Вадим Астанин

ШЕКСПИР И КОМПЬЮТЕР

Все совпадения случайны.

В дверь постучали. Шекспир отложил перо и прислушался. Он надеялся, что незваный гость, не получив ответа, уйдёт. Стук в дверь повторился. Шекспир задержал дыхание и почесал пером за ухом. Гость оказался настойчивым. Он шуршал за порогом, негромко покашливал и уходить не собирался. Шекспир обмакнул перо в чернила. Гость ненадолго затих. Шекспир вывел заглавную букву. Гость шумно вздохнул и снова постучал. Шекспир кинул перо в чернильницу и пошел открывать.

— Прошу прощения, — сказал гость, вежливо приподнимая широкополую шляпу, — не здесь ли проживает господин Шекспир, всемирно известный поэт и драматург?

— Насчёт всемирно известного, не знаю, — неприветливо ответил Шекспир, — но сочинитель Шекспир проживает здесь.

— Могу ли я увидеться с ним лично? — сказал посетитель, снова приподнимая свою шляпу.

— Можете. Шекспир — это я.

— О, господин Шекспир! — вскричал гость, в смущении прикладывая шляпу к груди.

— Ничего, со всяким случается, — сказал Шекспир, с любопытством разглядывая посетителя. — Чему, так сказать, обязан?

— Господин Шекспир, — сказал гость, — позвольте предложить вам нечто, способное кардинальным образом изменить ваше отношение к процессу литературного творчества!

— Вы — торговый агент?

— Я — не обычный торговый агент, — с достоинством ответил гость.

— Я не из тех коммивояжеров, что впаривают наивным обывателям ненужные и бесполезные товары. Я — сертифицированный торговый представитель одной из солидных и уважаемых компаний, пользующейся заслуженным уважением на рынке сложной бытовой техники.

— Звучит убедительно, — сказал Шекспир, — но непонятно. Что такое «сложная бытовая электроника» и чем конкретно она мне поможет в процессе моего литературного творчества?

— Вы позволите? — сказал гость, указывая шляпой вглубь квартиры.

— Заходите, — сказал заинтригованный речью гостя Шекспир. Посетитель вкатил в комнату объёмный баул на колёсиках.

— Располагайтесь, — сказал Шекспир, закрывая за гостем дверь, — снимайте сапоги. Тапочки найдете под вешалкой. Шляпу и плащ можете оставить на диване, он ближе всего к камину. Сегодня достаточно сыро, вы не находите?

— Благодарю, — сказал торговый агент, переобуваясь в войлочные растоптанные шлёпанцы, — день сегодня и вправду ненастный.

— Хотите горячего грога? — спросил Шекспир собирая разбросанную по столу рукопись новой пьесы.

— Спасибо, — сказал торговый агент, выкладывая на освобождённое от бумаги место плоскую картонную коробку.

— Спасибо «да», или спасибо «нет»? — шутливо уточнил Шекспир.

— Если позволите, позже, — серьёзно сказал торговый агент, разрезая клейкую упаковочную ленту изящным костяным ножом.

— Разрешите представить, — торговый агент извлек из раскрытой коробки чёрный прямоугольник устройства, — специализированный текстовой процессор «T80F» производства японской корпорации «Мацушита Индастриз».

— Чего? — достаточно глупо переспросил Шекспир.

— Специализированный текстовой процессор, — разъяснил торговый агент.

— Революционная разработка инженеров «Мацушита Индастриз», вобравшая в себя всю мощь и многолетний опыт работы в области информационных технологий, призванная облегчить и многократно упростить процедуру создания автором литературного произведения.

Возникла неловкая пауза. Шекспир смотрел на агента, агент — на Шекспира. Молчание неприлично затягивалось. «Глупость какая-то, — подумал Шекспир, — надо как-то отреагировать. Восхититься, что-ли, выказать заинтересованность».

Торговый агент терпеливо ждал реакции Шекспира.

— Ух, ты, — неестественно бодрым тоном возгласил Шекспир, — Даже не с чем сравнивать!

Торговый агент поощрительно улыбнулся.

