Буддизм

Буддизм.

Классический буддизм.

Я – изменчивое во времени, непостоянное, не субстанциональная совокупность психофизических состояний.

Личного, неизменчивого Я не существует, ибо реально моментальные состояния, которые образуют пять групп – материю, чувствительность, артикулируемую речь (понятия), сознание, формирующие факторы (то есть состояния, благодаря которым и существует психофизическое единство, именуемое живым существом).

Карма – результат единства мысли и деяния.

В буддизме космические сферы рассматриваются как с точки зрения их местоположения во Вселенной, так и в качестве стадий состояний сознания в процессе психотехнической практики (буддийской йоги).

Влечение к существованию в рамках буддийской теории аффектов – это разновидность страстного влечения.

В чувственном мире (мире людей) страстное влечение проявляется в стремлении к обладанию чувственными объектами как объектами наслаждения.

В более высоких космических сферах, где нет чувственных объектов, самый факт существования служит источником наслаждения.

Однако же наслаждение не есть победа над «страданием нестабильности», поскольку любая из космических сфер подчинена закону развертывания причинно-следственной зависимости. Сознание в мире не-форм открыто притоку аффектов и не свободно от аффективных предрасположенностей.

Сансара в узком смысле слова – это чувственный мир, круговорот рождений, пять форм существования. Но если трактовать сансару как принципиальную открытость сознания притоку аффектов, то есть страданию, то все три космические сферы есть сансара.

То, что сознание в соответствии с законом взаимозависимого возникновения может прийти к какой-либо из трех неблагих форм существование не есть наказание за грехи, поскольку отсутствует идея высшей Божественной инстанции. Грешник, следуя безнравственным путем деятельности, сам предуготовляет дурную форму нового рождения.

Ады и другие космологические сферы возникли от совокупной безнравственной деятельности живых существ, которые становятся обитателями адов, голодными духами и животными. У них отсутствует ясность сознания, они одержимы аффектами-страстями.

Три типа аффектов, порождающие страдание – алчность, вражда и невежество.

Буддисты выступают против Вед и индуизма из-за намеренного введения брахманами людей в невежество. Буддисты осуждают бессмысленные ритуалы и предрассудки.

В смерти для буддиста нет ничего сакрального, а всего лишь разрушение материи и перерождение сознания.

Практика. Обеты Пративмокши. Шила.

Шила – источник добродетели. «Лестница восхождения», «Мостки, стоя на которых благородные смывают с себя грязь».

1) Пять направлений самоограничения:

2) воздержание от греха отнятия чужой жизни;

3) от присвоения того, что не было дано добровольно;

4) от сексуальных прегрешений;

5) отказ от лжи, включая ложь умолчания;

6) отказ от употребления опьяняющих субстанций;

2) Дисциплина чувственного мира:

1) добродетель;

2) праведный образ жизни;

3) деятельность, соответствующую Дхарме;

4) самоконтроль;

3) Недеяние: осознанный отказ от совершения действий, мотивированных алчностью, враждой и невежеством.

4) Практика йогического сосредоточения.

5) Аскетизм.

6) Очистительный пост 1 сутки от рассвета до рассвета с осознанием правил Шилы.

Дисциплина Практимокши может быть обретена человеком только при условии благой предрасположенности ко всем живым существам. Если бы это было иначе, то указывало бы на несвободу от греховных склонностей.

Абхидхармисты полагали, что алкоголь допустим в тех дозах, которые позволяют сохранять самоконтроль, но лишь тогда, когда человек знает свою норму, когда он не пьет ради утраты трезвости, а лечится.

Любое существо, будь то животные, голодные духи или обитатели адов, не говоря уже о богах, обладают потенцией человеческого рождения, открывающего возможность приобщения к Дхарме.

Буддистом-мирянином не может стать человек, приобщенный к насилию. Цари, царедворцы, тюремщики, дознаватели, военные, забойщики скота, охотники, рыболовы и т.д.

Убийство грех потому, что убийца причинил огромный религиозный вред своей жертве, отодвинув перспективу ее просветления.

Убийство насекомых и животных рассматривалось как греховное действие именно потому, что оно нарушало процесс изживания жертвой кармического следствия прошлой деятельности. Если жизнь животного прерывалась преждевременно насильственным путем, то жертву ожидало еще одно животное рождение, необходимое для полного исчерпания кармы, и перспектива человеческого рождения отодвигалась.

Люди, боги, обитатели ада, голодные духи и животные являются лишь формами существования сознания.

В целом буддийские теоретики указывали попущение греху как на внутреннее согласие с греховным образом действия.

Принципиальным препятствием к обретению дурного рождения могут послужить три вида весьма эффективных религиозных практик:

- практика «видения» первой Благородной истины.

Истина страдания была первой осознана Буддой в процессе просветления и, следовательно, тот, кто практикует видение Истины страдания, уподобляется Будде по уровню проникновения в природу реальности. Такой ревностный практик избегнет дурной формы нового рождения, даже если совершил в этой жизни грех;

- живые существа, практикующие йогическое сосредоточение, всегда обретают благую форму нового рождения;

- чистое действие не создает следствия в виде нового рождения. Как раз наоборот – такое действие препятствует причинно-следственному развертыванию сознания в сансаре.

Буддийская каноническая традиция предсказывала изгонять из общины лжецов, объявивших себя ясновидящими, способными изменить чью-либо карму.

Аффекты и порожденные ими действия – вот причина сансары.

Классический буддизм 2.

Почему во мне нет полного счастья? Вопрос направлен внутрь себя и коренным образом отличается от направленного вовне стремления греков познать Вселенную, и от тех нравственных обязательств, которые пророки налагали на миропонимание иудеев.

Индийский учитель хотел познать внутренний мир и разрушить собственное животное Я человека. По его словам, страдание происходит от желаний, и пока не победишь их, свое животное Я, жизнь будет мятущейся, а конец печальным.

Есть три разновидности желаний, и все они суть зло.

Первое – желания чревоугодия и чувственности.

Второе – стремление к личному эгоистичному бессмертию.

Третье – желание успеха и признания, жадность и т.д.

Чтобы избежать бед и страданий, все желания необходимо преодолеть. Когда Я исчезнет, придет безмятежность души – Нирвана, величайшее из возможных благ.

Четыре благородные истины сформулировал сам Будда Шакьямуни и кратко их можно изложить так:

существует страдание;

существует причина страдания — желание;

существует прекращение страдания — нирвана;

существует путь, ведущий к прекращению страдания, — Восьмеричный Путь.

Вот, о братья, благородная истина о страдании. В муках рождается человек, он страдает увядая, страдает в болезнях, умирает в страданиях и печали. Стенания, боль, уныние, отчаяние — тяжки. Союз с немилым страдание, страдание — разлука с милым, и всякая неудовлетворенная жажда сугубо мучительна. И все пять совокупностей, возникших из привязанностей — мучительны. Такова, о братья, благородная истина о страдании.

