Косачев Александр Викторович

Трудный выбор

ГЛАВА I 201 5 год, осень. Только что прошел дождь. В моем кармане прятался десяток целлофановых пакетов. Я взял их дома. В России принято складывать пакет в пакет, на всякий случай. Конечно, мама никогда не замечала пропажу , ведь там их оставалось еще три десятка. Д а и откуда ей знать, для чего я их использовал ? Пока улица сохла, я ждал свою подругу Соню. М ы с ней были с детсада вместе. Она взяла бутылку в гараже у деда, чтобы мы хорошо провели время. Я с ней всегда много смеялся. Пока зеваки спешили по делам, я ждал ее у нашего таксофона и каждый раз надеялся , что все получится. Взгляд выхватил на горизонте знакомый силуэт. Соня семенила , преисполненная жадной радости наркомана. Темно-синие джинсы, серая толстовка с Микки Маусом. О на такой же подросток , как и те , что вечно шарятся по подъездам и раздражают одичавших от возраста бабушек. Взял? спросила она, обнимая меня. Да. А ты? поинтересовался я. Б ез слов было понятно , что да. Сонины эмоции легко читались по настроению , и для меня не было секретом, что происходило в ее голове. Мы сразу же отправились на наше заветное место. Жильцы «сталинки » не ругали нас за то , что мы сидели на чердаке. Возможно , им было просто плевать , ведь мы чужие дети и никаких проблем не доставляли. Мы никогда с ними не разговаривали и даже не здоровались. На чердаке мы расположились как обычно друг напротив друга. Взяли по два пакетика для надежности. Намочили небольшие куски тряпки в бензине и начали игру дыханий. Мы использовали бензин, потому что Соня могла легко достать его , а клей стоил денег и частые его покупки в маленьком городке вызвали бы подозрение. Вдох-выдох. П ары бензина раздражали верхние дыхательные пути. Вдох-выдох, затем пауза. С остояние эйфории. Смех. Э хо звуков. П ершение во рту. Мое тело смеялось, а я смотрел Соне в глаза. Ее зрачки были расширены так сильно , что карей радужки почти не было видно. Каштановые волосы заслоняли ее еще румяное лицо. За пару лет до этого смеха я начал замечать, что она красивая. Ты слышишь? спросила она меня. П есня играет! А слова, слова-то какие Затем и я отчетливо услышал завывания dom !No : Торопись захлебнуться весной , Подойди, я тебя подтолкну На идею погибнуть со мной , В поцелуе съедать тебя всю. Извелась в ожидании рук Десять пальцев, как мой инструмент , Раздевал, как небрежный хирург , Зашивал ей под сердце секрет Разумеется, песни мы слышали разные , но были радостно отравлены происходящим и потому просто внимали галлюцинациям. Нормы морали, здоровье, мнение взрослых для нас это все не имело значения. Были лишь наши четырнадцать лет и природой обусловленный бунт. Подростки неспроста себя плохо ведут в этом возрасте отрыв от родителей и поиск партнера обусловлен эволюцией. Наивность, подкрепленная окситоцином, провоцирует неопытное чадо на доверие совершенно незнакомым людям , которые рады этим воспользоваться в своих целях. Однако родители стараются помешать молодому лбу в набивании шишек, и потому возникает конфликт поколений. Но если родители ничего не знают, это не вызывает проблем. Поэтому мы свою волю исполняли в секрете. Сашка, знаешь , что? сказала Соня и поползла на коленях ко мне. Она напоминала ласковую тигрицу. В ее улыбке читалось милейшее существо, но ее взгляд был прямым, хищным. Не знаю, ответил я. Давай попробуем, а? предложила она. Попробуем что? Ну , не прикидывайся дураком ! Все ты понял. Начав целовать меня, она опустила руки, проводя ими по телу. З атем стянула с меня штаны и сняла свои джинсы. Теперь ты понял? спросила она , улыбаясь. Хорошо. Давай попробуем! ответил довольный я. Только давай начнем с орального. Я слышала , что нужна прелюдия , чтобы не было больно. Соня погружала в ротовую полость еще растущий орган, а я представлял, что лижу мороженое со специфическим вкусом. Это может показаться смешным, но что еще может себе представить ребенок, когда у него единственная ассоциация с лизанием это сливочный пломбир? З абавнее было дальше. Презерватива у нас , конечно, не было , а Соня отказывалась заниматься сексом без контрацепции , боясь забеременеть. П оэтому , чтобы не терять шанс , я взял целлофановый пакетик , обернул им член и приложился к ней по согласию. Разумеется, он не лез в Соню. Она фыркнула на меня , назвала идиотом и сказала , чтобы я плюнул на руку и попробовал снова. Я потратил немного усилий, пара минут личностного позора и все Ну , что ты? Давай ! нервничала Соня , желая продолжения. К ак правило , отходняк после бензина это головная боль, агрессия, нервозность. Ну , и , как обычно , мы поругались. Она ушла. Время кусало за жопу , и я тоже побежал домой. Мы постепенно тупели, но не осознавали этого и были по-своему счастливы. Н ам было плевать на «завтра ». Для нас где-то в будущем мы были нужны принцу и принцессе на стальном коне , как обещано в сказке. Там мы бы примчались в замок свадьба, пир, Шрек и веселый О сёл разбавляли бы нашу жизнь потешными глупостями... Однако этому не суждено было случиться , и то, что ждало нас в будущем , перевернуло наши жизни. Нам выпала уродливая версия мультфильма про Красавицу и Ч удовище , где Красавицы не было, но была Ж изнь в оставшейся роли , которая имела нас в девственные щели. Вечером в квартиру постучались. Я сидел в комнате и делал математику. В гостиной раздался голос Сони. Мне подумалось , что она пришла помириться , а родители прицепились к ней с вопросами. Я отложил ручку, повернулся к двери и стал ждать, когда она войдет , но каково же было мое удивление, когда я услышал свой собственный голос! Ноги неуверенно принесли меня к источнику звука. Когда я увидел сложившуюся ситуацию, мне захотелось испариться. К голове прилила кровь, лицо покраснело , а тело начал одолевать жар. Мать , напротив, была бледна , она смотрела в телевизор безумными глазами , прикрыв ладонью раскрытый рот, будто боясь произнести что-то неосторожное. Отец сдержанно сидел в кресле. О дна его рука была на животе, вторая пальцами упиралась в лоб. Невербально он демонстрировал желание спрятаться и не видеть того, что происходило на экране. П ожилой мужчина , который принес запись, стоял спокойно. Он явно уже успел просмотреть запись с видеокамеры, установленной на чердаке. Я, пожалуй, пойду, сказал он и направился к двери. Уходя, он прошел мимо меня, кинув мне сочувствующий взгляд. Правильным ли был его выбор показать запись родителям? Чем он руководствовался, ведь мы не сделали ему ничего плохого ? Конечно, намерения у него были благие : токсикомания вперемешку с распутством занятия бедовые , вредные. В перспективе мы бы мучительно доживали свои годы. Но благодарить мне его точно не хотелось. В моем представлении я жил правильной жизнью, по совести. Я злился. Злость это всегда признак того, что что-то идет не так. Она мешает мыслить логически и подталкивает человека к радикальному выходу из ситуации, подобно ледоколу, который идет на айсберг. Ах ты, сволота!!! закричала мать и начала бить меня ладонью. Воспитали урода ! Я стоял и думал: где раньше были мама и папа? Почему не говорили с сыном? Ведь ситуация сложилась не в день происшествия , ее вынашивало время , развивая в перспективе. Однажды упущенное , а после незамеченное, выливается в непредсказуемые ситуации. Так кто виноват? Подросток, родители, общество? После вспышки гнева мать села в кресло, закрыла руками лицо и заплакала. Я смотрел на нее и не очень понимал причину ее слез. П ри этом сгорал со стыда и хотел стать невидимым. Иди к себе! сказал отец , затем подошел к матери и обнял ее колени. Я послушался отца. В комнате я не мог найти себе места и то и дело то вставал, то садился. Мамины рыдания постепенно прекратились , и наступила тишина. Где-то внутри мне было невдомек , и я не понимал, как это их касается. Тело мое, жизнь моя что им, черт возьми, надо от меня? Да и чего расстраиваться, я ведь живой, со мной все в порядке. Т ем не менее, я чувствовал себя виноватым. Это чувство было непобедимым, несмотря на мою позицию отрицания вины. Отец вошел в комнату, сел на стул и начал спокойным голосом говорить со мной. Вот , значит , чем ты занимаешься в свободное время , констатировал он. Это было один раз, ответил я, бегая взглядом по полу. Думаешь, имеет принципиальное значение, сколько раз вы этим занимались? Не знаю, растерянно ответил я. Возникла пауза. Мне показалось, что она длилась вечность. Отец сделал глубокий вдох. И как, понравилось? спросил он. Не очень, ответил я. Ты знаешь, к чему ведет токсикомания? Нет. Дай мне руку, сказал он. Я послушался. Он сильно сдавил мне кисть и продержал так пять секунд. Все это время я скулил от боли. Больно? спросил он. Да, удивленно ответил я. А теперь представь, что эта боль будет по всему телу, и не каких-то пять секунд, а до самой смерти. Разумеется, она придет не сразу, а через время. В перспективе токсичные вещества часто по своему воздействию на организм превышают действие опиума. Последствиями вдыхания их становятся воспаление лёгких и пневмония, цирроз печени, нарушение свертываемости крови, энцефалопатия, отмирание клеток головного мозга, отеки конечностей. И чем дальше, тем хуже. Ты понимаешь, почему мы переживаем за тебя? Да, виновато ответил я, действительно начиная понимать, в чем была причина их злости. Это не все, сказал отец. Я вопросительно посмотрел на него. Секс. От него с твоим телом ничего плохого не случится. В ернее , низка вероятность подцепить болезнь, но, если заниматься сексом с малолетства, это перейдет в беспорядочные связи, так называемый промискуитет. Казалось бы, что такого? Но знаешь , люди, которые рано начинают половую жизнь, обычно не удовлетворены своим браком. Да и секс без любви скучное порно. А с любовью нет ? спросил я. А с любовью это эротика. Было такое божество у древних греков, Эрот, по-нашему К упидон. Так вот , он выступал как воплощение любви, мудрости и мужской воспроизводящей силы. В эротике люди любят друг друга и ласкают , потому что каждый сантиметр тела партнера очень дорог , а порно это жалкая пародия. Так ты мастурбируешь не рукой, а телом партнера. Вот скажи, в чем разница между мастурбацией и порнухой , если нет нежной ласки? Г де тут то самое заветное удовольствие, которые люди хотят получить? Порно это изначально имитация любви , где оба партнера ужасно фальшивят. Буду иметь в виду, ответил я. Надеюсь, ты меня услышал. Нам нет смысла желать тебе зла. Т ы наша плоть от плоти , и мы тебя воспринимаем, как часть себя. И не думай, что ты отделаешься простым разговором. А мог бы , иронично проронил я. Ты будешь читать книги. Н о не так, чтобы проглатывать. Ты будешь думать над прочитанным и будешь делать это столько же по времени , сколько потратишь на прочтение. Иначе нет смысла от книгоглотства. У ма оно особо не прибавляет. Отец ушел, получив мое согласие. После себя он оставил книгу А. Косачева «Переживая прошлое». ГЛАВА II Утром я отправился в школу. На растрескавшемся асфальте лежали золотые листья. Я пинал их. В голове крутились события прошлого дня. Что заставило того мужчину поставить камеру на чердаке? Мы ведь раньше сидели, и все было нормально. А тут ни с того, ни с сего... Нелепица какая-то! Ветер мерно дул, уводя мысли за собой. В таком трансе я дошел до школы , и все было привычно. Я еще не подозревал, чем обернется этот день. Первым уроком была литература. Учительница пыталась привить нам высокие чувства по трудам пьяниц и самоубийц. Колющев, как всегда , опоздал. После короткой разборки о причине опоздания он сел на свое место позади меня и, негромко хихикая , начал шуршать пакетиком. Колющев , воскликнула учительница, прекрати баловство! Хорошо, Мария Семеновна, ответил он, но никак не унимался , продолжая доставать учительницу. Шуршание напомнило мне вчерашний день. Я вспомнил вдох-выдох и свой незатейливый первый секс. Из слов отца я понял, что любви к Соне у меня , наверное, нет. Но , с другой стороны , плохо ли то, что с нами было день назад ? И смогу ли я влюбиться, если буду иметь сексуальные связи? Ответы на эти вопросы мне не давались, и я решил спросить вечером у отца. На перемене я ушел в туалет, а когда вернулся, одноклассники заливались смехом, глядя в телефон. О, смотрите, наша звезда! вскричал один из них, показывая на меня пальцем. А ты пакетики всегда с собой носишь, мачо? спросил другой. Нет, не понимая, что происходит, ответил я. Так вот , на тебе мой! крикнул Колющев, протягивая целлофановый пакетик. Я машинально взял его. Они хлопнулись ладонями, отмечая удачную шутку. Он взял! Он взял! заливаясь диким смехом, с красными лицами и в слезах продолжали они. Один даже подавился собственными слюнями. Что происходит? спросил я. Услышав это, они замолчали, переглянулись, а затем Колющев приложил разомкнутые два пальца ко рту и поболтал языком, демонстрируя жест лизания. И до меня наконец-то дошло, что запись с камеры на чердаке пошла по рукам. Сотри! закричал я , на что толпа лишь продолжала смеяться. А проходящая мимо старшеклассница сказала мне: Эй, красавчик ! а потом послала воздушный поцелуй и подмигнула. Т ут я понял, что жизнь кончилась. Одно для меня было непонятным : откуда запись у одноклассников и как она так быстро к ним попала? Учебный день был трудным : сплошные издевки , ругательства. Я написал Соне сообщение: «На чердаке была камера, запись с нее гуляет по школе. Вчера мужик показал ее моим родителям». Она еще спала и не знала о случившемся , потому что училась во вторую смену. Хорошо или плохо знать заранее, что ждет впереди? С уроков я не сбежал, мне даже эта мысль в голову не приходила. З ря, наверное К огда закончились уроки, я отправился домой. Н о когда вышел из школы , меня встретила толпа учеников. Наш «массовик-затейник» Федя устроил очередной аттракцион , от которого всегда кому-то было плохо. На этот раз этим «кем-то » был я. Приготовились! воскликну Федя, толкая меня вперед. Меня ждала «лестница позора ». На ступеньках стояли две шеренги людей, друг напротив друга , образуя узкий проход, по которому должен был пройти виновник всеобщей радости. Прошлого заплевали , позапрошлого каждый пнул по жопе. П оэтому я готовился к примерно такому же, хотя с каждым разом Федя старался не повторяться. Ну , что встал? спросил он меня. П ришло твое время! Да , ребятки ?! обратился он к толпе , на что та начала радоваться. Самым нелепым было то, что те, кто проходил эту «лестницу » в прошлом, тоже стояли здесь и кричали от радости громче других. Парадокс! Да хорош, а?! дернулся я, за что получил удар в затылок и полетел на «лестницу позора ». Когда я на ней оказался, все замолчали. Понимая, что это часть спектакля и деваться некуда , я пошел по ней, желая поскорее все это закончить. На полпути мне прилетел плевок в лицо. Я остановился и посмотрел на плюнувшего. Что , сука , уставился на меня, лизала?! сказал один из старшеклассников, затем вышел из шеренги и ударил меня ногой в спину. От удара я вылетел на самый край. Поверженный , униженный , а главное не способный что-либо сделать. После того , как один попытался отбиться и оказался в больнице с множественными переломами, больше никто даже не пытался за себя постоять , оказываясь на лестнице. Вот и я не пытался. К тому же , еще до инцидента , я был растоптан бесчисленными насмешками внутри школы. Стирая слюни с лица, я встал, расширил ноздри, сжал зубы, чуть приподнял голову и пошел прочь. В след мне кричали: Лизала-лизала-лизала!!! У-у-у Соня все это видела и стояла в нерешительности, а я прошел мимо нее без слов, делая вид, что не заметил ее. Я и представить себе не мог, что когда-нибудь окажусь на этой чертовой лестнице. А еще Соня, подруга детства, которая просто стояла и смотрела, хотя она тоже была причастна и , более того, была зачинщиком. Разумеется, от злости и ненависти кровь прилила к моему лицу и сделала его красным. И не было человека , который бы не был проклят мной в этот день. Что я мог сделать? Дать сдачи и оказаться в больнице ? Отстаивать навязанные обществом рамки чести или встретиться с собственной никчемностью ? Я совсем не хотел быть участником зоопарка, где за каждым человеческим зверем пряталось невежество и боязнь пойти против большинства. Но что я сделал, чтобы этого не случилось? Ничего С ловно бревно в реке , послушно уносимое течением. Вечером ко мне в комнату зашел отец, прервав поток проклятий , которые я рассылал, увидев тысячу просмотров под одним из видео с моим участием. Ну , что , ты начал читать? поинтересовался он. Нет, еще не успел, раздраженно ответил я. Что-то случилось? спроси отец, заметив мою нервозность. Видео попало в сеть Беда ! Не то слово ! И как народ воспринял? Плохо, ответил я, глубоко вздыхая. Одна и та же шутка перестанет быть смешной, если ее сказать десяток раз. Так что знай, это не продлится вечно. Угу, устало ответил я. А ты все-таки начни читать. Там тоже есть школьные трудности. Вдруг поможет, сказал отец , уходя. Этим вечером я так и не притронулся к книге. Меня терзали мысли о недавних событиях. Урока я не извлек, а просто злился, что все так вышло. Мне и в голову не приходило, что было бы, если бы не было никакой записи. Как бы сложилась моя судьба в перспективе? Мысли перебил звонок. Это была Соня. Немного подождав, я взял трубку. Саш? Алло ! Саша? Ты меня слышишь? звучал ее голос. Слышу, выдержав паузу, ответил я. Как ты? Нормально. Ты мне-то не рассказывай! Давай отвечай честно ! А ты сама-то как думаешь?! Мало ли , что я тут думаю, мне нужно знать , что ты думаешь. Говори давай! Да никак, ответил я, после чего возникла пауза. Блин, мне так стыдно! начала она. Откуда вообще взялась эта запись? Я же тебе говорил: мужик какой-то принес. Жесть! А родители что? Мать истерику закатила , отец поговорил, теперь заставляет книжки читать. Не знаю, чего он этим хочет добиться. М-да , засада... Ну, хоть так, меня мои вообще убили бы ! Не дай Бог узнают, разорвут сразу. А чего он к тебе пришел, а ко мне нет? И как он тебя нашел вообще? Почему твои моим не позвонили? разошлась Соня. Да я-то откуда знаю?! Ну, вдруг, может, что говорили об этом. Не говорили. Ну , ладно , ты держи меня в курсе. Встретимся, созвонимся. Д авай. Давай... Разговор с Соней меня немного успокоил , и уже не было прежнего ощущения покинутости. Вопросов без ответа , конечно, оставалось еще много, но беспокоили вовсе не они. Б еспокоило меня новое завтра, где снова были ссоры , издевки , упреки. И только я положил голову на подушку, как уже неспешно перебирал ногами, приближаясь к школе. Перед уроком мне вручили полсотни пакетов, и я стерпел, считая, что вскоре обо мне забудут. Звери шутили, издевались, а я все больше осознавал оторванность от ранее, казалось бы, родного мира. Почему я раньше этого не видел, неужели только через боль приходит ясность?! Словно в немом кино , мелькали люди, наполненные пустой суетой. В этом хаосе я начал замечать, что в кабинете математики в три раза больше мела у доски, чем в кабинете истории. Еще я открыл для себя столько вещей , бесполезных в современном обществе. В сем плевать, за сколько ты купила себе эту кофточку , сколько бесполезного гонора в тебе воспитали родители, как ты блевал в свои четырнадцать лет. Общество раздутых самомнений с одной лишь целью в жизни потреблять для получения удовольствия. Зачем это все? Мне впервые стало действительно стыдно за себя, ведь еще вчера утром я был таким же. К ажется , заезженная тема, о ней люди часто говорят, но сколько она приобретает смысла, когда ты понимаешь, что это происходит не где-то и с кем-то , а с тобой , здесь и сейчас. Думаешь, до этого смотрел и глаза видели истину , но какое же постигает разочарование, когда становится ясно, что все куплено в рамках рекламы. И ндивидуальность, о которой люди громко трубят, заключается лишь в том, как ты скомбинировал точно такие же вещи, как и у всех остальных. И даже если кто-то однажды начнет говорить на эту тему, сколько людей отмахнется, утверждая, что они все понимают, и тут же потянется за разрекламированной газировкой. И куда от этого деться человеку , если весь окружающий мир состоит из таких вещей? Что бы ты ни купил, это не ново, а индивидуальный заказ немыслимо дорог. У чебный день закончился. Во время пересменки возле школы я встретился с Соней. Еще пристают? спросила она. Да. Звери тупые. А ты как? поинтересовался я. Мимо прошла толпа учеников, изображая жестами оральный секс. Ну, как-то так, ответила Соня, довольно спокойно относясь к происходящему. Создавалось впечатление, что ее это не задевает. Давай пройдемся, предложил я. Она согласилась. Через некоторое время она меня обогнала , встала передо мной, затем огляделась и начала меня целовать. Я почувствовал ее язык у себя во рту и вспомнил слова отца об эротике. Стой, отрывая ее от себя, произнес я. Д авай повременим с этим, Сонь, пусть все уляжется. Какого черта ? Ты что , боишься слухов?! Мы и так для остальных где-то на дне. Особенно ты со своими пакетиками! взорвалась она. Я не нашел ничего лучше , чем молча уйти. Она крикнула вслед , чтобы я катился лесом. И эта женщина мой друг? Боже, да где же я так оступился?! Почему я вообще начал с ней общаться в тот день, когда мы не поделили одну и ту же игрушку? Быть может , нас соединило то, что она избила меня плюшевой черепахой ? А что было бы, если бы это был слоненок? И начали бы мы общаться, будь нам интересны разные игрушки? Насколько события жизни влияют друг на друга? Впервые я начал понимать, что в голове моей вопросов больше , чем ответов. И кто на них ответит ? К то все расскажет? Несомненно, я хотел начать читать книги, но прежде решил поговорить с отцом. Больше всего меня интересовало то, какой смысл от всего этого? Быть может, вообще нет нужды читать. Вечером, когда отец пришел домой, я выждал некоторое время и подошел к нему с вопросами. Какой мне смысл читать книги? начал я. Чтобы не задавать глупых вопросов, иронизировал он. Ну, серьезно! Ты наказал меня чтением. З ачем? Мы подойдем к вопросу о смысле жизни, если начнем об этом говорить. Ты этого хочешь? Да! утвердительно качнул головой я. Хорошо, пошли со мной, ответил он. Мы молча дошли до питомника, где работал его приятель. На все вопросы отец отмахивался: мол, позже все поймешь, нужно набраться терпения. Затем он предложил мне выбрать котенка, любого, какой мне понравится. Я сделал это. После мы купили ему покушать и отправились к пруду. Как ты его назовешь? спросил меня отец. Не знаю даже, ответил я, поглаживая котенка камышового окраса. Мы должны его как-то называть. П ридумай. Ну, пусть будет Бруно. Бруно? Да, мне кажется, ему идет, глядя на своего нового друга, ответил я. Бруно мурчал в ответ на ласки. Мне стало легче. Ты будешь хорошо о нем заботиться? спросил отец. Да. А если плохо? Нет, я буду хорошо заботиться. А играть с ним будешь? Буду. А бантик ему сделаешь? Сделаю. Сам? Да. Сам все сделаю. Замечательно, подметил отец. Ты хочешь сказать, смысл жизни в питомцах? спросил я. Нет, ответил он. В заботе о ком-то? Не для всех. Не для всех? переспросил я. Да. Смысл жизни разный? Ну-у , ответил он, в этом есть доля истины. Я не совсем понимаю, растерянно ответил я. Отец осмотрелся. Понимаешь, начал он, есть вещи, которые тяжело принять. А чтобы понять их , иногда приходится сталкиваться с болью. Ты готов к этому? Думаю , да. Мне нужен четкий ответ. Да или нет? Да! ответил я. Хорошо, ответил он. Д ай мне Бруно. Зачем? удивился я. Чтобы он помог тебе понять, волнуясь, ответил отец. Я отдал ему котенка. Он посмотрел на меня, вздохнул, затем приподнял котенка двумя руками и произнес, глядя ему в глаза: Ну , что же, Бруно, возможно , в этом твое предназначение. А ты, Саш, получишь все ответы завтра. Сегодня ты не захочешь их слушать. Почему? А вот почему! громко произнес отец и изо всех сил забросил котенка как можно дальше в воду. Затем схватил меня за руку, пока я был в шоке. Шок перетек в истерику. Он прижал меня спиной к себе, схватил за волосы и сказал: Смотри! Смотри внимательно! Я больше повторять не буду! В воде некоторое время, хаотично болтая лапками, барахтался Бруно. Я вырвался из рук отца и поспешил ему на помощь. Стоя по пояс в воде , я увидел, как Бруно в последний раз глотнул воздуха, а затем навсегда скрылся под водной гладью. И едва он исчез , я сразу же почувствовал, насколько вода холодна. Меня пробило до мурашек по всему телу, я выбежал на берег , после чего отец схватил меня за шею и буквально потащил домой. Сказать отцу было нечего. Я его ненавидел. В ответ он тоже ничего не говорил. В молчании мы добрались до дома. Нас встретила мама. Почему у тебя штаны мокрые?! удивленно спросила она. Я молча прошел в свою комнату. Да он напугался просто и описался, улыбаясь, ответил отец. Я тебя ненавижу! крикнул я и хлопнул дверью. Пока меня переполняла злость, отец объяснял маме, что случилось. Узнав, она начала ругаться и хотела поговорить со мной, но отец не позволил ей этого сделать. До поздней ночи , стоило мне закрыть глаза, как сразу же появлялся Бруно. Часу в третьем я отключился, и до утра меня никто не беспокоил. Проснувшись к обеду, я не стал вставать с постели, потому что не хотел видеть отца. Впервые я пожалел, что был выходной день. Через полчаса , когда в комнату заглянул отец, я повернулся на бок, к нему спиной. Он зашел в комнату , закрыл дверь и, помолчав немного , начал отвечать на вопрос, который мучил меня вчера: Постоянно кто-то умирает , и твое незнание смерти не спасает их. Для человека имеет смысл только то, что он наделил смыслом. В этом и заключается твоя боль: этот котенок стал для тебя чем-то, когда ты дал ему кличку. Теперь ты испытываешь утрату смысла. Разумеется, ты хочешь узнать, зачем я это сделал. А сделал я это, чтобы ты это все прочувствовал на собственном опыте, а значит, навсегда запомнил. Но он ведь живой! Как можно взять и убить?! не выдержал я. Жизнь , будь то человеческая или животная , никакой ценности не представляет. Мы ко всему холодны, пока не наделяем это смыслом. Ты ведь сейчас не переживаешь, что где-то умер ребенок, кто-то наступил на таракана или какая-то бабушка утопила десяток котят. Мир не перестает существовать от чьей-то смерти. О н все также движется. А если человек пугается чьей-то смерти, то только потому, что научился все примерять на себя и оттого паникует. Еще Сократ сказал: «Все познается в сравнении ». Вот человек и сравнивает, что бы он почувствовал. Это не отвечает на мой вчерашний вопрос, уже ослабляя свой гнев, произнес я. Хорошо, ответил отец , давай представим, что смысл жизни в продолжении рода. Н о какой смысл его продолжать? Тогда , может , в получении удовольствия? Тогда почему, когда человеку хорошо, время летит быстрее, чем когда ему плохо , и , тем самым , приближает человека к смерти , хотя все должно быть наоборот? Представим, что смысл жизни в знаниях и получении опыта. Н о сколько детей умирает, не получив от этого мира почти ничего? В любви? Безответная любовь разрушает это предположение. В том, чтобы искупить грехи ? Да , но человек не знает, в чем он грешен , и не вся жизнь человеческая состоит из страданий, к тому же, некоторые люди более чем счастливы , они влюблены в жизнь. «В достижении нирваны », попытаются сказать буддисты, но почему человек не умирает после ее достижения? Д а и жить, чтобы от всего отрешиться, не менее абсурдно, чем родиться, чтобы умереть. Творить добро? М ожет быть. Но зачем тогда существуют хищники , которые убивают ? Возникла пауза. Отец пытался вспомнить, какой еще люди придумывали смысл, а я решил поставить вопрос иначе: Но человек ведь рождается и после пытается понять мир. Верно, ответил отец , однако развитие мышления это лишь результат эволюции. Б удь это не так, человек не развивался бы. По окаменелостям видно, что эволюция неоспоримый факт. Правда , она не может объяснить происхождения живого. Возникновение живого из неживого не было зафиксировано , а то, что предполагают ученые, звучит как-то неубедительно , и видно, что они нервничают, говоря об этом. В результате атеизм ничем не отличается от теизма, потому что принимает на веру понравившиеся домыслы. В результате мы имеем вопрос без ответа. А во что верить, каждый решает сам. Выходит, нет смысла жить? волнуясь, спросил я , на что отец улыбнулся: То, что своим отсутствием вводит тебя в депрессию , и есть твой личный смысл жизни. Личный? удивился я. Да. Ты будешь счастлив, пока то, что может тебя ввести в депрессию своим отсутствием, удовлетворено. Этого может быть не только что-то одно. Л учше иметь хотя бы два смысла. А не личный смысл есть ? Пока не будет установлено происхождение живого, этот вопрос останется без ответа. А чтобы установить, нужно жить и развиваться. Было бы очень глупо родиться и не стремиться к познанию смысла всего сущего. Бруно все равно не нужно было убивать! Мог бы и так рассказать! уже не обижаясь, а просто злясь на случившееся, сказал я. С потерей смысла человек начинает задавать вопросы. Бруно стал тебе уроком: тебе нужно правильно выделять смыслы, а то, что именно выделить , и есть твой трудный жизненный выбор. Это задача каждого. Ч ем точнее расставлены смыслы , тем менее человек уязвим для обстоятельств. На этих словах отец ушел, оставив меня наедине с мыслями. Еще, конечно, оставался осадок злости, но , после понимания причин , он все меньше давал о себе знать. Впервые в жизни я задумался по-настоящему. ГЛАВА III Выходные дни я потратил на прочтение книги, которую мне дал отец. Было удивительно получить ее от него, но она действительно оказалась полезной. Из нее я взял главное для себя: надо мной издеваются только потому, что я сам это позволяю. И все бы должно было с этого момента стать прекрасно, только я не понял одного : если психику нужно беречь, то зачем отец так грубо обошелся со мной? Д а и сама борьба неизвестно что спровоцирует. Возможно , в будущем я принесу себе вреда больше , чем пользы. Разумеется, не желая иметь вопросов без ответов , я предпочел обсудить это с отцом воскресным вечером , пребывая в уверенности, что такие книги детям лучше не давать. Я не понимаю, начал я диалог, в книге говорится, что нужно беречь психику, но сам автор использует такие повороты, что не то что герой страдает, с ним страдает и читатель! Да и ты сам что ты сделал с Бруно ?! Ты скребешь по поверхности, ответил отец. Тогда я совсем ничего не понимаю Как ты думаешь, зачем автор дает название книге? Ну У всего должно быть имя. Нет. Д умай еще! Тогда, может, хочет этим что-то сказать? Именно! Что он хочет сказать? Наверное, о чем книга. Просто замечательно! И как она называется? «Переживая прошлое », недоуменно ответил я. Так что хотел сказать автор своим произведением? Он даже сформулировал всю суть своей книги в одном предложении и по книге раскидал, чтобы те, кто вдумчиво читает, поняли. Что ни к чему хорошему это не приведет? Почти. Человек не проживет свою жизнь лучше, имея прежний ум. И что нужно сделать, чтобы прожить лучше? Подумай, ответил отец. Сделать ум другим? неуверенно произнес я. Хорошо! И как это сделать? Беречь психику? Нет. Травмировать психику? удивленно произнес я. Это открывает новый взгляд на мир, но не совсем то, ответил отец. А-а-а ! воскликнул я, вспомнив субботний разговор. М енять смыслы? Прекрасно! Молодец! Но только не менять, а терять их, воодушевленно ответил отец. Терять? И как это поможет? В чем смысл терять смыслы? Что происходит с человеком, когда он теряет смысл? спросил отец. Становится больно, посмотрев в пол, ответил я. Это приятно чувствовать? Нет. И что тогда человек делает дальше? Пытается понять , почему. Именно! Боль от потери смысла возносит человека над всем! Боль есть отрезвитель. Если оберегать ребенка от боли и потери смыслов, он вырастет инфантильным. С приходом детоцентризма , инфантилизм набрал большие обороты , и в итоге в двадцать первом веке мы имеем сорокалетних подростков. Армия и тюрьма, правда, помогают мужчине стать мужчиной благодаря лишениям и времени на то, чтобы подумать, но неправильно считать , что они выявят качества мужчины. Мужские качества выявляются в семье! Умение управлять, брать ответственность, воспитывать, любить. Мужчина , не желающий создавать семью , есть подросток, он не вырос из пубертатного периода, потому что стремится к развлечениям и семья для него лишь кандалы. Значит, мужчине семья обязательно нужна? удивился я. Не все сразу, улыбнулся отец. П одумай на эту тему, а после мы поговорим. А пока я тебе кое-что покажу. Встань. Встать? Да, просто встань, повторил отец. Я неохотно встал. Садись, вновь произнес он. Я сел. А теперь смотри, как быстро ты встанешь! С казав это , он топнул мне по ноге, отчего я подпрыгнул и начал скакать по комнате. Очень важно испытывать боль! Кто не чувствует боли, тот не живет, уходя, произнес он сквозь смех. Ему явно доставляло удовольствие что-то объяснять мне и подтверждать это яркими примерами. В какой-то момент я даже засмеялся, но нога дала о себе знать. От всего этого я начал испытывать какую-то эйфорию. Ж изнь становилась интересной. Утром, отбросив сомнения, я уверился в том, что нельзя сдаваться , и гордой поступью отправился вершить свою волю. События не заставили себя долго ждать , и перед первым же уроком произошел конфликт. При моем появлении один чудак, явно играя на толпу и стараясь все преподнести в веселой форме, подошел ко мне. Мы тут с пацанами скинулись , произнес он, протягивая пакетик с десятком пакетиков. Я посмотрел ему в глаза, затем немного отклонился чуть вправо и назад и всем весом нанес ему удар в переносицу. Чудак устоял на ногах , но из носа у него потекла кровь. Ты что?! Ты что?! кричал он в шоке , а я смотрел на него, не двигаясь и не выражая никаких эмоций , только дыша глубже. Из толпы ко мне подошел старшеклассник, обхватил меня рукой шею и потащил в сторону. Я упирался и не хотел идти, чувствуя, как меня обдает жаром. Л ицо покраснело. Слышь , упырь , начал он, ты что , места своего не знаешь, а?! Затем мне прилетел удар в живот. От удара перехватило дыхание. После уроков я тебе всю морду разобью! И только попробуй свалить куда-нибудь или кому-нибудь рассказать ! Г олову оторву! сказал он с ненавистью. Сделать я ничего не мог, поскольку удар меня дезориентировал , и на какой-то момент возникло состояние, в котором я просто поплыл по течению. Конфликт сменился уроком сорокаминутным вливанием фактов, о которых я не особо задумывался. Затем вторые сорок минут, за которые уже мало кто докапывался, потому что не хотел получить в морду. За время между первым и вторым уроком новость разлетелась, и я начал замечать, что шутки приобрели более аккуратную форму. Но в обеденный перерыв, когда я зашел в туалет , за мной зашли два человека. После того , как хлопнула дверь, мне нанесли удар по затылку. В голове раздался звон, в глазах все помутнело. Они что-то говорили, но я не понимал. Ты понял меня? произнес один, закончив с речью, которую я так и не услышал. После чего, не дожидаясь моего ответа, два раза ударил в живот. В чем была причина? Чего они хотели? Этого я не знал. Более того, я даже не понял, кто это был, потому что после удара согнулся и видел только ноги. Один был в синих кроссовках с белыми шнурками, второй в серых баретках , оба в джинсах. До конца учебного дня ко мне никто не лез. Но все это время голова раскалывалась от боли, тошнило, и я просто хотел попасть домой. Я понял, что доказывать свою правду не так уж легко совсем не так , как это читалось в книге. Мне уже не хотелось никому ничего доказывать. Но кто, черт возьми, меня спрашивал, хочу я этого или нет? Как только я вышел из школы , меня встретил Федя. Ну , что, начал забавляться он, пройдемте , юный воин! Я не хочу! ответил я. Напомнить тебе, что было утром? спросил он, затем схватил меня за руку, сильно сжав, и силой повел к назначенному месту. Зачем ты это делаешь? спросил я его , пока мы шли. Чтобы не было скучно, спокойно ответил Федя. А весело и не будет, потому что и так понятно , что он меня изобьет! Рот закрой! Тебя не спрашивают, ответил он, сжимая мою руку. Мы подошли к толпе. М ой неприятель показательно разминался. У меня создалось впечатление, что мы в цирке. Вспомнив прецедент в туалете , я окинул взглядом присутствующих, но ни у кого из них похожей обуви не увидел. Это ввергло меня в замешательство, потому что было совершенно не понятно, кто это тогда был. Вы готовы , дети? процитировал Спанч Боба Федя. Да, капитан! хором ответила толпа. Я не слышу! Так точно , капитан! Понеслась!!! закричал Федя, взмахом руки обозначая начало драки. Мой противник, парень тяжелее меня килограммов на двадцать пять и ростом выше на полголовы , ринулся на меня, а я , в свою очередь , на него. В следующую секунду от прямого удара в висок я оказался на земле. Мой взгляд был устремлен вверх. Я видел хмурое небо. Н еспешно летели свинцовые облака. Голова казалась тяжелой, но не от наличия ума. Затем мелькнула нога, раздался звон, и я почувствовал влагу на лице. Неспешно дотронувшись до головы , я увидел на грязной ладони кровь. Затем появилась Соня, она что-то кричала , будто при выключенном звуке. Это было даже забавно: истерика в тишине. Е е глаза стали увлажняться , и из обоих глаз вырвались соленые капли. Моя голова отклонилась в сторону , и я увидел синие кроссовки с белыми шнурками. Этот парень пытался оторвать от меня Соню , но она в истерике закрывала меня своим телом , не давая продолжать избиения. Н аконец, придя в себя, я услышал, что происходило. Не трогайте его! отчаянно кричала Соня. Ушла от него , я сказал! приказывал парень в синих кроссовках. Я люблю его! крикнула она и прижалась ко мне. Я услышал что-то вроде хруста в голове, обнял ее чистой рукой и произнес : Да сейчас я их обоих воткну. Полежу только чуть Затем моргнул и, в полном непонимании того, где нахожусь, видя перед собой Соню и того парня в синих кроссовках, я начал стирать с лица воду , которой она смывала мою кровь. Парень явно был зол. Соня с материнской заботой приводила меня в порядок. До меня не сразу дошло, что я потерял сознание , и какое-то время пытался взглядом найти своего противника , с которым начинал драку. Хотя произошедшее лучше было назвать банальным избиением и актом маразма, вследствие абсолютной нелогичности сопоставления разновесовых противников. Мы находились возле колонки, метрах в двухстах от места драки. Хорош ты его мять! произнес парень. Ч то делать с тобой будем? спросил он, обращаясь ко мне. Что тебе от меня нужно и за что ты ударил меня в туалете? спросил я. Ты его бил?! воскликнула Соня. Да не бил я его так , намекнул, ответил он Соне. Я же тебе сказала не трогать его! Что вообще происходит? Кто это? спросил я у Сони, показывая пальцем на парня в синих кроссовках. Я ее брат, а ты , скотина , ее опорочил! злобно произнес он, после чего пнул пустую пластиковую бутылку , лежавшую неподалеку. Мы оба этого хотели, отстань от него! сказала Соня. Короче , так! не выдержал брат Сони. Т ы ее любишь? спросил он, сверля меня взглядом. Я посмотрел на Соню, она смущенно отвела взгляд, задержав дыхание. Да, люблю! уверенно ответил я, хотя на самом деле сомневался. Ладно. Тогда эм-м можете быть вместе, но только попробуй еще раз это, замялся он, ну , вы поняли! Убью обоих! Сонин брат ушел. Я , чтобы прояснить случившееся , решил уточнить: Значит, теперь мы встречаемся? Ну, протянула она, ты мне не предлагал встречаться. Теперь предлагаю, улыбаясь, произнес я. Я подумаю, ответила она. Соня решила меня проводить. Мы взялись за руки. Голова раскалывалась, лицо горело, меня жутко тошнило и постоянно клонило в сон. Где-то внутри я был даже рад, что все уже случилось , но никак не мог вспомнить, что произошло после того, как я оказался на земле. Соня? позвал я. Что, Саш? откликнулась она. Как я выгляжу? Она улыбнулась. Ужасно! Соня Ч то? Что было, когда я потерял сознание? спросил я, глядя на нее. Ну-у , начала она, я шла с Яном, это мой брат, он ругался на нас за случившееся. Затем мы увидели, как Федя тебя куда-то ведет. Внутри что-то екнуло. Я побежала , брат за мной. Когда я увидела , что ты лежишь , что-то внутри оборвалось , и я накинулась на парня, с которым ты дрался. Он меня оттолкнул. Затем с разгону пнул тебя по голове. Федя начал его оттаскивать. Я подбежала к тебе, чтобы тебя больше не били. Ян пытался меня оттащить. Затем тот парень вырвался, оттолкнул Яна и хотел тебя по голове пнуть еще раз , но Федя его вырубил. Ян не понял, что произошло, и подумал, что это Федя на него накинулся , и начал драться с Федей. Ну, ничего себе! удивился я. Да, продолжила она, я вмешалась и объяснила, что это не Федя его оттолкнул. Драка прекратилась. Ты лежал без сознания. Ну , потом я уговорила Яна отнести тебя к колонке. Ого! Надо же было такое пропустить! почти позабыв о боли, произнес я. Для меня такой поворот событий был крайне неожиданным. Я не думал, что Федя вступится, ведь я всегда считал его беспринципным клоуном. Несмотря на то, что он придумал «лестницу позора », он имел определенные рамки. Мое отношение к нему начало меняться. А вот Ян меня не удивил, поскольку раньше я его не знал и у меня не было какого-то мнения о нем. Вспомнив об уроках, Соня поцеловала меня и убежала на учебу. Я зашел домой , глянул в зеркало. Н ос был сломан, бровь рассечена, пол-лица распухло, одежда испачкана кровью и грязью. Мысленно я уже представлял мамину истерику. Организм требовал восстановления, и от навалившейся усталости я отключился. Мне снился сон , и в этом сне я видел девушку. Белые волосы до плеч, искрящиеся карие глаза и заражающая теплом улыбка. Мы с ней говорили о чем-то, и со стороны казалось , что мы были счастливы. Я прикоснулся к ней рукой, и в тот же миг все исчезло, послышалась родительская ругань. Мать с отцом уже увидели , что со мной произошло. Голова болела невыносимо. Желая промочить пересохшее горло, я отправился на кухню прямиком на суд, где родители выступали в роли обвинителей , защитников и палачей. Ну , и как ты это объяснишь , а ? накинулась на меня мать. Упал, ответил я. Ты что , издеваешься?! Люди так не падают! Я несколько раз падал, еле сдерживая улыбку, произнес я. А что? Я тоже в детстве падал, поддержал меня отец. Ты его поддерживаешь? удивилась мать. Ты что , не видишь, что у нас бандит растет?! Услышав это, отец расхохотался. Мне тоже стало весело. И только мама была напугана. Давай рассказывай , что было! Кто тебя так? продолжила она. Асфальт меня так , я же говорю, не отступался я. Ш ел солнечным днем со школы и как давай падать! Вставать и падать... Земное притяжение вдруг стало очень сильным. Услышав это, мать разозлилась и на нервах дала мне пощечину. П осле этого отец выгнал ее из кухни. Она какое-то время ругалась возле двери, а потом ушла, видимо , от бессилия. В семье у нас был патриархат, так что, так или иначе , все важные решения принимал отец , мать к этому привыкла и не спорила. Все нормально? спросил меня отец. Да, нормально, подтвердил я. Голова болит? Болит. Тошнит? Тошнит. Завтра утром позвоню твоему классному руководителю, скажу, что ты заболел. Отдохнешь недельку. В себя придешь. Круто! ответил я. Гулять тоже не будешь. Будешь сидеть и думать над своим поведением, сказал отец, подмигнув мне. Мы оба понимали, что наказание условное, поскольку родители возвращались к вечеру, и у меня было достаточно времени, чтобы при желании погулять. Пап? произнес я. Что? В книге, что ты мне дал, драки описаны легко, но в жизни это не так. Неужели автор этого не учел? Сколько лет было герою книги? Ну-у Я начал считать в уме. Ему было много лет. Не трудись. И за это количество лет он получил какое образование? Вроде бы психолог , психиатр, что-то вроде того. Психотерапевт, поправил отец. Это медицинская специальность. В ыходит , герой знал , куда бить? Ведь так? Ну , да, ответил я. Вот смотри, произнес он и двумя пальцами сжал мою трапециевидную мышцу. От боли у меня потекли слезы, тело начало изгибаться, ноги подкосились. В итоге я вскрикнул. Больно? поинтересовался отец. Очень! Это прием из мануальной терапии. Ты испытал мышечную боль. Синяков нет, сил много не надо, а боль чудовищная, если знать, куда нажимать. Ого ! радостно ответил я. Значение имеет не размер, а мастерство. Это применимо ко многим вещам, будь то драка, соревнования или тот же секс. Ну, ты понял, о чем я. Тогда почему