Самарский Игорь Юрьевич

Додонова Татьяна Николаевна

Самарский Игорь Юрьевич

Пятница

Автор: Игорь Самарский

Иногда, мы клянем себя, или возвышаем.

Однако, стоит серьезно измениться обстоятельствам,

И, мы превращаемся в то, что собой представляем на самом деле.

«Пятница».

(Приключенческий роман.)

Глава 1.

Листва, мелкие шишки, сучья, попавшие после последней, летней шквалистой

грозы на ленту асфальта Рублевского шоссе, слетали в кювет, сносимые вихрями

проносившихся шикарных авто.

Москва дышала раскалённым июльским воздухом, выплевывая потоки автотранспорта

из своих недр, по артериям автострад во все направления России, словно изрыгая не

нужные ее организму чужеродные образования.

На «Рублевке», элитном районе столицы, было немного прохладнее, хотя и здесь,

легкие Москвы уже были подпорчены вырубками лесного массива, всевозможного

статуса застройщиками – из когорты новой, Российской элиты.

Неприметный, красноватого камня, двухэтажный коттедж, затерялся среди вилл и

дворцов певиц, артистов, олигархов и криминальных авторитетов.

…..

Катерина стояла возле плиты и кромсала ножом петрушку. Домработница на

выходные дни была отпущена. Муж еще не вернулся с работы.

Она с неприязнью оглядывала свою фигуру , отмечая недостатки: излишняя полнота,

грудь уже третьего размера, жир выпирает на бедрах, живот начинает выползать из

белья. Она фыркнула и огляделась.

Столовая в доме была забита всякой бытовой техникой. Но именно это ее почему-то и

раздражало. Набрала номер на мобильнике, включила громкую связь и взялась

чистить лук.

– Лариска привет… Ты можешь себе представить, я оббегала самые лучшие

модельные магазины. Но только у «Картье» нашла то что нужно-черное белье в

полном комплекте, с подтяжками, колготками…Да,– она хихикнула,– только кожаной

плетки не хватает…Представляешь?

Катерина улыбнулась.

– Ну и каков эффект?,– снова хихикнула,– ага, с точностью наоборот! Ты думаешь

он обратил внимание ?…Много хочешь! Задал мне идиотский вопрос: – я что ?

Поменяла сексуальную ориентацию и стала мазохистской? Болван!

Ответ защебетал на микрофоне телефона:

–А что ты ожидала от мужчины, с которым прожила столько лет ?

Запомни Катя, все мужики негодяи и подонки!

Катерина, бросает кухонный нож, берт телефон и идет в ванную

комнату, по пути слушая ответ подружки:

– Они не ценят своих жен и все время смотрят на чужие юбки. Я тебе советую

срочно завести любовника, и, не одного. Ты сразу почувствуешь вкус к жизни,

сразу сбросишь свой вес. Доверься мне Катя! Я после развода со своим

мужем как на крыльях летаю…

Катерина взболтала шампунь в воде ванны.

– Ладно подруга! Хватит мне нотации читать! Сама постараюсь разобраться.

Голос в трубке хрюкнул:

– Ну вот те на! Я тебе как подруге, а ты фыркаешь! Ладно, пока!

Загудели прерывистые гудки отключения. Катя в раздражении, нажала кнопку и

бросила телефон на столик перед зеркалом, Уселась на закрытую крышку унитаза,

обхватив голову руками.

С улицы, через раскрытую форточку, послышался скрип тормозов, подъехавшей

машины. Катерина вздохнула и вышла из ванной комнаты.

В гостиную зашел Аркадий – ее муж.

Это сухощавый мужчина, черноволосый, модно одет. Он – успешный банкир.

Исподлобья взглянул на жену, ослабил галстук и поставил «дипломат» на стул, рядом

с дверью. Молча прошел в столовую, открыл холодильник и вынул бутылку пива. Он

постепенно остывал от рабочей горячки, но на него нахлынула новая волна проблем –

испортившиеся отношения с женой. Медленно глотал пиво, размышляя:

«Ну что еще придумала эта развалина? Очередная истерия…Сейчас начнется!»

Катерина, сидя на диване, нервно и бессмысленно листала журнал мод.

Эта ежедневные ссоры угнетали ее, но она не могла понять – почему так резко в их

отношениях, проявилась эта огромная и глубокая трещина непонимания?

Чувствуя, что надо что-то говорить, она не могла вымолвить ни слова.

Аркадий взглянул на нее.

– Звонили сегодня дети или нет, дорогая ?

Катя вздрогнула от этого издевательски прозвучавшего «дорогая».

– Нет. Никто не звонил… Ты знаешь, они уже давно не звонили. Это странно.

– Я думаю, ничего не произошло. Они заняты своими делами,– Аркадий

зевнул.

– Ты знаешь – я обеспокоена, Лена несколько дней не появлялась дома. Я

боюсь, что она, – Катерина поморщилась,– хотя ей уже и шестнадцать лет,

может попасть в дурную компанию. Может стать наркоманкой…

Аркадий раздраженно проворчал:

– Я знаю, чем занимается Лена. Уже давно познакомил ее с хорошим парнем

Игорем и они уехали на несколько дней на Цейлон на отдых, который я же и оплатил.

– Почему я не знаю – кто такой этот Игорь, и почему ты

ничего не говорил об этом?

– Потому, что ты вечно занята собой и не спрашивала меня раньше. И

вообще ты мало интересуешься своими детьми! Я больше знаю, не смотря на

занятость в банке. А ты? Что делаешь ты ? Вместо того, чтобы болтаться с подругами

по магазинам, лучше бы ты узнала, где пропадает твой сын Роман!

У Катерины навернулись слезы на глаза.

– Ну и где же? Где? Ответь мне !

Аркадий хмыкнул и вынул следующую бутылку пива.

– У Романа уже есть девушка. Он работает младшим менеджером по кредитам

в моем банке. Ему уже исполнилось двадцать лет, и, я не удивлюсь, что ты не

заметишь как станешь бабушкой, – он язвительно рассмеялся.

Катерина, в приступе истерики, вскакивает с дивана.

– Да это ты виноват во всем! Это ты еще шесть лет назад запретил мне

работать. Это я, по твоей вине сижу дома, заросла жиром и потеряла контакт с

детьми!, – она отворачивается, утирает рукавом ручьем текущие слезы.

Аркадий, медленно глотая пиво, постепенно «вскипает».

– Да, да! Конечно я! Кто же еще?,– он швырнул пустую бутылку в мусорный

пакет,– другие женщины, вместо того, чтобы бесполезно тратить кучу денег на

ненужные вещи и таскаться по магазинам, развивают свои мозги! Ищут себя в

искусстве, рисуют картины, пишут книги, фотографируют, делают кино и устраивают

выставки! А что ты за 25 лет совместной жизни сделала для семьи? Кроме того, что

родила двух детей ? Что ты собой представляешь? Да ты всего лишь потрепанная

секс машина, которая к тому же заржавела !…

Катя с ревом, убегает в свою комнату.

Она с плачем бросается на кровать. Потоки слез размывают тушь на глазах и Катя

размазывает ее по постели, содрогаясь в приступах рыданий.

Аркадий минуту постоял, остывая от своей «тирады».

Машинально вынул из кейса кипу бумаг. Тупо на них посмотрел, пытаясь

сосредоточиться.

В раздражении засунул их обратно, захлопнул кейс и швырнул его на диван.

Вышел на улицу.

Уже темнело.

Зной немного спал.

Аркадий медленно подошел к своему кабриолету «Лексус». Щелкнул золотой

зажигалкой, закурил…

Из – за ворот раздавались шипящие звуки пролетавших авто.

Подошел к воротам, прислушался, о чем-то раздумывая. Вернулся. Сел в автомобиль.

Швырнул окурок щелчком пальцев в куст сирени.

Завел двигатель и нажал кнопку дистанционного пульта.

Ворота усадьбы бесшумно распахнулись.

Кабриолет, взвыл двигателем и исчез за воротами, которые также бесшумно за ним

закрылись.

Он гнал авто обратно в Москву.

Перед его глазами всплыл образ его секретарши и любовницы – Ларисы, которая

недавно говорила с его женой по телефону. Лора сидит на его коленях в кабинете…

Её руки нежно обвивают торс Аркадия и губы прижались к его шее.

– Аркаша! Ты настоящий гигант секса! Супер мужчина и я тебя люблю, люблю

каждую часть твоего сильного тела дорогой…

Ее рука опускается все ниже и расстегивает ширинку на брюках Аркадия.

Резкий гудок клаксона выводит его из грез.

Перекресток.

Он резко тормозит.

Он чуть не врезалась в шикарный кабриолет, стоящий впереди. Два усатых лица

кавказской национальности лениво оборачиваются и строго смотрят на Аркадия из

передней машины. На их шеях висят массивные золотые цепи.

Аркадий примирительно улыбается, делает извинительные жесты.

Кавказцы отворачиваются.

Загорается зеленый свет светофора. Авто срываются с места. Аркадий резко крутит

руль и поворачивает вправо, выйдя из общего потока автомашин.

Глава 2

Солнечные блики отражались от стекол небоскреба и слепили, водителей и

пешеходов на широком проспекте, пахнувшем расплавленным асфальтом.

Владелец крупной инвестиционной компании, Алексей Воронов ( или как его зовут

закадычные дружки – Алекс), сидит в мягком кожаном кресле своего кабинета на

совещании. За длинным столом сидят исполнительные директоры компании и

множество менеджеров. Менеджеры встают и по очереди делают доклады об успешной

деятельности компании. Алекс встает из кресла и подходит к окну, отворачиваясь от

докладчиков.

Он, только, вполуха слушает докладчиков. Его мысли витают где-то, но только не в

области бизнеса.

Панорама обновившейся до неузнаваемости Москвы открывается перед его глазами.

Алекс хмыкнул.

«Лепота!»,– он улыбнулся, вспомнив Ивана Васильевича из комедии Гайдая.

В его пальцах нервно закрутилась авторучка.

Менеджеры переглядываются между собой. Они тревожно перешептываются – босс не

в духе, это очень опасно.

Алекс резко оборачивается.

Встает главный менеджер по финансам и просит разрешения выступить о проекте

новых инвестиций.

– Могу ли я начать доклад ?

Алекс кивает и снова отворачивается к окну.

Менеджер бодрым голосом начинает говорить о перспективе огромных прибылей:

– Как известно, за последние три месяца наши доходы возросли

на сорок пять процентов. Последние, застрахованные инвестиции позволили

нам получать до 15 процентов прибыли ежемесячно со всего оборота

капитала. Но по предложению нашего банка, мы просчитали проект новых

инвестиций в алмазные разработки в ЮАР,– менеджер кашлянул и покосился

на босса.

Тот стоял возле огромного окна, и казалось, был «очень далеко» от того, о чем вещал

он. Менеджер повернулся к коллегам, опустил глаза в лист бумаги у него в руках и

продолжил:

– Этот проект сулит нашей компании как минимум удвоение

годовой прибыли, в том размере, в котором мы ее получаем сейчас.

Даже, если мы вложимся только на долевом участии….

Алекс смотрит на панораму города. Мысли медленно блуждают в его голове.

« Да, я успешный бизнесмен. Да, на меня работает куча умных, даже слишком умных

помощников, которым я хорошо плачу. Да, у меня хороший, грамотный банкир,

который правильно эксплуатирует мои деньги и своего не упустит. Да, вокруг меня куча

«шестерок» и проходимцев, которые желают залезть в мой карман и

поживиться там. Особенно из властных структур города. Да… Все так!

У меня мало порядочных приятелей, вокруг в основном акулы, бандиты,

многочисленная чиновничья рать, жаждущая урвать свой кусок, не взирая на

современных управителей государства. Долбанные демократы! Насажали своих сынков

в кресла и кричат на каждом углу о благе народа. Зла не хватает!

Однако каждая эта сволочь, не забывает о собственном брюхе! Они спят и видят –

уничтожить меня и заграбастать мой бизнес. А для чего все это? Неужели

жизнь построена на бесконечном добывании денег и это есть счастье?

Единственный друг со времен афганской войны, с которым начинали свой бизнес здесь

в Москве, тоже как и я – достиг успеха, но только в строительстве. Где теперь он – мой

Миша? Вместе с семьей, вышел из Питера на своей яхте и благополучно исчез в

Балтийском море. Его родители не выдержали потери детей…»

Он прокашлялся, повернулся к работникам, сделал рукой продолжающий жест и

углубился в свои мысли.

«Они умерли друг за другом в течение года. Да уж… Я конечно не святой, всякое было

и до армии, и, в армии тоже. Насмотрелся на хапуг в генеральских погонах, нагло

посылающих молодых ребят в секреты на перевалы. Лишь бы глаза не

мозолили и не видели, как эшелонами техника продается духам. Да….С Мишей мы не

раз попадали в переплеты, едва не превратившись в очередной груз «двести».

Ребята вертолетчики спасали… Сами и гибли вместе со спасенными, от неожиданных

«стингеров» на подлетах к базам.»

Алекс прикрывает глаза и на него накатывают воспоминания.

Глава 3

Звездная, афганская ночь. Жара спала и вместе с ней исчез знойный

ветерок, поднимающий крутящиеся столбики пыли.

База советских войск раскинулась в межгорной долине.

Часовые на угловых будках, попыхивали сигаретками. И хотя, они прятали их в

кулаках, все равно, изредка, то в одном, то в другом углу базы, мелькали красные

«светлячки» сигаретных бычков.

Алексей и его друг Михаил затаились за стоянкой бронетехники. Редкий, колючий

кустарник, прикрывал двух солдатиков «ограниченного контингента».

Они уже «дернули» по кружке спирта, наслаждались натуральной тушенкой, передавая

друг другу жестяную банку.

Михаил сыто отвалился и скрутил косячок.

Алексей, выскребал остатки тушенки. Его дружок наклонился, щелкнул зажигалкой.

Потянуло противным дымком марихуаны.

– На потяни. Кайфно!, – Михаил протянул бычок Алексу.

– Нет. Не хочу. Отстань…

– Да ты только попробуй! В натуре…Ну?, – настаивал Михаил

– Да отвянь ты! Знаю я эту дурь… Никогда наркота не давала мне радости.

Тошнота, голова, как горшок набитый говном, и, все…

Михаил, блестя глазами в свете Луны, похихикал…Его стало пробивать на «ха-ха».

Он вспомнил анекдот.

– Слышь? В голову пришло. Вспомнил анекдот. Прикинь… Однажды

прапорщик увидел старушку, которая просила ей что-то подать. Он сжалился и подал

ей … команду «вольно!, – Михаил беззвучно захохотал.

– Не смешно, выдавил из себя Алекс.

– Хм-м… Вот еще. Секретарь Андропова: – Юрий Владимирович,

к вам польский посол. Андропов: – введите!

Михаил отвалился, и затрясся в беззвучном смехе.

Алекс молчал.

Михаил, вытер слезы от смеха, взглянул на друга, и снова отвалился, закинув руки за

голову.

Жара, даже в это ночное время, не хотела сдавать свои позиции..

От выпитого и съеденного, друзья задремали…

Алекс очнулся от не понятного бормотания: – кто-то тихо переговаривался неподалеку.

Темнота, мешала рассмотреть говоривших. Миша тихо посапывал рядом, лежа на боку.

Алекс напрягся.

В темноте маячили три темных фигуры.

Алекс пополз. Не зря их учили в учебке, как надо «снимать» часовых…

Он уже различал: – двое арабов и кто-то из русских. Договариваются о продаже

дополнительной партии гранатометов «РГД» и «Муха».

Араб тихо бубнил на ломаном русском:

– Э… Слушай! Ты много обещаешь, а толком ничего нет…

Ему вторил русский голос:

– Послушай Абдулла! Ты думаешь это легко делать? Да ты знаешь

сколько глаз за мной следят?

– Это твоя проблема… Мы платим! Ты делаешь. Зачем проблему

ставишь ? Купим у другого. Деньги хорошие даем…

Неожиданно на плечах у русского мелькнули полковничьи погоны. Алекс замер.

Его пробило потом.

« Блин! Сам командир полка. Ну и гнида! Давно, его лисьи глазки, примелькались

мне. Вот сволочь!»

Неприятная волна гадливости и ярости нахлынула на Алексея. Он стал

прислушиваться. Разговор на ломаном русском продолжался

Араб уже раздраженно повысил голос:

– Слушай полковник… Два бэтээра в ущелье, не были с запчастями.

Поэтому мы платим только треть. Если ты даешь гарантию, что сейчас, ночью, ты

выгонишь «Урал» с запчастями и на безопасном расстоянии от базы передашь нам,

мы заплатим остальное. Дадим тебе аванс за новую партию гранатометов и три

комплекса «Игла».

Полковник на минуту замолчал.

– Нет братки! Не получится! Этой ночью, нет. Но завтра, послезавтра,

могу направить конвой с ослабленным охранением. Сигнал получите от меня по

сотовому телефону. Ну как ?

– Э..э… Давай делай! Как получим, так и заплатим !

Алекс осторожно поменял позу, поскрипел зубами.

«Ну сука! .Ну и падла! Вот куда оружие пропадает. А мы теряем парней… Сука !

Алекс задыхался от злобы и ненависти. Внутри у него все кипело.

Трое тихо разошлись.

Алекс тихо, вьюном, перекатился к своим кустам и растолкал Михаила, зажав ему рот.

Быстро объяснил в чем дело.

– Миша! Тихо! Полковник гнида. Помнишь я тебе говорил? Сейчас эта падла

при мне договорился с духами. Я сейчас слышал его разговор. Он продает и нас и

оружие…

Михаил напрягся.

– Что? Сейчас слышал ?

– Да, да… Сейчас. Ты что тупой? Делаем их! Ну?

– Ну давай взводный. У тебя голова – арбуз! Тебе виднее…

Две тени скользнули в россыпи камней у ограды базы.

Глава 4.

Моджахеды, осторожно пробирались по камням, спускаясь в ущелье.

Лунный свет залил окружающие камни серебряным ярким светом, бросая длинные

причудливые тени на окружающие скалы и кусты.

Они тихо переговариваются по-арабски. Пискнула рация. Один из них достал рацию и

быстро что-то сказал по-арабски. Второй присел на корточках рядом.

В свете Луны, что-то блеснуло в полете, и неожиданно в спину сидящего, впился по

самую рукоять русский штык-нож от автомата Калашникова.

Одновременно быстрая тень метнулась на стоящего араба, говорящего по рации.

Моментальное движений руки с ножом и из горла араба фонтаном хлынула кровь. и

Раздался хлюпающий, предсмертный хрип.

Рация упала на землю.

Алекс отступил, чтобы фонтан крови не забрызгал его.

Тело, с почти отрезанной головой, мешком свалилось на землю.

Второй араб уже не двигался. Штык проткнул ему сердце.

Пригнувшись, подошел Михаил.

Алекс со злостью пробурчал:

– Суки, это вам, по-вашему! За ваши методы, по– мусульмански …

Подождав, пока с трупов стечет кровь, он ощупал одежду и сумку арабов.

Михаил тихо шепнул:

– Давай зачистимся! В пропасть! Кровь присыпь…

Алекс носком сапога набросал осколки камней на пятна крови на земле.

У обоих арабов на талиях, висели пояса, набитые чем-то.

Содрав с трупов пояса, откинули подальше два немецких «парабеллума», которые

нашли в их карманах.

За ноги поволокли трупы к обрыву и сбросили их в ущелье. Тихо без слов, исчезли за

грудой камней.

Алекс и Миша приближались к своему «дому»

Они присели в яме, отдышались.

Радостно шлепнули кулаками друг о друга и стали распаковывать сумку, пояса. Узлы

были тугие и пришлось воспользоваться штыками.

У них отвисли челюсти.

На землю упали пачки туго спрессованных стодолларовых купюр. Михаил

«прошерстил» пальцами одну из пачек.

– Блин, Алекс! Да тут столько «капусты» !В натуре! На всю оставшуюся жизнь

хватит !

– А ты посчитай, посчитай, – саркастически прошептал Алекс.

Миша пересчитал пачки.

– Тут триста «штук». Ну полкан – не промах! Мы тут уже почти год. А что он тут

за три наковырял, а ? Вот пидар гнойный!

– Ну вот братан и ты понял, что за «опарыш» наш дорогой полковничек! А то

ведь не верил. Теперь мы с тобой богатенькие стали, как Буратино! Не всем же

котам масленица, – он скривился, – полковнички, майорчики, интендантики.

Нажировались падлы ! Суки!

Михаил задумчиво вертел пачку денег в руках.

– Ну и что с «баблом» делать будем ?

– А вот что партнер! Ты слышал, что замполит «травил» позавчера? Выводить

нас будут. Обратно в Союз, – Алекс посмотрел на Михаила. Тот ответил

вопросительным взглядом.

– Ну и?

– Не икай не ишак! Прячем «бабло» здесь. Отмечаем место. На

гражданке это нам пригодиться! Идет?

– Ты длинней ! Тебе видней!

Алекс и Миша доверяли друг другу бесконечно. Не раз прикрывали друг друга от пуль и

осколков. Это солдатское братство, не могло быть нарушено ни при каких

обстоятельствах. Алекс задумчиво проговорил:

– «Бабло» брат, оно и в Африке «бабло»! На что нам жить и стать на ноги по

окончании этой заварушки? Прикинь…

– Да наслышан я. Братва и стрелялась и вешалась там…Тут все понятно, а

там… Я уже отвык полностью. Колька из третьей роты рассказывал, – его брат, тут

только мозоли на ногах имел, а по дембелю, сыграл в ящик уже на гражданке. Бычком

стал. Оказалось у отморозков…

– Вот так то братик ! И «омон» нам не светит. Отбор ограничен…Не каждый

туда попадет, если характеристика от такой падлы как наш полкан, будет не совсем

лояльная. Думай братан! Думай….

– А что тут думать? Ты прав – сто пудов ! Давай только Валентина подключим.

Как ты насчет него?

– Я не против. Головастый парниша. Лады! Проверенный кореш…

Он им обоим нравился. Валентин ( Валик, как они его называли ) – образованный

«салага», радист во взводе связи. И не раз они сидели «на троих» и строили планы, как

и каких девок, они – орденоносцы, будут трахать на гражданке. На том и порешили.

Михаил радостно кивнул.

– Я тоже согласен. Втроем легче!

Алекс ткнул пальцем в землю.

–Так. Давай ковыряй здесь. Место хорошее. И камень большой.

Заметный

Михаил скрутил один пакет, засунул его в арабскую сумку и засунул её глубоко под

камень.

Алекс молча наблюдал.

Друг закончил и замаскировал мхом яму возле камня.

Две тени профессионально проскользнули мимо охраны.

Глава 5.

Валик сидел в своем закутке палатки связистов и что-то паял.

Рядом возникли Алекс и Михаил.

– Ну что Кулибин? Сработает твоя машинка? Где гарантии? Сертификат

качества? Лабораторные анализы и графики испытаний?, – Алекс хитро посмотрел на

друга и улыбнулся.

– Ну босс, ты крут! Но я круче! Гарантии братик – у меня в голове !, – он шутливо

щелкнул себя пальцем по лбу, – там же и секретные протоколы, – улыбнулся в ответ,

отложив паяльник.

– Проверим ?

– Ну давай профессор. Покажи, где дремала русская изобретательская мысль,

– подключился к шутливому разговору Михаил

Валентин повернулся и включил переносную радиостанцию.

Покрутил ручку настройки, наводя индикатор на нужную частоту.

Взял в руки коробочку, в которой что-то паял.

– Ну что сынки? Забьем эфир?

– Давай не томи душу!, – фыркнул Алекс

Валик щелкнул незаметной кнопочкой на коробочке.

Из динамиков рации раздался непонятный вой, щелканье, скрежет.

Алекс скривился. Михаил наоборот – радостно заморгал глазами.

Валентин хохотнул и стал объяснять друзьям принцип работы глушителя.

– Я состряпал мощный генератор шумов, который своей работой, не даст

работать ни обычной рации, ни сотовому телефону – просто не возможно будет

что либо услышать. А вы братки, во время его связи, должны следить за полканом

и его реакцией. Причем полкан должен находиться все время в поле видимости одного

из вас!

Алекс восхищенно промолвил:

– Ну ты Ломоносов даешь !

– Архимед! Так эта гнида не сможет подать сигнал? Круто!, – Михаил потрепал

по плечу друга, – ребята договариваемся о системе знаков жестами, и, дело в шляпе!

– Ну, ну! Не гони пургу! Размечтался! Не известно, как все выйдет, – Алекс

покачал головой.

Валентин, щелкнул кнопкой выключения.

– Я буду на столбе. Делать вид, что делаю ремонт. Вы наблюдаете. Даете мне

знак.

– Допустим, – Алекс вытер пот со лба.

– Я включаю генератор и возникает абзац! Вся связь в этом участке

парализована ! Михай, допустим увидел, что все прошло. Делает знак. Я гашу

генератор. Ну нельзя же парализовать всех! Так нас в моджахеды могут записать.

Усекли ?

– Так точно боец. Мать твою так! Круто!, – Алекс козырнул.

– Но-но! Не тронь мою маму! Матершинник!

– Сорри сэр! Тут – все джентльмены. Михай? Валим спать…!

Они тихо выходят из палатки. Валентин прячет коробочку, в свою сумку.

Глава 6.

Пыльное афганское утро.

На базе, ревут двигатели, прогреваемых моторов. Бегают солдаты. Раздаются резкие

команды начальников.

Перед выходом в поход, выстраивается автомобильный конвой.

Последним стоит крытый брезентом «Урал», заполненный ящиками. Несколько групп

бойцов наблюдают сборы конвоя. С разных сторон от конвоя находятся Михаил и

Алекс. У Алексея на плече автомат, он прогуливается недалеко от штабной палатки,

все время держа в виду вход в палатку.

На высоком столбе радио-антенны, на специальных растяжках висит Валентин. Он

делает вид, что ремонтирует крепление антенны, все время, поглядывая на своих

друзей. В его инструментальной, притаилась коробочка с генератором, весело

подмигивая ему зеленым глазком индикатора «готовности».

Командиры выходят из палатки.

Лейтенант охранной роты, бежит к конвою. Командиры расходятся к своим солдатам.

Звучат команды сборов и построений.

Полковник, грузный мужчина, с резкими чертами лица, возвращается в палатку и через

мгновение выходит из нее, держа в руках полковой сотовый телефон. Он оглядывается

и отходит от палатки.

Алекс немедленно поправляет «афганку» на голове.

Валентин щелкает выключателем.

Полковник обалдело смотрит на телефон – не может понять в чем дело.

Он снова и снова щелкает выключателями. Из сотового слышен странный гул и только.

Полковник нервничает. Двигатели передних автомашин конвоя начинают в нетерпении

взвывать. Полковник в ярости вбегает в палатку и матом начинает «разносить»

дежурного радиста за неработающий сотовый.

– Ты сука конденсаторная! Почему рация не работает ? Исправить

немедленно !

В ярости швыряет ему в руки сотовый и выбегает наружу.

Валентин спустился с антенны.

Валентин, Миша и Алекс, постепенно, медленно постепенно начинают сходится в

одном месте, наблюдая, как полковник мечется в бессилии возле палатки связи.

Тот на мгновение останавливается и что-то решив, бежит к последнему «Уралу».

Вскочив в кабину , орет на испуганного водителя:

– Боец! Почему транспорт открыт? Немедленно затянуть брезент! Выполнять !

– Есть затянуть!, – молоденький солдатик выскакивает наружу.

Полковник влазит в кабину и каблуком своего сапога, обламывает стартерный ключ,

торчащий из замка стартера. Выпрыгивает из кабины.

Он опять подходит в водителю и тыкает ему на ослабленный брезент.

– Вы что боец? Слепой? Это что?, – дергает за конец ослабленного брезента

и отходит в сторону.

Водитель лихорадочно затягивает растяжки.

Подбегает лейтенант.

– Рядовой Ефремов! Почему не заводитесь ?

– Сейчас, сейчас, секунду товарищ лейтенант.

Он вскакивает в кабину и растерянно смотрит на замок стартера. За ним вскакивает

лейтенант.

– Ну? Что еще ?

Солдатик, почти со слезами на глазах, показывает на обломанный ключ стартера в

замке. Лейтенант матюкается:

– Твою мать, Ефремов !

Он спрыгивает из кабины и докладывает полковнику.

– Товарищ полковник. «Урал» двигаться не может по причине неисправности

стартера. Необходимо заменить замок стартера…

Полковник, зло сверкая глазами поворачивается к водителю.

– Ты… Растяпа ! Сколько тебе надо времени на замену замка ?

– Полчаса, – водитель вытирает рукавом пот, размазывая грязь по лицу

Полковник поворачивается к лейтенанту.

– Лейтенант! Отправляетесь немедленно. Этот вас догонит

через полчаса. Сам лично проконтролирую! Это приказ !

Лейтенант, что-то хочет возразить, но полковник на него орет, чтобы тот двигался

немедленно.

– Лейтенант ! Вы что? Не поняли? Двигаться мать твою, я сказал!

Лейтенант вскакивает на броню БТРа и дает отмашку.

Взвыли двигатели, колонна тронулась в путь.

Издалека за этой картиной наблюдает тройка неразлучных друзей.

Водитель «Урала» бежит к складу техники.

Полковник идет к офицерской палатке.

Миша срывается с места и бежит за полковником.

Полковник скрылся в палатке.

Михаил врывается за ним, не обращая внимания на дневального, который запоздало

крикнул:

– Эй! Боец! Ты куда ?

– Я за полковником. Он уронил это! – показывает дневальному зажигалку.

Не обращая внимания на протесты дневального, он распахивает занавеску «двери» и

входит.

Полковник резко дергается, загораживая открытый чемодан на кровати и орет на

Михаила:

– Это что такое? Сержант! Вы что опупели? Отвечать! Какого хрена вы здесь ?

Михаил извиняющимся, подобострастным голосом протягивает ему красивую

позолоченную зажигалку.

– Товарищ полковник. Вы только что обронили…Я видел. Не дай

бог, кто подберет и присвоит. Возьмите…

Полковник осекся. Его рука захлопнула чемодан. Он с интересом взглянул на

зажигалку.

– Хм-м … Ах это ! Это да. Это моя. Действительно. Дорогая для меня

вещица. Подарок от жены. Благодарю! Сержант. Вы свободны !

Миша вытягивается в струнку.

– Служу Отечеству! – Михаил козырнул и выскочил из палатки.

Алекс и Валентин сидят в курилке, с интересом поглядывая, на подходящего к ним

Михаила.

Тот показывает пальцами знак «ОК».

Валентин сокрушенно качает головой.

– Бляха муха! Почему я согласился отдать подарок моей невесты какой-то

гниде? А? Какая несправедливость!

– Не бзди братан ! Родина тебя не забудет! Зато мы знаем, что

он будет сейчас делать, – Алекс потрепал друга пол плечу…

Михаил сочувственно покачал головой.

– Валик ! Ты на гражданке таких вещиц гору купишь… Остынь!

Так братва. Пошли дела делать!

Они встают и идут к мотоциклу с коляской.

Суют мотоциклисту фляжку со спиртом. Тот удивленно поднимает глаза на Алекса.

Алекс улыбнулся и пояснил:

– Не делай глупое лицо, «колесница»! Продай телегу разведроте. Надо в

город мотнуться. А это примочка. Промочи горло. Где твой «разводящий»?

– Вон сержант. Курит… Тот что лысый, – солдат кивнул в сторону курящего

неподалеку бойца.

Алекс подходит к лысому.

– Привет боец. Помоги коллеге из разведки. Надо в город мотнуться на твоем

коне. Пока тихо.

Тот кисло ухмыльнулся.

– С какой такой стати мы вам должны?

– Брат. Ты нам ничего не должен. Но начальство попросило сгонять за

куревом, шмотки и прочая дрянь. А делать это можем только мы – разведрота!

Опыт брат! Опыт! А чтобы не кисло было, тебе за услугу флакончик, – Алекс отстегнул

от ремня вторую фляжку.

Солдат открутил крышку фляжки, понюхал. Его лицо расплылось в широкой улыбке.

Он повернулся к мотоциклисту.

– Рядовой Сололматин. Передайте технику во временное пользование, в

подотчет сержанту Воронову!

Алекс шутливо козырнул.

Михаил подошел к своему взводному, с просьбой отпустить его на час вместе с

друзьями. То же сделал и Валентин.

Лейтенант подозрительно посмотрел на Алекса.

– Не темни Алекс. Зачем тебе в город ?

– Товарищ лейтенант ! Сигарет нет, спичек нет. Ни хрена нет!

Лейтенант вздохнул.

– Только без грубостей там! С кем идешь ?

– С Михаем из третьего и Валиком из связи. Ок?

– Не вздумайте кальян курить. Босота! Возьмите в дежурке по паре гранат и

дополнительные обоймы. И еще. Алекс погляди там на толкучке, может что из

аппаратуры новое появилось…

– Не дрейфь командор. Все будет чики-чики! Поглядим – что там

новенького. Не волнуйся, насиловать девочек не будем !

Лейтенант хмыкнул.

– Давай дергай. Быстро и тихо. Если что – я прикрою!

– Так точно командор, – Алекс выскочил из палатки.

Глава 7.

Водитель закончил установку нового замка стартера. К «Уралу» подошел полковник, с

неестественно раздутым полевым портфелем.

– Рядовой ! Что вы там так долго возитесь? Сколько времени вам

еще надо ?

В ответ водитель вставил ключ в замок, повернул его. Взвыл двигатель «Урала».

Полковник вскочил в кабину. Солдатик вопросительно на него посмотрел.

– Давай двигай! Что вылупился?, – зло рявкнул полковник, – сам лично буду

сопровождать! Шевели клапанами…Горе – водила!

«Урал» скрывается в облаке пыли, удаляясь от базы.

Алекс проводил его ненавидящим взглядом.

– А ну орлы! Быстро сели! Добыча уходит!

Друзья вскочили в мотоцикл.

Из ротной палатки, вышел лейтенант. Посмотрел, прикрыв глаза ладонью, на

удаляющийся мотоцикл и зашагал к командирской палатке.

Клубы пыли, вместе с мелкими камнями, вырываются из под колес «Урала».

Грузовик, в этой пустынной горной местности, кажется диким кабаном, несущимся в

облаках пыли неизвестно куда. И это чудище, сзади, догоняет «кабанчик» поменьше –

мотоцикл.

Алекс, выплевывая сгустки грязи из рта, орет, обернувшись к друзьям:

– Блин… Нельзя ближе! Иначе увидит падла…

Михаил кричит ему в ухо, пытаясь перекричать треск двигателя мотоцикла:

– Надо было противогазы одевать! Давай ближе! Он из-за пыли ни хрена не

увидит!

Алекс повернул ручку газа. Мотоцикл почти вплотную, приблизился к грузовику,

скрывшись в клубах пыли.

Полковник в кабине, нервно поглядывал то в окно, то на часы. Он медленно вытщил

пистолет из кобуры. Схватил за руль левой рукой. Водитель недоуменно повернул свое

лицо. В тот же момент пуля попадает ему в лоб и разбивает на вылете левое стекло

двери. Полковник напрягся, открыл дверь и на ходу, вытолкнул труп водителя из

кабины.

Мимо мотоцикла промелькнул окровавленный труп и упал на землю.

Алекс, обернулся и крикнул:

– Все ! Началось! Ну братки – готовсь !

Друзья судорожно вцепились в поручни.

Мотоцикл резко увеличивает скорость и вплотную приблизился к заднему борту

«Урала».

Михаил осторожно вылез из коляски и резким рывком запрыгнул в кузов «Урала»,

цепляясь как кошка за задний борт.

Алекс заорал Валентину:

– Валик ! Давай за руль! Я за Михаем !

Валентин перехватывает руль мотоцикла.

Алекс повторил акробатический номер Миши, который уже полз по ящикам в кузове,

приближаясь к кабине грузовика.

Валентин, отвернул руль мотоцикла в сторону.

Полковник неожиданно для себя увидел в зеркальце заднего вида – из клубов пыли

неожиданно выскочил мотоцикл.

– Оппа-а ! Откуда эти суки взялись?

Он сбавил скорость, не выпуская из рук пистолета. Начал разворачивать машину.

Неожиданно на подножке, в окне кабины, возникло страшно-грязное лицо в

камуфляже.

Полковник вскинул руку с пистолетом и судорожно надавил на курок

Пуля чиркнула по руке Михаила. Он пригнулся.

С другой стороны, в окне кабины также появляется другое, неизвестное страшное,

заляпанное грязью лицо.

Полковник вцепившись в руль левой рукой, стреляет по очереди в обе стороны от себя.

Алекс успел отклониться к борту грузовика.

Он перепрыгнул в кузов через дыру в брезенте и полоснул штыком, по другой стороне

брезентового покрытия.

Михаил с окровавленным предплечьем, еле держался на подножке.

– Михай держись! Я попробую иначе! Ты видишь – какая падла !

Он осторожно вползает на крышу кабины «Урала».

Валентин пытается завести заглохший мотоцикл, остервенело бьет ногой по рычагу

стартера. Мотоцикл не заводится…

С ревом, подпрыгивая на кочках, к нему несся «Урал».

В последний момент, Валентин отскочил в сторону.

Грузовик, также резко, повернул в его сторону. От удара, мотоцикл кувыркаясь отлетел

в сторону. Валентин, в ужасе, инстинктивно загородил лицо руками и упал.

«Урал» передним колесом на повороте, наезжает на ноги Валентина.

Страшный человеческий крик смешался с ревом двигателя.

Алекс ногами, резко разбил ветровое стекло «Урала». Его нога попала по руке с

пистолетом. Рука вывернулась и грохнул выстрел.

Мозги полковника разлетаются по всей внутренности кабины. Алекс, ввалился в кабину

и сидя на трупе полковника, остановил взбесившуюся машину.

Возникла неестественная тишина.

Огромный столб пыли, поднятый грузовиком, начал постепенно оседать.

Алекс выскочил из кабины и бросился к Валентину. Вокруг того лужа крови, его ноги

раздавлены. Но он, страшно бледный , почти белый, – жив. Застонал:

– Алекс. Это песец! Эта сука раздавила меня! Мне конец, Алекс !

– Ну не гони братан! Но пасаран! Валик потерпи. У тебя только с ногами…Сам

цел! Все будет о-кей. Погоди минутку, я сейчас!

Алекс вырвал из кармана индивидуальный медицинский пакет.

С кузова сполз Михаил. Поддерживая свою раненую руку, вместе, они быстро

осматривают Валентина. Алекс вколол шприцем обезболивающее в бедро Валентина и

в плечо Миши. Валентин потерял сознание. Михаил простонал сквозь зубы.

– Ну мы и влипли! Что теперь ?

– Но, но! Не бзди! Вот сейчас с Вальком разберемся только…

Он стянул жгутом обе ноги Валентина.

Солнце нестерпимо палит.

Двое солдат лежат замотанные в бинты. У одного рука, другой – по пояс.

Возле них лежит раздутый портфель полковника.

Алекс подогнал «Урал» к трупу водителя. Вышел из кабины и втащил труп водителя в

кабину, усадив его в «бывшим» полковником.

– Извини браток. Послужишь еще нам и отечеству!, – привалил его труп к

дверце.– Ну а тебе браток – земля пухом! Жаль твою мамашу ! Да уж…Сколько еще

мамаш поплачет ! Ну – копец! Заварили мы кашку !

Столкнул труп полковника под ноги.

– Ну вот гнида! Птица высокого полета! Сейчас полетишь! Прямо в ад !

«Урал» медленно развернулся и набирая скорость, двинулся к пропасти. Алекс на

ходу, выскочил из кабины.

Грузовик, предсмертно взвыв двигателем, исчез из вида.

Через мгновенье, страшный взрыв сотряс землю, и в небо пополз черный, клубящийся

столб дыма.

Алекс не спеша вернулся к лежащим друзьям. Перед Мишей, высилась, высыпанная

из портфеля кучка пачек американских долларов. Алекс усмехнулся и подмигнул

Михаилу.

– Что? У нас прибыль? Как Валёк ?

– Бредит кажись. Его назад срочно надо!

– Сейчас…Дай соображу,– Алекс присел на корточки рядом, рассеянно сложил

деньги в вещмешок.

–Тут «бабла» не меряно ! Что делать будем сержант?– Михаил поднял глаза на

Алекса.

– Слышь Михай. Нам надо сочинить достойную брехню! О нападении

на нас…

– Ты живой, ты и сочиняй, а я подтвержу. Вот как с Вальком выкрутимся?

Алекс поудобнее уселся на землю. Щелкнул зажигалкой и закурил.

–Значица так. Мы гнали в город. Догнали конвойный «Урал». Неожиданно

здесь на нас напали духи. В «Урал» лупанули из «Мухи». А мы успели отвернуть

неудачно… Перевернулись! Коляска раздавила Валентину ноги… Еле отстрелялись…

О-кей?

Михаил слушал его, открыв рот.

– Ну ты прямо Конан-Дойль! Нехилая липа! Командир… Блин! Как больно

однако, – Михаил устроил раненую руку поудобнее, – надо Валика предупредить как

очнется.

– Ты будешь возле него в лазарете постоянно. Ты и предупредишь!

Он устало поднялся и отошел. По очереди расстрелял в воздух из автоматов все

обоймы. Немного пострелял и по коляске мотоцикла. Подошел, поставил мотоцикл в

нормальное положение. Осмотрел.

Его коляска, по которой пришелся удар «Урала», была смята почти в лепешку.

Но колеса вращались – машина была «на ходу».

Алекс, потрогал руль, подсосал бензонасосом бензин и пнул ногой педаль стартера.

Мотоцикл завелся после третьей попытки.

Друзья осторожно погрузили Валентина на останки коляски и мотоцикл, вихляя из

стороны в сторону, медленно покатился в сторону базы.

Глава 8

Алекс вернулся из воспоминаний в реальность. Он отошел от окна и обернулся.

Главный менеджер еще продолжал говорить.

Алекс снова отвернулся. Сидящие за столом переглянулись.

Но их босс снова был «далеко».

« А что я сейчас? Никогда не было семьи и слава Богу! Вырос в детском доме при

церкви. Постоянно убегал из него и попадал в дурные компании. Дрался группа на

группу, квартал за квартал, качал тело в подвалах и тепловых коллекторах. «Трахал»

проституток… Слава Богу, что не попал в тюрьму! В участках сидел в милицейских

клетках, и, получал по зубам от пьяных ментов. Да, это реальная жизнь…

Но ведь есть же люди! Хорошо, что поверил старому, седому, доброму майору из

военкомата, и, попросил записать его в разведчики… Хм-м… Детская

романтика ! Майор, видел мои бицепсы. Да. Он действительно куда-то записал. И

знал ли я, что попаду туда, куда просился – в спецвойска, в учебку. Иначе, в другом

варианте – меня бы шлепнули в какой-нибудь разборке между бандитами.

Вовремя призыв подкатил!…»

Алекс машинально потрогал себя за крестик, висящий на цепочке его шеи. Он резко

обернулся и спросил:

– Скажите пожалуйста, вы отдаете себе отчет в том, что вы

предлагаете компании ? Вы гарантируете эти бешеные прибыли? Согласны ли вы

лично, рискнуть собственным благополучием, ради интересов компании ?

Менеджер, смущенно снимает очки, протирает стекла. Он то думал – босс его не

слушает. Одевает очки и твердо заявляет:

– Да босс! Наш отдел детально проанализировал проект, согласовал это с

нашими юристами. Я уверен, что компания только выиграет от вхождения своим

капиталом в этот проект. Да, я готов взять на себя ответственность за проект.

Алекс подошел к столу, молча положил авторучку на стол. Вздохнул.

– Спасибо господа. Иного ответа я не ожидал. Я очень рад, что имею такую

сплоченную команду профессионалов и единомышленников. Я искренне рад, что могу

довериться своему коллективу…

Сдержанный сздох облегчения пронесся над столом заседаний. Алекс продолжил:

– Я думаю, что и коллектив не подведет меня. Все вместе мы

выведем нашу компанию на новый, более высокий уровень бизнеса. Я принимаю

решение о вложении дополнительных инвестиций в этот новый проект.

На этом господа, позвольте завершить наше заседание. Все свободны!

Присутствующие встали и начали. В кабинет вошла секретарь, пышногрудая брюнетка.

– Алексей Федорович. Ваш банкир Аркадий Гольдман просит

немедленной встречи

Алекс наклоняется над столом, переворачивает несколько страничек ежедневника и

медленно произносит:.

– Натали. Назначьте ему на сегодня на 16-00…

Секретарь кивает своей красивой головкой, улыбается и выходит, покачивая бедрами.

Алекс провожает ее взглядом.

Он вышел из кабинета, спустился по лестнице и вышел на крыльцо.

Яркое солнце лизнуло его лицо. Алекс улыбнулся, сел в лимузин и приказал шоферу:

– Микола. Давай в клуб «Ущелье».

– Сию секунду босс…

Автомобиль плавно тронулся.

Алекс нажал на кнопку. Поднялась ширма, огораживающая его от водителя. Вынул из

бара бутылку коньяка, плеснул в рюмочку и опрокинул в себя. Мысли зароились в

голове.

«Все-таки – пройдоха этот Гольдман! Никак не всеку, что он лично, с этого будет иметь?

Его босс скоро отдаст богу душу… Может пытается наработать на будущие дивиденты¸

за счет меня ?…Да нет… Вряд ли! Пока он мне приносил только прибыль.

Зря я его подозреваю! Пусть пашет…

Мимо окон лимузина мелькали дома, автомобили…парки Москвы.

Вскоре он подъехал к невзрачному помещению клуба в отдаленном районе города.

Алекс вышел из лимузина, и ненароком поймал не себе, ненавистные взгляды

прохожих. Сглотнул комок в горле.

Наклонился к окошку водителя.

– Микола… Будь тут в три…

– Так точно босс. Буду как штык!

Алекс повернулся и ступил на крыльцо клуба.

На входе два накачанных парня, отступили, улыбаясь и пропуская его вовнутрь.

Алекс вошел в помещение.

Лимузин, тихо шелестя шинами, развернулся и уехал.

Алекс остановился, давая глазам привыкнуть к полутемноте.

Тихо и томно звучит музыка. В зале полупусто.

Несколько проституток, в одиночестве, сидят за стойкой бара. Публика разношерстная.

Алекс, уверенно прошел в боковое помещение.

Толкнул неприметную дверцу.

В небольшой комнате, на инвалидной коляске, развернувшись к окну, сидел человек.

Его старый боевой друг – Валентин. Он владелец клуба.

Коляска резко развернулась.

– Ого! Кого я вижу! Какими судьбами взводный ?

Алекс устало плюхнулся на кожаный диван.

– Привет! Никакими, – он вяло пожал руку Валентина.

Вынул коробочку с кубинскими сигарами, откусил щипчиками кончик. Прикурил.

Валентин выехал из-за своего стола и открыл стенной бар.

Вынул оттуда бутылку водки и пару стаканов.

Подъехал к дивану и молча разлил водку по стаканам. Его лицо приняло

настороженное выражение. Алекс обвел взглядом стены кабинета Валентина.

Рамки с фотографиями, поблескивая стеклами в отсветах огня небольшого камина,

висят небольшой группой, позади стола.

Алекс встал и подошел к фотографиям. Постукал по одной пальцем и, неожиданно

резко, опрокинул стакан с водкой в горло. Шумно выдохнул воздух.

– Валик ! Вижу что у тебя все о-кей. Слышал о Михае и его семье?

Какие либо новости ?

Валентин отрицательно мотнул головой и опрокинул свой стакан. Хмыкнул, поставил

стакан на стол.

– Алекс. Какие проблемы тебя тревожат? Что заставило столь

успешного бизнесмена посетить мою дыру ?

Алекс внимательно посмотрел на друга.

– Послушай брат. Как твоя семья, жена и дочка ?

Валентин смущенно потрогал пустой стакан.

– Все хорошо. Жена Ольга работает в частной строительной фирме,

а моя поздняя, – он смущенно улыбнулся,– дочка, учится в колледже в

Лондоне. У меня все в порядке босс! Дела в клубе идут хорошо. Никто не докучает –

ни менты, ни крутые. Я рад, что наш «Совет ветеранов Афгана», в свое время,

расставил все по своим местам. Мы показали чего мы стоим и бандитам и ментам. Ты

помнишь нашу последнюю разборку ?

– Помню брат! Все помню!

– Ну а чинуши, ты сам знаешь… Получают свою малую долю от моей

подмазки, – Валентин улыбнулся, – хочешь жить – умей вертеться ! Не так ли босс?

– Все так брат…Все так…

– Да и ребята свои, если что не так, всегда под рукой и всегда помогут, если

возникает неординарная ситуация. Ну.. Я прав? Фронтовое братство это тебе не

баланду хлебать на нарах…

–Ты всегда был умным мальчиком, – хмыкнул Алекс.

Валентин снова разлил водку, и вынул из бара блюдце с нарезанными

ломтиками лимона.

– Ты же знаешь, я тебе по гроб жизни обязан! Что я стоил бы без тебя?

Ты рисковал… Вместе с Михаем. Я только пользовался плодами твоего с Мишей

труда…

– Ну, ну! Не прибедняйся…

– Вы сумели добыть капитал. Сохранили его. Вложили куда надо. Я бы ни фига

не догадался как надо провернуть бабки… Компьютеры… Дебет…Кредит. Я

технарь. Ты знаешь. В финансовых вопросах я ноль…

Алекс обвел взглядом кабинет и усмехнулся.

– Я вижу, какой ты ноль. Старый развратник !

Валентин подвинул другу стакан и опрокинул свой. Поморщился. Закусил долькой

лимона.

– Да, да. Это все вы. Справедливо распределил «бабло», благоразумно,

вложили его в компьютеры. А кто первые деньги дал с оборота, не смотря на

тяжелейшую ситуацию? Мы все были бы в говне… Если б не твоя умная голова

взводный….В какой параше мы были бы все, а ? Мы не пропили это все, только

благодаря тебе братан, – Валентин пьяно т ряхнул головой. – Да ты вспомни, где

те, что выходили вместе с нами? Кто остался? Где они? Только наша бригада… Это

все! Хм…Но ты пришел не за тем, чтобы выслушивать мои нравоучения…

Давай колись! Какие проблемы? Ну что я могу для тебя сделать ? Я чувствую нутром

– у тебя не все хоккей! Не так ли?

Алекс поднимает стакан, посмотрел его на просвет. Молча выпил.

Подошел и обнял Валентина за плечи..

– Успокойся Валик. Ничего не случилось. Здесь, у тебя, я чувствую себя

намного уютнее и безопаснее, чем у себя в офисе… Блин…Голова начинает болеть…

Он снова падает на диван.

– Я одинок братан. Этим все сказано… Мне все надоело, и я хочу как-то

изменить жизнь. Но не знаю как это сделать… Херово внутри! Как кошки во рту

насрали ….

Валентин хохотнул

– Ну ты даешь! Я то думал, что у тебя что-то серьезное… Да тебе нужна

только хорошая «телка», которая могла бы тебе вправить мозги и заставить

тебя дурачка, на нее работать, Облизывать ее, служить ей, скакать на цирлах!

– Не знаю. Может ты и прав…Кругом одни курвы да малолетки! Не вижу в кого

можно влюбиться.

Они снова выпили. Валентин хитро взглянул на друга.

– Ну хорошо… Женитьба женитьбой, любовь любовью… А мужское

начало не терпит! Там у меня в зале появилась коза молодая…Новенькая, 20 лет, но

очень нежная и профессиональная. Ты можешь ее пригласить скрасить сегодняшний

вечер для себя.

Глаза Алекса оживились и заблестели. Валик подмигнул.

– Ты же знаешь – я даю некоторым сутенерам возможность

подрабатывать в моем клубе. Это привлекает клиента. Рекомендую попробовать.

У тебя появится смысл жизни. Согласись со мной!….

– Ну, давай попробую твою козочку. Только вытащи меня из берлоги в три.

У меня встреча с банкиром…

Валентин поднял трубку телефона и что-то тихо приказал.

Алекс подошел к боковой двери в стене кабинета, поднял руку и надавил на маленький

картину-пейзаж, висящий на стенке. Раздался щелчок. Дверь бесшумно открылась.

Алекс просунул голову в большое помещение и обвел его взглядом.

Внутри, помещение было обставлено шикарной мебелью. Стены задрапированы

красным, тяжелым бархатом. Зеркальный потолок. Огромная как аэродром кровать –

тахта. Кондиционер, камин, бар, туалетная комната, душ, сауна, небольшой бассейн.

Алекс восхищенно поцокал языком и обернулся.

Довольное лицо Валентина сияло, как натертый пятак.

Алекс восхищенно промолвил:

– Я вижу, что ты не теряешь время зря–Казанова ! Молодец – всегда завидовал

тебе как неисправимому оптимисту!

– Не волнуйся, брат! Сделаем все по высшему классу. Желаю тебе

хорошо оттянуться у меня в комнате психологической разгрузки, – Валентин хохотнул.

В кабинет игривой походкой вошло прелестное создание – молоденькая блондинка с

длинными распущенными волосами. Распахнутый халатик под, которым прозрачная

рубашка обтягивала молодые прелестные формы, еле держался на круглых плечиках.

По комнате разлился приятный запах французских духов.

