Валентин Катасонов

Главный финансовый противник. ФРС против России

© Катасонов В.Ю., 2016

© ООО «ТД Алгоритм», 2017

Предисловие

Международные правовые документы фиксируют, что мир живет в условиях бумажных денег. Это – решение Ямайской валютно-финансовой конференции, которая в 76-м году сказала, что мир переходит к новому стандарту и этот стандарт называется бумажным долларом.

Америка – это некая база, на которой находятся средства обеспечения американского доллара. Бандиту правила устанавливает сам бандит. Мы с вами говорим, что это – организованная преступная группировка. Это Федеральная резервная система, это институты, которые формально являются акционерами ФРС. Что это за институты? Они не являются секретными, потому что есть конспирологи, которые уже долгие годы все колдуют и пытаются понять, кто же стоит за Федеральной резервной системой.

Вот эти институты:

– банки Wall Street и банки лондонского Сити. И еще там два или три швейцарских банка. Это главные акционеры Федеральной резервной системы;

– есть еще такие институты, как международный валютный фонд, это тоже элементы этой организованной преступной группировки;

– есть Центральные Банки, но не первого уровня, а какого-то промежуточного уровня, скажем, ЕЦБ – Европейский Центральный Банк;

– есть еще такой интересный институт, который стоит особняком – это Банк международных расчетов в Базеле.

То есть это достаточно сложная структура, но она, тем не менее, иерархична и можно понять, кто под кем. Но, естественно, правила определяет хозяин. А хозяин – это акционеры Федеральной резервной системы.

На момент создания ФРС эти основные хозяева были известны, на тот момент, все-таки, прозрачность какая-то существовала. Это были и Ротшильды, и Морганы, и Рокфеллеры. На сегодняшний день мы можем только догадываться. По некоторым признакам, косвенным признакам, я могу сказать, что в результате Ямайской валютно-финансовой конференции 1976 года Рокфеллеры усилили свои позиции среди акционеров ФРС. Потому, что был золотодолларовый стандарт заменен на бумажно-долларовый. Но, фактически, это не бумажно-долларовый, а нефтедолларовый. А там, где Рокфеллеры – там нефть ВПК. Там, где Ротшильды – там золото и наркотики. Просто у каждого своя сфера влияния, своя сфера интересов. Там есть родственные связи, кровные связи, но есть и просто чисто идейные, идейная консолидация.

Безусловно, религиозный момент там присутствует, особенно он ярко выражен у клана Ротшильдов. Безусловно, что часть Ротшильдов является в высшей степени людьми религиозными. Безусловно, они исповедуют талмудический иудаизм со всеми отсюда вытекающими последствиями. В талмудическом иудаизме заложены все основные тезисы их программы, определены основные параметры будущего мирового порядка, но это особая тема.

Конечно, может быть, не все представители этой финансовой элиты или финансовой олигархии исповедуют талмудический иудаизм. Есть формально там и протестанты, но этот протестантизм иногда хуже даже, чем талмудический иудаизм. Потому, что с талмудическим иудаизмом более менее понятно, а вот протестантизм – это вещь очень лукавая, а лукавство – оно всегда опаснее.

Безусловно, это и каббала. Мир финансов – это мир цифр. А каббала построена именно на цифрах. Поэтому современный мир можно назвать цифрократией, числократией. Каббалисты, как вы знаете, зародились в недрах талмудического иудаизма. Это некие либералы, которым было тесно и душно в рамках этого жесткого закона, 613 правил. Они люди творческие, они говорят: «Мы хотим постигать тайны мира через цифру, через число». Они оцифровали Ветхий Завет, особенно Тору. Но в какой-то момент времени они пришли к выводу, что мало постигать мир, мир надо изменять. И вот так зародилась современная финансовая система. То есть управление миром через цифру, то есть через финансы. Это гносеологические основы современной финансовой системы.

Должен сказать, что лично я четко вижу здесь интересный треугольник:

– ФРС как частная корпорация.

– Казначейство Соединенных Штатов, которое, безусловно, является формально государственной организацией, но работает в тесном тандеме с Федеральной резервной системой.

– И, наконец, третья структура – это Международный валютный фонд (International Monetary Fund), который фактически до настоящего времени является дочерней структурой американского казначейства. Обычно вот так все вокруг да около – я прямо говорю: «Это дочерняя структура американского казначейства». Поэтому ожидать, что Международный валютный фонд будет принимать какие-то решения, не выгодные Соединенным Штатам, это просто смешно.

Хотя тут, конечно, интересная тема относительно того, как долго американское казначейство будет сохранять контрольный пакет акций в своей дочерней структуре под названием «Международный Валютный фонд».

* * *

Отдельная тема – это эмиссия денег. Есть несколько способов эмиссии (кстати, тот способ эмиссии денег, который применяется сегодня в России, является худшим из тех, которые лично мне известны). На самом деле есть 3–4 способа эмиссии денег. Я имею в виду не безналичных, а именно законных, платежных средств.

Первый способ – это кредитование предприятий своей национальной экономики. Технику вопроса я не буду раскрывать, там под обеспечение векселей предприятий и так далее, и так далее. Безусловно, что это может быть прямое кредитование, которое редко крайне используется и использовалось. В Российской Империи, например, Госбанк иногда напрямую кредитовал предприятия реального сектора экономики. Но чаще использовались схемы через коммерческие банки. Это уже техника, я сейчас о принципе.

Второй способ – это когда Центральный Банк выдает кредиты правительству под облигации, под казначейские бумаги. Но это, сегодня говорят, американская модель, хотя она и в Европе используется, и в Японии.

Первый способ – достаточно понятный, логичный, и если все правильно организовать и правильно смазать, то при таком способе должно быть хотя бы приблизительное равенство товарной и денежной массы. То есть причин для серьезной, по крайней мере, гиперинфляции просто нет. То есть каждый рубль выдается под один рубль товарной массы. То есть выполняется требование балансирования экономики.

Когда речь идет о втором, об американском способе, то есть о кредитовании правительства, тут, конечно, все зависит от того, насколько эффективна бюджетная система. Либо эта бюджетная система направляет деньги на какие-то социальные мероприятия, которые, безусловно, не связаны с производством товаров, а связаны с потреблением товаров. Или на военные цели: тогда национальное богатство съедается при военном потреблении. Если это деньги, которые через какие-то банки развития направляются на развитие реальной экономики и увеличение предложения товаров, то это, в принципе, тоже достаточно интересная и здоровая схема.

Третий способ или схема – это схема, когда денежная единица попадает в обращение при покупке иностранной валюты на валютном рынке. И тут можно говорить о деталях, но в целом эта схема называется currency board – валютное управление. Эта схема, которая использовалась, используется в экономически отсталых странах. И Россия тоже взяла на вооружение эту схему currency board, примерно где-то с 94-го, 95-го года. Она, безусловно, является самой плохой. Я не буду расшифровывать, потому, что эта схема постоянно критикуется в наших средствах массовой информации. Каждый день масса правильной и справедливой критики идет по поводу этой схемы. Ее и не всегда называют currency board. Это, конечно, не классическая currency board, как, скажем, в Аргентине, потому, что в Аргентине классическая currency board предусматривала фиксированный жесткий курс национальной денежной единицы и американского доллара.

Я такую схему называю популярно перекрашиванием зеленых долларов в национальные цвета. Фактически наш рубль – это перекрашенный в американский доллар. А главное последствие заключается в том, что эта модель не работает на национальную экономику, она работает, прежде всего, на экономику тех стран, валюты которых мы накапливаем в своих международных резервах. То есть, прежде всего, на американскую экономику.

Я об этом много раз говорил, ведь мы не просто накапливаем наличную валюту, – некоторые представляют так, что где-то в подвалах Центрального Банка есть стеллажи с зеленой бумагой. Нет. Это либо средства на депозитах зарубежных банков, либо это казначейские бумаги. В настоящее время, примерно, такая пропорция: где-то 1/3 – это депозиты в иностранных банках, 2/3 – это казначейские бумаги.

А казначейские бумаги, если говорить о Соединенных Штатах, появляются для того, чтобы затыкать дыры бюджетного дефицита. Американцы сами говорят, что бюджет имеет дефицит из-за военных расходов. То есть, фактически получается, что мы, выстраивая такую модель, поддерживаем военный потенциал нашего геополитического противника. А если еще более образно выражаться, то мы фактически покупаем веревку, на которой нас планируют повесить. Вот такая схема.

* * *

Финансы – это ведь виртуальный мир. Это виртуальный мир, который состоит из требований и обязательств. Единственный, пожалуй, есть актив в мире финансов – это золото. Это актив и ему не противостоят никакие обязательства. Это уникально. Все остальные деньги – облигации, акции, финансовые производные инструменты, – это как бы медаль с двумя сторонами: требования и обязательства. И вот, эти цифры, безусловно, являются объектами манипуляций. Вернее, не цифры, а наше сознание. Манипулируют нашим сознанием, и мы соглашаемся.

Соглашаемся, к примеру, с тем, что эту цифру надо удвоить, эту цифру надо уменьшить.

– Это называется изменение правил бухгалтерского учета.

– Это называется рейтинговые оценки.

– Это называется общественное мнение.

– Это называется биржевые индексы.

Методов манипуляции сколько угодно, человек согласен на такие правила игры. Естественно, что, при таких правилах игры, он будет абсолютным лузером, как сейчас наша молодежь выражается. Поэтому, конечно, этот мир финансов не имеет никакой географической привязки.

Мне часто задают вопрос: «Как, Валентин Юрьевич, а Федеральная резервная система? Она находится в Вашингтон, District Columbia»!. Я говорю: «Ну, поймите, в принципе, сам печатный станок может находиться где угодно. Хоть на Луне может находиться».

Америка, в данном случае, выполняет другую функцию. Не то место, где находится печатный станок. Сегодня это не печатный станок, сегодня это компьютер. Понятно, есть и печатный станок, но все-таки основная часть денежной массы рождается в компьютере, а не из печатного станка сходит.

Америка другую роль выполняет. Это некая территория, на которой находятся средства обеспечения зеленой бумаги. Некая такая, я бы сказал, триада. Выстроена на протяжении последнего столетия – триада.

– Один угол этой триады, или такой, я бы сказал, дьявольской троицы – это печатный станок ФРС.

– Другой угол триады – это зеленая бумажка.

– А третий угол – это Соединенные Штаты.

Соединенные Штаты – это как средство размещения некого обеспечения. Некоторые меня не понимают: «Вы имеете в виду золото?». Я говорю: «Да не золото я имею в виду, я имею в виду военно-промышленный комплекс. Я имею в виду самолеты, бомбардировщики, межконтинентальные ракеты, которые:

а) обеспечивают безопасность печатного станка, и

б) обеспечивают продвижение зеленой бумаги по миру».

Если кто-то отказывается принимать зеленую бумагу, немедленно туда направляют, соответственно, бомбардировщики, ракеты и так далее. Вот в чем состоит военная сила доллара.

В данной книге эту тему я продолжаю на том материале, который появляется в новостных лентах, в средствах массовой информации. Я бы сказал, что отдельные события являются информационным поводом для размышлений по этому вопросу.

Глобальный картель

Война золота с долларом

Один из признаков того, что в мировой финансовой системе происходят мощные тектонические сдвиги, – многочисленные события в мире золота. Они происходят в разных странах, в разных сферах международных финансов, на разных уровнях. Мировые СМИ в основном обращают внимание на то, что в мире растет интерес к желтому металлу, как объекту инвестиций. Это совершенно верно. Однако за пестрой картиной событий вокруг золота просматривается еще более важный вектор изменений – золото постепенно возвращает себе статус денежного металла. Не исключено, что завтра золото из обычного биржевого товара может превратиться во всеобщий эквивалент и средство обмена и платежа. А это будет означать коренной переворот в мировой экономике и политике.

Сегодня наблюдаются признаки возвращения золота из мира товаров в мир денег. Пока возвращение очень робкое, с трудом различимое на фоне глобальных событий в мире бумажных денег и ничем не обеспеченного доллара США.

На микроуровне одно из первых событий в мире золота – создание денежных систем, называемых «электронным золотом» (e-gold). Первые системы e-gold стали появляться в конце прошлого – начале нынешнего столетия. Ограничусь лаконичным перечислением некоторых важнейших элементов данной системы:

а) в основе денег, называемых «электронным золотом», лежит реальный физический металл, который депонируется в специальной организации (имеющей необходимые лицензии и сертификаты);

б) расчеты между участниками системы осуществляются не физическим золотом, а с помощью электронных документов;

в) круг пользователей данного вида денег достаточно ограниченный, хотя «электронное золото» может использоваться не только для расчетов внутри страны, но также международных расчетов.

Некоторые предприниматели вообще не дожидаются каких-то решений по легализации золотых денег «сверху» и не утруждают себя сложными в техническом отношении проектами локальных золотых денег. Они просто явочным порядком переходят к расчетам золотом – в виде монет, слитков и иных приемлемых форм.

На этот счет имеется достаточно много интересных примеров. Например, «Комсомольская правда» сообщила: «Американский миллиардер Дональд Трамп решил брать плату с арендаторов своей недвижимости не долларами, а… золотом».

Расчеты золотом – «серый» сегмент рыночных отношений, особенно в тех странах, где сохраняются налоги на операции с золотом и другими драгоценными металлами. Поэтому давно уже ведется борьба за полную отмену таких налогов. К настоящему времени, в частности, налога на добавленную стоимость (НДС) при использовании золота в странах Западной Европы уже почти нигде нет.

Уловив потребности бизнеса и граждан в золоте, как средстве расчетов и платежей, некоторые частные компании предлагают свои «золотые продукты». Несмотря на то, что золото часто называют «деньгами последней инстанции», многие потенциальные инвесторы жалуются на его дороговизну.

В данный момент оно стоит около 1700 долларов за унцию и не представляет собой жизнеспособный инструмент для обмена, в случае резкого прекращения поставок продовольствия и нормальной розничной торговли.

Недостаток золотой монеты весом в одну унцию (31,1 грамм) или даже в 1/10 унции заключается в том, что для покупки нескольких буханок хлеба, лекарств или одежды в чрезвычайной ситуации серебро представляется более удобным, чем дорогое золото.

В этой связи у швейцарской компании Valcambi родилась идея создания «золотой карты» под названием «комбислиток» (Combibar Gold Card). Она весит 50 грамм, изготовлена из золота 999 пробы и легко разламывается на сегменты весом 1 грамм, которые можно использовать для относительно небольших платежей. Каждый грамм стоит приблизительно столько же, сколько и унция серебра, то есть около 34 долларов, являясь удобным средством расчетов в розничной торговле.

Как отмечается в рекламных материалах швейцарской компании, «комбислиток» – простое решение для тех, кто ожидает «страшные времена», карта отлично разместится в вашем кошельке, так что теперь «настоящие деньги» всегда будут у вас собой, где бы вы ни были. По данным Valcambi, карта Combibar появится в продаже в 2015 году.

* * *

Планы легализации золотых денег на государственном уровне. Государственные и политические деятели разных стран понимают: если не дни, то годы мировой финансовой системы, основанной на гегемонии доллара, сочтены. А любая национальная денежная система прямо или косвенно привязана к валюте США. Поэтому готовятся к грядущим изменениям. В том числе – прорабатывая различные варианты организации своего внутреннего денежного обращения на основе золота.

На протяжении последних нескольких лет мы постоянно слышим о проектах создания золотого динара (в ряде исламских стран), золотого юаня (Китай), золотого франка (Швейцария). Зафиксированы также выступления первых лиц государства в пользу возвращения золота во внутреннее денежное обращение в таких странах, как Швеция, Норвегия, ЮАР, Южная Корея, Иран, Тайвань, Зимбабве и целом ряде стран Латинской Америки…

Наиболее близко к реализации планов введения золотых денег во внутреннем обращении подошла Швейцария. Между прочим, Швейцария была последней страной в мире, которая оборвала в свое время связь бумажных денег с металлом. Это произошло в 2000 году, когда в стране было отменено золотое содержание швейцарского франка, и он ничем не стал отличаться от других бумажных валют – доллара США, фунта стерлингов Великобритании, немецкой марки, японской иены и т. д.

Конечно, планы швейцарцев не столь радикальны, как это представляют некоторые СМИ. Речь идет о планах введения золотого франка как «параллельной» валюты. Она будет обращаться наряду с обычными бумажными франками на территории Швейцарии и Лихтенштейна, который находится с ней в валютно-таможенном союзе.

При этом между золотым и бумажным франком образуется определенная пропорция обмена (курс). На старте, согласно авторам проекта, 1 золотой франк будет стоить 5 нынешних швейцарских франков или 5,3 доллара США. Авторы проекта полагают, что колебания обменного курса золотого и бумажного франка будут намного меньшими, чем, скажем, нынешние колебания курса швейцарского франка по отношению к доллару США или евро.

Выпуск золотого франка предполагается делегировать частным банкам под строгим контролем со стороны государства и Центрального банка страны. Лицензированные финансовые учреждения получат право выпускать монеты со своим официальным логотипом на одной стороне и с узнаваемым логотипом золотого швейцарского франка – на другой.

Золотой франк не следует путать с коллекционными и инвестиционными монетами. Он должен стать не объектом инвестирования, а средством обращения. Само собой разумеется, что обращение золотого франка не будет облагаться НДС и иными налогами. Золотой франк – это еще не классические деньги, но уже и не простой инвестиционный товар.

Парламентская инициатива о введении золотого франка принадлежит Ульриху Шлюйеру, члену Национального совета Швейцарии (нижняя палата парламента) от Швейцарской народной партии (3) и является частью кампании «Здоровая валюта».

«При сегодняшней цене золота около 45 тысяч франков за килограмм это позволит швейцарским гражданам более эффективно защитить себя от девальвации валют», – утверждает Ульрих Шлюйер в представленных в Национальный совет предложениях. Один новый золотой франк с содержанием золота 0,1 грамма может стоить всего 4,5 франка, утверждает политик. Монета с 1 граммом золота будет стоить около 45 франков.

«Я хочу, чтобы люди в Швейцарии имели свободу выбирать совершенно другую валюту. Сегодня денежная система поддерживается долговыми обязательствами – все держится ни на чем, и я хочу, чтобы люди поняли это», – заявил Томас Йакоб, главный идеолог концепции золотого франка.

Одновременно с подготовкой к введению золотого франка, Швейцарская народная партия добивается в парламенте введения запрета на вывоз золота, организует в стране кампанию под девизом «Спасите наше швейцарское золото». Инициатива направлена на запрет продажи запасов золота за границу: политики требуют, чтобы швейцарские резервы оставались в стране.

Сейчас многие политики в Швейцарии пытаются выяснить, каким образом страна несколько лет назад лишилась значительной части своего золотого запаса? После того, как было отменено золотое содержание франка, Центральный банк начал активную продажу своего запаса желтого металла под предлогом, что оно стало бесполезным активом.

Только за период 2000–2005 годов было продано по демпинговым ценам 1300 тонн золота, а убытки от заниженных цен, по оценкам критиков, составили в общей сложности 60 миллиардов долларов.

Правда, более глубокие исследования показали, что золото из страны не ушло, а оказалось в сейфах швейцарских частных банков.

А вот в случае введения золотой монеты, проблемы с утечкой драгоценного металла за границу действительно возникнут. Все предлагаемые решения сводятся к возведению достаточно мощной таможенной и экономической стены вокруг Швейцарской Конфедерации, что противоречит принципам европейкой интеграции. Запуск золотого франка потребует поправок к швейцарской Конституции. Если поправки будут отклонены, будет запланировано всенародное голосование (референдум).

Кроме золотого швейцарского франка, популярной в СМИ темой является золотой юань. Его еще нет. Но все признаки подготовки Китая к введению своей золотой валюты имеются.

* * *

В США на федеральном уровне реальных проектов введения золотых денег пока нет. Имеются лишь отдельные эмоциональные призывы вернуться к золотому стандарту, который существовал в Америке до прихода к власти Франклина Рузвельта. Такие политические призывы не раз делал, например, известный критик ФРС конгрессмен Рон Пол. Он говорил о необходимости накинуть «золотую узду» на хозяев печатного станка. То есть ограничить эмиссию долларов определенным процентом от величины официального золотого запаса США (на сегодняшний день он равняется 8133,5 тонн металла). Предполагается ли при этом свободный размен бумажных банкнот на металл (как это было до 1933 года), Рон Пол не уточняет.

А вот на уровне отдельных штатов движение в пользу введения золотых денег достигло уже определенных успехов. В СМИ это движение нередко называют «парадом денежных суверенитетов» штатов, входящих в состав США. «Парад» возглавляет штат Юта.

В этом штате в 2011 году был принят и начал действовать закон «Об обеспеченных деньгах». Согласно закону, отчеканенные американским Монетным двором золотые и серебряные инвестиционные монеты, так называемые American Gold Eagle (весом от 0,1 до 1 унции и номиналом от 5 до 50 долларов) и American Silver Eagle (весом от 1 унции и номиналом в 1 доллар) теперь могут приниматься для оплаты любых товаров и услуг по реальной стоимости содержащегося в них драгоценного металла.

На момент вступления закона в силу это равнялось примерно 1,5 тысячи долларов за унцию золота и по 38 долларов за унцию серебра.

Одним из основных нововведений принятого в штате Юта закона считается тот факт, что отныне такие монеты «признаются законным платежным средством и не могут быть объектом налогообложения некоторых налогов, действующих на территории штата».

В частности, операции с монетами будут освобождены от взимаемых на уровне штата налога на увеличение рыночной стоимости капитала (capital gains tax) и налога с продаж.

После принятия закона в штате Юта был создан Золотой и серебряный депозитарий штата, который призван избавить людей от непосредственного использования монет (очевидно, что это создает существенные неудобства). В этих депозитариях граждане могут хранить свои золотые и серебряные монеты, получив дебетовую карту, которую они могут использовать так же, как и в случае с размещенными на депозите обычными деньгами. Стоимость золотой и серебряной монеты основана на цене на металлы в долларах США, ежедневно фиксируемой в Лондоне (Лондонский фиксинг).

Штаты Миссури и Южная Каролина в 2012 году ближе всего подошли к принятию таких же законов и созданию депозитария золотых и серебряных монет. Например, в Миссури предложенный законопроект назван «Закон об обеспеченных деньгах штата Миссури от 2012 года».

Другими штатами, рассматривающими принятие закона об объявлении золотых и серебряных монет законными платежными средствами, стали Монтана, Колорадо, Айдахо, Индиана, Нью-Гемпшир, Джорджия, Вашингтон, Миннесота, Теннесси, и Вирджиния.

Примечательно, что в большинстве из перечисленных штатов предлагается использовать не только инвестиционные монеты, отчеканенные на Монетном дворе США, но также любые иностранные монеты. А для удобства их использования – создать (так же, как в Юте) депозитарии, в которых бы проводилась точная оценка реального содержания драгоценного металла в монетах и проводилась бы корректировка стоимости металла с учетом цен на мировом рынке.

«Отец» Чайной Партии конгрессмен Рон Пол в настоящее время спонсирует «Акт о свободной конкуренции валют», который позволит штатам вводить свои собственные валюты; известный американский политик и бизнесмен, бывший конгрессмен Ньют Гингрич также призывает к созданию комиссии, которая должна изучить вопрос о возвращении страны к золотому стандарту.

* * *

Наиболее яркий пример попытки сделать золото официальным средством международных расчетов – золотой динар Муаммара Каддафи. Ливийский лидер был главным инициатором отказа от международных расчетов в долларах и евро. Он призвал арабо-африканский мир к переходу к расчетам в единой валюте под названием золотой динар.

На этой базе полковник Каддафи предлагал создать единое государство с арабо-негритянским населением в 200 миллионов человек. Идеи создания единой золотой валюты и объединение стран Африки в одно могущественное федеративное устройство были поддержаны многими развивающимися странами. Противниками идеи выступили ЮАР и руководство Лиги арабских государств.

Инициативы Ливии вызвали бурную реакцию неприятия и среди некоторых европейских стран. Увещевания лидера ливийской революции не дали никаких результатов: Каддафи предпринимал все новые шаги, направленные к созданию Единой Африки и введению золотого динара.

Обе основные версии причин военной агрессии против Ливии – защита прав человека и попытка отнять нефть у Каддафи – лживы.

А правда заключается в том, что Муаммар Каддафи имел мужество повторить попытку генерала де Голля – выйти из зоны бумажных денег и вернуться к золоту, то есть замахнулся на власть хозяев печатного станка, главных акционеров частной корпорации под названием «Федеральная резервная система США».

Некоторые страны переходят к использованию золота для международных расчетов явочным порядком. Чаще всего речь идет об использовании золота в контрабандной или «серой» торговле. В качестве примера можно привести Непал, который 2/3 всего импорта получает из соседней Индии. Оплата товаров осуществляется золотом.

Часть желтого металла непальские импортеры приобретают в местных банках (порядка 15 кг в день). Примерно столько же поступает по нелегальным каналам из соседнего Китая, где оно стоит дешевле, чем в Индии (4,80 миллионов индийских рупий за 1 кг против 5,05 миллионов рупий). В данном случае главным мотивом использования желтого металла в качестве средства расчетов выступает стремление заработать на разнице цен на золото.

Однако имеются и другие причины, связанные с организацией блокады против отдельных стран. Самый яркий пример – Иран, против которого Запад организовал экономические санкции, в том числе запретил банкам осуществлять расчеты по экспортно-импортным операциям Ирана. В результате соседняя Турция перешла на оплату золотом за импортируемый из Ирана природный газ. Об этом сообщила газета «Уолл-стрит Джорнэл Юроп».

«Зафиксированный в последнее время мощный отток золота – на миллиарды долларов – из турецкой экономики, является платой за иранский газ… Переход двух стран на расчеты золотом за поставки газа, является следствием санкций США, которые угрожают жесткими мерами третьим странам, использующим доллары при торговле с Тегераном. Переход на золотые слитки позволил Анкаре избежать „наказания“ со стороны Вашингтона. Подобная торговля также не нарушает режим международных санкций, введенный против Ирана», – подчеркивает газета.

* * *

Отдельные события в мире золота на первый взгляд кажутся случайными и между собой никак не связанными. На самом деле все они являются отражением закулисной борьбы разных групп интересов мировой финансовой олигархии. В целом эти группы можно объединить в два больших лагеря:

1) лагерь защитников status quo в финансовом мире, т. е. системы бумажных денег, фундаментом которой является ничем не обеспеченный доллар;

2) лагерь сторонников возвращения к золотым деньгам.

В первый лагерь входят хозяева (главные акционеры) печатного станка Федеральной резервной системы США, а также те банки, которые тесно ассоциированы с ФРС (банки все тех же акционеров ФРС) и являются привилегированными получателями ее бумажной продукции. Для представителей этого лагеря золото является опасным конкурентом доллара.

Финансовая олигархия, принадлежащая к этому крылу, будет делать все, чтобы продлить работу печатного станка, включая развязывание большой войны. Этот лагерь в первую очередь представлен кланом Рокфеллеров и несколькими менее известными кланами, которые, помимо печатного станка ФРС, контролируют мировой рынок «черного золота» и военно-промышленный комплекс США.

Второй лагерь, стан сторонников золота, гораздо более пестрый и широкий. В нем есть часть мировой финансовой олигархии, которая не так тесно привязана к ФРС. Она располагает значительными запасами накопленного золота и контролирует добычу, и мировой рынок желтого металла. Она готова пойти на ликвидацию нынешнего печатного станка и замену его золотым стандартом.

Эта часть мировой олигархии, прежде всего, ассоциируется с кланом Ротшильдов и некоторыми, более мелкими, кланами, тяготеющими к Европе.

Надо сказать, нынешняя долларовая система настолько себя дискредитировала, что «золотая» мировая финансовая олигархия без труда вербует своих сторонников в самых разных слоях общества и имеет широкую социальную базу во всем мире. Достаточно вспомнить движение «Оккупируй Уолл-стрит», которое, по сути, было направлено своим острием не только против банков Уолл-стрит, но и против Федерального резерва, как оплота и тыла империи Рокфеллеров.

За многими инициативами по легализации золота, как денежного металла, стоят Ротшильды. Однако на любой практически удар Ротшильдов Рокфеллеры отвечают контрударами. Борьба между Ротшильдами и Рокфеллерами на «золотом фронте» идет с переменным успехом.

Стоит, например, присмотреться к кампании за легализацию золотого франка в Швейцарии. Кампания была начата более двух лет назад, но пока не увенчалась успехом. Мы не располагаем никакими сведениями, почему «параллельные» золотые деньги не были запущены в обращение.

Швейцарские и мировые СМИ перестали, словно по команде, публиковать какие-либо материалы по проекту «золотой франк». Можно предположить, что проект был заблокирован Рокфеллерами. Возможно, между кланом Ротшильдов и кланом Рокфеллеров состоялся закулисный торг и был достигнут компромисс: например, власти США прекращают «наезды» на швейцарские банки (обвинения в том, что эти банки занимаются укрывательством денег «диктаторов» и т. п.), а Швейцария замораживает свой проект введения «параллельных» золотых денег.

Выше говорилось о «золотых» инициативах в 13 штатах Америки. После успеха введения золотых денег в штате Юта, аналогичные инициативы в 12 других штатах начали тормозиться. Я уверен, что клан Рокфеллеров усмотрел в этих проектах угрозу будущему ФРС и нажал на все экономические и политические «тормоза».

Неслучайными, видимо, являются также различные ограничения на операции купли-продажи золота, вводимые то в одной, то в другой стране. Обычно такие ограничения мотивируются тем, что это необходимо для борьбы с «отмыванием» грязных денег (золото – идеальное средство для «отмывки»), финансированием терроризма, коррупцией и т. д.

Так, в тихой и цивилизованной Австрии банкам было запрещено продавать в одни руки драгоценных металлов на сумму более 15 тысяч долларов (по тогдашним ценам не более 11 унций золота). Власти Австрии заявили, что тем самым они оказывают содействие Америке в ее борьбе с международным терроризмом и организованной транснациональной преступностью.

Примеру Австрии последовала Франция, введя ограничения на покупку золота физическими лицами в банках.

В США в некоторых штатах ситуация еще более жесткая. Множество американских городов, таких как Хьюстон в штате Техас, ввели требования предъявлять документы при покупке и продаже драгоценных металлов. За операциями с золотом следят не только сами банки, но также секретные службы Министерства финансов, ФБР, Министерства внутренней безопасности.

Думаю, что кампания по раздуванию угрозы международного терроризма, прежде всего, раскручивается кланом Рокфеллеров. С ее помощью они решают, в частности, задачу сдержать использование золота как денежного металла.

* * *

Для оценки перспектив перехода международной финансовой системы от нынешнего долларового стандарта к стандарту золотому, надо учитывать баланс военных сил в мире, возможности и пределы использования военной силы кланом Рокфеллеров. Полезно помнить события вокруг Ирака и Ливии. Когда лидеры этих стран от слов переходили к делу, т. е. к отказу от использования доллара США для своих расчетов по поставкам нефти и других товаров, США немедленно начинали войну против «диктаторов».

Попытка введения золотого динара лидером Ливии Каддафи поддерживалась и осторожно «продавливалась» кланом Ротшильдов. Об этом свидетельствуют некоторые мало афишируемые факты. Например, предыдущий исполнительный директор МВФ Доминик Стросс-Кан был креатурой Ротшильдов. Он поддержал идею по введению золотого динара. Клан Рокфеллеров нанес ответный удар: сначала по Стросс-Кану, а затем по Ливии.

История со Стросс-Каном – проявление глубоких противоречий в кругах мировой олигархии по поводу путей дальнейшего развития международной финансовой системы. С осени 2009 года Стросс-Кан стал четко защищать интересы той части мировой финансовой олигархии, которая желала ликвидации статуса доллара, как мировой валюты. В частности, тогдашний директор МВФ подверг критике «Вашингтонский консенсус» – свод принципов, обеспечивающих глобальное доминирование доллара США.

Военные агрессии и интервенции против суверенных государств выглядят сегодня, как реакция США на угрозы интересам Рокфеллеров. Их цель – пресечение любых прецедентов отказа от «продукции» печатного станка Федерального резерва (установление контроля над запасами «черного золота» – цель второго порядка).

Однако мир уже давно тяготится долларами, которые насильно навязываются ему Америкой с помощью ЦРУ, Пентагона и НАТО. Всех несогласных принимать пустые векселя в виде зеленых бумажек Вашингтон объявляет «центрами терроризма» и организует против них военные агрессии и экономические блокады.

2013 год

Манипуляции с золотом: последние новости

Рынок золота считается одним из самых закрытых. Несмотря на эту закрытость, накапливается все больше свидетельств того, что крупнейшие банки мира в сговоре с денежными властями США давно уже ведут мошеннические операции с золотом.

Первые намеки на то, что Казначейство США, банки Уолл-стрит, некоторые банки Лондонского Сити замешаны в незаконных махинациях с желтым металлом, стали поступать от организации GATA (Gold Anti Trust Action), созданной в 1990-е годы для борьбы с неким «золотым трестом». Основными участниками GATA являются эксперты в области золота и небольшие золотодобывающие компании. Цель GATA – разоблачение деятельности банков, которые на протяжении длительного периода времени участвовали в операциях, направленных на занижение цены на желтый металл.

После того, как в 1970-е годы золотодолларовый стандарт был демонтирован, некоторое время наблюдался бурный рост цен на золото (в рамках Бреттон-Вудской системы цена на желтый металл была фиксированной и составляла 35 долларов за тройскую унцию). К январю 1980 года эта цена пробила планку в 800 долларов, и в ХХ веке это был абсолютный рекорд. Тем финансовым кругам, которые инициировали демонтаж золотодолларовой системы и переход к мировой валютной системе, базирующейся на бумажном долларе, рост цен на золото очень портил настроение. При формальной демонетизации золота желтый металл де-факто оставался конкурентом зеленой бумаги. Причем закономерность была такой: чем выше цена золота, тем ниже падает доллар. И, наоборот, при понижении цены золота спрос на доллар возрастал, его валютный курс и покупательная способность повышались. В 1980-е годы началась глобализация, под которой понималось продвижение интересов Америки во всем мире. Для такой глобализации требовался сильный доллар, а золото с его непрерывно растущими ценами явно этому мешало. Власти США совместно с крупнейшими банками приступили к реализации проекта по искусственному сдерживанию цены на желтый металл. Это больно ударило по золотодобывающей промышленности многих стран. Особенно по небольшим компаниям отрасли, у которых рентабельность производства была невысокой. Вот тогда-то для защиты интересов отрасли некоторые золотодобывающие компании и создали организацию GATA. Она начала вскрывать различные махинации на рынке золота. По косвенным признакам удалось доказать, что в мире стал действовать картель (трест), который выбрасывал на рынок большие количества золота. Откуда было это золото? По версии GATA, из запасов казначейства США и, возможно, центральных банков некоторых других стран. Операции по изъятию желтого металла из хранилищ камуфлировались лукавой бухгалтерией. В балансах могло значиться «физическое золото», а на самом деле вместо стандартных слитков у казначейства и центральных банков на руках оставались расписки. Они были приравнены к «физическому золоту».

В 1990-е годы цены на желтый металл начали падать вопреки всякой логике. Это падение выглядело особенно странно на фоне роста цен на другие реальные и финансовые активы и товары. Курс доллара США, естественно, был на высоком уровне, что ускоряло процесс глобализации. Та же самая приватизация в Российской Федерации осуществлялась с использованием долларов. Понятно, что чем выше курс доллара по отношению к рублю, тем больше активов можно скупить в ходе приватизации.

Одновременно кому-то удавалось по низким ценами скупать желтый металл. Планомерно накапливать его и ждать момента, когда завершится процесс глобализации. Сегодня наступает такое время, когда все громче звучат призывы вернуться к золотому стандарту. Если такое возвращение произойдет, в выигрыше окажутся те, кто сумел в ходе опустошения подвалов американского Казначейства и некоторых центральных банков накопить наибольшее количество драгоценного металла. Можно предположить, что в первую очередь это банки, которые находятся под контролем Ротшильдов, ибо золото – их конек. Ротшильды и стали Ротшильдами благодаря тому, что в ходе наполеоновских войн двести лет назад они сумели сконцентрировать в своих руках большую часть европейского золота. Такова в самых общих чертах суть всех интриг, которые плелись вокруг золота после его официальной демонетизации. Сухим остатком всех этих историй, расследованных специалистами GATA, следующий вывод: хранилище Форт-Нокс и другие хранилища казначейства США на сегодняшний день практически пусты. В лучшем случае они наполнены вольфрамовыми подделками, которые и выдаются за настоящие золотые слитки.

