Михаил Барятинский

ВСЕ ТАНКИ СССР

Том III

Средний танк Т-54-3 Советской армии с установленным над стволом пушки лазерным дальномером КДТ-1.

СРЕДНИЕ ТАНКИ Т-54 И Т-55

В октябре 1944 года в КБ завода № 183 приступили к проектированию танка Т-44Б, который внешне отличался от Т-44А в основном башней несколько больших размеров и вооружением, состоявшим из 100-мм пушки. В ноябре 1944 года А.А. Морозов доложил наркому танковой промышленности В.А. Малышеву о замысле создания нового танка. Начальство инициативу одобрило и даже спустило на завод график работ, как всегда, слишком оптимистичный: к 1 декабря 1944 года — изготовить опытный образец, к 15 января 1945-го — закончить испытания, к 20 мая — выпустить и доставить всем заводам-изготовителям нового танка рабочие чертежи. Реально же проектирование завершилось в декабре 1944-го, а опытный образец был изготовлен в январе — феврале 1945 года.

Средний танк Т-54-1.

После показа членам правительства танк в марте — апреле того же года прошел испытания на НИБТПолигоне в Кубинке, по результатам которых комиссия сочла целесообразным рекомендовать его для принятия на вооружение Красной Армии с обязательным устранением выявленных недостатков. Боевая машина получила индекс Т-54.

От серийной «сорокчетверки» танк Т-54 отличался башней, вооружением, двигателем и некоторыми деталями корпуса и ходовой части.

Литая башня с диаметром погона в свету 1800 мм имела толщину брони в лобовой части 180 мм (у Т-44 — 120 мм) и бортов — от 150 до 90 мм (у Т-44 — 90 мм), с переменным углом наклона от вертикали до 20°. Вварная крыша башни изготавливалась из двух катаных броневых листов толщи-ной 30 мм (у Т-44 — 15 мм), сваренных между собой.

Конструкция корпуса в целом была аналогична корпусу Т-44. Однако толщина верхнего и нижнего лобовых листов, установленных соответственно под углами 60° и 45° от вертикали, составляла 120 мм против 90 мм у Т-44. В отличие от последнего в лобовом листе корпуса Т-54 отсутствовала смотровая щель.

Вооружение танка состояло из 100-мм танковой пушки Д-10ТК и двух 7,62-мм пулеметов ГВТ ленточного заряжания: один был спарен с пушкой; второй, курсовой, устанавливался в отделении управления справа от механика-водителя.

В моторно-трансмиссионном отделении танка перпендикулярно продольной оси корпуса устанавливался V-образный 12-цилиндровый четырехтактный бескомпрессорный дизель В-54 мощностью 520 л.с. В топливную систему входило четыре топливных бака общей емкостью 530 л. Кроме внутренних (основных) топливных баков, снаружи танка на надгусеничных полках, устанавливались три дополнительных бака (два на правой полке и один на левой) емкостью по 55 л каждый. На Т-54 в отличие от Т-44 дополнительные баки были включены в топливную систему. Расход горючего из основных емкостей производился после его выработки из дополнительных.

Запас хода по шоссе с использованием дополнительных топливных баков достигал 300–360 км (у Т-44 — 235 км).

Ходовая часть была практически полностью заимствована у Т-44, за исключением опорных катков, ширина резинового массива которых увеличилась со 150 до 185 мм.

Масса танка возросла до 35,5 т, а максимальная скорость снизилась до 43,5 км/ч.

Башня танка Т-54-1. Характерная деталь всех «пятьдесятчетверок» — броневой «грибок» вентилятора в центре крыши.

Средний танк Т-54-2.

В июле 1945-го в КБ завода № 183 с учетом результатов испытаний первого опытного образца танка Т-54 был разработан его второй опытный образец, получивший заводское обозначение «объект 137» и отличавшийся новой конструкцией башни, вооружением и ходовой частью.

Литую башню выполнили по типу башни тяжелого танка ИС-3. Толщина ее сферической лобовой части достигала 200 мм, бортов — от 160 до 125 мм с переменным углом наклона до 45°. Толщина крыши башни — 30 мм.

В башне монтировалась 100-мм танковая пушка ЛБ-1, с которой был спарен 7,62-мм пулемет СГ. Два других пулемета СГ — курсовые — устанавливались в бронированных ящиках на левой и правой надгусеничных полках; стрельбу из курсовых пулеметов вел механик-водитель. Внутри ящика у пулемета имелись две специальные коробки с лентами по 250 патронов каждая. От стреляных гильз их освобождали по израсходовании обеих лент. Укладка лент в ящики и заряжание пулеметов производились снаружи машины. Установка пулеметов на боевой взвод осуществлялась механиком-водителем с помощью специального привода, находившегося на левом борту корпуса отделения управления, а наведение на цель — за счет поворота танка.

На крыше башни между люками командира и заряжающего устанавливался 12,7-мм зенитный пулемет ДШК. В боекомплект танка входили 34 унитарных выстрела к пушке, 3500 патронов к пулеметам СГ, 150 патронов к пулемету ДШК и 12 ручных гранат Ф-1.

Силовая установка танка по сравнению с первым опытным образцом осталась без изменений. Емкость внутренних топливных баков удалось увеличить с 530 до 545 л, дополнительных наружных — со 165 до 180 л. Запас хода машины по шоссе, несмотря на увеличение ее боевой массы до 39,15 т, остался без изменений: 300–360 км. В трансмиссии была использована трехходовая, пятиступенчатая коробка передач с установкой на 2, 3, 4 и 5-й передачах инерционных синхронизаторов и двухступенчатые планетарные механизмы поворота вместо бортовых фрикционов. В ходовой части был применен гусеничный движитель цевочного зацепления.

Вид сзади на танк Т-54-2. На надгусеничных полках отсутствуют ящики с пулеметами. Цилиндрические баки заменены на прямоугольные.

Колонна танков Т-54-3 на марше. 1965 год.

В июле — ноябре 1945 года второй прототип Т-54 проходил испытания на НИБТПолигоне, по результатам которых танк опять-таки был рекомендован к серийному производству, но лишь после устранения ряда недостатков и, как следствие, доработки документации, потребовавшейся после этого. По результатам очередных предварительных испытаний постановлением Совета министров СССР № 960-402сс от 29 апреля 1946 года Т-54 был принят на вооружение Советской армии. Началась подготовка к его серийному производству сразу на трех заводах Министерства транспортного машиностроения. В течение 1946 года планировалось изготовить 165 серийных машин, реально же построили только три опытных образца. Государственных испытаний они не выдержали. Межведомственная правительственная комиссия потребовала снизить массу машины, усовершенствовать установку вооружения, ходовую часть и приводы управления. В течение года в конструкцию пришлось внести 649 изменений. План на 1947 год был утвержден в количестве 250 единиц, но были изготовлены только 22. Два головных серийных танка подверглись в апреле — мае того же года ходовым испытаниям и испытаниям обстрелом. По результатам испытаний было издано 1490 приказов на изменение деталей и узлов, в связи с чем первая серия из 20 танков Т-54 оказалась выпущена лишь в конце года. Эти машины получили обозначение Т-54-1 (видимо, Т-54 1-й серии) или Т-54 обр. 1946 года.

Танк Т-54-1 имел классическую компоновку с задним расположением моторно-трансмиссионного отделения. Корпус был сварен из броневых катаных листов и имел острую носовую часть и вертикальные борта. Днище для увеличения прочности выполнялось корытообразной формы (редан). Монолитный верхний лобовой лист корпуса имел толщину 120 мм и располагался под углом 60° к вертикали. Толщина брони бортов корпуса составляла 80 мм, крыши и днища корпуса — 30 и 20 мм соответственно. Кормовая часть корпуса была аналогична таковой у Т-44.

Башня — литая, крупногабаритная, с вварной крышей и обратным скосом («заманом») снизу по всему периметру. Толщина ее лобовой части — 200 мм. Поворотный механизм башни с электроприводом управлялся с помощью контроллера наводчиком, а с по-мощью системы командирского управления — командиром.

В башне устанавливалась 100-мм пушка Д-10Т, спаренная с 7,62-мм пулеметом СГ-43. Углы ее вертикального наведения — от —5° до +18°. Прицел спаренной установки — ТШ-20, телескопический, шарнирный. Два пулемета СГ-43 размещались в броневых ящиках на надгусеничных полках, неприцельный огонь из них вел механик-водитель. Над люком заряжающего, на турели, аналогичной применявшейся на танках ИС-2 и ИС-3, устанавливался 12,7-мм зенитный пулемет ДШК с коллиматорным прицелом К10-Т. Углы вертикального наведения пулемета от —4,5° до +82°. Боекомплект танка включал 34 унитарных 100-мм выстрела (20 — в отделении управления справа от механика-водителя, 14 — в боевом отделении), 200 патронов калибра 12,7 мм и 4500 патронов калибра 7,62 мм.

Приборы наблюдения: командира, наводчика и заряжающего — перископические типа МК-4. Механик-водитель для наблюдения за полем боя располагал двумя приборами МК-4, установленными под углом 165° друг к другу.

Средний танк Т-54А.

Т-54А во время учений.

Танк Т-54А (продольный разрез, схема): 1 — кнопки стартера; 2 — щиток контрольно-измерительных приборов; 3 — курсовой пулемет; 4 — распределительный щиток отделения управления; 5 — реле-регулятор; 6 — прицел; 7 — пульт управления; 8 — сиденье наводчика; 9 — сиденье заряжающего; 10 — баллоны ППО; 11 — средние топливные баки; 12 — двигатель; 13 — входные регулируемые жалюзи; 14 — водяной радиатор; 15 — коробка передач; 16 — выходные регулируемые жалюзи; 17 — большая дымовая шашка; 18 — вентилятор; 19 — ведро; 20 — сиденье механика-водителя; 21 — рычаг управления, правый; 22 — рычаг переключения передач.

Танк Т-54Б, полученный в результате модернизации Т-54-3.

Танк оснащался двигателем В-54 мощностью 520 л.с. Системы силовой установки были принципиально такими же, как и на танке Т-44, и отличались лишь наличием регулируемых выходных жалюзи с приводом управления и измененной конструкцией фрикциона вентилятора.

Топливные баки емкостью 520 л располагались в боевом отделении и отделении управления. На надгусеничных полках устанавливались дополнительные баки цилиндрической формы, не подсоединенные к системе питания двигателя. Запас хода танка по топливу — 330 км.

Схема трансмиссии аналогична примененной на танке Т-44. Коробка передач — пятиступенчатая, с двумя инерционными синхронизаторами. В качестве механизма поворота служили двухступенчатые планетарные механизмы, обеспечивавшие получение двух расчетных радиусов поворота. Бортовые передачи — однорядные. Ведущие колеса — литые, со съемными зубчатыми венцами. Зацепление — цевочное.

В ходовой части с каждого борта имелось пять сдвоенных обрезиненных опорных катков. Механизм натяжения — червячного типа. Гусеница мелкозвенчатая, стальная, с открытым шарниром. Ширина гусеницы — 500 мм. Подвеска опорных катков индивидуальная торсионная, в узлах подвески первого и пятого катков каждого борта установлены лопастные гидравлические амортизаторы.

Средства связи состояли из радиостанции 10-РТ-26 и переговорного устройства ТПУ-47 на четыре абонента. На танке имелась противопожарная углекислотная установка автоматического типа. Для постановки дымовой завесы на корме танка крепились две дымовые шашки МДШ, оборудованные системой дистанционного запала и сброса.

Танк Т-54Б Советской армии во время тактических учений Закавказского военного округа. 1980-е годы.

Танк Т-54Б (модернизированный Т-54А) в атаке. 1974 год.

Из-за стремления получить в танке Т-54 минимальный забронированный объем в сочетании с пушкой большого калибра пришлось существенно сократить боекомплект (до 34 выстрелов по сравнению с 58 у Т-44). Несмотря на увеличение диаметра башенного погона в свету до 1825 мм, из-за больших размеров казенной части орудия боевое отделение получилось тесным. Отсутствие подвесного полика сильно затрудняло работу заряжающего при повороте башни, снижая скорострельность, а иногда и калеча его. При интенсивной стрельбе была велика загазованность боевого отделения, несмотря на наличие двух вентиляторов — нагнетающего (на крыше башни) и вытяжного (на перегородке силового отделения).

В 1948 году завод № 183 впервые выполнил план производства танков Т-54, изготовив 285 машин. В том же году к выпуску «пятьдесятчетверок» приступил и завод № 75 в Харькове. Однако в январе следующего года из-за многочисленных жалоб на низкую надежность Т-54, разосланных во все инстанции из Белорусского военного округа, правительственным постановлением сборка танков была приостановлена на обоих заводах. Работавшие на заводах люди получали среднюю зарплату и использовались где придется. Всего в 1949 году выпустили 54 танка Т-54, в том числе 13 опытных образцов, 25 учебных и только 16 серийных. Объем конструкторских доработок характеризуют такие цифры: башенная группа подготовила свыше 400 новых рабочих чертежей, корпусная — более 350, моторная — 300, группа оборудования — свыше 250. Испытания продолжались до ноября, после чего вышло постановление правительства о принятии на вооружение новой модификации — Т-54 обр. 1949 года, или Т-54-2.

На танке Т-54-2 была установлена новая башня с узкой 400-мм амбразурой для пушки, без обратного скоса спереди и с боков, с командирской башенкой, в которой монтировались прибор ТПК-1 и пять призменных смотровых приборов. Турель зенитного пулемета заменили новой, улучшенной конструкции. С учетом статистики, согласно которой 90 % попаданий в танк приходилось на высоте более 1 м от земли, а также с целью сохранения заданной предельной массы для среднего танка, толщину верхнего лобового листа корпуса уменьшили до 100 мм.

Вместо двух пулеметов СГ-43, расположенных по бортам на над-гусеничных полках, установили один курсовой пулемет в отделении управления справа от механика-водителя. Боекомплект 7,62-мм патронов уменьшили до 3500 штук. Для выдерживания заданного направления движения танка в течение короткого времени в условиях ограниченной видимости и отсутствия ориентиров механика-водителя снабдили курсоуказателем — гирополукомпасом ГПК48.

Силовая установка отличалась от предыдущей наличием одного мультициклонного воздухоочистителя с масляной ванной, кассетами и эжекционным отсосом пыли из пылесборника. Вместо трех наружных цилиндрических топливных баков установили два плоских прямоугольных, которые разместили справа в кормовой части на надгусеничной полке. Эти баки включили в систему питания двигателя.

Трансмиссия претерпела незначительные изменения. Была введена блокировка горного тормоза с педалью главного фрикциона и внесены изменения в конструкцию механизма выключения главного фрикциона. Гусеницу расширили до 580 мм, что позволило уменьшить удельное давление с 0,93 до 0,81 кг/см^2. Система электрооборудования и средства связи остались без изменений.

В системе ППО вместо автоматического включения ввели полуавтоматическое кнопочное. В эту систему входили три пятилитровых углекислотных баллона, восемь термоизвещателей, четыре распылителя и кнопка включения.

В 1950 году серийное производство Т-54 возобновилось. За этот год только завод № 183 сумел изготовить 423 машины вместо 400 по плану. Выпуск 1951 года составил уже более 800 танков.

Танки Т-54А Чехословацкой народной армии в парадном строю. 1962 год.

Танк Т-54А польского производства. Характерными внешними отличиями этих машин были L-образные топливные баки на надгусеничных полках и ящик ЗИП на борту башни.

В 1951 году была проведена вторая модернизация танка Т-54. Машина получила литую башню полусферической формы без обратных скосов и кормовой ниши, с улучшенным уплотнением погона. Телескопический прицел ТШ-20 заменили новым — ТШ-2-22, с переменным 3,5 и 7-кратным увеличением. Была улучшена защита от попадания пыли цапф артсистемы, погонов башни, турелей, командирской башенки, маски пушки, прицела и пулеметов, выключателей и тумблеров. На нижнем лобовом листе корпуса появились узлы крепления каткового минного трала. Заменили оборудование для постановки дымовых завес — вместо двух шашек МДШ установили две более мощные БДШ-5.

Серийное производство Т-54-3 (или Т-54 обр. 1951 года) началось в 1952-м и продолжалось до конца 1954 года. На его базе выпускался командирский танк Т-54К, оснащенный дополнительной радиостанцией, навигационной аппаратурой и зарядным устройством, из-за чего пришлось несколько уменьшить боекомплект пушки.

Запуском в серийное производство Т-54-3 завершился процесс создания и отработки конструкции «пятьдесятчетверки», продолжавшийся шесть лет. Машина наконец-то приобрела свой законченный, классический вид.

В этот период произошли и серьезные кадровые изменения в руководстве отдела № 520 — КБ завода № 183. В октябре 1951 года А.А. Морозов был назначен главным конструктором КБ-60М завода № 75 в Харькове (ныне ХКБМ им. А.А. Морозова). Временно исполняющим его обязанности назначили А. В. Колесникова, одновременно возглавлявшего сопровождение серийного производства и модернизацию танка Т-54. Такая ситуация продолжалась до начала марта 1953 года, когда главным конструктором завода № 183 в Нижнем Тагиле стал Л.Н. Карцев. Первой крупной модернизацией танка Т-54, проведенной под его руководством, явилась установка стабилизатора вооружения.

Стабилизатор наведения пушки Д-10Т в вертикальной плоскости СТП-1 «Горизонт» был создан в 1951 году в ЦНИИ-173 под руководством И.В. Погожева. Пушка с этим стабилизатором получила индекс Д-10ТГ. В стабилизаторе СТП-1 был заложен принцип, обеспечивавший постоянное слежение за целью орудия и жестко связанного с ним прицела. Эта схема имела и недостаток — во время заряжания пушка блокировалась на заданных углах возвышения, и наводчик лишался возможности наблюдения за целью.

Средний танк Т-54-3 финской армии.

Танк Т-54А Венгерской народной армии.

Танк с пушкой Д-10ТГ получил обозначение Т-54А (объект 137Г). Кроме стабилизатора, пушка Д-10ТГ получила эжекционное устройство для продувки канала ствола после выстрела и подъемный механизм со сдающим звеном, предохраняющим механизм от поломок при задевании посторонних предметов. В затвор пушки были введены предохранительное устройство от самопроизвольного спуска при ударах на ходу машины и механизм повторного взвода. Внесли также изменения в компенсирующий механизм с целью обеспечения уравновешивания пушки на углах возвышения и склонения. Установили автоматизированный электропривод поворота башни с дублированным управлением, новый стопор башни и усовершенствованный прицел ТШ-2А-22 со смещенной влево окулярной частью и со шкалой дальности до цели. Для механика-водителя был введен активный прибор ночного видения ТВН-1.

Двигатель танка также подвергся некоторым изменениям: в систему питания ввели третий наружный бак емкостью 95 л; поставили двухступенчатый воздухоочиститель с тремя кассетами и эжекционным отсосом пыли; вместо нерегулируемых входных жалюзи над радиаторами смонтировали регулируемые, управляемые рукояткой, расположенной в боевом отделении. Остальные системы остались прежними.

Основные агрегаты трансмиссии переделке не подвергались. Были внесены изменения только в конструкцию фрикциона вентилятора.

В связи с установкой агрегатов стабилизатора изменились монтажная и принципиальная схемы электрооборудования. Танк оснастили радиостанцией Р-113 и ТПУ Р-120.

Т-54А был принят на вооружение в 1954 году. В IV квартале предусматривалось изготовить установочную партию из 50 машин. Однако из-за несоответствия стабилизаторов техническим требованиям удалось изготовить только 25 единиц.

Отлаженное серийное производство началось только через полгода и осуществлялось с 1955 по 1956 год. В ограниченных количествах на базе Т-54А изготавливался командирский танк Т-54АК.

Установка системы вертикальной стабилизации вооружения позволила в 10 раз повысить вероятность поражения цели — с 3 до 30 %.

Установка вооружения в башне: 1 — ствол пушки; 2 — броневая защита пушки; 3 — кронштейн прицела; 4 — дождевой щиток; 5 — противооткатные устройства; 6 — прицел ТШ2А-22; 7 — подвеска прицела; 8 — стопор пушки по-походному; 9 — механизм повторного взвода; 10— боковой уровень; 11 — съемное ограждение; 12 — откидное ограждение; 13 — неподвижное ограждение; 14 — рычаг ручного спуска; 15 — боеукладка в башне; 16 — подъемный механизм пушки; 17 — преобразователь УФ1Т; 18 — гироблок; 19 гидроусилитель; 20 — пульт управления; 21 — подножка наводчика; 22 — сиденье наводчика; 23 — подножка командира танка; 24 — ограничительная планка; 25 — сиденье заряжающего; 26 — пополнительный бак; 27 — чехол на амбразуру пушки; 28 — башня; 29 — силовой цилиндр; 30 — кронштейн спаренного пулемета; 31 — магазин-коробка спаренного пулемета; 32 — спаренный пулемет; 33 — прибор автоблокировки; 34 — рукоятка затвора; 35 — стопор откидного ограждения; 36 — сиденье командира танка; 37 — закрывающий механизм полуавтоматики; 38 — компенсирующий механизм; 39 — кронштейн подъемного механизма пушки; 40 — цапфа пушки; 41 — электромашинный усилитель; 42 — исполнительный двигатель; 43 — механизм поворота башни; 44 — стопор башни.

Танк Т-54-3 афганской королевской армии. Конец 1970-х годов.

Танк Т-54А Национальной народной армии ГДР.

По советской лицензии производство Т-54А осуществлялось в Польше, Чехословакии и Китае. В Польше они выпускались заводом Bumbar-Labedy в Гливице с 1956 до конца 1963 года. В процессе производства польские конструкторы из Военного автобронетанкового института внесли в конструкцию Т-54А ряд усовершенствований. Машину снабдили вращающимся полом боевого отделения, для облегчения работы механика-водителя ввели гидравлический усилитель механизма поворота и главного фрикциона, улучшили системы смазки и воздушного запуска двигателя. Несколько изменили крышу МТО — сетки входных жалюзи приобрели овальную форму. Существенно увеличилось количество наружных топливных баков на надгусеничных полках (с 3 до 6), как следствие, запас хода возрос до 830 км. В связи с этим изменились расположение и количество ящиков ЗИП. Характерным признаком польских «пятьдесятчетверок» стал большой ящик ЗИП, укрепленный на башне слева (позднее за ним разместили еще один). На машинах установили штампованные опорные катки, ОПВТ, а на корме, между дымовыми шашками БДШ-5 — кронштейн для крепления 200-литровой бочки с топливом. Модернизированные таким образом машины получили обозначение Т-54АМ. В Польше выпускался и командирский танк — T54AD (D — dowodczy — командирский) с дополнительной радиостанцией. За время производства в ПНР изготовили около 3 тысяч танков Т-54А и Т-54АМ.

Чехословакия получила лицензию на производство танков Т-54А в 1958 году. Их выпуском занимался завод ZTS (Zavod Trucanske Strojarne) в городе Мартин в Словакии. До 1964 года из его цехов вышло около 2,5 тысячи боевых машин. Модернизация чехословацких Т-54А проводилась по программам, аналогичным советским.

В Китае танк Т-54А производился с 1961 года (по другим данным — с 1957 года) на государственном заводе в городе Баотоу по советской технической документации под обозначением «Туре 59». Серийный выпуск осуществлялся с 1961 по 1987 год. За это время было изготовлено около 6000 единиц. В Пакистане при содействии Китая был построен завод по производству танков Туре 59.

За время серийного производства танк постоянно модернизировался. Одновременно подвергались модернизации боевые машины, находившиеся в эксплуатации в НОАК. Первой модификацией стала Туре 59-1, оснащенная двухплоскостным стабилизатором пушки и активными приборами ночного видения. В боекомплект пушки был введен оперенный бронебойно-подкалиберный снаряд АР 100-2. В начале 1980-х годов стали устанавливать лазерные дальномеры китайской фирмы CEIEC. К концу 1980-х годов до уровня Туре 59-I были доведены все танки Туре 59, выпущенные в Китае. На танках Туре 59-II устанавливались английские 105-мм нарезные пушки L7A3 с теплоизоляционным чехлом. Боекомплект включал стандартные боеприпасы НАТО и китайский оперенный бронебойно-подкалиберный снаряд с сердечником из уранового сплава.

Башня танка Т-54А:

1 — крюк; 2 — щель для прицела; 3 — рамка пушки; 4 —защитная планка; 5 — щель для пулемета; 6 — обечайка для чехла; 7 — корпус вентилятора; 8 — крышка люка заряжающего; 9 — правая половина крыши; 10 — командирская башенка; 11 — бронировка антенного ввода; 12 — отверстие для установки прибора ТПК-1; 13 — поручень; 14 — левая половина крыши; 15 — отверстие для установки прибора наблюдения заряжающего.

Танки Туре 59 китайского производства на параде в Пакистане. 1984 год.

Для поставок на экспорт в 1986 году был разработан вариант Type 59R. Эта машина оснащалась дизельным двигателем VR-36 мощностью 730 л.с., боеприпасами нового типа, усовершенствованной системой управления огнем (СУО) и системой противоатомной защиты (ПАЗ). Ходовую часть усовершенствовали, на бортах установили стальные противокумулятивные экраны. В середине 1970-х годов фирмой NORINCO (China North Industries Corporation) был создан танк Туре 69. По сути, он представлял собой модернизированный вариант танка Туре 59. Впервые новую машину показали на военном параде в Шанхае в сентябре 1982 года.

Базовой модификацией должен был стать Туре 69-I, по компоновке, конструкции и внешнему виду практически идентичный танку Туре 59, за исключением бортов и ходовой части, прикрытых стальными противокумулятивными экранами. На Туре 69-I устанавливалась 100-мм гладкоствольная пушка китайской разработки. Было изготовлено только 150 боевых машин этой модификации, так как вскоре выяснилось, что точность стрельбы из 100-мм нарезных пушек выше, как, впрочем, и бронепробиваемость. Поэтому от производства гладкоствольных орудий китайцы отказались и приступили к выпуску варианта Туре 69-II со 100-мм нарезной пушкой. На части машин турель зенитного пулемета защищалась бронещитом. Танки Туре 69-II производились по китайской лицензии и в Пакистане.

Танк Туре 69-III, известный также как Туре 79, впервые был показан на параде в Пекине в октябре 1984 года. Этот танк вооружался 105-мм пушкой L7A3, на бортах башни устанавливались восемь дымовых гранатометов и ящики ЗИП, курсовой пулемет отсутствовал. Машина оснащалась двигателем 12150L-7BW мощностью 730 л.с. и гусеницей с РМШ. Боевая масса танка возросла до 37,5 т.

В 1982–1985 годах в результате глубокой модернизации танка Туре 69 фирмой NORINCO был разработан танк Туре 80-I. На стадии проектирования он имел обозначение Туре 69-III «Штурм». Машина получила сварной корпус новой конструкции с многослойным бронированием лобовой части и ходовую часть с шестью опорными катками. Башня полностью заимствовалась у танка Туре 69-II, но комплекс вооружения включал 105-мм нарезную пушку и СУО JSFCS-212. Лазерный дальномер размещался внутри башни. Модификация Туре 80-II получила полуавтоматическую трансмиссию, усовершенствованную СУО, систему защиты от оружия массового поражения коллективного, а не индивидуального типа. Боевая масса возросла до 38,5 т. Танк Туре 80-IIМ оснащался 125-мм гладкоствольной пушкой, аналогичной по конструкции советской 2А26 с боекомплектом в 42 выстрела. Танк Туре 80-II со сварной башней и более современными средствами связи получил обозначение Туре 85-II. Его боекомплект увеличился до 46 выстрелов, а боевая масса достигла 39 т. Командирский вариант Туре 85-IIА имел уменьшенный до 44 выстрелов боекомплект, дополнительные средства связи, зарядный агрегат и навигационную аппаратуру.

Средний танк Type 59-IID — наиболее глубокая модернизация танка Туре 59.

Средний танк Туре 69II.

Облегченную модификацию Туре 59 фактически представляет собой танк Туре 62. Его разработка началась в Китае в 1958 году на заводе № 674. За время серийного производства изготовлено 1200 таких боевых машин. Корпус танка был сварен из катаной брони, башня — литая из неброневой стали с вварной броневой крышей. Вооружение — 85-мм пушка китайского производства, представлявшая собой копию советской пушки ЗИС-С-53, дооборудованной эжектором для удаления пороховых газов. Стабилизация орудия, а также какие-либо приборы управления стрельбой отсутствовали. Ночной прибор наблюдения установлен только у механика-водителя. Масса танка составила 20,5 т.

Формально легкий танк Туре 62 предназначался для действий на территории Южного Китая, где рельеф местности и дорожная сеть не благоприятствуют применению средних танков. Однако реальная причина его появления в другом: китайская военная промышленность не могла быстро справиться с насыщением танковых войск средними танками Туре 59 (особенно после прекращения технической поддержки со стороны Советского Союза), поэтому всемерно упрощенная и удешевленная модификация должна была частично компенсировать нехватку средних танков в войсках. По мере поступления новых средних танков переход на них с Туре 62 не вызывал у танкистов проблем благодаря их схожести.

К 1956 году в Нижнем Тагиле была разработана следующая модификация «пятьдесятчетверки» — Т-54Б («объект 137Г2»), три опытных образца которой завод № 183 сдал в июне 1955 года. Заводские испытания прошли осенью, а полигонные — зимой 1955/56 года. Официально танк приняли на вооружение постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР от 15 августа 1956 года, соответствующий приказ министра обороны СССР последовал 11 сентября 1956 года.

На Т-54Б устанавливалась пушка Д-10Т2С с электрогидравлическим двухплоскостным стабилизатором СТП-2 «Циклон», последний позволил довести вероятность попадания в цель при стрельбе с ходу до 60 %. Управление пушкой и башней при включенном стабилизаторе осуществлялось с помощью пульта. В связи с этим была изменена конструкция механизма поворота башни.

Для улучшения условий работы членов экипажа (прежде всего заряжающего) пол в боевом отделении оборудовали вращающейся платформой, установленной на шаровой опоре и имевшей сдающее звено. Это потребовало частично изменить расположение боекомплекта, число снарядов в котором, правда, не изменилось.

Были введены активные приборы ночного видения: инфракрасный ночной прицел наводчика ТПН-1-22-11, ночной прибор командира ТКН-1 и механика-водителя ТВН-2. Для обеспечения их работы танк оснащался ИК-прожекторами: Л-2, крепившимся на орудийной маске, и ОУ-3, смонтированным на командирской башенке. Приборы механика-водителя и командира были сменными (устанавливались вместо дневных), прицел наводчика крепился внутри башни стационарно, левее телескопического прицела ТШ-2Б-22, а его головка размещалась на крыше башни вместо перископа наводчика МК-4. Дневной прибор наблюдения командира ТПК-1 заменили прибором ТПКУБ.

Танк Т-54Б был оснащен ОПВТ. В положении по-походному воздухопитающая труба укладывалась на левой надгусеничной полке.

Основной боевой танк Туре 79.

Последний вариант китайской линии танка Т-54 — Туре 88 на параде в Пекине в 1989 году.

На базе линейного танка выпускалась и командирская модификация — Т-54БК, по составу дополнительного оборудования аналогичная Т- 54АК.

Серийное производство танков Т-54 разных модификаций осуществлялось с 1947 по апрель 1959 года на трех заводах Министерства транспортного машиностроения: № 183 в Нижнем Тагиле, № 75 в Харькове и № 174 в Омске. При этом последний главным образом занимался изготовлением различных боевых и специальных машин на базе танка Т-54: САУ, ЗСУ и инженерной техники. На заводе № 75 параллельно с танком шел серийный выпуск тяжелого артиллерийского тягача АТ-Т на его базе. Причем в отдельные периоды объем выпуска тягачей превышал выпуск танков.

Огнеметный танк ОТ-54.

Средний танк Т-54 с установленной трубой-лазом после преодоления водной преграды по дну.

Точное количество выпущенных машин указать затруднительно. Однако его можно определить хотя бы приблизительно по косвенным данным, например, по количеству изготовленных 100-мм пушек. Полных данных, правда, и тут нет, но есть цифры объемов производства с 1947 по 1957 год. За 10 лет было изготовлено 16 197 100-мм пушек: 10 196 — Д-10Т, 4796 — Д-10ТГ и 1205 — Д-10Т2С, что примерно соответствует числу выпущенных за эти годы танков. Примерно потому, что танков было произведено меньше, чем орудий к ним. Какое-то число последних было установлено на различные опытные образцы, а также использовано для замены вышедшего из строя вооружения. С учетом боевых машин, выпущенных в 1958 году и в начале 1959 года, можно говорить примерно о 17–17,5 тысячи произведенных танков Т-54.

В 1952–1953 годах в СССР в ходе испытаний ядерного оружия неоднократно проверялось воздействие поражающих факторов атомного взрыва на различные виды боевой техники, в том числе и на танки. Выяснилось, что танк полностью защищает экипаж от светового излучения и значительно ослабляет действие ударной волны и проникающей радиации.

Однако же не все было так просто. Так, например, даже на очень большом расстоянии от эпицентра взрыва башню танка Т-54, застопоренную по-походному, разворачивало на 90°. При этом стопор башни выламывал зубья на погоне и танк становился полностью небоеспособным. В целом же испытания показали, что в радиусе 300 м от эпицентра ядерного взрыва мощностью 2—15 килотонн танки Т-54 выводились из строя, на больших расстояниях оставались исправными. Однако подопытные животные, находившиеся на местах членов экипажа, погибали от действия ударной волны на удалении до 700 м от эпицентра взрыва. На повестку дня встал вопрос о создании автоматической системы противоатомной защиты.

Т-54АМ.

Танки Т-54Б на учениях. Прикарпатский военный округ, сентябрь 1975 года.

Во втором полугодии 1956 года проектирование системы ПАЗ было закончено и харьковское КБ-60 переслало в Нижний Тагил всю техническую документацию. Разработанная система ПАЗ в случае ядерного взрыва мгновенно регистрировала поток гамма-излучения и выдавала сигнал на исполнительные органы, обеспечивавшие герметизацию корпуса и башни, обесточивание основных цепей питания и остановку двигателя. После прохождения фронта ударной волны включался сепаратор-нагнетатель, подававший в обитаемые помещения танка очищенный воздух и создававший внутри танка избыточное давление, препятствовавшее проникновению радиоактивной пыли.

Для установки этой системы на танке Т-54Б было необходимо внести серьезные изменения в его конструкцию. Кроме того, в заделе танкового КБ на заводе № 183 имелись конструкторские проработки, существенно повышавшие боевые и технические характеристики танка. Было решено ввести все новшества одновременно и оформить эту работу не как модернизацию, а как создание нового танка. Новой разработке присвоили название «объект 155».

Под обозначением Т-55 этот танк был принят на вооружение постановлением Совмина СССР № 493–230 от 8 мая и приказом министра обороны № 0034 от 24 мая 1958 года. По сравнению с танком Т-54Б компоновка, конструкция и внешний вид танка Т-55 почти не изменились. Боекомплект пушки был увеличен до 43 выстрелов, а пулеметов СГМТ — до 3500 патронов. Установлен двигатель В-55 мощностью 580 л.с. Введены планетарные бортовые передачи. Максимальная скорость достигла 50 км/ч. Увеличены емкость топливной системы (до 960 л) и запас хода (до 500 км). В системе питания применены баки-стел-лажи. Установлены система ПАЗ, унифицированная автоматическая система противопожарного оборудования (ППО) и термодымовая аппаратура (ТДА) многократного действия — вместо дымовых шашек. Применены усовершенствованные приборы ночного видения, гирополукомпас ГПК-48 и оборудование подводного вождения (ОПВТ). Установлен воздушный компрессор, позволивший обеспечить основной запуск двигателя воздухом. Гарантийный срок службы танка доведен до 2000 км, вместо 1000 км у танка Т-54Б.

Кроме приобретений конструкция танка понесла и потери, в частности, был изъят зенитный 12,7-мм пулемет ДШКМ. Он оказался малоэффективным против низколетящих реактивных самолетов, а боевых вертолетов в конце 1950-х годов еще не было.

Средний танк Т-55 первой серии на параде в Москве. 7 ноября 1962 года.

Средний танк Т-55А.

Серийное производство танка Т-55 продолжалось с 1958 по 1962 год. В ходе производства танк неоднократно модернизировался. С 1960 года стали устанавливаться гирополукомпас ГПК-59 и прицел ТШ-2Б-32П, с 1970 года при ремонте — зенитный пулемет ДШКМ, с 1974 года — лазерный дальномер КДТ-1.

Наиболее массовой модификацией стал средний танк Т-55А, производившийся с 1963 по 1979 год. На заводе № 75 в Харькове его производство закончилось в 1967 году, с началом выпуска танка Т-64. Этот танк был оснащен противорадиационной защитой внутри корпуса и башни (подбой) и частично снаружи (надбой). Был ликвидирован курсовой пулемет, а боекомплект сокращен на 750 патронов. Введено новое сиденье механика-водителя. С 1965 года танк стал оснащаться гусеницами с резино-металлическим шарниром (РМШ). С 1970 года на танке устанавливался зенитный пулемет ДШКМ, а с 1975-го — лазерный дальномер КДТ-1.

С 1964 года танки Т-55 и Т-55А по советской лицензии производились в Польше и Чехословакии. В этих странах было изготовлено около 9 тыс. танков, которые в основном поступали на вооружение армий стран — участниц Варшавского договора.

Помимо текущей модернизации танков Т-54 и Т-55, проводившейся в процессе их серийного производства, следует упомянуть программы модернизации осуществлявшиеся в ходе капитального ремонта танков на предприятиях Министерства обороны СССР.

Поскольку массовое производство машин этого типа стартовало фактически только в 1950 году, то, принимая во внимание установленный Министерством обороны 10-летний срок межремонтной эксплуатации танков, к массовому капитальному ремонту парка Т-54 приступили в 1960 году. В ходе ремонта проводилась модернизация танков ранних выпусков с целью доведения их до уровня Т-54Б.

В свою очередь, до уровня пушки Д-10Т2С доводились орудия Д-10Т и Д-10ТГ. На них устанавливались элементы двухплоскостного стабилизатора СТП-2, а на Д-10Т, кроме того, еще и противовес на дульном срезе ствола. Вместо прибора МК-4 наводчика монтировался ночной прицел ТПН-1. ИК-осветитель Л-2 крепился не к стволу орудия, а к кронштейну, установленному в цапфах на опорах, приваренных к башне справа от пушки. Передача углов наведения от пушки к кронштейну осветителя осуществлялась с помощью параллелограммной тяги. Командирский прибор наблюдения ТПКУБ заменялся на ТПКУ-2Б, а ТКН-1 — на ТКН-1 С. Танки получали вращающийся пол боевого отделения и ограждение пушки.

Вид на башню танка Т-55. Хорошо видны ИК-прожектор Л-2 и система тяг, связывающая его со стволом пушки.

Средние танки Т-55 и Т-55А. Некоторые машины оборудованы лазерными дальномерами КДТ-1.

С 1 января 1965 года начал устанавливаться прицел ТШ-2Б-32, а затем ТШ-2Б-32П. Пулеметы СГМТ заменялись пулеметами ПКТ. С 1966 года танки стали оснащаться радиостанциями Р-123 (Р-123М) и ТПУ Р-124, гирополукомпасами ГПК-59. По-новому стал размещаться наружный ЗИП. На машинах, проходивших капремонт после 1972 года, в башне приваривали бонки для крепления элементов фильтровентиляционных установок ФВУ-15, а в отделении управления — ФВУ-3,5.

В процессе эксплуатации танков Т-54Б пришлось вносить некоторые изменения и в их базовую конструкцию. Так, например, вместо дневного прибора наблюдения наводчика был установлен ночной прицел. Неожиданно выяснилось, что отсутствие у наводчика этого прибора приводит к нарушению функций его вестибулярного аппарата: при движении танка наводчика укачивало. Пришлось срочно разрабатывать и монтировать в крыше башни справа от ночного прицела неподвижный призменный прибор наблюдения ТНП-165.

В середине 1970-х годов разрабатывается новая программа модернизации танков Т-54. Ее целью стали доведение характеристик «пятьдесятчетверок» до уровня танков Т-55 последних лет выпуска, а также их унификация. Модернизированный танк Т-54М («объект 137М») был принят на вооружение приказом министра обороны СССР от 18 марта 1977 года. Модернизация осуществлялась силами танкоремонтных заводов Министерства обороны. На Т-54М внедрялись агрегаты, системы и приборы, разработанные для танка Т-55. В частности, устанавливались баки-стеллажи, благодаря чему боекомплект пушки возрос до 43 выстрелов, стабилизатор вооружения СТП-2М, лазерный дальномер КДТ-1, прицел наводчика со стабилизированной линией прицеливания ТШС-32ПВМ. Кроме того, машина получила двигатель В-55 или В-55В мощностью 580 л.с., а также системы ПАЗ, ППО и ТДА. Все танки были приспособлены для навешивания минного трала КМТ-4 или КМТ-6. В ходовой части устанавливались штампованные опорные катки и гусеницы с РМШ. Боевая масса модернизированной машины возросла до 36,5 т.

На базе Т-54М выпускался командирский танк Т-54МК. Он отличался от базового установкой дополнительной коротковолновой радиостанции Р-130М, зарядного агрегата АБ-1-П/30 и навигационного оборудования ТНА-4.

Вид на башню танка Т-55. На переднем плане — головка ночного прицела ТПН-1 -22-11, за ней — антенный ввод. На командирской башенке установлен ИК-осветитель командирского прибора наблюдения ТПКУ-2Б.

Колонна танков Т-55А Закавказского военного округа. 1980-е годы.

Следует отметить, что модернизацию до уровня Т-54М прошли не все «пятьдесятчетверки». Многие так и остались в варианте Т-54Б. Это объясняется тем, что в конце 1970-х — начале 1980-х капитального ремонта и осуществления различных программ модернизации требовали уже несколько десятков тысяч танков Т-55, Т-62, Т-64 и Т-72. С таким объемом работы танкоремонтные заводы СССР справиться были просто не в состоянии.

В начале 1980-х годов в Омском КБТМ была разработана программа модернизации танков Т-55 с целью доведения их характеристик до уровня основных танков Т-64А и Т-72. В результате были созданы и в апреле 1983 года приняты на вооружение танки Т-55М и Т-55АМ.

Танк Т-55М (Т-55АМ) оснащался многослойными экранами из комбинированной брони на корпусе и башне и бортовыми резинотканевыми экранами. Противоминная защита механика-водителя была повышена за счет дополнительного бронирования днища. На танке был установлен комплекс управляемого вооружения 9К116 «Бастион» и система управления оружием (СУО) «Волна», включавшая в себя лазерный дальномер КДТ-2, баллистический вычислитель БВ-55, прицел ТШСМ-32ПВ и двухплоскостной стабилизатор «Циклон» M1. Часть машин оснащалась зенитным пулеметом НСВТ вместо ДШКМ. Был установлен двигатель В-55У мощностью 620 л.с., увеличен динамический ход опорных катков и введена гусеница с РМШ. Ствол пушки оснастили теплозащитным чехлом. Вместо радиостанции Р-123М установлены радиостанция Р-173 и радиоприемник Р-173П. Машины оборудовались системой запуска дымовых гранат 902Б «Туча» и системой защиты от напалма «Сода». Боевая масса танка в результате модернизации возросла до 40,5 т. Вариант Т-55М-1 (Т-55АМ-1) оснащался двигателем В-46-5М мощностью 690 л.с.

В 1983 году на вооружение был принят вариант Т-55Д (Т-55АД), представлявший собой танк Т-55М с комплексом активной защиты ЮЗОМ «Дрозд», а спустя два года — Т-55МВ (Т-55АМВ) с комплексом навесной динамической защиты.

По западным данным, за время серийного производства на советских заводах было изготовлено 20 тысяч танков Т-55 всех модификаций. На базе Т-55 в СССР выпускались командирские танки Т-55К, Т-55АК, Т-55МК и Т-55АМК, мостоукладчик МТУ-55, инженерная машина разграждения ИМР, ремонтно-эвакуационная машина БРЭМ-3, машина разминирования БМР. Некоторое количество танков было приспособлено под установку универсальных плавсредств ПСТ-У и ПСТ-63.

Танки Т-54 и Т-55 как советского, так и иностранного производства активно экспортировались. В наибольших количествах они состояли на вооружении армий стран — участниц Варшавского договора. Так, например, на конец 1991 года в бывшей ГДР насчитывалось 1725 танков Т-55, в Болгарии — 1145, в Чехословакии — 1927, в Венгрии — 1139, в Польше — 2093, в Румынии — 1786 (включая румынские варианты TR-85 и TR-580). Таким образом, только в шести странах Восточной Европы имелось 9815 танков Т-55, причем в основном это были машины польского и чехословацкого производства.

Т-55А (модернизированный).

Кроме этих стран, в разные годы танки Т-54 и Т-55 состояли или состоят на вооружении в Албании (15 Т-54 и 15 Т-59 на 1995 г.), Алжире, Анголе (66 Т-54Б на 1995 г.), Афганистане (Т-54Б и Т-55), Бангладеш, Боснии и Герцеговине, Вьетнаме, Гвинее (8 Т-54 на 1992 г.), Грузии, Египте, Заире (16 Т-59 на 1995 г.), Замбии, Зимбабве, Израиле (трофейные египетские), Индии (производились по лицензии в Мадрасе), Ираке, Иране, Йемене, Камбодже, Китае, Конго, Кубе, Лаосе, Латвии, Ливане (Т-55), Ливии, Мавритании, Македонии, Мьянме (100 T-69-II на 1995 г.), Мозамбике (Т-55), Монголии, Нигерии, Никарагуа, Пакистане (1200 Т-59, 250 Т-69 и 51 Т-55 на 1995 г.), Перу (Т-55), Северной Корее, Сербии, Сирии, Словакии, Словении, Сомали, Судане, Таиланде (24 Т-59 и 110 Т-69 на 1995 г.), Танзании (26 Т-59 на 1995 г.), Того, Уганде, Уругвае, Финляндии (70 Т-55 на 1995 г.), Хорватии, Центрально-Африканской Республике, Чехии, Шри-Ланке, Эфиопии.

Согласно данным, заявленным советской стороной на венских переговорах по ограничению обычных вооружений в Европе, в 1990 году на европейской части территории СССР, а также в войсках, дислоцированных в Восточной Европе, находилось 1379 танков Т-54Б, Т-54М и Т54МК, а также 3140 танков Т-55 различных модификаций. В 1994 году все они были сняты с вооружения Российской армии.

