Кристи Маккелен

Инстинкт сохранения любви

Unlocking Her Boss’s Heart

Copyright © 2016 by Christy McKellen

© «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

* * *

Посвящается Бэбс и Филу, самым щедрым, любящим и внимательным родителям на свете. Вы всегда поддерживали меня во время моих взлетов и падений (а их было немало) и каждый раз помогали подняться и вновь обрести веру в себя.

Я люблю вас. И надеюсь, вы знаете об этом.

Глава 1

Кара Уинстон медленно поднималась по гладким темным ступеням к сверкающей черной двери элегантного особняка в Южном Кенсингтоне. Она с трудом сдерживала радостное изумление, охватившее ее при виде этого великолепия.

Именно в таком доме она мечтала жить во времена своей простодушной, полной надежд юности. В ее фантазиях четырехэтажный особняк в викторианском стиле звенел счастливыми озорными голосами детей, которых они вместе с красавцем-мужем воспитывали бы в строгости, но с любовью, и каждый вечер, оставшись наедине, весело смеялись над их проделками. Просторные комнаты наполняло благоухание свежих цветов, а сквозь большие витражные окна лился мягкий свет, отбрасывая разноцветные блики на дорогую, но очень удобную мебель.

Однако в реальной жизни ее крохотная квартирка в Ислингтоне с одной спальней не имела ничего общего с удивительным особняком ее мечты.

Более того, она может лишиться и этого скромного жилища, если упустит шанс, представившийся ей сегодня.

При мысли о том, что в скором времени жадный хозяин может выселить Кару из квартиры, которую последние шесть лет она привыкла считать своим домом, к ее горлу подкатила тошнота. Если она как можно быстрее не найдет работу, придется вернуться в Корнуолл, забытую богом деревушку, в крохотный домик, где живут родители вместе со своими собаками, и умолять их принять ее, пока она снова не встанет на ноги.

Кара горячо любила родителей, но содрогнулась при мысли о том, что снова придется ютиться в тесном сельском домике всем вместе. Особенно после того, как полгода назад она сообщила им, что получила работу своей мечты, став персональной ассистенткой генерального директора одной из крупнейших корпораций в стране. Родители были счастливы, и вскоре, благодаря матери, новость о назначении дочери распространилась среди родственников и соседей по деревне. Кару буквально завалили письмами с поздравлениями.

Думая о том, что придется снова звонить и объясняться, почему вынуждена уволиться, проработав всего три месяца, Кара задрожала от стыда. Она просто не могла этого сделать после того, как родители потратили столько денег на ее обучение, чтобы дать шанс на лучшую жизнь, которого не было у них. Как она могла так с ними поступить?

Тем не менее, если повезет, не придется вести этот унизительный разговор, потому что сегодня ей представляется идеальная возможность исправить ситуацию. Если сумеет решить проблемы с работой, непременно справится и с другими трудностями.

Поправив под мышкой папку с резюме и отличными отзывами о своей работе, заработанными за несколько лет, Кара нажала на блестящую медную кнопку звонка рядом с дверью и приготовилась встретиться с владельцем дома.

Секунды тянулись мучительно медленно.

Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, она снова провела рукой по волосам, оправила юбку своего лучшего костюма, желая выглядеть уверенно и респектабельно, когда дверь наконец откроется.

Однако никто не открывал.

Возможно, работодатель просто не слышал звонка.

С трудом сдерживая желание погрызть ногти, которые совсем недавно удалось отрастить, Кара позвонила снова, на этот раз дольше, чем в первый раз. Она уже собиралась уйти, чтобы вернуться позже, как вдруг дверь распахнулась и перед ней предстал высокий, ослепительно-красивый мужчина. В мужественном облике ощущались сила и властность. Кара неожиданно почувствовала, как сердце забилось быстрее. Его густые темно-каштановые волосы непокорно падали на лоб, добавляя облику непринужденность и дерзость. Взгляд золотисто-карих глаз был пронзительным и прямым. Если бы ей пришлось описать его одним словом, то ему как нельзя лучше соответствовало слово «сногсшибательный», как бы старомодно оно ни звучало.

Недовольный взгляд мужчины скользнул по ее лицу и уперся в папку.

– Что вы хотите? – спросил он грубо и настолько резко, что Кара машинально сделала шаг назад и едва не упала со ступенек.

– Макс Файербрэйс? – Она с досадой услышала собственный дрожащий голос, ставший реакцией на его неожиданную враждебность.

Мужчина нахмурился:

– Я не работаю с благотворительными организациями.

Глубоко вздохнув, Кара натянула на лицо самоуверенную улыбку и ответила, стараясь сохранять терпение:

– Я не из благотворительного фонда. Пришла устраиваться на работу.

Исходящая от него враждебность была подобна яростной буре с громом и молниями.

– О чем это вы? Я никого на работу не нанимаю.

Кровь бросилась в голову, Кара в смятении уставилась на него.

– Правда? Но моя кузина Поппи сказала, что вам нужен личный ассистент, поскольку у вас слишком много работы.

Макс скрестил руки на груди и покачал головой, начиная догадываться, о чем речь.

– Я всего лишь сказал Поппи, что подумываю нанять кого-нибудь, чтобы она постоянно не маячила у меня за спиной, – раздраженно заявил он.

Кара в замешательстве смотрела на него, изо всех сил пытаясь побороть накатывающую тошноту.

– Значит, вам не нужна помощница?

Закрыв глаза, он провел ладонью по лицу и нетерпеливо вздохнул.

– Да, я очень занят, и у меня даже нет времени проводить собеседование с кандидатами, не говоря уже о том, чтобы обучать их. Так что прошу меня извинить.

Макс уже собрался захлопнуть дверь у нее перед носом, но Кара не дала ему этого сделать. Бросилась вперед в отчаянной попытке задержать его и раскинула руки. Папка с громким хлопком упала на ступеньки.

– Постойте! Прошу вас!

На его лице отразилось раздражение и удивление, он остановился и снова приоткрыл дверь на несколько драгоценных дюймов.

Кара восприняла это как знак свыше и, торопливо подобрав папку, расправила плечи и начала речь, которую репетировала с прошлого вечера, сразу после получения письма от Поппи.

– Я отлично разбираюсь в своей области и быстро учусь всему новому, шесть лет проработала персональной ассистенткой, так что вам не придется меня многому учить. – Голос все еще немного дрожал от волнения, но она старалась не обращать на это внимания.

– Я умею самостоятельно принимать решения, аккуратна и внимательна. Вы сами в этом убедитесь, когда примете меня на работу, – заявила она, из последних сил изображая уверенность, которую уже не ощущала.

Он продолжал хмуриться, держась за ручку двери, словно размышляя, стоит ли захлопнуть ее, не дослушав до конца речь дерзкой незнакомки, но Кара не собиралась сдаваться без боя. Сейчас она не может позволить себе проиграть.

– Позвольте продемонстрировать вам, на что я способна. Сегодня могу поработать абсолютно бесплатно, и, если вас все устроит, с завтрашнего дня вы можете официально принять меня на работу. – От натянутой улыбки у нее сводило щеки.

Макс прищурился, словно обдумывая ее предложение.

Спустя несколько напряженных минут молчания, когда Каре казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, он указал на папку, которую она все еще сжимала в руке.

– Это ваше резюме?

Кара протянула ему бумаги и, затаив дыхание, наблюдала, как он просматривает их.

– Хорошо, – согласился Макс наконец и, тяжело вздохнув, сунул ей папку в руки. – Покажите мне сегодня, на что вы способны, и, если я останусь доволен, предложу вам оплачиваемый испытательный срок на месяц. А уже потом решу, принимать вас на постоянную работу или нет.

– Согласна.

Кара протянула ему руку. Макс некоторое время обескураженно смотрел на нее, затем стиснул ее пальцы своей широкой ладонью.

В это мгновение девушку охватило облегчение и одновременно странное волнение, от которого по всему телу побежали мурашки.

– Проходите, – буркнул он, оборвав рукопожатие и, повернувшись к ней спиной, скрылся в доме.

Судя по резким манерам, ей придется выложиться на все сто, чтобы впечатлить его. И все же она готова бросить ему вызов, несмотря на то что при одном взгляде на этого мужчину все сжималось внутри.

Пытаясь взять себя в руки, Кара поспешила следом за ним. Захлопнув тяжелую дверь, обернулась и увидела, что он входит в кабинет, расположенный в конце холла.

И какой это был холл. Он казался больше, чем вся ее квартира. Высокие стены кремового цвета украшали подлинные полотна художников-абстракционистов, а не какие-нибудь репродукции в рамках, вроде тех, что развешаны у нее в квартире. Пол, отделанный цветной мозаикой, простирался на добрых пятьдесят ярдов, где упирался в ступени широкой дубовой лестницы, плавно уходящей вверх. Гладкие ступени заливал мягкий солнечный свет из огромного витражного окна над лестничным проемом.

Остановившись около мраморного столика, на котором, по ее наблюдению, не хватало цветов, она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и только потом устремилась следом за ним в кабинет.

Ничего, она справится. Она удивит его. Потому что умеет удивлять людей.

Правильно, Кара? Правильно?

Комната, в которую она вошла, оказалась такой же просторной, как холл, правда, стены были до середины выкрашены в зелено-голубые тона, а ниже – в белоснежный цвет, благодаря чему казалось, что потолок, увенчанный карнизами, находится очень высоко. Кара вдруг ощутила себя крошечной песчинкой в этой роскошной комнате.

Макс стоял посреди комнаты, паркетный пол которой был отполирован до блеска. В его глазах застыло выражение смущения и нетерпения. Несмотря на волнение, Кара не могла не заметить, какой невероятной привлекательностью обладал этот мужчина. Его окружала аура сильной сексуальной энергии.

– Кстати, меня зовут Кара, – сообщила она, пытаясь совладать с любопытством, и дружелюбно улыбнулась.

Но он лишь кивнул в ответ и протянул ей ноутбук:

– Возьмите. Можете сегодня пользоваться этим ноутбуком. Включите его и начинайте сканировать документы и распределять их в картотеке. – Он указал на огромную стопку бумаг на столе у окна. – Вот здесь картотека, – он указал на шкаф, – а это сканер. – Он ткнул пальцем в другую сторону. – Регистрационная система должна быть простой и без лишних объяснений, – закончил он с едва скрываемым нетерпением в голосе.

Каре стало ясно, что он не очень-то хорошо умеет ладить с людьми.

– Хорошо, спасибо. – Она забрала у него ноутбук и устроилась на длинной невысокой кушетке в противоположном от огромного дубового стола конце комнаты. На столе возвышался большой компьютер.

Стараясь совладать с нервным напряжением, не дававшим покоя с тех пор, как она уволилась с предыдущей работы, Кара включила компьютер, вошла в Интернет, установила свою почту и папку под названием «Деловое управление Файербрэйс» в режиме системы распределения файлов. Заметив стопку визиток на журнальном столике рядом с кушеткой, взяла одну и сохранила в своем телефоне мобильный номер Макса, добавив его почтовый адрес в список своих контактов.

А он тем временем сидел за столом спиной к ней, полностью погрузившись в работу над документом, от которой она, судя по всему, его отвлекла, позвонив в дверь.

Отлично. Для начала она приготовит кофе, а затем возьмется за ворох бумаг, которые необходимо разобрать и привести в порядок.

Не желая отвлекать его лишними вопросами, Кара решила осмотреться. Осторожно отложив ноутбук на кушетку, встала и медленно двинулась на поиски кухни.

Он даже не оторвался от монитора, когда она тихо прошла мимо.

Что ж, судя по всему, новая работа будет сильно отличаться от предыдущей. Там она и шагу не могла ступить спокойно, постоянно ощущая на себе обжигающий взгляд, полный осуждения.

Кухня оказалась прямо напротив кабинета. Кара на мгновение застыла на месте, осматриваясь. Посередине располагались большой стол со стеклянной столешницей и шесть стульев, по обе стороны кухни раскинулись облицованные белым мрамором рабочие поверхности. Здесь все сверкало безупречностью, каждая вещь на своем месте.

Открыв посудомоечную машину, она заглянула внутрь и обнаружила кружку и миску для каши. Гм. Значит, он здесь живет один. Хотя, возможно, его жена в отъезде. Кара огляделась в поисках фотографий, но ни одной не обнаружила. Даже огромный холодильник оказался девственно чист. На самом деле вся кухня выглядела такой идеальной и холодной, что вполне могла бы сойти за выставочный образец в магазине.

Достав из посудомоечной машины кружку, Кара внимательно осмотрела ее и по запаху догадалась, что он пил кофе без сахара, а по цвету поняла, что предпочитает кофе без молока. Она некоторое время пыталась разобраться в сложной кофемашине, но в конце концов ее усилия увенчались успехом, и Кара, отыскав кофейные зерна в огромном полупустом холодильнике, приготовила кофе, для себя щедро сдобрив напиток молоком.

Вернувшись в комнату, она увидела, что Макс по-прежнему сидит за компьютером и стучит по клавишам.

Она осторожно поставила на его стол кружку, он что-то невнятно проворчал в ответ. Просмотрев картотеку и выяснив, какой системой он пользуется, Кара бросила взгляд на внушительную стопку документов на боковом столике и, глубоко вздохнув, погрузилась в работу.

Что ж, она оказалась самой решительной женщиной из тех, кого ему доводилось встречать.

Макс Файербрэйс краем глаза наблюдал, как Кара перетащила документы на кушетку и принялась раскладывать в отдельные стопки на полу.

Бросив взгляд на кружку на своем столе, он заметил, что Кара приготовила черный кофе, даже не спросив, какой он предпочитает.

Гм. Этого Макс не ожидал. Его прежние личные помощницы, начиная работать с ним, задавали кучу разных вопросов, а Кара принимала решения самостоятельно и, похоже, неплохо справлялась со своими обязанностями.

Возможно, все не так уж и плохо, как ему показалось вначале, когда он скрепя сердце согласился на ее предложение.

Как это похоже на Поппи, прислать сюда кого-то, не спросив его мнения. Подруга невероятно проницательна. Когда он заявил, что подыщет себе кого-нибудь в помощь, она догадалась, что он просто пытается отделаться от нее, и решила все взять в свои руки.

От раздражения у него мурашки побежали по коже.

Конечно, Макс очень занятой человек, но, как недавно сказала Поппи, для него нет ничего невозможного. Да, он позволит Каре поработать у него месяц, чтобы не огорчать Поппи, но затем уволит. Он еще не готов нанять кого-то на полный рабочий день, да и ей просто нечего будет делать здесь изо дня в день. А ему сейчас совсем не нужен человек, который станет слоняться по дому и отвлекать его от работы.

Откинувшись на спинку кожаного вращающегося стула, который почти не покидал за последние несколько месяцев, Макс потер ладонями глаза, затем взял кружку и отхлебнул кофе.

Теперь, когда дела в его консультационном агентстве по вопросам управления пошли в гору, он почти постоянно работал по выходным, и это того стоило. Поначалу приходилось нелегко, но он был рад, что появилась возможность отвлечься, кроме того, дело стало приносить неплохую прибыль. Если и дальше пойдет так же успешно, то скоро он сможет снять офис, нанять работников и расширить фирму. И тогда наконец немного расслабиться. И жизнь станет спокойнее.

Эта мысль придавала сил. После окончания университета Макс долгое время работал на других людей и теперь наслаждался возможностью выбирать, как и когда работать. Это давало ощущение покоя, который он потерял полтора года назад. С тех пор как ушла Джемайма.

Нет, умерла.

Настало время открыто произнести это слово. Никто из его окружения не решался на этот шаг, и потому он привык обманывать себя, не говоря о ее смерти. Но теперь уже нет смысла притворяться. Она умерла так внезапно и неожиданно, что долгое время он просто отказывался верить в произошедшее. И до сих пор не привык жить без нее в этом огромном пустом доме. В доме, который Джемайма получила в наследство от двоюродной бабушки. Она мечтала, что здесь будут жить их дети. Макс просил ее подождать с рождением детей, подождать до тех пор, когда он будет готов.

Боль пронзила сердце, когда он подумал о том, как много потерял. Потерял добрую красавицу-жену и будущих детей. Последнее время он часто просыпался в холодном поту, пытаясь во сне спасти от падения с высоты или пожара призрачного младенца с глазами Джемаймы. Ужас и боль, испытанные во сне, часто не покидали его в течение всего дня.

Неудивительно, что он так устал.

Краем глаза он уловил какое-то движение и, обернувшись, увидел, что Кара открыла шкаф с картотекой и принялась проворно раскладывать документы по большим папкам.

Теперь ему удалось рассмотреть ее более внимательно. Макс заметил сходство с Поппи. Те же блестящие черные волосы, что и у его подруги, волнами ниспадавшие на изящные плечи, и короткая густая челка над ярко-голубыми миндалевидными глазами.

Она хорошенькая. Даже очень.

И дело не в том, что она заинтересовала его. Он всего лишь констатировал факт.

Кара обернулась и, заметив его испытующий взгляд, залилась румянцем.

Почувствовав себя неловко, он выпрямился в кресле, скрестил руки на груди и напустил на себя деловой вид.

– Итак, Кара, расскажите мне о вашем последнем месте работы. Почему вы уволились?

Ее пунцовые щеки заметно побледнели под его пристальным взглядом. Она растерянно откашлялась и отвела взгляд, уставившись на бумаги в своих руках. У нее был такой вид, словно она пыталась придумать ответ, который бы его удовлетворил.

В чем здесь подвох?

Макс нахмурился:

– Или это вас уволили?

Она резко вскинула голову и посмотрела ему в глаза:

– Нет, нет. Я сама ушла. Предпочла добровольное увольнение по сокращению штата. В прошлом году компания, в которой я работала, понесла серьезные финансовые убытки. И поскольку я проработала там меньше других, было справедливо уволиться первой. У многих людей, работавших там, семьи, которые нуждаются в поддержке, а я одна, и от меня никто не зависит.

Кара слегка повысила голос во время своего монолога, щеки раскраснелись еще сильнее. В ее объяснении что-то явно не так, но Макс не мог понять, в чем дело.

Возможно, она просто волнуется. Он знает, что зачастую производит впечатление мрачного, агрессивного человека, хотя так бывает лишь в моменты, когда кто-то действительно раздражает его.

Он не умел снисходительно относиться к чужой глупости.

Но ведь Каре блестяще удалось убедить его принять ее на временную работу.

– Так вот в чем дело? Вы добровольно уволились по сокращению штата?

Она кивнула и улыбнулась, но ее глаза оставались серьезными.

– Да.

– Тогда зачем вы умоляли меня принять вас на работу? С вашим-то опытом могли бы претендовать на хорошую должность в другой крупной компании и зарабатывать гораздо больше.

Скрестив руки на груди, она распрямила спину, словно готовясь дать ему отпор:

– Я не умоляла вас об этой работе.

Он удивленно округлил глаза, услышав в ее голосе готовность защищаться.

Заметив это, она немного расслабилась и примирительно взмахнула рукой:

– Но я вас прекрасно понимаю. Если честно, мне больше не хотелось работать в крупной корпорации, и, когда Поппи сообщила о вакансии у вас, я подумала, что это место идеально бы подошло. Мне хотелось бы стать частью небольшой и преданной своему делу команды, помогать в развитии нового бизнеса. Поппи говорит, вы отличный специалист в своем деле, а мне нравится работать с настоящими профессионалами. – Она снова улыбнулась, на этот раз в ее улыбке чувствовалось больше теплоты.

Макс прищурился и одобрительно кивнул:

– Прекрасно. Отличный ответ. Вы знаете себе цену, и мне это нравится.

Внезапно ее глаза странно заблестели в ярком свете полуденного солнца, словно наполнились слезами.

Конечно, это не так.

Кара отвела взгляд и уставилась на бумаги, которые все еще сжимала в руке. Некоторое время помолчала, затем слегка кивнула.

– Что ж, приятно слышать. – Когда она снова подняла голову, ее глаза были кристально чисты.

Напускная храбрость в голосе заставила его задуматься, что на самом деле происходит у нее в душе. Хотя зачем ему забивать голову подобными вещами?

Их взгляды встретились, и Макс вдруг ощутил неловкость, не зная, что сказать. В комнате повисла тишина. Он слишком давно жил один в этом доме, и ее появление, очевидно, вызывало у него замешательство. А ему этого совсем не хотелось.

Кара первая отвела взгляд и открыла нижний ящик картотеки. Аккуратно сложив документы, обернулась к нему с лучезарной улыбкой.

– Что ж, я разобралась с бумагами и теперь хочу сбегать в кафе, недалеко отсюда, заказать нам ланч. Когда я сегодня проходила мимо, оттуда доносился изумительный аромат свежеиспеченного хлеба, и, кроме того, у них отличный выбор деликатесного мяса, сыров и аппетитных салатов.

У Макса от голода заурчало в животе, когда он представил себе все эти яства. Обычно он был слишком занят, чтобы выбираться в кафе, и потому сам себе готовил ланч из скудных припасов из холодильника.

– А потом, если у вас найдется свободная минута, вы могли бы обеспечить мне доступ в ваш интернет-ежедневник, – продолжила она, не дожидаясь ответа. – Я просмотрю его и закажу транспорт и номера в отелях для ваших будущих рабочих поездок, если это необходимо.

– Отлично. Это было бы очень кстати. – Он с удовольствием бы сбросил с себя мелкие ежедневные заботы, чтобы полностью сосредоточиться на отчете.

Гм. Возможно, в ее присутствии здесь все-таки есть некоторые преимущества.

И он должен воспользоваться ими, прежде чем отпустит ее.

Глава 2

Она совсем не умеет лгать.

Пока Кара выдумывала небылицы про свою предыдущую работу, Макс смотрел на нее с нескрываемым недоверием, однако ей показалось, что в конце концов ей удалось убедить его. По крайней мере, он не указал на дверь.

Пока.

Создавалось впечатление, что он из тех людей, кто не терпит эмоциональной слабости, которую она ощущала последние три месяца, после того как бойфренд, Эван, бросил ее, заявив, что сыт по горло «нытьем и постоянными переменами настроения». И потому ей надо держать себя в руках, не допуская внезапных проявлений чувств в присутствии Макса. С этого дня она должна излучать лишь радость и счастье!

Убрав последний документ в картотеку, изо всех сил стараясь не показать, что до сих пор трясутся руки от пережитого волнения, Кара схватила пальто и сумочку и вышла из дома. Она не стала захлопывать дверь, не желая лишний раз беспокоить Макса звонками, и, с удовольствием глубоко вдохнув прохладный городской воздух, отправилась в кафе.

Конечно же она принесла деликатесов гораздо больше, чем они могли вдвоем съесть на ланч. Кара убедила себя, что теперь Максу будет чем подкрепиться на ужин. Судя по пустому холодильнику, эти угощения ему пригодятся.

Она снова задумалась о его личной жизни. Поппи почти ничего не рассказала в письме, которое написала между напряженными киносъемками в африканской пустыне. Каре не хотелось беспокоить кузину лишними вопросами, и потому она решила все выяснить самостоятельно. Но исключительно из профессионального интереса. Она знала его предпочтения и подробности жизни, потому ей будет легче с ним сработаться.

К ее удивлению, Макс не слишком сильно сетовал на то, что она оторвала его от компьютера, пообещав угостить ланчем, и появился на кухне в тот момент, когда она выставила на стол баночку с оливками, фаршированными перцем. Она просто не смогла устоять перед соблазном и купила это лакомство в придачу к другим деликатесам.

– Вы как раз вовремя, – заявила она, когда он уселся за стол. – Закуски просто восхитительны. Я не знала, что вы любите, и потому набрала всего, что у них было, в надежде, что вам что-нибудь обязательно понравится. И к тому же еще много останется на завтра или на сегодняшний вечер, если вы, конечно, не собирались пойти в ресторан.

О боже, не слишком ли много она болтает?

Очевидно, эта мысль пришла в голову и Максу, потому что он вскинул брови, но не сказал ни слова.

Не позволяя грозной тишине напугать себя, Кара подала ему тарелку, которую он взял, поблагодарив ее резким кивком. Она наблюдала, как он наполнил тарелку закусками и жадно накинулся на еду.

– Итак, Макс. – Она взяла тарелку для себя и наполнила крошечными треугольными сэндвичами с мягким сыром, ветчиной, густым кускусом с травами и крошечными кусочками красного перца. – А как вы познакомились с Поппи? Она ничего мне о вас не рассказывала, кроме того, что вы друзья.

Он слегка пожал плечами:

– Мы вместе учились в университете.

Кара подождала, когда он продолжит.

Но он молчал, продолжая поглощать еду.

Что ж, значит, Макс не из тех людей, кто любит делиться подробностями своей жизни, и предпочитает общаться с коллегами по работе исключительно в профессиональных рамках. Но возможно, ей удастся узнать о нем больше, когда между ними установится взаимопонимание и доверие.

Все хорошо. Они ведь только познакомились. А она умеет ждать.

Хотя и не горел желанием разговаривать, Макс по крайней мере составил ей компанию. На предыдущей работе она всегда коротала время за ланчем в одиночестве, сидя в местном парке, или без аппетита жевала сэндвич, расположившись за рабочим столом. Старалась не обращать внимания на шумную компанию коллег, которые всегда обедали вместе, не допуская ее в свой круг. Клика кобр, так она называла их про себя.

Но не говорила им этого в лицо.

Никогда.

Получив столь престижную должность, Кара была на седьмом небе от счастья и гордости и наивно полагала, что коллеги с радостью примут ее в свой круг, но вскоре поняла, что угодила в самый настоящий террариум. Неприятности начались уже через пару дней после ее прихода на работу.

Пытаясь справиться с приступом тошноты, которая всегда накатывала на нее при воспоминании об этом, Кара откусила большой кусок сэндвича и принялась тщательно его пережевывать. Она не позволит прошлому снова побеспокоить ее. Недоброжелатели победили, но она больше не позволит неприятным воспоминаниям влиять на свою жизнь.

– У вас красивый дом, Макс. – Она пыталась отвлечься от грустных мыслей. – Вы давно здесь живете?

Он поднял на нее взгляд. Кара с тревогой заметила, что он нахмурился.

– Три года.

По тону его голоса она ясно поняла, что он больше не желает обсуждать эту тему.

Что ж, ладно.

Судя по его недовольству, можно было подумать, что она спросила, сколько денег он заплатил за этот дом. Но возможно, люди слишком часто задавали этот вопрос, и ему надоело на него отвечать. Или же боится, что она попросит увеличить ей зарплату, узнав, насколько он богат.

Какой бы ни была причина, но от его неприветливости у нее окончательно пропал аппетит. Кара бесцельно размазывала кускус по тарелке. Неожиданно Макс резко встал, заставив ее подпрыгнуть на месте от неожиданности.

– Сообщите, сколько я должен за ланч, и я заплачу вам перед уходом. – Он резко развернулся и направился к посудомоечной машине, поставив внутрь грязную тарелку.

Его движения были порывистыми и торопливыми, словно его что-то сильно раздражало.

Но ведь это не она, не так ли?

Как знать, а вдруг?

Возможно, просто ему не терпелось вернуться к работе.

Как только Макс вышел из кухни, Кара с трудом перевела дух, чувствуя, как постепенно спадает сковывавшее ее напряжение.

Фраза «из огня да в полымя» вертелась в голове, но она попыталась не обращать внимания на тревогу. Он друг Поппи, а значит, не может быть плохим человеком. Возможно, сегодня у него просто выдался неудачный день. Как сказала подруга Сара, после того как она пожаловалась, что провалила все собеседования с другими работодателями, у нее просто развилась паранойя из-за неудачного опыта на предыдущей работе.

Прибравшись на кухне, Кара вернулась к работе. Воспользовавшись ссылкой в Интернете, которую дал Макс, она вошла на его страницу и организовала все необходимое для его рабочих поездок на следующий месяц. Его гнев поутих, и их дальнейшее общение стало более непринужденным, хотя и не выходило за профессиональные рамки. К счастью, работа помогла успокоиться, головная боль, донимавшая ее к концу ланча, постепенно утихла, когда Кара с удовольствием занялась выполнением своих профессиональных задач.

Ближе к вечеру Макс на пару минут оторвался от написания отчета, чтобы объяснить, какие исследования ей надлежит провести в нескольких деловых областях, которые он собирался сделать своей целью в ближайшем будущем. К ее огромному удивлению, пришлось стараться изо всех сил, чтобы сосредоточиться на задании и не обращать внимания на удивительный запах Макса, будораживший ее чувства, заставляя мурашки бежать по коже всякий раз, когда он наклонялся к ней, указывая что-нибудь на мониторе компьютера.

Ей придется бороться с этими странными ощущениями, если они продолжат работать вместе, а Кара очень на это надеялась. Она просто не имеет права влюбляться в своего босса, иначе ее мечтам об успехе придет конец.

Наконец освободившись от волнующего ощущения его близости, она провела остаток дня на просторах Интернета, собирая подробную информацию по интересующим его вопросам. Наслаждаясь спокойствием и уверенностью, которые были чем-то само собой разумеющимся еще полгода назад, до того как ее профессиональная жизнь перевернулась с ног на голову.

В пять тридцать вечера Кара распечатала информацию и отправила Максу по электронной почте, а затем взяла пальто и сумочку, впервые за долгое время ощущая удовлетворение от прошедшего рабочего дня.

Подойдя к его столу, откашлялась и положила перед ним распечатку, стараясь не обращать внимания, как напрягались мускулы под тонкой рубашкой, пока он заканчивал печатать отчет. Отведя взгляд от широкой спины, Кара улучила момент и взглянула на его руки, отметив со странным удовлетворением, что он не носил обручального кольца.

Понятно, значит, не женат. Но наверняка у него есть девушка. Она не могла представить, чтобы такой привлекательный мужчина, как Макс, был одинок.

Он перестал печатать и, развернувшись в кресле, уставился на нее. Кара очнулась от раздумий и вдруг почувствовала, как где-то глубоко внутри нее зарождается и нарастает горячая волна.

– Вы неплохо потрудились сегодня, я впечатлен, – отметил Макс, медленно кивнув ей.

Кара не сдержалась, на ее губах заиграла радостная, искренняя улыбка. Ее уже давно не хвалили за работу, было невероятно приятно слышать, что он оценил ее старания.

– Спасибо, мне все тоже очень понравилось.

Он вскинул бровь, давая понять, что она слегка переборщила с этим заявлением, но ничего не ответил, опустил руки и задумчиво склонил голову.

– Если вас все устраивает, могу предложить вам месячный испытательный срок.

Ее восторженный возглас заставил его вздрогнуть.

– Но не могу обещать, что потом предложу вам постоянную работу, – быстро добавил он.