* * *

Большая часть официального золотого запаса Германии хранится в США и Великобритании. С некоторых пор в Берлине стали сомневаться в том, что немецкое золото, размещенное в хранилищах американского Казначейства, все еще на месте. Немцы стали требовать возвращения золота в страну, но это законное требование натолкнулось на серьезное сопротивление. Сначала против этого возражал Бундесбанк, на балансе которого, собственно, и числится это золото. Второй линией сопротивления оказались денежные власти США в лице американского Казначейства и Федерального резервного банка Нью-Йорка (золото было размещено именно в хранилище этого банка на Манхэттене). Денежные власти США не только не захотели возвращать металл, но даже отказались обеспечить представителям ФРГ доступ в хранилища для проведения аудита их золота. Возбужденная дискуссия между Вашингтоном и Берлином создала неблагоприятный для Вашингтона резонанс и еще более усилила подозрения международного сообщества, ибо в хранилище на Манхэттене хранят золото многие страны. Чтобы как-то заглушить разгорающийся скандал, Вашингтон вынужден был пойти навстречу немцам. В январе 2013 года была достигнута договоренность, что до конца 2013 года в Германию будет отправлено 50 тонн золота.

А последние события таковы. В 2013 году Германия получила не 50, а только 37,5 тонны своего золота. Не ахти какая сложная операция – перевезти через Атлантику 50 тонн! Один или два авиарейса. Но самое главное, что, прежде чем отправить золото в Германию, американская сторона осуществляла его переплавку! Между прочим, Германия о такой «услуге» не просила. Надо было всего-то только смахнуть пыль, которая могла накопиться на слитках драгоценного металла за полвека их пребывания в подвалах Манхэттена. У каждой страны могут быть свои слитки, которые не спутаешь со слитками других стран. Свои клейма, свои пробы, свои размеры и вес. И Бундесбанк располагает всей документацией, которая позволяет отличить немецкое золото от испанского, российского или, скажем, турецкого металла. Если вы сдаете на вокзале чемодан в камеру хранения, то, наверное, желаете получить свой, а не чужой чемодан. Так вот, Германии выдали не ее чемодан, а чемодан неизвестного происхождения. Да и выдали не по первому требованию, а с большой затяжкой времени. Тут даже человеку, далекому от финансов и золота, становится понятно, что кто-то «чемоданом» клиента по имени «Германия» активно пользовался. Эксперты GATA на протяжении многих лет говорили о том, что золото других стран, а также законное золото американского казначейства постоянно находилось «в работе». О том, что на этом банки Уолл-стрит и Лондонского Сити наварили бешеные деньги. О том, что, скорее всего, все хранившееся ранее золото на «базу» уже никогда не вернется. После событий с немецким золотом целый ряд стран начали готовить заявки и обращения к Казначейству США с требованиями или просьбами вернуть им свое законное золото. Думаю, что Казначейство сумеет «отоварить» лишь первого клиента, стоящего в очереди. То есть Германию. Да и то, скорее всего, не полностью. Другим «товара» уже не хватит. Как это похоже на события 1960-х годов, когда президент Франции Шарль де Голль успел «отоварить» 3 миллиарда «зеленых бумажек» и получить от Казначейства США желанное золото! И то не сразу, а после долгих проволочек. Французский генерал сумел тогда проявить настойчивость и немалое мужество. Стоявшим за ним в очереди руководителям других стран уже ничего не досталось.

* * *

Прошедший 2013 год охарактеризовался в финансовом мире целым рядом крупных скандалов. Многие банки с мировыми брендами оказались замешанными в разных манипуляциях, которые вызывали искажения на финансовых рынках. Наиболее крупные скандалы связаны с манипуляциями со ставками на кредитных рынках (LIBOR, Euribor и другие), а также с валютными курсами. Органы финансового надзора США, Великобритании и Европейского союза выписали громадные штрафы банкам Уолл-стрит, Лондонского Сити, Швейцарии. Были разоблачения и громадные штрафы в связи с манипуляциями на рынках производных финансовых инструментов, на рынках ипотечных кредитов и т. д., но вот тему золотых манипуляций органы финансового надзора очень аккуратно обходили стороной.

В начале 2014 года многолетний заговор молчания по поводу манипуляций с золотом был разрушен. Глава Федерального управления финансового надзора Германии (BaFin) Эльке Кениг заявила, что масштабы манипуляций с ценными металлами «еще больше, чем скандал со ставкой LIBOR». Сотрудники BaFin уже провели собеседования с сотрудниками Deutsche Bank. Эксперты по золоту говорят, что финансовый надзор Германии копает там, где надо.

Глубокое расследование может выявить не только участников «золотого треста», но также тех «бенефициаров», которые сумели сконцентрировать в своих руках громадные количества золота, а теперь готовят мир к введению золотого стандарта.

2014 год

Рождение глобального валютного картеля

Тема валютных свопов (сделок по обмену валют) стала сегодня в СМИ одной из главных. Чуть ли не каждый месяц мы узнаем, что между какими-то странами заключается соглашение о валютных свопах. Общее число таких соглашений в мире исчисляется уже многими десятками.

Что такое валютный своп?

Валютный своп – это не обычная одномоментная сделка купли-продажи валюты, после которой отношения между контрагентами считаются закрытыми. При валютном свопе сначала валюта Х обменивается на валюту Y; через установленное время предусматривается обратная операция, то есть обмен валюты Y на валюту Х. Важными условиями валютного свопа являются курсы начального и конечного обмена и/или проценты, начисляемые за предоставление валюты на срок. Основная часть всех валютных свопов в мире (по суммарным объемам) осуществляется с участием центральных банков. Могут быть внутренние и внешние валютные свопы. В первом случае центральный банк осуществляет сделку с коммерческими банками своей страны. Во втором случае – с центральными банками других стран. В свою очередь сделки валютного свопа между центральными банками могут быть разовыми или сделками в рамках своп-линий.

Своп-линия – соглашение между центральными банками разных стран о взаимном обмене валют по фиксированным курсам. Обычно такие соглашения устанавливают продолжительность валютных свопов, лимиты операций и общий срок действия соглашения. Как правило, в рамках своп-линий сегодня валюта может обмениваться на срок от нескольких дней до одного года.

Валютные свопы между центральными банками имеют две основные цели: а) оказание взаимной помощи в случае нехватки иностранной валюты для погашения номинированных в этой валюте обязательств банками, компаниями, государством; б) оказание содействия в развитии торговли товарами и услугами в валютах стран-контрагентов. Ярким примером использования валютных свопов для реализации первой цели является финансовый кризис 2007–2009 годов. Сегодня первая волна мирового финансового кризиса позади, наступила временная стабилизация. В настоящее время о валютных свопах больше говорят как о средстве укрепления национальных валют странами периферии мирового капитализма, то есть как о средстве борьбы с гегемонией доллара и диктата США в мировой торговле и международных финансах.

* * *

Однако мы начнем свой анализ с валютных свопов в узкой группе избранных стран, относящихся к так называемому золотому миллиарду. Об этих свопах говорят и пишут намного меньше, а когда все-таки их вспоминают, то лишь как о рутинной технической операции центральных банков. Между тем дьявол прячется в мелочах; влияние валютных свопов нескольких «избранных» центральных банков на общую ситуацию в мировой экономике и международных финансах исключительно велико. Чтобы это было понятно, опишем кратко, какие метаморфозы происходили с мировой валютно-финансовой системой в ХХ веке. В октябре 1929 года паника на Нью-Йоркской фондовой бирже положила начало Великой депрессии, которая стала разрушать промышленность и сельское хозяйство всех стран мира (за исключением СССР). Была также разрушена хрупкая мировая валютно-финансовая система, которая едва-едва стала восстанавливаться после Первой мировой войны на основе золотослиткового и золотодевизного стандарта. Мир вошел в затяжную фазу мирового валютного хаоса, экономической автаркии, финансовой изоляции и валютных блоков.

В 1944 году на Международной валютно-финансовой конференции в Бреттон-Вудсе были приняты судьбоносные решения, призванные покончить с валютным хаосом и нацеленные на наведение порядка в мировой финансовой системе. Прежде всего, все страны единодушно пришли к пониманию того, что мир должен развиваться на основе фиксированных валютных курсов. А для этого был создан механизм, который предусматривал, при необходимости, проведение странами валютных интервенций и поддержание валют с помощью займов Международного валютного фонда. В качестве исключения допускались ревальвации и девальвации валют с одновременным изменением их золотых паритетов. Валютно-финансовый порядок в мире поддерживался с помощью мер регулирования на государственном уровне (национальное валютное регулирование) и на международном уровне (Международный валютный фонд). Такой порядок просуществовал менее трех десятилетий, он закончился в 70-е годы прошлого века развалом Бреттон-Вудской системы. На смену ему пришла Ямайская валютная система, которая легализовала плавающие валютные курсы, полностью отменила золотое обеспечение денег, дала старт всеобщей экономической либерализации. Новая либеральная идеология предполагала, что «рынок все отрегулирует», в том числе отрегулирует валютные курсы, которые под действием спроса и предложения займут «оптимальную позицию».

В реальной жизни на валютных рынках преобладал субъективный фактор. Ярким проявлением действия такого субъективного фактора были финансовые спекулянты. Такие спекулянты манипулировали валютными курсами, нимало не беспокоясь о последствиях этих манипуляций для международной торговли и национальных экономик. Они не щадили никого. Не только развивающиеся стран, но и экономически развитые страны «золотого миллиарда». Достаточно вспомнить, что финансовый спекулянт по имени Джордж Сорос сумел в 1992 году обвалить британский фунт стерлингов.

К разряду субъективных факторов относились и игры политиков, которые продвигали интересы своих стран на мировой финансовой арене. Как тут не вспомнить знаменитое соглашение 1985 года «Плаза» (по названию отеля в Нью-Йорке, где проходили переговоры). Это было соглашение, достигнутое на встрече руководителей казначейств и центральных банков пяти ведущих капиталистических стран (США, Великобритания, Япония, Германия, Франция). Вашингтону удалось тогда, нажав на все рычаги, добиться от своих партнеров добровольного повышения курсов их денежных единиц по отношению к доллару США. Дядя Сэм в результате сумел выправить свой платежный баланс и улучшить позиции на мировых рынках. В течение двух лет курс доллара снизился на 46 % относительно немецкой марки и на 50 % относительно японской иены. Наиболее пострадавшей оказалась Страна восходящего солнца. Многие полагают, что после соглашения «Плаза» Япония уже не сумела восстановиться. Говорили, что это стало началом ее конца.

Многие внимательные аналитики посчитали, что соглашение «Плаза» стало важной вехой в развитии мировой финансовой системы. Встреча в нью-йоркском отеле в 1985 году положила начало формированию механизма координации действий «избранных» центральных банков в сфере регулирования валютных рынков. До сих пор большинство СМИ продолжает внушать публике идеи экономического либерализма. Однако в мире валюты либерализм давно умер, уже почти тридцать лет происходит замена свободного рынка на «ручное управление». Штурвал «ручного управления» находится в руках «избранных» центральных банков.

* * *

Конечно, валютные свопы возникли не сегодня, они существовали давно, еще в эпоху Бреттон-Вудской валютной системы. Центром международной валютной системы был Федеральный резерв. Федеральная резервная система стала практиковать валютные свопы с другими центральными банками с 1962 года. Однако в те времена это действительно была экзотическая «техническая операция».

А вот во время последнего финансового кризиса масштабы валютных свопов резко возросли. Их роль в преодолении кризиса трудно переоценить, хотя о них говорится редко и мало. ФРС и ЕЦБ провели первую своп-линию доллар-евро в декабре 2007 года для долларовых выплат европейских банков по облигациям с ипотечным покрытием. После краха американского инвестиционного банка Lehman Brothers в 2008 году финансовый кризис захватил полностью европейскую экономику. К концу июня 2011 года иностранные партнеры (прежде всего, ЕЦБ и Банк Англии) получили от ФРС порядка 600 миллиардов долларов в рамках соглашений. ЕЦБ воспользовался валютным свопом евро-доллар в мае 2010 года в связи с началом греческого долгового кризиса. В то время всего за одну неделю ЕЦБ взял у ФРС в долг около 9,2 миллиардов долларов.

До 2011 года неограниченные свопы между центральными банками открывались на срок 7 дней. Осенью 2011 года ФРС США, Европейский центральный банк (ЕЦБ), Банк Японии, Банк Англии, Банк Швейцарии и Банк Канады («шестерка») договорились скоординировать действия по обеспечению ликвидности мировой финансовой системы. Согласно релизу, размещенному на сайтах названных центральных банков, целью этих действий было «ослабить напряженность на финансовых рынках и сократить тем самым негативные последствия такой напряженности на предоставлении кредитов домохозяйствам и бизнесу, чтобы стимулировать экономическую активность». Это решение было вызвано тем, что в мировой финансовой системе обозначились признаки второй «волны» кризиса.

Денежные власти США, ЕС, Великобритании, Японии, Швейцарии и Канады договорились о следующем: а) будет снижена цена предоставления долларовой ликвидности в рамках валютных свопов (ее расчет привязан к индексам внутренних валютных свопов в банковской системе США); б) срок валютных свопов будет увеличен до 3 месяцев; в) лимитов предоставления долларовой ликвидности не будет, размер валютных свопов будет определяться потребностями банковских систем соответствующих стран; г) Федеральный резерв при необходимости также сохраняет за собой право обращаться за иностранной валютой к центральным банкам-партнерам; д) соглашения будут действовать с 5 декабря 2011 года по 1 февраля 2013 года.

В декабре 2011 года ФРС поддержала операцию ЕЦБ под кодовым названием LTRO-1 (long-term refinancing operation-1). Это была эмиссия евро на сумму почти в 500 миллиардов евро. Часть этой эмиссии тут же была обменена на американскую валюту в рамках трехмесячного свопа на общую сумму в 100 миллиардов долларов. Некоторые аналитики назвали это первой скоординированной эмиссией ЕЦБ и ФРС. Вывод с валютного рынка столь большой массы евро предотвратил нарушение хрупкого status quo между двумя частями евро-атлантического мира. Не будь операции валютного свопа, курс евро сильно просел бы, что вызвало бы нежелательное для Брюсселя и Вашингтона финансово-экономическое и политическое напряжение между ними.

Как известно, денежные власти США с 2010 года осуществляют программу «количественных смягчений», что фактически означает увеличение долларовой денежной массы. Ведутся схоластические дискуссии о том, проводят ли аналогичные «количественные смягчения» ближайшие партнеры США – Европейский союз, Великобритания, Япония, Канада. Однако, как бы ни называть действия центральных банков указанных стран, все они увеличивают масштабы денежной эмиссии. И здесь крайне важно, существует ли в этих действиях координация. После финансового кризиса 2007–2009 годов на Западе это поняли и начали выстраивать механизм такой координации. Важной деталью этого механизма сегодня становятся валютные свопы. С их помощью можно достаточно оперативно выправлять различные дисбалансы и не допускать того, чтобы ведущие государства «золотого миллиарда» скатывались к «валютной войне» друг с другом.

Соглашение «шестерки» о валютных свопах 2011 года было рассчитано до 1 февраля 2013 года. Не дожидаясь этого срока, в середине декабря 2012 года центральные банки продлили соглашение еще на год. Правда «шестерка» превратилась в «пятерку», поскольку из соглашения вышла Япония.

* * *

На следующем этапе ФРС США, ЕЦБ, Банк Англии, Банк Канады, Национальный банк Швейцарии и Банк Японии (он вернулся в клуб «избранных») договорились перевести временные соглашения о валютных свопах на постоянную основу. 31 октября 2013 года шесть ведущих центробанков мира создали международный валютный пул, позволяющий оперативно наращивать ликвидность в странах-участницах пула в случае ухудшения рыночной конъюнктуры и при серьезных возмущениях на валютных рынках. По сути, небольшая группа ведущих центральных банков выстраивает механизм глобального валютного управления. Некоторые называют это рождением мирового валютного картеля центральных банков и кристаллизацией управляющего ядра международных финансов.

Усиление координации центробанков уже становится заметным. Аналитики обращают внимание на то, что сузился коридор колебаний валютных курсов «шестерки» и для валютных спекулянтов наступили тяжелые времена. Само понятие «свободно конвертируемая валюта» при фиксированных курсах в зоне «шестерки» будет достаточно условным. «Шестерка» стала выступать консолидировано по отношению к странам, не входящим в этот клуб «избранных». Скептики небезосновательно полагают, что в рамках «большой двадцатки» обсуждать возможности выработки единой валютной политики теперь бессмысленно.

Валютные войны никуда не уходят, они прекращаются лишь в пределах валютного пула «шестерки». А между «шестеркой» и остальным миром новые валютные войны неизбежны. Успех БРИКС и других стран периферии мирового капитализма в выстраивании справедливого мирового финансового порядка будет в немалой степени зависеть от понимания того, что Запад уже консолидировался и дистанцировался от остального мира. «Шестерка» – закрытый клуб, никого туда больше принимать не собираются (известно, правда, что туда просится Австралия, если ее примут, то будет «семерка»).

Есть признаки того, что валюты, которые сходят с печатных станков ФРС, ЕЦБ и остальных центральных банков «шестерки» – не разные денежные единицы, а единая валюта. Ведь если между евро, долларом США, британским фунтом стерлингов, иеной, швейцарским франком и долларом Канады существуют устойчивые пропорции обмена, то это уже не разные валюты, а разные модификации единой мировой валюты.

Складывающийся механизм отчасти напоминает Бреттон-Вудскую систему, в которой также были фиксированные валютные курсы и мировыми деньгами были признаны золото и доллар США. Однако сходство внешнее, поверхностное. В 1944 году решения о создании новой мировой финансовой системы принимали государства, которые делегировали на конференцию правительственные делегации. При всех особенностях Бреттон-Вудской системы членом ее могло стать любое государство (существовали лишь временные ограничения для Германии и ее союзников во Второй мировой войне). Сначала документы конференции подписали 44 государства, но через два десятилетия (в 1960-е годы) членами Бреттон-Вудской системы стали уже более 100 государств. Нынешняя валютная «шестерка» – закрытый клуб. На ее фоне даже Банк международных расчетов (БМР), который называют «клубом центральных банков», выглядит достаточно демократической организацией.

С нынешней валютной «шестеркой» ситуация совсем другая. Планы создания единой мировой валюты разрабатывают центральные банки, которые имеют независимый от государства статус. Решения о создании постоянно действующих валютных свопов между «избранными» центральными банками не выносятся на обсуждение ни правительств, ни парламентов стран «шестерки», тогда как документы, которые в 1944 году делегации подписывали на конференции в Бреттон-Вудсе, проходили процедуру ратификации в парламентах.

Хотя формально в «шестерке» все центральные банки равны, среди них есть «более равные». Таким «более равным» является Федеральный резерв. Ведь, по сути, все своп-сделки, начиная с 2008 года, сводились к тому, что Федеральный резерв снабжал «зеленой бумагой» своих партнеров. Сомнительно, что состав «шестерки» будет расширяться. Скорее, наоборот, со временем от некоторых партнеров по валютному сотрудничеству хозяева ФРС могут освободиться как от лишнего бремени.

Некоторые эксперты склонны драматизировать возникающую в валютно-финансовом мире ситуацию, усматривая в ней признаки «последних времен». Действительно, мы видим признаки демонтажа национальных государств, выстраивания наднациональных институтов, усиления власти мировых банкиров. Однако не надо думать, что упомянутая валютная «шестерка» застрахована от внутренних противоречий и представляет собой консолидированное ядро. Вспомним, например, что осенью 1961 года центральные банки ведущих стран Запада образовали так называемый «золотой пул» (в составе Федерального резервного банка Нью-Йорка и центральных банков семи ведущих капиталистических стран), который предназначался для проведения совместных интервенций с целью поддержания стабильной цены на золото. Однако в марте 1968 года этот пул распался. Нынешний валютный пул «шести» также может развалиться. Впрочем, это во многом будет зависеть от того, насколько страны периферии мирового капитализма смогут консолидировать свою валютно-финансовую политику.

2014 год

Бегство от Америки

Агония Федерального резерва

Многие американцы убеждены, что с появлением ФРС власть в стране перешла в руки горстки международных банкиров, президент и Конгресс стали исполнителями воли главных акционеров Федерального резерва. Частная корпорация «Федеральный резерв», принадлежащая горстке банкиров, утвердившись в качестве единственной реальной власти в Америке, стала затем претендовать на мировое господство. По этой теме имеется обширная литература. Начало было положено книгой Юстаса Муллинза «Секреты Федерального резерва», первое издание которой увидело свет еще в конце 1940-х годов. Затем появились книги Энтони Саттона («Заговор Федерального резерва»), Николаса Хаггера («Синдикат»), Ральфа Эпперсона («Невидимая рука»), Уильяма Энгдаля («Боги денег»). Из последних работ можно назвать бестселлер американского конгрессмена Рона Пола «Прикончить Фед» («End the Fed»).

Могущество Федерального резерва в ХХ веке создало ложное ощущение, что он вечен, как вечен выпускаемый им доллар. В начале XXI века эти иллюзии постепенно улетучиваются… Рон Пол называет множество действий ФРС, которые являлись прямым нарушением Закона о Федеральном резерве. Наиболее вопиющий пример – тайное предоставление Федеральным резервом во время последнего финансового кризиса кредитов на астрономическую сумму 16 триллионов долларов. Получателями этих кредитов были крупнейшие банки Америки и Европы.

Уже не приходится говорить о том, что само создание ФРС находилось в вопиющем противоречии с американской конституцией, которая наделяет полномочиями выпуска денег именно Конгресс США, а не какую-то частную лавочку.

Влияние Федерального резерва на протяжении столетия сохранялось благодаря тому, что на продукцию печатного станка ФРС, называемую «доллары США», существовал спрос – и в самих США, и за их пределами. Вся внешняя политика США XX – начала XXI веков была направлена на продвижение продукции печатного станка ФРС. Ради этого были развязаны две мировые войны, множество локальных войн. После Второй мировой войны поддерживать спрос на продукцию ФРС не представляло большого труда, так как мир закупал большую часть товаров в США. Естественно, за доллары. Долларизации мировой валютной системы способствовали Международный валютный фонд и Всемирный банк, в которых Америка была главным «акционером». Такую же цель преследовал план Маршалла, многочисленные американские программы экономической и военной помощи другим странам.

Благодаря ближневосточной дипломатии Г. Киссинджера, подкрепляемой военной мощью США, Вашингтону в 1973–1975 годах удалось заложить основы нефтедолларового стандарта. Мир стал покупать черное золото исключительно за доллары. А когда в последние десятилетия ХХ века начался бурный рост мировых финансовых рынков, то обращавшиеся на них «финансовые инструменты» начали торговаться также преимущественно на доллары США.

Однако в последние годы спрос на долларовую продукцию печатного станка ФРС стал падать. Возникла конкуренция со стороны других валют – евро, юаня, денежных единиц стран, валюты которых не включаются в списки резервных. Стремясь освободиться от долларовой зависимости, лидеры разных стран время от времени делают заявления, которые хозяева ФРС воспринимают как бойкот нефтедолларового стандарта. Так, в свое время Саддам Хусейн заявил об отказе продавать черное золото за доллары и даже начал торговать иракской нефтью за евро. Реакция официального Вашингтона последовала незамедлительно: бунт Саддама Хусейна закончился его свержением и казнью. Через некоторое время то же самое произошло с Муаммаром Каддафи, только последний планировал отказаться от доллара в пользу золотого динара. Однако с Ираном у Вашингтона произошла осечка. Американские власти на протяжении многих лет (с 1979 года) применяют экономические санкции против Тегерана, но Иран довольно успешно противостоит им. Во внешней торговле с другими странами Тегеран полностью отказался от использования продукции печатного станка ФРС (следует иметь в виду, что все долларовые расчеты проходят через американскую банковскую систему и контролируются Федеральным резервом). Создан прецедент, которому могут последовать и другие страны. Первые осторожные шаги по освобождению от долларовой зависимости начинает делать Китай. С целым рядом стран Пекин заключил соглашения об использовании национальных денежных единиц для расчетов по внешней торговле и другим внешнеэкономическим операциям. Например, подписано соглашение об использовании юаня и иены в японо-китайской торговле, которое предусматривает полный отказ от валют третьих стран, в том числе от доллара США. Эти и подобные им события в системе международных расчетов можно назвать постепенной эмансипацией от доллара, которая в любой момент может перерасти в самое настоящее бегство от доллара. В этом случае ФРС, может быть, и не умрет, но превратится в обычный центральный банк, обслуживающий лишь внутреннюю экономику.

* * *

Еще несколько лет назад никто и представить не мог, что Федеральный резерв может стать банкротом. Однако, начиная с 2010 года, состояние здоровья Федрезерва стало на глазах ухудшаться. Это связано с так называемыми количественными смягчениями (КС). Суть КС состоит в том, что Федеральный резерв, согласно официальным декларациям о необходимости восстановления американской экономики после финансового кризиса и поддержания занятости, наращивает объемы продукции печатного станка. Механизм КС предельно прост: ФРС обменивает свою бумажную продукцию на различные ценные бумаги, находящиеся в портфелях американских банков (в течение последнего года – по 85 миллиардов долларов в месяц). Часть этих бумаг – казначейские облигации США, часть – ипотечные бумаги. Последние представляют собой макулатуру, которую на птичьем языке финансистов называют «токсичными активами». Их рыночная стоимость крайне невысока (иногда стремится к нулю), но выкупает их Федеральный резерв по номиналу или близко к номиналу. Если ФРС начнет продавать такие токсичные бумаги, у него сразу возникнут убытки. А если он будет их накапливать, его активы будут раздуваться, как пузырь. Были «пузыри» на рынках недвижимости, фондовом рынке, а теперь появляется новый, еще нигде не виданный вид «пузыря». Кстати, проблемы Федеральному резерву могут создать не только ипотечные бумаги, но и казначейские облигации. Сегодня ФРС закупает «казначейки» по высокой цене, но завтра их рыночная цена может упасть. А это опять убытки, в случае если ФРС примется продавать «казначейки». У любой коммерческой организации первым резервом для покрытия убытков является собственный капитал. Есть он и у Федерального резерва. Но это символический капитал, составляющий всего 3–4 % от величины нынешних активов ФРС. Между прочим, все коммерческие банки должны соответствовать минимальным нормативам достаточности капитала (эти нормативы прописаны в специальных документах комитета по банковскому надзору Банка международных расчетов). Так вот, Федеральный резерв далек от выполнения этих нормативов и, строго говоря, уже сегодня должен был бы быть объявлен банкротом. Об этом прекрасно знают специалисты, но обсуждение проблемы не выходит за рамки узкого экспертного сообщества. И никто из экспертов не может предложить какого-то внятного плана спасения Федрезерва от банкротства.

На протяжении многих десятилетий Федеральный резерв выступал в роли спасителя правительства США. Речь идет о том, что ФРС кредитовала американское казначейство путем покупки у него долговых бумаг (облигаций). Конечно, Федрезерв не был единственным спасителем государства. Казначейские бумаги США покупали также многие другие организации США – коммерческие и инвестиционные банки, инвестиционные фонды, страховые компании, пенсионные фонды. Примерно половина всех покупок казначейских бумаг США приходилась до недавнего времени на центральные банки и министерства финансов других стран. Среди главных кредиторов американского правительства на сегодняшний день – Китай, Япония, Индия, Саудовская Аравия и ряд других стран, имеющих гигантские международные (золотовалютные) резервы. Энтузиазма в деле накопления «зеленой бумаги» в международных резервах у Китая и других стран все меньше. Осенью 2013 года заместитель председателя ЦБ Китая вообще сделал сенсационное заявление о том, что прекращает наращивание международных резервов.

За последний год Федеральная резервная система стала главным кредитором (донором) американского казначейства. В рамках третьей программы КС Федеральный резерв начал скупать львиную долю бумаг, с помощью которых правительство закрывает бюджетные дыры (покрывает дефицит федерального бюджета). Возник замкнутый кругооборот: Федрезерв передает казначейству «зеленую бумагу», а казначейство встречно передает Федрезерву свои облигации. Этакий денежный перпетуум мобиле. Такой закрытый механизм лишает американскую и мировую экономику необходимой денежной массы, он обслуживает сам себя. И недостаток «зеленой бумаги» в мире с удвоенной энергией будет компенсироваться предложением других валют и денежных суррогатов.

Кроме того, для правительства США и хозяев ФРС может возникнуть еще одна неприятность. Правительству США приходится за счет бюджетных средств обслуживать свой долг перед кредиторами. Сейчас ФРС установила процентные ставки на уровне, близком к нулю. И проценты по «казначейкам» (ориентирующиеся на ставки ФРС) также находятся на крайне низком уровне. На сегодняшний день на обслуживание государственного долга направляется примерно 7 % бюджетных расходов. Это терпимо. Однако представим себе, что процентные ставки начали подниматься (рано или поздно они обязательно поднимутся). Тогда начнут расти и расходы на обслуживание государственного долга («процентные расходы»). Эксперты не исключают возможность такой ситуации, когда 50 % всего бюджета будет идти на покрытие «процентных расходов». В этом случае денежный перпетуум мобиле перестанет работать, поскольку натолкнется на такое естественное ограничение, как налоговые поступления в бюджет США. Банкротом оказывается главный (и единственный) клиент Федерального резерва – американское правительство. После этого в небытие должен отправиться и сам Федеральный резерв.

* * *

Можно предложить к рассмотрению и другие сценарии развития событий вокруг Федерального резерва, доллара и США как трех ипостасей единой финансово-политической системы. Все сценарии одинаково неутешительны для хозяев ФРС. Примерно в таком же положении находились в первой половине ХХ века хозяева Банка Англии, когда американский доллар стал конкурировать с некогда всесильным фунтом стерлингов. Для хозяев Банка Англии последним шансом на сохранение «места под солнцем» стало тогда развязывание большой войны. Боюсь, что именно такой план все чаще приходит в голову нынешним хозяевам Федерального резерва.

2013 год

«Пересмотр потолка государственного долга США»

Закончился очередной акт спектакля под названием «Пересмотр потолка государственного долга США», который разыгрывается в Вашингтоне уже на протяжении нескольких десятилетий. Почти три недели центральной темой мировых СМИ был бюджетный кризис и возможный дефолт США. В одной связке рассматривались две проблемы: отсутствие у страны с 1 октября государственного бюджета и исчерпание лимита государственных заимствований. Лишь поздно вечером 16 октября по местному времени палата представителей конгресса США одобрила компромиссный проект бюджета, позволяющий повысить потолок госдолга страны и избежать, таким образом, технического дефолта, а также возобновить работу правительственных учреждений. За законопроект были поданы голоса 285 конгрессменов, против – 144. Ранее, 16 октября, этот документ одобрил сенат США.

Главная идея спектакля: Америка может и должна наращивать свои государственные заимствования. Эта идея уже овладела массами. Людям внушили, что другого выхода из бюджетного кризиса нет. Мол, если потолок поднять, правительство США сможет разместить внутри страны и за рубежом новую партию казначейских бумаг, получить необходимые деньги и за счет этих вливаний сформировать федеральный бюджет. Вопрос о том, надо или не надо повышать потолок государственного долга, даже не обсуждается… Все споры и дискуссии вращаются вокруг частных вопросов. Каким может (должен) стать новый потолок долга? Что смогут выторговать республиканцы в обмен на свое согласие повысить потолок? Не следует ли отменить потолок и наращивать государственный долг без оглядки?

Необходимость повышения потолка государственного долга США признают обе главные политические партии Америки, к его немедленному пересмотру взывали банкиры Уолл-стрит и Лондонского Сити. К этим призывам присоединились такие страны, как Китай и Япония, которые в совокупности держат американских казначейских бумаг на сумму около 2,4 триллионов долларов и опасаются, что эти бумаги обесценятся. К тому же призывало и рейтинговое агентство «Фитч», которое предупредило о возможном понижении рейтинга Америки. К пересмотру лимита заимствований подталкивал и Международный валютный фонд, где справедливо полагают, что так называемый «технический дефолт» по обязательствам правительства США спровоцирует мировой финансовый кризис.

Немногие оппоненты, критикующие политику наращивания государственных заимствований, обращают внимание на то, что государственный долг в последние десятилетия растет по экспоненте.

Если экстраполировать прошлые тенденции изменения государственного долга на средне– и долгосрочную перспективу, то американская экономика должна рухнуть. Долг государства – результат несбалансированного федерального бюджета. Величина государственного долга США на любой момент времени – нарастающий итог дефицитов и профицитов бюджетов всех предыдущих лет. На протяжении истории федеральный бюджет Америки не раз сводился с дефицитом.

Однако затем наступали времена профицитных бюджетов, за счет которых удавалось погашать часть государственного долга. Например, с конца 1930-х до середины 1940-х годов Америка имела большие дефициты федерального бюджета, что было обусловлено многократным ростом военных расходов. Государственный долг неуклонно нарастал.

Если в 1930 году он составлял 16,6 % ВВП, то в 1940 году он был уже равен 52,4 % ВВП, а в 1946 году достиг рекордной (и пока непревзойденной) планки в 121,2 % ВВП. Сведение бюджетов с профицитом после окончания Второй мировой войны позволило Америке начать плавное снижение относительного уровня государственного долга: в 1950 году он был равен 94,0 %, в 1960 году – 56,0 %, а в 1970 году – 37,6 %.

* * *

Америка вступила в фазу хронических бюджетных дефицитов с конца 1960-х годов. Они были спровоцированы войной США во Вьетнаме и быстрым ростом военных расходов. С приходом в Белый дом президента Р. Рейгана Вашингтон провозгласил новую экономическую политику, которую позднее стали называть «рейганомикой». Важным элементом этой политики стал как раз рост государственного долга. Если в 1980 году государственный долг США был равен 909 миллиардов долларов, то в 1990 году он уже составил 3206 миллиардов долларов, т. е. увеличился в 3,5 раза. В относительном выражении государственный долг в этот период увеличился с 33,4 % до 55,9 % ВВП. Некоторые добросовестные американские экономисты обратили внимание на то, что в это время в Америке полностью прекратился экономический рост. Цифры прироста ВВП США, показываемые официальной статистикой, – полный блеф. Эти цифры демонстрируют не прирост производства товаров и услуг, а прирост их потребления. Это товары и услуги, которые Америка приобретает за счет заимствований у других стран.

За последние 45 лет Америка лишь четыре раза имела бюджет с превышением налоговых доходов над расходами. Это были годы президентства Б. Клинтона: 1998, 1999, 2000, 2001 годы. В эти годы наступила передышка в наращивании государственного долга и даже некоторое снижение относительного (не абсолютного) его уровня. Так, в 2000 году он был равен 58,0 %, а в 2001 году – 57,4 %.

Прошлое десятилетие – период ярко выраженного роста государственного долга. В 2001 год в абсолютном выражении долг составил 5,77 триллиона долларов, а в 2011 году – 15,14 триллиона долларов, рост в 2,6 раза. В относительном выражении долг увеличился с 57,4 % до 100,0 % ВВП. Американская экономика при президентах Дж. Буше-мл. и Б. Обаме окончательно подсела на иглу заимствований, утратила стимулы развития. Летом 2011 года некоторая часть трезвомыслящих республиканцев сумела настоять тогда на том, что повышение потолка на 2,5 триллиона долларов должно сопровождаться обязательством администрации и демократов, поддерживающих президента, снизить за время действия лимита долга суммарные расходы федерального бюджета на ту же сумму. Администрация этого обещания не выполнила, что обострило противостояние на Капитолийском холме в октябре сего года.

Некоторые считают, что не только снизить, но даже заморозить уровень государственной задолженности США сейчас уже не представляется возможным. Однако это не так. За последние пять лет ежегодный дефицит федерального бюджета устойчиво превышал 1 триллион долларов. Это, грубо говоря, примерно 1/3 расходов федерального бюджета. Значит, если федеральное правительство не будет прибегать к заимствованиям, то для обеспечения сбалансированного бюджета необходимо снизить расходы примерно на 1/3. Расчеты экспертов показывают, что такое сокращение вполне возможно. Причем для этого не надо даже доходить до «технического дефолта».