Валентин покровительственно кивнул девушке.

– Познакомься Алекс…Это Оксана. Украинский цветочек.

Девушка подошла к Алексу, сидящему на диване и мягко, уселась к нему на колени,

окатив его эротичным, взглядом. Ее ручка, ласковой змеей, обвила его шею.

Глаза Алекса затуманились. В брюках что-то сильно напряглось.

Валентин под предлогом проверки работы бармена, ловко исчез, вместе со своей

коляской.

До Алекса, как из-за гор, донесся тихий шепот.

– Привет малыш! Возьми меня. Я вся горю!

Он вздрогнул, подхватил девушку на руки и скрылся за секретной дверью.

Глава 9.

Директор банка – дряхлеющий, больной старик, бывшая «номенклатура», господин

Вениамин Левит, лежал в реанимационной палате частной клиники. Он давно уже

понял, что конец близко и ломал голову над тем – кому передать дело.

В эти последние дни, что отпустила ему судьба, старик то и дело впадал в слезы. Его

молодость прошла в сплошных развлечениях, кутежах, которые ему не дали ни жены,

ни детей. Род Левитов, угасал вмести с ним. Его папа, успел «сделать» деньги во время

всемирного кризиса двадцатых и не растерял их во время войны. Больше того, он

научил сына зарабатывать на всех заварушках, которые творились в то время в

«совдепии». Постоянная погоня за деньгами, подкосила его здоровье.

Возникли бандитские девяностые годы, а вместе с ними и банк «Левит».

Он стал президентом своего банка и чувствовал себя как «рыба в воде» среди

бандитов и бывших партийных чиновников, хапающих все и вся! Его банк процветал,

хотя и не считался крупным. Но зато, через него проплывали огромные деньги, а

«Веня», – так звали его в своих кругах чиновники, их отмывал.

Проститутки и подпольный развратный образ жизни, подкосили его здоровье.

Хотя он успешно излечился от пары венерических «подарков», этот удар по здоровью

не прошел бесследно.

Вот это наконец и случилось. Инсульт. В тяжелой форме.

В палату вошел лечащий доктор и его заместитель по банку Аркадий.

Доктор подошел к монитору слежения сердцебиения, взглянул на капельницу и сказал:

– Пожалуйста, больной в тяжелом состоянии. Прошу не занимать больного

более 15 мин. Это для него очень утомительно и опасно…

– Успокойтесь доктор, – Аркадий поджал губы, – я не займу много времени.

Он взглянул на лежащего в постели и улыбнулся. Старик утомленно улыбнулся в ответ.

Доктор взял больного за руку и ласково сказал:

– Я вижу, сегодня вы Вениамин Яковлевич, выглядите намного лучше…

Аркадий, сделал вид, что внимательно слушает, и улыбаясь, напряженно размышлял:

«Тяжелая болезнь старикашки, может превратить меня с замдиректора – в

директора. Это даст возможность получить невозвратный капитал на свое будущее!

Устранив, главного клиента банка – президента инвестиционной компании Алексея

Воронова, стремительно обернуть средства и закрутить свой проект по ЮАР…Хм…

Воронов конечно – крепкий орешек…Придется попотеть. Вложил бы только …Надо

сделать так, чтобы вложил. Заставить его», – он согласно кивал и ободряюще

подмигивал старику.

«Таких Вороновых немного. Но он же не Спиноза! Не семь же пядей во лбу !

Господин Левит скоро отдаст Богу душу, и, я автоматически становлюсь директором.

А там не за горами возможность прикарманить контрольный пакет акций …. Надо

только действовать, быстро, продуманно и осторожно. Надо склонить Воронова к

подписанию обязательства, что только он, как босс, имеет право снимать деньги со

счетов банка. Никакие юристы, родственники или партнеры не должны иметь права

трогать вложенные капиталы, в течение десяти лет со счетов банка…»

Аркадий согласно кивал головой, в такт словам доктора.

«Банк же, будет иметь имеет право использовать деньги клиента в обороте с

повышенной ежемесячной процентной ставкой. Это хороший план…».

Умирающий банкир поднял ослабевшую руку и протянул ее к Аркадию.

– Аркаша ! Как хорошо что ты пришел. Я должен сказать тебе важные

вещи, Аркаша. Послушай меня мой мальчик. Я тебя хочу рекомендовать заменить

меня на посту директора… Всё возможно Аркаша. Я старый и невечный….

Аркадий мягко пожал руку старика

– Дорогой Вениамин Яковлевич. Вам не следует беспокоиться.

Выздоравливайте ! Ваш банк в надежных руках. Я сделаю всё, чтобы имя «Левит-

Банк», звучало у всех на устах по всей России, – он утверждающе кивнул, прикрыв

глаза. .

Банкир хрипло проговорил:

– Я благодарен Богу, что не остался в свое время в Израиле и вложил

деньги своих родственников в разработку алмазных копей в Якутии. Аркаша…Вы мне

как сын. Послушайте. Именно здесь я стал тем, кто есть сегодня. Пожалуйста, не

вступай в рискованные мероприятия и работайте добросовестно со всеми клиентами,

– он тяжело и продолжительно прокашлялся, и продолжил:

– Особенно с господином Вороновым. Это крупнейший клиент моего банка. Вы

поняли меня Аркаша?,– старик вопросительно и тревожно посмотрел на Аркадия.

– Не волнуйтесь Вениамин Яковлевич! Я ничем и никак не подведу вас. Ваше

отношение ко мне, для меня есть нечто большее, чем отношения коллег по работе.

Вы можете быть уверены – и Воронов и другие клиенты никогда не покинут наш

банк.

Доктор сделал останавливающий жест.

– Извините пожалуйста. Больной устал и нуждается в покое…

Глаза банкира закатились. Он стал тяжело дышать.

Аркадий нежно пожимает ослабевшую, бледную руку старика, и тихо удалился из

палаты.

Аркадий хлопнул дверцей своей машины и вставил ключ в замок зажигания.

В кармане завибрировал мобильны телефон. Аркадий вынул его, взглянул на экран и

нажал кнопку соединения. В его ушах зазвучал скрипучий голос:

– Пакеты с продуктами готовы. Две штуки. Ждем перечисление на известные

вам счета.

Аркадий выдохнул:

– Не волнуйтесь. Все будет вовремя

Голос продолжил:

– Товар малогабаритный. Разного веса. Он начнет давать прибыль

по размещению, и, по вашему сигналу для покупателей. С мобильника. Мы ждем

инструкций по упаковке, размещению и маркировке товара. Инструкции

должны лежать в ящике автоматической камеры хранения номер 26, известного вам

места. Там же для вас будут находятся два мобильника в подарок вам от нашей

компании за покупку товара. Это всё!

Аркадий положил мобильник в нагрудный карман и завел двигатель.

Автомобиль выехал со стоянки.

Глава 10

Он ехал не спеша, обдумывая, услышанное по телефону.

Москва бурлила своей обычной дневной жизнью.

Спешили толпы прохожих, матюкались таксисты на перекрестках, медленно брели

старики и шатались менты, выискивая очередную азиатскую жертву.

В воздухе стоял гул двигателей, сигналы клаксонов и отдаленный вой скорой помощи.

Аркадий расслабленно крутил баранку руля, рассеянно следил за сигналами

светофоров и размышлял.

«Он даст дуба на днях…Это точно. Прибамбасы готовы. Завтра получу. Так, всё вроде

клеится. Однако, надо покувыркаться с Лоркой. Секс – бомбочка моя. Ну ничего.

Недолго осталось мучатся. Надо подумать – как и куда сплавить свою ведьму. Как

нодоела! Кошмар! ЮАР…ЮАР. Конечно туда. Полет над Атлантикой. Чего же может

быть удобнее? Все должно пройти без проблем. Еще бы – такие бабки всадил! Но

бандюги профессиональные. Не должны подвести. Или им самим головы поотрывают.

У меня и на это хватит…»

Ворота бесшумно отворились.

Аркадий захлопнул дверцу авто и вошел в дом. Катерина сидела в столовой на диване

и смотрела телевизор, держа в руках пульт. Она взглянула на вошедшего мужа и ее

лицо напряглось.

Аркадий напустил на себя благодушное настроение, улыбнулся и кивнул ей.

– Отошла я надеюсь?

Катерина молча переключила канал. Аркадий налил себе стакан шипящей газировки из

сифона и жадно проглотил освежающую жидкость.

– Вот тут что я надумал дорогая!, – он сделал паузу.

Катерина безучастно смотрела в телевизор.

– Я отправлю тебя в путешествие ! Да, да ! В путешествие!

Жена недоуменно на него посмотрела.

– Да дорогая, именно Южная Африка. Нетронутая нашими

долбанными туристами. Именно далеко от России, чтобы ничто не напоминало о

наших с тобой проблемах. Подумай только – слоны, крокодилы, дикая природа,

супер-сервис, сафари…

Жена перебила:

– Что? Избавиться решил? Крокодилам скормить?

Аркадий хохотнул:

– Ну ты ляпнула! Очнись! Я все оплачу. Погуляешь, отдохнешь за мой счет. Я

все устрою, не волнуйся! Это поправит твою нервную систему, – он налил новую

порцию воды. – Поверь мне, этот твой отпуск, должен поправить наши отношения. Я

надеюсь на это…

В голове Катерины как далекое эхо звучали слова подруги:

«…Заведи себе любовника и не одного. Ты увидишь, как быстро наладится твоя жизнь

и поправится здоровье…»

Катерина недоверчиво взглянула на мужа. Тот с энтузиазмом продолжал:

– Это поможет тебе отвлечься и заставит твои нервишки

восстановиться, успокоится. Соответственно твое общее состояние пойдет на

поправку. Ты должна отвлечься от ежедневной рутины, отдохнуть от меня, от детей.

Возможно после этого, наша жизнь снова войдет в нормальное семейное русло…

Катя нехотя кивает головой и с сомнением, как бы колеблясь, тихо говорит:

– Да я сама понимаю. Надо, надо. Ты прав конечно. А то я совсем

раскисла. Возможно это действительно отвлечет меня. Мои нервы уже, как натянутая

струна. Извини дорогой. Я наверное плохая жена. Я согласна. Прости меня за мои

выходки!

Она подошла к Аркадию и обняла его за плечи. Муж облегченно вздохнул.

– Вот и ладненько дорогая. Это не стоит откладывать в долгий ящик. Я завтра,

займусь оформлением этой поездки. Через своего знакомого туроператора. Не

волнуйся ! Твое здоровье для меня важнее всего !, – он нежно поцеловал жену в щеку и

улыбнулся.

Снова у него задрожал мобильник в кармане. Аркадий вынул телефон.

– Прости дорогая. Это опять из банка. Я поговорю из гаража, а ты подумай

над моими словами…

Он нажал кнопку включения связи уже по пути в гараж.

– Да, да. Я понял. Мы обговорим детали соглашения моем офисе завтра…Я

вас жду утром в десять… Нет…Не сейчас… Подготовьте страховой полис и завтра мы

согласуем это.

Аркадий обернулся. Ему почудилось, что кто-то рядом.

Но было тихо.

В дальнем углу гаража, быстрой тенью метнулась мышка.

Аркадий хмыкнул и выключил телефон.

Глава 11.

Алекс, весело размахивая кейсом, подошел к своему частному самолету.

Откуда ни возьмись, перед трапом самолета, пробежала черная кошка.

Алекс по инерции, поднялся по трапу самолета и вошел в салон.

Задумчиво плюхнулся в кресло.

Из кабины выглянул пилот. Алекс рассеянно кивнул ему.

–Здравствуйте Виктор Иванович. Ольга здесь?

Стюардесса выглянула из-за занавески и игриво пискнула:

– Я здесь!

Алекс достал сигару, щелкнул зажигалкой.

Заработали двигатели самолета. Пилот спросил у диспетчера разрешение на взлет и

получив его, отпустил тормоза шасси самолета. Машина мягко покатилась к взлетной

полосе.

На Алекса как бы нашел ступор. В пальцах дымилась сигара, глаза уставились в одну

точку, на полу салона. В его сознании резко всплыла картина далекого детства…

В подворотне сидит на корточках и курит пожилая циганка. Она наблюдает, как

мальчишки из детского дома играют в футбол. Маленький Алеша пинает мяч, но тот

соскальзывает с ноги и катится прямо к циганке. Мальчишки подтолкнули Алешу, чтобы

тот принес мяч. Алеша медленно, с опаской, подходит к циганке, которая с улыбкой

прижала рукой мяч к земле. Алеша показал на мяч пальцем.

– Бабушка! Здесь наш мячик, – тихо проговорил он.

– Не бойся мальчик. Я отдам мячик. Только давай тебя спрошу.

– О чем, бабушка?

– Подойди ко мне малыш. Не бойся. Тут твой мячик. Дай мне твою ладошку я

погляжу…

Алеша как загипнотизированный протянул ей руку.

Циганка нежно погладила его ладошку и кашлянув в кулак, тихо сказала:

– Слушай меня внимательно крошка. Я вижу твою жизнь насквозь. У тебя

будет трудная, но счастливая жизнь. Ты будешь иметь трудности с милицией

и с твоими друзьями…

Алеша заинтересованно поглядел циганке в глаза. Старуха, прикрыв глаза,

продолжала:

– Ты попадешь на войну крошка и будешь убивать людей… Но ты

выйдешь из этой мясорубки живой, с чистой душой и невредимый. Твое сердце

ожесточиться . Но любовь спасет тебя. Ты будешь богат, но любовь найдешь,

только тогда, когда у тебя не будет денег…

Алеша осмелел и спросил:

– Бабушка. Я буду богатый, а девочку буду любить когда я буду бедный? Я не

пойму. Разве это бывает ? В кино – не так! Я знаю, что деньги это хорошо…

Циганка загадочно улыбнулась.

– Нет! Ты будешь богатый! Но когда малыш, к тебе придет любовь, у тебя не

будет денег. Твоя душа будет чиста, как капля утренней росы. И тебя за это – полюбят.

Но тебе всегда надо бояться черной кошки, которая может пробежать перед тобой. Ты

никогда не должен переступать след этой кошки. Ты должен немедленно менять свой

путь и решение. Тогда удача всегда будет к тебе лицом…

Алеша хотел задать еще вопрос и открыл рот. Но циганка быстро поднялась и скрылась

во мраке подворотни. Алеша поднял мяч и вышел на солнечный свет…

Алекс вернулся из воспоминаний в реальность. Его самолет приблизился к взлетной

полосе. Алекс вскочил и рванул дверь кабины пилотов.

– Виктор ! Останови самолет!

Пилот вздрогнул и нажал педаль тормоза, одновременно сбросив обороты двигателей

рычагом газа. Алекс повернулся к своему менеджеру.

– Олег Иванович. Быстро спуститесь и бегом узнайте, что и откуда сейчас есть

в ЮАР! Желательно из Шереметьево… Закройте рот и выполняйте !

Самолет замер. Стюардесса лихорадочно открыла дверь и опустила трап. Менеджер

как ошпаренный, побеждал к зданию аэропорта.

Алекс приказал пилоту возвратить самолет на стоянку.

Самолет развернулся и покатился назад к ангару.

Алекс выпил уже третью рюмку коньяка, пока не раздался долгожданный телефонный

звонок от менеджера.

– Бос! Имеется чартерный рейс, через Тегеран, на который уже

объявлена посадка. Из Шереметьево.

Алекс заорал в трубку:

– Забронируй билет прямо отсюда. Задержи рейс. Созвонись с диспетчером,

скажи от Воронова. Он на подъезде! Всё!

Алекс схватил кейс и выскочил из самолета.

Уже почти стемнело, когда его лимузин, подкатил прямо к трапу Боинга.

Алекс быстро поднялся в салон.

Уселся в свободное кресло эконом-класса, рядом с какой-то полноватой особой. Та

скорчила недовольную гримасу и отвернулась к иллюминатору.

Алекс вынул мобильник и набрал номер.

– Олег? Я успел! Спасибо. Всех сопровождающих отменяю. Багаж

перешлете позже по моей команде. Все понятно ?

Телефон захлебнулся от возбужденного крика менеджера:

– Босс! Вы не представляете, что произошло! Я не успел выйти из здания, как

ваш самолет взорвался вместе с пилотом и стюардессой! Господи! Это кошмар босс!

Там должен был быть и я! Все горит! Куча пожарных машин! Какой ужас! Босс! Что

это? Вас хотят убить босс!....Я жив! О Боже! Спаси и сохрани меня…

Алекс сглотнул слюну и выключил телефон. Он был мокрый от пота. Его била мелкая

дрожь. Мысли мелькали и путались в голове.

По салону раздался приятный женский голос из динамиков:

– Господа! Наш экипаж и командир, приветствует вас на борту нашего

авиалайнера. Вам нечего беспокоиться. Задержка была вызвана причинами

технического характера аэропорта. Сейчас мы просим пристегнуть ваши привязные

ремни. Мы начинаем взлет. В момент взлета, не следует курить, говорить по

мобильным телефонам и вставать с кресел. После взлета, вам будут предложены

прохладительные напитки. Наш полет будет проходить на высоте девяти с половиной

тысяч метров над уровнем моря. Время перелета в Кейп-Таун, восемь часов.

Транзитная посадка – в Тегеране. Счастливого вам полета!

Динамики щелкнули. На центральной перегородке салона, загорелось табло

телевизора и электронные часы.

Алекс непроизвольно перекрестился. Соседка искоса на него взглянула и усмехнулась.

Аркадий посигналил впереди идущей фуре. Тот мигнул задними габаритными

огнями и Аркадий пошел на обгон. Рядом с ним, Лора, подкрашивала губы помадой,

оглядывая себя в зеркальце.

Их автомобиль въехал в зону ночных развлечений. Повсюду замелькали неоновые

огни рекламы клубов, казино, борделей. Аркадий повернул руль и медленно въехал на

стоянку ночного клуба. Выключил двигатель. Вынул и кармана мобильный телефон.

Взглянул на часы.

– Ну что крошка? Оттянемся по полной!

Лора радостно взвизгнула и выскочила из машины. Аркадий нажал кнопку

сигнализации. Его подружка подскочила к нему, и, схватив за локоть, потащила к входу

в клуб.

На выходе со стоянки, Аркадий незаметно для нее, выкинул мобильник в урну.

Второй необходимый для его акции мобильный, лежал во внутреннем кармане пиджака

и грел ему душу.

Глава 12.

Алекс рассеянно бродил по транзитной зоне аэропорта столицы Ирана.

Во время перелета, он пытался связать в одну цепочку все факты, произошедшего дня.

Но что-то, какая-то мелочь, выпадала из построений его логики, и, вся цепочка

рассыпалась. Соседка несколько раз поднималась с кресла и выходила к туалету,

перебивая его умозаключения и сбивая с логических построений.

Пару раз она даже пыталась с ним заговорить, назвавшись Катериной, Но он что-то

буркал невразумительное и невпопад, и, снова углублялся в собственные

размышления. Видимо решив, что ее сосед больной человек, пассажирка успокоилась,

сосредоточившись на фильме, который показывали по телевизору.

Так и не найдя ответы на свои вопросы, Алекс, решил отвлечься от назойливых

мыслей.

Он обвел взглядом зал ожидания и увидел свою соседку. Та листала журнал мод, сидя

в кресле. Алекс подошел и шутливо извинился.

– Леди. Извините за мою бестактность в самолете! Я был очень взволнован

событиями дня и не был с вами вежлив. Извините ради Бога! Мое имя Алексей. Но все

зовут меня Алексом. Я не против!, – он протянул ей руку.

Та неприязненно взглянула на него, и снова опустила глаза в журнал.

« Чего хочет этот придурок? Выздоровел что-ли? Неприятный типчик… Хотя, статный,

высокий…Хм…Может не надо с ним так ?»

Алекс присел рядом.

– Катерина. Вы зря так. Я не отвечал вам, потому как, слишком ужасные

события навалились на мою бедную голову, этим прошедшим днем. Простите подлеца!

Я постараюсь исправиться в полете, до Кейп-Тауна!

Катерина, неожиданно для себя улыбнулась и взглянула на него.

– Да уж, мужчина! На джентльмена вы не похожи.

Алекс шутливо кивнул.

– Я обещаю реабилитироваться. Не желаете ли рюмочку бренди? Я угощаю

леди!

– Почему бы и нет? Посмотрим, как вы изменитесь!

– Тогда леди, прошу в бар.

Алекс поднялся и шутливо подставил локоть. Катерина улыбнулась, взяла его под

ручку, и они пошли к барной стойке.

Усатый бармен, с галстуком «бабочка», моментально подлетел к ним.

Алекс по-нглийски, сделал заказ. Катерина удивленно подняла брови.

– Вы знаете английский?

– Пришлось однажды поизучать. Я не знаю его, а так – мямлю по детски

иногда. В армии заставляли учить.

– Ого! Вы воевали? Расскажите!, – Катерина сделала глоток из бокала.

Алекс взглянул на часы, которые висели над батареями спиртного в баре.

На электронном табло высветилось: « Пятница, 13 июнь, 2008 год, 00 часов 00 минут».

Алекс глотнул обжигающую жидкость.

«Блин, Ну и дата! И как это я прошляпил?».

Но его отвлекла собеседница.

– Алекс! Ну не впадайте снова! А то обижусь!

– Понимаете Катя. Я не люблю вспоминать войну. Слишком горько. Давайте

лучше о чем-нибудь другом. Например, о вашей жизни!

– О, у меня как и у всех. Сплошная семейная тягонина. Муж, двое детей. В

общем, ничего интересного, – она снова глотнула из бокала.

На душе стало теплее и уютнее.

Динамик аэропорта щелкнул и голос диктора объявил посадку на Кейп-Таун.

Алекс проглотил остатки бренди и они вместе с Катериной, пошли к выходу из зала.

Самолет равномерно гудел двигателями. По телевизору шла старая комедия Рязанова.

Многие пассажиры уже спали в своих креслах.

Алекс и Катерина щебетали друг с другом, забыв об окружающих. Он вспоминал

смешные истории из его бурного детства, переплетая их с анекдотами. Катерина,

разгоряченная бренди, тихо хохотала, зажимая рот кулачком. Этот человек рядом с

ней, не казался ей уже таким недоумком.

Совсем наоборот. Её сердце сладко замирало, от неожиданных эротических мыслей,

которые врывались помимо ее воли в разгоряченную голову.

За иллюминатором, ярко светила Луна.

Щелкнули динамики. Прозвучал спокойный голос пилота.

– Господа пассажиры. Прошу минуточку внимания. Наш самолет

входит в зону турбулентности и возможна болтанка. Беспокоиться не следует. Это

абсолютно нормальное явление. Стюардессы вам помогут, если вы

почувствуете какие либо неудобства. Прошу застегнут ваши пояса на креслах.

Благодарю вас.

Динамики отключились.

Катерина приподнялась и достала свою сумку из верхнего багажного ящика. Она

решила показать Алексу, фотографии своих детей.

За тысячи километров от них, Аркадий , сидя за игровым автоматом, достал мобильный

телефон из кармана.

Неожиданно самолет тряхнуло в воздушной яме и он накренился.

Сумка из рук Катерины вырвалась и упала на пол под кресло. Алекс хохотнул и

приподнял ноги. Катерина полностью влезла на кресло, и, хотела нагнуться, чтобы

достать сумку.

Аркадий вдавил кнопку телефона.

Яркая вспышка озарила салон.

Кресла с Алексом и Катериной оторванные от пола, подпрыгнули вместе с ними.

Часть корпуса самолета вырвало взрывом. Образовалась дыра, в которой застряли

кресла Алекса и Катерины.

У пилота в кабине сразу завыла сирена и замелькали аварийные огни. Он включил

кнопки подачи кислорода. На пассажиров в салоне обрушились кислородные маски.

Поднялась паника.

Свист воздуха, женские и мужские крики ужаса, плачь детей, слились в одну страшную

какофонию. По салону полетели вещи пассажиров, стаканы, столовые приборы,

косметички, газеты, телефоны – все перемешалось, как в страшной мясорубке.

Катерина визжала, зажатая в кресле и вцепившись в Алекса. Алекс выл как раненный

волк, удерживая себя и Катерину в кресле, вцепившись окровавленными руками в

зазубренные края корпуса самолета. От ужаса, они не чувствовали ледяной холод,

который со свистом врывался в салон. Мимо них, задевая их, летели вещи, исчезая в

черной, бездонной дыре…

Пилот судорожно бросил самолет в пике, на снижение и закричал в микрофон.

– Диспетчер! Это борт два ноля восемь. У нас разгерметизация салона!

Прием!

В наушниках прозвучало в ответ.

– Борт два ноля восемь. Слышим вас. Снижайтесь до высоты 800. Мы ведем

вас. Прием!

– Это два ноля восемь. Указание принял. Снижение до восемьсот. Прием.

– Борт два ноля восемь. Вы уже на высоте три тысячи. Мы даем вам коридор.

Следуйте на высоту 800. Как поняли? Прием?

– Это борт два ноля восемь. Понял. Восемьсот. Приборы отказали. Видимо

повреждения электропроводки. Идем в ручном режиме. Как поняли?…

Стюардесса навалилась телом на двоих маленьких детей, пытаясь спасти от ледяного

воздуха. Женский крик превратился в вой. Кто-то пытался на четвереньках проползти

в хвост самолета. Кто-то, закрыв голову руками и нагнувшись, забились в пространство

между креслами. Пооткрывались багажные отделения, и ручная кладь стала выпадать

на головы пассажирам. Самолет маневрировал, резко наклоняясь то в одну, то в

другую сторону.

Алекс рычал, напрягая мышцы из последних сил, удерживая себя, Катерину и кресла, в

салоне. Его кресло зацепилось о край обшивки и это давало какую-то надежду, что они

не выпадут.

Он с ужасом скосил глаза на дыру. В Лунном свете, сверкала океанская гладь.

Самолет уже снизился и летел на небольшой высоте.

Под крыльями мелькнула береговая полоса.

Под руками Алекса, треснула обшивка, и, он с ужасом увидел, как трещина быстрой

змей, поползла по корпуса самолета. Зрачки его глаз, расширились от ужаса.

Раздался скрежет металла и оба кресла провалились в черноту ночи.

Аркадий вошел в туалет, поправил галстук перед зеркалом, и, швырнул мобильный

телефон в мусорный бачок.

Глава 13.

Рев двигателей самолета, смешивается с криками отчаяния падающих людей.

Привязные ремни держат и Алекса и Катерину, не давая ем оторваться от кресел.

Катерина в ужасе судорожно хватала руками за всё, и, дернула за шнурки надувных

жилетов. Жилеты раздулись, раздался треск, и, кресла отделились друг от друга.

Высота была еще достаточной и свистящий поток встречного воздуха, отбросил кресла

в разные стороны, над небольшим, заросшим джунглями, необитаемым островом.

Огни самолета, быстро скрылись в чернильной черноте ночи.

Алекс, терпя обжигающий поток воздуха, струящийся по лицу, резким двеженеим,

отстегнул ремень и отделился от кресла.

Перед его глазами быстро вырастала блестящая гладь воды небольшого озера и

огромная крона дерева, склонившегося над водой.

В последний момент он увидел, как в Лунном свете мелькнуло кресло, врезавшись в

лунную дорожку на воде.

Его тело, врубилось в крону дерева, обрывая лианы и мелкие ветви. Алекс на

мгновение потерял сознание, и открыл глаза уже после того, как его тело, прорвавшись

сквозь крону дерева, плюхнулось в воду возле берега.

С противоположной стороны озера, в воду скользнули три крупных крокодила.

Катя визжала от ужаса и страха.

Она поняла, что это конец, и, судорожно вцепилась руками в кресло, поджав ноги и

сжавшись в комок.

Самолетное кресло, с живым еще «пилотом» на борту, как космический метеорит, на

огромной скорости, врезалось в гущу деревьев на склоне небольшого оврага.

Катерину, что-то ударило по голове и она потеряла сознание.

Кресло, как тяжелое ядро, прорвалось сквозь заросли крутого склона. Оно

кувыркалось, билось о ветки, крутилось в жгутах лиан, пока совсем не потеряло

скорость, и, не повисло, медленно раскачиваясь на качелях из лиан, в двух метрах от

дна оврага. С кресла, безжизненно свесилась человеческая нога.

Самец обезьяны шимпанзе, с приятным выражением на морде, осторожно приблизился

к повисшему предмету, в котором зажало живое, дышащее, существо.

Обезьяну заинтересовал оранжевый предмет, ярко выделяющийся в лунном свете.

Шимпанзе приблизилось по лианам к креслу и протянуло руку к надувному жилету,

тронув его ногтем пальца.

Жилет с треском лопнул! Обезьяна с воплем кинулась прочь, качнув ветки лиан.

Привязной ремень, который держал Катерину ослаб и она соскользнула с кресла, упав

на землю. От удара она очнулась. В шоке вскочила, ничего не соображая, не чувствуя

боли от ушибов и ссадин, кинулась по дну оврага, в сторону блестящей кромки воды. У

нее шумело в голове от того свистящего потока воздуха, который рвал ее волосы в

полете.

Она выбежала на песчаный берег океана и остановилась, пытаясь сообразить, что

произошло.

На берегу, огромная черепаха подняло голову, и, посмотрела на странное существо

своими черными глазами, в которых играли отблески Луны. Поняв, что опасность ее не

грозит, она отвернулась и продолжила свою работу – рытье ямы для укладки яиц.

С высокой пальмы, стоящей на прибрежной полосе, сорвался кокос, и, с тупым

звуком, врезался в песок. Недалеко сонно перекрикнулись обезьяны. И, только тихий

шелест ласковых волн, нарушал эту ночную иддилию.

Катерина стояла на песке, уставившись глазами на ЛУНУ. СОЗНАНИЕ МЕДЛЕННО

ВОЗВРАЩАЛОСЬ В ЕЕ ГОЛОВУ, А ВМЕСТ Е С НИМ, ПО ТЕЛУ РАЗЛИВАЛАСЬ БОЛЬ.

Она почувствовала колющую боль в голове и тронула волосы. Рука наткнулась на

заколку и шпильку, которые чудом сохранились в спутанных волосах. Наконец, она всё

вспомнила. Ужас нахлынул на неё с новой силой. Она упала на песок и ее тело

затряслось в приступах рыданий. Рука судорожно зажала шпильку с заколкой. Кровь,

стекающая из ссадин на голове, постепенно загустевала чернеющими полосами, на

шее и плечах плачущей женщины.

По ночному небу мелькнула падающая звезда.

Катерина впала в забытье. Ночные звуки побережья океана пропали, и, вместо них,

возникли радостные, цветные картинки детства Катерины.

….Маленькая девочка Катя, лежит в кроватке с игрушечным плюшевым Мишкой в

обнимку. Она слушает книжную историю о моряке Робинзоне Крузо, которую ей

медленно, с выражением, читает ее папа.

– Но Робинзон и в этот раз не послушал своего отца…

Катя еще не хочет спать. Она думает. Её детские наивные мысли, весело роятся в ее

головке:

«Зачем этот Робинзон ушел из дома, когда есть папа? Папа, который заботится обо

мне, и о нём? Наверное, его папа не покупал ему игрушек! Зато мой папа, покупает

игрушки и возит меня в школу на машине! Как хорошо с папой…Можно играть целыми

днями с подружками во дворе. И папа купит любую игрушку… Вот жалко, что маму я

совсем не помню. А у других есть мама. У меня мой папа – моя мама…Ну и пусть!

Все равно он лучше всех мам на свете!»

Отец продолжал читать книгу, тихим успокаивающим голосом.

– Он строил свою хижину целую неделю. Мешали проливные дожди…

Неожиданно его дочка задала вопрос:

– Почему Робинзон работает и строит жилье? Он не может поставить палатку?

Отец усмехнулся:

– Катюша ! – он лаково погладил ее по голове, – каждый человек, должен

найти в себе силы – побороть плохие обстоятельства, научиться жить в новых

необычных условиях. К тому же – палаток тогда не было у него. Он очутился на

необитаемом острове. В том есть сила человека, что он может побороть свои страхи.

Для этого милая и есть на плечах головка.

Он привстает и целует дочку в лоб и продолжает:.

– Ты же у меня умница? Даже без мамы, мы с тобой проживем, не смотря ни

на какие препятствия и сложности жизни. Катюша! Помни об этой умной книге. Она

тебе всегда поможет в жизни.

– Хорошо. Я запомню. Можно попить?

Отец встал и пошел на кухню за стаканом сока. Возвращаясь, он неловко споткнулся о

порожек комнатки и опрокинул сок, дочке на ноги в постель…

Катерина вскрикнула и проснулась.

Ночной прилив лизал ее ноги.

Звездная ночь пошла на убыль.

Катерину дрожала от ночной прохлады. Она медленно поднялась и заковыляла к

прибрежным зарослям. Здесь было сухо и не было даже дуновения, того ласкового

ветерка, который гулял по песку берега. Темное пятно вывороченного корня дерева,

нависло над мягкой травкой. Катерина вдруг испугалась возможных змей. Она

нагнулась и стала швырять пригоршни песка в это корневище.

Было тихо.

Успокоившись, приблизилась к этому естественному убежищу и внимательно оглядела

поверхность травы под этой корягой. Ничего не указывало, на какую либо опасность.

Катерина стала на четвереньки и заползла под корневище.

Здесь было уютно и хорошо. Она положила локоть под голову, свернулась калачиком и

вскоре, снова забылась во сне.

Глава 14

Солнце застыло в зените.

Стаи птиц перелетают с места на место. Красивый попугай Кокаду, недалеко от места

падения кресла Катерины, распустил свой хохолок на голове и гордо пытается завлечь

подругу, своим победным клекотом. Воздух уже прогрелся и, от утренней влаги не

осталось и следа. Потоки муравьев, сосредоточенно тянут свою добычу в виде

кусочков листьев в дырочки, на суглинистой почве, сияющей рыжими проплешинами

на кристально белом и чистом песке. Крупный и покрытый волосинками паук, с крестом

на спине, медленно и лениво перебирает лапками на своей паутине, растянутой между

кустом колючки и свисающей лианой.

Шимпазе весело скачут и верещат на кресле, которое застряло в их гнезде на дереве,

обвитом лианами.

Обычное утро в тропических джунглях.

Катерина влезла из под коряги, протирая глаза и щурясь от солнца. Выпрямилась и

огляделась. Вид красивого побережья, раскинулся перед ее глазами.

Она потянулась и ойкнула от боли. Некоторые ссадины начали кровоточить. Однако той

боли, что охватила ее ночью – не было. Медленно побрела к кромке воды.

Красивый, большой, красный краб, быстро поковылял бочком между мелких камней и

исчез в лазурной воде.

Катерина оглянулась.

По берегу протянулись заросли джунглей, среди которых виднелась впадина оврага, из

которого она выскочила ночью. Холмы, такие же заросшие как и сам берег,

возвышались пологими холмами над полосой джунглей.

Катерина отвернулась и вступила в воду. На глаза попался футляр с мобильным

телефоном, висящий на поясном ремешке платья.

Катя трясущимися руками вырвала телефон из футляра и нажала кнопку. Её зрачки

расширились.

На экране телефона стоял значок – «батарейка на исходе» и значок «получено

сообщение». Катя открыла меню. Буквы заплясали перед глазами:

–«Счастливого пути! Твой Арик!»

Телефон пискнул и умолк. Экран погас.

Катя машинально засунула его обратно в футляр. Туда же последовали и заколка,

почему-то оказавшаяся в руке. Машинально поправила волосы и заколола их заколкой.

Опустила руки в воду и стала смывать кровь с плеч и шеи, глотая комки, которые вдруг

подкатили к ее горлу. От воды ей стало немного легче. Волны плохих мыслей

накатывали на ее мозг, заставляя тело то и дело вздрагивать, то от одного, то от

другого ужасного воспоминании.

Она вышла из води и побрела вдоль берега, машинально обрывая с себя остатки

надувного жилета и куски рваного платья. Черные колготки, на одной ноге, оказались

совсем разодраны от бедра, до пятки. Она одернула остатки платья, висящего на ней и

пошла быстрее. Её глаза устремились на дальний холм, и из них потекли слезы.

Неожиданно для себя самой, она вдруг побежала. Туфли одна за другой слетели с ее

ног и Катерина рухнула на песок, снова залившись слезами и вздрагивая всем телом от

нахлынувших рыданий.

Через несколько минут, её тело, истерзанное последними переживаниями, снова

затихло в забытьи.

На песок легли длинные тени. Солнце наполовину скрылось за холмами.

Притихли крики птиц и животных в прибрежных джунглях. По песку ползла маленькая

черепашка. Она с трудом заползает на руку Кати и перевалилась через нее.

Катерина вздрогнула и проснулась.

Помотала головой, разгоняя остатки сна. Свежая вода, брызнутая из рук на лицо,

освежила ее и Катерина почувствовала бодрящий прилив сил.

Осторожно приблизилась к зарослям и вгляделась в чащу. Минутку постояла,

обернулась, последний раз взглянула на океан, и, раздвинув руками заросли, вошла в

джунгли.

Ветки зарослей, театральным занавесом, сомкнулись за ее спиной. Осторожно ступая

голыми ступнями, по сухой листве и сучьям, стала продвигаться в сторону холма,

вершина которого, виднелась сквозь густую листву пальм и зарослей, опутанных

лианами. Где-то по близости орали обезьяны. Катерина вспугнула большую птицу,

которая захлопав огромными крыльями, сорвалась с дерева и мгновенно из виду.

Проходя сквозь пальмовую рощицу, под ноги ей свалилась куча бананов, и вверху

заорала обиженная обезьяна. Катя схватила бананы и стала с жадностью поглощать

один за другим. Шимапнзе металась от ствола к стволу и яростно верещала. Катерина

погрозила обезьяне кулаком и ступила в заросли.

Следом за ней, на полусогнутых лапах, между пальмами пробежала крупная дикая

кошка – рысь. Обезьяны, которые успели спуститься на землю, с гортанными криками,

кинулись врассыпную. Рысь даже на них не взглянула, поглощенная преследованием

крупной, и медленной дичи.

Перед Катериной возник довольно крутой, каменистый пригорок, края которого

скрывались в переплетении колючих зарослей. Катерина вздохнула, отбросила остатки

банановых шкурок, и смело стала взбираться по каменистой, крутой стене. Стараясь не

обрезать ноги об острые выступы, она взбиралась все выше и выше, не обращая

внимания, что твориться позади неё. Вершина была уже близко, когда очередной

камень, вывернулся из под ее ступни и резко сорвался вниз, увлекая за собой целую

кучу других мелких камней.

На рысь, которая взбиралась по склону быстро и ловко, обрушилась целая лавина

мелких и острых камней. Кошка присела, прижавшись брюхом к поверхности, когда

крупный осколок, точно попал ей между глаз. Кошка зашипела и сорвалась резким

прыжком с почти отвесной стенки пригорка.

Катерина напряглась, ухватилась за корень низкорослого кустарника и выпрыгнула на

поверхность пригорка. За шумом падающих камней, она не слышала, ни шипенья

рыси, и, не видела, какой опасности подвергалась.

Она выпрямилась и огляделась.

Солнце скрылось за холмом, но было еще светло и далеко видно вокруг.

У нее защемило сердце. Вокруг холмов и зарослей, куда хватало глаз – расстилалась

голубая, сверкающая поверхность океана. И только на севере, за ее спиной, холмы

сливались с небом, и было не понятно – вода там или суша. Поверхность пригорка,

упиралась в каменистый, но заросший колючим кустарником, пологий холм, у подножия

которого, темной пастью, чернело отверстие пещеры. На вершине холма, стояло

одинокое раскидистое дерево с толстым стволом.

Катерина медленно, с опаской подошла к пещере. Та оказалась совсем не страшной и

неглубокой. Просто углубление в холме с нависающим сводом. Дно, как и сами стенки,

оказались из мягкого песчаника, Катерина потерла пальцами стенку. Образовалась

ложбинка и кучка песка на дне. Она горько улыбнулась – вот он «дом родной». Ей что-

то почудилось. Катерина прислушалась и ее глаза радостно сверкнули:

«Вода! Это журчит вода! О, Боже! Я спасена?»,– она выбежала из пещеры и

огляделась. Действительно, край холма, который как ей казался, упирался в заросли,

темнел черной полосой. Звук воды раздавался именно оттуда. Катерина бросилась в ту

сторону. Стена холма отступила и перед ее глазами открылась райская картинка.

Поверхность холма, резко опускалась вниз зазубренной стенкой, образую желоб, и

снова поднималась, скрываясь в зарослях. По желобу , весело сверкая в лучах

заходящего солнца, искрился и журчал небольшой водопад. Вода падала в небольшое

озерцо, из которого быстрым, стремительным ручьем перебегала к краю пригорка, и

скрывалась за его кромкой. Катерина подошла к краю кромки и проследила путь воды.

Тут образовался еще один небольшой водопад, который уже, небольшой речкой у

подножья пригорка, исчезал в джунглях. Катерина подошла к озерцу и опустила кисть

руки в воду. Вода на ощупь была очень холодной и абсолютно прозрачной.

Утолив жажду, катя вернулась к пещере.

Постепенно темнело.

Она подошла к колючим зарослям подножья холма. Наклонилась и рискуя

поцарапаться о колючки, с большим усилием вырвала часть куста из грунта. Уберечься

не удалось, и, из уколов на предплечьях потекла кровь. Не обращая на нее внимания,

она, с остервенениям нарвала большую кучу колючего кустарника и загородила им

вход в пещеру, оставив для себя узкий проход.

Вернулась к водопаду и смыла кровь. На удивление, ранки быстро, почти мгновенно,

перестали кровоточить. Катерина отошла от пещеры, присела под кустик,

опорожнилась и зашла в свое убежище, аккуратно, завалив поход колючками.

Устроилась по удобнее и вскоре задремала. В прежней жизни не так часто ей, снились

сны. От переживаний последних дней, сон навалился почти мгновенно, с удивительно

яркими, цветными картинками, счастливого детства

Глава 15.

«Запорожец» отца, въехал с пыльной, поселочной дороги, на асфальт, перед воротами

летнего пионерского лагеря. Отец Катерины вышел из машины и подошел к будке

дежурного.

– Привет ребятки!

– Здравствуйте, – солидно ответил, белобрысый, двенадцатилетний мальчуган,

в красной, пионерской пилотке и галстуке.

– Пожалуйста, позовите мне пионервожатого шестого отряда, – улыбнулся

Катин папа. .

Мальчик повернулся к девчушке – тоже «дежурившей» на «КП».

– Танька! Подожди здесь, я сбегаю.

Девочка кивнула и вышла из будки.

– Подождите маленько. Сейчас Сашка сбегает. Присаживайтесь на лавочку, -

девочка указала пальчиком. На скамеечку рядом.

Отец присел и закурил.

Через пять минут подошел пионервожатый. Чернявый парень, лет семнадцати, тоже с

красным галстуком на шее

– Здравствуйте! Вы, наверное папа Кати ?

Отец поднялся с лавочки и протянул ему руку для рукопожатия.

– Здравствуйте, Да. Я папа Кати Боровик. А где она ?

Недалеко раздался радостный, детский вскрик. Пионервожатый и отец, повернули

головы к домику, от которого весело подпрыгивая, к отцу бежала Катя.

Она уже повзрослела и вытянулась. Уже наметились мягкие округлости прелестной

девичьей фигурки. Отец потрепал по волосам, подбежавшую дочь.

– Ну что стрекоза? Нравится тебе здесь?

– Конечно, папка!

Катя с восторгом, торопясь и захлебываясь, начала рассказывать рассказывает отцу, о

прелестях пионерской жизни в лагере.

– Папа! Я научилась ориентироваться в темноте по звездам! Мы ели

картошку! Мы ее пекли в костре, папа! Наш пионервожатый, – она посмотрела на

стоящего парня, – разжигает вечером костер и мы поем пионерские песни. Папа! Я

вместе с моими подружками нашли клад! Это игра. Дима организовал, – она снова с

уважением посмотрела на пионервожатого.

Тот смущенно улыбнулся. Катя, не останавливаясь ни на секунду, как сорока,

стрекотала дальше:

– Папа! Я бегала с ружьем! !Это такая игра -«Зарница». Там надо уметь

ходить по лесу, ориентироваться по компасу. Это так здорово! Папа! Ну что ты

молчишь?, – Катя скорчила недовольную гримаску.

– Я слушаю тебя, солнце мое! – он снова ласково погладил ее по голове.

– Папа мы ходим по компасу! Я знаю, как определить где север и юг по

деревьям в лесу! Как плохо, что смена скоро кончается папа! Мне здесь так

нравиться !

Отец повернулся к пионервожатому.

– Дмитрий. Я рад, что дочке тут хорошо. Спасибо вам за заботу.

– Не стоит! Все в порядке. Это наша работа. Катюша очень

сообразительная, понятливая и бойкая девочка. Я рад, что ей тоже тут нравиться.

Отец вынул из сумки бинокль и компас.

– Катя. Я тут привез для тебя два подарка. Вот посмотри. Это мой бинокль и

компас. Это мое, еще со времени службы в армии. Мне эти предметы очень помогли в

свое время. Я надеюсь, они пригодятся тебе здесь!

Катя, с круглыми от восторга и восхищения глазами, осторожно взяла подарки в руки,

покрутила компас, приложила бинокль к глазам. Отец улыбнулся.

– Ты научишься ими пользоваться. И Дмитрий поможет. Правда Дима?

Тот встрепенулся.

– Конечно Катюша. Я помогу тебе научиться правильно этим

пользоваться…

Отец накинул лямки сумки на плечо.

– Катюша. Я должен ехать! Дима! Еще раз спасибо за заботу.

Извините дела…

Катя уже не слышала. Она крутила в руках свои подарки и что-то весело щебетала,

показывала их, набежавшим и восхищенным друзьям.

Отец тихо отошел от толпы детей и сел в автомобиль. «Запорожец» чихнул, завелся, и,

стал разворачиваться.

Из толпы детей выскочила Катя.

– Папа! Подожди! Папа !

Отец, махнул ей на прощанье рукой из окошка дверцы, машина спрыгнула на

грунтовую дорогу и скрылась, к клубах пыли.

Катя подняла голову. Мимо, на низкой высоте, возбужденно чирикая на все лады,

пролетела стая птиц….

Она проснулась от птичьих, разноголосых криков.

Прелестное утро дикой природы.

Лучи солнца, прорываясь через листву деревьев, яркими пятнами нагревали песчаную

почву пещеры. Зеленая ящерка, греясь на солнце, уставилась бусинками своих глаз на

Катерину. Катя пошевелилась и встала. Ящерка тотчас скрылась в своей норке у

подножья пещеры.

Рулоны колючего кустарника, надежно закрывали вход.

«Хороший заборчик!»,– отметила про себя Катерина и посмотрела на свои руки и плечи.

От ран не осталось и следа, кроме нескольких красных точек и полосок. Она осторожно

освободила от колючек проход и вышла на площадку перед пещерой.

Солнце уже поднялось над деревьями, и, в просветах между ними, искрилась золотая

солнечная дорожка, играя бриллиантовыми отблесками, на лазурной глади океана.

Катерина вздохнула. Она вдруг вспомнила о самолетном кресле, которое ей спасло

жизнь и не дало разбиться при падении из самолета. Покачала головой и задумалась:

«Боже! Надо посмотреть кресло… Там ведь была моя сумка рядом. Может она

зацепилась? Как я могла забыть про это? Вот дура! Ну, попала я в

катастрофу. Не я первая, не я последняя! Главное жива! Не все потеряно, Катенька…

Вспомним, вспомним Робинзона и пионерский отряд…»

Первым делом, она решила найти кресло, а потом уже, решать – что делать дальше.

Осторожно, цепляясь за камни, спустилаcь с пригорка к зарослям джунглей и

осмотрелась. Несколько поломанных веток, лоскуток ее платья, повисший на колючке,

указали ей путь, откуда она вышла прежде.

Катерину неожиданно охватил тот детский азарт поиска и преследования, который она

когда-то проявляла в детстве. Смело ступила в проем зарослей. Глаза и мозг, четко

фиксировали ей же о ставленые следы.

«Ага! А вот еще веточка, трава примята. Ты смотри – какая я умная! Лоскуток!

Отлично! Ну Катерина – ты молодец! Буду жива – не помру!…Оп-па!…»

На песке, четко отпечатались крупные кошачьи следы. Катерина тревожно

осмотрелась.

Никого. Вокруг слышались только далекие крики обезьян и щебетание птиц.

Катерина почти побежала по своим следам и вскоре, выскочила на песок берега. Ей

стало легче. Сердце учащенно билось, толи от бега, толи – от страха.

Цепочка ее следов протянулась вдоль берега и снова уходила в джунгли. Катерина, по

щиколотку, утопая в теплом, скрипящем, еще не успевшем нагреться на солнце песке,

энергично пошла по своим следам. Цепочки мелких отметин на песке, видимо от

насекомых, пересекали ее путь во всех направлениях. Вода была довольно далеко. По

видимому, это было время отлива.

Она подошла к проему в джунглях, который уходил вглубь острова зеленой впадиной.

Огромные, пышные кустарники, оказались кишащими птицами по обе стороны

склонов. Цепочки кокосовых пальм, расположились в верхней части поверхности этого

проема, похожего на заросший овраг.

Катерина углубилась в туннель из зарослей.

Кресло она нашла быстро, потому как, везде висели обрывки и лоскутки ее платья,

когда она ночью, ничего не соображая, бежала к берегу океана.

Кресло по-прежнему висело в хитросплетении лиан.

Вдруг, что то зашелестело над головой Катерины и шлепнулось рядом, с тупым звуком.

Она взглянула вверх. На пальмах, неподалеку, раскачивались несколько обезьян,

размахивая руками и устрашающе вереща. Второй кокос упал рядом.

Катерина погрозила обезьянам кулаком. Те заверещали еще громче. Она сдвинула

ногой, кокосы в кучку, и, смело полезла на лианы. Обезьяны кинулись в рассыпную.

Катерина, не обращая внимания на крики обезьян, довольно с трудом, подобралась к

креслу и осмотрела его. Сумки там не было. Кресло выглядело как кусок разодранного

металла, перемешанного с обшивкой. Оно висело, благодаря поясному ремню, пряжка

которого, оказалась зажатой двумя жгутами лиан. Катерина уперлась ногами в одну из

лиан, схватилась за ствол дерева и напряглась, пытаясь раздвинуть перепутавшиеся,

дикие ветви этих зарослей. Пряжка выскользнула и кресло грохнулось на песок,

развалившись на куски. Катерину обожгла мысль:

«О, Господи! Как же я весела здесь? Не иначе как, божий ангел охраняет меня!».

Она спустилась вниз и подошла к обломкам.

Задумалась.

Подошла к спинке кресла. Осмотрела ее. Взялась за длинную, с зазубренными

острыми краями плоскую железяку, и, стала интенсивно ее раскачивать. Дюралевая

железка сопротивлялась недолго, и, вскоре в руках Катерины, оказалось примитивное,

блестящее орудие, которое можно было использовать как длинный нож или даже – как

оружие. Катерина с гордостью помахала «изделием» в воздухе и уселась рядом с

кокосами. Распилить оболочку этим зазубренным инструментом, не составило труда.

Катерина с наслаждением выпила кокосовое молочко и немного погрызла мякоть

внутренности ореха. Чувство легкого голода, сразу улетучилось. Обезьяны наверху

яростно заверещали. Катерина резво вскочила и со смехом, метнула в них кожурой

ореха. В ответ шлепнулись еще два небольших кокоса.

Она подошла в обломкам, выбрала небольшие куски железяк, подняла их. Завернула в

виде корзинки, то, что осталось от подола платья, и, сложила туда кокосы. Улыбнулась

обезьянам и весело зашагала в сторону океана.

Вернувшись в пещеру, отметила – никого из зверья, поблизости не было. Аккуратно

сложила принесенное, в углу пещеры. Вышла на площадку. Оглядела окружающие

кусты. То что ей нужно, находилось на склоне, повыше пещеры. Она вскарабкалась, и

трубила своим «ножом», ветку с пушистого кустарника. Взглянула наверх холма. Там

раскинулась широкая, мощная крона одинокого дерева. Отметила про себя:

« Обязательно надо до него добраться и посмотреть – что там делается наверху…»

Спустилась с ходила к водопаду напиться.

Она решила сделать несколько «ходок» к креслу, и перетаскать его все по кускам в

пещеру, как когда-то, Робинзон, стаскивал по частям, разбившийся на скалах корабль.

Подняла ветку, и, заметая за собой собственные следы подошла к краю пригорка.

Оставила ветку и спустилась к зарослям. В ее руке уже было «оружие» и джунгли,

казались ей уже не такими страшными, как были раньше.

Подойдя к креслу, вспугнула целую свору обезьян, найдя на песке еще один приятный

подарок – небольшую гроздь спелых бананов, которую не успели утащить с собой

шимпанзе. Уселась на корточках возле обломков и внимательно их пересмотрела,

ворочая по песку. Вспорола «ножом» мягкую обшивку сиденья. На свет появились

длинные пучки стальных тонких проволочек, несколько жгутиков тонкого пластика.

Катерина немного потрудилась, учащенно дыша и потея.

Солнце уже стояло в зените и имело намерение – начать свой путь к закату.