все гонятся за размерами? не понимая, спросил я. Размеры частично компенсируют отсутствие мастерства. Да и это все маркетинг. У людей стремятся вызвать комплекс, чтобы глупое стадо скорее потратило свои средства. И это прекрасно! Пока глупость стремится к удовлетворению, умные люди на этом наживаются. Тот, кто не может думать головой, должен работать физически. Маркетинг вводит все в крайность и говорит: ты должен быть очень умным вот тебе куча бесполезных и бессвязных фактов, которые не пригодятся в жизни ! Ты должен быть очень сильным вот тебе стероиды ! Ты должен иметь такие-то гениталии вот тебе пластические операции ! Ты слишком толстая вот тебе методы похудания ! У людей вызывают стремление к несуществующей красоте, потому что любую модель накрашивают перед фотосессией и в реальности людей с обложки не существует. Мир манекенов, к которому стремятся люди ! Г лупому человеку всегда будет чего-то не хватать , потому что предел находится за гранью его понимания. И глупое стадо будет идти до тех пор, пока не станет поздно. И как быть? озадаченно спросил я. Как быть среди стада и не потеряться среди него ? Да. Человек это субъект, а субъект объективным быть не может априори. Человек всегда будет впадать в крайность и верить, что остальные заблуждаются, а он, черт возьми, прав! А буддизм? Я недавно смотрел видео по Discovery , и там рассказывали об отрешении. Не об отрешении, а о смирении. И , прежде чем говорить о буддизме, нужно вспомнить, где его корни. П оявился он в Индии, а, как всем нам известно, Индия это страна с низким ВВП на душу населения. К ак тогда, так и сейчас. А что главное провозглашает буддизм? Высший смысл человеческого существования достижение освобождения от жажды чувственного опыта и экоцентрированной деятельности. Затем четыре истины: жизнь есть страдание; страдание происходит от желаний; прекращение страданий возможно через уничтожение желаний; путь к уничтожению желаний лежит через реализацию ряда условий и норм поведения. Затем восемь правил. Людям все расписали. И было очень значимо, когда от всего отказался человек богатый. Людей снова ввели в крайность и сделали это по вполне понятным причинам. Это видно из главного постулата буддизма смирение. Стадо должно быть послушным! И люди съели это, потому что это крайность, а людям свойственно впадать в крайности. Толпа была смиренна без Бога и черта. Люди поверили в идею. Среда обитания, в которой жили люди, была убедительной, говоря о том, что человек рожден для страданий, ведь кругом были боль и голод. И до сих пор многие посчитают буддизм единственно истинным из-за того , что они видят , как их желания не удовлетворяются, а раз не удовлетворяются это вводит в апатию. Человек страдает от апатии , затем находит в буддистской крайности истину и начинает верить ей. А бсурдно то, что этот буддист порой смеется громче, чем гогочет лошадь. Н о он пришел в эту жизнь страдать , и он смиряется , непонятно, каким образом. И даже если человеку начать объяснять, он откажется верить фактам и пойдет путем сначала отрицания, затем в силу вступит гнев, гнев сменится торгом, и в итоге наступит депрессия. Он снова убедится , что все плохо. Получится замкнутый круг , убеждающий его в том, что буддизм единственно верный путь. Хм, озадаченно произнес я. П очему все так сложно? Прежде , чем касаться этого вопроса, отвечал отец, подумай, какой смысл представляет собой семья? Есть ли вообще в ней необходимость? Вот как подумаешь, так и поговорим. Хорошо. Я подумаю, ответил я. Отец ушел к матери, а я сидел пил чай и думал над сказанным. Мне было не понятно, почему люди впадают в крайности? Почему не ищут ответы? Откуда все это знает отец? В результате оказалось , что чем дальше в лес, тем больше дров. ГЛАВА IV В ечером в раздумьях я слушал dom !No. С его песнями я познакомился после того , как отец вручил мне книгу. Песни были грязными, но в этой грязи я обнаружил прекрасные цветы с золотыми корнями. Их не все видели, но те , кто видел, уже не могли забыть. Мысли нарушила песня «Я забыл, как тебя смешить». Когда она заиграла, мне вспомнилась Соня. В памяти я восстановил момент, когда она бросилась ко мне и закрыла меня своим телом. Для меня это событие стало иметь ценность, ведь я впервые увидел, на что она готова ради меня. И действительно , без нее это была бы просто осень, одна из четырнадцати прожитых. Мне захотелось узнать, что она решила про нас. Набрав, я услышал три гудка, а после ее «да?». Привет, Сонь. Как оно? начал я. Да ничего, нормально. Ты как? Мы играли избитыми фразами. Нормально , ответил я, после чего повисла пауза. Ты еще не решила? затаив дыхание , спросил я. Саш, давай не сейчас, ответила она. Фоном я услышал чей-то смех. Ну, а Потом поговорим, перебила она меня, после чего отсоединилась. Что случилось? Что за смех? В опросы всплыли , как раздутые трупы в пруду. Д олго отвлекать мое внимание я им не позволил. К тому же город встретил ночь. Я лег спать. А когда проснулся, понял, что у меня нет чувств к С оне. Мне была недоступна природа подобного озарения, но этот инсайт заставил меня думать над выходом из ситуации. И чем дольше я думал, тем больше запутывался в своих чувствах. Вечером я подошел к отцу в надежде разрешить сложившуюся ситуацию. Это, наверное, глупо бегать и спрашивать такие банальности. Но кто , как не отец должен рассказывать сыну об устройстве жизни? В современном мире с детьми не разговаривают, потому что на это якобы нет времени. Да и абсолютное большинство не способно ничего рассказать по причине острого невежества. Что делают животные, когда их потребности удовлетворены? Тот же кот: поел поспал. Эволюцией обусловлено стремление к экономии. Вот большинство людей и экономит , сидя на диване и ничего особенного не делая , а если что-то и делает, то это побег от мысли. Скучную жизнь нужно заполнить тонной сериалов или книг в месяц, а можно с утра до ночи играть или торчать вечером в подъезде , накуриваться ведь шутить, чтобы было смешно, мы не умеем. И лучшее для такого общества это двенадцатичасовой рабочий день, чтобы человек вынужденно не деградировал до менее интеллектуальных приматов. К счастью , Homo sapiens имеет достаточно длинный период детства и потому лет до двадцати двух активно изучает мир , и это даже стимулируется деятельностью мозга. Но если человек не научится и не справится с жизнью до двадцати двух, то одумается и поймет, что жизнь просрана, только когда наступит кризис среднего возраста. К тому времени прибавится десяток лет и возможные якоря в виде семьи, отсутствия образования, невежества и прочих сдерживающих факторов, что будут тормозить напуганную собственной жизнью голову. Пап, я предложил девочке встречаться, она сказала, что подумает, а я теперь сомневаюсь, начал я. В чем ты не уверен ? спокойно спросил отец. У меня нет к ней чувств, и я не уверен в том, что правильно поступаю. Вот как? озадаченно произнес отец. А что ты от меня хочешь? Я не смогу повернуть время вспять. Посоветуй , как быть. Прозвучит странно, но я буду плохим отцом, если посоветую. Ты должен научиться справляться самостоятельно. Что будет, когда меня не будет рядом? Но ты же пока здесь! не отступался я. Если ты не научишься сейчас, то не научишься уже никогда. Ни один человек не станет решать твои собственные проблемы. Не хочешь проблем не создавай их. Возможно, ты обидишься, но не жди от меня другого совета , кроме этого: думай сам. На этом наш разговор закончился. Я не понимал : неужели ему сложно мне посоветовать ? Что плохого-то ? Почему, когда так нужен его совет, он оставляет меня? В раздумьях я подошел к окну, устремил взгляд в небо и увидел стаю птиц. Они синхронно улетали, собравшись в косяк. Почему они летят вместе? Что их связывает? Может , жизнь человека подобна перелету птицы, где нам нельзя быть одинокими и в определенное время мы должны собраться в стаю ? Размышляя об этом, я начал искать в интернете сведения о том , что станет с птицей, если она останется или попробует улететь одна. К моему удивлению, я обнаружил, что есть птицы, которые улетают одни , а есть те, которые улетают стаями. Это было так похоже на людей. Есть люди , не мыслящие себя без семьи, а есть те, кто не может быть с кем-то. Стаей летят, потому что так легче. Те, кто остается , по каким-то причинам, как правило, погибают. Одиночки же это крупные, хищные птицы. Так , может , люди сбиваются в семьи, потому что слишком слабы, чтобы выжить в одиночку ? Время шло, синяки на лице уже были почти не видны. Настал момент, когда я должен был вернуться в школу. Там меня ждало удивление: никто больше не подходил ко мне с пакетиками. В се будто забыли про меня. Иногда, конечно, проскакивало у кого-то, но ничего существенного не происходило. Однако это было не самым поразительным за день. Идя по школе, я слышал обрывки разговоров о том , что Соня с кем-то. Я сперва решил , что речь о какой-то другой Соне и ничего в этом нет. Но, чтобы наконец-то все прояснить , решил дождаться ее смены возле школы. Через полчаса на горизонте показался все тот же знакомый с детства силуэт. Соня задумчиво шла, глядя себе под ноги. Я поспешил к ней. Привет, сказал я, обнимая ее. Она не обняла меня в ответ, а просто остановилась, поприветствовала и пошла дальше. Я пустился следом за ней. Что-то случилось, Сонь? не понимая причин происходящего , спросил я. Да ничего не случилось, что ты пристал ко мне?! нервно ответила она. Ты изменилась за это время, продолжил я. Ты подумала насчет нас? Саш, остановившись, произнесла она, давай останемся друзьями. Хорошо? Просто друзьями. Мы птицы разного полета, и я не собираюсь с тобой сидеть в песочнице и ждать, когда ты повзрослеешь, чтобы ты был готов к отношениям. Что? совсем ничего не понимая, спросил я. Ты как заноза в заднице ! Ну , что ты пристал ко мне? Включи мозги: ты слишком маленький для меня! В общем, все, пока, и не подходи ко мне больше. Она пошла дальше, а ничего не смог сказать в ответ. Просто смотрел ей вслед. Она уходила , и, казалось, с каждым ее шагом , как по эффекту домино , рушится моя жизнь. Р азочарование сменилось комом в горле, когда я увидел, как ей навстречу вышел Федя, они поцеловались и пошли за руку. Я поник. Затем взыграла злость: я достал телефон и написал сообщение: «шлюха!». Они остановились. Соня обернулась. Я показал средний палец и пошел домой. Дома, наворачивая круги на нервной почве, я торговался сам с собой: простить или ненавидеть, отпустить или начать мстить? Не выдержав сидения дома, я отправился в магазин. Всю дорогу я обкладывал Соню неприличными словосочетаниями. По улице вместе со мной в ногу шел вечер. Эй! окликнула меня девушка. Я повернулся. И ди сюда! Недалеко от магазина меня перехватили две девушки, старшеклассницы. Средней внешности, ничего особенного, обе брюнетки. Они пользовались довольно неоднозначной репутацией. Делать мне было нечего, я решил подойти. Они сидели на закрытой летней веранде. Куда спешишь? спросила одна из них. В магазин, коротко ответил я. Посиди с нами, попросила вторая. Я осмотрелся и согласился. Я Лена, это моя подруга Даша, сказала первая девушка. А тебя как зовут? Саня, ответил я. Употребляешь, Саш? спросила Даша, показывая пальцем на пиво. Нет. А хочешь попробовать? спросила Лена. Я подумал : в фильмах герои часто напиваются, когда им плохо, поэтому и решил согласиться в надежде, что мне станет лучше. Давай! ответил я. Мне налили. Таким образом продолжилось наше знакомство. Затем постепенно разговор дошел до моей грустной истории. Под алкоголем становилось легче, тело было раскрепощенным , и , как обычно, отношения стали доверительными благодаря выбросу окситоцина. П оявился небольшой пробел в памяти, а когда он прошел, я понял, что целуюсь с Дашей и трогаю ее грудь. Потом Лена вручила мне следующий стакан, и в памяти появился второй пробел. В пустоте и вечной темноте меня пробирал холод. Пьяное сознание вернулось, и я понял, что лежу один на летней веранде , на неудобной лавке. Вечер уже ушел , его сменила ночь. В недоумении , трясясь от холода, я побрел домой, скрестив на груди руки. Во рту и на губах был мерзостный привкус. В мыслях было не столько то , чего я не помню, а то , как бы родители не заметили, что я напрочь пьяный. Хотя на мне, как на чистом листе, черным по белому было написано: нажранный. Подходя к дому, я увидел, что в окнах горит свет. Вероятно , от пьяного испуга, заходя в подъезд, я попрощался с жизнью. Зачем? Потом поездка в лифте, от которой все из желудка пошло обратно. Я заблевал весь пол и собственные ноги. Е ле дотащив тело до двери, я буквально ввалился в квартиру. Мать и отец все увидели. Затем откуда-то взялся ледяной душ. О тец напоил меня соленой водой , и я изблевался на рефлексах. М не казалось, я оставлю кишки в унитазе. Все сменилось лимонным соком , постелью , тьмой Утром меня накрыла головная боль. Б ыло до бешенства плохо. Рядом с кроватью на табуретке стоял стакан воды и лежала какая-то белая таблетка. Я принял ее. В голове начали урывками мерцать воспоминания прошлого дня. То поцелуи в губы, то в грудь, затем мой рот прошелся у них обеих между ног. Меня стошнило на пол. Пришлось все убирать. Пока я вытирал пол, вспомнил, как пытался танцевать стриптиз на столе по их заказу. О ни меня снимали на видео , и в один из неудачных моментов я оступился. Затем в памяти всплыл секс. Я вспомнил , что положил нижнее белье одной из них в карман , на память о том дне. Подбежал к кофте и из кармана вытащил стринги. Развернул, осмотрел, понюхал. Пахли они довольно-таки приятно. Я спрятал их от родителей в собственном чистом белье , полагая , что там не найдут. Вспомнил, что нужно в школу, побежал на кухню попить воды и увидел записку: «Сиди дома, я созвонился с кл. руководителем, сказал, что ты отравился ». Был уже одиннадцатый час. Делать было нечего, поэтому я ушел валяться на кровати и приходить в себя. Неумело придумывал оправдание прошлому вечеру, ведь утверждать, что я не пил , было бы глупо. Параллельно я злился на Соню. Мысли были короткими, урывистыми , и во что-то единое не укладывались. Вечером пришли родители. Из комнаты я не решался выходить и думал: лучше пусть они сами ко мне зайдут. Через полчаса в комнату зашел отец. Есть что сказать? спросил он , садясь рядом со мной на кровать. За время, отведенное на размышления , я не смог ничего придумать. Злость и головная боль не дали возможности сочинить что-то вразумительное. Я больше так не буду? прищурив глаза, спросил я. Плохо было? продолжил он. Да. О чень плохо. Я все понял, говорил я, надеясь избежать наказания. Почему ты напился? Девочка, которой я предложил встречаться, начала встречаться с другим , опустив глаза , нехотя произнес я. И тебе вдруг захотелось напиться? Ну , почти. Обстоятельства так сложились. Ты сам решил ? Т ебе никто не помогал? уточнил отец, сверля меня взглядом. Блин, ну, со злости напился ! И что, решилась твоя ситуация? Стала та девушка тебе от этого ближе? Нет, поникнув , ответил я. Я ведь тебе уже объяснял, что злость почти всегда вредит тому, кто злится. Последствия могут проявиться не сразу, но , так или иначе, вреда больше , чем пользы. Ты вообще знаешь, как алкоголь действует на организм? Человек пьянеет, начинает шататься, говорит смешно, все становится просто и легко, находится общий язык, вспоминая эффекты прошлого вечера, ответил я. Это перцептивный и апперцептивный уровни, ответил отец. З атем , посмотрел на меня и убедившись , что я не понимаю, о чем он говорит , пояснил: У человека меняется восприятие. Все становится проще, потому что человек возвращается к примитивному состоянию. П роще говоря, временно тупеет. На примитивном уровне главное, чтобы были удовлетворены витальные потребности: безопасность, еда, сон. Т е потребности, без удовлетворения которых человек умрет. Человек без сна умрет? удивился я. Если человек не будет спать, он начнет видеть сны наяву и в результате либо этим себе навредит, потому что сны не будут добрыми, либо уснет в опасный момент или в опасном месте. Современный человек без сна может сойти с ума. Но есть же люди, которые долго не спят , и ничего им не делается... Человек может спать, даже когда двигается. Любая медитативная деятельность таким людям заменяет сон. И хорош , не уходи от темы! Ладно , ответил я. Так вот , человек чувствует себя легко просто потому , что его базовые потребности удовлетворены. То есть , то, что ему нужно для жизни. Все остальное становится незначительным, потому что это не главное для человека с примитивным восприятием. А разве это плохо, раз человек понимает, что на самом деле важно? Он находится в примитивном состоянии. О н не понимает. А то, что люди называют выбросом эмоций или расслаблением, не более чем самообман. Организм получает огромный стресс и начинает спасаться , там уже не до вторичных или третичных потребностей. Стресс? удивился я. Алкоголь содержит спирт, спирт это растворитель. Человек прогоняет растворитель по своему телу. Поскольку тело внутри органическое , это наносит вред организму. Как-то так. Но говорят же, что алкоголь полезен в малых количествах! недоумевал я. В крови человека есть вот такие штуки, отец соединил большой и указательный пальцы, образуя круг, они называются эритроциты , и по размеру они многократно меньше. Их задача транспортировка питательных веществ, кислорода и т.д., без них организм погибнет. Они имеют оболочку , которая не дает им слипаться гроздьями , чтобы не застревать в пути. Алкоголь разъедает эту оболочку, и эритроциты слипаются. В мозгу очень узкие каналы: достаточно слипнуться двум и они застрянут. Из-за этого клетка мозга она называется нейрон погибает. Таким образом, человек постепенно лишается мозгов и спускает их в унитаз. Но для остальных органов грамм сто безвредно. Ого, испуганно произнес я. Значит, я сегодня спустил в унитаз мозги? Мертвые клетки мозга. Если их не спустить в унитаз, они начнут гнить в голове. Затем образуется опухоль с нагноением , и через время человек умрет, с улыбкой произнес отец. Т ак что лучше в унитаз, чем держать в себе. Человек не смог бы существовать, если бы не освобождался от мертвых тканей. Но, стараясь не отступать , продолжал я, почему я все так же соображаю? Мозг человека состоит из огромного количества нейронов. Р ечь идет о восьмидесяти пяти миллиардах. Ты вчера потерял сотни тысяч. Это не так существенно , и поэтому мозг способен работать дальше без особой разницы. Тогда почему это плохо? Представь, что ты едешь на Ferrari. Прекрасно, правда? Да, ответил я. Существует такая вещь, как амортизация, износ механизма. Со временем твоя машина не сможет так же быстро ездить, а после и вовсе сломается. То же самое происходит и с человеком. Организм обновляется, но алкоголь быстро разрушает его , и в итоге, как какая-то деталь у машины, у человека отказывает какой-то орган. Повышается нагрузка на другие детали, и в результате износ усиливается. Человек ценен своим умом; так вот , этот ум становится значительно хуже, потому что области мозга задействуются значительно слабее, ведь нейронных связей меньше. В результате человек скатывается к примитивному мышлению и даже не знает, что он глупый. К огда же разрушены более 9 0% связей, у человека могут начать трястись руки и так далее. Говорить о нормальной жизни уже не приходится. Х орошо, если сможет в туалет самостоятельно ходить. Что-то я не хочу больше пить, впечатлившись , произнес я. Н икогда! Т акое же действие у табака , бензина и большинства наркотиков. Короче , у всего, что создает гипоксию нейронам. Гипоксию? не понял я. Да. Это кислородное голодание. Опьянение и есть гипоксия, ответил отец. Х очешь , покажу на примере ? А это не больно? Ну , как сказать. Нет. Скорее , страшно, задумчиво произнес он. З ато ты навсегда запомнишь и поймешь, о чем я тебе говорю. Ну , ладно , ответил я уже с интересом. Мы зашли в ванную, отец взял глубокий таз и набрал его до краев. Потрогал локтем воду и обратился ко мне: Потрогай воду, нормальная ? Я с интересом подошел, потрогал. В ода была теплой. Знаешь, как организм ведет себя, когда ты пьешь растворитель? Нет, ответил я. Ну, как-то так, сказал он, а затем схватил меня одной рукой за шею, другой прижал мои руки к телу, чтобы я не упирался, и окунул в воду. Я от страха начал вырываться. Паника была жуткой ! Казалось, прошла целая вечность. О тец вытащил меня из таза и начал вытирать полотенцем. Я дрожал, кашлял и глубоко дышал. Вот это ты вчера сделал со своим организмом. Т олько это был не таз , и ты не остановился. Так что думай! сказал он. Затем отец поцеловал меня в лоб и ушел. Я остался на некоторое время в ванной. Сказать, что на меня подействовало, значит, ничего не сказать. Впечатление было ярким. Мне стало стыдно перед самим собой. ГЛАВА V Жизнь становилась скучной. В голове , как рыбы в океане , плавали вопросы, но желания получать ответы уже не было. Я свалился в яму рутины каждодневные дела, будничные походы в школу, периодичные разговоры с отцом и выходное ничегонеделанье. Что мне нес следующий день? Ответ был очевидным: то же самое. Если будни, то школа ; если выходные, то компьютер и телевизор. Друзей , как таковых , у меня не было. Т олько приятели. М оя интроверсия делала свою работу и губила меня самого. Я копался в себе без лопаты и , кажется, нарыл такую яму, что падать в нее можно было бесконечно. Утешало то, что я мог общаться «Вконтакте», там меня понимали, и я понимал, но эта социальная сеть ни к чему не вела. Так или иначе, приходило осознание , что не хватает обычных встреч. Казалось бы , зачем они нужны , ведь , так или иначе , общение происходит , но только оно больше смахивало на психическое расстройство, где ты вроде и не один, но и ни с кем. Социальная сеть сравнима с едой без запаха и с пластмассовым вкусом: вроде бы и наедаешься, но в еде не хватает жизни. И ешь настолько долго, что уже и не помнишь, что когда -то было иначе. Хмуро жрешь, просто чтобы не сдохнуть. З аходишь в интернет, просто чтобы не сойти с ума. Что, черт возьми, делать с миром, когда понимаешь, как отвратительно он устроен, но ничего не можешь с этим поделать? Отец меня вырвал просвещенными руками, но я замерзал один. Неужели он меня отрезвлял для того, чтобы я подыхал от одиночества? На эти вопросы отец отвечал: «Эту войну ты должен выиграть сам ». Но я уже бегал по полю с белым флагом, ища невидимого врага. Я сдался, да! Я не такой сильный! И мне до слез было обидно то, что если я не найду ответы, это продлится долгие годы. А я не готов Пришла зима, улицу завалило снегом. М ороз ходил с палкой и бил людей по уязвимым местам. Соню я простил, но общаться мы так и не начали. Лену и Дашу с тех пор я видел лишь несколько раз , и то издалека. Ничего интересного не происходило. Жизнь превратилась в заезженную пластинку... Затем промелькнули еще два года. Я стал выше, сильнее, умнее, у меня сломался голос , но счастливее я не стал. Пытаясь найти смыслы, я начал изучать , о чем жалеют люди в разные периоды жизни. Но сожаления сами себе противоречили. В тридцать жалеют, что не открыли собственное дело, а в шестьдесят что не ценили то главное , что уже имели. В молодости стремятся нагуляться, а в старости скулят о том, что не нашли любви. И чем дальше за тридцать , тем проще становятся желания. До тридцати же сплошные крысиные бега. Я устал смотреть на одноклассников , изображающих из себя нечто ценное. Пафос, глупость и пустые мечты. Они одинаково наивны, хотя совсем уже взрослые дети. На каждого из них можно было повесить бирку с будущим, но на себя я вешать не решался. Я просто не знал, куда иду. Так или иначе, каждый подходит к вопросу: почему все так, а не по-другому ? Мудрецы дают какие-то ответы, но будь хотя бы один из них верным , люди бы вновь и вновь не мутили эту воду. Живешь и не понимаешь, зачем это делаешь. И сколько ни отвечай, рано или поздно вновь возвращаешься к этому вопросу. Отец говорил: «Т о, что своим отсутствием вводит тебя в депрессию , и есть твой личный смысл жизни ». Ввело меня в депрессию знание, но, сколько знаний ни получай , нужна какая-то осмысленность. Нужно иметь причину. У меня ее не было. Это бесконечная цель, похожая на попытку наполнить решето: пока напор сильный, оно набирается, жизнь становится интересной, но как только перестаешь наполнять и начинаешь размышлять над полученными знаниями, все теряется и ты вновь остаешься ни с чем. Май. Весна ходила в зеленом. Зимой мне исполнилось семнадцать. Позади осталась ГИА сдал чуть выше среднего. И снова серая скука. Отец все это видел и старался помочь, но, кажется, он и сам не знал, как это сделать. Меня начали водить к психологам, попадались не очень умные и после бесед со мной они уходили в отпуск. Я часто болел. Мать разводила руками и ругала отца, а он говорил, что все скоро наладится ; но , если честно, я не видел конца этому «скоро». Затем опять встреча с психотерапевтом и антидепрессанты. Еще я начал носить очки с желтыми стеклами, чтобы мир выглядел теплее. Так жизнь текла, я мучился и все больше задавался вопросом: смогу ли я совершить хороший поступок для людей, которые этого не стоят? Нет вещей вечных , и все когда-нибудь заканчивается. Жизнь идет , и с каждой секундой, даже если ничего не делать, события становятся ближе. Как бы далеко человек ни был удален от счастья, это не значит, что оно однажды не наступит. Просто нужно подождать и быть уверенным в своем ожидании. Так случилось и со мной. Пришло мое время ГЛАВА VI За свою непродолжительную жизнь я понял: если человек читает, это не значит, что он умный, у него просто словарный запас шире. Поэтому я старался обходить тех, кто много читает, в пользу тех, кто много думает. Так или иначе, люди читают записанные в книгах мысли тех, кто думает. Так я отсеял промежуточное звено. В результате оказалось , что тех, кто думает , еще меньше , чем тех, кто читает. И встречались совсем уже единичные случаи, когда те, кто читает , еще и думали над прочитанным. Такой отбор позволил мне снизить уровень депрессии, потому что не приходилось терпеть пустые беседы вроде этой: М ы же не знаем наверняка , может , нам врут и земля стоит на трех слонах! заявил один гений на перемене. Так ты в космос слетай и посмотри издалека, ответил я. П роверишь, нам расскажешь. Точно! воскликнул он. Я буду космонавтом! Педали любишь крутить? спросил я. Нет. А что, надо? удивился он. Конечно , надо, а как иначе ракета взлетит?! Ну, я не знаю... И так постоянно: то масоны, то инопланетяне, то какие-то знаки. Вот интересно, это только у меня были такие глупые одноклассники или везде так? Однажды вечером нас собрали в актовом зале. Собравшиеся хихикали над названием зала, а я думал : «Вот тупые !». Начался творческий вечер. Дети несли какую-то ерунду , кто-то изображал любовь, взрослые хлопали этому, а я сидел в позе «боже , какой стыд !». В какой-то момент настала тишина, затем зазвучала музыка Рахманинова, концерт 2 , первая часть. Я выглянул из-за руки, которой прикрывался от печального зрелища. Солировало фортепиано: аккордам в верхнем и среднем регистрах отвечал низкий звук фа контроктавы в нарастающей динамике. Затем звучала главная тема, маршеобразная по характеру, но смягчённая фортепианными фигурациями и изложением у струнных и кларнетов. Побочная тема в параллельной тональности ми-бемоль мажор была наполнена спокойствием и лиризмом. Все это было упоением для слуха, измученного предшествующими выступлениями. Под эту музыку танцевала девушка. М ягкость ее движений умело сочеталась с гибкостью. В ее выступлении не было ни капли фальши или пошлости, оно было настоящим чудом. Ради этого стоило прийти на вечер и дождаться той самой непорочной чистоты, которая заставляет расти над зверем в самом себе. Кто это? спросил я у одноклассника по окончании выступления. Я не знаю, ответил он. В роде бы она из вечерней смены. На сцене уже мелькало что-то другое, а у меня в голове была она. Хрупкая девушка с длинными русыми волосами , собранными в аккуратный хвостик , с золотым сечением лица , выразительными бровями, уходящими в легкие изгибы , и алыми губами с приподнятыми уголками. Цвет ее глаз я не увидел и про себя гадал, какие же они. Она была спасением для человека с ослабленным духом. По окончании творческого вечера я искал ее на выходе; мне неудержимо хотелось с ней познакомиться, выразить свое восхищение и просто проводить до дома. Люди текли рекой из дверей, я перебирал лица, но ни одной девушки , хоть немного похожей на нее, не было. Когда поток прекратился, я вернулся внутрь здания, пробежался до сцены под гневные возгласы уборщицы, но девушку так и не нашел. Домой я добрался с противоречивыми чувствами. С одной стороны , мне было неприятно от мысли, что мы , возможно , больше не увидимся, но , с другой стороны , я был счастлив от того , что она просто есть. Мысли крутились в эйфории, и я вспомнил, как говорил себе, что я больше , чем смех толпы, что не зря живу, вопреки глупым разговорам. В этой девушке заключалась моя свобода от клетки, которую я сам себе построил. Маска серьезности была снята. З а ней прятался испуганный человек , и этот трус влюбился, как обычный смертный. Будто цепной зверь , я был опьянен свободой, и не нужно было ни спать, ни есть! Да и зачем? Зверь сыт просторами ! Родители сразу же заметили перемены. Мое хмурое лицо стало улыбчивым, ведь где-то в моих мечтах все было хорошо. И отец сказал: Наконец-то это случилось! А то я уже совсем отчаялся. Что случилось? спросил я, посмотрев на него. Любовь , сынок, любовь. О н похлопал меня по плечу и покинул кухню. Разговор на эту тему он заводить не стал , понимая, что мысли мои заняты грезами. Ночью мне снился сон. Я сидел в московском аэропорту, тыкал пальцем в экран телефона, набирая сообщение. Затем раздался звонок, и я помчался прочь из аэропорта. Когда выбежал, начал глазами искать кого-то. Немного прошелся , продолжая поиск. На улице было солнечно, дул легкий ветер. Затем из-за колонны снова вышла та девушка , которая мне уже снилась. Она обняла меня , и сон закончился. Когда я проснулся, то вспомнил свой сон. Но никак не мог понять: как меня занесло в Москву ; кто эта девушка и зачем мы встретились? Понимая, что это просто сон и не больше, я отправился в школу. Каждую перемену я пробегал по коридорам и классам в поисках созданного в голове образа , но безуспешно. У меня начали возникать сомнения в том, что я правильно запомнил черты ее лица. Однако это было не единственным моим страхом ; вторым и самым сильным был страх возможного разочарования в ней : вдруг она точно такая же, как и все? В полне возможно, что на сцене был определенный образ, который она стремилась создать по указке хореографа. Учебный день закончился. Девушка не нашлась. Я сидел на лавке возле школы и пытался разглядеть ее в учениках второй смены. Как назло, на горизонте появилась Соня. Проходя мимо, она бросила на меня взгляд и остановилась. Затем подошла ко мне. Привет! сказала она. Здорово , безучастно ответил я. Ждешь кого-то? спросила Соня, увидев, что я бегаю взглядом по ученикам. Жду. Можно с тобой подождать? Нет. Вот и прекрасно. Т огда я сяду слева от тебя, чтобы не мешать обзору. Повисла пауза. Соня рассматривала меня, а я рассматривал толпу. Она подвинулась ближе. Я сделал вид, что не заметил. Затем она положила руку мне на плечо. Я проигнорировал, посчитав, что ей надоест и она уйдет. Красивая сучка , наверное, прошептала она. Я нервно отдернулся. О-о, значит, все-таки девушку ждешь! продолжила Соня. Да не обижайся ты! Мы столько не виделись, я соскучилась, непринужденно сказала она. Отвали от меня! грубо отрезал я и встал с лавки. Она какое-то время молчала. Затем вновь продолжила. А твоя суженая знает об этом? спросила она и пошуршала пакетиком. Я обернулся и окинул ее брезгливым взглядом. Соня звонко рассмеялась. Я молча направился домой , а она крикнула мне вслед: Еще встретимся , любимый! Затем снова раздался звонкий смех. Что ей нужно было от меня, я не понимал. Самоутвердиться ? П оиздеваться ? И ли просто глупое желание быть всем нужной ? Недолго позлившись, я вновь начал думать о девушке с творческого вечера. Для себя я решил : свиньям грязь, орлам небо. Не родился еще ни один орел, который снизошел бы с высоты до купаний в грязи, и еще ни одна свинья не взлетела. Таков расклад , и быть посему. Значит, то, к чему тянет человека , и есть его сущность. Меня не тянуло в ту грязь, в которую тянуло Соню, а ее не тянуло к той высоте, к которой стремился я. Делить нам было нечего , а значит , общение наше было бессмысленным. Пытаться подбрасывать свинью в надежде, что она полетит , нелепо. Вечером я отправился в магазин за продуктами. По дороге я искал полюбившиеся мне черты, но мои поиски вновь терпели неудачу. В магазине, на кассе, мне задали вопрос, от которого мое представление о себе начало рушиться: Пакетик нужен? Мне стало не по себе. В едь вопрос задевал ту часть моей жизни, которая была такой же грязной , как и жизнь Сони. Молодой человек, вам плохо? спросила девушка -кассир. Что? оторопел я. Н ет, все хорошо. И звините. П акет нужен. Передо мной встала проблема трудного выбора. Могу ли я рассчитывать на чистоту, побывав в грязи ? Над этим вопросом я бился всю дорогу до дома, но ответа у меня не было, и я решил спросить совета у отца. Придя домой, я нерешительно об этом заговорил. После того, что со мной было в четырнадцать лет, я могу рассчитывать на чистые чувства? спросил я. Нет, спокойно ответил отец, глядя в книгу. Нет? расстроенно переспросил я. Н о почему? Тогда да, так же спокойно ответил отец. Да в смысле могу? удивился я. Он поднял голову и посмотрел на меня. Ответь на вопрос, почему нет , и на вопрос, почему да, а после сравни их. В итоге ты получишь ответ. А ты не можешь так сказать? Голова тебе для чего? Думай сам! Это твоя жизнь, ответил отец и продолжил чтение. На раздумья я потратил весь вечер. В итоге пришел к выводу, что чистоты в требуемом виде не существует. Еще ребенком каждый неоднократно ходил под себя, пачкался , а большинство людей даже пробовали собственные экскременты. Трудно найти человека, который ребенком не рискнул бы съесть то, что нашел в носу. Зачастую представления людей о чистоте нелепы ! Н е может быть грязью естественная для организма вещь. Чистота может быть выражена в красоте, а красота не терпит пародий. Секс чист, пока в нем есть любовь; кушай горячий суп хоть десертной ложкой , но не пачкайся; испражняйся хоть на голове, лишь бы после акта дефекации никому не было неловко за твое присутствие. К черту самопровозглашенное высшее общество клоунов с манерностью людей XIV века ! Мне важно помнить и не терять для себя истинного понимания того, что чистота есть акт искренности. Следующий день в школе был таким же безуспешным. Девушка будто исчезла. Я все больше терял надежду, и как только совсем отчаялся, я встретил ее возле школы, когда задержался, чтобы помочь преподавателю. Она торопилась в школу, опаздывала, а я понял, что не стоит упускать шанс. К огда она уже была совсем близко, я встал у нее на пути. Она захотела меня обойти, но я каждый раз вставал у нее на пути, не давая пройти. Она остановилась, посмотрела мне в глаза и громко произнесла: Отойди! Нет! ответил я. Отойди , я сказала! нервно произнесла она. Нет! продолжал я. Она ударила меня в грудь. Я стоял и улыбался. Да что тебе от меня надо? возмущенно спросила она. Ну, вот мы и перешли к торгу, сказал я, припомнив пять стадий принятия негативной информации. К ак тебя зовут? И ты меня пропустишь? спросила она. Да, ответил я. Марина, ответила она и побежала, пока я стоял и запоминал имя. Стой! крикнул я. Н-е-е-т!!! Отстань от меня! радостно крикнула она в ответ. Я рассмеялся. Марина нырнула в школу. Я сел на лавку, чтобы дождаться ее на обратном пути. В моих ушах все еще звучал ее милый голос, а ее небесного цвета глаза не выходили у меня из головы. Время ползло, секунда шла за две, а я сидел, дожидался, не покидая лавку. К моему великому разочарованию из школы вышла Соня. Я проклял жизнь, когда она пошла в мою сторону. Любимый! Ты ждешь меня? издевательски начала она. Я промолчал. Напряженный такой. О пять сучку свою ждешь? спросила Соня, затем наигранно стукнула меня по плечу, будто обиделась. Я стерпел. От нервов у меня начался тик задергалась бровь. Соня увидела это и лизнула ее. Я в бешенстве подскочил. Это была последняя капля. Мне хотелось ее ударить, но я подумал, что было бы в этот момент, если бы вышла Марина. Избить Соню я не мог, потому что визгу было бы море , а это автоматически означало печальный финал с Мариной. П оэтому пришлось пойти на риск. Соня задирала меня из-за того, что я был с ней холоден, поэтому я решил радикально измениться. Я медленно подошел, заглянул ей в глаза, убрал с лица каштановые волосы, продел руку сквозь них и медленно притянул ее к себе за шею и талию. О на, подыгрывая, обняла меня в ответ. Я втянул воздух носом , будто улавливая ее флюиды , и поцеловал Соню по-французски. У нее сбилось дыхание, улыбка с лица пропала. Соня смотрела на меня так , будто мир у нее внутри рухнул и причиной тому был я. Мне же хотелось увидеть другое : я ждал пощечины или очередной насмешки, после которой она бы просто ушла. А она стояла и смотрела на меня. Затем, вопреки моим ожиданиям , она точно так же поцеловала меня в ответ. Я растерялся. О-о-о! Этот кобель и здесь успел! услышал я знакомый голос. Ой, Маринка, сучка ты крашеная ! К то бы говорил! Ни одного члена не пропускаешь! ответила Соня. Они рассмеялись. Я стоял в непонимании. Да я не про тебя, мило произнесла Марина. К авалер твой мне проходу утром не давал. Ах, вот ты кого ждал! воскликнула Соня, поворачиваясь ко мне. Лицо ее отражало тень разочарования и печали. Я молча смотрел на Марину, все еще не отпуская Соню. В голове одна мысль грубо насиловала другую. Мне не понравилось то , что сказала Соня про Марину и члены. Ладно , я пойду, улыбнулась Марина, а вы воркуйте , голуби! Я вижу, вам есть что обсудить. Соня что-то говорила мне , заметив мой убитый вид, а я пытался склеить осколки стекла. Мое окно в рай оказалось окном в ад, оклеенным пленкой с нарисованной на ней мечтой. Я не хотел видеть то , что находилось по ту сторону , и всеми силами собирал стекло изрезанными в кровь руками. Затем отрицание сменилось слепым гневом. Отказавшись от логики , я успокоил Соню ласковыми словами и проводил ее до дома , но злость не дала на этом остановиться. Велико было стремление к саморазрушению раз Марина так со мной, значит, и я буду так с ней. Пребывая под воздействием собственных заблуждений, я завел Соню в подъезд ее дома, начал целовать, трогать причинные места , и в итоге наша прогулка закончилась банальным сексом. В момент акта я представлял Марину, и потому не обошлось без некоторой жестокости. Соню это только завело. В итоге мы начали встречаться после секса из моего чувства мести Марине. Я остался на развалинах своего убогого мира. Как в тумане дошел до дома, лег на кровать и впервые за долгие годы пролил из глаз целый океан воды. ГЛАВА VII На следующий день я поймал себя на мысли, что начал оправдывать болото , с которым столкнулся , и, не теряя надежд, бестолково засыпал трясину щебнем в надежде добиться опоры. С ыпал, наступал , и нога увязала. Я виделся с Соней, мы гуляли, я вращался в этом омуте и брезгливо прикасался губами к ее губам. Мне были , в некоторой степени , неприятны лобзания друг друга мертвыми слоями кожи. Я понимал, что боль провоцирует тело, но за этим телом так тяжело болела душа. Я сложил крылья и вынес их на помойку. Мечта перестала быть парящей. И вместо того , чтобы отпустить боль, я с головой прогрузился в болото. Отец заметил это и вечером выходного дня начал разговор, после которого мне стало еще хуже. Пришло время тебе все рассказать, сказал отец, глядя на меня. Я с интересом, почти позабыв о боли, уставился на него. Когда мама заметила, что постоянно пропадают пакеты на кухне , я проследил за тобой. Ты со своей подругой ни о чем не подозревал, поэтому следить было легко. Вы постоянно приходили к одному и тому же дому. После вашего ухода я поговорил с бабушками, которые всегда все знают. Они рассказали, что вы лазаете на чердак. Разумеется, я осмотрел его и в одном из мест обнаружил кучу пакетиков с тряпками, которые пахли бензином. Прикинув , что к чему , я решил поставить миниатюрную камеру , пока ты был в школе , так, чтобы максимально захватить то место, где вы сидите. Ну и, разумеется, после твоего возвращения я сбегал забрать оборудование. Затем просмотрел запись на планшете и позвонил другу, который согласился подыграть мне. Вечером он пришел и якобы продемонстрировал найденное. Звук мы специально включили погромче , чтобы ты сам вышел посмотреть, что случилось. А лицо я прикрывал не от стыда, как тебе могло показаться, а от смеха. Мама же ничего не знала, потому все вышло очень даже натурально. Мое лицо окаменело. Я не знал , что сказать, а отец продолжал рассказывать. И чем дальше, тем было хуже. Это бы все ничего, говорил он, ну , увидели бы мы, ну , отругали бы тебя, а что дальше? Что бы изменилось? Ничего! Прошло бы время, и ты бы снова начал нюхать бензин. Я это понимал и потому раскидал запись с анонимной страницы по аккаунтам подростков нашего города. В результате ты получил осуждение толпы и событийный урок, который запомнился тебе на всю жизнь. Разве ты нюхал после? Уверен, что нет! Ты, наверное, думаешь: это жестоко, а как же моя психика?! И правда, жестоко. Н о с психикой твоей ничего бы не случилось. Люди войну проходили , семью свою , не достигнув шестнадцати, хоронили и жили дальше. Советский союз не распался, пережив такое, а тут бедный ребенок прямо с ума бы сошел В се ерунда! Это просто раздутый бред! Общество без боли растит инфантилов. Чем нежнее обращаются с ребенком , тем нежнее его психика. Да ты совсем больной , что ли ?! воскликнул я , вскочив со стула. Ну-ка , сядь! скомандовал отец, глядя мне в глаза. Я сел и отвернулся. На нервной почве у меня задергалась нога. Я следил за твоим эмоциональным фоном, продолжил отец. Н ичего страшного с тобой не случилось бы. Если бы ты от токсикомании перешел к наркомании , лучше бы не стало! Наркомания не так страшна, как о ней говорят! воспротивился я. А ты что , смог бы контролировать прием наркотиков? Ты , может быть , даже знаешь, какой наркотик на какие органы сильнее влияет? А? Нет, опустив голову, ответил я. Вот именно! Ты не знаешь! Да уж , лучше сдохнуть , чем так жить, буркнул я. Затем повисла пауза. А что ты сделал, чтобы жить лучше? Скажи! Ничего , ответил я , помедлив. Хотим мы этого или не хотим, уже спокойно отвечал отец, наш мир не песня , услаждающая уши. Все эти сказки, которыми промывают детям мозги , лишь утопическая фантазия. С этим тебе нужно смириться сейчас , пока еще не поздно. Да, ты влюбился, мы знаем , и , как видно по тебе, вышло неудачно. Но , как бы то ни было, ты влюбишься еще. Любовь не одна на всю жизнь, не обманывайся. И , если тебе станет легче, я расскажу тебе философскую теорию двухсот человек. Ты слышал о ней? Нет, успокоившись, ответил я. Она выглядит следующим образом: на Земле есть, по меньшей мере, двести человек, которых ты можешь полюбить прямо сейчас и взаимно , независимо от твоей внешности и характера. Но эти люди постоянно меняются в зависимости от обстоятельств. Достаточно небольшого изменения в твоем поведении и эти двести человек станут другими. И совсем неудивительно, что бывает так: ты знаешь человека, давно уже знаешь , а потом раз и внезапно понимаешь, что у тебя к нему есть чувства. Это случается из-за того, что он попал в число этих двухсот человек. Но, как правило, люди теряют свой шанс, и эти чувства остаются без взаимности. Поэтому нельзя упускать время, чтобы вновь не играть в рулетку , дожидаясь, когда выпадет очередной шанс. Хм, задумчиво отреагировал я, и что нужно сделать, чтобы приблизить появление одного из этих двухсот? А ты иди и подумай. Пищу для размышлений я тебе дал, ответил он и ушел к маме. Теория, о которой мне рассказал отец , меня озадачила. Я хотел было уточнить один непонятный момент, но когда зашел в комнату, то увидел, что мама с папой , лежа в обнимку , смотрят фильм. И это после двадцати лет брака ! Все мои вопросы отпали, ведь я фактически имел доказательный пример. После