К сожалению, альтернативные варианты выхода Америки из бюджетно-финансового кризиса не обсуждались ни на Капитолийском холме, ни в американских СМИ. Специалистам эти варианты известны: а) повышение налоговой базы бюджета; б) сокращение бюджетных расходов; в) покрытие дефицита бюджета с помощью денежной эмиссии, организуемой казначейством (выпуск казначейских билетов).

У большинства американских конгрессменов очень короткая память. Они даже не помнят некоторые законы, которые принимались в США совсем недавно. Прежде всего, это Закон о сбалансированном бюджете и контроле за дефицитом в чрезвычайных условиях, принятый в 1985 году. Еще он называется Законом Грэмма-Рудмана-Холлингса(Gramm – Rudman – Hollings Act). Закон ограничил принятие актов, увеличивающих расходы и уменьшающих доходы, включительно до 1998 года. Впоследствии закон был дополнен общим законом о бюджетном согласовании от 1993 года. Упомянутый закон никто не отменял, но о нем почему-то сегодня не вспоминают.

* * *

При наличии политической воли президент и конгресс США могли бы не только заморозить уровень государственной задолженности США, но даже начать снижать ее. Прецедентов в американской истории достаточно. Один из них – снижение абсолютных размеров государственного долга после окончания Второй мировой войны. Еще более впечатляющий пример относится к 30-м годам XIX века, когда президент Эндрю Джексон, ярый противник создания центрального банка в США, вошел в историю своей страны не только тем, что сумел закрыть существовавший в то время центральный банк, но и тем, что благодаря решительным мерам довел государственный долг США до нуля. Сегодня в Америке не часто вспоминают своего легендарного Эндрю Джексона. Фактически национальный герой Америки оказался в информационной блокаде. А ведь история борьбы Эндрю Джексона против банкиров могла бы раскрыть американцам глаза на события октября 2013 года на Капитолийском холме. Стало бы понятно, почему обсуждались одни варианты выхода из финансово-банковского кризиса и всячески замалчивались другие. Ответ прост: потому что решение, только что принятое конгрессом США, продиктовано хозяевами Федеральной резервной системы. Государственный долг – эффективный инструмент, с помощью которого финансовые олигархи держат под своим контролем и президента, и правительство, и «народных избранников».

Предвестник грядущего кризиса

События в мире финансов развиваются все более динамично. Один скандал сменяется другим. Особенно высока концентрация финансовых скандалов в Америке. Не успел завершиться очередной акт бесконечного спектакля под названием «Повышение потолка государственного долга США», как СМИ переключились на скандальную информацию о деятельности самого крупного банка Уолл-стрит – J. P. Morgan Chase. По величине активов (2,3 триллиона долларов) этот банк занимает второе место в мире (после британского банка HSBC), имея свои филиалы и дочерние структуры в 60 странах. Как сообщается на сайте банка, он обслуживает каждого шестого американца.

В сентябре 2013 года закончились судебные и внесудебные разборки банка Джи-Пи Морган Чейз (далее для краткости – Чейз) с финансовыми регуляторами США и Великобритании. Выяснилось, что в 2012 году банк Чейз делал то же самое, что в прошлом десятилетии делал скандально известный банк Леман Бразерс. А тот, как известно, занимался сокрытием своих убытков, искусственным завышением прибылей, в конечном счете, обманом клиентов, партнеров и финансовых регуляторов. В общей сложности трейдеры Леман Бразерс сумели замаскировать убытки на сумму 50 миллиардов долларов. Пять лет назад банк рухнул, спровоцировав мощную волну финансового кризиса в Америке, которая распространилась по всему миру.

Американские и английские финансовые регуляторы обвинили Чейз в некачественном надзоре за работой своих сотрудников и в обнародовании ложных сведений о сделках в 2012 году. Судебный процесс над банком Чейз получил название «Дело лондонского кита». Трейдеры лондонского подразделения банка наделали 6,2 миллиарда долларов убытков, при этом они сумели их замаскировать, завысив стоимость портфеля кредитных деривативов. Мошенничество имело место в подразделении, которое как раз было призвано уменьшать риски банка и улучшать контроль над депозитами. Операции с деривативами лондонского подразделения, принесшие миллиардные убытки, совершались якобы в целях хеджирования компании от рисков. Британское подразделение Чейз скупило столь крупный пакет неликвидных деривативов, что главный его трейдер – Бруно Иксил – получил прозвище Лондонский Кит, мутящий воду на рынке. Банк позднее признал, что лондонские трейдеры играли ради получения выгоды, используя в своих операциях застрахованные государством банковские депозиты. В общей сложности Чейз согласился выплатить пяти финансовым регуляторам в виде компенсаций и штрафов более 1 миллиарда долларов, в том числе (миллионов долларов):

– Комиссии США по ценным бумагам и биржам – 200;

– Инспекции по контролю за финансовыми организациями Британии – 220;

– Управлению контролера по денежному обращению США – 300;

– Федеральной резервной системе США (ФРС) – 200;

– Федеральной комиссии США по торговле фьючерсными контрактами – 100.

Конечно, компенсации, штрафы и судебные издержки банка не выглядят огромными на фоне его астрономических финансовых показателей (обороты, операционная и чистая прибыль), но сами судебные и несудебные тяжбы отрицательно отражаются на рейтингах банка, нанося ему трудно поддающиеся расчетам убытки. Да и официальные прибыли банка с учетом вскрытых махинаций оказываются «дутыми». Где гарантия, что махинации банка исчерпываются лишь историей Лондонского Кита? Может быть, реально у банка не прибыли, а убытки? Чейз – типичный представитель банковского сообщества Уолл-стрит. Детонатором банковского и финансового кризиса может оказаться любой обитатель Уолл-стрит, даже если он проходит под номером 1.

* * *

17 октября СМИ сообщили, что Джи-Пи Морган Чейз вводит для своих корпоративных клиентов ограничения на снятие со счетов наличности и запрет на перевод средств за пределы страны. Руководители банка вынуждены были подтвердить эту новость… Согласно уведомлениям, которые банк начал рассылать клиентам около недели назад, лимит операций с наличностью на каждом счету устанавливается в размере 50 тысяч долларов за отчетный период, то есть за месяц. Имеется в виду «общая сумма» вкладов наличными деньгами и снятия наличных денег со счетов в отделениях банка или через его банкоматы.

Объявленные банком меры нанесут удар, прежде всего, по малому и среднему бизнесу США. Для многих компаний станет теперь невозможной сколько-нибудь значительная покупка акций за рубежом. В головную боль превратится и выплата жалованья сотрудникам. Некоторые комментаторы уже поспешили высказать предположение, что малый и средний бизнес – лишь начало. Мол, Чейз и другие банки Уолл-стрит скоро доберутся и до крупных корпораций.

Причины введений новых ограничений в уведомлении не разъясняются. В самом банке ссылаются на «новые требования закона» в США и говорят, что соблюдать их начинают «первыми в стране». Возникает вопрос: о каких «новых требованиях закона» говорит руководство банка Чейз? Насколько известно, никаких «новых требований закона» на этот счет в Америке нет. Некоторые комментаторы предположили, что Чейз якобы начал претворять в жизнь некие новые законодательные требования по ограничению вывоза капитала из страны. В это также верится с трудом. Для того чтобы ограничивать экспорт капитала за рубеж, в США до сих пор избегали применять административные методы, практикуются методы косвенного характера. Так, принятие в 2010 году закона FATCA (закон о налогообложении иностранных счетов) можно рассматривать как средство ограничения вывоза капитала, т. к. этот закон снижает привлекательность зарубежных инвестиций для американского бизнеса. США на протяжении нескольких десятилетий предпринимали попытки хоть как-то ограничить вывоз капитала, но всегда рассматривались мягкие методы ограничений – прежде всего, основанные на дополнительном налогообложении иностранных инвестиций.

* * *

У меня есть две версии происшедших событий. Первая версия основана на учете того факта, что банк Чейз только что был подвергнут серьезной «экзекуции» со стороны сразу пяти финансовых регуляторов. «Обжегшись на молоке», банк начал «дуть на воду». Стал всячески демонстрировать свою способность и свое желание выполнять все инструкции финансовых регуляторов. Все эти документы очень объемные и крайне путаные, они преследуют самые разные цели: борьбу с отмыванием грязных денег, предотвращение финансирования терроризма, контроль над коррупцией, предупреждение уклонений от уплаты налогов и т. д. и т. п. Для того, чтобы быть в глазах финансовых регуляторов безукоризненным, банк вообще не должен осуществлять операций с наличными деньгами и проводить трансграничных денежных переводов. Не исключаю, что именно такую «ревность» в деле исполнения инструкций и решил проявить банк. Может быть, для того, чтобы не допустить новых расследований со стороны финансовых регуляторов и переключить энергию последних на другие банки.

Однако мне кажется более убедительной другая версия: банк готовится к кризису. А банковский кризис – это набеги клиентов, которые хотят снять свои деньги в наличной форме. Хотя Чейз и идет под № 1 на Уолл-стрит, однако не уверен, что все для него хорошо закончится. История с банком Леман Бразерс показала, что формула банковского мира Too Big to Fail («Слишком большой, чтобы обанкротиться») может иметь исключения. Чейз учел опыт Кипра. Напомню, что для спасения банков на этом острове ЦБ Кипра обязал все банки ввести жесткие ограничения на снятие наличных через кассы и банкоматы, а также установил запрет на вывод средств из банков на зарубежные счета. Чейз может не дожидаться каких-то указаний сверху, начинает принимать защитные меры самостоятельно. А если банковский кризис начнется, то наверняка будет использована апробированная на Кипре схема конфискации банковских депозитов. Вот и пытается Чейз удержать то, что потом потребуется для конфискации.

Чейз здесь выступает предвестником грядущего банковского кризиса Америки.

2013 год

Кому должны США?

Несмотря на то, что экономическая и финансовая статистика США считается одной из наиболее полных и детальных, она не раскрывает многих секретов, касающихся держателей американского долга… Приходится ориентироваться преимущественно на экспертные оценки. Лишь по одной группе долга – долга федерального правительства США (государственного долга) – имеется необходимая статистика держателей долга. Источниками информации являются ежеквартальный статистический обзор Федеральной резервной системы США, называемый Flow of Funds Accounts, и ежемесячный статистический сборник Министерства финансов Treasury Bulletin.

Государственный долг США, прежде всего, делится на две категории:

1. Долги, держателями которых являются покупатели долговых бумаг казначейства США на финансовом рынке. В первую очередь это казначейские облигации (treasury securities) и казначейские векселя (treasury bills). Это так называемые рыночные долги.

2. Долги, держателями которых выступают различные внебюджетные социальные фонды и бюджетные организации (U.S. Government Accounts). Правительство занимает как бы у самого себя. Просто перекладывает из одной кубышки, которая называется «фонды», в другую кубышку, которая называется «федеральный бюджет». Или увеличивает непогашенные обязательства перед бюджетными организациями. Эти долги характеризуются особым способом оформления и учета, они, в отличие от казначейских бумаг, не обращаются на рынке. Это долги, порождаемые заимствованиями внутри государственного сектора, так называемые нерыночные долги (nonmarketable debts).

Отметим, что крупнейшим нерыночным кредитором американского казначейства является фонд The Old-Age and Survivors Insurance Trust Fund. Фактически его можно рассматривать как подразделение казначейства с самостоятельным балансом. Пакет бумаг на балансе фонда – около 2,5 триллионов долларов.

Государственные долги, оформленные казначейскими бумагами, быстро растут в последние годы – как в абсолютном, так и в относительном выражении. Вот их объемы (триллионы долларов; на конец года): 2008 год – 6,14; 2009 год – 7,59; 2010 год – 9,17; 2011 год – 10,24; 2012 год – 11,39. На середину 2013 года они составили 11,71 триллиона долларов. То есть за период с 2008 года по настоящее время долг, оформленный казначейскими бумагами, вырос почти в два раза. В 2008 году в общем объеме государственного долга на долг, оформленный казначейскими бумагами, пришлось 65,2 %. А в середине 2013 года доля казначейских бумаг в государственном долге выросла до 75 %. Иногда в СМИ и даже экономической литературе возникает путаница в цифрах из-за того, что в одних публикациях под государственным долгом понимаются обе категории обязательств федерального правительства США, а в других – лишь обязательства, оформленные в виде казначейских бумаг.

Основные категории держателей казначейских бумаг США.

Теперь обратимся к структуре государственного долга, оформленного в виде казначейских бумаг, по основным видам держателей долга. Такие держатели делятся на иностранных (нерезиденты) и американских (резиденты). Американские, в свою очередь, подразделяются на держателей финансового сектора экономики и держателей нефинансового сектора. В финансовом секторе отдельно выделяются: Федеральная резервная система США (Федеральные резервные банки) и все остальные организации.

Доля иностранных держателей казначейских бумаг (%, на конец года): 2008 год – 52,9; 2009 год – 48,4; 2010 год – 48,6; 2011 год – 48,8; 2012 год – 48,9; 2013 год (середина года) – 47,9.

Доля финансового сектора США среди держателей казначейских бумаг (%, на конец года): 2008 год – 36,0; 2009 год – 33,9; 2010 год – 32,6; 2011 год – 38,7; 2012 год – 37,3; 2013 год (середина года) – 38,2.

Доля прочих держателей (нефинансового сектора) США (%, на конец года): 2008 год – 11,1; 2009 год – 17,7; 2010 год – 18,8; 2011 год – 12,5; 2012 год – 13,8; 2013 год (середина года) – 13,9.

Доля ФРС среди держателей казначейских бумаг (%, на конец года): 2008 год – 7,8; 2009 год – 10,3; 2010 год – 11,1; 2011 год – 16,2; 2012 год – 14,7; 2013 год (середина года) – 16,6.

Доля финансовых организаций США за исключением ФРС (%, на конец года): 2008 год – 28,2; 2009 год – 23,6; 2010 год – 21,5; 2011 год – 22,5; 2012 год – 22,6; 2013 год (середина года) – 21,6. В состав прочих финансовых организаций входят различные инвестиционные фонды (прежде всего взаимные фонды), негосударственные пенсионные и социальные фонды, депозитно-кредитные организации (банки), страховые компании и т. д.

* * *

В популярной литературе и публицистике дается обычно несколько упрощенная схема государственных заимствований США. Говорится о том, что якобы основным держателем казначейских бумаг выступает Федеральная резервная система США. Якобы двенадцать Федеральных резервных банков (из которых самым крупным выступает ФРБ Нью-Йорка) «на корню» скупают все выпуски этих бумаг. Мы же видим, что еще в начале финансового кризиса доля эта была весьма скромной. В конце 2008 года на балансе ФРС находилось казначейских бумаг на сумму 484,5 миллиарда долларов, или около 8 % всего объема таких бумаг. В середине 2013 года бумаг у ФРС было уже 2.159,5 миллиарда долларов, или 16,6 %. Для справки отметим, что в истории США бывали моменты, когда доля ФРС во владении казначейскими бумагами превышала нынешний уровень. Например, в середине 1970-х годов доля ФРС достигла 23 % (в абсолютном выражении – 75 миллиардов долларов). При сохранении нынешних тенденций, полагают эксперты, к концу 2014 года доля ФРС во владении казначейскими бумагами может возрасти до 20 %.

В немалой степени росту доли ФРС способствовали программы так называемых количественных смягчений. Однако следует иметь в виду, что эти программы нацелены в первую очередь не на скупку казначейских бумаг, которые относятся к разряду высококачественных финансовых инструментов, а на приобретение на финансовом рынке США «мусорных» облигаций.

Иначе говоря, роль ФРС в обеспечении государственных заимствований сводится не только и не столько к прямым покупкам казначейских бумаг, сколько к созданию условий для таких покупок другими сегментами американской экономики. ФРС обеспечивает замещение в балансах банков и других финансовых и нефинансовых организаций «мусорных» бумаг казначейскими облигациями. ФРС проводит спасательную операцию двойного назначения: во-первых, спасаются банки и другие частные организации, которые до сих пор не могут прийти в себя после финансового кризиса; во-вторых, происходит спасение правительства. Мы не знаем, происходит ли эта спасательная операция стихийно или же она жестко регулируется Федеральным резервом. Но, думаю, что, скорее всего, имеет место строго управляемый процесс. Прежде всего, выкуп «мусорных» бумаг производится в обмен на обязательство банка приобрести на вырученные деньги бумаги казначейства. Кстати, другие активные операции ФРС также могут иметь «связанный» характер. Например, Федеральный резервный банк предоставляет кредит частному американскому банку в обмен на обязательство последнего приобрести определенное количество казначейских бумаг. Без подобного рода объяснения трудно поверить, чтобы банки, инвестиционные фонды, страховые компании и другие, финансовые и нефинансовые, организации США в добровольном порядке приобретали бумаги – хотя и надежные, но с символической процентной ставкой. Тем более, что, с учетом обесценения доллара, эта ставка фактически является отрицательной. Речь идет о том, что все финансовые и нефинансовые компании, кроме налогов, должны еще платить правительству дань в виде «добровольно-принудительной» покупки казначейских облигаций. Эксперты признают, что ФРС прямо или косвенно обеспечивает приобретение 35–40 % всех бумаг американского казначейства, а в рамках США (без иностранных покупателей) – 70–80 %.

Всего на конец первого квартала 2013 года, по официальным данным Министерства финансов США, в руках всех категорий американских держателей находилось рыночных и нерыночных долгов правительства США на сумму 11.047,4 миллиарда долларов. Объем рыночных долгов (казначейских бумаг) у американских держателей в этот момент составил 6.362,6 миллиарда долларов. Среди этих держателей (миллиардов долларов): ФРС – 1.972,0; депозитно-кредитные организации (банки) – 341,4; частные пенсионные фонды – 457,7; пенсионные фонды штатов и местных властей – 229,0; взаимные фонды – 946,4; страховые компании – 263,3; правительства штатов и власти муниципалитетов – 474,5; прочие держатели – 1.678,2. Последняя из названных групп очень пестрая, включает в себя компании и организации нефинансового сектора экономики (корпорации, малый и средний бизнес), физических лиц, иные виды фондов (в том числе персональные трастовые фонды банков), брокеров и дилеров, иные виды инвесторов.

Обратим внимание на скромную роль банков среди американских держателей рыночного долга: на них приходится лишь немногим более 5 % всех казначейских бумаг в пределах США. А еще в середине 2008 года, когда в Америке раскручивался маховик финансового кризиса, на балансах американских банков было казначейских бумаг и того меньше – около 100 миллиардов долларов. Сегодня эта сумма увеличилась более чем в 3 раза. Некоторые эксперты считают такое увеличение «откатом» банков за те громадные суммы (в общей сложности около 2 триллионов долларов), которые были потрачены правительством на спасение банковской системы США в период финансового кризиса.

* * *

В последние годы доля неамериканских держателей казначейских бумаг США колебалась около отметки 50 %. Подавляющая часть казначейских долгов США нерезидентам – это бумаги, находящиеся на балансах центральных банков и министерств финансов других стран. Это так называемые официальные держатели рыночного долга правительства США. Доля официальных держателей среди всех иностранных держателей казначейского долга США в 2008 году составила 74,6 %, а в середине 2013 года – 71,6 %. Можно заключить, что иностранные частные инвесторы не особенно охотно вкладываются в казначейские бумаги США, т. к. эти бумаги имеют крайне невысокую доходность.

Главными держателями казначейских бумаг США за пределами США выступают Китай и Япония. При общем объеме казначейских бумаг у иностранных держателей, на конец июля 2013 года в 5.590,1 миллиарда долларов на указанные две страны приходилось 2.412,7 миллиарда долларов, или 43,2 %. За год до этого данный показатель составлял 42,4 %. Если за 2011–2013 годы общий объем инвестиций Китая в американские казначейские бумаги сильно не изменился, то у Японии за указанный период объем инвестиций в указанные бумаги увеличился почти в 1,3 раза.

О Китае как главном иностранном кредиторе американского правительства сказано уже много. Громадные резервы Поднебесной в виде U.S. treasury securities – одновременно и слабая, и сильная стороны Китая. Сильная потому, что эти бумаги – козырная карта Пекина в переговорах с Вашингтоном по самым разным вопросам – торговым, финансовым, политическим, военным. Угроза обвалить доллар и бюджетно-финансовую систему США путем резкого сокращения запасов американских казначейских бумаг – убедительный аргумент Пекина в переговорах с американским партнером. Слабость же положения Китая заключается в том, что если обвал доллара и крах бюджетно-финансовой системы произойдет по другим, не зависящим от Пекина причинам, то Китай понесет громадные потери. Громадный портфель американских казначейских облигаций дает Китаю возможность добиваться тактических побед, но грозит ему стратегическим поражением.

Что касается Японии, то она гораздо более послушно следует указаниям Вашингтона, призывающего японцев наращивать запасы казначейских бумаг.

Крупнейшим инвестором в казначейские бумаги США стали также офшорные зоны Карибского бассейна – Багамские острова, Бермуды, Каймановы острова, Голландские Антильские острова, Панама и Британские Виргинские острова. Они увеличили за три года портфель таких бумаг почти в 1,5 раза. Вашингтон, после прихода в Белый дом Барака Обамы, объявил о начале «крестового похода» против офшоров, из-за которых, по оценкам экспертов, американский бюджет недобирает каждый год до 100 миллиардов долларов. Однако при этом «налоговые гавани» Карибского бассейна оказывают казначейству США поддержку почти в три раза большую. Видимо, приобретение облигаций на сумму почти в 300 миллиардов долларов можно рассматривать как «откупные» за сохранение под боком у Америки «налогового рая».

Позиции группы стран-экспортеров нефти, как держателей казначейских бумаг США, в период 2011–2013 годов оставались без особых изменений.

Крупными держателями американских казначейских бумаг являются многие страны Западной Европы. Швейцария, Бельгия, Великобритания, Люксембург, Ирландия, Норвегия, Германия в совокупности владели на конец июля 2013 года бумагами на сумму 898,4 миллиарда долларов. Если к ним добавить Францию, Швецию, Нидерланды, Италию, Испанию, то мы получим 1.058,8 миллиарда долларов. Крупные масштабы инвестирования европейскими странами в облигации казначейства США выглядят, на фоне острого долгового кризиса в Европейском союзе, достаточно странно. Многие из названных европейских стран сами погрязли в долгах, причем большая часть долгов внешних, перед нерезидентами. На начало 2012 года внешние долги отдельных европейских стран были равны (триллионов долларов; в скобках приведен относительный уровень в процентах к ВВП той или иной страны): Великобритания – 9,84 (416); Франция – 5,63 (188); Германия – 5,62 (159); Нидерланды – 3,73 (470); Италия – 2,68 (101); Испания – 2,57 (165); Ирландия – 2,36 (1308); Люксембург – 2,15 (4605); Бельгия – 1,40 (267); Швейцария – 1,35 (271).

Швейцария, Бельгия, Великобритания, Люксембург, Ирландия – каждая из этих стран имеет пакеты американских казначейских бумаг на сумму свыше 100 миллиардов долларов, и у каждой их них внешний долг многократно превышает ВВП. (На таком фоне у ставшей притчей во языцех Греции уровень внешнего долга весьма невысок – 167 % ВВП). И это – не благотворительность в пользу Америки. Это один из главных показателей зависимости Европы от Соединенных Штатов. Больше того, ряд европейских стран не просто являются данниками Америки, они еще выступают в роли сборщиков дани для США с других стран. Например, крохотный Люксембург приобрел казначейских бумаг США почти на 150 миллиардов долларов, имея ВВП менее 47 миллиардов долларов. Люксембург – типичный «сборщик дани». Он заимствует деньги у других стран в колоссальных масштабах, внешний долг Люксембурга превышает его ВВП в 46 раз! Долгое время главным в Западной Европе инвестором в казначейские бумаги США была Великобритания, но за последние два года ее опередили Швейцария и Бельгия.

Среди крупных держателей казначейских бумаг США – страны БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка). В конце июля 2013 года в их резервах находилось таких бумаг на общую сумму 1.738,2 миллиарда долларов. Это 31 % всех казначейских бумаг США, находившихся на тот момент у нерезидентов.

* * *

В октябре 2013 года США, переживая острый бюджетный кризис, в очередной раз продемонстрировала, что они могут жить лишь в условиях постоянных заимствований за рубежом и наращивания своего государственного долга перед другими странами. Громадный государственный долг США представляет угрозу стабильности мировой экономики. К сожалению, Пекин, Токио, Лондон фактически стали заложниками этой модели кредитования правительства США. В первой половине октября лидеры Китая, Японии, Индии, ряда других стран обратились к президенту и конгрессу США с призывом добиться принятия скорейшего решения о повышении потолка государственных заимствований – то есть фактически попросили Вашингтон и впредь платить дань Америке в виде покупки казначейских бумаг.

2013 год

Бегство от Америки

Строительство в Америке общества, которое все больше приобретает черты тоталитарного, прошло уже несколько этапов. Последний из них связан с принятием конгрессом США в 2010 году закона о налогообложении иностранных счетов, часто обозначаемого английской аббревиатурой FATCA.

Подавляющая часть стран мира имеет налоговые системы, которые предусматривают поступление налогов в государственную казну от тех видов экономических и финансовых операций, которые осуществляются в пределах юрисдикций этих стран. Американское же налоговое законодательство предусматривает, что физические и юридические лица США должны платить налоги в государственную казну независимо от того, где находятся эти лица, где осуществляются их экономические и финансовые операции, где расположено их имущество. То есть, действует принцип привязки к лицу, а не к территории. Раньше налоговая служба США контролировала правильность и своевременность уплаты налогов в основном от операций и активов в пределах территории (юрисдикции) США. До того, что было за этими пределами, у американского государства просто руки не доходили. Закон FATCA призван изменить этот недочет. Теперь налоговая служба США обязана контролировать каждый шаг физических и юридических лиц США в любой точке мира. Сама она это делать не собирается, а обязывает иностранные государства, банки и финансовые организации представлять ей всю необходимую информацию об американских налогоплательщиках, имеющих за рубежом депозиты, иные счета, акции и доли в капитале и т. п. То есть, предлагает другим государствам и их финансово-банковским организациям выступать в качестве налоговых агентов американского государства. А в случае нежелания или неспособности их выполнять эти функции грозит серьезными карами. Закон FATCA, имеющий ярко выраженный экстерриториальный характер, является наглядным проявлением глобального диктата Вашингтона. О том, какова реакция других государств, а также иностранных банков и финансовых организаций на принятие указанного закона, мне уже приходилось писать. А как реагируют на закон FATCA сами американцы? Ведь для них данный закон стал диктатом в квадрате.

Жизнь Америки за пределами ее государственных границ масштабна и многогранна. Действительно, правительству и налоговой службе США есть о чем озаботиться. На протяжении почти двадцати лет после окончания Второй мировой войны в США существовали ограничения на вывоз капитала, что диктовалось стремлением власти стимулировать инвестиции в собственную экономику (отчасти эти ограничения были не административными, а выражались в виде более высокого налогообложения доходов американских банков и корпораций от их зарубежных активов). Однако американский капитал рвался за пределы страны, ибо в самих США норма прибыли падала из-за относительного перенакопления капитала. Джон Кеннеди был последним президентом США, которому удавалось сдерживать напор американского капитала, рвавшегося за пределы страны. После убийства Кеннеди какие-либо барьеры для вывоза капитала за пределы страны для американских физических и юридических лиц перестали существовать. От них требовалось лишь декларировать свои зарубежные доходы и исправно платить налоги в казну США (примерно по тем же ставкам, какие использовались для операций и доходов внутри страны). Быстрыми темпами шло, и до сих пор продолжается, накопление принадлежащих американцам самых разных активов за рубежом. Вашингтон пытается контролировать эти потоки и эти активы, вести их статистический учет.

У юридических и физических лиц США за границей имеются как финансовые, так и нефинансовые активы. Точность и полнота оценки нефинансовых активов существенно ниже, чем активов финансовых. Можно предположить, что существует тенденция выведения из-под контроля и статистического наблюдения все большей части нефинансовых активов. Если в 2008 году на нефинансовые активы приходилось 21,7 % всех зарубежных активов США, то в 2012 году эта доля уменьшилась до 5,3 %.

Судя по всему, значительная часть доходов от зарубежных активов в Америку не возвращается и реинвестируется (или каким-то иным способом используется) за рубежом. Отношение доходов от зарубежных активов, поступающих в США, к общему объему зарубежных активов США весьма скромное – менее 4 %. До сих пор ни министерству труда (Бюро экономического анализа), ни министерству финансов, ни налоговой службе США не удавалось получить точные оценки доходов, получаемых юридическими и физическими лицами США от своих зарубежных активов. Для ухода от налогов этими лицами использовались (и продолжают использоваться) офшоры, манипуляции с бухгалтерской отчетностью, различные «серые» схемы бизнеса, прекращение подачи какой-либо финансовой отчетности в налоговую службу и другие ведомства США.

* * *

По оценкам Государственного департамента, за пределами США проживает 7,2 миллиона граждан США. Почти все они имеют за рубежом то или иное недвижимое имущество, банковские счета, акции и иные ценные бумаги, другие активы. Кто-то из них занимается бизнесом, кто-то работает по найму (договору), кто-то имеет статус пенсионера или студента. Но все они (за исключением детей) являются налогоплательщиками. В странах пребывания они платят налоги в казну этих стран. А вот в казну США, судя по всему, далеко не все. По данным налоговой службы США, на родину от таких граждан в прошлом 2012 году поступило 825 тысяч налоговых деклараций. То есть примерно от одного из девяти американцев, проживающих за пределами США. Даже неспециалисту понятно, что часть зарубежного контингента американских граждан уклоняется от уплаты налогов в казну своего государства.

Налоги в американскую казну также должны платить держатели «зеленых карт». Министерство внутренней безопасности США количество обладателей «зеленых карт» на территории Штатов оценивает в 13,3 миллионов человек. А ведь большая часть таких лиц не порвала связей со странами своего происхождения. Такие «частичные» граждане нередко обладают имуществом и имеют доходы на своей первой родине, но в декларациях, подаваемых в налоговую службу США, они отмечать это зачастую забывают.

Надо также иметь в виду, что в США практикуется расширительное понимание термина «гражданин». Под это понятие подпадают лица, рожденные как на территории США, так и за рубежом, но от проживающих там родителей-американцев. Такая категория лиц называется U.S. Person, и для них могут возникать определенные налоговые обязательства перед Соединенными Штатами. Было уже много разного рода историй (вплоть до судебных разбирательств), когда люди, проживающие в разных частях мира узнают, что они, оказывается, являются U.S. Person и должны изрядные суммы дяде Сэму. Газета The Wall Street Journal недавно рассказала о случае с одной канадкой. Она родилась в Штатах – ее родители были канадскими гражданами – и еще маленьким ребенком вернулась с семьей в Канаду. То, что американское государство считает ее своей подданной и имеет к ней претензии, она узнала только тогда, когда ей исполнилось пятьдесят, а за ней, надо думать, накопилась изрядная задолженность по налогам.

Естественно, имеют имущество в других странах и многие 100 %-ные американцы, проживающие постоянно на территории США. Прежде всего, депозиты в банках, доли в капитале компаний и т. д. Эти активы дают им доходы, но ни имущество, ни доходы при этом не декларируются. В первую очередь, речь идет о депозитах и долях в капитале тех банков и компаний, которые зарегистрированы в офшорных юрисдикциях. До сих пор власти США имеют весьма смутное представление о том, насколько велики такие активы и доходы. И сколько американская казна теряет от того, что эти активы и доходы не отражаются в подаваемых американскими гражданами налоговых декларациях. Таких граждан стали называть «подснежниками». Широкий резонанс имела история со швейцарским банком UBS, когда, под нажимом властей США, банку пришлось предоставить информацию о нескольких сотнях американских клиентов-«подснежников». Во всей Швейцарии таких «подснежников», судя по всему, тысячи, если не десятки тысяч. А по всему миру – миллионы. В результате «чистки» швейцарских банков США вернули в казну уже шесть миллиардов долларов и, как ожидается, будет возвращено еще не менее пяти миллиардов.

* * *

Закон FATCA призван выявить всех этих «подснежников», заставить их платить налоги и погасить задолженность по налогам за все предыдущие годы, и уплатить штрафы. А наиболее злостных «уклонистов» даже привлечь к суду. Существует заблуждение на тот счет, что налоговая служба США охотится, мол, лишь за крупными «уклонистами», а мелких не замечает. Еще за несколько лет до вступления в силу FATCA (а именно в 2004 году) конгресс США принял закон, согласно которому штрафы налагаются на тех лиц, которые не сообщили налоговой службе о зарубежных счетах величиной от 10 тысяч долларов. Штрафы, скажем прямо, драконовские. Или в объеме 100 тысяч долларов, или в 50 % от суммы, находящейся на счете (выбирается, естественно, то, что больше). В нынешнем законодательстве США, помимо штрафов за уклонение от предоставления налоговой декларации (или ее искажение), штрафы дополнительно взимаются за уклонение от самой уплаты налогов. Известны случаи, когда за неуплату примерно 20 тысяч долларов налогов (такое может случаться даже по техническим причинам, без злого умысла со стороны налогоплательщика) налоговая служба США налагала штраф более миллиона долларов.

Многие американцы уже начинают осознавать, в какую налоговую ловушку их пытаются загнать власти США. И начинают действовать. Как сообщила в августе сего года The Wall Street Journal, американцы все чаще отказываются от гражданства США и от «зеленых карт». В 2011 году количество таких «отказников» составило 1781 человек. А только в первой половине 2013 года из гражданства и из статуса «постоянного резидента США» вышли 1809 человек. Америка постепенно утрачивает образ земли обетованной. Комментируя «бегство» людей из американского гражданства, эксперты предсказывают, что процесс исхода из США резко ускорится в 2014 году, когда закон о налогообложении иностранных счетов начнет действовать в полном объеме…

Еще более активно происходит «бегство» из американской юрисдикции банков, корпораций и других юридических лиц. «Бегство» юридических лиц США из-под налогового колпака Вашингтона выражается в открытии акционерами старых компаний новых компаний в неамериканских юрисдикциях. Далее в новые неамериканские компании производится перевод активов и всех операций из старых американских компаний (нередко с использованием разнообразных «серых» схем). Что касается старых американских компаний, то они могут либо закрываться, либо продолжать свое функционирование в усеченном виде. Мировые и американские СМИ об этом последствии принятия закона FATCA хранят полное молчание. Между тем, процесс «бегства» американского бизнеса из страны может оказать серьезное негативное воздействие на экономику США.

2013 год

Сенсационное событие в мире финансов

На днях английская The Guardian, а вслед за ней информационное агентство Bloomberg сообщили сенсационную новость: в течение недели с 5 по 12 марта запасы казначейских бумаг США, находящихся в депозитарии Федеральной резервной системы (ФРС), сократились на 104,5 миллиарда долларов.

По данным Министерства финансов США, на конец 2013 года общий объем казначейских бумаг (облигаций и других видов долговых бумаг) США составил 12,3 триллиона долларов. Это более 70 % всего государственного долга США. Примерно 6,5 триллиона долларов находилось у различных американских инвесторов, крупнейшим их которых была ФРС, имевшая на своем балансе казначейских бумаг на сумму около 2,2 триллиона долларов. Иностранным держателям принадлежало 5,79 триллиона долларов казначейских бумаг США, причем, на первом месте по этому показателю находился Китай (1,27 триллиона долларов), на втором месте Япония (1,18 триллиона долларов). Россия занимала девятое место с портфелем 138,6 миллиарда долларов, или 1,1 % всего объема казначейских бумаг США.

Вроде бы, на фоне таких объемов казначейских бумаг США в мировой финансовой системе, сокращение их запаса в депозитарии ФРС не выглядит значительным. Однако все предстает в ином свете на фоне того, что происходило с запасами этих бумаг в последние годы. Если в конце 2013 года запасы казначейских бумаг в депозитарии Федрезерва составляли 3.020 миллиарда долларов, то 12 марта сего года они упали до 2855 миллиарда долларов, то есть на 165миллиардов долларов. При этом на неделю с 5 по 12 марта 2014 года пришлось 2/3 этого падения. В прошлом году максимальное недельное падение, зафиксированное в конце июня 2013 года (19.06–26.06), было в три раза меньшим, чем нынешнее мартовское падение. Если предположить, что вывод казначейских бумаг из хранилища ФРС будет продолжаться теми же темпами, что и за период с 1 января по 12 марта сего года, то запасы бумаг за 2014 год могут уменьшиться примерно на один триллион долларов.