Рядом с Катериной образовалась кучка разных необходимых вещиц: длинные

пластиковые жгутики, несколько десятков стальных, как спиц проволок, разного

профиля куски дюраля, бархатистая ткань обшивки спинки и сиденья кресла, крупные

куски поролона и еще куча, всякого мелкого металла.

Катерина взяла, что смогла унести, и перегруженная, как бабка идущая с товаром на

базар, двинулась в обратный путь. С трудом втащила на пригорок, по очереди все

обломки. Осмотрела поверхность песка. Кроме мелких следов от лап птиц и ящериц,

ничего не обнаружила. Уложила всю «добычу», отдохнула и снова пошла к креслу.

Когда солнце коснулось края далекого холма, она успела сходить к месту падения пять

раз.

Очень устала, но с удовольствием, пока было еще светло, принялась обустраивать

пещеру.

Когда ее веки тяжело сомкнулись от перенесенного напряжения «трудового дня», тело

ее, уже раскинулось на неком подобии примитивной постели, устроенной из

пальмовых веток, пучков мягкой травы, поролона и ткани.

Постепенно, и природа, стала готовиться ко сну.

Глава 16

Пышные похороны банкира, начались в полдень.

Гроб стоял в холле банка. Помимо Аркадия, и близких приятелей президента банка,

возле гроба стояли, неизвестные ему личности. Аркадий отошел в туалет и сделал

знак, чтобы к нему подошел главный бухгалтер. Это была полная, крашеная блондинка,

увешанная бриллиантами, которые сверкали сквозь черную вуаль на голове. В

проходе, он остановил ее и выяснил, что это были поверенные лица, крупнейших

российских политиков, которые сами не захотели «светиться» на похоронах, опасаясь,

что здесь они будут засняты на фото и видео сотрудниками ФСБ.

Политики были крупными акулами в мировом финансовом круговороте.

Стоя возле писсуара, Аркадий понял: – надо готовиться к трудным переговорам,

давлению, снова выискивать выгодные компромиссы для себя. Пока готовились

похороны, в узком кругу учредителей банка, было оглашено завещание, по которому,

руководству рекомендовалось выбрать президентом, его – Аркадия.

Конечно, он был готов к этому повороту событий, но его удивило, немного напугало,

именно присутствие этого обилия неизвестных. Он то, рассчитывал, сразу после

смерти «папы», непосредственно начать свою личную операцию, которую вынашивал

уже долгое время, и на которую поставил все свое будущее благосостояние или даже

жизнь.

Лора стояла рядом, в темном траурном платье и он поддерживал ее за локоть.

Аркадий, искоса замечал кривые, завистливые усмешки окружающих работников

банка, но сделав каменное лицо, решил сосредоточиться на своих личных мыслях,

совершенно далеких от происходящего.

Похоронный кортеж, въехал на кладбище. Тут уже ждала, целая когорта священников

местной церкви.

Процедура прощания была короткой. Священник, прочитал свою молитву. Несколько

человек, в том числе и Аркадий, сделали вид, что поцеловали умершего в лоб. Гроб

упустили и сильные, шустрые кладбищенские мужички, предчувствуя обильную

выпивку, быстро сделали свое дело – забросали могилу землей.

Люди стали медленно расходиться.

Аркадий с Лорой, подошли к своему лимузину. Их, с извинениями, остановил

немолодой мужчина, простовато, но строго одетый.

– Извините пожалуйста. Приношу свои соболезнования. Вы Аркадий

Гольдман ?

Аркадий поморщился.

– Да я. В чем дело? Кто вы?

– Я из страхового агентства. Инспектор. Меня послали к вам уточнить

некоторые детали полиса. Каким образом мы можем это сделать и когда?

Аркадий закурил и медленно обвел глазами, бредущих людей.

В стороне, недалеко, от раскидистого тополя, стояло два человека, в темных плащах.

На воротничке у одного из них, из под плаща, сверкнули милицейские лычки.

Аркадий выдохнул дым.

– Подойдите, пожалуйста, завтра с утра в мой офис. И мы все обсудим.

Сегодня, извините, не могу!

Водитель открыл дверцу лимузина. Лора грациозно погрузилась в салон. Аркадий,

щелчком выкинул недокуренную сигарету, и устроился рядом с любовницей.

Автомобиль медленно тронулся.

Двое в плащах и страховой агент, настороженно проводили взглядом лимузин, пока он

не скрылся в воротах кладбища.

В ночном клубе «Ущелье», пласты сигаретного дыма, стелились волнами под потолком,

почти скрыв от народа, орущие на полную громкость динамики. Бармен крутился как

волчок, еле успевая работать на автомате разлива пива и дозировки спиртного.

Завсегдатаи клуба, множество девиц и тинэйджеров, «оттягивались» на полную

катушку. Сновали официантки. Возле двери, стояло двое дюжих парней, внимательно

следивших за происходящим в зале. На танцевальном пятачке, ломались в ритмах

«Бони М», группа молодежи, весело подпрыгивая и размахивая руками под «Билет в

один конец». Все стульчики перед баром были заняты. В отдельных кабинках,

закрывающихся тяжелыми бархатными шторами, развлекался с проститутками,

солидный народ – бандиты, бизнесмены, чиновники.

Типичная субботняя ночь этого элитного заведения.

В кабинете Валентина, собрались несколько человек. Сам директор, сидя на коляске

возле стола, крутил в руках стакан, наполовину наполненный водкой. Стол был

уставлен бутылками и закуской. Возле двери, подпирая ее косяк, стояли два парня,

изредка поигрывая друг перед другом мускулами рук, подмигивая друг другу – они

понимали себя без слов.

На диване сидели еще двое, сосредоточенно крутя в руках недопитые стаканы.

Валентин, смахнув не прошенную слезу, горестно заметил:

– Вы не понимаете ничего! Я остался один! Николай! Вы врубитесь только! Я

не верю в его простое исчезновение. Это, наверняка, кем-то подстроено. Не зря он

был не в себе… Какая то сволочь заказала его! Это точно! Я это нутром чую….

Ну, я этого так не оставлю! Мне все по-фигу! Слышите, вы?

Двое друзей, согласно кивнули.

Один из них, блондин, мощный парень по имени Николай, встал и подошел к столу.

Опрокинул в себя остатки, что были в стакане. Аккуратно взял кильку за хвостик и

положил в рот.

– Босс! Мы все понимаем. Ты лучше скажи что делать, а мы, уже подключим

кого надо!

Валентин допил своё. К столу подошел второй парень, который сидел на диванчике, и,

вместе с Николаем они уселись на стулья. Валентин насупился, помолчал, потом вдруг

выпалил:

– Значит так! Прямо сейчас, перетрясите всех клубных сук, и, найдите их

сутенеров… И тех кто в округе, тоже! Всех подряд! Ник? Ты понял?

– Да босс! Нет вопросов.

Валентин с жаром продолжил:

– Завтра! Бомжей, нищих – всех! Найдите мне зацепку. Не может быть!

Кто-то, да видел! Кто-то, что-то, знает. Должен знать! В аэропорту, тряхните ментов и

обслугу! Слышите вы, волкодавы!…

– Босс! Не волнуйся так! Все сделаем!

Валентин, как будто его не слышал:

– Я плачу и прикрою! Всех блин, до единого человека! В его офисе – за жабры

всех! Менеджеров, бухгалтеров, секретуток! Всех!

Он замолк, на мгновенье, тяжело дыша.

– Узнать – кто положил бомбу в самолет! Так просто они не взрываются…

Утечка из бака! – он саркастически скривился. – Блин, кому эта ментюра втирает?

Тому, кто это сказал, яйца надо оторвать! Ну, чего пялитесь? Выполнять!

Друзья поднялись со стульев. Пощупали пистолеты в наплечных кобурах, и, Николай

обернулся к Валентину.

– Босс. Успокойся! Мы все понимаем. Поставим всех на уши! Подключим

наших ребят из «Союза». Босс мы найдем их! Дай немного времени. Притащим к тебе

и заказчика… Будь спок босс! За нами не заржавеет…

Они, и охранники, стоящие в дверях, вышли из кабинета.

Валентин безнадежно махнул рукой вслед, и налил в стакан.

Глава 17

Дни летели за днями.

Катерина трудилась как заведенная.

В пещере уже находилась лежанка, выложенная из листьев папоротника, поверх

которых, наподобие покрывала, уложены лоскуты от кресла. Над входом в пещеру,

она выстроила выстроен навес из пальмовых листьев. В конструкции навеса

присутствовали все виды растений – стены были сделаны из ростков ивы, крыша из

пальмовых листьев, стойки из толстых веток кустарника. Стыки связаны лианами.

Возле «постели» Кати, на огромном листе лопуха, лежал «умерший» мобильный

телефон, заколка от волос и шпилька. В углу пещеры, в куче был свален валежник,

толстые сухие ветки, хворост. В другом углу, лежали, аккуратно сложенные разные

металлические обломки от кресла и сам корпус.

Несколько раз ее работу, прерывал короткий тропический дождь. Это побудило ее

сотворить этот навес. Из сухого дерева, по вечерам, после захода солнца, она ломала

голову – что и как можно сделать.

Сильно страдала от отсутствия огня и инструментов. Если еду в виде кокосов и

бананов, ей как-то удавалось добывать, то мясной пищи не было никакой. На берегу,

она часто натыкалась на черепашьи яйца и самих черепах. Но солнце, не припекало

так жарко, чтобы можно было бы испечь эти яйца в песке, как делал Робинзон Крузо.

По вечерам, она стала плести из упругой лозы, тонких лиан и сухих веток, некое

подобие двери, которая, по ее разумению, должна была закрывать проход под

навесом.

Однажды, после полудня, ей пришла в голову необычная идея, как можно попытаться

поймать рыбу. У нее даже улучшилось настроение, и, она с энтузиазмом принялась за

работу.

Нашла несколько срубленных длинных ивовых палок. Обломком, который служил ей и

ножом и топором, стала осторожно и медленно нарезать длинные полоски ивовой

коры. Эти волокна, были достаточно тонки и прочны. «Оголив» несколько палок,

Катерина связала концы волокон, превратив их в длинную, натуральную бечевку.

Рядом с ней, уже лежала веревочка, сделанная из тонких полосок остатков подола

платья.

Встала и подошла к каркасу кресла. Опустилась на корточки, внимательно его

осмотрела в сотый раз. Поворочала его и так, и сяк. Поводила пальцами по гладкой

поверхности. Взяла в руку заколку и попробовала полукруглым, плоским ее концом,

открутить головку вината. Головка имела крестообразный паз и кончик заколки, все

время соскальзывал.

Катерину привлекла неширокая, тонкая полоска металла, прикрученная к ободу кресла

двумя винтами.

Наконец ей удалось повернуть головку винта, и, вскоре в ее руках оказалась длинная,

тонкая полоска металла. Она решила сделать из нее нож типа «мачете», чтобы удобно

было его брать с собой и в качестве топора, и, в качестве оружия.

Целый день она потратила на заточку о скальный камень этого нового орудия. Мачете

получился немного некрасивый, за то вполне сносный, чтобы им что-то рубить.

Катерина даже принесла с берега кусок твердого, как гранит камня, для того, чтобы

подтачивать свой нож ежедневно, для соблюдения остроты лезвия.

На ручку он намотала тонкую лозу, закрепив ее стальной проволокой. Из этой же

проволоки, сделала петлю, для того, чтобы мачете висел на поясе.

Однажды, зайдя по колено в воду, она с удивлением отметила, что ее отражение в

воде, стало намного привлекательнее. Она постепенно, стала превращаться в

привлекательную, стройную, прелестную амазонку. Куда-то делся целлюлит и излишки

жира на руках и шее. Ноги стали упругими от постоянной ходьбы и бега. Скудная пища,

состоящая из плодов, сырых крабов и постоянная физическая нагрузка, превратили ее

тело, в тело девушки, какой она была двадцать лет тому назад – далеко в своем

девичестве. Просыпаясь каждое утро, прежде всего она принимала ледяной душ у

водопада, и, в течение всего дня, когда добывала себе пищу, не раз принимала

«ванны» в теплых, ласковых волнах океана.

Конечно утомление давало о себе знать и Катерина не противилась требованиям

своего организма – часто спала на берегу океана, хоронясь в тени пальм, или

накрывшись пальмовыми ветками, свернувшись калачиком на теплом, кристально

белом, чистом песке её побережья.

Иногда она, всматриваясь в далекие холмы, задумывалась – не пойти ли ей туда? Не

разведать ли ей неведомые дали своего острова. Но всегда, практический женский ум

давал отрицательный ответ, как бы говоря ей: «Зачем тебе это сейчас? Займись лучше

собственным благополучием: устраивай жильё, находи новые источники питания,

добудь в конце-концов огонь!»

И этот внутренний голос разума, останавливал её самые смелые, авантюристические

порывы. Она много размышляла – каким образом можно добыть огонь. Тереть палочку

о палочку – добывать огонь трением, она пробовала много раз. Ничего не получалось –

только обдирала ладони до крови и очень уставала.

С интересом поглядывала на одинокое дерево, стоящее на вершине пещерного холма.

Её размышления были абсолютно верны. В сильную грозу, молния должна была

поразить это дерево. Но вот беда! Дожди были, но все они были быстрыми и без

грозы. Скорее – шквалистыми.

Катерина даже заготовила сухую кучу валежника, мха и крупных кусков высохших

веток. В углу пещеры лежали два специальных факела, заготовленных на случай

грозы.

И она дождалась.

Однажды после полудня, небо стало хмуриться не так как обычно. Над океаном, вдали,

возникла темная туча, которая быстро приближалась к острову, разрастаясь на глазах,

и закрывая все небо своими черно-свинцовыми крыльями. Катерина, только что

принесла несколько кокосов и когда зашла под навес, ее настиг первый, мощный порыв

ветра. Она оставила кокосы в пещере и попыталась закрепить дверь навеса.

Новый порыв ветра, хлестанул по ней вместе с первыми крупными каплями

тропической грозы. Сверкнула молния. Раздался раскатистый, звук грома. Плетеная

дверка, от порыва ветра, вырвалась из ее рук и отлетела в сторону.

За несколько секунд, гроза превратилась в сплошную стену дождя, вспышек молний и

грома. Катерина отступила вглубь пещеры и взяла заготовленный факел в руки.

Навес протекал от сплошного потока воды. . Раскаты грома, вперемежку с молниями,

создали впечатление кромешного ада. Ветер яростно раскачивал хилую постройку

снаружи пещеры. Листья пальм, сорвало с навеса и унесло ветром. Одна из стен

навеса покосилась. Катерина стала усердно молиться, крестясь одной рукой и

лихорадочно, стуча зубами от холода, бормотала примитивную молитву:

– Господи! Я все забыла. Господи! Спаси меня Господи! Спасибо тебе

за хлеб и воду…Я благодарю тебя за то, что ты спас мою никчемную жизнь… За что

мне такое наказание? Боже! Что я сделала не так? Почему ты так жесток со мной?

Господи! Спаси меня и мою душу! Господи, где я? Неужели я должна погибнуть?

Зачем? Но почему я? Почему ты наказал именно меня? Я люблю жизнь, Господи!

Я хочу жить! Спаси меня! Папочка, где ты? Мамуля, где ты? Детки мои…Ангелочки вы

мои! Что же будет со мной, Господи? Прости меня, Господи! Я голодна. Я замерзаю…

Дай мне огонь… Пожалуйста! Господи! Дай мне огонь…Помоги мне! Прошу тебя

Господи!

Катерина всхлипнула и размазала по лицу слезы. Вдруг снаружи пещеры, неожиданно

прекратился дождь и сверкнула особо сильная вспышка молнии. Раздался какой-то

странный треск, и сильно запахло озоном. Катерина выскочила наружу и ее глаза

озарились радостью.Наверху холма, дерево раскололось надвое и яркое пламя, жадно

пожирало еще мокрую крону и внутренности ствола дерева.

Катерина кинулась вверх по склону, не обращая внимания на колючки и хлестающие по

лицу ветки кустарников.

Из ее горла вырывались стоны и радостные всхлипы. Она остервенело продиралась

сквозь заросли и кучи камней, постепенно приближаясь к пылающему дереву.

Снова пошел дождь. Но Катерина уже подожгла свой факел и начала быстро

спускаться с холма. Подскользнувшись, на странной размякшей почве, она выронила

факел и покатилась вниз, измазывая себя грязью. Она зацепилась руками за куст,

остановила свое падения и поползла назад, к лежащему факелу. Схватив его

дрожащими руками, уже более осторожно, спустилась к пещере, вся дрожа от холода

и страха. Сунула горящий факел в кучу заготовленного хвороста и в бессилии,

опустилась радом с разгорающимся костром.

Дождь снаружи снова хлынул потоками. Катя с широко открытыми глазами, сжавшись в

комок, сидела на корточках у огня. Ее тело била лихорадочная дрожь, но на лице

играла блаженная улыбка. Она поправила мокрые локоны волос и подумала:

– Это свершилось! Я имею огонь. Боже! Какое это счастье. Я благодарна

тебе Господи! Ты спас меня! Бр-р-р… Как холодно! Ну, теперь-то я поживу еще! Не все

потеряно в этом мире!

Постепенно она согрелась. Подкинула в костер несколько толстых веток и улеглась на

свой топчан, закрывшись одеялом, сшитым из лоскутов обшивки кресла. Веки её глаз,

утомленно сомкнулись.

Глава 18

Встав ранним утром, когда веселые крики птиц, ворвались в пещеру вместе с

ласковыми лучами солнца, Катрина почувствовала неудобство. Её кожу стягивало. Как

всегда она подошла к водопаду и увидела, что все ее ноги и тело покрыто грязными,

коричневатыми разводами. Это и доставляло ей неудобство.

Она присела на камень, намочила руку в воде и попыталась счистить эту налипшую

грязь с тела. Удивительное дело – увлажненная грязь, стала скатываться с тела

шариками и продолговатыми катышками.

Катерину осенило:

– Да это же глина! Ура!, – Катерина запрыгала от радости и кинулась

в водопад.

Первым делом, после того как она подкинула сучьев в тлеющий очаг, она решила

повторить свой путь наверх, к вершине холма. Карабкаясь наверх, она не замечала, как

разговаривает сама с собой:

– Чудеса! История повторяется! Как у Роби! Глина! Да, это должна быть глина.

Если я ее найду, – посудой буду обеспечена. Огонь есть, посуда будет, останется только

раздобыть мясную пищу. Но с огнем, это уже не проблема….

Она быстро нашла то, что искала.

Ливень смыл верхний слой земли и в одном месте, на холме сияла рыжим цветом

огромная проплешина глинистой почвы. Своим мачете, Катерина стала сгребать слой

за слоем, пока не скатала из мягкой пластичной массы, большой, тяжелый шарик.

Толкнула его вниз.

Глиняный шар, весело подпрыгивая на кочках, перекатился к подножью холма.

За ним, уже аккуратно, стараясь не поцарапаться об острые выступы и колючки

кустарника, спустилась и Катерина.

Разделив очаг на две части, притушила угли в одной. Руками размяла кусок глины,

придав ему форму блюдца. Завернула это изделие в лист пальмы и положила на

тлеющие угли. Возникший дым, быстро исчезал в проеме пещеры.

Привела себя в порядок.

Видимо, это был счастливый день, потому как, защелкивая волосы заколкой, та

выскочила из ее рук, щелкнув пружинкой, и клацнув своими зубчиками, как

захлопнувшийся капкан.

Катерина замерла, уставившись на заколку. Медленно ее подняла и осмотрела, как

будто видела в первый раз. В ее голове созрел план, как это использовать для ловли

рыбы. Забыв про растрепанные волосы, кинулась искать сплетенную из коры ивы

веревочку. Нашла.

Схватила также шнурок, связанный из остатков платья, зрелый банан, и кинулась

наружу.

Её уже терзал охотничий азарт.

Пока бежала на берег, в голове сложился план, как сделать подводный капкан. По пути

срезала несколько толстых и тонких палочек.

Выскочила на берег и побежала к кучке камней, выступающих над поверхностью воды.

Она видела стаи рыб, которые плавали между камней, во время ее ежедневных

купаний в океане.

Осторожно забралась на один из камней и с радостью увидела – да, стайки некрупной

рыбы, метались между камнями. Рот Катерины, от воспоминания о жаренной рыбе,

наполнился слюной. Она сглотнула и приступила к работе.

Осторожно опустилась по пояс в воду рядом с камнем. Разложила все, что принесла с

собой на его поверхности.

Первым делом, застыла, и определила, в каком месте, наиболее часто кружат стаи

рыбы. Привязала тонкую ивовую бечевку к тонкой, короткой палочке. Куском шнурка,

обвязала толстый сучок, второй его конец привязала к заколке.

Улыбнувшись, гордо повертела в руках свой капкан. Подошла к намеченному месту и

воткнула конец сучка в песок под водой.

Здесь было не глубоко, так, что дно было видно как на ладони. Немного отвела заколку

в сторону, и, осторожно нажав на неё, раздвинула зубья. Вставила между ними

палочку с привязанной веревочкой, зажав ее концы зубьями. Погрузила заколку в воду

недалеко от сучка. Вернулась к камню, очистила банан и откусила несколько мелких

кусочков и проглотила, утолив наступающий голод. Сбила с поверхности камня ракушку

и раздробила ее корпус своим мачете. Отросшими ногтями, выскоблила из нее

внутренности и вернулась к своей ловушке. Осторожно положила это ракушечье мясо

между зубьев заколки. Протянула веревочку, забралась на камень и удобно на нем

устроилась так, чтобы было видно, что твориться возле самодельной рыбной ловушки.

С удовольствием доела остатки банана.

Солнце припекало, искрясь в широкой, золотистой солнечной дорожке на поверхности

океана и постепенно поднимаясь к зениту..

Катерина напряглась. Очередная стайка ставридки очутилась возле камня и

заметалась там, где стояла ловушка. Катерина заметила, что несколько рыбешек

одновременно, клевали ракушечье мясо.

Она дернула веревочку и кинулась в воду.

Какова же была ее радость, когда она увидела, что ее капкан, сработал как нельзя

лучше. Между зубьями заколки были зажаты две рыбешки, которые бились в этом

капкане, заставляя его прыгать по песчаному дну.

Катя выхватила свой капкан из воды, гордо подняла его над головой и берег острова,

огласил радостный человеческий крик, победившей амазонки!

Она сбегала за кокосом, и весь остаток дня, посветила рыбной ловле.

Вечером, на заходе солнца, нанизав на проволочку несколько рыбешек, повесила их

над огнем.

С замиранием сердца, очистила от сгоревшего пальмового листа, то, что оставляла с

утра на обжиг.

На свет появилось достаточно аккуратно сделанное, глиняное блюдце. Глина

затвердела как камень. Катерина вернулась к проходу и закрепила более надежно,

вырванную ветром самодельную дверь.

Её колючий забор, уже расширился и поднялся на высоту крыши и снаружи, весь навес

выглядел как огромный разросшийся колючий кустарник.

Она вернулась в пещеру. Подбросила «топливо» в костер.

Рыба уже совсем «созрела», потрескалась и шипела. Катерина сняла проволочку и

приступила в первый раз на этом острове, к «горячему», вкусному ужину. Она забыла,

что нет соли. Вкус рыбы забивал все остальные воспоминания, о здоровой

человеческой пище. Покончив с остатками, бросила объедки в костер и в сытом

изнеможении, откинулась на своем топчане.

Она стала уже привыкать к этой островной, полной ежедневных приключений жизни.

Сначала она не замечала, как летят дни. Когда спохватилась, поняла, что сделала

глупость, но неделя уже прошла. Отмотав в памяти все пройденное, она вычислила,

что эта её эпопея Робинзонады, началась в пятницу, тринадцатого числа.

С тех пор, она каждый день, острой палочкой делала отметки на песчанике стены, о

каждом прошедшем дне. Катерина встала и подошла к своему календарю. В отсветах

пламени, мелькали черточки, которых уже было довольно много.

Она села на корточки и пересчитала их.

Тяжело вздохнула. Кончался третий месяц ее пребывания на этом необитаемом

острове. Катерина усмехнулась, отогнала мрачные мысли и снова легла. Она стала

фантазировать, как можно из глины, слепить мебель – настоящую мебель, чтобы

обстановка в пещере, выглядела совершенно домашней.

Решение было принято. Первым делом она слепит стол!

Катя улыбнулась, накрылась «одеялом» и повернулась спиной к огню.

Возле пещеры, привлеченная запахом жареной рыбы, кругами ходила старая знакомая

– рысь.

Уколовшись носом о колючки забора-кустарника, она фыркнула, и скрылась за гребнем

пригорка.

Глава 19

Темный московский переулок.

Двое парней из клуба «Ущелье» прижали к стене дома, третьего. Это Николай и

Владислав. Прижатый к стене сутенер, хлюпкий по виду, но с пальцами, унизанными

золотыми перстнями, хрипел, повиснув на их руках.

– Я ничего не знаю. Это правда. Не надо мне руки ломать. Я уже все

вам сказал, что знал. Умоляю – не бейте! У меня семья, – он выплюнул из

окровавленного рта, выбитый зуб.

Николай брезгливо скривился.

– Семья говоришь? А девчонок, малолеток опускать – это как? По-семейному?

Нет падла! Ты знаешь…Всё знаешь! Просто обязан знать…Ты же гнида! И мы все про

тебя сука знаем! Ты опарыш, служил в саперных войсках и трахал маленьких азиатских

девочек в Ташкенте! Так ведь? Влад, врежь ему еще!

Николай ослабил свою железную хватку. Второй парень, накачанный не меньше

Николая, резко ударил коленом сутенера в солнечное сплетение.

Тот упал на асфальт, разевая рот, как выброшенная на берег рыба. Следующий удар

кованного армейского ботинка, окинул голову сутенера к стенке. Его затылок врезался

в штукатурку и отколол ее кусок.

В переулок, с любопытством заглянули проститутки. Свет, от далекой, засиженной

мухами лампочки на столбе, еле освещал место избиения сутенера. Одна обернулась к

другой,

– Слышь Ленка? Это же нашего хмыря метелят! Класс! Так ему гниде, так!

Вторая проститутка, осторожно вглядывается в темноту переулка из-за плеча подруги.

– Это, наверное, корешки «Юродивого» с соседнего района! Он давно

на это место глаз положил. Может, переметнемся к нему ?

Они радостно, со злорадными улыбками на лицах, наблюдали издалека, за избиением

своего хозяина. Николай наступил подошвой ботинка на горло сутенера.

Тот судорожно схватился окровавленными руками за его ногу и забормотал, плюясь

кровью:

– Не надо! Не бейте! Я вспомнил, вспомнил… Это там… На «Канатной», возле

булочной на углу. Там двое кавказцев…Не дави! Задыхаюсь! Это они, наверное,

торгуют пластидом… Они у меня покупали остатки…Я приволок из армии…

Николай снял ногу с горла сутенера.

– Ну, ну! Дальше!

Владислав легонько пнул его ногой. Сутенер застонал и продолжил:

– Фу-у! Мои телки рассказывали… Они их вызывали. Да там у них

целая лаборатория…Часы и прочая лабуда…

Николай приподнял его за обрывки одежды.

– Когда это было?

– В прошлом месяце,– из горла сатинера вырвались кровавые пузыри.

Николай брезгливо отпустил тело. Тот плюхнулся на асфальт, вытирая рот рукавом.

Проститутки отскочили от подворотни и быстро засеменили прочь, поминутно

оглядываясь.

Николай с Владиславом вышли из подворотни и пошли к машине.

В больничную палату, где со сломанной рукой и двумя ребрами, лежал сутенер, вошли

двое мужчин в милицейской форме. Они были среднего возраста, оба брюнеты. Один

держал в руках кожаную папку. Это были те люди, которые были на кладбище, на

похоронах банкира. Их, Олега и Виктора, сопровождал дежурный врачь

травматического отделения. Врач подвел их к кровати сутенера.

– Вот он. Поступил вчера, с множественными переломами ребер и запястья

руки . Я свободен?

Милиционеры дружно кивнули. Олег присел на край кровати у ног сутенера. Виктор

остался стоять, строго вперившись своим тяжелым взглядом в переносицу сутенера.

Олег вздохнул и начал.

– Привет «Кривой». Что? Доработался до отморозков на свою шею? Кто ж

тебя, бедолагу, так? Рука сломана?

Тот сморщился в ответ и кряхтя отвернулся к стене, держа на весу загипсованную руку.

К кровати подошел Виктор и легонько щелкнул пальцами того по макушке

– Ты не крути башкой «Кривой». Ты ведь знаешь, кто и как

заправляет в нашем районе. И ты, спокойно работаешь здесь, только благодаря

нам… И не сопи в свою мурзолку… Это факт!

Олег продолжил:

– Причем, если не будешь сейчас отвечать на наши вопросы, тебе

песец! Соберем всех твоих шлюх в кучу… Будем неделю держать за распространение

проституции и будем пытать! Больно пытать…

Виктор поддержал коллегу.

– Пока не выбьем признания, что ты их постоянно насилуешь.

Вопреки их воле и заставляешь вербовать приезжих нелегальных малолеток…

Олег подмигнул другу.

– А это грозит тебе «Кривой» немалым петушиным сроком… Ох

там в зоне нехватка на петухов! Правда, Виктор?, – он криво усмехнулся.

– Ну это ему известно не хуже нас. А мы еще и маляву пустим

соответствующую… И, твоя жопа «Кривой», превратиться в мятый помидор. Сидеть

будет трудно… Инвалидом станешь, если доживешь до выхода! Думай «Кривой»,

думай….

Олег продолжил нагнетать.

– Да! А твоих шлюшек, мы сдадим «Юродивому». Вот он обрадуется

подарочку! А с него снимем пенку и получим очередные звания, – он довольно

хохотнул.

Виктор прикрыл рукой рот от смеха и выдохнул:

– Ну, а если ты доживешь до выхода, кому ты тут нужен, отброс ты

вонючий! Тебя твоя же братва «приберет», и, выкинет трупик в колодец на окраине. И,

всё! Был «Кривой», и, нет «Кривого»! Всё выпрямилось!

Милиционеры загоготали от собственных шуток.

Сутенер испуганно обернулся. По его лицу, оставляя блестящие струйки, катились

крупные капли пота. Его как прорвало.

– Меня избили «черные». Они искали, кто может продать динамит или

пластиковую взрывчатку. Но я им ничего не сказал. Сказал, что не знаю. Они начали

меня сильно бить… Сломали руку, и, я им назвал адрес своего корешка. Ну,

которого убили в прошлом году. «Сыча»! Не помните что ли?

Милиционеры переглянулись. Олег буркнул:

– Ну-ну. Продолжай! Зарабатывай спасение…

Тот, судорожно сглотнул и продолжил:

– Я траванул им, что он служил сапером вместе со мной. Ну, они повелись,

и, отстали от меня… Это все! Где найти корешей «Сыча», я уверен – вы знаете.

Виктор, что-то быстро записывал в записную книжку. Олег поднялся с кровати.

Милиционеры поблагодарили сутенера за сотрудничество, саркастически пожелали

ему быстрого выздоровления и вышли из палаты.

Сутенер, глубоко вздохнул. В его глазах мелькнули страх и смятение. Он облизал вдруг

высохшие губы, и, отвернулся к стенке.

Глава 20

Аркадий и Лора осматривали новую виллу, которую предлагал к покупке агент из

компании, по продаже недвижимости. Их трудно узнать было узнать. Аркадий

выглядел намного старше в парике и очках. Лора в шляпке, также в парике и в

шикарных, голливудского типа, солнцезащитных очках.

Агент расхаживал по шикарным апартаментам и восторженно предлагал:

– Обратите внимание господа. Это ванная комната, здесь джакузи с

регулятором постоянного подогрева воды… Солярий, сауна и небольшой внутренний

бассейн. Это комната прислуги… Здесь расположен холл и выход в зимний сад…

Аркадий рассеянно слушал. Мысли его были далеко. Он спохватился – надо было что-

то отвечать агенту.

– Видите ли уважаемый…Мы издалека. Из Владивостока. Хотя и от моря,

но от холодного. Хотим на старости погреть кости… Не правда ли дорогая?

Лора кокетливо улыбнулась и чмокнула его в щеку.

– Ах, милый! Ты такой шутник…

Агент улыбнулся в ответ и продолжил:

– Ну, в этом случае вам повезло. Это то, что вам нужно. Посмотрите, какая

шикарная лоджия…

Лора и Аркадий ступили в застекленное огромное пространство.

Перед ними открылась прекрасная панорама моря. Высоко в небе летали и кричали

чайки. Кипарисы, стройными пиками упирались в лазурное небо. Над морем висел

слепящий шар солнца, и, его дорожка, переливаясь блестками на мелкой морской

волен, упиралась в собственный пляж виллы. Лора обняла Аркадия и горячо

зашептала ему в ухо:

– Ах, дорогой. Я так тебя люблю! Эта вилла просто загляденье.

Неужели это для меня? – она отклонилась и заглянула Аркадию в глаза.

Тот улыбнулся в ответ и с удовольствием поцеловал любовницу в губы.

Агент, видя эту картину, понимающе вздохнул, улыбнулся, и, удаляясь, закрыл за собой

дверь лоджии.

Аркадий оторвал свои губы от Лоры и посмотрел вниз. Там, возле парадного входа,

стояли два шикарных авто. Он задумчиво поднял глаза на Лору.

– Ты знаешь дорогая… Мне как то не по себе. После того, как

страховая компания начала выплачивать страховку за жену, я чувствует себя не в

своей тарелке, – он вздохнул и продолжил:

– Стал больше употреблять снотворных таблеток. Это действует на меня

катастрофически. Деньги, которые вложил в проект мой исчезнувший клиент Воронов, я

не могу пока прокрутить… А все, потому, что в соглашении, которое подписал

этот типчик, оказалась маленькая строчка, запрещающая фактически запускать деньги

в оборот, если поменяется руководство банка…

Аркадий отстранился от Лоры и облокотился на поручень, возле стеклянной стены.

Лора, открыв рот от удивления, слушала его откровения. Аркадий прокашлялся.

– Ты представь себе! И, это в течение десяти лет! – Аркадий с ожесточением

ударил себя ладонью по собственному лбу…

– Ты знаешь, за это ухватились юристы компании Воронова. Это изменение в

соглашение внес лично Воронов, перед его отлетом. А его юристы, напечатали новый

вариант соглашения. При передаче соглашения, он сказал мне, что ничего

существенно в соглашении не изменил, а я дурак, подписал это соглашение не

проверив… Торопился! Эта дурацкая, вечная с пешка! К тому же, я опасался, чтобы

Воронов, не передумал. Этот сукин сын, мог менять свои решения ежесекундно… А

когда я, перечитал его в спокойной обстановке – ужаснулся!…

Лора попыталась обнять Аркадия… Но он отстранил её руку и продолжал сбивчиво

высказываться – у него «накипело»:

– Вся моя «работа» пошла насмарку, так как я не могу пускать деньги

Воронова в свой оборот, без его дополнительного письменного согласия. Ну, ты

понимаешь?

Он выжидательно посмотрел на Лору. Та испуганно кивнула в ответ.

Аркадий раздраженно буркнул:

– Я обязан платить огромные проценты за мертвый капитал,

который лежит в моем банке на его счетах. Ну не свинья ли он? Лора! Я должен ждать

десять лет. Поэтому, я и нервный. Ты не поверишь… Иногда руки

трясутся… К тому же, мне показалось, что однажды, за нами следили. Нас

преследовала неизвестная мне белая Ауди. Очень долгое время. Я ее

запомнил. Она появлялась несколько раз позади нас, когда мы ехали… Еще там в

Москве….

Лора погладила его по руке и сделала попытку успокоить:

– Аркаша! Милый ! Не волнуйся! Это не страшно…Ты заработал себе

репутацию успешного банкира… Что для тебя десять лет? Чепуха! Мы найдем, чем

заняться в это время. Не правда ли милый? – она открыла дверь лоджии, и увлекла

Аркадия на открытую террасу.

Аркадий шел за ней, как домашний, покорный бычок.

Лора, крепко обняв его, влепила жаркий поцелуй в шею.

Налетевший порыв ветра, сорвал с головы Лоры шляпку.

Шляпка плавно раскачиваясь в воздухе, опустилась в воду, посреди бассейна, на

территории виллы. Целующаяся пара на террасе, надолго прильнула друг к другу.

Глава 21

Окраина Москвы.

На фоне темного неба, черными шпилями в свете звезд, виднелись давно уже не

дымящие трубы какого-то завода. Несколько пятиэтажных жилых домов, затерялись

среди двух-трех этажных бараков, построенных еще во времена Сталина.

В разных концах улицы, стояли два фургона – крытый «Уазик» и хлебовозка.

В «Уазике», прильнув к микрофону, вместе с троими вооруженными бойцами «Омона»,

сидел Николай и постоянно щелкал кнопкой передатчика.

– Олег! Что у тебя? Прием.

В фургоне хлебовозки, приспособленной для перевозки людей, находилось немного

больше людей, чем в «Уазике». Бойцы молча курили и слушали переговоры Олега с

командиром группы захвата.

– Пока тихо. Ник, а что если сорвется? Вдруг это липовая наводка? Прием.

Николай нажал кнопку.

– Ты лучше секи кругом и не раскачивай фургон! Липу в чай суют, а здесь

банда! Тихо! Внимание!

В конце улицы сверкнул свет автомобильных фар.

К подвальному входу одного из бараков, погасив фары тихо подкатилась старая,

побитая иномарка. Из нее выскочили две веселые проститутки и двое мужчин. Весело

переговариваясь, они скрылись в подвальном проходе.

Николай сглотнул слюну и надавил кнопку.

– Олег! Ждем десять минут! Засеки! Прием.

В рации захрипело.

– Засек. Дальше что. Приём.

– Потом пулей, на тихих лапах, к подвалу. Мы тоже. Ты страхуешь кругом.

Я врываюсь. Твои за мной, за исключением контролеров окон. Усек? Прием.

– Понял. Выполняю. Отбой связи.

Через десять минут, без единого шороха, к подвалу стеклись две цепочки

вооруженных, одетых в черное бойцов. Три человека застыли у полуподвальных окон,

вокруг дома.

В свете Луны, тускло поблескивали вороненые стволы автоматов.

Два бойца, одновременно, врезали своими кованными ботинками в деревянную дверь

подвала, Та с треском, отлетела вовнутрь, обнажив проход, освещенный тусклой

лампочкой.

Вся группа бойцов моментально ворвалась вовнутрь. Николай заорал страшным

голосом:

– Всем на пол! Лежать! Оружие на пол! Стреляем без предупреждения!

Двое мужчин кавказской внешности, резво вскочили с матрацев на полу, но тут же

получив сапогами в челюсти, рухнули на пол, выплевывая зубы.

Две проститутки дико заверещали, закрывшись одеялами. Олег подскочил и за волосы

оттащил их в другую комнату, приказав замолчать.

Бойцы, осмотрев все комнаты, вернулись к основной группе.

Это была целая лаборатория по изготовлению бомб.

В одной из комнат на столах были свалены радиодетали, провода, мобильные

телефоны, часы и прочая утварь для их изготовления. На полках в коробках лежали

пластиковые пакеты со взрывчаткой, в углу стояли два автомата Калашникова и на

столе лежал израильский пистолет-пулемет «Узи». Олег подошел и взял его в руки, с

интересом рассматривая.

На отдельном столике лежали пакетики с наркотиками, шприцы, аптечные электронные

весы. Тут же стояла старая, черная, обугленная электроплитка.

Кавказцев усадили на пол, стянув руки за спиной, пластиковыми петлями.

Николай при сел перед одним из них.

– Ну генацвале…Колитесь! Кому вы изготовили две бомбы,

управляемые по мобильнику?

Тот нагло улыбаясь, зашевелил окровавленными губами:

– Ну ты, неверный! Это я делал! И, дал эту бомбочку другому такому

же как ты, неверный! Я рад, что другой русский, с моей помощью уничтожит еще пару

сотен русских во имя Аллаха…

«Узи» в руках Олега, неожиданно, изрыгнул струю пламени и свинца.

Куски черепа кавказца, с мешанные с мозгом, разлетелись во все стороны. Бойцы и

Николай, обрызганные окровавленными сгустками, ошарашено отскочили в сторону.

Глаза Олега, застыли с кровожадным, мстительным выражением. Он как будто был в

ступоре. Ствол «Узи» тихо опускался к полу, усыпанному стреляными гильзами.

Второй кавказец, по-свинячьи завизжал, и, зажмурившись, упал боком на пол.

Николай со злостью подскочил к другу и хлестанул его ладонью по лицу.

– Олег! Ты чего? Спятил? Как мы узнаем о заказчике? – он с силой тряхнул

его за плечо.

– Очнись брат! Нам живые нужны! Не трупы!

Олег непонимающе перевел на него глаза. Николай вырвал у него из рук автомат и

передал подошедшему .бойцу, кивнув на Олега. Тот все понял, усадил Олега на стул и

прислонился к стене рядом.

Николай наклонился к лицу друга.

– Олег! Пойми! Мы должны найти заказчика! Это единственный, наш шанс…

И мы найдем его, только ты должен держать свои нервы в кулаке! Ну? Всё о-кей?

Руки Олега мелко дрожали. В его глазах появилось осмысленно выражение, и, он

сокрушенно опустил голову.

Николай выпрямился.

– Стас ! Очухай его…

Он вернулся в комнату, где в луже крови лежал труп и стонал второй кавказец.

За волосы поднял его и снова усадил.

– Ну ты! Сопля ваххабитская ! Давай колись. Кто заказал ваши игрушки? …

Если ты сейчас же не начнешь говорить, я тебе, буду по очереди отрезать по одному

пальцу, каждую минуту, – Николай с улыбкой вампира вынул финский нож и продолжил:

– Если ты не скажешь, кто заказал взрывчатку, я не гарантирую тебе жизнь. Я

гарантирую, только твою медленную смерть и буду наблюдать, как ты мразь, будешь

корчится передо мной здесь на полу… А потом, я не смогу остановить моих друзей, и

каждый из них, что-нибудь отрежет от тебя себе на память…

Кавказец, размазывая сопли, слезы и кровь по лицу истерично завопил:

– Слушай! Я не знаю кто он! Только номер мобильного… Мой друг

связывался с ним по мобильнику… Номер 045-9053400… Я больше ничего не знаю!

Николай удовлетворенно поднял голову и кивнул своему товарищу. Тот резко ударил

кавказца ребром ладони по шее и свалил его на пол.

Николай задумчиво прошел в другую комнату. Он насыпал порошок из металлической

коробочки в столовую ложку и поднос ее к включенной электроплитке.

Порошок стал плавиться.

Движением руки, подозвал одного из бойцов и что-то шепнул ему на ухо.

Услышал, как в комнате, его друзья, швырнув одежду проституткам, приказали им:

– А ну шлюшки… Вэг отсюда! И, не вякать, на стороне и с ментами. А то

станете соучастницами убийства. Вас здесь не было! Усекли?

Те плача от страха, пулей вылетели из подвала и исчезли в темноте.

Николай набрал шприцом жидкость из нагретой ложки. Взял со стола «Узи», аккуратно

подгрёб все гильзы ногой, к телу второго кавказца. Тот еще дышал.

Вложил в его руку «Узи», и закатал ему рукав куртки.

Аккуратно вколол содержимое шприца в вену.

Бойцы, молча, с каменными лицами, наблюдали эти манипуляции.

Николай отбросил шприц и поднялся.

– Стас. Позвони и вызови фараонов…

Автомобили, взревев двигателями, покинули темную улицу.

Глава 22

Высоко в воздухе над островом, прогудел самолет.

Самолет, на рейсе «Москва – Кейп-Таун», все таки не погиб, а долетел в аварийном

режиме до острова Мадагаскар. Все пассажиры остались живы.

Поисковые команды, работали в авральном режиме, почти два месяца. Исчезнувших

двух пассажиров, найти не удалось, и, рейсы были возобновлены в прежнем режиме.

Командиры авиалайнеров, всех авиакомпаний, были предупреждены о произошедшем

инциденте и должны были сообщать обо всех необычных явлениях, которые будут ими

обнаружены визуально на земле, во время трансатлантических перелетов.

В пещере сладко посапывала на своем топчане Катерина. Она не слышала самолета,

даже не пошевельнулась, о чем-то улыбаясь во сне. Костер медленно догорал,

изредка, пощелкивая углями…

На берегу, большая, столетняя черепаха, опустила голову и продолжила закапывать в

песок отложенные яйца.

Инверсионный след самолета, постепенно растаял в яркой голубизне неба над

островом.

Катерина проснулась в прекрасном расположении духа.

После принятия ежедневных водных процедур в водопаде, полдня посвятила

перетаскиванию кусков глины в пещеру. Почти до вечера превращала эти куски в

плоские большие лепешки, обжигая каждую на огне. Потом крепила их между собой,

глиняными прокладками, укладывая на рамку из жердей. В костре затвердевали ножки

будущего стола.

Она сильно проголодалась и устала.

Уже под вечер, вместе со сплетенной из лозы корзинкой вышла на берег и накопала

черепашьих яиц. В этот вечер, в специальной глиняной кастрюльке, она сварила

вкуснейший черепаший суп. Ее сначала испугали крупные кошачьи следы возле

навеса. Но потом, поразмышляв, она решила уничтожить неведомого хищника.

Остаток вечера после ужина, посвятила ремонту крыша навеса, укрепив слои

пальмовых листьев жердями из ивы, связав их между собой.

Уже засыпая, она утвердилась в своем решении, как обезопасить себя от хищников.

На следующий день, снова увидела прежние кошачьи следы.

Она не знала, что за порода кошачьих, начала охоту за ней. На всякий случай,

изготовила несколько факелов и воткнула их по периметру площадки перед пещерой.

С энтузиазмом, принялась рыть ловушки. Очень помогли плоские обломки кресла,

которыми она пользовалась как совками, выбрасывая из ям-ловушек песок и землю.

После обеда были выкопаны две больших ямы, в дно которых она натыкала острых

коротких кольев. Сами ямы накрыла тонкими прутьями лозы и забросала пальмовыми

листьями.

Остаток дня посвятила добыче бананов, кокосовых орехов, сбору черепашьих яиц и

ловле крупных крабов на берегу.

Почти в темноте, разбросала объедки от яиц и крабов на покрытие ловушек.

В пещере уже стоял стол и самодельный стул, каркас которого был сплетен из прутьев,

вперемежку с глиной. И стол, и стул, получились на редкость надежными и крепкими.

В отблесках огня, Катерина любовалась своим отражением в воде, налитой в широкое,

глиняное «корыто».

Она с гордостью отметила как ее тело загорело и превратилось в упругое, прекрасное

тело смуглой амазонки. Перламутровыми блестками переливалось ожерелье на шее,

сделанное из половинок ракушек. Она подумала:

«Вот, если бы Аркаша мог видеть меня такой! Он бы забыл обо всех стервах на

свете!» Она опустилась на стул. Глаза наполнились слезами.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, принялась перебирать железки, сложенные

кучкой на глиняной полочке. В ее голове уже зрел план, как сделать настоящее

примитивное оружие – лук со стрелами.

Главная трудность, которую ей необходимо было преодолеть – как сделать острые

наконечники для стрел. Её мозг, во время таких напряженных размышлений,

приобретал качества мужского – мысли четко складывались в логическую цепочку, от

простого – к сложному, от проблемы – к вариантам ее преодоления. Иногда на нее

накатывала невыносимая тоска по детям, по прежней цивилизованной жизни. Она

отвлекалась от грусти усилием воли, переводя свое сознание в более практичные

области бытия.

Потом, начав сравнивать ее прошлую жизнь, с настоящей действительностью, она

поняла, не так все плохо, как казалось раньше. Главное решила она – не терять

надежду и выжить всеми возможными способами в этой дикой, но натуральной

природе, о которой ранее, она имела очень смутное представление.

Все инстинкты, которые заложила природа в женщину, обострились в ней с

неимоверной силой, просто заставили сознание и тело, существовать в новых,

опасных и трудных условиях – выживать. Выживать ради неё самой, ради семьи и

детей.

Катерина прислушалась.

Снаружи ничего не было слышно.

Она стала укладываться спать. Часов у нее не было, но внутреннее чувство

подсказывало – примерно полночь уже. Подкинула сучьев в огонь.

Вдруг снаружи раздалось шипение и страшный не похожий ни на что, визг.

Катерина схватила факел, мачете в другую руку, и, осторожно выглянула поверх двери

навеса на площадку. Ничего не было видно, хотя странный хрип раздавался со стороны

ловушек. Она осторожно распутала замок «калитки», и, держа перед собой факел,

пошла в сторону выкопанных ям.

На месте одной из них, темнел черный провал. Хрипение неслось оттуда.

Катерина медленно подошла, опустила факел и заглянула в яму.

Перед ней открылась ужасная картина.

Огромная пятнистая кошка, извивалась на кольях, которые проткнули ее тело в

нескольких местах. Кошка хрипела и дергала лапами. Но смерть уже накрыла ее своим

черным крылом, и через некоторое время, предсмертные судороги пробежали по ее

телу. Оскаленная пасть застыла.

Катерина как завороженная, стояла и наблюдала эту агонию.

Наконец она очнулась. В голове промелькнула мысль:

«Или я, или она! Победила я! Так устроено природой. Надо идти спать. Завтра ей

займусь».

Она закрыла дверь навеса и покрепче ее привязала, к вкопанному толстому столбику.

В горле ее пересохло. Напилась холодной воды из горшочка, и улеглась спать.

Сон нахлынул почти мгновенно.

Глава 23

Утро выдалось таким же теплым, прекрасным, как и все прежние дни.

На удивление, обезьяны не рисковали приближаться к ее жилищу, не смотря на свое

природное любопытство. Может быть, животный инстинкт их предупреждал – сюда

нельзя! Здесь живет опасное существо.

Катерина спустила самодельную лестницу яму и долго мучилась, пока вытащила труп

рыси наружу. Освежевала тушу. Шкуру, после того, как отмыла в ручье от крови,

растянула на солнце для просушки, закрепив ее на нескольких колышках, вбитых в

песок. Кишечник кошки пришлось долго скоблить мачете, пока не получилась длинная,

прочная и тонкая веревка, животного происхождения. Также натянула ее на два

колышка. Остальное, пришлось закопать подальше от входа.

Долго отмывалась под водопадом, фыркая и плескаясь как дитя.

Её внимание привлек размокший камень, красноватого цвета, на который она почему-

то раньше не обращала внимания.

Это был природный песчаник с включениями глины и охры.

Катерина, совершенно голая, развешала на ветках кустарника свою одежду, состоящую

из остатков платья на просушку, и, уселась возле камня.

Палочкой принялась ковырять поверхность камня. Чем больше она ковыряла, тем

больше на поверхности камня появлялось красного мокрого порошка.

Растерла порошок между ладонями и с удивлением увидела, как ладони окрасились в

яркий оранжевый цвет. Она радостно вскочила. Она вспомнила, как отец читал ей

историю рождения Земли.

«Это охра! Точно! Дикари ей рисовали на скалах.! С ума сойти! Я буду тоже рисовать! Я

же дикарка! Не буду «белой вороной» в этом мире!», – она упала на колени и стала

усиленно ковырять палочкой в камне.

Солнце уже поднялось и стало яростно припекать землю.

Катерина вернулась в пещеру с целой кучкой охры, завернутой в пальмовый лист.

Разводя охру в маленькой глиняной посудинке, размышляла, разговаривая сама с

собой:

– Уже почти четыре месяца прошло. Кошмар! Почему самолет не

разыскивают? Странно… Наверное посчитали, что все погибли… Ужас! Неужели

мне здесь куковать всю оставшуюся жизнь? Кстати. Какого черта я здесь замкнулась?

Устраивать собственный быт, это конечно хорошо. А вдруг остров обитаем, и, я как

последняя дура сижу здесь? Хм… Однако самолеты не летают и кораблей я не видела.

Все равно! Надо конечно набраться смелости и отправиться в путь, на другую

половину острова. Сначала сделаю лук, стрелы, научиться стрелять, потом запасы

надо оставить, укрепить жилище, сшить какую-то одежду из шкуры рыси, и уж потом,

отправляться…. План хорош! Времени надо на это недели две-три! Хорошо… На том и

остановимся леди!…

Окунула палец в раствор охры и провела им по стене пещеры. На стене остался

красноватый след. Катерина улыбнулась, перекинула корзинку через плечо, подняла

мачете, и двинулась в свое ежедневное путешествие по добыче пищи.

Она, уже довольно искусно, могла залезать на палы, как за кокосами, так и за

бананами. При этом использовала тонкие лианы, как страховочный пояс. Набрав кучу

бананов и кокосов, сложила их в корзину, которую закинула за плечи, наподобие

рюкзака. Её мачете, висел на поясе в ножнах, сплетенных из ивовой коры. В руках она

держала длинное, тонкое копье, с наконечником из стального штыря. Катерина

вспомнила, и улыбнулась – сколько усилий ей понадобилось, чтобы заточить этот

штырь! Зато сейчас она уже может по-настоящему охотиться.