Танки Т-54 и Т-55 активно использовались в локальных войнах и военных конфликтах на всех континентах, за исключением Северной Америки и Австралии.

Свое боевое крещение танки Т-54 получили во время так называемых венгерских событий. Их кульминацией стала операция «Вихрь», начавшаяся 4 ноября 1956 года. Для участия в ней на помощь Особому корпусу Советской армии прибыли соединения 38-й общевойсковой и 8-й механизированной армий из Прикарпатского военного округа, в том числе 31-я танковая, 11-я и 13-я гвардейские и 27-я механизированная дивизии. Из состава находившейся в Румынии Отдельной механизированной армии прибыла 33-я гвардейская механизированная дивизия. Направлявшиеся в Венгрию части получали новые танки Т-54 и Т-54А.

Советское командование тщательно проработало операцию «Вихрь» по захвату Будапешта, используя при этом опыт Великой Отечественной войны. Кстати, большинство командиров полков и все командиры дивизий были ее участниками. Основную задачу выполнял Особый корпус, которому были переданы два танковых, два парашютно-десантных, механизированный и артиллерийский полки, а также два дивизиона тяжелых минометов и реактивных установок.

Штурм начался с артиллерийского обстрела. Затем танковые колонны устремились вперед для захвата мостов и основных опорных пунктов сопротивления. Пехота при поддержке танков занялась «зачисткой» городских кварталов.

В 7.30 части 2-й гвардейской механизированной дивизии захватили мосты через Дунай, Парламент, здания ЦК, министерств внутренних и иностранных дел, горсовета и вокзала Нюгати. В районе Парламента был разоружен батальон охраны и захвачено три танка.

Позже начальник политотдела 2-й гвардейской механизированной дивизии полковник Владимир Солнцев вспоминал о событиях тех дней: «Ночью 4 ноября наша дивизия вновь вошла в венгерскую столицу. Мехполк полковника Литвинова устремился к парламенту. Его охраняли венгерские танки, ощетинившись стволами орудий. Наши Т-54 на полном ходу выезжали на площадь, разворачивались, становясь напротив каждого из них. Когда маневр закончился, последовала команда:

— Глуши моторы, первыми огонь не открывать!

На площади установилась жуткая тишина. Ее разорвал голос венгерского офицера, выбежавшего навстречу и кричавшего по-русски:

— Товарищи, не стреляйте, мы с вами!

В окуляры прицелов было видно, как венгерские танки поворачивают орудия назад. Командиры наших боевых машин облегченно вздохнули: танковая дуэль не состоялась. Без стрельбы и кровопролития наши танкисты заняли здание Министерства обороны ВНР. По команде из штаба Особого корпуса находившихся там офицеров и генералов Венгерской народной армии на грузовиках отправили в пригород Будапешта, где разместилось их армейское управление».

За день боя частями дивизии было разоружено до 600 человек, захвачено около 100 танков (в основном — Т-34-85), два склада с артиллерийским вооружением, 15 зенитных орудий и большое количество стрелкового вооружения.

Модернизированный танк Т-55АМ.

В 1958–1961 годах разразился очередной Берлинский кризис. 13 августа 1961 года началось возведение Берлинской стены, а осенью дело едва не дошло до столкновения советских и американских войск. На 28 октября 1961 года американцы наметили акцию по уничтожению пограничных заграждений у одного из пропускных контрольных пунктов в Берлине.

Советская военная разведка заблаговременно получила информацию о точном времени начала операции и задействованных в ней силах. Благодаря этому была получена возможность подготовить ответные действия и предотвратить возможные кровопролитные столкновения. Информация была точной. Поначалу действия развивались в соответствии с планом, разработанным американцами. К КПП у Бранденбургских ворот двигались три джипа с военными и штатскими лицами, за ними шли мощные бульдозеры и замыкали шествие 10 танков М48А2 с закрытыми люками и расчехленными орудиями. Контрпланом в переулках в этом районе были размещены до батальона пехоты и танки Т-55А 68-го гвардейского танкового полка. После того как джипы беспрепятственно проехали КПП, были заведены моторы наших танков, и они стали выходить из переулков навстречу бульдозерам. Бульдозеры остановились на западной территории, не достигнув разграничительной линии. Советские танки тоже остановились. Джипы, пометавшись в тылу наших танков, развернулись и возвратились в Западный Берлин. Танки, американские и советские, остались на местах. Их разделяло не более 200 м. Противостояние продолжалось 17 часов. Затем по команде из Москвы наши танки развернулись и ушли назад, в переулки. Через 20–30 мин американские танки и бульдозеры также ушли.

Т-55АМВ.

Средний танк Т-55АМВ.

В ночь с 20 на 21 августа 1968 года началась операция «Дунай» — вторжение войск пяти государств Варшавского договора в Чехословакию. «Дунай» стала крупнейшей по масштабам военной операцией в Европе после Второй мировой войны. По данным начальника генштаба Чехословацкой народной армии генерал-полковника К. Русова, обнародованным им в Национальном собрании ЧССР 26 августа 1968 года, через пять дней после ввода войск численность армии вторжения, состоявшей из советских, польских, венгерских, болгарских и восточногерманских частей и соединений, составила 27 дивизий, в том числе 12 танковых, 13 мотострелковых и 2 воздушно-десантные, 6300 танков и 2000 орудий. Кроме того, в операции «Дунай» участвовала одна из советских воздушных армий. Позднее выяснилось, что в действительности численность войск, вошедших в Чехословакию, была еще большей: генерал Русов не учел некоторые части советской 11-й гвардейской армии, переброска которых на территорию ЧССР из Польши в тот момент еще продолжалась.

Главная роль в операции отводилась танковым соединениям — 9-й танковой и 11-й гвардейской танковой дивизиям Группы Советских войск в Германии, 13-й гвардейской танковой дивизии Южной группы войск 15-й гвардейской танковой дивизии Белорусского военного округа, 31-й танковой дивизии Прикарпатского военного округа и танковым полкам мотострелковых дивизий. Со стороны ГДР войска перешли чехословацкую границу на 200-км фронте внезапно, одновременно силами восьми дивизий по 20 маршрутам. Через пять часов после начала операции советские танковые части вошли в Прагу, где все ключевые объекты были уже взяты под контроль десантниками. Чехословацкая армия не оказала сопротивления, поэтому крупных потерь удалось избежать.

Этими эпизодами фактически исчерпывается применение Советской армией средних танков Т-54 и Т-55. Значительно масштабнее они применялись вооруженными силами других государств.

Основным театром боевых действий, на котором танки Т-54 и Т-55 использовались наиболее активно, стал Ближний Восток. По неподтвержденным данным, первые танки Т-54 прибыли в Египет накануне Суэцкого кризиса 1956 года. Однако данных об их участии в боевых действиях нет, как нет их в перечне захваченных Израилем египетских боевых машин.

Средний танк Т-55АД.

Модернизированный танк чехословацкого производства Т-55АМ2, оснащенный СУ О «Кладиво».

Документально подтвержденные поставки «пятьдесятчетверок» на Ближний Восток начались в начале 1960-х годов. В 1962–1963 годах Египет получил 130 танков Т-54А. В 1965–1967 годах египтяне закупили еще одну крупную партию танков — 160 Т-54 и Т-55. До 1967 года Сирия, в свою очередь, получила из СССР около 750 танков Т-34-85 и Т-54А. Последними были полностью оснащены сирийские 14-я и 44-я танковые бригады.

Боевые действия войны, названной затем «шестидневной», начались утром 5 июля. С 8.45 до 11.45 (по каирскому времени) главные силы израильских ВВС нанесли удары по египетским аэродромам на Синайском полуострове, в северных и центральных районах страны, по мостам и переправам через Суэцкий канал. Ударам подверглись 16 аэродромов, где были уничтожены свыше 200 египетских самолетов. В воздух взлетали только дежурные звенья, находившиеся на посадочных площадках Синая, но из-за своей малочисленности они не смогли оказать израильским самолетам сколько-нибудь заметного противодействия.

На Синайском фронте израильские войска наступали тремя дивизиями — 84, 31 и 38-й. Главный удар наносился в центре, чего египтяне не ожидали, сосредоточив основные свои силы на севере, в районе Хан-Юниса.

31-я израильская дивизия генерала Йафе начала движение утром 5 июня через пустыню между 84-й дивизией генерала Таля на севере и 38-й Шарона на юге. Этот район рассматривался египтянами как непроходимый и серьезной обороны там не было. Местность была коварная, и «центурионы» шли на низшей передаче медленным маршем на запад. К вечеру того же дня 200-я бронетанковая бригада Шадми вышла к Бир-Лахфану, где вступила в бой с подходящими подразделениями 2-й египетской мотопехотной дивизии. В сумерках 5 июня израильтяне включили прожекторы и подбили несколько Т-54, но такая тактика стала опасной, когда противник начал стрелять по огням и разбил прожектора, которые не успели выключить. В свою очередь, египтяне не использовали преимущества наличия на их танках инфракрасных прожекторов. Бой завершился к утру. В долине ниже израильской позиции можно было увидеть 65 Т-54, девять из них горели после ночного боя. Вызванные самолеты нанесли удар, и продолжилась артиллерийская дуэль. Египтяне отступили, оставив 28 подбитых танков.

Советские танки Т-54А на улицах Будапешта. Ноябрь 1954 года.

К исходу 6 июня египетские войска, окруженные в районах Газы и Аль-Ариша, прекратили сопротивление, а 2-я мотопехотная дивизия была окружена и понесла большие потери. 7-я египетская мотопехотная дивизия также понесла большие потери и отходила на запад. Передовые части израильских войск продвинулись на 30–50 км в западном и южном направлениях. 6 июня египетский главнокомандующий генерал Амер отдал приказ об отводе войск за Суэцкий канал. При этом никаких планов для отступления с боем не существовало, это было прямое бегство перед лицом противника. Весь день 6 июня три израильские дивизии продвигались на запад. Крупный бой произошел у Джебель-Либни между египетским арьергардом и танками 7-й и 200-й израильских бригад. Египтяне выиграли некоторое время ценой потери 32 танков. С этого момента для израильтян стало очевидным, что египтяне беспорядочно отступают. Они решили стремительным маршем опередить египтян и отрезать возможно большую часть египетской армии прежде, чем она достигнет Суэцкого канала. Таль сконцентрировал большую часть своей бронетехники на исмаильском направлении. 7-я бронетанковая бригада попыталась окружить египетскую 4-ю танковую дивизию около Бир-Гафгафы, но сумела отрезать только одну бригаду. В сумерках батальон легких танков АМХ-13 из 60-й израильской танковой бригады оказался далеко впереди своих войск по дороге на Исмаилью, когда два батальона Т-54 контратаковали из-за канала, спеша на помощь 4-й танковой дивизии. Легкобронированных АМХ-13 было вдвое меньше, а их 75-мм пушки были практически бесполезны против лобовой брони Т-54. Несколько израильских танков и полугусеничных бронетранспортеров были подбиты в считаные минуты, хотя и Т-54 понесли потери от флангового огня. Наконец подошла рота танков «Центурион» и после короткого боя египтяне, потеряв десять Т-54, были вынуждены отойти.

К 12 часам 8 июня передовые части израильских войск вышли к Суэцкому каналу. К исходу 8 июня активные боевые действия на Синайском полуострове прекратились.

Высадка танков Т-54 из десантного корабля на учениях Советской Армии. 1965 год.

Советские танки Т-54А на улице Праги. Август 1968 года.

До 9 июня на Сирийском фронте активные действия сухопутных сил не велись. Сирийское командование планировало перейти в наступление 6 июня. Однако наступательная операция оказалась неподготовленной, а ВВС понесли большие потери (до 70 самолетов) и оказались небоеспособными. К тому же сирийцам стало известно, что египетские войска на Синае потерпели поражение и на их помощь рассчитывать нельзя. По этим причинам наступательную операцию отменили, а войска перешли к обороне. В 12.30 9 июня 6 бронетанковых, 2 пехотные и одна воздушно-десантная израильские бригады перешли в наступление.

Во главе наступающих колонн шла 8-я механизированная бригада с бульдозерами впереди. Горные склоны от Кфар-Цольда до Голанских высот были естественным препятствием, которое сирийцы укрепили минными полями и позициями противотанковых орудий. Бульдозеры и батальон «центурионов», пробиваясь вверх по склонам, понесли тяжелые потери, но в конце концов достигли гребня. К исходу дня оборона сирийцев на Голанских высотах была прорвана. Тем же вечером вступило в действие перемирие, объявленное ООН.

В ходе марша через Синай израильтяне потеряли 122 танка (по другим данным — 132 танка, 63 из них были уничтожены). При штурме Голанских высот израильские потери составили около 160 танков.

В ходе «шестидневной войны» Израиль захватил на Синае до 820 египетских танков и САУ, среди них несколько сотен Т-54/55 (по ряду источников, 291 Т-54 и 82 Т-55). Еще 15 Т-54 и 5 Т-55 были взяты трофеями на Голанских высотах. Около 200 машин было полностью исправно, среди остальных имелось много танков с незначительными повреждениями. Уже в июле 1967 года было принято решение принять советский танк на вооружение. Из первых 130 машин, поступивших в танковые войска Армии обороны Израиля, 81 был типа Т-54, 49 — Т-55. На первом этапе танки проходили лишь ремонт, замену пулеметов и радиооборудования. Вносились и кое-какие мелкие изменения. Запчасти частично производились самостоятельно, частично закупались в Финляндии. Всего в 1968–1969 годах, по официальным данным, было стандартизовано 146 танков — 139 в 1968 году и семь в 1969-м (ранее в неофициальных источниках встречались цифры 147, 151 и 154). В дальнейшем вплоть до войны 1973 года оригинальная 100-мм пушка на этих танках была заменена на 105-мм американскую М68. По некоторым источникам, всего в Израиле были перевооружены 250 танков Т-54/55, включая и трофеи 1973 года.

Противостояние в дни Берлинского кризиса 1961 года. Снимок сделан со стороны Западного Берлина. На переднем плане — американские танки М48А2, в глубине улицы — советские Т-54А.

В Армии обороны Израиля советские средние танки получили название «Тиран». В отечественной и зарубежной литературе предлагается несколько вариантов расшифровки этого названия. Но никакой расшифровки нет, судя по израильским источникам, «Тиран» — это тиран, то есть деспот, и ничего более. Танк Т-54 получил название «Тиран-4», а Т-55 — «Тиран-5». Машины, перевооруженные 105-мм пушками, получили название соответственно «Тиран-4111» и «Тиран-5Ш». Здесь «Ш» (буква «шин» на иврите) — от слова «шарир» (сильный) — так в Армии обороны Израиля называли 105-мм английскую пушку, как оригинальную L7, так и ее американский вариант М68, а также вариант, выпускавшийся в Израиле по лицензии.

Впервые израильские «пятьдесятчетверки» пошли в бой во время «Войны на истощение». Эта война против Израиля была формально объявлена президентом Египта Насером 23 июня 1969 года и продолжалась до 8 августа 1970 года. Фактически же она началась менее чем через месяц после окончания «шестидневной войны».

«Война на истощение» была не такой, как все предыдущие арабо-израильские войны. Территория в этой войне не переходила из рук в руки, не было стремительных танковых прорывов и фланговых охватов. Передвижений сухопутных войск вообще было мало. Вместо всего этого имели место яростные артиллерийские дуэли, рейды небольших групп десантников, ожесточенные поединки в воздухе и противостояние между ВВС Израиля и ПВО Египта.

9 сентября 1969 года десантная группа израильской армии, состоявшая из шести танков Т-54 и трех бронетранспортеров БТР-50, на 3 десантных кораблях ВМС пересекла Суэцкий залив под прикрытием «миражей» и, круша все на своем пути, совершила рейд по побережью залива на расстояние в 50 км. В течение 9 часов израильские танки уничтожали попадавшиеся им по дороге транспортные средства египетской армии, РЛС, наблюдательные пункты, армейские склады и лагеря. То, что не успели разрушить танки, было добито штурмовиками «Скайхок», которые легко уничтожили удаленные друг от друга и беззащитные радиолокационные станции противника в пустыне за Суэцким заливом. Потери Египта составили более 150 человек только убитыми, Израиль отделался одним легко раненным. Кроме того, был потерян один из «скайхоков», пилот погиб. Эта операция создала еще одну зияющую брешь в системе ПВО Египта. Тотальное господство в воздухе позволило израильским штурмовикам выполнять свои задачи практически без помех. Сеть египетских радаров, насчитывавшая 47 станций советского производства, была почти полностью уничтожена.

К началу войны Судного дня танки Т-54/55 составляли 7,6 % израильского танкового парка. 146 «тиранов» в основном со 105-мм пушками состояли на вооружении только одной бронетанковой бригады — 274-й. В армиях Египта и Сирии танков этих типов было значительно больше. Воссоздание бронетанковой мощи арабских стран в период с 1967 по 1973 год шло беспрецедентными темпами. К началу войны египетская армия располагала 1496 танками Т-54/55, сирийская — 1174! В общей же сложности в войсках Египта и Сирии насчитывалось 3850–4000 танков, в Армии обороны Израиля — около 2 тысяч.

Танк Т-54А на одной из площадей Праги. Август 1968 года.

Пражане осматривают сгоревший советский Т-54А.

При подготовке плана очередной войны с Израилем сирийское и египетское командование рассчитывало на внезапность первого удара. Для начала наступления была выбрана дата 6 октября 1973 года. В этот день Израиль праздновал «Йом Киппур» (День искупления, или Судный день) — праздник, давший название этой войне. Атака была назначена на 18.00, когда на Голанах солнце должно было светить в глаза израильским солдатам, а на Синае наступавшие сумерки дали бы египтянам время навести переправы через Суэцкий канал прежде, чем им сможет помешать израильская авиация. Для войны 1973 года были характерны беспрецедентные взаимодействие и координация планов Сирии и Египта, чего раньше никогда не было. Все подготовительные мероприятия проводились арабами скрытно, в обстановке полной секретности. Даже группировка войск вплоть до 1 октября была сугубо оборонительной.

Несмотря на все эти предосторожности, израильская разведка вскрыла подход некоторых сирийских и египетских соединений к линии фронта. Однако руководство Израиля не придало этому значения, так как было уверено, что арабские страны не рискнут начать решительные боевые действия. Все же войска, находившиеся на Голанских высотах и в зоне Суэцкого канала, с 1 октября были приведены в повышенную боевую готовность. С 4 октября началась частичная мобилизация резервистов, а в 10.00 6 октября, когда израильскому командованию стало известно, что в конце дня египетские и сирийские войска перейдут в наступление, была объявлена всеобщая мобилизация. Узнав об этом, арабы, в свою очередь, перенесли начало наступления.

В 15.00 6 октября после часовой артиллерийской и авиационной подготовки сирийские и египетские войска перешли в наступление. К сожалению, нет никакой возможности каким-то образом вычленить из описания общего хода боевых действий эпизоды применения танков Т-54 и Т-55. Они использовались и на Голанах, и на Синае в массовом порядке, так как составляли абсолютное большинство (до 70 %) в армиях арабских государств.

Поэтому волей-неволей придется ниже давать описание практически всех боевых действий войны Судного дня, за исключением лишь тех эпизодов, в которых боевые машины интересующих нас типов однозначно участия не принимали.

Отделение управления танка Т-55:

1 — блок питания TBHQ-2 (ТВН-2); 2, 10 — сигнальные лампы выхода ствола пушки за пределы ширины танка; 3 — спидометр; 4 — прибор КРП-1; 5 — кнопка включения системы очистки приборов наблюдения; 6 — прибор наблюдения механика-водителя; 7 — курсоуказатель ГПК-59; 8 — прибор КУВ-3; 9 — вентилятор; 10 — клапан выпуска воздуха из топливного насоса; 12 — плафон; 13 — автомат системы ППО; 14 — аппарат ТПУ механика-водителя; 15 — розетка внешнего запуска; 16 — щиток приборов водителя; 17 — выключатель батарей; 18 — кнопка электроспуска курсового пулемета; 19 — курсовой пулемет ПКТ(СГМ-Т); 20 — ящик для укладки прибора ТВНО-2 (ТВН-2); 21 — выносной блок рентгенметра; 22 — ведро; 23 — коробка курсового пулемета; 24 — измерительный пульт рентгенметра ДП-3Б; 25 — рукоятка топливоподкачивающего насоса; 26 — рычаг кулисы переключения передач; 27, 35 — рычаги управления ПМП; 28 — педаль подачи топлива; 29 — преобразователь ПАТ-1Ф; 30 — педаль тормоза; 31 — рукоятка защелки педали тормоза; 32 — бустер; 33 — подушка сиденья; 34 — педаль главного фрикциона; 36 — механизм остановки двигателя; 37 — рукоятка ручной подачи топлива; 38 — электропневмокпапан воздушного запуска двигателя; 39 — воздушный редуктор; 40 — рукоятка закрывающего механизма люка механика-водителя; 41, 44 — вентили баллонов со сжатым воздухом; 42 — электропневмоклапан системы очистки приборов наблюдения; 43 — рукоятка привода управления жалюзи: 45 — переключатель ПС-35.

Позиции израильских войск вдоль линии перемирия на Голанских высотах, установленной ООН после войны 1967 года — так называемой Пурпурной линии — были атакованы тремя сирийскими пехотными дивизиями — 5, 7 и 9-й, каждой из которых была придана бронетанковая бригада. Кроме того, немало танков имелось и в штате самих пехотных дивизий. Сирийская пехотная дивизия состояла из двух пехотных и одной механизированной бригад, в каждой из которых имелся танковый батальон (30 танков).

В 9-ю пехотную дивизию вместо механизированной была включена бронетанковая бригада. Таким образом, ударная сирийская группировка включала в себя четыре бронетанковые бригады и восемь танковых батальонов — примерно 950 танков в первой линии. Во втором эшелоне были развернуты 1-я и 3-я (без одной бригады) бронетанковые дивизии. Им противостояли весьма скромные израильские силы: две танковые бригады — 7-я и 188-я — и одна территориальная бригада — 820-я. В составе последней имелись только два(!) батальона. В обеих танковых бригадах в общей сложности насчитывалось 182 танка «Шот Каль» («Центурион» с дизельным двигателем), из которых 177 были исправны.

Советские танкисты изучают повреждения своего Т-55. Прага, 1968 год.

Сражение закипело по всему фронту. По свидетельству очевидцев, сирийцы наступали в лучших советских традициях, почти в «парадном» строю — впереди танки, за ними — бронетранспортеры. «Центурионы» 7-й бригады встретили их огнем с дальней дистанции, благо израильтяне-танкисты хорошо владели этим видом боя еще со времен «Войны за воду». Однако их точный огонь не смог остановить лавину сирийских танков, шедших напролом, невзирая на потери. Им удалось прорвать первую линию обороны, но дальнейшему продвижению помешал противотанковый ров. В боевых порядках сирийских танковых частей двигались мостоукладчики МТУ-55 и танки-бульдозеры. Именно на них и сосредоточили огонь израильтяне. Тем не менее сирийским саперам удалось навести два моста через ров, и танки вновь двинулись вперед. В 7-й танковой бригаде к вечеру осталось всего 35 танков. Бой продолжился и с наступлением темноты, при этом некоторое преимущество было на стороне сирийцев — их Т-55 и Т-62 были оснащены ночными прицелами, а израильские «центурионы» таких прицелов не имели. Обороняющимся приходилось полагаться только на осветительные снаряды и ракеты, фары и прожектора. Однако пер-вые горели недостаточно долго, а вторые больше демаскировали танки, чем облегчали наведение. В этих условиях командир 7-й бригады генерал Бен-Таль отдал приказ выключить фары и просто вести огонь по любым движущимся целям. Но это удавалось делать буквально с дистанции пистолетного выстрела. Несмотря на тяжелейшие условия и превосходство противника в силах, танкистам 7-й бригады удалось удержать свой участок обороны севернее Эль-Кунейтры. Однако позиции 188-й танковой бригады, оборонявшейся южнее, были прорваны сирийцами. К утру 7 октября сирийская 46-я бронетанковая бригада вклинилась в израильскую оборону на глубину 4–8 км. Чтобы нарастить силу удара, сирийское командование решило ввести в сражение в районе Кафр-Нафах 1-ю бронетанковую дивизию. Примерно 600 сирийским танкам противостояли 20 машин разбитой 188-й бригады и переброшенные в этот район передовые подразделения еще не полностью укомплектованной 679-й резервной танковой бригады. Обе эти бригады входили в состав 210-й резервной танковой дивизии генерала Дэна Ланера. Израильтянам нужно было продержаться до подхода еще одной бригады этой дивизии — 179-й. И они смогли продержаться до вечера. В ночь с 7 на 8 октября подошедшим резервам удалось остановить продвижение сирийских войск. За 7 октября арабы южнее Эль-Кунейтры продвинулись еще на 5–6 км. Это был наибольший успех сирийских войск.

Египетский танк Т-54А, оснащенный катковым минным тралом ПТ-54. 1973 год.

Здесь необходимо дать пояснение. Когда речь идет о резервных (кадрированных) частях Армии обороны Израиля, развертываемых только после мобилизации, то фразы типа «продержаться до подхода бригады» нельзя понимать буквально. Так, например, и 679-я и 179-я танковые бригады не прибывали к полю боя в полном составе. Они вступали в бой по частям, отдельными подразделениями, по мере завершения их мобилизации. В ночь с 6 на 7 октября бой с противником вели всего лишь 4 танка 679-й бригады. В 23.00 6 октября к линии фронта подошли и вступили в бой первые 7 танков 179-й бригады, в 2.00 7 октября к ним присоединились еще 14 машин. Точно так же, постепенно, вступали в бой и подразделения 36-й резервной танковой дивизии, на которую была возложена оборона северного участка фронта.

До ее подхода 7-я танковая бригада продолжала удерживать позиции над «Долиной плача», где уже горели 130 сирийских танков. В российских публикациях, являющихся, как правило, обработанным переводом с английского, это место обычно именуется «Долиной слез», но более точный перевод с иврита — «Долина плача», ну а смысловой, конечно, «Долина скорби». Такое прозвище этому кладбищу сирийской бронетехники дали израильтяне.

Успех 7-й танковой бригады в боях 6 и 7 октября (да и в последующие дни) объясняется главным образом более высоким уровнем подготовки личного состава, а также хорошим инженерным оборудованием позиций — большинство «центурионов» вело огонь из капониров и полукапониров. Нельзя сбрасывать со счетов и грамотное и эффективное командование. В условиях постоянно менявшейся обстановки, порой при отсутствии связи, инициатива младших командиров выходила на передний план. В сирийских же частях преобладало слепое выполнение полученного час, два, а то и несколько часов назад приказа.

Ничем иным, кроме умелых и инициативных действий командира и его подчиненных, нельзя объяснить успех роты «Тайгер» (командир — Меир Замир) из 7-й танковой бригады. На южном фланге обороны своего соединения утром 7 октября они организовали засаду на пути 43-й сирийской бронетанковой бригады. После боя с семью (!) «центурионами» сирийская бригада практически перестала существовать как единое соединение.

В ночь на 9 октября сирийцы бросили все свои силы против остатков 7-й бригады. В решающей атаке приняли участие подразделения 3-й бронетанковой и 7-й пехотной дивизий, а также подразделения Республиканской гвардии — элиты сирийской армии. Основной удар танков Т-55 и Т-62 Республиканской гвардии пришелся на 77-й танковый батальон, в котором оставалось всего 6 танков. К полудню 9 октября сирийцам наконец-то удалось захватить несколько господствующих высот, оттеснив с них горстку израильских танков, оставшихся почти без боеприпасов. Бой фактически распался на массу не управляемых и не контролируемых командованием поединков «один на один», в которых решающую роль играли выучка экипажей и крепость их нервов. И того и другого сирийцам явно не хватало. Свидетельством тому стала внезапная атака 13 танков 188-й танковой бригады во фланг сирийцам. В считаные минуты они подбили 30 сирийских танков и этим психологически переломили ход боя в свою пользу. Через час после вступления в огневую дуэль танков 188-й бригады арабы начали отходить. Сирийское командование отдало приказ о переходе к обороне.

Танки «Тиран-4Ш» на параде в Тель-Авиве незадолго до войны 1973 года.

В боях в «Долине плача» 7-я танковая бригада потеряла 98 танков, но смогла подбить 230 танков и до 200 БМП и БТР противника.

Утром 10 октября началось израильское контрнаступление. В этот критический момент Ирак, Иордания и Саудовская Аравия решили направить в Сирию части своих войск для оказания ей помощи. Части 3-й иракской танковой дивизии (в основном танки Т-55) прибыли в Сирию 10–11 октября и вступили в бой уже 12 октября около полудня. С марша неопытные иракские танкисты атаковали 9-ю и 679-ю танковые бригады Армии обороны Израиля. Почти сразу иракские Т-55 попали под прицельный огонь «центурионов» и «шерманов» со 105-мм пушками. Иракская дивизия была фактически уничтожена: потери составили 80 (по другим данным, даже 120) боевых машин, однако она сумела задержать наступление и сбить атакующий порыв израильтян. Дамаск был спасен. Наступающие войска устали, горючее и боеприпасы были на исходе. На фронте установилось затишье до 16 октября.

Командование Армии обороны Израиля от штурма Дамаска отказалось. Израильские войска перешли к обороне. Между 17 и 22 октября остатки 1-й сирийской и 3-й иракской танковых дивизий и 40-й иорданской танковой бригады несколько раз предпринимали вялые попытки атаковать израильские позиции. Исключением стал семичасовый бой 20 октября, когда в атаке участвовало 120 танков. В тот же день под давлением ООН Израиль и Сирия согласились на перемирие, однако артиллерийские и танковые дуэли продолжались еще долго. Участвовали в них и кубинские танкисты.

Израильские солдаты проезжают мимо сирийского танка Т-54-3, подбитого в ходе боев на Голанских высотах. 1967 год.

Накануне войны 1973 года египтяне оснастили часть танков Т-54А немецкими инфракрасными прожекторами фирмы «Телефункен».

Еще в самый разгар боев «войны Судного дня» Сирия обратилась к Кубе с просьбой о помощи. Кубинское руководство отправило в Сирию 800 танкистов. Они добирались до Дамаска инкогнито, через третьи страны Европы и Ближнего Востока. В активной фазе войны принять участие они не успели. Из кубинских танкистов сформировали отдельную 47-ю бронетанковую бригаду трехбатальонного состава. Кубинцы получили танки Т-54 и Т-55, уже участвовавшие в боях. Несколько месяцев они занимались ремонтом техники, изучали театр и отрабатывали взаимодействие с сирийскими частями. Свой участок линии фронта на Голанских высотах кубинцы заняли в апреле 1974 года и вплоть до июня, когда было подписано соглашение о прекращении огня, участвовали в перестрелках с израильскими войсками. В феврале 1975 года кубинская бригада вернулась на родину.

В тот же час 6 октября 1973 года, когда предприняли наступление сирийские войска, после мощной часовой артиллерийской и авиационной подготовки египетские пехотные дивизии начали форсировать Суэцкий канал.

Подвергшись внезапному удару, израильские войска, оборонявшиеся на восточном берегу канала, существенного сопротивления не оказали. К исходу 6 октября египетские пехотные дивизии форсировали канал и овладели опорными пунктами первой позиции на «Линии Бар-Лева», а к исходу 8 октября захватили два армейских плацдарма глубиной до 10–12 км каждый.

В успешном форсировании канала решающую роль сыграла длительная всесторонняя тренировка, проведенная на р. Нил. Пехота с минометами переправлялась на резиновых или деревянных лодках, а противотанковая и зенитная артиллерия на паромах. Проходы в насыпном валу на восточном берегу канала проделывались саперами взрывным способом, бульдозерами и гидромониторами. Для каждой дивизии были проделаны 10–12 проходов. Примерно через 6 ч в полосе наступления 2-й египетской армии было наведено четыре моста, а через 12 ч в полосе 3-й армии — три моста, по которым в первую очередь переправлялись танки.

К началу боевых действий единственным израильским танковым соединением на Синае была 252-я кадровая танковая дивизия. В нее входили 14, 401 и 460-я танковые бригады. Всего в дивизии имелось 289 танков (по другим данным 290–298), из которых 268 машин были исправны. 401-я бригада была вооружена танками МАГАХ-6 (М60А1), а остальные МАГАХ-3 (М48АЗ).

Египетские войска были атакованы израильскими танками уже вскоре после переправы через канал. Однако танковых боев поначалу не было, так как египетские танковые части в большинстве своем еще не переправились. Удар израильских танковых бригад приняла на себя египетская пехота, боевые порядки которой были насыщены противотанковыми гранатометами РПГ-7 и ПТУР «Малютка» советского производства. Результат боя с пехотой оказался для 252-й дивизии печальным — на утро 7 октября в ней осталось 103 исправных танка. К этому времени египтяне переправили на восточный берег канала 90 тысяч человек и 850 танков.

7 октября израильтяне ввели в бой еще две дивизии: 143-ю резервную танковую генерала Ариэля Шарона и 162-ю резервную танковую генерала Авраама Адана. Разбитая 252-я дивизия была переброшена на юг, на участок наступления 3-й египетской армии.

Весь день 8 октября продолжалось ожесточенное танковое сражение на северном фланге фронта, в районе Кантары, где 162-я танковая дивизия безуспешно пыталась опрокинуть 2-ю египетскую пехотную дивизию. При этом 500-я танковая бригада потеряла около 30 танков. Другая бригада этой дивизии — 217-я — атаковала позиции египтян у так называемой Китайской фермы. Так назывался район к северо-востоку от Большого Горького озера, где находилась японская сельскохозяйственная станция. Израильские солдаты, попавшие туда в 1967 году, увидев иероглифы, прозвали это место «Китайской фермой». В бою за эту ферму 217-я бригада попала под сосредоточенный огонь танков Т-54 и понесла тяжелые потери. На следующий день «Китайскую ферму» атаковала 421-я танковая бригада из дивизии Шарона и тоже не добилась успеха, потеряв 36 танков.

Танк Т-55 из состава 1-й сирийской танковой дивизии, подбитый в долине Бекаа. Ливан, 1982 год.

Танк «Тиран-5» одного из подразделений Армии Южного Ливана. 1982 год.

10 октября на фронт прибыла 274-я израильская танковая бригада, вооруженная танками «Тиран» — Т-54 и Т-55. Эта бригада действовала на участке между Исмаильей и Эль-Фирданом. Здесь «тираны» участвовали в обороне опорного пункта, получившего название «Дом англичанина» из-за расположенного здесь еще со времен Первой мировой войны старого английского барака. С этого места прекрасно просматривалась вся местность вплоть до Суэцкого канала. Вместе с «центурионами» и М48 «тираны» вели бой с египетскими Т-55 и СУ-100, наступавшими со стороны канала. Безвозвратные потери «тиранов» составили 7 машин.

Для последующих нескольких дней было характерным относительное затишье — обе стороны наращивали силы. Израильтяне ожидали, что противник в конечном счете предпримет попытку главного прорыва в Центральном Синае, и вместо того, чтобы терять танки от противотанковых ракет, они решили готовиться к этому наступлению. Израильское командование справедливо предположило, что, атакуя, египтяне выйдут из-под зонтика ПВО, и их танковые клинья станут уязвимы для атак израильских ВВС.

14 октября в 6.00 утра египтяне начали мощное наступление сразу на шести участках фронта, в котором участвовало около 1200 танков. К этому времени израильтяне смогли сосредоточить на Синае около 750 танков. Началось крупнейшее со времен Второй мировой войны танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 2 тысяч танков. Яростные танковые дуэли продолжались в течение всего дня. Так, например, на центральном участке фронта танки МАГАХ-3 из 143-й танковой дивизии открыли по наступающим египтянам огонь с дальней дистанции. В ходе боя, продолжавшегося 50 мин, египтяне потеряли более 50 танков Т-55. К вечеру египетская армия потеряла 264 танка (210 из них — безвозвратно). Потери израильтян составили только 25 боевых машин (из них 6 — безвозвратно). Помимо танков, весьма эффективно действовала и израильская авиация, особенно штурмовики «Скайхок», вооруженные 30-мм пушками «Эйден». Оказалось, что 30-мм снаряды пробивают броню башни и корпуса танков Т-54 и Т-55.

К вечеру 19 октября сопротивление египетских частей было сломлено. К 24 октября был блокирован, а затем и занят г. Суэц. А 25 октября, когда до Каира оставалось около 100 км, наступление было остановлено в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН.

Танк Т-55 ливанской армии на улице Бейрута. 1989 год.

Следующим военным конфликтом на Ближнем Востоке, в котором принимали участие Т-54 и Т-55, стала война в Ливане в 1982 году. Боевые действия велись между Сирией и вооруженными формированиями Организации освобождения Палестины (ООП), с одной стороны, и Израилем — с другой. В начале 1982 года сирийские войска контролировали около 70 % территории Ливана, при этом большая и лучшая их часть находилась в долине Бека. В Бейруте и пригородах дислоцировалась 85-я отдельная механизированная бригада, в составе которой имелся батальон Т-55. Кроме того, танки Т-55 находились на вооружении 58-й мехбригады 1-й сирийской бронетанковой дивизии, введенной в Ливан 8 июня, спустя два дня после начала боевых действий. Кроме того, в окрестностях Бейрута дислоцировался танковый полк ООП, в котором имелось 40–50 танков Т-54.

11 июня развернулись тяжелые бои в предместьях Бейрута. Подразделения 96-й израильской танковой дивизии во взаимодействии с пехотной бригадой «Голани» атаковали позиции сирийских 85-й отдельной мехбригады и 62-й пехотной дивизии, действовавших совместно с отрядами ООП. В пригороде Кфар-Силом рота «меркав» (видимо, из состава 211-й танковой бригады) уничтожила 28 танков Т-55 и три БМП-1. Тем не менее израильским войскам понадобилось 19 ч, чтобы пройти вдоль главной улицы Кфар-Силома протяженностью всего в один километр и выйти к бейрутскому аэропорту.

Что касается израильских Т-54/55, то в основных боях войны 1982 года они не участвовали.

Башня танка Т-55:

1 — крюк; 2 — щель для прицела; 3 — рамка пушки; 4 — защитная планка; 5 — щель для пулемета; 6 — отверстие для установки прибора наблюдения заряжающего; 7 — крышка люка заряжающего; 8 — правая половина крыши; 9 — командирская башенка; 10 — бронировка антенного ввода; 11 — отверстие для установки ТПН-1; 12 — поручень; 13 — левая половина крыши; 14 — кронштейн крепления прожектора Л-2.

Танки Т-54 ливанской армии на позиции у «зеленой линии» в Бейруте. Сентябрь 1989 года. Обращает на себя внимание нештатная установка пулемета ДШК.

Вместе с тем после начала осады Западного Бейрута некоторое количество Т-54/55 было переброшено по морю в христианские районы, для усиления блокады контролируемых палестинцами районов с востока. Впрочем, «тираны» поставлялись ливанской христианской милиции, а также Армии Южного Ливана (АЮЛ) с начала 1980-х годов. Например, около 18 Т-54 было поставлено АЮЛ в 1987 году. С конца 1980-х годов АЮЛ постоянно имела примерно 30 Т-54/55. В декабре 1999 года, менее чем за полгода до вывода израильских войск из Зоны безопасности в Южном Ливане, сообщалось о намерении Израиля передать АЮЛ еще 15 таких танков (правда не сообщалось, состоялась ли передача). После развала АЮЛ в мае 2000 года часть танков вернулась в Израиль, часть была уничтожена (включая бомбардировки израильской авиации), несколько машин попали к «Хизбалле».

В 1990 году 30 израильских Т-55 были проданы Эфиопии, а в 1997–1998 годах 15 (по другим данным — 11) Т-55 — в Уругвай.

Еще одним ближневосточным конфликтом, в котором широко применялись танки Т-54 и Т-55, была ирано-иракская война. Боевые действия начались в 1980 году. Первым напал Ирак, посчитав Иран ослабленным после произошедшей в 1979 году антишахской революции. Боевые действия носили широкомасштабный и ожесточенный характер и велись с переменным успехом.

Вооруженные силы Ирака по уровню технической оснащенности превосходили иранскую армию. Основу танковых войск Ирака составляли несколько сот танков советского производства, в основном Т-54 и Т-55. Советскую технику Ирак начал получать после заключения в 1972 году договора о дружбе и сотрудничестве с СССР. Иранская армия располагала примерно 700 танками «Чифтен» и М60А1.

Сначала успех сопутствовал иракским войскам, которые без особых проблем оккупировали значительную часть территории Ирана.

Иракский танк Т-55, брошенный на дороге в окрестностях Эль-Кувейта. 1991 год.

Взвод танков Т-54Б на марше. Закавказский военный округ, 1980-е годы.

В январе 1981 года началось контрнаступление иранских войск, в ходе которого они понесли тяжелые потери. Заметных успехов иранцам удалось добиться только к концу 1981 года, главным образом благодаря значительному превосходству над Ираком в людских ресурсах. Весной 1982 года иракские войска начали отход на старую линию границы. В середине июля за счет огромного численного превосходства иранские войска продвинулись на территорию Ирака в районе Басры на глубину 15–20 км. Остановить бойцов Корпуса стражей исламской революции в 9 км от окраины Басры смогли спешно переброшенные в этот район танки Т-55 и Т-62. Затем контрударом иранцы были отброшены на исходные позиции. Вплоть до февраля 1984 года линия фронта стабилизировалась, а бои приняли позиционный характер.

В этот период обе стороны старались восполнить свои потери в бронетехнике путем закупок танков за рубежом. Причем из-за эмбарго на поставку боевой техники, введенного большинством стран производителей вооружения, сделать это они могли практически только в одной стране — Китае. Иран закупил в Китае 750 танков Т-59, а Ирак заключил контракт на поставку более тысячи Т-69, из которых около 600 были доставлены в страну до 1988 года. До конца войны иракцы также закупили 700 танков Т-59. Обширные закупки танков в Китае позволили Ираку провести в 1988 году успешное наступление на полуострове Фао, что ускорило заключение перемирия с Ираном.

Однако Саддаму Хусейну не сиделось спокойно. Не успела закончиться война с Ираном, как он втянул свою страну в новую авантюру: 2 августа 1990 года иракские войска вторглись в независимое государство Кувейт. Эти действия вызвали резко негативную реакцию мирового сообщества. Отказ Ирака выполнить резолюцию Совета Безопасности ООН, требовавшую немедленного вывода войск из Кувейта, привел к созданию антииракской коалиции и формированию многонациональных сил в зоне Персидского залива.

Горит иракский средний танк Туре 59. 1991 год.

Иракский танк Туре 69–II, захваченный английскими войсками в ходе операции «Буря в пустыне». 1991 год.

Иракский Т-55, сгоревший на окраине Басры. Ирак, 1991 год.

В конце августа 1990 года началась операция по переброске войск и боевой техники в этот район, получившая название «Щит пустыни». В ходе ее из США и Западной Европы в зону конфликта была переброшена группировка войск численностью более 400 тысяч человек с соответствующим вооружением, боевой техникой и материально-техническими средствами. К середине января 1991 года на границе Ирака с Саудовской Аравией были сосредоточены огромные силы. Общее число танков многонациональных сил достигало 5100 единиц, Ирак располагал 5300 боевыми машинами. Непосредственно в зоне боевых действий антииракская коалиция сосредоточила около 3500 танков, а Ирак — 3700. При этом основу танкового парка Ирака составляли устаревшие танки Т-55 советского и польского производства, а также Т-59 и Т-69 китайского производства. Основной ударной мощью многонациональных сил являлись современные американские танки Ml «Абрамс» и британские «Челленджер».

17 января 1991 года многонациональные силы начали воздушную наступательную операцию, в ходе которой, по оценкам их командования, было уничтожено до 500 иракских танков. Однако после начала сухопутной операции выяснилось, что эти потери оказались сильным преувеличением. Иракская армия эффективно использовала тысячи макетов различных образцов бронетехники, изготовленных из стеклопластика и надувных.

Средний танк Т-55 модернизированный в Ираке.

24 февраля 1991 года началась операция по разгрому южной группировки иракской армии — «Буря в пустыне». Одними из первых в бой вступили танки Т-55, Т-59 и Т-69, так как именно они состояли на вооружении танковых батальонов иракских пехотных дивизий, развернутых вдоль границы.

Впрочем, их участие в бою оказалось недолгим: часть из них была подбита боевыми вертолетами, часть просто брошена экипажами. Отдельные очаги сопротивления попадались многонациональным силам и на второй день операции. Так, например, 2-й бронекавалерийский полк армии США, наступавший в авангарде 7-го армейского корпуса, 25 февраля разгромил усиленный механизированный батальон 12-й иракской танковой дивизии (на вооружении батальона состояли танки Т-55 и гусеничные бронетранспортеры МТ-ЛБ). Этот бой стал прелюдией к самому напряженному танковому сражению, состоявшемуся на третий день операции. Речь идет о боях соединений 7-го армейского корпуса с дивизиями республиканской гвардии Ирака, которые, несмотря на серьезные потери, частично сохранили боеспособность. Участвовали в этом сражении и танки Т-55, Т-59 и Т-69, впрочем, без особого успеха — противостоять «абрамсам» и «челленджерам» они не могли. Иракские соединения, понеся значительные потери, начали массовый отход по всему фронту, переросший в стихийное бегство. В 8 часов 28 февраля иракские войска прекратили сопротивление, о чем Багдад объявил по радио.

Вновь иракские танки столкнулись в бою с американскими спустя 12 лет. 20 марта 2003 года началась операция «Иракская свобода». Американцы и англичане сосредоточили для участия в операции около 1700 танков. Иракские войска располагали примерно 5 тысячам танков, большинство из которых по-прежнему составляли Т-55 и их китайские «собратья» — Т-59 и Т-69. Если даже имевшиеся у Ирака танки Т-72М к тому времени считались устаревшими, то что говорить о более возрастных машинах. За 12 лет, прошедших после «Бури в пустыне», из-за экономической блокады военная техника в Ирак не поставлялась и танковый парк этой страны никак не совершенствовался. К тому же весьма сомнительно, что все имевшиеся у Ирака танки находились в боеготовом состоянии.