— Представьте, господин Шекспир, я тоже был сражён. Буквально, наповал. Первой моей мыслью при виде этого, не побоюсь столь громкого эпитета, произведения искусства, этого чуда, этого плода коллективного ума человеческого было восклицание: «Этого не может быть!». Я был раздавлен, я был потрясён! Множественные функции, простота освоения, интуитивно понятный интерфейс, разветвлённая периферия, пятилетний срок гарантии на основное устройство, двухлетний на каждую приобретённую дополнительную опцию по прейскуранту, бесплатная ежегодная профилактика с выездом специалиста на дом в течении всего гарантийного срока, широкие возможности для расширения и модернизации, бесплатное обновление программного обеспечения, скидки при замене устаревшего оборудования, в том числе и самого базового устройства.

— Ошеломительно, — сказал Шекспир.

— Именно, — самодовольно подтвердил торговый агент, — как точно, глубоко и своевременно подмечено, господин Шекспир. — Именно! Это ошеломительно! Это феерично! Это фантастично! К тому же, что немаловажно! Это дёшево! Это доступно! Узнаю истинного ценителя технического прогресса!

— Что вы, — произнёс смущённый Шекспир — какой из меня, право слово, ценитель. Я пишущую машинку совсем недавно освоил. А ленту менять самостоятельно так и не научился.

— Пишущая машинка, — в голосе торгового агента прорезались покровительственные нотки. — Пишущая машинка — это же позапрошлый век! Никто больше не работает на пишущих машинках! Настоящие гении, признанные мастера слова, творцы, гиганты и титаны мысли — все вместе и каждый по отдельности уже давно набирают свои тексты на персональных текстовых процессорах фирмы «Мацушита Индастриз». И только отдельные, подчёркиваю, отдельные — самые замшелые, заскорузлые, ограниченные личности не желают отказываться от примитивного способа оформления рукописей. Хочется верить что вы, господин Шекспир, не относитесь к их числу.

— Вообще-то я предпочитаю… — начал было Шекспир, но торговый агент, не колеблясь, перехватил у него инициативу.

— Если вы позволите, господин Шекспир, я хотел бы продемонстрировать вам названное устройство в действии.

— Пожалуйста, я не против, — сказал Шекспир.

Торговый агент поднял крышку и развернул прямоугольник к Шекспиру. Шекспир с интересом уставился на раскрытый аппарат.

— Портативный текстовой процессор «T80F» производства корпорации «Мацушита Индастриз» представляет собой высокотехнологичное персональное устройство, состоящее из корпуса и закрывающейся крышки. Корпус и крышка изготовлены из ударопрочного пластика. Сверху крышка обтянута кожей нильского крокодила. На корпусе располагаются следующие компоненты: клавиатура, дополненная двенадцатью функциональными клавишами, тачпад, заменяющий внешний манипулятор-мышь и управляющий курсором, световые индикаторы, показывающие состояние текстового процессора, кнопки питания для включения и выключения процессора, кнопка перезагрузки процессора в случае зависания операционной системы, и встроенный микрофон для звукозаписи. На передней стороне корпуса расположены стереоколонки, предназначенные для прослушивания звуковых эффектов. Звуковая мультимедийная система обеспечивает качественный и насыщенный живой звук. С внутренней стороны крышки находится цветной контрастный дисплей. На боковых сторонах корпуса находятся унифицированные разъемы для дополнительных периферийный устройств, как то: внешнего манипулятора-мыши для управления курсором, печатающих и сканирующих устройств, наушников, внешнего микрофона и внешних звуковых систем-колонок.

— Включается и выключается текстовой процессор следующим образом, — торговый агент нажал на кнопку с красным перечёркнутым кружком. — Операционная система загружается с максимальной скоростью за 12 секунд. Такая скорость достигается за счёт предельно жёсткой оптимизации алгоритма стартующих при загрузке служб и сервисов. По завершении загрузки мы попадаем в главное окно интерфейса текстового процессора, или рабочую область экрана. Она ограничена физическими размерами дисплея, однако, при желании, может быть легко раздвинута и за его пределы. Таких рабочих областей, иначе называемых рабочими столами, четыре, но их число, в случае возникшей необходимости, можно увеличить до шестнадцати. Больше, как показывает практика, обычному пользователю не требуется. На каждом рабочем столе присутствуют следующие обязательные графические элементы: значки запуска приложений, панель задач с кнопкой меню «Start» и функциональными иконками значимых сервисов и служб. Значки запуска приложений, панель задач присутствует на всех существующих и вновь открытых рабочих столах по умолчанию.

— Красиво, — сказал Шекспир, — однако я не вполне понимаю… Я не уверен…

— Подождите! — торопливо воскликнул агент, — Не спешите отказываться, господин Шекспир!