Подробностей по поводу рекордного сокращения запасов казначейских бумаг США не сообщают ни Федеральный резерв, ни Министерство финансов США. Появились версии. Почти все аналитики сходятся в том, что операция по изъятию бумаг из депозитария ФРС произвела Россия, но во мнениях о том, какова дальнейшая судьба изъятых бумаг, эксперты расходятся… Вряд ли можно предположить, что бумаги потребовались Банку России для того, чтобы превратить их в наличную валюту и стабилизировать валютный курса рубля. Если бы казначейские бумаги на сумму свыше 100 миллиардов долларов были выброшены на рынок, то он немедленно прореагировал бы снижением цен на эти бумаги. Однако этого не происходит. Более того, аналитики обратили внимание, что в указанную неделю (с 5 по 12 марта) было зафиксировано снижение доходности казначейских бумаг США. Если в начале марта доходность 10-летних казначейских бумаг была равна 2,73 %, то 13 марта их доходность была зафиксирована на уровне 2,63 %. По законам рынка вбрасывание на него бумаг на 100 миллиардов долларов должно было бы, наоборот, привести к снижению их цен и росту доходности.

Другая версия резкого сокращения запасов казначейских бумаг США выглядит более правдоподобной. Россия осуществила перемещение своих казначейских бумаг из американского депозитария в какой-то иной депозитарий, находящийся вне сферы непосредственного влияния Вашингтона. Эксперты связывают это изъятие с событиями на Украине и в Крыму и ожидаемыми санкциями против РФ со стороны США. Следует иметь в виду, что Федеральный резерв является не единственным депозитарием казначейских бумаг США. Эту функцию могут исполнять (и исполняют) также центральные банки некоторых стран, Банк международных расчетов, частные банки, в том числе те, которые находятся в офшорах. Общей картины распределения мирового запаса казначейских бумаг США по депозитариям в открытых источниках нет. Имеются разрозненные сведения о некоторых, альтернативных Федрезерву, депозитариях. Так, Центральный банк Бельгии имел в конце 2013 года на хранении казначейских бумаг США на сумму 256,8 миллиардов долларов, причем их запас за последний месяц прошлого года увеличился на 28 %.

Если операцию по изъятию казначейских бумаг из Федерального резерва провели российские инвесторы, то хотелось бы думать, что на этом Россия не остановится. Почему? Потому что хранение казначейских бумаг США сопряжено с риском. Вашингтон может ввести против России свои санкции, а затем заставить своих союзников (ту же Бельгию) присоединиться к этим санкциям. Министерство финансов США организует выпуск и размещение казначейских бумаг, и оно же принимает решения по блокированию операций с такими бумагами. Этим в министерстве занимается подразделение, которое называется Office of Foreign Assets Control (OFAC). В этой ситуации следующим шагом России должен стать выход из актива под названием US Treasuries в ликвидные валюты и, желательно, не в доллары США. Учитывая большую валютную долговую задолженность государственных компаний перед нерезидентами, можно было использовать валюту на погашение этих долгов. А также на выкуп активов российской экономики, принадлежащих иностранным инвесторам. Имеются и иные способы использования валютной ликвидности. Сохранение ее на депозитных счетах иностранных банков в свете ожидаемых санкций нецелесообразно.

Остается неясным, почему Вашингтон допустил такое большое изъятие казначейских бумаг из хранилищ ФРС. Видимо, опасался со стороны Москвы таких шагов, которые имели бы непредсказуемые последствия для долларовой системы. Известно, что Вашингтон уже осуществлял «тихое» блокирование изъятий в прошлом. Так, после катастрофы на АЭС «Фукусима» Японии для ликвидации ее последствий потребовалось большое количество наличной валюты. Она предполагала изъять для этой цели значительную партию казначейских бумаг из американского депозитария, но Вашингтон блокировал это изъятие. Япония шум поднимать не стала.

* * *

Об избавлении от долларовых резервов думает крупнейший их держатель – Китай. В ноябре прошлого года заместитель председателя Народного банка Китая заявил, что Китай прекращает дальнейшее накопление казначейских бумаг США. От слов Китай перешел к делу: в последний месяц 2013 года Поднебесная избавилась от казначейских обязательств на сумму в 47,8 миллиарда долларов, сократив размеры владения ими на 3,6 %, до 1,27 триллиона долларов. Китай во второй раз за свою экономическую историю продал рекордное количество государственных ценных бумаг США.

Хотя некоторые аналитики намекают на то, что, мол, Россия и Китай координируют свои действия по сокращению своих долларовых резервов, явных признаков сотрудничества в этой области не видно. Впрочем, обе страны по необходимости должны действовать здесь очень осторожно, ибо неожиданный крах долларовой системы нанесет удар, как по Китаю, так и по России. Разница в том, что цена вопроса для России намного меньше, чем для КНР: в РФ долларовые резервы почти на порядок меньше, чем у Поднебесной.

Россия не впервые сталкивается с угрозами замораживания или даже конфискации ее валютных резервов за рубежом. Так, 100 лет назад, когда в воздухе уже пахло порохом, Государственный банк Российской империи успел вывести свои валютные депозиты из немецких банков. А вот с Францией, которая вроде была союзницей России по Антанте, императорское правительство просчиталось. Французы заморозили в начале Первой мировой войны российские валютные счета в своих банках. Другой случай имел место в советский период российской истории: после венгерских событий 1956 года возникла угроза замораживания Вашингтоном валютных счетов СССР в американских банках. В 1957 году все валютные счета Внешторгбанка были переведены в банки Лондонского Сити. Эти деньги положили начало рынку евродолларов и возрождению былой славы Лондона как международного финансового центра.

Сегодня эксперты напоминают, что ФРС является депозитарием не только казначейских бумаг, но также золота из международных резервов других стран. По некоторым оценкам, в хранилище Федерального резервного банка Нью-Йорка на Манхэттене размещено золото десятков стран мира. И, как показали попытки Германии произвести репатриацию своего золота из американских хранилищ, сделать это стало крайне сложно. В СМИ иногда встречается информация о том, что в американских хранилищах есть и российское золото. Напомню, что перед Первой мировой войной Россия тоже имела некоторое количество драгоценного металла за границей, но до 1 августа 1914 года все оно было перемещено в хранилища Государственного банка Российской империи.

2014 год

Финансовое ОМП

Потрясения мировых банков

Несмотря на некоторую стабилизацию ситуации на финансовых рынках по завершении первой волны кризиса, спокойная жизнь для мировых банкиров так и не наступила. Мы наблюдаем непрерывную череду скандалов вокруг банков, составляющих ядро мировой финансовой системы. Раскрываются нарушения и даже преступления, совершенные банками в разные годы. Проводятся официальные расследования деятельности банков финансовыми регуляторами, судебные процессы. Банкам приходится выплачивать крупные суммы штрафов. Круг банков, втягиваемых в эпицентр скандалов, непрерывно растет.

Началось все со швейцарского банка UBS, который был обвинен властями США в укрывательстве средств американских налогоплательщиков. В 2010 году банк UBS «сломался», раскрыв информацию о своих американских клиентах и переведя в казну США сотни миллионов долларов. После чего американцы принялись «потрошить» другие банки Швейцарии. А затем банки других стран. Облагали их штрафами, уничтожали понятие банковской тайны, фактически заставляли иностранные банки доносить на своих клиентов.

Далее началась серия скандалов, связанных с выявлением нарушений банками мирового калибра санкций в отношении Ирана, Кубы, КНДР. В списке обвиняемых оказались гиганты Лондонского Сити – Барклайз, HSBC, Королевский банк Шотландии, Стандарт Чартерд, банки других стран Европы. Многие из этих банков одновременно обвинялись в отмывании грязных денег, сотрудничестве с наркомафией и даже в финансировании терроризма. Обвинения исходили от финансовых регуляторов США и Великобритании. Закончилось все выплатами гигантских штрафов, исчислявшихся сотнями миллионов долларов в расчете на один банк. Максимальный штраф заплатил в 2012 году банк HSBC – 1,9 миллиарда долларов.

В середине лета 2012 года начался скандал, связанный со ставками ЛИБОР. Крупнейшие банки (преимущественно европейские) были обвинены в манипуляциях со ставками на межбанковском лондонском рынке кредитов. Эффект от манипуляций очень велик, так как на ставки ЛИБОР ориентируются финансовые рынки, исчисляемые сотнями триллионов долларов.

Фактически речь шла о том, что полтора десятка банков мирового калибра образовали картель, зарабатывая миллиарды долларов на манипуляциях ставками ЛИБОР с молчаливого согласия центральных банков и финансовых регуляторов. В мае сего года выявилось, что ряд банков манипулировал другой ставкой, которая называется ISDAfix и на которую ориентируется рынок производных инструментов в 379 триллионов долларов. Началось расследование, которое грозит перерасти в скандал такого же масштаба, как и история с ЛИБОР.

Далее началась серия скандалов, связанных с тем, что банки вышли за пределы финансовых рынков, обосновались на рынках товаров и энергоносителей, занимаясь манипуляциями с ценами. Федеральная комиссия по регулированию энергетики США (FERC) обязала британский финансовый конгломерат Barclays выплатить штраф за манипулирование ценами на электроэнергию в штате Калифорния. В конце июля пришло сообщение: FERC обвинила крупнейший финансовый конгломерат Америки JP Morgan Chase в манипулировании рынками электроэнергии, прежде всего в штате Калифорния и на Среднем Западе США. Теперь банку с Уолл-стрит грозит штраф в размере до 400 миллионов долларов.

Эксперты намекают, что так финансовые регуляторы и прочие «надсмотрщики» могут добраться даже до знаменитого Лондонского «золотого фиксинга», функционирующего с 1919 года. Этот фиксинг представляет собой процедуру определения цены золота. В ней участвуют всего пять компаний и банков, находящихся в сфере влияния клана Ротшильдов.

Кухня этого «фиксинга» толком не известна, но все участники мирового рынка желтого металла, так или иначе, ориентируются на лондонские котировки. Цены «золотого фиксинга», прямо или косвенно, оказывают влияние не только на рынок желтого металла, но на все финансовые рынки. «Золотой фиксинг» – своего рода центр управления мировыми финансами узкой группой ростовщиков. Неужели какие-то «регуляторы» могут замахнуться на святая святых мировых финансов?

Последним в череде банковских скандалов стало выдвинутое в июле 2013 года органами Европейского союза обвинение в адрес 14 участников рынка кредитных дефолтных свопов (КДС), представляющих собой разновидность финансовых производных инструментов. Ведущие американские и европейские банки были уличены в картельном сговоре по созданию внебиржевого рынка КДС, который находился полностью вне сферы контроля со стороны финансовых регуляторов. Создав этот «серый» рынок, банки Уолл-стрит и Лондонского Сити во многом спровоцировали финансовый кризис 2007–2009 годов.

* * *

Бросается в глаза, что обнародование фактов различных банковских преступлений происходит, как правило, не по горячим следам, а через несколько лет после того, как эти преступления совершены. А ведь такие преступления – не иголка в стоге сена. О них финансовым регуляторам и участникам финансовых рынков всегда известно заранее. Так что банковские скандалы – это реализация заготовок, которые ждут своего часа.

Многие скандалы имеют экстерриториальный характер. То есть финансовые регуляторы и суды начинают расследования и преследования банков, имеющих статус «нерезидентов». Особенно активно такими экстерриториальными расследованиями и преследованиями занимаются власти США. Больше того: финансовые регуляторы, Министерство юстиции, суды США гораздо больше поглощены расследованиями деятельности не своих американских банков, а банков иностранных – особенно европейских. Если власти США и начинают расследования в отношении американских банков, то кончаются они гораздо более мягкими наказаниями по сравнению с банками Старого Света.

Помимо американцев наибольшей активностью по преследованию банков отличаются власти Великобритании. Там этим занимается такой финансовый регулятор, как Financial Services Authority (FSA). Примечательно, что FSA действует автономно от Банка Англии, некоторые инициативы финансового регулятора вскрывают халатность центрального банка страны, а то и молчаливое поощрение различных нарушений в банковской сфере.

В целом на сегодняшний день банковские скандалы нанесли особо большой ущерб европейским банкам. Конечно, банки Уолл-стрит также не раз платили штрафы, но на порядок или два порядка более низкие, чем банки Европы, – и только по требованиям своих, американских регуляторов и судов. Европейские регуляторы вообще не дерзают подвергать штрафам заокеанских банкиров.

Типичный европейский банк, пострадавший от судебно-прокурорских преследований – Deutsche Bank. Формально банк немецкий (крупнейший в Германии), но де-факто – международный, находящийся под контролем Ротшильдов. Из-за скандалов (прежде всего по поводу ставки ЛИБОР) понес серьезные убытки. Если в 2011 году чистая прибыль банка была равна 4,3 миллиарда евро, то по итогам 2012 года она упала до 0,7 миллиарда евро (самый низкий показатель с кризисного 2008 года). На период 2013–2015 годов руководство банка вынуждено было объявить режим жесткой экономии.

У другого фигуранта скандалов – Королевского банка Шотландии (Royal Bank of Scotland), входящего в империю Ротшильдов, положение еще хуже. Он серьезно пострадал во время последнего кризиса и фактически был национализирован (80 % капитала было выкуплено английским правительством). Если в 2011 году убытки RBS были равны 2 миллиардам долларов, то по итогам 2012 года они возросли в 4 раза – до 8 миллиардов долларов.

* * *

Однако особого внимания заслуживает британский банк Барклайз (Barclays) с активами около 2,3 триллионов долларов. Он является фигурантом почти всех скандалов последних лет. Вместе с тем, банк Барклайз возглавляет многие мировые рейтинги банков. Например, около двух лет назад были опубликованы результаты компьютерного анализа базы данных по миллионам банков и компаний разных стран мира. Работа была проведена специалистами Цюрихского технологического института. Целью работы было выявить ядро мировой экономической и финансовой системы. В «ядре» оказалось 147 компаний. И на вершине этой узкой группы стоит британский банк Барклайз. Правда, анализ проводился на основе данных за 2007 год, и выводы швейцарских ученых относятся к тому времени, когда Барклайз еще не начал подвергаться преследованиям. И вот на днях в СМИ появилось сенсационное сообщение о том, что в балансе знаменитого банка образовалась дыра размером почти в 20 миллиардов долларов. Означенная «дыра» – оценка нехватки собственного капитала. Это сенсационное сообщение можно воспринять как еще один удар по репутации знаменитого банка (подобные и даже большие «дыры» имеют почти все крупные банки Уолл-стрит).

Барклайз – банк, входящий в империю Ротшильдов; до последнего времени он негласно выступал «дирижером» других банков на многих финансовых рынках. Кстати, Барклайз участвует в Лондонском «золотом фиксинге», в котором все пять участников равны, но этот банк – «более равный».

По мнению некоторых аналитиков, после того как в 2004 году лондонский банк N M Rothschild & Sons вышел из «фиксинга», Ротшильды продолжили участвовать в определении цен на золото, действуя через Барклайз.

Есть достаточно фактов, позволяющих говорить о том, что банковский мир вошел в затяжную фазу «управляемого хаоса», или «управляемого кризиса». И здесь встает сразу несколько вопросов. Кто управляет этим хаосом (кризисом)? Каковы цели этого управления? Когда завершится фаза хаоса (кризиса)? Существует ли риск потери управления?

Есть достаточно убедительные конспирологические версии того, что после краха СССР мир стал управляться из одного центра, который часто называют мировым правительством. Многие влиятельные СМИ уже давно перешли от позиции всяческого отрицания факта существования мирового правительства к его признанию. И даже в каком-то смысле стали проводить PR-акции в его пользу (некоторые публикации о заседаниях Бильдербергского клуба можно вполне отнести к разряду таких PR-акций). Однако анализ событий последних лет в банковском мире приводит к несколько иным выводам.

Банковские скандалы свидетельствуют о том, что глобальная элита далека от консолидации, она разделена по группам интересов. Идет напряженная и непримиримая борьба различных групп за выживание, влияние и мировое господство.

Принято считать, что мировые банкиры и мировая элита – понятия, в значительной степени совпадающие. Там, где деньги, – там власть и борьба за еще большую власть. Банковские скандалы обнажили противоречия и линии борьбы внутри мировой элиты.

Часто эти противоречия сводят к борьбе двух банковских групп – Нового Света и Старого Света, к борьбе американских и европейских банков. Иногда журналисты, упрощая проблему, говорят, что борьба идет между банками Уолл-стрит и банками Лондонского Сити. Как уже сказано, жертвами банковских скандалов становятся, в первую очередь, европейские банки и среди них британские банки (Лондонский Сити). Однако, с моей точки зрения, такой «географический» подход к анализу банковских скандалов слишком огрубляет картину. Более правильно говорить о борьбе двух основных финансово-банковских кланов – Ротшильдов и Рокфеллеров. Именно они являются на сегодняшний день главными акционерами Федеральной резервной системы США, а Федеральный резерв – центральный институт мировой финансовой системы. Пока у Запада был общий враг в лице СССР, противоречия между главными акционерами ФРС отходили на второй план. Сегодня, после глобального финансового кризиса, дальнейшее существование ФРС находится под угрозой, у главных акционеров возникли разные представления о выходе из кризиса, обострились противоречия, каждый начал тянуть одеяло в свою сторону. Ротшильды и Рокфеллеры начали раскачивать лодку под названием «мировая финансовая система». Правда, в мае 2012 года произошло событие, которое многие сочли знаковым. Речь идет о том, что династии Ротшильдов и Рокфеллеров в Европе договорились о стратегическом альянсе. В рамках альянса объединялись активы зарегистрированного на бирже инвестиционного траста Джейкоба Ротшильда RIT Capital Partners и компании Rockefeller Financial Services. RIT приобрела 37 % акций в компании, управляющей активами Рокфеллеров. Кто-то оценил это событие как прекращение войны между кланами и знак консолидации мировой олигархии под эгидой Ротшильдов-Рокфеллеров. Я же убежден, что акция была символической – цепной реакции не последовало.

* * *

Примечательно, что до недавнего времени все основные инициативы по расследованию незаконных и преступных действий банков исходили от Вашингтона. Определенную активность проявлял Лондон, который (о, ужас!) начал преследовать ротшильдовские банки. Некоторые эксперты объясняют такую «непатриотическую» позицию британских властей тем, что нынешнее руководство страны стало, как никогда, сильно зависеть от Вашингтона.

Европейский союз (континентальная Европа) до последнего времени не проявлял никакой инициативы в расследовании неблаговидных дел банков. Однако последний скандал, связанный с картельным сговором по поводу CDS, показал, что Брюссель (Европейский союз) также проснулся и стал втягиваться в глобальную игру под названием «банковские расследования». К середине 2013 года вовлеченными в опасную игру оказались все основные государственные и надгосударственные институты Запада. Это еще более осложняет понимание общей картины. Риск того, что банковский мир из состояния «управляемого хаоса» перейдет в состояние «неуправляемого штопора», возрастает с каждым месяцем. Впрочем, можно однозначно утверждать, что подковерная борьба двух банковских кланов ослабляет в целом позиции той, некогда консолидированной силы, которая олицетворялась с Федеральной резервной системой.

Конечно, схема «борьба двух банковских кланов» является до некоторой степени огрубляет реальную картину. Ряд авторов детализирует эту схему. Например, российский ученый Владимир Павленко обращает внимание на то, что внутри клана Ротшильдов идет противоборство за первенство между английской и французской ветвями рода. Многие авторы совершенно верно подмечают, что целый ряд банков мирового калибра утратил четкую принадлежность к тому или иному клану. Например, тот же Владимир Павленко обращает внимание на некоторые банки Уолл-стрит, которые находятся под совместным контролем обоих мировых кланов. Например, банк Джи-Пи Морган.

Многие аналитики полагают, что кроме Ротшильдов и Рокфеллеров в мире имеются также другие влиятельные центры интересов. Например, Ватикан. Причем не только и не столько как духовно-религиозный центр, а именно как центр финансового влияния.

* * *

Мы привыкли к утверждению, что миром правят банкиры. Однако обозначившееся ослабление ряда банков из ядра мировой финансовой системы, по мнению некоторых экспертов, может привести к тому, что силу, власть и влияние перехватят те, кто не принадлежит ни к банковскому клану Ротшильдов, ни к банковскому клану Рокфеллеров. Их можно назвать «третьей силой». Эту «третью силу» связывают, прежде всего, с представителями государственного аппарата США, Великобритании, других стран Запада, не находящихся в прямой зависимости от современных ростовщиков. Существуют данные об оппозиции банкстерам в государственном аппарате США. Так, Дэвид Уилкок говорит о антибанковском заговоре в Америке, который готовится «федеральными маршалами США». Примером смелого шага таких «маршалов» он называет расследование, начатое против банка Барклайз по поводу манипуляций ставками ЛИБОР. Уилкок обращает внимание на то, что расследование было начато Комиссией по срочной фьючерсной торговле сырьевыми товарами – независимым ведомством при Министерстве юстиции. Однако Министерство юстиции – лишь небольшая часть «третьей силы» в США. Ядром оппозиции банковскому истеблишменту Дэвид Уилкок называет Министерство обороны США. Скандал, вызванный разоблачениями Эдварда Сноудена, породил много публикаций о настроениях сотрудников в американских секретных службах. То, что оппозиционеров господству банкстеров в спецслужбах Америки сегодня немало, подтверждается. Можно предположить, что в Пентагоне их еще больше. За последние годы ряд высших чинов Пентагона высказывался против военных авантюр США в разных районах мира. Правда, в своей критике военные не заходили слишком далеко – не увязывали напрямую эти авантюры с финансово-банковской элитой Америки.

Обсуждение темы «шпионского скандала» высветило также проблему относительной автономности спецслужб США от остального государственного аппарата и денежных властей. В стратегическом плане спецслужбы хотели бы играть самостоятельную роль, возглавить «третью силу», рассчитывая при этом включить в ее состав военных, а также компании, занимающиеся компьютерным и коммуникационным бизнесом, информационными технологиями (в первую очередь, интернет-компании). Лозунг «третьей силы» прост: информация – это деньги, сила, власть. Имея своих людей во всех эшелонах власти США, «третья сила» намеревалась провести в Вашингтоне «мягкий» переворот, резко ограничив власть банкстеров в США. Речь идет о планах по проведению полного аудита ФРС, восстановлению закона Гласса-Стиголла, ужесточению закона Додда-Франка и др. Причем «третья сила» имеет широкую социальную базу в США и во всем мире, учитывая растущие настроения людей против банков (вспомним движение «Оккупируй Уолл-стрит»).

Скорее всего, в ближайшее время мы услышим о новых разоблачениях банков и новых скандалах. На новом витке истории давление «третьей силы» на американских банкстеров может выйти за рамки чисто законодательных инициатив (законодательное давление). Против банков Уолл-стрит могут начаться серьезные расследования со стороны «федеральных маршалов» (административно-судебное давление). Потренировавшись на европейских банкстерах, они могут вступить в жестокую схватку со своими собственными. Уже текущим летом (в самый разгар «шпионского скандала») начался серьезный «наезд» со стороны Министерства юстиции, Комиссии по ценным бумагам и биржам, Генеральной прокуратуры США на «Бэнк оф Америка». А ведь это, пожалуй, самый «рокфеллеровский» банк. Он обвиняется в недобросовестных и даже мошеннических операциях с ипотечными бумагами накануне и в период финансового кризиса 2007–2009 годов. Пока давление на банк носит «дозированный» характер, но в любой момент оно может быть переведено в разряд вселенского скандала.

Здесь надо иметь в виду, что Рокфеллеры (в отличие от Ротшильдов) – не только банковский клан. Империя Рокфеллеров, помимо банков Уолл-стрит, включает в себя нефтяные компании мирового масштаба и военно-промышленный комплекс, к которому примыкают компании hightech и многочисленные американские спецслужбы. Как уже сказано, клан Ротшильдов не являет собой единый монолит, внутри него ведется постоянная борьба между отдельными ветвями, прежде всего английской и французской. То же самое можно сказать и про клан Рокфеллеров. Попытки обуздать алчность банков Уолл-стрит в последние годы возникают не только под давлением широких слоев общества, но и в результате недовольства части американской элиты, входящей в состав империи Рокфеллеров. Это недовольство пока не выливается в организацию громких скандалов вокруг тех или иных банков Уолл-стрит. Скорее, оно проявляется в непрерывных попытках законодательно ограничить банковский беспредел Уолл-стрит, угрожающий существованию американской государственности. При этом у американских конгрессменов и сенаторов уже подготовлены заготовки более радикальных актов, чем те, которые принимались до сих пор. Например, акта о полной ликвидации Федерального резерва как нелегитимной структуры или акта о национализации частных банков. Эти акты обсуждались в разгар последнего финансового кризиса, но тогда набрали весьма скромное количество голосов в свою поддержку. Не исключено, что те силы, которые Дэвид Уилкок назвал «федеральными маршалами», при наступлении второй волны финансового кризиса сумеют поставить, наконец, под свой контроль зарвавшуюся финансовую олигархию из клана Рокфеллеров. Однако в таком случае в банковском мире хозяевами положения могут оказаться Ротшильды…

За внешней однополярностью современного мира («Pax Americana») скрываются острейшие противоречия различных групп мировой олигархии. Иногда эти противоречия вырываются наружу – в том числе в виде громких банковских скандалов. Мы предполагаем, что лавина таких скандалов будет нарастать, и, вполне вероятно, что пресловутый «управляемый хаос» может тогда перерасти в неуправляемую стихию…

2013 год

«Черный список» американских банков

В отношении крупнейших банков Уолл-стрит, Лондонского Сити, других финансовых центров Запада всегда действовал принцип «Too Big to Fail» – «Слишком большие, чтобы погибнуть». Такие банки со звучными брэндами относились к категории «неприкасаемых», «священных коров», обреченных на вечное существование. И это не удивительно: гибель любой «священной коровы» банковского мира грозит ввергнуть в пучину кризиса не только отдельную страну, но и весь мир. Ведь «священные коровы» существовали вне так называемой рыночной экономики с жестокой конкуренцией, высокими рисками, банкротствами и дефолтами. Их жизнь протекала в оазисах «банковского социализма»… Эти «оазисы» всегда получали необходимое количество живительной влаги под названием «денежная ликвидность» от Федеральной резервной системы США и казначейств в виде кредитов и инвестиций. Принципы «банковского социализма» в полной мере действовали в период последнего финансового кризиса, когда казначейства США, Великобритании, ряда стран Западной Европы и Японии направили на спасение «священных коров» суммы, составившие в совокупности несколько триллионов долларов. Плюс к этому была проведена тайная операция по почти беспроцентному кредитованию ведущих банков США и Западной Европы Федеральной резервной системой США на сумму более 16 триллионов долларов.

После кризиса правящие круги США и других стран Запада под давлением возмущения общественности торжественно заявили, что с «банковским социализмом» будет покончено, «священных коров» государство больше спасать не будет. Барак Обама объявил о своей программе радикального реформирования финансово-банковской системы США. Ему удалось даже протолкнуть через конгресс закон Додда-Франка, который еще называют законом о реформировании финансовой системы США. Однако постепенно в банковском мире все стало возвращаться на круги своя. Банки вернулись к финансовым спекуляциям, стали опять накапливать «плохие» активы, использовать средства клиентов для рисковых операций, выплачивать топ-менеджерам астрономические суммы бонусов, манипулировать с финансовой отчетностью и т. п. Все это породило пессимизм у политических деятелей, общественных активистов, простых граждан. В воздухе запахло новым кризисом. Вернее – второй волной кризиса.

* * *

Справедливости ради следует признать: в период кризиса были допущены исключения из принципов «банковского социализма» в отношении нескольких «священных коров». Некоторые из них были все-таки отданы на «заклание». Наиболее крупная из таких «коров» – американский банк «Леман Бразерс», который был объявлен банкротом. В последние два года в финансовом мире обозначилась тенденция резкого увеличения количества «наездов» на крупные банки со стороны финансовых регуляторов и других органов государственной власти. Имеются в виду различные действия финансовых регуляторов по расследованию незаконных действий банков, судебные процессы против банков по искам пострадавших вкладчиков и других клиентов, требования финансовых регуляторов по выплате банками штрафов и компенсаций пострадавшим. Нередко регуляторы предлагают банкам урегулировать возникающие претензии во внесудебном порядке. Иногда это бывают коллективные соглашения, заключаемые финансовым регулятором с несколькими банками. Обычно в рамках такого коллективного соглашения сторонами определяется общая сумма штрафов, компенсаций и других претензий. Далее эта сумма распределяется во времени и между банками.

Наибольшую активность стали проявлять финансовые регуляторы США, а также Великобритании. Финансовые регуляторы США – это различные организации, находящиеся в ведении министерства финансов, министерства юстиции, Федеральной резервной системы, а также независимые от министерств организации. Они специализируются на разных финансовых рынках, разных видах финансовых организаций, разных типах финансовых инструментов. Это Комиссия по ценным бумагам и бирже (SEC), Национальная фьючерсная ассоциация (NFA), Комиссия по срочной биржевой торговле (САЕС), Национальное управление кредитных союзов (NCUA) и т. д. В США появляются новые регуляторы. Например, в самый разгар ипотечного кризиса в 2008 году было создано Федеральное агентство по финансированию жилья (FHFA). В Великобритании до недавнего времени был единый финансовый регулятор – Управление по финансовому регулированию и надзору (FSA). Недавно там началась реорганизация, планируется создать несколько регуляторов.

До финансового кризиса 2007–2009 годов банки США уплачивали штрафы, которые исчислялись миллионами, максимум – десятками миллионов долларов. В конце прошлого – начале текущего столетия основным объектом расследований и преследований со стороны государства были, пожалуй, компании реального сектора экономики. Чаще всего основанием для обвинений были нарушения экологических стандартов, стандартов технической безопасности, санитарных норм и т. п. Например, в 1999 году власти США обязали компанию General Motors выплатить 4,9 миллиарда долларов штрафов и компенсаций за пожароопасную конструкцию бензобака модели Chevrolet Malibu (правда, адвокатам корпорации в итоге удалось убедить судью сократить выплаты до 1,2 миллиарда долларов).

Самый большой «наезд» на банки в США в докризисные времена имел место в 2003 году. Банки были оштрафованы регуляторами из-за введения в заблуждение клиентов, которые доверяли свои средства для осуществления инвестиционных операций (аналитические подразделения банков завышали цены акций, которые покупались инвестиционными подразделениями банков в интересах клиентов). Среди оштрафованных такие гиганты Уолл-стрит, как Goldman Sachs, Morgan Stanley, J.P. Morgan. В общей сложности было выплачено 1,4 миллиарда долларов, т. е. в среднем на банк пришлось по 140 миллионов долларов.

Ни для кого не было секретом, что американские судьи традиционно очень осторожно относились к любым искам в адрес крупных банков. Они прекрасно понимали, что крупный банк – особый институт, от которого зависит благополучие не только его сотрудников и его клиентов, но, нередко, благополучие всей Америки. Ведь крупным штрафом можно нечаянно спровоцировать банкротство банка, а оно, в свою очередь, может вызвать «эффект домино» во всей американской финансово-банковской системе. Поэтому судьи всячески уклонялись от рассмотрения исков против банков (особенно больших), а если все-таки рассматривали иски, то консультировались с соответствующими финансовыми регуляторами. Такой вид «телефонного права» воспринимался как норма американской жизни.

* * *

В последние два-три года финансовые регуляторы, органы прокурорского надзора и суды США неожиданно стали демонстрировать повышенный интерес к банкам, инициировать расследования, смело и принципиально выносить приговоры. Поначалу основными жертвами «наездов» почему-то оказывались банки неамериканские, в основном европейские и особенно британские. В начале текущего десятилетия крупнейший европейский банк HSBC Holdings Plc, имеющий свои подразделения в США, был обвинен в отмывании грязных денег, сотрудничестве с наркокартелями на территории Мексики. Руководство банка постаралось замять скандал и быстро признало свою вину. Оно принесло свои извинения перед сенатом США, а в начале 2012 года банк выплатил штраф в 1,9 миллиардов долларов. Летом того же года в США началась новая серия расследований деятельности банка, он был обвинен в сомнительных операциях в различных регионах и странах мира, включая Каймановы острова, Иран, Саудовскую Аравию, Мексику и Сирию.

В том же 2012 году в США был инициирован скандал по поводу манипуляций некоторыми банками (почти все европейские) межбанковскими процентными ставками ЛИБОР (в самый разгар финансового кризиса, осенью 2008 года они занижали эти ставки). Штрафы исчислялись уже сотнями миллионов долларов в расчете на один банк. В конце 2012 года крупнейший банк Швейцарии UBS был оштрафован на 1,5 миллиарда долларов, из них 1,2 миллиард долларов был уплачен в США, а остальные суммы – в Великобритании, Швейцарии, Японии. Среди оштрафованных банков были также гиганты Лондонского Сити, прежде всего Barclays.

Некоторые эксперты и журналисты полагали, что финансовые регуляторы США в начале текущего десятилетия стали осуществлять выборочные «наезды» – в качестве главных объектов выбирались европейские банки. Мол, речь идет о том, что американские банки с помощью своих финансовых регуляторов борются против своих конкурентов. Однако эта версия не выдержала испытания временем. Факты свидетельствовали, что банки Уолл-стрит также попали в списки объектов преследования. Американские банки стали штрафоваться за многие их грехи – отмывание грязных денег, укрывательство доходов от налогов в офшорных зонах, искажение финансовой отчетности и т. д.

Самым крупным грехом банков США стали недобросовестные операции на рынке ипотечных кредитов, которые и спровоцировали финансовый кризис. Банки выдавали ипотечные кредиты, затем «упаковывали» их и продавали в виде долговых бумаг, которые обращались на фондовом рынке. Такие манипуляции называются «секьюритизацией» кредитов. Изначальные ипотечные кредиты были крайне низкого качества, поэтому ипотечные бумаги были близки к «макулатуре». Их покупали государственные ипотечные агентства США Fannie Mae и Freddie Mac, а затем они оказались на грани банкротства, и правительство спасало агентства с помощью денег налогоплательщиков. Еще не закончился кризис, а в стране началась самая настоящая заваруха: банки стали выселять из домов сотни тысяч клиентов банков, получивших ипотечные кредиты. А многие такие клиенты, в свою очередь, стали подавать иски в американские суды, жалуясь на недобросовестное поведение банков и требуя вернуть дома. Истцы заявляли, что банки не уделяли должного внимания деталям и часто аннулировали ипотечные договоры без разбора, с помощью так называемого robo-signing – беглого и поверхностного ознакомления с бумагами. Барак Обама поручил различным ведомствам разобраться в сложившейся ситуации, при необходимости вернуть добросовестным клиентам банков жилье, наказать недобросовестных банкиров и создать фонды для возмещения ущерба за счет штрафов, возлагаемых на банки. Ключевой фигурой со стороны государства по выдвижению претензий, связанных с ипотечными кредитами, стало Федеральное агентство по финансированию жилья (Federal Housing Finance Agency – FHFA).

* * *

Первым в черном списке американских банков оказался Bank of America. В июне 2011 года он выплатил сумму в 8,5 миллиардов долларов в рамках соглашения с регуляторами. На этом история с Bank of America не закончилась. Осенью 2013 года FHFA заявило о своем намерении оштрафовать банк еще на 6 миллиардов долларов. Справедливости ради следует отметить, что Bank of America до 2008 года не был главным игроком на рынке ипотечного кредитования. Однако в самый разгар кризиса (в 2008 году) он купил компанию Countrywide Financial, которая активно занималась «переупаковкой» ипотечных кредитов и, в конце концов, оказалась на грани банкротства.

Таким образом, Bank of America приобрел компанию, обремененную скрытыми долгами. Банк, привыкший к жизни «неприкасаемого», был уверен, что найдет способ «переварить» приобретенную компанию.

Финансовые регуляторы подсчитали, что Bank of America вместе с приобретенной компанией Countrywide Financial в общей сложности продал агентствам США Fannie Mae и Freddie Mac ипотечных бумаг на рекордную сумму 57 миллиаров долларов. На втором месте стоит американский банк JP Morgan Chase (33 миллиарда долларов), на третьем месте – британский банк Royal Bank of Scotland (30 миллиарда долларов).

Всего в списке подозреваемых – 17 американских и европейских банков. Американские – практически все ведущие банки Уолл-стрит. Европейские – помимо Royal Bank of Scotland – швейцарский Credit Suisse и британский Barclays.