Силами антииракской коалиции использовались танки «Абрамс» модификаций М1А1НА и М1А2 и британские танки «Челленджер-2». Эти машины относились, да и на сегодняшний день относятся к самому современному поколению танков и оснащены по последнему слову техники. Их мощные 120-мм пушки своими бронебойно-подкалиберными снарядами с сердечниками из обедненного урана были способны пробить лобовую броню танка Т-55 с дистанции 3,5 тысячи м. В свою очередь, 100-мм пушки «пятьдесятпяток» были неспособны пробить лобовую броню «абрамсов» и «челленджеров» на значительно меньших дистанциях. Впрочем, серьезных танковых боев в Ираке не было — вся кампания заняла несколько дней — и большинство иракских танков были просто брошены экипажами.

Танки Т-54 из состава 201-го танкового полка ВНА, застрявшие в непролазной грязи. Март 1972 года.

Северовьетнамские Т-54Б, подбитые на улице города Анлок. 1972 год.

Первые танки Т-54 прибыли в Демократическую Республику Вьетнам (ДРВ) в 1964 году. Они поступили на вооружение 202-го танкового полка Вьетнамской народной армии (ВНА), в подразделениях которого уже имелись танки Т-34-85 и САУ СУ-76М. По западным данным, к 1969 году в этом полку насчитывалось около 60 танков Т-54 и Т-54А. Боевое крещение вьетнамские «пятьдесятчетверки» получили в феврале 1971 года в Лаосе. Американские (16 тысяч) и южновьетнамские (30 тысяч) войска вторглись в Южный Лаос с целью нарушить снабжение южновьетнамских партизан по «тропе Хо Ши Мина». Эта операция получила название «Ламшон-719».

8 февраля 1-я бронетанковая бригада армии Южного Вьетнама (в ее состав входили 11-й и 17-й бронекавалерийские полки, вооруженные легкими танками М41АЗ) начала наступление на лаосские города Алоу и Тхепон. Темп продвижения войск сдерживался узкой горной долиной и разбитой вдребезги дорогой, по которой двигались войска. 19 февраля произошел первый танковый бой, в котором, по американским данным, экипажи танков М41 уничтожили шесть Т-54 и 16 ПТ-76. Причем без потерь со своей стороны. Шесть дней спустя южновьетнамские войска начали отход. 27 февраля 17-й бронекавалерийский полк, отбивая массированные атаки северовьетнамцев, подбил три Т-54 и 12 ПТ-76, а 1 марта в ходе боя, длившегося почти весь день, еще 15 танков, потеряв три бронетранспортера МПЗ. Столь высокие потери северовьетнамских войск в общем-то легко объяснимы: они атаковали по-советски, большими массами, невзирая на потери. Их так учили, и по-другому воевать они просто не умели. Южновьетнамских танкистов учили американцы, и есть все основания утверждать, что уровень их подготовки был выше, чем у коллег с севера. Возможно, конечно, что сведения, почерпнутые из американской печати, не слишком объективны, но ведь эти же источники сообщают, что в ходе отступления, временами переходящего в паническое бегство, южновьетнамцы бросили на шоссе № 9 все свои танки.

К концу 1971 года из СССР и Китая было поставлено дополнительное количество танков Т-54 и Т-59, что позволило сформировать еще два танковых полка — 201-й и 203-й, а кроме того — реорганизовать старый 202-й полк. Теперь каждый из них включал в себя два танковых и один механизированный батальоны. В составе танкового батальона полагалось иметь 38 боевых машин. При этом имела место существенная разнотипица: батальон мог иметь только танки Т-54, или Т-54 и Т-34-85, или Т-54, Т-34-85 и ПТ-76. С 1970 года к ним прибавились китайские Т-59 и Т-63.

Возросшая мощь ВНА позволила командованию поставить перед войсками решительные цели. Для их достижения весной 1972 года было проведено стратегическое наступление. В рамках подготовки к нему осуществлялась переброска на юг бронетанковой техники. В обстановке строжайшей секретности совершил 900-км марш на юг 171-й танковый батальон (38 Т-54Б) из 203-го полка. Марш длился два месяца, но в результате танки прибыли в район г. Тэйнинь. Позже на юг по «тропе Хо Ши Мина» были переброшены еще два танковых батальона.

Мощный удар, нанесенный ВНА 30 марта 1972 года по позициям южновьетнамцев у демилитаризованной зоны, оказался внезапным для противника. Американская разведка «проспала» его подготовку. В наступление перешли пять пехотных дивизий при поддержке 201-го и 202-го танковых полков. Они смяли 3-ю пехотную дивизию армии Южного Вьетнама и отбросили ее к г. Куангчи. Чтобы стабилизировать ситуацию, южновьетнамское командование перебросило сюда 20-й танковый полк, укомплектованный средними танками М48АЗ.

Подразделение танков Т-54 Вьетнамской народной армии перед атакой.

Танк Т-54А из состава 574-го танкового полка ВНА на улице Дананга. Март 1975 года.

Сайгон, 30 апреля 1975 года. Танк Т-54А из состава 202-й танковой бригады ВНА въезжает в ворота президентского дворца.

2 апреля рота М48АЗ, обстреляв наступающие северовьетнамские танки с дальней дистанции (установленные на танках дальномеры позволяли сделать это), подбила два Т-54 и девять ПТ-76, а 9 апреля — еще 16 Т-54. При этом М48 потерь, разумеется, не понесли. Правда, как это следует из западных источников, в последующие дни 20-й полк потерял все свои 42 танка М48АЗ. Из них 30 — от артиллерийского огня и ПТУР «Малютка», еще 12 машин якобы провалились в реки по причине недостаточной грузоподъемности бамбуковых мостов. 2 мая Куангчи пал.

Одновременно с наступлением на Куангчи наносились удары и на других направлениях. 13 мая без артподготовки два полка пехоты при поддержке 22 танков Т-54 и Т-59 атаковали г. Контум. На его северных окраинах завязались тяжелые бои. Решающую роль в отражении северовьетнамских войск сыграла армейская авиация. Под Контумом впервые в ходе войны в Индокитае американцы применили вертолеты «Ирокез» UH-1B, вооруженные ПТУР «Тоу». Экипажи вертолетов доложили о 15 уничтоженных танках Т-54. Всего же до 12 июня от ударов вертолетов части ВНА потеряли 20 Т-54, из них девять от неуправляемых ракет, а 11 — от ПТУР «Тоу».

Целью третьей наступательной операции ВНА и южновьетнамских партизан был провинциальный центр Анлок недалеко от Сайгона. К его штурму привлекались 171, 20-й и 21-й танковые батальоны ВНА. Город был окружен, а дорога № 13, ведущая к Сайгону, перерезана «пятьдесят — четверками» 20-го танкового батальона. 13 апреля 20 и 21-й танковые батальоны поддерживали подразделения 9-й пехотной дивизии, пошедшие на штурм Анлока. Однако взаимодействие между атакующей пехотой и танками было налажено из рук вон плохо и в результате последние попали под огонь ПТУР «Тоу». Колонна из шести танков Т-54Б, сумевшая войти в город и достигшая главной его улицы, была полностью уничтожена. Другие подразделения прийти ей на помощь не смогли, так как попали под сосредоточенный удар авиации.

Танки Т-54 афганской армии во время парада. Конец 1970-х годов.

Индийский Т-55 выдвигается к линии фронта. Индо-пакистанский конфликт, 1971 год. На стволе 100-мм пушки видна имитация эжектора, облегчавшая опознавание танков в бою.

Танк Т-54Б афганской регулярной армии на улице города Джалалабад. 1987 год.

Второй раз на штурм Анлока северовьетнамские части пошли 15 апреля и вновь неудачно. Подразделения 171-го танкового батальона потеряли в тот день 12 Т-54. 9 мая была предпринята еще одна попытка взять Анлок. Атаку пехоты поддерживали до 40 танков. В итоге упорных трехдневных боев северовьетнамцам удалось достичь восточной и северной частей города, однако сломить сопротивление его защитников они так и не смогли. Потеряв все танки, части ДРВ были вынуждены отступить.

Следует отметить, что отстоять Анлок американцам и южновьетнамцам удалось во многом благодаря исключительно мощной авиационной поддержке. Позиции ВНА бомбили даже стратегические бомбардировщики В52. Активно использовались и новейшие боевые вертолеты АН-1 «Хью Кобра». В большинстве случаев авиации удавалось отсечь пехоту от танков, после чего последние на городских улицах становились легкой добычей гранатометов М72 LAW, которыми были вооружены американские морские пехотинцы.

В ходе весеннего наступления 1972 года обе стороны понесли огромные потери. По американским данным, Вьетнамская народная армия, например, потеряла в этих боях около 400 танков. Одновременно и участие американских войск в этой войне становилось все более бесперспективным. Руководство США всеми силами стремилось вьтнамизировать конфликт. 27 января 1973 года в Париже было подписано соглашение о прекращении огня, после чего начался вывод американских войск из Вьетнама.

Само собой разумеется, что этот процесс ускорил падение сайгонского режима. Вьетнамская народная армия лихорадочно готовилась к завершающим боям. Из Советского Союза в 1973 году продолжались поставки танков Т-54, Т-34-85 и ПТ-76, а кроме того, поступило некоторое количество танков Т-55. В свою очередь, из Китая были получены танки Т-59 и Т-63. В общей сложности поступило около 600 танков. Столь масштабные поставки позволили командованию ВНА сформировать новые танковые полки. Теперь их стало девять: 201, 203, 204, 206, 207, 215, 273, 408 и 574-й. Началось и формирование танковых бригад. В октябре 1973 года на основе 202-го танкового полка была развернута танковая бригада пятибатальонного состава.

В мае 1974 года до уровня бригады развернули и 203-й танковый полк.

Афганские танкисты занимают места в танках Т-54Б. Окрестности города Ургун, 1985 год.

Кладбище танков Т-55 в Афганистане, каких много сейчас в этой стране. У машины справа обращает на себя внимание нештатная установка 14,5-мм пулемета КПВТ у люка заряжающего.

В общем-то операцию по окончательному разгрому войск сайгонского режима руководство ДРВ планировало на 1976 год. Однако ход событий неожиданно ускорился. Частная операция у Сонг Би в начале 1975 года стала приобретать больший и, что важно, весьма успешный размах. Пришлось вносить коррективы в планы.

В 2.00 9 марта 1975 года с мощной артподготовки началась операция с поэтичным названием «Цветок лотоса». В 7.30 в атаку пошли танки Т-54 из 273-го полка и пехота 10-й дивизии Вьетнамской народной армии. Уже через час вражеская оборона была смята и прорвана. Потери ВНА составили пять танков Т-54. В ходе развернувшегося наступления удалось быстро перерезать пути снабжения всего центрального района Вьетнама. Президент Южного Вьетнама Тхиеу принял решение эвакуировать войска из района Плейку. Но весь план эвакуации рухнул почти сразу, а под ударами частей ВНА отступление быстро переросло в паническое бегство. Ценой потери 320 танков (в основном М48) и нескольких сотен других бронированных машин примерно 60 тысячам отступавших (из 200 тысяч вышедших из Плейку и Контума) удалось вырваться из центрального района и достичь прибрежного города Туйхоа.

Между тем ВНА перешла в наступление на всей территории Южного Вьетнама. 18 марта пал Анлок, а в районе городов Дананг, Куангчи и Хюэ южновьетнамские войска попали в окружение. Вскоре все очаги сопротивления армии Южного Вьетнама были ликвидированы. 29 марта пал Дананг, 1 апреля был освобожден Туйхоа, а 3 апреля части ВНА захватили крупнейшую в Южном Вьетнаме военно-морскую и военно-воздушную базу Камрань. 7 апреля из танковых пушек был обстрелян Сайгон. 29 апреля танкисты 203-й танковой бригады штурмом овладели авиабазой Тан Сон Нат в пригороде Сайгона. На 30 апреля был назначен штурм города. На рассвете, сметая все на своем пути, «пятьдесятчетверки» 202-й танковой бригады ворвались в Сайгон. В 12.15 танк Т-54А, выбив ворота, въехал во двор президентского дворца.

С завершением войны во Вьетнаме боевая карьера танков Т-54 в Юго-Восточной Азии не закончилась. Вплоть до начала 1990-х годов ареной их активного применения стала Камбоджа (Кампучия). В конце декабря 1978 года в ответ на провокации красных кхмеров 12 дивизий ВНА перешли камбоджийскую границу. Уже 7 января пал Пномпень, а режим Пол Пота был свергнут. В стране началась партизанская война, в которой друг с другом воевали с одной стороны вьетнамцы и правительственные войска, с другой — красные кхмеры, с третьей — армия Нородома Сианука, с четвертой — фронт освобождения кхмеров. Эта каша «варилась» в Камбодже в течение 10 лет, но перевес был на стороне правительственных войск, которых поддерживали вьетнамцы. К 1988 году численность правительственных войск выросла до 40–45 тысяч человек, в армии был сформирован танковый полк, вооруженный Т-54. Позже к ним добавились и Т-55. Причем поставки танков велись не только из Вьетнама, но и из СССР. Так, в марте 1989 года в числе другого вооружения в Кампучию прибыли 24 танка Т-55. По данным на конец сентября 1989 года, правительственные войска располагали 195 танками Т-54/55 и ПТ-76. Весной 1990 года они нанесли мощный удар по силам оппозиции. Массированное использование танков позволило добиться успеха и прижать врага к границе с Таиландом. Летом 1990 года кхмеры, в свою очередь, использовали против правительственных войск танки Т-59, полученные из Китая.

Танк Т-55 армии Уганды, захваченный танзанийскими войсками во время конфликта 1978 года.

Южноафриканские солдаты осматривают подбитый ангольский танк Т-55. 1989 год.

Танки Т-54 и Т-55 широко использовались и другими странами Азии. С середины 1960-х годов танки Т-54 и Т-55 советского производства и Т-59 китайского состояли на вооружении соответственно армий Индии и Пакистана. По западным данным, к 1971 году в пакистанской армии насчитывалось не менее 700 танков Т-59. Со своей стороны, Индия получила из СССР 450–500 танков Т-54А и Т-55.

Китайские Т-59 и индийские Т-54А и Т-55 встретились в боях третьей индо-пакистанской войны 1971 года. Любопытный факт: внешне Т-59 и Т-54А выглядели совершенно одинаково. Обеим сторонам участницам конфликта пришлось принять меры для того, чтобы отличить свои танки от чужих. Пакистанцы решили этот вопрос традиционно, нанеся на свои танки белые полосы опознавания по периметру башен. Индусы же поступили более оригинально, установив на стволы 100-мм пушек псевдоэжекторы. Благодаря этому пушки Д-10ТГ стали издали напоминать 105-мм пушки L7, которыми были вооружены индийские «центурионы» и «виджаянты».

После войны 1971 года танки Т-54А и Т-55 продолжали состоять на вооружении индийской армии. Кроме того, из СССР было поставлено дополнительное количество Т-55. Для обеспечения длительных сроков эксплуатации этих машин в г. Кирхи был построен танкоремонтный завод. Танки Т-54 и Т-55 в количестве до 700 единиц до сих пор находятся в строю бронетанковых войск индийской армии. Продолжались и поставки Т-59 в пакистанскую армию. Есть данные и об их лицензионном производстве в этой стране. Впрочем, речь, возможно, идет лишь о модернизации. К настоящему времени пакистанская армия располагает примерно 2 тысячами танков Т-59. В 2000 году в Пакистане была принята программа модернизации танков Т-59. Модернизированный вариант получил название «Аль Заррар». Предусматривалось оснащение танка двигателями китайского или украинского (5ТДФ) производства, комплексом навесной динамической защиты и 125-мм пушками китайской или украинской конструкции. К настоящему времени до уровня «Аль Заррар» модернизировано около 200 танков.

Средний танк Т-55, модернизированный в Финляндии. 1989 год. На машине установлены СУО FCS-FV/K, дымовые гранатометы, резинотканевые экраны, теплоизоляционный чехол пушки, пулемет НСВТ и гранатомет Bofors Lyran для стрельбы осветительными гранатами.

Танки Т-54Б и Т-55 состояли на вооружении и в соседнем Афганистане. Причем поставки из СССР начались еще до демократической революции, то есть еще при короле. В составе частей афганской армии эти боевые машины участвовали в операциях против моджахедов. После 1989 года часть из них попала в руки талибов, часть — сил Северного альянса и других группировок и принимала участие в гражданской войне.

Полем боя для Т-54 стал и Африканский континент.

В ночь с 10 на 11 ноября 1975 года была провозглашена независимость Анголы. В тот же день Народную Республику Ангола (НРА) признала большая группа государств, в том числе и СССР. Власть в стране взяла в свои руки партия-движение МПЛА (Народное движение за освобождение Анголы), президентом стал ее лидер А. Нето. Однако обстановка в стране оставалась критической. Продолжались ожесточенные бои между отрядами МПЛА, ФНЛА (Национальный фронт освобождения Анголы) и УНИТА (Национальный союз за полную независимость Анголы). Все эти повстанческие движения плохо ладили друг с другом. Объединить их на время могло лишь одно — общий враг в лице «коммунистической» МПЛА. К Луанде с севера приближались формирования ФНЛА при поддержке частей регулярной заирской армии и иностранных наемников. А с юга к столице рвались отряды УНИТА при поддержке подразделений ЮАР. Сил и средств для длительного сопротивления у МПЛА не было и А. Нето обратился к Москве с призывом о помощи.

К апрелю 1976 года СССР поставил в Анголу свыше 300 танков: 70 Т-34-85, 200 Т-54 и 50 ПТ-76. В конце года Москва обратилась к Кубе с просьбой направить в Анголу своих военнослужащих. Прибытие кубинских войск позволило переломить ситуацию в пользу МПЛА. Отряды ФНЛА и заирские части были разбиты, УНИТА и войска ЮАР остановлены. Интересно отметить, что в условиях саванны на юге Анголы весьма серьезным противником Т-54 стали юаровские пушечные бронемашины «Эланд» Мк 7 («Панар» AML90). Они были вооружены 90-мм пушками, способными пробить броню Т-54. Безусловно уступая танкам в бронировании, они существенно превосходили их в подвижности.

Новый виток боевых действий в Анголе пришелся на вторую половину 1980-х годов. В 1987 году вооруженные силы Анголы перешли в наступление против отрядов УНИТА в районе г. Мовинга. При этом отмечалось массовое использование бронетехники: в бой было брошено около 150 танков Т-54. Бои развернулись на фронте протяженностью 40 км. 14 августа 1987 года в наступление перешли уже пять бригад правительственных войск. В составе каждой бригады имелось от 10 до 30 танков Т-54/55. Минные поля и артиллерия УНИТА не смогли остановить танки. Стало очевидным, что без посторонней помощи отряды УНИТА Мовингу не удержат.

Танки Т-55А хорватской армии. 1991 год.

Танки Т-55 Югославской народной армии занимают позиции неподалеку от хорвато-словенской границы. 1991 год.

Танк Т-55 ведет огонь из пулемета ДШКМ. 2-я гвардейская бригада хорватской армии, Босния и Герцеговина, январь 1998 года.

В Претории было принято решение о прямой военной интервенции. Силы для этого, на первый взгляд, были выделены весьма скромные: механизированная бригада численностью 3 тысячам человек с танками и артиллерией. Но юаровские военные знали, что делали, — эти силы стоили 30 тысяч ангольцев, что и подтвердилось в дальнейшем. Бои затянулись до поздней осени, когда наступление ангольской армии сменилось отступлением. Решающую роль сыграл точный огонь юаровской артиллерии. Неплохо показали себя в боях с Т-54 и Т-55 танки «Олифант» — модернизированные в ЮАР «центурионы» — и пушечные бронеавтомобили «Ратель-90», подбившие несколько танков Т-54. «Пятьдесятчетверки», впрочем, тоже не остались в долгу — в боях за переправы на р. Ломба 13–14 сентября 1987 года их огнем были уничтожены четыре бронемашины «Ратель».

Остановить юаровские войска смогли только кубинцы. В июне 1988 года было заключено перемирие и начался постепенный вывод из Анголы всех иностранных войск. Однако спорадические вспышки боевых действий имели место в течение еще нескольких лет, и не без участия танков Т-54/55.

Танки Т-55 активно применялись (хоть и в относительно малом количестве) в ходе гражданской войны в Судане в 1990-е годы. Причем использовали их как правительственные войска, так и формирования Суданской народно-освободительной армии.

Во время сомалийско-эфиопского конфликта 1977–1978 годов танки Т-54/55 также находились в войсках обеих сторон. Накануне войны сомалийская армия насчитывала 22 тысячи человек, эфиопская — 47 тысяч. Но сомалийская армия имела 200 танков Т-34-85 и 50 Т-54. В состав ее ВВС входили 66 боевых самолетов, а в эфиопской армии их было всего 36. Эфиопская армия на тот момент вообще представляла собой причудливый «оружейный склад», в котором можно было обнаружить вооружение самых разнообразных марок: американские винтовки M16, советские автоматы, пулеметы и гранатометы; американские танки М47 соседствовали с советскими Т-55 и самоходными гаубицами. Ко всему этому вооружению крайне не хватало запчастей. В ходе боев и та и другая стороны несли серьезные потери в оружии и боевой техники. Потери Эфиопии восполнялись массовыми поставками из СССР и других стран соцлагеря. Война между Эфиопией и Сомали продолжалась недолго, около семи месяцев, и закончилась поражением Сомали.

Средний танк M-55S-1 словенской армии.

Танк Т-55АМ грузинской национальной гвардии. Абхазия, 13 ноября 1992 года.

В 1982 году в Чаде вспыхнула очередная гражданская война. В события с одной стороны вмешалась Ливия, с другой — Франция. В Чад были направлены ливийские войска и подразделения Иностранного легиона. В итоге гражданская война превратилась в чадско-ливийскую. Впрочем, если бы не прямая помощь Франции, судьба Чада была бы плачевной. Французские противотанковые комплексы смогли остановить ливийские механизированные колонны. Потери ливийцев были внушительными: за время войны они потеряли 296 танков Т-55. При этом 183 машины были уничтожены, а 113 захвачены противником с повреждениями различной степени или без них…

Как бы это ни казалось странным, но последний на сегодняшний день крупный военный конфликт с участием танков Т-54 и Т-55 произошел в Европе. Имеется в виду гражданская война в Югославии.

По состоянию на 1991 год в Югославской народной армии (ЮНА) имелось около 1800 танков, из них примерно 1300 — Т-54 и Т-55.

Формальный распад Югославии (СФРЮ) начался 25 июня 1991 года с объявления независимости Словенией и Хорватией, а уже 27 июня началась так называемая война в Словении, также известная на Западе как «война казарм». Не вдаваясь в подробности событий тех лет, все-таки необходимо дать некоторые пояснения. Вооруженные силы СФРЮ всегда состояли из двух компонентов — федеральной регулярной армии и войск территориальной обороны. Последние имелись в каждой из шести союзных югославских республик. Они и стали основой национальных армий. В июне 1991 года численность ЮНА составляла примерно 130 тысяч человек, из которых 55 тысяч дислоцировались в Хорватии, а 20 тысяч — в Словении. В то же время в распоряжении правительства Хорватии имелось до 40 тысяч бойцов территориальной обороны и 15 тысяч полицейских, а Словении — соответственно 35 и 8 тысяч. Войска территориальной обороны были вооружены оружием и техникой «второго срока», в основном периода Второй мировой войны и 1950-х годов, уже снятой с вооружения ЮНА. В их распоряжении имелось даже ограниченное количество устаревшей бронетехники: советские танки Т-34-85 и американские истребители танков М36 «Слаггер». На вооружении полиции состояли югославские бронетранспортеры BOV-M и БТР-60 как советского, так и румынского производства. Резервом для пополнения национальных формирований в условиях конфликта была и ЮНА. Если офицерский состав был преимущественно сербским — 80 %, то среди рядовых сербы составляли только 42 %.

Перед частями ЮНА, расквартированными в Словении и частично в Хорватии, была поставлена задача окружить столицу Словении Любляну, а также взять под контроль международный аэропорт и пограничные посты на границе с Австрией, Венгрией и Италией. Выполнить эту задачу не удалось — не хватило решимости, да и словенцы оказали неожиданно активное сопротивление. Колонны и казармы ЮНА были блокированы и подверглись обстрелу. В руки словенцев попадало все большее количество тяжелой боевой техники, во многом благодаря дезертирству из ЮНА солдат несербской национальности. Так, например, 27 июня колонна танков Т-55 вышла из г. Марибор в направлении поста Езерско на границе с Австрией. На полпути экипажи бросили свои боевые машины.

Абхазский танк Т-55АМ ведет огонь по грузинским войскам. Январь 1993 года.

Грузинский танк Т-55АМ в Сухуми. 7 мая 1993 года.

Совершенно исправные Т-55 достались словенцам без единого выстрела. Тем не менее за неделю «войны» не обошлось и без серьезных боевых столкновений. Например, на границе с Италией под Нова-Горицей словенский отряд за пять минут боя подбил два Т-55 и уничтожил 35 солдат и офицеров ЮНА. Бойцы территориальных формирований использовали тактику партизанской войны, для которой они, собственно, и создавались. Хорошо зная местность, они устраивали засады на путях движения колонн ЮНА. И все же война в Словении стала самым бескровным этапом гражданской войны на Балканах.

В отличие от событий в Словении конфликты в Хорватии и Боснии были более продолжительными и кровавыми. Что касается бронетехники, то способ ее получения хорватскими и боснийскими силами был такой же — захват. Так, например, к концу сентября 1991 года хорваты установили контроль над 32 военными городками ЮНА, захватив при этом ту часть техники, которую не успели вывести сербы.

Хорватские формирования чаще всего использовали танки в качестве подвижных огневых точек. Так, четыре Т-55 помогли хорватам несколько месяцев держать оборону на подступах к г. Новска в Западной Славонии. Два Т-55 отражали атаки сербов в районе моста через Мрежицу под г. Карловач. В Славонии, где местность благоприятствовала использованию танков, они применялись наиболее широко. Командование ЮНА бросило здесь в бой до 400 машин. Хорваты медленно отступали под ударами превосходящих сил федеральных войск. В конце сентября развернулись тяжелые уличные бои в г. Вуковар. Сербам удалось взять город только 17 ноября.

Весной 1992 года разгорелась война и в Боснии. Одним из первых крупных боев стала атака позиций боснийцев в районе г. Босански-Брод. В атаке принимало участие полторы тысячи сербов при поддержке 16 танков Т-55 и М-84. Через несколько дней артиллерия и танки сербов начали обстрел г. Сараево — столицы Боснии и Герцеговины. Несомненно, сербам удалось бы взять этот город, но вмешалась ООН.

Летом на помощь боснийцам пришли хорваты. Хорватская пехота при поддержке танков Т-34-85 и Т-55 нанесла удар по позициям сербов в районе г. Бугойно. Всего же, по западным данным, хорваты ввели в Боснию около 100 танков, главным образом Т-55. Совершенно очевидно, что захватить у ЮНА такое количество машин они не могли. Скорее всего, здесь можно говорить уже о поставках в зону вооруженного конфликта какого-то количества боевых машин. Есть данные, что из арсеналов бывшей армии ГДР.

Говоря о гражданской войне в Югославии, нельзя обойти молчанием вооруженные конфликты, имевшие место при распаде другого союзного государства — СССР.

После развала Советского Союза встал вопрос о разделе вооружения и боевой техники между новоиспеченными независимыми государствами. В результате переговоров, состоявшихся в Ташкенте в мае 1992 года, бронетанковая техника распределилась следующим образом:

В таблице отсутствуют данные по среднеазиатским республикам, так как они не публиковались. Следует учитывать, что данные по Закавказскому региону могут быть неполными, поскольку к «приватизации» боевой техники Советской армии там приступили задолго до начала ее официального раздела.

Танковая колонна правительственных войск (танк Т-55 и транспортер-тягач МТ-ЛБ с зенитной установкой ЗУ-23-2) движется в направлении г. Сенаки. Грузия, октябрь 1994 года.

Средние танки Т-55 перуанской армии. На танках в качестве дополнительного вооружения установлены ПТУР 9М14М «Малютка».

Если же говорить именно о танках Т-55, то наиболее интересным для нас является именно Закавказье. В группах войск за рубежом и в западных военных округах танков этого типа к началу 1990-х годов практически уже не было. Закавказский же округ считался почти тыловым (почти, потому что граничил с блоком НАТО в лице Турции), поэтому танки Т-55 в его частях имелись в заметном количестве. Первой и, пожалуй, единственной ареной достаточно широкого применения танков Т-55 стала Абхазия.

Боевые действия здесь характеризовались подавляющим превосходством грузинской стороны в тяжелой боевой технике. Спустя четыре месяца после начала вооруженного конфликта абхазские формирования располагали только 8 танками и 30 БМП. В то же время только от 10-й дивизии Закавказского военного округа в Акалцихе грузинской армии было передано танков Т-55 — 108 единиц, БМП-1 — 105, БМП-1К — 6, БТР-70 — 4, БРМ-1К — 14. К этому можно добавить и 25 БМП, «приватизированных» на Тбилисском ремонтном заводе. Следует особо отметить, что эту технику российская сторона передала Грузии с условием, что она не будет использоваться во внутриполитических конфликтах. Впрочем, об этих обязательствах забыли уже на следующий день.

В настоящее время танки Т-55 имеются на вооружении в непризнанных республиках Абхазии и Южной Осетии, а также — в грузинской армии. Причем парк этих танков в Грузии пополняется — несколько десятков машин Т-55АМ2 приобретены у Чехии.

Танк ПТ-76 с пушкой Д-56ТМ.

ПЛАВАЮЩИЙ ТАНК ПТ-76

Опыт Второй мировой войны со всей очевидностью показал, какой трудноосуществимой задачей являлось форсирование водных преград. Пожалуй, в наибольшей степени трудности с ее разрешением испытывала Красная Армия.

Во-первых, в 1943–1945 годах по мере продвижения на запад нашим войскам пришлось переправляться через огромное количество рек, озер, проливов и лиманов. Дело осложнялось тем, что на территории как СССР, так и Восточной Европы большинство рек текут или с севера на юг, или с юга на север. При этом из-за направления вращения Земли восточные берега этих рек низкие, а западные — высокие. Последнее обстоятельство создавало дополнительные трудности при их форсировании.

Во-вторых, оснащенность Красной Армии переправочными средствами оставляла желать лучшего. К тому же все они имели низкую тактическую подвижность. Так, например, наиболее удачный и один из лучших в мире в тот период отечественный понтонно-мостовой парк Н2П перевозился на тележках, буксируемых тракторами С-65, реже — на автомомбилях ЗИС-5. Самоходных переправочных средств, способных двигаться сразу за боевыми порядками наступающих войск и в одном с ними темпе, не было вообще. Что же касается плавающих танков, строившихся в довоенные годы тысячами, то использовать их в качестве переправочных средств первого броска не представлялось возможным.

Опытный образец плавающего танка Р-39 в заводском цехе.

С одной стороны, по причине малого их количества к 1943 году, а с другой — из-за слабости вооружения и низкой технической надежности. К тому же плавающие танки довоенного образца из-за невысоких характеристик плавучести не могли переправлять через водные преграды ничего, кроме самих себя, что и предопределило крайне редкое их использование.

Все вышеперечисленные факторы приводили к тому, что в большинстве случаев вышедшие к водным преградам подразделения Красной Армии были вынуждены форсировать их с помощью подручных средств (от рыбацких лодок до заборных калиток), исключавших перевозку тяжелого вооружения. К чему это приводило, можно представить на следующем примере. Осенью 1943 года части 3-й гвардейской танковой армии, опередив отступавшие немецкие войска, вышли к Днепру. Мотострелковые батальоны с ходу форсировали реку на подручных средствах и захватили плацдарм. На правом берегу в этом месте противника еще не было. Понтонно-мостовые части, способные переправить через Днепр танки и артиллерию, подошли только через 14 суток. К этому времени немцы ликвидировали плацдарм и выстроили глубокоэшелонированную оборону, сведя на нет успех внезапного и стремительного первого броска через Днепр.

Несколько улучшить ситуацию помогли появившиеся в войсках уже в ходе войны американские плавающие автомобили Ford GPA и GMC DUKW, поставлявшиеся по ленд-лизу. Эти машины, не имевшие ни брони, ни вооружения, благодаря только одному преимуществу — амфибийности, сыграли существенную роль в боевых операциях, связанных с форсированием таких крупных водных преград, как Дунай, Висла, Свирь, Даугава, Одер и др. В этих случаях удавалось решать боевые задачи сравнительно быстро и с минимальными потерями.

Опытный образец плавающего танка К-90 в экспозиции Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники в Кубинке.

Танк ПТ-76 одной из первых производственных серий. Обращают на себя внимание гладкие штампованные опорные катки и фара ФГ-10 в паре с сигналом на верхнем носовом листе корпуса.

Вторая мировая война завершилась. Однако проблема армии, связанная с форсированием крупных водных преград, оставалась. После знаменитой речи У. Черчилля в Фултоне началась «холодная война», грозившая перерасти в войну вполне «горячую». Местом возможных боевых действий в таком случае должен был стать Центральноевропейский театр, на котором водные преграды встречаются через каждые 40–50 км. Чтобы сохранить в этих условиях высокую тактическую подвижность, войскам было необходимо форсировать их с ходу, а это требовало принятия на вооружение целого комплекса переправочных средств, как классических возимых, так и высокомобильных самоходных.

В конце 1940-х годов были разработаны и в начале 1950-х поступили в инженерные войска Советской армии понтонно-мостовые парки ТПП, ПВД-20 и ППС. Кроме того, в этот же период велось интенсивное проектирование новых переправочно-десантных средств, которых до этого в нашей армии не было.

В 1948 году в ОКБ инженерных войск под руководством А.Ф. Кравцова на базе артиллерийского тягача М-2 разработали плавающий гусеничный транспортер К-61. Годом позже на вооружение был принят большой плавающий автомобиль БАВ, созданный на ЗИСе под руководством В.А Грачева, а в 1952 году — МАВ (ГАЗ-46), спроектированный на Горьковском автозаводе под руководством главного конструктора А.А. Смолина. В конструкциях обеих амфибий использовались узлы и агрегаты автомобилей повышенной проходимости ЗИС-151 (6x6) и ГАЗ-69 (4x4). Тактико-техническими заданиями к этим машинам предъявлялись весьма жесткие требования, которые были выполнены. В частности, осенью 1950 года два опытных образца плавающего автомобиля БАВ совершили большой испытательный пробег через Крым на Кавказ с преодолением вплавь Керченского пролива в условиях достаточно серьезного волнения, прошли большие расстояния по воде р. Кубань.

Плавающий танк ПТ-76 ранних выпусков на тактических занятиях в одной из частей Советской армии. 1970 год.

ПТ-76 поздних выпусков (до 1957 года). У этой машины опорные катки позднего типа (с выштамповками) и прямоугольные 95-литровые дополнительные топливные баки.

Особое место в этой обширной программе создания переправочно-десантной техники занимали плавающие бронированные машины. Техзаданием, разработанным сразу после окончания Великой Отечественной войны, предусматривалось создание двух боевых машин — плавающего легкого танка и бронетранспортера с максимально возможной степенью унификации. Тактико-технические требования, выдвинутые военными, были беспрецедентными. Они предусматривали вооружить легкий танк не только 76-мм пушкой, но и перевозить на плаву десант из 20 человек. Бронетранспортер, в свою очередь, должен был вмещать 25 пехотинцев с оружием или перевозить на себе (в полном смысле этого слова) вплавь все тяжелое вооружение стрелкового полка. Словом, речь шла о создании десантно-штурмовых бронированных машин первого броска.

Разработку танка и бронетранспортера поручили заводу № 112 «Красное Сормово», по-видимому, посчитав, что судостроительный завод, приобретший в годы войны опыт танкостроения, лучше других справится с этой задачей. Проектирование боевых машин, получивших индексы Р-39 и Р-40 соответственно, началось в 1946 году.

Компоновка танка ПТ-76:

1 — задний левый габаритный фонарь; 2 — труба левого водомета; 3 — ведущее колесо; 4 — бортовая передача; 5 — водоотливная труба; 6 — коробка передач; 7 — короб эжектора; 8 — броневая решетка; 9 — масляный радиатор; 10 — водяной радиатор; 11 — клапанные коробки механизма защиты двигателя от попадания воды; 12 — двигатель; 13 — масляный бак; 14 — топливный бак; 15 — воздухоочиститель; 16 — сиденье командира; 17 — пол боевого отделения; 18 — ВКУ; 19 — укладка 76-мм выстрелов; 20 — сиденье механика-водителя; 21 — аккумуляторы; 22 — волноотражательный щиток; 23 — правый передний габаритный фонарь; 24 — перископический прибор наблюдения МК-4; 25 — крышка башенного люка; 26 — укрывочный брезент; 27 — вентилятор.

В 1948 году опытный образец плавающего танка представили на испытания, которых он не выдержал. Движение на плаву осуществлялось с помощью гребного винта, а повороты водяным рулем — как на довоенных плавающих танках. Во время заводских испытаний танк Р-39 затонул из-за недостаточной остойчивости, малого запаса плавучести и превышения массы. Слабое бронирование, меньшая скорость движения по воде по сравнению с требуемой, а также недостаточная прочность и надежность некоторых узлов и агрегатов привели к прекращению работ на заводе № 112 по данной теме, что оказалось серьезным ударом по программе обеспечения армии плавающими машинами, ход выполнения которой находился на личном контроле у И.В. Сталина. Оргвыводы последовали незамедлительно: руководство завода (директор, главный конструктор и др.) были сняты со своих постов и привлечены к ответственности.

После этой неудачной попытки постановлением Совета министров СССР № 3472 от 15 августа 1949 года разработка, изготовление и представление на государственные испытания плавающих танка и бронетранспортера были поручены ВНИИ транспортного машиностроения (ВНИИ-100), созданному в Ленинграде на базе филиала Опытного челябинского танкового завода № 100. Вся стендовая отработка узлов и механизмов была сосредоточена в Ленинграде, а разработку документации возложили на объединенную конструкторскую бригаду, находившуюся в Челябинске. В эту бригаду были включены также горьковские и сталинградские специалисты. Здесь следует отметить, что согласно постановлению правительства изготовителем проектируемого плавающего танка должен был стать Сталинградский тракторный завод.

Танк ПТ-76 выпуска 1954 года.

Плавающий танк ПТ-76Б на боевой позиции. Учения «Днепр», сентябрь 1967 года.

В 1950 году были изготовлены опытные образцы машин и начались их заводские испытания по программе, согласованной с заказчиком. Испытания дали много интересного, даже неожиданного, и конечно, потребовали доработки конструкции, сведшейся в основном к усилению нижней части корпуса, улучшению герметичности узлов ходовой части и внесению ряда других незначительных изменений. К июню 1950 года танк был готов к государственным испытаниям.

Успешное завершение испытаний послужило основанием для выхода постановления Совета министров СССР от 6 августа 1951 года за № 3686–1447, в соответствии с которым эта машина была принята на вооружение Советской армии как плавающий танк ПТ-76.

Герметичный корпус танка сваривался из броневых катаных листов толщиной 8—16 мм, и ему была придана форма, обеспечивавшая минимальное сопротивление при движении на плаву. Сварная башня танка имела форму усеченного конуса. В башне устанавливалась 76-мм танковая пушка Д-56Т (боекомплект 40 выстрелов) с дульным тормозом реактивного типа и спаренный с ней 7,62-мм пулемет СГМТ (боекомплект 1000 патронов). В кормовой части танка был установлен 6-цилиндровый рядный дизельный двигатель В-6 мощностью 240 л.с. при 1800 об/мин. Он имел подогреватель, эжекционную систему охлаждения и механизм защиты от попадания воды. Пятискоростная коробка передач была заимствована у танка Т-34. Установленные в ходовой части пустотелые опорные катки создавали дополнительный запас плавучести. Движение на плаву осуществлялось при помощи гидрореактивного водометного движителя. Максимальная скорость движения по шоссе составляла 44 км/ч, на плаву 10,2 км/ч. Запас хода по шоссе — 370 км, на плаву — 120 км.

В течение 15 лет серийного производства танк ПТ-76 неоднократно подвергался модернизации, связанной в основном с улучшением вооружения, приборов наблюдения, средств связи, установкой дополнительного оборудования и изменением формы и размеров бронекорпуса.

С 1957 года на танк стали устанавливать пушку Д-56ТМ, имевшую двухкамерный дульный тормоз и эжекционное устройство для продувки канала ствола, новые приборы наблюдения у командира и механика-водителя, прибор ночного видения механика-водителя ТВН-2Б, новые фары, радиостанцию Р-113, внутреннее переговорное устройство Р-120 и термодымовую аппаратуру ТДА. Кроме того, высота корпуса была увеличена на 130 мм и, соответственно, возросло водоизмещение. Для лучшего схода воды задней части крыши корпуса придали небольшой обратный уклон. Тем не менее характеристики машины при движении на плаву несколько ухудшились: расход горючего возрос до 270–440 л на 100 км, а запас хода уменьшился до 60–70 км.

С 1959 года началось производство машины, модернизированной в соответствии с требованиями обеспечения возможности действовать в условиях применения ядерного оружия. Для этого танк оснастили нагнетателем и системой ПАЗ. Кроме того, было установлено орудие Д-56ТС, снабженное двухплоскостным стабилизатором СТП-2П.

Для увеличения запаса хода танка смонтировали три топливных бака: один кормовой внутренний и два наружных. Общая емкость всех топливных баков достигла 580 л.

Боевые машины, выпущенные после 1959 года, получили обозначение ПТ-76Б.

Башня:

1 — крышка люка башни; 2 — командирская башенка; 3 — поручень; 4 — колпак вентилятора; 5 — стакан антенного основания; 6 — крюк для подъема башни; 7 — рамка пушки; 8 — амбразура; 9 — кронштейн фары ночного видения; 10 — наружная часть установки призменного перископического прибора заряжающего.

Сирийский ПТ-76Б, подбитый на Голанских высотах. 1973 год.

Последняя группа изменений внедрялась также на танки ПТ-76 и ПТ-76Б раннего выпуска в ходе их капитального ремонта. Кроме того, в ходе ремонта на танки ПТ-76, выпущенные до 1957 года, устанавливались пушки Д-56ТМ. С 1967 года на всех танках спаренные пулеметы СГМТ стали заменять на более современные ПКТ. Вместо радиостанций Р-113 стали ставить радиостанции Р-123, а переговорные устройства Р-120 уступили место Р-124. При капитальном ремонте старые гладкие опорные катки ходовой части заменялись новыми — с выштамповками.

Производство ПТ-76Б продолжалось по 1969 год. За это время было выпущено 4127 танков ПТ-76 и ПТ-76Б, из которых 941 был поставлен за рубеж.

Первые серийные танки ПТ-76 поступили в войска в 1952 году. Ими укомплектовывались роты плавающих танков гвардейских танковых полков танковых и механизированных дивизий. Полученные армией несколько позже бронетранспортеры БТР-50 пошли на комплектование мотострелковых батальонов тех же полков. Таким образом, в танковом полку Советской армии создавался своего рода «амфибийный кулак», способный обеспечить форсирование любой водной преграды с ходу или после кратковременной подготовки в условиях неядерной войны. Плавающим танкам и бронетранспортерам надлежало в буквальном смысле слова «поднять на себя» все мотострелковые подразделения танкового полка с тяжелым вооружением и в один-два приема переправить их через водную преграду. Затем, поддерживая мотострелков огнем и маневром, способствовать захвату и удержанию плацдарма до переправы главных сил.

Однако такой подход к использованию ПТ-76 и БТР-50 сохранялся недолго. К середине 1950-х годов развитие новых средств ведения войны, и в первую очередь ракетно-ядерного оружия, заставило по-новому взглянуть на тактическое использование традиционных видов вооружения и боевой техники. Возможность ведения неядерной войны, во всяком случае на Центральноевропейском театре военных действий, всерьез уже никем не воспринималась. В этих условиях были пересмотрены и взгляды на применение плавающих танков и бронетранспортеров. Комплекс сил и средств «первого броска» через водные преграды стал не нужен.

Невостребованные ПТ-76 решили направить в разведывательные подразделения. По-видимому, сработал некий стереотип еще довоенных времен: если легкий и плавающий, то, значит, разведывательный. По штату 1962 года, просуществовавшему почти без изменений до конца 1980-х годов, в танковой или мотострелковой дивизии насчитывалось до 19 ПТ-76. Они входили в состав отдельных разведывательных батальонов дивизионного подчинения, а также в состав разведрот танковых полков. Надо сказать, что в войсках переквалификацию ПТ-76 в разведывательный восприняли без особого энтузиазма: ничего себе разведчик, по габаритам превосходящий средний танк Т-54, наиболее массовый тогда в Советской армии. Даже окоп для ПТ-76 нужно было рыть больший, чем для «пятьдесятчетверки»! На марше же, из-за меньшей удельной мощности, ПТ-76 попросту отставал от Т-54. К тому же для выполнения разведывательных функций ПТ-76 не оснастили никаким специальным оборудованием (дополнительные приборы наблюдения и средства связи), кроме штатного. Каких только прозвищ на надавали ПТ-76 в войсках: «катер с пушкой», «плывун» и совсем уж презрительное — «поплавок».

Вместе с частями, в которых они находились в штате, ПТ-76 принимали участие в венгерских событиях 1956 и чехословацких 1968 годов. По-видимому, какое-то количество танков ПТ-76 имелось и в составе 5, 108 и 201-й мотострелковых дивизий, вошедших в декабре 1979 года в Афганистан.

Танки готовятся покинуть десантный корабль. Краснознаменный Черноморский флот, 1966 год. Машины морской пехоты оснащались снаряжением, специфичным только для этого рода войск. Кроме аварийного буя (в сетке сразу за башней) на крыше МТО крепился спасательный круг. На вытяжной вентилятор башни ставилась воздухоотводящая труба, к которой крепился ходовой огонь.

Водометный движитель:

1 — корпус водяного насоса; 2 — трубка для заправки смазки; 3 — водопроточная труба; 4 — внутренний редуктор; 5 — сопловый патрубок; 6 — корпус привода к заслонке; 7 — кормовой патрубок; 8 — заслонка; 9 — труба заднего хода; 10 — броневая перегородка; 11 — картер привода; 12 — лопатки направляющего аппарата; 13 — рабочее колесо; 14 — решетка; 15 — карданный вал; 16 — постамент; 17 — приемный патрубок.