увиденного внутри меня поселилась надежда. Оставалось только понять, как приблизить мои две сотни влюбленностей. Вечерами, когда я бывал с Соней, я наблюдал за ее отношением ко мне, и она была вполне искренна. Мне было не понятно, почему она ко мне что-то чувствует, а я к ней нет. Нас объединяло общее детство, но тогда, в четырнадцать лет, когда она променяла меня на двоих других, наши дороги разошлись в вопросах морали. Была ли она неправа, когда перестала гнать мертвую лошадь? Ведь мы терпели фиаско уже тогда. Наша дружба треснула по швам после того , как мы впервые поиграли во взрослых. Но ведь дети не могли знать, что они ошибаются, когда игриво пытались строить отношения по рецептам взрослой кухни! Я решил исчерпать свое непонимание. Мне пришла в голову идея искусственно создавать проблемы. Разумеется, на это повлиял отец со своими нетрадиционными методами воспитания. Чтобы не перестараться, я начал с простых вещей. Что-то голова кружится, сказал я Соне, когда мы гуляли. Что случилось? спросила она, усаживая меня на скамейку. В горле пересохло. М ожет , из-за этого? сказал я, держась за голову. Ну, растерянно произнесла она, давай я схожу, принесу? Угу. Я склонил голову и закрыл глаза, изображая нездоровый вид. Через десять минут она примчалась с бутылкой воды. Я медленно попил, сказал ей , что стало значительно лучше, мы посидели еще какое-то время, обнявшись, а затем она проводила меня до дома. Это было так смешно и наигранно, но, черт возьми, сработало! Я не мог понять человеческой глупости, которая заставляла верить в ложь только потому, что ее не ждут. Дома я понял, что издеваюсь над самим собой. Проснувшись утром с тем же чувством, я лишь утвердился в мысли , что действительно делаю что-то не так. Весь учебный день я пересматривал свою жизнь и пытался понять, где я свернул не туда. Отца я не винил, он лишь дал понимание; Соня тоже не могла быть причиной моих бед, она просто жила своей жизнью , как и я; Марина как Соня; так кто же виноват в том, что я волоку свое тело то в постель, то в школу? А еще Марину я разлюбил так стремительно ! Удивляет, как быстро поступок осушает чашу , наполненную любовью , если она не закрепилась долгими переживаниями! А может быть , я просто слишком умный для любви Как обычно , вечером я встретился с Соней. Я был даже рад, что начал с ней встречаться, потому что , кроме нее, я особо больше ни с кем не общался. Мы гуляли, держась за руки , она несла какую-то ерунду , а я делал вид, будто слушал. Когда совсем уставал от ее разговоров, затыкал ей рот поцелуями. У Сони зазвонил телефон. Да? начала она. Ч то ты ко мне пристал? Ой, все, отстань! Хочешь прыгать прыгай! Это меня не касается! Соня занервничала. Что случилось? спросил я. Да там Федя грозится спрыгнуть с крыши. Я ему тысячу раз объясняла, что он мне не интересен, а он все равно не перестает! Не сказал , где? С моего дома. Стоит, мол, на крыше и спрыгнет, прямо у моего подъезда, чтобы я увидела. Больной! И часто он так? спросил я. Тут Соне пришло сообщение. Она прочитала и нахмурилась. Что там? поинтересовался я. На , сам читай, ответила она, протягивая телефон. Сообщение было таким : «Я очень тебя люблю! Но моя любовь тебе не нужна... Я не могу так больше жить! Прости меня за то, что беспокоил. Желаю тебе счастья с твоим новым. Надеюсь, когда придет твое время, мы встретимся на небесах, и ты скажешь , что скучала. Прощай!» Пошли, посмотрим, сказал я. Она не сразу, но согласилась. П одул холодный ветер , и появилось неприятное чувство в груди. На улице было темно. Те немногочисленные прохожие, что нам попадались, оглядывались на нас. Новость о возможном суициде явно меня задела, а Соне это было безразлично. И, в сущности, она была права , игнорируя ее. Соня не была обязана отвечать взаимностью тому , кто ей безразличен. Человек не в ответе за тех, кто его полюбил. Угрожать собственным уходом вообще нелепо. Когда мы подходили к ее подъезду, то увидели бригаду «скорой помощи» и полицию. Переглянувшись, мы побежали смотреть, что случилось. Со слов узнали, что парень покончил жизнь самоубийством. Услышав это , Соня взбесилась и с боем , в слезах прорвалась к трупу. С дернула с его лица ткань и увидела Федю. Он был бледно-синий. Соню оттащили , успокоили. З атем появились наши родители и начались вопросы-вопросы-вопросы... Все прошло как в тумане. Мне казалось, что это происходит не со мной. Дома я оказался только в третьем часу ночи, а уснул лишь под утро. Оказалось, слышать о суициде одно, а увидеть, как кто-то знакомый его совершает совсем другое. ГЛАВА VIII Неделю Соня не выходила на контакт. Ее не было ни в школе, ни в сети. Н а звонки она не отвечала. Один раз я попытался зайти к ней домой, но мне сказали, что она спит. Продолжать ее тревожить я не стал. Как обычно, ходил в школу и просто скучно жил. После школьного «П оследнего звонка » я шел домой привычной дорогой и, проходя мимо гаражей, услышал плач и ругань. Делать было нечего. Ж изнь была довольно скучной, поэтому меня потянуло проверить, что там случилось. Было бы неплохо кому-то помочь, думал я, хотя бы из соображений привнесения разнообразия в жизнь. Ну что , тварь, лижи в качестве извинений! сказала известная мне личность. Даша избила девчонку из моей школы , восьмиклассницу. Жертва стояла на коленях вся перепачканная грязью, с разорванной блузкой и распущенным бантом , вся в слезах. Лена снимала на телефон псевдогеройскую сцену. У Даши были приспущены стринги, юбку она держала рукой , поднося причинное место к лицу избитой девочки. Вы что творите , шкуры ?! крикнул я, выходя из-за гаража. Каратели одернулись. Помогите! крикнула девочка. Даша ударила ее по лицу кулаком. Жертва заскулила от безысходности , а я в это время все ближе подходил к ним. А тебе что нужно, П акетик? Заблудился? Или хочешь присоединиться? спросила Лена, поворачивая камеру на меня. Ничего не отвечая, я подбежал к Лене и изо всех сил ударил ее прямым в нос. Она упала, телефон выпал из рук. Я подобрал его и вытащил флэш-карту. Даша стояла, открыв рот. Да ты что творишь-то? Ты знаешь, что с тобой будет за это?! в панике закричала она. Понимая, что у Даши в руках волосы избитой школьницы, я ударил ее в ухо , выводя из равновесия. От удара Дашу повело в сторону. В олосы она выпустила. Увидев, что у нее спущены стринги, я взял валявшийся на земле телефон. О н был кнопочным и небольших размеров. Из чувства справедливости я засунул ей телефон в причинное место. Конечно, не сразу. П ри помощи плевка и небольшого массирования , аппарат оказался в месте, на котором неуравновешенная ПТУ шница с детских лет поставила галочку. Взяв из кармана Даши ее собственный телефон, я набрал Лену. ПТУ шница застонала. Поставив автодозвон, я закинул телефон на крышу гаража. Затем подошел к замученной девочке , протянул ей руку. О на медленно встала, а затем кинулась меня обнимать, заливаясь слезами. Спасибо, спасибо, спасибо!!! говорила она. Я обнял ее в ответ и повел как можно дальше от мучительниц. Мы дошли до колонки , находящейся недалеко от школы. Она умывалась, а меня охватили воспоминания о том дне , когда я предложил Соне встречаться. Возле колонки за три года ничего не изменилось. Я осматривался, испытывая легкое дежа вю. Ай! воскликнула девочка от боли. Не желая долго затягивать, я подошел к ней, смочил белый платок прохладной водой и заботливо начал омывать ей колени. Она поскуливала , закусив кулак, и немного дрожала после пережитого. Как тебя зовут? спросил я. Юля, ответила она. В ее голосе пропала дрожь. Понимая, что она уже может спокойно все рассказать, я стал выяснять причину конфликта. За что они тебя так ? За то, что отказалась с ними пить и назвала их шлюхами. Почему ты их так назвала? удивленно спросил я. Ну, они поят подростков, а потом занимаются с ними сексом и снимают это на видео. Хм. И зачем им это? посчитав Юлины слова бредом, спросил я. Они выкладывают записи в интернет и получают с сайтов деньги за просмотры. Ого ! произнес я, поднимая на нее взгляд. Они хотели меня напоить вечером, на веранде. Я отказалась. Лена меня ударила. Тогда я сказала, что они те, кто есть , и убежала , а сегодня они меня встретили. У слышав слова Юли , я вспомнил свой случай на веранде. Сердце забилось быстрее. Там и ты есть, сказала Юля , только тебе меньше лет было. Я? только через три года поняв причину их поведения , удивился я. Т вою же мать! Прости, виновато проронила Юля. Да нет, все нормально. Подожди, но ведь сцены с лицами до восемнадцати лет запрещены законодательством! Там не может быть такого! Это иностранный сайт, спокойно ответила она. Ну и что? Я не знаю, Саш. Извини. А откуда ты знаешь про сайт и то, что они выкладывают ? спросил я. Об этом все знают , глядя на меня, ответила она. Т ы что, не знал? Нет , задумчиво ответил я. В итоге я проводил Юлю до дома. Она была вполне обычной наивной девочкой из полноценной семьи. Взгляды на жизнь банальны, интересы как взгляды. М ечты о будущем не дальше школы. В своих грезах она видела себя учителем. Если ребенку нечего противопоставить школе, то, как правило, и мечты закручены на этом заведении. До дома я добрался без происшествий и, по-своему, был рад, что сумел уберечь Юлю от двух садисток. Какое-то время я маялся бездельем, но затем вспомнил про флэшку из телефона Лены. Люди, как правило, сохраняют все на флэш-карту , и Лена не была исключением. П оэтому я просмотрел то, что там хранилось. Среди музыки и фото я не нашел ничего интересного , а вот видео заставило открыть рот. В нем были пьяные школьники со школьницами; школьницы со школьницами; школьницы с предметами фаллической формы. Среди всего этого бесстыдства я заметил одну закономерность: Лена почти всегда выступала как оператор, а Даша склоняла детвору к сексу. Но самым поразительным было то, что некоторые снимались не по разу, а раза по два-три , и старались играть на камеру, оставаясь в трезвом уме и добром здравии. Я вспомнил слова отца: общество в погоне за прибылью растит детей с развращенным умом. Голая женщина уже не возбуждает. Ж енщине теперь нужно как-то выглядеть, что-то делать, но просто обнаженный вид , как правило , не вызывает эрекции. Мужчина должен что-то в уме провернуть, развернуться в своей фантазии, чтобы не выглядеть глупо, ведь общество диктует или возбуждайся, или ты слабак ! А если не можешь возбудиться, купи чудо-таблетки. Сделали доступными аборты, тем самым поощряя безответственность. Взрослые дети, которым ничего , кроме удовольствий и комфорта , не нужно , воспитали таких же детей, которые приняли это все за норму. Чему удивляться, если вырастили отроков, которые сами не против отдаться ? Людям нужно что-то большее, чем скучный секс в миссионерской позе. Эротика стала порнухой, отношения сексом по дружбе, без обязательств. И я, черт возьми, кажется, какой-то одинокий в этом мире: плыву в лодке своих принципов, ища такую же , одиноко плывущую. Долгое время я не мог решить , что сделать с записями. Мир такой , и дети такие. Да и , в конечно итоге , чем отличается выбор взрослого от выбора ребенка? Взрослый делает выбор сознательно? Отнюдь! Маркетинг построен на бессознательном выборе товара: красные цены, скидки, запахи, кричащая вульгарная реклама на каждом углу. Почему склонение взрослого человека к выбору норма, а склонение ребенка нарушение закона? Сделаю ли я лучше, если отнесу записи в полицию? Ну, закроют садисток временно, а детей дома выпорют родители. Станут ли дети от этого умнее? Весьма сомнительно, ведь дело в воспитании. Психические отклонения зачастую вызваны насилием близких людей , потому что у ребенка возникает слом и ему больше некому доверять. Будь проблема извне, ребенок постепенно пережил бы ее и вошел в привычную норму. Так стоит ли провоцировать родительскую агрессию? Кому я сделаю лучше? Время шло, за окнами мелькнули выходные. К какому-то определенному решению я так и не пришел и оставил все на своих местах. Проведя день в школе, я какое-то время посидел на лавке, ожидая появления Сони. Но в очередной раз ушел ни с чем. День был жарким, я возвращался домой привычной дорогой. Эй, друг! сказал кто-то сзади. Я повернулся и увидел парня, замахнувшегося битой. Перед потерей сознания, за секунду до удара, мне казалось, что все идет более-менее нормально, хоть и скучно, но Почувствовав влагу, я начал постепенно приходить в себя. Голову жутко ломило от боли. Бессознательная попытка схватиться рукой за голову, чтобы приглушить боль , не увенчалась успехом: руки были связаны за спиной. Из лежачего положения меня перевели в сидячее. Я был за городом, в небольшом леске. С удя по открытому багажнику старой иномарки и запаху машинного масла, меня доставили именно в нем. Рядом со мной стояли два крепких парня лет двадцати пяти и известные мне личности, Даша и Лена. Ну что, П акетик , вот мы и встретились! сказала Даша. Угу. Какая неожиданная встреча. Глаза искрятся от радости! язвил я. Если что, зови, сказал парень и ушел в машину. В торой ушел с ним. Из поведения парней было понятно, что ребята бывалые и им скучны издевательства , иначе они скакали бы рядом и поддерживали тупые затеи. Ну что, будешь извиняться? спросила Лена. Даша начала рыться в сумке. Мне не за что извиняться, спокойно ответил я. В ы мне уже отомстили: битой по голове и видеозаписью в интернете. Все по-честному. Я так не думаю, ответила Даша, надевая реалистик на резинке. Ты совсем, что ли , больная?! испуганно произнес я, сильнее упираясь в поваленное дерево, возле которого сидел. Куда ты мне телефон засунул, помнишь? спросила Даша. Ж аль, что у тебя нет такого места! Но зато у тебя есть два других. Эй, ты что, прекрати! Ну, пошутили , и хватит! Это уже беспредел какой-то! Парни! крикнул я. Один вышел из машины. П одошел. П осмотрел. Прости , друг , обстоятельства, ответил он. В сем будет лучше, если ты просто сделаешь, что она хочет. Ну, все. Я снимаю, сказала Лена. Ничего не буду делать ! ответил я в панике. Парень ударил меня ногой по лицу, чтобы я успокоился. Затем ушел, сказав , что не может это видеть. Целуй его, сказала Даша, поднося к моему лицу реалистик. Я плюнул ей в лицо и плотно сжал зубы. Она стерла ладонью слюни с лица , наклонилась ближе ко мне и демонстративно слизала их с ладони. Ты конченая! сказал я. Маме моей спасибо скажи, ответила Даша , это она меня в детстве за дозу мужикам отдавала, а сама кололась и ревела у дверей, пока меня насиловали. Знаешь, в четырнадцать лет задыхаться от члена, который воткнут так глубоко, что не можешь дышать, не очень -то приятно. Я не имею к этому никакого отношения, ответил я. Когда ты мне засунул телефон против моей воли, я вспомнила те дни. Кто-то должен за это ответить. Пошла ты, тварь конченая! крикнул я и отвернулся. Даша толкнула меня в бок , прижала головой к земле и стала пытаться засунуть реалистик мне в рот. Я сильно сжал зубы , и потому все ее попытки были безуспешными. Лена вмешалась и ударила меня между ног, чтобы я открыл рот. От боли я захрипел, но рта так и не открыл. Даша начала бить меня кулаком по лицу, но я продолжал упорно держать рот закрытым. Когда она заткнула мне нос, я приоткрыл губы, чтобы набрать воздуха , но зубы так и не разомкнул. Тогда Лена стянула штаны и укусила меня за член. От боли я закричал, и Даша осуществила задуманное. В глазах потемнело. Я начал задыхаться , а после и вовсе потерял сознание... Очнулся я , когда меня облили водой. Даша уже корпела над моим анусом. А я, смирившись с безвыходной ситуацией, мысленно пытался оказаться в другом месте. Было больно осознавать, что тут меня насилуют, а где-то влюбленные в это же время встречают рассвет, где-то люди смотрят на звезды, кто-то благодарит Бога за спасение. Что я мог сделать ? Ничего ! Я проклял жизнь. П роклял свет. П роклял тот добрый поступок, который совершил. Не этого я хотел, когда подыхал от скуки. Затем , перебивая мои мысли , Даша восторженно вскрикнула, и меня закидало имитацией эякулята. Не выдержав, я заплакал. У тебя сутки, чтобы вернуть флэшку , или запись с твоим участием увидят все, сказала Даша. Затем подошли два парня, один прижал меня ногой к земле, другой перерезал веревку. После себя они оставили пятилитровую канистру воды, чтобы я умылся , и уехали. Какое-то время я просто лежал на земле в позе эмбриона. Потом меня стошнило. Это сотрясение мозга давало о себе знать. Голова раскалывалась. Б олело горло, промежность , анус, но больнее всего было моему самолюбию. Жить не хотелось. Но даже это было не самым большим моим желанием; больше всего я хотел попасть домой. Через полчаса самобичевания я собрался с силами. Умылся. Привел себя в порядок, насколько это было возможно , и, семеня, направился домой. Майское солнце пекло , делая мою прогулку невыносимой. На полпути я потерял сознание. Когда пришел в себя, уже начинало темнеть. Физически я чувствовал себя немного лучше, но все еще жутко болела голова. Спустя еще час , я пришел домой и снова потерял сознание. На все вопросы я отвечал, что солнце напекло голову. О тец не верил, но настаивать не стал, видимо , понимая, что мне не до разговоров. Чтобы восстановить силы , я лег спать. Мне снова снилась та незнакомая девушка с белыми волосами. Мы были на кладбище , стояли напротив могилы. Она плакала, а я обнимал ее, стараясь утешить. Проснувшись, я понял, что сознание не оставило злость где-то во тьме. Н апротив , появилось желание убить Дашу с Леной, и оно проявлялось все отчетливее. Эмоции подогревала логика , заключившая, что только так можно смыть то , что они мне причинили. Если они умрут, никто не узнает о том, что было. Мне отчаянно не хотелось повторения истории , случившейся , когда мне было четырнадцать лет. Не хотелось тех оскорблений, смеха и унижений. Возможно, именно это меня сильнее всего и толкало на крайние меры. Из дома я вышел , прихватив раскладной нож и флэшку. Натянув капюшон легкой кофты на голову, я , рука об руку с темным вечером , направился к дому садистки. Всю дорогу до дома Даши меня не покидало тревожное чувство. Ненависть и тревога , готовые смениться страхом, играли в моей голове словами, перекидывая аргументы и кадры воспоминаний в пользу нарушения первой заповеди Божьей. Но где О н был, этот Бог, когда меня насиловали ? И где О н сейчас, когда я иду вершить справедливость? Где Он, когда говорят, что Его нет? И как определить, где что-то от Бога, а где от лукавого? В порыве ненависти я пришел к стереотипному мышлению, мыслям о Боге , и все сводил к тому, чтобы оправдать убийство. Дашину жизнь я стремительно обесценивал, чтобы совесть не мучила. Последствия? Я о них не думал. Оказавшись в парадной, я отыскал среди однотипных дверей нужную и постучал. Ч ерез некоторое время щелкнул замок, дверь отворилась. Я крепко сжал нож за спиной , приготовившись к удару. Ты флэшку принес? спросил меня незнакомый парень. Я машинально кивнул , а сам спрятал нож в заднем кармане джинсов. Парень учтиво пригласил меня внутрь. Я , как порядочный гость , вступил в дом. А где Даша? спросил я. Она придет чуть позже, спокойно ответил парень. Ч ай будешь? Нет... Д а, нервничая, ответил я. Д а-да, буду. Мы зашли на кухню. Меня Артем зовут, продолжил он, а тебя как? Саня, ответил я. М ы пожали друг другу руки. Мне становилось все сложнее находиться в квартире с человеком, который был до неприличия добр и учтив. Меня это злило, ведь я пришел убивать, а не чай пить. А ты чего такой помятый? спросил Артем. О бижает кто? Нет, ответил я, а у самого встал ком в горле. Я изо всех сил старался удержаться и не заплакать. Было бы глупо прийти убивать, а самому разрыдаться. Мысль о мести сдерживала, но эмоции все сильнее давили на ослабленную нервную систему. Ну , ладно , не хочешь говорить не надо. Повисла тишина. Мы с Дашей уехать хотим, сказал Артем, в Чехию. О н указал пальцем на фотографию , где улыбались известные мне лица. Я надеюсь, там она перестанет реветь по ночам. Тяжелое у нее было детство Н о мы справляемся, улыбнулся Артем. У лыбка была явно выстраданная. Осмотревшись, я увидел, что в доме порядок, а на фото вполне счастливые лица. Артем , видимо , даже не догадывался о том, что творит Даша, или же просто не хотел об этом знать. Мне стало не по себе. Захотелось уйти. Я пойду, ответил я, вставая со стула. И тут раздался стук в дверь. Это Даша! радостно сказал Артем и поспешил открыть любимой. Я же замер в одинокой мизансцене, словно скульптура Огюста Родена «Мыслитель». Нужно было за минуту решить возникшую дилемму: убить или стать всепрощающим. Пока влюбленные обнимались, мой тихий ад боролся с раем. На ум пришла еврейская мудрость: «В любой непонятной ситуации ложись спать». Но, увы, укатиться посопеть под стол , в надежде разрешить затруднительную ситуацию , было бы неуместно. Память проецировала в сознание бесполезные идеи. В итоге, заключив, что убить будет правильнее, я встал со стула, сунул руку в карман и , обнимая дрожащей рукой раскладной нож, направился к жертве. Я почувствовал себя званой лисой в курятнике. О, привет! Принес? спросила Даша. З атем подбежала, обняла меня и поцеловала в щечку, будто мы были друг другу близкими людьми. Да, мы стали близки до отвращения другу к другу после взаимопроникающей близости. Абсурдность ситуации была так велика, что чувство реальности у меня пропало. Дереализация была спасением для измученного организма. В се прошло в бессознательном режиме, и в себя я пришел только тогда, когда покинул квартиру. В подъезде я ощутил , что у меня переизбыток адреналина и кортизона в крови. М еня всего чуть ли не подкидывало от дрожи. К огда кислорода стало не хватать, я вырвался на улицу , часто дыша. Последовал эмоциональный взрыв истерика. Я стекал по бетонной стене и плакал. Почему убить так сложно? Кого ни спроси, скажут, что , не будь ответственности , они ради интереса кого-нибудь прирезали бы , но , столкнись они с возможностью убить de facto , вся прыть куда-то испарится. Я хотел убить Дашу. Д аже перешел к активным действиям и пришел к ней домой. Н о не смог В место этого покорно отдал флэшку и ушел. Почему , даже имея такого странного отца, я не смог пойти на убийство? Масс-медиа красочно иллюстрируют сцены насилия ; те же виртуальные игры основаны на агрессии, причем , зачастую прямой ; современный человек , по логике вещей , должен быть склонен к убийствам, ведь он это уже проделывал виртуально или в воображении. Сложно найти человека, который бы не думал за свою жизнь о том, как бы убивал своего врага. И, тем не менее, происходит дифференциация между выдумкой и реальностью. Пока я шел до дома, меня посетил инсайт: у меня были одновременно и нож , и флэшка; если бы я действительно шел убивать, то какой смысл был брать флэшку? Раз в голове было два варианта, выходит , я с самого начала подсознательно не собирался совершать убийство, потому что безопасный вариант всегда является доминантным. А нож был взят лишь на всякий случай , и то по приказу сознания. Почему человек опускается до игнорирования подсознания загадка. Вроде ведь все понятно: слушай свое подсознание, и небо будет распахано , следуй тому, что говорится изнутри, и ты засеешь поле, семена прорастут , и через время счастье неминуемо придет... Глупо быть глухим, слепым и попадать в беду с нормальной способность к восприятию. Но ведь в этом весь человек со своим жалким мнением о том , что он умелый поводырь. Так рождаются целые города идей без фундамента. Возле моего подъезда на ступеньках , подложив под себя белый пакет, сидела Соня. Мысли о событиях последних дней ушли в арьерсцену , ну, а на авансцене разыгрывалось сольное выступление накопившихся вопросов. Ты чего в кофте? спросила она меня. Ты серьезно?! Я проигнорировал ее вопрос. Г де ты была все это время? Или , быть может, это меня не касается? А? Ну, я начала она, встав со ступенек , но была перебита пощечиной. Содеянному я сам удивился, поскольку реакция была аффективной. Саш, я опустив взгляд, произнесла она. Прости, я просто Она пыталась оправдаться , а я обнял ее , в очередной раз перебивая. П рижался покрепче и , еле сдерживая эмоции, чтобы не разрыдаться , как болван , от пережитого , прошептал: Как же мне тебя не хватало ГЛАВА IX Что бы сделал другой человек на моем месте? Что бы произошло дальше в банальной книге или фильме ? Ответ прост: я бы пошел и убил Дашу, а дальше, как и Раскольников , мучился бы терзаниями совести. Скучно и , что более важно, неправдоподобно! Сколько изнасилованных женщин отыскали и убили своих насильников? Кто-нибудь вообще об этом слышал? Сколько изнасилованных подростков пошли смывать позор кровью? Если такие и нашлись, то это единицы с определенной психикой, коей я не обладал. Узнай об этом другие, меня заклеймили бы трусом и еще кучей слов, значение которых они понимают лишь отчасти. Жить, конечно, стало сложнее. Я стал остро реагировать на слова: «друг », «Даша », «лес », «изнасилование » и прочие, которые как-то напоминали о прошлых событиях. Даша сдержала слово и , когда я отдал ей флэшку, у меня на глазах стерла с телефона злополучное видео. Моя репутация оставалась в условной безопасности. Какое-то время я боялся и не выходил из дома, а когда выходил , то натягивал кепку поглубже , чтобы козырек заслонял меня от взглядов прохожих. Ценности общества я обесценил для того, чтобы создать новые , и на новых жить в равенстве с другими. Э то сработало. Я даже оправдал перверсии. Если секс между мужчиной и мужчиной против законов природы, тогда почему не патология секс между мужчиной и женщиной без цели иметь детей? В едь именно за этим секс большинству и нужен. Что в итоге получают от секса? Удовольствие ! Так чем отличается секс между мужчиной и мужчиной или женщиной и женщиной , если цель , так или иначе , достигается одна и та же ? После переоценки ценностей я начал видеть общество противоречивым, больным, патологичным. Изнасилование вознесло меня над пуританскими взглядами. Дом, семья, дорогая машина, хорошая работа, отдых за границей пусть глупцы живут по готовому сценарию , а я создам свой. Но глупо даже не это, ведь кто поспорит, что семья это плохо? Самое ужасное это жить не по средствам, ведь человек живет, не подумав, зачем ему та или иная вещь. Живет в городе, но покупает дорогую машину, чтобы проехать всего пару улиц. Если есть деньги на машину, не логичнее было бы брать каждый раз такси ? В пересчете человек бы остался в выигрыше , и не пришлось бы нервничать, если бы зимой груда металлолома не завелась ; такого бы просто не было, ведь таксисты следят за своими машинами, это их хлеб. А так оплати обучение вождению , техосмотр, ремонт, заправки , саму машину оно того стоит? Умный человек понимает, что стоимость машины нужно умножать на два, но дураки и при умножении на один берут не по средствам. Раньше я всегда любил лето из-за каникул никакой школы, гуляй, бесись, но на этот раз единственной радостью была Соня, которая после случая с Федей изменилась и повзрослела. Смеяться она стала реже, но в этом редком смехе было значительно больше смысла. Мы с каждым днем все больше понимали, что друг без друга нас ждет одиночество, да и мое влияние делало ее мудрее, словно придавало ее алмазу уникальную огранку. Если дальше так пойдет, мы намечтаем семью, сказала Соня, прижимаясь к моему плечу своим. Ветер легко обдавал нас своими горячими порывами на балконе восьмого этажа. Чем больше пара мечтает, тем меньше шансов на крепкий союз, ответил я, отводя взгляд. Это еще почему? удивилась Соня. Подумай. Сам выдумал, а теперь я придумывай оправдание твоим словам? Нет, рассмеялся я. В паре кто-то один всегда больше стремится к цели, а поскольку люди привыкли к равновесному вкладу , то и скандалы на этой почве более экспрессивные. Либо постоянные упреки, либо однажды они надоедают и все , происходит закономерный разрыв. Что-то ты мудришь , Саш, ответила Соня. В овсе нет, ответил я и задумчиво посмотрел на гуляющих по тротуару. С тобой что-то произошло в мое отсутствие. Какой-то ты задумчивый стал. Может, нашел другую ? Что ? удивился я. Н ет никакой другой. А что тогда? Да все нормально, ответил я, обхватив ее голову своими ладонями, а затем поцеловал. Сексом займемся? Может, поможет, не успокаивалась Соня. У тебя секс как панацея от всего, смеясь, ответил я. Ну, так что? Давай, пока моих родителей нет дома. Нет, не хочу. Ну, точно есть другая! Не истерии, женщина, нет другой. Как это нет ? А что тогда с тобой? не отставала она. Кушать хочу, пошутил я. Так давай я тебя накормлю, а потом займемся сексом. Давай? Тебя что , заело на сексе? Если ты не занимаешься со мной, значит, ты занимаешься с другой! Ну, хорошо, сделай мне минет. Что? возмутилась она. Д а пошел ты! Дорогая , воскликнул я, у тебя что, есть другой ?! В итоге Соня выставила меня за дверь. Я, не возражая, отправился домой в раздумьях о том, почему отец начал наставлять меня только в четырнадцать лет, а не раньше. Ведь логичнее же формировать базу изначально, а не после. Мои когнитивные потуги нарушило пришедшее сообщение: «Придурок !». Лаконичности Сони можно было позавидовать одно слово, а сколько эмоций! Когда я уже заходил в подъезд, пришло еще сообщение : «Прости». Продолжая размышлять , я отправил короткое : «Ок». За этим последовало: «Ты что , обиделся?». Поднимаясь на лифте, я, снова не задумываясь, отправил: «Нет ». Соня начала звонить и писать сообщения с общим смыслом, что я веду себя глупо и несерьезно. Не желая выслушивать и перечитывать всю ерунду, что она собиралась мне высказать, я поставил телефон в беззвучный режим. Через двадцать минут в квартире послышался сигнал домофона. Саш? прозвучало из трубки. Понимая, что разговора не избежать, я открыл дверь подъезда. Прошло несколько минут, и Соня появилась у двери. Я открыл и увидел в ее взгляде два противоборствующих чувства. Соня и злилась , и хотела броситься мне на шею , но стояла в нерешительности и смотрела на меня , ожидая моей реакции. Иди ко мне, произнес я, жестом показывая, что ее место рядом со мной. Она послушалась. После небольшого разговора я, желая немного выпустить пар, ушел в душ. Когда помылся, вспомнил, что забыл нижнее белье, и попросил Соню принести, но лучше бы я этого не делал. Я это понял, когда мне в лицо прилетели Дашины трусы, которые я когда-то давно закопал в белье, не понимая , зачем. Возможно, в этом и был их смысл : они лежали все это время и ждали дня , когда Соня их обнаружит и уйдет, забрав наши отношения и поставив точку звуком захлопывающейся двери. Выйдя из душа, я обмотался полотенцем и подошел к окну, из которого был виден подъезд. Соня нервно шагала , утирая слезы. Печальная картина легко читалась даже с высоты восьми этажей. После этого я вспомнил нулевой закон термодинамики, гласивший, что система стремится к равновесному положению. Неизвестно, по какой дерзости или глупости я экстраполировал данный закон на весь мир, но это наложение дало некоторое понимание такой всегда сложной и непонятной жизни. Сказочные архетипы всего дуального добра и зла, ума и глупости, иллюстрировали мою мысль как уже обдуманную и передающуюся из поколения в поколение непреложную истину. Даже на современный капиталистический уклад «заработай получи » она легко переносилась. Комплексующие люди находят себе тех, кто их компенсирует: худой полную, высокий низкую, богатый бедную. Условно доброе тянется к условно злому: святой к блуднице, наркоман с разбитой судьбой к девушке из хорошей семьи. Ч еловек в любом из состояний, будь то маниакальное или депрессивное, признается невменяемым. Для жизни очень важна уравновешенность. Г де же нарушилось мое и Сонино равновесие? Вместо того чтобы пытаться объяснить Соне сложившуюся непростую ситуацию, я взвешивал мысли , стараясь понять, где, черт возьми , в жизни был нарушен баланс. Шли часы , беспечно стирая отведенное мне время ; тема поиска баланса сменилась поиском фабулы. Я решил, что опрометчиво полагать, будто события в жизни не связаны между собой единым смыслом. Сюжет жизни, казалось, основан на кусочках пазла , из которых строится единый конструкт, что дает понимание самой сути существования. В моем представлении важность поиска была озаглавлена прохождением своего пути наиболее безболезненным способом. Вечером пришли родители. Пока они ужинали, я поглядывал на молчащий смартфон. Внезапно меня охватил озноб, хотя в комнате царило уставшее спокойствие, ничем не нарушаемое, ну, разве что моим тревожным чувством. Я вдруг начал часто дышать, сердце заколотилось быстрее, появилась одышка, захотелось залезть на стену, я вспотел и от панического натиска заскулил. Так прошел мой первый вегетативный криз длиной в несколько минут. Как и любой человек , не сведущий в делах психиатрии и не имеющий представления о том, что данный синдром под собой несет , я списал все на переживания из-за инцидента с Соней. И где-то в своих выводах был прав. Мне казалось, внутри я старею быстрее остальных , ведь то, чего хотят подростки , стыдно представить, а то, чего хочу я, глупое стеснение мешает сказать. И кто , как не отец, мог бы помочь распутать клубок, что намотали мы вместе; я своим поведением, он своим воспитанием и желанием моими силами реализовать себя. Г рустно и скучно порой шагать по этой жизни в полной ясности своего одиночества. Так лучше я удовлетворю свою пустоту ответами человека, меня воспитавшего , а значит, создавшего мою судьбу, в которой на этой прекрасной планете я вынужден быть ничьим. Но, уже собравшись поговорить с отцом, я увидел, что родители, сидя в обнимку на диване, смотрят романтический фильм прошлого века. Я не смог набраться наглости, чтобы их отвлечь, и в раздумьях ушел к себе в комнату. Мне хотелось понять, найдется ли для меня вторая половина , истинно понимающая меня. Где-то в Б иблии затеряна строчка «каждой твари по паре»; так неужели я хуже твари, ведь для меня не нашлось близкой души! Желание получить ответ потянуло меня в социальные сети. Я листал страницы влюбленных и обнаружил для себя еще более печальный факт: мало того , что некрасивые люди находят себе пару, они еще и живут социально удовлетворенной жизнью. По сравнению с ними, я в этом мире не участник, а только зритель, и, если что-то и случается, то не со мной. И пусть они зачастую деструктивны, но зато более счастливы. Так правильно ли я выбрал путь , затерявшись в трезвости и знаниях ?! На мою долю пришлись события, которых никому не пожелаешь , и Соня, которая лишь удовлетворяла мою потребность в общении. Она становилась лучше в моем понимании, но путь ей предстоял еще долгий. Потратив час на размышления, я решил прекратить пребывание в тихой печали и снизойти до глупого общества. Трудно соглашаться на решение проблемы, далекое от личных идеалов, но, тем не менее, это тоже выход , пусть и неприятный. Набрав в смс несложный текст, я отправил Соне свои оправдания: «Трусы появились у меня после нашего разрыва еще 3 года назад. Н е накручивай себе». Следом пришло сообщение: «Иди на хуй, урод !». Оправдываться дальше было бесполезно. К тому же, когда человек бранится, в итоге он чувствует себя виноватым, поскольку реагирует необдуманно. На следующий день после такой реакции говорить проще, нежели при спокойном и обдуманном ответе. Обсценная лексика всегда ставит в невыгодное положение. Я это, конечно, знал и потому просто оставил телефон в беззвучном режиме. Сложно понять, зачем люди живут праздной жизнью. И самое печальное мы получаем то, чего заслуживаем. Наверное, оттого и грустно видеть счастливые лица глупых людей. Почему знание не делает людей счастливыми? Или , может , это не знание вовсе Н е намекает ли трудный процесс получения знаний на то , что они не ведут к счастью? ГЛАВА X Мы сами хотим того, что с нами происходит, сказал я Соне. Скажи это ребенку больному раком! ответила она. Дети умирают от плохой генетики невежественных предков. А при чем тут дети, если проблема в родителях? не теряя нервозности, спросила Соня. Смерть трагедия для живых. Умирать, ничего после себя не оставив , страшно ; а пока ребенок зависит от родителей, он их собственность , и значит, он делает то, чего хотят от него родители. У нас демократия, вообще-то. Ты сама-то в это веришь? спросил я, после чего она замолчала. Мы прошлись, не разговаривая, несколько десятков метров. В этом твоя проблема! сказала Соня, скрестив руки на груди. В чем? спросил я, про себя подметив, что скрещенные руки означают категоричность суждений и уход от обсуждения повисшей темы. Ты все переворачиваешь с ног на голову , отделалась она короткой фразой. Я предпочитаю понять и взвесить проблему, а не принять за истину мнение большинства. Ты забываешь, что ты подросток! Ее суждение было верным, но лишь наполовину , поскольку молодой ум более гибок , но совсем не мудр. Я понимал это. Н о также понимал, что в интеллекте я ее опережаю, и потому попытка объяснить ей что -либо превратилась бы в занудство, а значит , finita la comedia наших отношений. Нельзя говорить с подростком как с взрослым и ожидать взрослой реакции, потому что коммуникация имеет выдержанный характер. Это все равно , что подбрасывать гусеницу в надежде, что она полетит. Еще рано. С человеком нужно говорить на том же уровне сознания, на котором находится он сам. Ясность этого для меня становилась все очевиднее. Девочки опережают мальчиков в развитии в пубертатный период по причине обнаружения отсутствия ниже пояса некоторых органов. Это воспринимается как лишение, и появляются вопросы. Именно озадаченность вопросами неравности делает человека взрослее. Мальчики же начинают задаваться вопросами, когда появляется тяга к девочкам , потому что раньше им нет нужды это делать, ведь они превалируют. Влечение ставит в неравное положение. А дальше как у кого судьба сложится. Я задал за прошедшие три года много вопросов о неравности, несвойственных моим ровесникам , и потому ушел вперед. Этот уход поставил передо мной вопрос об одиночестве, а одиночество веками открывало многим глаза на общество, что , в свою очередь , давало рычаги управления им. Я это все не пропустил мимо , и потому мой уровень сознания был приятно выше, чем среднестатистический. Может , ты и права, ответил я, сглаживая наш спор. Ведь быть правым не значит быть счастливым. В конечном итоге, мы ищем за кучей бесконечных забот и трагедий именно счастье , и не важно , с кем, где и почему. Во дворе вечер разменивался на ночь. Мы дошли до компании, где Соня проводила время без меня. Нас встретила группа юных алкоголиков, которые не нашли ничего лучше, чем деградировать на деньги родителей. У нас пополнение в алко-войсках? радостно спросила Марина. Нет, он не пьет, ответила Соня. М ы всех поприветствовали, каждый в соответствии с положением в данном обществе. А что он сам не говорит? спросил один из парней, обращаясь к Соне, но глядя на меня. Не начинай, а? ответила она. Здоровье хочешь выкупить своей трезвостью? Пожить подольше? продолжил он, ухмыляясь. Олег! воскликнула Соня. Трезвенники редко становятся долгожителями, ответил я, глядя в глаза Олегу. Это сбило оппонента с толку. Ты сам-то зачем пьешь? Ты нарываешься ?! разозлился Олег и пошел на меня. По пути его недобрые порывы придержали товарищи. Г лупо выглядишь, ответил я. Саш! громко произнесла Соня, одергивая меня. Да я ему рожу сейчас разобью! Ты, иди сюда! вырывался сдерживаемый друзьями Олег. Я молча показал ему средний палец. Это было громче всяких слов, и вся компания на секунду удивленно замолчала. Олег все-таки вырвался и бросился на меня. От удара в лицо я уклонился, но был сбит с ног и, падая, ухватил его под руки, а свои ладони упер ему в затылок, создав замок , из которого он не мог выбраться. Сердце забилось, я, как и положено , испугался от выброса в кровь адреналина. Мы лежали на земле, Олег барахтался , пытаясь вырваться, а я гасил страх смехом. Затем нас разняли , и мы выпили мировую. После мировой я больше не пил и к финалу встречи был трезв, чего нельзя было сказать об остальных. По мере опьянения компании, шутки становились плоскими, отдельных лиц вдруг одолевала смелость отстаивать свое мнение, а Соню начало тошнить. Мы зашли за угол дома, она нагнулась, чтобы избавиться от рвотных масс , но я не успел собрать Сонины волосы в пучок. Е е вырвало. Мне так плохо, произнесла она, упираясь спиной в стену дома. Рвота защищает организм от токсинов, так что скоро тебе станет легче, ответил я, присаживаясь рядом с ней. Затем протянул руку и убрал с ее волос рефлекторные извержения желудка. К ак мило , Соня улыбнулась, ты заботишься обо мне. М не так стыдно. Очень-очень стыдно. Ты прости меня за то, что не поверила тебе тогда. Да ничего страшного , ответил я , все позади. Не размениваясь на долгий диалог, где теплота раскаяний и признаний могла бы поспорить с холодом бетонных стен , мы поставили метку на карте. Молча отмеряли путь, Соня засыпала на ходу, ее организм экономил силы для борьбы с поступившими ядами , а я смотрел на нее , и мой взгляд не был полон осуждения или отвращения. Ее больная голова не торопила душу отправляться в рай; по ее собственным суждениям о себе , для нее стоял отдельный котел в аду, но даже в ад она не спешила. Меня удивляло умение людей жить настоящим. В своем однодневном существовании они так искусно пропускали сквозь пальцы целую жизнь. Одинаковые дни в погоне за кайфом , разбавленные осуждением общества за жажду комфорта. А что лучше : слепо прозябать в болоте под кайфом или развращаться в надиктованном комфорте ? И думаю, наверное, мудрые здесь резонно промолчат. Неспешно идя по дороге со своей пьяной девушкой , я вспомнил, что живу , пугаясь своего большого одиночества. Меня одолевала мысль, что, даже находясь в себе, человек с монолога пытается переключиться на беседу, наполненную , как минимум , двумя мнениями, заключенными в одноголосый диалог. Это заставляло поверить, что человеку все же нужен человек. И пусть мой круг общения , в основном, алкаши и наркоманы, но зато я все же не один в этом мире. Уж лучше напитаться иллюзиями, что им до меня есть дело , и ошибочно считать, что в трудный момент они помогут, чем насмерть замерзнуть в своих искусственных диалогах. Этот нездоровый расклад убеждал меня, что жизнь за границами реальности каким-то образом лучше натурального мира. Таким образом, усиливалось мое допущение побега в болото. Ну, все, мы пришли, сказал я, прижавшись к Соне. Да? бездумно спросила она. Десяток секунд она поспала у меня на плече, затем с большим трудом оторвалась, машинально поцеловала в щеку и сонно побрела в парадную. А там ступеньки, чья-то рвота на полу и выключенный свет, как большое препятствие. В квартире ждут родители, которые уже устали ругать беспечную дочку. Я не стал думать о том , как Соня решает с создателями дилемму раннего алкоголизма. Глубоко вздохнул, огляделся и побрел домой. На улице было прохладно и тихо, желтые фонари освещали вечно изуродованный российский асфальт. Я слышал шум своих шагов , и под этот незатейливый метроном в моей голове разворачивался очередной одинокий диалог. Всегда ли плохо то, что общество называет плохим? Быть может, хорошее объективно окажется не таким уж и хорошим? Почему люди считают, что они способны сказать, что есть доброе , а что есть злое, оставаясь такими разными в своих взглядах на жизнь ? Каждый человек уверен в том, что свою идеологию он сконструировал сам, но гены дали ему характер, родители воспитание, общество оценку тому, что из этого всего вышло, а культура взгляды на жизнь. Я уже молчу о соотношении участия подсознательного и сознания, где сознания в разы меньше. Человек словно шарик в бильярде, который ударяют кием. Шарик катится сам, но катится с заданной скоростью и по той траектории , что ему указали. Шарик, черт возьми, катится, но по той плоскости, в которую его поместили. Разве шарик свободен? Нет! Человек не начинает внезапно говорить на другом языке ; не начинает уметь то, чего никогда не умел ; человек лишь оперирует тем, что ему уже было предоставлено , и это не оставляет ему вариантов в выборе пути, которым он мог бы доказать свою мнимую свободу. Разве свободна дикая собака в поле? Нет, она движима инстинктами и внешними обстоятельствами. Разве свободно дерево в выборе того, как ему расти? Нет, оно зависит от того, какое оно дерево , и снова от внешних обстоятельств. Так почему же человек убежден в том, что он владыка своей