Марина Вячеславовна Жигало, Ирина Александровна Тукиянен

Самые известные храмы Санкт-Петербурга

Об этой книге

Многоликий Петербург – город дворцов и парков, музеев и театров, рек и каналов, островов и мостов. Его называют Северным Римом и Северной Венецией, его мостовые и набережные хранят следы трех столетий мировой культуры.

И еще у города особенное небо, которое так часто проливается водой и кажется таким низким, что от него рукой подать до ангелов. Город держат их стальные крылья; город подвешен к небу за шпиль Адмиралтейской иглы; и город впускает небо в себя, распахивая ему навстречу двери своих многочисленных храмов.

Храмы Петербурга – это особая грань города, та часть его души, где воедино слиты земное и небесное, сиюминутное и вечное, причудливое и монументальное, история и современность. Под одним петербургским небом сияют золотые купола величественных соборов и церквей, сверкают майоликой стройные минареты, устремляются ввысь островерхие готические башенки костелов и отмеряет бег времени Калачакра над порталом буддийского храма. Все это Петербург, город многих религий, город веротерпимости.

Петербург, основанный на невских берегах Петром Великим, уже по самой своей сути и исторической миссии стал центром, где соединились культуры и вероисповедания разных народов. В городе, распахнутом всем ветрам, в столице православной России, мирно уживались люди различных национальностей, уважительно и с интересом относясь к культуре и обычаям друг друга. На протяжении трех веков в Петербурге возникали православные и старообрядческие, лютеранские и католические храмы, синагога, мечеть и дацан. К октябрю 1917 года в Петербурге было около шестисот храмов различных конфессий. А потом наступили роковые годы; как и во всей России, в Петербурге церковь попала в опалу. Арестовывали священнослужителей и прихожан, закрывали и разоряли храмы, безжалостно уничтожали святыни. Там, где когда-то звучал орган или слышались песнопения, теперь царило запустение или были устроены склады или государственные учреждения.

Вторая половина 80-х годов для Русской Православной церкви, отмечавшей свое тысячелетие, стала началом возрождения. С конца 80-х годов государство вернуло многие храмы под эгиду РПЦ. Буквально из руин восстанавливались церкви, монастыри, часовни, а с ними возрождалась и духовная жизнь петербуржцев. Рубеж тысячелетий стал еще одной важной вехой на пути религиозного обновления. В удаленных от центра города районах начали возводить новые храмы. Сейчас в городе насчитывается примерно 300 культовых сооружений разных вероисповеданий – половина того, что было до революции.

Очень важно в наше непростое время межнациональных и межрасовых конфликтов сохранить ту особую веротерпимость, уважение к культуре разных народов, которое всегда отличало петербуржцев.

Книга о самых знаменитых храмах Петербурга знакомит нас с историей и сегодняшним днем наиболее известных культовых сооружений города. Первая часть посвящена христианским храмам и делится на разделы в соответствии с основными конфессиями, существующими в Петербурге: православные, старообрядческие, армяно-григорианские, католические, евангелическо-лютеранские.

Первый раздел – «Православные храмы» – состоит из 6 глав: «Чудотворные иконы», «Под защитой Божией Матери», «Храмы с именем Иисуса Христа», «Храмы во имя Святой Троицы», «Лавры и монастыри», «Святые берегут город», что позволяет лучше разобраться во всем многообразии православных храмов Петербурга.

Вторая часть книги рассказывает о храмах других мировых религий: ислама, иудаизма и буддизма.

Эта книга адресована не только тем, кто впервые будет знакомиться со святынями Петербурга, но и людям, хорошо знающим и любящим город. Ведь каждое соприкосновение с его духовным наследием открывает новую грань непостижимого облика города Святого апостола Петра.

Часть 1 Православные христианские храмы

Глава 1 Чудотворные иконы в Петербурге

Казанский Кафедральный собор

В самом сердце города, там, где канал Грибоедова пересекает Невский проспект, открывается величественный вид на Казанскую площадь. Прекрасный храм, раскинув широкую дугу колоннады, словно принимает в объятия и сквер с фонтаном, и весь Невский.

Построенный во имя чудотворной иконы Казанской Божией Матери, Казанский собор – один из крупнейших православных храмов в Петербурге и удивительный памятник русской архитектуры эпохи ампира. С первого взгляда кажется, что этот нетипичный для русской православной традиции однокупольный храм слишком древний для «юного» города и годится в младшие братья римскому Колизею или греческому Парфенону.

И действительно, Казанский собор, построенный за год до начала войны с Наполеоном, напоминает античное сооружение. Стены и девяносто шесть внешних колонн собора облицованы пудожским камнем, который добывается в деревне Пудость под Петербургом, недалеко от Гатчины. Камень этот удивителен: его пластичная мягкая структура позволяет создавать любые узоры, вертикальные линии, каннелюры[1], возносящие храм в поднебесье. Однако под воздействием воздуха и ветра пудожский камень становится прочным, как гранит, а его пористая структура создает ощущение древности – и смотрящему на Казанский собор кажется, будто стены храма вот уже много столетий выветривает время и опаляет южное солнце. И только серая петербургская пыль, добавившая за двести лет полутонов стенам собора, напоминает нам о величии и державной холодности Северного Рима.

Удивляющее зрителя сходство собора с античным храмом не случайно. Павел I, путешествуя по Европе, был необычайно поражен грандиозностью и красотой собора Святого Петра в Риме. Став императором, он пожелал возвести подобный храм в Петербурге – и в 1799 году был объявлен конкурс на разработку проекта нового собора. В этом конкурсе участвовали знаменитые архитекторы того времени; победил проект молодого архитектора Андрея Воронихина, бывшего крепостного президента Академии художеств – графа Строганова.

Казанский Кафедральный собор

Освящение храма состоялось в 1811 году, уже в правление нового императора, Александра I. Храм был посвящен Казанской иконе Божией Матери – одной из особо почитаемых в православии чудотворных икон. По легенде, ее написал сам евангелист Лука. Богоматерь держит на одной руке, словно на престоле, младенца Иисуса, а другая ее рука указывает на Сына как на путь Истины. В правой руке Иисуса, сложенной в благословляющем жесте, – свиток жизни.

История самой иконы уходит своими корнями в глубь веков, в эпоху Ивана Грозного. Казанское ханство было недавно присоединено к России, вековые традиции мусульманства в Казани были еще очень сильны. Летом 1579 года страшный пожар уничтожил большую часть Казани. Две недели спустя девочке по имени Матрона Онучина трижды являлась во сне Пресвятая Дева, настоятельно требуя, чтобы она сообщила Казанскому архиепископу о Ее святом образе, который находится в подвале сгоревшего дома Онучиных. Сначала девочке не поверили, но после новых явлений Богородицы решили все же копать в указанном Богородицей месте. На метровой глубине был найден образ Пресвятой Богородицы.

День чудесного явления образа (8/21 июля) стал ежегодно отмечаться как большой праздник вначале в Казани, а затем и по всей России. В том же 1579 году царь Иван Грозный основал в Казани монастырь Пресвятой Богородицы, в который и была помещена обретенная икона. С нее сделали несколько копий, некоторые из которых, как и сама изначальная икона, были признаны чудотворными.

В Смутное время, примерно через 33 года после чудесного явления Казанской иконы Богородицы, Россия подверглась нападению поляков, Москва была ими захвачена. Патриарх Гермоген, который в бытность свою священником в Казани первым описал Казанскую икону и чудеса, ей творимые, был заключен в тюрьму.

Но в 1612 году ополчение под руководством князя Д. И. Пожарского и К. Минина с образом Казанской Божией Матери во главе разгромило польские войска и 22 октября чудотворный образ Пресвятой Богородицы был крестным ходом внесен в Москву. Позднее стараниями князя Д. И. Пожарского в Москве на Красной площади был возведен первый Казанский собор.

Со времен царя Алексея Михайловича икона стала рассматриваться как покровительница дома Романовых и праздники во имя иконы (8/21 июля и 22 октября/4 ноября) из местных – московских и казанских – стали общероссийскими.

При Петре I в Санкт-Петербург привозят Казанскую икону принадлежавшую царице Парасковии Федоровне, родственнице царя. Согласно последним исследованиям, она была списком (копией) с изначального казанского прототипа.

В самое тяжкое время икона поддерживала верующих. Во времена Петра I копию иконы привезли в новую столицу. Уже тогда икона считалась собственностью дома Романовых. Несколько раз она меняла место пребывания, прежде чем обрела свой дом. Сначала находилась в деревянной часовне на Посадской улице, затем в Троицком соборе на первой площади города, позднее – в церкви Рождества Богородицы, на месте, где сейчас бьет фонтан Казанской площади. Церковь так и называли – Казанский собор. Со временем любимая всеми горожанами скромная церковь стала казаться слишком простой, чтобы украсить собой центр города и считаться его Кафедральным собором. Тогда и возникла необходимость построить новый храм – нынешний Казанский.

Вновь икона послужила спасению России уже через год после освящения собора. Во время Отечественной войны 1812 года французы все ближе и ближе подступали к Москве, а русские войска отступали все дальше и дальше. Казалось, выхода нет. И у всех на устах было лишь одно имя – Кутузов. Только опальный князь мог противостоять непобедимому Наполеону. И царь Александр, забыв все обиды, назначил Кутузова главнокомандующим отступающей русской армии. Накануне отъезда из столицы князь молился перед чудотворной иконой, веря, что лишь она дарует победу России; в этом ли причина – неизвестно, но враг был изгнан за пределы Отечества.

Великому фельдмаршалу не суждено было принести благодарность чудесному образу. Кутузов скончался недалеко от города Бунцлау. По легенде, умирая, полководец сказал солдатам, что сердцем он остается с ними, и повелел захоронить свое сердце на дороге, по которой шли русские войска в Париж – и воины исполнили его завещание. А тело полководца привезли в Казанский собор, где оно находится до сих пор. Рядом с надгробием Кутузова лежат военные трофеи: французские штандарты и знамена, ключи от завоеванных городов.

Во второй половине двадцатого века специальная комиссия вскрыла склеп Кутузова и обнаружила серебряную банку с набальзамированным сердцем князя. Легенда оказалась романтической сказкой…[2]

Вскоре на Казанской площади перед собором появились два памятника великим полководцам, спасшим Россию, двум Михаилам – Кутузову и Барклаю де Толли. Оба памятника работы скульптора Орловского органично вошли в архитектурный ансамбль площади. В истории храм неразрывно связан с памятью об Отечественной войне 1812 года. По традиции 7 января, в день изгнания Наполеона из России, в храме служится молебен.

Не раз чудесный Образ Казанской Богоматери избавлял от бед и спасал наш город и в дальнейшем. Была до Октябрьской революции прекрасная традиция, которая возвращается в наши дни, – вести от собора крестные ходы с Казанской иконой. Так, Крестный ход, свершавшийся 4 июля к Успенскому храму на Сенной площади, напоминает об избавлении города от холеры в 1849 году. 4 апреля верующие шли с иконой к часовне Летнего сада в память о том, что Александр II после покушения Каракозова прибыл помолиться в собор перед Образом Заступницы Небесной.

В страшные годы блокады, когда жители города укрывали от снарядов и бомбежек архитектурные сооружения и скульптуры, Кутузов и Барклай стояли открытыми: «среди горожан существовало нечто вроде суеверия. Говорили, что пока бомба не заденет памятники, врагу не бывать в городе»[3]. Солдаты, уходившие на фронт, отдавали честь великим полководцам, словно те вели войска в бой.

Сама же икона в годы блокады находилась в Князь-Владимирском соборе. Ее перенесли туда с приходом советской власти. На долгое время иконе вновь пришлось лишиться своего дома. Ее помещали и в церковь Смоленского кладбища, и во многих других небольших храмах города. Снова, как и когда-то, скиталась икона по городу, пока не нашла временное пристанище на Петроградской стороне.

Но даже и тогда икона явила чудо. В 1941 году Митрополиту Гор Ливанских было явление Богородицы, которая сказала ему, что осажденный Ленинград будет спасен, если чудотворный Образ с крестным ходом пронесут вокруг города. Митрополит сообщил о своем видении, икону вынесли из собора и пронесли по городу[4]. Ленинград выстоял.

Пролетали годы и десятилетия, а купол Казанского собора, ставшего вместилищем экспонатов музея Истории религии и атеизма, вместо креста по-прежнему венчал шпиль. Икона Казанской Божией матери по-прежнему находилась в Князь-Владимирском соборе. Серебро алтаря, пожертвованное храму казачеством, было переправлено в слитки и вывезено за границу еще в первые годы советской власти; живописные полотна кисти величайших мастеров, украшавшие стены, а также иконы, ценности и интерьеры – изъяты и переданы в различные музеи. И только в 1994 году золотой крест вновь воссиял над куполом. Чудотворная икона вернулась в свой дом. Вскоре собор был освящен повторно после долгих лет осквернения и приобрел статус кафедрального.

Случилось так, что незадолго до этих событий в Казанском соборе произошло повторное обретение мощей Святого Серафима Саровского. В хранилище бывшего музея был найден предмет, не зарегистрированный ни в одном из документов; и удалось установить, что это – мощи великого чудотворца.

Благодаря стараниям прихожан-петербуржцев, митрополии и лично настоятеля собора протоиерея[5] Павла Красноцветова и протодиакона[6] Василия Маркова Казанский собор постепенно возвращается к жизни. К 300-летию города мастера Балтийского завода отлили четырехтонный колокол высотой более двух метров – самый крупный колокол собора. Он после освящения Владыкой Владимиром, митрополитом Петербургским и Ладожским, украсил колокольню и теперь сзывает прихожан на богослужения в главный храм Петербурга. В соборе проходят божественные литургии, свершаются таинства, во все православные праздники служатся молебны. Ежегодно,^ сентября, от собора движется вдоль Невского проспекта к Лавре торжественный крестный ход в честь святого покровителя города, Александра Невского. Раньше в этом крестном ходе участвовали члены императорской семьи и кавалеры ордена св. Александра Невского, а теперь к нему может присоединиться каждый желающий. Именно в Казанском соборе находят временное пребывание мощи святых и чудотворные иконы, например, Тихвинская икона, мощи Андрея Первозванного, преподобных Святых Елизаветы и Варвары…

Внутреннее убранство храма, хотя и не восстановлено еще до конца в изначальном великолепии, соответствует высокому рангу кафедрального собора. По-прежнему величавы и прекрасны три его нефа, разделенные двумя рядами колонн, высеченных из розового карельского гранита, который не уступает по плотности и красоте знаменитому египетскому. Стены собора прорезаны огромными окнами, поэтому храм до самого купола наполнен светом. Пол собора покрывает великолепная мраморная мозаика. Сияет сусальным серебром восстановленный иконостас.

С северной стороны в храм ведут изумительной красоты бронзовые двери, являющиеся копией «Райских дверей» баптистерия во Флоренции работы Лоренцо Гиберти. Отливку и чеканку дверей выполнил лучший литейный мастер России Василий Екимов. Он исполнил в бронзе и скульптурные образы, стоящие в нишах за внешними колоннами: статую святого князя Владимира – крестителя Руси, и святого князя Александра Невского – великого защитника земель русских (работа скульптора С. С. Пименова), апостола Андрея Первозванного (работа скульптора В. И. Демут-Малиновского), а также Иоанна Предтечи (работа скульптора И. П. Мартоса). Саму же колоннаду со стороны Невского проспекта, а также колонны внутри собора возводили рабочие артели Самсона Суханова, русского каменотеса, лучшего мастера каменных дел. Следует особо отметить, что храм был полностью построен из отечественного камня, а строили его простые русские люди, крепостные крестьяне. Не имея строительных навыков и знаний об архитектуре, неспособные даже читать чертежи, эти люди во всякое время суток, в жару и стужу, буквально голыми руками создавали храм, отдавая свои жизни на строительстве, окончания которого им не суждено было увидеть. При всей его европейской элегантности и царственности – это подлинно народный храм, в котором воплотился дух и величие русских.

Планировка собора тоже принадлежит русскому архитектору «из народа». Андрей Воронихин жил в семье графа А. Строганова и, хотя считался его крепостным, вниманием не был обделен. Поговаривали, что Андрей – внебрачный сын графа. Воронихин получил архитектурное образование, в Москве учился у знаменитых русских зодчих – В. Баженова и М. Казакова, а когда получил вольную, несколько лет провел во Франции и Швейцарии, изучая новый стиль – ампир[7]. Поэтому его победа в конкурсе проектов Казанского собора заслуженна, хотя недоброжелатели и приписывали ее покровительству всемогущего президента Академии художеств. В проекте неизвестного тогда еще в России Воронихина учитывалось пожелание Павла – с одной стороны, и проявлялись индивидуальность и новаторство – с другой.

Да, Казанский собор напоминает античные храмы своей колоннадой; но если в Риме она замыкает собою площадь, то в Петербурге – не только эту площадь образует, создавая особый архитектурный ансамбль, но и помогает разрешить очень важную проблему – декорировать северный фасад, обращенный к Невскому проспекту, так, чтобы забывалось, что он не главный. По традиции храм обращен алтарем на восток. Его главный, западный, вход выходит не на парадный Невский проспект, а на прилегающую Казанскую улицу; поэтому дуга колоннады стала исключительной находкой.

С двух сторон колоннаду замыкают порталы сквозных проездов, параллельные каналу Грибоедова и Казанской улице. Эти проезды придают собору геометрическую четкость и изящество. По замыслу Воронихина, к южному фасаду храма также должна была примыкать дуга колоннады, но эта идея, к сожалению, не была осуществлена по ряду финансовых трудностей. Впрочем, великолепие собора от этого не становится меньше.

В плане Казанский храм имеет форму латинского креста, вытянутого с запада на восток на семьдесят с половиной метров. В собор ведут три входа, каждый из которых украшен шестиколонными портиками[8] с треугольными фронтонами[9], где изображен барельеф[10] «Всевидящее око».

Еще одним новаторским решением Воронихина явился металлический каркас купола. Это был первый в мире металлический купол, проект которого оказался технически надежным и художественно безупречным. Купол установлен на круглом барабане, и собор вместе с куполом и крестом имеет высоту семьдесят один с половиной метр. Таким образом, создается удивительная соразмерность и гармония храмовой постройки, сближающая Казанский собор с античными сооружениями.

Андрей Воронихин ненадолго пережил свое творение и был похоронен в некрополе Александро-Невской лавры, а на его надгробии высечено изображение Казанского собора. Последним творением зодчего стала ажурная ограда изумительной красоты, обрамляющая сквер перед главным входом в храм. По замыслу архитектора эта изящная решетка должна была оградить полукруглую площадь, образуемую тремя фасадами собора. Чугунное кружево этой ограды не уступает по красоте знаменитым решеткам Летнего сада.

Главный храм города прекрасен и в пору белых ночей, и в осенний листопад, и заснеженным зимним вечером, когда зажигаются яркие огни современной подсветки, позволяющей эффектно выделить и подчеркнуть неповторимые архитектурные особенности собора.

Возле собора всегда многолюдно. Петербуржцы любовно называют храм «Казань», а площадь – «Казанский пятачок». Здесь назначают встречи, гуляют влюбленные, у фонтана резвится детвора, а на лавочках петербургские старики ведут неспешные разговоры. Казанский кафедральный собор и площадь – центр не только духовной, но и политической и светской жизни Петербурга.

Казанский кафедральный собор открыт ежедневно: по будням с 8.30 ч. до окончания вечерней службы, а в выходные дни – с 6.30 ч. до окончания вечерней службы.

Адрес: Казанская пл., д. 2.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор», «Невский проспект»

Автобусы: № 22, 3, 7

Троллейбусы: № 1,10, 22, 5, 7.

Собор Владимирской иконы Божией Матери

Оживленно шумит Владимирская площадь, лежащая меж двух проспектов – Загородного и Владимирского. До Невского отсюда – пять минут и два века; прохожего не покидает ощущение, что сейчас в ближайшей подворотне мелькнет знакомый силуэт петербургского мечтателя, а за ним – бедный чиновник Мармеладов пройдет, пошатываясь, домой, остановится на миг, улыбнется светло и осенит себя крестом, смахнув слезу… А может, и сам Федор Михайлович Достоевский, обогнув Кузнечный переулок, покажется из-за угла и войдет в церковь. Кажется, что проспекты протягивают в рукопожатии ладони лишь для того, чтобы бережно и благоговейно приподнять над своей тяжестью Владимирскую церковь, колокольню и две часовни.

Собор Владимирской тоны Божией Матери

В XVII веке на этом месте стояла деревянная церковь, посвященная иконе Владимирской Божией Матери, а в округе селились семьи дворцовой прислуги. Позднее здесь оседала городская беднота, мелкие чиновники, мещане, мастеровые, работный люд – эти люди были прихожанами храма. Но деревянная церковь со временем перестала вмещать всех желающих. Прихожане обратились к императрице Елизавете Петровне с просьбой о новом храме. Государыня согласилась, горожане стали собирать деньги – и в 1761 году, незадолго до смерти Елизаветы Петровны, храм был заложен. Освящение состоялось уже при Екатерине II, в 1783 году.

История не сохранила имени зодчего собора. Предполагают, что за долгие годы строительства над его созданием работали Пьетро Трезини и Савва Иванович Чевакинский – мастера русского барокко, а также Антонио Ринальди и Алексей Квасов – архитекторы раннего классицизма. Возможно, именно поэтому в облике церкви смешаны черты двух стилей: причудливая живость рельефов боковых фасадов с изображениями ангелов и пышно украшенные мелко расстеклованные окна удивительным образом сочетаются со строгой гармоничностью портика главного фасада.

Строительство храма продолжалось и после его освящения. Еще пять лет Джакомо Кваренги работал над возведением трехъярусной колокольни. А спустя годы, радея о своем храме, прихожане обратились к государю, теперь уже Николаю I, с просьбой надстроить колокольню, чтобы добавить ей законченности и красоты. И снова было продолжено строительство храмового ансамбля. В 1849 году по проекту архитектора Франца Руска колокольню украсил еще один, четвертый, ярус с высоким куполом, и одна из лучших звонниц города переливом своих колоколов стала созывать прихожан в храм.

И в наши дни звонят колокола над Владимирской площадью. При храме существует знаменитая школа звонарей, где талантливые преподаватели ведут занятия. Многие учащиеся уже служат звонарями в церквях и соборах города. Ежегодно школа принимает участие в Пасхальном фестивале, проводит концерты в пансионатах, в следственном изоляторе «Кресты» и даже в БКЗ «Октябрьский».

Кроме колокольни, по проекту Франца Руска была возведена ограда вокруг церкви и две часовни, а архитектор Авраам Мельников пристроил к храму трапезную. И вознеслась на площади величавая пятикупольная церковь, которую так полюбили жители города. Прихожанином храма был Федор Михайлович Достоевский, живший неподалеку. Сейчас на площади высятся два павильона петербургского метро. Они так и называются – «Владимирская» и «Достоевская», неразрывно связывая имя храма с именем писателя. И напротив собора с недавних пор можно увидеть задумчивого и грустного каменного Достоевского, который сидит, сомкнув руки на коленях и склонив голову перед золотыми крестами, и смотрит на знакомую церковь.

Во Владимирской церкви отпевали няню Пушкина, Арину Родионовну Яковлеву. Старостой храма был один из предков нашего знаменитого современника, почетного жителя Петербурга, академика Дмитрия Сергеевича Лихачева. Вместе со своим другом, известным ученым Львом Николаевичем Гумилевым, он приложил немало усилий, чтобы после долгих лет храм был возвращен под эгиду РПЦ.

А было это непросто. В тридцатые годы прошлого века в помещении храма находились разные ведомства и организации. Сохранилась легенда о том, как однажды служащим книгохранилища Академии Наук, расположенного в здании Владимирской церкви, явился призрак расстрелянного священника. На белой ризе его застыла запекшаяся кровь. Призрак несколько минут молча, с грустной укоризной глядел сквозь оцепеневших от ужаса людей на царящее запустение, а затем тихо прошел в направлении оскверненного алтаря, растаяв в воздухе – лишь слышались гулкие чеканные шаги. И не раз еще являлся призрак старого священника людям – как напоминание о том, что в храме не место мирским делам.

Владимирский собор был одним из первых храмов, переданных РПЦ. Рассказывая об этом, протоиерей Владимирского собора Владимир Фоменко отмечал, что храм по сравнению с другими сохранился лучше; не была разрушена кровля, стены, двери, отопление – но на месте окон зияли дыры, по храму гулял ветер, веяло холодом…

Прихожане восстанавливали церковь своими силами. С большой любовью, старанием, особой деликатностью приводили они храм в надлежащий вид – ведь речь шла о церкви, в которой молились их отцы и деды, где создавалась российская церковная культура, которая должна служить радости человека.

Восстановленную Владимирскую церковь освящал Ленинградский и Новгородский митрополит Алексий, нынешний Патриарх Всея Руси. Позднее, спустя десять лет, церковь получила статус собора. Ее настоятель – митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир.

Восстановленный храм по-прежнему один из самых любимых и посещаемых среди петербуржцев. Его строгая простота соответствует самому духу этой части города. Даже игра желтого и белого тонов фасадов не случайна. Кажется, в серый дождливый день тускнеет их сияние и они плачут и скорбят под петербургским небом о горестях людских, но зато как расцвечивает их радостью редкое северное солнце! В такие дни два мозаичных ангела на главных дверях собора, встречая солнце, словно зовут каждого войти в храм и поклониться святыням.

Владимирский собор двухэтажный. Церковь первого этажа была освящена во имя Св. Иоанна Дамаскина, знаменитого своими богословскими трудами и праведной жизнью. После революции настенные росписи и иконостас этой церкви были уничтожены. Сейчас там ведутся реставрационные работы. А на второй этаж, во Владимирскую церковь, ведет каменная лестница. Многие святыни этой церкви, например, три знаменитых Евангелия, подаренные императрицами Елизаветой Петровной и Екатериной II, драгоценная утварь, картины, также были вывезены в музеи или безвозвратно утрачены. На момент повторного освящения в храме было всего две иконы. Теперь же внутреннее убранство практически восстановлено, знаменитый резной иконостас вновь сияет золотом под темными строгими сводами.

Главными святынями собора являются икона Спаса Нерукотворного, освященная самим Иоанном Кронштадтским, образ святого Серафима Саровского с частицей его ризы и икона Владимирской Божией Матери.

По преданию, эта икона была написана евангелистом Лукой на доске от стола, за которым трапезничало Святое Семейство: Иисус Христос с матерью и Иосифом. Взглянув на икону, Мария произнесла: «Благодать родившегося от меня и моя с сей иконой да будет»[11].

В 450 году нашей эры икона оказалась в Константинополе, а в XII веке патриарх Константинополя передал ее в Киев сыновьям Владимира Мономаха через купца по имени Пирогощи. Так святая икона оказалась на Руси, став ее молитвенной заступницей перед врагами, как и икона Казанской Божией Матери.

Икона находилась в монастыре Вышгорода, неподалеку от Киева. Однажды случилось чудо: образ Богоматери соткался в воздухе перед иконой. Это чудо молитвой и изумлением перенесли обратно, однако чудо повторилось снова, и люди решили, что икона не хочет стоять на своем месте. В то время сын Юрия Долгорукого, Андрей, ехал из Киева в свою вотчину, город Владимир, огорченный ссорами князей за права на Киев, древнюю столицу русской земли. Он пожелал поселиться вдали и основать сильное княжество в родном уделе. По легенде, во время переезда случилось несколько событий, в которых икона являла чудо. Так, чуть не погиб в реке один из воинов, которого князь отправил искать брод; но князь молился перед Святым образом, и воин остался жив. А когда конь, сбросив на землю жену священника, сопровождавшего икону, затоптал ее до смерти копытами, Андрей снова молился перед образом, и женщина ожила. В нескольких верстах от Владимира лошадь, на которой везли икону, внезапно остановилась и не хотела идти дальше. Князь решил, что это знамение, и повелел на месте, где замерла лошадь, поставить храм во имя Рождества Богоматери, а рядом – княжеские палаты. И возник целый город, названный Боголюбово, а самого князя прозвали Боголюбским[12].

Во Владимире икона еще несколько раз явила чудеса исцеления. Андрей Боголюбский решил построить в городе Золотые врата лучше Киевских, но каменные своды обрушились и завалили строителей. Плакали люди, а сам князь молился в слезах о невинно погребенных под камнями, виня себя в произошедшей трагедии. И случилось чудо: когда разобрали каменные завалы, все строители оказались живы. Икона стала главной святыней жителей нового града Владимира и получила название Владимирская.

Слава о чудесах, совершаемых иконой, облетела все окрестные земли и дошла до Москвы. И когда на Москву ринулось войско жестокого и страшного завоевателя Тамерлана, князь московский Василий, у которого не было сил для защиты города, отправил гонца во Владимир, к митрополиту, с просьбой прислать икону. Десять дней люди несли чудотворный образ в Москву, распевая молитвы; десять дней молились князь с семейством, войско его и москвичи; на коленях в молитвах встречали икону на Кучковом поле; а в тот самый час, когда образ был доставлен для защиты города, Тамерлан отдыхал в своем шатре, готовясь покорить Москву. И ему приснился сон: с вершины великой горы идут ангелы с золотыми жезлами, а над ними в лучезарном сиянии – Богоматерь, повелевающая Тамерлану уйти из русской земли. Тамерлан внял предупреждению и ушел без боя. Так спаслась Москва, а на месте встречи иконы был заложен Сретенский монастырь. Это случилось в 1395 году, 8 сентября, и с тех пор в этот день отмечается праздник иконы Владимирской Божией Матери[13].

Икона осталась в Москве и не раз спасала город от завоевателей. 6 июля отмечается праздник Владимирской иконы в память об избавлении от войска хана орды Ахмата. Случилось это у русской реки Угры, куда пришло вражеское войско. Сюда же привел свои войска князь Иван III. Воины стояли по берегам реки, но никто не решался начать битву. Тогда князь приказал принести образ, и русские воины держали икону перед полками, молясь о помощи небес. Что произошло – доподлинно неизвестно, но легенды говорят, будто Богоматерь снова заступилась за воинов, прогнала татар и избавила Русь от многовекового ига Золотой Орды.

Еще один праздник Владимирской иконы связан с событиями 1521 года. В тот год Москву осадил крымский хан Махмет-Гирей, желая покорить и разграбить город. Днем и ночью молились в осажденном городе москвичи перед иконой-заступницей, не теряя надежды на чудесное спасение. Их вера не была попрана: второго июня хан неожиданно оставил Москву и, разграбив пригороды, ушел в свои владения. День этот ежегодно отмечается как праздник Владимирской иконы Богоматери.

Во многие города России были отправлены списки (копии) Владимирской иконы – достался один и Петербургу. В церкви икону «одели» в золотой оклад с драгоценными камнями – такой она пребывает и сейчас.

На иконе мы можем видеть прильнувших друг к другу Марию и Иисуса. Младенец с любовью обнимает мать, обвив руками ее шею; с искренней материнской нежностью Мария держит свое чадо, а в глазах ее – боль за сына. Такой, милостивой ко всем, кто придет в ее храм, и изображена Мадонна.

В соборе всегда многолюдно. Совершаются богослужения, таинства, молебны, панихиды, особо, несколько раз в неделю, – акафисты[14] в честь Спасителя и Богородицы, Николая Чудотворца, Серафима Саровского. В дни Великого поста в храме бывает до 500 человек. Священники беседуют с прихожанами, отвечают на их вопросы, проводят беседы в больницах, посещают тюрьмы. Для взрослых и детей работает воскресная школа. Детский хор Владимирского собора пользуется особой любовью ценителей духовной и классической музыки. Детский хор имени преподобного Иоанна Дамаскина известен не только в России, но и за рубежом, он выступает с концертами, участвует в различных музыкальных конкурсах.

Возрожденная церковь Владимирской иконы Божией Матери продолжает оставаться для горожан местом, где они найдут утешение, добрый совет мудрого священника, как когда-то в прошлые столетия находили здесь милость Владимирской Богоматери петербуржцы знаменитые и простые.

Собор во имя Владимирской иконы Божией Матери открыт ежедневно: по будням с 9 ч. до окончания вечерней службы, в воскресенье – с 7 ч. до окончания вечерней службы.

Адрес: Владимирская площадь, д. 20.

Транспорт: ст. метро «Владимирская», «Достоевская»

Троллейбус: 3, 8,15

Трамвай: 12, 28.

Церковь Спаса Нерукотворного Образа

Рябь канала Грибоедова; мостовая; разноликая толпа людей; экскурсионные автобусы, сменяя друг друга, причаливают к Конюшенной площади – привычная картина пестрой суеты петербургского центра.

А в XVIII веке, при Петре I, это место на берегу Мойки называлось Немецкой слободой, здесь селились аккуратные и деловитые первые петербургские немцы и старательные служащие придворного Конюшенного двора. Долгие годы в округе не было ни одного храма. И только когда служители Конюшенного ведомства пошли с просьбой

о возведении храма к императрице Анне Иоанновне, государыня не только велела строить церковь, поручив архитектору Николаю Гербелю создание проекта, но и выписала из Византии бесценные святыни – Плащаницу, икону Знамение и Образ Спаса Нерукотворного, – к сожалению, не сохранившиеся. И вот, в 1737 году, храм во имя Образа Спаса Нерукотворного был освящен, а еще через десять лет на месте деревянного возник каменный храм.

В 1817–1823 годах этот храм по приказу Александра I начали перестраивать за казенный счет. Храм принадлежал царскому двору, как и Конюшенное ведомство, и не отвечал новым требованиям облика столицы. Молодой император уделял много внимания городскому строительству; при Александре I в городе было создано множество знаменитых дворцов и храмов.

Церковь Спаса Нерукотворного Образа

Проект нового храма был разработан Василием Петровичем Стасовым. Коренной москвич, ученик великого зодчего Василия Баженова, он по высочайшему указу обучался архитектурному мастерству в Париже и Риме, был объявлен членом Римской Академии Святого Луки и Петербургской Академии художеств. С 1811 года Стасов работал в Петербурге. Вся его жизнь была неразрывно связана с этим городом: и творчество – знаменитые храмы зодчего, триумфальные арки, украшающие город до сих пор, и жизнь – любовь 48-летнего архитектора и 19-летней красавицы Марии Сучковой, счастливый брак, рождение шестерых детей.

Еще раз церковь перестраивалась в 1857–1860 годах. Проект поручили архитектору Конюшенного ведомства Петру Садовникову. Участие в реконструкции Конюшенной церкви стало главным делом всей его жизни и прославило мастера. Петр Семенович был крепостным княгини Голицыной. По приказу княгини он учился в Академии художеств в Петербурге, но не сумел завершить образование, потому что хозяйка отозвала его и велела возводить имения для своей дочери. Почти тридцать лет крепостной прожил вдали от Петербурга. Самым радостным событием этого периода стала его женитьба на дочери купца Анне Шмидт, которая согласилась из любви стать крепостной. После смерти княгини Петр получил вольную и уехал с семьей в Петербург, где проектировал загородные особняки вельмож, а затем поступил на службу в Конюшенное ведомство[15]. Занимаясь реставрацией Конюшенной церкви, Петр Садовников расширил храм, достроил стену и добавил окон на главном фасаде, превратил парадный портал Стасова в псевдопортал. Но храм не потерял своего величия, его внешний облик стал ярче, самобытнее.

Как и во времена Стасова, фасад храма украшают барельефы – «Вход Господень в Иерусалим» и «Несение креста», выполненные известным скульптором Демут-Малиновским в 182 2 году. Они рассказывают о последних днях земной жизни Христа. Торжественный вход в Иерусалим, Тайная вечеря, Моление о чаше в Гефсиманском саду, Отречение апостола Петра, Гибель Иуды, суд Пилата, крестный путь на Голгофу.

С приходом советской власти храм был разграблен, а вскоре, в 1919 году, закрыт, несмотря на усилия протоиерея Федора Знаменского, всячески пытавшегося уберечь Конюшенную церковь. Памятная доска на первом этаже храма напоминает о том, что «в 1933–1990 годах здесь располагался клуб конного отряда ГПУ, а затем – 28-го отделения милиции и НИИ «Гидропроект». Библиотека храма и архив были уничтожены, колокола – отправлены на переплавку. Когда в 1991 году храм был возвращен РПЦ и началась реставрация, первые прихожане были потрясены: на месте иконостаса висел портрет Ленина, на стенах – лозунги, а в алтарной части располагались туалеты. В Божьем храме проводились допросы, составлялись протоколы, оформлялись приговоры[16].

Сейчас на парадной каменной лестнице, ведущей на второй этаж, где находится сам храм, можно увидеть расположенные в форме креста иконы новомучеников – канонизированных после перестройки. В центре – икона с изображением семьи Николая II Романова, последнего русского императора. По бокам – протоиерей Философ Николаевич (Орнатский), расстрелянный вместе с сыновьями, Николаем и Борисом, в Кронштадте; митрополит Серафим (Чичагов), расстрелянный в 1937 году под Москвой; святитель Тихон, Московский патриарх, осудивший власть большевиков и делавший все возможное, чтобы сохранить православие в России; Вениамин, митрополит Петроградский, расстрелянный в 1922 году в Петрограде по приговору суда; преподобный Серафим Вырицкий Чудотворец; преподобномученица Великая княгиня Елисавета и инокиня Варвара, сброшенные заживо в шахту рудника в Алапаевске. Над ними простирает свой покров державная икона «Образ Престола Богородицы».

А рядом с иконами на стене – диптих современного художника В. Янтарева: «Две молитвы – разрешающая и разрешительная». У созерцающего эти картины создается ощущение, что он стал свидетелем трагических событий зимы 1837 года. Вот склонился над умирающим Александром Сергеевичем Пушкиным протоиерей Петр Песоцкий, принимая последнюю исповедь поэта… Последние годы Пушкин часто приходил в храм на Конюшенной площади – поэт жил неподалеку. Спас Нерукотворный стал для Пушкина поэтическим символом последних месяцев жизни. Вторая картина переносит зрителя в холодный февральский день. Запах ладана, плач, склоненные головы над гробом. Отсюда, с Конюшенной площади, везли тело русского поэта в последний путь, в Святогорский монастырь. И каждый год – в день рождения и в день смерти Александра Сергеевича – в храме звонят колокола и служатся панихиды Пушкину.

Пройдя по лестнице, посетитель попадает в храм. В самом центре алтаря, в поднебесье, – золотое солнце. Солнечный свет струится сквозь желтое полукруглое стекло под куполом, отражается в блеске дубового паркета, в строгом мраморе сияющих колонн, в золоте резного иконостаса и ажурной оградки алтаря, в бликах огней паникадила из ста восьми свечей. У входа в храм – образы петербургских святых: Иоанна Кронштадтского и Ксении Блаженной, под иконой которой, как и в ее часовне, на Смоленском кладбище, лежат свернутые записочки с просьбами. Здесь царит гармония торжественности и изысканности. И среди этого царства света – Образ Спаса, одна из самых необычных икон с изображением Иисуса.

Это изображение не создавалось мастерами-иконописцами, поэтому и названо нерукотворным. Давным-давно, еще при Иисусе, в городе Едессе правил князь Авгарь, страдавший проказой. Прослышав о Христе и свершаемых им чудесах, князь послал известного живописца Анания с письмом, в котором умолял Иисуса посетить Едессу. А еще он наказал художнику запечатлеть Спасителя, чтобы иметь утешение в болезни. В Иерусалиме бедный Ананий не мог написать изображение, сколь ни старался: Иисуса все время загораживали ученики или толпящиеся рядом люди; увидев мучения художника, Христос подозвал его к себе. Художник рассказал Иисусу о наказе Авгаря; Спаситель улыбнулся, велел принести воду и полотенце, умылся, отер лицо – и отдал ткань изумленному Ананию; на полотенце запечатлелся лик, словно прорисованный красками. Князь Авгарь, получив облегчение в болезни, тут же велел убрать с городских ворот идола и поставить на его место икону Спаса Нерукотворного: полотно, положенное на доску, украшенную драгоценными камнями и золотом. Жители Едессы веками хранили обычай кланяться образу, проходя через ворота; но один из правителей решил снять икону с городской стены. Тогда Христос явился во сне епископу и повелел скрыть образ. Позвав с собой преданных священников, епископ ночью пробрался к стене и зажег перед иконой лампаду, а затем укрыл образ глиняной доской и заложил кирпичами. С той поры народ надолго забыл о святыне, пока в VI веке не осадил Едессу персидский царь. Казалось, что город придется сдать врагу; но епископ увидел вещий сон, повелевающий достать образ Спасителя, замурованный в стене. Каково же было изумление людей, когда, разобрав кирпичи, они увидели горящую лампаду перед Образом и изображение Спаса, отпечатавшееся на глиняной доске. Горожане совершили вокруг стен города крестный ход – и предсказание Богородицы сбылось: персы отступили.

Слава о Чудотворном Образе распространилась далеко за пределы Едессы. Император Византии Константин выкупил икону а 29 августа 944 года с почестями привез ее в Константинополь. Копии этой иконы разошлись по всему свету. Именно в этот день каждый год в Конюшенной церкви отмечается престольный праздник Спаса Нерукотворного Образа.

В церкви не только совершаются таинства и отмечаются православные праздники. Настоятель и священники храма ведут большую просветительскую работу. Выступают по радио с литературными циклами по произведениям Ивана Бунина, Сергея Есенина, Ивана Шмелева, сотрудничают с музеем-квартирой А. С. Пушкина на Мойке, с Бунинским обществом, с Обществом почитателей Сергея Есенина и другими; проводятся заседания Православной писательской организации. Появилось еще одно неофициальное название церкви – Писательский храм. Здесь нередко звучит музыка М. И. Глинки, П. И. Чайковского, С. В. Рахманинова – это играют воспитанники Воскресной школы[17]. По-особенному звучит музыка в поэтическом, светлом храме. И кажется, звучит голос великого Пушкина: «И пусть у гробового входа младая будет жизнь играть», – сбылась последняя воля поэта.

Церковь Спаса Нерукотворного Образа открыта ежедневно с 9 до 19 часов.

Адрес: Конюшенная пл., д. 1.

Транспорт: ст. метро: «Невский проспект»

Автобус: 46

Троллейбус: 1, 5, 7,10.

Церковь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость»

Пески Петербурга. Здесь солнце становится пылью и время застывает. А рядом несет свои прохладные воды Нева, гуляют в Таврическом саду бабушки с внуками, спешат к метро «Чернышевская» толпы людей – бурлит жизнь. Каждый торопится по своим делам. И лишь случайно, заворачивая со Шпалерной на проспект Чернышевского, скользнет кто-то взглядом по чугунной табличке на грязно-розовой от пыли стене, прочитает и удивится: «…памятник архитектуры… охраняется государством… здесь был храм…». А ведь храм снова открыт.

Церковь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость»

Действительно, храм не сразу заметен среди зданий, плотно стоящих вдоль Шпалерной улицы. И только увидев золоченый крест на невысоком куполе, можно догадаться, что это церковь, а не особняк знатного вельможи XIX столетия, выстроенный в духе классицизма.

Когда-то улица называлась просто Береговой линией и тянулась вдоль левого берега Невы; а когда был построен Смольный Воскресенский собор, ее стали называть Воскресенской – улица вела прямо к церкви. И уже позднее, когда в этих местах были основаны Литейный и Смольный дворы, а между ними Шпалерный, улица, соединяющая дворы, получила современное название – Шпалерная.

Проект церкви создан архитектором Луиджи Руска. Он приехал из Италии и поступил на службу в качестве мастера каменных дел при императорском дворе. Прожив в России почти 30 лет, он так и не мог забыть родину. После недолгой поездки в Италию архитектор окончательно решил вернуться домой. Император Александр не сразу принял отставку зодчего – но наконец в 1818 году, когда была освящена церковь на Шпалерной улице, император отпустил архитектора. Луиджи Руска с женой и сыном навсегда покинул Россию, не успев закончить отделку внутренних интерьеров церкви. По его проекту это сделал Л. Шарлемань[18].

Известно, что при возведении храма итальянский зодчий использовал фундамент и часть стен стоявшего здесь в XVIII веке дворца младшей сестры Петра Великого, Натальи Алексеевны. В 1711 году царский двор по приказу Петра переехал из Москвы в новую столицу. Здесь, на Береговой линии, выросли дворцы родственников царя. Петр Великий часто бывал у своей любимой сестры. Для него, согласно преданию, царевна велела устроить специальный кабинет, где Петр Алексеевич мог спокойно заниматься важными государственными делами; во дворце появился и первый петербургский театр, бесплатный, для всех желающих. Наталья Алексеевна, как и ее брат, тоже любила европейские новшества. Правда, петербуржцы не сразу оценили новую забаву, так что поначалу приходилось приводить вельмож на представления под конвоем солдат.

Здесь же, во дворце, была устроена дворцовая церковь в честь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость». Великая княгиня Наталья почитала эту икону больше других и, уезжая из Москвы, привезла список иконы из храма Преображения на Ордынке. Освятили церковь в 1711 году в память случившегося в этот год радостного события – избавления царя Петра от турецкого плена во время Прутского похода.

Дворцовая церковь сразу стала популярна у петербуржцев, простых и именитых. Каждый хотел получить исцеление у знаменитой иконы. Подолгу молились здесь граф Шереметев, графиня Головкина. Екатерина II приходила пешком из Зимнего дворца просить помощи в болезнях у чудотворного образа, приезжала помолиться и Мария Федоровна, вдова Павла I. Двор не жалел денег на украшение иконы, «одев» ее в золото и драгоценные камни. Чем же прославилась икона Божией Матери «Всех Скорбящих Радость», что даже царственные особы склоняли перед ней головы?

Первый раз икона явила чудо исцеления в 1688 году Родная сестра Московского патриарха Евфимия страдала от тяжкой болезни: в боку ее были такие глубокие раны, что видно было внутренности. Молилась она день и ночь, лечилась у всех врачей и знахарей, но ничего не помогало. Евфимия уже готовилась к смерти, как вдруг однажды, молясь в церкви, услышала голос Богоматери. Богородица указала на Преображенский храм на Ордынке, велела идти туда и молится перед иконой «Всех Скорбящих Радость», наказала призвать священника церкви, чтобы он отслужил молебен с этим образом, и так получить исцеление. Все выполнила несчастная страдалица – и исцелилась. Потом от этой иконы получали исцеление и помощь многие больные: слепые прозревали, немые обретали дар речи, глухие вновь могли слышать… На иконе Богородица изображена в полный рост, над нею парят ангелы и в ослепительном сиянье – Спаситель. Вокруг Богоматери – несчастные и больные в надежде простирают к ней руки, а она, скорбя о страдальцах, благословляет и исцеляет их.

Евфимия увидела Богородицу 6 ноября; с тех пор в этот день отмечается праздник иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость».

Старинная икона, привезенная Натальей Алексеевной, являлась главной святыней храма долгие годы; а после революции прихожане успели перенести ее в Спасо-Преображенский собор, где она и находится до сих пор. А храм, как и многие другие, в советские годы был закрыт и разграблен. Здесь располагались и мастерские, и склады. Долгое время в нем заседало общество охраны памятников истории и культуры. Петербуржцы грустно шутили, называя его «Обществом всех скорбящих о разрушающихся памятниках»[19].

После возвращения храма верующим постепенно восстанавливается интерьер, созданный по проекту Луиджи Руска. Попадая в храм, посетитель оказывается внутри огромного помещения – так велик купол, смыкающийся высоко под сводами. Многое здесь удивляет: здание кубической формы, храмовый зал в виде классической ротонды[20], похожий на круглую арену римского амфитеатра. Двадцать четыре беломраморных колонны, поддерживающие купол, расположены по кругу, а сам купол состоит из рядов кессонов[21], которые, постепенно уменьшаясь в объеме, замыкают пространство. Недалеко от алтаря – светильник с благодатным огнем, привезенным из Иерусалима. Этот чудесный огонь загорается в Иерусалиме, у гроба Господня, в День Светлого Воскресения Христова сам по себе и в первые секунды не обжигает. Его священное сияние завораживает и очищает.

На фоне античного величия храма поражает его домашний, почти деревенский, внутренний вид: занавески между колоннами, старинные иконы, принесенные верующими, рушники, безыскусная простота и благообразность. Это вполне объяснимо: церковь своим восстановлением во многом обязана прихожанам.

Святые мученицы Екатерина и Кира Петроградские, которых здесь особенно чтят, связаны своей жизнью и деятельностью с храмом. 17 декабря 1937 года по приговору УНКВД после допросов и пыток Екатерина Андреевна Арская, отец которой был ктитором этой церкви, и княжна Кира Ивановна Оболенская были расстреляны за контрреволюционную деятельность. Каждый год в этот день в церкви служится молебен перед иконой Екатерины Петроградской. Особо чтят в храме и память священномученика Григория Сербаринова. Десять лет он был настоятелем храма. После долгих лет ссылки и лагерей отцу Григорию был вынесен смертный приговор – однако ему обещали сохранить жизнь, если он откажется от веры и сана. Священник не отрекся, и 8 января 1938 года его расстреляли. Сейчас в храме ежегодно служатся молебны и литургии в его память, а в культурно-просветительском центре «Лествица», который располагается в доме причта[22] при храме, где когда-то жила семья Григория Сербаринова, создан первый в России музей новомучеников.

Настоятель храма Вячеслав Харинов уделяет много времени работе центра. Под его руководством здесь проводятся лекции, музыкальные концерты, открыта воскресная школа и библиотека. Кроме того, сын фронтовика, отец Вячеслав Харинов вместе с поисковыми отрядами участвует в розыске останков погибших под Ленинградом в годы Отечественной войны.

Постепенно возрождается один из старейших петербургских храмов. Храм удивительной судьбы, «памятник архитектуры, охраняемый государством», вновь открыт для каждого, кому дорога память о незабываемых событиях истории России.

Церковь иконы «Всех Скорбящих Радость» открыта ежедневно с 8 до 20 ч.

Адрес: Шпалерная ул., д. 35 а.

Транспорт: ст. метро «Чернышевская»

Автобус: 46 Троллейбус: 3, 49-

Церковь иконы Смоленской Божьей Матери

Вода в реке черна как смоль. Ее так и называют – Смоленка, а раньше звали Черной. Русло реки извилистой каемкой разделяет два петербургских острова – Васильевский и Декабристов (Голодай). Сюда, на северную окраину исторического центра, еще недавно тянулись трамвайные рельсы вдоль Малого проспекта, а ныне – тишину будит лишь ветер, затерявшийся в кронах деревьев…

Здесь, среди зеленой тишины, лежит большое старинное кладбище, названное Смоленским.

Три столетия назад, когда строился Петербург, на Васильевский остров была пригнана рабочая артель из Смоленска. Люди, не привыкшие к суровому климату и изнуряемые тяжким трудом, не проживали долго. Умерших свозили на берег реки, где к 1738 году образовалось кладбище, получившее, как и река, свое название от тех выходцев из Смоленска, кто нашел здесь последний приют.

Так сложилось, что за 200 с лишним лет для петербуржцев это кладбище стало одним из почитаемых мест. Это уникальный храмово-мемориальный комплекс, не менее любимый и значимый, чем Александро-Невская лавра. На его территории расположены три церкви и часовня. Одна из них – церковь Пресвятой Троицы – в 1932 году была снесена, а на месте ее ныне стоит небольшая уличная часовня-беседка. Две другие – отстраиваемая практически заново церковь Воскресения Христова, где 10 августа 1921 года отпевали Александра Блока, и церковь иконы Смоленской Божьей Матери – открыты для прихожан, как и часовня Блаженной Ксении Петербуржской, построенная на месте могилы святой покровительницы города.

Церковь иконы Смоленской Божьей Матери

Церковь во имя Смоленской иконы Божией Матери среди всех построек кладбища – самая известная и старинная. Первый, еще деревянный, храм во имя иконы Смоленской Божией Матери был освящен в 1760 году. Спустя шестнадцать лет его настоятель, протоиерей Георгий Петров, человек энергичный и действенный, собрал средства, чтобы на месте деревянного храма вырос каменный. По проекту профессора, академика архитектуры Алексея Алексеевича Иванова была выстроена церковь[23]. Иконостас для нее вырезали охтинские мастера во главе с Яковом Дунаевым. Известные академики живописи И. А. Акимов и Г. И. Козлов написали храмовые иконы[24].

Народное предание связывает строительство каменной церкви с именем Ксении Петербургской. Говорят, что она носила кирпичи, из которых возведены стены этого храма.

День ото дня не покладая рук трудились каменщики, чтобы закончить строительство в срок. Для удобства они каждый раз заготавливали кирпичи для новой кладки прямо на лесах. Однажды, придя на работу поутру, заметили строители, что кирпичи уже готовы и лежат на нужном месте. Удивились они: кто бы мог их сюда принести, ведь никто из них не работал ночью. Однако и на следующее утро, и спустя день, и во все другие дни история повторялась: каждый раз находили строители на лесах кирпичи для новой кладки. Решили тогда каменщики узнать, кто их таинственный помощник, и, спрятавшись, остались караулить ночью. Каково же было их удивление, когда увидели они, как появилась какая-то женщина, уложила в подол одежды много кирпичей и полезла на леса, вверх… До самого утра без устали она трудилась, не боясь сорваться вниз, словно не чувствуя усталости. И лишь когда стало светать, строители храма узнали Ксению Петербургскую.

В те годы молва об этой святой разлетелась по всему городу. Еще при жизни она прославила себя добровольным подвигом «юродства ради Христа». Ксения Григорьевна Петрова – Блаженная Ксения Петербуржгская – родилась между 1719 и 1730 годами. Когда пришло время замужества, она стала женой придворного певчего, полковника Андрея Федоровича Петрова. Супруги жили очень счастливо, в согласии и любви, но внезапно, когда Ксении было всего двадцать шесть, ее муж скончался. Любящая жена страшно горевала; а в день похорон она надела одежду мужа и всем, кто пришел с ним проститься, стала говорить, что скончался не Андрей Федорович, а она, его супруга, Ксения Григорьевна. В недоумении люди решили, что от горя несчастная женщина лишилась рассудка: никто так и не смог ее переубедить. С того дня Ксения оставила свой дом, раздала все имущество бедным и, облаченная в мужское платье, бродила по городу, представляясь Андреем Федоровичем. Днем ее можно было встретить на Петроградской стороне, возле церкви апостола Матфея, что на Пушкарской улице, а по ночам она уходила за город и молилась в поле. Изредка Ксения останавливалась ночевать в домах своих благочестивых знакомых. Питалась она подаянием, а милостыню частенько отдавала нищим от имени своего покойного супруга. Люди начали замечать, что если Ксения войдет в дом, то там надолго поселятся мир и согласие. Если же она возьмет на руки больного ребенка или благословит его, тот непременно выздоровеет. Купцы знали, что если Ксения, ненароком заглянув к ним в лавку, возьмет какую-нибудь мелочь, то в торговле им будет удача. Петербуржцы полюбили женщину за помощь, за молитву, за добрый совет, за ласковое слово. Каждый старался пригласить ее в дом, и никто никогда не обижал ее. Ксения обладала даром прозорливости. Например, ею были предсказаны день и час кончины императрицы Елизаветы Петровны, императора Павла и младенца-императора Антона Иоанновича.

Скончалась Ксения в возрасте 71 года, через сорок пять лет после смерти мужа. Ее скромная могила на Смоленском кладбище, неподалеку от церкви иконы Смоленской Божией Матери, сразу стала местом особого почитания. На могиле было начертано: «Кто меня узнает, да помянет мою душу в спасение души своей»[25]. Такие слова, по преданию, Ксения завещала написать на могиле. Люди приходили с мольбами о помощи и заступничестве, с просьбами об исцелении; даже землю с могильной насыпи брали в дом как святыню. На месте взятой с могилы земли или куска могильной плиты люди оставляли деньги – а потом на скопившиеся средства решили соорудить на месте захоронения Ксении каменную часовню.

В начале XX века, в 1902 году, архитектором Всеславиным часовня была перестроена в русско-византийском стиле[26]. Несмотря на то что в 1940 году часовню закрыли, всю блокаду к ее стенам шли ленинградцы, приносили и оставляли записки с просьбами и мольбами о помощи. В 50-е годы помещение часовни было передано сапожной мастерской. Могилу Ксении замуровали и построили над ней помост, где шили сапоги. Но дела у сапожников не шли на лад, и через какое-то время мастерскую закрыли, обвинив мастеров в нерадивости, а помещение отошло скульптурной артели. Однако и здесь история повторилась.

Наконец в 1983 году часовню вернули верующим – к великой радости жителей города. В ней начались реставрационные работы. Русская Православная Церковь Заграницей[27] в 1977 году первой канонизировала святую Ксению, а в юбилейный год тысячелетия Крещения Руси, в 1988 году, и РПЦ причислила ее к лику святых. Сегодня в восстановленной часовне перед мозаичным образом Христа в изголовье могилы горят неугасимые лампады и мерцают свечи, отражаясь в бликах новых кафельных плит, буквы сияют золотом на желтом мраморе надкупольной дуги, на каменной надгробной плите и возле нее – живые цветы. Тонкий аромат лилий и роз, смешиваясь с запахом ладана, легким дуновением напоминает каждому о чудесной судьбе святой, что покоится здесь, под этой плитой. Приходят, как и прежде, люди – попросить о помощи, поставить свечу и, приклонив колени, помолиться Блаженной Ксении Петербургской.

Каждый, кто идет поклониться Ксении, считает своим долгом посетить и могилу еще одной петербургской святой, покоящейся неподалеку от часовни, – Марии Гатчинской. Она обладала чудесным даром утешения людей. Мария долгие годы была практически неподвижна из-за тяжелой болезни, но не оставляла своей религиозной деятельности. В 1932 году ее арестовали. Вскоре Мария приняла мученическую смерть в заключении. В 1981 году Русская Православная Церковь причислила Марию Гатчинскую к лику святых[28].

Среди посетителей Смоленского кладбища бытует легенда о сорока священниках. В 20-х годах прошлого века их привезли сюда, выстроили на краю заранее вырытой ямы и предложили отречься от веры под страхом мучительной смерти; когда священники отказались, их столкнули в яму и заживо закопали. После этого три дня видно было, как шевелится земля над несчастными, и в ветвях кладбищенских деревьев слышался плач. На этом участке кладбища до сих пор можно увидеть зажженные свечи, ленточки и бумажные цветы, которые люди приносят в память о мучениках[29].

И все же главной святыней Смоленского кладбища была и остается церковь во имя иконы Смоленской Божьей Матери. Икона эта, по преданию, была написана евангелистом Лукой. В Россию она попала, когда император Константин выдал в 1046 году свою дочь Анну за черниговского князя Всеволода Ярославовича и благословил ее этой иконой в путь. Прославилась эта икона при нашествии на Русь войска хана Батыя. Когда в 1239 году часть воинства хана подошла к Смоленску, дружинник Меркурий, молясь в храме, вдруг услышал голос, повелевший ему выступать против вражеского войска. Меркурий собрал отряд, пробрался незамеченным в середину войск Батыя и нанес сокрушительный удар. Враги были побеждены. К 1812 году икону перенесли в Успенский собор Москвы, и жители города молились перед ней о победе над французами. После победы икону вновь вернули в Смоленск, где она находилась до начала Великой Отечественной войны, в ходе которой была утрачена. И лишь в 2005 году икона была обнаружена в одной из лондонских галерей. Ведутся переговоры о ее возвращении в Россию[30].

Существовало много копий иконы, у некоторых из них совершались чудеса исцеления людей. Одна из копий была выполнена художником И. А. Акимовым и помещена в отстроенной в 1790 году каменной церкви во имя иконы Смоленской Божьей Матери. Она считается главной святыней храма.