Она пробиралась по джунглям, переходя от одной пальмы к другой, размышляя о том,

как сделать наконечники для стрел:

«Куски дюраля, от кресла конечно пойдут на это дело. Надо попробовать своим мачете

нарубить маленькие кусочки и заточить их… Хм…Заточить…. Это проблема! А что если

использовать стальной каркас кресла как тиски? Ха!…Приду – попробую… Тогда и

затачивать не надо – просто ломать треугольнички, и привязывать проволокой к

стреле… Хорошо бы! Надо будет хорошо еще раз осмотреть каркас….»

Её внимание привлек корявый ствол, раскидистого дерева с мелкими листочками. Из

ствола, сочилась древесная смола. Большой сук дерева был надломлен, и из разлома

сверкали потеки янтарной вязкой жидкости.

Катерина тронула смолу пальцем. За пальцем протянулась клейкая паутинка, когда она

его отдернула. Отломала кусок сухого сучка и стала соскабливать смолу в гладкий

зеленый лист, который сорвала рядом с куста. Аккуратно завернула лист и решила

вернуться.

Ее обуревала уже – новая идея.

Быстрым шагом вернулась на берег и отбила от камней, десяток прилепленных к ним

раковин. Внимательно обвела взглядом, прибрежные джунгли. Нашла то, что искала –

вывороченное дерево. Под его корнями она спала в первый свой день пребывания на

острове. Корень уже высох и был похож на засохшего огромного паука.

Катерине пришлось хорошо попотеть, пока она отрубила короткий и толстый сухой

кусок корня.

Вторую половину дня она употребила на изготовление глиняной ступки, нескольких

горшков для пищи и воды. Также потрудилась над изготовлением двух чашек. Её

гончарное искусство совершенствовалось изо дня в день. Глина, мягкие ивовые прутья,

кора, обломки кресла, песок, смола, раковины – все у нее шло в дело.

Уже под вечер, поужинав, она изготовила толокушку.

Сначала измельчила половинки перламутровых раковин. На завтра, решила оставить

их измельчение в перламутровый песок. Осмотрела каркас кресла и увидела щель

между двумя стальными профильными пластинами. Из обломков выбрала узкую

дюралевую полоску. Засунула ее в щель и стала усиленно раскачивать ее. Дюраль

треснул и получился небольшой, острый обломок.

С энтузиазмом наломала десяток таких острых маленьких кусочков. Наконечники для

стрел были готовы.

Катерина сильно уст ала. Выпила воды и в изнеможении, почти мгновенно уснула.

На следующий день она долго рыскала по джунглям – искала бамбук, для изготовления

лука. Но его не было. Умаялась, и, решила попробовать сделать лук из ветки ивы.

Долго выбирала подходящую ветку. Срубила сразу три штуки, разной длины и

толщины.

Кишка от рыси, высохла и превратилась в прекрасную, прочную струну. В качестве

тетивы для лука, она подходила как нельзя лучше. Катерина попыхтела, прежде чем

смогла натянуть эту тетиву на выбранную ветку. Лук получился большой – почти в ее

рост. Закусив черепашьими яйцами, вытащила из очага, готовую окаменевшую ступку.

Полюбовалась работой.

Вторую половину дня – изготавливала стрелы. Ветки для стрел постоянно ломались,

когда она проволокой прикручивала острые наконечники из дюраля. Приходилось

спускаться в джунгли за новой порцией. К вечеру у нее было готово восемь стрел.

Она вышла из пещеры и повесила на ветки отдаленного куста, большой лист растения,

похожего на лопух. Это была импровизированная мишень.

Первые пуски стрел, Катерину только рассмешили. То пальцы соскальзывали с тетивы,

то стрелы улетали в сторону от мишени. Но лук работал сносно. Катерина успокоилась,

пока две стрелы, с расстояния примерно в двадцать метров, пролетели возле

«мишени». Про себя решила: « Тренироваться в стрельбе буду – каждое утро, после

водных процедур и завтрака. И, надо готовиться к походу в дальнюю часть острова.».

Удовлетворенно вернулась в «жилище» и приступила к следующему новаторству.

Растолкла в ступке кусочки раковин почти в песок. Смешала в маленькой чашечке,

высохший порошок охры, с перламутровым песком. В другой чашке разогрела смесь

воды и древесной смолы. Объединила все вместе и долго размешивала горячую смесь

палочкой.

Из локона собственных волос и палочки смастерила кисточку. С замиранием сердца

окунула кисточку в приготовленный раствор и сделала первый мазок по отросшим

ногтям на пальце руки. Её восторгу не было предела. Через некоторое время она

кружилась по пещере, в диком танце дикарки – ее ногти блестели в отсветах костра.

Лак для маникюра получился великолепный.

Отдышавшись от охватившего ее восторга, она уселась на стул и внимательно

осмотрела себя еще раз. Поправила волосы. Хмыкнула и вынула самодельную

проволочную шпильку. Ее волосы рассыпались по плечам, прекрасными блестящими

волнами. Катерина поправила циновки на «кровати» и улеглась. В ее голове заиграли

игривые фантазии:

« Ну и что? Нет мужика рядом. Подумаешь! Я сама, для собственного удовольствия,

должна держать себя в рамках. Тело мое уже прекрасно. С маникюром решено – найду

нужный камешек на берегу – подправлю ногти. Волосы можно красить охрой. Макасины

– только подчеркивают красоту моих ног. Из шкуры, уже наполовину сшита куртка. В

общем девушка – будем следить за собой! А там глядишь, что-нибудь интересное

обнаружу в неизвестной части острова… Я уже…вооружена достаточно… Лук, копье…

мачете…»

Глаза Катерины сомкнулись – она уснула.

Глава 24

Дни тянулись однообразной вереницей.

Для того, чтобы как то подготовиться к дальнему пути, Катерина решила сделать

сначала небольшое путешествие по берегу. Дальние скалы скрывали от нее

побережье, которое обещало быть очень интересным. Катерина очень страдала от

отсутствия общения. Это ее угнетало, и, несколько раз она ловила себя на том, что

говорит сама с собой. Иногда воспоминания накатывали с такой ностальгической

силой, что она рыдала, упав на топчан или прямо в джунглях. Но именно это, давало

ей возможность эмоционально разрядиться. Проплакав с полчаса, она чувствовала

себя отдохнувшей и опустошенной, готовой к новым опасностям и приключениям.

Добывая бананы, она иногда заигрывала с обезьянами, кидая им бананы или кокосы.

Несколько кланов обезьян уже привыкли к ней, и не так бурно реагировали на нее

появлении, как раньше. Однако, шимпанзе отличались незаурядным умом и близко

человека не подпускали. Остальных мартышек, Катерина даже не принимала во

внимание. Она решила даже сплести какие-то силки из проволоки, чтобы попробовать

поймать детеныша шимпанзе и попробовать его приручить.

На стене пещеры появилась запись охрой – «Мне 39! Баба ягодка опять!». Эта надпись

ее всегда смешила и нагоняла хорошее настроение по утрам.

Шел шестой месяц пребывания на острове.

Катерина, ведя подготовку к предварительному путешествию, задумывалась над тем,

как использовать течения ручья, от водопада с холма к новому падению воды уже в

джунгли. Дина неширокого, но быстрого ручья не далеко от пещеры, составляла

примерно тридцать метров. И она, как хозяйка собственной территории, уже

заботилась о том, чтобы «дома» все было продуманно, рационально устроено, и

давало максимальный комфорт, возможный в этих диких условиях.

За собой, отметила одну особенность – чем больше возникает технических проблем,

которые надо преодолеть, чем больше она думает как их решить, тем быстрее

приходят в голову умные мысли и проблемы решаются наилучшим и рациональным

способом. Она даже перестала волноваться по этому поводу, выработав у себя

алгоритм поведения – думать о решении вопроса всегда и везде – на рыбной ловле, на

сборе крабов и черепашьих яиц, даже на тренировке по стрельбе из лука.

Решение почему-то приходило само собой, спокойно и почему-то совсем неожиданно.

Катерина списала это на особенности женской логики.

Но вот пришел день предварительного путешествия.

Когда она вышла из пещеры, амуниция, висевшая на ней, сделала ее совсем не

похожей на женщину. Она больше выглядела странный боец-дикарь, вышедший на

охоту: на голове изящная шапочка из кусочка шкуры рыси, пятнистая куртка из шкуры

опоясывала ее верхнюю часть тела, свисая когтистыми лапами на бедра. Под курткой,

находились остатки платья и белья. Поясной ремень был сделан из мягкой проволоки,

обтянутой шнуровкой из лозы и закреплен связками из сухожилий рыси. На поясе

болтался в ножнах мачете. Через плечо перекинут лук. Колчан со стрелами она

закрепила на спине, сбоку от продуктовой корзины, которая крепилась к плечам и поясу

оплетенными лямками из лозы. Копье она решила нести в руках. В корзине также

среди кокосов, яиц, бананов, находился узкий длинный глиняный кувшин с водой и

толстый глиняный бочонок с древесными углями от костра. Бочонок имел дырочки для

подвода воздуха и находился поверх всех вещей, ранее уложенных в корзину. Со

стороны она выглядела как живой паровоз, потому как угли немного дымились в

горшке. Но оставаться без огня в пути, Катерина не решилась.

Вся эта экипировка, была довольно тяжела, но всё было необходимо. Лишнего нечего

не было. Катерина закрыла калитку в навес, крепко завязала запорный замок,

перекрестилась и двинулась в путь. Новые мокасины, сделанные из шкуры передних

лап рыси, были очень удобны и плотно облегали стопы ног.

Шест, вкопанный возле входа, с устрашающим черепом рыси, остался охранять

жилище человека.

Погода была солнечная. Над океаном не было не единого облачка. Вдалеке прыгали

дельфины, загоняя стаи рыб на мелководье. Катерина выбрала время, когда отлив

только начался, с тем расчетом, чтобы в пути, побережье обнажилось как можно

больше. Мелкие крабы резво семенили за отступающей водой. Катерина шла по

мокрому песку, не успевшему нагреться на солнце.

Джунгли иногда приближались вплотную к воде, но потом все же отступали. Везде были

видны сгнившие опавшие кокосовые орехи. Она шла уже более часа. «Её» берег уже

давно скрылся вдали. Приближалась та скала, которая закрывала видимость

дальнейшего берега. Сам берег был относительно чист, не считая обломков сухих

сучьев, коряг, да иногда встречались старые панцири черепах и останки крабов. Песок,

превратился из кристально белого, в серый с примесями песчаника, прядей

водорослей, и ракушняка. Появился небольшой ветерок, хотя на небе было чисто.

Видимо, микроклимат, возле этой скалы был иной, чем на побережье, где обитала Катя.

Выросшая перед ее глазами скала, была огромна. Отлив обнажил ее основание и до

воды было около пятидесяти метров, чистого обнаженного песчаного дна.

Когда она начала обходить скалу, сердце начало учащенно биться. Катерина немного

волновалась: « А вдруг там живут дикие дикари, которые едят людей?».

Но ничего необычного не произошло.

За скалой открылась прекрасная лагуна – бухта, которая была окружена такими же

скалами, как и та, которую Катерина только что обошла. Берег был пуст и прекрасен.

Только на нем были видны какие-то черные пятна, возвышения, которые издалека,

было очень трудно понять – что это. Еще одна особенность поразила Катерину – она

даже остановилась. Вдоль берега, в воде, довольно быстро двигались пучки

водорослей, мелкие щепки, и пена. Она догадалась: «Течение!»

Катерина двинулась к центру прибрежной лагуны.

Чем дальше она двигалась, тем больше стало попадаться мусора – «плодов»

человеческой цивилизации. Сначала Катерина радостно бросалась от одной кучки

мусора, к другой, но потом увидела, что мусора становится все больше и больше.

Течение становилось быстрее, и именно оно, завихряясь возле берега, выбрасывало

весь этот непотреб на берег лагуны. Катерина дошла до центра бухты, внимательно

огляделась, сбросила корзину, оставила лук с колчаном и стала исследовать кучи

мусора. Бродя от одной кучи к другой, она ощущала радость неизведанного, так, как

наверное радуются бомжи, роясь в мусорных баках. Она философски рассуждала:

«Как все в мире относительно. Могла ли я, думать, что буду радоваться как дитя,

каждой пластиковой бутылке или вот этой палке с обрывками каната? Боже! Как я

жила раньше? Неужели погоня за деньгами, роскошью, все эти косметические

кабинеты и диеты стоят того? Какая я раньше была развалина, стоящая одной ногой в

гробу и какая я сейчас сильная и ловкая. И не черта мне этой роскоши не надо сейчас.

Даже вот этот кусочек пенопласта, милей мне, чем куча самой дорогой французской

косметики… Бред, да и только! Ого, какая удача! – она подняла моток спутанного

капронового шнура, с остатками морских рыбных сетей.

У нее разбежались глаза от такого богатства.

Решила, потратить остаток дня, для сбора «нужных» вещей, построить здесь

небольшой шалаш на берегу, на границе джунглей и берега. Опыт по сбору колючек

для охраны жилья у нее был. Потом, Постепенно, все эти богатства, перетаскать в

пещеру.

Вскоре на берегу скопилось три больших кучи нужных в хозяйстве вещей. Катерина

устала и решила окунуться и плыть по течению. Это было так здорово, лежа на спине.

наблюдать, как тебя спокойно несет вдоль берега. Ей было так хорошо в этих ласковых

потоках, что она забылась и опомнилась, когда ее выносило около скалы в открытый

океан.

Катерина усиленно заработала руками и ногами, стремясь выплыть из течения и

направиться к берегу.

Но не тут-то было. Течение захватило ее и несло в открытый океан. Катерина уже

стала выбиваться из сил, видя, что вместо, того, чтобы приближаться, берег

отдаляется. Ужас подступающей смерти охватил ее сознание. Но вместо того, чтобы

успокоиться, она стала сильнее грести руками, сильнее барахтаться. Она поняла,

какую страшную ошибку совершила. Океан коварен и он не прощает легкомыслия.

Мысли о неизбежности гибели, метались в голове Катерины и она судорожно пыталась

найти выход:

–Дура! Какая я дура! Это конец. О Боже! Неужели это всё! Так много пройдено…Как мне

было хорошо на моем острове! Какого черта меня понесло в это течение!– она

взмолилась:

– О Господи! Ты меня спас! Господи! Неужели сейчас погубишь? Зачем? Почему? Ведь

я делала всё так, как ты хотел! Спаси меня еще раз, Господи! Прости меня! Я не буду

такой дурой! Прости господи! – она оставила попытки грести, и, расслабившись легла

на спину. Слезы застилали ее глаза, исчезая в легких всплесках ласковой морской

воды, облизывающих лицо Катерины. Её отнесло от берега почти на километр.

Солнце так же припекало, как и утром. Что-то плескануло рядом.

Катерина повернула голову и обомлела – рядом мелькнул треугольный плавник и

исчез. Даже в теплой океанской воде, по ее телу пробежала дрожь:

– Всё! Это конец! Акулы! – она даже не попыталась сопротивляться, только новые

потоки слез от бессилия и неотвратимой смерти, хлынули из ее глаз. Она зажмурилась

от ужаса.

Снова сильно плескануло. Ничего не произошло. Катерина открыла глаза…

Два больших дельфина выпрыгнули одновременно прямо возле неё.

Катерина, дернулась и чуть не захлебнулась, глотнув морской воды и закашлявшись.

Она забарахталась как раненая рыба. Что-то мягко скользнуло по ее телу. В метре от

нее из воды показалась «улыбающаяся» физиономия дельфина. Он как бы приглашал

Катерину поиграть с собой, подставив плавник. Катерина осторожно погладила

животное по его бархатистому скользкому телу. Дельфин фыркнул воздухом и нырнул.

Через мгновение два плавники возникли возле Кати по обеим от нее сторонам.

Что-то подсказало ей, что надо взяться за эти плавники. Она осторожно охватила

ребра плавников ладонями. Тут же, дельфины фыркнув воздухом, потащили ее к

желанному берегу. Катерина захлебнулась от восторга.

Дельфины, как два катера, взбивая хвостами пенный след, несли ее с огромной

скоростью, в потоках брызг, к желанному берегу. Она, держась за их плавники, и

находясь между ними посередине, рассекала своей грудью потоки набегающей воды,

смеясь и фыркая от брызг. Она почувствовала себя богиней волн, летящей на крыльях

своих слуг, и, ощущение счастья охватило всю ее душу.

Дельфины как-бы слились с ней в единое природное целое, и это единение было тем

естественным, прекрасным ощущением, которое должен был бы чувствовать каждый

человек, слившись с природой и подчинившись судьбе, дарованной ему Богом.

Через несколько минут, уже возле самого берега, дельфины соскользнули из рук

Катерины. Покачиваясь, толи от бессилия, толи от охватившего её счастья, она вышла

по пояс из воды возле скалы и обернулась.

Три дельфина, одновременно выпрыгнули из воды, и, перевернувшись в воздухе,

блеснув на солнце своими телами, рухнули в воду, подняв целый фонтан брызг.

Катя долго махала им вслед рукой, пока вся стая не удалилась вдаль.

Слезы благодарности катились по ее лицу, пока она брела к месту, которое выбрала

для ночлега.

Остаток дня, Катя провела за изготовлением шалаша, временного забора из колючек,

разведением огня, ужином и размышлениями о событиях дня.

Вечер, выдался как по заказу – теплым и ласковым.

Катерина, лежа на теплом мху «постели», наблюдала за огнем, пока на её не

навалился сон.

Глаза 25

Яркие, красочные краски видения, нахлынули с той особой силой, о которой говорят

провидицы – это вещий сон.

Отец Кати сидел в кресле. Катя свернулась калачиком рядом на диванчике. Отец

листал альбом – это был его профессиональный гербарий с засушенными листьями и

ягодами, который он собрал во время своих путешествий и заграничных командировок.

Отец остановился на одной странице и погладил высушенные листочки, улыбнулся и

сказал:

– Катя, детка, посмотри сюда.

Катя привстала и заглянула в альбом.

– Что это за листочки?

Отец снова улыбнулся и как-бы вспоминая, что-то приятное, почесал свой затылок

– Эти листики называются «Кола»… Есть такое дерево в тропических лесах…

Катя потрогала листочки.

– Папа. Это обычные листочки, как на дереве.

– Нет крошка. Совсем не обычные это листики… Друг привез из Перу. Да….-

отец задумался, что-то вспоминая, – целая история была.

– Какая история, папа?

– Ну тебе детка это не интересно будет. Давай я лучше тебе скажу, почему они

необычные.

– Ага. Скажи…

– Эти листочки, обладают лечебными свойствами. Когда человек устанет, он

может их пожевать и у него появятся новые силы. Так делают индейцы в джунглях

Амазонии…

– А что такое Амазония?

– Это такая страна. Лесная и дремучая. Находится в Америке. Там живут

индейцы и они эти листочки используют, в том числе, делают из них веселящий

напиток.

– Как Кока-Кола?

Отец усмехнулся и погладил дочь по голове.

– Да…примерно! Кока–Колу делают из них также. Посмотри дочка, какие

интересные лепестки.

Но Катю заинтересовало другое.

– А что такое веселящий напиток, если это не Кока–Кола?

Отец смущенно почесал нос.

– Ну, это такой напиток, от которого взрослые могут веселиться, смеяться,

танцевать…

Катя скуксилась.

– А почему от Кока – Колы нельзя? Я тоже хочу танцевать, когда выпью

Коку…

– Это другой напиток…Его детям нельзя пить. Можно уснуть и не проснуться.

А взрослые могут не спать….Вот посмотри лучше на другие листики, – отец

перевернул страницу.

– Эта страница, посвящена растениям, которые заживляют раны, снимают

температуру, когда человек заболеет. Посмотри на эти мелкие желтые цветочки…

Катя уважительно смотрит в альбом, впитывая в себя все то, что говорил отец.

– А вот из этих листиков можно приготовить лекарство. Сварить их, сделать

отстой и пить его, например, при простуде…

– Зачем эти растения, когда есть лекарства в аптеке? Почему я

должна варить листья? – перебила его дочь.

Отец минуту помолчал и ответил:

– А если ты потеряешься в лесу и заболеешь? Где ты в лесу найдешь аптеку?

Вот именно для этого, тебе надо знать – какие листики можно употреблять как

лекарства. Посмотри на эти листочки. Запомни их… Иногда нужно пить лекарства из

листков растений… Не аптечные. Аптечные лекарства сделаны из химических

элементов, а некоторые элементы не нужны человеческому организму…И, лучше для

человека, если он выпьет природное лекарство…Но есть опасные растения…

Катя, посмотрела на отца широко раскрытыми глазами и перевела взгляд на листы

альбома-гербария, которые листал отец. Он продолжал.

– Вот это растение называется «Белладонна». Его иногда, если не запомнить,

можно спутать с другим лечебным растением. И, если выпить отвар из белладонны,

можно отравиться и даже умереть…

Катя в испуге отклонилась от страниц альбома. Отец улыбнулся.

– Не бойся детка, здесь в альбоме нет опасностей. Я рассказываю тебе все

это, потому как знаю – ты у меня должна вырасти умной, все знающей девочкой.

Правда?

– Правда, папа!

– Вот поэтому ты должна читать много книжек.

– Я уже умею…По слогам пока.

– Ничего детка. Научишься…

Распахнулось окно, и в комнату ворвался порыв ветра…Отец встал, чтобы закрыть

окно. Катя поежилась – ей стало холодно…И, она проснулась.

Утро было ветреное.

Небольшой бриз, накатывал на берег крутящиеся, шипящие волны.

С ближайших пальм, на песок нападало несколько десятков кокосов. Пальмы, словно

живые, шевелили своими пушистыми ветвями, раскачиваясь от порывов ветра, и,

сбрасывали вниз ненужный груз кокосов и перезревших бананов.

Катерина поеживаясь, подобрала несколько бананов и съела.

За ночь, течение и волны выбросили на берег новые кучки мусора и водорослей.

Бананы приободрили ее и Катя деловито обошла берег по всей длине бухты. Пришлось

собрать новую кучу необходимых в хозяйстве «вещей». Немного подумав, она решила,

что этого небольшого путешествия, вполне достаточно для первого раза. Тем более

возникла куча забот – теперь надо было перетащить все собранное в свою пещеру,

найти место для хранения, рассортировать и приспособить в жилье, чтобы все было

использовано с толком и пользой.

На этот план она потратила почти три недели.

Пещеру пришлось расширять скребками. Благо – что стены ее были из пористого

песчаника и образовавшиеся кучи песка, Катерина выносила в корзинах к водопаду,

ссыпая в кучу. Возле водопада, благодаря её усилиям, образовалась целая насыпь,

которую можно было бы как-то использовать, но она еще не могла придумать – как?

Кроме этих работ, она выполнила ряд других, по подготовке к основному, длительному

и неизвестному путешествию в дальний конец острова.

Выполняя свою задумку, Катерина расставила на звериных тропах, проволочные петли

– силки. Она все же хотела поймать маленькую обезьянку. Из своего небольшого опыта,

она уже поняла – на острове крупных хищников нет. Это доказывало и то, что по ночам,

никто не кричал и не ревел, как она знала из книг о дикой природе. Небольшие

хищники, которые регулировали популяцию обезьян, конечно были. Но это были или

дикие кошки типа рысей или маленькие леопарды. Птиц же было – великое множество.

Но попугаев она не заметила.

Силки простояли неделю и остались пустыми. Она стала их тщательнее маскировать.

Но эффекта не пока было.

Вообще, иногда, она становилась на колени в своей пещере и благодарила Бога, за то

что он не дал ей умереть, за то, что он подарил ей такой прелестный кусочек суши,

который дал ей возможность жить, в полной гармонии с природой..

Глава 26

Николай прогуливался возле здания МВД. Была уже глубокая осень.

Дворники сгребали с тротуаров желто-красную листву, устраивая возле тротуаров

лиственные кучи. Однако их работа была похожа на бессмысленный труд, потому как,

листва опадала с деревьев постоянно. Особенно сильный листопад был тогда, когда

сырой осенний ветерок, начинал резво раскачивать макушки могучих тополей,

каштанов и вязов.

Город жил своей обычной размеренной жизнью.

Николай ждал свою давнишнюю, школьную любовь – Лиду, которая, очень удачно

окончила милицейские курсы и сумела устроиться в систему МВД. Он знал, что она

окончила заочно юридический. В школе она была толстушкой и хохотушкой. Николай с

интересом поглядывал на зарешеченные окна первых этажей здания милиции и

фантазировал – как может выглядеть его школьная «любовь», по прошествии 20 лет?

Лида была не замужем и этого он и опасался больше всего.

Наконец в дверях мелькнуло знакомое лицо.

Лида оказалась полной, крашеной блондинкой, с лейтенантскими погонами на плечах.

Николай с удовлетворением от метил, что она мало изменилась со школьных лет и ее

улыбающееся лицо, это подтверждало.

Она его конечно узнала и подбежала радостно блестя глазами. Николай по-дружески

обнял ее, осторожно, мягко потискав для приличия и реабилитации воспоминаний

молодости. Лида со смехом отстранилась.

– Пусти боров! Задавишь! Привет малыш. Ты не изменился совсем.

– Привет крошка. Ты тоже. Только похорошела больше, – он улыбнулся.

– Не лги Казанова! Я привыкла к твоей лести еще со школы и знаю – чего она

стоит…. Вообще ко мне на людях не прижимайся, – она показала глазами на

видеокамеры, установленные над входом здания и на его углах.

Николай, сделал понимающее лицо, подмигнул и в полголоса начал разговор:

– Послушай Лидок. Есть одна просьбочка, связанная с ваше ментовкой. Ты

знаешь, я работаю на серьезного человека…

Лида подняла брови. Николай стушевался и попробовал исправить ошибку.

– Да нет. Ты успокойся. Это не то, что ты подумала. Никакого криминала.

Просто бизнесмен. К тому же бывший афганец…В общем серьезный. Так вот ! Я у него

как правая рука. И у нас не так давно возникла проблема. Без вашего департамента

нам ее не решить…

Лида сокрушенно покачала головой и закусила губу. Николай выжидательно на нее

смотрел. Она осмотрела улицу и ее глаза пристально вонзились в зрачки Николая.

– А я то дура думала… Думала, что ты решил со мной встретиться, – она

тяжко вздохнула. Николай молчал, опустив голову. Его руки суетливо стали рыскать в

карманах в поисках пачки сигарет. Лида помолчала. Николай мелком заметил, как она

судорожно несколько раз сглотнула. Он, наконец, нашел сигареты и прикурил

трясущимися руками. Эта встреча его не на шутку взволновала. Хотя минуло уже

столько лет, но те, юношеские чувства, вдруг неожиданно нахлынули и заставили

путаться его мысли. Он прокашлялся и хрипло проговорил:

– Пойми Лидок. Это было детство. Молодость наша. Прости, если я тебя

тогда, как-то обнадежил…

Лида подняла на него набухшие от слез глаза. Он снова смутился, оглянулся на

видеокамеры и взял ее под руку.

– Лидок. Пойдем посидим в кафешку….Не могу я здесь.

Лида мягко высвободила руку и они медленно побрели по тротуару, каждый, наедине,

со своими мыслями.

Возле хлебного магазина, приютилась маленькая кофейня. Они вошли. Приятный

запах кофе, немного отвлек их от грустных мыслей. В кафе было только четыре

столика и стойка. Николай, уже никого не боясь, обнял Лиду за талию и они присели

возле окна, за столик в углу. К ним подошла официантка. Николай заказал кофе со

сливками и немного шоколадных конфет. Он знал тот сорт, который обожала Лида.

Уютная обстановка, тишина, одиночество, расслабило обоих. Лида уже успокоилась и

тихонько помешивала чайной ложкой сливки в чашечке.

Николай счел возможным продолжить начатое.

– Лидок. Я могу тебе сказать, почему и как я с тобой здесь?

Лида криво усмехнулась

– Давай Рембо. Продолжай!

– Лида. Прости еще раз если обидел. Ну нам нужна твоя помощь.

Лицо девушки приобрело жесткость и деловое выражение.

– Я тебе сказала – колись !

Николай вздохнул и начал:

– Понимаешь какая штука? Нам надо вычислить один телефон. Причем

мобильный. Кто хозяин и где он сейчас. Местоположение его, можно определить по

мобиле. Ты знаешь. Я уверен для тебя это не составит труда. Нет тут никакого

криминала, ну надави там у себя на несколько кнопочек и увидишь, чей это телефон…

– Поставщик наркоты? Курьер?

– Я же сказал – нет тут криминала, – Николай вздохнул.

– А кто тебе сказал милый, что я это могу? Ник.…Это для тебя кажется

просто… Я – мент. Ты знаешь, сколько посторонних глаз могут это увидеть? Вокруг

камеры… Друг друга подсиживают . Я в их стае! Понимаешь ты это? Я вою и клацаю

зубами так, как положено здесь! Перестань…Я могу потерять работу… Я уже

засветилась с тобой возле камер. Еще не знаю. – каким боком это для меня вылезет.

– Так скажи, что приехал брат. Издалека… И вот – обнял свою «сестру»…

Так и скажи для особо любопытных…

Лида посмотрела на него как на человека, сказавшего очевидную чушь.

– Перестань говорить глупости. Всем известно, что у меня нет братьев и

сестер. И я не замужем. Да меня проверяли триста раз. Чуть ли не на рентгене.

Прекрати пороть чушь! Сейчас же! Иначе все наши отношения испортятся! Ты все

хочешь сделать так, чтобы меня уволили, – Николай потянулся к ней, -Убери руки!

Николай сделал вид, что с сожалением отодвинул руку.

– Я тебе кое, что должен разъяснить. Пойми! Это телефон конченого ублюдка.

Сутенер, который развращает малолеток. Девочки от тринадцати лет попадают к нему

и он делает порнофильмы с несовершеннолетними. Нам рассказала одна телка…

Проститутка. Она пыталась отбить у него малолетку, но вместо этого, ей чуть почки не

отбили. Пожаловалась нам. А мой босс держит ночной клуб. Она там ошивается, -

Николай вошел в раж собственных фантазий, чтобы убедить подругу и разжалобить

ее. Он постепенно наблюдал, как глаза Лиды наливались ненавистью и жестокое

выражение ее лица, стало все больше и больше выделять все складки и

начинающиеся возрастные морщины…

– И вот этот ублюдок, видимо, куда – то влип, и свалил криминал своего

порнобизнеса на наш клуб. Представляешь? К нам пожаловали ваши представители и

пытались начать раскрутку. Босс их убедил, с помощью ребят из «Союза Афганцев» -

что это не его дела. Поверили. Отвалили. Но такой поклеп у нас не прощают! Тем

более по петушиным вопросам. Сам Бог сказал – накажите этого поддонка! Поэтому я

здесь, – он выжидательно посмотрел на Лиду.

Лидия сидела замерев и зажав в побелевших пальцах чайную ложку.

Николай завершил.

– Лида. Все законно! Только помоги с информацией. Дальше уже наши дела.

Ты никак не засветишься….Это законно! Встретимся в ночном клубе «Ущелье».

Поможешь? Лидок?

Лидия вздрогнула.

– Хорошо Ник…Я попробую.. Ради нашей школьной любви… Ради нашего

счастливого детства! ОК… Я тебе перезвоню, – она положила в рот шоколадную

конфету и улыбнулась.

Возле кафе прошелся Олег – один из следователей, кто был на кладбище и у сутенера.

Ему шепнули из операторской, о необычной картинке у входа в здание. Олегу

пришлось вспомнить оперативные приемы, чтобы незаметно проследить, куда

скрылась «сладкая парочка».

Глава 27

Лида, второй день, усиленно листала файлы секретного информационного

досье, работает на своем компьютере, у себя в отделе. На экране мелькала

информация, совершенно не помогающая, а только путающая «карты». Наконец она

зашла в тот раздел, который был нужен. Компьютера выдал обескураживающую

надпись: «Определить владельца телефонной сим-карты не возможно. Информация

отсутствует.» . Вдруг за спиной Лидии раздается голос.

– А что ты ожидала, детка?

Лидия вздрогнула и обернулась. За ее спиной стояли дыое коллег, совершенно из

другого отдела. Олег и Виктор. Она их наглядно знала – это были следователи по

особо опасным. Ее спина похолодела: « Ну вот и влипла! Конец!…Стоп…А почему

следаки и у меня в отделе? Это не их компетенция? Чего они хотят?»

Она молча поднялась и вопросительно на них взглянула.

Виктор хрипло проскрипел:

– Пойдем детка с нами. Разговор есть….

– А в чем собственно дело?

– Никаких дел детка. Только беседа. Но важная. Пойдемте Лидия, – в его

голосе возникли стальные нотки.

Лидия пафосно хмыкнула, наклонилась – выключила компьютер.

Двое спокойно наблюдали за ней. Повернулись и жестом предложили покинуть кабинет.

Коллеги Лидии, искоса, сочувственно наблюдали за этой сценой.

Лида непонимающе пожала плечами и вышла в коридор.

Пока шли по коридору, ее обуревали лихорадочные мысли и сомнения – к чему все это

и почему?

В кабинете следователей, они расселись по стульям.

Следователи решили устроить девушке типа перекрестного допроса, чтобы выудить ту

информацию, которую они ожидали получить от нее.

Виктор закурил и начал:

– Лидия. Прошу тебя ответить – кто дал тебе задание вскрыть нашу

базу данных и искать в ней владельцев телефонов?

Лидия вздрогнула, но не успела даже открыть рот. Вмешался Олег.

– Кто этот человек, с кем ты сидела пару дней назад в кофейне? О чем вы

там так тепло беседовали? – он в упор посмотрел на Лидию.

Та сглотнула возникший в горле глоток.

– Просто давний знакомый. Школьный друг. Встретились после стольких

лет…

– Зачем тебе чужие номер телефонов из базы данных? Кто дал пароли и

зачем ты там роешь? Кто этот человек, которого ты ищешь? Почему ты выполняешь

заказы постороннего человека, используя закрытую информацию?

Лида растерянно и беспомощно переводила взгляд с одного на другого. В ее глазах

появилось отчаяние…Олег продолжал нагнетать.

– А кто дал тебе гарантии, что когда ты набирала пароли, никто этого

не видел? У тебя на каком месте соображение? Ты контролировала кто и как ходил у

тебя за спиной? Ты так была увлечена детка, что к тебе мог подойти любой уборщик и

наблюдать за твоей спиной все, что ты делаешь на своем компьютере… Уразумела?

Лично мы стояли у тебя за спиной пятнадцать минут. Ты даже не скосила глазом…

На лице Лиды появились слезы. Виктор и Олег смутились – «они перегнули палку»…

Лида всхлипнула.

– Послушайте ребята… Это мой школьный друг Николай и только…

Ничего в этом криминального нет… Я только хотела помочь моему другу найти

владельца мобильного телефона… Он сутенер…

Виктор хмыкнул.

– Сутенер он или кто -. это не наши проблемы. Вскрытие секретной

информации – должностное преступление, и, ты это знаешь.

– Но ребята! Николай должен был разобраться с этим гадом. Он девочек

совращает, а без меня, он его найти не может. Вот я и решила помочь. Что же в этом

криминального? Одним гадом меньше будет!

– Твой дружок решил его кончить?

– Нет, не думаю. Но наказал бы это точно. Жестоко. Но теперь уже не

сможет, – она вытерла ладонью слезы и вынула зеркальце – потекла тушь..

Олег сочувственно на нее взглянул, отвернулся и подмигнул Виктору.

– Значит так товарищ лейтенант. Мы готовы все тихо спустить на тормозах.

При одном условии.

Лида вытерла носовым платком щеки и взглянула на него. Виктор продолжил:

– Ты нас разжалобила. У нас тоже есть дети. У Олега, например, дочка –

шестнадцать лет. Конечно, ты права – одной сукой меньше надо сделать. Но…Вопрос

как?.... Значица так! Мы разберемся с твоим дружком и что ему надо сами.

Познакомишь нас с ним. Постараемся помочь! Про базу данных – забудь! И мы тоже

забудем! Лады?

Лида через силу улыбнулась. Олег вынул записную книжку.

– Давай номер твоего бывшего возлюбленного…Отзвони ему и

отрекомендуй нас. Скажи, что у тебя не получилось, а ребята ушлые – могут помочь…

Виктор подошел и ободряюще потрепал Лидию по плечу.

– Не робей детка. Наше слово кремень. Всё о – кей! Ничего не произошло…

Мы поможем твоему парню. Ничего с ним и с тобой не случится…Успокойся… Иди в

туалет, приведи себя в порядок и приступай к работе. Забудь, что произошло.

забудь, что произошло… Только дай нам номер телефона твоего Николая…

Лида прошептала:

– У него мобильный…045 2645678 … Клуб «Ущелье»….

Олег быстро черкнул в записной книжке. Лида встала и сгорбившись вышла из

кабинета. Олег и Виктор понимающе переглянулись друг с другом и вышли следом в

коридор. Они направились в секретную часть.

Через некоторое время полная информация об этом ночном клубе, была у них перед

глазами, в распечатанном виде. Несколько дополнительных звонков в соответствующие

инстанции, полностью прояснили ситуацию – кто владелец, круг его знакомств,

финансовый оборот и платежи по налогам. В конце дня, на их столе лежало полное

досье на Валентина, Михаила, и Алексея. На следующий день, их друзья должны были

«подогнать» необходимую информацию о Николае и еще, о троих их близких друзьях.

Исследуя до глубокой ночи эти досье, следователи прониклись той долей симпатии,

которую вызывают честные, самоотверженные люди, с нелегкой и трудной судьбой.

Однако служба, заставляла делать ту работу, которая была утверждена начальством

сверху и как люди подчиненные, они не могли отлынивать от основной деятельности,

за которую получают, хотя не большую, но стабильную зарплату.

До пенсии, обеим еще предстояло послужить пяток лет, это были очень опытные люди,

с хорошим знанием психологии преступного мира. То, что все люди в погонах связаны

служебными инструкциями, как пролетарии цепями – конечно, мешало их работе. Но

гибкость собственного ума, знание человеческих душ, которое приобретается только

собственным опытом, давала возможность обоим, искусно лавировать среди акул

ментовского мира, включая самое крутое начальство.

Глава 28

Через несколько дней, покончив с неотложными делами по текучке, друзья склонились

над экраном компьютера в секретной части МВД. Перед глазами мелькали файлы

телефонных компаний, провайдеров интернет, доклады сексотов и прочие секретности

милицейской каши, без которой ни один мент – не мент.

Наконец они наткнулись на покупателя оптового покупателя сим-карт, с первой тройкой

номеров – 045… Компания называлась «Спэйс-Стар».

Олег хмыкнул:

– Вот еще одна загадка человечества – чем мельче и неказистей бизнес, тем

громче и помпезнее он имеет название!

– Загадка… природы, – растягивая слова, подтвердил Виктор.

– Вот смотри…Что-то надыбалось… Звоним ?

– Давай дерзай… Ватсон !

– Ну ты! Шерлок! Дорасти до меня в своей дедукции … Молокосос !

Виктор улыбнулся… Олег набрал номер мобильного телефона сервисной службы

компании. Постарался сделать голос приятным.

– Это СПЕЙС-СТАР? Да девушка… Мне нужен директор …Это из

ОБОПа беспокоят…Да, дело неотложное. Назначьте встречу пожалуйста! Что?

Подождать? .Жду уже, – он прикрыл ладонью микрофон телефона. Повернулся к

Виктору.

– Интересный, интимный голосок… Представляю какая у нее мини юбочка…

Снова поднимает телефон.

– Через сорок минут? ОК, нас это устраивает. Предупредите охрану

на входе… Мы предъявим удостоверения… Спасибо!

Спрятал телефон в карман и подмигнул другу.

– Жаль Шерлок, что с нами не будет твоего брата Майкрофта… Ты позвони в

Лондон на досуге… Пригласи его на вечеринку… А вечеринка я чувствую у нас

будет веселая. Погнали!

Оба встали, расписались в журнале посещения, и вышли из офиса. Дежурный

проводил их пристальным взглядом и взялся за трубку телефона.

Зима в Москве вступила в свои права. Заносы на улицах, бесконечные пробки, аварии.

Даже проблесковый маячок на крыше их авто, не увеличивал скорость передвижения.

К офису телефонной компании они смогли попасть только, опоздав на два часа.

Охранник рассеянно проверил их удостоверения и направил в приемную.

Навстречу им из-за огромного секретарского стола, выпорхнуло прелестное,

блондинистое создание, в короткой юбочке. Милиционеры переглянулись и

одновременно улыбнулись, чему-то своему. Блондинка прощебетала:

– Здравствуйте господа…. Вас ждут… Проходите…

Виктор окинул взглядом ее фигуру и судорожно сглотнул слюну. Навстречу им поднялся

холеный, хорошо одетый человек в очках – офис-менеджер. Он представился усадил

милиционеров в мягкие кресла.

– Здравствуйте господа! Мое имя Владислав Бойко… Я главный

менеджер компании. Я весь внимания! Что именно нужно от нашей компании столь

знаменитой государственной службе? Сразу скажу – с отчетностью у нас все в порядке

и соответствующие службы вашего ведомства, нами довольны.

Олег поморщился

– Я буду краток. МВД округа нуждается в вашей информационной

поддержке, – он вынул записную книжку.

– Это серии мобильных сим-карт, которые нас интересуют…Нам надо

определить, кому вы их продали? Это ваш ведь товар? Не правда ли?

Менеджер поднес листочек с номерами серий к очкам. Пробежал список глазами.

– Минуточку господа. Сейчас все выясним, – он снял трубку и нажал кнопку

– Оксана? Пожалуйста позвони в третий отдел и принеси список

всех дилеров компании… Да… Желательно побыстрее, – положил трубку и повернулся

к милиционерам.

– Конечно, конечно господа… Мы сделаем все, что в наших силах. Я думаю,

сейчас все разрешиться…Сигары? – он открыл красивую деревянную коробочку на

столе.

– Надо немного подождать… Угощайтесь пожалуйста… Нам Фидель еще

поставляет оригинальный товарец, – первый вытянул одну сигару и откусил щипчиками

кончик, как бы приглашая их последовать этому примеру.

Милиционеры нерешительно взяли по сигаре… Виктор понюхал свою.

– Да уж. Не часто такое попробуешь, – задумчиво стал вертеть сигару в

пальцах, не прикуривая. Менеджер с удовольствием выпустил клубок пахучего дыма.

– Позвольте полюбопытствовать. Что за проблемы возникли с этими сим

картами?

– Видите ли, – Олег помедлил и продолжил:

– Нам надо найти одного человека, подозреваемого в мошенничестве. Ну и

как водится – малые дела потянули за собой крупные …Надо призвать товарища к

порядку!

Входит секретарша и протягивает лист бумаги менеджеру. Тот смотрит в него…

– Да господа… Вам повезло! На эти номера всего шесть дилеров…

Вот посмотрите…

Виктор встал и взял протянутый листок. Сигары у обоих, почему-то одновременно

перекочевали в личные карманы пиджаков. Это не ускользнуло от наблюдательного

взгляда менеджера. Он усмехнулся, отвернувшись в сторону. Виктор задумчиво

проговорил, рассматривая список.

– Спасибо Владислав… Это то, что нам нужно… От имени «органов»

благодарим вас за помощь! До свидания!

Они с облегчением покинули кабинет. Секретарша загадочно улыбнулась им в след.

На следующий день они колесили по городу, то и дело, попадая в пробки.

Заезжая в очередной проулок, Олег, вместо нормальных слов, говорил только матом.

Виктор с удивлением поглядывал на друга – он и не знал, что его «кореш» может

выдавать такие «перлы» в очень краткий промежуток времени. Они вышли из маши

ны. Морозец, сразу остудил их бодрые порывы. Виктор сам чертыхнулся.

– Черт! Это уже четвертая компания… Долбанный гололед! Как ты?

– Весь в поту ! Моя жена говорила мне – не ходи в менты – богатым

не станешь. Будешь только в дерьме копаться. Я ей тогда не поверил …

Сейчас думаю – она права!

Они остановились и сверили адрес на бумажке, с номером дома. Возле подъезда дома,

висела обшарпанная, покосившаяся табличка – «Продажа подержанных мобильных

телефонов и сим-карт». Из дверей выскочил испуганный подросток и мо ментально

скрылся в подворотне. Виктор и Олег вошли в помещение.

В маленькой лавке, за стойкой, сидел взлохмаченный молодой человек,

неопределенного возраста, уткнувшись в разобранный мобильник.

Рядом стоял компьютер, паяльный станок, стены были увешаны телефонными

футлярами и упаковками телефонных карт. Увидев вошедших людей в погонах,

продавец судорожно спрятал телефон в ящик стола и испуганно посмотрел на

милиционеров. Виктор сухо представился.

– Здравствуйте молодой человек. Мы не из налоговой… Мы из «ОБОПа». Вот

наши удостоверения… Постарайтесь ответить на наши вопросы по возможности точно

и быстро. Это в ваших интересах. Посмотрите на эти фото… Никого не узнаете ?

Они выложил перед продавцом несколько фотографий. Среди фотографий

находилось фото Аркадия – банкира. Продавец молча, внимательно смотрел некоторое

время на фото. Виктор заметил, как по его щеке проползла предательская капелька

пота. Наконец, продавец неуверенно вытянул фото Аркадия из кучи фотографий.

– Да… Вот этот похож… Да … Он был у меня…Купил сим-карту…

Почти год назад. Я его очень хорошо запомнил…

Виктор забрал фото и задал вопрос:

– Вы не ошибаетесь? Точно он? Почему вы его запомнили?

Продавец наморщил лоб.

– Понимаете… Да, да … Это он… Я уверен… У меня в лавке покупают

телефоны и сим карты только черные, тинэйджеры, студенты, дети… Такой тут

район… Этот человек был слишком холеный для этого района… Был хорошо одет, в

дорогой костюм. Он держался очень скованно…. Мало говорил. Быстро купил карту и

ушел… Я его очень хорошо запомнил, – он утвердительно кивнул…

– Очень хорошо… Благодарим вас от имени нашего округа! Спасибо!

До свидания…Надо будет – мы вас найдем, – Виктор выпрямился. Еще раз обвел

взглядом лавку продавца и поманил его пальцем. Тот настороженно придвинулся.

Виктор наклонился к его уху.

– А за ворованные телефоны – дань платить надо! Усек?

У продавца затряслась челюсть.

– Да я…Я…

Виктор обернулся у входа.

– Мы еще вернемся. Подумай над моими словами детка.

Они с облегчением вышли на свежий воздух из затхлого подъезда. Олег обернулся к

другу.

– Что ты там ему шептал? Хвалил его попку?

– Замолкни! Лишнее бабло не помешает – мало ли что! Сегодня мы менты,

завтра – быдло! Кто знает – что нас ждет впереди…

Продавец ошарашено смотрел на захлопнувшуюся дверь. Медленно опустился на

стул, вынул из ящика пакет с телефонами, и, высыпал их на стол перед собой.

Милиционеры, еле вытолкали свое авто из снега на чистую дорогу, сели в машину и

поехали в ночной клуб «Ущелье».

Глава 29

В клубе было на удивление тихо. На дверях висела табличка «Санитарный день».

Виктор настойчиво постучал в дверь кулаком. В двери открылось окошко.

– Чего надо? – раздалось из-за двери.

– Откройте, это милиция.

– А нам хоть полиция! У нас сан день. Уборка помещений. Тараканов

травим. Запрещено входить всем. Иначе отравим!

Виктор ощетинился.

– Ты давай открывай умник. И не умничай! Это из «Обопа» пришли!

– А нам хоть от Господа Бога. Сказано – санстанция работает – все в

противогазах. Вход только в противогазах!

Окошко захлопнулось. От такой наглости у милиционеров перехватило дух. Минуту они

остолбенело глядели друг на друга. Олег стал остервенело пинать окованную

металлическими листами дверь. От ярости они не видели, как под навесом козырька

здания, туда-сюда, повернулась телекамера, мелькая красным глазком. Олег, положив

папку на перила, остервенело дубасил дверь.

– А ну подонки открывайте! Сейчас «ОМОН» вызовем – всех вас сук

положим и заставим лужи хлебать, ублюдки!

Дверь неожиданно распахнулась и перед милиционерами выросли три накачанных

фигуры с бейсбольными битами.

– Это кто ублюдки? Ты мусор поганый! Кого сволота обозвал?

Милиционеры были без оружия. Они следователи – оружия на выезд не брали.

У Виктора екнуло под сердцем и он оттащил от двери Олега. Три темные фигуры со

свирепыми лицами, подняв биты, надвигались на милиционеров, как «айсберг» на

Титаник. Лица милиционеров побледнели. Только чувство офицерского долга,

заставило их не побежать, а замереть, и, смотреть, как неотвратимо надвигается

смерть, дыша на них жарким перегаром. Вдруг у переднего, пискнула на поясе рация.

Тот поднес ее ко рту.

– Да босс! Не знаю пока! Обозвали нас ублюдками! Думаю, Васе придется

вырыть пару лишних могил сегодня…Что?… Но босс? Понял…

Движением руки, он остановил своих качков, которые уже были готовы размозжить

битами черепа непрошенных гостей. Опустил свою биту и прорычал:

– Ну что мусора? Повезло вам сегодня! Босс вас помиловал! Стас, закрой за

ними дверь и понюхай – не обосрались ли? Что пялитесь? Входите! Прямо по коридору,

через зал, направо! Дерьмо!

Милиционеры, тяжело дыша, вошли в помещение. За ними клацнула дверь. Никакой

санстанции и чистки помещений конечно не было. Они прошли в указанную дверь. За

ними снова захлопнули дверь и в проеме застыли двое других громил. Из –за стола

выкатилась инвалидная коляска с улыбающимся человеком .

– Проходите господа. Присаживайтесь,– прозвучал почти дружеский

скрипучий голос, – Извините мою охрану – парни афганцы, все нервные, обзывать их не

следует. Итак…Что вас, работников органов, привело в мое злачное заведение?

Виктор хмуро открыл папку. Олег вынул сигарету, закурил. Взглянул на друга. Тот

кивнул. Они достали удостоверения и показали их человеку в инвалидной коляске. Тот

мельком взглянул и улыбнулся снова. Виктор вынул фото.

– Валентин, вы узнаете этого человека? – он протянул фото.

У Валентина поднялась бровь. Он не ожидал, что его назовут по имени. Моментально в

голове мелькнули догадки: « У них уже досье на меня и клуб! Интересно – какого

хрена?»

Он медленно взял фото, разглядывая его на свет. Отрицательно покачал головой.

– Нет, не припоминаю. Кто это?

Виктор спрятал фото.

– Это банкир вашего друга – Алексея Воронова. Его имя Аркадий. «Левит

банк». Алексей был крупнейшим клиентом банка, – он многозначит ельно взглянул на

Валентина. Тот был спокоен.

– Вы знаете милейший! Я в дела друзей не вмешиваюсь. Кто, как, почему и

где – меня не волнует. Это проблемы моих друзей – но не мои! У нас не принято совать

нос не в свои дела. К сожалению – нечем не могу вам помочь. Это все?

Тут подал голос Олег:

– Валентин. Вы зря хорохоритесь. Мы не верим в то, что вам наплевать на

судьбу вашего друга, который пропал, почти год назад. Вы же афганцы – а они не

оставляют в бою своих друзей – даже мертвых.

У Валентина потемнело лицо, но голос остался спокойным.

– Господа. Вы перепутали время! Война давно закончилась. Все эти

принципы – остались там. Здесь им не место! Вы просто сильно ошибаетесь, думая,

что время не меняет людей. Меняет, господа! Меняет! Условия не те! Ценности

поменялись!…Если у вас все, пожалуйста, покиньте помещение, я очень занят –

квартальный отчет в налоговую надо сдавать! Извините!

Виктор вздохнул и захлопнул папку. Они встали. Качки у дверей, отодвинулись в

сторону, пропуская их в коридор.

Когда милиционеры вышли на улицу, за ними тут же, с лязгом, захлопнулась дверь.

Друзья стояли на крыльце, пытаясь собраться с мыслями. Олег снова закурил.

– Ну и вляпались мы! Как дети! Никогда еще не чувствовал себя таким

дебилом, как здесь! Круто ребятки нас отвинтили!

– Дай закурить, – Виктор сплюнул сквозь зубы.

Телекамера под козырьком вздрогнула и медленно повела своим объективом.

Олег дал другу прикурить и они медленно зашагали к машине.

– Виктор. Ну, это же козлу понятно – тут у них не чисто! Они что-то темнят.

Этот инвалид – хитрющий парень. Я за ним смотрел все время. Сильный парниша! Ни

один мускул на лице не дрогнул.

Виктор затянулся сигаретой, выдохнул, и взглянул на друга.

– Давай мыслить дедуктивно. Почему же афганец нам брешет? Вопрос!

Что скажешь Холмс?

– Я заметил только одно, когда ты подал ему фото.

– Что именно?

– Его глазки забегали … Не чисто Ватсон у него на душе…Не чисто….

– Кстати… Его костоломы тоже что-то знают… Но, без команды

шефа, слова не скажут…

– Надо к нему ехать и снова раскручивать! Только жестче ! И подготовиться

более основательно. Без сентиментализма…! И, кое-кого подключить, узнать, что у

него за «крыша». Это первое. Второе…. Собрать полное досье, откуда, на чьи деньги,

каким образом – появился этот клуб…Третье… Тряхнуть все по афганским делам –

может там зацепочка появится…

– Согласен, Холмс…Ты как всегда на высоте – мыслишь глобально. Только

кто нам это все раскроет, за какой хрен, и – куда мы денем текучку?