Три главных великих страдания:

страдание от перемены;

страдание, усугубляющее другие страдания;

страдание, собирающее страдания;

Четыре великих потока страдания:

страдание рождения;

страдание старости;

страдание болезни;

страдание смерти;

Речь идёт о страдании, которое преследует людей всю жизнь.

Благородная истина о причинах беспокойной неудовлетворённости: ненасытное стремление. Постоянное стремление удовлетворить все возникающие потребности приводят к разочарованию, потому что многие желания невозможно осуществить в полной мере. Это приводит к возникновению кармы (совокупность действий человека, включая его мысли и поступки). Карма вовлекает человека в процесс стремления к хорошему и плохому. Этот процесс приводит к возникновению новой кармы. Так возникает «круговорот сансары».

И вот, о братья, благородная истина о начале страдания. Истинно! — тот зачаток страдания лежит в жажде, обрекающей на возрождение, в этой ненасытной жажде, что влечет человека то к тому, то к другому, связана с людскими усладами, в вожделении страстей, в вожделении будущей жизни, в вожделении продления настоящей. Такова, о братья, благородная истина о начале страданий.

Таким образом, причина неудовлетворённости состоит в жажде (танха), которая приводит к непрерывному пребыванию в сансаре. Удовлетворение желаний очень скоротечно и через короткое время приводит к появлению новых желаний. Таким образом получается замкнутый цикл по удовлетворению желаний. Чем больше желаний не могут быть удовлетворены, тем больше растут страдания.

Источник плохой кармы часто лежит в привязанности и ненависти. Их последствия приводят к неудовлетворённости. Корень же привязанности и ненависти — в неведении, незнании истинной природы всех существ и неодушевлённых предметов. Это не просто следствие недостаточного знания, но ложное мировоззрение, измышление полной противоположности истины, ошибочное понимание реальности.

Третья благородная истина о прекращении.

Благородная истина о прекращении беспокойной неудовлетворённости: «Это полное успокоение [волнений] и прекращение, отказ, отъединение, это освобождение с отдалением от той самой жажды (освобождение-отдаление)».

И вот, о братья, благородная истина о пресечении страданий. Истинно! — то пресечение страданий есть уничтожение жажды, победа до конца над страстями, исцеление, освобождение, бесстрастность. Такова, о монахи, благородная истина о пресечении страданий.

Состояние, в котором нет дуккха, достижимо. Устранение загрязнений ума (ненужных привязанностей, ненависти, зависти и нетерпимости) — это и есть истина о состоянии за пределами «страдания». Но мало просто так прочитать об этом. Чтобы понять эту истину, нужно использовать медитацию на практике, чтобы очистить ум. О том, как реализовывать это в повседневной жизни, говорит четвёртая истина.

Некоторые монахи, странствовавшие с Буддой, понимали третью истину неверно, как полный отказ от всех желаний вообще, самоистязание и полное ограничение всех потребностей, поэтому Будда в своей речи предостерегает от такого толкования. Ведь даже сам Будда имел желания есть, пить, одеваться, постигать истину, и т.д. То есть тут важно отделить правильные желания от неправильных, и следовать "срединному пути", не вдаваясь в крайности.

Четвёртая благородная истина о пути.

Благородная истина о Срединном (или Восьмеричном) пути:

И вот, о братья, благородная истина о пути, ведущем к утолению всякой скорби. Истинно! — то благородный Восьмеричный Путь — истинное воззрение, истинное намерение, истинная речь, истинные поступки, истинный образ жизни, истинное усердие, истинное размышление, истинное сосредоточение. Такова, о монахи, благородная истина о пути, ведущем к утолению всякой скорби.

Следовать «срединному пути» — значит держать золотую середину между физическим и духовным миром, между аскетизмом и наслаждениями; значит не впадать в крайности.

И вот Всеблагой обратился к окружающим его пяти монахам и сказал:

Две есть крайности, о братья, которым не должен следовать тот, кто отрекся от мира. С одной стороны, — влечение к вещам, вся прелесть которых зависит от страстей и от всего более, от чувственности: это низкий путь похоти, недостойный, недолжный для того, кто отдалился от мирских обольщений. С другой стороны, путь самоистязаний, недостойный, мучительный, бесплодный.

Есть средний путь: о братья, далекий от тех двух крайностей, возвещенный Совершенным — путь, отверзающий очи, просветляющий разум и ведет тот путь к душевному миру, к возвышенной Мудрости, к совершенству пробуждения, к Нирване!

Каков же тот средний путь, о монахи, — путь далекий от обоих крайностей, возвещенный Совершенным, что ведет к Совершенству, к возвышенной Мудрости, к душевному миру, к совершенному пробуждению, к Нирване?

Истинно! То восьмеричный Благородный путь: истинное воззрение, истинное намерение, истинная речь, истинные поступки, истинный образ жизни, истинное усердие, истинное размышление, истинное сосредоточение.

Пять скандх.

Эти группы являются пятеричной классификацией, в которой Будда подытожил все физические и умственные явления существования, и в частности те, которые кажутся невежественному человеку его «эго» или личностью. Следовательно, рождение, старение, смерть и т. д. также входят в эти пять групп, охватывающих в действительности всё мироздание.

форма, чувства — рупа — тело, шесть его органов чувств и их объекты — 18 дхату. Форма состоит из четырёх компонентов (махабхута): земли, ветра, огня и воды. Понятие рупа близко к понятию материи в западной философии.

чистые чувства, ощущения — ведана, без эмоций: речь идёт о действии предметов мира на чувственность, их наличие, перцепции. Существует три вида чувства: приятное, неприятное и нейтральное. Их особенность в том, что они не осмысливаются, а только принимаются — их качество пропорционально их интенсивности.

восприятия-ощущения, представления — санджня, речь идёт о детальном, чувственном восприятии, аффективной обработке. Существует шесть классов восприятия: восприятие форм, звуков, запахов, вкусов, телесных ощущений и идей.

духовные склонности и воля, также опыт — самскара (санкхара) — практически все виды умственной деятельности (мнения, мысли, порывы, решения), которые в дополнение к чувству и восприятию присутствуют в отдельном моменте сознания. Воля (четана) — источник кармы. Речь идёт об осознанном действии.

сознание-разум, знание, различение — виджняна (виняна) — то, что объединяет ряд непостоянных и мгновенных состояний сознания. Речь идёт о понимании результатов действия, не омрачённом эмоциями, иначе — о запоминании, накоплении знания.

Пять скандх являются одной из основополагающих буддийских концепций и важной частью буддийской доктрины в целом. Только через них воспринимается мир (сансара), и ничто не воспринимается не через них.

Бхара Сутта:

Пять скандх — это бремя, а личность есть носитель бремени.

Бремя приносит страдание существам, а избавление от бремени приносит счастье.

Сложив с себя бремя, достойный почитания отдаляется от принятия другого бремени.

Полностью искоренив жажду, достигаешь совершенного покоя.