Но в целом крест на карьере в сухопутных войсках как ПТ-76, так и БТР-50 поставило появление боевой машины пехоты БМП-1. Принятая на вооружение в 1966 году, она начала поступать в первую очередь в мотострелковые батальоны танковых полков и мотострелковые полки танковых дивизий, а заодно и в разведывательные подразделения этих частей и соединений, постепенно вытесняя из них ПТ-76 и БТР-50. Тем не менее эти машины, и в первую очередь ПТ-76, продержались на вооружении еще довольно долго. Так, согласно данным, которые Советский Союз представил к подписанию Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), на ноябрь 1990 года СССР имел на этом континенте 1030 танков ПТ-76. Из этого количества в различных зонах действия договора имелось:

— в зоне IV-1 (европейская часть СССР, Польша, Венгрия, Чехословакия, ФРГ) — 602 танка;

— в зоне IV-2 (ФРГ, Венгрия, Польша, Чехословакия, ПрибВО, БВО, ПрикВО, КВО, МВО, Приволжско-Уральский ВО) — 174;

— в зоне IV-3 (ФРГ, Венгрия, Польша, Чехословакия, ПрибВО, БВО, ПрикВО, КВО) — 168;

— в зоне V-5 (фланги от Атлантики до Урала — ЛенВО, ОдВО, ЗКВО, СКВО) — 428.

По данным комиссии, за соблюдением положений договора можно проследить динамику сокращения численности танков ПТ-76 сначала на европейской части СССР, а затем и России в 1990-е годы. Так, в 1990 и 1991 годах их число оставалось неизменным (602 единицы), в 1992 году количество ПТ-76 сократилось до 483 единиц (часть танков оказалась за границей — на Украине, в Белоруссии и Молдавии). В 1993 году в частях имелось 397 танков ПТ-76, в 1994-м — 282, в 1995-м — 126, в 1996-м — 25, в 1997-м — 5. Таким образом, к 1998 году в воинских частях Российской армии, дислоцировавшихся на европейской территории страны, боевых машин этого типа уже не осталось. Сведениями о наличии ПТ-76 в других регионах автор не располагает, но есть все основания предполагать, что и за Уралом их уже нет.

Все вышеприведенные данные касаются только Советской и Российской армии, но не учитывают танки ПТ-76, находившиеся в составе морской пехоты ВМФ. В Вооруженных силах СССР морская пехота была воссоздана в 1963 году. Директивой министра обороны от 7 июня на базе 336-го гвардейского мотострелкового полка БВО, принимавшего участие в учениях ДКБФ, в июле того же года был сформирован 336-й Белостокский орденов Суворова и Александра Невского гвардейский отдельный полк морской пехоты в Балтийске. Вслед за ним аналогичные части сформировали на всех флотах. До 1979 года они содержались по штатам мотострелковых полков (на БТР) Советской армии. При этом, правда, в их состав входили роты плавающих танков ПТ-76.

В 1979 году полки переформировали в бригады, а на Тихоокеанском флоте сформировали дивизию морской пехоты. В штат бригады входил отдельный танковый батальон (две роты ПТ-76 — 35 ед. и две роты средних танков), а в дивизию — танковый полк, также частично укомплектованный танками ПТ-76.

ПТ-76Б поздних выпусков и Т-55АМ из состава 336-й гвардейской бригады морской пехоты Балтийского флота. Снимок начала 1990-х годов.

Танки ПТ-76Б высаживаются со средних десантных кораблей проекта 773. Учения «Осень-88», сентябрь 1988 года.

Любопытно отметить, что на вооружение своих частей бронетранспортеры БТР-50 морская пехота не приняла, предпочтя им колесные БТР-60. В 1989 году были утверждены новые штаты морской пехоты, с небольшими изменениями существующие до сих пор. Места для ПТ-76 в них уже не нашлось, в первой половине 1990-х годов с вооружения морской пехоты они были сняты.

Как это ни странно, но дольше всего ПТ-76 состояли на вооружении Внутренних войск МВД, где их можно встретить и сейчас. Вообще танки появились во Внутренних войсках не случайно. Дело в том, что эти войска, как и их аналоги на Западе (жандармерия во Франции, корпус карабинеров в Италии или гражданская гвардия в Испании) не подпадали под действие статей ДОВСЕ. Так что перевод танковых и мотострелковых частей и соединений из Советской армии в состав Внутренних войск был своего рода «обходным маневром». В результате Внутренние войска МВД СССР в начале 1990-х годов насчитывали 29 полнокровных дивизий. В составе частей Внутренних войск танки ПТ-76 участвовали в первой и во второй чеченских кампаниях.

Помимо Вооруженных сил СССР, танки ПТ-76 состояли на вооружении армий других государств. Первыми получили их армии стран — участниц Варшавского договора. По данным справочника «Милитэри бэлэнс», на 1991 год в венгерской армии имелось 7 ПТ-76 (по-видимому, одна рота) и в Войске Польском — 30. Бундесвер получил в наследство от Национальной народной армии ГДР 143 плавающих танка. Модернизации ПТ-76 подвергались только в Польше, где на них установили 12,7-мм зенитные пулеметы ДШКМ. В ННА ГДР плавающие танки использовались в разведподразделениях танковых и мотопехотных частей, а в Войске Польском они состояли на вооружении 7-й дивизии обороны побережья — польской морской пехоты.

Танк ПТ-76Б финской армии. 1989 год.

Следует отметить, что ни в одной из стран — участниц Варшавского договора, выпускавших бронетанковую технику, ПТ-76 в лицензионном производстве не состоял.

Помимо стран — участниц Варшавского договора, ПТ-76 поставлялись и в другие государства. На основе данных, приводившихся в зарубежной печати в разные годы, удалось составить их перечень, по мнению автора, наиболее полный и точный. Итак, танки ПТ-76 поставлялись в Финляндию, СФРЮ, Алжир, Египет, Иран, Ирак, Ливию, Судан, Сирию, Анголу, Бенин, Конго, Гвинею, Гвинею-Бисау, Мадагаскар, Замбию, Афганистан, Камбоджу, Индию, Индонезию, КНДР, Лаос, Вьетнам, Кубу, Никарагуа, Мозамбик и Уганду.

По западным данным, чуть ли не первой страной «третьего мира», получившей ПТ-76 уже в 1959 году, стал Афганистан. Правда, не совсем понятно, какие водные преграды они должны были там форсировать. Во Вьетнам первые ПТ-76 прибыли в 1960-м, а в Индию и Индонезию — в 1964–1965 годах.

Первой воинской частью индийской армии, получившей в конце августа 1965 года ПТ-76, стал 7-й полк легкой кавалерии, до этого имевший на вооружении легкие танки М3 «Стюарт» периода Второй мировой войны. Боевые машины этого полка уже в сентябре принимали участие в столкновениях с пакистанскими войсками в штате Кашмир.

Несколько танков при этом было подбито и захвачено пакистанцами.

К началу индо-пакистанского конфликта 1971 года ПТ-76 в основном были сосредоточены в 45-м кавалерийском и 69-м танковом полках индийской армии, а также в 1-м и 5-м отдельных танковых эскадронах вместе с бронеавтомобилями «Феррет». Практически все части, вооруженные ПТ-76, были сосредоточены против пакистанской группировки в Восточной Бенгалии. Плавающие танки как нельзя лучше подходили для действий в дельте Ганга. Индийским «семьдесятшестым» противостояли пакистанские легкие танки М24 «Чаффи» и несколько трофейных ПТ-76, захваченных в 1965 году.

В ходе конфликта 1971 года имели место несколько любопытных эпизодов с участием ПТ-76.

9 декабря рота D из 1-го отдельного эскадрона с гуркскими стрелками на броне прорвалась к докам порта Чандпур. В это время по р. Мегхне в направлении Дакки двигались три речные канлодки с 450 солдатами. ПТ-76 открыли огонь. Все три канлодки были потоплены, погибли 180 пакистанских солдат.

Днем позже на другом участке фронта ПТ-76 69-го танкового полка, опять-таки с гуркской пехотой на броне, совершали обходной маневр. Пройдя 55 км по заболоченным джунглям, форсировав несколько рек, они неожиданной атакой 12 декабря заняли г. Богра. Во время штурма огнем 76-мм пушек были уничтожены танк М24 и два безоткатных орудия.

За две недели боев было уничтожено и повреждено 13 индийских танков ПТ-76. Пакистанцы потеряли 66 легких танков М24 «Чаффи». Некоторые из них были захвачены в исправном состоянии и после провозглашения независимости государства Бангладеш переданы в его армию. По результатам этого конфликта индийские военные в целом оказались довольны советскими плавающими танками. В изрезанной водными преградами дельте Ганга ПТ-76 чувствовали себя, «как рыба в воде».

Плавающий танк ПТ-76Б Войска Польского.

Танк ПТ-76Б из состава израильской 11-й резервной танковой бригады в окрестностях Суэца. Октябрь 1973 года.

В целом же массовое применение слабо бронированных, вооруженных всего лишь 76-мм пушками боевых машин оправдало себя по причине отсутствия у пакистанских войск в Восточной Бенгалии достаточного количества противотанковых средств. Они могли противопоставить индийцам только устаревшие легкие танки М24 и безоткатные пушки.

Еще одной ареной использования плавающих танков и бронетранспортеров стал Ближний Восток. В 1966 году Египет получил первые 50 танков ПТ-76. Они использовались в войне 1967 года — не по назначению и без особого успеха. В результате боев 29 ПТ-76 были подбиты или брошены поспешно отступавшими с Синайского полуострова египетскими войсками. Несколько десятков плавающих танков и бронетранспортеров были захвачены, отремонтированы и введены в строй Армии обороны Израиля. На этих машинах заменили двигатели, установили американские пулеметы и новые радиостанции.

Еще более масштабные поставки бронетехники на Ближний Восток осуществлялись с 1967 по 1973 год. Танки принимали участие в боевых действиях «Войны Судного дня». Именно с этой войной связан эпизод боевого применения плавающих танков и бронетранспортеров, полностью соответствовавший концепции, в рамках которой они создавались.

На девятый день войны, утром 15 октября израильские войска силами 18 бригад (из них 9 бронетанковых) при массированной поддержке авиации перешли в контрнаступление на Синайском фронте, нанося главный удар по 2-й египетской армии на исмаильском направлении. Завязались ожесточенные бои на земле и в воздухе. Когда стало ясно, что фронтальные удары не приносят успеха, израильское командование перенацелило основные силы на разгром правофланговых соединений 2-й египетской армии и на выход к Суэцкому каналу севернее Большого Горького озера. Сражение длилось весь день, но решающего успеха не достигла ни одна из сторон. Израильтянам удалось лишь потеснить правофланговую пехотную бригаду 2-й армии и выйти к озеру.

Израильские танки ПТ-76Б спешат к Суэцу. Октябрь 1973 года.

Перелом в ход боевых действий внес Ариэль Шарон — командир 143-й резервной танковой дивизии. По его предложению в ночь на 16 октября израильский отряд из семи плавающих танков ПТ-76 и восьми бронетранспортеров БТР-50П с мотопехотой из состава 88-го амфибийного разведывательного танкового батальона с парашютистами переправился в северной части Большого Горького озера на его западный берег и захватил плацдарм в районе станции Абу-Султан. Успешные действия этого отряда объясняются тем, что египетское командование не допускало возможности форсирования озера израильскими войсками и не выделило сил и средств для обороны западного берега. Даже получив данные о высадке израильского отряда, египетское командование не придало этому значения и не приняло энергичных мер для его уничтожения. В течение двух последующих суток израильские войска наносили удары по правофланговым частям 2-й египетской армии, тесня их к каналу. Одновременно наращивался успех десантного отряда. В ночь на 18 октября был наведен мост, и канал пересекла 162-я танковая дивизия генерала Адана. Вслед за ней последовала и дивизия Шарона. К исходу 18 октября израильские войска расширили плацдарм до 6 км по фронту и до 5 км в глубину. Запоздалые попытки египтян разгромить противника успеха не имели.

Утром 19 октября войска, находившиеся на плацдарме, перешли в решительное наступление. Его особенностью стало широкое применение танков мелкими группами (до роты с мотопехотой и ПТУР на БТР). Действуя на широком фронте, они находили слабые места в обороне египетских войск и прорывались в тыл. Легкие танки ПТ-76 на большой скорости выходили к позициям ЗРК и РЛС и, уничтожая их, способствовали успешным действиям авиации. К исходу 20 октября на плацдарме находились три танковые дивизии Армии обороны Израиля, которые к концу дня 21 октября расширили плацдарм по фронту до 30 км и 20 км в глубину и продолжали наступление.

Таким образом, решающий перелом в ходе боевых действий на Синае (они прекратились 25 октября после захвата израильтянами Суэца и принятия соответствующей резолюции ООН) начался с проведения частной операции, в которой безукоризненно грамотно были использованы плавающие танки и бронетранспортеры советского производства.

Во Вьетнаме танки ПТ-76 вместе с боевыми машинами других типов поначалу входили в состав единственного танкового полка ВНА — 202-го. В 1967 году в нем имелись две отдельные танковые роты, укомплектованные плавающими танками.

Боевой дебют ПТ-76 состоялся в начале 1968 года. 26 января танки ПТ-76 из 3-й роты 198-го танкового батальона при поддержке 24-го пехотного полка атаковали опорный пункт Тей Мей. Небольшой гарнизон южновьетнамских войск был быстро уничтожен.

Спустя несколько дней 6 февраля в предрассветной мгле 16 ПТ-76, поддерживаемые двумя батальонами пехоты, атаковали укрепленный пункт Лонг Вей — лагерь специальных сил армии США, находившийся недалеко от лаосской границы. В ходе боя выяснилось, что американские противотанковые гранатометы М72 LAW оказались совершенно бесполезными против, казалось бы, слабо защищенных ПТ-76. Водоизмещающий корпус большого размера создавал эффект, близкий к эффекту разнесенной брони. Укрепленный пункт был уничтожен, причем в завершение атаки один из ПТ-76 въехал на крышу большого блиндажа и раздавил его. Справедливости ради надо сказать, что вьетнамцы потеряли в этом бою шесть танков.

Плавающий танк ПТ-76 Вьетнамской народной армии.

Взвод плавающих китайских танков Туре 63-I из состава 202-го танкового полка ВНА поддерживает атаку пехоты. Вьетнам, 1972 год.

Первое крупное столкновение вьетнамских танков с американскими состоялось 3 марта 1969 года, когда 4-й батальон 202-го танкового полка силами 12 танков ПТ-76 и нескольких бронетранспортеров БТР-50ПК атаковал американский лагерь Бен Хет. Целью атаки было уничтожение позиций батареи 175-мм самоходных пушек M107. Головной ПТ-76 подорвался на мине, но его экипаж продолжал вести по противнику пушечный огонь. Остальные танки были встречены взводом М48 69-го танкового полка армии США и двумя зенитными самоходками М42. Атака вьетнамцев захлебнулась после потери двух ПТ-76 и одного БТР-50ПК.

Поставки танков ПТ-76 во Вьетнам в этот период были весьма значительными и по объему превосходили все другие типы танков. Американская разведка оценивала танковый парк ВНА в середине 1969 года в 60 единиц Т-54, 50 — Т-34-85 и 300 — ПТ-76!

В 1971 году ВНА располагала уже тремя танковыми полками — 201, 202-м и 203-м. В каждом из них один батальон был укомплектован легкими танками ПТ-76.

Потери ПТ-76 и его китайского аналога Т-63 во Вьетнаме были очень высокими. Это объясняется просто — вьетнамское командование применяло легкие плавающие танки без учета их специфики, часто бросая в бой против хорошо укрепленных позиций и даже против средних танков. Вполне естественно, что при встрече с М48 у ПТ-76 не было никаких шансов уцелеть.

Тем не менее ПТ-76 и Т-63 составляли значительную часть танкового парка Вьетнамской народной армии и использовались во всех боевых операциях вплоть до освобождения Сайгона в 1975 году. К этому времени суммарный парк ПТ-76 и Т-63 во ВНА составлял около 600 единиц.

В последующие годы танки ПТ-76 использовались в боевых действиях на территории Анголы, в Никарагуа, для противопартизанских операций в Индонезии. В Индонезии ПТ-76 основательно модернизировали. В конце 1990-х годов на них установили новые двигатели, трансмиссии и 90-мм пушки «Коккериль». Эти машины обозначаются в западной печати как ПТ-2000.

Легкий плавающий танк Туре 63А. Несмотря на новые башню и вооружение, в корпусе танка легко узнается ПТ-76.

В КНДР разработали свой плавающий танк, базирующийся, правда, на конструктивных решениях и агрегатах ПТ-76 и Т-63. В мире он известен под американским обозначением M1985 (или ПТ-85). Эта машина при массе в 20 т имеет стальной цельносварной корпус и шесть сдвоенных опорных катков большого диаметра на борт. Движение на плаву осуществляется с помощью водометного движителя. В конической цельносварной башне установлены 85-мм пушка китайского образца, спаренный с ней 7,62-мм пулемет и ПУ ПТУР. По западным оценкам, на вооружении КНА находится около 540 танков М1985 и ПТ-76.

По данным справочника «Джейн», помимо КНДР, танки ПТ-76 в конце XX века находились на вооружении в Боснии и Герцеговине, Хорватии, Словении (10 ед.), Сирии (100 ед.), Анголе (12 ед.), Бенине (20 ед.), Конго (3 ед.), Гвинее (18 ед.), Гвинее-Бисау (15 ед.), Мадагаскаре (10 ед.), Мозамбике (16 ед.), Уганда (10 ед.), Замбии (20 ед. ПТ-76), Афганистане (60 ед.), Китае (800 ед. Т-63 и Т-77), Индонезии (61 ед. ПТ-2000), Лаосе (25 ед.), Мьянме (100 ед. Т-63), Пакистане (100 ед. Т-63), Вьетнаме (450 ед. ПТ-76 и Т-63). По сведениям, опубликованным в иностранной печати, в Вооруженных силах Российской Федерации (главным образом во Внутренних войсках) еще эксплуатируется до 100 танков ПТ-76.

Плавающий танк ПТ-76, без всякого сомнения, является выдающимся достижением отечественного танкостроения. В конце 1940-х годов советским конструкторам удалось с блеском решить задачу создания легкой боевой машины, способной преодолеть практически любую водную преграду без предварительной подготовки. За последующие несколько десятилетий ничего более удачного даже во всем мире предложено не было. Китайский Т-63 представляет собой копию советского образца, а шведский IKV-91 вообще нельзя рассматривать как полноценный танк-амфибию, так как он требует подготовки перед переправой, имеет небольшую скорость на воде и малый запас плавучести. Невозможно из него и ведение огня на плаву.

Следует подчеркнуть, что конструкция ПТ-76 полностью соответствовала задаче, ради решения которой он создавался, — форсирование водных преград с ходу, захват и удержание плацдарма до подхода главных сил. Вся история боевого применения ПТ-76 только подтверждает, что во всех случаях, когда эти машины использовались по назначению, им сопутствовал успех. Успех же этот обеспечивался исключительными водоходными качествами, в жертву которым была принесена в первую очередь броневая защита. По этому вопросу дискутировать не стоит: броню ПТ-76 можно было «проткнуть» из крупнокалиберного пулемета.

Американские солдаты осматривают подбитый северовьетнамский ПТ-76.

Легкий плавающий танк Туре 63-I в музее НОАК.

Что же касается вооружения, то его ослаблять было нельзя — машина создавалась как штурмовая. Для 1950-х годов 76-мм орудие Д-56Т являлось весьма мощной артсистемой: ведь основу танковых парков большинства стран — вероятных противников СССР — составляли боевые машины периода Второй мировой войны, вполне доступные для его бронебойных снарядов. Да и впоследствии 76-мм пушке многие цели были «по зубам», особенно на близких дистанциях. Один пример. После испытаний ПТ-76 на одном из полигонов армии США американские эксперты оценили вероятность поражения с первого выстрела неподвижной цели из неподвижного же ПТ-76 на дистанции 500 м в 83–86 %, а на 1000 м — в 61–68 % (в зависимости от типа боеприпаса), что свидетельствует о высоких характеристиках орудия. В тех же условиях ПТ-76 может поразить танк типа М60А1 с вероятностью 33 %, а легкобронированную машину типа САУ M109 или бронетранспортера МПЗ с вероятностью 50 %! Впрочем, основным назначением пушки ПТ-76 была не борьба с бронированными целями, а огневая поддержка переправляющихся мотострелковых подразделений или десанта морской пехоты. Танк был призван играть роль штурмового орудия, причем уже на стадии переправы или преодоления вплавь полосы прибоя. Отсюда и наличие в ТТЗ требования о возможности ведения огня на плаву, выполнение которого стало одной из причин разработки водоизмещающего корпуса большого размера. Устойчивая платформа с большим запасом плавучести необходима была не только для стрельбы с воды, но и для перевозки десанта: ведь что ни говори, а 20 пехотинцев с оружием — это 2–2,5 т.

В строю танки ПТ-76 камбоджийской армии.

Танки ПТ-76 и Т-34-85 армии Лаоса. 1980 год.

Характеризуя конструкцию ПТ-76, следует подчеркнуть, что с точки зрения соответствия задачам, многие недостатки не имеют существенного значения. В их числе, например, невысокая удельная мощность. Не так уж важно, что «семьдесятшестые» с трудом поспевали за «пятьдесятчетверками» на марше. Использовать-то их предполагалось для конкретной цели и совместно с БТР-50, имевшими аналогичную силовую установку. Впрочем, резервы для модернизации тут были огромные. Размеры МТО позволяли установить в нем даже 12-цилиндровый двигатель, что и сделали китайцы, причем без ущерба для плавучести. Однако в СССР эти танки серьезному переоборудованию не подвергались.

Основной парадокс судьбы ПТ-76 заключается в том, что в большинстве случаев о нем приходится говорить в сослагательном наклонении: если бы использовался, если бы модернизировался… В Советской армии ни для ПТ-76, ни для БТР-50 применения по назначению не нашлось. Ну а для роли танка-разведчика ПТ-76 не подходил совершенно, как, впрочем, и БТР-50 — для роли тяжелого бронетранспортера в мотострелковых подразделениях танковых дивизий. Никакой необходимости в слабобронированном и плохо вооруженном, но зато плавающем БТРе в частях, вооруженных неплавающими средними танками, не было. Тут-то как раз самым негативным образом проявлялись недостаточная удельная мощность, чрезмерные габариты и даже большая вместимость. Как известно, бронетранспортеры обычно рассчитаны на перевозку одного пехотного отделения. Попадание же снаряда в БТР-50 до спешивания десанта, весьма неудобного, кстати сказать, становилось фатальным сразу для двух отделений.

Плавающий танк ПТ-76 морской пехоты Индонезии.

Списанные танки ПТ-76Б Войска Польского. Варшава, 1997 год.

В итоге можно прийти к выводу, что эксплуатация ПТ-76 и БТР-50 была адекватной их ТТХ только в морской пехоте. Но для нее не надо было выпускать несколько тысяч танков и бронетранспортеров — хватило бы и нескольких сотен, учитывая, что численность советской морской пехоты в мирное время не превышала 12,5 тысячи человек. Уже с середины 1960-х годов начались интенсивные поставки этих машин за рубеж. Особенно они выросли в следующем десятилетии, когда на экспорт пошли машины из наличия Вооруженных сил. Армия просто избавлялась от того, что ей не подходило. Вероятность большой войны в Европе заметно снизилась, да и сама война, случись, была бы другая. Необходимость в форсировании с ходу большого количества водных преград отпала сама собой. И «поплавок» оказался не нужным.

Тяжелый танк Т-10.

ТЯЖЕЛЫЙ ТАНК Т-10

В конце 1940-х годов с тяжелыми танками в Советской армии сложилась достаточно странная ситуация. На вооружении Советской армии состояли три типа танков — ИС-2, ИС-3 и ИС-4, каждый из которых не мог рассматриваться в качестве основной тяжелой машины на перспективу. Поэтому в конце 1948 года ГБТУ выдало техническое задание на новый тяжелый танк. Основным требованием являлось ограничение боевой массы машины — не более 50 т. Разработчиком было определено КБ Челябинского завода Министерства транспортного машиностроения СССР. Главным конструктором, ответственным за «объект 730» (такое обозначение получил проект нового танка), назначили Ж.Я. Котина. Официально машина получила название ИС-8.

В апреле 1949 года был разработан техпроект. В соответствии с заданием новый тяжелый танк должен был иметь ходовую часть и защищенность по типу ИС-4, а форму корпуса — как у ИС-3. В мае построили деревянный макет танка в натуральную величину, а затем в опытном цехе началось изготовление первого прототипа ИС-8. После проведения заводских испытаний выяснилось, что в целом машина удовлетворяет условиям техзадания и было принято решение о выпуске установочной партии из 10 танков. Они прошли еще два этапа заводских испытаний в 1949 году, после чего в апреле — мае 1950 года на НИБТПолигоне в подмосковной Кубинке состоялись госиспытания. По их результатам Государственная комиссия рекомендовала начать серийное производство танка ИС-8, но с доработками по МТО. Танк прошел большой цикл повторных и контрольных полигонных и заводских испытаний, которые закончились только к декабрю 1952-го. При этом проект менялся несколько раз, в результате чего танк получил сначала индекс ИС-9, а затем и ИС-10.

Тяжелый танк Т-10М.

Т-10М.

В марте 1953 года умер И.В. Сталин, после чего, естественно, аббревиатура «ИС» канула в Лету. В конце года танк был принят на вооружение Советской армии уже под обозначением Т-10.

Сварной корпус его имел сложную коробчатую форму с лобовой частью в форме «щучьего носа». Верхний кормовой лист корпуса был выполнен откидным — для обеспечения доступа к агрегатам трансмиссии. Днище корпуса штампованное, корытообразной формы, кроме кормовой части, где оно было плоским (под силовой передачей). Жесткость днища усиливалась также вваренными в него кронштейнами балансиров. Место механика-водителя находилось впереди по оси машины. Для посадки его в танк имелся люк треугольной формы, закрывавшийся сдвижной крышкой.

Башня — литая, обтекаемой формы с переменными углами наклона стенок и переменной толщиной — от 250 мм в носовой части до 40 мм на литой части крыши. Большая часть стенок башни имела толщину 155 мм при углах наклона от 41 до 50°. Таким образом, приведенная толщина брони достигала 242 мм. Передняя часть крыши башни отливалась заодно с корпусом башни, а задняя изготавливалась из броневого листа и вваривалась в крышу. В этом листе справа располагался люк заряжающего, над которым монтировалась установка зенитного пулемета. Слева располагался люк, над которым размещалась командирская башенка.

122-мм танковая пушка Д-25ТА с длиной ствола 48 калибров и спаренный с ней 12,7-мм пулемет ДШКМ были установлены в литой маске. Пушка имела двухкамерный дульный тормоз и горизонтальный автоматический клиновой затвор. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 795 м/с. Прицельная дальность стрельбы с помощью телескопического прицела ТШ2-27 составляла 5000 м, а с помощью бокового уровня — 15 000 м. Заряжание облегчалось за счет применения механизма досылания. Скорострельность при этом составляла 3–4 выстр./мин, а при заряжании вручную — 2–3 выстр./ мин. На турели люка заряжающего устанавливался зенитный 12,7-мм пулемет ДШКМ, снабженный коллиматорным прицелом К10-Т. Боекомплект пушки состоял из 30 выстрелов раздельного заряжания. Боекомплект пулеметов насчитывал 1000 патронов.

Двенадцатицилиндровый четырехтактный V-образный дизельный двигатель В-12-5 жидкостного охлаждения максимальной мощностью (без воздухоочистителя и противодавления на выпуске) 700 л.с. при 2100 об/мин устанавливался на постаменте в силовом отделении танка. Двигатель В-12-5 относился к дизелям типа В-2. В топливную систему танка входили три внутренних бака — два задних, емкостью по 185 л и один передний — 90 л. На крыльях в корме танка было установлено по одному наружному топливному баку емкостью по 150 л каждый. Наружные баки подключались к топливной системе танка. Таким образом, общая емкость всех баков составляла 760 л. Начиная с июня 1955 года устанавливались внутренние задние топливные баки емкостью 270 л каждый. Вследствие этого общая емкость баков возросла до 930 л.

Тяжелые танки Т-10А на Красной площади. Москва, 7 ноября 1957 года.

Силовая передача состояла из планетарной коробки передач в блоке с механизмом поворота типа «ЗК», обеспечивавшей восемь передач вперед и две назад, и двух двухступенчатых (с простым шестеренчатым и планетарным рядами) бортовых передач. Главного фрикциона в силовой передаче не было, нейтральное положение в механизме передач и поворотов получалось при выключении МПП. Передний фрикцион предназначался лишь для включения заднего хода.

Ведущие колеса заднего расположения имели съемные венцы с 14 зубьями. На каждом борту было семь литых сдвоенных опорных катков с металлическим ободом и три поддерживающих катка. Подвеска независимая, с пучковым торсионом из семи стержней и упругим упором. Гусеница — мелкозвенчатая, цевочного зацепления, состояла из 88 траков.

На танке устанавливали радиостанцию 10РТ-26Э и внутреннее переговорное устройство ТПУ-47-2 на четыре абонента.

В 1955 году были созданы две опытные машины — одна со стабилизатором наведения в вертикальной плоскости, другая — с двухплоскостным стабилизатором. Годом позже эти новшества были внедрены на новой модификации Т-10А. Пушка со стабилизатором в вертикальной плоскости ПУОТ-1 «Ураган» получила обозначение Д-25ТС. На Т-10А вместо прицела ТШ-2-27 установили перископический оптико-гироскопический прицел ТПС-1 и дублирующий телескопический прицел ТУП. Механик-водитель получил прибор ночного видения ТВН-1 и для ориентации гирополукомпас ГПК-48. В результате установки пушки с измененными приводами, а также для улучшения бронезащиты, башню и маску орудия модернизировали. Для уменьшения загазованности боевого отделения на стволе пушки был установлен эжектор. Дополнительно ввели механизм досылания снаряда и заряда, новый подъемный механизм со сдающим звеном и гальваноударное устройство в затворе. В 1957 году была принята на вооружение новая модификация танка — Т-10Б. Основное его отличие — применение уже двухплоскостного стабилизатора ПУОТ-2 «Гром» и прицела Т2С-29-14. В остальном танк был подобен Т-10А.

Тяжелые танки Т-10М из состава Группы Советских войск в Германии на параде в Берлине. 1960-е годы.

Вскоре последовала более серьезная модернизация. В КБ Пермского завода № 172 создали новое 122-мм орудие М-62-Т2 (2А17) с улучшенными баллистическими характеристиками. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 950 м/с. Пушку оборудовали двухплоскостным стабилизатором 2Э12 «Ливень» и прицелом Т2С-29-14. Вместо пулеметов ДШК, как на предыдущих модификациях, были установлены 14,5-мм КПВТ — спаренный с орудием и зенитный. Новый танк — Т-10М — также оснастили полным комплектом ночных приборов: командирским ТКН-1Т, наводчика ТПН-1-29-14 («Луна-2») и механика-водителя ТВН-2Т. Боекомплект состоял из 30 122-мм выстрелов с осколочно-фугасной гранатой и бронебойно-трассирующим снарядом и 744 патронов к пулеметам КПВТ.

В двигатель В-12-6 по сравнению с В-12-5 были внесены изменения в конструкцию картера, коленчатого вала, поршней, цилиндров и т. д. Мощность двигателя составляла 750 л.с. при 2100 об/ мин.

Танк оснащался радиостанцией Р-113 и танковым переговорным устройством Р-120.

Танк Т-10М был запущен в серийное производство в Ленинграде 1958 году, одновременно в Челябинске предусматривался выпуск объекта 743, который отличался, в основном, конструктивными изменениями в приводах управления трансмиссией, бортовых редукторах и топливной системой. Такое положение не соответствовало требованиям стандартизации и унификации вооружения и военной техники, однако танки с этими конструктивными отличиями находились в серийном производстве почти 5 лет и только в 1962 году на обоих заводах был организован выпуск танка Т-10М на основе объекта 272.

В конструкцию Т-10М неоднократно вносились изменения. С 1959 года зенитными пулеметами, например, комплектовался только каждый пятый танк. В 1960-х годах 8-ступенчатую коробку передач заменили на более простую 6-ступенчатую. С 1963 года Т-10М оборудовали системой ОПВТ, что позволяло преодолевать по дну преграды глубиной до 5 м. С 1967 года в боекомплект начали включать выстрелы с бронебойно-подкалиберными и кумулятивными снарядами.

Танки Т-10 первоначально поступали на вооружение тяжелых танкосамоходных полков. С 1947 года один такой полк входил в штат танковой и механизированной дивизии. По мере поступления в войска все большего количества танков Т-10, а затем и Т-10А, Т-10Б и Т-10М началось формирование тяжелых танковых дивизий. Каждая такая дивизия имела два полка тяжелых и один полк средних танков. Первоначально были развернуты две такие дивизии в составе Группы Советских войск в Германии — 13-я гвардейская Бобруйско-Берлинская Краснознаменная ордена Суворова и 25-я гвардейская Краснознаменная. Позже к ним добавились 5-я Корсуньская Краснознаменная и 34-я Днепровская ордена Суворова тяжелые танковые дивизии в Белорусском военном округе и 14-я гвардейская Бахмачская дважды Краснознаменная ордена Суворова тяжелая танковая дивизия в Киевском военном округе.

«Десятки» на экспорт не поставлялись и в боевых действиях не применялись. За исключением маневров, единственная крупная операция, в которой пришлось участвовать танкам Т-10М, операция «Дунай» — ввод войск Варшавского договора в Чехословакию в 1968 году. Это были танки из состава 13-й гвардейской тяжелой танковой дивизии.

Танки Т-10М на площади Республики в г. Пльзень. Чехословакия, август 1968 года.

В 1965 году производство Т-10М прекратили. По западным данным, было выпущено около 8000 танков Т-10 всех модификаций, на самом же деле заводские цеха Челябинского и Ленинградского Кировского заводов с 1954 по 1965 год покинули всего 1529 тяжелых танков этого типа.

В последующие годы, по мере поступления в войска современных боевых машин, танки Т-10, Т-10А, Т-10Б и Т-10М передавались в парки на долговременное хранение, а частично отправлялись на разделку.

Часть танков служила в качестве мишеней на различных полигонах. Формально же они были сняты с вооружения Российской армии в 1993 году, то есть спустя 40 лет после принятия на вооружение.

Танковый взвод на марше по пересеченной местности. 1970 год.

СРЕДНИЙ ТАНК Т-62

К концу 1950-х годов основным вооружением советских средних танков Т-54 и Т-55 была 100-мм нарезная пушка Д-10Т, созданная еще в 1944 году. Процесс ее модернизации привел к появлению артсистем Д-10ТГ и Д-10Т2С, но при этом был связан в основном с решением вопроса стабилизации орудия сначала в одной, а затем и в двух плоскостях. Баллистические же характеристики оставались неизменными. В боекомплект входили выстрелы с устаревшими осколочно-фугасными и бронебойными снарядами ОФ-412, БР-412, БР-412Б и БР-412Д. Причем только последний был создан после войны по образцу трофейных немецких боеприпасов. В результате пушки семейства Д-10 уже не могли эффективно бороться с новыми образцами английских и американских танков.

Поэтому в марте 1954 года в ОКБ-9 под руководством Ф.Ф. Петрова был создан опытный образец 100-мм нарезной пушки Д-54 с начальной скоростью бронебойного снаряда 1015 м/с. К октябрю 1954 года на заводе № 183 в Нижнем Тагиле (УВЗ) эту пушку установили в опытный образец среднего танка Т-54М («объект 139»). Испытания танка проходили в 1954–1955 годах.

Средний танк Т-62.

Тем временем для орудия в ЦНИИ-173 был разработан двухплоскостной стабилизатор «Молния», оно получило обозначение Д-54ТС и было установлено в танк «объект 140». Все работы по установке новой пушки в Т-54М и «объект 140», которые осуществлялись на УВЗ под руководством главного конструктора Л.Н. Карцева, носили инициативный характер. Дело в том, что официально по постановлению правительства опытно-конструкторские работы по созданию нового танка с новой пушкой вело КБ под руководством А.А. Морозова в Харькове. Пушка Д-54ТС была установлена на первый образец харьковского «объекта 430» — прототипа «шестьдесятчетверки», который предполагалось поставить на серийное производство на всех танковых заводах СССР. Поэтому работу тагильчан руководство ГБТУ и ГРАУ воспринимало как конкуренцию и, до некоторой степени, как помеху харьковчанам, хотя и не пресекало ее.

К февралю 1960 года пушка Д-54ТС выдержала повторные полигонно-войсковые испытания, на которых, впрочем, не обошлось без проблем. В частности, у военных вызывал нарекания дульный тормоз. Впрочем, пушка Д-54ТС не пошла в серию по другой причине. Осенью 1958 года представители ГРАУ показали Н.С. Хрущеву новую 100-мм гладкоствольную противотанковую пушку Т-12 «Рапира». Ее бронебойный снаряд имел в полтора раза большую скорость и бронепробиваемость по сравнению со 100-мм нарезной пушкой. Хрущев задал вопрос: «Можно ли эту пушку установить на танк?» Ему ответили: «Можно». «Тогда давайте-ка в следующем году сделаем 200 танков с этой пушкой», — распорядился глава государства. По этому поводу в Москву был срочно вызван Л.Н. Карцев. Ознакомившись с чертежами пушки, он заявил, что в танк ее установить нельзя, в том числе и потому, что выстрел имел длину 1200 мм. Такой выстрел внутри танка было невозможно развернуть и зарядить. По мнению Карцева, длина выстрела танковой пушки не должна была превышать 1100 мм. Такой выстрел имела пушка Д-54, у которой Леонид Николаевич предложил срезать нарезы, после чего ее калибр составил бы 115 мм. Главный конструктор выстрелов В.В. Яворский стал возражать, указывая на то, что снаряд от выстрела длиной 1100 мм будет иметь плохую баллистику, а военные начали пугать Л.Н. Карцева Хрущевым, на что он им ответил: «Если вы мне не верите, ведите меня к Хрущеву, я ему докажу, что ваша пушка в танк установлена быть не может!» После споров, длившихся целый день, все-таки было принято решение о создании новых выстрелов калибра 115 мм длиной 1100 мм, одинаковых по габаритам с выстрелами 100-мм нарезной пушки.

Вместе с нарезами у Д-54 убрали и дульный тормоз. Так появилась первая в мире гладкоствольная танковая пушка У-5ТС «Молот» (индекс ГРАУ 2А20).

Танки Т-62 впервые приняли участие в параде на Красной площади 7 ноября 1967 года.

С 1975 года часть танков Т-62 была оснащена лазерным дальномером КДТ-1, устанавливавшимся над стволом пушки.

В течение 1959 года было изготовлено несколько опытных образцов. К осени 1960 года машины успешно прошли полигонные испытания. Комиссия, проводившая их, рекомендовала принять этот танк на вооружение. Эффективность пушки У-5ТС оказалась выше, чем у прародительницы — 100-мм противотанковой гладкоствольной пушки Т-12. Снаряды имели хорошую баллистику, и все опасения В.В. Яворского оказались напрасными.

Помимо гладкоствольной пушки, «изюминкой» нового танка стала цельнолитая башня. Танки семейства Т-54/55 имели литые башни с вварными катаными крышами, основания люков крепились к крыше болтами. Все это были, с точки зрения снарядостойкости, ослабленные зоны. По техусловиям броня башни «держала» бронебойный снаряд на расстоянии полутора калибров от сварного шва или от болтового соединения. На новой машине решили попробовать установить полностью литую башню. Идеологом этого решения был заместитель главного конструктора УВЗ И.С. Бушнев, до 1957 года возглавлявший бюро вооружения и башни. В свое время он принимал участие в разработке литой башни танка Т-34. Непосредственное проектирование башни вел конструктор Ф.Ю. Беркович. Месяца через три изготовили ее первый опытный экземпляр.

Несмотря на то что Министерством обороны работа по установке в танк новой пушки была оформлена решением Военно-промышленной комиссии при ЦК КПСС и Совмина СССР, военные всячески противились постановке его на производство, поскольку по мощи вооружения он превосходил харьковский «объект 430», на который уже было потрачено огромное количество средств.

Башня:

1 — крюк; 2 — амбразура прицела; 3 — защитная планка; 4 — расточка для цапфы люльки пушки; 5 — амбразура пулемета; 6 — кронштейн для крепления ИК-прожектора; 7 — отверстие для установки прибора наблюдения заряжающего; 8 — крышка люка заряжающего; 9 — люк командира танка; 10 — броневое кольцо; 11 — прибор наблюдения наводчика; 12 — отверстие для антенного ввода; 13 — поручень; 14 — отверстие для установки прицела ТПН-1; 15 — крышка люка выброса гильз; 16 — скобы крепления брезента; 17 — отверстие для выброса отсепарированной пыли; 18 — броневой грибок.

Танк Т-62 выпуска 1972 года. Главным отличием стала установка зенитного пулемета ДШКМ на люке заряжающего.

Однако разразившийся в Министерстве обороны в начале января 1961 года скандал положил конец всем проволочкам с «объектом 166». Дело в том, что еще в 1958 году на вооружение английских танков «Центурион» была принята 105-мм нарезная пушка L7, имевшая очень длинный ствол в 62 калибра и огромное по тем временам давление в канале ствола — 5500 кг/см^2. Подкалиберный 105-мм снаряд имел начальную скорость 1470 м/с и по бронепробиваемости значительно превосходил снаряды советских 100-мм пушек. И все бы ничего — ведь «Центурион» производился в сравнительно небольших количествах, но в 1960 году в США начался серийный выпуск основного танка М60, также вооруженного 105-мм пушкой. В ФРГ и Франции это орудие планировалось установить на перспективные танки «Леопард» и АМХ-30. Когда об этом узнал командующий сухопутными войсками, герой Сталинградской битвы маршал В.И. Чуйков, он пришел в ярость. Вызвав к себе командующего танковыми войсками маршала П.П. Полубоярова и других руководителей ГБТУ, он поинтересовался, есть ли у Советской армии что-то, что можно было бы противопоставить танку М60. Ему ответили, что в Нижнем Тагиле есть танк со 115-мм пушкой, но он имеет недостатки, например, при испытаниях сломался балансир. Тогда В.И. Чуйков начал кричать: «Что вы мне морочите голову какими-то балансирами? Мне хоть на свинье, а ставьте эту пушку!» Вслед за этим последовала весьма характерная для Чуйкова тирада, состоявшая сплошь из ненормативной лексики.

После устроенного разноса группа представителей ГБТУ приехала в Нижний Тагил и стала просить директора УВЗ И.В. Окунева в возможно короткие сроки начать серийное производство «объекта 166». Директор категорически отказал, мотивируя это тем, что завод готовится к выпуску более совершенного танка — «объект 167». Не помогли ни уговоры, ни последовавшие за этим звонки из Москвы.

Танки Т-62 форсируют р. Одру во время учений. Польша, октябрь 1969 года.

Танки Т-62 выходят на Красную площадь. 7 ноября 1973 года.

И только в июле 1961 года на заседании ВПК, которое проводил заместитель председателя Совета министров СССР Д.Ф. Устинов, Окунев дал согласие на постановку «объекта 166» на производство с июля 1962 года. 12 августа 1961 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР № 729–305 «О принятии на вооружение Советской Армии среднего танка Т-62».

В 1961 году завод № 183 изготовил установочную партию из 25 танков, которые поступили в Прикарпатский военный округ. 1 января 1962 года завод был остановлен на шесть месяцев для переоборудования сварочного конвейера в корпусном цехе, замены карусельных станков для обработки погона башни и проведения других мероприятий по подготовке производства. С 1 июля 1962 года начался массовый выпуск танка Т-62.

Эта машина, по сравнению со своим предшественником танком Т-55, имела целый ряд конструктивных особенностей. На ней установили гладкоствольную 115-мм пушку У-5ТС с двухплоскостным стабилизатором «Метеор»; цельнолитую башню с диаметром погона в свету 2245 мм (у Т-55 — 1816 мм); механизм выброса стреляных гильз через люк в кормовой части башни; изменили крепление пушки, прицела и спаренного пулемета в башне; увеличили длину корпуса на 386 мм, а высоту — на 27 мм; наклон кормового листа уменьшили с 17 до 2°; для обеспечения требуемого угла снижения пушки крыша корпуса от башни в сторону кормы имела наклон 3°15′, а в сторону носа — 0°30′; для защиты погона башни и люка командира от прямых попаданий пуль приварили броневые кольца сечением 10x30 мм; ликвидировали курсовой пулемет; конструктивно изменили механизм поворота башни; прибор наблюдения ТПКУБ заменили на комбинированный командирский прибор ТКН-2 «Кармин»; установили малогабаритный форсуночный подогреватель повышенной теплопроизводительности; 19-дисковый фрикцион с гидропневматическим приводом управления, исключавшим излишнее буксование дисков в процессе работы и уменьшавшим усилие на педали; тормозные колодки из пластмассы на лентах тормоза поворота; для повышения плавности хода танка динамический ход опорных катков увеличили со 142 до 162 мм; за счет удлинения опорной поверхности гусениц понизили удельное давление на грунт до 0,75 кг/см^2, а также внесли ряд других более мелких усовершенствований.

Серийный выпуск танка Т-62 осуществлялся Уралвагонзаводом до 1973 года, когда на сборочном конвейере его сменил танк Т-72. За 10 лет производства было изготовлено около 20 тысяч «шестьдесятдвоек».

Единственной серийной модификацией стал командирский танк Т-62К, отличавшийся от линейной машины установкой дополнительной радиостанции Р-112, танковой навигационной аппаратуры ТНА-2 и зарядного агрегата АБ-1-П/30-У. Боекомплект уменьшился на четыре арт-выстрела и три коробки с лентами для спаренного пулемета. Был добавлен еще один комплект четырехметровой штыревой антенны, изменено крепление сиденья заряжающего, а также внесены некоторые изменения в схему электрооборудования, в размещение боекомплекта и ЗИП и в компоновку аппаратов ТПУ.

Рабочее место наводчика. Обращает на себя внимание расположение прицелов. Справа — телескопический прицел ТШ2Б-41, слева — перископический ночной прицел ТПН-1.

