Елена Щетинина

Частные предположения

4. Профессор Валентина Петрова-Комова

(выдержки из дневника)

17 фивраля 2077

юрка во дваре спрасил где мой папа я сказала что мой папа в космосе сирежка сказал что так ни бываит папы так долго в космосе ни литают я сказала что мой литает тогда сирежка сказал что наверное мой папа умир а мне не гаварят мама миня долго ругала за то что я расбила сирежке нос

1 июня 2077

к нам в гости иногда преходит дядя саня

мама гаварит что он папин таварищь

ну и ее тоже

все папины друзья и мамины друзья тоже

во всяком случае она так гаварит

дядя саня обычно пьет с нами чай и что-то расказывает вслух

мама гаварит что это он читает стехи

я не знаю что такое стехи но дядя саня очень красиво их читает

как бутто музыка.

1 августа 2077

я спросила у мамы кто придумал мне имя

она сказала что никто его не придумывал так просто получилось

тогда я спрасила почему мое имя как у папы

мама сказала что это папа так захотел

чтобы когда он улитит дома все равно бы был кто-то по имени Валя

а потом она стала тереть глаза сказала что папало мыло и ушла в ванную

хотя какое мыло мы же сидели в комнате.

10 августа 2077

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

15 августа 2077

Мы были с папой в зоопарке в кино в басейне на даче еще раз в зоопарке еще раз в кино

во дворе мы видели Юрку и я показала Юрке язык

ведь я была с папой

теперь Юрка будет знать что у меня есть папа и он не умер а совершено даже живой

потом снова ходили в кино в цырк в театр

потом еще напишу папа нас с мамой куда-то зовет

20 августа 2077

Юрка сказал что я его обманываю и это не мой папа а дедушка. Потому что папы такими старыми не бывают. Мама ругала меня за то что я подбила Юрке глаз. Они с папой долго спрашивали почему я это сделала но я им не сказала. Потому что не хотела огорчать папу. Потому что он правда похож на дедушку. Но он все равно мой самый любимый папа.

Космос я тебя ненавижу.

25 августа 2077

Папа улетел.

30 августа 2077

Космос я тебя НЕНАВИЖУ.

28 марта 2078

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

4 сентября 2078

Я спросила у папы кто придумал, чтобы мое имя было как у него. Папа ответил, что это была мамина идея. Чтобы когда он улетает дома все равно был бы кто-то по имени Валя. А потом он стал тереть бровь и попросил принести ему свежую газету из коридора. Хотя я сама видела, как он утром читал ее.

4 января 2079

Папа улетел.

8 августа 2079

Я спросила маму, почему папа любит космос больше чем нас. Она ответила, что нет, он не любит космос больше чем нас. Тогда почему, спросила я, он улетает в него. А мы остаемся здесь и ждем. Валя, сказала мама. Папа любит тебя, меня, всех людей. И именно потому, что он любит тебя, меня, всех людей, поэтому он и улетает в космос. Потому что это надо. И это может сделать только папа.

Я ничего не понимаю.

Но я знаю одно.

Я ненавижу космос.

7 января 2080

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

30 мая 2080

Я спросила у родителей – они как раз сидели вдвоем в зале и целовались, думая, что я их не вижу, – кто придумал мне имя «Валя». Я помню, как я маленькой задавала этот вопрос им по отдельности – точнее, нет, не помню, лукавлю. Я прочитала об этом в своем дневнике. У меня был такой забавный кривой почерк, и я все время делала такие глупые орфографические и пунктуационные ошибки… Теперь-то я все знаю и умею, вот.

Так вот, я спросила их. Они долго сидели молча, не глядя друг на друга. А потом спросили меня – почему мне это так интересно.

А я не нашла, что ответить.

Вот так.

4 июля 2080

Папа улетел.

7 июля 2081

Связь с папой очень плохая. Прерывистая. Очень редкая – если вдруг они могут наладить сигнал на какой-то из перевалочных точек. Чаще всего у них это не получается. Точнее нет, не у них. У папы получается все, если есть хотя бы полшанса, хотя бы доля возможности. Просто там нет сигнала. Нет – и все. Шансы в минусе, возможности тоже.

Но мы ждем. Ждем папу.

Космос, я никогда не полюблю тебя.