Порядок скандх имеет важное значение, так как более «высокие» скандхи находятся в зависимости от более «низких». Четыре «идеальных» скандхи (нама) рассматриваются как элементарный кармический цикл. Сначала — ведана (чувство; ощущение чего-то нового, опознание), потом эмоциональное восприятие опознанного (самджня), сопоставление с имеющимися представлениями. Потом — действие на основании воли и опыта (самскара), и потом — сознание результата, накопление знания (виджняна).

Отдельно рупа (форма) представляет собой каналы восприятия внешнего мира через органы чувств, поэтому рупа отождествляется с материальным.

Двенадцатичленная формула бытия, или 12 нидан, — в буддизме — схема действия концепции причинности пратитья-самутпада.

В начале этой схемы-цепочки находится неведение (авидья), которое также часто называют «корнем сансары». Звенья цепи связаны между собой посредством кармы — законом причинно-следственной связи. Традиция считает, что этот закон сформулирован самим Буддой.

Данная схема является замкнутой и образует «порочный круг», вследствие чего авидья не является «абсолютным началом или первопричиной сансары». Авидья находится наравне со всеми остальными элементами цепочки и является как их следствием, так и их причиной. Авидья считается корневой причиной только в переносном смысле..

Двенадцатичленная формула бытия включает в себя следующие звенья:

Неведение относительно своей истинной природы и истинной природы окружающих вещей, незнание Четырёх благородных истин и эгоцентризм. Неведение является причиной:

Формирующих факторов, состоящих из кармических факторов прошлых жизней и создающихся кармических факторов. Формирующие факторы определяют:

Виджняну — различение «сигналов от разных чувственных анализаторов (индрий)», а также в более близком контексте «индивидуальное перерождающееся сознание» с семенами стремлений в виде кармических привычных тенденций. Сознание «спускается» в чрево матери, где происходит формирование:

Нама-рупы или пяти скандх, образующих личность. Нама-рупа действует на:

Шесть сфер познания — сферы «видимого, слышимого, осязаемого, обоняемого, ощущаемого на вкус и воспринимаемого умом (манасом)». Благодаря сферам возникает:

Контакт сфер с чувствами (сферы видимого со зрением, сферы слышимого со слухом, сферы осязаемого с осязанием, сферы обоняемого с обонянием, сферы ощущаемого на вкус со вкусом, сферы воспринимаемого умом с манасом). Контакт является причиной возникновения:

Приятных, неприятных и нейтральных ощущений. В результате чего появляется:

8. Жажда или желание, которое неизбежно превращается в:

9. Присвоение (привязанность) или попытку удержания «объектов чувств и мыслей». Присвоение является основным элементом цепи с точки зрения возможности разрушить схему. Если человек посредством своей воли и правильного мышления не прекращает присвоение, то заканчивается процесс формирования:

Становления (существования) или «возможности перерождения в одной из трёх сфер», появляющейся в новом рождении. Рождение также связано с проявлением виджняны, нама-рупы и шести сфер познания. Рождение приводит к:

Старости, которая приводит к:

Смерти.

В другой классификации одиннадцатым звеном является рождение, а двенадцатым — старение и смерть.

В формуле существует не только последовательное воздействие элементов друг на друга, но и более сложное круговое воздействие.

Д. Люстхаус предполагал, что Шакьямуни сформулировал схему в обратном порядке, начав с вопроса «Почему существует смерть?» и дойдя таким образом до неведения.

Считается, что перед пробуждением Будда изучал все звенья цепи с тем, чтобы увидеть «слабое звено», уничтожив которое можно достигнуть освобождения. Будда указывал, что невозможно изменить прошлое и первые два звена вместе с ним, а также невозможно изменить связанные с этими звеньями факторы виджняны, нама-рупы, контакта, шести сфер и ощущений. Но взаимодействие жажды и присвоения поддаётся изменению. В части школ считается, что для пресечения данной связки Шакьямуни создал практику памятования смрити. В ряде текстов на место «слабого звена» претендовали и некоторые другие факторы, в частности, желание.

Духовная дисциплина

Последующие три этапа обычно используются монахами в их психопрактиках.

Правильное усилие

Правильное усилие включает в себя стремление сосредоточить свои силы и реализовать следующие состояния, способствующие пробуждению: самоосознавание, усилие, концентрация, различение дхарм, радость, спокойствие, умиротворение.

Правильное памятование

Правильное памятование (смрити) включает в себя «осознавание собственного тела, ощущений, ума и ментальных объектов» с целью достижения «непрерывной осознанности». В качестве методов используется шаматха (успокоение сознания и устранение аффектов) и випашьяна (созерцание, направленное на закрепление позитивных и устранение негативных состояний сознания).

Правильное сосредоточение

Правильное сосредоточение включает в себя развитие концентрации и ведёт к достижению предельной созерцательности или самадхи, а затем и к освобождению.

Дзен-буддизм. Дайсэцу Тэйтаро Судзуки.

Если бы меня спросили, чему учит дзен, я ответил бы, что он ничему не учит. Какие бы учение не содержались в дзене, они исходят только из умов их создателей. Мы сами себе создаем учения.

Дзен только указывает путь.

Дзен свободен от всех догматических и религиозных затруднений: Бог, душа, бессмертие, обряды, земля обетованная для отошетших в мир иной.

Дзен стремится подняться выше логики и найти высшее утверждение, не имеющее антитезы. Поэтому дзен не отрицает Бога, не утверждает его существования.

Дзен в равной мере не является ни религией, ни философией.

Эно.

Нет древа мудрости (Бодхи),

И нет зеркальной глади;

С начала самого нет ничего,

Так что же может пылью покрываться?

Приведи свой ум в абсолютное спокойствие, оставайся совершенно невозмутимым в житейских бурях. Пребывая таким образом все время в абсолютной пустоте и спокойствии, Ты будешь с Буддой. Средний путь – это путь, в котором нет ни середины, ни сторон. Когда вы связаны объективным миром, вы на одной стороне, когда беспокойство ваше имеет внутреннюю, умственную причину, - на другой. А когда перестанет существовать и то и другое, то нет никакой середины. Это и есть средний путь.

Жизнь и смерть не существуют.

Беспредельная пустота и ничего святого.

Вся философия дзена проникнута идеями пустоты (шуньята), ничто (насти), спокойствия (шанти), умственной безмятежности (агиная).

Дзен не имеет дела ни с отрицанием, ни с утверждением, а с простым фактом, чистым личным опытом, самой основой нашего существа и мысли. Все скрыто внутри нас. Не увлекайтесь чем-то внешним и условным.

Мышление всегда влечет за собой подразделение и анализ, которые ведут нас по дороге двойственности, а значит противоречия.

Постижение открывается за пределами мышления.

Чтобы проникнуть в глубины реальности, требуется живая интуиция; а не интеллект или чувство.

Экзенстиальная интуиция – это, если можно так выразиться абсолютное бытие, отраженное в себе самом.

Буддизм. Торчинов.

Будда в православии святой Иоасаф, князь индийский.

