Копейщик Владимир Дмитриевич

Цена мести [СИ]

Копейщик Владимир Дмитриевич

Цена Мести

Пролог

Jus summum saepe summa malitia est!

Высшее право зачастую есть высшее зло (лат.)

Последние лучи заходящего солнца окрасили багрянцем исполинские монолиты. Воздух был холодным и липким, дул прохладный западный ветер, и ему пришлось запахнуть поплотнее плащ-пальто. Пожилой мужчина, высокий и худощавый, орлиным взглядом из-под тоненьких старомодных очков в золотой оправе осмотрелся вокруг, словно опасаясь нежелаемых свидетелей его присутствия. Правая рука сжала рукоять трости, на которую он опирался, но нужды особой в ней не было — носил с собой он ее больше для солидности.

Окружающее великолепие гигантских каменных монолитов заставляло чувствовать себя маленьким, и одновременно пробуждало в душе ощущение чего-то… загадочного, необыкновенного. Такие ощущения испытывает каждый, кто впервые шагнул в большой каменный круг, образованный "Пляшущими Гигантами", более известный как Стоунхендж. И лишь немногие, даже среди посвященных, знали, почему это место пробуждает в душе такие чувства и эмоции. Он был одним из этих немногих. Тех, кто знал истинную историю и назначение этого места. Хотя сам и не имел к нему ни малейшего отношения.

Откуда-то справа, из-за упавшего набок камня, послышались голоса и женский смех. Мужчина повернул голову на звуки, и на его лице отпечаталось недовольство. Так или иначе, нежелательные свидетели могли здорово осложнить задуманное.

Мужчина поправил шляпу, приложил кончики пальцев правой руки к виску, и его взгляд на несколько секунд потерял осмысленность.

— Ой, — послышалось издалека. Женский голос выглядел взволнованным, будто девушка вспомнила что-то важное, что упустила. — Мне срочно нужно домой! Я же маме обещала… Винсер, поехали быстрее!

Другой голос, принадлежавший мужчине, что-то возразил, но девушка уже его не слушала. теперь это уже было бесполезно — голоса отдалились и в конце-концов затихли.

Пожилой мужчина огляделся вокруг, еще раз убеждаясь, что вокруг не осталось ни единой живой души кроме него, и решительно направился прямо в центр свободной площадки "Пляшущих Гигантов". Подойдя к одному из монолитов, он коснулся его поверхности, начертав пальцем ведомый лишь ему одному знак. Знак этот тотчас засветился мягким голубоватым светом, а мужчина поспешно встал аккурат в самую середину меж монолитами.

Когда окружающее пространство поплыло, он медленным торжественным движением опустился на одно колено, и склонил голову. Окружающий мир изменился. Теперь он был похож на какой-нибудь фантастический уголок вселенной: поверхность земли вокруг покрыта странной кристаллической породой, переливающейся причудливыми цветами. Небо потемнело, и на нем зажглись тысячи звезд, россыпью усеявших небосклон всюду, куда не кинь взор. Крохотная зеленоватая луна тускло светила по правую сторону. По всем признакам это место находилось за пределами привычного нам мира, но мужчину это нисколько не смущало, видать не впервой для него бывать здесь.

Тихий звук, похожий на шелест ветвей или легкий ветерок, играющий осенними листьями, послышался где-то впереди, но мужчина упорно не поднимал головы.

— Добро пожаловать, друг мой, — прозвучал голос юной девушки, словно переливом чистого тоненького ручейка. — Вы принесли мне хорошие новости?

Мужчина тяжело вздохнул и покачал головой.

— Нет, миледи, — ответил он тихо. — К сожалению, хороших новостей мало.

— Поднимись, и рассказывай, — ответили ему. — Ты нашел ее?

Кряхтя, наш герой поднялся с колена.

— Я нашел того, кого вы просили, миледи. Но что касается того, чтобы убедить вернуться… боюсь, с этим возникнут осложнения.

— В чем они заключаются?

— В данный момент она… как бы это сказать… лишена свободы воли.

— ЧТО? Как? Кем? Говори, не томи!

— Вам лучше взглянуть самой, миледи, — склонил голову мужчина, опуская защитные блоки и деактивируя артефакт. — Я готов…

Спустя непродолжительное время, голос девушки зазвучал вновь:

— Вот оно как…Воистину, это серьезное препятствие. Что-ж, дадим ему время определиться, понять все самостоятельно.

— Как пожелаете. Главное, чтобы не стало поздно. Он уже сделал выбор, и шагнул на тропу, с которой не свернуть. Заставить его остановиться и осознать истинного себя будет очень тяжело…

— И все же попытаемся, — ответила ему собеседница. — Она выбрала его, доверилась… а я положусь на ее выбор…

* * *

… в очередной раз одно и то же. Он просыпается в холодном поту, от ночного кошмара, посещавшего его уже наверное в тысячный раз… Юная, прекрасная девушка, одетая в странные, сияющие одежды сражается один на один с ужасным демоном. Демон рычит, оскаливается, хлопает огромными крыльями, цвета безлунной ночи, и наступает, тесня ее к обрыву, пропасти, Бездне… Девушка плачет и зовет на помощь… зовет его. Зовет настоящим именем, которого он проснувшись не может вспомнить, но в том, что оно настоящее — уверен безоговорочно. А он стоит как парализованный, и смотрит на происходящее бездушным наблюдателем, не в силах вмешаться, даже пошевелиться не способен.

Тогда, отчаявшись, и осознав, что он не придет ей на помощь, она с какой-то обреченностью опускает меч, сияющий в правой руке, и демон одним рывком сокращает расстояние до девушки и пронзает ее своим оружием….

С криком "Нет!" — он просыпается, подскочив в постели. Холодный пот струится по вискам и щекам, дыхание учащено, глаза навыкате.

Сон. Всего лишь сон, очередной кошмар… Он смотрит на часы, припоминая что-то, а затем решительно встает, идет в ванную, умывается, приводит себя в порядок. Одевшись, сделав пару-тройку глотков давно остывшего кофе, забытого на компьютерном столе перед сном, он поискал взглядом мобильник.

Пальцы привычно пробежали по клавишам, отыскивая нужный номер, и решительно надавив на кнопку вызова.

Три длинных гудка, щелчок в трубке, и усталый женский голос ответил:

— Слушаю…

Едва слышно прокашлявшись, он коснулся ладонью своего горла и произнес гулким басовитым голосом:

— Это я.

— Д-да, д-добрый вечер… — ответили ему.

— Я относительно нашего договора. Ты не передумала?

Повисло хрупкое молчание. Из динамика мобилки слышалось прерывистое взволнованное дыхание.

— Нет, — ответила девушка. — Все в силе. И, как договорились, я хочу это видеть…

— Увидишь, — зло ухмыльнулся он. — Через два часа у входа в клуб "Нефрит". Не опаздывай, — бросил он напоследок, и отключил телефон.

* * *

Холодная вода бурным потоком охватила ее стройное тело, заставив взвизгнуть, выскочить с криком из душевой кабинки, и несколько раз резко выдохнуть. Прорычав тучу нелестных эпитетов в адрес душа, сыгравшего с ней такую злую шутку, девушка не вытираясь влезла в длинный теплый махровый халат, и покинула ванную.

Сделав себе крепкий горячий кофе, она собралась было спокойно провести остаток вечера перед телевизором, как вдруг одна из незримых ниточек, которыми она была в буквальном смысле опутана, тревожно засигналила. Девушка на долю секунда замерла, но потом быстро сообразила, что значит ее сигнал. Решительно скинув с себя халат, она наспех высушила волосы, кое-как подвела глаза и губы (благо внешность и тип лица позволяли ей не пользоваться тональным кремом и румянами), втиснулась в джинсы и топ, накинула сверху легкую кожаную курточку… Через две минуты она уже бегом спускалась вниз по лестнице, роясь в сумочке в поисках мобильного телефона.

— Добрый вечер, мне пожалуйста такси по адресу… — она стояла на улице перед подъездом своего дома, все еще перерывая содержимое сумочки, одновременно объясняя диспетчеру, с какой стороны заезд во двор к ее дому.

"Да где же оно, черт побери…" — ругалась она про себя. Рука нащупала маленький предмет, похожий по форме на искомое, который тут же был извлечен на воздух. Предметом оказался небольшой кристалл "Черного Мариона", висящий на цепочке, продетой в аккуратненькую дырочку.

Девушка сжала его в руке, прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, а затем легонько улыбнулась. "Успею… время еще есть…"

Мимо проходил пожилой мужчина, ведущий на поводке маленькую лохматую собачку неопределенной породы. Мужчина шел вразвалку, никуда не торопясь. Взгляд девушки остановился на этих двоих, а на лице отразилась гримаса раздражения. Сжав кристалл в руке, девушка шагнула наперерез, и спросила язвительно:

— Какие-то проблемы, Хранитель? Чем обязана визиту?

Мужчина остановился. Голова его медленно повернулась в ее сторону, взгляды их встретились.

— Да собственно ничем, — презрительно бросил он. — Работа…

— Аха… — кивнула она. — "Ночной Позор"! Всем лицом к стене, ноги расставить! — губы изогнулись кривой ухмылкой.

Мужчина фыркнул, отпуская поводок. Собачка побледнела, подернулась легкой дымкой и растаяла в воздухе. Морок, конечно же.

— Даже не поздоровалась, — пробормотал он. — Грубая и хамоватая… темная, что с нее возьмешь.

В этот момент из-за поворота послышался звук мотора, и показались фары выезжающего авто.

— Ладно, с удовольствием нахамила бы еще, но у меня времени в обрез… Удачной прогулки, — бросила она напоследок, скрываясь в салоне такси.

Мужчина лишь коротко хмыкнул, провожая машину взглядом, а затем легко взмахнул рукой, и в буквальном смысле растаял, оставив за собой легкую вспышку послесвечения.

* * *

Прикрыв дверь в свою комнату, он с головой забрался под одеяло. В висках покалывало, а перед глазами начало все плыть и двоиться — верный признак того, что сейчас начнется… это. Он не знал, что это такое, не мог объяснить даже самому себе. Только чувствовал, что сейчас начнется, и примерно предполагал, что именно произойдет. Потому, что это происходило с ним примерно дважды в неделю. Тело становилось тяжелым и непослушным, в висках зудело, темнело в глазах… а потом вдруг раз — и он в другом месте. Он видит все вокруг себя, но никто не видит его. Он видит события, происходящие где-то очень далеко. Необычные, ненормальные, неправильные события. Видит людей, которые и не люди вовсе… Он называет их Шинигами*. Потому, что они убивают и даруют жизнь. Они бывали разные: старые и молодые, красивые и не очень, добрые и злые, светлые и темные… И зачастую они убивали друг друга.

Раньше, когда мама была еще жива, и у них было все хорошо, он рассказывал взрослым о том что видит. И поначалу ему верили, улыбались и трепали длинные кучерявые волосы на голове. Но потом — стали ругать, коситься, говорить, чтобы не выдумывал. И он перестал рассказывать. Только видеть не перестал.

Вот это самое и происходило сейчас. Еще через минуту на него навалится тяжесть, и он снова будет видеть, переживать события, случайным очевидцем которых ему предстоит стать…

1. Клятва

Ярко-красный ягуар с откидным верхом подъехал к ночному клубу "Нефрит" и резко затормозил. Тормоза завизжали, и покрышки авто задымились от трения. Толпа зевак, собирающаяся как обычно у входа в "Нефрит", мгновенно среагировала общим многоголосым вздохом. "Нефрит" по праву считался самым престижным и дорогим клубом города, о чем можно судись по фасаду, стилю, и оформлению здания, да фейс-контролю на входе.

Дверцы авто открылись, явив на обозрение всем желающим четверых проспиртованных хихикающих молодых людей. Два парня и две девушки, довольные произведенным на толпу эффектом, переглянулись и разделились по парам. Можно было смело сказать, что эти четверо — представители "золотой молодежи", дети влиятельных и "преуспевающих" родителей. Об этом говорит все — дорогие шмотки, большое количество золота и четкая уверенность в собственной безнаказанности — спокойно кататься за рулем в состоянии полутрупа нельзя без онной.

Сидевший за рулем кинул в руки ожидающему возле тротуара человеку ключи от тачки, подхватил под руку прилипшую к нему деваху, и штормящей походкой поплыл ко входу в "Нефрит". Его товарищ подтянул оставшуюся девушку, обнял ее за шею правой рукой (больше повиснув на ее шее, чем обнимая), и пристроился в хвост удаляющейся парочке…

Толпа провожала мажоров завистливым взглядом. Практически каждый хотел бы оказаться на их месте. Парни завидовали, что не им посчастливилось родиться с серебряной ложкой во рту. Девушки жадно ловили каждый брошенный в толпу взгляд, каждая в надежде, что именно ее заметят, и она получит возможность оказаться по ту сторону золотистых ограждений, невозмутимой охраны и надменного фэйс-контроля. Только один человек в толпе наблюдал за ними, не испытывал ни зависти, ни благоговения… Потому что знал, каковы они на самом деле. И не просто знал, а чувствовал их сущность, их внутреннее "я", прогнившее, как червивое яблоко. Потому что видел их души, чуял запах, как гончая, выслеживающая добычу.

Он стоял возле бортика, отделявшего толпу от ковровой дорожки, ведущей ко входу. На нем был надет обычный осенний плащ-дождевик, а руки спрятаны в карманы. Лицо не отражало сейчас никаких эмоций, но в глубине души… Неподдельная улыбка, даже оскал, согревал предвкушением. И оскал этот не сулил проходящим мимо ничего хорошего.

Незнакомец прикрыл глаза, вдохнул воздух, пропитанный запахом их душ… и ощутил sinthh. На руках парней было много крови. На их душах были следы совершенных изнасилований, на одном даже убийство близкого родственника… Заказчик не обманул. Столько sinthh всего в двух человеческих существах…

* * *

Охотник открыл глаза, провожая четверку задумчивым взглядом. Затем мысленно потянул щупальце к ближнему из ребят (тому, что шел сзади). Другим зрением он видел как аура жертвы пару раз блеснула бледным сероватым маревом, вяло сопротивляясь его щупальцу, и погасла. Кончик щупальца загорелся темным огнем, выжигая метку на ауре парня — личную печать власти. Затем, он проделал все то же самое со вторым, и оставил на его ауре такую же печать.

Вот и все. Теперь он в своем праве сделать с этими двумя все что захочет. Их души — его собственность. Законная добыча по праву sinthh, и по праву крови.

Легкий ветерок за спиной растрепал волосы, отвлекая его размышлений. Охотник вскинул голову, сконцентрировался, его взгляд потерял осмысленность… Время замедлило свое течение, как всегда бывает при входе в астральный транс, когда сознание находится одновременно в двух проекциях сразу. Незнакомец хмыкнул, и, не поворачивая головы, спросил полушепотом:

— Наблюдаешь?

Сзади раздался смешок, после чего тихий женский голос ответил:

— Ты против? Мне всегда было интересно, как у тебя получается так просто находить и поглощать столько силы… Что дало тебе право на их души?

— У меня свои методы, ты же знаешь, — уклонился тот. — Кроме того, ты ведь тоже не особо раскрываешь своих маленьких секретов…

— Я и не сомневалась, что ты так ответишь. Любопытно… Одно время я думала, что ты каким-то образом научился обходить все правила, либо нарушать их незаметно… Но такое сложно проделать, при условии, что за тобой постоянно и пристально наблюдают Хранители. И что самое удивительное — не вмешиваются! А значит как ни странно, ты в своем праве…

— Хранители? Здесь? — первый раз в его голосе послышалось легкое беспокойство.

— Ты не заметил? — в ее голосе прорезались ироничные нотки. — На той стороне, брюнетка в красном.

Упомянутая брюнетка стояла по ту сторону ограждения на противоположной стороне от него, и ближе ко входу в "Нефрит". Она так же провожала всех четверых взглядом, и на ее лице, так же как и у всех, застыла завистливая гримаса. На первый взгляд ничего необычного, но… стоило его щупальцу коснуться ее ауры, как мгновенная вспышка яркого света отбросила щупальце прочь, а Хранительница мгновенно, с нескрываемым отвращением, посмотрела прямо ему в глаза.

— А мне вот, всегда было интересно, как ты умудряешься чувствовать Хранителей, не смотря на практически безупречную маскировку, — прошептал он собеседнице за спиной.

— Как и у тебя, Коготь, у меня свои методы и м… маленькие секреты.

— Догадываюсь.

— Позволь поинтересоваться: что ты собираешься делать с этими двумя? Поглотишь силу сейчас? Или сохранишь их души для Вместилища?

— Ну, коль ты уже тут, будь моей гостьей, и посмотри финал спектакля.

Он ослабил концентрацию, и вышел из астрального транса (за время этого разговора прошло не больше полутора секунд — время в астрале и основном потоке движется с разной скоростью). Достав из кармана мобильник, Коготь быстро набрал номер и приложил трубку к уху. Один гудок, щелчок, и усталый всхлипывающий голос молодой девушки ответил:

— Алло.

— Ты на месте? — спросил он без предисловий.

— Да. А ты? Я вижу Пашу и Фриза с какими-то кралями, они мнутся на входе в "Нефрит". Тебя я не вижу…

— И не должна. Звоню, чтобы последний раз спросить: все остается в силе? Ничего не меняется?

— Все в силе, — ответили на том конце.

— Да будет так, — ответил он, отключая мобильник. Затем посмотрел на парня, идущего под руку с девушкой следом за своим другом, и тихо произнес на Темном наречии:

"Требую свое по праву…"

Печать на ауре жертвы вспыхнула багровым пламенем. Этого не увидел никто, кроме троих посвященных. Но последствия увидели все: идущий вторым парень резко замер, его тело вздрогнуло, будто его позвоночный столб насквозь пронзило металлическим прутом. Глаза остекленели. Рука медленно сползла с плеч подружки. Та недоуменно остановилась, повернулась к нему, и спросила:

— Ну, чего затормозил? Идем или нет? — Тот никак не отреагировал. — Паша, ау! — позвала она, щелкая пальцами у него перед глазами. Потрясла за плечо.

Толпа замерла в предвкушении представления, гул голосов стих.

— Фриз, — позвала подружка Паши, — скажи этому… клоуну, пусть перестанет кривляться!

Фриз, стоявший в этот момент возле входа в клуб, втолковывал что-то охраннику, в обязанности которого входил фейс-контроль, и не обратил внимания на окрик.

— Паша? — позвала подружка еще раз… И отшатнулась: с глазами ее бойфренда творилось что-то ненормальное: из зрачка выползали какие-то тени, быстро заполняя собой радужку и белки. Глаза Паши заполнила Тьма. Девушка вскрикнула, отшатнулась назад, и осела на пол, дрожа как от электрошока. Все внимание окружающих резко переключилось на нее.

— Ты чего вопишь как потерпевшая? — спросил Фриз, отходя от охраны и шагая в ее сторону.

— Паша… Он… С ним что-то случилось! — еле выговорила она.

Взгляд Фриза переметнулся на Пашу.

Последний тряхнул головой, будто оправившись от оцепенения, взял прицел на Фриза и парой быстрых шагов сократил расстояние между ними. Левой рукой он схватил друга за шиворот, а в правой возник нож, вытащенный из внутреннего кармана.

Фриз очень хорошо знал этот нож. И очень хорошо помнил любимое развлечение Паши. Неоднократно наблюдал, как очередная, не особо сговорчивая "игрушка на ночь", корчилась под этим ножиком, в моменты, когда Паша развлекался. И теперь этот нож был приставлен к горлу самого Фриза.

— Паштет, ты чего, с дуба рухнул? Это же я, Фриз…

— Захлопни пасть, — резким, хриплым, неестественным голосом оборвал его Паша. — Выродок… на твоих руках крови больше чем воды в бассейне твоей мамочки…

Из его глаз выглядывала пугающая темнота, будто бы пожирающая свет вокруг. Фриз изо всех сил старался, но не мог отвести взгляда от глаз Паши, его поджилки тряслись, ноги уже не держали, однако Паша цепко удерживал его за шиворот.

— …помнишь Оксану? Невысокую рыженькую девочку четырнадцати лет… ту, что долго и мучительно умирала, после того, что ты сделал… Но это ничто по сравнению с тем, что ждет тебя… Знай, что это — твоя расплата…

Нож в руке Паши потемнел, переливаясь от сгустков темноты, струящихся по его лезвию, рука с ножом метнулась за спину Фризу, и острие вошло прямо в позвоночник. Темные сгустки хлынули с острия, проникая в плоть Фриза, и тот закричал. Но, не смотря на собственный крик, заглушающий испуганные вопли толпы, кинувшейся врассыпную, он услышал напоследок:

— Ты будешь сдыхать медленно, на больничной койке, проклиная что родился на свет, до последнего вздоха вспоминая имена всех, кому ты причинил боль. Когда же наконец сможешь умереть, твоя душа станет пищей для…

Больше Фриз ничего не услышал, так как сознание ускользнуло в небытие от болевого шока.

Паша нагнулся к бесчувственному телу, добрался до внутреннего кармана пиджака Фриза, нащупал конверт и потянул на себя. Не обращая внимание на подбегающую к нему охрану клуба, он разорвал конверт, достал оттуда фотографии, и на его лице отразилась довольная улыбка.

Двое охранников заломили ему руки, третий со всего размаху ударил его ногой в живот. От удара фотографии разлетелись в разные стороны ворохом, и рассыпались по ковровой дорожке. На фото были Фриз, Паша, и разные девушки… Одетые и не очень, избитые, окровавленные, с испуганными глазами, и… умирающие. Все прелести домашнего фото в одну секунду стали достоянием толпы…

Взгляд Паши остекленел, тело обмякло. Через десять секунд осмысленное выражение лица вернулось, глаза стали абсолютно нормальными, он в недоумении осмотрелся вокруг, и подал голос:

— Что… такое… Эй, почему меня держат?

Договорить он не успел — получил в солнечное сплетение от охранника слева.

— Заткнись сука, — услышал он.

Паша закашлялся. Его взгляд упал на бессознательное тело Фриза, валяющийся на дорожке окровавленный нож. Его нож. А следом в поле зрения попали разлетевшиеся повсюду фотографии. Он застыл в ужасе.

Обе подружки мажоров испуганно тряслись за спинами охраны "Нефрита". Вскоре издалека послышался вой милицейских сирен.

И тогда Паша услышал голос где-то в глубине своей головы:

"Это — твоя расплата. Ты хвастался, что тебе все сойдет с рук, что у тебя слишком крутые связи и у папы куча денег… Я огорчу тебя: ты попадешь на зону, и проживешь там год, кукарекая, и проклиная свою жалкую жизнь. А после — сдохнешь, и твоя душа станет принадлежать мне. Да будет так!"

Невообразимый ужас захлестнул Пашу, тело затряслось в судороге, он хотел закричать, но бессильно обмяк в руках охранников, держащих его под руки…

* * *

Коготь театральным жестом сложил руки на груди, одновременно входя в астральный транс.

— Ну как тебе спектакль? — спросил он не оборачиваясь.

— Великолепно! — услышал он в ответ. — Я врядли устроила бы все лучше. Подозреваю, что на первом — проклятье Живого Гниения?

— Верно. Умирать будет долго, врачи будут безуспешно бороться за его жизнь, оттягивая его мучения изо всех сил. Его страдания будут поддерживать силу проклятия весь остаток его жалкой жизни. Ну а второй умрет в тюрьме. Там таких лю-юбят… Повесится, я полагаю. Тогда я и заберу sinthh, накопившееся в них, а души отправлю во Вместилище.

— Отлично выполнено. И главное никакого прямого воздействия, Хранители не смогли вмешаться.

— Как и было задумано…

— Рано радуешься, — оборвал его властный женский голос, в котором отчетливо лязгнул металл. — Тебе не сойдет это безнаказанно!

Коготь повернул голову, и наткнулся на гневный взгляд Хранительницы.

— Неужели? — спросил он спокойно. — Может разуешь глаза, и посмотришь на их ауры?

Хранительница повернулась в сторону суетящейся толпы и пораженно уставилась на печати власти, отливающие Тьмой.

— Но как? Они ведь еще…

— Это уже неважно, — перебил ее Коготь. — Как видишь, я в своем праве, Хранительница. Не понимаю только: что вас так бесит? Вы, силы Добра и Света, не останавливаете этих выродков, попустительствуете, позволяя им творить подобное. Но ненавидите нас, когда мы забираем их силы и души по праву sinthh.

— Это выбор самих людей и их общества. Мы не вправе вмешиваться, ты прекрасно знаешь Закон. Мы не вправе влиять на их судьбы, сокращать срок, отпущенный им для жизни. Эти двое еще могли исправиться и стать лучше…

— Исправиться? Стать лучше? — Коготь скривился. — Не смеши меня, Хранительница. Ты видела семью маленькой девочки, фото которой как раз лежит возле твоих ног? Нет? Так слетай, посмотри! Опусти свои белые крылышки в грязь хоть разочек! — От спокойствия не осталось и следа, гнев захлестнул его. — Эти двое окончат свой путь в Бездне! Там им самое место. И не стой на пути, потому что у меня есть права на их жалкие душонки!

— Способ, которым ты получаешь право вмешиваться, неправильный! Он на грани нарушения правил Я добьюсь запрета, или подожду, когда ты увлечешься и вылезешь за рамки, вот тогда, ты поплатишься за все.

— Увидим.

Хранительница взмахнула рукой и растаяла во вспышке света. Разумеется, никто из окружающих этого не заметил — для них она словно и не существовала.

Коготь вышел из астрального транса. Мир вокруг ускорился, толпа расползалась, подгоняемая милицейским оцеплением. Зазвонил мобильник. Достав его из кармана плаща, он, не глядя на дисплей, нажал кнопку ответа на вызов.

— Ты довольна? — спросил он в трубку. — Я сдержал слово. Они наказаны так жестоко, как только возможно. И они знают за что. Ты подтверждаешь, что я выполнил свою часть сделки?

— Да, ты сделал больше, чем я надеялась. Благодарю тебя.

В тот же миг Коготь почувствовал как невидимая лента договора, связывающая его с заказчиком, лопнула. Договор выполнен обоюдно.

— Чтож, желаю удачи. Прощай, — он выключил мобильник и сжал его в руке, скомкав как салфетку. Раздался хруст и треск пластика, микросхемы брызнули в разные стоны. Выкинув остатки в ближайшую урну, он осторожно огляделся по сторонам, и сделал короткий жест рукой. Содержимое урны вспыхнуло ярким пламенем.

Молча развернувшись, охотник зашагал вдоль аллеи парка, по направлению к набережной. Он вспоминал о времени, когда он был человеком, и, не зная правил, принципов sinthh, мог просто жить и наслаждаться жизнью, каждым ее мгновением во всех ее проявлениях.

Уже сейчас он чувствовал, как крохотными потоками поступает энергия, вплетаясь в его ауру. О да, они будут отличными донорами на протяжении длительного времени, и еще на шаг приблизят его к заветной цели.

Нужно быть терпеливым, говорил он себе. Нужно собрать побольше сил, и побольше информации об их применении, для того, чтобы в один прекрасный день создать настоящий кошмар наяву для людей, список которых он приберег лично для себя.

И еще узнать, как обойти правила Высших, касающихся чужих печатей на ауре жертвы… Ирония судьбы… Он помог отомстить уже многим, но сам отомстить не в силах, из-за этих дурацких правил…

Коготь огляделся. Вокруг никого не было. Он сделал вдох, прикрыл глаза… Медленно выдохнул. Его облик размылся, поплыл, черты лица изменились, волосы посветлели и удлинились, разрез глаз поменял форму, а сами глаза приобрели другой оттенок… Парень рывком скинул с себя плащ-дождевик, и бросил на скамейку рядом. На нем остались джинсы, черная футболка с длинным рукавом, кроссовки. Типичная одежда студента.

Еще раз осмотревшись, он убедился, что за ним никто не следит, и двинулся дальше — воплощать в жизнь свои грандиозные планы на сегодня. А именно: купить себе большой пакет чипсов, пару банок пива, и просто посидеть на набережной. Нужно проанализировать все произошедшее за последнее время. В последнее время какое-то непонятное предчувствие чего-то плохого не давало ему расслабиться. И с каждым днем оно все более беспокоило его…

Вот и любимое место отдыха — скамейка на набережной в тени каштанового дерева. Он уселся, закинув ногу за ногу, вскрыл пакет с чипсами и…

— Расслабляешься? — послышался знакомый голос сзади.

— Что-то в том духе, — ответил он, скорчив недовольную мину. — А ты шпионишь как всегда? Надеешься застать еще одно представление?

Звук шагов медленно обогнул скамейку слева, и в поле зрения показалась высокая, темноволосая, симпатичная девушка.

— Не возражаешь, если я присяду, и отвлеку тебя ненадолго? — спросила она, усаживаясь слева от него, делая при этом вид, что не услышала последние два предложения.

— Ну, ты уже присела, так что с возражениями поздновато… Что тебе нужно, Селена?

— Фу, ну ты и грубый, — девушка обиженно надула губы, и закинула ногу на ногу. — Может я просто хочу провести время в интересной кампании? — она лукаво улыбнулась.

— Ни за что бы не поверил, — ответил он, отхлебывая пиво. Помедлил немного, раздумывая, затем протянул собеседнице вторую банку. — Будешь?

Та взяла предложенное, откупорила, и сделала приличный глоток.

— Итак? — продолжил он с нажимом.

Она выдохнула, собираясь с мыслями. Начала неуверенно:

— Прежде всего, ответь пожалуйста на один вопрос…

Парень пожал плечами.

— Спрашивай.

— Коготь, чего ты добиваешься? Какие цели преследуешь? Я знаю, что у тебя во Вместилище уже не меньше семи душ. И, по моим подсчетам, печати стоят еще на двадцати девяти, которые ты можешь получить в любой момент, прервав их жизненные пути. Число, необходимое для прохождения Возвышения равно двадцати семи… Все стараются собрать их как можно быстрее, но ты, похоже, не особо торопишься… Ты не жаждешь стать Высшим? Стать, наконец, одним из Хозяев? Чего ты ждешь, Коготь? — улыбка на ее лице прямо лучилась невинностью и чистотой… Умеет же…

Он сделал маленький глоточек, облизнулся и ответил вопросом на вопрос:

— Давно ты заметила?

— Начала догадываться, когда обратила внимание, что ты не сразу отбираешь помеченные души. Мне самой удалось собрать только тринадцать, хоть я и старалась изо всех сил… сначала. Твое же поведение смутило меня окончательно…

— Кто еще знает? — оборвал он ее.

— Я ни с кем не делилась своими догадками.

— Это радует. Итак, ты хочешь получить ответы, но что предложишь взамен?

Селена неопределенно склонила голову набок.

— Что тебя интересует?

— Информация за информацию. И гарантия, что от тебя этого никто не узнает.

— Все так серьезно?

Коготь деланно улыбнулся, всем видом показывая, что дальше открывать карты он не намерен. Просто так.

— Хорошо, если ты так настаиваешь… — она сложила руки в Знак, и произнесла торжественно, четко выговаривая каждое слово на Темном наречии:

— Клянусь своим Именем, своей Силой, властью над душами по праву sinthh, что никто не узнает от меня ни о чем, что касается тебя и твоих секретов, при условии что ты мне расскажешь правду… Да отринет меня Великая Тьма, если я отступлюсь от клятвы!

Коготь закашлялся, подавившись чипсами.

— Классно сформулировала клятву! Один ноль в твою пользу…

Селена одарила его белозубой, обворожительной улыбкой.

— Должна же я подумать и о своих интересах! А-то я пообещаю, а ты возьмешь и обманешь бедную, маленькую меня, а клятва уже будет связывать…

— А так ты решила вынудить меня сказать тебе правду… Умно, но не очень. Даже если я обману, рискнешь ли ты нарушить клятву, чтобы проверить? И что если я сочту за оскорбление столь скользкую клятву, и брошу тебе Вызов?

Улыбка мгновенно сползла с милого личика Селена.

— Ты же знаешь, я не враг тебе, Коготь…

— Только лишь потому, что я сильнее. Ты догадываешься, что у меня есть козыря в рукаве, о которых не известно даже Хозяевам… Но если почувствуешь, что нашла брешь в моей защите, то не упустишь возможности…

— В данный момент, это не в моих интересах. И если я права насчет тебя, то вряд ли кто-либо из нас будет стараться навредить другому.

— Свежо питание, но се…я с трудом, — съязвил Коготь перефразированной поговоркой.

Селена с трудом подавила смешок.

— Ты хочешь получить от меня еще и клятву верности? Может тебе Вассальную Клятву принести, чтобы твоя душенька избавилась от бремени подозрительности? Прости, но пока что я доверяю тебе не достаточно крепко, чтобы связывать себя еще больше. Я итак рискую… — она резко замолчала, поняв, что сболтнула лишнее.

Коготь с огромным трудом сохранил невозмутимый вид. Чуть не проговорилась! На его памяти, такое с Селена случилось впервые. Похоже и правда рискует чем-то серьезным.

— Шутки в сторону, Селена. Что тебе нужно?

Девушка откинула с глаз челку, поправила волосы, затем начала медленно накручивать тонкую прядь на указательный палец, как бы раздумывая в нерешительности.

— Для начала, такие же гарантии, что от тебя это никуда не уйдет, и умрет вместе с тобой…

— Хха, — улыбнулся он, стараясь не показать взволнованности. — А что мне помешает вынудить тебя и так рассказать?

Зрачки парня заволокла Тьма.

— Поверь, — начала она, пристально глядя ему в глаза, — не смотря на то, что ты силен, и твой потенциал заставляет воспринимать тебя серьезно, не будь самоуверен. Если я пойму, что ты ведешь двойную игру, я лучше сама брошу тебе Вызов, и убью… Или погибну, попытавшись. Я не боюсь расстаться с жизнью. Кто-то однажды сказал: смерть это только начало Пути… Поверь так же и в то, что за меня найдется кому отомстить… По крайней мере, даром тебе это не пройдет уж точно. А теперь — хватит болтовни. Клятву!

Его зрачки вернулись в нормальный вид. Коготь буравил ее взглядом еще секунд тридцать. Ничего не придумав лучше, он поднял перед собой правую руку, в которой будто из облака темного дыма соткался Знак, похожий на метки, которые он ставил на аурах жертв…

— Клянусь своим Именем, своей Силой, властью над душами по праву sinthh, что сохраню в тайне все, что сейчас узнаю от Селены…

— И не используешь это мне во вред, — вставила девушка.

— …и не использую это ей во вред, при условии, что она даже не помыслит использовать это все против меня! Да отринет меня Великая Тьма, если я отступлюсь от клятвы!

Знак вспыхнул пламенем, и растворился в воздухе.

Селена кивнула.

— Не возражаю, так будет даже лучше. Больше будем доверять друг другу.

— Согласен. Итак…

— Я знаю, что по каким-то причинам ты не хочешь проходить высшее посвящение. Знаю, что у тебя есть счеты с людьми, помеченными кем-то из Хозяев, и ты ищешь способы обойти Правила. Знаю так же, что ты не веришь в истинность Пути sinthh, но при этом ненавидишь и Хранителей… Знаю, что ты убил трех адептов пути далеко не по правилам…

Коготь содрогнулся. Любого из этих нарушений достаточно для смертного приговора.

— И что же помешало тебе выдать меня, если ты так хорошо осведомлена?

— То, что ты прав, не доверяя Хозяевам. После Посвящения нас ждет не могущество, а что-то ужасное… Я еще не знаю что, но могу сказать точно: войдя в зал Посвящения, ты потеряешь себя как личность. Станешь… кем-то другим. Я однажды видела адепта высшего уровня… Сразу после обряда. И хотя раньше Хемир был моим другом, в тот момент он не узнал мня! Я не уверена, но от него здорово разило тварями Бездны… И тогда меня схватили Хозяева. Мне сказали, что я сую нос куда не положено, и что мне заблокируют память для моего же блага…

Селена залпом опрокинула в себя оставшуюся половину содержания банки, скомкала ее и швырнула в сторону. Коготь заметил, что ее руки дрожат.

— Однако ты все помнишь, более того рассказываешь мне…

Девушка кивнула.

— Ты наверное слышал, среди адептов ходят слухи, что некоторые из нас обладают индивидуальными способностями… У каждого они свои… Так получилось что у меня есть способность, о которой никто не знает. Это полный ментальный контроль. Мои мысли невозможно прочитать, вторгнуться в мой разум, если я этого не позволю, а при желании я могу создать мысленную цепь событий, которую хочет получить вторгающийся… Как ты понимаешь, эти события чуток отличаются от действительности. Я называю это псевдосознанием. В общем, обработка ничего не дала, и я заставила их поверить, что ничегошеньки не помню из того, что видела…

— Недурно. Ты рискуешь не просто потерей жизни, но и души…

— Ты даже не представляешь, чем я рискую, — почти прорычала она. — Я долго за тобой наблюдала, и поняв, что ты ведешь двойную игру, решила предложить тебе объединить усилия. Собственно этот разговор должен был состояться несколько позже, если бы не одно событие, произошедшее вчера… — ее голос дрогнул.

— Продолжай, я слушаю, — подбодрил ее Коготь.

— Вчера я случайно услышала часть разговора Наставника Рейна с Вадимом Колкиным… Мурлоком.

— Ну да, случайно, — хмыкнул Коготь. Селена проигнорировала его поддевку.

— Разговор шел о тебе. Мурлоку поручено проследить за тобой, узнать, каким образом ты добиваешься права на души, которые не пересекли черту…. И ему приказано, систематизировав все прошлые наблюдения за тобой, сохранить их на кристалл.

Коготь едва удержался чтобы не выругаться: неясные опасения превратились в панический страх. За ним следят. Подозревают. И уже что-то накопали, сомнений быть не может!

— … так, как это не входило в мои планы, — продолжила девушка, разглядывая ногти левой руки, — я дождалась, пока этот кретин пойдет вечером в стрип-бар, где обычно торчит в свободное время. Ну и будто невзначай столкнулась с ним. Мурлок уже давно пробовал затащить меня в постель, так что предложение выпить с ним последовало практически сразу. Когда он набрался, я аккуратно вторглась в его сознание, и, используя свой дар, чуток подправила ему память. Параллельно запомнив все, что ему было известно о тебе… там оказалось немало. Для него это всего лишь бессвязные обрывки, но я быстро сложила два плюс два. И окончательно убедилась в своих догадках касательно тебя…

— …Вижу, — процедил Коготь. — И, как я понимаю, ты хочешь что-то взамен за свою м… помощь?

— Я скажу тебе, чего я не хочу… я не хочу закончить так же как Хемир! Не хочу потерять себя, стать безвольной куклой, сосудом для тварей бездны. Лучше уж смерть…

Коготь молчал, но его голова просто закипала от потока мыслей. Можно ли ей доверять? Что из этого правда, а что выдумка? Нет ли здесь чего-то еще, о чем Селена недоговаривает?

— Хорошо. Твои предложения?

— Объединим усилия. Обменяемся информацией. Вместе найдем выход, — она прикрыла глаза правой ладонью, и добавила тихо: — Если найдем… Может быть поздно.

— Ну, если ты и правда подправила Мурлоку память, то время у нас есть.

— У тебя есть, — девушка замялась, будто подбирая слова. — Мурлок заметил, что я копалась у него в голове. Он не знал, что я искала, и тем более не подозревает, что именно я сделала. Но факт что я попробовала…

Коготь кивнул. Разумеется, он понимал, что это означает. Наказание за это может быть только одно…

— Он слил тебя Хозяевам?

— Нет. Еще не успел. Он потребовал, чтобы я принесла ему Вассальную Клятву. Сказал, что пожалуется Хозяевам завтра в полночь, если я не соглашусь.

— Хм… И ты хочешь, чтобы я тебя спрятал?

— Я ничего не требую от тебя. При любом исходе событий твои маленькие секреты останутся нераскрытыми. Но может быть, ты смог бы найти выход… Я ничего придумать не смогла, — она умоляюще посмотрела на него.

Коготь крепко задумался. Это все может быть очень хорошо срежиссированной ловушкой. И выяснить это наверняка невозможно. Хотя… Парень улыбнулся своим мыслям. Это будет рискованно, но…

— Давай начистоту: я не доверяю тебе. Ты сама понимаешь, все это может быть ловушкой, направленной на меня. И ты преследуешь какие-то свои цели…

— Я сказала тебе правду. Если не можешь помочь — убей меня сейчас. Если поможешь — я в долгу не останусь…

— Кажется, я знаю, что можно сделать. Есть способ отделаться от Мурлока, и сохранить тебе жизнь, но для этого тебе придется пойти на некоторые жертвы. В частности…

— Я слушаю.

— Ты принесешь Вассальную Клятву… мне. Это решит все проблемы. Можешь мне поверить.

— Какого… — она застыла, глядя на него с недоверием.