судьбы? Возможно, это странно, но мне кажется, я знаю , почему: неспособность видеть наперед и знать все объективно делает человека слепым, а значит , неспособным достоверно предсказать будущее. Поскольку человек эгоцентричен и мерит мир от себя, он считает, что раз он не может предсказать будущее, значит , оно непредсказуемо, а значит человек свободен в выборе пути и судьбы не существует. В итоге целые культуры, воспитанные на иллюзиях. И долго это будет продолжаться? Мне жаль, что менее развитое общество премодерна было более близко к истине. Печально, что логика в мире деградирует. Мои когнитивные изыскания нарушил асфальт, внезапно оказавшийся очень близко к моему лицу. Его появление не сопровождалось нежным приветствием: осталась небольшая ссадина. После этого происшествия я вспомнил, что мне это снилось пару лет назад. З атем я посмотрел вдоль дороги и увидел , как на меня мчится старенькая иномарка. За несколько секунд до беды я сумел откатиться на обочину. Послышался визг тормозов. Из машины вывалилось четыре пьяных тела. Вспомнив, что в этот момент во сне я побежал прочь, я поступил точно так же. Спринт сменился трусцой по дворам. Сердце упорно гоняло кровь по венам , дыхание было глубоким, а в уме царил ментизм. Психиатры понимают под ментизмом наплыв мыслей, которые проносятся в голове так быстро, что фокусировки на какой-то одной не происходит. Когда я добрался до дома, голова опустела. За мной никто не гнался, и пульс был уже в норме. Прорвав оборону родителей и ответив на достаточно избитые фразы «почему так поздно?» и «где ты был?», я залез в интернет и начал искать объяснение уникальному явлению. Как оказалось, интернет знает не все. Удалось найти только то, что 2/3 людей испытывали дежа вю по мотивам снов , и то это были единичные случаи. Я чувствовал за этим что-то большее, но никак не мог это словесно выразить. Экстраполировать единичный случай было вариантом, но весьма поверхностным. Поэтому я решил просто подождать рецидива и продолжил жить. ГЛАВА XI Осень навеяла хандры, заявляя о своих правах. Мир стал рыжим. Психология цвета говорила о позитивном и радостном , а ощущение было такое, будто ко мне в душу приходили умирать заблудшие и одинокие псины. Соня чувствовала то же самое. Время давало о себе знать, болото тянуло, и я ему поддался, разделяя с возлюбленной граненый стакан. Приходить в беспамятстве и встречать утро с раскаленной головой стало обычным делом. Откуда деньги? Да каждый помаленьку и мы наскребали на ежедневные ныряния в бездну алкогольной тьмы. Каждый поднимал белый пластиковый стаканчик и сопровождал распитие фразой «давай прыжок». Время шло , жизнь текла, и мое одиночество растворялось даже успешнее , чем растворялся в этаноле мой мозг. Я так жрал себя, отрывая каждый день по куску , и не боялся однажды бесследно пропасть в этих жертвах. Да и что там честно говоря , я был рад разгульной жизни. Обычный вечер обычного дня. Компания на известном месте сбора у алкомаркета. Начали скидываться как обычно, пока не выпьешь, денег ни у кого не оказывается, но , тем не менее , наскребали. Купили и ушли в облюбованную нами беседку, а там уже сожгли водку с томатным соком в печах голодных организмов. Всех расслабило, души подобрели, и все проблемы сразу стали казаться проще. Поскребли по краям и готов второй заряд паленого бухла. Все выпили и разошлись по домам. Я , как обычно , с Соней. По пути мы завалились в подъезд. Поцелуи, прощупывания интимных мест и привет , интрига. Пятнадцать минут трения и мою любовь стошнило. Желание секса сразу пропало , а эрекции будто и не было. Убедившись, что Соня в порядке, я взял ее в охапку и отвел домой. Сам же остановился посреди дороги, вдыхая воздух по максимуму, и в этот момент попытался понять свою жизнь. На долгом выдохе почувствовал запах перегара. Я думал, что душа моя прогорает, но в этот момент меня во мне была лишь половина. В захмелевшей голове не могло быть всего сознания, не без труда я это понял и все когнитивные изыскания свел к нулю. На следующий день после школы я встретился с Соней. Устала я так пить, сказала она расстроенно. Т еперь, как ни выпью, блюю постоянно. Твой организм не справляется с алкоголем, поэтому тебя выворачивает. Нужен перерыв. Это естественная реакция, ответил я. Тебе обязательно, а? возмутилась она. Ч то ни скажи ему, на все ответить хочет! Что я не так сказал? растерялся я. Ты все не так сказал! раздраженно произнесла она, после чего повернулась и ушла на фразе «я на учебу ». В ответ я ничего не стал говорить , потому что у меня болела голова и выяснять отношения совсем не хотелось. Не хочет говорить? Ну и ладно , поговорить можно и потом. Не горит же. На этом я отправился домой и предался размышлениям. Шел по тротуару, топтал рыжие листья и смотрел, как нога и отбрасываемая ею тень периодически соприкасаются в унисон с шагами. Я шел до тех пор, пока мне не помешали стоящие на моем пути черные туфли. Из них вырастали ноги с ложной кривизной , одетые в черные капроновые колготки. После черная юбка-карандаш, купленная явно по выбору родителей , и, разумеется, легкая черная куртка , органично вписывающаяся в образ. Было время, ты мне проходу не давал, сказала Марина. Ветер донес до меня пряный аромат ее духов. Я подхватил этот запах и бросил в ответ звуковые колебания: Привет. Я обнял ее. Х орошо выглядишь. Спасибо. Она расцвела, словно нежный цветок. Т ы уже домой? Да. А что? Ты же не торопишься? Ведь нет? Нет. Проводи девушку, чего встал! сказала она, глядя мне в глаза, а сама в этот момент начала идти, зацепляя меня взглядом не оставляя шансов. Марина всегда отличалась обаянием , и, разумеется, я пошел ее провожать. Б ыстро догнал, но не знал, что сказать , и как-то нелепо продолжил беседу: Ты в школу? Саш, ты дурак? Она рассмеялась. Н у , конечно! Куда я еще могу пойти с полной сумкой школьных принадлежностей ? Прогуливать, продолжал тормозить я. У тебя что, кровь от мозга отлила? спросила она насмешливо. Нет, ответил я. Марина остановилась. В месте с ней остановился и я. Она посмотрела на меня и схватила рукой за пах. Я остолбенел, а она скривила губы и спокойно продолжила идти. Нет, кровь не отлила. Ты просто тупишь. Ущерб самолюбию был нанесен неоценимый. Пойти за ней я не решился и, чтобы не усугублять ситуацию дальше, я кинул обесценивающую инцидент фразу , наполненную экспрессией : Ты больная! Спасибо! ответила она, а затем рассмеялась. Я отвернулся и пошел прочь, ругая мир по пути домой. Что это было, я так и не понял. В некоторых женских поступках я не видел логики , и этот был одним из них. Д ома меня нашла усталость. Нервная система активно истощалась. М ир напрягал. Меня начало беспокоить мое галимое состояние , но ничего толкового я не придумал до самого вечера. По привычному пути я добрался до своей зазнобы. Она сидела на маленьком заборчике у подъезда. С лучилось что? спросил я. Одно и то же изо дня в день надоело! хмуро высказалась она. Я присел рядом с ней, обнял своей рукой ее колени и произнес : Значит, сегодня не пойдем. Она подняла вопросительно-усталый взор , продержала фокус несколько секунд, удостоверяясь в том, что я говорю серьезно , и ответила : Хорошо. Через некоторое время мне позвонили. Я соврал, что Соня заболела и я сижу с ней. Немного уговоров, которые я отклонил , и все прекратилось. Телефон стих. Мы говорили, но темы наших отвлеченных бесед исчерпали себя. Ты тоже заметил, что мы сводим разговор к пьянству? спросила Соня. Да , ответил я, поглаживая ей ногу. Н а какое-то время мы замолчали. Можем попробовать что-нибудь другое, предложил я. Что, например? спросила она, глядя на меня. Я не знаю... Бегать по утрам. Ты еще скажи «записаться в спортзал »! Ладно , по вечерам. Просыпаемся же мы в разное время. Ну, можно попробовать, улыбнувшись, ответила Соня. Тогда пошли. С ейчас как раз вечер. Что? удивилась она, будто впервые услышав о теме беседы. Что-что ! На стадион пошли! ответил я и потянул ее за руку. Она послушалась. Стадион скучал: бегунов , кроме нас , в этот вечер не нашлось, чему мы , собственно , были рады. Не разминаясь, мы побежали в медленном темпе против часовой стрелки. Я бежал впереди , Соня следом. Ее хватило на два круга, меня всего на три, и то благодаря гендерным предрассудкам. Мы сдохли, не пробежав и полтора километра. Стыдно нам не было : напротив , мы вдруг заговорили о здоровом образе жизни и том, как это здорово. Оказалось, пора начать следить за собой. Ну что, завтра идем? спросила Соня , улыбаясь. Завтра ты не захочешь, улыбнулся я. Такая банальщина, но нам было здорово от нее. Мы вдруг нашли друг в друге поддержку. Я провожал Соню за руку. Когда вернулся домой, родители сказали, что я какой-то странный и непривычный. Предположили, что я пьяный. Меня это развеселило : и чего бы не подумать, что я накурился? Мать и отец так привыкли к тому, что я прихожу домой убитый , что не поверили моему трезвому состоянию. Я не стал спорить. Н аелся и крепко проспал всю ночь. Утро ударило по ногам , и они дико заболели. Мысли о новом забеге были встречены с иронией. Скрипя и вздыхая, я добрался до кухни, чтобы проглотить завтрак. К школе ноги расходились, было уже не так больно , но все же оставалось неприятное ощущение. После уроков я встретил Соню. С ней было то же самое. О на ругалась. Не ругайся. Переживем, ответил я. Похмелье и то не такое болезненное! сказала она. К похмелью ты просто привыкла. Давай сегодня с нашими погуляем, а? Но не пьем, о ’кей? Почему? удивилась она. Сама же ныла, что все пресно. Теперь поздно давать задний ход. Л адно , посмотрим, ответила Соня. Не выпендривайся , сказал я. Мы разошлись. Навстречу мне снова попалась Марина, но на этот раз я увидел ее заранее. Где вчера были? спросила она , подходя ко мне. Где-то были, ответил я. Неужто из-за меня, мой хороший? улыбнулась Марина и обняла меня, на что я не отреагировал. Мы что , поссорились? продолжила она. Ой, что ты! ответил я, а затем обнял ее и сильно сдавил в объятиях. Ай! вскрикнула она. Т ы что , больной?! Сегодня, видимо, моя очередь быть больным, иронизировал я. Ну, хоть где-то ты крепкий, ответила она, глядя исподлобья и явно пытаясь задеть. А ты везде такая слабая? не отступал я. Проверим вечером? Конечно, проверим. Ж ги сегодня в хлам , и проверим. А с трезвой что , не справишься? А трезвая ты дура дурой. Шутить у Петросяна учился? оскалилась она. Тебе подражаю. Жалкий плагиат, ответила она радостно. В глазах заблестел интерес. Иди отсюда , школьница ! ответил я, собираясь уйти. Она встала передо мной, я сделал шаг в сторону, чтобы обойти ее , но она не позволила. Чего ты хочешь? спросил я. Она подошла ближе, положила ладони мне на грудь, посмотрела в глаза, потом на губы. Взгляд на губы означал желание поцелуя, я это прекрасно знал. Расстраивать девушку я не стал: взял ее голову в руки и поцеловал в лоб. До вечера. На этих словах я ушел, не оборачиваясь. Она ничего не бросила вдогонку , и что было с ее тараканами , я не знал. Долго ли , коротко часы сообщили о назначенном времени. Я встретился с Сониными закрытыми дверьми подъезда. В ответ на сообщение она написала : «Заболела по правде. Температура поднялась. Не пей!». Что делать? Без Сони я не встречался с компанией. Разве что с Мариной. «Скинь номер Марины», написал я Соне. «Зачем?» спросила она. «Ее нет » «7-908-588-07-25, Марина». Получив номер, я не знал, что ей сказать. Думал, но чем дольше мучил мозг, тем сложнее с каждым разом было собрать из мозаики слов что-то вразумительное. Поняв, что занимаюсь такой же глупостью, как завязывание шнурков на бегу, я просто нажал вызов. Да? ответила Марина. Ты где? спросил я. Это кто? Папа твой! Где ты , спрашиваю? Отправив меня на три буквы , она сбросила вызов. В ответ я написал сообщение с именем и фамилией. Через минуту она перезвонила: Дома я. Собираюсь. А что? Где ты живешь? спросил я. А ты , я вижу, совсем не теряешься, ответила она, посмеиваясь. Есть такое. Ну, так что? А с Соней уже не гуляется ? Она болеет. А я тебе зачем? спросила Марина. Не тупи , женщина! К уда идти? раздраженно ответил я. Она дала координаты и попросила позвонить, когда приду на место. Я шел, обходя наплаканные осенью лужи , и в них иногда замечал себя. Достигнув оговоренной точки, я встал, уткнувшись взглядом в одно из своих блеклых отражений. Я видел себя и ничего больше. Только себя. Лгут писатели, когда пишут, что там можно увидеть нечто большее. Там есть только ты сам и твое собственное представление о себе. Плевок, появившийся на моем отражении , разошелся рябью по воде и прервал мои размышления. Привет, сказала Марина. Ты плюнула на меня! возмутился я. На твое отражение. Но плюнула же! Накажи меня , предложила она. О , боже! воскликнул я. О! Ты в бога веришь? спросила она насмешливо. Ага. Каждый раз, когда тебя вижу. Саш начала Марина. Говори. У нас свидание? Ты же знаешь, что я встречаюсь с Соней. Да и она твоя подруга. Мы все знаем, что ты с ней начал встречаться из ревности. Да, опустив глаза, ответил я, было такое. Ну, так вот. У нас свидание? Тебе мало той толпы, что за тобой бегает? Ни одна толпа не заменит заботливого мужчину, ответила она, улыбнувшись. Я подросток! проигнорировал ее я. Ты назвал меня женщиной, значит, видишь во мне женщину. Подобное к подобному. Женщине нужен мужчина. Не ломайся. Я рассмеялся, а она тем временем стала нарушать границы личного пространства. Твои выводы начинают меня беспокоить, проговорил я. П омнишь, что ты мне обещал? спросила Марина. Тебе? удивился я. Н ет, не помню. Ты решил проверить , везде ли я слабая. В от ты про что... Да. Не расстраивай свою женщину. Марина взяла меня под руку. Мы подходим к нашим , сказал я. Мы подошли , ни о чем не говоря, потому что не хотели делиться такой темой с другими по разным причинам. Это всегда так: когда двое подходят молча, значит, у них был личный разговор , в который других явно не посвятят. И все было как обычно, за исключением того , что я пришел не с Соней, а с Мариной. Мы вновь собрались в беседке. И да начнется пьянка ! объявил Олег, разливая водку по стаканам. Я не буду, ответил я. От этого в компании поднялось волнение , и все бы закончилось моей трезвостью, да только у Марины были другие планы. Не будешь, значит? спросила она, подойдя ко мне вплотную. Не буду, ответил я. Она мило улыбнулась, а затем схватила меня рукой за пах. Тянущая и ноющая боль от сдавленных яичек помчалась к мозгу. Он будет! сказала Марина, преисполненная радости. Д авайте стакан. Сука-а ! выдавил я почти шепотом. Марина сдавила сильнее, я приоткрыл рот, чтобы захватить побольше воздуха, а она в этот момент влила мне в глотку сорокаградусную смесь воды и спирта с привычными словами «давай прыжок». Я закашлял , захлебываясь, а она вручила мне томатный сок, чтобы я мог запить. Компания радовалась, я приходил в себя, а Марина, чтобы я никуда ни ушел и не стал ругаться на нее , обняла меня и молча ждала моей реакции. Мой мозг был растерян и не знал, что сделать. И я бы ушел, но своим объятием Марина меня удержала, будто зная мою реакцию. Женская интуиция , или она правда меня знала? Этот вопрос меня занимал до тех пор , пока нам не подали очередную порцию. Ну что, давай прыжок , покоритель женских сердец, сказал Олег. Давай, прошептала Марина, ты все равно уже замарался. Давай, ответил я, немного подумав. Мы глушили, пока не кончилось спиртное. Затем , накиданные , разбрелись по домам. Я же, как истинный джентльмен, который вдруг проснулся в подогретом теле, пошел провожать Марину. Где взял сорок с небольшим килограммов , туда и верну. М ы шли , пошатываясь. Мне было непривычно, что не нужно тащить девушку проблеваться. Дорога была другой, тоже не обыденной. Весь вечер был другим. Ты готов? спросила она, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. Конечно, готов, ответил я. Тогда иди за мной, ответила она и поспешила в подъезд. Мы заскочили в дом, где не было домофона. Марина прижалась ко мне и начала целовать. В ответ я сделал то же самое. Два пьяных тела предавали человека , который остался дома. Бессовестные! Половинки сознаний осуществляли инстинктивный замысел, руки требовали интимных мест и согревались в легких прикосновениях. Легкие стоны удовольствий нарушали тишину позднего вечера, а наше уединение никто нарушить не смел. В сексе Марина отличалась от Сони. В ней было больше страсти и несдержанных порывов. Она была готова вылиться за один раз, будто совершая свой последний взмах бабочка, пожертвовавшая жизнью для того, чтобы до нее могли дотронуться. Я же , неидеальный партнер, местами лажая , надругался над ее красотой. Красавица и чудовище таким был наш секс, но в итоге мы оба остались от него в неподдельном восторге. Следующее , что сознание запомнило , это то, как я прижимался к губам Марины на прощание, обещая для нее расстаться с Соней. Утро. Головная боль. Осознание. Использование триумвирата обсценной лексики во всех падежах. На смартфоне десяток пропущенных, семь сообщений , и все от Сони. Что делать? Этот вопрос не давал мне покоя. Соня и Марина подруги, измену не утаить в любом случае. Пока я думал, время погнало меня в школу. По дороге мозг размышлял и не мог на что-то решиться. Я не знал, насколько серьезна была Марина, как воспримет все Соня, ведь мы же были пьяные. Хотя для кого это оправдание? У пьяного человека стирается страх , и то, что он не делает трезвый , он не делает разве что из-за боязни последствий. Понимая, что Соня все равно узнает, я решил не говорить ей это в лицо, чтобы не получить всплеск эмоций, а предупредить ее заранее по смс, чтобы она уже что-то решила и я мог увидеть ее реакцию еще на подходе ко мне. Как следует обдумав текст, я отправил: «Сонь, прости. Вчера я выпил, но это не самое предательское, что я сделал. По пьяни я изменил тебе с Мариной». После отправки сообщения я выключил телефон. Дождался окончания уроков, постоял в нерешительности у окна и хлопнул дверью на выходе. Соню я так и не встретил , но зато Марина , как всегда , шла в одно и то же время. Она выглядела прекрасно, будто в ее жизни и не бывало алкогольных вечеров. Юное тело, достойное большего, чем терять честь в углах незапертых парадных. Кто обесценил ее самооценку? Что она скажет мне через секунду ? Почему так много зависит от первых слов разговора? Как голова? спросил я, обнимая Марину и не выпуская ее из объятий. Мне Соня звонила, ответила она. Что сказала? Она хотела проверить тебя на верность, ну, и что-то пошло не так, рассмеялась она, отводя глаза. Ты играла? спросил я, убирая руки. Ты мой мужчина, ответила она, прижавшись ко мне. Я от своих слов не отказываюсь. Соня подтолкнула меня исправить ошибку, которую ты давно совершил. Думаю , нам нужно повременить с отношениями, чтобы Соня не наделала глупостей , ответил я. Великодушно, но нет. Я не собираюсь скрывать своего счастья! Ты всегда берешь, что хочешь, да? с многозначительной улыбкой спросил я. А смысл чего-то хотеть, если этого не получать? Твоя правда, ответил я и вдохнул запах ее волос. Мы распрощались до вечера и разошлись каждый в свою сторону. Во мне бесновался калейдоскоп эмоций. С Мариной я забывался и вел себя иначе. С Соней же я просто проживал. Выбор, конечно, падал на Марину, но чувство вины в предательстве сосало из меня силы. Меня пугало будущее и эти неловкие моменты, когда я буду ловить Сонин взгляд. Даже пропивая мозг, я был способен анализировать жизнь и понимать, что чувство вины рождено мной и причиняет мне страдания только потому, что я нарушил свои нравственные императивы. Чтобы как-то попробовать себя успокоить, я зашел на страницу Сони в Вконтакте. Статус был еще сохранен, она была в друзьях , и ничто на ее странице не выдавало моего предательства, кроме песни на стене : «Александр Жвакин Раненое сердце». Чтобы понять ее состояние, я проиграл запись : Может, мне опять залечить Раненое сердце твоё? Почему мы снова молчим? Почему оно не поёт? Может , мне опять залечить, Раненое сердце твоё? Потерял от дома ключи, И никто не найдёт... На припеве я разревелся от внезапно нахлынувших эмоций. Здесь были слезы потерь за многие годы. Это был не только частный случай, произошедший с нами, а много больше. Мне стало страшно терять Соню , но что уже поделаешь... Меня слезило навзрыд , пока играла песня, а после я выключил ее и немного успокоился. Слезы выгнали гормоны стресса , и пришло некоторое облегчение. Я начал мириться с клеймом «предатель». Убрав «семейное положение » на странице, я покинул сеть. Затем прошелся по дому, будто в первый раз. Включил смартфон. Сцепил руки в замок и схватился ими за затылок, бессознательно стараясь удержать проносящиеся мысли. На телефон пришли пропущенные звонки и сообщения. В смс Соня сначала злилась, а после писала, что сама виновата. Просила прощения, обещала жить иначе, а я смотрел на экран, в третий раз перечитывая сообщения слезящимися глазами , и мысленно произносил одну и ту же фразу: «К акой же я придурок ». ГЛАВА XII Выбор это не самое лучшее, что с нами случается, однако именно возможность выбора определяет, свободен ли человек. Так почему, когда вдруг становится актуальной эта тема, человек мучается вместо того, чтобы радоваться? По размышлении , становится очевидным: делая выбор, человек лишается выбора и вынужден жить с тем, на что он себя обрек. Таким образом, он лишается и свободы , и возможностей других вариантов. Человек боится не выбора, человек боится потерь, которые не всегда осознает. Из двух вариантов выбирай последний : будь первый хорошим, второй не появился бы. Я посчитал, как принято , и был таков. Марина текла в объятиях, Соня совсем пропала. Я целовал новую пассию , забывался, но , стоило сделать шаг в сторону, как тяжесть взбиралась на плечи и ноги больше не могли унести безумно-огромную глупую голову. Мы с Мариной глушили горькую, Соня прекратила общение с нашей компанией. Марина познакомила меня с приходами от шалы, которую за несколько сотен тащили дохлые планокуры, а подруга детства ударилась в ЗОЖ. Мы шли противоположными дорогами. Я катился вниз по социальной лестнице , родители бились в истерике, отец винил себя, а я игнорировал попытки достучаться и был уверен, что все хорошо. Я очень весело проводил время и стал для многих узнаваем. Получил жизнь, в которой не было места одиночеству. Все произошло достаточно незаметно. Когда становишься вечно убитым , время пролетает. Период разгула сменился следующим периодом , и в этом другом многое было иначе. Школа подошла к концу. Марина уезжала учиться в Санкт-Петербург, а я оставался. Мы устроили прощальный вечер и, чтобы сделать его ярче, забились порохом на съемной хате. Выброс дофамина  и  норадреналина сделал свое дело. Мы целовались, гасили надоедливый сушняк и просто сношались , где только могли. Пообещай не звонить и не писать, сказала Марина , потягиваясь в постели. Почему? спросил я, водя рукой по ее обнаженному телу. Потому , что у меня будет другой, и я не хочу, чтобы ты питался пустыми иллюзиями. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Понимаешь? ответила она, повернувшись ко мне. Марина лежала у меня на груди, глядя на меня глазами , в которых зрачки от амфетамина потеряли свои берега. Меня устраивает, что ты не даешь пустых обещаний, ответил я, отворачиваясь и глядя в потолок , будто на потолке был какой-то смысл. Я женщина, а не какая-то там девушка. Женщины не лгут! От тебя всегда приятно пахнет , сказал я. Саш, всегда хотела тебя спросить: почему ты нас нюхал? Что Соню, что меня. Какой в этом смысл? Не то чтобы мне не нравилось, напротив но почему ? Я пытаюсь узнать один запах, но пока его не встретил. Как это? удивилась Марина. Мне приснился один запах женский. Я хочу его найти. Подожди-подожди! Но ведь во сне нельзя ощутить запах! Знаю, рассмеявшись, ответил я, но я помню, что почувствовал, уловив его. Как только я почувствую то же самое, я найду этот запах. Каждый сходит с ума по-своему, отворачиваясь , произнесла Марина. Личное безумие это лучшее, что есть в этом разном мире. Ну, хорошо. Допустим, ты нашел тот самый запах , и что дальше? Кто это должен быть ? Ведь ты неспроста придаешь этому значение. Я права? Скажи же, я права? Ты права. Я знала! Ну, так кто это? Зачем ты ее ищешь? Если честно, я еще сам не знаю, кто она мне. Но, несомненно, это важный человек в моей судьбе. Я так думаю. Нет , я уверен! Как романтично! Не замечала этого за тобой раньше. Так жаль, ответила Марина, прижимаясь ко мне. Несколько минут мы молчали. В тишине умирало отведенное нам время, приближая финал нашей трагикомедии. Мне так не хотелось с ней расставаться, потому что я чувствовал за финалом большую пустоту. Некий пробел, в котором придется беспросветно терпеть выкрутасы безумной судьбы. Саш, проговорила Марина. Что? Знаешь , что? продолжала она, вскочив на меня. Ну, говори. У нас должна быть наша песня! Чтобы мы не забывали друг друга. Представь: ты заскучал по мне или я по тебе, загружаем ее и душу рвет воспоминание об этом моменте , где мы , голые , утоляем предстоящий голод. Хорошо. В ыбирай, ответил я, проводя ладонями вверх по ее животу. Она некоторое время гадала, а потом остановилась на уже знакомой мне песне «А. Жвакин Раненое сердце ». Я пытался уговорить ее на другую, но она категорично требовала только ее. В конечном итоге я согласился, ведь это была просто песня. Давай будем петь! воскликнула Марина, прыгая на мне. Ладно-ладно, давай! согласился я. Вот тебе текст песни. И не фальшивь! Заиграла музыка на смартфоне, Марина запела, а я смотрел на нее и старался запомнить изгибы ее тела, движения, голос , но больше всего я хотел удержать ее запах , чтобы однажды , проходя в толпе и уловив такой же, предаться минорным воспоминаниям о прожитом. Моя память всегда была тем, что я очень ценил. Она сохраняла мои воспоминания, над которыми я мог размышлять и вычленять фабулы, незамеченные уроки и прочие вещи, которым люди не придают значения. Марина увлечено пела, выкладываясь эмоционально, а я восхищенно смотрел на нее. Ты не поешь! вдруг воскликнула она и ударила меня по груди. Я тобой любовался, ответил я. Хорошая попытка. Но так не пойдет! Сейчас ты будешь петь, а я буду внимать твоему гению. Давай! Даже не спорь, а то член откушу! Я немного помялся. Тогда она , как всегда , схватила меня за пах и добилась своего. Я сел на кровати , опершись на подушку, Марина устроилась на мне сверху и включила песню, а затем шепотом сказала: Пой Сколько я искал Пропаду среди глупостей твоих, Душа твоя сколько прожила, Переломана от грубостей моих. Знаешь, я всегда бегу, Может , от тебя, а может , за тобой, Плачешь ты, а я молчу, Почему же я не стал твоей судьбой? Зачем нам все в который раз?.. П рипев мы спели уже вместе. Так «Раненое сердце» стало нашей песней. Но для меня в этой песне была еще и Соня. Весь этот период наших отношений заключал в себе радость, боль, наркотики, секс и еще огромное количество различных вещей. А потом Марина уехала, оставив после себя выжженное поле. И не было ни цветов, ни деревьев, ни даже камней. Ее отсутствие я гасил планом , он успокаивал мою боль от потери , но, увы, он не мог залечить мое раненое сердце. Н е то чтобы я жаловался на жизнь, но какого черта в этом мире все так непросто?! После Марининого отъезда я не остался один. Разгульная жизнь оставила несколько мутных знакомых и одного друга. Его звали Кирилл. Худощавый парень со змеиными глазами. Он слегка картавил, ругал систему и любил собак. Словом , обычный наркоман , и ничего неординарного в нем не было. Моя жизнь текла в новом ритме, заставляя меня привыкать. С учебой отец велел повременить , чтобы я год поработал и понял, что нужно подойти к жизни обдуманно. Он был прав: ведь, увы, основное время жизни проходит на работе, и ничего тут не сделаешь, хорошо не постаравшись. Сложнее было другое определиться, чего именно я хочу, ведь , по правде говоря, я был уставшим от жизни совершеннолетним пацаном. И таких, как я , моральных босяков, бродили по улице миллионы поколение приунывших и зажравшихся. И что думаешь делать? спросил меня Кирилл, когда мы прогуливались. На работу устроюсь, стану радостным рабочим. Что еще мне остается? И ты согласен на это? Предлагай иные варианты, ответил я. Твоя жизнь твои варианты. Ты сам должен для себя решить. Ты сам-то для себя что решил, философ? Создам продукт, внедрю в наименее конкурентную среду и срублю лавэ. Ну, звучит сыто. А что за продукт? Еще не придумал, ответил он, отводя взгляд и желая отстраниться от разочаровывающего планы факта. Да ты гений, я тебе скажу. Покоришь рынок вот-вот, уже почти завтра. Мы посмеялись и начали обсуждать тривиальную для молодежи тему: где взять денег , ничего не делая. Но затем заговорили о том, что вполне имело смысл. Если до двадцати пяти лет не сделаешь что-то , что можно назвать великим, не найдешь себя, то после добиться чего-то уже будет сложно, сказал Кирилл. Кстати, да, подтвердил я, в двадцать три -двадцать четыре юношеский максимализм заканчивается и человек становится каким-то приземленным. Потенциал действия опускается на ноль. Да и способность мозга к обучению достигает апогея к двадцати пяти и после падает с каждым годом. Откуда ты это знаешь? удивился Кирилл. Я раньше читал много, ответил я. Чувство какой-то возвышенности от осознания того, что я умнее , чем среднестатистический человек, соблазнительно ласкало мое самолюбие промеж полушарий. Впервые я ощутил пользу от своих знаний. Взяв у барыги пакет плана, мы подняли спрятанную дозу, называемую закладкой, и добрались до гадюшника. Раньше , до всех событий, что свалились на мою голову , притон казался мне чем-то очень сложным и необычным, даже мистическим, но опыт выбросил эти дешевые байки из склепа. Притон был обычной квартирой и ничего особенного из себя не представлял. Нас встретил тощий мужик с блестящей лысиной в заляпанной «алкоголичке »; все звали его Вадя. Пройдя по квартире, мы увидели печальную картину: парень, явно пожадничав , переторбился и превысил дозу, причем , где-то взял грязной дури , от которой проблевался и жрал посреди коридора собственную блевотину , испуганно глядя в пустоту. Жадная молодежь пошла. Никакого чувства меры, прокомментировал Вадя. Он же блевотину ест! воскликнул Кирилл. Пусть убирает за собой. Больше не пущу залетного. Еще засветит меня. И правильно, согласился я. Кирилл забил бонг. По комнате облаками поднимался сладкий дым волшебных трав. Мы втроем приготовились осваивать далекий космос. Я слышал, Марина уехала, сказал Вадя, глядя на меня и затягиваясь. Уехала, ответил я, уронив взгляд. На полу ему в такие моменты удобнее. Жаль , бро. Что думаешь делать? Работать, потом учиться. Еще один обыватель под красной властью будет работать на чью-то мечту. А что, есть другие варианты? Нет. Система работает отлаженно. Можно стать предпринимателем и работать на свою мечту! оживился Кирилл. Новое поколение новые закосы на жизнь. Сейчас все хотят быть предпринимателями, до этого руководителями, еще раньше авторитетами. Люди раньше в космосе свое имя увековечить мечтали. А вы? Ну, началось! фыркнул я, поворачиваясь к Кириллу. С ейчас про матрешек скажет. И скажу! Что это за девушки сейчас? Где их розовые щечки? Пропили, прошлялись со всякими мутными типами ! Типа тебя, да? подметил Кирилл и расхохотался. Мы подхватили. Я добрый дядька , ответил Вадя, принимаясь за новую затяжку. Слушай, сказал я, обращаясь к Ваде, с возрастом проще жить? Знаешь, ответил он, немного подвисая, чем ты старше, тем ты более одинок. Уйдут все. Друзья поисчезают как пропадет кураж , а те , кто останутся , будут очень часто заняты , как и ты сам. Вечно на работе, в упряжке. Семью нужно тянуть , время находить на то, чтобы поругаться с женой. Покупать сотню ненужных вещей для нелепого комфорта. В какой-то момент осознаешь, что ты не этого хотел от жизни. Постоянно будешь вспоминать молодость, которую прожигал. А потом придет кризис среднего возраста , и лучше к этому времени чего-то достичь, иначе Вадя сделал паузу, иначе очень расстроишься. Я не могу тебя обрадовать прелестями взрослой жизни, потому что для таких , как мы, простых смертных, их нет. Говорят, люди , нашедшие свое призвание в жизни, живут счастливее. Я не знаю. Я таких в этих стенах не видел. Почему же ты ничего не сделал с этим? бестактно спросил Кирилл. Ну, понимаешь начал Вадя. Вот это «ну, понимаешь» значит, что ты пытаешься придумать оправдание, а не ответить на вопрос. Скажи честно! потребовал я. Красавчик ! Кирилл повернулся ко мне. Д ай пять! Парни если честно , я не знаю. Я просто жил и плыл по течению. Возможно, у моей лодки и были весла, но я ими не пользовался. Я смотрел, как плывут другие, трогал воду и летал в космос. Даже не пытался что-то изменить. Жизнь такая ! В ластям удобно стадо приунывших мечтателей, которые сидят на жопе , смотрят в окно на звезды и занимаются работой, пока не сдохнут. Мне не хотелось так, вот я и вот я и сижу здесь. Для меня это лучшее из того , что предлагалось. Ждал, когда за тебя осуществят твою мечту и принесут ее плоды тебе? спросил Кирилл с задумчивым лицом. Было видно, что его эта тема тоже касается и он с ней знаком. Ты сам-то много сделал для своей мечты? спросил Вадя. Т ы хоть думал, почему все так? Думал, ответил я, склонив голову. Видимо , просто думал, а не решал. Жил в папином кармане и тер сопли по лицу. С какой реальной проблемой ты за свои годы сталкивался? У тебя еще даже коматоза не было, к которому ты с успехом идешь , а от жизни уже устал! Родился и душой состарился, чтобы ворчать всю жизнь. Зачем ты молодость пропустил, где твои безбашенные события в жизни? Понимаешь? Этого уже нет в твои восемнадцать, а дальше лучше не будет. А ты такой, потому что система такая. Наша жизнь дерьмо , и законный дом для нее в жопе! Вот почему все так! Вот тебе ответ! Мы еще немного поговорили, а после все позалипали. К вечеру разошлись. Разговор я не пропустил мимо ушей и оставил в себе. По дороге домой начал рассуждать сам с собой, но в итоге осознал , что Вадя был в чем-то прав. Понимая, что я не справляюсь с жизнью, я , как всегда , решил поговорить с отцом. Он был мужиком умным, хоть и своенравным в вопросах воспитания. Мы встретились на кухне, где раньше обычно беседовали , и я спросил: С возрастом жизнь будет легче или сложнее? Я уже тебе говорил: думай сам! ответил он. У меня не получается справиться с жизнью. А ты хотя бы пытался? Я думал, что делать начал я, но был перебит: Думал, но так ни к чему и не пришел. Правильно? Да, ответил я, опуская глаза, а затем вновь поднимая. Знаешь , в чем проблема современной молодежи? Уверен, что нет. Т ы же сам ее представитель , тебе сложно это увидеть. Так вот , я скажу тебе! Ч еловек существо социальное, а молодость период отношений. Ваши отношения перешли с улицы в интернет, но в интернете нет яркости , да и фантазия у вас ни к черту. Вы обмениваетесь текстом, а разве текст это весело? Пришли домой и до поздней ночи просидели в переписках. Отношения между мужчиной и женщиной превратились в свободный секс , и добиваться женщины уже не хочется. Кроссовки стоят дороже, чем та сумма, которую ты потратишь на девушку, прежде чем переспишь с ней. Вы живете в изобилии , комфорте, и из-за этого стали ленивыми и скучными. Вы встречаетесь, чтобы болтать и болтать о себе, ведь каждый , в конечном итоге , говорит о волнующих его вещах, а значит , о себе любимом. А кто такой человек? Человек это просто набор плагиата , сделанного кое-как, оттого -то мы такие разные. Ваша скука обусловлена тем, что вы ничего не делаете и ждете каких-то событий извне. При этом вы смотрите друг на друга и повторяете этот плагиат, лишь увеличивая скатывающийся снежный ком. У молодых нет друзей ! Т ы сам открой глаза и посмотри : кругом сплошь приятели! Друзья это когда у людей одни и те же интересы ! А что у вас? Вы просто общаетесь и , в лучшем случае, с глазу на глаз. И скажи, этот разговор что-то изменит в твоей жизни? Я более чем уверен, что нет. И если бы ты мог, ты бы лайкнул его и помахал гривой , как лошадь мол , да, согласен. Таких лайкнувших было бы много, ведь ругать современный мир в тренде: все плохие, сгнившие, а у тебя-то , конечно, солнце в груди и целая вселенная в голове , хотя ничего , кроме черной дыры , которая только все втягивает в себя , там нет. Гигантская вагина проститутки вот что находится внутри современного поколения. И что ты собираешься делать с этим, а ? Скажи, вот ты узнал причины, а дальше-то что сделаешь? Снова подумаешь? Ч то изменится? Ну, удалю профиль из сети и начну больше проводить времени на улице, неуверенно ответил я. Хорошо. Ты удалишь профиль, но вокруг тебя будут люди, которые не удалили. Ты понимаешь, что останешься один ? Это ведет к одиночеству, потому что говорить тебе будет не с кем. Одиночество не самый лучший спутник. А шанс, что ты найдешь интересных людей, как-то невысок, учитывая твои интересы. Понимаю, нужно верить в людей, но давай будем реалистами , и потому я повторяю вопрос: что ты сделаешь? Прошлое твое решение ни к чему не привело. Займусь чем-нибудь, попробовал я еще раз. Хорошо. Т ы занялся чем-нибудь , и тебя не зацепило. Затем занялся следующим, следующим, следующим и впал в депрессию от того, что все в этом мире для твоей души оказалось пресным. И вот ты снова вернулся к тому , от чего ушел. А между тем ты взрослеешь, шансов, чтобы как-то успеть разобраться с жизнью, становится все меньше, потому что дом, семья, работа. В таком случае ты и собственную семью создашь с кем попало , а неправильная жена это огромный якорь. Н е важно, кто она будет наркоманка, дочь министра или модель с подиума: если вы подходите друг другу, вы будете счастливы , а если нет станете врагами. Так что? Есть еще варианты? Нет, ответил я, огорченный своей неспособностью решить проблему. События. Люди одиноки, потому что в их жизни нет событий, в которых они участвуют с интересом. От этого они начинают думать. Чем больше они думают, тем больше сомневаются , и в итоге начинают бороться со своими мыслями. Понимаешь, о чем я говорю? спросил отец, заглядывая мне в глаза. Я кивнул в знак согласия. Что ты башкой машешь? Понимаешь или нет? П онимаю, униженно ответил я. Вот пример: ты познакомился с девушкой, она тебе понравилась, но оказалось, что она живет в тысячах километров от тебя и , более того, она алкоголичка. Однако вы нравитесь друг другу. Что ты сделаешь? Ничего. Зачем мне алкоголичка ? задал я риторический вопрос. Странно. В детстве вроде не роняли, ответил отец, закатив глаза. Ну, она же алкоголичка ! возмутился я. Ты думаешь о том, какая она, а не о том, что ты чувствуешь. Твой полет создаст события, и вы получите эмоции. Тебя что , так сильно жопа к земле притягивает, что ты боишься того, что самолет не взлетит? События, понимаешь! Сомнительная девушка за тысячи километров это безумие, но какое яркое! Ты вообще зачем живешь, если отказываешься от своих желаний? Ты живешь для того, чтобы достигать желаемого , а не отказываться от него. Плевать, что оно может не оправдаться , тебя это не убьет. А если убьет, по крайней мере, ты жил красиво и честно , не лгал себе. Другие отцы советуют своим детям обратное , возразил я. И где их дети? Чего добились эти отцы? Об этом думай, принимая советы. О тец встал со стула. П ойдем со мной, я тебе покажу. Мы вышли на застекленный балкон. Отец открыл окно. Что ты видишь? спросил он. Дома, деревья, машины, ответил я. Посмотри получше , сказал он. Я подошел ближе к окну. Что ты видишь? вновь спросил он. Я попытался увидеть что-то большее. Да ничего я там не вижу! ответил я. Отец крепко схватил меня за ноги и молча начал выталкивать в окно. Я закричал, но он продолжал толкать. Мои руки вцепились в раму, кисти начало сводить от боли. Это безумие продолжалось пару минут, для меня длившихся значительно дольше. Затем он отпустил меня, повернулся , как ни в чем не бывало , и, уходя, сказал, чтобы я закрыл окно. Ты совсем, что ли , больной?! вскричал я, вбежав на кухню. Отец пил чай. Ты закрыл окно? спросил он с завидным спокойствием. Я заметался по кухне , схватившись за голову и не зная , как выразить свое истеричное состояние. Что это было, черт возьми?! наконец , выдал я. Событие, коротко ответил отец. Что?! в шоке воскликнул я. Ты глухой? спросил отец. Э то было событие. Ты поймешь. Мой отец был сторонником странных методов воспитания, но , какими бы дикими они ни казались, должен признаться, работали они всегда на ура. Ему удавалось все объяснить в доступной форме, а также закрепить в памяти полученную информацию. Видеозапись со мной и Соней , смерть Бруно , мои купания в тазике и еще много разных моментов, которые невозможно просто взять и забыть. Этот вечер не был исключением. Осознавая важность урока, я начал перебирать в памяти события, чтобы проверить, прав был отец или нет. И в итоге оказалось, что он был прав. В памяти держатся лишь яркие события, которые вырываются из ритмичной повседневности. Р утину я не смог вспомнить, даже недельной давности. Какие были на мне носки три дня назад? Что я съел вчера? Это можно было вспомнить лишь с огромным усилием. Но это не было чем-то страшным на фоне того, что из памяти исчезали целые дни, недели, месяцы , годы. Если собрать все яркие моменты воедино , то не вышло бы даже и месяца. А говорят , это лучшие годы. Т яжесть осознанной информации меня раздавила. Но теперь я уже понимал причины своего одиночества и как с ним бороться. Чем , собственно , решительно и занялся. ГЛАВА XIII Просмотрев вакансии на Avito.ru , я отправился на собеседование в Ostin. Там меня встретила приветливая молодежь, пообещавшая перспективы, которые мне были, в сущности , не нужны. Я шел за стажем и хотел работать кладовщиком; меня , как и ожидалось, взяли. Перенеся рутину трудоустройства, я вышел на работу. В первый же день начальница решила вкачать в меня всю необходимую информацию; я фиксировал ручкой ее слова, а она , не зная того, что мужчина не способен делать два дела одновременно, продолжала говорить, опускаясь до совершенно излишних подробностей. В целом, первое впечатление Юля оставляла вполне приятное, но мы с ней были людьми с разных берегов , и потому понимать мне ее было сложно. Другим человеком была администратор Настя. В ней уживались ответственный человек и разгильдяй. В общении мы с ней были похожи явно формировались в одинаковой среде и были как рыбы с одного водоема. Моя работа заключалась в том, чтобы принять товар, оприходовать его и разложить по местам. Что-то в зал, что-то на склад. Казалось бы , работа несложная, но объем ее был огромный. Чтобы успевать, я сократил свой обед с часу до двадцати минут, но, тем не менее, мне не хватало времени и приходилось постоянно бесплатно перерабатывать до закрытия магазина. Сначала я думал, что так случается из-за того, что я новенький и работу выполняю медленно, но время шло и ничего не менялось. Осознав , что весь мой день проходит на работе, а домой я прихожу разве что взять обед и переночевать, я решил уволиться. Доработал месяц до конца, и меня одарили зарплатой в десять тысяч. Обещанных тринадцати-пятнадцати не получилось из-за того, что у меня была нулевая категория. У читывая, что средняя заработная плата по городу двадцать тысяч , я был рад, что уволился. Полученную зарплату было жалко тратить. Понимая, что везде берут со стажем, а в местах, где работает молодежь , объем труда большой и за низкую оплату, я решил уйти на стройку. Потратив определенное время на поиски, я устроился в В одоканал. За первый месяц работы я так и не понял, что я сделал и почему за это вообще платят. Когда заканчивался второй месяц, мне выдали зарплату со словами: «Держи , друг, заслужил». В итоге мое представление о работе рухнуло. На стройке я ходил пить чай дважды в день, в обед спал , любую переработку оплачивали, а домой я возвращался еще до шести вечера, и все это при зарплате в двадцать тысяч. Контраст был безумным. К тому же в мужском коллективе можно было друг друга послать в известное место, даже начальника , и дальше спокойно работать, а в женском обидчица вся изошла бы на желчь. Разумеется, я остался работать на стройке. Мне все нравилось. Я думал , на стройке плохо работать, сказал я как-то , повиснув на лопате. Не для всех подходит, на самом деле , ответил мне дядя Коля, с которым мы искали газ. Николай