— Я не отказываюсь, — мягко сказал Шекспир, стараясь не смотреть прямо в глаза торговому агенту, — я лишь высказываю некоторые сомнения, возникшие у меня во время вашего увлекательного рассказа. В высшей степени увлекательного. — Правда, — незаметно для агента Шекспир скрестил за спиной пальцы и отступил от стола.

— Каюсь, господин Шекспир, — сказал явно повеселевший торговый агент, — иногда я становлюсь чрезвычайным педантом. Занудливым до безобразия. Издержки бывшей профессии.

— И кем вы, если не секрет?

— Да какой уж тут секрет, господин Шекспир. В прошлой жизни я был магистром политических наук, экстраординарным профессором, любимцем королевы. Преподавал политологию в Кембриджском университете, числился при дворе, обучал королевских отпрысков науке царствовать. Пока нашему доброму королю, дай Бог ему здоровья и долгих лет жизни, не пришло желание в очередной раз жениться. Мне государев каприз обошелся тюрьмой и опалой. Королеве он стоил головы.

— Сочувствую, — сказал Шекспир.

— Что вы, господин Шекспир, — бывший профессор грустно улыбнулся, — я ни на что не жалуюсь. Напротив, я должен быть несказанно благодарен судьбе, ведь она была ко мне милостива и благосклонна. Тюремщики меня не обижали, соседи по камере относились ко мне без присущей этим жалким париям жестокости, королевский прокурор сохранил мою никчемную жизнь, а его королевское величество одарило меня несказанной милостью, освободив от бессрочной ссылки в каторжные работы на заморских территориях.

— А как отнеслись к вашему аресту коллеги по университету?

— Коллеги, — брезгливо скривился торговый агент. — Коллеги, господин Шекспир, от меня публично отреклись, лишили звания профессора и изгнали с кафедры. Милые, добропорядочные люди, не желающие никому зла.

— Человек слаб, — сказал Шекспир.

— Ах, оставьте, — сказал бывший профессор, — разве предательство коренится в человеческой слабости? История являет нам примеры, когда слабый, не дрогнув, всходил на костер, и сильный, сдавшись, валялся в ногах палачей, вымаливая пощаду. Проблема не в слабости духа, господин Шекспир, а в наличии твёрдого нравственного начала в душе человеческой. Я часто задумываюсь над тем, как бы я поступил в аналогичной ситуации? Когда необходимо сделать принципиально важный и трудный выбор? Вроде бы, никто тебя ни к чему ни принуждает, ничем тебе не угрожает, и ничего от тебя не требует. Ты волен поступать сообразно твоему воспитанию. Сердце советует тебе поступать по совести, разум диктует обратное — советует принять сторону большинства. Быть с большинством — рационально, подчиниться велению сердца — стать добровольным изгоем. Мучительная дилемма.

— Каково же решение, — спросил Шекспир, — в вашем случае, профессор?

— Оно меня абсолютно не радует, — ответил бывший профессор. — Случись мне делать выбор между совестью и разумом, между правотой одиночки и ложью подавляющего большинства, я бы, не колеблясь, выбрал большинство. При этом я искренне презираю моих бывших коллег. Они поступили отвратительно. Предательство, знаете ли, больно ранит и всегда оскорбляет.

— Тем не менее, вы их оправдываете, — сказал Шекспир.

— Я их понимаю, — ответил торговый агент. — Неплохая работа, приличная зарплата, определённое положение в обществе. Не каждому хочется всё это потерять. Тем более, что почти у каждого из них есть жёны, дети и дочери на выданье. Им надо содержать семью, оплачивать дом. В наше тяжёлое время непросто удержаться на престижном, хорошо оплачиваемом месте. Устроиться, кстати, тоже.

— Вы же устроились, — сказал Шекспир.

— Мне фантастически повезло, — сказал торговый агент, — я случайно встретился на улице с бывшим учеником. Я, господин Шекспир, после освобождения зарабатывал тем, что побирался. Просил милостыню, собирал бутылки на помойках. Пробавлялся мелким воровством, таскал ящики в рыбной лавке, мыл полы в портовых кабаках. Завшивел, опустился, научился пить всякую дрянь, ходил в вонючих обносках, рылся в отбросах вместе с бродячими псами, спал под мостом на обоссанной дерюге.