— Увидишь. Решай сейчас, мне нужно будет время на подготовку.

В ее глазах мелькнул испуг, смешанный с недоверием. Было видно, что девушка лихорадочно размышляет, в ее душе идет внутренняя борьба. В какой-то момент на ее лице отразилась злость, и Коготь было подумал, что сейчас она развернется и уйдет…

Селена сглотнула, глубокий вдох, и сделала неуверенный шаг вперед, в астральный транс… она опустилась на одно колено перед Когтем. Через мгновение его сознание устремилось следом.

— Клянусь своим Именем, своей Силой, властью над душами по праву sinthh служить тебе, защищать ценой жизни, хранить верность как своему Повелителю до последнего вздоха. Вверяю тебе свою жизнь и свободу воли. Да отринет меня Великая Тьма, пусть моя кровь обратится в пепел, если я отступлюсь от клятвы!

Вокруг девушки на полу образовался круг, сотканный из Тьмы, а у нее на груди засверкал Знак — Печать Когтя.

— Принимаю твою Клятву, и взамен клянусь беречь твою жизнь, не причинять боли и не ограничивать свободы… сверх необходимого. Великая Тьма, будь свидетелем моей клятвы!

Свечение Знака усилилось, разделилось на 2 части, одна из которых растворилась в ауре Когтя, а другая — в ауре Селены.

— А теперь слушай мой план, и запомни: ты должна исполнить все в точности…

2. Поединок

Грамотно спланировать убийство — тяжело. Спланировать убийство посвященного — тяжело вдвойне. А каково спланировать убийство посвященного в присутствии свидетелей? И при этом не остаться виноватым? Да еще, по возможности избежать зондирования памяти…

Коготь на лекции сидел по истории, погруженный в свои мысли. Рука выводила на чистом листе бумаги последовательные символы древнего языка. Языка, на котором написана книга "Сияния". Язык древних, на котором написаны практически все книги библиотеки убежища.

"Жизнь"… "Разрыв"… "Утечка"… "Поглощение"…

Рука размашисто обвела полученную комбинацию одним кружком, словно утвердив ее правильность, а на лице проступила легкая улыбка. Словно он решил задачу, над которой думал долгое время.

— … а на вопрос этот ответит мне Шторм Эдуард. Прошу вас, — услышал он голос профессора.

Коготь бегло осмотрелся вокруг, мгновенно припомнив, что он находится на лекции в универе. Поднявшись со своего места, он виновато развел плечами, и спросил:

— А можно… повторить вопрос?

Профессор прожег его взглядом кобры, поймавшей кролика, забывшего об осторожности.

— Опишите мне 3 последовательных этапа развития церковной инквизиции.

Коготь сделал глубокий вдох, полуприкрыл глаза, соскальзывая в астральный транс, перенес часть сознания вовне, точно за спину преподавателя, и усмехнулся в ответ своим мыслям: на его столе лежала методичка, раскрытая как раз на странице, освещающей нужные события

— В истории Инквизиции различаются 3 последовательных периода развития: 1) преследование еретиков до XIII в.; 2) доминиканская Инквизиция со времени Тулузского собора 1229 г. и 3) испанская Инквизиция с 1480 г. В первом…

— Достаточно, — оборвал его препод, приблизившись и внимательно оглядев разложенное на его столе, очевидно в поисках шпаргалок. — Знаете, если вы у нас такой вундеркинд, способный заниматься на моих лекциях рисованием и ответить на любой поставленный вопрос, быть может, вам лучше вообще их не посещать?

— Извините, — пробормотал Коготь, — этого больше не повторится.

— Смею надеяться, — профессор медленный шагом вернулся на кафедру, и продолжил объяснения.

Дверь в аудиторию открылась, и на пороге появился их декан, пропустив вперед невысокого роста светловолосую девушку.

Извинившись за вторжение, он представил свою спутницу, сообщил, что ее перевели на их поток, и скрылся за дверью, предоставив студентам возможность осмотреть новую сокурсницу и поперешептываться.

Коготь без интереса окинул взглядом новенькую. Вроде бы ничего необычного. Хотя… от нее веяло чем-то знакомым. Аура была вполне обычной, но что-то неуловимое заставляло насторожиться.

— Продолжим, — привлек к себе внимание профессор, усаживаясь на свое место, и надевая очки.

Взгляд скользнул влево, и остановился на рослом качке, сидящем напротив. Тот откровенно недоброжелательно косился на Когтя, усиленно обрабатывая челюстями жвачку, и подперев кулаком подбородок.

Клименко Сашка. До сих пор лелеющий и вынашивающий план мести. Ну откуда Когтю было знать, что Клим встречался с Юлькой Семецкой? А она, в свою очередь, оказалась не прочь гульнуть на стороне…

Коготь отвернулся, скорчив недовольную гримасу, и погрузился в свои размышления. Уже через пятнадцать минут, топая по дороге домой из универа, и с головой погрузившись в вынашивание плана по устранению возникшей проблемы, Коготь не заметил, как трое парней во главе с его однокурсником выскочили со стороны огражденной забором недостройки, подхватили его под руки, и утянули за собой.

— Вот теперь мы поговорим, — напирал Сашка, сжав правую руку в кулак и демонстративно хрустнув пальцами. — Ты че думал, можешь вот так просто приставать к моей девчонке?

Коготь сделал глубокий вдох, и спокойно ответил:

— У нее на лбу не написано, что она твоя, да и сама она помалкивает об этом… откуда мне было знать?

Сашка схватил его за грудки, притянул ближе и заорал, брызжа слюной:

— Ты че, с. ка, издеваешься? Да весь универ знает!

Коготь не шелохнулся, а по его лицу расплывалась откровенная улыбка — происходящее натолкнуло его на любопытную мысль…

— Че лыбишься, Шторм? Тебе весело?

Темный пристально глянул ему в глаза, и спокойно проговорил:

— Клим, меня не интересует ни Юлька, ни какая другая деваха из нашего потока. И меньше всего меня интересуют твои кхм, юношеские переживания… Руки убрал!

Сашка покраснел от бешенства, отпустил его, и резким движением ударил головой прямо в переносицу Когтя. Темный отлетел назад, врезавшись спиной в бетонную плиту забора, и сползая по ней на землю. Из ноздрей потекли две струйки крови. Словно в замедленной съемке, Коготь увидел, как капля его крови, отделившись от подбородка падает на землю. Клименко размахнулся ногой, целясь в живот Когтя… а тот неожиданно злорадно ухмыльнулся во весь рот, выбросил руку перед собой, и Сашку отшвырнуло назад. Прокатившись по полу метра три, тот ошеломленно потряс головой, стараясь подняться на ноги. Остальные двое сопровождающих отшатнулись.

— Зря ты это затеял, — прорычал Коготь, поднимаясь на ноги, и прищуриваясь.

Тратить слова попусту не хотелось. Жест рукой, и ворота, через которые его втащили на территорию стройки, захлопнулись сами собой. В галазах Когтя проступила Тьма. Оба прихвостня не задумываясь побежали прочь, в отчаянной попытке перелезть через забор. Коготь стащил их на пол телекинезом, перевернул на спину. Приблизившись, он провел ладонью правой руки сначала над одним, а потом над другим беглецом. Оба потеряли сознание, обмякнув безвольными куклами.

Нарочито медленно он повернулся к Сашке, с каждым шагом чувствуя его возрастающий страх. Дрожащий Клим прижался к забору, словно стараясь слиться с ним.

Коготь прикрыл глаза, протягивая астральное щупальце к ауре одногруппника.

— Стой, — прозвучал властный голос. Концентрация нарушилась, выкинув восприятие Когтя в привычный мир.

У закрытых ворот стояла девушка. Коготь с удивлением опознал в ней новенькую, переведенную на их поток.

— Не делай этого, — проговорила она тихо.

Аура у нее была вполне человеческой, но от голоса веяло такой уверенностью и властностью, что Коготь рефлекторно задействовал магический щит.

— Кто ты? — спросил он как можно спокойнее. — И, собственно, почему нет? У меня есть не это право…

Девушка прикрыла глаза, словно принюхиваясь к окружающей обстановке.

— Твое право остается твоим, — донесся ее тихий голос, — только вот тебе это не нужно. В нем слишком мало sinthh, да и не стоит оно того… оставь его.

Коготь опустил руку, и остановился, в нерешительности глянув на трясущегося Клима. Когда он вновь глянул в сторону, где стояла девушка — ее там не оказалось.

Брезгливо скривившись, Коготь провел ладонью над лицом Сашки, погружая его в бессознательное состояние.

"Кто же ты такая?" — думал он.

Рука нащупала в кармане мобильник. Набрав номер он поднес трубку к уху.

— Селена, — проговорил он тихо, — планы поменялись. Слушай внимательно, и запоминай…

* * *

Коготь едва успел на скорую руку перекусить и переодеться. Как и любому другому студенту, ему катастрофически не хватало времени. Он долго ловил себя на мысли, что продолжать учебу нет смысла, с момента как встал на Путь… Но по какой-то причине не бросил ее до сих пор.

До назначенного времени оставалось не больше сорока минут, которые он, разумеется, решил потратить на приготовления. Еще раз перепроверить заключенные в браслет из обсидиана заклятия…

Эту вещицу он смастерил сам, пользуясь руководством, взятым из книги "Сияния", которую в свою очередь получил в дар от полусумасшедшего оккультиста, взамен сохранив тому жизнь, и спрятав в тайном убежище. Информация о нем была почерпнута все из той же книги. Нет, оккультист этот не был адептом, и практически не имел задатков мистика. Но кое-чего своими экспериментами таки добился — его заметили, и сочли опасным как Хранители, так и Хозяева. Коготь сильно рисковал, сохранив ему жизнь. Но как оказалось, оно того стоило — знания, почерпнутые из подаренной книжицы позволили ему неслабо развить свой потенциал, оставаясь незамеченным ни для кого из мистиков этого мира.

Браслет сам по себе был обычной вещью, не содержащей ни капли силы. Зато содержал контуры и наброски заклятий (и проклятий), являясь по сути своего рода флэшкой. Артефакт позволял экономить время: вместо произнесения слов, сплетения контуров, пассов, достаточно просто направить в браслет небольшой поток энергии, назвать условное имя заклятия, задать вектор или цель и вуаля! И самое главное, о свойствах этой вещицы никто ничего не подозревает.

Коготь прихватил с собой мантию адепта, упакованную в спортивную сумку, и двинулся к назначенному месту.

Заклятие Отвлечения сработало как всегда — взоры прохожих направлялись куда угодно, но только не на него. А в совокупности с некоей техникой Скрытности, обнаружить его было неимоверно трудно даже для посвященных, в чем он уже не раз убеждался.

Ну вот, вроде бы ничего не забыл. Только бы Селена не струсила и повела себя как договорились…

* * *

По иронии судьбы место для встречи, выбранное Мурлоком, находилось на старом кладбище за склепом, на небольшом пустыре. Здесь адепты пути sinthh собирались для выяснения отношений, степени превосходства, дуэлей… Здесь же договаривались "против кого дружим", и… иногда выносили смертный приговор. Это место охраняли заклятия, поэтому можно было не опасаться случайных свидетелей из числа обычных людей.

Селена была одета не в положенную ритуальную одежду, а в обычные шмотки гламурной малолетки: туфли на высоком каблуке, короткую юбку-шорты, декольтированный топ… очень декольтированный. И намарафеченная донельзя. На правом запястье красовался тоненькой лентой серебристый браслетик, инструктированный обсидиановыми вкраплениями — маскировался под дешевое украшение. Подарок Когтя своему вассалу. Она неспешным шагом приблизилась к месту встречи, где уже стояли три фигуры, закутанные в плащи адептов, о чем-то переговаривающиеся тихими голосами…

Остановилась, перевела дыхание, кое-как справилась с дрожью в коленках, и покашляла, чтобы привлечь внимание.

Стоявшие мгновенно обернулись на звук. Мурлок медленным шагом приблизился к Селене.

— Приветствую вас, пусть великая Тьма будет благосклонна к вам, — поприветствовала девушка адептов ритуальной фразой, сопровождая это склоненной головой.

— Ого, вот это сюрприз, — подал голос адепт из-за спиной Мурлока. — Хороша чертовка!

Селена одарила их одной из самых обворожительных своих улыбок.

— Ты меня приятно удивила, — Мурлок откровенно пялился на едва прикрытые прелести. — Ну что, готов принимать твои заверения в верности…

Девушка заговорила медленным, медовым голоском, при этом часто моргая глазками:

— Я пришла извиниться перед тобой Мурлок…

— Мне нравится начало. Продолжай.

— Я была не права в тот вечер, чем нанесла тебе оскорбление. Я прошу у тебя прощения, и в качестве компенсации прошу тебя принять…

Довольная, ехидная усмешка Мурлока стала совсем откровенной.

— … от меня маленький подарок, дабы тебе было впредь легче в таких ситуациях… — с этими словами Селена протянула ему маленькую коробочку, упакованную в подарочную фольгу, и перетянутую аккуратненькой розовой ленточкой.

— В смысле… В каких ситуациях? Я не понимаю… — Мурлок недоуменно буравил девушку взглядом.

Одним махом разделавшись с упаковкой, парень уставился на содержимое подарка.

Селена еще раз улыбнулась, деланно, с притворным сочувствием вздохнула, и прощебетала:

— Ну, не надо так, я же понимаю, у всех бывает…

— Эй, покажи, что там? — Один из адептов заглянул ему через плечо, и с огромным усилием подавил смешок. Затем не выдержал, и расхохотался вовсю.

— Ты шлюха, ты думаешь, это смешно?! — зарычал взбешенный адепт, роняя на пол содержимое подарочной упаковки, и с озверением хватая Селену за горло.

— Нет, конечно не смешно, но правда, помогает чувствовать себя… уверенней, что ли… — выдавила она, когда пальцы начали пережимать ей артерии.

За спиной смех уже никто не скрывал, на полу, среди обрывков упаковки, валялась пачка Виагры…

— Решила пошутить?! Ты будешь умолять меня о быстрой смерти… — держа ее правой рукой за горло, он левой достал Клык Дьявола*.

— Муролк, стой, может не стоит… — окликнул его один из адептов, лицо которого было скрыто капюшоном плаща.

— Эта сука будет корчиться у меня в ногах, умоляя, — рычал тот. — А учитывая то, что она пыталась вызвать у меня помешательство пару дней назад, я не думаю что Хозяева меня накажут. Я в своем праве, и могу забрать ее жизнь!

Он сдавил ей горло еще сильней, и… почувствовал, как кровь стучит у него самого в висках. Дышать становилось все тяжелей…

Селена незаметно направляла поток энергии в браслет, полученный от Когтя. Она практически не ощущала давления на горло, и все что ее стесняло — легкий дискомфорт от Клыка Дьявола в руке Мурлока. Этот клинок убивает мгновенно, похищает души жертв… Если держащий его имеет на это право. Хотя Коготь и сказал, что ей ничего не грозит, она рефлекторно отстранялась от опасного соседства ножа.

— Прости, — проговорила она спокойно, — я же не знала, что тебя это так задевает! Говорю же возьми подарок, ты увидишь, как мир перевернется, общение с девушками начнет доставлять удовольствие…

Больше Мурлок не выдержал, он со злостью приставил клинок острием к лицу девушки, и захрипел, брызжа слюной:

— Я срежу твое приторное личико, и натяну дома на чучело, на память… — острие Клыка Дьявола коснулось подбородка, и по лезвию заструилась капля крови. Медленно перетекла к рукоятке, и, сорвавшись, упала на землю…

И тут грянул голос, заставивший вздрогнуть всех, включая девушку.

— Развлекаешься, Мурлок?

Обернувшись на окрик, присутствующие заметили Когтя, стоявшего прислоненным спиной к стене склепа. И откуда только он взялся? Парень был облачен в ритуальную мантию адепта Пути sinthh. На левом предплечье серебром горел его личный Знак, а на запястье правой руки поблескивал от лунного света обсидиановый браслет. Выражение лица источало презрение, а глаза были заполнены Тьмой.

— Э-э… Коготь… Пусть великая Тьма будет благосклонна к тебе, — сквозь зубы процедил Мурлок, недовольный, что ему помешали.

— Пусть великая Тьма будет благосклонна к тебе, — эхом повторили оба адепта.

Коготь склонил голову в приветственном жесте, а затем небрежно оттолкнулся от стены, и медленным шагом, не спеша, направился к Мурлоку, все еще держащему Селену за горло.

— С каких пор ты перестал чтить кодекс, если позволяешь себе в открытую нападать на адептов Пути? Или ты думаешь, что являясь любимчиком Наставника Рейна, для тебя он не писан? — лицо Когтя было белее гипсовой маски.

— Тебя не касается, Коготь. Будь добр, не вмешивайся.

— Ошибаешься. Все что касается Селены, затрагивает и меня.

— Смелое заявление! Ты взял ее под свое крылышко? Интересно, в обмен на что… — Мурлок скривился, довольный своей поддевкой, и попытался разжать руку, держащую горло девушки, но не тут то было… Он в замешательстве рванулся, но рука будто бы прилипла. И еще, кончики пальцев побелели, будто от них отхлынула кровь. Мурлок напрягся, сконцентрировался, соскользнул в астральный транс… И обомлел от увиденного.

Девушку окружало какое-то неясное бледно-розовое сияние, которое проскальзывало сквозь ее ауру, как вода сквозь сито, не причиняя вреда. Но самое страшное было в том, что это сияние не исходило от девушки, а наоборот, впитывалось ею! При этом странный браслет, висевший на руке, ритмично мерцал, будто в такт чему-то. А на самом крупном камне, вделанном в браслетик, мерцал Знак, до боли знакомый… И тут его осенило: ритм мерцания — это же его сердцебиение! Браслет — Артефакт-поглотитель жизни, в этом нет никаких сомнений!

— Что-то ты какой-то вялый сегодня, бледный… — заботливо поинтересовался Коготь. — Не простыл ли?

Мурлок кое-как собрался с мыслями, и, тяжело дыша, закричал:

— Ты не вправе! Это запрещено Кодексом! Применение боевых артефактов выше четвертого Риста карается немедленной смертью, и пленом души во Вместилище!

У двоих других адептов мгновенно запульсировали ауры, как от входа в боевой транс, и взлетели щитовые заклятия. В руках у одного из них возник Меч Ночи, а у другого соткался прямо из воздуха бич Безумной Боли…

Селена вздрогнула, и отшатнулась. События приняли непредсказуемый оборот… Теперь либо они с Когтем поубивают всех троих, и скроют все следы схватки, либо… Альтернатива была хуже, чем можно вообразить: многократная смерть, а потом их души скормили бы Бездне…

Коготь демонстративно зевнул, и скрестил руки на груди.

— Что ж, нападайте. Давно никого не убивал.

Селена затаила дыхание. Адепты переглянулись, но остались неподвижны.

— Сиенол, Кринг, — продолжил Коготь, — вы готовы пожертвовать жизнями ради этого труса?

Один из адептов приопустил Меч Ночи, но защита все еще висела, очерчивая полусферу на астральном плане.

— Интересно, почему ты так уверен в себе, Коготь? Это ведь ты снабдил Селену таким "сюрпризом"? И ты думаешь, что тебе спустят…

— Спустят что, Кринг? — перебил его Коготь. — Самозащиту? В данный момент я не проявляю агрессии, и никому не угрожаю… Без необходимости.

— Но Мурлок…

— Мурлок сам виноват. Он захотел взять жизнь моего вассала. Согласно Кодексу, нападение на вассала по клятве приравнивается к нападению на его повелителя. Согласно кодексу, до посвящения жизнь адепта — неприкосновенна, и в случае агрессии, не предусмотренной дуэльными правилами, он может применять меры противодействия, в том числе артефакты независимо от Риста. Учитывая, что данное нападение произошло без предъявления претензий, или Вызова… Я в чем-то ошибаюсь? Поправьте меня.

— …о-н-а… са-ма… напа. ла на меня… в клу…бе ночччью… — прошипел Мурлок.

— Она является твоим вассалом?! — Кринг в недоумении выпучил глаза.

— У тебя проблемы со слухом? — оскалился Коготь, и мысленно добавил, чтобы его услышала только Селена: "Думаю, ему достаточно. Отпускай".

Девушка прикрыла глаза, коснулась разумом браслета, передавая мысленно команду уснуть.

Рука Мурлока безвольно обвисла вдоль тела, а сам он пошатнулся, и осел на траву.

Взгляды всех присутствующих устремились сквозь астральную проекцию к ауре девушки, на которой проступила печать власти, в центре которой светился личный знак Когтя.

— Я думаю, доказательств достаточно? — скривил губы Коготь. — Если кто еще сомневается, задумайтесь: окажись Мурлок прав, я не стал бы тратить время на разговоры, а просто развеял вас троих по ветру, дабы лишний раз не рисковать. Поэтому, уберите оружие, или, — в последних словах зазвучала угроза, — я расценю это как Вызов на поединок. И поверьте, для меня нет разницы, прибить вас поодиночке, или всех разом!

Сиенол и Кринг неохотно втянули оружие под плащи, но не рассеяли, и щиты не торопились убирать.

— Вы что, испугались его? — прохрипел Мурлок. — Да он же блефует! Без своих артефактов, в поединке, он ноль без палочки!

Коготь вздохнул, и грустно проговорил:

— Как он меня утомил… Я заранее прошу прощения… — С притворной неохотой поднял правую руку, сделал пасс, сопроводив его мысленным приказом браслету, и вектором направления на Адептов…

"Десперо!" — произнес он мысленно.

В астральной проекции родился поток энергии, волной двинулся на оппонентов Когтя, пронесся сквозь них порывом ветра, и затух где-то в полукилометре позади…

— Ну и что… — начал было Сиенол.

— Ну и все, — в тон ему ответил Коготь.

На лице Кринга отразилось недоумение, а затем и удивление.

— Щиты… — прошептал он.

И вправду, щиты снесло как карточный домик, их оружие рассеяно, а амулеты разряжены.

— Угу, — буркнул Коготь. — Собственно сейчас я могу придушить вас и голыми руками, как слепых котят. Однако, как я уже сказал, в мои намерения не входило ничего подобного, я чту Кодекс, да и нет у меня причин вредить вам. Что же касается Мурлока…

— Вам все равно это даром не пройдет, если она твой вассал, значит… Тогда вечером, в клубе, она действовала согласно твоей воле! — захрипел Мурлок с пеной у рта.

— О чем ты?

— Будто не знаешь! Ментальная атака! Она попыталась вызвать у меня помешательство!

— Докажи, — произнес холодно Коготь. — И советую тебе поторопиться — если ты промедлишь еще минуту…

— Не угрожай мне, не страшно…

— Надоел, — перебил его Коготь, повернувшись к остальным, и произнес торжественным голосом:

— Прошу вас оказать мне честь, засвидетельствовать соблюдения Дуэльного кодекса во славу Великой тьмы…

Это была ритуальная фраза обращения к присутствующим, с просьбой подтвердить соблюдение правил Вызова. При всем желании ни один адепт Пути sinthh не смог бы отказаться, если обращение последовало.

— Во славу Великой Тьмы, я Сиенол, принимаю обязанности наблюдателя, — выдохнул тот.

— Во славу Великой Тьмы, я Кринг, принимаю обязанности наблюдателя, — эхом повторил второй адепт.

Мурлок похолодел. Он прекрасно понимал, что это его приговор — далее следует Вызов на поединок… до смерти.

— Коготь, я прошу прощения, я все же погорячился… — начал он заплетающимся языком.

— Нда? Неужели? Вспомнила бабка… м… свой первый поцелуй, — съязвил тот.

— Но… я не могу… Твой артефакт вытянул из меня силы… Это будет убийство, а не поединок! Ты это все подстроил!

— Какой ты предсказуемый, — хмыкнул Коготь разочарованным голосом. — Так и знал, что начнешь обвинять меня в подлости. Селена!

Девушка с презрительной улыбкой коснулась браслета указательным пальцем, что-то прошептала. Камень засветился ярко-розовым светом, а затем из него ударил поток, прямо в Мурлока. Тот вздрогнул, и глубоко вздохнул — силы вернулись к нему.

— Похвально, и как благородно, — протянул Мурлок довольным голосом, — только вот у тебя проблема — отсутствие веских оснований для Вызова! По крайней мере, для "элсим"…. Обвинения в нападении, и угрозы с моей стороны — не котируются серьезно. Ты сглупил… Коготь не удостоил его даже взглядом, а просто начал ритуальной фразой:

— Во славу Великой Тьмы, в присутствии свидетелей, я вызываю тебя на поединок Элсим*, один на один, вне всех правил и Законов, по праву Крови! Мэйсссашшш-исссааа-туууршшаааилллннххх… — продекламировал он давно заученную фразу.

— У тебя нет права крови… — начал было Мурлок, и осекся: за спиной Когтя изо всех темных углов поползала Тень… Она слилась в одно большое пятно, из которого соткалась фигура, по формам напоминающая человеческую…

Но ЭТО не было человеком. Фигуру полностью скрывал плащ, сотканный из теней, было видно только глаза и часть переносицы. Глаза эти смахивали на человеческие в негативном спектре: зрачки белые как снег, радужка розовая, а глазное яблоко было черно как сама Тьма. Перед адептами стоял Ас`гарсиэль — демон-повелитель кошмаров и безумия. Все присутствующие опешили. Сам Коготь в страхе сглотнул несколько раз — во рту пересохло.

На своей памяти Коготь насчитывал четыре поединка Элсим, которые наблюдал. На зов обычно являются низшие, мелкие демоны, или стражи врат Нижнего мира. В этот же раз явился один из высших, что как он слышал, было редкостью, такой же как снег в Африке.

Потянуло ледяным холодом, и раздался переливчатой тональности нереальный голос:

— Ты, называющий себя Коготь, просишь признать право Крови… Была пролита кровь твоего вассала-по-клятве… Во славу Великой Тьмы, я признаю твое право, скрепленное кровью, пусть начнется Элсим…

— Какое… — попытался было возразить Мурлок, но тут в его памяти всплыла сцена, имевшая место за мгновение до появления Когтя. — Ты это все подстроил! Ты заранее спланировал!

Коготь, не теряя времени, вытянул правую руку перед собой, сжав ее в кулак. Облако Тьмы сгустилось в его руке, приняв форму Клыка Дьявола. Темный Стиснул его в левой руке, а правую заложил за спину на пояс.

— К бою, Мурлок. Твой хм… твоя словесная диарея не помешает мне прирезать тебя как труса, увиливающего от поединка.

Мурлок поднял свое оружие, лицо исказил бешеный оскал. Он принял боевую стойку, и приготовился.

Коготь усиленно делал вид, что волнуется, но план действий уже давно был наготове…

Они начали двигаться по кругу, против часовой стрелки, глядя в глаза один другому. Мурлок атаковал первым, нанося удар лезвием ножа в горло Когтя. Тот мгновенно сделал шаг вправо, подхватил руку противника, проворачиваясь против часовой стрелки, и решительно делая залом кисти, одновременно попытавшись ударить локтем левой руки по ребрам. Мурлок сделал пасс правой рукой, и Коготь почувствовал телекинетический толчок под ноги. Отпустив руку противника, тот упал на колени, и на инерции проехал по полу метра три. Мурлок крутанулся вокруг своей оси, делая подсечку с расчетом нанести низкий удар. Коготь подпрыгнул, оттолкнувшись телекинезом, он избежал подсечки, и телекинезом же поднял камень размером с кулак, лежащий на земле справа от него. Мгновенно задав ему вектор, Коготь одновременно встал слева, предугадывая, в какую сторону будет уклоняться противник… Однако, вместо того чтобы подняться и отклониться подальше от снаряда, тот резко распластался на земле, поднырнув под камень позволив ему пролететь мимо, и дальше в кусты. "Ладно, думаю пора заканчивать с этим", — подумал Коготь. Он выпрямился, вскинул руку, произнес несколько звуков, сделал вращательное движение кистями рук, и из них ударило два пульсара, переливающиеся всеми цветами радуги. Мурлок закрылся щитом-полусферой, приготовившись контратаковать, но не тут-то было: пульсары не столкнулись со щитом, а обогнули его, вонзившись в спину Мурлоку. Тот вскрикнул, отмахиваясь руками. Сразу после столкновения, пульсаров стало четыре, они разлетелись в стороны, но быстро развернулись, и полетели назад… один Мурлок успел сбить, остальные снова врезались в него, и их стало шесть. Пульсары пошли на новый заход, начав хаотично вилять в разные стороны… Мурлок формировал пассы рассеивания, плевался заклятиями, но все без толку.

Выставив перед собой правую руку ладонью вперед, Коготь начал шептать формулу, известную ему одному…

— Ну вот и все, — произнес он спокойно, сложив руки на груди, и небрежным пассом развеял размножающиеся сферы.

Мурлок поднялся с пола, отплевываясь и отфыркиваясь, выставил нож перед собой, и зарычал:

— Рано ты меня списываешь со счетовввффф…

Его противник лишь потянулся, и отряхнул пыль с ритуальной мантии.

— Не поворачивайся ко мнееее… спиноооой!!.. — хрипел Мурлок, — … что это… — его кожа начала бледнеть, приобретать серый оттенок, пальцы переставали слушаться, глаза тускнели…

— Что-о-о-о… тыыы… со… мнооой… сделалллл… — донесся до окружающих его едва слышимый голос.

— Проклятие Глиняной Чумы, — бесстрастно прокомментировал Коготь. — Думаю это как раз хороший конец для такого как ты, не находишь? — он потер ладони друг об друга, счищая грязь, налипшую во время поединка. — Прощай, Мурлок.

Только вот его противник ответить уже не мог. Коготь приблизился к нему, держа Клык Дьявола в ладони, и коснулся им истукана на уровне сердца. Лезвие вспыхнуло багровым светом, и втянуло в себя пучок энергии, мерцающий розоватым свечением.

Демон, до этого бесстрастно наблюдавший за поединком, прохрипел своим противным голосом, отчеканивая каждое слово:

— Элсим завершен. По праву победителя, душа Мурлока принадлежит Когтю, именем Великой Тьмы!

Вот теперь можно расслабиться, Коготь знал, теперь никто ни в чем не сможет обвинить ни его, ни Селену.

— Благодарю за то, что ты почтил нас своим присутствием, aerith shunthh singus* Ас`гарсиэль!

Однако следом произошло то, что повергло в ступор всех присутствующих. Вместо того, чтобы уйти, демон повернулся к Когтю, и сделал знак рукой в теневом плаще приблизиться.

Медленным шагом, стараясь не выдать безотчетного, липкого ужаса, поселившегося у него в душе, Коготь приблизился к сущности, живому воплощению всех страхов и ночных кошмаров.

— Ты боиш-ш-ся меня, knothh*? — спросило существо своим шипящим голосом.

— Я уважаю твою силу, aerith shunthh.

Послышался долгий шипящий звук, который Коготь расценил как смех.

— Не льс-сти с-себе, мне не нужна твоя жизнь-х… — промолвил демон. — Однако, я х-хочу кое-что показать тебе… — его рука вытянулась вперед к лицу Когтя.

Окружающий мир померк. Коготь едва успел сделать вдох, как на смену темному ничто, расцвел другой мир. Во всех смыслах этого слова.

Коготь стоял у края на вершине отвесной скалы. Перед ним открывался вид на долину, вдоль которой раскинулся город. Не обычный, из бетона и асфальты, как он привык, а очень красивый, с нестандартной конструкцией домов, высокими шпилями крыш, из неизвестного материала, цвет которого перетекал из серого, в зеленый, в голубой и обратно в серый… Восемь высоких узких башен были расположены по периметру города, на равном расстоянии между собой. Верхушки башен украшали кристаллы лазурного цвета, крепящиеся в оправу из металла серебристого цвета, который испускал слабое свечение сам по себе.

Большего с такого расстояния было не рассмотреть, и Коготь хотел было уже попробовать найти спуск, когда ему на плечо сзади легла рука. Коготь обернулся, и увидел фигуру Ас'гарсиэля.

— Нравится? — спросил демон неожиданно вполне нормальным человеческим голосом.

— Красиво. Очень, — осторожно ответил Коготь.

Демон едва качнул головой, изобразив жест, напоминающий кивок.

— Когда-то, здесь был мой дом, — проговорил он тихо, будто подбирая слова, — но случилось так, что у меня отняли и дом, и все, что было мне дорого… Я долго искал возможности поквитаться, но, к сожалению ничего не добился… Тот, кто отнял у меня смысл моего существования все еще здесь, — он указал рукой на долину. Существо помолчало немного и произнесло: — Я знаю, что ты наращиваешь силу, помогая отомстить некоторым смертным… знаю, что твоя мощь с лихвой возросла, по сравнению с тем, что ты показываешь своим "Хозяевам" — с презрением проговорил демон, выделяя последнее слово долей сарказма. — И, наконец, я знаю о том, что ты ищешь свой путь, а не следуешь пути sinthh…

Коготь похолодел, его внутренности скрутило от страха, и ему стоило больших трудов не показать этого собеседнику. Мысли лихорадочно заметались в поисках разумной "отмазки".

— Аerith shunthh возможно не совсем правильно понимает мои задумки и…

Демон поднял руку, призывая помолчать. Коготь послушно затих.

— У меня к тебе предложение… — проговорил он тихо, и заглянул в глаза парню. — Я хочу отомстить. Я не могу добраться туда, — махнул он рукой в сторону города, — но ты можешь… Точнее сможешь в ближайшее время. Перестань трусить, я не собираюсь никому о тебе рассказывать, или наказывать тебя. Позже я дам о себе знать. Когда придет время. А сейчас скажи мне: ты согласен выполнить для меня поручение?

— А у меня есть выбор?

Коготь готов был поклясться, что демон сделал вдох, и хмыкнул, как обычный человек… Ас'гарсиэль повернулся лицом к городу, помолчал около минуты.

— Придет время, мы встретимся снова. Ты должен быть готов, — бросил он.

— Как я узнаю, что время пришло? — с трудом подбирая слова, спросил парень.

— Ты поймешь. Судьба, уготованная тебе, приведет тебя сюда. Когда твой привычный мир покачнется, поднимется паника, Хаос будет царить среди людей… ты вспомнишь эти слова, увидишь знамение, и поймешь, что время пришло… Дарую тебе право призыва моего имени. Ты поймешь, когда оно тебе понадобится…

Окружающий их пейзаж растаял, возвращая Когтя в реальность.

— Что… Куда он делся? — Коготь осмотрелся, но демон исчез из поля зрения.

— Наверное туда, откуда явился. Или ты надеялся, что aerith shunthh singus будет задерживаться здесь, чтобы отметить с тобой победу в поединке? — насмешливо спросила Селена, сверкая улыбкой в тридцать два зуба. — Кстати, как насчет отметить? Кринг, Сиенол, вы к нам не присоединитесь? Я угощаю, — девушка откровенно улыбалась, глядя на адептов.

Сиенол склонил голову, и выдохнул:

— Спасибо за предложение, но я лучше сегодня лягу спать пораньше. Тяжелый денек…

Кринг подошел к Когтю, протянул руку и проговорил:

— Поздравляю с победой в Элсиме, Коготь. Это твой первый поединок, если не ошибаюсь?

— Первый Элсим. Раньше конфликты с адептами не заходили так далеко…

Кринг кивнул, развернулся в сторону кладбища, и двинулся неспешным шагом.

— Удачно отметить, — донесся до Когтя и Селены его голос.

Девушка повернулась, положила руку на плечо повелителя, и произнесла полушепотом:

— Спасибо тебе, Коготь. Ты не пожалеешь, что выручил меня. — Она приблизилась, и поцеловала его в щеку. Затем отстранилась, поправила топик, достала расческу, и начала приводить волосы в нормальный вид.

Коготь снял мантию, и начал упаковывать ее в спортивную сумку.

— Так где и во сколько встречаемся? — подала голос Селена.

— В смысле?

— Ну, мы же идем отмечать, или как? По крайней мере, пока мы еще не обросли тенями, не обзавелись красными с Тьмой глазами, и не начали шипеть как змеи… Короче пока нам доступны маленькие человеческие радости, надо жить на всю катушку, отрываясь на полную, разве нет?

Коготь улыбнулся. Впервые за все это время. Он подумал, что, по крайней мере сегодня, он может позволить себе расслабиться. Ненадолго…

—------------------

*Клык Дьявола — ритуальный нож, даруемый адептам, вставшим на Путь sinthh (подробнее о нем далее в проде…)

* Рист — показатель интенсивности воздействия мистических энергий. Так же еще и уровень мистика. Чем меньше Рист, тем сильнее последствия.

* Элсим — поединок чести, обычно завершающийся смертью одного из противников.

* aerith shunthh singus — могучий владыка зла (темное наречие) — форма обращения к демонам третьего круга.

* knothh — младший (темное наречие).

3. Сделка на два фронта

— И почему я не удивлен? — спросил Коготь, глядя в бесстыжие глаза девушки.

— Ну… что тебя смущает? — в тон ему ответила девушка.

Коготь снова выглянул в окно такси, скривившись бегло оглядел собравшуюся толпу, оккупировавшую все пространство перед входом в "Нефрит", и продолжил:

— Ты не могла выбрать что-то поспокойнее? Почему именно сюда?

— Не будь занудой, ты вообще когда-нибудь расслабляешься?

Коготь вместо ответа вылез из такси, обошел его сзади и, открыв дверцу, помог выбраться Селене. Девушка подхватила его под руку и они направились ко входу.

— Дежа вю… — буркнул он себе под нос.

Охранник преградил им дорогу:

— Сожалею, у нас сегодня все места заняты, вы резервировали?

Коготь вопросительно посмотрел на спутницу.

— Простите, вас разве не предупреждали? — удивленно спросила она, пристально глядя в глаза охранника. Взгляд задержался дольше обычного секунды на две.

— А… да… да, конечно! Извините, пожалуйста, я вас не узнал! Проходите, ваш столик уже готов, все как вы заказывали! Желаю приятного вечера! Вас проводят! — добавил он, кивнув одному из ребят на входе, и дав знак сопровождать.

Коготь посмотрел на Селену с укором, но решил оставить этот разговор на потом, отметив, что следует задать этой выскочке хорошую трепку.

* * *

Долго не раздумывая, девушка потащила Когтя на танцпол, предварительно заставив осушить три залповых коктейля подряд. Они выбрали место напротив огромного зеркала (по настоянию девушки, разумеется). Коготь упирался как мог, бормоча, что "дергаться в конвульсиях под кислоту и вопли психопатов" не является его любимым развлечением. Тем не менее, сдался, после пары издевок со стороны спутницы, в частности заявления, что он двигается как носорог по пешеходному переходу.

Без остановок, два часа они соревновались в красоте движений и остроте колкостей в адрес друг друга. Пробовали играть в бильярд, но забросили, так как оба не отличались меткостью, и начали помогать шарам найти лузу с помощью телекинеза, что напрочь убило спортивный дух. То же самое случилось и при попытке поиграть в боулинг. Затем Селену утащил на медляк какой-то стильно одетый парень из толпы. Она дважды ему нахамила, но тот дошел до того, что встал на одно колено, упрашивая ее подарить ему танец. Селена сначала поймала его взгляд, и Коготь уже подумал, что сейчас тот перехочет все на свете… Но неожиданно, девушка согласилась, и двинулась за ухажером, бросив Когтю напоследок ехидную ухмылку.

Коготь показал ей язык, и, усевшись за столик, залпом опрокинул в себя полный бокал какого-то коктейля. Все-таки отвык он от беспрерывного дэнса ночами напролет… Даже грустно стало. Всего два года, и какие изменения с ним произошли…

Из веселого, жизнерадостного студента-лингвиста, приколиста, души всех компаний, любимца девушек, заводилы всех проказ и каверз, он превратился в мрачного адепта Пути sinthh, безжалостного палача, у которого от чувства юмора остался только сарказм… И, что самое удивительное, для этого не понадобилось слишком многое — всего лишь потерять друзей, одного за другим, но не смириться, продолжать искать виновных… Следом потерять семью, не успев буквально на минуту опередить взрыв… Его младшая сестра так и не успела договорить, как сильно она его любит — жизнь ушла из нее ее прямо в машине скорой помощи… Даже после всего этого, можно было как-то пережить этот кошмар, оправиться, смириться если бы… Видеть смерть любимой тяжело. Наблюдать, будучи бессильным помочь — тяжело вдвойне. Любой другой бы просто свихнулся. Или умер. Или вскрыл себе вены…

Он уже не помнил, когда последний раз шутил и смеялся. Даже собственное имя — Эдуард, звучало для него как чужое…

В ту ночь, в тот самый миг, когда последний огонек жизни потух в любимых глазах, чаша гнева была переполнена спрессованной ненавистью, безумной жаждой мести, злобой на весь мир, и болью потери… Все зло, что только может поместиться в человеческом существе, слилось в одно целое… Безумная смесь эмоций, приправленная магией Тьмы, превратилась в критическую массу, и взорвалась сверхновой, сжигая в своем темном пламени все и всех. Такие составляющие, как человечность, доброта, жалость, сочувствие сгорели мгновенно, подобно крохотной щепке… И в этом безумном пламени, словно детеныш феникса, родился Коготь. Адепт пути sinthh, с огромным потенциалом, палач и мститель…

— Извини, пожалуйста, можно отвлечь тебя на минуту? — оторвал его от погружений в себя тоненький женский голосок.