Владимирович был крепкого телосложения седоволосый пенсионер, которому нельзя было дать больше пятидесяти лет, невысокого роста и с достаточно сильным характером. Почему? откровенно удивился я. Статус работы низкий. Раньше физическим трудом наказывали, ну , так и повелось. З десь лучше , чем во многих других местах , но не для белоручек. Сам видишь. А что мы делаем? спросил я. Шурфим. Что? Роем яму в месте пересечения, чтобы найти коммуникации и не порвать их , спокойно ответил он. Коммуникации? удивился я. К оммуникация это же общение! В гуманитарных науках это общение людей, а в технических общение веществ. У электриков провода, у нас вот трубы. После этого разговора я начал понимать, что , фактически, обладаю не таким уж и большим багажом знаний, как полагал раньше. Мир за пределами школы и родительской опеки был значительно шире и глубже. Унывать по этому поводу я не стал и дальше себе работал. В конце смены, как и полагается, переоделся и пошел домой. По дороге я встретил Юлю девочку, которую однажды спас от изнасилования. Привет, сказал я. Привет! слегка смутилась она. Ты куда идешь? Она объяснила. О казалось, нам по пути. Ну что, как жизнь? продолжил я. Н икто не пристает к тебе? Нет, с тех пор все нормально. А тебе ничего не было после? спросила она, посмотрев на меня. Меня передернуло. Я почти забыл о том , что произошло со мной. Нет. Ничего не было , солгал я. Причин для лжи было много, и я даже не знал, какая из них была главной; может , стыд, может , этика, может , что-то еще , не столь явное. Да и как бы она себя почувствовала, узнав правду ? В этом мире врать все же надо. Мои идеалистические воззрения пододвинулись ближе к пропасти. Мы шли, говорили. По пути мне попался Кирилл. Привет, сказал он. Привет, ответил я, поздоровавшись с ним за руку. Когда я посмотрел ему вслед, он показал пальцем на Юлю и подавил языком в щеку, изображая минет. Я покрутил у виска. Он засмеялся , прикрыв рукой лицо. Я развел руками. Ну, все, я пришла, сказала Юля, повернувшись ко мне. Ну, давай, пока, ответил я, обнимая ее и вдыхая запах ее волос. Мы разошлись, но меня не покидало странное чувство, которое я никак не мог понять. Списав все на эскалирование прошлых событий, я отвлекся на внешний мир и, вспомнив слова отца, постарался меньше копаться в себе. С делав домашние дела , вечером я встретился с Кириллом у Вади, и первый его вопрос был : Ну что, ты накидал ей? Ты больной?! Она еще ребенок! возмутился я. Погоди! Ты что , не знаешь? удивился он. О чем? Да, о чем? спросил Вадя. Юлю-малолетку помнишь? спросил Кирилл у Вади. Да, как ее забудешь, улыбнулся тот и посмотрел вниз. Я понял, что он обратился к ощущениям, вспоминая ее. Это насторожило. Я почувствовал себя неловко. Ты как с ней? Серьезно? настороженно спросил Кирилл. Нет, ответил я, просто прошлись. А что? Короче, телега такая: слышал, что ее один раз чуть не изнасиловали , но ее спас какой-то парниша с района. Ему там за это перепало; разное говорят. А Юля с тех пор не с теми связалась. Как говорят про банку шпротов: один открыл, едят все. Девку припоил и караул, там все открывается. Пусть тебя не обманывает ее милый вид: там такая шлюха в теле живет! Ее поцеловать равносильно отсосать у половины района. Вниз , короче , пошла девка , причем , достаточно быстро. Я потерял дар речи. Затем это прошло , и наступила стадия отрицания. Я не верил Кириллу. Следом пришла злость, но она быстро прошла , ведь ничего не сделаешь: Юля такая , и Кирилл тут ни при чем. Затем был торг с самим собой : пусть такая, зато сама выбрала. В итоге я поник. А что ты так переживаешь? спросил Вадя. О на тебе кто? Н икто, ответил я, глуша портвейн из потертой кружки. В наркомании есть одна удивительная вещь: ты со временем начинаешь видеть людей насквозь , в силу известных причин. Так вот, что у тебя с ней? спросил Вадя. Да ничего. П онравилась, солгал я. Знаешь, сколько я искал свою единственную? Нисколько! Она просто пришла в мою жизнь, забрала мое спокойствие, а затем ушла. Я долго не пил, держался, ведь спортсменом был, а затем просто спросил себя : ради кого и чего? Залез на дно бутылки , чтобы остаться там, но долбаная сука-трезвость берет и приходит вопреки желаниям. Позже я связался с кончеными планокурами , и мама-наркомания подняла меня с колен. Да-да, наркомания. Она меня вытащила из ямы. Поначалу я думал, что залез в другую , более ужасную, но после, оглядевшись, понял, что здесь не так уж и плохо. Е сли научиться с этим жить , то даже по-своему уютно. С тех пор эти прокуренные стены моя обитель. Я в них прячу свою раненую душу и ни одной женщине ее не покажу. К черту их! А путан водишь, сказал Кирилл , улыбаясь. И что? Нет в этом ничего зазорного, ответил Вадя. А что с ней? С девушкой, которую ты любил? спросил я. Замуж вышла, детей родила, живет себе вполне счастливым браком, сказал Вадя с некоторой грустью в голосе. Затем сделал крупный глоток и уставился куда-то в пустоту. Мы с Кириллом переглянулись. Допив вечер до дна, мы понесли отравленные туши домой, где нас ждало царство Морфея. По пути разговор зашел о Юле и ее спасении. Мне было невдомек, что все-таки слух разнесся, а я об этом ничего даже не знал. Тот парень, который спас Юлю от изнасилования, что с ним было? спросил я Кирилла. Да не знаю, ответил он , слухи. В них верить себя не уважать. Что ты мнешься , как баба? Рассказывай! не выдержал я. Кто-то говорит, что его поймали , вывезли в лес и там убили. Кто-то говорит, что его изнасиловали вместо Юли. Кто-то что он уехал из города. А кто-то что он сам изнасиловал Юлю и был тем самым первым, кто ее распаковал. Что там на самом деле было черт знает. Поступок смелый , но Юля того не стоила , и если ему что-то было из-за ее спасения, то жаль. И никто не знает, кто это был? Не знаю, ответил Кирилл, и , честно говоря, мне плевать. Ну да, подтвердил я, задумавшись. П левать. Мы распрощались , и мои ноги понесли полчеловека домой, к кровати. По пути меня вновь настиг ментизм. Может , из-за алкоголя в крови, может , из-за разочарования в Юле, а может , еще по какой -то причине, но мысли просто проносились мимо моей станции. Лучи субботнего солнца прожигали мне веки, и нигде в постели я не мог спрятаться от них , а под одеялом было жарко. Пришлось поднимать с кровати протрезвевшего человека. На кухне крутилась мама, и я стал свидетелем довольно редкого момента, когда отец куда-то ушел без своей жены. Мне было сложно представить их по раздельности, и наблюдать это было удивительно. Я заметил, что мама периодически посматривает в окно, ожидая возвращения мужа. Я знал, что такие пары заслуживают места в К расной книге , и потому спросил : Мам, как ты познакомилась с папой? Что? удивилась она, а потом ненадолго ушла в себя. Это сложно. Ну, расскажи! настаивал я. Она какое-то время отказывалась, но после сдалась. Мамина мягкость была ее врагом, но они с папой дополняли друг друга и были действительно гармоничной парой. В общем, сказала она, присаживаясь на стул, я воспитывалась в неполной семье , и твоя бабушка, моя мама, часто выпивала. Каждый день. Это передалось и мне. Разумеется, я сбегала из дома и воплощала прочие радости неблагополучных семей. Мы гуляли компаниями по ночам. П или. П ели. Как и все. В девяностых бывало так, что на улице девушку просто затаскивали в машину и увозили. Ну, понятно , зачем. Так случилось и со мной. По дороге меня избили за то, что брыкалась. Привезли в сауну. Когда с меня сдирали одежду, я увидела бутылку, схватила ее и сделала из нее «розочку ». Ну, ты знаешь, наверное, что это такое? спросила мама. Угу, ответил я , удивленный ее рассказом. Вот. Я стояла , всем угрожала, и тут в комнату вошел твой отец. Он подошел вплотную, глядя мне в глаза. Я упала в обморок. Когда пришла в себя, он сидел на тумбочке с пистолетом, упершись ногами в кровать, пил коньяк и смотрел на меня. Мы выпили. Поговорили , и с тех пор были вместе. У меня, конечно, были проблемы с алкоголем, но , ты сам знаешь, твой отец бывает очень убедителен. Это да, подтвердил я. Видишь эти следы на ладонях ? М ама подняла руки и показала мне. Э то твой отец прострелил мне их, чтобы я не могла себе налить. Это кажется диким , но с тех пор я не пила даже по праздникам. Поначалу я хотела сбежать от него, но он так смешно ухаживал за мной, пока у меня руки были забинтованы, что я не смогла. У меня даже один раз получилось сбежать , но я сама вернулась к нему. Он не ругался. Сказал, что видел, как я убегала, и знал , что вернусь. Ну вот , с тех пор мы все время вместе. Не могу я без него. С ума начинаю сходить, сказала она, легко постукивая пальцами по столу. Кем он работает? спросил я. Я знаю, что вы ходите на работу куда-то в хоспис, но что вы там делаете, не представляю. М ы владельцы частного хосписа для детей. Ну и , соответственно , там работаем. К ак так? снова удивился я. Ну как... У нас был ребенок до тебя, но он не выжил, у него была онкология , острая лейкемия, и время было тяжелое. Со временем мы пришли в норму, приобрели квартиру , а после твой отец решил создать детский хоспис. Страна советов развалилась , и благотворителей не нашлось. Люди выживали, как могли, сам понимаешь. Но он не отказался от идеи и начал создавать его на наши средства. Начались наезды: мол, откуда деньги? В се же крутые, плати за крышу... Он не сдавался. Я поддерживала его , как могла, но случилось так, что либо нужно было продавать строящийся хоспис, либо нашу квартиру. О тец продал нашу квартиру. Я не перечила ему и поддерживала любое его решение , хотя мы фактически остались на улице. Со временем мы достроили хоспис. Т рудное время прошло, года три мы все оформляли, появились частные благотворители , фонды, разные организации, в новостях даже показывали. Затем мы купили эту квартиру , позалезав в долги, конечно. Годы шли, и мы решились на тебя. Ты единственный ребенок в семье не потому , что мы не хотели больше, а потому , что нам было тяжело потерять первого. Ого! произнес я. А хоспис это что? Я, наверное, не совсем правильно понимаю. Хоспис это место, где людей не лечат, а просто ухаживают за ними. Туда приходят умирать безнадежно больные. Вся помощь бесплатная. У нас вот детский хоспис. Потеряв своего ребенка , мы не так тяжело воспринимаем потерю чужих детей , да и понимаем все, поэтому не можем бросить. Если мы откажемся, кто другой решится? Хосписов очень мало. А папа он неуверенно начал я. Папа вчера остался провожать Артема, сказала мама. Глаза у нее начали слезиться. Э та ночь была его последней. А образование какое у папы? спросил я, стараясь отвлечь маму. У него нет образования. Никакого , ответила она , вопреки застывшему кому в горле. Но как же? удивился я. О ткуда тогда он столько знает? Много читает. А про образование сказал так: его получают те, кто собирается на кого-то работать. Д ля тех, кто собирается работать на себя, оно не нужно , ведь выплясывать не перед кем. Вот он и живет так: определяется с тем, чего хочет, а после изучает, как этого достичь. Смело, сказал я, и удивительно. Почему я этого не знал столько лет? Ты не спрашивал. Да и что бы тебе это дало, если бы ты вырос с этим и считал, что так нормально, а вокруг оказалось бы иначе. Ну да, задумчиво ответил я, ты права. Папе не обязательно знать, что я тебе обо всем рассказала. Хорошо? Почему? Раздался звук открывающейся двери. Мама сразу же сорвалась на шум. Я пил чай и переваривал ее рассказ. Оказалось, я и не знал, с кем живу; отец хоть и был строгим и странным, но сердце у него было большим. Я слышал о таких людях, читал где-то, но чтобы быть так близко к ним, жить в одном доме, иметь одни гены, быть их продолжением, я и представить такого не мог. Когда мама забежала на кухню за чаем, чтобы отнести отцу, я наблюдал за ней. Она заботилась о нем, переживала за него , и сказать, что это тронуло что-то внутри, значит, ничего не сказать. Мне стало стыдно за себя и за свое никчемное прошлое. Что я сделал за жизнь? А что мог бы? Выходные прошли дома, в раздумьях. Но, даже начав рабочую неделю, я не закончил с мыслями. Осознав, что я попал в замкнутый круг и возвращаюсь к прежнему стилю жизни, вечным раздумьям и существованию в голове, я решил отвлечься. П ошел к Ваде, и мы , как обычно , заглянули в бутылку. Затем появилось странное чувство, которое возникает , когда кто-то приходит в совсем другом ритме. Ты сидишь, скучаешь, и тут кто-то заваливается с улыбкой во всю свою гнусную морду. Это был Кирилл с Юлей. Он ее фальшиво обхаживал с вульгарным подтекстом. Таких девушек нечасто целуют, а если и целуют, то куда-нибудь не в губы. Им уделяют много внимания, за ними бегают, но дольше пары месяцев отношения не держатся. Им обещают свадьбу, знакомство с родителями, но после пары ночей кавалеры исчезают , как первый снег. Я тут подумал и решил устроить встречу, сказал Кирилл, подмигивая мне. Привет, сказала Юля. Я никак не отреагировал. Милости прошу, сказал Вадя. Юля уперлась взглядом в меня. Кирилл заметил и пояснил: Да все нормально, он редко здоровается. Мы выпили. Юля часто поглядывала на меня , и к концу бутылки ее развезло. Приставать она начала сама. Скромность покинула ее. Кирилл затолкал меня в другую комнату, следом вошла Юля. Она сказала, что хотела бы меня отблагодарить. Встала на колени и , в ее понимании , была благодарна. Я стоял и молча наблюдал за ней. Девочка, которая ревела и однажды не хотела лизать, стояла на коленях и весьма умело давилась членом. Как известно, люди могут отказываться до тех пор, пока на половые органы не будет оказана стимуляция. Даже те, кого насилуют, от стимуляций начинают меньше сопротивляться, а порой и вовсе перестают. Я не был исключением и через минуту уже ни о чем не думал, кроме как о том, чтобы Юля не останавливалась. После она приспустила свои джинсы и нагнулась. Я , нисколько не брезгуя , продолжил акт. Имея опыт с Соней и Мариной, я заметил, что в Юлю член очень легко заходит , и начал даже немного комплексовать , но быстро перестал, понимая, что ни Соня, ни Марина не были гулящими, как Юля. Отличие было и в том, что мне периодически приходилось плевать на руку, чтобы смазать контакт, и я не понимал причин этого. Минут через пятнадцать она перестала стонать. Я закончил и немного пришел в себя. Вновь понюхал волосы Юли, стараясь убедиться, что она не та самая. Затем задал, наверное, вполне логичный для меня вопрос , хотя и странный в сложившейся ситуации : Почему ты начала гулять? Что? удивилась она. А ! Не знаю. У меня был парень. Ну, мы переспали по пьяни. Потом еще и еще. Мне понравилось. Затем его перестало хватать, и он не хотел. Н у , я терпела, как могла. Затем переспала со случайным человеком. Когда поняла, что изменила, сначала испугалась, потому что даже не поняла, как это произошло. Мне просто очень захотелось, а остальное было не важно. Я бы все сделала за секс. Рамки стерлись. Знаешь, это как выключить свет. Мне не хотелось ему лгать , и я бросила его, но все равно часто приходила к нему за сексом. И он соглашался? спросил я. Да. После разрыва он почему-то каждый раз был не против. Ты нимфоманка , что ли? удивился я. Не знаю. Ты, наверное, думаешь , какая я тварь? спросила она, изучая мою реакцию. Нет , ответил я. Один раз я переспала с двумя местными алкоголиками. Они вместе меня трахали. Я стояла раком, и один старался спереди, а другой сзади. Когда они закончили, мне не было стыдно за себя. Что ты на это скажешь? Ты хочешь, чтобы я тебя ненавидел ? А мне плевать, вот что я скажу. Я вышел из комнаты. Вадя и Кирилл улыбались, глядя на меня. Она хочет, чтобы вы порадовали ее вместе , сказал я. Ого! воскликнул Кирилл. Ну, пошли! сказал Вадя. Увидев новую бутылку, я приложился к ней , топя злость Я был поддатым , когда раздался Юлин стон, и я перенес очередное дежа вю по мотивам сновидения. Тот сон приснился два года назад , и наутро я не мог понять, где я был, что делал и почему сидел злой. На столе все было так, как во сне, комната была такой, и стон был идентичен, но я не мог поверить, что он сбылся. Все вопросы, которые меня занимали до этого , ушли на второй план. Я перенес схизис. При схизисе человек испытывает противоположные чувства, эмоции, мысли, которые не конфликтуют между собой. Страх и восторг. Вполне заурядное явление для шизофреника, но я им не был и для моего мозга это было ново. У меня появилось опасение и , чтобы его проверить, я залез в интернет. Искал про нимфоманию и то, как она проявляется. Проштудировав сведения , я понял, что у нимфоманок нет возбуждения половых органов, а, следовательно, нет и смазки во время половых актов. Также им плевать, с кем заниматься сексом , и нет возможности держать себя в руках, потому что нимфомания равносильна наркотической зависимости. Человек не до конца осознает, что он делает , и его несет по узкому коридору , где он одержим идеей. Все в мире , кроме удовлетворения этого чувства , обесценивается и заносится пеленой тумана. Посещает мысль, что в этом нет ничего плохого, что это не так страшно сделаю один раз, и все станет нормально. Человек гонится за этой мыслью, но , между тем , увязает в болоте. В процессе жизни все его мировоззрение начинает строиться на оправдании , и , как любой человек с зависимостью, он начинает искать в этом какие-то положительные стороны. Наркоман будет совершать полеты в космос и расширять сознание, алкоголик найдет в пьянстве радость и простоту, нимфоманка же не увидит ничего непотребного в распутстве , ведь это просто секс и он вполне естественен, это начало жизни, он омолаживает. Там где есть слово «просто », там человек уже все обесценил , и предмет зависимости оправдан, а те, кто осуждают, те дремлют и живут скучной, надиктованной жизнью. Затем я вспомнил один из разговоров с отцом, где он сказал мне : детям сначала вдалбливают сказочную чушь , затем дети растут и видят , что сказки это полная ерунда и выдумка, и потому любое мистическое должно отсеяться и смениться скепсисом. Таким образом, атеистическое мировоззрение получает удобное положение, ведь оно логично и легко доказуемо. А между тем, наука полна загадок, касающихся разных, даже таких, казалось бы, простых вещей, как человеческий мозг. Он близко, его вытащили, изрезали, измерили, но, тем не менее, он оставляет множество вопросов без ответа. Однако кругом одни атеисты, хотя неизвестно даже то, где хранится память человека. Юля встретила свою зависимость, и атеистические воззрения лишили ее каких бы то ни было рамок. А мне досталось осознание того, что это я подтолкнул ее к этому , когда спас от изнасилования. Ведь если бы я прошел мимо , она бы получила негативный опыт секса и сторонилась бы его , и, после прожития подросткового периода, у нее было бы устойчивое мировоззрение, где есть рамки , и ее болезнь получила бы негативный отклик. В итоге добро оказалось большим злом , и Юлин шанс на счастливую семью, которую люди со временем всегда начинают хотеть , был утрачен. Ведь кому такая нужна? Вопрос риторический. ГЛАВА XIV Жертвовать своей жизнью, чтобы Юля была счастлива, я не стал. Ведь я не обязан , и плевать мне на нормы морали. Кому надо, тот пусть и живет в соответствии с этими галимыми принципами. Это не мое. Между тем, время утекало сквозь пальцы сухим песком ; я поступил учиться заочно на факультет социальной работы. Очную учебу я не признавал из-за потери времени: в России все равно берут по стажу, а диплом о высшем образовании больше походит на справку о том, что ее владелец не полный дурак. Разумеется, мне не светило попасть в научные круги, да и интереса я в этом не видел, поэтому стремления к очной учебе свелись к нулю. Мне было двадцать лет, за окнами был май, вечерами я готовился к сессии, ожидавшей меня в июне. И в один из этих серых дней , когда я читал «Дело о повседневности» В. Вахштайна , выходившее за рамки моей программы по социологии, мою запись лайкнула одна девушка. Я отвлекся. Посетил ее страницу и оценил свои шансы, как не стоящие даже шевелений в любом случае , в пролете. Да и по впечатлениям ее страница напоминала страницу лесбиянки. Аватары с девушками в интимных позах и записи с заметной деградацией нравственности. М ы друг для друга жили на разных берегах и верили в разных богов. Ничего общего. И я жил бы себе дальше, ходил бы на работу, но что-то меня тянуло заглядывать к ней. Я не мог понять природу этого явления. В итоге я бросил ей заявку в друзья и ушел спать. Утром обнаружил, что Арина приняла ее. Вечером мы списались , и началось знакомство. «Да , вообще я плохой человек. Место мое среди непопулярных и гнилых товаров. Наркоманка, алкоголичка , маме лгу, полгорода сторчала. Котел для меня стоит в аду нагретый», писала она о себе , и что-то подобное я уже где-то слышал. «Ты фантик. Красивая снаружи , но внутри конченная », отвечал я ей. О себе я не стал все рассказывать. Арина знала про мою токсикоманию в прошлом, но что касается торчива, я о многом умолчал. Я год как не употреблял и обсуждать тему наркомании не хотел , а когда она заметила, что я похож на наркомана и очень худой на фото, я сказал, что у меня такой метаболизм и это обычное дело, ведь не каждый дохлый с виду наркоман. Потом мне захотелось вызвать у нее негативное отношение к своему поведению , чтобы она в итоге отказалась торчать, на что она отреагировала категорично : «Л ибо уважай меня, либо иди на хуй!». На этих словах наше общение могло бы закончиться, но не закончилось. Это заставило меня увидеть в ней человека из плоти и крови, человека, которому не плевать, как к нему относятся. Арина была первой девушкой за мою жизнь, которая потребовала уважения к себе ценой нашего общения. И это стоило того, чтобы ее уважать. Я пообещал, что нравоучений больше не будет, и в диалогах старался избегать джайва, чтобы наркоманский сленг меня не выдавал. В один из дней она была пьяна , мы начали переписываться, и ей приспичило мне позвонить. Я отказывался, но в итоге она меня убедила. Мне нравится твой смех, сказала она. П осмейся еще. Не буду я смеяться. О тстань, сказал я. Голос у нее был низким, и мне не понравился. О бщение строилось на гопнический манер , и казалось, что она кичится непонятно чем. Я тебя накурить хочу! радостно сказала Арина. Я не буду, ответил я. Давай я приеду и накурю тебя? Давай? Ты готова проехать две тысячи километров, чтобы накурить меня? Да. Тебе понравится. Я хорошо накуриваю. Не сомневаюсь. Ну, давай! уговаривала она. Ч то ты ломаешься , как баба? Сказано же тебе : нет. И вообще, я тебя не нравоучаю, а ты меня не старчивай! Будешь старчивать, буду нравоучать, ответил я. Ну , и не приеду тогда , притворилась обиженной она. Обида простейшая форма манипуляции. Этим меня не купишь. О! Мальчики служат! сказала Арина. П омашу им рукой, чтобы как-то скрасить службу. Пусть подолбятся в кулачок. У тебя часть рядом? спросил я. Д а, ответила она. Все , короче. Трезвею. Созвонимся еще. Пойду еще чего поищу. Н а этом мы закончили. Через несколько дней она молча удалила меня из друзей. Причину я не знал. Но страдать от такой потери не стал. Что я узнал о ней? Обычная зависимая, а все зависимые на 90% похожи друг на друга. Она хотела меня сторчать, потому что вспоминала свой первый раз , и когда накуривала других, испытывала некую ностальгию, отчего ей становилось приятно. Как только я бы стал планокуром, она бы исчезла , нашла кого-то другого и по новой , в перерывах забивая ноздри. Причиной ее поведения была мать, которая спилась после смерти мужа , как и многие женщины после таких потерь. Арина тогда только входила в подростковый период , и на ней это сильно отразилось. Ее нельзя было винить, ей это передалось через созависимость. Нельзя было винить и ее мать, ведь потеря любимого человека достаточная потеря для дальнейшей беды , и не терявшим не понять такой утраты. Женщины дольше получают зависимость, чем мужчины, но вылечить женскую зависимость, по словам большинства авторитетных источников , невозможно. Максимум устойчивая ремиссия. Потому, имея предрасположенность и попав в травмирующую жизненную ситуацию, оставшись при этом без поддержки, Арина получила ничтожные шансы на хорошее будущее. К сожалению, так бывает. Не повезло. Я жил дальше. Чтобы жить было как-то повеселее , решил заняться культуризмом. Нашел в этом много плюсов, начитался разных статей, насмотрелся роликов в интернете и стал даже узнавать бодибилдеров , выступавших на «М истер Олимпия ». Покупал спортивное питание и занимался три раза в неделю. Время шло, прогресс был. В августе я решил узнать, почему Арина меня удалила, и добавился к ней снова. Оказалось, что она случайно , по пьяни избавилась от меня и думала, что это я ее удалил. Интереса друг к другу у нас не возникло , и мы стали друг для друга просто именами в списке друзей. Мое увлечение отдалило нас еще больше , и говорить было не о чем. С Кириллом и Вадей я не перестал общаться, даже , напротив, умудрился и их подсадить на спорт. Они все так же торбились и наливались, но при этом обращали внимание на свое здоровье. Впрочем, Вадя всегда поддерживал некоторую форму, потому что это помогает не загнуться от наркоты. В конце октября, когда осень уже напогодила белым, меня потянуло к Арине. Это было взаимным. Наши корабли шли под белым флагом, но мы не сдавались, это была наша опознавательная атрибутика. Затем мы решили сократить расстояние к черту его, ведь всего-то две тысячи километров! Я не решался поехать к незнакомой наркоманке , ведь наркоманы бывают разные , и потому спровоцировал ее, чтобы она сама решилась поехать ко мне. Мы определились на этом, но у нее все не получалось и возникали какие-то проблемы. М еня угораздило вспомнить один из своих снов, где была именно она. Во сне я сидел на кровати , только проснувшись , и о чем-то думал. Дверь в комнату открылась, появился ребенок. Следом забежала Арина и подхватила его на руки. Разумеется, это подтолкнуло меня к ней, ведь если так, то она моя будущая жена , и значит, бояться нечего, можно ехать. Окрыленный этой идеей , оставив это знание в секрете, я обо всем позаботился. Билеты на самолет и гостиница были заказаны , и я отмечал с одними и теми же людьми свою будущую поездку. Тебя не пугает, что она наркоманка? спросил Вадя, заливая внутрь водку. А что меня должно пугать? У наркоманок нередко страдает репродуктивная система. Е сли ты хочешь с ней чего-то серьезного, то , вероятно , на нормальных детей не придется рассчитывать , потому что если употреблять во время беременности, а она будет, то дети родятся со всякими отклонениями. Ну , и тебе нужно забыть про торчиво навсегда. Потому что иначе вы скатитесь вместе в глубокую-глубокую жопу. Мало кому удается нормально жить вместе, имея зависимости. Да и пойми: наркоманки никому не нужны! Это мужчин-наркоманов женщины терпят. Ну , так это же женщины. А вот наркоманки интересны разве что по молодости. Намаешься с ней, да и внешность ее сойдет значительно раньше, раз она еще и запойная. Не начинай , а? В се будет хорошо. Ну, ты там маякуй, если что, сказал Кирилл. М ы тебе звонить будем периодически. Хорош жуть нагонять! Давайте лучше выпьем за удачную поездку, сказал я. Мы выпили и разошлись спать. Я остался у Вади, потому что от него было ближе ехать в аэропорт. Несмотря на то, что позади была рабочая неделя, где я часто не высыпался, и то, что я изрядно выпил, я долго не мог уснуть из-за того , что нервная система была перегружена. Я долго ворочался, потом сел на кровати. Посидел. З атем почуял странный запах от своих трусов. Это не был запах неподмытости или еще какой-то подобный, просто неприятный запах , ни на что не похожий. Откуда он взялся, было непонятно, причем , пахли только трусы. Я понюхал их везде , и запах был равномерный. Купить новые было негде, а Вадя носил другой размер. В итоге я пошел стирать трусы в душе. Будильник прозвенел в начале шестого. Я подскочил, надел все те же злосчастные трусы, которые продолжали неприятно пахнуть. К сожалению, выбора у меня не было. Пока пил чай, Вадя вызвал такси , и в половине шестого я уже ехал в аэропорт. Людей на улице не было. О ткуда-то из черной пустоты валил снег крупными хлопьями. Фонари приятно освещали дорогу желтым. Начало моей поездки было вполне ободряющим и обещающим позитивный исход. Добравшись до аэропорта, я растерялся. Это был мой первый полет, и я не знал , что делать. Времени было достаточно , и я начал просто ждать. В голове успела пролететь тысяча мыслей, прежде чем я узнал в справочной, что до моего рейса еще достаточно времени. Ожидание вещь страшная. Время в нем растягивается, и , как только повернешься, увидишь бесполезно потраченные песчинки часов , выданных жизнью. И не то чтобы мозг забит экзистенциальной чепухой о важности каждого момента, вовсе нет, просто ожидать чего-то важного достаточно трудно. На табло появился мой рейс. Я прошел регистрацию и вновь отправился сидеть в зал ожидания. Рейс задерживался на полчаса , и все это время я нервничал, потому что боялся, что пропущу его. Было бы глупо. Когда я попал в самолет, наконец-то успокоился. Разбиться я не боялся, потому что видел сон, а значит, в любом случае , выжил бы. Затем два часа перелета , сопровождаемых чертовым ожиданием. В самолете я пересел от места у прохода к месту у окна и смотрел на облака. Думал, что лечу к своему счастью и спокойствию, ведь именно это я видел во сне. Уснуть не получалось от взволнованности. Пока летел, представлял, как крепко обнимал бы при встрече будущую жену , и был счастлив от одних только этих мыслей... Самолет прокатился по земле, ожидание завершилось. Нас привезли в аэропорт, и я стал разыскивать глазами свою родную, перебирая сотни незнакомых лиц. Среди чужих людей я не нашел ее. П рошелся по залу и расстроился. Набрал номер, шли гудки, но меня не встречал долгожданный голос. Проведя так минут двадцать, я начал набирать номера, с которых она звонила раньше , но в ответ было лишь «абонент недоступен». Я растерялся и был испуган, находясь в совершенно незнакомом городе : вроде бы родная столица, но совершенно незнакомые места и нет никого, кто успокоил бы расстроенный взгляд. Было чувство, будто надо мной подшутили ; дерзкий развод на дурака , и я нажрался этой дурной приманки , обманывая сам себя. Я почувствовал, как силы и радость покидают беспокойное тело и, стараясь хоть как-то обнадежить себя, написал сообщение ее матери, чтобы Арина по возможности меня набрала. Покинув здание аэропорта, я попытался понять, как добраться до отеля. Побродив рядом , я не нашел ничего , кроме такси. Сумму мне назвали две тысячи, и я к ней был готов Москва же. Пока мы ехали, счетчик накидывал сотни , и, когда было уже полторы, я спросил у водителя, побоявшись, что могу за одну поездку потратить все деньги. Он меня успокоил, что так и должно быть. Я отвернулся, чтобы не тревожиться , и смотрел в окно на столицу. Дороги были шире обычных , здания отличались архитектурным стилем , было много площадей, но это не могло удержать мое внимание, и я не переставал думать о девушке, что привела меня сюда одним только своим существованием. Когда таксист меня привез, он сказал, что мы находимся возле отеля, и он мог бы привезти меня прямо к дверям , от чего я отказался, потому что поездка и так обошлась в две с половиной тысячи. По времени мне давно было пора кушать, и я очень кстати оказался возле гастронома. Купив детское питание, я вышел , удивленный ценами на здешние продукты. Выдавливая пюре из мягкой упаковки, я заметил, что прохожие бросали на меня безучастные взгляды. Я это проигнорировал. М не было откровенно плевать на их мнение. Позвонил Кирилл, справился обо мне. Я ему рассказал о произошедшем , он сказал, что ничего страшного, я с ним согласился, но внутри злился на Арину. Перешел к поиску отеля, прошелся по цифрам, искал Смоленскую 8, но этого дома не было там, где он логически должен был быть. Я перешел на другую сторону, поискал там , но и на другой стороне его не было. Когда я сделал повторный круг, злость моя начала нарастать. Я проклинал Арину и этот долбаный отель, который черт знает где находится. Делая третий круг, я обратил внимание на телефон. У меня был пропущенный от долгожданной пропажи. Я набрал ее. Я проспала. Уснуть не могла, думала, дождусь , и ну, короче, вырубилась! сказала она сразу же. Т ы где? Как добрался? На такси приехал и вот ищу долбаный отель, никак найти не могу, ответил я , успокоившись. Д авай дуй сюда бегом! Ну, я все, собираюсь уже. Давай бегом , я сказал ! Подожди! Я же не такая мажористая, чтобы на такси разъезжать. А у меня выбор был?! Короче , давай бегом, я пока с отелем разберусь, сказал я и уставился на большую красную букву «М». Л юди заходили в двери под ней и выходили. Что это было за место, я не понимал. Мы распрощались. О на пообещала приехать через час, максимум два. Я простил ей отсутствие, потому что сам долго не мог уснуть перед отлетом, несмотря на все условия , располагающие ко сну. Про себя я назвал ее непутевой женщиной и продолжил поиск. На свободную от злости голову я решил пойти в другую сторону, где раньше не искал отель. Через десять минут я увидел табличку «Смоленская 8». Радости не было предела, вопреки усталости , которая начала склонять меня ко сну. Оформившись на восьмом этаже, в двухместном номере с одной кроватью , я поднялся к себе. Для меня все это было новым: первый перелет, впервые в столице, первый отель. Было много нового, и это кружило голову. Банально даже улицы и светофоры отличались. Понимая, что Арина должна была вскоре прибыть, я поспешил прогнать сонливость и отправился в душ. После него я выпил спортивное питание, причем , не все : еда в меня не лезла. И снова обратил внимание на трусы. Время позволяло , и я пошел и постирал их с шампунем. А после сидел и хохотал, пытаясь высушить их маленьким феном. Это было настолько нелепо, что даже думая, как рассказать об этом друзьям, я хохотал. Не досушив, я их надел, чтобы они досохли уже на теле. Затем меня начала мучить эрекция. Я валялся на кровати звездой, вытащив эрегированный член, смотрящий в потолок , и думал, насколько неэтично свое первое свидание с будущей женой проводить в двухместном номере с одной кроватью. Это было как-то вульгарно, и, вспоминая историю своих родителей, я решил, что, по крайней мере, переспим мы не в первую ночь. Она же не какая-то баба на раз, а вполне серьезно и навсегда. От усталости меня выключило на час. Проснувшись, я сразу же бросился к телефону. П ропущенных не было. Я позвонил Арине , она сказала, что едет и будет где-то через час. Затем я позвонил Кириллу, сказал, что все нормально , и отправился прогуляться по Москве. Далеко я не пошел и следовал правилу правой руки: каждый поворот направо, чтобы не потеряться. Вернувшись в отель через час, я просидел еще некоторое время и снова позвонил Арине. О на сказала, что едет. Меня начало раздражать растянувшееся ожидание. Захотелось кушать, и я прошелся до гастронома. Вернулся. Позвонил Вадя, я сказал, что жду. Еще через час позвонил Кирилл, и я ответил, что все еще жду. В голосах друзей я начал чувствовать оттенок разочарования , и это передалось мне. Было действительно неприятно : обещанный час умножился на четыре. Я снова позвонил Арине. Она раздраженно ответила, что сидит в пробке. Снова позвонил Кирилл , и снова я ему пропел ту же песню : жду , скоро будет. Когда прошло семь часов ожидания, я уже не хотел, чтобы Арина появилась, и даже не представлял, чем можно оправдать ее столь долгое отсутствие. Одна мысль о том , что я преодолел две тысячи километров ради встречи, а в ответ лишь многочасовое опоздание вместо встречи в аэропорту , губила все светлое и напрочь убивала какие-то позитивные эмоции. Я был сильно расстроенный, изрядно уставший , и все поглядывал на часы , в очередной раз борясь со сном. Режим, которому я следовал, был сбит, при этом я толком не ел , и разница часовых поясов в два часа выбивала меня из колеи еще сильнее. От скуки, которая дополнительно меня изматывала, я спустился вниз, чтобы посидеть в интернете. Пока сидел, мне снова позвонил Вадя. Я устало сказал, что мне уже плевать, ее нет, и пошла она лесом. Друзья не смеялись, когда звонили мне, я чувствовал их поддержку, но даже у них моя ситуация вызывала какую-то травмирующую усталость. Я просидел еще час и , когда от скуки копался у себя на странице в Вконтакте , мне позвонила Арина. Я возле отеля, сказала она. Я посмотрел на часы. Восемь часов она добиралась до меня. Выйдя из отеля, я спросил, где она. Арина оказалась на противоположной стороне. Перебежав дорогу, она подошла ко мне и поцеловала в щеку. Ростом она была ниже меня почти на голову. Белые волосы по плечи, мутные карие глаза и странная походка. Голос в реальной жизни был даже приятным, не то что по телефону. Ты же говорил, что ты метр восемьдесят, а ты маленький какой-то, сказала она , смеясь. Я тебе нормальный рост называл. Ты вообще на голову ниже меня , ответил я, смутившись. Дай хоть на тебя посмотрю, сказала она, щурясь. Ты где так долго была? спросил я. Ну, ехала. Ты все равно не один. Один. Один? Как один ?! Блин, что же ты не сказал-то?! Мне так стыдно... Ладно , пошли, ответил я , не желая выслушивать причитания. Давай погуляем. Я не буду сидеть в твоем дурацком отеле. Мне одеться нужно, раздраженно ответил я. Когда мы поднимались в лифте, я обратил внимание на ее одежду. На ней был пуховик цвета индиго, такого же цвета джинсы, розовые серьги диаметром пару сантиметров и поношенные серые кроссовки. В жизни она была даже симпатичнее, чем на фото, хотя и на фото заставляла открывать рот. А ты красивый, сказала она. Мне часто это говорят, ответил я равнодушно. Когда мы уже подходили к номеру, она сказала: Пошли гулять. Я тебе не блядь какая-то, которую ты можешь взять и снять. По хорошо известным мне симптомам я понял, что ее задержало. Она накурилась и только после этого приехала ко мне. Это было видно по многословности, повторам слов, частой смене настроения, да и прямого взгляда в глаза она избегала. К тому же ее губы были сухими. Разумеется, я не стал ее прогонять и читать нотации , потому что это был единственный человек в Москве , кого я знал. Да и ее внешность и голос меня выкупали. Мы шли за руку, она городила что-то бессвязное , прыгая с темы на тему и периодически требуя, чтобы я что-то ей рассказал. Со стороны это выглядело глупо. Арина говорила все, что приходило ей в голову. Через полчаса она замерзла, и мы вернулись в отель. У меня бывший полгода не знал, что я долблю. Если захочу и ты не узнаешь, хвастливо сказала она, присаживаясь на кровать. В голове у меня все сначала остановилось от шока, и я сдерживался, чтобы не отправить ее в одиночное путешествие к репродуктивным органам. Для того чтобы заметить наркотическое опьянение , даже не обязательно быть зрячим, тем более имея опыт. Этим она выставила своего бывшего тупым, а себя в еще менее привлекательном свете. Затем Арина начала провоцировать меня на секс , что я игнорировал. Ее желание было понятным: мы шли к отношениям, и все нам нравилось , пока мы переписывались. Она была накуренной и , чтобы взять из накурки побольше , Арина стремилась побыстрее приступить к сношению. Не то чтобы ее вульгарность была ужасной, просто мне не хотелось получить все в первый день. К тому же я был уставшим. В обычном моем ритме я кушал каждые три часа, здесь же я был без еды не меньше шести, да еще и без нормального сна. Я бы не дал ей качества, а секса ради секса я не хотел. Она не могла сидеть на месте. Ее откровенные намеки начали меня раздражать, и мы снова пошли гулять. Она таскала меня по станциям метро, показывая архитектуру, которая мне была совершенно не интересна. Конечно, Арина это заметила. Мы покинули метрополитен. Я искал кофе, чтобы не уснуть ; в магазине мы нашли лишь энергетик, но он мне не помог , потому что энергетик это слабый психостимулятор, а они , как известно , не дают энергии , а выскребают закрома, которых у меня просто не было. В метрополитене, когда мы возвращались , меня начало вырубать, и я начал шевелиться, перемещаться с места на место. Арина увидела это и сказала, что это все самовнушение и что энергетики полный бред. У нас был разный темп: она , накуренная быстрая, я , уставший медленный. Разумеется, ей стало со мной скучно, и , поскольку она говорила, что думала, Арина не могла об этом не сказать. Я сослался на мамино воспитание, не задумываясь над словами, а она сказала, что убила бы ее. Все , что меня удержало от того, чтобы ее не ударить, это один мужик в машине и два спереди. У ставший, я бы не справился с ними и не смог бы им ничего объяснить. Я придержал злость в себе. Что ты на меня смотришь? спросила она, даже не поворачиваясь ко мне. Нравишься, вот и смотрю, ответил я холодно. Последние дни октября были морозными. Арина шла, согреваясь моим шарфом, но замерзая от моего презрения. После ее перегиба с матерью , я уже ничего не хотел от нее и желал лишь попасть домой, оставив неудачное путешествие в прошлом. Мы вернулись в отель. Когда Арина уже сняла куртку и снимала шарф, я проходил мимо нее и учуял знакомый запах. Она мне что-то хотела сказать судя по выражению лица и начальным словам , ей что-то не нравилось но, когда я к ней подошел, понюхал и сказал, что она приятно пахнет, она растерялась и поблагодарила, расплываясь в улыбке. Мой мир перевернулся. Это был тот самый запах, который я всегда искал, и он исходил не от ее парфюма или одежды, а от ее кожи, волос и дыхания. Я впал в ступор и не знал , как поступить. В голову пришла мысль, что если я лягу и свешу голову вниз, то кровь прильет к мозгу и мне станет как-то понятнее, что делать. Я так и сделал: лег на кровать, свесив голову. Арина пыталась разговорить меня, а я все думал и при этом засыпал. На ее вопросы отвечал, что стараюсь говорить по делу, а не трепаться попусту. В конце концов, когда она уже сама устала и поняла, что я борюсь со сном, Арина наконец-то вспомнила , что у нас , оказывается , разрыв во времени, и отстала. Мы легли спать. Она не стала раздеваться, а я по привычке разделся до трусов. Арина легла на краю , отвернувшись от меня , в позе эмбриона; это говорило о том, что она устала и не чувствует себя защищенной. Я выключил светильник и нежно поцеловал ее в голову, пожелав спокойной ночи. Это должно было ее расслабить и дать осознание того , что со мной она в безопасности. Так и произошло. Она повернулась, прильнула ко мне, а я закрыл глаза, лежа на спине, но все равно чувствовал ее взгляд на себе. Открыв глаза , я увидел, что Арина меня рассматривает. Я улыбнулся. Она начала меня целовать, но мне хотелось спать, и если бы я перенял инициативу, это перешло бы в секс. Поэтому я просто ответил ей взаимностью, но инициативу не проявил. К тому же, после того, как я узнал, что она та девушка, которую я искал все эти годы, я не хотел спешить. Мне хотелось прежде узнать ее. Да что с тобой?! спросила она. В интернете ты был другим. Не знаю, ответил я. Д ень трудный, город новый Да что ты оправдываешься! перебила она меня. Я тебе , короче , дам фильм посмотреть, обязательно его посмотри, «Магнолия » называется. Ты у меня обязательно его посмотришь! Она лежала на мне и нервничала. Ч тобы ее успокоить, я начал нежно ее поглаживать , сжимая и разжимая кисть. Не прошло и минуты, как она замолчала. Чтобы совсем ее успокоить, я залез к ней под водолазку и продолжил водить теплой ладонью по ее спине и бокам. Она легла рядом, и я перешел к животу. Через минуту Арина закрыла глаза и начала улыбаться. Погладив так несколько минут, я начал выключаться. Погладь животик ! сказала она, разбудив меня. Да ё-моё ! произнес я, продолжая гладить. Потрогай грудь, сказала она полушепотом, не бойся. Трогать грудь я не стал. Н апротив, сказал, что хватит и пора спать. Ну, давай я тебя поглажу ? Давай, ответил я. Она начала меня гладить, но у нее получалось достаточно грубо. Все, прекрати, давай спать, сказал я. Нет, погладь животик ! Погладь, погладь! Давай! Животик погладь! У меня рука устала. Я перелягу под другую руку. Погладь! сказала она, поцеловав меня. О , боже! замученно произнес я. Я погладил, потом опять перестал. Она снова требовала, но я лег на бок, подтянул ее к себе и уперся в нее лицом. Велел ей спать и закрыл газа. Арина обняла меня в ответ. Мы всю ночь проспали в позе влюбленных, обнявшись , лицом к лицу. Периодически я