зря приехал. Я по-прежнему не знаю, где деньги. Я предполагаю, что Ник их потратил. Если ты все же надеешься найти огромную стопку денег у меня под матрацем или на банковском счете в Дубае, то желаю тебе удачи.

– Давай поговорим об этом позже. Сейчас мне больше интересно то, почему ты уехала и что делала эти два года.

– Если ты угостишь меня хорошим стейком, так уж и быть, расскажу тебе несколько занимательных историй.

– Ты никогда не разочаровываешь, – ровным тоном заметил Кэл. Он все еще пытался раскусить эту новую Мэган. По словам доктора Мусы, ее перевили в эту больницу для отдыха и восстановления сил. Она действительно выглядела очень уставшей и напряженной.

Кэл вспомнил духи, которыми она любила пользоваться. Их название вылетело из головы, но аромат казался ему всегда слегка возбуждающим. Сейчас он не уловил и намека на этот запах. От Мэган лишь слегка пахло медицинским мылом, которое использовали в больнице. Но, как ни странно, ее присутствие рядом с ним в машине влияло так же, как и ее парфюм тогда.

Теперь все было по-другому. В Сан-Франциско она была женой его лучшего друга. Если в ее жизни кто-то и появился за эти два года, то, по крайней мере, в отчете Крэндалла об этом не сказано ни слова. Цель оправдывает средства, и затащить ее в постель станет долгожданным удовольствием. Непринужденная беседа в постели вполне могла стать первым шагом к раскрытию ее секретов.

Мэган почти не проводила время вне больницы, поэтому отреставрированный отель девятнадцатого века произвел на нее впечатление. Дизайн был очень сдержанным и изысканным: кремовые и шоколадные тона, диваны из темной кожи, вольтеровские кресла, стеклянные двери.

Кэл взял ее под локоть и провел в ресторан. Мэган была среднего роста, но рядом с ним она чувствовала себя маленькой. Он обладал крепкой мужественной фигурой с широкими плечами и вел себя крайне самоуверенно. Джон Уэйн в костюме от Армани – так бы она описала его. Несмотря на то что сейчас на нем были брюки цвета хаки, он все равно выглядел импозантно. Мэган всегда считала лучшего друга своего мужа заносчивым, но иногда ей хотелось, чтобы Ник был похож на него.

Она не была удивлена этой встрече. Кэл Джеффордс всегда все доводил до конца. И он проделал слишком долгий путь, чтобы вернуться домой ни с чем. Она сказала ему правду насчет денег, но он даже не сделал вид, что поверил ей. Интуиция подсказывала Мэган, что у Кэла есть план, с помощью которого он сумеет загнать ее в угол и заставить за все ответить. Бороться с ним было бесполезно – Кэл обладал неукротимостью и силой разбушевавшегося шторма. Все, что ей оставалось, – это ждать, когда он утихнет.

Когда они заняли свой столик, Мэган позволила ему сделать заказ за нее.

– Тебе не помешает немного поправиться, – сказал он, когда официант в белых перчатках разливал по бокалам вино.

– Я знаю, что сильно похудела, но сложно наполнять свою тарелку, когда люди вокруг тебя голодают, – ответила она, разломив ломоть свежеиспеченного хлеба.

– Так вот к чему это все, эта жизненная перемена… Чувство вины? – спросил Кэл, прищурив глаза стального оттенка.

– Когда я была замужем за Ником, мне казалось, что у меня было все… – Мэган пожала плечами, отпив вина. – Когда этому пришел конец, мне стало дурно оттого, что мой образ жизни в прямом смысле слова лишал последнего куска хлеба нуждающихся. Так что да, это можно назвать чувством вины. Хотя какая разница? Это не важно. Я не жалею о своем выборе.

– Но почему ты решила исчезнуть, так никому ничего не сказав? – поинтересовался он, пытаясь сдержать бурю просыпающейся злости.

– Если бы я осталась, то до сих пор бы разгребала последствия того, что натворил Ник. – Мэган посмотрела ему прямо в глаза.

– Да, мне пришлось разгребать все в одиночку.

– От меня было бы мало толку. Дом оказался заложен, о чем я и не подозревала, пока мне не позвонили из банка. Я отдала его за долги. Машины были записаны на имя Ника. Я предполагаю, что они перешли во владение твоей компании вместе с мебелью и произведениями искусства. Всю свою одежду я отдала на благотворительность в церковь. Оставались только драгоценные украшения, которые я отнесла в ломбард, чтобы получить деньги для поездок сюда. Я знала, что меня можно легко выследить, если я воспользуюсь кредитными карточками.

– Ты думала, что я стану тебя выслеживать?

– Да. Но не только ты. Репортеры, как и полиция, не давали мне проходу. Поэтому легче было исчезнуть.

– Если бы ты осталась, все было бы намного проще для нас двоих, Мэган.

– Вряд ли. Я знала, что вопросы от полиции и прессы не прекратятся. Но я не знала на них ответов. Было проще испариться. Я надеялась, что ты подумаешь, будто я умерла. Отчасти так оно и есть.

Когда принесли их заказ, по настойчивому и длительному взгляду Кэла Мэган поняла, что он словно приказывал ей съесть все, что было в тарелке. Она принялась за ужин. При этом она была похожа на мышку, поедающую сыр из мышеловки, которая вот-вот сработает.

За два года Кэл немного постарел. Под его глубоко посаженными глазами были тени, а в русых волосах мелькала седина. Предательство и самоубийство Ника отложили на него, как и на нее, свой отпечаток.

– Слушай, когда ты впервые стала участником волонтерской программы и поехала в Зимбабве, ее руководитель знал, кто ты? – спросил Кэл.

– Нет. Он из Африки, а в паспорте у меня все еще значилась девичья фамилия. Я просто пришла туда и предложила свою помощь в качестве медсестры в клинике для лечения больных ВИЧ.

– А другие поездки?

– Как только мое имя попало в постоянный список волонтеров, я смогла сама выбирать маршруты своих передвижений. Поначалу я часто переезжала, а затем обосновалась в Дарфуре.

– Что произошло в Дарфуре?

От этого вопроса по ее коже пробежал мороз. Ее охватило сильное беспокойство, но Мэган заставила себя подавить нахлынувшие воспоминания.

– Ты пробыла там одиннадцать месяцев, – продолжал Кэл. – Теперь тебя прислали сюда для восстановления сил. Что-то все-таки произошло там.

– Ничего, просто мне нужен отдых, – нервно пожала она плечами, опустив глаза. – Через несколько недель я смогу возвратиться обратно.

– Доктор Муса сказал мне, что у тебя бывают приступы паники, но ты отказываешься говорить об их причине.

– Он не имел права говорить тебе это, а ты не имел права спрашивать, – выпалила Мэган.

– Мой фонд платит ему зарплату. Это дает мне такое право, – резко ответил он, прожигая ее взглядом своих холодных глаз. – Он думает, что у тебя посттравматический стресс. Что бы там ни случилось, прежде чем возвращаться, тебе придется разобраться с этим. Поэтому просто расскажи мне.

Он слишком давил на нее, загонял в угол. В запале она со звоном кинула вилку на тарелку.

– Я не помню, понятно? – послышался ее слабый голос. – Это не имеет значения. Мне просто нужно немного времени, и я приду в себя. А теперь, если ты не возражаешь, я хочу вернуться в больницу.

Голос Мэган оборвался на последних словах, самообладание покидало ее. Она схватила сумку и быстро выбежала в поисках дамской комнаты. Ей хотелось спрятаться ото всех, пока ее сердце не перестанет бешено колотиться. Она уже хорошо знала признаки надвигающегося приступа паники. Но без транквилизаторов ей было трудно справляться с безотчетным страхом, который овладевал всем ее естеством. Лихорадочным взглядом Мэган искала табличку, указывающую на уборную, но никак не находила ее. «Где же она?» – стучал в ее висках вопрос.

Поведение Мэган выбило Кэла из колеи, он не мигая смотрел, как она уходила. Затем решил последовать за ней. Он отыскал Мэган в вестибюле. В ее расширенных зрачках сквозило отчаяние загнанного в угол зверя. Не говоря ни слова, он положил ей руку на плечо, развернув к себе.

– Оставь меня, – промямлила женщина. – Я в порядке.

– Ты не в порядке. Пойдем, – сказал он, подталкивая ее к выходу из вестибюля во внутренний двор.

Они стояли под нависающей крышей, их обдавало легкими брызгами дождя. Мэган была сильно напряжена, словно натянутая струна. Ее дыхание было прерывистым, а тело пробирала дрожь. Что же с ней произошло? Кэл был в суданском лагере для беженцев, который показался ему настоящим адом. Десятки тысяч людей, битком набитых в тентах и палатках, нехватка воды, еды, болезни, страдания. Различные благотворительные и волонтерские организации делали все, что могли, но этого было недостаточно. Конечно, Мэган, проведя там столько времени, не могла не чувствовать себя удрученной. Но Кэлу казалось, что дело не только в этом. С ней произошла какая-то внутренняя перемена. Что-то настолько ужасное, что при одном упоминании об этом она тряслась от страха.

Кэл пытался не дать чувству жалости к ней полностью завладеть им, но ее отчаянная потребность в утешении смутила его. В любом случае для начала нужно установить доверительные отношения, чтобы выведать ее секреты. Эта ситуация могла стать прекрасным началом.

– Все хорошо, девочка, – прошептал он ей на ухо. – Ты в безопасности, я с тобой.

Кэл начал успокаивающе поглаживать ее по спине. Мэган была истощена – лопатки и позвоночник сильно выпирали. Кэл хотел добиться от нее правды, но, если вести себя чересчур напористо, она может просто сломаться.

Но Кэл совсем не был святошей. Даже сейчас он почувствовал неожиданное возбуждение. Его отношения с женщинами в основном сводились к кратковременным романам, наполненным страстью, которая быстро угасала. Пылкие мимолетные увлечения его привлекали тем, что подобные отношения были достаточно поверхностны и любой конфликт можно было уладить только лишь с помощью постели. Поэтому он инстинктивно хотел таким же образом утешить и Мэган. Его тянуло к ней, он еле сдерживался, чтобы не схватить ее, увести в свой номер и овладеть ею, пока она не начнет стонать от удовольствия. Но сейчас неподходящий момент. Она нуждалась в утешении и поддержке, а не в обольщении.

Почувствовав, что Мэган немного успокоилась, Кэл отстранился.

– Хочешь поговорить об этом? – спросил он.

– Все в порядке. Прости, что тебе пришлось видеть меня в таком состоянии, – ответила Мэган, вздыхая.

– Не извиняйся. Я бывал в этих лагерях, я знаю, что они представляют собой сущий ад.

– Женщины и дети страдают и гибнут… Я не могу забыть это. Поэтому я вернусь туда, как только наберусь сил.

– Это сумасшествие. Я могу остановить тебя, если сочту нужным.

– Можешь попытаться. Тогда я просто найду другой способ оказаться там.

Твердость ее взгляда поразила его. Раньше он и подумать не мог, что Мэган обладает такой силой воли. Казалось, что стойкость духа – это все, что у нее осталось. Она была словно мерцающая свеча, которая вот-вот погаснет.

– Доешь свой ужин, – сказала она. – Я доберусь до больницы на матату.

– Это такие маленькие трясущиеся автобусы? Нет, я отвезу тебя.

Кэл хотел пригласить ее к себе наверх, где она могла бы принять горячую ванну и хорошенько отдохнуть. Но он знал, что она не согласится. Да и он не был уверен, что сможет сопротивляться желанию оказаться с ней в постели.

Неожиданно ему в голову пришла идея, которая, он был уверен, поможет Мэган набраться сил и заставит ее доверять ему. Завтра же с утра он сделает несколько звонков и воплотит в жизнь свой смелый план.

Через несколько минут они уже расположились на заднем сиденье автомобиля. Дождь закончился, но ночь была прохладной. Тонкий пиджак Мэган совсем ее не грел.

– Ты вся дрожишь, – сказал Кэл, набрасывая ей на плечи свой плащ, и Мэган тут же почувствовала запах его тела.

– Мы говорили обо мне весь вечер. А что же нового у тебя? – спросила она.

– Да все по-старому. Дела фонда идут хорошо. Я нанял группу специалистов для сбора денежных средств, но у них нет твоей деловой хватки, так необходимой в этом деле. Я скучаю по тебе и… Нику.

– Кажется, что это все было сто лет назад, – произнесла она и сменила тему разговора: – Кто-то особенный появился в твоей жизни? Насколько я помню, выбор у тебя всегда был достаточно богат.

– Серьезные отношения требуют слишком много времени, которым я не располагаю.

– Не забудь об этом, когда станешь ворчливым одиноким стариком, – подтрунивала Мэган. – Тебе уже около сорока, не так ли?

– Тридцать восемь.

– Пусть так, но не пришло ли время завести семью?..

– Ты очень милая собеседница, – с иронией заметил он.

– Я стараюсь, – ухмыльнулась Мэган. Она вдруг вспомнила, как рассказала Кэлу о своей беременности. Узнал ли он от Ника, что у нее произошел выкидыш?

Его молчание дало ей понять, что она нечаянно затронула больную для Кэла тему. Он был так же, как и она, убит горем и озлоблен после смерти Ника. Казалось, Кэл был готов пойти на все, лишь бы снять вину с Ника и переложить всю ответственность на нее. А сейчас спустя два года на другом земном полушарии Мэган сидела с ним рядом, укутавшись его плащом. Мэган сделала все, что могла, чтобы оставить прошлое и отыскать какое-то душевное равновесие. Но встреча с Кэлом вернула все на круги своя.

Глава 3

Кэл предложил Бэнджамину отвезти его обратно к доктору Мусе. От больницы до его дома было недалеко, но, когда они приехали туда, Кэла подкосила усталость от долгого перелета. Сильно хотелось спать.

– Не желаете войти, сэр? – спросил его паренек, выходя из такси. – Я бы сделал вам чашку чая.

– В другой раз, спасибо. Передай мое почтение доктору и скажи ему, что я позвоню ему завтра.

Пока машина ехала по городским трущобам ночного городка, Кэл размышлял о вечере, проведенном с Мэган. Все было совсем не так, как он ожидал. Она казалась такой хрупкой, слабой и в то же время невообразимо соблазнительной. Это застало его врасплох и сбило с толку. В определенные моменты он даже забывал о том, что перед ним женщина, которая либо украла миллионы, либо заставила это сделать Ника. Так или иначе, деньги бесследно исчезли. Но он просто не имел права забывать об этом.

Несколько вечеров вместе не помогут полностью расположить к себе Мэган. Ему понадобится намного больше времени, чтобы усыпить ее бдительность. Отправиться с ней на сафари было идеальным решением. Днем они любовались бы дикой красотой Африки, а ночью нежились в роскошных апартаментах.

Завтра он начнет воплощать свой план в жизнь. Для начала доктор Муса должен позволить Мэган отлучиться из больницы на пару недель. Если понадобится, он готов найти волонтера ей на замену на время ее отсутствия. Организовать фотосафари тоже не составит труда. Но Кэл не собирался никому ничего рассказывать до тех пор, пока не договорится с Мэган, иначе она начнет возражать и наотрез откажется ехать. Но чего бы это ни стоило, он уговорит ее.

Длинные и долгие вечера они будут проводить за едой, разговорами и отдыхом. Что же касается ночей… Он решил не торопить события и перестать контролировать их ход. Если все будет идти так, как он запланировал, то вскоре Мэган лишится всех своих секретов.

Также завтра Кэл решил связаться с Крэндаллом. Если он настолько умен, что сумел найти Мэган, то, возможно, ему удастся раскопать какие-то неизвестные подробности о последних месяцах жизни Ника. Может быть, это прольет свет на загадочную историю.

Но именно сейчас все, чего Кэлу хотелось, – это вернуться в отель, забраться в постель и как следует выспаться.

На постели, завешанной сеткой от москитов, Мэган мучилась от лихорадочного, беспокойного сна. Каждую ночь ей снились кошмары. Но кошмар о времени, проведенном в Дарфуре, преследовал ее неотступно, повторяясь вновь и вновь.

Сайде было всего пятнадцать, она была красивым ребенком с прозрачными карими глазами и грациозностью лани. Она неплохо знала английский, и, поскольку все ее родственники скончались, Мэган предложила ей работу переводчика в лазарете лагеря, а также нашла временное пристанище. Сайда подавала большие надежды и проявляла необычайное трудолюбие. Но вскоре она влюбилась в юношу по имени Гамал, и любовь сделала ее безрассудной. Однажды обходя пациентов поздно ночью, Мэган заметила, что койка Сайды пуста. Она знала, где она могла быть – ранее девочка упоминала, что местом ее свиданий с Гамалом стал высохший колодец за территорией лагеря.

Покидать лагерь ночью строго запрещалось, потому что это было небезопасно. За его пределами банда жестоких головорезов джанджавидов рыскали по пустыне, словно дикие псы, в поисках добычи. Прихватив пистолет, Мэган решила привести парочку обратно, пока с ними ничего не случилось.

Она нашла их у колодца, который находился за огромным поваленным деревом. Двое влюбленных нежно обнимались, не замечая ничего и никого вокруг. Вдруг позади них мелькнула тень человека в тюрбане. Затем еще одна и еще одна. Мэган направила пистолет и прицелилась.

Прежде чем она смогла нажать на курок, огромная рука зажала ей рот. Тут же из ее руки вырвали пистолет, она пыталась бороться, но тот, кто держал ее, был невероятно силен. Не в состоянии пошевелиться или закричать, Мэган лишь в ужасе наблюдала, как из темноты появился нож и вонзился в спину Гамала. Он упал ничком, не издав ни звука.

Истошный крик Сайды словно разрезал ночной мрак. Один из джанджавидов подошел к ней и толкнул на землю. Двое других схватили ее за ноги, пока мужчины встали вокруг нее плотным кольцом. Вновь раздался крик девушки.

Мэган резко открыла глаза. Она вся тряслась, обливаясь холодным потом. Ее сердце стучало в бешеном ритме.

Спустив ноги на пол и сев на край кровати, Мэган наклонилась к коленям и закрыла лицо руками. Ее сон всегда заканчивался одним и тем же. Она не помнила, как ей удалось убежать тогда. На следующее утро Гамала нашли мертвым у колодца, а Сайда бесследно исчезла.

Она надеялась, что время поможет ей все забыть. Но даже здесь, в Аруше, ночные кошмары преследовали ее неотступно. Возможно, доктор Муса прав и у нее действительно посттравматический шок. Так что дальше? Все равно было неизвестно, что могло бы исцелить ее.

Единственное, что оставалось Мэган, – продолжать работать и делать вид, что ничего не произошло. Если она научится контролировать свой страх, то, может быть, однажды ей удастся вернуться к нормальной жизни.

Среда была днем вакцинации в больнице. Пока сиделка помогала с бумагами, а доктор Муса занимался неотложными пациентами, Мэган делала прививки детям. Она любила малышей и была рада помочь им сохранить их здоровье, но к обеду у нее жутко разболелась голова.

Поток людей немного уменьшился, и она решила сделать перерыв, выпив несколько таблеток аспирина. Ей не давал покоя вопрос: где же Кэл? Он обещал прийти в больницу, но вот уже два дня она его не видела. У него появились срочные дела или же он просто избегал ее? Какая ей все-таки разница? Кэл хотел воскресить те воспоминания, которые она предпочитала похоронить навсегда. Находиться с ним рядом означало вновь разбередить рану, успевшую затянуться за прошедшее время.

Но ей не верилось, что он проделал такой путь и так просто отступился, оставив ее в покое. Это было совсем на него не похоже. Он искал ответы на многочисленные вопросы, возникшие после смерти Ника? В любом случае он тратил время попусту, ведь Мэган сама ничего не знала.

Но присутствие Кэла беспокоило ее еще и по другой причине. В ту ночь, когда он утешал ее, Мэган хотелось отблагодарить его. Ей было трудно противостоять притяжению, возникшему между ними. Но, когда он прижал ее к себе настолько близко, что его эрекция стала ощутима, она оттолкнула мужчину и поспешила закончить встречу. Только когда Кэл отстранился, Мэган осознала, что вновь способна контролировать себя.

В течение последнего времени Мэган казалось, что в ней что-то умерло. Те ужасы, свидетелем которых она стала, настолько сломили ее, что она сомневалась в своей женской привлекательности.

Она задумалась об этом после того, как несколько месяцев назад один из докторов-волонтеров пригласил ее на ужин. Он был симпатичным, и Мэган подозревала, чего стоит ожидать от этого вечера. Она была не прочь провести с ним время и хоть ненадолго отвлечься от атмосферы уныния и горя. Но когда он поцеловал ее, женщине стало не по себе. Мэган делала вид, что все в порядке, но, когда его ласки стали более настойчивыми, дискомфорт превратился в панику. Все закончилось тем, что она как ошпаренная выскочила из-под тента. В ее сознании эхом звучали его слова: «Что с тобой? Ты что, фригидна?»

С тех пор она поставила крест на личной жизни. Она надеялась, что история с доктором была просто случайной неудачей, но ее реакция на Кэла подтвердила эти подозрения. Если он хотел соблазнить ее, то его ждало разочарование. По этой и многим другим причинам будет лучше, если они больше не встретятся.

Но все случилось иначе. На следующее утро, когда Мэган завтракала, Кэл въехал через ворота во двор на открытом джипе с логотипом известной компании по организации сафари. Доктор Муса вышел к нему из больницы, заговорщицки улыбаясь. Кэл выскочил из машины.

– Собирайся, Мэган, – приказал он. – Ты поедешь со мной прямо сейчас.

– Ты сошел с ума, Кэл? – спросила Мэган, выходя на крыльцо. – Кто дал тебе право распоряжаться мной?

Он прищурил глаза и с самодовольной улыбкой произнес:

– Я глава фонда «ДЖЕЙ-КОР», на который ты работаешь. Сейчас ты должна поехать со мной. Поездка продлится десять дней. Я уже обо всем договорился с доктором Мусой, и сегодня днем прилетит волонтер, который заменит тебя в больнице.

– А у меня вообще есть право голоса?

– Тебе нужен настоящий отдых. Именно это я тебе и предлагаю.

– Предлагаешь? Значит, я все-таки могу отказаться?

– Нет, ты же не глупая девочка, – сказал он, подойдя к ней ближе.

– Если я скажу «нет», то ты силой затащишь меня в джип?

– Если у меня не будет другого выхода – да, – не моргнув глазом ответил Кэл. Мэган поняла, что это не блеф.

Поездка действительно могла помочь ей восстановить силы, но как она вынесет десять дней наедине с Кэлом? Собрав все свое мужество в кулак, она заявила ему:

– Хорошо, я поеду, но при одном условии. Если после сафари мне не станет лучше, меня отправят обратно в Дарфур.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – вопросительно вздернул бровь Кэл.

– Там меня всегда ждут. Без этого условия я не готова потратить десять дней на отпуск.

– Хорошо, – кивнул он. – Но ты должна позволить себе расслабиться и действительно отдохнуть, если и вправду хочешь восстановиться.

Мэган внимательно посмотрела на Кэла, изучая его волевой подбородок, стальные глаза. Он бы не стал тратить свое драгоценное время на нее, не видя в этом выгоды. Эти десять дней им будет нелегко прожить бок о бок. Ей придется все время быть начеку.

– Так что? Мы договорились?

– Я сейчас быстро соберусь, – без тени энтузиазма ответила Мэган. – Кофе горячий. Выпей, пока будешь ждать меня.

Огромный джип подъезжал к кратеру Нгоронгоро, где располагалось место, которое заслуженно считалось райским. Кэл уже бывал здесь не раз, потому знал, чего ожидать. Ему было интересно наблюдать за Мэган, которая видела это все впервые.

Они сели на самолет, и, когда он взлетел, Мэган не могла оторвать глаз от кратера вулкана, ширина которого была около двенадцати миль.

– Это невероятно, – пролепетала она.

– Это все, что осталось от древнего вулкана. – Кэл с легкостью выполнял роль гида. – Геологи провели исследование, и, по их подсчетам, он был размером с Килиманджаро. Можешь в это поверить?

Мэган покачала головой. В течение их короткого полета она была совсем неразговорчива, но Кэл и не настаивал. У них еще будет предостаточно времени для бесед. Пока она любовалась видом из иллюминатора, он изучал ее профиль. Даже в солнцезащитных очках, без макияжа и со спутанными ветром волосами она была красавицей. Немудрено, что Ник готов был ей дать все, что она пожелает.

– Мы могли бы доехать до кратера меньше чем за день, – сказал он. – Но я хотел, чтобы ты сначала увидела его с высоты птичьего полета.

– Это восхитительно! – Она продолжала неотрывно смотреть на пейзаж. – А мы увидим животных сегодня? – спросила Мэган, ее голос звучал по-детски восхищенно. Согласившись на эту поездку, она решила насладиться ею полностью. Дух приключений уже захватил ее.

– Посмотрим, – ответил Кэл. Несмотря на свои скрытые мотивы и недоверие, ему было приятно разделить с Мэган ее энтузиазм. – Гарри Арчибальд, наш гид, встретит нас после полета. Он приедет на нашем автомобиле. Где мы окажемся потом, зависит от него. Тебе Гарри понравится, он еще тот экземпляр. У него нет одной руки, и будь готова услышать множество историй о том, как он ее потерял.

Этот старый прожженный любитель выпить был женат четыре раза. Но, когда дело касалось исследования местности, ему не было равных. Кэл прекрасно понимал, что сотрудничество с Гарри – ценный подарок.