Строительство Смоленской церкви и кладбищенских сооружений продолжалось. В 1809 году архитектор Луиджи Руска выстроил кладбищенские ворота, часовню и богадельню, а Андриян Захаров пристроил северный придел к церкви. Впоследствии храм был украшен новыми росписями, выполненными живописцем Безсоновым[31].

На Смоленском кладбище есть еще одна могила, местонахождение которой, к сожалению, неизвестно. Совсем недавно исследователи установили, что здесь, а не на Большеохтинском кладбище, как предполагалось ранее, была похоронена няня Пушкина, Арина Родионовна Яковлева[32].

Между тем Смоленскую церковь продолжали достраивать не только в начале XIX века, но и в последующие годы. Был пристроен придел Иоанна Предтечи с удивительной красоты иконостасом в византийском стиле, обновлялись росписи стен, но, несмотря на почтенный возраст храма, святынь в нем было немного. И все же его очень почитали прихожане. В престольный праздник из церкви по кладбищу шел крестный ход и служилась Вселенская панихида.

После революции судьба храма была не столь печальна, как у большинства церквей. Он был закрыт только с 1940 по 1946 годы, а в 1947 был снова освящен, и богослужения в нем возобновились. В Смоленскую церковь передали в 1950 году икону Милующей Божьей Матери, полученную в дар от монаха Афонского монастыря еще в XIX веке, и во имя этой иконы был сооружен и освящен еще один придел храма. Интересно, что иконостас для этого придела был взят из нижнего храма (церкви Иоанна Дамаскина) Владимирского собора[33]. Уже в 1990 году, к двухсотлетнему юбилею Смоленской церкви, в ней отстроили и освятили придел во имя Блаженной Ксении Петербургской, и была выпущена памятная медаль. Сегодня в храме ведутся реставрационные работы, проходят богослужения, совершаются таинства, не иссякает поток паломников и туристов не только из России, но и из других стран. По благословению митрополита Владимира и при участии Смоленского прихода стараниями настоятеля его, Виктора Московского, была создана общественная организация «Попечительство Святой Ксении Петербургской», занимающаяся содействием реставрации и восстановлению Воскресенского, Смоленского храма и всех святынь Смоленского кладбища. Ветер все так же колышет кроны деревьев, шелестит под ногами трава, и так же неспешно проходят каждый день по дорожкам Смоленского некрополя люди поклониться святыням этого уникального кладбища.

Церковь Смоленской иконы Божией Матери и часовня Блаженной Ксении Петербургской открыты ежедневно. Смоленская церковь – с 6 часов утра до 17 часов вечера, часовня – с 10 часов утра до 18 часов вечера.

Адрес: Камская улица, д.24.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская», «Приморская»

Автобус 41, 47 Троллейбус 9-

Глава 2 Под защитой Божьей Матери

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове

На Васильевском острове синева небес встречается с синевой моря. Три проспекта пронзают твердь острова, открытого всем ветрам. Отсюда до Европы – рукой подать. Но именно тут, на углу Малого проспекта и 8-й линии, чувствуешь неповторимую прелесть Петербурга. В солнечной пыли зеленых скверов, в голосах трамваев и морском воздухе – весь Васильевский, где среди старинной петровской застройки, в самой глубине дворов, современный город прячет частичку петровской эпохи – церковь Благовещения Пресвятой Богородицы.

Благовещение – особый праздник, издавна почитаемый на Руси. Он связан с вестью о рождении Иисуса, которую ангел принес Марии.

Одна из дщерей древней Иудеи, Мария с детства решила посвятить себя Богу, поэтому воспитывалась при храме, где жила до того дня, когда благочестивый Иосиф обручился с ней и привез ее в свой дом. Мария переехала к мужу в Назарет, где и случилось чудо: посланный Богом архангел Гавриил возвестил ей, что она зачала от Святого Духа и родит сына, который станет Спасителем всех людей. Эта весть стала обещанием и надеждой для всех и отмечается как великий религиозный праздник.

Среди множества народных обычаев, связанных с Благовещением, наверное, самый завораживающий и светлый – выпускать на волю птиц. Улетали в синее небо Петербурга пернатые вестники о том, что началось освобождение человечества от греха и вечной смерти. Стояли люди, обнажив головы, глядели в заоблачную даль, светлела душа, прощались обиды, сердца были открыты милосердию… Даже кредиторы освобождали из долговой тюрьмы своих должников.

Более десяти Благовещенских храмов украшали город, а один из самых старых – на Васильевском острове, на 8-й линии.

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове

Васильевский остров и сейчас самое удивительное место в городе, а в начале XVIII века Петр хотел создать здесь центр и построить сеть каналов, так поразивших его во время поездки в Амстердам. Но осуществить идею Петра не удалось: каналы засыпали, и лишь остались линии-улицы, напоминая о грандиозных замыслах царя-реформатора.

Выросшие за долгие годы здания заслонили церковь, в которой гармонично соединились черты петербургского барокко и московского допетровского зодчества. Ее многоярусная колокольня – самая высокая постройка в старом центре Васильевского острова.

Имя автора церкви история не сохранила, известно лишь, что этот храм начали строить в 1750 году на средства богатых купцов-пивоваров отца и сына Чиркиных и деньги других прихожан. Есть предположение, что одним из архитекторов был Джузеппе Трезини, родственник первого зодчего города, Доменико Трезини. В сентябре 1762 года храм освятил епископ Кексгольский и Ладожский Тихон Задонский, которого и сегодня особо почитают в этой церкви – там сохранилась старинная икона Тихона Задонского с частицей его мощей, она, как и прежде, пользуется большим почитанием прихожан.

Интересно, что деревянная церковь Благовещения была снесена только после освящения возведенной рядом каменной двухэтажной Благовещенской церкви, к которой позднее пристроили и колокольню. В XVIII–XIX веках церковь пользовалась большой популярностью у жителей Васильевского острова. Известно, что сюда приходили помолиться М. В. Ломоносов, профессор Василий Тредиаковский, автор знаменитой стихотворной реформы, и другие «ученые мужи» – церковь служила приходским храмом Академии Наук.

Уникальной особенностью Благовещенской церкви было то, что она являлась самым большим храмом в городе по количеству приделов. Их было семь: Благовещенский, Зачатьевский, Никольский, Крестовоздвиженский, Ильинский, Покровский, Сретенский. Здесь хранились знаменитые православные святыни: крест с частью Животворящего Древа Гроба Господня; икона Знамения Пресвятой Богородицы, точная копия новгородской; икона Спасителя, копия иконы Спасских ворот в Москве, и другие.

Вокруг храма находилось кладбище, где покоились известные всей России люди: изобретатель Андрей Нартов, землепроходец Крашенинников, художник Лосенко. Сейчас кладбище снесено, но сохранились здания, составлявшие храмовый комплекс. В середине XIX века эти здания и сам храм принадлежали женскому монастырю, но по приказу Николая I для монахинь построили Воскресенскую Новодевичью обитель, а Благовещенскую церковь вернули прихожанам.

После революции церковь закрыли; долгие годы в ней располагались разные склады и мастерские, был разграблен синий в золоте иконостас, уничтожена роспись сводов и стен. А во время блокады в храм попало несколько бомб. Так и простояла Благовещенская церковь до начала 90-х – полуразрушенная, с разбитыми стеклами, открытая всем ветрам, с огромной трещиной на одном из фасадов.

При реставрации под слоем краски были найдены старинные фрески, удалось восстановить плафон[34] на потолке второго этажа. Горы Арарата упираются вершинами в белые облака, сияющая радуга раскрылась над спасенным Ноем и его семьей – это Бог принял жертву Ноя и обещал, что не будет больше Вселенского Потопа, не будет истребления рода людского и, как знамение этого обещания, указал на радугу.

В мастерских были написаны новые иконы для храма, восстановлен иконостас. И хотя сейчас восстановлена только часть церкви, расположенная на втором этаже, все больше и больше прихожан с каждым днем приходят в стены храма. И хотя до полного его восстановления еще далеко, уже сегодня в нем идут службы: совершаются таинства крещения, венчания, исповеди; проходят литургии, служатся панихиды.

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы открыта ежедневно с 9 до 18 часов.

Адрес: В.О., 8-я линия, д. 67.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 42, 47,128,151,152

Троллейбус: 9-

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы

Есть в Петербурге такие места, где мегаполис замирает в нерешительности и, робко переминаясь с ноги на ногу, отказывается подойти ближе и смутить хрустальную тишину. Он смотрит с высоты своих небоскребов на старинные усадьбы, низенькие домики, на пологие склоны островов, покрытые зеленым ковром, слушает неспешное журчание воды, храня это чудо от случайных глаз…

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы

Острова. Берега Большой Невки. Здесь даже петербургское летнее марево кажется свежей прохладой, городская суета лениво нежится под лучами солнца, скинув пыльный дорожный костюм.

Прямо на берегу реки, где, вторя ее изгибам, вьется Приморский проспект, стоит необычный, словно подсвеченный солнцем, живописный храм в форме ротонды, с желтыми стенами и ажурной оградкой вокруг, с плоским куполом на окруженном колоннадой барабане. Как русская красавица в кокошнике, примеряющая европейское платье, застенчиво и горделиво глядится в зеркало реки церковь Благовещения Пресвятой Богородицы.

Когда-то, во время Северной войны, эти земли Петр Великий отвоевал у шведов, а потом – раздал их во владение своим сподвижникам. Так они достались генерал-адмиралу Андрею Ивановичу Остерману, который переселил сюда своих крепостных из Поволжья. На берегу Большой Невки возникла деревня. При Елизавете Петровне Остерман впал в немилость и был сослан, а земли – переданы канцлеру Алексею Петровичу Бестужеву-Рюмину. Их стали называть «Каменный нос» или «Графское Бестужево-Рюмино».

Жизнь этого человека была настоящим авантюрным романом. Ловкий, изворотливый политик и дипломат, участник дворцовых интриг, он был дважды приговорен к смерти – сначала Анной Иоанновной, а затем и Елизаветой Петровной – и дважды сумел ее избежать. 16 лет Бестужев-Рюмин руководил внешней политикой России, заслужил много чинов и наград, владел многочисленными поместьями. Екатерина II полностью реабилитировала Алексея Петровича, ему были возвращены все владения, в том числе и имение Каменный нос. Сюда Бестужев стал переселять своих крепостных из Малороссии; так рядом со Старой появилась Новая деревня.

Граф построил церковь для своих крепостных крестьян. Она была освящена во имя Благовещения Божьей Матери и имела придел Святого Александра Невского. В начале XIX века во время грозы в храм попала молния, и начался страшный пожар. Здание сгорело, а иконостас, который был сюда привезен из первой Исаакиевской церкви, и кое-что из церковной утвари удалось спасти, поэтому новый хозяин – действительный статский советник и человек сказочно богатый, Сергей Саввич Яковлев, – решил восстановить храм. Церковь-ротонда была построена по проекту Василия Мочульского, и подобной не было не только в Петербурге, но и во всей России.

Новая церковь имела уже два придела, а не один, как раньше. Дело в том, что неожиданно, оставив 11 детей, умерла жена Яковлева, Мавра Борисовна. Сергей Саввич тяжело переживал смерть любимой супруги, а потом решил создать в церкви еще один придел – во имя Святых мучеников Тимофея и Мавры.

По преданию, Тимофей и его молодая жена Мавра прожили в счастливом замужестве всего 20 дней. Кто-то донес правителю Ариану, что переписчик Тимофей хранит христианские книги, которые император Диоклетиан приказал сжигать. Когда же Тимофей отказался отдать книги, его подвергли страшным мучениям: ослепили и повесили вниз головой, привязав на шею тяжелый камень. А затем Ариан приказал привести Мавру, чтобы сломить дух Тимофея. На глазах у Тимофея его молодую жену мучили, бросали в котел с кипящей водой, но женщина, как и ее муж, не отказалась от веры. Наконец их подвергли последнему истязанию: 9 дней они висели лицом друг к другу на крестах, пока не испустили дух. Придел Святых мучеников Тимофея и Мавры – единственный в Петербурге.

Рядом с церковью постепенно выросло кладбище. Здесь покоились не только многочисленные потомки Сергея Яковлева, но и простолюдины, и известные люди, герои войны 1812 года, писатели, актеры, музыканты.

В XIX веке церковь стала пользоваться огромной популярностью не только у местных жителей, но и у многочисленных «дачников», которые съезжались сюда летом на отдых. Здесь снимали дачи и А. С. Грибоедов, и М. И. Глинка, и И. С. Тургенев. Летом 1835 года здесь жил с семьей А. С. Пушкин. Александр Сергеевич не раз посещал этот храм, подолгу стоял перед иконостасом[35], бродил по старому кладбищу, посещал могилы своих знакомых. Именно прогулкам по этому кладбищу посвящено пушкинское стихотворение 1836 года «Когда за городом, задумчив, я брожу». К сожалению, кладбище не сохранилось до наших дней: его снесли в 30-е годы прошлого века в угоду «благоустройству» района, а о том, что оно когда-то здесь было, сегодня напоминает большой крест с распятием, стоящий рядом с храмом.

Именно здесь, на даче, летом 1835 года Наталья Николаевна Пушкина познакомилась с Дантесом[36].

В конце XIX века здесь появились модные рестораны. Сюда съезжалась петербургская богема, состоятельные люди. Звучала легкая музыка, текло рекой шампанское, раздавался веселый смех. В летнем театре выступал сам Федор Шаляпин.

К началу XX века храм Благовещения стал главным в этой части Петербурга. Но в 1937 году он был закрыт, и в его здании долгие годы размещался цех завода резиновых изделий и игрушек. Снесли и колокольню. Во время войны все деревянные дома сгорели или были разобраны на дрова, а эта местность, где проходила железная дорога и строились промышленные предприятия, мало напоминала прекрасные дачные места прошлых столетий.

Уже в наше время, когда началась реконструкция района, было решено восстановить церковь, причем полностью на средства города. Почти четыре года реставрировали храм, который находился в аварийном состоянии. По сохранившимся фотографиям удалось полностью восстановить облик здания, интерьеры. Под несколькими слоями краски были найдены сохранившиеся старинные фрески, которые тоже реставрировали. Накануне светлого праздника Благовещения Богородицы, в 2003 году, церковь была освящена Митрополитом Петербургским и Ладожским Владимиром.

В церкви сейчас, как и в XIX веке, три придела, поэтому престольными являются: праздник во имя Святого Александра Невского – 12 сентября (30 августа) и 6 декабря (23 ноября), а также день памяти святых мучеников Тимофея и Мавры 16 (3) мая и Благовещения Пресвятой Богородицы – 7 апреля (25 марта).

В храме ежедневно (кроме понедельника) совершается Божественная литургия в 10 часов утра, а с 9-30 – исповедь. Накануне воскресных и праздничных дней – Всенощное бдение в 18 часов. Ежедневно проходят молебны, панихиды, таинства крещения, венчания и соборования.

Течет как река время, но по-прежнему люди приходят сюда, под светлые солнечные своды, чтобы, забыв о городской суете, побродить по островам или просто посидеть, дыша прохладой и покоем, в сквере возле храма, глядя на воды Большой Невки и думая о том, что вечно и дорого каждому.

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Приморский пр., д. 79-

Транспорт: ст. метро: «Старая деревня», «Черная речка»

Автобус: 32

Трамвай: 2, 21, 26,48.

Церковь Успения Пресвятой Богородицы на Малой Охте

Белоснежная церковь, словно младшая сестра Покрова-на-Нерли, перенеслась с древней Владимиро-Суздальской земли на берег Невы, сюда, на Охту, где высятся современные кварталы Петербурга, а когда-то стояла шведская крепость Ниеншанц и возвышалась лютеранская церковь Святой Марии.

Церковь Успения Пресвятой Богородицы на Малой Охте

Петр приказал снести крепость, а на месте шведской церкви построили православную церковь Святой Марии Магдалины. Судьба храма была печальна. Его несколько раз перестраивали: и при Екатерине Великой, и при Николае I, и при Александре II. В 30-е годы XX столетия церковь закрыли, а позднее здание снесли.

В годы блокады на этом месте было Малоохтинское кладбище, одно из многих в Ленинграде, где хоронили умерших от голода и бомбежек, место массовых захоронений. Узнать имена тех, кто лежит в этой земле, уже невозможно, но в память о жертвах блокады было решено построить на месте кладбища мемориальную церковь Успения Пресвятой Богородицы.

Успение Богоматери – праздник не столько скорбный, сколько радостный. Успение означает – «засыпание». Воскрешение Богоматери – это светлое событие, которое напоминает о воскресении после смерти всех живущих. 28 (15 августа) в храме ежегодно отмечается престольный праздник Успения Богородицы.

И не случайно храм памяти ленинградской блокады – храм скорби и славы, героизма и печали – освящен во имя Успения Божьей Матери. Это храм-памятник. По русской традиции всегда ставили храмы в память погибших. Люди молились о тех, кто отдал за Родину свою жизнь, поминали, не сдерживая слез и печали. Строили такие храмы почти всегда на народные деньги.

Новый храм также полностью возведен на народные пожертвования: в стены церкви заложены тысячи кирпичей с именами людей, которые внесли средства на их приобретение. Храм начали строить в 1996 году по проекту петербургских архитекторов А. Романовского и Ю. Груздева. А в день 60-летия начала блокады, 8 сентября 2001 года, Митрополит Петербургский и Ладожский Владимир торжественно освятил Успенскую церковь. И каждый год сотни жителей города приходят почтить память погибших ленинградцев. А саму церковь Успения Богородицы петербуржцы называют «Блокадным храмом». Молятся люди и обо всех воинах, погибших на Кавказе. В память о них рядом с Успенским храмом поставлен большой камень и ангел с крестом.

С историей храма связано еще одно событие, потрясшее петербуржцев. Во время его строительства, 11 августа 2004 года, в Петербурге была сильная буря. Настоятель храма, отец Виктор Ерошенко, находился на строительных лесах: он поднялся, чтобы осмотреть икону Богородицы на фасаде церкви. От сильного порыва ветра плохо укрепленные деревянные леса рухнули. Священнослужитель погиб. На территории возле церкви есть небольшая аккуратная могила отца Виктора: крест темного гранита, с черно-белой фотографии смотрят, застенчиво улыбаясь, умные и добрые глаза молодого мужчины, две даты, 1962–2004, и всегда – живые цветы. Поминальные молитвы о первом настоятеле служатся в храме постоянно.

И стоит посреди зеленой поляны храм, радует глаз: сияет золотом новый купол, сверкает смальта[37] мозаичной иконы Богоматери на белоснежной стене. Построена церковь в древнерусских традициях: она имеет форму четырехстолпного крестово-купольного храма с хорами. Стены оштукатурены. Несмотря на небольшие размеры, церковь кажется высокой и объемной: она, словно былинный богатырь, прочно стоит на земле. А ее стройность и скромная изысканность делают храм легким и воздушным: вот-вот поднимется белокрылая птица в поднебесье, вознесется, как когда-то вознеслась к своему Сыну Богоматерь.

Внутри храм такой же светлый и чистый. Многоярусный дубовый иконостас блестит золотом. Легкость и воздушность белых стен гармонирует с синей торжественностью кафеля на полу. Привлекает внимание главная святыня храма – большая икона Успения Пресвятой Богородицы в красивом дубовом киоте[38]. По обе стороны иконостаса расположены иконы святых: Пантелеймона, Сергия Радонежского, Марии Магдалены, Иоанна Крестителя, священномученицы Елизаветы и Георгия Победоносца с частицами мощей. Возносятся ввысь, под своды купола, звуки хора. Для него на втором этаже, куда ведет изящная винтовая лестница, специально выполнен красивый балкон с оригинальным рисунком перил, поддерживаемый двумя колоннами. Прекрасная акустика церкви позволяет сделать пение по-настоящему неповторимым.

Еще не достроена колокольня, не возведен до конца весь проект храмового комплекса, даже при одном взгляде на который восторгаешься: какая же красота здесь будет через несколько лет… Много еще придется потрудиться настоятелю храма, строителям и прихожанам. Но уже сейчас Блокадный храм стал самым популярным среди всех построенных в конце XX века. Храм живет полноценной религиозной жизнью: в нем служатся панихиды, литургии, проходят таинства венчания, исповеди, совершаются крестные ходы, проходят поминальные службы, отмечаются православные праздники, в особенности престольный праздник – 28 (15) августа, Успение Пресвятой Богородицы, а также молебны с водосвятием перед иконами со священными мощами.

Сколько бы ни прошло лет, сколько бы ни сменилось поколений петербуржцев, не утихнет боль о тех героических и страшных годах.

Церковь Успения Пресвятой Богородицы открыта ежедневно с 9 утра до 19 вечера.

Адрес: Малоохтинский пр., д. 52.

Транспорт: станция метро «Новочеркасская»

Автобус: 5,174 Трамвай: 7,16, 30,46 Троллейбус: 18, 49-

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы при Политехническом университете

Вдали от шумного центра, в тени вековых деревьев Сосновского парка, возвышается православная церковь, посвященная Покрову Богородицы. История этого праздника началась в древней Владимирской земле: князь Андрей Боголюбский вернулся из похода на Волжскую Болгарию, возвратился с победой, но в одном из сражений погиб его любимый сын Изяслав. В память о сыне князь в 1165 году основал церковь во имя Покрова Божией Матери, установив этот праздник без согласия Киевского митрополита и Константинопольского патриарха[39]. С тех пор стоит белоснежный храм Покрова-на-Нерли, отражаясь в водах чистой реки, удивляя своей изящной красотой, и отмечается на Руси праздник Покрова Богородицы. Еще один, тоже известный во всем мире, причудливый и великолепный Покровский собор через четыре века построили в Москве по приказу Ивана Грозного в память о победоносном походе в Казанское ханство – Храм Василия Блаженного.

Появление в Петербурге церкви Покрова Богородицы не связано ни с героическими походами, ни с трагическими событиями русской истории. В начале XX века на северной окраине города был основан Санкт-Петербургский политехнический институт. Сооружение комплекса зданий университета выполнила команда архитекторов под руководством Эрнеста Францевича Вирриха. И сейчас поражают своей монументальностью и величавыми колоннами портиков корпуса института – настоящего храма науки. Но при институте не было своей церкви. А так как место это удалено от центра и рядом не было других храмов, в заботе о студентах и преподавателях правление института решило построить домовую церковь.

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы при Политехническом университете

Был объявлен конкурс, но ни один из проектов не понравился правлению института, и сооружение храма отложили на годы. Лишь спустя 10 лет нашелся нужный проект. Его автором был «свой» архитектор – Иосиф Владимирович Падлевский, преподававший в институте курс рисования. Он принимал участие в строительстве корпусов института в команде Вирриха и создал проект храма, удивительно легко вписавшийся в архитектурный комплекс зданий. Церковь была пристроена к юго-западному крылу корпуса бывшего студенческого общежития и выходит в институтский дворик.

Здание выполнено в древнерусском стиле с элементами модерна. Храм увенчан золотым куполом, расположенным на большом барабане с окнами. На одном из фасадов – мозаичная икона Покрова Богородицы, а над входом в церковь – белые керамические барельефы с изображением Спаса и Богородицы в окружении Святых и парящих ангелов.

Построили храм быстро. В день основания института, 6 июня, торжественно заложили церковь Покрова, а к концу следующего 1913 года Петроградский митрополит Вениамин, причисленный позднее к лику святых, освятил новый храм.

Казалось, обычная история и обычный домовой храм, но есть у церкви Покрова своя загадка. Входишь под ее своды и оказываешься в древнем Ферапонтовом монастыре. Все внутреннее пространство храма, все стены – от пола до самого купола – заполнены фресками[40]. Словно живописец Дионисий расписал их, как когда-то, в начале XVI века, покрыл росписями собор Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря. Те же приглушенные, создающие впечатление прозрачности, нежно-розовые, золотисто-желтые, сиреневые тона; те же евангельские сюжеты, – единство мира видимого и невидимого, мира земного и небесного[41].

Современный мастер внес в композицию фресок новые сюжеты. При входе можно увидеть на стене нехарактерную для современных храмов, но часто встречающуюся в росписях древнерусских церквей картину Страшного Суда, изображения петербургских святых – Иоанна Кронштадтского и Ксении Блаженной, преподобного Савватия Соловецкого. Под куполом храма и на втором этаже, где располагается хор, в небесной синеве – изображение Спасителя в белоснежных одеждах в окружении ангелов, но главная, сквозная тема росписей – Покров Богородицы. Образ Покрова Богородицы и Спасителя можно увидеть и на розовом в золоте иконостасе, и в притворах.

Играют нежными красками фрески, отражается свет от медных светильников на сводах Покровской церкви, словно оживает давнее событие 14 октября 911 года, которое веками хранится в памяти русского народа. Случилось оно в Константинополе, когда осадили враги столицу православной земли. Молились жители о спасении во Влахернской церкви перед иконами Богоматери. Молился и юродивый Андрей, обладавший даром прозорливости. Многие смеялись над ним, он терпел побои и насмешки, не имел крова, часто голодал, но милостыню раздавал другим. Истово молился Андрей и вдруг увидел высоко в воздухе Богородицу в окружении ангелов и святых. Долго молилась она за жителей города со слезами на глазах, а затем, подойдя к престолу, сняла со своей головы покрывало и раскинула над всеми, кто был в церкви, защищая от врагов. С трепетом смотрел Андрей на Пресвятую Деву, и стоявший рядом с ним блаженный Епифаний тоже увидел чудесное явление. Как завороженные смотрели они на яркий, словно молния, сияющий золотым небесным светом покров Богородицы. А когда исчезла Божья Матерь, взяв покрывало с собой, случилось чудо: спасся Константинополь, изгнали врага. С тех пор защищает Богородица чудесным своим покрывалом от бед и невзгод, хранится память о том дне, отмечают в России праздник Покрова.

Оживают на стенах изображения Андрея Юродивого, указывающего на Богородицу своему ученику, блаженному Епифанию. Яркими алыми красками горит покрывало в руках Богородицы. В церкви много фресок посвящено ей: Рождество Богородицы, Поклонение волхвов, Введение в храм, Благовещение, Успение Богоматери.

Долгие годы церковь была любимой не только у студентов и преподавателей Политехнического института, но и у жителей этого района. Но в 20-е годы прошлого столетия, после издания советским правительством директивы о ликвидации всех храмов при учебных заведениях, Покровскую церковь закрыли. Все ценности были вывезены, а в храме расположилась военная кафедра института. Здесь, в разделенных перегородками классах, проходили занятия студентов, стояла пушка, а на месте алтаря находилась слесарная мастерская. И так было 60 лет.

Возрождение храма началось под руководством настоятеля, протоиерея Александра Румянцева. Студенты и преподаватели помогали убирать мусор, ломать перегородки. В 1993 году, в год 80-летия Покровской церкви, храм был освящен вторично. Постепенно увеличивается приход храма, хотя главные прихожане, как и прежде, – студенты и преподаватели Санкт-Петербургского государственного технического университета (так называется теперь политехнический институт). Расширился клир церкви, кроме настоятеля, здесь служат священниками выпускники университета. В Покровской церкви проводятся службы, по воскресеньям и четвергам служатся акафисты Богоматери. Но особенный день для прихожан и священнослужителей – 14 октября – светлый и радостный престольный праздник Покрова Пресвятой Богородицы, который отмечается только Русской Православной Церковью.

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы при Политехническом университете открыта ежедневно с 9 до 18 ч.

Адрес: Политехническая ул., 29.

Транспорт: ст. метро «Политехническая»

Троллейбус: 4, 21, 34, 50.

Трамвай: 5,40.

Глава 3 Храмы с именем Иисуса Христа

Церковь Рождества Христова при Подворье Свято-Троицкого Александро-Свирского монастыря

На правом берегу Невы стоит прекрасный белоснежный храм. В праздники и воскресные дни здесь всегда многолюдно. Это церковь Рождества Христова при Подворье Свято-Троицкого монастыря Святого Преподобного Александра Свирского.

Расположен храм чуть поодаль от жилых кварталов, в самом центре нового Брестского парка, бывшего еще недавно гигантским пустырем, где доживали свой век заброшенные склады Ленкниги, прогуливались собаководы и гоняли мяч окрестные мальчишки. Здание храма с первого взгляда поражает воображение своей изящной простотой и ощущением чистоты, тепла и солнечного света даже в самый пасмурный день.

Когда-то, в годы Великой Отечественной войны, здесь было Невское кладбище, где хоронили блокадников. После войны кладбище сровняли с землей, а в память о подвиге ленинградцев здесь, на Дальневосточном проспекте, на месте, где начинались захоронения, был возведен мемориальный комплекс «Журавли». А противоположная сторона проспекта долгое время так и оставалась пустырем с нелепыми хозяйственными строениями, старыми полуразрушенными складами и мусорными завалами. В 1999 году на пустыре начали возводить храм и подворье. Строителям помогали монахи и прихожане: выносили мусор, благоустраивали территорию. И храм построили в короткий срок, а уже 6 января 2000 года, накануне Рождества, митрополит Петербургский и Ладожский освятил церковь.

С первых дней строительства здесь служились молебны не только преподобному Александру Свирскому, но и в память тех людей, чей прах покоится в этой земле, и всех погибших в суровые дни блокады. Поэтому в народе храм сразу стали называть «Блокадным». Приходят люди на монастырское подворье поделиться печалью и радостью, помолиться о чем-то своем, просто постоять под светлыми сводами, помолчать и подумать, как приходили когда-то, в XIX веке. Только располагалась обитель тогда совсем в другом месте, на углу Боровой и Разъезжей улиц, близ Ямского рынка.

Церковь Рождества Христова при Подворье Свято-Троицкого Александро-Свирского монастыря

Здесь, на территории, принадлежащей Александро-Свирскому монастырю, стояла удивительно красивая церковь, посвященная святым Александру Свирскому и Александру Невскому. Строил ее Николай Гребенка, а позднее перестраивал Николай Никонов. Но в 1932 году церковь и все здания подворья были разрушены, а уцелевшие корпуса отданы Противотуберкулезному диспансеру.

Судьба и самой обители Александра Свирского, расположенной недалеко от города Лодейное Поле Ленинградской области, в годы советской власти тоже была трагична.

Основатель монастыря, преподобный Александр Свирский, в юности ушел из родного дома, чтобы стать монахом Валаамской Преображенской обители, где долгие годы проводил в молитвенном уединении в каменистой пещере. Однажды, стоя на молитве, инок услышал Божественный голос: «Александр, изыди отсюда и иди на прежде показанное место, на нем же возможеши спастися». Свет указал ему путь на юго-восток, к берегам реки Свирь. Покинув Валаам,

Александр пришел туда и на берегу Рощинского озера поставил свою хижину На 23-м году своего поселения Александру (единственному из всех святых) было явление Святой Троицы. Увидел он свет в своей хижине, и предстали перед ним в белых одеждах Три Мужа. Повелели они построить церковь во имя Святой Троицы на том месте, которое указал ангел. Так, в 1506 году была основана церковь и монастырь[42].

В годы гражданской войны его настоятель и все монахи были расстреляны, а сама обитель разграблена. Рака с мощами преподобного Александра Свирского была вскрыта, а мощи вывезены в Петроград. Бесценную святыню удалось спасти благодаря смелости академика Петра Петровича Покрышкина, не побоявшегося в то время дать на запрос чекистов бескомпромиссное заключение о признании мощей исторической реликвией[43]. В 199В году мощи вернулись в обитель, а сам монастырь возвратился к жизни: проходят богослужения, под руководством настоятеля ведутся работы по реконструкции, и, как когда-то, не иссякает поток паломников со всего света.

Связь монастыря, расположенного вдали от городских центров, с большим городом вновь стала насущной необходимостью, а поскольку историческое здание подворья обители занято лечебным учреждением, для строительства выбрали новое место – обширную территорию бывшего кладбища в правобережной части Невского района, которое петербуржцы называют «Веселый поселок». Выбрали не случайно, ведь рядом протянулось Мурманское шоссе, по которому лежит путь в Александро-Свирский монастырь. Однако не только территориальные причины побудили устроить монастырское подворье именно здесь. Издавна на Руси повелось, что храм и погост неразрывно связаны между собой незримой нитью почитания и памяти народной.

И стоит, красуется посреди нового Брестского парка, заложенного в 60-ю годовщину Великой победы в память о русских и белорусских воинах, первыми встретивших врага в Брестской крепости, чудесный храм во имя Рождества Христова. Разрастается монастырское подворье, шумят под весенним ветром молодые клены парка.

Подворье обнесено белокаменной оградой, такой же строгой и простой, как и сама церковь. Вытянутое с востока на запад здание с плоской крышей и белокаменными стенами, надстроенное небольшой звонницей, увенчано куполом с голубой главкой. Над алтарной частью – еще одна главка. Обе они символизируют двойственную, Богочеловеческую природу Христа. На фасаде, над входом, – икона Богоматери с младенцем Иисусом на руках. Внутренние своды церкви опираются на 12 столпов, представляющих собой анфиладу колонн, облицованных под мрамор. На них укреплены 12 икон, среди которых – преподобного Арсения Коневецкого и святого Великомученика Пантелеймона с частицами мощей. Главная святыня – икона преподобного Александра Свирского с частицей мощей. Все внутреннее убранство, словно изнутри залитое мягким светом, создает ощущение тишины и умиротворения.

С любовью создается подворье. Во внутреннем дворике – южные туи, детская площадка, аккуратные песчаные дорожки вдоль ухоженных газонов. В центре – изящная колонна, увенчанная статуей ангела-хранителя, установленная стараниями архимандрита Лукиана с братией 22 июня 2005 года, о чем на постаменте колонны высечена надпись. На подворье строится новый храм – Пещерный, в память о долгом пребывании Александра Свирского в каменистой пещере на Валааме. На стене, прилегающей к Рождественской церкви, еще одна святыня – список византийской иконы V века Божьей Матери «Живоносный источник». Богородица изображена парящей над высокой каменной чашей, стоящей в широком водоеме, полном воды. Под образом установлены краны с освященной водой. Этот источник всегда полон.

Продолжается благоустройство келий, трапезной, мастерских под руководством настоятеля; храм уже открыт для людей: служатся молебны, панихиды, литургии, совершаются таинства. И есть у храма два особых праздника. Это 12 сентября – день памяти преподобного Александра Свирского, когда совершается торжественное богослужение и в храме особенно многолюдно, и 7 января – светлый праздник Рождества Христова.

По преданию, в то время, когда Мария ожидала рождения своего сына, в Иудее по приказу императора проходила всенародная перепись, и каждый житель должен был записаться там, где жили его предки. Иосиф и Мария пришли из Назарета в маленький город Вифлеем, родной город Иосифа, но не нашли места в гостинице. Им пришлось остановиться на ночлег за городом, в пещере, куда пастухи загоняли скот в ненастье. В этом хлеву и родился Иисус. Мария запеленала ребенка и положила в ясли, куда кладут корм для скота. Первыми увидели Спасителя вифлеемские пастухи, которые пасли стада в поле. К ним с небес спустился ангел, возвещающий о рождении Сына Божьего, и указал на пещеру.

Праздничное богослужение в Рождественской церкви прославляет любовь Бога к людям. Сюда приходят с любовью, унося с собой частичку света. Идут не только в праздники, но и в будни, чтобы помянуть всех погибших в годы блокады, за исцелением души и тела, да и просто – за добрым словом в белоснежный храм подворья на Правом берегу Невы.

Церковь Рождества Христова при Подворье Свято-Троицкого Александро-Свирского монастыря открыта ежедневно, кроме понедельника, с 9 до 18 ч.

Адрес: ул. Челиева, д. 10.

Транспорт: ст. метро «Ломоносовская», «Улица Дыбенко»

Автобус: 12, 97,118

Трамвай: 7, 27

Троллейбус: 14, 27, 28.

Церковь Богоявления Господня

Большой остров в Невской дельте, омываемый водами Невы, реки Екатерингофки и Морского канала, не раз менял очертания и названия. В давние времена финны называли его Кустарниковый, при Петре Великом – Незаселенным, а потом – Святой Екатерины, Круглый, Приморский, Новосильцов. Но когда в середине XVIII века этот остров купил купец – судостроитель Конон Гутуев, его стали называть по имени владельца – Гутуевским. Это имя носит остров и сегодня.

В XIX веке сюда из Кронштадта был переведен Морской порт, остров заселили портовые служащие, докеры, моряки, таможенники и артельщики. Несколько лет на острове не было храма. Затем в 1888 году жители Гутуевского острова решили построить деревянный храм, и был составлен проект; затем богатый купец первой гильдии, владелец ткацкой мануфактуры Иван Агапович Воронин пожертвовал на новую церковь баснословную сумму, пожелав, чтобы в ней находилась семейная усыпальница; поэтому храм стали строить сразу каменный.

Проект Богоявленской церкви поручили инженеру и архитектору Василию Косякову, директору Петербургского инженерно-строительного института, замечательному педагогу, воспитавшему немало талантливых инженеров. Молодые инженеры, Василий Косяков и его помощник Бронислав Правдзик, тоже выпускник инженерно-строительного института, очень быстро, всего за месяц, выполнили заказ. Сложенная из красного кирпича и украшенная мозаикой, изразцами[44], коваными решетками, золочеными рельефами и живописными кокошниками[45], эта сорокаметровая церковь с большими светлыми окнами и шатровой колокольней похожа на гигантский корабль, стоящий у причала Гутуевского острова.

Главный придел храма освящен во имя спасения цесаревича Николая. В 1891 году наследник императорского престола Николай Романов, совершавший большое ознакомительное путешествие, ехал в коляске по узким улицам японского города Отсу. Внезапно из рядов японской охраны, на ходу вытаскивая из ножен саблю, на него напал полицейский. Первый удар задел лоб цесаревича с правой стороны, второй – успел отразить тростью находившийся рядом греческий принц Георгий. Николай остался жив, хотя его лоб навсегда «украсил» шрам. Причин покушения называли несколько: это и ревность самурая к жене, с которой наследник непринужденно беседовал, и неуважительное поведение русских путешественников в японских храмах, и многое другое. Александр III, узнав о происшествии, приказал сыну возвращаться домой, путешествие оборвалось[46].

Церковь Богоявления Господня

Вскоре в храме появились еще два придела: во имя Святителя Николая Чудотворца и во имя преподобного Иоанна Постника. Иван Воронин, давший деньги на строительство храма, считал Иоанна своим покровителем. Храм был просторным, в нем могли поместиться более тысячи человек, а богатое внутреннее убранство соответствовало узорчатому великолепию самого здания. Сияла золоченая бронза царских врат, мраморный алтарь гармонично дополнял иконостас цвета «слоновой кости», изготовленный московской фирмой Кузнецова и удостоенный золотой медали в Париже. Все стены покрывали росписи.

После революции церковь закрыли, в ее здании долгие годы находились овощехранилище, мыловаренный завод, склады универмага «Фрунзенский», автопарк, а вся утварь была разграблена и уничтожена. Во время Великой Отечественной войны в здание попал снаряд, от страшного пожара сгорело не только внутреннее убранство, но и сильно пострадали фасады. К началу восстановления храма, в 90-е годы XX века, вместо прекрасной церкви на острове стояло полуразрушенное, обгоревшее здание.

До сих пор храм еще не восстановлен полностью, деревянные леса обрамляют стены фасадов, а внутри здания еще не отреставрированы живописные евангельские сюжеты, чудесным образом сохранившиеся и обнаруженные строителями на стенах церкви. Но уже идут богослужения, служат акафисты перед иконой «Всецарица», иконой Святого Пантелеймона с частицами его святых мощей и Святителя Николая Чудотворца, а также – перед иконой «Неупиваемая Чаша». Перед этой иконой всегда много женщин, которые молятся Богородице об исцелении своих пьющих мужей.

Приходят петербуржцы посмотреть на чудесным образом обновленную икону «Рождество Христово». Произошло это чудесное событие 14 марта 199В года. После вечерней службы возле иконы оставили гореть лампаду, но наутро увидели, что лампада полна масла, а сама икона словно написана свежими красками. С изумлением смотрели служащие храма на золотой яркий свет нимбов над головами стоящих в обновленных одеждах Девы Марии и Иосифа, самого младенца Христа, в чистом сиянии лежащего в яслях. Каждый день люди молятся перед нерукотворным образом обновленной иконы, но особенно многолюдно в храме на Рождество, когда, по традиции, совершается торжественное богослужение с водоосвящением.

В память того, что, войдя в воду реки Иордан во время крещения, Иисус освятил всю воду в мире, накануне и в день Крещения, 19 января, в церкви на Гутуевском острове совершается торжественное освящение воды. Как и встарь, прихожане окропляют ею себя, своих больных родственников, свои жилища.

Храм Богоявления, переживший трагедию запустения, вернулся к людям. Плещутся волны о берег острова, бурлит жизнь в Петербургском порту, возможно, когда-нибудь назовут этот остров, расположенный вдали от центра и главных магистралей, «Святым» или «Крещенским» – по имени восстановленной церкви, или церковь назовут Гутуевской – по имени острова.

Церковь Богоявления Господня открыта с 9 до 18 ч., в воскресенье и праздничные дни с 8 до 20 ч.

Адрес: Двинская ул., д. 2.

Транспорт: ст. метро «Нарвская»

Автобус: 22, 35, 65, 66, 67.

Собор во имя Воскресения Христова («Спас на Крови»)

Собор Воскресения Христова – «Спас на Крови» – сияет златыми куполами над гладью канала Грибоедова и кажется образом прекрасной русской сказки в самом сердце европейского города. Волшебное кружево решетки Михайловского сада обрамляет его с алтарной стороны, преклоняясь перед красотой дивного храма, а ограда набережной канала, словно сильное плечо незримого покровителя, хранит хрупкость западного лика собора.

Поражающий своей красотой храм освящен во имя Воскресения Христова – самого важного праздника для христиан. В этот день, согласно преданию, мученически умерший на кресте и погребенный учениками Иисус воскрес из мертвых. На третий день после погребения Спасителя его мать и Мария Магдалина пришли к пещере, где было тело Христа, но обнаружили, что пещера открыта, а стражники разбежались – на их месте сидел ангел, возвещающий Воскресение. А вечером апостолы увидели своего воскресшего Учителя, который пришел говорить с ними. Каждый год христиане празднуют Воскресение Христово – Пасху, радуются тому, что Иисус победил смерть.

Сооружение храма на канале Грибоедова, освященного в память этого радостного события, связано с трагедией, которая произошла 1 марта 1881 года на месте, где возвышается собор; отсюда и название – «Спас на крови».

1 марта император Александр II возвращался в Зимний дворец из Михайловского манежа с парада войск, в котором первый раз принимал участие его племянник. Царю предлагали отменить поездку – в городе было опасно, но Александр II не хотел лишать юношу счастья предстать перед всеми в новом мундире. В столице было необычайно тихо. Уже несколько дней говорили о зловещем предзнаменовании: император несколько раз видел под окнами своего дворца мертвых голубей. Оказалось, что на крыше поселился огромный коршун, который убивал голубей. Коршуна поймали, но в Петербурге заговорили, что это не к добру[47]. Царская карета в окружении конных казаков по Инженерной улице выехала на канал.

Собор во имя Воскресения Христова («Спас на Крови»)

Вдруг раздался сильный грохот, и все вокруг окутал черный дым. Кучер решил гнать лошадей что есть сил, но император приказал остановиться. Царь вышел из кареты и увидел страшную картину: несколько казаков лежали убитыми, а рядом кричал от боли окровавленный ребенок. Вдруг Александр увидел молодого светловолосого человека – убийцу, который пытался отбиться от толпы, окружившей его. Царь подошел ближе. Другой участник покушения, Игнатий Гриневицкий, уже ждал царя чуть дальше, у решетки канала. На миг Гриневицкий и Александр оказались рядом, их глаза встретились, что думал каждый из них в эту последнюю секунду, мы никогда не узнаем. Раздался взрыв – Игнатий бросил между собой и царем бомбу. Когда дым немного рассеялся, все увидели, что царь лежит в разорванной, обгоревшей шинели, весь в крови. Убийца тоже был смертельно ранен и лежал поодаль. Через час в Зимнем дворце царь скончался, а убийца через некоторое время умер в тюремной больнице. Все участники террористической группы вскоре были арестованы, а тех пятерых, кто непосредственно подготовил и совершил убийство, повесили[48].

Вся Россия была потрясена. Вспомнили и страшное предсказание, данное при рождении Александра II юродивым Федоровым, о том, что царь будет могуч, славен и силен, но умрет в красных сапогах. Действительно, царь, прославившийся своими реформами, отменивший крепостное право, умер от взрыва бомбы, оторвавшей ему ноги[49].

Часть булыжной мостовой, окропленная кровью царя, со следами брошенной бомбы и решетки канала, была сохранена. Она находится в западной части собора, под шатровой сенью на четырех колоннах из яшмы. Свод сени облицован лазурью и украшен самоцветами и топазами в виде звезд. Снаружи это скорбное место обозначено мозаичным распятием Христа.

Первоначально здесь на средства лесопромышленника и мецената И. Ф. Громова была построена часовня, проект которой выполнил архитектор Леонтий Бенуа. Ее установили сразу же после убийства, а в 1883 году, когда был заложен собор Воскресения Христова, часовню снесли и разобрали[50].

Новый император Александр III, сын погибшего царя, лично рассматривал проекты будущего храма. Он хотел, чтобы в память об отце построили не просто церковь, а мемориал, выполненный в стиле русского культового зодчества XVII века. Дважды проходили конкурсы, на которых лучшие архитекторы представляли свои работы. В результате предпочтение было отдано проекту Альфреда Александровича Парланда, академика архитектуры, профессора Академии художеств, и архимандрита Игнатия (Малышева), настоятеля Троице-Сергиевой пустыни, который в свое время учился в Академии художеств. Сам отец Игнатий утверждал, что во сне ему явилась Богоматерь и поведала, каким должен быть храм в память об убитом императоре. Проснувшись, он сделал наброски плана, которые потом были использованы при создании проекта собора[51].

Для сооружения храма на берегу канала требовалось особое инженерное решение, чтобы избежать проникновения воды. Авторы отказались от использования свай; впервые в градостроительстве под всей площадью здания соорудили бетонное основание, а для колокольни был сделан выступ, на 8 метров выдвинутый в воды канала. Строили собор очень долго, освящение его произошло уже при внуке Александра II, императоре Николае II, 19 августа 1907 года. По замыслу Парланда храм должен был напоминать собор Василия Блаженного в Москве. Яркий, красочный, с окнами, обрамленными мраморными резными колоннами, фигурными наличниками, многоцветными кокошниками, облицованный глазурованным кирпичом, мрамором, опоясанный фарфоровым и керамическим орнаментом, узорчатыми изразцами, шатровый храм Воскресения действительно напоминает шедевр Бармы и Постника. Но главным украшением фасадов является изумительная мозаика, из нее выполнены и изображения гербов русских городов, губерний, уездов, а также панно на евангелические сюжеты, созданные по эскизам известных художников, расположенные на каждом из четырех фасадов. В нишах установлено двадцать гранитных досок, надписи на которых рассказывают об истории России в период правления Александра II.

Интерьеры храма своим великолепием не уступают внешнему облику. Главное в них – это мозаичное убранство. Общая площадь мозаик составляет около 7000 квадратных метров. Мозаика покрывает пол, стены, своды, колонны, поэтому собор иногда называют «музеем мозаики»[52]. Иконостас, увенчанный тремя хрустальными крестами, тоже мозаичный. Среди икон – изображение Спасителя и Богоматери, выполненные по рисункам Виктора Васнецова. Киоты созданы по рисункам Альфреда Парланда, мозаичные иконы – по рисункам Михаила Нестерова. Еще одной особенностью собора является использование в его отделке мрамора, самоцветных камней, разноцветных минералов. Это яшма, орлец, горный хрусталь, топазы – не только русские, но и привезенные из-за границы. Своей яркостью и великолепием они не уступают прекрасной мозаике.

Таким увидели собор горожане после реставрации. Почти 30 лет стояли вокруг его фасадов строительные леса. Многострадальный храм, закрытый в 30-е годы, лишь чудом не был взорван «как образец дурного вкуса в архитектуре города». Во время войны в собор свозили тела ленинградцев-блокадников, а в купол попал неразорвавший-ся снаряд, обезвреженный лишь во время реставрации. После войны долгие годы в соборе находился склад декораций Малого Оперного театра, а в 1970 году власти решили передать «Спас на крови» Государственному музею «Исаакиевский собор» в качестве одного из филиалов. Началась долгая восстановительная работа[53].

И вот спустя десятилетия величественный собор скинул с себя леса и предстал в обновленном виде изумленным взглядам петербуржцев и гостей города. Сегодня в храме много посетителей. Собор открыт в наши дни как музей, но в дни больших праздников уже несколько раз проводились богослужения Митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Владимиром.

Собор Воскресения Христова «Спас на крови» открыт ежедневно, кроме среды, с 11 ч. до 19 ч. (летом – с 10 ч. до 20 ч.).

Адрес: Наб. канала Грибоедова, д. 2-а.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор»

Автобус: 3, 7, 22, 27 Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Собор Воскресения Христова (Смольный собор)

В излучине Невы, на ее левом берегу, есть необыкновенный уголок, где не слышно трамвайных звонков и обрывается шум городских проспектов и улочек, сбегающихся к набережной. Здесь, за невысокой каменной оградой, где возвышается, сверкая золотыми куполами, небесно-голубой с белыми пилястрами и колоннами, оконными наличниками и лепниной ансамбль Воскресенского собора, царство тишины и красоты.

Собор Воскресения Христова (Смольный собор)

Верхняя часть собора, выполненного в стиле барокко – с четырьмя луковичными главками, расположенными на многоярусных башнях-колокольнях, – кажется единым целым, как бы вырастающим из объема храма. Смольный собор поражает своей величественностью и грациозностью. Рядом на площади – такие же бело-голубые монастырские корпуса, расположенные в виде каре, по четырем углам которого возвышаются главки церквей во имя св. Захария и Елизаветы, св. Екатерины, св. Александра Невского и св. Марии Магдалины.

Воскресенский собор называют Смольным в память о том, что в петровское время здесь, вдали от городской черты, основали Смоляной двор, где гнали и хранили смолу для Адмиралтейской верфи молодого Балтийского флота. До сих пор проспект, улица и набережная, окружающие площадь, где расположен Воскресенский собор, носят название Смольных[54].

Смольный собор стал главным сооружением Воскресенского Новодевичьего женского монастыря, который начали строить по приказу императрицы Елизаветы Петровны. По преданию, государыня через несколько лет после начала своего правления задумала отречься от престола и уйти в монастырь; но ей не хотелось уезжать из столицы в дальние обители, так что она решила построить монастырь рядом с городом. Удаленный от центра Смоляной двор стал лучшим местом для осуществления идеи Елизаветы Петровны. Говорят, что была и другая причина возведения монастыря в этом тихом уголке. Еще при Петре стоял здесь Смоляной дом, на месте которого позднее построили дворец, куда и поселили во времена Анны Иоанновны молодую царицу Елизавету. Смольный дворец потом так и называли – Девичий. Долгие годы под постоянным надзором всесильного фаворита императрицы Эрнста Бирона безвыездно жила дочь Петра вдали от императорского двора. Герцог не раз сам, переодевшись в одежду простого мастерового, тайно наблюдал за Елизаветой, боясь, не готовит ли она переворот в надежде взойти на престол. Вот поэтому здесь и хотела жить императрица Елизавета – в уединении и молитвах, как прежде[55].

Строительство обители поручили выдающемуся зодчему середины XVIII века Франческо Бартоломео Растрелли. Еще молодым юношей он приехал в Петербург с отцом, известным итальянским скульптором Карло Растрелли, приглашенным Петром I на службу. Создатель великолепных дворцов: Воронцовского, Строгановского, Царскосельского, Большого Петергофского и знаменитого Зимнего, где в наши дни расположена коллекция Эрмитажа, Франческо Бартоломео Растрелли, граф и кавалер ордена святой Анны, отдавший городу свой необычайный талант, в конце жизни оказался не у дел. Забытый всеми, зодчий последние годы жил в бедности в родной Италии, вдали от города, который принес ему мировую славу и где до сих пор возвышаются его великолепные дворцы и храмы[56].

Получив высочайший заказ в 1744 году, Растрелли работал над созданием проекта будущего монастыря до 1748 года, когда произошла закладка собора. Много времени и усилий потребовалось зодчему, чтобы найти идеальное архитектурное решение ансамбля, соответствующее желанию Елизаветы Петровны, которая в конечном итоге утвердила проект. Императрица повелела строить пятиглавый храм по образцу Успенского собора в Кремле, а также возвести звонницу, подобную башне Ивана Великого в Москве и превосходившую по высоте колокольню Петропавловского собора. Замечательный замысел Растрелли реализовать так и не удалось. Гигантская 140-метровая колокольня так и не была построена. В музее Академии Художеств до сих пор хранится деревянная модель композиции Воскресенского монастыря, по которой можно судить о грандиозности замысла великого зодчего.

Строительство монастыря шло с небывалым размахом, Елизавета Петровна не жалела ни казенных денег, ни сил своих подданных. Тысячи солдат, присланных по приказу царицы из гарнизонов, по 14 часов в день рыли котлованы и забивали сваи под фундамент. Сотни мастеров и подмастерьев из разных губерний России возводили Воскресенский собор, монастырские кельи, трапезную, покои настоятельницы и четыре однокупольных храма, расположенные вокруг собора. Листовое железо на Невские берега везли с Урала, знаменитый камень из Пудости, чугунную черепицу из Олонецких заводов. Но началась Семилетняя война, денег на строительство уже не хватало, а потом императрица умерла, и строительство обители прекратилось[57].

Неоштукатуренный, без куполов и с недостроенной колокольней, почти пять лет стоял монастырь на берегу Невы. А в Петербурге стали шептаться о том, что в алтарной части Смольного монастыря кто-то из строителей наложил на себя руки, и теперь сто лет нельзя совершать в нем службу, ведь место осквернено[58].

Екатерина Великая поручила достраивать монастырь, в котором проживало к этому времени не больше 20 монашек, не автору ансамбля, а его помощнику, Юрию Фельтену, стиль которого больше соответствовал представлениям императрицы об архитектуре. Растрелли был уволен в связи со слабостью здоровья и вынужден был покинуть Петербург. Вскоре после вступления на престол просвещенная императрица учредила в Петербурге Воспитательное общество для девочек из дворянских и мещанских семей. Для проживания «благородных девиц» стали строить Воспитательные дома, а также передали часть зданий Смольного монастыря. Воспитанниц, проживавших в обители, так и стали называть – «смолянки». В течение 10 лет, с 1765 по 1775 год, под руководством архитектора Фельтена достроили корпуса, начали создание интерьеров. Но из-за недостатка денег строительство не было закончено.

В конце XVIII века, при императоре Павле, монастырь упразднили, последние монахини были переведены в другие обители, а бывшие кельи позднее занял Вдовий дом. Вскоре петербуржцы совсем забыли, что на Екатерининской площади была женская обитель, и лишь «смолянки», пугая друг друга, рассказывали шепотом по ночам о замурованной в стене монахине[59].

А для воспитанниц в начале XIX века рядом с бывшей обителью построили специальное учебное заведение – Смольный институт. Автор этого сооружения, итальянец Джакомо Кваренги, по преданию, каждый раз, проходя мимо великолепного Смольного собора, с уважением снимал шляпу и восклицал: «Вот это храм!»[60]. В наши дни в здании Смольного института заседает правительство города.

Император Николай I повелел достроить ансамбль Смольного монастыря. Был проведен конкурс, в котором победил проект Василия Стасова. В течение трех лет продолжались работы по реставрации, отделке интерьеров и обустройству монастырского двора. В 1835 году храм освятили как Собор всех учебных заведений, он предназначался для воспитанников и учащихся столицы. Была выбита бронзовая медаль с изображением собора и Иисуса Христа, благословляющего детей, а архитектор Стасов получил денежное вознаграждение – 2000 рублей серебром в год, выплачиваемое в течение 12 лет[61]. Стасову удалось сохранить изящество и причудливость фасадов собора и создать великолепное внутреннее убранство храма.

Огромный церковный зал, вмещавший до 6 тысяч человек, был украшен мрамором, алтарь отделяла хрустальная балюстрада. Запрестольный образ Богородицы в окружении «смолянок», ныне находящийся в Русском музее, написал выдающийся художник Алексей Венецианов. Среди особенно почитаемых петербуржцами икон был образ Черниговской Божьей Матери[62]. В соборе проходили богослужения, крестные ходы на Неву с водосвятием.

Но, к сожалению, все внутреннее убранство собора не сохранилось: оно было растащено, уничтожено, частично передано в музеи города после революции, когда храм закрыли. Долгие годы в прекрасном когда-то соборе находился склад, а в 70-е годы после реставрации здесь разместились экспозиции Музея истории Ленинграда. В наши дни в Смольном соборе не проводятся богослужения, он используется как концертно-выставочный комплекс. Здесь проходят выставки, звучат классические и духовные произведения.

Собор Воскресения Христова (Смольный собор) открыт ежедневно с 10 до 19 ч., кроме среды. С 15 августа до ноября 2006 года закрылся на реставрацию.

Адрес: пл. Растрелли, д. З.

Транспорт: ст. метро: «Чернышевская»

Автобус: 74 Троллейбус: 3, 7 Трамвай: 10,12,16, 65.

Церковь Воскресения Христова у Варшавского вокзала

В начале XX века на бывшей южной окраине Петербурга, вдали от аристократического Невского и от купеческой Сенной, за военными слободами Измайловского и Загородного проспектов вознеслась необычная церковь Воскресения Христова. Эту церковь у Варшавского вокзала горожане прозвали «Варшавка».

Церковь Воскресения Христова у Варшавского вокзала

Еще недавно жизнь одного из старейших вокзалов города напоминала бурную горную реку. Здесь всегда было многолюдно и шумно: спешили пассажиры, раздавались паровозные гудки, комфортабельные поезда устремлялись в Варшаву, Берлин, Вену – в Европу, незнакомую и манящую. А здесь, на Обводном канале, рядом с которым находился вокзал, а позднее появилась Воскресенская церковь, шла иная жизнь.

В XIX веке на окраине Петербурга был прорыт канал, своей водной полосой обводивший город с юга; его так и назвали – Обводный. Он соединил Неву и Екатерингофку и стал самым длинным каналом города. Он предназначался для отвода воды в случае наводнения, а также для перевозки грузов к многочисленным промышленным предприятиям, выросшим по его берегам. Непрерывным потоком шли суда и барки, сплавлялся лес. Со временем канал был загрязнен, замусорен промышленными отходами и постепенно превращался в дурно пахнущую сточную канаву. Рабочие предприятий, которые селились здесь, вдоль канала, называли его «Городской ров», «Канава». Нелегким и изнурительным был труд питерских рабочих, тяжелой и беспросветной была их жизнь, не случайно они грустно шутили: «Батюшка Питер бока наши вытер, братцы-заводы унесли годы, а матушка-канава совсем доконала»[63]. Часто единственно доступным развлечением рабочих были пьянство и драки. Как когда-то в своих деревнях, устраивали они кулачные бои «стенка на стенку», выходили драться до синяков и крови – улицей против улицы, барак против барака, а потом – заливали обиды и грусть вином в пивных заведениях. Нередко такое «веселье» заканчивалось поножовщиной.

Обеспокоенные происходящим, члены Всероссийского Александро-Невского общества трезвости обратились к властям с просьбой построить в районе Обводного канала церковь для рабочих, чтобы отвлечь их от пьянства.