Четыре благородные истины.

Истина первая.

Рождение – страдание, болезнь – страдание, смерть – страдание. Соединение с неприятным – страдание, разлучение с приятным – страдание. Поистине, все пять групп привязанности суть страдание.

Удовольствие не является противоположностью страданию, а само как бы включено в страдание, является как бы его аспектом.

Удовольствие проходит, и мы страдаем от этого, стремимся вновь испытать его, но безуспешно, отчего страдаем еще сильнее.

Карма – действие причинно-следственной связи.

В теистических направлениях индуизма считается, что последствия кармы определяет Бог, распределяя воздаяние за те или другие поступки. Но буддизм не является теистическим учением, в нем нет места понятию Бога, и поэтому карма понимается буддистами не как некое возмездие или воздаяние со стороны Бога или богов, а как абсолютно объективный базовый закон существования, столь же неотвратимый, как законы природы, и действующий столь же безлично и автоматично. По существу закон кармы представляет собой просто результат перенесения представления о всеобщности причинно-следственных отношений в область этики, морали и психологии.

В буддизме признается шесть форм существования: божества (дэва), воинственного титана-духа (асура), человека, животного, голодного духа (преты) и обитателя ада.

Никакой идеи духовной эволюции в этой схеме не заложено. Можно родиться кем угодно в любой последовательности.

Буддийские тексты постоянно говорят о том, что человеческое тело – великое счастье, поскольку лишь человек из всех живых существ способен достичь освобождения от сансары и в высшей степени неразумно пропустить столь трудно обретаемую возможность.

Формирующие факторы – мотивации, базовые подсознательные влечения, инстинкты и импульсы.

Влечение и отвращение как две стороны одного состояния страсти, плюс привязанности составляют сущность жизни сансарического бытия. Но эта жизнь непременно должна привести к новому рождению.

Три базовых аффекта (клеши) лежащих в основе сансарического существования – невежество (не понимание четырех истин и своей-мировой природы), гнев и страсть ( в текстах добавляются зависть и гордыня).

Карма и омрачающие аффекты суть причина сансары.

Нирвана – не субстанция (субстанций буддизм вообще не признает), а состояние, состояние свободы и особой внеличностной (или надличностной) полноты бытия. Но это состояние также абсолютно трансцендентно нашему сансарическому опыту, в котором нет ничего, подобного нирване.

Личность (душа) есть только имя для обозначения соединенных в определеннном порядке групп психофизических элементов.

Это не мир, в котором мы живем, это мир, который мы переживаем.

Для сансарического существования (жизни) характерны следующие характеристики: 1) все непостоянно; 2) все есть страдание; 3) все бессущностно, или все лишено самости; 4) все нечисто.

«Я» не существует, так как любое живое существо (дхарма) существует только одно ничтожно малое мгновение, в следующее мгновение заменяясь новым существом (дхармой), причинно обусловленым предыдущим.

В буддизме нет учения о перевоплощениях или реинкарнациях. Человек в буддизме не есть воплощенная душа. Он поток состояний (дхарм), серия кадров (мгновений).

Ум (манас), опирающийся на предшествующий временной момент, обеспечивает память и чувство тождества личности.

Буддизм прагматичен, будддистов не интересует объективный мир. Будда врач, и его учение только для изречения субъективного психокосма. Вся космология буддизма говорит о конкретных субъективных переживаниях в личном психокосме. Буддизм не отрицает трансценденции и метафизики – она его не интересует.

Причина существования миров – энергия совокупной кармы живых существ предыдущего мирового цикла.

Шопенгауэр. Объективированная воля как физическая основа феноменов.

Основные идеи праджня-парамитских сутр.

1. Бессущностна не только личность, но и образующие ее (равно как и всю сферу опыта) элементарные психофизические состояния – дхармы. Более того, наличие представления о самосущей единичности, или элементе, является источником всех заблуждений и корнем сансарического существования. Именно из соответствующего представления вытекают и все прочие ложные идеи – о вечном «я», душе, субстанциальной личности и другие.

2. Пребывание живых существ в сансаре иллюзорно. В действительности все живые существа являются Буддами и изначально пребывают в нирване. Только неведение порождает мираж сансарического существования. Эту истину постигает бодхисаттва, осознавая, что с точки зрения абсолютной истины спасать некого и не от чего. И вместе с тем, руководствуясь этим знанием, он на уровне относительной истины стремится спасать эмпирически наличные живые существа. Для бодхисаттвы не существует представлений о «я», личности, душе и дхармах.

3. Будда не есть человеческое существо, пусть даже и совершенное в своей святости. Будда – синоним истинной реальности, как она есть, и глубоко заблуждается тот, кто думает опознать Будду по его физическим признакам.

4. Истинная реальность не может быть описана и обозначена. Она в принципе не семиотична и недоступна для языкового выражения Все описываемое не есть реальность и все реальное не может быть выражено в языке и представлении

5. Истинная реальность постигается благодаря йогической интуиции, которая и есть праджня-парамита. Праджня-парамитские тексты предназначены для порождения в воспринимающем их человеке соответствующего состояния. Следовательно, если учесть невыразимую природу реальности, праджня-парамитская сутра есть текст, отрицающий сам себя.

Последний пункт особенно важен: праджня-парамитский текст – текст с психопрактическими функциями. Как показали еще в 70-е годы исследования эстонского буддолога Л. Мялля, праджня-парамита представляет собой объективацию в виде текста определенного пробужденного состояния сознания; в свою очередь, такой текст способен порождать аналогичное состояние сознания у человека, вдумчиво текст изучающего (состояние сознания – > текст как его объективация – > состояние сознания). Изложение материала в праджня-парамитских текстах тоже далеко от дискурсивной линейности: многочисленные повторы и ошеломляющие парадоксы специально предназначены для активного трансформирующего воздействия на психику воспринимающего текст человека.

В Махаяне Будда – высший универсальный принцип, природа реальности как таковой, его откровение не может ограничиваться периодом его земной жизни в в иде Будды Шакьямуни, бывшего дотоле царевичем Сиддхартхой Гаутамой.

Нет ничего, только пустота, все остальное названия иллюзий. Истинная реальность неизвестна и невыразима.

Праджня-парамита (мудрость-понимание) – это великая божественная мантра, это мантра великого пробуждения, это наивысшая мантра, это несравненная мантра, которая может отсечь все страдания, она наделена истинной сутью, а не является пусто-порожней. Поютому и называется праджня-парамиты.

Эта мантра гласит:

«О переводящая за пределы, переводящая за пределы, переводящая за пределы пределов, уводящая за пределы пределов беспредельного к пробуждению, славься!»

Все, что знаково, описываемо, высказываемо (весь мир и понятия) – лишь видимость и кажимость, плод деятельности разлагающей мысли и ее конструкт.

Истиннная реальность познается только интуитивно при помощи медитации, дискурсивное, дуалистическое, логическое мышление приводят к заблуждениям и противоречиям.