Кара кивнула:

– Хорошо, я все понимаю. – К концу месяца она просто обязана стать незаменимым сотрудником для него.

Затем он озвучил ее еженедельную зарплату. Сердце замерло от восторга. С такими деньгами она может позволить себе остаться в Лондоне и продолжать дальше снимать свою квартиру.

– Тогда увидимся завтра здесь в девять утра, – подытожил Макс, снова поворачиваясь к монитору.

– Отлично. Завтра в девять утра, – повторила она, улыбаясь ему в затылок, и вышла из комнаты.

Сияя от счастья, Кара выскочила из дома, торопясь скорее вернуться домой, позвонить хозяину квартиры и сообщить, что сможет заплатить за следующий месяц и ему не надо искать нового жильца.

Теперь все будет хорошо, она это чувствовала.

Вернувшись домой, она первым делом набрала номер хозяина. В трубке раздался грубый голос:

– Слушаю.

– Доминик, это Кара Уинстон. У меня хорошая новость. Я нашла новую работу и смогу заплатить за аренду квартиры в Ислингтоне.

На другом конце воцарилась тишина, затем последовал глубокий вздох:

– Простите, Кара, но я уже пообещал племяннику, что он сможет переехать в квартиру в конце недели. Мне показалось, что вы больше не сможете платить, а я и так сильно снизил цену за последние два года. Больше не могу идти вам на уступки.

От страха и ярости у нее все сжалось внутри. Окончательно осознав смысл его слов, Кара ощутила, как земля уходит из-под ног. Какой же он лжец. Каждый год негодяй поднимал цену все выше и выше. Она чувствовала, что он обдирает ее как липку, но не хотела уезжать из своей уютной маленькой квартирки и потому терпела. Но в конце концов деньги закончились.

– Вы можете сказать племяннику, что прежний жилец передумал съезжать? – Хотя, говоря это, она заранее знала ответ.

– Нет, не могу. Я дал вам достаточно времени для решения финансовых проблем и больше не могу ждать, а моему племяннику негде жить. Сейчас в Лондоне сложно снять недорогое приличное жилье.

Скоро она сама столкнется с этой проблемой, в чем совершенно не сомневалась.

– У вас нет на примете какого-нибудь подходящего жилья? – Она хваталась за соломинку.

– Нет. Мне очень жаль.

В его голосе не было ни капли сочувствия. Кара снова ощутила ярость.

– Вы можете остаться до конца недели, а затем я прошу вас съехать, – продолжил он. – Предупреждаю, квартира должна быть в приличном состоянии, иначе я не верну ваш залог. – С этими словами он повесил трубку.

Кара некоторое время сидела, опустив голову между коленями, пытаясь справиться с головокружением и унять бешеное биение сердца.

Это всего лишь очередная неудача. Она справится.

И если в ближайшее время не сумеет подыскать приличное жилье в Лондоне, это не означает, что она не найдет квартиру где-нибудь еще. Необходимо как можно скорее изучить все возможные варианты и попытаться найти новое жилье.

Получив работу у Макса, нельзя позволить, чтобы трудности влияли на настроение. Кара понимала, что в ближайшее время придется очень нелегко, но нельзя показывать свои чувства Максу.

Для Макса остаток недели пролетел незаметно. Кара появлялась каждый день ровно в назначенное время и усердно выполняла задания, которые он ей давал.

И хотя она отлично помогала справиться с повседневными делами, на которые прежде не находилось времени, Макс обнаружил, что ее присутствие мешает полностью раствориться в работе как раньше, когда он не замечал ничего вокруг.

Ведь она все время такая жизнерадостная.

А кроме того, с ее появлением в его доме появился и новый запах. Всякий раз, спускаясь к завтраку, Макс ощущал разлитый в воздухе легкий аромат ее цветочных духов. Порой казалось, что стены и даже мебель в доме пропитались этим тонким запахом.

И от этого ему становилось не по себе.

Макс понимал, что вел себя грубо во время их первого ланча, когда Кара спросила о доме. Но с того времени он решил вообще не говорить о личных делах, предпочитая обедать в полном молчании. Опасался, что любой вопрос о его жизни неизбежно приведет к необходимости рассказать о Джемайме.

Работа стала его единственным спасением от страшных мыслей о прошлом, и он не желал это обсуждать с Карой.

К тому же не хотелось, чтобы их отношения стали более дружескими, тогда ему будет сложнее уволить ее после обещанного испытательного срока.

Теперь он видел, что она действительно отличный специалист в своем деле, и потому не сомневался, что она без труда найдет другую работу, когда закончится испытательный срок. В случае, если они станут друзьями, ему будет сложно сказать, что он больше не нуждается в ее услугах. Макс подозревал, что Кара скрывает правду о своем увольнении и они вместе с Поппи придумали эту историю, рассчитывая, что он пожалеет ее и возьмет на работу. Пока он согласился с прихотью своей вечно странствующей подруги и принял Кару на временную должность, но не позволит Поппи и дальше принимать решения за себя.

Кара не нужна ему здесь постоянно.

Проснувшись в субботу поздним утром, Макс открыл дверь пышущей энтузиазмом Каре и поспешил в душ, а чуть позже появился на кухне, чувствуя себя совершенно разбитым после бессонной ночи. Открыв холодильник, обнаружил, что Кара набила его какими-то незнакомыми ему продуктами. Сам бы он их никогда не купил. Макс понимал, что почти ничего не смыслил в покупках, но выбор Кары явно намекал на то, что он совсем за собой не следит. И теперь здесь оказалось множество продуктов для здорового питания.

Он раздраженно захлопнул дверцу холодильника.

Эта женщина явно слишком много на себя берет.

Кара стояла в холле с чашкой густого и очень крепкого кофе, когда он вышел из кухни. Она бодро приветствовала его, затем указала на вазу с яркими цветами, которую поставила на стол в холле. Беспечно улыбнулась, словно желая сказать: «Так ведь гораздо лучше, правда?» Макс едва не заскрежетал зубами от гнева. И как ей удается все время выглядеть такой радостной? Неужели вечно витает в облаках?

При жизни Джемаймы в их доме никогда не было свежих цветов. Жена страдала аллергией на пыльцу, и Макс уже хотел сказать об этом Каре, однако вовремя спохватился и сжал губы. Совсем ни к чему этот разговор, особенно сейчас, когда голова раскалывается от боли. Меньше всего ему хотелось от Кары жалости.

– Мне показалось, что этому дому не помешает немного ярких красок! – оживленно воскликнула она, не замечая его недовольства. – Я проходила мимо замечательной цветочной лавки, не смогла устоять перед искушением и заглянула внутрь. Цветы прекрасно поднимают настроение.

– Замечательно, – пробурчал он сквозь зубы, надеясь, что она не будет радостно щебетать весь остаток дня. Ему казалось, голова этого не выдержит.

– Я налью себе чаю и приду, – сказала она.

Макс лишь глухо заворчал в ответ и направился в одну из гостиных, которая играла роль офиса. Он выбрал эту комнату, потому что сюда не долетал шум улицы, в редкие мгновения отдыха смотрел в окно, и вид аккуратного сада успокаивал его. День за днем в сад прилетала яркая птичка и порхала над лужайкой в поисках насекомых. Он любил наблюдать за ней. Правда, сегодня птицы здесь не оказалось.

Просмотрев вечно переполненную сообщениями электронную почту и разобравшись с простыми ежедневными вопросами, Макс открыл ежедневник взглянуть, что запланировано на сегодня. Через десять минут должна состояться конференция, которая, вероятно, продлится до обеда, а значит, ему необходимо как можно быстрее объяснить Каре, что от нее требуется сегодня.

И куда это она подевалась?

Ведь всего лишь собиралась налить себе чаю. И уже должна вернуться.

Раздраженно вздохнув, Макс направился на кухню. Не хватало еще, чтобы он бегал за своей помощницей. Сегодняшний день обещает быть напряженным и потребует от него предельного внимания, а значит, Кара должна действовать оперативно и не отвлекаться по пустякам.

Войдя на кухню, он увидел Кару. Она стояла спиной к двери, прислонившись к столу и склонив голову, и, казалось, что-то с удивлением разглядывала в другом конце комнаты.

Он нахмурился, глядя ей в спину, не понимая, что ее так увлекло, как вдруг услышал ее приглушенный голос и догадался, что она говорит по телефону.

– Я не знаю, смогу ли выбраться в обеденный перерыв. Мне надо принести ланч боссу, и еще у меня масса других дел. Его документы в ужасном беспорядке. К сожалению, Макс не из тех людей, кого можно попросить об одолжении, он очень нелюдимый. Но после шести я точно смогу освободиться, – пробормотала она в телефонную трубку.

От гнева у него на затылке волосы встали дыбом. Вместо того чтобы работать, она болтает со своими друзьями.

Он громко откашлялся, в тишине кухни этот звук прозвучал резко и грозно.

Стремительно обернувшись, Кара в ужасе уставилась на Макса, смущенная тем, что он застал ее за разговором.

Несомненно, это личный звонок.

Макса охватило раздражение, кровь прилила к его щекам. И с чего он взял, что с ней будет вы легко работать? Судя по всему, с ней его ждут одни проблемы, как и с прежними персональными помощниками.

– А вы точно добровольно уволились по сокращению штата? Или вас уволили, потому что занимались ерундой посреди рабочего дня? – спросил он, не в силах скрыть гневное разочарование в голосе.

Она с трудом сглотнула подкативший к горлу ком. Его взгляд остановился на ее длинной шее, и мгновение он не мог думать ни о чем, кроме ее удивительной нежной кожи. С трудом отогнав наваждение, снова взглянул ей в глаза, злясь на себя за эту минутную слабость.

– Я не могу допустить подобное поведение у человека, шесть лет проработавшего в должности персонального помощника. Здесь вам не кафе, где можно сплетничать с друзьями о всякой ерунде, вместо того чтобы выполнять работу, за которую вам платят. Вы сейчас выглядите глупо и непрофессионально.

Она отрывисто кивнула в ответ, но ничего не сказала. Ее щеки покрылись пунцовым румянцем, а на лбу залегла напряженная мрачная складка.

Пытаясь совладать с непонятной неловкостью, он шагнул к ней и поднял палец:

– Вы больше не станете болтать по телефону в рабочее время. Вам понятно? Или же у нас с вами возникнут проблемы, а они мне сейчас меньше всего нужны. Я дал вам шанс, поскольку вас рекомендовала Поппи. Не подводите мою подругу. И меня.

– Простите, это больше не повторится. Я обещаю, – ответила она еле слышно.

Выражение ее глаз изменилось. Во взгляде не осталось и намека на прежнюю беспечную легкость, и это поразило его. Со стороны могло показаться, что он не просто отчитал ее, а отвесил самую настоящую пощечину.

– Будем надеяться, – подытожил он, коротко кивнув, и неожиданно почувствовал, как перехватило дыхание.

Вернувшись в кабинет, Макс понял, что не может забыть ее встревоженный взгляд. Меряя шагами комнату, он размышлял над тем, что произошло.

Возможно, он повел себя с ней чересчур сурово.

Потирая ладонью усталые глаза, Макс покачал головой. Кого он пытается обмануть, действительно перегнул палку. Возможно, она разговаривала с больным родственником, которому срочно понадобилась помощь.

Но вся беда в том, что он так старательно пытался сохранить между ними дистанцию и ничего не рассказывать ей о себе, что не удосужился ничего узнать и о ее личной жизни.

И еще он очень устал. И эта усталость делала его вспыльчивым.

Резко развернувшись, Макс вышел из комнаты, чтобы найти ее, еще точно не зная, что скажет, но понимая, что должен как-то загладить свою грубость. Сегодня ему, как никогда, необходима ее помощь.

Дойдя до кухни, Макс столкнулся с Карой, когда она вышла ему навстречу с чашкой чаю в руках.

Однако вместо кроткого и печального выражения, которое он ожидал увидеть на ее лице, она весело улыбнулась ему.

– Я помню, что через пару минут у вас конференция, поэтому давайте не будем терять время. Поскорее объясните мои задачи на сегодня, – заявила она твердо и уверенно, словно и не было между ними сцены всего несколько минут назад.

Макс удивленно смотрел на нее, сбитый с толку столь внезапной переменой поведения.

Неужели ему показалось, что в ее взгляде промелькнули страх и беззащитность?

Нет, этого не может быть, он это видел.

Что ж, возможно, она просто не из тех, кто таит обиду, и не стала дуться на него за вполне заслуженный выговор. И ему это понравилось. Макс не смог бы работать с человеком, который воспринимал бы в штыки любое замечание со стороны босса.

Но ее потрясающая беспечность сбивала с толку, и он не мог понять, как теперь себя с ней вести. Стоит ли ему говорить о том, что он повел себя чересчур резко? Или же сделать вид, будто ничего не произошло, как это сделала она?

Что с ним такое? Это просто смехотворно. У него нет времени на пустые размышления.

Коротко кивнув ей, он обернулся и направился в сторону кабинета:

– Отлично, тогда приступим к работе.

Пытаясь унять нервную дрожь в руках и не расплескать горячий чай, Кара последовала за Максом в кабинет, готовясь выслушать инструкции на сегодняшний день.

Она понимала, что просто не имеет права демонстрировать свою слабость.

Пообщавшись с ним, она не сомневалась: если у него возникнет хоть тень сомнения, будто она не годится для этой работы, он тут же ее уволит. И она останется у разбитого корыта.

И это не должно было произойти с ней сегодня.

Ей необходима эта работа с хорошей зарплатой, кроме того, в будущем она рассчитывала получить от него отличные отзывы, как от настоящего профессионала, специалиста в сфере современного бизнеса, чтобы суметь устроиться в Лондоне. Остается лишь слушаться его во всем и терпеть брюзжание, пока не найдет другую, более подходящую работу. Она отослала свое резюме еще в две компании, и возможно, скоро ей повезет в другом месте. А пока надо изо всех сил стараться не подавать виду, что его грубые манеры и острый язык причиняют ей боль и лишают уверенности в себе.

Проблема в том, что Кара потеряла бдительность в первый рабочий день, когда Макс похвалил ее за то, что она знает себе цену, но вскоре выбил у нее почву из-под ног своим переменчивым настроением и вспыльчивостью.

Меньше всего ей хотелось работать с еще одним тираном.

Однако она понимала, что сегодня у него действительно был повод разозлиться на нее. Нельзя было болтать по телефону в самом начале рабочего дня. Причем самое обидное, что раньше она никогда не позволяла себе ничего подобного. Привыкла во всем четко следовать правилам: не торчала в Интернете, не болтала с друзьями по телефону в рабочее время, хотя в большом офисе это вполне могло остаться незамеченным.

Осторожно отхлебнув чай, она придвинула свой стул к столу Макса и приготовилась делать записи. На ее лице, как всегда, сияла ласковая улыбка.

Макс, похоже, снова обрел прежнее профессиональное самообладание и спокойно объяснил, что она должна сделать в течение дня. Кара невозмутимо записала его указания в блокнот. Закончив, он откинулся в кресле и внимательно взглянул на нее. От этого пристального взгляда по ее коже побежали мурашки.

– Сегодня я закончу работу пораньше, – заявил он, удивив ее неожиданной теплотой в голосе, – встречаюсь с другом, соответственно, вы сможете уйти уже в четыре часа.

Она изумленно вытаращила на него глаза, однако постаралась взять себя в руки:

– Замечательно. Большое спасибо.

Между ними повисла неловкая пауза, он продолжал смотреть на нее, вскинув брови и слегка поджав губы. Наконец открыл рот, словно собираясь объяснить, о чем думает, но в этот момент раздался резкий звонок будильника в его телефоне, предупреждающий о начале конференции.

К огорчению Кары, Макс моментально повернулся к монитору и, набрав номер телефона, включился в обсуждение деловых вопросов, как только на другом конце сняли трубку.

Несмотря на всю свою выдержку, Кара по-прежнему ощущала восторженный трепет, слушая, как он ведет дела. На следующий день, после того как предложил ей испытательный срок, Макс поставил рядом со своим столом небольшой столик специально для нее, и теперь скрыться от звука его голоса, звучавшего мягко и в то же время убедительно, было некуда.

Он и в самом деле отличный специалист в своем деле, несмотря на грубость и неотесанность.

Кара включила ноутбук и попыталась сосредоточиться на работе, изо всех сил стараясь не думать о том, как потрясающе было бы найти друга-мужчину, столь же страстного и преданного своему делу, как Макс, особенно после ее унизительных предыдущих отношений.

Однако несколько минут спустя она вспомнила о важном телефонном звонке, который так разозлил Макса, и все внутри у нее сжалось от волнения. Звонила подруга, чтобы сообщить о квартире, которую, возможно, удастся снять, именно поэтому Кара нарушила правила и ответила на звонок. Если бы удалось освободиться пораньше, она смогла бы опередить других желающих. И вот теперь это возможно, благодаря внезапному предложению Макса уйти с работы в четыре часа.

Но, если честно, ее немного удивило его решение закончить дела раньше обычного времени ради встречи с другом. Прежде он никогда так не поступал, продолжая работать даже после ее ухода и, в чем она не сомневалась, до поздней ночи. Об этом свидетельствовали темные круги у него под глазами. И вечная раздражительность.

Похоже, он самый настоящий трудоголик.

Посвятив целый час довольно утомительному вводу данных в компьютер, Кара встала из-за стола, чтобы приготовить им обоим кофе, понимая, что у Макса, который по-прежнему продолжал участие в конференции, наверняка пересохло в горле.

Вернувшись с дымящимися кружками, она снова уселась за стол и тут же увидела письмо от подруги, которая звонила утром насчет квартиры.

Гм. Похоже, это не предвещало ничего хорошего, ведь немного раньше та уже пересылала условия аренды.

С замирающим сердцем Кара открыла почту и прочитала сообщение. И от хорошего настроения не осталось и следа.

Квартиру уже арендовали.

У нее перехватило горло, на глаза навернулись непрошеные слезы. Кара торопливо встала из-за стола и ринулась в ванную, отчаянно стремясь скрыть подавленное настроение от Макса.

Глядя на себя в зеркало, она пыталась хоть немного успокоиться. Подруга Сара предложила пожить несколько дней у нее, так что на некоторое время будет крыша над головой. Но проблема в том, что подруга живет вместе со своим приятелем, заядлым тусовщиком, который будет не в восторге, если Кара станет третьим лишним в их крохотной квартирке.

При мысли о том, что в двадцать семь лет придется жить под одной крышей с незнакомым человеком, ей стало нехорошо. Кара понимала, что стоит немного снизить свои запросы, чтобы найти хоть какую-нибудь квартирку в центре Лондона.

Ничего, она справится. Несомненно, в скором времени удача улыбнется и все наконец наладится.

Ведь должно же и ей когда-нибудь повезти?

Глава 3

Придумав специально для Кары, что он собирается встретиться с другом, чтобы отпустить ее пораньше, Макс решил и в самом деле позвонить кому-нибудь из знакомых и пригласить выпить по кружке пива после работы. К своему собственному удивлению, он прекрасно провел вечер в компании старых друзей, которых давно уже не видел.

Уик-энд он, как обычно, посвятил работе, лишь время от времени прерываясь, чтобы перекусить чем-нибудь из щедрых припасов, оставленных Карой в холодильнике. И, несмотря на то что поначалу ему не понравился ее выбор, вскоре он с удивлением обнаружил, что многое из купленных угощений пришлось ему по вкусу. Все это было гораздо лучше тех готовых блюд, которые он привык заказывать на дом последние несколько месяцев.

Возможно, ему действительно не помешало бы, чтобы в доме какое-то время пожил другой человек, как и предложила Поппи во время их последнего разговора. Макс проигнорировал предложение снова начать встречаться с женщинами, он просто не готов к этому и сомневается, сможет ли вообще когда-нибудь обратить на кого-то внимание.

Они с Джемаймой влюбились друг в друга еще на первом курсе университета, их влечение было внезапным и страстным, и они по нескольку дней не появлялись на лекциях, поскольку не вылезали из постели. Они стали жить вместе сразу после окончания университета, сначала в Манчестере, затем в Лондоне. В детстве Максу пришлось постоянно переезжать из города в город, бесконечно меняя школы, следуя за своей странствующей матерью, пока наконец он не воспротивился и потребовал, чтобы она отправила его в школу-интернат. После всех скитаний он был счастлив обрести полный контроль над своей жизнью, дом и человека, который не заставлял его отказаться от друзей и привычной жизни, обрести покой, которого так не хватало.

Джемайма разделяла стремление к стабильности и смирилась с его антипатией к кардинальным переменам, проявив сочувствие и дружескую теплоту. Она окружила его заботой, и он был счастлив до того ужасного дня, когда ее не стало и жизнь погрузилась в непроглядный мрак всепоглощающего горя и тоски.

Сама мысль о том, чтобы найти женщину, которую он смог бы полюбить так же сильно, как Джемайму, казалась смехотворной. Никто и никогда не заменит его жену, не стоит даже и пытаться.

Да, он прекрасно проживет и один, у него есть бизнес и друзья. Этого вполне достаточно.

Решив проверить почтовый ящик, Макс вышел в холл и бросил взгляд на букет, который принесла Кара. В этот момент он отчетливо вспомнил ее лицо, когда резко отчитывал на кухне в пятницу утром.

При этом воспоминании сердце болезненно сжалось.

Довольно казнить себя за этот поступок. Он попытался загладить последствия своей грубости, хотя это и не помогло полностью вернуть прежнее выражение радости и счастья ее ярко-голубым глазам. На лице Кары застыла едва уловимая грусть, когда она уходила в пятницу. Тем не менее не стоит зацикливаться на размышлениях о том, как они оба чувствовали себя после того, что произошло. Ему с лихвой хватило подобных размышлений во время бесконечных встреч с психологами после смерти Джемаймы. Не стоит снова терзаться из-за каких-то незначительных разногласий с помощницей.

К счастью, Кара тоже не горела желанием об этом говорить.

Потирая ладонью лицо, он хмыкнул, удивляясь собственным мыслям. Снова. С ним явно что-то не так, если весь уик-энд он только и думает о своей помощнице.

Гм.

Опасения, что Кара станет отвлекать его от дел, похоже, подтвердились, и это ему совсем не понравилось. Правда, впереди еще несколько недель испытательного срока, а уж потом он постарается избавиться от нее. А пока надо сохранять спокойствие, иначе пострадает бизнес. А этого он никак не мог допустить.

Утро понедельника наполнило дом ярким солнечным светом и теплом, и у Макса тоже немного потеплело на душе.

Он как раз уселся за стол с первой утренней чашкой кофе, как в дверь позвонили.

Кара.

Распахнув дверь, он был поражен, увидев ее. Она выглядела так, будто всю ночь не сомкнула глаз. Под опухшими глазами залегли темные круги, лицо было бледным и усталым. Казалось, даже улыбка причиняла ей боль.

Неужели она всю ночь веселилась с друзьями?

Его хорошее настроение вмиг улетучилось, на смену ему пришло ощущение беспокойства.

– Хорошо провели уик-энд? – спросил он, когда она вошла в дом и сняла пальто.

Кара слабо улыбнулась:

– Неплохо, спасибо. Но у меня было много дел. Я почти не спала.

Гм. Похоже, она действительно все это время веселилась на вечеринках.

Но, несмотря на его подозрения, Кара весь день усердно работала. Единственный раз Макс заметил, как она зевнула, когда готовила им обоим крепкий кофе уже ближе к вечеру.

В конце рабочего дня она, как обычно, бодро попрощалась с ним, хотя на этот раз в ее улыбке не было прежней радости.

И к его великому ужасу, на следующий день она явилась на работу в том же состоянии.

И на следующий день тоже.

А в четверг утром, когда открыл ей дверь, Макс был готов поклясться, что почувствовал запах алкоголя, когда Кара проскользнула мимо него в дом. И выглядела она так, словно пила всю ночь напролет и даже не удосужилась принять утром душ. Засаленные, тусклые волосы были стянуты в тугой хвост.

Кроме того, постепенно ее состояние начало сказываться и на работе. Каждый день Макс обнаруживал все больше недочетов в заданиях, которые она выполняла. А ее когда-то безупречные ногти на руках стали совсем короткими и неровными.

Совершенно очевидно, что ее личные проблемы стали отрицательно сказываться на работе, а для него это недопустимо.

К четвергу он подумал, что стоит забыть о великодушии, и решил серьезно поговорить с ней о том, что происходит. Этому разговору мешали лишь непрерывные телефонные конференции, и из уважения к Поппи Макс решил дать Каре некоторое время, чтобы исправить свои ошибки.

Однако его терпение окончательно лопнуло, когда, зайдя на кухню, где она должна была готовить кофе, он обнаружил, что она спит за кухонным столом, положив голову на руки.

Макс негодующе смотрел, как мирно посапывает Кара, не ведая о его присутствии. Весь уикэнд он переживал, что был с ней груб в пятницу, и вот, пожалуйста, не прошло и нескольких дней, а она совершенно не готова к работе.

Теперь он не сомневался, что от ее присутствия здесь будет больше вреда, чем пользы.

– А ну-ка, просыпайся, Спящая красавица! – громко воскликнул он, почувствовав злобное удовлетворение, когда она резко подняла голову и обернулась к нему. На ее порозовевшей щеке отпечатался след от рукава.

– О! В чем дело? Неужели я спала? – пробормотала она, сонно хлопая глазами.

Скрестив руки на груди, он уперся в нее пристальным взглядом:

– Как младенец.

Она потерла ладонью глаза, размазывая косметику по лицу.

– Простите, я ждала, когда закипит чайник и на минутку закрыла глаза, чтобы отдохнуть, и, наверное, отключилась.

– Возможно, вам стоит научиться ложиться спать пораньше, – пробурчал он, и его руки задрожали от волнения. – Я нанял вас не за красивые глаза, Кара. Я плачу вам деньги и потому взамен требую полной отдачи. В первые несколько дней вам удалось меня убедить, что вы неплохо справляетесь со своими обязанностями, но теперь вижу, что ошибся в вас. – Он набрал полную грудь воздуха, готовясь сказать самое главное. – Я собираюсь вас уволить. Не могу и дальше терпеть в моем доме человека, который напивается каждый вечер, а потом оказывается не в состоянии работать.

У нее округлились глаза, она открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но не смогла издать ни звука.

Стараясь не обращать внимания на подступающее острое чувство вины, Макс ткнул в нее пальцем.

– И не стоит обещать, что этого больше не повторится, – выпалил он. – Я не идиот, хотя теперь мне кажется, что вам все-таки удалось обвести меня вокруг пальца.

К его огромному удивлению, вместо слез на ее лице вспыхнула ярость, и она в ответ указала на него дрожащим пальцем:

– Я не напиваюсь каждый вечер. К вашему сведению, сейчас мне негде жить, ночую у подруги. Однако ее друг, который не спит по ночам, устраивает вечеринки и играет в компьютерные игры до утра, не считается с моим присутствием. Вчера он явился пьяный и вылил на меня целую банку пива, когда я спала. А утром он заперся в ванной, и я не смогла принять душ.

Ее лицо раскраснелось от гнева, а он лишь стоял и молча смотрел на нее, не в силах вымолвить ни слова. Ее глаза сверкали, и она продолжала тыкать в него пальцем.

– Я из кожи вон лезла, чтобы вам угодить, терпела ваше ужасное настроение и старалась подстраиваться под вас, но больше не позволю относиться ко мне как к ничтожеству. Я живой человек, со своими собственными чувствами, Макс. Я пыталась сработаться с вами, вы и понятия не имеете, как сильно старалась. Но ничего не вышло. И похоже, это лишь очередной знак, что мне больше нечего делать в Лондоне. – Она развела руками и с трудом перевела дух. – И это после стольких лет упорного труда, чтобы построить карьеру, которой я смогла бы гордиться.

Глядя на ее расстроенное лицо, Макс вдруг почувствовал, как начинает отступать гнев, а на смену ему приходит жгучее ощущение стыда.

Конечно, она права: он вел себя враждебно и с ним было нелегко работать. А у нее сейчас, судя по всему, не самый удачный период в жизни, а он, как всегда, сделал вид, что его это не касается.

Макс нахмурился и тяжело вздохнул, не зная, что предпринять. И хотя не хотел лишних проблем, тем не менее после откровенного признания Кары просто не мог выгнать ее. Несмотря ни на что, он проникся уважением к женщине, которая не побоялась постоять за себя.

Сердце Кары едва не выпрыгивало из груди от волнения, когда она ждала, как Макс отреагирует на ее гневную тираду.

Неужели она только что накричала на него?

Раньше она никогда не позволяла гневу одержать над собой верх, но его несправедливое осуждение задело ее за живое, и она просто не смогла сдержаться.

Все эти дни она изо всех сил старалась улыбаться и терпеть его колкости, несмотря на то, что почти не спала и окончательно обессилела. А все это ни к чему не привело.

Кара потерпела очередную неудачу.

Страх, горечь и ужасная усталость заставили ее забыть обо всем и выпалить правду ему в лицо. И теперь, когда это произошло, Кара почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Она с ужасом понимала, что теперь не осталось шансов сохранить эту работу, но одновременно гордилась тем, что не побоялась высказать все, что о нем думает. Он не имеет права относиться к ней как к ничтожеству.

Это неправильно.

Она заслуживала большего уважения, хотя и поняла, что никогда этого не добьется, если и дальше продолжит безропотно сносить его грубость.

На предыдущей работе она долго обманывалась, позволяя своим гадким коллегам издеваться над собой. Но с Максом этот номер не пройдет.

Чего бы ей это не стоило.

И дело не в должности, она нашла бы и другую работу, только вот если сейчас она не поставит его на место, больше не сможет себя уважать.

Сердце бешено колотилось в груди, когда Кара наблюдала за вереницей чувств, отражавшихся на лице Макса. Он пока молчал об увольнении, и это давало крохотную надежду на то, что он еще передумает.

Скрестив пальцы за спиной, она уповала на чудо, чувствуя, как струйки холодного пота стекают по спине.

Тяжело вздохнув, Макс небрежным движением смахнул волосы со лба и взглянул на нее с прежним раздражением:

– Полагаю, вам негде жить с пятницы, ведь именно с понедельника и начались проблемы на работе?

Кара кивнула, чувствуя, как страшное напряжение сковывает плечи.

– Все воскресенье я перевозила мебель на склад. И с тех пор живу с подругой Сарой и ее приятелем.

– Но так не может продолжаться! – твердо воскликнул он.

Проглотив подкативший к горлу ком, она вскинула голову.

– Да. Знаю. Всю прошлую неделю я пыталась снять квартиру, но их моментально разбирают. Я просто не успеваю.

Макс скрестил руки на груди:

– И вам больше негде остановиться в Лондоне? У вас нет друга? Нет семьи?