Существуют две петербургские легенды о том, на какие деньги строилась Воскресенская церковь. По одной – возводилась она на пожертвования «трезвенников», а по другой – власти, вняв просьбам членов общества трезвости, обложили специальным налогом все питейные заведения: одна копейка с каждой тысячи дохода. Этих денег с лихвой хватило на постройку большой каменной церкви, и в народе ее стали называть «Копеечной»[64].

Построили церковь быстро, за 4 года, и уже в 1908 году были освящены главный придел и придел Николая Чудотворца. Здание выполнено в неорусском стиле, который сочетает в себе элементы модерна и допетровского зодчества. Храм с огромным центральным куполом и четырьмя небольшими декорированными главками темно-зеленого, почти черного цвета, с облицованными глазурованным кирпичом стенами и большими арочными окнами. Проектировали его три талантливых мастера этого стиля – академик и педагог Герман Давидович Гримм, архитектор-декоратор Андрей Леонтьевич Гун и автор многих уникальных жилых домов Густав Густавович Голи[65]. Рассказывают также, что одной из колоколен по просьбе прихожан придали форму бутылочки. Так церковь получила еще одно народное название – «Церковь с бутылочкой»[66].

Внутри церковь отличается от других храмов: она очень просторна, ведь в храме нет привычного деления на нефы колоннами, а большой купол поддерживают железобетонные своды. Церковь должна была вмещать огромное количество рабочих со всей окраины. Храм, как и сейчас, не отличался изысканностью внутреннего убранства. Но в церкви было немало живописных полотен и большое собрание икон, а к главной святыне храма петербуржцы приезжали со всех районов города. Это была икона Воскресения Христова, подаренная обществу трезвости патриархом Иерусалимским Дамианом. Люди молились перед ней и верили в свое исцеление от пьянства. Также большая икона Воскресения Христова располагалась над входом в храм. До революции церковь была очень популярна: за год ее посещало до миллиона человек. Приходили не только страдающие пьянством, но и их матери, жены, сестры. Даже когда после революции храм закрыли и превратили в склад при Варшавском вокзале, люди продолжали молиться у стен церкви.

После возвращения храма прихожанам пришлось восстанавливать все его внутреннее убранство заново, ведь оно безвозвратно исчезло. Но силами христиан храм был восстановлен и снова стал действующим. В 1992 году именно в этой церкви отпевали известного петербургского ученого Льва Николаевича Гумилева, сына Анны Ахматовой.

Над восстановленным деревянным иконостасом сияет мозаичный Образ Спасителя в окружении парящих ангелов, золотые люстры необычно гармонируют с серыми сводами, блестят медью жертвенники, установленные по всему пространству храма, горят свечи перед новыми иконами, многие из которых пожертвованы прихожанами.

Церковь снова стала «Храмом всех трезвенников», как ее шутливо окрестили горожане. Есть в храме и своя святыня – икона «Неупиваемая Чаша».

В церкви Воскресения Христова по понедельникам, в 18 часов, служится водосвятный молебен с акафистом перед иконой «Неупиваемая Чаша». Служат в храме и особую молитву «Врачу душ и телес», совершаются крестные ходы трезвенников, торжественные богослужения проводятся в день святого Вонифатия, 1 января. Этот святой принял мученическую смерть во славу Бога, чтобы искупить свои грехи, в том числе и грех пьянства. Ежедневно по окончании литургии проводится таинство крещения. При церкви работает библиотека, книжная лавка, воскресная школа. Много делают настоятель и священники Воскресенской церкви, чтобы помочь людям отказаться от своего пристрастия и стать счастливыми и свободными от своего порока.

Не слышны паровозные гудки, не спешат больше приезжие на Варшавский вокзал – он закрыт, а в его здании разместился новый необычный торговый центр, но каждый день приходят на набережную Обводного канала люди, сюда, в церковь бывшей рабочей окраины, в свою «Варшавку», с верой и надеждой.

Церковь Воскресения Христова у Варшавского канала открыта ежедневно с 9 до 19 ч., по воскресеньям и праздникам с 7 до 19 ч.

Адрес: наб. Обводного канала, д. 116.

Транспорт: ст. метро «Фрунзенская», «Балтийская»

Автобус: 65

Троллейбус: 8

Трамвай: 16, 29,43.

Спасо-Преображенский собор

Там, где быстрая река Мойка, бывшая «маленькая болотная речка» Мья, берет начало в реке Фонтанке, начинается небольшая улица Пестеля и движется, пересекая Литейный проспект, к Преображенской площади. Улица эта необычная: в начале и в конце ее стоят два старинных храма воинской славы России – церковь Святого Пантелеймона целителя и Спасо-Преображенский собор, окруженный удивительной, единственной в Петербурге оградой, созданной по проекту автора собора – Василия Стасова. Ограда выполнена из ста двух бронзовых стволов трофейных турецких пушек, соединенных по три и связанных тяжелыми цепями. Сияют над перевернутыми вниз дулами вражеских пушек, захваченных во время войны 1828–1829 годов, золотые орлы с императорскими коронами, символизируя победу русского оружия. Молчат пушки, связанные цепями: никогда они не будут стрелять, не принесут больше смерть и разрушение[67].

Преображенская площадь, названная так в честь собора, окружена небольшими улицами. В петровское время здесь, на левом берегу Невы, был основан Литейный двор, где отливались пушки для молодого русского флота. Долгие годы здесь селились мастеровые и рабочие двора, а их слободы так и назывались – Литейная и Пушкарская. Так появилось название Литейного проспекта, где позднее квартировал один из старейших гвардейских полков, созданный Петром Великим, – Преображенский, а на площади, где стоит собор, находился полковой двор гренадерской роты этого полка[68].

История создания собора связана с драматическими событиями восшествия на престол Елизаветы Петровны, которая с помощью верных ей преображенцев совершила дворцовый переворот.

Елизавета часто навещала казармы полка, привозила подарки, даже была крестной матерью многих детей солдат и офицеров полка. А они любили милую и любезную Елизавету, к удивлению многих царедворцев, запросто заходили к ней во дворец, обращаясь к ней на «ты», называя своею кумой. И в ночь на 25 ноября 1741 года, когда в полковой двор гренадерской роты на санях прибыла Елизавета, одетая в военный мундир, и обратилась к солдатам и офицерам послужить ей верой и правдой и помочь вернуть незаконно украденный престол, преображенцы пошли за ней.

Спасо-Преображенский собор

Шли через Невский проспект к Зимнему дворцу. А в Зимнем, ни о чем не подозревая, спал в люльке младенец – император Иоанн VI, спали его родители – Анна Леопольдовна и ее муж, Антон Ульрих, слуги и придворные. Ворвавшись во дворец, разоружив охрану, гвардейцы разбудили спящих, которые даже не оказали сопротивление, и арестовали всю царствующую семью. А потом в честь новой, законной, императрицы был дан бал с шампанским и фейерверками, гвардейцы ликовали и кричали: «Виват!» новой государыне[69].

Согласно преданию, Елизавета Петровна в память об этом событии приказала возвести для своих верных гвардейцев на месте полкового двора собор во имя Преображения Господня. У храма, кроме главного, было еще два придела. Один из них позднее был освящен в честь Священномучеников Климента, папы Римского, и Петра Александрийского, день памяти которых отмечается 8 декабря, в день, когда и случился дворцовый переворот, а другой придел – в честь Сергия Радонежского Чудотворца.

Священномученик Климент был крещен апостолом Петром и стал епископом Рима. Многие приняли христианство, слушая проповеди Климента, но жестокий император Траян приказал утопить святого. И его бросили в море, привязав на шею якорь. Священномученик Петр был архиепископом в Александрии и много совершил праведных дел для упрочения христианской религии. Но император Максимиан, известный гонитель христиан, приговорил его к смерти. Петр сам вышел навстречу своим палачам, и ему отрубили голову на том месте, где когда-то казнили апостола Марка. В Преображенской церкви в престольный праздник – день памяти священномучеников – совершается торжественное богослужение.

Первый Преображенский храм был построен по проекту Михаила Земцова, выдающегося архитектора. Но через несколько месяцев после закладки собора, в сентябре 1743 года, зодчего не стало. Спасо-Преображенский собор стал последним творением архитектора, завершить которое ему так и не удалось, и в дальнейшем строительством храма руководил Пьетро Трезини. В 1754 году храм был торжественно освящен в присутствии Елизаветы Петровны.

Каким он был тогда, сейчас узнать невозможно – все чертежи и рисунки утеряны. Известно только, что это был первый пятиглавый храм: по приказу Елизаветы Петровны в Петербурге было возрождено строительство пятиглавых церквей[70].

Елизавета Петровна часто посещала собор, а Павел I повелел считать Спасо-Преображенский храм собором всей гвардии. Летом 1825 года собор сгорел, но многие святыни удалось спасти.

Новый храм был построен в 1829 году выдающимся архитектором классицизма Василием Стасовым. Специальная комиссия провела 68 заседаний, прежде чем доверила строительство архитектору. Собор стал одним из лучших творений зодчего, а современники говорили, что в Петербурге два выдающихся сооружения – Казанский и Спасо-Преображенский соборы. В ознаменование окончания строительства император подарил Василию Стасову бриллиантовый перстень и 1325 рублей, сэкономленных зодчим на сооружении ограды из стволов пушек

Новый пятиглавый собор выделялся своей гармоничной композицией, праздничностью и подчеркнутой элегантностью. Стены фасадов украшали барельефы библейских сюжетов и воинские символы[71]. Сейчас храм восстановлен практически в первозданном виде. Долгие годы собор действительно был главным военным храмом, где хранились трофейные знамена, мундиры императоров, сабля Александра II, которая была на царе в день покушения. Сейчас эти военные святыни находятся в музеях города.

Хотя Спасо-Преображенский собор никогда не закрывался, многие его святыни были утеряны или переданы в музеи. В нем проходили службы и в годы блокады, когда ленинградцы приходили молиться за ушедших на фронт близких, как когда-то молились невесты и жены за гвардейцев Преображенского полка.

В наши дни внутреннее убранство церкви полностью восстановлено. Под голубым сводом с величественной звездой в центре в сиянии великолепной люстры сверкают золотом оклады новых икон. Особое великолепие убранству собора придает резной золотой иконостас, рядом с которым – две главные святыни храма. Одна из них – это образ Спаса Нерукотворного, датируемый 1676 годом и выполненный иконописцем Семеном Ушаковым. Эта икона раньше находилась в часовне домика Петра I. Император получил ее в наследство от своего отца, Алексея Михайловича, и не расставался с образом всю жизнь: брал его в военные походы, был с ним при закладке Петербурга, и даже в последние минуты жизни императора образ находился у его постели[72]. Другая святыня Преображенского собора – икона Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость», принадлежавшая сестре Петра I – Наталье Алексеевне и долгое время находившаяся в церкви на Шпалерной улице.

Храм на Преображенской площади всегда заполнен людьми. Настоятель собора проводит беседы с прихожанами, при храме под его руководством работает церковная школа. По пятницам, в 18 часов, в храме служится особая заупокойная служба – парастас[73], ежедневно в 12.00 и 17.00 совершается таинство крещения, служится покаянный канон преподобного Андрея Критского. Но особенно многолюдно в Преображенском соборе во время главного престольного праздника, 19 августа, в день Преображения Господня.

Согласно Священной истории, чтобы укрепить своих учеников в вере, Иисус привел апостолов Петра, Иакова и Иоанна на высокую гору. Здесь Спаситель долго молился, а ученики, утомленные дорогой, уснули. Когда же они проснулись, то увидели, что Христос преобразился. Лик его сиял, как солнце, одежды были белее снега. Рядом с ним были два пророка, Моисей и Илия, которые говорили с Иисусом о предстоящих страданиях. Вдруг Божественный свет озарил все вокруг, и услышали апостолы Глас Бога, который указал на Иисуса как на сына и повелел слушать его. Испугались ученики, упали на землю, а когда очнулись, увидели своего Учителя таким, каким он был прежде.

Совершается торжественное богослужение в праздник Преображения Господа, по традиции несут люди в собор яблоки, груши, чтобы освятить плоды.

Уже несколько веков на одной улице друг напротив друга стоят два храма – морской и военной славы России. Приходят мальчишки к пушечной ограде, восхищаясь военными трофеями, молятся ветераны, вспоминая о погибших товарищах и славных подвигах, не умирает память о храбром гвардейском полке, что располагался когда-то здесь, в бывшей Литейной слободе.

Спасо-Преображенский собор открыт с 8 до 20 ч.

Адрес: Преображенская пл., д. 1.

Транспорт: ст. метро «Чернышевская»

Автобус: 16,136

Троллейбус: 3, 8,15,49

Трамвай: 54, 90.

Казачий Крестовоздвиженский собор

Извилистое русло Обводного канала смыкается с руслом современного Лиговского проспекта. Где когда-то текла вода, проносятся автомобили, грохочут по мостовой, попадая в такт трамвайным колесам. Там, сразу за Ново-Каменным мостом, вдоль Лиговки раскинулись три прекрасные церкви Крестовоздвиженского собора.

Когда-то здесь покосившиеся домишки гляделись в воду Лиговского канала да слышалось кое-где ржание лошадей, цокот копыт и лихая ямщицкая песня. Лишь изредка колокольный звон нарушал привычную размеренную тишину ямской слободы: видно, в церкви праздник или повезли кого-то на старое кладбище…

Еще при Петре I здесь начали селиться ямщики. И вплоть до середины XIX века вдоль берегов Лиговского канала, прорытого от реки Лиги специально для того, чтобы его вода питала фонтаны Летнего сада, существовала ямская слобода. Неуютное это было место: в ряби воды отражался тусклый свет одиноких масляных фонарей да тусклое лунное сияние, на зов которого сюда частенько забегали волки.

Страшное наводнение 1777 года погубило фонтаны, и канал стал больше не нужен, перестали за ним следить; он обмельчал, постепенно зарос тиной. И лишь тогда власти решили забрать его в трубу, над которой проложили Лиговские бульвары, ставшие излюбленным местом городской шпаны и воров. А после окончания гражданской войны здесь появилось ГОП – городское общежитие пролетариата, куда поселили малолетних беспризорников и хулиганов[74]. В сознании петербуржцев Лиговка так и осталась местом неблагополучным; но эта часть города хранит свою историю, и есть в ней особая прелесть, не открывающаяся с первого взгляда.

В том самом месте, где сейчас высятся купола Крестовоздвиженского собора и колокольня, в далеком XVIII веке стояла деревянная кладбищенская церковь. Построена она была во времена Петра, когда ямщики обратились к архимандриту Феодосию с просьбой о слободской церкви, в 1719 году: деревянную церковь освятили во имя Рождества Иоанна Предтечи. Спустя 11 лет случился пожар, церковь сгорела. На ее место перенесли деревянный храм с охтинских заводов, также освященный во имя Рождества Иоанна Предтечи, и в нем устроили придел святого Николая Чудотворца.

Казачий Крестовоздвиженский собор

Поскольку храм не отапливался, в зимнее время службы проходили в церкви Тихвинской иконы Божьей Матери. Ее заложили в 17б4 году на деньги петербургского купца Ивана Ильина, который прежде был раскольником, но потом вернулся к ортодоксальному вероисповеданию. Так постепенно рос Предтеченский приход.

В храмы приходили теперь уже не только ямщики. Петербург рос, и много разного народа селилось вокруг ямской слободы. Самыми многочисленными жителями Лиговки стали к тому времени казаки, служившие в столичных полках. Поэтому и в наши дни казачество считает Крестовоздвиженский собор своим. Деревянная кладбищенская церковь была слишком мала, чтобы вместить всех прихожан, и тогда люди обратились к Священному Синоду с просьбой выстроить новый каменный храм и освятить его во имя Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, ведь храма с таким именем в городе еще не было.

Праздник Воздвижения Креста Господня уходит своими корнями в начало второго тысячелетия нашей эры, во время гонений на христиан и иудеев. Римский император Андриан приказал срыть Голгофу[75], а на месте пещеры, где стоял гроб Господень, выстроить языческий храм. Казалось, святыни безвозвратно были утрачены, но около 386 года царица Елена и ее сын, первый христианский император Константин, начали поиски реликвий. При раскопках в Иерусалиме археологи тех лет обнаружили место, где была Голгофа, и пещеру гроба Господня. В пещере было три креста, один из которых принадлежал Христу, а два других – распятым с Господом разбойникам. В тот момент мимо пещеры шла похоронная процессия, и люди решили выяснить, на каком из трех крестов был распят Иисус. К губам покойника поочередно поднесли кресты. И тут случилось чудо: едва один из крестов коснулся усопшего, как тот ожил. А потом митрополит Макарий взял крест, вознес его над изумленной толпой – и воздвиг на высоком месте, где каждый мог увидеть святыню. С тех пор день, когда все это произошло – 27 сентября, – назван Крестовоздвижением[76].

Спустя три столетия Крест был утрачен и обретен вновь. Иерусалим был завоеван иноверцами, разграбившими храм Воскресения Господня, построенный на месте пещеры гроба Иисуса. Животворящий Крест тоже был похищен. Когда византийский император Ираклий одержал над завоевателями победу, он потребовал вернуть святыню – и 27 сентября 631 года Крест вернулся на Голгофу.

Во всем христианском мире чтят этот день, возводят храмы и освящают их во имя Воздвижения Креста Господня. Поэтому, когда прихожане-петербуржцы обратились с просьбой о новом храме с таким именем, Синод дал согласие, ив 1794 году был освящен новый каменный храм. Старое кладбище, на территории которого его выстроили, было закрыто. О том, что оно некогда существовало, сейчас свидетельствует только памятная табличка «Предтеченский садик – территория одного из первых кладбищ Санкт-Петербурга – в XVIII веке упразднено» да чудом сохранившаяся старая могила придворного портного, погребенного под серой каменной плитой. Предтеченским садик назвали в память первой Предтеченской деревянной церкви, расположенной здесь, а также – в честь придела во имя Иоанна Предтечи, выстроенного в каменном храме.

Прошло время, и в начале XIX века перед зданием храма выросла четырехъярусная шестидесятиметровая надвратная колокольня, построенная по проекту архитектора Постникова. Эта колокольня сохранилась и до наших дней. Две прекрасные часовни соединены дугообразной крытой колоннадой из двадцати четырех белоснежных крыльев – колонн, стоящих попарно. Кажется, что колокольня, подобно легкокрылой чайке, вот-вот взмоет в небо. Купол ее увенчан шпилем и крестом. Белые колонны, по две с каждой стороны, поддерживают портик с гипсовым барельефом «Всевидящее око». В нишах – статуи апостолов Петра и Павла, а над каждой из них – барельеф с евангельским сюжетом. Верхний ярус колокольни также декорирован статуями. Зрителя поражает удивительная пропорциональность, изящество и симметричность всех ярусов. Каждый следующий ярус поддерживают четыре попарно расположенные колонны, и на каждом – такая же дуга надвратной арки посередине, как у главного входа в храмовый комплекс, украшающего собой перспективу Лиговского проспекта. Легкая дуга колоннады уводит в глубь магистрали, словно приглашая прохожих на минуты забыть о суете и будничности и заглянуть в Крестовоздвиженский собор.

В 1872 году купец Иван Ильич Шигалев, староста собора, в память о скоропостижно скончавшейся супруге устроил под сводами колокольни церковь Святых Кирилла и Мефодия. Эта церковь и сейчас является частью Крестовоздвиженского прихода.

Главная церковь была еще раз перестроена, когда прихожане решили, что оба храма – Тихвинский и Воздвиженский – обветшали и требуют реконструкции. В 1848 году здание Воздвиженской церкви было разобрано, а на его месте возвели новый пятиглавый храм в стиле барокко с куполами-луковичками. Проект был поручен архитектору Егору Ивановичу Диммерту, ученику Стасова. К сожалению, архитектор не дожил до окончания строительства, и храм был достроен уже после его смерти, в 1851 году. Позднее в церкви появилось еще два придела: один – во имя Святых Равноапостольных Елены и Константина, того самого императора и его матери, при деятельном участии которых некогда был обретен Крест Господень и другие христианские святыни; второй – во имя Святого Сергия Радонежского.

И в Воздвиженском храме, и в храме во имя иконы Тихвинской Божьей Матери было множество святынь, к сожалению, не сохранившихся, в числе которых – старинные иконы, кресты с мощами святых и частицами Животворящего Древа Господня (так среди христиан принято называть крест, на котором распяли Иисуса). В годы советской власти, в 1932 году, церкви Крестовоздвиженского собора были закрыты, а святыни разграблены и уничтожены. Перед началом Великой Отечественной войны интерьеры церквей подверглись капитальному переустройству: Тихвинскую церковь отдали под школу, а впоследствии в ней, как и в церкви Воздвижения Креста Господня, разместились реставрационные мастерские.

В 1991 году все храмы Крестовоздвиженского собора возвращены верующим. Собор передан православному приходу, который объединил петербургское казачество – потомков старейших прихожан Предтеченской церкви. На территории храмового комплекса, у алтарной стены Воздвиженской церкви, обращенный лицом к Тихвинской церкви стоит бронзовый бюст последнего русского императора, Николая II, а у подножия полутораметрового гранитного постамента памятника – капсулы с землей тех регионов России, где издавна жили казаки. Это символ верности казачества царю и Отечеству.

Памятник последнему царю был открыт в его день рождения, 19 мая, в 2002 году. Проект его выполнил петербургский скульптор Сергей Алипов, работавший в течение полугода с уникальными историческими источниками и фотографиями из собрания коллекционеров. Здесь, на Обводном канале, стоял лейб-гвардии казачий полк, в составе которого числился царевич Алексей и шефом которого был Николай II. К тому же именно здесь, в Тихвинской церкви Крестовоздвиженского собора, находится первый и единственный в Петербурге престол, освященный по благословению митрополита Владимира во имя императорской семьи (последние Романовы были канонизированы – причислены к лику православных святых за свою мученическую смерть).

В настоящее время еще идут реставрационные работы в Воздвиженской церкви, но силами прихожан и священнослужителей под руководством настоятеля собора восстановлена Тихвинская церковь и церковь Кирилла и Мефодия, благоустраивается территория внутреннего дворика. В двух церквях, Кирилло-Мефодиевской и Тихвинской, проводятся богослужения, свершаются таинства, причем таинство крещения – с полным погружением в воду.

А в Предтеченском садике играют дети, зеленеет трава и слышно, как ветер небрежно и легко звенит в колокола. Проходят столетия, сменяются исторические эпохи, но место это, на пересечении Лиговки и Обводного, всегда будет близко и дорого сердцам петербуржцев.

Крестовоздвиженский собор открыт ежедневно с 9 до 20 ч. Богослужения проводятся в Тихвинской церкви. В церкви Кирилла и Мефодия – воскресные литургии в 7 ч. утра и ежедневные молебны и панихиды.

Адрес: Лиговский проспект, д. 128.

Транспорт: ст. метро «Лиговский проспект»

Автобус: 3, 74

Трамвай: 25,44.

Глава 4 Храмы во имя Святой Троицы

Собор Пресвятой Троицы лейб-гвардии Измайловского полка

От Адмиралтейства устремляются в разные стороны Вознесенский, Невский проспекты и Гороховая улица – знаменитый «трезубец». Один из лучей – Вознесенский проспект, – пересекая прямой линией центр города с севера на юг, обрывается у моста через Фонтанку. А дальше, от моста, где когда-то шла такая же ровная, как солнечный луч, дорога, устремляется к набережной Обводного канала Измайловский проспект. Здесь, между Фонтанкой и каналом, почти двести лет квартировал гвардейский Измайловский полк[77].

Гвардейские полки селили вдоль главной магистрали военной слободы полка. Так и образовались тринадцать улиц, отходившие от него влево и вправо: 1-й – 12-й Роты и Заротная улица. Сейчас это Красноармейские улицы[78].

Еще со времен Петра Великого располагались вдоль Фонтанки военные слободы двух первых гвардейских полков – Семеновского и Преображенского. А в 1730 году Анна Иоанновна сформировала новый, третий, гвардейский полк. И назвала его – Измайловский, в память о подмосковном селе Измайловское, где в окружении мамок и нянек, среди зелени тенистых рощ и чистых прудов, в забавах и веселье прошли ее безмятежные детские годы[79]. Полк был переведен из Москвы сразу же после переезда Анны Иоанновны в северную столицу. Императрица переехала в Петербург, так как была уверена, что гвардейцы станут для нее надежной защитой и опорой, а она для них будет «доброй матушкой». По преданию, даже в мундирах измайловцев был шнур в виде косы. Однажды Анна Иоанновна во время утреннего туалета заплетала косу раздумывая, какой мундир придумать для своих гвардейцев. Взглянула на себя в зеркало, улыбнулась и решила[80].

Собор Пресвятой Троицы лейб-гвардии Измайловского полка

Измайловский полк, который находился под патронажем императоров дома Романовых, покрыл себя незабываемой славой. Он был участником и Отечественной войны 1812 года, и Первой мировой войны, и многих других героических военных походов, но особенно прославился в русско-турецкой войне 1877–1878 годов. Каждый год, 12 октября, во время торжественной службы в соборе склоняли головы гвардейцы в память о товарищах, погибших в кровопролитном сражении за Горный Дубняк, предопределившем ход войны, а в храме долгие годы висели захваченные турецкие знамена и находились ключи от покоренных городов во время войны с Турцией.

Позднее, в 1886 году, перед Измайловским собором был установлен уникальный памятник этой войне – «Воинская слава», созданный по проекту Давида Грима. Он был сооружен в виде колонны из шести ярусов стальных и бронзовых стволов пушек, захваченных у турок Вокруг, на пьедесталах, стояли артиллерийские орудия, тоже трофейные. С тридцатиметровой высоты, с многоярусного монумента, на город гордо смотрел ангел, держащий в руках пальмовую ветвь и венок – символ победы. На гранитном постаменте на бронзовых досках были высечены императорские фамилии и воинские части, участвовавшие в боях, а также описание хода этой войны, победа в которой принесла не только славу русскому оружию, но и свободу Болгарии от турецкого ига.

Но, как гласит петербургская легенда, однажды в 1930 году памятника не стало. Петербуржцы связывали исчезновение памятника с визитом наркома Ворошилова в Турцию: чтобы не напоминать дружественной стране о поражении в этой войне, памятник в одночасье снесли и отправили на переплавку[81]. Долгие годы на месте монумента стоял бюст Василия Стасова, архитектора Измайловского собора, а совсем недавно стараниями настоятеля собора памятник был восстановлен и занял свое прежнее место.

У измайловцев вначале не было своей церкви. При Анне Иоанновне для полка соорудили походный храм-шатер, на зиму его убирали, а офицеры и солдаты ходили молиться в приходские церкви. Впоследствии по приказу Елизаветы Петровны рядом с казармами был сооружен необычный деревянный храм, имеющий в основании равноконечный крест. Особенностью этого сооружения стало то, что купола располагались по четырем сторонам креста, а в центре был главный купол. Строили ее по образцу деревянного храма, находящегося в имении духовника Елизаветы Петровны – Керстово, под Петербургом[82]. Императрица подарила новой церкви богатую утварь. Так и появился первый деревянный храм Святой Живоначальной Троицы при Измайловском полку. Но в 1824 году, когда в Петербурге произошло самое страшное наводнение за всю историю города, храм сильно пострадал. Вода затопила его на два метра, уничтожив и дорогую церковную утварь, и большинство икон.

Император Николай I приказал построить на месте новый каменный храм по образцу затопленного деревянного. Проектировал и руководил строительством собора архитектор Василий Стасов. Сооружение собора было сложным делом, ведь грунт был очень слабый, и пришлось забить около девяти тысяч свай; а зодчий даже два раза попал под арест. Первый раз – на сутки, когда при возведении барабанов и куполов неожиданно дали глубокие трещины все колонны, поддерживающие своды храма, второй – на десять суток, когда рухнул уже установленный большой купол с крестом[83]. Но за три месяца купол восстановили, и в день Святой Троицы, в 1835 году, в присутствии царской семьи храм был освящен, император был доволен и пожаловал архитектору орден Святого Станислава.

Огромное белое здание с четырьмя портиками с коринфскими колоннами по сторонам, с синими, усыпанными бронзовыми звездами куполами и золочеными крестами поражало воображение, удивляя красотой и величием. Это был самый большой храм в России. И внутри собор был просторным и светлым. Свет от самого большого в Европе паникадила[84] в 370 свечей, которое зажигали во время богослужений, казалось, проникал во все уголки собора, окружая и белые коринфские колонны, поддерживающие своды, и сияющие серебром и золотом иконы, и великолепный иконостас, расположенный в центре в виде полуротонды с четырьмя коринфскими колоннами. Этот свет, заполняя все пространство храма, уходил далеко вверх, к синему небу купола со сверкающими звездами, такими же, как на барабанах самого собора.

В храм приходили не только гвардейцы Измайловского полка, но и петербуржцы со всех районов города. Люди шли полюбоваться необыкновенным сооружением, посмотреть на военные парады; особенно многолюдно здесь было в день Святой Троицы, когда совершалось особое праздничное богослужение и молебен с окроплением полкового знамени святой водой. Здесь венчались великий русский писатель Федор Достоевский и его избранница, Анна Сниткина, здесь отпевали знаменитого композитора А. Рубинштейна.

Но в тридцатые годы прошлого века Измайловский собор закрыли. Все воинские святыни, дорогую утварь, иконы, в том числе старинные, перенесенные в собор из деревянного храма, были растащены или переданы в музеи города. Храм превратился в склад. Ходили слухи, что в нем собирались устроить крематорий, но война помешала воплощению этой идеи[85]. В годы блокады собор сильно пострадал от бомбежек, а потом время доделало то, что не смогла война. К началу восстановления возвращенный прихожанам шедевр Василия Стасова представлял собой бесцветное здание без стекол, с брешами в стенах, с затопленным подвалом. А внутри первых прихожан, на деньги которых началось возрождение Измайловского собора, встречали лишь голые стены.

Сейчас собор Святой Живоначальной Троицы, памятник федерального значения, продолжает восстанавливаться. Уже блестят на синих куполах бронзовые звезды, отреставрированы белые стены фасадов. В храме появились новые иконы, среди которых мозаичные изображения Святых Петра и Павла и Николая Чудотворца. Проходят в храме богослужения, совершаются таинства. Неподалеку от собора, на противоположной стороне проспекта, стоит отреставрированная часовня, синий купол которой тоже украшают бронзовые звезды.

Собор стоял еще в лесах, и уже до окончания реставрации оставалось совсем немного, когда в августе 2006 года неожиданно вспыхнувший огонь уничтожил главный купол храма и повредил один из его малых куполов. Этот страшный пожар начался во время службы. Испуганные прихожане выбежали из храма, но тут же бросились назад спасать святыни. Отец Павел, ведущий службу, не покинул собор, пока не окончил богослужение. Людям удалось вынести из пожара всю утварь и иконы, но некоторые из алтарных образов незначительно пострадали, оказались повреждены огнем также и стены храма. Правительство Петербурга выделило 100 миллионов рублей на полное восстановление Троицкого собора. Несмотря на случившееся, возле стен собора в положенное время совершаются богослужения, люди приходят, предлагают помощь, приносят иконы, деньги.

Хочется верить, что скоро вновь засияют бронзовые звезды купола и под сводами отреставрированного собора снова зазвучат слова молитвы.

Престольный праздник Измайловского собора – день Святой Троицы, который отмечается на 50-й день после Пасхи, – собирает, как и раньше, множество прихожан. Они украшают собор и свои дома цветами и зелеными ветками, символами Святого Духа, радуются празднику рождения христианской церкви. Согласно священной истории, в этот день, пятидесятый после Воскресения Иисуса, апостолы собрались вместе и услышали шум, словно сильный ветер заполнил их горницу; потом появились языки пламени и, останавливаясь на каждом из учеников Христа, крестили их. С тех пор апостолы стали говорить на разных языках и понесли людям всего мира христианское учение.

Возвышается новая колонна «Военной славы» рядом с величественным даже после «крещения огнем» собором Живоначальной Троицы Измайловского полка, Измайловским как его называют петербуржцы. И живет в народе память о героическом гвардейском полке, что когда-то располагался на бывшей Вознесенской дороге, которая носит теперь его имя – Измайловский проспект.

Собор Святой Живоначальной Троицы открыт ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Измайловский пр., д. 7а.

Транспорт: ст. метро «Технологический институт»

Автобус: 10

Троллейбус: 3, 8

Трамвай: 11, 28, 90.

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и пасха»)

В излучине Невы, где ныне Петербург распахивает ей свои объятия, заботливо одевая в гранит берега, к северо-западу от бывшего села Рыбацкое и деревни Мурзинка стоит церковь Пресвятой Троицы. В тени ветвистых деревьев, вторя заливистым голосам трамваев и теплоходным гудкам с Речного вокзала, звонят ее колокола.

Каждый год на Пасху горожане по традиции красят яйца, пекут куличи и готовят пасхи и идут в Троицкую церковь. Ее так и называют в народе – «Кулич и Пасха».

А когда-то территории вокруг храма принадлежали князю Вяземскому.

Генерал-прокурор Вяземский был директором Императорского фарфорового завода, стоявшего на Шлиссельбургском тракте. Сейчас этот тракт называется проспектом Обуховской Обороны в память трагических событий 1901 года, когда рабочие военного завода сражались здесь на баррикадах. Сейчас это самый длинный проспект города. Князь Вяземский решил устроить резиденцию недалеко от завода. Вскоре в его имении, которое стало называться в честь хозяина – Александровское, возникла прекрасная усадьба с парком. К князю съезжались именитые гости, устраивались роскошные праздники, фейерверки. Сама Екатерина II жаловала князя, щедро одаривала его. Получив от императрицы новый подарок – 200 тысяч рублей, князь решил построить на эти деньги храм, чтобы прославить государыню[86]. И сейчас на южном фасаде церкви можно прочитать: «Твои щедроты соорудили».

Круглый, в виде ротонды с пологим куполом, обрамленный белоснежными колоннами и искусно украшенный пилястрами[87], храм действительно похож на кулич. А рядом с ним – колокольня, тоже небольшая, но высокая, в виде четырехгранной пирамиды, прорезанной со всех сторон арками для колоколов, – пасха.

Необычен храм и удивительна судьба его автора – архитектора Николая Львова. Когда Николай Александрович жил в Риме, он был так потрясен ротондой храма Весты и пирамидой Цестия, что решил обязательно соединить в одной композиции эти архитектурные образы[88]. Мечта его сбылась при осуществлении проекта церкви Пресвятой Троицы для князя Вяземского.

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и пасха»)

Николая Львова называли гением вкуса, «русским Леонардо». Действительно, как и великий гуманист да Винчи, Николай Александрович был многогранен: архитектор и художник, переводчик и поэт, композитор и собиратель фольклора, изобретатель и инженер. Человек энциклопедических знаний, он много учился, но создавал свои эстетические формы. Даже в личной жизни Львов не побоялся пойти против устоявшихся традиций. Он был влюблен в дочь обер-прокурора, Марию Дьякову, но молодые не получили согласия на брак от родителей девушки. Тогда Николай увез девушку прямо с бала в церковь, где они и обвенчались. Уже через пару часов супруга вернулась на бал, как ни в чем не бывало, и четыре года никто не знал об их тайне. Мария отказывала всем женихам, уверяя родителей, что согласна обручиться только с Николаем. К тому времени Николай Львов уже стал известным архитектором, имел определенное положение в обществе, и, обеспокоенные тем, что дочь так и останется незамужней, родители дали согласие на брак и благословили молодых[89]. Уже шли пышные приготовления к свадьбе, когда счастливые Николай и

Мария сообщили, что родители опоздали на четыре года. Всеобщему изумлению не было предела, и на радостях гости решили повторно обвенчать двух слуг любящих супругов и сыграть-таки свадьбу. Долгие годы прожили Львовы в любви и согласии. За свои заслуги архитектор получил много званий и чинов, но самое главное – это благодарность потомков за его беззаветное служение России, за те великолепные сооружения, которые до сих пор украшают Петербург.

Среди них – и храм Пресвятой Троицы.

Вяземский не ошибся, когда доверился изысканному вкусу Николая Львова. Удивительная по своему архитектурному воплощению церковь «Кулич и пасха» поражает и внутренним убранством. Судьба храма была более счастливой, чем других церквей Петербурга. Его закрыли лишь на 8 лет, а сразу же после войны, в 1946 году, возвратили под эгиду РПЦ. Здание не пострадало от бомбежек, и хотя были вывезены все святыни, часть интерьера сохранилась: в помещении церкви были клуб и библиотека.

Церковь восстановлена по эскизам Николая Львова.

По темно-синему своду купола рассыпаны звездочки-снежинки, словно падающие с самих небес на голубой с золотом иконостас. Много в храме прекрасно выполненных старинных и современных икон в золоченых окладах. Это иконы Серафима Саровского с частицей его Святых мощей и Николая Чудотворца, датируемая 1713 годом, переданная из Никольской церкви г. Колпино. Но главной святыней стала икона Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость», которую перенесли в храм Пресвятой Троицы из находившейся здесь же, на Шлиссельбургском тракте, Скорбященской церкви. Это истинно петербургская святыня, потому что чудеса, прославившие образ, происходили на берегах Невы.

Когда-то недалеко от монастыря, посвященного Александру Невскому, был казенный Стеклянный завод и большое поселение, где жили рабочие завода. Однажды к берегу волнами реки прибило икону Богоматери. Нашел образ купец Куракин и, изумленный, принес домой. Икона стала семейной реликвией – ее берегли, передавали детям и внукам; по легенде, однажды она спасла попавшего в страшную бурю купца Семена Матвеева, потомка Куракиных, – он выплыл из кораблекрушения, хватаясь за доску, на которой был написан образ. Спасенный купец передал семейную святыню в часовню во имя Тихвинской Богоматери, что стояла в Стеклянном заводе. И вот однажды во время сильной грозы в здание попала молния. Купол часовни раскололся, все загорелось. В панике забегали испуганные люди, стали спасать иконы и утварь, вынося их из горящей часовни. Когда бушующее пламя стихло, люди увидели икону нетронутой – она не сгорела, а стала светлее и чище, словно очистилась огнем. Это произошло 5 августа (23 июля) 1888 года, и теперь каждый год в этот день прихожане РПЦ отмечают праздник чудесной иконы.

Со всех концов страны в Петербург шли богомольцы – поклониться иконе; часовня не вмещала всех желающих, и тогда для образа возвели Скорбященскую церковь.

После революции Скорбященскую церковь взорвали и разграбили; но икона уцелела. Уже без драгоценной ризы, она была передана в церковь Пресвятой Троицы, где стала главной святыней храма.

Стоит Троицкая церковь, радуя каждого, кто проходит или проезжает мимо. Ее купола видны с теплоходов, плывущих в город по Неве. Проходят в храме богослужения, молебны, совершаются таинства, беседует с прихожанами настоятель, отец Виктор (Китаев), рассказывает о чудесах, совершенных Образом Богоматери, о святых, о православных праздниках, проводит крестный ход в Светлый праздник Воскресения Христова.

И идут уже много лет люди с надеждой в удивительный храм на бывшем Шлиссельбургском тракте, называя его с любовью – «Кулич и Пасха».

Церковь Пресвятой Троицы открыта ежедневно с 8 до 19 ч.

Адрес: пр. Обуховской Обороны, д. 235.

Транспорт: ст. метро «Пролетарская», «Ломоносовская»

Автобус: 53, 97 Трамвай: 27, 44, 24.

Глава 5 Лавра и монастыри

Свято-Троицкая Александро-Невская лавра

Как бьющиеся о гранит волны, шумит и волнуется многолюдный Невский проспект, устремляясь от Адмиралтейства к небольшой площади, где на берегу реки Монастырки, бывшей Черной речки, расположена одна из главных святынь города – Александро-Невская лавра. За стенами лавры затихает шум и суетливое движение города. И сам проспект, и площадь, и мост через Неву носят имя прославленного русского князя – Александра Невского, в память которого в 1710 году по велению Петра Великого был заложен монастырь, получивший в 1797 году статус лавры[90]. На площади возвышается памятник покровителю города: на коне и в воинских доспехах невские земли охраняет князь, когда-то, много веков назад, защищавший свои владения от завоевателей-крестоносцев.

По преданию, Петр выбрал это место для возведения монастыря не случайно. Здесь в далекие времена стояла финская деревушка Вихтолы, которую русские называли «Викторы». Петр, увидев в названии некий знак, переименовал местечко в Виктори – победа (по преданию, там произошла знаменитая Невская битва, в которой молодой князь Александр Ярославич разбил шведское войско Биргера, получив за эту блестящую победу прозвище Невский)[91]. Еще одна легенда рассказывает о том, как перед сражением на Неве начальник береговой стражи Пелгусий рассказал князю Александру, что на восходе солнца он услышал шум и увидел лодку, плывущую по реке, а в ней – два витязя в сияющих одеждах. И сказал один из них: «Поможем в беде нашему сроднику Александру». Князь решил, что это были святые Борис и Глеб, которые принесли доброе знамение о победе над шведами[92].

Свято-Троицкая Александро-Невская лавра

Здесь и приказал Петр основать монастырь во имя Святой Троицы и святого Александра Невского. Вскоре была завершена первая постройка будущей лавры – деревянная Благовещенская церковь, созданная по проекту зодчего Доменико Трезини. Освящение ее состоялось в присутствии царя и высшего духовенства 25 марта 1713 года, с тех пор эта дата считается днем основания монастыря. Тогда же здесь поселились первые монахи, устав для которых создал архиепископ Феофан Прокопович. При монастыре появились госпиталь и богадельня, а через несколько лет были созданы типография и школа для детей священников, которая преобразовалась в семинарию, а позднее в Духовную академию, ставшую главным религиозным учебным заведением России. Среди выпускников академии – композитор Петр Турчанинов, исследователь Евгений Болховитинов, Иоанн Сергеев – святой Иоанн Кронштадтский[93]. И в наши дни лавра остается центром богословского образования и науки.

Через десять лет, в 1723 году, на месте деревянной Благовещенской церкви по проекту Доменико Трезини возвели каменный храм. Это сооружение является самой старинной постройкой лавры. Невысокое красно-белое прямоугольное здание с фигурной крышей и восьмигранным барабаном, с маленькой золоченой главкой, уютно расположившейся на световом фонарике, – такой была церковь в петровское время, такой ее можно увидеть и в наши дни. В храме было два придела: на первом этаже – Благовещенский, освященный в 1725 году, в годовщину основания лавры, на втором этаже – посвященный Александру Невскому. Его торжественно освятили 12 сентября 1724 года.

В этот день в Петербурге отмечали годовщину окончания Северной войны. Но не только праздничный гром пушек и огни фейерверков привлекли петербуржцев и гостей города на берег речки Монастырки. Петр повелел перенести мощи святого Александра Невского из Владимира в новую столицу До Новгорода их везли по суше, а затем по Волхову и Неве привезли в Петербург, как раз в день торжества. Петр на ботике с императорским штандартом лично встретил яхту, на которой везли мощи, и сопровождал ковчег до монастыря. Под колокольный звон и залпы орудий ковчег с мощами внесли в верхний придел новой каменной церкви[94]. Каждый год в лавре отмечается престольный праздник – день памяти князя – 12 сентября, день, когда его мощи прибыли на берега Невы.

Благовещенская церковь долгие годы являлась усыпальницей великих людей России и царственных особ. В храме похоронены: Наталья Алексеевна, сестра Петра I; Анна Леопольдовна, регентша при малолетнем Иоанне Антоновиче, свергнутая Елизаветой Петровной; Алексей Разумовский, фаворит императрицы Елизаветы[95]. Одно захоронение почитается как святыня: место, где покоится прах великого русского полководца Александра Суворова. Надпись на могильной плите, сочиненная самим генералиссимусом, лаконична и проста: «Здесь лежит Суворов». В Петербурге до сих пор бытует легенда о том, что когда после отпевания гроб полководца необходимо было отнести наверх по узкой лестнице, многие засомневались, что он не пройдет. Тогда гренадеры поставили его себе на головы и со словами: «Суворов везде пройдет», – отнесли гроб наверх[96].

Рака с мощами Александра Невского находилась в Благовещенской церкви до 30 августа 1790 года, когда ее с крестным ходом торжественно перенесли в Свято-Троицкий собор лавры. В 1922 году мощи князя перенесли в Казанский собор, где находился Музей религии и атеизма, а великолепную раку, сделанную по приказу императрицы Елизаветы Петровны из чистого серебра, – в Эрмитаж. В 1989 году состоялось второе перенесение мощей Святого Александра Невского. Их с крестным ходом принесли из Казанского собора в Свято-Троицкий собор лавры, на прежнее место.

Свято-Троицкий собор – главное сооружение лавры. По повелению императрицы Екатерины II его проект составил выдающийся петербургский архитектор Иван Егорович Старов. Зодчий был в числе первых выпускников Петербургской академии художеств, учился за границей в Париже, Риме. Отдавая себя зодчеству без остатка, Иван Старов оставил множество удивительных построек, возведенных им в разных уголках России. Это и камерные, и монументальные сооружения, загородные усадьбы и великолепные дворцы, общественные здания и храмы[97]. В Петербурге самые знаменитые постройки Старова – Таврический дворец и Свято-Троицкий собор лавры.

Собор – одно из немногих сохранившихся сооружений города, выполненных в стиле раннего классицизма, – поражает своей монументальностью и величиной. Торжественное серое здание, увенчанное большим куполом на высоком барабане и портиком на шести колоннах, с двух сторон обрамляют высокие колокольни. Огромное внутреннее пространство собора, освещаемое великолепными люстрами и светом, проникающим сверху из шестнадцати окон барабана купола, разделено мощными пилонами на три нефа. Внутреннее убранство собора создавалось знаменитыми европейскими и русскими художниками, скульпторами, декораторами, иконописцами. И сейчас восхищают светлые мраморные своды собора, украшенные множеством позолоченных и бронзовых карнизов, арок и пилястр, картины на библейские сюжеты, дорогие оклады икон. Среди особо почитаемых икон в храме – образы Серафима Саровского, Параскевы Пятницы, Божьей Матери «Милующая» и «Скоропослушница». Также в соборе после реставрации появились иконы новомучеников и недавно канонизированных русских святых. Среди них – образы Иннокентия Иркутского, Митрополита Невского и Галицкого Владимира, Святого Мученика Григория Шлиссельбургского, Митрополита Вениамина, Софрония Иркутского, архимандрита Льва, епископа Глазовского Виктора, преподобного Серафима Вырицкого.

Особенно многолюдно в Свято-Троицком соборе в дни памяти Александра Невского. Православная церковь отмечает еще один день – 6 декабря, в лавре это престольный праздник. В этот день состоялось погребение князя Александра и завершилась его жизнь.

Жил князь в XIII веке, полном трагических событий, когда и с Востока, и с Запада на Русь шли завоеватели. С ранних лет Александр сопровождал в походах своего отца, князя Великого Новгорода – Ярослава. А затем пришел и его час защищать русскую землю от врагов. В Невской битве он, проявив талант полководца, с небольшой дружиной и ополчением новгородцев сумел разбить войско шведов. А через два года русские воины, возглавляемые князем Александром, на льду Чудского озера победили немецких рыцарей в страшной битве. Но князь Александр защищал свое государство не только мечом. Став великим князем Владимирским, Александр Невский возложил на себя заботу обо всех русских землях и вел гибкую и мудрую политику на Востоке, чтобы не допустить нового нашествия монгольских полчищ на Русь. Четыре раза ездил князь в столицу Золотой Орды для заключения союза сначала с ханом Батыем, а потом и с его преемниками. Возвращаясь из последней поездки во Владимир в 1263 году, Александр по дороге занемог и скончался в Городце, перед смертью приняв монашеский постриг. Тело его привезли в столицу Руси – Владимир, а когда при погребении святого митрополит хотел вложить ему напутственную грамоту, князь, словно живой, сам протянул руку и взял ее. Это случилось 6 декабря, и с тех пор в этот день русские православные христиане чтят память Александра Невского.

После революции лавру постигла печальная участь многих храмов России. Были закрыты все церкви, многие ценности вывезены в музеи Петербурга, уничтожались надгробия, перестраивались здания: лавра превратилась в Музей городской скульптуры. Но в 50-е годы Свято-Троицкий собор был вновь открыт для богослужений, а через 30 лет открылась и Никольская (кладбищенская) церковь, построенная в 1871 году епархиальным архитектором Григорием Карповым. В последнее десятилетие XX века город возвращает обители отобранные у нее здания, ведутся реставрационные работы.

В наши дни в комплекс лавры входят примыкающие к Благовещенской церкви Федоровский и Духовской братские корпуса с Федоровской и Духовской церквями, Юго-Западная (Библиотечная) и Северо-Западная (Ризничная) башни[98]. Видное место в ансамбле лавры занимают Семинарский (южный), Митрополичий (западный) и Просфорный (северный) корпуса, построенные по проекту мастера барокко Михаила Расторгуева[99]. Завершают комплекс лавры замечательные ворота с Надвратной церковью во имя иконы Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость», возвращенной верующим в 90-е годы прошлого века. Архитектор Иван Старов не только создал эти ворота и храм, но и оформил двумя домами скромной архитектуры площадь перед лаврой, сумев удачно вписать уже построенный ансамбль лавры в черту города.

В Александро-Невской лавре слева и справа от ворот расположены два уникальных памятника истории России. Слева – некрополь XVIII века (бывшее Лазаревское кладбище), где покоятся граф Борис Шереметев, ученый Михаил Ломоносов, писатель Д. Фонвизин, зодчие И. Старов, А. Воронихин, К Росси, скульпторы Ф. Шубин, И. Мартос, художники В. Боровиковский, А. Антропов и многие другие выдающиеся люди. И справа – некрополь мастеров искусств XIX века (бывшее Тихвинское кладбище), где находятся могилы самых известных деятелей отечественной культуры. Здесь похоронены: И. Карамзин, И. Крылов, М. Глинка, П. Чайковский, В. Стасов, А. Глазунов, И. Шишкин, И. Крамской, М. Петипа, В. Жуковский, В. Комиссаржевская и многие другие[100].

Спешат посетители в единственный в России Музей городской скульптуры в лавре. Идут по мостику через речку Монастырку люди в собор, замирая на миг перед новым фонтаном, любуясь аккуратными цветочными клумбами. Возродилась жизнь мужской обители. Под руководством настоятеля Свято-Троицкого собора продолжаются восстановительные работы, ведется большая духовно-просветительская работа, действуют воскресные школы для детей и взрослых, паломническая служба.

И снова звонят колокола главного собора Александро-Невской лавры, продолжается жизнь старинной обители, прославляющей имя Александра Невского – небесного покровителя Санкт-Петербурга.

Свято-Троицкий собор Александро-Невской лавры открыт ежедневно с 6.30 до 20 ч.

Некрополь мастеров искусств XIX века – с 9-30 до 18 ч. (летом – до 21 ч.) ежедневно, кроме четверга. Некрополь XVIII века – ежедневно в те же часы.

Адрес: пл. Александра Невского, д.1.

Транспорт: ст. метро «Площадь Александра Невского»

Автобус: 8, 27, 46

Троллейбус: 1,14, 22

Трамвай: 7, 65.

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь

Старинная река Карповка бежит извилистой волной через улочки и проспекты между Малой и Большой Невой, разделяя Петроградский и Аптекарский острова. Старожилы говорят, что когда-то в реке водились красивые карпы, а может, жил здесь человек с фамилией Карпов или с именем Карп. Да и краеведы не могут точно объяснить, как переводится слово, которым финны, жившие по этим берегам, называли речку – «Корпийоки». То ли «Воронья», то ли «Лесная»[101]. До середины прошлого века Карповка была грязной от земли, которая падала в воду с берегов. Но потом ее набережные одели в гранит с красивыми решетками, устроили спуски к воде. Над ее чистыми водами у Карповского моста уже почти сто лет стоит старинная обитель – Иоанновский монастырь, который петербуржцы иногда так и называют «Карповка» или «монастырь дорогого батюшки Иоанна».

Основателем монастыря был святой Иоанн Кронштадтский, небесный покровитель Петербурга. Большую помощь в строительстве обители своему духовному учителю и отцу оказывала послушница Анна Семеновна Сергеева, ставшая первой игуменьей монастыря. Мощи Ангелины (в миру Анна) вместе с нетленными частями ее облачения сейчас покоятся в мраморной гробнице монастыря. Первоначально отец Иоанн предполагал создать подворье Иоанно-Богословского женского монастыря в его родном селе Сура – для устройства сестер, приезжавших в столицу, но затем подворью был придан статус самостоятельной обители. Строительство монастыря началось в 1900 году, здесь, на Карповке, на участке, который купил и пожертвовал отцу Иоанну почетный гражданин города богатый купец Симеон Раменский.

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь

Проект обители, утвержденный лично императором Николаем II, был создан архитектором Николаем Никоновым. Николай Никитич был из крепостных; приехав в столицу из Пошехонья, он стал вольнослушателем Академии художеств. Талантливый самородок, он за тридцать лет своей творческой жизни создал более пятидесяти храмов в провинции и в Петербурге. Судьба многих из них драматична, но ансамбль Иоанновского монастыря сохранился до наших дней и является одним из лучших произведений культового зодчества[102].

Уже в 1901 году был освящен первый храм – во имя преподобного Иоанна Рыльского, болгарского подвижника, именем которого назван монастырь. Приняв постриг, преподобный Иоанн стал отшельником. Он жил на скале, в пещере, а потом поселился в дупле дерева в Рыльской пустыне. Проводя время в молитвах, отшельник питался лишь бобами. К нему приходили несчастные и больные, Иоанн исцелял их молитвой. Позже отшельник ушел из пустыни и поселился на высокой скале, где через много лет основал монастырь.

К 1903 году был освящен главный храм обители – во имя Двенадцати Апостолов, с приделами во имя иконы Казанской Божьей Матери и во имя святителя Андрея Критского и преподобной Марии Египетской. Чуть позже были построены и другие здания комплекса: жилой дом, лазарет, мастерские. Архитектор Никонов решил сложную задачу размещения всех сооружений монастыря на небольшом участке неправильной формы, создав единый блок зданий, подчеркнув целостность всего ансамбля одинаковыми фасадами построек. Композиция монастыря выполнена в неовизантийском стиле. Ее доминанта – пятиглавый собор. С высокой колокольней и куполами, которые когда-то были украшены разноцветной мозаикой, со стенами, облицованными плиткой в два тона, собор был похож на константинопольский храм – такой же просторный и величественный. Сейчас внутреннее убранство храма практически восстановлено таким, каким его создал Николай Никонов. Ослепительно белые стены, великолепная люстра, деревянный резной иконостас[103].

До 1923 года, когда монастырь закрыли, в обители были золотошвейная, белошвейная и иконописная мастерские, типография, лазарет, большая просфорная с двумя печами, где в одной печи выпекали тысячу просфор за раз. Сестры заботливо ухаживали за прекрасным садом и огородом, который всегда давал большой урожай[104].

После закрытия храма монашек выслали в Казахстан, а в зданиях монастыря расположили более 20 разных организаций: и швейные мастерские, и квартиры, и общежитие, и учебное заведение. Вся внутренняя структура обители была изменена, сделаны перегородки. Вход в усыпальницу Иоанна Кронштадтского, которая была главной святыней обители, замуровали, а гробницу забетонировали. Но и после этого люди не перестали ходить к святыне – они молились и ставили свечи у наружной стены усыпальницы.

Иоанн Кронштадтский родился в Архангельской губернии, на берегу далекой северной реки Пинеги. Его отец – сельский дьяк Илья Сергеев – очень переживал, что мальчик родился болезненным, и решил окрестить сына в память преподобного Иоанна Рыльского. После крещения ребенок выздоровел, а когда подрос, много времени проводил не в играх, как другие дети, а в церкви, с отцом: молился, слушал проповеди. После окончания Духовной семинарии в Петербурге Иоанн Сергеев был направлен в Кронштадт настоятелем Андреевского собора. Здесь прошла вся его жизнь в самоотверженном каждодневном труде. В то время Кронштадт был местом, куда из столицы высылали нищих и преступников; поэтому прихожане Андреевского собора не отличались благочестием, много выпивали, занимались грабежом. Отец Иоанн, несмотря на непонимание, насмешки и клевету, начал миссионерскую деятельность среди прихожан. Он ходил по домам, лечил и утешал, отдавая людям все свои скудные средства, иногда возвращался домой без одежды и босиком. Вскоре Иоанн, которого теперь называли Кронштадтским, открыл в себе дар исцелять болезни. Со всех концов России и из других стран в Кронштадт шли люди, приходили письма, телеграммы с мольбами о помощи, приходили деньги, которые настоятель по-прежнему раздавал людям, ничего не оставляя себе. Для прихожан его стараниями был создан «дом трудолюбия» с приютом, школой, мастерскими. Иоанн Кронштадтский отдавал много сил классической гимназии, где более 25 лет преподавал основы православной религии. Он не только служил в в Андреевском соборе, но и ездил по стране, писал книгу «Моя жизнь во Христе». Известно, что он находился у постели умирающего императора Александра III, утешая и поддерживая его. Иоанн Кронштадтский приезжал и в обитель на Карповке, которую считал своим домом. Сюда же после смерти священника перенесли его останки. Ранним зимним утром 1909 года, отслужив последнее богослужение в Андреевском соборе, Иоанн Кронштадтский умер. Из Кронштадта его тело перевезли в столицу, десятки тысяч людей пришли проводить в последний путь этого необыкновенного человека. В наши дни беломраморная усыпальница с белоснежным иконостасом открыта для всех, кто желает почтить память основателя обители. Каждый день проходят богослужения в этом светлом храме-усыпальнице, горят свечи. Она находится в подвальном помещении главного собора монастыря – храма во имя Двенадцати Апостолов.

Собор был повторно освящен в 1991 году Патриархом Всея Руси Алексием II, который приезжает в обитель не только в престольный праздник – 12 июля. Ведь Иоанновский монастырь – ставропигиальный, а это значит, что он находится в непосредственном подчинении патриарху, без которого не проходит ни одно значительное событие в жизни обители. А жизнь в женском монастыре на Карповке идет своим порядком; постепенно налаживается, продолжается реставрация помещений. К столетнему юбилею воссоздана часовня в честь Покрова Божьей Матери, где находится одноименная икона. В поселке Вартемяки, в бывшей усадьбе графа Шувалова, создано подворье Иоанновского монастыря с храмом святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии[105].

Как прежде, тысячи людей идут поклониться мощам Иоанна Кронштадтского с просьбами об исцелении, о всякой семейной нужде, в заботе об успешном обучении детей. Сбылось пророчество священника: «Просветится место это и из неустроенного будет благоустроенным, из малоизвестного – многоизвестным»[106].

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь открыт ежедневно с 8 до 20 ч. Усыпальница – ежедневно с 8 до 16.30 ч.

Адрес: Наб. реки Карповки, д. 45.

Транспорт: ст. метро «Петроградская»

Автобус: 1,10,45

Троллейбус: 34

Трамвай: 17,40.

Воскресенский Новодевичий монастырь

Словно из бескрайнего моря, вытекает из Сенной площади полноводная река Московского проспекта, устремляясь на юг. Неподалеку от Триумфальных Московских ворот, в том месте, где вливаются в его многоликое течение трамвайные голоса, на противоположной, четной стороне проспекта высятся золотые купола…

Еще недавно в унылом сером здании на Московском проспекте едва можно было заметить признаки былого величия и красоты. «Когда-то здесь была церковь», – говорили петербуржцы. А сейчас полным ходом идет реконструкция, возводятся купола, возносятся в небо кресты – возрождается к жизни Новодевичий монастырь, уголок уединения и покоя среди бурной деловой суеты. Он раскинулся на обширном участке земли, примыкающем к Новодевичьему кладбищу, еще одному петербургскому некрополю.