– Мы будем спать под тентом сегодня? – поинтересовалась Мэган.

– Ты говоришь, словно маленькая девочка, которую впервые отпустили в поездку. – Кэл подавил в себе желание дотянуться до нее и потрепать нежно по плечу. – Сама вскоре увидишь, пусть это будет сюрпризом для тебя.

За эти десять дней он планировал дать ей как следует отдохнуть и поправиться. Главной же целью была близость с Мэган, после которой, как предполагал Кэл, она доверит ему свои секреты.

Вскоре самолет приземлился на посадочной полосе. Кэл выпрыгнул из него первым, а затем помог спуститься Мэган. Порыв свежего ветра, наполненного запахом дождя, растрепал ее волосы и отправился неистовствовать меж высокой травой. Вдалеке виднелись серые тучи и отблески молнии. Через долю секунды послышались раскаты грома. Дождь пока до них не добрался, но неумолимо приближался. Гарри все еще не появился, а пилот самолета уже заводил мотор, чтобы поскорее вернуться и не попасть в шторм.

Мэган боялась, что они могут остаться совсем одни в незнакомой местности, но не хотела показывать свое волнение Кэлу.

– Итак, наши приключения начинаются, – произнесла она, улыбнувшись.

– Не волнуйся, Гарри скоро будет здесь, – ответил он, проигнорировав ее самоуверенный тон. – Этот старик не потерял еще ни одного клиента.

Кэл как в воду глядел – вдалеке Мэган увидела приближающийся большой открытый «лендровер». На переднем сиденье находились двое: высокий африканец-водитель и коренастый мужчина. Когда машина остановилась, Кэл тут же закинул вещи в багажник и помог Мэган сесть в машину. Их гид напомнил ей Эрнеста Хемингуэя своими седыми бровями, лохматой бородой и голубыми глазами с озорным огоньком.

– Черт бы тебя побрал, Кэл, – сказал он, окинув Мэган недвусмысленным взглядом. – Ты предупреждал, что будешь с женщиной, но ты не упомянул, насколько она шикарна. Теперь мне придется вести себя соответствующе.

– Мэган, это мой друг Гарри Арчибальд. Гарри, это мисс Мэган Кардстон.

– Рада знакомству, мистер Арчибальд. – Мэган протянула ему руку, не сразу обратив внимание, что правый рукав его рубашки приколот к плечу.

– Вы можете называть меня просто Гарри, я не люблю всех этих формальностей, – ответил он, улыбнувшись, протягивая левую руку.

– Но ведь ты сам только что сказал, что будешь себя вести наилучшим образом, Гарри, – сказал Кэл.

– О, тебе не стоит на этот счет беспокоиться. Я давно зарубил себе на носу, что не стоит позволять себе лишнего с женщинами моих клиентов. Видишь это? – Он кивнул в сторону своей культяшки. – Ревнивый муженек с огромным пистолетом и никудышной меткостью.

Кэл закатил глаза. Вспомнив, что он говорил об историях Гарри, Мэган еле сдерживала улыбку.

– А как зовут нашего водителя? – спросила женщина, удивив тем самым Гарри. Большинство клиентов попросту игнорировали присутствие африканцев.

– Его зовут Гидеон Мкаба.

– Так куда же ты везешь нас, Гарри? – поинтересовался Кэл.

– К слонам! Их там целое стадо собралось у реки.

Раздался грохот, и всех окатило неистовым ливнем. Разразился настоящий шторм с сильным порывистым ветром.

– Надави на газ, Гидеон, – скомандовал Гарри. – Слоны не будут ждать нас там вечно!

– Но ведь идет дождь, – запротестовала Мэган, чувствуя, что промокла насквозь.

– Простите, мисс, – ответил гид, ухмыльнувшись, – но слонам наплевать на это!

Глава 4

Когда они уже почти подъехали к реке, Кэл наконец нашел среди багажа резиновое пончо Мэган. Он укрыл ее голову и, насколько это было возможно, укутал ее. Она сильно дрожала. Ее губы зашевелились в беззвучной благодарности. Неожиданно Кэла захлестнуло чувство нежности. Даже такой сильной женщине, как Мэган, нужен был тот, кто может о ней позаботиться. Кэл тут же одернул себя, он не мог позволить себе испытывать к ней сочувствие. Ничто не должно было отвлекать его от достижения поставленных целей.

Гарри приказал водителю остановиться. Оглянувшись на Кэла и Мэган, гид поднес палец к губам, а потом указал им вдаль. Сначала Кэл ничего не увидел. Но затем в пятидесяти ярдах от них из стены дождя появился огромный серый силуэт. Потом силуэтов стало гораздо больше. Кэл почувствовал, как Мэган схватила его за руку и крепко сжала, наблюдая приближение стада. Слоны были уже очень близко, а их открытый джип нельзя было назвать надежной защитой. До них доносился низкий, спокойный гул животных. Предводитель стада, по всей видимости старая слониха, уже была всего в нескольких футах от машины, но тут она резко развернулась и быстро направилась к реке, уводя за собой всех остальных. От сумбурной смеси восторга и волнения Мэган еще крепче сжала руку Кэла. Через пару минут они услышали радостные всплески воды.

Гарри кивнул водителю, и тот, заведя джип, развернулся и поехал в обратном направлении.

– Ты нас немного напугал, – признался Кэл. – Эти слоны могли наброситься в любую минуту.

– Не стоит волноваться, – хмыкнул Гарри. – Я знаю это стадо. Они вполне миролюбивы, если не привлекать их внимания.

Мэган не проронила ни слова.

– Ты в порядке? – спросил Кэл.

– Невероятно, – послышался ее сдавленный нервный смех. – Мы забыли сделать фотографии.

Кэл видел, что она вся дрожит то ли от возбуждения, то ли от холода. Но ее глаза цвета карамели ярко блестели. Это был один из лучших моментов, которые он испытал за последнее время, – дождь, дикая природа, слоны, Мэган… Но не стоило забывать, ради чего он здесь.

Мэган предполагала, что им придется ютиться ночью под тентом, поэтому комфортабельный домик в качестве места ночлега у подножия кратера стал для нее настоящим сюрпризом. Однако Гарри неверно истолковал их с Кэлом отношения и забронировал для них бунгало лишь с одной спальней и одной кроватью.

– Не волнуйся, я все улажу, – сказал Кэл, открывая перед ней дверь домика. – Пока ты будешь в душе, я поговорю с менеджером. Я уверен, что у них есть еще одна свободная комната.

Закрыв дверь ванной, Мэган разделась и насладилась настоящим горячим душем в кабинке, заставленной флаконами с шампунем, жидким мылом и ароматными маслами. Пол этой комнаты был выложен плиткой. Ей давно не представлялось возможности ощутить это блаженство. В лагере для беженцев обычно приходилось довольствоваться лишь ведром холодной воды.

Мэган предполагала, что если сможет совладать с приступами паники и ночными кошмарами, то отправится назад в Дарфур. Ей было просто необходимо вернуться туда. Помогать обездоленным и нуждающимся – вот что теперь наполняло жизнь настоящим смыслом после того, как ее мир рухнул. По своей наивности, только после самоубийства Ника она узнала, что деньги, на которые все это время существовал фонд, были крадеными. Это выбило у нее почву из-под ног. Всю жизнь она воспринимала богатство своего мужа как нечто должное, тратя деньги в огромном количестве. Но сколько украденных денег ушло на ее капризы? Мэган не могла ответить на этот вопрос, но она пыталась возместить хотя бы толику ущерба своей самоотверженной работой. Став волонтером в лагере для беженцев, она неожиданно ощутила чувство глубокого удовлетворения. Беженцы нуждались в ней, и эта востребованность дала ей надежду на искупление грехов.

Мэган прекрасно справлялась с работой в больнице, но в Дарфуре от нее будет гораздо больше пользы. Она просто обязана была вернуться туда, и никто, даже Кэл, не остановит ее.

Надев чистую одежду, Мэган приглаживала влажные волосы. Неожиданно раздался стук в дверь, и на пороге появился Кэл со своей дорожной сумкой.

– Не везет, – сказал он. – Сегодня приезжает большая компания туристов, и все номера уже забронированы. Я попросил найти для меня хотя бы раскладную кровать.

– Может, ты переночуешь у Гарри?

– У него односпальная кровать, к тому же он храпит, как слон.

Кэл окинул взглядом бунгало. Рядом с окном стоял диван с двумя креслами. В центре комнаты поместился кофейный столик.

– Прости, но мне придется спать на диване. Мне выдали постельное белье и москитную сетку.

Мэган вздохнула, сравнив его высокий рост и скромную длину дивана.

– Мне будет намного удобней на диване, чем тебе. Проходи. Думаю, ты захочешь принять душ перед ужином.

Пока Кэл был в ванной, Мэган открыла коробку с небольшой цифровой камерой, которую он купил для нее, и изучила инструкцию. До нее доносилось журчание воды из ванной. Мелкие неудобства, связанные с совместным проживанием, не пугали. Если бы Кэл сейчас вышел из ванной абсолютно голым, это бы ничуть не смутило Мэган. Она бы просто пожала плечами и отвернулась. Его постоянное присутствие, которое, безусловно, тревожило, – вот к чему придется привыкнуть.

Звук льющейся воды затих, и дверь ванной приоткрылась. Пар клубами повалил в комнату. Через несколько минут Кэл вышел, чисто выбритый и причесанный. На нем были новые джинсы и серый легкий свитер, который сочетался с цветом его глаз. Одежда Кэла была очень непритязательна, но на нем она смотрелась элегантно, подчеркивая его мужество и брутальность.

Мэган походила по магазинам в Аруше перед их отъездом и немного обновила свой гардероб, пополнив его простыми брюками цвета хаки, несколькими футболками, флисовым пиджаком и парой крепких ботинок. Ее единственным капризом стала покупка темно-зеленого шарфика, который она повязала себе на шею сегодня.

– Ты выглядишь как картинка из журнала GQ. – Она окинула Кэла взглядом с ног до головы.

– А ты выглядишь как Ингрид Бергман в фильме «По ком звонит колокол», – улыбнулся он.

На улице все еще шел дождь, но они нашли в комнате большой зонт. Выйдя на террасу, Кэл открыл его, ожидая Мэган, которая закрывала дверь. Прижавшись друг к другу под зонтом, они направились по мощеной дорожке к столовой.

Гарри ожидал их возле одного из столиков. Его глаза живо блестели от виски, и он неутомимо развлекал их всякими байками в течение изысканного ужина, состоящего из пяти блюд. Мэган была рада его присутствию – оно спасало от неловких разговоров с Кэлом. К тому же гид действительно пришелся ей по душе, несмотря на его любовь к выпивке и крепкому словцу. Даже когда он позволял себе открыто флиртовать с ней, Мэган реагировала спокойно, воспринимая это как признак добродушия и расположения с его стороны.

– Не желаешь перекинуть со мной рюмочку в баре на сон грядущий? – спросил Гарри, весело подмигнув ей. – Если Кэл хорошо нас попросит, то возьмем и его с собой.

– Спасибо, но у меня уже слипаются глаза, – сказала Мэган, вставая из-за стола. – Не знаю, как Кэл, но я отправлюсь спать. Увидимся завтра утром.

– Я тоже с твоего разрешения покину тебя, Гарри. – Мужчина поднялся. – Сегодня был насыщенный день, а завтра нам лучше пораньше встать.

– Куда мы поедем завтра? – не удержалась Мэган.

– Позже узнаешь, так ведь интереснее, – подтрунивал Кэл.

– Хорошо. Но ты можешь хотя бы сказать, где мы находимся сейчас?

– Конечно. У меня в сумке есть карта страны, я покажу тебе.

Выйдя из столовой, они обнаружили, что дождь наконец-то прекратился. На небе не было ни облачка – лишь ярко мерцающие звезды.

– Во сколько мы завтра отправляемся? – спросила женщина.

– Наверное, около шести. Наблюдать за животными лучше всего ранним утром.

– Кажется, что ты очень хорошо знаешь Гарри. Как вы познакомились?

– Совершенно случайно. Несколько лет я привозил сюда одного из наших спонсоров, чтобы он взглянул на наш проект в Африке. Он был заядлым охотником и обязательно хотел поучаствовать в сафари. Нашим гидом оказался как раз Гарри.

– Ты охотился с ним?

– Я просто составил ему компанию. Немного пофотографировал. С тех пор мы с Гарри друзья, хотя он, наверное, считает меня слабаком. Иногда в течение года я рекомендую его своим знакомым. Но у меня абсолютно нет желания охотиться. Эти прекрасные животные не заслуживают подобной участи. Жизнь слишком коротка и драгоценна.

– Мне нравится это в тебе, – сказала Мэган. – И я так и не поблагодарила тебя за то, что ты привез меня сюда. Все идет просто замечательно.

Она ожидала какого-то ответа, но Кэл молчал. Все же она была здесь не потому, что он заботился о ней. «Наверное, таким способом он надеется заполучить мое доверие, чтобы я разболтала ему все свои несуществующие секреты», – подумала Мэган. Вероятно, Кэл все еще винит ее в смерти Ника и потере денег и хочет, чтобы она понесла наказание? Может, стоит спросить его напрямик. Правда, это могло сделать его еще более подозрительным.

– Я подумала о том, как нам устроиться на ночлег, – сказала она. – Ты не поместишься на диване. Ты будешь спать на кровати, а я на диване. Конец дискуссии.

– Хорошо, – ответил он после непродолжительного молчания.

Они добрались до террасы, и Мэган начала искать ключ от двери в карманах.

– Сколько мы здесь пробудем? Ты ведь можешь сказать мне это, не раскрыв никаких тайн.

– Это бунгало будет нашим жилищем на ближайшие несколько дней, так что можешь распаковать вещи. А потом… Увидишь. Ни о чем не волнуйся, твоя единственная обязанность – это отдыхать.

– Зачем ты все это делаешь?

В воздухе повисла тишина. Вопрос застал его врасплох, это было очевидно.

Мэган открыла дверь, но перед тем, как войти внутрь, он взял ее за руку и сказал:

– Еще рано. Давай немного посидим на террасе. Если тебе будет холодно, я принесу плед.

– Спасибо, – ответила она, присаживаясь на скамейку под окном.

Через минуту Кэл вернулся с шерстяным пледом, сел рядом с ней, и они оба плотно укутались. Он был так близко, что Мэган чувствовала запах его кожи и тепло его тела. Кэл всегда ее немного пугал, что-то в нем заставляло внутренне содрогаться. После смерти Ника ситуация лишь ухудшилась, ведь Кэл стал относиться к Мэган как к врагу.

Ночь была очень тихой и спокойной, слышались лишь легкое дуновение ветра и звук падающих с листвы деревьев капель.

– Ты задала мне вопрос, – начал Кэл.

– Да. Ты ничем мне не обязан. Более того, винишь меня в смерти Ника. Так почему же ты так добр ко мне? Зачем тебе эта поездка?

– Возможно, я хочу обрести душевное равновесие, которое утратил, – ответил Кэл, поежившись. – Я все еще не оправился после смерти лучшего друга. Мне казалось, что я его хорошо знал. Но это не так. Мне нужны ответы, иначе я не сдвинусь с мертвой точки. Для этого мне необходимо понять, что с ним произошло, почему он решил убить себя. Я хочу увидеть его твоими глазами.

Мэган нервно сглотнула. Как она и ожидала, Кэл не высказал своих подозрений открыто. Но его слова всколыхнули в ней болезненные воспоминания. Даже спустя два года после смерти мужа она была не готова обсуждать свой брак.

– Я не знаю, могу ли тебе помочь, – произнесла она. – Самоубийство Ника и пропажа денег шокировали меня. Я была так же потрясена, как и ты.

– Но ты смогла жить дальше, Мэган?

Смогла ли? Она отчаянно пыталась найти ответ на этот вопрос. От постигшего ее горя она просто сбежала на другой край земли, где страдания были обычным делом. Но прошлое не отпускало ее, напоминая о себе, как кровоточащая рана.

– Возможно, мы сможем помочь друг другу, просто поговорив, – сказал Кэл.

– Поговорив о Нике? Если ты приехал ради этого, то извини, но мне невыносимо обсуждать это. – Мэган покачала головой.

Кэл отвернулся. Мэган внимательно рассматривала его профиль, наблюдая за его реакцией на ее слова. Кэл был не из тех людей, кто так просто принимает отказ.

– Если говорить о Нике тебе все еще больно, то почему бы не рассказать мне о себе? – настаивал он. – Я же практически ничего о тебе не знаю, кроме того, что до замужества ты работала медсестрой. Где ты выросла, Мэган?

Говорить об этом ей тоже было неприятно, но Кэл не собирался так просто отступать.

– Я выросла в Арканзасе, в одном маленьком городишке, о котором ты вряд ли слышал.

– Никогда бы не подумал, – взглянул он на нее, вздернув бровь. – У тебя совсем нет южного акцента.

– Я родилась в Чикаго и жила там до шести лет. Потом мои родители попали в автокатастрофу в предновогоднюю ночь.

– Мне очень жаль.

– Бабушка решила забрать меня и воспитывать в благочестии, как она говорила. Бабушка была хорошей женщиной и желала мне добра, но…

Мэган умолкла, вспомнив, как пожилая женщина секла ее розгами, чтобы изгнать дьявола, как она заставляла внучку зубрить длинные отрывки из Священного Писания. Самым ярким воспоминанием было посещение религиозных встреч, на которых священник всех стращал скорым Судным днем.

– Мне кажется, я тебя понимаю. Ребенку трудно слышать, что его родителям пришлось умереть, чтобы оказаться в лучшем месте. Это объясняет твое нежелание вспоминать о подобном.

– Давай не будем устраивать сеансы психоанализа, Кэл. Я и сама все прекрасно понимаю.

– Хорошо, продолжай, – сказал он, развернувшись к ней.

– Мы были так бедны, что нам приходилось носить одежду, которую люди отдавали на благотворительность в церковь. Но бабушке по наследству достался домик с участком. Когда мне было семнадцать, она умерла от сердечного приступа и оставила его мне. Я продала недвижимость, чтобы заплатить за учебу в колледже.

– И решила стать сестрой милосердия, – с сарказмом произнес Кэл.

– О да. Поначалу я лелеяла альтруистические мечты о работе медсестрой. Но после окончания колледжа у меня не осталось ни гроша, и единственной работой, которая приносила более-менее нормальный заработок, стала должность ассистентки известного в Сан-Франциско пластического хирурга.

– Хороший врач никогда не возьмет на работу некрасивую медсестру.

– Это несправедливо! – воскликнула Мэган, ее охватило желание дать ему пощечину.

Очевидно, Кэл прекратил притворяться, что действительно хочет поближе ее узнать. Теперь он вновь хотел больнее ее задеть, как это было раньше, еще до смерти Ника. Тогда он не упускал возможности выразить ей свое презрение во время их общения.

– Я очень хорошо работала, – заявила женщина. – Хотя должность пластического хирурга предполагала поддержание определенного образа для клиентов – макияж, прическа, приталенная униформа. Но, откровенно говоря, после моего бедного детства я не возражала. Мне нравилось, что я могла покупать красивые вещи и следить за своим внешним видом. Однажды я познакомилась в клинике с пациенткой, и она была столь дружелюбна, что пригласила меня на один благотворительный вечер, который она устраивала. Там я и познакомилась с Ником. Остальное ты знаешь.

– Да. Золушка попала на бал, встретилась с принцем, и они жили долго и счастливо… Ну или черт его знает, что там произошло потом.

Злость мгновенно охватила Мэган. Она пыталась быть с Кэлом вежливой и искренней. А он отплатил ей сарказмом и презрением.

– Теперь моя очередь задавать вопросы, Кэл! – воскликнула она, в ее взгляде читалась ярость. – Я не крала деньги, не убивала Ника. Я не сделала ничего предосудительного или незаконного. Кто дал тебе право судить меня? За что ты так меня ненавидишь?

– Черт, Мэган, я просто хочу выяснить, что произошло, и пытаться понять тебя!

– Почему ты не можешь хотя бы сейчас быть откровенным со мной? Я же знаю, что ты привез меня сюда не из-за заботы обо мне. В какую игру ты пытаешься играть? – парировала она.

Выругавшись, Кэл схватил ее за плечи, притянул к себе и неистово, грубо поцеловал.

Глава 5

Жар его поцелуя, словно испепеляющий огонь, охватил все тело Мэган. Ощущения от этого физического контакта оказались настолько сильными и противоречивыми, что было невозможно понять, приятны они или нет. Тут же Мэган испытала приступ паники. Она оттолкнула Кэла и хотела кинуться прочь от него, но он схватил ее за руку и усадил на прежнее место.

– Мэган, все хорошо. Никто тебя не обидит, – спокойным тоном произнес он.

Голос Кэла подействовал на нее успокаивающе. Она положила руки на колени и начала медленно дышать. Страх понемногу затихал, но она все еще дрожала. Как она могла позволить этому произойти?

– Прости меня, Мэган, мне не следовало этого делать, – сказал он.

– Все в порядке… Просто не делай так больше, – с трудом прошептала она.

– Успокойся. Я принесу тебе чего-нибудь выпить, – произнес он, вставая со скамьи.

Через минуту он вернулся из дома на террасу и протянул ей бутылку воды. Мэган начала медленно пить. Ее сердцебиение почти пришло в норму после нескольких глубоких вдохов прохладного воздуха.

– Тебе лучше? – спросил он.

– Почти, – кивнула она. – Ты позволил себе лишнее. О чем ты думал?

– Я даже не буду пытаться ответить на этот вопрос, – угрюмо усмехнувшись, ответил мужчина. – Принести чего-нибудь еще?

– Нет. Но мне бы не помешало остаться в одиночестве, чтобы окончательно прийти в себя.

– Хорошо. В таком случае я составлю компанию Гарри в баре.

– Я пойду спать, – послышался ее слабый голос. – Возьми ключ. Надеюсь, я усну к тому моменту, когда ты вернешься.

– Отдыхай. Завтра нас ждет длинный день. Давай забудем то, что произошло?

Он развернулся, чтобы уйти, но через секунду бросил на нее долгий взгляд через плечо и добавил:

– Я все понял. Обещаю больше так тебя не пугать. Мне правда жаль, что я расстроил тебя.

Мэган ничего не ответила, молча наблюдая за тем, как он уходит. Его поцелуй разбудил в ней целый вихрь чувств. Закутавшись в плед, она пыталась привести свои мысли в порядок.

Кэл довольно хорошо знал женщин. Если бы он понимал, что ей это будет неприятно, он бы не поцеловал ее. Значит ли это, что он уловил от нее скрытые сигналы, о которых она и сама не подозревала? Неужели Мэган действительно хотела, чтобы это произошло? Кэл, конечно, был привлекательным, но она никогда не рассматривала его как мужчину.

Мэган вспомнила обжигающий вкус его поцелуя. В этот момент его привычная холодность вдруг исчезла. Когда она целовалась последний раз – с доктором из лагеря, – она не почувствовала ничего. С Кэлом все было иначе.

Что это значит? Что произойдет, если она позволит ему поцеловать ее снова?

Хотя Кэл пообещал ей больше этого не делать. И она должна заставить его сдержать свое слово. Не стоило нарушать границы между ними, это было слишком опасно.

Поднявшись со скамьи, Мэган зашла в бунгало, закрыла дверь и принялась застилать диван для сна.

Кэл был слишком взвинчен и не мог спокойно сидеть в баре. Он нервно бродил по темным аллеям, обойдя весь периметр территории сафари-отеля. У него голова шла кругом от мыслей, роившихся в голове.

Он не планировал целовать Мэган. Но это случилось. И хотя поцелуй длился всего несколько секунд, этого хватило, чтобы разжечь его аппетит. Даже после ее испуганного отклика на поцелуй ему хотелось схватить Мэган, отнести в спальню и сделать так, чтобы она забылась в наслаждении.

Но ее бурная реакция открыла Кэлу глаза на то, о чем он должен был догадаться раньше. Она была не просто переутомлена работой в лагере. И не просто потрясена тем, что ей пришлось увидеть. Что-то еще произошло с ней там.

От сотового телефона здесь не было пользы, поскольку мобильная связь отсутствовала. Но в гостинице имелись несколько допотопных компьютеров, которыми могли пользоваться гости. Сидя в пустой комнате, Кэл первым делом проверил свою электронную почту, затем написал письмо начальнику управления, который занимался сбором и хранением личной информации обо всех волонтерах, работающих в «ДЖЕЙ-КОР». Он попросил его прислать ему копии всех записей и документов, касающихся Мэган. Эта информация была конфиденциальной, но, как глава фонда, Кэл мог потребовать ее.

Он хотел знать все о причинах паники Мэган. Иначе он просто будет не в состоянии ей помочь. Вне зависимости от их прежних отношений, он видел – ее что-то очень сильно мучает. Он не мог позволить себе быть настолько бессердечным и оставить ее один на один с ее мучениями.

Кэл приехал в Африку, чтобы заставить Мэган поплатиться за воровство и смерть Ника. Но он не рассчитывал, что все так поменяется. Он не ожидал увидеть Мэган такой уязвимой и сломленной. Это пробудило в нем желание помочь ей.

Мэган слышала, как Кэл вошел в дом, но сделала вид, что спит. Она напряглась, когда его шаги затихли напротив дивана. Но не от испуга – она знала, что Кэл не несет в себе никакой угрозы для нее. Ей просто не хотелось вновь разговаривать с ним после того, что произошло на террасе. Сумбур в мыслях был ее собственной проблемой. Она должна решить ее самостоятельно.