просыпался от того , что отлеживал бок; в итоге мы оба крутили головой, поворачивались иногда на спину или на живот, но не прекращали обнимать друг друга. Наутро я проснулся первым от жажды и голода. Голова была будто в банке, все ощущения были притуплены. Я сидел, пил воду, а Арина отвернулась в другую сторону, но положила руку на то место, где должен был лежать я. Внимание на это я обратил, но отвернулся, не придавая значения и пытаясь понять, что к чему. Весь мой режим, которому я строго следовал, полетел к чертям. Пытаясь избавиться от невидимой банки на голове , я отправился в душ, считая, что это поможет. Помимо этого , мне нужно было побыть одному и решить для себя, кто она мне. Конечно, я понимал, что в ее глазах я выглядел жалко. Какой-то непонятный, уставший, безынициативный. В моих глазах она выглядела не лучше. Но она была той, которую я искал. Разумеется, мне все было понятно и , чтобы сгладить ситуацию , я решил, что вечером мы все обсудим, напьемся, и она получит свой секс, которого так хотела. Утром мне не хотелось поднимать эту тему, поскольку беседа, в которой можно достичь понимания , чаще всего складывается вечером. Да и мне нужно было подумать над тем, что ей сказать, чтобы не облажаться еще больше. ГЛАВА XV Когда я вышел из душа, Арина сидела в кресле и копалась в телефоне. Постель была заправлена. Мы решили пойти пообедать, но у нее был бардак на голове, который нужно было расчесать, а расчески не было. Она психовала по этому поводу. Мне не хотелось, чтобы она весь день отвлекалась на свою неубранную голову , поэтому я отправился в магазин за расческой. К тому же у меня не было зубной пасты. Все в том же гастрономе я нашел искомое. Цены на расчески заметно отличались: у нас они были в три раза дешевле, а вот зубная паста стоила так же. Когда я вернулся , Арина увидела, что я с зубной пастой. Мог бы раз и не почистить, ничего бы не случилось, сердито сказала она. Я проигнорировал это , потому что привык к режиму, а она привыкла к разгильдяйству , и понять друг друга нам было бы сложно, а значит , поднимать разговор было бы глупо. Это переросло бы в ссору. Когда мы вышли из отеля, я решил обнять ее и положил руку ей на талию. Арина отстранилась и сказала, что не любит всего этого. Было неприятно. Пройдясь по Арбату, мы забрели покушать. Р азговор не клеился. Она залезала в телефон, и было видно, что чего-то ждала. После мы вернулись в номер. Смотрели телевизор, там показывали всякую чушь. Арина лежала на животе и смеялась. Я лег головой ей на поясницу, а левую руку пустил ей по ногам. Она продолжала смотреть, не обращая на меня внимания. В 18:00 ей понадобилось на собеседование. На вопрос , что за собеседование в такое время, она ответила , что это Москва. Затем попросила сто рублей на метро туда и обратно, спросила, как попасть в номер , и ушла с таким выражением лица , будто ей было больно. Н а какой-то момент мне показалось, что она еле сдерживает слезы. Чтобы прийти в себя и избавиться от ощущения, будто я в банке, я решил еще немного поспать. Сразу же отключившись на час, я проснулся от звонка Кирилла. Он уже в который раз позвонил, чтобы убедился, что я в порядке. Понимая, что Арина должна скоро вернуться, я погнал в магазин. Самочувствие после дневного сна улучшилось. Я послушал музыку, и мне стало даже как-то нормально от родных звуков. В гастрономе я купил 0,7 виски, колу и какую-то дребедень пожрать. Вернувшись в номер, сел смотреть телевизор и ждать. Через три часа решил немного выпить. Становилось странным, что Арины долго нет. После первого же стакана виски я понял, что она не придет. Осмотревшись, увидел, что ее вещей нет ; даже, казалось бы, ненужную на собеседовании расческу она забрала с собой. Шарф у меня она не просила , да и ушла с тяжелым выражением лица. Весь день меня сторонилась и не подпускала близко Виски оказался весьма кстати. Я сидел на подоконнике, смотрел на собравшуюся на дороге пробку и глушил его из стакана. Тишины бы я не вынес и потому оставил включенным телевизор, понизив звук почти до нуля. Почему я не позвонил ей и ничего не написал? Наверное, потому , что надеялся, что она еще придет , и не хотел подсказывать ей вариант ухода от меня. Время потихоньку текло, и бутылка на 1/3 опустела. От накатившего одиночества я спустился вниз, залез в интернет и начал переписываться с девушкой из Подмосковья. Поведал ей все , как есть , и расспросил, как добраться до аэропорта. Батарея быстро садилась, и приходилось бегать туда-сюда по несколько раз. В итоге, ближе к полуночи , я убрался в свой номер, выпил еще немного и аккуратно лег на краю кровати, приняв позу эмбриона. Так было спокойнее Утром меня накрыли легкая головная боль и дикая душевная. Было больно, но я до конца не осознавал причину. В горле стоял ком. Телефон молчал. Глядя в окно, я понял, что очень хочу домой. Подошло время выселения , и, на всякий случай вырвав из журнала, находившегося в номере, страницу с картой метро , я спустился вниз. На первом этаже снял деньги с карты и отправил Арине сообщение в Вконтакте: «Если совесть проснется, можешь приехать проводить» Включив музыку, я отправился прогуляться. Времени до вылета было еще предостаточно , целых двенадцать часов. С музыкой было как-то легче, но в городе я чувствовал себя иностранцем. С метро я легко справился, мне очень пригодилось то, что Арина меня по нему таскала, показывая станции. Безошибочно добравшись до станции «Площадь Р еволюции », я обошел Кремль. Пока гулял, заметил, что сделал огромный круг. Слоняться в таком состоянии быстро надоело. К тому же я боялся попасть в знаменитые московские пробки и пропустить самолет. Поэтому решил добраться до аэропорта и дождаться там. Так было надежнее. К тому же Москва мне осточертела , и без Арины она не казалась мне интересной. Целью поездки была встреча, а туризм я никогда не любил. Добравшись до Юго-Западной , я вытек с потоками людей на остановку. Создалось ощущение, что я уехал куда-то из Москвы. Архитектура была типовой, кругом ветхие строения и грязь. Это сильно характеризовало город. Постояв на остановке и осознав , что не понимаю, как работает местный общественный транспорт, я пошел и взял такси. П осчитал, что лучше потратить больше, чем потеряться где-то и пропустить самолет. В результате старенький дядька на старенькой машине привез меня за одну тысячу рублей в аэропорт под разговоры о том, что в правительстве сидят козлы. Когда моя нога коснулась земли, я подумал , что сейчас войду в аэропорт, выходя из которого пару дней назад, я был достаточно счастлив. Затем я попытался вспомнить, что могло намекать на печальный исход моей поездки, но ничего, кроме того , что Арина хотела перенести встречу на более поздний срок , в своей памяти не нашел. В этот момент я обнаружил, что никаких знаков в жизни нет, и , по существу , человек сам интерпретирует события в своих личных интересах , ведь если бы знаки были, случилось бы что-то, что предвещало достаточно важную встречу , и я бы был готов. Однако этого не произошло. Пройдя рамку, я вступил в мир , где множество людей томилось под крышей старейшего авиапредприятия московского авиационного узла. Стены аэропорта сдерживали мое томление. Я был спокоен от мысли, что не заблужусь и попаду домой, но сердце мое ревело , раненое. Зачем я вообще полетел к какой-то наркоманке? На что я надеялся? Такие мысли пришли бы в любую голову, что оказалась бы на моем месте , и , разумеется , пришли в мою. Пройдясь среди чужих холодных лиц, что так же ожидали самолета, я убил целый час. Нашел табло, на котором было указано время моего рейса. Затем заскучал. Послушал музыку. Время застыло , словно в формалине. Походил. Посидел. Посмотрел в окно. Снова походил. Когда до вылета оставалось шесть часов , я спустился на первый этаж и подключил мобильный интернет. Не без труда зашел на страницу и увидел сообщение от Арины: «Саш, мы не подходим друг другу. Прости, если сможешь» Шею передернуло , и на какой-то момент я почувствовал, как мое лицо начало расплываться. Как я оказался в другом конце аэропорта , я не понял. Этот момент стерся из памяти. Я делал жадные вдохи , чтобы прийти в себя: воздуха мне явно не хватало, было душно, и я потянул ворот. Глаза напитались соленой водой, но ни капли не выпустили. Меня сдерживало то, что кругом было много чужих людей. В ответ я написал коротко: «Ок )» За этими двумя символами была спрятана боль, которая до этого не вырывалась. Почему меня так расквасило , я даже не представлял. Когда стало совсем невыносимо и ком в горле заставил меня задыхаться, я нашел туалет, заперся в кабинке и ослабил сопротивление. Я стоял, не издавая ни звука, а в это время скупые слезы поливали грязный кафель. К огда ком позволил выпустить из легких воздух, я специально стал давить из себя слезы, чтобы из меня вышло как можно больше гормонов стресса. Стало заметно легче, и я вернулся все в тот же мир ожидания к незнакомым мне людям. Прошелся, слушая песни, а затем сел на скамью, прикрыв правой рукой лицо. Этот жест говорил о том, что я хотел побыть один. Раздался звонок, это был Вадя. Ну , как ты? спросил он. Я услышал знакомый голос , и из глаз непроизвольно потекли слезы. Ком снова подкатил , я не мог ответить и еле выдавил из себя что-то вроде: Плохо... В аэропорту сижу. Один. Оу, произнес Вадя, понятно. Сань, ты это знай, мы тебя тут ждем. Т ы , главное , прилети, все будет нормально. За всю мою непродолжительную жизнь, это были самые дорогие слова. Угу, выдавил я. Когда разговор был закончен, периферийным зрением я заметил, что на меня смотрят люди , сидящие рядом. Чтобы не разговаривать с ними, я сунул наушники в уши, вытер с лица воду и пошел прочь. Найдя место, где был минимум людей, я остановился и перечитал Аринино сообщение , уже не проливая водопады из уставших глаз. Мне стало заметно легче, хотя злая боль еще уперто тянула душу в разные стороны, пытаясь разорвать. Я снова прошелся по аэропорту. М не оставалось пять с половиной часов , и в галимой суете мыслей я заметил, что какой-то молодой парень лет девятнадцати бродит по аэропорту примерно столько же времени , сколько и я. Телефон садился. П оискав взглядом подходящее место, я нашел что-то вроде белой тумбы из ДСП, с виду напоминавшей перевернутый шкаф, который обычно стоит в магазинах. Усевшись на нее и подключившись к розетке , я зарылся в интернет. Сидеть в нем мне, конечно, не хотелось на голову совершали набеги разные мысли , и я не мог сосредоточиться. Но только , увы, делать было настолько нечего, что это было хоть что-то , чем можно заняться. Просидев минут пять, я понял, что, в сущности, мне не хочется никому писать. Однако, пораскинув мозгами, я вдруг подумал , что было бы неплохо попереписываться с бывшей, это отвлекло бы от нерадивой наркоманки, которая стремилась занять в моей голове место сверхценной идеи. Марине я обещал не писать и сдержал слово , а вот Соне я ничего не обещал. «Сонь, мне очень важно сейчас с тобой просто поговорить. Не откажи » «Добрый вечер. Ну , давай » «Я в М оскве сейчас, в аэропорту сижу » «Люблю Москву.  К уда летишь?» «Домой. Через 5 с половиной часов » «Зачем?  Москва лучше. Можно там остаться » «Напрасно слетал. И остаться не у кого » «Зачем летал?» «А вот о причине я умолчу, угу?» «Хорошо. Что нового?» «Ну , вот в М оскве побывал , ахахах !» «И все?  К ак тебе Москва?» «Вычеркнул одного человека из своей жизни.  А Москва красивая, большая» «Прочитала: «выкинул одного человека », ахаха!» «Угу, из самолета. Ну , некоторых так и стоит уничтожать» «Я не понимаю, почему ты мне написал » «Давай причину я напишу завтра ?» «Почему не сегодня?» «Сейчас я не хочу об этом. Т яжело» «Ну, ладно » «Так долго ждать...  У тебя что нового?» «А я люблю ждать самолеты. В аэропорту красиво. И на самолетики все время смотрим Н у , я "насосала" на айфон. Сегодня к девочке ездила, сделали мне ногти. И со многими людьми начала очень хорошо общаться »«Ахахаха , жуть какая ! Как время меняет людей !»«Еще сегодня на танцы записалась » Во время переписки у меня возник конфликт эмоций. Конечно, общение с Соней успокаивало , но сильно тяготило произошедшее с Ариной. Помимо этого , мы с Соней общались каждый на свою тему, что не могло не сказаться на структуре получающегося диалога. Когда Соня ушла по делам , я заскучал и стал просто щелкать ссылки туда-сюда. Ко мне подошла девушка, попросила подключить ее в соседнюю розетку. Раньше это перетекло бы в знакомство, мы бы нашли друг друга в сетях и общались бы долгие годы , но я был разбит , и, когда у меня возникла мысль поговорить с ней, я испытал усталость. Это позволило мне увидеть свое состояние снаружи, из глаз внешнего мира. Состояние было печальным и теряло разные возможности от простого знакомства, до разных других вещей, которые могли бы быть мне выгодны. Я увидел в этом одиночество. А когда поднял взгляд и окинул зал, заметил, что многие сидят по одному и ни с кем не разговаривают. Что это? Усталость? Или человек не настолько социален, чтобы коротать время за интересным разговором и новыми дружескими связями, которые вполне могут оказаться полезными в будущем ? Почему мы заперты в себе? Ладно я у меня вспорото сердце и мне больно от этого , но другие-то ? Что с ними? Когда времени оставалось все меньше, я начал замечать казусы совести. Люди на самом деле боятся друг друга. Коммуникативная скупость превалирует в умах людей , вопреки логике. Возможно, если бы мы больше говорили друг с другом, одиночества было бы меньше, подростки не кончали бы жизнь самоубийством, а противоправное поведение стремилось бы к нулю. Что нам дает это ледяное молчание? Я разводил руками, потому что на ум приходили лишь негативные варианты. А еще говорят об общении через голографические проекции в будущем! Сомнительный прогноз. Апеллируя к современности, мы видим , что люди предпочитают переписываться вместо того , чтобы пользоваться аудио - и видеовозможностями связи. Почему? О твет зауряден : настоящий человек спрятан за текстом ; homo   sapiens сидит без особых затрат в своей зоне комфорта, чешет жопу, глушит чай, а в сети ссылается на Канта и вполне счастлив. Во всем живом заложена экономия a priori , и именно поэтому хищники не убивают , когда сыты или не находятся в опасности , и именно поэтому de   facto человек предпочтет голограммам простой текст. Или даже текст с голосовым набором, чтобы не тыкать пальцами по клавишам, ведь так еще проще. Девушка ушла. Я снова начал слушать музыку. Парень, которого я видел до этого , ходил по залу уже в военной форме. Наконец-то началась регистрация. Я ее успешно прошел и попал в новую зону для пассажиров. Полчаса пролетело незаметно. Затем еще немного и я уже сидел в кресле, ожидая взлета. Мимо прошел все тот же парень с родителями. Я немного удивился тому, что так совпало, и погрузился в свои мысли. Когда мы летели, самолет, как обычно , затрясло в зоне турбулентности. Турбулентность ночью казалась опаснее, чем днем, за счет того, что в иллюминаторах простиралась наводящая страх черная пустота. Несмотря на то, что произошла потеря смыслов, мне не хотелось расставаться с жизнью , но, вспомнив о снах , что еще не исполнились, я спокойно вдавился в кресло и погасил взгляд. Самолет приземлился. В зале ожидания меня обогнал парень в форме. Его встретила девушка, и они обнялись в слезах от прожитого друг без друга времени. Эти двое были счастливы, а внутри меня наметало сугробы и лед трещал от мороза. Мало того , что жизнь обидела сердце, так еще и контраст разрывал раны изнутри. Отвернувшись и пройдя мимо, я не смог первому таксисту сказать «давай , поехали »; сказал второму, который был ближе к выходу. Всю дорогу я молчал. Доехал до Вади. Он встретил меня у подъезда, трясясь от холода. Пойдем-пойдем-пойдем, сказал он , обняв меня. Мы поднялись к нему в квартиру. Кушать будешь? спросил Вадя. Нет, ответил я. Бухнули бы, да у меня тут что-то не приберегалось. Можно сходить в круглосуточный. Да у меня есть, сказал я, доставая из сумки начатую в отеле бутылку виски. Где ты ее взял? удивился Вадя. В столице, где же еще. Так нельзя же в самолет с начатым алкоголем ! М-м-м, так вот оно что! сказал я, вспомнив ситуацию в аэропорту : меня попросили показать, что в сумке, я достал шейкер, хотел вынуть бутылку , но не смог ее найти среди хлама, а парень на досмотре , видимо , подумал, что там какая-нибудь специальная вода, и отпустил меня так, без проблем. Ну, ты красавчик ! сказал Вадя, присаживаясь рядом. Д авай начнем, и ты расскажешь, что там было. Нутро прогрела первая стопка, вторая , третья. Я рассказывал Ваде все, как было , а он молча сидел и слушал. Комната напитывалась горечью моего рассказа и запахом алкоголя. Когда я закончил, Вадя положил руку мне на плечо и сказал: Понимаешь О н говорил достаточно тихо , периодически переходя на шепот. Его голос проникал, казалось , в самую глубину души , и это не могло не спровоцировать во мне бурю эмоций, которая вновь начала выдавливать гормоны стресса через слезы. Для меня было удивительным то, что я вообще плакал, а то, что еще столько раз за последнее время , было просто нонсенсом ! Вадя рассказал мне, что я не учел джетлаг синдром смены часового пояса, и в этом была моя ошибка. Также он провел аналогию и убедил меня , что женщины устроены по-другому и мои серьезные намерения Арина расценила просто как слабость. Тем более что она сначала накурилась и только потом приехала, а это уже доказывало то, что серьезных намерений у нее не было изначально. Мне нужно было просто отодрать ее и уехать, сразу позабыв. Тогда все было бы нормально и я не переживал бы о случившемся. Но, увы, больная голова ногам покоя не дает русский эпос. Вечером я пришел домой. В комнате все было так, как я оставил перед самым отъездом. Я остановился в дверях и подумал: «Вот я и дома». Мне так хотелось попасть домой , пока я был в Москве, а когда я, наконец, попал , мне захотелось сбежать и никогда уже не возвращаться. Добравшись до ноутбука, я зашел на страницу. У меня были непрочитанные сообщения, но я не стал на них отвечать , потому что мне это было не интересно. Вместо этого я открыл переписку с Ариной и высказался, как мог, не стесняясь в выражениях. Ведь я не обязан вести себя добронравно и всех прощать, если со мной поступают потребительски. После двух десятков сообщений, администрация социальной сети запретила мне писать пользователю, которого не было у меня в друзьях и у которого стоит ограничение на прием сообщений от тех, кого нет в списке. Что чувствовала Арина, я не знал. У нее в профиле не было никаких изменений , а у меня все было иначе. Я все стер со страницы. Мне было обидно, что все так вышло , и тяжело оттого , что я потерял девушку, которую так долго искал. В комнате была тишина, в окно проникал свет от луны, а я , убитый , сидел, не двигаясь, и смотрел в пустоту, желая стать этой самой пустотой. ГЛАВА XVI В середине декабря Вадя уговорил меня поступить по его указке, и мы сняли пару продажных тел. Это, по его мнению, должно было помочь убить мои переживания. Мы созвонились, встретились. Определились. Начали. И пока фигуристая проститутка лет тридцати с хвостиком глодала мой вялый стояк , я думал: какого черта я делаю ? Мне было хорошо известно, что я этого не хочу и что мое возбуждение , в первую очередь , идет из головы. Б анальная стимуляция при всем усердии не вызвала бы во мне желания, если есть девушка, к которой я испытываю важные чувства. Партнерша заметила, что я не хочу, и предложила надеть маску для сна, чтобы я мог представить что-то свое. Я подумал об Арине. Эрекция не появилась , а желание находиться в постели с продажной особой совсем пропало. Контраст вызвал отвращение. Наемницу я остановил после сорока минут мучений. Уставшая , она сходила и справилась у своей подруги о Ваде. Тот был готов идти греть жабры в ближайшем алкомаркете. Через несколько дней я сделал попытку позвонить Арине, но пользы от этого не было никакой. На ее странице изменения были: она хотела уехать в паломничество в Индию. Попытка, разумеется, была глупой ну, куда может уехать девушка, у которой в голове преобладает перманентный торч ! А вот сам факт того , что она хотела уехать, был весьма тонко продиктован болью, которую она ощущала. То же самое было со мной. Из психологии я знал, что человек, испытывающий сильную душевную боль, будет желать уехать куда-нибудь, если место , в котором он находится, напоминает ему о прошлом травмирующем опыте. Также я понимал, что не только мои мечты разбились, но и ее , и потому решил спровоцировать Арину на эмоциональный взрыв. Пятого января, спеша на «газели » в свой предпоследний день на работу, я решил написать ей на телефон сообщение , в котором говорилось, что она вела себя как последняя потаскуха; что мыться я пошел, потому что не хотел подцепить что-нибудь венерическое, а секса не было, потому что я боялся заразиться ВИЧ. Рабочий день прошел, но никакой реакции не было , даже отчет о доставке на телефон не пришел. Вечером я приехал к Ваде. Мы собирались толпой , ждали девятого «пассажира алкоэкспресса ». Когда я сидел в кресле, у меня вдруг сильно забилось сердце, стало подташнивать и начали дико гореть уши. П ервое , о чем я вспомнил, когда помутнело в глазах, это была Арина. Глянул телефон и увидел, что у меня появился отчет о доставке. Я рассмеялся, потому что не верил , что от такого могут гореть уши. В магазин я пошел без шапки, потому что мне в ней было жарко. На протяжении трех часов уши горели без перерыва. В какой-то момент я даже начал икать , но, несмотря на все это, от Арины не пришло ни строчки , ни даже смайлика. С работы я уволился, потому что не мог сосредоточиться и меня постоянно волокло в уединение. Принял решение пережить боль и начать жить новой жизнью. Я ходил кругами по комнате и думал над всем, что приходило в голову, но моей постоянной мыслью была все та же напасть. В какой-то момент в голове мелькнул сон, в котором была Арина. Я начал вспоминать все сны, что мне снились , и вдруг понял, что она мне снилась уже несколько лет подряд. Меня удивило, что я видел ее во снах, не встречая до этого в реальности. Понимая, что происходит что-то нездоровое, я залез в интернет и снова начал изучать тему сновидений. Выяснилось , что дежа вю по мотивам снов испытывают 2/3 населения, но всего раз или два за жизнь. Я же ощущал их регулярно, но не придавал значения, считая, что это особенность психики и я перехожу к тоннельному мышлению , сродному гипнотическому состоянию , и когда возвращаюсь в привычное для всех состояние, концентрация на объекте снижается и происходит дереализация. Т акже я узнал , что человек во сне видит только то, что уже видел , и что-то новое увидеть не может. Это повергло меня в шок. Ведь я видел Арину и во сне я называл город, в котором она живет, знал, чем она занимается , и прочие вещи, которые совпадением быть не могли. Даже то, что ей приходилось рисовать брови, которые она по дурости выщипала подростком. Понимая, что этого мало , я начал шерстить тему снов и все , с этим связанное. Удалось выяснить, что во снах человек способен комбинировать черты людей и из десятков разных собрать кого -то нового. Однако это не давало ответа на вопрос , почему мне снился реальный человек с реальной жизнью. Выйдя на сессию, я стал расспрашивать своих преподавателей об исследованиях феномена вещих снов, но никто об этом ничего не слышал. В социальных сетях я нашел несколько сведущих людей, но и они, имея разные степени в разных областях, ничего не знали на эту тему. Э зотерики несли какой-то беспонтовый бред, который не заслуживал внимания. В результате я столкнулся с тем, что информации на интересующую меня тему не было вообще. Феномен вещих снов рассматривался как метафорический и требующий расшифровки. М ои же сны были просто отрывками по несколько секунд из будущего. Доходило до того, что мне снилась вещь, которую я покупал через годы , среди тысяч других вариантов выбирал именно ее. И таких вещей было полно. Наушники, телефон, одежда, аксессуары все , как в моих снах. Эта тема будоражила меня, и , возможно , потому я начал испытывать тревогу. Когда она дошла до панических атак, я стал пить Т енотен , чтобы приглушить ее проявления. Вспомнив, что в книге «Переживая прошлое», которую дал мне отец, был описан автор, чьи труды помогли главному герою, я решил тоже его поискать. Он оказался реальным, это был С.Н. Лазарев. Читать мне было сложно из-за тревожного состояния , но вот просматривать видео я мог. В одном из них говорилось, что муж и жена встречаются заранее на тонком плане и вся их дальнейшая жизнь предопределена. В этом была логика, потому что это говорило о наличии судьбы, в которую я вдруг поверил. Понимая, что раз Арина снилась мне , значит, она в моей жизни еще появится , я решил спровоцировать ее на то, чтобы она вспомнила обо мне через полгода. Тем более что ближайший сон, в котором мы были вместе , был в августе. Все совпадало. В середине февраля я написал ей сообщение: «Не очень люблю это делать, но О льга говорит, что я должен поставить точку в прошлых отношениях , чтобы начать новые. Бред какой-то , но что поделаешь ! К сожалению, ты была права: мы не подходим друг другу. Но эта встреча помогла мне многое понять, и за это тебе низкий поклон. Желаю тебе удачи и любви, пусть другой/другие гладят твой животик. Ну , все, спасибо тебе и благодарю тебя за все. Я тебя не забуду, но и не побеспокою. Прощай PS : пахла ты нереально офигенно !» Суть такого сообщения была в том, чтобы зафиксировать хорошие общие моменты , показать свою свободу от объекта любви и пожелать счастья, ни в коем случае не осуждая. Сообщение срабатывает сразу, как только человек с кем-то расстается. П ервый , кого вспоминают после разрыва , это тот, с кем в последний раз запомнилось что-то хорошее , и не важно , насколько это правда. Важно вложить эту мысль в голову. Отчет о доставке не приходил , и , чтобы не ждать у моря погоды , я сел за ноут. М инут через пять я почувствовал жар, глаза начали слезиться, под ними появилась влага, но я не плакал. Это были словно чужие слезы. В голове возникла Арина. Я подскочил к телефону и увидел, что мне пришел отчет о доставке. В этот момент во мне окончательно подох скептик. Дело оставалось за временем, и оно мучительно шло, меняя погоду за окном. Чтобы скоротать отмеренное , я начал изучать психиатрию, психологию, медицину и прочие науки, которые мне были интересны. От друзей я отгородился, потому что наши интересы разошлись, и в то, во что верил я, они не верили и реагировали на это галимой глухотой. По весне свободные ровесницы будто взбесились и начали зазывать гулять, переходя к откровенным намекам. Ответить им взаимностью я не мог, даже для того, чтобы скоротать время, потому что после пары фраз я уставал и мой интерес угасал, жадно пожираемый какой-то невидимой силой. Восьмого мая у Арины начались отношения, а я получил очередной нервный срыв. Немного успокоившись и убрав комнату , я решил сбросить эмоции в спортзале. Когда подошел к груше , что-то внутри меня перещелкнуло и я начал ее избивать, представляя, как убивал бы Арину. Меня оттащили. Мои руки были в крови, потому что я не надел перчатки , кисть левой руки вывихнута, а лицо все в слезах. Придя в себя, я заметил , что на меня все смотрят, и ушел домой. Я смирился. М не больше не хотелось получить ее с помощью психологических уловок , где она соскочила бы с чужого члена и прилипла ко мне. Приняв достаточно трудное для себя решение, я внес ее в черный список. Но докучливые мысли о том , что она с кем-то другим и при этом счастлива , безжалостно выжигали мой висцеральный мир с униженными бабочками. Время шло дольше обычного, тревога усиливалась, сны снились и сбывались, но среди них не было тех, которых я очень ждал. Вспомнив, что подсознанию можно отдать приказ, я перед сном приказал себе узнать, когда Арина появится в моей жизни. К моему удивлению, так и случилось: мы были в отеле, в моем городе, у нее были рыжие волосы, мы сели на кровать со стороны окна , и я попросил , чтобы она рассказала все, что было с нами после встречи в Москве. Смутно, будто в тумане, я слышал, как она говорила: « были отношения, потом ты написал, я проигнорила, после даже замуж собиралась, там всякая фигня была ну , и через полтора года я тебе написала». После этого она сказала, что я обещал ей рассказать при встрече о том, что мне снилось и что с нами будет. Утром , через десять минут после пробуждения , я вспомнил сновидение. Взял за основу то, что она напишет сама и после все будет нормально. Я вновь приказал себе на этот раз увидеть тот момент, когда она напишет. Мне приснилось, что я прихожу домой в пальто, мне жарко, открываю страницу и вижу, что она добавилась в друзья , но имя у нее немного другое. Мне стало легче от узнанного. Тридцатого мая в десять вечера мне стало плохо. Было ощущения ненависти, злости, и при этом сильной боли. Я думал об Арине и том, что она злится на меня и не только на меня. Внутри рос какой-то ком. Уже ночью, поняв, что у меня бессонница, я зашел к ней на страницу. Аватарка сменилась, произошли какие-то изменения на странице , но ничего серьезного. На следующий день я проверил ее статус и увидел, что отношений нет. Судя по всему, она злилась, когда сработал психологический отсыл. В этот момент я заулыбался, потому что почувствовал некое отмщение. Бессонница не прекращалась вплоть до второго июня. С чем она была связана , я так и не понял : как пришла, так и ушла. Позже я снова попробовал приказать себе увидеть во сне то , что я хочу, а именно наших детей, которых мне уже как-то доводилось видеть. Но ничего не случилось. Я попытался увидеть что-нибудь еще, но ничего не выходило , словно подсознание послало меня в одиночное путешествие в анус. Это натолкнуло меня на мысль, что феномен вещих снов проявляется тогда, когда человек сильнейшим образом обеспокоен своим будущим. И склонны к вещим снам тревожные люди. Это не какая-то аномалия, а типичная особенность психики, которая есть у любого человека. Поскольку я записывал сбывшиеся сны, я заметил тенденцию к тому, что мне снились темы, которые вызывали беспокойство: работа, учеба, отношения. Сессия прошла, я начал работать, но тревога меня не отпускала. Д оходило до того, что от беспричинного страха я скулил, заламывая руки, чтобы как-то сбить тревожное состояние. В определенной степени это напоминало ломку наркомана , но я был чист и даже не пил с зимы. В июле я проснулся от панической атаки: тело прошиб холодный пот, меня всего скручивало, я свалился с кровати на пол , открыв рот. П отекли слюни , меня трясло. В голове я перебирал причины, что можно сделать, чтобы успокоиться , и когда подумал об Арине, мне стало легче. Когда подумал о том, чтобы написать ей , мне стало еще легче , и от желания успокоения, которое было в этот момент дороже родной матери, я бросил ей заявку в друзья. Потом я немного успокоился, съел разом три таблетки Т енотена и ушел на работу. Через два часа меня отпустило полностью , и я понял, что зря бросил заявку, потому что в итоге это она должна была ко мне добавиться. Исправить я ничего не мог, так как интернета под рукой не было, да и , в целом , было плевать. Чему быть, того не миновать. Раз так случилось, значит , так и должно быть. Я бы мог бесконечно сыпать фаталистическими фразами, но суть бы от этого не поменялась. Вечером я глянул на страницу. На тот момент я изучал психиатрию, смотрел видеолекции, состоял в группах , и на стене у меня были размещены соответствующие термины. У Арины тоже вдруг появились подобные группы, посты на стене, видео, хотя заявку мою она так и не приняла. Тогда я отменил заявку , придав ей форму случайности. Следующим утром я проверил страницу, но изменений не было. По поиску Арину я уже не смог найти. У нас была переписка, и , чтобы проверить, не удалила ли она свою страницу, я глянул записи. Оказалось, Арина сменила фамилию, чтобы я ее не нашел. И тогда я вспомнил, что во сне она ко мне добавилась именно под этой, измененной фамилией. Разумеется, это меня улыбнуло. Через месяц я решил проверить, возможно ли изменить то, что я вижу. Поскольку мне было все известно, я мог выдавать желаемое за действительное и подстраивать жизнь под сны. Поэтому я решил спровоцировать Арину на то, чтобы она избавилась от страницы. Мне пришлось повторно бросить заявку с подписью, что , мол, это очень важно и бла-бла-бла «Ты добавлял меня в ЧС?» это был первый вопрос от нее. Я вспомнил события конца весны и то, как чувствовал, что она на меня злится. «Были причины », ответил я. После я попросил ее удалить страницу, она ответила: «Ч ерез пару дней ». Пара дней быстро прошла , но страница не была удалена. Прошла неделя страница как была на месте, так и оставалась. Я написал ей повторно, но она отказалась ее удалять. Я начал угрожать тем, что ославлю ее на весь их маленький город, но она уперлась и лишь смеялась над этим. Понимая, что все бесполезно, я решил действовать радикально. Раз я знаю будущее, значит, мое знание его не меняет; а что если и она будет его знать? Изменится ли оно тогда? В итоге я подробно расписал ей , что будет дальше. Арина посмеялась, отправила мне картинку с психиатрами и подписью «Э кстрасенсорные способности излечимы», и в итоге мы определились, что она в ближайшее время удалит страницу, потому что все равно хотела это сделать. Мне стало легче от того, что она теперь все знала. Через некоторое время Арина засобиралась замуж. Узнав об этом, вместо очередного нервного срыва я расхохотался. Это было нелепо. Никакой боли я не испытывал, поскольку знал, что это не продлится и месяца. Какое-то время я не заходил к ней на страницу вообще, но в один из дней почувствовал вкус алкоголя во рту, хотя не пил более полугода. По традиции я посетил известную страницу. Замужества не было, страница не была удалена , невеста даже не горевала. В тот момент я произнес вслух: «Тварь тупая! Написал же ей , что будет нет, упирается , сволочь! З ависимостью за это заплатишь, скотина!». В этих словах не было ненависти, лишь злость на непослушание. Каково это знать , с кем ты проведешь остаток жизни в любви, и видеть, как этот кто-то пытается наладить жить без тебя? Отвратительно! Все равно, что любимый человек изменял бы в открытую и ты ничего не мог бы с этим сделать. У многих поехала бы крыша на почве ревности , ведь подобное знание не дает разделения между «сейчас » и «потом ». Да и мне самому это далось не сразу. К счастью, голова была на плечах , и я рассудил так: у каждого человека есть своя судьба. В этой жизни мы лишь спутники , и раз сейчас мы не вместе, значит, время нашего совместного пути еще не пришло. Мое знание будущего наносит мне болезненные шрамы, но они болезненны лишь потому, что я не хочу проходить эту часть пути без нее и стражду ее перескочить. Арина же идет своей дорогой и, в отличие от меня, идет вслепую , набивая много шишек. Если пропустить урок, наши пути все равно пересекутся, но плохой воспитанник будет наказан за неусвоенное назидание. Периодически меня одолевали разные мысли. Иногда я злился на то, что Арина была с другими и я знал об этом. Когда мне думалось о какой-нибудь другой девушке, как варианте, я понимал, что у этой другой тоже был кто-то до меня , и , по сути, никакой разницы в выбранном аспекте не было бы. Все упиралось лишь в то, что я заранее знал , с кем проведу жизнь. Одни сказали бы, что это прекрасно не беспокоиться и не распыляться на лишних , а кто-то назвал бы это скукой, потому что все заранее известно. Для меня же это было наваждением, которое я хотел получить. Арина придерживалась другого мнения и быть со мной еще не хотела, потому что для нее эта идея была глупостью. В ее понимании , мы виделись один раз и ничего важного между нами не произошло , несмотря на ее подсознательные стремления. Д ля меня же мы виделись много лет и переживали разные вещи. Не полюбить ее я не мог и , конечно, любил я ее будущую, а не настоящую , и это создавало некоторые проблемы в ее восприятии, ведь она была еще глупой, непослушной и не верящей в меня. А для мужчины любимая женщина, которая в него не верит , это достаточно болезненная и незаживающая рана. Да будь я хоть тысячу раз сумасшедший, лучшей я назову ту, которая мне скажет: «Я верю!» Разговор с друзьями на тему снов не задавался, потому что они не верили в то, что я им говорил. Меня удивляло, что люди не слышат те вещи, которые не укладываются в их мировоззрение. Причина глухоты была в конформизме, который был защитным механизмом , выработанным еще во времена, когда жить не в группе , или идя против группы, означало бесславную смерть. Вера в судьбу была немодной и вызывала разве что хохот, поэтому на мою жизнь ложилось одиночество. Оно было со мной на улице, на работе, в гостях. Когда я смотрел на него и просил уйти, одиночество не уходило, а нежно обнимало мои плечи в полной тишине. П ослать друзей к черту я не мог, потому что , в противном случае , я остался бы совсем один. Мы не виделись месяц , и , устав от ношения бремени, я решил встретиться с ними. Говорить о том, как у кого дела и прочих вещах , мы не стали , хоть за это время и были изменения : Вадя завел отношения, Кирилл купил машину. А я я грустил. Кирилл накануне подцепил малолетку в сети, и мы погнали до общаги , где она проживала. Донжуан намекнул, что будет не один, и его компаньонка прицепом волокла подругу. У Вади зазноба свинтила на работу на сутки , Кирилл это знал и заранее побеспокоился о том, чтобы провести вечер у него. Расклад обещал события. Две шкуры, иначе их и не назовешь, в каждой теме разговора цепляли свое надутое эго, будто кому-то до него было дело. Я видел, что они посматривали на меня , и та, что была приглашенной подругой, набравшись храбрости из стакана, сказала: Так мило улыбается, ты посмотри! Угу-у , такие ямочки! подхватила вторая. Мне было плевать на них , никакого интереса у меня они не вызывали. Я ответил им что-то отвлеченное, еще немного посидел со стаканом и ушел. Выйдя из подъезда, я увидел падающий снег. Поднял голову, закрыв глаза, и ловил редкие снежинки , что , кружась, создавали мое настроение. Мне вдруг стало понятно, что в жизни нужны не любые события, чтобы одиночество ушло. И дело тут не обязательно в положительных эмоциях и выбросе дофамина. Все упирается в нашу заинтересованность отдельными вещами. Ту же Арину я ждал как событие, которое мне интересно , и ничего большего она не несла до тех пор, пока это событие не начало происходить. Важность этой девушки была обусловлена тем, что я сам наделил ее этой важностью. И чем выше уровень важности, тем ниже яркость любых других вещей, не связанных с превалирующим событием. От этого контраста страдает вся жизнь человека, поскольку все остальное становится пресным. Таким образом, вектор витальности развивается в негативном направлении, что , в свою очередь , рушит способность заинтересовываться другими вещами. Следовательно, мечтать о чем-то и не идти к этому или ждать и не получать, означает совершать прыжок в сырую яму одиночества. Что же творят родители с детьми, когда вместо того, чтобы способствовать мечте ребенка, отбирают ее и вручают какие-то свои собственные представления ? Или что делает с собой сам человек, когда начинает ждать какое-то отдаленное событие ?.. В подобных ситуациях зачастую формируется угнетенное мировоззрение, создающее человека, который не умеет радоваться жизни. Мне стало понятно , что Арину нужно обесценить, но я начал бояться, что этого может не выдержать молодая печень. Обесценивание сверхценной идеи достаточно проблематичная задача , и , чтобы решиться на подобную процедуру, нужно отказаться от идеи навсегда. Я был не готов к такому, особенно учитывая, что оставалось ожидать всего полгода из отведенных полутора лет. Конечно, боль в душе была не такая уж сильная, как о ней говорят, это легко доказать простым ударом молотка по руке ; физическая боль явно перебила бы боль душевную. Н о ведь страх душевной боли не в выраженности, а в том, что все теряет смысл и человек сдается. П отому создавать себе напрасные проблемы было бы глупо. Арина все равно будет тонуть в моих объятиях, а тяжесть происходящего сейчас придавала жизни какой-то особенный, романтический привкус, которого не было в жизни других людей , включая ее саму. ГЛАВА XVII Если до Н ового года я шел как по углям , постоянно вспоминая об Арине, то с его наступлением время полетело : сессия, поиск новой работы и прочие будничные дела, что незаметно пожирают время. В мае, когда я вернулся с работы, меня встретила дереализация на входе в комнату. Я зашел внутрь, понимая, что сбывается сон, и залез в ноутбук на свою страницу, даже не снимая пальто. У меня висела заявка в друзья от Арины. На какой-то момент я отстранился и вслух произнес: «Н у , наконец-то!». Восторга, которого я ожидал, не было. Она просто появилась, как что-то вполне естественное. Будто и не ждал вовсе. Было даже немного обидно от этого: я столько перенес, словно сидевший в очереди у стоматолога пациент, а она появилась и внутри ничто не летает, не взрывается. Видимо , отсырел праздничный фейерверк Разумеется, я ее добавил, но писать ничего не стал. К полуночи я лег спать. Арина не заходила. Утром, когда понадобилось спешить на работу, я проверил страницу. Арина была в сети в 4:38, лайкнула аватарку, но ничего не написала. Из этого я понял, что она ждет от меня ответа и при этом нервничает. Никакой реакции от меня не последовало. Причиной тому было то, что я уже совершил свои пятьдесят шагов из наших ста и сидел на половине дистанции, отмеренной нам на сближение. Я не хотел себя вести как пёс, которому помахали костью , и потому просто ждал, когда она напишет. Через пару дней так и случилось. «Привет », написала Арина. «Что тебе нужно?» спросил я. «Ну, блин просто. Как ты?» «Нормально », продолжал отвечать я стандартными фразами. «Че ты выпендриваешься, а? Бесишь! Добавил же, значит , не так все плохо. Сам писал, что мы там лавки , ахаха , типа супруги, а сейчас сливаешься ». «Ахаха , может , я порожняк прогнал из мести », ответил я подобной лексикой. «Ну, так я и не удалила страницу. Видишь, это она ». «Сделай фото, я хочу кое-что проверить ». «Что тебе еще сделать?» «Зависит от фото ». «Не могу. Не на что ». «Ищи. Как сможешь, так и пиши ». «Почему ?... Саш?.. Ладно ! Козел , бесишь ! Типа такой важный!» возмущалась она. На следующий день она скинула мне фотографию. Волосы у нее были рыжие, вид замученный и очень исхудавший. Моей первой реакцией был шок. Я не мог понять, как можно было себя так запустить. Не то чтобы она была неопрятной и грязной, нет, вполне себе ухоженная девушка , но вид у нее был заношенный, будто она откатала лимит своего организма. «Ты че , тварь , сделала с собой?!» написал я ей возмущенно. «А что не так?» удивилась она. «Капец, ты еще спрашиваешь! В зеркало посмотри !» На этой фразе я вышел из сети. Для психиатров было бы очевидным существование у нее одной из форм анозогнозии. При анозогнозии больные не осознают дефекты, вызванные патологическим процессом, а патологических для организма процессов она запустила достаточно. Ее изменения происходили постепенно, потому критика , как таковая , отсутствовала. Для меня ее изменения произошли достаточно резко и вызвали у меня шоковое состояние , не меньше. Разумеется, отказываться от нее я не собирался, потому что уже воспринимал ее как свою семью, да и то, что отец выходил мать, давало твердую подоплеку того , чтобы заботиться о ней , несмотря ни на что. Мы продолжили общение , и я начал постепенно прогонять ее по программе «12 шагов», созданной для реабилитации аддиктивных людей. Она вполне легко поддавалась, но запрещать ей торбиться я не стал. Я требовал снизить дозировки и больше внимания уделять себе. Разве что категорически запретил употреблять спайс, потому что эта синтетическая фигня могла снести ей башку и упечь в психушку. Дальше наше общение стало порождать желание встретиться друг с другом , и, разумеется, у нас зашла эта тема. И сделаю! сказала она по телефону. Я проверю, ответил я. Н адеюсь , так и будет. Проверь. Приезжай и проверяй. Нет. Что нет? Говори конкретнее. Я к тебе не приеду. Почему? удивленно спросила она. Я к тебе уже слетал раз, мне хватило. Хочешь увидеться делай то же , что я сделал: бери билеты на самолет туда-обратно на двое суток, снимай отель, банкуй. Ты же не думаешь, что я забыл о случившемся ? Саш, блин... Чего ты начал-то? Многое изменилось с тех пор. Сам знаешь. Это будет твоим извинением. Косячишь искупай. Ты капец мутишь! недовольно произнесла она. Т ы встретишь хоть? Я же города совсем не знаю. Посмотрим. Ничего обещать не буду, ответил я. Как баба себя ведешь! Успокойся, ответил я , рассмеявшись. Человек, который мало заплатил за тот или иной товар, не станет его ценить. Этот императив действует не только в товарной среде, но и в человеческих отношениях. Прошлый раз ей ничего не пришлось делать для того, чтобы мы встретились , и потому она относительно легко от меня отказалась. Вставать на те же грабли я не собирался. Разумеется, я требовал от нее очень многого, ведь для наркоманки скопить денег и не спустить их на торчиво достаточно сложная задача. Это условие нужно было выполнить, чтобы я для нее имел высокую значимость. К тому же ее нужно было научить отвечать за свои поступки. К онечно, ругать вариант, но очень глупый, ведь гораздо ценнее для любого человека привычка исправлять положение, а не ныть и ждать, когда кто-то другой все наладит. В этот раз наше общение строилось , в основном, по телефону, потому что встреча всегда происходит вживую и требует реальных разговоров, и потому нам нужно было это закрепить. В прошлый раз мы ошиблись в том, что у нас не было общих интересов и главной темой беседы была сама встреча. Зацикленность на этом все и испортила, потому что при самой встрече говорить было не о чем. Постепенно откладывая деньги , Арина сумела справиться с поставленной задачей. 