Воскресенский Новодевичий монастырь

История Новодевичьего монастыря относит нас ко времени правления Елизаветы Петровны. Набожная императрица, мечтая на склоне лет удалиться от мира, решила основать в столице монастырь. Первоначально он располагался в летнем дворце императрицы, находящемся на Смольном дворе. В новую обитель были призваны монахини Новодевичьих обителей из Смоленска и Москвы, поэтому и в Петербурге монастырь стали именовать Новодевичьим. С воцарением Екатерины II при монастыре было учреждено училище для воспитания девушек из дворянских семей – так было положено начало знаменитому Смоленскому институту благородных девиц. Монашеская жизнь в монастыре постепенно угасала и прекратилась со смертью последних его обитательниц. Император Николай I решил возобновить обитель. Монастырь перебрался из Смольного двора на 8-ю линию Васильевского острова, в дом бывшей Униатской коллегии и здание приходской церкви Благовещения. Вскоре стало очевидно, что это место не слишком удачно для устройства обители, а здания недостаточно велики для монастырских помещений. Тогда император Николай в 1848 году выделил большой лесистый участок земли на Царскосельской дороге, неподалеку от Московских Триумфальных ворот[107]. Было задумано создать целый монастырский комплекс, куда входило бы и кладбище. Проект был поручен академику архитектуры Николаю Ефимову, автору всех главных сооружений Новодевичьего монастыря. Долгие годы этот неутомимый исследователь архитектуры занимался изучением храмового зодчества и живописи, часто выполняя заказы на проектирование и постройку церквей и монастырей в России и за рубежом.

Уже в 1848 году по его замыслу выросла первая монастырская постройка – церковь во имя Божьей Матери Казанской, просуществовавшая до 1929 года[108]. Затем, через год, была произведена закладка каменного храма Воскресения Христова с пятью приделами (шестой придел возвели позднее, в 1875 году, в подвальном помещении собора по проекту архитектора Григория Карпова). Первый камень в основание храма положил сам император Николай I, а уже через пять лет монахини смогли перебраться с Васильевского острова в каменные корпуса собора. Средства на сооружение Воскресенского храма были пожертвованы купцами Громовыми, а фундамент и цоколь сооружались на деньги, выделенные из казны. Двухэтажный пятиглавый собор был увенчан куполами на высоких барабанах, прорезанных окнами – большим золотым и четырьмя малыми. Фасадом храм выходил на Московский проспект, и именно этот фасад был виден каждому, кто проезжал или проходил мимо монастыря. Величественный собор, выполненный в русско-византийском стиле, поражал своим великолепием. Росписи храма были созданы монастырскими живописцами. В соборе находились такие уникальные святыни, как икона Казанской Божьей Матери – родовая святыня семьи адмирала Ушакова, и образ Спаса Нерукотворного XVI века, которым, по преданию, Иван Грозный благословил своего сына. В приделе Успения Пресвятой Богородицы находился образ Смоленской Божьей Матери, написанный игуменьей Феофанией и считающийся чудотворным.

Собор во имя Воскресения Христова был освящен в 1861 году. По обе стороны от него, в корпусах второго этажа, протянувшихся вдоль Московского проспекта, были заложены еще две церкви. В левом корпусе – церковь во имя Трех Святителей Вселенских, а в правом – церковь Ватопедской Божьей Матери[109].

Ватопедская икона получила свое название оттого, что близ Пантелеймоновского монастыря на горе Афон юный царевич по имени Аркадий, сын императора Феодосия Великого, упал в море и был вынесен на берег чудесным заступничеством Богородицы. Мальчика нашли живым и невредимым под кустом возле тропинки, что вела к монастырю. От этого события и пошло название «Ватопеда», что значит «куст отрока». Феодосий в благодарность за спасение сына щедро одарил монастырь и подарил ему икону Богоматери.

Список иконы, подаренный Новодевичьему монастырю, к сожалению, не сохранился. Церковь во имя Ватопедской иконы еще называли Митрополичей, потому что рядом с нею находились покои митрополита. Симметрично этой церкви в больничном корпусе была устроена пятиглавая церковь Трех Святителей Вселенских. Проект был составлен при участии архитектора Н. А. Сычева. Храм был выстроен на пожертвования крестьянина Василия Чижова и игуменьи Феофании. Прихожане и жительницы монастыря очень любили этот храм из-за особенно почитаемой алтарной иконы Богоматери «Благоухающий цвет».

На Новодевичьем кладбище, основанном в тот же год, что и обитель, в 1856 году был возведен кладбищенский храм во имя иконы Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость». Средства на строительство пожертвовала Аврора Карловна Карамзина, известная красавица, вдова убитого в Крыму полковника Карамзина. Церковь возвели прямо над могилой полковника, а в 1902 году Аврора Карловна почила и была похоронена рядом с супругом. Посетители кладбища и прихожане называли эту церковь «Карамзинской». В ней была необычная икона Воскресения Христова, вырезанная из слоновой кости, которая, к сожалению, не сохранилась, так же как и церковь, снесенная в 1930 году вместе с захоронениями Карамзиных.

Справа от входа на кладбище в 1888 году был выстроен небольшой пятиглавый храм, посвященный святому пророку Илии. Храм был построен по духовному завещанию богатого петербургского мецената Ильи Громова и выполнен по проекту архитектора Леонтия Бенуа.

Многие захоронения Новодевичьего кладбища сохранились и в наши дни. На монастырском кладбище покоятся Н. Некрасов, Ф. Тютчев, А. Майков, М. Врубель, Г. Невельский, С. Боткин, Д. Отт, П. Багратион, Н. Римский-Корсаков, К. Варламов, А. Лядов и многие другие знаменитые люди России. Здесь же похоронен и автор монастыря, зодчий Николай Ефимов.

Среди захоронений Новодевичьего кладбища есть одна скромная и простая могила – в ней погребена инокиня Исидора, странница Дарьюшка, которую почитают как святую. Дарья Александровна Шурыгина родилась в конце XVIII века в Новгородской губернии в религиозной крестьянской семье. Рано осиротев, она взяла на себя заботы о воспитании малолетних брата и сестры. С юности часто ходила она на богомолье в Горицкий монастырь, где и познакомилась с сестрами Феофанией и Варсонофией. Когда брат с сестрой выросли, она определила их судьбу и стала странницей. Много лет ходила Дарьюшка по святым местам православной Руси, находя в этом отраду и утешение своему сердцу. Когда же Феофания и Варсонофия были отозваны в Петербург, 70-летняя странница поехала за ними. Сердце ее было преисполнено жалости ко всему живому, готово было всякого простить, хотя к себе Дарьюшка относилась часто с неподдельным самоуничижением. В монастыре ее полюбили все сестры. Ей было поручено собирать пожертвования на святую обитель. Незадолго до кончины она приняла монашеский постриг и имя Исидоры. После ее смерти в память о милосердной страннице в монастыре устроили поминальную трапезу, где кормили и одевали нищих и убогих, которых так любила и жалела Дарьюшка.

На кладбище есть удивительный памятник – статуя Христа, установленная на могиле молодой жены генерала Вершинина в 1915 году. Рассказывают, что безутешный супруг, вспоминая печаль умирающей о том, что после смерти все забудут о ней, решил поставить над могилой бронзовую скульптуру Спасителя, чтобы люди шли поклониться Христу, а заодно и поминали безвременно скончавшуюся женщину В советские времена, когда большинство храмов было закрыто или разрушено, люди шли на кладбище и молились перед этой статуей. Сейчас она по-прежнему пользуется популярностью среди прихожан.

В 1895 году в обители была выстроена четырехъярусная надвратная звонница, напоминавшая колокольню Ивана Великого в Московском Кремле[110]. Авторами проекта были Леонтий Бенуа и академик архитектуры Владимир Цейдлер, видный художник и скульптор[111]. К сожалению, до наших дней эта прекрасная колокольня не сохранилась.

Строительство обители продолжалось. В 1885 году сестры позолотили купола, которые прежде были зелеными, в главном корпусе монастыря разместились мастерские, больница и аптека. К началу XX века первая постройка монастыря, деревянная церковь во имя Казанской Божьей Матери, изрядно обветшала и стала тесной, и на ее месте решено было выстроить новый каменный храм. В 1908 году была заложена новая церковь по проекту архитектора Василия Косякова, которую удалось освятить только после революции 1917 года.

Блистательный ансамбль Воскресенского монастыря после революции постигла судьба многих храмов России. В 1918 году обитель решено было преобразовать в трудовую коммуну. У монахинь отобрали большую часть помещений и вселили туда людей, не имеющих никакого отношения к церковной жизни. Храмы монастыря также постигла печальная участь: один за другим их закрыли и разорили, взорвали надвратную колокольню, надругались над могилами Новодевичьего кладбища, снесли кладбищенские храмы. Последней, в апреле 1938 года, была закрыта церковь во имя Ватопедской Божьей Матери. Монастырь был официально упразднен в 1925 году, но, несмотря на то, что большая часть имущества обители была конфискована, иноческая жизнь продолжалась, пока последнюю игуменью, тоже Феофанию, и сестер не арестовали и не сослали в Башкирию. Тех же сестер, которые были больными и немощными, заперли в подвале одного из помещений обители, обрекая на мучительную смерть.

Монастырь, который славился и своей историей, и делами милосердия: больницей, приютом для бедных и обездоленных, иконописной школой, златошвейной мастерской, школами – был закрыт и разорен. Казанскую церковь использовали под склад, а после хотели взорвать. В советские годы здание обители принадлежало проектному институту, а во время войны на первом этаже бывшего Воскресенского храма находилось бомбоубежище.

В середине 90-х годов двадцатого века началось возрождение обители. Церкви были возвращены монастырские святыни, и первым передали храм Казанской иконы Божьей Матери. В Рождественский пост 1996 года в монастырь прибыли монахини, и к этому же времени была обретена могила Феофании.

В Казанской церкви находится часть мощей архиепископа Верейского Иллариона (Троицкого), который скончался в больнице пересыльной тюрьмы. В последний путь его проводил митрополит Серафим (Чичагов), который жил в Новодевичьем монастыре, когда закрыли лавру. Мощи Иллариона покоились на Новодевичьем кладбище, и несколько поколений петербуржцев заботливо хранили скромную могилку. В 1998 году мощи были вновь обретены и помещены в Казанской церкви, а 9 мая 1999 года, по решению Священного Синода Русской Православной церкви, мощи Иллариона были перенесены в Москву, в Сретенский монастырь. В раке, где ранее покоились мощи, сейчас находится облачение, панагия[112], крест и Евангелие, с которыми он был погребен.

В том же 1999 году прихожане храма Христа Спасителя в Москве пожертвовали Казанской церкви Новодевичьего монастыря икону Божией Матери «Державная». Икона была освящена, перед ней отслужили молебен с акафистом, а затем совершили крестный ход вокруг монастыря с окроплением его стен святой водой. Сегодня по воскресным дням неизменно совершается акафист Державной иконе Божией Матери.

В наши дни Казанская церковь – единственная действующая в Новодевичьем монастыре. Построенная в греко-византийском стиле, она напоминает собор святой Софии в Константинополе. Фасады церкви, выполненные из светлого кирпича, украшены голубой майоликой и причудливым орнаментом. Все пространство храма прорезают сводчатые арочные окна с мелкой расстекловкой. Невысокие красные купола венчают золотые кресты. Внутри храма купола и стены украшают росписи, иконы сияют золотом, повсюду мрамор, от бежевого оттенка до цвета чайной розы, огромное пространство залито светом.

Сегодня в монастыре постепенно налаживается иноческая жизнь. В 2001 году все монастырские постройки официально переданы обители. Ведутся реставрационные работы в восстанавливаемой Воскресенской церкви. Для возрождающейся Ватопедской церкви вновь написан список Ватопедской иконы Божьей Матери «Отрада и утешение», который иконописцы Афонского монастыря передали в дар обители. В стенах монастыря действует воскресная школа, библиотека, мастерские и богадельня, детский хор, благотворительный центр для детей из неблагополучных семей. Обитель принимает многочисленных паломников, сирот из приютов и детских домов. Монастырское издательство выпускает книги об обители и ее святынях, а также о жизни игумений и сестер. В восстановленной и освященной 17 июня 2006 года митрополитом Владимиром церкви Казанской Божьей Матери ведутся богослужения, игумения и сестры делают все, чтобы монастырская жизнь развивалась и все храмы обители были восстановлены. Хочется верить, что скоро все золотые купола украсят собою петербургское небо, и колокольный звон прольется ввысь.

Комплекс Воскресенского Новодевичьего монастыря с некрополем Новодевичьего кладбища открыт для посещения ежедневно. Начало утренних богослужений в церкви во имя Казанской иконы Божьей Матери в будние дни в 7 ч, в выходные и праздники – в 9-30. Начало вечерних богослужений – в 17 ч. Книжная лавка монастыря открыта ежедневно с 10 ч. до 19 ч.

Адрес: Московский проспект, д. 100.

Транспорт: ст. метро «Московские ворота»

Автобус: 3, 65

Троллейбус: 15,17, 24, 24-а

Трамвай: 29.

Глава 6 Святые берегут город

Собор апостолов Петра и Павла

Есть в самой широкой части Невы маленький остров, пронзающий водную гладь, словно крошечный военный корабль. Финны, которые жили по берегам величавой реки много веков назад, называли его «Енисаари», что значит Заячий. Так его именуют и теперь. Здесь, на острове, Петр I основал крепость для защиты невских земель от северных соседей.

Предание гласит, что вольная Нева покорила сердце царя, и он решил приручить своенравную реку: одеть в гранитные одежды, а на ее берегах построить город. Вскочив на коня со словами: «Мое и Богово», решил он перепрыгнуть через реку на другой берег, но упал вместе с конем в воду. Загудел народ, а царь вышел из воды на маленький остров и, перекрестившись, поклонился на все четыре стороны и сказал: «Люд православный! Прежде Богово, а потом уж наше! Начнем! С Богом!»[113]

Закладка крепости, первого сооружения города, произошла 27 мая 1703 года. Как гласит легенда, царь с вельможами и солдатами прибыл в этот день на Заячий остров. После водосвятия и молебна Петр взял заступ и начал сам копать ров. Вдруг из синевы небес слетел огромный орел и стал парить над островом. В ров опустили золотой ковчег с частицей мощей Святого Андрея Первозванного, покровителя России, а царь, положив на крышку ковчега три куска дерна, сказал: «Здесь быть городу»[114]. Так началась история Петербурга.

А через некоторое время, 12 июля, в Петров день, в крепости заложили первый храм города на Неве, ставший главным символом Петербурга и духовным воплощением замыслов царя-реформатора. Согласно петербургской легенде, Петр сам выбрал место для нового храма, сказав: «Во имя Иисуса Христа на этом месте будет церковь во имя апостолов Петра и Павла».

Собор апостолов Петра и Павла

И вновь появился орел и, шумя крыльями, пролетел над островом. Говорили, что этот орел был приручен, и долго еще жил на Петроградской стороне, получая корм по приказу коменданта крепости[115].

В 1704 году новгородский митрополит Иов освятил первую церковь во имя Святых Петра и Павла. Это был небольшой деревянный храм с колокольней, увенчанной на голландский манер шпилем на купольном фонарике, и первыми городскими часами. В память о Полтавской победе в 1709 году у входа в церковь пристроили две башни со шпилями, где по праздникам развивались боевые вымпелы. Строил деревянную, а потом и каменную церковь первый зодчий города – Доменико Трезини.

Итальянец по происхождению, Доменико родился и получил архитектурное образование в Швейцарии, недалеко от города Лугано, где проживала его семья. Несколько лет Доменико работал архитектором при дворе короля Дании, а затем получил приглашение от русского царя Петра на службу в качестве фортификатора[116] и инженера. Приехав в Россию в 1703 году, а через год – в Петербург, Трезини остался здесь навсегда, обретя вторую родину Почти 30 лет жил и работал в новой столице Андрей Якимович Трезин (так в России звали зодчего). Среди его построек, сохранившихся до наших дней, и Благовещенская церковь Александро-Невской лавры, и Летний дворец Петра I в Летнем саду, и здание двенадцати коллегий на Университетской набережной. Но главным делом всей его жизни стало строительство Петропавловской крепости с Петровскими воротами и Петропавловским собором. Через полгода после освящения собора зодчий скончался, ненадолго пережив свое детище. Похоронен он на первом кладбище города – Сампсоньевском, под сенью храма во имя Сампсония Странноприимца. Могила зодчего, к сожалению, затерялась, но в наши дни на кладбище установлен памятник первым архитекторам города, среди которых самое почетное место занимает Доменико Трезини[117].

В 1712 году, когда Санкт-Петербург стал столицей государства, деревянный храм перестал соответствовать его новому статусу и Петр повелел построить на месте деревянного новый каменный храм, поручив создание проекта Доменико Трезини. При закладке новой церкви первый камень под гром пушек положил сам Петр, потом по камню положили его жена, царица Екатерина, и все вельможи, присутствовавшие на торжестве. Петропавловский собор, освящение которого состоялось уже после смерти Петра, в 1733 году, при императрице Анне Иоанновне, стал кафедральным и имел этот статус до 1858 года, пока не был сооружен блистательный Исаакиевский собор.

Доменико Трезини создал церковь в европейском барочном стиле: «зального», а не «крестово-купольного» типа. Таких храмов в России еще не было. Собор имеет форму узкого прямоугольника, разделенного на три нефа мощными пилонами[118]. Огромное внутреннее пространство храма поддерживают зелено-розовые муаровые колонны. Освещенный большими хрустальными люстрами и заливаемый ярким потоком света, который льется из больших окон, прорезающих стены собора, собор действительно напоминает великолепный дворцовый зал. Ярко-желтое здание собора с фигурной четырехскатной крышей и небольшим куполом с золоченой главкой и сейчас выглядит празднично на фоне строгого гранитного облика крепости.

Главной доминантой собора стала многоярусная колокольня с курантами, увенчанная шпилем, с фигурой ангела, держащего крест. Говорят, что по своей форме колокольня напоминает мощную фигуру Петра, рост которого, как известно, был более двух метров. Вероятно, Трезини, проектируя колокольню, хотел создать своеобразный памятник основателю Петербурга. Колокольня построена почти на десять лет раньше самого храма. Петр торопил архитектора: ему хотелось, чтобы поскорее построили символ величия новой столицы. По замыслу царя, по высоте она должна была превзойти восьмидесятипятиметровую колокольню Ивана Великого в Москве. При Петре колокольня была внутри деревянной и имела высоту сто шесть метров. Летящий над Невой ангел является флюгером. Старожилы говорили, что таким он уже был при Петре: практичный царь повелел соединить в ангеле две функции: метеорологическую и декоративную. Но флюгером ангел стал уже при Екатерине Великой, когда после наводнения 1777 года он был поврежден сильным штормовым ветром и его переделали по проекту Антонио Ринальди.

А во время правления Николая I произошло еще одно событие, которое долго обсуждалось горожанами. Во время сильного урагана ангел с крестом на шпиле так накренился, что мог упасть. Долгое время он так и стоял, склонившись к земле, ведь подняться на такую высоту без дорогостоящих лесов было невозможно. И вот один умелец, прозванный потом «небесным кровельщиком», – двадцатитрехлетний крестьянин Петр Телушкин, – держась за крошечные выступы кровли, поднялся наверх и поправил ангела и крест. За этот поступок он получил от императора медаль «За усердие» и право на бесплатную чарку водки во всех кабаках. Для этого ему достаточно было щелкнуть двумя пальцами, сомкнутыми кольцом, по подбородку, где было выжжено специальное клеймо. Если верить преданию, именно с этим связан знаменитый русский жест, приглашающий к выпивке[119].

В 1856 году, после страшного пожара в соборе, случившегося от удара молнии во время грозы, деревянные конструкции рухнувшего шпиля заменили металлическими. Теперь высота колокольни – 122,5 метра. Это самое высокое здание города на Неве. Совсем недавно шпиль и купол позолотили, и первый храм города снова завораживает своим величественным сиянием, перекликающимся с блеском шпиля Адмиралтейства, стоящего на противоположном берегу.

Не только печальные, но праздничные и радостные события происходили в Петропавловском соборе. Главное торжество на протяжении многовековой истории храма было связано с праздником апостолов Петра и Павла. Кроме праздничного богослужения, в этот храмовый праздник, 12 июля, для причта устраивался в Комендантском доме ежегодный обед, где обязательно подавали осетра, которого ловили в Неве у крепости[120].

Святой Петр, в прошлом – рыбак Симон из Галилеи, получил свое имя от Иисуса. Петр – значит «камень». Спаситель не ошибся в своем ученике: хоть Петр и не всегда был твердым, как камень, и трижды отрекся от Иисуса, но всю жизнь без страха и усталости проповедовал учение Христа, приняв мученическую смерть на кресте.

Святой Павел не сразу принял христианскую веру. Родители дали ему имя Савл, что значит «выпрошенный», он был долгожданным поздним ребенком. Когда Савл вырос, он стал фарисеем, гонителем христиан. Но однажды он увидел свет и услышал голос Иисуса, который повелел ему идти в Дамаск. От яркого света Савл ослеп, но когда принял крещение, то прозрел и увидел мир по-новому. Получив при крещении имя Павел, что значит «маленький» – ведь он был немощным и слабым, – он стал смело и ревностно проповедовать учение Иисуса по всему миру. Ни темницы, ни страдания не остановили его на этом пути. Святой Павел был распят на кресте, как и Петр, по приказу жестокого императора Нерона.

Золотые статуи апостолов Петра и Павла украшают резную кафедру, расположенную напротив иконостаса. Великолепный старинный резной иконостас в форме триумфальных ворот сохранился до наших дней. Его создал известный зодчий петровского времени Иван Зарудный. А сорок три иконы иконостаса выполнены московскими иконописцами Андреем Меркурьевым и Федором Артемьевым. Это один из лучших иконостасов XVIII века, истинный шедевр декоративного искусства.

Некоторые святыни собора, церковная утварь, картины, старинные книги, к сожалению, не сохранились. После закрытия собора в 1919 году ценности были вывезены и безвозвратно утеряны. А здание Петропавловского собора на долгие годы было отдано Музею истории города. Военные трофеи, хранившиеся здесь со времен Северной войны, тоже были отданы в Эрмитаж и в другие музеи. Сейчас в храме находятся несколько копий захваченных в сражениях турецких и шведских знамен, напоминая о том, что собор является памятником славы русского воинства[121].

И сейчас храм остается музеем. Богослужения, которые проводит настоятель собора, совершаются только в большие праздники: день Святых Петра и Павла, именины города, на Рождество, Пасху. Иногда проводятся молебны в день рождения или панихиды в день смерти членов фамилии Романовых, которые захоронены в соборе.

Петропавловский собор отличается от всех храмов России именно тем, что здесь находятся погребения всех российских императоров и императриц, начиная с Петра I (кроме Петра II и Иоанна VI), а также великие князья и княгини. У надгробий из белого мрамора с именами покоящихся в них царствующих особ всегда много людей. Но больше всего почитают погребение Павла I. Петербургское предание гласит, что молитва, прочитанная у надгробия убитого императора, спасает от любых невзгод: на службе, в судебных делах, в семейных неурядицах, при невезении в любви[122]. В 1998 году в приделе святой Екатерины были похоронены останки Николая II, его семьи и слуг, расстрелянных большевиками в Екатеринбурге.

С восточной стороны к собору примыкает великокняжеская усыпальница, созданная в начале XX века по проекту Давида Грима; она стала последним творением знаменитого зодчего. Грим разработал проект в соответствии с пропорциями самого собора. Гармонично дополняя его композицию и одновременно являясь самостоятельным сооружением, небольшое здание усыпальницы стало неотъемлемой частью Петропавловского собора[123]. В советское время могилы, а также все убранство интерьеров усыпальницы – лампады, старинные иконы, золоченые кресты, бронзовые люстры, величественные надгробные доски – были уничтожены. В Петербурге ходили слухи, что все останки великих князей и княгинь свалили в одну кучу и сожгли в костре. Сейчас усыпальница реставрируется, надгробные плиты восстанавливаются.

Возле собора, у алтарной стены, находится еще одно кладбище, отделенное от аллеи, ведущей к собору, металлической оградой, – Комендантское. Здесь захоронены все 18 комендантов Петропавловской крепости, начиная с первого – Романа Брюса. Это своеобразный памятник истории крепости, которая продолжается и в наши Дни.

Каждый день, как и много веков назад, в полдень бьют куранты и стреляет пушка с Нарышкинского бастиона. Высоко над Невой в небе парит ангел, держащий над городом крест, и не иссякает поток людей, идущих к первому храму Петербурга – собору во имя Святых апостолов Петра и Павла, небесных покровителей города.

Государственный музей Собор Святых апостолов Петра и Павла открыт ежедневно с 10 до 19 ч. Богослужения совершаются в праздничные дни.

Адрес: Петропавловская крепость

Транспорт: ст. метро: «Горьковская»

Автобус: 45

Трамвай: 6.

Исаакиевский кафедральный собор

На левом берегу Невы, за Адмиралтейством, где Медный всадник гордо простирает ладонь над городом, а другой император, Николай I, пришпорил ретивого коня, словно пытаясь взять барьер и догнать великого пращура, как гигантская чернильница, выплеснув в петербургское небо синеву, высится златоглавый Исаакиевский собор.

Исаакиевский собор – самый большой храм города, его вес – триста тысяч тонн, а высота – сто один с половиной метр. Выше него в Петербурге только колокольня Петропавловского собора. Величие и монументальность храму придают сто двенадцать гранитных колонн-монолитов. Бригада каменщиков во главе с Самсоном Сухановым вручную высекала эти колонны в каменоломнях под Выборгом, а затем на баржах привозила в город. Колонны, по идее автора собора Огюста Монферрана, устанавливали раньше, чем возводили мощные[124] стены собора.

Установка первой колонны, которая произошла за тридцать лет до освящения собора, стала настоящим праздником. Приехавшие на торжество иностранные гости, царская чета, многочисленная толпа зевак с изумлением наблюдали, как всего за 45 минут, с помощью специальных приспособлений – кабестанов[125], была поднята и установлена 17-метровая колонна весом 114 тонн. Этот первый монолит легко найти: эта колонна крайняя справа, в первом ряду, в восточной части северного портика[126]. Под основанием первой колонны погребена свинцовая коробка, куда вложена платиновая медаль с изображением императора Александра I.

Всего четыре портика храма поддерживают 48 колонн. Не менее грандиозной была работа по установке 24 колонн вокруг высокого барабана центрального купола – ведь каждый из монолитов весил 64 тонны и был лишь на три метра меньше нижних; а поднять колонны надо было на большую высоту. На колоннаду барабана, где расположена смотровая площадка, можно подняться по винтовой лестнице из 562 ступеней; с сорокаметровой высоты виден и знаменитый памятник Николаю I, и самый большой в городе Синий мост, и здание Мариинского дворца, где заседает Законодательное собрание Петербурга; оттуда, с высоты птичьего полета, можно увидеть не только Исаакиевскую площадь, но и весь город. Колонны окружают и барабаны малых куполов, и огромные окна.

Исаакиевский кафедральный собор

Скульптурное убранство придает внешнему облику храма небывалое величие. Бронзовые барельефы фронтонов портиков выполнены Иваном Петровичем Витали; на них изображены библейские сцены – в частности, Исаакий Далматский, предсказывающий гибель императору Валенту и благословляющий императора Феодосия. С крыши собора на город смотрят двенадцать скульптур апостолов, а еще выше, у мраморного основания барабана центрального купола, на балюстраде, застыли двадцать четыре бронзовых ангела. Словно недремлющая стража, они охраняют город вот уже почти сто пятьдесят лет. Четыре колокольни-купола охраняют коленопреклоненные ангелы.

На золочение медных куполов и крестов ушло сто килограмм золота. Все одиннадцать колоколов собора, из которых самый большой весит 30 тонн, были отлиты из старых медных пятаков, но с добавлением большого количества серебра – вот почему у них такой мелодичный звон. Уникальные главные двери Исаакиевского собора, выполненные по проекту Витали, сделаны из дуба и отлиты в бронзе; половинка двери весит около десяти тонн[127].

За всеми этими цифрами стоит колоссальный труд сотен тысяч рабочих и мастеровых, которые без устали трудились с восхода и до заката, и в лютый мороз, и в проливной дождь, а жили впроголодь в бараках возникшей рядом с собором Исаакиевской деревни. Только под основание гигантского храма, уступающего в своих размерах разве что собору Святого Петра в Риме и Святого Павла в Лондоне[128], строители забили 24 просмоленных сосновых сваи. Но до сих пор в Петербурге поговаривают, что собор оседает под тяжестью собственного веса и когда-нибудь обвалится.

В 1927 году, когда в стране был страшный голод, американцы предложили купить Исаакиевский собор, чтобы, разобрав его на отдельные части, вывезти на кораблях в США; предлагали заплатить золотом и вдобавок отремонтировать все улицы города; но собор, к счастью, остался в Петербурге. Возможно, это еще одна легенда, связанная с собором, а может, и нет[129].

Городские легенды рассказывают нам, что в годы блокады огромная высота здания собора оказалась полезна городу. Чиновники Ленинграда никак не могли решить, как уберечь от бомбежек музейные ценности города; и тогда кто-то из старых артиллеристов предложил спрятать все в Исаакиевском соборе: вражеские бомбардировщики обязательно используют самую высокую точку города как ориентир для пристрелки и не станут бомбить собор. Так и вышло: подвалы собора стали убежищем, а сам храм уцелел, получив лишь небольшие повреждения[130]. Одна из колонн со следами осколков снарядов сохранена, и на ней установлена мемориальная доска.

Величественное творение Монферрана – не первый храм в честь Исаакия Далматского. Первым была деревянная Исаакиевская церковь, которая стояла на месте нынешнего фонтана у Адмиралтейства. Она знаменита тем, что в ней венчались царь Петр I и будущая императрица Екатерина. Под церковь перестроили бывшую адмиралтейскую чертежную, храм освятили в 1710 году и посвятили Исаакию Далматскому, в день памяти которого, 30 мая, родился Петр Великий[131].

Преподобный Исаакий, приняв постриг, долгие годы провел в пустыне; но, узнав о том, что по приказу императора Валента в Константинополе закрывают и разрушают храмы, пришел в столицу. В это время Валент собирался в поход против варваров. Увидев императора, Исаакий предсказал, что поход будет удачным, если Валент прикажет открыть все храмы. Самоуверенный правитель не послушал монаха, а велел бросить его в темницу. Но пророчество сбылось: варвары победили, а император погиб. Новый правитель Византии, Феодосий, повелел открыть все христианские церкви, а Исаакия почитал как святого. Для него построили недалеко от города жилище, где потом и возникло поселение монахов. Здесь Исаакий в трудах и молитвах прожил до глубокой старости, оставив обитель на попечение своего ученика Далмата, имя которого и носит монастырь.

Петр I почитал Исаакия Далматского как своего небесного покровителя и, когда деревянный храм обветшал, приказал заложить новую каменную Исаакиевскую церковь. Автором проекта был Георг Маттарнови, а место выбрали у Невы, там, где в наши дни стоит «Медный всадник». Церковь, напоминающую по внешнему виду Петропавловский собор, строили долго, а освятили уже после смерти Петра. Невские воды во время наводнений подмывали фундамент здания и оставляли трещины на стенах, а пожар 1735 года завершил то, что не удалось воде. Храм решили разобрать, а при Екатерине Великой, считавшей себя преемницей Петра, стали строить третью Исаакиевскую церковь, уже дальше от Невы, на месте нынешней Исаакиевской площади. Проект «мастера мрамора» Антонио Ринальди был грандиозен; но постройка затянулась, императрица умерла, а архитектор покинул Россию – при нем успели облицевать стены храма многоцветным мрамором лишь до карнизов.

Новый правитель, Павел, приказал достроить собор своему любимому зодчему Винченцо Бренне, но мрамор, предназначавшийся для облицовки храма, передали для строительства Михайловского замка. Мрамор заменили кирпичом, укоротили колокольню, а купол возвели один, а не пять, как предполагал Ринальди. В таком неприглядном виде, не соответствующем архитектурному убранству площади и своему назначению, собор и был освящен (это произошло в 1802 году)[132]. В Петербурге вскоре стали распевать: «Двух царствований памятник приличный, низ мраморный, а верх кирпичный». Сочинителя сослали в Сибирь, обрезав ему уши и язык[133], а новый император, Александр I, объявил конкурс разработок на перестройку третьего храма, пожелав при этом сохранить алтарную часть храма и мраморный низ.

Конкурсов было два, но все архитекторы предлагали разобрать старый собор и возвести новый. Тогда Александр II поручил Августину Бетанкуру, знаменитому изобретателю и инженеру, председателю Комитета по делам строений, найти такого мастера, который перестроил бы храм. Архитектор пришел сам и принес альбом с рисунками храмов, выполненных в разных стилях: от готического до китайского[134]. Так строителем собора стал энергичный и смелый француз Огюст Монферран, уже два года живший в Петербурге. Он был храбрым солдатом, кавалером ордена Почетного легиона, участником наполеоновских войн, имел архитектурное образование и к этому времени успел два года проработать в Париже под началом Ж. Молино, генерального инспектора по строительству. Просмотрев альбом, Александр I назначил Монферрана императорским архитектором, поручив ему проект собора[135].

Перестройка Исаакиевского собора продолжалась целых сорок лет – с 1818 года до 1858 года. Так долго не строили ни один храм в Петербурге. Сначала пришлось переделывать проект, так как оказалось, что сохранить старые пилоны технически невозможно. При Академии Художеств была создана целая комиссия для исправления проекта, и, используя все замечания, Монферран создал новый план. В течение пяти лет забивали сваи, затем устанавливали колонны, возводили стены, а архитектору пришлось создать еще один, третий проект храма, для возведения верхней части собора. После возведения здания еще много лет создавалось внутреннее убранство храма.

В Петербурге поговаривали, что гадалка предсказала архитектору смерть только после того, как он достроит собор, поэтому Монферран не торопится. И действительно, архитектор скончался через месяц после освящения собора. Одна из легенд о скоропостижной смерти автора собора гласит, что во время освящения один из вельмож из свиты императора обратил внимание на скульптурную композицию, изображающую святых. Все фигуры были изображены склонившими голову, лишь один, держащий в руках модель собора, не склонился в почтении. В облике этого святого угадывались черты Монферрана – своеобразный автограф зодчего. Император промолчал, не пожав Монферрану руки, и, даже не поблагодарив, вышел. После этого расстроенный архитектор заболел и умер[136].

Вообще в истории градостроительства очень популярны легенды о предсказании смерти зодчего после окончания строительства храма; то ли это городская легенда, то ли действительно архитекторы отдают своему детищу большую часть души и умирают вскоре, не в силах жить неполными.

В соборе находится еще один памятник автору – бюст Монферрана, выполненный из сорока трех пород минералов и камней – всех, что использовали при отделке интерьеров храма. Залы Исаакиевского собора украшает также позолота, бронза, полированные гранитные колонны. Здесь можно увидеть произведения искусства, служащие украшением интерьера. Это мозаичные картины на евангельские сюжеты, скульптура и полотна знаменитых мастеров XIX века, уникальные литые позолоченные люстры[137]. Освещение в соборе не такое яркое, как в других храмах; но именно этот величественный сумрак создает особое душевное настроение.

Сегодня под куполом снова парит серебряный голубь, символ Святого Духа. После революции на месте голубя висел маятник Фуко, один из экспонатов антирелигиозного музея, созданного в храме после его закрытия (с конца 30-х годов XX века – Историко-художественного музея). Сейчас в здании собора располагается Государственный музей «Исаакиевский собор», но в храме снова проводятся богослужения. В трехпридельный собор во имя святых Исаакия Далматского, великомученицы Екатерины и благоверного князя Александра Невского вернулась на свое место особо почитаемая икона Тихвинской Богоматери. В дни праздников первый удар колокола кафедрального Исаакиевского собора раздается над Невой как сигнал для звонниц всех церквей города, и начинается торжественное богослужение.

Невозможно представить город без Исаакиевского собора – немного таинственного, хранящего в себе сотни лет петербургской истории. Сама природа вписала в свой ландшафт собор, так похожий на грандиозный античный храм. В туманное утро и вечерние сумерки еще более загадочным становится величественный силуэт собора, уходящего своей вершиной за облака; и ослепительным блеском наполняет солнце его купола, в ясный день видные даже из Кронштадта.

Исаакиевский собор открыт с 11 до 17 ч. Богослужения проводятся в субботу в 17 ч., в воскресенье в 11 ч.

Адрес: Исаакиевская пл., д. 4.

Транспорт: ст. метро «Невский проспект»

Автобус: 10, 27

Троллейбус: 5, 22.

Собор во имя Святого апостола Андрея Первозванного (Андреевский собор)

Большой проспект, пересекающий 6-ю и 7-ю линии Васильевского острова, когда-то был дорогой от Меншиковского дворца к заливу. Здесь, на перекрестке, всегда было оживленно. Купцы и горожане спешили на Андреевский рынок, а проходя мимо Андреевского собора и стоящей рядом церкви Трех Святителей, осеняли себя крестом. Кто богобоязненно, с поклонами, кто второпях. И так несколько веков – жизнь и вера, земное и вечное существуют рядом: стоит на этом месте Андреевский собор, особый, орденский храм, а рядом – рынок, названный его именем.

Собор во имя Святого апостола Андрея Первозванного (Андреевский собор)

Идея создания собора во имя Андрея Первозванного принадлежала Петру Великому, который особо чтил апостола, считая и его своим покровителем. Смерть не позволила императору осуществить замысел, хотя уже был готов проект Андреевской церкви и создана модель храма. Осуществить идею Петра удалось при Анне Иоанновне. В 1732 году была построена небольшая деревянная одноэтажная Андреевская церковь с маленькой звонницей, при Елизавете Петровне ставшая соборной. Сюда перенесли иконостас, находившийся в церкви дворца Меншикова, где до сооружения Андреевской церкви совершались службы для жителей этой части острова.

Имя автора этого деревянного Андреевского собора осталось тайной, хотя предполагают, что это был Джузеппе Трезини – он проектировал церковь Трех Святителей, позднее появившуюся рядом с собором. Деревянный собор пользовался любовью, сюда приходили не только простые горожане, но и члены царской семьи, подолгу молился Иоанн Кронштадтский, приходила на службу блаженная Ксения Петербургская. В церкви было холодно, она не отапливалась, в зимние морозы людей обогревал лишь огонь свечей и лампад; но горожане полюбили храм, ведь он был освящен во имя Андрея Первозванного, покровителя России, одного из самых почитаемых святых.

По библейскому преданию, апостол Андрей жил в Галилее и был рыбаком, как и его брат Петр. Однажды, услышав проповеди Иоанна Крестителя, Андрей пошел за пророком в надежде, что тот и есть Мессия. Иоанн Креститель привел последовавших за ним к реке Иордан, где принимал крещение Иисус. Так Андрей стал первым учеником Спасителя. Андрей Первозванный все годы земной жизни Иисуса был рядом с ним, а после проповедовал христианское учение среди язычников, ходил в разные страны, основал церковь в маленьком селении Византий, ставшем позднее столицей православия – Константинополем.

Летописец Нестор упоминает о том, как однажды святой Андрей отправился вверх по Днепру и увидел горы. Апостол сказал ученикам, что здесь будет великий город, в котором построят много церквей, и, поставив свой крест в землю, благословил это место[138]. Предсказание Андрея Первозванного сбылось. Две тысячи лет красуется на берегах Днепра город Киев – «мать городов русских», а на месте креста стоит вековая липа. Отсюда, с этих гор, началась история русского государства, и с тех пор на Руси Андрея Первозванного почитают как покровителя. Как и все апостолы, он принял мученическую смерть, не пожелав отречься от веры; его распяли на Х-образном кресте, не прибивая рук и ног, чтобы продлить мучения. Поэтому Андреевский флаг, бывший флагом России, а потом ставший символом морского величия нашего государства, – стяг белого цвета с голубым диагональным крестом.

Веками апостола Андрея почитали как первосвященника Византийской церкви; а когда Русь крестилась, приняв православие из Константинополя, и в России стали особо чтить святого Андрея. И в наши дни в день крещения Руси от Андреевского собора отправляется торжественный крестный ход, а рядом с храмом воссоздана одна из часовен – в честь князя Владимира, крестившего Русь.

Летом 1761 года во время грозы в Андреевский собор попала молния, и храм сгорел. Знаменитый иконостас удалось вынести из огня, и долгие годы он находился в церкви Трех Святителей Вселенских. Это один из самых старинных храмов города, построенный более чем за два десятилетия до Андреевского собора, он сохранился до наших дней и является частью Андреевского прихода. Удивительно и необычно – два православных храма рядом!

По одной из городских легенд, на церковном кладбище, где хоронили именитых петербуржцев, упокоилась невеста молодого императора Петра II, Екатерина Долгорукая, на 16 лет пережившая своего жениха, умершего накануне венчания от болезни.

Строительство нового храма поручили архитектору Сената, Александру Висту, известному зодчему; но он не оправдал высокого доверия. В 1766 году, через два года после начала работ, своды, поддерживающие купола, рухнули; тогда архитектора отстранили от работы; началось следствие. Постройку храма поручили Алексею Иванову, выпускнику Академии художеств, профессору архитектуры, долгое время стажировавшемуся в Париже и Риме. Строительство затянулось, но наконец в 1781 году собор освятили.

В XIX веке строительство храма продолжалось. Были построены три часовни, две рядом с собором, а одна – на Николаевском мосту (сейчас – мост имени лейтенанта Шмидта). Николай Гребенка, выпускник Академии художеств, приехавший в Петербург из Полтавы, проектировал два боковых придела храма – Успенский и Никольский – и руководил их постройкой[139].

Собор разделил судьбу многих других храмов Петербурга. В 30-е годы XX века его закрыли, передали институту «Ленморпроект», затем институту этнографии. В годы блокады от взрывов бомб и артобстрелов сильно пострадали стены и крыша храма и его интерьеры. Старинный иконостас из Меншиковского дворца удалось частично сохранить во время разграбления храма: прихожане укрыли его фанерой и досками. После возрождения собора иконостас отреставрировали. Среди икон современных мастеров в иконостасе и сейчас находятся святыни храма – иконы Святого Александра Невского и Святителя Николая Чудотворца, датируемые XVIII веком.

Голубой в золоте иконостас напоминает по цвету орден Андрея Первозванного, учрежденный Петром Великим. Награждали им царственных особ и именитых вельмож «за веру и верность». Великие князья при крещении, а князья императорской крови при достижении совершеннолетия получали Андреевский орден – крест синей эмали с изображением Андрея Первозванного. Петр также был кавалером ордена, получив его за знаменитую победу в сражении на Неве.

Вот уже несколько веков Андреевский орден украшает барельеф над входом в собор. Храм стал орденским при императоре Павле, об этом напоминает обелиск, стоящий недалеко от храма. И в наши дни орден Андрея Первозванного – одна из самых почетных наград.

Удивительной красоты, нежно-розовый, с серебряным куполом, с высокой колокольней, выполненный в стиле барокко пятиглавый Андреевский собор – любимый храм жителей Васильевского острова.

Под руководством настоятеля собора ведется большая просветительская и благотворительная работа, действует воскресная школа, класс церковного пения, ведутся богослужения, нередко их совершает Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир. И как когда-то, идут люди помолиться перед иконами апостола Андрея. Одна из них – мозаичная, с частицами мощей святого, а другая – с житием, написанная в 1728 году. Чудесным образом сохраненные старинные иконы – главные святыни храма.

Идут люди в собор и в праздники, и в будни, молятся женщины в заботе о замужестве дочерей. Из окон новой современной гостиницы, что выходит фасадом на площадь, можно увидеть, как горожане спешат на Андреевский рынок, и кто-то остановится у входа с ангелами, держащими орден Андрея Первозванного, задумается…

Собор во имя Святого апостола Андрея Первозванного открыт ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: 6-я линия В. О., д. 11

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 7,128,151

Троллейбус: 10

Трамвай: 1, 6,11.

Князь-Владимирский собор

Петроградская сторона – старейшая часть города, застраивавшаяся еще при Петре I. Здесь, к западу от Петропавловской крепости, на Городском острове, селились первые жители Петербурга. Город был основан в дельте Невы, где она, разделившись на рукава, несет свои воды к заливу, омывая низкие берега. Река то с любовью умывает по утрам набережные, то в бешеном порыве норовит сбросить с себя город – и затапливает низкие болотистые топи, узенькие улочки и невысокие домики окрестных жителей Никольской слободы.

Горожане звали этот район Мокрушей. По преданию, жители Никольской слободы еще в 1708 году заложили здесь небольшую церковь во имя Святителя Николая, а спустя несколько лет, уже в 1713 году, вместо деревянной была заложена трехпрестольная мазанковая церковь во имя Успения Богоматери. Храм в народе стали называть «Успение на Мокруше»[140]. Несмотря на не слишком торжественный облик, церковь получила статус собора, поскольку находилась в центре густонаселенной слободы. Боковые приделы были освящены в 1717 году (во имя Николы Чудотворца и во имя Иоанна Предтечи), а главный – в 1719 году. По прошествии нескольких десятилетий церковь обветшала, и царствующая в те годы императрица Анна Иоанновна приказала рядом со старым собором выстроить новый каменный одноглавый собор во имя Иоанна Предтечи – в честь рождения наследника престола, Иоанна Антоновича. Проектирование собора было поручено архитектору Земцову. Через два года архитектор умер, и постройка храма была поручена Пьетро Трезини; но и ему не суждено было завершить строительство.

Князь-Владимирский собор

Дело было в следующем: когда выяснилось, что алтарная часть храма ориентирована на юг, а не на восток, как это принято в православной традиции, строительство прекратили. Вскоре к власти пришла императрица Елизавета, которая распорядилась, чтобы церковь достроили по русскому обычаю – пятикупольной, и поскольку о том, чтобы храм носил имя свергнутого ею императора Иоанна Антоновича не могло быть и речи, церковь должна была стать Успенской. Трезини составил новый проект, который не понравился Елизавете и был отклонен. Тогда императрица призвала всех зодчих столицы, чтобы они общими усилиями составили проект собора. После долгих проволочек в 1766 году, уже при новой императрице, Екатерине II, стали строить храм по плану Антонио Ринальди (за основу будущего здания был взят Успенский собор в Москве). Собор почти был завершен, когда случился пожар 1772 года, полностью уничтоживший старую мазанковую церковь и сильно повредивший новый храм. Все же в недостроенной церкви освятили Успенский придел и начали вести службы. Так продолжалось долгих одиннадцать лет, пока прихожане не обратились к императрице с просьбой довести строительство храма до конца. Екатерина II приказала завершить строительство собора Конторе строений Александро-Невской лавры, тогда еще – монастыря, а руководство работами поручила архитектору Егору Ивановичу Старову[141].

Время окончания более чем сорокалетнего строительства храма «на Мокруше» совпало с присоединением Крымского ханства к России. На гербе Таврической губернии – такой статус получил тогда Крым – красовался византийский орел с восьмиконечным крестом на груди, напоминавший о принятии князем Владимиром христианства в Константинополе. В 1787 году императрица посетила Крым, где щедро раздавала ордена Святого Владимира, а в Херсонском адмиралтействе спущенный в ее присутствии на воду корабль получил имя «Владимир»[142]. Возможно, именно эти исторические параллели и сыграли решающую роль в том, что главный престол отстроенного наконец собора в Петербурге был освящен в 1789 году во имя Святого князя Владимира.

Во время правления на Руси князя Владимира в конце X – начале XI века. Византия, с одной стороны, стремилась утвердить на Руси христианство, чтобы таким образом распространить на нее свое влияние, с другой – опасалась христианизации Руси, которая бы ввела ее в ряды сильнейших европейских государств. Крещению Руси предшествовало обращение византийского императора Василия II к Владимиру с просьбой о помощи. Владимир согласился, но при условии, что император выдаст за него свою сестру Анну. Соглашение состоялось, и Владимир прислал отряд на помощь византийцам. Однако Василий, опасавшийся роста могущества русского князя, оттягивал исполнение договора. Ответом Владимира стал поход русских дружин на византийский город в Крыму – Херсонес. Князь Владимир взял Херсонес, и Василию пришлось выдать за него Анну. Отношения с Византией укрепились. В 988 году Русь приняла христианство в качестве государственной религии.

Вот как рассказывают об этом религиозные деятели: «Святой равноапостольный князь Владимир, креститель Руси, был внуком великой княгини Ольги и младшим сыном князя Святослава. Став великим князем Киевской Руси, часто он ходил в походы, приносившие ему богатство и военную славу, часто устраивал шумные пиры для своих храбрых дружинников, где вино лилось рекой. Естественно, князь был язычником. Но спустя некоторое время Владимир все чаще начал ощущать, что языческая вера не дает ему спокойствия духа, которого так жаждало его сердце. Тогда он призвал представителей четырех мировых религий – мусульманства, иудаизма, католичества и православия. Внимательно выслушав каждого, решил он отправить мудрых мужей узнать о незнакомых ему верах. Возвратились послы и сказали, что нет красоты ни у магометан, ни у немцев, ни у иудеев, нехороши их законы. И только когда они пришли в храм Святой Софии в Константинополе, то увидели такую красоту, что не знали даже, на земле или на небе находились[143]. И решил великий князь принять веру из Константинополя, но не хотел просить крещения, а пошел войной на земли Византийские и захватил город Корсунь. Угрожая разорить и столицу империи, потребовал Владимир у правителей Константинополя отдать ему в жены их сестру, Анну Императорам ничего не оставалось делать, как отдать принцессу в жены Киевскому князю. Со слезами поехала Анна в Корсунь, но встретили ее с почестями, а сам Владимир был заботлив и ласков. Но в это время разболелись у князя глаза, он почти ослеп и не мог увидеть своей невесты. Тогда Анна посоветовала князю скорее креститься. И действительно, когда епископ Корсуньский крестил Владимира, то он тут же и прозрел. С тех пор молятся верующие перед иконой Святого князя Владимира, прося помощи в глазных болезнях. После венчания с принцессой Анной великий князь отправился в Киев. Впереди княжеского кортежа шли православные священнослужители, присланные вместе с Анной на Русь, во главе с митрополитом Михаилом. Они несли кресты, иконы, святые мощи, часто останавливались, совершали молебны и исполняли священные песнопения. Всюду, где шли православные, множество людей крестились и приняли новую веру. Прибыв в Киев, Владимир объявил всем жителям города, что на завтрашний день в водах Днепра свершаться будет крещение всех в православную веру. Перед тем как крестить киевлян, приказал князь низвергнуть всех языческих идолов в реку и разобрать капища. В назначенный день множество людей собралось на берег Днепра, там же был и сам Владимир со священнослужителями. Народ входил в воды реки, и пока священники совершали таинство крещения, Владимир поднял руки к небу и радостно воскликнул: «Творец неба и земли! Благослови сих новых чад твоих!»[144] Было это в 988 году».

Хотя официально Русь считается православной с 988 года, борьба православия с язычеством продолжалась на протяжении всей истории средневековой церкви[145]. Язычники передавали от поколения к поколению заговоры и заклинания, украшали дома и одежду языческим орнаментом, исполняли языческие обряды, обращались за помощью к волхвам: лекарям и изготовителям амулетов, слушали сказителей языческих мифов – кощунов[146]. На городских площадях проходили языческие игрища. В церковном поучении XII века описываются многолюдные языческие сборища в любую погоду и пустующие церкви[147]. Почему же в десятом веке русские приняли непопулярную византийскую веру?

Христианство в мире распространялось двумя путями: первый – мечами христианских армий (например, среди саксов, западных славян, прибалтов), второй – через племенную верхушку. Французский историк-медиевист Жак ле Гоф отмечает: «Христианская проповедь почти всегда терпела неудачу, когда она пыталась обратиться к языческим народам и убедить массы. Но, как правило, она добивалась успеха, когда привлекала на свою сторону вождей[148]». Известна и причина. Правитель, принимавший христианство, получал божественную санкцию своей власти, коей нет «не от бога». Подданных в церкви торжественно поучали: «Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим по плоти, не в глазах только служа им, но в простоте сердца, боясь Бога. И все, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков, зная, что в воздаяние от Господа получите наследие»; «Рабы, повинуйтесь господам по плоти со страхом и трепетом, как Христу. Не с видимой только услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя Волю Божию от души. Служа с усердием, как Господу, а не человекам», «Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым».

Летопись рассказывает о крещении Руси: «С радостью пошли люди, ликуя и говоря: «Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре». В свете вышеизложенного принятие христианства «князем нашим и боярами» удивления не вызывает. Но насколько мирно утверждалась новая религия в низах?

По той же летописи, накануне крещения в реку был сброшен Перун и «плакухася ему невернии люди». Показательно обращение князя Владимира к тем киевлянам, которые не пожелают креститься: «…противник мне будет» (Радзивилловская летопись) или даже: «Не будет пощажен» (Никоновская летопись). Митрополит Илларион в «Слове о Законе и Благодати» откровенно писал: «И не было ни одного противящегося благочестивому его [Владимира] повелению, а если кто и не с любовью, но со страхом принужден креститься, потому что благоверие его [Владимира] с властью сопряжено». Один из источников, включенных в «Историю» Татищева, так дополнил официальное повествование о крещении в Киеве: «Инии же нуждою последовали, окаменелыя же сердцем, яко аспида, глухо затыкаюсче уши своя, уходили в пустыни и леса, да погибнут в зловерии их». «Повесть временных лет» сообщает закономерное следствие: «Сильно умножились разбои». Христианские епископы потребовали от князя принятия самых жестких мер: «Почему не казнишь разбойников?» – «Боюсь греха», – откликнулся князь с явной иронией. Следует учесть, что на языческой Руси смертной казни не было, существовали кровная месть и штраф (вира), требование епископов опиралось именно на христианское, византийское, законодательство. Столь буквальное толкование «Не убий» епископов не устроило: «Ты поставлен Богом для наказания злым, а добрым на милость. Следует тебе казнить разбойников». Через некоторое время епископы разобрались в ситуации: вира оказалась одним из главнейших источников княжеских доходов, десятая часть которых шла духовенству. Вира была восстановлена, и еще в XII веке церковники сами собирали ее в принадлежащих им селах (грамота князя Мстислава Владимировича Юрьеву монастырю, 1130).

Когда в 1008 году «изымаша хитростью некоею славного разбойника, нарицаемого Могута» (видимо, одного из предводителей), князь приговорил его к пожизненному заточению в доме митрополита. Никоновская летопись сообщает, что в заключении Могут «смирения много показал и, провидев свою смерть, с миром почил о Господе».

С особым трудом шла христианизация Новгорода. Хорошо известен рассказ «Иоакимовской летописи»[149].

«6499 (991). В Новгороде люди, увидев, что Добрыия идет крестить их, учинили вече и заклялись все не пустить их в город и не дать опровергнуть идолов. И когда он пришел, они, разметав мост великий, вышли с оружием, и какими бы угрозами или ласковыми словами их Добрыня ни увещевал, они и слышать не хотели, и вывели два самострела больших со множеством камней, и поставили их на мосту, как на настоящих своих врагов. Высший же над славянскими жрецами Богомил, который из-за своего красноречия был наречен Соловьем, запрещал людям покоряться.

Мы же стояли на торговой стороне, ходили по торжищам и улицам и учили людей, как могли. Но гибнущим в нечестии слово крестное, которое апостол сказал, явилось безумием и обманом. И так мы пребывали два дня и крестили несколько сот людей. Тоща тысяцкий новгородский Угоняй, ездил повсюду и кричал: «Лучше нам помереть, нежели богов наших дать на поругание». Народ же оной страны, рассвирепев, дом Добрыни разорил, имение разграбил, жену и родных его избил. Тысяцкий же Владимиров Путята, муж смышленый и храбрый, приготовив ладью и избрав от ростовцев 500 человек, ночью переправился выше города на ту сторону и вошел в город, и никто не остерегся, так как все видевшие их думали, что видят своих воинов. Он же, дойдя до двора Угоняя, его и других первых мужей тотчас послал к Добрыне за реку. Люди же той страны, услышав про это, собрались до 5000, обступили Путяту, и была между ними злая сеча. Некоторые пошли и церковь Преображения Господня разметали и дома христиан стали грабить. А на рассвете подоспел Добрыня с бывшими с ним воинами, и повелел он у берега некоторые дома поджечь, чем люди были весьма устрашены, и побежали они тушить огонь; и тотчас перестали сечь, и тоща первые мужи, придя к Добрыне, стали просить мира.

Добрыня же, собрав воинов, запретил грабеж и тотчас сокрушил идолов: деревянные сжег, а каменные, изломав, низверг в реку; и была нечестивым великая печаль. Мужи и жены, видев это, с воплем великим и слезами просили за них, будто за настоящих богов. Добрыня же, насмехаясь, им говорил: «Что, безумные, сожалеете о тех, которые себя оборонить не могут, какую пользу вы от них чаять можете». И послал всюду, объявив, чтоб все шли ко крещению. <…> И пришли многие, а не хотящих креститься воины притаскивали и крестили, мужчин выше моста, а женщин ниже моста. <…> И так крестя, Путята шел к Киеву. Потому люди и поносят новгородцев, мол, их Путята крестил мечем, а Добрыня огнем».

Последняя поговорка известна и помимо Поакимовской летописи. Подтверждения событий, описанных в Поакимовской летописи, обнаружила новгородская археологическая экспедиция под руководством В. JI. Янина. Дендрохронологический анализ деревянных мостовых в Новгороде позволяет с точностью до года датировать тот или иной слой. Под ярусом 989–990 годов, в береговых кварталах были найдены следы необычно большого пожара (в пределах раскопа – 9000 м^2). Найдены крупные клады, спрятанные под полом, – домашняя казна. Таким образом, в период крещения береговые кварталы Новгорода действительно погибли от огня. События, по оценке В. JI. Янина, не были бескровными, так как владельцы найденных сокровищ не вернулись к пепелищам своих домов.

«Житие великого князя Владимира» повествует: «И стремясь не только Киев, но и всю державу свою светом веры святой просветить, послал Владимир людей во все русские города крестить народы, на не захотевших же креститься большую дань налагал». Согласно «Повести о водворении христианства в Муроме», крестители заманивали в новую веру снижением налогов («оброками легкими»), а «иногда муками и ранами угрожая им [язычникам]» глумились над языческими святынями: «идолы попраша и сокрушиша и без вести сотвориша». О том же в «Житии» ростовского епископа Исайи, описывающем, как Исайя из Ростова «обходит прочие города и места в Ростовской и Суздальской области», и где «находит идолов, всех предает огню».

«Правило» митрополита Иоанна (1089) устанавливало «яро казнити на возброненье злу», «но не до смерти убивати, ни обрезати телесе» тех, кто «волхвования и чародеяния» творят, да и то предварительно «словесы и наказаньем» попытавшись «обратити от злых»[150]. В Синодальной редакции церковного устава князя Владимира среди проступков, подлежащих церковному наказанию, перечисляются: «или кто молится под овином, или в рощеньи, или у воды» и те же «чародеяние, волхвование»[151]. Троицкая редакция устава (XVI в.) включила и тех, которые «молятся твари, солнцу, луне, звездам, облакам, ветрам, кладезям, рекам, дубию, горам, каменьям»[152].

В 1227 году в Новгороде после суда у архиепископа сожгли четырех волхвов, несмотря на заступничество бояр[153]. Через год архиепископ был изгнан горожанами.