Вскоре Кэл лег в постель, и его дыхание стало ровным. Ощущение его присутствия в доме почему-то умиротворяло – Мэган чувствовала себя в полной безопасности. Если бы так же спокойно она ощущала себя и в его объятиях! Но сейчас Мэган была слишком уязвима и надломлена для того, чтобы заводить какие-либо отношения. Особенно с мужчиной, которого она всегда лишь раздражала.

Мэган начинала потихоньку засыпать. Диван был не самым удобным местом для сна, но сегодняшний день отнял много сил, и она быстро отключилась. Какое-то время она спокойно спала. Но вдруг вновь услышала крик Сайды, когда ее возлюбленный упал замертво. Она видела тени, которые столпились вокруг беззащитной девушки, услышала их грубый смех, когда они повалили ее на землю, услышала ее вопль и звук разрывающейся одежды. Мэган стояла за колодцем и отчаянно пыталась закричать, несмотря на то что чья-то грубая рука пыталась закрыть ей рот…

Что-то заставило Кэла проснуться. Он сел, уставившись в темноту. Сбросив оковы сна окончательно, он услышал слабый сдавленный стон и какую-то возню в соседней комнате.

Включив лампочку у кровати, он выбрался из постели. Подойдя к Мэган, он увидел, что она отчаянно извивалась, запутавшись в одеяле и москитной сетке. Она все еще спала, но пыталась освободиться.

– Мэган, – мягко сказал он. – Мэган, это просто сон.

Она продолжала возбужденно вертеться. Кэл осторожно высвободил ее из сетки. Выражение ее лица все еще было напуганным, но понемногу она стала успокаиваться. Вдруг она резко дернулась и проснулась. Кэл смахнул с ее вспотевшего лба волосы и произнес:

– Все хорошо, ты в безопасности.

– Кэл? – В ее взгляде читалось непонимание.

– Тебе приснился плохой сон. Ты знаешь, где мы находимся?

В ее глазах мелькнуло сомнение.

– Мы в бунгало, все в порядке.

Дыхание Мэган сорвалось на всхлипывания. Кэл вспомнил ее приступ паники в отеле. Он сумел ее успокоить в тот раз. Но сейчас, после их поцелуя, он решил не прикасаться к ней без разрешения.

– Ты хочешь, чтобы я тебя обнял? – спросил он.

Она колебалась несколько секунд, но затем кивнула. Он нежно заключил Мэган в свои объятия и прижал к груди. Она прильнула к нему, словно напуганный ребенок, ее сердце все еще бешено стучало.

В комнате было прохладно. Кэл бросил взгляд на часы – еще рано вставать. Но он не хотел оставлять ее одну на диване.

– Позволь мне отнести тебя в спальню. Ты будешь там в полной безопасности, я обещаю тебе. Хорошо?

Мэган ничего не ответила, и он молча взял ее на руки. Она крепко обнимала Кэла, пока тот нес ее в соседнюю комнату. Войдя в спальню, он уложил ее на кровать и накрыл одеялом. Мэган все еще дрожала. Кэл отошел, чтобы потушить свет.

Неужели он правда может лечь с ней в одну постель и сдержать данное ей обещание? Приподняв покрывало, он скользнул под него. Ему еще ни разу не приходилось делить постель с женщиной, с которой он не планировал заняться любовью. Мэган лежала, свернувшись калачиком, в нескольких дюймах от него, но он все равно чувствовал ее дрожь.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Да, мне лучше.

– Расскажи о своем сне. – Кэл не был уверен, что она ответит ему.

Мэган медленно и тяжело вздохнула и произнесла:

– В Дарфуре жила одна молодая девушка, которая помогала мне в лагере. Ей было всего пятнадцать – прекрасный ребенок. Однажды ночью она покинула лагерь, чтобы встретиться с мальчиком. Я пошла тогда за ними, но было слишком поздно.

– Их убили?

– Мальчика – да, а ее… изнасиловали. После этого она исчезла без следа.

– Джанджавиды?

– Да.

– И тебе пришлось все это увидеть?

– Я ничего не могла сделать.

– Мне очень жаль, Мэган. – Поддавшись порыву, Кэл положил на ее плечо поверх покрывала свою руку. Он ожидал, что Мэган отстранится, но, казалось, это успокаивало ее. Мэган перестала дрожать. Он еще крепче обнял ее, и она прижалась к нему.

– Спи, – прошептал Кэл. – Больше никаких дурных снов, я с тобой.

Мэган полностью расслабилась, и вскоре он услышал ее ровное глубокое дыхание. Сам же Кэл теперь не мог уснуть. Он всегда восхищался волонтерами, которые работали в лагерях для беженцев. Это занятие требовало невероятного мужества, сострадания и силы духа. До того момента, как Крэндалл принес ему свой отчет, он и подумать не мог, что Мэган способна на подобное. Но теперь ей приходилось платить за время, проведенное в лагере, своим душевным спокойствием.

Руки Кэла покровительственно обвили спящую Мэган. Он не представлял, сколько храбрости ей понадобилось, чтобы отправиться за этой девочкой среди ночи. Ей повезло, что она в целости и сохранности сумела добраться обратно. Теперь, когда Кэл знал, что ее так мучило, возможно, ему удастся помочь ей избавиться от этого тяжкого груза горьких воспоминаний.

Во сне Мэган повернула голову, и теперь ему был виден ее утонченный профиль. Образ избалованной Снежной королевы из Сан-Франциско постепенно рассеивался. Сейчас Мэган представлялась Кэлу совсем в другом свете. Ему становилось все труднее видеть в ней ту женщину, чья расточительность довела его друга до самоубийства.

Он сам видел эти чеки – щедрые пожертвования на благотворительных мероприятиях, организованных Мэган. Эти деньги так и не попали на банковский счет фонда. На обратной стороне чеков значилась подпись Мэган, но они были направлены на их совместный с Ником счет в другой банк. Когда кража наконец обнаружилась, этот счет был уже почти пустым.

Как тут поверить, что Мэган была не причастна к похищению денег? Но, возможно, в этой истории было то, чего он не знал. Кэлу хотелось верить в невиновность Ника или в то, что он, по крайней мере, пошел на это исключительно ради удовлетворения потребностей его жены. Но женщина, которую Кэл сейчас держал в своих объятиях, не походила на воровку. Она не стала бы манипулировать своим мужем, заставляя его украсть деньги, которые предназначались для людей, отчаянно нуждающихся в помощи.

Может быть, смерть Ника изменила ее и заставила раскаяться? Или, может быть, Кэл ошибался в своих догадках на ее счет?

Как бы там ни было, Кэл не мог позволить себе забыть то, что произошло в Сан-Франциско. Его предал друг, которому он не моргнув глазом доверил бы свою жизнь. Если он ошибся в Нике, то почему он должен верить в невиновность его жены? Пока он не узнает всей правды, какой бы ужасной она ни была, он не сможет полностью доверять Мэган.

Мэган проснулась одна в постели. Растерявшись на мгновение, она услышала шум воды в ванной. Было еще темно, поэтому, спустив ноги на пол, она включила лампу у кровати. Она вспомнила свой ужасный сон и то, что было после него: успокаивающий голос Кэла, его сильные руки, которые крепко обнимали ее во сне. Невероятно, но всю оставшуюся ночь она спала спокойно.

Кэл вышел из ванной – гладко выбритый, причесанный и одетый. Он весело улыбнулся ей:

– Доброе утро, соня. А я уже собирался будить тебя.

– Сколько времени? – спросила она, зевнув.

– Полшестого. Гарри хочет выехать в шесть, так что поторопись. Нас ожидает легкий завтрак в вестибюле.

– Куда мы поедем? – Мэган наконец встала с постели.

– Увидишь. Это сюрприз.

– Сюрприз! Почему ты и Гарри обращаетесь со мной как с пятилетней? – спросила она и засмеялась, направляясь в ванную.

К тому времени, как Гидеон подогнал джип к гостинице, Мэган уже успела позавтракать. Птицы весело щебетали на деревьях, а аметистовый рассвет предвещал хорошую погоду. Она с нетерпением ждала начала приключений. Возможно, она действительно нуждалась в этой поездке.

Мэган украдкой посмотрела на Кэла, который разговаривал с Гарри. Она внимательно рассматривала его фигуру – мускулистые плечи, широкая спина, упругие ягодицы. По всем меркам он был прекрасно сложен. Но прошлая ночь доказала, что Мэган не готова к интимным отношениям. И возможно, уже никогда не будет готова. По крайней мере, Мэган казалось, что Кэл ее понимает. После того поцелуя он относился к ней как к младшей сестре.

Она оторвала свой взгляд от Кэла. При других обстоятельствах Мэган бы не возражала разделить с ним постель в полном смысле этого слова. Но ей не хотелось бы, чтобы новый приступ паники произошел на его глазах.

– Дамы! На борт! – скомандовал Гарри, подмигнув Мэган. – И позвольте добавить, мисс Мэган, что вы выглядите сегодня просто превосходно. Вы готовы к сюрпризу?

– Конечно! – с воодушевлением заявила она, закидывая свою сумку на заднее сиденье. Забравшись в машину, она, улыбаясь, обратилась к их водителю: – Доброе утро, Гидеон. Я рада, что вы едете с нами.

– Спасибо, мисс, – учтивым тоном ответил он, но его лицо тут же просияло.

– Поехали, – сказал Кэл, присаживаясь рядом с Мэган.

Кэл пристально наблюдал за Мэган, пока джип ехал по извилистой дороге к подножию кратера Нгоронгоро. Она только сейчас поняла, куда же они едут. Ее охватило предвкушение радостного события – словно она вновь была маленькой девочкой и впервые ехала с родителями в цирк. Прошлой ночью Кэл переживал за Мэган. Поэтому видеть ее сейчас такой – сияющей, смеющейся, с игривым зеленым шарфиком, повязанным вокруг шеи, – стоило всех тех денег, которые он потратил на сафари. Если бы сегодня он встретил Мэган впервые в жизни и между ними не было бы прошлых обид, он точно бы влюбился в нее.

Наверное, такой же Мэган впервые увидел и Ник. Только сейчас Кэл понял, почему Ник так сильно ее любил. Его лучший друг всегда был общительным и дружелюбным, а Кэл, напротив, слишком серьезным и так просто не мог потерять голову из-за женщины. Он считал подобное поведение легкомыслием. Раньше Кэлу казалось, что это было его преимуществом перед Ником, но теперь он уже не был так уверен.

Он пытался выбросить эти мысли из головы. Мэган бесспорно была соблазнительной женщиной, но подходила ли она на роль партнера для серьезных отношений? В очередной раз Кэл заглушил в себе острое желание обладать ею.

Стая голубей неожиданно вылетела из кроны цветущего дерева и устремилась ввысь.

– Как красиво… – прошептала Мэган, еле пошевелив губами.

Кэл вспомнил, как вчера он целовал эти губы, упиваясь их вкусом. То, что случилось позже, все еще смущало его. Из-за чего же она так испугалась? Неужели причина в нем?

– Ну что? Ты уже видишь животных? – спросил Кэл Мэган. – Вот, посмотри в бинокль.

Пристально изучив пейзаж вокруг, она ответила:

– Все, что я вижу, – это трава и заросли.

– Ты увидишь намного больше, когда мы доберемся до места, – сказал Гарри. – Когда я был здесь последний раз, то видел черного носорога. Эти крошки вот-вот вовсе исчезнут, если браконьеры не прекратят охоту на них. Их рога стоят бешеных денег. Арабы покупают этих животных для рукояток кинжалов. А в Китае из них делают порошок, и он считается альтернативой виагры. Не то чтобы я его пробовал. У меня и необходимости такой не возникало. – Он бросил на Мэган и Кэла озорной взгляд.

– Возле кратера есть браконьеры? – спросила Мэган.

– Обычно они пробираются туда ночью. У рейнджеров есть разрешение пристреливать их на месте. Я поступал бы точно так же с этими подонками.

– Но вы работаете гидом и для охотников, не так ли, Гарри?

– Не здесь. Это национальный парк. На животных, которые обитают здесь, нельзя охотиться. Законная охота и браконьерство – разные вещи. Охотники платят тысячи за разрешение на охоту. Эти деньги идут на содержание и охрану животных, которые находятся на грани исчезновения. Браконьеры же делают это лишь из-за корысти.

– Я что-то вижу, – сказал Кэл, указывая на какие-то черные точки впереди.

– Африканский буйвол, – кивнул Гарри. – Мы можем подъехать к ним поближе, но держитесь от них на расстоянии, иначе быть беде. Я знаю, о чем говорю. Видишь это? – Он указал на пустой левый рукав рубашки. – Я тогда чуть не погиб.

Вздернув бровь, Кэл переглянулся с Мэган. Она наградила его очаровательной улыбкой, задорно подмигнув. Кэл мысленно выругался. Если бы не ее приступы паники и подозрение в воровстве денег, он был бы не прочь увлечься ею.

Но он здесь не для этого. Прежде всего нужно раскрыть ее секреты и наконец узнать правду. Кэл не предполагал, что станет к ней неравнодушен. Он словно ходил по краю пропасти, и если он оступится, ему несдобровать.

Глава 6

Мэган в нерешительности схватила камеру, опасаясь поднять ее и спровоцировать атаку. Она слышала о том, насколько опасны могут быть буйволы. Но эти животные едва подняли свои головы, когда джип приблизился к ним.

– Они кажутся довольно миролюбивыми, – прошептала она Кэлу. – Смотри, там маленький черный детеныш! И еще один!

– Еще одна причина быть осторожнее, они всегда защищают свое потомство, – тихо ответил Кэл.

– Мы увидим еще много детенышей, – обычным голосом сказал Гарри. – Они обычно размножаются в сезон дождей.

Мэган устремила свой взгляд к линии горизонта, где на равнине щипали траву газели.

– У вас есть дети, Гарри? – спросила она.

– Мальчик от второй жены. Она забрала его с собой в Англию после развода. Я слышал, что он стал барменом, но мы не общаемся.

– Мне жаль.

– Это жизнь, девочка. Ты играешь теми картами, которые тебе раздали, и пытаешься выиграть.

– А как насчет вас, Гидеон? – обратилась она к водителю. – У вас есть семья?

– Да, мисс, – ответил он, расплывшись в улыбке. – Три мальчика и две девочки.

– Я уверена, вы ими очень гордитесь.

– Да, мисс. Хорошие дети – это Божья милость.

Вдруг что-то напугало газелей. Они встрепенулись и ринулись прочь в сказочном полете. Животные так грациозно скакали, словно были какими-то крылатыми созданиями. Даже самые маленькие двигались так проворно, что не отставали от остального стада.

– Возможно, лев поблизости, – взглянув на Гидеона, произнес Гарри. – Сбавь скорость.

Лев! У Мэган сердце ушло в пятки. Она прожила в Африке два года, но еще ни разу не видела этих животных.

В открытом джипе они были абсолютно не защищены от нападения диких животных. Она кинула взгляд на винтовку Гарри, которая лежала рядом с пассажирской дверью, но, казалось, он не намеревался брать ее в руки.

Мэган поймала взгляд Кэла. Он понял ее страх и положил ей на спину руку. Мэган приблизилась к нему, его уверенность невольно передавалась и ей.

«Лендровер» обогнул изгиб узкой дороги, открывая взору львиц, растянувшихся на траве в нескольких футах от них. Самая крупная особь внимательно изучала взглядом своих янтарных глаз автомобиль и его пассажиров. Широкая пасть львицы раскрылась в пренебрежительном зевке, и Мэган увидела ее длинные желтые клыки.

– Мать и дочь, наверное, – прошептал Гарри. – Посмотри, старшая явно ожидает потомство. Можешь снять их, они позируют тебе.

Руки Мэган немного дрожали, когда она смотрела на эту парочку в объектив. Но щелчок камеры совершенно не встревожил львиц. Гидеон уже хотел двинуться дальше, но Гарри прикоснулся к нему рукой со словами:

– Подожди. А вот и папочка появился!

У Мэган перехватило дыхание при виде величественного льва. С царственной осанкой, он неторопливо приближался к самкам, почти не обратив внимания на джип и людей в нем.

Ей удалось сделать еще несколько фотографий этого семейства, прежде чем Гидеон наконец отъехал.

– Вот это, я понимаю, жизнь! Две женщины растят потомство и приносят мясо.

– Все ведь не так уж и просто для самца, – сказал Кэл. – Ему приходится защищать свою территорию и семью от самцов-соперников. Ставки в этой игре высоки – жизнь или смерть.

– О, смотрите! – воскликнула Мэган. – Вдалеке пасутся зебры. А что там, возле дороги?

– Это семейство кабанов на завтраке, – объяснил Гарри.

– У них тоже детеныши! – Мэган направила на них камеру и щелкнула несколько раз. – Такие маленькие и милые! Почему ты не фотографируешь ничего, Кэл?

– У меня множество подобных фотографий из предыдущих поездок. Сейчас мне намного интереснее наблюдать за тобой, – ответил он, одарив ее своей голливудской улыбкой.

Мэган вела себя как маленькая девочка, попавшая в Диснейленд. Она была такой непосредственной в своей неподдельной радости и восхищении! Каждая минута с ней была настоящим удовольствием для Кэла.

Он вновь вспомнил блистательную Снежную королеву, которая была замужем за Ником, – идеальная прическа, макияж, элегантная одежда, все только самое лучшее. Когда же Мэган была настоящей? Являлась ли эта восторженность тайным пластом эмоций, которые она подавляла в себе все эти годы? Если так, тогда он понимал, почему она решила убежать от самой себя.

Что, если ее побег не имеет никакого отношения к деньгам? Сегодня Кэл почти готов был в это поверить. Но Мэган была такой непостоянной! Глупо всецело доверять ей.

Вчера Кэл стал свидетелем того, насколько она ранима и беззащитна. Сегодня же она вела себя так, словно ничего не произошло. Что, если все эти приступы паники и кошмары – лишь часть показательного выступления, призванного вызвать в нем жалость к ней? Но как это вообще возможно? Он не хотел верить, что Мэган способна на такое.

Они остановились пообедать на огороженном холме, где располагались столики для пикника.

– До сих пор не могу поверить, что львы не набросился на нас, – сказала Мэган, делая глоток воды. – Что бы вы сделали в таком случае, Гарри?

– Я бы выстрелил в воздух, пытаясь спугнуть их. Если бы мне пришлось застрелить одну из этих крошек, у меня было бы проблем выше крыши. Если они выглядят возбужденными, то лучше держаться от них подальше. Те, которых мы видели сегодня, были расслаблены, как домашние коты.

– А животные когда-нибудь набрасывались на ваш джип?

– Только однажды. Белый носорог смял всю машину и оторвал мне руку. Вот как это произошло, – ответил он, кивнув на правое плечо.

Мэган и Кэл обменялись насмешливыми взглядами. Ее глаза весело блестели, очаровательная улыбка озаряла загоревшее лицо. Кэл считал, что в браке с Ником она по-настоящему расцвела. Но сегодня она была просто восхитительна.

Ветер стал прохладнее, а над кратером сгущались темные тучи, готовые в любую минуту разбежаться по еще чистому небу.

– Нам лучше возвратиться, – сказал Гарри. – Но мы поедем другой дорогой обратно. Там тоже можно будет увидеть нечто интересное.

Мэган взобралась на заднее сиденье джипа и села рядом с Кэлом. Сегодняшний день был прекрасным, но время, проведенное под палящим солнцем, и тряска от долгой езды утомили ее. Она привыкла работать в лагере от рассвета до глубокой ночи, и только сейчас, наслаждаясь роскошью отдыха, она поняла, насколько устала. Но несмотря на это, она скучала по своей работе. Ей не хватало ощущения собственной необходимости и полезности. По возвращении в бунгало она решила написать несколько писем тем, с кем работа в Дарфуре, и сообщить им, что планирует вернуться. После этого Мэган подумывала о том, чтобы купить себе какую-нибудь книгу в сувенирном магазинчике на территории отеля, чтобы отвлечься чтением перед сном.

Отдаленный раскат грома вернул ее к реальности. Кэл смотрел на нее с легкой обеспокоенностью.

– Я думал, что ты вот-вот заснешь, – сказал он.

– Ты бы позволил мне?

– Только до тех пор, пока мы не набрели бы на что-нибудь по-настоящему интересное. Если тебе хочется поспать, то мое плечо вполне может сойти за подушку.

Мэган едва не ответила согласием, но все же не хотела искушать судьбу. Ей и так было не по себе, что Кэл стал свидетелем ее ночных кошмаров.

– Нет, все в порядке, я не хочу пропускать интересные события, – покачала она головой.

Тучи уже полностью затянули небо, скрыв солнце. Джип пересекал открытую местность, на которой паслось стадо зебр.

– Где-то здесь я и встретил черного носорога, – произнес Гарри. – Будьте внимательны, возможно, нам посчастливится вновь его увидеть.

Стоило гиду замолчать, как сразу же начался сильнейший ливень. Нахлынувший дождь в мгновение ока превратил дорогу в грязевое болото.

Брезентовый навес над кузовом защищал их, но порывы ветра заносили в машину дождевые потоки. Мэган забыла свое резиновое пончо и уже успела промокнуть до нитки. Они проезжали мимо еще одного стада буйволов, и те на этот раз были очень возбуждены, скорее всего, из-за грома и молнии. Животных было намного больше, чем с утра, и они били землю копытами, издавая угрожающий храп. Их агрессивное поведение предвещало опасность для людей.

Гидеон ехал так быстро, как только мог, чтобы скорее проскочить мимо стада и не разозлить животных еще больше. Когда машина наконец свернула, Мэган дрожала не только от холода, но и от страха.

Кэл тут же обнял ее и притянул к себе. Она прижалась к его груди. Тепло, исходившее от него, действовало успокаивающе.

Вдруг впереди мелькнула тень – кабан. Он оказался прямо напротив машины, и Гидеон инстинктивно ударил по тормозам. Животное убежало, но джип занесло в сторону, и одно из задних колес увязло в грязи на обочине дороги.

Гидеон жал на газ, пытаясь выехать, но это было бесполезно. Грязь казалась слишком скользкой, и у шин не было точки опоры. Несколько минут все молчали, но Мэган поняла, о чем думают мужчины. Оставался единственный способ выбраться отсюда до наступления шторма – необходимо отвлечь буйволов, пока кто-то будет толкать машину.

Гидеона решили оставить за рулем, а Кэл, как самый сильный из всех, должен был толкать джип сзади. Буйволы находились всего в пятидесяти ярдах от них, это расстояние они могли преодолеть за секунды.

Гарри достал свое ружье и сказал Кэлу:

– Я прикрою тебя. Если кто-нибудь приблизится, я буду стрелять вверх и отпугну их.

– Почему не сделать это прямо сейчас? – спросила Мэган, зная, что даже прицельный выстрел не остановит разбушевавшееся животное.

– Это слишком опасно. Они могут стать еще агрессивнее, – ответил гид. Он взял ружье в левую руку и приложил ствол к двери машины, а затем обратился к Кэлу, который уже стоял позади джипа: – Главное, держи голову ниже и не отходи от машины. Готов?

– Готов, – ответил он. – Давай! – скомандовал он Гидеону, приложившись всем телом к заднему бамперу.

Водитель завел мотор, а Кэл изо всех сил начал толкать, но колеса сдвинулись лишь на дюйм. Кэл выругался и спросил у Гарри:

– У нас есть лопата. Может быть, проще выкопать колеса из грязи?

– Лучше не стоит, – возразил старик. – Такая активная деятельность привлечет внимание буйволов к нам. – Он кинул взгляд на стадо. Животные становились все более возбужденными от ярких молний, рассекающих грозовое небо.

– Хорошо. Тогда попробуем еще раз, – сказал Кэл.

Мотор опять зарычал. Мускулы на плечах Кэла напряглись, словно стальные кабели, пока он пытался сдвинуть джип с места. Но шины лишь вертелись на месте, разбрызгивая грязь.

– Нам надо чем-то подпереть колесо, – уставшим голосом заявил Кэл.

Камень! Мэган вспомнила, что видела несколько крупных обломков цемента в их грузовике. Она тут же отыскала их и выпрыгнула из машины, пытаясь не смотреть на стадо неспокойных животных, которые начали стягиваться к своему лидеру.

– Какого черта? Что ты делаешь? – Кэл метнул на нее свирепый взгляд. – Ради бога, Мэган, вернись на место! – зарычал он.

– Я помогу тебе, – ответила она, присев на корточки рядом с задними колесами. Она взяла кусок цемента и пыталась как можно плотнее установить его под увязшим в грязи колесом, старалась не думать о том, насколько близко находятся свирепые быки. – Скажи, чтобы Гидеон попробовал еще раз, – сказала она.

Она прижалась к бамперу, встретившись взглядом с Кэлом сквозь серую вуаль дождя.

– Будь осторожна, – произнес Кэл. – Камень может откатиться и раздавить руку.

– Все будет хорошо.

– Если буйволы понесутся на нас, прячься под машину, поняла?

Она кивнула, стараясь не смотреть в сторону стада.

– Заводи!

Вновь зарычал мотор, и Кэл захрипел от напряжения, толкая машину изо всех сил. Увязшее колесо сдвинулось на дюйм, но этого было достаточно, чтобы Мэган засунула кусок цемента в образовавшуюся дыру. После этого она вскочила и принялась помогать Кэлу толкать джип.