Что же касается линейных Т-62, то за время серийного производства они изменились мало. Все усовершенствования сводились в основном к установке более современного оборудования и вооружения. Так, с августа 1964 года спаренный пулемет СГМТ заменили на ПКТ, а командирский прибор наблюдения ТКН-2 на ТКН-3. С 1965 года вместо радиостанции Р-113 и ТПУ Р-120 стали устанавливать радиостанцию Р-123 и ТПУ Р-124. В том же году ввели броневой колпак ночного прицела ТПН-1-41-11. С мая 1966 года гирополукомпас ГПК-48 заменили на ГПК-59, а в 1967 году ликвидировали люки в крыше МТО. С 1972 года стал устанавливаться зенитный пулемет ДШКМ. Начиная с 1975 года часть выпущенных танков оборудовали лазерными дальномерами КДТ-1.

Сразу после появления в войсках танки Т-62 привлекли внимание западных специалистов. Однако долгое время они не могли получить даже фотографии новой секретной боевой машины. Советской общественности танк официально продемонстрировали только в 1967 году: 7 Ноября по Красной площади прошли 20 Т-62 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизии. Европейская общественность смогла познакомиться с этими танками годом позже: в ночь на 21 августа 1968 года началась операция «Дунай» — ввод войск стран — участниц Варшавского договора в Чехословакию. На вооружении ряда танковых частей Советской армии, принимавших участие в этой операции, находились и танки Т-62. Чехословацкая армия сопротивления не оказала, поэтому больших жертв удалось избежать.

Побывать же в реальном бою «шестьдесятдвойкам» пришлось уже спустя полгода, но совсем на другом конце страны. В ночь на 2 марта 1969 года около 300 китайских военнослужащих заняли остров Даманский на р. Уссури, оборудовав на нем огневые позиции. Попытка советских пограничников во главе с начальником погранзаставы Нижнемихайловка старшим лейтенантом Иваном Стрельниковым удалить нарушителей с советской территории закончилась трагически — наряд был расстрелян китайцами в упор. В завязавшемся бою с помощью подошедших резервов пограничники остров отбили и заняли оборону. Поскольку попытки китайской стороны завладеть островом продолжались, 12 марта в район боев прибыли части 135-й Тихоокеанской Краснознаменной мотострелковой дивизии ДВО — мотострелковый и артиллерийский полки, отдельный танковый батальон и дивизион реактивных установок БМ-21 «Град». Тем не менее пограничники просидели в окопах вплоть до 14 марта, когда последовал неожиданный приказ — Даманский оставить! Китайцы вновь заняли остров, правда, ненадолго. Не прошло и дня, как поступил новый приказ — Даманский отбить, что и было сделано. Утром 15 марта китайцы при поддержке артиллерии и танков начали атаковать остров. При этом наши пограничники остались практически без артиллерийской поддержки, так как китайские орудия находились на китайском же берегу. Пока командование ДВО запрашивало у Москвы разрешения открыть огонь по китайскому берегу, начальник погранотряда полковник Д. Леонов решил нанести удар в тыл противника силами приданного взвода танков Т-62 (по другим данным — произвести разведку).

Колонна танков Т-62 на марше. Афганистан, июнь 1980 года.

Модернизированный средний танк Т-62М. Налицо все внешние признаки этой машины: усиленное бронирование, лазерный дальномер, бортовые экраны и теплозащитный кожух пушки.

Средний танк Т-62МВ. На башне и корпусе хорошо видны бонки и кронштейны для крепления элементов комплекса динамической защиты.

Три танка Т-62 вышли на лед Уссури и у острова Даманский развернулись, подставив противнику борта. Воспользовавшись этим, китайцы подбили головной танк из ручного противотанкового гранатомета РПГ-7. Экипаж, включая полковника Леонова, погиб. Два других танка и пограничники отошли. Лишь к вечеру был получен приказ из Москвы, разрешавший вести огонь по китайскому берегу. Утром 17 марта полк 122-мм гаубиц и дивизион установок «Град» нанесли мощный удар по острову и по китайской территории на глубину до 7 км. После этого в атаку пошел 2-й батальон 199-го Верхнеудинского мотострелкового полка при поддержке роты танков Т-62. После ожесточенного боя остров был очищен от противника. Однако подбитый танк оставался на льду Уссури между островом Даманский и китайским берегом. Несмотря на неоднократные попытки, эвакуировать его так и не удалось. Чтобы не допустить эвакуации танка китайцами, с нашей стороны велся постоянный артиллерийский обстрел. В результате лед метровой толщины лопнул и танк затонул. Формальные меры по сохранению секретности были приняты. Правда советское командование не знало, что китайские разведчики проникли в подбитый танк первой же ночью и сняли прицел ТШ 2Б-41 и вынесли несколько снарядов, в том числе и бронебойно-подкалиберный. В мае, после того как сошел лед, китайцы сумели вытащить танк на свой берег. Впоследствии он был выставлен на смотровой площадке Военно-революционного музея в Пекине, где он находится до сих пор.

Танк Т-62М во главе колонны боевых машин пехоты БМП-1 на дороге Кабул — Джелалабад. Афганистан, 1985 год.

Танк Т-62М в окопе на одном из блок-постов 40-й армии. Афганистан, 1988 год.

Советский танк Т-62 на улице словацкого города Кошице. Чехословакия, август 1968 года.

В следующий раз Т-62 пошли в бой спустя 10 лет — в Афганистане. Танковые части 40-й армии были представлены штатными танковыми полками введенных в эту страну трех мотострелковых дивизий — 24-м гвардейским танковым полком 5-й гвардейской мотострелковой дивизии, 285-м танковым полком 108-й мотострелковой дивизии и 234-м танковым полком 201-й мотострелковой дивизии, а также танковыми батальонами мотострелковых полков и бригад, в абсолютном большинстве случаев вооруженных танками Т-62. 285-й полк входил в Афганистан, как и другие части и подразделения 108 мед, по понтонному мосту через Аму-Дарью неподалеку от узбекского города Термез, 24-й гвардейский пересек сухопутную границу у Кушки, а 234-й шел через Памир, по узким горным заснеженным серпантинам. За этот поистине «суворовский переход» командир полка впоследствии был награжден.

Танкистам в Афганистане пришлось вести боевые действия на местности, абсолютно не пригодной для применения танков, и выполнять задачи, к которым они никогда не готовились. Танки в основном применялись в качестве мобильных огневых точек на блокпостах. Кроме того, их привлекали для сопровождения колонн. При этом один-два танка с минными тралами действовали в составе отряда обеспечения движения, а остальные равномерно распределялись по колонне. При нападении противника танки съезжали с дороги и прикрывали огнем автомобили, которые проскакивали опасный участок на большой скорости. Использовались танки и при блокировании и прочесывании местности. Они броней прикрывали мотострелков и десантников и уничтожали огнем и гусеницами наиболее важные цели. Например, в мае 1984 года при прочесывании района в провинции Гильменд танковая рота была придана парашютно-десантному батальону. Танки находились в голове колонн, впереди них работали саперы, которых прикрывали десантники, находившиеся на танковой броне. Обнаруженный противник тут же уничтожался огнем танковых пушек и пулеметов, между боевыми машинами сплошное прочесывание вели десантники. За трое суток район был полностью очищен от моджахедов, захвачено большое количество оружия и боеприпасов. Потерь в личном составе и боевой технике не было, хотя только по танкам было сделано до 40 выстрелов из РПГ.

Установка пушки У5-ТС:

1 — ствол пушки; 2 — компенсирующее кольцо; 3 — ресивер эжекционного устройства; 4 — подвижная бронировка пушки; 5 — крыша башни; 6 — люлька пушки; 7 — ночной прицел ТПН-1; 8 — рычаг повторного взвода; 9 — боковой уровень; 10 — рамка механизма выброса; 11 — ограждение пушки; 12 — рычаг механического спуска ударника; 13 — рукоятка выбрасывателей; 14 — подъемный механизм; 15 — приспособление для снятия заклинивания пушки; 16 — обойма цапфы; 17 — внутренний чехол пушки; 18 — наружный чехол пушки; 19 — прицел ТШ 2Б-41; 20 — ИК-прожектор Л-2Г.

Подразделение капитана А. Белоуса во время тактических занятий. Август 1974 года.

Учитывая отсутствие у противника, особенно в начальной период, средств ночного видения, танки использовались для захвата важных объектов внезапным ночным ударом. Так, в декабре 1982 года танковая рота в течение ночи совершила марш и с ходу атаковала сильно укрепленную противником переправу через р. Панджшер на входе в Панджшерское ущелье. Бой велся только с применением приборов ночного видения. Моджахеды, не видя атакующих и не имея представления об их силах, бежали. Рота захватила переправу и обеспечила проход в ущелье мотострелковых подразделений.

Более современные боевые машины в Афганистан не отправлялись — командование вполне разумно посчитало, что в условиях отсутствия у противника бронетанковой техники и «шестьдесятдвоек» будет вполне достаточно. Впрочем, бессмысленность присутствия в Афганистане значительного количества танков стала очевидной довольно скоро. В 1986 году часть танковых полков была выведена на территорию СССР. Однако некоторое количество танков Т-62, главным образом из состава танковых батальонов мотострелковых полков, продолжало использоваться в 40-й армии вплоть до 1989 года.

Вывод советских войск из Афганистана проходил с 15 мая 1988 года по 15 февраля 1989 года в два этапа. На первом этапе с 15 мая по 15 августа 1988 года на территорию СССР среди прочей боевой техники было выведено 110 танков Т-62. Второй этап вывода войск начался 13 января 1989 года. В ходе его на советскую территорию на Термезском и Кушкинском направлениях было выведено 202 танка Т-62 и много другой боевой техники.

Т-62.

Следует отметить, что в ходе боевых действий в Афганистане танки несли сравнительно низкие боевые потери, которые имели существенный рост в 1980–1984 годах и заметно начали снижаться в 1986–1989 годах. Всего же за девять с небольшим лет пребывания советских войск в Афганистане от боевых повреждений вышли из строя 1340 танков Т-62. При этом следует понимать, что эти цифры — относительные. То есть речь идет о числе случаев выхода из строя от боевых повреждений, так как отдельные танки могли получать такие повреждения несколько раз. А вот безвозвратные потери — это уже абсолютные цифры. По годам эксплуатации они округленно составляли: 1980 год — 60; 1981 год — 100; 1982 год — 40; 1983 год — 30; 1984 год — 35; 1985 год — 30; 1986 год — 40; 1987 год — 20; 1988 год — 25; 1989 год — 5 танков Т-62.

Таким образом, общие безвозвратные боевые потери танков Т-62 в Афганистане составили 385 машин.

Основная доля потерь гусеничной бронетанковой техники приходилась на подрывы на минах и фугасах, обстрелы из гранатометов, а также съезды и опрокидывания в ущелья из-за нарушения правил вождения в горных условиях. При этом более 50 % поврежденных машин требовали капитального ремонта или вообще не подлежали восстановлению.

Причинами выхода из строя становились и нарушения правил эксплуатации, а порой и конструктивные, производственные и технологические дефекты. Подчас техника ломалась раньше срока из-за того, что отвечала требованиям эксплуатации для Восточно-европейского ТВД, но не соответствовала условиям климата и труднопроходимой горной и песчано-пустынной местности Афганистана. Боевые машины работали в этой ситуации на износ и зачастую не вписывались в те нормативы, которые были установлены заводами-изготовителя-ми. В 1986 году, например, из-за отказов по причине нарушений правил эксплуатации и несоблюдения временных нормативов по обслуживанию систем, узлов и агрегатов вооружения вышли из строя 4038 танков Т-62. Из них потребовал проведения текущего ремонта 3581 танк, среднего ремонта 248 танков, капитального ремонта 198 танков и списания 12 танков.

Танки Т-62М из 24-го гвардейского танкового полка. Кушка, 18 октября 1986 года.

Танки Т-62 Революционных вооруженных сил Республики Куба на параде в Гаване.

Следует отметить, что в период подготовки к выводу советских войск афганским частям было передано 179 танков Т-62. С привлечением танков этого типа, уже состоявших на вооружении афганской армии, началось формирование двух танковых бригад для гвардии МТБ Республики Афганистан численностью по 105 танков в каждой. Одна бригада формировалась в Термезе, другая в Кушке. Для первой экипажи проходили подготовку в развернутом там же советском 720-м учебном центре, для второй — во 2-м афганском армейском корпусе в Кандагаре. К концу ноября 1988 года афганские танковые бригады, полностью укомплектованные экипажами, своим ходом совершили марши. Бригада из 2-го армейского корпуса благополучно совершила четырехсуточный марш и добралась до Кандагара. Совсем иначе разворачивались события с бригадой, формировавшейся в Термезе. После пересечения госграницы афганские танкисты начали потихоньку дезертировать с привалов вблизи населенных пунктов, откуда они были мобилизованы в армию.

Опыт боевых действий в Афганистане был использован при разработке программы модернизации средних танков Т-62, призванной повысить их боевую эффективность до уровня танков Т-64А и Т-72 первых выпусков. Основное внимание уделялось усилению огневой мощи и защищенности при сохранении прежних показателей подвижности. С 1981 по 1985 год на танкоремонтных заводах в ходе капитального ремонта планировалось модернизировать 785 танков Т-62.

В 1983 году на вооружение Советской армии приняли модернизированный танк Т-62М. На нем был установлен комплекс управляемого вооружения 9К116-1 «Шексна», включавший в себя выстрел с управляемой ракетой 9М117 и аппаратуру управления. Для управления ракетой применялась полуавтоматическая система наведения по лазерному лучу, имевшая высокую помехозащищенность. В установленную на танке систему управления огнем (СУО) «Волна» входили лазерный дальномер КДТ-2, баллистический вычислитель БВ-62, прицел ТШСМ-41У и стабилизатор «Метеор» Ml. Часть машин оснащалась зенитным пулеметом НСВТ вместо ДШКМ, а ствол пушки — теплозащитным кожухом, уменьшавшим влияние неравномерного нагрева на изгиб трубы ствола.

Размещение боекомплекта в танке:

1 — укладка на 16 выстрелов в двух баках-стеллажах; 2 — хомутиковая укладка на один выстрел; 3 — укладка автомата АК; 4 — стеллажи с сумками для ручных гранат Ф-1; 5 — магазин-коробка в установке пулемета; 6 — магазин-коробка для пулемета на правом борту корпуса танка; 7 — сумки с патронами для сигнального пистолета; 8 — две сумки под магазины с патронами для автомата АК; 9 — хомутиковая укладка на два выстрела; 10 — стеллажная укладка на 20 выстрелов; 11 — кобура сигнального пистолета; 12 — магазин-коробки к пулемету на левом борту корпуса танка; 13 — магазин-коробки к пулемету на перегородке стеллажной укладки; 14 — хомутиковая укладка на один выстрел; 15 — магазин-коробка к пулемету на кронштейне баллонов воздухопуска; 16 — магазин-коробки к пулемету на щитке аккумуляторов; 17 — магазин-коробка к пулемету у перегородки аккумуляторов.

Сирийский танк Т-62, подбитый на Голанских высотах. 1973 год.

Дополнительное бронирование корпуса представляло собой сварную коробчатую конструкцию из броневых листов толщиной 30 мм, внутри которой с зазором 30 мм размещались 5-мм стальные пластины. Полость между ними заполнялась пенополиуретаном. Конструкция приваривалась снаружи к верхнему лобовому листу корпуса. Аналогичная по конструкции дополнительная защита лобовой части башни была изготовлена из двух блоков (в войсках эти блоки прозвали «брови» или «броня Ильича»), расположенных справа и слева от пушки. Борта корпуса прикрывались противокумулятивными резинотканевыми экранами толщиной 10 мм.

Машина оборудовалась системой запуска дымовых гранат 902Б «Туча», в состав которой входили восемь пусковых установок, неподвижно закрепленных на правом борту башни, и системой защиты от напалма «Сода».

На танке установили двигатель В-55У мощностью 620 л.с. с инерционным наддувом. Кроме того, ввели гусеницу с РМШ от танка Т-72 и гидроамортизаторы на узлах подвески вторых опорных катков.

Танку, имевшему все перечисленные усовершенствования, но не оснащенному комплексом управляемого вооружение «Шексна», присваивался индекс Т-62М1.

В том же 1983 году на вооружение приняли еще одну модернизированную версию танка Т-62 — Т-62Д. На этой машине также было усилено бронирование корпуса и башни. Кроме того, танк получил новый двигатель и модернизированную ходовую часть. Комплекс управляемого вооружения «Шексна» на нем не устанавливался. Зато Т-62Д оборудовали комплексом активной защиты ЮЗОМ «Дрозд».

В 1985 году на вооружение приняли модификацию Т-62МВ. Этот танк был спроектирован на базе Т-62М, от которого он отличался системой дополнительного бронирования. Вместо экранов из комбинированной брони на башне и корпусе Т-62МВ разместили комплекс динамической защиты (КДЗ).

Использование танков Т-62 с катковыми минными тралами при сопровождении транспортных колонн было в Афганистане обычным явлением. Район Кандагара, 1988 год.

Танковое подразделение на марше. Третья машина в колонне — танк Т-54Б. Полигон Юрга, Сибирский военный округ, июль 1988 года.

К моменту вывода советских войск из Афганистана уже полным ходом шли венские переговоры по заключению Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Согласно данным, которые Советский Союз представил к его подписанию, на ноябрь 1990 года СССР имел на этом континенте 2021 танк Т-62 различных модификаций. По данным комиссии за соблюдением положений договора можно проследить динамику сокращения численности танков Т-62 сначала на европейской части СССР, а затем и России в 1990-е годы. Так, в 1990 и 1991 годах их число оставалось неизменным (2021 единица), в 1992 году их число сократилось до 948 единиц (часть танков оказалась за границей — на Украине, в Белоруссии и Молдавии). В 1993 году их количество по-прежнему оставалось неизменным, но уже в 1994-м оно стало быстро сокращаться и составило 688 единиц. В 1995-м число танков в европейской части даже несколько увеличилось — до 761, по-видимому из-за переброски некоторых частей из Сибирского военного округа на Северный Кавказ. Однако уже к 1997 году оно составило всего 97 боевых машин. Сведениями о наличии Т-62 в войсках в настоящее время, а также об их наличии в других регионах автор не располагает, но есть все основания предполагать, что и за Уралом их можно встретить разве что на базах хранения бронетанковой техники.

А вот на вооружении Внутренних войск МВД они еще сохраняются. В составе частей Внутренних войск танки Т-62 участвовали в первой и во второй чеченских кампаниях. Однако бои с их участием на Северном Кавказе начались несколько раньше.

Еще летом 1994 года формирования, оппозиционные режиму Дудаева, получили от российской стороны 10 танков Т-62 и 10 БТР-60ПБ. Чеченцы не были довольны таким подарком. По их мнению, эту технику давно нужно было сдавать в металлолом. Тем не менее осенью 1994 года они активно использовались в боях с дудаевцами.

В августе 2000 года басаевские бандиты напали на Дагестан. Значительную роль в защите этой республики сыграли танки Т-62 93-го механизированного полка 100-й дивизии Внутренних войск.

В этой части было около 60 боевых машин. Они были очень уязвимы для огня РПГ, и поэтому экипажи старались защитить технику, навешивая на башни траки и ящики с песком, на корпуса — ящики и бревна.

Во вторую чеченскую кампанию в мятежную республику было снова направлено значительное количество бронетехники. Сколько из 370 находившихся в Чечне танков были Т-62 и Т-62М, сказать трудно. Наиболее известной воинской частью, на вооружении которой состояли танки Т-62М, был 160-й гвардейский танковый полк Сибирского военного округа под командованием полковника А. Буданова. Следуя за мотострелковыми подразделениями, танкисты уничтожали огневые точки боевиков. Когда перевалили за Терский хребет, начались бои посерьезнее — под Керлаюртом в танки полетели первые ПТУРы. Дальше в Ачхой-Мартане боевики снова огрызнулись управляемыми ракетами — в результате одна БМП-1 сгорела, был подбит и один Т-62М. В Старом Ачхое боевики, выгнав мирных жителей, превратили дома в доты. Пришлось ровнять село. Но не успели танки на 3 км подойти к Старому Ачхою, как по ним открыл огонь ПТРК, причем с предельной дальности — где-то с 3900 м. В оптику разглядели: стоит на дороге «Нива», а в полусотне метрах — тренога, на которую боевики устанавливают очередной ПТУР. Заместитель командира полка подполковник А. Биленко накрыл «Ниву» со второго выстрела.

Танки Т-62 египетской армии на Синайском полуострове. Февраль 1974 года.

Сирийские Т-62 на окраине Бейрута. Ливан, 1982 год.

Потом был штурм Урус-Мартана, небольшая передышка — и снова бой. Три недели с поистине сибирским упорством «шестьдесятдвойки» и «шилки» полковника Буданова давили бандитов Гелаева в Комсомольском. Здесь боевикам удалось подбить из РПГ три танка. Но все машины остались на ходу. В Комсомольском воевали и Т-62 93-го механизированного полка Внутренних войск. Ранее боевые машины этой танковой части сражались в Старопромысловском районе чеченской столицы.

В настоящее время Т-62 и Т-62М состоят на вооружении 42-й гвардейской мотострелковой дивизии, находящейся в Чеченской Республике на постоянной основе.

В составе полковой тактической группы этой дивизии они принимали участие в боевых действиях в Южной Осетии. Восточнее Цхинвала подразделения 42-й гвардейской мотострелковой дивизии успешно уничтожали бронетехнику и живую силу пытавшегося атаковать противника: «Танковый взвод под командованием гвардии младшего лейтенанта Виталия Неффа был придан мотострелковому батальону, которым командовал гвардии подполковник В. Завадский. Взводу следовало занять позиции в районе железобетонного моста через реку Большая Лиахви на восточной окраине Цхинвала и огнем из танков обеспечить проход мотострелковых подразделений через мост, развертывание в боевой порядок и вступление в бой. Младший лейтенант Нефф тактически грамотно определил места огневых позиций для танков. Командирский танк занял позицию на пересечении улиц Московской и Чочиева. Внезапно на перекресток улиц Московской и Карла Маркса в 100 метрах от позиции, которую занимал танк младшего лейтенанта Неффа, выехал вражеский танк Т-72. Его сопровождали более 20 пехотинцев, вооруженных гранатометами и стрелковым оружием. Младший лейтенант Нефф, мгновенно оценив сложившуюся обстановку, дал целеуказание наводчику танка рядовому Туаеву. Прямой наводкой врезали наши танкисты в борт вражеской машины и уничтожили ее с первого попадания. Выстрелом из танка старшего сержанта Шахбанова осколочно-фугасным снарядом было уничтожено более 10 военнослужащих противника».

Чуть позже младший лейтенант Нефф получил приказ занять огневые позиции в районе пересечения улиц Московской и Энгельса для огневой поддержки мотострелковых подразделений, наступающих к центру города. По дороге он обнаружил минометный расчет противника во дворе школы по улице Московской и без промедления уничтожил его. Однако в районе улицы Московской грузинские гранатометчики подбили танк Неффа. Гвардии младший лейтенант дал команду экипажу покинуть подбитую машину и, будучи ранен, сам потащил гвардии рядового Кумарова, изрешеченного осколками. Однако и Нефф, и Кумаров были смертельно ранены разрывом мины.

Собственно, этим на сегодняшний день и исчерпывается боевая карьера Т-62 в Советской и Российской армиях. Со значительно большим размахом использовались боевые машины этого типа в различных военных конфликтах за пределами нашей страны.

Танки Т-62 9-й сирийской танковой дивизии выгружаются в саудовском порту Янбу. Зима 1991 года.

Сгоревший иракский танк Т-62. Кувейт, 1991 год.

Поставки Т-62 за рубеж начались в начале 1970-х годов. Основным адресом стал Ближний Восток. В 1971–1972 годах Египет получил около 400 Т-62 (по другим источникам — только 200). При этом не обошлось без курьезов. Отправка танков осуществлялась из наличия Минобороны. Распоряжение Совета министров по этому вопросу оформлялось в крайней спешке, без участия Военно-промышленной комиссии. Когда сотрудники Госкомитета по внешним экономическим связям (ГКЭС) показали проект документа танкистам, те ахнули: за рубеж уходил танк с принципиально новым видом вооружения и с совершенно секретным бронебойно-подкалиберным снарядом. Однако вопрос о танке обсуждению не подлежал, поскольку договоренность была достигнута на высшем уровне — между Л.И. Брежневым и Г. Насером. Тогда военные потребовали исключить из боекомплекта выстрелы с бронебойно-подкалиберными снарядами. ГКЭС, не обсуждая, учел требования военных и оформил все документы. В черноморских портах танки погрузили на корабли и отправили в Египет. Когда египетские танкисты, большинство из которых обучалось в СССР, стали знакомиться с прибывшими Т-62, они первым делом обратили внимание, что в прицеле нарезаны шкалы для трех типов снарядов, а в боекомплектах их только два. Доложили Насеру, который отправил соответствующую шифр-телеграмму Брежневу. Вышел скандал. Советская сторона представила дело как оплошность, допущенную при отправке, и дослала выстрелы с бронебойно-подкалиберными снарядами. В 1972 году на высшем уровне были приняты решения на поставку танков Т-62 в Ливию, Сирию и Ирак.

Следует отметить, что после прекращения боевых действий значительное число подбитых танков Т-62 как на египетском, так и на сирийском фронте было эвакуировано израильтянами, отремонтировано и введено в строй танковых частей Армии обороны Израиля.

В последующие годы страны — участницы ближневосточного конфликта продолжали наращивать свой военный потенциал. И если рассорившийся с Советским Союзом Египет делал это уже с помощью США, то в Сирию поставки вооружения и техники шли из СССР. К началу войны в Ливане в июне 1982 года на вооружении сирийской армии одних только танков Т-62 имелось около 1100 единиц. Первые столкновения израильтян и сирийцев произошли только 8 июня в ходе боя за Джеззину, поскольку президент Сирии X. Асад запретил своим войскам вступать в бой раньше, чем израильтяне выйдут к р. Захрани. Джеззина же представляла собой стратегически важный пункт: в случае захвата города израильтяне отсекали отряды ООП на побережье от сил палестинцев в Сирии и долине Бекаа, кроме того, отсюда открывался кратчайший путь к шоссе Бейрут — Дамаск. Город предстояло брать танкистам 460-й израильской бригады, оборонял же его 424-й сирийский пехотный батальон, в ночь на 8 июня усиленный тремя батальонами из состава 1-й танковой бригады сирийской армии. Израильская разведка смогла обнаружить подход сирийских танков, но к командиру 460-й бригады эта информация почему-то не попала. На городской окраине израильские «центурионы» неожиданно попали под сосредоточенный огонь танков Т-62 и ПТУР. Тяжелый бой продолжался до наступления темноты. Ценой немалых потерь израильтянам все же удалось выбить сирийцев из города, при этом они потеряли 10 «центурионов». Потери сирийцев составили всего три Т-62. В дальнейшем сирийские «шестьдесятдвойки» с переменным успехом принимали участие в боях с израильскими танками как в долине Бекаа, так и за шоссе Бейрут — Дамаск.

Иракский танк Т-62, захваченный английскими войсками в ходе операции «Буря в пустыне». 1991 год.

Танк Т-62 из состава танкового батальона афганской армии. 2006 год.

Довольно активно использовались Т-62 иракцами во время ирано-иракской войны 1980–1988 годов. Наиболее известное сражение с их участием произошло в долине Хархи близ г. Сусенгерд. В январе 1981 года усиленная 16-я иранская танковая дивизия (ок. 300 танков «Чифтен» и М60) при поддержке 55-й парашютной бригады должна была освободить дорогу на Ахваз и снять иракскую осаду с г. Абадан. Из-за начавшегося сезона дождей пути выдвижения иранских войск представляли собой море грязи, сильно затруднявшее осуществление маневра. Иракская разведка вовремя обнаружила выдвижение войск противника. В полосе иранского наступления была сосредоточена танковая дивизия — 300 танков Т-62, на тот момент наиболее современных боевых машин иракской армии. 6 января иранские танки вышли к передовым иракским позициям. Считая, что перед ними лишь небольшое прикрытие, иранские танки атаковали с ходу. Иракские подразделения тут же отошли, в результате чего передовая иранская бригада оказалась в подготовленном огневом мешке, была атакована с флангов и полностью уничтожена. Две другие бригады, действуя разобщенно и без поддержки пехоты, попали в ловушку позже, 7 и 8 января. К этому времени поле боя превратилось в сплошную трясину, а противники сблизились настолько, что применение авиации с обеих сторон стало невозможным. Обе иранские бригады были разгромлены.

Ирак объявил, что уничтожил и захватил 214 иранских танков, Иран же признал потерю только 88 машин. Потери иракцев можно оценить примерно в 100 танков, но поскольку поле боя осталось за ними, они смогли отремонтировать часть поврежденных машин. В этих боях иранцы убедились, что 115-мм подкалиберные снаряды свободно пробивают лобовую броню «чифтенов», и старались избегать безоглядных фронтальных атак.

Танки Т-62 продолжали использоваться в боях вплоть до окончания ирано-иракской войны, затем поучаствовали во вторжении иракских войск в Кувейт в августе 1990 года и в боях с силами антииракской коалиции в феврале 1991-го. Причем во время операции «Буря в пустыне» танки Т-62 находились как с той, так и с другой стороны. В состав сил коалиции входила 9-я сирийская танковая дивизия, вооруженная боевыми машинами этого типа. Последние же факты боевого применения танков Т-62 на Ближнем Востоке, по-видимому, имели место в ходе вторжения США и их союзников в Ирак весной 2003 года.

Остальные эпизоды военной карьеры Т-62 за рубежом не столь масштабны и связаны с Африкой. Во второй половине 1987 года в Анголе в районе г. Куито-Куанавале развернулось сражение между правительственными войсками с одной стороны и отрядами УНИТА — с другой. Первых поддерживали кубинские «добровольцы», вторых — войска ЮАР. К началу октября наступление правительственных войск захлебнулось. Отряды УНИТА отбросили их за реку Ломба. Правительственным войскам удалось остановить продвижение противника на рубеже р. Чамбинги, точнее — противника остановили кубинские части. В спешном порядке в Анголу была переброшена 50-я дивизия — элитное соединение Революционных вооруженных сил Кубы, вооруженная танками Т-62. Ранее эта дивизия занимала позиции вокруг американской военной базы Гуантанамо. К 16 ноября ангольская армия и кубинские войска, потеряв 33 танка, остановили отряды УНИТА в 10–15 км от Куито-Куанавале.

Танки Т-62 использовались ливийскими войсками во время их вторжения в Чад в ноябре 1986 года. Наступление ливийцев развивалось очень успешно, остановить их удалось только при непосредственном вмешательстве французского Иностранного легиона. По данным, опубликованным правительством Чада, в этих боях было подбито 12 танков Т-62.

Российские танки Т-62 на дороге в Южной Осетии. Август 2008 года.

На рубеже веков танки Т-62 продолжают использоваться в Афганистане. 15 мая 2003 года было завершено формирование танкового батальона, который вместе с тремя пехотными бригадами должен стать ядром новой Афганской национальной армии. В состав батальона вошли 44 танка Т-62 и Т-62М, для приведения которых в боеспособное состояние пришлось «раздраконить» около сотни боевых машин. Батальон проходит подготовку под руководством немецких инструкторов.

В течение последних 40 лет танки Т-62, помимо Советского Союза, состояли на вооружении только в одной стране Варшавского договора — Болгарии (по западным данным, около 80 единиц). Кроме того, они поставлялись, состояли или состоят на вооружении в Алжире (334 на 2003 г.), Анголе, Афганистане, Вьетнаме (70 на 2007 г.), Египте (580 на 1995 г.), Израиле (около 100 — трофейные египетские и сирийские), Ираке (1500 на начало ирано-иракской войны), Иране (75 на 2007 г., трофейные иракские), Йемене (200 на 2007 г.), Кубе (400 на 1995 г.), Ливии (350 на 2003 г.), Монголии, Северной Корее, Сирии (1000 на 2007 г.), Сомали, Танзании, Эфиопии.

Эшелон с «шестьдесятчетверками» перед отправкой в Советский Союз Венгрия, Южная группа войск, 1980-е годы.

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-64

Танк Т-64 стал первой боевой машиной так называемого второго поколения послевоенных советских танков. Разработка его началась в первой половине 1950-х годов и в настоящее время, спустя 50 лет, эта машина вызывает у специалистов самые противоречивые оценки. От восторженных эпитетов «этапная» и «революционная» до жесткой критики этих самых «этапности» и «революционности», доставшихся стране слишком дорогой ценой, да к тому же и небесспорных. Однако обо всем по порядку.

Первоначальная концепция нового харьковского танка была разработана главным конструктором КБ-60 А.А. Морозовым в 1953 году. При этом тактико-технические характеристики танка сопоставлялись с характеристиками уже устаревающего танка Т-54, принятого на вооружение в 1946 году. Суть же концепции состояла в том, чтобы увеличить огневую мощь без изменения калибра пушки, а также усилить на 10 % броневую защиту и подвижность. Масса же танка должна была остаться в пределах 36 т. Стоит особо отметить, что неотъемлемой частью концепции являлась разработка для танка двигателя совершенно новой конструкции.

Основной танк Т-64 (объект 432).

Эскизный проект танка, получившего обозначение «объект 430», был готов к концу 1954 года. Машина имела классическую компоновку и в целом ее конструкция не содержала в себе каких-либо революционных решений, за исключением двигателя.

В танк планировалось установить горизонтальный двухтактный турбопоршневой дизель 4ТПД со встречным ходом поршней. Работы над такими двигателями были начаты еще во время Великой Отечественной войны на основе полученных по ленд-лизу из США тепловозных двухтактных дизелей Fairbanks-Morse. В сочетании с малогабаритными планетарными бортовыми коробками передач использование этого двигателя позволяло уменьшить объем МТО вдвое по сравнению с танком Т-54. Кроме того, на танке предполагалось использовать эжекционную систему охлаждения вместо вентиляторной. Корпус и башня должны были иметь большие углы наклона броневых деталей, а в качестве основного вооружения была выбрана новая 100-мм танковая пушка Д-54ТС.

Танки Т-64А на марше.

В 1955 году увидело свет Постановление ЦК КПСС и Совмина СССР, окончательно узаконившее применение в новом танке двухтактного Н-образного двигателя. Проектирование его поручалось Харьковскому заводу имени Малышева (завод № 75). При заводе создавалось КБ по двигателям, главным конструктором которого был назначен А.Д. Чаромский. Все эти шаги довольно трудно объяснить с точки зрения здравого смысла, так как в «заделе» у Чаромского имелся лишь незавершенный проект авиационного двухтактного дизеля с противоположно движущимися поршнями М-305. Используя этот «задел», новое КБ начало разработку танкового двигателя 5ТД мощностью 580 л.с.

В июле 1956 года в Харькове разработали технический проект танка «объект 430». В нем были учтены замечания НТК ГБТУ и скорректированные тактико-технические требования. В 1957 году были изготовлены два опытных образца для заводских испытаний, а затем еще три — для полигонно-войсковых. С самого начала испытаний выявилась ненадежность работы двигателя 5ТД. Выяснилось, например, что при наиболее вероятных температурах окружающего воздуха (+25 °C и ниже) двигатель нельзя запустить без предварительного прогрева с помощью подогревателя. Кроме того, обнаружилось немало недостатков и в других агрегатах танка, в том числе крайне ненадежная работа облегченной ходовой части.

К 1960 году всесторонние испытания нескольких опытных образцов, проведенные на заводском полигоне под Харьковом и в 38-м НИИ в подмосковной Кубинке, показали, что «объект 430» по основным показателям превосходит серийные танки Т-54 и Т-55. Однако превосходство это было не настолько существенным, чтобы становилось целесообразным принятие на вооружение принципиально новой боевой машины.

Качественное превосходство нового танка над Т-54 и Т-55 было достигнуто только после установки на нем гладкоствольной 115-мм пушки Д-68 с механизированным заряжанием. Доработанный прежде всего в направлении противоатомной и противокумулятивной защиты, танк получил обозначение «объект 432». Первый опытный образец изготовили в сентябре 1962 года, второй — в октябре. 22 октября на полигоне 38-го НИИ в Кубинке состоялся показ новой техники сухопутных войск руководителям партии и правительства. Новый харьковский танк произвел благоприятное впечатление на Н.С. Хрущева, который заявил: «Будем брать!» В итоге танк прошел полигонные испытания не в полном объеме, и многие недостатки в его конструкции выявились уже в процессе войсковой эксплуатации.

Первые серийные танки сошли с конвейера завода имени Малышева в октябре 1963 года. На сентябрь 1964 года были выпущены 54 танка, а к 1 декабря 1965 года — 218 машин. Практически все эти танки поступали в опытную эксплуатацию в 41-ю гвардейскую танковую дивизию, дислоцировавшуюся в Чугуеве, недалеко от Харькова. Это позволяло оказывать военным квалифицированную заводскую помощь, крайне необходимую им при освоении новых, сложных, капризных и ненадежных машин.

Т-64А.

Основной танк Т-64Б.

«Объект 432» был принят на вооружение постановлением Совмина СССР от 30 декабря 1966 года под обозначением Т-64. Выпускался серийно до 1969 года.

Корпус танка Т-64 сваривался из катаных броневых листов, расположенных в носовой части под большими углами наклона. Борта корпуса — вертикальные, в средней части имели выштамповку для увеличения внутреннего объема и установки башни. Башня представляла собой фасонную отливку из броневой стали, к верхней части которой приваривалась крыша. Максимальная толщина брони по горизонтальной составляющей (по западным данным) достигала у корпуса — 815 мм, у башни — 460…627 мм.

В башне танка устанавливалась 115-мм гладкоствольная пушка Д-68, стабилизированная в двух плоскостях. Боекомплект состоял из 40 выстрелов раздельно-гильзового заряжания, из которых 30 находились в конвейере механизма заряжания в L-образных кассетах. Снаряды располагались в кассетах горизонтально «головами» к оси вращения. Заряды с частично сгорающей гильзой устанавливались вертикально, металлическими поддонами вверх.

Защитный кожух антенного устройства наведения ракет КУВ 9К112 «Кобра».

Основной танк Т-64Б с установленным КДЗ.

В кормовой части башни был смонтирован механизм заряжания гидроэлектромеханического типа. В боекомплекте имелись снаряды трех типов: осколочно-фугасные, бронебойно-подкалиберные и кумулятивные. После нажатия наводчиком кнопки выбранного боеприпаса на пульте управления механизма заряжания происходил поворот конвейера, извлечение кассеты из боеукладки, разворот снаряда и заряда в линию и досылание их в казенник. После выстрела механизм улавливания захватывал поддон и укладывал его в освободившийся лоток конвейера. С пушкой был спарен 7,62-мм пулемет ПКТ с боекомплектом 2000 патронов.

Силовая установка танка состояла из двигателя 5ТДФ — 5-цилиндрового, рядного, горизонтального, двухтактного, турбопоршневого дизеля жидкостного охлаждения с прямоточной продувкой, поршневым газораспределением, встречно-движущимися поршнями и двухсторонним отбором мощности. Мощность двигателя составляла 700 л.с. при 2800 об/мин.

Трансмиссия — планетарная с семью передачами вперед, одной назад и фрикционным включением. Состояла из двух планетарных бортовых коробок передач с соосными планетарными бортовыми передачами.

Ходовая часть применительно к одному борту состояла из шести сдвоенных опорных катков с внутренней амортизацией, четырех одинарных поддерживающих катков, ведущего колеса заднего расположения и направляющего колеса. Подвеска индивидуальная торсионная. В узлах подвески 1, 2 и 6-го опорных катков были смонтированы гидравлические телескопические амортизаторы. Гусеницы стальные мелкозвенчатые с РМШ шириной 540 мм и 78–79 траками в каждой.

Двигатель, трансмиссия и ходовая часть позволяли машине массой 36 т развивать скорость до 65 км/ч. Запас хода по шоссе до 700 км (с дополнительными топливными бочками). Экипаж танка состоял из 3 человек.

Механизм подачи:

1 — рычаг механизма подачи; 2 — исполнительный цилиндр; 3 — лоток; 4 — правый копир; 5 — снаряд; 6 — заряд; 7 — казенник; 8 — механизм улавливания поддонов; 9 — механизм досылания.

В 1963 году, параллельно с конструкторским сопровождением серийного производства Т-64, началась работа по установке в этот танк новой 125-мм гладкоствольной танковой пушки Д-81Т (2А26). Технический проект танка, которому был присвоен индекс «объект 434», выполнили в 1964 году. В этом же году была изготовлена установочная партия из 20 машин, которые в 1966–1967 годах проходили войсковые испытания. В мае 1968 года новый танк был принят на вооружение Советской армии под обозначением Т-64А.

Установка новой пушки потребовала внесения существенных изменений в конструкцию башни и механизма заряжания, а также замены дневных и ночных прицелов и стабилизатора вооружения. Боевая масса танка возросла до 37 т. Емкость механизма заряжания сократилась до 28 выстрелов, а боекомплект пушки в целом — до 37 выстрелов. В дальнейшем были введены зенитный пулемет НСВТ-12,7 «Утес» с дистанционным управлением, башня с повышенным уровнем защиты (комбинированная броня с корундовым наполнителем), оборудование для самоокапывания, крепление для монтажа колейного ножевого минного трала КМТ-6 и встроенное оборудование для самовытаскивания, система «Брод» для преодоления без подготовки водных преград глубиной до 1,8 м, система «Гора — равнина» для обеспечения работы двигателя в условиях высокогорья, система запуска дымовых гранат 902А «Туча» и т. д.

Танк Т-64Б-1 с установленным оборудованием для подводного вождения и трубой-лазом преодолевает водную преграду.

В 1973 году Харьковское конструкторское бюро по машиностроению (ХКБМ) приступило к разработке технического проекта танка Т-64А с ракетно-пушечным управляемым вооружением и с усовершенствованной системой управления огнем («объект 447»). Этот танк отличался от Т-64А прежде всего 125-мм пушкой/пусковой установкой 2А46-2, позволявшей вести стрельбу противотанковыми управляемыми ракетами 9М112 комплекса управляемого вооружения 9М112 «Кобра». Ракета имела полуавтоматическую систему управления, по узконаправленному радиолучу, при которой наводчик-оператор через оптический прицел следил только за целью, а слежение за ракетой и выработка команд управления производились автоматически станцией наведения, установленной в боевом отделении танка.

Танк «объект 447А» в 1976 году был принят на вооружение Советской армии под маркой Т-64Б и кодовым наименованием «Сосна». Однако возросшая стоимость не позволяла оснащать все танки комплексом управляемого вооружения. Поэтому параллельно с танком Т-64Б выпускался его упрощенный вариант Т-64Б-1 («объект 437А»), отличавшийся отсутствием этого комплекса. Танки Т-64Б и Т-64Б-1 до 1985 года выпускались совместно с Т-64А. В результате в танковых дивизиях нередко один полк был вооружен танками Т-64Б, другой — Т-64Б-1, а третий — Т-64А. На вооружении некоторых танковых полков все три типа танков состояли одновременно.

В январе 1985 года на вооружение были приняты варианты танков Т-64Б и Т-64Б-1 с установленными на башне и корпусе комплектами навесной динамической защиты «Контакт» из 179 металлических контейнеров. На башне были установлены 80, а на корпусе — 99 контейнеров. Боевая масса танка возросла до 42,4 т. Серийное производство танков, получивших обозначения Т-64БВ и Т-64БВ-1, продолжалось до 1987 года.

На базе линейных были созданы и выпускались серийно командирские танки Т-64К, Т-64АК, Т-64БК, Т-64АКМ. С использованием ходовой части и трансмиссии Т-64 производились артиллерийские тягачи МТ-Т, плавающий транспортер ПТС-2, паромно-мостовая машина ПММ-2М.

Танки Т-64 всех модификаций в первую очередь поступали на вооружение танковых соединений Советской армии, дислоцировавшихся в Группе Советских войск в Германии. Помимо этого, они имелись в некоторых соединениях, размещенных в других группах войск в Восточной Европе и на территории европейской части СССР. На военном параде в Москве «шестьдесятчетверки» были показаны только один раз — 9 мая 1985 года. Это были танки Т-64Б-1. Данных о количестве выпущенных машин семейства Т-64 в отечественной печати не приводилось. Однако согласно данным, заявленным советской стороной на Венских переговорах по ограничению обычных вооружений в Европе, в 1990 году на этом континенте находилось 3977 танков Т-64 всех модификаций.

Танки Т-64 на экспорт не поставлялись и в составе Советской армии в боевых действиях участия не принимали. Свое боевое крещение они получили уже после распада Советского Союза при не совсем обычных обстоятельствах.

Учебный бой. В атаке — Т-64Б-1.

Танк Т-64БВ одной из частей 14-й армии. Приднестровье, июнь 1992 года.

Весной 1992 года разгорелся вооруженный конфликт в Приднестровье. Поначалу участвовавшие в нем стороны использовали только легкое стрелковое оружие. Однако вскоре молдавские формирования смогли существенно пополнить свой арсенал за счет вооружения и боевой техники, переданных 14-й общевойсковой армией бывшего Одесского военного округа. Передача осуществлялась в рамках раздела имущества Советской армии между бывшими союзными республиками. Кроме того, вновь создаваемая молдавская армия получала оружие и из Румынии. В частности, румынской стороной были переданы бронетранспортеры и партия танков Т-55. В свою очередь, у приднестровцев имелись в распоряжении считанные единицы боевой техники. Артиллерийскому обстрелу и атакам бронетехники молдавской стороны им нечего было противопоставить.

В мае 1992 года после трехдневного артиллерийского обстрела г. Дубоссары терпение местных жителей лопнуло. Пятнадцатитысячная толпа заступила дорогу танковой и мотострелковой ротам 14-й армии, возвращавшимся с полигона. Было захвачено 10 танков Т-64БВ и 10 бронетранспортеров БТР-70. Из местных жителей сформировали бронегруппу. Ее бросили в район, откуда велся интенсивный обстрел. Бронегруппе удалось раздавить артиллерию Молдовы. Но не обошлось и без потерь. Неустановленным противотанковым средством одна из «шестьдесятчетверок» была подожжена. В результате сдетонировал боекомплект и танк превратился в груду металлолома.

О формировании бронегруппы и дальнейшем ее боевом использовании рассказал в своих воспоминаниях, опубликованных в газете «Трудовой Тирасполь», Сергей Васильевич Вуколов, кадровый офицер-танкист, прослуживший в Советской армии 25 лет.