— Глядя на вас, — сказал Шекспир, — никогда бы не подумал, что вы настолько опустились.

— Конечно же нет, — рассмеялся бывший профессор, — я несколько сгустил краски. Я пал недостаточно низко, чтобы жрать отбросы и спать под мостами, но всё остальное — милостыня, бутылки, ящики, полы и воровство — не отрицаю, было. Ночевал я в приюте для бедных, и питался в бесплатной столовой на Ричмонд-стрит, открытой Фондом христианских благотворителей. Там, кстати, меня и обнаружил мой бывший лучший ученик. Великолепная научная карьера, господин Шекспир. Головокружительная! Ведущий специалист в прикладной социологии, международный эксперт по проблеме трудового и гендерного неравенства, руководитель Британского национального Социологического центра, член-корреспондент Британской Королевской Академии Наук и одновременно непревзойдённый учёный-практик, непререкаемый авторитет в избранной области научного знания. И всего этого он добился в 34 года! Ему я обязан своим спасением.

— Достойный пример бескорыстия, — сказал Шекспир.

— Вы правы, сэр, — бывший профессор интеллигентно высморкался в носовой платок. — Извините, слегка простудился. Лето в этом году какое-то невнятное. То невыносимая жара, то холодно и дожди.

— Говорят, наступает очередное изменение климата.

— Мало ли кто чего утверждает, господин Шекспир! Метеорология ничем не отличается от гадания на картах — и там, и там едино — дилетантизм и шарлатанство, замаскированное под серьёзную отрасль науки. Хотя, я отклонился от предмета разговора. С вашего позволения, сэр, я хотел бы продолжить наглядную демонстрацию возможностей и преимуществ предлагаемого вам технического устройства.

— Валяйте! — милостиво разрешил Шекспир.

Коммивояжёр метнулся к сумке.

— Электричество к вашему дому не проведено, — констатировал он, споро выкладывая на стол коробки и коробочки.

— До сих пор не подвели, — подтвердил Шекспир, — но городская администрация обнадёжила, что наш дом включён в план электрификации городских районов на следующий месяц.

— Ничего, — успокоил драматурга торговый агент, — это даже лучше, что у вас нет электричества. Демонстрация станет более наглядной. Впечатляющей. Выпуклой. Проведём её в суровых походно-полевых условиях. Приготовьтесь, господин Шекспир. Внимание! Эксклюзивная особенность представленного вам, сэр, персонального текстового процессора «T80F» заключается в том, что данный образец устройства комплектуется экспериментальным источником питания, рассчитанным на пять лет бесперебойной эксплуатации. Проще говоря, сэр, вы можете работать на текстовом процессоре в течении пяти лет, 24 часа в сутки, вообще его не выключая! Это потрясающе, господин Шекспир! Только представьте, мы включаем устройство и оставляем его, вообще забываем, что его необходимо отключать. Мы садимся за стол, поднимаем крышку, работаем столько, сколько нам надо, потом закрываем крышку процессора и занимаемся другими делами, не задумываясь о заряде батареи. Почему? Да потому что, при закрывании крышки, устройство переводится в режим гибернации, то есть «впадает в спячку». При этом потребление устройством энергии буквально сводится к нулю. В таком состоянии его можно носить с места на место, или брать с собой, не рискуя причинить устройству неисправность. Его можно даже ронять. Устройство изготовлено по промышленным стандартам: грязе и водозащитный корпус изготовлен из ударопрочной пластмассы, пыле и влагозащищённая клавиатура, изолированная ЖК-матрица дисплея и комплексный контур пассивного заземления.

Далее! Комфортная работа с устройством предполагает наличие функциональной периферии, а именно: компактного лазерного принтера с функцией фотопечати, настольный сканер, способный снимать копии с высокой разрешающей способностью и внешний манипулятор-мышь для управления курсором.

— Речь, конечно, занимательная, — перебил коммивояжёра Шекспир, — однако, хотелось бы увидеть, как это устройство работает на практике.