Коготь выпрямился, поднял голову, и встретился взглядом с глазами обворожительной девушки. Четко выраженные черты лица, в меру большие глаза почти изумрудного цвета… Пухлые губы, длинные ресницы, волосы цвета платины длинной достигали пояса, и хотя были распущены, лежали очень аккуратно и смотрелись потрясающе.

— Почему бы и нет, — слова вырвались сами по себе. Коготь поймал себя на мысли, что упустил элемент осторожности. Подозрительно… — Мы знакомы? — добавил он, дождавшись, когда девушка устроится напротив него.

— Очень может быть… — ответила она уклончиво, откровенно разглядывая парня. — Зависит только от тебя самого. Смею надеяться, я не ошиблась…

Подозрительность мгновенно вывела Когтя из ступора. В голове лихорадочно закружились самые разнообразные версии о принадлежности незваной гостьи, и варианты развития событий. Ему дико не хотелось раскрываться, чтобы прозондировать незнакомку, и успокоить свою паранойю… Или срочно ретироваться. Но смысла "притворяться шлангом" уже тоже не было — его гостья, судя по всему, знала о нем предостаточно.

Коготь плюнул на маскировку, погрузился в астральный транс, и посмотрел на ауру собеседницы…

Такое он видел впервые. Аура сияла чистым, ярким Светом, плотность была огромной — это говорило о невероятном потенциале. Аура любого, даже самого сильного Хранителя по сравнению с этим была сопоставима, примерно как лампочка с прожектором. Вот только… В ауре присутствовали темные точки, сначала едва заметные… со временем они медленно расползлись по ауре гостьи, как чернильные пятна, быстро увеличиваясь и… Теперь это была Темная аура. Со всеми признаками, сопровождающими таковые. Затем процесс пошел вспять! Маленькие точечки света, постепенное увеличение…

Коготь едва сумел удержать себя в руках… Такого не бывает!

Девушка не обращала внимания на его поползновения и попытки прощупать ее, с нескрываемым любопытством продолжая его разглядывать.

Нужно было что-то делать. Знать бы только что… Рискнуть, атаковать сразу всеми проклятиями из памяти артефакта?

— Мы ведь виделись раньше, верно? — спросил он осторожно.

Незнакомка легонько кивнула. Неожиданно черты ее лица поплыли, и Коготь удивленно узнал новенькую, помешавшую ему пометить одногрупника печатью власти. Спустя мгновение ее лицо приняло прежний вид.

— Кто ты?

— Тебе недавно предложили выполнить одно поручение… — начала она проигнорировав его вопрос. — Но ты боишься. Советую отбросить все сомнения.

Коготь опешил.

— Откуда вам это известно? Вы следите за мной? Что вам нужно?

Незнакомка улыбнулась, поймала его взгляд, и проговорила тихо:

— Ты доволен своим существованием? Тебе нравится уготованная тебе судьба?

Коготь ответил быстро, не раздумывая, удивившись сам себе:

— Я не верю в судьбу. Завтра это следствие наших поступков сегодня…

Она покачала головой, и ее слова озадачили еще больше:

— Тогда докажи это. Сбеги из клетки своей жизни.

— И как прикажете это понимать?

— Запомни: иногда враг может быть полезен, и даже стать союзником, если ты сумеешь переступить через предубеждение…

Неожиданно его ущипнули сзади за правое плечо. Коготь обернулся, и наткнулся на взбешенный взгляд Селены.

— Ты что обалдел, так раскрываться? Да тебя же за километр учуять можно!

— Я просто… — он повернулся и кивнул напротив себя, где сидела девушка… Но неизвестной гостьи там уже не было. — Тут была… Ты ее видела?

— Кого? Ты все это время сидел тут один, я же за тобой наблюдала! Ты выпил коктейль, и

как обкуренная мартышка пялился в пустоту…

— Это не было пустотой, — ответил он, собираясь с мыслями и закрываясь, восстанавливая маскировку ауры. — Я видел девушку с очень странной аурой…

Тихое хихиканье вывело его из раздумий.

— Что смешного? — обиженно фыркнул он.

— Да как тебе сказать… — не унималась Селена. — У тебя давно вообще… ну… не было женщины?

— Чего?! — Коготь покраснел как помидор. — Я что похож на сопливого малолетку, забивающего себе голову… такими вещами?

— Да ладно, не пыли, — начала успокаивать его спутница. — Пойдем, наверное, нам уже накрыли праздничный ужин при свечах… Заодно и расскажешь мне о своих… грезах… Шучу! — быстро бросила она, видя, что Коготь уже на пределе, и юркнула между двумя проходящими парнями, двигаясь в направлении приватных кабинок.

* * *

Они устроились в кабинке, прикрыв за собой дверь. Селена попросила Когтя разлить шампанское, а сама прикрыла глаза, и, похоже, принялась за какие-то заклятия.

Откупорив бутылку, он налил два полных бокала, один поставил перед собой, а другой возле руки спутницы.

— Готово, — выдохнула девушка, усаживаясь поудобнее и поправляя волосы. — Теперь можем говорить открыто, нас никто не подслушает… и не подсмотрит, — подмигнула эта заноза.

— Уверена? — Коготь приподнял руку, шепнул ключевое слово… В углу, позади девушки, стояла декоративная пальма, а между ее ветвями запульсировал маленький желтоватый огонек-маячок. Ага, так и есть, скрытая камера. Даже с микрофоном. — Дай-ка покажу тебе один фокус, — буркнул Коготь, растягивая действие заклятия на нее, и подавая знак обернуться.

— Это… Камера?

— Угу. Притом весьма плохо спрятанная. Должно быть, владельцы "Нефрита" подрабатывают на торговле домашним видео, — Коготь вызывающе улыбнулся и подмигнул спутнице. — Ну как, порадуем наших гостеприимных хозяев порнушкой?

Пришла очередь Селены краснеть до кончиков ушей.

— И как же это ты так облажалась? — продолжил издеваться Коготь. Мерзко ухмыльнулся, насладившись моментом, а затем сделал короткий жест рукой, раздался противный хруст, и камеру смяло, как под прессом.

— Просто и гениально, — прокомментировала Селена.

— Ага, — самодовольно ответил он.

— Я не про это, я про камеру. Ты думаешь, она здесь случайно появилась? Я поставила магическую защиту от любопытных, а вот о таком пустяке как камера не додумалась…

— Хочешь сказать, кто-то шпионит целенаправленно за нами? — скривился парень.

— Уверена. Здесь такое обычно не практикуется. Я тут частый гость…

Издевательская ухмылка Когтя была проигнорирована.

— Обсудим подробности моей личной жизни попозже… если тебе это будет интересно. Нам надо серьёзно поговорить.

— Как раз это и собирался сказать. Прежде всего, хотел тебе показать кой-чего… Тебя не затруднит аккуратно считать образы из моей головы? А то мыслеречь у меня еще получается более-менее, а вот транслировать образы сложнее, вечно одни обрывки, и размыто все…

Девушка неопределенно кивнула, закатив глаза, мол, вот так всегда, все делай сама…

Коготь почувствовал едва заметное касание чужого разума, и тут же в голове появились легкие ассоциации определенного уклона, предвкушения… захотелось протянуть руку к Селене, коснуться ее шеи, скользнуть под… Вот зараза!

Коготь отогнал посторонние мысли, прищурился, вспоминая момент разговора с демоном, появление странной незнакомки, весь их недолгий и кажется бессодержательный разговор. Скомкав это все, он рывком всучил это ментальному "я" девушки и захлопнул канал.

Селена вздрогнула, и ее взгляд на секунд двадцать потерял осмысленность. Еще бы, адаптировать себе кусок чьей-то памяти (пусть даже небольшой) достаточно тяжело. Наконец она открыла глаза, но в них уже не было того ехидства, с каким она старалась вывести его из себя все это время. Испуг очень отчетливо проступил во взгляде.

— …это… прости меня, я зря тебя подкалывала. Такими вещами не шутят…

— Рад, что ты поняла. Сопли потом, — оборвал он. — Как по-твоему, что все это может значить?

— Не знаю, повелитель, — тихо ответила она. — Ты затрагиваешь, а может быть, и находишься в центре интересов могущественных сил. Эта м… девушка… она не человек. Это точно. Будь ее аура не такой переменчивой (в темной фазе), я бы сказала, что ее положение равное тому же Ас'гарсиэлю… Но эта переменчивость… Я о таком не слышала. Хотя не исключено, что она могла специально показать тебе такое, дабы сбить со следа… Представь себе искать не только среди нас, но и среди светлых… — Селена помолчала в раздумье, очевидно, прокручивала еще рез воспоминания. — Ас'гарсиэлю зачем-то нужно добраться до кого-то в том месте, что он тебе показал… Я не представляю, где это может быть. Весь мир перерыть, что ли? Или город спрятан в смещенной фазе реальности? Хм… Это подскажет сам Ас'гарсиэль… и думаю скоро…

В этот момент в дверь кабинки постучали, и, не дождавшись разрешения, вошли двое.

Мужчина лет тридцати пяти — сорока, среднего роста, обычной комплекции, одет в костюм, белую рубашку и галстук. В руке он держал небольшой кожаный кейс. И, как ни странно — мальчик лет девяти, с большими испуганными глазами, держащий мужчину за руку.

Коготь и Селена одновременно ощупали их в астрале.

"Обычные люди", — пришла мысль от девушки.

"Ага, вижу… Наверное, кабинку перепутали…" — ответил он ей.

Коготь вопросительно уставился на мужчину.

— Добрый вечер, — начал тот извиняющимся тоном с виноватой улыбкой, — я прошу прощения за вторжение, мы сейчас уйдем…

Он повернулся к мальчику, сказал тихо, успокаивающе:

— Вот видишь, Игорек, я же тебе говорил! Здесь просто парень с девушкой отдыхают, хотят поговорить, чтобы им не мешал шум дискотеки, и никто их не беспокоил! Пойдем… Извините нас, мой сын такой выдумщик…

Коготь понимающе кивнул. Мужчина сделал шаг в сторону, и хотел увести ребенка, но тот уперся, оставаясь на месте. Было видно, что мальчик боится, тем не менее он потянул отца за руку, и проговорил:

— Нет! Ты не понимаешь… поговори с ним, папа! Он шинигами*, я знаю! Папа, если сейчас уйдем, эта девушка сделает так, что мы забудем зачем приходили сюда…

Коготь опешил, Селена впала в ступор. Они понятия не имели, кто такой "шинигами", но откуда ребенок мог знать об индивидуальной способности девушки?

— Игорь, пойдем отсюда, сейчас же! — строго произнес мужчина, одергивая сына за руку, и таща к двери. Тот упирался. Было видно, как он с трудом поборол страх, и с надеждой посмотрел на Когтя. Парень решил разрядить обстановку, заодно и выяснить что-нибудь:

— Почему ты думаешь, что я шинигами, и что вы забудете что-то? — спросил он у мальчика, улыбнувшись своей самой дружелюбной улыбкой.

Мужчина остановился, нехотя отпуская Игоря. Мальчик посмотрел из-под смешно взъерошенной челки и сказал тихо:

— Потому что вы убиваете плохих людей. Я знаю, я видел. Папа мне не верит… а нам очень нужна помощь. Пожалуйста, — добавил он. — Мою маму убили, моя старшая сестра попала в больницу, и папа боится, что меня тоже убьют… Он по ночам ходит по квартире с пистолетом, — мальчик шмыгнул. Улыбка сползла с лица Когтя, заменив его каменным выражением лица.

— Ну хватит, — мужчина снова взял сына за руку, с явным намерением увести.

— Скажите ему, что я не врун…

Коготь вздохнул. Затем, пока еще не успел передумать, проговорил тихо:

— Он не врет…

Мужчина глянул на него, и буркнул:

— Спасибо вам конечно, молодой человек, но думаю мой сын уже достаточно взрослый, и подыгрывать его выдумкам не стоит… Меньше надо мультики смотреть, вот и…

— Все, что рассказал мальчик — правда? — перебил его Коготь.

Мужчина поправил галстук, и ответил устало:

— Я бы не советовал вам влезать в эту историю, молодой человек. Вы не сможете помочь, только себе навредите. Спасибо что отнеслись с пониманием…

— Позвольте уж мне самому решать, — ответил Коготь спокойно. Он коснулся разумом своего браслета, нашел там походящее заклятие, и послал в мужчину. У того закрылись глаза, и он начал заваливаться на спину. Одно из кресел выдвинулось из-за стола, и мужчина угодил аккурат в него. — Ну присаживайся, поговорим, — жест рукой, и второе кресло остановилось напротив мальчика, который даже глазом не моргнув, залез в него. Он повернулся к ним, показывая, что готов к разговору.

— Коготь, ты соображаешь, что делаешь? — спросила Селена, но тот ее просто проигнорировал.

— Откуда ты знаешь о нас? — поймал он взгляд мальчишки.

— Вижу, — просто ответил Игорь. — Таких как вы в городе еще шестнадцать. Нет, пятнадцать… Одного вы убили сегодня. И есть еще те, другие… Они по очереди подсматривают за всеми людьми, и шпионят за вами…

Коготь и Селена переглянулись. Сказать, что они были в шоке от удивления, значит не сказать ничего.

— Вы мне поможете? — снова спросил мальчишка с надеждой.

— Скажи, — поморщился Коготь, — ты хорошо понимаешь, чем тебе придется пожертвовать ради этого?

— Вы возьмете у меня часть жизни, — спокойно ответил мальчик. — Но уверяю вас, этого не нужно! Все, что вам понадобится, вы сможете взять у тех людей… Они все такие… черные изнутри.

Коготь невольно рассмеялся. Нда, забавный малыш. Только вот опасный… в первую очередь для себя самого.

— А руку я могу и сейчас порезать, если нужно… — продолжил ребенок.

Селена бросила вопросительный взгляд на своего повелителя. Тот отмахнулся, мол, потом объясню.

— Хорошо, расскажи мне об этих людях, — Коготь устроился поудобнее в кресле.

— Пусть она, — малыш посмотрел на девушку, — возьмет это у меня из головы, так будет удобней и быстрее. Я не боюсь.

Немой вопрос от Селены, и разрешающий кивок Когтя.

Через минуту разума Когтя осторожно коснулась девушка, и на него хлынули потоком чужие воспоминания…

* * *

… сегодня уже третий день как похоронили маму. Папа и сестра плачут, обнявшись в большой гостиной…

… позвонил какой-то человек, позвал папу к телефону. Папа взял трубку, а мне сказал выйти. Глупый взрослый, я и так все услышу, аккуратно подниму трубку в другой комнате. Я видел, как в кино люди так делали.

… человек по телефону долго кричал на папу, обзывая его плохими словами, угрожая, он хотел, чтобы папа рассказал ему, где живет та семья, для которой он выиграл дело в суде… папа сказал, что не знает где они прячутся, просил оставить нас в покое…

… сегодня папа сказал, что был в милиции, и прокуратуре, но ему отказали в охране нас, сказали оснований нету… а этой ночью я долго не мог уснуть. Я слышал, как папа плачет в своей комнате, как зовет маму по имени, спрашивает, что нам делать… Позже, я почти заснул, когда у меня опять случилось это… В голове зашумело, и меня как-будто куда-то потянуло… там было много людей, играла музыка все болтали… приехала красная машина, в ней какие-то пьяные люди, они пошли к дому с красивыми огоньками, один из них замер… он напал на своего друга, но его поймала охрана и вызвала милицию… О, здесь шинигами! Я его узнал, это он! Точно! Эй, помогите, пожалуйста! Помогите моему папе, нам угрожают плохие люди! Эй… он меня не слышит… он никогда меня не видит и не слышит…

…сестра и ее друг встретили меня после школы. Я уже взрослый и сам могу дойти, здесь недалеко, но мне интересно с ними, ее друг всегда мне покупает что-нибудь вкусненькое…

… какая-то машина остановилась, пока друг сестры стоял в очереди за мороженым, из нее выбежали люди, поймали меня и сестру. Они смеялись, потому что мы не могли вырваться, на сестре начали рвать одежду… ей оторвали сережку с правого уха, били по лицу, а ее друга порезали ножиком… Люди кричали вокруг, разбегались в разные стороны, а они все били и мучили ее, а меня заставили смотреть…

… сегодня я плакал всю ночь, в больнице трудно уснуть. К сестре нас не пускают еще, говорят состояние тяжелое… меня опять потянуло куда-то… Здесь снова шинигами! Он с подругой приехал сюда, они танцуют… Папа, папа, пойдем! Пойдем, я знаю, кто нам поможет, пойдем! Там шинигами! Я говорю правду, пойдем! Вот увидишь! Папа, ну пожалуйста, сходи со мной один раз, я честно-честно не буду больше приставать с глупостями, если там никого не будет! Ну пожалуйста, один раз!!..

* * *

Коготь не заметил, как бокал в его руке превратился в стеклянную крошку. Вся рука была в крови. В его крови, которая струилась из порезов по всей ладони. Удивление необычному дару пацана вытеснило злостью, неописуемым гневом.

— Чего ты хочешь? — прямо спросил он у Игоря, словно разговаривал со взрослым и отдающим себе отчет мужчиной. — Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Убейте их. Если сможете, — просто попросил мальчишка. — Если хотите, я отдам вам часть своей жизни…

Коготь вздохнул, еще раз все обдумывая.

— Не все так просто, малыш… Да, безусловно, если получу право, я смогу убить всех, кого ты мне показал, но… ведь есть и другие, те, кого ты ни разу не видел! Даже если отделаться от этих, я не могу пообещать, что вас оставят в покое…

— А вы не можете их просто заставить поубивать самих себя, как вчера?

Парень серьёзно задумался.

"Коготь…" — мысленно позвала его девушка. — "Ты понимаешь, что нельзя его просто так отпускать? Он очень много знает… Мы должны соблюдать осторожность. Если пронюхают Хозяева, нам не сдобровать… Да и Хранители не оставят его в покое, если обнаружат…"

"Сам знаю…" — буркнул он ей в ответ. Ребенок — ясновидящий, который наблюдает за ними… Да его убьют просто из соображений безопасности! Его дар — уникален! Просто находка для него, и позволить ей вот так просто сгинуть он не мог. Хуже то, что где-то в уголках темной души парня зародилось чувство ответственности за судьбу этого малыша. Он боялся, что этот мальчишка повторит его судьбу… Только с более печальным итогом. Должен быть какой-то выход…

— Я постараюсь тебе помочь, — Коготь тщательно подбирал слова, — взамен же я потребую от тебя только одно: сохранить тайну о нашем существовании. Ни один человек не должен знать о нас, не говори об этом ни с кем, даже с папой и сестрой. Если ты нарушишь слово… вам всем не жить.

Мальчишка испуганно, но тем не менее решительно кивнул.

— Я все понимаю.

— Скоро мы разбудим твоего папу. Он не будет помнить последних двух минут разговора, до того как уснул. Я скажу ему, что он упал в обморок, а ты должен подтвердить, ясно?

— Да.

— Готовься.

Игорь молча вытянул левую руку перед собой, достал платок из кармана и поднял со стола кусок стекла от бокала, который раздавил Коготь…

Селена брезгливо скривилась, понимая, к чему все идет.

— Слова, которые ты должен произнести…

— Я знаю, — голос мальчика дрогнул. — Я их выучил наизусть.

— Отлично. Начинай.

Мальчишка всхлипнул, рука задрожала, но, справившись с собой, он расстелил платок на столе, положил на него руку и поднес стекло острием к запястью…

Коготь напрягся…

— Я должен тебя предупредить, малыш… Сделав это, назад пути не будет. Ты откажешься от своего права на защиту… тех, других… Я не могу сказать, как именно ты проживешь эту жизнь… Ты еще очень маленький, чтобы понять… — Коготь колебался.

— Но ведь если я этого не сделаю, вы не сможете мне помочь, ведь так? — грустно спросил малыш.

— Нет… но… ты останешься чистым. И еще: я не могу пообещать тебе, что наверняка смогу спасти твою семью… Есть риск того, что я могу не успеть…

— Без вашей помощи мы все равно умрем, — обреченно проговорил ребенок, и начал:

— О, Великая Тьма, молю, прими меня, позволь служить тебе, стать твоим предвестником, дышать твоей волей и прятаться от Света за твоим покровом! Essseshhaaakhn ego ethhh…

"Ритуал первичного посвящения во Тьму? Зачем?" — девушка засыпала повелителя мысленными вопросами.

"Не мешай, потом" — отрезал Коготь.

Мальчишка зажмурился, собрался с духом и резанул себя по запястью. Кровь закапала на платок, обагрив его, впитавшись в ткань почти мгновенно.

Мальчик сложил платок, и протянул его Когтю, а сам зажал запястье другой рукой, чтобы задержать кровотечение.

— Я прошу тебя, позволь тебе служить, прошу у тебя защиты и покровительства, моя кровь отныне принадлежит тебе, во славу Великой Тьмы!

Коготь взял платок с кровью, и продекламировал:

— С этой минуты ты под моей защитой. Твоя кровь — это и моя кровь! Твоя жизнь теперь принадлежит мне. Если ты будешь нуждаться, я встану на твою защиту, и пролью кровь твоих врагов. Твоя душа будет порукой твоей верности. Да будет так!

— Да будет так, — эхом повторил мальчик, наклонил голову… и Коготь почувствовал, как договор скрепил их ауры каналом связи. Ну что же, ему не привыкать. Но вот то, что ребенок знает все подробности ритуала… Этому есть только одно объяснение — он неоднократно наблюдал за совершением такого рода действ.

— А теперь, малыш, повелеваю тебе хранить в тайне все, что ты знаешь о подобных мне.

Игорь кивнул, и сказал просто и прямо:

— Я все сделаю. Я вас не подведу.

— Мое имя Коготь Лаэнсшшасс, дарую тебе право вызова. Где бы ты ни был, позови меня этим именем, и я тебя услышу…

— И сразу придете на помощь? — обрадовался пацан.

— Ну… не сразу…

— Почему? У шинигами же есть крылья!

— Малыш… я не шинигами…

— Как это? Но я же видел…

— Это сложно объяснить, но мы не такие уж сильные, как хотелось бы. И у нас есть свои м… запреты. Нам тоже не все можно. Если бы не это, я бы не боялся, что могу… не успеть помочь твоей семье. Пойми, даже для нас есть невозможное. Если я что-то сделаю неправильно, придут те, другие… И убьют меня. А заодно и тебя. В общем — не важно. Может, как-нибудь объясню. Потом. Просто поверь мне, ладно?

— Но я видел… — упрямо повторил Игорь. — Я видел ваши крылья…

"Твои… крылья? Коготь, я чего-то не знаю?" — мысленно теребила его Селена, стараясь поймать его взгляд.

"Многое. Но что касается крыльев — по-моему, у ребенка разыгралось воображение… Не смотри так! Понятия не имею, о чем он! "

Мальчишка грустно опустил голову, и попросил тихонечко:

— Только не бросайте нас…

* * *

… вечер был безнадежно испорчен. Когда Игорь с отцом ушли, все оставшееся время ребята просидели в тишине, потягивая шампанское и думая каждый о своем. Коготь прокручивал случившееся с ним за последнее время, стараясь проанализировать все до мелочей, а Селена забралась с ногами в кресло, закинула ногу на ногу, не забывая подливать себе содержимое бутылки телекинезом. Только перед самым уходом девушка нарушила молчание:

— Скажи… Как тебя зовут? Я имею в виду имя, которое ты получил при рождении от родителей…

— Эдуард, — выдавил он. Девушка кивнула, погруженная в свои раздумья. Коготь помялся, но все же задал вопрос, который мучил его с момента окончания поединка с Мурлоком:

— Какие у тебя теперь дальнейшие планы?

Селена непонимающе посмотрела ему в глаза.

— Ну… я имею в виду теперь, когда ты отделалась от Мурлока. Я могу освободить тебя от Клятвы вассала, конечно условие молчать сохранится…

— Понятно… Как пожелаешь… повелитель, — добавила она с горькой усмешкой и осушила свой бокал одним глотком.

— Хм… что-то ты не выглядишь довольной… Я избавил тебя от проблемы, а теперь готов освободить… Ты не рада?

— Да нет, все нормально… В общем-то, чего другого я могла ждать… — девушка подняла левую руку ладонью к лицу и на ней засветилась небольшая сфера тьмы. Коготь рефлекторно закрылся слабеньким, едва заметным щитом. — Любопытно, — улыбнулась она, — ты мне не доверяешь, даже после Вассальной клятвы… Чего, в общем-то, и следовало ожидать…

— Ну, все не совсем так, — ответил Коготь, тщательно подбирая слова. — Это скорей на уровне рефлексов…

— Коготь, — громко и уверенно произнесла темная, в ее голосе прорезались стальные нотки. — Я прекрасно понимаю, что не заслужила твоего доверия. И понимаю, что доверие, равно как и дружба — в наше время товар дорогой и скоропортящийся. Поэтому, — она резко опустила ноги на пол, но поднялась с кресла грациозно, как дикая кошка, — завтра мы с тобой встретимся, и разорвем клятву. А сейчас, я предпочла бы не думать об этом… — легкий жест рукой, и ее сумочка перекочевала со спинки кресла ей на плечо.

Коготь молча поднялся, обтер лицо салфеткой, предложил руку девушке, и они двинули к выходу.

На улице было свежо и… пусто. Толпа зевак практически рассосалась, несколько кучек людей (человека по три), рассевшихся по лавочкам вдоль дороги, можно сказать не в счет. Коготь вытянул руку, подавая знак таксисту на другой стороне улицы. Фары машины на секунду зажглись, и погасли, таксист просигналил, что сейчас подъедет.

Коготь почувствовал, как Селена напряглась…

— Что… — начал было он.

— Спаренный щит, физика, максимум! Быстро!

Спаренный щит — это щит из двух полусфер созданный двумя мистиками, сложенный вместе, и образующий цельную сферу магического защитного поля. Разумеется, каждый мистик мог создать свой собственный щит-сферу, но только его коэффициент защиты будет слабее ровно вдвое…

Коготь среагировал мгновенно: глубокий вдох, потянуться к браслету, имя заклятия… Задать вектор, для чего определить направление заклятия Селены, развернуть на 180', каст*… Они почувствовали, как сфера защиты сомкнулась — вокруг них резко ослаб ветер… Коготь, не останавливаясь, вызвал набросок "Поглотителя магии", и, приправив энергией, аккуратно наложил поверх спаренного щита вторым слоем. Силовые линии, питающие спаренный щит с его стороны, и магический щит Коготь предусмотрительно спаял в одну…

Буквально через секунду, с двух (или трех?) сторон грянули выстрелы. Пули расплющивались о щит, и осыпались на асфальт. Коготь снова потянулся к браслету. Два заклятия: "слепок ауры" и "наведение" родились с разрывом в 3 секунды: первое считало след ауры последнего, кто трогал каждую пулю руками, второе должно было подсветить ауры, подобные слепкам… На крыше пятиэтажки, напротив "Нефрита", едва заметно засияла призрачным светом человеческая фигура. Такое же свечение проступило и вдоль по дороге, метрах в четырехстах, из кустов…

Третье заклятие — разделяющийся самонаводящийся пульсар — Коготь отправил, наложив на канал заклятия "наведения"…

Вопреки ожиданию, общая масса пульсара разделилась не на две, а на три части, которые понеслись к целям. Два из них угодили четко в подмеченные Когтем места, а третий почему-то полетел прямо ко входу в "Нефрит", четко в одного из охранников… Но не поразил цель. Охранник скривился, махнул рукой, и пульсар, изменив направление, разбился о колонну, искрясь остаточной энергией по поверхности… Коготь и Селена посмотрели друг на друга…

И тут он ударил. Как будто в замедленной съемке Коготь наблюдал вырастающие из рук "охранника" два пульсара, разные по цвету и структуре… он свел руки вместе, соединив их… Получилось что-то типа пульсара в пульсаре…

Коготь слышал о таком. Это одна из хитростей, направленная на то, чтобы пробить целевую защиту*, один из пульсаров сгорает на щите, а второй свободно проскальзывает. На лице нападающего можно было прочесть смертный приговор…

— Вот черт! — Селена в ужасе зажмурилась… Но "Поглотитель" не был целевым, о чем не знал ни фальшивый охранник клуба, ни девушка.

Пульсар нападавшего понесся точно в Когтя, и взорвался ослепительной вспышкой, породив оглушающий грохот.

Сила взрыва была чудовищна. Все в радиусе десяти метров просто испарилось, включая деревья, людей, газон, часть фасада "Нефрита". В стене клуба образовался пролом, охватывающий два этажа…

Далее от эпицентра вокруг бушевали пожары, горело все, что могло гореть. В асфальте образовался кратер, глубиной примерно четыре метра. Селена открыла глаза, и с ужасом уставилась на последствия магического удара. Облегчение в ее глазах сменилось удивлением.

"Мы живы? Как это возможно?" — теребила она Когтя мысленно. — "Наш щит предназначен для отражения материи, он не выдержал бы такого! Да и любой магический тоже! Тут вбухано столько энергии, что щиты бы снесло, а нас должно было испепелить! И даже если бы стоял щит от магии, он бы не спас, а даже если и выдержал бы, нас изрешетило бы осколками и смело взрывной волной… "

"Помолчи, а?" — оборвал Коготь ее тираду. — "Я подстраховался, помимо спаренного щита, повесил поверх кое-что еще. Лучше думай о том, что будем говорить на допросе… Сейчас здесь будет целая делегация из Хозяев, и Хранителей…"

Девушка кивнула, и принялась осматриваться, стоя на уцелевшем островке диаметром в три метра. Коготь повторил заклятие "наведения", пытаясь понять, жив ли еще их несостоявшийся убийца и если да, то где прячется. В астрале загорелся маячок, показывая направление… Любопытно… Коготь аж присвистнул.

— Ты чего? — снова начала пытать его девушка.

— Да вот, думаю… Что такого кто-то из нас мог сделать, чтобы нас так сильно захотели убить… И что именно могло вынудить Хранителя пойти на такой риск, раскрывшись, и ударив магией в людном месте, зная, что за это почти наверняка смерть… Свои же убьют…

У девушки отвисла челюсть.

— Ты уверен, что это именно Хранитель?! Может, кто-то из их адептов свихнулся…

— Сообщаю тебе с гордостью, умница ты моя, что нас угостили ни чем иным, как "Карающим Светом"! И хотя всего примерно с половиной мощности, кастовать это заклятие, не имея в себе частицы первостихии Света, не просто невозможно, а является чистым самоубийством….

— "Карающий Свет"?! Ты шутишь? Этим Хранители уничтожали aerith shunthh, притом даже защита не спасала… Мы бы не выжили…

— Потом обсудим, — поменял тему Коготь, ощущая колебания темных энергий в астрале. — Ты можешь заблокировать себе выборочно несколько участков памяти? — Спросил он, ища что-то по карманам.

— Разумеется могу…

— Вот и отлично. Тогда запрячь подальше такие фрагменты: заключение нашего с тобой союза и весь тот разговор, также все моменты, касающиеся Игоря и его отца. Встретишь Хозяев — выскажи мои предположения, дай просканировать себя, пусть поднимут кипиш, что Светлые пытаются убивать адептов Пути sinthh. Неразбериха нам сейчас на руку… И зови если что. Если не буду занят — отвечу.

Кое-как обходя горящие вокруг кострища, Коготь начал продвигаться вдоль дороги, надеясь выловить такси или хотя бы попутку. Сигнал "Наведения" был очень четкий, но, если ему верить, объект на который он настроен, находился в другом конце города.

Коготь понимал, что в одиночку скорей всего не сможет справиться с противником, за которым устроил охоту. Хранитель наверняка намного старше и опытнее, плюс, насколько Коготь понимал, у них несколько другие ограничения в средствах, а конкретно, заемной силы у них как правило больше, чем у Хозяев, не говоря уже об адептах… Но брать с собой никого было нельзя — что бы там ни было, если противник окажется силен, у него есть джокер в рукаве, и если придется применять — уж лучше, чтобы не было рядом свидетелей. В крайнем случае, можно послать маячок для Хозяев, и закапсулироваться в тот же "Поглотитель магии"… или что-то другое выкинуть, благодаря информации, почерпнутой со страниц "Сияния" у него есть достаточно способов доставить противнику массу неожиданных сюрпризов.

Тормознув проезжавшее мимо такси, Коготь забрался на заднее сиденье, и назвал адрес.

Водитель был типичным кавказцем средних лет. Он оглянулся на пассажира, помедлил секунду и ответил вялым голосом:

— Нэт, туда нэ поеэду, мнэ ужэ скоро дамой… Далэко… Нэ обижьайсья друг, э…

Коготь вынул из кармана пятидесятидолларовую купюру, и, бросив на переднее сиденье, повторил адрес.

— Э, савсэм другой дэло, да? Сказал би щто таропышся, я бы понял, да?

Коготь начинал злиться. Он уже подумывал о том, чтобы просто выкинуть таксиста из машины, и сесть за руль самому, когда кавказец, наконец, тронулся с места, и поехал в указанном направлении. Надо отдать ему должное — ехал он очень даже быстро, зачастую срезая крюки по малоезженым дворам и закоулкам…

… и тут его настиг Зов. Это был крик, мольба о помощи, полный отчаяния и робкой надежды. Голос был слабый, тихий, полный слез и боли. Голос Игоря.

Коготь быстро перестроил "наведение", используя как целевой объект образ ауры мальчика из своей памяти… И чертыхнулся — пункт назначения практически не изменился!

Таких совпадений просто не бывает, размышлял он. Дерьмо… Опасение переросло в уверенность.

Таксист налегал на газ изо всех сил, будто чувствовал, что каждая секунда — как капля крови из порезанных вен на запястье… Коготь был благодарен ему за это.

Предчувствие сдавило грудь чугунными тисками. Не успевает…

* * *

… это были те же люди что и в прошлый раз. Те, что вырвали сережку из Марининого уха, и подрезали ее парня. Игорь плакал от безысходности, глядя, как привязанного к решетке папу мучают, капая по одной капельке с пипетки какую-то гадость на лицо, на руки, на участки тела, не прикрытые одеждой. Он видел такое в кино, это наверное кислота, жидкость которая жжет сама по себе… Огромного роста незнакомый мужик крепко держал его, не позволяя отвернуться, и сдавливая, если он закрывал глаза, заставляя смотреть…

Игорь видел, как руки, лицо и плечи отца покрывали ужасные язвы, как он корчился и кричал.

Мальчик звал на помощь, звал шинигами, который обещал защитить его близких.

— Потерпи, папочка, не умирай только… Он обязательно придет… Шинигами не обманывают, — плакал пацан, изо всех сил удерживая в сердце ускользающую надежду.

Он вспоминал снова и снова тот разговор, уверенные, понимающие глаза шинигами, которые не могли обманывать.

— Что там лопочет твой щенок? — зарычал стоявший сбоку человек в красивом дорогом костюме черного цвета, важный, как петух, очевидно главарь. — Кто там придет?? Человек-паук? — расхохотался он, и одним рывком сорвал остатки рубашки с плеч привязанного. — Смотри, крысеныш! — рука в резиновой перчатке схватила отца мальчика за обожженную щеку, отрывая куски кожи, мяса, обнажая еще не тронутые кислотой участки плоти. Мужчина заорал, и обмяк, потеряв сознание. Ему сунули что-то под нос, приводя в чувство, и кое-как он снова открыл глаза.

— Ну что, долго еще молчать собрался? — задал вопрос старший.

— Вы… тратите время… Я уже давно сказал бы вам, где… они, если бы знал… — голос мужчины срывался на хрип.

В это время у одного из бандитов зазвонил мобильник.

— Тимур Николаевич, тут ваш отец звонит… Он требует, вас к телефону!

Старший неохотно взял трубку.

— Папа, у меня сейчас нет времени, я тебе перезвоню… Что? Каких людей? Ты о чем? Папа, не лезь в мои дела, хорошо?

Голос говорившего с Тимуром Николаевичем по телефону был слабо, но все же слышен всем присутствующим здесь…

— Тимка, прекрати это немедленно! Ты хоть один раз послушаешь меня? Отпусти этих людей, они не знают того, что тебе нужно… Отпусти, и может быть все еще обойдется! Тимка, послушай, твоя жизнь в опасности… И не только жизнь…

— Опять ты, старый дурень, я говорил тебе, чтобы ты не лез в мои дела?? Иди в свой монастырь, и проповедуй свои псалмы стаду прихожан, которые с тебя пылинки сдувают!

— Ты не понимаешь, что натворил… За тобой придет демон, и…

— Черт побери, как же ты мне надоел своими проповедями… Потом позвоню. Пока!! — последние слова он выкрикнул уже со злостью, швырнув телефон в дальнюю стену. Мобильник грохнулся о нее, скатился на пол, дальше вниз, скользнул в люк водостока и плюхнулся в воду.

Тимур Николаевич выругался, повернулся к отцу мальчика, и выдал избитую фразу:

— На чем мы там остановились?

"Коготь Лаэнсшшасс, пожалуйста, если ты слышишь… Папа умирает! Помоги нам!" — мысленно звал Игорь. Ужас от предстоящей потери сдавил маленькое сердечко ребенка железными клешнями. Надежда умирала с каждой минутой.

И когда он уже почти отчаялся, наблюдая, как этот Тимур-как-его-там направляет на глаз его папе зажженную зажигалку с турбо, неожиданно в его голове будто откуда-то издалека возникла мысль:

"Держись малыш. Я иду. Отвлеки их как-нибудь! Хоть как, мне нужно еще чуток времени!"

И тогда Игорь решился на отчаянное… набрал в легкие воздуха, и начал кричать, обзывать этого Тимура, изрыгая все ругательства, какие только слышал.

— Кто-нибудь, заткните эту мелкую шваль! — заорал Тимур Николаевич, брызжа слюной

Держащий Игоря мужик мигом закрыл ему рот ладонью, но тот кусался и отплевывался, продолжая издавать неразличимые мычащие звуки.

Тимур Николаевич повернулся, и посмотрел на Игоря с нескрываемым бешенством.

— Хочешь поиграть в героя? — зарычал он, приближаясь к мальчику. — Ну посмотрим…

Он приблизился, направил зажигалку на предплечье пацана, и зажег. Тот вскрикнул и дернулся как уж на сковородке.

— Нравится? — злорадно спросил Тимур, с довольной рожей, рассматривая ожог на коже мальчика.

Отец Игоря отчаянно захрипел, но ничего выговорить не смог. И, хотя торжествующая ухмылка расползалась по отвратительной роже Тимура, уверенного в своем превосходстве, улыбаться ему оставалось… Собственно уже и не оставалось совсем…

Мальчик ненавидяще посмотрел на своего мучителя, а затем его взгляд скользнул на тусклую лампу, висящую над выходом. Над лампой роилась мошкара, слетевшаяся на свет. На мгновение, Игорю показалось, что тени, отбрасываемые этой мошкарой, как будто почернели, и стали летать не синхронно насекомым, а сами по себе… Или не показалось?

Тимур еще лыбился, не замечая, как по углам, и даже под ногами у него самого, начали густеть и наливаться зловещей чернотой тени.

— Не сжимай ему рот, посмотрим, что он нам споет, — бросил Тимур своему человеку, державшему мальчишку. Тот разжал ладонь и вытер ее о свои штаны.

— Ну что, все еще такой же смелый, крысенок?

Игорь оторвал взгляд от теней насекомых — его сердце запрыгало от радости — и вдруг улыбнулся своему мучителю:

— А чего мне трусить? Мне уже поздно. Теперь бояться будешь ты… козел.

Тени мошкары разом увеличились вдвое, слетелись в рой, и стремительно метнулись в сторону ничего не подозревающих мужчин…

— Ах ты… — оскалился Тимур, но договорить уже не успел: рой насекомых разом облепил его и прихвостня, и… родился вопль. Крик боли, отчаяния и страха перед неизвестным.

* * *

Пацана уже никто не держал, оба крича, попятились, отмахиваясь от этих порождений мрака и ужаса. На пол упали первые капли крови — кожа на лицах, руках, плечах и торсах была вся изранена до мяса укусами насекомых.

Где-то в соседних помещениях послышался шум — звук падающей мебели, крики и грохот выстрелов, которые впрочем смолкли довольно быстро.