12 сентября 2081

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

10 декабря 2081

Я снова спросила у родителей, кто решил, что меня будут звать Валей. Они долго молчали, а потом мама сказала: «Кажется, ты нас уже спрашивала об этом». «Да», – ответила я. «Почему ты так хочешь это узнать?» – спросил папа. «Тебе оно не нравится», – подумала, что догадалась, мама. – «Ну конечно же, сейчас у вас в моде необычные имена, Евлампия или Антуанетта…» – «Ты хочешь его поменять?» – спросил папа. «Нет», – ответила я.

3 января 2082

Папа улетел.

7 марта 2082

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

13 июля 2082

Папа улетел.

27 апреля 2083

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

10 августа 2083

Папа улетел.

19 ноября 2083

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!

29 декабря 2083

Папа улетел.

2 февраля 2085

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!

23 июля 2085

Папа улетел.

30 августа 2085

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!

25 декабря 2085

Папа улетел.

20 мая 2088

Я вырвала из дневника около трех листов. Все равно там ничего нет. Только даты и две фразы. «Папа прилетел» и «Папа улетел».

Я пытаюсь вспомнить сейчас – неужели в моей жизни тогда ничего не происходило? И вспоминаю – да нет, отчего же… куча вещей. Куча прекрасных, замечательных, забавных, грустных… Я их прекрасно помню. Но тогда, в детстве, я не считала нужным их записывать. Не считала нужным фиксировать. Тогда самым важным для меня было – прилетел ли папа.

Космос, я ненавижу тебя.

23 мая 2088

Я поговорила с дядей Саней. Попросила его ни в коем случае не рассказывать маме с папой. Я знаю, что если он что-то обещает, то обязательно выполняет. Они с папой в этом очень похожи. И выполняют, даже если им это не нравится. Я не знаю, понравилось ли это дяде Сане. Нет, конечно, ему было приятно – даже если бы это не мелькнуло на его лице, я бы и так это поняла. Любому человеку будет приятно, если его называют тем, благодаря кому выбирают свой жизненный путь. Фу, как пафосно – «жизненный путь». Но тем не менее.

Ему было очень интересно, почему я не хочу, чтобы об этом знали мама с папой. Я не хотела отвечать – во многом потому, что и сама не знала почему. Просто знала – и все. Скорее всего, что тогда бы пришлось объяснять очень многое. А мне не хотелось обижать папу.

Мне кажется, его бы обидело, если бы он узнал, что я ненавижу космос.

15 июня 2088

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ!!!!

30 июля 2088

Комиссия долго листала мой аттестат. Удивлялись, наверное. Хотя, почему наверное – я же видела их лица, это было на них написано. Ну конечно, можно их понять – сплошные «отлично», особенно по техническим наукам. С таким аттестатом идут совершенно на другие специальности, а не сюда. Они даже в мою медкнижку заглянули, да. Думали, что там что-то вроде клаустрофобии или боязни высоты, наверное. Ха! Да на мне можно воду возить, как говорит папа.

– Я, конечно, понимаю, – намекнул один из комиссии. – Не все хотят, чтобы им из-за фамилии даже неосознанно давали поблажки или же, наоборот, придирались. Но тем не менее… Вы же можете взять фамилию матери, например… Девичью.

– Она у нее и так девичья, – буркнула я, понимая, к чему тот клонит. – Мама актриса, и у нее девичья фамилия.

– Ну так тем более, – кивнул он. – Вы же можете хотя бы на время обучения взять ее фамилию. Если все дело в юношеском максимализме и желании идти своим путем – а поверьте, у меня семеро детей, и я кое-что в этом смыслю, – то послушайте старика, здесь не время и не место для этого.

– Вы думаете, что я займу чье-то место? – мрачно сказала я.

– Нет-нет, – покачал головой он. – Рано или поздно все оказываются на своих местах. Просто зачем вам терять время – с вашими данными, оценками, да и… не будем лукавить, семьей – зачем вам терять время? Если через три года вы вдруг поймете, что на самом деле вас тянет в космос?

– И я только зря отниму у вас три года, да, – кивнула я.

– О нет, – вздохнул он. – Мы постараемся, чтобы ни один день из этих трех лет не прошел для вас зря. А если он не пройдет зря для вас – то и не зря для нас. Но все-таки?

– Все-таки нет, – твердо сказала я.

– Вас так не тянет космос? – спросил он.

– Нет.

– Но почему?

Я встала.

– Он отнял у меня отца.