Сохранилось послание псковского игумена Памфила (нач. XVI в.), автор которого дает интересное описание языческого праздника в ночь Ивана Купалы и требует от наместника города искоренения языческих обрядов. «Не исчезла еще здесь ложная вера идольская, праздники в честь кумиров, радость и веселие сатанинские. Когда приходит великий праздник, день Рождества Предтечи [языческая ночь Ивана Купалы], то тогда, в ту святую ночь, чуть ли не весь город впадает в неистовство, и бесится от бубнов, и сопелей, и гудения струн, и услаждается непотребными всевозможными игрищами сатанинскими, плесканием и плясками: выходят волхвы-мужи и жены-чародей-ки на луга и болота, в степи и дубравы, ища смертной травы. Вы же, господа мои, истинные властители и грозная опора этого города христолюбивого! Уймите храбрым мужеством вашим от таких начал идольского служения богом созданный народ сей». На Стоглавом Соборе (1551) было принято очередное запрещение языческих обрядов: «О игрищах еллинского [языческого] бесования. Еще же многие от неразумия простая чадь [простонародье] православных христиан во градах и в селах творят еллинское бесование, различные игры и плясания в навечернии Рождества Христова и против праздника Иоанна Предтечи в нощи и в праздник весь день. Отныне же впредь подобает православным христианам вместо сих бесования в такие святыя и честныя праздники приходити ко святым божиим церквам и упражнятися на молитву: и божественного писания со вниманием слушати, и божественную литургию со страхом предстояти: всем православным христианам на таковая еллинская бесования не ходити ни во градех, ни по селам».

Согласно царскому указу 1649 года: «Ведомо де Государю учинилось, что… иные люди тех чародеев, и волхвов, и богомерзких баб в дом себе призывают и к малым детям, и те волхвы над больными и над младенцами чинят всякое бесовское волхвование и от правоверия православных крестьян отлучают; да в городах и уездах сходятся многие люди мужского и женского полу по зорям и в ночи чародействуют, с солнечного схода первого дня луны смотрят и в громное громление на реках и в озерах купаются, чают себе от того здравия… И Великий Государь… велел о тех богомерзких делах заказ учинить, чтобы православные христиане от такового бесовского действия отстали… а которые люди от того ото всего богомерзкого дела не отстанут… тем людям чинить наказание… бить батогами»[154].

В связи с преследованием язычников возникло известное крестьянское суеверие: если встретил священника – к несчастью. Этнограф С. Максимов писал по этому поводу: «Суеверный народный обычай при встрече со священниками, почитаемой дурным знаком, указывающий на некоторые предосторожности, вроде бросания щепок на след и другие приемы, народился во времена глубокой древности. Толковники объясняли нам, что во времена язычества на Руси священник, как представитель новой веры, проповедник христианства и креститель, мог быть грозным для тех, которые еще коснели в идолопоклонстве. Когда встречный снимал перед ним шапку, складывал руки так, что правая рука приходилась на ладонь левой, и подходил под благословение, значит, прав человек: получи благословение и ступай своей дорогой. В противном случае скажи: кто ты, и во что веруешь, и умеешь ли крест класть на лоб; если же ничему такому не навык и не научился, ступай ко властям гражданским. Эта власть «отдаст за приставы» и пособит духовному клиру приобщить к стаду верных новую овцу более надежными и внушительными средствами, чем устная убеждающая проповедь»[155].

Адекватно отвечали русские язычники. В Новгороде в 1066 году был удушен епископ Стефан, в 70-х годах его преемника защитили от новгородского простонародья князь с дружиной. Уже в 1228 году новгородского архиепископа Арсения, перед тем сжегшего четырех волхвов, изгнали из города – обвинив в том, что по его вине произошел неурожай. В Залесской Руси, в Ростове, в XI–XII веках епископы Феодор и Илларион были изгнаны, Лаврентий – убит. На Вятке язычники убили монаха Кукшу, который «крестил вятичей». Уже в XVIII веке протоиерей Димитрий Сеченов донес о мятеже пытавшихся убить его русских идолопоклонников из Ярославской губернии. Организованный характер приобретало сопротивление под началом волхвов. В 1024 году волхвы подняли восстание в Суздале, князь «захватив волхвов, одних изгнал, а других казнил»[156]. Некий волхв стал пророчествовать в Киеве, привлек много народа, но «в одну из ночей пропал без вести», якобы унесенный дьяволом. Другой волхв объявился в Новгороде, где принялся хулить веру христианскую и обещать совершение чудес. Власть новгородского епископа пошатнулась и когда он, одев праздничное облачение и взяв в руки крест, призвал новгородцев разделиться на тех, кто верит волхву и верит богу, «князь Глеб и дружина его пошли и стали около епископа, а люди все пошли к волхву». Ситуация разрешилась малой кровью. Князь, спрятав под плащом топор, подошел к волхву и завязал с ним разговор: «А знаешь ли, что будет с тобою сегодня?» – «Чудеса великие сотворю», – ответил ничего не подозревающий богослужитель. Князь вынул припрятанный топор и одним ударом посрамил провидческий дар язычника. Естественно, никакого осуждения такого богословского аргумента, как вероломное убийство, со стороны автора летописи не следует. «И пал он мертвым, и люди разошлись. Так погиб он телом, а душою предался дьяволу», – удовлетворенно резюмировал христианский монах.

Крещение Руси сопровождалось насилием, хотя и не таким кровавым, как в странах, куда христианство приносили иноземные армии[157].

Сам же князь Владимир, приняв крещение, получил в народе прозвище «Красно Солнышко». Как и прежде, Владимир устраивал роскошные пиры, но проводились они после литургии или по большим церковным праздникам. Выставлялись обильные угощения на столах, звонили колокола, звучали торжественные песнопения. Сам князь угощал досыта питьем и едой нищих и убогих, доставлял дары в церкви и монастыри. Князь больше не ходил в походы ради богатства и славы, воевал лишь с печенегами, что совершали набеги на южные границы Руси, строил крепости для защиты, заботясь о безопасности своего государства. Когда в 1015 году князь Владимир скончался, его мощи были положены в мраморной раке, поставленной в Успенском храме, основанном по его повелению, рядом с такой же ракой его почившей ранее супруги и помощницы в деле распространения христианства на Руси, княгини Анны.

Князь Владимир почитался православными как святой; после победы над шведами, в 1240 году, князь Александр Невский решил, что она была достигнута благодаря помощи и заступничеству святого Владимира. И вскоре после победы последовала канонизация князя Владимира и был установлен день его памяти – 15 июля[158].

Собор в Петербурге, освященный во имя Святого Равноапостольного князя Владимира, должен был напоминать об обретении Россией «купели своего крещения»[159]. В напоминание о прежних названиях храма в нем были освящены два придела, Успенский и Никольский. Поначалу они находились в небольших отдельных помещениях и лишь в 1866–1867 годах были перенесены в боковые нефы храма. Тогда же весь собор стал теплым.

В 1845 году собор получил статус орденского наряду с Софийским собором в Царском селе. С этого года по ходатайству кавалеров ордена Святого Владимира в Князь-Владимирском соборе сложилась традиция ежегодно отмечать орденский праздник 22 сентября. К столетию учреждения ордена собор был реставрирован.

С 1806 года при храме действовало духовное училище, ас 1875 по 1918 год при нем находилось благотворительное общество и приют для сирот[160]. В годы советской власти из храма были изъяты многие ценности и святыни, но сам он закрывался только с 1926 по 1927 год. В 1920 году в крестильном помещении был освящен престол Всех Русских Святых, служившийся и в холодную погоду. Собор долгое время являлся кафедральным, действуя и в годы Великой Отечественной, и после войны. В него часто передавались иконы и святыни из закрывавшихся в период господства атеизма храмов. В частности, в храме с 1940 по 2001 год находилась известная чудотворная икона Казанской Божьей Матери из Казанского собора. Сейчас на ее месте находится копия.

В соборе хранятся исторические и музейные ценности, среди которых – Берлинское евангелие 1689 года в драгоценном окладе, пожертвованное императрицей Елизаветой Петровной; а также икона Успения Богоматери, копия главной святыни Киево-Печерской лавры. В 1872–1873 годах, окружая собор оградой, архитектор Брюлло построил две часовни, которые не сохранились до наших дней, а близ Тучкова моста в память убитого Александра II по проекту Ковригина была возведена каменная Александро-Невская часовня, уцелевшая и переданная собору в 80-х годах прошлого века.

Собор воспринимается как единое и очень гармоничное сооружение. Изящная пятидесятисемиметровая колокольня, четырехгранная внизу и цилиндрическая сверху, словно вырастает из общего здания пятиглавого белостенного храма, в облике которого переплелись черты раннего классицизма и барокко. Удивительные, будто резные, воздушные кресты венчают купола собора, сияя на солнце.

Сегодня Князь-Владимирский собор, прекраснейший петербургский храм с более чем 200-летней историей, собирает под свои своды прихожан всего города. Стараниями настоятеля храма ежедневно проходят богослужения и таинства. При храме действует воскресная школа, открыта приходская библиотека, проходят хоровые занятия, проводится также большая и серьезная работа по информированию и просвещению желающих принять православие, ведется сбор и обработка материалов о жертвах большевистских гонений за веру, издаются книги, проводятся благотворительные юридические консультации.

Красуется гордый и прекрасный храм, словно любуясь течением Малой Невы и открывающимся взгляду простором. Приходят на «Мокрушу» люди: идут в храм почтить историю Руси, поставить свечу, послушать пение хора, стоя под высокими сводами, уносящими к небесам слова молитвы.

Князь-Владимирский собор открыт ежедневно с 8 ч. утра до окончания службы.

Адрес: ул. Блохина, д.26.

Транспорт: метро «Спортивная»

Автобус: 1,10,128

Троллейбус: 1, 7,9, 31

Трамвай: 6.

Николо-Богоявленский Морской собор

Вьется, петляет канал Грибоедова, бывшая речка Кривуша; а Крюков канал, встречая его течение, огибает небольшой полуостров, где взмывают в небо, отражаясь в зеркале воды, купола Николо-Богоявленского собора – главного морского храма России, жемчужины архитектуры эпохи барокко. Собор стоит в прекрасном уголке старого Петербурга, среди деревьев тихого парка, выросшего здесь в начале XIX века на месте бывшего военного плаца. А неподалеку красуется изумительная колокольня собора. Бело-голубая, четырехъярусная; с небольшим куполом, увенчанным золотым шпилем с крестом; украшенная белоснежными херувимами, выглядывающими из летящих облаков, колокольня повторяет облик самого собора, хотя построена была раньше него, в 1758 году.

В XVIII веке на этом месте селились мастеровые – строители первых кораблей Балтийского флота и служащие Адмиралтейского ведомства. Позднее здесь стояли и казармы лейб-гвардии морского экипажа. Для него в центре Морского полкового двора и построили деревянную церковь во имя Николая Чудотворца. В дар этому храму греческие купцы привезли византийскую икону святителя Николая. Эта икона и в наши дни является главной святыней Никольского собора[161].

От петербургских дождей и ветров деревянная церковь стала разрушаться: стирались краски, протекала кровля. Князь Михаил Михайлович Голицын, президент Адмиралтейств коллегии, обратился к императрице Елизавете Петровне с прошением о строительстве новой каменной церкви, достойной быть главным храмом Российского флота. Императрица согласилась и повелела построить храм по образцу Успенского собора в Астрахани, чтобы исполнить мечту своего батюшки (по одной из городских легенд, Петр Великий, побывав в Астрахани, был изумлен великолепием городского собора и пожелал возвести такой же в своем городе, но смерть помешала осуществить идею)[162].

Воплощение этого замысла поручили выдающемуся мастеру барокко, Савве Ивановичу Чевакинскому. О жизни этого человека осталось мало сведений, так как семейный архив зодчего не сохранился, остались лишь сухие служебные документы, которые не в состоянии передать всю многогранность его творческой жизни. Известно, что он родился в деревне Вешки, неподалеку от Торжка. Здесь прошли детские годы Саввы Ивановича, отсюда он уехал в Москву – изучать навигационные и математические науки, а потом и морское дело. Но страсть к зодчеству заставила его самовольно бросить Морскую Академию и перебраться в Петербург. Иван Коробов, главный архитектор Адмиралтейства, искал в то время нового ученика. В мастерской Коробова и начался долгий творческий путь выдающегося архитектора Чевакинского[163]. За 35 лет неустанного труда Савва Иванович построил и великолепные дворцы вельмож, и уникальные по красоте храмы. Но труд не принес ему ни славы, ни богатства: умер зодчий в бедности – Адмиралтейская коллегия, не вспоминая о заслугах Саввы Ивановича, перестала выплачивать ему пенсию; он был практически забыт, неизвестна даже точная дата его смерти. Но стоят дворцы, храмы, и имя Саввы Ивановича Чевакинского вписано в историю русской архитектуры[164].

Выполнить точную копию Астраханского собора Чевакинскому помешала северная природа. В 1752 году, когда был готов проект, произошло сразу несколько наводнений, и место, где собирались строить храм, было затоплено. За несколько месяцев архитектор переработал первый проект, увеличив не только высоту храма, как ему предлагали, но и ширину, создав практически новый проект, в котором ему удалось и сохранить красоту постройки, и избежать угрозы нового затопления[165].

Николо-Богоявленский Морской собор

Своей изысканной красотой Никольский собор по праву может соперничать с еще одним шедевром елизаветинского барокко – Воскресенским собором великого зодчего Франческо Барталомео Растрелли. Пять ослепительных золотых куполов на высоких барабанах венчают голубое, как морская гладь, двухэтажное здание Никольского собора, украшенное белоснежными колоннами. Балконы и богато декорированные арочные окна придают зданию необычайную легкость, и, кажется, слышен шум морского ветра, раздувающего белые паруса. И всюду на барельефах из белоснежных облаков выглядывают улыбающиеся херувимы, будто знают, что морское путешествие будет удачным. Ведь храм освящен во имя покровителя всех путешествующих по земле и по морю, спасителя от бед и опасностей, которые подстерегают в долгом пути, – святителя Николая, Мирликийского чудотворца.

По православному преданию, в глубокой древности в Ликии жила благочестивая семья – как и полагается, в мире и согласии; и, как и полагается легендарной семье, она не была благословлена наследником. Не было детей у благочестивой четы, как они ни старались; долгие годы муж и жена молились о сыне, обещая отдать его служению Богу. Наконец, когда они уже отчаялись и состарились, молитва была услышана: у них родился мальчик, которого назвали Николай – «побеждающий народ». С детства мальчик избегал развлечений, проводил время в постах и молитвах, чтении Священного Писания. А когда он вырос, принял сан священника, исполнив обещание родителей.

Став пресвитером[166] родного города, Николай совершил много добрых дел, не ища вознаграждения; а затем решил отправиться в Палестину – на корабле. По дороге Николай смог предсказать страшную бурю и спасти людей, а однажды, когда юный матрос упал с мачты и разбился, силой своей молитвы излечил его.

Николай решил стать монахом и навсегда остаться в Палестине. Но однажды во время молитвы он услышал Глас Божий, повелевавший ему идти к людям и служить им. Николай исполнил повеление, вернулся на родину, в Ликию, и поселился в большом городе Миры. Здесь его избрали главой Мирликийской епархии[167]. Николай был весьма популярен в среде своих сограждан; люди днем и ночью шли к нему за словами утешения и чудесами исцеления. С каждым Николай был приветлив, каждому помогал. Сохранилось немало легенд о его добросердечии и справедливости; и до сих пор малыши верят в Санта Клауса, одаривающего «хороших» детей и ничего не приносящего «плохим».

Николай Чудотворец прожил долгую жизнь, спасая и защищая людей. Но больше всего Николай помогал тем, кто отправлялся в путь морем. Спасал тогда, когда, казалось, гибель была неизбежна, – во время сильных бурь и штормов. Люди молились ему – и приходило спасение. С тех давних пор православные христиане считают Николая Чудотворца заступником моряков и корабелов, отмечают дни его памяти 22 мая и 19 декабря.

В эти дни в Никольском соборе совершаются торжественные богослужения; а в течение всего года по средам совершается акафист Николаю Чудотворцу.

У Никольского собора есть еще один престольный праздник – Богоявления Христова, ведь храм был освящен дважды. Первый раз при Елизавете Петровне – во имя Святителя Николая в 1760 году была освящена нижняя церковь, а через два года, уже при Екатерине Великой, – верхняя церковь – во имя Богоявления Христова. Императрица, лично присутствовавшая на освящении, подарила храму десять икон в золотых окладах в память морских побед, одержанных русским флотом на Черном море[168]. Позднее многие известные люди дарили собору иконы. Композитор Петр Ильич Чайковский, часто бывавший в храме, подарил икону с изображением апостола Петра, поэтесса Анна Ахматова – пророчицы Анны, перед которой она часто молилась. В наши дни храм пользуется вниманием высокопоставленных чиновников.

В Никольском соборе есть много высокочтимых икон Спасителя, святых и Богородицы – «Троеручица», «Тихвинская», «Казанская», «Скоропослушница», «Милующая», «Владимирская». В красиво украшенной раке хранятся частицы мощей святителя Феодосия, архиепископа Черниговского. Внутреннее убранство собора не уступает в своем великолепии внешнему убранству. Посетитель словно попадает в царский дворец: голубой, небесный цвет стен храма, повсюду льется золотой свет, иконы блестят позолотой и драгоценными камнями, золотой резной иконостас поражает неповторимыми узорами, белые ангелочки на облаке, как и со стен фасадов, улыбаются каждому. Все пространство пронизано светом и свежим, словно морской бриз, воздухом. Но не только красотой и святынями отличается Никольский собор от других храмов города.

Уже в парке перед собором можно увидеть обелиск, водруженный в память о 800 моряках, погибших на броненосце «Александр III». На обелиске высечены имена героев с затонувшего корабля в Цусимском сражении в 1905 году во время русско-японской войны. В самом соборе находятся мемориальные доски с именами погибших на броненосце «Петропавловск», 42 погибших в норвежском море в 1989 году моряков-подводников, а также – в память 500 военных моряков, погибших на подводных лодках в послевоенные годы. В дни трагедий на море совершаются панихиды по погибшим, поминают подводников «Курска», теплохода «Механик Тарасов», героев величайших морских сражений в истории российского флота – Чесменского, Цусимского, Синопского.

У погибших на море нет могил, их родным некуда прийти поплакать о близких – и люди идут в морской собор, где помнят о героях и чтят их память.

Но не только печальные даты приводят петербуржцев в храм. В соборе проходят торжественные богослужения в дни закладки, спуска на воду новых кораблей, построенных на петербургских заводах, получают благословение выпускники Военно-морской академии, религиозные моряки перед отправлением в плавание приходят помолиться в «свой» храм – иногда целыми экипажами. В Никольском соборе происходило освящение Андреевского флага – возвращенной святыни российского флота[169].

Николо-Богоявленский собор всегда был действующим, не закрывался ни на один день – ни в тяжелые 30-е годы XX века, ни в трагические годы блокады. В1941 году он стал кафедральным, и здесь жил Митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий, нынешний Патриарх Всея Руси. Каждый день, утром и вечером, в тяжелые для ленинградцев времена он совершал богослужения, и жители блокадного города молились перед старинной иконой Святителя Николая о своих ушедших на фронт сыновьях и мужьях. В память о мужестве жителей блокадного Ленинграда митрополит Гор Ливанских, Илия Карам, привез в освобожденный город медальон с частицей мощей Святителя Николая, хранящийся в соборе и сейчас.

На Никольской площади стоит уникальный собор Саввы Чевакинского, шедевр елизаветинского барокко, главная морская святыня России, который петербуржцы называют любовно «Никола Морской» или «Никола Мокрый».

Николо-Богоявленский Морской собор открыт с 7 до 19 ч.

Адрес: Никольская пл., д. 1 /3.

Транспорт: ст. метро «Сенная», «Садовая»

Автобус: 2, 3

Трамвай: 1,13, 54.

Собор Преподобного Сампсония Странноприимца

Тихо на Выборгской стороне. За Невой, в северной части города, еще шумят леса, зеленеют болотные топи, расстилаются заливные луга. Здесь уже в первые десятилетия после основания города селился рабочий люд: кожевенники, свечники, плотники, труженики сахарного завода – выходцы из российских сел и городов.

Вскоре поселение стали называть Сампсониевской слободой: здесь по велению Петра I осенью 1709 года была заложена деревянная Сампсониевская церковь – в память о победе русских в Полтавской битве. Это знаменитое сражение произошло 27 июня 1709 года, в день памяти Святого Сампсония Странноприимца.

Церковь вначале была кладбищенской. В молодом Петербурге кладбища еще не было: хоронили во дворах, при приходских церквях; а после освящения Сампсониевской церкви государю пришла в голову мысль основать здесь кладбище для православных и иноверцев, которые приезжали из разных стран строить новую столицу и жить в ней. Предание гласит, что Петр решил как нельзя более остроумно: все эти люди – странники, и лучше всего им покоиться возле церкви Святого Сампсония Странноприимца[170]. Здесь в разные годы были похоронены первые архитекторы города: Доминико Трезини, Жан-Батист Леблон, Георг Маттарнови, Андреас Шлютер, а также – скульптор Карло Растрелли, личный врач Петра Лаврентий Блюментрост, известный фельдмаршал времен Анны Иоанновны Бурхард Христофор Миних и многие другие знаменитые люди. К сожалению, это кладбище не сохранилось. О великих петербуржцах напоминает лишь небольшая стела в Выборгском городском саду, на месте, где было раньше старое кладбище. До наших дней сохранилось только одно захоронение: могила кабинет-министра Артемия Волынского, архитектора Петра Еропкина и советника адмиралтейской конторы Андрея Хрущова. Эти люди были обвинены в подготовке государственного переворота и казнены по приказу Анны Иоанновны в 1740 году, 27 июня, как раз в день памяти Святого Сампсония. Это была одна из первых публичных казней в Петербурге. После пыток в тайной канцелярии приговоренных привезли к месту казни, где под взглядами сотен любопытных глаз палач отрубил им головы. Тела казненных долго лежали на эшафоте под дождем и ветром, затем их погрузили в крестьянскую повозку и без всяких обрядов и почестей захоронили в общей могиле, возле Сампсониевского собора. На месте захоронения по проекту архитектора Михаила Щурупова и скульптора Александра Опекушина, автора знаменитого памятника Пушкину в Москве, в 1885 году был поставлен памятник на народные пожертвования[171]. Вскоре после казни государственных преступников по Петербургу пошел слух, что в Иркутском остроге сидит особый узник, чародей Волынский. Через некоторое время возникла легенда, что на самом деле Волынский не был казнен, а вместо него на эшафоте обезглавили куклу. Сам же кабинет-министр был помилован Анной Иоанновной и выслан в острог[172].

Собор Преподобного Сампсония Странноприимца

Кроме кладбища, в 1713 году при деревянной церкви святого Сампсония была открыта богадельня для странствующих, нищих и сирот. Так же когда-то создал дом для нищих и странников и святой Сампсоний, прозванный за это Странноприимцем.

Святой Сампсоний родился в Риме, в богатой и знатной семье. В юности он учился врачеванию с единственной целью: помогать страждущим и больным. Когда умерли его родители, Сампсоний отпустил на волю своих рабов, раздал все имущество бедным, а сам поселился в Константинополе и начал лечить людей. Однажды тяжело заболел император Юстиниан, и никто из придворных врачей не мог ему помочь. Император усердно молился о своем исцелении – и однажды ему приснилось, что спасти его может лишь лекарь Сампсоний. Тут же во все концы государства были посланы слуги, чтобы отыскать чудесного доктора. Прибыв во дворец, Сампсоний начал лечить Юстиниана лекарствами и молитвами, и его высокородный пациент вскоре выздоровел. Благодарный император предлагал Сампсонию богатые дары, но тот ничего не взял для себя, а лишь попросил построить дом для больных и нищих скитальцев. Юстиниан исполнил просьбу своего спасителя. До самой смерти Сампсоний усердно трудился и, не жалея сил, помогал несчастным, принимал и лечил страждущих. Легенда гласит, что великий лекарь не упокоился и после своей кончины: когда кто-то из служителей странноприимного дома бывал скуп или нерадив, Сампсоний являлся ему во сне и грозил суровым наказанием.

Церковь во имя святого Сампсония на Выборгской стороне вскоре обветшала и была разобрана. На ее месте воздвигли колокольню, а поодаль – новый трехпридельный каменный храм цвета морской волны, с белым декором и с черным луковичным куполом на барабане. Этот храм был освящен в 1740 году; имя его архитектора до сих пор неизвестно, но предполагают, что автором проекта был Доменико Трезини. Первоначально собор был однокупольным, но в 1761 году к нему были добавлены еще четыре небольших главки-луковки (для церкви характерно смешение архитектурных черт допетровского храмового зодчества и эпохи барокко). К зданию храма с запада примыкают колокольня и трапезная. Боковые стены нижнего яруса колокольни украшают мемориальные доски, на которых начертаны слова Петра Великого, обращенные к войскам перед Полтавским боем, а также то, что произнес государь в память погибших в этом сражении. Эти надписи появились уже в 1909 году, когда к двухсотлетию Полтавского сражения проводилась полная реставрация храма. Тогда же на месте первой деревянной Сампсониевской церкви была построена часовня по проекту Андрея Аплаксина, архитектора петербургской епархии. Напротив собора появился памятник Петру Великому, выполненный знаменитым скульптором Марком Антокольским. Взгляд Петра устремлен на собор. Император, опираясь на трость, словно делает шаг вперед, готовый к новым свершениям. Государь будто вспоминает Полтаву, своих сподвижников, храбрость русских солдат, тот славный день, когда развеян был миф о непобедимости войск Карла XII, короля Швеции.

В конце 30-х годов XX века этот памятник сняли с постамента и отправили в Третьяковскую галерею, где он находится и сейчас. Церковь также была закрыта и превращена в овощной склад. И лишь через сорок лет здание собора реставрировали и отдали под филиал Государственного музея «Исаакиевский собор». Сохранившиеся за несколько столетий предметы церковной утвари стали экспонатами музея. Среди них – бронзовые пятигранные светильники, уникальная коллекция подписных икон, написанных выдающимися мастерами, и другие произведения русского декоративного искусства[173]. Но главным украшением собора остается удивительный пятиярусный иконостас, который по праву можно назвать шедевром русской деревянной резьбы XVIII века. Его темно-зеленая стена украшена позолотой; позлащены причудливые витые колонны; а орнаментальная скульптура – головки херувимов, цветочные гирлянды, резные фигурки – поражают взор каждого, кто оказывается перед этим чудом. В ходе реставрации храма был также обнаружен деревянный резной престол, скрытый под мраморными плитами. Он опирается на фигурки орла, льва, ангела и крылатого тельца, символизирующие четырех евангелистов; а в центре престола – жертвенный агнец. Предполагают, что престол этот, судя по изысканности резьбы, характерной для барокко, мог быть перенесен в собор из первой деревянной Сампсониевской церкви. Воссозданы были и два малых иконостаса боковых приделов во имя архистратига Михаила и апостола Иоанна Богослова[174].

Сегодня Сампсониевский собор не только музей, в котором проводятся выставки и концерты, но и действующий храм. С 2002 года здесь служатся литургии, молебны в память императора Петра Великого, торжественные богослужения в день престольного праздника, 27 июня. В 2006 году в храме впервые с 1909 года Митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Владимиром было совершено архиерейское богослужение. А копия скульптуры Петра I, заново отлитая по эскизам, заняла свое место на постаменте перед храмом.

Сампсониевский собор – уникальный храм-музей, памятник великой Полтавской баталии, одно из немногих сооружений первой половины XVIII века, сохранившихся до наших дней. Он по-прежнему распахивает резную чугунную решетку надвратной колокольни каждому, кто приезжает в тихий уголок старого города на Выборгской стороне.

Музей-памятник Сампсониевский собор открыт ежедневно, кроме среды, в летний период – с 10 до 20 ч. (касса – до 19 ч.); в зимний период – с 11 до 18 ч. (касса – до 17 ч.).

Богослужения совершаются в субботу и воскресенье, а также – в дни религиозных праздников в 10 ч. и в 17 ч.

Адрес: Большой Сампсониевский проспект, д. 41.

Транспорт: ст. метро «Выборгская»

Трамвай: 2, 6,17, 58.

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы

В центре северной столицы есть удивительно тихие и милые сердцу каждого петербуржца уголки. Один их них – небольшая площадь на пересечении улицы Моховой и Белинского, где возвышается старинный храм – церковь Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы. Рядом шумят многолюдные Литейный и Невский проспекты, бурлит жизнь на Манежной площади, где стоит петербургский цирк, собирает восхищенных гостей города на набережную Фонтанки блистательный Шереметевский дворец. А на площади царит необычайный покой и тихая гармония.

Когда-то эта площадь, мост через Фонтанку и улица назывались в честь храма, но в XX веке они были переименованы в память об известном русском революционере-демократе Виссарионе Белинском, жившем близ Симеоновской улицы[175]. А название Моховой улицы, в конце которой и расположен храм, возникло совсем неожиданно. Оно не связано с болотами и покрытыми мхом лесами, что находились здесь до основания Петербурга. В петровское время сюда из Москвы был переведен Хамовный (ткацкий) двор, и здесь располагались слободы мастеровых хамовников – ткачей, полотнянщиков, скатерников, а улица стала называться Хамовой. К XIX веку это старинное и неблагозвучное название переродилось в более понятное – Моховая, так и появилось современное название этой улицы[176].

Еще до появления каменной церкви Симеона и Анны здесь, на площади, перед мостом через Фонтанку, стоял деревянный храм, построенный в 1714 году в память о рождении любимой дочери Петра I – Анны. Император, проводивший почти все время в разъездах, никогда не забывал о своих дочерях – Анне и Елизавете. С ними он всегда был добр и ласков, баловал их и любил смотреть на их веселые проказы и забавы. Анна, старшая из дочерей, очень походила на отца: была умна, мила в общении и образованна. Именно с Анной император связывал свои будущие надежды; он выдал шестнадцатилетнюю дочь замуж за герцога Голштинии Карла-Фридриха, мечтая дождаться внука, которому сможет передать управление великой державой. Но смерть пришла раньше. Через три года во время родов скончалась и двадцатилетняя Анна, дав жизнь будущему Петру III[177].

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы

Анна Иоанновна, пришедшая к власти в 1730 году, также считала Святую Анну своей покровительницей и на месте деревянной Симеоновской церкви повелела построить каменный храм, поручив его проект архитектору Михаилу Земцову Торжественное освящение храма состоялось в 1734 году в присутствии самой императрицы. До 1802 года он был придворным: сюда приходили высокопоставленные вельможи и члены царской семьи. Позднее император Павел присвоил церкви орден Святой Анны, изображение которого украшало вход в церковь, и она стала кавалерской[178]. Орден Святой Анны в честь своей умершей супруги учредил герцог Карл-Фридрих, а сын Анны, император Петр III, причислил его к русским орденам. Кавалерский праздник отмечается в день Сретенья Господня.

Каменный храм несколько раз расширялся и обновлялся; в 30-е годы XX века он был надолго превращен в склад, а потом – реконструирован и отдан метеорологическому музею. В 90-е годы прошлого века богослужения возобновились, и настоятель продолжает трудиться на благо восстановления храма. К сожалению, ничего из былого великолепия внутреннего убранства не сохранилось; утрачен резной иконостас, разбита богатая лепнина, иконы, выполненные лучшими придворными мастерами, переданы в музеи и другие храмы.

Так, в Николо-Богоявленском соборе до сих пор находится святыня Симеоновской церкви – икона Божьей Матери «Троеручица», которую, по преданию, прибило к храму водой во время страшного наводнения 1777 года. Этот чудотворный образ исцелил Преподобного Иоанна Дамаскина, когда халиф Дамаска обвинил святого в измене и приказал отрубить ему правую руку, чтобы повесить ее на рыночной площади. Но Иоанн упросил халифа отдать ему руку и долго молился перед иконой Божьей Матери. После долгой молитвы он уснул и увидел во сне Богородицу, которая обещала Иоанну исцеление. И действительно, когда Святой Иоанн проснулся, рука была невредима. В благодарность сделал Иоанн руку из серебра и приложил к чудесному образу – так икона получила название «Троеручица».

Светло и уютно в возрожденном храме. Новое убранство и не отличается пышной роскошью, но у посетителя создается ощущение подлинной, простой и понятной каждому красоты и душевности.

Поэтому, наверное, в храме всегда немало людей. В нем служатся литургии, проводятся церковные таинства, а 15 февраля, в праздник Сретения Господня, перед новыми иконами Святого Симеона Бого-приимца и Анны Пророчицы проходят торжественные богослужения. Согласно Священной истории, в этот день произошла встреча, сретение, Христа и Симеона Богоприимца в Иерусалимском храме. На сороковой день после рождения Иисуса Мария и Иосиф принесли младенца в храм. Чтобы исполнить Ветхозаветный закон, для посвящения Иисуса Богу принесли жертвы – двух голубей. Так повелось, что в благодарность за рождение первенцев приносили в храм жертвы: богатые жители Иерусалима – ягнят, а бедные – птиц. Долго ждал этого дня старец Симеон, более 300 лет, ведь предсказано ему было, что не покинет он мир, пока не увидит Сына Божьего. И вот в этот день явился к Симеону Святой Дух и сказал, что в храме ждет его долгожданная встреча. Пришел в Иерусалимский храм Симеон, встретил Марию с Иосифом, взял младенца на руки и возрадовался, что пришел на землю Спаситель, что сам он теперь может умереть, как и было предсказано. В это время в храме была 84-летняя вдова Анна, удостоенная дара пророчества за свою долгую благочестивую жизнь. День и ночь молитвами и постом служила она Господу. И подошла она к Спасителю и восславила его. Праведный Симеон получил прозвание Богоприимец за то, что держал на руках младенца Иисуса, а в память об этом событии ежегодно, на сороковой день после Рождества Христова, празднуется Сретенье Господне, чтят память Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы.

Уже много веков стоит на углу Моховой и Белинской улиц Симеоновская церковь. Она сохранилась такой, как когда-то создал ее Михаил Земцов, ученик Доменико Трезини, первый русский зодчий, официально удостоенный звания архитектора, выдающийся мастер аннинского барокко, отдавший тридцать лет жизни строительству города. Храм сохранил все традиционные черты архитектуры раннего барокко и свою индивидуальность: два цвета в окраске стен, вытянутый в плане четверик, многогранный барабан купола, мотив балконов, покоящихся на колоннах, пилястры и лепнину в оформлении стен фасадов[179].

Уникальная церковь первой половины XVIII века, одно из старейших зданий Петербурга, как и прежде, украшает уютную площадь у моста через Фонтанку. Люди приходят почтить память святых Симеония и Анны, просто посидеть возле храма, полюбоваться спокойным течением реки, отдохнуть от суеты центра в этом тихом уголке, расположенном за парадными фасадами.

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы открыта ежедневно с 10 до 18 ч.

Адрес: Моховая ул., д. 48.

Транспорт: Троллейбус: 3, 8,15

Трамвай: 13, 54.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины

Отсюда берут начало линии Васильевского острова. Там, где должны были протекать каналы, по оживленным тротуарам весело спешат студенты. Подходя к факультету русской филологии и культуры РГПУ им. Герцена, нельзя не заметить старинной церкви. Когда-то с ее обветшалого купола грустный ангел благословлял всех прохожих, глядя с высоты на город. Крылья и плечи его хлестали ливни и снега, капризные ветры дули в лицо, но ангел только улыбался.

Он был третьим ангелом, замыкающим равнобедренный треугольник, образуемый им вместе с ангелами Петропавловского собора и Александрийского столпа. Попадая в пространство между ними, человек оказывался в совершенно ином, особом измерении – петербургском, и оставался пленником города навсегда. Здесь словно оживает город; и река, в дельте которой он основан, передает бразды правления заливу. В каждом глотке воздуха тут растворены история и мистика, и, наверное, этот треугольник и есть вместилище души Петербурга, хранимой ангелами. Долгие годы возвышались над Невой три петербургских ангела: золотой – Петропавловского собора, бронзовый – Александрийской колонны и серебряный – церкви Святой Екатерины. У петербуржцев есть поверье: пока три ангела парят над городом, он защищен от любой беды.

Грустный ангел нес свою службу на куполе церкви Святой Екатерины, той самой, мимо которой вдоль Съездовской текла пестрая толпа народа. Съездовская линия называлась до революции Кадетской, потому что здесь, рядом с Меншиковским дворцом, располагался Первый Кадетский корпус. Линия получила свое современное название в память о Первом Всероссийском съезде Советов, который проходил в Соборном зале корпуса[180].

Церковь была построена во имя одной из наиболее почитаемых святых – великомученицы Екатерины. В Петербурге особо чтят эту святую еще и потому, наверное, что две российские императрицы получили в крещении это имя: Екатерина I и Екатерина II. По указу Петра Великого был даже учрежден особый орден Святой Екатерины, «За любовь и Отечество», который вручали только женщинам из царствующего дома Романовых и знатным дамам. Первой получила этот орден Екатерина I, спасшая царя Петра от турецкого плена во время Прутского похода.

До революции в Петербурге и пригородах было более 10 храмов Святой Екатерины. И в наши дни их немало. Есть католический, лютеранский, армяно-григорианский храмы, несколько православных, один из них – на Васильевском острове, на Съездовской линии.

Над Кадетской линией раздавался мощный звон пятисотпудового колокола, перекликаясь с мелодичным звоном колоколов Князь-Владимирского собора, стоящего на другом берегу Малой Невы, и Петропавловского собора, возвышающегося на Заячьем острове.

В Петербурге со дня его основания стояли полки, и для каждого из них строили свою полковую церковь. В 40-е годы XVIII века здесь квартировал Кабардинский полк, для него была возведена деревянная церковь Живоначальной Троицы; а потом – Астраханский драгунский и Кексгольмский полки, и для них построили на месте церкви Живоначальной Троицы Никольский храм, тоже деревянный.

Особым почитанием пользовалась у солдат и офицеров храмовая икона Святой Екатерины, и церковь стали называть ее именем. При Екатерине II храм считался «оспенным». Были такие храмы в Петербурге, здесь молились только больные оспой, а священники таких церквей могли ходить только в дома, где были больные. Люди старались обходить этот район города стороной – и храм опустел.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины

На Рождество в 1809 году церковь загорелась, погибла вся церковная утварь, но икону великомученицы Екатерины прихожане вынесли из огня. Как положено, поползли слухи: богобоязненные старушки шептались, что, мол-де, огонь послан не случайно, очистилось место.

Прихожане стали собирать деньги на новый храм. Простые мастеровые и крестьяне, именитые горожане и богатые купцы несли пожертвования. Строили храм двенадцать лет. В 1823 году каменную церковь Святой Екатерины освятили, и спасенная икона вернулась в свой новый дом. Через сорок лет рядом с храмом вознеслась многоярусная пятидесятиметровая колокольня.

Автором нового храма был архитектор Андрей Алексеевич Михайлов-второй (первым называли его старшего брата, Александра Алексеевича Михайлова). Андрей Михайлов окончил Академию художеств с золотой медалью, остался преподавателем архитектурного класса, стал профессором, занимался просветительской деятельностью, безвозмездно издавал со студентами книги по архитектуре и живописи. Но в 30-е годы XIX века зодчего отстранили от должности, он перестал получать заказы. Николай I не оценил по достоинству тридцатилетнюю службу мастера. Посетив выпускные экзамены в Академии, император остался недоволен качеством знаний выпускников и отправил в отставку многих преподавателей, в том числе и Андрея Михайлова[181].

А между тем зодчий Михайлов-второй, ученик Василия Стасова и Андреяна Захарова, был талантливым мастером строгого классицизма. Приемы, которые использовал архитектор, характерны для культовых построек этого стиля. По его замыслу, храм Великомученицы Екатерины – центрально-купольное сооружение, в основе которого лежит греческий крест, – поставлен несколько в глубине от «красной линии» улицы[182]. Словно корабль, вплывающий в порт на Стрелке Васильевского острова, с мощным куполом на барабане, окруженном колоннами, храм виден издалека. А на куполе, на шаре – стоял деревянный ангел, покрытый свинцом, и держал в руках золоченый крест. Но ветра и дожди не пощадили ангела над храмом святой Екатерины – его сняли на реставрацию. Сейчас ангел воссоздан и пока стоит в церковном дворе, но скоро займет свое место, и будут, как прежде, охранять город три летящих ангела.

Внутри храм был просторным и светлым, как большинство христианских храмов. Под голубым сводом купола с кессонами, украшенными лепными розеттами[183], сиял золотом иконостас. Для него писали иконы выдающиеся живописцы: К. Брюллов, Г. Угрюмов, Ф. Брюлло, а скульптурное убранство создавал В. Демут-Малиновский. Прихожане любили свой храм, украшали иконы, заботились о них. В основном прихожанами были рабочие биржи и порта, которые трудились и жили неподалеку, на Стрелке. И сверкали серебром и драгоценными камнями Иверская и Казанская иконы Божьей Матери, икона великомученицы Татьяны. Но по-прежнему главной святыней храма оставалась старинная икона великомученицы Екатерины. Имя Святой означает – «чистая». Вот что говорит о ней православное предание.

«Такой же светлой и чистой была ее жизнь. Екатерина жила в Александрии и была дочерью богатого вельможи. Многие женихи просили руки красивой и умной девушки, но гордая Екатерина считала всех женихов недостойными. Однажды она встретила старого странника, который пообещал ей найти жениха, превосходящего по достоинствам Екатерину. Не поверила, рассмеялась девушка, а ночью увидела сон: явилась перед ней в окружении ангелов Богоматерь и держала на руках младенца, прекрасного, как солнечный свет, но не смотрел он на Екатерину, отворачивал лицо. Сжалилась Богоматерь, спросила свое Чудесное дитя, что сделать Екатерине, и ответил младенец: «Пусть спросит девушка у старца, он знает». Утром пришла изумленная девушка к страннику, и рассказал он ей о Боге, о Сыне Божественном. Поверила Екатерина, приняла крещение и, вернувшись домой, долго молилась, пока не сморил ее сон. И снова перед ней появилась Дева Мария с прекрасным младенцем. Смотрел он ласково, с любовью, не отворачивая лица, а на правый палец девушки надел кольцо. И стала Екатерина невестой Христа. Милосердие и любовь поселились в ее сердце, стала она скромной, перестала гордиться, одно у нее было теперь желание – жить для своего Чудесного жениха.

А однажды, когда император устроил языческий праздник, пришла Екатерина к нему и без страха стала стыдить, что он поклоняется идолам. Разгневанный правитель бросил девушку в темницу. Стали пытать ее, чтобы отказалась от веры, но все мучения Екатерина переносила мужественно. А когда император предложил великомученице стать его женой и обещал все богатства мира, отвергла она предложение, не отреклась от Божественного жениха. Разгневался император и велел отрубить Екатерине голову, но и под страхом смерти не отказалась она от своей веры. Святые останки ее перенесены были монахами на гору Синай. Такой чистой и трагической была судьба великомученицы Екатерины».

Церковь на Васильевском острове тоже пережила немало бед.

После 1917 года храм заняла община одной из ветвей православного христианства – так называемых раскольников-обновленцев; в 30-е годы XX века церковь закрыли, ее здание передали Гидрологическому, а позднее – Нефтяному исследовательскому институту. Святыни, как и в других храмах, были разграблены, здание осквернили, медный крест вырвали из рук ангела и отправили на переплавку. Долгие годы стоял грустный ангел, сжимая пустые ладони, как если бы по-прежнему держал в них крест. А самого ангела перекрасили в черный цвет; и петербуржцы стали называть его «Черный ангел». 60 лет в здании церкви был научный центр, здесь находились склады химикатов, лаборатории, проводились химические опыты.

Однако церковь возродилась. Под руководством ее настоятеля работают катехизаторские курсы[184], есть любительский хор.

Еще не восстановлена основная часть храма, стоит на земле ангел с крестом – точная копия того, что когда-то летел над Невой, – но уже проводятся богослужения: литургии, таинства, всенощные бдения; каждый четверг служат молебен с акафистом святой Великомученице Екатерине.

И каждый год, 7 декабря, в день памяти святой, звонит новый колокол, перекликаясь с колоколами Князь-Владимирского и Петропавловского соборов, зовет жителей Васильевского острова на праздничную службу во имя великомученицы Екатерины.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Съездовская линия, д. 27-а.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 1,128

Троллейбус: 1, 9

Трамвай: 1, 6,11.

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Летний сад – одно из самых романтичных мест Петербурга. И летом, когда он наполнен зеленой прохладой, и зимой, когда вековые деревья укрыты снежными уборами, здесь всегда многолюдно. Об этом месте рассказывается масса легенд. Одна из них – о сказочно богатом англичанине, который на склоне лет решил увидеть знаменитую решетку сада. Снарядив яхту, он отправился из туманного Альбиона в Петербург. А когда его яхта вошла в Неву и подошла к Летнему саду англичанин приказал бросить якорь. Он долго любовался фантастической красотой решеток ограды, а затем на глазах у изумленной толпы любопытных горожан отправился обратно, так и не сойдя на берег, – заморский путешественник объяснил, что в этом нет смысла, ведь ничего прекраснее он уже не увидит[185].

Когда-то сад украшали фонтаны, но их уничтожило наводнение 1777 года, а речка, из которой для них брали воду, до сих пор называется Фонтанкой. Со временем речка оделась в гранит, а от ее набережной протянулись ровные улочки. Одна из них начинается прямо у Летнего сада – это улица Пестеля.

Павел Иванович Пестель был героем Отечественной войны 1812 года, а затем стал руководителем революционного общества. По приказу императора Николая I Павел Пестель и четыре его товарища были повешены за попытку совершения государственного переворота. В память о декабристе, жившем недалеко от набережной, и названа эта улица. Но раньше она называлась Пантелеймоновской, ведь здесь, рядом с мостом через Фонтанку, у Летнего сада, стоит старинная церковь во имя святого Пантелеймона[186].

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Пантелеймоновская церковь – мемориальный храм. На стене церкви уже почти сто лет висят две памятные мраморные доски. На одной можно прочитать: «Сей храм воздвигнут в царствование Петра Великого в 1721 году во благодарение Богу за дарованные победы над шведами в день Святого Пантелеймона 27 июля при Гангуте в 1714 году и при Гренгаме в 1721 году.» А рядом в мраморе высечены названия воинских частей, участвовавших в этих морских сражениях. Оба сражения произошли в день памяти великомученика Пантелеймона. Это были величайшие битвы в истории молодого русского флота. В 1714 году при Гангуте русские галеры одержали блистательную победу, захватив в абордажном бою десять кораблей противника. Это была «Морская Полтава». А через шесть лет при Гренгаме, заманив тяжелые парусные корабли шведов в узкий пролив и посадив их на мель, русские моряки в абордажном бою захватили в плен четыре фрегата. Эти сражения предопределили исход войны. Россия одержала победу и превратилась в великую морскую державу[187].

А в слободе, где долгие годы находилась Партикулярная верфь и селились мастеровые и служащие, была построена часовня, а затем – храм в честь этих славных побед. На Партикулярной верфи тогда строили суда для именитых петербуржцев. Петр Великий мечтал видеть свой город подобием Венеции, поэтому при нем было принято переправляться с острова на остров на небольших судах, заменивших кареты и коляски. Сам Петр любил прогуляться по Неве – от Летнего дворца в Летнем саду до дворца Меншикова на Васильевском острове.

При Петре I Пантелеймоновская церковь была деревянной, но при Анне Иоанновне, в 1735–1739 годах, построили каменную. Этот храм и стоит в начале улицы Пестеля, прямо у Летнего сада, сохранившись почти в первоначальном виде: легкое однокупольное сооружение с причудливо оформленным барабаном, увенчанным луковичной главкой; с бордово-коричневыми фасадами, украшенными пилястрами, и колокольней с высоким шпилем. Это здание – одно из немногих сохранившихся построек раннего барокко.

Кто был архитектором церкви, с полной уверенностью сказать трудно. Авторство проекта приписывают Ивану Коробову, знаменитому зодчему, получившему образование в Голландии по приказу Петра Великого, архитектору Адмиралтейств-коллегии, воспитавшему талантливых учеников, среди которых Савва Чевакинский и Александр Кокоринов. Но документов, подтверждавших авторство Коробова, не сохранилось. Известно, что в эти годы он занимался возведением корпусов Партикулярной верфи, поэтому, возможно, Коробов и был автором проекта Пантелеймоновского храма[188]. Авторство приписывают также архитектору Пьетро Трезини, сыну первого зодчего города Доменико Трезини[189]. В XIX веке выпускник Академии художеств, профессор архитектуры Викентий Иванович Беретти занимался перестройкой храма, устроил своды, несколько повысил и расширил внутреннее пространство. В дальнейшем церковь несколько раз реставрировалась.

До революции этот уникальный памятник морской славы России берегли и охраняли; но в 30-е годы XX века власти города приняли решение снести храм. К счастью, его только закрыли и передали заводу «Электропульт». Позднее здесь размещался музей Гангутского сражения. В 90-е годы храм был возвращен прихожанам. От былого убранства ничего не сохранилось. Исчезли росписи, пожухли стены, когда-то облицованные искусственным мрамором, был снесен иконостас. Много работы по восстановлению иконостаса и всего внутреннего убранства проделано настоятелем церкви и прихожанами. Петербуржцы по-прежнему любят этот храм.

Для многих горожан это место связано с именем Александра Сергеевича Пушкина. Ведь здесь, на нынешней улице Пестеля, в доме № 5, Пушкин жил с семьей в 1833–1834 годах. В этом доме он завершил работу над многими известными произведениями: «Медный всадник», «Анжело», «История Пугачева», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Сказка о мертвой царевне»[190]. Александр Сергеевич часто прогуливался по Летнем саду, а возвращаясь, возможно, заходил в храм, чтобы постоять у иконы целителя Пантелеймона с частицей мощей святого.

Старинная мозаичная икона на малиновом бархате сохранилась до нашего времени и является главной святыней восстановленного храма. В престольный праздник, день святого Пантелеймона, 9 августа, в храме совершается торжественное богослужение. Прихожане молятся об исцелении от болезней телесных и душевных и верят, что целитель поможет. Вот что рассказывают о нем богобоязненные прихожане:

«Родился святой Пантелеймон в давние времена, во время правления императора Максимиана, в Никомидии. Мать его, благочестивая христианка, рассказывала сыну о Боге и Иисусе, но, когда она умерла, отец-язычник отдал мальчика в языческую школу, где он изучал искусство врачевания, а потом стал придворным врачом. Однажды целитель познакомился с пресвитером Ермолаем, который рассказывал юноше о христианстве, проводя с ним в беседах долгие часы. И получил от Бога юный врач дар исцеления Божественной силой: однажды увидел он лежащего на дороге ребенка, укушенного змеей, и стал молиться о чуде. И ожил ребенок. Принял тогда целитель крещение и получил новое имя – Пантелеймон, что значит «всемилостивый». С тех пор он стал исцелять людей от тяжких болезней не только лекарствами, но и силой веры. Помогал бедным, калекам, слепым, лечил, а денег не брал. Слава о целителе Пантелеймоне разлетелась по всему свету, шли к нему люди, прославляли и уважали. Даже его родной отец принял христианство, уверовав в силу Бога. Но нашлись завистники, донесли императору, что Пантелеймон христианин. Разгневался жестокий правитель и приказал пытать святого Пантелеймона: его сажали в котел с расплавленным металлом, бросали на растерзание голодным хищникам, мучили его тело железными гвоздями, бросали в воду, привязав на шею камень. Но молился целитель и оставался невредим. Тогда разгневанный император приказал отрубить ему голову».

Мощи святого Пантелеймона хранятся по всему миру; есть их частица и в Петербурге, в церкви у Летнего сада. Возрождается храм, приходят сюда и врачи, покровителем которых считается целитель Пантелеймон, и больные, и моряки – ведь это мемориальный храм, памятник в честь незабываемых побед русского флота. Приходят и простые посетители, увидев силуэт старинного храма сквозь листву деревьев Летнего сада.

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя открыта с 9 до 19 ч.

Адрес: ул. Пестеля, д. 2а.

Транспорт: ст. метро «Чернышевская»

Автобус: 16, 136

Троллейбус: 3, 8,15,49

Трамвай: 54, 90.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская)

Оживленная и нарядная улица Ленсовета, пересекаясь с улицей Гастелло, уступает подруге дорогу и пропускает вглубь, а потом, махнув ей извилистой рукой, словно в предвкушении какого-то волшебства, убегает дальше по своим делам, оставив прохожего наедине с залитым солнцем чудом – Чесменской церковью.

Как причудливый сказочный замок фата-моргана, красуется храм посреди широкой песчаной площади, окруженной рядами аккуратно посаженных елочек. И непонятно, как здесь, среди строгого и такого знакомого по семейным фотографиям облика Петербурга 50-х годов прошлого века, затерялось это чудо. Кажется, еще миг – и видение растает…

Нежно-розовая в белом, с причудливыми готическими башенками, зубчатым парапетом и стрельчатыми окнами, с вертикальными тягами на стенах, стройная и прекрасная, словно невеста, церковь эта не похожа ни на один православный храм и смотрится шуткой, причудой какого-нибудь архитектора, среди монолитных построек сталинского ампира. А вместе с тем – это единственное сооружение в Московском районе, сохранившееся с XVIII столетия, как и расположенные на противоположной стороне улицы корпуса университета аэрокосмического приборостроения – бывшего путевого дворца Екатерины II.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская)

Некогда на этом месте было гнилое болото, окруженное густым темным лесом. Неподалеку, на небольшом возвышении, окруженном земляным валом, пасся скот, клубился дым из труб домиков финских крестьян, звавших местность вокруг «кикерикексен», что на финском языке означает «лягушачье болото». Именно тут, на 7-й версте Царскосельского тракта, в 1774 году и повелела Екатерина II построить путевой дворец для отдыха по дороге из Петербурга в Царское село. Двухэтажное здание с круглыми башенками-бойницами по краям перед воротами было окружено рвами с водой, над которыми нависали подъемные мосты. Этот дворец должен был выглядеть как родовой рыцарский замок: в нем находились портреты членов императорской семьи и их родственников, старинные картины, мебель и предметы интерьера, воссоздающие атмосферу средневековья. Проектировал дворец архитектор Юрий Михайлович Фельтен; он взял за основу средневековый английский замок Лонгфорд в соответствии с господствовавшей тогда в архитектуре модой на английскую готику[191].

По преданию, именно на 7-й версте по дороге в Царское село Екатерину II догнал гонец, передавший радостную весть о победе русских войск над турецким флотом в Чесменской бухте[192]. В те годы, с 1768 по 1774, шла очередная русско-турецкая война. Бригадиру артиллерии, пращуру Пушкина Ивану Ганнибалу, сыну арапа Петра Великого, было поручено подготовить четыре брандера[193], чтобы поджечь турецкий флот. Решающее сражение с турками началось в Эгейском море 24 июня 1770 года, в день рождества Иоанна Предтечи. Российский флот, несмотря на значительное превосходство противника в силе и численности, атаковал эскадру турок. Турецкий флот был вынужден отступить в Чесменскую бухту, под прикрытие береговой артиллерии, но уже 26 июня моряки под предводительством контр-адмирала Самуила Грейга пробрались в бухту и с помощью брандеров смогли поджечь несколько турецких кораблей. Начался большой пожар, из-за которого весь флот противника был уничтожен. Потери русских составили всего 11 человек, между тем как турецкая флотилия недосчиталась всех своих судов и более десяти тысяч солдат и офицеров. По этому поводу адмирал Спиридов в своем донесении в Петербург сказал: «Честь Всероссийскому флоту! С 25 на 26 неприятельский военный турецкий флот… атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили, а сами стали быть во всем архипелаге господствующими»[194]. Императрица была несказанно обрадована и впоследствии приказала выстроить дворец на том самом месте, где ее догнал гонец. Вначале этот путевой дворец называли Кикерикексенским – по наименованию местности, а потом – Чесменским.

Во дворце этом во времена Екатерины II заседал капитул[195] учрежденного в 1769 году ордена Святого Великомученика Георгия. Этим знаком отмечали исключительно военных за подвиги и ревностное служение Отечеству. За Чесменскую победу орден Святого Георгия был пожалован графу Алексею Орлову и контр-адмиралу Самуилу Грейгу. Адмирала Григория Спиридова наградили орденом Андрея Первозванного. Была также учреждена серебряная медаль, изображающая победную атаку русских кораблей и разгром турецкого флота, которую вручили всем участникам сражения.

Кроме того, в Петербурге и окрестностях было создано немало памятников в честь Чесменской победы: это и обелиск в Гатчине, и ростральная колонна в Царскосельском парке, и Чесменский зал в Петергофском дворце; но особое значение Екатерина придавала сооружению памятного храма.

В 1777 году в присутствии Екатерины II и шведского короля Густава III[196] напротив Чесменского дворца был заложен храм во имя святого Иоанна Предтечи (поскольку именно в день его рождения началось сражение). Проект храма был также поручен Фельтену, и уже 24 июня 1780 года в ознаменование десятилетнего юбилея Чесменского сражения храм был освящен в присутствии императрицы Екатерины II и римского императора Иосифа II[197]. По поводу торжественного юбилея и окончания строительства во дворце был дан прием. Для него специально из Англии заказали столовый сервиз из 592 предметов, на каждом из которых была изображена зеленая лягушка – герб дворца[198].

И храм, и дворец представляли собой единый ансамбль, названный Чесменским, а местность «Кикерикексен» стала с тех пор именоваться Чесмой. Екатерина II любила Чесму и приезжала сюда не только дважды в год на храмовые праздники, но и на Масленицу. После литургии во дворце давались пышные обеды, под звуки веселой музыки устраивались народные гулянья, катанье на санях зимой или на лодках летом, фейерверки. Чесменский ансамбль стал центром огромной пригородной территории. Сама же церковь очень полюбилась прихожанам.

Внутреннее убранство церкви было простым: невысокий белый иконостас, выполненный по проекту Фельтена, и иконы работы неизвестного итальянского мастера, среди которых наиболее интересными были «Распятье Спасителя» и икона Иоанна Крестителя. Храм украшала картина с видом Чесменского сражения. При входе была установлена мемориальная доска, рассказывающая, что храм был сооружен в честь Чесменской победы. Необычный облик придавал церкви сходство и со средневековым европейским замком, и со сказочным королевским дворцом, а колокола и пятиглавые купола с крестами роднили ее с традицией русского храмового зодчества. Готические окна зрительно увеличивали внутреннее пространство небольшого здания. И сегодня, заходя в Чесменскую церковь, посетители бывают поражены изысканной простотой и отсутствием вычурности, которые при этом так удивительно гармонируют с оригинальностью внешнего облика храма.

История Чесменской церкви неотделима от истории Чесменского дворца. И хотя дворец неоднократно перестраивался, а время вносило определенные архитектурные изменения и в облик церкви, они всегда сохраняли единство ансамбля. В эпоху правления Николая I в Чесменском дворце открылась богадельня для ветеранов и инвалидов Отечественной войны 1812 года. К зданию было пристроено три двухэтажных флигеля, в которых разместились бывшие рядовые и офицеры, среди которых было немало георгиевских кавалеров. Территория вокруг богадельни стала благоустраиваться благодаря стараниям попечителей и обитателей: разбили парк, выстроили теплую церковь и три новые часовни, к сожалению, не сохранившиеся до наших дней.