Еще один бандит попытался выбежать через дверь, однако та захлопнулась у него перед носом, ручка рассыпалась в пыль, а из ближайшего угла метнулось нечто темное, напоминающее щупальце осьминога, схватило его за горло, приподняло над полом и приложило об стену.

Игорь подбежал к привязанному отцу, начал распутывать веревки, сковывающие его запястья.

— Не бойся, папа, все будет хорошо, теперь все хорошо… — приговаривал он.

— Что… это… — прохрипел раненый, разглядывая мошкару.

Тимур и его приспешник голосили, корчась на полу в позе эмбриона, дрожа от ужаса и стараясь отделаться от назойливых насекомых.

— Все хорошо, папочка, уже все хорошо, — успокаивал его ребенок. — Не бойся, тень не сделает нам плохого. Она — друг…

Щелкнул замок двери, и в проем хлынула Тьма, из которой выступила высокая фигура в темной мантии. Короткое движение рукой, и капюшон был откинут.

Отец Игоря с удивлением опознал в пришельце парня из ночного клуба, куда притащил его сын-фантазер…

— Это… — слова давались с трудом. — Игорек… ты не… придумывал… Он правда…

В левой руке Когтя пылал темным огнем Клык Дьявола, уже успевший поглотить четыре души… На ауре ближайшего бандита мгновенно вспыхнула личная печать Когтя. Две других ауры хоть и слабо, но замерцали бледновато-сероватым светом.

— Неужели еще не пересекли порог sinthh? — Вопрос Когтя был практически риторическим. — Думаю, стоит это исправить… Игорь, как твой покровитель, именем Великой Тьмы, эти люди пролили кровь твоего отца, нашу кровь… Отдаешь ли ты мне свое право крови?

— Прошу тебя, как покровителя, принять мое право крови и поступить с ним как сочтешь нужным, — ответил вслух Игорь подсказанной по мыслеречи фразой, глядя с отвращением, как на полу корчатся двое, совсем недавно так радовавшиеся его слезам и мольбам его отца.

С последним сказанным словом ауры обоих на мгновение блеснули, прежде, чем погаснуть навсегда. Коготь улыбнулся, прикрыл глаза, и астральные щупальца вновь потянулись к аурам жертв, дабы выжечь положенные печати, нарочито медленно, словно выжидая…

Резкая вспышка света отшвырнула прочь его щупальца, а большая часть мошкары просто опала сажей на пол. Оставшиеся невредимыми насекомые тучей взлетели с тел, собрались в рой и, подлетев к Игорю и его отцу, зависли между ними и бандитами, будто закрывая собой от чего-то…

— … а я уже думал, что я параноик, — задумчиво протянул Коготь с презрительной ухмылкой. — Не соизволишь показаться сам, Хранитель?

Ответа не последовало. Коготь напрягся, удерживая сознание наполовину в астральном трансе. Наконец, с противоположной стороны сверкнула вспышка, и в том месте появился невысокий пожилой мужчина в спортивном костюме. Увидев этого человека, лицо Тимура изобразило несказанное удивление, а следом надежду! Пришелец сотворил небрежным жестом пасс, и Тимур мгновенно вырубился, потеряв сознание.

— Неплохо, темный, очень неплохо. Не думал, что среди адептов пути sinthh есть кто-либо, способный меня обнаружить. Поздравляю, — тихо проговорил вновь прибывший.

— Ну и ну, — хмыкнул Коготь с сарказмом. — Что же может быть общего у Хранителя, опоры и защиты всех человеческих существ от "мерзких порождений sinthh", с ублюдками, которые развлекаются, пытая детей?

Хранитель почувствовал себя оплеванным.

— Ты прекрасно знаешь, что я не имею к этому отношения, knothh.

Коготь вскинул правую бровь.

— Ого, мы оказывается знатоки темной речи? Надеешься этим заставить меня благоговеть перед тобой?

— Не думаю, что это возможно. Да и не стремлюсь, если честно.

— Что тебе здесь нужно, Хранитель? — требовательно спросил темный.

— Оставь в покое этих людей. Ты их не получишь. Если ты попытаешься, я тебя уничтожу.

— Боюсь, это у тебя не получится. Я в своем праве.

— У тебя нет права на них. Печати на их аурах нет. Тебе придется уйти ни с чем.

— И не подумаю… Более того, это ты ответишь за попытку убить меня и Малтир.

Удивленное лицо, безразличие и ехидная усмешка, на лице Хранителя сменили друг друга по очереди.

— Долго придумывал эту чушь?

— Ты прекрасно знаешь, что это правда. А с момента, как я предстану перед Хозяевами и приведу доказательства, твоя жизнь начнет отсчитывать минуты, до того как тебя развеют свои же.

— Ты в своем уме? Зачем мне вас убивать? Да и у тебя нет никаких доказательств, кроме своей бурной фантазии, мальчишка…

— …правда? Какая жалость… Какое разочарование, — с притворной грустью вздохнул Коготь. — Что делать, видимо придется теперь стереть матрицу ауры человека, заряжавшего одну из автоматических винтовок возле "Нефрита", и забыть о наглом нападении на адептов пути sinthh…

Хранитель скривился.

— … ты ведь не ожидал, что мы останемся в живых после выстрелов из винтовок, верно? Мы просто не должны были успеть поставить щит… Ведь в этом случае, нас обоих не сразу должны хватиться, и ты легко успел бы замести следы… Но вот незадача — не получилось. И когда ты понял, что план потерпел фиаско — быстро сообразил, что наследил, и в любом случае тебя найдут… тогда ты решился на отчаянный шаг — удар "Карающего Света". В таком сильном энергопотоке все следы аур и чужих заклятий выгорают начисто, вместе с объектами атаки и…испепеленными невинными жертвами. Расследовали бы долго, и догадались бы, что это работа кого-то из Хранителей, но только вот конкретно виновника не нашел бы никто… Ты считал, что работа выполнена, и даже не потрудился проверить, достал нас или нет, ушел телепортом… Мне не только удалось закрыться, но и успеть запечатлеть образы аур нападавших, двое из которых погибли от пульсаров, а третий оказался в другом конце города… за одну секунду. Кто бы это мог быть, а? Я решился на визит вежливости. Уже был на полдороги к тебе, когда этот мальчик позвал меня… И когда я переключил "наведение" на новую цель, как думаешь, что меня несказанно удивило? Конечно, невероятное совпадение, — вы находились рядом! Я живо сложил два плюс два, и понял: тебя что-то связывает с этими… — Коготь откровенно улыбнулся, наслаждаясь моментом. — Единственное, чего я не возьму в толк до сих пор, так это причины, по которой ты слишком переживаешь за них, и дело вовсе не в долге Хранителя! Я специально помечал их всех по одному, ожидая, когда же ты дашь о себе знать…

Лицо Хранителя было каменным.

— А теперь, не окажешь любезность, не сообщишь мне, чего ради ты их так защищаешь?

Хранитель посмотрел на Когтя с ненавистью и бессильной злобой.

— Ты не оставляешь мне выбора, — начал он, расставив руки в стороны. Боевой транс! Коготь отшатнулся.

— Слишком много знать вредно для здоровья, тебя не учили? Мститель…

Коготь увидел краем глаза, как вокруг Хранителя возникла защита — Щит Радуги. В правой руке засверкал пульсар, а в левой сформировалось Солнечное Копьё.

— Радует, что из нас двоих хотя бы я не разучился просчитывать события, и исходы из них, — выдохнул темный, спокойно поднимая перед собой правую руку. Царапнул себе кожу на ладони Клыком Дьявола. — По праву Крови, по праву sinthh, именем Тьмы, требую их души…

Кровь капнула на пол, вспыхнула темным пламенем… И на аурах обоих искалеченных бандитов в одно мгновение загорелись печати Когтя.

— Ты не мог…! Как…?

Один пасс, и вокруг Когтя засветился "Щит мистика"…

— Я готов принять твой вызов, Хранитель. Начнем?

— Сдохни, отрыжка мрака! — зарычал Хранитель, и ударил копьем прямо в грудь Когтя…

Яркая вспышка света, сильный хлопок, и… валявшиеся на полу бандиты завопили от боли, плюясь кровью, и трясясь, словно по ним пропускали ток. Коготь даже не покачнулся…

Брови Хранителя ошеломленно поползли вверх.

— Я тебя удивил? — прошипел Коготь язвительно. — Ну, постараюсь не разочаровать тебя и дальше…

Коготь сделал вдох, и… убрав маскировку, показал Светлому свою ауру. Настоящую… Множество силовых линий тянулись через астрал, выпивая sinthh из множества еще живых помеченных печатью людей, включая теперь и этих двух бандитов…

Рука Хранителя дрогнула, но он не торопился напасть вновь.

— Занятный фокус, не находишь? — мстительная улыбка парня стала злорадной. — Ты только что забрал у них по пять лет жизни своей атакой… Хранитель опустил глаза.

— Давай я поделюсь с тобой еще одной догадкой, Хранитель, — продолжил Коготь, наслаждаясь моментом. — Из этих двоих тебя волнует судьба только одного…

Хранитель напрягся.

— Требую свое по праву!

Тени окружили прихвостня Тимура, и тот закричал от боли, извиваясь, как дождевой червяк на солнце. Через мгновение тени отступили, оставив только почерневший пепел, силуэт того, что когда-то было человеком. Хранитель закрыл глаза, вроде бы как переведя дух.

— Отродье Тьмы… Для тебя ничто не является ценным, кроме жажды силы… Жизнь для тебя — пустой звук. Интересно… Ты доволен своим существованием? Тебе нравится уготованная тебе судьба?

Коготь замер. Слова до боли резанули память, где-то он их уже слышал, причем недавно… Ну конечно! Незнакомка в клубе… и она что-то еще говорила… что-то о предубеждении, врагах и союзниках… Странное чувство захлестнуло парня… Он понял, что справится с Хранителем при желании… И убьет, если захочет…Но это не нужно. Коготь вдруг понял, ЧТО именно нужно делать…

— Может быть, — фыркнул темный. — Только выводы не совсем правильные. Я ценю жизнь. Свою. Своих помощников, друзей, вассалов. А также тех, кому я сочувствую по каким-то своим соображениям. Ради этого я встал на путь sinthh, чтобы каленым железом выжечь… — слова застряли поперек горла. Чуть не сболтнул лишнего. Открыв рот, он сказал уже другое: — Я пришел сюда в первую очередь спасти, а не убивать, хотя одно не исключает другого…

— Демон-спаситель… — буркнул Хранитель. — Нонсенс.

— Хранитель-убийца — не меньший нонсенс, — огрызнулся парень. Ты ведь тоже хотел нас убить возле "Нефрита"! Причем, не просто так… зная, что в случае неудачи тебя самого ждет смерть. И причина, по которой ты хотел от меня избавиться, связана с мальчиком, и вот с этим… червем. В чем она, Хранитель? Отвечай! Или я выпью его жизнь прямо сейчас, у тебя на глазах! Ну? Ты хотел меня убить потому, что…

— …потому, что в то мгновение, как мальчик с отцом вышли из клуба, и я увидел на нем печать Тьмы — я понял, что ты станешь убийцей… моего сына.

Когтя эти слова повергли в шок. Он ожидал всего чего угодно, но только не этого… Сын Хранителя — тварь, пытающая детей…

В какой-то момент Когтю стало жаль своего противника.

— Покарай меня Свет, я говорил с ним, упрашивал, убеждал, пугал… Но он считал меня сумасшедшим. Я знал, что когда-нибудь этот день наступит, он пересечет порог sinthh, и… — Хранитель замолчал. — Я не мог вмешаться, и сколько ни просил Совет, умолял забрать у меня жизнь, но дать мне возможность вправить ему мозги… Эта чертова доктрина невмешательства, провались она в Бездну… — Хранитель посмотрел на Когтя, в первый раз без ненависти и презрения, а просто с дикой усталостью в глазах.

— У меня к тебе предложение, — проговорил Коготь тихо, борясь с собой. — Я не буду заявлять Хозяевам о нападении на меня и Селену… — Светлый удивленно поднял глаза, встретившись взглядом с глазами Когтя. — Взамен, ты просто уберешься к чертям отсюда. Сделаем вид, что ничего не случилось.

Хранитель покачал головой.

— Спасибо за щедрое предложение, темный, но… не выйдет. Я не отдам его тебе, — он кивнул на тело, лежащее без сознания. — Не смогу. Родители не должны хоронить своих детей…

— Он — моя добыча по праву sinthh. На нем печать. Ты знаешь, что это значит.

— …пока есть шанс, что он еще исправится. Страдание заставляет многих раскаяться. Я не могу просто оставить его Тьме, поэтому… давай покончим с этим. Если я убью тебя, то меня уничтожат… но это даст ему шанс хоть как-то стать лучше… Если я погибну, то у тебя проблемы не будет, а мне уже будет все равно — мертвые не чувствуют боли потерь…

— Хорошо, — неожиданно согласился Коготь. — Давай проверим твою теорию… относительно того, что страдания заставляют многих раскаяться.

В глазах Хранителя мелькнуло недоверие, а следом надежда.

— Твой сын будет проклят, — вынес приговор Коготь.

— Нет…

— Ты все равно не сможешь помешать. Я осушу его прежде, чем ты слабенькую искорку кастануть успеешь. Можешь попробовать…

Светлый не шелохнулся.

— Так вот, — продолжил парень, — Тимур будет проклят. И если твоя теория верна — он должен будет исправиться… тогда его душа останется нетронутой, я откажусь от нее добровольно. Если же этого не случится — извини, он отправится в Бездну.

Хранитель молчал, глядя куда-то в сторону, за спину темного.

— Не соглашаешься — я его убиваю, — продолжил парень. — А потом ты пытаешься убить меня… Что будет трудновато — я доверху накачан заемной силой, и, как ты видишь, щиты выдержат, да и проклятий я знаю весьма много, есть даже такие, о которых ты и знать не знаешь… Решай.

Долго раздумывал светлый, но все же в конце концов склонил голову и проговорил:

— Твое решение мудрое, и справедливое. Не верю, что говорю это темному, но все же… Я согласен на сделку.

— Разумно. Чтож, повторяй за мной: Я, Коготь Лаэнсшшасс, адепт пути sinthh….

— Я Миэлирус Лайлинг, Хранитель Душ….

— …добровольно, и без принуждения заключаю этот договор, который скрепляется нитью моей жизни. Я не убиваю Тимура, не ускоряю его смерть, и никаким образом не влияю на его жизнь, пока его душа сама не покинет тело. Я заберу его душу, только если в ней останется хотя бы треть sinthh, которое есть сейчас…

— …добровольно, и без принуждения заключаю этот договор, который скрепляется нитью моей жизни. Я никаким образом не влияю на жизнь Тимура, пока он не окончит свой путь. Если в нем останется sinthh, я не буду прятать его или бороться за его душу.

Третью же фразу они сказали в один голос:

— Именем равновесия, между Светом и Тьмой, да будет так!

… две противоборствующие стихии услышали зов, и откликнулись, связывая обоюдную клятву астральной нитью…

4. Призраки прошлого

— Виски, джин, текила… — перечислял отец Игоря, разглядывая содержимое шкафчика, в котором он держал выпивку на случае приема гостей у себя в доме. Он еще не оправился от шока последних событий, и заметно волновался, стараясь угодить гостю всем, чем возможно.

Игорь принес из кухни поднос, на котором были аккуратно выставлены: фарфоровый чайный набор на 3 персоны, ваза с печеньем и несколько бутербродов с красной рыбой.

— Я же говорю вам, не нужно суеты, — раздраженно бурчал Коготь. — С удовольствием выпью с вами чаю, пока появится Селена. Все остальное — лишнее.

— Поверьте, мне не в тягость, — ответил мужчина. — Вы спасли нам жизнь, и хотя я не могу ничем вам отплатить, позвольте мне хотя бы напоить вас чаем и поблагодарить от всего сердца.

Где-то запиликал телефон, Игорь поднял трубку.

— Папа, это из больницы, где Марина! — позвал он.

Мужчина поднял трубку.

— Да, Моркин Владимир. Слушаю… Что? Когда? Понял, спасибо большое! До свидания, всего хорошего!

— Что там, папа?

— Маринку завтра выписывают! Говорят с ней все нормально! Ее мальчик тоже пришел в себя, хотя говорили, что там все серьезно…

Коготь ухмыльнулся.

— Почему-то я не удивлен, — буркнул он.

— Да, этот человек… Миэлирус, да? Похоже, он сдержал слово…

— Хранители всегда держат данное слово. Как ни странно. Вот только…

— А? — Владимир вопросительно уставился на Когтя.

— Ничего, что бы стоило внимания, — увильнул Коготь. — Мысли вслух.

Владимир понимающе кивнул.

— Все-таки это непривычно… и до сих пор… пугает, — пробормотал мужчина, присаживаясь и наливая себе виски. — Я о Вас, и подобных вам… Всю жизнь критиковал любые попытки мистификации и всяких там россказней об аномальный явлениях… а тут живое опровержение всему, во что я верил…

Коготь отхлебнул из кружки, и зажмурился — чай оказался ароматным и бодрящим. Обстановка располагала к расслаблению, чем он не упустил возможности воспользоваться. Надо сказать, что небольшой трехэтажный домик Владимира внутри был отделан очень уютно, в охотничьем стиле, с большим камином в гостиной. Освещение было приглушенным, ненавязчивым, пространство было удачно распланировано, и Коготь поймал себя на мысли, что с удовольствием жил бы здесь в зимнее время года…

Владимир тем временем приставил лестницу к стенке и полез наверх, к чучелу совы.

— Там камера наблюдения, — пояснил он. — Установил недавно, когда мне начали угрожать ну и… — он виновато пожал плечами и продолжая ковыряться.

Коготь задумчиво почесал переносицу, и попросил:

— Игорек, сбегай-ка принеси мне спортивную сумку, она у входа осталась…

Пацан кивнул, и затопал вниз по лестнице.

— Скажите, Владимир, а давно ваш сын видит все эти странности?

— Какие странности? Вы о чем?

— Ну… нас, например…

— А-а, вот вы о чем, — Владимир поправил очки, как бы раздумывая. — Ну, если так задуматься… Да, наверное с рождения. Просто раньше мы не обращали внимания на его рассказы, считали это выдумкой. Представьте себе, как я был ошарашен, когда выяснилось, что он не придумывал… Настоящий Ангел Смерти сидит у меня в гостиной и мирно попивает чай… А другой вылечил мою дочь и ее парня! Рассказать кому — не поверят! Я… — Владимир поперхнулся последней фразой.

Темный почувствовал со стороны окна легкое дуновение, словно секундный порыв сквозняка. В следующее мгновение из воздуха соткалась фигура Селены, безмятежно копающейся в сумочке на левом плече.

От неожиданности Владимир выпустил из рук провода, которые держал, потом попытался их поймать, в результате чего потерял равновесие, накренился назад, начал заваливаться вместе с лестницей… И завис, не долетев до пола каких-то сантиметров двадцать.

Селена лениво качнула рукой, Владимира перевернуло в вертикальное положение и опустило на ноги, а лестница плавно легла рядом…

— Ух, — выдохнул хозяин дома, — спасибо вам еще раз. Все никак не могу привыкнуть…

Между тем Игорь вернулся со спортивной сумкой Когтя, протянул ее владельцу, поздоровался с девушкой, нисколько не удивившись ее присутствию.

— Здорова, малый, — приветливо улыбнулась ведьмочка, потрепав его спутанные волосы. — Вижу, у вас все вошло в норму?

— Ага, — кивнул мальчик. — Спасибо большое… — и как-то грустно прибавил тихим голосом — … скажите, а это… обязательно?

Селена посмотрела в глаза Игорю, задержала взгляд на две секунды, затем на ее лице появилась ухмылка:

— Вот чертенок… Да, малыш. Обязательно. Потому что за нашу помощь может быть расплата куда хуже, чем это…

Игорь понимающе кивнул.

— … кто бы мог подумать, — болтал между тем Владимир. — Вокруг нас есть такие могущественные существа, а мой сын их видит! То-то удивится Мишка, когда я ему расскажу, что он был прав, насчет всяких глупостей про сверхъестественное…

— Нет, папа, — грустно вздохнув, перебил его малой. — Не расскажешь…

* * *

Коготь и Селена шли медленным шагом по ночному городу. Девушка долгое время не решалась задать вопрос, вертящийся на языке с момента ухода из дома Игоря.

— Ты уверен, что мы правильно поступили?

Повелитель не ответил. Он развлекался тем, что пинал попадающиеся по дороге камешки, пустые банки из-под пива, и сделал вид, что не расслышал вопроса.

— Коготь…

Мистик остановился, тихо вздохнул, и спросил не поворачиваясь:

— А у нас был выход? Думаешь, что сохранить память отцу ребенка было лучшей идеей?

Теплые ладони девушки легли сзади на его плечи, пробуждая какие-то отдаленные воспоминания, словно разбередив старую рану. Селена насторожилась, словно принюхиваясь.

— Коготь? Все хорошо? — осторожно спросила она.

Парень почувствовал, как его сознания словно коснулось легкое перышко, успокаивая, и одновременно проникая вглубь разума.

— Не стоит, — холодно бросил он, рывком освобождаясь от рук девушки и легким волевым усилием вышвыривая ментальное щупальце прочь. — Тебя это не касается, поэтому не лезь…

Сзади он услышал разочарованный вздох, и смешок:

— Ну, попробовать стоило, — донесся до него голос девушки.

Темный в очередной раз замахнулся на бутылку от шейка, попавшуюся под ноги и мозолившую своим видом взгляд, когда… бутылка в самый последний момент тихонько развернулась, и откатилась сантиметров на тридцать правее, словно дорожка под наклоном. Собственно наклон был, пусть и незначительный…

Парень промахнулся, и, поскользнувшись от неожиданности, взмахнул руками, едва удержав равновесие. Он скосил глаза на Селену, но девушка сделала отстраненное лицо, всем своим видом показывая интерес к разглядыванию ночного неба. "Показалось наверное", подумал он, размахнулся и пнул бутылку снова… На сей раз, бутылка явно развернулась боком, в самый последний момент, чудом избежав карающего ботинка.

На этот раз равновесия он не потерял. Мгновенно развернувшись, он бросил пронзительный взгляд на спутницу. Та невинно захлопала глазками, но в следующую секунду не выдержала, прыснув со смеху.

— По-твоему, это смешно? — буркнул Коготь.

— Ну, как тебе сказать… если честно… очень! — ответила она, хихикая, и легко увернувшись от шлепка по… понятно по чему.

— Ладно… — Коготь поймал в поле зрения бутылку, ухватил ее телекинезом за горлышко, фиксируя в одном положении, разбежался, и пнул…

Буквально за долю секунды до столкновения злосчастной бутылки с ботинком, она мгновенно разлетелась в мелкую стеклянную крошку. Разумеется, Коготь промахнулся, и едва удержался на ногах, успев шагнуть вперед, да еще и поскользнулся на бренных останках безвинно убиенной стеклотары. Парень красный как помидор развернулся и бросил злобный взгляд в сторону Селены. Девушка уже в открытую покатывалась со смеху, держась за живот обеими руками.

Коготь предупреждающе зарычал. Селена глянула на него, потихоньку переставая смеяться.

— Прости, — сквозь слезы сказала эта нахалка, — я просто не смогла сдержаться…

— Слушай, я конечно все понимаю, но предпочитаю, чтобы ты тренировалась пользоваться силами на ком-нибудь другом!

— Зануда! — надула губы девушка — На ком, например?

— Хм… на кошках! — ответил он ей избитой фразой из одного совдеповского кино, довольный каламбуром.

— Да-а-а…? — протянула эта заноза с задумчивым видом. — Как вам будет угодно, повелитель…

Коготь вздохнул, и ответил уже более спокойно:

— И не обязательно меня так называть. Режет слух. Тем более что… твою…! — выкрикнул он от неожиданности, почувствовав слабый укус за ногу сзади, как раз в том месте, где заканчивался ботинок.

Оглянувшись, темный увидел здоровенного, рыжего, лоснящегося котяру, который держал зубами его щиколотку, при этом зрачки глаз у кота были расширены, как у сомнамбулы. В следующую секунду кот моргнул, глаза вернулись в естественный вид, он отпустил Когтя, тряхнув головой, чихнул, и вальяжно поплелся по своим делам. Парень обернулся, поймал в прицел нахальную девушку, и прошипел:

— Все… допрыгалась!

Ладно, сама напросилась. Коготь скользнул в астральный транс, и начал изучать окружающее пространство вокруг девушки. Хм… что бы такое придумать… А что это тут у нас? Маленькие формы жизни, на деревьях, в траве, всего-навсего насекомые… Стоп! Насекомые… Гаденькая улыбочка выползла на лицо Когтя. Ну, любительница шуточек, сейчас посмотрим, как у тебя с чувством юмора…

Коготь направил на нее руку, сформировал пасс, за которым обычно следует парализующий пульсар. Селена закрылась полусферой. Коготь выпустил три пульсара, которые отразились от полусферы и разлетелись в стороны.

Это было лишь отвлекающим маневром. Селена все внимание уделяла пульсарам, не замечая более мелких колебаний мистического поля. Простенький телекинез, и несколько десятков насекомых отовсюду медленно скапливались аккурат над девушкой, скрытые листвой дерева.

— Дамы и господа! Позвольте представить вам мое изобретение… Крики, овации и хлопанье в ладоши приветствуются. Знакомьтесь — "тараканий дождь"! — и демонстративно щелкнул пальцами, одновременно силой телекинеза направив всю кишащую массу жучков-паучков на девушку. Для усиления эффекта он аккуратненько отогнул в сторону (тем же телекинезом) края блузки Селены…

Раздался визг, Селена замахала руками, хлопая себя по всем местам, фыркая и отплевываясь.

— О-о, я слышу вопли восторга! Тебе понравилось?

Резким движением ведьмочка сорвала с себя блузку, отплевываясь и расшвыриваясь заклятиями отпугивания, приправляя все это обильными ругательствами. Назвать озвученное простой ненормативной лексикой, было бы равносильно сравнению кашалота с килькой на бутерброде.

Сложив руки на груди, с довольной ухмылкой, темный наблюдал за импровизированным рок-н-роллом, помешанным со стриптизом. Налюбовавшись вдоволь, он мысленно охватил сознанием всех оставшихся насекомых, и вышвырнул их прочь в ночное небо. Селена для пущей уверенности перетрясла все вещи еще раз, кое-как привела себя в более-менее приличный (в смысле одетый) вид, и, наконец, ее взгляд остановился на Когте…

— Ты сама напросилась, я тебя предупреждал… — оправдываясь, начал он.

Сначала в него полетели мелкие камешки, какой-то мусор из ближайшей урны, сухие ветки и листья. Коготь без проблем успевал отбиваться телекинезом. Но потом количество предметов начало увеличиваться, и перенаправить их он успевал не всегда — в таких вещах всегда проще нападать, чем обороняться. Подцепить и задать направление предмету можно за мгновение, переключаясь на следующий. А вот обороняться тяжело — попробуй-ка отбей весь мусор, летящий на тебя со всех сторон…

Коготь сделал несколько шагов назад, стараясь успокоить девушку:

— Эй, да ладно, ну оба пошутили, все, квиты, да?

— Вот сейчас получишь свое, и будем квиты! Я конечно пошутила, но чтоб такое…

Коготь плюнул на телекинез, и накрылся куполом, отражающим физические объекты, продолжая отходить.

— Ну все, Селена, перестань, хватит уже! Все равно ничего не…

Отступая назад, он перешагнул глубокую выбоину, полную дождевой воды, даже не почувствовав подвоха… Как говорится — трындец подкрался незаметно:

— Дамы и господа, — передразнила его девушка, — позвольте мне представить вам мое изобретение — грязевой взрыв!

Коготь спохватился, но было поздно: вода под ногами забурлила, что-то грохнуло, и огромный поток воды вперемешку с грязью разлетелся в стороны прямо внутри защитного купола… Когда поток опал, девушка увидела Когтя, похожего на болотного тинника из сказок, и злого как разбуженный кабан.

— Ты… Все, допрыгалась!

Коготь мгновенно коснулся разумом браслета. Заклятие обездвиживающей сети, угол обхвата 45', каст… Селена присела, оттолкнулась от пола, подпрыгнула и скрылась в листве деревьев. Разумеется, сеть прошла мимо.

Нет, это не левитация, и не способность летать. Скорее все та же форма телекинеза, только приспособленная помогать передвигаться в пространстве быстрее и комфортнее. Принцип действия в следующем: при прыжке, отталкиваешь силой мысли от себя поверхность, усилив многократно высоту прыжка. Далее, можно отталкиваться от других поверхностей, либо за них цепляться меняя направление прыжка. Точно так же замедляется свободное падение с большой высоты, позволяя не опасаться разбиться насмерть. Однако с этим нужно быть очень осторожным — тщательно выбирая поверхности, используемые в качестве опоры и отталкивателей.

Парень пригнулся и прыгнул следом, отслеживая ее в астрале с помощью "наведения".

По-видимому, девушка что-то заподозрила, потому, что в какой-то момент из того места, где она стояла на дереве, прячась в листве, прыгнуло в разные стороны аж пять объектов, идентичных помеченному. Пока Коготь стоял в растерянности, объекты приземлились (зацепились) кто где, и из каждой точки приземления разбежалось еще по 5.

— Муляж ауры, — прокомментировала откуда-то незримая Селена. — Так и думала, что ты какую-то следилку мне к ауре прицепил…

Рванул направлении одного из маячков "наведения", однако там оказалось пусто. Похоже, существовали они только в астрале. Пришлось состроив раздраженную физиономию, развеять "наведение".

"Ладно, выскочка, поиграем по твоим правилам. Так, если ты запрятала ауру, как же еще можно тебя вычислить? Хм… возмущение мистических энергий…"

Он сконцентрировался, погрузился в астральный транс всем сознанием целиком. Так, двойники Селены все до одного испускают одинаковые эманации, значит они все пустышки… Ага, что-то есть за рекламным щитом. Какое-то слабое энергетическое облако. Ну-ка подберемся поближе…

Выход из транса, легким движением спрыгнуть на землю возле щита с обратной стороны, задержаться там на минуту…

Заклятие оживления теней сорвалось со скоростью звука. Приказ теням был прост как три копейки: схватить, оттащить на клумбу, и вывалять в грязи…

Тени метнулись, схватили скрытую фигуру, и поволокли на клумбу в самую грязюку.

Послышался женский вскрик, но сопротивляться было бесполезно, для этого надо было иметь свободные руки…

— Стоять, темный! Шевельни кончиком уха, и ты труп! — голос принадлежал незнакомому парню лет двадцати. Одетый во что-то, похожее на спецназовский комбез, парень стоял в четырех шагах сзади, и направлял на Когтя миниатюрный самострел из какого-то иссиня-черного металла, прикрепленного к запястью правой руки. Заряженная в него стрела светилась в темноте как миниатюрное солнце.

Этого только не хватало: адепт Света! Коготь нарочно медленно развел руки в стороны.

— Какие-нибудь проблемы? Уберите Лаэрон*, и обсудим…

— Для начала, отпусти девушку, — ответил светлый.

— А вот это уже не ваше дело. Выяснение отношений между темными вас не касается. Если у вас нет веских оснований — уберите оружие, иначе…

В этот момент, за спиной светлого, словно из теней соткалась фигура Селены. Она в одно мгновение приблизилась к нему сзади и приставила к горлу Клык Дьявола.

— Опустил оружие, живо!

Пришелец сглотнул, медленно опустив правую руку с самострелом.

— Селена? — удивился Коготь. — Но кто тогда…

Коготь одним пассом развеял ожившие тени, и уставился на светловолосую девушку, одетую примерно так же, как и пленник Селены… только вот в ее коротких волосах помимо всего прочего присутствовали комья грязи, лицо перепачкано той же грязью пополам с потекшей тушью… И хотя на одежде грязи видно не было, было очевидно, что она тоже вся перепачкана. Девушка кое-как поднялась на ноги, отряхнулась, и завопила как укушенная:

— Что вы себе позволяете? Я пожалуюсь Верховному Хранителю! Возмутительно! Вы хотели меня убить!

— Ээ… — Коготь от неожиданности растерял свой словарный запас.

— Ты думал, что там я?! — На ехидном лице Селены расползлась злорадная ухмылка. — Это же надо так обделаться, повелитель! — продолжала она, еле удерживаясь, чтобы не заржать во все горло.

— Леди, если вы не собираетесь меня убивать, может, все же уберете это? — подал голос светлый, опасливо косясь на лезвие ножа возле своего горла.

Селена посмотрела на Когтя, и, получив его кивок, отпустила светлого.

— Я этого так не оставлю! Вы пытались наслать на меня проклятие! — вопила между тем девушка.

— Никто ничего не пытался, — возразила темная, — вы сами попали под горячую руку. Зачем вы шпионили за нами? С каких пор Эринхолд отправляет на такие задания желторотиков-адептов? Что вы надеялись увидеть?

— Я почувствовала возмущения мистических сил. В темной фазе. И решила, что тут творится что-то…

— Ну и? — Перебил ее Коготь. — Что же именно тут творится? По-вашему здесь произошло что-то ненормальное?

— Все что касается темных, нормальным быть не может! И вообще…

— Помолчи пожалуйста, Киалла, — перебил ее парень. — Так что здесь происходило?

— Мы с подругой обменивались опытом… в применении телекинеза. И мы приняли меры предосторожности. Нас не видели. В чем проблема?

— Насколько я понял, вы здесь просто… баловались?

Коготь промолчал.

— Тем более, надо сказать Старшему, — подала голос Киалла.

— Ничего не нужно, — досадливо отмахнулся светлый.

— Ты что, защищаешь их? Смотри что они сделали! — не унималась его напарница. — Да их мало просто…

— Сама виновата. Я тебе говорил, не стоит приближаться. А ты мне — "замаскируемся, хрен заметят". Вот и получила…

— Ты их оправдываешь? — блондинка обиженно фыркнула, развернулась и гордо двинулась прочь по парковой дорожке. Свернула в следующий поворот, и окончательно пропала из вида.

— Ого! Ушам своим не верю! — Коготь непонимающе посмотрел на светлого.

— Не обольщайся, — ответил презрительно адепт света. — Мне не нравятся дворники и мусорщики, за то, что они возятся с мусором, и запах от них соответствующий… Но, кто-то же должен делать эту работу, не находишь?

Коготь хмыкнул. Селена приблизилась к нему скользящей походкой, демонстративно покачивая бедрами, положила руки на правое плечо повелителю.

— Зато тебе нравится подсматривать, как мусорщики проводят свободное время… Может пригласим его свечку подержать? — спросила она, состроив невинное личико и подмигнув Когтю. Светлый фыркнул. Откуда-то послышался рев мотоцикла. Из-за поворота вырулила Киалла, развернулась и затормозила возле напарника. Парень запрыгнул позади нее, обернулся и бросил, глядя на Селену:

— На вашем месте я бы посдержаннее развлекался…

На долю секунды Когтю показалось, что светлый едва заметно подернул бровью, глядя при этом на Селену, которая в свою очередь прикрыла глаза, и встряхнула головой, заставив непослушные локоны волос откинуться назад. Или не показалось?

Киалла дернула ручку газа, мотоцикл взревел, и унес светлых прочь.

Селена почувствовала руку Когтя, обнимающую ее за талию, и ее лицо расплылось в игривой улыбке. Она повернулась к повелителю, и напоролась на его кровожадный взгляд:

— Упс… попалась?

* * *

С балкона открывался великолепный вид на город, и берег моря — так получилось, что шестнадцатиэтажка, в которой Селена снимала квартиру, находилась недалеко от набережной.

— Красиво, — одобрил Коготь, отхлебывая из принесенного девушкой бокала холодное шампанское.

— Ага, я специально выбрала себе квартиру на последнем этаже. Здесь хороший вид, это помогает расслабиться во время медитаций, да и просто отдохнуть… А еще здесь я вынашиваю свои злодейские планы, — она лукаво улыбнулась и, достав зажигалку, принялась за свечи, расставленные по периметру балкона

— М-м, романтика? — вскинул бровь парень.

— Не совсем, скорей приятное дополнение, помогающее в достижении релаксации, — ответила она, — хотя… все возможно… При желании.

— Долго свечи не продержатся, ветер посдувает…

— Не-а, балкон окружен статическим щитом. Я давно облюбовала и обустроила это местечко.

Пол был покрыт красивым персидским ковром, на котором стояли подставки для ароматических свечей. Сам ковер был украшен узором из символов, которые показались Когтю знакомым… Истинный язык!

— Располагайся, — она сделала приглашающий жест рукой, опускаясь на ковер в позу для медитаций, однако вместо приготовлений поманила пальцем бокал с шампанским, оставленный ранее на подоконнике, который послушно прыгнул ей в руку, не пролив ни капли.

Коготь остался стоять, разглядывая узор на ковре, пытаясь вспомнить, что значит каждый символ в отдельности, и все вместе.

— Я вижу, тебе это знакомо, — сказала девушка, проследив его взгляд. — Это помогает мне расслабиться, проникнуть в глубины своего разума… А иногда просто поспать. Этот коврик делали на заказ, — сообщила она как бы между делом.

Коготь помедлил, но все же опустился напротив нее.

— Слушай, я хочу откровенно поговорить… Для начала просто выслушай меня… — она явно подбирала слова, собираясь с мыслями. — Понимаю, что ты недостаточно доверяешь мне, и не хочу знать всех твоих секретов… Я просто хочу понять тебя… лучше.

— Зачем тебе это? — он внимательно вгляделся в выражение лица собеседницы, стараясь проанализировать мимику, движения… понять, насколько она откровенна, и чего хочет добиться.

— Затем что… Я хочу понять, можно ли тебе доверять. Да, нас связывает клятва, но как ты понимаешь, этого может быть недостаточно. Я долго наблюдала за тобой… Ты очень странный человек, Коготь… Впрочем, уже наверное и не человек вовсе. В какие-то моменты ты жуткий до умопомрачения, твои проклятия отличаются особой жестокостью в причинении боли, нагнетании страха… Но с другой стороны, ты помог мне с Мурлоком, не ударил в спину, хотя так было проще всего… Да и эта история с мальчиком-видящим… Самое правильное было бы просто убить его на месте. А вместо этого ты спас ему жизнь, рискнув потягаться даже с воплощенным Хранителем, выдержал удар "Карающего Света" Слишком ты странный для адепта Пути sinthh…

Коготь неопределенно пожал плечами.

— Каким образом тебе удалось сдержать щит? Я высчитывала трижды: на это нужны объединенные силы троих Хозяев… Или восьми адептов. А ты справился сам, и притом это был не целевой щит, а явно антимагический…

— Ни то, ни другое, — ответил он нехотя. — Это был так называемый "Поглотитель магии".

— В смысле? Легендарный высасыватель силы?

— Не совсем… В общем, это щит, служащий концентратором и проводником силы. Он впитывает в себя любую магию, трансформирует ее в энергию, сродную природе атакующей, и вливает в ауру хозяина… Однако с этим есть ряд проблем. Во-первых — на одном дыхании это заклятие не кастануть, на подготовку уходит минут десять — формирование матрицы, плетения, слов заклятия… короче, долгое оно. Во-вторых, оно энергоемкое — мне оно стоило четверти запаса сил. Ну а в-третьих — это еще и опасно, плюс не всегда применимо, так как светлая энергия, пусть даже преобразованная, при попадании в ауру выжжет ее любому темному напрочь, что тоже равносильно смерти…

Селена удивленно хлопала глазками, подбирая упавшую челюсть.

— Такой защиты не существует!

— Хочешь попробовать сама?

Девушка смутилась.

— Но… я не понимаю… если это все так, то опять же, как ты успел его кастонуть, и при этом не сгорел?

— Для начала — вот это… — он показал ей браслет. — Ты наверняка заметила, что я никогда с ним не расстаюсь, и, как наверное догадалась — не просто так… Он хранит заготовленные заклятия, наподобие амулетов Хозяев, и тех, что носим мы… Только наши вмещают максимум по три-четыре матрицы простеньких пульсаров, и физический щит… У хозяев — чуток побольше. Но этот, по сравнению с остальными — безразмерная емкость. Там уйма сложнейших заготовок… Далее, проблема с энергией, которая меня бы сожгла, решилась весьма просто: я перенаправил ее, через спаянный канал, и подкрепил наш спаренный щит… Иначе говоря — чем сильнее ударил бы Хранитель, тем сильнее становилась бы наша защита. Удобно, а?

— … мда… публика в шоке, я в экстазе*… Спрашивать, где ты раздобыл такую ценную вещичку, и формулу заклятия я так понимаю бесполезно?

— Ну… в другой раз.

— Ясно.