30 июля 2088

Мама не ожидала. Да и папа, как я думаю, тоже. Да, конечно, они расспрашивали меня, на кого я хочу учиться и куда собираюсь поступать – но я отвечала уклончиво, и они понимали, что спрашивать не имеет смысла, я и сама не знаю. Отчасти они были правы. Отчасти нет. Я четко знала, с чем не собираюсь иметь дела – категорически – и больше ничего. Но и этого было уже достаточно. С космосом. Я не хотела – и не хочу – иметь никакого отношения к космосу. Почему – неважно. Это никого не касается. Это мое и только мое дело.

Я тебя ненавижу, космос.

3 ноября 2088

Папа улетел.

18 ноября 2088

Что может быть проще и дальше от космоса, чем филологический факультет? Особенно если не брать специализацией современную литературу, в которой-то, ясное дело, этого космоса пруд пруди. Вон, даже у дяди Сани в каждом втором стихотворении звезды, полеты, перелеты и так далее. Все понятно – часть жизни, романтический быт, как-никак. Фу. Как я ненавижу космос.

А вот античная литература, Средневековье – какая, Боже ж ты мой, прелесть! Цветочки, птичечки, любовь, смерть, кровь, боги – и никакого тебе космоса. Определенно, защищаться буду по какому-нибудь из этих периодов.

25 декабря 2088

Видела во дворе Юрку. Он поступил учиться на звездолетчика. Ну да, конечно, Комиссия по Контактам и так далее…

Ну вот, и еще одного человека ты сожрал, мерзкий космос.

11 февраля 2089

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ

27 августа 2089

Папа улетел

4 сентября 2089

В этом семестре мы изучаем литературу XX века. Я уже посмотрела учебные планы и списки литературы.

Фантастика. Черт возьми, груда фантастики. Толстой, Азимов, Шекли, Стругацкие, Брэдбери – имя им легион, да. И практически все, все, все они писали о космосе.

Кажется, никуда мне от него не деться.

Космос, я не люблю тебя.

19 октября 2089

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ

16 декабря 2089

Папа улетел

17 декабря 2089

Надо сказать, что фантастика не такая уж и отвратительная штука. Если представить, что там описывается не настоящий космос, а представления людей того времени о нем, – что, собственно, не так уж и далеко от действительности, – то идет весьма неплохо. Такое легкое чтиво на ночь.

5 мая 2090

Их зовут Альберт и Юрий. Альберт Сидоров и Юрий Комов. Они оба хорошие. Я не могу сказать, что они самые лучшие на свете, но да – они из трех самых лучших мужчин, что я когда-либо встречала. Альберт, Юра и папа. И все эти три мужчины меня любят.

20 июня 2090

ПАПА ПРИЛЕТЕЛ

3 июля 2090

А вообще-то… есть что-то в этих книгах. Черт с ним, с космосом – но там и кроме него что-то есть. Что-то иногда до невозможности наивное, часто так же до невозможности пафосное, и как правило – очень простое. Что-то такое…

Кажется, именно эти книги читал в детстве папа?

3 июля 2090

Папа посмеялся и сказал, что да, именно эти авторы были в числе его любимых. Что тогда именно ими зачитывались все ребята – и отчасти именно вдохновленные ими и шли на покорение пространства.

Ну а что там такого? – спросила я. Ведь космос же там совершенно другой и все не так. И даже столько технических ошибок… Но что же там такое в них? Такое, что, кажется, это чувствую даже я?

Папа ответил, что Бог с ними, с техническими ошибками. И черт со всем остальным.

Там человек. И космос. Космос. И человек.

И они учатся сотрудничать.

Вот и все.

9 марта 2091

Юра позвал меня замуж.

У него был короткий отпуск в академии, и большую часть его он провел со мной. Мы гуляли по нашему двору – каким тот маленьким кажется сейчас, когда мы выросли!

А потом Юра поцеловал меня.

А я рассказала ему про Альберта.

Юра долго молчал. Так долго, что я решила, что теперь меня любят только два человека.

И я спросила – что, теперь все кончено? Но ведь я еще не выбрала. Вы оба хорошие, правда – и я не знаю, как поступить.

А Юра покачал головой и сказал, что все в порядке. Ну так, как может быть в порядке в такой ситуации. И что он будет ждать моего ответа. Что космос очень хорошо учит ждать. И надеяться.