«Большая трудность заключалась в том, что люди знали только машины класса Т-55, а с современными Т-64Б совсем не были знакомы, они насыщены электроникой, автоматикой, то есть намного более сложные машины. Все это не могло не сказаться на подготовке экипажей.

Было создано две танковые роты. Одна находилась на боевых позициях на Дубоссарском направлении, а вторая проходила подготовку в учебном центре, изучала технику. Хотя, конечно, за такой короткий срок трудно было что-то успеть. 2-я танковая рота должна была 20 июня убыть на Дубоссарское направление. Но 19 июня молдавская сторона ввела в Бендеры свои подразделения. После этого 20 июня в 2 часа ночи по нашему радио прозвучал сигнал „Белая акация“. Конечно, все не успели, поэтому пришлось формировать сборные экипажи. Слаженность отсутствовала. Многих людей я совсем не знал».

В 19.00 19 июня по Кишиневской и Каушанской трассам в Бендеры вошли молдавские колонны бронетранспортеров, артиллерии, танков Т-55. В течение нескольких часов город был занят армией Молдовы. Беспорядочная стрельба из всех видов оружия привела к огромному количеству жертв среди мирного населения. Массированные удары молдавские части наносили по зданию горисполкома, казармам гвардейцев Приднестровской Молдавской Республики, горотделу милиции. На рассвете 20 июня части армии Молдовы захватили вокзал Бендеры-1, жилсоцбанк. Огонь вели танки, САУ, БТРы; из села Липканы велся минометный обстрел города.

Танк Т-64БВ подбитый на окраине г. Бендеры. Приднестровье, июнь 1992 года. Башня танка сорвана взрывом боекомплекта.

Видя, как уничтожается город, женщины из Бендерского забастовочного комитета захватили несколько единиц боевой техники 59-й мотострелковой дивизии Российской армии. На этой технике гвардейцы, казаки и ополченцы из Тирасполя двинулись к Бендерам, смяв обе батареи артиллерии Молдовы на мосту, пробились к осажденному зданию горисполкома. Эти танки прорвали кольцо осады. Войска Республики Молдова стали беспорядочно отступать. К утру 21 июня они контролировали лишь два микрорайона Бендер и пригородное село Варница.

Вспоминает С.В. Вуколов: «Женщины взяли в 14-й армии около пяти утра три танка (то есть угнали их, попросту говоря, их „приватизировал“ женский забастовочный комитет). Пулеметов на них не было. Были и неисправности, которые очень влияли на ведение боевой работы. Допустим, оторван кронштейн крепления пулеметной коробки — уже проблема. На старых машинах класса Т-55 ленту можно было заряжать в пулемет любой стороной, начать с любого конца — и пулемет работал. Здесь так уже не получалось. И угол подачи пулеметной ленты должен быть соответствующим, и соответствующая укладка ленты в пулеметных коробках. Вроде бы все это мелочи, но они сыграли большую роль при атаке. В самый критический момент пулемет начало клинитъ, и он перестал стрелять.

Пулеметы получили уже в Парканах и пошли в атаку на мост. Это была скорее психическая атака, хотя свою задачу танкисты, конечно, выполнили с честью. Здесь я должен отметить следующее: ребята-танкисты прекрасно знали, что идти в бой на неподготовленной машине — равносильно смерти. Но они пошли.

И еще надо было взять мост. Против нас стояли вооруженные до зубов противники. У каждого — огневые средства по борьбе с танками, еще были ПТУРСы и около десятка противотанковых 100-мм пушек „Рапира“. Практически наша затея была бесполезной, однако решительность и смелость — пойти сразу в бой — сыграли свою роль. Мост был взят».

В том бою танк Вуколова сделал несколько выстрелов по молдавским позициям. Наводчик попытался подбить вражеский бронетранспортер, но промазал. Сказалась непристрелянность орудия. Появилась еще одна цель — бронемашина, поливавшая приднестровцев огнем из крупнокалиберного пулемета. Сделав поправку, врезали по ней — бронемашина разлетелась в клочья. Затем началась атака на засевших у моста молдавских полицейских.

Танковый полк 14-й армии на учениях. Впереди — БМП-1П, сзади — Т-64БВ. Приднестровье, март 1995 года.

Потом было еще несколько яростных бросков на позиции противника. Из восьми участвовавших в бою приднестровских танков два были уничтожены огнем противотанковых пушек МТ-12 «Рапира». Стрельба по танкам велась из засад в боковые проекции — один был поражен бронебойно-подкалиберным снарядом в борт корпуса, второй — кумулятивным снарядом в борт башни. И та и другая машины сгорели. Еще два танка были повреждены: у одного выстрелом из гранатомета РПГ-7 перебили гусеницу, другой получил повреждения двигателя. Как вспоминает Вуколов, подбитые Т-64, кроме двух сгоревших, эвакуировали в Тирасполь, где их в кратчайшие сроки отремонтировали. Затем эти танки вновь приняли участие в боевых действиях.

Необходимо отметить, что защитники Приднестровья, получившие в свое распоряжение танки, «шестьдесятчетверок» не знали. Захваченные у Российской армии машины в большинстве своем были абсолютно не готовы к боевому применению: на многих отсутствовали пулеметы, не работали средства связи, не были заправлены огнегасящей смесью баллоны противопожарного оборудования (ППО). В итоге возникновение даже небольшого возгорания внутри машины приводило к взрыву боекомплекта. Кроме того, контейнеры динамической защиты не имели пластин и зарядов взрывчатого вещества.

В конце июля 1992 года при вводе в Приднестровье миротворческих сил из состава 14-й армии один танк Т-64БВ был уничтожен выстрелом из станкового гранатомета СПГ-9. На этой машине контейнеры динамической защиты также были пусты, а система ППО — не заправлена. В результате возникшего пожара произошла детонация боекомплекта. В районе моста через Днестр по другому танку из состава 14-й армии был произведен выстрел бронебойно-подкалиберным снарядом из противотанковой пушки МТ-12. Снаряд попал в защитное стекло командирского прибора наблюдения ТКН-3 и сорвал крышку командирского люка. Командир танка погиб, но танк сохранил боеспособность.

Приведенными фактами практически исчерпываются эпизоды боевого применения танков Т-64. В настоящее время на вооружении армии Приднестровской Молдавской Республики находится 18 танков этого типа.

Танк Т-72Б азербайджанской армии на боевых позициях в окрестностях поселка Шали. Азербайджан, Агдамский район, 24 мая 1992 года.

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-72

Как это ни покажется странным, но начало процессу создания танка Т-72 положило постановление Совета министров СССР от 15 августа 1967 года «Об оснащении Советской Армии новыми средними танками Т-64 и развитии мощностей для их производства». В соответствии с этим постановлением предусматривалось организовать серийный выпуск танков Т-64 не только на Харьковском заводе транспортного машиностроения имени Малышева (ХЗТМ), но и на других предприятиях отрасли, в том числе и на Уралвагонзаводе (УВЗ), где в это время выпускался средний танк Т-62. Необходимо отметить, что в этом постановлении шла речь и о выпуске «резервного» варианта танка Т-64. Он понадобился из-за недостатка мощностей для производства двигателей 5ТДФ в Харькове, которые не могли обеспечить объем производства танков Т-64 на других заводах в мирное и военное время.

Основные танки Т-72 на Красной площади. 7 ноября 1977 года.

Кстати сказать, уязвимость харьковского варианта силовой установки с мобилизационной точки зрения была очевидной не только для оппонентов, но и для сторонников, включая самого А.А. Морозова. Иначе никак нельзя объяснить тот факт, что проектирование «резервного» варианта велось А.А. Морозовым с 1961 года. Правда, машина эта, получившая обозначение «объект 436», а после некоторой доработки — «объект 439», разрабатывалась довольно вяло. Оно и понятно — у Морозова хватало проблем с Т-64. Тем не менее в 1969 году были изготовлены и испытаны четыре опытных образца танка «объект 439» с новым МТО и двигателем В-45, усовершенствованной версией дизеля семейства В-2.

Тем временем в рамках модернизации серийных танков в КБ УВЗ под руководством Л.Н. Карцева был разработан и изготовлен опытный образец танка Т-62 со 125-мм пушкой Д-81 и автоматом заряжания нового так называемого бескабинного, типа. Вместе с моторным КБ Челябинского тракторного завода, руководимого И.Я. Трашутиным, была изучена возможность форсирования двигателя семейства В-2 за счет наддува до мощности 780 л.с. На одном из опытных образцов («объект 167») была установлена и испытана усиленная шестикатковая ходовая часть.

5 ноября 1967 года на Уралвагонзавод впервые прибыл министр оборонной промышленности С.А. Зверев. Будучи в течение двух лет в этой должности, он все внимание уделял созданию нового танка в Харькове и часто туда ездил. Неудивительно, что рассмотрев показанные ему Л.Н. Карцевым новые разработки, министр вначале воспринял их с раздражением, как некие «козни» Харькову. Тем не менее преимущества показанного ему автомата заряжания над харьковским были настолько очевидны, а доводы Л.Н. Карцева и директора УВЗ И.В. Окунева в пользу установки в танк Т-64 форсированного двигателя семейства В-2 столь убедительны, что министр согласился. Это решение было оформлено приказом министра от 5 января 1968 года. В Нижний Тагил были отправлены шесть танков Т-64А.

Танки Т-72А во время парада по завершении учений «Запад-81».

Танк Т-72 с бортовыми экранами, развернутыми в боевое положение.

Первый образец танка «объект 172» был изготовлен летом 1968 года, второй — в сентябре. От танка Т-64А они отличались полностью перекомпонованным боевым отделением и установкой челябинского двигателя В-45К. Все остальные узлы и агрегаты были перенесены с харьковского танка, а точнее — остались на месте, так как первые «объекты 172» представляли собой переделанные «шестьдесятчетверки».

Работа с танками «объект 172» (всего их было изготовлено 20 единиц) продолжалась до начала февраля 1971 года. К этому времени разработанные в Нижнем Тагиле узлы и агрегаты были доведены до высокого уровня надежности. Автоматы заряжания имели один отказ на 448 циклов заряжания, то есть их надежность примерно соответствовала среднестатистической живучести 125-мм пушки Д-81Т (600 выстрелов калиберным снарядом и 150 — подкалиберным). Единственной проблемой «объекта 172» оставалась ненадежность ходовой части «из-за систематического выхода из строя гидроамортизаторов, опорных катков, пальцев и траков, торсионов и направляющих колес».

Тогда в КБ УВЗ, которое с весны 1969 года возглавлял В.Н. Венедиктов, было решено использовать на «объекте 172» ходовую часть от «объекта 167» с обрезиненными опорными катками увеличенного диаметра и более мощными траками с открытым металлическим шарниром, аналогичными тракам танка Т-62. Отработка такого танка проводилась под обозначением «объект 172М». Двигатель, форсированный до 780 л.с., получил индекс В-46. От танка Т-64А были сохранены только положительно зарекомендовавшие себя конструктивные элементы бронекорпуса с комбинированной и дифференцированной броней и трансмиссия.

С ноября 1970 по апрель 1971 года танки «объект 172М» прошли полный цикл заводских испытаний и затем 6 мая 1971 года были представлены министрам обороны А.А. Гречко и оборонной промышленности С.А. Звереву. К началу лета была выпущена установочная партия уже из 15 машин, которые совместно с танками Т-64 и Т-80 в 1972 году прошли многомесячные испытания невиданных ранее масштабов. После окончания испытаний постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР от 8 августа 1973 года «объект 172М» был принят на вооружение Советской армии под названием Т-72 «Урал». В 1974 году военпреды приняли на Уралвагонзаводе первые 220 серийных танков Т-72. В дальнейшем их производство здесь должно было увеличиваться на 20–25 % ежегодно.

Башня танка Т-72.

Осветитель ночного прицела Л-2АГ «Луна-2».

Компоновка танка Т-72 — классическая, с кормовым расположением моторно-трансмиссионного отделения. Внешне танк очень напоминает Т-64. Корпус танка — сварной, собирается из броневых листов различной толщины и конфигурации. Верхняя лобовая деталь корпуса наклонена под углом 63° к вертикали и представляет собой многослойную комбинированную преграду (сталь — текстолит — сталь). Эта броня обеспечивала достаточно высокий уровень защиты от наиболее распространенных в 1970-е годы 105-мм кумулятивных и бронебойно-подкалиберных снарядов. По некоторым данным, она эквивалентна стальной броневой плите толщиной 500–600 мм.

Башня — литая, сложной конфигурации, имеет относительно небольшие размеры, передняя ее часть имеет толщину примерно 280 мм и представляет собой многослойную комбинированную конструкцию, обладающую высокой снарядостойкостью.

Несмотря на большой угол наклона верхней лобовой детали корпуса, механик-водитель в боевом положении располагается сидя, так как нижняя часть его кресла была установлена в специальной выштамповке днища. Место командира находится справа от пушки, а наводчика — слева.

На танке установлена 125-мм гладкоствольная пушка Д-81ТМ (2А26М2). В боекомплект танка Т-72 входят выстрелы раздельного заряжания с бронебойно-подкалиберными, кумулятивными и осколочно-фугасными снарядами. Все выстрелы имеют единый заряд с частично сгорающей гильзой. Заряжание пушки производится автоматом заряжания, конструкция которого отличается от соответствующего механизма танка Т-64А. На Т-72 использован автомат электромеханического типа, установленный в нижней части боевого отделения. 22 артвыстрела боекомплекта размещены горизонтально в кассетах вращающейся боеукладки. Остальные 17 артвыстрелов размещены в специальных укладках корпуса и башни. После выстрела поддон сгоревшей гильзы автоматически выбрасывается через лючок в кормовой части башни. Установка на танк автомата заряжания повысила боевую скорострельность пушки до 8 выстр./ мин. Возможно заряжание пушки и вручную, при этом скорострельность составляет 1–2 выстр./мин.

Бронебойно-подкалиберный снаряд ЗБМ9 имел начальную скорость 1800 м/с и мог поражать все имевшиеся в то время на вооружении стран НАТО танки. Дальность прямого выстрела этим снарядом по цели высотой 2,7 м составляет 2430 м. Для наведения пушки на цель используется стереоскопический прицел-дальномер ТПД-2-49 с независимой стабилизацией поля зрения по вертикали. Вспомогательное вооружение танка состоит из спаренного пулемета ПКТ и 12,7-мм зенитного пулемета НСВТ. Танк оснащен двухплоскостным электрогидравлическим стабилизатором вооружения 2Э28М «Сирень», позволявшим вести прицельный огонь и во время движения.

Кормовая часть башни. На переднем плане — ящик для ОПВТ и сухого пайка. Хорошо видны антенный ввод радиостанции Р-123, лючок для выброса поддонов и кронштейн с габаритным фонарем ГСТ-64 и фарой ФГ-126 с цифровой насадкой.

Зенитно-пулеметная установка на максимальном угле возвышения: +75°.

На танке установлен 12-цилиндровый многотопливный дизель В-46 мощностью 780 л.с. при 2000 м/с. Двигатель форсирован за счет применения центробежного нагнетателя с приводом от коленчатого вала. Трансмиссия Т-72 подобна трансмиссии танка Т-64, за исключением некоторых изменений, связанных с установкой других двигателя и системы обдува радиаторов. Крутящий момент от двигателя передается через гитару и общий ведущий вал на две семискоростные планетарные коробки передач.

В системе подрессоривания применена индивидуальная торсионная подвеска с гидроамортизаторами рычажно-лопастного типа на 1, 2 и 6-м узлах подвески каждого борта. Диски опорных катков изготовлены из алюминиевого сплава. Опорные катки обрезинены, а поддерживающие катки имеют внутреннюю амортизацию. Направляющие колеса литые, стальные. Ведущие колеса со съемными зубчатыми венцами также выполнены из стали.

Двигатель, трансмиссия и ходовая часть позволяли боевой машине массой 41 т развивать максимальную скорость по шоссе 60 км/ч. Запас хода по шоссе — 500 км.

На танке установлена радиостанция Р-123М, система ПАЗ, автоматическая система ППО, термическая дымовая аппаратура, оборудование подводного вождения, оборудование для самоокапывания. На части танков могут устанавливаться колейные ножевые минные тралы КМТ-6.

С 1979 года на Уралвагонзаводе был начат серийный выпуск танка Т-72А. На нем были установлены лазерный прицел-дальномер ТПД-К1 и новый ночной прицел наводчика ТПНЗ-49 пассивно-активного типа. Огневая мощь танка была повышена за счет установки модернизированной 125-мм пушки 2А46. Она отличалась от Д-81ТМ лучшей точностью стрельбы и большей живучестью ствола. Боекомплект был увеличен до 44 выстрелов.

Подверглась усилению и броневая защита. Главным образом за счет увеличения толщины отдельных броневых деталей и введения новых неметаллических материалов в состав комбинированной брони лобовых частей корпуса и башни. Вместо четырех откидных подпружиненных щитков на каждом борту был установлен сплошной резинотканевый экран. Защищенность танка была повышена также установкой в передней части башни дымовых гранатометов 902Б «Туча» и системы защиты от напалма «Сода».

Зенитно-пулеметная установка:

1 — зенитный пулемет НСВ-12,7; 2 — уравновешивающий механизм; 3 — люлька; 4 — лентосборник; 5 — коробка прицела К-10Т; 6 — рукоятка взвода зенитного пулемета; 7 — цапфа; 8 — вилка; 9 — пружина гашения отката; 10 — зубчатый сектор люльки; 11 — магазин для ленты с патронами; 12 — рукоятка вертикального наведения; 13 — рычаг спускового механизма; 14 — трос; 15 — клавиша спускового механизма; 16 — рукоятка горизонтального наведения; 17 — стопор среднего погона; 18 — клавиша тормоза маховика.

С 1985 года в ходе проведения ремонта и модернизации на танках Т-72А устанавливалась навесная динамическая защита. Прошедшие такую модернизацию танки получили обозначение Т-72АВ.

В том же 1985 году в КБ УВЗ был создан танк Т-72Б. Верхнюю лобовую деталь корпуса усилили дополнительным 20-мм бронелистом. Кроме того, машина получила комплект навесной динамической защиты, состоящий из 227 контейнеров, 118 из которых размещены на корпусе.

Для активного противодействия не только кумулятивным, но и бронебойно-подкалиберным боеприпасам с 1988 года на Т-72Б стала устанавливаться встроенная динамическая защита, элементы которой находятся в броне танка.

Огневая мощь танка значительно возросла благодаря установке на него модернизированной пушки 2А46М и комплекса управляемого вооружения 9К120 «Свирь». Этот комплекс обеспечивает ведение стрельбы танковой управляемой ракетой (ТУР) днем с места и с коротких остановок.

Максимальная дальность стрельбы ракетой, управляемой по модулированному лазерному лучу с вероятностью попадания в цель типа «танк» не менее 0,8, составляет 4000 м. В боекомплект пушки входят 45 выстрелов, 22 из которых размещены в транспортере автомата заряжания, а остальные — в боеукладках корпуса и башни.

Танк Т-72 выпуска после 1975 года. На пушке — теплозащитный кожух.

Установка воздухопитающей трубы ОПВТ на башне.

В состав системы управления огнем вошел прицельный комплекс 1А40-1, основу которого составляет лазерный прицел-дальномер ТПД-К1, используемый и на танке Т-72А. Однако на новом танке в прицельный комплекс включен баллистический поправочник, который автоматически вводит поправки на температуру заряда и воздуха, атмосферное давление, угловую скорость цели и танка, скорость движения танка и другие условия стрельбы, что значительно повышает вероятность попадания первым выстрелом. Вместе с тем баллистический поправочник не учитывает все изменяющиеся условия стрельбы, как это происходит при наличии в танке автоматизированной СУО с баллистическим вычислителем, так как учитывает только суммарную поправку, которая вводится в него вручную перед началом стрельбы. Суммарная поправка вычисляется по номограммам, закрепленным на казенной части пушки у командира танка. Естественно, что в бою производить такие вычисления перед каждым выстрелом никто не будет.

В ходе модернизации боевая масса танка увеличилась до 44,5 т. Для сохранения подвижности машины, потяжелевшей почти на 3 т, на ней был установлен новый многотопливный четырехтактный быстроходный дизель жидкостного охлаждения В-84-1 мощностью 840 л.с.

Танк Т-72Б имеет новые средства радиосвязи, объединенные в комплекс «Абзац». Он состоит из УКВ-радиостанции Р-173, радиоприемника Р-173П, блока антенных фильтров и ларингофонных усилителей. Радиостанция обеспечивает дальность связи не менее 20 км.

Часть танков Т-72Б выпускалась без элементов комплекса управляемого вооружения и именовалась Т-72Б-1.

Начиная с 1992 года, после завершения серийного производства танка Т-72Б, на УВЗ осуществлялся капитальный ремонт и модернизация мелких партий танков Т-72А, Т-72Б и Т-72Б1. При этом боевые машины модернизировались до разного уровня, так как единого стандарта модернизации не существовало. Такое положение сохранялось до 2000 года, до государственных испытаний, проводившихся с целью проверки мероприятий по модернизации. Испытания проходили в период с 15 октября по 26 ноября 2000 года. После их успешного завершения модернизированный танк Т-72Б был принят на вооружение Российской армии под обозначением Т-72БА («объект 184А»).

Танк Т-72 с установленной воздухопитающей трубой выходит из воды после преодоления водной преграды.

В соответствии со спецификацией на Т-72БА предусматривалась установка автоматизированной СУО 1А40-1М, модернизированной красногорским заводом «Зенит». Внешне машина с усовершенствованной СУО отличается наличием в кормовой части башни датчика атмосферных условий ДВЕ-БС. В состав СУО 1А40-1М входит комплекс управляемого вооружения «Свирь» с ТУР 1М119, 1М119М и 1М119М-1. Прибор наведения ТУР встроен в перископический пассивно-активный ночной прицел 1К13-49.

Устаревший прибор наблюдения командира ТКН-3 заменен на модернизированный прибор ТКН-ЗМК, который обеспечивает опознавание цели через ночную ветвь по всему полю зрения. Пассивно-активный прибор ТКН-ЗМК устанавливается в стандартное посадочное место в командирской башенке танка Т-72Б.

У механика-водителя устанавливается монокулярный электронно-оптический пассивно-активный прибор ТВН-5 с дальностью видения в пассивноактивном режиме до 80/180 м. Для подсветки целей при работе в активном режиме вместо устаревших ПК-осветителей ОУ-3 и Л-4 планируется использование лазерного прожектора ПЛ-1.

На танке должна устанавливаться пушка 2А46М-5, представляющая собой модернизированный вариант пушки 2А46М. В результате внедрения ряда усовершенствований удалось снизить среднее техническое рассеивание по всем типам снарядов на 15 %. Усиление огневой мощи, кроме того, предполагается за счет введения в боекомплект новых выстрелов повышенного могущества ЗВБМ22 с БПС ЗБМ59 «Свинец-1» и ЗВБМ23 с БПС ЗБМ60 «Свинец-2». Применение этих, так называемых длинных БПС потребовало внесения изменений в конструкцию автомата заряжания.

Серийный танк Т-72А. 1980 год.

Вид на рабочее место наводчика через его люк. Хорошо видны налобник и окуляр прицел-дальномера ТПД-К1.

Защищенность танков после модернизации должна была повышаться за счет применения комплекта встроенной динамической защиты «Контакт-В2». Кроме того, планировалось внедрить противоосколочные экраны на внутренних поверхностях корпуса и башни из материала типа «кевлар» разработки НИИ стали. Был разработан механизм экстренного открывания люка механика-водителя в случае серьезного боевого повреждения машины. Усилены днище корпуса, кромки аварийного люка и подбашенный лист. Рядом с сиденьем механика-водителя установлены две съемные распорные стойки, уменьшающие прогиб днища, а само сиденье подвешено к крыше корпуса.

Танк Т-72А. Обращают на себя внимание сплошные резинотканевые экраны и дымовые гранатометы системы «Туча».

С целью унификации модернизированных танков с танком Т-90А и повышения уровня подвижности на Т-72БА применено МТО с двигателем В-92С2 мощностью 1000 л.с. Помимо нового двигателя, в состав унифицированного МТО вошли модернизированный входной редуктор (гитара), усиленная бортовая коробка передач и усовершенствованная система охлаждения.

Ходовая часть танка Т-72БА унифицирована с ходовой частью танка Т-90А и включает в себя, в частности, уширенные опорные катки, гусеницы с повышенным ресурсом, новые торсионные валы, гидроамортизаторы повышенной энергоемкости и т. д.

Впрочем, реализовать все эти модернизированные мероприятия в полном объеме не удалось. В ходе ремонтов на Т-72БА в полном объеме удалось внедрить только унифицированное МТО с двигателем В-92С2 (начиная с 2003 года) и ходовую часть, а также модернизированную СУ О. Мероприятия, связанные с усилением огневой мощи и защищенности машины, остались нереализованными. В результате ремонта танков по сокращенной спецификации появилась модификация Т-72БА1 («объект 184А1»).

С 2000 по 2009 год на УВЗ до уровня Т-72БА и Т-72БА1 были модернизированы более 100 танков, которые по большей части поступили в соединения Приволжско-Уральского военного округа — 34-ю и 27-ю мотострелковые дивизии.

На базе различных модификаций Т-72 серийно выпускались командирские танки Т-72К, Т-72АК, Т-72БК, ремонтно-эвакуационная машина БРЭМ-1, мостоукладчик МТУ-72, инженерная машина разграждения ИМР-2, огнеметная система залпового огня ТОС-1, боевая машина разминирования БРМ-7 и самоходная гаубица 2С19 «Мета-С».

В ходе серийного производства Т-72 на базе различных его модификаций было создано несколько экспортных вариантов. Первый появился в 1975 году. На базе Т-72А с 1980 года выпускался экспортный вариант Т-72М. Экспортный танк Т-72М1 является модернизированным вариантом танка Т-72М. Наконец, на базе Т-72Б с1987 года выпускался экспортный танк Т-72С. Бронирование его корпуса и башни осталось на уровне Т-72М1, но был установлен комплект навесной динамической защиты из 155 контейнеров. Следует подчеркнуть, что экспортные модификации танков Т-72А и Т-72Б комбинированной броневой защиты не имели. Их броня была монолитной.

Помимо экспортных поставок, в конце 1970-х годов Советский Союз приступил к передаче и продаже технической документации для производства танков Т-72 за рубежом. С 1981 года выпуск танков Т-72, а затем Т-72М и Т-72М1 осуществлялся в Чехословакии, а с 1982 года — в Польше.

Установка пушки:

1 — сопло; 2 — ресивер; 3 — обойма цапфы; 4 — уплотнение; 5 — упор; 6 — тяга; 7 — бронировка; 8 — подъемный механизм; 9 — чехол.

Защитный щиток, установленный на люке командира и защищавший его на марше от грязи и пыли.

К 1991 году Чехословакия располагала 897 танками Т-72, Т-72М и Т-72М1 собственного производства, а Польша — 757 танками. Польша и Чехословакии поставляли танки этого типа и другим странам — участницам Варшавского договора. Так, например, к 1991 году в Национальную народную армию ГДР поступило 549 танков Т-72, в Венгрию — 138 танков и Болгарию — 334 танка. Кроме того, около 1700 танков Т-72 чехословацкого и польского производства ушли на Ближний и Средний Восток. Техническую документацию танка получила и Румыния, но его выпуск в этой стране так и не был развернут.

В начале 1980-х годов лицензия на производство Т-72 была приобретена Югославией, а чуть позже — Индией. «Пиратские» копии Т-72 выпускаются в Китае и Иране. В ходе серийного производства в ряде стран танки Т-72 были модернизированы, порой существенно. Так появились польская версия РТ-91, чешская T-72CZ, югославская М84.

По состоянию на 2006 год танк Т-72 состоял на вооружении в Алжире (350 ед.), Анголе (50 ед.), Болгарии (432 ед.), Венгрии (238 ед.), Индии (1400 ед.), Иране (480 ед.), Йемене (60 ед.), Кувейте (150 М84), Ливии (200 ед.), Польше (586 Т-72 и 233 РТ-91), Румынии (5 ед.), Словакии (247 ед.), Словении (40 М84), Сирии (1700 ед.), Финляндии (63 ед.), Хорватии, Чехии (244 T-72CZ), Сербии (62 Т-72 и 206 М84).

Танки Т-72Б-1 проходят по Красной площади. Москва, 7 ноября 1986 года.

Вид сверху на Т-72Б-1. Хорошо видны дополнительный броневой лист, наваренный на лобовую броню корпуса, и противорадиационный надбой на башне.

Согласно данным, заявленным советской стороной на Венских переговорах по ограничению обычных вооружений в Европе, в 1990 году на европейской территории СССР, а также в частях, дислоцированных в Восточной Европе, находилось 5086 танков Т-72 всех модификаций. Из этого числа на территории Белоруссии — 1607, Украины — 1045, Армении — 246, Грузии — 251 и Азербайджана — 314 танков. После распада СССР часть этих машин поступила на вооружение вновь образованных национальных армий, часть была вывезена на территорию России. К 1997 году на европейской части территории России оставалось 1980 танков Т-72.

О существовании Т-72 общественность узнала в 1977 году, после показа танка французской военной делегации и дебюта «семьдесятдвоек» на военном параде в Москве 7 ноября 1977 года. В последующие годы танки Т-72, Т-72А и Т-72Б стали неизменными участниками московских парадов. При этом 9 мая 1985 года танки Т-72А участвовали в параде совместно с Т-64Б-1, 9 мая и 7 ноября 1990 года в парадный расчет входили Т-72Б и Т-80УД, а 9 мая 1995 года «пару» танкам Т-72Б составили омские Т-80У. В последующие 12 лет танки Т-72, как, впрочем, и никакие другие, в военных парадах в Москве участия не принимали.

Боевое крещение танки Т-72 получили в 1982 году в Ливане. Для лучшего понимания описываемых событий имеет смысл кратко остановиться на их предыстории. Итак, 13 апреля 1975 года в Ливане вспыхнула гражданская война, продолжавшаяся 15 лет. К лету правительство Ливана полностью утрачивает контроль над происходящим, армия разваливается, а юг страны захватывается палестинскими террористами — после изгнания из Иордании основные силы Организации освобождения Палестины базировались на Ливан. В апреле 1976 года Сирия вводит в Ливан 5 тысяч солдат, а спустя полгода — еще 30 тысяч в рамках так называемых Межарабских сил по подержанию мира, призванных остановить гражданскую войну. По сути же, эти «силы» стали прикрытием сирийской оккупации 2/3 территории Ливана, продолжающейся до 2005 года. С самого начала своего существования «Межарабские силы» на 85 % состояли из сирийцев, а вскоре кроме сирийцев в них вообще никого не осталось. В марте 1978 года в ответ на действия террористов Армия обороны Израиля проводит операцию «Литани» и оккупирует юг Ливана до р. Литани (кроме г. Тир). В июне израильские войска покинули Ливан, передав контроль над приграничной полосой христианской милиции во главе с майором С. Хаддадом. В Южный Ливан были введены войска ООН.

Расположение узлов автомата заряжания:

1 — механизм досылания; 2 — механизм подъема кассет; 3 — люк механизма удаления поддонов; 4 — механизм удаления поддонов;

5 — привод рамки; 6 — ручной привод к стопору вращающегося транспортера; 7 — стопор вращающегося транспортера; 8 — настил вращающегося транспортера; 9 — ролик; 10 — каркас; 11 — опорный ролик; 12 — верхний погон; 13 — нижний погон; 14 — стакан; 15 — кассета; 16 — захват.

В июле 1981 года обстановка вновь резко обострилась — 10 дней продолжались широкомасштабные палестинские артобстрелы Израиля с территории Ливана. В ответ Армия обороны вела ответный огонь и наносила авиаудары по позициям палестинцев. При американском посредничестве было заключено перемирие, соблюдавшееся в Ливане почти без нарушений до июня 1982 года. Однако террористы активизировали свои операции как в самом Израиле, так и в Европе.

4 июня 1982 года ВВС Израиля нанесли удары по 9 целям палестинских террористов в Ливане. Палестинцы открыли огонь по северу Израиля (Галилея), ВВС Израиля ответили новыми налетами. Вечером 5 июня правительство Израиля приняло решение начать на следующий день операцию «Мир Галилеи». 6 июня 1982 года в 11.00 сухопутные войска Армии обороны Израиля вошли в Ливан.

Собственно, нет никакой необходимости исследовать весь ход этой войны. Нам интересен факт применения в ходе нее танков Т-72 сирийцами и танков «Меркава» Mk 1 израильтянами. Интересен потому, что, во-первых, эти танки пошли в бой впервые, а во-вторых, потому что надо же в конце концов выяснить, кто кого. По поводу последнего обстоятельства в зарубежных и отечественных источниках встречаются самые противоречивые мнения.

Танк Т-72Б образца 1989 года со встроенной динамической защитой.

Одной из первых стран-участниц Варшавского договора, получивших танки Т-72, стала Германская Демократическая Республика. Танки Т-72 на параде в Берлине в день празднования 30-летия образования ГДР — 7 октября 1979 года.

Так, например, известный американский историк Стивен Залога в своей книге «Т-72 Main Battle Tank 1974–1993» сообщает следующее: «Впервые Т- 72 использовался в бою в 1982 году во время вторжения Израиля в Ливан. Сирийская армия располагала примерно 250 машинами Т-72 и Т-72М. Сирийская 82-я танковая бригада, оснащенная в основном танками Т-72, действовала на территории Ливана. По утверждению сирийцев, рота 82-й бригады атаковала колонну израильской бронетехники и сумела поджечь 21 машину, заставив колонну отступить. Командир роты рассказывал позднее, что сирийские танкисты хвалили броню своих Т-72 за способность противостоять огню 105-мм пушек. Затем 82-я танковая бригада пыталась прорваться на выручку окруженной 1-й танковой дивизии. Однако попала в засаду, устроенную израильскими танками „Меркава“ и истребителями танков МПЗ Nagmash, вооруженных ракетами „Тоу“. Потери сирийцев в этом бою точно не известны, но сообщается о 19 танках, подбитых „меркавами“, и 11 танках, подбитых ракетами „Тоу“. Танки „Меркава“, вооруженные 105-мм пушками, могли успешно поражать Т-72 с помощью новых подкалиберных снарядов M111. То же можно сказать и о ракетах „Тоу“. После войны израильтяне заявили о том, что им удалось захватить восемь танков Т-72, из которых два сирийцы бросили, даже не заглушив двигателей. Спустя несколько дней эта информация была официально опровергнута, хотя и кажется правдивой».

У отечественных авторов принципиально иная точка зрения, что неудивительно. В статье В. Ильина и М. Никольского «Ливан-82. Победил ли Израиль в этой войне?», опубликованной в № 1 журнала «Техника и оружие» за 1997 год, утверждалось следующее: «…танки Т-72 показали свое полное превосходство над бронетанковой техникой противника. Сказалась большая подвижность, лучшая защищенность и высокая огневая мощь этих машин. Так, после боя в лобовых листах некоторых „семьдесятдвоек“ насчитали до 10 вмятин от „болванок“ противника, тем не менее танки сохраняли боеспособность и не выходили из боя. В то же время 125-мм снаряды Т-72 уверенно поражали неприятельские машины в лоб на дальности до 1500 метров. Так, по словам одного из очевидцев — советского офицера, находившегося в боевых порядках сирийских войск — после попадания снаряда пушки Д-81ТМ с дистанции приблизительно 1200 м в танк „Меркава“ башня последнего была сорвана с погона».

Танки Т-72М польского производства из состава одной из частей Войска Польского.

Польский основной боевой танк РТ-91.

Дальнейший ход событий в изложении авторов выглядит следующим образом: «Израильтяне предприняли „психическую“ атаку, стремясь овладеть важнейшей стратегической коммуникацией — шоссе Бейрут — Дамаск. Однако это наступление было отражено с большими потерями с израильской стороны. Вновь отличились сирийские Т-72 из состава 3-й танковой дивизии. Ее командующий, бригадный генерал Ф. Шафик, по собственной инициативе выдвинул свое соединение из второго эшелона и нанес мощный контрудар в направлении города Адан. В результате 210-я танковая дивизия противника была отброшена от шоссе на 18–20 км и фактически разгромлена».

И наконец, описывают авторы и такой, можно сказать, ключевой эпизод этих боев.

«Лобовая броня „семьдесятдвоек“ оказалась не по зубам и наиболее мощному западному противотанковому ракетному комплексу TOW. По утверждениям представителей сирийского командования, в боях лета 1982 года не был потерян ни один танк Т- 72. Хорошо зарекомендовал себя и израильский танк „Меркава“ Mk 1, обеспечивающий отличную защиту для экипажа. Об этом свидетельствуют, в частности, воспоминания одного из участников боев, находившегося в составе сирийской армии. По его словам, батальон сирийских Т-72, совершая ночной марш, неожиданно „выскочил“ на подразделение „меркав“, ждавшее прибытия топливозаправщиков. Завязался ожесточенный ночной бой на короткой дистанции. Сирийские танки, развившие высокий темп огня, быстро расстреливали свой боекомплект в барабанах автоматизированных боеукладок. Однако, к досаде сирийских танкистов, результатов их стрельбы не было видно: танки противника не горели и не взрывались. Решив больше не искушать судьбу, сирийцы, практически не понесшие потерь, отступили. Через некоторое время они выслали разведку, которая обнаружила поистине удивительную картину: на поле боя чернело большое число неприятельских танков, брошенных экипажами. Несмотря на зияющие в бортах и башнях пробоины, ни одна „Меркава“ действительно не загорелась: сказалась совершенная быстродействующая система автоматического пожаротушения с ИК-датчиками и огнетушащим составом „Талон 1301“, а также отличная защита боеукладки, размещенной в задней части боевого отделения с разнесенным бронированием».

Эти два взгляда на одни и те же события можно считать типичными. Западные источники взахлеб твердят о десятках подбитых Т-72, наши, с не меньшим усердием, об уничтоженных «меркавах». При внимательном же изучении описаний боевых эпизодов так и хочется произнести знаменитое изречение К.С. Станиславского: «Не верю!»

Танк Т-72Б, оснащенный комплексом динамической защиты «Контакт». Правее и выше амбразуры прицельного комплекса 1А40-1 хорошо видна открытая амбразура прицела-прибора наведения 1К13 комплекса управляемого вооружения.

Основной боевой танк T-72CZ (Чехия).

В самом деле, в приведенных отрывках столько ошибок, неточностей и противоречий, что невольно начинаешь сомневаться в их достоверности. Так, например, по состоянию на июнь 1982 года из сирийских частей, находившихся в Ливане, танки Т-72 имела только 81-я танковая бригада 3-й танковой дивизии. 81-я, а не 82-я! Последней в сирийской армии вообще не было! Как не было танков Т-72 в двух других бригадах 3-й дивизии — 47-й танковой и 21-й механизированной, а также и во всей 1-й танковой дивизии. Кроме того, в Ливане нет города Адан, в направлении которого якобы наносила «инициативный» удар 3-я сирийская танковая дивизия. Причем наносила по несуществующей 210-й израильской дивизии. Несуществующей потому, что дивизия под таким номером в Ливанской войне не участвовала, если к тому времени вообще существовала в Армии обороны Израиля.

На фоне всех этих неточностей особенно впечатляюще выглядят «воспоминания одного из участников боев» о батальоне Т-72, который ночью «выскочил» на подразделение «меркав». Особенно впечатляет, что «участник боев» не указывает, что это было за подразделение (батальон, рота, а, может быть, взвод?) и где на него Т-72 «выскочили». Не указывает «участник боев» и количество подбитых вражеских танков, несмотря на то что, по его же словам, разведка впоследствии обследовала поле боя, можно сказать, утыканное чернеющими танками израильтян. В связи с этим интересно узнать, а с чего это они чернели? Сгорели? Но нет, ведь «участник боев» утверждает как раз обратное — «несмотря на зияющие в бортах и башнях пробоины, „меркавы“ не загорались»! Само по себе это довольно странно — какой бы совершенной ни была система ППО, она срабатывает один раз! Это значит, что от повторных попаданий танк вполне может загореться. Удивительно и другое: «разведчики» утверждают, что «меркавы» были брошены экипажами. Получается, что экипажи не пострадали! Странно как-то.

Колонна танков Т-72 румынской армии. Румыния получила меньше всего танков этого типа — около 30 единиц. Планировалось начать производство модернизированного варианта Т-72 — танка TR-125, но этого так и не произошло.

Колонна танков Т-72А 24-й мотострелковой дивизии Прикарпатского военного округа. 1987 год.

От описанного анонимным «участником» чудовищного обстрела должна была погибнуть уйма израильских танкистов. А такие потери скрыть невозможно, особенно в Израиле, где каждый человек на счету. Сопоставляя все эти несуразности, невольно начинаешь сомневаться в достоверности таких «воспоминаний». Впрочем, о чем-то подобном пишет и С. Залога, правда, он упоминает о «колонне бронетехники», разбитой сирийцами, и о 21 сожженной машине. Однако «подразделение „меркав“» и «колонна бронетехники» — это не одно и то же.

Однако это все цитаты, заимствованные из публикаций 1990-х годов, но, быть может, более современные источники внесут хоть какую-то ясность. Увы, но в общем-то в том же ключе высказывается и С. Суворов в своей статье «Бронетанковая техника в современных войнах» («Техника и вооружение вчера, сегодня, завтра» № 7, 2006).

Танки Т-72А 4-й гвардейской танковой Кантемировской дивизии выдвигаются на танкодром. Московский военный округ, август 1988 года.

Танк Т-72Б-1 на тактических занятиях. На машине установлены бонки для крепления блоков динамической за щиты, но сами блоки не установлены. 1988 год.

«Конечно, сравнивать Т-72, даже образца 1975 г. выпуска (именно они преобладали в то время в сирийской армии), с М60А1 не совсем корректно. С американскими танками спокойно справлялись и имевшиеся у сирийцев Т-55. Но в войне летом 1982 г. израильтяне представили на поле боя и более достойного противника — танк „Меркава“ Mk 1. Эта машина была поновее нашей „семьдесятдвойки“. Но в тех случаях, когда они встречались с Т-72, тоже побеждала советская техника. Так, например, по словам участника тех событий офицера сирийской армии Мазина Фаури, на его глазах Т-72 одним выстрелом осколочно-фугасным снарядом (бронебойно-подкалиберные и кумулятивные в тот момент уже закончились) „снимал“ башню с израильского танка „Меркава“. Еще один сирийский танкист, учившийся в нашей бронетанковой академии, также подтвердил высокую живучесть Т-72 на поле боя: после того как завершился бой, он, увидев на броне своего Т-72 лишь отметины от бронебойно-подкалиберных снарядов израильтян, стал целовать броню своей машины, как любимую женщину. Как уже было сказано выше, пушка на „Меркаве“ была 105-мм и ни один из применяемых на ней типов снарядов в те времена „не брал“ в лоб Т-72».

С одной стороны, прогресс налицо: от «неизвестного советского офицера, находившегося в боевых порядках сирийских войск» до конкретного офицера сирийской армии. С другой — случай они описывают один и тот же, очевидно, стояли рядом. Или башни с «меркав» слетали в массовом порядке? Вызывает изумление и фраза о том, что с М60А1 справлялись Т-55. А тогда зачем понадобилось создавать 115-мм пушки? Ведь это был наш ответ на появление английской 105-мм пушки, которая по могуществу существенно превосходила нашу 100-мм пушку Д-10, установленную на Т-54 и Т-55. Конечно, на определенных дистанциях «сотка» справлялась с М60А1, но, исходя из этой логики, с американским танком могла справиться и «тридцатьчетверка»! Все дело в дистанции. Другой вопрос, что М60А1, используя свой прицельный комплекс, в который входил дальномер, мог обстрелять Т-55 или Т-62 с дистанции 1,5–2 км, а они его с 0,8–1 км. Уравнялись шансы только с появлением Т-72. Так что как раз с М60А1 его и надо сравнивать, тем более что на тот момент эта машина еще составляла основу танкового парка армии США. «Абрамсов» у американцев было еще не много, да и «меркавы» не составляли большинства в танковых частях израильской армии в Ливане.

Основной танк М84 35-й кувейтской танковой бригады в освобожденном Эль-Кувейте. Февраль 1991 года.

Подбитый иракский танк Т-72. Большинство потерь иракские танковые части понесли от ударов с воздуха различными видами кумулятивных боеприпасов. Результат попаданий, как правило, был одинаковым — взрыв боекомплекта и срыв башни с погона. Ирак, март 1991 года.

Основными противниками сирийских танкистов были танки МАГАХ-3 (М48АЗ, модернизированные в Израиле до уровня М48А5), МАГАХ-5 (М48А5) и МАГАХ-6А (М60А1). Причем все эти машины были оборудованы комплектами навесной динамической защиты «Блэзер». Были ими оборудованы и танки «Шот-Каль» («Центурионы» с дизелями), также воевавшие в Ливане. Так что в смысле защищенности израильские танки имели известное преимущество перед сирийскими (читай — советскими). Вооружены же все израильские машины были 105-мм танковыми пушками. Так что сводить все к противостоянию Т-72 и «Меркавы» как минимум неправильно.

Что же касается непосредственно Т-72, то гореть он может так же, как и другие типы танков. Если броня пробита, то топливо и порох в зарядах вспыхивают и взрываются на всех танках одинаково, вне зависимости от типа и страны производства. Нет никаких сомнений и в том, что броня Т-72 может быть пробита 105-мм снарядом, в том числе и лобовая. Все зависит от дистанции и угла встречи снаряда с броней. А это обеспечивается во многом уровнем профессиональной подготовки танкистов, который у израильтян был выше. Однако чтобы поразить Т-72 с его более толстой броней, им, естественно, нужно было приложить больше усилий. На больших дистанциях 105-мм снаряды действительно броню Т-72 не пробивали, и в этом вышеприведенные источники друг другу не противоречат. Ничего удивительного в этом нет: израильский 105-мм снаряд M111, по заверениям его разработчиков из фирмы IMI, мог поражать стальную броню толщиной до 150 мм при наклоне в 60° от вертикали, или примерно 300 мм вертикальный броневой лист на дистанции до 1500 м. Более старые американские 105-мм бронебойно-подкалиберные снаряды М392 и М728, преобладавшие в боекомплектах израильских танков, имели более низкую бронепробиваемость. Защита же сирийских Т-72 примерно соответствовала советскому «объекту 172М» обр. 1974 года, то есть 410 мм броневой стали по башне и 305 мм по корпусу, приведенных к вертикали. Таким образом, исходя из лобовой брони корпуса, можно говорить, что на дистанции огневого боя свыше 1500 м танк Т-72 был неуязвим для 105-мм бронебойно-подкалиберных снарядов при условии их попадания в лобовую проекцию корпуса и башни. Так что сирийскому танкисту действительно было за что целовать броню Т-72.