Неподалеку от Чесменского ансамбля постепенно выросло небольшое кладбище, где хоронили бывших воинов, нашедших свой последний приют в Николаевской богадельне. И в наши дни за церковью есть небольшой погост. Там лежат воины-герои, погибшие в годы Великой Отечественной войны на ленинградском фронте; среди них – Герой Советского Союза летчик Алексей Севастьянов и Герой Советского Союза Феодосий Смолячков; их именами названы улицы Петербурга. Но над большинством могил нет имен, одинаковые серебристые надгробия украшает только скромная надпись: «Вечная память героям, павшим в бою за Родину». Возле этих могил всегда лежат живые цветы – их приносят жители микрорайона, ученики школ и учебных заведений, находящихся неподалеку, и прихожане церкви, ухаживающие за кладбищем. В центре захоронений – обелиск славы из розового гранита, поставленный в память доблестных воинов, павших за свободу и независимость нашей Родины. Перед входом на кладбище – крест с надписью: «Вечная память павшим во имя России в период Отечественной войны 1812 года, русско-турецких войн 1768–1774,1828—1829 и 1877–1878; Крымской кампании 1853–1855, Русско-японской войны 1904–1905, Первой мировой войны 1914–1918, Великой Отечественной войны 1941–1945». Так сохраняется традиция: дворец и храм, построенные в ознаменование Чесменской победы, стали памятником всем великим победам и воинам-героям, сложившим головы за Отчизну. Ежегодно священнослужители Чесменского храма проводят здесь поминальные молебны.

Время шло, а Чесма принимала под свой кров воинов-ветеранов и инвалидов, доживавших свои дни в почете и заботе. Традиции учреждения сохранялись вплоть до 1919 года, когда советская власть ликвидировала богадельню, спешно переведя стариков в другие заведения города. В Чесменском дворце вместо богоугодного заведения разместился первый в Советской России лагерь принудительных работ «Чесменка». Вместо креста на куполе церкви установили клещи, молот и наковальню – символы пролетарского труда[199]. Иконы и церковная утварь были изъяты и переданы в Эрмитаж. Незадолго до Великой Отечественной концлагерь «Чесменка» уступил место Ленинградскому институту авиаприборостроения – нынешнему ГАА-Пу; до сих пор студенты подшучивают над своей нелегкой участью.

Чесменский храм долгое время использовался под склад. В1930 году пожар уничтожил уникальный иконостас, спроектированный Фельтеном, и от внутреннего убранства храма почти ничего не осталось. В годы войны дворец и церковь, находившиеся на переднем рубеже обороны Ленинграда, сильно пострадали. Дворец отреставрировали быстрее, поскольку студентам негде было продолжать обучение, а Чесменскую церковь решено было восстановить только в 70-е годы, чтобы передать уникальное здание филиалу Военно-Морского музея «Чесменская победа», находившемуся в стенах храма до 1990 года.

Вновь на причудливых башенках-куполах засияли кресты, постепенно по первоначальному проекту был восстановлен знаменитый иконостас, и в 1998 году митрополит Владимир освятил полностью отреставрированный храм. Стараниями настоятеля Чесменская церковь живет полнокровной жизнью. Ежедневно совершаются богослужения, при церкви работают детская воскресная школа, клуб православных скаутов «Витязь», детский и взрослый хор, театр, открыт «Детский кризисный центр», занимающийся проблемами беспризорников, создан «Клуб чесменских бабушек». Как и при Екатерине II, Чесменская церковь и прилегающая к ней территория вновь стали центром культурной и духовной жизни. Всегда здесь людно: в Чесменский дворец приходят учиться студенты ГААПа, спешит молодежь на занятия в соседний колледж, в будни и праздники люди идут помолиться в храм, поделиться бедой и радостью, почтить память героев на Чесменском кладбище да и просто погулять по ровным песчаным дорожкам и тенистым аллеям близ церкви. И наполняется сердце радостью и светом от причастности чуду земному и небесному.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская) открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: ул. Ленсовета, д. 12.

Транспорт: метро «Московская»

Автобус: 16

Трамвай: 29,45 (до остановки «ул. Ленсовета»).

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи на Каменном острове

От Троицкой площади ровной линией стремительно движется, пересекая весь Петроградский остров, а потом и Аптекарский, бывшая дорога на Каменный остров. Его название старожилы объясняют тем, что когда-то из воды Малой Невки, омывающей остров с юга, поднимался гигантский камень, сохранившийся еще со времени таяния ледника. Таких камней природа оставила немало: не случайно финны, жившие на этих землях еще до основания Петербурга, называли остров «Кивисаари», что значит «Каменный». В XIX веке дорогу достроили, и теперь она, делая виток, проходит остров и заканчивает свой путь у набережной Большой Невки, омывающей остров с севера. А сама дорога стала называться Каменноостровский проспект[200].

Здесь, в восточной части острова, который острым мысом врезается в воды Большой Невки, вот уже более двухсот лет стоит необычная церковь. Это церковь во имя Рождества Иоанна Предтечи, которая тоже сооружена в честь славной победы русской эскадры в Чесменской бухте. Новый храм на Каменном острове был освящен в 1780 году, через 10 лет после битвы.

Первым владельцем Каменного острова был соратник Петра Великого, канцлер Гаврила Иванович Головкин. Здесь когда-то стоял его красивый загородный дом, построенный в 1714 году. Это было первое здание на большом, еще заболоченном острове. По преданию, Петр приезжал погостить к хозяину, отдохнуть от государственных дел, а однажды даже собственноручно посадил молодой дубок. Теперь гигантский раскидистый дуб украшает Каменный остров и является своеобразным памятником петровской эпохи[201]. Вторым владельцем острова был канцлер Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, для которого на острове была построена великолепная деревянная загородная резиденция с парком и прудами; к сожалению, до наших дней она не сохранилась.

В 1765 году Екатерина II купила остров и подарила его своему сыну Павлу. Одним из первых зданий, построенных на Каменном острове по приказу Павла, стал Инвалидный дом. Он был создан в 1766 году для моряков, получивших увечья во время Чесменского сражения, а позднее здесь получали приют и лечение ветераны Балтийского флота, оставшиеся без средств[202]. Для этих несчастных, находившихся на попечении самого наследника престола, и стали строить Предтеченскую церковь, а позднее, когда на Каменном острове возвели для Павла Каменноостровский дворец с большим садом, оранжереями и конюшнями, церковь получила статус домовой. Ее прихожанами стали не только члены царской семьи, но и прислуга новой загородной резиденции Павла. Будущий император очень любил Предтеченскую церковь и часто посещал ее. Павел лично следил за возведением церкви и выбрал первого ее настоятеля; также он передал в дар новому храму много икон, церковную утварь. Иногда он сам поднимался на хоры и пел вместе с певчими. А когда, уже став императором, Павел был избран главой Мальтийского ордена, он объявил церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи орденской. Здесь кавалеры Ордена принимали присягу. Неподалеку от храма находилось кладбище для кавалеров Мальтийского ордена.

Эти захоронения по приказу Александра I были перенесены на Смоленское кладбище, а церковь полюбилась и новому императору, который часто подолгу молился в храме. Сюда приходили и многие известные люди России. Дело в том, что уже в правление Павла участки земли на острове стали раздавать знатным вельможам и чиновникам. На Каменном острове появилось множество красивых и изысканных особняков, где летом отдыхали их именитые владельцы. В храме бывали Г. Р. Державин, М. И. Кутузов. В последние годы жизни его часто посещал Александр Пушкин, снимавший на Каменном острове дачу. Здесь крестили детей поэта – Александра, Григория и Наталью. В 1836 году на острове поэт создал «Каменноостровский цикл» стихов, навеянный впечатлениями от посещения церкви Рождества Святого Иоанна Предтечи[203].

После революции церковь стала приходской, и ее могли посещать простые горожане, но в 30-е годы храм закрыли и передали известному скульптору Крестовскому; позже затем здесь расположился спортивный зал военного санатория.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи на Каменном острове

Имущество церкви было изъято и безвозвратно исчезло. Из богатого интерьера, созданного автором церкви Юрием Матвеевичем Фельтеном, сохранилась лишь ажурная решетка балкона на хорах. А прекрасные особняки были национализированы, и их заняли новые хозяева – партийные и государственные чиновники. Хотя остров и получил новое название – остров Трудящихся, здесь со временем образовался закрытый бетонными заборами дачный городок для приемов высоких гостей, куда простому жителю доступа не было[204].

В 1990 году церковь передали РПЦ, и петербуржцы снова начали приходить в удивительный храм на Каменном острове. Эту церковь в народе называют «Красненькой» – по цвету красного неоштукатуренного кирпича, из которого сооружены стены храма. Сама церковь построена в неоготнческом стиле; она небольшая, но очень изящная, со стрельчатыми окнами и с небольшой колокольней, завершенной остроконечным шатром-куполом.

Ее автором был выдающийся архитектор XVIII века Юрий Фельтен. Его семья издавна служила царю, а отец был экономом Санкт-Петербургской Академии, в которой учился будущий известный архитектор. Позднее Юрий Фельтен стал помощником великого Растрелли, возводившего Зимний дворец. Несколько лет работы под руководством Растрелли стали для молодого архитектора великолепной школой зодчества. После отъезда мастера Фельтен творил самостоятельно, отдавая все свое время любимому делу. Его талант не был таким ярким, как у Растрелли; но сохранившиеся до наших дней уникальные сооружения Юрия Матвеевича Фельтена – знаменитая решетка Летнего сада, здание Старого Эрмитажа, Чесменская церковь и многие другие – делают город неповторимым[205]. Своеобразна и романтична и церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи на Каменном острове, здание которой сохранилось в первозданном виде.

Интерьеры храма пришлось восстанавливать после возвращения церкви прихожанам. Был заново создан иконостас – деревянный, со стрельчатыми нишами для икон; а в 2003 году по просьбе настоятеля храма из Иерусалима храму была передана главная святыня – частица мощей Иоанна Предтечи[206]. Вот что легенды рассказывают о нем:

«Родители Иоанна – священник Захария и его жена Елисавета – прожили до глубокой старости, но не имели детей, хотя долгие годы с большим усердием молились о рождении долгожданного ребенка. И вот однажды, когда Захария совершал богослужение в Иерусалимском храме, явился ему Архангел Гавриил и сказал, что скоро родится в их семье сын, который станет Предтечей, то есть Предшественником появления на Земле Спасителя. Не поверил Захария: слишком стара была его жена, и тогда Архангел наказал не верящего в силу Бога Захария немотой до того дня, пока не родится ребенок, которого нарекут Иоанн. Так и случилось. Пришло время, и родила Елисавета мальчика, которому надлежало по закону дать на восьмой день имя.

Собрались родственники и соседи и предложили дать имя ребенку – Захария, в честь отца. Но Елисавета хотела назвать мальчика – Иоанн, что значит «Благодать Божья». А сам Захария говорить не мог, но когда он попросил дощечку и написал на ней имя сына – Иоанн, тут же заговорил, как раньше. И сказал тогда собравшимся исполненный Святым Духом Захария о том, что сын его – Предтеча Спасителя, который придет скоро на Землю. Удивленные расходились родственники по домам: кто в страхе, кто в надежде и вере, а кто с неверием. Но случилось так, что после Рождества Иисуса Христа царь Ирод Великий повелел убить всех младенцев. Искал он и мальчика Иоанна. Елисавета с сыном укрылись в пустыне, так и спаслись. А Святой Захария, который не покинул Иерусалим и продолжал богослужения в храме, был убит, так как не открыл воинам Ирода, где прячутся его жена и сын».

Православная церковь чтит Иоанна Предтечу выше всех святых, в православном календаре отмечается много праздников в память об этом святом. В церкви на Каменном острове престольным праздником считается день Рождества Иоанна Предтечи – 7 июля.

В храме проводятся ежедневные богослужения, каждый день совершается таинство крещения, дежурный священник отвечает на вопросы прихожан, работает воскресная школа, православные катехизаторские курсы.

Недалеко от храма, на Березовой аллее, расположен онкологический диспансер. Религиозно настроенные больные и их родственники часто приходят в Предтеченскую церковь, чтобы помолиться перед иконой «Всецарица». Эта икона была написана еще в XVII веке и помещена в монастыре на горе Афон. По легенде, однажды к иконе подошел юноша, и яркий свет ослепил его, бросив на землю. Юноша в страхе выбежал из храма, а затем признался, что занимался колдовством, повинился и стал благочестивым человеком. Со временем монахи заметили, что икона помогает исцелять больных раком. Копии иконы разошлись по всему миру, одна из них оказалась в Предтеченской церкви. Для этой иконы и была создана в 2002 году часовня[207] на берегу Большой Невки – небольшое круглое кирпичное здание со стрельчатыми окнами и маленькой луковичной главкой с позолоченным шаром и крестом. Это здание изначально было служебным, но стараниями настоятеля Предтеченского храма было перепроектировано под часовню. Это была последняя работа архитектора Владимира Сергеевича Васильковского, возводившего Ушаковский мост; вскоре он умер, и его отпевали в храме Рождества Святого Иоанна Предтечи.

Так и стоят теперь рядом на самом берегу реки, утопая в тенистой зеленой тиши острова, Предтеченская церковь и часовня. Неспешное и ласковое журчание воды, спокойное сияние небес убаюкивают и умиротворяют каждого, кто приходит полюбоваться прекрасным видом реки, открывающимся из окна часовни, и побродить по островам, думая о вечном.

Церковь Рождества Иоанна Предтечи на Каменном острове открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Каменноостровский пр., д. 83.

Транспорт: ст. метро «Черная речка»

Автобус: 1, 46

Трамвай: 40.

Церковь во имя Свяхценномученика Исидора Юрьевского и Николая Чудотворца

Тихие улочки Коломны извилистыми ручейками бегут вдоль набережных к центру. Глядятся в зеркало канала Грибоедова дома, теснясь фасадами. Здесь остро ощущается город, его дух; здесь вода становится небом, а небо – водой.

На пересечении набережной с Лермонтовским проспектом стоит Исидоро-Юрьевская церковь. Пятиглавый храм с желтыми стенами фасадов, возвышающийся над набережной, выглядит очень нарядно. Его золоченые кресты, зеленые луковки куполов с кокошниками шатровой крыши придают облику здания сходство с московскими храмами. Со стороны Лермонтовского проспекта к храму примыкает часовня Николая Чудотворца, также увенчанная шатровым куполом. Над входом в нее – мозаичная икона святого Николая.

Церковь во имя Священномученика Исидора Юрьевского и Николая Чудотворца

Совсем неподалеку, на полуострове, образованном руслами Крюкова и Грибоедова каналов, сияет великолепием Никольский собор.

Церковь во имя Священномученика Исидора Юрьевского раньше была приходским храмом православного эстонского братства, носившего имя Священномученика Исидора. Братство было создано в конце XIX века. В нем обретались выходцы из Эстонии, которые прибыли в столицу Российской империи в поисках заработка, и православные петербуржцы других национальностей. Основателем братства был Павел Петрович Кульбуш. Его стараниями начался сбор средств для строительства храма, ведь у прихода не было своей церкви. Пожертвования собирали всем миром: деньги шли из храмов Нарвы, Гатчины, Луги. В числе первых откликнулся на призыв и сделал взнос протоиерей Иоанн Кронштадтский, принимавший в дальнейшем деятельное участие в строительстве церкви.

Император Николай II лично выкупил у Городской Думы участок земли, который был предоставлен братству под строительство церкви. При закладке храма в 1903 году это место было освящено Иоанном Кронштадтским. Перед тем как строить храм, территорию дважды обнесли иконой Николая Чудотворца из Никольского собора, а затем Иоанн Кронштадтский заложил первый камень в основание будущего храма.

Проект церкви и примыкающего к нему дома братства создал уроженец Эстонии, профессор Академии художеств, член братства, архитектор Александр Артемьевич Полещук[208]. Храм был двухэтажным: главный придел, расположенный на втором этаже, был освящен в 1907 году во имя Исидора Юрьевского, а нижний – Никольский – в 1908 году. В верхнем храме богослужения велись на эстонском языке, а в нижнем – на русском.

Священномученик Исидор был служителем Никольской церкви в городе Юрьеве (сейчас – эстонский город Тарту). По договору, который заключил московский князь Иван Великий с ливонскими рыцарями, жителям Юрьева разрешили свободно исповедовать православие. Но однажды, в день праздника Богоявления Господня, ливонцы ворвались в Никольский храм и потребовали, чтобы все молящиеся вместе с настоятелем отказались от православной веры и приняли католичество. Но никто не подчинился им. Три дня людей держали в темнице. Настоятель Исидор поддерживал всех добрым словом, а когда стало ясно, что рыцари никого не пощадят, причастил прихожан. На рассвете людей повели на реку Омовжу. Люди без страха шли со своим пастырем на смерть во имя веры. Всех их – и стариков, и мужчин, и женщин с грудными детьми – ливонцы бросили под лед.

А весной, когда Омовжа разлилась, жители этих мест увидели, что все утопленные рыцарями семьдесят два человека лежат на берегу и тела их не тронуты разложением.

Память священномученика Исидора Юрьевского отмечается 21 января, в престольный праздник церкви.

Настоятелем храма с его основания и до 1917 года был Павел Петрович Кульбуш. Протоиерей, кандидат богословия, закончивший Духовную Академию в Санкт-Петербурге, он руководил деятельностью основанного им братства: при нем работала воскресная школа для взрослых и детей, была создана библиотека богословской литературы, существующая до наших дней. В 1917 году он принял монашеский постриг и был направлен в Ревель (ныне – город Таллинн), где возглавил епархию. Всего лишь два года епископ Ревельский Платон служил в этом сане: в 1919 году, когда Красная армия вошла в Эстонию, он был расстрелян. В 2000 году православная церковь причислила его к лику святых.

Церковь была закрыта в 1935 году. Часть икон и утварь была передана в Никольский собор, а в помещении храма разместился комбинат художественного фонда. В храме создавались огромные транспаранты, 60-метровые изображения партийных вождей к первомайским демонстрациям. Внутренние интерьеры здания были частично перестроены под мастерские и служебные помещения.

Спустя почти шестьдесят лет церкви вернули все ее ценности, а также право собственности на землю, полученное при Николае II. И хотя верхний храм во имя священномученика Исидора еще реставрируется, в нижнем проводятся богослужения и таинства.

Нижняя церковь, связанная с другими помещениями прихода коридором, напоминает небольшой зал, отданный под богослужения. Она не похожа на привычную церковь внутренней планировкой, но в ней создается необыкновенное ощущение чистоты и тепла, присущее православному храму. Светлый паркет, белые стены, высокие занавески над узкими прорезями окон, скромный деревянный иконостас, гармоничный в своей простоте. В белой красивой нише, увитой золотом, в свете семи лампад, сияет икона Исидора. Напротив – удивительной красоты лик Николая Чудотворца. Возле южной стены, у окна, – икона Иоанна Кронштадтского, почитаемая прихожанами.

В церкви также есть образ Тихвинской Божьей Матери. Это одна из копий иконы, написанной, по преданию, евангелистом Лукой.

Сейчас в церкви можно увидеть прихожан разных национальностей. В храм приходит и внучка его основателя, отца Павла (Кульбуша). Нынешний настоятель вместе со служителями храма прилагает немалые усилия для восстановления верхней церкви во имя священномученика Исидора, занимается и просветительской деятельностью. Постепенно растет число прихожан, и снова жители этой части города с любовью идут в храм на набережной канала, называя его своим.

Церковь во имя Священномученика Исидора открыта по выходным и праздничным дням с 8 ч. до 19–30.

Часовня Святого Николая Чудотворца открыта ежедневно с 9 ч. до 18.30.

Адрес: пр. Римского-Корсакова, д.24.

Транспорт: ст. метро «Садовая», «Сенная площадь»

Автобус 2, 3, 22

Троллейбус: 31

Трамвай: 1,13, 54.

Часть 2 Христианские храмы других конфессий

Глава 1 Старообрядческая церковь

Церковь Знамения Пресвятой Богородицы (Невская Старообрядческая Поморская община)

В глуши старого Казанского кладбища, раскинувшегося на самой юго-восточной окраине Петербурга, в бывшем селе Рыбацком затерялась небольшая церковь Знамения Пресвятой Богородицы. Этот островок старообрядчества органично вписан в жизнь современного города. Но именно этим и ценен Петербург, органичный в своей непредсказуемости, совмещающий в своем облике прошлое и современность, историю и вымысел.

Рыбацкая слобода была основана еще Петром I на левом берегу Невы между речками Славянкой и Мурзинкой, так что этот «молодой» район города на самом деле ведет свою историю от первых десятилетий существования Петербурга. По указу царя слободу заселяли крестьяне-рыбаки, переселенные с берегов реки Оки, и местные жители невских берегов, издревле занимавшиеся рыболовством. Жители рыбацкого села, постепенно образовавшегося здесь, должны были поставлять к царскому столу замечательную рыбку корюшку. Село богатело и процветало, была построена православная Покровская церковь на берегу Невы, возле храма возникло кладбище[209].

В начале 30-х годов XIX века санитарной комиссией было запрещено вести захоронения возле Невы, и решено было отвести для кладбища новое место, вдоль Шишкова переулка. На нем возвели деревянную часовню для отпевания усопших, а после убийства в марте 1881 года императора Александра II крестьяне в память о царе захотели выстроить на кладбище церковь. В конце того же года архитектор фарфорового завода, расположенного неподалеку от Рыбацкой слободы, Леонард Леонардович Шауфельбергер, выполнил проект, и в мае 1882 года была заложена церковь, которую спустя год освятили во имя иконы Казанской Божьей Матери. Вскоре и кладбище стали называть Казанским. Рядом с ним, с северо-восточной стороны, находилось старообрядческое кладбище с восьмиконечными крестами – изначально в Рыбацкой слободе жили и староверы.

Церковь Знамения Пресвятой Богородицы (Невская Старообрядческая Поморская община)

Церковь во имя иконы Казанской Божьей Матери была однопрестольной. Сосновый иконостас, крашеный под дуб, вырезал преподаватель столярного дела местного училища Д. А. Травин, а иконы и картины в куполе написаны В. Ф. Паскиным. Икону Казанской Божьей Матери – главную церковную святыню, являющуюся списком иконы Казанского собора, – приобрели на общие пожертвования прихожане, как и многие другие святыни церкви.

В 1887–1889 годах к церкви был пристроен каменный притвор с колокольней, и в таком виде храм сохранился до 30-х годов прошлого века. В 1937 году последний настоятель церкви был расстрелян, и храм закрыли. Долгие годы здание церкви использовалось как склад, и деревянная его часть сильно обветшала и разрушилась. К 1960 году, когда храм решено было передать старообрядцам, от него оставалась только каменная пристройка площадью 50 квадратных метров и уцелевшая колокольня, наверху которой была маленькая сторожка[210].

Староверы – православные христиане, которые не приняли церковной реформы Никона и сохранили старые обряды. История старообрядчества в Петербурге началась еще при Петре I: в первые годы основания города по берегам реки Охты стали селиться мастеровые-староверы – плотники, кузнецы, ремесленники, призванные царем на строительство новой столицы России. Староверческая община имела своего постоянного представителя в Петербурге, стряпчего, и часто присылала своих уполномоченных в столицу.

Старообрядцам разрешалось строить молельни без внешних признаков культового сооружения, чтобы в них можно было совершать отпевание усопших. Наряду с молельнями создавались больницы и богадельни в разных частях города, которые беспрепятственно существовали до середины XIX века, а после были закрыты из-за обрушившихся на старообрядцев гонений. Манифест Николая II, изданный в 1905 году, уравнял в правах и свободах всех граждан Российской империи вне зависимости от вероисповедания, и староверы получили возможность наряду со всеми иноверцами открыто создавать общины, возводить культовые сооружения и вести церковную жизнь.

В эти годы были открыты новые общины, отстроены богадельни, больницы; в 1907 году на Тверской улице по проекту архитектора Д. А. Кржижановского был возведен храм во имя Преображения Господня. Эта церковь совсем недавно, в 2004 году, была возвращена старообрядческой общине после большевистской «национализации».

С приходом советской власти в Петербурге действовало пять общин, которые в течение двух последующих десятилетий были закрыты под разными предлогами. Лишь только после блокады петербургские староверы стали хлопотать об официальном возрождении старообрядчества, и в 1947 году с согласия властей была зарегистрирована Старообрядческая Поморская община беспоповцев. Так называют себя члены общины потому, что богослужения у них совершаются без священнослужителей – духовными наставниками, избираемыми общиной и благословляемыми старцами-наставниками.

Зарегистрированной Поморской общине выделили два этажа в жилом доме на Коломенской улице; но существование общины в жилом здании было проблемой для жильцов, и власти в конце 50-х годов решили перевести общину куда-нибудь подальше от центральной части города. Староверам были предложены бывшая церковь Живоначальной Святой Троицы в Озерках и склад в Рыбацком. Решающим в выборе общины стал тот факт, что большинство певчих и духовный наставник проживали в районе Рыбацкого, которое только-только вошло в черту города.

В 1961 году община переехала в Рыбацкое, и помещение склада стало молельным домом, освященным во имя иконы Знамения Божьей Матери. Поскольку помещение было очень маленьким, стал вопрос о пристройке. Городская власть в те годы, безусловно, не могла поддержать церковного строительства и объявила действия старообрядцев незаконными. Председателя общины тогда даже осудили по делу о пристройке, и прихожане, в которых еще был жив страх репрессий, побоялись доводить строительство до конца. Лишь в 1987 году к тысячелетнему юбилею Крещения Руси община получила разрешение на постройку нового храма на месте снесенной деревянной Казанской церкви. Проект на основе реконструкции ранее существовавшей церкви разработал духовный наставник общины, отец Олег Розанов, дизайнер по профессии. Желтое здание, увенчанное 19-метровым зеленым куполом, с притвором и шатровой колокольней во многом похоже на прежде стоявший здесь храм и в то же время несет на себе отпечаток традиции северного культового зодчества. Сразу после реконструкции церковь получила статус памятника архитектуры[211].

Тогда же, в конце 80-х годов, на углу улицы Устинова и Караваевской, у южной границы кладбища, по проекту Олега Розанова было возведено здание духовно-благотворительного центра «Невская обитель», в котором разместился малый храм, крестильное помещение, воскресная школа, кельи для служения, мастерские, гостевые и подсобные помещения. Трехэтажный дом обители с желтыми фасадами напоминает средневековую крепость своими сводчатыми окнами и башенкой, и в то же время восьмиконечный крест над куполом говорит о церковном назначении этого необычного и интересно вписанного в архитектурный облик микрорайона здания.

14 августа 1988 года в обновленной церкви состоялась первая служба. В этом же году старообрядцы стали официально называться Невской Старообрядческой Общиной беспоповского Поморского согласия. С 1999 года богослужения в храме Знамения проводит духовный наставник. В храме проходят службы, крестные ходы, осуществляется обряд крещения, при общине открыта воскресная школа, проводятся ежегодные слеты молодежи, работает библиотека. 10 декабря отмечают в храме престольный праздник во имя иконы Божьей Матери «Знамение».

Икона Божьей Матери «Знамение» прославилась в Великом Новгороде в 1170 году. Русь раздирали междоусобные войны; однажды войско семидесяти двух уездных князей подошло к стенам Новгорода, чтобы покорить себе вольную столицу северных земель. Новгородцы пришли в Софийский собор и молились о спасении и защите, но усерднее всех, по преданию, молился епископ – он-то и услышал голос, повелевающий взять икону Богоматери, что находилась в Спасской церкви, и отнести ее на городскую стену. Люди отправились к указанному месту и с крестным ходом отнесли икону к стенам Великого Новгорода. В лик Богородицы попала стрела, и из ее глаз потекли слезы. И осажденные поняли, что Богоматерь вместе с ними молится у стен Новгорода. Враги же, увидев слезы иконы, испугались и начали убивать друг друга; многие бежали от городских стен. После этого знамения православные стали почитать икону, которая, если верить легендам, еще не раз спасала и исцеляла людей. Однажды икона спасла Новгород от пожара, охватившего город почти целиком. Люди пошли с крестным ходом по берегу Волхова, и огонь отступил. И в наши дни и ортодоксальные верующие, и старообрядцы почитают икону «Знамение»[212].

Год от года растет число прихожан, и сегодня община имеет два прихода – на Тверской улице и в Рыбацком, на Караваевской улице. По-старообрядчески суровый и в то же время удивительно домашний храм каким-то неведомым образом переносит посетителя в далекое прошлое. Темные лики деревянных икон, восьмиконечные кресты, свечи, старинное русское крестьянское одеяние, бородатые старцы и женщины в черных платках, заколотых булавкой, и мрачно-прекрасные звуки – носовое пение «на о».

Как и прежде, возносят к небесам староверы слова своей древней и светлой молитвы, приходят люди в храм: кто – с нескрываемым любопытством, кто – по вере далеких предков, сохранивших через столетия и лишения твердость и непреклонность своей правды.

Церковь во имя иконы Божией Матери «Знамение» открыта в субботу с 16 ч. до 20 ч. и в воскресенье с 9 ч. до 11.40., в остальные дни, кроме четверга и пятницы, – во время богослужений.

Адрес: Караваевская улица, д. 16.

Транспорт: ст. метро «Рыбацкая»

Автобус: 51, 268, 272, 452 Трамвай: 24, 27.

Глава 2 Римско-католические костелы

Костел Успения Девы Марии

В слободе бывшего Измайловского гвардейского полка улицы, словно солдатские шеренги, отходят ровными стройными рядами от Московского проспекта, начиная свой отсчет там, где раскинулись корпуса Технологического института. Улицы раньше назывались Ротными, а в 1923 году были переименованы в Красноармейские[213]. Здесь, на Первой Красноармейской, между Измайловским и Московским проспектами, в неприметном с первого взгляда здании разместилась католическая церковь Успения Пресвятой Богородицы.

Церковь Успения является кафедральным католическим храмом города. Еще в эпоху правления Петра I произошло сближение православной России с католической Западной Европой. Множество специалистов католического вероисповедания были приглашены в Россию, католики получили право беспрепятственно въезжать на территорию страны и строить свои храмы в русских городах.

В Петербурге первый католический храм появился вскоре после основания новой столицы империи. В 1846 году католическая община выкупила у наследников поэта Гавриила Державина здание на набережной Фонтанки вместе с садом – там разместилась Римско-католическая духовная коллегия. Спустя три года в Петербург, по предложению императора Николая I, перевели Духовную академию. Тогда и встал вопрос о переводе в столицу империи епископата и строительстве кафедрального собора на территории, примыкающей к резиденции архиепископа.

Храм был заложен 2 августа 1870 года, при Александре II, а в марте 1873 года было подписано высочайшее повеление о переводе в столицу капитула и консистории[214] Могилевской архиепархии, в состав которой входил Петербург. Проект католического собора был разработан архитектором Василием Ивановичем Соболыциковым, автором научных трудов, известным сотрудником Публичной библиотеки, по проекту которого были созданы несколько ее знаменитых залов. После смерти Соболыцикова строительством руководил академик архитектуры Евграф Сергеевич Воротилов. 12 апреля 1873 года архиепископ Антоний Фиалковский в присутствии большого количества гостей освятил собор во имя Успения Пресвятой Богородицы.

Костел Успения Девы Марии

Праздник Успения Пресвятой Богородицы восходит к первым векам христианства и посвящается воспоминанию светлой кончины Девы Марии и Ее вознесению на небеса. Праздник этот с любовью отмечают все христиане, и еще в первые века христианства отцы церкви на Востоке и на Западе произносили проповеди, посвященные Пресвятой Богородице. Католическая церковь отмечает этот день 15 августа.

Собор Успения Пресвятой Богородицы в плане имел форму латинского креста и соединялся со зданием Епархиального управления единым входом. В 1876 году в него были перенесены частицы мощей апостолов Фаддея, Казимира, Иоанна Кентского и некоторых других. Храм посещали многочисленные католики, работающие на новых предприятиях, появившихся в районе Обводного канала и Московской заставы, а также студенты институтов и военнослужащие Измайловских полков. Собор с трудом вмещал всех желающих, и было принято решение о его расширении. Вместимость храма была увеличена с 750 до полутора тысяч человек. В начале века архитектор Лев Шишко предложил проект реконструкции главного входа, за счет которой можно было еще расширить храм. Лев Шишко был неординарной личностью, его творчество нельзя уложить в рамки канонов и стилей. По его проекту было возведено здание Духовной семинарии, соединенное с церковью переходом. Впрочем, проекту реконструкции храма не суждено было воплотиться из-за недостатка средств.

После Октябрьской революции в жизни храма и католической церкви вообще произошли перемены, затронувшие все церкви и конфессии в России. Уже в 1918 году духовная семинария была закрыта, а здание передано в жилой фонд. Спустя несколько лет, в 1922 году, несмотря на серьезное сопротивление прихожан[215], церковь Успения Пресвятой Богородицы была закрыта и опечатана, а священнослужители арестованы. Через год прихожане смогли отстоять свой храм, и его вновь открыли, но в 1930 году церковь закрыли окончательно.

Во время войны храм очень серьезно пострадал от снарядов и бомбежек, а после войны здание было передано конструкторскому бюро и подверглось перепланировке. Помещение разделили перегородками и пробили дополнительные окна. Впоследствии была предпринята попытка отдать здание собора в аренду банку. В нем планировали соорудить стационарные сейфы-хранилища, что еще больше усугубило вред, наносимый зданию.

После долгих лет советского «пленения» храм был возвращен прихожанам. С 1995 года началось его возрождение. Вновь был образован и зарегистрирован приход Успения Пресвятой Девы Марии и назначен его настоятель. За несколько лет была проведена реставрация собора, и уже в 1997 году в заново освященном храме возобновились богослужения. Спустя несколько месяцев в алтарь были торжественно перенесены частицы мощей апостолов Петра, Иоанна, Фаддея, Андрея и Павла, а также – святых Адальберта и Зенона.

Собор сегодня, как и прежде, пользуется любовью прихожан. В храм ведет дубовая дверь, украшенная резными фигурами ангелов и витражной картиной, где изображена Дева Мария. При входе в храм, в вестибюле, по обе стороны от гранитных ступеней, в нишах – скульптуры святого Иосифа и святого Франтишека. Внутри храма вошедшего встречают два коленопреклоненных ангела с чашами, на белых стенах – 14 фрагментов крестного пути Иисуса. По обеим сторонам от главного прохода расположены скамьи для моления. В центральной части храма, на перекрестье, справа – образ Святой Фаустины и рядом с ней – Иисус.

Святая Фаустина почувствовала призвание к монашеству еще в детские годы, но в монастырь пришла только в 20 лет, сподобившись видения Господа. По описанию Фаустины был написан образ Христа Милосердного, известный сегодня во всем католическом мире. Монахиня вела духовный дневник и еще при жизни удостоилась многочисленных даров Спасителя. Так, она могла предсказывать события, находиться одновременно в нескольких местах, и на теле ее были стигматы[216]. Скончавшаяся в возрасте 33 лет от болезни, Фаустина Ковальская была беатифицирована[217] в 1993 году.

В левой центральной части храма – небольшая скульптура святого Антония и образ святого Франтишека, рядом с которым горят жертвенные свечи. В алтарной части находится престол, стоят подсвечники и не увядают цветы, за которыми ухаживают заботливые руки служительниц. Эта часть храма отгорожена изящной резной деревянной решеткой. В новых мраморных плитах на полу есть одна необычная плита, рассказывающая о том, когда и кем был построен и освящен храм. В соборе прекрасная акустика, и на втором ярусе, напротив алтарной части, находится орган.

Восстановленный в кратчайшие сроки собор радует прихожан и посетителей своей красотой и особой внутренней чистотой и торжественным спокойствием, которое испытываешь, заходя в католический храм. Струящийся в окна легкий свет, сияние образов и скульптур святых, тихие ласковые улыбки служителей церкви и гармония всего, что открывается взору, рождают в сердце радостное чувство покоя и доброты.

В храме проходят богослужения на русском и польском языках, совершаются таинства. Каждый понедельник в нем проходят занятия по изучению Библии, общиной ведется поисковая и просветительская работа, ежедневно любой, кто пришел в храм, может получить наставление священника в личной беседе. Прихожане часто собираются в соборе Успения на 1-й Красноармейской, который считают вторым своим домом, где каждого ждут и понимают, поддерживают добрым словом и дарят надежду и свет.

Собор Успения Пресвятой Богородицы открыт ежедневно с 8.30 до 10 ч. и с 17 ч. до 20 ч. По воскресеньям – с 10 ч. до 20 ч.

Адрес: 1-я Красноармейская ул., д.11.

Транспорт: ст. метро «Технологический институт»

Троллейбус: 3, 8,15.

Костел Святой Екатерины

Между Казанским мостом и Михайловской улицей раскинулась небольшая площадь, получившая среди петербуржцев меткое и ироничное название – «Паперть»[218]. Здесь, пожалуй, самое многолюдное место Невского: торопливо движется народ, музыканты, перебирая гитарные струны, напевают что-то под выкрики случайных слушателей, иностранцы и гости Петербурга праздно разгуливают мимо лавок с сувенирными товарами. Многоликая пестрота этого петербургского Монмартра завораживает, погружая прохожего в особую атмосферу свободы и живой жизни.

Здесь, в глубине проспекта, словно бы образуя площадь, выделяется на фоне петербургской суеты строгий и великолепный арочный портал фасада «Невского костела» – так в обиходе называют здание Римско-Католической церкви Святой Екатерины[219].

Петербург недаром называют городом всех религий, а Невский проспект – улицей веротерпимости. Дело в том, что для строительства новой столицы нужны были высококлассные специалисты, которых не было в России, и Петр издал указ о вызове иностранцев с обещанием им свободы вероисповедания. И тогда в Петербург стали приезжать люди из разных стран; среди приехавших было много католиков[220].

Костел Святой Екатерины

Первый католический храм, который находился недалеко от Летнего сада, был деревянным. Он прославился тем, что там крестили Пьетро Трезини, сына Доминико, – первого петербургского зодчего, а крестным был сам император Петр I. В 1737 году пожар уничтожил деревянный храм, и по указу императрицы Анны Иоанновны в сентябре 1738 года для постройки католического собора был выделен участок неподалеку от Невского проспекта. Примечательно, что проектировал храм Пьетро Трезини, крестник Петра I. Когда в середине XVIII века архитектор уехал в Италию, строительство приостановилось; но в 17б2 году архитектор Валлен-Деламот создал другой проект и возглавил строительство.

Жан-Батист Мишель Валлен-Деламот был автором и участником проектов множества прекрасных сооружений в Петербурге: здания Малого Эрмитажа, Академии художеств, Гостиного двора, великолепной арки Новой Голландии. Тем не менее он вынужден был уехать из России во Францию: мода на его работы прошла, он лишился серьезных заказов. На родине его ждали только несчастья: зодчего внезапно разбил паралич, затем скончалась его жена и верная подруга, Валлен-Деламот почти лишился зрения, и единственным средством к существованию у него была скромная пенсия из России, которую вскоре и вовсе перестали присылать из-за начавшейся французской революции и прекращения дипломатических отношений между странами. Последние семь лет жизни знаменитый архитектор прожил в полной нищете[221].

После отъезда Валлена-Деламота во Францию строительство католического собора святой Екатерины продолжил итальянец Антонио Ринальди. Он был автором более 25 крупных сооружений в Петербурге и пригородах, среди которых дворцы в Гатчине, Ораниенбауме и Мраморный дворец близ Марсова поля. Ринальди считают непревзойденным мастером «мраморных фасадов». Самый знаменитый среди его архитектурных приемов – так называемый «цветок Ринальди» – особая деталь, характерная для орнамента, которая видна и на фасаде костела святой Екатерины[222].

Спустя двадцать лет после начала строительства, в 1783 году, собор был освящен во имя святой Екатерины Александрийской. Фасад собора выполнен в виде триумфальной арки, опирающейся на колонны, что соответствовало одному из приемов барокко – скрыть основной объем здания. Антонио Ринальди, заканчивая строительство, приблизил пропорции фасада к классицизму, отказавшись от башен и обилия скульптурного декора, завершив арочный вход высоким парапетом, что придает зданию стройность. На высоком парапете, венчающем фасад, находятся скульптуры четырех евангелистов – Марка, Матфея, Луки и Иоанна – и фигуры двух ангелов, держащих в руках крест.

Собор Святой Екатерины связан неразрывно с людьми и событиями культурной жизни России и Европы. Здесь был торжественно погребен польский король Станислав Август Понятовский, останки которого перевезли на родину в 1938 году по просьбе польского правительства; здесь покоится французский генерал армии Наполеона Жан Виктор Моро, который перешел на сторону коалиции и возглавил союзные войска после смерти Кутузова. В 1858 году в костеле святой Екатерины отпевали блистательного архитектора Огюста Монферрана, автора Исаакиевского собора и Александрийского столпа. Монферран хотел быть погребенным у Исаакиевского собора, строительство которого было делом всей его жизни, но на просьбу его супруги о выполнении воли зодчего император Александр II ответил отказом: архитектор был католиком. Гроб с телом лишь обнесли вокруг Исаакия, а после установили в костеле Святой Екатерины. Вдова Монферрана увезла гроб мужа в Париж, где и был похоронен известный зодчий[223].

Прихожанами церкви были многие русские аристократы, принявшие католицизм: видный общественный деятель Петр Чаадаев, декабрист Михаил Лунин, князь Иван Гагарин, княгини Зинаида Волконская и Александра Голицына. На торжественных богослужениях присутствовали члены императорской семьи. В храме звучал орган – один из лучших в Европе, исполнялись музыкальные произведения знаменитых итальянских композиторов, гордостью собора был первоклассный хор.

При церкви Святой Екатерины долгие годы существовали школа-интернат для дворянских детей, женская гимназия, начальная бесплатная школа для девочек, а также сиротский приют. Костел пользовался большой любовью прихожан, которых насчитывалось более 30 тысяч.

После революции дома, принадлежащие причту, были отобраны, закрылись гимназии, многие священнослужители подверглись репрессиям. Настоятель храма, Константин Будкевич, был расстрелян в Пасхальную ночь с 31 марта на 1 апреля 1923 года в подвале ВЧК на Лубянке. Он был обвинен в шпионаже и противодействии изъятию церковного имущества. И действительно, после событий апреля 1920 года, когда вооруженные чекисты ворвались в собор, сбивая с ног верующих и разграбляя храмовые святыни, Будкевич предпринял все возможное для спасения святынь. Сначала священник решил закопать церковные ценности на Выборгском католическом кладбище, но позднее ему удалось передать часть церковной утвари через польское представительство в Варшаву, а оттуда – в Рим. До последней минуты настоятель Константин Будкевич был верен церкви. Даже после долгих допросов и пыток, когда ему приказали стать к стене, он благословил своих палачей и отвернулся, шепча слова молитвы, прерванной выстрелом.

В 1938 году храм был закрыт и разорен, иконы и церковную утварь выбросили во двор и растащили, росписи были уничтожены, мраморный престол расколот, библиотека закрыта. От былого великолепия ничего не осталось. Храм превратили в склад. Пожар 1947 года довершил разрушение: были уничтожены фрески, статуи, но сильнее всего пострадал орган. В конце 70-х годов власти принимают решение отдать собор под концертный зал филармонии. Под руководством Антонины Ивановны Тараненко, опытного петербургского архитектора-реставратора, были начаты восстановительные работы, но случившийся в феврале 1980 года второй пожар разрушил мраморные скульптуры и пол, окончательно уничтожив остатки интерьера. Окна обгоревшего собора были забиты досками и металлическими листами, и реставрация приостановилась.

Через двенадцать лет после пожара храм был возвращен верующим. Началось восстановление святыни. В 1992 году над алтарем поместили распятие, спасенное прихожанкой храма, 19-летней Софьей Степулковской. Девушка хранила крест у себя дома, рискуя жизнью. В мае 1940 года он был передан в церковь Лурдской Божьей Матери, которая на тот момент была единственным действующим католическим храмом в Петербурге, а после – возвращен в церковь Святой Екатерины.

Первой была восстановлена храмовая часовня Фатимской Божьей Матери. По легенде, явления Божьей Матери произошли в Португалии, в 1917 году, в местечке Фатима. Впервые Богородицу увидели трое маленьких детей, пасшие овец. Сверкнула молния. И дети решили, что началась гроза, но в этот миг пред ними предстала в Божественном сиянии Дева Мария, передавшая изумленным малышам три пророчества. Дети рассказали об увиденном, но им никто не поверил. Явление Богородицы повторялось еще 5 раз, 13 числа каждого месяца. На месте, где произошло чудо, был построен храм, куда не иссякает поток паломников.

Год за годом восстанавливался храм: освятили алтарную часть, центральный вход со стороны Невского проспекта, появились новые реликвии. К 10-летию возобновления богослужений в дар церкви были передана частица мощей блаженного Зигмунда Фелинского, покровителя прихода святой Екатерины. Беатификация святого произошла 18 августа 2002 года в Кракове. Зигмунд Щенсный-Фелинс-кий служил викарием в приходе святой Екатерины, а позднее стал архиепископом Варшавы. Во время восстания в Польше в 1863 году он написал письмо Александру, где заступался за права католической церкви и поляков, за что был отправлен в ссылку в Ярославль на 20 лет. После ссылки он жил в маленькой деревушке в Галиции и получал от русского правительства пенсию, но все раздавал бедным. День памяти святого – 17 сентября.

Еще одной покровительницей прихода является Урсула Ледуховская.

Уроженка Австрии, Урсула приехала в Петербург в 1907 году, получив приглашение от настоятеля храма святой Екатерины руководить женским интернатом при церкви. Семь лет Урсула обучала и воспитывала девочек, отдавая им свое сердце. Но началась Первая мировая война, и ее выслали из страны. Дальнейшая ее жизнь была связана с деятельностью общины сестер Урсулинок, которой она отдавала все силы. Также Урсула оставила книги об истории этой общины. Жизнь ее закончилась в Риме, а останки находятся в одной из часовен в Польше. После смерти святая Урсула несколько раз являлась больным людям, принося исцеление. Ее беатификация произошла в 2003 году, а день память святой – 29 мая.

Также в храме почитают святого Доминика Гусмана, день памяти которого отмечается 8 августа; долгие годы храм был поручен доминиканскому монашескому ордену Покровительницей этого ордена является святая Екатерина Александрийская, казненная по приказу римского императора за то, что не отреклась от христианской веры. День памяти святой Екатерины католики отмечают 25 ноября. Сам же святой Доменик Гусман был создателем монашеского ордена. Католическая церковь связывает имя святого с появлением Розария – особой молитвы на четках. По легенде, в 1214 году Розарий был вручен Доминику явившейся ему Девой Марией. Каждый вечер в костеле Святой Екатерины в 18.30 свершается молитва Розария.

Кроме того, в храме проходят таинства исповеди – каждое воскресенье, за четверть часа до начала каждой мессы. Службы проходят в храме ежедневно на разных языках: русском, итальянском, французском, английском, польском, корейском – согласно особому расписанию. Под руководством настоятеля прихода работает воскресная школа, просветительский центр, проходят лекции, появляются и новые традиции – проведение телемостов между Россией и Ватиканом.

Как столетия назад, идут к ступеням храма чинные прихожане на мессу, и Невский проспект вновь гостеприимно встречает верующих разных вероисповеданий. А рядом, на площади, бурлит привычная жизнь одного из самых необычных уголков главного проспекта города.

Костел Святой Екатерины открыт ежедневно с 7 ч. до 20 ч.

Адрес: Невский проспект, д. 32.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор»

Автобус: 7

Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Костел Святой Лурдской Девы Марии

Район старого Петербурга, ограниченный Литейным и Лиговским проспектами, словно книжная полка города: здесь рядом друг с другом, как в литературной энциклопедии, – Некрасов и Чернышевский, Радищев и Маяковский, Рылеев и Белинский, Короленко и Чехов, чьи имена носят эти улицы и проспекты. Через улицы Маяковского и Восстания, бывшую Знаменскую, перекинут небольшой мостик Ковенского переулка, где, словно островок средневековья, возвышается католический костел Божьей Матери Лурдской.

Величавое, торжественное и вместе с тем аскетическое здание, облицованное красным гранитом, было построено для французов-католиков, живших в Петербурге. Изначально они числились прихожанами церкви Святой Екатерины на Невском, но впоследствии решили отделиться от многочисленного и многонационального прихода. Идея строительства церкви для соотечественников возникла у членов французского посольства еще в 60-е годы XIX века, но разрешения удалось добиться только при Николае II. Изначально храм хотели поставить на Манежной площади, но православное духовенство выступило против этого. Тогда на средства французского посольства был приобретен участок земли у купца Максимова в Ковенском переулке.

Проект нового храма был поручен известному петербургскому архитектору Леонтию Бенуа. Он был наследником славной художественной династии, сыном зодчего Николая Бенуа. Окончив Академию художеств с золотой медалью за год до положенного срока, Леонтий Бенуа стал не просто талантливым архитектором, но и педагогом, воспитавшим плеяду знаменитых зодчих. Одним из его учеников был Мариан Перетяткович, в соавторстве с которым зодчий и создал проект храма Святой Марии Лурдской.

Первый проект храма Бенуа создавал еще в 1902 году, и первоначально здание замысливалось в романском стиле: небольших размеров, с башней, затейливым входом и домиком для священника. Для облицовки здания хотели использовать кирпич и природный камень, но в 1903 году администрация фирмы «Батиньоль» предоставила церкви большое количество гранита, не использованного при строительстве Троицкого моста. Это случайное обстоятельство заставило Бенуа переработать изначальный проект, пригласив к сотрудничеству своего ученика Перетятковича. Вместо трех нефов, требующих установки колонн, решено было сделать единый зал под большим железобетонным сводом, а гранит использовать для облицовки фасада. Красный гранит, которым был облицован храм, привозили из Финляндии[224].

Костел Святой Лурдской Девы Марии

В здании костела необыкновенным образом сочетаются романский стиль и элементы северного модерна. Храм, похожий на средневековый замок, удивляет своей высокой колокольней, увенчанной куполом-башенкой и крестом и словно вырастающей из строгого фасада. Смотрящему на здание может показаться, что он находится где-нибудь на улочках старой Праги – особенно если он подойдет к высоким ступеням арки при входе в костел и, поглядев наверх, увидит Мадонну с младенцем на руках, смотрящую из круглого оконца. А опустив глаза, прохожий может увидеть чудесную статую девы Марии Лурдской в голубой нише, расположенной в центре лестницы. Скромный и пленительный образ Божьей Матери со скрещенными руками и склоненной головой – образец величия и кротости духа, удивительной чистоты и святости. Дева Мария словно стоит среди каменных гранитных скал, а за ней в лучах солнца – очертания старинного города Лурда. У подножия этой выразительной по красоте и символике композиции – белые лилии, символ чистоты и непорочности.

Жила в XIX веке в городе Лурде бедная пастушка Бернадетта. Однажды она пасла овец недалеко от Массабельского грота. Вдруг в сиянии света ей явилась Дева Мария в белых одеждах, попросила пастушку передать людям, чтобы они жили в мире и покаянии, и повелела здесь, у грота, воздвигнуть храм. Храм во имя Божьей Матери в Лурде вскоре стал известен повсюду. Он прославился тем, что очень многие больные и несчастные люди получали исцеление в этом храме. День памяти Божьей Матери Марии Лурдской отмечается 11 февраля – это главный праздник костела в Ковенском переулке.

Внутреннее убранство храма предельно скромное и простое, создающее вместе с тем торжественность. Главный зал декорирован готическими колоннами. У входов – необычные чаши для святой воды в виде крупных морских раковин, чуть поодаль от них установлены распятия. Стены костела украшают круглые витражные окна и 14 барельефов, по 7 с каждой стороны, изображающих крестный путь Христа на Голгофу. В центре зала, за престолом, – огромная картина художника Захарова «Вручение ключей апостолу Петру»[225]. Напротив, на втором этаже, – орган, звучание которого создает чарующую тайну и неземную красоту католического богослужения, словно вознося к небесам слова молитвы. Святыней храма являются частицы Креста Господня, хранящиеся здесь.

Костел Святой Девы Марии Лурдской был освящен в 1909 году епископом Яном Цепляком. На торжестве присутствовало много гостей: петербургская знать, представители французского посольства, власти города. После революции церковь закрывали только на один год, с 1922 по 1923, но число прихожан ее в эти годы уменьшилось, поскольку многие французы после Октябрьского переворота уехали на родину. Долгие годы церковь Божьей Матери Лурдской была единственным действующим костелом в Петербурге – остальные католические храмы были закрыты. Во время Великой Отечественной войны храм сильно пострадал: снарядами была повреждена колокольня, выбиты стекла, была разрушена кровля. Когда немецкие войска оккупировали Францию и к власти пришло новое правительство, поддерживающее фашистов, дипломатические отношения с Советским Союзом были разорваны, и гражданину Франции, отцу Флорану, настоятелю храма, пришлось выехать на родину. Он успел передать ключи от собора прихожанке, которая была органисткой и комендантом жилого дома при церкви. Благодаря ее стараниям храм и многие его святыни были сохранены. В самые тяжкие годы блокады она открывала храм, чтобы люди могли молиться в нем.

В тяжелые послевоенные годы церковь начали восстанавливать, и уже вскоре состоялось первое богослужение. Спустя десятилетие в храме появился новый орган. Знаменательным событием в истории костела было посещение его президентом Франции генералом де Голлем. В конце 90-х годов на средства благотворителей был произведен капитальный ремонт приходского дома. В преддверии столетия костела настоятелю и прихожанам еще многое предстоит сделать, чтобы храм стал еще прекрасней.

Сегодня в костеле совершаются ежедневные богослужения на русском, польском языках и на латыни, в будние дни – в 9 утра и в 19 ч., а в выходные – в 9, 10.30, 12 и 19 часов; проходят таинства крещения, венчания. В храме, как и раньше, отпевают многих петербуржцев французского происхождения. В нем совершалось в 1928 году отпевание и самого архитектора храма, Леонтия Бенуа, а также – членов его семьи. Прах зодчего покоится на Литераторских мостках Волковского кладбища.

Как и прежде, стоит удивительная церковь, похожая на замок доблестных рыцарей средневековья. Рядом шумит Невский проспект, бегут вдоль Лиговки трамваи, торопится в концертный зал «Октябрьский» нарядная светская публика, бурлит жизнь. А здесь, в торжественной тишине, слышатся величественные звуки органа, и Мадонна смотрит ласково и светло, словно в самое сердце, приглашая под готические своды полюбоваться красотой и светом, почувствовать на мгновение освобождение от суеты и покой, произнести молитву.

Костел Святой Девы Марии Лурдской открыт ежедневно за час до богослужения, с 8.30 до 10 ч. и с 15 до 19 ч. – в будние дни. В воскресенье – с 8 до 15 ч. и с 18 до 20 ч.

Адрес: Ковенский переулок, д. 7.

Транспорт: ст. метро «Площадь Восстания»

Автобус: 22, 74

Троллейбус: 42

Трамвай: 25.

Костел Святого Станислава

Рядом с Театральной площадью, на которой находится Мариинский театр, гордость Петербурга, в XVIII веке устраивались балаганные представления и тянулись ряды каруселей, а в XIX возвышался Большой Каменный театр. Это удивительный уголок Петербурга, где рядом расположены три храма разных конфессий: православная церковь во имя Исидора Юрьевского, синагога и католический костел Святого Станислава.

Церковь Святого Станислава стоит на пересечении Мастерской улицы, напоминающей о том, что когда-то здесь находилась слобода мастеровых военно-морского ведомства[226], и улицы Союза Печатников – бывшей Торговой, выходившей к рынку. Свое современное название она получила в память о том, что здесь помещался союз рабочих-печатников[227].

Костел Святого Станислава

Инициатором постройки церкви был архиепископ Станислав Иоанн Сестренцевич-Богуш, митрополит Могилевский и первый председатель Римско-Католической духовной коллегии России, пожертвовавший на строительство храма деньги и земельный участок, где находился его дом и сад. Станислав Богуш был не только выдающимся церковным деятелем, но и талантливым ученым. Он занимался агрономией, медициной, оставил труд по истории Крыма, был избран почетным членом Академии Наук. Много сил уделял Станислав Богуш и просветительской деятельности. Он пожертвовал дом для создания первой в России классической гимназии, где преподавались различные предметы. За свой долголетний труд архиепископ получил очень много наград, среди которых высший орден России – Святого Андрея Первозванного и ордена Святого Станислава и Святой Анны. Скончался Станислав Богуш на 96-м году жизни и погребен в церкви, которую он и основал в Петербурге, – в костеле Святого Станислава.

Церковь была построена в 1823–1825 годах по проекту Давида Ивановича Висконти, представителя славной творческой династии в Петербурге: в его семье были и архитекторы, и скульпторы, и художники. Давид Висконти был выдающимся мастером классицизма. Здание храма Святого Станислава – яркий пример этого стиля. Желтая с белым декором церковь, квадратная в плане, увенчана низким куполом на глухом барабане[228]. По всему фасаду – одинаковые двухколонные портики, антаблемент[229] отделяет аттиковую[230] часть, выступая над основной линией здания. На фронтоне, расположенном над входом в храм, – барельеф «Всевидящее око», над порталом входа – надпись: «Те ieum laudamus. 1998». Этот год – дата второго рождения храма. Он был закрыт в конце 30-х годов и передан почти на 60 лет цеху меховой фабрики. В 1996 году костел вернули католической общине, а через два года он был освящен.

В храме возобновились богослужения на польском и русском языках, свершаются таинства крещения, миропомазания, причастия, венчания, служатся мессы за здравие и за упокой, на добровольных началах проводят служители храма освящение жилых и производственных помещений, транспортных средств. При церкви работает библиотека им. Слуги Божьего, Епископа Антония Малецкого. Настоятелем храма является отец Кшиштоф Пожарский. Торжественные богослужения и крестные ходы совершаются в престольные праздники – День Святого Станислава и праздник иконы Трижды Предивной Божьей Матери.

Святой Станислав, епископ и мученик, живший в XI веке в Польше, был из славного рыцарского рода. Получив блестящее духовное образование за границей, он становится епископом Кракова. Но случилось так, что епископ Станислав встал на защиту рыцарей, которые отказались ходить в походы с Болеславом Смелым, правившим в это время в Польше. Когда король начал жестоко расправляться с неверными рыцарями, епископ Станислав сначала пытался добрым наставлением уговорить Болеслава, чтобы тот не вершил кровавых расправ над изменниками, но король был непреклонен. Тогда епископ отлучил короля от церкви, лишив его власти, а сам удалился в церковь Святого Михаила на Скалке, получившей свое название оттого, что она возведена на высокой скале недалеко от Кракова. Но Болеслав Смелый узнал, где скрывается епископ, со своими рыцарями ворвался в церковь святого Михаила. В это время в храме было много прихожан, ведь шла служба, которую проводил Святой Станислав. Прямо у алтаря король убил епископа мечом, а тело приказал своим дружинникам вынести из церкви и разрубить на четыре части. Предание гласит, что останки Святого Станислава чудесным образом соединились, а с небес неожиданно для всех слетелись орлы, которые охраняли тело Святого. Король Болеслав поплатился за свое злодеяние. Народ поднял против него восстание, и ему пришлось бежать из страны, закончил он свою жизнь вдали от родины, в монастыре, где последние годы жизни каялся в своих преступлениях. А святые останки епископа и мученика Станислава торжественно захоронили в Краковском соборе. День мученической гибели Святого Станислава – 8 мая – стал днем памяти этого небесного покровителя Польши, защитника слабых перед лицом власти.