Дюйм за дюймом «лендровер» продвигался вперед. Наконец он выбрался из трясины и выехал на дорогу. Кэл взял Мэган на руки и усадил на кузов джипа, сев рядом с ней. Она тут же повернула голову в сторону буйволов. Один из них приближался, издавая оглушающий визг. Но вдруг он остановился на полпути, бодаясь рогами, победоносно наблюдая их отступление.

Обняв Мэган за плечи, Кэл внимательно ее осматривал, будто пытаясь удостовериться, что она не получила никаких повреждений. Он был испачкан грязью с головы до ног. Мэган поняла, что, должно быть, выглядит так же.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Лучше не бывает. Мы сделали это! – воскликнула женщина, улыбнувшись.

– Ты сумасшедшая! Ты могла погибнуть! – Кэл крепко прижал ее к своей груди.

Мэган знала, что на переднем сиденье находятся Гарри и Гидеон, но в тот момент ей казалось, что, кроме них с Кэлом, никого не существовало. Всплеск адреналина привел ее в возбуждение. Она чувствовала себя такой дикой и безрассудной!

– Ты смелая прекрасная глупышка! – смеясь, сказал он.

Его руки были теплыми, а смех – успокаивающим. Полностью отдавшись переполнявшим ее чувствам, Мэган вдруг осознала, что хочет, чтобы Кэл ее поцеловал.

Но она знала, что он не посмеет этого сделать после того, что случилось вчера. Если Мэган хотела получить его поцелуй, ей оставалось только одно. Охваченная эйфорией, она обхватила его шею и притянула к себе настолько близко, что их губы соприкоснулись.

Глава 7

Мэган знала, что Кэл был ошарашен ее своевольным поступком. Ее сердце замерло, когда он на мгновение замялся. Но он быстро пришел в себя. Издав сдавленный смешок, Кэл тут же перенял инициативу. Его губы жадно ответили на поцелуй игривым прикосновением языка, легким, но в то же время таким чувственным, что она ощутила сладострастную пульсацию между скрещенных ног.

Страх все еще присутствовал, но дремал в глубине ее сознания. Возбуждение от поцелуя привело Мэган в дикий восторг, словно прыжок с водопада. Целое мгновение она упивалась тем неописуемым чувством, которое, как она думала, ей не доведется больше испытать. Вдруг Кэл выпустил ее из плена своих губ и прошептал ей на ухо:

– У нас тут зрители.

Мэган посмотрела на Гарри, который обернулся к ним и весело ухмылялся.

– Будь я проклят, – сказал он, подмигнув. – Я знал, что вы споетесь. Все, что для этого понадобилось, – буря, увязшее колесо и стадо буйволов.

– Смотрим вперед, mzee, – ответил Кэл, употребив слово на суахили, которое означало «старик». Он улыбался, произнося это, но Мэган поняла, что продолжение будет только наедине.

Поездка в джипе стала приносить все больший дискомфорт, машину заносило и трясло по размытой от дождя дороге. Кэл обнял Мэган за плечи и прижал к себе, защищая от порывистого ветра, пока гроза продолжалась.

Сердце Мэган бешено билось: она пыталась тщательно проанализировать последствия столь рискованного шага. Неужели она сдвинулась с мертвой точки? Ей действительно стало лучше или это был просто минутный порыв, вызванный адреналином?

Она хотела вновь стать эмоционально полноценной личностью. Хотела не бояться близости, мечтая о том, чтобы вновь выйти замуж и завести детей. Но за последние месяцы она потеряла надежду. Страх, который заблокировал важную часть ее эмоционального спектра – ее чувственность, – все еще таился внутри, словно монстр в пещере, готовый в любую секунду протянуть свои щупальца и подавить ее смелость.

Если бы Мэган сейчас была в Америке, то, возможно, она бы обратилась за помощью к профессионалу. Но здесь единственным ее спасением была помощь другим. Да и возвращение домой ничего бы ей не принесло, кроме нежелательной встречи с тайнами прошлого, которые все еще преследовали ее после смерти Ника.

А сейчас она впервые ощутила проблеск надежды. Ей приходилось подавлять в себе притяжение к Кэлу все то время, пока они были знакомы. Теперь у нее не было причин для этого. Его мужественность и уверенность давали ей ощущение безопасности. Его поцелуй разжег в ней желание. Но могла ли Мэган пойти дальше? Ведь она догадывалась, с какими намерениями он привез ее сюда? Могла ли она верить, что он не станет ею манипулировать или использовать ее уязвимость? Кэл был так добр к ней прошлой ночью! И могла ли она быть уверена в том, что эти чувства не накроют ее с головой?

Даже если Мэган и решилась бы на продолжение, она прекрасно понимала, что интрижка с Кэлом никогда не перерастет во что-то серьезное. Он не принадлежал к числу тех мужчин, которые могли довольствоваться одной женщиной в течение длительного времени. А даже если бы он и был таким, то его недоверие к ней и их история, замешенная на боли и предательстве, рано или поздно все равно развела бы их. Но он был очень привлекательным и сексуальным мужчиной. И она почти не сомневалась, что он не раздумывая согласился бы помочь ей разбудить ее чувственность.

Пришло ли время взглянуть в лицо своему страху?

«Лендровер» почти добрался до кромки кратера. Поездка была невероятно утомительной и изматывающей. Джип едва передвигался по размытой дороге, напоминавшей болото. Но уже очень скоро они должны оказаться в сафари-отеле. Кэл ужасно продрог, он не мог дождаться, когда сможет принять горячий душ и поужинать.

Мэган так и льнула к его широкой груди. Соприкосновение их тел помогло обоим согреться. Когда Кэл крепче сжал ее плечо, она взглянула на него и слабо улыбнулась. Мэган была просто невероятной – не побоялась буйволов и помогла вытащить машину. Много ли женщин, да и мужчин, были бы способны на такую храбрость?

А поцелуй, который он получил, наверное, потребовал от нее еще большей отваги. После вчерашней панической реакции Мэган ее страсть застала его врасплох. Что бы этот поцелуй ни значил, Кэлу он явно понравился. Но что дальше?

Он знал, что нельзя ее торопить и необходимо быть терпеливым. Пусть она сама решает, что и как она хочет, а он поддержит любое ее начинание. Наконец все складывалось так, как Кэл планировал с самого начала. Соблазнить ее, усыпить бдительность, расположить к себе и незаметно выудить нужную информацию о том, что же произошло в Сан-Франциско.

Дождь все еще продолжался, когда они сделали последний поворот на пути к отелю. Вскоре Гидеон припарковался, и уставшие пассажиры вышли из джипа. Гарри направился к гостинице – скорее всего, за согревающим стаканчиком виски. Кэл помог Мэган вылезти из кузова. Замерзшие, перепачканные грязью, с затекшими ногами от долгого пребывания без движения, они побрели в свое бунгало. Остановившись у порога, они сбросили свои грязные ботинки. Затем Мэган открыла дверь ключом.

Зайдя в дом, Кэл нашел в кармане танзанийский шиллинг и сказал:

– Судьба решит, кто из нас пойдет в душ первым.

Встретившись с ним взглядом, Мэган забрала монету из его руки.

– Это довольно вместительная душевая кабинка, – сказала она.

Кэл тут же понял, к чему она клонит. Правда, когда Мэган положила монетку на стол, ее рука едва заметно дрожала. Но она сама этого хотела, инициатива шла от нее. Кэлу оставалось лишь следовать этому порыву.

С их одежды падали грязные капли. Не было смысла раздеваться где-то еще, кроме как в ванной, где они могли бы смыть засохшие куски грязи с ткани. Мэган прошла в ванную, оставив дверь открытой. Включив воду, она зашла в кабинку и начала расстегивать свою блузку. Делала она это довольно неуклюже, потому что ее пальцы дрожали.

– Давай я тебе помогу, – вызвался Кэл, вытащив из штанов ремень и бумажник.

Он встал рядом с ней и принялся за пуговицы на ее одежде. Мэган издала еле слышный стон, когда тыльные стороны его ладоней прикоснулись к ее груди. «Главное – не спешить», – напомнил он себе. Мэган приходится перебарывать себя, чтобы это произошло. Он не хотел ее напугать или же заставить вновь закрыться в своей раковине.

Ее карие с зелеными крапинками глаза округлились, когда расстегнутая блузка упала с плеч. Взгляду Кэла открылся черный кружевной бюстгальтер. При виде темного кружева, облегавшего кремовую кожу, Кэл ощутил прилив дикого желания. Он сдавленно захрипел, почувствовав, как его плоть наливается кровью. Все, что он хотел сейчас, – это схватить ее, бросить на кровать и овладеть ею.

Но спешка могла все испортить. Мэган явно была настроена дать ему шанс. Кэл знал, что она была глубоко травмирована, поэтому один неверный шаг мог заставить ее передумать. Если он хотел ее заполучить, то ему необходимо сдерживаться, быть терпеливым и дать ей возможность контролировать ситуацию Если только у него хватит сил держать себя в руках.

Рубашка Кэла все еще была на нем. Пытаясь сохранять спокойствие, Мэган расстегнула оставшиеся пуговицы на блузке. «Нечего бояться», – уговаривала она себя. Она прожила в браке с Ником пять лет. Раздеваться перед мужчиной и заниматься сексом ей не в новинку. И она действительно хотела этого. Ей было это необходимо. Так почему же сердце так сильно колотилось?

Мэган чувствовала на себе взгляд холодных серых глаз, которые, казалось, видели ее насквозь. Глаза, в которых всегда сквозило высокомерие и презрение, и после смерти Ника эта ненависть лишь усилилась. Что она увидит в них сейчас, если осмелится взглянуть на него?

Может быть, Мэган просто обманывала себя? Зачем Кэлу заниматься с ней любовью, ведь у него было множество причин недолюбливать ее?

Теплая струя воды намочила волосы и побежала по их телам, смывая грязь. Дрожь предвкушения охватила Мэган, когда Кэл снял с ее плеч блузку, которая скользнула по ее рукам и упала на кафель.

– Посмотри на меня, Мэган, – тихо прошептал он, пальцами прикасаясь к ее подбородку и приподнимая его. Обычно бесстрастные серые глаза Кэла сейчас горели огнем вожделения.

Мэган дотянулась до его щеки и нежно погладила ее. Его кожа была теплой, легкая щетина покалывала ее ладонь.

– Поцелуй меня, Кэл, – мягко попросила она.

Наклонив лицо, он легко прикоснулся к ее рту своими губами. Это прикосновение пронзило ее тело насквозь неистовой страстью, отчего она ощутила, как сильно, до боли, хотела его. Она приоткрыла рот, и Кэл тут же воспользовался этим, начав ласкать ее язык своим. Он притянул Мэган ближе, его губы пробовали ее на вкус, а затем продвигались к ее шее, щекам и обратно ко рту. Одной рукой он расстегнул бюстгальтер, который тут же соскользнул на ее талию. Кэл оттянул ее брюки у пупка, но они оказались настолько свободными, что сами упали вниз на плитку вместе с ее трусиками. Мэган стояла абсолютно обнаженной в его объятиях. Ей было немного неловко из-за своей излишней худобы, но Кэл, казалось, не обращал на это никакого внимания.

Найдя кусок ароматного мыла, он намылил руки и дотянулся до Мэган, скользя ладонями от плеч по всему позвоночнику. Мэган растекалась от сладкой истомы, словно мороженое от горячей карамели. Из ее груди вырвался тихий стон. Она выгнула спину от восхитительного касания его рук. Ее глаза закрылись, когда он дошел до ямочек на ее пояснице, направляясь все ниже к ее ягодицам. Он крепко их сжал, в ответ она обхватила его своими бедрами и почувствовала его твердую плоть.

Вдруг ее озарила вспышка воспоминаний, от которых по телу пробежала холодная дрожь. Но Мэган заставила себя подавить страх. Она хотела, чтобы Кэл овладел ею. Она хотела верить, что сможет вновь стать прежней. Она хотела этого мужчину.

Его губы вновь нашли ее. Он нежно ее поцеловал.

– Я хочу прикасаться к каждому миллиметру твоей кожи, – прошептал он, разворачивая ее к себе спиной. Его сильные руки начали гладить и сжимать ее грудь, намыливая ее пеной. Его пальцы теребили нежную кожу ее сосков, которые уже были твердыми как камень. Она тихо застонала, изнывая от желания. – Ты такая красивая, Мэган. Ты создана для ласки.

Одной рукой Кэл все еще продолжал ласкать ее грудь, а другой провел по ее животу к пупку, затем спустился ниже, к треугольнику темных волос между ее бедрами. Она желала всплеска ощущений, который накроет ее с головой, и ждала, когда он продвинется дальше. Его пальцы двигались все ниже, и Мэган начинала охватывать дрожь. Но в груди затаился липкий страх. Мэган чувствовала, что теряет способность сопротивляться этому натиску.

Возможно, все происходило слишком быстро. Если она даст себе чуть больше времени, то сможет перестать бояться. Отстранившись, она повернулась к нему лицом.

– Тебе тоже нужно принять душ, – сказала она, выдавив из себя непринужденную улыбку. – Давай я помою тебе спину. – Она взяла мыло и намылила руки.

Не обращая внимания на непонимание в его лице, она развернула Кэла, сняла с него грязную рубашку и кинула ее на кафельный пол.

Его спина была очень широкой и мускулистой. Мэган наслаждалась возможностью трогать его, ощущать его. Она гладила накачанные плечи, двигаясь все ниже. Мало-помалу, поглаживая его оливковую кожу, она почувствовала, что страх отступает. «Это должно случиться», – уверенно сказала она себе. Просто нужно расслабиться, и все произойдет само собой.

Дойдя до линии его талии, Мэган замешкалась. Грубо рассмеявшись, Кэл быстро расстегнул брюки и снял их вместе с трусами.

– Не останавливайся, – попросил он. – Мне нравится.

Подавив чувство смущения, Мэган намылила его упругие ягодицы. Его тело было просто прекрасным – идеальные формы и пропорции. Любая женщина мечтала бы оказаться с ним в постели. Ее руки блуждали по его коже, задержавшись на его бедрах. Она чувствовала, как напряжение в его теле нарастает, ощущала его нетерпение. Дыхание Кэла стало прерывистым. Ее собственный пульс тоже участился. Но происходило ли это от сильного возбуждения или от неведомого ужаса, который не отпускал ее с той ночи, когда она последовала за Сайдой?

– Мне кажется, моя спина уже чистая, – произнес Кэл. – Если ты хочешь помыть меня всего, то я весь твой. Или же просто дай мне знать, и я выключу воду и принесу нам полотенца.

Мэган растерянно посмотрела на свои руки в пене. Она знала, чего он хочет. Господи, она сама желала того же! Но она не могла игнорировать неумолимо нарастающую внутреннюю панику. Мэган стояла молча, не шевелясь.

– Что такое, Мэган? – Он посмотрел на нее обеспокоенным взглядом, выключив воду. – Что случилось?

Она начала дрожать, обхватывая себя руками. Казалось, если бы ей удалось расплакаться, стало бы легче, но она не проронила ни единой слезы после той страшной ночи в Дарфуре.

– Прости меня, – еле выговорила Мэган. – Я думала, что смогу сделать это, но нет. Со мной что-то не так. Я не в состоянии это контролировать. – Пустым взглядом она смотрела на утекавшую воду.

– Ты замерзнешь.

Выйдя из кабинки, Кэл взял один из белых махровых халатов, висевших на двери. Он заботливо набросил его на плечи Мэган, пытаясь скрыть свою досаду. Засунув руки в рукава, она завязала халат. Понемногу ее сердцебиение успокаивалось. Когда Мэган наконец смогла поднять глаза и посмотреть на Кэла, он уже надел халат.

– Я надеялась, что этого не произойдет, – сказала Мэган. – Но я ошиблась. Я чувствую себя так неловко…

– Я ценю твою честность, – ответил он. – Я бы не хотел заниматься любовью с женщиной, которая сама не получает удовольствия от близости.

– Даже если она хочет получить удовольствие? – спросила Мэган, крепче завязав халат. – Ты думаешь, меня все устраивает? Впадать в необъяснимую панику каждый раз, когда дело доходит до близости? Единственное, чего я хочу, – стать опять нормальной женщиной. Я сделала попытку. Но не получилось. Даже с тобой.

«Даже с тобой». Было поздно, Мэган произнесла то, что не следовало. Выражение лица Кэла слегка изменилось – он явно понял подтекст последней фразы. Он был для нее не просто одним из мужчин. Он что-то значил для нее, пусть Мэган и сама не понимала, что именно. Их прошлые отношения не были простыми, но, видя его мужество, силу, уверенность, Мэган невольно начала надеяться, что Кэл сможет помочь ей найти путь к выздоровлению.

– Присядем. – Кэл легонько подтолкнул Мэган в спину, выводя из ванной. Пройдя через спальню, он усадил ее на диван.

Сев рядом, он притянул Мэган к себе и укрыл их обоих шерстяным пледом. Поджав босые ноги, Мэган уютно устроилась и пригрелась.

– Сегодня ты была просто умницей, – сказал он.

– Тебе нужна была моя помощь.

Он обнял ее за плечи одной рукой. Это был дружественный жест, призванный успокоить ее.

– Ты очень смелая женщина, Мэган. Смелая и сильная. Я только сейчас понял, насколько ты сильная. Но что-то жутко тебя испугало. Когда эти приступы паники начались?

– Хочешь начать сеанс психоанализа, доктор Фрейд? – пыталась отшутиться она.

– Я просто пытаюсь понять тебя. И возможно, помочь тебе. Когда ты поняла, что с тобой происходит что-то неладное?

– Я не уверена… – Она не собиралась рассказывать ему о своей неудачной попытке завести отношения с доктором из лагеря. Это провальное свидание не было причиной ее проблемы.

– Тот трагический случай из твоих кошмаров, когда ты последовала за девочкой и мальчиком и стала свидетелем того, как на них напали. Когда это произошло?

Мэган пожала плечами, встревоженная этим вопросом.

– Пять, может быть, шесть месяцев назад. Там трудно следить за течением времени. Я только помню, что тогда стояла засуха.

– Где ты была, когда произошло нападение? Если ты испугалась помочь им…

– Нет, – прервала его Мэган. – Я пыталась им помочь. Я взяла с собой пистолет. Но не успела защитить их, потому что кто-то напал на меня сзади и выхватил оружие из моих рук. Я не могла пошевелиться или даже закричать. Мне оставалось только с ужасом наблюдать. – Мэган чувствовала, как к ней возвращается страх. – Не проси меня говорить об этом, Кэл. Я не хочу.

– Хорошо, – ответил он, тяжело вздохнув. – Еще один вопрос. Как тебе удалось убежать тогда?

– Я не знаю. Возможно, джанджавиды отпустили меня, потому что я была американкой. Или, может, кто-то пришел из лагеря и вспугнул их. Я ничего не помню. Я очнулась уже в лазарете лагеря.

– Ты правда не помнишь, что произошло после того, как на тебя напали?

– Может быть, меня оглушили или я потеряла сознание, а потом меня сразу нашли. Я могу дать только такое объяснение. – Разволновавшись, Мэган отбросила плед и резко встала с дивана. – Больше никаких вопросов, Кэл. Две невинные жизни были загублены в ту ночь. Я буду помнить об этом всю жизнь, но это не значит, что я хочу об этом говорить.

В висках Мэган стучала кровь. Она прошла к платяному шкафу, где висела ее одежда, и стала рассеянно осматривать вешалки с вещами.

– Кажется, уже время обеда? Я умираю от голода. Думаю, вряд ли можно идти в этом халате в столовую. Извини меня, я переоденусь. – Она схватила первую попавшуюся вешалку. Прежде чем покинуть гостиную, Мэган бросила на него взгляд и добавила: – Давай договоримся: этого нелепого случая в душе никогда не было. Не напоминай мне о нем.

Кэл взглянул на другой край стола, где Мэган оживленно беседовала с Гарри. После того как Кэл устроил ей допрос о том, что произошло в лагере, она почти с ним не разговаривала. Очевидно, его вопросы заставляли ее нервничать. Кэл не собирался так просто отступать от поиска ответов, но теперь он решил действовать более продуманно.

Кэл приехал в Танзанию, чтобы выяснить, куда делись украденные деньги, и узнать, какую же роль Мэган сыграла в самоубийстве Ника. Эта цель по-прежнему была для него первостепенной. Но теперь ему были интересны не только подробности смерти лучшего друга. Он хотел понять эту невероятно сложную женщину.

Мэган владела целым состоянием, но предпочла работать в одном из самых опасных в мире лагерей для беженцев. Она одинаково комфортно чувствовала себя в дизайнерской одежде и в испачканном грязью костюме для сафари. Она поцеловала его, словно хотела этого больше всего на свете, и оцепенела, когда его руки прикасались к ее телу. Она была смелой, но напуганной. Страстной, но отстраненной. Обворожительной и расслабленной сейчас с Гарри, хотя всего час назад дрожала от страха.

Чем больше Кэл ее узнавал, тем меньше он понимал. И от этого ему хотелось еще больше разгадать Мэган, подобрать к ней ключ, чтобы освободить ее от власти страха.

Ранее Кэл не мог дождаться момента, когда они наконец займутся любовью. Но даже когда Мэган раздевала его, он чувствовал, что она в какой-то мере принуждает себя. Когда она все-таки сдалась в плен страха, он был готов отступить. Идея разделить постель с женщиной, охваченной ужасом, не привлекала его.

«Даже с тобой», – вспомнилась Кэлу ее фраза. Эти слова подразумевали, что он что-то значил для нее. Мэган хотела его, именно его. Осознав это, он еще больше захотел пробиться сквозь стену ее страха. Чего бы это ни стоило, он найдет причину ее мучений, поможет ей их преодолеть и займется с ней любовью.

Кэл внезапно вспомнил, что еще не проверил свою электронную почту сегодня. После обеда он придумает какой-нибудь предлог и отлучится, чтобы сделать это. Скорее всего, он уже получил ответ на свой запрос о личной информации Мэган. Если же нет, тогда его следующее письмо начальнику отдела будет уже не в столь дружелюбном тоне.

Кэл в нетерпении доедал свою порцию десерта. Он с облегчением вздохнул, когда Мэган приняла приглашение Гарри выпить в баре. Пообещав вскоре к ним присоединиться, он отправился в вестибюль отеля. Большинство компьютеров были заняты другими посетителями, но ему удалось найти свободный, и он тут же открыл свою электронную почту.

Файл с документами уже значился во входящих сообщениях, как Кэл и надеялся. В письмо было вложено немало ксерокопий, и он не хотел изучать их здесь, в этой переполненной людьми комнате. Отослав файл на компьютер администратора, он попросил его распечатать на принтере. Получив стопку бумаг, Кэл отправился туда, где можно уединиться.

Через две двери вниз по коридору находилась маленькая библиотека, полки которой были забиты книгами и старыми журналами, оставленными посетителями. Из мебели там стояли лишь два потертых кожаных кресла. Включив лампу, Кэл присел на одно из них и принялся читать.

Первые несколько страниц содержали стандартную информацию – список заданий и обязанностей вместе с оценкой работы. Мэган заслуженно хвалили. Ему пришлось просмотреть половину стопки бумаг, прежде чем он нашел то, что искал, – ее медицинские записи, которые включали в себя отчет доктора о той ночи, когда ее нашли без сознания в Дарфуре.

Жадно вчитываясь, он нервно мял края бумаги пальцами. «Боже милостивый… Мэган…» – невольно пронеслось у него в голове.

Глава 8

С нарастающим ужасом Кэл перечитал отчет доктора о том, как Мэган нашли без сознания вне территории лагеря утром избитую, в крови и в разорванной одежде. Ее положили на носилки и отнесли в лазарет, где обследование подтвердило, что она была изнасилована, скорее всего, не один раз.

Четыре дня она пролежала под капельницей в состоянии комы. В отчете указывался список медикаментов, которые ей вкалывали, – антибиотики, успокоительное, препараты от возможной беременности и болезней, передающихся половым путем.

Доктор пытался договориться о том, чтобы ее доставили в больницу, но тогда в их распоряжении не было свободного самолета. На пятый день, пока они все еще ждали транспорт, Мэган очнулась. Она настояла на том, чтобы перелет отменили и разрешили вернуться на работу. По всем медицинским заключениям казалось, что она полностью оправилась. Но когда ее спрашивали о том, что произошло, она не могла вспомнить ничего, кроме нападения джанджавидов на суданскую девочку.

Потрясенный, Кэл прочитал заключительный абзац отчета: «После консультации с медицинским составом я принял решение, учитывая ее эмоциональную нестабильность, не сообщать мисс Кардсон об изнасиловании. Я рекомендую ей при первой возможности обратиться за психологической помощью, где специалист ей все объяснит и сможет помочь справиться с этой проблемой. До этого момента, поскольку она находится в удовлетворительном физическом состоянии и мы нуждаемся в ее помощи, я не вижу причин, которые могли бы воспрепятствовать продолжению ее работы».

Мэган действительно ничего не знала!

Кэл с трудом откинулся на спинку кресла, чувствуя легкое головокружение. Теперь понятно, почему ее пугала близость. Приступы паники получили объяснение. Ее сознание заблокировало воспоминания об изнасиловании, но ее тело все помнило, реагируя на физический контакт приступами паники.