Космос, неужели мы с тобой теперь сотрудничаем?

13 июня 2091

Я не могу оторваться от этих книг. Странно, но это именно так. Бог с ними, с сюжетами, техническими подробностями, идеологическими моментами, социокультурной подоплекой! Там люди. Там такие люди! И да, да, да, теперь я понимаю папу и тех, кто был и есть рядом с ним. Только читавшие такие книги в детстве могут жить так, как они. Почему мама не показывала мне их тогда, когда я была маленькой? Тогда бы ждать мне было гораздо проще.

7 июля 2091

Я откажу Юре. Я видела, как ждет мама. Я не хочу так ждать. Да, это прекрасная, героическая, нужная людям профессия – но мне и так хватает ее в моей семье. Я не хочу ждать еще одного человека.

Альберт работает в агрокомплексе. Он всегда будет здесь, на Земле, со мной.

Я больше никого не хочу ждать. Никого, кроме папы, если уж так получилось.

Разве это так плохо?

30 октября 2091

Мой диплом будет называться: «Космос и человек: вера и мечты, ожидание и надежды. Анализ фантастического дискурса ХХ века».

Космос, кажется, мы с тобой партнеры.

14 апреля 2092

Папа умер.

14 апреля 2092

Папа не умер.

Папа просто улетел.

Просто на этот раз надолго.

Очень надолго.

Как думали тогда, в первый раз.

Но я его буду ждать. Я его все равно буду ждать.

Я не могу не ждать папу.

1 мая 2092

Сегодня они опять приходили к нам. Раньше – к папе. Сейчас – к нам. Потому что мы – единственное, что осталось у них, напоминающее о нем. А у нас это единственное – Они. Они так молоды, по сравнению с ним. Горбовский… дядя Леня. Когда он при (зачеркнуто) я не могу писать это слово, не могу употреблять его по отношению к кому-то… кроме папы… когда дядя Леня впервые появился у нас, я была уже большой девочкой. А он все равно так забавно смущался и не знал, как бы взять меня на руки, чтобы не уронить. А папа… Господи, мой папа, казалось, годился дяде Лене в отцы!.. смеялся и говорил, что не страшно, я не упаду, я тоже умею летать… Как, казалось, давно это было…

Вечером мы все вместе смотрели на небо. Где-то там, далеко – они научили меня говорить не «высоко», а «далеко», потому что в космосе нет высот, только бесконечные дали – планета, которую зовут, как и маму. Мы все договорились, что папа там. Просто в этот раз чуть дольше, чем раньше.

Но он вернется.

Он обязательно вернется.

Просто нас уже к тому времени не будет.

Но ведь это не мешает нам его ждать, правда?

Как мы можем не ждать папу?

15 июня 2093

Защита прошла успешно.

– А почему вы выбрали именно эту тему? – спросили меня на ней.

– Потому что я ненавидела космос, – ответила я.

– А теперь? – спросили меня.

И я показала фотокарточку мужа.

21 сентября 2103

Юра снова улетел. И снова, и опять, и как всегда, и как обычно. Как надо.

Как мы решили.

Решили оба.

А когда Юра вернется – решать будем уже втроем.

Но кажется, я знаю, какое будет это решение. И я знаю, как объяснить это решение третьему. И какие книги дать ему – или ей – прочесть.

Мы будем ждать.

Просто ждать.

Они возвращаются, потому что их ждут.

А мы ждем их, чтобы они возвратились.

Одиссеи и Пенелопы нового мира.

* * *

Примечание составителя полного собрания сочинений и научных трудов Валентины Валентиновны Петровой-Комовой (2072–2188), члена Мирового совета Земли, доктора филологических наук, профессора Евразийской Академии наук, д. ч.-к. Вс. НАУ, отв. ред. изд. НИИ им. Коо-Баэ, ант. ул. дек., зав. ос. полн. пос., ВАУ БО, трижды Героя Труда (полный список званий и регалий см. в отдельной части сборника):

К дневнику прилагается вклеенная в него ксерокопия последней страницы романа А. Дюма «Граф Монте-Кристо» (изд. М: «Всемирная литература», 2099 г. – 493 стр.) с отмеченной красным маркером последней фразой:

«– Друг мой, – отвечала Валентина, – разве не сказал нам граф, что вся человеческая мудрость заключена в двух словах:

Ждать и надеяться!»

Content

Елена Щетинина
Частные предположения