Примерно через год, летом 2012 года, уже целых пять банков, замешанных в ипотечных аферах (Wells Fargo, J.P. Morgan Chase, Citigroup, Bank of America, Ally Financial), согласились выплатить регуляторам 25 миллиардов долларов в рамках досудебного соглашения. Из указанной суммы запланировано, что 17 миллиаров долларов пойдет на облегчение условий выплат клиентами банков по ипотечным договорам (в безналичной форме, в среднем до 1,5–2,0 тысяч долларов на семью).

Еще 5 миллиардов долларов будет направлено в специальные фонды штатов. Из этих фондов пострадавшие граждане получат прямые денежные компенсации за ущерб в результате принудительного выселения из домов в период с 2008 по 2011 годы (в случае представления документов, доказывающих, что выселение было осуществлено с нарушениями условий кредитных договоров).

Последнее крупное коллективное соглашение было достигнуто властями США в марте 2013 года. Соглашение охватывает 13 крупнейших банков, среди которых по величине взносов в фонд на первом месте опять оказался Bank of America. Далее следуют такие обитатели Уолл-стрит, как Wells Fargo, JP Morgan Chase, Citigroup, Goldman Sachs, Morgan Stanley.

* * *

Если поначалу главным объектом преследований по обвинению в банковских махинациях с ипотечными кредитами оказался банк Bank of America, традиционно входивший в первую пятерку, а иногда и первую тройку банков Уолл-стрит, то осенью 2013 года первую строчку «черного списка» занял банк JP Morgan Chase. Среди банков Уолл-стрит он устойчиво занимал первое место по такому показателю, как активы (2,3 триллиона долларов в настоящее время)…

В октябре сего года СМИ сообщили, что банк JP Morgan Chase выплатит властям США 13 миллиардов долларов в обмен на прекращение расследований, связанных с деятельностью банка в области ипотечного кредитования. Соответствующее соглашение было достигнуто руководством банка и Минюстом США. Это абсолютный рекорд компенсаций, которые власти США когда-либо получали от частного бизнеса. Впрочем, по ряду показателей JP Morgan Chase стал «рекордсменом» еще раньше, но банк предпочитает не афишировать некоторые свои «достижения». С 2008 года до начала сентября 2013 года судебные и юридические издержки JP Morgan превысили 18 миллиардов долларов, что является рекордом для американских банков. Сюда входят издержки, связанные с самыми разными грехами банка: отмыванием грязных денег, манипулированием ставками ЛИБОР, искажением финансовой отчетности, введением в заблуждение клиентов по реальной стоимости приобретаемых акций (трастовые операции) и т. д. Последний громкий скандал разгорелся вокруг банка в связи с историей, получившей название «лондонский кит». Трейдер британского подразделения банка JP Morgan Chase в результате манипуляций с производными финансовыми инструментами наделал убытков на сумму свыше 6 миллиардов долларов. Финансовые регуляторы США и Великобритании в ходе расследования истории «лондонского кита» выявили кучу нарушений со стороны банка и оштрафовали JP Morgan Chase на сумму в 1 миллиард долларов. Это было в сентябре 2013 года. А в октябре банк стал главным «героем» в скандальной истории с ипотечными кредитами и ипотечными бумагами.

Тяжба между банком JP Morgan Chase и властями США по поводу урегулирования претензий по ипотечным аферам прошлого десятилетия велась уже давно. Банк последовательно сдавал свои позиции. Еще в начале года JP Morgan Chase предложил властям США выплатить около 3 миллиардов долларов как по федеральным искам (со стороны финансовых регуляторов), так и по искам обманутых инвесторов, которые в свое время приобрели «мусорные» ипотечные бумаги, выпущенные банком. Власти посчитали, что это слишком мало. Прошло еще несколько месяцев, и в сентябре сего года в СМИ появились сообщения, что стороны могут остановиться на планке в 11 миллиардов долларов. 18 октября появились неофициальные сообщения о том, что JP Morgan Chase согласился выплатить 4 миллиарда долларов в рамках урегулирования претензий Федерального агентства жилищного финансирования. Однако это было лишь частью окончательной общей договоренности с Министерством юстиции США, которая составила, как уже сказано, 13 миллиардов долларов. В то же время выплата 13 миллиардов долларов должна гарантировать, что все дальнейшие требования гражданско-правового характера по ипотечным делам к банку будут закрыты, как на федеральном уровне, так и на уровне штатов. Причем JP Morgan Chase, как и Bank of America, вынужден расплачиваться не только за собственные ипотечные грехи, но также за грехи тех компаний, которые он приобрел в ходе кризиса. Примечательно в этом отношении признание бывшего члена комиссии по ценным бумагам и бирже США (SEC) Джозефа Грундфеста. Он заявил, что большинство спорных ипотечных сделок было совершено банками, которые JP Morgan купил во время финансового кризиса по просьбе американских властей, а вовсе не по своей воле. Видимо, это была некая негласная сделка с властями, в рамках которой банк тогда сумел получить на свое спасение астрономические суммы денег – как по линии министерства финансов, так и Федеральной резервной системы. В 2008 году JP Morgan пришел на помощь американским властям и приобрел оказавшиеся на грани банкротства Bear Stearns и Washington Mutual. Именно этими двумя компаниями была выпущены львиная доля «токсичных» облигаций на общую сумму 33 миллиарда долларов, в продаже которых федеральным ипотечным агентствам Fannie Mae и Freddie Mac обвиняется банк.

* * *

«Наезды» финансовых регуляторов стали сказываться на финансовом положении банка. JP Morgan Chase – один из немногих банков Уолл-стрит, который сумел пройти через бурю финансового кризиса без убытков в годовых и даже квартальных отчетах. Начиная с 2004 года, JP Morgan Chase в своих квартальных отчетах показывал положительные финансовые результаты, т. е. прибыль. И вот, в отчете за 3 квартал 2013 года, банк впервые показал убыток в размере 380 миллионов долларов. Между прочим, еще за год до этого, в 3 квартале 2012 года, банк имел прибыль в размере 5,7 миллиардов долларов. А во втором квартале 2013 года была зафиксирована прибыль 6,5 миллиардов долларов. Аналитики отмечают, что убытки возникли из-за юридических издержек в размере 7,2 миллиардов долларов. Это расходы на адвокатов, подготовку и ведение переговоров с финансовыми регуляторами, выплаченные штрафы и компенсации. Главная же часть юридических издержек в 3 квартале – отчисления в специальный фонд для покрытия расходов в рамках достигнутого с министерством юстиции соглашения. Однако банку удалось застраховаться от дальнейших «наездов» со стороны регуляторов лишь на одном направлении, на других направлениях регулирующие организации продолжают вести в отношении JP Morgan расследования. Готовятся, например, обвинения во взяточничестве (в частности, при трудоустройстве родственников глав китайских госкомпаний), в манипулировании ключевыми рыночными ставками, в искажении финансовой отчетности и т. п. «Ипотечная тема» также не полностью закрыта: не исключено возбуждение уголовных дел, что может также ввести банк в серьезные издержки.

Давление властей на банки по линии финансовых регуляторов, прокуратуры и судов становится с каждым годом все более ощутимым. В конце августа 2013 года эксперты Bloomberg сообщили, что шесть ведущих банков США с 2008 года потратили 103 миллиарда долларов на выплату компенсаций и урегулирование различных претензий, исходящих от граждан (инвесторов, получателей ипотечных кредитов, других категорий клиентов банков), а также от государства. В Bloomberg подсчитали, что за пять лет банки выплатили своим акционерам меньше дивидендов, чем оставили в судах. Авторы исследования предупредили, что потери банков, скорее всего, не ограничатся сотней миллиардов долларов, а иски от недовольных инвесторов и государства могут поступать еще в течение десятилетия. Иначе говоря, Bloomberg намекает, что в результате «наездов» в минус могут уйти многие «неприкасаемые» банки.

Возникает вопрос: чем обусловлено такое усиление юридического давления на ведущие банки? Причин несколько. Прежде всего, имеет место растущее недовольство американского общества миром банков. Об этом свидетельствуют многочисленные опросы общественного мнения. Пожалуй, никогда, начиная с кризиса 1929–1933 годов, народ Америки не испытывал такой ненависти по отношению к банкирам, которых сегодня стали называть «банкстерами» (банкирами-гангстерами). С 2005 года по 2010 год банками было выслано около 9,3 миллиона уведомлений о потере права выкупа по ипотеке в домашние хозяйства США, что составляет приблизительно 35 миллионов человек, потерявших свои дома. По некоторым оценкам, потери права выкупа в США к 2014 году могут достичь 14 миллионов. Конечно, число выселений не то же самое, что число потерь права выкупа, но более трех четвертей потерь права выкупа за период 2005–2010 годы – более 7,2 миллиона – привели к выселениям семей из их домов. Это означает, что крышу над головой потеряли более 20 миллионов американцев. Только в 2010 году банки изъяли 1,05 миллионов объектов недвижимости. Конечно, не все выселяемые клиенты банков оказываются на улице. Кто-то переселяется в более дешевые дома или одноместные квартиры, временно подселяется к родственникам и друзьями. Но, в то же время, многие американцы живут сейчас в палаточных городках, в так называемых пустынных поселениях (slab-cities in the desert), в приютах для бездомных. Ипотечный кризис прошлого десятилетия продолжает болезненно ощущаться многими миллионами американцев, которые справедливо связывают свои трудности и страдания с банками. Количество исков, которые простые американцы направили в суды в связи с различными нарушениями и злоупотреблениями со стороны банкиров, исчисляется по стране сотнями тысяч. В категорию сильно обиженных банкирами попали представители и более благополучных слоев американского общества – те, кто приобретал долговые ипотечные бумаги, которые, как выяснилось, были «мусорными», или «токсичными». От таких инвесторов в суды поступили десятки тысяч исков. Никогда еще в истории США (даже в 1930-е годы) не подавалось такого громадного количества исков против банкиров.

* * *

Часть политически активной части американского общества всячески добивается кардинальной перестройки всей финансово-банковской системы США. Многие понимают, что именно нынешняя денежно-кредитная модель американской экономики угрожает существованию Америки как суверенного государства. Ведь власть в Америке сегодня принадлежит не народу и народным избранникам (конгрессу США), а главным акционерам Федеральной резервной системы. Эта частная корпорация осуществляет эмиссию американского доллара (по Конституции США это относится к полномочиям конгресса), держит в долговой петле правительство (кредитование в виде покупки казначейских бумаг), контролирует почти все американские банки и поддерживает своими кредитами многие ведущие банки Лондонского Сити, Швейцарии, других стран континентальной Европы. Трезво мыслящая часть американской элиты прекрасно понимает, что именно банки виноваты в том, что в течение последних пятидесяти лет происходят такие угрожающие Америке процессы, как: последовательная деиндустриализация страны, социальная поляризация американского общества, вымывание среднего класса и массовая пауперизация низов, втягивание страны в военные авантюры в разных регионах мира, усиление непомерного бремени обеспечения американских интересов в масштабах всей планеты. Эта часть американской элиты (их называют «патриотами», «изоляционистами», «конституционалистами», «националистами» и т. п.) воспринимает банки Уолл-стрит как ярко выраженные космополитические институты, для которых Америка – лишь временная база.

Яркими представителями патриотической части американской элиты являются: известный общественный деятель и экономист Линдон Ларуш, отец рейганомики Пол Крейг Робертс, конгрессмен-республиканец, участник «Движения чаепития», ярый противник Федеральной резервной системы Рон Пол и его сын Рэндал Пол (ныне сенатор от штата Кентукки) и, также, активный участник «Движения чаепития». В этом же ряду можно назвать имена Патрика Бьюкенена, Джесси Хэлмса, Курта Велдона, Пола Вайрихи и других. В основном все эти люди относят себя к правому крылу республиканцев, хотя среди них попадаются и демократы, немало также «независимых» или представителей небольших партий. Некоторые аналитики полагают, что много «изоляционистов» и «патриотов», а, следовательно, противников Уолл-стрит можно найти среди офицеров и генералов Пентагона, а также в министерстве юстиции. В нижней палате конгресса также немало «изоляционистов» и противников Уолл-стрит. Об этом свидетельствуют, в частности, результаты голосования по ряду законопроектов, направленных против банкстеров (например, проекты закона о восстановлении Закона Гласа – Стиголла и закона о полном аудите ФРС). Не исключено, что за акциями финансовых регуляторов, описанных выше, стоят представители именно этих кругов.

Имеются и другие версии «наездов» на банки. Некоторые авторы инициаторами «наездов» называют юридические компании. Действительно, юридический бизнес в США крайне агрессивен, постоянно ищет новые ниши, лоббирует принятие таких законов, которые повышают спрос на его услуги. В США в настоящее время насчитывается около 50 тысяч юридических фирм. В 2008 году выручка всех юридических фирм и индивидуально практикующих юристов США составила 170,8 миллиардов долларов. При этом валовой доход свыше 1 миллиарда долларов в год имели 13 ведущих юридических фирм. После финансового кризиса адвокатские и прочие юридические конторы стали очень активно кормиться вокруг банков. Во-первых, банки сами выступают в качестве истцов; многие иски со стороны банков спровоцированы последним финансовым кризисом, банки «выбивают» свои кредиты и другие активы у клиентов, имеют также место многочисленные межбанковские разборки. Во-вторых, банки защищаются в судах от финансовых регуляторов и обиженных клиентов. В-третьих, финансовым регуляторам и обиженным клиентам для успеха в борьбе с банками требуется юридическое сопровождение. На конец прошлого года количество коллективных и индивидуальных исков граждан к банкам по поводу ипотечных кредитов приближалось к 100 тысячам. К этому надо прибавить иски инвесторов, покупавших «мусорные» ипотечные бумаги на финансовом рынке, а также требования со стороны финансовых регуляторов и различных государственных ведомств. Все это требует дорогостоящих юридических услуг. При всем этом юридические фирмы вряд ли можно рассматривать в качестве инициаторов (по крайней мере, главных) «наездов» на банки.

Встречается еще более экзотическое объяснение причин «наездов» на банки – мол, таким способом государство пытается закрыть дыры в бюджете. Штрафы, которые банки уплачивают в казну, сегодня измеряются миллиардами долларов, но вряд ли их можно рассматривать в качестве существенного бюджетного источника (напомним, что годовые расходы федерального бюджета США измеряются триллионами долларов).

Имеется также версия, согласно которой нынешние «наезды» на банки Уолл-стрит – проявления вечной «подковерной» борьбы клана Рокфеллеров и клана Ротшильдов. Последние, мол, действуют по принципу «чем хуже, тем лучше» и расшатывают банковскую систему США. А расшатывание банковской системы США приведет к краху Федеральной резервной системы с ее печатным станком. Согласно ряду оценок, сегодня в ФРС ключевые позиции занимают Рокфеллеры и их ставленники. А взамен нынешнего бумажно-долларового стандарта, крах которого они ускоряют, Ротшильды предложат тот или иной вариант золотого стандарта. И, таким образом, опять окажутся на коне – как это было в эпоху классического золотомонетного стандарта XIX века или хотя бы золотодолларового стандарта времен Бреттон-Вудской валютной системы.

* * *

«Наезды» на банки не ограничиваются лишь расследованиями со стороны финансовых регуляторов и разборками в судах. Это направление наступления на банки можно условно назвать юридическим. Помимо него имеется законодательное направление – подготовка и продвижение в конгрессе США различных законов, направленных на ограничение всевластия и бесконтрольности банкиров. Наиболее ярким и последовательным бойцом на этом направлении был Рон Пол, а сейчас его дело на Капитолийском холме продолжил его сын Рэндал.

Имеется также информационное направление, в рамках которого через СМИ осуществляется критика банковской системы США (включая ФРС), раскрываются различные махинации и жульничества отдельных банков, ведется финансово-просветительская работа среди населения, оказывается поддержка общественным движениям типа Occupy Wall-Street. Многие аналитики обращают внимание на то, что количество антибанковских публикаций в СМИ США в период после финансового кризиса увеличилось во много раз, по сравнению с тем, что было до кризиса. Критический тон в адрес банков стал нормой даже в таких консервативных изданиях, как Wall-Street Journal. Пожалуй, нынешний накал критики банков в американской прессе наблюдался лишь в 30-е годы, в период тогдашнего кризиса и депрессии, и в годы достаточно смелых действий президента Франклина Рузвельта по ограничению алчности банков.

Впрочем, до конца понять, кто инициирует «наезды» на некогда «священных коров» американского капитализма, пока не представляется возможным. Предположения о том, что это генералы Пентагона, руководители министерства юстиции, Ротшильды, некие анонимные сотрудники Белого дома или еще кто-то – лишь гипотезы. Кто бы ни были эти инициаторы, все они опираются на настроения протеста в широких слоях американского общества. В любом случае эти «наезды» подтачивают сложившуюся банковскую систему США и чреваты крахом американского доллара.

2013 год

Финансовое оружие массового поражения

В июле 2013 года Европейский союз выдвинул обвинения против крупнейших банков мира в том, что они участвовали в намеренном сговоре и блокировали любые попытки по регулированию рынка так называемых кредитно-дефолтных свопов (credit default swap – CDS). CDS – это разновидность деривативов, финансовые контракты, которые позволяют кредиторам снижать или полностью нейтрализовать риск банкротства со стороны заемщика по каким-либо кредитам, облигациям, иным займам.

Кредитные дефолтные свопы были запущены в оборот банком JP Morgan в 1990-х годах. С инструментом CDS очень быстро произошло то, что происходит со всеми другими финансовыми инструментами. Из средства страхования рисков реальной экономики CDS стал любимой игрушкой финансовых спекулянтов. Постепенно в игру стали втягиваться другие участники рынка. В конечном итоге данный вид деривативов стали выпускать банки и финансовые компании, вообще не имевшие отношения к какой-либо из сторон, в той или иной кредитной сделке. В 2007 году, незадолго перед началом активной фазы мирового финансового кризиса, объем рынка CDS превысил 60 триллионов долларов. Общий объем производных финансовых инструментов к этому времени достиг примерно 1200 триллионов долларов, что примерно в 20 раз больше мирового ВВП. По мнению многих экспертов, именно коллапс на рынке производных финансовых инструментов стал причиной мирового финансового кризиса. Хотя доля CDS на рынке всех деривативов была не более 5 %, роль этого инструмента в подготовке кризиса 2008 года оказалась чрезвычайно велика. «Данный рынок (CDS) совсем не регулируется, а держатели контрактов находятся в абсолютном неведении о том, насколько защищены их контрагенты. Это дамоклов меч, который готов упасть, как только начнутся банкротства», – писал в апреле 2008 года Джордж Сорос.

Упование многих рыночных игроков (спекулянтов) на «волшебную палочку» под названием CDS подогревало спекулятивный раж участников финансового рынка, поощряло их заключать все более рискованные сделки. Это признавалось и финансовыми регуляторами, и независимыми аналитиками, и участниками мировых саммитов, когда на излете первой волны кризиса проводился «разбор полетов». Алан Гринспен, глава ФРС, еще с 90-х годов поощрял спекуляции с помощью CDS, а правительство США после начала кризиса принялось выборочно спасать с помощью бюджетных денег зарвавшихся игроков Уолл-стрит. Пятый по величине американский банк Bear Stearns был продан в марте 2008 года за символическую сумму – он фактически разорился из-за операций с CDS. Гиря обязательств по CDS потянула на дно банк Lehman Brothers (ему было отказано как в прямой, так и косвенной государственной поддержке). Банкротство последнего и считается началом активной фазы финансового кризиса. Страховую компанию AIG, которая выпустила кредитных свопов на 400 миллиардов долларов, пришлось экстренно спасать правительству США – объем списаний по CDS только в третьем квартале 2008 года у страховщика достиг 11 миллиардов долларов. AIG смогла расплатиться только с помощью государственных денег, перечислив банкам, покупавшим у нее CDS, 22,4 миллиарда долларов. Практически каждый банк Уолл-стрит имел одновременно громадные требования и обязательства по инструментам CDS, но у некоторых банков (JP Morgan, AIG, Lehman Brothers и др.) обязательства на порядок (порядки) превышали требования. Правительство США бросилось на помощь главному держателю обязательств по CDS – банку JP Morgan. Вашингтонские благодетели защитили этот банк не напрямую, а посредством спасения тех банков и корпораций, которые накупили у JP Morgan финансовых игрушек CDS. Чтобы все держатели CDS могли получить 100 %-ю «сатисфакцию», понадобилось бы объявить тотальный дефолт всех крупнейших банков США, а заодно Западной Европы. В одночасье перестали бы существовать Уолл-стрит, Лондонский Сити, другие мировые банковские центры… Прав был Уоррен Баффет, который еще до кризиса назвал все производные инструменты «финансовым оружием массового поражения». Только громадные денежные вливания государственных бюджетных средств и центральных банков спасли финансово-банковскую систему. В конечном счете, неконтролируемое развитие рынка CDS стало фактором резкого увеличения государственного долга в США, Великобритании, странах ЕС. Он спровоцировал всеобщий пожар долгового кризиса в ЕС, который до сих пор не затушен. «Бомба» CDS не взорвалась, но испуг остался.

* * *

Без особой шумихи в СМИ банки, вместе с регуляторами и международными финансовыми организациями, стали предпринимать меры по «разминированию» рынка CDS. В 2009 году в США и Европе были сделаны некоторые шаги по систематизации и стандартизации торговли кредитными дефолтными свопами. Вступивший в силу 15 июля 2011 года в США закон Додда-Франка (его еще называют законом о реформе Уолл-стрит и защите потребителей), помимо всего, предусматривает представление банками отчетности об операциях с CDS. Это мера несколько снижает риски кризисов, хотя специалисты обращают внимание на сложность оценки рисков по инструментам CDS, невозможность для регуляторов глубоко вникать в сложные схемы операций с этими инструментами.

Без учета фактора CDS трудно понять некоторые события экономической и политической жизни последних лет. Взять, к примеру, события вокруг Греции. Ведь кроме нее есть другие страны в Европе и за ее пределами, где показатели государственного долга, внешнего долга, дефицита бюджета и т. п. ничуть не лучше, чем у Греции. Однако дело в том, что Греция щедро получала кредиты от Голдман Сакс, ряда европейских банков, а свои риски по этим кредитам именитые банки Уолл-стрит и Сити страховали с помощью «волшебных палочек» CDS. Если бы Греция объявила дефолт по своим долгам, тогда кредиторы Греции потребовали бы «сатисфакции» от тех банков, которые им продали эти самые CDS (вероятно, это банки JP Morgan, Morgan Stanley и им подобные). Обратим внимание, с каким завидным терпением и упорством «великолепная тройка» (Международный валютный фонд, ЕЦБ, Европейская комиссия) пыталась и пытается придать манипуляции с долгом Греции приличный вид. Они настаивают на том, что действия по выведению Греции из кризиса называются «реструктуризацией долга», поскольку, если назвать их дефолтом (чем они, по мнению многих инвесторов, и являются), то это запустит механизм выплат по CDS. Речь идет о десятках миллиардов евро, способных отправить в нокаут многие американские и европейские банки.

Если в 2007 году общий объем рынка CDS достиг своего максимума – 62,2 триллиона долларов, то последовавший финансовый коллапс привел к резкому сокращению объемов рынка. Так, в 2010 году он составлял менее половины от докризисных значений – 26,3 триллиона долларов. По данным на 2012 год, его объем продолжил сокращаться, составив 25,5 триллиона долларов. Ведущим игроком на рынке данного финансового инструмента по-прежнему является американский банк JP Morgan, в его портфеле объем CDS оценивается в 5,7 триллиона долларов. На втором месте – еще один гигант Уолл-стрит – Morgan Stanley (4,9 триллиона долларов). Начавшееся в ЕС расследование по поводу CDS может привести к дальнейшему сокращению данного рынка.

Примечательно, что контракты CDS являлись внебиржевыми инструментами. Это означает, что они заключались в частном порядке между двумя сторонами и не торговались на биржах, т. е. выпадали из поля зрения и контроля финансовых регуляторов. Ведущие биржевые компании пытались получить доступ к этому сегменту мировых финансовых рынков. Банки обвиняются в том, что они старались удержать рынки CDS «максимально закрытыми», не допуская их перевода на открытые финансовые площадки. Биржевые компании Deutsche Borse и Chicago Mercantile Exchange предприняли ряд попыток с тем, чтобы запустить официальную площадку для заключения сделок и торговли деривативами. Для того, чтобы запустить процесс торговли кредитными деривативами, биржам было необходимо получить лицензии для публикации данных и создания основных индексов по деривативам. Однако финансовые организации ISDA и Markit, ведавшие вопросами лицензирования, находились под контролем узкого круга банков, торговавших CDS. Они отказались предоставлять лицензии для бирж.

Согласно опубликованному официальному заявлению Европейской комиссии (ЕК), регуляторы обвиняют в картельном сговоре 13 банков и две крупные организации. Обвинения выдвинуты против Goldman Sachs, Morgan Stanley, BNP Paribas, Deutsche Bank, UBS, HSBC, Citigroup, Barclays, JP Morgan, Bear Sterns, Bank of America Merrill Lynch, Royal Bank of Scotland, Credit Suisse. Кроме того, в ЕК также обвиняют в содействии банкам Международную ассоциацию по свопам и деривативам (International Swaps and Derivatives Association, ISDA) и одну из крупнейших в мире компаний по предоставлению услуг финансовой информации Markit.

* * *

Неблаговидными манипуляциями банков Уолл-стрит с CDS еще в 2009 году заинтересовалось Министерство юстиции США. Было начато расследование в отношении банков – основных игроков на рынке этого финансового инструмента, а также компании Markit. Последняя – главный поставщик информации для банков Уолл-стрит. Пикантность ситуации состоит в том, что крупнейшим акционером в Markit является JP Morgan (с 12 % акций), другими крупными акционерами являются Bank of America, Royal Bank of Scotland и Goldman Sachs. Минюст США подозревает, что акционеры Markit могли получать нерыночные преимущества на рынке CDS, будучи одновременно маркет-мейкерами рынка и имея потенциально больший доступ к рыночной информации. Markit отказалась комментировать проводимое американскими властями расследование.

В апреле 2011 года ЕС также начал расследование деятельности 16 крупнейших банков на рынке кредитно-дефолтных свопов. Расследование было инициировано в связи с обвинениями в том, что кредитно-дефолтные свопы негативно показали себя во время финансового кризиса 2007–2009 годов, и что банки пытаются вести неконкурентную политику в отношении заключения, клиринга и предоставления информации о кредитно-дефолтных свопах. После этого в СМИ возникла пауза в освещении данного расследования, затянувшаяся на 2 года и 3 месяца. Не многовато ли? Да и велось ли расследование? Может быть, в мире финансового закулисья было принято решение нажать на тормоз? А за истекшее время что-то в раскладе сил поменялось и кому-то потребовалось опять активировать бомбу замедленного действия под названием CDS?

2013 год

Образование «пузырей» на финансовых рынках

В недавно опубликованном исследовании банка JP Morgan дается картина изменений денежной массы в мире в последние годы. Только за три квартала текущего года мировая денежная масса, измеряемая с помощью показателя М2, выросла с 63 до 66 трлн. долл.

Показатель (денежный агрегат) М2 включает в себя наличные деньги, безналичные деньги на текущих счетах, срочные и сберегательные депозиты, краткосрочные государственные ценные бумаги. Получается, что менее чем за год мировая денежная масса выросла на 3 триллиона долларов, или 4,6 %. Она достигла почти 100 % годового ВВП всех стран мира. По оценкам специалистов JP Morgan, из 3 триллионов долларов примерно 1 триллион долларов «всплыл» в группе, называемой G4. Это США, Великобритания, еврозона (17 государств Европы) и Япония. Остальные 2 триллиона долларов «всплыли» в других странах «золотого миллиарда» (Канада, Австралия, Новая Зеландия, 10 государств Европейского союза) и в странах периферии мирового капитализма. Эти гигантские вливания в мировую экономику создают иллюзию если не экономического роста, то, по крайней мере, некоторой экономической стабильности. Однако это именно иллюзия, поскольку официальные цифры ВВП, публикуемые национальными статистическими службами, приукрашивают реальное положение дел. С учетом инфляционного роста цен реальный мировой ВВП либо не растет, либо понемногу снижается. Оборотной стороной этого процесса является незаметное, но постоянное снижение покупательной способности денежных единиц разных стран. Проще говоря, имеет место обесценивание денег.

Не трудно прикинуть, опираясь на оценки JP Morgan, что за весь 2013 год прирост мировой денежной массы может составить не менее 6 %. Транснациональная аудиторская компания PricewaterhouseCoopers (PwC) несколько месяцев назад представила прогноз развития мировой экономики в 2013 году (Global Economy Watch 2013). По оценкам компании, прирост ВВП в мире составит 3,3 % (в том числе в США – 2,0 %). Сопоставив оценки исследования JP Morgan и данные прогноза Global Economy Watch 2013, нетрудно понять: быстрый рост денежной массы в мире в последние годы создает иллюзию экономического развития. Статистические службы в условиях разгула монетаризма не измеряют изменения в производстве и потреблении товаров и услуг, а просто фиксируют рост денежной массы.

* * *

Денежная масса в мире растет, прежде всего, благодаря Федеральной резервной системе США, которая, после окончания финансового кризиса, взяла курс на так называемые количественные смягчения (КС) в экономике, заявив, что американскую экономику надо восстанавливать, а посему ей надо дать подпитку в виде дешевых денег. А дешевыми они становятся тогда, когда их много.

Еще недавно ключевым положением финансовой науки был принцип сбалансированного бюджета, а использование печатного станка для затыкания финансовых дыр рассматривалось как страшная крамола. Сегодня об этом положении в Америке стараются не вспоминать. Впрочем, не только в Америке. Аналоги программ «количественных смягчений» сегодня имеются в Великобритании, Японии, Европе. В годовом исчислении денежная масса, произведенная в рамках американской программы КС, составляет около 1 триллиона долларов. Кроме ФРС работают печатные станки многих центральных банков. Особенно Европейский центральный банк (ЕЦБ), который начал программы выкупа долговых бумаг отдельных стран, входящих в еврозону.

Федеральным резервом было уже реализовано две программы КС, с сентября прошлого года запущена третья программа. Она предусматривает предоставление Федеральным резервом ежемесячно денежной массы на сумму примерно 85 миллиардов долларов. Деньги попадают в экономику через покупку ценных бумаг: примерно на 45 миллиардов долларов в виде казначейских облигаций Министерства финансов США и на 40 миллиардов долларов различных «мусорных» (прежде всего, ипотечных) бумаг у банков. Таким образом, программа «количественных смягчений» нацелена на подпитку не реального сектора экономики, а правительства США и банковского сектора. Конечно, деньги ФРС могут попасть, в конечном счете, и в реальный сектор экономики, но не сразу и в очень ограниченных количествах. Куда они могут устремиться в первую очередь? Если речь идет о покупке казначейских бумаг, то на военные расходы и на оплату процентов по государственному долгу. Если имеет место покупка «мусорных» бумаг, то на финансовые рынки. Вряд ли такая «подпитка» помогает американской экономике полностью преодолеть последствия финансового кризиса. Скорее, наоборот, она создает предпосылки для нового.

Руководитель ФРС Бен Бернанке уже несколько раз делал осторожные заявления по поводу того, что программа КС может начать сворачиваться. Правда, при этом он всегда добавлял: если в экономике США появятся признаки оживления. Эти заявления всегда приводили участников финансового рынка в сильное волнение – они понимали последствия снижения оборотов печатного станка. К осени 2013 года надежд на оживление в экономике США не осталось даже у самых отъявленных оптимистов. А председатель ФРС Бен Бернанке перестал пугать всех сворачиванием программы КС. Да и зачем ему такие эксперименты накануне завершения его карьеры в качестве руководителя Федерального резерва?

Реальная экономика США после финансового кризиса не восстановилась, зато наблюдаются явные признаки того, что на финансовых рынках образуются «пузыри». Это очень напоминает ситуацию конца 1990-х годов. Многие инвесторы и финансовые аналитики считают, что Федеральный резерв не спасает американскую экономику, а накачивает финансовые «пузыри», которые не сегодня-завтра лопнут. Последствия их «схлопывания» будут намного тяжелее, чем последствия кризиса на фондовых площадках США в конце прошлого – начале текущего столетия. Тогда были страны с так называемыми переходными экономиками, которые стали отдушиной для многих инвесторов на американском фондовом рынке. Сегодня ситуация в странах периферии мирового капитализма (ПМК) крайне неблагоприятная. Любое сворачивание американской программы «количественных смягчений» может привести в этих странах к самым катастрофическим последствиям. Министры финансов и даже премьер-министры целого ряда стран ПМК обращаются к Вашингтону, и даже лично к руководителям ФРС, не сворачивать программу КС. Например, в конце августа сего года руководители Народного банка Китая (НБК) и правительства КНР проявили большую озабоченность в связи с заявлениями Бена Бернанке о сворачивании программы КС и предложили специально обсудить этот вопрос на саммите «группы двадцати» в Санкт-Петербурге 5–6 сентября. Правда, обсуждение вопроса было скомкано из-за того, что на первый план в Петербурге вышла Сирия. Одним словом, окончание «количественных смягчений» может обернуться для стран периферии мирового капитализма очень жесткой экономической «посадкой».

* * *

Начавшееся на фондовых рынках Америки образование «пузырей» означает, что обращающиеся на рынках акции и привязанные к реальным активам финансовые инструменты утрачивают всякую связь с положением в реальном секторе экономики. Экономика топчется на месте или даже идет вниз, а котировки фондовых рынков двигаются в противоположную сторону. Этот театр абсурда поддерживается Федеральным резервом с его программой «количественных смягчений»…

Многие СМИ процитировали бывшего члена совета управляющих ФРС США Роберта Хеллера, который без обиняков заявил, что фондовый рынок «очень близок к новому пузырю», при этом программа покупки активов со стороны ФРС не оказала заметного позитивного влияния на реальную экономику. Не было незамеченным и заявление Лоуренса Финка, генерального директора крупнейшей в мире управляющей компании Black Rock с активами, превышающими 4 триллиона долларов. Он также констатировал, что на фондовом рынке США начал формироваться «пузырь».

Более подробную расшифровку ситуации дал Майкл Гайед, старший инвестиционный стратег фонда Pension Partners. Он обратил внимание на сходство нынешнего положения на фондовом рынке США с ситуацией конца 1990-х годов. Тогда произошел взлет, а затем последовало катастрофическое падение индексов на фондовой бирже NASDAQ, где торговались акции высокотехнологичных компаний. Он подчеркнул, что индексы Dow Jones, S&P 500 и Russell 2000 в конце октября в очередной раз обновили свои исторические максимумы. При этом бросается в глаза тенденция увеличения разрыва между состоянием реального сектора экономики США и котировками акций и других бумаг. Ключевым индикатором этого разрыва является соотношение цены акции (текущая рыночная капитализация компании) и реальной доходности компании. Этот показатель P/E (price/earnings) по целому ряду акций в США осенью 2013 года просто зашкаливает. Как и в конце 1990-х годов, рекордсменами по показателю P/E оказались компании high-tech, особенно в сфере телекоммуникаций и интернета. Это компании с очень звучными брендами: Facebook, LinkedIn, Yelp, Pandora, Tesla. P/E для LinkedIn составляет 746, для Tesla – 267, для Facebook – 120. Глава Tesla Элон Маск в интервью телеканалу Bloomberg признал, что текущий уровень котировок компании «намного выше, чем мы могли бы пожелать».

Как отмечают авторы исследования JP Morgan, некоторые инвесторы уже начинают потихоньку выходить из акций и перекладываться в другие активы. Например, в казначейские облигации. В качестве примера приводится один из крупнейших суверенных фондов в мире – Фонд национального благосостояния Норвегии (800 миллиардов долларов). Так вот, в третьем квартале текущего года он перестал покупать акции, став чистым их продавцом. В данный момент 63,6 % активов фонда приходится на акции, что выше целевого ориентира в 60 %. Логично ожидать дальнейших продаж. Другие суверенные фонды, относящиеся к категории консервативных инвесторов, по мнению специалистов JP Morgan, последуют в том же направлении. Это первые ласточки – предвестники приближающейся финансовой грозы.