27 августа она прилетела. Я не стал встречать ее в аэропорту, а встретил возле отеля. Она была в темно-синих шортах , черной футболке и белой кофте , с черной сумочкой. Привет, сказала она, обнимая меня. Да неужели! сказал я и крепко обнял ее. З атем вдохнул запах ее волос и нежно поцеловал в спесивую голову. Встретить не мог, да? Обломщик ! Не очень приятно, правда? спросил я , иронизируя. Господи! Избавь меня. Пошли в отель , я в туалет хочу, ответила она. Такая деликатная, рассмеялся я. Мы оформились и поднялись в номер на восьмой этаж. Она отошла по естественной нужде, а я ловил себя на мысли, что номер, в котором мы находились, был мне знаком. Ну , рассказывай свои сны. Ты обещал, проговорила она, подходя ко мне. Садись, сказал я, пропуская ее вперед к изголовью. С начала расскажи мне, что было после нашей встречи в Москве. Мне снилось то, что сейчас происходит, как ты мне рассказываешь о важных событиях, типа отношений кто кому написал и так далее. Давай! Блин, ну, ты такие идеи кидаешь... Что говорить-то? Я не знаю , растерялась она. Отношения. К то кому написал, все по порядку. Ну? Ну, в общем... Блин... Через полгода я начала встречаться. Рассталась. Затем ты написал мне, рассказал , что будет, но я тебе не поверила, посмеялась. Потом даже замуж собиралась , короче. В общем, через полтора года я тебе написала. Так вот что ты сказала тогда, произнес я, испытывая дереализацию. Угу. А что на самом деле было. Ты ведь не собиралась замуж, да? Нет, не собиралась, ответила она, я хотела, чтобы ты был счастлив и потому, решила сделать вид, что выхожу замуж. Ты бы перестал думать обо мне. Я попросила Диму, он просто друг, сфоткаться вместе. Затем поставила семейное положение и отправила самой же себе вопрос в Ask , типа «у тебя парень появился ?». О тветила, что помолвлена. Через время снова отправила сама же себе вопрос «вышла замуж?», ответила «да». Ты больная у меня! сказал я. Бывает , сказала она, склонив голову, ну, все! Давай, что там тебе снилось? Ладно-ладно, ответил я и , довольный, забрался на кровать. И ди ко мне поближе. Дай руку. Что еще тебе дать? спросила она, протягивая руку. Печень свою полумертвую. Саш! Давай, говори, ну?! Я верю тебе и хочу услышать, что будет. Что ты хочешь узнать? спросил я, сидя в позе лотоса и держа ее руку в своих ладонях. Арина задавала вопросы, а я отвечал , по мере возможности. В процессе общения мы приблизились друг другу. В какой-то момент я замолчал, вдыхая до боли знакомый запах. Так пахнешь сказал я, остановившись возле ее лица. Целуй уже, не беси! сказала она шепотом. Я непроизвольно начал целовать Арину , но в этот момент подумал о ее словах и улыбнулся. Поцелуям это мешало , я старался перестать, но губы были напряжены и чем больше я прикладывал усилий для того , чтобы их расслабить, тем комичней мне казалась ситуация. В итоге я не выдержал и расхохотался, откидываясь на кровать. Арина легла рядом. Мы лежали на боку, обнимаясь, и смотрели друг на друга. Я заулыбался. Она ответила. Я лизнул ей нос. Она резко навалилась на меня и начала целовать. Движения стали резче, грубее, перестало хватать воздуха, руки безобразничали, бродя по телу. Мы начали раздеваться. Да сука ты , потрогай грудь уже! сказала она, перемещая мои руки. Затем мы стянули с себя остатки одежды, и понеслась привычная песня вздохов, всхлипов и поскуливаний. Я не планировал секс так скоро, но это было даже лучше, поскольку все случилось естественно. Что у тебя за проблемы с грудью? спросила Арина, когда все закончилось. Ты точно хочешь это знать? спросил я в ответ. Да , блин, хочу! Не тупи. Ну, начал я, мы заменили дверь в ванной, а у нее был замок, который открывался любым острым предметом. Мама попросила подергать дверь, убедиться, что она закрывается. Я подергал. Она не открывалась. Затем черт меня дернул открыть дверь десятикопеечной монетой. Когда я открыл и сказал «приве -е -ет !», мама повернулась, и я увидел, что она по пояс голая. Отец был дома , и она ему потом рассказала. Отец ничего не сказал , но я испытал безумное чувство стыда, которое укоренилось в голове. Вот оно что, задумчиво проговорила Арина. Угу. Ну-ка, сказала она, усаживаясь на меня, потрогай грудь. Зачем? удивился я, немного нервничая. Г рудь в руки возьми! Ну? Давай, я не смотрю, произнесла она и закрыла глаза. Я понял, что она не отстанет, но меня что-то сдерживало. В голове шла какая-то борьба. Я не слезу с тебя, пока ты не возьмешь грудь. Понимая, что мне все равно придется это сделать, да и осознавая свою глупость и ее правоту, я начал постепенно продвигаться руками по ее телу от живота к груди, чтобы сделать плавный переход. Она улыбнулась, когда мои руки оказались на груди. Ласкай! Я скривил губы , но сделал, что она требовала. Целуй мою грудь. Давай! сказала она, посмотрев мне в глаза. Е сли я твоя будущая жена, то чего ты боишься , дурачок ? Доверься мне Спорить я не стал. Приподнялся и начал целовать ее грудь, а потом уложил Арину на другую сторону кровати. Что я нашел в ней ? Для общества она, конечно, плохая, чертова наркоманка, но когда я тону в ее глазах, я понимаю, что это мое болото и я дома. Как люди понимают, что это тот самый человек? Да так и понимают. Им больше никуда не хочется уходить , хочется навсегда остаться. Спокойствие преобладает над суетой внешнего мира. И даже когда весь мир сойдет с ума, этим двоим будет плевать, покуда рука в руке. То же самое чувствовал и я. Я был дома. Как известно, дом без любви строение, ведь дом это не только стены. Я буду дома в любом строении, если эти объятия подарены из чувства любви и это любовь девушки, которую я назвал своей. За всеми этими романтическими соплями я ловил себя на мысли, что мне больше нечего ждать. М ое главное рядом , и от этого становилось тревожно. Я задавался вопросами: и что, это все? Больше ничего не будет? Такое же странное чувство испытывает человек, надолго оказавшийся без воды и вдруг ее получивший. Происходит отрезвление мыслей и некий ступор от того, что он больше не знает , к чему стремиться. Люди всегда чего-то ждут , и, как правило, это что-то интересное. Иногда они знают и считают дни, а иногда не знают и отчаянно ждут. Время нещадно гонит их в лапы фиаско. Так или иначе, знать , чего ждешь , и не знать одинаково трагично в своей сути. Вся жизнь ожидание. И не то чтобы это было настолько плохо, что любые ожидания нужно было бы теперь купировать , вовсе нет ! Ж ить если и нужно, то ради того, что возбуждает желание жить. А чтобы понять, на что человек ориентирован, достаточно заняться сексом и понаблюдать , что имеет большую ценность: сам процесс, сам факт или оргазм. Оргазм удовольствие; факт смысл; процесс сама жизнь. Для меня был важен оргазм , и в жизни я гнался за смыслом. Единственный смысл, который мне удалось раскрыть для себя, заключался в том , что смысл жизни у каждого свой и он упирается в то, что вызывает в человеке желание жить. Это кружит голову без всяких препаратов, поднимает среди ночи в волнительной радости и заставляет бренное тело воспарять над асфальтом, когда оно спешит к предмету своей страсти. Мы лежали в постели, лицом друг к другу , и молча запоминали родные черты. Ты меня любишь? спросила Арина. Люблю. И не стану тебя меньше любить, когда ты будешь пакостить , ответил я, но буду рад, когда ты будешь оставаться самой собой. Кончай со своими дифирамбами, улыбнулась она. З начит , мы вместе? Ну, блин... встречаемся? Эмм, ну Что «ну »? Когда я тебе рассказал, что будет, ты надо мной посмеялась. Ты уже знала, что мы будем вместе, но, тем не менее, собралась замуж за другого. А ты бы сам как отреагировал? Я же не знала! Это ты знал и должен был меня убедить. Д ля тебя будущее не было секретом , ты это проверил, а мне все казалось смешным. Тем более что все это была ложь. Т ак что не нужно мне тут мозги шоркать. Бесишь! нахмурилась она. Я предложу тебе встречаться, как только ты бросишь курить. Тем более что у нас в роду никто не курит, даже среди троюродных. Я не могу знакомить родителей с курящей девушкой. А то, что я наркоманка , это нормально? Или у тебя в роду уже есть наркоманы? Будешь серьезно косячить решать будем через наркодиспансер. А если не будешь косячить ну , торчи себе потихоньку, я не против. Ну, спасибо, что разрешил! сказала она и повернулась ко мне спиной. Я поцеловал ее в плечо, проверяя реакцию. Арина сильнее отвернулась. Я придвинулся ближе, она съежилась. Я обнял ее, она передвинула мою руку себе на грудь. Ладно. Я брошу курить, сказала она. Я знаю, ответил я. Через минуту Арина повернулась ко мне лицом. Я улыбнулся. Но причина была не в том, что я увидел объект обожания и окситоцин с эндорфином дали о себе знать. П ричина была в другом. Влюбленные спят лицом к лицу, потому что они максимально открыты и эмоциональны по отношению друг к другу. Это свидетельство сильнейшего желания быть с партнером и это громче всяких слов , которые предлагают великие поэты. Со временем такое, конечно, проходит, но это нормально и , будь иначе, это свидетельствовало бы о патологии в паре. Я проснулся от звука, который издавали суженные стенки носоглотки. Арина храпела. Поначалу это , конечно , мило, но со временем любого начнет выводить из себя, потому подобные стрессоры лучше всего купировать на начальных стадиях отношений, пока друг для друга хочется что-то делать безвозмездно и пока это делать еще приятно. Возможно, с философской точки зрения, романтический период на то и дан, чтобы притереться и не раздражать друг друга. Хотя биологи над этим посмеялись бы , указав на то, что романтизм нужен для создания долговременных отношений с целью репродукции. Для меня стало понятным все, что было с нами до этого. Когда мы встретились, Арина разочаровалась во мне и отказалась от меня. Страдала от разбитых мечтаний. В январе я высказался по смс , она получила негативный посыл. Затем я поставил якорь на себя, когда попрощался и пожелал счастья с другим. Я корь сработал, но она увидела, что находится в черном списке, разумеется, отношение ко мне стало противоречивым. Затем я не выдержал и добавился. Она замешкалась. Я с нервов отозвал заявку. Тогда она решила, что нам не по пути и сменила имя страницы. Я снова появился, но она реагировала уже негативно. От безысходности мне пришла в голову мысль все рассказать ей. Она решила, что будет лучше, если я буду думать, что она замужем, чтобы я мог начать новую жизнь и не думать о ней. В дальнейшем время все расставило на свои места Я тебя сожгу, когда ты умрешь, сказал я Арине, когда она проснулась. Зачем? спросила она, потягиваясь в постели, а потом перебираясь к краю кровати, возле которой на стуле сидел я. Я сохраню твой прах до своей смерти. Потом наши дети кремируют меня и смешают наш прах вместе, чтобы мы не расставались, даже превратившись в пепел. Поэтично. Но я не хочу, чтобы меня сжигали. Пусть лучше вместе похоронят. Да кто вообще тебя спрашивает? Сожгу, будто я святая инквизиция , а ты ведьма. Буду читать текст изгнания бесовской силы на латыни, пока твое холодное тело будет объято жарким пламенем. Дурак! рассмеялась она. Все заканчивается. Время нашей встречи подошло к концу, и мы перешли к сопливым моментам расставания. Конечно, нас сильно тянуло друг к другу, но при расставании мы не роняли пустых слов и не поднимали ничего не значащие темы. Арина ушла, и к горлу подкатил ком. Подойдя к таксисту, я попытался сказать «П оехали !», но , вместо слов, океан вышел из берегов по собственной воле. Таксист все понял и позвал меня за собой к машине. Я послушался. Когда мы уже отъехали от аэропорта, я успокоился и назвал водителю адрес. Дорога текла под колесами, светили желтые фонари, любимая улетала за тысячи километров, а я вдруг понял, что ждал не зря и что ради таких сопливых моментов стоит жить, как бы их ни принижали люди, не познавшие радостей любви , желая обесценить счастье других, чтобы на их фоне не выглядеть жалкими неудачниками. ГЛАВА XVIII Когда поворачиваешься и смотришь назад, вспоминая какое-то событие, отмечаешь про себя, что уже прошел год или даже целых десять лет , и от этого невольно пугаешься. Для памяти нет разделения, было это вчера или год назад, она просто эскалирует фрагменты жизни, и мы вдруг понимаем, что сквозь пальцы утекло многое. Первый поцелуй, первая драка, первый алкогольный умат, первый секс. Все это можно вспомнить ярко, будто это было вчера, но никогда этого первого раза уже не будет. Даже если выждать время, пока организм нормализуется, сколько ни жди, первый раз уже не повторится. Причина кроется в неизвестности, перед которой стоял человек , и в ощущении большого открытия и удивления от первого раза. Если человеку дать посмотреть через год тот же фильм, он не окажет на него такого же воздействия. В этом и кроется радость первого раза. Почему я вдруг об этом подумал? Я свою жизнь хорошо знал, и она сбывалась в точности. Все равно, что мне бы дали на обед пережеванную пищу со вкусом чужих слюней , и мне бы пришлось ее жрать , просто чтобы не сдохнуть. Хотя актуальнее это сравнить с сериалом, когда смотришь его, чередуя первые и последние серии , и уже знаешь, кто злодей, а кому стоит довериться. Жизнь становится скучной, и, какой бы вечной ни казалась любовь, если человек тебя не в состоянии понять, ему не объяснить, потому что он не может услышать. Поначалу у меня с Ариной все было прекрасно, потому что было удивительно сбываться с ней и вдруг оказываться в той самой постели или знакомиться с людьми , которых я уже частично знал. Н о со временем это перестало удивлять, и появилось чувство, будто меня обманули и я в этой жизни стал чьим-то замученным пленником. Отношения у нас начались в декабре, и она действительно бросила курить, соглашаясь с тем , что я ей диктовал. Арина не косячила , и потому я не протестовал против ее «полетов в космос » и ласково называл своей марсианкой. Время двигалось к свадьбе, и за недалеким рубежом уже виднелись дети. Я знал, кто и когда родится, как назовем, и сколько лет у них будет разницы. Мне было не о чем беспокоиться в жизни , и , быть может, именно это сводило с ума. Кому-то такая жизнь приглянулась бы , но, наверное, нужно быть совершенно безумным, чтобы такую жизнь полюбить. Поднявшись по лестнице на второй этаж склада , я заглянул в каморку, где сидели менеджеры. Арина проповедовала какую-то чушь расстроенной подруге, а та , зареванная , ее слушала. Я посмотрел на темно-синее платье в крупный белый горох своей марсианки и решил, что мне лучше отвалить и заняться своими делами. Сняв деньги с карты, я завис в каком-то темном баре ее маленького города, а затем, набравшись еще до начала вечера, раскинувшись на диване и сделав глубокий вдох , я подумал о том, чтобы послать все по ветру. И это не черти говорили в моей голове, а кто-то замученный и уставший от жизни , в которой не предполагалось даже блеклых красок радости и веселья. Меня, забывшего , как правильно ходить, Арина встретила на улице. Пьяным она меня видела впервые и потому лишь смеялась, ведя меня домой и пытаясь выяснить причины такого поведения. Я говорил, что я рыбка, а рыбы не разговаривают, и потому открывал рот , не издавая звуков. Когда я протрезвел , решение все бросить показалось мне бредовым. Но через неделю я уже так не думал. Жизнь подошла к моменту, когда я должен был сделать Арине предложение. Вместо этого я написал записку, положил ее в нижний ящик комода под одежду, приложив к ней карту с деньгами, что я копил на сюрприз еще со дня нашей первой встречи , и заказал через интернет билет на самолет до дома. Наш последний день мы провели вместе, и я старался не выпускать ее из виду, стараясь все запомнить. Все нормально? спросила Арина, когда я разглядывал ее, отпечатывая любимый образ. Ты очень красивая, сказал я, подойдя к ней. М не повезло быть с тобой. Я обнял ее , и у меня из глаз потекли слезы. Б оль подступала, а ком в горле не позволял дышать. Незаметно для нее я вытер слезы, чтобы Арина не задавала ненужных вопросов. Саш, ты какой-то странный. Точно все нормально? Саш, что я не так сделала? Ты чего бесишь меня?! Что случилось? Я же чувствую , что что-то не так. Арину я успокоил, эмоции сублимировал в секс, и в этом сексе все было так, как она любила. Я им извинялся Время мимолетно. Вот ты лежишь в постели и обнимаешь любимого человека, а в следующую секунду уже летишь в самолете и смотришь в иллюминатор на пуховые облака, словно пришедшие из сказки в наш ужасный мир. Я очень много думал. Меня сильно тянуло обратно, чтобы отказаться от задуманного, но я себе бесконечно повторял, что жить, зная свое будущее , еще хуже, чем его не иметь вовсе. Поболит и перестанет. Ничего страшного. Она найдет другого. Справившись с расстоянием, я оказался дома. Родители сказали, что на мне лица нет. Я ответил, что мы поссорились и я прилетел все обдумать. От обеда отказался. Вечером Арина позвонила, чтобы узнать, почему я задерживаюсь на работе и вообще что со мной. Ты где? спросила она своим дурацким голосом, который я не любил слышать по телефону. Я дома, ответил я. Ты шутишь? удивленно спросила она. У родителей дома. А чего мне не сказал? Хоть бы предупредил, а то исчез и все, а я тут думай всякие глупости. Сам знаешь, я накручиваю фантастические события. Арин, коротко произнес я. Что? В комоде под одеждой, в самом нижнем ящике, я тебе кое-что оставил. Кое-что? уточнила она, а потом воскликнула: А -а-а ! Я согласна! Арин Ну, все-все, сейчас посмотрю, сказала она , довольная, а на меня в этот момент накатила жуткая боль , и , чувствуя подступающий к горлу ком, который уже надоел, я шепотом произнес: Я люблю тебя Что ? Саш? спросила она, не услышав моих слов. В ответ я лишь отключил телефон и взорвался дикой болью, теряя жизненно необходимую влагу. Лицо горело , и я , возможно , в одни и те же секунды с Ариной, повторял в голове оставленную записку : «У нас не сразу все получилось , и те полтора года, что я ждал тебя, пока ты была с другими, для меня были огромной пыткой. Но с тех пор, как мы оказались вместе, я каждый день повторял себе, что жизнь с тобой стоила ожидания и ты действительно самая лучшая. Я не думаю, что ты меня сейчас поймешь, узнав, что мы теперь по отдельности : есть ты, и есть я , и мы больше не вместе. Прости Р азумеется, ты хочешь знать причину, и я отвечу: уверяю тебя, ты самая лучшая и твои шаги в противоположную сторону от наркотиков что-то бесценное для этого скупого мира, но я не могу играть одну и ту же пьесу и быть счастливым. Я вроде бы с тобой, и все хорошо, но эта радость будто фальшивая и за маской улыбки лишь мертвые эмоции с опущенными уголками губ. Это не временный кризис, который через неделю-другую пройдет, а одиночество, в котором я верчусь , как в чертовом колесе, и меня уже тошнит от того, что я все знаю. Сегодня я должен был сделать тебе предложение , и это был бы наш день, но я так не могу и ухожу до того, как появятся дети, чтобы не бросать тебя с ними, ведь я рано или поздно все равно не выдержу. Я даже не прошу тебя меня простить, я того не стою. Осуждай меня. Надеюсь лишь на то, что ты будешь счастлива с другим. Ведь ты сильная, ты справишься со всем этим, я это знаю. Береги себя и прощай. PS : ты навсегда для меня моя наркоманка». И, если есть наверху кто-то , небеса накажут меня за мою глупость. Хоть это и была моя жизнь, зачем же я так жестоко поступил с ней? Риторика К ак результат двое зареванных , и не ясно, откуда взялось столько боли, ведь в животном мире такого быть не должно. В голове были сотни причин, чтобы вернуться к ней, но мысль, что я снова буду вариться в старом котле, исполняя тот же сценарий, доводила до отчаяния. Я почти перестал есть и спать , телефон и интернет отключил. Перестать думать об Арине я не мог , и в круговерти хождений по комнате я как мантру повторял короткий триумвират слов: все будет хорошо. В редкие моменты, когда мне удавалось заснуть, я просыпался с дикой болью в груди и комом в горле, и каждое утро по часу убеждал себя , что это все пройдет и это временно. Люди расстаются , и боль проходит. Все однажды заканчивается. Когда я похудел на десять килограммов , отец принес мне антидепрессанты. Подходя к зеркалу, я пугался, трогая костлявыми руками обтянутый кожей череп. Глаза были будто вдавлены , и под ними висели жуткие мешки, будто желающие вывернуть меня наизнанку. Через месяц отец пришел в комнату и сказал фразу, которая меня добила: Звонила Арина. Сказала, что беременна. От тебя. Пусть научится держать ноги сомкнутыми, с трудом выдавил я из себя. Понял. Поговорить не хочешь? спросил отец. Я отрицательно помотал головой. Мне пришлось солгать, чтобы не слышать уговоров вернуться к Арине. Я даже не знаю, что для меня оказалось больнее: то, что я ее оболгал , или то, что она беременна. От боли меня протрясло, я заткнул кулаком сжатые губы, чтобы не закричать. Почувствовав, что меня от крика отделяют секунды, я бросился к подушке и, уткнувшись в нее, чтобы заглушить истошный крик, проорался. Через месяц, когда отец возвращался домой, его застрелили. Земля хосписа была нужна какому-то бизнесмену , и, не сумев получить ее в ходе переговоров , покупатель аргументировал свое желание свинцом. Мать согласилась и все подписала, потому что боялась за меня. А я и так был почти убит. Мой отец был мертв, а я думал об Арине. Сидел с матерью, а думал об Арине. Отца погружали в землю, а я думал об Арине. На меня все смотрели и шептались, что я так переживаю из-за отца, а я даже ничего не чувствовал все думал об Арине и ничего не мог с собой поделать. В какой-то момент я начал понимать, что так не бывает и что-то здесь не то. Одна боль должна убивать другую или хотя бы приглушать, но смерть отца меня даже не тронула. Мать то и дело была пьяной , не в силах справиться с утратой, а я то и дело выносил бутылки из ее комнаты. Когда я пришел снова, чтобы вынести мусор , увидел, что мать была синего цвета. На столе стояли таблетки, она их пила, чтобы уснуть. И накануне многократно превысила дозу Когда хоронили мать , я все так же думал об Арине и, наблюдая, как погружается в землю гроб, поймал себя на мысли, что ничего не чувствую и боль не сбивается. Будто я хоронил чужих для меня людей. Придя домой и оставшись в тишине пустой квартиры, я ничего не почувствовал. Был ли это ментизм или мыслей не было вообще, я не понимал , но чувство потерянности меня не покидало. Когда я уснул, мне приснился сон, в котором я горел. После смерти матери этот сон начал сниться каждый раз , стоило только перейти в фазу быстрого сна. Иногда он снился дольше, и во сне я думал, что горю вместе с Ариной. Посчитав это реакцией на стресс и переживания, я постарался отрешиться от него. Позже я посетил страницу Арины. У нее в профиле висели фотографии с увеличившимся животом, на бледном лице поселилась улыбка, но не каждый разглядел бы , что улыбалась она сквозь сжатые зубы. В глазах не было радости, лишь усталость. Арина была слишком худой для беременной девушки , и небольшие круги под ее глазами выдавали долгие бессонные ночи. На некоторых фотографиях я заметил, что она вновь начала употреблять, а где-то даже была пьяная. Она, конечно, жила как могла , с трудом сдерживаясь , чтобы вообще не упасть в синий омут. В переписке висело около сотни сообщений от нее, и я был все еще указан у нее в семейном положении. Я удалил свою страницу, чтобы не питать надежд. Напился... На персиковых обоях я написал черной краской: «Оставь в покое память!» Ко мне вновь вернулись панические атаки. Из-за них я часто сидел в душе и ловил теплые струи воды. Чистота успокаивала. Пытаясь найти выход, я искал в интернете информацию о том, что со мной происходило, ведь поведение было патологичным. К сожалению, я ничего не находил. Время медленно волокло себя, словно чокнутый ребенок, который тащит на поводке мертвого щенка. Чертово безумие меня не отпускало Вспомнив совет отца, я вновь открыл для себя книгу «Переживая прошлое ». Если предположить, что в жизни существуют какие-то знаки, то тогда книга имела бы свою ценность. В определенный момент я понял, что автор описывает частично схожую ситуацию: герою была известна его жизнь, хотя она и сбывалась по-новому. Мне моя жизнь тоже была известна, но она сбывалась в точности по снам , и ничто ее не меняло. Я о многом задумался, хотя постоянно отвлекался на Арину. Когда понял, что мои фантазии формируют жизнь и мои сны сбываются еще и по тем фантазиям, что я себе надумал, я опустил руки. Получался замкнутый круг, из которого я не мог выйти. Последней каплей стала сбывшаяся фантазия о том, что я шел за Ариной, когда она вела за руку ребенка. В тот момент нервы сдали. Часть квартиры была разгромлена. Я лежал в позе эмбриона на полу и плакал об угробленной жизни и проклинал себя за то, что сделал. Разумно было вернуться к Арине и молить ее о том, чтобы она простила меня , но что-то сдерживало, не позволяя избавиться от страданий. Прошла пара месяцев. По времени Арина уже должна была родить. А я в комнате с задернутыми шторами пытался все забыть. Когда сбылся сон о том, что происходило в моей жизни, я понял, что ничего вообще не смог изменить. Психанув, я решил написать А. Косачеву, чтобы хоть что-то понять, поскольку сам уже не мог справиться и потерял адекватность. Мне нужен был пинок. Без труда найдя его в сети, я поздоровался и просто излил душу без особой надежды быть понятым или услышанным. Вечером пришло сообщение: «Здравствуйте, Александр! Многие назовут вас сумасшедшим, но я с этим не соглашусь. Феноменология вещих снов действительно не изучена , и исследований на эту тему не проводилось, поскольку сон еще изучается и многое нам только предстоит понять. А верю я вам по довольно банальной причине : подобные прецеденты есть и в моей жизни. Ваша тяга к Арине обусловлена экспериментами матушки-природы. Есть люди, в большей мере , склонные к полигамии, а есть склонные к моногамии, хотя человек в основе своей моногамен. Вам достался второй вариант, который ориентирован на одну самку. Но также вам досталось явление, которое обычно на людей так ярко не распространяется. В вашем случае это произошло из-за ваших родителей и генов. Данное явление называется импринтинг. Понятие «импринтинг» ввёл австрийский этолог Конрад Лоренц, получивший за открытие данного эффекта Нобелевскую премию. Лоренц, занимаясь исследованием только что вылупившихся из яиц новорождённых утят, обнаружил, что первым делом они осуществляют поиск образа матери. Единственным условием, которому должен был соответствовать объект, претендующий на материнскую роль , движение.  Этого оказывалось достаточно, чтобы утята тут же начинали повсюду следовать за этим объектом. В качестве «подсадной утки» Лоренц использовал самого себя, делая это на корточках. Удивительно, но когда он начинал двигаться, утята принимали его за свою мать и начинали неотступно бегать за ним, полностью игнорируя утку, которая их высидела. Конрад Лоренц назвал это поведение утят импринтингом, что означает «запечатление ». Импринтинг в психологии это практически неизгладимые образы, впечатления, совокупность убеждений, не основанных на логике, которые закладываются в моменты так называемой импринтной уязвимости и свойственны не только животным. Механизм импринтинга действуют также и на людей. Импринтная уязвимость это определенное состояние психики, в период которого может сформироваться импринт. В дальнейшем запечатленные образы играют ведущую роль в специфических поведенческих реакциях. Этот механизм действует не только в раннем детстве, он может действовать на человека любого возраста, когда у него происходит формирование каких-то совершенно новых для него убеждений или он испытывает сильное нервное потрясение. Так вот! Вы насмотрелись на своих родителей и распространили родительское поведение на себя. Когда Арина начала вам сниться, произошло запечатление и, судя по всему, она запечатлилась из-за того, что в своих снах вы видели себя и ее в подобной поведенческой манере, как это делали ваши родители. А ваше одиночество не что иное, как страдание без импринтного объекта. И вы правы: это неестественное поведение для человека, и ваш случай уникален. Что касается того, что вы решили от нее отказаться, это нейронный шум. Иной раз мы ведем себя не так, как следовало бы , и потому , собственно , существует психология. Представьте себе лису, бегущую за зайцем, который всегда бежит одинаково. Рано или поздно, лиса поймает зайца, высчитав его поведение. Так вот, нейронный шум это естественный механизм , присущий всем живым существам и создающий отклоняющееся поведение, а, следовательно, являющийся дополнительным стимулом движения эволюции вперед. Разумеется, нейронный шум не единственная вещь, которая определяет появление нового, а лишь какой-то вариант. Что касается снов и того, что вам , собственно , делать. Насколько мне известно, сны изменить невозможно и они никак не зависят от того, что мы будем делать, чтобы их опровергнуть, ведь это все уже учтено. И , исходя из того, что ничего изменить невозможно, стремитесь к своей импринтной модели, раз уж она вам снилась ». «А почему мне снилось, что мы горели?» «Это может быть реакцией на сильнейший стресс. Помимо вещих , должны сниться еще и обычные сны. Иначе и быть не может. Но невозможно понять , на самом деле, какой сон сбудется, а какой нет, и единственное, что можно использовать для безопасности, это просто отсеивать те сны , чей сценарий кажется слишком фантастичным». «Спасибо огромное! Вы даже не представляете, что для меня сделали!Вы упоминали, что и вам снятся вещие сны. У вас нет чувства усталости от жизни?» «Нет. Я не жду, когда они сбудутся, и если что-то узнаю, то стараюсь это использовать или как-то подготовиться к грядущим событиям. Сами представьте: к примеру , нож в одних руках может прокормить, а в других окажется смертельным оружием. Все зависит от использования. Вы просто не научились пользоваться снами. Допустим , книга «Переживая прошлое » написана по снам с привлечением фантазии , и в итоге связь книги с моей реальной жизнью прервалась. На самом деле это у моей жены шизофрения, но легкая форма , и я ее просто перенес на героя, будто она у него. А что касается всяких страшных событий это просто фантазия и наблюдаемый опыт из жизни других людей. А со своей женой я действительно, как и описывалось в книге , начал встречаться в двадцать пять и женился на ней в двадцать семь. К стати, нас познакомила именно книга, хотя она ей и не понравилась. Видите, что могут делать сны? Если ими правильно пользоваться , они делают человека счастливым. Как говорится, кто знает жизнь, тот не спешит. Ну, а что касается упертости в вашем решении разбежаться, так это нежелание признавать, что столько сил потрачено зря. Это на самом деле тяжело ». «Спасибо! Теперь я знаю, что делать! Не думал, что вы так легко ответите » «Две трети читателей пишут эту фразу». Мы еще немного пообщались и вернулись каждый в свою реальность: он к семье, а я в одинокую квартиру. Мне нужно было все обдумать и переосмыслить. Первым делом, как это обычно бывает, я воодушевился словами, а после остановил себя для критики. Разыскал в сети про импринтинг. В энциклопедии практической психологии наткнулся на текст: «У тех видов, в которых новорожденные появляются на свет в беспомощном состоянии (воробьи, голуби, кошки, собаки, кенгуру, и особенно приматы) критический период сильно растянут и сдвинут на более поздние сроки. Слабые и беспомощные , подчас слепые новорожденные этих видов длительное время нуждаются в тесном контакте с матерью. Они не готовы к самостоятельному существованию в естественных условиях, их обучение и различные фазы запечатления иногда растянуты на годы (вплоть до возраста полового созревания)». А после дошел до этого: «В американской психологии Е. Хесс сформулировал «закон усилия»: сила запечатления равна логарифму усилия, затраченного животным для достижения значимого объекта в период импринтинга ». Поразмыслив, я наткнулся на воспоминание об Арине в девять лет, затем вспомнил, как я был впечатлен и как хотел оказаться в будущем, желая приблизиться к ней, но после отвлекся и забыл. Такие сны сопровождали меня всю жизнь, но я к ним относился , как к красивым фантазиям , не более. Видимо, моему подсознанию так не показалось, и оно запечатлело образ. В отеле я не распознал чувств из-за усталости и все сводил к логике, которая не была полноценно информирована. После появилась сильная тяга и была внесена большая цена. Тогда я еще не знал про импринтинг. Размышляя, я вспомнил про нейронный шум и также решил его проверить на медицинском сайте. « Мы обнаружили, что нейронный шум действительно может оказать влияние на свободу воли человека , комментирует доктор Джесси Бенгсон , ведущий автор работы. Теперь становится ясно, почему наше поведение зачастую противоречит нашим намерениям ». От удивления я опустил руки. Затем мне захотелось поесть , а в голове безупречно-белой птицей воспарила идея вернуться к Арине. Впервые за долгое время я полноценно поел , а после отоспался. Проснувшись, я вновь все обдумал и решил, что нужно вернуться к своей любимой. В сети я не смог ее найти. В сообщениях диалог был удален. Через страницу ее сестры я узнал, что страница Арины удалена. Пройдясь по друзьям, обнаружил, что на Арину и намека нет. Тогда я решил написать ее сестре: «Привет. Как можно связаться с Ариной?» Вечером от Вероники пришло полсотни оскорблений и ничего по делу. «Почему ты о ней пишешь в прошедшем времени?» удивился я. «Потому что из-за одной твари ее больше нет! Придурок ! Умерла она при родах. Ты уже ничего не исправишь! Чтобы ты сдох в мучениях , гондон!» У меня возник ступор. Я приоткрыл рот, чтобы быстрее получать кислород. После началось отрицание, а следующие полчаса отпечатались в голове только вспышками гнева. Дело пошло за торгом , и мысли «может , Вероника лжет? Может , все неправда?» спровоцировали меня на желание слетать к ней в город, чтобы самому во всем убедиться. Как всегда, я заказал билет по Интернету. Деньги с продажи хосписа закинул на карту для разных расходов и вечером уже сидел в кресле самолета. Всю дорогу я убеждал себя в том, что , возможно , Вероника от злости написала, чтобы я не появлялся, но чем ближе я был к пункту назначения, тем сильнее таяла моя уверенность. Оказавшись недалеко от дома, в котором жили Арина с матерью , я остановился. Мне вдруг стало ясно, что сказать нечего, и я снова впал в ступор. Что я ей скажу? «Привет, мне бы хотелось все исправить »? А если Арина и правда умерла? Или у нее другой? Она красивая, на нее любой купится. Мысли бились в непримиримой схватке, но суть каждой из них была одна сомнение. Мне очень хотелось быть с ней, но как можно показаться на глаза после того , что я сделал? Куда делась та решительность, что одолевала меня дома? Главными соперниками в мыслях были две поведенческие модели: бежать или сражаться. Стоит только одной из них начать действовать, как именно она станет ведущей и другой будет вдвойне сложнее заявить о себе. Я это хорошо выучил на прошлом опыте и только потому стоял в нерешительности. По двору проехала машина. Нужно было что-то решать. Я был не готов и потому сделал шаг назад , и после еще несколько сотен шагов, ведущих в отель. Снял номер, ругал себя за случившееся, но в итоге не покидал оплаченные четыре стены и кровать. В отеле я решил послушать музыку, чтобы успокоиться и прийти в себя. По опыту я знал, что это может помочь. Для меня играла знакомая музыка в незнакомых стенах, и когда я услышал песню Александра Жвакина «Раненое сердце », я вспомнил Соню, Марину, разные отрывки из жизни и то, как однажды я сказал Арине, что мы всегда будем вместе, даже после смерти, соединившись пеплом в одной урне. Это вызвало грустную улыбку, но после пришла мысль, что, возможно, Арины и правда нет. От этого глаза мои переполнились. Я на условных рефлексах утирал скупые слезы, а мысли вызывали в голове обильную боль, от которой все в жизни растворялось. Когда я с трудом уснул , мне вновь приснился сон, в котором я горел с Ариной, но Арины я не видел, а лишь думал, что она со мной. Сон прерывался на том, что я пытался кричать. На часах было утро. Поразмыслив и поняв, что нельзя взять и прийти после случившегося с извинениями, я решил подождать Арину на расстоянии. Аккуратно устроившись за три подъезда на лавочке , в сторону которой она не могла пойти, я начал наблюдать. Время медленно шло, а я все сидел и ждал. Люди ходили, каждый по своим делам, и я просидел так до вечера. За это время я видел ее мать, сестру, пришедшую в гости с дочкой, но Арины так и не было. Вечером, вернувшись в отель, я понял, что еще одного такого дня не выдержу. К тому же она могла быть где угодно. Может , к бабушке уехала или у сестры живет. Или не выходит из дома. Я не мог столько ждать и потому решил поискать на кладбище ее могилу. Если она есть, то явно должна быть среди новых , и долго искать не придется. Утром следующего дня я разузнал про кладбище у администратора и отправился , полный надежд ее там не отыскать. Когда я подошел к кладбищу, меня охватил озноб и появилась тревога. Я смотрел на торчащие из земли кресты и впервые в жизни начал молиться Богу. Просил лишь о том, чтобы ее имени не оказалось среди других. Я не знал слов, которые произносятся в молитве , и просто просил, держа образ Арины перед глазами, будто псевдогаллюцинацию. Я ходил , робко осматривая таблички на крестах и надписи на мраморных плитах, и понимал, что каждая из них это горе в чьей-то семье. П ролитый океан слез, который не может вернуть умерших , был мной впервые понят , и меня испугало то , что я так глупо относился к смерти. Теперь, когда весь мой смысл жизни, возможно, был окутан землей, я видел мир в ином свете , и в нем одиночество казалось полнейшей глупостью. Когда я потратил два часа на поиски, мне стало немного легче искать, но радоваться я не спешил. Кладбище было большим, и понять, где находятся новые могилы, было трудно. Через четыре часа я уже подумывал прекратить поиски и все-таки постучаться в двери, за которыми меня ждала Арина. Но внезапно у меня сперло дыхание, и я остановился. Сердце задолбилось в груди, отдаваясь боем в висках, ладони вспотели. Я тревожно начал осматриваться по сторонам и слева от себя поймал знакомый набор букв. От этого я сразу же опустил глаза, бессознательно желая не видеть и не знать того, что свело бы меня с ума , и медленно начал приближаться к оградке. Постепенно поднимая взгляд и затыкая кулаком рот, я преодолевал свою трусость. Еще не успев осознать, что передо мной могила Арины , я заплакал. Глаза вновь и вновь бегали по буквам, в надежде прочитать что-то другое, но сука-реальность была сурова. Часто дыша , я замотал головой , не желая поверить в то, что видели мои глаза. В мыслях я взывал к Богу, проклиная все его существо. Я его ненавидел и просто скулил , повиснув на оградке. Через какое-то время я успокоился, насколько это было возможно. Сел сбоку и молча уперся головой в холодную мраморную плиту. Я глупо поглаживал ее, будто этим мог как-то коснуться Арины. В голове мелькали разные фрагменты жизни , и на какой-то момент мне показалось, что я глажу ее животик. Прости меня, произнес я, прости, что был нерешителен в нужное время. Прости, что не боролся за тебя и не оправдал твоих надежд. Прости, что я отказался от тебя по собственной глупости, что не смогу больше прикоснуться к тебе и никогда не провожу наших детей в садик , и мы не увидим, как они растут. Прости, что все так вышло. Если бы у меня был хоть один шанс быть с тобой снова, я бы все отдал за него. На кладбище темнело, а я все сидел у плиты , убитый горем , и не знал, что мне делать. Мимо изредка проходили люди, они шептались, а я , не поднимая головы, улавливал их периферийным зрением. Суть моей жизни была закопана в метре от меня , поэтому я никуда не спешил, ведь все здесь, окутано землей, здесь моя Арина. Я проснулся от холода. На кладбище спустились сумерки. Просыпаться среди могил в подобном состоянии оказалось не так страшно, потому что все центры в мозге были угнетены болью. Сидеть у могилы уже не было смысла, и я, съежившись, побрел в отель. По дороге думал о том, почему все так печально вышло и почему так жутко устроен мир. Чем мы заслужили такую судьбу? Почему меня дернуло уехать? И почему я готов все исправить, когда уже поздно что-то менять? И тогда я натолкнулся на одну не связанную с событиями мысль: общество свалило на мужчину столько всего, что он должен делать, а на женщину столько всего, что она не должна, что это вызывает кучу проблем. В результате мужчина многое не делает, а женщина многое игнорирует. И как жить в таком социуме, где есть требования, но нет исполнения? Риторический вопрос, который войдет не в первую сотню тех, что никогда не получат ответа. Человек воспринимает жизнь одним мгновением, которое формируется из долей секунд прошлого. Вся его жизнь запечатлена памятью. За свое непродолжительное существование человек умудряется впадать в депрессии, апатии, страдать от одиночества и прочих недугов, что заставляют его испытывать мучительные состояния. Но при этом он мечтает о вечной жизни и всеми силами старается продлить жизнь. Что сто лет, что тысяча какая разница? Будет разве что больше воспоминаний , и не более того. И не то чтобы это обесценивание должно было призвать людей радоваться жизни, нет! Но, если разобраться, жизнь длинная для тех, кто не достиг середины, и короткая для тех, кто приближается к концу. В промежутке кризис среднего возраста, заставляющий страдать о том, что уже позади. Л юдей пугают такие громкие слова , как «навсегда » и «никогда ». Стоит взять какую-то проблему и добавить по смыслу одно из громких слов, как любая фраза приобретет выразительный оттенок, провоцирующий мириады чувств. И когда человек теряет близкого, он мучает себя фразами «мы больше никогда не увидимся », «это теперь навсегда » и прочими выражениями , которые усугубляют состояние страдающего. Это все обоснованно: человек мучается, но как с этим жить? Уж точно непросто , и первое, что нужно сделать , это отделаться от вечных фраз, которые выступают стрессорами. Пока я шел, ум пытался отстраниться от событий и как-то упорядочить жизнь, но от рационального мышления меня уводила неутихающая боль. Конечно, я мог на какое-то короткое время увлечься мыслью, которая была направлена на решение возникшей проблемы, но , к собственному краху , я постоянно сбивался на известное чувство. Добравшись до отеля, я вспомнил, как приходил на вокзал, когда тянулись полтора года без Арины , и мечтал, что однажды