Покачав головой, она выпрямила спину, из последних сил пытаясь сохранить самообладание. Она не сдастся и будет до конца смело смотреть ему прямо в глаза. А если он уволит ее, уйдет с гордо поднятой головой.

– Мои родители живут в Корнуолле, а у друзей в Лондоне просто нет места для меня. – Кара неловко поежилась, с тоской вспомнив свои последние неудачные отношения. – А с другом рассталась несколько месяцев назад.

Он пристально взглянул на нее и нахмурился.

В ожидании решения она изо всех сил боролась с противоречивыми чувствами, захлестнувшими ее.

– Хорошо. Вы можете пожить здесь, пока не найдете жилье.

Кара вытаращила глаза, не веря собственным ушам.

– Простите, что?

– Я сказал: вы можете остаться здесь, – повторил он, отчетливо произнося каждое слово. – У меня полно свободных комнат. Я живу на верхнем этаже, так что в вашем распоряжении весь третий этаж.

– Правда?

Он раздраженно закатил глаза к потолку и недовольно фыркнул:

– Да, правда. Или думаете, что я вас разыгрываю, изображая доброго волшебника?

Кара еще сильнее вытаращила глаза. Неужели он пошутил? Это его первая шутка за все время, что она с ним работает.

Макс махнул рукой:

– Не сомневаюсь, что скоро вы найдете подходящую квартиру, а пока мне необходимо, чтобы вы отдохнули и вернулись в свое прежнее отличное рабочее состояние.

Казалось, от удивления у нее глаза вот-вот вылезут из орбит.

Он признался, что доволен ее работой? Чудеса, да и только.

Но это открытие отвлекло от серьезного решения, которое она должна принять. Сможет ли она жить в доме босса? Пусть даже некоторое время.

А у нее что, есть выбор? При мысли, что снова придется вернуться в квартиру Сары и ее сумасшедшего дружка, все сжималось внутри. Если она отвергнет предложение Макса, остается лишь снять комнату в отеле, что ей не по средствам, или жилье в пригороде и каждый день проводить долгие часы в поездках из дома на работу и обратно. Это тоже не вариант.

Но как она будет жить здесь вместе с ним? При мысли об этом все внутри затрепетало, и дело даже не в сложном характере Макса. Все полторы недели их общения в его присутствии Кара чувствовала себя очень тревожно. Ее охватывало странное волнение, стоило лишь ощутить его запах. Наблюдая, как он двигается по дому, гибкий, сильный и хищный, она чувствовала, как по телу бегут мурашки. Хотя он никогда не давал ей повода подумать, что может представлять для нее угрозу. Судя по всему, она ни капельки не интересовала его как женщина. Точнее, он вообще видел в ней не женщину, а всего лишь автомат, отвечающий на телефонные звонки и занимающийся бумажной работой.

Поэтому Кара ни секунды не сомневалась, что у Макса не было тайных мотивов, когда он предложил пожить у него.

К сожалению.

Испорченная девчонка Кара.

– Что ж, если вы уверены, что я не стесню вас, – медленно произнесла она.

– Я уверен. Все в порядке. Мы должны договориться, что не будем вторгаться в личное пространство друг друга, но здесь много места, поэтому, думаю, проблем не возникнет. И все комнаты запираются, если вас это беспокоит.

Кара почувствовала, что ею начинают овладевать непристойные мысли, сердце бешено забилось.

Немедленно прекрати это, сумасшедшая.

– Меня это не беспокоит, – хрипло откликнулась она.

Макс кивнул.

– А ваша девушка не будет возражать, если я останусь? – осторожно поинтересовалась она.

– У меня нет девушки.

– Или ваша же…

– Я живу один, – отрезал Макс.

Что ж, все ясно, не стоит заводить разговор о его личной жизни.

Однако Кара удивилась, узнав, что у него никого нет. Многие женщины были бы счастливы добиться благосклонности человека с его внешностью, умом и деньгами. Хотя после многочисленных стычек она понимала, что его колючий характер вполне мог стать причиной одиночества.

– Если вы согласны, я прямо сейчас могу показать вашу комнату, – предложил Макс, выводя ее из задумчивости. – Сейчас вы точно не в состоянии продолжить работу, поэтому сегодня можете быть свободны. – Он развернулся и вышел из комнаты. Кара лишь ошеломленно смотрела ему вслед.

В этот момент она приняла окончательное решение.

– О! Хорошо. – Кара поспешила за ним, с трудом переставляя ноги. Как же сильно она устала. Все тело ломило после нескольких бессонных ночей, проведенных на продавленном диване в доме подруги.

Она поднялась следом за ним по крутой лестнице на третий этаж. Он прошел по коридору и остановился у третьей двери справа.

Распахнув дверь, жестом пригласил ее войти.

Проходя мимо него, она постаралась задержать дыхание, чтобы не ощущать свежий пряный запах, исходивший от его тела. Ее чувства и так напряжены до предела после испытаний сегодняшнего дня.

Это оказалась самая прекрасная спальня из тех, что ей доводилось видеть.

Солнечный свет лился в комнату сквозь огромное окно, обрамленное длинными французскими портьерами из плотного серого шелка. Убранство отличалось простотой и элегантностью, которых Каре никогда не удавалось добиться в своей квартирке. Каждая вещь в этом просторном, светлом пространстве была подобрана со вкусом и радовала глаз. Дизайнер по интерьерам поработал здесь на славу.

Глаза наполнились слезами, когда она заметила витиевато украшенный камин, располагавшийся напротив огромной кровати с железной спинкой. С трудом сдерживая желание упасть на кровать и с облегчением зарыться в мягкое пуховое одеяло, Кара на мгновение закрыла глаза, затем обернулась к Максу, который маячил в дверях с озабоченным видом.

– Какая красивая комната, спасибо вам. – Она неожиданно услышала дрожь в собственном голосе.

Макс нахмурился еще сильнее, сделав вид, что пропустил замечание мимо ушей.

– Располагайтесь. Вам стоит съездить к подруге и забрать вещи, потом у вас будет время устроиться здесь. А завтра утром приступим к работе.

– Хорошо, это прекрасная идея.

– Тогда я пойду. – Он повернулся, чтобы уйти.

– Макс?

Он обернулся:

– Да?

– Я вам очень благодарна за то, что позволили здесь остаться.

– Нет проблем. – Он резко развернулся и направился прочь, а она смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

Да, такого поворота событий Кара точно не ожидала, проснувшись утром в луже прокисшего пива.

Распростершись на кровати, она наконец позволила себе расслабиться, ощутить умиротворение и покой.

И как она сможет уйти из этой прекрасной комнаты, найдя подходящую квартиру?

Более того, как удастся жить под одной крышей с Максом и не сойти с ума?

Вспомнив о том, что надо съездить к Саре и забрать вещи, Кара заставила себя подняться с кровати своей мечты и глубоко вздохнула, собираясь с силами.

Есть только один способ найти ответы на все эти вопросы.

Глава 4

Если бы Макса спросили, почему он предложил Каре переехать к нему, он бы затруднился с ответом.

Он знал лишь, что не мог оставить все как есть. Судя по страстной исповеди, она изо всех сил пыталась справиться с трудностями, которые обрушила на нее жизнь. А ему ничего не будет стоить, если она несколько дней поживет в одной из свободных комнат в его доме.

В доме слишком много свободного места.

Кроме того, он, как хороший друг Поппи, считал, что должен помочь Каре в отсутствие ее кузины. Он по собственному опыту знал, насколько важна поддержка друзей во время нелегких жизненных испытаний, и понимал, что лишь благодаря друзьям смог пережить ужасную пустоту после смерти Джемаймы.

Глядя, как усердно Кара принялась за работу на следующий день, Макс радовался, что не уволил ее. Придя в форму, она стала ценным приобретением для его бизнеса, и, если честно, он чувствовал себя спокойнее, когда рядом находился другой человек, отвлекавший от лишних мыслей, которые не давали покоя в гулкой тишине пустого дома.

Они больше не говорили о том, что произошло, и это стало для него большим облегчением. Макс хотел, чтобы все было как прежде, без лишней суеты. Однако немного беспокоился, как они будут соседствовать в одном доме во время уик-энда. Днем он, как всегда, будет работать, но они должны сделать все возможное, чтобы не сталкиваться друг с другом по вечерам, чтобы избежать конфликтов.

Макс надеялся, что большую часть времени она проведет вне дома, занимаясь поисками квартиры или встречаясь с друзьями.

В шесть часов вечера он откинулся на спинку кресла и потянулся, пытаясь размять напряженные мускулы.

– Пора заканчивать, Кара.

Она обернулась, ее взгляд был задумчивым, словно мысли витали где-то далеко.

– Хорошо. Только доделаю кое-что. – Она еще некоторое время торопливо стучала по клавишам, затем радостно захлопнула крышку ноутбука.

– Что ж, отлично. Начинаем уик-энд. – Она весело улыбнулась ему.

Макс замер:

– Надеюсь, вы не собираетесь устраивать вечеринку с друзьями в этом доме.

Выражение ее лица тут же сделалось серьезным, и Кара покачала головой:

– Конечно нет. Я не это имела в виду.

– Гм.

Ее губы слегка скривились.

– Похоже, у вас создалось обо мне неправильное впечатление. Я не люблю попойки и ночные тусовки. Это не мой стиль жизни.

– Хорошо. – Он поднял руки. – Вообще-то это не мое дело, вы можете отсутствовать по ночам во время уик-энда, мне все равно, – заявил он, но, представив, как она развлекается где-то в ночном городе, ощутил странную тяжесть в груди.

Успокойся, дружище, ты ей не хозяин.

– Если, конечно, это не будет отражаться на вашей работе, – быстро добавил он.

– На самом деле, – заявила она, откинувшись на кресле и обхватив его спинку изящной рукой, – я хотела угостить вас сегодня ужином, чтобы отблагодарить за то, что позволили мне пожить здесь.

Макс не понимал, почему вдруг стало неловко. Возможно, этот дружеский ужин стер бы границы между боссом и помощницей.

– Это очень мило с вашей стороны, но у меня планы на сегодняшний вечер, – солгал он, вспомнив о приятеле Дэне, приглашавшем его как-нибудь провести время вместе. Даже если Дэн будет занят, наверняка найдется еще кого-нибудь для совместного ужина. Ему необходимо найти предлог, чтобы улизнуть от Кары.

– И не стоит благодарить меня за то, что позволил вам здесь остаться. Любой нормальный человек на моем месте поступил бы точно так же.

Ее лицо немного вытянулось, и Кара слегка наклонилась вперед, сжав ладони.

– Ладно, тогда я ненадолго выйду купить себе что-нибудь на ужин, так что, возможно, еще увидимся. – Она снова натянула на лицо улыбку и откатилась на кресле от его стола.

– На самом деле я уже ухожу и, возможно, вернусь очень поздно, так что увидимся завтра.

Ее улыбка потухла.

– Хорошо. Приятного вечера.

Это просто смехотворно. Меньше всего он хотел, чтобы они чувствовали себя неловко, живя под одной крышей.

Макс глубоко вздохнул и откинул волосы со лба.

– Послушайте, Кара, не думайте, что вы должны все время находиться рядом со мной, пока живете здесь. Не стоит нам с вами все время мозолить друг другу глаза. Живите как хотите.

Очевидно, слова прозвучали немного резко, потому что Кара немного попятилась от него.

– Понимаю. – Затем она встала, неуклюже подтолкнула кресло к своему столу и произнесла уже знакомым ему преувеличенно веселым тоном: – Приятного вечера!

И не дожидаясь его ответа, распрямила плечи и вышла из комнаты. Макс понял, что обидел ее.

Великолепно. Только этого не хватало.

Он потер ладонью лицо. Возможно, он ошибся, предложив ей остаться здесь.

Но как он мог ее выгнать?

Оставалось надеяться, что в скором времени Кара подыщет себе другое жилье.

* * *

К своему удивлению, он почти не видел ее следующие два дня. Очевидно, она послушалась его и старалась не попадаться ему на глаза, стараясь как можно реже бывать дома.

Однако, как ни странно, ее отсутствие раздражало.

И почему они никак не могут понять друг друга? Конечно, у них разные темпераменты, но главная проблема не в этом. Их словно разделяет какая-то неведомая сила.

В воскресенье, устав от тягостной тишины, царившей в доме, он отправился на прогулку в Гайд-парк. Зайдя пообедать в небольшое кафе у самой воды, где они любили бывать с Джемаймой в выходные, ощутил, как болезненная тоска сжала сердце, когда воспоминания обступили со всех сторон. Здесь все было как прежде.

Кроме пустого кресла напротив.

Он отпил из своего бокала, чувствуя отвращение из-за нахлынувшей жалости к самому себе. Ему крупно повезло. Это его впереди ждало большое будущее. А доброй, бескорыстной жены больше нет. Женщины, которую все любили. Она была одной из тех немногих, кто, по его мнению, заслуживал долгой и счастливой жизни.

Вернувшись домой ближе к вечеру, он сразу почувствовал запах духов Кары.

Значит, она уже дома.

Закрыв глаза, Макс вдруг явственно ощутил ее присутствие, словно невидимые нити связали их между собой.

Или же он все преувеличивает?

Возможно.

В тот момент, когда она согласилась переехать сюда, у него возникло странное предчувствие чего-то неизбежного, и, возможно, именно это ощущение до сих пор не давало покоя.

Сняв пальто и туфли, Макс направился в гостиную и обнаружил на рояле огромный букет цветов. Он поморщился, вспомнив, что Кара начала заводить здесь свои порядки, едва переступив порог дома.

Он со вздохом провел рукой по волосам, пытаясь унять раздражение. Это всего лишь цветы. Надо успокоиться, иначе он просто сойдет с ума. Джемайма посмеялась бы, узнав, что он изводит себя из-за подобных пустяков. Макс почти слышал в ушах ее дразнящий голос.

Внезапный шум заставил его вздрогнуть. Резко обернувшись, он увидел Кару, стоявшую на пороге комнаты в потертых джинсах и мешковатом свитере. На лице ни капли макияжа, ярко-голубые глаза сияют в теплых лучах предзакатного солнца. Ему вдруг показалось, что от нее исходит сияние какой-то неземной красоты, волосы мягкими волнами струились вокруг лица, молочная кожа поражала своим утонченным великолепием. Его охватило странное смятение. Макс вдруг понял, что где-то в глубине души ему ужасно хочется, чтобы на ее месте оказалась Джемайма, а потому его приветствие прозвучало более угрюмо, чем он хотел.

Доброжелательная улыбка погасла, и Кара, взглянув на свои ладони, нахмурилась, словно борясь с искушением начать грызть ногти. А когда подняла голову, улыбка вновь озарила ее лицо.

– Сегодня чудесный день, правда? – Она указала в сторону рояля. – Я надеюсь, вы не возражаете, но яркое весеннее солнце вдохновило меня на покупку цветов, которые я расставила в некоторых комнатах. В вашу комнату, конечно, не заходила. Мне хотелось немного оживить дом яркими красками и таким образом поблагодарить вас за гостеприимство, хотя вы и сказали, что не стоит этого делать.

– Да, конечно. Это замечательно, – только и смог из себя выдавить Макс. По какой-то непонятной причине он вдруг ощутил странный жар и испугался, что вот-вот не выдержит и взорвется, дав волю эмоциям.

– Да, и еще я перестелила белье на кровати в комнате по соседству с вашей спальней. Она выглядела так, будто там давно не убирали. Я пропылесосила комнату, там было очень пыльно.

Жар сменился волной ледяного ужаса.

– Что вы сделали?

Ярость в голосе, очевидно, испугала ее, потому что она вздрогнула и широко раскрыла глаза.

Но сейчас Макса меньше всего беспокоило, что он мог обидеть Кару.

Не дожидаясь ответа, он ринулся мимо нее и вверх по лестнице, чувствуя, как болезненно сжимается сердце.

Пожалуйста, только не эта комната.

Добравшись до площадки верхнего этажа, он распахнул дверь, заглянул в безукоризненно чистую комнату, вдохнул свежий запах чистящего средства, и у него перехватило горло.

Кара сняла простыни с кровати.

Все, что напоминало ему о прошлом, теперь безжалостно стерто и выстирано. Постель застелена чистым бельем.

Макс услышал за спиной тяжелое дыхание Кары, спешившей за ним, резко повернулся к ней навстречу, требуя ответа, не в силах сдержать безумный гнев:

– Где старые простыни с этой кровати, Кара?

Она страшно побледнела:

– Что я сделала не так?

– Простыни, Кара, где те простыни?

– Я их постирала, – прошептала она, боясь встретиться с ним взглядом. – Они в сушилке.

Это конец. Она разорила комнату Джемаймы.

Макс ощутил ужасную горечь, увидев искреннее смятение в ее широко раскрытых глазах. Эта женщина настоящая ходячая катастрофа, и с тех пор как здесь появилась, у него от нее одни неприятности.

В бессильной ярости он шагнул к ней.

– И почему вы всюду суете свой нос? А? Что с вами такое? Это ваше желание во всем мне угодить выглядит просто фальшиво. Вы кажетесь такой жалкой. И не смейте трогать мои личные вещи, ясно? Неужели я так много прошу?

Кара застыла на месте, глядя на него остекленевшими глазами, и крепко стиснула зубы, даже он заметил, как напряглись мускулы на ее лице, но на этот раз не стала кричать на него, а громко всхлипнув, резко развернулась и пошла прочь.

Он слышал ее тяжелые шаги на лестнице, потом она резко захлопнула дверь в свою комнату, и этот звук резкой болью отозвался в его душе. Глядя на пустую кровать, он почувствовал, как гнев, горечь и стыд захлестывают его изнутри, оставляя вокруг ледяную пустоту.

Он закрыл глаза и медленно опустился на кровать, отдавшись на волю своему горю.

О господи, почему это опять происходит со мной? Почему?

Кара обхватила себя руками, прижавшись лбом к прохладной стене спальни, дожидаясь, когда отступят головокружение и тошнота, чтобы собрать свои вещи и уйти.

Почему с ней всегда происходит такое? Она постоянно попадает в ситуации, которые не в состоянии исправить, и единственным выбором остается лишь сдаться и обратиться в бегство.

А она так не хочет этого сейчас.

И вообще, необходимо защитить себя. Она просто не может находиться рядом с человеком, который постоянно унижает ее, которому наплевать на ее чувства. Даже Эван не был таким жестоким, когда стало понятно, что она не соответствует его представлениям об идеальной девушке. Никогда раньше Кара не видела такого отвращения на лицах других людей. При одном воспоминании об этом у нее снова закружилась голова.

Она ни за что не останется в доме, где в любой момент может снова увидеть этот ужасный взгляд. Лучше уж вернуться к родителям и признать, что у нее ничего не получилось. Проще пережить их разочарование, чем отвратительное отношение Макса.

Никогда раньше она не встречала столь вспыльчивых людей. В чем его проблема? У него есть все, что только можно пожелать: прекрасный дом в одном из самых престижных районов Лондона, успешный бизнес, друзья, которые приглашают на ужин, наверняка полно денег, чтобы вести беззаботную жизнь. На самом деле чем больше она об этом думала, тем сильнее начинала злиться.

Как вообще он смеет говорить с ней в таком тоне? Конечно, пару раз она была не в лучшей форме, но остальное время работала не покладая рук, исправила все свои ошибки. И пыталась поднять ему настроение, сделать его дом чуточку уютнее. Ведь только так, по ее представлениям, можно отблагодарить человека, у которого есть все, что только душа пожелает. И что в этом плохого? Да, она порой перегибала палку, пытаясь порадовать других людей, но сейчас не сделала ничего особенного. Всего лишь прибрала в пустой гостевой комнате.

Или она ошибалась?

Странная реакция Макса не давала ей покоя.

Небольшая уборка в комнате не может являться причиной столь необузданной ярости.

Да.

Он агрессивен и груб, ей лучше держаться от него подальше.

Когда головокружение окончательно отпустило, Кара аккуратно собрала и сложила в чемодан вещи, изо всех сил пытаясь не обращать внимания на ком в горле и горячие слезы, подступавшие к глазам.

Она понимала, что ей очень повезло найти работу у такого блестящего специалиста, как Макс, да, кроме того, остаться жить в его доме. Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Хотя она не собиралась скрыться, трусливо поджав хвост. Придется еще раз смело взглянуть в глаза Максу, иначе она никогда себе этого не простит. Это не он выгоняет ее, а она уходит по собственному желанию.

Глубоко вздохнув, Кара распрямила плечи и натянула на лицо привычную маску спокойствия и уверенности.

Что ж, пришло время для последнего противостояния с ним.

Кара нашла Макса в той же комнате, где и оставила. Он сидел на кровати, обхватив голову ладонями и бессильно опустив плечи.

Когда она вошла, он взглянул на нее с выражением такой муки на лице, что Кара растерялась.

Что происходит? Она думала, что он все еще злится, а он выглядит совершенно разбитым.

Неужели сожалеет о том, что наговорил?

Внутренне одернув себя, она сделала шаг ему навстречу. Это уже не имеет никакого значения, ему не удастся загладить последствия своего ужасного поведения. Уже не первый раз он относился к ней с пренебрежением, и она больше не собирается это терпеть.

Расправив плечи, Кара подошла еще ближе, чувствуя, как от напряжения трясутся колени.

– Так больше продолжаться не может, Макс. Я не могу жить в доме, где постоянно опасаюсь что-то сделать не так и разозлить вас. Не знаю, в чем я провинилась и что заставило вас вести себя со мной подобным образом, однако не позволю вам и дальше унижать меня. Больше не желаю быть жертвой. – Она с трудом перевела дух. – Я ухожу. И с работы тоже.

В его глазах вспыхнуло раскаяние, и ее сердце болезненно сжалось. Кара понимала, что должна быть сильной и наконец прекратить эти мучения.

– Прощайте, Макс, и удачи!

Она отвернулась, пряча навернувшиеся на глаза слезы. Ей показалось, или пружины кровати заскрипели?

Макс резко встал. Но Кара не обернулась.

Она уже почти спустилась, как вдруг услышала его голос за спиной:

– Подождите, Кара!

Повернувшись к нему, она выставила вперед руку, предупреждая, чтобы он не приближался к ней. Неожиданно для себя поняла, что, несмотря на гнев, она отчаянно желала услышать от него слова раскаяния и сожаления, желала поверить, что на самом деле он не чудовище, каким она привыкла его считать.

– Я больше не могу ходить вокруг вас на цыпочках, Макс. Я больше этого не выдержу.

У нее просто не осталось сил.

Он неуклюже опустился на верхнюю ступеньку и положил локти на колени. Вся его поза выражала отчаяние.

– Не уходите, – тихо попросил он.

– Я должна.

Подняв голову, он уставился на нее невидящим взглядом:

– Я знаю, что последнее время вел себя ужасно. Здесь дело не в вас, Кара, а лишь во мне. Пожалуйста, выслушайте меня. Я должен объяснить, что происходит, чтобы вы не думали, будто в чем-то виноваты. – Он вздохнул и провел ладонью по волосам. – Меньше всего я хотел, чтобы это произошло.

Кара помедлила. Почему бы и не выслушать его, ведь тогда она сможет понять, почему у них ничего не получилось, и уйти со спокойной душой.

Между ними повисла неловкая тишина.

– Хорошо, – наконец согласилась она.

Макс кивнул:

– Спасибо. – Поднявшись со ступеньки, он махнул рукой вниз: – Давайте спустимся в гостиную.

Кара уселась на краешек дивана, думая, что он устроится в кресле напротив, но Макс удивил ее, устроившись рядом. Откинулся на подушки, шумно вздохнул, и от этого звука по ее телу побежали мурашки.

– Все это покажется вам странным.

Кара повернулась к нему и нахмурилась.

– Итак. – Она и не пыталась скрывать волнение в голосе.

– Эту комнату не убирали с тех пор, как полтора года назад умерла Джемайма, моя жена.

Ледяной ужас сковал тело, мурашки побежали по телу и, словно тысячи раскаленных иголок, впились в кожу.

– А мне казалось, вы говорили… – Все поплыло у нее перед глазами. – Вы никогда не рассказывали… – Кара отчаянно пыталась подобрать нужные слова. Все неожиданно встало на свои места: его постоянно мрачное настроение, нежелание говорить о своей жизни, страшный гнев, когда она трогала его вещи. Боль пронзила ее сердце.

Это дом его жены.

Макс отвернулся и уставился на противоположную стену. Выпрямился и сжал кулаки, из последних сил пытаясь быть откровенным.

– Я просто не мог заставить себя там убрать.

Он умолк. Кара заметила, как беспомощно поднялись и опустились его плечи.

Он глубоко вздохнул:

– Я имею в виду постель. Она по-прежнему хранила ее запах. Я позволил ее матери забрать одежду и личные вещи Джемаймы, но постель принадлежала только мне. Это последнее место, где мы были рядом, прежде чем я потерял ее. Прежде чем она умерла.

– О господи, Макс. Мне так жаль. Я и понятия не имела.

Он сухо усмехнулся:

– Откуда вам об этом знать? Я изо всех сил старался избегать этого разговора с вами. – Он поморщился. – Просто, честно говоря, разговоров об этом хватило на всю оставшуюся жизнь. Мне почему-то казалось, что, если вы ничего не будете знать, я смогу притвориться, что в моей жизни и не было места этому ужасу. С тех пор как я потерял Джемайму, меня спасала только работа, и вот теперь появились вы, абсолютно нормальная и жизнерадостная, встряхнули мой привычный мир, полный печальных воспоминаний и боли.

Он снова обернулся к ней:

– Мне следовало все вам рассказать, Кара, особенно после того, как вы переехали сюда, но никак не решался. – Он умолк и с трудом сглотнул ком в горле. Боль в его глазах казалась невыносимой.

Кара не выдержала и ласково коснулась его руки. Он нахмурился, взглянув на ее руку, и, казалось, воздух раскалился от странного, неожиданно вспыхнувшего притяжения между ними.

Ощутив жар, исходивший от его тела, Кара смущенно отдернула руку и положила ее на колени.

– Очень мило с вашей стороны считать меня нормальной, – заметила она с улыбкой, надеясь, что легкомысленное замечание позволит сгладить неожиданно возникшее между ними непонятное напряжение.

Макс ласково усмехнулся, словно одобряя неудачную попытку пошутить.

И как это ей раньше не приходило в голову, что у него такое горе? Теперь она видела отчетливые следы тоски в мрачных линиях на его лице и в его потерянном взгляде.

Все просто. Кара настолько сосредоточена на собственных проблемах, что даже не задумалась, почему Макс все время вел себя так странно.

А она еще думала, что у него есть все, что душа пожелает.

Как же она ошибалась.

Они некоторое время сидели молча, тишину комнаты нарушало лишь тиканье часов на камине, словно мерное сердцебиение в царящем вокруг хаосе.

– Как она умерла? – в конце концов спросила Кара, прекрасно понимая, что он больше не станет заводить разговор на эту тему, и хотела узнать сразу все, чтобы в дальнейшем избежать недосказанности и проблем.

Знакомый вопрос, казалось, покоробил его.

– У нее случилось субарахноидальное кровоизлияние. Это когда лопается сосуд в мозгу, – пояснил он, когда она ошеломленно уставилась на него. – Это произошло на годовщину нашей свадьбы. Как гром среди ясного неба. Я торопился на праздничный ужин и вдруг получил сообщение, что она потеряла сознание в ресторане. Когда я приехал в больницу, ей стало хуже, она даже не узнала меня. А через две недели умерла. Я даже не смог с ней попрощаться. – Он вздохнул. – Последнее, что я сказал ей, уходя на работу в тот злополучный день: «Перестань ворчать. Я не опоздаю в ресторан».

Прежде чем снова заговорить, Кара с трудом проглотила ком в горле.

– Поэтому вы не хотели, чтобы я уходила, обидевшись на вас. – Она снова коснулась его руки и едва заметно стиснула, чувствуя себя потерянной. – О Макс, мне так жаль. Как это ужасно.

Он откинулся на подушки, словно пытаясь отделаться от ее прикосновения, и уставился в потолок.

– Я часто думаю, вот если бы уделял ей больше внимания, смог бы заметить какие-либо признаки болезни. Но я был поглощен работой.

Кара не знала, что сказать, чтобы утешить его, хотя, возможно, здесь просто нечего сказать. Иногда ответы и решения просто не нужны, зато необходим человек, который молча выслушает и согласится с тем, что жизнь – жестокая штука.

Макс обернулся и взглянул на нее, его губы сжались в тонкую линию.

– Послушайте, Кара, я вижу, что ваше желание помочь исходит из благих побуждений. Вы добрый и хороший человек, гораздо лучше, чем я. – Он грустно улыбнулся, она улыбнулась в ответ. – Я долго жил здесь один и стал очень ревностно относиться к моему личному пространству. – Он потер ладонью лицо. – И это был дом Джемаймы, она все здесь обустраивала по собственному вкусу. – Он посмотрел ей прямо в глаза, на его лице появилось примирительное выражение. – Мне просто необходимо время, чтобы привыкнуть к тому, что здесь живет еще кто-то, кроме меня. И хотя со стороны все выглядело иначе, меня очень тронули ваши знаки внимания.

При упоминании о знаках внимания Кара почувствовала, как все болезненно сжалось у нее внутри.

– Мне правда очень жаль, Макс. Я прекрасно понимаю, почему вам не понравилось, что я трогаю вещи Джемаймы. Очевидно, я была так рада поселиться в этом чудесном доме, что немного забылась. Я всего лишь гость, и это только ваш дом. Это было очень эгоистично с моей стороны.

Макс покачал головой:

– Я не хочу, чтобы вы корили себя. Пока вы здесь, это и ваш дом тоже.

Кара нахмурилась и уставилась в пол, неожиданно обратив внимание, какими поношенными и нелепыми выглядели ее старые тапочки на роскошном светло-бежевом ковре.

В этом-то и вся проблема. Это не ее дом, и никогда им не станет. Она здесь совершенно лишняя.

От этой мысли она почувствовала себя гораздо хуже, чем когда ушла с предыдущей работы.

– Вам еще не удалось подыскать подходящую квартиру? – поинтересовался Макс, чтобы нарушить повисшую между ними давящую тишину.

– Пока нет, но на завтра у меня назначена встреча с владельцем одной квартиры, к тому же каждый день появляются новые объявления. Скоро непременно что-нибудь найду, я уверена. – Она из последних сил натягивала на лицо фальшивую улыбку.

Макс медленно кивнул, но ничего не ответил.

Поежившись от захлестнувшего ее чувства неловкости, Кара встала:

– Мне надо идти.

Он нахмурился.

– Что вы имеете в виду? Куда вы пойдете?