— Но хочу тебя утешить — на твоем запястье болтается аналогичный по свойствам браслет, разве что емкость меньше в 2 раза…

— Как? Это же боевой артефакт…

— Ну да, а как, по-твоему, в него было загружено защитное плетение "Дыхание Вампира"? Там свита сложная матрица этого плетения, один из камней — "Темный накопитель", замаскированный под обсидиан, ну и конечно же пассивный контур состояния, который при ближнем контакте и попытке причинить вред носителю браслета, начинает медленно пожирать силы нападающего… Мерзко, но чертовски удобно.

— Как я понимаю, когда мы расторгнем клятву, я должна буду его вернуть…

— Почему? Считай это подарком за то, что предупредила меня об опасности. Я мог вляпаться, а теперь Мурлок уже никому ничего не расскажет…

Девушка опустила голову, и спросила тихо:

— Скажи… Почему ты встал на путь sinthh? Тебе надо было быть светлым…

Не сразу Коготь заговорил снова. Он молчал, будто что-то обдумывая, взвешивая обстоятельства, известные ему одному.

— Это как-то связано с тем, что ты планируешь сделать с тремя людьми, помеченными печатями Хозяев? — гадала она.

Коготь пристально посмотрел на девушку, отчего ей стало не по себе.

— Прости, наверное, не мое дело…

— Да, связано. Я ищу пути добраться до их душ. И поверь, когда я это сделаю, они будут жалеть, что я не отправил их во вместилище или не низверг в бездну! Они будут умирать тысячи раз, и боль, которую испытал я, покажется им комариным укусом, в сравнении с уготованной судьбы!!! — последние слова он почти прокричал.

— Прости… я не хотела бередить…

— Ты действительно хочешь это знать?

— Ну, я не против все узнать, но если тебе это причиняет боль…

— Ты права, это причиняет боль. Поэтому, не буду тебе рассказывать… я покажу тебе! Если, конечно, ты сможешь выдержать…

Девушка испуганно смотрела на повелителя. Она его еще едва знала, несмотря на то, что держала под наблюдением длительное время…

— Ты хочешь… при прямом контакте?

— Ну да. Не знаю, будет ли у меня еще когда-нибудь желание рассказать, поэтому думай быстро…

— Я готова, — она отставила шампанское и уселась поудобнее, поджав под себя ноги.

Коготь ей не ответил. Он концентрировался, собирая вместе все обрывки воспоминаний из далеких, пыльных уголков памяти, сжимая все в одну крохотную точку света, и, наконец, отправил ее навстречу сознанию девушки…

* * *

(… два с половиной года назад…)

…пятница, или как многие любят говорить — тяпница, последний летний день. Вступительные экзамены уже позади, и вчерашний абитуриент, а сегодня уже студент первого курса, факультета Лингвистики составляет грандиозные планы на оставшийся вечер. Да, зовут меня Шторм Эдуард Иванович. Шторм — это моя фамилия, но некоторые почему-то утверждают, что это диагноз… Быть может, в чем-то они и правы.

Поздравления от родителей и сестренки уже получены, все книги и конспекты закинуты в угол до понедельника. Я стою перед зеркалом, приводя в порядок кипиш на голове, который назвать прической постесняется и бомж. Образовался сей мерзкий колтун после сегодняшних ныряний в море с утеса. На шее, чуток ниже правого уха виднеется сильнейший укус — последствие вчерашних сумасшествий перед экзаменами… Как оно водится, все напились, усиленно звали ШАРУ, ну и решили продолжить в ночном клубе, где я и познакомился с Инной (Ингой? Ириной?), оставившей мне этот подарочек.

Зазвонил мобильник — Кирилл как всегда подгоняет, орет, что я копошусь как черепаха с перепоя…

div align="center"

(…тот же день, через три часа…)

…бич-пати*, что может быть круче в последнюю летнюю ночь? Огромная толпа полуголых студентов, прыгала, орала, дичала под клубную музыку, гул басов грозил посрывать всем барабанные перепонки. Откуда-то притащили шесть водных скутеров.

— Эдик, айда на скутеры, давай в "кто испугается"? Проигравший выполняет любое желание победителя, даже самое абсурдное!

— Ха, хочешь снова весь вечер ходить наштукатуренным в косметике, и в женском купальнике? — отвечаю, и оскаливаюсь, показывая сразу все тридцать два зуба.

— Не говори гоп, а то в рот залетит клоп, — отмахнулся Киря.

Со всех сторон слышится:

— Народ, Эдик против Кирилла на скутерах, делаем ставки!..

(…через 15 минут…)

…нет, ну надо же было так глупо продуть! Купиться на такой простой трюк — Кирилл просто дико заорал и закрыл лаза руками, вот у меня нервишки и не выдержали. Вокруг нас визги, Кирюху хлопают со всех сторон, а у меня лицо цвета помидора.

— Ну и что ты хочешь как выигрыш? — а самого подмывает подсунуть какую-нибудь гадость этой редиске.

— Не переживай, я уж тебя не разочарую…

(…еще через час…)

… Кирюха, Макс и Витек облизывались на трех сногсшибательных девчонок, появившихся на пляже пять минут назад. Откровенные купальники открывают весьма широкий обзор, оставляя для фантазии участки тела сантиметров семь-десять, прикрытые лоскутками эластичной ткани. Они демонстративно осматриваются, всем видом показывая окружающим, что ищут себе местечко поудобнее, или компанию поинтересней.

— Челюсти с пола подберите, и слюни не пускайте, здесь пляж, а с такими темпами будет слюнявое болото! — подкалываю, подкравшись сзади и зарядив подзатыльника Максу (уж до кого достал).

— Пошел ты… О, придумал. Вот мое желание, раб, слушай и внемли!

Я скривился, но возразить не смог, проигранный спор — это святое.

— Я хочу, чтобы ты снял для нас этих милашек!

— Вот еще, я вам что, сутенер? — чувствую, как мое лицо краснеет.

— Почему сразу сутенер? А-а, я понял, ты просто трусишь познакомиться с девушкой!

Ну вот, на понт взяли… Теперь уж не отвертишься.

Как это обычно и бывает, к девушкам подкатили сразу с трех сторон, наперебой предлагая свое общество, и суля все золотые горы мира.

Среди осаждающих я узнал Олега Дроздова, сына олигарха, и пару его "шакалов" — вечно бегающих в тени папенькиного сыночка.

— Ну вот… — подал голос Кирилл. — Пролет… Куда нам тягаться с этими…

Хотя у Кирилла у самого отец какая-то шишка в Кремле, а дядя занимается алмазами, но Олега он побаивался. И не напрасно — насколько я слышал, его папик свои вопросы решает весьма радикально, не обращая ни на что внимания.

Задумываюсь. Внимательно оцениваю ситуацию. Замечаю, что одна из девчонок отвечает, глядя куда-то в сторону, вторая отмахивается от загребущих лап какого-то хмыря с явно глупой, бандитской рожей.

— Я могу попробовать… но вы стоите здесь, и в случае чего подстраховываете! У меня морда не казенная, да и ребер запасных нет!

Подбадривающая улыбка, тычок в бок, оттопыренный большой палец кверху, и я двигаю, обдумывая на ходу план действий…

… от осаждающих осталось только трое: Олег с каким-то верзилой, и еще один качок, с улыбкой, напоминающей крокодилью. Замедляю шаг, делаю вид, что поглощен копанием в мобильнике, а сам внимательно прислушиваюсь к разговору:

— Молодые люди, спасибо вам за лестное предложение, но мы тут не одни, и ждем друзей. Я так вообще замужем, а Ирка беременна. Так что было интересно пообщаться, но…

План действий созрел тут же. Я опустил мобильник, и с притворной неохотой осмотрел всех присутствующих.

Парни ораторствовали, стараясь показать себя с лучшей стороны, и ненавязчиво обделать соперника. Девчонки, судя по всему, выжидали момента, когда назойливые ухажеры свалят, дабы устроиться в одиночестве… Странно, я сначала думал, что они стараются выбрать тусовку покруче… А ведь они далеко не так просты, как выглядят на первый взгляд… Хотя какой на фиг первый взгляд — на пляже все одинаковы.

Так размышляя обо всем этом, я выжидал удобного момента, когда, наконец…

Девушка закатила глаза, выдохнула, и посмотрела за спину Олегу. В следующий момент наши глаза встретились.

"Так, держать взгляд бесстрастным, слегка усталым, понимающим… Немного сочувствия, легкий интерес…".

Незнакомка держала руки скрещенными на груди, на ее лице отражалось раздражение. Я полуприкрыл глаза, картинно вздохнул, и легко покачал головой, показывая всем видом — как я вас понимаю, и вот так всегда, куда ни придешь…

Уголки ее губ дрогнули, она на секунду закрыла глаза, и вновь глянула на меня. Аккуратно пытаюсь подать из-за спины знак девчонке — мол, подыграй, сейчас я их спроважу… Интересно поняла или нет?

— Ух ты, я смотрю, ты тут не скучаешь, зая? — говорю нарочито громко, делая шаг вперед. Несостоявшиеся ухажеры мгновенно оборачиваются и корчат рожи как от зубной боли. — Ну что готова, идем?

— Долго ты возишься, — опередила всех остальных девушка, с которой я переглядывался. — Нас тут чуть не изнасиловали!

У парней сразу повытягивались лица кирпичами. Она приблизилась ко мне, нерешительно остановилась.

— Мы вас обыскались уже, а вы тут смотрю, развлекаетесь, — продолжил я играть на публику.

Ухажеры потихоньку рассосались, оглядываясь, и ворча со злобой. Когда они отошли подальше, я тихонько проговорил:

— Ну, думаю, дальше справитесь без меня…

— Спасибо вам…

— Эдуард.

— Очень приятно, Эдуард, я Олеся, а это Вика и Ира.

— Взаимно. Мы расположились вон там, — указываю рукой небольшой выступ скалы, торчащий прямо из песка. — Если что — обращайтесь, будем рады помочь! Или можете расположиться рядом, приставать никто не будет, честно! Ну, разве что если сами попросите… — делаю на лице мечтательное выражение.

Общий хохот девушек несколько приопустил мою самооценку, хотя… взгляд Олеси задержался на мне дольше, чем секунда-две…

(…два часа спустя…)

… напрыгавшись под музыку, мы вернулись к палатке, разворошили угли, оставшиеся от костра, подбросили дров. Мои друзья шутили, кривлялись, поддевали девчонок, потягивали пиво, поддерживая разговор ни о чем. Я воспользовался моментом, когда за мной не следили, поднялся, прихватив банку пива, и, обогнув скалу, медленно двинулся вдоль пляжа, дыша морским воздухом. К моему огромному сожалению, я пообещал друзьям познакомить их с девушками, но нас четверо, а девушек только три. А жаль, Олеся мне очень даже приглянулась… Вздыхаю.

— Ага, вот ты где, — пригвоздил меня к песку полный ехидства женский голос. — Прячешься?

Надо же, меня выследили. Я обернулся и окинул следопытку оценивающим взглядом. А посмотреть было на что! Будучи "раздетой" в тонюсенький купальник (парэо, похоже, осталось возле палатки), очаровашка просто притягивала к себе как звгляд, так и шаловливые мысли, пробуждающие звериные инстинкты. Волосы уложены и защелкнуты заколкой, что открывало дополнительные ракурсы обозрения… и направления для фантазии.

— Не совсем. Прогуливаюсь, — ответил я тихо, через силу отводя взгляд. — А ты, почему сбежала от остальных?

— А что там интересного? Слушать кучу фальшивых и приевшихся комплиментов? Смеяться над плоскими шутками? Или прикинуться, что перебрала и устроить халявный стриптиз? Хотя больше всего мне понравилось слушать, как "один хитросделанный кореш умудрился снять трех девчонок под носом у некоего Олега, выставив того лохом"?

Я захлебнулся пивом и закашлялся. Подозреваю, что даже покраснел… Девчонка ехидно улыбнулась — моя реакция дорогого стоила…

— Ладно уж, плейбой… — Олеся поправила прядь волос, вылезшую из-под заколки.

— Видишь вооон тот буй?

Я присмотрелся, кое-как обнаружил где-то вдалеке что-то похожее и кивнул.

— Плывем наперегонки до него и назад. Доплывешь первым — разрешу тебе себя поцеловать… А если нет — выполняешь мое желание! — она лукаво подмигнула.

Я мысленно зарычал — ууубббььюю! Какой козел проболтался?

— А если побеждаешь ты, в качестве утешительного приза мне что-нибудь полагается?

— Лузерский утешительный приз — чмок в щечку. Ну все, хватит трепаться, на счет три: раз, два…

И побежала, не досчитав.

— Эй, так же не честно!

— А жизнь вообще нечестная штука, — донеслось до меня. — Догоняй!..

(… еще через 2 часа…)

… треск костра, шум волн, аккорды на гитаре, и невесомые ладони на плечах и груди… Мы сидели, обнявшись у костра, и слушали, как Кирюха поет что-то из романтики, временами переглядываясь с Викой.

Я всегда завидовал — у него хороший музыкальный слух и голос. Еще Киря КМС по тайскому боксу, да и вообще обладал многими талантами, которые впрочем очень тщательно скрывал.

— А куда Витек пропал? Не видно его что-то…

— Он, похоже, обиделся, что его Олеся отшила, и решил надраться в дупель. Я его видел последний раз, когда он опрокидывал в тусовке Игоря Большака… — ответил Макс.

— Ничего, завтра успокоится, — отмахнулся Кирилл…

(…час спустя, практически утро…)

… мы целовались под шум волн, болтали обо всем и ни о чем, дурачились… А под утро она сказала, что через два дня уезжает. Возвращается в столицу — у нее начинается учеба. Настроение тут же упало. Девушка заметила это, обняла меня, сказав, что еще пока есть время и его надо провести с пользой… если конечно я не собираюсь это время проболтать, вместо того чтобы уделить ей больше… внимания…

(Восемь месяцев спустя, конец Мая…)

…читальный зал университетской библиотеки опустел ближе к четырем часам. Александр Владьевич, наш преподаватель по мертвым языкам, и по совместительству библиотекарь, пригласил меня сегодня, сказав, что у него есть что-то интересное показать мне.

Вообще я был у него любимчиком. Его предмет спросом не пользовался, и в библиотеке студенты вели себя абы как, разбрасывая книги где попало. Я обычно помогал ему навести порядок, и очень интересовался мертвыми языками, поэтому иногда Александр Владьевич звал меня, чтобы показать какую-нибудь редкость. Вот как сегодня.

— А-а, Эдик, наконец-то ты появился, идем, покажу что-то очень захватывающее! Я такого ни разу не видел, и когда мне принесли и попросили перевести — долго ломал голову.

Он отвел меня в свой кабинет, усадил, бережно достал из коробки пыльный старый фолиант и положил передо мной, раскрыв на какой-то странице.

— Ну-ка, проверим, чему ты научился за эти восемь месяцев… читай вот здесь.

Этот язык был странным, чем-то напоминающим санскрит, но с существенными различиями. Я напрягся, начал выписывать некоторые фразы на листик, думал, вспоминал…

(…Через неделю…)

… афтепати не удалось. На этот раз было слишком много пьяных и укуренных малолеток, выясняющих отношения по любому поводу. Народу битком, протиснуться невозможно. Витек перестал с нами общаться, после памятной ночи на пляже. Мы с Кирюхой провожали до туалета Макса, старавшегося весь вечер затопить "текилой-бум" обиду на девушку из параллельного потока, отшившую того после проведенной ночи.

Большинством голосов (два против одного) решили, что Максу на пользу пойдет прогулка по свежему воздуху.

— Постой с ним, пока я не принесу чего-нибудь отрезвляющего, — Кирилл без зазрения совести свалил на мои плечи проспиртованную тушку, двигая ко входу. Я поддерживал Макса, чтобы тот не пропахал носом землю, и проморгал опасность…

Их было пятеро. Олег Дроздов, еще двое постоянно шатающихся с ним качков, еще одного я не знал… А последним был Витек.

— Ну привет, Эдик, давненько я хотел потолковать с тобой по душам. Мне тут некоторое время назад Витек такую занятную историю рассказал…

Я весь напрягся.

— Ты, говорят, классно уделал лохов на бич-пати в конце того лета? Ну да, куш хороший, киска там была — ууух!

— Я ничего такого не говорил, — возразил я осторожно, стараясь не зацепить Олега еще сильнее. — Как раз Витяс и выдал это тогда, причем самим девушкам… Разве не так, Витяс? Тем более, что у вас не получилось знакомство…

Удар в челюсть оборвал мой монолог. Я поднял руки, сжал их в кулаки, прикрывая лицо. Макс попробовал что-то пробурчать, но его просто приложили ногой по животу и оставили на траве. Меня поймали под руки, чтоб не особо дергался, и Олег начал отрабатывать на мне связки ударов. Кровь застилала глаза красным покрывалом, ныла челюсть, а цепкая хватка не давала вырваться.

В какой-то момент я услышал звуки ударов, но не ощутил на себе их последствий. Раздался вскрик и звук падающего тела. Я почувствовал, что меня отпустили, кое-как протер глаза…

Кирилл в одиночку умудрился раскидать четверых (Витек не в счет — удрал похоже), и сейчас толкал меня и Макса в машину на заднее сиденье. В след нам послышался крик:

— Сука, ты мне ногу сломал, ты встрял, слышишь? (censored) тебе!..

(пять дней спустя…)

… звонок мобильника я не услышал, так как вчера опять слишком засиделся в библиотеке, переводя старинный фолиант. Сестренка трясла меня минуты две, пока я не начал посылать ее разными направлениями, кое-как открыв глаза.

— Эдик, Макс звонит!! Кирилл в реанимации! Его ножом пырнули!

Вскакиваю как ужаленный, на ходу втискиваюсь в джинсы, с разбегу вываливаюсь на дорогу и ловлю такси…

… на лестнице сталкиваюсь с Максом, спускающимся с отрешенным видом.

— Что там?! ЧТО?! — кричу до хрипоты в голосе, а в глубине души просыпается боль потери, ответ я знаю и так…

(через неделю…)

… сегодня третий день, как похоронили Кирилла. Макс и я остались у родителей Кирюхи, помогали им с хлопотами, утешали, отвлекали как могли. Его отец держался из последних сил, все время звонил куда-то, договаривался, нанял частного сыщика, пытаясь надавить на все возможные кнопки, чтобы хоть как-то подтолкнуть расследование убийства сына. Бесполезно — со всех сторон приходил ответ, что это банальное ограбление, мол наркоманы увидели золото на шее и пальцах, ударили ножом, обчистили… Но мы с Максом знали, что это не так. Это работа Олега Дроздова. Тот вряд ли простил Кирюхе сломанную ногу. И мы поклялись, что докопаемся до правды.

А вечером мы собрались, чтобы напиться до зеленых чертей. "Морской Барон" — кафешка на берегу моря, с уютной обстановкой и приветливым персоналом, была выбрана нами для этой цели как лучший вариант. Водки было много, пили молча, оставляя третью рюмку нетронутой, представляя себе всегда веселого, жизнерадостного патологического оптимиста Кирилла, словно тот сидит рядом, усмехается, подбадривает нас, говоря чтобы мы не пускали сопли и жили дальше… А потом появилась Ира, приехавшая тем же утром, и обнаружившая наши проспиртованный тушки в состоянии нирваны. Они уже давно встречались с Максом, и, хотя девушка и жила далековато, в столице, тем не менее приезжала к нему раз в две недели, а то и вовсе "косила" учебу. Сегодня она приехала, узнав о том, что случилось, и начала уговаривать Макса поехать домой. Я собственно не возражал, помог ей затолкать друга на заднее сиденье такси, а сам решил пройтись домой пешком…

Тогда я его и увидел. Витяс, наш бывший кореш, а сейчас — шестерка, обтирающаяся в тусовке Дроздова. Злость проснулась во мне подобно пожару на спичечной фабрике, разгораясь с огромной силой… Витек тоже заметил меня. Плохо понимая, что делаю, я двинул прямым курсом на него, руки самопроизвольно сжались в кулаки. Глаза Витяса забегали по сторонам, видно шкурой почувствовал, что ему грозит… Я не вытерпел, побежал прямо на него, замахнулся и… земля ушла из-под ног.

Кое-как поднявшись, я увидел всю неразлучную четверку Дроздова. И как я мог предположить, что эта с… Витяс гуляет один?

— Ух ты, кто тут у нас! — послышался знакомый до омерзения голос. — Как же я рад тебя видеть, дружище, — хлопнул меня Олег по плечу. — Представляешь, у меня тут настроение плохое, ищу, понимаешь, как бы мне его поднять… А тут ты пожаловал…

По-видимому, из-за прилива адреналина в кровь голова начала быстро трезветь.

— … и на этот раз здесь нет дружка-спортсмена, чтобы вытащить твою задницу из ямы с дерьмом, в которую ты умудрился залезть…

Я дернулся было вбок, надеясь проскочить между двумя справа, но, похоже, такого маневра от меня ждали. Мне хорошенько приложили поддых, и крепко скрутили руки за спиной…

— Что-то мне это напоминает, — деланно задумался Олег, рассматривая свою правую ладонь. — А тебе — нет? Видишь ли, в чем дело, я не привык спускать лохам вроде тебя, когда они перебегают мне дорогу, не говоря уже… сколько раз ты мне помешал? — Он принял задумчивую позу. — Увел девчонок на пляже — раз, — он загнул один палец, — хвастался перед ними что выставил нас лосями — два, из-за тебя мне твой мертвый дружок сломал коленку — три, ходил, плел "мусорам", что я заказал его труп — четыре, и… только что хотел отоварить моего друга — пять! — из загнутых пальцев образовался кулак, и он заехал мне им в солнечное сплетение.

Я закашлялся.

— Мне тут папа недавно привез новый электрошокер из Штатов, а я, представляешь, еще не успел его ни на ком опробовать… надо бы исправить упущение, — подытожил он, протирая косточки правого кулака и довольно скалясь, — вот и будет на ком… Подержите-ка его, пока я к машине сбегаю…

* * *

Селена открыла глаза, несколько раз глубоко вдохнула, повертела головой, встретившись глазами с повелителем.

— Я… передохну немного… — она поднялась и вышла. С кухни послышался грохот посуды.

—------------------

* публика в шоке, я в экстазе… — концовка одного анекдота, сюжет которого о цирковом номере, показанном девушкой без комплексов…

* Лаэрон — оружие адептов света, выглядит как миниатюрный самострел, обычно крепится на запястье.

* бич-пати — дословно "beach party" — пляжная вечеринка(англ.)

5. Отплата

Вернулась она довольно быстро, прихватив с собой ведерко для льда. Кинуы 4 кубика в бокал с шампанским, сделала приличный глоток.

— Забавная история, — сорвалась с ее губ натянуто-спокойная фраза. — Ты пошел на это все, для того, чтобы отомстить за убийство друга?

— Нет… Это только половина, я думал дать тебе передохнуть, после чего продолжил бы.

— В таком случае — не теряй время, — Селена допила шампанское, отставила бокал. — Я готова.

Коготь пожал плечами…

* * *

(через семь минут…)

… убегая от шакалов Олега, я встретил ее… Красивая, темноволосая девушка, с немного заостренными чертами лица, большими черными глазами, пронзающими насквозь самое существо. Она сидела на каменном бортике, и любуюясь открывавшимся видом…

Меня что-то остановило… Что-то в этой девушке было не так.

Незнакомка глянула на меня, оценивающе осмотрела, и улыбнулась.

— Привет!

— Привет, — ответил я, осматриваясь по сторонам, и прикидывая, куда бы можно было спрятаться.

— Ищешь кого-нибудь? — спросила девушка тихим успокаивающим голосом.

— Ищу где бы спрятаться… Я бы с удовольствием с вами поболтал, но у меня проблемки…

— Меня зовут Ильнесси, — проговорила девушка, все так же белозубо улыбаясь. — А что за проблемы? Я смогу помочь?

— Не думаю… — я огляделся вокруг, и понял, что встрял: дальше по дороге — тупик, с одной стороны за бортиком отвесный спуск, с другой — дома. Деваться некуда.

— Скажи, — начал я подбирать слова, — ты тут где-то живешь? Можешь меня спрятать?

Она отрицательно мотнула головой, слезла с бортика, медленно, уверенной походкой, покачивая бедрами подошла ко мне, коснулась указательным пальчиком моей щеки, прикрыла глаза и вздохнула…

— …м-м, а ты не обычный… сильный… — она открыла глаза, склонила голову набок, словно заглядываясь: — тебе не нужно прятаться… Думаю в скором времени им придется прятаться от тебя…

Первая мысль, родившаяся у меня в голове была о том, что она немного не в себе. Затем я получше рассмотрел ее… Похоже, готка. Длинная черная мантия из какой-то необычной ткани, длинные же ногти, выкрашенные в черный цвет, на шее амулет, на котором изображен странноватый знак…

Из-за поворота послышался топот ног, а затем показались двое запыхавшихся преследователей. Сердце в груди бешено застучало, глаза заметались в поисках способа удрать с минимальными последствиями.

— Расслабься, и помолчи, хорошо? — проговорила она вполголоса. — Сейчас избавимся от них…

— Надо же, далеко не удрал, — отдыхиваясь проговорил прихвостень Олега. — А это у нас кто? — он приблизился к девушке, похотливо разглядывая ее, и прицокивая языком. — Твоя подружка?

Ильнесси в свою очередь разглядывала вновь прибывших с улыбкой удава, выбирающего кролика пожирнее. Она шагнула навстречу амбалам, и пробормотала, будто про себя:

— …один вполне созрел, как раз недавно только убил… Второй пока сыроват… хм… как бы это так сделать…

— Чего ты там бормочешь? — подал голос второй из гнавшихся за мной.

Новая знакомая подмигнула, и мне показалось, что зрачки ее глаз на мгновение резко увеличились, затопив собой все глазное яблоко… мои ноги в мгновение стали ватными, по телу поползла дрожь.

— Эдуард, скажи, если бы ты вдруг узнал, что вот этот, — она указала пальцем на ближнего парня, — нанес твоему другу тот самый удар ножом, что бы ты с ним сделал?

Чего?! Откуда она знает, как меня зовут? И что у меня погиб друг? Какого черта…

— Откуда ты… — парень бешено выпучил глаза. Судя по его мимике, девушке грозили крупные неприятности. — Саня, хватай сучку, а я пока этого рубану, подгоню машину…

Второй подбежал к Ильнесси, заломил ей руку и схватил за горло. Я, едва оправившись от шока, шагнул было вперед, но…

— Ну вот, — захихикала девушка, — а я уже думала, что придется тебя отпустить… Эдик, милый, не возражаешь, если я их немного помну? — улыбка стала совсем откровенной, а на глаза наползали тени…

Вот теперь челюсть окончательно придавила мне ногу… Я не успел понять, что произошло. Просто послышался резкий хруст, и парень, державший Ильнесси, заорал как ишак, которого клеймят каленым железом. Второй просто отлетел в сторону и покатился по асфальту, будто на него налетел грузовик.

Незнакомка легко вывернулась из объятий моего преследователя, сделала пару шагов в сторону, и оглянулась, с нескрываемым удовольствием наблюдая, как они корчатся… Хруст не прекращался, складывалось впечатление, что кто-то мелет кости через мясорубку. От криков в ушах звенело, хотелось заткнуть их и отбежать подальше, чтобы не видеть и не слышать этого.

Я испуганно посмотрел на новую знакомую, которая явно наслаждалась, глядя как державшего ее парня мнет и ломает, словно кусок пенопласта.

— Тебе нравится? — спросила она меня, с видом любовницы, подарившей мне БМВ последней модели, и ждущей моей реакции на подарок…

— Это… мерзко… прекрати… — меня затошнило.

— Прекратить? — переспросила она с явным разочарованием, состроив скучное личико. — Думала, тебя это развлечет…

Небрежный жест рукой, и давящие на парня силы ослабили свое действие. Бывший преследователь тихо поскуливал, кашлял кровью и тяжело дышал. Его друг тихонько шевелился, пытаясь подняться на ноги, что не ускользнуло от внимания Ильнесси: жест рукой, и неведомая сила рванула его вперед, буквально швырнув мне под ноги.

Сердце бешено колотилось. На меня навалилось ощущение нереальности происходящего, словно я вижу кошмар наяву.

— Кто ты? — спросил я осторожно.

— Давай поговорим об этом попозже, — девушка сморщила носик, и добавила, — сейчас нужно подумать, что сделать со вторым…

Я глубоко вздохнул, набрал в легкие воздуха и решился на вопрос:

— Это правда… то, что ты рассказала насчет Кирилла?

— Мне ни к чему обманывать, — пожала плечами Ильнесси. — Хочешь увидеть своими глазами то, что видела я, заглянув в его память?

Собственно этот вопрос меня уже не особо удивил, похоже, странная девушка или ведьма или экстрасенс какой-то… Я сглотнул, кивнул… и в следующий миг увидел это. Увидел, как извивающегося Кирюху держали вчетвером, как стоявший в стороне Олег смеялся, говоря что-то… а следом я… точнее тот, от чьего лица я наблюдал, приблизился, достал нож, и начал медленно прокалывать им грудную клетку моего друга, поворачивая нож по часовой стрелке, наслаждаясь его криками… Видение исчезло, а у меня в душе вспыхнула злость. Я почувствовал, как дрожат руки от желания придушить обоих собственноручно…

— Что ты теперь мне скажешь? — спросила незнакомка.

Корчащийся, трясущийся у моих ног убийца умоляюще посмотрел мне в глаза, заскулил, выдавливая:

— Пожалуйста… Я не хотел… Олег мне сказал, что…

— Сцена из дешевого кино, — оборвал я его не дослушав, и брезгливо отпихнул ногой. — Убей их… ме-едленно, — мой голос сорвался на хрип.

Девушка улыбнулась обворожительнейшей улыбкой, и протянула:

— С удовольствием…

— И еще: оставь пожалуйста трупы… Чтобы их нашли. Как визитную карточку… — добавил я, прошептав про себя: "Они дорого заплатят за твою жизнь, Киря…"

И были крики. Крики отчаяния, ужаса, боли. Мольбы о пощаде, а затем хрипы с просьбой убить их быстро. Но теперь, мне не было их жаль…

(четыре часа спустя, под утро…)

… мы сидели в кабине шикарного черного Хаммера последней модели, я пил маленькими глоточками кофе, купленный в автомате, а Ильнесси рассказывала мне… Рассказывала многое о том, кто она такая. О том, какова природа ее силы… Шок быстро сменился изумлением, потом жаждой знаний. Но меня мучил еще один вопрос, который я пока не решался задать…

— Во всем мире существует около полутысячи мистиков по обе стороны. Светлые оберегают души людей от посягательств Тьмы, неусыпно следят за темными. Существует 8 кристаллов Слияния, которые используются ими, чтобы нести стражу, наблюдая за нами. Эти кристаллы дают небольшие порции силы в момент единения с их сущностью. Я слышала, что количество получаемой силы дозируется обратно пропорционально количеству вмешательств и степени воздействия Хранителей на окружающий мир и на людей в частности… Они черпают могущество в сохранении нейтралитета, и самоотречении от проблем мира. В кристаллы эти сила поступает откуда-то извне, откуда — доподлинно неизвестно… Сложнее дело обстоит с темными, каковые делятся надвое: Хозяева Тьмы и поглотители Sinthh. У нас есть сосуд — так называемое Вместилище. Туда отправляются все души, которые были отмечены печатью власти, из них вытягивается вся жизненная сила, а их бессмертное "я" сгорает. Хозяева черпают силу из Вместилища, распределяя ее между собой. А вот поглотители sinthh, такие как я, черпают силу из причиняемой боли, страха, ужаса, а также… Кармического зла, накопившегося у отобранной души. И чем этого зла больше, тем лакомее добыча поглотителя. Сложность в том, что не каждую душу, содержащую в себе sinthh возможно поглотить. Для этого человек должен переступить так называемый порог. Для каждого этот порог индивидуален, и зависит от того, что именно совершил конкретный субъект. После пересечения порога, аура этого человека изменяет цвет, теряет блеск, и становится уязвимой для щупалец Тьмы. Говорят, есть способы игнорировать порог sinthh, но о них никто не знает…

— Скажи… — вопрос наокнец-то сформулировался, и я застваил себя задать его: — Ты можешь сделать то же самое с Дроздовым и его шакальем?

— …нет. К сожалению они еще не достигли порога, — девушка со вздохом покачала головой. — Дроздов вообще не убивает сам, а подбивает кого-то из окружения… Остальных же его деяний не хватит, даже наполовину.

— Значит, никакой возможности нет? — спросил я. — Потому что он не оставит этого просто так, и следует ждать ответного удара… Я даже боюсь представить, что он предпримет…

— Почему же? Способ есть… Собственно, единственно возможный.

— Какой? Скажи что для этого нужно!

— Не торопись. Не все так просто…

И я задал единственный невысказанный доселе вопрос:

— Ильнесси… Почему ты это все мне рассказываешь?

Девушка улыбнулась.

— Ты можешь принять путь sinthh, стать одним из поглотителей… И тогда у тебя будет возможность самому прикончить их.

Признаться, меня эта новость ошарашила.

— Ты удивлен? Я сразу поняла — у тебя отличный потенциал. Твоя аура очень плотная, и сможет вместить очень много силы… вот, решила сделать тебе это предложение сразу, как ее увидела… А те двое — считай их моим подарком. В честь знакомства, — ведьма очаровательно улыбнулась.

Я задумался. С одной стороны — лестное предложение. Даже очень. Но с другой…

— Я… — слова застряли в горле.

— Смотри, — девушка открыла бардачок, достала небольшую деревянную шкатулку и протянула мне. — Открой.

Внутри оказался странный, красиво отделанный ножик: материал похож на слоновую кость, в рукоять вставлены два драгоценных камня…

— Возьми в руку, и сожми покрепче…

Я осторожно взял в руку странное оружие, оказавшееся на удивление легким, но рукоятка была холодной и неудобной. Начал медленно сжимать в руке… Резкая боль, ощущение тысячи раскаленных шипов врезалась в ладонь, разжать которую я не смог. Лезвие начало медленно раскаляться, сделавшись из белого огненно красным, вспыхнуло жарким пламенем и мгновенно сгорело, осыпавшись пеплом.

Удивило то, что моя рука была абсолютно целой, безо всяких порезов и ожогов. Никаких посторонних следов не было.

— Как себя чувствуешь?

— Это было… больно.

— Без шуток, — улыбнулась Ильнесси. — Зато теперь ты сделал первый шаг к посвящению. Наслаждайся.

Я удивленно осмотрел руку, и пепел на джинсах.

— А этот ножик… он что, сгорел?

— Нет, глупый, — засмеялась девушка. — Всего лишь потерял физическую оболочку. Попробуй представить себе, ну скажем того же Дроздова… Вспомни его физиономию, почувствуй ненависть… да-а-а-а, вот так, хорошо… а теперь представь в своей руке нож…

Я с удивлением разглядывал призрачный клинок, переливающийся белым, черным, красным. Откуда-то пришло знание, что в этой форме данное оружие куда как более опасно.

— Знай: удар в сердце этим оружием убивает мгновенно, пожирает душу и развеивает тело в прах… Клинок сохраняет души жертв для тебя. Тебе нужно собрать десять, чтобы пройти первую ступень посвящения, стать адептом. Каждая отобранная душа увеличивает твои силы, плюс ведь поглощаешь жизненную энергию жертвы. На данный момент, все что ты можешь — слабенький телекинез. Но чем дальше…

— Погоди-погоди, — остановил я девушку. — Я вообще-то еще не согласился… И если честно не думаю, что хочу этого. Я… я не смогу убивать просто вот так… Мне не нужно, забери свой нож!

— Ну… ты конечно вправе поступать, как хочешь, — Ильнесси задумчиво потерла подбородок, — но я не думаю, что ты откажешься от могущества… Впрочем, дело твое. Завтра я расскажу тебе о правилах, и еще паре вещей, которые тебе необходимо знать. А сейчас помни: расходуй силу экономно! До тех пор, пока ты не отберешь душу и не начнешь пить чужую жизнь, ты расходуешь свою собственную жизненную энергию.

— Вопрос… почему ты это делаешь для меня? Какую выгоду получаешь ты?

— … а ты догадливый, — она улыбнулась. — Первые десять душ, которые ознаменуют переход на высшую ступень, ты передашь мне, во время обряда. Тогда же я представлю тебя Хозяевам.

— И все? — тысяча вопросов вертелась на языке, но я приглушил свой азарт, и спросил то, что должен был спросить: — А… отказаться я могу?

— Конечно. Нет ничего проще. Просто не используй артефакт. Тогда через какое-то время его сила иссякнет, и ты снова станешь обычным человеком… Но только при условии, что ты не успеешь забрать ни одной души. Иначе назад дороги не будет…

— Почему?

— Потому что, убив этим оружием впервые, ты будешь отмечен печатью Тьмы. И если сила артефакта иссякнет — ты станешь такой же легкой добычей для адептов…

(прошло две недели…)

— Расслабься, закрой глаза. Почувствуй этот коробок спичек. Ауры ты уже умеешь видеть. Теперь попробуй протянуть отросток ауры вперед, обхвати им этот коробок и подними его в воздух… Да… вот так… осторожно… Теперь попробуй положить его мне на ладонь… Здорово! У тебя получается…

(два часа спустя…)

— … перечисли мне основные правила Кодекса Sinthh.

— Хорошо, сейчас…1) Искать, отбирать и отправлять во Вместилище как можно больше душ, подвластных печати Тьмы; 2) Всеми силами стремиться преодолеть очередную ступень на пути к возвышению. 3) Чтить Хозяев, Великих Владык, и адептов, стоящих на более высокой ступени, знать свое место в иерархии. 4) Не посягать на жизнь или собственность других посвященных Пути, особенно на отмеченные личными печатями души. 5) Соблюдать дуэльный кодекс и правила вызова на поединок, если этого требует задетая честь или гордость. 6) Запрещено применять боевые артефакты выше четвертого Риста против адептов пути sinthh, или Хозяев, кроме случаев отражения нападения или защиты своей собственности. 7) Избегать провокаций агрессии со стороны адептов света или Хранителей. 8) Уничтожать на месте любого, кто нарушает этот кодекс, или посягает на жизнь или собственность кого-либо из адептов или Хозяев. 9) Хранить тайну мистиков от основной массы людей, устранять все возможные утечки информации доступными методами…

— Хорошо, достаточно. Расскажи мне о магии, доступной нам, ее пределах, возможностях и ограничениях.

— Сначала нам доступен только слабенький телекинез. Затем приходят телепатия, воздействие на сознание, чтение и стирание памяти, далее при повышении степени Риста становятся доступны энергетические пульсары, более сложные заклятия и проклятия. Со временем приходит повелевание элементом Тьмы, спиритизм, и… некромантия. Однако последние две сферы запрещены…

— Что такое проклятия, и чем они отличаются от обычной магии?

— Проклятия — это заклятия, содержащие в себе первоэелмент sinthh, как составляющего Тьмы. Проклятое существо становится психически неустойчивым, и умирает вследствие причин, предусмотренных самим проклятием. Если количество sinthh в человеческом существе превышает хотя бы половину от необходимой критической массы, то энергию для своего развития проклятие может черпать прямо из ауры жертвы. Также можно использовать помеченные печатью ауры как источник для формирования массового проклятия, фактически использовать sinthh противника/жертвы для каста…

— Замечательно. Ты молодец, очень хорошо все запомнил, — Ильнесси улыбнулась, чмокнула меня в щеку, и добавила тихо, — теперь тебе нужно собрать десять душ и передать их мне, для того чтобы шагнуть на следующую ступень…

— Ильнесси, я… ты прости, но я, наверное, не буду… я не готов.

Девушка смотрела на меня минуты полторы, пожала плечами, вздохнула, и откинулась на спинку кресла.

— Жаль… Я надеялась, что ты передумаешь… Как знаешь. Время у тебя пока что есть… А на сегодня все, поехали отрываться! — в ее глазах прыгали чертики.

Мы договорились поехать сегодня в ночной клуб "Нефрит", Ильнесси пригласила меня и Макса с Ирой, заявив, что так будет веселее. Макс естественно ничего не знал, и мы дружно соврали ему, что встречаемся… Собственно в чем-то оно было правдой — мы провели несколько ночей вместе, но договорились — без обязательств. Точнее — Ильнесси настояла. У темных не должно быть привязанностей, сказала она… Я не возражал.

(еще месяц прошел…)

— …я вам уже пять раз пересказывал одно и то же! Я не знаю ничего больше! Я без понятия, кто именно так отделал Муратова и Маринчука! Я в этот момент был в больнице, с вывихом правой стопы и ожогами от шокера, которым меня угощал Дроздов! Я даже заявление писал…

— Да читал я ваше заявление. Но видите ли, в чем дело — ваши легкие телесные повреждения — это максимум 15 суток административного ареста. А вот два трупа молодых людей, которые по словам очевидцев незадолго до своей смерти преследовали вас вдоль улиц города, и это при том, что у вас якобы была вывихнута нога… Это уже статья внушительная! Или вы будете отрицать?