В начале мы навешиваем на реальность ярлыки, наши представления о бытии, а потом беремся изучать их, принимая эти ярлыки за саму реальность.

В ходе своей практики йогин постигает природу, функции и корни сознания, конструирующие сансарическое бытие, и изживает его, заменяя сознание на не двойственный гнозис – знание.

Вкратце суть учения этого важнейшего текста можно изложить так. Единственной реальностью является изначально пробужденный Единый Ум. Пробуждение образует саму субстанцию его собственной природы. Однако в этом Уме изначально присутствует и непробужденный аспект. Он сугубо вторичен, произволен и условен, но именно он является причиной формирования сансары. Единый Ум в аспекте его непробужденности, омраченности является алая-виджняной. Суть же этой имманентной Единому Уму омраченности заключается во влечении, привязанности, что побуждает Ум некоторым иллюзорным образом полагать себя в виде субъекта и объекта. Дихотомия субъект—объект создает условия для актуализации омраченной природы клеш и развертывания сансарического существования. Однако во всех существах сансары как зародыш присутствует изначально пробужденный Единый Ум, Татхагатагарбха; этот зародыш как бы побуждает человека освободиться от клеш, сопряженных с неведением, и реализовать свою изначально совершенную природу, которая есть природа Будды (то есть начинается как бы процесс, зеркально отражающий описанный выше, процесс элиминации непробужденного аспекта Абсолюта). Достигая пробуждения (подобно царевичу Сиддхартхе Гаутаме под Древом Бодхи), человек уничтожает как аффекты, так и препятствия, связанные с неведением, и реализует тождественность своей собственной природы с природой Единого Ума. И это обретенное пробуждение сущностно тождественно изначальному пробуждению, образующему субстанцию абсолютной реальности Единого Ума. В результате все феномены сансары исчезают, подобно сну после пробуждения или волнам после того, как прекращает дуть вздымающий их ветер.

Медитация.

Нет постоянства в становлении и нет вечности в обусловленных вещах. Комплексы всплывают на поверхность и затем исчезают неизвестно куда.

Я знаю теперь, что это – разум, волнующий пустоту.

Я ничего больше не делаю для дальнейшего становления, Свободен я от объектов чувств.

Все мои недостатки угасли.

Висуддхинагга содержит нормативный перечень сорока «объектов медитации»:

1) Эмблемы стихий; различные цвета, свет, пространства.

2) Отвратительные предметы

3) Вспоминания о Будде, Дхарме, божествах, смерти, о теле, дыхании, покое.

4) Состояния Брахмы: сострадание, дружелюбие, радость, уравновешенность.

5) Бесформенные сферы: сфера бесконечного пространства, сфера неограниченного сознания, сфера «все – ничто», анализ четырех элементов.

Медитирование на двух объектах из сорока всегда благотворно – это раелизация дружелюбия (№31) и вспоминание о смерти (№27). Остальные подходят только для некоторых типов людей и при вполне определенных обстоятельствах.

Дружелюбие (№31) – для нейтрализации злобности.

Процесс дыхания (№29) – для нейтрализации дискурсивного мышления.

Созерцание Будды (№21) – для нейтрализации любого сочетания нежедательных состояний.

Разум состоит из двух в корне различных частей – глубинной (по ту сторону сознания и бессознательного), которая спокойна и тиха, и поверхностной, беспокойной.

Хаотичность является следствием трех факторов:

1) чувств; 2) страстей, желаний и вожделений и 3) дискурсивного мышления.

2) В результате успешного «отдергивания» чувств и отказа от внешних объектов духовно сосредоточенный высвобождает внутреннее спокойствие, обитающее в глубинах его разума.

«Приятное, неприятное или нейтральное чувства, Агпивессана, в действительности непостоянны, связаны друг с другом, вызваны условиями взаимозависимого происхождения, обречены на угасание, обречены на распад, приуготовлены для успокоения, приуготовлены для прекращения. Когда знающий святой ученик ясно представляет это, он отворачивается от всех чувств, приятных, неприятных и нейтральных, он утрачивает жажду чувств, он освобожден от них и обладает знанием того факта, что он свободен от них».

Контроль разума.

Отвлечение внимания на какое-нибудь нудное занятие.

Сосредоточение на объекте медитации.

Анализ причин возникновения ошибочных идей.

Восхваление Будды и Дхармы.

Усиливать энергию благотворной мысли и сдерживать неблаготворную.

Направленность медитации.

Вспоминание о смерти.

Отвращение к телу.

Отвратительность пищи.

Вспоминание о покое.

Внимательность по отношению к дыханию.

Поза: Повелитель сказал, что ученик должен сесть, с тем, чтобы указать на позу спокойствия, которая не расслабляет и не вызывает чувства нетерпения. Он добавляет, что нужно сидеть скрестив ноги, потому что это положение устойчиво, удобно для осуществления вдоха и выдоха, является наиболее подходящим для медитации. Сохраняя тело прямым, ученик удерживает верхнюю часть тела в вертикальном положении, чтобы 18 позвонков от начала до конца позвоночника образовывали прямую линию. В этом случае его кожа, мускулы и сухожилия не будут стеснены. И не возникнут те ощущения, которые могли бы появится в какой-то момент, если бы они были стеснены. Благодаря этому, разум ученика может стать одноточечным и его усилия в практике медитации не сведутся к нулю, а будут сопровождаться успешным продвижением.

Внимание на дыхании: «Внимательно он вдыхает, внимательно он выдыхает». В священных текстах перечислены 16 способов, которые следует использовать для практикования внимательного дыхания. Здесь приведены первые четыре, подходящие для начинающего.

1.Выдыхая длинным дыханием, он знает: «Я выдыхаю длинным дыханием»; вдыхая длинным дыханием, он знает: «Я вдыхаю длинным дыханием»…

2.Выдыхая коротким дыханием, он знает: «Я выдыхаю коротким дыханием», и т.д. как в 1.

3.«Практикуй полное дыхание, я буду выдыхать»,  – так он тренирует себя. «Практикуя полное дыхание, я буду вдыхать»,  – так он тренирует себя.

4.«Привнося спокойствие в функционирование тела, я буду выдыхать», – так он тренирует себя. «Привнося спокойствие в функционирование тела, я буду вдыхать», – так он тренирует себя.