– А это уже четвертый вопрос, – улыбнулся Виктор и друзья уселись в

машину.

Глава 30.

В один из обычных дней, Катерина нашла деревья, похожие на американскую Колу.

Принесла в свою берлогу целый ворох и принялась варить «зелье».

На столе уже была поджаренная мелкая рыбешка, гроздь бананов, вареные птичьи

яйца. В этот день она решила немного отдохнуть и пройти к дальней скале, которая

уступом, длинной грядой, спускалась в воду. Ей хотелось отдохнуть, покупаться,

понырять – просто понежиться на солнце. Здесь она часто собирала особо крупных

крабов. Вода в этом месте, была особенно чистой. Забравшись на гряду, можно было

расслабиться, погреться в лучах, понаблюдать за играми дельфинов. Но самое

главное – понырять. Дно здесь было чрезвычайно красивым. Песок от берега

переходил в коралловые наросты на камнях. Чем дальше в море, тем красивее

становился подводный мир. Разнообразные водоросли, стаи разноцветных рыб,

медузы и раковины, сверкающие перламутром кораллы. Ныряя среди камней,

Катерина собрала коллекцию красивейших раковин, которыми украсила свое жилище.

После сытного обеда, она рискнула попробовать то, что сварила.

Жидкость была темной, со странным запахом. Глотнув немного, она прислушалась к

своему организму. Ничего не случилось.

Катерина слила остатки в пластиковую бутылку, собрала закуску в малую корзинку и

вышла из пещеры. Пока она добиралась до места отдыха, почувствовала – ей стало

веселее, она ощутила некий прилив сил. На нее накатила неожиданная волна счастья

– вся природа вокруг нее, чувствовала – стала ближе, прекраснее. Крики обезьян

казались детским писком, приглашениями к играм. Птицы радостно щебетали и

переливались любовными трелями. Бабочки мелькали своими крылышками, радуя

глаза, всеми цветами радуги. Даже волны, ласкали ее щиколотки по-особенному -

щекоча и заигрывая своим шепотом наката, на сверкающий белизной песок берега.

Катерина раскинула свой пикничок возле гряды, уходящей в море, разделась догола и

с восторгом бросилась в ласковые волны.

Её глаза уже привыкли к морской воде. Но из двух пластиковых бутылок, она вырезала

прикрытие для глаз, скрепив мягкой проволочкой. Это подобие подводных очков,

сделало морской мир для нее, намного красочнее и четче. Задерживая дыхание, она

извивалась среди водорослей как нимфа или русалка, получая огромное удовольствие

от ныряния в глубину.

Иногда, у нее возникало чувство эйфории, и, она пыталась танцевать под водой, под

яркими лучами переливающегося сверкающего над головой шарика солнца, не

теряющего своего блеска, даже прорываясь в лазурную глубину океана.

Раскинув руки, она медленно вращалась в стае мелкой ставридки, ощущая себя

частичкой великого океана – его дочерью.

Позже, распластавшись на песке в полной своей прекрасной наготе, Катерина цедила

через соломинку, нектар из листьев колы, и, с благодарностью вспоминала отца, его

вечерние чтения и обучения своей маленькой дочки.

Она с наслаждением разрисовывала самодельным лаком ногти на руках и ногах, плела

новые ожерелья из ракушек и мелких цветных камешков, тренировалась в стрельбе из

лука.

День пролетел беззаботно и радостно. Она поняла – в большей мере – это вина нового

нектара из листьев колы. Она дремала на солнце, танцевала в воде и на песке. Даже

заплывала довольно далеко от берега, в надежде, снова повстречаться с дельфинами.

Но прекрасные животные мелькали в солнечной дорожке, занимаясь своими

рыболовными делами, в лазурной, далекой голубизне. Только один дельфин, сделал

возле нее «круг почета», и, убедившись, что человеку ничего не угрожает, выпрыгнул на

прощанье из воды, словно хотел сказать: «Я рад – что тебе хорошо! До свидания!».

Мелькнул блестящим плавником и скрылся в пологих, аквамариновых волнах.

К вечеру, она вернулась в свое убежище совершенно отдохнувшей, и, с радостным

настроением, продолжила приготовления к своему дальнему путешествию.

Внешний вид пещеры и навеса перед ней – совершенно преобразился. Появилось

множество полезных вещей и приспособлений, источником которых явился тот

«мусор», принесенный из дальней лагуны.

Увеличилось количество и улучшилось качество стрел к ее самодельному луку. Она

смогла сплести настоящую капроновую сеть, из волокон, распущенного обрывка

корабельного каната. Несколько рулонов крепкой веревки, сплетенной из различных

материалов, висели в «предбаннике» пещеры. Множество чашечек, бутылочек,

стаканчиков, сделанных уже не из глины, расположились на полочках вдоль углублений

пещеры, служащих уже как кладовые. Она научилась вытапливать жир из дичи,

которую иногда удавалось подстрелить из лука на охоте. Особенно хороший жир, был

получен из дикого поросенка, который раненый, не успел убежать за маткой. Из этого

жира, Катерина смастерила настоящие пеньковые лампы-коптилки.

Использовала их изредка, когда надо было что-то делать по хозяйству, уже в темноте,

когда света костра, не доставало, до дальних углов пещеры.

Её организм уже привык к новому распорядку жизни – отдых с заходом солнца и

наступлением темноты, подъем – с первыми звуками птичьего гомона и первыми

лучами утренней зорьки. Она уже не боялась, что костер может погаснуть,

научившись добывать огонь из искр, высекаемых ударами куска стали о кусок базальта.

Её голова работала настолько четко и ясно, что иногда, она ловила себя на мысли – уж

не превращается ли она в мужчину? Но осмотрев себя в озерном зеркале, только

радостно улыбалась – она становилась еще прекраснее, чем было до этого. Полное

единение с природой, гармония, – были теми источниками, которые превращали ее

жизнь, в прекрасную песню.

Печальными моментами – были воспоминания. Иногда она плакала, испив своего

нектара. Но, всегда после этого, у нее возникала новая волна энергии и надежды на

прекрасное будущее – свое возвращение в цивилизацию.

Подготовка к путешествию двигалась к завершению.

Груза, который надо было нести на собственных плечах, скопилось более чем

достаточно. И, все было нужно, ничего нельзя было оставлять. Она даже отказалась от

своего копья, чтобы руки были более свободными во время этого путешествия.

У нее появился рулон синтетической пленки, сплетенный вместе с лозой и обрезками

ткани, который должен был служить ей накидкой на шалаш от протекания, в случае

тропического ливня.

Дополнительно целый день, она потратила на подготовку и консервацию пещеры к ее

долгому отсутствию. Она укрепила глиной стенки навеса, перекрытие крыши, тем

самым, превратив их в неприступные для животных препятствия. По ее мнению и

ветер с грозой, уже не могли бы развалить навес, как произошло почти год назад.

Создала в пещере, запас пищи и воды, который не мог испортиться длительное время.

Колышки, ивы, которые вбила по гребню склона, постепенно прижились и разрастались

в дополнительный, естественный забор, от не санкционированного проникновения

любых «чужих».

Наконец, наступил тот день и час, когда она, решилась начать путешествие.

Это было шестое января 2009 года, если ей не изменило чувство времени или ошибки

в исчислении.

На берегу океана, стояла прекрасная амазонка, подняв руки к всходившему солнцу, и

шептала ему, Богу солнца РА, собственную молитву – молитву удачи и сохранения!

Глава 31.

Шел третий день ее путешествия. Катерина продиралась через многовековые джунгли,

медленно, но уверенно, держа курс по солнцу. На ее пути вставала во всей своей

красе, дикая природа тропиков. Несколько раз, она пересекала ручьи и видела на

берегах звериные следы. Рассматривая их, убедилась – крупных хищников на острове

нет. Ночевала – забравшись на дерево. Это был самый безопасный и легкий вариант

ночевки. Не надо было строить никакого шалаша или убежища. Один раз согнала с

насиженных мест – целую стаю шимпанзе.

Ее ассортимент пищи стал более мясным, потому, как она научилась грамотно ставить

проволочные петли. Еще одна небольшая свинка приятно разнообразила ее ужин и

обед следующего дня.

На четвертый день путешествия, она вышла в небольшую долину, расположенную

между двух холмов. Местность здесь была похожа на русское редколесье. Только

вместо берез и осин – рощи тропических низкорослых деревьев, перемешивались с

кустарником. Самое приятное – в этой долине, протекала небольшая, мелководная,

прозрачная речушка с пресной водой, шириной всего пару метров.

Катерина решила остановиться в этой долине на отдых. На несколько дней. Уж очень

напоминала природа – о её родных местах. В укромном местечке, между нескольких

деревьев и кустов – она разбила лагерь: шалаш для отдыха, кострище, кустарниковый

забор. Высмотрела место – где больше всего обитают обезьяны. Она все же решила

поймать небольшую обезьянку-детеныша и попытаться приручить её, для

скрашивания собственного образа жизни.

От ее стоянки, обезьянье место было довольно далеко. Однако, в этом месте было

несколько звериных троп, с отпечатками копыт, что вселило в нее оптимизм и радость –

без еды не останется. Обезьяны также появлялись на берегу речки и их следы вывели

Катерину, на неизвестную звериную норку.

Катерина расставила проволочные петли кругом норки и на звериных тропах. После

полуденного бесполезного ожидания в засаде, решила набрать фруктов и удалилась от

места охоты. Она уже не лазила на пальмы за кокосами и бананами – применяла

более прогрессивный метод. Стрела от лука, с привязанным на ее конце шнуром,

пробивала кучу бананов или кокосов. Дергая за шнур, Катерина срывала все гроздья

фруктов без особых усилий.

Набрав фрукты к ужину, она решила прогуляться по одной из звериных троп, вглубь

джунглей, в надежде, подстрелить что-либо мясное. Катерина углублялась все дальше

и дальше, пока ее не остановило сильное верещание обезьян.

Перед ее глазами открылась странная картина. Звериная тропа, была усыпана

кокосами, с рядом стоящей пальмы. Среди этих кокосов металась возбужденная куча

обезьян. Присмотрелась.

Но что – это? В тени джунглей, на тропе, ясно выделялось темное пятно. Катерина

осторожно вышла из кустарника, держа лук наготове. Обезьяны кинулись врассыпную,

мгновенно исчезнув из вида.

Посреди тропы, была вырыта яма-ловушка, в которую и провалилось бедное животное.

Куча свежевырытой земли, была заботливо завалена ветками и листьями пальм.

Самка шимпанзе была уже мертвой. Её тело было пронизано остроконечными

кольями, которыми было утыкано дно ямы!

Катерину передернуло. Боязливо оглянулась.

Вокруг никого не было. Обезьяны отскочили недалеко и продолжали яростно верещать.

Яма была вырыта профессионально и укрыта листьями пальм, лежащими на редких

перекрытиях из тонких жердочек.

Катерина спохватилась и кинулась на свою стоянку. Её била крупная дрожь!

Забившись в дальний угол шалаша, она попыталась сосредоточиться, разгорячено,

сумбурно, шепча сама себе:

– Ну вот и догулялась! Дикари! Может и людоеды. Яма сделано

профессионально. Не то, что моя! Какого черта я сюда приперлась? . Жила бы на

своем краю и горя бы не знала! Вот дура!…Однако…Пока тихо…Главное следов

нет….А может, я сгоряча их не увидела? Странно…Может и не дикари тут…А кто

может быть еще?…

Она наморщила лоб, усиленно, что-то шевеля в своей памяти.…Вместе с Аркадием,

они частенько смотрели по видео, всякого рода американские боевики. Вспомнила

какой-то фильм, где американский летчик попал в плен к японцам во время войны на

каком -то острове…Ей даже не пришло в голову – что она находится на другой стороне

Земли – на другой части мирового океана. Но видно, так уж работает женская логика,

основанная больше на эмоциях, чем на рассудке. Она уверовапа себе – что это может

быть, какой-то идиот японец, оставшийся в живых после войны. Рассуждения были

детскими, глуповатыми, но не лишенными смысла:

– …Если возле ямы нет множества следов – значит тут такой же дикарь, как

и я…Одинокий…Кто тут может быть…Хм…Разьве, что – японец…Оставшийся живым

после войны с американцами…Или вьетнамец…Одним словом азиат…Чем это мне

грозит? Если увидит – убьет ! Если меня увидят людоеды – тоже убьют! Что

делать?…Сначала…Хм…Надо выяснить – один он, или много…Надо узнать! Кошмар

какой! Ладно девочка – хватит сопли пускать! Я амазонка! Пусть меня бояться! Стрел

на всех хватит…

Она выползла из шалаша, вынула пучок стрел из колчана, поставила одну на тетиву

лука и смело ступила обратно в джунгли.

Обезьяны больше к яме не приближались. Наоборот. Они исчезли.

Ничто не нарушало девственной тишины джунглей кроме птичьего щебета. Над ямой

появились рои мух и москитов. Катерина медленно обходила яму, мягко ступая

мокасинами по почве и стараясь не оставлять своих следов. Глаза зорко следили за

окружающей обстановкой. Чужих следов также не было видно. Но тут, ее внимание

привлек небольшой холмик сухих листьев, находящийся недалеко от ямы. Она

осторожно приблизилась, присела на корточки и концом лука, попыталась разгрести

кучку листьев. Справа от неё что-то сухо щелкнуло, волосы обдало ветерком и коротко

прошелестело над ухом, тупо ударившись в ствол дерева слева. Катерину упала на

землю и замерла. Минуту пролежала, тяжело дыша и соображая, чтобы это значило?

Тихо.

Она поднялась, и, пригнувшись подошла в стволу слева от тропы. В стволе дерева,

торчала большая стрела, наконечник которой утонул в коре дерева. Мысленно,

глазами, проследила за траекторией полета стрелы. Её взгляд уперся в деревья,

среди кустов..

Вернулась на правую сторону тропы.

В развилке дерева, стояло хитроумное приспособление – лук самострел, тетива

которого, приводилась в действие шнуром, уложенным на тропе. Вокруг дерева

виднелось несколько одинаковых следов, крупной ноги человека – мужской ступни.

Она поняла, кто-то охотился на этой тропе. И это был один человек.

Держа лук наготове, осторожно замела веточкой пальмы собственные отпечатки ног.

Вернулась в шалаш. Долго раздумывала – какое решение принять. Наконец пришла к

выводу – «Надо уходить в свою сторону, и побыстрее! Иначе, можно попросту попасть

самой в ловушку или под стрелу. Хорошего мало! Свой лагерь возле пещеры, надо

основательно укрепить. Уничтожить все следы своего пребывания здесь. И, начать

самой охоту за дикарем, который может ее убить. В этом маленьком мирке, кто-кого!

Борьба за выживание! Или ты – или тебя!…»

Укрепившись в этом решении, она тотчас принялась уничтожать следы своего

пребывания в этом месте.

Но с проволочными ловушками, поступила более осмотрительно. Укрепила их двойной

проволокой, забив в землю, дополнительные удерживающие колья. Вместо одиночных

ловушек, наставила групповых, чтобы неведомый дикарь, мог запутаться в них

окончательно и сам себя удушил бы. Так ей казалось – будет надежнее.

– Пусть эта японская скотина, сам меня боится! Если будет знать, что за ним

начали охоту, может откажется от своих желаний, посетить мою сторону острова….А

Его конструкцию самострела, мы применим против него…Интересную штучку придумал

гад!…Надо будет на досуге, поразмышлять над конструкциями самострелов….Важное

открытие однако!

Катерина пробиралась обратно на свою половину острова, по оставленным заранее в

зарослях специальным меткам, как ее учили, в том, – в далеком, пионерском

детстве…

Было почти совсем темно, когда она устроилась в обезьяньем гнезде, на очередную

ночевку.

Глава 32

Сквозь джунгли, раздвигая ветки папоротника двигались человеческие

волосатые ноги. Ступни ног, были обуты в подобие обуви, из крокодильей шкуры. Ноги

раздвинули ветки кустарника и очутились на звериной тропе. Странный, обросший

бородой, с нечесаными, длинными волосами, возле ямы-ловушки, стоял человек, и

пристально осматривал внутренность ямы. Его тело было покрыто подобием одежды,

грубо сшитой из разноцветных шкур животных. Но основой этой одежды, спускающейся

почти до колен – были пласты крокодиловой кожи, сверкающей от редких лучей

солнца, просачивающихся сквозь густую листву зарослей. На его поясе, в ножнах из

шкуры, болтался большой нож, похожий на короткий меч. Голову покрывала повязка,

завязанная на пиратский манер. В руках было длинное, довольно толстое копье,

сделанное из прямой высохшей жерди. Наконечником служил толстый стальной штырь,

остро заточенный.

Обувь на ногах, держалась переплетенными вокруг икр, подвязками, нарезанными из

шкур крокодилов. Лицо, и тело было изрезано глубокими шрамами. Цвет кожи был

бронзовый, с коричневым оттенком, который обычно бывает у аборигенов из

тропических широт.

Глаза задумчиво смотрели на мертвую шимпанзе. Человек поморщился.

Это был Алекс.

Он подошел к самострелу и осмотрел место установки. От его внимания не ускользнул

тот факт – что место было подметено и следы, в том числе и его, уничтожены. Он

перешел на другую сторону тропы, осторожно раскачал древко стрелы и вытащил ее из

ствола дерева. Осмотрел ее. Тут не было никаких следов попадания в цель. Алекс

обошел яму и залез в чащу джунглей. Через некоторое время вышел. В его руках была

мягкая лестница, сплетенная из лиан. Он немного потрудился, вытащив труп обезьяны

и снова налаживая навес над ямой-ловушкой. Делая эту механическую работу он

задумчиво рассуждал:

– Кто-то здесь был. Это явно видно. Самострел сработал, но в цель не попал.

Это говорит о том, что тут был профессиональный военный. Видимо, он специально

спустил тетиву самострела, дернув за сигнальный шнур…Зачем? Почему не тронут

труп обезьяны?.. Почему заметал следы?…Хм…Сплошные почему…Очень странное

поведение! Или очень умный, или, совсем дурак, как ребенок, насмотревшийся

фильмов про индейцев. Однако! Буду исходить из более опасного – передо мной

профессионал, который дал знать – начал на меня охоту!…Ну что же…Посмотрим, кто

–кого. Вот только не ясно – откуда он здесь взялся? Надо будет по приходу домой –

более серьезно оценить ситуацию. А пока…Надо проверить ловушку перед норой…

Он ступил на берег речушки, где темнела звериная норка. Его нога тотчас попала в

петлю, установленные Катериной. Споткнувшись, Алекс загнал вторую ногу сразу в две

петли и грохнулся на землю. Руки немедленно попали в следующие петли, и, он с

ужасом увидел, что ворочается в проволочных ловушках как жук, попавший в паутину.

Копье отлетело в сторону. Он заорал диким криком самца, попавшего в опасность и

все мускулы его тела, напряглись в страстном порыве – порвать проволочные

ловушки. Он беспомощно извивался, как распятый на иголке исследователя червяк.

Наконец ему удалось освободить одну руку, вместе с петлей и колышком, вырвав его из

земли. Через несколько мгновений, он с остервенением рвал другие петли, освобождая

его ноги. Поднялся.

Собрал в кучу все проволоки, в изнеможении присел на песок, и стал их осматривать.

Петли были разные, из проволоки разной толщины и вида. Однако, ему сразу

бросилось в глаза, колышки, к которым петли крепились, были короткими и не

особенно крепко, держали петли у земли. Все эти странности, только смутили и

растащили его стройные логические мысли в разные стороны. Желание продолжать

охоту куда-то исчезло. Вместо него, в душе появился зародыш страха – что его еще

может ожидать, в этом месте?

Алекс решил срочно вернуться на место жительства и хорошенько все обдумать. Так он

и поступил. Путь который надо было преодолеть до «дома», занял бы полных двое

суток.

Алекс поднял копье. Собрал разбросанные кокосы в небольшую сумку, закрепленную

на собственном плече и вздохнул, сокрушенно покачав головой.

Глаза его хищно сверкали и на лице играли желваки.

Движения становились нервными и резкими. Он никак не мог простить себе ситуацию,

когда влип в примитивные ловушки, и некоторое время находился в беспомощном

состоянии. Это страшно оскорбило его мужское самолюбие.

После того, как он упал в озеро с самолета, прошла масса времени. Больше года, он

обживал с вой остров и никогда не попадал в подобную, глупую ситуацию. Конечно он

сглупил, не исследовав свой остров вдоль и поперек. И это явилось результатом его

природной, мужской лени. И только сейчас он пронял – какой он болван, что возомнил

себя королем джунглей! Кто-то есть на этом острове, не менее хитрый, сильный и

изворотливый, чем он сам, с его «крутым» военным и человеческим опытом.

Он злобно запихнул за пояс остатки проволок, вложил мачете в чехол из крокодиловой

кожи и обвел настороженным окружающие джунгли.

Осторожно ступая, походкой готового к атаке хищника, двинулся в обратный путь к

своему логову.

Он рубал своим «мачете» заросли и злобно плевал в паутины, следуя, по своей,

одному ему известной дороге до своего основного лежбища. Его дом – его крепость,

которую он построил на берегу островного озера. И теперь, эту крепость придется

оснащать дополнительными средствами защиты, против неожиданно появившегося

врага – нового врага, в человеческом обличии!

Глава 33

Только что прошел краткий тропический ливень.

Природа вздохнула от жары и ее тело дышало парующими испарениями раскаленного

базальта береговых скал и новыми порциями кислорода, выделяемого зелеными

легкими джунглей.

Казалось, что даже воздух стал как-то прозрачнее и чище, наполняясь новыми,

чарующими, приятными запахами, цветущих растений.

Алекс выбрался из зарослей на относительно свободную от растений площадку.

Между двумя холмами расположилась его хижина, построенная из прутьев и толстых

веток дерева. Вокруг забора, огораживающего хижину, была прорыта неширокая

канава, заполненная водой озера. Она служила оградительным рвом, наподобие

средневековых рвов, опоясывавших древние замки.

Немного в стороне плескалось озеро, которое спасло ему жизнь при падении с

самолета. Преодолев ров по узкому бревнышку, и окружавший хижину забор,

сплетенный из лиан и заросший зарослями ивы по приставной лестнице, он вошел в

собственное жилище.

Сбросил с себя всю «амуницию» и первым делом, подбросил в очаг сухих веток.

Почти погасшие угли в очаге, весело вспыхнули новым, ярким пламенем.

Он обвел глазами хижину, чтобы убедиться – никто ли не побывал здесь в его

отсутствие?

Каркас самолетного кресла, внутренности которого были заплетены тонкими ивовыми

ветками, превращавшими его в удобное кресло, стоял на месте возле деревянного

стола, сделанного их толстых веток какого-то твердой породы дерева.

Стены хижины изнутри, были обтянуты крокодиловыми шкурами. Возле одной из стен

– лежанка, накрытая обрывками материала от кресла. На столе–скатерть из

крокодиловой шкуры. На полочках по стенкам хижины, расположилась изготовленная

из глины, корявого вида посуда.

Алекс устало плюхнулся в кресло.

Ничто не говорило о том, что здесь кто-то был в его отсутствие.

Он вынул из-за пояса остатки проволочных петель и принялся, вполголоса, бормоча

вслух, размышлять:

– Интересно, какая же сволочь это сотворила? Странно… Судя по

конструкции петель это не дилетант. И где же на этом острове можно взять

такую проволоку? Обломки кораблей? Да, уж… Надо поискать на берегу…

Он бросил взгляд в угол хижины, где лежала куча разного хлама из самолета и

подобранная на берегу. Подошел в угол и вяло поковырялся носком мокасина в куче.

Снял со стены рулончик проволоки. Подошел к столу, на котором лежала его золота я

зажигалка, положил рулон проволоки и обрывки петель рядом.

Сравнил и ухмыльнулся.

– Вот и разгадка. Судя по проволоке, искать ничего не надо.

Проволока из авиационного кресла. Это факт…. Очень интересно… Наверное из

самолета вывалилось несколько кресел и их этот «кто-то» их нашел…

Задумчиво, завернул в пальмовый лист несколько черепашьих яиц, положил пакет на

край очага и вернулся к столу.

– Да…Дела… Я то думал, я один здесь один на этом проклятом

куске земли… Ты глянь… Кто-то еще есть.. Он также как и я, профессионал и начинает

за мной охотиться… Вот падла… За мной ! Ну ни чего себе… Кто же эта сволочь ? А

куски проволоки точно такие же как и у меня… Это факт. Да уж… Может кто

выжил из самолета… Да нет… Бред! Надо попутешествовать по острову

однако…Может я найду эту гниду ! Рембо чертов! Я покажу тебе зараза – кто из нас

охотник ! Посмотрим кто – кого !

Он вынул пакет дымящийся пакет с яйцами из очага. Подхватил его кусочком дюраля,

служащим ему подставкой под посуду и вышел из хижины.

Прикрыл ладонью глаза от слепящего солнца и посмотрел на далекий океан, кусочек

которого виднелся между двух холмов. Хмыкнул и спустился в низину. Здесь

располагалась его крокодилья ферма.

Пока спускался , на его лице блуждала довольная улыбка. Он вспоминал, как он

оказался хозяином этого острова и господином всей стаи крокодилов, обитавших

здесь…

После того, как сознание вернулось к нему от удара об воду, при падении с самолета,

он резво выкарабкался на берег.

Однако за ним выскочил небольшой крокодил, который оказался резвей своих

сородичей и оказался первым вблизи «добычи». Но ему не повезло. В момент самого

нападения, крокодил раскрыл пасть, но Алекс инстинктивно успел сунуть ему между

челюстями, невесть откуда оказавшуюся в руках толстую палку. Крокодил налетел на

него, ободрав когтями, но не смог захлопнуть пасть – палка насмерть заклинилась

вертикально в его пасти. Крокодил стал кататься по песку берега, издавая какие-то

хрипящие звуки и извиваясь в судорогах как червяк.

Несколько секунд, ошеломленный Алекс наблюдал это, но потом, вдруг нахлынули

прежние военные инстинкты…Он вскочил и улучшив момент, оседлал крокодилью

спину. Тяжелым камнем размозжил крокодилу голову и тот затих. Другие три

крокодила, словно понимая, что произошло, не вышли на берег, предпочитая

оставаться в воде, и наблюдали своими глазами-перископами, за действиями

неизвестного хищника, убившего их «коллегу».

Окровавленный Алекс, бросил камень, подобрал на берегу толстую палку и отступил в

джунгли. Затаился, наблюдая, что будет дальше.

Вскоре крокодилы вылезли на берег и осторожно приблизились к трупу сородича,

словно принюхиваясь. Неожиданно, один из них лязгнул челюстями и откусил ногу у

трупа. Моментально, возник клубок дерущихся крокодилов, разрывающих погибшего на

куски. Через несколько минут все было кончено. На берегу не осталось ничего кроме

взрытого и мокрого от крови песка.

В процессе обустройства жилища, ему пришла в голову идея – приручить стадо

крокодилов. К тому времени он уже научился добывать себе пищу, имел самодельное

оружие и некоторые примитивные инструменты, которые самостоятельно изготовил из

остатков кресла и мусора, найденного на берегу океана.

Более месяца он строил загон для крокодилов на берегу озера. Ферма получилась на

славу и имела специальные отделения-ловушки, загон для беременных самок,

лежбище для самцов. Само приручение происходило совершенно жестоким методом.

но именно такой метод, как считал сам Алекс, привел его к удивительным успехам в

дрессировке и приручении этих земноводных хищников.

Для начала он выследил, где самки отложили яйца и почти все их уничтожил, оставив с

десяток. Потом ему пришлось уничтожить самих самок, оставив только трех в живых.

Постепенно, устраивая ежедневные охоты на крокодилов, используя как приманку,

мясо самих крокодилов, он довел численность самцов стада до приемлемых норм,

ежедневно прикармливая их и делая необходимую селекцию. Постоянный

человеческий патруль по берегу озера, не оставил земноводным никаких шансов на

выживание, кроме тех, которые им представил сам человек.

Алекс оставил в живых наиболее способных к дрессировке и питающихся из его рук

крокодилов. Выведенное потомство, уже имело поведение, согласующееся с нормами,

установленными человеком. Первое время, он ел крокодилье мясо с большим

удовольствием, разделывая крокодильи туши на глазах сородичей на берегу. Потом

прекратил эту жестокую практику, щадя самолюбие хищников. Однако, если кто –либо

из них, не появлялся на кормежку из озера более чем три дня, им не оставалось

шансов на жизнь. При очередном появлении, Алекс без жалости пускал их на мясо и

питание для сородичей.

Он полюбил свое крокодилье стадо, дав каждому из крокодилов, свою кличку, на

которую те безошибочно откликались, как дворовые дворняжки.

Алекс приблизился к ограде загона и развернув пальмовый лист, зычно крикнул:

– Гитлер…Борман,,,Ева ! Ко мне!

Лежащие на берегу крокодилы зашевелились. На глади озера, появились глаза и

ноздри еще нескольких. Четыре крокодила заковыляли в направлении Алекса, двое

только подняли морды.

– Эй ! Мюллер! Сталин! Какого черта? А ну зубастое отродье – я сказал ко

мне! – он поманил крокодилов рукой.

Алекс приучил крокодилов получать от него лакомство – недожаренные черепашьи

яйца. Из своих наблюдений он понял – именно это лакомство было им по вкусу.

Он кидал яйца по одному прямо в раскрытые пасти и с наслаждением любовался

зрелищем, как любуются матери наблюдая за игрой своих детей. Яйца закончились и

Алекс открыл крышку настила из переплетенных лиан, над ямой. Вынул из углубления

два трупа небольших диких свиней и бросил их в кучу крокодилов. С улыбкой

понаблюдал за дерущимися «детками». С чувством глубокого удовлетворения,

вернулся в хижину.

Открыл «холодильник» – яму в полу, обмазанную по кроям толстым слоем глины.

Вынул большой кусок мяса, нанизал его на металлический шампур в виде плоской

металлической полосы, и повесил над очагом. Пока мясо поджаривалось, он решил

заняться изготовлением стрел для лука. Собрал необходимые заготовки и вышел из

хижины под специальный навес от солнца. Расположился на циновке и принялся за

дело.

Природа благоухала. Солнце стояло в зените. Вспотевшее тело Алекса, мгновенно

облепили москиты. Он бросил занятие и прошел в угол «усадьбы», где находился

бассейн.

Это была выкопанная вручную яма, довольно приличных размеров и глубины, с

днищем и бортами из глиняных пластов. Проливные дожди, постоянно наполняли ее

пресной водой, которая постепенно, со временем всасывалась с почву. Свежая

небесная вода пополняла бассейн и таким образов в нем находилась постоянно свежая

вода. Алекс с наслаждением рухнул в бассейн, подняв каскады брызг, сверкавших на

солнце как россыпи бриллиантов. Он немного поплавал и просто полежал на воде,

освежая тело и обводя взглядом свои «крепостные» укрепления и вооружение,

стоявшее на обороне «усадьбы»…

Здесь были и самострелы, и подобия катапульт, способных метать горящую смолу,

петли, растяжки, капканы… Все это вооружение, стояло наготове, ожидая нападения

неизвестного врага. Алекс сотворил эти укрепления, в самом начале своего бытия на

острове, скорее инстинктивно, чем по необходимости. Однако гордился этим и нервы

его были спокойны – он защищен.

Алекс вылез из бассейна, обернул бедра поясом из крокодиловой шкуры и вернулся к

прерванному занятию.

Наконечниками для стрел служили те же острейшие крокодильи зубы. Но в отличии от

Катерины, он смазывал острия стрел ядом какой-то опасной змеи, название которой не

знал. Однако яд действовал безотказно и дичь, даже раненная стрелой, вскоре

погибала. Места ранений, Алекс прижигал огнем и на собственном здоровье убедился,

мясо можно безопасно кушать.

За час он изготовил несколько стрел и с удовольствием откушал хорошо прожаренного

«бекона», запивая его кокосовым молоком. Он икнул от сытости, перекинул лук через

плечо, закинул за спину колчан со стрелами, прицепил к поясу сумку с продуктами и

пластиковой бутылкой воды. Подошел к забору. Чехол с его верным мачете,

успокаивающе похлопывал по бедру. Обошел по периметру забор, оглядывая свои

орудия обороны. Кое-где подтянул сторожки и спусковые растяжки.

Преодолев забор и канаву с водой – исчез в зарослях.

Глава 34

Катя осторожно пробиралась сквозь джунгли.

За ее спиной болтается плетеный из лозы мешок. Рубая заросли своим тесаком,

бормотала сквозь зубы ругательства и угрозы в адрес неизвестного на нее охотника,

обещая ему все кары, на которые способна разъяренная женщина.

– Эх тварюка…Погоди у меня! Гадкий узкоглазый маньяк! Твои военные

шалости меня не достанут, тупая башка! Я тебе не японская гейша! Я русская

домработница – а это, тебе не суши кушать и «банзай» орать! Ты у меня сучок-дрючок

попляшешь еще! Скотина! Ну, ты зараза еще не знаешь, что такое игра «зарница» и

кладов ты не искал…Рембо вонючий! Ну, самурайская жопа – погоди!

Кокосы в мешке, неприятно и иногда больно стучали по спине.

Перед ней открылась звериная тропа.

Катя остановилась и настороженно осмотрелась.

Присела на землю. Выкатила из мешка пару орехов. Привстала, зажала кокосовый

орех в руке, и, словно находясь в кегельбане, метнула орех вдоль звериной тропы.

Плод скачками покатился по тропе и остановился, прокатившись метров тридцать. Катя

смело пошла по тропе, подняла орех, и снова метнула по тропе.

Произошло то же, что и прежде. Вокруг все было обычно и спокойно.

Катя обвела взглядом джунгли смело пошла по центру тропы. Ничего не случилось.

Она подняла орех. Хмыкнула. Тропинка резко уходила под откос.

Насторожилась.

Вынула еще один орех и метнула по тропе вниз, одновременно уже два плода. Орехи

весело покатились по склону и …

Неожиданно с земли в высоту взметнулась сеть, в которой оказались оба ореха.

Катя вздрогнула от случившегося и присела. Ничего не произошло.

98

В высоте мирно покачивалась сеть из мелких лиан, в которой находились два

кокосовых ореха. Только птицы встревожено кричали в кронах деревьев.

Катя осторожно двинулась по краю тропы. Она обнаружила колышек от растяжки и

саму растяжку из тонкой крепкой бечевы. Пробормотала:

– Ага…Ну точно, это какой-то профессиональный военный маньяк! Отец

рассказывал, когда участвовал в Корейском конфликте – что вытворяли в

лесах Кореи, узкоглазые коммунисты. Я все помню… Ну кикимора-сан, – погоди!

Ты у меня попляшешь, Щварценеггер долбанный!

Сама лиановая растяжка болталась в стороне, свисая с ветки дерева. Сеть висела,

свисая с кроны нетолстого распрямившегося деревца, натянув бечеву, закрепленную на

стволе пальмы.

Катя покачала головой. Ее губы прошептали ругательство. Она с остервенением

полоснула мачете по растяжке. Сеть с орехами рухнула на землю.

Собрав орехи в мешок, скрутив в рулон саму сеть, срезав бечеву, Катя сошла с тропы,

и углубилась в заросли. Пройдя немного, она уловила на слух журчание воды.

Вскоре перед ней открылась небольшая прогалина и быстрый ручеек, по бережкам

которого, вся земля была истоптана звериными следами.

Катерина вышла из зарослей. Зазевавшаяся косуля, метнулась в темную пасть

джунглей и только ветки вздрогнули, смыкаясь за спиной исчезнувшего животного..

Катя, сняла свои мокасины и вступила в ручей. Блаженная улыбка растянулась на ее

лице.

Какое удовольствие сунуть раскаленные ступни ног в живительную прохладу

природного ручья! Катя с удовольствием зашлепала по воде вверх по течению.

Ей приходилось иногда совсем наклоняться и проходить по воде несколько метров в

таком согнутом состоянии, потому, как лианы, ветки зарослей, свисали над самым

ручьем, загораживая проход. Редкие лучи солнца, прорываясь сквозь кроны густых

нависающих деревьев, слепили ее, отражаясь от зеркальной поверхности ручья,

резвыми солнечными зайчиками, прыгающими ей, прямо в глаза. На Катерину снова

накатила блаженная волна полного единения с природой и мысли ее, улетели куда-то

далеко в детство.

Неожиданно, перед ней открылось пространство и звериная тропа, которая выходила

на один берег ручья, и выйдя из воды на другом, исчезала в прибрежных зарослях.

Катерина ступила на тропу, вытерла ступни ног о траву и надела мокасины. В её голове

сложился оригинальный план установки ловушки. Она углубилась в джунгли по тропе,

выискивая, более-менее широкое место. Совершенно недалеко от воды такое место

быстро обнаружилось.

Катя совершила проверочное метание орехов по тропе, и, только убедившись, что

опасности нет, ступила на ее центр. Деловито осмотрелась. Это место для ее плана

подходило идеально. Она заметила гроздь кокосовых орехов на пальме и услышала

разгневанные, недалекие крики, стаи потревоженных шимпанзе. Катя ловко поднялась

на пальму и срезала всю гроздь. Орехи с шумом упали на тропу и раскатились в

разные стороны. Обезьяний «сторож», наблюдавший за ней, что-то гортанно

выкрикнул, и, стая с шумом заскакала по кронам деревьев, удаляясь от места,

потревоженного человеком.

Катерина спустилась, скатала ногами довольно приличную кучу орехов и чему-то, сама

себе улыбалась. Губы шепча, озвучивали приходящие в голову мысли:

– Наверняка эта куча орехов не убьет подлеца, но оглушить должна! Да мне

убийство и не нужно. Поймать бы гада, посмотреть – что он, кто он… Может поддается

дрессировке? – она снова улыбнулась…

– Через пару дней наведаюсь, авось не помрет! Вот тогда я с ним и

побеседую…

Она высмотрела на ближайшем дереве, огромный, толстый сук, нависающий над

тропой, но довольно высоко от земли. Расстелила на земле лиановую сеть, которую

срезала с чужой ловушки и сложила в нее кокосовые орехи. Завязала сеть наподобие

мешка. Получился довольно тяжелый груз, который она еле смогла оторвать от земли.

Привязав к полученному мешку один конец бечевы, другой закрепила на поясе и снова

полезла на дерево. С трудом взобралась на этот толстый сук и нашла развилку среди

ветвей этого дерева. Пропустила конец бечевы сквозь развилку и спустилась. Бечева

оказалась вполне достаточной длины. Она подготовила сторожок из сухой короткой

ветки и в точности, скопировала вся растяжку, конструкцию которой, увидела, когда ее

пытались поймать сетью.

Напрягаясь от неимоверных усилий, истекая потом от напряжения, натягивая бечеву,

подняла мешок с кокосами до самой развилки закрепила бечеву, установив сторожок.

Немного отдохнула, поморщившись от боли – кожа на ладонях местами была содрана

до крови. Удовлетворенно оглядела свою работу. Мешок точно нависал над центром

тропы. Замаскировала бечеву на тропе и хмыкнула.

– Теперь кикимора-сан, оставлю тебе наживку, – она оторвала кусочек ткани от

подола и бросила его точно на место где пролегала скрытая листьями бечева.

Катерина прислушалась

Джунгли по-прежнему, кричали и щебетали голосами птиц и зверушек.

Катя погрозила неизвестному кулаком в джунгли, подняла ветку папоротника, замела

свои следы, бросила ветку в стороне от тропы, и нырнула в кусты.

Глава 35

Вечерело.

Алекс, устанавливал лук между толстых веток куста. Он натянул тетиву лука и

закрепил ее на тонком сучке, который качался как маятник на толстой ветке. К другому

концу сучка, привязал тонкий конец свежее срезанной лианы. Аккуратно вложил в

развилку дерева стрелу и присоединил ее конец к натянутой тетиве лука. Внимательно

осмотрел свою конструкцию. Он особо не фантазировал с установкой своих

смертельных ловушек, и, в полголоса рассуждал сам с собой:

– Вероятнее всего это какой-то мужик, иностранец, профессионал

типа «зеленых беретов США», или местный абориген, ловкий и хитрый. Видимо,

он тихо выследил меня, наблюдая за моим беспечным поведением издалека, и решил

поживиться за мой счет – убрать меня, как нежелательного конкурента. Но тут уж

дудки! Закон джунглей гласит – каждый сам за себя! – Алекс криво усмехнулся,

вспомнив Акелу, из рассказа Киплинга – «Маугли».

– И ему, этому, так называемому профессиональному убийце, не нужны

свидетели. Ну, а раз так, я должен защищать себя, и необходимо вспомнить

все свои учебные, Афганские навыки защиты и нападения! Лучше нападения – как

самый эффективный способ защиты.

Алекс весело ухмыльнулся. Он отошел на некоторое расстояние и бросил на тропу

кусок толстой ветки.

Раздался щелчок, и, стрела со свистом, впилас в ствол дерева, расположенного на

другой стороне тропинки.

Алекс подошел к стволу и встал рядом. Стрела воткнулась в ствол на высоте

человеческого пояса. Он удовлетворенно улыбнулся. Осторожно раскачал стрелу, и

вынул ее из ствола дерева. Прищурился, вынул из сумки полиэтиленовую бутылочку,

отковырнул деревянную пробку, и окунул кончик стрелы, в янтарную, светлую

жидкость на дне флакона. Вернулся к луку, натянул тетиву и установил стрелу немного

выше, подложив в развилку ствола дерева, небольшой сучок.

В листьях дерева прокричала большая птица и с шумом, низко, пролетела мимо

Алекса, который возился с установкой самострела.

Алекс вздрогнул и насторожился.

Тихо. Неподалеку, по веткам проскакала стая лемуров.

Он успокоился. Посыпал тропу сухими и свежими листьями, скрывающими сторожевую

лиану. Собрал свои вещи и двинулся по тропе.

Вскоре послышался звук журчащей воды. Алекс снова насторожился. Его внимание

привлекли возбужденные крики обезьян. Он осторожно, пригнувшись, мелкими

перебежками, стал приближаться к ручью, о нахождении здесь которого, – конечно

знал. Это было место, на котором он частенько охотился, подстерегая зверье на

водопое у ручья.

Крики обезьян становились громче.

Наконец перед ним открылась вся интересная картина.

На ветках и на земле, сидела куча шимпанзе. Большой самец, что-то делал высоко

над тропой, ковыряясь в ветках и листве дерева.

Алекс замер.

Самки на земле возбужденно подпрыгивали. Неожиданно, одна самка что-то зацепила

на тропе. Длинная полоска взметнулась поперек тропинки. Раздался резкий обезьяний

крик и на тропу с шумом упал тяжелый мешок, набитый кокосовыми орехами, вместе с

визжащим обезьяним самцом.

Самки еле успели отскочить в сторону. Самец подпрыгнул от удара об землю, дико

заорал, и, вся стая с шумом скрылась в зарослях.

Алекс следил за происходящим, с раскрытым от изумления ртом.

Наконец он очнулся и вышел на тропу. Его челюсть отвисла. На земле лежала

разорванная, сплетенная им собственноручно, лиановая сеть… Орехи рассыпались и

раскатились по всей тропе. Он поднял голову , всматриваясь в листву и пробормотал:

– Очень мило! Да уж… На меня не хило охотятся! Причем моим же оружием.

Да… Серьезный видно парниша…Стоило бы познакомиться… Зря я отравой смазал

стрелы! Ну да ладно. Если он уже такой крутой, посмотрим – как выкрутиться.

Убережется – значит счастливый. Надо будет поразмышлять на досуге над чем-нибудь

похитрее. Хм… Пора возвращаться. И, укрепить жилище. Охота – охотой, но спать

тоже надо… В спокойных и безопасных условиях. А пока…

Он сделал руками неприличный сексуальный жест.

– Хрен тебе обломился с твоей ловушкой! – громко сказал, обращаясь к

джунглям.

Поднял остатки сети, рассмотрел и засунул ее в дорожную сумку. Внимательно

вгляделся в тропу. От его взгляда не ускользнуло то, что тропа и человеческие следы

на ней, были аккуратно заметены веткой папоротника, которую и обнаружил

неподалеку.

Прошел по тропе до ручья. Следов нигде не было.

– Хитрая свинья! Видимо ушел или вверх, или вниз по ручью. Ну да ладно.

Возвращаюсь….Хм…Действительно профессионал…

Он еще раз, хищно осмотрелся, и вернулся на тропу.

Глава 36

Ранняя весна расцветила Москву.

Даже самые темные переулочки и проходные дворы, выглядели более светлее и

уютнее. Свежезеленая травка, уже радостно тянула свои нежные побеги к ласковым

лучам, весеннего светила.

Рыбаки и дачники потянулись к ранним электричкам. Ощущение радости, тепла,

ожидание чего-то нового, приятного охватило москвичей в это приятное время года.

Но милиции было не до весенних красот.

Текучка, постоянные волны накатывающейся на столицу «гастрольной» преступности,

заставляли московское милицейское начальство, держать под рукой анти инфарктные

и анти инсультные препараты, но и они порой не помогали…

После того как Виктор договорился с Валентином о следующей встрече, они уже битый

час сидели в помещении клуба и нещадно дымили сигаретами. В кабинете

присутствовал сам Валентин и один из его друзей по имени Николай. Разговор тянется

медленно и неуклюже. Валентин, то и дело морщится от настырных приставаний

ментов.

– … Вы ребята зря так резко на меня наезжаете. Я регулярный плательщик

налогов… Тут вы меня не укусите. А что до телефона? Ну это местная

Разборка и вас не касается… Вычислить хочу одного сутенеришку. Разлагает гад

малолеток и заставляет подрабатывать на моей территории. А это мне не

нравится…

Виктор выдохнул клубок дыма.

– Ну и зачем, тебе…афганцу…понадобился вшивый сутенер ? Или ты фуфло

нам толкаешь ? С трудом вериться. Меня, терзают смутные сомнения ! Как-то

подозрительно Валентин, что ты такой правильный!

Олег вставил свои резонные аргументы.

– Ну допустим, мы вычислим тебе его. Что нам с того? Ну поломаешь ты ему

ноги, сделаешь инвалидом. Что проституции поубавиться в Москве? Ты лучше не гони

волну и не втирай нам очки. Давай колись – кто это, и, что тебе от него надо?

Виктор, как на перекрестном допросе, не давая «клиенту» опомниться, нагружал

сознание Валентина, дополнительными доводами.

– Ты не смотри что мы менты… Мы правильные Менты… Как клинское пиво!

Ты нам – мы тебе. Нам погоны….Тебе твое! Валентин… Пойми нас. Наши возможности

велики… Но ограничены одновременно. Что– то тебе не подвластно – это мы можем и

совершенно законно. Но иной раз, что –то и нам не подвластно…Точнее невозможно

добыть, не нарушая закон. Однако в большинстве своем, наши дела и методы, более

справедливы и оперативнее. Ты же не дурак! И, мы здесь для того, чтобы сработать с

тобой вместе и более продуктивнее. Ну что ? По рукам?

Валентин переводил взгляд, то на одного, то на другого, аккуратно стряхивая пепел в

красивую, в виде раковины, керамическую пепельницу. В его голове блуждали мысли,

которые рождали сомнения в правильности его собственных действий.

…Да не простые это мусорки. Славно гладят… Однако время уходит…Что-то у меня

не клеится. А что я собственно теряю? Я не «зек», авторитета не убудет от контакта…

А польза, может быть и не малая… Это кроме того, что быстро выйду на заказчика…

Хм-м… Надо попробовать. Что-то они мутят конечно, но лично моей особы, это не

касается. Странно все это. Да уж! Конечно ментовское прикрытие, конечно, не

помешало бы. Тут тупо было бы артачиться. Они, в общем-то, не требуют ничего

такого, что могло бы и мне и делу повредить… Надо слегка потянуть время…

Олег налег всем телом на стол, и, пыхтя частыми затяжками, продолжал:

– … Если надо мы тебе его найдем и не надо руки пачкать…Мы его сами

обработаем… Получим плюс в послужной список. Пойми, мы работаем на окладах и

процентов ниоткуда не имеем…

Валентин косо взглянул на него и саркастически хмыкнул. Олег невозмутимо

продолжал.

– Тут наш интерес – чистый карьеризм. Ну по звездочке схапаем, окладик

накинут. Того и гляди в Академию зарекомендуют. Почему бы нам не срезать «легкой

капустки» в сотрудничестве с тобой? А? – выжидательно посмотрел на Валентина.

Тот вздохнул.

– Да, уж… Мне бы надо выкинуть из моего района этого подонка… Надо бы…

В чем то вы может и правы…

Его друг, сидя на диване, настороженно слушал диалог. В кабинет вошли еще двое

накаченных парней. Олег отвалился от стола и, развернув стул в пол оборота к

вошедшим, закинул ногу на ногу. Вынул новую сигарету. Один из парней сразу

плюхнулся на диван, другой неожиданно задал вопрос:

– Босс… Какие-то проблемы ? – настороженно окинул взглядом

милиционеров.

– Нет, Василь !…Никаких проблем…Успокойся. Ребята из ментовки

хотят нам помочь. Хотят проявить правильный альтруизм. И, почти меня уломали…

Но мне, необходимо подумать…

– О-кэй босс. Мы поприсутствуем?

Валентин кивнул. Парень, осторожно, не торопясь и не спуская глаз с милиционеров,

также уселся на диван. Олег и Виктор понимающе взглянули друг на друга. Они поняли

– разговор закончен.

Встали. Виктор положил свою визитку на стол перед Валентином.

– Валентин…Ты думай конечно, но не затягивай свое размышление…

Надеюсь ты придешь к правильному решению…

Валентин взял визитку, взглянул на нее и согласно кивнул. Милиционеры направились

к двери. Оба телохранителя встали, проводя их настороженными взглядами.

Когда дверь захлопнулась за его ребятами, Валентин поглядел на Николая.

– Вот что братан. Готовься потихоньку к серьезному вояжу. Возможно за бугор.

Дам тебе возможность поиграть мускулами…

Николай кивнул и усмехнулся.

– Нет проблем босс.

Белая «волга» с проблесковым маячком, но без сирены, с трудом прорывалась, сквозь

вечернее, обычное, московское авто столпотворение.

–…Ты заметил как он хмыкнул, на твое замечание об отсутствии у нас, каких

либо процентов? – Виктор покосился на друга, не теряя контроль над дорогой.

– Ну естественно. Это и за километр видно – он не козел! Хитрый, продуманны

парниша. Думаю, что нам с ним будет трудно.

– Я наоборот…Не уверен. Хитрый, это хорошо. С болванами работать трудно!

С умными парнями легче – они нормально анализируют ситуацию и могут просчитать

последствия. Думаю – ответный звонок не за горами!

– Ты знаешь партнер…После того как нам сбагрили это дело по наколке

страховиков, меня, эта ситуация даже начала увлекать. Веришь ?

– Верю…Почему нет? Сам в захвате, – Виктор резко вывернул руль, обходя,

груженый гравием «Камаз».

– Крутнем еще раз кого надо – не проблема, – Олег снова вытянул сигарету и

нажал на кнопку прикуривателя.

– И. крутнуть тоже не проблема…Вот только нервные клетки страдают…

Давно шеф нам не вставлял фистулу…Я чувствую, как она растет в длину и толстеет.

И вообще, какого хрена мы рвем когти? Брат, мы уже не в том возрасте, чтобы рвать и

метать! Согласен?, – Виктор улыбнулся…

– Ты о чем? – Олег глубоко затянулся.

– Валим в юго-запад!

– Не понял! Что у тебя там?

– Кабак «Риони»…Джамал…Настоящее грузинское вино и второй этаж с

кабинетами….

– Почему я об этом не знаю? – Олег удивленно поднял брови.

– О сколько нам открытий чудных, готовит просвещенья дух! – Виктор

улыбнулся, – читать классику надо. Любое дело, даже тусклое и ежедневное, должно

заканчиваться оптимистично. Это и есть задел на следующий день.., А Джамал – кадр

проверенный. Для себя берег…Но чем не поступишься ради лучшего друга ?

Олег шуточно двинул Виктора под ребра кулаком. Машина резко вильнула.

– Но, но…Ватсон, Не нарывайся… Так ТВ не против ?

– Еще бы! Кто бы был против!

– А как же моральные устои ? Семья? Дети сопливые. Жена ?

Олег улыбнулся, уже предвкушая сексуальные утехи в безопасном укрытии.

– Бог прощал и нам велел… К тому же – осчастливить очередную одинокую

женщину – сам князь Владимир велел – триста наложниц было у нашего русского

предка. Надо блюсти память предков! Не так ли ?

– Ого, да ты не так прост как мне внушал шеф, когда навязывал тебя в

партнеры… Солидарен ! Даже сейчас закрою глаза и помолюсь русскому богу РА и

Ладе с Лелем!

– Но ты…Язычник! Смотри на дорогу! Давай греби в район! Смотри, сейчас

будет поворот…

– Дай телефон!…Да не служебный! Не вкурил?

– А-а…Понял!

Виктор принял из рук друга его мобильник. Пощелкал кнопками…

– …Здравствуйте. Позовите Джамала…Да. Я подожду, – он повернулся к

Олегу и подмигнул.

– …Гамарджоба батоно! Понял кто звонит?…Хм…богатый буду. Это Виктор!