— Я уже пояснил это на предыдущем допросе. Когда я от них убегал — упал в яму, и вывихнул ногу. Меня спрятали. А эти двое пробежали мимо, и нашли где-то приключения себе на одно место…

Следователь внимательно изучал меня с озлобленной мордой.

— Слушай… Не для протокола: я знаю, что это твоих рук дело! И мне плевать, сколько людей видело тебя в больнице с вывихом, и сколько дало показания, что видели, как ты упал! Мне нас…ть на справки, которые ты принес! У меня есть информация, что у тебя и Дроздова личные неприязненные отношения, зашедшие так далеко, что ты запросто мог поубивать этих двоих! И на мой взгляд, это единственная правильная версия произошедшего, а не то фуфло, которое ты пытаешься мне впарить! — последние слова следователь уже прокричал, грохнув кулаком по столу и брызжа слюной. — Я тебя засажу лет на десять, вот там и будешь байки свои травить! А если нет… — он понизил голос — опять же не для протокола… Тебя грохнет сам Дроздов, или его папочка… В отличии от тебя, его-то уж точно не посадят…

— …это все? — спросил я спокойным голосом, хотя у самого в душе все кипело… Пусть и не очень хорошо, но я чувствовал обрывки его эмоций, неясные образы… он вспоминал конверт, переданный ему неделю назад отцом Олега… что он блефует, что у него ничегошеньки нет, и что он сделает все, чтобы отработать несчастную тысячу зелени, которая так волнует его в данный момент… Как же хотелось прямо здесь схватить этого следака за горло, и вогнать ему в сердце нож, забрать душу этого слизняка, отправившего за решетку далеко не одного невиновного… Я чувствовал, что у меня есть на это право… и боялся себя, боялся, что не выдержу, чувствуя, как во мне просыпается та жажда крови, которую я наблюдал в Ильнесси…

— Ничего не выйдет, — добавил я, чувствуя, как во мне просыпается монстр. — Ты можешь таскать меня по допросам, пугать, угрожать, можешь даже наставить свой ствол, или запереть "на общак"… этим ведь ты рассчитывал напугать меня?

Я взглянул на него как на слизняка под моим ботинком. Да кто он такой? Крысенок, трясущийся за кусочком ворованного сыра, который не знает о том, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, да и то для второй мышки.

— Поверь, ты попусту тратишь время и свои нервы… Побереги их, а впрочем… я знаю о конверте с тысячей долларов, переданном тебе Дроздовым для решения м… проблемы со мной. У меня есть фото, которым УВБ очень заинтересуется…

У следователя полезли на лоб глаза.

— Как ты уже заметил, — продолжил я издеваясь, — лично Дроздову ничего не грозит. А вот на твоем месте, я бы задумался… Всего хорошего, и главное — спокойных снов, — бросил я через плечо поднимаясь из-за стола и открывая дверь кабинета. Как и следовало ожидать, меня не остановили…

(тот же день, пять вечера…)

… впервые со дня убийства Кирюхи у меня было хорошее настроение, а на лице светилась улыбка… Звонок застал меня врасплох, а женский голосок из телефонной трубки вместо обычных "привет, как ты там?" или "я соскучилась по вам всем, но по тебе особенно", я услышал:

— Привет зайка! Помнится, ты мне обещал, что позволишь остановиться м… в твоей постели, если я приеду на лето? — веселый ироничный голос Олеси я узнал мгновенно.

— А… ты где сейчас?

— Внизу, возле такси стою… Поможешь мне дотащить сумки?

(немного позже…)

… теплые волны нагретого за день моря накатывали на нас с интервалом, подбрасывали и опускали вниз. На мое удивление, Олеся умела держаться на доске для сёрфинга не только не хуже, а даже лучше меня. Мы катались по волнам наперегонки, шутили, смеялись, брызгались, сбивали друг друга в воду… Настроение было превосходным, и ничто не предвещало неприятностей…

Они ждали нас, когда мы выходили из воды. Трое мужчин, на лицах которых были написаны неприятности. Догадайтесь: кому они предназначались?

Я еще не умел достаточно хорошо читать эмоции людей, но эманации, исходившие от них, почувствовал бы и младенец… Липкий страх леденил кровь.

— Олеся, назад в воду, быстро!

— Что…

— Не спорь. Только не сейчас… Давай на доску, и подальше отсюда.

Пришельцы молча двинулись на нас, и перешли на бег. Девушка повернулась, разбежалась, бросила перед собой доску, и упала сверху, гребя руками навстречу волне.

Я почувствовал прилив адреналина, сердце бешено колотилось, выскакивая из груди.

— Стоять! Эй, сучка, назад, или я стреляю! — заорал тот, кто был ближе всех.

"Ильнесси Каршшасс, именем Великой Тьмы…" — позвал я, вспомнив ритуальную фразу вызова…

"Эдуард? Что случилось" — донесся до меня мысленный шепот.

"Меня хотят убить, я не знаю, что мне делать… Помоги!"

"Я далеко от тебя, минут тридцать ехать. Не успею… Попробуй справиться сам, я буду подсказывать. Только не тормози, хорошо? Делай воздушную полусферу, как я тебя учила… "

Раздался выстрел, небольшой всплеск на воде отметил место попадания пули. Мимо…

— Только не останавливайся, — закричал я девушке, — мне они ничего не сделают!

Олеся усиленно гребла, удаляясь от берега, и каждые пять секунд оглядываясь.

Я прищурил глаза, представил себе символ, изображенный на рукоятке ножа, вытянул левую руку перед собой, скрючив пальцы в неудобный знак…

— Ты, сучка, плыви назад, или твоему дружку… — выкрикнул тот, который был ближе ко мне.

— Что вам нужно? — спросил я, держа перед собой трясущуюся руку.

Мужчина направил пистолет на меня, и с довольной улыбкой спустил курок… Хлопок выстрела, и звук столкновения пули с невидимой преградой. Пуля упала на песок.

"Отлично, у тебя получилось. Только не подпускай их…"

Я выбросил руку перед собой и мысленно толкнул ближайшего ко мне в грудь. Раздался звук удара, и его швырнуло метров на пять назад, прокатив по песку.

"Теперь надо что-то с ними сделать… давай, проклятие остановки сердца. Помнишь, как выполнить?" — услышал я.

"Да, но… У меня хватит сил?"

"Личных? Нет конечно".

"Тогда как…"

"Слушай, а ты думать пробовал? Перед тобой немерено заемной силы!"

"я… но ведь тогда ведь шаг будет сделан? Я уже не смогу отступить…"

"Фуу, да при чем здесь это? Просто кастуй, проклятие само присосется к их ауре! Давай делай, хватит сопли на кулак мотать!"

Весь немой диалог занял каких-то две секунды, мысленно общаться куда быстрее…

Ошарашенные убийцы тупо уставились на пулю, упавшую на песок и на отброшенного мной товарища.

— Повторяю, что вам нужно? — крикнул я, вспоминая слова обращения sinthh против носителя.

Остальные двое потянулись за пазуху, за оружием…

— ЗаплатИте своей жизнью за мою, — начал я тихо, — именем Великой Тьмы… — слова с трудом отклеивались от моего языка. — экса, эншшафф, аэассс эккххх*… - мысленно направив поток энергии волной от себя.

Все трое одновременно схватились за грудь, и захрипели, их лица посинели, изо рта пошла пена. Мне было видно другим зрением, как несколько энергетических линий опутали их сердца, и сдавливают, препятствуя сокращениям.

Одновременно с этим, у меня в глазах начало темнеть, я почувствовал, как заваливаюсь набок, и провалился в беспамятство…

(чрез 20 мин…)

…Я очнулся на заднем сидение в "Хаммере" Ильнесси.

— Ну вот, я же говорила, с ним все нормально. Вырубился от перенапряжения…

— Эдик, ты как в порядке? — Олеся теребила мою раскалывающуюся голову, всхлипывая и прижимая к себе.

— Нормально… Если только в твои планы не входит оторвать мне голову на радостях…

— Дурак! — обиделась девушка. — Я волновалась за тебя!

— Все нормально, живой я…

— Ладно, тогда я за руль… — Ильнесси обошла авто сзади, и уселась в кресло водителя. — Вас куда подвезти?

(тот же вечер, 23:40)

— Эдуард, — отец выглядел озабоченным, — мне надо поговорить с тобой… Пойдем на кухню… извините нас, хорошо? — это для Олеси.

В руках у него был конверт, абсолютно белый, без надписей и строчек… Внутри было письмо… Точнее не письмо, а аппликация из вырезанных кусков газеты. Письмо было следующего содержания:

" Эдик, урод, ты дорого заплатишь мне за моих людей."

Подписи не было. Предчувствие ледяными клешнями сдавило грудь. Я решил ничего не говорить Олесе, но при первой возможности отправить ее домой… И разобраться с Дроздовыми раз и навсегда…

(Прошло восемь дней…)

Мы снимали номер в гостинице, чтобы не мешать родителям, и… чтобы родители не мешали нам. Я боялся этого, но, похоже, таки привязался к Олесе куда больше, чем вообще возможно было для меня привязаться к девушке…

Почти все время мы проводили вместе: гуляли по городу, отрывались в клубах и на пати, катались на сёрфе… на сон оставалось часа по четыре в сутки. Ильнесси обещала присмотреть, чтобы за это время с моими родными ничего не случилось, говорила, что повесила какое-то проклятие на дом, направленное на любых недоброжелателей по отношению к ним. И на удивление пока все было тихо… Пока отец не забрал из ремонта старенький "Форд", который мы собирались продавать…

…мне позвонили на мобильный в семь вечера, и сказали примерно следующее:

"Твоя семья в опасности. К ним едут в гости. Поторопись…"

Панический ужас захлестнул все мое сознание, воображение рисовало самые ужасные картины… Взяв с Олеси обещание оставаться в номере, и никуда не выходить до моего приезда, я схватил ключи от ее машины и пулей вылетел вниз.

Дорогой домой я нарушал все правила, мчась на сумасшедшей скорости, и когда оставалось всего минуты три, снова зазвонил мобильник… голос Макса:

— Алло, Эдик, не суйся туда, не… — связь оборвалась и в трубке послышались короткие гудки.

Начал перезванивать ему, но трубку не брали…

Мысленно потянувшись к его сознанию, попытался позвать его телепатически, но ответом была тишина… ненормальная тишина.

Мое горло сдавило предчувствие непоправимого… Я мысленно позвал Ильнесси. Контакт возник практически сразу.

"Мне нужна твоя помощь, найди, пожалуйста, Макса, с ним что-то случилось…"

"Эдик, я найду его, но, видишь ли… может случиться так, что я не смогу вмешаться… ты знаешь правила."

"Всер авно, пожалуйста…"

Вот уже и мой дом, буквально за следующим поворотом… Было видно, как отец с мамой сели в авто, как сестренка выбежала из подъезда, размахивая ручонками:

— Папа, ты забыл бумажник…

Я облегченно вздохнул, выбираясь из машины, и быстрым шагом двинулся к ним.

"Эдик, ты меня слышишь?" — настиг меня телепатический вызов. — "Макс убит у себя во дворе. Я не успела… Будь осторожен, я еду к тебе. На всякий случай, передаю тебе форму одного проклятия, которому меня научил Укенот, мастер, посвятивший меня… Оно называется `Когти Тьмы'. Сжирает мгновенно, практически невозможно отразить… осторожно, очень энергоемкое… "

Мне поплохело. Макс… Все, хватит прятаться. Они заплатят за это. Но сначала…

Приблизившись к родным, я позвал:

— Папа, у вас тут все хорошо?

— А что именно должно быть нехорошо? — спросил отец.

— Я… Помнишь, что ты мне показал тогда, на кухне?

Отец нахмурился.

— Я подозреваю, что они попытаются сегодня…

— То есть?

— Не важно. Собирайтесь, и уезжайте, прямо сейчас… Я сам разберусь. — слова давались мне с трудом, сохранить видимость нормального состояния было Атлантовой ношей.

— Как, хотел бы я спросить? — Отец посмотрел на меня недоверчивым взглядом.

— Я заручился поддержкой. Не переживай за меня.

— Уверен?

— Абсолютно. Папа, пожалуйста, хоть один раз не задавай вопросов и не капай на мозги… Уезжайте, хорошо?

— Что происходит, Эдик? — подала голос мама. — О чем вы говорите?

— Мы поедем к бабушке в гости, на недельку-другую… — ответил отец. — Давайте, все в машину.

Я благодарно кивнул. Зазвонил мобильник. Отойдя подальше, щелкнул кнопку приема вызова.

— Слушаю.

— Эдик, мне Ира позвонила, предлагает съездить в кемпинг отдохнуть на сегодня на ночь… Спрашивает, поедем мы или нет. Что мне ответить?

— Малыш, мне сейчас не до этого, пока не нужно ничего говорить, я вернусь, тогда и обсудим. Дождись меня, хорошо?

— Ладно… Но ты побыстрее освобождайся, я соскучилась…

Я просто выключил мобильник. Мне не хотелось рассказывать ей, что происходит…

Родители уселись в машину, сестренка держала за поводок нашего спаниеля (и приспичило же ему вот сейчас). Отец махнул мне рукой, поторопил сестру…

Обстановка изменилась, появилось неясное ощущение опасности… Я начал осматривать все вокруг, стараясь определить источник. Из дальнего конца двора показался мотоциклист, отъезжающий от подъезда, двигающийся к выезду на дорогу. Все произошло быстро. Мотоциклист что-то бросил в окно машины, и что есть мочи газанул, отъезжая подальше… Я бросился к машине… Взрыв! Меня отшвырнуло назад, опрокинуло на спину. Я подскочил, крича от бессилия и ужаса, бросился к раскуроченному, горящему авто, на бегу сильным телекинетическим посылом впечатывая мотоциклиста в ближайший столб…

…Внутри уже никто не шевелился. Перед подъездом кричала сестренка, осколок пробил ей левое плечо, из которого обильно текла кровь. Я провел ладонью перед ее лицом, и она потеряла сознание.

Вскочив на ноги, за секунду набрал "скорую", называя адрес, описывая ситуацию. Одновременно силой телекинеза я схватил валявшегося у столба мотоциклиста, и рванул на себя что есть силы. Ублюдка протащило по клумбе, асфальту, ударило об урну на обочине, и швырнуло мне под ноги. Я одним движением сорвал с него шлем.

— …кричи… умаляй… моли о быстрой смерти… — слова с трудом проталкивались сквозь комок в горле, слезы застилали пеленой глаза, грудь сдавливало от невыносимой боли…

Я собрал всю злость в кулак, и в руке сверкнул лезвием нож, переливаясь красными и темными сгустками. Медленно, стараясь доставить как можно больше "приятных" ощущений, я погрузил острие ножа аккурат в коленную чашечку выродка, проворачивая его против часовой стрелки и наслаждаясь криками, как пеньем соловья….

— Не делай этого, — пригвоздил меня властный голос.

Я обернулся. Передо мной стоял мужчина лет тридцати пяти, казалось, ничем не примечательный… Но от него веяло огромной силой.

— Если ты убьешь его этим оружием — пути назад не будет. Ты станешь таким же, как он, если не хуже. Чужая смерть и боль станут твоей жизнью и наивысшим наслаждением. Тебя подталкивают, провоцируют проявлять агрессию, аккумулируют в тебе желание причинять боль и убивать…

Меня поразила внезапная догадка…

— Ты Хранитель?

— Не делай этого, — повторил пришелец. — Та, что помогает тебе, опекает — на самом деле играет на два фронта. Запомни это…

Вспышка света, и незнакомец исчез. Мотоциклист скулил как шавка, трясся как осиновый лист, глядя на острие ножа. Шум мотора и визг тормозов заставили меня повернуть голову. ""Хаммер"" Ильнесси остановился в двух шагах от меня, девушка выскочила из авто и подбежала.

— Опоздала… Прости, я торопилась как могла… — девушка обняла меня за плечи, и тяжело выдохнула.

Я молча кивнул. Послышался вой сирены — наверное приближалась скорая.

— Это он сделал? — спросила темная, скривив презрительную, злую гримасу. — Добей его.

Однако рука дрогнула. Все-таки странный незнакомец заронил у меня в голове зерно подозрения.

— Нет… Хочу чтобы он мучился подольше… Я ведь могу проклясть его за то, что он сделал?

— Лучше нож. Надежнее. Ни трупа, ни проблем…

Я поймал ее взгляд, и видимо что-то по моим глазам было видно, потому что девушка смутилась, и добавила:

— Хотя, ты прав, наверное… Формируй знак обращения против носителя, добавь символ закрепления, и пожелай ему чего-нибудь со всей злостью…

Я быстро набросал заученную наизусть форму проклятия, направил руку на него и произнес:

— Как последняя мразь, изувеченный и растерзанный сгниешь…

В какой-то момент мне стало труднее дышать, но потом заклятие стабилизировалось, присосавшись к ауре мотоциклиста…

… сирену издавала милицейская машина, которая буквально влетела во двор, и из нее посыпались работники нашей доблестной милиции. Следом показалась и скорая…

…сестренку погрузили на носилки и аккуратно занесли в скорую. Меня попытались задержать менты, чтобы отобрать объяснительную, но я ничего не хотел слушать.

— Вот мои водительские права, тут все мои данные, я никуда не денусь! Я только довезу сестру до больницы, и уверюсь, что с ней все хорошо… Я сам приеду, клянусь… Да поймите же меня!! — рявкнул я на сержанта, который держал меня за руку, завернутую за спину. — Я просто не смогу сейчас, не зная, как она там… У меня больше никого не осталось…

— Отпусти его, Ветров, — послышался хриплый голос, и, повернувшись на его звук, я увидал пожилого усатого мента с майорскими погонами. — Ты ведь сдержишь слово? — сурово спросил он меня.

— Не сомневайтесь… Я знаю, кто заказчик, а это чмо, — я кивнул на арестованного мотоциклиста, — обычная пешка…

— …добро. Отпусти его, я сказал!

(через семь минут в скорой…)

— Вы правильно сделали, что не трогали осколок. Пока он внутри, есть шанс, что кровотечение не усилится. Кстати, как вы ее усыпили?

— … хлороформ, — ответил я первое, что пришло в голову. На мое счастье никто не стал докапываться, откуда он у меня…

Тут малышка закашлялась, и глаза открылись. Какого черта…

— Она пришла в себя, вколите ей чего-нибудь! — завопил я.

— Молодой человек, не мешайте нам делать свою работу! — огрызнулся врач, но, глянув на меня, сжалился и добавил: — Мы дали ей обезболивающее. Больше нельзя ничего колоть…

— Простите… — я опустил голову.

— Да ничего, я понимаю… -

— Эдик… — позвала малышка, потянув ко мне руку. — Мама… папа…

— Не разговаривай, тебе нельзя! — мои руки дрожали. — Все хорошо, они… в другой машине… — слова дались мне острой болью в груди, но я не мог сказать ей правду… только не сейчас…

— Эдик… я люблю тебя… только не оставляй… меня… одну… — ее глазки закрылись, и голова склонилась набок.

Я дернулся вперед, но врач остановил меня:

— Тихо, тихо, все в порядке… Уснула под действием уколов. Все хорошо…

…скорую дернуло, завизжали тормоза.

— Что такое? — крикнули мы с врачом в один голос.

— Дорога перекрыта, — ответил водитель.

— Они что там, совсем охренели? — выругался медик. — У меня ребенок кровью истекает…

Я сделал вдох, закрыл глаза, попробовал погрузить сознание в астральный транс, как учила меня Ильнесси. Когда я почувствовал замедление времени, и сознание прояснилось, потянулся щупальцем к сестре, изучая рану и засевший осколок. До аорты не доставало сантиметра полтора, но осколок пробил часть легкого, и вену рядом… Аккуратно, стараясь не навредить еще больше, окружил острые части осколка миниатюрным щитом, вытеснил кровь из легкого, оградил все уязвимые ткани барьером. Напоследок я нарастил стенку из щита вдоль поврежденной вены (благо не артерии) и устало вывалился из транса.

— Да что там такое? Врач высунулся из окна… сильный грохот резанул по ушам, а врач отлетел от оконного проема, придерживая окровавленное предплечье…

— Ччерт! — зашипел он, сдавливая раненую руку.

В голове тут же прояснилось, я мигом оценил ситуацию. Боже, сколько же еще трупов должно образумить этих… Я мигом рванулся к задней двери, рывком открыл ее, выпрыгнул на дорогу, крикнув напоследок:

— Я расчищу проезд, уезжайте сразу, меня не ждите!

Не оглядываясь на физиономии медперсонала, я захлопнул дверцу, на ходу творя полусферу защиты…

… микроавтобус, перекрывавший дорогу, стоял заведенным. Он был полностью затонирован, окна прикрыты, оставлены только маленькие щели… из которых застрекотало, озаряя вспышками полумрак внутри. Несколько пуль упали на асфальт, отраженные полусферой.

Я прищурил глаза, протянут мысленное щупальце, обхватив им микроавтобус, потянул в сторону изо всех сил… И ничего. В глазах потемнело, мгновенно возникшее удушье вышвырнуло меня обратно в реальность — силенок явно не хватало, чтобы сдвинуть такую махину. Выругавшись, я принялся изобретать новый план действий.

В окошке показался чей-то глаз… Меня осенило. Я скользнул в транс, вытянул щупальце вперед, ощупывая пространство по ту сторону окна. Пальцы моего оппонента сжимали что-то, напоминающее по ворме рукоять винтовки… На мое лицо непроизвольно выползла мерзкая ухмылка: усилием воли я обхватил указательный палец правой руки стрелка, надавил на спусковой крючок, одновременно разворачивая винтовку кругом против часовой стрелки. Эффект наступил незамедлительно: раздался грохот выстрелов, вопли, вперемешку с нецензурщиной, движок микроавтобуса зарычал, колеса пробуксовали и рванули машину вперед. Протащившись четыре метра, транспорт угодил в забор частного дома, разнеся его в крошку, и застряв там. А через несколько секунд раздался взрыв — видимо одна пуля пробила бензобак или топливный шланг…

Скорая рванула вперед, пронеслась по дороге и скрылась за поворотом. Я тяжело вздохнул, уселся на бордюр у обочины и прикрыл глаза. Теперь все зависит от врачей…

На шум подъезжающей машины даже не отреагировал — сил почти не осталось.

— Эдик! — услышал я знакомый голос. — Ты живой? Ну же, посмотри на меня! Не вздумай терять сознание!

Ильнесси подбежала ко мне, опустилась на корточки, развернула мою голову к себе, оттянула правое веко и чертыхнулась:

— Ты в своем уме? Соображаешь, что делаешь? Хочешь с истощением рухнуть прямо здесь? В таком состоянии ты и коробок спичек телекинезом не сдвинешь. Идиот! Давай руку…

В этот момент произошел еще один взрыв, а за ним еще два, крышу у микроавтобуса оторвало начисто. В нас полетело два кирпича, когда-то бывшие частью забора. Ильнесси прищурилась, небрежно мотнула головой, и их отклонило в сторону.

— Что там такое? — спросила она тяжело вздыхая. Я почувствовал, как мне становится лучше, усталость уходит, дышать становится легче.

— Там… Оттуда стреляли… Бабахнуло так, будто внутри был целый склад боеприпасов…

— Теперь уж точно не узнаешь, что там было. Тебе лучше?

— Угу. Спасибо… — Я замялся, вспоминая слова Хранителя, от которых мне было не по себе. — Ильнесси… Я хотел тебя спросить… Не знаю, как бы это правильно сказать…

— Ну так говори как есть, мы же все-таки друзья!

Я вздохнул, подбирая слова.

— Скажи честно… Ты имеешь какое-нибудь отношение к обострению этой ситуации?

— О чем ты? — глаза девушки округлились. — Что еще за подозрения? Есть повод сомневаться во мне? Я во всем тебе помогаю, порой даже рискуя, и дважды нарушив правила… — она умолкла, словно испугавшись своих слов, а я благоразумно пропустил их мимо ушей.

— Ильнесси, поклянись мне, что ты не имеешь никаких планов касающихся меня, о которых я не знаю, — выдавил я.

Девушка обиделась, посмотрела на меня скривив личико, но все же подняла руку, сделала знак и проговорила отчетливо:

— Клянусь своим Именем, своей силой, властью над душами по праву sinthh, что в данный момент не планирую на будущее ничего, что бы шло вразрез с твоими интересами, и не буду чем либо тебе вредить, при условии, что ты не обратишь свою силу против меня. Да отринет меня Великая Тьма, если я отступлюсь от клятвы!

В ее руке появился сгусток тьмы, соткался в знак, подтверждающий, что клятва принята. Знак провисел еще секунду, и растаял.

— Доволен? — спросила она зло.

— Да… прости меня, пожалуйста, что сомневался в тебе…

— Хорошо, — продолжила она, — потому что, если ты еще раз заявишь мне подобное — мы станем врагами. Я не собираюсь терпеть такое отношение к себе. Ты либо доверяешь мне, либо нет. Третьего не дано. Понял? — ее глаза метали молнии.

— Меня сбил с толку Хранитель…

— Что?! Ты встречался с Хранителями? Когда?

— С одним… он появился незадолго до твоего приезда, когда… когда убили моих родителей, а я пытал того мотоциклиста…

— Почему ты мне не сказал?

— Не было случая, все происходило слишком быстро…

Девушка задумалась, кивнула, неожиданно ее лицо смягчилось… Она протянула руку, поправила мне волосы, и проговорила уже спокойнее:

— Хранители делятся информацией только в своих интересах, и врут не хуже темных. Он мог сказать тебе часть правды, а остальное преподнести… как ему выгодно. Осторожнее с ними. Уж не знаю, чем ты их заинтересовал…

Зазвонил мобильник. Я достал его из кармана, посмотрел на дисплей. Судя по первым цифрам — городской номер.

— Слушаю, — устало проговорил я.

— Шторм Эдуард? — спросили в трубку.

— Да, это я.

— Это дежурный из приемной первой гор. больницы. У меня для вас плохая новость. Ваша сестра… она скончалась от кровотечения, не доехав до больницы буквально одну минуту. Мне очень жаль, медперсонал в скорой сделал все, что от них зависело…

Дальше я не дослушал, из груди вырвался яростный рев, мобильник с размаху врезался в асфальт, разлетевшись в крошку…

Я почувствовал руки девушки на своих плечах.

— Ильнесси, помоги мне, пожалуйста… Я хочу их всех стереть в порошок…

— Хорошо… Давай ты отдохнешь, а завтра со свежими силами…

— Нет! Сейчас. Немедленно. Ты со мной?

Девушка опустила глаза и кивнула.

— Но только… давай не рисковать, хорошо? У нас есть сила, но… поверь, если тебя изрешетят пулями или подбросят гранату, а ты проворонишь, то умрешь так же легко, как любой из них. И еще: не трать силы направо и налево. Я восстановила твой резерв на две трети, при этом ослабла сама минимум на треть. Не рассчитаешь — свалишься в обморок и при том, в самый неподходящий момент.

Я понимающе кивнул…

(через час, возле особняка Дроздовых…)

… машину мы оставили на стоянке, подъехали к особняку на такси.

— Помни, — напутствовала девушка, — у меня нет права убивать, разве только если буду защищаться. Кроме того, в доме могут быть непричастные к убийству твоих родных… Их тоже трогать нельзя, иначе вмешаются Хранители.

— Знаю, — бросил я, обдумывая на ходу план действий.

Охранник, дежуривший на воротах, приблизился к решетке.

— Добрый день. Чем могу помочь?

— Я хотел бы увидеть Олега, — начал я, подходя поближе к преграде.

— Вас ожидают?

Ильнесси приблизилась, сделала жест рукой и охранника подтащило вплотную к решетке ворот. Другой рукой девушка провела перед лицом охранника, послышался легкий звук, как от дуновения ветра, и сторож обмяк безвольной куклой, прижатой к воротам. Просунув руку сквозь прутья, дотянулась до пояса охранника, и отстегнула небольшой брелок с ключами, после чего оттолкнула бесчувственного тело на пол. Нажатие кнопки на брелке, и ворота скрипя, будто нехотя, поползли в сторону. Мы спокойно прошли вовнутрь, и ворота закрылись за нами.

— Что дальше? — спросила темная.

Сжав челюсти, я молча направился ко входу в особняк. Дверь открылась, и нам навстречу выбежали двое, вооруженные пистолетами. Заклятие физического отражателя слетело с губ само по себе. Ильнесси сделала то же самое.

Вытянув руку перед собой, прочитал формулу обращения sinthh, и следом проклятие остановки сердца. Оба упали, скорчились и захрипели, как поломанные куклы, а я, подхватив телекинезом один из пистолетов, внимательно осмотрел его. Затвор был уже передернут, курок взведен. Стреляю я конечно плохо, но на коротком расстоянии, надеюсь, не промахнусь…

… внутри никого не оказалось, складывалось ощущение, что дом покинули в спешке.

— Мда, ожидал чего угодно, только не пустого… Что-то не так…

— Чувствую живых существ… — проговорила девушка, прикрыв глаза, и вертя головой по сторонам. — Внизу… под нами, метров шесть…

— Понятно, ищем спуск в подвал… или что у них там, бомбоубежище, чтоли?

— Давай поспешим, нужно будет еще уничтожить узел контроля камер и все записи. Следов быть не должно…

… спуск в подвал обнаружился как ни странно на кухне. Этажом ниже мы нашли еще одну дверь, и спуск глубже вниз. Лестница заканчивалась толстенной бронированной дверью, которая на удивление оказалась незапертой. Мы зашли в следующее, довольно обширное помещение, которое напоминало пыточный застенок времен войны. Единственное, что не вписывалось в атмосферу, был огромный экран плазменного телевизора, висевший на стене по правую руку. Напротив нас, в другом конце комнаты стояло шесть человек, с оружием в руках.

За спиной послышался щелчок — бронированная дверь закрылась на замок, чем-то напомнив мышеловку.

— Ну здравствуйте, — начал седоватый высокий мужчина в дорогом опрятном костюме. — Как мило, что вы заглянули на огонек. Чем обязан визиту? Нет, не говорите… Сначала взгляните вот сюда…

Экран ожил, и я увидел… кресло, в котором сидела Олеся, привязанная к подручникам.

— Если не хотите, чтобы с ней случилась какая-нибудь неприятность, советую не делать резких движений…

У меня внутри все похолодело.

— Как вы наверное оба догадываетесь, она не в этом доме. Сообщу вам еще один момент, заслуживающий внимания… видите ли, в том помещении, равно как и в этом, установлены несколько капсул, содержащих весьма мерзкий и опасный вирус. С момента попадания в тело человека, вирусу нужно около получаса, чтобы изменения стали необратимыми. Механизм, разламывающий колбы управляется дистанционно. Я и мои люди привиты от вируса, и не пострадаем…

"Есть идеи?" — спросил я Ильнесси мысленно.

"Не уверена… Физический щит не спасет от этой пакости, воздух и мельчайшие частицы он пропускает, иначе как же дышать? Нужно подумать…"

— Положите оба оружие на пол, толкните подальше… Живо!

Я бросил пистолет на пол, выставил перед собой руки, растопырил пальцы, показывая что больше у меня ничего нет.

— Я не сопротивляюсь — проговорил устало, полуприкрыв глаза. — У меня вопрос, — начал я глядя на шефа. — Где Олег?

— А он тебе зачем? — изумленно спросил тот.

— Хочу спросить его, глядя в глаза, — проговорил я, стараясь удержать в узде эмоции, — зачем он это все затеял… зачем убили Кирюху… Макса… Ради чего погибли мои близкие?

— Хм… спроси у себя самого, кому перешел дорогу. Причем настолько, что мне заплатили двести тысяч долларов за то, чтобы я постепенно превратил твою жизнь в ад…

— ЧЕГО?! — от удивления у меня глаза полезли на лоб, а дутое самообладание враз улетучилось.

— Тебя это удивляет? — скорчил рожу шеф. — Это всегда было частью моего бизнеса. Я устраняю людей, которые доставляют проблемы моим заказчикам. А Олег… Ну он, конечно, зол на тебя, за ту историю, когда ты отбил у него пару шлюшек… Но не настолько, чтобы продолжать лезть наражон. Он всегда был нытиком, хоть я и стараюсь приобщить его к семейному бизнесу… Думаешь, он по доброте душевной взял в свою тусовку Ломакина Виктора? Впрочем, ты неглупый, уже сам, наверное, догадался. А вот своих людей я терять не люблю… — угрожающе прорычал шеф. — Кроме того, человек, заказавший твою шкурку, тоже немного насолил мне… Он попытался убить моего связного, проводившего переговоры. И, хотя он и заплатил мне авансом всю сумму, продолжать выполнять его заказ я перегорел. Поэтому, у меня к тебе предложение… помоги мне добраться до него, и я сохраню жизнь тебе, и обеим твоим подружкам. Откажешься — не обессудь…

— Не верь ему, — зло оборвала монолог Ильнесси. — Он старается выиграть время!

— Ну, не надо так грубо, — ответил спокойно шеф.

У меня в груди все горело, будто там открылся филиал крематория. В голове вертелась только одно желание, одна навязчивая идея: убить! Убить их всех! Медленно и мучительно! Но нужно сохранять хотя бы видимость рассудительности…

— Какие у меня гарантии, что вы сдержите слово? — спросил я как можно спокойнее, глядя в глаза человеку, которого удушил бы не задумываясь… что и сделаю, при первом удобном случае.

— Я всегда держу слово, и выполняю условия сделки, на этом построен мой бизнес.

Не врет. Не знаю как, но я определенно почувствовал это.

— Договорились. На то время, пока мы будем искать этого заказчика, я хотел бы все-таки, чтобы вы отпустили Олесю.

— А вот здесь извини, — покачал головой оппонент. — Судя по записям камер наблюдения, даже безоружный, ты можешь доставить кучу проблем. Не знаю, как это у тебя получается, то, что ты там вытворял… Но рисковать не буду. Девушка побудет нашей гостьей до окончания сделки. И еще: если я по какой-либо причине через десять минут не выйду на связь, ее просто порежут на части. Разделают, как на бойне…

— Не верь им, — повторила Ильнесси, — они прикончат ее так и так, а потом примутся за нас. Если ты задержишь дыхание на тридцать секунд, я проломлю нам выход прямо сквозь стены и потолок. Так что мы выживем всякоразно.

Однако я заметил на ее лице признаки волнения. Более того, ее ногти впивались в ладонь, пальцы побелели от напряжения. Блефует? Или здесь что-то еще? Хм…

У одного из присутствующих зазвонил телефон, он молча достал его из кармана, сделал пару шагов вбок, и начал с кем-то переговариваться. Что-то в обстановке заставило меня напрячься…

— Алексей Борисович, это могильщик, у него что-то важное!

Шеф взял мобильник.

— Говори быстро.

Кто-то на том конце затараторил, и было заметно, как на лице Алексея Борисовича проступает удивление, а затем злость. Он выключил телефон.

— Вот оно что… — проговорил он тихо, глядя почему-то в сторону Ильнесси. — Вы довольны, как мы выполнили ваш заказ, "Лидия"? — последнее слово он произнес явно с сарказмом и кривой усмешкой. Я удивленно посмотрел на него, затем перевел взгляд на Ильнесси.

Выражение ее лица сулило все возможные кары, какие только существовали, присутствующим и Алексею Борисовичу в частности. Шокирующая догадка поразила меня как громом…

— Не понимаю, о чем вы, — пожала плечами девушка, хлопая изумленными глазами. — Меня зовут…

— Можете отпираться сколько угодно, — рявкнул шеф. — Мой человек узнал вас, он сейчас наблюдает за нами через вот эту видеокамеру, — Борисович показал рукой на спрятанную камеру в темном углу комнаты. — Вы были с тем мужчиной вместе, вы передавали деньги… И думали, что он мертв, взорвался вместе с машиной… Окружайте ее! Будет дергаться, валите…

Во мне просыпался гнев.

— Не слушай их, Эдик! — крикнула она. — Они хотят нас стравить! Помнишь, я клялась тебе? Эту клятву нельзя нарушить, ты же знаешь…

"Но ее можно сформулировать так, чтобы не было нарушения, и подозрений заодно" — услышал я у себя в голове чужой голос. Это был Хранитель, вне всяких сомнений. И, хотя, я не доверял ему ни на грош…

— Ильнесси, даже если ты разозлишься… лучше потом попрошу прощения, но… поклянись мне, что ты никак не связана с этими убийствами. Ни прямо, ни косвенно…

— Эдик…

— Если ты не виновата, я приму любое наказание по твоему выбору… А теперь я хочу услышать клятву!

…И тогда ее лицо изменилось. Нет, это была та же Ильнесси, но теперь в ее глазах не было сочувствия, дружеской поддержки… Только ненависть, и холодный расчет.

— Дурак, — ее губы скривило презрительной, издевательской усмешкой. — Это твоя судьба — занять свое место среди нас. Но только вот ты был слабохарактерным и сопливым, как нецелованная малолетка… сам виноват, что пришлось тебя слегка… подтолкнуть.

Я почувствовал, что у меня трясутся руки… Главный виновник все это время ходил со мной рядом, утешал, прикрывал спину…

— И что, — прошипела она, — даже если это все и моя работа, что тогда? Убьешь меня? Силенок не хватит!

А вот здесь она права. Попытаюсь — она меня разотрет. Или нет? Ведь, по сути, не она одна умеет играть на эмоциях…

— Тварь, — от волнения у меня осип голос, — тебе не сойдет это с рук… ты сдохнешь, и твоя смерть будет самым ужасным, что я когда-либо сделаю…

Теперь очень осторожно… малейшая ошибка, и игре конец. Так, я не хочу причинять ей вред. Я не нападаю. Я просто пробую получится ли у меня создать пульсар… А что я при этом говорю — не важно…

На моей ладони сгустилась Тьма, и заискрился небольшой шарик, размером с кулак ребенка.

— Сдохни… — прорычал я, глядя ей в глаза.

Меня отшвырнуло к противоположной стене, и припечатало со всего размаху, все внутренности болели, изо рта текла кровь…

— Слабак, — брезгливо выдавила Ильнесси. Она сделала еще жест рукой, послышался множественный хруст, и все присутствующие разлетелись по углам, вопя от боли в предсмертной агонии. Следующим жестом она телекинезом вырвала прямо с куском стены бронированную дверь.

— Теперь тебе одна дорога — на тот свет, — издевалась она, глядя на меня. — Твоя сучка тоже не переживет тебя, если хочешь, позабочусь, чтобы вас похоронили в одной могилке, — она с садистским выражением лица кивнула на экран… где в этот момент в плечо Олеси невидимый палач вогнал нож. Я видел, как она извивается от боли, слезы, беззвучный крик… А потом монитор потух…

… и в моем сердце взорвался мир… лица мамы, папы, сестры, друзей, любимой… все закружилось как в бешеном водовороте, воспоминания хлынули, накладываясь одно на другое, в глубине души проснулось то, в чем я не признавался даже сам себе… Проснулось желание убивать, жажда причинять боль, наслаждаясь каждой пролитой каплей крови, опьяняющее ощущение могущества… от которого отделял только один шаг. Я чувствовал, как моя душа пылает адским огнем, потушить который сможет только кровь…

— Какая жалость… — с притворной грустью вздохнула Ильнесси. — Не получилось досмотреть шоу до конца. Ну ничего, в другой раз…

— Ты кое-что забыла, — ровный холодный голос вырвался из моей груди.

— И что же? — спросила она с издевкой.

— Твоя клятва… Ты ее нарушила.

— Ничего подобного. Я поклялась, что "не планирую на будущее ничего, что бы шло вразрез с твоими интересами"… я и не планировала. Все планы уже давно были составлены и приведены в исполнение. Вторая часть клятвы — "не буду чем-либо тебе вредить, при условии, что ты не обратишь свою силу против меня"… ты ведь собирался кастонуть в меня пульсар?

— Неа, — скривился я, — не собирался. Я просто проверил смогу ли я его скастовать. Намерения атаковать тебя небыло…

Темная побледнела.

— Ты лжешь, — отчеканила она, но я заметил, как у нее дрогнула рука.

Я поднял перед собой руку, сформировал знак Тьмы и произнес тихо:

— Великая Тьма, Ильнесси Каршшасс нарушила клятву, пусть ее постигнет твоя кара!

Девушка схватилась за голову, закричала, тени проступили отовсюду, ее обволокло… Но вот тени рассеялись. Я вытянул руку перед собой, и в ней блеснуло лезвие ножа тьмы…

— Нет… — Ильнесси отступала, делала руками какие-то знаки, читала заклятия, но ничего не происходило — сила больше ее не слушалась. Я зажал ее в угол, телекинезом скрутил ей за спину руки, размахнулся, и ударил ножом точно в сердце…

6. Кровь и слезы

Дождавшись, пока Селена откроет глаза, темный с грустной улыбкой пододвинул ей под руку ведерко со льдом. Вообще с момента, как девушка погрузилась в его воспоминания, прошло не больше получаса. Но, субъективно для нее это было несколько дней — так как она практически переживала эти события воочию.