Счет: Начинающий, сын благородной семьи, в спокойствии должен направить внимание на медитацию, осуществляемую первым способом ритмизации дыхания посредством счета. Он не должен прекращать счета ранее 5, но и продолжать его далее 10 не следует. Счет происходит непрерывно, в нем не должно быть бреши (например, нельзя считать: 1, 2, 5, 7). Если он остановится, не дойдя до 5, то мышление, заключенное в такие тесные временные рамки, станет взволнованным, подобным стаду коров в запертом коровьем загоне. Но если счет превысит 10, то состояние мышления будет базироваться только на счете, а не на дыхании. Если он, тем не менее, допустит брешь в счете или в процессе счета произойдет заминка, его мысль начнет колебаться, желая узнать, подошла медитация к концу или нет. Поэтому при счете следует избегать таких ошибок. Считая таким способом, он должен овладевать вдыханием и выдыханием с момента их возникновения и отмечать, как каждое из них происходит, начиная с 1 и кончая 10. (Затем он может вновь начать с 1). При таком способе счета становится прослеживаемым втекание вдыханий и вытекание выдыханий. Он приходит к осознанию того, как они следуют одно за другим, но ему не нужно задерживать мысль на их внутренней или внешней (телесной) стороне, а следует овладеть ими в той точке, где они достигают ноздри. В этой медитации, связанной со счетом, разум становится одноточечным посредством силы счета так же, как корабль держится устойчиво в быстром потоке, если непоколебимая сила управляет рулем.

А как долго следует продолжать счет? До тех пор, пока внимание не установится на объекте, которым в данном случае является вдыхание и выдыхание. Счет осуществляется единственно для того, чтобы отсечь дискурсивное мышление, которое охотится за объектами и установить внимание на вдыхании и выдыхании как его объекте.

Преследование: Затем он должен обратить внимание на преследование. Слово «преследование» означает, что после того, как счет был остановлен, вдыхание и выдыхание непрерывно преследуются вниманием. Но это не значит, что дыхание должно быть преследуемо в его начале, середине или конце. У выходящего дыхания пупок является началом, сердце – серединой, нос – концом. У входящего дыхания кончик носа является началом, сердце – серединой, а пупок – концом. Если кто-то попытается проследить за дыханием (на всем его пути), то его разум отвлечется и будет беспорядочно метаться и беспокойно колебаться. Поэтому, если он направляет внимание (на дыхание) посредством преследования его, он не должен следовать за ним на всем пути, т.е. в начале, середине и конце. Но ему следует обратить внимание на то место, где дыхание касается ноздри и упорно удерживать его на этом месте до тех пор, пока не будет достигнута полная концентрация. Это иллюстрируется сравнением с пилой. Представим ствол дерева, положенный на землю, и человека, распиливающего его. Внимание человека направлено на те зубья пилы, которые приходят в контакт со стволом дерева, но он не обращает внимания на то, как они приближаются или удаляются, он даже не осознает этого обстоятельства.

Ментальный образ: У некоторых людей, которые выполняют эту медитацию, вскоре появляется ментальный образ, и они достигают полной концентрации, включающей в себя остальные этапы дхьяны. У других же людей спустя некоторое время после сосредоточивания внимания методом счета, когда беспокойство их тела все более и более умиротворяется посредством постепенного прекращения грубого вдыхания и выдыхания, их тело и мысль становятся легкими, как если бы их тело хотело взмыть в воздух. Когда грубое дыхание полностью приостановлено, мысль переходит к ментальному образу тонкого дыхания в качестве ее объекта. Если оно также прекращается, то ментальный образ становится еще более тонким. Каким образом? Это подобно тому, как если бы человек ударил в гонг большим бронзовым жезлом. В этом случае возникает громкий звук одного единственного удара, и объектом мысли человека становится грубый звук. Но по мере того как грубый звук затихает, объект мысли видоизменяется в ментальный образ высших тонов; когда и эти высокие тона также отзвучат, ментальный образ будет продолжать становиться все более и более тонким. Объект других медитаций на высших стадиях становится все более отчетливым, но в данном случае это не так. По мере достижения более высоких стадий этой медитации объект совершенствуется, становясь непрерывно все более тонким (и неуловимым), а в других медитациях объект выступает более отчетливо по мере продвижения. Это послужило причиной того, что Повелитель сказал: «Я не учу, о монахи, как совершенствоваться в сосредоточении внимания на: дыхании тех, кто лишен внимательности и кто не может ясно осознавать то, что он делает». Несмотря на то, что все медитации могут успешно выполняться только теми, кто внимателен и ясно осознает, однако, во всех других случаях, исключая этот, объект становится отчетливее, когда внимание неоднократно направляется на него. Но эта медитация, связанная с сосредоточением внимания на дыхании, трудна и требует большого напряжения для совершенствования в ней, и правильный объект внимания может быть сформирован только великими людьми, такими, как Будды, Пратьекабудды1 и Сыны (Ученики) Будд. Это – не тривиальная вещь, и она не может культивироваться тривиальными людьми. Чем больше внимания обращают на нее, тем спокойней она становится, тоньше и неуловимей. Поэтому она требует могучей внимательности и сильной мудрости.

[1] Пратьекаббуда – личность, достигшая, подобно Будде, просветления, но, в отличие от Будды, не способная или не склонная учить этому других людей.

Если продолжать практиковать этот способ медитации, то вскоре появится ментальный образ. Но он не одинаков для всех. У некоторых он вызывает представление легкого прикосновения (к коже) таких вещей, как хлопок-сырец или хлопковая вата. Так говорят некоторые люди. А вот решающее заключение комментариев: «Этот образ появляется у некоторых в виде звезды, или грозди драгоценных камней, Или скопления жемчужин; у других он вызывает представление о прикосновении чего-то жесткого, похожего на хлопковое семя (хлопок-сеянец) или иглу, сделанную из твердого дерева; иным он напоминает длинную веревку, гирлянду цветов, столб дыма; и еще он может быть подобен нити, вытягиваемой пауком, туманной массе облаков, цветам лотоса, колесу колесницы, диску луны или диску солнца. В действительности здесь есть сходство с такой ситуацией. Когда несколько монахов сидят вместе и только что была произнесена сутра, один из монахов может спросить: «Какой образ вызывает у вас эта сутра?» Тогда один может ответить: «Она представляется мне подобной могучему горному потоку», другой: «Для меня она подобна дереву, которое сгибается под тяжестью плодов, имеет много ветвей и дает прохладную тень», третий: «Для меня она подобна ряду деревьев». Одна и та же сутра вызывает у них различные представления вследствие того, что они обладают различным воображением (букв, «восприятием»). Точно так же объект медитации представляется различным, в зависимости от способности воображения. Поэтому объект медитации рождается из воображения, основан на воображении, результат воображения.

Доступ: В результате появления ментального образа задерживаются препятствия, покоряются загрязняющие страсти, устанавливается внимательность, сосредоточенное мышление достигает пороговой стадии концентрации (доступа).

Преимущества: Эта внимательность по отношению к дыханию приносит великий плод и дает преимущество. Ее великое преимущество заключается в том, что эта медитация ведет к состоянию спокойствия и т.д., согласно утверждению: «Эта концентрация внимания на дыхании, о монахи, спокойна и величественна, если ее культивируют те, кто способен совершенствоваться в ней и по достоинству оценить ее». Кроме того, она обладает свойствам отсекать дискурсивное мышление. Благодаря тому, что эта медитация спокойна, величественна, безупречна и ведет к высшему бытию, она препятствует непостоянству дискурсивной мысли, склонной скитаться и тут и там (а это обстоятельство является существенной помехой для трансовой концентрациии) и непреклонно обращает разум на единственный объект – дыхание.