– Обратно к Саре. Думаю, так будет лучше.

Макс тоже встал и поднял руку, словно хотел прикоснуться к ней, но передумал и засунул руку в задний карман джинсов.

– Послушайте, не уходите. Я постараюсь вести себя мягче, обещаю. Я срывал на вас раздражение, да, это несправедливо.

– Я не знаю, Макс. – Она просто не может здесь оставаться. Впрочем, почему нет?

Заметив ее колебание, он наклонился вперед и посмотрел ей прямо в глаза:

– Мне нравится, когда вы рядом. – На его лице появилась беспечная легкость, и Кара почувствовала, что сейчас видит перед собой истинного Макса. Человека, скрывавшегося под маской отчужденности и ледяного спокойствия с того дня, как они начали вместе работать.

Странное тепло разлилось по ее телу.

– Правда? А мне показалось, будто с тех пор, как я здесь появилась, у вас от меня одни неприятности.

Макс снова усмехнулся, на его лице мелькнула улыбка, пожалуй, единственная за все время, что она его знает. Лицо преобразилось. Кара ощутила, как ее захлестывает искренняя радость.

– Да, с вашим появлением здесь произошло много событий.

Кара не удержалась и улыбнулась в ответ, несмотря на стойкое ощущение, что начинает терять контроль над ситуацией.

– Останьтесь. Прошу вас.

Ее сердце сжалось при взгляде на него. Раньше она не видела его таким. Как ни странно, на его лице засияла надежда.

Несмотря на голос разума, советовавший убраться восвояси, она понимала, что не сможет просто так оставить его после того, как он раскрыл перед ней душу. Теперь она знала, что причиной тяжелого характера стала глубокая затаенная боль и не стоит оставлять его наедине с мучительными воспоминаниями, со всех сторон обступающими в этом огромном пустом доме.

Казалось, они оба необходимы друг другу.

Им удалось разрешить проблему в отношениях, и она почувствовала радостное облегчение.

– Хорошо. – Кара ободряюще улыбнулась. – Я останусь. Но при одном условии.

– И каком?

– Вы будете говорить со мной, когда почувствуете раздражение, как с человеком, а не просто как со своей подчиненной. И позволите мне помогать вам. – Она скрестила руки на груди и вызывающе вскинула бровь.

Макс усмехнулся:

– И какую помощь вы можете предложить?

– Не знаю. Возможно, удастся развеселить вас, если позволите мне.

– Развеселить? Это слово вам очень подходит.

– Ну, кто-то же должен поддерживать позитивное настроение в этом мрачном доме. – Она замерла, опасаясь, что зашла слишком далеко в своих замечаниях, но, осторожно взглянув на него, заметила, что он улыбается, хотя и немного смущенно.

Кара почувствовала огромное облегчение. Больше всего она боялась сейчас все испортить, сказав что-нибудь неуместное, сейчас, когда отношения между ними начали постепенно налаживаться. На самом деле ей необходимо обсудить с ним все мелочи, чтобы больше не осталось недомолвок и непонимания.

– Послушайте, мы можем договориться, что впредь вы будете предельно честны со мной, а я обещаю всегда быть честной с вами?

Он озадаченно взглянул на нее:

– Почему? Вы хотите мне в чем-то признаться?

Кара подумала было о том, чтобы рассказать ему, что солгала о причине увольнения с предыдущей работы, но отмахнулась от этой мысли. Не все сразу. Не стоит говорить об этом сейчас, эта история кажется ничтожной и нелепой по сравнению с тем, что рассказал он, и она лишь упадет в его глазах.

– Нет, нет! Ничего! Просто к слову пришлось.

Он фыркнул, закатив глаза к потолку, и криво ухмыльнулся:

– Что ж, мисс Давайте Все Уладим, честность так честность. Договорились.

Глава 5

Стоило Максу подумать, что жизнь начинает понемногу налаживаться, как неожиданно грянули новые неприятности. На этот раз под угрозой оказался его бизнес.

Просматривая в понедельник утром электронную почту, он обнаружил письмо от своего давнего и наиболее прибыльного клиента, который сообщал, что желает отказаться от услуг фирмы Макса.

Кара с двумя кружками кофе вошла в комнату как раз в тот момент, когда он дочитывал письмо. По его озабоченному лицу она сразу поняла, что случилось что-то неприятное.

– Макс? Что произошло?

– Наш самый важный клиент угрожает разорвать контракт.

Ее глаза удивленно округлились.

– Почему?

– Думаю, это дело рук кого-то из наших конкурентов. Последнее время у меня не нашлось времени повстречаться с этим клиентом. Я не уделял их компании должного внимания, вот они и нашли мне замену.

– Это возможно как-то исправить?

– Да. Если я поеду к ним сегодня и объясню, почему для них будет выгоднее работать со мной.

– Отлично. – Она торопливо подошла к своему столу, включила компьютер и деловито застучала ноготками по клавишам. – Через сорок минут отходит поезд до Манчестера. Идите и соберите вещи, а я вызову такси и закажу билет. Вы можете позвонить мне позже из поезда и дать указания на сегодня.

Макс вздохнул, провел ладонью по волосам, чувствуя, как напряжение сковывает виски.

– Мне не хватит сегодняшнего дня, чтобы уладить проблему. Возможно, придется задержаться там на неделю.

– Оставайтесь столько, сколько понадобится.

Покачав головой, он махнул рукой в сторону компьютера:

– К концу четверга мне необходимо закончить вот этот проект, не говоря уже о других многочисленных клиентах, которым тоже надо уделить внимание на этой неделе.

– Предоставьте это мне. Если вы оставите мне папку со своими предыдущими проектами и список вопросов, на которые необходимо ответить, я сделаю кое-какие наброски, вам останется лишь все проверить и внести необходимые поправки. И не беспокойтесь о других клиентах, я сумею справиться с большим количеством вопросов и перенести некоторые встречи на следующую неделю. Если возникнет что-то срочное, непременно сообщу вам.

– Вы уверены, что справитесь? Слишком много дел для человека, который только недавно приступил к работе.

– Я справлюсь. – Она выглядела столь уверенно, что он не решился спорить.

Конечно, Максу было нелегко оставить бразды правления бизнесом и довериться ей, но другого выхода не оставалось, иначе можно просто потерять контракт. Нельзя лишиться благосклонности этой компании сейчас, когда бизнес начал стремительно развиваться. Он не мог спасовать перед конкурентами и новыми потенциальными клиентами. Необходимо излучать уверенность и убедительность, чтобы добиться успеха.

– Хорошо. – Он встал и, взяв свои ноутбук и зарядное устройство, направился к двери. – Спасибо, Кара. Я позвоню вам из поезда.

Обернувшись, он увидел, что она застыла на месте, скрестив руки на груди и глядя ему вслед широко раскрытыми глазами. Ее щеки пылали.

Остановившись на мгновение, Макс вдруг подумал, что слишком много взвалил на ее плечи, но отмахнулся от этой мысли. Она сама это предложила и прекрасно знает, на что идет.

Теперь они одна команда.

К огромному облегчению, Кара за время его отсутствия прекрасно справлялась со всеми своими обязанностями в Лондоне, регулярно отправляя по электронной почте варианты проектов, которые он раньше писал по вечерам, чтобы уложиться в установленные сроки. У нее отлично получалось выискивать необходимую информацию, и она прекрасно копировала его стиль изложения.

Кроме того, ей удалось скрыть отъезд Макса, отправив от его имени букет цветов и карточку с поздравлениями на день рождения его матери. А он, к своему великому стыду, совсем об этом забыл, опасаясь потерять важного клиента.

Ему не хотелось разрушать теплые отношения, которые им с матерью лишь недавно и с таким трудом удалось восстановить, и он был несказанно благодарен Каре за ее предусмотрительность и заботу.

Она действительно великолепно справлялась с работой.

На самом деле, услышав, как ее хвалят клиенты, обращавшиеся к ней за помощью в его отсутствие, Макс начал понимать, как ему повезло заполучить ее к себе в помощницы. Он не сомневался, что при желании она могла бы спокойно найти работу с куда более достойной зарплатой.

И потому снова задумался, почему она этого не сделала.

Но какова бы ни была причина, при мысли о том, что он может лишиться столь ценного сотрудника, становилось не по себе. И хотя он по-прежнему считал, что ее стоит уволить в конце испытательного срока, в голову то и дело закрадывалась мысль, что это станет большой ошибкой.

Над этим необходимо поразмыслить – и серьезно.

Если честно, Макс был рад оказаться вдали от Кары и от дома. Возможность спокойно обдумать их последний разговор пришлась ему как нельзя кстати. Она оказалась первым человеком вне круга его близких друзей, которому он во всех подробностях рассказал, что произошло с Джемаймой, и это сильно изменило отношения между ними. Надо отдать должное Каре, она не пыталась утешить его разными нелепыми способами, и он ей за это благодарен. Правда, Макс чувствовал себя неловко из-за своей излишней откровенности.

И в то же время появилось ощущение, будто гора с плеч свалилась. Отчасти потому, что наконец рассказал Каре о Джем. Ему казалось, что, умалчивая о смерти жены, он делает из этого какую-то постыдную тайну. Кроме того, его предрассудки насчет комнаты Джемаймы переходят все границы, ведь уборка в комнате не могла изгнать воспоминания о любимой женщине. Она по-прежнему оставалась в его мыслях и сердце. И потому, хотя и разозлился сначала, теперь Макс был благодарен Каре за то, что она помогла ему взглянуть на проблему с другой стороны.

Казалось, впереди забрезжил луч света.

Когда он вернулся в пятницу к обеду, довольный тем, что сумел удержать клиента, Кары дома не оказалось. Макс распаковал вещи, сделал несколько звонков, принял душ. И лишь потом спустился.

Войдя в кухню, он увидел Кару стоящей у раковины спиной к нему. Она мыла кружку. Он некоторое время молча смотрел на нее, затем улыбнулся, услышав, что она тихо напевает какую-то песенку. Ее стройные бедра покачивались в такт незатейливой мелодии. А у нее, оказывается, красивый голос, нежный и мелодичный. Неожиданно Макс почувствовал, как по телу начинает разливаться странное приятное тепло. В этом доме уже давно никто не пел, и было в ее голосе что-то чистое и светлое. По коже побежали мурашки, и его охватила острая тоска.

Но ведь не по Каре, не правда ли? По тем временам, когда его жизнь была проще и радостнее. Когда он был счастлив.

Встряхнувшись, он торопливо вошел в комнату, чтобы она не догадалась, что он подглядывал за ней.

– Привет, Кара.

Она подпрыгнула на месте и умолкла, резко обернулась к нему, прижав руку к груди. Выглядела посвежевшей и хорошо отдохнувшей, хотя в глазах застыла странная настороженность.

– Макс! Я не слышала, как вы вошли.

– Я был наверху, принимал душ и звонил клиентам. Приехал около часу назад.

Она кивнула, обретая прежнее самообладание.

– Как все прошло в Манчестере?

– Отлично. Мне удалось сохранить клиента. А как дела здесь?

– Здесь все просто замечательно! Идет своим чередом. Правда, без вас было очень тихо.

Под словом «тихо» она явно подразумевала, что у нее было меньше беспокойства по поводу его гневных вспышек.

Между ними повисла неловкая тишина. Кара принялась встряхивать кухонное полотенце, и затем, повесив на ручку плиты, аккуратно расправлять.

Макс отвел взгляд в сторону, не в силах смотреть, как медленно Кара разглаживает мятое полотенце. Подошел к столу, включил чайник. Ему вдруг стало неприятно, что между ними по-прежнему ощущается неловкость, хотя чего еще он мог ожидать. Их последний разговор о жизни оказался не из легких.

Судя по всему, придется постараться вести себя более чем дружелюбно, если он собирается убедить ее остаться на работе по окончании испытательного срока.

Мысль о том, что снова придется остаться одному в этом доме, совсем не радовала. На самом деле его согревала мысль, что она окажется здесь, когда он вернется. Теперь, когда исчезла мрачная тень комнаты Джемаймы и он полностью доверился Каре, одиночество, с которым как-то удавалось справляться раньше, захватило над ним власть.

Обернувшись к ней, он прислонился к кухонной стойке и скрестил руки на груди:

– Я хотел поговорить о качестве вашей работы.

Максу показалось, что Кара немного побледнела. Очевидно, стоило произнести эти слова немного мягче. У него никогда толком не получалось продемонстрировать коллегам, насколько он доволен их работой. И он часто не уделял должного внимания успехам Джемаймы. Однако после того как Кара прямо указала, как сильно ее огорчает его черствость, он решил постараться вести себя иначе.

– Я хотел сказать, что впечатлен вашими успехами в мое отсутствие, – поправился он.

– О! Хорошо. Спасибо вам. – Он заметил гордость, промелькнувшую в ее смущенной улыбке, и у него перехватило дыхание.

Макс кивнул и слегка кашлянул, пытаясь справиться со странным комом в горле, затем повернулся к кухонной стойке, чтобы взять кружку и дать им обоим возможность прийти в себя. Ему бросилась в глаза яркая визитка, лежавшая рядом с подставкой для кружек, он машинально взял ее в руки, ожидая, пока закипит чайник.

– Вы даже не обмолвились, что у вас был день рождения! – воскликнул он, оборачиваясь к ней, почувствовав удивление и одновременно смятение из-за того, что она утаила столь важное событие.

Кара залилась румянцем:

– Простите! Я не собиралась оставлять визитку на видном месте. – И забрала карточку, наклонившись к столу и обдав его знакомым ароматом цветочных духов. Кара осторожно коснулась его ладони краешком визитки. Он застыл на месте, как зачарованный глядя на нее. – День рождения был в среду. Вы отсутствовали, поэтому я решила не говорить об этом. – Она взглянула на него из-под ресниц. – Не беспокойтесь, я не устраивала здесь буйную вечеринку с друзьями, а пригласила на ужин всего лишь двоих, но потом мы все за собой убрали.

Пытаясь справиться с непонятным беспокойством, он отмахнулся:

– Кара, нет ничего страшного в том, что в доме будут находиться ваши вещи, а вы пригласили на день рождения друзей. Я не говорю о том, что этот дом должен постоянно содержаться в идеальном порядке.

– Здесь до сих пор все в идеальном порядке. Мы праздновали день рождения в моей комнате.

Несмотря на договоренность быть честными и открытыми друг с другом, судя по всему, понадобится больше времени и усилий, чтобы заставить ее почувствовать себя более непринужденно в его присутствии.

Возможно, стоит чем-то ее порадовать, чтобы завоевать доверие. На самом деле день рождения может стать отличным предлогом для дружеского подарка.

Однажды на прошлой неделе он заметил, как во время обеденного перерыва она читала в журнале анонс о новой пьесе. Позже, взяв журнал, он увидел, что она обвела кружочком адрес театральной кассы, очевидно собираясь заказать билеты.

Когда Кара удалилась в кабинет со списком клиентов, собираясь подготовить отчеты, Макс позвонил в театр и узнал, что все билеты давным-давно распроданы. Не собираясь сдаваться, он обратился к своему другу Джеймсу, который уже давно жертвовал крупные суммы для этого театра.

– Привет, приятель, как жизнь? – спросил Джеймс, взяв трубку.

– Отлично. Бизнес процветает. А у тебя?

– Жизнь прекрасна. Пенни снова беременна, – радостно сообщил Джеймс.

Макс постарался не обращать внимания на острую боль, сковавшую грудь.

– Чудесно. Мои поздравления.

– Спасибо. Будем надеяться, что с этим ребенком у нас будет меньше проблем, чем с остальными.

– Вы заслужили легкие роды после того, что вам пришлось пережить.

– Совершенно точно. Что я могу для тебя сделать, дружище?

– Я хотел достать два билета на новую пьесу в театре «Аполло» сегодня вечером. У моей помощницы день рождения, и я хотел сделать ей подарок, но все билеты распроданы. Ты не можешь мне помочь?

– У твоей помощницы, да? – В голосе Джеймса прозвучала легкая усмешка; по спине Макса побежали мурашки.

– Да, у моей помощницы, – коротко и резко ответил он, чувствуя неловкость.

Джеймс усмехнулся:

– Нет проблем. Позвоню и скажу, чтобы для вас отложили два билета в ложу для почетных гостей. Я видел эту пьесу на прошлой неделе, она чудесна, но начинается рано, в пять часов, так что придется поторопиться. – Он многозначительно помолчал. – Приятно слышать, что ты снова выходишь в свет.

Макс вскипел:

– Я выхожу в свет. Но не с женщинами. С тех пор, как умерла Джемайма… – Макс вздохнул, начиная жалеть, что позвонил Джеймсу. – Это не свидание. Она – моя помощница.

Джеймс снова усмехнулся:

– Что ж, ей крупно повезло иметь такого босса, как ты. Эти билеты сейчас на вес золота.

– Я твой должник. – Макс изо всех сил старался сохранять спокойствие. Злился, что слова друга его так взволновали. Не переходит ли он черту благоразумия, делая Каре такой подарок?

– Об этом не беспокойся, – сказал Джеймс.

В этот момент Максу показалось, что друг сумел прочесть его мысли, но тут же отмахнулся от нелепого предположения, понимая, что тот говорил о благодарности за оказанную услугу.

– Спасибо, Джеймс. Мне надо идти, – пробормотал он, желая скорее свернуть разговор и таким образом избавиться от странного напряжения, сковавшего грудь.

– Удачи.

Макс повесил трубку, снова думая о том, что, возможно, зашел слишком далеко.

Нет. Кара усердно работала, оправдывая его надежды в непростой ситуации, и он всего лишь хочет ее отблагодарить. Если надо удержать ее, как незаменимого сотрудника, а в этом он больше не сомневался, необходимо убедить, что он высоко ценит ее заслуги и не хочет, чтобы она искала другую работу.

Когда Макс вошел в кабинет, Кара сидела за столом, оживленно печатая на компьютере. Встав рядом, он ждал, пока она закончит и обернется к нему.

– Я почти закончила. – Она быстро взглянула на него и снова уставилась на монитор.

– Отлично. Дело в том, что звонил один мой друг и предложил два лишних билета на новую пьесу в театре «Аполло». Вот я и решил пригласить вас в театр, чтобы отблагодарить за отличную работу, которую вы проделали в мое отсутствие. Заодно отпраздновать ваш день рождения.

Кара уставилась на него с таким видом, словно не верила своим ушам:

– Простите?

Макс улыбнулся, глядя в ее обескураженное лицо, и почувствовал легкое удовольствие от такой реакции.

– Правда, надо поторопиться, чтобы успеть добраться до театра к началу спектакля. Сейчас кругом пробки. – Он выпрямился.

Кара удивленно округлила глаза:

– Вы и я? Прямо сейчас?

– Да. У вас ведь нет других планов, не так ли?

– Гм, нет.

Макс кивнул:

– Отлично.

Торопливо оглядев себя с головы до ног, она нахмурилась. На лице вспыхнуло беспокойство.

– Не могу же я пойти в таком виде.

Макс бросил взгляд на ее джинсы и свитер, стараясь не обращать внимания на изящные соблазнительные изгибы ее тела.

– Тогда вам надо скорее переодеться. – Он достал из кармана мобильник и набрал номер такси.

В такси Кара без умолку болтала о том, как после премьеры пьеса получила восторженные отзывы, и люди платили бешеные деньги на интернет-аукционах, чтобы перекупить билеты. Ее возбуждение оказалось заразительным, и, выходя из такси, Макс с изумлением обнаружил, что ему не терпится увидеть все собственными глазами.

Внушительное здание недавно отреставрированного театра в стиле ар-деко возвышалось в центре Сохо, недалеко от оживленной Оксфордской площади.

Он уже давно не выбирался в пятницу вечером в центр города, даже не мог вспомнить, когда последний раз бывал в театре. Когда они с Джемаймой переехали в Лондон и оказались в самом сердце мегаполиса, были полны энтузиазма, и чуть ли не каждый вечер посещали захватывающие спектакли и интересные лекции. Мечтали стать образцом отличного вкуса и высокой культуры.

Правда, потом их закружила реальная жизнь, и они оказались придавлены грузом рабочих будней и жизненной рутины. Шло время, а они почти никуда не выбирались. Им вполне хватало общества друг друга. А сейчас Макс понимал, что стоит приложить усилия и чаще выходить в свет.

И дело не в том, что со смертью Джем он окончательно стал затворником. Он частенько встречался с друзьями в пабе, особенно с Поппи. Однако делал это словно по привычке, не замечая ничего вокруг из-за своего горя.

Отправившись в театр с Карой, он сумел преодолеть себя. И это хороший знак. Макс постепенно начинал оправляться от горя. Возможно, именно поэтому испытывал небывалый душевный подъем, словно ощутив, что за пределами тесного мирка, в котором он прятался последние полтора года, существует другой мир, огромный и интересный.

Заплатив водителю, они сразу же направились в кассу за своими билетами, а затем по пустому вестибюлю в зал. Прошли в ложу для почетных гостей. Билетер окинул их многозначительным взглядом, плотно закрывая двери. Они успели как раз вовремя. Свет в зале померк, огромный занавес раздвинулся, едва они успели занять свои места.

Макс обернулся и увидел, что Кара сидит, смешно раскрыв рот, с неподдельным изумлением на лице. Весь ее вид словно говорил: «Не могу поверить, что нам достались лучшие места в театре». Он улыбнулся, радуясь ее восторгу и испытывая истинное удовлетворение оттого, что смог сделать для Кары что-то хорошее. А потом откинулся на спинку красного бархатного кресла, чувствуя, как сильно колотится в груди сердце.

Макс снова ощутил легкий аромат духов, когда Кара осторожно поправила волосы, собранные в хвост, и от этого его сердце забилось еще сильнее. Возможно, всему виной сильное эмоциональное перенапряжение. Глубоко вздохнув, он постарался дышать ровно и глубоко, уставился на сцену, решив наслаждаться моментом и ни о чем больше не думать.

Кара испытала огромное облегчение, когда оказалось, что пьеса стоила ее восторженных ожиданий. Она бы разочаровалась, если бы спектакль оказался посредственным или откровенно плохим. Всякий раз, когда слышала, что Макс смеется над шутками актеров, Кара чувствовала, как теплая радость переполняет ее изнутри.

Приглашением в театр он несказанно удивил ее. Хотя несколько дней назад и раскрыл перед ней свою душу, она не сомневалась, что после возвращения из Манчестера он по-прежнему станет держать ее на расстоянии. А он вместо этого похвалил ее и не просто достал билеты на один из лучших спектаклей в Лондоне, но и решил составить компанию, чтобы отблагодарить за отличную работу.

Кара была просто ошарашена.

Хотя, что уж скрывать, ей это нравилось.

Украдкой взглянув, Кара решила, что еще никогда не видела его таким умиротворенным. Не верилось, что перед ней тот самый человек, который открыл дверь в день их знакомства. Сейчас он держался свободнее, казалось, расправил плечи и дышал полной грудью. Возможно, ей это все лишь показалось, но теперь выглядел он более живым, учитывая то, что она знала причину его постоянных приступов ярости. На самом деле ее отношение к нему очень сильно изменилось с тех пор, как он рассказал, через какой ужас пришлось пройти. Ведь он потерял самого дорогого человека на свете.

И потому ничего удивительного, что он зол на весь мир.

Конечно, это выглядело эгоистично, но Кара была рада, что приступы мрачного настроения не имели к ней никакого отношения, кроме того случая, когда она заснула за кухонным столом посреди рабочего дня.

Когда Макс уехал в Манчестер, ее охватила легкая паника, как она одна справится со всеми делами. Кара боялась допустить ошибку, которая может плохо отразиться на его бизнесе, но сумела успокоиться и, глядя на свое отражение в зеркале, убедила себя, что прекрасно справится с работой. И оказалась права. Все прошло замечательно. Она снова начала получать наслаждение от работы, расслабившись и вспомнив о своих профессиональных навыках.

Правда, если честно, начиная работать с Максом, она сильно сомневалась, сможет ли освоиться в деловой обстановке. Она отличный исполнитель, но опасалась, что не сможет самостоятельно принимать решения, когда потребуется. Но прекрасно справилась и с этим испытанием, не подвела Макса. Впервые за долгое время это стало одним из самых важных ее достижений.

Кара снова могла гордиться собой.

Когда первое действие подошло к концу, она неожиданно почувствовала тепло, исходящее от Макса, и ощутила прикосновение его сильной руки к своей. По коже побежали мурашки, словно от электрического разряда, и все тело охватило странное томление.

Похоже, вместе с уважением она начинала испытывать к нему какое-то непонятное влечение. Кара с мучительной ясностью поняла, что если перестанет сопротивляться этим ощущениям, то влюбится в своего босса.

А этого нельзя допустить. Он до сих пор любит свою жену, и Кара просто не выдержит конкуренции с призраком.

Это не принесет ничего, кроме сердечной боли.

Занавес опустился, в зале зажегся свет. Настало время антракта. Кара торопливо встала, желая как можно скорее прервать тесный контакт.

– Давайте чего-нибудь выпьем, – предложил Макс, склонившись к ней, чтобы она могла услышать его сквозь шум, наполнивший зрительный зал. Его дыхание ласкало завитки ее волос.

– Отличная идея. – Кара была рада немного размяться, избавиться от странного волнения, переполнявшего сердце, заставляя бешено колотиться.

Макс галантно пропустил ее вперед и двинулся следом по лестнице к бару. Она ощущала его близкое присутствие каждой клеточкой тела.

Они присоединились к остальным зрителям в фойе, и Кара принялась проталкиваться сквозь шумную толпу к черной лакированной стойке, около которой уже собралось много людей.

– Гм, похоже, нам здесь долго придется стоять, – заметила она, когда они пристроились в длинный хвост очереди.

– Не беспокойтесь, я возьму нам напитки, – откликнулся Макс и огляделся, словно решая, откуда лучше начать. – Вам бокал вина?

– Красного, пожалуйста.

– Хорошо, я пошел. – Он, глубоко вздохнув, ринулся к стойке, протиснувшись между двумя компаниями весело болтающих людей, которые стояли спиной друг к другу.

Кара, восторженно затаив дыхание, наблюдала, как Макс вовремя успел к стойке, очаровательно улыбаясь окружающим и одарив комплиментами женщин, позволивших встать рядом с ними.

После того как его новые знакомые сделали заказ, он обратился к бармену и уже через пару минут направился к Каре с двумя бокалами красного вина, радостно махая рукой.

– Что ж, отличная работа, – заметила она, взяв бокал и изо всех сил сдерживая смех. – Никогда не видела, чтобы кому-нибудь удавалось так ловко пробраться сквозь очередь.

Макс пожал плечами и отпил глоток вина, напустив на себя веселую беспечность:

– У меня много скрытых талантов.

Кара расхохоталась, но смех резко оборвался, когда она неожиданно увидела знакомое лицо в другом конце зала.

Человека, которого не ожидала когда-нибудь снова повстречать.

Проглотив ком в горле, она снова взглянула на Макса и натянула на лицо улыбку, стараясь сохранить спокойствие, чтобы не пришлось ничего объяснять.

Но не тут-то было. Мужчина оказался слишком проницательным.

– Вы в порядке? Вы словно привидение увидели, – заметил Макс, и в его умных глазах вспыхнуло беспокойство.

Вот черт. Меньше всего ей хотелось сегодня вечером сталкиваться с неприятными воспоминаниями из прошлой жизни.

– Все отлично, – пискнула она в ответ и покраснела под его пристальным взглядом.

– Кара, мне казалось, что мы договорились быть честными друг с другом.

Вздохнув, она кивнула в сторону бара:

– Тот парень – мой давнишний друг.

Макс нахмурился, услышав боль в голосе, которую ей не удалось скрыть, а она мысленно отругала себя за слабость.

– Не слишком хороший друг, если вы его стараетесь игнорировать.

Кара вздохнула и постучала по полу носком туфельки.

– Здесь все сложно.

Макс вскинул брови, ожидая, когда она продолжит.

Немного помолчав, Кара решила, что нет смысла и дальше скрывать эту историю.

– Дело в том, что я не нравлюсь его невесте.

– Правда? Почему?

– Потому что я женщина.

Макс скрестил руки на груди.

– Она ревнует его, да?

– Да. И сколько Джек ни пытался убедить ее, что мы всего лишь друзья, она не верит ему. И в результате я лишилась хорошего друга. – Она печально вздохнула. – Но я не виню его за этот выбор. Он ее любит, а я хочу, чтобы он был счастлив. И если это означает, что мы больше не можем оставаться друзьями, что ж, значит, так тому и быть.

На лице Макса вспыхнуло замешательство, сменившееся искренним негодованием. У Кары перехватило дыхание, когда он неожиданно коснулся ее руки и ласково сжал ее в знак дружеской поддержки. От этого прикосновения по всему телу разлилось блаженное тепло радости и удовольствия.

Глядя в его красивое лицо, она снова подумала о том, каково было бы, если Макс стал ее мужчиной. Человеком, который во всем поддерживал ее, что бы ни случилось.

Пустые фантазии. Этого никогда не произойдет. Она всего лишь его помощница и не должна об этом забывать.

Кара отвернулась от Макса и бросила взгляд в сторону Джека, заметив его невесту. Со стороны казалось, что они о чем-то горячо спорят, склонившись друг к другу и отчаянно жестикулируя. В этот момент они неожиданно разошлись в разные стороны. Джек снова обернулся к Каре, а затем медленно направился в ее сторону.

Он вот-вот подойдет к ним.

Охваченная мрачными опасениями, Кара напряглась, но неожиданно почувствовала, как Макс снова стиснул ее руку, словно давая понять, что поможет ей выстоять в неприятной ситуации и останется рядом.

– Кара! Сколько лет, сколько зим! – воскликнул Джек, подходя к ней. Он выглядел таким же юным и привлекательным, как когда-то, пленяя своей наивной усмешкой и густыми светлыми кудрями.

– Да, Джек.

– Как поживаешь? – Он немного смутился.

Они познакомились и подружились на своей первой работе после окончания университета. Одно время были очень дружны, проводя вместе уик-энды и посещая свадьбы и вечеринки, пока у них не появились партнеры.

Кара даже думала, что однажды их отношения перерастут из дружбы в нечто большее, но спустя время стало понятно, что это просто невозможно. Он отличный парень, но между ними не возникало того притяжения, которое необходимо для любовных отношений. Она не испытывала влечения к Джеку, да и он к ней, похоже, тоже. Но, увидев его сейчас, Кара вдруг поняла, как отчаянно ей не хватало его дружбы. Было бы гораздо легче, если бы Джек по-дружески поддержал после расставания с Эваном, который заявил, что ему надоел ее сложный характер. Однако невеста Джека настояла на том, чтобы он сделал выбор между ней и Карой, и он выбрал невесту.