…Как у тебя там дела? …Рад…Очень рад… Да вот думаю. Свободных пару часов

подвалило!…А как же! Без проблем…Обсудим и это. Я буду с другом…Через полчаса…

Конечно…Брат…Или мы не мужики? – он засмеялся, – как всегда в углу за пальмами.

О-кей! Спасибо Джамал…

Он подал телефон Олегу. Тот уже учащенно дышал.

– Ну как? Удачно?

– Как у меня может быть не удачно? Партнер? – Виктор сделал недовольную

гримасу.

Тут вдруг запищал телефон Виктора. Его глаза полезли на лоб, когда услышал кто

позвонил. Звонил Валентин.

– Что так скоро? Уже надумал?… Хм…Погоди секунду,– он прижал телефон к

бедру и буркнул Олегу.

– Прикинь, этот перец, просит нас вернуться. Просто песец…Возвращаемся?

– Давай вернемся, неспроста он это. Ну задержимся на часок. Подождут нас

Джамаловские сучки. Дело прежде всего!

Виктор сплюнул в приоткрытое окно и поднес телефон к уху.

– Хорошо. Если это очень важно и решает наши проблемы – мы едем.

«Волга» свернула на транспортную развязку и растворилась в потоке автомобилей.

На площадке перед клубом уже роилась толпа и один из качков Валентина

регулировал вход в клуб и места парковки авто.

Друзья ввалились в кабинет Валентина.

Там никого кроме него самого не было.

Валентин сидел в своей коляске и улыбался. Милиционеры плюхнулись на диван.

Олег недовольно фыркнул.

– Да ты посмотри коллега! Он улыбается. Валентин не улыбайся… Это

серьезно. Не буди в нас зверей…

Виктора также покоробила эта оскорбительная ухмылочка Валентина.

– Ты желаешь, чтобы мы оскорбились и закрыли твой бордель к чертовой

матери ? Пара звонков – и прокурор выпишет постановление о закрытии, твоем аресте

и обыске. А уж за что – поверь – сочинить нам стоит это – всего за две минуты. Ты

этого хочешь ? Например как рассадник проституции – будь уверен – сработает!

Никакие афганцы тебе не помогут брат. Уж если ты нас вскипятишь – пенкой точно

обваришься. Давай выкладывая, что так резко нас завернул.

Валентин спрятал улыбку. Подъехал к бару, вынул три стаканчика и бутыль коньяка.

Вернулся к столу. Жестом пригласил милиционеров присесть на стулья рядом. Те

нехотя поменяли дислокацию. Валентин тихо проговорил:

– Легче. Легче… парни! Что за непродуманные угрозы? Какая муха вас

укусила? Почему такая тяжелая артиллерия пущена в ход?

Коньяк зажурчал по стаканчикам.

– Остыньте парни! У меня никогда не было осложнений с МВД… Давайте все

спокойно обсудим…

Поднял стаканчик. Милиционеры также.

– За тех – кого с нами нет!, – Валентин залпом выпил.

Виктор с Олегом также сглотнули свои порции. Валентин продолжил.

– Да поймите меня правильно. Мои военные друзья, исчезают один

за другим. Я не понимаю – почему? На криминал и разборки – ничто не указывает. Это

очень странно! Сначала пропал наш общий с Алексом друг – Михаил. Вместе с его

семьей. Потом и сам Алекс исчез! Я теряю последних моих друзей !Почему? Зачем?

Кто за этим стоит? Кому это выгодно ?

Милиционеры молча переглянулись и промолчали, давая Валентину высказаться.

– Я просто бешусь от злости – какая сволочь встала на нашем пути? Почему

и зачем? Мы все постепенно исчезаем… Все кто Прошел Афган… Я согласен на

сотрудничество. Давайте ближе к делу, – он снова разлил коньяк.

Виктор решил смягчить обстановку.

– Да, Валентин мы в курсе. Нам искренне жаль твоих парней. Мы понимаем

тебя. Я даже больше скажу… Я солидарен с парнями из вашей организации и

согласен с требованиями, которые вы выставляете правительству… Тех, кто отдавал

свои жизни за интересы России в свое время, не должны быть забыты,– он полез в

карман, и, вынув листок бумаги, развернул его и подал Валентину.

– Это телефон Аркадия Гольдмана. Банкира….

Валентин взял бумажку и удивленно поднял брови. Виктор продолжил.

– Именно по той причине, что мы понимаем это, я прошу тебя,

Валентин быть правдивым с нами. Мы тут тоже, в своем роде, на фронте, защищаем

граждан от преступников… отморозков… Поэтому нуждаемся во

взаимовыгодном сотрудничестве ! Не мне, тебе лекцию читать…

Как всегда, монолог друга подхватил Олег.

– Да, мы менты… Иногда нас не любят. Может быть и правильно.

Не всегда мы можем делать, то, что желают от нас граждане. Но мы также связаны и

ты знаешь чем… Мы ограничены рамками инструкций и законов. Ты это должен

понимать Валентин …Иногда мы не можем действовать как нам хочется… Мы

снимаем свои обвинения в адрес клуба и предлагаем, тебе взаимовыгодное

сотрудничество… Поверь, это будет тебе выгодно. Мы поможем тебе найти твоего

друга!

Валентин вдруг огрызнулся.

– Ну вы мне политинформацию не читайте…Знаю я все это…

Давайте по делу. Зачем вы здесь? Кто этот Гольдман? Что за конкретные от вас

предложения?

Виктор поморщился

– Погоди не кипятись…

Валентин побагровел.

– Что конкретно? Давайте без выкрутасов! Я не девочка, мне глазки

строить…

Виктор невозмутимо продолжал:

– Доверься нам Валентин. Немного позже ты все узнаешь. Только не

тормози и давай скооперируемся в поисках! ОК? Этот Гольдман – главная фигура, в

нашем общем деле, как нам представляется. Сейчас мы немного спешим. Созвонимся

завтра…– он примиряющее поднял стаканчик.

Трое мужчин одновременно опрокинули коньяк в свои глотки.

Глава 37

Через пару дней, друзья оказались в офисе иностранной страховой компании.

Напыщенный как павлин, директор компании, назвавшийся Девидом, рассказывал им о

последних страховых выплатах клиентам, перечисляя их по памяти и давая каждому , в

основном, не лицеприятные оценки.

– Мне очень интересно знать – почему наша доблестная милиция, вдруг

заинтересовалась нашим клиентом, Гольдманом. И, поверьте – это интерес

специфический, профессиональный, – он взглянул на милиционеров, сидящих на

кожаном, роскошном диване, его персонального кабинета.

Какой ты в задницу Девид?– думал про себя Виктор, – Вася из Урюпинска, по протекции

своего дедушки из партийной верхушки, посаженый на эту лакомую должность. И

почему все мало-мальские бизнесменчики, стараются иметь сейчас еврейские имена?

Вот загадка! Тридцать лет назад – все было с точностью до наоборот…Сейчас же…

если ты не еврей – то – третий сорт. Что-то в обществе заклинило, перещелкнулось не в

ту сторону…Все долбанные политиканы – они всему виной…Начиная с банд

Горбачева, Ельцина… И даже сейчас…Вроде все устаканивается, однако с какими-то

перекосами странными, – он поднял глаза на директора.

– Ничего странного нет в нашем интересе к Гольдману. Обычная проверка,

текучка так сказать. У нас в МВД организованы новые отделы по проверки страховых

выплат, поэтому мы работаем в тесной связи с КРУ и ОБОПами. Удивляться не стоит.

Проверяем всех, кто имел выплаты более пятидесяти тысяч долларов.

Директор поджал губы и сглотнул слюну.

– Понятно…Так вот. Мне самому, последнее время, стали казаться странными

желания этого нашего крупнейшего клиента – Аркадия. Он у нас страховал и кредиты, и

новые проекты, инвестиции…Нечего сказать – удачный клиент для нашего бизнеса.

Однако…Не так давно прошла одна операция, которая внесла некоторое напряжение в

наши отношения с этим его банком и лично с ним…

Олег вскинул голову.

– А именно? По подробнее пожалуйста!

Тот протер мягкой фланелькой стекла очков, кашлянул и продолжил.

– Дело в том, что он застраховал собственную жену. Ну как сказать…

Обычное дело. Звезды эстрады страхуют свой голос, балерины ноги, страхуют детей и

родственников. Однако, сумма страховки нас удивила – это шестьсот тысяч

долларов….Сначала мы были в шоке. Но его страховая история – безупречна. К тому

же, он немедленно обещал внести первый страховой взнос…

Виктор вклинил фразу.

– А вы подключали своих детективов, для проверки этих инвестиций?

– Естественно. Наш аппарат секьюрити насчитывает 8 человек. И это

поверьте мне – профессионалы, Не взирая на то, что в большинстве своем – это

пенсионеры или отставники. Так вот…Было установлено, что банкир отправляет свою

жену по путевке на отдых…Куда бы вы думали ? – он хитро взглянул на

милиционеров…

Олег пожал плечами. Виктор улыбнулся.

– Багамы?…Гаити?…Тайланд?

Страховик, саркастически улыбнулся.

– В ЮАР! Странный выбор…Не правда ли?

Виктор вздохнул

– Согласен. Странноватый выбор.

Директор, подошел к столу, нажал кнопку телефона и поднял трубку.

– Нели…Принесите мне пожалуйста отпечатанную раскладку последних

страховых выплат…Да…По всем клиентам пожалуйста, – положил трубку и грузно

опустил свою тушу, в жалостливо заскрипевшее, мягкое кожаное кресло.

– Все бы ничего…Да вот появились некоторые пожелания нашего клиента,

которые нас еще более насторожили.

– И что же это было?

– Для нас – нонсенс. Гольдман внес весь страховой взнос полностью, а не

частями, – директор победно посмотрел на милиционеров и продолжил.

– Да…да, Полностью. Для нас – это конечно подарок судьбы. Ликвидируется

огромный объём работы. Упрощается отслеживание страховой истории.

Ничто не предвещало неприятностей. Обычное дело страхование жизни людей,

которые летают самолетами…Тем более, поверенный десятки раз, серьезный клиент.

Но, как сказал Экзюпери – «нет в мире совершенства»… Действительно произошло

неожиданное и неожидаемое никем – авиационная катастрофа именно того рейса, на

кот ором летела жена Гольдмана….

Милиционеры затаили дыхание и напряглись. Директор продолжил свой монолог.

– Естественно мы подняли на ноги весь свой детективный отдел,

организовали десяток заграничных командировок для его сотрудников…В общем, была

проделана огромная работа, по проверке случившегося. Да…Именно этот рейс

потерпел очень странную катастрофу…

Виктор выдохнул.

– В чем странность катастрофы? Можно подробнее?

Директор, щелкнул кнопкой стола. Где-то снизу появился бар, уставленный бутылками.

Он медленно, как бы о чем-то размышляя, вынул три фужера, и красивую бутылку

«Мартини»…

– Господа! Позвольте вас угостить этим нектаром…Я видите ли водки и

коньяка не пью… Для меня это резко слишком.. А вот мягкое «Мартини», очень

уважаю. Присоединяйтесь…

Милиционеры встали и взяли по бокалу.

Олег, перефразируя известного генерала из фильма «Особенности национальной

охоты», кашлянул и произнес:

– Ну…За правду!

Виктор с директором улыбнулись и глотнули янтарную жидкость. Вернулись на диван,

довольные и чмокающие от удовольствия…

Директор снова развалился в своем кресле.

– Итак…Все по порядку. Рейс компании «Аир-Франсе», имел на борту 278

человек. Направлялся, с транзитной посадкой, прямёхонько в Кейп-Таун.

Первая странность. Он был задержан на взлетной полосе еще в аэропорту в Москве.

Выяснилось – чисто по техническим причинам, да еще какого-то опоздавшего успели

подсадить. Второе… Рейс, произвел транзитную посадку для дозаправки. Пассажиров

не выпускали из транзитного терминала. Никто на транзите не подсаживался, хотя

несколько человек, с рейса сошли. Это тоже странно, но можно списать на полную

загрузку Боинга. Эта странность, дает основания предположить, что в дальнейшем на

борту сработало взрывное устройство, которое было заложено еще в Москве.

Третье. Когда оно сработало, самолет находился на половине пути, над океаном. Но, в

том то и дело, что взрыв имел недостаточную мощность и самолет от него не

разломился, а в борту образовалась дыра, в которую вывалилось два пассажира,

вместе с креслами. Пилоты, все время имели связь с диспетчерами и снизив самолет

почти до воды, благополучно довели его до острова Мадагаскар, где успешно

приземлились…Никто, кроме этих двух несчастных, не пострадал…

Виктор глотнул из фужера и выдал

– Очень загадочная история. Странностей, действительно куча. Надо будет

нам, ознакомиться с вашими отчетами…Это возможно?

– Естественно, я уже дал задание, – директор довольно усмехнулся…

« И совсем он не дурак…Это я зря на него подумал…И не важно кто он – еврей или

калмык. Важно выудить у него все» – подумал Виктор и настроился на продолжение

истории.

– Детективы «Аир-Франсе», поделились с нашими агентами, некоторой

информацией. Было установлено, что взрыв имел мощность, эквивалентную двести

грамм тротила. Однако. Взрыв произошел в средней части эконом – салона, под

креслами, находящимися у переборки. Взрывную волну, как потом установили,

погасила сама переборка и сплошное крепление кресел. Вся энергия взрыва ушла в

бортовую часть самолета и вырвала кусок корпуса, образовав только огромную дыру.

Корпус выдержал эту нагрузку и самолет удачно приземлился. Этого нельзя сказать о

пассажирах, которые пострадали. Они или погибли, покалечены и все равно разбились

бы от удара об воду. Он них ничего неизвестно…

Но вот и четвертая странность. Оба они – россияне…. Жена Гольдмана – Екатерина, и

опоздавший в Москве пассажир – Алексей Воронов…

Милиционеры как по команде выдохнули воздух одновременно… Виктор полез за

сигаретами в карман. Директор насторожился…

– Господа, я конечно извиняюсь…У меня аллергия на курево…Можно

попросить вас не курить ?

– Конечно, конечно, – Виктор поспешно спрятал пачку.

– Спасибо…Я продолжу…Итак, по инициативе правительств нескольких стран,

а именно, России, Франции и ЮАР, были организованы поиски пропавших. Конечно

французы были заинтересованы более всего, чтобы не выплачивать страховок,

родственникам пострадавших. Юаровцы – потому, как рейс был их. Ну а наши, сами

знаете почему. Однако. Поиски продлились всего шесть дней. Не привели ни к чему.

Авиация прочесала район от места катастрофы до побережья. Ничего не нашли.

Фактически это было сделано формально. Дабы успокоить общественное мнение.

Олег ехидно пробормотал.

– Я предполагаю…Как наши заботились и искали… Тут же бабло надо

платить, – брезгливо поморщился. Директор согласно кивнул и продолжил.

– Наконец пятая странность. Никто о претензиях от родственников Алексея,

не заявил. Мы проверили. Оказалось, что у него их нет. Он – сирота. Заявил,

естественно только Гольдман….Мы отсрочили начало страховых выплат. Насколько это

было возможно, ссылаясь на необходимость проверок…Тот не возражал, но как

показалось мне при последнем разговоре, – заметно нервничал. Я списал это на

потерю жены и горе…И…тут неожиданно, – директор сделал эффектную паузу…

У Виктора по спине пробежала волна мурашек.

– …Гольдман делает новое неожиданное заявление.

– Ну…Не томите душу Девид, – проворчал Виктор.

– …Да…Так вот…Гольдман предложил нам, через свои счета, часть

страховой суммы, перечислить на одного риелтера, за покупку виллы. Сослался на

нервное потрясение и желание успокоиться на новом месте, морского побережья…

Странноватая просьба…Но не противоречащая закону. Нам абсолютно все равно как и

куда перечислять, лишь бы было соответствующее заявление клиента. Его желание,

если нет нарушений – почти для нас – закон. Нарушений мы не обнаружили никаких, до

сих пор. Платежи были проведены. На имя его секретарши. И , ваше появление здесь,

интерес к Гольдману – для нас неожиданность.

Виктор насторожился.

– На имя секретарши ?

– Да…Но в этом нет ни какой странности. Перечисление может быть на

любое имя, по заявлению клиента – хоть на товарища «пупкина»

– Ну это для вас нет странности. Для нас она существует.

Директор удивленно поднял брови и поставил фужер на стол. Виктор решил не

вдаваться в подробности, То что они хот ели – они узнали.

– У нас есть некоторые сомнения, которые мы проверим по своим каналам. А

сейчас, я бы хотел ознакомиться с результатами ваших расследований и отчетами. Не

возражаете?

Директор снова поднял трубку, и более раздраженным голосом сказал

– Нели…Отчеты я просил…Конечно…Да вот еще…Попроси начальника

секьюрити, принести выводы расследований по компании «Аир-Франсе»…Да…Именно

в печатном варианте…Естественно копии. Немедленно.

Возникла тяжелая пауза. Через минуту раздался стук в дверь и на разрешение

директора, вошла хрупкая испуганная девушка, неся в руках пачку бумаг.

Робко положила ее на край стола и быстро застучала каблучками к двери.

Виктор, немного поразмышляв, задал еще один вопрос.

– Девид, А куда ушла оставшаяся часть страховки? На его личный счет ?

Страховик недовольно поморщился.

– Нет…На счет неизвестной компании из ЮАР…Я уже объяснял…Желание

клиента…

Виктор перебил

– Понятно…Понятно…Не волнуйтесь…Мы все сами уточним из ваших же

отчетов.

В кабинет снова постучали, и, та же испуганная девушка, доложила кучу бумаг на

ранее принесенную пачку. Директор недовольно буркнул.

– Спасибо Нели, – и сурово проследил за закрывшейся дверью, – Здесь

полные отчеты по выплатам и секьюрити. Надеюсь, я вас удовлетворил.

– Вполне, – милиционеры встали, поставили фужеры на стол и Олег загреб

всю кучу бумаг, сунув ее в дипломат.– Спасибо, вы нам очень помогли.

Директор вяло пожал их руки и друзья с облегчением, удалились.

Выйдя на улицу, Виктор вынул мобильный телефон и набрал номер.

– Валентин? Здравствуйте. Это Виктор…Хорошо….Один вопрос…Да…

Не мог бы ли ты, послать одного из своих костоломов, но умного, желательно Ника в

ЮАР?…Да, он нам понравился с первого взгляда…И по глазам видно, ты только

подтвердил…Естественно за твой счет…Хм…Конечно…Естественно с прикрытием и

обеспечением… Хорошо…Сейчас приедем и все обсудим. О-кей?

Выключил и сунул телефон в карман.

– Погнали в клуб!

«Волга», взвизгнув шинами, выскочила на шоссе.

Глава 38

Южноафриканское солнце разогрело бетон аэропорта Кейп-Тауна так сильно,

что поплавились швы между бетонными плитами, и, специальный шовный битум,

превратился с липкую массу, похожую на обычную черную смолу, которой мостят

дороги наши российские дорожники. Новейшие ультразвуковые излучатели,

отгоняющие птиц, от нагрева работали с перебоями, все время заставляли

технические службы метаться из конца к в конец аэролпорта, что-то регулируя

исправляя и заменяя. Окружавшие ограду, редкие, чахлые деревца, почти засохли от

нехватки влаги и заботы от человека.

Но сам аэропорт – работал исправно и без перебоев.

По трапу одного из «Боингов», прилетевших из Европы, спускался молодой, крепкий

блондин, в идеально сидящем на нем, строгом костюме. В руках он держал только

черный дипломат. Мужчина, остановился перед дверьми пассажирского перевозчика,

вынул из нагрудного кармана темные очки и водрузил их на свою переносицу. Он ничем

не отличался от массы клерков или мелких офисных работников, кичащихся тем, что

они выглядят крутыми бизнесменами и привлекают взгляды окружающих их людей.

Николай, это был он, легкой походкой направился в грузовой терминал, чтобы

получить свой элегантный пластиковый чемодан. Без проблем, получив штамп в

паспорт от пограничного и таможенного контроля, он оказался в зале получения

багажа.

Ник стоял возле медленно ползущей ленты багажного транспортера, вспоминая

инструктаж, который ему проводили специалисты МВД и, после них, технические

специалисты ФСБ России.

Ему даже льстило то, что за две недели, он превратился в некое подобие Джеймса

Бонда, впитав все то, что спецорганы вложили в него за столь короткое время. Конечно,

та спортивная и боевая подготовка, которую он прошел в рядах Российской морской

пехоты, помогла и очень даже крепко. Инструкторы удивлялись, когда он на ходу,

схватывать технику, тех или иных, ему не известных до селе, боевых приемов борьбы

и убийства людей. Упражнения в стрельбе из израильского «узи», только отточили его

мастерство. После окончания этих курсов, полковник ГРУ России, пообещал ему

вступление в одно из его элитных боевых подразделений на правах контрактника.

Конечно при условии, если он вернется живым… Пришлось обновить и примитивное

знание английского. Но это уже в прошлом, а сейчас…

Из пасти грузового терминала медленно выполз его чемодан.

– Я могу вам чем-то помочь, – широкая улыбка совершенно черного

аэропортного стюарда, чуть не ослепила Ника, сверканием белоснежных зубов.

– Спасибо, не нуждаюсь.

Стюарт обиженно покатил тележку к следующему пассажиру. Ник весело подхватил

чемодан свободной рукой и двинулся к выходу в зал. На выходе, внимательно окинул

встречающую толпу. Среди обнимающихся и целующихся, сиротливо стояли, два

скромно одетых человека, негр и белый. Более высокий белый, держал в руках

табличку с надписью по-русски, «Николай». Ник смело направился к ним. Его заметили

и лица встречающих расплылись в улыбках.

– Здравствуйте…Вы Николай?

– Вы угадали. Из Москвы.

– Очень приятно, Мое имя Дейв… Можно Дима. Мой дед русский

эмигрант…Жил здесь…Это Том… Мы из Интерпола. Нас попросили вас встретить и

обслужить….Прошу в машину, сэр…

– О…Дима, ваш русский не так уж плох…. А девушки русские здесь есть?

– В Греции – все есть!

У Ника отвисла челюсть.

– Вы смотрели Райкина?

– Да…Моему деду, приятели, кто бывал в России, иногда привозили

видеокассеты. Я очень люблю русский юмор. Наверное гены играют. Прошу в авто, – он

открыл дверь «лексуса».

Ник отдал чемодан черному агенту, тот кинул его в багажник и автомобиль выехал с

территории аэропорта. По пути в центр города, Нику объяснили некоторые правила

общественного поведения в ЮАР, дабы не возникло конфликтов с чернокожим

населением – страна, относительно недавно, освободилась от колониализма.

Автомобиль подкатил к шикарному отелю «Хилтон».

Дейв, кивнул Тому и тот нажал кнопку открытия багажника. Достав свой багаж, Ник с

помощью белого коллеги, оказался в холле, и, присел на предложенный агентом

диван. Краем глаза, заметил, как их автомобиль отъехал от входа в отель.

– Сэр. Секунду внимания…Здесь вам заказан и оплачен номер 637. И полный

сервис. Вот ключ. Наша услуга, на этом закончена… Далее вы найдете все

инструкции сами… Если что-то не будет понятно, прошу позвонить по этим телефонам,

– он подал Нику визитную карточку. Ник сунул ее между страниц своей записной книжки.

К ним подошел отельный стюард. Дейв приказал ему забрать багаж и поднять его в

указанный номер. Поднялся.

– Желаю вам удачи коллега! Я вынужден откланяться!

Он крепко пожал руку русскому коллеге и быстро зашагал к выходу.

Ник поднялся в номер. Багаж уже стоял посреди одноместного, шикарного номера.

Окинув номер взглядом, Ник неожиданно почувствовал утомленность, и устало присел

на кровать. Достал из кармана пиджака записную книжечку. Только хотел набрать

нужный номер, как в дверь постучали.

– Да , войдите, – он спрятал книжечку обратно в карман.

Вошла симпатичная, молодая, черная горничная. Вкатила столик на колесиках,

уставленный бутылками со спиртным и фруктами. Обворожительно улыбнулась и

извиняющимся, томным голосом проворковала.

– Сэр. Очень приятно видеть туриста из России. Прошу прощения за мою

оплошность. Я должна добавить в холодильник и бар некоторые напитки и фрукты, Я

надеюсь вы не возражаете? Простите меня, я просто не успела это сделать…

Пока Ник переваривал сказанное, она шустро напихала холодильник продуктами и

спиртным, убрав оттуда пустую тару. До Ника, наконец, дошел смысл сказанного и он,

насколько смог, придал обворожительность своей улыбке

– О, леди! Неужели девушки в ЮАР все такие красивые?

– Меня зовут Кристина. Я обслуживаю этот этаж отеля…

Ник мигом сориентировался.

– Мое имя Абдулла …. Кристина! Я так устал, и, желал бы расслабиться,

вместе с вами, в ресторане вашего отеля. Вы не против?

– Русские все такие активные?

– О нет! Только я, и только с вами! Так вы как? Согласны?

– К сожалению, я дежурю сегодня. Частные контакты с клиентами во время

дежурства запрещены. Но вот завтра – я свободна…

– О-кей. Завтра…Где тут можно посидеть спокойно наедине?

– Тут недалеко, есть маленький уютный ресторанчик в центре на Цветочной

Аллее. Там очень тихо и приятно…

– Нет проблем. Я найду его, и мы прекрасно проведем вечер…

Горничная кокетливо улыбнулась, и, грациозно покачивая бедрами, удалилась из

номера.

Ник усмехнулся. Он никогда еще не крутил любовь с негритянками. Её формы, до такой

степени были округлы, пропорциональны и выразительны, что у него стали

предательски топорщиться брюки. Он мотнул головой, стряхивая эротические мысли и

снова уселся перед телефоном.

Трубку подняли почти мгновенно. Приятный мужской баритон, не представляясь и не

здороваясь, размеренно и четко выговаривая русские слова, сообщил – в его номере,

на полке в шкафу лежит ключ от камеры хранения № 82 на центральном автовокзале

города. Ник торопливо , почти заорал в трубку.

– Алло? Алло. Как ваше имя?

Трубка ответила:

– Это Леон, Я вас слушаю…

– Можно более детально и как туда проехать?

– Кейс с инструментом и инструкциями на русском, на центральном

автовокзале, камера номер 82.Ключ в вашем номере, в шкафу на полке. Проехать на

такси. Желаю успеха! – в ухе Ника зазвучали гудки отключения.

Ник положил трубку.

– Круто однако….Четко и ясно…Интерпол, его мать!

Он, принял душ, переоделся в более легкую одежду, соответствующую погоде и

спустился в ресторан. Метродотель, молча, терпеливо его выслушал и попросил

показать номерок на ключе. Ник удивленно показал. Метродотель улыбнулся, щелкнул

пальцем и что-то быстро скомандовал подбежавшему официанту.

– Не волнуйтесь сэр. Вас сейчас немедленно обслужат. Все оплачено.

Спасибо! – он величественно удалился.

Через несколько минут, на столе оказался обильный обед, небольшая бутылка водки и

горка хлеба в специальной корзиночке. Ник счастливо ухмыльнулся, и принялся

усердно поглощать всю эту вкуснятину.

Через полчаса, он, сыто икая, распластавшись, лежал на тахте в номере, и , крутил

перед глазами забранный с полки ключ, составляя в голове, необходимый план

действий.

Глава 39.

Катерина, четвертый день таскала пласты глины со склона горы и укладывала

их возле водопада. Наступившая жара, рои плодящихся с неимоверной быстротой

москитов, уже стали «доставать» ее. Редкие тропические ливни, мало помогали. Земля

даже не пропитывалась на десяток сантиметров. Через день – два снова была как

камень. Катя спасалась частыми купаниями или на берегу, или стоя под водопадом. Но

под водопадом, водя была слишком ледяная. Морская – не давала той доли свежести

телу и после частых купаний, надо было смывать соль с тела, что ей не совсем

нравилось.

Сначала она потратила на изготовление специального ветряка, наподобие офисных

потолочных вентиляторов почти месяц. Это был ее «шедевр». Специальное колесо,

сплетенное из лозы, тонких лиан и насаженное на вал из толстой лианы, крутилось под

водопадным ливнем наподобие мельничного водяного колеса. Она долго ломала

голову, как сделать опоры для него, и, в конце концов, придумала конструкцию из

глины и шкур диких свинушек, служащих подшипниками этого водяного мотора.

Закрепив целую цепочку таких подшипников на толстых кольях, и пропустив через них

гибкие лианы толщиной в руку, она вывела этот длинный вал прямо на крышу навеса.

Большая половина найденной проволоки и обрывков капрона, ушло на соединения

вала колеса и лиан, выполняющих функцию передаточного вала. Чем были хороши

лианы – они были гибки и очень медленно высыхали. За два месяца работы этого

ветряка, катя заменила только одну запчасть – кусок лианы, соединяющий прямой вал

и входящий под прямым углом в крышу навеса. Под потолком этого навеса, несколько

пальмовых листьев, привязанных к крутящемуся куску лианы, выполняли роль

вентилятора. Здесь уже стояла просторная «тахта», небольшой столик, зеркало –

плоская ванночка, наполненная водой.

Катерина часто отдыхала днем от солнечного зноя, под таким собственноручным

вентилятором. Конструкция работала со скрипом и частыми поломками, но – работала.

Однако, все равно – чего-то не доставало, пока она не поняла чего – маленького

бассейна или большой ванны, в которой, ледяная вода водопада, могла бы достаточно

прогреваться под солнцем. Продумав конструкцию бассейна она именно этим и

занималась последние дни.

На охоту за «японцем» выходила только раз в неделю, и то только для установки новых

ловушек. При проверке старых, обнаружилось – в большинстве своем они были

разрушены обезьянами. Ей пришлось ломать голову и над новыми конструкциями.

Хорошо помогала «лагуна мусора», куда она стала частенько наведываться, подбирая,

выброшенный на берег стремительным течением, новый, полезный мусор.

Укладывая глину в правильной формы, неглубокую овальную яму, она как всегда, в

полголоса разговаривала сама с собой.

– …Ну и что? Не удалось поймать шимпанзенка, найдем другую живность.

Робинзон говорил с попугаем…Я что? Хуже? Приручу свинку. Папа говорил, что

свиньи очень сообразительные и привязчивые… Научусь хрюкать по свиному…

Пообщаемся…Или сделаю запруду на берегу, создам аквариум и буду общаться с

рыбками, – она хихикнула, вспомнив, что рыбы не говорят. – Вот если бы с дельфинами

подружиться! Это была бы фишка! Они все время далеко…Надо будет попробовать

набить острогой рыбы и попытаться их привлечь…А что еще едят дельфины ? Хм…

Только рыбу… Точно. Немедленно надо заняться, а то – так и с ума сойти можно.

Поймается или нет «мой охотник» – не известно. Он сам уже понял, что я за ним

начала охоту. Это было видно по последним ловушкам. Значит…Должен остерегаться

заходить на эту половину…Поделом ему! Я ему сотворю еще пару сюрпризов, зараза

такая!

Она уже заканчивала, укрепляя глиной, канавки ввода и отвода воды. Оставшийся

вечер пятого дня, ушел на добычу пропитания и изготовление и обжиг специальных

глиняных клапанов, впускавших и выпускавших воду из импровизированного бассейна.

Испытание бассейна, она назначила, как выяснилось из наскального календаря, снова

на пятницу. Зачеркивая черточкой очередную пятидневку, катя улыбалась.

– Да… Я действительно как Пятница у Робинзона. Только женщина… Странные

стечения обстоятельств….Катастрофа в пятницу, да еще тринадцатого…Чуть не унесло

течением в океан – тоже в пятницу…Первую свинку, подстрелила из лука – в пятницу, и

тут, испытание бассейна…Ну хоть это приятное событие… Надо помолиться солнцу, за

дарение мне этого счастья общения с природой, здоровья и развитие моих

собственных мозгов… Ну уж если поймаю «япошку», постараюсь приручить и сделаю

его Робинзоном…Хм…Хорошо…Только господином буду я ! – Катерина захохотала и

подкинула веток в очаг… Налила в стаканчик своего веселящего коктейля, проглотила,

и с удовольствием растянулась под навесом, голышом на тахте, под работающим

опахалом.

Проснулась она поздновато. Солнце уже поднималось к зениту. Привела себя

в порядок, окунулась под душ водопада и впустила воду в бассейн. С наслаждением

наблюдала, как кристально чистая водя, сверкающим, веселым ручейком , заполняла

пространство ее конструкции. Дождавшись пока вода достигла краев, проверила –

затворы держали воду надежно.

Взглянула на солнце, помахала благодарно ему ладошкой, взяла необходимые

охотничьи снасти, и направилась к берегу. Здесь она уже знала, где кучкуются стаи

рыб, которых она научилась прикармливать со своего «царского» стола объедками от

черепашьих яиц и мясных блюд.

Через полчаса, специальная удлиненной формы корзинка, наполнилась набитой

острогой рыбой. Катерина подкрепилась кусочком сушеного мяса, полностью разделась

и вместе с корзинкой, вошла в ласковые волны.

Дельфины прыгали довольно далеко от берега.

Толкая корзинку перед собой. Она медленно плыла, часто отдыхая, распластавшись на

почти идеальной штилевой поверхности воды океана.

Наконец ее барахтанье привлекло внимание животных. Стая мгновенно очутилась

возле нее. Дельфины кружили вокруг, словно предлагая поиграть то и дело,

выпрыгивая из воды и обдавая Катерину каскадами брызг.

Она смеялась и разбрасывала рыбу вокруг себя. Один крупный дельфин осмелел на

столько, что осторожно взял рыбу прямо у нее из рук. Катерине удалось его даже

погладить по скользкой, бархатной коже. Дельфин издал резкий свистящий звук,

нырнул и в ту же секунду, перепрыгнул через Катерину , сделав сальто в воздухе.

Катя в восторге закричала.

– Молодец…Сэм…Молодец!– бросила ему большую рыбину.

Дельфин тут же её подхватил. Вся стая, кружила вокруг неё, проплывая почти

вплотную. Катя то и дело гладила руками то одного, то другого дельфина, что им как ей

казалось очень нравилось. Почему она назвала дельфина Сэмом, так сама и не

поняла. В последствии, она думала над этим, и пришла к выводу – это ее мозг так

сработал, вытащив из закоулков памяти, имя одного из ковбоев любимого писателя –

Марка Твена.

Этот дельфин сопровождал ее до самого берега. Она все время кидала ему из

корзинки остатки рыбы, выкрикивая

– Сэм, Молодец, Сэм…Лови рыбку Сэм…Плыви за мной Сэм…

Уже стоя по колено в воде, она вложила ему в пасть последнюю рыбешку и погладила

по голове. Дельфин фыркнул и исчез в лазурной голубизне. Катя подняла руку к

глазам, наблюдая за поверхностью воды.

Её Сэм, выскочил из воды в высоком прыжке, сделал оборот вокруг своего тела,

поднял каскад воды и помчался к своим родичам.

После этой встречи, Катерина решила в свободные вечера выходить на берег и

подкармливать Сэма. Она была уверена, дельфин ее не забудет – его стая паслась

всегда на виду.

После этой встречи, катя быстренько сходила в «мусорную лагуны» и к своему

удовольствию, нашла большую пластиковую бутыль и разные полезные вещи. Особую

радость доставил моток спутанных рыбацких сетей – из которого она могла наделать

множество прекрасных капроновых веревок.

Вернувшись в «стойбище», поужинала, приняла для храбрости, чашечку коктейля, и,

осторожно попробовала пальцем ноги – воду в бассейне. Вода была – как парное

молоко. Катерина с восторгом окунула все тело в бассейн и застыла в блаженстве,

впитывая в себя всю природную силу этой горной, ключевой воды. Вода, за полдня

прекрасно прогрелась, отдавая свою неиссякаемую энергию человеческому телу,

которое жило с ней на этом кусочке суши, в полной гармонии и понимании.

Отдохнув в этой благодатной ванне, Катя вернулась в пещеру и тут же, почти

мгновенно уснула крепким, приносящим здоровье сном.

Глава 40.

На следующий день, она решила проверить – как сработали ее последние

ловушки. В своей части острова, недалеко от берега, она выставляла силки, рыла ямы,

настраивала самострелы и устраивала иные ловушки для дичи. Именно от них –

Катерина питалась. Спец-ловушки, она поставила на границе своей половины острова,

там, где протекал быстрый ручей. Эта область, как бы оказалась той территорией, на

которой происходила схватка двух, никогда здесь, не видевших друг друга человека. И

каждый, опасался заходить на чужую территорию, предпочитая ставить «капканы», на

этой, нейтральной полосе джунглей.

Она осторожно пробиралась по еле заметной звериной тропе, то и дело проверяя ее,

или те места, которые казались ей подозрительными.

Сама природа, жила иной, далекой от человеческих страданий жизнью. Благоухание и

красота тропических цветов, разноцветье мелькавших мотыльков и бабочек, огромные

красивые, раскидистые лапы папоротников, яркое оперение поющих птиц, радуги над

падающими струями многочисленных водопадов – то и дело отвлекали внимание

Катерины.

Остров, как бы являлся неиссякаемым источником пресной воды. Множество бивших

из под земли холодных и кристально чистых ключей, создавали ручейки, которые по

неведомым путям и причинам, сливались в небольшие речушки, впадающие по всему

побережью в океан. Поэтому, берега острова, напоминали накусанный со всех сторон,

кусочек хлеба – так много было здесь заливов и заливчиков, созданных именно этими

бесчисленными ручейками и речушками.

Настроение Катерины было приподнятое и бодрое. Она была готова в любую минуту – к

любой опасности и схватке.

Как всегда, как было много раз прежде, впереди, заросли раздвинулись. Над тропой

нависали кроны высоких, еле пропускавших солнце, деревьев. Какое из них было

опасным – понять было трудно. Катя медленно вытащила из –за спины новое оружие –

«бичь». Короткая, деревянная рукоятка – и длинный хлыст, из сплетенных капроновых

веревок, перетянутых эластичными жилами животных. На конце хлыста, были

привязаны в виде метелки несколько заточенных из проволоки крючков. Это было –

страшное оружие в ближнем бою. Она опробовала его на шкуре кабана, растянутой на

развилке дерева. После нескольких тренировочных ударов – шкура превратилась в

жалкие лохмотья. Свою технику обращения с этим хлыстом, Катя довела до

совершенства, сбивая кончиком хлыста, кокосы, установленные на кольях, на

расстоянии в десяток метров.

Она коротко размахнулась, и, раздался сухой щелчок по поверхности тропинки.

Моментально, с двух сторон от тропы сработали самострелы, и стрелы со свистом,

исчезли в джунглях, по обе стороны от тропинки.

Катерина усмехнулась.

– Однако не мудрствовал лукаво – ты япошка! Задолбал уже своими

самострелами, – она скрутила хлыст в аркан, и, засунув за спину в сумку, ступила на

тропу, намереваясь найти сторожевую бечеву.

Это была её ошибка.

Моментально, вокруг ее ноги затянулась петля и рванула ее вверх. Катерина повисла

вверх ногами, в двух метрах от земли, барахтаясь и дергаясь, как паучок, повисший на

своей паутинке. Лиановая петля затянулась вокруг одной ноги, и, Катерина от

неожиданности и рывка, на мгновение потеряла сознание. Когда открыла глаза –

солнце било острыми лучами сквозь крону, прямо ей в зрачки. Она зажмурилась,

беспомощно дергаясь на лиане, закрепленной, где-то высоко в кроне дерева. Сумка

слетела с плеча и валялась на тропе, вместе с ее хлыстом. Только верный мачете,

болтался на поясе, неприятно стуча, своим футляром, ей по груди.

Она застонала и сделала попытку дотянуться до петли на ноге.

Не то-то было.

Ничего с первого раза не вышло. Кровь приливала к голове, и, в висках все

настойчивее стали пульсировать набухшие от крови вены. У Кати, на глаза,

навернулись слезы от бессилия. Она дергалась и ругалась, пытаясь достать петлю.

Наконец ей удалось ухватиться за стопу ноги левой рукой, и ее тело задрожало от

страшного напряжения. Правой, она еле смогла вытянуть мачете из ножен, и,

последним неимоверным усилием – рубанула по лиане, немного выше петли.

Грохнулась на спину и застонала.

Сумка, на которую она упала, слегка смягчила удар.

Медленно поднялась, Её лицо пунцово пылало от ненависти, бессилия и злобы. Губы

извергали потоки ругательств.

– Ах ты недоносок! Кусок японского дерьма! Подловил все-таки сволочь…

Зря я тебя не дооценила. Азиатская дрянь! Сивый мерин! Паскуда…Ну погоди! Тварь!

Тело била мелкая дрожь и зубы лязгали – то ли от ненависти, то ли от пережитого

стресса.

Мало, помалу, она стала успокаиваться. Вынула хлыст из сумки, и с остервенением

отстегала всю тропу вокруг себя. Ничего больше не сработало.

Облазила все джунгли, вокруг места установки этой ловушки. Собрала в кучу все

приспособления и «навороты», неведомого охотника. Настроение улучшилось, но

желание, продолжать проверку своих ловушек – совсем отпало. Кроме того, она

увидела некоторые оригинальные конструктивные элементы, в устройстве этой

ловушки, которые очень обрадовали ее, как все неведомое и новое, постигаемое

ребенком, когда он ломает из-за любопытства, новую игрушку.

В приподнятом настроении, пустилась в обратный путь.

Она вышла в район установки своих обычных ловушек и с удовлетворением выволокла

из одной ямы, довольно крупную, попавшую в нее свинью. Уже на берегу, устав от груза

на ее плечах, она разделала тушу по всем правилам. Аккуратно расфасовала мясо и

полезные внутренности по пакетам из пальмовых листьев, скрутила лианами все

пакеты в один большой, и решила искупаться.

Катя всегда купалась полностью голая и получала от этого неслыханное удовольствие.

Она стояла по колено в воде, смывая кровь с рук и тела. Когда тело очистилось, Катя

вскинула руки к солнцу и закричала в восторге.

– О солнце! О всемогущий РА! Да будешь ты, светить всегда и везде во-веки

веков! О Сэм, где же ты? Я хочу с тобой поиграть!– Катя кинулась в изумрудные

волны…

Она лежала на воде, недалеко от берега, раскинув руки и наслаждаясь получаемым

блаженством. Было безветренно, и поверхность океана колыхалась спокойно и

умиротворяюще.

Слух Катерины привлек всплеск. Она встрепенулась и огляделась…

– Сэм? Это ты?

Неожиданно, недалеко от нее, воду стремительно разрезал треугольный, не похожий

на дельфиний, плавник. Катерина похолодела…По телу пробежала волна

предательской дрожи…

– Акула…И не одна…О боже! Спаси и сохрани. Это кровь…Я привлекла их

кровью – какая дура! Неужели конец. Она набрала полные легкие воздуха и над

поверхностью океана, прокатился истерический, полный смертельной опасности

женский крик.

– Сэм! Помоги мне Сэм…Где ты Сэм!!!

Больше инстинктивно, чем, что-либо соображая, она стала грести руками к берегу,

ежесекундно ожидая раздирающую сердце боль, он нападения акулы. Два раза, что-то

шершавое скользнуло по ее ногам. Берег был еще довольно далеко. Катерина,

захлебываясь рыданиями, слезами и морской водой, кашляя, у же в бессилии хрипела.

– Сэм…Помоги…Милый Сэм …Где же ты? Сэм…

Вода вокруг нее неожиданно вскипела. Среди фонтанов брызг, в воздух взлетело тело

крупной акулы. Катерина судорожно гребя руками нырнула и открыла глаза. Вокруг нее

творилось не вообразимое.

Стремительное тело дельфина, врезалось в акул, вспарывая носом их тела и

выбрасывая их над поверхностью воды. Одну акулу, разорванную почти пополам,

рвали на куски сородичи, которых в свою очередь, одну за другой, таранил своим

твердым носом её Сэм. Он метался среди этой хищной своры как вепрь, не подпуская к

Катерине ни одной хищной твари. На раненых акул, тут же нападали сородичи, и это

побоище привлекло еще больше акул неизвестно, откуда взявшихся. Тело дельфина

было поранено в нескольких местах, но дельфин, как бы не ощущал этого. Вода вокруг

Катерины, приняла красноватый оттенок. Катя, почти выбившись из сил, на

четвереньках выползла из воды и оглянулась.

Сам Сэм то и дело выпрыгивал из воды, и что-то верещал по-своему и щелкал

челюстью. Катя вдруг заметила, что целая стая дельфинов, выпрыгивая из воды,

несется на помощь к её Сэму, оставляя за собой длинные пенистые буруны.

Водяная битва возникла с новой неимоверной силой, возле самого берега, укрыв

поверхность воды белесой, кроваво красной пеной.

Катя, широко раскрыв глаза от ужаса, с замиранием сердца наблюдала это кровавое

побоище. Даже птицы почему-то притихли в кустах береговых джунглей.

Происходило нечто совершенно невообразимое. Акула взлетала в воздух,

подброшенная неведомой силой, и в ту же секунду, когда её тело, на долю секунды

замирало в воздухе, чтобы рухнуть в воду, стремительной стрелой за ней выпрыгивал

дельфин, вспарывая носом её белое, нежное брюхо. В воду падали оба морских

животных, и было не понятно, кто из них остался живой. Вода бурлила и кипела…

Прыжки дельфинов перемешались с взлетами акул, и, порой было непонятно, кто в

этой свалке охотник, а кто – жертва.…

Катерина, не помня сама себя, заламывая руки, металась вдоль берега, истерично

крича и призывая Сэма. Потоки слез и заливали глаза и не давали увидеть, что

происходит на самом деле. Она упала на колени возле воды, и, ее тело задрожало в

приступе истерических рыданий.

Поверхность океана, стала постепенно успокаиваться…

Катерина подняла совершенно заплывшее от слез лицо и вгляделась в волны. Из воды,

не далеко от берега, словно очищаясь от неведомой грязи, один за другим из воды

парами выпрыгивали только дельфины. Их было довольно много. Катерина, не помня

себя, вскочила, пробежала по берегу подальше от красной, пенной воды, и бросилась

в волны. Она не успела даже отплыть, когда перед ее лицом, вынырнула довольная

мордочка ее Сэма. Дельфин защелкал зубами и откинулся на спину.

Катерина стояла на песке, почти по шею в воде, счастливо улыбаясь и вытирая руками

собственное лицо. Дельфин снова вынырнул, почти во всю свою длину, и, стоя на воде,

усиленно работая хвостом, стал вращаться словно танцуя. Из его ран сочилась кровь,

но животное танцевало, давая понять человеку – как оно радо, что жизнь продолжается

и он – дельфин, и она – человек, оба – единые дети, Матери Земли!

Вокруг восторженно запрыгали сородичи Сэма.

Вместе с ним, они сделали «почетный круг» вокруг Кати и вся стая, стала удаляться в

океан.

Катя, хлюпая носом, глотая судорожные, то и дело возникающие комки в горле, долго

махала рукой вслед этим удивительным животным.

Глава 41

Сидя на пригорке перед ручьем, Алекс внимательно рассматривал джунгли и

подходы звериной тропы к ручью. Заросли скрывали его тело, которое было покрыто

боевой раскраской «А ля – Рембо». Он охотился, выставляя свои ловушки, и пытался

выследить охотника, за ним самим.

Пока у ручья, кроме выводка кабанов, никто не появлялся. Это была та территория,

вокруг которой, то разгорались, то затухали, «военные события».

От длительного сиденья у Алекса затекли ноги. От москитов не спасала даже,

специальная вонючая жидкость, которую Алекс добывал из сока папоротника. Видимо,

смешиваясь с его потом, она, со временем, теряла свои отпугивающие свойства и

Алексу ужасно хотелось окунуться в собственный бассейн, или, по крайней мере в

океан.

Солнце уже давно перевалило за полдень. В джунглях началась сиеста – зверье

попритихло. Вот насекомые наоборот – как «озверели».

Алекс с интересом наблюдал, как воюют красные муравьи с черными. Красные были

больше по размеру и агрессивнее. Черные мельче – но их больше. Они пытались

отбить нашествие красных, на свой муравейник. Вся эта насекомая возня, происходила

в паре метров от Алекса, и, развлекала его до тех пор, пока, муравьиная война не

расширила свою территорию и в их поле битвы, не попало его тело.

Мураши, все настойчивее проникали по ногам и сквозь одежду, в его интимные зоны и

ожесточенно кусались. Особенно много было черных, которые видимо, приняли его за

«матку» красных и решили ее сожрать.

Сначала Алекс смахивал их с тела, но потом понял – все время чесаться и шарить под

одеждой руками – это не дело. Он еще раз внимательно осмотрелся и решил выйти к

ручью – смыть с себя этих назойливых тварей.

Аккуратно раздвинул заросли и ступил на склон пригорка…

Его ноги неожиданно по щиколотку провалились в какую-то липкую жижу, и он,

потеряв равновесие, не в силах вырвать ноги из этой жижи, со всего маху грохнулся на

склон. Заорав от боли при падении, схватился за близ лежащие ветки кустов и напряг

тело, чтобы вырвать ноги из липкой ловушки. Не тут-то было!

Над ручьем пронесся яростный, отборный русским мат, распугивая птиц на деревьях и

зверушек, направлявшихся на водопой.

Его руки немедленно попали в проволочные петли, которые больно затянулись на

запястьях. Поняв, что попался, Алекс похолодел и перестал орать, дико вращая

белками глаз и ожидая каждую секунду, что раздастся свист стрелы, и смертельное

жало, вопьется в его тело.

Он застыл на минуту, закрыл глаза, распластавшись на пригорке, как растянутая на

кресте жертва, приготовленная к четвертованию.

Но вокруг было тихо и спокойно. Птицы тоже успокоились и вернулись на свои

насиженные места. Алекс открыл глаза и пошевелился. Руки двигались, ноги – нет. Он

осторожно повернул голову, посмотрел на свои конечности и все понял. Его ступни

находились в глиняном корыте, помещенном в небольшую яму, вырытую на склоне.

Щиколотки попали в ужасно липкую древесную смолу, которой было заполнено это

небольшое корытце. Кроме того, на икрах затянулись те же проволочные петли,

закрепленные на довольно толстых колышках, забитых в землю.

Алекс, с болью в шейных позвонках, с удивлением рассматривал эту нестандартную

ловушку и удивлялся хитрости и ловкости охотника, установившую ее…

Однако время шло…

Необходимо было освобождаться от пут.

Он напрягся и перевернулся на спину, перекрестив ноги. Тут уже – стало легче

работать руками. Натянув петли, до появления крови от проволоки на запястьях, он

вырвал их вместе с ветками кустов. Осторожно освободился от петель и присел над

самим корытом со смолой. Потрогал смолу пальцем…Это была очень липкая смола и

он понял из какого источника она получена. Освободил ноги из петель, и, размотав

ремни крепления крокодиловых мокасин, вырвал щиколотки из смолы. Мокасины –

были потеряны безвозвратно.

Алекс вздохнул, смотал проволоку от петель и собрал свое оружие, раскиданное вокруг,

после падения. Немного подумал и написал по-английски, наконечником стрелы, на

песке: «Fack you! I kil you! Wait!». Однако эта надпись, его совсем не успокоила. Он

обвел яростным взглядом заросли и тронулся в обратный путь, немного успокоившись

и размышляя.

«Хитро…Хитро, нечего сказать. Такой ловушки – я еще не видел! Однако нестандартно,

как -то по детски, но сработала идеально. Пять минут я был абсолютно беспомощен…

Был бы этот хмырь здесь на «стреме», ему не составило бы труда, подскочить – и

легко снести мне башку…Умно…Удивительно…И не смертельно! Вопрос – почему? Я

–то ставлю свои капканы – на смерть! Это очень странно… Неужели меня хотят

изловить, а не уничтожить?…»

Он шагал по джунглям, не обращая внимания на свои ноги, на которых налипла целая

куча мелкого хвороста и мха.

«…А если так, то следуя логике, зачем мне его уничтожать? А может это действительно

брат по несчастью, волею судьбы, также заброшенный на этот, забытый Богами, кусок

земли…Почему я раньше, не мог это даже представить? Вот дебил! Это уже

афганский синдром – если опасность – ее надо только уничтожить… Да…ситуация…

Необходимо переосмыслить свою тактику»…

Заросли стали реже… Алекс ступил на свою тропу, старательно обходя собственные

ловушки. Тут он был в безопасности. Практически – вся территории на подступах к

«фазенде» – это было сплошное смертоносное укрепление, устройство которого, он

помнил и знал в совершенстве.

Через некоторое время, аккуратно счистив остатки смолы с ног скребком,

переодевшись в более легкую «не военную» одежду, Алекс поужинал и решил выйти на

берег – окупнуться.

Жара постепенно спадала и он решил уйти на дальний конец побережья, где недавно

обнаружил красивую каменную гряду, далеко уходящую в воду, в виде какого-то

горбатого доисторического чудовища. Возле гряды, вокруг нее, находилась прекрасная

лазурная лагуна с удивительно красивым подводным миром.

Он набрел на это место совершенно недавно и совершенно случайно, подбирая мусор,

выброшенный на берег океаном. Сам лагуна, находилась в глубокой бухте,

вдававшейся вглубь острова подковой, поэтому, закрытая зарослями, выходящими

почти к воде, по своим сторонам, совсем не была видна сбоку.