Селена неглядя запустила руку в полурастаявший лед, загребла побольше, и натерла себе лицо, шею, плечи…

— Ильнесси Каршшасс… — подала голос девушка. — Так вот что с ней случилось. Самая лучшая вербовщица, верная шавка Хозяев… Я думала, что ее убили светлые. — Она улыбнулась Когтю. — Тяжело тебе пришлось… Моя история куда проще, хотя причина, по которой я приняла посвящение сродни твоей… И что самое забавное, меня тоже посвящала Ильнесси.

Коготь приподнял правую бровь.

— Теперь, кажется, я начинаю понимать, по какой причине ты ищешь способ добраться до людей, помеченных владыкой Круаном…

— Не похоже, что понимаешь — все еще путаешь следствие с причиной. Душонки этих людишек — и правда желанная добыча для меня, но… еще больше я хочу уничтожить самого Круана, и завладеть его сущностью.

Глаза Селены округлились от изумления.

— Вот теперь, похоже, понимаешь, — ухмыльнулся он. — Я веду игру куда более рискованную, и последствия от исполнения моих планов еще долго будут расходиться кругами, подобно цунами от эпицентра подводного вулкана.

— Коготь… ты не шутишь?

— Отнюдь.

— Зачем так рисковать? Проще попробовать…

— Не проще, — грубо перебил он. — Я хочу бросить Круану Вызов, лишить его силы, и уничтожить на глазах у остальных Хозяев. Ильнесси была лишь орудием, равно как Дроздовы в ее руках.

Взгляд Селены потерял осмысленность. Коготь налил себе шампанского, поднес к губам, но затем передумал и отставил его в сторону.

— Коготь… — было видно внутреннюю борьбу, которую переживает девушка в данный момент. — Как ты думаешь, убийство моего папы и брата… Их могла так же организовать Ильнесси?

— Не исключено, — задумчивое пожатие плечами. — Как именно они погибли?

— Ну… в принципе ничего необычного не случилось. Папа был… скажем так очень уважаемым человеком. Авторитетом…

Коготь хмыкнул.

— …они с дядей Мишей занимались алмазами, покупали, переправляли через границу в обход таможни, и так далее. Мой брат Виталька тоже приобщился к семейному бизнесу, а я отправилась учиться в Англию… Это меня и спасло. В какой-то момент, дядя Миша решил, что куда как выгоднее самому крутиться в этой сфере, и делиться ни с кем не придется… Виталика застрелили, когда он возвращался домой, прямо в подъезде. А папу на следующий день взорвали с машиной вместе, когда он с похоронного бюро выходил… — Селена сглотнула, было видно, что ей очень трудно об этом говорить. — Когда я узнала от подруги, что случилось, я в тот же вечер была дома. Меня встретили в аэропорту люди дяди Миши (тогда я еще не знала, что это его работа), и сказали, что отвезут меня домой… честно говоря, я тогда не особо думала, что к чему, просто в прострации находилась. Меня повезли не домой, а в лесочек за городом, якобы проветриться… Тогда я и заподозрила неладное, потребовала остановить машину… Они остановили. А потом, скрутили мне руки, начали рвать одежду… Я брыкалась, орала, материла их, но помощи ждать было не откуда… Тем не менее, помощь пришла, чему я тогда даже удивиться не успела — а именно, остановилась проезжавшая мимо машина, и из нее вылезла девушка. С виду хрупкая — божий одуванчик. Но когда они хотели ее скрутить…

— Дай угадаю: она обездвижила их, пытала, давая тебе возможность почувствовать вкус мести, и предложила тебе вынести им приговор… Так ведь?

Селена кивнула, делая глоток из бокала Когтя (свой уже опустел).

— В принципе так и было. Ильнесси дала мне в руку "Клык Дьявола", и сказала, что если я соглашусь стать адептом пути, смогу отомстить за семью, да и сама перестану быть дичью, превращусь в охотницу… Разумеется, я не раздумывала тогда. Просто ударила всех их ножом, и встала на Путь. Позже самому дяде Мише я устроила темную — прокляла его и все его семейство. Он и сейчас жив, но проклятие до сих пор отравляет ему жизнь, мешает умереть…

Девушка замолчала, погрузившись в воспоминания.

— Как ты узнал о причастности владыки Круана к убийству твоих близких? — наконец спросила она.

— Душа Ильнесси…

— Ты что, допросил ее душу?

Темный неохотно кивнул.

— Но как? Насколько я знаю, души клятвопреступников попадают напрямую во вместилище…

— Я допросил ее прежде, чем туда отправить. Довольно емкий сеанс спиритизма… Вообще-то, изначально, у меня были планы, как обеспечить ей "веселое" посмертие… Но после первого же допроса, я понял, что она только исполняла волю Круана. Кстати, если бы Хранители узнали об этом, ему бы ой как не поздоровилось! Ты не хуже меня знаешь, что нельзя подталкивать становящихся на путь… И, признаться, искушение было…

Селена медленно кивнула, раздумывая о чем-то своем.

— Тем не менее, лучше бы я этого не знала… Это знание само по себе несет опасность куда большую…

— Бла бла бла, — перебил ее Коготь. — Предлагаешь обделаться прямо сейчас?

Девушка фыркнула.

— Поверь, я сама в шатком положении… — она задумчиво закусила губу, будто в нерешительности сказать ли ему что-то важное. Но похоже решилась:

— Мы обнаружили древнее святилище… на дне Тихого океана. Судя по всему, там когда-то был остров, где обучали Великому Искусству… Коготь, когда-то, быть магом было так же обыденно, как быть врачом или хорошим кузнецом! И тогдашним магам были доступны силы практически всех стихий, помимо Света и Тьмы! Коготь, представь себе, какие возможности открываются, если удастся добраться до этих знаний…

Коготь опешил. Он ожидал всего чего угодно, только не этого. Сказанное казалось невероятным, и что самое плохое — пахло невероятными неприятностями.

— Изначально нам всем втолковывали, что стихии — неподвластны ни темным ни светлым. Наша сила имеет родство лишь с той, которой мы посвящены… Но что, если Хозяева просто обманывают, а сами овладели всеми этими тайнами? Ведь не спроста одаренных привлекают на одну из сторон, или уничтожают всех самоучек, оккультистов, шаманов, друидов…

— Кто это "мы"? — перебил ее Коготь.

Девушка осеклась, сообразив, что сболтнула лишнего. Несколько раз моргнула, а лицо начала медленно выползать легкая, соблазнительная улыбочка.

— У каждого есть секреты, повелитель, — произнесла девушка с нотками бархата в голосе.

— Секреты даже от меня? — вопросительно вскинул бровь тот. — Не забывай, что теперь я в ответе за твою жизнь, формально она принадлежит мне…

— Ну, не одна я имею скелетов в шкафу! — отрезала Селена.

— Меня — положение обязывает. Да и не такие уж они страшные те скелеты, в сравнении с тайно-организованной группировкой, исследующей запретные направления искусства.

— Пра-а-вда? — тон девушки из бархатного стал заискивающим и тягучим. — О, мессир, не окажете ли мне чести и не поделитесь ли секретом "Кровавой Слезы"?

Улыбка мгновенно сползла с лица мистика, а взгляд приобрел холод отточенной стали.

— Какой дьявол тебе об этом сказал!?

— Успокойтесь, повелитель… клятва все еще в силе, и знания мои умрут вместе со мной.

Коготь сделал глубокий вдох, невероятным усилием заставляя себя расслабиться, и принять невозмутимый вид.

— Да уж… учитывая ваш длинный носик, леди, последнее очень даже вероятно, причем в кратчайшие сроки. И все же, откуда тебе известно о "Кровавой Слезе"?

— Я сейчас… шампанское закончилось, — подмигнула эта заноза, с ловкостью белки прошмыгнув в комнату.

Коготь лишь покачал головой ей в след…

* * *

(несколько месяцев назад…)

…вечер. Полоска горизонта перечеркнула слепящий солнечный диск уже больше чем наполовину. Легкий бриз развевал полы длинного черного плаща, из-под которого едва проглядывали высокие ботинки с толстой подошвой. Отросшие до плеч волосы спутались от частых порывов ветра, и были слегка мокрыми — час назад он умудрился попасть под дождь.

Парень стоял в одиночестве, заложив руки за спину, с умиротворением глядя на море. Он часто бывал здесь. Раз в неделю — как минимум. На этом пляже оживали его воспоминания. О беззаботном студенческом времени, о семье, друзьях, о любимой… Словно здесь был памятник его прежней жизни. Жизни до того, как в нем проснулась Тьма.

С тех пор минуло больше года, что позволило ему кое-как свыкнуться с потерями, болью… свыкнуться, но не простить. Он с остервенением вгрызся в обучение, буквально выжимая из наставников знания, по крупицам овладевая темными искусствами. Планы мести он вынашивал каждый день, каждую свободную минуту своей новой жизни. Двое уже заплатили по счетам — продажный следователь и мелкая сошка из окружения Олега.

Коготь с неописуемым наслаждением вспоминал эти мгновения расплаты — долгожданный итог выверенных многоходовых комбинаций, расчетов и ожиданий.

Одна только судьба следователя чего стоит: медленное угасание на больничной койке от постепенного и необратимого загнивания конечностей, многократные ампутации, потом заражение крови и наконец смерть. Когда, наконец, измученная душа покидала проклятое тело, в надежде, что страданиям пришел конец, темный послал вдогонку двух Шрукххов — паразитов астрального плана, пожирающих неупокоенные души на изнанке реальности. Те здорово покромсали ее, прежде чем доставили своему повелителю, который в свою очередь безо всякой жалости отправил во Вместилище.

Эта первая победа опьянила. Впервые Коготь рискнул, действуя на грани допустимого вмешательства, и сумел добиться права поставить клеймо Тьмы на аурах ненавистных ему людишек, еще не достигших порога. Теперь же он с холодным спокойствием вынашивал приговор еще одному, который по иронии судьбы должен был вскоре явиться именно сюда.

Шум подъезжающих автомобилей привлек внимание парня. Легковушка и доверху забитый микроавтобус выехали с грунтовой дорожки на пляж, кое-как втиснулись по обе ее стороны, выпуская наружу толпу визжащих от восторга девчонок и присвистывающих ребят возрастом от семнадцати до тридцати. Разодетые в странного вида костюмы, в большинстве своем состоявшие из кожи и различных металлических абстракций, навешанных в самых разнообразных участках тела. Основная часть представительниц прекрасного пола были одеты мягко говоря… откровенно, если не сказать эпатажно. Такой тип одежды еще называют "фетиш". Среди парней тоже выделялись несколько уникумов, одежда которых, в совокупности с выбеленным до смертельной бледности лицом, наложенным макияжем и выкрашенными в черное ногтями заставляли сомневаться в принадлежности оных к сильной половине человечества.

Взгляд Когтя приковал неброский (на фоне этой толпы) парень среднего роста, с коротко стрижеными каштановыми волосами, плотного телосложения, закутанный в кожаный плащ, явно великоватый для его сутулой фигуры. На слегка подбеленном лице черной тушью были выведены два абстрактных узора, асимметричных друг другу.

Губы темного вытянулись в тонкую линию, глаза прищурились, а верхняя губа приподнялась, придавая лицу выражение презрительности и отвращения.

Этот невзрачный участник представления бегал как приклеенный за молоденькой высокой блондиночкой с фигурой нимфетки. Девушка подобно пчелке кружила между группами странного молодняка, болтала со всеми подряд, с кем-то обнималась или даже приветственно целовалась, чем вызывала неодобрительную физиономию на лице своего провожатого.

— Готы, — услышал он справа от себя тоненький женский голос, и резко обернулся на его звук. — Предвестники Ночи, глашатаи, всю жизнь готовящие себя к Великому Пути, что приведет их в объятия милосердной Смерти…

Незнакомка, стоявшая по правую руку, была одета и накрашена как классическая леди-вамп: длинная черная юбка, обтягивающий корсет с обширным декольте, на плечи накинут черный шерстяной шарф, длинные смоляного цвета волосы ниспадали с плеч, с правой стороны закрывая половину лица. Выразительные серые глаза и острые ноготки на красивых длинных пальцах дополняли внешность какой-то экзотической опасностью… для обычного человека, разумеется. Коготь же лишь с легким оживлением оглядел новую знакомую, благосклонно улыбнулся, и ответил спокойно:

— Ага. Догадался уже. Среди смертных они ближе всех к темному пути, хотя сами знают о нем не так уж и много…

Он замолчал, отметив помимо воли, что невольно вставил в озвученную фразу скрытый подтекст.

— К сожалению, все мы знаем об этом пути ничтожно мало… — незнакомка белозубо улыбнулась и картинно вздохнула, словно разочаровавшись в чем-то. — Но главное — мы на верном пути, который однажды приведет нас под крыло Хозяев Истинной Тьмы, — последние слова явно прозвучали торжественно.

Это заставило Когтя насторожиться. Привычным усилием воли он вывалился в астральный транс, и зрением мистика мгновенно изучил ауру собеседницы. Ничего особенного — обычный человек! Хотя… Он пригляделся внимательней, раскрывшись полностью и охватил своим сознанием всю девушку. Нет, все же человек, хотя и с довольно обширной и сильной аурой. Яркой, но пока еще бесцветной, и самое главное — не заклейменной ничьей печатью. Одаренная. Слабенький дар…

Мистик вернул восприятие в норму, и посмотрел на новую знакомую с куда большим интересом.

— Признаться, леди, вы меня заинтриговали, — проговорил он как можно спокойнее, заискивающе улыбаясь собеседнице. — Слушая вас, я практически готов поверить, что вы уже встречали Хозяев на своем пути…

Незнакомка покачала головой.

— В первые минуты нашего знакомства я была уверена что, наконец, встретила… На какое-то мгновение мне показалось, что Тьма в тебе очень сильна, практически беспредельна. Но, к сожалению — ошиблась, — она грустно улыбнулась. — Ты на праздник?

— На праздник? — переспросил мистик, с трудом скрывая удивление.

— Ну да, сегодня же "Хеллоуин", один из самых важных праздников готической субкультуры… пойдем? — она кивнула в сторону гудящей тусовки.

— Я бы с удовольствием, но, к сожалению, меня нет в списке приглашенных, — ответил Коготь, рассматривая набухшие вены на тыльной стороне своей ладони.

— Ерунда, — отмахнулась девушка. — Истинные Dark Messengers не нуждаются в приглашениях, — она застыла, словно в ожидании, когда Коготь предложит ей руку, что он и не замедлил сделать.

Едва они приблизились к кучке готов, и вышли на свет, отбрасываемый разведенными кострами, из правой половины тусовки послышался окрик:

— О, глядите-ка, Адель нарисовалась!

С двух сторон раздался визг, и на шее моей спутницы повисли две девчонки, а еще одна обхватила насколько смогла всю троицу. В этой последней Коготь опознал блондинку-подружку объекта своей ненависти, которая, впрочем, забыла о присутствии спутника.

Коготь между тем пожал несколько протянутых рук, обменялся дружескими объятиями с парочкой "готелок", и тихонько отошел в сторону, стараясь не акцентировать внимания на своей персоне, превратившись в стороннего наблюдателя. Заклятие "Отвлечения" помогло ему в этом как никогда — быть узнанным давешним врагом в его планы пока что не входило.

А в его воображении уже вырисовывался план мести — осталось только реализовать задуманное, да добавить кой-какие мелкие детали в антураж, а для этого необходимо было выждать некоторое время и совершить определенные приготовления.

Немного позже подъехало еще два микроавтобуса, вливая на площадку свежую порцию готов, и превращая тем самым небольшой пикник на природе в некое готическое афтепати.

Тринадцать костров горели по периметру выбранной для этих целей прогалины. В центре соорудили что-то наподобие возвышенности или подиума, обложили его со всех сторон ветками и какими-то деревянными инструментами, расставили по краям свечи в специальных углублениях, дабы их не задувало морским ветром. В дальней части устроили что-то похожее на шведский стол с напитками и закусками, а в микроавтобусе сидело несколько человек горячо обсуждая свои темы.

Адель наконец-то закончила обниматься со всеми приятелями, вернув внимание приглашенному кавалеру.

— Давно всех не видела, — словно отчиталась она, виновато улыбнувшись. — Вживую последнее время редко общаемся, так в иннете только…

Коготь понимающе кивнул.

— Что сегодня по программе намечается? — спросил он безразлично, при этом краем глаза наблюдая за интересовавшей его парочкой.

— Ну, скучно не будет, — интригующе протянула девушка. — Сначала что-то типа конкурса на лучший подбор одежды готического имиджа… Парням очень нравится эта часть, — при этих словах на ее лице промелькнула хитринка, — далее несколько "продвинутых" медиумов будут показывать разные фокусы с применением мистики, отгадывания мыслей и прочей лабуды… в общем как обычно — понты для новичков, старожил этими фокусами не купишь. Ну а дальше — шабаш в честь "Хелоуина"… самая интересная на мой взгляд часть, после которого выберут короля и королеву сегодняшнего вечера, и они вдвоем возглавят ритуал Воззвания…

В глазах девушки плясали причудливые огоньки — отблески от костров, и Коготь на какое-то мгновение залюбовался ими. Неожиданно для себя он посмотрел на девушку совсем другими глазами, взгляд непроизвольно скользнул на декольте, охватывая два прелстной формы и внушительных размеров холмика.

Да уж, его спутница была очень привлекательна, а прикид в стиле "юная ведьмочка" придавал ей аромат какой-то экзотической опасности, добавляя огня его самым темным инстинктам. В какой-то момент Коготь поймал себя на мысли, что было бы очень кстати свалить по-тихому с этой странной вечеринки, дабы отдать должное очарованию готической принцески.

— Ритуал Воззвания? — переспросил темный, очнувшись от своих грез. — Это еще что такое?

Девушка приблизилась, ухватившись за руку, и опершись на него — видно неудобная обувь вызывала в ногах дикую усталость — поправила волосы и продолжила:

— Ну, Воззвание — это что-то типа призыва, просьбы, обращенной к Хозяевам Истинной Тьмы, с просьбой дать нам ключ от дверей мира иного, раскрыть секреты жизни за гранью, указать путь, принять нас под крыло Предвечной Тьмы…

Лицо мистика стало задумчивым.

— И как, они вас слышат? — спросил он отстраненно. — Отвечают?

— Слышат наверное… — девушка пожала плечами. — Кому-то, говорят, даже отвечали… но взяли в ученики по слухам единицы.

Коготь вопросительно поднял бровь, показывая, что хочет услышать продолжение.

— Взяли в ученики? — переспросил он, видя, что готесса отвлеклась, уходя в свои мысли.

— Ну, типа так рассказывают… увидишь, сегодня трое из них будут меряться силой, — ухмыльнулась она.

Между тем на импровизированный подиум поднялся парень в сопровождении двух "готелок", поднял руки над головой, требуя к себе внимания, и объявил о начале "шоу". Спутница Когтя убежала куда-то в толпу, предоставив того самому себе. Пока народ в ожидании начала затаривался пивом и "коктейлями", темный развлекался тем, что подстраивал мелкие пакости окружающим при помощи телекинеза. Так, например, одной раздражавшей своим внешним видом девице он незаметно расстегнул застежки на корсете, еще одному выхухолю поставил воображаемую подножку, а объекту своей ненависти развязал шнурки на ботинках.

На подиум взобрались 13 девиц, красуясь костюмами и вертясь в разные стороны, стремясь показать себя во всей красе. Коготь с удивлением опознал в одной из них свою спутницу. Вот куда она так стремительно убежала…

Теперь, когда она сняла длинную юбку, представ перед публикой прикрытой парочкой кожаных лент, называемых "бандажом", мистик с удовольствием разглядывал ее формы, отметив, что они куда интереснее нежели нарисованные его воображением ранее.

Девушки спустились вниз, и двинулись прямо в толпу зрителей, виляя бедрами, проскальзывая между кучками готов и ловко обтекая самые шаловливые ручонки, пытающиеся их приобнять и погладить. Перед Когтем остановилась та самая блондиночка, зазывно улыбнувшись в ответ на его откровенно изучающий взгляд. Ее внимание задержалось на пару секунд дольше положенного…

— Ты новенький? — спросила она полушепотом, подмигнув. — Как тебя зовут?

— Коготь, — ответил он прежде, чем осознал, что назвал непосвященной свое Имя.

— Твое настоящее имя? — спросила она с повышенным интересом в голосе. — Круто! Я бы не против продолжить знакомство… От тебя прямо веет какой-то необычной Мощью, — улыбаясь прошептала она, обходя его вокруг. — Еще увидимся… поангстеем вместе…

С этими словами юная прелестница упорхнула назад к подиуму, оставив Когтя с озадаченным лицом. Истинное зрение показало что она так же Одаренная. Странно это все, думал он.

Вскоре демонстрация готических прикидов подошла практически к откровенному стриптизу, а затем закончилась.

По результатом голосования первое место заняла высокая рыжеволосая девушка, чей наряд был признан наиболее соответствовавшим готическим идеалам. Второе место разделили Адель и та самая блондинка. Третье досталось одной из подружек Адель, с которой та обнималась при встрече.

Коготь улыбнулся в ответ своим мыслям — в его голове созрело некое подобие планов, предусматривающих весьма интересную программу развлечений, и экстравагантную месть своему врагу. Дело за малым — привести в исполнение…

Победительнице в качестве приза вручили большой серебряный Анх, а также билет на концерт какой-то рок-группы. Остальным призершам раздали флаера — бесплатный проход на готические сабантуи, и какие-то мелкие призы, после чего объявили о предстоящем "Сражении Просвещенных"…

Коготь мрачно хмыкнул, с предвкушением ожидая эту "битву экстрасенсов". На сцену вышло трое парней: судя по всему два помощника и собственно сам "маг". Один из помощников установил на подиуме стул со спинкой, в который и уселся кудесник. Он поднял руку, призывая к тишине, и заговорил глухим монотонным голосом. Он нес какую-то чушь о великой миссии, перечислял имена каких-то "великих" самоубийц, "достойно ушедших за грань", подтверждая свои слова обильной жестикуляцией, и в конце концов заявил что недавно ему явился посланник Анубиса, и открыл множество вещей о сущности бытия и инобытия. Оратором он был неплохим, однако же говорил очень мутно, туманно, и по большей части недомолвками, которые очевидно не до конца понимал и сам. Наконец он попросил своего помощника подать ему набор ножей, который разложил на подиуме у своих ног, поднял перед собой левую руку, направив ее ладонью в сторону толпы, и проговорил:

— …таким образом он открыл мне: те, кто не побоится уйти тропой Смерти в царство Анубиса, со временем обретут власть над смертной плотью, смогут возродиться, и править этим миром после апокалипсиса, который грядет уже скоро…

Оратор вытянул руку, развернув ее ладонью вниз, и резко растопырил пальцы в разные стороны. Ножи на полу дрогнули, словно какая-то невидимая волна пронеслась мимо, зацепив их.

Коготь насторожился, его глаза устремились куда-то вдаль, а сознание вывалилось в астральную проекцию, переходя в боевой транс. Однако, все было тихо, а на ауре "мага" не было ни одного следа или отметины, говорящей о владении какими-либо мистическими силами. Обычный человек.

— Эй, что с тобой? — Адель трясла его за правую руку.

— Ничего… просто задумался, — ответил он спокойно.

— Понравился фокус Ромула? — ухмыльнулась она.

— Неплохо, да… Ромула?

— Ну да. Его зовут Рома, а в нашей тусовке его погоняло — Ромул. Он уже третий год на "Хеллоуин" показывает этот фокус и толкает речуху по поводу приближения царства Анубиса… смотри, сейчас его ножики еще и пританцовывать будут, — ухмыльнулась Адель. — Похоже у него под плащом переносной электромагнит, или еще какая-нибудь хреновина… обычное кино. Сманит к себе в окружение парочку новеньких, которые протусят с ним около полгодика…

Коготь хихикнул, поправляя ворот плаща. Как и сказала Адель, ножики поднимались лезвиями наверх каждый раз, как Ромул проводил над ними ладонью, один даже оторвался от пола… сантиметров на десять.

— Дальше будет интереснее, — продолжила взявшая на себя обязанности гида девушка. — Следующей выйдет Алиса, будет отгадывать мысли, прошлое, и предсказывать будущее.

— Хм… дай угадаю: она хороший психолог, способный по одежке и мимике человека узнать многое… так?

Готесса легонько покачала головой, кивнув в сторону сцены, и он не стал настаивать, обратив свое внимание на происходящее. На подиум вышла уже знакомая рыжеволоска, занявшая первое место в предыдущем мероприятии, уверенно устроилась в кресле, достала сигарету, закурила, медленно выдохнув облако дыма прямо перед собой, и пристально оглядела разношерстную толпу.

— Ну как, добровольцы есть? — спросила она тихим уверенным голосом, но при этом ее было слышно очень хорошо — стояла гробовая тишина.

Вперед шагнул один из парней, выряженный и выкрашенный едва ли не под девушку, из-за чего было трудно сказать какого он на самом деле пола.

— В вашей тусовке, как я погляжу, полно "голубей", — съехидничал Коготь шепотом.

Адель едва слышно хихикнула, отрицательно мотнув головой.

— Ты не прав, они практически все натуралы… по крайней мере за троих я точно уверена. Это — андрогинные готы, такое направление готического стиля. Не без странностей, конечно…

Тем временем вызвавшийся "андрогин" приблизился к рыжеволоске и замер в нерешительности.

— Что ты хотел бы узнать, брат? — спросила та, благосклонно улыбаясь.

Парень откровенно ухмыльнулся, скрестив руки на груди, и ответил:

— Ну че… расскажи обо мне что-нибудь. Типа сколько у меня братьев, какие я труселя ношу, и в каком возрасте девственность потерял… — он самодовольно оскалился — улюлюканье толпы позволило ему расхрабриться еще больше. — Валяй, телепатируй, — заржал он.

Располагающая улыбка девушки мигом исчезла с ее губ, сменившись пренебрежительной:

— Для того, чтобы сказать, какие ты "труселя" носишь, не нужно обладать Даром, — самоуверенно ответила девушка, выпуская облако дыма прямо в лицо хаму. — Это я тебе и так скажу: стринги. Или кожа, или латекс. Ты, подозреваю, рассчитывал сегодня подцепить какую-нибудь готелку из числа новеньких, и устроить себе развлекуху на предстоящую ночь, — брезгливо выдавила она. — Однако сегодня тебе не повезет, и компанию тебе составлять никто не захочет, так что развлекать тебя будет твоя правая ручонка, — закончила готесса зло улыбаясь.

В толпе послышались одиночные смешки, а когда самые тугодумные догнали смысл сказанного — хохот грянул вовсю.

— Что же до остальных твоих вопросов… — рыжеволоска прикрыла глаза, словно принюхиваясь, — с женщиной впервые ты переспал два года назад. Судя по всему, она приходилась тебе родственницей, и была лет на десять старше, — победоносно закончила предсказательница, вызывающе поглядев на покрасневшего до корней волос парня.

— Ты… — слова застряли у него в глотке, кулаки непроизвольно сжались до хруста в суставах. Он еще секунду простоял, ненавидяще глядя на предсказательницу, а затем метнулся куда-то в сторону, затерявшись в толпе.

Девушка откинулась на спинку стула в вольготной позе, и проговорила спокойно:

— Если есть еще желающие — милости прошу. Только советую обойтись без хамства и подстебок — памятуя о нашем первом добровольце…

Адель улыбнулась, словно лично принимала участие в опуске нахала.

— На прошлом празднике Урожая она предсказала мне, что не далее чем через полгода я встречу Dark Messenger`a, который откроет мне путь во Тьму, и моя жизнь перевернется… я сначала даже не обратила внимание, но в тот момент Алиса находилась в каком-то состоянии, похожем на гипнотический транс, а в последствии два ее предсказания, озвученные в тот же самый момент, сбылись в точности… Когда я тебя увидела, там, на берегу, одного, во мне словно что-то всколыхнулось… Я будто бы увидела тебя окруженного плотным темным ореолом. И подумала…

Коготь прищурился, и ответил осторожно, не отводя взгляда от подиума:

— Ты решила, что я и есть Dark Messenger?

Готесса разочарованно выдохнула.

— Мне иногда снятся очень странные сны. Словно я не принадлежу этому миру. Словно я выше и сильнее всех окружающих, в слепости своей влачащих жалкое существование смертных. Я живу надеждами, что встречу посланника Тьмы… когда нибудь. Но, похоже это будет не сегодня, — зазывно улыбнулась она, медленно облизнув губы. — Впрочем, я никуда не тороплюсь.

Внимательно посмотрев в мерцающие светом костров глаза, мистик заставил себя улыбнуться в ответ.

— Тебе и не нужно торопиться, — проговорил он, проводя пальцами по щеке, подбородку и шее девушки. — "Ты нашла то, что искала", — додумал он про себя.

Коготь протянул свободную руку, и наткнулся на холодные когтистые пальчики готессы.

— Ты свободна… сегодня вечером? — вкрадчиво спросил он уже заранее предполагая каким будет ответ, но неожиданно услышал:

— Я всегда свободна. Каждый день, каждый час, каждую минуту своей жизни. Это принцип жизни каждого гота…

— М-м? И ты не откажешься от свободы что бы ни предложили взамен?

— Не думаю, что найдется достойная альтернатива… впрочем, небольшую часть своей свободы я иногда готова пожертвовать. Скажем, на сегодняшнюю ночь… но сначала, я хотела бы узнать о тебе побольше… — в глазах Адель плясали чертики.

И прежде, чем Коготь успел возразить, отмахнуться или слово вымолвить готесса подтолкнула его вперед, к подиуму, громко крикнув:

— Вот он хочет быть добровольцем!

Коготь едва сдержался, чтобы не выматериться. Он зашипел на готессу, состроив страшную гримасу:

— Ты… ты соображаешь, что делаешь!? Я не хочу…

Внимание окружающих в один миг сконцентрировалось на нем. Коготь встретился глазами с рыжеволосой девушкой, которая мило улыбнулась, и сделала знак рукой приблизиться.

— Подойди, брат. Я тебя не покусаю… если сам не попросишь, — подмигнула она.

Темный почувствовал, как его заклятие "Отвлечения" трещит по швам — на нем сконцентрировано слишком много внимания окружающих. Сделав несколько шагов боком, так, чтобы его не узнал объект наблюдения, мистик незаметно сотворил в кармане плаща жест рукой, прошептав коротенькую формулу одними губами. Сзади послышался шорох, чьи-то голоса — заклятие заставило парня потерять сознание. Ничего, придет в себя через минут пятнадцать… Внимание окружающих в один миг сконцентрировалось на нем. твовать. зни.:тессы. ушки. ся в ответ. озвученные в тот же самый

Приблизившись к подиуму, темный остановился в двух шагах от Алисы.

— Я тебя раньше не видела здесь, — девушка сложила руки на коленях. — Ты сегодня первый раз? Посмотрим на твое прошлое…

Она прикрыла глаза, делая неглубокий вдох. Внезапно сильное возмущение в астральном плане заставило Когтя вздрогнуть. По спине поползли мурашки. Девушка отшатнулась назад, глаза ее были широко распахнуты, а на лице застыло выражение безотчетного ужаса. Коготь понял: каким-то образом она увидела его настоящего, почувствовала, поняла кто он на самом деле…

… Алиса оказалась одаренной. Что-то неосязаемое коснулось ауры парня, словно ощупывая.

— Зло… — прошептала едва шевелящимися губами готесса. — Ужас… Смерть…

Челюсти мистика сжались от напряжения. Смертная осознала, кто он на самом деле. И вот-вот озвучит это остальным. Он понимал, что допустить этого нельзя — последствия будут катастрофическими. Кодекс Тьмы на тему одаренных смертных гласил ясно и четко: взять клятву о неразглашении, попытаться рекрутировать, если нет — убить. В нынешней же ситуации выход оставался только один. Пальцы правой руки уже сложились в жест, а с губ готово сорваться проклятье остановки сердца.

Взгляды их встретились. Набрав в легкие воздуха, Коготь резко выдохнул — подавившись словами заклятия. Время замедлило свой ход, а затем и вовсе почти остановилось. Его сознание находилось в астральном трансе, где замедление времени — стандартный эффект. Ментальное щупальце, поддавшись волевому усилию, коснулось разума девушки…

Она испуганно моргнула, словно очнувшись от долгого сна, резкими движениями головы огляделась по сторонам, ошарашенно рассматривая застывшие фигуры и лица окружающих.

— Кто ты такая? — бросил он пронзая девушку взглядом. — Кто научил тебя "Истинному зрению"?

Гтоесса испуганно мотнула головой.

— Никто… я сама умею. Еще с детства…

Коготь задумался. Алиса не лгала — он почувствовал бы. Более того — она тка же оказалась Одаренной. Учитывая, какая это редкость, и то, что в одном месте собралось аж 3 одаренных, все девушки до 19… Это все немогло быть просто случайностью.

— Ты узнала то, чего не должен знать никто, — глухо произнес темный. — Я не могу этого допустить…

— Ты меня убьешь? — просто спросила она. — Несколько минут… секунд… в общем, буквально несколько мгновений назад я увидела себя… мертвой. Холодной. Безжизненной. Мне страшно…

Коготь, изучающее разглядывавший девушку, позволил себе короткий смешок.

— Не буду тебя обманывать, не далее чем минуту назад твоя жизнь висела на волоске. Сейчас же… не стану я тебя убивать… если в этом не будет необходимости. Дай мне клятву хранить мою тайну, я сохраню тебе жизнь. Мое слово, — добавил он.

Неуверенный кивок готессы был не слишком убедителен

— Хорошо… что от меня требуется?

Темный сделал шаг навстречу. В правой ладони полыхнуло пламенем лезвие "Клыка Дьявола", и проекция девушки рефлекторно отпрянула от него.

— Не бойся, — произнес он успокаивающим голосом.

Взяв ее за запястье, он легонько провел лезвием по коже, и из разреза потекла кровь — прозрачная синеватая жидкость…

Подставив руку под струйку, он поймал ее на лету, собрал немного, после чего провел пальцем свободной руки над ней, совмещая края ранки. Сгусток крови на руке слился в небольшой круглый предмет, напоминающий монетку.

— Держи. Сожми в кулаке. Да, вот так… А теперь повторяй за мной: клянусь…

Слова клятвы хранить тайну он помнил наизусть, как "Отче наш" — это одна из первых вещей, которым обучили наставники. Девушка, запинаясь, повторила их, и знак в ее ладошке на секунду полыхнул, рассыпавшись пылью — клятва принята.

— Очень хорошо, — одобрительно кивнул темный. — Сейчас мы вернемся в привычный мир, — выдохнул он. — Я подумаю обо всем, и свяжусь с тобой… позже. Помни о своей клятве, — добавил он, и щелкнул пальцами левой руки (больше для эффектности, чем для эффекта), одновременно разрывая связь, и выходя из астрального транса.

Мир ожил, время потекло привычным ходом. Окружающие не проронив ни звука ожидали хотя бы каких нибудь подробностей. Алиса несколько раз растерянно моргнула приходя в себя, быстро оценила ситуацию, и продолжила незаконченную фразу:

— Вокруг тебя Боль и Смерть… ты потерял кого-то из близких?

Стараясь вести себя как ни в чем не бывало, темный медленно и нехотя кивнул.

— У тебя… очень необычная судьба, — продолжила девушка осторожно подбирать слова. — Извините, мне немного не по себе… — она приложила пальцы к вискам, прикрыв глаза. — В другой раз…

Поднявшись со своего места, она сошла с импровизированного подиума, на мгновение бросив взгляд на темного, и прошептав одними губами: "Я буду ждать…", после чего просто смешалась с толпой. Мистик лишь покачал головой.

Мысли в голове мелькали с быстротой молнии. Окружающее пространство будто потемнело, потяжелело, словно в преддверии чего-то…

— О чем задумался? — он ощутил толчок слева, и на его плечо опустился подбородок Адель. — Как тебе Алиса… впечатлила? — девушка кокетливо подергала левой бровью.

— Ты знаешь, вполне, — улыбнулся в ответ Коготь. — Впрочем, ты впечатлила меня не меньше, — он откровенно опустил глаза на декольте, и показушно облизнулся, обнимая ее за талию.

Тем временем дверца микроавтобуса распахнулась, выпустив наружу троих парней, и… фигуру, скрытую под темной мантией. Мантией адепта Sinthh!

Коготь осторожно попятился, увлекая девушку за собой.

— М-м, тебе уже не терпится? — хлопая глазками спросила Адель. — Потерпи еще чуть-чуть, сейчас будет самое интересное…

— Тихо! — шикнул он, рванув девушку за собой. — Иди сюда…

Готесса послушно затихла. Коготь покосился на Адель… не хочется так, но выходе нет. Сложив пальцы правой руки в знак "Сокрытия", прошептал:

— Реальное стань призрачным, призрачное — нереальным. В нереальное — не верь, того, во что не веришь — не видишь…

Пространство вокруг подернулось мутной пеленой, окружающий мир побледнел, потерял четкость, словно отражение в витражах.

У девушки от изумления полезли на лоб глаза.

— Это как? Что это?!

— Тихо, сказал! — одернул ее темный. — Вопросы — потом.

Фигура в мантии остановилась, оглядываясь по сторонам. Почувствовала Силу, сомнений быть не может. Если под мантией скрывается кто-то из Хозяев…

Но неизвестный темный продолжил следовать к подиуму, видимо решил, что ему показалось. Усевшись туда, где до этого расположилась Алиса, адепт решительным движением руки откинул капюшон назад. Сердце Когтя едва не выпрыгнуло из груди, а откуда-то из глубины души начала подниматься бесконтрольная злость.

— Витяс, — прошипел он сквозь зубы.

— Вы… знакомы? — тихо спросила Адель.

— Ага.

— Понятно. Значит, я была права насчет тебя! — победоносно улыбнулась готесса.

На лице парня напряглись скулы. Уже двое знают правду о нем.

— Давай просто уйдем, — попросил он тихо. — Прямо сейчас.

— Но… я хотела посмотреть! Они будут выбирать учеников… и скажу тебе, что их сила — не фокусы….

— Учеников? Ха! Скорее агнцев на заклание, — фыркнул темный. — Он сам еще даже не посвящен!

— Ты-то откуда можешь знать?

— Догадайся, — хмыкнул парень, позволив Тьме внутри себя проступить, заполняя глаза.

Адель отшатнулась, вскрикнула, едва прикрыв рот ладошкой.

— Да, ты была права насчет меня, — прошипел он, ненавидяще глядя на Витяса. Но насчет них — ты жестоко ошибаешься.

— Т-тогда зачем ему мы? — спросила Адель тихо.

Темный смерил девушку презрительным взглядом вернувшихся в норму глаз.

— Вы для него не больше чем сосуды с жизненной силой. Смерть каждого из вас послужит для него своего рода ступенькой на пути к могуществу… Хочешь скажу тебе имена тех, кого они выберут в "ученики"? Алису, Веронику… ну и тебя, конечно. Вы трое — одаренные, столько дармовой силы…

Девушка испуганно смотрела на мистика, и на ее лице начало проступать понимание.

— Мы все… умрем? Умерли бы?

— А разве не этого вы хотели? — ответил он вопросом на вопрос. — Насколько я понимаю, около половины здесь ждут этого с нетерпением. Вот некоторые кандидаты в адепты и придумали лазейку, как в обход правил пополнить свою коллекцию душ… Только вот знаешь… я всерьез рассчитываю отправить этого выродка той же дорогой, причем раньше, чем он успеет привести в исполнение свои планы. Поможешь? — на его лицо выползла злая усмешка.

Ей хватило буквально секунды, чтобы правильно расценить услышанное.

— Я… конечно! Только хочу попросить взамен…

— Что еще? — нахмурился парень.

— Сделай меня своей ученицей!

Коготь расхохотался.

— Какие же ты наивная, — проговорил он отсмеявшись. — Это невозможно! Слишком слабый дар!

— И ничего нельзя сделать? — девушка закусила губу.

Коготь задумался. Сделать… сделать конечно можно. Только вот какой ценой…

— Тебя не касается. Я собираюсь помешать им осуществить задуманное. Ты в деле?

Девушка нерешительно кивнула.

— Все, что угодно, мой лорд, — она нарочито медленно облизнула кроваво-красные губы.