— Желание клиента — закон для продавца, — усаживаясь за стол, провозгласил бывший кембриджский профессор. — Смотрите, господин Шекспир. Ваша основная программа называется «Cool Writer». По сути — это расширенный текстовой редактор, позволяющий легко и прозрачно структурировать создаваемое автором произведение. Вверху — панель главного меню. Видите? — в ней обозначены отдельные пункты меню «Проект», «Глава», «Сцена», «Персонажи», «Места» и так далее. Каждый такой пункт главного меню, при наведении на него стрелки курсора — вот она, стрелка — и нажатии левой кнопки на манипуляторе-мыши — вот этой — разворачивается подменю, детализирующее содержание пункта главного меню. К примеру, раскрываем пункт меню «Сцена» смотрим подменю и обнаруживаем следующие подпункты «Создать новую сцену», «Создать несколько новых сцен», «Редактировать сцену», и т. д. Как начать писать в «Райтере»? Для этого сначала — обязательно, господин Шекспир — нужно создать новый проект. Проект создаётся следующим образом — наводим курсор на пункт меню «Проект», щёлкаем левой кнопкой мыши, выбираем подпункт «Создать новый проект», либо «Мастер создания проектов». Над чем вы в настоящий момент трудитесь?

— «Генрих Второй», — сказал Шекспир, не отрывая глаз от дисплея.

— Так новый проект и назовём — «Генрих Второй», драма. Определим под него место на диске постоянной памяти, создадим целевую директорию, в которой будут храниться все ваши наработки и запишем папку с вашим первым проектом. Ага, вот и она — благополучно записалась. Видите? — «Генрих Второй». После того, как проект был создан, мы сделаем следующее…

Торговый агент, водя курсором по экрану и щелкая кнопками мыши, подробно и обстоятельно объяснял Шекспиру принцип работы текстового редактора. Шекспир задавал вопросы — торговый агент отвечал; Шекспир забывал последовательность операций — торговый агент повторял нужную цепочку действий; Шекспир выхватывал из руки торгового агента мышь — торговый агент предупредительно уступал Шекспиру стул. Шекспир ошибался — торговый агент его поправлял; Шекспир в раздражении отбрасывал мышь — торговый агент кротко предлагал расслабиться и отдохнуть. Драматург шёл заваривать чай; торговый агент исправлял допущенный Шекспиром ошибки. Они выпивали по чашке красного китайского чая и торговый агент продолжал обучение.

— С редактором я в целом разобрался, — сказал Шекспир, отрываясь от процессора, — в нём сохраняются набранные мною тексты. А что делать с незаконченными рукописями? Как мне их перебросить их на… накопитель информации?

— Без проблем, — сказал торговый агент — давайте, покажу. Берём лист с рукописным текстом, закладываем его в сканер, лицевой стороной вниз. Запускаем программу электронного распознавания — вот эту — она называется «Pape Reader», жмём на кнопку «Сканировать», потом «Распознать», затем «Ручная корректировка скана» и «Экспортировать в текстовой формат». После того, как обработаете всю рукопись, выбираете «Собрать текстовые файлы в один», редактируете полученный в результате слияния конечный файл и нажимаете на кнопку «Экспортировать в формат „CoolWriter“». Завершив операцию экспорта, переходите в «Cool Writer» выбираете пункт подменю «Импортировать в новый проект», вводите заголовок вновь созданного проекта и записываете его в постоянную память, то есть на диск винчестера. Ничего суперсложного, господин Шекспир.

— Кроме затраченного времени, — сказал Шекспир.

— Конечно, процедура сканирования и обработки сканов займёт некоторое время, — согласно кивнул коммивояжёр, — зато в дальнейшем вам не придётся возиться с ворохом исписанных бумаг и волноваться по поводу сохранности вашего архива. Всё будет в памяти процессора и на сменных носителях. Причём, на сменных носителях можно держать любое количество копий всего вашего архива. Насколько позволит объём этого самого носителя. Резервирование данных может осуществляться в двух режимах: автоматическом — перед выключением процессора, и ручном — в подходящий для вас момент. Режим копирования, или его полная отмена устанавливается в отдельной панели настроек программы резервного копирования. Сменные носители прилагаются. В количестве двух штук, объём памяти — 12 гигабайт в каждом. Удобство и экономия налицо! Ваше решение, сэр?