2013 год

Дефолт с конфискацией

США: конфискация депозитов

В ноябре 2013 года председатель Комитета по финансам Сената США демократ Макс Бокус предложил ввести единовременный налог на капитал корпораций. Это новая тенденция. Ее ярким выражением стали события марта 2013 года на Кипре, где была произведена операция по конфискации банковских депозитов. Вскоре этот опыт был распространен на весь Евросоюз. Брюссель в июне принял директиву, согласно которой для спасения банков могут использоваться денежные средства клиентов, размещенные на депозитных счетах. Европейский капитализм стал рубить тот сук, на котором он сидел на протяжении нескольких веков.

Весной власти Америки закрыли глаза на события, связанные с банковскими конфискациями на Кипре. Впрочем, по отдельным высказываниям американских политиков и экономистов можно было понять, что Вашингтон присматривается к европейскому опыту. И конгрессмены, и хозяин Белого дома, и чиновники правительственных ведомств в один голос заявляют, что банкам в дальнейшем не стоит рассчитывать на помощь из государственной казны. Во время кризиса 2008–2009 годов, по самым скромным оценкам, за счет налогоплательщиков банки США получили не менее 1 триллиона долларов. Сегодня бюджетные проблемы Америки резко обострились. И в то же время никто не отменил действовавший до сих пор на Уолл-стрит принцип «Too Big to Die» («Слишком большие для того, чтобы умереть»). Вашингтон не может допустить, чтобы крупнейшие банки Уолл-стрит пошли на дно, ибо тогда они потянут за собой на дно всю банковскую систему США, а затем и всю американскую экономику. Можно предположить, что спасать крупнейшие банки будут их клиенты. Однако до поры до времени этот крамольный вывод в Вашингтоне публично не делают.

Существует мнение, что Америка более трепетно относится к институту частной собственности, чем Европа. Однако это не так. Если Европа еще только планирует заняться банковскими конфискациями, то Америка давно их уже практикует – под видом разного рода экономических санкций в отношении «неправильных», с точки зрения Вашингтона, политических режимов. И хотя экономические санкции Вашингтона преследуют, прежде всего, политические цели, во многом они уже превратились для дяди Сэма в бизнес. Речь идет о замораживании в американских банках средств физических и юридических лиц других стран. Из старых примеров можно привести экономические санкции США против Кубы. Из свежих примеров – против Ливии, Сирии, Ирана. Формально речь идет не о конфискации, а о замораживании или аресте средств на банковских счетах. Однако, во-первых, замороженные деньги – это, по сути, безотзывный депозит. Такой депозит – подарок для любого банка, он повышает устойчивость кредитной организации, позволяет наращивать активы. Во-вторых, даже после размораживания деньги с депозита вовсе не обязательно возвращаются их законным собственникам. Достаточно вспомнить историю с Ливией. Только золотовалютные резервы ЦБ и суверенного фонда Ливии, размещенные за пределами страны, оценивались по состоянию на 2011 год в 150 миллиардов долларов. Вашингтон добился замораживания валютных резервов Ливии в банках США и других стран Запада. При этом обещал, что после падения «преступного» режима Каддафи «деньги будут возвращены народу». Война закончилась, но деньги в Ливию так и не вернулись.

* * *

О «налоге на капитал» почти ничего не слышали даже те, кто всю жизнь занимаются экономикой. В условиях капитализма этот налог – полный нонсенс, он противоречит букве и духу капитализма. Однако, все-таки иногда, об этом налоге вспоминали даже самые последовательные защитники капиталистической экономики. Примеры можно найти в работе известного американского экономиста, профессора университета Беркли Барри Эйченгрина «Теория и практика налогообложения капитала», которая была написана в начале 1990-х годов. Она содержит анализ отдельных попыток введения в ХХ веке налогов на банковские вклады и капитал (capital levy). Оказывается, таких попыток, во-первых, было очень немного. Во-вторых, речь всегда шла о единовременном, а не постоянно действующем налоге. В-третьих, далеко не все попытки завершались практическим введением налога. В-четвертых, почти все попытки имели место в Европе.

Почти все случаи, отмечает американский экономист, относятся к периоду первых лет после окончания мировой войны 1914–1918 годов, когда экономики европейских стран находились в состоянии полной разрухи, а государственная казна была пуста. Каждый раз введение налога сопровождалось дискуссией: что хуже – тяжелейшие долговые проблемы и дыры в бюджете или конфискация части капитала граждан. Всегда возникал конфликт между экономической целесообразностью и долгосрочными разрушительными последствиями нарушения краеугольного догмата капитализма о неприкосновенности частной собственности. Затяжки в дискуссиях приводили к тому, что в условиях высокой инфляции реальная величина налога оказывалась крайне незначительной. Кроме того, владельцы ликвидного имущества успевали вывести его за пределы страны, увести в тень или спрятать. Наконец, возникали и чисто технические проблемы, связанные со сложностью оценки капитала. А чаще все кончалось дискуссиями, налог не вводился. Так было в Германии, Венгрии, Франции, Британии. Известный английский экономист Джон М. Кейнс сначала был активным сторонником введения налога на капитал, но потом, глубоко разобравшись в вопросе, перешел в стан противников налога. В какой-то мере налог удалось провести лишь в Италии, Чехословакии и Австрии, но его фискальный эффект был крайне невелик.

Почему-то профессор Барри Эйченгрин забыл сказать в своем исследовании о том, что «налог на капитал» применялся не только в Европе, но и в Америке. Я имею в виду ту операцию, которую провели правящие круги США в разгар экономического кризиса 1930-х годов. Только ее не называли «налогом на капитал». После прихода в Белый дом президента Франклина Рузвельта одним из первых его громких решений был указ № 6102 об обязательной сдаче золота в государственную казну. Указ вступил в силу 5 апреля 1933 года. Все находившиеся на территории США физические и юридические лица были обязаны до 1 мая 1933 года обменять золото (в виде монет и слитков) на бумажные деньги по цене 20,66 доллара за тройскую унцию. Обмен мог производиться в любом банке на территории США, имеющем право осуществлять операции с металлом. На выполнение указа отводилось немногим более трех недель. Нарушителям грозили 10-летнее тюремное заключение и штраф 10.тысяч долларов (по тогдашним меркам – целое состояние).

В следующем 1934 году Рузвельт подписал закон о золотом резерве государства: он предусматривал конфискацию золота у банков, которые в обмен получали золотые сертификаты. При этом обратный обмен сертификатов на металл был запрещен. В 1934 году цена золота была поднята до 35 долларов за унцию. Поэтому можно говорить не о покупке государством золота по «справедливой» цене, а именно о конфискации, на которой государство очень хорошо заработало. Кстати, на этом заработали также банки Уолл-стрит, которые имели доступ к инсайдерской информации и заблаговременно вывели свое золото за пределы США. Спустя 4 года все отобранное государством золото было торжественно свезено в специально построенное хранилище Форт-Нокс в штате Кентукки. Данный закон действовал более четырех десятилетий и был отменен лишь в 1974 году.

По нашему мнению, конфискация золота в 1933–1934 годах преследовала не только и не столько фискальные цели, сколько далеко идущие цели превращения доллара США в мировую валюту. Спустя 10 лет, в 1944 году, на территории США проходила международная конференция в Бреттон-Вудсе, на ней обсуждались вопросы послевоенного устройства мировой валютно-финансовой системы. Америке тогда удалось продавить решение о том, что доллар США будет выполнять функцию мировых денег, Вашингтон обещал свободный размен доллара США на желтый металл денежным властям других стран. Гарантией этого выступал тот самый запас золота в Форт-Ноксе, который возник в результате «золотой конфискации» Рузвельта.

* * *

Вернемся, однако, в сегодняшний день, к инициативе американского сенатора Макса Бокуса, которая касается как раз введения налога на капитал. Выдвижение такой инициативы на Капитолийском холме означает, что Америка переживает очень непростые времена. Предложение было сформулировано через несколько дней после того, как «грозовая туча» дефолта правительства США прошла мимо (17 октября в Конгрессе США удалось добиться соглашения между демократами и республиканцами о повышении потолка государственных заимствований – до февраля 2014 года).

Сообщу кое-какие подробности, касающиеся предложенного налога на капитал. Этот налог сенатор Бокус предлагает взыскать с крупных транснациональных корпораций США, которые на протяжении многих лет накапливали свои ликвидные активы за рубежом, уклоняясь от уплаты налогов. Причем речь идет не о штрафе, компенсации или уплате долгов по старым налогам, а именно о новом налоге, причем единовременном. Ставка налога предложена в 20 % денежных запасов американских корпораций за рубежом. Каковы эти денежные запасы? Оценки очень разные. По самому скромному счету – не менее 2 триллионов долларов. В этом случае налог даст американской казне 200 миллиардов долларов. Впрочем, это минимальные цифры. По другим данным, финансовые активы компаний США за пределами страны на конец 2012 года составили 20,5 триллиона долларов.

Конгресс уже согласился рассмотреть предложение сенатора Бокуса, а министр финансов США Джейкоб Лью заявил, что находит данный проект интересным. Еще несколько лет назад такой реакции от американского истеблишмента ожидать было невозможно. Это говорит о том, что и Америка вслед за Европой созрела для конфискаций и экспроприаций…

2013 год

Европа: управляемый дефолт

Единая Европа с 2010 года находится в состоянии кредитного кризиса. И что примечательно: ни одна страна, входящая в Европейский союз, за это время не объявила официально о своем дефолте, то есть о неспособности или нежелании выполнять свои обязательства по государственному долгу. Едва ли не каждый день СМИ сообщали о том, что не сегодня-завтра какая-то страна такой дефолт объявит, но сенсации не происходило. В чем же дело?

Некоторые считают, что секрет таится в изобретении, которое в Брюсселе окрестили «управляемым дефолтом» (УД). УД можно определить как сокращение долговых обязательств участников финансовых рынков, которое заранее согласовывается кредиторами и должниками или которое планируется финансовыми регуляторами, и затем доводится до сведения кредиторов и должников. УД рассматривается как средство предотвращения стихийных дефолтов, которые могут вызвать цепную реакцию и породить масштабный финансовый и экономический кризис. Особенно актуальным является использование инструмента УД в Евросоюзе, где в «одной лодке» находятся 28 государств. Дефолт в любом государстве ЕС может тут же спровоцировать дефолты в других странах Европы, привести к развалу Евросоюза, породить страшнейшие социально-экономические кризисы на всем европейском пространстве.

Управляемый дефолт похож на спуск с высокой и крутой горы. Альпинисты знают, что такой спуск состоит из большого количества последовательных операций. Сначала закрепили канаты и произвели первый спуск. Затем отдохнули, закрепили и опять пошли вниз. И так до тех пор, пока не выйдут на относительно пологий склон, где можно двигаться без специальных приспособлений. Здесь любая ошибка опасна тем, что альпинист может полететь в пропасть. А если несколько человек идут в одной связке? Тогда в пропасть полетят все. То же самое может произойти с командой под названием «Европейский союз». Все члены команды ЕС рискуют полететь в пропасть страшнейшего экономического кризиса, который может перерасти в социальную катастрофу.

До какой отметки долговой горы, учитывая ее высоту, могут потребоваться управляемые дефолты? Приведем простой пример.

Предположим, что государство берет займы на финансовом рынке под 5 % годовых. Предположим, что темпы прироста ВВП данной страны в среднем составляют 3 % в год. Нетрудно рассчитать, что для того, чтобы страна могла без затруднений обслуживать свой государственный долг, его уровень не должен превышать 60 % ВВП. Именно при таком уровне весь 3 %-й прирост экономики будет идти на погашение процентов по государственному долгу. Между прочим, именно такой предел государственного долга был определен в Маастрихтских соглашениях о создании Европейского союза. Однако нашу задачу следует несколько усложнить, поскольку, за счет прироста ВВП приходится обслуживать не только государственный долг, но и другие виды долга – банков, частных компаний, фондов и т. п. Так что 60 % ВВП по идее могли бы быть нормативом общей задолженности. А предельный уровень государственной задолженности должен быть существенно ниже. Общая задолженность некоторых государств, входящих в ЕС, в разы больше 60 % ВВП. Например, внешний долг Великобритании (государственный плюс частный) приближается к 500 % ВВП.

Однако наш расчет несколько оторван от реалий европейской жизни, поскольку, с конца прошлого десятилетия, страны ЕС находятся в состоянии экономической стагнации. Их экономики не обеспечивают прироста ВВП даже на скромную величину в 3 % в год. В условиях такой стагнации даже норматив в 20 % был бы достаточно сложным для европейских экономик. А у целого ряда стран уровень государственной задолженности уже перевалил за 100 % ВВП. Это страны, которые злые на язык журналисты окрестили группой PIIGS (в нее входят Португалия, Ирландия, Италия, Греция, Испания; название группы составлено из первых букв названий стран, что в переводе с английского звучит как «свиньи»). Да и во всем Евросоюзе, согласно последним данным, уровень государственного долга в 2012 году был равен без малого 90 % совокупного ВВП. Между прочим, совокупный ВВП Европейского союза в 2012 году составлял примерно 16 триллионов евро. Сокращение долга ЕС всего лишь на 1 %-й пункт эквивалентно 160 миллиардов евро. Это очень серьезная сумма. Например, в прошлом году государственный бюджет экономически самой мощной страны ЕС – Германии – был немногим больше 300 миллиардов евро. Предположим, что стандартным шагом в рамках управляемого дефолта является именно величина в 1 % ВВП ЕС. Чтобы опуститься с высоты 90 % до высоты 60 %, ВВП потребуется 30 шагов. Чтобы спуститься на более безопасную высоту, равную 20 % ВВП, потребуется 70 шагов. Можно себе представить, какой путь по схождению с долговой горы надо проделать Евросоюзу, учитывая, что в команде ЕС 28 членов, что они находятся в одной связке и должны действовать слаженно.

* * *

Управляемый дефолт в крупных масштабах был опробован в 2012 году на Греции. Ее государственный долг в начале 2012 года превышал 160 % ВВП, правительство страны объявило, что оно не сможет произвести очередной платеж по процентам держателям долговых бумаг. Держатели долговых бумаг греческого правительства – отечественные и зарубежные банки, страховые компании, хедж-фонды, государственные и частные пенсионные фонды, а также Европейский центральный банк (ЕЦБ). Фактически власти Греции предупредили о неизбежном дефолте. В СМИ фигурировали оценки совокупных потерь инвесторов (держателей долговых бумаг правительств разных стран ЕС) в размере около 1 триллиона евро. Такие оценки содержались в секретном докладе Института международных финансов – ИМФ (IIF – Institute of International Finance), членами которого были банки и другие финансовые компании, большинство из которых имели в своих портфелях облигации стран еврозоны. Было даже высказано мнение, что произошла «утечка» информации из этого доклада для того, чтобы запугать держателей греческих бумаг. А запугать надо было для того, чтобы навязать добровольно-принудительную реструктуризацию греческого долга. Высшие чиновники из состава пресловутой «тройки» (Еврокомиссия, ЕЦБ, Международный валютный фонд) заговорили о необходимости провести в плановом порядке «прощение» инвесторами части греческого долга и изменение условий погашения оставшейся части. Это и называется «реструктуризацией». Поначалу предлагали скостить около 20 % основной суммы греческого долга, потом стали появляться цифры в 30, 50 и даже 70 %. В конце концов, к началу 2012 года сложилась согласованная общая схема реструктуризация.

Обратим внимание на важные моменты этой схемы. Реструктуризации подлежали не все долги Греции, а лишь часть. Общий суверенный (государственный) долг страны в январе 2012 г. был равен 352 миллиардам евро, он состоял из долга по облигациям казначейства (260 миллиардов евро) и долга по кредитам (92 миллиарда евро). Долги Греции по кредитам (среди них кредит от МВФ на 20 миллиардов евро) реструктуризации не подлежали. «Обрезанию» предлагалось подвергнуть лишь требования по долговым бумагам. Однако и здесь было сделано исключение. Бумаги на сумму 55 миллиардов евро находились на балансе ЕЦБ, они выводились из-под ножа реструктуризации. Таким образом, МВФ, ЕЦБ и некоторые другие финансовые организации получали статус «привилегированных» инвесторов и кредиторов (всего на сумму 147 миллиардов евро). Под реструктуризацию попадали долговые бумаги на сумму 205 миллиардов евро. Их держатели – банки и страховые компании, хедж-фонды, пенсионные и иные социальные фонды Греции и некоторых других стран.

Реструктуризация предполагала обмен бумаг старого образца на бумаги нового образца. В результате обмена происходило «срезание» основной суммы долга на 53 %. Часть оставшегося долга конвертируется в бумаги с более длительными сроками погашения и более низкими процентными ставками. Небольшая часть оставшегося долга конвертируется в векселя Европейского фонда финансовой стабильности (ЕФФС), созданного в рамках еврозоны в 2010 году. Фактически с учетом более низких процентов за весь период погашения непривилегированные держатели греческих бумаг лишались более 70 % своих требований.

Мы отметили, что реструктуризация носила добровольно-принудительный характер. Ведь инвесторам предлагалось отказаться почти от 109 миллиардов евро основной суммы долга, а с учетом пониженных процентов – от 140 миллиардов евро. Несмотря на протесты части держателей бумаг, решение о реструктуризации было «продавлено» совместными усилиями властей ЕС и Греции. О деталях этой драматической страницы европейской истории мы говорить не будем. Отметим лишь, что «непротивление» многих греческих и европейских банков (прежде всего французских и немецких) было куплено. Чем? Обещаниями компенсировать их потери помощью из общеевропейских «кошельков» – ЕЦБ и ЕФФС. Добившись, всеми правдами и неправдами, согласия на добровольное списание долгов у непривилегированных инвесторов, Брюссель провел в марте 2012 года масштабную одноразовую реструктуризацию суверенного долга – крупнейшую не только в европейской, но и в мировой истории. Некоторые злые языки сравнивали проведенную операцию с масштабной конфискацией имущества. Другие говорили, что речь идет не о конфискации, а очень щедром жесте со стороны инвесторов. Воздержимся от окончательных суждений. Ведь победителей (в данном случае Брюссель и Афины) не судят.

А победителям, между прочим, удалось провернуть еще одно важное дельце. Многие участники финансовых рынков все-таки решили, что проведенную реструктуризацию греческого долга следует считать дефолтом. В первую очередь, этого хотели держатели финансовых инструментов под названием «кредитные дефолтные свопы» (КДС). Это что-то наподобие страховок на случай возникновения дефолтов по самым разным видам долгов. Продавались эти инструменты крупными банками США и Европы. Активная торговля товаром под названием КДС велась с начала прошлого десятилетия, что, между прочим, способствовало возникновению финансового кризиса 2007–2009 годов. Банкам-эмитентам КДС очень не хотелось, чтобы в Греции возник прецедент крупных выплат в пользу держателей КДС по дефолту в Греции. Власти ЕС объявили, что в Греции в марте 2012 года не было настоящего дефолта. Мол, в крайнем случае, его можно назвать «управляемым дефолтом». А в этом случае платить держателям КДС не надо. Потому-то идея «управляемого дефолта» обрела мощную поддержку со стороны ряда банков мирового калибра.

Отметим, что в масштабах всего Европейского союза реструктуризация греческого долга эквивалентна снижению общего суверенного долга не более чем на 1 %-й пункт совокупного ВВП ЕС. Для полного успеха Евросоюзу надо проделать несколько десятков подобных операций в отношении суверенных долгов всех 28 стран-членов ЕС.

* * *

Серьезным недостатком технологии управляемого дефолта является то, что его последствия трудно локализовать. Участники управляемого дефолта связаны тысячами и миллионами нитей договорных отношений с другими экономическими субъектами за пределами очерченного круга. Например, после реструктуризации греческого долга в 2012 году, возникли проблемы у банков разных стран, которые держали крупные пакеты греческих облигаций. Это банки самой Греции, а также Франции и Германии. Греческим банкам еще до проведения реструктуризации чиновники из Еврокомиссии и ЕЦБ обещали помощь на пополнение капитала.

Для крупных банков Франции и Германии потери не были смертельными. Во-первых, потому, что в их портфелях на греческие бонды приходилась небольшая доля (гораздо больше у них бондов Испании или Италии). Во-вторых, потому, что банковские надзоры этих стран настаивали на переоценке греческих бумаг в активах кредитных организаций в сторону снижения их стоимости с учетом рыночной ситуации (получается, что у Греции бумаги отражаются по номиналу, а в балансах большинства германских и французских банков – по более низкой, рыночной цене). Поэтому мартовская реструктуризация греческого долга не повлияла кардинально на балансы банков Франции и Германии.

А вот для такой небольшой страны, как Кипр, который тесно связан с Грецией, потери банковской системы оказались критическими. Банки Кипра иногда добровольно, иногда под принуждением скупали большие партии греческих бондов. После реструктуризации надо было срочно спасать банковскую систему Кипра. Все мы помним, как это было сделано. В марте 2013 года – ровно через год после реструктуризации греческого долга – была проведена конфискация депозитов в кипрских банках. Эту операцию также можно назвать управляемым дефолтом. Однако если в случае управляемого дефолта Греции его организаторы сохранили видимость предварительных консультаций и переговоров, то во втором случае (Кипр) условия реструктуризации были просто продиктованы властями ЕС. В первом случае спасали страну, во втором случае спасали банки. В первом случае конфискациям подвергались сотни (может быть, тысячи) экономических субъектов. Во втором случае – уже десятки тысяч.

Летом 2013 года Евросоюз принял решение о том, что в дальнейшем, при возникновении опасных для банков ситуаций, на спасение банков будут направляться не средства государственных бюджетов (как это было во время кризиса 2008–2009 годов), а средства держателей депозитных счетов. Таким образом, Брюссель легализовал «жесткий» кипрский вариант управляемого дефолта на всем пространстве Европейского союза.

В Брюсселе и некоторых европейских столицах стали активно обсуждать вопрос о возможности и целесообразности проведения аналогичных «обрезаний» долгов других стран, входящих в ЕС (особенно Испании и Португалии). Однако через несколько месяцев энтузиазма в Европе поубавилось. После мартовской реструктуризации греческого долга его основная сумма (без процентов) сократилась с 352 миллиардов до 243 миллиардов евро, что лишь немного превышало 120 % ВВП; такого относительного благополучия Греция не знала с конца прошлого десятилетия. Вместе с тем, уже в ноябре 2012 года величина суверенного долга Греции составила 301 миллиард евро, что превысило мартовский уровень на 58 миллиардов евро. Реструктуризация долга проводилась в обмен на второй пакет помощи Греции на сумму 130 миллиардов евро (первый пакет в размере примерно 110 миллиардов евро был выделен еще в 2010 году). Этот пакет был подготовлен все той же «тройкой» (Еврокомиссия, ЕЦБ, МВФ). Основная часть средств выделялась из такого источника, как ЕФФС – 109 миллиардов евро. Остальные 21 миллиард евро обещали выделить ЕЦБ и МВФ. Каковы цели обещанной помощи? Прежде всего – рекапитализация (пополнение капиталов) греческих банков, которые понесли существенные потери в результате мартовской «стрижки», затем покрытие текущих обязательств Греции по суверенному долгу (выплата процентов). На сегодняшний день суверенный долг Греции снова вырос до 350 миллиардов евро, а в относительном выражении достиг планки в 170 % ВВП. То есть, все вернулось на круги своя.

* * *

Непоследовательность и противоречивость европейской политики в отношении греческого долга кто-то назвал «финансовой шизофренией». Чем ее объяснить? Ряд экспертов обращает внимание на недостаточность проведенного «обрезания»; обслуживание оставшегося долга Греции по-прежнему осталось непосильным делом для бюджета этой страны. Греции потребовались новые вливания. Такие критики говорят, что хирургическая операция в отношении Греции была неудачной, потому что была вырезана лишь часть «долговых метастазов». Мол, надо было прощать не 53 % долга по греческим бондам, а 90 %, а заодно, подвергнуть операции тех кредиторов, которые попали в категорию «привилегированных» и были выведены из-под скальпеля хирурга.

Каков в целом был эффект реструктуризации? Несколько десятков миллиардов суверенного долга Греции было списано с греческих кредиторов – банков, страховых компаний, государственных и частных пенсионных фондов, иных социальных фондов. Банки Греции уже в мае 2012 года зафиксировали убытки в размере примерно 30 миллиардов евро и оказались на грани банкротства (дефолта). Социальная сфера страны также была парализована (в частности, некоторые пенсионные фонды прекратили выплаты пенсий). Второй пакет помощи Греции сразу же стал использоваться для затыкания образовавшихся дыр в разных сферах – бюджетной, банковской, социальной. Уже летом 2012 года суверенный долг Греции начал снова уверенно набирать высоту.

В связи с этим нельзя не обратить внимание на ограниченный характер программы оздоровления греческой экономики, которая была согласована Афинами с представителями «тройки» накануне мартовской реструктуризации. Программа предусматривала разные меры финансовой экономии, бюджетные «обрезания», увеличение налогов, приватизацию ряда государственных активов. Никаких серьезных шагов по запуску реального сектора экономики программа не содержала. А бюджетные «обрезания», как сегодня признают даже в МВФ, Еврокомиссии и ЕЦБ, еще сильнее загоняют экономику в кризис. Несмотря на сокращение абсолютного и относительного уровня долга, страна оказывается неспособной обслуживать даже «обрезанный» долг. Возникает «порочный круг». Страна, подобно наркоману, тянется за новой порцией героина.

Мало кто обратил внимание на кардинальное изменение структуры суверенного долга Греции после проведения управляемого дефолта. Главным держателем греческого долга стал Европейский фонд финансовой стабилизации – 75 миллиардов евро, или 25 % всего долга (по состоянию на ноябрь 2012 год). Другими крупными держателями греческого долга были ЕЦБ – 36 миллиардов евро (12 %) и МВФ – 21 (7 %). Доля банков и других частных финансовых компаний Греции была равна 10 %, столько же пришлось на банки и частные компании других стран. Среди других держателей греческого долга можно назвать центральные банки Греции и других стран, а также различные институты, которые предоставили Греции кредиты (т. е. не являются держателями долговых бумаг). Если рассматривать структуру лишь того суверенного долга, который возник в результате размещения бумаг греческого казначейства, то более половины такого долга находится у ЕФФС и ЕЦБ. О чем это говорит? О том, что долг Греции в результате проведенной реструктуризации был переведен от частных банков и иных финансовых компаний под контроль наднациональных структур – ЕФФС, ЕЦБ и МВФ. Кстати, с 2013 года все полномочия и обязательства Европейского фонда финансовой стабильности переходят к Европейскому стабилизационному механизму (ЕСМ). ЕСМ – некий аналог Международного валютного фонда, но в отличие от МВФ, который принято считать международной финансовой организацией, Европейский стабилизационный механизм имеет явные признаки наднациональной структуры. Принято решение, что штаб-квартира этого нового института ЕС будет находиться в Люксембурге. ЕСМ забирает часть финансового суверенитета стран, входящих в еврозону; он получает возможность использовать средства национальных государственных бюджетов для решения долговых проблем всего европейского сообщества.

Все большую роль в управлении суверенными долгами стран-членов ЕС начинает также играть ЕЦБ. Он и раньше приобретал некоторые количества казначейских бумаг европейских государств, но на вторичном рынке. Затем Франкфурт, где находится штаб-квартира ЕЦБ, объявил, что готов участвовать в покупке бумаг при их первичном размещении. Летом прошлого года Марио Драги, президент ЕЦБ, заявил, что банк начинает неограниченную скупку долговых казначейских бумаг стран, входящих в еврозону. Фактически это означает включение «печатного станка»: ЕЦБ будет проводить политику, похожую на «количественные смягчения», осуществляемые ФРС США. Такая политика Франкфурта будет фактически означать участие ЕЦБ в раздувании бюджетных дефицитов, стимулировать рост суверенных долгов, питать инфляцию в европейской экономике. Кроме того, ЕЦБ будет сам решать, каким странам помогать, а каким нет. Пока, правда, активной скупки бумаг ЕЦБ не начал, но и от своих слов Марио Драги не отказывался.

Остается только догадываться о причинах такой конверсии греческого долга. Можно, конечно, предположить, что частные банки были просто выведены из зоны риска, связанного с возможным финансовым коллапсом Греции. А можно трактовать происшедшую метаморфозу как политику закручивания гаек. Диктовать свои условия повязанной долгами Греции легче не сотням разрозненных держателей казначейских бондов, а нескольким наднациональным институтам. Еврокомиссия, ЕЦБ, ЕСМ обладают не только большими финансовыми возможностями, но и мощным административно-политическим ресурсом. Считается, что «контрольным пакетом» в наднациональных институтах ЕС обладает Германия, как локомотив европейской экономики и главный донор (например, в ЕСМ взносы Германии составляют 27 %).

* * *

Брюссель пытался и пытается найти финансовые источники для сохранения и укрепления Евросоюза, в том числе за его пределами. Например, в Китае и России. Ведь у этих стран имеются громадные валютные резервы центральных банков и суверенных фондов. Они и так оказывают поддержку объединенной Европе, накапливая валютные резервы в виде евро. Так, на начало 2013 года доля евро в валютных резервах Банка России составляла 40,4 % (доля доллара США – 45,8 %). Брюсселю этой поддержки показалось мало. В 2011 году Евросоюз обратился к Китаю и Российской Федерации с просьбой поучаствовать в капитализации Европейского фонда финансовой стабилизации (ЕФФС). Москва и Пекин вежливо отказали Брюсселю, посоветовав опираться на внутренние ресурсы ЕС. Что касается Китая, то он в Европе помогает сам себе. В прошлом году китайские инвестиции в европейскую экономику (главным образом в промышленность и сферу услуг) составили 12,6 миллиардов долларов. Европейские активы чрезвычайно дешевы, Китай этим пользуется. Сегодня в Европу китайских инвестиций идет больше, чем в Северную Америку и Азию, вместе взятых.

Некоторые специалисты считают, что на самом деле решения по долговым проблемам Европы принимаются не в Брюсселе, Франкфурте или Люксембурге, а в Вашингтоне и Нью-Йорке. И что финансовой политикой Европейского союза управляют представители финансовой олигархии США (вернее, главные акционеры Федеральной резервной системы). Они-то и способствуют воцарению в Европе «управляемого хаоса», который помогает поддерживать на плаву доллар США. Кроме того, хозяева ФРС заинтересованы в том, чтобы долговая пирамида в Европе продолжала расти и при этом не обвалилась раньше времени…

Зачем наращивать долговые пирамиды, если многие страны и так уже не справляются с обслуживанием своего долга? А затем, что США стремятся организовать общеевропейский дефолт – ведь легче приватизировать «единую Европу», чем без малого три десятка отдельных государств. Не трудно представить, что ЕЦБ и ЕСМ как общеевропейские кредиторы последней инстанции сами могут стать банкротами. Вот тогда на спасение Европы придет дядя Сэм и предложит им помощь в обмен на европейские активы. Помощь будет копеечной, а европейские активы поистине гигантские.

Взять ту же Грецию. В настоящее время Брюссель активно навязывает ей приватизацию некоторых активов на сумму около 50 миллиардов евро. Это ряд предприятий, объектов инфраструктуры, курортные территории. Всякая мелочевка. Между тем на шельфе Греции открыты гигантские месторождения углеводородного сырья. Стоимость запасов оценивается в несколько триллионов евро. Однако приватизация этих резервов даже не обсуждается, до поры до времени они выведены за рамки всех программ. Эти гигантские активы ждут своего «кредитора последней инстанции», каким ряд экспертов видит именно Федеральный резерв. Впрочем, ФРС может не успеть к моменту, когда надо будет «спасать» Европу. По той причине, что ФРС сама находится на грани банкротства, а «кредитора последней инстанции» у нее нет.

2013 год

Затонет ли корабль МВФ?

Саммиты «двадцатки» (G20) происходят, начиная с осени 2008 года, каждый год. Среди обсуждаемых вопросов – перестройка архитектуры мировой финансовой системы, борьба с офшорами, повышение устойчивости мировой банковской системы, преодоление долгового кризиса (прежде всего, в Европе), повышение эффективности финансового регулирования, дальнейшая либерализация финансовых рынков и международной торговли, мировая энергетика и т. п. Надо сказать, прогресса на этих направлениях пока не видно. Пожалуй, единственное живое, конкретное дело, которое обсуждается на встречах «двадцатки», – это пересмотр квот стран-членов Международного валютного фонда. Будет обсуждаться этот вопрос и 5–6 сентября на Петербургском саммите G20. Вопрос предельно конкретный и в то же время болезненный, поскольку затрагивает интересы основных групп стран и каждой страны в отдельности.

Квота в МВФ – это величина взноса страны в общий капитал Фонда и, одновременно, доля страны в общем количестве голосов, учитываемых при принятии Фондом решений. Размер квоты определяет возможные объемы кредитов, на которые может рассчитывать страна. Естественно, что квота определяет и возможность страны реально влиять на политику МВФ. Пока наибольшая квота в МВФ в размере 17,08 % принадлежит Соединенным Штатам, что дает им возможность блокировать неугодные Вашингтону решения, поскольку решения принимаются Фондом при поддержке не менее 85 % голосов. Далее, по величине квот страны располагаются следующим образом (%): Япония – 6,13; Германия – 5,99; Великобритания – 4,95; Франция – 4,95; Саудовская Аравия – 3,22; Китай – 2,94; Россия – 2,74. 15 стран-членов Европейского союза в совокупности обладают квотами в 30,3 %. Все страны «золотого миллиарда» (29 государств, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития) – 60,35 %. Остальные страны, составляющие 85 % общего числа стран-членов, располагают квотами в 39,65 %. Вполне очевидно, что такая раскладка квот делает Фонд инструментом, действующим в интересах стран «золотого миллиарда».

Периодически, с учетом меняющейся мировой экономической и финансовой ситуации, МВФ производит пересмотр квот. Пересмотр квот может касаться как общей величины капитала Фонда, так и долей стран (взносов в капитал). Решение о пересмотре квот, как и другие решения, принимается Советом управляющих Фонда при поддержке не менее 85 % голосов. Следовательно, данный вопрос деятельности МВФ, будучи одним из ключевых вопросов, находится под контролем США, имеющих квоту в 17 %.

За время существования Фонда проводилось 14 пересмотров. Решение о последнем пересмотре было принято в 2010 году. Оно знаменательно тем, что капитал Фонда увеличивается на 100 %, с 238,4 миллиардов СДР до 476,8 миллиардов СДР (СДР – специальные права заимствования). В пересчете это означает, что капитал Фонда вырастет примерно до 720 миллиардов долларов. При этом будет перераспределено более 6 % долей квот от государства с чрезмерным представительством в пользу государства с недостаточным представительством. Последние – исключительно государства периферии мирового капитализма, т. е. находящиеся за пределами «золотого миллиарда». Среди них особенно подрастет доля Китая (с 2,94 до 6,39 %), который должен стать третьим по размеру квоты государством-членом МВФ. В состав крупнейших десяти акционеров также попадают Бразилия, Индия и Россия. В частности, доля России должна вырасти с 2,49 до 2,71 %. В целом – вполне заметная подвижка в пользу стран группы БРИК. На входящие в эту группу Бразилию, Россию, Индию и Китай пока приходится 10,71 % квот, а пересмотренная совокупная квота должна увеличиться до 14,18 %.

* * *

14-й пересмотр базируется на традиционной формуле расчета долей стран. Что это за формула? Доля страны определяется на основе учета таких показателей, как: 1) ВВП, 2) открытость экономики, 3) «экономическая изменчивость», 4) международные резервы. При этом показатели «взвешиваются», их доли при расчете равняются соответственно 50 %, 30 %, 15 % и 5 %. Второй и третий показатели («открытость», «экономическая изменчивость») – крайне мутные, но при этом их «вес» равен 45 %. У развитых стран они имеют максимальные значения, а у стран периферии капитализма – минимальные. В то же время основные объемы международных резервов сегодня накоплены именно этими странами. У Китая, России и Индии они в совокупности превысили 4 триллиона долларов. Однако это пока очень слабо отражается на позициях указанных стран в Фонде. Несоответствие существующего расклада сил в мировой экономике давно сложившемуся принципу распределения квот в Фонде стало слишком очевидным. Динамично развивающиеся страны группы БРИКС выступают сегодня главными инициаторами пересмотра формулы расчета квот МВФ…

Менее всего заинтересованы в таком пересмотре страны Европы и Япония. Особенно учитывая нынешнее тяжелейшее положение (долговой кризис) Европы, когда она ищет деньги по всему миру, в том числе в МВФ, чтобы затыкать дыры в своих бюджетах, рефинансировать растущие государственные долги. Европе и так стало крайне сложно выбивать новые кредиты в Фонде, поскольку на протяжении 2010–2013 годов МВФ выдавал непропорционально большое количество кредитов именно европейским странам (преимущественно странам еврозоны). Сейчас среди многих неевропейских стран-членов МВФ усиливается ропот по поводу такого европейского фаворитизма Фонда.