раздастся звонок и я услышу: «Ты где? Я приехала». Но сколько я ни сидел, телефон ни разу не зазвонил. Ни друзья, ни родители, ни та, кого я осмеливался называть любимой, даже и не думали мне звонить. Быть может , я человек , который никому не нужен? Наверное, сейчас стало все честно: мои родители умерли, моя невеста умерла, с друзьями разошлись дороги, и я предстал перед самим собой в своем естестве , и мне стало больно от своего уродства. Н еделю я навещал могилу и однажды, когда уже возвращался в отель, понял, что Арина должна быть со мной! Да , она умерла, да , она уже гниет, но она моя и мы все равно будем вместе. Мысль об этом меня подбодрила и даже подарила некое воодушевление; центр мозга, отвечающий за радость, получил поощрение за идею , и меня понесло в мыслях о том, как все можно решить. На дом у меня не хватало, поэтому , полазив в интернете, я нашел за подходящую сумму гараж. Быстро все оформив, где надо приплатив, я подготовил его к приезду Арины. Купил еще пару лопат, тележку, ковер. И в одну из ночей, когда светила полная луна , отправился на кладбище. Подойдя к могиле, я выдержал паузу , вспомнил первые встречи с Ариной и осознал , что не сбылось мое радужное представление о наших долгих годах жизни. Я всегда считал, что дружба между мужчиной и женщиной на самом деле есть, но она является частью отношений, и потому верил, что дружба между мужчиной и женщиной сильнее простой мужской дружбы, которая существует , пока есть общие интересы. К сожалению, я не был хорошим другом ни Арине, ни Ваде с Кириллом, да и родителям я не был хорошим сыном. Наверное, было бы лучше, если бы в могиле лежал я. По крайней мере, я этого заслуживал. Копать было легко, рыхлая земля легко поддавалась лопате , и я достаточно быстро добрался до крышки гроба. Нелегко было осознать , что я среди ночи тревожу ее душу. А вдруг она там спит по ночам или ей неприятно мое присутствие? Что если ничего не вернуть? Меня тревожили разные мысли, а тем временем я обкопал гроб по краям. Он был темно-коричневый, чуть шире обычного и немного больше ее роста. Ты что тут делаешь, а? услышал я пьяный мужской голос. М ертвых беспокоишь тварь?! Я тебе сейчас устрою! Сердце задолбилось в груди, к рукам и ногам прилил жар. За секунду поняв, что у меня мало вариантов, я выскочил из неглубокой ямы и ударом лопаты вырубил мужика на вид лет пятидесяти. На его телефоне шел вызов. Я отключил. Беда-беда-беда! Что делать-то?! растерянно спросил я сам себя. Е сли сторож очнется, меня могут поймать и Арину заберут Я не мог позволить себе вновь лишиться Арины и потому, вытащив гроб, бросил мужика в яму. Бутылку с алкоголем бросил к владельцу. Понимая, что сигнал, возможно, подан на пульт охранного предприятия , я быстро зарыл могилу, затем оттащил гроб к деревьям, прикрыл его ковром и присыпал сухими ветками и пожухлыми листьями для маскировки. Сам же аккуратно начал прохаживаться вдоль могил, успокаивая себя, что все в порядке и ничего страшного не случится. Нервы постепенно успокаивались. Было тихо. На телефоне сторожа я полистал фотографии, посмотрел видео. Одну из видеозаписей, судя по всему, снимала его жена: на ней он, пьяный , пытался ворваться к ней в комнату. Ему это удалось, и она закричала : «Коля , прекрати, мне больно!», а телефон в тот момент снимал пол и лишь записывал аудиодорожку, где скулила от боли незнакомая женщина. «Так тебе и надо», подумал я, вспомнив недавний инцидент. Мелькнул свет фар. Я вышел на дорогу. Через некоторое время меня окружили четыре человека с оружием. Ты кто такой? спросил меня один. Сторож. Я сегодня подменяю дядю Колю, ответил я. И мы должны тебе поверить? спросил другой. В сторожке есть доказательства, сказал я на авось. Ну, пошли, сказал второй. Да ладно , брось, сказал третий, он же знает сторожа. Не по себе мне тут. А если лжет? А смысл? спросил я. Вот видишь! сказал второй. Нет, я проверю. Веди меня, уперся первый. К уда идти? Ну, пошли, сказал я, вспоминая, где видел сторожку. Х оть какое-то разнообразие за ночь. Что, правда сторож? спросил он, останавливаясь. Да, ответил я. Зачем вызывал? Да шум услышал в кустах. Показалось , что человек за деревом сидит, на меня смотрит. Ну, я и приготовился сделать вызов. Пошел проверить , а там собака как побежит, вот от испуга и нажал. А что на звонки не отвечал? Да в себя приходил. Напугался же. Кладбище как-никак. Вдали завыла собака. Мы повернулись на вой. Хм, произнес чоповец, ладно. Не пугайся больше. Хорошо, с облегчением произнес я. Назови свои ФИО. Нам в журнал нужно записать вызов, сказал первый, когда мы подошли к машине. Я назвал чужие данные. Затем они пожелали удачи и уехали, сказав, что будут неподалеку, на всякий случай. У меня возникла проблема с тем, как вывезти гроб. Если бы я просто повез его, меня бы заметили, и мне бы пришлось ответить сполна. Но и дожидаться другой ночи было нельзя, потому что пропажу сторожа заметили бы и вывезти мой груз стало бы невозможно из-за понаехавших полицейских. Понимая сложность ситуации, я решил попытаться освободить время до поисков сторожа. Найдя в телефоне номер жены, я отправил сообщение: «У меня другая ». От волнения сердце застучало. Раздался звонок. Я сбросил. Затем раздался снова. Я сбросил. Раздался еще. Я принял вызов. Сережа , ты чего? услышал я из трубки. К акая еще другая? Ты опять напился, да? Ты там вообще обалдел ?! Я слушал и не мог понять, почему она называла его Сережей. Да и чоповцы ничего не сказали против. А между тем женщина что-то говорила про детей и уже ревела в трубку , заливаясь слезами. Я сбросил вызов. Затем пролистал фотографии вновь, и понял , что вместо Арины в земле лежит другой мужик, а не тот, что запечатлен во времени. Чтобы убедиться, я пошел к сторожке : возможно, хозяин телефона все еще находился там. В окнах сторожки горел свет. Подкравшись к окну, я увидел, что за столом спит мужик, возле него бутылка дешевой водки и телефон. Осознав, что к чему , я решил подменить телефоны, чтобы не вызывать подозрений. К тому же хотелось убедиться в правильности своих суждений. Подойдя к двери, я подумал об Арине. Затем помотал головой, стараясь не думать о ней в такой момент, и медленно приоткрыл дверь. Она открылась тихо, я ступил внутрь. В сторожке воняло перегаром. Николай что-то мычал. Я взял телефон, лежащий на столе, начал просматривать фотографии и понял , что был прав : собутыльники по очереди прогуливались по территории , следя за порядком. Серега, это ты? спросил Коля, не поднимая головы. Да, ответил я, старясь изобразить грубый голос. Наливай! велел он. Я послушался, но когда пододвинул рюмку, зазвонил телефон. О, моя беспокоится, сказал сторож , поднимаясь. П огоди-ка, ты не Серега! От испуга я ударил его по лицу. Мужик завалился на спину, за лавку, но не вырубился. Пока он пытался встать и поймать равновесие, я вспомнил моменты из фильмов, где человека вырубали бутылкой. Я приложил мужика ею , но бутылка не разбилась, а сторож лишь заматерился. Я приложил еще. В ответ он назвал меня садистом и убийцей. Тогда я от растерянности ударил его со всех сил. Бутылка разбилась, и сторож , наконец , отключился. Телефон Сереги я забрал, а сторожа уложил на кушетку. Выйдя из сторожки , я с волнением осмотрелся. Вокруг был слышен лишь легкий шелест листвы и шум травы. От моей одежды порывами слабого ветра доносился запах водки. Телефон я выключил и выбросил за забор. Б ыло уже шесть часов утра. К огда занят чем-то , требующим внимания, время летит незаметно. Пройдясь по дороге от кладбища, я заметил, что машины охранного предприятия нет. С чувством облечения я вернулся, положил гроб на тележку , аккуратно обернул его ковром, чтобы не вызывать лишних подозрений , и без особых проблем вернулся в гараж. Отоспавшись в отеле, я начал беспокоиться о том, что оставил Аринину могилу в ненадлежащем виде. Даже не позавтракав , я поторопился на кладбище. Шел , думая о том, что стану делать дальше, смотрел себе под ноги и был даже немного рад тому, что Арина стала ближе ко мне. Саша? услышал я знакомый голос и поднял глаза. Стоило мне только увидеть Веронику, как я получил пощечину. Возникла молчаливая пауза. Затем я не нашел ничего лучше , как просто уйти, и отправился прочь. Дойдя до могилы, я увидел, что о ночном происшествии напоминало лишь то, что рыхлой земли было меньше. Она любила тебя, сказала Вероника, ждала. Где ты был все это время? Я молчал и, опустив глаза, слушал. Затем Вероника заплакала. Увидев это, я растерялся и не придумал ничего лучше, чем просто обнять ее. В фильмах это помогало. Вероника была такого же роста, как Арина , и по привычке я вдохнул запах ее волос. У меня произошло дежа вю по мотиву сна , который мне когда-то давно приснился. Оказалось, что именно этот запах я искал всю жизнь и все это время был прав насчет того , что в моей жизни он занимает важное место. Но также это значило, что я ни разу не смог изменить то, что мне приснилось. От этого на глаза навернулись слезы. Было тяжело признать, что я зря бросил Арину. Вероника увидела, что я плачу , и сказала, что ничего уже не изменишь. А что с землей? спросила она после, заметив, что уровень стал ниже. Она же насыпная, вот и просела, ответил я. Мы еще немного постояли напротив могилы, в которой лежал совсем другой человек, и Вероника ушла, сказав, чтобы я хоть иногда заходил в гости. Что ей так будет легче. Я согласился. С могилой был порядок , и потому я покинул кладбище. Зашел в кафешку. Пока сидел там и листал в телефоне совместные фотографии с Ариной, зашла компания девушек помладше. Периферийным зрением я заметил, что они смотрят на меня. Прислушался. Такой худенький, шептались они. Ты знаешь его? Нет? Я тоже не знаю. Мне не хотелось давать пустых надежд, и я вышел, не глядя на них. Затем ощупал карманы и понял, что забыл телефон на столе. Когда вернулся, увидел, что они его просматривают. Подойдя, я выхватил телефон из рук у одной из них. Убедился, что он мой , и пошел к выходу. Ты ведь Саша? спросила та, что его держала. Я остановился. Ну, ты и сволочь! Я знаю, ответил я и вышел. Они меня не сразу узнали, потому что я похудел с тех пор. Да и время прошло. Город был маленький , и многие знали о нас, ведь мы мотались друг к другу на самолетах. В наше время поднять жопу ради другого это подвиг. А когда Арина умерла при родах, история быстро разнеслась по городу и я, понятное дело, был в ней негативным персонажем, которого все ненавидели. На иную роль я и не претендовал. Меня ненавидели вполне обоснованно. Этот инцидент заставил меня о многом задуматься. Я сидел на брезенте, опершись спиной о гроб, и просматривал редкие видеозаписи, которые мы снимали. В них мы были вместе и радовались нашему счастью. Снимать видео мы решили только потому, что поначалу находились далеко друг от друга и , чтобы иметь что-то большее, чем застывшая фотография, мы запечатлевали себя в коротких записях. Одну видеозапись я снял, когда Арина спала. И в ней, разумеется, как всегда , она храпела. Наверное, это покажется глупостью, но я скучал от тишины по ночам и иногда включал запись, чтобы она воспроизводилась без перерыва. Ты тут? спросил я и , улыбнувшись, постучал по гробу. Конечно, ты тут, произнес я уже с грустью. Е сли бы ты только знала, как мне тебя не хватает и как я хочу все вернуть! Господи, все это настолько сопливо звучит Ты бы не одобрила подобной глупости, а я не могу взять и заткнуться, не думая об этом. Мне остается лишь мечтать о том, чтобы однажды вернуться в прошлое с тем же умом, что есть у меня сейчас. И тут я вспомнил , как мне удалось приказать себе увидеть моменты будущего , где Арина мне рассказывала о том, что было до нашей второй встречи в моем городе: что она собиралась замуж, что прошло полтора года, прежде чем она написала , и так далее. И у меня возникла мысль: а нельзя ли отправить сон в прошлое? Сам я никогда такого не делал и потому решил написать человеку, который , по крайней мере, о снах что-то знал. Зайдя на страницу в «Вконтакте», я написал А. Косачеву , рассказав все, что со мной случилось, и выдвинув предположение о том, как все исправить. Через час мне пришел ответ: «Учитывая твое положение, я тебе расскажу кое-что , о чем не знает никто. Даже моя жена. Идея книги «Переживая прошлое» на самом деле не фантастична. Более того, все, что описано в книге, это хроника, которую я прожил, но в жизни, которой для нас уже не существует. Мы живем в мире, где есть лишь одна реальность. Эту реальность можно менять, но только не через будущее, как это принято считать, а лишь через знание прошлого. Проще говоря, нужно сначала прожить жизнь и только после этого появится возможность что-то изменить, потому что невозможно менять то, чего нет. Нужен первоначальный сюжет. Раз ты видишь вещие сны, значит, ты уже жил эту жизнь и уже возвращался назад, но возвращался неправильно, раз не помнишь того, что с тобой было. Если рассматривать конкретно твою жизнь, то когда-то давно , в девять лет, случайно, ты вернулся в утробу матери ; сюжета при этом не знал, но он создался. В итоге ты повторно прожил девять лет по старому сценарию, а отрывки прошлого сюжета вернулись к тебе снами , и сейчас ты повторяешь свою прошлую жизнь. Вернуться ты можешь, но , чтобы помнить все, что с тобой было, тебе нужно убить себя. Д а, некоторые суицидники это те люди, которые возвращаются в свое прошлое, чтобы прожить его по-новому. Но те, кто не видел вещих снов , просто умирают , и все, их больше нет. У тебя, наверное, возник вопрос: как так вышло, что в девять лет ты вернулся в прошлое? Вопрос , конечно, интересный , и я точно не знаю на него ответ, но , по одному из предположений, впервые человек возвращается назад усилием воли и с тех пор он способен видеть вещие сны. Они становятся идентичными, потому что человек не помнит своего прошлого и повторяет тот же сюжет. Можно приказывать подсознанию увидеть будущее, как сделал ты, но лишь при условии, что ты не первый раз живешь эту жизнь. Что тебе нужно сделать, чтобы вернуться назад? Убить себя. Не важно , как. Единственное условие: умереть не своей смертью. Но ты должен понимать, что , когда ты вернешься назад, тебе снова будет девять лет , до появления Арины пройдут годы и проживать их придется так, как ты жил раньше. Тебе придется повторить девять лет без отступлений, чтобы она однажды появилась и лайкнула запись на твоей странице. Если ты появишься в ее жизни раньше, ты все изменишь и не факт, что вы в итоге окажетесь вместе. Так что подумай, сможешь ли ты вытерпеть все это , и прежде узнай, как умерла Арина. Ведь она могла сознательно убивать себя. Если так, ты никогда ее не встретишь, потому что она просто не родится и твои мучения лишь продлятся, потому что импринтинг не даст тебе покоя. И выход будет лишь один: полностью прожить жизнь и дождаться естественной смерти, чтобы больше не помнить ее. Ты готов к этому? Хорошо подумай. Иногда память о тех, кого ты любишь, это самое ценное. Поверь мне на слово. Кстати, идея колеса Сансары не так уж и фантастично выглядит » «Я в шоке! А что потом, когда жизнь пройдет? Она же не может длиться вечно ». «Человек бесконечно проживает один и тот же кусок времени, и он никогда не родится в другое. Для тебя никогда не будет XX века, как не будет и XXII или какого-либо еще. Ты всегда будешь жить лишь в этом периоде и никак не сможешь повлиять на потомков. Есть только первоначальная реальность, на которой все основывается , и ты меняешь ее только для себя. Проще говоря : есть первичный сюжет, он строится от наших самых первых жизней; его невозможно изменить для потомков, потому что время независимо и, уходя вперед, оно никак не меняется. Ты меняешь только свой кусок, и он уже никогда не изменит первоначальный сюжет. Все последующие жизни мы живем для себя и можем делать все, что угодно. На вопрос, сколько жизней мы живем и как мы влияем друг на друга, я толком не могу ответить. Знаю лишь, что я многократно старше своего реального возраста. Также есть нюанс: суицидники, которые не видели вещих снов, больше никогда не рождаются в своей собственной жизни. Но это не значит, что они никогда не рождаются вообще , потому что количество людей в мире всегда одно и то же. Они это или нет, я не знаю. Так что если ты вдруг узнаешь, что Арина убила себя, то не теряй надежды. Возможно, она родится другим человеком. На вопрос, почему суицидники исчезают, мне известно лишь то, что им не за что зацепиться. У тех , кто видит вещие сны, подсознание связывается с основной сюжетной линией , и суицид не разрушает связи. А у тех, кто не видит, связей нет, и они просто исчезают , наверное. Ну , а те, кто не видит вещие сны и умирает естественной смертью, бесконечно живут одну и ту же жизнь , как в первый раз ». «А может случиться так, что я буду проживать жизнь, те девять лет , а кто-нибудь будет менять свою и повлияет на наши жизни?» «Скорее всего , так и произойдет , но если ты будешь выполнять прежний сюжет и будешь жить так, как советует тебе подсознание, то проблем не возникнет. Потому что люди не могут встречаться с людьми, которые им не суждены по той сюжетной линии, которую они воспроизводят. Так что не бойся, ты будешь с тем человеком, с которым тебе суждено быть , в любом случае. Ну, а импринтинг поможет роли осуществиться. Если не получится с первого раза, у тебя есть вечность впереди, чтобы все исправить , и однажды вам все равно удастся быть вместе ». «Подожди! Я же знал, что будет , по снам, почему же я не смог ничего изменить? Я же пытался, ты сам знаешь! Что изменится сейчас ?» «Ты бы и не смог, ведь ты умер естественной смертью и у тебя не произошел разрыв с судьбой. Именно поэтому нужно убить себя. Так ты нарушишь естественный ход ». «Значит, и это тоже мне суждено , ведь я умер естественной смертью и живу по судьбе. Выходит, я не смогу выйти за нее!» «У судьбы есть слабые стороны, но они защищены инстинктами. Ты изменишь судьбу, только если твое влияние коснется инстинктов. А как ты пытался? Вспомни. По существу, ничего серьезного. Вот если бы ты остался с Ариной и у вас родился ребенок, у тебя бы пропало чувство одиночества. Но ты последовал судьбе и сломал себе жизнь ». «Значит, если я слушаю подсознание, я исполняю судьбу?» «Да. Потому что оно настроено на единственный сценарий и сменится на новый только тогда, когда связь с судьбой будет разорвана. Но узнать, что тебе суждено, невозможно , не прожив жизнь. Поэтому нужно сначала прожить жизнь, в которой ты возвращаешься назад , в утробу матери, затем прожить жизнь, чтобы ее запомнить , и в конце убить себя, чтобы иметь возможность управлять судьбой. Долго, но что поделаешь? С удьбу не так-то просто обмануть ». «А если меня машина собьет насмерть, я все забуду? Ведь это естественная смерть по судьбе, правильно?» «Да. Но судьбы уже не будет, потому что связь будет разорвана навсегда. Твое подсознание будет молчать, и ты ничего не будешь помнить. Также ничего мистического в твоей жизни уже не произойдет, и ты станешь обычным атеистом и скептиком. Теперь ты должен догадываться , кто такие атеисты и скептики в прошлом ». Мы еще какое-то время попереписывались , а потом попрощались. Час я переваривал полученную информацию. Конечно, звучала она фантастично, но какие у меня еще были варианты? А тут возможность быть вместе с Ариной. Учитывая мои сны , я топил свой скепсис, не оставляя вариантов. И для того, чтобы принять окончательное решение, я поехал к ее сестре, чтобы узнать , была ли смерть Арины суицидом. По пути я вспомнил о том , что маленькие дети иногда рассказывают о своей прошлой жизни, но после все забывают. В какой-то момент я понял, что это, возможно, суицидники, которые оказывались в других семьях. Слова сумасшедшего писателя приобретали логику. Привет, сказал я, когда Вероника открыла дверь. Привет, проходи, сказала она, приглашая меня войти. Мы расположились на кухне. Как и любая приличная хозяйка, она начала меня кормить , вопреки моим отговоркам, что я не хочу. Ее муж какое-то время поприсутствовал, а после ушел, когда понял, что разговор заходит о личном. П оначалу мы вспоминали забавные истории с Ариной, а после, когда уже разговорились, я начал расспрашивать ее о том, что было в мое отсутствие. На самом деле , не известно, чей ребенок был, сказала Вероника. То есть? удивился я. Она в Москву зачем-то моталась , когда ты ее бросил, а когда вернулась, ее кто-то изнасиловал. Беременность ведь не сразу обнаруживается. Да и в каком состоянии она тогда была ? Пила сильно, накуривалась. Никогда ее такой не видела. Где там беременность заметить Х отя она утверждала, что ребенок твой. Правда , со стороны казалось, что она сама себя пытается в этом убедить. Я видел ее фотографии с животом. Да. Она надеялась , что ты одумаешься и вернешься к ней. Но чем больше времени проходило, тем меньше она в это верила. Эмоции у нее зашкаливали, и было даже такое, что я затаскивала ее из подъезда в квартиру. Соседи нотации читали. Полгорода жило на непонятных слухах. Ее жалели, несмотря на то, что она , беременная , напивалась до лежачего состояния. Что у нее выросло бы, я даже не знаю. Ребенок был с дефектами, сказала Вероника, вытирая слезы. Ты можешь сказать, что Арина сознательно себя губила? Ну, это было похоже на суицид? спросил я, когда Вероника успокоилась. Н ет, наверное. Но так она никогда не пила , поэтому я не уверена, ответила она, сбиваясь. М ожет быть. Но умерла она при родах. Мы еще какое-то время поговорили, а после она задала вопрос, на который мне было сложно дать ответ: Саш, скажи честно, почему ты ушел? Я не нашел ничего лучше, как все ей рассказать. Единственное , о чем я умолчал, это то, что я эксгумировал тело. Вероника меня не поняла бы , и был бы огромный скандал. Меня бы точно посадили. Я не мог поставить план под удар. Когда мы закончили говорить, время было позднее, и я не мог отправиться к себе. Вероника постелила мне в гостевой. Перед сном я думал о том, что ребенок мог быть и не моим. Это печалило, но и приносило в голову разные мысли. В итоге я смирился с тем, что если вдруг судьба закрутится не по плану и окажется, что она выносит под сердцем чужого ребенка, я приму его как родного. Конечно, это сложно, но, по крайней мере, мы будем вместе, а это гораздо важнее. Утром, открыв глаза, я на какой-то момент обрадовался, увидев, что нахожусь не в отеле и не гараже, но, к великому сожалению, радость быстро прошла. Глаза увидели, что Арины со мной нет, хоть я и находился в близком к ней месте. Дверь приоткрылась , и я увидел дочь Вероники, которая стояла и смотрела на меня. Стой-стой-стой! Не буди дядю, произнесла сестра Арины. Когда Вероника взяла дочь на руки, я испытал дежа вю по мотивам снов. Арина и Вероника были похожи друг на друга, а во сне лица немного смазываются , и потому я посчитал, что это была Арина , и присвоил чужую жену и ребенка себе. От этого я на какой-то момент впал в ступор, потому что то, во что я искренне верил, оказалось совсем другим , и к такому я был совсем не готов. Изнутри меня начала пожирать обреченность. Я ушел от Вероники в сомнениях. Единственное , что не делало меня скептиком, это мои сны ; за всю свою жизнь я не встречал людей, которые знали бы что-то о них. К роме сумасшедшего писателя : в его словах была логика, но она была фантастичной. Однако фантастикой можно назвать и мои сны, которые для меня обычная данность, с которой я невольно мирюсь. В разное время я оглядывался на свою жизнь и видел, что для многих я был простым неудачником. Я не сделал ничего стоящего, и даже то простое , что могут обычные люди, я умудрился свести в могилу. У меня появился шанс все исправить, но ценой тому была моя жизнь. Это последнее , что у меня было. И , чтобы все исправить, мне нужно было пожертвовать ею. В противном случае , я снова все забуду и все повторится вновь, сценарий будет воспроизводиться из раза в раз. Конечно, очень разумно взять и рискнуть, меня же все равно ничто не держит в этом мире. Но страх порождает сомнения. Одно дело просто выкопать гроб: берешь и копаешь ночью на кладбище ; другое дело взять и убить себя, преодолев инстинкт самосохранения. Когда заходишь в интернет, замечаешь две тенденции: в первой люди не затыкаются, говоря о любви, и наделяют ее высшим смыслом; во второй люди ее обесценивают, сводя до нелепой глупости. В реальной же жизни о любви люди не говорят вообще, а если и говорят, то шепотом и только тогда , когда наболит. А тем временем она случается за стенкой, в соседнем доме, в близлежащем городе, с другой стороны планеты. Когда компания расходится по домам после того , как шумно отгуляла по ночному городу, каждый остается наедине с собой и наступает очередь монолога , пытающегося создать диалог. В нем человек говорит с собой и , так или иначе , хочет приблизиться к собственному представлению о счастье и нередко попадает в ловушку имитаций. Занимаясь сексом без любви, человек имитирует романтические отношения; встречаясь с кем попало, воспроизводит программу поиска подходящей пары; становясь циником и эгоистом , включает пассивную программу отбора; общаясь в социальных сетях с противоположным полом , восполняет недостатки отношений, которые всегда есть, кроме острых фаз любви, когда человек общается постольку поскольку; находя друзей аналогичного пола , удовлетворяет врожденную социальную программу. Так какое же место в реальной жизни занимает любовь, если ее пытаются имитировать различными замаскированными путями? Также мы бесимся, когда судьба дает нам затрещину и забирает кого-то важного из нашей жизни. Этот человек выполнял компенсаторную роль в системе наших взаимоотношений , и, когда теряется важный элемент, наше эмоциональное состояние разбалансируется. В принципе , ничего страшного, если речь идет о временном отсутствии: тогда мы спокойно усиливаем другие части и подвергаем их износу, помня, что это временно и они восстановятся. Но если человек уходит навсегда или по каким-то причинам не может больше исполнять свою роль, допустим , потеряв доверие, мы впадаем в отчаяние. И оно тем сильнее, чем важнее был этот человек для нашей системы. Исцеление происходит посредством замены на новый аналогичный объект или же смещается на другого человека , и тогда система вновь начинает работать, но уже немного иначе, ведь каждый человек уникальная деталь и смена влечет за собой перебалансировку, в которой все участники системы наделяются обновленными ролями. Иногда случается так, что на временно опустевшее место становится новый элемент, выполняющий свою роль лучше. Тогда возникает обновление ролей, а человек, который отсутствовал , становится хламом и отправляется на помойку социальной коммуникации среди известного ему круга. Его вылечит смена круга общения или, возможно , апгрейд интересов. Мой случай оказался уникальным. Возможно, импринтинг очень редкое явление потому , что зачастую ведет к губительным последствиям, таким, как невозможность репродуцировать гены после смерти партнера. Я запечатлел элемент, который выполнял множество функций , и , тем самым , создал идеальную систему, от которой не мог отказаться. Потому не позволял Арине уходить из памяти, постоянно держа ее в собственном мире грез. Да и характеристика романтика потворствовала закреплению образа. Поразмыслив , я начал делать все по собственной указке. Скупил необходимое оборудование, проделал по углам и в центре бетонной крыши крупные отверстия и прикрыл их от дождя. Затем купил два еврокуба и поместил их вглубь гаража, расставив по углам. От спускников прокопал канавки в ремонтную яму. Разрезал вдоль пластиковую трубу диаметром двести миллиметров и вложил половинки в желоб. Стены ремонтной ямы обтянул пленкой, закрепив ее в углах, а дно забетонировал тонким слоем М200 внахлест на пленку. Затем купил девяносто второй бензин и наполнил им еврокубы. После приобрел хромированную решетку 2000х1000 и уложил ее над ямой. Все было готово к исполнению моей мечты о том, чтобы стать пеплом вместе, но я сам был не готов и чем дальше продвигался в своем плане, тем сильнее мне хотелось жить. Возникло сомнение. Я слонялся по городу , вспоминая моменты из прошлого , и очень хотел все вернуть, но , как оказалось, убивать себя было достаточно страшно. Методичность суицида меня удивляла, ведь нужно быть конкретным маньяком, чтобы так все продумать для того, чтобы просто умереть. На какой-то момент я даже начал сомневаться в своей адекватности. Но , прокручивая в голове все то, что я знал, я понял, что убить себя было логичным выходом. Тем более что все люди рано или поздно умрут, так чего же ждать, если у меня все равно нет перспектив? Я снова написал А. Косачеву и прикрепил фотографии гаража. «Да ты вообще маньяк! З ачем все так усложнять?» ответил мне он. «Один раз умираем. Я хочу уйти романтично » «Поначалу я тоже старался уйти как-то по-особенному, а после просто задался вопросом: для кого это все? Я умру, появлюсь снова и даже не увижу, как умираю , или как отреагируют на это очевидцы. Нет этого «взгляда со стороны » и прочей ерунды, которую понапридумывали люди. Когда умираешь, сначала отключается высшая нервная деятельность , и тебе становится просто страшно, потому что инстинкты становятся ведущими и то состояние, которое было на момент самоубийства, пропадает, сменяясь инстинктом самосохранения, который выбрасывает адреналин, чтобы организм имел шанс спастись. Затем ты либо испытываешь сильнейшую боль, но не можешь на нее отреагировать и попадаешь в пустоту, либо сразу попадаешь в пустоту. Эта пустота очень похожа на космос. Будто ты космонавт, не имеющий биологического продолжения. Там, в этом космосе, сохраняется то последнее желание, которое испытывал человек на момент смерти , и , чаще всего, это очень сильное желание жить » «Жизнь перед глазами не мелькает?» «Она мелькает только у тех, кто все забывает. Память готовится стереться , и те отрывки, что пролетают в голове, это самые яркие эпизоды жизни, которые пережил человек. Поэтому тот, кто умудряется попасть на самый край и вернуться, хорошо помнит лучшие моменты , ведь они потом вновь воспроизводятся » «Есть же люди, которые рассказывают после реанимации, что видели себя со стороны , и их рассказы совпадают с тем, что было на самом деле. Как это объяснить ?» «Человек в момент клинической смерти видит сон, в котором он все воспринимает органами чувств. Внешняя информация встраивается в сон и генерирует образы. Так создается иллюзия, что душа отделилась от тела. А то, что лица из сна совпадают, так это конфабуляция. Происходит достраивание памяти от одной точки до другой с помощью логики. Человек воспринимает мир абстрактными формами и потому, увидев незнакомого человека, может наложить на него любой образ, опираясь на совпадающие детали. Нарисуй лошадь из десяти прямых линий. Ты поймешь, что это лошадь, но фактически это просто линии. Мозг устроен так, что часть его , отвечающая за зрение, находится в затылочной области , и когда информация идет от глаз к этой зоне , она проходит через весь мозг и получается уже другой образ мира, который имеет оценку действительности. Если бы часть мозга , отвечающая за зрение, находилась не в затылочной области, мы были бы другими, потому что основной источник информации это зрение , а без соответствующей обработки информация об окружающей действительности была бы совершенно другой » Общение с писателем меня успокаивало и давало уверенность в том , что я все делаю правильно. Любой мой вопрос получал ответ, который я не мог оспорить. В итоге я решился убить себя и напоследок написал записку, которую он пообещал выложить в одной из своих книг, а в ответ я удалил всю нашу переписку, чтобы не привлекать к нему внимание полиции. Последним шагом был поиск способа отложить возгорание до того момента , когда подействует снотворное. Для этого я купил на черном рынке современный бикфордов шнур. К счастью, передача горения между соприкасающимися отрезками шнура была невозможна, поэтому я мог просто бросить моток, не боясь соприкосновения. Скорость горения бикфордова шнура 1см в секунду. Мне не хотели продавать пятьдесят метров. Экономить все равно не было смысла, поэтому я купил предложенные сто метров. Шнур я поделил пополам, чтобы сократить время. На том же черном рынке я купил сильнодействующее снотворное, а по пути в гараж еще и ладан, чтобы сбить трупный запах. В три часа ночи, когда все уже спали, я приступил к выполнению плана. Первым делом я открыл все отверстия в потолке гаража. Затем заперся изнутри и надел респиратор РПГ-67, чтобы защититься от предстоящих запахов. Перед тем, как вскрыть гроб, я зажег ладан, чтобы перекрыть запах гниющей плоти. Нехитрыми способами мне удалость вскрыть гроб. Руки легко обдало воздухом. Я понимал, что у Арины активная стадия гниения, ведь прошло как раз два месяца, а это самый пик. Не глядя в гроб, я открыл его, с трудом удерживаясь от слез. Затем накинул поверх ее тела покрывало, чтобы не видеть того , что с ней происходит. Надев перчатки, я аккуратно взял ее на руки. Когда я нес Арину к решетке, то почувствовал, как на запястье у меня что-то зашевелилось. Сразу же поняв, что это черви, я очень быстро положил ее на решетку, а затем начал прыгать в истерике , скидывая перчатки и отряхивая руки. Я пытался посмотреть, что у меня с руками, но слезы на глазах не давали увидеть. Вытереть их я боялся, чтобы не нанести червей на лицо. Убедившись, что на руках ничего нет, я разревелся , забившись в угол. У меня не хватало силы воли продолжать , и я просто истерически рыдал Через некоторое время я успокоился. Мне захотелось отдышаться, и я вышел на улицу. Походил кругами , глубоко дыша, и пришел в норму, убедив себя, что все делаю правильно. В этот момент в гаражи заехала машина. Из нее вывалилась пьяная компания. Я отвлекся , когда меня окликнули: Эй, пассажир! Понимая, что я сильно рискую, находясь на улице, я быстро забежал внутрь и закрыл дверь на засовы. По голосам стало понятно, что они приближаются ко мне. Чтобы не терять времени, я открыл еврокубы и укоротил шнур до двадцати пяти метров, чтобы он быстрее прогорел. Один конец его бросил в ремонтную яму, а другой оставил на земле. Эй, пассажир! Открой! Мы просто спросить! кричали мне, долбясь в гаражную дверь. Я не реагировал. Давай дверь выломаем ? предложил один. А давай! Что , думаешь, мне слабо? Не слабо! Я понимал, что дело дрянь , но впопыхах выронил пилюли в бензин. В нем они благополучно и растворились. Меня затрясло от страха, ведь если им удастся проникнуть сюда , я автоматически попаду в тюрьму. Поэтому выбора у меня не было. Я привязал ноги и торс к решетке, чтобы не убежать от боли. Яма заполнилась наполовину. У тебя последний шанс, пассажир! раздался крик. Меня затрясло. У меня была зажигалка   Z ippo , и в этом был плюс: она не гасла от порывов ветра, особенно боковых. За дверями шумела компания , а я понимал, что все заканчивается и это мои последние секунды. Вспомнил, что Арина любила группу 4 SGM , и потому включил одну из их песен: «Представь, что меня нет, как раньше... До первых встреч, Это когда вообще? Мы ведь как вечность одно общее, Думал так вчера ещё, сегодня солнечный удар, Может , себя обманем? Я человек, у которого всегда есть план. А посмотрим в глаза правде и опять удивляемся, А от сильного тепла мы истлеем и сплавимся » Во время первого куплета я зажег огонь левой рукой; правой взял холодную и распухшую руку Арины. На какой-то момент подумал, что мне не удастся умереть безболезненно , как моей матери. Раздался звук ломающейся двери. Я выпустил зажигалку из рук, когда заиграл припев: «А когда всё угаснет, как разобраться потом в темноте? Как найти виноватого ? Кто-то из нас двоих... Лучше бы тебя и не было, лучше тебя и нет!» И в ту же секунду я вспомнил, что мать покончила жизнь самоубийством, а это значило, что я никогда не рожусь. Я вскрикнул и метнулся за зажигалкой, но было уже поздно: меня обдало огнем, я ощутил резкую , с каждой секундой усиливающуюся боль и начал хаотично извиваться, пытаясь спастись ГЛАВА XIX Я Александр Косачев , и эта история произошла в одной из моих прошлых жизней. Главный герой книги больше не рождается. Судьба Арины раньше заканчивалась печально, потому что ей никак не удавалось завести долговременные отношения, и в итоге она спивалась. После того, как я начал быть писателем, она постоянно появляется в моей жизни и лайкает книгу «Переживая прошлое» на моей странице. Однажды я решил, что это, возможно , судьба и неуверенно начал воспроизводить знакомую роль. Как бы это ни было удивительно, но, даже фальшивя, мы воспроизводили проторенный сценарий. В итоге я полюбил ее , и теперь каждую жизнь мне приходится писать одну и ту же книгу, чтобы она на меня реагировала. По какой-то причине только так нам удается завести отношения. Как и моя прошлая жена, она живет столько же лет и рожает нам сына и дочь. Каждый 2016-й мы начинаем встречаться, затем в 2018-м гремит свадьба и , спустя сорок шесть лет , она умирает (в книге года смещены). В возрасте восьмидесяти пяти я заканчиваю жизнь самоубийством и заново воспроизвожу один и тот же сценарий. Это, наверное, удивит вас, но, сколько бы я ни жил, мне не надоедает быть с ней. Возможно, так и задумано, как знать Я не могу не сдержать данное слово и не выложить напоследок текст предсмертной записки , как и обещал своему тезке. К сожалению, он не точный, потому что восстановлен по памяти: «Люди говорят, что одиночество это плохо. А плохо ли ? По-моему, одиночество это значит, что чья-то ленивая задница засиделась в зоне комфорта и вместо того, чтобы заниматься любимым делом, торчит на ненавистной работе, приносящей гроши, на которые можно лишь смотреть и рыдать, боясь их потратить. Одиночество это значит, что в чьей-то жизни слишком много однообразных событий, которые кто-то любит повторять изо дня в день, как важный ритуал. Одиночество это значит, что кто-то настолько скучный кусок дерьма, что с ним никто даже общаться не хочет. Может, хватит жаловаться на жизнь и читать чужое нытье в скучных пабликах? Может, хватит бояться лишний раз выйти из дома? И, может, хватит бояться улыбнуться человеку, который идет и улыбается незнакомым людям? Открываешь браузер и видишь идеалы современности, где превалирующая идея беспробудно бухать, спать и заниматься сексом. По-моему , некоторые люди произошли от свиней. Миллионы лет эволюции и ради чего? Секс это хорошо, когда это любовь, а не мастурбация телом партнера. Спать тоже очень важно, но если вставать не хочется, может , кто-то не справился с жизнью? Да, в России алкоголь заменяет тысячи психологов, но если спиться в двадцать лет, счастья не прибавится, сколько ни пей, реальность не замажешь расплывшимся взором. Я выхожу в этот мир и брожу среди приунывшей молодежи с надуманными трудностями, где главный источник проблем отсутствие способности пользоваться мозгами. И что я чувствую? Боль! Постапокалипсис в чистом виде! Не нужно создавать проблемы там, где их нет. Одиночество это важный элемент жизни человека , и оно приходит тогда, когда наступает период переоценить свою жизнь и проапгрейдить личные интересы. Если побудешь без отношений месяц-другой, сорок кошек не набежит под двери. Без секса люди живут и сублимируют энергию в прекрасное творчество. Жизнь человека это не только удовлетворение базовых потребностей , и если уж открывать секрет, то важно подчеркнуть, что именно удовлетворение высших , а не базовых потребностей делает человека счастливым. Многое из этого в моей жизни было и я знаю, как порой глупо звучат подобные наставления, когда ты по ту сторону баррикад. Но сейчас, когда в моей жизни все разрушено и нет ни друзей, ни родителей, ни любимой девушки, я наконец-то понимаю, как это ничтожно страдать от собственной глупости и не ценить то самое важное, что действительно имеет значение. За всю свою жизнь я молился один раз тогда, на кладбище. Но теперь я буду молиться еще, как бы глупо это ни звучало, чтобы хотя бы одна способная голова нашла этот текст убедительным и что-то изменила для себя » ЭПИЛОГ Когда человек просыпается, его мышление еще не затуманено бытовыми проблемами , и поэтому, проснувшись, сознание сталкивается со своим истинным состоянием и только потом накладывает подходящую маску. Казалось бы, несколько секунд, но именно они рассказывают всю правду о психологическом состоянии человека. Не важно, с чем вы ложитесь, потому что реальное значение имеет только то, с чем вы просыпаетесь, поскольку сознательные установки обнуляются. Если просыпаться вам мучительно тяжело и вы убеждаете себя в том, что все нормально, вы занимаетесь совершенно не тем, чем следовало бы. Если вы включаете радио или телевизор, вы очень одиноки, поскольку забиваете тишину шумом, создавая иллюзию того, что вы не одни. Если радостно подскакиваете, то вы увлечены чем-то интересным. Но если вы ничего не испытываете, как это обычно бывает, скорее всего , в вашей жизни нет ничего вызывающего эмоции. Плохо ли это? А вот это и есть трудный выбор, о котором была книга. Скука и одиночество все же лучше , чем мучения и страдания, но все же это не то , чего желает человек. От рождения мы стремимся получать максимум положительных эмоций, поскольку «хорошо = полезно ». Но также нами манипулирует лень, поскольку все живое имеет также программу экономии энергии. Поэтому человеку нужно выбирать: либо экономить, но скучать, либо что-то делать и получать положительные эмоции. Мухлевать не получится, поскольку организм устроен так, что он всегда будет возвращаться к равновесному положению. Поэтому наркомания , в большей степени , напоминает трамплин, на котором человек разгоняется и взлетает. Приземляться, разумеется, придется , и по опыту скажу вам, что это больно. Начав что-то делать, вы можете заметить, что ваши действия себя не оправдывают. Это обидно. Так бывает. Но если вы ничего не будете делать, вы гарантированно ничего не получите и проживете всю жизнь в скуке, стараясь чем-то приукрасить избранную реальность. Часто это бывают компьютерные игры, сериалы, алкоголь, наркотики, множество книг, бесконечное количество разных дел. Узнаете где-нибудь себя? Если да, то поздравляю вас: вы в жопе! Возникает вопрос: почему именно там? Потому что , приукрашивая жизнь такими способами, человек уходит от реальности, показывая, что он не справился , и просто прячется от большого мира. Ну, хорошо. Проблема сформулирована, а дальше-то что? А дальше все зависит от вас! Книга называется «Трудный выбор» не потому , что это как-то связано с сюжетом, а потому , что, прочитав ее, вам придется столкнуться с проблемой выбора. Закончу поэтично, написав, что вручаю ответственность за вашу жизнь вам самим. Для меня очень важно иметь читательский отклик, чтобы эффективнее совершенствоваться в писательском деле, поэтому пишите, комментируйте и просто добавляйтесь в друзья! Хочу выразить благодарность следующим людям, которые мне очень помогли с написанием книги: Е. Бритваку , А. Грехову , А. Ильиной , А. Калугиной , А. Кимачевой , А. Лабойкину , М. Лушкиной , Е. Мишиной , Т. Селюк , М. Хлобыстовой. Также я хотел бы поблагодарить за песни следующих исполнителей: А. Каштанова (dom !No ), А. Жвакина (Loc Dog ), группу 4 SGM. И не могу пропустить людей, чьи лекции помогли с написанием книги: В. Дубынин (биолог), К. Анохин (физиолог), А. Марков (биолог, палеонтолог), В. Вахштайн (социолог), С. Дробышевский (антрополог), И. Камаева (психоаналитик), А. Дугин (философ, политолог, социолог), Г. Гусейнов (филолог), И. Журавлев (психолог), М. Решетников (психолог, психоаналитик). Это те , чьи лекции я стараюсь , по возможности , не пропускать и могу посоветовать как наиболее качественные источники информации. Почти у каждого из них есть книги, так что вы можете самостоятельно познакомиться с ними. Также спасибо всем тем, кто прокомментировал книгу «Переживая прошлое». В ы мне очень помогли. Поклон вам. Ну и моему замечательному редактору Анжеле Ярошевской за качественную работу. Контакты для связи со мной: Страница в Вконтакте: https://vk.com/id68517584 (предпочтительно здесь) Страница в Facebook : https://www.facebook.com/profile.php?id=100001778627145 Почтовый ящик: kosachev_9@mail.ru Тел.: 8-919-110-87-68. Россия, г. Челябинск. © Copyright : Александр Косачёв , 201 5 г.

Content

Косачев Александр Викторович Трудный выбор