Это был райский уголок. Купаясь и наслаждаясь там отдыхом, Алекс даже подумал –

что было бы правильно – построить здесь небольшую хижину, для отдыха – типа

«вилла на море».

Он с радостью выскочил на песок, вынул из походного мешочка специальные

пластиковые линзы, вставил их к глазам, зажав бровями, и забыв про все, раздеваясь

на бегу, бросился в ласковые волны. Наконец-то все неприятности прошедшего дня,

схлынули, и, остались там – возле зарослей, на берегу.

Его глаза различали и стайки красивых, разноцветных рыбешек, и мельчайшие узоры

розовых кораллов, опоясывавших эту каменную гряду, и радугу, переливающуюся

внутри тел, полупрозрачных медуз. Хотя, пластиковые линзы, вырезанные из бутылки

и не давали той особой прозрачности, что дает стекло, но и их было вполне

достаточно, чтобы наслаждаться всей красотой этого удивительного, подводного мира.

Он выловил двух больших крабов, по неосторожности вышедших на свою охоту

слишком рано, и выбрался на берег. Крабы исчезли в сумке, а сам Алекс распластался

на песке, наблюдая, как солнце, постепенно погружается в море. Истома наслаждения,

расслабила его стройное, мускулистое тело.

Однако – следовало возвращаться, чтобы затемно быть у себя дома, под защитой, и в

полном спокойствии за собственную судьбу. Алекс с сожалением вздохнул, оделся, и не

спеша двинулся в обратную дорогу.

Глава 42

Входя в зал камер хранения автовокзала, Ник осторожно огляделся. В углах

этого помещения, и непосредственно над линией установки багажных камер, заметил,

установленные видеокамеры. Придав своей походке беспечный вид, направился к

автомату продажи сигарет. Не спеша забрал пачку, молниеносно приняв решение.

Подошел к камере, открыл ее, вытащил объемный кейс, и, не останавливаясь ни на

секунду, быстро вышел к стоянке такси. Заставил водителя немного покружить по

городу, убеждаясь, что слежка отсутствует.

Вошел в номер, бросил кейс на кровать, включил кондиционер и подошел к

холодильнику. Порция виски с содовой, немного освежила и расслабила его.

В кейсе находился пистолет с глушителем, израильский автомат «Узи», пачки с

патронами, легкий бронежилет, комплект специально сконструированной одежды –

костюм, нательное белье, галстук, диктофон, микро-видеокамера с комплектами

батарей, запасные обоймы к оружию и маленькая аптечка. Ник захлопнул кейс, набрал

новый код на замке и засунул кейс под тахту. Набросил на себя пиджак.

Выходя из номера, повесил на ручку табличку «Не беспокоить!»

Прошел по бульвару пару кварталов, пока не увидел то, что искал – небольшое кафе

на открытом воздухе. Уселся под зонтиком в углу, подальше от двери и подозвал

официанта.

– Гарсон. Пожалуйста чашечку двойного кофе без сливок и принесите

дополнительно, телефонную книгу города. Пожалуйста, – он улыбнулся.

– Один момент сэр, – засветилась ответная лучезарная улыбка юноши,

кучерявого и черного, как сапожная вакса.

Улочка была довольно тихая. Редкие, шелестящие шинами авто, проезжали не спеша,

словно давая окружающим людям насладиться тишиной и спокойствием этого

красивого, насыщенного пальмами и декоративными кустами, бульвара. Разноцветье

одежд черных красавиц – просто поражало. Ник сидел и благодушно размышлял о

менталитете африканских граждан, приходя к выводу, что даже цивилизация не может

убить у аборигенов, генетическую тягу ко всему яркому, блестящему, броскому, как

непременный атрибут превосходства, в любом африканском племени.

Подошел официант с телефонной книгой, и поставил на стол, дымящийся, ароматный

кофе.

– Спасибо мальчик, – Ник оплатил кофе, прибавив доллар чаевых.

Когда официант удалился той, особенной и привлекательной, негритянской

подтанцовывающей походкой, вынул из кармана записную книжку. Усмехнулся и стал

набирать на мобильном телефоне сообщение, состоящее из одних цифр…

В ночном клубе Москвы давно ожидали этого сообщения.

В прокуренном кабинете Валентина, вместе с ним, находились Олег и Виктор. Стол

был завален объедками, заставлен бутылками и стаканами – и напоминал обычную

мужскую пирушку . Запищал мобильник Виктора. Он поднял его, прочитал сообщение,

улыбнулся и объявил друзьям:

– Братаны. Все о-кей! Птичка на месте и уже клюет зернышки.

– Слава Богу. Надеюсь у него все в порядке… Поддержку мы ему

обеспечили генеральную, – икая, пробасил Олег.

Валентин снова налил в стаканы.

– Успокойтесь парни. Ник самый смышленый парень в моей команде.

На баб слабый.. Но в деле – ему равных нет. Помяните мое слово – он сделает все

возможное и невозможное…

– Ну, на баб, мы в общем-то, все слабые. Не слабые – только больные и

импотенты, – ухмыльнулся Виктор. – Сейчас паря ты получишь нужную инфу.

Он вынул листочек, развернул его и быстро набрал ответное сообщение, состоящее из

названия компании и набора цифр. Нажал кнопку передачи и поднял стакан…

Легкий ветерок пробежал по кронам пальм, когда на столике Ника пискнул ответным

сообщением мобильник.

Ник прочитал и лениво стал листать телефонную книгу, наслаждаясь отдыхом в тени и

отхлебывая мелкими глотками неимоверно вкусный кофе. Через полчаса, наконец, он

нашел нужную компанию, прописанную в книге, еле заметным, мелким курсивом.

Аккуратно переписал адрес и телефон в записную книжку. Еще раз перелистал

справочник, убедившись, что подобной компании – более в нем нет. Помотал головой,

разминая шейные позвонки…

Допил кофе. Минуту посидел… С сожалением поднялся, и, выйдя из этого приятного,

прохладного уголка, зашагал обратно в отель.

Осторожно, медленно, открыл дверь номера. Ниточка, которую он оставил на пороге,

оставалась в том же положении, как он ее уложил.

Щелкнул замком двери, запирая номер, и посмотрел на часы. Было 14-30.

Снаряжение, находящееся в кейсе, было подобрано продуманно и именно к его

комплекции. Конструкция легкого бронежилета была удобной и не выдавала себя под

пиджаком. Специальная портупея для «УЗИ», пистолетная кобура, удобно

разместились в районе пояса, по обе стороны тела. Снаряженные обоймы нырнули в

свои внутренние карманчики пиджака.

Ник уселся на тахту и досконально изучил инструкцию по установке на теле диктофона

и видеокамеры. Затянув на шее галстук-бабочку, подошел к зеркалу и критически

осмотрел себя. Он немного «потолстел», однако все выглядело достаточно пристойно –

клерк да и только! Попрыгал. Ничего не отвалилось и не создавало неудобств.

Поскакал немного по номеру, имитируя броски из стороны в сторону, выхватывая

оружие обеими руками. Поправил амуницию. Отдышался и засунул необходимые

бумаги в небольшой, деловой портфельчик. Еще раз подошел к зеркалу и довершил

последний штрих – на безымянный палец правой руки, одел небольшой, но красивый

перстень. Задумчиво пробормотал.

– Ага, вот…Теперь всё! Ну что же ребята? Посмотрим, из чего вы

слеплены….

Посмотрел на часы. В этот момент, кто-то, в телефонной компании Кейптауна и

полицейском техническом отделе ЮАР, нажали необходимые кнопки.

С помощью метрдотеля, Ник вызвал такси и приказал везти его на местный

центральный базар. Это было огромное, многолюдное место, где потерялся бы самый

крутой шпион.

Обилие африканских экзотических фруктов, морепродуктов, просто изделий

ремесленников, поражало воображение. Всевозможные ароматы, так дразнили ноздри

Ника, что он с горечью глотал слюни, проходя мимо очередного повара, назойливо

предлагающего отведать его варево, проходящему иностранному туристу.

Немного побродив по нему, вышел на совершенно противоположную улицу, и там

поймал нового таксиста.

Через полчаса, такси остановилось у невзрачного помещения. Ник заплатил таксисту

аванс, и договорился, что бы тот ждал его за углом. Окинул взглядом невзрачную

табличку с названием компании у двери, совершил необходимые манипуляции с

включением аппаратуры, и уверенно шагнул к подъезду.

Внутри помещения, на встречу ему, из– за стола, поднялся бородатый, арабского вида

охранник. Ник дружески улыбнулся и достал визитную карточку.

– Хелло друг. Я из России. Из «Левит банка». Посыльный по финансовым

вопросами. У меня встреча с вашим боссом.

Охранник насупился и нажал кнопку на телефоне…Что-то сердито забормотал по-

арабски, нетерпеливо щелкая кнопками телефона. Телефон не работал. Охранник

рявкнул:

– Абдулла!

Из боковой двери, появилась щуплая фигура, с автоматом Калашникова на плече.

Охранник быстро сказал ему, что-то по-арабски. Тот скрылся на лестнице. Бородач

повернулся, и, состряпав подобие улыбки на заросшем лице, коверкая английский

сказал:

– Подождите минутку сэр.

Ник вздохнул. Сокрушенно улыбнувшись, ответил:

– Нет проблем. Понимаю…Работа у вас такая…

По лестнице спустился щуплый и что-то быстро сказал. Бородач – сделал Нику

приглашающий жест.

– Второй этаж, дверь в конце, – проводил его настороженным взглядом.

Ник поднялся по лестнице, не торопясь, следуя по коридору – отмечал опасные точки.

Две боковые двери были открыты и там находились вооруженные люди, арабской

внешности. Он подошел к двери, с надписью «директор».

На встречу, из-за дубового массивного стола, поднялся невысокий араб, дружески

улыбаясь и протягивая руку для рукопожатия. Его английский был безупречен.

– Здравствуйте. Очень приятно видеть представителя такого надежного

партнера. Присаживайтесь, – он указал на стоящее рядом со столом кресло и сам

угнездился в кресло напротив.

Ник вальяжно уселся, положив портфельчик на колени.

– Здравствуйте, – Ник подал ему визитку. – Моё имя Майкл, я уполномоченный

по финансовым вопросам мистера Гольдмана, и, нахожусь здесь по его личному

поручению. Позвольте приступить сразу к делу?

Араб кивнул и медленно протянул:

– Да…Я пытался связаться с господином Гольдманом…К сожалению, связь не

работает. Это странно. Но мы, как мне кажется все обсудили намного ранее и

совершили необходимые взаиморасчеты. Никаких трений не возникало. Чему обязан

этим визитом?

– Нет связи? Возможно сэр … Виновата погода. Такое часто случается… Да.

Мистер Гольдман несколько озабочен, направлением платежа. С суммой проблем нет -

Ник достал из портфеля бумагу и протянул ее арабу.

Тот вынул очки из кармана жилетки и водрузил их на переносицу. Не давая ему

сосредоточится, Ник быстро заговорил:

– Это документ о перечислении суммы в четыреста тысяч долларов.

Факт трансфера подтвержден нашими корреспондентами и посредниками.

Араб оторвал взгляд от бумаги.

– Да конечно. Мы получили всю оговоренную сумму в срок. Мистер Гольдман

нам подтвердил это. Какие проблемы?

– За что осуществлялся платеж?

Араб удивленно поднял брови.

– Как? Вы не знаете, за что оплачены деньги? – его рука инстинктивно

потянулась к телефону.

Ник рывком сорвался с места, вырывал из портупеи «Узи», и врезал стволом в лоб

арабу. Тот опрокинулся вместе с креслом. Ошарашено потрогал рукой кровавую точку

на лбу и застонал под коленом Ника, придавившем его грудь. Ник, в припадке ярости,

зашипел ему в ухо:

– Слушай ты! Арабский ублюдок. Ты сейчас скажешь мне – за что Гольдман

перечислил деньги ! В качестве кого выступала ваша банда? Иначе твои гнусные мозги

размажутся по всей стенке! – он щелкнул предохранителем и свободной рукой

придавил ему горло, чтобы тот не заорал. Мгновенно, лицо араба покрылось липким,

вонючим потом. Ствол «УЗИ», уперся прямо в его левый глаз. Он захрипел:

– Подождите! Не надо! Мои чеченские братья выполнили заказ Гольдмана –

подложили бомбу в частный самолет и небольшой заряд в сумку какой-то

сумасбродной русской леди… За это он нам и заплатил…

– Как должны были сработать заряды?

– Мы доставили для Гольдмана два мобильных телефона. По их звонкам

заряды должны сработать…

– Гольдман получил эти телефоны?

– Да, мы проверили. Он получил их, – он пустил слюни.

Ник мгновенно успокоился. Резким ударом ребра ладони по шее, увел араба в мир

иной. Он подошел к столу, намереваясь порыться в его ящиках. Неожиданно раздался

стук в дверь, и в проёме выросла огромная фигура, с пистолетом в руке.

Струя раскаленного свинца, расколола череп араба на мелкие куски, забрызгав

сгустками мозга, окружающую стену. Тело мешком свалилось в проходе. Ник

мгновенно оказался в коридоре. Он яростно завопил, ощущая всплеск адреналина в

крови.

– А-а-а…Суки… Ловите мои орешки… Мать вашу!

Несколько человек, так и не успевшие схватить оружие, распластались разорванные

очередями Ника. Левая рука, из автоматического пистолета, посылала пуля за пулей,

во все дверные проемы, встречавшиеся на его пути к лестнице. Бандиты даже не

успевали подбежать к дверям, сраженные ливнем пуль, разъяренного русского

незнакомца.

Ник, одним отработанным движением, мгновенно поменял обоймы.

Пули из его автомата, впивались в тела охранников с противным хлюпаньем,

разрывали черепные коробки, разрушая штукатурку и разбивая двери в мелкую щепу.

Ник действовал автоматически, на опережение, так, как учили перед этим вояжем, не

жалея патронов, и, поливая смертельным огнем все пространство перед собою и по

бокам. Раненый бородач, на входе, успел несколько раз выстрелить ему навстречу.

Левую руки Ника, обожгло, как будто по ней чиркнули зажженной спичкой.

Встречная очередь, оторвала арабу руку и вырвала кусок живота, из которого

вывалились розовые внутренности. Так работали разрывные пули, начиненные в

обоймы автомата Ника.

Он выпрыгнул на улицу, оставив за собой гору трупов, полностью уничтоженной

террористической банды.

На улице было тихо. Тяжело дыша, Ник, привалился к косяку двери и вставил оружие

обратно на свои места под пиджаком. На левой руке, рукав пиджака потемнел и руку

выше локтя, стало неприятно припекать. Ник поправил галстук, отряхнулся и беспечно

улыбаясь, уселся на заднее сиденье такси. Приказал водителю везти себя на пляж, где

с ним полностью расплатился.

Там он, пройдя несколько кварталов, по улице, идущей в центр города, зашел в

небольшой магазин, купил себе рубашку и новый пиджак. Остановив другое такси,

вернулся с пакетами в отель.

Уже в лифте, заметил, как с его левой руки, упала капля крови на пол. Моментально

остановил лифт красной кнопкой, рукавом пиджака, плюнув на пол, растер эту каплю.

Нажал кнопку, на один этаж выше, вышел там и спустился по лестнице до своего

номера.

Все было на местах. Ничего не тронуто и не потревожено.

Закрыв дверь и бросив пакеты на кресло, прошел в ванную комнату. Разделся.

Осмотрел рану. Это было скользящее ранение, абсолютно не опасное, но, и не

особенно приятное. Ник раскрыл индивидуальную аптечку, и совершил необходимые

манипуляции. Боль утихла. Заклеив рану пластырем, аккуратно сложил всю амуницию

и окровавленную одежду в двойной мусорный пакет, крепко его завязав, тесемками

галстука.

Диктофон и вся видео аппаратура, перекочевали в специальный пластиковый конверт,

который Ник уложил в металлический футляр и под кодовый замок кейса.

На улице быстро темнело.

Ник принял ванну, освежил себя туалетной водой, переоделся и вышел на улицу, по

направлению, к уже полюбившемуся кафе. Все тот же шустрый мальчик официант, с

удовольствием его обслужил. Ник расслабился, развалившись на стуле, после бутылки

сухого вина и легкой закуски из салатов и морепродуктов.

До времени выхода на связь, было еще около часа. Из кармана брюк, достал бумажку с

телефоном. Набрал номер. Низкий приятный, бархатный голос, проворковал.

– Да слушаю…

– Привет детка. Это твой русский друг. Я надеюсь, ты не передумала

встретиться?

– Конечно нет. Почему я должна передумать?

– Прости, но у такой леди, наверняка есть бой-френд, который может оказаться

очень ревнивым…

– Не скажу, что святая. Но на этот момент – свободна…

– Приятно слышать. К сожалению, у меня поменялись планы. Однако не

настолько, чтобы отказаться от встречи с тобой сегодня. Как ты на это смотришь?

– Почему бы и нет ?

– Тогда – какой ночной клуб, ты рекомендуешь?

– Ночной клуб?

– Да…Раньше я просто не могу.

– О-кей. Не волнуйся, здесь есть куда пойти потанцевать. Во сколько и где?

– Думаю в половине двенадцатого ночи… Напротив входа в наш отель.

Согласна?

– Да…Я думаю это возможно…

– О-кей. До встречи, – Ник улыбнулся и отключил связь.

По бульвару, освещенному цветными, яркими фонарями, стали прогуливаться

молодые особы – накрашенные «ночные бабочки». На их любопытные взгляды, Ник

только улыбался и отрицательно мотал головой.

Он поглядел на часы и набрал условный цифровой код, означавший успешное

выполнение задания. С чувством выполненного долга, бодрой походкой вернулся в

отель.

На двери его номера, по-прежнему висела им повешенная табличка. Ник проследовал

до пожарного выхода и вышел на площадку пожарной лестницы, с обратной стороны

отеля. Убедился, что пожарная лестница спускается почти до земли, и как раз

неподалеку, находятся открытые мусорные баки.

Было почти одиннацать часов вечера, когда он, почти в полной темноте, стоя на нижней

площадке этой лестницы, удачно зашвырнул мусорный пакет, в зияющую пасть

мусорного бака. Никем не замеченный, вернулся в номер и стал готовиться к свиданию

с черной подружкой.

В ночном клубе они пробыли совсем недолго. Негритянский «рэп», быстро утомил

Ника. Он сослался на появление головной боли и они, вскоре, поехали к ней. Уютная,

маленькая квартирка горничной, очаровала Ника своей детскостью.

Везде лежали плюшевые игрушки, какие-то пуфики, коврики, занавесочки. Негритянка

оказалась такой секс-бомбой, которой Нику никогда не снилось. Её тело металось по

нему и под ним, раскидывая игрушки и пуфики. Она рычала как разъяренная пантера,

впиваясь толстыми губами в его рот и заталкивая свой язык почти в самое его горло.

Ласки были немного резкими и грубоватыми, но это создавало тот особый шарм и

привлекательность, который он никогда не получал прежде, занимаясь любовными

утехами с русскими проститутками. Она несколько раз вскакивала и бежала в душ,

смывая с себя пот, и давая ему отдохнуть и восстановить силы. Его мужская плоть, за

эту ночь , несколько раз извергала из себя раскаленное семя и не только в пышущий

жаром, женский «туннель». Под утро, Ник уже изнемогал, под страстным напором, и

уже ощущал некоторую боль, в совершенно опорожненных органах. Наконец, ему

удалось успокоить партнершу несколькими горячими поцелуями и ласковыми словами.

Закурив сигарету, обмотавшись простыней, глотая бокал за бокалом шампанское и

слушая мерное похрапывание черной «вампирши», он подумал и принял решение.

Нашел чистый листок бумаги и написал на нем.

« Ты моя любовь. Ты роза моей судьбы. Я никогда не забуду твоих ласк и губ! Прощай

детка!»

Оделся, тихо защелкнул дверь, и, поеживаясь от утреннего холодка, зашагал по

тротуару, выискивая глазами такси.

Через час, он уже сидел в салоне самолета, направлявшегося рейсом в Москву.

Глава 43

Дневная жара навалилась своим знойным телом на джунгли и хижину Алекса.

Накупавшись в бассейне, покормив крокодилов, Алекс раскинулся в богатырском

дневном сне на своей лежанке, внутри хижины.

Ни малейшего движения не ощущалось воздухе, в дрожащей дымке испарений,

поднимающихся от берега, от почти мгновенно высыхающего песка, после

скатывающихся с него набегов ленивых, пологих волн. Парило.

Отгоняющие москитов, скрученные и высохшие папоротниковые жгуты, совсем

сгорели, оставив в глиняных блюдцах, только серые, невзрачные кучки. На столе

хижины, стояла глиняная кружка с ручкой и выцарапанном на ней названием

«столичная». Алекс всхрапнул, и повернулся на бок.

В небе парил, изредка шевеля огромными крыльями, большой белогрудый орел, зорко

выискивая своим острым глазом, зазевавшуюся дичь на ветвях веток и на редких

прогалинах чистой, рыжеватой, выжженной солнцем, земли.

Хижина Алекса, выглядела сейчас настоящим крепостным укреплением, нацеленным,

на охрану и обеспечение спокойной жизни хозяина.

Снаружи двойного забора, устроенного из заточенных остроконечных кольев,

вкопанных в землю остриями вверх, по водяному каналу, изредка проплывали

крокодилы, которых Алекс выпускал в канал на ночь или тогда, когда ложился

отдыхать. Забор совсем зарос зеленью, и, только острые наконечники, торчащие из

молодой поросли, напоминали, что это является оборонительным сооружением.

Внутри участка, вдоль забора, было установлено множество непонятных не

сведущему человеку, конструкций, сооруженных из стволов деревьев, прутьев, глины и

кусков мусора. Конструкции были похожи не примитивные метательные машины,

коими, в действительности и являлись. В некоторых механизмах, были установлены

большие глиняные чаши, в которых тлели угли, находящиеся в специальных малых

чашах, установленных прямо в емкостях с древесной смолой.

Вся поверхность забора, была окутана сторожевыми растяжками, которые при

неосторожном прикосновении, запускали в действия все смертельные машины,

которые Алекс придумал, для собственной обороны : самострелы, тяжелые усеянные

шипами колоды, выскакивающие из земли остроги и колья, метательные катапульты,

петли, капканы и прочие орудия смерти. Только одно место – проход, было известно

ему лично, и именно здесь, по приставной лестнице, Алекс попадал к себе домой или

уходил на охоту…

Алекс повернулся, сладко причмокнул и что-то невнятно забормотал во сне.

Орел, пролетая над хижиной, выпустил из своего заднего прохода, длинную, вязкую

струю.

Птичье испражнение, устремилось вниз, и, по необъяснимой причине, точно попало на

сторожевую растяжку самострела, установленного на крыше хижины Алекса.

Самострел немедленно сработал. Стрела со свистом врезалась в следующую растяжку

возле забора, которая лопнула, но заставила сработать большую катапульту,

метнувшую горсть больших камней…

В следующую секунду, началась цепная реакция, которая заставила срабатывать все

смертельные механизмы, самострелы, капканы…

Засвистели стрелы, камни падали в ямы ловушки, из земли вырывались колья,

усеянные шипами колоды, рушили забор врезаясь в него, и, заставляя срабатывать

еще большее количество ловушек.

Раскаленная смола попала на спины отдыхавших крокодилов, которые заметались по

загону подпрыгивая и щелкая челюстями. Джунгли перед забором загорелись облитые

кипящей и горевшей смолой. Деревья, с ужасным треском распрямляли свои стволы от

лопнувших сторожевых лиан, и обрушивали свои стволы на следующие орудия

убийств. В ствол дерева, стоящего возле хижины, попал огромный валун из

катапульты, разломил его на две половины, одна из которых с грохотом обрушилась на

крышу хижины, проломив её и нависнув, над спящим Алексом.

Небо быстро потемнело. Сверкнула молния. Через минуту – хлынул дождь.

На лицо Алекса, сквозь пролом в крыше, упали первые капли дождя. Он поморщился и

повернулся на другой бок. Дождь полил сильнее. С пальмового листа, на лежанку

вылился целый поток грязноватой дождевой воды. Алекс, вскочил, как ошпаренный,

схватил мачете и выскочил из полуразрушенной хижины.

Его глаза округлились от ужаса.

В пепене дождя, открылась полная картина разрушения его крепости.

Колья забора повалены, вместе с самим забором. Территория вокруг хижины, была

завалена обломками деревьев, метательных и сторожевых машин. По территории

медленно ползли, ничего не соображавшие крокодилы. За забором – выжженная

огнем большая территория, с зияющими ямами провалов-ловушек и останками

катапульт, еще дымилась погасающими остатками огня.…

Дождь потоками скользил по горевшему гневом телу Алекса.

Джунгли потряс страшный вопль разъяренного самца.

– А-а-а… Будь проклят этот демон! О Боги! Покарайте эту тварь!

От звука его голоса, с крыше хижины соскользнула ветка и попала на уцелевшую

растяжку. Самострел немедленно выстрелил.

Алекс услышал, как загудела тетива, и еле успел упасть на землю.

Стрела от самострела, чиркнув по его плечу, исчезла в пелене дождя.

Он стоял на четвереньках, в грязи и его потрясали звероподобные, мужские рыдания.

От собственной беспомощности и бессилия.

Сверкнула молния. Снова ударил гром. Ливень хлынул с новой силой.

Алекс поднялся и поплелся в хижину. Там, ее остатки, хоть как-то, немного, могли

скрыть его, от этого неожиданного, проливного дождя. Он добрался до развалин

хижины, еле двигаясь, то и дело, спотыкаясь и раскачиваясь, словно пьяный. Ноги

разъезжались, и скользил по грязной жиже, как будто – он шел не по земле, а по

скользкому льду. Алекс взял стул, нашел, не заливаемое водой место, уселся на него и

с горестью, обхватил голову руками.

Глава 44

За неделю, ничего не произошло на «тропе войны». Это немного тревожило

Катерину. Заходить на чужую территорию – в глубину джунглей от ручья,

разделяющего их территории, она боялась.

Однажды, ей пришла интересная мысль в голову – почему бы не пробраться на

«вражескую территорию» по берегу. Ведь устроить ловушки на песке, на открытой

территории – гораздо труднее, чем в зарослях и дебрях. Просто негде маскировать

оружие и прочие капканы. Эта мысль настолько ее поразила своей простотой, что она

два дня ходила сама – не своя.

Время шло… Наконец, она собралась с духом, и тронулась в путь.

В первый день, она прошла и «мусорную лагуну» и довольно далеко, как ей казалось,

зашла на чужой берег. Ночь прошла на раскидистом дереве – пришлось вспомнить

неудобства первых дней пребывания на острове.

Следующий день выдался жарким, с абсолютно чистым небом и раскаленным,

палящим солнцем, стоящим в зените, и, как ей казалось – абсолютно не движимым.

Катерина шлепала мокасинами по песку берега, собирая иногда встречающиеся кучки

мусора, откладывая их на «потом» – собираясь забрать при возврате. Этот

разведочный поход, она совершала с единственной целью – найти на песке какие-

нибудь следы ее врага. Если это остров – не выйти на берег, он не мог.

Она осторожно раздвинула руками очередные заросли, спускающиеся почти до воды.

Перед глазами раскинулась шикарная бухта, по центру которой, почти от джунглей,

возвышался длинный, горбатый камень, уходящий далеко в море. Песок был чист, как

новая пеленка для новорожденного.

Пока она, облизывала растрескавшиеся от жары и жажды губы, быстро шагая к этому

камню, в голове у нее роились только одни мысли – дойти до него, раздеться, напиться

воды из баклажки и нырнуть, в эту прекрасную лазурную гладь.

Последние метры до камня, она уже почти бежала, сбрасывая на ходу свою амуницию.

Сил, осмотреть территорию, ей уже не хватило. Поднимая каскады брызг, бросилась в

спасительные, зовущие ее – аквамариновые волны.

Она извивалась в глубине, среди стай мелкой ставридки, как сказочная русалка,

наслаждаясь невесомостью собственного тела и красотой подводного мира. Опускаясь

на дно, трогала руками кораллы и морских звезд, гладила пушистые водоросли, и

пугала крабов, поднимая небольшие валуны, под которыми они прятались, ожидая

наступления вечера, для начала своей обычной крабьей охоты.

Катерина несколько раз кричала, вызывая Сэма, но это было так далеко от обычного

места охоты дельфиньей стаи, что наверное, он ее – просто не слышал.

Распластавшись на воде, закрыв глаза от удовольствия, она вспоминала свою

прежнюю жизнь и приключения на этом острове.

Солнце ласкало ее красивую, с коричневым отливом кожу и груди, которые стали

упругими и красивыми, совсем не то – что было более года назад. Эротические мысли

иногда терзали ее мозг, но она старалась их отгонять, забивая все свое время,

полезной работой или добычей еды…

В этой полудреме, ей снова пришла интересная мысль – почему она ни разу не

пыталась вскрыть раковины, которые находились на дне? И на «ее» берегу, и здесь?

А вдруг эти раковины – с жемчугом? Она вздрогнула, взмахнула руками, фыркнула и

нырнула к основанию камня, чтобы проверить эту идею…

Солнце, начало свой путь к горизонту.

По другую сторону камня, из джунглей, появился до зубов, вооруженный Алекс.

Он также был измучен жарой, и пот ручьями катился по мускулистому, коричневому

телу.

Произошла такая же история, как и с Катей, полдня назад. Вся одежда и амуниция

–оказались брошенными по другую сторону камня, и тело Алекса с шумом врезалось в

живительную влагу океана.

Под водой, слипшаяся борода и волосы Алекса расправились, и он превратился в

некое подобие Бога Посейдона. Не хватало только – трезубца в руках.

Он упускался на дно лагуны все глубже, раздвигая воду мощными толчками рук,

скользя вдоль основания камня, в надежде найти под валунами – крупных и вкусных,

песчаных крабов.

Он решил обогнуть основание камня и…

Они столкнулись, нос– к носу!

В глазах обоих возник животный ужас, и из ртов, вырвался естественный,

истерический вопль, превратившийся в бурные гроздья пузырей.

Обеим показалось – что на них вынырнул сам черт, или – морское чудище.

Оба неестественно дергаясь, заработали ногами и руками, метнувшись под водой, в

разные стороны. Они выскочили из воды почти одновременно, оба совершенно голые,

но по разные стороны от каменной гряды. Оба дышали – как загнанные в ловушку

волки.

Катя присела на песок, судорожно подбирая брошенные вещи, и обдирая спину, о

мелкий ракушняк, налипший на стену камня, к которой то и дело прижималась, дрожа

от ужаса и страха. Её дико напугало, то волосатое чудовище, с которым она чуть не

столкнулась головами в этой лазурной глубине.

Алекс, находился не в лучшей ситуации. Порции адреналина, поступающие в кровь,

заставляли его делать какие-то бессмысленные, дерганные движения. Мысли метались

в голове, не давая мозгу сосредоточиться, и проанализировать – что же это произошло!

Сидя на корточках, прижавшись спиной к другой стороне камня, он пытался собрать

мысли в кучу.

– Бог ты мой! Баба! Я видел русалку…Это женщина! Голая ведьма! Это

настоящая женщина! Как она оказалась здесь? Почему ее не убил тот преступник? Как

она смогла здесь выжить? – он протянул руку, достав свою крокодиловую одежду.

Копье, и другое оружие, валялись в стороне и до них, еще надо было добраться. – А

может это сообщница? Меня берут на наживку? Аборигенка? Хм…Не похожа. Она

белая, хоть и загорела…Это видно сразу…Очень странно…И опасно…От женщин

ничего хорошего ожидать не следует… Тот наверное, затаился рядом и ждет, пока я

высуну голову, чтобы засадить мне в глаз стрелу… Хрен вам обоим! Еще посмотрим –

кто – кого !

Катерина, стуча зубами от страха и появившегося озноба, инстинктивно натягивала на

себя одежду, и лихорадочно соображала.

– Боже! Какой кошмар! Чудовище! Какая-то волосатая тварь…Но мужского пола.

Глаза человеческие…и голый! Что же делать? А если это тот японец?…Да нет…Вроде

на японца не похож…. Но уж точно не негр… Тварюка! Это он за мной наверное и

охотится! Точно он!…Боже, как далеко мачете! Что же делать? Как дотянуться?… Надо

бежать…Да! Бежать немедля!

Алекс, «тихой пантерой», вскарабкался на гребень каменной гряды и стал, осторожно

выглядывая, хищно прищуриваясь, наблюдать за действиями Катерины.

Катерина ползком, стараясь не отдаляться от каменной стены, приблизилась к своему

оружию и рывком схватила его и походную сумку.

Её непрофессиональные действия, вызвали у Алекса саркастическую усмешку. Вдруг

он почувствовал, что плоть его восстала. Это давно забытое ощущение, вдруг напрягло

его, и нахлынули эротические мысли, вместо злобы и ощущения нависшей опасности.

Он резко сдавил свой орган, доставив себе боль, но сумев сбить, ненужное

напряжение. Быстро спустился и одел свое вооружение на тело – лук, длинный нож,

колчан со стрелами, пращу, и походную сумку. Снова поднялся на гребень, продолжая

наблюдение.

Катерина, также уже была вооружена. Она сидела на корточках, тяжело дышала, и

готовилась к последнему, может быть смертельному для нее, броску в спасительные

джунгли.

Алекс повел глазами по близким зарослям, снял с плеча лук и вставил стрелу в тетиву.

Заросли оставались спокойными. Птицы также верещали, не подавая никаких знаков,

что неизвестный чужой находится рядом. Алекс насторожился. Он увидел, как

женщина напряглась и вдруг – неожиданно метнулась в кусты.

Катерина, неслась сквозь заросли – сломя голову, ничего не думая и только,

выдерживая направление вдоль берега.

Алекс, поднялся над грядой, натянул тетиву, готовый в любую секунду, отпустить ее и

направить стрелу в то место, где шевельнется хоть одна ветка.

Ничего не произошло. Никто в него не выстрелил и не метнул камень.

Он расслабился, спустился и обошел то место, где только что, была Катерина.

На песке, лежало оборванное, видимо упавшее с ее шеи, ожерелье из ракушек. Алекс

поднял его, медленно поднес к глазам и понюхал. Запах давно забытого, женского пота,

заставил его ноздри вздрогнуть, и, в венах с новой силой, толчками и неведомыми

гормонами, запульсировала собственная кровь.

Руки его, раздвинули заросли, и он, превратился в хищника, идущего по следам

намеченной жертвы.

Глава 45

День был безоблачный, безветренный, жаркий. Народ прятался в прохладе

зонтиков летних уличных кафешек, потягивая охлажденные напитки и вина, размышляя

о том, куда пойти на «ночную жизнь», и, где можно «оттянуться» по полной программе,

в этой столице отдыха и развлечений. От палящего зноя, даже ветки пальм, стали

желтеть по краям, не взирая на то, что нанятые специальные команды ежедневно

выливали на зеленые насаждения этого маленького курортного городка, тонны свежей,

пресной воды.

На море стоял полный штиль. Яхты, сёрферы, бананы и прочие атрибуты морских

водных приключений, в большинстве своем или стояли на приколе, или валялись на

морской береговой гальке, без дела. В такие дни, прокатный бизнес, терпел

нежелательные убытки. Мальчики-продавцы, резались в карты от скуки, бросая пивные

банки и бутылки, в растущие с неимоверной быстротой, мусорные кучи. Редкие

фанаты, брали на прокат оборудование, и занимались дайвингом, вдали от береговой

полосы, спасаясь от солнца в глубине моря, среди стай рыб и пушистых водорослей,

наслаждаясь красотами подводных скал и прекрасным корраловым миром, доступным

только таким, настойчивым и любознательным экстрималам.

Отчаянные, приезжие пляжники, кучковалиь под навесами, зонтиками, газетами и

покрывалами и, иногда, набрав в легкие воздуха для храбрости, жмурясь от

неприятных ожогов, резкими отчаянными бросками, скача по горячей гальке, падали в

воду, охая и ахая, поднимая фонтаны брызг, в надежде охладить потное, облезающее

от загара шелушащейся кожей, раскаленное тело. Но и там, не получали той толики

удовольствия, которую доставляет курорт, в иное время отдыха – в бархатный, мягкий

сезон. Июль делал свое знойное дело.

Стояла невыносимая жара.

Вдали от центра городка, среди кипарисов, огражденная двухметровым забором, в

тени пальм, спряталась белоснежная, красивая, частная вилла – с небольшим, но

уютным мраморным бассейном и частным песчаным пляжем, песок которого был

завезен первым владельцем, прямиком с побережья далеких, Карибских островов.

Ранее, этот райский уголок, принадлежал кому-то из сильных мира сего, но по

странному стечению обстоятельств – часто переходил из рук в руки, постоянно меняя

владельцев, которые, то и дело – попадали за решетку или скоропостижно уходили в

мир иной.

Аркадий метался по кабинету, весь красный от злости, прижав к уху мобильный

телефон, то и дело, прикладываясь к бутылке прекрасного французского коньяка, вкуса

которого, в этот момент он совершенно не ощущал.

– Послушайте милейший! Какого черта? Я вам платил и плачу огромные суммы

не за то, что вы склонили Воронова к сделке, а за ваше постоянную работу в наших

общих интересах по ЮАР. И это не только ваш успех. Большую часть самых

ответственных операций, провел лично я!. Вы как главный менеджер проекта, работая

у Воронова, должны обеспечить прокачку финансов и мне наплевать, как вы это

сделаете!…Что значит запрет? Да запрет, ну и что? А за каким хреном я оплачиваю

вашу юридическую шоблу, если с нее нет отдачи?…Что?… Слушай ты, козел….Если ты

еще раз вякнешь мне таким тоном, то и ты, и твоя семья очутитесь мгновенно в

сливных ямах городской канализации…по частям…Закрой рот и слушай урод! Ты

больше года морочил мне мозги. Мое терпение кончилось…Я даю тебе максимум

месяц, и чтобы ты скотина, нашел возможность через своих долбанных юристов, снять

все эти письменные закорючки во всех документах…Я сказал закрой рот! …Месяц! Не

более. Не сделаешь – выполню то, что обещал, но предварительно сделаю все твое

гнилое семя нищими до третьего колена! Это все!…Работай падла!

Он в изнеможении швырнул трубку на стол и плюхнулся в кресло, стоящим под

кондиционером.

Опрокинул горлышко бутылки. Его кадык стал усиленно, судорожно двигаться, склеивая

кожу шеи и белоснежный воротничок деловой итальянской сорочки, пропитывая его,

обильными, потными струями.

Лора лежала на шикарном надувном матраце, посреди бассейна. Огромная летняя

шляпа, закрывала не только ее голову, но и часть прекрасного, стройного тела. Матрац

был таким большим и казалось – что это маленький плавучий остров, покачивающийся

на середине искусственного озера, отражающего бриллиантовый блеск солнечных

искр, своим мраморным белоснежным дном.

Она беспрерывно, вполголоса щебетала по телефону, то и дела поглядывая на

недалекие окна кабинета виллы. Её прекрасная, словно выточенная из слоновой кости,

покрытая кремом от загара, стройная ножка, беспечно бултыхалась в воде бассейна,

словно поддакивая в такт, эмоциональному хихиканию секретарши. На вышитой

красивыми узорами косметичке, лежала гладкая пластинка, с которой Лора, время от

времени втягивала носом, полоску белого порошка, закатывая глаза от получаемого

блаженства.

– Ты представляешь Вадик. Этот придурок, делает все, что я скажу, – она

тихо засмеялась. – Да я в собственном, бассейне на собственной вилле… Ну конечно

приходится… Остынь…Это не часто и совершенно не обременительно…Он уже давно

импотент….Ха… Я думаю о нас с тобой прежде всего… Перестань строить ревнивца, а

то перекинусь на какого-нибудь Пьера Ришара, – она снова хихикнула и стрельнула

глазами в сторону виллы…

На террасе никого не было. Струи автоматического распыления воды, тихим шелестом

кормили прекрасный газон своей живительной влагой, то и дело, создавая вокруг,

маленькие радуги, сверкающие и переливающиеся на солнце.

– Завтра мы поедем с ним к какому-то крутому дилеру. Как зачем? Покупать мне

«порше», – она снова заливисто захохотала, сверкая белками глаз, от кокаина, то и

дело входящим в ее кровь, через поры легких, давно отравленных наркотиками. Она

так увлеклась своими счастливыми фантазиями, что вторая порция порошка, легла на

пластинку уже не такой прямой линией, как первая – голова кружилась в эйфории.

– Я к тебе завтра ночью приеду …На собственном Порше… Не волнуйся и не

заглядывайся на красивые задницы… Я думаю – тебе и моей вполне достаточно… Как

обычно….Это уже моя проблема….Конечно…Целую тебя во все твои чувствительные

места… Погоди минутку – он вышел…Перезвоню!

Лора сунула под себя телефон и одним глубоким вздохом втянула всю полосу кокаина,

быстро спрятав пластинку в косметичку.

На террасе появился Аркадий. Лора радостно помахала ему ручкой. Он мельком

взглянул на нее, криво улыбнулся, хлопнул дверцей авто и резко рванул с места.

Лора откинулась на подушку матраца.

Аркадий гнал свой «мерс» в центр города, надеясь утопить себя в вине и кайфе с

местными проститутками.

Последнее время, терзая себя проблемами бизнеса и ревностью к Лоре, у него с ней,

как ни странно – ничего не получалось. Сексуальные утехи, которые радовали его,

заставляли вздрагивать и томиться в страстных желаниях ранее, не стали приносить

обещанного удовольствия. Он стал нервным, каким-то дерганным и видел, как Лора

делала круглые, брезгливые глаза, когда все ее попытки поднять его плоть, не

приводили к желаемым результатам. Он чувствовал, что она стала как-то постепенно к

нему охладевать. Но именно эта ее реакция, еще более распаляла его, прожигая

сердце неукротимыми муками ревности и мозг сверлила все чаще, одна кошмарная

мысль – неужели он импотент? Стараясь задавить эти страхи, он осыпал секретаршу

бесконечными подарками, стараясь держать ее все время при себе, не отпуская здесь,

ни на минуту из поля зрения. Но как это было трудно сделать в реальности! Дела

заставляли его все время отлучаться в центральный офис банка, и страшные

подозрения о том, что Лора может ему изменить – кровавыми когтями дьявола,

царапали его душу и лихорадили сердце.

Он совершенно не замечал, что гнал машину все быстрее и быстрее по извилистой

дороге, петляющей между покрытыми южной, пышной растительностью пологими

холмами курорта.

Только краем глаза, в последнюю секунду, он увидел круглые от ужаса глаза пешехода,

возникшего на пешеходной «зебре», прямо перед его капотом.

Резким рефлекторным движением, крутанул руль вправо и машина с ужасным треском,

врезалась в фонарный столб. Подушка безопасности моментально сработала и голова

Аркадия, утонула в мягком поролоне, осыпаемом осколками ветрового стекла.

….

Легкий ветерок наступающего вечера, качнул лениво весящие раскидистые лапы

пальм, и бесшумным дуновением, сбросил с головы Лоры ее шляпку, которая весело

закачалась на возникшей водяной ряби поверхности бассейна.

Легкие Лоры издали томный вздох, тело повернулось и тихо соскользнуло с матраца,

плавно погружаясь на дно бассейна. Несколько редких пузырьков воздуха,

выскользнули из красивых, полуоткрытых губ…Красивое тело, распласталось на дне

бассейна, разметав вокруг головы, прекрасные, белокурые волосы, похожие на волосы

русалки, но абсолютно неподвижную, похожую на застывшую, слившуюся с дном,

мраморную куклу….

Глава 46

Совсем запыхавшись, Катя подбежала к своему забору, вынула из зарослей

лестницу и в изнеможении перевалилась на территорию возле пещеры. От усталости,

еле доплелась до лежанки, бросая по пути в песок, все свое вооружение. Выпила

полкувшина холодной освежающей воды, и, рухнула на свой топчан.

Стало немного легче. Отдохнула…

Дыхание постепенно пришло в норму и она принялась рассуждать, автоматически

выполняя ежедневную, рутинную работу по уборке, поддержанию огня, приготовлению

пищи… В пол голоса разговаривая сама с собой.

– Да! Чуть не влипла! Я не одна на этом острове! Наверняка меня хочет

убить эта волосатая тварь! …А может это и есть тот снежный человек, которого не

может уже столько лет найти человечество? …Хотя…Какой же здесь снег? Нет

конечно… Сомневаюсь, что звероподобное, могло установить такие хитроумные и

стреляющие ловушки…Нет…Это какой-то абориген наверное…И, – человек, это ясно

как день…

Она подняла с полки панцирь от черепахи, положила туда пару черепашьих яиц,

завернутых в лист пальмы, накрыла панцирь другим таким – же, и, положила в угли

очага. Откупорила бутылочку со своим «джином». Сделала несколько жадных глотков.

По телу разлилась горячая, приятная волна.

– Да…Но вот как я могу победить и поймать эту гориллу? Он силен и опасен.

…У меня уже не хватает фантазии на установку ловушек. Три месяца я пытаюсь его

поймать, и все напрасно. Он достаточно хитер – ни одна из моих ловушек не

сработала! Только разрушает их, и становится умнее с каждым разом! Да, именно

умнее!… Хм… А почему я его должна убивать? Действительно почему?…

Катя расколола кокос и выпила кокосовое молочко. Специальным маленьким скребком,

стала срезать мякоть ореха в глиняное блюдце. Тряхнула головой. Поняла, что начала

пьянеть и улыбнулась…Слова и мысли стали нечеткими, путаными…

– Да это мужская особь… Опасный, сильный, хит-т-р-ры-ыы-й мужик…

А если его постричь? Ха!… Интерр-е-е-е-сно…Как он…. Будет выглядеть?….

Неверными движениями, вытащила дымящийся панцирь из очага, оставила его лежать

возле на земле, и, снова взобралась на свой топчан.

Глаза ее немедленно сомкнулись и она провалилась в тяжелый, не обещающий

сновидений, усталый сон.

….

Алекс продирался сквозь джунгли, отслеживая следы женской особи, своим чутьем и

опытом бывалого охотника. Несколько клочков ткани, потерянная, или выпавшая из

колчана стрела, уже находились в его походной сумке, когда он вышел на берег

прекрасной лагуны. Цепочка человеческих следов, уходила по берегу в сторону

дальнего поворота, за которым ничего не было видно, кроме блестящей, сверкающей

глади океана. Исследуя это место, он с удовлетворением отметил – женщина бывала

здесь много раз. По краю берега, подступавшего к самым зарослям, были сложены

аккуратные кучки, всевозможного мусора, выброшенного приливами и редкими в этих

местах штормами.

Задумчиво обходя эту лагуну, с некоторой долей зависти отметил – быстрое течение,

выбрасывает здесь на берег гораздо больше «делового» мусора, чем та часть берега,

где проживал он. Перебирая этот мусор в отложенных кучках, одобрительно покачивал

головой – все могло пригодиться в личном хозяйстве островитянина. Эта особь,

достаточно практична в своей жизни здесь!

Однако надо было продолжать преследование и найти эту прекрасную русалку, которая

так неожиданно ворвалась в его размеренную, островную жизнь.

Через некоторое время он вышел к довольно крутому склону, с гребня которого,

немного в стороне, весело журча, сбегал целый поток чистой пресной воды,

превращавшийся в лесной ручей, которых на острове было довольно много.

Подъем по склону, был легок, и, перед его глазами открылась панорама большого

холма, скрытого за заросшей, но явно искусно, построенной живой изгородью.

Тренированное тело Алекса, молниеносно преодолело эту импровизированную, якобы

сложную для преодоления ограду. Собирая по пути брошенное оружие Кати, он

осторожно вошел под навес и вздрогнул!

Какой-то неведомый механизм, вращал над лежанкой из ивовых прутьев, небольшой

вентилятор, сделанный из листьев пальмы. Алекс стоял, и минуту восхищенно

наблюдал, как работает этот механизм. Осторожно сложил поднятое оружие на топчан

и бесшумно вошел в пещеру.

Ноздри его предательски задрожали. На подстилке, сплетенной из жгутов сухой мягкой

травы с обрезками ткани, разметавшись во сне, крепко спала красивая,

полуобнаженная, молодая женщина.

Алекс обвел глазами убранство пещеры. Чисто женский порядок, продуманность

устройства полочек, хранение посуды, устройство очага и кладовой, темнеющей в

дальнем углу пещеры, поразили его воображение. Он мысленно сравнил убранство

своей хижины и этого пещерного порядка. С сожалением отметил – его порядку в

жилье – было далеко до того, что он увидел здесь.

Крепкие, небольшие, налитые как антоновские яблоки груди женщины, тут же, приятно-

возбуждающе, заставили забурлить кровь в венах Алекса. Груди мерно поднимались и

опускались в такт, спокойному дыханию этой спящей красавицы. Русые длинные

волосы, рассыпались по плечам, спадая красивыми волнами прядей, на приятно

пахнущую лесными цветами, пушистую циновку. Сам запах женщины, беззащитно

лежащей перед ним, прокатывал по возбужденному телу Алекса волну за волной,

лихорадочной, липкой от выделяющегося пота дрожи, выплескивая наружу все те

мужские инстинкты, заложенные в самце, матушкой природой.

Алекс закрыл глаза, и стиснул зубы, задавив руками восставшую плоть.

Минуту стоял, тяжело дыша и не двигаясь с места. Стало немного легче.

Он подошел к столу и понюхал стаканчик с остатками «джина». Немного подумав,

опрокинул его в горло. Лицо расплылось в блаженной улыбке.

С интересом подошел к стулу, и, с изумлением увидел знакомый каркас авиационного

кресла. В его мозгу, яркой вспышкой, мелькнула догадка и нахлынули воспоминания о

пережитой катастрофе. Он быстро подошел к спящей Катерине и наклонился,

всматриваясь в черты ее лица. Снова улыбнулся, мгновенно все поняв.

Не желая тревожить спящую женщину, тихо вышел из пещеры, и стал рассматривать

хозяйство Катерины.

Он ходил по площадке, с удивлением младенца, осматривая, всю конструкцию водяной

мельницы, и механизмов устройства вентилятора, крутящегося под навесом. В его

душе, поднималась волна не только уважения к этой женщине, выжившей в столь

сложной жизненной ситуации, а нечто больше, давно забытое, утерянное еще в годы

первой юношеской любви.

Опустил руку в бассейн Катерины. Вода была не ледяной, но и не горячей от

раскаленного солнца, постепенно спускавшегося к горизонту. Оглянулся.

Убедившись, что один, разделся до гола, и, с удовольствием распластался в этой

удобной, выполненной женскими руками, наполненной живительной влагой,

импровизированной ванне.

На него с новой силой нахлынули воспоминания о катастрофе, и, он пытался

вспомнить – о чем же он говорил с соседкой по креслу, перед произошедшим в

самолете взрывом. Как не напрягался – ничего толком не помнил, кроме того, о чем он с

ней говорил, находясь в зале транзитного ожидания. Но самое важно – что она летела

на отдых в ЮАР, этого он забыть не мог. Тут же стали приходить в голову странные

подозрения и смутные догадки, о его прошлой жизни в цивилизации и о том, что и как

произошло, накануне вылета.

Он оделся. В этих глубоких раздумьях, снова тихо вошел в пещеру. Женщина по-

прежнему спала, только повернувшись на бок.

Стало смеркаться. Птицы постепенно замолкали, вместе с далекими криками обезьян

и другого зверья, уставшего от дневного зноя.

Остров готовился ко сну.

Алекс нашел в кладовой большую кучу запасенного для костра валежника, и огонь,

весело заплясал в очаге, освещая красноватыми бликами, все внутреннее

пространство пещеры. Сложив свое оружие, и оружие Кати в отдельные кучки,

подальше от топчана, он уселся на стул и принялся разглядывать ее тело. Рука сама

потянулась к соскам груди и зависла над ними в томительном ожидании. Тень от руки

пробежала по лицу Катерины. Она открыла глаза…

С криком ужаса, отскочила от края топчана, сжавшись в комок, закрылась руками, и

прижалась дрожащей спиной, к стене пещеры, прерывисто дыша.

Алекс вздрогнул, отдернул руку и хриплым голосом пробасил:

– Тихо! Тихо, леди! … Пожалуйста не кричите… Не бойтесь! Я не причиню вам

вреда и не враг вам. Я – ваш друг! Не сделаю вам ничего плохого ! Доверьтесь

мне…

Катерина с ужасом наблюдала за этим страшилищем. сидящем в ее кресле, и, с тоской

затравленной сирены, видела – оружие находится слишком далеко…На глазах,

выступили первые капельки слез, смертной тоски и бессилия…

Алекс, делал успокаивающие жесты, не отдавая себе отчет в том, как он выглядит со

стороны, перед этой бедной, насмерть испуганной женщиной..

– Смотрите, я сяду далеко от вас и не трону вас, – он передвинул кресло,

подальше от топчана. – Выслушайте меня пожалуйста…Меня зовут Алексей. Друзья

называют меня – просто Алексом. В этом я их не виню, и – совсем не против… Я

бывший бизнесмен, попавший в авиакатастрофу… Посмотрите…Я далеко от вас…Не

надо дрожать…Вот возьмите вашу одежду, – он кинул ей на колени, ее тряпье. – У меня

нет оружия и дурных намерений относительно вас…Не бойтесь меня …Могу ли я

продолжить?