Господи, он все делал не так! Донимал ее вопросами, которые заставляли ее чувствовать себя уязвимой и незащищенной, даже когда он не прикасался к ней. Кэл подталкивал ее к занятию сексом с ним, рассчитывая на то, что ночь страсти сможет решить все ее проблемы. То, что Мэган сама хотела этого в отчаянной попытке вновь стать нормальной, мучило его совесть. Он чувствовал себя бессердечным чурбаном.

Бумаги соскользнули с его колен на пол. Кэл собрал их и сложил вдвое. Он был не в состоянии сейчас вернуться в бар и встретиться с Мэган, особенно в присутствии Гарри с его грязными шуточками. К тому же ему необходимо было спрятать документы подальше от Мэган. Он подумывал о том, чтобы сжечь или закопать их. Но он хотел еще раз внимательно изучить бумаги после того, как немного придет в себя.

Кэл решил отнести их в бунгало и спрятать в свою сумку. Он надеялся, что прогулка к дому поможет ему вернуть хотя бы малую толику утраченного душевного равновесия. Однако эта надежда была призрачна. Кэл не собирался вникать в проблемы Мэган, но теперь он полностью был в них.

– Еще по одной? – Гарри заговорщицки улыбнулся и привлек внимание официанта. – Все записывается на счет Кэла, и, черт побери, он может себе это позволить.

Мэган отрицательно покачала головой. Этот мужчина был так беззастенчив, но он не мог не нравиться. Она чувствовала, что под его развязным поведением скрывается по-настоящему доброе сердце.

– Мне вполне хватит и одного бананового дайкири, – сказала она. – От большого количества алкоголя у меня начинает болеть голова. Возможно, вам тоже стоит подумать о том, чтобы перестать злоупотреблять.

Гарри поднял свой стакан, который уже вновь был наполнен до краев.

– Не надо причитать, милая. У старика вроде меня не так много удовольствий в жизни – полюбоваться закатом в Серенгети, иногда пропустить стаканчик с какой-нибудь красоткой и насладиться вкусом старого доброго скотча за счет клиента. – Он отпил из своего стакана. – Кстати, как вам с Кэлом живется в вашем уютном бунгало?

Мэган покраснела до кончиков волос. Ее смутил не только этот нетактичный вопрос, но и воспоминание о том, что произошло сегодня в душе до того, как приступ паники все испортил.

– Все хорошо… Мы нормально устроились.

– Прости за неудобства, – произнес гид. – Когда Кэл сказал, что будет с дамой, я предположил, что…

– Вы ошиблись в ваших предположениях. Но это невинная ошибка.

– Но, когда я лицезрел ваш поцелуй сегодня, мне показалось, что я все же не ошибся.

– Мы просто радовались нашему удачному спасению. Это ничего не меняет, – притворно ухмыльнулась Мэган.

– Ну, мне придется просто поверить тебе на слово, не так ли? – ответил он, проницательно посмотрев на нее. – Раз уж речь зашла о Кэле, где его носит? У меня начинают закрадываться подозрения, что он избегает моей компании.

– Он сказал, что ему нужно проверить электронную почту. Пожалуй, я пойду его поищу, – сказала Мэган, вставая. – Я скоро вернусь.

Соблюдая приличия, Гарри тоже поднялся.

– Я буду здесь. Если вы не вернетесь, я подумаю, что вы нашли чем заняться, – с иронией в голосе и озорным огоньком в глазах сказал Гарри. – Что бы там ни произошло между вами, я вижу, что ты ему не безразлична. Стоит тебе только появиться, и он видит одну тебя, не замечая больше ничего.

Мэган старалась не принимать его слова всерьез. Пожилой мужчина просто подтрунивал над ней, как обычно.

– Возьми с собой зонт, – добавил он. – Может, вам захочется прогуляться.

Поблагодарив его, Мэган взяла зонт, который оставил ей Кэл, и направилась в вестибюль. Она не нашла Кэла за компьютером, но клерк сказал ей, что он распечатал какие-то документы и ушел.

Почему он не присоединился к ней и Гарри в баре? Может, он получил плохие известия? Что, если она увидит, как он собирает свои вещи, готовясь к отъезду?

Мэган знала, что Кэл был очень занятым человеком. У него была куча обязательств и забот в Сан-Франциско. Но она бы не переставала думать о том, что могло произойти между ними, если бы он остался. Нашли бы они ответы на вопросы, которые каждый из них искал, либо испытали горечь разочарования?

Дождь уже прекратился, когда Мэган вышла из столовой. Она направилась к бунгало. Интуиция подсказывала ей, что произошли какие-то серьезные перемены и поэтому Кэл не пришел к ним в бар. Ей необходимо было выяснить, в чем же причина.

Кэл спрятал медицинский отчет во внутреннем кармане своей сумки, завернув его в карту Африки. Теперь он сидел на скамье под окном и размышлял, что же делать дальше. Он не собирался рассказывать всю правду Мэган. Она жутко разозлится из-за того, что он копался в ее личной информации. Но по-настоящему Кэла пугала ее возможная реакция на информацию об изнасиловании. Станет ли это последней каплей и полностью сломит ее либо же, наоборот, поможет наконец освободиться от тягостных воспоминаний? В любом случае он не собирался брать на себя такую ответственность. Мэган нужна была помощь психолога, чтобы справиться с последствиями этой трагедии. Должен ли он уговорить ее вернуться в Штаты, ведь здесь не найти нужных специалистов? Но Мэган не захочет никуда ехать без объяснения причин. Стоит ли ему самому попытаться ей помочь? Но Кэл не знал, как это сделать, и боялся навредить ей.

Пока что он решил вести себя так, будто ничего не случилось. Если она увидит проявление жалости к себе с его стороны, то тут же заподозрит неладное. Он откинулся на спинку скамьи под натиском переполнявших его эмоций – ярости, беспокойства, досады, растерянности.

Впервые Кэл подумал о том, что если все же Мэган была виновна в краже денег, то она уже сполна заплатила за это. Если она все-таки возвратится в Штаты, то ее ожидают судебные разбирательства. Он сам подал на нее в суд после исчезновения. Но он мог отозвать свой иск и нанять ей адвоката, который помог бы разобраться с другими исками.

Но что теперь? Деньги пропали, а его друг был мертв. Кэл не мог просто забыть об этом, не докопавшись до правды. Ему все еще нужно было найти ответы на мучившие его вопросы и понять, что же за человек была Мэган. Он был уверен, что этот отчет – лишь верхушка айсберга.

– Кэл? – Голос Мэган вернул его к реальности. – Что ты здесь делаешь? Все в порядке?

– Да, – соврал он. – Я, наверное, задремал.

Она подошла к нему ближе. Она была такой прекрасной на фоне звездного неба. «Смелая милая Мэган… Как эти подонки посмели мучить тебя?» – с болью в сердце подумал Кэл.

– Ты уверен, что все в порядке? Клерк в вестибюле сказал мне, что ты распечатал какие-то бумаги. Ты не пришел в бар, и я подумала, что застану тебя пакующим чемоданы.

– Мне просто нужно было просмотреть кое-что по работе, – вновь солгал Кэл. – И я бы не уехал, не предупредив тебя. Присядь, вечер сегодня так хорош.

Она села на другой край скамьи. Ему так хотелось обнять ее, но он подавил в себе это желание. Эта женщина лишала его способности разумно мыслить, а ему необходимо было оставаться хладнокровным и сосредоточенным, чтобы не терять из виду основную причину своего приезда в Танзанию.

– Надеюсь, Гарри не обиделся, что я не пришел? – спросил он, чтобы прервать неловкое молчание.

– Кажется, нет. Он сказал, что, пока все напитки записываются на твой счет, он всем доволен, – ответила Мэган, всматриваясь в ночное небо. – Мне кажется, что Гарри намного лучше, чем он хочет казаться.

– Ты права. Он станет это отрицать, если его об этом спросить, но я точно знаю, что он платит за обучение детей Гидеона.

– Меня почему-то это не удивляет, – сказала Мэган, робко улыбнувшись. – Так как же он в действительности лишился руки?

– Точно не знаю. Я слышал десяток разных версий. Эти охотничьи байки – часть его очарования. Гарри принадлежит к вымирающему виду. Сейчас почти все сафари-гиды – африканцы.

– Так и должно быть, мне кажется. Но все равно в голове засел этот старый голливудский образ – Джон Уэйн, Кларк Гэйбл… – Женщина вздрогнула от порыва прохладного ветра.

– Сиди, я принесу плед, – заявил Кэл, поднимаясь. Сейчас Мэган казалась расслабленной и настроенной на беседу.

Через минуту он вернулся с пледом. Она завернулась в один край, оставив другой для него.

– Так лучше? – спросил Кэл, присаживаясь рядом.

– Да, спасибо. Небо сегодня просто изумительное, правда?

Он кивнул. Ему вновь захотелось прижать ее к своей груди, но он сдержался.

– Я всегда просила Ника взять меня с собой в Африку, когда он ездил сюда по делам фонда. Но он всегда отказывался, утверждая, что мне здесь не понравится. Представляешь?

– Не представляю, – покачал он головой. – Особенно после сегодняшнего приключения.

В прошлом Кэл мог бы согласиться с Ником, что его избалованной жене вряд ли придется по вкусу жизнь, лишенная привычного для нее комфорта. Но теперь он знал, что это не так. Неожиданно он задумался о том, пытался ли Ник вообще понять ее.

– Сегодня был просто замечательный день. – В темноте блеснула ее улыбка. – Но дело не только в дикой природе и животных. Дело в людях, чья жизнь наполнена горем. Они столько перенесли, потеряли свой дом и близких. Видели, как их женщин насилуют, а молодых мальчиков уводят в солдаты. Но в них столько смелости и доброты! Они заботятся о тех, кто рядом с ними, и всегда готовы поделиться последним. Вот почему я хочу вернуться в Дарфур. Мне просто необходимо это, Кэл.

– Ты необыкновенная женщина, Мэган, – произнес он.

– Нет. Просто эти люди показали мне, каким человеком я рождена быть. Наверное, для такого мужчины, как ты, это звучит чересчур сентиментально, но это правда.

– Такого мужчины, как я? – иронично вздернув бровь, переспросил Кэл. – Как прикажешь это понимать?

– В хорошем смысле слова. Но ты всегда казался мне очень практичным и целеустремленным человеком, который ни перед чем не останавливается, даже если на пути встают чувства.

– Хладнокровный циник, другими словами.

– Я не говорила этого. – Она отвернулась, наблюдая падение звезды.

Мэган часто делала так там, в Калифорнии, – находила предлог скрыть свое лицо при разговоре с Кэлом. Что она пыталась утаить? Неудовлетворенность от своей роскошной жизни? Разочарование в браке? Или что-то более ужасное, например свои махинации в фонде? Кэла начали одолевать сомнения. Действительно ли Мэган изменилась? Мог ли он верить ее словам или она просто играла? Что, если она припрятала деньги и теперь ждала момента, когда почувствует себя в полной безопасности? Возможно, она уже считает, что проработала волонтером достаточно для искупления своей вины.

Углубившись в эти рассуждения, Кэл и не заметил, как долго они молчали, пока вновь не услышал ее голос.

– Сейчас мне кажется, что Ник не знал меня по-настоящему. Наверное, потому, что я и сама не понимала, каким человеком хотела быть. Я была такой, какой, как мне казалось, он хотел меня видеть.

Кэл был поражен тем, что она высказала его собственную мысль. Он не ожидал, что Мэган сама захочет говорить с ним о Нике и их браке.

– Мне казалось, что ваш с Ником брак был идеален. По крайней мере, со стороны выглядело именно так, – осторожно заметил он.

– Мы старались, чтобы все так думали.

– Ты бы осталась с ним?

– Если бы он не застрелился, когда разразился скандал о краже? Я сама задавалась этим вопросом. Меня воспитали так, что я верила в священность брачных клятв. Но когда твой муж изменяет тебе, не задумываясь, сколько боли тебе это причиняет… Возможно, если бы я не потеряла ребенка… – Ее голос резко стих.

Кэл не мог поверить своим ушам. Ник изменял своей красавице жене! Они с ним были лучшими друзьями с самого детства, а он ничего не подозревал. Если Ник был неверен Мэган, то, возможно, он был способен на что-то и похуже?

– Что случилось с ребенком, Мэган? – спросил он. – Ник лишь сказал мне, что у тебя был выкидыш.

– Я надеялась, что появление ребенка заставит его воспринимать наш брак более серьезно, но я ошибалась. Что касается выкидыша… – Она пожала плечами. – Просто так вышло. Наверное, этому не суждено было случиться, хотя я всегда хотела детей.

Кэл пристально всматривался в ее профиль. Он не мог представить, как вообще можно изменять такой женщине, как Мэган. Ник всегда любил флиртовать и сыпать комплиментами, когда на горизонте появлялась красивая женщина, даже после того, как женился. Кэл приписывал это его любвеобильной натуре. Но он и подумать не мог, что его друг изменял жене, ведь он всячески выказывал ей свое обожание. Неужели это действительно было лишь притворство?

Горечь обиды и разочарования была очевидна в голосе Мэган. Речь явно шла о его постоянных изменах, а не о каком-то мимолетном увлечении. Призадумавшись над этим, Кэлу пришлось признать, что его друг всегда несерьезно относился к своим обязанностям. Вместо того чтобы извиниться за опоздание на встречу или за то, что работа не выполнена в срок, он вел себя так, будто ничего не произошло, и просто пожимал плечами, улыбаясь.

При других обстоятельствах Кэл мог бы попытаться показать Мэган, как мужчина должен относиться к женщине, которая ему не безразлична. «Но, учитывая наше прошлое, этому тоже не суждено случиться», – подумал он.

Мэган поплотнее укуталась в плед. Над возвышенностями вдалеке взошла луна и залила террасу светом. Ей казалось, что она оставила позади свое прошлое, но после разговора с Кэлом вновь нахлынули вспоминания.

– Может быть, ты чувствуешь потребность заботиться о других, и это некое проявление материнского инстинкта. Поэтому ты и стала волонтером, – предположил Кэл.

– Опять пытаешься заняться психоанализом? – недовольно спросила она.

– Нет. Ну раз уж об этом зашла речь, то, может, тебе стоит обратиться к специалисту, который помог тебе справиться с приступами паники и кошмарами?

– Возможно, – нехотя ответила Мэган.

– Здесь ты никого не найдешь. – Он развернулся к ней лицом. – Я видел, как сильно ты мучаешься, Мэган. Поехали домой со мной, и мы найдем тебе психолога. Я готов на все, чтобы помочь.

Мэган опустила глаза, ощутив опасность. «Конечно, Кэл приехал сюда только ради того, чтобы вернуть меня в Штаты, где меня, скорее всего, арестуют, – сказала она себе. – А ведь я действительно начала ему верить. Какая же я дура!»

– Кэл, я знаю, что ты желаешь мне добра, – слукавила она, глядя ему в глаза. – Но я не уеду отсюда. Если я окажусь дома, то боюсь, что уже не вернусь в Африку.

– Даже если я пообещаю отправить тебя обратно?

– Не стоит. Тем более нет ничего, что время и тяжелая работа не смогли бы исцелить.

– Но возвращаться именно туда, где все произошло… – Он осекся, испугавшись, что сказал лишнее.

– Это как раз то, что мне нужно. Вернуться, разобраться и понять, что произошло. Только тогда я буду свободна от этого страха внутри меня.

– Черт бы тебя побрал, Мэган, – вырвалось из уст Кэла.

– Не настаивай, Кэл. Я все же не ребенок.

– Ты работаешь на мою организацию. Я могу заставить тебя уехать домой на лечение.

– Нет, если я уволюсь. Поверь, есть много других подобных организаций, которые нуждаются в опытных медсестрах, – сказала она, откидывая плед. – Я слишком устала, чтобы спорить. Извини, но я пойду спать.

Они вместе встали со скамьи.

– Я посижу немного с Гарри. А ты отдыхай – завтра нам вновь нужно будет встать пораньше, – предупредил он.

– Хорошо, – произнесла Мэган, переступая порог бунгало.

– Мэган, – окликнул ее Кэл, и она тут же обернулась. – Ложись на кровать, я обещаю, что буду джентльменом.

«Джентльмен? Так вот как называется тот, кто облетел полмира, чтобы выследить женщину и заставить ее заплатить за то, чего она не совершала? – раздраженно подумала она. – Неужели он думает, что я не знаю о судебных разбирательствах, которые меня ожидают сразу после того, как я пересеку границу Штатов? Что он за человек, если может притворяться, будто делает все мне во благо?»

Мэган была зла на него, но еще больше она злилась на себя за то, что практически доверилась ему, позволила ему целовать себя, и самое главное, за то, что на мгновение действительно подумала, что этот мужчина сможет ее спасти. Она плотно закрыла дверь, ощутив горькую досаду.

Глава 9

Когда Кэл наконец возвратился из бара в бунгало, луна уже была высоко над верхушками деревьев. Он провел битых два часа, уговаривая Гарри отправиться спать. Старик выглядел совсем неважно сегодня. В его возрасте разгульный образ жизни и неуемная любовь к выпивке начинали сказываться на нем. Свет в бунгало не горел. Мэган была уставшей и, наверное, уже давно уснула. Он вспомнил, как она вспылила, когда он заикнулся о возвращении домой. Возможно, Кэл поспешил с развитием этой темы, но в одном он был уверен: ей нельзя было возвращаться в Дарфур, пока она не пройдет лечение у психолога, иначе ее ожидает нервный срыв.

Кэл тихо вошел в дом и заметил, что диван пуст. Значит, Мэган все-таки доверяет ему настолько, что готова разделить с ним постель. Зайдя в спальню, он бесшумно подошел к кровати и посмотрел на Мэган. Она спала сладко, как дитя, свернувшись калачиком. Неожиданно у него в груди защемило от нахлынувшей нежности и желания защитить, избавить от терзавших мук.

Не включая свет, Кэл разделся, как можно осторожнее поднял покрывало и лег в постель. Хотя кровать и считалась двуспальной, но все же ее размеры были скромны. Мэган явно занимала большую часть отведенного ей пространства. Единственный вариант хоть как-то разместиться – обнять Мэган. Кэл с радостью это сделал.

Он прижался к ней, накрывая ее тело своим. Кэл надеялся, что быстро заснет после такого утомительного дня. Но тепло и запах ее тела взбудоражили его. Сцена в душе вновь всплыла в его сознании. Мысль о том, что он не должен к ней прикасаться, еще больше распаляла желание. Кэл издал сдавленный стон, ощутив эрекцию. Ночь обещала быть длинной.

Мэган неожиданно проснулась среди ночи. В комнате было темно, лишь слабый свет луны пробивался из окна. Повернувшись, она увидела рядом спящего Кэла. Он лежал почти на самом краю кровати в неудобной позе, и она поняла, что ему пришлось так заснуть, потому что она заняла большую часть кровати.

Несмотря на их напряженные отношения, Мэган пришлось признать, что Кэл действительно вел себя как джентльмен, проявляя к ней уважение и даже заботу. Он сдержал свое слово и не прикасался к ней. Его присутствие заставляло чувствовать защищенность и спокойствие. Возможно, поэтому этой ночью ее не мучили кошмары.

Мэган вытянулась и перевернулась на свою сторону кровати. Оглянувшись на Кэла, она увидела, что он не спит.

– Привет, – прошептала она. – Я разбудила тебя?

Он покачал головой и спросил:

– Тебе приснился плохой сон?

– Нет. Кошмары бывают не каждую ночь. Когда ты пришел?

– Пару часов назад. Ты спала, как котенок.

– Развалившись на всей постели. Поэтому ты и не мог уснуть нормально. Тебе надо было просто подвинуть меня на мою часть кровати, – сказала она и услышала его тихий смех.

– Ты так сладко спала, что я просто не посмел этого сделать.

– Ну, теперь я освободила для тебя достаточно места. Ложись удобней. – Кровать тихо заскрипела, когда он улегся на спину и вытянул ноги. – Поспи, – почти приказным тоном произнесла она. – И не разрешай мне наваливаться на тебя во сне.

Мэган вновь услышала его сдавленный смех, будто он воздержался от того, чтобы произнести жутко остроумную реплику.

Они лежали рядом, укутавшись тонкими простынями, которые едва отделяли их друг от друга. Но Мэган все равно чувствовала исходившую от него мужественность и силу. Даже когда она была замужем за Ником, присутствие Кэла всегда вызывало в ней всплеск эмоций. Она пыталась подавлять в себе это, но он был таким напористым и брутальным, что любая женщина, которая находилась с ним рядом, не могла сопротивляться натиску этой мужской силы. Рядом с ним даже живой и обаятельный Ник выглядел поверхностным и субтильным. Кэл походил на льва, которого они видели сегодня, – энергичный и преисполненный чувства собственного превосходства. И он был так же опасен, как и лев. Ей совершенно не стоило доверять ему. Но Мэган не могла отрицать их взаимного влечения.

Кэл никогда не страдал недостатком женского внимания. Тут и сомнений быть не могло, что он очень искусный любовник. Мэган вспомнила прикосновение его рук в душе. Он сумел разбудить в ней ощущения, которые, как она думала, ей уже никогда не доведется испытать. Она хотела его и отчаянно нуждалась в его ласках.

Но что же тогда остановило ее? Что заставило подчиниться страху? Если бы она могла понять это…

– Ты в порядке, Мэган? – хриплым голосом спросил Кэл.

– Разве ты не должен спать?

– А ты? – Он полностью развернулся к ней. – Хочешь поговорить о чем-нибудь?

Мэган знала, чего он хотел. Сейчас он опять начнет мучит ее вопросами о Нике, деньгах, о том, что произошло в Дарфуре. Почему только одна она всегда отвечала на вопросы?

– Я и так вечно говорю, – сказала Мэган. – Я бы послушала тебя для разнообразия. Расскажи мне о себе.

– Нечего рассказывать. Моя история довольно скучна по сравнению с твоей. Ник, должно быть, многое тебе рассказал.

– Нет. Я знаю только то, что вы начали дружить в старшей школе, а затем решили заняться совместным делом после колледжа. Где ты вырос?

– Город Фресно в Калифорнии. Белый дом. Кольчатая ограда. Барбекю на заднем дворе. Минивэн на подъездной дорожке к гаражу. Ну как тебе начало? Тебя уже клонит в сон?

– Ты так легко не отделаешься.

Мэган натянула на себя простыню, и нечаянно их бедра соприкоснулись. Ее тело тут же заныло от желания прильнуть к нему и ощутить его тепло. Она боролась с этим соблазном, убеждая себя, что Кэл неправильно ее поймет. Может быть, она и хотела большего. Но вторая неудачная попытка будет унижением для нее и разочарованием для него. Она вздохнула и настойчиво произнесла:

– Продолжай, я слушаю.

Начало рассказа нарисовало ей милую картину дома, где прошло детство Кэла. Но то, что творилось в стенах этого жилища, нельзя было назвать идиллией – вечные крики, брань и скандалы между его родителями. Из-за этих скандалов он часто убегал из дома и бродил по улицам, боясь возвращаться обратно. Вспоминать и говорить о детстве Кэлу было неприятно. Но он хотел быть с Мэган так же откровенен, как и она, когда рассказывала ему о своем прошлом.

– Моя мать бросила нас, когда мне было одиннадцать. Отец посчитал нужным поставить меня в известность, что она сбежала с другим мужчиной. Любовник матери заявил ей, что не желает видеть мелкого сопляка рядом с собой.

– Ты был единственным ребенком?

– К сожалению, да.

– И с тех пор ты не видел свою мать?

– Спустя много лет мы от кого-то узнали, что она умерла от рака. Я тогда уже учился в старших классах. Я не могу сказать, что винил ее. Мой отец был очень жестоким человеком, и, возможно, она действительно хотела от него уйти. Но то, что она даже не попрощалась со мной и не написала письмо… С этим очень трудно было смириться.

– О, Кэл…

Он крепко сжал зубы. Он ненавидел жалость и тем более не хотел, чтобы его жалела эта женщина.

– Ничего страшного, – немного резко оборвал он Кэл. – Я неплохо справлялся. Пока мой отец был занят со своими друзьями-собутыльниками, я работал в свободное от учебы время. Я практически сам себя содержал: покупал себе одежду, приобрел машину. И при этом продолжал хорошо учиться. Мне даже удавалось находить время на игры в футбол и свидания с девушками.

– И тогда ты познакомился с Ником.

– Да. Остальное ты знаешь.

Кэл вспомнил, как они познакомились в школьном холле. Совсем скоро они сдружились. За все годы жизни у Кэла не было человека ближе, чем его лучший друг. Он готов был доверить ему свою жизнь. Но два года назад их дружба оборвалась одиночным выстрелом из пистолета.

– Я знаю, как ты любил его, Кэл, – сказала Мэган. – Но Ник причинил боль нам обоим. Я сделала все возможное, чтобы простить его и двигаться дальше. Надеюсь, ты тоже.

У Кэла к горлу подступил ком, и он словно лишился дара речи. Не говоря ни слова, он притянул ее к себе одной рукой в порыве нахлынувших на него эмоций. В этом жесте не было сексуального подтекста, просто отчаянная потребность в человеческой теплоте. Мэган поняла это и не отстранилась от него. Она уткнулась в его плечо, и Кэл почувствовал ее дыхание на своей коже. Понемногу напряжение начало его отпускать.

Повернув лицо к Мэган, Кэл легонько поцеловал ее в макушку и прошептал:

– Ложись спать.