Танк М84 Югославской народной армии. 1991 год.

Трак гусеницы с резинометаллическим шарниром:

1 — трак; 2 — палец; 3 — гайка; 4 — втулка; 5 — проушина цевки; 6 — грунтозацепы; 7 — ребра; 8 — гребень.

Кстати сказать, дистанция, на которой ведется танковый бой, обычно характеризуется таким параметром, как дальность прямого выстрела. Для Центрально-Европейского театра военных действий она составляет 1800 м. Значение ее для Ливана автору неизвестно, но есть все основания предполагать, что с учетом резко пересеченной гористой местности этой страны она существенно меньше.

Однако же главный вопрос остается открытым — были ли в Ливане подбиты Т-72 и если да, то сколько? Диапазон оценок весьма велик: от 30 танков у Залоги, до полного отсутствия потерь у Ильина и Никольского. Кто же прав? Попробуем разобраться.

Все и отечественные и зарубежные источники, в том числе и израильские, сходятся в том, что танки Т-72 во время Ливанской войны имелись только в 3-й сирийской танковой дивизии, заменившей остатки 1-й танковой дивизии на подступах к шоссе Бейрут — Дамаск в ночь с 10 на 11 июня. Большая часть сил 1-й танковой дивизии к этому времени была окружена в южной части долины Бекаа. Таким образом, можно утверждать, что танки Т-72 принимали участие в боях только начиная с 11 июня 1982 года. Если принять за отправную точку время 0.00 11 июня, то воевали они в ходе Ливанской войны только 12 часов, так как в 12.00 11 июня было объявлено перемирие. Вскоре, правда, бои возобновились, но центр боевых действий сместился к Бейруту и его окрестностям, где ни сирийские войска, ни тем более палестинские силы танков Т-72 не имели. Более того, после объявления перемирия 3-я сирийская танковая дивизия покинула Ливан.

Так с кем же успели повоевать «семьдесятдвойки» за 12 часов? Ни о каком участии в контрударе не может идти речь, так как не было и самого контрудара. Сирийское командование ставило перед собой более скромные задачи. На 11 июня сирийцы имели в долине Бекаа две танковые дивизии и несколько батальонов коммандос. Одна из двух танковых дивизий (1-я. — Прим. авт.) уже лишилась почти всей своей техники и была фактически небоеспособна. Уже с 9 июня, уничтожив систему сирийской ПВО в долине Бекаа, израильские ВВС обеспечили себе господство в воздухе. Наступать из долины на господствующие высоты двумя дивизиями против четырех израильских, практически без поддержки с воздуха и зенитного прикрытия, было бы для сирийцев самоубийством. Поэтому перед войсками была поставлена задача не дать израильским войскам выйти на шоссе Бейрут — Дамаск к моменту прекращения огня в 12.00 11 июня.

Исходя из мест расположения противоборствующих сторон на утро 11 июня, можно с уверенностью утверждать, что единственным соединением Армии обороны Израиля, которое столкнулось с 81-й сирийской танковой бригадой, была сводная дивизия «Коах Йоси». Это соединение было создано в ночь с 9 на 10 июня для истребления сирийских танков в долине Бекаа и имело ярко выраженную противотанковую направленность. Оно состояло из сводной танковой бригады (два батальона танков «Шот-Каль» — 50 единиц) и двух противотанковых бригад: резервных 409-й и 551-й парашютно-десантных. Кроме того, этой дивизии были подчинены и все боевые вертолеты с ПТУР, выделенные ВВС для поддержки корпуса Бен-Галя. Таким образом, сирийским Т-72, продвигавшимся по горному массиву Джабель Барук, пришлось столкнуться с подразделениями, лучше других подготовленными для борьбы с ними.

Танки Т-72Б (элементы навесной динамической защиты не установлены) на одной из улиц г. Тбилиси. Апрель 1989 года.

Боевое отделение танка Т-72А (место наводчика):

1 — индикатор количества выстрелов; 2 — вентилятор; 3 — стопор башни; 4 — аппарат ТПУА-2; 5 — левый распределительный щиток; 6 — ночной прицел ТПН-1-49-23 (позднее — ТПН-3-49); 7 — прибор наблюдения наводчика ТНП-165А; 8 — ограждение пушки; 9 — прицел-дальномер ТПД-К1; 10 — подъемный механизм пушки; 11 — рукоятка вывода из зацепления червяка подъемного механизма пушки; 12 — сиденье; 13 — манометр; 14 — ручной механизм поворота башни; 15 — клапан системы ГПО; 16 — азимутальный указатель.

Далее имеет смысл обратиться к свидетельству реального участника событий, на тот момент старшего сержанта и командира джипа М151 с пусковой установкой ПТУР «Тоу» из 409-й парашютно-десантной бригады. Его воспоминания помещены на сайте www.waronline.org.

«Утром 11 июня наш батальон находился в нескольких километрах севернее деревни Амик у подножия Джабель Барук на северозападе долины Бекаа, на дороге, ведущей на север. Мы расположились непосредственно у дороги (с северо-востока) и в находящемся к югу болоте. Техника нашей роты (джипы с ракетами TOW) занимала подготовленные позиции в болоте, также развернутые на северо-восток. В нашем районе находился также взвод танков „Шот“, не принимавших участия в бою. В тот день не было особой активности. В 10 утра небольшой отряд из нашей роты выдвинулся на восток к группе сирийских танков (видимо Т-62), стоящих на месте, выстрелил и попал в два из них, и вернулся обратно в район болота без потерь. Около 12 дня (когда должно было начаться перемирие) части батальона, находившиеся выше нас, то есть на склонах Джабель Барук, и с ними комбат, подполковник Ханегби, заметили колонну танков, приближающуюся к нам, и приготовились, разделив сектора обстрела. Но видимо, все переговоры по рации велись на ротной частоте и не дошли до других рот. Наша рота, совершенно неожиданно, услышала на батальонной частоте приказ комбата: „Всем Самцам, говорит Главный Самец, столкновение с фронта, огонь!“ Мы в спешке поднялись на огневые позиции и увидели колонну танков (только потом, спустя несколько часов, мы узнали, что это были Т-72), идущую по дороге — в этом месте дорога делала резкий изгиб, и с наших позиций колонна выглядела как гигантская Г. Первый танк находился где-то в 800 метрах от нас, сирийцы были совершенно открыты и не подозревали о нашем присутствии. Мы немедленно открыли огонь по всему, что видели, — наводчики даже не дожидались окончания приказа на открытие огня, а выпустили ракеты уже при первых словах приказа, те, кто находился на склоне горы, действовали более упорядоченно. Огневой удар был очень мощен, сильнее, чем что-либо из виденного мною раньше, десятки пусковых труб выплевывали огонь в направлении всего, что двигалось. Было несколько промахов, по-видимому, из-за волнения наводчиков и плохого наведения пусковых установок, но большинство ракет попали в цель. Передние сирийские танки были поражены множеством ракет и сразу загорелись, причем больше всего попало в первый танк колонны. Вопреки нашим предвоенным опасениям, обычные (не усовершенствованные) TOW без проблем пробивали броню этих танков в лоб и тем более в борт, а поскольку ракеты были выпущены тремя подразделениями, развернутыми по фронту длиной около километра, каждый танк был с высокой вероятностью поражен с нескольких направлений. Кроме того, на склоне, над поворотом дороги, мы заметили несколько вкопанных старых танков — эти танки не приняли участия в бою, и возможно, были вообще без экипажей, но мы также поразили их ракетами, на всякий случай. Уцелевшие сирийские танкисты очень умело и слаженно включили задымление, и этот дым, вместе с дымом от горящих танков, закрыл от нас колонну, так что стало трудно находить цели. Сирийцы также открыли огонь из орудий и пулеметов во все стороны, так как не знали, где мы находимся. Мы могли видеть только первый танк, он взорвался, выпустив огромный гриб дыма, и башня взлетела в воздух на 30 метров (видимо, сдетонировал боекомплект). Этот танк продолжал гореть несколько часов, боеприпасы продолжали детонировать, и, по-моему, от этого танка остался только оплавленный кусок железа. Всего в этом бою были поражены 9—12 танков».

Из всех свидетельств очевидцев последнее вызывает наибольшее доверие. Хотя бы потому, что указано место и время, понятно, кто кого и как подбил. Факт этого боестолкновения подтверждают и другие израильские источники, упоминается он в публикации американского журнала Armor в 1988 году. Да и вообще все выглядит более чем правдоподобно: колонна 81-й сирийской танковой бригады попала в засаду и ее головная часть была расстреляна. Поражение танков Т-72 противотанковыми ракетами не удивляет — как уже упоминалось, экспортные Т-72 имели монолитную стальную броню. При этом даже первая модификация ракеты «Тоу» BGM 71А имела бронепробиваемость 600 мм и 300—400-мм броня «семьдесятдвоек» не была для нее преградой. Окажись на месте Т-72 любой другой танк с монолитной (то есть немногослойной) броней, например М60АЗ или «Леопард-1», результат был бы тот же.

Под прикрытием танка Т-72А артиллеристы разворачивают на позиции 120-мм миномет. Нагорный Карабах, август 1990 года.

Взвод танков Т-72А на тактических занятиях. Прикарпатский военный округ, август 1990 года.

Учения в одной из частей Белорусского военного округа. Головная машина — Т-72Б. Сентябрь 1990 года.

Кстати сказать, израильтяне собирались эвакуировать один подбитый в Джабель Барук танк Т-72. Был даже экстренно изготовлен специальный трейлер. Однако опасение, что сирийские коммандос устроят засаду у подбитых танков, заставило отказаться от этих намерений. Сирийцы вскоре сами эвакуировали подбитые танки, кроме головного, оставшегося на нейтральной полосе. Судя по всему, именно его фотографиями в те дни пестрели западные средства массовой информации.

Тщательное изучение различных источников, ссылок и воспоминаний позволяет утверждать, что в Ливане были потеряны 11–12 танков Т-72. Большая часть — в описанном выше бою. По-видимому, только одна машина была подбита из 105-мм пушки подкалиберным снарядом в борт и стрелял, скорее всего «Шот-Каль», то есть «Центурион».

Ну а что же «меркавы»? В операции «Мир Галилее» участвовало шесть батальонов, вооруженных танками этого типа (всего около 200 единиц). Ими были укомплектованы 75, 77-й и 82-й батальоны 7-й танковой бригады, 126-й и 429-й батальоны 211-й танковой бригады, 198-й батальон 460-й танковой бригады. Кроме того, около двух рот танков «Меркава» имелось в 844-й учебной танковой бригаде.

75-й и 82-й батальоны 7-й танковой бригады воевали в составе 252-й дивизии, продвигаясь вдоль хребта Антиливан, и встретили прекращение огня в районе города Янта. 77-й танковый батальон в ходе войны четыре раза менял подчинение. Сначала он был придан пехотной бригаде «Голани» (то есть находился в 36-й дивизии) и участвовал в захвате района Бофор, а позже восточной части высот Набатия. Потом 77-й батальон был передан другой пехотной бригаде, а позже — сводной дивизии «Коах Варди» и окончил войну в составе сводной дивизии «Коах Йоси», в районе о. Карун, куда прибыл во второй половине дня 11 июня. 211-я танковая бригада действовала в составе 91-й дивизии на побережье, поддерживая своими танками пехоту, зачищавшую города Тир и Сидон. Бригада встретила прекращение огня в районе Бейрута. 198-й танковый батальон 460-й бригады участвовал во взятии Джезины, а потом двигался в направлении Машгара (к западу от о. Карун). Там, по всей видимости, его и застало прекращение огня. 844-я танковая бригада входила в состав дивизии «Коах Варди».

Баррикада из троллейбусов и танков на Калининском мосту, рядом с гостиницей «Украина». На переднем плане — Т-72А поздних выпусков, сзади-справа — Т-72Б. Москва, 21 августа 1991 года.

Танк Т-72Б Таманской дивизии у гостиницы «Украина» 21 августа 1991 года. Эти танки в западной печати именовались «Супер Долли Партой» — выпуклые скулы лобовой части башни, видимо, напоминали натовским генералам прелести пышногрудой американской актрисы.

Азербайджанский танк Т-72Б со встроенной динамической защитой, подбитый армянской артиллерией в Мардакертском районе. Нагорный Карабах, 18 августа 1992 года.

Даже беглого взгляда на карту Ливана достаточно, чтобы прийти к следующему выводу: ни одна «Меркава» не подбила ни одного Т-72, и ни один Т-72 не подбил ни одну «Меркаву», потому что они просто не встретились в бою. Общие же потери танков «Меркава» оцениваются в 13–15 подбитых машин, из которых 6–7 были потеряны безвозвратно. В основном новейшие израильские танки были поражены противотанковыми ракетами, и это несмотря на разнесенное бронирование. Как минимум один танк был уничтожен 115-мм подкалиберным снарядом пушки танка Т-62. Можно было бы считать, что потери «меркав» сопоставимы с потерями Т-72, если бы не тот факт, что израильские танки воевали в течение всей войны и до 11 июня, и после, а Т-72 — только полдня.

В заключение закономерен вопрос: почему же израильские танкисты живописуют бои с Т-72, а их сирийские коллеги с постоянством, достойным лучшего применения, твердят о подбитых «меркавах»? Все очень просто — до Ливанской войны ни один израильский танкист в глаза не видел Т-72, а ни один сирийский — «Меркаву». Разве что на фотографиях, порой весьма некачественных. Но о наличии таких танков друг у друга противники знали и ждали их появления. Поэтому чуть ли не каждый сирийский танк принимался за Т-72, а каждый израильский — за «Меркаву». Дело в общем-то не новое вспомним Вторую мировую войну, когда чуть ли не каждый немецкий танк считался «Тигром», а каждая самоходка — «Фердинандом».

Т-72А.

Второй ближневосточной страной, получившей и применившей танки Т-72, стал Ирак. Поставки осуществлялись как из СССР, так и из Польши, в том числе в ходе ирано-иракской войны.

В 1988 году иракское командование предприняло мощное наступление в районе полуострова Фао. Иракцы наносили главный удар западнее устья р. Шатт-аль-Араб с целью освобождения водного пути к порту Басра. Оборону на полуострове Фао держали около 10 тысяч солдат регулярной армии Ирана, а также бойцы Корпуса стражей исламской революции.

Используя развитые внутренние коммуникации, прикрытые авиацией, Ирак быстро выдвинул части республиканской гвардии из района вблизи Басры на исходные позиции для атаки северо-западнее Эль-Фао — на расстояние около 150 км. В иракской армии использовалось около 1500 танковых транспортеров, способных перевозить бронетанковую технику со скоростью до 65 км/ч.

Командующий иракскими войсками отвел на наступление 4–5 суток. Боевые действия начались утром 17 апреля 1988 года атакой по двум направлениям, в которой участвовало около 200 тысяч человек. Главный удар наносился танковыми частями республиканской гвардии, оснащенными танками Т-72 и Т-72М, с рубежа Аль Зубаир — Умм Каср на юго-восток. Одновременно 7-й иракский танковый корпус, развернутый в 16 км севернее города Фао, при поддержке пехотных соединений начал наступление на юг вдоль западного берега р. Шатт-аль-Араб. Атаке предшествовала бомбардировка иранских позиций химическими боеприпасами. Утром началась массированная танковая атака, которую возглавили Т-72, ведшие огонь в высоком темпе и обрушившие на противника шквал снарядов.

Единственным достойным соперником для Т-72 мог быть только британский основной боевой танк «Чифтен», вооруженный мощной 120-мм нарезной пушкой. Столкновения Т-72М и «Чифтенов» приводили к тяжелейшим потерям с обеих сторон. М60А1, М48 и другие устаревшие танки не представляли для Т-72М особой угрозы — его лобовая броня выдерживала попадания неоперенных 105-мм подкалиберных снарядов М392 и М728. Однако в 1988 году танков «Чифтен» в иранской армии оставалось сравнительно немного. В условиях массированного превосходства иракских войск в танках задачи, поставленные перед наступавшими частями, были выполнены за 32 часа.

У КПП 201-й мотострелковой дивизии. Танк Т-72АВ, оборудованный навесной динамической защитой в ходе капитального ремонта. Душанбе, 9 мая 1992 года.

Танк Т-72Б 201-й мотострелковой дивизии на позиции у 12-й погранзаставы. Таджикистан, август 1994 года.

Во время операции «Буря в пустыне» Т-72 имелись и у Ирака, и у Кувейта (югославские М84), правда в количествах несопоставимых. Кроме того, в бою они не встречались, так как кувейтские М84 торжественно вступили в столицу страны г. Эль-Кувейт уже после освобождения его многонациональными силами. На настоящий момент доступна некоторая информация лишь о боях иракских Т-72 и американских «абрамсов», причем данные эти весьма противоречивы и тенденциозны как с той, так и с другой стороны. Очевидно, что по ряду важных показателей Т-72 был отчасти сопоставимым с M1 и IPM1, которые еще были вооружены 105-мм пушками, но с М1А1 и особенно с М1А1НА он не выдерживал никакого сравнения. Эти последние модификации «Абрамса» защищались в лобовой проекции почти в 1,5 раза лучше, имели намного более мощные бронебойно-подкалиберные снаряды с сердечниками из обедненного урана, современные средства наблюдения и связи, а также развитую автоматизированную СУО. Сообщаемые в некоторых отечественных публикациях сведения о практической неуязвимости Т-72М во время той войны, о потере в результате огневого воздействия только 14 танков, об уничтожении ими порядка 70 «абрамсов» не выдерживают никакой серьезной критики. При этом в аналитических обзорах при сравнении с американскими танками зачастую приводятся тактико-технические характеристики танков Т-72, поступавших на вооружение Советской армии, и забывается, что экспортные машины им существенно уступали. Вместе с тем совершенно очевидно, что наибольшие потери иракская сторона понесла от ударов авиации.

Выпущенные во второй половине 1970-х годов танки Т-72 продолжали эксплуатироваться и спустя 20 лет. На снимке: танковый взвод на учебном полигоне. На переднем плане — Т-72. Забайкальский военный округ, август 1995 года.

Подбитый танк Т-72АВ 201-й мотострелковой дивизии в районе 12-й погранзаставы Московского погранотряда. Таджикистан, август 1994 года.

Танк М84 Югославской народной армии (ЮНА) спешит на помощь своей пехоте. Словения, июнь 1991 года.

В западных средствах массовой информации много говорилось о якобы низкой живучести танков Т-72. Выше уже писалось о том, что все танки горят одинаково, но последствия у таких пожаров разные. У Т-72, в силу размещения боеукладки в боевом отделении под башней, при детонации боекомплекта последнюю отбрасывает в сторону. У «Абрамса» башню, как правило, не срывало, но от взрыва боеприпасов разрушался корпус, что внешне не так заметно и не так впечатляет. Одним из последствий взрыва боеукладки на Т-72 было то, что иракские танкисты норовили бросить свои танки сразу после того, как американцам удавалось подбить хотя бы один Т-72. Зрелище разносимого на куски танка сильно действовало на психику даже видавших виды танкистов.

Следует отметить, что перед началом боевых действий часть иракских Т-72 прошла модернизацию. Защищенность повысили за счет установки на корпусе дополнительного бронелиста толщиной 30 мм с воздушной прослойкой между ним и лобовой плитой. Целесообразность этого решения была доказана испытаниями обстрелом из 120-мм английской пушки. Некоторое число танков оборудовалось также китайскими системами постановки радиооптических помех (аналогичными российской «Шторе»), показавшими себя эффективными при обстреле ПТУРами второго поколения типа TOW.

Во 2-й иракской кампании 2003 года Т-72, как и остальные типы иракской бронетехники, ничем себя не проявили. В официальных американских документах не имеется сведений об их участии в танковых сражениях и вообще в боевых действиях. В любом случае представляется не требующим доказательств тот факт, что против М1А1НА, М1А2 и M1A2SEP у иракских Т-72М не было никаких шансов на победу.

Российские танки Т-72А на шоссе Владикавказ — Грозный. 3 декабря 1994 года.

В ходе гражданской войны в Югославии было подбито немало танков М84, имевшихся главным образом в распоряжении частей ЮНА. Характерная деталь — башня, сорванная с погона взрывом боекомплекта.

До 1991 года, когда началась гражданская война в Югославии, в Югославскую народную армию поступило 502 танка М-84. Они активно использовались в боевых действиях. Небольшое число этих машин было захвачено хорватскими и боснийскими формированиями.

В составе российских вооруженных сил Т-72 приняли участие в двух чеченских конфликтах. Причем в ходе первой кампании они имелись на вооружении обеих сторон — на вооружении так называемого танкового полка чеченской армии состояло несколько танков Т-72А. По оценке командования Северо-Кавказского военного округа, при выводе российских войск в июне 1992 года в Грозном было оставлено 108 единиц бронетанковой техники: 42 танка Т-62 и Т-72, 36 БМП-1 и БМП-2, 30 БТР-70 и БРДМ-2. Кроме того, военные оставили 590 единиц современных противотанковых средств, сыгравших, как показали дальнейшие события, важную роль при уничтожении бронетехники Российской армии в Грозном. Среди прочего было оставлено 2 ПТРК «Конкурс», 24 ПТРК «Фагот» и 51 ПТРК «Метис».

Следует подчеркнуть, что части, участвовавшие в печальной памяти новогоднем штурме Грозного 31 декабря 1994 года, были к нему элементарно не подготовлены. В танковых полках еще на марше при подходе к Грозному наблюдались отказы техники из-за ее низкой технической готовности. В среднем из каждых 10 танков два не дошли до Грозного по причине различных неисправностей. В больших количествах использовались танки Т-72 ранних выпусков, прошедшие по два, а иногда и по три капитальных ремонта, и техника, снятая с длительного хранения. Были зафиксированы случаи остановки колонн боевой техники из-за использования топлива, разбавленного водой по причине разворовывания его в тыловых частях. Еще на марше выявился недостаточно высокий уровень подготовки многих экипажей. Некоторые механики-водители не справлялись с управлением на покрытом жидкой грязью асфальте. Это были молодые солдаты, только что пришедшие из учебных подразделений.

Использование неподготовленных к боевым действиям танков (отсутствие динамической защиты, неподготовленное вооружение и т. п.), комплектование подразделений необученными, собранными из разных военных округов экипажами, которые не прошли даже элементарного боевого слаживания, отсутствие взаимодействия между танкистами и мотострелками при бое в городских условиях против хорошо подготовленных боевиков, оснащенных большим количеством противотанковых средств, привело к ощутимым потерям бронетанковой техники в первый период войны.

Российские танки Т-72А, подбитые у д. Ермоловка. Чечня, январь 1995 года.

Российские танкисты заменяют выведенные из строя во время боев в Грозном контейнеры динамической защиты на танке Т-72Б.

Танк Т-72Б на блок-посту российских войск при въезде в аэропорт Грозный-Северный. Апрель 1995 года.

Плотность ведения огня из противотанковых средств в ходе уличных боев в Грозном составляла 6–7 единиц на каждый танк, БМП и БТР. При этом стрельба велась почти в упор и с наиболее выгодных ракурсов. Как и следовало ожидать, наиболее уязвимыми в танках оказались борта, корма, крыша МТО и кормовая часть башни. Кроме того, были зафиксированы многочисленные поражения бортов боевых машин при ведении огня снизу вверх. Это говорит о том, что огонь велся одновременно из полуподвальных помещений, с уровня земли, с первых и с верхних этажей зданий.

Тем не менее известно немало случаев, когда умелые и слаженные действия экипажа позволяли наносить поражение боевикам. Так, например, в январе 1995 года по танку Т-72Б из 131-й («майкопской») мотострелковой бригады вели огонь одновременно несколько расчетов РПГ-7 и СПГ-9. Умело маневрируя и ведя огонь по боевикам из всех видов оружия, экипаж танка в составе командира танка лейтенанта Цымбалгака, механика-водителя рядового Владыкина и наводчика младшего сержанта Пузанова смог в конечном счете уничтожить гранатометчиков и благополучно выйти из боя. На корпусе и башне танка после этого насчитали семь попаданий гранат, но пробития брони зафиксировано не было.

Танк Т-72Б со встроенной динамической защитой возглавляет колонну бронетехники на дороге в Чечне. 1996 год.

В парадном строю. Танки Т-72С проходят по Кутузовскому проспекту. Москва, 9 мая 1995 года.

Танки Т-72С вооруженных сил Ирана на учебном поле.

А вот еще один пример. В январе 1995 года все там же в Грозном в танк Т-72Б одного из мотострелковых полков Уральского военного округа выстрелили из гранатомета РПГ-7. Граната попала в правый борт, не прикрытый экраном, который сорвало в предыдущих боях. Кумулятивная струя пробила броню и правый топливный бак. Внутри машины возник пожар. Механик-водитель остановил машину, а экипаж по приказу находившегося в ней за командира начальника штаба танкового батальона покинул ее, при этом двигатель машины продолжал работать. Начальник штаба занял место механика-водителя в горящей машине и привел ее в расположение своего батальона. Там подручными средствами пожар в машине потушили. Боеприпасы, находившиеся в машине, от огня раскалились, а пороховые заряды артвыстрелов почернели, тем не менее все обошлось. Конечно, если бы баллоны системы ППО были бы заправлены огнегасящим составом, то все было бы проще, но его израсходовали раньше. Заправить же их заново было негде да и некогда, война шла полным ходом, а техническое и тыловое обеспечение должным образом еще не было организовано.

В дальнейшем, после обеспечения всех танков динамической защитой, при правильном их использовании танкисты выполняли поставленные задачи практически без потерь. В марте 1996 года в освобождении пос. Гойское, который обороняли более 400 хорошо вооруженных боевиков, принимала участие танковая рота Т-72Б одного из мотострелковых полков Уральского военного округа. Танки, находясь в боевых порядках мотострелков, пошли в атаку с рубежа, удаленного от позиций боевиков на 1200 м. Противник пытался отразить танковую атаку огнем из ПТРК ракетами 9М111 «Фагот». Всего было произведено 14 пусков ПТУР. Две ракеты не достигли цели благодаря умело проведенному экипажем одной из машин маневру (обе ракеты предназначались одному танку), 12 ракет попали в танки, а в одну из машин попали сразу 4 ракеты. Тем не менее после этих попаданий экипаж и танк сохранили свою боеспособность и продолжали выполнять поставленную боевую задачу. На машине были повреждены турель зенитного пулемета, командирский прибор наблюдений ТКН-ЗВ и призменный прибор наблюдения наводчика. На остальных танках, которые получили по одному-два попадания ПТУР, имелись повреждения ящиков ЗИП на надгусеничных полках, разрушение прожекторов «Луна-4», повреждение турели зенитного пулемета НСВТ-12,7 «Утес». Остальные попадания ПТУР вызвали только срабатывание элементов динамической защиты. Пробитие брони было достигнуто только на одном танке в результате пуска ракеты «горкой» и попадания ее в башню под углом 15–20° сверху вниз в районе люка наводчика. В результате пробития брони кумулятивной струей была повреждена электропроводка и легко ранен наводчик. Танк сохранил свою боеспособность и, несмотря на то что в результате повреждения проводки вышел из строя автомат заряжания, продолжал выполнять поставленную задачу. После боя он был отправлен в ремонт. На остальных машинах были заменены лишь сработавшие элементы динамической защиты. Огнем из танковых пушек пусковые установки ПТУР и их расчеты были уничтожены.

Танки Т-72Б на параде в Степанакерте. Нагорный Карабах, 2006 год.

Колонна танков Т-72БМ, А и Б на дороге в Южной Осетии. Август 2008 года.

Во вторую чеченскую кампанию потери бронетанковой техники Российской армии были значительно меньше, чем в первую. Сказались наличие у большинства офицеров боевого опыта, обученность экипажей и организация четкого взаимодействия и всестороннего обеспечения боевых действий. При умелом использовании танки успешно применялись и в городских условиях, играя при этом решающую роль. Они своим огнем уничтожали обнаруженные огневые средства противника, после чего пехота продвигалась вперед. Так, например, действовала танковая рота 205-й отдельной мотострелковой бригады при освобождении Старопромысловского района Грозного в декабре 1999 — январе 2000 года. Удаление танков от мотострелков составляло не более 50 м, что обеспечивало их защиту от огня гранатометчиков с флангов и с тыла, а огонь во фронтальные проекции машин не причинял им вреда. В Грозном от огня боевиков был поврежден только один танк этой роты, который в кратчайшие сроки был восстановлен ремонтными подразделениями бригады. Эта машина под командованием одного из командиров взводов, нарушившего приказ командира батальона, вырвалась вперед и остановилась под стенами пятиэтажного дома, занятого боевиками. Боевики мгновенно открыли по ней огонь из гранатометов с верхних этажей здания. В результате нескольких попаданий на танке были повреждены радиаторы и зенитно-пулеметная установка. Своим ходом экипажу удалось вывести машину из боя, после чего ее отправили в ремонтное подразделение. Никто из членов экипажа не пострадал. За период с октября 1999 г. по август 2000 года в этой танковой роте не потеряли ни одного человека и ни одного танка.

Колонна танков Т-72Б-1 во время учений. Приволжско-Уральский военный округ, сентябрь 2008 года.

Подбитые грузинские танки Т-72Б на улице Цхинвала. Август 2008 года.

Последние факты боевого применения танков Т-72 относятся к периоду «пятидневной войны» между Грузией и Южной Осетией, в ходе которой российские войска проводили операцию по принуждению Грузии к миру. «Семьдесятдвойки» состояли на вооружении и грузинской армии, и частей 58-й общевойсковой армии Северо-Кавказского военного округа, вошедших в Южную Осетию. Грузия располагала примерно 120 танками Т-72 как советского, так и чехословацкого производства. Поставщиком первых выступила Украина, вторых — Чехия. На фотографиях и телевизионных кадрах можно увидеть Т-72Б, Т-72Б1 и Т-72М1. Все они были оснащены разными вариациями динамической защиты первого поколения, причем по большей части в ходе модернизации на украинских предприятиях. Часть машин была модернизирована израильской компанией Elbit Systems до версии T-72-SIM-1. Эти танки были оснащены приемником системы спутниковой навигации GPS, системой опознавания «свой — чужой», тепловизионной камерой в составе системы управления огнем и системой связи Falcon фирмы Harris. Они имели определенные преимущества перед танками Т-72Б 58-й армии, особенно в условиях ночного боя. Однако сколько-нибудь масштабных танковых боев в ходе этой войны не было. Наибольшие потери грузинские танки понесли от огня РПГ на улицах Цхинвала.

Согласно донесениям командования Сухопутных войск РФ, в результате боевых действий в период с 8 по 12 августа был уничтожен 21 грузинский танк. Еще 44 исправных танка было захвачено в качестве трофеев. Российские потери по разным данным составляют от 2 до 4 танков Т-72.

Танки Т-80БВ на позиции российских войск под Шатоем. Чечня, декабрь 1995 года.

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-80

История создания танка Т-80 началась в июле 1967 года с совещания у секретаря ЦК КПСС Д. Устинова. На этом совещании было принято решение о разработке для танка Т-64 газотурбинной силовой установки. Двигатель мощностью 1000 л.с. должен был обеспечивать запас хода по шоссе не менее 450 км при гарантийном сроке работы 500 ч.

Причина такого решения, а также создания резервной силовой установки с дизельным двигателем В-46, заключалась в том, что двухтактный двигатель 5ТДФ танка Т-64 работал очень ненадежно. Кроме того, среди военного руководства существовало мнение, что применение газотурбинного двигателя (ГТД) в танках позволит существенно поднять боевые и эксплуатационные характеристики, в том числе средние скорости движения и боеготовность (особенно в зимнее время), а также позволит повысить энерговооруженность танка.

По результатам этого совещания 16 апреля 1968 года было принято совместное постановление ЦК КПСС и Совмина СССР, обязывающее Миноборонпром и Минавиапром в течение 1968–1971 годов провести ОКР по ГТД. К этому времени в ЛНПО имени В. Климова разработали удачный двигатель ГТД-1000Т мощностью 1000 л.с., а в КБ-3 Кировского завода (главный конструктор Н. Попов), взяв за основу газотурбинный вариант танка Т-64А, в 1970 году выполнили в металле опытный объект 219.

Основной танк Т-80.

Для проведения испытаний в различных климатических условиях было изготовлено более 60 танков, в том числе для заводских испытаний, в условиях войсковой эксплуатации и на специальных стендах (безгусеничный стенд, холодильная камера, аэродинамическая труба и т. д.). Эти испытания показали, что танки с ГТД еще не обладают достаточной надежностью, имеют высокий расход топлива и не обеспечивают требуемый запас хода. Возникли также серьезные проблемы по работоспособности двигателя в условиях высокой запыленности воздуха, а также трансмиссии и ходовой части, в связи с увеличением мощности двигателя и скорости движения.

Проведенные в 1972 году сравнительные испытания танков «объект 219» и Т-64А показали некоторые преимущества первого. Зимой 1973 года в Сибирском военном округе на полигоне в Юрге была проведена опытная войсковая эксплуатация 7 танков, по результатам которой комиссия сделала заключение, что этот танк обладает более высокой маневренностью и проходимостью, способен совершать марши в составе роты до 100–150 км в сутки по неподготовленным трассам (без применения снегоочистительных средств), преодолевать снежные сугробы до 2–3 м и уверенно двигаться по целине с глубиной снежного покрова 1 м.

Применение ГТД, не требовавшего разогрева перед запуском, повысило боеготовность танка в зимних условиях и сократило время на его подготовку к выходу до 2–3 мин при температуре до —18 и до 25–32 мин при более низких (до —45°) температурах. Наряду с этим расход топлива на 100 км пути при движении колонны по снежной целине не обеспечивал суточный переход танков в 300–400 км без дозаправки и безотказную их работу в пределах гарантийного срока службы.

Танки Т-80Б во время учебной атаки. Ленинградский военный округ, 1989 год.

Башня танка Т-80Б спереди слева. Хорошо видны ИК-осветитель Л-4А, дымовые гранатометы, антенный блок ГТН-12 КУБ «Кобра» и амбразура спаренного пулемета ПКТ.

Танк Т-80БВ с комплектом навесной динамической защиты. Дымовые гранатометы перенесены с лобовой части башни на борта. Ящик для имущества экипажа навешен на ограждение для укладки укрывочного брезента вместе с ящиком для изолирующего противогаза АТ-1.

В 1974–1975 годах в Приволжском военном округе проводилась опытная войсковая эксплуатация батальона танков в объеме 10–11 тысяч км. В начале этой эксплуатации имел место массовый выход из строя ГТД, в основном из-за разрушения третьей опоры турбокомпрессора. Были необходимы срочные меры по устранению этого недостатка, и уже к 15 декабря 1974 года в батальон поступили 10 доработанных двигателей так называемой 8-й серии. В связи с этим программа опытной войсковой эксплуатации была уточнена, и для 10 танков с усовершенствованными двигателями добавлен этап испытаний в Туркестанском военном округе в условиях лёссовой запыленности воздуха. Испытания проводились как на авиационном керосине, так и на дизельном топливе.

В выводах итогового отчета по опытной войсковой эксплуатации констатировалось, что боеготовность «объекта 219» при низких температурах в 1,5–2 раза превышала таковую у танков с дизельными двигателями. Он обладал высокой маневренностью, был способен во взаимодействии с БМП стремительно выдвигаться к переднему краю со скоростью 20–30 км/ч и более, атаковать противника, находясь меньшее время под воздействием его огневых средств и обеспечивать ведение стрельбы на скоростях движения 20–25 км/ч.

В заключение было рекомендовано принять танк на вооружение Советской армии. Устранять выявленные недостатки планировалось в процессе серийного производства.

6 августа 1976 года, вскоре после назначения Д.Ф. Устинова министром обороны, «объект 219» приняли на вооружение под индексом Т-80. «Восьмидесятка» стала первым в мире серийным танком с газотурбинным двигателем (серийное производство танка Ml «Абрамс» началось в 1980 году).

Д.Ф. Устинов планировал производить для армии только один танк, поэтому постановлением о принятии танка Т-80 на вооружение Миноборонпрому совместно с Госпланом поручалось представить предложения по организации серийного производства танка Т-80 на заводах в Омске и Харькове и расширению его выпуска в Ленинграде. Следует напомнить, что к этому времени в СССР состояли в серийном производстве и поступали в войска два танка: Т-64А — на заводе транспортного машиностроения им. Малышева в Харькове (завод № 75), Т-72 — на Уралвагонзаводе в Нижнем Тагиле (завод № 183). На заводе транспортного машиностроения им. Октябрьской революции в Омске (завод № 13) в ограниченном количестве продолжалась сборка танков Т-55А, который, впрочем, по понятным причинам конкурентом первых двух не был.

Люк механика-водителя танка Т-80БВ открыт, перед люком — три прибора наблюдения ТНПО-160. Хорошо видно крепление элементов КДЗ на башне и 30-мм броневой лист, наваренный на лобовую броню корпуса.

Танк Т-80УД ранних выпусков.

Основной танк Т-80У.

В 1976 году начался труднообъяснимый с точки зрения здравого смысла период советского танкостроения. С 1976 по 1987 год производились серийно и поступали на вооружение Советской армии три типа основных танков — Т-64, Т-72 и Т-80. При этом упомянутые боевые машины имели друг с другом весьма невысокую степень унификации. На них устанавливались абсолютно разные двигатели, у них были разные корпуса, ходовые части и т. д., пушки, правда, одной марки и одинакового калибра, но разные системы управляемого вооружения! Тактико-технические же характеристики всех трех танков в целом были практически одинаковыми, о чем можно судить из приводимой таблицы. Одновременное производство трех РАЗНЫХ по конструкции танков с ОДИНАКОВЫМИ ТТХ можно объяснить только наличием социалистической системы хозяйствования, не допускавшей простоя ни одного завода, и лобби в Министерстве обороны и ЦК КПСС у каждого из заводов.

Основной танк Т-80 («объект 219сп2») представлял собой базовый серийный вариант. Машина имела сварной корпус, в основном аналогичный по конструкции корпусам танков Т-64А и Т-72. Башня — литая, сложной конфигурации. 125-мм пушка 2А46-1 оснащалась теплозащитным кожухом ствола, гидроэлектромеханическим механизмом заряжания такого же типа, что и на танке Т-64А, спаренным пулеметом ПКТ, зенитным пулеметом НСВТ -12,7 «Утес», оптическим прицелом-дальномером ТПД-2-49, двухплоскостным стабилизатором 2Э28М. В целом башня Т-80 ранних выпусков в значительной степени была унифицирована с башней Т-64А (включая приборы прицеливания и наблюдения, а также систему управления огнем). Наибольшее различие было только в емкости автомата заряжания. В нем удалось разместить только 28 выстрелов против 30 у Т-64. Ходовая часть имела гусеницы с обрезиненными беговыми дорожками и РМШ, обрезиненные опорные и поддерживающие катки. Экипаж состоял из трех человек. Серийное производство осуществлялось на Ленинградском Кировском заводе с 1976 по 1978 год.

Танки Т-80УД во время учений Московского военного округа. 1989 год.

Рабочее место наводчика. Справа — лазерный прицел-дальномер 1Г42, слева — ночной прицел ТПНЗ-49.

В 1978 году появилась модификация Т-80Б («объект 219Р»), отличавшаяся от базовой прежде всего наличием комплекса управляемого вооружения 9К112-1 «Кобра» и СУО 1АЗЗ (лазерный прицел-дальномер 1Г42, танковый баллистический вычислитель 1В517, стабилизатор 2Э26М, блок разрешения выстрела 1Г43 и комплект датчиков). Установлены пушка 2А46-2 и система запуска дымовых гранат 902А «Туча». Усилено бронирование башни. С 1980 года начали устанавливать двигатель ГТД-1000ТФ мощностью 1100 л.с. и башню, унифицированную с Т-64Б, с 1982 года — пушку 2А46М-1 «Рапира-3». В 1984 году было усилено бронирование носовой части корпуса за счет приварки 30-мм бронелиста. Танк Т-80Б также выпускался ПО «Кировский завод» в Ленинграде. На его базе был создан командирский танк Т-80БК («объект 630»), выпускавшийся Омским заводом транспортного машиностроения.

Одновременно с разработкой Т-80Б был спроектирован и его дизельный вариант «объект 219РД» с 1000-сильным дизелем А-53-2. Из стадии опытного образца эта машина не вышла. В 1983 году был создан опытный образец объект 219В, на котором отрабатывались элементы новой СУО «Иртыш» и комплекса управляемого вооружения «Рефлекс».

В январе 1985 года на вооружение была принята модификация Т-80БВ («объект 219РВ»), отличавшаяся от Т-80Б установкой на башне и корпусе комплекта навесной динамической защиты.

По расположению механизмов и оборудования внутри танк Т-80Б разделен на три отделения: управления, боевое и силовое.

Отделение управления расположено в носовой части корпуса. В нем размещено сиденье механика-водителя, перед которым на днище корпуса установлены рычаги управления поворотом, педаль подачи топлива и педаль регулируемого соплового аппарата. Сзади сиденья в днище корпуса расположен люк запасного выхода. В 1984 году было введено крепление сиденья механика-водителя к балке вместо крепления к днищу.

Установка оборудования ОПВТ на Т-80БВ. Северная группа войск, 1991 год.

Т-80Б.

Боевое отделение расположено в средней части танка и образовано сочетанием корпуса с башней. В башне установлена 125-мм гладкоствольная пушка. В корпусе размещена кабина, состыкованная с башней. В кабине расположен механизм заряжания (М3), обеспечивающий размещение, транспортировку, подачу и досылание выстрелов, а также улавливание и размещение экстрагированных поддонов. Справа от пушки находится место командира танка, слева — наводчика. Для командира и наводчика имеются сиденья и подножки, а также съемные ограждения, обеспечивающие их безопасность при работе стабилизатора, М3 и при стрельбе из пушки. Справа от пушки установлены спаренный с ней пулемет ПКТ, радиостанция Р-123М (на танках поздних выпусков — Р-173) и пульт управления М3. Над сиденьем командира танка в башне имеется командирская башенка с люком.

За стенками кабины размещен кольцевой конвейер механизма заряжания.

Силовое отделение расположено в кормовой части корпуса танка. В нем продольно установлен газотурбинный двигатель. Вывод мощности на валы бортовых коробок передач осуществляется с обоих концов выходного редуктора двигателя. Каждая бортовая КП смонтирована в блоке с соосной планетарной бортовой передачей, несущей ведущее колесо.

Газотурбинный двигатель ГГД-1000ТФ мощностью 1100 л.с. выполнен по трехвальной схеме с двумя механическими независимыми турбокомпрессорами и со свободной турбиной. Основными узлами двигателя являются центробежные компрессоры низкого и высокого давления, камера сгорания, осевые турбины компрессоров, осевая силовая турбина, выпускной патрубок, коробки приводов и редуктор.

Крыша силового отделения съемная и состоит из передней неподвижной части и задней подъемной части, которая соединяется с передней с помощью петель и торсиона. Крыша открывается усилием одного человека и в поднятом положении стопорится стяжкой. В передней части крыши имеются входные жалюзи, закрытые сверху съемными металлическими сетками.

Элементы механизма подачи механизма заряжания танка Т-80Б. Слева — казенник пушки, внизу — левое ограждение пушки с установленным на нем механизмом улавливания экстрактированного поддона, вверху — сиденье командира танка.

Последние часы на немецкой земле. Т-80БВ в ожидании погрузки в порту г. Ростока. Январь 1991 года.

Танк Т-80УД из состава Кантемировской танковой дивизии на Боровицкой площади в Москве в дни августовского путча 1991 года.

В состав вооружения танка Т-80Б входят: 125-мм гладкоствольная пушка 2А46М-1; 7,62-мм спаренный пулемет ПКТ; 12,7-мм танковый пулемет «Утес» (НСВТ-12,7); боеприпасы к пушке и пулеметам; механизм заряжания; система управления огнем 1АЗЗ; комплекс управляемого вооружения 9К112-1; ночной прицел ТПНЗ-49.

Пушка установлена в башне танка на цапфах. Амбразура башни спереди закрыта бронировкой, прикрепленной к люльке болтами и прикрытой снаружи чехлом. Масса качающейся части пушки без бронемаски и стабилизатора составляет 2443 кг. Боевая скорострельность — 6–8 выстр./мин. Дальность прямого выстрела (при высоте цели 2 м) бронебойно-подкалиберным снарядом — 2120 м. От установленной на части танков Т-80Б пушки 2А46-2 пушка 2А46М-1 отличается главным образом симметричным расположением тормозов отката и быстроразъемным соединением ствола с казенником. Внешне ее можно «вычислить» по наличию на стволе места «под ключ».

Боекомплект к пушке состоит из 38 выстрелов с бронебойно-подкалиберными, осколочно-фугасными, кумулятивными и управляемыми снарядами. Из них: 28 выстрелов размещаются в конвейере М3 в любом соотношении; 7 — в отделении управления и 5 в боевом отделении.

Зенитно-пулеметная установка предназначена для стрельбы по воздушным и наземным целям на дальностях до 2000 м. Установка обеспечивает круговой обстрел при углах наведения пулемета в вертикальной плоскости от —5 до +75°. Размещена установка на командирской башенке. Для стрельбы из пулемета применяются патроны калибра 12,7 мм: бронебойно-зажигательные Б-32 и бронебойно-зажигательно-трассирующие БЗТ-44.

Танк Т-80УД на Кутузовском проспекте. Москва, 4 октября 1993 года.

Танк Т-80УД после обстрела «Белого дома». Москва, 4 октября 1993 года.

В чистое поле была выведена из Германии 10-я гвардейская танковая Уральско-Львовская ордена Октябрьской Революции, Краснознаменная, орденов Суворова и Кутузова добровольческая дивизия имени Маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского. Воронежская область, февраль 1994 года.

Особенностью конструкции танка Т-80Б является наличие механизма заряжания. Механизм заряжания — это гидроэлектромеханический комплекс, предназначенный для автоматического заряжания пушки любым из применяемых типов выстрелов.