Особую позицию по вопросам пересмотра квот занимают США. Доля США при пересмотре должна сократиться с 17,1 до 16,4 %. Чувствительно, но не смертельно, Вашингтон сохраняет свой «блокирующий пакет». На словах он вроде бы поддерживает пересмотр квот. Но только на словах. Уже прошло много времени после того, как на всех уровнях согласован четырнадцатый пересмотр квот Фонда (Совет управляющих одобрил решение в декабре 2010 года). Последним шагом длинной процедуры пересмотра, согласно правилам Фонда, является ратификация каждой страной принятых решений по пересмотру. Россия такую ратификацию провела в июле 2012 года. И она готова внести дополнительный взнос в размере около 10 миллиардов евро за счет валютных резервов. А вот США этого делать не торопятся, раздавая лишь обещания. Есть серьезные сомнения в том, что вопрос о ратификации будет решен Вашингтоном положительно. Во-первых, потому, что многие в Америке не хотят раскошеливаться на то, чтобы увеличивать капитал МВФ. Цена вопроса – около 60 миллиардов долларов. Во-вторых, США подошли близко к «красной черте», перейдя которую они утратят «блокирующий пакет» в МВФ. Доля США в мировом ВВП неуклонно падает. Согласно оценкам Всемирного банка (ВБ), в 2011 году доля США в мировом ВВП была равна 21,6 %. Если экстраполировать тенденции изменения ВВП США за период 2001–2011 годы на следующее десятилетие, то получается, что в 2021 году доля США в мировом ВВП опустится до 14,6 % (оценка того же ВБ). Этого уже не достаточно для того, чтобы Вашингтон удержал в своих руках «блокирующий пакет» Фонда – даже если ему удастся по максимуму злоупотребить такими «мутными» показателями, как «прозрачность экономики» и «экономическая изменчивость». Кстати, среди критиков доминирования США в МВФ есть такая категория экономистов, которые считают, что статистика валового внутреннего продукта в США также является «мутной», позволяющей завышать квоту Вашингтона.

* * *

А уж о том, чтобы переходить к новой формуле расчета квот (исключительно на базе показателя ВВП), многие в Вашингтоне и слышать не хотят. Уже сегодня страны БРИК (в случае вступления в силу 14-го пересмотра квот) должны иметь совокупную квоту в 14,2 %. При таком раскладе им достаточно найти одного-двух союзников для того, чтобы заблокировать любое решение Фонда. А в скором времени и союзники не потребуются. Согласно оценкам ВБ, при сохранении тенденций экономического роста в период 2001–2011 годов доли некоторых стран в мировом ВВП в 2021 году будут равны (%): Китай – 26,52; Россия – 7,38; Бразилия – 7,27; Индия – 4,55. Получается, что суммарная доля данной четверки в мировом ВВП составит в начале следующего десятилетия почти 46 %. Почти половина всех голосов в Фонде может принадлежать всего четырем странам, причем находящимся за пределами «золотого миллиарда». Это примерно столько, сколько сегодня получается на круг у США, Японии и нескольких ведущих стран Европы. Западу такая организация однозначно не нужна!

Поэтому, считают некоторые аналитики, если страны периферии мирового капитализма будут особенно напирать на страны «золотого миллиарда», требуя пересмотра квот, Запад может просто отправить на дно корабль под названием «МВФ» и пересесть на другой корабль. То есть создать какой-нибудь новый международный фонд по образу и подобию МВФ. Европейцы в этом направлении уже работают. В 2010 году для борьбы с начавшимся долговым кризисом в ЕС они создали Европейский фонд финансовой стабилизации (ЕФФС), несколько напоминающий МВФ, но действующий в пределах «Единой Европы». В 2013 году ЕФФС упраздняется, на его основе создается постоянно действующий институт под названием «Европейский стабилизационный механизм» (ЕСМ). Предполагается, что финансовые ресурсы ЕСМ составят для начала 750 миллиардов евро – больше, чем капитал МВФ с учетом 14-го пересмотра квот. Обсуждаются также перспективы доведения ресурсной базы ЕСМ до 1 и даже 2 триллионов евро.

Итак, запланировано, что на Петербургском саммите 5–6 сентября будет обсуждаться уже следующий, пятнадцатый пересмотр квот Фонда на основе новой формулы. Достаточно странная ситуация. Учитывая, что в силу не вступили еще решения по четырнадцатому пересмотру. Есть опасения, что вопрос о квотах на саммитах «двадцатки» выродится в бесконечную болтовню. Запад сдавать своих позиций не намерен – скорее отправит на дно корабль «Международный валютный фонд», который с 1945 года под его командованием плавал по морям и океанам мировых финансов.

* * *

В первый день сентября 2013 года информационные агентства сообщили, что страны БРИКС подготовили к саммиту «двадцатки» в Петербурге проработанный проект Банка развития. Пять стран (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка) еще раз соберутся в Петербурге для того, чтобы обсудить между собой детали этого проекта. Затем о создании Банка развития БРИКС будет объявлено на официальном заседании G20. Детали проекта пока не известны. По некоторым сообщениям, речь идет не о классическом банке развития, предназначенном для финансирования крупных инвестиционных проектов, а о фонде, целью которого является поддержание стабильности национальных валют стран-членов БРИКС. То есть утверждается, что пять стран создают свой валютный фонд, альтернативный МВФ. Есть сообщения, в которых говорится, что в рамках БРИКС планируется создать два межгосударственных института: банк развития и фонд. Учитывая то, что Китай среди стран БРИКС имеет самую большую экономику, а также самые большие обороты внешней торговли и золотовалютные резервы, эксперты и комментаторы полагают, что Пекин будет главным «акционером» указанных международных финансовых организаций. Его доля в капитале может достигать 50 %. Подобные сообщения лишний раз показывают, что:

а) Международный валютный фонд входит в фазу серьезного кризиса, у него появляются конкуренты;

б) реальные решения в валютно-финансовой сфере принимаются в рамках узких и однородных группировок – «семерки» (экономически развитые страны Запада) и «пятерки» (страны БРИКС).

Что же касается саммитов «двадцатки», то они все больше начинают напоминать парадные спектакли.

Война против России

Об экономических санкциях против России

В связи с событиями на Украине из западных столиц зазвучали призывы к введению санкций против России. Отдельные призывы превратились в настоящий хор, после того как 1 марта Совет Федерации единогласно проголосовал за предоставление президенту РФ права использовать на Украине российские вооруженные силы для предотвращения разгула бандитизма и защиты русского населения в братской стране.

2 марта госсекретарь США Джон Керри назвал действия Москвы «невероятным актом агрессии». По словам главы Госдепа, он и его иностранные коллеги выразили готовность добиться изоляции России в этом вопросе. 3 марта информационные агентства сообщили, что семь ведущих стран Запада (Канада, Франция, Германия, Италия, Япония, Великобритания и США) приостанавливают подготовку к саммиту «большой восьмерки» в Сочи (в 2014 году Россия является председателем этой группы). Страны «семерки» заявили также, что поддерживают суверенитет и территориальную целостность Украины и приветствуют возобновившиеся контакты Украины с МВФ. Затем последовали угрозы санкций в адрес России. Экономические санкции – самый распространенный инструмент давления Запада на страны, которые проводят или пытаются проводить самостоятельный курс. По некоторым оценкам, Запад применяет экономические санкции против стран и территорий, в которых проживает, по крайней мере, половина населения планеты.

* * *

России не привыкать выслушивать угрозы введения экономических санкций. Достаточно вспомнить агрессию Грузии против Южной Осетии в августе 2008 года. Тогда этот вопрос также обсуждался, но решение принято не было. Следующий порыв ввести против России экономические санкции возник у Запада летом 2012 года в связи с «делом Эдварда Сноудена». В конечном итоге Сноуден остался в России, а санкции введены не были.

Осенью 2013 года, когда обострилась международная ситуация вокруг Сирии, которую Россия решительно поддержала, появилось письмо четырех американских сенаторов, которые призвали администрацию США ввести санкции в отношении крупнейших российских банков, якобы помогающих финансировать деятельность сирийских властей. По сути, это был прямой призыв к объявлению Соединенными Штатами экономической войны против Российской Федерации, но и он повис в воздухе.

Серьезные политики понимают, что экономические санкции – палка о двух концах. Ею можно нанести удар как по объекту, так и по организаторам санкций. Западные историки обратили внимание на важную закономерность: успехи сталинской индустриализации 1930-х годов были во многом обусловлены тем, что Запад постоянно устраивал торговые и кредитные блокады Советского Союза. В итоге в СССР был создан экономический потенциал, благодаря которому Россия выстояла в мировой войне.

Другим примером того, как санкции возвращаются бумерангом к их организаторам, является Иран. Вашингтон с 1979 года оказывает экономическое давление на эту страну, используя такие методы, как замораживание валютных резервов в западных банках, запреты своим банкам на осуществление расчетов с банками Ирана, прекращение поставок в Иран машин и оборудования, потребительских товаров, включая продовольствие и медикаменты. Наконец, Вашингтон оказал давление на своих европейских союзников и запретил им закупать у Ирана нефть. Ирану приходится не просто, но он стоит уже 35 лет и сдаваться не собирается. А вот Вашингтон волнуется: Иран научился обходиться без американских долларов и обходить западные санкции, прибегая к бартерным схемам, национальным валютам своих торговых партнеров (юань, рубль, рупия), торгуя за золото. А сделки иранцы заключают с так называемыми «черными рыцарями» – небольшими компаниями разных стран, которые выступают в качестве посредников и санкций не боятся.

* * *

Россия – даже не Иран. Это страна, располагающая всем необходимым для создания мощной экономики, прочной обороны и удовлетворения всех жизненно необходимых потребностей человека.

Замораживание российских международных резервов? Неприятно, но следует понимать, что такие резервы в мировой финансовой системе, созданной Финансовым интернационалом, являются иллюзией денег. Стране, которая их накапливает, нельзя использовать их как классическое платежное средство. Санкции лишь позволят России быстрее приступить к созданию суверенной денежно-кредитной системы и системы международных расчетов, которая не будет контролироваться Соединенными Штатами. Предложения на этот счет уже прорабатываются.

Бойкот саммита «Большой восьмерки»? Так, ведь Россия никогда и не была полноценным членом «клуба избранных». Все серьезные вопросы и раньше обсуждались в рамках «семерки», а Россию сажали на «приставном стульчике». Ликвидация «восьмерки» и переход Запада к прежнему режиму работы в формате «семерки» лишь ускорит избавление России еще от одной иллюзии.

Торговый бойкот? Так ведь на сегодняшний день в российском экспорте преобладают два товара – нефть и природный газ. От природного газа Европа не откажется, не будет проблем и с продажей нефти. Тем более, что рядом такая страна, как Китай, которая давно просит увеличить поставки ей энергоносителей. С импортом проблем не будет тем более. На первое время с закупками всего необходимого выручат «черные принцы», а тем временем у России появится мощный стимул заняться созданием импортозамещающих производств. То есть индустриализацией.

Санкции Совета Безопасности ООН? Так ведь Россия сама член Совбеза, где с ней по многим важным вопросам блокируется в последнее время Китай. Обе эти страны могут наложить вето на любое предложение западных членов СБ.

Исключение России из ВТО? Так это подарок для России! Сегодня даже владелец «Северстали» Алексей Мордашов, которого считают главным лоббистом ВТО в России, вдруг прозрел и понял, что от членства в ВТО его металлургическому бизнесу светят одни убытки. А исключение России из ВТО даст шанс возрождению ее сельского хозяйства, еще не до конца добитого. Без него продовольственной безопасности страны нет.

Пожалуй, единственной действенной формой санкций против России может стать замораживание (или даже угроза замораживания) счетов и других активов российских олигархов за границей. Недавно такие угрозы со стороны Запада прозвучали в адрес украинских олигархов. В январе помощник госсекретаря США Виктория Нуланд устроила прямо в Киеве выволочку первому олигарху Украины Ринату Ахметову, потребовав от него конкретных действий по наведению порядка в стране. Вернее, беспорядка. И выволочка подействовала. Сегодня есть немало доказательств того, что украинские олигархи профинансировали майдан. Однако на этом их миссия не закончилась. Теперь они старательно распространяют «завоевания майдана» на всю Украину. Некоторые из них не ограничиваются финансовым участием в укреплении нового режима, но еще и заняли должности в аппарате этого режима. Как поведет себя российская «офшорная аристократия», возникни подобная ситуация?

* * *

Итак, каковы выводы?

1. Исключать, в связи с событиями на Украине, введение Западом экономических санкций против России нельзя. Хотя эти санкции – обоюдоострое оружие, следует учитывать растущее безрассудство правящих кругов США, выступающих «драйвером» экономической войны против России.

2. Воспринимать экономические санкции как трагедию не стоит. Скорее, их надо рассматривать как стимул для перехода страны на путь развития индустриальных производительных сил XXI века.

3. К экономическим санкциям надо готовиться, и Совет Федерации уже разрабатывает проект закона, наделяющего президента РФ правом проводить конфискацию имущества, активов и счетов американских и европейских компаний, в случае, если Запад объявит об экономических санкциях против РФ.

4. Одним из главных направлений такой подготовки должно стать требование к российским олигархам вернуть в кратчайшие сроки свои зарубежные активы в Россию.

2014 год

Банковская война против России

России не перестают угрожать санкциями, если она «в последнюю минуту не пойдет на уступки» по Крыму (Ф.-В. Штайнмайер). Бывший председатель Федеральной резервной системы Алан Гринспен предложил даже использовать против России такое оружие экономической войны, как дестабилизация ее фондового рынка. В числе прочего обсуждается комплекс мер, который у финансистов зовется «банковской войной». Предполагая, однако, что решения в Вашингтоне принимают адекватные люди, заметим, что банковская война между США и Россией напоминала бы гипотетический обмен ракетно-ядерными ударами, после которого, как известно, победителей не бывает…

Исход банковской войны против России зависит от многих обстоятельств, но, прежде всего, обратим внимание на международную инвестиционную позицию банковского сектора (МИПБС) России. Этот показатель рассчитывается центральными банками многих стран и показывает соотношение зарубежных активов банков данной страны и активов зарубежных банков в экономике данной страны.

Активы российских банков за рубежом больше, чем активы иностранных банков в России, на 8,65 миллиардов долларов. То есть даже в первом приближении России не стоит бояться банковской войны, которая может быть объявлена Вашингтоном. Однако это слишком грубая прикидка, многое будет зависеть от двух факторов:

– какие страны, кроме США, могут участвовать в банковской войне против России;

– по каким видам активов российских банков США будут наносить удары.

Согласно данным Банка России, 80 % зарубежных активов российских банков сосредоточено в восьми странах. Кроме Соединенных Штатов в эту группу входят Великобритания, Германия, Кипр, Голландия, Швейцария, Франция, Италия. Наибольшая часть самых ликвидных зарубежных активов российских банков (депозиты, кредиты, корсчета, наличная валюта) приходится не на США, как многие думают, а на Великобританию. На США, по данным Банка России, приходится лишь 13,6 % зарубежных активов российских банков, а на Великобританию – 26,4 %. То есть, если Вашингтон не заручится поддержкой Лондона, то тотальная банковская война против России вряд ли вообще будет объявлена. А Лондон, как мы видим, не очень спешит присоединяться к украинской авантюре Вашингтона.

Надо иметь в виду, что в практике санкций, вводившихся Вашингтоном против банков других стран, применялись лишь санкции по замораживанию депозитов и текущих счетов, открытых в банках США и стран-союзниц. Как правило, на такие виды зарубежных активов, как прямые инвестиции, портфельные инвестиции, ссуды и займы, санкции Вашингтона не распространялись. По статье «текущие счета и депозиты» чистая инвестиционная позиция банковского сектора очень выигрышна для России, она составляет минус 57 миллиардов долларов. То есть противники России будут иметь здесь чистый проигрыш как раз на эти 57 миллиардов долларов.

Такой вывод подтверждает и сообщение агентства Bloomberg от 7 марта, в котором говорилось, что американские и европейские банки могут пострадать от возможных финансовых санкций против России. Bloomberg ссылается на данные Банка международных расчетов (БМР), согласно которым (по состоянию на сентябрь 2013 года) российские юридические и физические лица хранят 160 миллиардов долларов в банках 44 стран. Если эти активы будут заморожены, Россия может ответить отказом от собственных обязательств перед зарубежными банками. На тот же момент (сентябрь 2013 года) вложения иностранных банков в российскую экономику составляли 242 миллиарда долларов (данные БМР по 24 странам). «В результате американские и европейские банки будут среди тех, кого более всего затронут финансовые санкции», – подчеркивает агентство Bloomberg. Особенно пострадают банки Франции (более 50 миллиардов долларов вложений в Россию) и США (более 35 миллиардов долларов), следом за ними в списке идут Италия, Германия и Великобритания.

Общий вывод Bloomberg совпадает с нашим заключением: Западу накладно ввязываться в банковскую войну с Россией. Кстати, предложения влиятельных представителей российской элиты о том, чтобы в случае замораживания международных резервов и зарубежных банковских активов РФ прекратить выполнение обязательств России по зарубежным займам и кредитам, уже прозвучали.

* * *

Теперь о другой возможной форме банковской войны – блокировании международных расчетов банков. Одним из важных элементов современной международной системы расчетов является система SWIFT (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications) – Сообщество всемирных межбанковских финансовых телекоммуникаций. SWIFT – кооперативное общество, созданное по бельгийскому законодательству и принадлежащее его членам. В настоящий момент членами SWIFT являются свыше 10 000 организаций, в том числе около 1000 корпораций. Ежегодно через SWIFT проходит 2,5 миллиарда платежных поручений, а суточные транзакции (платежные поручения) составляют сумму около 6 триллионов долларов.

После событий 11 сентября 2001 года ЦРУ и Министерство финансов США обеспечили себе доступ к финансовой информации сети SWIFT. Вашингтон пытался даже блокировать операции отдельных банков, проходивших через SWIFT. Однако SWIFT – частная структура, причем не американская. В последние годы Вашингтону становится все труднее вмешиваться в ее деятельность. Правда, в 2012 году ему удалось добиться отключения от SWIFT иранских банков, но Иран сумел загодя подготовиться к этому (SWIFT предупредил о предстоящем отключении за несколько месяцев). Был создан прецедент, хотя не понятно, как его оценивать. Ведь иранские банки научились обходиться без SWIFT, пользуясь услугами банков-посредников. Получается несколько дороже и медленнее, чем раньше, но не смертельно. При этом Иран одновременно отказался от использования доллара. А для Вашингтона это тревожный знак.

Пользователями SWIFT в настоящее время являются более 600 российских банков. По количеству пользователей SWIFT Россия занимает 2-е место после США. Известное российское издание CNews опросило российских банкиров о рисках и вероятности применения Западом санкций, в том числе блокировки международных расчетов в связи с событиями на Украине. Респонденты считают, что напрямую повлиять на ограничение работы SWIFT в России США не могут, так как штаб-квартира сообщества располагается в Бельгии. В отключение российских банков от SWIFT эксперты, опрошенные CNews, не верят: это не выгодно ни самой SWIFT, ни крупным западным корпорациям, работающим в России, которые лишатся в таком случае возможности выводить из страны деньги. Если все же это произойдет, банки смогут перейти на корреспондентские счета партнеров в Европе и США и обходить запрет через TARGET, SEPA и другие системы, находящиеся за пределами юрисдикции США. К тому же появится дополнительный стимул для отказа от использования доллара в международных сделках и расчетах.

2014 год

Приемы войны против России

Каждый день поступают новые сводки с фронта экономической войны, которую Запад развязал против России. Международные платежные системы Visa и MasterCard без всякого уведомления прекратили обслуживания карт, эмитированных банком «Россия» и СМП Банком.

После того как, в ответ на вступление Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации, власти США ввели санкции против группы российских граждан, официальный представитель системы Visa в России сделал заявление: «Казначейство США ввело санкции против некоторых российских физических лиц и организаций. В целях соответствия законодательству США компания Visa International Service Association обязана приостановить доступ к сети Visa для таких организаций». Он добавил, что по состоянию на 21 марта 2014 года список этих организаций, помимо банка «Россия» и СМП Банка, включает Собинбанк и Инвесткапиталбанк. Последние два входят в группу банка «Россия». Таким образом, санкции затронули четыре российских банка. А косвенно – семь банков. В СМИ появилось уже много комментариев по поводу начавшейся «карточной игры против России». Отмечу лишь некоторые дополнительные моменты.

Во-первых, черный список Вашингтона с 20 марта перестал быть списком исключительно физических лиц. В нем появилось российское юридическое лицо – банк «Россия», который был создан в 1990 году и основным акционером которого является Юрий Ковальчук (28,57 %). По итогам минувшего года этот банк занимает 15-е место по активам среди крупнейших российских банков. Если администрация США надумала «наказывать» не только особо нелюбимых ею граждан России, но и подконтрольные им компании, то американцам придется включить в список, по крайней мере, еще несколько десятков российских юридических лиц.

Впрочем, многое говорит о том, что Вашингтон до сих пор не может выбрать стратегию и тактику экономической войны против России. Барак Обама сообщил, что подписал указ, дающий право ввести санкции в отношении основных секторов экономики России. Речь идет, прежде всего, о таких секторах, как финансовые услуги, энергетика, металлургическая и горнодобывающая промышленность, машиностроение. Вашингтон колеблется: либо наносить «точечные» удары по России (включение отдельных компаний и банков в черные списки), либо начать тотальную экономическую войну, предусматривающую санкции против целых отраслей российской экономики.

Во-вторых, де-факто объектами экономических санкций Вашингтона оказываются те юридические лица Российской Федерации, которые в официальные черные списки Вашингтона не включены. Там фигурирует лишь один банк «Россия», а компании Visa и MasterCard заблокировали карты не только «России», а еще трех банков. Дополнительно пострадали еще три банка, связанные договорными отношениями с первыми четырьмя. Возникает вопрос: может быть, у Вашингтона в экономической войне против России используется двойная бухгалтерия? Может быть, Обама и вашингтонские чиновники подписывают одни черные списки (для публичного пользования), а параллельно – другие, более широкие (для служебного пользования)? В практике экономических санкций Вашингтона против многих стран это встречается нередко. Публичные черные списки – инструмент информационной войны, а инструментом экономической войны являются секретные черные списки.

В-третьих, на примере начавшейся «карточной игры» Запада против России мы наглядно видим, что представляют собой некоторые компании, акционерами (владельцами, пайщиками) которых являются иностранные инвесторы. Visa и MasterCard – не только коммуникационные и технические системы, обеспечивающие проведение платежей с помощью пластиковых карт. Прежде всего, это международные компании, которые действуют в большинстве стран мира (их пластиковые карты используются в 200 странах). В начале нового века на долю Visa приходилось около 57 % платежных карт в мире, главный конкурент MasterCard имел примерно 26 %, третья система American Express чуть более 13 %. Крупнейшая в мире платежная система Visa принадлежит американской транснациональной корпорации Visa Inc. Это гигант американского бизнеса. Достаточно сказать, что с 20 сентября 2013 года цена ее акций участвует в расчете индекса Доу-Джонса. Во многих странах мира эта транснациональная компания действует напрямую, создавая на местах свои филиалы, которые подчиняются американской штаб-квартире и действуют согласно законам США.

В России американская ТНК Visa Inc. создала дочернюю компанию ООО «Платежная система „Виза“», которая является российским юридическим лицом. То есть, даже если 100 % ее капитала принадлежат иностранным юридическим и физическим лицам, данная компания обязана действовать исключительно в соответствии с законами и иными нормативными актами Российской Федерации. В случае с ООО «Платежная система „Виза“» мы видим грубое нарушение принципа национальной юрисдикции: российская «дочка» начинает исполнять указания администрации США…

ООО «Платежная система „Виза“» располагает уникальной информацией о многих операциях российских банков и граждан РФ, ценность которой в момент обострения международных отношений нельзя недооценивать. По команде из американской штаб-квартиры российская «дочка» может заблокировать операции с картами не одного или нескольких банков, а всей банковской системы Российской Федерации. Это будут уже не точечные уколы, а масштабная операция экономической войны с расчетом на дестабилизацию положения в России. Об этом немало говорилось во время обсуждения и принятия Государственной Думой РФ в 2011 году закона «О национальной платежной системе». Тогда большинство законодателей не прислушались к предупреждениям некоторых депутатов и представителей российского банковского сообщества и не поддержали проект создания в стране независимой платежной системы. Сейчас пришло время вернуться к этому вопросу.

* * *

Прецедент с картами Visa и MasterCard, показавший уязвимость платежной системы Российской Федерации, не может не стать моментом истины, обнажающим суть вопроса о том, что такое иностранный капитал в российской экономике. По данным Росстата, на конец 2011 года доля иностранных компаний (компаний, где нерезиденты являются мажоритарными акционерами) приходилось 27 % общего объема уставных капиталов всех компаний российской экономики. В то же время эта доля выше среднего показателя в таких секторах, как добыча полезных ископаемых (43,7 %), обрабатывающая промышленность (33,6 %), оптовая и розничная торговля (89,6 %). Доля иностранных компаний в оборотах (продажах) российской экономики еще больше. В конце 2011 года она составила 33,9 %. В отдельных секторах экономики этот показатель был выше среднего уровня: добыча полезных ископаемых (42,0 %); обрабатывающая промышленность (49,6 %); оптовая и розничная торговля (47,1 %). То есть в российской обрабатывающей промышленности половина объемов продаж приходится на компании, находящиеся под контролем иностранного капитала. А ведь в этом секторе есть отрасли и производства, имеющие прямое отношение к российскому оборонно-промышленному комплексу. Последние события с картами Visa и MasterCard – серьезное предупреждение на этот счет.

2014 год

Новая порция санкций против России

Вводя экономические санкции против России, США большое внимание уделяют санкциям против российских банков. Первой ласточкой стало решение включить в черные списки Вашингтона банк «Россия», хотя от этих действий США банк не пострадал. Более того, его прибыль за последние несколько месяцев увеличилась, несмотря на то, что банк «Россия» полностью свернул свои международные операции (по крайней мере, долларовые).

Действия против банка «России» – пример точечных санкций. Кроме того, Вашингтон угрожает России секторальными санкциями. Применительно к банкам это означает, что все российские банки подпали бы под ограничения, запреты и/или штрафные санкции. Однако пока секторальных санкций против российских банков Вашингтон не объявил. В российских СМИ даже появились успокаивающие публикации на этот счет. Однако, успокаиваться причин нет.

На прошлой неделе была выдана очередная порция точечных санкций, которые захватили два новых российских банка, причем гораздо более крупных, чем банк «Россия». Это Газпромбанк и ВЭБ. Оба – государственные банки. Санкции включают запреты осуществлять американским компаниям и банкам долгосрочное (свыше 90 дней) финансирование указанных российских банков; последним отказано в праве размещать новые выпуски своих акций на фондовом рынке США. Трудно сказать, насколько эти санкции окажутся чувствительными. Рейтинговое агентство Moody’s отметило, что санкции США будут иметь на ВЭБ и Газпромбанк ограниченное влияние ввиду высоких показателей ликвидности банков и умеренной потребности в рефинансировании на международных рынках. Есть, правда, оценки независимых экспертов, согласно которым принятое Вашингтоном решение отразится на рейтинговой оценке всего банковского сектора России. Руководители Газпромбанка и ВЭБа от публичных оценок последствий санкций воздержались.

Как заявил зампред комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, ВЭБ, имеющий статус государственной корпорации, «вообще не почувствует эффекта с точки зрения капитала», поскольку недавно было принято решение о конвертации в его капитал депозита Фонда национального благосостояния (ФНБ). «У него есть источники замещения внешнего фондирования», – отметил Анатолий Аксаков. В конце июня Газпромбанк привлек на внешних рынках 1 миллиард евро под 4 % годовых. Размещение прошло на Ирландской фондовой бирже, организаторами выступили Credit Suisse, Deutsche Bank, GPB-Financial Services и SG CIB. Газпромбанк чаще других российских компаний финансового сектора привлекал ликвидность за границей: у банка в настоящее время в обращении находятся 78 выпусков еврооблигаций, номинированных в долларах, швейцарских франках, евро, рублях и китайских юанях. Однако, несмотря на относительное благополучие двух банков в настоящее время, угрозы для них сохраняются. Тот же самый ФНБ, ставший подпорой для ВЭБа, частично размещен (через посредство Банка России) в казначейских бумагах США. А на этом направлении Вашингтон может нанести новый удар, заблокировав российский пакет бумаг. Закрытие американского рынка Газпромбанк перенесет, но вот закрытие европейского рынка, на чем настаивает Вашингтон, было бы для него критичным.

Для Вашингтона секторальные банковские санкции – некий жупел, используемый в информационной войне против России. Однако это не означает, что для российского банковского сектора нет со стороны США угроз. Угрозы есть, и они возрастают. Вашингтону сегодня уже не нужно громогласно объявлять о санкциях для того, чтобы наносить удары по российским банкам. Все банки РФ, осуществляющие операции в иностранной валюте (в первую очередь, в долларах), оказываются под дамокловым мечом запретов, арестов, штрафов, конфискаций, замораживаний, блокирований и т. п. Такие санкции можно назвать неформальными, и они намного опасней санкций формальных.

* * *

США на протяжении многих десятилетий создавали систему глобального управления банками и иными финансовыми организациями.

Наиболее важный элемент этой системы – доллар. Поскольку доллар обслуживает подавляющую часть всех международных расчетов, эти расчеты проходят через банковскую систему США, и Вашингтон имеет возможность при необходимости блокировать их.

Второй важный элемент системы – финансовый контроль со стороны Вашингтона над банковскими системами других стран. Схема контроля такова: Федеральная резервная система США (ФРС) осуществляет эмиссию долларов, первыми получателями которых являются банки Уолл-стрит (они же – главные акционеры ФРС). Банки Уолл-стрит размещают полученные деньги как внутри США, так и за рубежом. Размещение за рубежом – это предоставление кредитов нерезидентам, инвестиции в долговые бумаги нерезидентов, участие в капитале зарубежных компаний и банков. При необходимости наказать ту или иную страну, зарубежную компанию или банк сигнал поступает от высшей власти США через банки ФРС в те зарубежные компании и банки, которые находятся под финансовым контролем США. Их можно назвать финансовой «пятой колонной» Вашингтона, которая может наносить точечные удары по тем или иным компаниям в стране пребывания. Могут они организовать и дестабилизацию всей финансово-экономической сферы страны пребывания.

Третий важный элемент созданной Соединенными Штатами глобальной системы управления банками – идеологическое обоснование применения возможностей блокирования долларовых транзакций иностранных банков и финансовых организаций. Такое блокирование осуществляется под предлогом «защиты прав человека», «борьбы с международным терроризмом», «продвижения демократии» и т. п. Карательные действия в отношении других стран, зарубежных компаний и банков могут осуществляться в этих случаях без официального объявления санкций.

И вот на наших глазах выстраивается четвертый элемент системы, предполагающий прямой административный контроль со стороны Вашингтона. Речь идет о законе FATCA (ФАТКА), полное название которого – «Закон о налогообложении иностранных счетов» (принят в 2010 году). Закон обязывает банки и финансовые организации всех стран мира предоставлять информацию о тех своих клиентах, которые попадают в категорию «налогоплательщик США». Это закон экстерриториального действия, прямо посягающий на суверенитет других государств.

Случайно или нет, закон ФАТКА вступил в действие в полном объеме с 1 июля 2014 года. С этого момента все российские банки, работающие с долларами, оказались под дамокловым мечом финансовых властей США. При необходимости наказать любой российский банк совсем не трудно, поэтому сообщения Вашингтона о тех или иных российских банках, включенных в черные списки, служат, скорее, для создания шумового эффекта. Такие шумовые эффекты могут быть даже полезны российской стороне – они стимулируют назревшее реформирование финансово-банковской системы Российской Федерации. ФАТКА – гораздо более мощное оружие экономической войны против России, чем секторальные санкции. Если банк откажется от сотрудничества с налоговой службой США и не подпишет с ней соглашение о выполнении функций налогового агента, то любая транзакция такого банка, проходящая через банковскую систему США, будет подвергаться штрафным санкциям. Конкретно: 30 % суммы транзакции будет автоматически перечисляться в американский бюджет. Через некоторое время могут быть закрыты корсчета такого банка в США, то есть его операции будут полностью заблокированы. Отсутствие банка в системе ФАТКА фактически будет означать его превращение в изгоя банковского мира. Ему никто не рискнет предоставлять кредиты, а международные банковские консорциумы могут потребовать досрочного погашения обязательств такими банками по полученным ранее кредитам.

Российские банки загодя готовились к выполнению закона ФАТКА, но они надеялись, что взаимодействовать с налоговой службой США напрямую им не придется. Предполагалось, что Россия заключит двухстороннее соглашение с США по ФАТКА, согласно которому посредником между российскими банками и американской налоговой службой будет выступать налоговая служба РФ. Однако события на Украине все изменили. Вашингтон в одностороннем порядке прервал переговоры о таком российско-американском соглашении. Банки РФ оказались один на один с американской налоговой службой. Сбербанк к настоящему времени затратил уже несколько миллионов долларов на подготовку персонала для выполнения необходимых операций в связи с ФАТКА. Общие затраты на мероприятия подобного рода по банковской системе РФ оцениваются в десятки миллионов долларов. Однако ни продвинутое программное обеспечение, ни прекрасно обученный персонал не могут быть надежной гарантией и защитой от возможных санкций против банка по линии ФАТКА. Мы уже даже не говорим о том, что ФАТКА ставит под вопрос институт банковской тайны в России.

* * *

Вашингтон не составляет черных списков европейских банков, но это ничуть не мешает ему каждый год штрафовать банки Европы на миллиарды долларов за выполнение тех или иных операций в пользу стран-«изгоев». Начиная с 1 января 2009 года американские финансовые регуляторы штрафовали европейские банки 32 раза в общей сложности без малого на 25 миллиардов долларов. Так, в 2012 году один из старейших кредитных организаций Европы банк Standard Chartered выплатил федеральным властям США 327 миллионов долларов за нарушение американских санкций против Ирана, Ливии, Мьянмы и Судана в период с 2001 по 2007 годы плюс заплатил 340 миллионов долларов нью-йоркским регуляторам для снятия аналогичных обвинений. 30 июня 2014 года беспрецедентный штраф в 9 миллиардов долларов согласился выплатить властям США французский банк BNP Paribas, занимающий четвертое место по размеру активов в мире и второе место во Франции. Руководству банка вменяется помощь суданским, иранским и кубинским клиентам в проведении долларовых транзакций, которые были запрещены режимом санкций США. В ближайшие месяцы штрафным санкциям могут подвергнуться такие гиганты европейского банковского бизнеса, как немецкие Commerzbank и Deutsche Bank, французские Credit Agricole и Societe Generale, итальянский Unicredit и др. Основания те же – нарушение санкций, сотрудничество с банками стран-«изгоев». Подчеркнем: некоторые страны имеют статус «изгоев» только с точки зрения законов США, устанавливающих односторонние санкции. С точки зрения международного права они никакие не «изгои» – решений Совета Безопасности ООН на этот счет нет. Однако в западном банковском мире жизнь уже давно организована не на основе международного права, а на основе неких «понятий». Ввиду гегемонии доллара европейским банкам приходится соглашаться на штрафы, выставляемые Вашингтоном, чтобы не понести еще бóльшие убытки: ведь США могут запретить им проводить сделки в долларах и конфисковать их активы в Америке (на это имеет право президент США). Такие наказания предусматривает «Акт о международных чрезвычайных экономических полномочиях», принятый США в 1977 году.

Скорее всего, США не будут официально вводить полномасштабные секторальные санкции против российских банков. Вместо этого Вашингтон будет оказывать все большее давление на европейские банки, требуя от них ограничения или прекращения сотрудничества с российскими банками и компаниями. Случай с BNP Paribas показал, насколько европейские банки послушны Вашингтону. Кроме того, используя вступивший в полную силу 1 июля 2014 года Закон о налогообложении иностранных счетов (FATCA), Вашингтон может «карать» любой российский банк, осуществляющий международные расчеты. Даже если бы не было событий на Украине, российский банковский сектор все равно оказался бы под дамокловым мечом неформальных санкций США. Здесь не должно быть никаких иллюзий.