Еще один праздник храма – 12 сентября – день иконы Трижды Предивной Божьей Матери. Этот образ был воссоздан с картины известного итальянского живописца Кроссио в 1998 году петербургским художником Владимиром Корбаном. Икона была освящена архиепископом Тадеушем Кондрусевичем, а через 4 месяца для нее в боковом приделе была создана часовня, алтарь которой освящал Примас Польши, кардинал Иосиф Глемп. В 2000 году произошло еще одно важное событие, связанное с часовней, – коронация иконы архиепископом Тадеушем Кондрусевичем. Эту корону благословил в Риме папа Иоанн Павел 2. На коронацию прихожане принесли свои дары: бусы из жемчуга, золотые и серебряные украшения. С этого года в специальной книге записываются все благодати, которые получают прихожане от Чудесной иконы Трижды Предивной Божьей Матери. Католики почитают ее как Дочь Небесного Отца, Матерь Сына Божьего и Невесту Святого Духа. Каждую субботу в часовне в 19 часов совершается святая месса в честь Божьей Матери и молитва Розария.

Не только в часовне, но и в самом костеле всегда много прихожан. Внутри нежно-розовый, цвета утренней зари, храм разделен на три нефа белыми пилонами", арочные своды украшены широким орнаментом, купол расписан кессонами и розеттами"". Все здесь кажется простым и торжественным, близким сердцу любого человека, независимо от вероисповедания.

Костел Святого Станислава открыт ежедневно с 18.30 до 20 ч. по будням и с 11 до 12 ч. в выходные и праздничные дни.

Адрес: ул. Союза Печатников, д.22.

Транспорт: ст. метро «Садовая», «Сенная площадь»

Автобус: 2, 3, 22

Трамвай: 1,11,13, 54.

Глава 3 Евангелическо-лютеранские церкви

Собор Святых апостолов Петра и Павла

Здесь Невский проспект, словно замедляя свой стремительный бег, становится аккуратно размеренным, немного даже средневековым. Кажется, слышно, как основательно и неторопливо печатают шаги почтительные немецкие бюргеры и мастеровые. Тут, в центре лютеранского квартала, в глубине между домами, огражденная прекрасной чугунной решеткой, стоит «Петрикирхе» – церковь Святого Петра и Павла, главный лютеранский храм в Петербурге.

Первая лютеранская церковь была открыта на территории Петропавловской крепости для военных специалистов – иностранцев, работающих в ней. На противоположном же берегу Невы, в доме адмирала Крюйса, одновременно возникла община евангелистов-лютеран. Среди прихожан церкви было много немцев.

Петр, понимая значение лютеранской общины для жизни новой столицы России, подарил ей участок земли на Невском проспекте для строительства здания церкви, церковной школы и дома причта. Было решено собрать деньги на постройку каменной церкви. Одним из способов пополнить бюджет строительства стала пошлина, размер которой составлял пять рублей с каждого прибывшего в петербургскую гавань иностранного корабля. Эту статью доходов называли «корабельными деньгами».

29 июня 1728 года, в день святых апостолов Петра и Павла, был заложен первый камень в основание лютеранской немецкой церкви, которую и освятили спустя два года. Проект здания разработал покровитель немецкой лютеранской общины граф Миних, при участии Доменико Трезини.

Бурхард Христофор Миних известен не только как государственный деятель, руководитель первого Кадетского корпуса, фельдмаршал, командующий русскими войсками во время одной из русско-турецких войн XVIII века, но и как военный инженер и архитектор.

Среди его сооружений: укрепления в Выборге, Кронштадте, Ладожский канал, равелины Петропавловской крепости. Сделав удачную карьеру при Анне Иоанновне, после воцарения Елизаветы Петровны он был сослан в Сибирь, а по возвращении продолжил свой труд как инженер и градостроитель[231]. Сейчас перед лестницей, ведущей в церковный зал, можно увидеть памятный металлический барельеф с изображением Миниха.

Двухэтажное здание первой церкви Святого Петра было построено из кирпича и отштукатурено, его венчала деревянная башенка. Главным украшением храма стала алтарная картина «Иисус с Фомой Неверующим и учениками» кисти известного немецкого мастера Ханса Гольбейна-младшего (сейчас полотно находится в Эрмитаже).

К началу XIX века здание стало слишком маленьким для разросшейся общины, к тому же оно сильно обветшало; после страшного наводнения 1824 года стало очевидно, что необходимо строить новое здание. Старую церковь снесли, был объявлен конкурс архитектурных разработок, и в мае 1833 года на заседании церковного Совета был утвержден проект нового храма, выполненный Александром Брюлловым.

Александр Павлович Брюллов происходил из знаменитой семьи потомственных скульпторов, живописцев, художников и архитекторов. Его отец преподавал в Академии художеств, его старший брат, Федор Брюллов, также преподавал в Академии художеств, а младший брат, Карл, стал одним из самых знаменитых художников XIX века. Закончив Академию художеств, Александр Брюллов начинает свою деятельность в комиссии по постройке Исаакиевского собора. Для совершенствования мастерства он вместе с братом Карлом уезжает в Европу. После возвращения в Петербург зодчий начинает самостоятельный творческий путь. Среди самых крупных его творений можно назвать ансамбль Пулковской Обсерватории и здание штаба гвардейского корпуса на Дворцовой площади.

Церковь по проекту Брюллова была построена и освящена в 1838 году. Автор так удачно спроектировал ее отступление от «красной линии» Невского проспекта, что перед главным фасадом образовалась площадь. Это позволяло освободить вход и давало возможность прихожанам свободно общаться возле храма, собираться и беседовать.

Собор Святых апостолов Петра и Павла

Храм был спроектирован таким образом, что главный фасад, облику которого Брюллов уделил особое внимание, скрывает объем здания. Автор придал сооружению черты романского стиля: строгий арочный портал, эффектная галерея над ним, две высокие угловые башни с окнами, повторяющими силуэт портала и ниш. На крыше главного фасада, между башнями, преклонил колени ангел с крестом. По обеим сторонам портала, на постаментах у центральной лестницы, ведущей в храм, установлены фигуры апостолов Петра и Павла. Благодаря построенным в те же годы Георгием Цолликофером двум жилым домам по обеим сторонам церкви, площадь внешне оформилась как завершенный архитектурный проект[232]. С домами церковь связала изящная чугунная решетка, узор которой совпадает с рисунком перил винтовой лестницы, ведущей в церковный зал. В одном из домов размещалась школа, а в другом – причт. Удивительной красоты чугунный фонарь на стене фасада с причудливым резным орнаментом является и сегодня своеобразной визитной карточкой «Петри-кирхе».

В наши дни немецкую церковь можно увидеть такой же, как и в первой половине XIX века. Сегодня появилась также подсветка у подножия пьедесталов со скульптурами апостолов Петра и Павла, справа от храма установлен бюст Гете. Один из прилегающих к церкви домов возвращен немецкой общине. Сразу за зданием церкви расположилась средняя школа, которая носит историческое название «Петершуле». Школу открыло и содержало благотворительное общество при немецкой общине. Долгие годы «Петершуле» была образцовым учебным заведением. Из стен ее вышли такие выдающиеся люди, как архитектор Тон, автор двух вокзалов-близнецов в Москве и Петербурге, организатор больничного дела для детей Раухус, педагог и врач Лесгафт, композитор Мусоргский[233]. На квартире старшего преподавателя русского языка «Петершуле», И. М. Борна, в начале XIX века проходили собрания Вольного общества любителей словесности.

В церкви Святых апостолов Петра и Павла всегда царил истинно немецкий дух. Романский архитектурный стиль был присущ и внутреннему ее облику. Высокие своды на гранитных колоннах с великолепными росписями, мозаичные витражи в духе немецкого Возрождения, и главное украшение храма – замечательное полотно Карла Брюллова, брата архитектора, – алтарный образ «Распятие Христа». В церкви стоял уникальный орган фирмы «Валькер», на котором учился играть студент консерватории Петр Ильич Чайковский.

До революции церковь была центром духовной и культурной жизни немецкой общины. Количество ее членов росло, и к началу XX века она насчитывала более 17 тысяч человек. После 1917 года значительная часть общины выехала на рубеж. Здание церкви и общинных домов было национализировано. В 1937 году, в Сочельник, двери храма закрылись. Пастор и его сын были арестованы и вскоре расстреляны. Убранство церкви было конфисковано, алтарная картина кисти Карла Брюллова передана в Русский музей, а судьба знаменитого органа неизвестна.

В помещении церкви в 40-е—50-е годы находились склады, затем, в начале 60-х годов, здание было передано бассейну. Это повлекло за собой капитальное переустройство, и интерьерам церкви был нанесен серьезнейший ущерб.

В июне 1993 года церковь апостолов Петра и Павла была возвращена прихожанам. В церкви проводит богослужения объединенная община святого Петра и святой Анны. Пастору общины и прихожанам церкви многое предстоит еще сделать для воссоздания великолепных интерьеров храма, который деревянными скамьями на трибунах-ярусах все еще напоминает плавательный бассейн. В алтарной части – синий флаг с изображением креста, внутри которого 5 красных лепестков. Такой же чугунный крест украшает знаменитую решетку перед зданием церкви. Белые стены подчеркивают былое величие этого храма, который сегодня, как и прежде, является центром жизни общины и распахивает свои двери для концертов классической и духовной музыки, богослужений, епархиальных мероприятий.

Каждый раз, проходя по Невскому проспекту, не устаешь восхищаться великолепным зданием лютеранской церкви, без которого трудно представить себе не только историю российских немцев, но и историю Петербурга.

Собор Святых апостолов Петра и Павла открыт ежедневно с 10 до 19 ч. Богослужения проходят по воскресеньям, с 10.30.

Адрес: Невский проспект, д.22–24.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор»

Автобус: 3, 22, 27

Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Церковь Святой Екатерины

Простором моря дышит Васильевский остров, пронзенный тремя параллелями проспектов, бегущих вдоль Большой Невы. На Съездовской линии стоят по соседству две церкви святой Екатерины – лютеранская и православная.

Со времен Петра на Васильевском острове селились купцы, булочники, ремесленники, среди которых было много немцев. Поначалу они молились в лютеранской церкви Петра и Павла на Невском проспекте, но капризная Нева, постоянно грозя наводнениями, затрудняла переправу на другой берег. Со временем решено было основать лютеранский приход на самом острове. Сначала прихожане обосновались в небольшом доме, выкупленном у православного священника; одну половину дома занял пастор Отто Трефурт с семьей, а на другой было решено проводить богослужения. 28 июня 1728 года появилась лютеранская община на Васильевском острове.

Постепенно община разрослась, и здание, где проводились богослужения, перестало вмещать всех желающих. На службу приходили уже служащие министерств, ученые, преподаватели, чиновники-специалисты, приезжающие в Петербург из Германии. Тогда совет общины принял решение построить новый каменный храм. Разработку проекта храма доверили члену церковного совета, талантливому архитектору Георгу Фридриху Фельтену, известному в России как Юрий Фельтен. Он безвозмездно и с большим воодушевлением выполнил просьбу своей общины.

Деньги на постройку храма собирали не только петербуржцы, но и представители других лютеранских общин России, Дании и Германии. Храм был заложен в 1768 году, и уже 26 января 1771 года он был освящен во имя святой Екатерины. До этого времени церковь называли между собой просто «островной»; но в благодарность императрице, пожертвовавшей приходу значительную сумму денег и всячески помогавшей строительству, церковь при освящении получила имя ее святой покровительницы. Так на углу Большого проспекта и Съездовской линии, дающей начало всем островным линиям-улицам, возникла лютеранская церковь Святой Екатерины.

Церковь Святой Екатерины

Юрий Фельтеи строил и православные, и протестантские храмы. Этот удивительный зодчий в равной мере талантливо работал в различных архитектурных стилях: от псевдоготики до классицизма. Церковь на Большом проспекте выполнена в формах раннего классицизма: однокупольная, с фасадами нежно-зеленого цвета и белым дорическим портиком. В нишах фасада по обе стороны портика установлены скульптуры святых Петра и Павла[234].

До революции немецкая лютеранская община была одной из самых богатых и многочисленных в Петербурге. Приход содержал школу, богадельню, приют, больницу, вдовий дом. Среди самых известных прихожан церкви Святой Екатерины можно назвать Егора Антоновича Энгельгардта, директора Царскосельского лицея, и Христиана Садомона, одного из врачей, лечивших раненого Пушкина. До сих пор в общине с любовью вспоминают имя первого пастора церкви, Йоахима Христиана Грота, которого прихожане называли Ефим Христианович. Всю свою сознательную жизнь этот человек возглавлял общину – с 1764 года, когда только появилась идея создания храма, до своей смерти в 1799 году. Сын адвоката, выпускник Йенского университета, он приехал из Германии и остался в России навсегда, а Петербург стал его второй родиной.

После 1917 года многие члены общины уехали на родину, число прихожан сократилось, и в 1935 году церковь Святой Екатерины была закрыта. Община перестала существовать. Последнего ее пастора, Вальдемара Вагнера, арестовали и сослали в Сибирь.

В разные годы в здании церкви находились кинотеатр, клуб горняков, конструкторское бюро, дом детского творчества, ас 1972 года здесь расположилась студия грамзаписи фирмы «Мелодия». Она до сих пор занимает часть помещений храма – по условиям договора, здание церкви будет целиком передано лютеранской общине, когда в городе найдется помещение с достойной акустикой для качественной звукозаписи. В 1989 году фирма «Мелодия» отреставрировала главный зал церкви, а в 1990 году в канун Рождества от возрожденного Андреевского собора к церкви Святой Екатерины направился крестный ход, завершившийся в стенах храма торжественным богослужением.

После пятидесятилетнего перерыва прихожане снова получили возможность посещать родную церковь. Сначала богослужения велись всего два раза в месяц; сейчас они совершаются каждое воскресенье, в 13 часов, и ведутся не только на русском, но и на немецком и латышском языках. Возрождается и деятельность лютеранской общины церкви, насчитывающей на сегодняшний день около ста двадцати человек. Для жителей района работает воскресная школа, для пожилых людей осуществляются бесплатные врачебные консультации, помощь в приобретении лекарств. Под патронажем церкви находятся Смоленское лютеранское кладбище в Петербурге и кладбище немецких военнопленных в Сестрорецке.

Реставрация церкви продолжается: уже восстановлен купол, поставлен крест над ним, во многом отреставрирован зал для богослужений. Раньше он был поделен на три нефа рядами колонн, в алтаре висели копии картины Рубенса «Тайная вечеря» и Ванлоо «Воскресение». Стены храма украшали полотна Гриммеля «Искушение Адама» и «Распятие», в конце XIX века были сделаны хоры, установлены позолоченные статуи Веры и Любви, мраморная статуя Спасителя работы скульптора Бока. Сегодня еще многое предстоит сделать и восстановить; но уже сияют золотом капители беломраморных колонн, украшает алтарную часть «Тайная вечеря», мерцают хрусталем люстры, а на хорах, словно на подмостках, возвышается кафедра со свечами. А к сводам церкви возносится музыка торжественных песнопений под аккомпанемент одного из самых лучших органов в Петербурге.

Церковь Святой Екатерины славилась своим органом. В середине XIX века в ней был установлен орган работы мастера Г. Метцеля, привезенный из Регензбурга. К концу XIX столетия в церкви был установлен новый большой орган на 48 регистров, который в 1957 году был передан Мариинскому театру. Нынешний орган фирмы «Зауэр» тоже самый большой в Петербурге, он имеет 13 регистров, но в дальнейшем будет дополнен еще четырьмя. В храме часто проходят концерты духовной и классической музыки, на которых выступают известные русские и зарубежные музыканты. Такие концерты собирают не только прихожан церкви, но и жителей со всех концов города.

Вот уже почти двести восемьдесят лет существует на Васильевском острове лютеранская община. Многое еще предстоит сделать совету прихожан и пастору для восстановления прежнего великолепия храма. Но стоит на углу Большого проспекта и Съездовской улицы величественное творение Фельтена, церковь Святой Екатерины, и спешат по воскресным дням к ее дверям прихожане, звучит орган, и его божественные звуки возносятся в петербургское небо.

Церковь Святой Екатерины открыта по воскресеньям, за час до богослужения, с 12 ч. до окончания службы.

Адрес: Большой проспект Васильевского острова, д.1-а.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 7

Троллейбус: 10.

Церковь Святой Марии (Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии)

В удивительную геометрию Невского проспекта вписан лютеранский треугольник, лежащий в плоскости Большой и Малой Конюшенных улиц. От собора Святых Петра и Павла тянутся его стороны-лучи к двум скандинавским церквям: финской церкви Святой Марии и шведской церкви Святой Екатерины. На Большой Конюшенной, лицом к Волынскому переулку, высится стройное здание цвета морской волны, с белым декором – финская церковь.

Церковь Святой Марии (Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии)

Поднимаясь по гранитным ступеням вверх, прохожий замирает от ощущения строгой красоты фасада: четыре колонны поддерживают портик, украшенный треугольным фронтоном, на котором – барельеф «Всевидящее око». Небольшой прямоугольник здания церкви завершен куполом с решетчатым окном на высоком барабане и увенчан золоченым крестом.

Евангелическо-лютеранскую церковь Ингрии на Большой Конюшенной улице петербуржцы называют просто финской. История возникновения лютеранской финской общины начиналась во времена Петра I. Тогда недалеко от нынешнего Марсова поля, в районе Финских шхер, на частном участке вице-адмирала Корнелия Ивановича Крюйса была построена первая в новой столице деревянная финская церковь. Позднее был образован финско-шведский лютеранский приход святой Анны, для которого в период царствования Анны Иоанновны был выделен участок на Большой Конюшенной улице. Здесь и возвели новую деревянную церковь. Большая Конюшенная улица появилась в 30-е годы XVIII века и должна была соединять Невский проспект и Конюшенную площадь – бывший луг, на месте которого были выстроены императорские конюшни[235]. Вскоре, в 1745 году, шведы основали отдельный приход на соседней Малой Конюшенной улице, где был выстроен каменный храм. Финны же остались на прежнем месте в своей деревянной церкви.

В начале XIX века финский приход заказал проект каменного храма архитектору Хрисиану Готлибу Паульсену, зятю и ученику знаменитого Юрия Фельтена. Храм был заложен в 1803 году и освящен 12 декабря 1805 года во имя святой Марии в честь императрицы Марии Федоровны, вдовы императора Павла I.

Императрицу нарекли Марией после крещения, а до этого принцессу Вюртембергскую, внучатую племянницу Фридриха Великого, вторую жену Павла I и мать двух российских императоров, Александра I и Николая I, звали Софией Доротеей Августой Луизой. Она была предана своему супругу до самой смерти и родила ему десятерых детей. Пережив любимого мужа на четверть века, Мария Федоровна практически безвыездно жила в Павловске. Она была очень милосердной и доброй женщиной. Сохранилась легенда о том, как, гуляя в одиночестве, она увидела печального мальчика, который долго глядел ей вслед. Мария Федоровна захотела с ним заговорить, но обнаружила, что мальчик глух и нем. Императрица в расстроенных чувствах вернулась во дворец; мысли о бедном ребенке не покидали ее несколько дней. Тогда она решила создать специальное училище для таких детей, и через некоторое время в России действительно появилось первое училище для глухонемых. Оно расположилось на том самом месте, где вдовствующая императрица встретилась с несчастным ребенком[236].

Постепенно число прихожан церкви увеличивалось, особенно после того, как в 1809 году к России было присоединено Великое княжество Финляндское. До революции приходу Святой Марии принадлежало лютеранское население нескольких деревень на южной и северной части Невы, таких как Александровское, Волынкино, Жерновка, Парголово и Лахта. Большое внимание приход уделял просвещению. В 1844 году удалось получить разрешение на открытие школы для бедных детей при приходе Святой Марии, в усадьбе церкви; это была первая финская средняя школа города.

После революции приход Святой Марии не сразу был закрыт. Здание сильно пострадало от морозов зимой 1919–1920 года, и его отремонтировали. Но в 1938 году, когда отношения с Финляндией обострились и финское консульство покинуло город, церковь закрыли. Пастор прихода Селим Ялмари Лауриккала, портрет которого можно увидеть в храме у входа в церковный зал в наши дни, был выслан в Финляндию, а его преемник пастор Пека Браке был арестован и расстрелян.

Здание храма Святой Марии власти передали общежитию; оно было разбито на жилые комнаты, на месте алтаря расположился красный уголок, а в подвале – склад. В 1970 году общежитие закрыли, а в здании разместился Дом природы.

Через 25 лет церковь вернули общине. Храм находился в плачевном состоянии: деревянные перекрытия прогнили, перегородки уродовали внутреннее пространство здания, когда-то прочный дубовый фундамент был почти полностью разрушен.

Ремонт был осуществлен на деньги евангелическо-лютеранских приходов Финляндии под руководством общества «Финская церковная помощь».

19 мая 2002 года, в день Святой Троицы, в присутствии президента Финляндии Тарьи Халонен и губернатора Петербурга Владимира Яковлева церковь освятил епископ евангелической лютеранской церкви Ингрии на территории России Арри Кугаппи. В этот же год церкви Святой Марии был присвоен статус кафедрального собора церкви Ингрии.

Когда-то Ингрией называли землю между реками Сестрой, Нарвой, Лугой и Волховом. Предание гласит, что это имя земля получила в память о шведской принцессе Ингегерде. Ее выдали замуж за великого князя Ярослава Мудрого, который подарил молодой жене в качестве свадебного подарка эти земли со всеми жителями. С тех пор этот край называют – Ингерманландия, то есть «Земля людей Ингегерд»[237].

Сегодня в России церковь Ингрии насчитывает более 80 приходов. В церкви Святой Марии располагается Синод церкви Ингрии.

Заходя в храм, посетитель словно попадает в царство скандинавских снегов – так ослепительно сияние белизны вокруг. Белоснежные стены, такие же белоснежные колонны необычного сечения, будто бы пронзающие насквозь два церковных яруса, белизна скамеек для моления прихожан и решетки перед алтарной частью – все это так гармонично и воздушно, так просто и одновременно изысканно, что не перестаешь удивляться, сколько любви и старания вложили люди в убранство своего храма. В центре алтарной ниши, ограниченной пилястрами, – картина «Воскресение Христа», престол со свечами, по обе стороны алтаря – специальные доски для прихожан с цифрами, указывающими номера псалмов. В храме в свободном доступе находится церковная литература, организована выставка, рассказывающая об истории прихода и реставрации храма.

В наши дни церковь Святой Марии – центр духовной и культурной жизни финской общины. В храме проходят не только богослужения на финском (по воскресеньям в 10.30) и русском языках, но и занятия в воскресной и конфирмационной[238] школах, в кружках по изучению Библии, финского языка. В церкви также организуются концерты духовной и классической музыки, работает хор. Настоятель прихода Юхани Персти вместе с пасторами и советом общины, словно заботливые родители, заботятся о приходе и его членах. С радостью спешат в храм на Большой Конюшенной улице не только петербургские финны, но и люди самых разных национальностей, где перед входом каждого встретят слова, начертанные над портиком фасада: «Величит душа моя Господа, И возрадовался дух мой о Боге, Спасителе моем».

Церковь Святой Марии открыта ежедневно с 9-30 до 18 ч.

Адрес: Большая Конюшенная улица, д. 8-а.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор»

Автобус: 7, 46

Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Церковь Святой Екатерины (Шведская)

Между Невским проспектом и Конюшенной площадью лежит одна из красивейших улиц Петербурга – Малая Конюшенная, по-настоящему европейский уголок с булыжными мостовыми, красивыми вывесками, аккуратными фасадами домов, с клумбами и цветами на окнах, современными памятниками, малыми скульптурами, часами-барометром, кафе и магазинчиками. Типичный скандинавский колорит этой небольшой пешеходной улочки будто переносит прохожего в старый Стокгольм. Улица эта во многом связана со Швецией: там находится Генеральное консульство этого государства и церковь Святой Екатерины, называемая среди петербуржцев шведской.

Малая Конюшенная улица возникла еще в начале XVIII века одновременно с Большой Конюшенной, но такое название получила только в конце века, именуясь до этого времени Рождественской. Раньше здесь, на пересечении с Невским проспектом, стояла небольшая деревянная церковь Рождества Богородицы, построенная архитектором Земцовым. Когда при строительстве Казанского собора храм был разобран, переименовали и Рождественскую улицу. Так она и получила современное название – Малая Конюшенная, по аналогии с расположенными вблизи нее Конюшенной площадью и Большой Конюшенной улицей.

Церковь Святой Екатерины (Шведская)

Эту часть Петербурга по праву называют «лютеранским кварталом», здесь по соседству друг с другом находятся финская, шведская и немецкая лютеранские церкви. История шведской церкви на Малой Конюшенной улице тесно связана с историей шведской лютеранской общины. Шведская община Петербурга – ровесница самого города, а шведы жили на берегах Невы задолго до основания северной столицы.

Перед самой Северной войной в том месте, где река Охта впадает в Неву, стоял шведский город Ниен, в котором была кафедральная шведская церковь. После победы в Северной войне Ингерманландия стала территорией России, и много лютеран-шведов осталось жить на невских берегах. В 1710 году неподалеку от Марсова поля располагался лютеранский финско-шведский приход с небольшой деревянной церковью. Впоследствии община получила от императрицы Анны Иоанновны участок земли в районе современной Большой Конюшенной улицы. В 1745 году община разделилась: финская община осталась на прежнем месте, а шведы построили свою каменную церковь на соседней улице.

Храм был возведен по проекту Юрия Фельтена и освящен во имя Святой Екатерины в 1767 году. Спустя столетие храм обветшал и перестал вмещать всех желающих. Тогда совет общины поручил главному зодчему шведской колонии, архитектору Карлу Андерсену, создать проект новой церкви. Он спроектировал не только здание храма, но и дом шведской церкви, расположенный по соседству. Этот дом был в дальнейшем частично перестроен талантливым архитектором, мастером северного модерна, Федором Ивановичем Лидвалем, происходившим из шведско-датской семьи, обосновавшейся на берегах Невы в середине XIX века[239]. Именно в этом доме сейчас расположено Генеральное консульство Швеции. Также здесь в декабре 2005 года на средства жителей одного из домов на Малой Конюшенной был создан необычный Музей шведских архитекторов Андерсона и Лидваля, а на фасаде дома установлены мемориальные доски в память о зодчих.

Новый каменный храм построен в романском стиле. Главный фасад, выполненный в желтой и темно-вишневой цветовой гамме, украшают три оконных розы: большая центральная и две малых. Полукруглые арочные окна и изысканный орнамент идут вдоль верхней части фасада, разделенного на три симметричных доли с островерхим центральным выступом. В храм ведут каменные ступени, а сам рисунок портала гармонично повторяет центральный фасадный выступ.

Церковь Святой Екатерины пользовалась большой любовью прихожан. На праздничные службы здесь собиралось более тысячи человек. Перед революцией шведский приход насчитывал около 5 тысяч человек, среди которых были не только выходцы из Швеции, но и финны, немцы, эстонцы, норвежцы и датчане. В числе самых известных прихожан храма были знаменитый ювелир Карл Фаберже, семья архитектора Лидваля, промышленника Нобеля. В церкви венчался и будущий фельдмаршал Финляндии Маннергейм.

Храм на Малой Конюшенной не обошла участь большинства церквей Петербурга и России. В 1936 году церковь Святой Екатерины закрыли, имущество общины разграбили, а здание перестроили изнутри и передали спортшколе олимпийского резерва[240]. До сих пор на втором этаже здания, где располагается помещение для богослужений шведского прихода, на паркете сохранилась типичная разметка спортзала.

В начале 90-х годов прошлого века в церкви возобновились богослужения, а в 2002 году храм вернули лютеранской общине. В 2004 году начались реставрационные работы, но еще очень многое необходимо сделать, чтобы храм предстал в прежнем своем великолепии. Сегодня первый этаж здания занимает миссионерская организация «За Иисуса Христа», где проходят собрания христиан и изучается Библия, а на втором действует шведская лютеранская церковь. На лестнице, ведущей в церковный зал, можно увидеть картину «Праздник середины лета», выполненную в 1997 году Джанет Далгат и Петром Татарниковым и полученную шведской церковью в дар от Совета министров северных стран. Само помещение церковного зала разделено условно на два яруса. Внизу находится приходская библиотека и служебные помещения, а небольшая деревянная лестница, сохранившаяся, скорее всего, со времен спортшколы, ведет на второй ярус, где проходят богослужения. Эта часть помещения разделена анфиладой арок, вдоль которых располагаются скамьи для прихожан. В алтаре находится картина «Тайная вечеря», а по левую сторону от нее – иконы святой Екатерины и образ Иисуса. И хотя интерьеры храма пока еще не восстановлены, важно, что община вернулась в свой дом и живет церковной жизнью.

Торжественно и традиционно весело в общине отмечают национальные и религиозные праздники, особенно так любимый шведами день святой Люсии, Королевы Света. Этот день уже много лет празднуется в Петербурге. Ночь с 12 на 13 декабря была самой длинной в году, и поэтому нужно было очень много света, чтобы развеять тьму. По традиции, в каждой школе, детском саду выбирают свою Люсию из числа самых добрых, красивых и милосердных девочек. Королева Люсия одевается в длинное белое платье, ее венчают короной со свечами, и начинается шествие, в котором участвуют не только избранницы, но и все дети, пришедшие на праздник. Каждый несет символическую свечу, способную растопить лед в душах людей и согреть светом и теплом тех, кому в эту ночь страшно и одиноко. Веселое шествие заканчивается тем, что все Люсии навещают дома престарелых, больницы и другие заведения, где людям особенно нужен свет доброты и милосердия.

Главный пастор, Ээро Сеппонен, и совет церковной общины сегодня немало делают для того, чтобы жизнь каждого прихожанина была связана с духовными традициями и культурой Швеции, и жизнь общины – яркий тому пример. В церкви не только проводятся богослужения на русском и шведском языках, но при ней открыта библиотека, работает воскресная школа, курсы шведского языка. В здании храма часто проходят концерты классической и духовной музыки. И, как много лет назад, этот уголок шведского Петербурга на Малой Конюшенной гостеприимно открыт для каждого жителя и гостя города.

Церковь Святой Екатерины открыта по воскресным дням с 16 ч. до окончания богослужения.

Миссионерская организация «За Иисуса Христа» открыта в четверг и субботу с 10 ч. до окончания мероприятий.

Адрес: Малая Конюшенная улица, д.1.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор»

Автобус: 7, 46

Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Церковь «Дом Евангелия» в Озерках

Там, где сегодня проспект Энгельса, разветвляясь, дает начало дороге на Выборг, прямо от Поклонной горы начинаются Озерки – излюбленное горожанами место на берегах Суздальских озер. Был когда-то на Руси обычай класть земные поклоны в сторону горы, отправляясь в долгий путь или возвращаясь домой, оттого гору и называют Поклонная[241].

Суздальские озера, по берегам которых рассыпаны престижные коттеджи и скромные дачные домики, тянутся вдоль Выборгского шоссе. Именно здесь, в Озерках, в начале XVIII века был загородный дворец принцессы Елизаветы Петровны – поместье с прекрасным садом, раскинувшимся среди густых и тенистых сосновых лесов и глади озер. В год, когда Елизавета взошла на престол, она подарила эти владения своему фавориту, графу Шувалову, за помощь в совершении переворота. Так территория эта получила название Шувалово.

Граф поселил в подаренном имении своих крепостных из Суздальского уезда, и постепенно выросло целое село, а озера стали называть Суздальские: Верхнее, Среднее и Нижнее. Во второй половине XIX века на берегах Суздальских озер возник дачный поселок, ставший излюбленным местом отдыха и прогулок петербургской интеллигенции. Эта местность быстро стала популярной: появились рестораны, летний театр, лодочная станция. Здесь бывал с концертами Шаляпин, сюда приезжали Леонид Андреев и Александр Блок. В 1877 году архитектором Василием Стасовым в поселке было возведено здание музыкального вокзала «Озерки». Вскоре из-за большой популярности сооружения решено было построить железнодорожную платформу и соединить ее крытой галереей с вокзалом. Так появились современные Озерки.

Сегодня широкая лента шоссе словно разрезает Озерки надвое. Справа остается растущий ввысь мегаполис, но стоит только перейти шоссе и оказаться по левую сторону – и от шума и цивилизации не останется и следа, а перед смотрящим возникает дачный пригород Петербурга, куда прямо с Поклонной горы ведет Большая Озерная улица.

Подгорная часть улицы называлась до 1964 года Троицкой[242], потому что на нечетной ее стороне, прямо под горой, в 1901 году была построена церковь, освященная во имя Святой Троицы. Именно сюда, на Поклонную гору, в марте 1917 года взбудораженная революцией толпа привезла тело покоившегося в Царском селе Распутина. Здесь под свист и громкие крики люди развели большой костер и бросили в него тело. В тот же миг перед изумленной толпой старец Григорий зашевелился, махнул рукой и исчез в языках пламени. С той поры это место называют «нечистым»[243].

Храм Святой Троицы на Большой Озерной улице был построен в 1900–1901 годах по проекту архитекторов А. Тиханова и П. Трифонова. Православный приход здесь существовал до конца 30-х годов XX века, затем церковь отдали под столярные мастерские. В начале 60-х годов XX века здание бывшей Троицкой церкви было передано баптистам под молитвенный дом.

История евангельско-баптистского движения в Петербурге началась в 1874 году, когда в столицу империи прибыл английский проповедник, лорд Редсток. Первыми его последователями стали графиня Елизавета Ивановна Черткова, пригласившая проповедника в Россию, и ее друзья-аристократы. Собрания проходили сначала в их домах, а затем уже в общественных местах. Количество приверженцев этой конфессии было настолько значительным, что император Александр II подписал указ о признании христиан-баптистов. Сегодня в Петербурге их около 3 тысяч

Евангельские христиане-баптисты, в отличие от большинства христиан других конфессий, признают только крещение взрослых людей, сознательно пришедших к вере, причем крестят полным погружением. Баптисты не носят крестов, не поклоняются иконам и мощам, Деве Марии и святым. В баптистских церквях не бывает литургий, они не признают посредничества человека между Богом и теми, кто верует, и поэтому среди них нет священников, а главой церкви они считают Иисуса Христа. Высшей и единственной святыней для баптистов является Евангелие, и их основная миссия – проповедь и помощь людям. Каждое доброе дело приближает их к Богу.

Церковь «Дом Евангелия» в Озерках

В «Доме Евангелия» на Большой Озерной улице сегодня также следуют этим традициям. Под руководством пресвитера молитвенного служения, главы дьяконического совета Максима Степановича Стащака община занимается благотворительностью и просветительской работой. В храме действует воскресная школа для всех возрастов, активно принимает участие во всех делах общины молодежная группа, работает реабилитационный центр, помогающий людям с алкогольной и наркотической зависимостью.

Сейчас в отреставрированной церкви проводятся не только молитвенные, но и музыкальные и хоровые служения, а также специальные богослужения для глухих – с сурдопереводом. В храме есть несколько хоров, в том числе молодежный, и камерный оркестр. Внутри светлое помещение храма в центре украшают резные колонны и деревянные хоры, где проходят репетиции, богослужения и концерты. В стене над хорами – прозрачное стекло окна, выполненного в форме креста, сквозь которое струится мягкий свет. Над окном золотыми буквами выложены слова: «Бог есть Любовь», а по двум его сторонам – цитаты из Евангелия. В помещении церковного зала, освещаемом люстрами и настенными светильниками в виде подсвечников, расставлены стулья и скамьи для всех, приходящих услышать Слово Божье. Поскольку храм выстроен как православный и разделен внутри на три нефа, в одном из боковых его приделов установлены стенды, рассказывающие об истории баптистского движения и работе общины, а в другом располагается библиотека. На втором ярусе, в надкупольной части, за красивыми деревянными ограждениями – места для глухонемых и оркестрантов. В притворе, над надвратной частью, – помещения дьяконического совета.

В храме очень дружелюбно встречают посетителей – как и в большинстве баптистских молельных домов. Громкое дружелюбие – вообще отличительная черта протестантских церквей и новообразованных христианских сект. Православные храмы отличает строгость, католические – роскошь, протестантские – либо чрезмерная простота, больше похожая на сухость, или запанибратство.

Баптистская община живет интересами и делами своих прихожан. Люди вместе проводят праздники, отмечают дни рождения, бракосочетания, совершают обряды крещения в водах Суздальских озер.

Проходя по Большой Озерной улице, нельзя не заметить этой красивой церкви. Хоть в ней и располагается община баптистов, но это православный храм со своей своеобразной архитектурой. Темно-песочные фасады с белым орнаментом, словно кокошники, нарядно сияют под солнцем. Узор высокого купола тоже исполнен в виде кокошников, которые, как гордые красавицы, глядят по разным сторонам. Невысокие ступени ведут к входу, обрамленному таким же белым кокошником. Над входом – крест и табличка с надписью: «Дом Евангелия». В 70-х годах, когда прошла реставрация храма, к основному зданию были пристроены служебные помещения, составляющие единый гармоничный ансамбль с самим зданием церкви. Территорию «Дома Евангелия» ограждает простая и лаконичная чугунная ограда, придающая законченность и выразительность этой красивой церкви у Поклонной горы, куда приходят не только жители Озерков, но и многие из тех, кто приезжает в этот удивительный уголок Петербурга.

Церковь открыта в дни богослужений: вторник – с 19 ч., четверг – с 19 ч., суббота – с 11 ч., воскресенье – с 11 ч. и с 16 ч.

Адрес: Большая Озерная улица, д.29

Транспорт: ст. метро «Озерки».

Церковь «Дом Евангелия» на Боровой

Когда-то, еще в XVIII веке, на месте нынешнего Лиговского проспекта стояла ямщицкая слобода, а вокруг шумели густые сосновые леса. Ямщики прорубили просеку до Большой загородной дороги, чтобы по ней разъезжаться из слободы по разным направлениям. Постепенно из просеки образовалась Разъезжая улица, а вдоль нее сплошь так и тянулся сосновый бор. Прошли годы, бор вырубили. Улица же, проложенная на месте бора и отходящая лучом от улицы Разъезжей параллельно Лиговскому проспекту, стала называться Боровой[244].

На Боровой улице в конце XIX века неподалеку от Обводного канала, на самой окраине, среди рабочих поселков и фабричных гудков раздавался колокольный звон Покровской церкви.

Церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы и Святого Вонифатия была выстроена на пожертвования рабочих и фабрикантов по проекту архитектора Николая Никонова как православный братский храм епархиального братства во имя пресвятой Богородицы и возводилась с 1889 по 1897 год. Братство это было основано в 1884 году с целью религиозного просвещения людей и обращения их в православную веру. Председателем общества был избран ректор Духовной Академии Санкт-Петербурга Арсений Брянцев, а среди почетных его членов были министр внутренних дел граф Д. А. Толстой, обер-прокурор Святейшего Синода К. П. Победоносцев и министр народного просвещения И. Д. Деменов. Для осуществления деятельности общества и была возведена церковь, а при ней – Братский дом, также выстроенный по проекту Никонова.

Николай Никитич Никонов, один из ведущих мастеров «русского стиля», автор многих архитектурных комплексов и церковных сооружений, возводил церковный ансамбль Братского храма и дома в лучших традициях этого направления. Мастера «русского стиля» ориентировались на декоративные мотивы московского и ярославского зодчества XVII века. Пятиглавая, с шатровой колокольней и куполами-луковками церковь была богато декорирована. Майолика для украшения фасада, интерьеров и киотов Покровской церкви изготавливалась на знаменитой фабрике Кузнецова, внутреннюю отделку по эскизам автора выполняли суздальские мастера. Четырехэтажный Братский дом, примыкающий к церкви, гармонировал своим убранством с храмом. Уникальная кирпичная кладка и окна, отделанные майоликой, придавали сооружению изысканный неповторимый русский колорит[245].

На фоне дымящих труб и жалких рабочих лачуг церковь казалась еще прекрасней, словно нарядная московская барыня, нечаянно оказавшаяся на постоялом дворе. С 1901 года храм стал также и приходским. Жители рабочих окраин, расположенных за Обводным каналом, очень любили эту церковь. В 1917 году, когда произошла революция, настоятелем храма и Председателем Братства был Митрополит Петроградский и Гдовский Вениамин. Являясь ректором Духовной семинарии Санкт-Петербурга, он вместе со своими воспитанниками очень много времени и сил отдавал делам Братства и Покровской церкви, которая оставалась для него всегда особо любимой.

Церковь «Дом Евангелия» на Боровой

Даже став митрополитом, отец Вениамин продолжал совершать богослужения в храме вплоть до своего ареста в 1922 году Его обвинили в том, что он сопротивлялся изъятию церковного имущества, хотя этот человек говорил, что своими руками был готов снять драгоценную ризу с иконы Казанской Божьей Матери, чтобы накормить голодных. Митрополит Вениамин даже благословил передачу церковных ценностей, не имеющих богослужебного значения, на нужды бедствующих. Но советская власть была заинтересована в том, чтобы любыми путями организовать антирелигиозную кампанию. По этой причине намерения духовенства не интересовали власть, и началась волна репрессий.

Митрополит Вениамин в числе многих был арестован и приговорен к расстрелу. Процесс по его делу проходил формально и был предрешен, но одно то, что зал суда вставал, когда в него входил осужденный митрополит, а конвоиры понимали невиновность несчастного, мучаясь своей участью надзирателей и палачей, говорит о всенародной любви и уважении к отцу Вениамину. Сохранилась легенда, рассказывающая о последних минутах жизни мученика. Митрополита привели на расстрел, он не произнес ни слова, а только молился и крестился. С молитвою встретил он и выстрел, но солдаты предпочли стрелять мимо. Семь залпов – а Вениамин оставался невредим. Лишь когда человек, руководивший расстрелом, взмолился пощадить несчастных, принужденных стрелять в безвинного, митрополит произнес вслух краткую молитву и благословил своих палачей. Восьмой выстрел нашел свою цель. В 1992 году РПЦ причислила Вениамина к лику святых.

Судьба церкви во имя Покрова Пресвятой Богородицы была не менее трагичной. После закрытия в 1933 году здание храма передавали различным организациям. В годы войны оно сильно пострадало, а дальнейшее его использование под производственные цеха фонда Союза художников и под механический цех НПО «Ленбуммаш» лишь усугубило разрушение и обветшание прекрасного некогда храма. Церковь была обезображена и находилась в полуразрушенном состоянии: она утратила колокольню, существенные детали конструкции, ее обезглавили и сделали серьезную перепланировку интерьера, причудливое оформление которого было разрушено. Сегодня только по отдельным элементам декора, сохранившимся на фасадах Братского дома и над окнами церкви, можно угадать былое величие и красоту храма. О том, какой была церковь до революции, частично рассказывает опись имущества и планировки внутренних помещений, сделанная при передаче здания другим организациям.

В 1989 году полуаварийное помещение было передано евангельским христианам-баптистам, а с 1992 года в частично отреставрированных стенах был открыт «Дом Евангелия». Слово «baptiso» с греческого языка переводится как «погружение в воду». Именно так происходит крещение принимающих веру баптистов. Первые члены баптистской общины вспоминают о том, сколько труда пришлось вложить для того, чтобы церковные помещения приобрели современный вид.

В церковный зал, расположенный на втором этаже, ведет лестница. Повсюду навстречу каждому, кто приходит на богослужение, спешат люди, радушно приветствуют, улыбаются, жмут руку, приглашают пройти и занять лучшие места на креслах и скамьях внизу или на втором ярусе, где находится клавесин; с каждого места прекрасно видно, как происходит служба. Под потолком, в надкупольной части, – красивая металлическая люстра на цепях, перед площадкой для богослужения – хоры за резными деревянными ограждениями, такими же, как и на втором ярусе. Белые аккуратные стены украшает сиреневый орнамент, картина с изображением Иисуса Христа и чаша для совершения обряда хлебопреломления, почитаемого у баптистов. Это праздничное богослужение, проводимое раз в месяц, символизирует воспоминание о страданиях Христа, тело которого есть хлеб, а кровь – вино. Обряд – аналог причастия – заключается в преломлении и раздаче хлеба и причащении людей вином или фруктовым соком и сопровождается праздничными песнопениями и чтением Евангелия.

Епископ Евангельских церквей Северо-Западного региона, по инициативе которого в 1989 году в здании нынешнего «Дома Евангелия» был организован Библейский институт Евангелизации и Миссии, многое сделал для подъема и расцвета этой религиозной конфессии в России. Не забывает он и «Дом Евангелия» на Боровой улице: приезжает с проповедями и лекциями, всячески поддерживает общину, находящуюся под руководством пресвитера Ивана Федоровича Скрипиченко. Баптисты проводят регулярные собрания и богослужения, участвуют в делах милосердия и благотворительности. При общине действует воскресная школа и просветительский центр.

К сожалению, исторически сложилось так, что храм на Боровой улице стал ареной борьбы за право владения. На него претендует православная община церкви Покрова, расположившаяся в помещении Братского дома, и новые хозяева – баптисты «Дома Евангелия». Хочется надеяться на то, что историческая справедливость восторжествует, а наш многоконфессиональный город украсят и новый баптистский дом молитвы, и воссозданная в первозданной своей красоте церковь во имя Покрова Божьей Матери на Боровой – уникальный памятник православного русского зодчества.

Ну а сегодня «Дом Евангелия» гостеприимно распахивает двери храма Покрова Божьей Матери на Боровой улице.

«Дом Евангелия» на Боровой открыт для посещений ежедневно с 9 до 19 ч.

Для богослужений: в пятницу – с 18 ч. и в воскресенье – в 11 ч. и в 16 ч. Летом, кроме указанных часов, дополнительно во вторник и в среду с 18.30.

Адрес: улица Боровая, д. 52-а.

Транспорт: ст. метро «Лиговский проспект»

Автобус: 3, 65, 74

Троллейбус: 42

Трамвай: 10,16, 25,44,49-

Собор Святого Михаила

Линии Васильевского острова. Здесь небеса Невы разливаются вдоль простора, открытого всем ветрам, принимая остров в свои могучие объятия. Три проспекта, как три брата из сказок – Большой, Средний и Малый, – прорезают остров насквозь, соединяя рукава Невы. На Среднем, как и в первые десятилетия основания города, оживленно и деловито кипит жизнь. Следуя от станции метро вдоль Среднего проспекта в сторону Малой Невы, прохожий невольно останавливается перед высоким зданием в псевдоготическом стиле, украшенном большим позолоченным крестоцветом – восьмигранной остроконечной пирамидой, на которой по четырем сторонам света закреплены символические виноградные листья. Это Собор Святого Михаила.

Фасад здания обращен к Среднему проспекту своей высокой 60-метровой колокольней со стрельчатыми окнами. По всему периметру расположены шестьдесят четыре малых крестоцвета. Портал собора отмечен стрельчатой аркой, а дубовые двери украшены орнаментом, напоминающим ворота средневекового немецкого замка. Над входом в церковь – круглая оконная роза. В архитектурном облике здания присутствуют характерные для псевдоготики элементы: флораны, контрфорсы[246], игольчатые башенки, придающие зданию неповторимость и изысканность. Церковь была сооружена по проекту инженера полковника Карла фон Бульмеринга в 1876 году. Проект был одобрен самим императором Александром II, который и дал разрешение на строительство церкви на Васильевском острове в ответ на прошение лютеранской общины.

История лютеранской общины началась вместе с историей города. Большинство иностранных специалистов селилось здесь, на Васильевском острове, – купцы и ремесленники, рабочие и служащие порта, булочники и колбасники, пивовары и студенты. Петербуржцы называли этот уголок Васильевского острова немецкой слободой.

История собора святого Михаила на Среднем проспекте начиналась в эпоху Анны Иоанновны, когда по инициативе влиятельного фаворита императрицы фельдмаршала Миниха был основан первый сухопутный кадетский корпус. Среди его воспитанников было много детей прибалтийских дворян, исповедовавших лютеранство, и специально для них в помещении кадетского корпуса была освящена часовня во имя Архистратига Михаила. Через некоторое время в часовню стали приходить не только кадеты, но и лютеране, живущие неподалеку. В 1842 году Николай I, которого беспокоило присутствие гражданских лиц в военном заведении, повелел выделять из казны сумму денег для аренды специального помещения для лютеранского прихода, а часовню приказал снести. И более тридцати лет богослужения проходили в доме госпожи Тиклин, на углу Большого проспекта и 3-й линии.

Отсутствие своего храма в течение столь долгого времени печалило прихожан, они неоднократно посылали императору прошения и ходатайства о строительстве церкви, и лишь в 1874 году Александр II дал свое согласие.

Собор Святого Михаила

Деньги на строительство собирали сами люди. Большие пожертвования внес фабрикант Паль, бывший в те годы председателем церковного совета. На его деньги была куплена церковная утварь, возведена кафедра. Им же был подарен лютеранской общине дом рядом с церковью, владение которым перешло к Палю от купчихи Борисовой. Новая церковь, как и снесенная часовня, была освящена во имя архангела Михаила.

По христианской легенде, архангел Михаил, имя которого переводится с древнееврейского «кто как Бог», возглавил светлое воинство ангелов во время восстания ангела Люцифера, и воинство одержало победу: непокорный Люцифер был низвергнут в ад. Архангел Михаил всегда был вестником великих событий, укрепляющих в людях веру[247]. День памяти святого Михаила и всех ангелов отмечается лютеранской церковью 29 сентября.

Храм был закрыт в 1935 году и полностью перестроен внутри под цеха завода по производству спортинвентаря. В начале 90-х годов церковь возвратили прихожанам.

В наши дни в соборе Святого Михаила в небольшом помещении первого этажа снова ведутся богослужения: каждый четверг в 19 часов – вечернее, а каждое воскресенье в 11 часов – главное. По субботам в 18 часов проходят концерты духовной музыки для прихожан. Викарий, заботясь о возрождении общины, проводит беседы с прихожанами, помогая ответить на все волнующие вопросы.

Небольшой светлый зал для богослужений, выдержанный в бежевых тонах, создает ощущение строгости и внутренней чистоты, простора и радости. Добротные двери из светлого дерева, скамьи для прихожан, иконы, темный бархат занавесей придают церкви истинный немецкий дух аккуратности и опрятной педантичности.

В помещениях собора сегодня расположилось несколько лютеранских общин, среди которых множество протестантских сект: церковь евангельских христиан «Жизнь во Христе» (богослужения проходят по воскресеньям в 15 часов), «Часовня на Голгофе» (богослужения по средам в 19 часов и по воскресеньям в 11 часов), церковь христиан-адвентистов 7-го дня (богослужения по субботам в 11 часов) и Христова церковь «Виноградник» (богослужения по воскресеньям в 14 часов).

Продолжается возрождение лютеранской общины собора: идет реставрация здания, ведется духовно-просветительская работа, день ото дня растет число прихожан. Совсем скоро снимут строительные леса, и взору каждого, кто проходит вдоль Среднего проспекта, откроется великолепное и прекрасное здание собора Святого Михаила. Собор Святого Михаила открыт ежедневно с 9 до 20 ч.

Адрес: Средний проспект Васильевского острова, д. 18.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 1, 128

Трамваи: 1,6,11.

Глава 4 Армяно-григорианские церкви

Церковь Святой Екатерины

Вдоль Невского проспекта плотной шеренгой высятся дома. Эту часть, ограниченную каналом Грибоедова и Фонтанкой, можно назвать царством трех Екатерин. Бронзовая статуя императрицы величаво взирает на возвышающиеся через проспект две церкви, освященные в ее честь, – католическую и армянскую.

Именно Екатерина Великая в мае 1770 в ответ на просьбу главы армянской общины Петербурга, Ивана Лазарева, о возведении храма разрешила строить новую церковь прямо в центре города, тем самым подчеркнув значение армянской диаспоры для Петербурга и России. Проект храма был поручен крупнейшему архитектору того времени – Юрию Фельтену, а деньги на строительство выделил сам граф Лазарев. Часть баснословной суммы была пожертвована им на храм из денег, вырученных с продажи знаменитого алмаза «Орлов», который у мецената купил фаворит Екатерины II. За эту услугу армянская община города разрешила Лазареву выстроить дом на выделенном диаспоре императрицей участке для строительства храма, который тоже спроектировал зодчий Фельтен. Дом строился одновременно с храмом тоже на средства Лазарева. Церковь была освящена в 1780 году в память о благодеянии государыни во имя святой Екатерины. Сама же Екатерина II очень любила эту церковь и часто молилась в ней.

Храм выполнен в стиле классицизма: строгие гармоничные формы голубых фасадов, широкий купол на барабане, прорезанном окнами. Фронтоны поддерживают белые мраморные колонны.

В 1785 году Лазарев подал прошение о строительстве еще одного дома, примыкающего к храму с северной стороны, желая внести свою лепту в украшение главного проспекта города. Новый дом во многом похож на первый, хотя авторство его приписывают другому архитектору – Егору Тимофеевичу Соколову[248]. Оба здания вместе с флигелями обрамляют церковь святой Екатерины, создавая единый ансамбль.

В разные годы в этих домах проживали члены многочисленной семьи Лазарева и их наследники, жили известные купцы, находились торговые помещения, а также – причт церкви. Здесь же располагалось церковное управление. После смерти Лазарева, согласно его завещанию, дома передавались его потомкам по мужской линии до четвертого колена, после чего они должны были перейти в собственность армянской диаспоры, что и произошло в 1904 году.

В наши дни армянской общине возвращена не только церковь, но и часть помещений примыкающего к ней с юга дома № 42, в котором жили многие знаменитые люди России. Среди них можно назвать видного государственного деятеля Михаила Сперанского, к дочери которого в литературный салон приходили Александр Пушкин, Адам Мицкевич, Петр Вяземский, Николай Карамзин и многие другие. Жившего в этом доме декабриста Гавриила Батенькова навещали Кондратий Рылеев, Сергей Трубецкой, братья Бестужевы. Также восемнадцать последних лет жизни в этом доме прожил известнейший поэт Федор Тютчев.

В 30-х годах прошлого века церковь была закрыта, и долгие годы ее использовали под складские помещения и мастерские одного из театров города. Интерьеры подверглись разрушению и переустройству, и на восстановление церкви общине потребовалось почти 10 лет. На освящении возрожденного храма 12 июля 2000 года, в день апостолов Петра и Павла, покровителей Петербурга, присутствовали важные государственные лица и церковные деятели. Это главы лютеранской и католической церквей, Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II. Освящение нового алтаря совершил Патриарх Католикос армянской церкви Гарегин II. В дар церкви были переданы образ Спасителя, сосуд для мирра[249] в виде голубя и другие святыни. Большая заслуга в возрождении храма принадлежит главе армянской церковной общины Санкт-Петербурга и Северо-Запада Езрасу Нерсисяну.

Церковь Святой Екатерины

Перед восстановленным храмом красуется кирпичного цвета стела, подаренная республикой Армения к 300-летию Санкт-Петербурга. Главный вход в храм украшен портиком с треугольным фронтоном, на барельефе которого изображен сюжет крещения армянского царя Тиридата святым Григорием. На дверях церкви – небольшие золоченые таблички, где изящной вязью начертано, что это – дар храму от прихожанки.

В храме полностью восстановлена отделка: строгий черный мрамор пола, такой же, как при Фельтене, оттеняет светло-серые колонны и стены. Над выполненным заново алтарем – художественная роспись в виде кессонов, на окнах – лепные карнизы. Сохранились также еще с XVIII века две мраморные купели для крещения.

В церкви есть святыня, переданная дирекцией Эрмитажа, – Скеврский реликварий с частицами мощей святых, почитаемых армянской церковью. Это образы святого Варфоломея, святого Фаддея, Георгия Победоносца и святого Григория.

Григорий происходил из царской семьи. Его отец Анак, желая стать правителем, убил своего брата и поплатился за это жизнью. Новый царь приказал истребить всю семью изменника, но удалось спасти сына Анака. Его вывез в Кесарию один из родственников. На чужбине ребенка крестили и дали имя – Григорий. Мальчик получил христианское образование, а когда вырос, женился, и у него родились два сына. Овдовев, Григорий вернулся на родину и стал служить царевичу Тиридату, чтобы искупить вину своего отца. Став правителем, Тиридат потребовал от Григория отречься от веры, но он был непреклонен. Долго пытали Григория: били, подвешивали вниз головой, надевали на ноги железные сапоги с гвоздями, обливали оловом, а затем бросили в глубокий ров, кишащий змеями. Но и змеи его не тронули. Тогда святого оставили в этой яме, обрекая на голодную смерть. Но он не умер: вера поддерживала его, а одна благочестивая женщина тайно приносила еду. Так прошло тринадцать лет.

В это время Тиридат сошел с ума. Как одержимый, рвал он на себе одежды, грыз тело и носился по лесам. Говорили, что это его Бог наказывает за мученическую казнь святой Рипсинии и ее сестер – девушка отказалась выйти замуж за императора, оставшись верной своей религии. Однажды сестре Тиридата приснился сон, что несчастный излечится, если выпустит Григория из ямы. Святой приказал собрать останки замученных женщин, похоронить их с почестями, а на их месте возвести храм, в который он и привел одержимого царя. Молился Тиридат, каялся, просил прощения за свои злодеяния – и исцелился. После этого правитель принял крещение от Григория, вслед за царем стал креститься и весь армянский народ. Святой Григорий стал первым епископом Армении. Создав Армянскую церковь и передав правление над ней своему сыну, иноку Аростану, старец удалился в пустыню, в уединение, где вскоре умер. В честь просветителя и святого, день памяти которого отмечается 13 октября, церковь в Армении именуют армяно-григорианской.

Храм и приход живут полнокровной жизнью: проводятся службы, работает воскресная школа для детей, изучается история Армении и армянской диаспоры в Петербурге, есть библиотека, благотворительный центр, совет ветеранов, армянская молодежная ассоциация, общиной выпускается газета «Веруем», организованы курсы армяноведения при восточном факультете СПбГУ.

«Голубая жемчужина» Невского проспекта, как до сих пор называют храм, вновь открыта для прихожан. В эту церковь приходят люди разных национальностей – все, кому дорога история России и Армении.

Храм открыт ежедневно с 10 до 20 ч.

Адрес: Невский проспект, д. 40–42.

Транспорт: ст. метро «Гостиный двор», «Невский проспект»

Автобус: 7

Троллейбус: 1, 5, 7,10, 22.

Церковь Святого Воскресения на Смоленском армянском кладбище

Над темной водой Смоленки наклонились плакучие ивы, грустные, как песнь дудука – армянской дудочки, так часто звучащей на проводах покойников в последний путь. Отсюда, сразу за Смоленским мостом, уходит влево проспект Кима, вдоль которого лежит старинное армянское кладбище, одно из трех на Смоленке, и высится аккуратное прямоугольное здание желтого цвета с черным куполом и фигурным крестом. Это армянская церковь Святого Воскресения.

Армянская община появилась в Петербурге практически сразу после его основания, еще в начале XVIII века. Петр первый, заботясь о расширении внешнеторговых отношений с Персией и Турцией, считал армянских купцов своими помощниками, поэтому своим указом еще в 1711 году повелел оказывать содействие прибывающим в Петербург армянам, разрешая им исповедовать свою веру. Постепенно в Петербурге возникло большое количество торговых кампаний, которыми владели богатые армянские купцы. Среди первых петербургских армян были и ремесленники, и торговцы, и мастеровые.

Долгие годы армянская община не могла добиться от Синода разрешения на постройку своего храма. Только после обращения главы армянской общины, богатого купца, владельца фабрик, судов и мануфактур Гукаса Ширваняна (Луки Шерванова), к Анне Иоанновне с просьбой о постройке церкви во дворе его собственного дома, на 3-й линии Васильевского острова, императрица в 1740 году разрешила строительство храма. Создали проект, и строительство началось, но так и не было завершено.