Цикл заряжания начинается с установки рычага переключения баллистик в положение, соответствующее заданному типу выстрела, и нажатия кнопки М3 на прицеле-дальномере. При этом включается исполнительный двигатель гидронасоса М3. Рычаг механизма подачи поджимается в нижнее положение, конвейер начинает вращаться. При подходе лотка с выбранным типом выстрела к линии заряжания конвейер тормозится и останавливается. Одновременно с вращением конвейера пушка стопорится на угле заряжания гидромеханическим стопором, и лоток с выстрелом подается на линию досылания. На линии досылания происходит раскрытие лотка и досылание выстрела в камору пушки. Клин затвора пушки закрывается. В поле зрения прицела высвечивается зеленый индекс, сигнализирующий о том, что пушка заряжена. При возврате цепи досылателя происходит перекладка поддона из улавливателя в освободившийся лоток. Рычаг механизма подачи возвращает пустой лоток в нижнее положение, и пушка, расстопариваясь, идет в согласованное положение с линией прицеливания. Цикл заряжания окончен, пушка готова к производству выстрела. Из-за особенностей своей конструкции механизм заряжания бескассетного типа танков Т-80 и Т-64 получил название «Корзина».

Установленная на танке Т-80Б система управления огнем (СУО) 1АЗЗ предназначена для обеспечения ведения эффективного огня из пушки и спаренного с ней пулемета по танкам и другим бронированным целям противника, движущимся со скоростями до 75 км/ч, по малоразмерным целям (ДОТ, ДЗОТ и др.) и по живой силе при стрельбе с места и с ходу, при скоростях до 30 км/ч, на дальностях действительного огня пушечного и пулеметного вооружения как при прямой видимости целей через прицел-дальномер, так и с закрытых огневых позиций.

Подбитый российский танк Т-80Б. Окрестности пос. Толстой-Юрт, январь 1995 года.

Российский танк Т-80БВ, подбитый у трамвайного парка в Грозном. Весна 1995 года.

Из Чечни к месту постоянной дислокации возвращается первый эшелон с личным составом и боевой техникой (танки Т-80БВ) 81-го гвардейского мотострелкового полка. Апрель 1995 года.

Комплекс управляемого вооружения 9К112-1 «Кобра», установленный в танке Т-80Б, предназначен для обеспечения ведения эффективного огня из пушки управляемыми снарядами по танкам и другим бронированным целям противника, движущимся со скоростями до 75 км/ч, а также для стрельбы по малоразмерным целям (ДОТ, ДЗОТ) и др., с места и с хода, при скоростях движения до 30 км/ч, на дальностях до 4000 м, при условии прямой видимости цели через прицел-дальномер 1Г42.

Комплекс 9К112-1 функционально связан с СУО 1АЗЗ. Комплекс обеспечивает:

— возможность одновременной стрельбы управляемыми снарядами в составе роты танков по близкорасположенным целям, в том числе стрельбу из двух танков одновременно по одной и той же цели (при интервале между стреляющими танками по фронту не менее 30 м) при работе радиолиний на различных литерных частотах и кодах;

— стрельбу управляемыми снарядами в диапазоне углов вертикального наведения от —7 до + 11° и при крене танка до 15°, а также стрельбу над водной поверхностью;

— возможность стрельбы по вертолетам на дальностях до 4000 м при наличии обнаружения вертолета на дальности не менее 5000 м и при скорости цели до 300 км/ч и высоте до 500 м.

Комплекс управляемого вооружения 9К112-1 имеет полуавтоматическую систему управления снарядом с использованием модулированного источника света на снаряде и радиокомандной линией связи. Управление снарядом в полете осуществляется автоматически замкнутым контуром управления. Задача наводчика при пуске снаряда сводится к удержанию прицельной марки на цели в течение всего времени полета снаряда до цели. Снаряд 9М112 снабжен серповидными крыльями, создающими подъемную силу и придающими ему в полете вращательное движение вокруг продольной оси. Исполнительными управляющими органами в полете являются рули снаряда.

Танк Т-80БВ на блок-посту на въезде в Грозный. Июнь 1995 года.

Танк Т-80У возвращается с парада. Москва, 9 мая 1995 года.

Как уже упоминалось, в конце 1970-х годов планировалось развернуть производство «восьмидесятки» сразу на трех заводах — в Ленинграде, Омске и Харькове. И если у омичей «своего» танка не было и им в принципе было все равно что выпускать, то харьковчанам после смерти в 1979 году А.А. Морозова было трудно отстаивать «шестьдесятчетверку». Однако компромиссное решение «пробить» все-таки удалось.

Поскольку разнобой в танковом парке все-таки беспокоил заказчика, то на поток решили ставить синтезированную машину, сочетавшую шасси «восьмидесятки» и перспективную литую башню разработанного ХКБМ варианта «шестьдесятчетверки» — «объекта 476». Эта машина была создана на базе Т-64А для отработки установки и систем двигателя 6ТД. В дальнейшем было изготовлено пять машин на базе Т-64Б с присвоением индекса Т-64БМ, которые прошли войсковые испытания.

Компромиссное решение оказалось дальновидным и получило поддержку ленинградцев, у которых занятость всех сил на совершенствование ГТД не оставляла времени на разработку собственной системы вооружения и башни. Модернизированная «восьмидесятка» с башней «объекта 476» получила название Т-80А, а его вариант с динамической защитой, новым прицелом и комплексом управляемого вооружения — Т-80У («улучшенный»). Завод в Харькове должен был выпустить Т-80У уже в 1982 году, но первый десяток танков удалось собрать только к концу 1983 года. В Ленинграде первый опытный танк этого типа был построен в 1982 году, за ним последовали еще несколько машин, имевших незначительные отличия. В 1984 году на них отрабатывали комплект навесной динамической защиты.

В 1985 году танк Т-80У был принят на вооружение и запущен в серийное производство на Ленинградском Кировском заводе и Омском заводе транспортного машиностроения.

Машина, сохранившая основные компоновочные и конструктивные особенности своих предшественников, получила ряд принципиально новых агрегатов. При этом масса танка по сравнению с Т-80БВ возросла лишь на 1,5 т.

Т-80У оснащен комплексом управляемого вооружения 9К119 «Рефлекс» и комплексом управления оружием 1А45 «Иртыш» (лазерный прицел-дальномер 1Г46, электронный баллистический вычислитель, стабилизатор 2Э42, прицельно-наблюдательный комплекс командира ПКН-4С, комбинированный активно-пассивный ночной прицел ТПН-4 «Буран-ПА»), пушкой 2А46-М1 (боекомплект 45 выстрелов, из них 28 в механизме заряжания), усовершенствованной многослойной комбинированной броней с встроенной динамической защитой, прикрывающей более 50 % поверхности танка, системой запуска дымовых гранат 902Б, системой противопожарного оборудования ЗЭЦ13 «Иней», встроенным оборудованием самоокапывания, навесным колейным противоминным тралом КМТ-6. С 1990 года на танк начал устанавливаться двигатель ГТД-1250 мощностью 1250 л.с. и комплекс управляемого вооружения 9К119М. Боевая масса танка достигла 46 т.

Однако несмотря то что к тому времени конструкция ГТД была доведена до совершенства, по ряду параметров, в первую очередь по экономичности, он уступал традиционному танковому дизельному двигателю. Кроме того, стоимость дизеля была значительно ниже (двигатель В-46 в 1980-х годах обходился государству в 9600 руб., а ГТД-1000 — в 104 000 руб.). Газовая турбина имела значительно меньший ресурс, сложнее был и ее ремонт.

Краснодарский край, Центр ликвидации бронетанковой техники в станице Кучуевской. Идет разделка последнего танка (это Т-80УД) по договору о сокращении обычных вооруженных сил в Европе. Осень 1995 года.

В 1976 году харьковчане предложили вариант сочетания шасси Т-80 с двигателем 6ТД и башней «объекта 476». Эта машина получила обозначение «объект 478». Наряду с «478-м» рассматривался еще более смелый проект — «объект 478М» с совершенно новой СУ О «Система», двигателем мощностью 1500 л.с., стабилизатором вооружения «Сирень-7», комплексом активной защиты «Шатер» и т. д. Однако этот проект так и остался на бумаге.

В 1985 году на базе «объекта 478» был создан «объект 478Б» («Береза»), который постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР от 2 сентября 1985 года был поставлен на серийное производство под наименованием «Т-80У с двигателем 6ТД». Из-за высокой степени новизны машину поначалу планировали назвать Т-84, но ограничились менее броским Т-80УД («улучшенный дизельный»). Таким образом производство Т-80У на заводе им. Малышева в Харькове, давшее всего 45 машин, сворачивалось, а вместо него вновь восстанавливался выпуск дизельных танков. Впрочем, полностью он и не прекращался, поскольку вплоть до 1987 года в Харькове выпускались танки Т-64 с двигателями 6ТД.

К концу 1985 года были собраны первые пять «берез», сразу же переданные на полигонные испытания. В 1987 году танк Т-80УД был официально принят на вооружение Советской армии. От Т-80У он отличался главным образом наличием 6-цилиндрового двухтактного турбопоршневого дизеля 6ТД (развитие двигателя 5ТДФ) мощностью 1000 л.с. и зенитно-пулеметной установкой с дистанционным управлением.

С 1988 года вместо навесной динамической защиты типа «Контакт» Т-80УД оснастили встроенной динамической защитой.

Волей судьбы Т-80УД стал последним танком советской разработки, принятым на вооружение до распада Советского Союза.

Танки Т-80УД 2-й гвардейской Таманской мотострелковой дивизии во время боевых стрельб. Полигон в Головеньках, 6 сентября 2001 года.

Танк Т-80У армии Республики Кипр.

Танки Т-80 начали поступать в войска в конце 1970-х годов, в первую очередь в западные военные округа и зарубежные группы войск. Напряженный тепловой ресурс газовой турбины осложнял использование этих танков в жарких районах, поэтому в южные военные округа они не попали.

Машина понравилась военным. В ходе стратегической штабной игры по сценарию «большой войны» новые танки уже к утру пятого дня наступления выходили к Атлантике (в штабах Т-80 получили за это прозвище «танки Ла-Манша»). Свои динамические качества Т-80 проявляли не раз. Особую известность получил случай во время одного из учений Группы Советских войск в Германии, когда выполнявшие обходной маневр «восьмидесятой» вышли на скоростное шоссе под Берлином и пронеслись по нему, обгоняя туристские автобусы. Одобрительное отношение в частях вызывали и отличные пусковые качества ГТД, не боявшегося никаких морозов. Кроме того, ГТД обеспечивал резерв мощности и экономию веса, требовавшиеся для усиления защищенности от все более совершенных противотанковых средств, появлявшихся на поле боя.

Общественность впервые получила возможность познакомиться с «восьмидесятками» во время военных парадов в Москве 9 мая и 7 ноября 1990 года. Причем это были машины наиболее современной модификации — Т-80УД. Эти же танки вновь появились на улицах Москвы в дни августовского путча 1991 года.

Танк Т-80У армии Республики Корея.

На экспорт «восьмидесятой» не поставлялись и в составе Советской армии в боевых действиях участия не принимали.

Согласно данным, заявленным советской стороной на Венских переговорах по ограничению обычных вооружений в Европе в 1990 году на европейской территории СССР, а также в частях, дислоцированных в Восточной Европе, находилось 4839 танков Т-80 всех модификаций.

Первый же факт боевого применения «восьмидесяток» состоялся в ходе октябрьских событий в Москве в 1993 году. Утром 4 октября 1993 года шесть танков Т-80УД 12-го гвардейского танкового полка 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизии выдвинулись на Калининский мост напротив «Белого дома» — здания Верховного Совета Российской Федерации. Около 12 часов дня танки открыли огонь. Было выпущено 12 снарядов калибра 125 мм: 2 бронебойно-подкалиберных (непонятно, зачем?) и 10 осколочно-фугасных. После обстрела танки переместились на набережную Т. Шевченко, где и находились до конца дня.

Танки Т-80Б и Т-80БВ использовались Российской Армией в ходе военной операции в Чечне в 1995–1996 годах. В ходе второй чеченской кампании танки Т-80 участия в боевых действиях не принимали.

Следует отметить, что после распада СССР практически все «восьмидесятки» оказались на территории России и Украины, при этом производство Т-80УД, осуществлявшееся в Харькове, также оказалось за рубежом. Их производство продолжается на Украине под обозначением Т-84 и в основном на экспорт (в 1996 году был заключен контракт на поставку 360 таких танков Пакистану). Россия также активно предлагает на экспорт танки Т-80У. На вооружении армии Кипра состоит 41 боевая машина этого типа (стоимость контракта 175 млн долларов). Армии Южной Кореи поставлено 80 танков Т-80У в счет погашения российского долга этой стране. В обоих случаях поставки производились из наличия Вооруженных сил. Участие танков Т-80У в тендере на новый основной танк для армий Турции (потребность 1000 единиц) и Греции результатов не принесло.

Танк Т-90CА во время испытаний в Саудовской Аравии, 2006 год.

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-90

Основным недостатком танков Т-72 всех модификаций по сравнению с другими машинами советского и зарубежного производства тех лет было отсутствие автоматизированной системы управления огнем (СУО). В связи с этим было принято решение провести глубокую модернизацию «семьдесятдвойки». Эта работа проходила в рамках темы «Совершенствование Т-72Б», заданной постановлением Совмина СССР от 19 июня 1986 года. Первоначально проектирование проходило под руководством В.Н. Венедиктова, а после ухода его в 1987 году на пенсию — под руководством нового главного конструктора В.И. Поткина.

При разработке новой машины, получившей обозначение «объект 188», основной упор сделали на повышение боевой эффективности с целью довести ее до уровня танка Т-80У. У последнего заимствовали комплекс управления оружием 1А45 «Иртыш», который после доработки для взаимодействия с автоматом заряжания нижнетагильской конструкции получил обозначение 1А45Т.

Опытный танк «объект 188» во время испытаний в районе г. Дорогобуж Смоленской области. 1989 год.

В январе 1989 года четыре опытных образца «объекта 188» были представлены на государственные испытания, в ходе которых машину полтора года обкатывали в Московской, Кемеровской и Джамбульской областях, а также на полигоне Уралвагонзавода. Танк испытывался в предельных режимах, прошел 14 тысяч км, то есть полный межремонтный цикл до капремонта практически без поломок и отказов. С июня по сентябрь 1990 года еще два образца машины прошли окончательные испытания, в завершение которых один из них расстреляли на полигоне. 27 марта 1991 года совместным решением министерств обороны и оборонной промышленности танк был рекомендован к принятию на вооружение под индексом Т-72БУ. Он так и значился в документах «танк Т-72Б усовершенствованный». Однако принять его на вооружение Советской армии не успели: перестали существовать и Советский Союз, и Советская армия. Тем временем, учитывая опыт операции «Буря в пустыне», в УКБТМ решили повысить защищенность танка за счет установки комплекса оптикоэлектронного подавления ТШУ-1 «Штора». В итоге вновь начались испытания. Тем не менее 30 сентября 1992 года заводские цеха покинул первый «объект 188» установочной партии, а 5 октября 1992 года постановлением Правительства Российской Федерации танк был принят на вооружение Российской армии под индексом Т-90. Спустя месяц началось его серийное производство.

Корпус Т-90 по конструкции идентичен корпусу Т-72Б. Он сварной, со штампованным днищем. Верхняя лобовая деталь — многослойная, со встроенной динамической защитой. Башня — литая, в лобовой части на курсовых углах до 35° влево и вправо от продольной оси танка имеет комбинированную броню. Лобовая часть и крыша башни также прикрыты динамической защитой. В ее лобовой части смонтированы семь блоков и один контейнер КДЗ, еще 20 блоков установлены на крыше башни. Прямоугольные стальные экраны с элементами встроенной динамической защиты устанавливаются и на бортовые резинотканевые экраны.

Встроенная динамическая защита «Контакт V», разработанная в московском НИИ стали, обеспечивает значительное повышение противоснарядной стойкости танка. Она прикрывает более 50 % наружной поверхности лобовых деталей, бортов и крыши корпуса и башни и обеспечивает снижение бронепробиваемости кумулятивных боеприпасов на 50–60 %, а бронебойно-подкалиберных снарядов на 20 %.

Танк Т-90 на полигоне в Кубинке. На бортах этого танка установлено по четыре блока динамической защиты.

Серийный танк Т-90 во время правительственного показа. Кубинка, 31 августа 1995 года.

Башня Т-90 крупным планом. Над стволом пушки установлены приемные головки обнаружения лазерного излучения, а справа от пушки — правый осветитель системы оптико-электронного подавления «Штора-1».

С целью противорадиационной защиты членов экипажа корпус и башня машины в районах их рабочих мест прикрыты подбоем из водородсодержащего полимера с добавками лития, бора и свинца. Место механика-водителя дополнительно прикрыто надбоем из того же материала.

Основным вооружением танка является 125-мм гладкоствольная пушка 2А46М-4, адаптированная под работу с автоматом заряжания АЗ-185 и приспособленная под использование механизма выбрасывания стреляных поддонов. На Т-90 имеется встроенное устройство выверки пушки как с основным, так и с тепловизионным прицелами. С пушкой спарен 7,62-мм пулемет ПКТМ. На командирской башенке смонтирована защитно-пулеметная установка (ЗПУ) с дистанционным электромеханическим управлением. В ней применен 12,7-мм пулемет НСВТ-12,7 или 6П49 КОРД. Боекомплект танка Т-90 состоит из 42 артвыстрелов, 2000 патронов к спаренному и 300 патронов к зенитному пулеметам.

Установленный на Т-90 комплекс управления огнем 1А45Т «Иртыш» обеспечивает наводчику ведение эффективного прицельного огня днем и ночью с места и в движении из пушки и спаренного пулемета, а совместно с аппаратурой комплекса управляемого вооружения — стрельбу управляемыми пакетами. В состав комплекса 1А45Т входят: автоматизированная система управления огнем 1А42; ночной прицельный комплекс ТО 1-КО1 с ночным прицелом ТО 1-KО1 «Буран ПА» или тепловизионный комплекс ТО1-ПО2Т «Агава-1»; прицельно-наблюдательный комплекс командира ПНК-4С. В свою очередь, автоматизированная СУО 1А42 включает в себя стабилизатор вооружения 2Э42-4 «Жасмин» и информационно-вычислительный дневной прицельный комплекс 1А43, состоящий из лазерного прицела-дальномера/прибора наведения 1Г46, баллистического вычислителя 1В528-1, блока переключателей и комплекта автоматических датчиков условий стрельбы (крена оси цапф пушки, ветра, скорости танка и курсового угла относительно цели). Прицельный комплекс автоматически учитывает и вводит поправки на изменение дальности до цели, углы прицеливания и боковые упреждения, на боковую составляющую скорости ветра, угол крена оси цапф пушки, температуры заряда и воздуха, износ канала ствола и тип снаряда.

На этом снимке хорошо видна установка блоков динамической защиты на башне и угол наклона дымовых гранатометов.

Двигатель В-84МС.

Следует отметить, что из-за проблем с производством «Агавы» на серийных танках Т-90 установлены прицелы «Буран», «Агавой» же были оснащены только две опытные машины.

Прицельно-наблюдательный комплекс командира ПНК-4С обеспечивает наблюдение командира машины за местностью, поиск и обнаружение цели, целеуказание и корректировку огня, ведение эффективного прицельного огня из пушки и спаренного пулемета в режиме «дубль», ведение прицельной стрельбы из ЗПУ по воздушным и наземным целям. В состав ПНК-4С входит прибор ТКН-4С «Агат-С» со стабилизатором поля зрения по вертикали, датчик положения пушки и система управления ЗПУ.

На танке Т-90 применили комплекс управляемого вооружения (КУВ) 9К119 «Рефлекс», аналогичный применяемому на танке Т-80У. КУВ «Рефлекс» имеет полуавтоматическую систему управления с телеориентированием ракеты в лазерном луче. Комплекс 9К119 обеспечивает стрельбу по неподвижным и движущимся со скоростями до 70 км/ч целям на дальностях 100—5000 м при скорости танка до 30 км/ч. Это выгодно отличает его от КУВ 9К120, установленного на танке Т-72Б, который мог вести стрельбу ракетами только с места и с коротких остановок. Кроме того, 9К119 допускает стрельбу и с использованием тепловизора.

Выстрел ЗУБК20 комплекса «Рефлекс» состоит из управляемой ракеты 9М119М и метательного устройства. Ракета 9М119М состоит из отсека управления, маршевого двигателя, боевой части, хвостового отсека и поддона. Аппаратура, размещенная в отсеке управления, преобразует электрические сигналы, поступающие с приемника измерительной системы координат, связанной с танком, в исполнительную и преобразование этих сигналов в механическое перемещение рулей. Рули раскрываются автоматически после вылета ракеты из ствола пушки.

Т-90А.

На Т-90 установлен комплекс оптико-электронного подавления ТШУ-1-7 «Штора-1». Этот комплекс в 3–4 раза снижает вероятность прицельного попадания в танк ПТУР с полуавтоматической системой наведения, а также создает помехи системам управления оружием противника с лазерным целеуказанием и лазерным дальномером. Комплекс состоит из станции оптико-электронного подавления (СОЭП), системы постановки завес (СПЗ) и системы управления. СОЭП состоит из двух осветителей ОТШУ-1-7, установленных в передней части башни и излучающих закодированный ИК-сигнал, препятствующий точному наведению ПТУР противника. СПЗ регистрирует облучение танка лазером противника, определяет направление на источник облучения, выбирает один из двенадцати гранатометов, установленных на башне для постановки аэрозольных завес, выдает электрический сигнал, пропорциональный углу, на который необходимо довернуть башню с гранатометами, и вырабатывает команду на отстрел гранаты, образующей аэрозольную завесу на удалении 55 м от танка. Таким образом обеспечивается защита от противотанковых боеприпасов противника с лазерным наведением.

В СПЗ применены пусковые установки системы 902В «Туча», из которых возможен отстрел не только аэрозолеобразующих гранат ЗД17, но и дымовых гранат ЗД6.

Как и Т-72Б, танк Т-90 оборудован системой защиты от напалма «Сода», системой ППО ЗЭЦ13-1 «Иней», встроенным оборудованием самоокапывания и т. д. Система ППО 2-кратного действия включает в себя четыре баллона с огнегасящей смесью хладон 114В2 и 13В1. В МТО танка установлены 10 оптических и 5 термодатчиков.

Танк оснащен 12-цилиндровым многотопливным V-образным дизелем жидкостного охлаждения В-84МС мощностью 840 л.с. при 2000 об/мин. На выпускных коллекторах двигателя установлены сильфоны, смешивающие выхлопные газы с атмосферным воздухом, что улучшает температурный режим работы коллектора. Емкость внутренних топливных баков — 705 л.

Силовая передача и ходовая часть остались почти неизменными по сравнению с Т-72Б. Опорные катки Т-90 на 10 мм шире, чем у его предшественника.

Движение танка ночью обеспечивается установкой ночного прибора механика-водителя ТВН-5.

На танке установлены УКВ-радиостанция Р-163-50У и УКВ-радиостанция Р-163-УП. Внутреннюю связь между членами экипажа и связь с десантом обеспечивает аппаратура внутренней связи и коммутации Р-174.

Опытно-показательные учения Московского военного округа. 29 июня 1993 года. Танк Т-90 на позиции.

На основании поручения Государственной военно-промышленной комиссии СССР от 4 апреля 1991 года в КБ Уралвагонзавода приступили к проектированию командирского варианта танка Т-90, получившего в опытной разработке наименование «объект 188К».

Этот танк был оснащен дополнительной радиостанцией Р-163-50К, танковой навигационной аппаратурой ТНА-4-3 и автономным агрегатом питания АБ-1-П28.

После завершения испытаний на основании приказа министра обороны от 3 июня 1994 года «объект 188К» был принят на вооружение Российской армии под индексом Т-90К.

Первые серийные танки Т-90 поступили в различные учебные центры. Первый же танковый полк (94 машины) был вооружен ими в 21-й Таганрогской Краснознаменной ордена Суворова мотострелковой дивизии (Сибирский военный округ). В середине 1990-х годов Т-90 получила и 5-я гвардейская Донская танковая дивизия, дислоцированная в Бурятии. В 1996 году Российская армия официально остановила свой выбор на Т-90 как на перспективном танке для оснащения танковых войск. При этом, правда, количество выпущенных Т-90 было невелико: к середине 1998 года в войсках их насчитывалось около 120 единиц. Что касается производства, то к этому времени для Российской Армии оно полностью прекратилось.

Танки T-90A из состава 5-й гвардейской Таманской мотострелковой бригады. Генеральная репетиция Парада Победы, Москва, 6 мая 2010 года.

Башня танка Т-90А крупным планом.

Практически одновременно с созданием танка Т-90 в УКБТМ велась разработка его экспортного варианта — Т-90C. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 24 декабря 1992 года была разрешена поставка Т-90C на экспорт. Начиная с марта 1997 года различные модификации этой боевой машины стали неизменными участниками многочисленных военных выставок как в России, так и за рубежом. В 1998 году начались переговоры о поставке танков Т-90C в Индию и приобретении последней лицензии на их производство. Но принятию индийским правительством решения о закупке российских танков предшествовали обширные испытания, проводившиеся индийскими специалистами.

Передняя часть башни. Хорошо видны блоки динамической защиты «Контакт V» и осветитель системы оптико-электронного подавления «Штора-1».

Танк Т-90C на выставке ВТТВ «Омск-99». На этой машине установлена сварная башня и двигатель В-92С2.

17 мая 1999 года три опытных образца Т-90C были отправлены в Индию. Эти танки отличались друг от друга комплектацией в зависимости от пожеланий заказчика. В частности, на них устанавливались различные варианты СУО с тепловизионными прицелами «Ноктюрн» и «Эсса». Отличались они наличием или отсутствием системы «Штора». Наконец, две машины имели литые башни, а третья — сварную. Отправка танков в Индию была омрачена трагическим событием — 13 мая 1999 года на своем рабочем месте скончался главный конструктор УКБТМ В.И. Поткин. Министр обороны Индии в память о нем предложил назвать испытывавшиеся танки Т-90C именем «Владимир». Испытания проходили в пустыне Тар — местности, сильно пересеченной барханами высотой 20—30 м. Дневная температура достигала 54 °C. В таких условиях каждый танк прошел около 2000 км без серьезных проблем. В ходе боевых стрельб, проведенных в Индии, Т-90C поразили 80 % целей, а стрельба велась на дальностях до 3000 м. После завершения испытаний все три машины были возвращены на УВЗ, где они прошли переборку и дефектацию. Окончательная черта под испытаниями была подведена в августе 1999 года в бронетире артиллерийского полигона НТИ-ИМ, когда индийские специалисты оценивали броневую защиту танка. После этого начался переговорный процесс по согласованию условий контракта.

Основной боевой танк Т-90C «Бишма» индийской армии.

Танк Т-90C в прыжке. Нижний Тагил, 2000 год.

15 февраля 2001 года был подписан контракт на поставку Индии танков Т-90C и передачу лицензии на их производство. Речь идет о 310 танках, 124 из которых должно быть изготовлено в России, а 186 — в Индии из российских сборочных комплектов. В соответствии с контрактом индийской стороне передавалась также технология производства танков (без права реэкспорта выпущенных машин в третьи страны) с соответствующей конструкторской документацией, боеприпасы, учебно-тренировочные средства и производилась подготовка специалистов завода-изготовителя в г. Авади. Общая стоимость контракта превысила 800 млн долларов.

Танки Т-90C индийского контракта оснащены многотопливными дизелями В-92С2 мощностью 1000 л.с. Кроме того, на них отсутствует комплекс оптико-электронного подавления «Штора». Вместо осветителей «Шторы» установлены дополнительные элементы динамической защиты, а гранатометы системы «Туча» установлены под углом 45°, а не 15°, как при наличии комплекса «Штора». Для использования прицельно-наблюдательного комплекса командира ПНК-4С в активном режиме вместо отсутствующих осветителей ОТИТУ-1-7 комплекса «Штора» на командирской башенке установлен ИК-осветитель ОУ-ЗГКУ.

Танк Т-90C индийской армии во время правительственного показа.

Танки Т-90C на параде в Дели.

Характерной чертой Т-90C индийской армии является усиленная противоатомная защита: слой антинейтронного надбоя приблизительно в два раза толще, чем на российских образцах.

В Индии танку Т-90C было присвоено название «Бишма». К настоящему времени контракт 2001 года полностью выполнен. Все машины, которые должны были изготавливаться в России, отправлены заказчику. На заводе в Авади развернуто лицензионное производство.

30 ноября 2007 года был подписан новый контракт, которым предусматривалась поставка 347 танков Т-90C. Из них 124 должны быть отправлены в полностью собранном виде, а 223 в виде машинокомплектов для последующей сборки на заводе в Авади. Отгрузка первых 24 танков по новому контракту состоялась в 2008 году.

Планами развития сухопутных войск Индии до 2020 года предусматривается оснащение танками Т-90C «Бишма» 21 полка. Всего планируется принять на вооружение 1657 танков Т-90C.

После испытаний в Индии в 1999 году образец Т-90C со сварной башней подвергся некоторой доработке. В частности, вместо левого ящика ЗИП на башне установили кондиционер. В таком виде танк отправили на выставку DCA-2000 в Малайзии, а затем он принял участие в тендере на закупку танков для вооруженных сил этой страны. В ходе тендера Т-90C участвовал в испытаниях летом 2000 года. Однако еще в ходе предварительных переговоров стало понятно, что приобретение танков Т-90C Малайзией маловероятно. Чтобы не зависеть в области вооружений от одного государства, малазийское правительство предпочло закупить у России истребители МиГ-29, а контракт на поставку танков отдать Польше.

Танк Т-90CА для алжирской армии. ВТТВ-2001, Омск.

Вновь танки Т-90 были заказаны для Российской армии только на 2004 год — 14 единиц! Перед Уралвагонзаводом встал вопрос: какие, собственно, танки нужны заказчику? Танк обр. 1992 года явно устарел, да и выпускать его было физически невозможно из-за отсутствия целых производств. В то же время, после 1992 года армия ничего другого на вооружение не принимала. В результате уточнения тактико-технического задания стал формироваться облик модернизированного танка. В его основу была положена конструкция экспортного танка для Индии. Работы над «объектом 188А1» велись в УКБТМ под руководством нового главного конструктора В.Б. Домнина.

Система управления огнем модернизированного танка строилась вокруг тепловизионного прицела наводчика «Эсса» французско-белорусского производства и модернизированного прицельно-наблюдательного комплекса командира ТО1-КО4 «Агат-МР». В СУО применен и усовершенствованный баллистический вычислитель 1В216М. Огневая мощь танка возросла и за счет установки усовершенствованной пушки 2А46М-5 с повышенными характеристиками внутренней и внешней баллистики. На машину был установлен модернизированный комплекс оптико-электронного противодействия «Штора», а в качестве силовой установки был принят уже проверенный в Индии дизель В-92С2 мощностью 1000 л.с.

Несмотря на трудности с освоением серийного производства модернизированного танка, вся заказанная армией партия из 14 единиц была сдана в начале 2005 года. В том же году «объект 188А1» был принят на вооружение Российской армии под обозначением Т-90А. В 2005 году Уралвагонзавод изготовил еще 18 машин. К этому времени заводу удалось завершить отладку технологических процессов и восстановить кооперативные связи. Это позволило в 2006 году выполнить Гособоронзаказ в количестве батальонного комплекта машин — 31 единица. Столько же изготовили в следующем году, а в 2008 и 2009 годах заводские цеха покидали по 62 боевых машины. Таким образом, за период с 2004 по 2009 год включительно было собрано 30 танков Т-90А с прицельным комплексом «Буран-М» и 180 Т-90А с комплексом «Эсса». Кроме того, были изготовлены два командирских танка Т-90К с литыми башнями и комплексом «Буран-М» и шесть Т-90АК со сварными башнями и комплексом «Эсса».

В составе парадного расчета 2-й гвардейской Таманской мотострелковой дивизии, а затем 5-й мотострелковой бригады танки Т-90А принимали участие в военных парадах на Красной площади в Москве 9 мая 2008–2011 годов.

Следующими странами, военные которых обратили внимание на Т-90C, стали Алжир и Ливия. 28 января 2004 года возможности российской техники были продемонстрированы представителям Ливии, а 24–25 марта того же года — делегации Алжира. Взяв за основу танк Т-90C образца 1999 года, УКБТМ провело его доработку под требования нового заказчика. Был выбран исходный вариант машины с установкой системы кондиционирования, а также с доработанной системой обнаружения лазерного облучения. Этот вариант получил заводской индекс «объект 188СА» («А» — для Алжира) и армейское обозначение Т-90CА. Опытный экземпляр изготовили в мае 2005 года, а в конце того же года он успешно прошел испытания в Алжире. В январе 2006 года был подписан контракт на поставку в Алжир бронетанковой техники. В соответствии с ним российская сторона должна была поставить в Алжир 185 танков Т-90CА, что и было выполнено к 2008 году. Есть сведения, что Алжир ведет переговоры о поставке дополнительного количества танков этого типа.

Следует отметить, что ливийские военные от закупок Т-90C отказались из-за его более высокой стоимости, чем у модернизированного Т-72. По аналогичной причине от приобретения Т-90C отказались Перу и Венесуэла.

В августе 2009 года 10 танков Т-90C были поставлены в Туркменистан.

Одновременно с Алжиром и Ливией интерес к Т-90C проявила Саудовская Аравия. Сравнительные испытания с участием российского танка были проведены в Аравийской пустыне в 2006 году. В мае 2008 года был подписан контракт на поставку в эту страну 150 танков. В 2009 году контракт на 41 машину был подписан с Кипром. Информация различной степени достоверности имеется о переговорах, заявлениях о намерениях или проявленном интересе к приобретению танков Т-90C со стороны Ирана, Йемена, Южной Кореи, Ливана, Марокко и Сирии.

Модернизированный основной танк Т-90CМ был продемонстрирован на выставке RUSSIAN EXPO ARMS-2011 в Нижнем Тагиле.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

АБТУ — Авто-бронетанковое управление.

АНИОП — Артиллерийский научно-исследовательский опытный полигон.

БВО — Белорусский военный округ.

ВГК — Верховное главнокомандование.

ВКУ — вращающееся контактное устройство.

ГАУ — Главное артиллерийское управление.

ГБТУ — Главное бронетанковое управление.

ГВИУ — Главное военно-инженерное управление.

ГВТУ — Главное военно-техническое управление.

ГКО — Государственный Комитет Обороны.

ГРАУ — Главное ракетно-артиллерийское управление.

ДВО — Дальневосточный военный округ.

ЗИП — запасные части и приспособления.

ЗКВО — Закавказский военный округ.

КВЖД — Китайско-восточная железная дорога.

КВО — Киевский военный округ.

КДЗ — комплект динамической защиты.

КП — коробка передач.

ЛВО, ЛенВО — Ленинградский военный округ.

МВО — Московский военный округ.

МДШ — малая дымовая шашка.

МТО — моторно-трансмиссионное отделение.

НИОКР — научно-исследовательская и опытно-конструкторская работа.

НИР — научно-исследовательская работа.

НКПС — Народный комиссариат путей сообщения.

НКТП — Народный комиссариат танковой промышленности.

НОАК — Народно-освободительная армия Китая.

НТК — Научно-технический комитет.

ОдВО — Одесский военный округ.

ОМШ — открытый металлический шарнир.

ОПВТ — оборудование подводного вождения танка.

ОСОАВИАХИМ — Общество содействия авиации и химической промышленности (впоследствии — ДОСААФ, ныне — РОСТО).

ПАЗ — противоатомная защита.

ПМП — планетарный механизм поворота.

ППО — противопожарное оборудование.

ПрибВО — Прибалтийский военный округ.

ПрикВО — Прикарпатский военный округ.

ПТО — противотанковое орудие, противотанковая оборона.

ПТРК — противотанковый ракетный комплекс.

ПТУР — противотанковая управляемая ракета.

ПТУРС — противотанковый управляемый реактивный снаряд.

РВС — Революционный военный совет.

РГВИА — Российский государственный военно-исторический архив.

РГК — Резерв Главного командования.

РМШ — резино-металлический шарнир.

СКВО — Северо-Кавказский военный округ.

СНК — Совет народных комиссаров.

СТЗ — Сталинградский тракторный завод.

ТВД — театр военных действий.

ТПУ — танковое переговорное устройство.

ТТТ — тактико-технические требования.

УВЗ — Уральский вагоностроительный завод.

УКБТМ — Уральское конструкторское бюро транспортного машиностроения.

УССР — Украинская Советская Социалистическая Республика.

ЧКЗ — Челябинский Кировский завод.

ЧССР — Чехословацкая Социалистическая Республика.

ЧТЗ — Челябинский тракторный завод.

ЮЗФ — Юго-Западный фронт.

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

Материалы Российского государственного военного архива и Центрального архива Министерства обороны

Барятинский М. Танки в Чечне. М.: «Железнодорожное дело», 1999.

Барятинский М. Амфибии Красной Армии («Бронеколлекция», № 1, 2003). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 2003.

Барятинский М. Легкий танк Т-26 («Бронеколлекция», спецвыпуск № 2). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 2003.

Барятинский М. Бронетанковая техника Красной Армии 1939–1945 («Бронеколлекция», спецвыпуск № 6). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 2004.

Барятинский М. Средний танк Т-62. М.: ЗАО «Редакция журнала „Моделист-конструктор“», 2004.

Барятинский М. Плавающий танк ПТ-76. М.: ЗАО «Редакция журнала „Моделист-конструктор“», 2004.

Барятинский М.Б. ИС-2. Наш ответ «Тиграм». М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2006.

Барятинский М.Б. Лучший танк Второй мировой. М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2007.

Барятинский М.Б. Т-72. Уральская броня против НАТО. М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2008.

Барятинский М.Б. Т-34 в бою. М.: Яуза; Эксмо, 2008.

Барятинский М.Б. Последний танк Второй мировой. М.: Коллекция, Яуза, Эксмо, 2010.

Барятинский М.: Коломиец М. Легкие танки БТ-2 и БТ-5 («Бронеколлекция», № 1, 1996). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 1996.

Барятинский М.: Коломиец М. Легкий танк БТ-7 («Бронеколлекция», № 5, 1996). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 1996.

Барятинский М.: Коломиец М. Бронеавтомобили Русской армии 1906–1917 гг. М.: Издательский центр «Техника-молодежи», 2000.

Барятинский М.: Коломиец М.: Кощавцев М. Советские тяжелые послевоенные танки. М.: ЗАО «Редакция журнала „Моделист-конструктор“», 1996.

Бирюков И. Танки — фронту! Записки советского генерала. Смоленск: Русич, 2005.

Дроговоз И. Железный кулак РККА. Танковые и механизированные корпуса Красной Армии 1932—41 гг. М.: Издательский дом «Техника — молодежи», 1999.

Дроговоз И. Танковый меч СССР 1945–1991. ИЦ «Пьедестал», 1999.

Жилин В. Герои-танкисты 41-го… М.: РИЦ ГШ ВС РФ, 2000.

Жилин В. Герои-танкисты 42-го… М.: РИЦ ГШ ВС РФ, 2001.

Исаев А. 1941: бои на Украине. М.: Стратегия КМ, 2004.

Исаев А. Прорыв «Миус-фронта», июль — август 1943 года. М.: Стратегия КМ, 2006.

Карель И. Восточный фронт, кн. 1. Гитлер идет на восток. 1941–1943. М.: Изографус, ЭКСМО, 2003.

Карцев Л.И. Моя судьба — Нижний Тагил. М.: Космос, 1991.

Коломиец М. Тяжелый танк Т-35 («Бронеколлекция» № 2, 1995). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 1995.

Коломиец М. История танка КВ (часть 1, 1939–1941). М.: Стратегия КМ, 2001.

Коломиец М. Битва за Москву. 30 сентября — 5 декабря 1941 года. М.: Стратегия КМ, 2002.

Коломиец М. История танка КВ (часть 2, 1941–1944). М.: Стратегия КМ, 2002.

Коломиец М.: Смирнов А. Бои в излучине Дона 28 июня — 23 июля 1942 года. М.: Стратегия КМ, 2002.

Коломиец М.: Мощанский И. Средний танк Т-28 («Бронеколлекция», № 1,2001). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 2001.

Лавренев С., Попов И. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М.: Аст, Астрель, 2003.

Локальные войны. История и современность. / Под редакцией И.Е. Шаврова. М.: Воениздат, 1981.

Мощанский И. 1941. Тактика танковой войны. М.: ООО ПКВ, 2001.

Мураховский В.И., Павлов М.В., Сафонов Б. С., Солянкин А.Г. Современные танки. М.: Арсенал-Пресс, 1995.

Прочко Е.И. Легкие танки Т-40 и Т-60 («Бронеколлекция», № 4, 1997). М.: ЗАО «Моделист-конструктор», 1997.

Саенко М.: Чобыток В. Основной боевой танк Т-64. М.: Экспринт, 2002.

Свирин М.Н. Броня крепка. История советского танка 1919–1937. М.: Яуза; Эксмо, 2005.

Свирин М.Н. Стальной кулак Сталина. История советского танка 1943–1955. М.: Яуза; Эксмо, 2006.

Солянкин А.Г., Павлов М.В., Павлов И.В., Желтое И.Г. Отечественные бронированные машины. XX век. Т. 1. Отечественные бронированные машины. 1905–1941. М.: «Экспринт», 2002.

Солянкин А.Г., Павлов М.В., Павлов И.В., Желтое И.Г. Отечественные бронированные машины. XX век. Т. 2. Отечественные бронированные машины. 1941–1945. М.: Экспринт, 2005.

Суворов С. Танк Т-64. Первенец танков второго поколения. М.: ООО «Восточный горизонт», 2001.

Устьянцев С.В., Колмаков Д.Г. Боевые машины Уралвагонзавода. Танк Т-72. Нижний Тагил: Медиа-Принт, 2004.

Федосеев С. Танки Первой мировой. М.: Яуза; Эксмо, 2010.

Шеин О.В. Разгром грузинских захватчиков под Цхинвали. М.: Яуза; Эксмо, 2009.

Шунков В.Н. Танки. Мн., ООО «Попурри», 2000.

A.W.Hull, D.R.Markov, S.J.Zaloga. Soviet/Russian Armor and Artillery Design Practices: 1945 to Present. Darlington Productions, 1999.

A.Grandolini. Armor of the Vietnam War. — Hong Kong, Concord Publications Co., 1998.

E. Micheletti, Y. Debay. Warm the Balkans 1991–1993. Paris, Histoire&Collections, 1993.

Zaloga S., Sarson P. T-72 Main Battle Tank 1974–1993. London, Osprey Publishing Ltd., 1993.

Zaloga S. Tank Battles of the Mid-East Wars. Hong Kong, Concord Publications Co., 1998.

Baryatinskiy M. Main Battle Tank T-80. London, Ian Allan Publishing, 2007.

Mesko J. Ground War Desert Storm. — Squadron/Signal Publications, 1991.

Журналы

«Военный парад», «Танкомастер», «Техника и вооружение вчера, сегодня, завтра», «Техника и оружие», «Военно-исторический журнал», «Зарубежное военное обозрение», «Моделист-Конструктор», Military Technology, Nowa Technika Wojskowa, Militarfahrzeug.

Материалы общедоступной сети Internet

В книге использованы фотоиллюстрации из Российского государственного архива кинофотодокументов (РГАКФД), Российского государственного архива экономики (РГАЭ), Агентства ФОТО-ИТАР-ТАСС, Центрального музея вооруженных сил, Бундесархива (ФРГ), Национального архива (США), Королевского танкового музея (Великобритания), а также из частных коллекций А. Аксенова, В. Белогруда, С. Балакина, С. Ромадина, А. Шелякина, Г. Слуцкого, М. Коломийца, В. Ригманта и автора.

* * *

Чертежи, схемы и рисунки выполнены В. Мальгиновым, М. Дмитриевым, С. Ромадиным, А. Кощавцевым и автором, а также заимствованы из руководств службы и описаний материальной части танков.

ИЛЛЮСТРАЦИИ

Средние танки Т-54-1 и Т-54-3 в экспозициях музея Дальневосточного военного округа (вверху) и Центрального музея Вооруженных сил (внизу).

Учебный, так называемый «разрезной» танк Т-54 демонстрируется в финском танковом музее в Пароле. Подобные машины широко использовались для подготовки личного состава и в Советской Армии.

Средний танк Т-55А в экспозиции Музея техники В. Задорожного. 2010 год.

Средний танк «Тиран-5» в экспозиции Музея танковых войск Армии обороны Израиля в Латруне.

Танк Т-55 иракской армии, захваченный американскими войсками.

Танк ПТ-76Б в военном музее в Каире.

Танк ПТ-76Б в Музее Войска Польского в Варшаве, 1997 год.

Тяжелый танк Т-10М в Музее техники В. Задорожного.

Тяжелый танк Т-10М в Музее Великой Отечественной войны в Киеве.

Танки Т-62 на марше. Учения «Щит-82», 1982 год.

Средний танк Т-62 в Музее техники В. Задорожного, 2010 год.

Танки Т-64Б в укрытии. Маневры войск Московского военного округа, 1989 год.

Основной танк Т-72А в экспозиции Музея техники В. Задорожного, 2010 год.

Танк Т-72М1 индийского производства. На машине установлен колейный ножевой минный трал КМТ-6.

Основной танк Т-72А армии Республики Казахстан на огневой позиции.

Основной танк Т-72Б Российской Армии в окопе, 2008 год.

Основной танк Т-72БА во время учений Приволжско-Уральского военного округа, 2008 год.

Основной танк Т-80Б в Музее техники В. Задорожного, 2010 год.

Основной танк Т-80У на улице Москвы перед парадом. 9 мая 1995 года.

Танки Т-90А возвращаются с парада на Красной площади. Москва, 9 мая 2010 года.

Content

Михаил Барятинский
ВСЕ ТАНКИ СССР
Том III

СРЕДНИЕ ТАНКИ Т-54 И Т-55

ПЛАВАЮЩИЙ ТАНК ПТ-76

ТЯЖЕЛЫЙ ТАНК Т-10

СРЕДНИЙ ТАНК Т-62

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-64

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-72

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-80

ОСНОВНОЙ ТАНК Т-90

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

ИЛЛЮСТРАЦИИ