Она ничего не ответила и даже не пошевельнулась, прислушиваясь к ровному сердцебиению Кэла. Этой ночью он поделился с ней подробностями своей жизни, о которых ей даже Ник не рассказывал. Конечно же ее муж знал о нелегком детстве Кэла, но, наверное, он был уверен, что Мэган будет неинтересно это слушать. С тоской в сердце она подумала о том, что она и Ник не разговаривали о многих важных вещах.

Детство и юность Кэла были полны разочарований, страданий и одиночества, ведь его бросила родная мать, а отец не обращал на него никакого внимания. Неудивительно, что он смотрел на многие вещи сквозь призму цинизма. Его недоверие к женщинам тоже получило объяснение.

Единственный человек, которому Кэл доверял, был Ник. Но в конечном итоге и он его предал. Душевная травма Кэла напоминала Мэган ее собственные страдания. Его рассказ о себе неожиданно вселил в нее чувство успокоения. Кэл не меньше, чем она, страдал от боли.

Мэган начинала погружаться в сон. Она была уверена, что этой ночью ей не приснятся кошмары, ведь Кэл был с ней рядом, чтобы защитить ее.

Становилось ли ей лучше?

Было слишком рано задаваться этим вопросом. Последние дни показались Мэган опьяняюще спокойными. Они ездили к кратеру, видели крокодилов, гиппопотамов и львов. Ей удалось сделать множество превосходных фотографий, а в ее памяти навсегда остались прекрасные воспоминания. Она вновь чувствовала себя живой и по-настоящему отдохнувшей. Ее даже перестали мучить ужасные сны. Но она не могла провести всю свою оставшуюся жизнь на сафари. Что же будет, когда она возвратится в свой прежний мир, в Дарфур?

Что касается Кэла, то он относился к ней, как другу, и не претендовал на что-то большее. И хотя иногда Мэган стоило неимоверных усилий сдерживаться от ноющего желания, ее все устраивало.

Сегодня они вновь отправились к кратеру, двигаясь по той дороге, где недавно их машина увязла в грязи во время ливня. Гидеон ехал на медленной скорости. В сотне ярдов от них показалась огромная темная тень, которая долго маячила из-за кустарников. Кэл прикоснулся к руке Мэан и почти беззвучно прошептал:

– Черный носорог.

Они проехали половину расстояния, как вдруг носорог бросился им навстречу из-за кустов. Животное было невероятно огромным и мощным. Рог на его носу был длиною с руку Мэган, а его кончик казался острым, как иголка.

Мэган затаила дыхание, когда носорог остановился, жадно вдыхая воздух своими большими ноздрями. Она крепко сжала руку Кэла, пока Гидеон глушил мотор. Носороги были очень своенравными и непредсказуемыми животными, и этот зверь вполне мог атаковать их джип и затоптать любого, кто окажется на его пути. Гарри достал ружье и снял его с предохранителя, чтобы отпугнуть его, если появится такая необходимость.

Носорог захрапел и затряс своей массивной головой. По приказу Гарри Гидеон вновь завел мотор и начал потихоньку отъезжать. По лицу водителя потекли капли пота. Все в машине молчали, боясь даже пошевелиться.

Вновь издав пугающий храп, носорог опустил свою голову. Кэл покрепче обнял Мэган за плечи, чувствуя, как она вся дрожит от страха. По всей видимости, зверь решил, что незваные гости не стоят того, чтобы тратить на них время и силы. Поэтому он развернулся и чинно отправился назад в заросли. Гидеон продолжал медленно отъезжать и перевел дыхание лишь тогда, когда они наконец оказались на безопасном расстоянии.

– Ну вот! Черт побери, я говорил вам, что покажу черного носорога! – самодовольно засмеялся Гарри.

– Наверное, я не смогу уговорить вас вернуться обратно, да? Я забыла его сфотографировать, – пошутила Мэган.

Небо начинало хмуриться, и, не желая вновь оказаться в эпицентре шторма, водитель развернул джип обратно. Завтра они покидают Нгоронгоро и оправляются в палаточный лагерь в огромном парке Серенгети. Остаток дня было решено отвести на отдых и сборы.

За обедом Гарри рассказал Мэган, чего ей стоит ожидать от поездки в Серенгети.

– Мы приедем туда как раз вовремя, чтобы понаблюдать невероятное зрелище – миграцию животных. Несметное количество зебр и антилоп гну отправятся на юг к новым пастбищам. Настоящий пикник для плотоядных, которые будут их там поджидать. Не слишком приятная картина для леди, но я спокоен за тебя. Все-таки ты была в Дарфуре.

Когда они покончили с десертом, Мэган извинилась и пошла в бунгало, зная, что мужчины предпочтут пропустить стаканчик-другой в баре. Приняв душ и надев свою пижаму, она уютно устроилась с пледом и книгой, которую позаимствовала в гостиничной библиотеке. Но детектив ее разочаровал – он оказался невероятно скучным. Отложив книгу на кофейный столик, Мэган откинулась на подушки и попыталась представить, какими же будут предстоящие несколько дней. Теперь она жалела, что не расспросила Гарри более подробно об их поездке. Сколько им придется добираться до Серенгети? Что они увидят по пути в парк?

Вспомнив, что у Кэла есть карта, Мэган решила выяснить это сама. Она нашла его дорожную сумку в шкафу и ощупала ее. Раскрыв внутренний карман, она вытащила сложенную карту, которая была намного толще, чем она ожидала. Когда она начала ее разворачивать, из нее выпала стопка распечатанных документов. Нагнувшись, чтобы собрать их, Мэган прочитала имя на одном из листков.

Свое собственное имя.

Глава 10

Сгустившиеся тучи затянули ночное небо, скрыв луну и звезды. У линии горизонта блеснула молния, и через секунду послышался отдаленный раскат грома. Направляясь к бунгало, Кэл был рад, что Гарри решил закончить посиделки в баре пораньше, иначе бы ему пришлось возвращаться под ливнем.

Он неспешно шел по мощеной дорожке к дому, вдыхая свежий воздух. Сегодня выдался прекрасный день, главным событием которого была конечно же встреча с редким черным носорогом. Когда Мэган схватила его за рукав в страхе, по его телу будто прошелся электрический заряд, и в этот момент единственной мыслью Кэла было то, что он должен ее защитить.

Неужели он начал влюбляться в нее? Но это было бы просто верхом безрассудства. Мэган была эмоционально нестабильна. И даже если она действительно не причастна к похищению денег, их общее прошлое не сулило радужных перспектив в плане серьезных отношений.

Но все было не так просто. Его привлекала не только ее красота, но и ее смелость, доброта и стойкость духа. Каждую ночь, лежа в кровати в паре дюймов от нее, Кэл сгорал от желания. Он еле сдерживался, чтобы не сорвать с нее тонкое покрывало и не проникнуть в ее лоно, которое он жаждал, как утопающий жаждет глотка воздуха.

Дойдя до крыльца бунгало, Кэл заметил свет лампы, пробивающийся сквозь задернутые шторы. Неужели она все еще не спит, зачитавшись книгой, которую взяла в библиотеке? Это была их последняя ночь в бунгало, и, возможно, сейчас представляется последний шанс вывести ее на предельно откровенный разговор.

Открыв дверь, Кэл увидел Мэган сидящей на диване. Она была укутана в плед. Сжав кулаки на коленях, она казалась неподвижной. По застывшему выражению ее лица Кэл понял, что случилось что-то плохое.

– Мэган… – прохрипел он.

Ее яростный взгляд заставил его замолчать.

– Давно ты знаешь? – спросила она, еле выговаривая слова.

– Нет. Несколько дней, – выдавил из себя он. – Я представляю, что ты сейчас думаешь, но я хотел помочь тебе.

– Помочь мне? – громко воскликнула женщина. – Это конфиденциальная информация. Ты не имел права!

– Ты ошибаешься. Как глава фонда, я имею доступ ко всей информации о волонтерах.

Ее глаза метали гром и молнии. Кэл старался говорить с ней хладнокровно, надеясь, что это успокоит ее.

– Но почему ты мне не сказал? Как долго ты планировал скрывать от меня, что меня… изнасиловали? – задыхаясь от переполняющих ее эмоций, произнесла женщина.

Кэлу хотелось обнять ее и утешить. Но он знал, что сейчас его поддержка лишь еще больше ее разозлит.

– Ты читала отчет. Доктор считал, что ты еще не готова узнать это без предварительной психологической помощи, – ответил он.

– Доктор ошибался! – сказала она, вскочив с дивана. – И ты ошибаешься! Я не ребенок! Я должна была знать! Как я могла оправиться от этого, если даже не понимала, что со мной произошло?

– Прости, но я доверился решению доктора. Я не нашел причин поступить иначе. – Кэл сам был поражен, насколько отчужденно звучат его слова.

«Господи, она, наверное, думает, что я бессердечный негодяй», – пронеслось у него в голове.

– Ты должен был мне сказать. Это был бы правильный поступок с твоей стороны. Но вместо этого ты продолжал держать меня в неведении. Когда мы вместе принимали душ… Ты уже знал тогда?

– Конечно нет. Если бы я тогда знал правду, я бы не позволил себе так далеко зайти, – сказал он, сделав шаг к ней. – Присядь, и давай поговорим, Мэган.

– С какой стати? Ты действовал за моей спиной. Ты скрыл от меня секрет. Ужасный секрет… – измученным голосом ответила она.

Мэган ринулась к нему и начала отчаянно бить кулаками в его грудь. Кэл стоял неподвижно, словно статуя, позволяя ей наносить ему эти безобидные удары. Он заслужил их. У него и в мыслях не было причинить ей боль, но именно это он и сделал.

Когда Мэган выбилась из сил, ее охватила сильная дрожь. Она спрятала лицо в ладонях, и из ее груди вырывались глухие рыдания. Кэл не знал, что сказать и как ее успокоить, поэтому он наконец решился просто крепко обнять ее.

На улице разразился шторм. Оглушающие раскаты грома сопровождали вспышки молний, исполосовавших небо. Ливень неумолимо барабанил по крыше. Такую же бурю Мэган ощущала и в душе.

Она была настолько обессилена, что не могла оттолкнуть Кэла. Она все еще злилась на него, но ей было необходимо почувствовать его надежность и силу. Пока Мэган ждала его возвращения из бара, пыталась воспроизвести детали той роковой ночи в Дарфуре. Она отчетливо помнила, что произошло тогда с Сайдой, но воспоминания о том, что было с ней, казалось, полностью стерлись.

Была ли она в сознании в тот момент или ее мозг просто стер все, что случилось, из памяти? А как же физические признаки нападения? Она предполагала, что благодаря экстренному вмешательству врачей телесные повреждения зажили после четырех дней, проведенных в состоянии ступора. Если бы только душевные раны можно было излечить с такой же легкостью!

Ей пришлось признать, что факт изнасилования реален. Медицинское свидетельство и ее эмоциональное состояние подтверждали это. Но все еще требовалось время, чтобы по-настоящему это осознать. Мэган казалось, что она медленно падает в мрачную бездну и ей совершенно не за что зацепиться. Кэл – единственный человек, который помогал ей смотреть вперед…

– Все в порядке, Мэган, – шептал он ей на ухо. – С тобой все будет хорошо, девочка. Ты в безопасности.

«Лжец», – подумала она. Возможно, ей уже никогда не удастся восстановиться. Но она была благодарна за его понимание и силу. Мэган уткнулась лицом в его грудь. Его рубашка была мокрой от ее слез, впервые после той ужасной ночи Мэган плакала.

– Поплачь, – тихо сказал Кэл. – Не надо быть сильной все время. Дай волю чувствам. Я здесь, я рядом.

Она еще крепче прижалась к нему, понимая, что он не хотел причинить ей боль. Кэл действительно старался помочь. И сейчас, кроме него, у нее не было абсолютно никого.

У Мэган подкашивались колени, и, словно чувствуя это, Кэл подхватил ее на руки и отнес на кровать. Он бережно ее укрыл покрывалом, как будто она была маленьким напуганным ребенком.

– Мне уйти? – спросил он.

– Нет. Я хочу, чтобы ты остался.

Мэган услышала звук падающих на пол ботинок. Кэл лег рядом с ней, и несколько минут они лежали молча, слушая неистовство ливня за окном.

– Я ничего не помню, – вдруг сказала она. – Я не сомневаюсь в том, что это действительно произошло, но я совершенно ничего не помню.

– Возможно, это к лучшему, – предположил Кэл.

– В Дарфуре, в лагере, я видела столько девушек и женщин, изнасилованных джаджавидами. Для этих головорезов это был способ опозорить их, обесчестить семьи. Тогда у меня в голове не укладывалось, как их жертвы оправлялись после подобного ужаса. Но у них это как-то получалось. Они преодолевали себя и двигались дальше, потому что не было другого выхода. Они очень отважные и смелые. Я тоже должна это сделать. Мне надо жить дальше, и теперь, когда я знаю правду, я справлюсь с этим, – уверенным тоном сказала Мэган.

– Я знаю, что ты справишься. Ты сильная женщина, Мэган, – ободряюще произнес Кэл.

– Эти женщины из лагеря намного сильнее меня. Они все помнят, и при этом у них нет возможности найти безопасное место, чтобы предотвратить повторение этого кошмара.

Кэл ничего не ответил, а просто заключил ее в свои объятия. Их бедра соприкоснулись, отчего по ее телу разлилось сладострастное тепло. Она прильнула к нему еще ближе, чувствуя, как учащается его дыхание. Вожделение охватило тело Мэган, заставив ее лоно моментально увлажниться.

Она отчаянно хотела Кэла в эту минуту, ее желание было всепоглощающим. Мэган и не надеялась, что сможет когда-нибудь вновь испытать подобное. Но ставки были слишком высоки. Еще одна неудача окажется просто сокрушительной для нее.

– Кэл? – Она повернулась. Кэл вопросительно посмотрел на нее, его глаза с серебристым отливом излучали нежность. Мэган провела кончиком пальца по его щеке, ощутив легкое покалывание его щетины. – Ты бы хотел заняться со мной любовью?

– Ты уверена, что хочешь этого сама?

– Да, – ответила Мэган дрожащим голосом.

– Тогда у меня есть предложение. Почему бы нам не сделать это сейчас?

Мэан посмотрела на него в растерянности, и лишь спустя мгновение до нее дошел смысл этих слов. Кэл дал ей возможность взять инициативу в свои руки, самой задать ритм, и, если вдруг ей станет не по себе, она могла в любую минуту все прекратить. Хватит ли у нее смелости попробовать?

Приподнявшись на локтях, Мэган наклонилась над ним и поцеловала. Сначала очень легко, а затем начиная ласкать его губы языком. Ее губы спускались ниже, к его шее. Она пробовала на вкус его солоноватую кожу, помня, что может остановиться, когда пожелает. Но Мэган не хотела прерываться. Она отчаянно хотела Кэла.

Неловкими движениями пальцев она пыталась расстегнуть пуговицы его рубашки.

– Давай я. – Он встал, опустив ноги на пол.

Кэл быстро разделся, оставшись лишь в трусах. Он открыл ящик ночного столика, стоящего у кровати, и достал какую-то блестящую упаковку. Поняв, что это, Мэган почувствовала, как ее пульс сорвался с цепи. Она тут же сняла с себя верхнюю часть своей пижамы.

Когда Кэл обернулся к ней, она сидела, поджав под себя колени, по пояс обнаженная. Ее волнение как рукой сняло при виде его возбужденного выражения лица. В глазах Кэла она была красивой, и он ее хотел – большего Мэган и не просила.

Он положил упаковку под подушку и с игривой улыбкой спросил:

– Так на чем же мы остановились?

Кэл вновь лег на кровать, и Мэган накрыла его своим телом. Она изнемогала от желания прикоснуться к нему, почувствовать его запах, вкус. Она хотела вновь ощутить себя живой.

Поцелуй Кэла обжег ее, словно односолодовый виски. Их языки переплелись в страстном танце. Ее соски терлись о его грудь, пока она не оторвалась от его губ и не начала продвигаться к ключицам.

Словно следуя правилам игры, Кэл не давал волю рукам. Он застонал, когда ее губы сомкнулись вокруг его соска. Мэган провела по нему языком. Бедра Кэла выгнулись, и Мэган почувствовала сквозь ткань своих пижамных штанов его твердую плоть. Придвинувшись ближе, она развела ноги в стороны и начала медленно тереться о член, пока Кэл не остановил ее, схватив за бедро.

– Ты очень нехорошая девочка… – прорычал он. – Ты представляешь, что ты делаешь со мной?

– Да, но это только начало.

Ощущение того, что он был в ее власти, опьяняло Мэган. Ее собственная смелость вскружила ей голову. Мэган стянула с себя штаны своей пижамы вместе с бельем, а затем ее рука скользнула ниже его пупка. Сердце бешено забилось, когда она обхватила рукой его твердый член. Стоны блаженства, вырывавшиеся из груди Кэла, пока она ритмично двигала рукой вверх и вниз, еще больше возбудили ее.

Ее желание распалилось до предела. Она чувствовала жар вязкой влажности в своем лоне. Мэган думала, что ей будет страшно или что она будет колебаться, но все, о чем она мечтала сейчас, – ощутить его внутри себя.

Сняв с него трусы, она достала презерватив из-под подушки. Ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы надеть его на член Кэла.

– Ты точно этого хочешь, Мэган? – прошептал он.

– Как никогда, – улыбнулась она.

– Ты сводишь меня с ума. Я безумно хочу оказаться внутри тебя.

Мэган нравилось, что он честен с ней. Никакой лжи, притворства или лести. Никакой чепухи о том, что он влюблен в нее. Просто они оба хотели друг друга, вот и все.

Она села на него сверху и сама уверенным движением ввела его член в свое разгоряченное лоно. Он вошел в нее практически до упора. Мэган почувствовала его плоть и начала извиваться. Каждое ее движение срывало стон с губ Кэла. Больше не в состоянии сдерживаться, он плотнее обхватил ее бедра. Они оба двигались в беспощадном и неумолимом ритме. Вскоре напряжение в ее теле достигло пика, и она захлебнулась в упоительной агонии.

– Не останавливайся, – приказал Кэл, продолжая двигать бедрами.

Она тут же подхватила его темп, желая доставить такое же удовольствие, каким он наградил ее. Он кончил, взорвавшись ярким оргазмом, который сопровождался хриплым рычанием.

Все еще ощущая легкое сладострастное подрагивание в теле, Мэган упала ему на грудь. Она была полностью обессилена, но еще никогда не чувствовала себя такой свободной. Время покажет, вернутся ли к ней кошмары. Но благодаря Кэлу она сломала стену страха. Он дал ей надежду.

Слезы облегчения и благодарности покатились по ее щекам, когда она поцеловала его.

– Спасибо, – прошептала Мэган.

Когда первые несмелые лучи рассвета пробрались сквозь шторы, Кэл лежал, прильнув всем телом к обнаженной Мэган. Ее ровное глубокое дыхание подсказывало ему, что она еще крепко спит.

Они занялись любовью еще раз прошлой ночью. Кэл опасался, что если он будет сверху, то это может разбудить в ней ужасные воспоминания, но этого не случилось. Второй раз был таким же восхитительным, как и первый.

Мэган во сне повернулась к нему спиной, и Кэл еще крепче прижал ее к себе. Ее красота и страсть сводили его с ума. Но что казалось наиболее трогательным – это ее доверие к нему. То, что женщина, которая столько перенесла, отдалась ему без остатка, рождало неведомые ранее эмоции. Он чувствовал себя так, будто получил невероятный подарок, которого не заслуживал.

После этой ночи мысль о том, что ему следует отпустить Мэган, была невыносима. Он хотел защищать ее от всего плохого в этом мире, избавить от душевных мук и видеть ее улыбку каждый день. Но мучительные вопросы продолжали роиться в его голове. А как же прошлое? Как же ее непоколебимое решение вернуться в Дарфур? И что, если он найдет доказательства того, что Мэган имеет отношение к исчезновению денег?

Кэл не сможет ей доверять полностью, пока эти сомнения не развеются. Его мать не оправдала его доверия когда-то. После этого единственным человеком, которому он смог довериться, стал Ник, но и его искренность он ставил под вопрос теперь. Он не хотел вновь испытать предательство со стороны близкого человека.

Кэл вдохнул легкий аромат лаванды, исходивший от волос Мэган. По крайней мере, сейчас он был готов стать для нее опорой и помочь исцелиться. Но ему придется держать свои чувства под контролем. Он не собирался забывать, зачем приехал в Африку. Никому, даже Мэган, не удастся сбить его с намеченного курса.

Глава 11

Мэган проснулась, и первое, что она услышала, – шум бегущей в душе воды. Несколько мгновений она лежала неподвижно, вспоминая события вчерашней ночи и то, как они изменили ее мир. Вчера она узнала, что была изнасилована в Дарфуре. А позже она с Кэлом занималась любовью, ведь он смог вновь разжечь в ней пламя страсти, которое казалось ей угасшим навсегда. Плотина страха, сдерживающего ее, прорвалась, и поток эмоций захлестнул ее.

Мэган вытянулась в постели, наслаждаясь сладкой болью в теле – отзвуком страстной ночи. Она опять чувствовала себя настоящей, чувственной женщиной, и благодарить за это ей нужно было именно Кэла.

Мэган, однако, не строила иллюзий насчет того, что полностью исцелилась. Жестокость, которой она подверглась, будет преследовать ее всю оставшуюся жизнь. Возможно, все-таки стоит обратиться за профессиональной психологической помощью. Самое главное – она сдвинулась с мертвой точки, приняв открывшуюся правду как данность. Женщине удалось сбросить с себя оковы парализующего страха, который властвовал над ней так долго.

Плеск воды в ванной затих. Оказаться лицом к лицу с Кэлом будет неким испытанием. Прошлой ночью они стали любовниками. Но что же будет сегодня? Как их отношения будут развиваться дальше?

Мэган никогда не питала иллюзий по поводу любви. Только с Кэлом все было иначе. Для него секс был просто сексом. И если бы она позволила себе желать большего, то это принесло бы ей лишь страдания.

Но сейчас она не могла просто одеться и уйти. Ближайшую неделю им придется проводить вместе двадцать четыре часа в сутки. Возможно, им станет неловко в компании друг друга. А если говорить о будущем… Даже если бы она хотела серьезности и смогла бы убедить его попробовать, все равно их отношения не получили бы шанс на продолжение. Ведь в прошлом они всегда были по разные стороны баррикад.

Мэган, сидя на кровати, надевала халат, когда дверь ванной открылась и Кэл вышел в комнату. На нем не было ничего, кроме белого полотенца, обвязанного вокруг бедер. Пройдя к шкафу, он искоса на нее посмотрел и с дружелюбной улыбкой произнес:

– Проснись и пой. Гарри хочет, чтобы мы выехали через полчаса.

«Значит, мы будем продолжать общаться как хорошие приятели. Что ж, я не против», – подумала Мэган, тут же направившись в ванную. После душа Мэган смазала тело солнцезащитным кремом и причесалась. Когда она вернулась в спальню, Кэл уже ушел. Его поведение говорило само за себя. Он старался держать дистанцию. Неужели она сказала или сделала что-то не так? Или же прошлая ночь не оправдала его ожиданий? А может быть, он просто давал ей понять, что не настроен на что-то серьезное? Как бы там ни было, она решила последовать его примеру и вести себя так, словно вчера ничего не произошло между ними. Пытаясь не обращать внимания на легкий укол обиды в глубине души, Мэган оделась, схватила свою дорожную сумку и открыла входную дверь.

Кэл стоял на крыльце с улыбкой на лице и чашкой кофе в руке.

– У нас есть еще несколько минут, – сказал он. – После вчерашней ночи, мне кажется, нам не помешает выпить кофе, чтобы проснуться.

Сердце Мэган взмылось ввысь, когда он, поставив чашки на столик, обернулся к ней и обнял. Его поцелуй был сладким и нежным. Чуть позже последовало признание.

– Ты прекрасна, – прошептал Кэл ей на ухо.

Разомкнув объятия, он вручил ей чашку с кофе. Вместе они стояли на крыльце, обхватив ладонями теплые чашки, и наблюдали, как разгорается африканский рассвет.

– С тобой все будет в порядке сегодня? – спросил он.

– Да, – ответила Мэган, сделав глоток бодрящего напитка. – Но я бы не хотела, чтобы Гарри был в курсе изменений в наших отношениях, иначе он начнет сыпать остротами по этому поводу.

– Согласен. Я буду вести себя как следует, – ухмыльнулся мужчина. – Кстати, предупреждаю тебя сразу: мы будем спать под одним тентом, но там будут две койки.

– Я согласна. Меня почему-то преследует образ голодной гиены, готовой вцепиться в мою ногу. Если ты будешь рядом, то отпугнешь ее.

– От меня будет польза не только в этом, если ты захочешь, – произнес Кэл с озорным блеском в глазах, и Мэган знала, на что он намекает.

Ей было приятно осознавать, что он хочет ее. Пусть даже у них и нет планов на совместное будущее. Рано или поздно Кэлу придется вернуться в Штаты. Когда это произойдет, их романтическому увлечению придет конец.

Неужели Мэган влюблялась в него? Кэл был неотразимым мужчиной, но она знала, что он не верит в ее непричастность к краже денег и самоубийству Ника. Месть вполне могла бы являться главным мотивом всех его действий. Ей необходимо было оставаться начеку. Но это не значило, что она не могла получить удовольствие от совместного времяпрепровождения с ним. Она чувствовала себя, как Золушка на балу, которая, однако, четко помнила, что стрелки часов неумолимо приближаются к полуночи.