Катя недоверчиво кивнула, всматриваясь в черты его лица. Алекс поудобнее уселся в

кресле, и с энтузиазмом продолжил.

– Не обращайте внимания на мои волосы и бороду, – провел рукой по волосам и

кустистой густой бороде. Усмехнулся

– Здесь, я одичал и потерял счет дням… Как Робинзон…Может два года уже

прошло, может больше… Сами знаете – зимы здесь не бывает. Вы сами -то помните,

как здесь очутились?

Катя, сглотнула комок в горле и вымолвила.

– Отвернитесь пожалуйста, я оденусь.

– Конечно, конечно, – Алекс развернулся спиной к ней, вместе с креслом.

Катя, быстро накинула на себя остатки своей одежды.

– Можно уже, продолжайте…

Алекс повернулся.

– Так вот. Я выпал с самолета вместе с какой-то женщиной, соседкой по креслу.

Это видимо – и есть вы…

– Да. Это ужасно. Я тоже упала вместе с креслом на этот остров, – она

вздохнула.

Первое напряжение спало, и она поняла, что действительно все могло так быть, как

рассказывает этот заросший человек. Попыталась улыбнуться. Мужчина заметил это, и

с радостью улыбнулся в ответ.

– Так вот…Я влетел вместе с креслом в озеро в восточной части острова. А

вы?

– Меня спас склон оврага и дерево…

– Вот видите! Это провидение Господне! Мы оба спаслись из этой передряги!

Это вы на меня ставили эти ужасные ловушки? – он снова хитро улыбнулся.

– Так же как и вы на меня!

Они вместе весело рассмеялись. Лед первого недоверия, немедленно растаял, не

оставив следа, и освободил место, возникающему любопытству и взаимной симпатии.

Алекс, улыбаясь продолжил.

– Пытался вспомнить – как вас зовут. Простите, запамятовал.

– Катя…Екатерина…

– Представляете Катя. Я плюхнулся в озеро, кишащее крокодилами. Но ни один

из них, меня не тронул. Я не знаю почему. Со временем освоился здесь… Построил

хижину… Научился жить, как Маугли в джунглях… Стал добывать себе пищу…

Приручил крокодилов… И, даже организовал крокодилью ферму…Это дает мне мясо,

одежду, и многие другие полезные вещи…Конечно…Мой военный Афганский опыт

сделал свое нужное дело. Может быть, я погиб бы много раньше, если бы не имел

этого опыта. Нас там многому учили. В том числе, и как убивать, и как выживать в

экстремальных условиях…Я здесь один… Я так думал… Пока за мной не начали

охотиться. Неужели это вы? Я удивляюсь – как я еще живой… Впрочем, почему я

только о себе? Вы то, как выжили?

Катя, сидевшая все это время молча, поджав ноги и наблюдая за пляшущими языками

пламени, встрепенулась.

– Так же как и вы…Просто. Работала, охотилась…Я выпала из того же

самолета, что и вы… Это ужасно…Ужасно вспоминать…Так же как и вы, освоилась,

привыкла. Даже завела друзей…

– Друзей???

– Да, именно…Настоящих друзей. Это мой СЭМ и его стая…Дельфины…

Алекс вздохнул, и улыбнулся.

– Да уж… Дельфины умные животные.

– Не удивляйтесь Алекс. Но СЭМ спас мне жизнь и не раз. Может быть в моей

жизни, это есть единственный друг, которого я встретила…– она всхлипнула и

отвернулась.

– Катя. Не волнуйтесь…Я понимаю вас. Видимо в вашей жизни было не все

гладко. У меня тоже хватало до этого всяких неприятностей и стрессов. Даже пытались

убить не раз…Проскочил…Прорвался…А здесь – я новый человек. Многое понял.

Переоценил жизнь…И, если удастся вернуться в цивилизацию, конечно начну жизнь

по-новому…Вы согласны со мной ?

– Вы знаете Алекс? Вы словно прочитали мои мысли. Полностью согласна. У

каждого из нас свои неурядицы в жизни. Важно как их преодолевать… Я также

вспоминаю свою прежнюю жизнь с унынием…Бесконечная погоня за деньгами,

шмотками…Кстати, я веду календарь, и еще двух лет не прошло с момента нашей

катастрофы. Позже могу подсчитать точно…Так вот…Я потеряла и детей, и мужа…

Фактически…Еще при тамошней жизни. Дети со мной не контактировали, потому как -

их кормил и поил мой мужинек – банкир…А с ним я вообще последнее время, жила как

кошка с собакой…Даже не хочу вспоминать…Больно…

– Банкир? Ваш муж? Как его имя?

– Аркадий Гольдман. А что?

Алекса качнуло. Страшная догадка о произошедшем, вонзилась в его мозг.

– Подождите Катя…Надо обмыслить ситуацию …Восстановить, так сказать, ход

времени…

– Алекс? Вы его знаете?

– Да…Знаю…Подождите… Я летел в пятницу, 13-ого…Вы нервничали сидя со

мной…

– Я нервничала? Да, это правда… Но я не сумасшедшая… Поверьте…У меня

перед отлетом, сложилась дурная ситуация с мужем. И, по его настоянию, я решила

расслабиться на курорте в ЮАР. Он все оплатил. Что в этом странного?

– Послушайте Катя… Мы с вами – братья по несчастью… За это не мешало бы

выпить… Я тут попробовал ваше варево… Даже очень прилично. Как вы? Не против?

Катя встала с лежанки и принесла дополнительный кувшин. Алекс вынул из колчана

сверток пальмового листа – положил эту закуску на стол, вместе с горячими

черепашьими яйцами, чуть не забытыми за общими разговорами.

– Кстати…Вот и закуска. Мясная. Не желает ли леди, попробовать настоящий

деликатес – крокодилья спинка… Очень вкусно и полезно…Пробуйте…

– А я не умру ? …Что-то запах не очень приятный… Впрочем, я голодна, как

волк…

– Я это ем, уже много времени…Только мускулы стали сильнее…А к запаху

можно привыкнуть, также как и ко вкусу… Смелее… От соли я уже отвык.

Он разлил «джин» по двум глиняным стаканам. Поднял полный стаканчик.

– Катя. Помните «Бриллиантовую руку»?

– Конечно. Прекрасный фильм.

– Помните как Светличная, охмуряя Никулина, подняла бокал и сказала тост –

«За наше случайное, знакомство!». Я – за то же !

Оба засмеялись и чокнулись стаканчиками.

Костер в очаге, весело потрескивал, ненасытно глотая сухой валежник. Двое молодых

людей, сидели у стола с раскрасневшимися лицами, вспоминали прошлую

цивилизованную жизнь, совершенно не замечая, как яркая, полная луна, повисла над

островом, освещая матовым, колдовским светом, все пространство перед пещерой, и

отбрасывая длинные тени от нависших над склоном холма пальм, на площадку.

Легкий ветерок шевелил кроны деревьев, и эти тени, казались живыми, живущими

своей потайной, ночной жизнью, понятной только им самим. Водопад, также, словно

живое существо, не так яростно, бросал свою воду с высоты холма, как бы сберегая

свою силу и эмоции, для нового солнечного дня, чтобы выплеснуть свою энергию в

природу и навстречу человеку, с которым он научился жить, так красиво и гармонично.

Алекс с Катериной уже сидели рядом на циновке, протянув ноги к огню, совершенно

забыв о сне и пережитых за день приключениях. Кувшин давно опустел. Их разговор

прерывался – то бурным смехом, то грустью. Руки иногда, как бы случайно, терлись

друг о друга и от этих прикосновений, оба непроизвольно вздрагивали.

–…Он предложил мне отдохнуть в ЮАР… Организовал этот полет…Я, как дура

согласилась….Если бы я знала, чем это мне грозит?…Боже! Как я соскучилась

по своим детям… Алекс … У вас есть жена? Дети?

– Нет Катя… Я холост. Так вышло…Армия. Война. Бизнес… Закрутился как белка в

колесе…

– Так и не встретили свою девушку?

– Девушки были… И не одна… Надеюсь вы понимаете о чем я…Но это только

удовлетворение мужских желаний и только… Не было той, особой, к которой я бы

прикипел сердцем…Не удалось встретить. Да к тому же обстоятельства…После войны

надо было встать на ноги самому и помочь друзьям…Даже не знаю – что они делают

сейчас?…

– У вас много друзей Алекс?

– Друзей мало… Приятелей масса. Но друзей…Только два – Валентин, да Михаил…

Был…Погиб наверное. Пропал вместе со своей семьей. И я пропал… Развалилась

наша маленькая компания! А приятели – это так. Если у тебя есть деньги – ты

приятель. Как только у тебя неприятности – тут же все исчезают. Так устроен человек.

– Но это не беда Алекс! В любом случае мы отсюда выберемся. Нас уже двое. Уже

легче! Не так ли?

– Конечно Катя…Конечно… Легче…Я вот думаю про вас… Сопоставляю

факты…

– Какие факты Алекс? Можно я вас, на «ты» буду называть?

– Можно Катя…Можно… А факты – про тебя и про меня…Про нашу прошлую жизнь,

и, произошедшее с нами. Не случайно все это. Я в этом уверен!

Алекс замолчал, усиленно о чем -то соображая. Катерина встала, принесла кувшинчик

холодной воды. Поставила его на землю между ними. Уселась, подперла голову

кулачком и приготовилась слушать, вопросительно глядя на Алекса.

– Почему ты так взволновался Алекс? Что я такого странного сказала?

Алекс, задумчиво посмотрел на неё и начал говорить.

– Я все понял Катя… Это он… Точно он!

– Кто он, Алекс? Кто он? Что ты имеешь в виду?

– Твой муж! Незабвенный Аркаша. Теперь, я понимаю его спешку…

– Какую спешку? О чем ты, Алекс?

Алекс бурно заговорил, нервно подкидывая валежник в очаг.

– Дело в том Катя, что я имел деловые отношения с твоим мужем. Это мой банкир.

Это с его подачи, я решил лететь в ЮАР. Перед отлетом, неожиданно взорвался

мой личный самолет в аэропорту. В твоем самолете – я оказался случайно…Да, это

организовал именно Гольдман… Ты его жена…Я его банкир. Одним ударом он

освободился от двоих, кто ему мешал….И в личной сфере и по бизнесу! Это так на него

похоже! – он взглянул на Катерину.

Та сидела и внимательно слушала, широко раскрыв глаза и боясь упустить хотя бы

момент из рассуждений Алекса.

– Понимаешь… Мне об этом больно говорить тебе. Но я должен…Ради истины. Я

не раз заставал Аркадия своими неожиданными появлениями в банке, с его

секретаршей в непристойных ситуациях. Я считал, что это личная жизнь банкира, в

которую, я не имею права совать свой нос. Не обращал на это никакого

внимания. Дела шли хорошо – а это главное. Теперь я понимаю – что к чему!

Мне открылись глаза – почему мой главный финансист и сам, твой мужинек,

настаивали на развитии нового рискованного проекта с южноафриканскими алмазами.

Снюхались видно… Сволочи! Теперь, я все понял – почему он пытался меня взорвать

вместе с моим самолетом ! Одним ударом – все концы, в воду! О, Господи – эта рука

провидения! – он снова посмотрел на Катю.

Та сидела, с глазами, полными слез. Алекс молча поднял кувшин и жестом показал ей –

надо выпить воды. Катрина сделала несколько судорожных глотков. Ей стало легче.

Алекс сам глотнул из кувшинчика и, снова продолжил свои умозаключения.

– Ты знаешь – перед самым отлетом, я сделал в соглашении об инвестировании

проекта небольшую приписку, и мой менеджер, успел распечатать новую редакцию

этого контракта… Хм…Как это было вовремя…

Катерина подала голос.

– Но Алекс… Почему ты уверен, что Аркаша повинен в этом?

Алекс саркастически хмыкнул.

– Понимаешь Катя – я один из ста богатейших людей России. Крупный,

эксклюзивный, клиент твоего мужа-банкира. Твой Аркаша убедил меня положить

на счета в его банке огромную сумму…Якобы – для инвестиций в разработки новых

алмазных копей в ЮАР. Я подписал с ним этот контракт. Но Бог, двигал моей рукой, и,

твой муж не сможет воспользоваться моими деньгами, вплоть до моего возвращения в

цивилизацию…

– Ты богатый человек, Алекс. Но важно ли это здесь? Мы здесь одни и неизвестно

на сколько…

– Да Катя. Да дорогая, – он как бы непроизвольно обнял Катерину за плечи и тут же

отдернул руку. Катерина не сопротивлялась. – Мы должны найти выход отсюда…Как

можно быстрее… Мы должны попасть обратно в наш мир, и обязательно наказать

всех виновников. В первую очередь – твоего мужа!… Пойми меня правильно!

Катерина всхлипнула, и согласно покачала головой.

– Но как нам вернуться? Алекс? Вокруг – океан бескрайный!

– Согласен. Но тут надо поразмыслить, – он снова ласково обнял ее за плечи.

Светало.

Радостный птичий гомон, в предвестии появления солнца, все активнее, насыщал

джунгли, щебетом и пением – к радости всего живого, к появлению нового,

прекрасного дня.

Яркая полоса краешка солнца, появилась надо спокойной кромкой океана.

Двое вышли на площадку перед пещерой.

– Катерина. Сама судьба подарила тебя – мне. Ты моя счастливая «Пятница»! Теперь

мы вместе, и, конечно – горы свернем! Не так ли?

– Конечно Алекс, – Катя прижалась к сильному мужскому телу, и почувствовала ту

защиту и спокойствие, которое, наверное, получают все женщины, когда рядом

находится крепкая мужская плоть, призванная защищать этот возникший союз двух

горячих, начинающих любить друг друга – сердец.

– Я пойду к себе. Надо кормить крокодилов. Встретимся послезавтра, в

«мусорной»лагуне. Ты не против?

– Еще как – не против! – улыбнулась Катя и осторожно отстранилась.

Алекс поправил свою амуницию, и зашагал к ограде. Остановился, прощально помахал

ей рукой, приставил лестницу и исчез в лучах поднимающегося и слепящего солнца.

Катерина почувствовала утомление от бессонной ночи и, зайдя под навес, с

удовольствием растянулась на топчане, под своим механическим «опахалом».

Этот день, она решила посвятить отдыху и приведению себя в порядок. Ни одна,

уважающая себя женщина, не позволит себе выглядеть дурнушкой, перед

понравившемся ей, мужчиной.

Глава 47

Аркадий уже неделю находился в Москве. После похорон Лоры, он не находил

себе места. Дела шли из рук – вон плохо. После аварии он провалялся в частной

клинике почти три недели. Сотрясение мозга, пара поломанных ребер и сломанная

рука – это то, чем наградила его гонка по южной трассе. Рука до сих пор висела на

привязи. Друзья посоветовали взять новую, молодую секретаршу и забыть прежнюю

побыстрее. Он сделал это, однако, эта новенькая Настя, мало чего понимала в

настоящем сексе и больше заботилась о себе и как выкачать с него максимум

дивидендов для себя. Кроме того, наняв частных детективов, он узнал, что не является

единственным в ее жизни.

Увольнять не стал.

В отместку, занимался с ней сексом особо жестко и извращенно, постоянно унижая и

заставляя делать то, что не всякая проститутка позволила бы.

Вилла повисла в воздухе, потому как была записана на Лору, и неожиданно, у бывшей

секретарши нашлась куча голодных, оборванных, жаждущих захапать это богатство,

родственников. Масса денег стала уходить на всяких адвокатов, «отмазки», крупные

взятки, что стало подрывать его финансовую независимость.

Но больше всего его «доставало» то, что он обнаружил за собой постоянную слежку.

Он не мог уже свободно назначать нужные встречи с необходимыми людьми.

Приходилось все время выворачиваться, искать скрытные, странные места, отрываться

от слежки как настоящему шпиону, а это ужасно раздражало партнеров. Часть

инвесторов и бывших так называемых «друзей», отвернулась от него. Остались только

давнишние кредиторы, да и те, все время пытались вырвать с него свои вложения.

Только еврейская диаспора, помогала держать банк на плаву. Однако, это в свою

очередь сильно ограничило его влияние на ход событий и собственный имидж в

финансовых кругах Москвы.

Два раза он слетал в Израиль, заручившись там поддержкой и гарантиями спасения,

если вдруг в России запахнет «жареным». Переговоры с Березовским в Лондоне,

ничего не дали, потому как тот сам постепенно терял былую силу и власть, к тому же, в

западном мире, о нем сложилось негативное мнение.

Казалось, что какая – то неведомая сила, нависла как «дамоклов меч» над грешной

головой Аркадия, ежесекундно грозя ее отсечь. Врачи обнаружили аритмию.

Прописали кучу лекарств, нужных и не нужных – стараясь выдавить из Аркаши

максимум пользы для себя.

Ему пришлось сократить треть персонала банка. Оставил только тех, кто был с ним в

круговой поруке, и без которых, на этот момент, обойтись было не возможно. Депозиты

сократились, но постоянные израильские вливания, еще держали кредитную систему в

рабочем состоянии.

И тут случилось неожиданное.

Однажды к нему в кабинет, каким –то образом минуя охрану, ввалились два бугая, в

коже и с килограммами золота на шеях.

Разговор пошел с нотками угроз и каким-то замаскированным издевательством

пришедших, над Аркадием. Небритые, представились посланцами из Чечни и

предложили Аркадию продать акции банка, какому -то неизвестному финансовому

холдингу. У Аркадия от такой наглости отвисла челюсть и он на время потерял дар

речи, лихорадочно соображая, где произошел прокол и кто его мог «сдать».

В замешательстве, он просил назначить встречу с их «боссом» через неделю в

Бирабиджане, надеясь на защиту своих. Однако, посетители, уже не таясь, дали ему на

подготовку встречи всего три дня и отвергли всякие Бирабиджаны, назначив встречу, в

неизвестном развлекательном комплексе под Москвой.

Аркадий не на шутку перепугался, хотя не подал вида, но, про себя решил – и трех

дней хватит, чтобы «просчитать», кто и как на него наезжает. Бородачи, еще не успели

спуститься по лестнице здания, как их уже ждал «соглядатай» Аркадия, который

получил от него указание – тихо и незаметно, проследить, откуда и куда следуют

посетители. Но этот частник-детектив, даже и не мог предположить, что сам, вместе с

посетителями, попал в целую сеть наружного наблюдения, соответствующих

государственных структур.

Наглотавшись успокоительных таблеток, после того, как детектив ему сообщил, что

посетители действительно принадлежать к Чеченской диаспоре России, заручившись

словесной поддержкой сильных мира сего, обещавших все решить и утрясти, он поехал

на встречу в указанное место.

Место оказалось закрытой дачей, окруженной трехметровым забором, с множеством

катер наблюдения и вооруженной охраной.

Огромные, окованные ворота, с клацаньем захлопнулись за авто Аркадия, как капкан,

за попавшей в клетку крысой. Молчаливый бородач, провел его мимо бассейнов, с

отдыхающими в шезлонгах красавицами, мимо огромного ресторана, каких-то

помещений, кухни с снующими китайцами, в зал, видимо предназначенный для

переговоров. Вся эта роскошь, подействовала на Аркадия совершенно угнетающе и он

почувствовал возникающую лихорадку и обильное потовыделение.

Ему предложили расположиться в мягком кожанов кресле перед журнальным столиком,

уставленным выпивкой и фруктами. Сразу несколько телекамер под потолком,

уставились на него, мигая своими красными глазками. Аркадий расслабил узел

галстука и вытер пот со лба байковым носовым платком.

Мысли лихорадочно метались, сомнения раздирали душу – « а вдруг в верхах что-

нибудь не сварилось, и это последнее место, которое он посетил в этой жизни?».

Ему вдруг нестерпимо захотелось в туалет. Морщась от возникавшей время от времени

боли, он снял повязку и освободил не вполне выздоровевшую руку.

Оставил портфель с документами на диванчике и принялся расхаживать по зеле,

трогая ручки дверей, в надежде найти туалетную комнату. Камеры настороженно

поворачивали свои объективы, в след ему, и, это еще больше выводило Аркадия из

равновесия. Наконец одна дверь отворилась. Возник коридорчик, в конце которого,

также в углу висела камера. А под ней маячила нужная дверь.

Он полчаса сидел на унитазе, согнувшись и уперев глаза в пол, когда ему в спину

сверлил взгляд соответствующей камеры.

Долго мыл руки, пытаясь смыть не только бактерии, но и всю эту нервную атмосферу,

налипавшую на тело, как пыльца конопли на потную кожу, у наркомана, оказавшегося в

зарослях этой высокой и веселящей травки.

Никто не появлялся.

Аркадий не смел дергаться, звать кого либо и ходить по зале, ощущая давящую

атмосферу неведомой угрозы.

Поразмыслив немного, он налил себе коньяка и выпил. Вслед за первым бокалом,

последовал второй, третий…

Чувство опасности притупилось. Аркадий расслабился. На него накатила вдруг волна

наплевательства на всё и вся. Он закусил фруктами, поднялся и стал расхаживать по

зале, рассматривая картины, висящие на стенах.

Прошло уже более двух часов и его никто не тревожил.

Потрогав некоторые полотна рукой, убедившись, что это оригиналы, написанные

маслом, он вернулся на свое место к столику – решил позвонить в банк и своим

друзьям, узнать – что все это значит?

Однако, оба его «крутых» телефона, показывали отсутствие сети связи.

Он сообразил – в этом месте работает установка подавления мобильной связи.

Наконец, одна из дверей открылась и в залу «вплыло» прелестное грудастое создание,

лет восемнадцати от роду. Пока эта фея плыла, раскачивая бедрами к нему, Аркаша с

удивлением осматривал ее фигуру, автоматически сравнивая с фигурой безвременно

«ушедшей» Лоры. В голове странно шумело, возникли какие-то цветные волны,

музыка…

Девушка представилась.

– Здравствуйте Аркадий. Меня зовут Анна, – Аркадий сидел, ошарашено глядя

на неё. Девушка продолжила.

– Меня попросили вас развлечь, потому как босс, к сожалению сегодня очень

занят и не сможет вам уделить внимание. Меня просили это вам передать и еще – он

вам позвонит и вы встретитесь позже. А сейчас – не угостите ли меня шампанским?

Аркадий машинально взял бутылку, с трудом ее откупорил и облил себя и девушку

шипящими брызгами. Та счастливо расхохоталась и обвила его шею своими руками,

забросила прекрасные тугие бедра ему на колени.

– Аркадий забудьте все! Жизнь дается нам один раз. Почему мы должны себя

сдерживать? Вы со мной согласны?

– Ну…В общем, да, – его язык странно стал заплетаться, но голова работала и он

мог еще себя контролировать.

Девушка проглотила шампанское и призывно протянула бокал за следующей порцией.

Аркадий налил себе и ей. Залпом опрокинул содержимое в себя.

– Аркадий. Пойдемте к бассейнам. Там мои подруги. Они страшно скучают. Вы

знаете – нам запрещено общаться с персоналом. Только с гостями и мы изнываем от

безделья! Смелее, вставайте! – она легко вскочила с его колен, потянула его за руку и

увлекла за собой, выводя на террасу в зону бассейнов, окруженных синтетическими

пальмами и другой тропической растительностью.

Навстречу им, радостно замахали руками еще четверо красавиц – две блондинки,

шатенка и девушка, похожая на цыганку. Аркадий почти бежал, постоянно спотыкаясь,

увлекаемый этой фурией, и, не в силах ей сопротивляться.

Последняя, правильная мысль, которая мелькнула в его голове была: « Хорошо, что я

не взял никаких важных документов с собой…».

Он упал в шезлонг со счастливой улыбкой и к нему «прилипли» сразу три красавицы,

целуя в шею, расстегивая брюки и осторожно снимая сорочку…

Телекамеры, замаскированные в синтетических ветвях пальм, бесстрастно

фиксировали происходящее.

Глава 48.

Солнце постепенно скатывалось к сверкающей над гладью океана,

отражающейся, собственной дорожке. Ни одного облачка. Полный штиль. Дневная

жара, постепенно спала. Джунгли острова ожили после дневной сиесты, и, закричали,

зашевелились, захрюкали, защебетали с новой, радостной силой. Стая далеких

дельфинов, устроила вечерний легкий ужин, на мелководье, организовав несколько

кругов, взбаламутив песок хвостами. Ставрида, и другая рыба, испуганная возникшим

подводным туманом, выпрыгивала из воды и попадала в ожидающие их, раскрытые

пасти хитрых животных. Сэм, насытившись свежатинкой, пронесся вдоль знакомого

берега, ожидая свою человеческую подружку и надеясь поиграть с ней на сытый

желудок. Однако, берег был пуст и он удалился к своей хвостатой и беременной

подружке, особо не расстроившись, и принялся кружить с нею в лазурной глубине, в

своем брачном, любовном танце.

Около своей пещеры, Катерина заканчивала стрижку Алекса. Старый, изготовленный

их крокодиловых кож зонт Алекса, уже не давал тени и причудливые тени людей,

извивались на стенах холма, превращая его в гигантский, природный экран, какого-то

фантастического кино.

Алекс кривил лицо, с мужественным терпением, вынося ту пытку, которую ему создала

Катя, отпиливая пряди волос на голове и бороде, не слишком острым мачете.

– Кэт…Черт…Больно. Когда ты закончишь?

– Это говорит сержант морской пехоты? Что ты скулишь?

– Я не морская пехота…. Не говори, чего не понимаешь! Черт!!! Насмотрелась

фильмов… Бли-и-ин… больно!

Катя довольно фыркнула.

– А кто же этот супермен, который пытался убить бедную женщину?

– И не супермен… Просто обученный военный…О, когда это кончится? – на земле

уже лежала внушительная куча выгоревших на солнце волос Алекса.

– Тебя же учили терпеть боль…Вот и терпи! Пурпурный берет…

– Не пурпурный, а «зеленый берет»…Пурпурные – это специальные солдаты…В

США. Больно! Давай заканчивая. Сойдет и так.

– Отрастил патлы, а теперь орет! Может закроешь рот пока? Голубой берет!

– Не «голубой». Еще раз повторяю. «Зеленый»…Катя! Пощади!

Катя зажала очередной клок волос на бороде и, задумчиво стала его пилить.

– А зеленые какую ориентацию имеют? Как голубые? Или… Что значит зеленая

ориентация? Они любят это делать лесу? Так?

– Ты издеваешься? – Алекс попытался скосить глаза вправо, где стояла Катя.

– Я необразованная в военном деле девочка… Прости… Какой берет? – она тихо,

беззвучно засмеялась, не отпуская его бороду и прижимая его голову к низу. Алекс не

мог даже слова сказать, потому как, его челюсть была оттянута и прижата к груди.

– Так, где же ты поставил ловушки, камикадзе?

– Я не камикадзе! Камикадзе это японские самоубийцы… Все ловушки на тебя я

уничтожил. Оставил несколько для кабанов и коз…И то – только вокруг своей хижины…

– Хорошо. Банзай. Ты зачем хотел убить меня, самурай? – очередной клок упал на

землю.

– Прекрати употреблять слова, которых не понимаешь! Самурай это древний

японский воин…У меня что – узкие глаза? Я желтый коротышка? О… Черт! Ну, ты!

Мюллер в юбке! Прекрати гестаповские пытки!

– Я не Мюллер и не Гитлер…В Гестапо так наверное, не пытали… Если бы я работала

там, я бы не резала тебе волосы… Я бы нашла более важные и

чувствительные органы, – Катя постаралась сдержать себя от смеха, поджав губы.

– В тебе присутствуют зачатки садизма Кэт… Штирлицу, это не понравилось бы…Он

бы тебя оставил на растерзание Мюллеру! Тебе нравится делать мне больно?

– Послушай мой милый Шварценеггер! Я хочу тебя видеть красивым,

привлекательным, сильным и благородным… Я хочу… Хм-м…Я много чего хочу…

Она заливисто рассмеялась и наклонилась, сгребая волосы в кучу

– Что ты делаешь? Зачем тебе мои волосы ?

– Здрассте! Ты как будто не на острове живешь. Это прекрасный материал для

кисточек, для рисования. Красить ногти тоже надо чем-то… Я должна на тебя

производить положительное впечатление. Не так ли? Ты что – против?

– Хм…Всегда поражался практичности женщин… Конечно не против, – Алекс

застенчиво краснея, посмотрел на Катю.

– Ты знаешь Алекс…Сегодня праздник у меня…

– Какой?

– Сегодня день рождения моего сына… Боже! Как бы я хотела видеть моих детей!

Поглаживая себя по неровно остриженной бороде, Алекс искоса взглянул на красивые

ноги Катерины. Он поднялся с камня и стал любоваться ее фигурой. Катерина, не

обращая на него внимания, собирала волосы и закатывала их в огромный лист лопуха.

У Алекса екнуло в сердце, когда ее юбка неловко затопорщилась. Под ней ничего не

было. Его орган прыгнул вверх. Он моментально отвернулся и пошел прочь.

– Алекс! Ты куда? – Катя выпрямилась и прикрыла глаза ладонью от косых лучей

солнца.

– Я сейчас….Заодно наберу валежника побольше…

Катя пожала плечами и вошла под навес пещеры. Отнесла пакет в дальний конец

кладовой. Подбросила толстых веток в очаг и подошла к блюду с водой, служащего ей

зеркалом. Поправила ожерелье из ракушек на шее, и заодно умыла лицо.

Уселась за стол и стала наводить лак на ногти, старой, почти высохшей кисточкой.

Лак еще не успел высохнуть и ложился ровными слоями. Она подняла руку и

полюбовалась ногтями в отсветах пламени. Получилось красиво. Она вдруг застыла,

словно что-то вспомнив, пощупала себя рукой в паху, взяла кусок ткани и вышла из

пещеры. Огляделась. Алекс выламывал толстые сучья из поваленных сухих деревьев,

далеко на склоне холма. Катя быстро подошла к водопаду, скинула с себя одежду и с

наслаждением окунулась в холодную, свежую воду.

Алекс видел ее издалека. Видел это прекрасное, женское голое тело, и не смог себя

успокоить. Все дрожало и трепетало, напряглось, готовое вот-вот выплеснуть, то, что

дала природа мужчине. Он чувствовал, что его симпатия превратилась в более

сильное чувство, к этой неслабой женщине, и он знал – это должно будет случиться

сегодня – в день рождения ее сына. Он сжал рукой член так сильно, что возникла боль.

Но это упражнение, заставило плоть несколько успокоиться.

Через некоторое время, нервное напряжение спало и он продолжил собирать

валежник.

Взвалив огромную охапку сухих сучьев на плечи, медленно спустился к подножью

пещеры. Сложил все дрова в дальнем углу. Осмотрелся. Стол был приготовлен к

трапезе. Лежали фрукты, куски кокоса, стояли глиняные стаканчики и кувшин с

Катерининским «бренди».

Алекс открыл свою походную сумку, и соорудил на очаге, шашлык из огромных кусков

крокодильего мяса.

Вошла Катерина. Мокрые волосы, мокрая одежда, красные блики пламени, играющие

на ее загорелом, гладком теле, сделали ее еще привлекательнее и прекраснее.

Алекс замер возле очага.

Катерина, чувствуя, что производит на него ошарашивающее впечатление, стояла

возле входа и молча улыбаясь. Только треск горящих сучьев, нарушал эту возникшую,

звенящую, любовную тишину… Пауза затянулась.

Наконец, словно сбросив с себя некий окутавший его туман, Алекс тряхнул головой.

– Я, – он кашлянул, – Я пойду, искупнусь тоже, – сердце, почти выскакивало из

груди…

Катерина не сдвинулась с места, только развернулась немного, давая ему небольшой

проход. Её глаза дьявольски сверкали. Алекс, с замиранием сердца, почти касаясь ее

груди, прикрытой куском ткани, согнувшись, чтобы скрыть восставшую плоть,

протиснулся к выходу из пещеры.

Почти бегом подбежал к озерцу под водопадом и рухнул в воду.

Тело мгновенно расслабилось и Алексу показалось, что вода вокруг него закипела от

температуры его крови, бурлящей в жилах. Он поднялся, содрал с себя куски

крокодиловой одежды, отшвырнул их и встал под водопад.

С наслаждением подставил лицо падающим струям. На него нашло некое блаженство

и, неожиданно для себя он воздал клич к Богу!

– О, Боже справедливый! Я люблю! Я люблю эту женщину! – Он поднял руки, и от

этого вокруг него создался некий сверкающий водяной колпак, внутри которого стоял

он и почти кричал, обращаясь к последней полоске солнца, скрывающегося под

далекой полосой океана

– Да, да…Боже, Я счастлив! Я счастлив, что ты создал этот остров и меня с Катей! О

Господи! Я благодарен тебе за то, что ты сотворил с нами. Да восславится имя твое во

веки веков! Дай мне ответную любовь Боже! Я молю тебя об этом. Я люблю…люблю

её! Я не могу дальше существовать без Кати! Боже! Помоги мне! Дай мне ее любовь!

Вода заливала лицо и рот. Брызги разлетались с шипением во все стороны, исчезая в

голубизне окружающего пространства, словно ангелы – его посланцы к Богу! Алекс

закрыл лицо руками и замер.

В голове возникла далекая музыка – «Отель Калифорния» группы «Иглз». Он стоял, и

ощущал, как каждая нота, голос певца, пронизанный любовью, проникает в каждую

клеточку его тела, разогревая его еще больше, несмотря на очень холодную воду,

окутывающую его тело.

Мелодия постепенно улетучилась, оставив вместо себя тело, дрожащее от холода.

Алекс вышел на бережок и медленно натянул на себя одежду. Голова прояснилась.

Феерия улетучилась. В груди осталось теплое ощущение того, что Господь его

услышал. Он медленно пошел к пещере.

Катерина стояла возле стены и обводила кружочком, палочкой, не песчанике стены – в

ее календаре, дату этого дня.

Все было подготовлено к торжественному ужину. Она обернулась.

– Ну как водичка?

– Ничего, прохладная. Бодрит.

– Ну мой милый Рембо, пора отметить праздник! Надеюсь, ты не против?

Алекс решил подхватить ее шутливый тон.

– Ну с такой леди, я бы даже сказал «Бритни» – почему бы и нет ?

Катя присела за стол и разлила бренди.

– Ты, однако, сравнил меня с проституткой! Нашел с кем сравнить!

– Почему? Бритни мне нравится. Вышла замуж, стала мамой!

– Ну может быть. Но, я не так молода, как она, – Катя грустно улыбнулась, взглянув

в глаза Алексу и подняла стаканчик. Алекс вздохнул.

– Да….Я тоже…Выпьем за твоего сына и твоих детей! Пусть нам не сладко. Пусть на

их долю не выпадает таких приключений! Здоровья им и счастья!

Они одновременно опрокинули стаканчики. Алекс тут же их снова наполнил.

Катерина принялась с наслаждением уплетать бананы. Алекс снова поднял стакан,

словно, боясь, что эта счастливая минута, может неожиданно оборваться. Катерина

подняла бровь.

– Ты куда-то спешишь?

– Нет, никуда… Просто боюсь потерять это счастливое мгновенье…Да и после

первой, не привык закусывать.

Катерина решительно отложила банан в сторону.

– Ну тогда, мой милый Брюс, хоть ты и не Уиллис, выпьем за мужчин – нашу опору в

этой жизни.

Уже более спокойно, джин исчез из стаканчиков.

Алекс улыбнулся, встал, достал мясо из очага и разложил его по тарелкам. Жестом

пригласил Катю присоединиться и с удовольствием съел первый кусок. В голове

появился первый хмель. Катя смотрела на него широко раскрытыми глазами, и

соблазнительно, расслабила подвязки на одежде.

Когда он бросил очередную кучу хвороста в огонь, стаканы были снова наполнены.

Катерина стояла возле стола, держа стаканчик в руках.

– Третий тост – за женщин, Алекс!

– О, я уже даже не Ван-Дамм?

– Нет милый! Ты для меня Алеша! И, был им всегда. И, пить мы будем на

брудершафт!

– С удовольствием…Любимая!

Не переплетая рук, они судорожно выпили, одновременно бросили стаканы и впились

губами друг в друга. Мощные руки Алекса, с такой страстью прижали тело Катерины к

себе, что она вскрикнула от боли. Алекс моментально расслабил объятия…Катя

простонала:

– Ого…Ну ты и боров! Осторожнее с хрупкой женщиной! Медведюга!

Её губы еще что-то говорили. Но Алекс уже не слышал. Он снова, нежно ее обнял, и

его язык утонул во рту Катерины…

Он подхватил ее на руки и нежно уложил на лежанку. Катерина сама, судорожно его

целовала, прижимаясь к его телу. Ее била сексуальная лихорадка, противиться которой

не может ни одна женщина в мире. Ее губы шептали слова признания в любви, и губы

покрывали лицо и шею Алекса страстными, горячими поцелуями. Язык Алекса ласкал

ее соски, грудь, и тело содрогалось нетерпеливыми быстрыми толчками, заставляя

изгибаться Катерину в приступе оргазма…

Луна еще не успела покрыть территорию вокруг пещеры своим мягким успокаивающим

светом, когда из жилища людей, одновременно вырвались протяжные и долгие крики

слившихся в любовной гармонии, двух человеческих существ.

Глава 49

Они встали поздно. Их взаимные ласки продолжались все ночь. Свежий воздух,

входил в их здоровые легкие и не давал загаснуть любовному огню. Даже когда они

откинулись в удовлетворенном блаженстве друг от друга, спали совершенно не долго.

Уже днем, они продолжали насыщать друг друга любовью, забыв о еде и вообще обо

всем на свете. Только под вечер, очнувшись после очередной любовной порции, вышли

обнявшись из пещерной прохлады на площадку перед навесом, потянулись и пошли

принимать водные процедуры.

Никогда ранее, оба, не чувствовали себя счастливее, чем в этот момент. Словно дети,

плескались, обдавая себя брызгами и смеясь от любви и счастья.

Несколько позже, развели огонь возле навеса и зажарили черепашьи яйца и

оставшееся крокодилье мясо. Этот поздний обед, достаточно их подбодрил и придал

сил, после почти бессонной ночи.

Они бродили по берегу лагуны и мечтали о том, как они вернуться в цивилизацию, и,

какая у них будет счастливая совместная жизнь. Любовь переполняла их сердца и

когда они сомкнулись в любовном порыве прямо в воде лагуны, возле них пронесся со

своей возлюбленной Сэм. Дельфин словно понимал, чем они занимаются в воде. Он

выпрыгнул вместе со своей подругой из воды, несколько раз перевернувшись в

воздухе, радостно фыркнул, и, скрылся вдали.

Катерина стояла на берегу, покрывая лицо Алекса страстными поцелуями, вжавшись в

его тело, отвечая на его ласки и полные любви поцелуи. Они были абсолютно голые,

так, как видимо в свое время, в Эдеме, стояли Адам и Ева.

Её глаза, были наполнены слезами. Алекс нежно ее обнимал, зарывшись лицом в ее

волосы.

– Почему ты плачешь, Катя?

– Алеша. Я от счастья! Где мы?…Где мы и где мир?

Алекс отстранил от себя ее лицо, держа его в руках и взглянул в ее глаза.

– Катя! Милая! Я тебя люблю! И, это – главное! Ты же сильная женщина! Да с тобой

– мы горы свернем! Одеваемся и идем. Мне в голову пришла интересная мысль как

спастись! Пойдем! – он поднял ее одежду и стал ее одевать. Катерина молча стояла, с

обожанием глядя на своего «Робинзона» и беспрекословно подчинялась, как когда-то в

детстве, когда ее, еще девочкой, одевал ее отец.

– Ты моя «Пятница», – продолжал Алекс. – Никому в обиду не дам. Даже природе! И,

мы с тобой, обязательно вырвемся отсюда. Ты станешь моей женой…

Его голос неожиданно приобрел стальные нотки. Он продолжал:

– А я, кое-кого найду. Рассчитаюсь по всем счетам. Мало никому не покажется. Нам

только бы отсюда вырваться ! – он взглянул на Катерину.

– Правда милая?

Катерина виновато кивнула и вытерла ладонью глаза. Алекс снова ее обнял и они

медленно пошли по берегу лагуны по направлению к своему жилищу.

Весь вечер они посвятили собиранию дров и устраивая на берегу огромные кучи для

сигнальных костров. Алекс таскал тяжелые колоды, а Катя складывала их вокруг

глиняных чаш, наполненных древесной смолой. Кучи, они расположили в линию по

всей длине берега, разнеся их довольно далеко, друг от друга.

Когда уже темнело, они закончили временный шалаш и лежанку, на границе джунглей и

песка берега. Алекс успел выкопать яму для сохранения горящих углей. Когда взошла

луна, они сидели на берегу обнявшись и мирно беседуя о будущей жизни и

возможности их обнаружения.

– Да. Конечно я видела самолеты. Но Алекс, они пролетают так высоко. Неужели они

могут нас заметить?

– Конечно смогут. Смола даст черный густой дым. А одновременно зажженные,

костры должны дать три огромных, черных столба дыма. В этом весь смысл моей

затеи. Пони маешь? Три столба дыма. Не один и не два! Словно сигнал «SOS». Это

должно подействовать. Лишь была безветренная погода и вовремя пролетающий

самолет. Ведь нас наверняка искали. А пропавший наш самолет? Информация об этом

не стирается и попадает в специальные хранилища истории катастроф.

– Боже! Как хочется в это верить, – Катя прижалась к Алексу.

– Не робей «Пятница». Прорвемся!

– Алеша. Я верю тебе и в тебя. Конечно – должно получиться. Ты же у меня умница!

«Робинзон» мой любимый, – ее губы нашли его теплый, чувственный рот.

Весь следующий день они посвятили обустройству нового жилья не берегу.

Шалаш превратился в больший по размеру, Над ним возник навес, покрытый

пальмовыми листьями. Отдельный навес они устроили над специальным хранилищем

огня, от которого постоянно брали угли и разжигали очаг для приготовления пищи.

Охотиться стало намного проще и легче вдвоем. Жизнь превратилась в почти веселое

приключение. Возникла настоящая молодая семья, с четким распределением

обязанностей – на мужские, и, женские. Эта жизнь была наполнена теми маленькими

радостями, которые в обыденной жизни, в цивилизации, люди просто не замечают.

Погода стояла прекрасная, как бы давая людям возможность насладиться их любовью

и общением с природой, так благосклонно к ним относящейся. Несколько раз, они

видели пролетающие самолеты, но в это время, то Алекс отсутствовал, находясь на

охоте, то, самолеты пролетали далеко от острова.

Так прошло два месяца. Катя обнаружила, что она беременна.

Радости Алекса не было границ. Он заставил ее сидеть возле шалаша и освободил

вообще от всякой физической работы. Вместо этого, на плоской глиняной табличке,

заставил делать отметка – составлять расписание пролетающих самолетов, как он

выразился – дал «легкую, офисную работу».

После тщательного анализа отмеченных пролетов, Алекс выбрал два дня в неделю, в

которые можно ожидать пролета очередного лайнера, точно над островом. И один из

этих дней – пятница. Вполне возможно, что это был один из тех московских рейсов,

которым они и летели.

В один из таких дней, но это был вторник, Алекс не пошел на охоту, а подготовился в

пролету самолета. Возле каждой кучи, стоял зажженный факел и он, ходил вдоль

берега, настороженно напрягая слух, стараясь уловить далекое гудение в небе,

реактивных двигателей самолета. В дополнение к кострам, он вырыл длинные канавки

на песке берега, в виде огромных букв «SOS». С замиранием сердца, затаивал

дыхание и напряженно прислушивался, когда в обычный шум джунглей, вкрадывались

незнакомые звуки.

Глава 50

Небольшой французский реактивный самолет, совершал свой обычный

чартерный рейс – «Париж – Кейптаун».

Пилоты, включив «автопилот», весело переговаривались, вспоминая истории своей

жизни, изредка поглядывая на приборы и на блестящую поверхность океана за

окошками кабины. Одного из пилотов звали Жан, другого, что был постарше – Алан.

Он и рассказывал коллеге, старый, избитый временем анекдот:

– В госпитале одна медсестра, указала пальцем на замотанного в гипс больного.

Это тот боксер, которого сбил мотоциклист? Другая ей отвечает: – Нет, это тот

мотоциклист …

Сам же и ухмыльнулся, взглянув на улыбающееся лицо второго пилота. Тот

поддержал товарища.

– Слушай Алан, что мне рассказала моя жена…

– О ля-ля! Тебе жена рассказывает анекдоты?

– Иногда…Когда ей очень сильно меня хочется… Для поднятия моего тонуса… И

еще кое чего… Так вот. Встречаются два старика. Разговаривают. Один – «Как дела?»

Другой отвечает:– « Да вот только из тюрьмы вышел, полгода сидел…Первый: – «За

что?» Другой: –«Помнишь мою домработницу? Так вот она обвинила меня в

сексуальном домогательстве!». Первый: – «Ты ее действительно трахнул?». Второй: –

«Нет конечно! …Просто когда мне в суде предъявили обвинение, это была так лестно

для меня, что я согласился, как будто это была правда!». Первый: – « Как? Всего

полгода получил за изнасилование?». Второй: –«Да не за это! За дачу ложных

показаний!» …

Оба заливисто расхохотались.

Впереди, внизу, вдруг показались странные, три столба черного дыма,

поднимающиеся от поверхности океана, вертикально, почти к самым облакам.

Алан уперся лбом в стекло кабины.

–

Жан, там внизу маленький островок и оттуда этот дым поднимается. Тебе не

кажется это странным?

–

Кажется, кажется колега. Если мне не изменяет память, пару лет назад, здесь

случился теракт на «Боинге». Правда самолет долетел до берега. Однако, двоих

пассажиров не дочитались.

Алан проводил взглядом, дым от острова.

–

Как считаешь? Надо сообщить об этом?

–

Конечно колега. Только тогда, когда благополучно сядем в Кейптауне.

–

Согласен. Сейчас не будем баламутить диспетчеров. Пусть кому надо – тот и

разбирается, – он взял полетную карту и сделал необходимую пометку.

Через две недели, ракетный крейсер России, дежуривший в Индийском океане,

получил приказ – обследовать район небольшого островка, неподалеку от

Мадакгаскара. Еще через три дня, крейсер стоял на якоре, а на его палубе рокотал

моторами, готовый к отлету вертоліт морской разведки. Офицер, стараясь перекричать

гул мотора, объяснял пилоту его боевую задачу:

– Василий. Обследуешь остров досконально. Особенно береговую часть и холмы.

Сообщай обо всем, что тебе удастся увидеть интересного… Там должны быть люди

Вася! Наши люди. В этом районе наш самолет был взорван. Если никого не увидишь,

сбросишь рацию, сигнальный маяк и продукты. Ты все понял лейтенант?

– Так точно товарищ капитан. Все будет в лучшем виде. Не волнуйтесь! Не в

первой! – пилот отдал честь и захлопнул окошко кабины вертолета.

Офицер, прижав рукой фуражку к голове, отбежал от вертолета и тот поднялся в небо.

Глава 51

Алекс и Катя сидели в обнимку в обнимку на берегу. Солнце скрылось за горизонтом, и,

на воде океана, играли последние солнечные отблески. Катерину слегка

подташнивало. Алекс нежно поглаживал рукой ее живот. Готовые новые кучи, стояли

вдоль всего берега, ожидаю нового рейса, далекого, гудящего самолета.

– Когда мы попадем в наш мир Кэт, я разберусь со всеми, кто создал нам это

приключение..

– Ты им будешь мстить? И моему мужу тоже ?

– А как ты думаешь? Он тебе искалечил жизнь… Оставить его в покое за это?

– Я думаю да. Его Бог накажет…

– Это конечно так… Но лучше будет, если я помогу Всевышнему…

– Я не хочу говорить об этом. Тебе хочется ребенка?

– Конечно! Я буду счастлив…Подумай как мы хорошо будем жить с нашим сыном! –

Алекс мечтательно откинулся на песок.

– С нашей дочкой! – Катя улыбнулась.

– С сыном Кэт …С сыном… Он будет у меня сильный и умный мальчик…Как я…

Алекс улыбаясь, посмотрел на Катю. Она не преминула ответить

– И ты научишь нашу девочку всему, что ты знаешь… Она не будет такой размазней

как я !

– Да… Наш сынуля покажет всем друзьям, чего он стоит. Я научу его защищать себя,

– Алекс потрепал Катерину за волосы.

– Я куплю для нашей дочки самое лучшее красивое платье и она поступит в

престижный университет. Станет модельером-дизайнером.

Шутливая перепалка продолжалась бы и дальше, если бы в воздухе не раздался

странный гул.

Алекс насторожился. Он резко вскочил и прислушался. Гул вертолета, быстро

приближался. Из-за холма выскочила крылатая машина и зависла над ними, подняв

клубы песчаной пыли. Алекс обнял Катерину и крепко ее поцеловал. Его губи шептали

ей в ухо

– Катюша, милая. Наш сигнал сработал! Вот мы и в цивилизации милая! Мы спасены,

любимая! Конец всем нашим приключениям!

Катерина рыдала, уткнувшись ему в грудь.

Он поднял руку и помахал вертолету.

Эпилог

Аркадий сидел в своем банкирском кабинете, бездумно тыкая пальцем в кнопки

клавиатуры компьютера. Мысли его были далеки от насущных дел. Мозг искал выход

из создавшегося для него, почти катастрофического положения.

На руках был израильский паспорт и в кармане лежал билет до Телль-Авива на 14-00

сегодняшнего дня.

Последнюю неделю, его донимали звонками не только Российскими, но и

заграничными. Он вынужден был отключить телефон. Сегодняшний его приход в банк,

был совершенной неожиданностью для его работников. Все думали, что он находится в

служебной командировке по регионам России – Аркадий сам, специально распустил об

этом слух. Кое какие нужные бумаги, лежащие в сейфе, заставили его посетить банк.

Неожиданно, без стука, дверь кабинета распахнулась.

В кабинет вошли Олег и Виктор. Аркадий, сначала ошарашено на них посмотрел, но тут

же узнал в них «приставучих ментов». За ними, медленно вкатилась инвалидная

коляска с Валентином. Объехала стоявших милиционеров и встала прямо перед

столом Аркадия. Незнакомый человек-инвалид, вперился в него ненавидящим

взглядом.

У Аркадия мгновенно, на лбу выделился пот, он вскочил и не своим голосом, визгливо

выкрикнул:

– Кто вы такие? Кто вас впустил? Что вам надо ?

Олег обошел коляску, и тяжело оперевшись руками на стол, тихо сказал:

– Не надо так волноваться господин банкир. Это милиция…Вы нас хорошо знаете.

Сзади приблизился Виктор.

– Вот ордер на ваш арест мистер Гольдман… Вы обвиняетесь в покушении на

двойное убийство, терроризме и финансовых махинациях…

Аркадий рухнул в кресло.

В кабинете появился четвертый.

У Аркадия расширились зрачки. К нему приблизилось привидение в образе Алексея

Воронова. Аркадий поднял руку, как бы отгораживаясь от видения. На губах выступила

пена.

– Нет…нет! Только не это! ….

Алекс усмехнулся.

– Ну что мистер банкир? Помните вашего самого богатого клиента?

Аркадий снова вскочил с кресла и забился в угол кабинета. Алекс продолжал

невинным голосом.

– Я благодарен вам мистер Гольдман за вклад, который вы внесли в дело

умножения моего капитала… Я благодарен вам за это! Надеюсь, что вы поняли

правильно мою невинную приписку в контракте… А впрочем… Вы ничего не

смогли бы изменить в любом случае…Я стал богаче втрое – благодарен вам

мистер Гольдман…

Алекс вынул сигару из специальной карманной коробочки, подошел к столу, Аркадия,

взял со стола специальные щипчики и откусил кончик сигары. Виктор защелкнул на

кистях Аркадия наручники и подтолкнул его к выходу.

Алекс, пожал руку обеим милиционерам и они, улыбнувшись, вывели Гольдмана из

кабинета.

Валентин, молча проводил взглядом Алекса, который подошел к окну и раздвинул

шторки жалюзи.

У подъезда банка, стоял роскошный «Бентли-кабриолет», в котором сидела

располневшая, беременная Катерина. Она увидела Алексея в окне и радостно

помахала ему рукой.

Из боковой двери банка вывели Гольдмана и усадили в черную Волгу.

Катерина этого не видела. Её глаза сияли счастьем и восторгом.

Алекс из-за стекла, улыбнулся ей, и, сделал рукой знак «О-кей!.

Валентин вытянул из кармана плоскую бутылку водки и вопрошающе взглянул на

Алекса, когда тот обернулся к нему.

– Ну что, боец? Дернем?

– Почему же нет партнер? С удовольствием выпью с новым директором банка, –

Алекс с наслаждением выпустил изо рта пахучую струйку дыма и улыбнулся…

Валентин опешил.

– Кто я? Директор банка?

– Ты Валёк …Ты! Я сегодня скупил все акции «Левит Банка»!

Лицо Валентина растянулось в широченную улыбку и в его горле, весело забулькала

«огненная вода».

Content

Самарский Игорь Юрьевич и др Пятница