Уход из мира

1.  Решительным усилием его разум должен быть

приведен в самадхи.

Если мысль рассеянна,

мы находимся в клыках страстей.

………………………………………………………..

2.  Ничто не может отвлечь внимание человека,

у которого и тело, и разум одиноки.

Поэтому отрекайтесь от мира и отказывайтесь

от дискурсивного мышления.

…………………………………………..

3.  Жаждущие наживы и любящие этот мир люди

терпят неудачу в отречении от него.

Но мудрый может отказаться от этой любви

посредством следующих доводов:

4.  Благодаря спокойствию, соединенному с интуитивным

проникновением в истину, страсти уничтожаются.

Спокойствие должно быть достигнуто прежде всего,

оно проистекает из равнодушия к жизненным благам.

…………………………………………………………..

5.  Сами недолговечные, как можете вы в

своей мимолетности обнаружить тех, кто

достоин вашей любви?

Тысячи перерождений пройдут без взгляда на того, кого вы так нежно любите.

……………………………………………………………………….

6.  Если вы не можете видеть любимого вами, неудовлетворенность нарушает ваше самадхи. Если вы увидели его, ваше страстное желание,

ненасытное, как всегда, вернется, как прежде.

………………………………………………………………..

7.  Тогда вы потеряете право на истину о Действительности;

ваше падение не волнует вас более.

Снедаемые печалью, вы томитесь по воссоединению с тем, кого вы нежно любите.

…………………………………………………………………………..

8.  Беспокойные, подобные этим, расточают короткую жизнь

много раз, снова и снова бесцельно.

Вы, сбившееся с пути истинной и вечной Дхармы

ради случайного друга.

……………………………………………………………..

9.  Участие в жизни глупых ведет к состоянию скорби.

Не участвуй в ней вы, вас будут ненавидеть;

что хорошего может произойти от контакта с глупцами?

…………………………………………………………..

10.  Хорошие друзья однажды внезапно разлюбят вас.

Вы попытаетесь угодить им.

Совершенно напрасно – мирян нелегко удовлетворить!

……………………………………………………………..

11.  Совет относительно их обязанностей вызывает гнев;

вашим собственным хорошим делам они мешают.

Если вы игнорируете то, что они говорят,

они сердятся и мрачнеют.

……………………………………………………………..

12.  Высшим он завидует, с равными – в раздоре.

С низшими он надменен при похвале

и разгневан при порицании.

Есть ли хоть капля великодушия в этих обычных глупых людях?

……………………………………………………………..

13.  Самоодобрение, умаляющее других, или поощрение

греховности – таковы некоторые из зол,

которые неизбежно появляются там,

где один глупец встречает другого.

…………………………………………………………..

14.  Два зла встречаются,

когда глупцы общаются друг с другом.

Одиноко я буду жить,

в покое и с незапятнанным разумом.

………………………………………………..

15.  Избегать должен глупцов одинокий.

При встрече следует расположить их к себе доброжелательностью.

Не в надежде на близость, но с тем,

чтобы уберечь святость и разум.

……………………………………………..

16.  Довольный действием Дхармы,

я буду брать из нее, как пчела берет мед из цветка.

Скрываясь и оставаясь неизвестным,

подобно молодой луне, я буду жить своей жизнью.

……………………………………………………

24. Глупцы – не друзья одинокого.

Так учил нас Будда.

Они не могут любить,

если их к этому не побуждает выгода.

…………………………………………………..

26.  Деревья не проявляют надменность,

и они не требуют утомительного ухаживания.

Если бы я не был принужден, я не общался бы

с ними, как с моими товарищами.

…………………………………………………………..

27.  Если бы я не был принужден, я жил бы

в пустынном святилище, под деревом или в

пещере,

в благородном равнодушии ко всему,

никогда не обращая взгляда на то,

что я покинул.

…………………………………………..

28.  Если бы я не был принужден, я жил бы

в просторном краю, не принадлежащем никому.

И там меня, бесприютного бродягу, сопровождал бы

мой собственный разум.

…………………………………………………….

29.  Глиняная чаша – мое единственное богатство,

одежда не искушает грабителей.

Живу, свободный от страха

и не заботясь о теле.

………………………………………………….

33.Одиноким рожден человек

и одиноким встречает он смерть.

Эта личная мука неразделима, друзья остаются

верны только в пору благоденствия.

…………………………………………………..

34. Те, кто проходят через Становление,

должны считать каждое воплощение

не более чем короткой остановкой

в их путешествии по Сансаре.

…………………………………………………..

38. Так я всегда буду стремиться к блаженному,

исполненному спокойствия одиночеству,

дарующему счастье и умиротворяющему все

волнения.

……………………………………………………..

39.Освобожденный от всех забот, разум сосредотачивается

на моем собственном духе.

Я буду стремится к концентрации и упорядочиванию

моего духа.

Будда : «Гляди на мир, как если бы это был пузырь на воде или мираж. Царь смерти не сможет увидеть того, кто смотрит на мир подобным образом».

То, что возникает, обречено на исчезновение, и то, что возникло, идет к своей гибели.

Когда его познавательная способность приобретает остроту и проницательность, и он быстро постигает обусловленную природу дхарм, то он не направляет внимание на их появление или их угасание, их спад, их ослабление или прекращение их существования. Он видит, что «после того как эти обусловленные вещи появились, они опять исчезнут...»

Затем монах классифицирует каждую форму, обозначая ее неопределенно как «любую форму» с 11 точек зрения. Это — триада: прошедшее, настоящее, будущее, и четыре пары: внутреннее — внешнее, грубое — утонченное, низменное — возвышенное, далекое — близкое. «Он классифицирует каждую форму как непостоянную». Это формулируется следующим образом: «Форма, прошедшая ли, настоящая или будущая, непостоянна в силу угасания».

Он рассматривает непостоянство в смысле угасания следующим образом: Прошедшая форма непостоянна в силу угасания, потому что она угасла уже в прошлом, и ее существование не продлилось до этого (настоящего) момента. Будущая форма непостоянна в силу угасания, потому что она вступит в существование непосредственно в следующий момент становления и также угаснет, не достигнув более отдаленного момента становления, который наступит позднее. Настоящая форма непостоянна в силу угасания, потому что она угасает в то время, пока она внутренняя, и не переходит далее к такому состоянию, в котором она бы стала внешней. В таком роде строятся рассуждения для четырех пар точек зрения до тех пор, пока мы не придем к следующему: Близкая форма непостоянна в силу угасания, потому что она угасает уже здесь и не переходит к такому состоянию, в котором она бы стала дальней. Итак, в одиннадцатикратном преломлении утверждается одно единственное соображение, что все непостоянно в силу угасания. И все это пребывает в страдании в силу того, что существование ужасно, потому что оно сопряжено с опасностью. Вследствие того, что оно непостоянно, в нем присутствует страх. Боги трепещут, когда Татхагата в «Сихопама-сутре» напоминает им о том, что они не вечны. В одиннадцатикратном преломлении утверждается одно единственное соображение, что все пребывает в страдании, в силу того, что существование ужасно. И так как все это пребывает в страдании, то оно не обладает самостоятельным существованием, в силу бессамосущности существования, потому что в нем нет самосущего, которое полагается в качестве самостоятельно существующего индивида, живущего, делающего, чувствующего, обладающего силой. Вследствие того, что есть непостоянство, есть и страдание, и нет способа преодолеть свое собственное непостоянство или его досаждающее воздействие в форме подъема и спада. Поэтому говорят «Если бы, о монахи, эта форма была самосущей, она не подлежала бы угнетению». Снова в одиннадцатикратном преломлении утверждается одно единственное соображение, что эта форма не обладает самостоятельной сущностью в силу бессамосущности существования.