Допив кофе, Мэган и Кэл направились к Гарри и Гидеону, которые уже ждали их возле джипа. Быстро загрузив багаж, они без промедления отправились в путь.

Пока машина проезжала по мощеной дороге, Кэл украдкой посмотрел на Мэган, сидящую напротив него. Казалось, в ней ничего не изменилось после их вчерашней ночи. Но он не мог забыть этого восхитительного чувства обладания ею. Его единственным желанием было повторить это, и как можно скорее.

Кэл приехал сюда, чтобы соблазнить ее, и ему это удалось, но сложно было предположить, что дело примет такой оборот. Да, она была красавицей. Но больше всего в Мэган его привлекало невероятное сочетание смелости и ранимости.

Прошлой ночью Мэган отдалась ему с такой самозабвенной страстью, на которую только способна женщина. Она открылась, доверилась ему и разрешила помочь ей выбраться из настоящего ада. Разве мог он теперь использовать ее доверие, чтобы добиться от нее ответов на мучившие его вопросы, касающиеся прошлого? А почему бы и нет? Он провел два года в поисках этой женщины и даже отправился в Африку, проделав слишком долгий путь. Кэл не вернется домой, пока не узнает всей правды.

Джип сильно качнуло, когда он наехал на кочку, и это вернуло Кэла к реальности. Теперь перед ними лежал живописный пейзаж обширной равнины, по которой ковром расстилалась зеленая трава. На одном из холмов виднелись круглые хижины с глиняными стенами и конусообразными крышами.

– Масаи, – пояснил Гарри. – Их очень много в этих краях. Когда-то благодетели пытались приобщить их к цивилизации, но это не пришлось им по душе. Поэтому они до сих пор живут так же, как и сотни лет назад.

Почти у самой дороги маленький мальчик-пастух пас стадо коз, которые сосредоточенно щипали траву. Когда они проезжали мимо него, ребенок заулыбался им и помахал рукой.

– Jambo, – выкрикнула Мэган. – Какой красивый мальчик!

Она очень любила детей и до сих пор с болью в сердце вспоминала собственный выкидыш.

Когда они наконец добрались до палаточного городка, было уже довольно поздно. Небо затягивали темные тучи, предвещая ливень.

Мэган предполагала, что они сами разобьют палатки, но компания, занимающаяся организацией сафари, уже все предусмотрела. Их ожидали комфортабельные тенты с зонами для приготовления еды и даже столовая с навесом. Мэган была поражена, когда узнала, что к их с Кэлом тенту примыкает ванная с туалетом и душем.

– Мы не можем рисковать нашими клиентами. Если они пойдут ночью справлять нужду на улицу, то могут просто не вернуться назад, – засмеялся Гарри.

После утомительной поездки в машине разлечься на шезлонгах под тентом, смотреть, как идет дождь, вдыхая его свежий аромат, и прислушиваться к дикой природе – отдаленный рев льва, хихиканье гиены, пение птиц и монотонный гул насекомых в траве – было настоящим блаженством.

– Я говорил уже это Кэлу, но скажу и тебе, – произнес Гарри, потягивая бурбон. – На ночь застегивайте тент и ни при каких обстоятельствах не открывайте его до утра. Никаких ночных прогулок, милая моя.

– Не стоит волноваться, – засмеялась Мэган. – Ничто на свете не способно заставить меня покинуть тент ночью.

– Лично я уже готов отправиться спать, – заявил Кэл, вставая. – Тебе тоже не помешает отдохнуть, Мэган. – Он задержал на ней свой взгляд.

День действительно выдался длинным, но, если у Кэла в планах был не только сон, Мэган была абсолютно не против этого. Лишь от одного взгляда на него она возбуждалась.

Гарри остался сидеть в шезлонге, но он выглядел необычайно уставшим сегодня.

– Ты тоже поспи, хорошо? – прошептала Мэган, целуя его в щеку.

– Спасибо за заботу о старике, – сказал он, потрепав ее по щеке. – Береги эту девочку, Кэл. Она просто прелесть.

– Согласен, и конечно же я позабочусь о ней, – ответил Кэл.

Он раскрыл зонт, прихватил фонарик и провел Мэган к их тенту. Когда они зашли внутрь, Мэган тут же застегнула длинную молнию его откидной части. Она обернулась и увидела Кэла, стоящего в узком проходе между двумя койками. Его глаза горели неукротимой похотью.

– Я весь день не мог дождаться, когда вновь прикоснусь к тебе, – прорычал он, заключая ее в свои объятия.

Его поцелуй обжег ее. Они вцепились в одежду друг друга, пытаясь сорвать ее. Когда Мэган осталась лишь в нижнем белье, она забросила одну ногу ему на бедро, ощутив его твердый член, упиравшийся в низ ее живота. Обезумев от желания, она начала неистово тереться о его бедра, возбуждаясь все больше.

– Кто бы мог подумать, что ты такая развратница, – ухмыльнулся Кэл, расстегивая ее бюстгальтер. Его рука скользнула вниз к ее трусикам, где было горячо и влажно. – Как же сильно я тебя хочу!

– Я тоже, – прошептала она.

Мэган стянула свои трусики, затем раздела Кэла, и через секунду он уложил ее на одну из коек. Надев презерватив, Кэл взобрался сверху и резко вошел в нее. Мэган обвила его бедра своими ногами, подталкивая его еще глубже в себя. Каждое движение его бедер отзывалось в ней сладчайшим наслаждением. Его толчки становились все сильнее. Вскоре тело Мэган забилось в конвульсиях блаженства, и в то же мгновение Мэган почувствовала, как внутри ее растекается теплая влага.

Несколько минут Кэл лежал неподвижно, уткнувшись в ее плечо. Затем он выдохнул и встал.

– Надеюсь, мы не сломали кровать, – с улыбкой произнес он.

Мэган, ответив ему игривым взглядом, привстала и провела рукой по своим влажным волосам. Божественная усталость растекалась по ее телу.

– Ты поразительная, – прошептал он, наклонившись к ее губам и нежно их поцеловав.

– Я тебе больше скажу – я сама себе поражаюсь, – весело ответила женщина.

Они лежали в полной темноте, разделенные значительным расстоянием, прислушиваясь к симфонии первобытной природы Африки. Мэган блаженно потянулась. День выдался прекрасным, а ночь еще лучше. Она боялась, что все закончится. Но женщина знала, что совсем скоро это время станет лишь воспоминанием.

– Как бы мне хотелось записать все эти звуки, раздающиеся за пределами тента, – сказала она. – Дождь, животные… Они бы убаюкивали меня, где бы я ни находилась, даже в Дарфуре.

– Ты же не хочешь сказать, что все еще планируешь вернуться туда? – спросил Кэл после продолжительного молчания.

– А почему нет? Мне уже намного лучше. Люди там нуждаются в помощи, – возразила она.

– Я прошу тебя дать себе больше времени, чтобы окончательно оправиться, – серьезно сказал он.

– И это все? – сорвались с ее уст слова, о которых Мэган тут же пожалела. Она вела себя как неуверенная женщина, требующая подтверждения своей значимости для мужчины.

– Нет, это не все, – произнес Кэл. – Ты мне не безразлична, Мэган. Последние несколько дней были просто замечательными, и я хочу узнать, к чему мы придем в дальнейшем. Неужели это не понятно?

У Мэган перехватило дыхание от этих слов, которые ей подсознательно так хотелось услышать. Но она не могла разрешить себе поверить ему. Кэл был здесь лишь потому, что хотел выведать у нее всю правду о прошлом. Он всегда добивался всего, чего хотел. Не исключено, что ради достижения этой цели он был готов притворяться.

– А как же деньги, которые, как ты думаешь, я украла? Разве ты здесь не поэтому? – прямо спросила она.

– Поначалу так и было, – нехотя признался он. – Но теперь, когда я узнал тебя ближе, я не думаю, что ты причастна к этому. Ты чистая и искренняя. И это то… – Кэл запнулся. – Это то, что так меня привлекает. Сейчас я здесь только из-за тебя.

Сердце Меган сжалось до боли. Ей так хотелось верить в это, но вдруг он просто манипулировал ею?

– Так что же? Подаришь ли ты мне еще немного времени, прежде чем вновь исчезнешь из моей жизни?

Мэган переполняли противоречивые эмоции. Она чувствовала, что нуждается в этом мужчине. Но была ли она готова рискнуть и поверить ему?

– Я не могу принять решение прямо сейчас, – ответила она слабым голосом. – Дай мне время подумать до нашего возвращения в Арушу, хорошо?

– Как скажешь, но я так просто не отступлюсь. Ты знаешь, я не привык, когда мне отказывают, – проворчал Кэл.

– Знаю… Давай спать, Гарри поднимет нас ни свет ни заря.

Кэл произнес что-то невнятное, плавно погружаясь в сон. Мэган закрыла глаза и вскоре сама провалилась в сон.

Только-только рассвело, когда громкий шум за пределами тента разбудил Мэган. Были слышны крики и звук бегущих ног. Кэл тоже проснулся и уже надевал штаны.

– Оставайся здесь, – приказал он. – Я пойду посмотрю, что там случилось.

Расстегнув тент, Кэл увидел бегущего к нему Гидеона. Он был бледен как смерть.

– Что произошло? – спросил Кэл.

– Гарри! – переходящим в истерику голосом ответил африканец. – Кажется, у него случился сердечный приступ!

Глава 12

Мэган выбежала в одной пижаме. Гарри лежал без сознания на брезентовой подстилке у входа в свою палатку. Она упала на колени рядом с ним. Он не дышал, а его лицо приняло землистый оттенок. Сдерживая приступ паники, Мэган положила руки ему на грудь и начала делать непрямой массаж сердца. Этот старик стал ей по-настоящему дорог, она не могла позволить ему умереть. Почему она не обратила внимания на его состояние вчера? Уже тогда он выглядел нездоровым.

– Он вышел на улицу и тут же упал. Он умрет? – дрожащим голосом спросил Гидеон.

– Нет, если я смогу ему помочь, – ответила Мэган, продолжая ритмично работать руками. – Когда это произошло?

– Минут десять назад. Он мне как отец… – Голос Гидеона оборвался.

– Свяжитесь с аэропортом в Аруше. Пусть они пришлют самолет с медицинским оборудованием, – скомандовала она.

– Нет, я знаю, кому звонить. – Он бросился к джипу, в котором находилось средство радиосвязи.

Кэл стоял рядом, явно нервничая и не зная, чем помочь. Гидеон вернулся через пару минут.

– «Неотложка на крыльях». У нас с ними контракт. Они будет здесь через полчаса и заберут его в Найроби, – объявил он. – Вы сможете помочь ему продержаться столько?

– Мы можем только надеяться, – ответила Мэган.

– Давай я, – сказал Кэл, заменив ее руки своими на груди пожилого мужчины. – Иди переоденься. Будем подменять друг друга, пока не прилетит самолет.

Их перепуганные взгляды встретились. Трудно было предугадать, сможет ли массаж поддержать жизнь в Гарри. Возможно, будет уже слишком поздно, когда медики приедут.

Бросившись в палатку, Мэган быстро оделась, обулась и схватила вещи первой необходимости из своей сумки. Если в самолете будет место, она хотела лететь с Гарри. Кто-то все равно должен был сопровождать его. Мэган услышала, как Кэл зовет ее, и этот призыв сразу же отозвался болью в сердце. Она ринулась обратно и увидела, что выражение его лица стало более спокойным.

– Я уже прощупываю пульс, – сказал Кэл. – Кажется, он начинает приходить в себя.

– Слава богу! – воскликнула Мэган, присаживаясь рядом со стариком. Его лицо принимало прежний оттенок. – Принесите воды! И одеяло с подушкой! – приказала Мэган.

Ей подали пластиковую бутылку воды, и она тут же открыла ее. Смочив руки, она провела ими по лицу старика. Вдруг Гарри начал жадно хватать воздух ртом, резко открыв глаза.

– Какого черта?.. – с трудом и невнятно произнес он.

– Тихо, – ответила Мэган. – У вас был сердечный приступ, Гарри. Молчите и не шевелитесь. Самолет уже в пути.

– Такое ощущение, будто по мне потоптался слон… – Старик пытался привстать.

– Лежи смирно, – мягко сказал Кэл, положив руки на его плечи. – Ты чуть не сыграл в ящик. Ты нам еще нужен здесь.

Мэган укрыла Гарри покрывалом, которое ей только что принесли, и подложила ему под голову подушку. Он все еще выглядел невероятно слабым. Ему нужны были баллон с кислородом и дефибриллятор. Остановка сердца могла повториться в любую секунду. Все, что им оставалось делать, – это надеяться на лучшее и молиться.

Женщина поднесла к его губам бутылку воды.

– Выпей немного, а потом я дам тебе таблетку аспирина.

– Лучше дай мне выпить виски, и я буду в полном порядке, – запротестовал Гарри.

Привычные дерзость и пыл явно вернулись к нему, но это не значило, что опасность миновала. Им нужен был доктор, и срочно. С замиранием сердца Мэган и Кэл ждали его. Время тянулось невероятно медленно, но вскоре они услышали звук идущего на посадку небольшого самолета. Уже через несколько минут Гарри уложили на носилки и занесли на борт, надев на него кислородную маску. Мэган разрешили полететь с ними, и она без промедления взобралась на самолет, на прощание бросив Кэлу долгий взгляд. Она, скорее всего, увидит его вновь в Найроби, но их романтическая история на фоне африканского рая закончилась. Что бы их ни ожидало дальше, это будет происходить уже в реальном мире, полном проблем и забот.

Как только самолет взлетел и скрылся из вида, Кэл почувствовал внутреннюю дрожь. Мэган поступила правильно, полетев с Гарри, но он не мог предположить, как одиноко и неуютно ему будет после расставания с ней.

Кэл, конечно, встретится с ней в больнице, но там им придется сосредоточиться на Гарри и его здоровье. У них вряд ли будет возможность побыть наедине или обсудить дальнейшее развитие их отношений.

Развитие отношений? Господи, он провел с Мэган лишь неделю, а уже чувствовал себя потерянным без нее. Что все это значит? Но Кэл решил, что сейчас не самое подходящее время размышлять об этом. Им с Гидеоном необходимо было собрать багаж, доехать обратно до Аруши и оттуда полететь в Найроби на его частном самолете. Кэлу необходимо было удостовериться, что с Гарри все будет в порядке и что ему не придется беспокоиться об оплате медицинских услуг.

Кроме того, он все еще надеялся прийти к взаимопониманию с Мэган. Они прекрасно провели время, но она все еще стремилась вернуться в Дар-фур. Кэл дал ей понять, что хочет остаться с ней вдвоем на более длительный период. Мэган согласилась подумать над его предложением. И вот отпуску пришел конец, а они так ничего и не решили. Кэл подумал, что глупо упускать возможность ближе узнать друг друга.

– Привет, милочка, – произнес тихо Гарри. Он лежал на больничной койке, с прикрепленными к телу медицинскими приборами и с торчащими из носа трубками, которые позволяли ему дышать кислородом.

– Привет, старикашка. – Мэган подошла к его кровати и поцеловала его в лоб.

Сейчас Гарри выглядел намного лучше, но все же до полного выздоровления ему было далеко. Пару часов назад доктор произвел ангиопластику, чтобы прочистить забитую артерию, спровоцировавшую сердечный приступ. Шансы на поправку были высоки, но только при условии, что пожилой мужчина будет себя беречь.

– Где Кэл? – спросил он.

– Они доберутся сюда только к вечеру.

– Гидеон с ним?

– Да, конечно. Он очень переживал за тебя. Он сказал мне, что ты для него как отец, – сказала Мэган.

– Шельмец сказал это, потому что был уверен, что я при смерти, – засмеялся Гарри.

– Скоро придет врач и прочитает тебе лекцию о здоровом образе жизни, – заявила Мэган, присаживаясь на стул рядом с кроватью больного. – Если ты не хочешь вновь попасть в больницу, то тебе придется отказаться от курения, выпивки, острого и соленого…

– Вот черт! Может, он еще скажет, что я должен забыть обо всех этих женщинах, которые гоняются за мной?

– Ты неисправим.

– А ты просто милейшее создание, – сказал он, погладив ее по щеке. – Если бы я был на тридцать лет моложе и если бы Кэл уже не претендовал на тебя…

– Прекрати, Гарри, – с улыбкой ответила Мэган.

– Нет-нет, я заметил, как он смотрит на тебя. Он влюблен в тебя, как мальчишка. Черт побери, девочка, да ты покраснела.

– Я не краснею с пятнадцати лет. Давай поговорим о чем-нибудь другом.

– Ну, наверное, мне надо поблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь, – серьезно заявил старик.

– Я бы не справилась без Кэла и Гидеона.

– Но именно ты помогла мне продержаться. Поэтому в знак благодарности я поведаю тебе секрет о том, как я все-таки потерял свою руку, – сказал он с загадочным блеском в глазах.

– Так это был не ревнивый муж, носорог и лев? О, я хочу услышать это. Не волнуйся, я сохраню твой секрет в тайне, – пообещала женщина, наклонившись к нему поближе.

– Это произошло давным-давно, еще в Англии, – начал свой рассказ Гарри. – Моя семья жила в нищете с шестью голодными детьми. Мне было пятнадцать, и я бросил школу, чтобы пойти работать на шахту. И вот там однажды мне на руку свалилась огромная угольная плита. Кожа и кости были сильно повреждены, а денег на доктора не нашлось. Когда началась гангрена, местный мясник напоил меня и отрезал руку, чтобы спасти мне жизнь.

– Боже… – в ужасе произнесла Мэган. – И как тебе удалось приспособиться к жизни без одной руки?

– Я всегда был метким стрелком и постепенно научился стрелять одной рукой. Я занялся браконьерством, выслеживая оленей. Также я охотился на куропаток, чтобы прокормить семью. Конечно, меня поймали, и я еле ноги унес. Оказался на грузовом судне, на котором и добрался до Африки.

– Ну и история, – сказал Кэл, появившись на пороге палаты. – Мне самому было интересно, что же все-таки с тобой произошло, но только Мэган удалось выведать правду.

Старый охотник улыбнулся, но было заметно, что разговор уже успел его утомить. Кэл пересек комнату и подошел к Мэган. Они не виделись несколько часов, но она уже ужасно по нему соскучилась.

– Гарри взял с меня слово, что я буду молчать, – сказала она. – Раз ты все слышал, тебе тоже придется пообещать сохранить его секрет в тайне.

– Не вопрос. Я – могила, – произнес Кэл, дотронувшись легонько до ее плеча. От его прикосновения ее накрыла волна тепла. После этого долгого дня, полного переживаний, ей хотелось лишь одного – оказаться в его объятиях.

– Ты нас сильно напугал, дружище, – обратился Кэл к Гарри. На его лице было написано неподдельное беспокойство.

– Я скоро оклемаюсь, – ответил он, подмигнув. – Придется только прекратить потворствовать своим плохим привычкам. Где Гидеон? Разве он не с тобой?

– Он пошел перекусить в кафетерий. Он хочет остаться с тобой здесь на ночь, и ему нужны силы. Надеюсь, ты не возражаешь, если я заберу Мэган в отель, чтобы она поужинала и отдохнула.

– Конечно, идите. Сегодня на дежурстве одна очень симпатичная медсестричка. Будет лучше, если мы встретимся с ней наедине во время обхода.

– Смотри не перестарайся, – засмеялся Кэл. – Увидимся завтра, Гарри.

Мэган встала, послав старику воздушный поцелуй, и вышла из палаты вместе с Кэлом. Его рука нежно подталкивала ее в спину, пока они шли по бесконечным коридорам до лифта.

– Я уже забронировал нам номер и даже столик в ресторане отеля. Я уверен, ты голодна.

– Я умираю с голода. Но, пожалуй, лучше перекушу в кафе. Я выгляжу ужасно – нет сил приводить себя в порядок для ужина.

На улице их уже ожидало такси. Мэган слишком устала, поэтому всю дорогу просто смотрела в окно на проносившиеся мимо шумные улицы Найроби. Этот город являлся одной из отправных точек в лагеря Северной Кении и Судана для волонтеров. Если она решится вернуться в Дарфур отсюда, то с транспортировкой не возникнет проблем.

Но теперь принять это решение было нелегко. Мэган была нужна в Дарфуре. И вновь оказаться там значило посмотреть в лицо своему потаенному страху. Она чувствовала к Кэлу необычайную нежность и теплоту. Если бы была надежда на то, что это может продлиться, она бы осталась. Но действительно ли Кэл был способен на длительные отношения, или же для него это было не более чем увлечение?

Такси уже подъезжало к отелю. Когда машина припарковалась у шикарного здания, Мэган показалось, будто она попала в другой мир. Прежняя Мэган чувствовала бы себя здесь как рыба в воде. Но теперь она была совершенно другим человеком.

Когда Кэл смотрел на нее, какую из этих двух женщин видел?

Гостиничный кафетерий оказался чересчур шумным местом для серьезного разговора. Кэл смотрел, как Мэган доедает курицу и рис. Он планировал романтический ужин, где бы он открыл ей свое сердце. Но она выглядела сильно уставшей после сложного дня. Ей нужен был отдых, а не романтика.

Они поднимались в свой номер на лифте и разговаривали лишь о Гарри и его операции.

– Ты очень вымотана, – произнес Кэл, заводя ее в номер. – Твоя сумка на кресле у стены. Ванная в твоем полном распоряжении.

– Прекрасно. Душ – это то, что мне нужно. – Она взяла кое-какие вещи из сумки и скрылась в ванной.

Кэл достал свой ноутбук. Здесь в гостинице была возможность подключения к Интернету, и ему требовалось проверить свою электронную почту. Он надеялся получить письмо о пропаже денег. Если бы они нашлись, это бы окончательно развеяло его подозрения по поводу Мэган.

В нетерпении Кэл написал сыщику еще одно письмо, требуя отчета. Когда он закончил печатать, шум бегущей воды стих. Через мгновение появилась Мэган, укутанная в большой махровый халат.

– Уже лучше? – спросил Кэл, любуясь ей.

– Да. Это был очень длинный день, и ему пора закончиться, – сказала она, вытирая мокрые волосы полотенцем.

Хотя Кэл и планировал дать ей возможность отдохнуть, но при одной мысли о ее влажном обнаженном теле, скрытом одним только халатом, он возбуждался. Но он тоже устал и нуждался в теплой ванне, прежде чем разделить с ней постель.

Кэл пробыл в душе не больше десяти минут, но когда он вернулся, то ему пришлось распрощаться с мечтами о страстной ночи. Мэган уже крепко спала, свернувшись калачиком.

Мэган потянулась и открыла глаза. Вся комната была залита дневным светом, но Кэла рядом с собой она не увидела. Привстав, она заметила записку, которая лежала на ночном столике у кровати: «Доброе утро, соня. Я не стал тебя будить перед тем, как отправиться в больницу к Гарри. Отдыхай и закажи себе завтрак. Я скоро вернусь».

Мэган взглянула на часы. Было уже девять часов утра. Отбросив одеяло, она резко встала с постели. Вдруг у нее закружилась голова, и она еле успела схватиться за край столика, чтобы сохранить равновесие. Но стол качнулся, и с него упал ноутбук Кэла. Мэган испугалась, что разбила его. Схватив его, она начала его осматривать в поисках повреждений. Ноутбук оказался целым. Кэл, наверное, поставил его в спящий режим, потому что экран вдруг загорелся, и Мэган увидела новое письмо. Прочитав в окне уведомления тему письма, Мэган оторопела: «Новые сведения о пропавших деньгах фонда».

У нее бешено забилось сердце. Нехорошо читать чужие письма. Но это напрямую касалось ее. Она не могла не посмотреть. Съедаемая чувством вины, она кликнула и открыла его.

«Уважаемый мистер Джеффордс! Вы просили прислать Вам последнюю информацию о моих поисках. К сожалению, мне нечем Вас порадовать. Я проследил активность мистера Рафферти в последние недели его жизни, но так и не смог найти зацепку, которая привела бы нас к деньгам. Удалось ли Вам узнать что-либо от его вдовы? Возможно, это поможет нам взять след».

С уважением, Харлан Крэндалл».

Поставив ноутбук обратно на столик, Мэган ощутила, что впадает в оцепенение. Значит, Кэл всего лишь притворялся, что испытывает к ней чувства, а сам продолжал искать деньги и доказательства ее виновности. Его нежность, забота, терпение были лишь способом заполучить ее доверие.

По крайней мере, теперь она знала правду. И знала, что ей надо делать. Пытаясь не поддаваться панике, она вывалила все свои вещи из дорожной сумки на кровать и начала их заново складывать для длительной и тяжелой поездки.

Глава 13

У Кэла все внутри сжалось от боли, когда он читал письмо, оставленное Мэган в номере отеля.

«Дорогой Кэл! Когда прочтешь это письмо, я уже буду на пути в Дарфур. Я приняла твердое решение, и нет смысла откладывать его осуществление. Также нет необходимости объяснять, что повлияло на мое решение. Я уверена, ты и так знаешь. Не трать свое время на меня. Я сказала тебе все, что знала. Я не думаю, что ты найдешь деньги, потому что я уверена – Ник все потратил. Иначе бы он вернул их, когда его поймали с поличным. Пожалуйста, передай мои наилучшие пожелания Гарри и Гидеону. Скажи им, что если я опять окажусь в Аруше, то обязательно навещу их. Какими бы ни были твои мотивы, Кэл, я не могу уехать, не поблагодарив тебя. Ты мне во многом помог. Но мне пора возвращаться туда, где я нужна. Теперь я сильная, я со всем справлюсь».