Строительство храма для армянской общины стало возможным лишь при Екатерине II, которая высоко оценивала вклад армян в экономику России. История этого храма тоже связана с именем крупного государственного и общественного деятеля, мецената Ивана Лазаревича Лазарева. Он был из богатого и знатного рода, обладавшего значительным весом при персидском дворе. В середине XVIII века семья Лазаревых оказалась в России; Иван Лазаревич обосновался в Петербурге. Ему удалось сделать блестящую карьеру при дворе и получить права потомственного дворянина, а после продажи графу Григорию Орлову знаменитого алмаза «Орлов», крупнейшего в мире, Лазарев стал придворным ювелиром, получив большое уважение и поддержку влиятельных лиц и почетное место среди петербургской знати. Семье Лазаревых принадлежали соляные промыслы, горные заводы, ювелирное производство, ткацкие мануфактуры. Именно Иван Лазарев обратился в 1770 году к императрице Екатерине II с просьбой построить храм для армянской общины[250]. Храм возвели на Невском проспекте и освятили в 1780 году.

Церковь Святого Воскресения на Смоленском армянском кладбище

Спустя десятилетие семью Лазаревых постигло большое горе: в 1791 году во время очередной русско-турецкой войны погиб единственный сын Ивана Лазаревича, 23-летний Артемий. Отец решил выстроить на месте погребения сына новый храм, который стал позднее семейной усыпальницей. Проект был выполнен Юрием Михайловичем Фельтеном. Церковь освятили в 1797 году[251].

Через некоторое время, в начале XIX века, здесь появились надгробья и самого Ивана Лазарева, а впоследствии – всей его семьи.

Постепенно возле церкви выросло армянское кладбище, названное вначале Лазаревским, а позже вошедшее в состав Смоленского, где до сих пор покоятся выдающиеся деятели культуры: адъютант фельдмаршала Суворова А. Хастатов, ученый-армяновед К. Патканов, основатель типографии Г. Халдаров, министр образования И. Девьянов, представители известнейших в России фамилий: Лорис-Меликовых, Деляновых, Будаговых, Сумбатовых и армянского духовенства.

Со временем церковь из семейной усыпальницы превратилась в приходской храм. При нем в конце XIX века была создана богадельня. В начале же XX века по проекту Александра Кочетова рядом с церковью Воскресения Христова был построен двухэтажный дом в стиле армянской архитектуры для причта и богадельни. В наши дни в этом здании размещена резиденция епископа Ново-Нахичеванской и Российской епархии Армянской Апостольской церкви.

В 30-е годы XX века обе армянские церкви – и на Смоленском кладбище, и на Невском проспекте – были закрыты. Знаменитое надгробие Лазаревых, выполненное по проекту скульптора Мартоса, было вывезено из храма в Музей городской скульптуры. Захоронения на армянском кладбище прекратились почти на 60 лет. Здания церкви были закрыты, а после войны переданы под мастерскую петербургского скульптора Вениамина Пинчука.

Восстановление храма началось в 1988 году, когда он был возвращен армянской общине. Стараниями иеромонаха Езраса Нерсисяна, настоятеля армянского прихода в Петербурге и духовного пастыря армян Северо-Западного региона, когда церковь святого Воскресения еще была хранилищем бюстов и скульптур советских политических деятелей, на ее территории проводились субботники. Студенты-армяне и все, кто хотел помочь благому делу, разгребали завалы в храме, собирали по кускам для последующей реставрации полуразбитые надгробные плиты, расчищали кладбище. В церкви собирались средства и гуманитарная помощь пострадавшим от землетрясения в Армении. Реставрацию завершили в 1992 году, и сегодня в храме на Смоленке проходят богослужения, отпевания, свершаются таинства венчания и крещения младенцев в купели под иконой с изображением Крещения Христа. Неподалеку от храма есть своя пекарня, куда за теплым и свежим армянским хлебом, называемым «матнакаш», приезжают с разных концов города не только армяне.

Ежедневно ребята из детского дома и Дома ребенка, находящихся по соседству, получают хлеб из этой пекарни в дар от церкви.

В наши дни продолжаются работы по восстановлению фасада храма. Перед церковью, чуть левее главных кладбищенских ворот и входа в храм, стоит необычный памятный камень – крест (хачкар). Это единственный в Петербурге образец армянского мемориального искусства. Такие памятники ставят в Армении с давних пор в честь побед и в честь трагедий, а также как надгробия. Хачкар у церкви Воскресения установлен в память жертв страшного землетрясения 1988 года в Спитаке, унесшего множество жизней.

Интерьеры храма воссозданы в первозданном виде. Строгий серый мрамор стен и приглушенный свет напоминают о том, что этот храм некогда был усыпальницей. Напротив алтаря, в западной части храма, под беломраморными плитами и ныне покоятся останки семьи Лазаревых. Среди немногочисленных икон особое место, возле Божьей Матери на алтаре, занимают образы святого Варфоломея и святого Фаддея, крестителей Армении.

Святой апостол Фаддей, прозванный Левием, услышав проповеди Иоанна Предтечи, принял от него крещение в реке Иордан и остался в Палестине. После встречи с Христом он стал одним из 70 Его учеников, которых Иисус направил в разные страны проповедовать христианское учение. В армянском городе Едессе он обратил в христианство князя Авгаря и жрецов-язычников. Согласно преданию, Фаддей был обезглавлен, пострадав за христианскую веру.

Другим крестителем Армении является святой Варфоломей, один из двенадцати учеников Христа. Вместе с еще одним учеником Спасителя, Филиппом, после сошествия Святого Духа в день Пятидесятницы он отправился проповедовать учение Христа в Сирию. Труден был их путь: многие насмешки, избиения и голод приходилось им терпеть. В городе Иераполе, когда слепой исцелился, приняв крещение от Варфоломея и Филиппа, многие люди уверовали и пошли за апостолами. Тогда правитель города приказал повесить проповедников на кресте вниз головами, но как только их распяли, началось страшное землетрясение, и земля поглотила жестокого правителя. Испуганные люди стали снимать учеников Иисуса с креста, но Филипп был уже мертв. Варфоломей же отправился дальше по свету проповедовать христианство и пришел в Армению, где он исцелил дочь царя и крестил всю царскую семью. Услышав о чуде, многие жители страны уверовали и приняли христианство. Однако по приказу жестокого брата царя святого Варфоломея схватили в городе Альване и приговорили к распятию вниз головой. Но и находясь на кресте, святой Варфоломей продолжал свою проповедь, и тогда ему отрубили голову. С тех времен армянская церковь и получила название Апостольской, поскольку приняла христианство от учеников Христа, Фаддея и Варфоломея.

Сегодня на армянском Смоленском кладбище по-прежнему ведутся захоронения, не увядают цветы возле хачкара, а храм во имя Воскресения Христова гостеприимно распахивает свои врата представителям всех национальностей и религий.

Церковь Святого Воскресения открыта ежедневно с 10 до 18 ч.

Адрес: наб. реки Смоленки, д. 29.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская», «Приморская»

Автобус: 41, 47

Троллейбус: 9-

Часть 3 Нехристианские храмы

Глава 1 Соборная мечеть

Шагнув по Троицкому мосту с Марсова поля, окунаешься в особый мир Петроградской стороны. Пожалуй, это самый живописный уголок старого Петербурга. Когда-то здесь шумела первая городская площадь, названная в честь церкви, построенной на ней, – Троицкой. Сюда причаливали корабли с товарами и приезжали гости юной столицы. Здесь раздавались веселые голоса мастеровых, трактирщиков, рабочего люда. Вся городская часть вокруг площади застраивалась слободами, называемыми по роду занятий или социальному статусу первых петербуржцев, строителей города, приезжающих на берега Невы со всей России.

Неподалеку от площади находилась татарская слобода. В ней селились поволжские татары, башкиры, которые приехали строить Петропавловскую крепость. Многие из них так и остались в Петербурге навсегда. Один из переулков города и сейчас именуется Татарским. Горожане присвоили этому району название – «Татарстан», а мечеть, которая возникла здесь, стали называть Татарской[252]. К началу XX века в Петербурге, где проживало почти 8 тысяч мусульман, образовалось несколько приходов. При приходах действовали мактабы[253], в которых преподавали не только Коран, но и обучали светским дисциплинам, поэтому в основном среди мусульман был высокий уровень грамотности[254]. Мусульманам разрешалось свободно исповедовать ислам, но долгое время в городе не было здания мечети. Совершать обряды мусульманам приходилось в разных помещениях, снимаемых у частных владельцев. В дни главных праздников общины арендовали большие залы, например в здании Городской Думы.

Отсутствие мечети затрудняло деятельность одной из самых крупных религиозных общин в Петербурге. В начале 80-х годов XIX века, когда на престол взошел император Александр III, глава мусульман муфтий Тевкелев от имени всех верующих обратился к только что назначенному министру внутренних дел, графу Дмитрию Андреевичу Толстому, с просьбой о строительстве мечети в Петербурге. Согласие было получено, но денег для постройки здания у мусульманской общины не было, а средств требовалось немало. Почти десять лет комитет, специально созданный для сбора денег, принимал пожертвования. Со всех концов страны богатые меценаты и скромные мусульманские общины присылали в Петербург средства. Были выпущены лотерейные билеты, открытки с изображением будущей мечети, процентные бумаги[255].

Но главную роль в сборе средств сыграл эмир Бухарский, Сеид-Абдула-Ахад-хан. Он был удивительным человеком и прогрессивным правителем, отменившим пытки, ограничившим смертную казнь, много сделавшим для развития промышленности и торговли в Бухарском эмирате. В столице деятельность эмира не осталась незамеченной, он был награжден многими орденами, в том числе и главным – святого Андрея Первозванного. Даже при всей своей занятости эмир находил время, чтобы лично заняться укрощением жеребцов, съездить на соколиную охоту. Правитель Бухары часто бывал в Петербурге не только как официальное лицо – он навещал сына, который обучался в столичном университете. Сеид-Абдула-хан не только получил разрешение на приобретение для общины участка земли в районе, который был историческим местом расселения мусульман, но и купил его на свои средства. Кроме того, он сам пожертвовал полмиллиона рублей – баснословную сумму – на строительство здания, а также организовал сбор денег среди богатых купцов эмирата[256].

Этот человек и положил первый камень в основание мечети. Ее закладка состоялась в 1910 году, в двадцатилетний юбилей восхождения эмира Бухарского на престол; но, к сожалению, спустя несколько месяцев Сеид-Абдула-Ахад-Хан умер, так и не увидев прекрасного здания мечети.

Первое богослужение состоялось в день празднования трехсотлетия дома Романовых; отделка интерьеров здания продолжалась до 1920 года.

Соборная мечеть

Руководил работами по отделке здания один из трех авторов проекта мечети, инженер Степан Кричинский, спроектировавший дом эмира Бухарского на Каменноостровском проспекте. Этот дом был построен одновременно с мечетью. Эмир так и не успел в нем пожить. В Петербурге долго бытовала легенда, что между этим домом и мечетью прорыт подземный ход[257]. К этому времени главный автор проекта, победившего на конкурсе разработок будущей мечети в 1908 году, Николай Васильев, уехал за границу.

Николай Васильевич Васильев происходил из крестьянской семьи Ярославской губернии. Но его отец, ставший купцом, не жалел денег для образования сына, который блестяще закончил в Петербурге Институт гражданских инженеров, а затем и Академию художеств. Его проекты, «Тимур» и «Арабески», удовлетворяли всем требованиям конкурса, и зодчий, получив и первую, и вторую премию, стал строителем здания мечети. Николай Васильев привлек в соавторы авторитетного в академических и правительственных кругах Александра фон Гогена и знатока восточной архитектуры, члена мусульманской общины, выходца из польских татар Степана Кричинского[258].

Самая северная мечеть в мире, сооруженная в стиле культового зодчества Средней Азии, все же имеет черты «северного» модерна. Геометрически четкое здание выполнено из серого гранита, так часто встречающегося в облицовке петербургских сооружений. Гранит делает здание монументальным, строгим, напоминая мусульманам о покорности воле Аллаха. В стенах фасадов и барабане купола, по замыслу архитекторов, сделаны оконные проемы, что совсем не характерно для всегда и без того залитых светом восточных храмов. Сделано это было для того, чтобы редкое петербургское солнце хоть изредка освещало молитвенный зал. Два стройных высоких минарета, украшенные майоликой[259], как и ребристый купол, и портал мечети, придают несколько суровому зданию праздничный восточный колорит. Майолику для мечети делали в знаменитой мастерской Петра Кузьмича Ваулина под Петербургом. Кроме русских керамистов, эту сложную работу выполняли и узбекские художники.

Опытные мастера из Средней Азии украшали мечеть мозаикой. В ослепительном, красочном облике мечети преобладают три цвета: бирюзово-голубой, желтый и зеленый. Это традиционные тона Востока. Несложно представить себе, как горит и переливается такая красота где-нибудь в песках Аравийского полуострова. Фасады здания украшены изречениями из Священного Корана, выполненными арабской вязью. Все, кто хорошо знаком с достопримечательностями древнего города Самарканда, несомненно, отметят, что купол мечети повторяет силуэт купола мавзолея Гур-Эмира, знаменитой усыпальницы жестокого завоевателя Тимура и его потомков, а украшенный изразцами и узорами портал напоминает порталы усыпальницы двоюродного брата Мухаммеда, Кусам ибн Аббаса, Шахи-Зинда[260]. Это название переводится как «живой царь»: по одной из легенд, брат Пророка, молившийся во время нападения завоевателей, скрылся в подземелье через щель расколовшегося минбара[261] и жив до сих пор.

В конце 30-х годов XX века мечеть была закрыта, а в ее здании устроен склад. Лишь в 1956 году по просьбе общины храм вернули мусульманам, начались долгие годы реставрации. Ведь в годы войны здание сильно пострадало, находилось в аварийном состоянии. Почти все ценности, в том числе и знаменитый ковер, выполненный восточными мастерами, исчезли. Совсем недавно, к трехсотлетию Петербурга, основные реставрационные работы были завершены, в чем большая заслуга муфтия Петербурга и Северо-Западного региона России Жафяра Почаева. Купола обновленной мечети впервые в мире выполнили из фарфора, материала более долговечного, чем керамика.

Внутреннее убранство мечети соответствует всем традициям мусульманского культового зодчества. В полусферической нише, облицованной небесного цвета керамикой, находится михраб[262], его расположение указывает направление в сторону Мекки – города, священного для всех мусульман. Стены зала украшены красивым орнаментом. Зеленые мраморные колонны, поддерживающие арки сводов, и все огромное пространство молитвенного зала, покрытого голубым ковром, освещает уникальная, больших размеров, люстра, на которой высечены изречения из Корана. Над западной частью, на втором этаже, устроена галерея, где молятся женщины.

Рядом с мечетью находится здание канцелярии, а возле него – Дом для омовений, ведь в мечеть верующие не могут войти, не совершив специального ритуала.

Сегодня мусульманская община Петербурга много внимания уделяет просветительской деятельности: издается газета, работает воскресная школа, где преподают арабский, татарский языки и основы ислама. Соборная мечеть стала центром духовной и культурной жизни не только мусульман Петербурга, но и всего Северо-Западного региона.

Богослужения проводятся два раза в день: днем в 14.20 и вечером в 20.40. Особенно многолюдно в мечети в дни больших праздников: Рамадан, Курбан-Байрам и других. По пятницам, когда на небольшой улочке возле мечети возникает подобие восточного базара, здесь можно увидеть не только верующих, спешащих на намаз[263], но и жителей Петроградской стороны.

Устремляются в высокое петербургское небо стройные минареты, сияет голубой купол мечети, словно невидимая нить связывает северный город с далеким и загадочным Востоком.

Соборная мечеть открыта во время богослужений.

Адрес: Кронверкский пр., 7.

Транспорт: ст. метро: «Горьковская»

Автобус: 45

Трамвай: 6.

Глава 2 Большая хоральная синагога

Коломна. Среди узеньких улочек, набережных и проспектов этого небольшого полуострова, ограниченного Крюковым каналом, Мойкой и каналом Грибоедова, уютно расположились православная церковь, католический костел и Большая хоральная синагога, стоящая на пересечении улицы Декабристов с Лермонтовским проспектом, бывшей Большой Мастерской.

В XVIII веке возле морского полкового двора, находившегося неподалеку, была слобода мастеровых военно-морского ведомства, где селился трудовой люд столицы: часовщики, портные, сапожники, прядильщики, военные, столяры, мелкие торговцы и ремесленники. Среди них было много евреев, выходцев из Польши и других уголков царской России. Две трети еврейского населения проживало во второй половине XIX века именно в Коломне. Прекрасный поэт Серебряного века Осип Эмильевич Мандельштам писал об этом уголке города: «В Петербурге есть еврейский квартал: он начинается как раз позади Мариинского театра…Там, на Торговых, попадаются еврейские вывески с быком и коровой, женщины с выбивающимися из-под косынки накладными волосами и семенящие в сюртуках до земли многоопытные и чадолюбивые старики»[264].

Еврейская община, существовавшая в Петербурге с середины XVIII века, со времен Екатерины II имела молельные дома, расположенные в разных частях города, но синагоги в столице империи не было. Неоднократно представители общины обращались в вышестоящие инстанции, и наконец в 1869 году император Александр II разрешил строить храм. При этом ставились жесткие условия, чтобы здание не отличалось излишней роскошью, а также возле еврейского храма не должно было находиться в ста метрах рядом ни одной церкви и ни одной правительственной трассы. К тому же после возведения синагоги должны были закрыться все еврейские молельные дома, существующие в Петербурге.

Объявили конкурс, в котором участвовали известные архитекторы. Большие споры вызывал также вопрос о стиле, в котором должна быть построена синагога. В течение семи лет велись дискуссии, решающую роль в которых играло мнение влиятельнейшего художественного критика Василия Стасова, который считал, что синагогу необходимо возводить в арабо-мавританском стиле, который был самым распространенным в Европе для постройки синагог. Экспертная комиссия выбрала проект, выполненный видными архитекторами и художниками Иваном Ивановичем Шапошниковым и Львом Исааковичем Бахманом. Утвержденный проект Александр II приказал изменить, сделав его более скромным: архитекторам пришлось уменьшить высоту здания с 65 до 45 метров, убрать второй купол и сократить число мест для верующих. После всех изменений и сокращений был найден участок между Большой Мастерской и Офицерской улицами, удовлетворяющий требуемым условиям, и началось строительство, которое продолжалось 10 лет. Возведением храма руководил Алексей Васильевич Малов, поскольку Лев Исаакович Бахман отказался работать по измененному проекту[265]. Здание строилось на пожертвования верующих. Большую часть средств передали общине известный меценат Поляков и первый председатель еврейской общины, барон Гинзбург. До сих пор в синагоге сохранены памятные места этих людей.

Освящение храма состоялось 8 декабря 1893 года. Изначально синагога не имела ограды, и лишь в 1909 году появилась ажурная чугунная решетка с национальным орнаментом и звездой Давида над главным входом, соединяющая гранитные блоки.

На протяжении всей своей истории синагога ни разу не была закрыта и деятельность еврейской общины продолжалась. В конце XX века благодаря усилиям главного раввина, Менахема Мендла-Певзнера, и председателя еврейской религиозной общины Петербурга, Марка Грубарга, началась реставрация здания, которая к нынешнему времени полностью завершена. Большие средства были внесены в дело реставрации семьей сефардских евреев, Эдмонда и Лили Сафра.

Отреставрированное здание поражает своим великолепием современных петербуржцев, как восхищало и жителей города в начале XX века. Архитектурный облик здания неповторим и торжествен.

Большая хоральная синагога

Выполненная в традициях мавританского стиля, синагога органично вписана в облик окружающих ее кварталов. Необычайной красоты бежевое, с терракотовыми вставками, с мозаичным окном над входом, здание синагоги, стоящее на стилобате[266], поражает воображение каждого, кто проходит вдоль Лермонтовского проспекта. Мощная центральная часть квадратного в основании сооружения прорезана аркой и украшена, как и два боковых ризалита, декоративным орнаментом. Над центральной частью сооружена четырехгранная скошенная башня, увенчанная сферическим куполом цвета петербургского неба.

Внутреннее убранство залов синагоги также очень торжественно и необычно. Поражает великолепная акустика, которая делает любое исполнение мужского хора синагоги, который возглавляет один из лучших канторов России, Барух Финкелыптейн, поистине божественным и неповторимым. Интерьеры большого зала декорированы мавританскими узорами и лепниной.

В центре зала, в нише, прорезанной окнами, под голубым куполом – возвышение, называемое бима, где в окружении свечей читается свиток Торы[267]. Арон кодеш[268] для хранения священных свитков Торы был подарен еще в 1893 году, в год освящения синагоги, бароном Гинзбургом. Тора – это заповеди, которым должны следовать верующие. По традиции, они пишутся вручную, без единой помарки, в течение долгого времени. Они священны: к ним нельзя прикасаться, поэтому их разворачивают при помощи рукояток и при чтении пользуются указкой. Первый ковчег с заповедями, переданными Моисею Богом, находился с евреями во время их пути из Египта в Землю Обетованную[269].

Скамьи, на которых сидят мужчины, пришедшие в храм, развернуты к биме, что придает молитвенному залу облик театрального. Для женщин, которые, по традиции, должны молиться отдельно от мужчин, наверху расположены по периметру зала галереи. Они разделены анфиладой арок с колоннами в мавританском стиле, которые гармонично соединяются в едином архитектурном рисунке, продолжая друг друга, с такими же колоннами внизу, что придает всему внутреннему пространству ощущение воздушности. Все пространство словно наполнено светом: множество маленьких и большая центральная люстры, покрытые сусальным серебром, желтый цвет стен и мраморных колонн, яркое сияние свечей.

Богослужения проводятся как в большом, так и в малом зале синагоги. В большом зале – субботняя молитва в 10 утра, а в малом зале – ежедневно в 9 часов. Проводятся также и вечерние молитвы. По желанию родственников совершаются молитвы о здоровье и об умерших. Большая хоральная синагога не только храм, но и центр всей духовной и культурной жизни общины. В малом зале регулярно проводятся концерты, встречи с деятелями культуры и политиками, фестивали. Например, не так давно гостем петербургской синагоги был Президент США Джордж Буш. В рамках образовательных программ действуют при общине еврейские школы, открыт детский сад, работает детский приют.

Как и прежде, в синагоге многолюдно. Спешат по субботам вдоль Лермонтовского проспекта в синагогу на богослужение люди. Как и сто лет назад, приводят достигших совершеннолетия мальчиков на бар-мицву[270]. Под балдахином, называемым хупой, совершается обряд бракосочетания над влюбленными и звучат семь благословений. Зажигают свечи в миноры в праздник огней Хануку. В веселый праздник Пурим устраиваются карнавалы и представления.

Не только евреи, но и люди самых разных вероисповеданий приходят в этот изумительно красивый храм на Лермонтовском проспекте, гостеприимно распахивающий каждому свои двери.

Большая хоральная синагога открыта ежедневно с 10 до 18 ч. По субботам – во время богослужений.

Адрес: Лермонтовский проспект, д. 4.

Транспорт: ст. метро «Сенная площадь», «Садовая»

Автобус: 2, 3, 22

Трамвай: 31.

Глава 3 Буддийский храм Калачакры

В тишине вековых лип вдруг блеснет полоска воды. Это Большая Невка, отделяющая Елагин остров от Приморской части города. По ее берегам рассыпаны старинные невысокие домики – бывшие петербургские дачи. Тишина и строгое спокойствие вокруг нарушается только случайным плеском весла или стремительным гулом пролетающей мимо машины. Здесь, на Приморском проспекте, уносящемся вдоль набережной к заливу, словно какое-то экзотическое видение, стоит за яркой высокой оградой необычный сказочный дворец – Буддийский храм Калачакры.

Императрица Елизавета Петровна официально признала буддизм на территории России. Это было связано с тем, что на Нижней Волге и в Забайкалье жили многочисленные народы, которые исповедовали эту религию: калмыки, тувинцы, буряты. И в наши дни Республика Бурятия является центром буддизма. Недалеко от Улан-Удэ, столицы Бурятии, располагается в Иволгинском монастыре Центральное духовное управление буддистов России[271].

К началу XX века возрос интерес к культуре буддийских стран. Особенно ярко эта тенденция проявилась в Петербурге. В этот период наблюдается расцвет школы востоковедения. Ведущие ученые-буддологи, такие как Сергей Федорович Ольденбург, Николай Константинович Рерих, Федор Ипполитович Щербатской, изучали буддийские тексты, проводили различные исследования, создавали научные труды, получившие мировое признание. К этому же периоду относится возникновение в Петербурге буддийской общины, которая все возрастала, и поэтому возникла необходимость постройки дацана для верующих. Первоначально у Щербатского и Рериха возникла идея не строить храм в Петербурге, а перевезти его из Бомбея. Эта идея не была осуществлена, поскольку для ее реализации требовались огромные средства.

Буддийский храм Калачакры

Появление храма связано с именем его основателя и первого настоятеля, талантливого ученого и дипломата Агвана Доржиева. На стене ограды, с внутренней стороны, в наши дни установлена мемориальная доска в память этого человека. Получив блестящее образование в Тибете, Доржиев был духовным наставником и доверенным лицом Далай-ламы 13-го. В качестве дипломатического представителя Далай-ламы он приехал в 1908 году в Петербург, а через год обратился к властям с прошением о строительстве дацана. Получив разрешение, Доржиев приобрел участок земли в районе Старой Деревни, где в этом же году и стали строить храм с домом. Большую сумму денег передал на строительство дацана Далай-лама 13-й[272].

Выбранное место полностью соответствовало канонам буддизма: дацаны всегда возводят в пригородах, у воды, в окружении живописного сада. Согласно легенде, это место было выбрано Доржиевым во время медитации, когда он увидел столб духовного света, простирающийся вверх и вниз, соединяя Высший и Низший миры Вселенной, там, где и стоит сегодня храм.

Автором первоначального проекта был молодой студент Института гражданских инженеров Н.М. Березовский, чей замысел использовал и развил в своем архитектурном решении зодчий Гавриил Барановский. Был даже создан специальный комитет, состоящий из известных ученых-востоковедов, которые руководили строительными работами и консультировали этого известного петербургского зодчего. Большая роль в создании и реализации проекта дацана принадлежала самому Агвану Доржиеву, прекрасно знающему архитектуру Тибета. В оформлении интерьеров дацана приняли участие не только русские, но и бурятские специалисты: иконописцы, художники, резчики по дереву. Руководил работами известный ученый, путешественник и художник Николай Рерих. Многие предметы интерьера были изготовлены тибетскими мастерами и подарены дацану.

Проектирование и строительство буддийского храма стало последним и одним из лучших творений Гавриила Васильевича Барановского. Сын одесского дворянина, Барановский был отчислен из Академии художеств по политическим мотивам. Окончив институт гражданских инженеров с серебряной медалью, он создал в Петербурге такие известные постройки, как Торговый дом братьев Елисеевых на Невском проспекте, здание Императорского русского географического общества. Его жизнь закончилась трагически: в 1920 году он умер от голода[273].

Храм был торжественно освящен Агваном Доржиевым в честь Божества Калачакры в 1915 году и получил свое историческое название – дацан Гунзэчойнэй, что переводится с тибетского как «источник святого учения Будды, сострадающего всем». Первое же богослужение в нем состоялось еще в феврале 1913 года, в день празднования 300-летия дома Романовых.

Социалистическая революция коренным образом изменила жизнь буддийской общины. Храм не раз подвергался разграблению: были уничтожены сотни бронзовых и позолоченных бурханов[274], жертвенных чаш, сожжены библиотека и архивы, драпировка из китайской парчи, личные вещи лам. Унесены были даже шпингалеты и дверные ручки. Часть обрядовой утвари и ценных книг увезли в Музей религии и атеизма. Как гласит легенда, знаменитая статуя Будды высотой в полтора человеческих роста была разбита рабочими, которые решили, что в ней буддисты прячут золото. Ничего не найдя внутри, они сбросили ее в пруд. Хотя поговаривали в Петербурге, что рабочие просто не справились с тяжелой статуей и разбили ее при демонтаже, а чтобы скрыть содеянное, сбросили обломки в один из прудов Елагина острова[275].

Благодаря мудрости и дипломатическому таланту Доржиева, умевшего находить с новыми властями компромисс, богослужения в неоднократно закрывавшемся храме возобновлялись снова, и за дацаном даже закрепили статус Тибетской дипломатической миссии. Но в 1937 году начались аресты и расстрелы членов буддийской общины. Храм был окончательно закрыт и передан под спортивную базу, а самого основателя и настоятеля дацана, восьмидесятипятилетнего Агвана Доржиева, арестовали. Он скончался в тюремной больнице в Улан-Удэ[276].

В годы Великой Отечественной войны в помещении дацана находилась военная радиостанция, а после здесь располагались лаборатории зоологического института. Только в 1990 году храм был возвращен верующим, началась его реставрация, и возобновились службы. В наши дни богослужения проводятся ежедневно с 10 и с 19 часов.

Буддийский храм производит очень необычное впечатление: несмотря на то что он возведен в традициях тибетского зодчества, в нем присутствуют черты северного модерна и что-то неуловимо петербургское. Дацан окружен каменной оградой с воротами со стороны южного фасада. Ворота эти, согласно буддийской традиции, открывались только по торжественным богослужениям. Их украшают изображения лотоса с вписанными в него символами ветра и пламени и крестом. Здание, представляющее собой четырехэтажное, квадратное в плане строение, облицовано красно-фиолетовым гранитом грубой огранки. Оно постепенно сужается кверху, что подчеркивает устремленность ввысь. Сама композиция, в соответствии с канонами тибетской архитектуры, символизирует кресло Будды. Южная часть называется дукан – это «сиденье», ее украшают четыре пилона с бронзовыми капителями, символизирующие четыре правила буддизма. Растительный орнамент капителей – символ дерева из священной рощи Уравеллы. К портику ведет широкая гранитная лестница. Антаблемент храма из красного кирпича украшен фризом, выполненным уже из синего глазурованного кирпича. Портал увенчан золоченым колесом в восемь спиц. Это Калачакра – колесо времени. Спицы – хурдэ – символы восьмеричного благородного пути. По обеим сторонам от него расположены медные позолоченные фигуры ланей, напоминающие о первой проповеди Будды[277].

В южной части здания располагается молитвенный зал, в который можно попасть, миновав небольшой узкий вестибюль. Удивительно, что в помещении для молитв нет окон, и свет попадает через остекленное прямоугольное отверстие в потолке и крыше, символизирующее озарение Будды.

Северная часть храма называется гонкан – «спинка». Здесь расположен алтарь, где находится статуя Будды, которую создали в Таиланде. Эта часть наиболее священна. Перед алтарем стоит трон главного ламы.

Зал разделен на три нефа двумя рядами квадратных колонн. В боковых нефах расположены скамьи для посетителей, а в центре – специальные сиденья для лам.

В храме очень много традиционной буддийской символики и предметов культа: колокольчики, четки, маленькие статуи Будды и бурханы. В дацан возвращены из музея Истории религии и атеизма некоторые предметы храмовой утвари. Интерьеры храма выполнены в традиционных для буддизма желто-оранжевых тонах, на стенах – орнаменты и тканые картины с буддийской символикой.

Во дворике, за оградой с изображениями трезубцев и копий, увитых восточным орнаментом, на деревьях можно видеть развешанные пестрые флажки удачи. Каждый, кто приходит сюда, может повесить свой в знак доброй традиции. Слева от входа – буза, помещение традиционной буддийской кухни, где каждый может отведать экзотические блюда.

Дацан – место, куда приходят не только члены буддийской общины. Очень много здесь людей, интересующихся культурой Востока, и тех, кого влечет экзотика. Буддийский храм – это центр культурной и духовной жизни. Здесь проходят фестивали, экскурсии. Представители народов, исповедующих буддизм, собираются возле дацана, встречаются с друзьями, гуляют с детьми. Особенно важен ритуал создания рисунка из благословенного песка – Мандала Калачакры, которая, очищая пространство вокруг, вносит гармонию в отношения между людьми, направляя их помыслы к идеям мира и созидания. Символический дворец Калачакры строится из камней освященного озера Байкал, измельченных в песок. Считается, что обход Мандалы по часовой стрелке увеличивает благие деяния, устраняет препятствия и болезни и повышает духовный уровень человека, преумножая его благополучие и здоровье.

Кажется, что красивые цветные песчинки под оранжевым шатром и правда приносят счастье человеку, приходящему в буддийский храм.

Дацан – один из многих, таких непохожих друг на друга и по-своему прекрасных храмов, живущих под петербургским небом.

Буддийский храм открыт ежедневно с 10 ч. до 19 ч.

Адрес: Приморский проспект, д.91.

Транспорт: ст. метро «Старая деревня»

Автобус: 32

Трамвай: 2, 21, 26, 48.

Цветные иллюстрации к книге

Вид на собор Святых апостолов Петра и Павла с крыши Петропавловской крепости

Собор Святых апостолов Петра и Павла

Собор во имя Владимирской иконы Божией Матери

Костел Святой Екатерины

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и Пасха»)

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Часовня Святой Блаженной Ксении Петербургской на Смоленском кладбище

Николо-Богоявленский Кафедральный Морской собор

Церковь Ватопедской Божьей Матери Воскресенского Новодевичьего женского монастыря

Храм Казанской иконы Божьей Матери Воскресенского Новодевичьего женского монастыря

Церковь Святого Петра

Собор Святого Андрея Первозванного (Андреевский собор)

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове

Казанский кафедральный собор

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская церковь)

Фрагмент фасада Чесменской церкви

Свято-Иоанновский женский монастырь

Спасо-Преображенский собор

Церковь Воскресения Христова у Варшавского вокзала

Исаакиевский кафедральный собор

Вид на собор со стороны Невы

Воскресенский Смольный собор

Собор Святой Живоначальной Троицы лейб-гвардии Измайловского полка (Троице-Измайловский собор)

Собор во имя Святого Равноапостольного Князя Владимира (Князь-Владимирский собор)

Костел Божьей Матери Лурдской

Свято-Троицкий собор Александро-Невской лавры

Церковь Успения Пресвятой Богородицы на Малой Охте

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы

Невская Старообрядческая Поморская община

Церковь Святой Марии

Соборная мечеть

Собор во имя Воскресения Христова («Спас на Крови»)

Церковь Святой Екатерины на Малой Конюшенной улице (Шведская)

Примечания

1

Каннелюры – желобки различной формы, вертикально расположенные на стволе колонны или пилястры.

2

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с.77

3

Там же, с.78.

4

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с.23.

5

Протоиерей – старший православный священник.

6

Протодиакон – первый или старший диакон.

7

Название произошло от французского empire – имперский. Стиль, возникший во Франции на рубеже XVIII–XIX вв. Является органическим завершением длительного развития европейского классицизма. Основная особенность данного стиля – сочетание массивных простых геометрических форм с предметами военной эмблематики. Его источником является римская скульптура, от нее А. унаследовал торжественную суровость и четкость композиции.

А. первоначально сложился во Франции на рубеже XVIII–XIX вв. в эпоху Великой Французской революции и отличался ярко выраженным гражданским пафосом. В период империи Наполеона искусство должно было прославлять военные успехи и достоинства правителя. Отсюда происходит увлечение строительством различного рода триумфальных арок, памятных колонн, обелисков. Важными элементами декоративного убранства зданий становятся портики. В отделке интерьеров часто используются бронзовое литье, роспись плафонов, альковов.

А. стремился приблизиться к античности больше, чем классицизм. В XVIII в. архитектор Б. Виньон построил церковь Ла Мадлен по образцу римского периптера, используя коринфский ордер. Трактовка форм отличалась сухостью и подчеркнутым рационализмом. Те же черты характеризуют и Триумфальную арку (арку Звезды) на площади Звезды в Париже (архитектор Шальгрен). Возведенная Лепером и Гондуэном мемориальная Вандомская колонна (колонна «Великой армии») покрыта листами бронзы, перелитой из австрийских орудий. Идущий по спирали барельеф изображает события победоносной войны. Стиль А. развивался недолго, ему на смену приходит время эклектики.

8

Портик – образованная несущими колоннами галерея, расположенная перед входом в здание.

9

Фронтон – ограниченное по бокам скатами крыши, а снизу карнизом завершение фасада здания, портика, колоннады, как правило, треугольной формы.

10

Барельеф – скульптурное изображение на плоскости, в котором фигуры слегка выступают над поверхностью.

11

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 27.

12

Ишимова А. О. История России в рассказах для детей. – СПб, 1993, с. 58.

13

Петербург Православный. – СПб, 2002, с. 18.

14

Акафист (позднегреч. akathistos – от а – отрицательная приставка и греч. kathizo – сажусь) – христианское хвалебное церковное песнопение. Исполняется стоя всеми присутствующими.

15

Петербург Православный. – СПб., 2002, с. 283–291.

16

Церковь Спаса Нерукотворного Образа на Конюшенной площади в Санкт-Петербурге. – СПб., 2005, с. 20–21, 30.

17

Церковь Спаса Нерукотворного Образа на Конюшенной площади в Санкт-Петербурге, с. 40–43.

18

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 90—112.

19

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… СПб, 2000. с. 181.

20

Ротонда (итал. rotonda – букв. круглая) – круглая в плане постройка (храм, мавзолей, павильон, зал), обычно увенчанная куполом.

21

Кессоны, кассеты (франц. caisson – ящик) – квадратные или многоугольные углубления на потолке или внутренней поверхности арки, свода или потолка. Играют конструктивную и декоративную роль, а также применяются для улучшения акустики помещений.

22

Причт – штат священнослужителей (священники и дьяконы) и церковнослужителей (пономари, псаломщики, дьячки, чтецы и т. д.) при православной церкви. Состав зависит от числа прихожан и утверждается архиереем.

23

Зодчие Санкт-Петербурга: 18 век. – СПб., 1997, с. 990.

24

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 69.

25

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 32.

26

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 144.

27

Слитное написание «Заграницей» принято в канонической литературе.

28

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 33.

29

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 296.

30

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 71.

31

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 32.

32

Там же, с. 297.

33

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 70.

34

Плафон (от франц. plafond – потолок) – в широком смысле любое (плоское, сводчатое или купольное) перекрытие какого-либо помещения. Украшающее плафон произведение монументально-декоративной живописи и скульптуры – сюжетное и орнаментальное – также обозначается термином «плафон». Живописные плафоны могут исполняться непосредственно на штукатурке (в технике фрески, масляными, клеевыми, синтетическими красками), на прикрепляемом к потолку холсте (панно), мозаикой и другими способами.

35

В иконостасе хранились частица Животворного Креста, мощи Святого Спиридона, преп. Варлаама и Моисея Мурина.

36

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 258.

37

Смальта (нем. Smalte) – цветное непрозрачное стекло в виде кубиков или пластинок, применяемое для изготовления мозаики.

38

Смальта (нем. Smalte) – цветное непрозрачное стекло в виде кубиков или пластинок, применяемое для изготовления мозаики.

39

Низовский А.Ю. Православные храмы и монастыри. – М, 2005, с. 100.

40

Фреска (от итал. fresco – свежий) – живопись по сырой штукатурке красками, разведенными на воде. Одна из техник стенных росписей.

41

Низовский А. Ю. Православные храмы и монастыри. – М., 2005, с. 304–305.

42

Святой Преподобный Александр Свирский. – СПб, 2005, с. 8.

43

Там же, с. 23–26.

44

Изразцы (кафель) – керамические плитки для облицовки стен, печей и т. д. Могут быть гладкими, рельефными, покрытыми глазурью (майоликовые), неглазурованными (терракотовые). С обратной стороны имеют вид открытой коробки (румпы) для крепления в кладке.

45

Кокошник – в архитектуре русских церквей XVI–XVII вв. полукруглая или килевидная фальшивая закомара, имеющая декоративное значение. Часто кокошники располагаются ярусами.

46

Российские государи: 1862–1917. – Смоленск, 2005, с. 609–610.

47

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 326.

48

Зырянов П. Н. История России, XIX век. – М., 1994, с. 165.

49

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 325.

50

Зодчие Санкт-Петербурга XIX – начала XX века. – СПб, 1998, с. 539.

51

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: история в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 327.

52

Санкт-Петербург. Занимательные вопросы и ответы. – СПб, 1999, с. 282–283.

53

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 50.

54

Горбачевич К С, Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб, 2006, с. 231.

55

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 163.

56

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 219, с. 288.

57

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 233–237.

58

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 121.

59

Там же, с. 121–122.

60

Санкт-Петербург. Занимательные вопросы и ответы. – СПб, 1999, с. 101.

61

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 144.

62

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 51.

63

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 356–357.

64

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 358.

65

Зодчие Санкт-Петербурга. XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 988–990.

66

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 358.

67

Пукинский Б. К Санкт-Петербург. 1000 вопросов и ответов. – СПб, 1998, с. 343–344.

68

Горбачевич К. С, Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб, 2006, с. 139, 204.

69

Анисимов Е. В. Женщины на российском престоле. – СПб., 2002, с. 190–210.

70

Зодчие Санкт-Петербурга: 18 век. – СПб., 1997, с. 154, 997.

71

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 146–147.

72

Петербург православный. – СПб., 2002, с. 71.

73

Парастас – церковная молитва об усопших, которую поют на кладбище.

74

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 118.

75

Голгофа – холм в окрестностях Иерусалима, на котором, по христианскому преданию, был распят Иисус Христос. Слово «Голгофа» употребляется как синоним мученичества и страданий («взойти на Голгофу»).

76

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 227.

77

Горбачевич К С, Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб, 2006, с. 91.

78

Там же, с. 120.

79

Анисимова Е.В.Женщины на российском престоле. – СПб, 2002, с. 76—77.

80

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 111.

81

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. с. 389–390.

82

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Санкт-Петербурга. – СПб, 2006, с. 167–168.

83

Зодчие Санкт-Петербурга: 19 – начало 20 века. – СПб., 1998, с. 148.

84

Паникадило (среднегреч. polykandelon) – большая люстра или многогнездный подсвечник в церкви.

85

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 389.

86

Зодчие Санкт-Петербурга: 18 век. – СПб., 1997, с. 856–857.

87

Пилястра, пилястр (итал. pilastro, от лат. pila – колонна, столб) – плоский вертикальный выступ прямоугольного сечения на поверхности стены или столба. Имеет те же части (ствол, капитель, база) и пропорции, что и колонна, обычно без утолщения в средней части – энтазиса. Широко применялись в ордерной архитектуре, являясь преимущественно декоративным элементом, членящим стену. Иногда пилястра конструктивно усиливает стену.

88

Синдаловский Н. А. Легенды и мифы Санкт-Петербурга. – СПб, 1996, с. 54.

89

Андрей Островский. Архитекторы Петербурга. – В кн.: Белые ночи. Выпуск 6. – Л., 1980, с. 49–62.

90

Лавра (греч. laura) – название крупнейших мужских православных монастырей, подчиненных непосредственно патриарху, в 1721–1917 – Синоду: Киево-Печерская (с 1598, Киев), Троице-Сергиева (с 1744, Сергиев Посад), Александро-Невская (с 1797, Санкт-Петербург) и Почаевско-Успенская (с 1833, м. Новый Почаев, ныне г. Почаев) лавры.

91

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 13.

92

Тихомиров Д. И. Из истории родной земли. – М, 1996, с. 52.

93

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Санкт-Петербурга. – СПб, 2006, с. 34.

94

Даринский А. В, Старцев В. И. История Санкт-Петербурга. – СПб, 1999, с. 48.

95

Все музеи Санкт-Петербурга. – СПб, 2005, с. 169.

96

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 130.

97

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 542–543, 607.

98

Все эти здания возведены в XVIII веке архитектором Пьетро Трезини.

99

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 995, 997.

100

Все музеи Санкт-Петербурга. – СПб, 2005, с. 169–171.

101

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 245.

102

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 520–525.

103

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века, с. 525.

104

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь. – СПб, 2001, с. 3.

105

Ианновский ставропигиальный монастырь, с. 6.

106

Там же.

107

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 108.

108

Зодчие Санкт-Петербурга: 19 – начало 20 века. – СПб.,1998, с. 263.

109

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 19.

110

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 19.

111

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 1037.

112

Панагия (от греч. panagia – всесвятая) – круглая иконка с изображением Богоматери, нагрудный знак архиереев.

113

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 23.

114

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 11.

115

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 23–24.

116

Фортификатор – специалист в области фортификации, науки о расположении, постройке и обороне укреплений.

117

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 20–66.

118

Пилон (греч. pulwn – ворота, вход) – массивные столбы, служащие опорой арок, перекрытий, мостов либо стоящие по сторонам входов или въездов; башнеобразные сооружения с трапецевидными фасадами (обычно украшенными рельефами), воздвигавшиеся по сторонам входов в древнеегипетские храмы.

119

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 210.

120

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., 2005, с. 53.

121

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 45

122

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому…. От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 212.

123

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 446.

124

До пяти метров толщиной; облицованы гранитом и мрамором.

125

Кабестан (франц. cabestan – шпиль) – лебедка с барабаном на вертикальном валу для выбирания якорных или швартовых канатов.

126

Кирцидели Ю. И., Левина Н. Р. Мой город – Санкт-Петербург. – СПб., 1996, с. 235–238.

127

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 47.

128

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 244.

129

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, с. 393.

130

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб., с. 409.

131

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 245.

132

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, с. 409.

133

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 245.

134

Кирцидели Ю.И, Левина Н.Р. Мой город – Санкт-Петербург. – СПб, 1996, с. 232–233.

135

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 234, 245.

136

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 249–250.

137

Все музеи Санкт-Петербурга. – СПб, 2005, с. 62–63.

138

Повесть временных лет. – В кн.: Художественная проза Киевской Руси 11–13 веков. – М, 1957, с. 5.

139

Зодчие Санкт-Петербурга. – СПб.,1998, с. 411.

140

Несколько дней со святынями Санкт-Петербурга. – СПб, 2004, с. 25.

141

Князь-Владимирский собор. Краткий исторический очерк. – СПб, 2005, с. 9-

142

Там же, с. 10.

143

Петербург православный. – СПб, 2002, с. 62.

144

Петербург православный. – СПб, 2002, с. 63.

145

До XVII в. переписывались церковные поучения против язычества, до XVIII в. в церковных требниках стояли вопросы к исповедующимся: не ходил ли к волхвам, не исполнял ли их указаний; уже в 40-х гг. XVIII в. архиерей Дмитрий Сеченов доносил о нападении на него русских язычников.

146

А сами сказания православные борцы с язычеством называли «кощунством».

147

Рыбаков Б. Язычество древней Руси. – М.: Наука, 1988, с. 766–778.

148

История средневекового Запада. – М.: Прогресс-Академия, 1992, с. 140.

149

К сожалению, «Иоакимовская летопись» сохранилась только в пересказе Татищева. Летопись была составлена в XVII веке, при этом составитель опирался на более ранние источники. См.: Шахматов А. А. Общерусские летописные своды 14–15 вв. // Журнал Мин-ва нар. просвещения. – 1900, № 1, с. 183, 185; Янин В. Л. День десятого века // Знание – сила. – 1983, с. 17.

150

РИБ, VI, с. 7 и 4.

151

Древнерусские княжеские уставы XI–XV вв. – М.: Наука, 1976, с. 23.

152

Древнерусские княжеские уставы XI–XV вв. – М.: Наука, 1976, с. 78.

153

ПСРЛ.Т. 10, с. 94.

154

Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. Т. 4, с. 124–126.

155

Крылатыя слова по толкованию С. Максимова. – СПб., 1899.

156

ПСРЛ. Т. 1, с. 148.

157

По материалам сайта ateism.ru.

158

Петербург православный. – СПб., 2002, с. 63.

159

Князь-Владимирский собор. Краткий исторический очерк. – СПб., 2005, с. 11.

160

Там же, с. 13.

161

Николо-Богоявленский Морской собор. – СПб, 2003, с. 5.

162

Николо-Богоявленский Морской собор. – СПб, 2003, с. 6.

163

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 291–293.

164

Там же, с. 321–322.

165

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 303.

166

В раннем христианстве (I в. н. э.) пресвитерами называли старейшин, которых выбирали из рядовых верующих. Пресвитеры руководили повседневной жизнью христианской общины: собирали взносы, заведовали общей кассой, распределяли имущество, заботились о больных и попавших в тюрьму единоверцах. Пресвитеры возводились в должность через обряд рукоположения (хиротонии). Начиная с середины II в. авторитет пресвитеров растет, и они становятся авторитетами не только в административно-хозяйственных делах, но и в вопросах вероучения. Из среды пресвитеров выделяются старшие пресвитеры, которые именуются епископами.

167

Епархия (греч. eparchia) – в православных церквах церковно-административная территориальная единица во главе с архиереем (епископом).

168

Николо-Богоявленский Морской собор. – СПб, 2003, с. 7.

169

Николо-Богоявленский Морской собор. – СПб, 2003, с. 11–12.

170

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб, 2005, с. 54.

171

Андрей Островский. Архитекторы Петербурга. – В кн.: Белые ночи. – Л, 1980, с 31–32.

172

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. СПб., 2005, с. 115.

173

Все музеи Санкт-Петербурга. – СПб., 2005, с. 70–71.

174

Все музеи Санкт-Петербурга. С. 69.

175

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб, 2006, с. 28–29.

176

Там же, с. 164–165.

177

Анисимова Е. В. Женщины на русском престоле. – СПб, 2002, с. 38–40.

178

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб, 2004, с. 41.

179

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 132.

180

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 286.

181

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 113–121.

182

Там же, с. 115.

183

Стилизованный орнамент в виде распустившегося цветка.

184

Катехизаторские курсы – курсы, где происходит катехизация, т. е. воцерковление и просвещение людей, приобщение их к вере.

185

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 136–137.

186

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 190.

187

Мавродин В. В. Основание Петербурга. – Л., 1978, с. 214–220.

188

Зодчие Санкт-Петербурга:18 век. – СПб., 1997, с. 213.

189

Там же, с. 997.

190

Канн П. Я. Прогулки по Петербургу. – СПб., 1994, с. 120.

191

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 365.

192

Синдаловский Н. А. Легенды и мифы Санкт-Петербурга. – СПб., 1996, с. 32–33.

193

Брандер – небольшое парусное судно (по большей части выслуживший срок военный или торговый корабль), которое нагружалось различными горючими веществами и предназначалось для уничтожения неприятельского флота путем поджога его кораблей при сцеплении с ними вплотную.

194

Пукинский Б. К Санкт-Петербург. 1000 вопросов и ответов. – СПб, 1998, с. 335.

195

Капитул (позднелат. capitulum) – в католических духовно-рыцарских и монашеских орденах коллегия руководящих лиц.

196

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 72.

197

Петербург православный. – СПб, 2002, с. 67.

198

Синдаловский Н. А. Легенды и мифы Санкт-Петербурга. – СПб., 1996. с. 33.

199

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 72.

200

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 99.

201

Там же.

202

Православная церковь Рождества Иоанна Предтечи на Каменном острове Санкт-Петербурга. – СПб, 2006, с. 7–8.

203

Там же, с. 14–15.

204

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 257.

205

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 466–525.

206

Православная церковь Рождества Иоанна Предтечи на Каменном острове Санкт-Петербурга. – СПб., 2006, с. 22.

207

Православная церковь Рождества Иоанна Предтечи на Каменном острове Санкт-Петербурга – СПб, 2006, с. 22–23.

208

Зодчие Санкт-Петербурга: 19 – начало 20 века. – СПб, 1998, с. 1022.

209

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 388.

210

См.: http://pomorian.narod.ru/, с. 1—11.

211

См.: http://pomorian.narod.ru/, с. 1—11.

212

Практический справочник по православию. – СПб., 2005, с. 581–582.

213

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 120.

214

Консистория (от позднелат. consistorium – место собрания; совет) – в католической церкви особое совещание при Папе Римском.

215

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 53.

216

Стигма, стигмат – в Др. Греции метка или клеймо на теле раба или преступника; впоследствии христиане стали так называть «Христовы раны» – самопроизвольно возникающие отметины на руках, ногах и на лбу, проявляющиеся у особенно истово верующих.

217

Беатификация (от лат. beatus – блаженный) – в католической церкви акт причисления того или иного лица к числу блаженных, совершаемый римским папой.

218

Несколько дней со святынями Петербурга. – СПб., 2004, с. 83.

219

Несколько дней со святынями Петербурга, с. 83.

220

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 292.

221

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 377—378

222

Санкт-Петербург. Занимательные вопросы и ответы. – СПб., 1999, с. 99.

223

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 253.

224

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 553–554, 731.

225

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга, – СПб., 2006, с. 153.

226

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 151.

227

Там же, с. 235.

228

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 982.

229

Антаблемент (франц. entablement, от table – стол, доска) – верхняя горизонтальная часть сооружения, обычно лежащая на колоннах, составной элемент классического архитектурного ордера. Антаблемент членится на несущую часть – архитрав, на опирающийся на него фриз и венчающую часть – карниз. Встречается неполный антаблемент (без фриза). Антаблемент возник на основе деревянного балочного перекрытия и в своих формах отражает его структуру.

230

Аттик (от греч. attikos – аттический) – стенка, возведенная над венчающим архитектурное сооружение карнизом. Часто украшается рельефами или надписями. В античной архитектуре обычно завершает триумфальную арку.

231

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 992–993.

232

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 311–318, 1037.

233

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 124.

234

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб., 1997, с. 515.

235

Горбачевич К. С., Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 115.

236

Синдаловский Н. А. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. – СПб.,2005, с. 218–219.

237

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 227–228.

238

Конфирмация (от лат. confirmatio – утверждение) – у католиков и протестантов (в разных формах) обряд приема в церковную общину подростков, достигших определенного возраста.

239

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 705, 968.

240

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006. с. 125.

241

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 391.

242

Горбачевич К С, Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб., 2006, с. 178.

243

Там же, с. 392.

244

Горбачевич К С, Хабло Е. П. Почему так названы? – СПб, 2006, с. 36, 211.

245

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX век. – СПб., 1998, с. 530.

246

Контрфорс (от франц. contreforce – противодействующая сила) – каменная, бетонная или железобетонная поперечная стенка, вертикальный выступ или ребро, усиливающие основную несущую конструкцию (в основном наружную стену) и воспринимающие горизонтальные усилия (например, распор от сводов, перекрывающих здание). Каменный контрфорс – один из основных элементов готических конструкций. Контрфорсы широко применяются также для укрепления стен при реставрации памятников архитектуры.

247

Практический справочник по православию. – М, 2005, с. 1020–1021.

248

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1998, с. 517–518.

249

Мирра – ароматическая смола некоторых африканских и аравийских деревьев, используемая для благовонных курений в религиозных обрядах.

250

Зодчие Санкт-Петербурга: XVIII век. – СПб, 1997, с. 516–517.

251

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 286.

252

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 227.

253

Мактаб – начальное исламское учебное заведение.

254

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Санкт-Петербурга. – СПб, 2006, с. 321.

255

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Санкт-Петербурга. С. 325.

256

Там же, с. 322–323.

257

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб., 2000, с. 227–228.

258

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб., 1998, с. 850–855.

259

Майолика – крупнопористые керамические изделия с росписью по сырой непрозрачной оловянной глазури, соединяющейся при обжиге с красками. К ним относят испанскую и итальянскую керамику XV–XVI веков.

260

Занимательные вопросы и ответы. – СПб, 1999, с. 284–286.

261

Минбар – кафедра с лесенкой, предназначенная для чтения Корана и проповедей.

262

Михраб – молитвенная ниша, расположенная в обращенной к Мекке стене мечети.

263

Намаз (араб, буквально – молитва) – ежедневное пятикратное богослужение, один из главных обрядов ислама.

264

Зимина М. С., Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб., 2006, с. 359.

265

Санкт-Петербург. Занимательные вопросы и ответы. – СПб, 1999, с. 284.

266

Стилобат – верхняя часть ступенчатого цоколя.

267

Тора – традиционное древнееврейское название Пятикнижия (первых пяти книг Библии).

268

Арон кодеш – святой ковчег, место хранения свитков Торы.

269

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006. с. 351–352.

270

Бар-мицва – церемония посвящения еврейского мальчика во взрослую жизнь, приобщение его к еврейской общине.

271

Зимина М. С, Лихачева О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 344.

272

Санкт-Петербург. Занимательные вопросы и ответы. – СПб, 1999, с. 287.

273

Зодчие Санкт-Петербурга: XIX – начало XX века. – СПб, 1998, с. 609–610, 627.

274

Бурхан – название идола у буддистов.

275

Синдаловский Н. А. Петербург: От дома к дому… От легенды к легенде… – СПб, 2000, с. 264.

276

Зимина М. С, Лихачёва О. О. Храмы Петербурга. – СПб, 2006, с. 348–349.

277

Махинько Л. Н. Город как мир. – СПб, 1997, с. 152.

Content

Марина Вячеславовна Жигало, Ирина Александровна Тукиянен
Самые известные храмы Санкт-Петербурга

Об этой книге

Часть 1 Православные христианские храмы

Глава 1 Чудотворные иконы в Петербурге

Казанский Кафедральный собор

Собор Владимирской иконы Божией Матери

Церковь Спаса Нерукотворного Образа

Церковь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость»

Церковь иконы Смоленской Божьей Матери

Глава 2 Под защитой Божьей Матери

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы

Церковь Успения Пресвятой Богородицы на Малой Охте

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы при Политехническом университете

Глава 3 Храмы с именем Иисуса Христа

Церковь Рождества Христова при Подворье Свято-Троицкого Александро-Свирского монастыря

Церковь Богоявления Господня

Собор во имя Воскресения Христова («Спас на Крови»)

Собор Воскресения Христова (Смольный собор)

Церковь Воскресения Христова у Варшавского вокзала

Спасо-Преображенский собор

Казачий Крестовоздвиженский собор

Глава 4 Храмы во имя Святой Троицы

Собор Пресвятой Троицы лейб-гвардии Измайловского полка

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и пасха»)

Глава 5 Лавра и монастыри

Свято-Троицкая Александро-Невская лавра

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь

Воскресенский Новодевичий монастырь

Глава 6 Святые берегут город

Собор апостолов Петра и Павла

Исаакиевский кафедральный собор

Собор во имя Святого апостола Андрея Первозванного (Андреевский собор)

Князь-Владимирский собор

Николо-Богоявленский Морской собор

Собор Преподобного Сампсония Странноприимца

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы

Церковь Святой Великомученицы Екатерины

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская)

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи на Каменном острове

Церковь во имя Свяхценномученика Исидора Юрьевского и Николая Чудотворца

Часть 2 Христианские храмы других конфессий

Глава 1 Старообрядческая церковь

Церковь Знамения Пресвятой Богородицы (Невская Старообрядческая Поморская община)

Глава 2 Римско-католические костелы

Костел Успения Девы Марии

Костел Святой Екатерины

Костел Святой Лурдской Девы Марии

Костел Святого Станислава

Глава 3 Евангелическо-лютеранские церкви

Собор Святых апостолов Петра и Павла

Церковь Святой Екатерины

Церковь Святой Марии (Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии)

Церковь Святой Екатерины (Шведская)

Церковь «Дом Евангелия» в Озерках

Церковь «Дом Евангелия» на Боровой

Собор Святого Михаила

Глава 4 Армяно-григорианские церкви

Церковь Святой Екатерины

Церковь Святого Воскресения на Смоленском армянском кладбище

Часть 3 Нехристианские храмы

Глава 1 Соборная мечеть

Глава 2 Большая хоральная синагога

Глава 3 Буддийский храм Калачакры

Цветные иллюстрации к книге

Примечания