Она не винила его в том, что он выбрал Эмбер, уважая преданность любимой женщине.

– У меня все прекрасно, Джек, спасибо. А как ты… – она умолкла и бросила взгляд на его невесту, которая торопливо подошла к ним, – как вы поживаете? – Кара даже сумела выдавить из себя улыбку: – Привет, Эмбер.

– Привет, Кара, у нас все чудесно, спасибо. – Эмбер резко чеканила каждое слово, обняла Джека за талию. Обернувшись к Максу, окинула его оценивающим взглядом: – А кто это с тобой?

– Это Макс. – Кара набрала полную грудь воздуха, собираясь добавить, что Макс – ее босс, но он неожиданно прервал ее, взяв руку Эмбер и слегка пожав ее.

– Приятно познакомиться, Эмбер, – произнес он вкрадчивым голосом, каким обычно разговаривал с самыми серьезными клиентами.

И на Эмбер это произвело огромное впечатление, потому что ее щеки покрылись румянцем и она томно взглянула на него из-под ресниц. Обернувшись к Каре, холодно улыбнулась, на ее лице застыло озадаченное выражение, словно она не могла понять, как Каре удалось заарканить такого потрясающего мужчину, как Макс.

– Джек сказал вам, что в воскресенье у нас свадьба, а сегодня последний вечер нашей холостой жизни? – Глаза Эмбер недобро сверкнули. – Компания Джека очень известна в Сити, и люди буквально забрасывают его приглашениями! – воскликнула она беззаботно, хотя в пристальном взгляде Кара прочла откровенный вызов.

Однако она понимала, что ей нечем ответить Эмбер.

Проглотив унижение, она натянула на лицо дружелюбную улыбку:

– Это замечательно, примите мои поздравления! Я и не представляла, что свадьба так скоро.

Эмбер снисходительно улыбнулась:

– Мы собирались праздновать в тесном кругу, поэтому не прислали тебе приглашение, Кара.

Макс слегка подвинулся и прижал ее к себе чуть сильнее. Кара с удивлением почувствовала, как он ободряюще поглаживает ее руку.

Интересно, чувствовал ли он, как бешено колотится ее сердце?

– Но на этой неделе у нас освободилось два места, – неожиданно заявил Джек, слегка повысив голос, словно наконец решил выйти из тени невесты и взять дело в свои руки. – Моя кузина и ее муж вынуждены были уехать за границу к больным родственникам. Если у вас нет других планов, можете прийти вместо них.

Судя по выражению лица Эмбер, та не ожидала такого поворота событий, когда заводила этот разговор.

– Было бы замечательно, если бы вы пришли, – продолжал Джек, на его открытом лице появилось немного умоляющее выражение. Похоже, он искренне хотел видеть Кару и, возможно, таким образом загладить перед ней свою вину за то, что так жестоко вычеркнул из своей жизни. Это все же было лучше, чем ничего.

Но Кара не могла согласиться, ведь ее приглашали вместе с Максом. Она понимала, что он не согласится на это, а ей совсем не хотелось провести одинокий вечер среди счастливых парочек.

Но прежде чем она успела открыть рот и придумать предлог для отказа, Макс ответил вместо нее:

– Спасибо за приглашение, мы с радостью придем.

Кара резко подняла голову и с удивлением уставилась на него. Но на его лице она увидела выражение полного спокойствия.

– Ты уверен, что не занят? – многозначительно спросила она, вскинув брови.

– Уверен.

Обернувшись к Джеку, она одарила его восторженной улыбкой:

– Отлично, тогда, гм, мы с радостью придем. Спасибо за приглашение.

– Чудесно. – Джек бросил на нее взгляд, в котором она ясно прочла слова: «Прости за сегодняшний вечер и спасибо».

– Пойдем возьмем чего-нибудь выпить, пока не начался спектакль, – заявила Эмбер ледяным тоном, ее терпению явно пришел конец.

– Я пришлю тебе адрес в эсэмэске, – успел сказать Джек, увлекаемый к бару разгневанной невестой.

– Хорошо, увидимся в воскресенье, – тихо ответила Кара, глядя им вслед.

Убедившись, что Джек и Эмбер не могут их услышать, она обернулась к Максу, который снова стал для нее золотой рыбкой, исполнявшей заветные желания.

– Смелый мужчина, – заметил Макс в ответ на ее взгляд.

– Ты понимаешь, что они приняли нас за пару?

Он кивнул, и от его пристального взгляда у нее по телу пробежала приятная дрожь.

– Я знаю, но мне так хотелось посмотреть, что станет с этой ужасной женщиной, когда мы согласимся. И потом мне не составит труда притвориться твоим мужчиной, если это поможет возродить вашу с Джеком дружбу.

Макс в роли ее мужчины. От одной этой мысли она задрожала всем телом.

– Ну, если это тебе не трудно, – только и смогла выдавить из себя Кара.

– Я с радостью это сделаю.

На какое-то мгновение звуки вокруг нее сделались неожиданно громкими и резкими. С трудом отведя взгляд от его лица, она допила вино и обхватила пустой бокал, стараясь удержаться и не начать от волнения грызть ногти.

Что ж. Это произошло.

Кто бы мог подумать, что Макс станет ее рыцарем в сияющих доспехах?

Глава 6

Макс не мог понять, откуда взялось столь горячее желание защитить Кару, но просто не мог позволить этой ужасной Эмбер так неуважительно вести себя по отношению к ней. Кара заслуживает гораздо большего. И пока она работает с ним, он не допустит, чтобы кто-то обижал ее.

Именно поэтому он собрался вместе с ней на свадьбу, праздник, который поклялся вычеркнуть из своей жизни после смерти Джемаймы. При мысли о том, что снова окажется в церкви, глядя на счастливую пару, у которой вся жизнь впереди, все у него внутри болезненно сжималось.

Всего один год они прожили с женой. Один лишь год. Думая об этом, он ощущал, как в душе поднимается горячая ярость на весь мир. Почему она? Почему они?

Но к счастью, он совсем не знал жениха и невесту и потому мог держаться в стороне, скрывая горечь под напускной улыбкой. Ему совсем не обязательно активно участвовать в празднике. Он придет лишь для того, чтобы поддержать Кару. Только и всего.

Когда спектакль закончился, они в полном молчании возвращались домой на такси. Кара не проронила ни звука, Макс был рад этому молчанию. Странно, но ему казалось, что они удивительно сблизились за столь короткий промежуток времени. А происшествие в театре и его желание помочь сделали их союзниками.

На самом деле так оно и было. По крайней мере в том, что касалось бизнеса.

Макс распахнул дверь в дом, пропуская ее вперед.

Телефон Кары запищал. Скинув пальто, она достала его из сумочки и принялась читать эсэмэску. Улыбка на лице медленно угасла.

– Какие-то проблемы? – спросил Макс, охваченный дурными предчувствиями. Ему понадобилось много времени, чтобы снова отвечать на внезапные телефонные звонки, не испытывая ужасного беспокойства. С тех пор как сообщили о том, что жене стало плохо в ресторане и ее увезли в больницу, он боялся неожиданных звонков.

Он приблизился к ней, радуясь, что она рядом и отвлекает его от плохих воспоминаний.

Кара робко взглянула на него:

– Это эсэмэска от Джека насчет свадьбы.

– О-о, отлично. – Он отступил назад, почувствовав облегчение, но Кара, похоже, была чем-то встревожена и нахмурилась еще сильнее.

– Гм. Судя по всему, свадьба состоится в Лейстершире. А это два с половиной часа езды отсюда. Нам придется остаться там на ночь. – Она сморщила нос, явно чувствуя себя неловко.

Отлично. И как он только умудрился в это ввязаться?

– Нет проблем, – через силу произнес Макс, изо всех сил скрывая раздражение, охватившее его при этой новости. Кара ни в чем не виновата, он сам заварил эту кашу.

Повел себя глупо.

– Правда? Ты не возражаешь? – В ее голосе послышалось нескрываемое облегчение.

– Нет, все в порядке, – солгал он, стараясь не думать о том времени, которое мог бы с пользой провести в кабинете, вместо того чтобы торчать в компании каких-то незнакомцев.

– Прекрасно, тогда я забронирую нам два номера в отеле В&В, как посоветовал Джек. – Она радостно улыбнулась.

– Хорошо. – Он решительно кивнул, затем зевнул, прикрыв рот ладонью. – Я собираюсь спать, – сообщил он, чувствуя, как накопившаяся за неделю усталость свинцовой тяжестью разливается по телу. – До завтра, Кара. И еще раз с днем рождения.

Весь следующий день Кара где-то пропадала, очевидно осматривая подходящие квартиры, вечером рано легла спать, утомленная насыщенным, но бесполезным днем.

После напряженного пятничного вечера Макс был рад этой передышке, посвятив большую часть времени разбору почты, накопившейся за неделю его отсутствия.

Наконец наступило воскресенье. Он проснулся рано утром, ощутив холодную пустоту рядом с собой и привычную боль в груди, ставшие постоянными спутниками всякий раз после пробуждения. Но через несколько мгновений он уже взял себя в руки и, торопливо выскочив из постели, направился в душ.

Свадьба была назначена на полдень, поэтому у него в запасе оставалась еще пара часов, чтобы взбодриться и настроиться на поездку в Лейстершир.

Лучи яркого солнца отбрасывали целый каскад солнечных зайчиков от окон противоположного дома, и при мысли о том, как было бы приятно ощутить тепло солнца на коже, Макс принялся одеваться. Натянул на себя спортивное снаряжение, чего не делал уже целых полтора года, и отправился на длительную пробежку. Чувствуя тупую боль в отвыкших от физических нагрузок мышцах, он наслаждался удивительной бодростью, разливавшейся по всему телу. Через некоторое время стало казаться, что он парит над тротуаром, оставив позади заботы и волнения прошлой недели, подчиняясь лишь мерному ритму стремительного бега.

Впервые за долгое время он почувствовал, что окончательно проснулся.

Кара, похоже, уже встала, когда он, забежав на кухню выпить воды, ощутил аромат свежесваренного кофе и ее цветочных духов.

Выпив второй стакан воды, он бросил взгляд на часы, с ужасом увидел, что уже почти девять часов и пора собираться, если они не хотят опоздать на свадьбу.

Положив стакан в посудомоечную машину, Макс обернулся и заметил, что Кара стоит в дверях кухни и наблюдает за ним. Длинные волосы были завиты и уложены в какую-то сложную прическу, темные глаза, подчеркнутые искусным сияющим макияжем, победно сверкали. Элегантное серебристое платье без бретелек идеально облегало фигуру, подчеркивая ее изящные изгибы. Она казалась выше и, возможно, более опытной. Более искушенной?

Как бы там ни было, выглядела она просто ослепительно.

Спохватившись, что глазеет на нее, как обычный подросток, Макс откашлялся и натянул на лицо улыбку, надеясь, что это не выдает его распутных мыслей.

– Привет, а ты выглядишь так, будто собралась на свадьбу, – заметил он, чувствуя досаду за свою неловкость.

Кара улыбнулась:

– А ты нет. Надеюсь, не собираешься пойти на свадьбу в таком виде? В приглашении не сказано, что гости должны прийти в спортивной одежде. – Она внимательно оглядела его с головы до ног, удивленно вскинув брови.

Макс улыбнулся в ответ, но пришлось постараться, чтобы улыбка выглядела естественно. Он чувствовал, как пылают его щеки. Что с ним такое? Немного солнечного света и красивое платье – и вот у него уже голова пошла кругом.

– Пойду приму душ, а то опоздаем, – сказал он, направляясь к двери.

– Ты можешь кое-что для меня сделать, прежде чем уйдешь? – спросила она, покраснев.

– Гм, конечно. Если это не будет мне ничего стоить, – пошутил он, подойдя к ней. На каблуках она была почти одного роста с ним, и потому он с легкостью заглянул ей в глаза. У нее такие удивительные глаза – яркие, живые и умные. А макияж и прическа напоминали Одри Хёпберн в фильме «Завтрак у Тиффани».

– Ты не мог бы застегнуть мне пуговицы на спине? – Она с трудом переводила дух, словно ей нелегко далась эта просьба.

– Конечно, – откликнулся Макс, и она повернулась.

У него перехватило дыхание при виде ее изящной спины, скрытой облегающей тканью. Три крохотные пуговицы соединяли верхнюю часть платья, нижняя часть спины до талии оставалась открытой.

Только этого ему еще не хватало.

Чувствуя, как онемели пальцы, скованные волнением, он принялся возиться с пуговицами, ощущая тепло ее кожи. Нервы напряглись словно струны, и он ощутил, как где-то в глубине тела поднимается горячая волна возбуждения.

Макс тяжело дышал, стараясь убедить себя, что всему виной недавняя пробежка, но при этом прекрасно осознавал, что все дело в близости прекрасной женщины, ведь он уже полтора года лишен женского тепла и ласки.

– Ну вот, – сказал он, застегивая последнюю пуговицу, и облегченно вздохнул. – Я буду готов через пятнадцать минут.

С этими словами он ринулся прочь.

Потрясающе. Кара не могла поверить, что присутствует на свадьбе Джека, друга, которого уже и не надеялась увидеть, да еще и в обществе Макса, своего странного босса. Мир буквально перевернулся с ног на голову. Если бы кто-то еще неделю сказал ей, что такое случится, она лишь вежливо улыбнулась бы в ответ, не поверив ни единому слову.

И все же она здесь, стоит рядом с Максом в туфлях на высоких каблуках, чувствуя, как с непривычки подкашиваются ноги. И ее спутник может с легкостью затмить своим обаянием и красотой любую голливудскую звезду.

В тот момент в кухне, когда он обернулся и внезапно увидел ее, Каре показалось, что она заметила нечто особенное в его глазах. То, чего раньше не замечала. И это похоже на желание.

А потом, когда он помогал застегнуть платье, ей казалось, что воздух между ними раскалился от страсти. Кара ощутила его дыхание на своей коже, у нее ослабели колени и бешено заколотилось сердце. Она была готова поклясться, что уловила в его хриплом голосе нотки жаркого возбуждения.

И все же Кара подумала, что это не больше, чем плод ее воображения. Макс испытывает к ней дружеский интерес, и не более того.

Он включил «Радио-4», и всю дорогу до Лейстершира они слушали сначала финансовые новости, а потом музыку. Кара удивлялась, как легко и естественно чувствует себя, сидя рядом с ним и наслаждаясь развлекательной программой. Она и не заметила, как машина остановилась на небольшой парковке у церкви, где должна была состояться свадебная церемония. А ей казалось, что прошло совсем немного времени с тех пор, как они выехали из Лондона.

Яркое солнце, светившее сегодня утром в окно спальни, решило задержаться на весь день, легкие белые облачка рассеялись, лазурное небо раскинулось высоко над головой.

Вокруг нее в ритме легкого теплого ветерка колыхались первые весенние цветы, их яркие краски контрастировали с изумрудной зеленью широких лужаек.

Кара с наслаждением вдохнула свежий ароматный воздух. Этот день должен означать начало новой жизни для нее. Начало новой главы, когда все старания, которые она приложила за последние две недели, должны изменить жизнь в лучшую сторону.

– Уже почти двенадцать, мы должны зайти в церковь, – с сожалением в голосе сказал Макс, окинув взглядом изумительные окрестности.

Стараясь не смотреть на его великолепную фигуру в элегантном костюме, Кара вошла в церковь следом за ним. Снаружи пригревало яркое весеннее солнце, а здесь царила прохлада. Она слегка поежилась.

Почти все церковные скамьи были заняты, и они некоторое время стояли в проходе, пока один из служащих не указал их места.

В этот момент произошло нечто совершенно непредвиденное.

Мир буквально перевернулся с ног на голову. У Кары все сжалось внутри. Такого она никак не ожидала. Одна из ее бывших коллег из клики Кобр стояла у алтаря, ее длинные светлые волосы каскадом рассыпались по спине, когда она весело рассмеялась в ответ на шутку мужчины рядом с ней.

Глубоко вздохнув, Кара изо всех сил старалась справиться с паникой, но ужас, отразившийся на лице, судя по всему, скрыть было уже невозможно, поскольку Макс, проследив за направлением ее взгляда, спросил:

– Кара? В чем дело?

– Ах, ничего.

Она беспечно махнула рукой, чувствуя, как пылают щеки, и торопливо отступила назад, надеясь спрятаться за каменной колонной. Однако удача ей не улыбнулась. Женщина обернулась, заметив ее, медленно перевела взгляд с Кары на Макса и обратно. Выражение лица ясно свидетельствовало о том, что она не упустит прекрасную возможность насолить Каре.

Дико озираясь по сторонам, Кара с ужасом поняла, что бежать некуда, спрятаться негде.

Когда такое происходит в фильмах, главная героиня обычно крепко обнимает и страстно целует в губы своего мужчину, спасая от надвигающихся неприятностей. Но, с сожалением глядя на соблазнительные губы Макса, Кара понимала, что не сможет этого сделать. Скорее всего, он просто задохнется от гнева, а потом и вовсе уволит без лишних слов. Она не просто поставит под угрозу свою карьеру, а полностью уничтожит.

Оставался только один выход.

– Макс, я должна тебе кое-что сказать.

Он нахмурился, его глаза потемнели, когда он уловил тревогу в ее голосе.

– В чем дело?

– Я… гм…

– Кара? – Теперь он не на шутку встревожился.

Кара покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. Необходимо взять себя в руки, чтобы не стать посмешищем.

– Я была не до конца честна с тобой, когда рассказала, как уволилась с предыдущей работы. Дело в том, – она глубоко вдохнула, – что я ушла не из-за сокращения штата.

Он удивленно уставился на нее, и его взгляд помрачнел.

– Значит, тебя уволили?

– Нет. Я…

– Что ты сделала, Кара? Что ты пытаешься мне сказать? – В его голосе снова послышалось раздражение прежнего Макса, который терпеть не мог чужой глупости и слабости.

– Хорошо. – Она закрыла глаза и подняла руку. – Послушай, я все сейчас объясню. Дело в том, – сжав трясущиеся ладони, она с трудом перевела дух, – что на той работе надо мной издевались несколько женщин. Они превратили мою жизнь в настоящий ад, и я написала заявление об уходе, прежде чем босс прислушался бы к их наговорам и уволил меня за некомпетентность! – выпалила она, не в силах унять предательскую дрожь в голосе.

Когда она наконец открыла глаза, то увидела выражение гневного недоверия на его лице. От стыда ей хотелось провалиться сквозь землю.

– Что?

Она с трудом проглотила ком в горле.

– У меня не оставалось выбора, только уйти.

Он обескураженно покачал головой:

– Но почему ты мне ничего не рассказала?

Краем глаза Кара заметила, что ее враг приближается, и вся напряглась от волнения. Женщина была совсем рядом.

– И зачем ты решила рассказать мне об этом сейчас?

– Потому что одна из этих женщин здесь и, скорее всего, наговорит тебе кучу гадостей обо мне. Я ушла оттуда не слишком красиво. Пришлось кое-кого облить кофе и испортить несколько белых блузок. – Она съежилась, не в силах справиться с дрожью в голосе, но Макс решительно обернулся в том направлении, куда она еще недавно смотрела, и шумно вздохнул.

– Давай выйдем на воздух.

Взяв под руку, Макс вывел ее из церкви и резко остановился в тени высокой башни с часами. Скрестив руки на груди, он взглянул так гневно, что у Кары все похолодело внутри.

– Почему ты не рассказала мне об этом раньше? – Он небрежно отбросил волосы, упавшие на лоб, назад и еще пристальнее взглянул на нее.

Вскинув голову, Кара в ответ тоже скрестила руки на груди, не собираясь так легко сдаваться.

– Я очень хотела работать с тобой и подумала, что ты не примешь меня, если узнаешь правду. Работа в той компании не принесла мне никакой пользы, я продержалась всего три месяца, прежде чем признала полное поражение. И боялась, что это плохо отразится на моем резюме.

– Значит, ты решила солгать мне, чтобы получить работу?

Она, извиняясь, вскинула руки:

– Понимаю, что должна была сказать тебе правду, но на тот момент я уже провалила несколько собеседований, потому что сильно волновалась и стыдилась своей слабости. – Она снова обхватила себя руками. – Я не хотела, чтобы ты плохо обо мне думал. Кроме того, в тот момент ты и о работе не особенно хотел со мной говорить, не говоря уже о личной жизни, поэтому я решила помалкивать. – Она взглянула ему прямо в глаза, моля о понимании. – Порой ты выглядишь очень грозным, и сам об этом знаешь.

От дальнейших объяснений ее избавил один из служащих, попросивший гостей вернуться в церковь, потому что приехала невеста.

Взглянув на Макса, Кара не могла понять, хочет ли он уйти и бросить ее здесь на произвол судьбы или сейчас со всей силы ударит кулаком в стену. Ни то ни другое не устраивало.

Однако, к ее удивлению, он глубоко вздохнул и посмотрел на толпу людей, торопившихся в церковь.

– Сейчас нет времени говорить об этом, иначе придется заходить со свадебной процессией, а мне бы не хотелось изображать подружку невесты, – сухо сказал он.

Кара уставилась на него:

– Значит, ты не уйдешь?

– Нет, я не уйду, – сердито ответил он. – Мы подробно поговорим об этом после церемонии.

С этими словами он решительно обнял ее за талию и увлек в церковь.

Усевшись на отполированную деревянную скамью рядом с Максом, Кара тайком вытерла о платье вспотевшие от волнения ладони и незаметно взглянула на него. Судя по упрямо расправленным плечам, он не собирался оставлять без внимания то, что она рассказала.

Она была готова поспорить, что на этот раз он ее действительно уволит.

Гнев и обида сковали ее изнутри. Почему после стольких усилий, которые потребовались, чтобы убедить Макса, что на нее можно положиться, все должно так нелепо закончиться?

Взглянув вперед, она увидела, что ненавистная ей женщина сидит в другом конце церкви и радостно улыбается, наблюдая за церемонией. По крайней мере, с этой угрозой удалось разобраться. Больше эта ведьма ей ничем не сможет навредить.

Кара очень на это надеялась.

В этот момент ее буквально захлестнула слепая ярость. Почему все так несправедливо? Почему эта женщина сидит здесь, довольная собой, в то время как ей приходится беспокоиться о своем будущем?

Наблюдая, как Эмбер гордо вышагивает по проходу к заметно взволнованному Джеку, она не могла не думать о том, что скажет Макс, когда церемония закончится и они отправятся на праздничный обед. Едва ли она сможет проглотить хоть кусочек, пока они все не уладят.

Держись, Кара!

Еще раз, незаметно взглянув на него, она увидела, что Макс мрачно смотрит вперед. Пытаясь расслабиться, она вытянула ноги, положила руки на колени и распрямила спину, решив во что бы то ни стало выглядеть спокойно и сдержанно. Теперь она знала, что стоит сделать. Она не станет умолять о снисхождении и надеяться на понимание. Встретит все трудности с высоко поднятой головой, не забывая о чувстве собственного достоинства.

Но это потом, а пока надо с удовольствием наблюдать за свадебной церемонией своего друга.

Судя по напряженной позе и неестественной бледности, Каре было не до свадебной церемонии, и от этого Максу сделалось не по себе. Однако он ни в чем ее не винил. Ведь это он предложил сюда приехать. Хотя, судя по всему, она теперь жалела, что они приехали вместе.

Неужели он выглядит настолько неприступным и холодным, что она предпочла солгать, вместо того чтобы рассказать о трудностях на последней работе?

Он печально вздохнул.

Ну да, она абсолютно права. Он мог казаться устрашающим. А в тот момент, когда Кара появилась у него и попросила принять на работу, он находился на пике одиночества и озлобленности на окружающий мир. Кроме того, Макс прекрасно понимал: если бы она тогда упомянула, что ушла с предыдущей работы из-за личных проблем, он закрыл бы дверь у нее перед носом. Он просто не хотел лишних сложностей.

Но теперь он очень рад, что не прогнал ее тогда.

Каким-то странным образом ей удалось повлиять на его отношение к жизни, и, хотя он изо всех сил пытался противостоять ее влиянию, именно это ему сейчас было нужно.

Она нужна ему.

Как только церемония завершилась, гости высыпали из церкви и направились по аккуратной дорожке в сторону огромного особняка в георгианском стиле, где рядом с оранжереей был установлен огромный шатер.

Свадьба в тесном кругу, черт подери!

Едва они ступили под своды шатра, как им были предложены яркие коктейли, потом их вежливо, но твердо попросили выйти и подойти к столам, накрытым на террасе около дома.

– Все это похоже на какую-то военную операцию, – пробормотал Макс Каре, которая тихо шла рядом, не проронив ни слова с тех пор, как они вышли из церкви.

Она слабо улыбнулась в ответ, но ее глаза бегали по сторонам, словно она всерьез размышляла о том, чтобы сбежать, и пыталась придумать, как это лучше сделать.

Макс вздохнул.

– Пойдем и сядем где-нибудь, – предложил он, взяв ее под руку, и повел к столу, расположенному ближе всех к дому.

К его неудовольствию, она вся сжалась, а потом, вырвавшись из его хватки, скрестила руки на груди. Упрямо распрямила плечи и пошла вперед с гордо поднятой головой. Они уже почти подошли к столику, как вдруг Кара споткнулась. Он кинулся к ней, чтобы поддержать.

– Ты в порядке? – Макс коснулся ее обнаженной спины и ощутил, как жар, исходивший от ее кожи, разливается чувственным огнем по его телу.

От его прикосновения Кара, казалось, потеряла способность сдерживать чувства и без сил упала на стул. Когда она взглянула на него, в ее глазах застыл страх, и у него все внутри сжалось от боли.

– Прости, что обманула тебя, Макс. Пожалуйста, не увольняй меня. Если я потеряю эту работу, придется вернуться в Корнуолл, а я так не хочу уезжать из Лондона. Теперь это мой дом, я очень его люблю и просто не представляю свою жизнь где-то еще. Мне очень нравится работать с тобой. – С трудом проглотив ком в горле, она слабо улыбнулась. – Клянусь, я больше никогда не обману тебя. Веришь или нет, но у меня существуют четкие моральные принципы, и, если бы жизнь не загнала меня в угол, я не стала бы лгать. Но я оказалась на грани того, чтобы все потерять, была в отчаянии, Макс. В полном отчаянии. – Она отчеканила последние слова, ударяя ладонью по столу.

– Кара, я не собираюсь тебя увольнять.

И как только ей такое в голову пришло? Господи, неужели она считает его совершенно бессердечным?

– Нет? – Ее глаза засияли, словно в них отразились яркие лучи солнца, и Макс отвел взгляд, чтобы не видеть слез, блеснувших в них.

– Конечно нет. – Он придвинулся ближе к ней. – Ты отличный специалист в своем деле и на прошлой неделе окончательно это доказала. – Он подождал, пока она снова взглянет на него. – Должен признаться, меня немного обидело, когда ты подумала, будто я уволю тебя из-за вражды с коллегами по предыдущей работе. – Он со вздохом откинулся на спинку стула. – Боже, должно быть, ты считаешь меня самым настоящим злодеем, если подумала такое.

– Просто иногда ты бываешь немного агрессивным и раздражительным. А я не хотела показаться слабой. – Она вздрогнула, и у него все внутри перевернулось.

– Расскажи мне о том, что произошло на твоей предыдущей работе, – тихо попросил он, желая раз и навсегда все прояснить между ними, но сделать это осторожно и мягко, чтобы еще больше не напугать ее.

Кара отвела взгляд:

– Это не очень приятная история. По крайней мере, гордиться здесь нечем.

– Это я уже понял.

– Хорошо, я расскажу, но, прошу, не суди меня слишком строго. Со стороны подобные вещи всегда кажутся незначительными, но, когда сам оказываешься в гуще неприятных событий, бывает просто невозможно сдержать эмоции и принять правильное решение.

Он поднял руки ладонями вверх и спокойно взглянул на нее.

Кара кивнула в ответ и выпрямилась на стуле:

– Когда мне предложили ту работу, я была на седьмом небе от счастья. Казалось, удача наконец улыбнулась мне. Ах! Какая же я была идиотка! – воскликнула она, и ее лицо исказилось от боли.

Неожиданно Максу захотелось придвинуться ближе, прижать ее к себе и утешить. Но он не мог этого сделать. Кара не для него.

И потому он лишь кивнул и приготовился слушать дальше.

– Став персональной ассистенткой генерального директора компании по производству программного обеспечения «Лэд», я понятия не имела о закулисной политике в офисе. Но очень скоро обо всем узнала. Судя по всему, одна из моих коллег метила на эту должность и очень сильно расстроилась, когда взяли меня. И с первого дня моего появления в компании решила сделать мою жизнь невыносимой. Она давно работала в компании, обладала, гм, довольно сильным характером и потому имела влияние на других ассистентов и сотрудников. Ей удалось сделать так, что на меня ополчился почти весь офис. Сначала я думала, что мне это только кажется. Просто схожу с ума, не более того. Я договаривалась о встречах босса с другими высокопоставленными членами компании, но их ассистенты уверяли, что не получали никаких уведомлений, когда он уже отправлялся на встречу. Или же с его рабочего стола неожиданно исчезали документы, с которыми он должен был появиться на совете директоров, и совещание срывалось. – Она принялась постукивать пальцами по столу. – Все складывалось не в пользу босса. А он очень щепетильный человек и во всем требует совершенства.

– Я это хорошо понимаю. – Макс пытался изобразить сочувственную улыбку, при этом у него внутри все сжалось от беспокойства. Он тоже всегда и во всем стремился к совершенству.

Однако Кара не стала напоминать ему об этом, а лишь улыбнулась в ответ:

– За время моей работы там постоянно случались подобные неприятности и промахи. В результате все стали считать, что я занимаю не свое место. А я не могла доказать, что кто-то специально пытается мне навредить, и, когда намекнула об этом боссу, он отмахнулся от моих подозрений и заявил, дескать, я просто отлыниваю от работы, пытаясь свалить вину на других. Я начала волноваться и совершать нелепые ошибки, которых никогда раньше не допускала. Это раздражало меня, и я сама начала верить в то, что не гожусь для такой серьезной работы. От волнения почти перестала спать и однажды потеряла самообладание на глазах у босса. И это, – она щелкнула пальцами, – стало концом наших деловых отношений. Судя по всему, он потерял ко мне остатки уважения и доверия и стал передавать мою работу другим ассистентам.

Макс горько усмехнулся:

– Похоже, этот парень полный идиот.

Кара слабо улыбнулась:

– Это я вела себя как полная идиотка. Но однажды все выяснила, подслушав разговор двух ассистенток, которые смеялись надо мной в дамской комнате.

Ее глаза потемнели, и он не мог понять, что она испытывает. Возможно, гнев. Или возмущение. Но совершенно точно не жалость к себе.

– И ты уволилась, – продолжил он за нее.

Кара отпила глоток из своего бокала, Макс последовал ее примеру и поморщился. Приторно-сладкий коктейль явно пришелся ему не по вкусу.

– Вынудили обстоятельства. Под угрозой оказалась моя профессиональная репутация, не говоря уже о психическом здоровье. Я не могла допустить, чтобы меня уволили, это плохо сказалось бы на резюме. И конечно, очень расстроило бы родителей. Они мечтают о том, чтобы я построила отличную карьеру. У них не было возможности получить хорошее образование и прибыльную работу, поэтому они долгие годы копили деньги, чтобы отправить меня в хорошую частную школу. И мой отец очень этим гордится. Общаясь с друзьями, он только и рассказывает о том, что его дочь работает «с сильными мира сего в Большом Дыме»[1]. – Она смущенно усмехнулась.

Макс улыбнулся:

– Тебе повезло, мою мать не слишком заботили мои успехи. Ее едва ли можно было назвать хорошей матерью.

Кара сочувственно вскинула брови:

– А твой отец?

– Я никогда его не видел. – Он со вздохом откинулся на спинку стула. – Мама забеременела в шестнадцать лет и до сих пор уверяет, что не знает, кто мой отец. В юности она была неугомонной, мы без конца разъезжали по стране. Стоило начаться каникулам в школе, как мы тут же собирались и переезжали в другой город. Мама не могла подолгу оставаться на одном месте. Она и сейчас еще не до конца успокоилась.

Кара с сочувствием взглянула на него:

– В юности тебе, судя по всему, пришлось нелегко.

Макс пожал плечами:

– В какой-то степени. У меня не получалось долго с кем-нибудь дружить из-за этих переездов.

Он вдруг подумал о том, как беспокойная юность повлияла на его нынешнюю жизнь. Он по-прежнему не любил перемен, хотя прошло уже много лет. Любое изменение привычного образа жизни вызывало раздражение и злость. Совсем недавно Кара в этом убедилась.

Решив пока не вспоминать о собственных недостатках, он наклонился к ней и заглянул в глаза:

– И что произошло, когда ты написала заявление об уходе?

Кара вздрогнула, когда разговор неожиданно вернулся к ее проблемам, и принялась крутить в пальцах бокал. По-прежнему избегала его взгляда, рассматривая яркую жидкость, колыхающуюся на дне бокала.

– Босс и глазом не моргнул, спокойно бросив мое заявление на стол, и продолжил писать письмо, от которого я его отвлекла. Сразу стало понятно, что я не представляю для него никакой важности. Еще пару недель после этого я безуспешно пыталась прийти в себя, однако понимала, что необходима другая работа. У меня не было сбережений, а в тот момент хозяин квартиры, которую я снимала, вдруг решил повысить арендную плату. Я разослала резюме в несколько компаний, но все собеседования заканчивались полным провалом. Именно тогда я буквально почувствовала, что меня окружает плотное облако неудач, подобное отвратительному запаху.

– И тогда Поппи отправила тебя ко мне.

Сморщив нос, она печально улыбнулась ему:

– Я рассказала ей о том, что произошло, прежде чем Поппи отправилась на съемки очередного проекта, и она решила, что мы вполне можем быть друг другу полезны. Написала, чтобы я попробовала обратиться к тебе. Сообщила, что ты отчаянно нуждаешься в помощнице, а значит, это знак свыше.

– Отчаянно нуждаюсь? Ха! – Он откинулся на спинку стула и поднял бровь, чувствуя, как губы расплываются в улыбке. Ох уж эта Поппи. – Что ж, должен признать, твое присутствие мне очень помогло. Я постоянно нахожусь в тонусе.

– Да, со мной ведь не соскучишься, верно?

Их взгляды встретились, и в это мгновение воздух неожиданно стал горячим и плотным. Макса захлестнул странный восторг при виде того, как порозовели от смущения ее щеки.

Отведя взгляд, Кара взглянула на стол, ее рука с обкусанными ногтями крепко сжала бокал. Конечно, он давно понял, что она изо всех сил пыталась справиться с душевной болью, которую маскировала напускной жизнерадостностью, стараясь не обращать внимания на его непростой характер. И эти обкусанные ногти – явное свидетельство того, что с ней не все в порядке, но он делал вид, будто ничего не замечает.

Но теперь все изменится.

В это мгновение на террасе за спиной у них неожиданно заиграл струнный квартет. Макс поморщился, услышав музыку. Ему никогда не нравилось, когда энергичные мелодии исполнялись на скрипках. Он считал это преступлением против человечества.

– Пойдем прогуляемся по окрестностям и немного освежимся, – предложил он и, встав, протянул ей руку.

Кара взглянула на него, слегка нахмурившись, от этого взгляда у него снова замерло сердце. Но она кивнула и подала ему руку.

Глава 7

Эта прогулка придется ей как нельзя кстати, чтобы освежить голову и прийти в себя.

Кара не могла поверить, что осмелилась поделиться с Максом своими проблемами, но теперь, когда все открылось, она испытала огромное облегчение, хотя колени до сих пор немного дрожали от огромного нервного потрясения.

Искренняя забота и сочувствие, отразившись на его красивом лице, лишь еще больше усилили ее влечение к Максу. Кара заволновалась, размышляя над тем, что не сможет скрыть своих чувств к нему, ведь между ними возможны лишь деловые отношения, в лучшем случае дружба.

Уловив боковым зрением огонек, мерцающий вдали, она остановилась и обернулась, чувствуя, как высокие каблуки увязают в мягкой земле под ногами. Она скинула туфли и, подхватив пальцами кожаные ремешки, бросилась вдогонку за Максом, который стремительно шел вперед, с головой погрузившись в собственные мысли, опустив голову и слегка нахмурившись.

– Послушай, не хочешь прогуляться до того озера? – спросила она.

– Что? – Он посмотрел на нее невидящим взглядом, словно его мысли витали где-то очень далеко. – Да, пойдем.

Столь внезапная отчужденность обеспокоила Кару.

– У тебя все в порядке? – Возможно, теперь, когда появилось время обдумать ее рассказ, он уже начал сожалеть о том, что связался с таким непутевым человеком, как она.

Кара глубоко вздохнула:

– Хочешь вернуться в Лондон? Я не стану возражать.

Обернувшись, Макс посмотрел ей прямо в глаза, казалось, он пытается справиться с волнением.

– Нет, нет. Все в порядке. – Он бросил взгляд в сторону блестевшего впереди озера, снова посмотрел на нее и напряженно улыбнулся: – Давай прогуляемся туда.

Без туфель Кара смогла идти быстрее, и через пару минут они уже добрались до берега. Стоя у самой воды, они смотрели на темный густой лес, раскинувшийся на другой стороне озера.

– Какое чудесное место они выбрали для своей свадьбы, – заметила Кара, чтобы нарушить повисшее между ними неловкое молчание.

– Да, здесь чудесно. – Макс наклонился, поднял с земли плоский камешек и погладил его. – Этот камень отлично подойдет для скольжения по воде. – Он засучил рукава пиджака и закатал рубашку, демонстрируя мускулистые руки.

При взгляде на него у Кары пересохло в горле. В этих загорелых сильных руках, покрытых темными волосами, выделяющимися на фоне белой рубашки, таилось столько силы и жизни, что у нее захватывало дух. Казалось, ей открылся истинный мужчина, скрывавшийся под безупречной маской делового человека.

С трудом поборов желание коснуться этих вздувшихся мускулов, она шагнула назад, чтобы дать ему больше места, а он, низко наклонившись, размахнулся и пустил камешек по воде.

Макс удовлетворенно усмехнулся, когда тот три раза подпрыгнул по спокойной глади озера, рассыпая каскады мелких брызг, а затем исчез без следа на середине озера.

Он обернулся к ней, его глаза сияли от счастья. Кара тоже не смогла сдержать улыбку.

– Впечатляет.

Он подул на пальцы и притворился, что вытирает их о рубашку.

– Я такой. Что тут еще скажешь?

Видя его неподдельную радость, Кара вдруг захотела, чтобы веселье не заканчивалось. Возможно, тогда она сможет отвлечься от печальных мыслей о том, как они одиноки здесь, на берегу озера.

– А ты сможешь научить меня этому?

– Неужели ты никогда не пускала камни по воде? – На его лице отразилось невероятное изумление.

Кара расхохоталась:

– Никогда.

– Разве твои родители живут не в Корнуолле? Там полно воды.

Кара фыркнула и отступила назад, глядя на грязную траву под ногами:

– Да, если на побережье. Но мы жили далеко от воды. Я не училась водить машину, пока жила с ними, а родители редко вывозили меня к морю. Отцу приходилось заниматься тяжелым физическим трудом, и он страдал от болей в спине, поэтому старался ограждать себя от физических упражнений в свободное время. А моя мама настоящая домоседка. У нее боязнь открытых пространств.

Она услышала, как Макс шумно вздохнул, и, взглянув на него, заметила в его глазах искреннее сочувствие.

– Мне так жаль это слышать. Наверное, в детстве тебе было непросто, – мягко сказал он.

Пожав плечами, Кара кивнула в ответ, вспоминая, как нелегко было сидеть взаперти в четырех стенах, когда она жила с родителями. Школа стала избавлением от тесного плена, а как только она окончила обучение, сразу перебралась в Лондон.

– Да, порой бывало нелегко. Хотя мои родители очень хорошие люди. И потратили немало сил, чтобы поставить меня на ноги. Я всегда знала, что они меня очень любят.

И это абсолютная правда. Кара ощутила легкий укол стыда за то, что всеми силами старалась отдалиться от близких людей и не вспоминать о скучной жизни в родном доме. Из чего следовало, что она и родителей хотела вычеркнуть из своей жизни. А они не заслужили такого отношения. Кара уже давно не навещала их и сейчас приняла решение позвонить и назначить дату приезда, как только вернется в Лондон.

Макс кивнул, явно радуясь тому, что ему не надо больше ее утешать, и отвернулся, чтобы подобрать еще один голыш.

Кара наблюдала, как он взвесил камень на ладони, словно проверяя, годится ли тот для броска. Даже в мелочах он все тщательно продумывал, и это качество, несомненно, помогло ему добиться таких впечатляющих успехов в бизнесе.

– Вот, этот вполне подходит. Он не слишком тяжелый и плоский и поэтому хорошо полетит и не утонет сразу, как только коснется воды. – Он повертел голыш в руке. – Камень должен некоторое время лететь, прежде чем опустится на воду, чтобы получился хороший разгон для прыжков по воде.

Макс протянул голыш, Кара взяла его и нахмурилась:

– А как его правильно держать?

– Лучше всего зажать между большим и указательным пальцами. Вот так. – Он подобрал другой камень и продемонстрировал, как правильно его взять.

Кара сделала так, как он показывал, и, уверенно кивнув, размахнулась и изо всех сил забросила голыш.

Камень с громким бульканьем плюхнулся в озеро и тут же пошел ко дну.

– Вот черт! Что я сделала не так? – Кара разозлилась на себя за столь нелепый промах.

– Не волнуйся. Чтобы все получилось, необходимо немного потренироваться. Надо наклониться чуть ниже и замахнуться так, чтобы твоя рука оказалась в горизонтальном положении над землей. Когда поймешь, что камень полетит прямо вперед, параллельно воде, сожми его и бросай так, словно с силой щелкаешь двумя пальцами.

– Ха. На словах все кажется так легко.

Макс улыбнулся и вскинул брови:

– Попробуй еще раз.

Подобрав подходящий камешек, Кара зажала его между указательным и большим пальцами и уже собиралась бросить, как вдруг Макс воскликнул:

– Подожди!

Недовольно поморщившись, она обернулась к нему и увидела, как он хмуро качает головой:

– Тебе не надо так широко замахиваться. Смотри, вот так.

И не успела она опомниться, как он встал у нее за спиной, положив левую руку ей на бедро, а правой обхватил ладонь, в которой она сжимала камень. От его решительного прикосновения у нее на мгновение перехватило дыхание и бешено заколотилось сердце, наполняя все тело горячей пульсацией. Она волновалась так, словно предстояло совершить что-то действительно важное, а не просто бросить камень.

Когда он отвел назад ее руку, она уперлась плечом в его твердую грудь и была несказанно рада, что в этот момент он не мог видеть ее лицо. Кара не сомневалась, что это очень любопытная картина.

– Итак, считаем до трех и бросаем вместе. – Его губы были так близко от ее уха, что она чувствовала, как его теплое дыхание ласкает ее волосы.

– Раз, два, три!

Их руки взметнулись вверх в едином порыве. Кара почувствовала, как сильное тело Макса изо всех сил прижалось к ней, когда они наконец сделали бросок. Однако, оказавшись в его объятиях, она даже не обратила внимания, что камень два раза подпрыгнул на воде, прежде чем утонуть.

– Ура! – торжествующе завопил Макс, отпустив ее, отступил на шаг и вскинул ладонь, ожидая, что она торжественно хлопнет по ней.

Лишившись поддержки сильных рук, Кара почувствовала странную легкость и головокружение, но понимала, что сейчас не время для того, чтобы проявлять слабость. Собравшись с силами, она вскинула руку, и их ладони сошлись в звонком приветственном хлопке. Потом они снова устремились на поиски подходящих снарядов для метания.

– Кто научил тебя метать камешки? Брат? – небрежно спросила она и поморщилась, услышав дрожь в собственном голосе. Взяла себя в руки и подобрала с земли подходящий голыш.

Макс наклонился за своим камнем и, выпрямившись, взглянул на нее.

– Нет. Я единственный ребенок. Думаю, после того как мама поняла, насколько сложно растить меня, решила больше не заводить детей. – Он пренебрежительно вскинул бровь, отвернулся и метнул камень в озеро. И на этот раз голыш пять раз подпрыгнул на воде. Макс удовлетворенно кивнул. – По выходным мы с другом из школы-интерната ездили на велосипедах к ближайшему водохранилищу и соревновались, кто дальше кинет камень. – Он снова принялся искать голыши для броска. Его движения были полны легкости и гибкости, что никак не вязалось с крупным и мускулистым телом.

Неожиданно Кара отчаянно захотела, чтобы у нее все получилось.

Обычно она скептически относилась к суевериям всякого рода, но сейчас вдруг почувствовала, что вызов, который она бросит ему и самой себе, наделит ее особой властью. Если получится правильно бросить камень, возможно, и все остальное в ее жизни наладится.

Она бросит этот камень в надежде обрести былую веру в себя и вернет себе силу. Докажет не только Максу, но и, это гораздо важнее, докажет себе, что не испугается жизненных испытаний, не станет жалеть себя и унывать из-за неудач. Убедится в том, что достаточно смела и открыта для любых новшеств. Пусть даже эта попытка снова окончится неудачей и она будет нелепо выглядеть со стороны.

Вооружившись позитивным настроем, Кара размахнулась, сконцентрировалась, а затем метнула камень в озеро, щелкнув пальцами, как учил Макс. Затаив дыхание, посмотрела, как камешек взмыл в воздух.

Он упал в воду недалеко от берега, и на мгновение Каре показалось, что она снова все испортила, но в это мгновение с ликованием увидела, что голыш два раза подпрыгнул по поверхности озера, прежде чем исчезнуть под водой.

Кара торжествующе обернулась к Максу и с удовольствием заметила, что он одобрительно кивает ей, а на его губах играет радостная улыбка.

– Отличная работа! Ты быстро учишься, правда, это я уже давно знаю.

От этих слов потеплело на душе, и она радостно рассмеялась в ответ. Он снова улыбнулся, и ее захлестнул бурный восторг.

Их взгляды встретились. Кара, как завороженная, смотрела на Макса, видя, как расширяются его зрачки, пока глаза не стали казаться совсем черными в ярком свете солнечного дня.

По ее телу пробежала волна острого возбуждения, смех на губах замер в тот момент, когда он резко отвернулся и посмотрел в сторону дома. Крепко обхватив себя руками, она увидела, как из-под его рубашки выпирают вздувшиеся мускулы.

Макс откашлялся.

– Знаешь, это место напоминает мне о нашей свадьбе с Джемаймой, – спокойно произнес он.

Кара вдруг поняла, каких усилий ему стоило скрывать свои чувства.

Ах. Какая она все-таки эгоистка. Волновалась о том, что он подумает о ее мелких неприятностях, а он в это время боролся с собственной скорбью.

Еще утром, когда безуспешно пыталась справиться с застежками платья, Каре пришло в голову, что он будет чувствовать себя неловко на этой свадьбе, но забыла об этом после происшествия в кухне. Когда его ладони коснулись ее спины, она потеряла способность думать, скованная странным напряжением.

Или ей показалось, что это было напряжение.

Возможно, передались его мрачные опасения.

А когда он рассказал, каким беспокойным и одиноким было его детство, Кара вдруг осознала, почему его так сильно потрясла смерть Джемаймы. Встреча с ней изменила его жизнь, наполнив ее теплом и ощущением собственной значимости и нужности после стольких лет скитаний и неуверенности. А это место напомнило о страшной потере.

Ничего удивительного, что он выглядит таким потерянным.

И все же Макс приехал сюда поддержать ее, хотя и понимал, что ему придется нелегко. Показал себя добрым и отзывчивым человеком, не боссом, а самым настоящим другом. Ее сердце сжалось при мысли о том, как нелегко ему далось решение приехать на эту свадьбу.

– Прости, что притащила тебя сюда. Не подумала, что тебе может быть очень нелегко. После смерти Джемаймы.

Макс коснулся ее руки и подождал, когда она взглянет на него.

– Тебе не за что извиняться передо мной. Не за что. Я приехал поддержать тебя, потому что ты многое для меня сделала. И сегодня настал мой черед помочь тебе. – Он смотрел ей прямо в глаза, и от этого пристального взгляда по ее спине побежали мурашки.

– Если честно, я думал, что мне нелегко дастся этот приезд, – признался он, снова взглянув на дом, – но все оказалось не так ужасно, как я себе представлял. На самом деле мне полезно оказаться в такой ситуации. С тех пор как умерла Джем, я полностью отгородился от реальной жизни, теперь настало время вытащить голову из песка и снова смело взглянуть на мир.

Кара проглотила ком в горле, взволнованная его признанием. Сердце гулко колотилось в груди, и она с трудом перевела дух. Взглянув на Макса, вдруг увидела, что на его лице больше нет прежней мрачной тоски. Теперь в его глазах сиял свет и что-то еще, не знакомое ей доселе.

Они застыли на месте, глядя друг на друга, теплый весенний ветер ласкал их лица, птицы на ветвях деревьев заливались счастливым пением.

Ей вдруг захотелось привстать на цыпочки и обвить его руками за шею. Прижаться губами к его губам, ощутить тепло его сильного тела, слиться с ним в страстном поцелуе, пробуя на вкус. Она жаждала ощутить его дыхание на своей коже, почувствовать, как его руки ласкают ее волосы. Все ее тело напряглось в чувственном ожидании.

Если бы он только позволил, она бы напомнила ему, какой яркой и прекрасной может быть жизнь.

Но, к ее разочарованию, Макс отвел взгляд и кивнул в сторону шатра у них за спиной.

– Нам стоит вернуться, пока за нами не снарядили поисковую экспедицию. Ты же не хочешь, чтобы Эмбер обрушила на нас свой гнев из-за того, что мы нарушаем ее свадебное расписание? А иначе нас силой приволокут и усадят на свои места, – весело заявил он, однако в его голосе она уловила легкое волнение.

Неужели он разгадал ее чувства? Почувствовал ее желание. Кара надеялась, что ей это только показалось. При мысли о том, что влечение к Максу может разрушить их хрупкие отношения, у нее все сжалось внутри.

И скорее всего, в этот момент он снова думал о Джемайме.

Не о ней.

В полном молчании они вернулись к шатру. Яркое солнце приятно согревало ей шею и обнаженные плечи, хотя в душе царил ледяной холод.

Оказалось, они не единственные, кто еще не расселся по своим местам. Кара со вздохом облегчения плюхнулась на стул и потянулась за бутылкой белого вина, собираясь напиться, чтобы хоть как-то смягчить острое разочарование, охватившее ее, когда Макс предложил закончить прогулку и вернуться к гостям.

И дело вовсе не в том, что она не хотела возвращаться, просто было так хорошо наедине с ним. Только они двое. Как хорошие друзья. Возможно, даже больше чем друзья.

Выпив залпом полбокала вина, Кара снова наполнила бокал и протянула бутылку Максу.

Он весело взглянул на нее и поднял бровь:

– Жажда замучила, да?

Кровь прилила к ее щекам.

– Просто пытаюсь проникнуться праздничным настроением. – Кара изобразила беспечную улыбку. – Похоже, нам придется сильно постараться, чтобы догнать остальных.

Шумные разговоры и громкий смех, звенящий вокруг, ясно свидетельствовали о том, что гости уже изрядно подогреты коктейлями, которые разносили официанты.

– Что ж, тогда я предпочту воду, чтобы потом найти свою спальню и не пропустить завтрак. Думаю, один из нас должен оставаться трезвым, чтобы в конце вечера отыскать выход из шатра. Мне что-то совсем не хочется ночевать в машине.

При мысли о том, что им пришлось бы вместе спать в машине, Кара снова покраснела и неловко улыбнулась ему, пытаясь скрыть смущение.

Она сделала еще один большой глоток из бокала, изо всех сил стараясь справиться с волнением.

О боже. Их ждет долгий вечер.

Ужин оказался на удивление изысканным и вкусным, если учесть, сколько гостей было приглашено на торжество. Вино постепенно сделало свое дело, и Кара почувствовала себя намного свободнее. Разговорилась с женщиной, сидевшей справа от нее, которая оказалась кузиной Эмбер. Женщина оказалась агентом по продаже недвижимости, и разговор зашел о том, как сложно снять в Лондоне подходящее жилье. К тому времени, когда подали десерт, новая знакомая пообещала сообщить Каре о первой же подходящей квартире, которая появится в поле ее зрения. Кара снова подумала о том, как важно бывает оказаться в нужном месте и в нужное время, чтобы тебе улыбнулась удача.

Она обернулась к Максу, чтобы поделиться с ним своими мыслями, но обнаружила, что он завершил разговор с мужчиной, сидящим рядом с ним, и теперь мрачно смотрит прямо перед собой.

– Прости, что не обращала на тебя внимания, – сказала она, беспокоясь, что он снова погрузился в невеселые раздумья, оставшись в одиночестве посреди шумного веселья.

Он напряженно улыбнулся и отодвинул стул от стола.

– Ничего страшного. Я слышал твой разговор о новой квартире. Это отличная новость, тебе стоит сохранить телефон этой леди и непременно поддерживать с ней связь. – Он встал и слегка постучал ладонью по спинке стула. – Пойду поищу туалет. Скоро вернусь.

Кара смотрела ему вслед, чувствуя, как к горлу подкатывает плотный ком. Неужели он расстроился из-за того, что она скоро уедет из его дома? Правда, тут же отвергла это предположение. Ну не может этого быть. Он будет только рад снова жить один. И хотя ей очень нравится в его доме, Кара понимала, что настало время переезжать в другое место. Особенно теперь, когда ее чувства к нему неожиданно изменились. И это очень опасно.

– Ваш друг – очень привлекательный мужчина, – пробормотала ей на ухо кузина Эмбер и многозначительно вскинула бровь.

В ответ сердце Кары лишь еще сильнее сжалось от странной грусти. Не в силах вымолвить ни слова, она улыбнулась, надеясь, что улыбка получилась вежливой.

– Привет, Кара.

Услышав знакомый голос за спиной, она едва не упала со стула и резко обернулась назад, увидев перед собой женщину, которую всеми силами старалась избегать с того момента, как заметила в церкви.

К горлу подкатил тошнотворный ком.

– Привет, Люси.

Однако вместо ожидаемого холодного презрения на лице своего врага Кара с удивлением отметила настороженность во взгляде Люси, та слегка закусила губу.

– Как поживаешь? – нерешительно спросила женщина, словно опасаясь услышать ответ.

– Отлично, спасибо. – Кара старалась говорить подчеркнуто безразличным тоном, опасаясь, что здесь скрывается какой-то подвох.

– Я могу поговорить с тобой?

Кара проглотила беспокойство и указала на стул Макса, не понимая, что понадобилось этой женщине от нее. Но как бы там ни было лучше во всем разобраться прямо сейчас, чтобы остаток вечера не пришлось с опаской поглядывать через плечо. Распрямив спину, Кара приготовилась к неожиданному разговору.

Люси опустилась на краешек стула, придвинувшись как можно ближе к ней, и, положив руки на колени, с трудом перевела дух.

– Я ждала подходящего момента, чтобы извиниться перед тобой и не портить нам обеим этот вечер.

Кара изумленно уставилась на нее:

– Я не ослышалась? Ты хочешь извиниться?

Люси скрестила ноги, вытянула их, снова скрестила. Ее щеки сделались пунцовыми.

– Да. Мне очень совестно за то, как к тебе относились в «Лэд». Я ужасно себя чувствую, когда вспоминаю об этом. Мне пришлось встать на сторону Мишель, иначе она навредила бы и мне. Если бы я вступилась за тебя, пришлось бы туго. У меня просто не хватило смелости противостоять ей. Ты должна знать, что я ничего против тебя не предпринимала, но и не пыталась как-то это остановить. – Она покачала головой и медленно перевела дух. – Мне ужасно стыдно!

В этот момент Кара почувствовала, как кто-то положил руки ей на плечи. Обернувшись, она увидела, что вернулся Макс и теперь стоит у нее за спиной, как мрачный ангел, готовый дать отпор любому, кто обидит ее.

– Все в порядке, Кара? – По ледяному тону она поняла, что он готов в любой момент сбросить со стула Люси, стоит лишь его об этом попросить.

– Все хорошо, Макс, спасибо. Это Люси. Пришла извиниться за свое недружелюбное поведение на моей предыдущей работе.

– Это правда?

Кара не видела выражения его лица, но, судя по голосу и тому, как Люси испуганно съежилась на стуле, догадалась, что вид у него довольно грозный.

Люси смущенно откашлялась:

– Да, я очень сожалею о том, что произошло. Там было просто невыносимо работать. Более того, я уволилась через неделю после тебя. Просто больше не могла выносить самодовольное лицо Мишель. Хотя, – она наклонилась вперед с заговорщическим видом, – я слышала от других девушек, что она продержалась на этой должности лишь месяц. Босс просто уволил ее. Очевидно, она не справилась. – Люси фыркнула. – Что ж, за все плохое когда-нибудь приходит расплата. – Очевидно сказав все, что хотела, Люси встала, освобождая место для Макса. – Пойду за свой стол, сейчас подадут кофе, а мне не терпится выпить чашечку. Эти коктейли просто ужасны, вам не кажется?

– А как ты здесь оказалась? – спросила Кара, прежде чем Люси повернулась, чтобы уйти. Ее заинтриговало странное совпадение.

– Я новая ассистентка Джека, жениха.

Кара не смогла сдержать смех, удивляясь неожиданному жизненному повороту.

– Правда?

– Да, он отличный босс, с ним очень приятно работать. – Она снова наклонилась и тихо произнесла: – Но кажется, что Эмбер меня недолюбливает, она была не в восторге, увидев меня сегодня здесь.

– Не принимай близко к сердцу, – с ободряющей улыбкой посоветовала Кара. – Она ко всем его ревнует, – и коснулась руки Люси, – спасибо, что не побоялась подойти и извиниться, Люси. Я уважаю тебя за смелость.

Люси улыбнулась ей на прощание и, испуганно взглянув на Макса, удалилась к своему столику.

Макс уселся на свое место и восхищенно кивнул ей:

– Ты была великолепна.

Прочитав одобрение в его глазах, Кара почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Немного смутившись, она торопливо схватила бокал, чтобы отпить вина, но слишком резко запрокинула его, жидкость выплеснулась через край и потекла по подбородку. Не успела она опомниться, как Макс подхватил салфетку и резко поднес к ее лицу, не дав каплям вина пролиться на платье.

– Ловко! – воскликнула Кара, рассмеявшись.

– Да, я такой, – откликнулся Макс; его глаза весело блеснули, и на губах заиграла ласковая улыбка.

Кару снова бросило в жар, сердце замерло в груди.

О нет, что с ней такое происходит?

И с замиранием сердца она наконец вынуждена была признать правду, которую скрывала даже от самой себя.

Меньше всего она хотела, чтобы это произошло.

Но она влюбилась в него.

Глава 8

После ужина и поздравлений гостей пригласили в дом, где под крутой лестницей в холле располагался уютный бар, а из танцевального зала долетали звуки зажигательных мелодий в исполнении диджея, приглашавшего гостей за столики вокруг танцпола.

Стоя около барной стойки в ожидании, когда им приготовят по чашечке бодрящего кофе, чтобы запастись силами на остаток вечера, Макс размышлял обо всем, что произошло сегодня.

Ему было очень весело на озере с Карой, и это удивляло, поскольку, проснувшись сегодня утром, он меньше всего ожидал, что этот день принесет приятные впечатления.

Но Кара обладала удивительной способностью находить радость в любых мелочах.

На самом деле он так увлекся, демонстрируя ей, как правильно метать камни, что даже не заметил, как его ладонь оказалась на плавном изгибе ее бедра, а тело прижалось к ее спине. Он ощутил знакомый цветочный аромат духов и жар, исходивший от ее кожи. Макс надеялся, что сумел не выдать охватившее его возбуждение, сделав вид, будто увлеченно бросает камни в озеро.

А она так обрадовалась, когда у нее получилось правильно метнуть камень, и ему вдруг безумно захотелось снова обнять ее и разделить эту радость.

На этот раз он сумел сдержаться, наугад заговорив о собственной свадьбе, чтобы разрядить повисшее в воздухе напряжение. Однако мысленно обругал себя, понимая, что Кара решила, будто внезапная перемена темы разговора связана с его мрачными мыслями о собственном горе.

Но причина заключалась не в этом.

Взяв кофе, он вернулся в танцевальный зал, где оставил Кару, и улыбнулся, когда она с явным облегчением взяла чашку у него из рук. Огни в комнате померкли, и под потолком начал медленно вращаться большой сверкающий шар, отбрасывая на пол и на стены блики серебристого света. Макс с восторгом смотрел, как эти удивительные лучи сияют на лице Кары. Ему пришло в голову, что сейчас она подобна неземному созданию, с прекрасными сверкающими глазами и молочно-белой кожей на фоне искрящегося серебром платья.

Его охватила странная эйфория, он ощутил невероятную легкость, словно воспоминания о событиях последних полутора лет, не дававшие покоя, вдруг исчезли, оставив лишь ощущение легкости. Исчезла грусть, на смену ей пришла твердая уверенность в том, что его место здесь.

Рядом с Карой.

Заметив ее озадаченный взгляд, он хотел предложить ей выйти и пройтись, спокойно поговорить, но в этот момент мимо них прошли Джек и Эмбер, направляясь к пустому танцполу. Заметив их, диджей поставил новую мелодию, и толпа гостей ввалилась в танцевальный зал, собираясь насладиться первым танцем новоиспеченной супружеской пары.

Многочисленные гости потеснили Макса. Он сильнее прижался к Каре и неожиданно для себя обхватил ее за талию, чтобы их не разъединили. Она обернулась и взглянула на него, в глазах мелькнуло изумление, тем не менее она повиновалась и последовала за ним туда, где еще оставались свободные места.

Макс увлек Кару за собой, чувствуя плавное движение ее бедер и изо всех сил сдерживая необычное волнение, током пробежавшее по телу.

Когда они наконец выскользнули из толпы, он отпустил ее и готов был поклясться, что она немного расслабилась, избавившись от дискомфорта, который явно причиняли его прикосновения.

Ее напряжение и скованность смутили его, он рассеянно смотрел, как молодожены кружатся в танце, который наверняка репетировали последние пару месяцев.

Неужели он преступил границы дозволенного, когда обнял ее и потащил за собой? А ведь не хотел доставлять беспокойства, но их пригласили сюда как пару, и потому он вполне мог позволить себе подобное поведение.

Вот черт. Ему не в чем себя упрекать. Просто остаток вечера надо вести себя с ней более осторожно.

Как только танец закончился, к молодоженам на танцполе присоединились другие пары. Заметив Кару, Джек оставил Эмбер и устремился к ней.

– Кара, я так рад, что ты пришла! – воскликнул он и, наклонившись, крепко обнял и закружил ее.

Кара залилась радостным смехом и отодвинулась от него. Ее щеки раскраснелись, и она ласково пожала его руку.

– Мои поздравления. И спасибо, что пригласил нас. Чудесная свадьба.

– Я рад, что вы отлично проводите время. – Джек улыбнулся. – Хочешь потанцевать со мной, как в старые добрые времена? – Он взял ее за руку и увел от Макса на танцпол. – Макс, не возражаешь, если я ненадолго украду ее? – бросил он через плечо, очевидно нисколько не интересуясь мнением Макса.

Хотя на самом деле Макс и не мог возражать.

Наблюдая, как Джек кружит Кару в танце и что-то нашептывает ей на ушко, а она в ответ весело смеется, Макс вдруг ощутил необъяснимую ярость. Даже пришлось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы не сжать кулаки. И что, черт подери, с ним сегодня происходит? Как можно ревновать к новоиспеченному жениху, который явно без ума от своей жены, только потому, что тот пригласил на танец Кару? Хотя, возможно, все дело в том, что у этого парня есть все, что только можно пожелать, – любимая жена, успешная карьера, коллеги, которые его уважают, и, конечно, дружба Кары.

Музыка смолкла, зазвучала новая медленная мелодия. Неожиданно для самого себя Макс стремительно направился к Каре и Джеку.

– Не возражаете, если я вас прерву? – Он понимал, что его слова больше напоминают утверждение, нежели вопрос.

Джек вскинул брови, явно удивившись резкому тону Макса, но лишь улыбнулся Каре и махнул рукой.

– Пожалуйста. – Наклонившись к ней, он поцеловал ее в щеку и отошел в сторону. – Я рад, что ты счастлива. Прямо светишься. – Он хлопнул Макса по спине. – Вы с ней прекрасная пара, Макс. Позаботься о ней, хорошо? Она прекрасная девушка. Однако береги ноги, она постоянно на них наступает, – добавил он, отскакивая в сторону, когда Кара замахнулась на него, и со смехом удалился.

Обернувшись к Максу, Кара смущенно улыбнулась, придвинулась ближе и пробормотала ему на ухо:

– Прости меня. Я не хотела рассказывать ему, что мы вовсе не пара, чтобы не портить праздничное настроение.

Макс кивнул и почувствовал, как странное напряжение сковало плечи. Он был разочарован, что ее сияющее лицо не имеет к нему никакого отношения.

Не будь идиотом, какое вообще отношение это может иметь к тебе?

Судя по всему, мрачные мысли отразились на его лице, потому что Кара отодвинулась от него.

– Тебе совсем не обязательно танцевать со мной, тем не менее спасибо за приглашение.

Он пожал плечами:

– Нет проблем. Ты выглядела такой счастливой, а мне показалось, что к Джеку вот-вот подскочит Эмбер или кто-нибудь из родственников, вот и решил их опередить. – Он наклонился к ней и ощутил, как тонкие пряди, выбившиеся из ее прически, ласково коснулись его лица.

Кара как-то странно взглянула на него, кивнула и улыбнулась:

– Хорошо, тогда я с удовольствием потанцую с тобой.

Обняв, он закружился с ней в вальсе, с удовольствием ощущая, как она подчиняется его умелым движениям, полностью доверившись ему. Сердце бешено колотилось в груди, но он изо всех сил пытался сохранять спокойствие, чувствуя жар, исходивший от множества счастливых людей, танцевавших рядом с ними. Хотя, возможно, это близость Кары так странно действовала на него, переполняя все его существо радостным возбуждением?

Макс почувствовал, как она немного отклонилась в сторону, и увидел, что Кара машет Люси, женщине, которая подходила к ней извиниться за ужином.

Вспомнив, с каким достоинством она вела себя в столь непростой ситуации, он снова восхитился ею. Вернувшись к столу после того, как безуспешно попытался справиться со странным унынием, охватившим его при известии о том, что скоро она найдет новую квартиру и уедет, он увидел Кару в обществе Люси и решил, что происходит нечто плохое. Захотелось броситься вперед и защитить ее, потому он стремительно приблизился к Каре и положил руки ей на плечи. Пусть знает, что он на ее стороне и не допустит, чтобы кто-нибудь ее обидел.

Но ей не понадобилась его помощь. Она продемонстрировала настоящую силу духа и сдержанность, не ударила лицом в грязь. И это стало еще одним объяснением, почему она добилась таких успехов в своей работе. Он зауважал ее как личность. Поэтому она так нравилась ему.

Медленная музыка смолкла, уступив место ритмичной танцевальной мелодии. Макс вывел Кару с танцпола и неохотно выпустил из своих объятий, не желая расставаться с удивительным теплом ее тела.

Все вокруг нее кружилось в бешеном ритме.

И виной тому не вино, выпитое за ужином, не шум и духота танцевального зала. Виной всему Макс. Танец с ним, ощущение его сильного тела, умелые движения – от всего этого у нее закружилась голова.

– Макс, давай выйдем на улицу? Мне надо подышать свежим воздухом.

Он с неподдельной тревогой взглянул на нее:

– Ты в порядке?

– Все хорошо, просто здесь слишком душно. – Она обмахивалась рукой, желая хоть немного освежить разгоряченное лицо.

Коротко кивнув в ответ, он пошел следом за ней сквозь толпу людей в холл и на улицу, где их встретила благословенная вечерняя прохлада.

Тяжело опустившись на каменную скамью напротив дома, она с облегчением вздохнула, чувствуя, как легкий прохладный ветерок холодит кожу.

– Пойду принесу тебе воды, – предложил Макс. На его лице застыла тревога. – Побудь здесь.

Кара смотрела, как он уходит, внутри у нее все сжималось от смущения. Она просто не представляла, что будет делать, если не сумеет взять себя в руки.

Закрыв лицо ладонями, она вдохнула его запах, оставшийся на коже, и от этого пряного аромата сердце снова сладко заныло.

– Вы в порядке?

Кара услышала приятный мужской голос и, вздрогнув, подняла голову. Один из гостей разглядывал ее с явным беспокойством. Кара вспомнила, как кузина Эмбер рассказывала, что это младший брат Эмбер, которого считали позором семьи. Она назвала его распутником.

Распрямив плечи, Кара ответила ему дружелюбной, но бесстрастной улыбкой:

– Я в порядке, спасибо, просто стало немного жарко после танцев.

Однако вместо того чтобы кивнуть и уйти, он уселся рядом и протянул ей руку.

– Я Фрэнк, непутевый брат Эмбер, – представился он и подмигнул ей.

Кара не смогла удержаться и рассмеялась, пожав его руку:

– Я Кара.

– Не знаю, говорили ли вам сегодня об этом, но вы просто великолепны в этом платье, Кара, – произнес он вкрадчивым голосом. По его лицу она поняла, что он сгорает от вожделения.

Она уже собиралась дать ему вежливый отпор, как вдруг заметила тень, упавшую на дорожку перед ними. Подняв голову, она увидела, что Макс вернулся со стаканом воды и теперь стоял рядом со странным выражением лица.

– Вот твоя вода, Кара. – Он протянул ей стакан и коротко кивнул Фрэнку.

Тот, должно быть, увидел в глазах Макса нечто, что заставило его торопливо встать и отступить назад.

– Что ж, похоже, ваш друг уже вернулся, поэтому я прощаюсь с вами. Приятно было познакомиться, Кара. – Он разочарованно улыбнулся ей, резко развернулся и скрылся в темном саду.

– Прости, – хрипло сказал Макс, – я не хотел его отпугнуть.

Хотя, судя по всему, он ни капельки об этом не жалел. Усевшись рядом с ней, он закинул руку на спинку скамьи. На самом деле ей даже показалось, что он рад, что мужчина ушел. Кара обернулась и посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как все внутри снова сжимается от волнения. Она заметила его странный взгляд, причину которого не могла понять. Пристальный взгляд сбивал ее с толку.

Пытаясь убедить себя, что все это лишь плод воображения, Кара натянула на лицо невозмутимую улыбку.

– Ничего страшного, он все равно не в моем вкусе.

Не то, что ты.

Отмахнувшись от этой внезапной мысли, она отпила глоток воды, чтобы немного успокоиться. С чего она вдруг взяла, что между ними с Максом что-то происходит?

– Спасибо за воду. Я не хотела доставлять тебе хлопоты. На свежем воздухе мне стало гораздо лучше.

Но, несмотря на ее заверения, Макс по-прежнему как-то странно на нее смотрел.

– Почему у тебя нет друга? – неожиданно спросил он, и у нее от удивления округлились глаза.

– Ну, понимаешь…

Макс нахмурился:

– Это ведь не из-за того, что я слишком загружаю тебя работой?

– Нет, нет! Это мой личный выбор.

Он нахмурился еще сильнее, будто не поверив ее словам.

Кара проглотила ком в горле, прежде чем продолжить объяснения, и крепко стиснула стакан.

– Я решила пока ни с кем не встречаться. Мои последние отношения закончились полным провалом.

Он откинулся на спинку скамьи:

– В каком смысле?

– Неудача на прежней работе разрушила все. Когда начались трудности, я сильно переживала и замкнулась в себе. Мой бывший друг Эван устал от того, что я веду себя столь… гм… безразлично по отношению к нему. – Кара поморщилась. – Именно поэтому теперь я изо всех сил стараюсь быть всегда жизнерадостной. Понимаю, что человек, который постоянно ноет и жалеет себя, может сильно раздражать окружающих.

Он провел рукой по волосам и глубоко вздохнул.

Кара вдруг подумала, что Макс мог неправильно истолковать ее слова, и кровь бросилась ей в голову.

– Я не имела в виду… Я говорила не о тебе.

Он хмыкнул и улыбнулся в ответ:

– А я так и не думал. Просто переживал за тебя. Не могу поверить, что этот парень мог так поступить с тобой.

– Да, но это уже в прошлом. И если честно, наши отношения с самого начала были обречены на провал. Он слишком сосредоточен на собственной персоне. Он просто дал мне понять, что я недостаточно хороша для него.

– Недостаточно хороша! Ничего глупее в жизни не слышал, – отрезал Макс, и по его рассерженному тону она поняла, что он хотел сказать гораздо больше, но предпочел промолчать, не желая нарушать правила приличия.

Она улыбнулась ему, чувствуя, как затрепетало сердце.

– Все в порядке. Меня это больше не волнует.

«Действительно не волнует», – с удовлетворением подумала она. Разрыв с Эваном наглядно продемонстрировал, что уважение к самой себе зависит от собственных поступков и достижений, и не важно, нравится это кому-то или нет.

Поставив пустой стакан на траву около скамьи, она прикрыла рот рукой, зевая от усталости. Сегодня выдался долгий, насыщенный день.

– Хочешь уйти отсюда? – тихо спросил Макс.

Очевидно, ей не удалось скрыть от него усталость.

Взглянув с благодарной улыбкой, Кара кивнула:

– Хочу. Думаю, у меня больше не осталось сил для танцев.

Макс встал:

– Хорошо, подгоню машину.

– Я только забегу попрощаться с Джеком и Эмбер. Встретимся вон там. – Кара махнула рукой в сторону парковки в конце подъездной дорожки.

Он кивнул и направился к церкви, где они оставили машину.

Она смотрела, как он уходит в темноту, повесив на руку пиджак. Белая рубашка, под которой перекатывались тугие мускулы, ярким пятном блеснула в лунном свете, потом Макс пропал из вида.

Торопливо попрощавшись с изрядно опьяневшими молодоженами, Кара вышла на улицу, увидела, что Макс ждет ее в машине, и, забравшись внутрь, со вздохом облегчения устроилась на кожаном сиденье, предвкушая, что скоро окажется в теплой постели. С нетерпением ждала, когда окажется в своей комнате и сможет хоть немного расслабиться, не ощущая на себе пристального взгляда Макса.

Через пять минут они добрались до отеля, где Кара забронировала номера. По счастливой случайности перед аккуратным коттеджем с соломенной крышей нашлось свободное место для парковки.

– Наши номера находятся в пристройке в задней части отеля, – сообщила она, когда Макс достал из багажника сумки. – Служащие сообщили мне код от двери, чтобы мы не беспокоили постояльцев.

– Отлично.

Макс взвалил их багаж на спину, двинулся следом за ней по дорожке, ведущей через живописный садик к задней части дома. В воздухе сладко пахло жимолостью, обвивавшей большую деревянную арку, служившую входом на задний двор, где находилась пристройка. Кара с наслаждением вдыхала чудесный аромат цветов. В бархатном ночном мраке это место выглядело волшебным.

Она набрала код на панели рядом с небольшой дубовой дверью, ведущей в пристройку, и включила свет, как только они вошли внутрь. Их взглядам открылся аккуратный холл, обставленный простой мебелью в незатейливом деревенском стиле. Две уютные спальни располагались по обе стороны коридора, а в дальнем конце находилась небольшая общая ванная.

– Выглядит вполне прилично. Все местные отели переполнены, а Джек сказал, что здесь собиралась остановиться его кузина с семьей, но, поскольку они внезапно передумали, хозяевам было выгодно отдать номер нам.

Макс кивнул, оглядывая комнаты с бесстрастным лицом. Кара не могла понять, о чем он думает.

– Все прекрасно.

Холл был таким тесным, что пришлось встать почти вплотную друг к другу. Кара вдруг запаниковала. Макс медленно прошел мимо нее, чтобы поставить свою сумку в одну из комнат. Ощутив его пряный мужской запах, она задрожала от острого желания. Зная, что он совсем рядом, будет нелегко уснуть, несмотря на сильную усталость.

Макс занес ее сумку в комнату и, вернувшись в холл, встал напротив нее. Слегка нахмурившись, он спросил:

– Ты в порядке?

Она натянуто улыбнулась, и от этого усилия у нее едва не свело щеки.

– В полном порядке. – Волнуясь, она шагнула назад и подпрыгнула, ударившись спиной о стену. – Спасибо, что согласился поехать со мной. Я так тебе благодарна.

Он снова пристально посмотрел на нее. Она почувствовала, как где-то внутри нее начинает разгораться пожар желания, охватывая каждую клеточку и наполняя сладостным нетерпением.

У Кары вдруг перехватило дыхание.

– Мне это было совсем нетрудно, Кара, – ответил он охрипшим голосом, словно стало трудно дышать. – Знаешь, а тот парень, который разговаривал с тобой на скамье, был прав. Тебе очень идет это платье.

Кара уставилась на него, испытывая восторг и одновременно смущение.

Макс на мгновение отвел глаза, а когда снова посмотрел на нее, от прежнего страстного взгляда не осталось и следа, на лице заиграла дружеская улыбка.

– Мне кажется, будет нелегко его снять, ведь утром тебе понадобилась моя помощь. Хочешь, я расстегну эти пуговицы?

Что происходит?

Кара мечтала о том, чтобы Макс отчаянно желал того же, что и она. А она страстно хотела прижаться к нему и поцеловать. Сбросить одежду и раствориться в его жарких объятиях.

Любить его.

Хотел ли он этого?

Мог ли он этого хотеть?

Ее сердце гулко стучало в груди, отдаваясь в голове бешеной пульсацией. Звенящая тишина наполнила все вокруг.

– Это было бы чудесно. Спасибо, – с трудом выдавила она.

Кара повернулась к нему спиной и напряглась, почувствовав, как его пальцы коснулись ее обнаженной кожи, когда он расстегивал пуговицы на ее платье.

Макс расстегнул последнюю пуговицу, Кара слегка прижала к груди платье и обернулась к нему, стараясь не выдать чувств, бушевавших в душе.

Он пристально смотрел на нее, его глаза расширились и потемнели, дыхание стало прерывистым.

Она, зачарованно глядя на него, увидела, как он медленно провел языком по губам, и что-то оборвалось у нее внутри. Не в силах больше сдерживаться, она привстала на цыпочки и, подняв голову, коснулась губами его губ. Вдохнула дразнящий аромат, наслаждаясь теплом его губ и отчаянно желая, чтобы поцелуй сделался более глубоким и страстным.

И неожиданно поняла, что он не отвечает ей.

Макс не отстранился, но она ощутила, как сильно напряглось его тело под ее прикосновениями. Он словно заледенел.

Кара замерла, одной рукой ухватившись за его плечо, а другой все еще крепко прижимая к себе платье, затем резко отшатнулась. Закрыв глаза, почувствовала, как все переворачивается внутри от страха и обиды.

Что она натворила?

Когда Кара наконец осмелилась открыть глаза, Макс смотрел на нее с выражением такой муки на лице, что она снова зажмурилась.

– Прости. Мне очень жаль, – прошептала она, чувствуя, что ей не хватает воздуха, и покраснела от стыда.

– Кара. – В его голосе слышались тревога. Грусть. Гнев.

Отшатнувшись, она снова налетела на стену и, торопливо скрывшись в своей комнате, резко захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, пытаясь избавиться от ужаса, пережитого за последние несколько минут.

Но ничего не помогало.

Что он о ней подумал? Он всего лишь предложил помочь расстегнуть платье, а она набросилась на него. Как она могла так поступить, зная, что он еще не оправился после смерти жены? Как могла подумать, что он захочет, чтобы их связывало нечто большее, чем работа?

Словом, выставила себя полной идиоткой.

Кара не могла свалить свое поведение даже на алкоголь, ведь последние два часа они с Максом пили только безалкогольные напитки.

Неожиданно он постучал в дверь, и она подпрыгнула от страха. Стук резко отозвался в каждой клеточке напряженного как струна тела, и Кара задрожала. Однако она понимала, что должна встретиться с ним. Извиниться и попытаться как-то все исправить.

С трудом переведя дух, Кара отошла от двери, распахнула ее, заставляя себя как можно спокойнее и увереннее посмотреть Максу в глаза.

Но едва она открыла рот и заговорила, пытаясь все объяснить, он поднял руку, останавливая ее.

– Мне правда очень жаль, не понимаю, как такое могло произойти. Это больше не повто…

Но она не успела закончить. Макс, глядя на нее горящими от страсти глазами, вдруг быстро шагнул вперед и, обхватив ее за шею, привлек к себе в неистовом поцелуе.

Они пошатнулись и, теряя равновесие, отступили в ее комнату, не прерывая жаркого поцелуя. Чувствуя горячую волну, которая поднималась из глубины ее тела, Кара услышала, как Макс застонал от удовольствия, когда она прижалась к нему. Она ощутила его безумное желание. Он крепко прижал ее к стене, продолжая страстно целовать в губы, а потом проник глубже, играя с ее языком. От этой ласки у нее закружилась голова. Немного отодвинувшись от Кары, Макс скинул с себя рубашку и швырнул ее на пол.

– Ты уверена, что хочешь этого, Кара? – От желания его голос сделался хриплым и низким.

Она принялась лихорадочно ласкать выпуклые мускулы его груди, охваченная безумным восторгом.

– Да.

Кара улыбнулась, когда он шумно вздохнул в ответ и снова приник к ее губам, он подхватил ее на руки, чтобы отнести на кровать.

А затем не осталось больше слов, лишь ощущение сильного тела, прижимавшегося к ней, волнующие движения мускулов под ее прикосновениями и буря эмоций, в которые она погрузилась с головой, забыв обо всем на свете. Она так давно жаждала этого и теперь растворялась в сладком блаженстве, получив то, о чем мечтала.

Чего так желала.

Внезапно прошлое и будущее перестали существовать, и теперь их жизнь сосредоточилась в одном волшебном мгновении.

И это было прекрасно.

Глава 9

Очнувшись от глубокого сна, Макс не сразу понял, что находится не в своей постели. И он не один.

Теплое тело Кары прижалось к его спине. Она обхватила его рукой за бедро, уткнулась лицом между лопаток. Он чувствовал ее дыхание на своей коже и слышал, как она тихо посапывает.

Воспоминания о жаркой ночи, которую они провели, молниеносно пронеслись у него в голове, как фильм в режиме перемотки, тело мгновенно покрылось мурашками, кровь бешено застучала в висках. Это было великолепно. Более чем великолепно. Эта ночь перевернула его мир.

Он с восторгом вспоминал, как чудесно было сжимать ее в объятиях, наслаждаясь тем, как она отвечает на ласки и полностью покоряется его воле.

Но теперь, лежа рядом с ней, Макс понимал, что совершил ошибку.

Со смерти жены прошло совсем немного времени, и он не имел права на подобные чувства. Это недопустимо. Он чувствовал себя жалким и ничтожным. Чувствовал себя предателем.

Он потерял любовь всей своей жизни и не мог вот так просто обо всем забыть и влюбиться снова. По крайней мере, не так быстро. В холодном свете раннего утра все произошедшее показалось ему ужасным. Он чувствовал себя отвратительно, словно нарушил обещание.

Вчера его весь день сжигало настолько неистовое желание, что он забыл о разуме и просто взял то, чего так сильно хотел. А это несправедливо по отношению к Каре.

Он не готов вновь начать серьезные отношения. Понимал, что Каре необходимо гораздо больше, чем он мог ей дать. Она мечтала о сказке, но он не Прекрасный принц.

Но самое ужасное то, что он знал: это когда-нибудь произойдет. С того самого момента, как впервые увидел Кару. Его влекло к ней, хотя он притворялся, что это не так. Он только все испортил, пригласив ее на работу. Чем больше он говорил себе нет, тем сильнее желал ее. Именно поэтому хотел поскорее отделаться от нее, пока их отношения не зашли слишком далеко. Ну а когда стало понятно, что с появлением Кары его жизнь изменилась в лучшую сторону, он притворился, что хочет оставить ее рядом только из-за ее профессиональных качеств.

Идиот.

Во всем, что произошло, виноват только он один.

Макс с самого начала чувствовал, что им не стоит быть друзьями, понимая, что это опасный путь.

Однако опасения не остановили его, когда прошлой ночью он постучал в ее дверь. Ему стоило такого труда сдержаться после ее первого поцелуя, тем не менее он отдался на волю страсти, потому что она выглядела такой ранимой, такой беззащитной. Он не мог просто так оставить ее в покое. И судя по ее реакции, когда он не смог сдержаться во второй раз и поцеловал ее сам, она отчаянно хотела, чтобы это произошло. Ее тихие, нежные стоны заставили его окончательно потерять голову и лишь подтвердили предположение, что она тоже давно этого желала.

А теперь он должен покаяться и объяснить ей, почему это больше не должно повториться.

Осторожно отодвинувшись, чтобы не разбудить Кару, Макс свесил ноги и сел на краешек кровати, закрыв лицо ладонями и пытаясь придумать, что делать дальше. Он не мог просто уехать и бросить ее в Лейстершире одну, без машины. Но при мысли о том, что придется ехать вместе с ней обратно, после того как объяснит, почему прошлая ночь была ошибкой, Макс приходил в ужас.

Он подскочил на месте, когда изящная рука Кары обвилась вокруг его талии, и она поцеловала его в спину, прежде чем усесться сзади, обхватив его ногами и прижавшись к его спине обнаженной грудью.

– Доброе утро! – воскликнула она хриплым после сна голосом.

Изо всех сил стараясь противостоять соблазну откликнуться на ласку, он осторожно коснулся ее руки и убрал в сторону.

– Ты в порядке? – спросила она, и в ее голосе прозвучала тревога.

– Все отлично. – Он встал и торопливо натянул брюки, прежде чем обернуться к ней.

Кара закуталась в простыню и смотрела на него с таким страхом, что ему отчаянно захотелось ее обнять.

С трудом сдержав этот порыв, Макс засунул руки в карманы и постарался придать взгляду выражение холодной решимости.

– Мы совершили ошибку, Кара. Не стоило этого делать.

– Что? – Ее глаза удивленно расширились.

– Прости. Я не должен был это допустить. Поддался очарованию момента и повел себя как законченный эгоист.

На ее лице появилось выражение неподдельного ужаса.

– Нет. – Она умоляюще протянула к нему руки. – Пожалуйста, не надо сожалений. Я тоже этого хотела.

Он проглотил ком в горле, отведя взгляд от ее взволнованного лица.

– Я не могу дать то, что тебе нужно, не готов для серьезных отношений, Кара.

Еще плотнее закутавшись в простыню, она нахмурилась:

– Ты не знаешь, чего я хочу.

Макс печально улыбнулся в ответ:

– Знаю. Ты хочешь, чтобы между нами все было серьезно, но я этого не хочу. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть.

– И ты счастлив? – Она недоверчиво смотрела на него.

Он раздраженно потер лицо ладонью:

– Да, Кара, я счастлив. – Он почувствовал, как странная тяжесть сковала сердце при этих словах.

– А я и не представляла, что может быть так хорошо. – Кара покачала головой, словно пытаясь избавиться от назойливых сомнений. – Это было прекрасно. И так естественно, Макс. Ты наверняка тоже это почувствовал.

Он спокойно взглянул на нее, ненавидя себя за то, что собирался сказать.

– Нет. Прости. – Он взъерошил волосы. – Послушай, мне просто было одиноко, а ты оказалась рядом. Я ужасно себя чувствую и не стану винить тебя, если рассердишься.

Кара не верила ему. Видела по глазам, что он ее обманывает.

– Я понимаю, почему ты запаниковал, – она с нежностью посмотрела на него, – просто наши отношения зашли очень далеко, а это иногда пугает. Тебе сложно сделать шаг в другую жизнь, особенно после того, что случилось с Джемаймой.

– В этом-то все и дело, Кара. Я однажды уже пережил этот ужас и не хочу, чтобы в моей жизни снова произошло нечто подобное.

– Но такое случается крайне редко.

– Дело не в конкретной болезни. Ужасно, когда отдаешь всю свою любовь одному человеку, а затем в мгновение ока теряешь его. Я не смогу снова это пережить.

– Но ты не можешь отгородиться от жизни, Макс. Это сведет тебя с ума.

Он скрестил руки на груди и принялся мерить шагами комнату.

– Знаешь, что действительно сводит меня с ума? Когда моя жена медленно умирала в больнице, я ничего не мог с этим поделать, ничем не мог ей помочь. Ничем. Я обещал, что буду с ней в горе и радости, в болезни и здравии. При любых обстоятельствах. Но я не выполнил своего обещания. – У него перехватило дыхание от нахлынувших эмоций.

– Не говори так. Это неправда.

Он потер ладонью глаза и глубоко вздохнул, чтобы избавиться от боли, сковавшей грудь.

– Я не смог ей помочь, Кара.

– Это просто было невозможно.

– Но я мог бы уделять ей больше внимания.

– Я уверена, она знала, как сильно ты любил ее.

В том-то все и дело. Он действительно сильно любил Джемайму. Слишком сильно, чтобы кто-то смог заменить ее теперь.

– Да, думаю, она об этом знала. Но это ничего не меняет между нами. Мне не нужны эти отношения, Кара, – произнес он, взмахнув рукой.

Кара недоверчиво смотрела на него:

– И что? Ты принял решение, и я ничего не могу сделать, чтобы изменить его?

– Именно так.

Вскинув голову, она посмотрела ему прямо в глаза:

– Ты по-прежнему хочешь, чтобы я работала с тобой? – Ее голос сорвался.

Хотел ли он этого? Дела круто пошли в гору, когда Кара появилась в его жизни, но то, что между ними произошло, лишь еще больше осложнит жизнь. Они оказались в безвыходном положении.

– Да. Но я понимаю, что тебе придется нелегко, если останешься.

– И ты позволишь мне просто так уйти?

Макс вздохнул:

– Если ты этого захочешь.

Кара пристально посмотрела на него, и от этого взгляда его сердце сковал ледяной холод.

– Знаешь, я не верю, что Джемайма хотела бы, чтобы ты оплакивал ее всю оставшуюся жизнь. Думаю, она бы хотела, чтобы ты обрел свое счастье. Ты должен прекратить прятаться за ее смертью и снова смело посмотреть в глаза реальной жизни. Ты ведь вчера говорил мне об этом. Что случилось, Макс? А? Что случилось с тобой? Джемаймы больше нет, но ты-то по-прежнему жив и должен прекратить наказывать себя за это и начать жизнь с чистого листа.

– Я не готов.

– Знаешь, я люблю тебя, Макс, – вдруг громко произнесла она, и в ее глазах заблестели слезы.

Он глубоко вздохнул, почувствовав острую боль. Нет. Он не хочет сейчас это слышать. Она пытается манипулировать им при помощи чувств, чтобы заставить делать то, чего он не желает.

– Как ты можешь меня любить? – Его голос задрожал от гнева. – Мы едва знакомы.

– Я знаю тебя, Макс. – В ее голосе прозвучало глубокое чувство.

– Возможно, ты так думаешь, потому что недавно я кое-что рассказал о себе, но это не означает, что ты знаешь меня и понимаешь, чего я хочу.

– Ты знаешь, чего хочешь? Мне кажется, ты специально избегаешь счастья. Тебе было очень хорошо со мной вчера, Макс, я это знаю.

– Да, мне было хорошо, но не так, как ты думаешь. Я был рад вырваться из города и немного поразвлечься, но только и всего. Кара, это было развлечение.

Она покачала головой, ее била крупная дрожь.

– Я тебе не верю.

– Прекрасно. Не верь мне. Продолжай жить в своем вымышленном мире, где все чудесно, но не думай, что я стану соответствовать твоим представлениям о жизни.

Казалось, его слова причинили ей огромную боль. Она резко откинулась назад и обхватила себя руками.

– Как ты можешь такое говорить?

Макс почувствовал, как горло начинает сдавливать чувство вины. Она права: это удар ниже пояса, особенно после того, что уже наговорил, но он не мог вести себя с ней мягко, это было бы слишком жестоко. Присев на край кровати, он примирительно поднял руку:

– Кара, я просто в замешательстве. Для меня это все слишком неожиданно. Я не готов к серьезным отношениям. И возможно, никогда не буду готов. Поэтому я не хочу, чтобы ты тратила на меня время. Это несправедливо.

В ответ она вся напряглась и распрямила плечи.

– Хорошо. Если ты так чувствуешь.

– Да, Кара. Прости.

На ее лице отразилось такое презрение, что он даже слегка отшатнулся.

– Что ж, тогда мне пора. – Она села на край кровати. – Не собираюсь оставаться здесь и терпеть унижения. Я достойна гораздо большего, Макс, и, если ты не понимаешь, тем хуже для тебя. – Завернувшись в простыню, она встала перед ним, ее глаза потемнели от гнева. – Ты можешь подвезти меня до ближайшей железнодорожной станции? Я сама доберусь до Лондона.

– Кара, это просто нелепо, – начал Макс, но это прозвучало так неискренне, что его передернуло.

Резко обернувшись, Кара ткнула в него дрожащим пальцем:

– Не смей говорить, что я веду себя нелепо. Я поеду на поезде. Пожалуйста, иди в свою комнату. Встретимся через пятнадцать минут около машины.

– Кара. – Он попытался возразить и шагнул к ней. Но все оказалось бесполезно. У него больше не осталось слов. Макс уже ничего не мог исправить. – Хорошо.

Он наблюдал, как она что-то искала в сумке, и у него внутри все сжималось от тоски.

Обернувшись, она резко кивнула ему, уверенно прошла мимо, направляясь в ванную.

Повинуясь импульсу, он дотронулся до ее руки, словно желая остановить. Почувствовал, как Кара задрожала от этого прикосновения, и осторожно погладил ее руку, стараясь показать, как сожалеет о том, что произошло.

Она накрыла ладонью его пальцы, на мгновение он решил, что она собирается понимающе пожать ему руку, но она лишь оттолкнула его и, отвернувшись, пошла прочь.

Кара дождалась, когда машина Макса отъехала от станции, и, бессильно опустившись на скамейку рядом с билетной кассой, закрыла лицо ладонями и разрыдалась.

Дорога до станции заняла всего десять минут, но они показались долгими и мучительными часами ожидания. Все это время она сидела, распрямив плечи и гордо вскинув голову, стараясь не обращать внимания на ком в горле и подступающие к глазам слезы.

Они не проронили ни слова. Кара была несказанно этому рада, потому что не смогла бы спокойно говорить с ним.

Казалось, они вернулись на исходную точку своего знакомства, когда он никого не подпускал к себе, а она не желала демонстрировать свою слабость.

Что они натворили?

И еще она призналась ему в любви.

При воспоминании об этом у Кары сдавило грудь. Произнеся эти слова, она не знала, чего ожидать от него. На самом деле она вообще не думала, что может выдать нечто подобное. Но ярость, вспыхнувшая в его глазах, потрясла ее.

Значит, он решил, что она пытается манипулировать им. Да у нее и в мыслях этого не было. Она просто хотела, чтобы он знал об этом и о том, что у них есть будущее. Если, конечно, он этого пожелает.

Однако, вспоминая об этом сейчас, Кара понимала, что хотела заставить его действовать силой. Разбудить чувства, которые он похоронил в глубине души вместе с Джемаймой. Поэтому в его реакции нет ничего удивительного. Кара не могла представить, каково это, потерять супруга, но теперь хорошо понимала, что означает в мгновение ока потерять любимого человека. Для этого понадобилось произнести всего лишь три коротких слова.

Ее захлестнули гнев и разочарование, все внутри сжалось от подкатившей тошноты. И как только она могла позволить себе влюбиться в мужчину, который еще не оправился от потери жены и просто не в состоянии ответить взаимностью?

Похоже, она сама обожает страдать. Именно поэтому сейчас осталась не только с разбитым сердцем, но и, похоже, лишилась дома и работы.

Вернувшись в Лондон, три часа спустя Кара, валясь с ног от усталости, вошла в дом Макса. При мысли о том, что снова придется с ним встретиться, ее начинала бить нервная дрожь.

В глубине души она хотела увидеть его, безумный голос нашептывал, что, возможно, он изменил свое мнение, поразмыслив над ее словами. Но, вняв доводам разума, постаралась убедить себя, что не стоит поддаваться самообману.

Войдя в кухню, она увидела на столе листок бумаги, на котором аккуратным почерком Макса было выведено ее имя.

Схватив записку дрожащей рукой, она торопливо прочитала ее, и все внутри сжалось от боли. На глаза навернулись слезы. Макс сообщал, что уезжает в Ирландию на два дня раньше назначенной деловой встречи, чтобы они могли оба прийти в себя после того, что произошло.

Он вовсе не собирался давать им второй шанс.

Все кончено.

Бессильно рухнув в ближайшее кресло, Кара старалась сдержать слезы. Ничего не изменится, если она будет сидеть и жалеть себя.

Теперь надо спокойно обо всем подумать.

Ее жизнь разваливалась на части, и, если в ближайшее время не предпринять решительных действий, будущее окажется под угрозой.

Она так хотела остаться здесь, рядом с ним, но это не ее дом, а Макс не ее муж.

Его сердце принадлежит другой женщине.

Кара ненавидела себя за то, что ревнует к призраку, и не только потому, что Джемайма была красива и умна, но и потому, что Макс любил ее с такой страстью, о которой она раньше и понятия не имела.

Разве могла она затмить эту женщину?

Ее сердце сжалось от жестокой правды: конечно, не могла.

И ни минуты не останется в этом доме.

Аккуратно уложив вещи в чемодан, Кара позвонила Саре с вопросом, можно ли пожить у нее до тех пор, пока кузина Эмбер не подыщет обещанную квартиру.

– Конечно, можешь пожить у нас. – Сара сгорала от любопытства, почему Кара так торопится уехать из дома Макса. – Но тебе стоит попробовать позвонить Анне. Завтра она собирается на пару недель в Штаты и, думаю, с удовольствием оставит тебе квартиру.

Кара позвонила их общей подруге Анне, и у нее появилось новое жилье на следующие две недели. Вопрос с квартирой временно улажен. Теперь оставалось подыскать новую работу.

На прошлой неделе Кара получила приглашение на собеседование от одной компании, в которую отправляла резюме, но была так загружена работой после отъезда Макса в Манчестер, что не нашлось времени ответить. Отправив письмо, в котором принимала приглашение на собеседование, Кара задумалась о нынешней работе.

Хотя она была расстроена и зла на Макса, она не могла бросить его, не найдя себе замены. Возможно, Макс не желал ее больше видеть, но ему по-прежнему нужен персональный ассистент. Деловая встреча с представителями крупной корпорации в Ирландии сулила благоприятные перспективы, и, если все пройдет успешно, он должен будет как можно скорее нанять дополнительных сотрудников.

Так что на этой неделе придется не только самой проходить собеседование, но и выступить в роли менеджера по подбору персонала для фирмы Макса.

От этой мысли она почувствовала огромную усталость и печаль.

Но делать нечего, она сама создала проблему, когда легла в постель с ним, и теперь предстояло все решить самостоятельно.

Глава 10

Макс считал, что поступил правильно, приняв решение отказаться от отношений с Карой, однако в его душе явно творилось что-то неладное. На третью ночь он проснулся в холодном поту, увидев во сне, что Кара заперта в горящем доме, а он не может помочь ей выбраться.

Он встал и принялся торопливо просматривать почту, но его по-прежнему преследовало искаженное от ужаса лицо Кары в языках яркого пламени. И как ни старался убедить себя, что это всего лишь сон, Макс не мог отделаться от навязчивого ощущения, что предал ее.

Что, конечно, соответствовало действительности. В конце концов он признал это, сидя за завтраком в ресторане отеля. Кара обнажила перед ним душу и тело, а он повел себя так, будто для него это само собой разумеется.

А это совсем не так.

Макс вздохнул и потер ладонью воспаленные от недосыпа глаза. Сейчас не время думать о том, как он поступил с Карой, ведь сегодня намечена встреча с представителями одной из крупнейших ирландских корпораций. Необходимо убедить их сотрудничать с ним. Именно этого он боялся, когда согласился принять ее на работу, опасался, что пострадает его бизнес. Хотя, если честно, Кара ни в чем не виновата, он сам заварил эту кашу.

Макс почувствовал, как завибрировал в кармане телефон, и, достав его, увидел новое СМС-сообщение. От Кары.

Чувствуя, как сердце бешено колотится в горле, он прочитал сообщение:

«Удачи тебе сегодня. Я буду думать о тебе».

Макс перечитал сообщение, и у него болезненно сдавило грудь.

Она думала о нем.

Эти несколько слов заставили его забыть о прежней сдержанности, все тело обожгла волна острой боли, от которой перехватило дыхание и все затуманилось перед глазами. Несмотря на то как он с ней обошелся, она по-прежнему беспокоилась о нем.

Хотела, чтобы он помнил, что не один.

Это так похоже на Кару. Добрая и бескорыстная, она одновременно поражала своей смелостью и великодушием. Кара непременно понравилась бы Джемайме.

Глубоко вздохнув, он попытался успокоиться. Сейчас не время размышлять об этом. Предстоит серьезная встреча, и он не допустит, чтобы их кропотливая работа пропала даром.

Четырнадцать часов спустя Макс без сил рухнул на кровать в своем номере. Он весь день пытался произвести благоприятное впечатление на перспективных клиентов, пригласил их на ужин, чтобы отпраздновать заключение сделки. Одна из крупнейших ирландских компаний согласилась на взаимовыгодное сотрудничество.

У него все получилось, он заключил очень выгодную сделку, а это означало, что теперь его бизнес станет расширяться и он сможет нанять команду сотрудников для своей компании.

Жизнь налаживалась.

Его охватило настойчивое желание позвонить Каре и сообщить о своем успехе. Он сел на кровати, потянулся за телефоном, но в последний момент остановился. Не смог просто так позвонить посреди ночи. Она решит, что этот звонок что-то значит.

Его охватила досада, сменившаяся таким отчаянием, что у него захватило дух. Он должен с кем-нибудь поговорить. Немедленно.

Порывшись в записной книжке, Макс нашел нужное имя и нажал кнопку «позвонить». Вслушиваясь в длинные гудки, почувствовал, как от нетерпения дрожат руки.

– Макс? У тебя все в порядке? – раздался сонный голос на другом конце линии.

– Привет, Поппи, прости, я забыл, что там, где ты сейчас может быть, очень поздно, – солгал он.

– Ничего страшного, – откликнулась подруга, ее голос немного напрягся, когда она приподнялась на постели. – В чем дело? У тебя все в порядке?

– Да. Все просто прекрасно. Сегодня подписал очень важный контракт и поэтому очень счастлив. – Макс чувствовал, как безразлично прозвучал его голос, несмотря на все попытки казаться радостным.

И, судя по всему, Поппи это тоже заметила.

– А голос у тебя отнюдь не кажется радостным, Макс. Тебя действительно больше ничего не беспокоит?

Подруга всегда была слишком проницательна. После смерти Джемаймы, когда было особенно плохо, она изо всех сил поддерживала его, долго беседовала с ним, когда он звонил ей по ночам. Макс уже давно не звонил ей, именно поэтому Поппи решила, что у него что-то произошло.

– Гм. – Он провел рукой по волосам и вздохнул, чувствуя огромную усталость. – Нет, я… – И не смог озвучить это. Да, у него не все в порядке. И это еще мягко сказано.

Неожиданно его охватила ярость. Макс изо всех сил вцепился в трубку, пытаясь сохранить спокойствие.

Он проиграл.

– Ты специально это сделала, правда? Отправила ко мне Кару, чтобы я влюбился в нее! – сердито воскликнул он. Кровь бешено пульсировала в венах, он вскочил с кровати и принялся расхаживать по комнате.

Его сердце забилось с удвоенной силой, когда сквозь гнев пробилась изумленная тишина, воцарившаяся на другом конце. Макс вдруг понял, что сейчас сказал.

– А ты влюбился в нее? – тихо спросила Поппи, словно опасаясь разрушить волшебство этого момента.

Макс изо всех сил ударил кулаком в стену, радуясь острой боли, пронзившей ладонь.

– Но со смерти Джемаймы прошло всего полтора года.

– Это не имеет никакого отношения к тому, что происходит, и я не об этом тебя спросила.

Макс со вздохом опустился на кровать, пытаясь справиться с охватившими его противоречивыми чувствами.

– Я не знаю, Поппи! – воскликнул он в конце концов. – Не знаю.

– Если не знаешь ответа на вопрос, скорее всего, это означает, что ты влюблен, но слишком упрям, чтобы признаться даже самому себе.

Макс не смог сдержать смех. Подруга слишком хорошо его знает.

– А она любит тебя?

– Она говорит, что любит.

Макс почти почувствовал, как Поппи улыбается на другом конце линии.

Вот черт.

– Послушай, мне надо идти. Сегодня выдался очень трудный день, а завтра в шесть утра у меня самолет в Лондон, – закончил он, не желая продолжать дальше этот неловкий разговор. – Я позвоню тебе завтра, когда высплюсь и немного приду в себя, хорошо?

– Хорошо. – Она помолчала. – Ты заслуживаешь счастья, Макс, ты ведь понимаешь это, не так ли? Именно этого хотела Джемайма.

Он нажал «отбой» и швырнул телефон на кровать, глядя невидящим взглядом на стену перед собой.

Заслуживал ли он счастья после того, что сделал? Достоин ли второго шанса?

Он знает только одного человека, который мог ответить на этот вопрос.

Когда Макс вернулся домой в восемь тридцать утра, его встретила полная тишина, показавшаяся зловещей.

К этому времени Кара обычно вставала и, позавтракав, готовилась к работе. Если находилась в доме.

Все внутри сжалось от леденящего ужаса, когда Макс представил, что ее больше здесь нет. Вероятно, она ушла после всего того, что он наговорил. И он не мог винить ее в этом.

Бросившись вверх по лестнице, он резко остановился перед открытой дверью ее спальни и заглянул внутрь. В комнате было безукоризненно чисто. И пусто. Словно Кара никогда здесь не жила.

Медленно направившись на кухню, Макс почувствовал, что его бросило в жар. Возможно, она не ушла. Возможно, убралась в комнате и отправилась купить что-нибудь на завтрак.

Но он понял, что ошибся, заметив на кухонном столе ее ключи от дома и мобильный телефон, который он ей дал, чтобы они всегда находились на связи.

Тишина дома давила на него, тесня глухой болью грудь. Макс бессильно упал на стул и закрыл лицо ладонями.

Все это неправильно. Все.

Он больше не желал оставаться в этом доме, сейчас напоминавшем могилу. Или склеп. Как бы там ни было, он просто не мог здесь больше жить. Воспоминания о жизни с Джемаймой в этом доме не давали двигаться вперед и снова обрести счастье. В глубине души он знал, что Джем не желала ему такой участи. Он сам не захотел бы, чтобы она оплакивала его всю оставшуюся жизнь.

Она хотела, чтобы он был счастлив.

Как в этот воскресный вечер.

Он полюбил Кару.

Громко застонав, Макс покачал головой, понимая, какую непоправимую ошибку совершил.

Его захлестнули воспоминания о Каре, ее великодушной улыбке и доброте. О том, как она помогала ему, как призналась в любви.

Его сердце переполняли чувства, кровь бешено пульсировала в венах, звеня в ушах.

Вот это и есть настоящая жизнь. Как же он мог от нее отказаться?

Громкий звонок в дверь заставил его подпрыгнуть от неожиданности.

Кара.

Конечно же это она, которая никогда не опаздывала на работу и появлялась ровно в девять часов утра.

Пожалуйста, пусть это будет она.

Напряжение сковало тело, когда он торопливо пошел к двери и распахнул ее, готовясь сказать ей то, что должен был сказать раньше. Теперь он будет с ней честен. Он признается, как сильно любит ее и хочет быть с ней рядом.

– Макс Файербрэйс?

На ступеньках стояла высокая рыжеволосая женщина в деловом костюме и приветливо улыбалась ему.

– Да. Кто вы? – нетерпеливо спросил он, не желая тратить время на разговоры с посторонними людьми теперь, когда все его мысли были только о Каре.

Женщина протянула руку:

– Я – Донна, ваш новый ассистент.

Его сковал ледяной холод.

– Что?

Она терпеливо и бесстрашно улыбнулась ему:

– Кара сказала, что вы, вероятно, очень удивитесь, увидев меня, потому что всю эту неделю пробыли в Ирландии.

– Это Кара вас прислала?

– Да, вчера вечером она провела собеседование со мной и сказала, что с сегодняшнего дня я могу приступить к работе.

Макс изумленно смотрел на нее:

– А где Кара?

На лице Донны отразилось замешательство.

– Гм. Не знаю. Я не думала, что она придет. Она говорила, что на следующей неделе начинает работать в какой-то компании в Сити. Вчера она весь день вводила меня в курс дела, и потому я решила, что она уже уволилась.

Значит, это все-таки произошло. Он опоздал и уже ничего не сможет исправить. Кара ушла.

– Входите, – пробормотал он, чувствуя, как все внутри сжимается от тоски.

– Мы будем работать здесь? Какой у вас красивый дом, – весело щебетала Донна, оглядывая холл.

– Нет. Я собираюсь в скором времени арендовать офис, – растерянно ответил Макс, и в его голосе прозвучала паника.

Как же ему найти ее? У него нет ни телефонов ее друзей, ни ее собственного мобильного номера. Кара всегда пользовалась мобильным, который он предоставил ей для работы. Он мог бы попробовать связаться с Поппи, но сейчас она наверняка занята на съемках посреди пустыни и не станет отвечать на звонки.

Внезапно ему в голову пришла идея.

– Донна? Кара проводила собеседование с вами в этом доме?

– Нет. Я ездила к ней на квартиру. – Она нахмурилась. – Хотя, если честно, мне кажется, это не ее квартира. Она не знала, в каком шкафчике лежит сахар для кофе.

Макс шагнул навстречу, удивив ее безумной улыбкой:

– Отлично, Донна. Ваше первое задание на сегодня – дать мне адрес Кары.

Проснувшись от громкого стука в дверь, Кара решила, что ей приснился сон, но стук, сотрясающий стены, повторился, и она поняла, что все происходит наяву. Тот, кто стучал, очень хотел привлечь ее внимание.

Натянув махровый халат, она, еще окончательно не проснувшись, спотыкаясь, поплелась к двери. Возможно, почтальон принес посылку для кого-то из соседей, которых не оказалось дома.

Нет, не почтальон.

Макс.

Прислонившись к двери, она удивленно наклонила голову и вцепилась в ручку, чтобы сдержать внезапный порыв броситься ему на шею.

– Макс! Как ты нашел меня? – хрипло пробормотала она, от неожиданного потрясения ее голос прозвучал еле слышно.

Кара убеждала себя, что самое лучшее в этой ситуации – навсегда исчезнуть из его жизни. Уйдя из дома в понедельник, она изо всех сил старалась не думать о нем все последующие одинокие тоскливые дни, но время от времени в глубине души вспыхивала надежда, что он подумает над тем, что она сказала, и, возможно, однажды захочет разыскать ее.

Но она не ожидала, что это произойдет так скоро.

– Моя новая помощница, Донна, дала твой адрес, – сообщил Макс, строго взглянув на нее.

По блеску в его глазах Кара поняла, что он не сердится на то, что она взяла на себя инициативу и наняла человека, не посоветовавшись с боссом.

Она пыталась убедить себя, что не стоит принимать слишком близко к сердцу его визит. Возможно, он заскочил отдать ей какие-нибудь вещи, которые она случайно забыла в его доме. Кара взмахом руки пригласила его войти и проводила на кухню. Прислонившись к кухонной стойке, заговорила первой.

– Ты сказал, что поймешь, если я больше не смогу с тобой работать. После того, что произошло.

Макс остановился в нескольких шагах от нее и прислонился к кухонному столу:

– Да.

Она вздохнула и вскинула подбородок:

– Макс, я не каменная. Я пыталась забыть о том, что случилось между нами в воскресенье, но у меня ничего не получается. Прости.

Глубоко вздохнув, он принялся неловко переминаться с ноги на ногу.

– Не стоит извиняться. Это не твоя вина. Во всем виноват я. Постучал в твою дверь, после того как у тебя хватило сил уйти от меня.

Она ласково усмехнулась:

– Это не сила, это трусость.

– Это не трусость, Кара. Просто у тебя сильно развит инстинкт самосохранения. Тебе очень повезло.

Она опустила глаза в пол, чувствуя, как лицо заливается краской стыда. Сейчас меньше всего хотелось, чтобы Макс почувствовал, какой слабой и беззащитной она себя ощущала.

– Итак, на следующей неделе ты начинаешь работать в другом месте? – тихо спросил он.

Кара заставила себя посмотреть ему в глаза и попыталась изобразить уверенную улыбку.

– Да, в одной фирме в Сити. Это отличная компания, и сотрудники там очень дружелюбные.

– Готов поспорить: после работы со мной тебе по плечу любое испытание. – Макс улыбнулся, но она не ответила на его улыбку. Ее лицо напоминало застывшую маску.

Боже, в какую же нелепую ситуацию они попали.

– Ты вселил в меня большую уверенность. – Кара махнула рукой и добавила, когда он вопросительно вскинул брови: – В том, что касается работы. Ты хвалил меня, когда я хорошо выполняла свои обязанности.

– А у тебя всегда хватало смелости указывать на мои недостатки в поведении.

На этот раз Каре удалось выдавить из себя слабую улыбку.

– Что ж, возможно. Рада, что ты это заметил.

Кара умолкла и опустила глаза. Макс отвел взгляд. Казалось, они оба собирались с духом, готовясь к серьезному разговору.

– Послушай, я здесь не для того, чтобы просить тебя вернуться ко мне на работу, – в конце концов выдавил Макс, проведя рукой по волосам.

– О-о. Хорошо. – Она попыталась скрыть слезы. Нельзя позволить себе расплакаться перед ним. Ни за что.

Он нахмурился, обеспокоенный ее реакцией, и шумно вздохнул.

– Черт! Я совсем не умею говорить о таких вещах. – Он шагнул к ней, но остановился и поднял ладони. – Я хотел сказать, что в конце концов смирился с потерей Джемаймы. И хотя я изо всех сил старался остаться отшельником, упивающимся собственными страданиями, теперь все непременно изменится. – Он снова шагнул к ней и робко улыбнулся: – Благодаря тебе.

Проглотив ком в горле, она улыбнулась в ответ:

– Я рада это слышать, Макс. Очень рада. И счастлива, что ты счастлив. Понимаю, почему ты не хочешь, чтобы я вернулась и работала с тобой. Тебе будет нелегко видеть меня каждый день в твоем доме.

– Я собираюсь продать дом, Кара.

Она в ужасе уставилась на него, чувствуя бешеное биение сердца.

– Что? Неужели у тебя хватит сил уйти из него? Из этого прекрасного дома.

– Меня не волнует дом. Я думаю о нас. – На этот раз он подошел к ней так близко, что Кара почувствовала жар, исходящий от него. Макс посмотрел ей прямо в глаза. – Я готов начать жизнь с чистого листа и хочу это сделать вместе с тобой.

– Тебе…

– Нужна ты, Кара. – Его голос срывался от нахлынувших чувств, и она заметила, что он дрожит.

– Но ты ведь говорил, когда ты… – Голос сорвался. Кара не могла поверить, что это происходит с ней.

Он слегка улыбнулся и тут же нахмурился.

– Понимаю, что должен многое тебе объяснить. – Он взял ее за руку и осторожно подвел к дивану в гостиной. Нежно стиснув ладонь, Макс посмотрел ей прямо в глаза: – После той ночи мне вдруг показалось, что я предал память Джемаймы. – Он проглотил подкативший к горлу ком. – После ее смерти я решил, что не имею права на счастье и не могу начать жизнь с чистого листа, потому что она уже никогда не сумеет этого сделать. Думал, что уже никогда никого не полюблю так, как ее, но потом понял, что это и не надо. Любовь к тебе совсем другая. Она столь же сильна, но все-таки другая. Понимаешь?

Он подождал, когда она кивнет в ответ, а затем продолжил:

– Я не хочу повторять то, что было между нами с Джемаймой. Хочу все пережить по-новому. Вместе с тобой. Я всегда буду любить Джем потому, что долгие годы мы были счастливы вместе, но теперь эта любовь станет лишь частью моего прошлого. – Макс стиснул ладонь Кары. – А ты мое будущее.

– Правда? – От волнения перехватило горло, и Кара с трудом смогла выдавить из себя это слово.

– Да. Я люблю тебя, Кара.

Заглянув в его глаза, она поняла, что это правда. Он всегда старался сдерживать свои эмоции, и она вдруг подумала, каких усилий ему стоило прийти сегодня и признаться в своих чувствах.

Она протянула руку и погладила его по щеке, отчаянно желая избавить его от тревоги и страхов.

– Я тоже тебя люблю.

Он закрыл глаза и с облегчением вздохнул, снова посмотрел на нее. Кара прочла в его взгляде спокойствие и умиротворение. Он коснулся ее волос, привлек к себе и приник к ее губам в долгом жадном поцелуе.

Кара почувствовала, как ее охватывают невероятный восторг и легкость.

Оторвавшись на мгновение, Макс прижался лбом к ее лбу и прошептал:

– Ты делаешь меня таким счастливым.

И больше между ними не осталось места для слов. Лишь страсть и восторг в предвкушении прекрасного будущего вдвоем.

Эпилог

Год спустя

Дом, который они присмотрели, был в точности таким, о каком мечтала Кара во времена своей юности. Конечно, не столь великолепный и огромный, как дом в Южном Кенсингтоне, но вполне подходил для них двоих. И конечно, для будущих детей, которые наверняка скоро появятся в их семье.

Хотя в их планы не входило сразу заводить детей. Макс занимался расширением бизнеса, который резко пошел в гору после заключения выгодного контракта с ирландской компанией, а Кара была довольна своей должностью персонального ассистента генерального директора крупной компании в Сити. Но они оба хотели детей и договорились о том, что это непременно должно произойти в ближайшем будущем.

Жизнь складывалась прекрасно. Как и их отношения.

Некоторое время Кара еще волновалась, что, несмотря на свое признание, Макс окончательно не оправился от горя, и впереди их ждет еще немало трудностей. Но вскоре страхи рассеялись. Их любовь расцвела пышным цветом, и она была на седьмом небе от счастья.

Гнев и раздражение Макса остались в прошлом, а страстность неизменной, и теперь Кара постоянно ощущала его поддержку и заботу. Вспоминая о его печальном прошлом, она научилась ценить жизнь и наслаждаться каждым прожитым днем. И чувствовала себя счастливой.

В пятницу вечером после недолгой встречи с коллегами в баре Кара вернулась в их таунхаус в викторианском стиле, отделанный золотистым кирпичом. Отсюда открывался великолепный вид на парк Виктория, кроме того, от дома было рукой подать до оживленной Коламбия-Роуд, славившейся своим цветочным рынком и магазинчиками изысканной мебели. Распахнув дверь, она застыла на пороге, в немом изумлении глядя на пол.

Он был усыпан разноцветными лепестками цветов. Кара вдруг увидела, что лепестки выложены в форме стрелы, указывающей на вход в гостиную.

– Макс? Я дома. Что происходит? Похоже, в нашем холле похозяйничала весна!

Она на цыпочках прошла к гостиной и взволнованно заглянула в дверь. Сердце радостно сжималось в предвкушении чуда.

От увиденного даже перехватило дыхание.

Вся комната была уставлена яркими букетами весенних цветов. Они заполняли все емкости, которые нашлись в доме, начиная от старинных ваз и заканчивая ковшиком, в котором Кара варила по утрам кашу. Даже люстра была опутана гирляндой из жимолости, источавшей сладкий аромат. Это сразу напомнило ей об их первой ночи после свадьбы Джека, а также обо всех прекрасных ночах, которые у них были после этого, когда она лежала в объятиях Макса, вдыхая аромат его кожи и тая от восторга.

Макс неустанно повторял ей о своей любви. Поддержка и преданность Кары помогли ему окончательно распрощаться с Джемаймой и прошлым, которое так долго не отпускало.

Она освободила его сердце.

Она стала ключом, как он сказал ей, когда полгода назад, радостно смеясь, перенес ее через порог их нового дома.

Она наконец обрела дом.

Их дом.

Макс стоял около усыпанного розами рояля, глядя на нее все с той же страстной любовью и желанием, отчего у нее всегда закипала кровь.

– Привет, красавица. Хорошо провела вечер? – спросил он и, улыбнувшись, направился к ней. В его глазах вспыхнули загадочные искорки.

– Хорошо, спасибо. – Кара обвела рукой комнату и, не в силах сдержаться, выпалила: – Макс, что это?

Увидев истинное благоговение на его лице, она почувствовала, что у нее перехватило дыхание.

– Это я прошу твоей руки. – Макс опустился на одно колено и взял ее за руку. На его лице расцвела улыбка, когда она удивленно ахнула. – Год назад в это самое время я и представить не мог, что снова захочу жениться, полагал, что не заслуживаю счастья. Но встреча с тобой полностью изменила мою жизнь. Ты спасла меня, Кара.

Макс достал из кармана черную бархатную коробочку и открыл ее. Кара увидела прекрасное бриллиантовое кольцо в форме цветка.

– Я люблю тебя и хочу любить всю оставшуюся жизнь. – В его глазах сияли страсть и надежда. – Ну, что скажешь? Ты выйдешь за меня?

Сердце радостно затрепетало. Дрожа от восторга, Кара упала на колени рядом с ним и заглянула в его глаза, потрясенная силой охвативших ее чувств.

– Да, – просто ответила она, влюбленно улыбаясь ему. – Да, я выйду за тебя.

Примечания

1

Большой Дым – Лондон.

Content

Кристи Маккелен
Инстинкт сохранения любви

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог

Примечания