Да, он знал, почему она исчезла. Он уже увидел сообщение от Крэндалла в ноутбуке и понял, что Мэган открыла его и прочитала. Боже, он мог себе представить, что она теперь о нем думала.

Сначала он решил поехать за ней и вернуть, пусть даже силой, и убедить ее, что она сделала неправильные выводы. Убедить ее, что он ее любит, черт возьми! Но Кэл знал, что это не сработает. Мэган приняла свое решение, и он должен был его уважать. Он любил ее и поэтому должен был ее отпустить, хотя это разрывало его сердце на куски.

Кэл решил вернуться домой в Сан-Франциско. Там он во что бы ни стало докопается до правды и узнает, что же Ник сделал с похищенными деньгами. Рано или поздно все откроется, и, когда это случится, он найдет Мэган и предъявит ей все доказательства. Когда все подозрения с нее будут сняты, она сможет вернуться в Штаты, не опасаясь судебных разбирательств. Может быть, тогда она простит его. А пока ему оставалось только молиться, чтобы с ней не произошло ничего ужасного там, где насилие и смерть были обыденным делом.

Дарфур, два месяца спустя

Мэган взяла в руки кружку с горячим кофе и присела за пустой столик на кухне для волонтеров. Рассвет только начинался, солнце еще не показалось из-за холмов. Но за пределами лазарета обитатели лагеря уже проснулись. Из открытого окна доносились кукареканье петуха, плач ребенка и болтовня женщин, идущих за водой. Знакомый запах свежеиспеченных лепешек, которые в Судане называли кисра, витал в воздухе.

Мэган казалось, что она и не покидала лагерь, хотя вернулась уже довольно давно. Коллеги Мэган уехали, включая доктора, который занимался ее лечением после изнасилования. Но среди беженцев она помнила практически всех. Возвращение сюда в каком-то смысле напоминало возвращение домой.

Мэган была занята целыми днями напролет. Только ночью у нее выдалось время подумать о Кэле. Этот мужчина сделал все, чтобы заполучить ее доверие и выудить из нее информацию. Он бесстыдно использовал ее, и она позволила ему это. Она знала, что должна была выкинуть его из головы. Но каждую ночь, когда Мэган лежала на своей койке в полной темноте, желание вновь оказаться в его объятиях снедало ее.

– А ты сегодня ранняя пташка, – произнес Сэм Уотсон, новый доктор. Он оставил семью в Нью-Джерси и приехал сюда на заработки. Пройдя к столу, он налил себе чашку кофе. Сэм был очень дружелюбным по натуре, и Мэган это нравилось.

– Это мое любимое время дня, – сказала Мэган. – Только в эти минуты здесь бывает спокойно.

– Я понимаю. Тебе что-нибудь принести, пока я не сел?

– Нет, спасибо. Я обойдусь просто чашкой кофе.

Он положил себе на тарелку завтрак, который для них оставил повар, и сел напротив нее. Мэган неожиданно начало мутить от запаха жареного мяса.

– В последнее время ты очень плохо ешь, – заметил Сэм. – С тобой все в порядке?

– Да, – ответила она, выдавив из себя улыбку и стиснув зубы от подступившей тошноты.

– Ты уверена? Ты выглядишь не очень здоровой. Давай я осмотрю тебя, пока у нас не начался прием пациентов…

– Я в порядке. Просто мне нужен свежий воздух, – сказала Мэган, встав и направившись к двери. Выйдя на крыльцо, она с жадностью вдыхала свежий воздух.

«Этого не может быть. Этого просто не может быть», – крутилось у нее в голове. Последний раз у нее были месячные еще в Аруше, за неделю до того, как появился Кэл. Они предохранялись, но Мэган вспомнила ту упаковку презервативов. Они никогда не славились своей надежностью. Боже, она должна была предупредить Кэла об этом! Но тогда ее мысли были заняты совсем другим.

– Мэган?

Она обернулась, увидев доктора позади себя.

– Я в порядке, Сэм. Просто дай мне минутку.

– Давай я дам тебе кое-что еще, – сказал он. – Мне кажется, это тебе пригодится.

Он протянул ей маленькую целлофановую упаковку. Мэган оторопела, поняв, что это тест на беременность.

Мэган лежала на своей койке, всматриваясь в темноту. Ее рука покоилась на животе, в котором зародилась новая жизнь. Ее ребенок. Ребенок Кэла. Ей казалось это настоящим чудом. Спустя две недели после того, как Мэган узнала о беременности, она все еще привыкала к этой мысли. Она хотела этого ребенка всем сердцем и готова была на все, чтобы сохранить его.

Сообщит ли она о ребенке Кэлу? Она знала, что он имеет право знать. Но трудно было смириться с мыслью, что он всего лишь использовал ее.

Кэл мог быть очень заботливым человеком, но его понимание заботы всегда было сопряжено с полным властвованием. Он все и всегда пытался держать под своим контролем. Мэган это не нравилось. Но имела ли она право лишать ребенка отца и тех преимуществ, которые такой отец мог ему дать?

Ей необходимо было принять ряд сложных решений. Но все же вопрос о Кэле был отодвинут на второй план, потому что у нее были более важные дела сейчас.

Зная о ее прошлом выкидыше, Сэм настоял на том, чтобы Мэган увезли из лагеря при первой же возможности. Через два дня ожидалось прибытие самолета с почтой и медикаментами, на котором Мэган улетит домой. В ближайшем будущем она планировала работать в небольшой больнице в Аруше. Но рано или поздно ей все равно придется вернуться в Америку. Правда, там у нее не было ни семьи, ни дома, ни работы. Ничто и никто ее там не ждал, кроме судебных исков. Когда придет время, возможно, ей все-таки придется обратиться за помощью к Кэлу и его адвокатам. Мэган не хотела провести последние месяцы беременности в зале суда.

Она попросила Сэма не упоминать о беременности в отчете, а лишь указать «по состоянию здоровья» в качестве причины для перевода. Он согласился выполнить ее просьбу, не спросив ничего лишнего.

Мэган провела весь день на ногах и не заметила, как наступил вечер. Закрыв глаза, она практически сразу крепко заснула.

– Мисс Мэган! Проснитесь! – шепотом просил ее кто-то, дергая за плечо. – Мисс Мэган…

Мэган открыла глаза и увидела знакомое нежное лицо. «Нет! Это, должно быть, сон!» – пронеслось в голове женщины.

– Это я – Сайда!

Мэган привстала, все еще не веря собственным глазам.

– Ты не можешь быть живой… Я видела, как джанджавиды… – пролепетала она.

– Да, они забрали меня и долго держали у себя. Но теперь я здесь, и мне нужно, чтобы вы пошли со мной.

Мэган встала и включила фонарь. Да, это действительно была Сайда. Но она стала совершенно другой. В ней не было и намека на ту слабую, невинную девушку. В ее прекрасных глазах виднелся жесткий блеск, а на плече висел автомат АК-47.

– Моя подруга ранена. Спасите ее, – сказала девушка.

– Нам нужен доктор. Давай я его приведу.

– Нет, только не мужчина.

– Где она? Ты можешь привести ее сюда? – спросила Мэган.

– Наш лагерь находится в горах. На улице нас ждут лошади. Если мы не будем медлить, то доедем туда к рассвету.

– Сайда, я жду ребенка. Я не могу ехать быстро, – запротестовала Мэган.

– Тогда это займет у нас больше времени. Но мою подругу серьезно ранили. Я обещала привести вас.

У Сайды было оружие – это значило, что она могла взять Мэган в заложницы. Поэтому Мэган решила согласиться добровольно. Оставалось только каким-то образом предупредить Сэма о том, что она в опасности.

– Хорошо, – ответила Мэган. – Дай мне несколько минут, чтобы одеться и взять необходимые медикаменты.

– Я буду ждать на улице. Я могу вам доверять? – спросила девушка.

– Да, – честно ответила Мэган. Та роковая ночь связала их навсегда, и она не могла предать Сайду, ведь на ее долю выпало столько страданий.

Быстро одевшись, женщина пошла собирать медицинские принадлежности: бинты, антибиотики, скальпель, зажимы. Второпях она написала Сэму записку, в которой говорилось, что она уехала в горы для оказания неотложных медицинских услуг раненому пациенту. Мэган оставалось только надеяться, что Сайда вернет ее обратно до отлета самолета.

Сайда ждала ее с двумя лошадьми. Девушка достала покрывало, сложила его и подстелила под седло Мэган для большего удобства. Этот жест говорил о добрых намерениях. Они выехали за пределы лагеря молча. Потом Сайда поравнялась с Мэган и произнесла:

– Я видела, что они сделали с вами тогда. Джанджавиды заставили меня смотреть. Я пообещала уйти с ними и делать все, что они прикажут, если они оставят вас в покое.

Слезы брызнули из глаз Мэган при этих словах. Мужественная пятнадцатилетняя девочка, которая сама стала жертвой насилия, спасла ей жизнь. От этой мысли ее сердце болезненно сжалось.

– Спасибо, – прошептала Мэган. – Я не знала.

– Когда они убили Гамала, мне казалось, что я сама умерла. Поэтому тогда мне было все равно, что со мной случится дальше.

– Как тебе удалось убежать?

– Меня освободила группа женщин, которым незадолго до встречи со мной повезло убежать от джанджавидов. Теперь мы пытаемся спасти других.

Мэган была поражена этими подробностями. Эта маленькая девочка, которая перенесла столько ужасов, переплавила свою боль в силу и стала настоящим воином. Бесценный урок стойкости духа. В эту минуту Мэган поклялась себе, что больше никогда не позволит себе поддаваться безотчетному страху.

– Это ребенок не от джанджавида? – спросила Сайда, окинув ее внимательным взглядом.

– Нет.

– Где его отец?

– В Америке, насколько я знаю. Мы… не вместе, – произнесла Мэган, ощутив глухую боль в сердце.

Женщина боролась с нахлынувшими на нее чувствами. На мгновение она усомнилась в правильности решения, принятого ею в Найроби. Может быть, Мэган стоило дать Кэлу шанс? Его предательство принесло ей много боли, но ведь она и сама не до конца верила ему. Что повлияло на ее отъезд? Уязвленная гордость?

– Ты любила его, – с утвердительной интонацией заявила Сайда.

– Да, любила.

И она продолжала его любить все это время. Мэган убежала от него, заподозрив в неискренности, тем самым даже не дав ему возможности объясниться. Мэган вновь позволила страху взять верх над ней – страху, что он предаст ее так же, как это делал Ник.

Как же глупо она поступила. Но теперь было уже поздно. Кэл был не из тех, кто дает второй шанс. Когда он узнает о беременности Мэган, он будет заботиться о ребенке, она была уверена в этом. Но на их отношениях был поставлен крест, ведь Мэган бросила его так же, как когда-то бросила его мать.

Близилось время рассвета, и они уже подъезжали к месту назначения. Мэган дала Сайде слово помочь, но она понимала, что ввязалась в очень опасную ситуацию и исход событий мог быть совершенно непредсказуемым.

Если бы Кэл мог ее сейчас слышать, что бы она ему сказала? Попросила бы она у него прощения или призналась бы ему, что любит его? Хотя какая разница? Он никогда ее не простит.

Женева, Швейцария

Трехдневная конференция, посвященная проблеме голодающих по всему миру, позволила Кэлу завести полезные связи. Но в течение всех этих долгих собраний его мысли были где-то далеко. Он все время думал о Мэган.

Прошло почти три месяца с момента их расставания. Кэл решил оставить ее в покое, пока не найдет доказательства того, что натворил Ник. Но расследование зашло в тупик. Хотя что бы это изменило? Мэган никогда не просила снять с нее какие-либо подозрения. Она просила лишь одного – верить ей. Но Кэл так и не смог этого сделать. И если Мэган откажется от встречи с ним, он ее поймет.

Конференция была окончена, и Кэл устало откинулся на заднее сиденье такси. Он смел надеяться, что со временем Мэган все же даст о себе знать и свяжется с ним. Он знал, что ее вновь собираются перевести в Арушу. Она заразилась какой-то болезнью в лагере? Или ее вновь мучили кошмары и приступы паники? Чем больше он о ней думал, тем неспокойнее ему было.

Кэл приехал в аэропорт, где личный самолет был готов доставить его в Сан-Франциско. Долгий утомительный полет туда, где его никто не ждал. Он подумал об Африке и Мэган. В эту секунду он понял, что ему следует делать дальше.

Утром следующего дня Халима, шестнадцатилетняя пациентка Мэган, чувствовала себя намного лучше и даже требовала завтрак. Два дня назад ее подстрелили в бедро во время нападения джанджавидов. Пуля прошла в миллиметре от кости, и без медицинской помощи девушка бы умерла мучительной смертью от заражения. Мэган вытащила пулю и дала ей большое количество антибиотиков. Она просидела с бедняжкой всю ночь. Все ее тело ужасно затекло, поэтому она решила пройтись немного и размяться.

Выйдя на свежий воздух из-под тента, Мэган увидела группу молодых девушек у зажженного костра. Они все были такого же возраста, как и Сайда. Их ожесточенные лица свидетельствовали о страшных испытаниях, которые им пришлось перенести. У каждой из них был нож и автомат.

Сайда рассказала Мэган, что они добывали оружие и лошадей, забирая их у джанджавидов, а также иногда принимали еду от благодарных беженцев. Некоторые из спасенных ими девушек возвращались к своим семьям. Другие же, как Сайда, у которых никого не было, решали остаться в этом маленьком отряде.

– Пошли, – сказала Сайда, взяв Мэган за руку. – Я дам тебе поесть и найду место для отдыха. Теперь за Халимой могут присмотреть другие.

Девушка дала Мэган хлеба и вяленого мяса. Мэган мутило от острого запаха, но она заставила себя поесть. Ей и ребенку нужны были силы.

– Раз Халиме уже лучше, то, я надеюсь, нам пора возвращаться, – сказала женщина. – Я должна вылететь в Арушу сегодня в полдень.

– Мы не можем выезжать, пока не стемнеет, – покачала головой Сайда. – Иначе джанджавиды выследят нас и наш лагерь.

– Значит, я опоздаю на самолет, – упавшим голосом произнесла Мэган.

– Да, прости, – произнесла Сайда, взяв ее руку в свою. – Я понимаю, что тебе нужно находиться в безопасности ради своего ребенка. И я вижу, что ты хочешь быть с его отцом. Но где бы ты ни была, если он любит тебя, он найдет тебя и сделает своей.

Мэган сжала ее тонкие коричневые пальцы. Если бы она только могла верить этим словам! Мэган бросила Кэла, тем самым закрыв дверь, которой уже было не суждено открыться вновь.

Глава 14

Кэл надеялся отправиться в Африку сразу же, но из-за шторма ему пришлось отложить вылет из Женевы до следующего утра. Оказавшись наконец в Найроби, ему вновь пришлось пережидать сильный ливень, прежде чем вылететь в Судан.

После нескольких бессонных часов, проведенных в отеле Судана, Кэл вернулся в аэропорт еще до рассвета. Он решил найти небольшой самолет, который доставит его в лагерь в Дарфуре, потому что большой авиалайнер не смог бы совершить там безопасную посадку. Самолет, который два раза в месяц доставлял медикаменты и почту волонтерам, уже совершил сегодня плановый перелет. Кэл разыскал пилота, и тот сообщил ему, что знает Мэган и не раз видел ее на территории лагеря во время прошлых поездок, но сегодня ее там не было.

Смутное предчувствие беды, которое угнетало Кэла со вчерашнего дня, теперь лишь усилилось. Он мог позвонить или попытаться связаться с лагерем по радиосвязи. Но он знал, что его страхи развеются, только если он лично окажется в лагере для беженцев. Он должен был найти Мэган и узнать, что с ней произошло.

Когда Кэл наконец договорился взять этот грузовой самолет в личное распоряжение, заплатив за второй перелет, вновь начался шторм. Поскольку полет пришлось отложить до утра, Кэл вернулся в гостиничный номер, со злостью наблюдая за непрекращающимся ливнем, из-за которого он не мог встретиться с любимой женщиной.

Зачем он ее отпустил? Кэл убеждал себя, что она имеет право самостоятельно принимать решения. Но если что-то плохое случилось с Мэган, он никогда себе этого не простит.

Когда Кэл ее найдет, он уже никогда не отпустит ее.

Поездка по горам заняла больше времени, чем Мэган предполагала. Они вместе с Сайдой выехали, когда стемнело, и долго продвигались по извилистой дороге вниз к степи. Осознавая всю опасность для своего еще нерожденного ребенка, Мэган вцепилась в поводья и про себя молилась, чтобы все обошлось. Она уже опоздала на грузовой самолет. Но теперь она просто надеялась, что им с Сайдой удастся добраться до лагеря в целости и сохранности без нападений.

Когда рассвет только-только начал заниматься, Сайда вдруг остановила свою лошадь. Ее девичье тело напряглось, пока она прислушивалась. Мэган не слышала ничего, кроме шума ветра, но Сайда напряженно прошептала:

– Джанджавиды. Совсем недалеко, но они быстро приближаются. Мы поедем по другой дороге. Так дольше, но безопаснее. Следуй за мной.

Они свернули направо и продолжили свой путь, стараясь ехать как можно тише. У Сайды был автомат, но что могла сделать одна девушка с АК-47 против банды головорезов?

Мэган вновь мысленно помолилась об их безопасном возвращении. Она хотела жить. Она хотела прижать своего ребенка к груди. И ей хотелось вновь увидеть Кэла. Простит ли он ее за исчезновение?

Как только Кэл сошел с самолета, худшие опасения подтвердились. Мэган обязательно бы вышла встречать самолет, но ее нигде не было видно.

– Мэган пропала, – сообщил ему Сэм Уотсон после того, как быстро отрекомендовал себя. – Она оставила записку, но я сильно за нее переживаю, ведь она беременна.

– Она… беременна? – ошарашенно повторил Кэл.

– Срок около трех месяцев. Вы еще больше удивлены этой новостью, чем она. Простите за наглость, но не вы ли отец ребенка? – спросил доктор, посмотрев на мужчину проницательным взглядом.

Отец… У Кэла перехватило дыхание от потрясения. Он изо всех сил старался взять себя в руки. Во что бы то ни стало он должен найти Мэган, ведь она носит под сердцем его ребенка.

– Расскажите мне все, что знаете, – потребовал Кэл. – Что бы ни случилось, я не покину Дарфур без нее.

– Очень может быть, что так и будет. Смотрите, – сказал Сэм, всматриваясь в даль.

Обернувшись, Кэл посмотрел в том же направлении, что и доктор. За летной полосой появились две фигуры на лошадях.

Первое, что заметила Мэган, – самолет, который должен был улететь из лагеря еще вчера. Затем она увидела высокого широкоплечего мужчину, стоявшего рядом с Сэмом.

Ее сердце бешено забилось. Она так сильно хотела увидеть Кэла, но теперь, когда он был здесь, ей стало страшно. Нашел ли он какие-то «доказательства» ее причастности к похищению денег? Был ли он здесь, чтобы исполнить свою угрозу, произнесенную на похоронах Ника, и заставить ее поплатиться за прошлое?

Пришпорив коня, Мэган слезла с седла. Ей хотелось побежать к Кэлу, но ее тело затекло от долгой поездки верхом, и к тому же она боялась тех слов, которые могла услышать от него. Она двигалась размеренным шагом, пытаясь совладать с собой. Кэл шел ей навстречу. Казалось, он старается сдерживать себя. Оказавшись лицом к лицу с ним, Мэган заставила себя посмотреть на него. Его сильную усталость выдавали темные круги под глазами.

– Почему ты не рассказала мне о ребенке? – жестким тоном спросил он.

– Я совсем недавно узнала о беременности.

– Ты вообще собиралась ставить меня в известность?

– Конечно, – ответила Мэган, чувствуя, как самообладание покидает ее. Внезапно ей захотелось разрыдаться. – Это и твой ребенок тоже. Как я могла не сказать тебе? – По ее щеке покатилась предательская слеза.

– Черт бы тебя побрал, Мэган! – пробормотал Кэл и крепко обнял ее.

Несколько минут они просто стояли молча. Только тогда Мэган поняла, как сильно ей не хватало тепла его объятий.

– С тобой все хорошо? – спросил он, покалывая небритой щекой ее лоб.

– Мне еще никогда не было так хорошо. – Она обвила его руками.

– А наш малыш?

– С ним тоже все в порядке. Я должна была предупредить тебя о некачественных презервативах.

– Тогда мне кажется, пора наконец сделать из тебя честную женщину.

Была ли это шутка или предложение? Пока что Мэган решила пропустить эту реплику.

– Прости меня за то, что я уехала тогда, – прошептала она. – Мне не стоило исчезать, не поговорив с тобой.

– А мне не стоило отпускать тебя. Но, может быть, все к лучшему. Возможно, только так два упрямца вроде нас смогли понять, как нуждаются друг в друге. Я признаюсь, что поначалу основным мотивом приезда сюда были деньги. Затем их поиск потерял всякое значение, потому что я влюбился в тебя.

– Значит, ты так и не узнал, что Ник сделал с деньгами?

– Нет, и мне уже все равно. Мне надоело жить прошлым.

Кэл с жаром поцеловал Мэган, и от прикосновения его губ по ее телу пробежала дрожь.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что пора сделать из меня честную женщину?

– Я люблю тебя, Мэган, – произнес он, засмеявшись. – Я хочу провести жизнь с тобой и нашим ребенком. Я готов жениться на тебя, как только мы найдем священника.

– Ты серьезно? – Ее глаза зажглись озорным блеском.

– Абсолютно. – Кэл еще крепче прижал ее к себе.

– Ты уверен?

– Да, черт побери! А что?

– А то, что Сэм Уотсон не просто доктор, но еще и рукоположенный священник.

Эпилог

Они поженились на следующий день. Церемония была очень простой и быстрой. Ее провел Сэм, и кроме самих виновников торжества на ней присутствовали Сайда, несколько волонтеров и пилот самолета. И хотя не было ни музыки, ни цветов, ни свадебного платья или даже обручального кольца, Мэган о большем счастье не могла и мечтать.

Они улетели в Найроби на грузовом самолете и, прежде чем отправиться в Америку, решили заехать в Арушу. Гарри был так рад их свадьбе и будущему ребенку, что Мэган опасалась еще одного сердечного приступа. Как ни удивительно, но Гарри следовал советам врача. Он стал меньше пить и работать, а также намекнул друзьям, что встречается с одной очаровательной вдовой.

По иронии судьбы по пути домой Кэл получил электронное письмо от Крэндалла. Владелец одного из казино в Лас-Вегасе узнал Ника по фотографии и признал в нем заядлого игрока, который в прошлом оставил миллионы за игровым столом. Ник также растратил кучу денег, делая ставки на конных бегах и спортивных играх. Мэган была ошарашена этим открытием. Но теперь и она, и Кэл точно знали, кто украл деньги и что искать их больше нет смысла.

С этого счастливого для молодого семейства дня прошло два года. Мэган так и не вернулась в Африку. Она посвятила себя семье, о которой так долго мечтала. Женщина воспитывала непоседливого сына и готовилась вновь стать матерью. Но она оставила частичку своего сердца в дарфурском лагере. Здесь, в Америке, она стала защитником их интересов и помогала Кэлу в создании фонда, который занимался образовательной программой для молодых беженцев.

Этим вечером Мэган стояла на крыльце своего дома в Сан-Франциско, наблюдая за серебряным потоком дождя. Звук дождя всегда напоминал ей о времени, проведенном в Африке. Но сегодня благодаря дорогому ее сердцу письму, которое она держала в руках, эти воспоминания нахлынули на нее с необычной силой.

– Что это у тебя? – спросил Кэл, обняв ее сзади. Его руки нежно обхватили ее округлившийся живот.

– Это письмо, – ответила Мэган. – От Сайды.

Последний раз они получали от нее весточку год назад. Тогда Сайда была поставлена перед сложным выбором: остаться в своей группе воинов или помогать людям другим способом, покинув Дарфур и отправившись учиться в Найроби. Ее маленький отряд распадался на глазах. Две девушки, к сожалению, погибли. Остальные решили вернуться к нормальному образу жизни. Сайда решила, что образование ей просто необходимо – так она сможет приносить людям гораздо больше пользы.

– Как она поживает? – Кэл повернул жену к себе лицом и прижался к ней.

– Замечательно. Ей нравится учиться, и у нее превосходные оценки. Она пишет, что хочет стать доктором.

– Она очень смышленая девочка, я уверен, что у нее все получится, – произнес Кэл, осыпая поцелуями нежную шею Мэган.

– Я тут подумала… Когда она будет готова к поступлению в колледж, мы могли бы стать ее спонсорами и привезти ее сюда, в Сан-Франциско.

– Сайда в Беркли? – рассмеялся мужчина. – Надеюсь, она больше не носит с собой АК-47.

– Прекрати, задира! Она прекрасно здесь себя будет чувствовать, и ты знаешь это, – ответила Мэган и поцеловала мужа.

Кэл с жаром ответил на ее поцелуй, прикоснувшись к ее языку своим.

– Не пора ли нам отправиться в спальню? – прошептал он.

– Ты знаешь, я как раз об этом подумала, – игриво произнесла Мэган.

Засмеявшись, Кэл подхватил жену на руки и понес наверх, оставив письмо Сайды наедине с дождем.

Content

Элизабет Лейн
Греховный соблазн

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог