СНЫ ГУАЛЬТЬЕРО

Итальянская сказка

Жил некогда во Флоренции молодой дворянин по имени Гуальтьеро. Был он здоров, красив и не беден, так что, как говорится, друзья за него не тревожились, а враги ему завидовали. Однако, если бы Гуальтьеро рассказал о себе побольше, друзья опечалились бы, а враги обрадовались.

А все потому, что несчастный Гуальтьеро каждую ночь видел страшные сны. Дошло до того, что он боялся ложиться спать. С прогулки верхом он, шатаясь от усталости, отправлялся на бал, после бала снова шел гулять… Но без сна человек жить не может. В конце концов, Гуальтьеро, словно подкошенный, валился на свою постель.

И тут его начинали мучить кошмары. Гуальтьеро кричал во сне, обливался холодным потом, просыпался со стоном и больше не мог заснуть.

Однажды юношу навестил старый друг его отца, синьор Риккардо. Синьор Риккардо жил в загородном доме, вдали от шумной Флоренции, и очень редко приезжал в город. Он так ласково заговорил с Гуальтьеро, что тот рассказал ему о своей беде. Внимательно выслушав юношу, синьор Риккардо сказал:

— Видишь ли, в моем уединении я часто читаю старинные рукописи, и мне открылись тайны, неведомые другим. Иные назвали бы меня волшебником, однако это совсем не так — я ведь никогда не пользуюсь тем, что узнал. Но твоего отца я любил, как брата, а тебя люблю, как сына. Поэтому я попробую помочь тебе. Слушай же: дождись ночи, когда нарождается молодой месяц и сорви в лесу три ветки папоротника. Одну брось в текучую воду, другую — в пылающий огонь, а третью, перед тем, как уснуть, положи под подушку. Что бы тебе не привиделось, не бойся. Будь во сне таким же храбрым, как наяву. Да вот еще… Ты ведь знаешь, в самом страшном сновидении нам подчас является что-то прекрасное. Дотронься до этого и скажи:

— То, что я вижу, — я вижу во сне,

Но ты наяву приходи ко мне.

Вот все, что я могу тебе посоветовать. А там посмотрим, что будет…

С этими словами синьор Риккардо попрощался со своим другом и уехал.

Гуальтьеро в точности исполнил все, что велел ему Риккардо. И в ту же ночь ему приснился такой сон. Он очутился на балу в большом, пышно убранном зале. Тут собралось множество разодетых дам и кавалеров. Все они пели, танцевали, смеялись, но едва к ним подходил Гуальтьеро, они отшатывались, словно он был шелудивой собакой. Дамы брезгливо подбирали шлейфы, а мужчины так и норовили дать ему пинка. Ах, каким несчастным и униженным чувствовал себя Гуальтьеро!

Вдруг дамы и кавалеры расступились, и Гуальтьеро оказался перед высоким синьором. В зале было очень светло, но Гуальтьеро, как ни силился, не мог разглядеть лица этого человека. И это было так страшно, что юноша покрылся холодным потом. Человек сказал глухим голосом:

— Пора покончить с этой тварью!

Он вытащил из золоченых ножен меч с рукояткой, осыпанной драгоценными камнями. Гуальтьеро, точно завороженный, не смел отвести глаз от меча, который медленно и неотвратимо поднимался над его головой. Еще мгновение — и смертельный удар обрушится. Тогда Гуальтьеро собрал все свое мужество. Он бросился вперед, дотронулся до блистающего лезвия и сказал:

То, что я вижу, — я вижу во сне,

Но ты наяву приходи ко мне!

Тотчас же все исчезло. Погасли огни в зале, словно растаяли дамы и кавалеры, сверкнул и пропал меч…

Гуальтьеро спокойно проспал до утра.

А утром… Гуальтьеро не мог поверить своим глазам. Меч с рукояткой, осыпанной драгоценными камнями, висел у его изголовья.

На следующую ночь Гуальтьеро приснилось, что он бежит по бесконечному полю, как загнанный заяц. А за ним скачет на вороном скакуне всадник в развевающемся плаще, с копьем наперевес. Ноги у юноши подкашивались, сердце стучало о ребра. Всадник настигал его. «Сейчас мне конец» — подумал юноша и упал на колени, покорно ожидая своей участи. Тут он вдруг вспомнил наставления синьора Риккардо. Гуальтьеро вскочил на ноги и обернулся к преследователю. Лицо всадника было закрыто плащом, но конь… Пресвятая мадонна, как хорош был конь! Черный, без единой отметины, тонконогий, с пышной гривой! Гуальтьеро дотронулся до него и быстро произнес свое заклинание. И опять все исчезло.

Гуальтьеро проснулся утром. Он оглядел комнату — ничего не изменилось. Но когда юноша выглянул в окно, он увидел, что у крыльца бьет копытом черный, без единой отметины конь, тонконогий, с пышной гривой.

— Зачем мне конь! Зачем мне меч! — воскликнул Гуальтьеро. — Ведь я не мечтаю о воинской славе. Мое сердце хочет только покоя, а сны продолжают мучить меня, как и раньше.

Однако он все-таки решил еще раз исполнить совет синьора Риккардо. Когда пришло время спать, он снова положил под подушку лист папоротника.

В ту ночь ему приснилось, что он бродит в темной пещере. Гуальтьеро хотел из нее выбраться и не мог найти выхода. Он шел в одну сторону и натыкался на глухую каменную стену. Шел в другую и снова попадал в тупик. Ему казалось, что он провел под этими низкими сводами целую вечность. Тогда он в отчаянии ударил по стене кулаком. Камни раздвинулись и на Гуальтьеро потоком хлынули ослепительно сиявшие драгоценности — золотые монеты, рубины и изумруды. Они сбили Гуальтьеро с ног и все сыпались и сыпались. Задыхаясь под их тяжестью, юноша из последних сил прокричал заклинание.

Едва Гуальтьеро открыл утром глаза, как тотчас снова зажмурил их: так ярко играли солнечные лучи в груде самоцветов. Целая куча их, словно насыпанная после молотьбы пшеница, лежала посреди его комнаты.

Гуальтьеро, приподнявшись на локте, смотрел на красные, зеленые и синие переливающиеся огни. Вдруг в дверь постучали. И не успел Гуальтьеро крикнуть «Войдите!» — как дверь медленно раскрылась, и в комнату вошел маленький важный человек. У него была такая длинная борода, что кончик ее, словно метла, подметал пол, нос похож был на сосновую шишку, а глаза — как два буравчика. Одет человек был с такой пышностью, что ему позавидовал бы любой придворный щеголь.

Как ни удивился Гуальтьеро, он не мог удержаться от смеха.

А человек тем временем ловко, словно белка, влез по ножке на кровать и взобрался на колено Гуальтьеро. С этого высокого места он отвесил поклон и заговорил пронзительным голосом:

— Синьор Гуальтьеро! Мой властелин, его величество король страны сновидений, весьма обеспокоен тем, что происходит в его королевстве. Вы присвоили себе меч такой красоты, какая только может присниться во сне! Вы увели скакуна, который скачет быстрее мысли. А сегодня ночью вы опустошили королевскую сокровищницу, и она теперь пуста, как сон новорожденного младенца, который еще не умеет видеть снов. Так дальше продолжаться не должно. Мой король прислал меня, чтобы договориться с вами.

— Ах вот как! — закричал в ярости Гуальтьеро. — А как ваш король обращается с несчастными людьми, которые против своей воли попадают в королевство сновидений! Наконец-то я расквитаюсь с ним! Сколько лет я боялся закрыть глаза по ночам, а теперь пусть он дрожит, когда я ложусь спать. Тот, кто пляшет, должен платить волынщику, кто разрезает дыню, должен купить ее, кто доит корову, тот ее и кормит. Не было еще собаки, которая укусила бы меня и не получила бы от меня пинка. А ваш король дразнил, изводил, терзал, мучил меня, пил кровь из моего сердца и слезы из моих глаз. Осиное гнездо — вот что такое ваше королевство, в ваших реках течет не сладкая река забвения, а луковый сок!…

Тут Гуальтьеро остановился, чтоб перевести дыхание. Тогда человечек, оглушенный этой бурей слов, быстро сказал:

— Но мой король обещает больше не посылать вам дурных снов.

— Дешево он хочет от меня отделаться! — отвечал Гуальтьеро.

— Ну, так мы можем договориться иначе, — сказал посол. — Вы отдаете все, что уже забрали у моего короля и поклянетесь не уносить у него никогда ни одной вещи. А король взамен будет посылать вам самые отборнейшие сновидения, из тех, которые любит смотреть сам.

— Идет! — ответил, развеселившись, Гуальтьеро.

— В таком случае приятных снов! — пискнул человечек и мигом исчез.

Вместе с ним исчезли драгоценные камни, не стало меча, опустела конюшня.

С этого времени Гуальтьеро зажил спокойно. Он весело проводил дни, а ложась спать, заранее радовался снам. Сны и вправду были самые приятные. Иногда смешные, так что юноша, вспомнив их днем, вдруг начинал смеяться; иногда такие чудесные, что жалко было проснуться.

Так прошло три года. И вот Гуальтьеро однажды ночью увидел себя на цветущем лугу. Рядом с ним шла девушка. Никогда Гуальтьеро не был так счастлив, как сейчас. Он слушал ее нежный голос, глядел в лучистые глаза и чувствовал, что сердце его согреваеся горячей любовью. Внезапно он вспомнил, что это только сон, и опечалился. Он сказал:

— Идем помедленнее! Я боюсь, что когда мы дойдем до края луга, ты исчезнешь. Я всегда с радостью ждал наступления дня, носегодня мне хотелось бы, чтобы солнце не всходило и ночь не кончалась. Словом, я люблю тебя…

— Ведь в твоей власти сделать так, чтобы мы не расставались! — воскликнула девушка. — Что же ты медлишь? Скорее дотронься до меня и скажи свои волшебные слова.

— Но я поклялся вашему королю никогда не уносить из его страны ни одной вещи.

— Разве я вещь? — удивилась красавица. — Я легкое облачко, тающее в вышине, сонная греза, уходящая с зарей. И если ты дотронешься до меня, я ведь тоже не стану вещью. Я буду живой девушкой, которая любит тебя.

— Ты любишь меня! — вскричал Гуальтьеро.

Позабыв обо всем на свете, он крепко обнял свою любимую и проговорил:

— То, что я вижу, — я вижу во сне,

Но ты наяву приходи ко мне!

Тающая в небе тучка, сонная греза стала явью. Гуальтьеро женился на девушке, и они зажили счастливо.

Но вот удивительное дело — Гуальтьеро с той поры не видел снов, ни плохих, ни хороших. Верно, король сновидений повелел стражам не впускать его в свое королевство. Однако Гуальтьеро не печалился. Ведь с ним была та, которую он встретил во сне и любил наяву.

Content

СНЫ ГУАЛЬТЬЕРО
Итальянская сказка