Этот же самый метод используется применительно к чувствам, восприятиям, импульсам и сознаниям. Но так как то, что непостоянно, является несомненно «составным», etc., поэтому, чтобы показать то, что под этим подразумевается, или чтобы направить внимание разными путями, текст кроме того сообщает: «Форма — прошедшая, будущая и настоящая, непостоянная, составная, произведенная, обусловленная взаимозависимым происхождением, обреченная на угасание, обреченная на исчезновение, приуготовленная к успокоению, приуготовленная к прекращению».

Небуддисты склонны верить, что зачатие является непреднамеренным актом, навязанным нам нашими родителями. Здесь оно предполагается в существенной степени сознательным актом, результатом того, что мы сами делали в прошлой жизни. Действия нашей прошлой жизни детерминируют природу акта сознания, который существует в момент зачатия. Этот акт сознания далее рассматривается как ядро, вокруг которого организуется новая индивидуальность, как некий «психический эмбрион». Сознание, являющееся одной из пяти скандх, очевидно, формирует центр нового существования, потому что оно является средоточием акта осознавания, посредством которого индивидуум полагается в качестве сознающего субъекта, противостоящего остальному миру.

Знание о несчастии (или риске)

Он тогда понимает, что здесь, во всех формах становления, во всех формах жизни, местах перерождения, состояниях сознательной жизни, во всех местах пребывания чувствующих существ нет на самом деле ни защиты, ни убежища, ни выхода из положения, ни «острова спасения». Нет среди всех этих обусловленных процессов, в этих формах становления, etc., такого объекта, к которому бы следовало стремиться или который можно было бы истолковать в качестве опоры для его желания безопасности. все обусловленные вещи - как нарыв, болезнь, жало, несчастье, как гнетущие, безвкусные, бесцветные, как одно большое скопление опасностей.

Так же, как человек, когда он смотрит на густой лес, в котором обитают дикие звери, или в случае другой, подобной ситуации, переживает испуг, волнение и ужас и видит только опасность, угрожающую со всех сторон, так же и практикующий, когда все обусловленные процессы предстают перед ним в ходе рассмотрения их с точки зрения исчезновения как опасные, видит всюду только безвкусное и бесцветное и риск, таящийся во всем. Возникновение обусловленных вещей, их пребывание, Их признак он рассматривает как страдание.И так же их скучивание и возобновление.Это и есть познание несчастия.Их невозникновение, их непребывание,Отсутствие их признака он рассматривает как покой,А также отсутствие их скучивания и возобновления.Это и есть знание Пути к Покою.

Он рассматривает чувство... сознание, давая ему следующие определения:  непостоянное...   уход из него.

Он рассматривает каждую скандху (1) как непостоянную, потому что она не вечна, но имеет начало и конец; (2) как страдающую, потому что досаждающие ей подъем и спад являются основанием страдания; (3) как болезненную, потому что ее здоровье зависит от обстоятельств и это является источником ее болезненности; (4) как нарыв, потому что вызван болезненным уколом, выделяет нечистоты, зреет и лопается; (5) как колючку, потому что она наносит рану, проникает внутрь, с трудом может быть извлечена; (6) как невзгоду, потому что она, заслуживая отрицательного отношения влечет за собой ухудшение и является основанием для следующих невзгод; (7) как печаль, потому что она порождает состояния, которые неприятны, и является причиной последующих несчастий, (8) как чуждую, потому что она непокорна и не может быть укрощена; (9) как разрушающуюся, потому что она гибнет из-за болезни, старения и смерти; (10) как бедствие, потому что приносит много неудач; (11) как мучительную, потому что она наносит скрытый ущерб и является базисом всех волнений; (12) как страшную, потому что она вмещает в себя все ужасы и она противостоит спокойствию, умиротворяющему страдание; (13) как беду, потому что она связана с вредными состояниями и влечет потери и потому что она, как беда, не заслуживает того, чтобы ее охотно переносить; (14) как ненадежную, потому что она влечет за собой болезнь, старение и смерть вследствие таких фактов мирского существования, как выигрыш и потеря, etc.; (15) как хрупкую, потому что она имеет свойство разрушаться, вследствие внешних воздействий и внутренней природы; (16) как неустойчивую, потому что она может упасть из любого положения и не обладает надежностью; (17) как незащищающую, потому что она не может оказать защиты и через ее посредство не может быть достигнута безопасность; (18) как не прикрытие, потому что она не может служить опорой и не дает прикрытия тому, кто ищет в ней опору; (19) как не прибежище, потому что она не устраняет опасность для того, кто вверяется ей; (20) как ложную, потому что ее постоянство, привлекательность, спокойствие в качестве присущих ей являются только плодом воображения; (21) как мишурную, потому что лишена того, чем хочет казаться или потому что она пустяшна, пустяковую вещь принято называть «мишурной»; (22) как пустую, потому что она лишена владельца, того, кому она принадлежит, действующего, чувствующего, управляющего; (23) как несамосущую, потому что она не владеет самой собой; (24) как горе, вследствие страданий от вовлеченности в круговорот перерождений и горестного состояния, проистекающего из этого страдания; (25) как подверженную изменению, потому что она по природе изменчива через посредство двух факторов — старения или смерти; (26) как несущественную вследствие ее необоснованности, и потому подобно коре дерева она легко сдирается; (27) как источник невзгод; (28) как смертоносную, потому что она подобна врагу с дружелюбным лицом. Он убивает того, кто вверяется ему; (29) как уничтожающую, потому что она не оказывает помощь, а содействует уничтожению; (30) как приближающую конец, потому что она — ближайшая причина приближения конца; (31) как обусловленную, потому что она производится посредством комбинации причин и условий; (32) как искушение Мары, потому что она воистину искушение Мары, который навлекает смерть, и того Мары, который символизирует осквернение; (33-36) как подверженную рождению, старению, болезни и смерти, потому что ее природа влечет за собой рождение, старение, болезни и смерть; (37—39) как подверженную скорби, горестной жалобе и безнадежности, потому что она основная причина скорби, горестной жалобы и безнадежности.

Численно-упорядоченный перечень основных понятий

Content

Буддизм