— Я… как-то… не могу вот так сразу, — замялся Шекспир, — предложение, несомненно, заманчивое…

— Уговаривать не в моих правилах, — сказал торговый агент, — излишняя настойчивость раздражает и отпугивает потенциального приобретателя товара. Покупатель всегда прав… даже тогда, когда он не прав по определению. Выбор «покупать — не покупать» должен быть добровольным и самостоятельным. Вы колеблетесь, сэр, и значит, у меня есть шанс развеять ваши сомнения. Что вам мешает, господин Шекспир? Новизна устройства? Консерватизм сознания? Косность восприятия? Согласен, персональный текстовой процессор — вещь для нашего рынка неожиданная, революционная, взрывная! Отсутствует спрос, нет потребителя, неизвестный в Британии производитель, нет сложившейся инфраструктуры продаж и обслуживания. Везде — безусловный минус. Но продукт-то, согласитесь, перспективный!

— Не отрицаю, — Шекспир поскреб мизинцем за ухом, — только вы сами признались, что никто его не покупает.

— Так станьте одним из первых, господин Шекспир, — напористо сказал торговый агент, с хитринкой воззрившись на Шекспира, — Попробуйте, вы ничем не рискуете. Не понравится, вернёте устройство, получите деньги обратно, за вычетом пятипроцентной комиссии. Берёте?

— С возвратом, — напомнил Шекспир.

— Уговор есть уговор, — торговый агент вытащил из баула стопку упакованных в полиэтилен книжек, — без обмана. Договор купли-продажи. Прочитайте и распишитесь, сэр. Обратите внимание на прилагаемый к договору протокол и гарантийные обязательства. Поставьте сегодняшнее число и напишите: «Условия возврата купленного товара принимаю». Подпишитесь здесь, здесь и здесь. Поздравляю с удачной покупкой, господин Шекспир. Надеюсь, вы в ней не разочаруетесь! Да, хочу вас обрадовать, сэр. В соответствии с проходящей рекламной акции, покупатели оплачивают стоимость персонального текстового процессора за вычетом поставляемых в комплекте периферийных устройств и расходных материалов к ним. Цена текстового процессора — 199 фунтов, 99 пенсов с налогами. Принтер, сканер, запасные картриджи к принтеру, запасной аккумуляторный блок вы получаете бесплатно! Кроме того, в подарок от нашей фирмы — Ост-Индской Голландской Компании мы вручаем вам, господин Шекспир сменный носитель — флэш-карту «Мацушита Индастриз» в оригинальном исполнении с логотипом корпорации, личной подписью Председателя Совета Директоров сэнсея Сиракавы Миядзаки и пожеланиями здоровья и благополучия — объёмом памяти 32 гигабайта.

— Банковскими чеками принимаете? — спросил Шекспир.

— Какого банка?

— Имперского Трастового.

— Принимаем.

— Куда, в случае чего, нести моё приобретение? — поинтересовался Шекспир, выписывая чек.

— Адрес указан на последней странице руководства пользователя, — ответил торговый агент, с треском разрывая полиэтиленовую обёртку, — там же и адреса гарантийных мастерских. Правда, их пока ничтожно мало, но мы постепенно расширяемся.

— Улица Фонарщиков, — прочёл адрес офиса лондонского филиала «Мацушита Индастриз» Шекспир, — это же на другом конце города!

— Ничего не поделаешь, — сокрушённо сказал торговый агент, — мы не слишком раскручены, чтобы претендовать на место в Сити. Поэтому, господин Шекспир, не откажите нам в любезности указывать вашу фамилию в списке наших самых знаменитых клиентов?

— Пожалуй, что… не откажу. Пользуйтесь.

— Спасибо, господин Шекспир, — прочувствованно выговорил торговый агент, — не соблаговолите-ли тогда скрепить ваше согласие подписью? Формальность должна быть соблюдена. Официальный документ, сами понимаете. Печаточку приложите, вот сюда. Премного благодарен, сэр. И напоследок, в качестве ответной услуги. У меня есть знакомый мебельщик, он изготавливает необыкновенно ладные компьютерные столы. Материал по желанию заказчика, эксклюзивный дизайн, разумные сроки выполнения заказа. Его визитная карточка…

— Мастер надёжный?

— Не сомневайтесь, господин Шекспир, отменный искусник-краснодеревщик. Виртуоз от древесины. Профессионал! Делает быстро, качественно и недорого! С вашего позволения… — торговый агент прощально махнул шляпой, подхватил баул и скрылся за входной дверью.

— Счастливой дороги! — Шекспир сел за компьютер, запустил «Cool Writer», создал пустой проект, набрал заглавными буквами в строке «Заголовок проекта» «Макбет. Трагедия» и… задумался.

Content

Вадим Астанин
ШЕКСПИР И КОМПЬЮТЕР