Взгляд мистика снова непроизвольно скользнул на обширный вырез декольте, он протянул руку, и привлек девушку к себе…

— Тогда слушай меня внимательно… сейчас идешь туда, и ждешь, когда тебя выберут. Соглашаешься на все, принимаешь от них амулет и уходишь. Уверен, они назначат вам встречу за 2 часа до рассвета. Самое время. Будешь ждать мен дома, и все расскажешь. Мне необходимо подготовиться…

* * *

(спустя час…)

Лунный свет затопил собой комнату, рассеивая темноту ночи. Стоя у окна, он вертел серебристый браслет на запястье, раздумывая о прошедших событиях, и о полученной от Адель информации.

Девушка тихо спала, свернувшись калачиком и прикрывшись шелковой простыней.

"Да уж, круче не придумаешь! Заблудшие агнцы сами шествуют на заклание, да еще и с улыбкой на лице. Хитро придумано… Витяс. Как же я долго его выслеживал, а тут он сам идет мне в руки. Да и Руслан Иванов… Нет, такого шанса нельзя упускать", — думал он.

Взгляд упал на неподвижную готессу, едва прикрытые прелести которой даже сейчас, после бурно проведенного времени будоражили, отвлекая от ясности мысли.

"Что же мне с вами делать?" — спрашивал он себя, теребя злополучный браслет. — "Самое правильное — стереть память после того, как разделаюсь с Витясом и его прихвостнями. Но…"

Навязчивая мысль вертелась как заноза в мозгу, побуждая действовать. Действовать вопреки всем правилам…

Решившись, Коготь втиснулся в свои шмотки, зашнуровал ботинки, и, стараясь не разбудить Адель, тихо прикрыл за собой входную дверь, сбегая вниз по ступенькам.

Заклинание "поиска однажды увиденного" — из числа самых первых мистических действ, которому его обучили. Раскинув руки в жесте, открывающем обряд, он прошептал слова, формируя в памяти лицо. В глубине его разума зажегся маячок, указывающий направление…

* * *

Вероника еще раз придирчиво оглядела себя в зеркало, расстегнула заколку, освободив пышные светлые волосы, и ее лицо расплылось в сонной улыбке.

В дверь требовательно позвонили трижды, с перерывами по пару секунд.

— Да иду уже, невтерпеж, что ли? — выкрикнула она, нехотя направляясь в прихожую.

Провернув ключ в замке, она открыла дверь и скривилась, словно от зубной боли:

— А, это ты… Русик, я уже ложусь спать, да и брательник скоро домой вернется… завтра увидимся.

Она попыталась захлопнуть дверь, но парень придержал ее рукой, и промямлил заплетающимся языком:

— Н-ну, зая… я соскучился уж-жасно. Ты меня прогоняешь?

Девушка тяжело вздохнула, закатив глаза, и покачав головой, выдала пьяному ухажеру:

— Некоторых только могила исправит… Руслан, топай домой, о'кей? Ты мне уже надоел своими напрягами. Я свободна, делаю что хочу, и сплю с кем хочу… так вот, с тобой спать я НЕ ХОЧУ, — выкрикнула она последних два слова, и захлопнула-таки дверь, кое-как преодолев усилия парня. — Запарил уже…

По другую сторону двери послышались какие-то булькающие возражения, но готесса не отреагировала на них, направившись обратно в комнату. Нащупав рукой выключатель, она щелкнула по нему, и вокруг разлился приглушенный красноватый свет. Достав из брошенной на стуле сумочки пачку сигарет, она приоткрыла форточку, и чиркнула зажигалкой. Ничего не произошло, видимо, зажигалка испортилась.

— Блин, — выдохнула она.

— Да уж, сплошное расстройство, — послышался из противоположного конца комнаты тихий бархатистый, словно сочувствующий голос.

Девушка встрепенулась, сигарета упала на пол, а сонливость как рукой сняло. В комнате был посторонний. В кресле, у входа вальяжно расположился незнакомец. Длинный темный капюшон, черные, как сама ночь глаза, загадочная улыбка… Угольно-черный плащ полностью скрывал фигуру незнакомца, лишь только на левом запястье поблескивал серебром странный браслет, с вкрапленными в него камнями.

— А-а… — через силу выдавила она пытаясь закричать, но звук получился очень слабым и приглушенным.

— Не бойся, — тихим успокаивающим голосом проговорил гость. — Я не причиню тебе вреда. Я хотел просто поговорить… можешь курить, если хочешь, — кивнул он на упавшую пачку с сигаретами, и откинул капюшон назад.

— Ты?! Как ты тут оказался? — выдохнула девушка.

Дрожащей рукой Вероника подняла пачку с пола, достала сигарету, и снова чиркнула зажигалкой. Разумеется безрезультатно. Коготь демонстративно щелкнул пальцами, прошептав что-то вроде "игнус", и на кончике сигареты вспыхнул слабенький язычок пламени, поджег ее, и истаял облачком дыма.

Готесса ошарашено уставилась на сигарету, не веря своим глазам. Гость ухмыльнулся, и подмигнул, проговорив тихо:

— Я хочу сделать тебе предложение, — продолжил он все тем же бархатным голосом.

Затянувшись, Вероника присела на край подоконника, не сводя настороженного взгляда с незнакомца.

— Ты… ты кто такой? — как-то по-детски спросила она.

Ответом ей послужила легкая улыбка.

— Я? Я- джинн, — улыбнулся он. — Желания исполняю. Только я злой джинн, — добавил он, ухмыляясь. — За исполненное желание я потребую плату…

Вероника опустила глаза, нервно усмехнулась, почесала висок ноготком, и проговорила:

— Глюк ты, а не джинн. Нет уж, хватит с меня готических сходок… Похоже, у меня сорвало крышу. Здравствуй, "дурка", твоя новая клиентка тут как тут…

Мистик хохотнул, подперев подбородок. Разумеется, подобного следовало ожидать.

— Буду краток, — проговорил он. — Давай поиграем в одну игру… "Матрицу" смотрела? Примешь синюю таблетку — проснешься, и это все тебе покажется сном. Примешь красную — войдешь в мир чудес, и я покажу тебе, глубока ли кроличья нора…

Парень махнул рукой, и на подоконнике, рядом со стройной ножкой Вероники появилось чайное блюдце с двумя капсулами — красного и синего цвета. Девушка нерешительно потянула руку, и тут же отдернула.

— Скажи мне, глюк, а чем последствия этого выбора чреваты для меня? — спросила она, улыбнувшись гостю. — Как я понимаю, передумать я не смогу?

— Правильно понимаешь. Синяя пилюля — это забвение. Проснешься, и посчитаешь это все дурным сном, навеянным алкоголем. Красная — это тайное знание, ответственность, и… плата. Сама понимаешь, просто так ничего не бывает…

Готесса призадумалась.

— И какова же эта плата? — губы девушки расплылись в улыбке. — Кажется, я догадалась…

Она точным жестом отправила полуистлевшую сигарету в форточку, и медленно провела ладошками по обворожительным ножкам, томно прикрыв глаза.

— Нет, ты не правильно поняла, — словно нехотя выдохнул гость. — Какова может быть плата за могущество, и вечную жизнь? Конечно — жизнь. Чем еще можно заплатить за жизнь, кроме самой жизни?

Девушка насторожилась.

— Я… я не понимаю.

— Все просто, — улыбнулся незнакомец. — К тебе только что заходил твой дружок… Руслан, кажется так его зовут?

Девушка осторожно кивнула.

— Твоей платой станет его жизнь. Ты принесешь его в жертву своему могуществу, на алтаре Тьмы…

Она осторожно покачала головой.

— Нет… я не смогу. Он, конечно, урод, но он мне ничего плохого не сделал…

— Пока не сделал, — перебил ее гость. — Только пока… как раз сейчас он хорохорится перед дружками. И они договариваются вломиться сюда и научить несговорчивую девочку как себя вести… Хочешь посмотреть?

Готесса сглотнула.

— Я тебе не верю!

Темный лишь сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

— Тогда подождем еще две минуты…

Девушка скорчила недоверчивую гримасу.

На лестничной площадке послышался топот ног, а затем звонок в дверь. Готесса вопросительно посмотрела на Когтя. А тот просто смотрел в сторону окна, раздумывая о чем-то своем.

Алиса осторожно направилась к двери.

— Кто там? — спросила она.

— Алиска, открой, мне нужно тебе что-то сказать! — послышалось с той стороны. — Это важно!

Девушка нахмурилась.

— Вали домой, Русик, думаю до завтра это потерпит…

— Нет, это срочно! — ответили из-за двери. — Ну Алиска, это всего минуту займет!

Готесса повернула ручку замка, и приоткрыла дверь, предусмотрительно оставив цепочку.

— Говори что там у тебя и сваливай, я спать хочу…

Руслан по ту сторону облизнул губы, и промямлил:

— Алис, ну что ты в самом деле, открой нормально, я же не кусаюсь…

Девушка настороженно, прищурилась.

— Слушай, говори что надо, или я закрою дверь. Ты меня уже порядком устал своими идиотскими…

Но договорить она не успела: по ту сторону двери промелькнул чей-то силуэт, послышалась фраза типа "да короче, чего ты с ней лясы точишь", и в следующее мгновение что-то массивное ударило в дверь. Крепление цепочки вылетело вместе со щепками из двери, и она распахнулась настежь, впуская троих крепко сбитых парней, и Руслана. Все трое были в стельку. Вероника их узнала, и застыла от удивления.

— Утюг, Веталь, вы че, опухли? Че за фигня?! — выкрикнула она, но те двое уже подхватили ее под руки.

— Руся, закрой дверь, соседей разбудим, — бросил один из них, прикрывая девушке рот.

Руслан хлопнул дверью.

— Тихо, не дергайся, — поднес палец к губам "Утюг". — Давно пора было тебя проучить, соска! Скока ты уже пацану мозги канифолишь? Сама виновата…

Вероника мигом поняла что сейчас произойдет. И что этот странный парень был прав… Мысли о незнакомце напомнили ей, что тот все еще в ее комнате.

— Коготь, помоги мне!! — закричала она, но ей закрыли рот уже повторно, и более умело.

— Там что, кто-то есть? — на лице Утюга проступила тень озабоченности. — Проверь, — бросил он, и Руслан двинулся в комнату.

Оставшиеся двое парней затихли, прислушиваясь, но тишину ничто не нарушило. Правда и Руслан не выходил обратно.

— Руся? — позвал Утюг. Ответа не последовало. — Руся! — позвал он, напрягшись, и нащупывая что-то во внутреннем кармане куртки.

Спустя пять секунд из комнаты послышались тяжелые шаги, и появился довольно ухмыляющийся Руслан.

— Че, обделались? — ухмыльнулся он. — Никого там нету. Пусто.

Алиса почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Неужели ей и правда причудился незнакомец?

— Тащите ее сюда, — приглашающее качнул головой Руслан. — Сексодром у нее я скажу — закачаешься! На таком пятеро поместятся…

Девушку поволокли вовнутрь и швырнули на ее собственную кровать.

— Не вздумай пикнуть, куколка, а-то я твое личико так исполосую — ни один хирург не сошьет… поняла?

Она кивнула, и руку от лица убрали.

— Если будешь сговорчивой, на тебе даже синяков не останется, — подмигнул Веталь.

— Не надо… пожалуйста! — по ее глазам потекли слезы. — Руслан, ты этого не сделаешь!

Тот фыркнул, скривив губы.

— Пошла ты… я за тобой как шавка бегал, а ты строила из себя ***-патриотку! Знаешь, в конце концов я имею право на небольшую компенсацию… да и пацаны не откажутся! — на его лице небыло ни капли жалости, только презрение.

— Коготь, если ты не глюк, пожалуйста… — прошептала готесса. — Я дура, что не поверила…

— Что ты там несешь? — переспросил Руслан. — Хотя, какая нах*р разница…

Он потянул край ее юбки вверх, когда услышал незнакомый голос:

— Думаю, теперь ты не с сомневаешься в их намерениях…

Насильники разом обернулись. Голос принадлежал вольготно расположившемуся в кресле незнакомцу. Впрочем, Руслан его практически сразу узнал.

— Откуда он взялся? — изумился Веталь.

— Ты?! — почти выкрикнул Руслан.

Утюг отпустил Веронику и выхватил из внутреннего кармана нож.

— Derico Immobiles! — прошипел темный, сложив пальцы в странный жест, и все трое застыли подобно статуям.

Вероника испуганно отползла в дальний конец кровати, поджав под себя ноги.

— Тихо, уже все закончилось, — проговорил он, приближаясь.

Вероника еще секунд десять всхлипывала, но вскоре успокоилась.

— Что с ними? — спросила она.

— Не важно, — ухмыльнулся он. — Ну, теперь ты мне веришь? Вот и хорошо. Тогда возвращаемся к нашему неоконченному разговору… — он кивнул на блюдце с двумя таблетками, все еще стоявшее на подоконнике.

— Итак, твой выбор?

Вероника решительно протянула руку за красной таблеткой, и в одно мгновение проглотила ее. Через мгновение она вскрикнула, тело ее выгнулось дугой, пальцы судорожно сжали подоконник, ломая об него ногти с дорогущим маникюром.

— Тихо, тихо, потерпи, сейчас это закончится, — тихо, почти нежно прошептал темный, придерживая ее от падения и поглаживая по голове. — Вот, уже почти все…

Судороги отпустили, девушка закашлялась и тяжело задышала, уткнувшись носом в грубую ткань плаща.

— Душно… — прохрипела она. — Хочу пить…

Гость лишь прикрыл глаза и покачал головой.

— Нет. Это не совсем то…

— Дай мне воды, — потребовала девушка.

Он пожал плечами, уверенно направляясь на кухню, словно в мелких деталях знал планировку квартиры, и вернулся оттуда с кувшином воды. Девушка выхватила его из рук незнакомца, и осушила больше чем наполовину.

— Я… — она отставила воду всторону, и посмотрела на собеседника. — Жажда не проходит…

Он наклонил голову, словно в подтверждение ее слов.

— Так и должно быть. Твой организм сейчас переживает некую метаморфозу, тело перестраивается. Впрочем, душа тоже меняет свою природу…

— Что со мной? — вцепилась она в его плащ мертвой хваткой. — Что ты со мной сделал?

— Узнаешь позже, — ответил он, с явным усилием разжимая ее пальцы и высвобождая свой плащ. — Осталось еще одно…

В его руке полыхнул алым пламенем полупрозрачный призрачный клинок…

* * *

(…некоторое время…)

Поднявшись на второй этаж, свернул в узкий проход, шагнул в уборную и прикрыл за собой дверь. На долю секунды прикрыв глаза, убедился, что за ним не следят, и решительно положил правую ладонь на поверхность зеркала. Губы шевелились, вышептывая тихие слова. Поверхность зеркала пошла рябью, всколыхнулась, превратившись в подобие водоворота, и затянула его вовнутрь, а спустя две секунды вновь разгладилась, став обычным зеркалом.

Из широкой комнаты, освещенной тусклыми светильниками явно мистического происхождения, направился в узкий коридор, вход в который охраняли неподвижные латы, прикрепленные к постаментам.

— Кроули просил передать, что он отлучился на пару дней, — прогрохотал гулкий низкий голос явно искусственного происхождения.

Коготь проигнорировал его, в спешке пробегая вдоль извилистых коридоров. Войдя в просторное помещение, заставленное высоченными стеллажами, которые были доверху набиты книгами, он миновал лабиринт из книжных полок, остановился перед гладкой, ничем не выделяющейся стеной и произнес несколько слов. На поверхности стены проступили контуры человеческой ладони, мерцая багровым светом. В правой руке послушно возник "Клык Дьявола", которым мистик решительно полоснул себе запястье, и приложил его куда следует.

Перед ним открылся еще один проход, угадывалась лестница, ведущая куда-то наверх, где наконец путь привел к заветной цели: на небольшой подставке из прозрачного, крепкого кристаллического материала покоилась книга, на обложке которой переливалась серебром причудливая звезда.

Книга послушно раскрылась перед мистиком на нужной странице, и он не теряя времени сосредоточился на чтении…

"…ритуал проходят одновременно пятеро, по числу лучей пентаграммы. На внутренней стороне каждого луча поместить источник Силы, а на внешней становится принимающий. Контур магического круга должен быть замкнутым до окончания действа, и подпитываться извне. Душа принимающего должна быть с хорошими задатками к Великому Искусству, иначе она будет окрашена цветом поглощаемой Силы. Воплощение силы может быть проведено для одной души не более чем один раз в пятьдесят лет… "

Мистик выругался. Пять принимающих… пять…

В раздумьях он раз десять обошел вокруг подставки, на которой покоилась магическая книга, когда наконец его осенило. Пулей выскочив из библиотеки, Коготь проделал весь путь в обратном направлении, и уже через пять минут вел машину по дороге, ведущей в северную часть города.

* * *

(еще через полчаса…)

Алиса зажмурилась, прикрываясь рукой от утреннего луча, светившего ей в глаза.

— С добрым утром, — услышала она, и разом подскочила с постели, прикрываясь одеялом.

За компьютерным столиком сидел ОН. Легкая ухмылка и невозмутимый вид темного успокоили ее.

— Я…

— Прости, не хотел тебя испугать, — перехватил инициативу парень.

Девушка просто кивнула, не произнеся ни звука.

— Скажи мне, насколько далеко в будущее твой дар позволяет заглянуть?

На лицо Алисы выползло удивление, переросшее в азартную улыбку.

— Я… не знаю. Я не уверена, что до конца могу контролировать…

— Не переживай, — перебил Коготь. — Я хочу заглянуть в недалекое будущее с твоей помощью. Поможешь?

Страх в душе юной готессы боролся с азартом и жаждой неизведанного, и, похоже последние победили.

— Более того, я предлагаю тебе куда большее — могущество. Не дурацкие шарлатанские фокусы — настоящую Силу! — голос темного звучал торжественно и завораживающе, а в левой руке плясал, словно пританцовывая небольшой огонек. — Но сразу предупреждаю — легко не будет. Тебе придется пройти через довольно неприятный и даже болезненный ритуал… а в конце его — совершить жертвоприношение…

— Я согласна, — быстро ответила девушка.

— Очень хорошо, — темный приблизился, протягивая ей что-то на ладони…

* * *

(следующий вечер, 23:00…)

Набросив на себя самую лучшую иллюзию, из своего арсенала, Коготь медленными, осторожными шагами приближался к "Вратам За Грань", как их называли фанатики-готы. На берегу моря, на каменной плите площадью 16 квадратных метров, был вычерчен магический узор, пока еще обманчиво безжизненный… однако астральное зрение показывало остатки прежних заклятий — уже минимум трижды эти "Врата" использовались "по назначению". Горел круг из костров, очевидно с целью освещения.

Конечно, никакие это не врата! Жертвенник Силы — вот его истинное предназначение… пока что.

Девять фигур, скрытых под темными балахонами, сгрудившись в кучку, о чем-то тихо переговаривались.

Прикрыв глаза, Коготь изучил внимательно их ауры. Трое из них — несомненно, Витяс и пара вчерашних приспешников. Еще трое — Вероника, Алиса и Адель, сиреневые сполохи аур которых выдавали сильнейшее волнение… оно и не удивительно. Еще две ауры принадлежали молоденьким девушкам, на которых, вероятно, пал выбор адептов. А вот последняя… Коготь резко отступил назад и беззвучно выматерился. Последняя аура принадлежала Берцову Стасу, недавно огласившему Триумвирату Хозяев свое Имя — Сектимус. Уровень — не ниже второго Риста.

Этого поворота он не ожидал. Сектимус был явно сильнее его самого, и вдвое опытнее. Правда, на стороне Когтя был один так сказать элемент неожиданности… Но Витяс, хоть и не прошел первичного посвящения был явно инициирован, и посвящен Sinthh. Вдвоем они могут запросто растереть его в порошок.

Коготь спешно добавил еще один компонент в заклятие скрытности, и осторожно двинулся к кострам, стараясь расслышать о чем разговор.

— Ну что, вы готовы изведать неизведанное? — торжественным голосом спросил Виктор, откинув на спину капюшон. — Это неописуемо! Фантастично! Море возможностей!

Он театрально развел руки над головой в стороны, и легонько взмахнул ими, отделившись от каменной плиты и воспарив на три метра в воздух.

Две девушки так же откинув капюшоны приветственно выкрикнули, замахав руками, а оставшиеся три тихонько похлопали в ладоши. Ну и позер, подумал Коготь, скривившись.

— Вам остался последний шаг! — продолжил ораторствовать Витяс. — Чтобы познать таинства неизведанного, мы должны открыть проход за грань, и заглянуть в него… — проговорил он тихим, загадочным голосом, обводя девчонок пронзительным взглядом.

Сектимус одобрительно кивнул, не откидывая капюшона и не показывая своего лица. Астрал всколыхнулся, возмущение потоков усиливалось — приближалось время ритуала. Коготь пристально изучил начертанный на полу знак — ему предстояло изменить его контуры и энергетические центры, чтобы круг стал пригоден для задуманного.

Также он почувствовал приближение своих маячков — магических меток, поставленных на еще двоих приглашенных на ночное шоу… Руслан, которому он стер память и внушил ложные воспоминания о назначенной здесь встрече, и еще один…

— Время почти пришло, — прошипел Витяс, на лице которого играла довольная улыбка предвкушения. — Все займите свои места…

Девушки как одна сбросили с себя черные балахоны, оставшись полностью обнаженными. Заинтересованные взгляды мужчин тотчас же были прикованы к обворожительным формам прелестниц. Даже Коготь невольно засмотрелся, но потом быстро одернул себя.

"Пора", — продумал он, шагнув вперед. Полуприкрыв глаза, он позволил сознанию скользнуть в астральный транс, и посмотрел истинным зрением на магический круг. Как и ожидалось, он существовал в обеих реальностях, причем астральный отпечаток пылал злой силой, порождая противный вихрь из магических потоков, выталкивающий сознание в реальный мир и искажающий восприятие… что впрочем не помешает его планам.

Коготь помнил, что реальный мир и астральная проекция неразрывно связаны, как человек и его отражение в зеркале. Теоретически, если поймать отражение и потянуть его наверх, то реальный объект претерпит такое же воздействие…

Но пора уже приступать — Адель и Вероника подают признаки беспокойства, оглядываясь по сторонам. Ясно — струсили, что он не придет, и их просто принесут в жертву на алтаре. Одна только Алиса знала благодаря Дару, что сегодня им не суждено умереть…

Коготь шагнул вперед, к кругу силы в астральной оболочке. Резким толчком сознания смел противный вихрь чуждой силы. Выудил из памяти новосотворенного артефакта четкий контур магического знака, заготовленного заранее, и мысленно наложил поверх пылающего круга. Затем решительно вспорол контур старого круга, и сорвал его прочь, высвобождая силу, заполонившую его собственный рисунок. Закрепил новосотворенный круг двумя заклятиями — "неразрывности", и "Отождествления". Теперь оставалось только одно…

Сознание вернулось в привычный мир. Неуверенно ступая в круг из костров, он сокращал расстояние до готовящих обряд новичка и его наставника — Сектимуса. Сердце бешено колотилось — впервые он рисковал как жизнью, так и душой. Если только он хоть немного ошибется и даст слабину — его разотрут в пыль. Резко выдохнув, он сбросил с себя маскировочное заклятие, проявившись около дальнего костра.

— Пусть Великая Тьма сопутствует вам во всем, — произнес Коготь ритуальную фразу приветствия, привлекая к себе внимание.

Сектимус и Витяс мгновенно повернули головы в его сторону, на лице первого отразилось удивление, а второго — испуг и ненависть.

— Эдуард, — тихо произнес Сектимус, холодно кивнув в ответ на приветствие, — чем обязаны визиту?

— Ты… Тыыыы!!!!! — Голос Витяса перешел в откровенно-звериное рычание. — Ты еще жив?! Я думал, что ты сдох!!

— Индюк тоже думал, — огрызнулся Коготь, сузив глаза, и всем своим видом показывая крайнюю степень бешенства, поглядывая при этом частью сознания в астрал, где уже вовсю бушевала настоящая буря из потоков, перекраивая рисунок по новому контуру. — "Ну же… еще чуть-чуть…" — думал он.

— Вы знакомы? — лицо Сектимуса изобразило удивленную гримасу.

— Наставник, у меня есть право крови по отношению к этому выродку! Прошу вас, разрешите мне…

— Заткнись, идиот, — обрезал того Сектимус, словно предчувствуя неприятности. — Итак, что ты здесь делаешь, knothh?

— Почему?! Я имею право…

— Во имя бездны, чему я тебя учил? — шикнул Сектимус на ученика. — Посмотри на его ауру!

Витяс закрыл глаза и притих.

"Проклятье!!! Он же сейчас увидит!! НЕТ!"

— Н-не могу… — прохрипел тот. — Что-то давит…

— Что здесь происходит?! — вскрикнула одна из незнакомых девушек, заподозрив неладное.

Коготь едва заметно кивнул Алисе. Та приблизилась, и что-то зашептала ей на ухо.

— Сектимус, твой подопечный оскорбил меня, и оскорбление это может быть смыто только кровью, — начал Коготь ритуальной фразой, лихорадочно раздумывая как бы потянуть еще хоть немного времени.

— Не выйдет, — скривил губы в ухмылке Сектимус. — Он еще не прошел первую ступень, вызов не засчитают. Хочешь его крови? Давай!

Он хохотнул, и подтолкнул опешившего Витяса вперед.

Коготь не шелохнулся. В астрале узор почти что сформировался, оставались считанные секунды.

— Тебе придется подтвердить, что твой подопечный превысил допустимую меру, неуважительно отнесся к старшему, — продолжил гнуть свое Коготь. — Иначе…

— Иначе что, Эдуард Шторм, не заслуживший Имени? Бросишь мне вызов? — заржал Сектимус. — Ой, как страшно! — он показушно прикрыл лицо руками.

— Иначе, я скастую "Теневой Венец", прямо здесь и сейчас, — холодно отрезал Коготь. — Хранители почувствуют темное заклятье такой силы, и явятся незамедлительно — вся твоя старательно наложенная маскировка пойдет демонам под хвост. Жертвенник Сил их очень заинтересует! Думаешь, Хозяева станут отстаивать двоих провинившихся пешек, пойманных с поличным?

— Ты этого не сделаешь, — голос Сектимуса из насмешливого стал тихим и угрожающим. — Это… слишком даже для темного! Тебя изгонят за предательство!

— А кто об этом расскажет? — зло ухмыльнулся Коготь, сложив пальцы в магический жест.

— С*ка, — сплюнул Сектимус. — Ты — труп…

Вокруг него взлетел магический щит. Не простая полусфера, а полноценная оболочка.

— Тхрааа Аш! — выплюнул Сектимус, сплетя пальцами четыре хитроумных жеста, и Коготь почувствовал, как его словно что-то придавило сверху, и это что-то было чудовищно тяжелым.

"Вот теперь и пришло время проверить артефакт… Если я ошибся…"

По лицу Витяса поползла довольная усмешка. Сложив руки лодочкой, он сформировал примитивный пульсар и метнул в лицо своего врага.

Коготь с усилием качнул рукой в сторону, пульсар изменил траекторию, устремившись в ночное небо. Удерживая перед мысленным взором символ "Вдохновение Жизни", темный кое-как нащупал тени своих противников, и наложил на каждую проекцию этого символа.

-

Esenien, nirras, monue teierr, narri! — выкрикнул он, едва не сломав язык чужими колючими фразами.

В глазах потемнело, тело налилось еще большей тяжестью — сила ухнула в новосотворенное заклятие как вода сквозь пальцы. Щит заметно ослаб, и Коготь почувствовал, как его давит к каменной поверхности, на которой он стоит. Но тем не менее на его лице заиграла подлая улыбка — эффект от произнесенного заклятия последовал незамедлительно, и глупцы, возомнившие, что справятся с ним даже не чувствуют подвоха…

Тени, отбрасываемые пламенем костров, налились чернотой, приобрели объем, отделились от пола, и поднялись на ноги в полный рост. Каждая из них была точной копией человека, ее отбрасывавшего.

Сектимус зловеще ухмыльнулся, подпитав свой пресс, и давление сверху возросло. Но сзади приближался его теневой двойник. Альтер эго не остановило наличие защитного барьера. Тень бесшумно набросилась на Сектимуса сзади, схватив за горло и повалив на землю.

Кто-то из девчонок вскрикнул:

— Боже, это все по-настоящему! Мамочки…

Сектимус рычал, катаясь по бетонной площадке со своим теневым двойником, из клубка то и дело вспыхивали темно-фиолетовые сполохи — очевидно мистик пытался избавиться от противника с помощью магии, но тот не давал ему сконцентрироваться. Да и серьёзных заклятий Сектимус применять просто не мог — опасаясь привлечь внимание Хранителей. Все как и рассчитывал Коготь, который как раз освободился от уз магического пресса, и поднимался на ноги, отряхиваясь. Адель с Алисой что-то горячо втолковывали двум "сестрам по несчастью", на лицах которых блуждало смятение с недоверием.

— Ты хочешь сказать, что они собирались нас просто принести в жертву? — испуганно спросила невысокая девушка с темно-каштановыми волосами и большими "анимэшными" глазами.

— А ты что думала — просто так, задарма тебя сделают высшим существом? Я же тебе говорила! Дура! — выкрикнула ее подружка.

Вероника с каким-то отрешенным видом стояла в стороне, и наблюдала за Когтем, который размещал по периметру магического знака кристаллы.

Все прежние участники ритуала уже были обездвижены двойниками, только Сектимус еще вяло сопротивлялся, ругаясь и кашляя.

— Время, — бросил Коготь в сторону девушек. — Живо, встать напротив лучей звезды! Шевелитесь!

Адель и Алиса безоговорочно прошмыгнули мимо корчащихся пленников, и заняли свои места. Вероника промедлила буквально секунду, но потом также подчинились. Последними с неохотой встали на свои места оставшиеся две девушки.

Коготь повернулся спиной к луне, пытаясь различить свою Тень. Стиснув зубы, он полоснул рукой по запястью, проливая на нее свою кровь, и произнес слова овеществления и "Вдохновения Жизни". Тень всколыхнулась, почернела, сжалась в комок, который приобрел форму человека. Уже через минуту новоиспеченный двойник стоял напротив Когтя, глядя в глаза своей основе.

— Сюда направляются двое, — начал Коготь тихим голосом. — Найди их и приведи. Быстро! Не дай сбежать!

Тень без единого слова развернулась и побежала в направлении тропы. Темный повернул голову в сторону все еще сопротивляющегося Сектимуса, и бросил в него парализующее заклятие. Тот сразу обмяк, и теневой двойник поволок его в круг, на одно из трех свободных мест. Еще через минуту Альтер эго Когтя втолкнуло еще двух участников предстоящего шоу — горе-бойфренда Вероники, и вчерашнего хамоватого андрогина.

— Ну что, как говорят америкосы — Show Time! — торжественно произнес Коготь, театрально разведя руки в стороны…

… жертвы были разложены по отведенным местам на внутренней части лучей пентаграммы. У ног Адель положили все еще рычащего но обездвиженного Сектимуса, Алисе достался вчерашний хам-андрогин, у ног Вероники корчился, стонал и упрашивал отпустить его Руслан, Витяса положили невысокой девчушке с каштановыми волосами по имени Лиина, а последнего участника сборища — оставшейся девушке. Каждая из них опустилась на колени, сжав в ладонях по жертвенному ножу.

Приблизившись к кругу, Коготь откинул на плечи капюшон и презрительно бросил:

— Зря ты отказался отдать мне этого недоучку добровольно, Сектимус. Ничего личного к тебе, но теперь ты разделишь его судьбу.

— Валяй, — зарычал он. — Не думаю, что ты долго будешь наслаждаться существованием после этого… У меня есть право на предсмертное проклятие, и будь уверен, я сумею испортить тебе жизнь!!

Коготь лишь презрительно усмехнулся, переходя поближе к Витясу.

— Как себя чувствуешь в роли жертвы, Витек? Не сильно жмет заклятие? Ослабить?

— Пошел ты, — плюнул в него Витяс (промазал). — Урод, чмо…………….

— Ой, какие словечки мы знаем… прямо уши в трубочку сворачиваются! Это тебе мой особый подарок за Кирюху и мою семью… наслаждайся! — с этими словами он размахнулся и заехал Витясу в челюсть, слегка усилив удар магией, отчего тот сразу же потерял сознание.

Руслан скулил у ног Вероники, повторяя, что все это дурацкий розыгрыш, что он, наверное, спит. Девушка устремила свой взгляд на море, словно не видя его слез и не слыша стенаний. На лице Когтя отразилась змеиная улыбка. Очень пикантная месть, когда тебя убивает та, которой ты добивался столько времени… и которую собирался изнасиловать, подбиваемый "добрыми" советами дружков.

Время приближалось. Коготь встал перед поверженным Сектимусом, держа над ним хрустальный шар размером с теннисный мяч.

— Niesh, simith… Aye semeketh… Aye semeketh imenith tetra… sinthh emei!!!

Шар потемнел, налился непроглядной чернотой, и из него проступило неясное фиолетовое свечение, образовав своего рода канал, через который из груди Сектимуса потянулись темные сгустки, поглощаемые хрустальным шаром.

Темный закричал, словно в его тело вонзились миллионы раскаленных игл, но Коготь не убирал рук, пока поток не иссяк, поглощенный шаром, ставшим чернее самой темной ночи.

— Вот и все, Сектимус… вернее сказать Стас — право на истинное Имя ты утратил…

Лишенный могущества темный ненавидяще глядел на своего мучителя, что-то усиленно нашептывая. Предсмертное проклятие, можно даже не сомневаться. Только вот силы, которая может пробудить его к жизни, хотя бы слегка подтолкнуть, больше не было.

Контуры Знака Силы налились серебристым сиянием, поплыли и изменили очертания. Мельком бросив взгляд на часы, Коготь улыбнулся — все точно по расписанию.

— По местам, — тихо приказал он, но девушки и так уже стояли на своих позициях с жертвенными ножами наготове.

Коготь раскинул руки в приветственном жесте, открывающем обряды Призыва, и продекламировал вслух:

— Atheann, Nishass, Therri! На глубине Вечного Безумия да будут услышаны мои слова! Духи Жажды, духи Боли, Духи Смерть Несущие, к вам взываю! Придите! Отведайте плоть и выпейте души, окрашенные Истинной Тьмой, и завладейте сосудами жизни, ждущими вас!

Поверхность магического круга мгновенно потемнела, на ночном небе звезды погасли все до одной, под ярко светящимися узорами образовался провал в реальности. Тысячи огоньков — отблесков глаз обитателей Бездны — с жадностью уставились на единственное окошко в реальность, полную их любимой и лакомой пищи. Коготь почти физически ощущал нечеловеческий голод Бездны, готовой сорвать тонюсенькую магическую преграду, и выпить души жалких людишек, дерзнувших заигрывать с ней, словно глоток десертного вина.

Пять теней стремительно неслись к барьеру откуда-то снизу, из Бездны. Они натолкнулись на защитную преграду, и заметались взад-вперед, словно надеясь отыскать лазейку, добраться наконец до лакомой добычи.

Пленники задергались, заголосили, истошно крича и вяло отбрыкиваясь, словно только сейчас осознали реальность происходящего. У девушек предательски дрожали руки.

— Да откроется Путь, я, Хранитель Врат, разрешаю вам войти… — процедил Коготь сквозь стиснутые зубы.

Тени разом вырвались во внутренний круг. Очертания знака силы начали угасать, а провал в Бездну — тускнеть, становясь нереальным.

— Сейчас! — выкрикнул Коготь, и пять ритуальных ножей вспороли жертв от грудины до паха.

Духи с невозможно противным визжанием набросились на агонизирующие жертвы. Кровь брызнула в разные стороны, а крики и хрипы стихли довольно быстро. Вскоре от тел остались только иссохшиеся обтянутые потрескавшейся кожей мумии. Адские создания принялись кружить вокруг внешней оболочки круга.

— Вы отведали плоть, испили души… Пришло время завладеть сосудами жизни, — торжественно проговорил мистик, одним махом опуская оставшийся барьер, и твари, почувствовав свободу, с радостным визгом ринулись на перепуганных девушек…

В одно мгновение создания завладели их телами помощниц Когтя. У Алисы глаза налились темными сгустками, Адель посмотрела на него ярко-алыми провалами глаз, Вероника впилась себе в щеку внезапно выросшими и удлинившимися ногтями… Ее глаза говорили только об одном — "Предатьль! Обманул!"

Однако, улыбка на лице парня говорила лишь о том, что еще далеко не все кончено… Браслет на руке мистика полыхнул фиолетовой молнией, и вокруг него затанцевали причудливые магические символы — парень активировал одной связкой сразу пять ключевых заклятий. По одному на каждое призванное существо.

— Именем Astarith… Miranith imeni Therr! Скованны! Связанны! Опутаны!

Существа заревели, но было уже поздно — на груди каждой из девушек вспыхнула печать власти, сковавшая силу демонов.

— Отпусти! Освободи нас! — ревели существа. — Освободи, призвавший! Ты получишь все что пожелаешь…

— Ваша воля сломлена. Властью Призвавшего, властью заплатившего Цену, Именем, что не будет произнесено до конца времен! Повинуйтесь, иначе Пламя Неугасаемое пожрет вас, обратит в пепел ваши сущности! Кхе… — Коготь закашлялся, в его глазах на секунду потемнело — все-таки поддерживать заклятье такой мощи тяжело даже с похищенной жизненной силой.

Печати на груди девушек засветились злым фиолетовым светом. Существа выли, рычали, шипели…

— На колени, — приказал он. — Клятву!

Девушки (вернее те, что заняли их тела) опустились на колени, и одно за другим прошипели клятвы служения.

— Очень хорошо, — облегченно выдохнул Коготь, опуская последний барьер — сил у него пратически не осталось. — Я повелеваю вам, — отдыхиваясь произнес он, — освободить души хозяев этих тел. Отныне и до конца времен вы будете служить им. Да будет так!

Печати власти снова вспыхнули, и очертания лиц девушек вернулось в привычный вид.

— Что… — начала Адель. — Мы живы?

— А ты сомневалась в моем слове? — с усилием выдавил Коготь, стараясь не потерять лица и не рухнуть прямо тут. — Я даровал вам силы, которых нет ни у одной смертной этого мира. Я и сам не знаю теперь пределов ваших возможностей…

Девушки удивленно переглядывались, словно не веря в реальность всего случившегося.

— Я не знаю, каких именно сущностей заключил в ваших душах… но теперь все их знания и могущество — ваше…

Вероника испуганно взглянула на свои ладони, потом на товарок

— Оно… все еще… во мне?! — она сглотнула.

Коготь кивнул. Его глаза потяжелели, он пошатнулся и растянулся на каменном алтаре, лишившись остатков сил…

Конец 6 главы.

—------------------

* sinthh — Зло (темное наречие).

* Jus summum — высшее право (лат.)

*Клык Дьявола — ритуальный нож, даруемый адептам, вставшим на Путь sinthh (подробнее о нем далее в продах…)

* Рист — показатель интенсивности воздействия мистических энергий. Чем меньше Рист, тем сильнее последствия.

* Элсим — поединок чести, обычно завершающийся смертью одного из противников.

* aerith shunthh singus — могучий владыка зла (темное наречие) — форма обращения к демонам третьего круга.

* knothh — младший (темное наречие).

* шинигами — бог смерти (яп.) — персонаж анимэ (японская мультипликация), повелевающий жизнью и смертью.

* каст — приведение заклятия в действие.

* целевая защита — щит, отражающий определенные типы энергий. Например, щит "Плащ Тени" — защита от атак Тьмы, против других стихий и элементов он бесполезен.

* публика в шоке, я в экстазе… — концовка одного анекдота, сюжет которого о цирковом номере, показанном девушкой без комплексов…

* Лаэрон — оружие адептов света, выглядит как миниатюрный самострел, обычно крепится на запястье.

* бич-пати — дословно "beach party" — пляжная вечеринка(англ.)

* Liberate mei ex… — спасите меня от… (лат).

* Оэшинххсс — Темнее черного (темн.)

* Сиерра — Сияние звезды (светл.)

* Ралкеш — демон низшего круга, обладает хорошей физической силой и иммунитетом к магии тьмы.

* мунтерро — просвещенный (древн.) — принятая форма обращения к магам Аранниа`эссе.

* приемный круг — в защищенных местах специальная площадка куда/откуда можно телепортироваться.

* Иниенил — существование мира под угрозой (светл.), это слово используется как призыв к немедленному противодействию, или поискам скрытого врага.

* выжигатель — оружие стражи Эринхолда, стреляющее пульсарами света. Стражами становятся мистики со слабым потенциалом.

* Deus ex machine — Бог из машины (лат).

* Stare in piedi! — Стоять! (итал.)

Content

Копейщик Владимир Дмитриевич Цена мести [СИ]

Копейщик Владимир Дмитриевич Цена Мести

Пролог

1. Клятва

2. Поединок

3. Сделка на два фронта

4. Призраки прошлого

5. Отплата

6. Кровь и слезы