2014 год

Торговая война с Россией

Проблема инициированной Вашингтоном торгово-экономической войны между Западом и Россией в последние дни обострилась. Самостоятельно вести торгово-экономическую войну против РФ Соединенные Штаты не могут: масштабы российско-американской торговли весьма скромны. В 2013 году импорт США из России составил 11,2 миллиарда долларов, экспорт из США в Россию – 16,5 миллиардов долларов. Соответственно, доля США в экспорте России в прошлом году составляла 2,5 %, а в импорте – 6,0 %. США по состоянию на 2013 год в списке торговых партнеров РФ занимали лишь 20-е место.

Зато доля стран Европейского союза, объединяющего 28 государств, в прошлом году достигла 50 % российского внешнеторгового оборота. То есть без европейских союзников развязать экономическую войну против России Вашингтон не в состоянии. Следовательно, основная тяжесть войны, как всегда, ляжет не на Новый, а на Старый Свет. Американцам это знакомо. Европейцам тоже. Чтобы лучше понимать, как могут чувствовать и вести себя в условиях экономической войны торговые партнеры России в Европе, воспользуемся не российской, а европейской статистикой.

Сначала приведем сведения общего характера об участии ЕС в международной торговле. В 2012 году товарооборот ЕС с внешним миром составил 3479 миллиардов евро, в том числе на экспорт пришлось 1683 миллиарда евро, импорт – 1796 миллиардов евро.

Таким образом, баланс международной торговли ЕС был сведен с дефицитом, равным 113 миллиардов евро. Крупнейшими партнерами ЕС были США, Китай, Россия, Швейцария, Норвегия. Традиционно, по крайней мере, с начала XXI века, Европа имела положительное сальдо в торговле с Соединенными Штатами и Швейцарией, а отрицательное – в торговле с Китаем, Россией, Норвегией. Импорт из Китая – разнообразная промышленная продукция, импорт из России и Норвегии – в первую очередь энергоносители.

Доля России в экспорте ЕС в 2012 году была равна 7,3 %, а в импорте – 12,0 %. Для сравнения: доля США в экспорте ЕС в том же году составила 17,4 %, а в импорте – 11,5 %. Более половины всего импорта из России в 2013 году приходилось на четыре страны – Германию, Нидерланды, Италию, Польшу. Интересно, что именно эти же четыре страны оказываются основными экспортерами Европейского союза в Россию (доля этих стран в экспорте ЕС в РФ составила также больше половины). Можно предполагать, что именно эти четыре страны подвергались, и будут далее подвергаться наибольшему прессингу со стороны Вашингтона в плане введения европейских санкций против России.

Доля некоторых стран в торговле ЕС с Россией крайне невелика. Это не только экзотические страны вроде Люксембурга, доли которых просто микроскопичны. Некоторые достаточно крупные страны Евросоюза также имеют низкий уровень торговли с Россией. Так, доля Португалии в импорте стран ЕС из России в 2013 г. году составила 0,5 %, а в экспорте – 0,2 %. Казалось бы, для всех европейских стран, доля которых в торговле ЕС с Россией является незначительной, вопросы экономических санкций против России не являются актуальными. Однако это не совсем так. Пускай, доля некоторых стран в торговле ЕС с Россией крайне невелика, но санкции могут ударить по таким странам бумерангом. Речь идет о малых странах Европейского союза, для которых Россия оказывается одним из основных торговых партнеров. К таковым, в частности, относятся прибалтийские государства и некоторые государства, некогда входившие в социалистический лагерь. В торговой войне страны-члены ЕС оказываются в очень разном положении, внутри Евросоюза возникает сильно выраженная асимметрия: удар по России должны нанести крупнейшие ее торговые партнеры (Германия, Нидерланды, Италия, Польша), а наибольший ущерб от ответного удара со стороны России понесут другие страны-члены ЕС.

* * *

Говоря о начавшейся экономической войне Запада против России, мы обратили внимание на то, что на европейском «фронте» этой войны, внутри Европейского союза, неизбежно возникают новые диспропорции, которые ведут к существенной асимметрии. Только внешнеторговые «тяжеловесы» в лице небольшой группы европейских стран могут нанести ощутимый ущерб России. Костяк этой группы – Германия, Нидерланды, Польша, Италия. А вот от ответных ударов со стороны России наибольшие потери понесут и уже начинают нести другие страны-члены Евросоюза. Таких, максимально зависимых от торговли с Россией, стран насчитывается семь. Сегодня СМИ много пишут о тяжелых последствиях торговой войны для Латвии, в связи с объявленным Россией запретом на ввоз сельскохозяйственной продукции из этой страны. Однако, зависимость Литвы и Эстонии от торговли с Россией еще больше, чем у Латвии. Следовательно, российские встречные санкции могут нанести еще больший ущерб экономикам этих прибалтийских государств. Для остальных четырех стран (Венгрия, Финляндия, Польша, Словакия) Россия остается главным внешнеторговым партнером еще со времен Советского Союза.

Эту картину надо дополнять другими показателями. Например, показателями инвестиционного обмена. Следует также учитывать то, что для целого ряда стран ЕС велика зависимость от поставок энергоносителей из России. По данным Евростата, доля российских поставок газа в энергобалансе Евросоюза составляет 30 %. Финляндия зависит от поставок природного газа из России на 100 %, Болгария – на 85 %, Чехия – на 80 %, Словакия – на 63 %, Греция – на 55 %, Польша – на 54 %, Австрия – на 52 %, Венгрия – на 49 %, Бельгия – на 43 %, Германия – на 40 %. В списке наиболее энергозависимых от России стран Европейского союза оказываются, таким образом, некоторые европейские государства, для которых Россия формально не является главным торговым партнером.

Нет никакого сомнения, что США пытаются подключить к экономической войне с Россией все страны Европейского союза, независимо от объемов их торговли с РФ. В войне лишних штыков не бывает. Для того, чтобы сделать европейские страны такими «штыками», Вашингтон использует и кнут, и пряник. Например, ЕС постоянно имеет положительное сальдо в торговле с США, и это есть тот пряник, который Брюссель получает в обмен на свою лояльность Вашингтону. Положительное сальдо в торговле Европы с США, между прочим, почти точно равно отрицательному сальдо в торговле Европы с Россией.

Брюссель прекрасно понимает, что если он не подключится к антироссийским санкциям США, его положительное сальдо трансатлантической торговли начнет таять. Вашингтон начнет отбирать «пряник» в виде положительного сальдо. А если Брюссель подключится к этим санкциям, то это еще не означает, что отрицательное сальдо в торговле с РФ снизится. Европейцы боятся, что оно, наоборот, вырастет. Сценарий развития торговой войны прост. Москва перекроет им экспортные поставки на свой рынок различных товаров (которые она сможет купить в Китае и других странах мира). А вот Европа снизить свой импорт, состоящий из энергоносителей, не сможет. По крайней мере, быстро. Так что Брюсселю приходится постоянно считать, что выгоднее: подключаться к санкциям Вашингтона или противодействовать им до конца.

* * *

Какие из всего этого следуют выводы?

Сначала отметим те страны, которые имеют низкую значимость для США, для России и для США и России одновременно. Будем считать, что в том случае, если место России и США в экспорте и/или импорте страны-члена ЕС ниже пятого, то для такой страны значимость экспорта и/или импорта низкая. Получаем следующее.

Списки стран по экспортной значимости России и США (значимости России и США как рынков сбыта):

1. Страны-члены ЕС, для которых экспорт в Россию имеет низкую значимость: Бельгия, Великобритания, Греция, Дания, Ирландия, Испания, Кипр, Мальта, Португалия. Всего 9 стран.

2. Страны-члены ЕС, для которых экспорт в США имеет низкую значимость: Болгария, Латвия, Литва, Мальта, Словения. Всего 5 стран.

3. Страны-члены ЕС, для которых экспорт в США и в Россию имеет одинаково низкую значимость. Среди 28 государств-членов ЕС обнаружена лишь одна страна подобного рода – Мальта.

4. Страны-члены ЕС, для которых экспорт в США имеет большую значимость, чем экспорт в Россию: Австрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Греция, Дания, Ирландия, Испания, Италия, Кипр, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Франция, Швеция. Всего 15 стран.

5. Страны-члены ЕС, для которых экспорт в Россию имеет большую значимость, чем экспорт в США: Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Словения, Финляндия, Хорватия, Чехия, Эстония. Всего 12 стран.

Списки стран по импортной значимости России и США (значимости России и США как поставщиков товаров).

1. Страны-члены ЕС, для которых импорт из России имеет низкую значимость: Австрия, Великобритания, Ирландия, Кипр, Люксембург, Португалия. Всего 6 стран.

2. Страны-члены ЕС, для которых импорт из США имеет низкую значимость: Болгария, Греция, Латвия, Литва, Португалия, Румыния, Словакия, Хорватия, Эстония. Всего 9 стран.

3. Страны-члены ЕС, для которых импорт из США и России имеет одинаково низкую значимость. Среди 28 государств-членов ЕС обнаружена лишь одна страна подобного рода – Португалия.

4. Страны-члены ЕС, для которых импорт из США имеет большую значимость, чем импорт из России: Австрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Дания, Ирландия, Испания, Кипр, Люксембург, Нидерланды, Словения, Франция. Всего 12 стран.

5. Страны-члены ЕС, для которых импорт из России имеет большую значимость, чем импорт из США: Болгария, Венгрия, Греция, Италия, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Румыния, Словакия, Финляндия, Хорватия, Чехия, Швеция, Эстония. Всего 15 стран.

Теперь сравним списки стран по экспортной значимости и списки стран по импортной значимости США и России. Выясняется интересная закономерность: если США доминируют в экспорте европейской страны, так они доминируют и в ее импорте. И точно так же: если Россия доминирует в экспорте, то она доминирует и в импорте. Лишь в небольшой группе европейских стран имеет место смешанная позиция США и России (доминирование только по экспорту или только по импорту).

Сопротивление введению Брюсселем санкций против России будет возникать неизбежно. И прежде всего оно будет возникать в тех странах, где Россия относительно доминирует во внешней торговле по сравнению с Соединенными Штатами (таких стран в Евросоюзе 12). В то же время политическое доминирование Вашингтона в некоторых из этих стран будет обострять ситуацию. Например, опросы общественного мнения в Литве, Латвии и Эстонии показывают, что подавляющее большинство респондентов выступает против участия их стран в санкциях, а после того, как Брюссель начал присоединяться к санкциям США, стал увеличиваться процент респондентов, выступающих за выход этих прибалтийских стран из Европейского союза.

2014 год

Асимметричные ответы России

Экономические санкции Запада против России – это часть более обширного явления, а именно экономической войны. Одним из ударов такой войны стало, например, решение Гаагского суда о том, что Российская Федерация должна выплатить бывшим иностранным инвесторам нефтяной компании ЮКОС компенсацию в размере 50 миллиардов долларов. Эта «мина замедленного действия» была готова еще несколько лет назад, но взорвали ее именно сегодня. Можно не сомневаться, что в самое ближайшее время Вашингтон, опираясь на закон FATCA (закон о налогообложении иностранных счетов), начнет бить по российским банкам, вменяя им в вину «пособничество» американским юридическим и физическим лицам, уклоняющимся от налогов. Наказанием в данном случае может стать, например, штраф в виде автоматического списания 30 % сумм финансовых транзакций, проходящих через банковскую систему США. Ради победы в экономической войне против России Америка может начать также свертывание программы «количественных смягчений»: это немедленно приведет к тому, что иностранные инвесторы рванутся из России за океан, обвалив российский фондовый рынок. Возможны и попытки Вашингтона, действуя при помощи ведущих банков Федерального резерва, хотя бы на короткое время обвалить рынок нефти и создать ту ситуацию, в которой в 1986 году оказался Советский Союз (резкое сокращение экспортной валютной выручки). Список методов и средств ведения экономической войны у Вашингтона обширен, а многие из них были апробированы еще во времена холодной войны против СССР.

Российский ответ на санкции Запада рассматривают обычно в плоскости встречных санкций, как, например, с запретом на ввоз сельскохозяйственных и продовольственных товаров. Эта симметричная мера (контрсанкции в ответ на санкции), несомненно, дала результат, но в сложившейся обстановке она может оказаться недостаточной. Ситуация такова, что действовать придется нестандартно, используя лучший отечественный и зарубежный опыт ведения экономических войн, избирая асимметричный ответ, который позволяет добиваться полной победы. В данной статье рассматриваются два возможных асимметричных ответа России на санкционную политику Запада.

* * *

Оценки того, какие ущербы понесли и еще понесут западные фермеры и переработчики аграрной продукции после ответных санкций Москвы, различны. Фигурируют цифры, начиная от 5 миллиардов евро, есть оценки в 10 и даже 20 миллиардов евро. Однако вопрос сейчас не в конкретных цифрах. Вопрос в том, что сегодняшний ущерб зарубежных товаропроизводителей – это фактически тот ущерб, которого в результате своевременно принятых мер удалось избежать российским товаропроизводителям. Это тот самый ущерб, который возник у российских аграриев после присоединения России к ВТО два года назад, когда иностранцам была отдана значительная часть российского рынка. Сегодня справедливость восторжествовала, но фермер опасается, что это не навсегда, поэтому и инвестиции в расширение производства делать не спешит. Наращивание производства идет в основном за счет незагруженных мощностей. А это обычно лишь 10–20 %.

Напрашиваются более радикальные решения. На заседании Госсовета РФ 18 сентября президент Владимир Путин затронул вопрос о деятельности ВТО. Он назвал западные санкции против России нарушением базовых принципов Всемирной торговой организации. «Введенные против России ограничения представляют собой не что иное, как отказ от базовых принципов ВТО нашими партнерами, – сказал Путин. – Нарушается принцип равенства условий доступа стран к рынкам, игнорируется режим наибольшего благоприятствования в торговле, игнорируется принцип справедливой и свободной конкуренции». Президент подчеркнул, что делается все это без какого-либо соблюдения норм ВТО. Фактически, сказал Путин, группа западных стран позволила себе в одностороннем порядке «зачеркнуть» ряд принципов и правил ВТО для России, которая, напомнил российский президент, входит в число шести крупнейших экономик мира. Продолжим эту мысль.

Поведение некоторых членов ВТО находится в вопиющем противоречии с нормами не только данной организации, но и всего международного права. Односторонние санкции США и Великобритании нелегитимны, они не получили одобрения Совета Безопасности ООН. По данным ООН, в начале XXI века эти две страны применяли те или иные односторонние экономические санкции против стран, в которых проживало 52 % населения планеты. Почему ВТО закрывает глаза на то, что никакой свободы торговли в мире нет и в помине? Почему в ВТО ни разу не поднимался вопрос о наказании США и Великобритании? Между тем в ВТО имеются различные формы штрафных санкций. Полагаю, что Россия, как полноправный член ВТО, имеет право и должна поставить вопрос об исключении указанных двух нарушителей из состава организации. И в этом случае она могла бы продолжать оставаться в рядах ВТО. А если это не удастся, то просто покинуть ряды ВТО. Говорят, что процедура выхода из ВТО сложна, что, мол, придется выплачивать астрономические суммы компенсаций и штрафов. Спрашивается, с какой стати Россия будет выполнять сложные правила выхода, если организация живет не по законам, а «по понятиям»? Либо все выполняют нормы ВТО и международного права, либо Россия свободна от обязательств. И если Россия выйдет из ВТО, российский товаропроизводитель, вздохнув полной грудью, сможет дать достойный ответ инициаторам экономической войны. Говорят, что прецедентов выхода из ВТО еще не было. Почему бы не создать прецедент, которым, судя по некоторым признакам, готовы воспользоваться и другие члены этой организации? Тем более, что это не будет выход в никуда. Имеются реальные альтернативы, в том числе Таможенный союз (ТС). Не исключено, кстати, что таким шагом Россия предупредит вступление в ВТО своих партнеров по ТС Белоруссии и Казахстана.

* * *

Финансовая ситуация сегодня в России непростая. Снижение курса российской денежной единицы сигнализирует о повышенном спросе на иностранную валюту на внутреннем рынке. А спрос этот порождается общемировой ситуацией. В частности, инвесторы в ожидании сворачивания программы «количественных смягчений» в Америке и ожидаемого повышения процентных ставок на рынке США «пакуют чемоданы» и меняют рубли на валюту. Многие российские банки и компании в результате экономических санкций лишились возможности рефинансирования своих долгов за счет получения новых займов и кредитов (им разрешено пользоваться лишь совсем «короткими» кредитами на мировом рынке). Как и во время последнего финансового кризиса, возник риск банкротств российских банков и компаний или их перехода под контроль иностранных инвесторов и кредиторов. Пять лет назад этого удалось избежать, потому что государство пришло на помощь, был «распечатан» Стабилизационный фонд, из которого российские предприниматели получали жизненно необходимую валюту и сумели выжить.

Однако сегодня ситуация отличается от той, которая была в 2008–2009 годах. Во второй половине прошлого десятилетия наблюдалась интересная картина: сумма российских международных валютных резервов почти точно совпадала с величиной внешнего долга РФ. Не думаю, что это была случайность. Это было своеобразное планирование, которое предусматривало 100 %-ое покрытие внешних обязательств России ее валютными резервами. Нет сомнений, что этим планированием занимались не денежные власти России, а зарубежные кредиторы. В последние годы внешний долг стал обгонять размеры валютного резерва РФ. Так, в середине 2014 года внешний совокупный (государственный и частный) долг Российской Федерации достиг величины 721 миллиард долларов, а величина международных резервов составила 467 миллиардов долларов, в том числе валютная часть (без золота) – 423 миллиарда долларов. Получается, что степень покрытия российского внешнего долга валютными резервами составила лишь 58,7 %. Для должника это некомфортная ситуация. А вот для кредиторов она очень перспективна. Можно брать должника голыми руками. Если его давить до конца, он отбиться не сможет. Резервного фонда и Фонда национального благосостояния может не хватить на погашение внешних обязательств. Полагаю, именно здесь следует ожидать удара в экономической войне Запада против России.

Действовать в этой ситуации надо быстро, с опережением, нестандартно. А именно: объявить дефолт по внешним обязательствам, не дожидаясь, пока западные кредиторы начнут «потрошить» российские компании и банки. Каждый дефолт по-своему уникален. И этот тоже будет уникальным. Он будет объявлен не из-за неспособности погашать свои обязательства, а по причине того, что Запад своими санкциями ставит Россию в заведомо невыгодное финансово-экономическое положение. Здесь та же ситуация, что и с членством в ВТО: с какой стати Россия должна выполнять условия юридических документов (соглашений по кредитам и займам), если с нами поступают грубо, игнорируя основополагающие принципы международного права? Без малого сто лет назад Советское правительство объявило, что отказывается платить по довоенным долгам царского правительства и военным кредитам царского и временного правительств (всего на сумму около 18 миллиардов золотых рублей). Между прочим, для такого шага были весьма веские основания юридического свойства. Это был превентивный дефолт, хотя такого понятия еще не существовало. Думаю, нам еще не раз придется вспоминать опыт Советской России, против которой Запад вел почти непрерывную экономическую войну.

Следующим шагом после объявления дефолта может быть постановка Западу условия: обсуждение вопроса российских внешних долгов может начаться лишь после полной отмены экономических санкций против РФ. А если это условие будет выполнено, могут быть предъявлены требования возмещения ущербов, которые Россия понесла в результате санкций. Опять напомню историю: в 1922 году на международной конференции в Генуе Запад «выкатил» Советской России требования по внешним долгам на 18 миллиардов золотых рублей, а Москва ответила встречными требованиями Западу на 39 миллиардов золотых рублей. Это были ущербы и упущенные выгоды, которые Россия понесла в результате интервенции «союзников» и организованной ими экономической блокады.

Если же партнеры России готовы будут и дальше с нами сотрудничать, мы, пожалуй, предложим им провести реструктуризацию нашего внешнего долга с учетом тех «неприятностей», которые они доставили нам введением своих экономических санкций.

Можно предложить и другие асимметричные ответы, но, пожалуй, самым эффективным из них будет импортозамещение, о котором говорил президент Владимир Путин на заседании Государственного совета 18 сентября. Если говорить в других терминах, речь идет об индустриализации. И тут России есть чему поучиться у самой себя. За десять лет (1929–1939 годы) в ходе индустриализации в СССР было построено почти 10 тысяч предприятий. Страна получила мощную, самостоятельную экономику, благодаря которой она вышла победителем из Второй мировой войны.

2014 год

«Запас прочности» Украины

О платежном балансе Украины во времяи после майдана

Рассмотрим, что происходит в экономике Украины, опираясь на цифры ее платежного баланса. Пока полного баланса за 2013 год Национальный банк Украины (НБУ) не опубликовал. Имеются данные за три квартала 2013 года. Итоговое сальдо платежного баланса за три квартала 2013 года составило минус 2,5 миллиарда долларов. Отрицательное сальдо любого платежного баланса закрывается с помощью золотовалютных резервов. Украина также его закрывала с помощью валюты и золота. Резервы НБУ «таяли» на глазах. Согласно заявлениям нынешнего «временного правительства», сегодня они составляют лишь 15 миллиардов долларов (данные на середину февраля).

Надолго ли хватит этих резервов? Ответ получаем путем деления нынешнего объема золотовалютных резервов Украины на отрицательное сальдо платежного баланса в 2013 году (моя оценка):

15,0: 3,3 = 4,5 года.

Однако самое интересное на Украине началось в 4 квартале 2013 года, по которому данных нет: тогда пошла «раскачка» страны перед саммитом в Вильнюсе, где планировалось «присоединить» Украину к ЕС на правах «ассоциированного члена». Поэтому вряд ли моя оценка годовых значений платежного баланса Украины отражает реальное положение дел. По данным НБУ, на конец 3 квартала 2013 года золотовалютные резервы Украины были равны 21,6 миллиардов долларов, а на 1 января 2014 года они упали до 18,0 миллиардов долларов. Получается, что за последний квартал прошлого года было истрачено 3,6 миллиардов долларов резервов. На начало прошлого года резервы были равны 24,5 миллиардов долларов. Следовательно, Украина за год потеряла 6,5 миллиардов долларов золотовалютных резервов. То есть, отрицательное сальдо платежного баланса Украины оказалось равным 6,5 миллиардов долларов. Еще раз пересчитаем нынешние золотовалютные запасы Украины с учетом этой цифры, то получим:

15,0: 6,5 = 2,3 года

Однако и эта оценка «валютного запаса прочности» Украины не вполне корректна. В последнем квартале образовались новые тенденции, связанные с майданом, и они могут действовать на протяжении всего 2014 года. Тогда отрицательное сальдо платежного баланса Украины в расчете на весь нынешний год составит:

3,6 × 4 = 14,4 миллиардов долларов

Исходя из последних опубликованных данных Национального банка, золотовалютных резервов Украине может хватить примерно на 1 год той жизни, какой страна начала жить с прошлого декабря. Однако после февральского переворота картина платежного баланса Украины не могла не измениться кардинально в худшую сторону. Рассмотрим ситуацию.

Внешняя торговля товарами и услугами. Отрицательное сальдо по этой позиции вырастет даже не на проценты, а в разы, так как от импорта российского газа Украина отказаться не сможет. А это в расчете на 1 месяц валютные расходы, равные почти 1 миллиарду долларов. А вот украинский экспорт в Россию, которая является основным внешним рынком сбыта, снизится в разы. 25 % экспорта товаров и услуг Украины в 2012 году приходилось на Российскую Федерацию. В абсолютном выражении это больше 20 миллиардов долларов в год. Даже если взять консервативную оценку и «уполовинить» цифру украинского экспорта в Россию, то дыра в платежном балансе Украины составит 10 миллиардов долларов. А. Яценюк на днях заявил, что Европа «облегчит» доступ украинских товаров на свои рынки, в результате чего экспорт Украины в западном направлении возрастет на 400 миллионов долларов в год. Ради этой символической суммы Украине предлагается пойти на добровольный отказ от валютной выручки на многие миллиарды.

1. Сальдо движения инвестиционных доходов. Отток валюты из страны в виде процентов по кредитам, займам, ссудам, а также в виде дивидендов, роялти и других видов доходов от иностранных инвестиций неизбежно возрастет. Суверенный долг Украины округленно составляет сегодня 60 миллиардов долларов. Хотя лишь половина этого долга является внешним долгом, но надо иметь в виду, что примерно половина внутреннего долга также номинирована в иностранной валюте. Если предположить, что 45 миллиардов долларов долга должны обслуживаться валютой, а годовая ставка равна 10 %, то получается 4,5 миллиарда долларов. Однако государственный внешний долг – лишь верхняя часть айсберга. Общая сумма внешнего долга Украины превысила 140 миллиардов долларов (данные Минфина Украины). Чтобы обслуживать такой долг, исходя из ставки 10 %, необходима валюта на сумму 14 миллиардов долларов в расчете на год. При этом можно ожидать, что иностранные инвесторы в условиях нестабильности откажутся от реинвестирования доходов в украинскую экономику (или присоединения процентов к сумме основного долга) и будут стремиться вывести все инвестиционные доходы за пределы страны.

2. Сальдо движения трудовых доходов. Речь идет о доходах украинских гастарбайтеров за границей, переводимых на родину. Это важная статья, которая на протяжении последних лет помогала стабилизировать платежный баланс Украины. На 70 % это поступления от украинских граждан, работающих на территории Российской Федерации. Поступления шли как в рублях РФ, так и в резервных валютах (доллары, евро). Обострение отношений России с установившимся на Украине незаконным режимом может привести к ограничениям на перемещение граждан двух стран через государственную границу. Это неизбежно уменьшит положительное сальдо по данной позиции (а при неблагоприятном сценарии развития событий сальдо даже окажется нулевым).

3. Сальдо движения капитала. До недавнего времени правительству Украины удавалось затыкать дыры в платежном балансе и бюджете за счет привлечения иностранного капитала. Это были в основном «короткие» деньги, с помощью которых отчасти закрывался дефицит торговых операций, и происходила оплата очередных процентных платежей и других инвестиционных доходов нерезидентов. Сегодня привлечь новые займы, кредиты, портфельные и прямые инвестиции на Украину крайне сложно. Несмотря на всяческую политическую поддержку Западом «временного правительства» в Киеве, иностранные инвесторы рисковать не желают. Рейтинговые агентства оценивают ситуацию как преддефолтную. Что касается ожидаемого кредита Международного валютного фонда на сумму 15 миллиардов долларов, то нынешний режим выдает желаемое за действительное. Да, действительно, группа экспертов МВФ прибыла в Киев для «подготовки вопроса». Однако приехали-то они не для того, чтобы что-то дать, а для того, чтобы обеспечить погашение обязательств Украины перед Фондом (в 2014 году Киев должен вернуть Фонду более 3 миллиардов долларов). Слишком много сегодня претендентов на остатки недоеденного украинского пирога. МВФ, как и другие кредиторы, опасается, что ему ничего не достанется. Обещание Европейского союза дать Украине 15 миллиардов евро выглядит смехотворно. Это уши дохлого осла! ЕС сам сидит в долговой яме, так что никто ничего Украине давать не собирается. Более того, иностранные инвесторы уже сейчас хотят побыстрее вывести из страны не только причитающиеся им доходы, но и сами активы. А к ним могут присоединиться и украинские олигархи. Начнется бегство капитала. Поэтому я не удивлюсь, если позиция «сальдо движения капитала» вообще в конце 2014 года окажется со знаком минус. Напомню, что на начало 2013 года, по данным НБУ, накопленные иностранные инвестиции в украинской экономике составили 210,5 миллиардов долларов. В том числе (миллиарды долларов): прямые – 75,7; портфельные – 32,6; прочие – 102,2. Даже если за пределы Украины будет выведено 10 % активов, принадлежащих иностранному капиталу, то в абсолютном выражении это составит 21миллиард долларов.

* * *

Расчеты показывают, что Украина может просуществовать лишь один квартал. Если отсчитывать от 1 февраля 2014 года, когда Украина полностью «проглотила» российский заем на 3 миллиарда долларов, то к 1 мая украинской экономики не будет. Останется территория, испытывающая острую нехватку электричества, газа, продовольствия, на которой не будет ни действующих предприятий, ни транспорта, ни даже государственных учреждений. А что там будет, пусть обсуждают политологи, социологи и военные…

2014 год

Поможет ли Украине МВФ?

Недавно сообщалось, что между МВФ и Украиной должны начаться переговоры о предоставлении последней части нового кредита. Украина, которой необходимо выплатить международным кредиторам в этом году 6 миллиардов долларов, попросила МВФ о помощи в размере не менее 15 миллиардов долларов. В Киеве выразили надежду, что получить эту помощь удастся уже в апреле. Однако никаких переговоров пока не начинается (речь идет лишь о группе экспертов МВФ, прибывающих в Киев в первых числах марта) и ни о каких конкретных сроках предоставления займа говорить нельзя.

Украина стала членом МВФ в 1992 году. В настоящее время квота Украины в Фонде составляет 1,37 миллиарда СДР (Special Drawing Rights – Специальные права заимствования – специальная безналичная денежная единица, выпускаемая Международным валютным фондом). С 1994 года сотрудничество Украины с МВФ было активизировано по таким программам, как STF, Stand-by и Механизм расширенного финансирования (EFF), средства по ним направляются в основном на финансирование дефицитов платежного и торгового балансов страны. Важным направлением использования кредитов и займов МВФ стало также формирование валютных резервов. Всего за 20 лет общения Украины с МВФ она получила от него средств на сумму 12.259.827.50 °CДР. Округленно – 12,26 миллиарда СДР. По состоянию на 1 марта 2014 года курс СДР был таков: 1 СДР = 1,5414 долларов США. Таким образом, Украина за два десятилетия по сегодняшнему курсу получила 18,9 миллиарда долларов.

Из двадцати лет «сотрудничества» Украины с Фондом, 9 лет перечисления средств займов МВФ вообще не происходили. Это периоды 2002–2007 годов и 2011–2013 годов. Более ¾ всех средств займов Фонда были перечислены в течение трехлетнего периода 2008–2010 годов (9,25 миллиардов СДР), когда во главе правительства Украины находились Ю. Тимошенко и Н. Азаров. За последующие три года (2011–2013 годы) Украина вернула 5,89 миллиардов СДР, что составило 63,7 % полученных средств. Непогашенная сумма долга по антикризисным займам 2008–2010 гоов на 31 декабря 2013 года составила 3,36 миллиарда СДР. А с учетом процентов общая задолженность Украины перед Фондом на 31 декабря 2013 года определялась в 4,73 миллиарда СДР, или, в пересчете по нынешнему курсу, 7,29 миллиардов долларов.

За два десятилетия «сотрудничества» с МВФ Украина выплатила в виде процентов по займам сумму, составляющую по нынешнему курсу 2,29 миллиарда долларов. Объем выплаченных процентов по отношению к сумме полученных за 20 лет займов достиг 12,1 %. Это намного больше, чем проценты по кредитам частных банков. То есть МВФ в отношениях с Украиной выступает в роли классического ростовщика! Есть серьезное сомнение в том, что займы МВФ выгодны даже с чисто экономической точки зрения (не говоря уже об их жестких политических условиях) по сравнению с другими потенциальными источниками внешних заимствований.

* * *

Долговое положение Украины достаточно запутанное. У нее есть государственный и негосударственный долг, долг внешний и внутренний, долг, номинированный в национальной валюте (гривнах), и номинированный в валюте иностранной (долларах, евро, СДР, рублях и т. д.). Наконец, кроме долгов, возникающих в результате получения займов и кредитов, имеются еще долги, вызванные неплатежами Украины по импортным контрактам. Когда начинаешь во всем этом разбираться, оказывается, что цифры отдельных видов долгов, фигурирующие в СМИ, занижены. Например, многие СМИ называют цифру государственного долга Украины на 31 декабря 2013 года в 60,05 миллиардов долларов. Это государственный внутренний долг (32,15 миллиардов долларов) и государственный внешний долг (27,9 миллиардов долларов). Однако, это заниженная оценка, ибо она не отражает обязательств государства, возникающих в результате гарантирования им кредитов и займов разными организациями Украины. Если включить гарантийные обязательства, то совокупный государственный долг Украины составит 73,08 миллиарда долларов.

На такую категорию держателей государственного долга Украины, как международные финансовые институты и иностранные коммерческие банки приходится, в общей сложности, лишь 1/5 всего совокупного государственного долга Украины. Основными категориями держателей государственного долга Украины являются украинские юридические лица, а также держатели, которые проходят по графе «прочие государственные долги». На 31 декабря 2013 года на первых приходилось 47 % совокупного государственного долга Украины, а на вторых – 26,4 %. Скорее всего, под «прочими государственными долгами» Минфин Украины понимает задолженность по импортным контрактам. Можно предположить, что на сегодняшний день крупными держателями государственного долга Украины являются российские компании и организации. Ведь Россия продолжает оставаться крупнейшим торговым партнером Украины.

В 2014 году Украина должна вернуть МВФ 2,42 миллиарда СДР (3,7 миллиардов долларов), в 2015 – 977 миллионов СДР (около 1,5 миллиарда долларов). На этом расчеты должны завершиться. Задолженность Украины перед Международным валютным фондом к сентябрю должна сократиться до уровня ее квоты в МВФ. Об этом говорится в итоговом отчете Международного валютного фонда за 2013 год. Долг Украины перед Фондом в конце 2013 года был равен 345 % ее квоты в Фонде (1,37 миллиарда СДР). «Согласно условиям займа непогашенная задолженность Украины перед фондом снизится ниже 200 % от квоты к февралю 2014 года, ниже 100 % – к сентябрю 2014 года», – отмечается в отчете. МВФ явно стремится вернуться к этой 100 %-й отметке, поскольку здесь он уже имеет «железобетонную» защиту от суверенного дефолта Украины в виде квоты.

Международный валютный фонд должен оценить финансовую и экономическую ситуации на Украине, в том числе понять, каковы общие обязательства государства и других секторов экономики по погашению и обслуживанию долгов в текущем году, и в более отдаленной перспективе. Складывается впечатление, что эксперты прибывают в Киев не для выяснения возможности предоставления Украине нового кредита, а для оценки того, как быстро МВФ сможет получить в 2014 году причитающиеся ему от этого должника деньги.

Страна находится в одном шаге от дефолта. Долговая ситуация Украины критическая, по какому бы критерию ее ни оценивать… В экономике Украины есть внутренние и внешние долги. Но внутренние долги, как в любой экономически отсталой стране, всегда являются долгами «второго сорта». Их принято погашать по остаточному принципу, когда остаются средства от погашения внешнего долга. Никто сегодня толком не знает, каковы, например, суммы непогашенных обязательств частного сектора экономики перед работниками по заработным платам. Существенно лучше обстоит дело с учетом внешних долгов Украины. За прошедший год объем только внешнего долга прирос на 20,2 %. На 31 декабря 2013 года все виды внешних долгов Украины составили 140 миллиардов долларов. Это много по любым критериям (80 % ВВП страны). Для стран экономически отсталых это считается крайне критическим уровнем. Примерно 65 миллиардов долларов внешних долгов относятся к категории краткосрочных. Эти долги есть смысл сравнить с золотовалютными резервами Украины, которые в феврале 2014 года упали до 15 миллиардов долларов. То есть краткосрочные долги в четыре с лишним раза превышают резервы. Очень тревожный индикатор!

Из 140 миллиардов долларов внешних долгов около миллиардов долларов приходится на совокупный внешний государственный долг (долг государства по полученным кредитам, займам и т. п., плюс выданные государственные гарантии). Более 100 миллиардов долларов – долги негосударственного сектора экономики (банки и нефинансовые компании).

* * *

Негосударственный сектор экономики Украины в любой момент времени может оказаться в состоянии дефолта. Особенно тревожным явлением стало падение курса национальной денежной единицы по отношению к иностранным валютам. Сегодня во многих странах происходит падение валютных курсов национальных денежных единиц после обнародования денежными властями США планов по сворачиванию программы «количественных смягчений».

На Украине этот процесс обострился под влиянием событий на майдане и ускорившегося бегства капиталов из страны. Ожидаются массовые банкротства украинских банков и компаний, оказавшихся неспособными погашать свои внешние долги. Далее начинает действовать «принцип домино»: резко снижаются поступления налогов в казну, государство оказывается неспособным погашать свои долги и выплачивать проценты. Возникает суверенный дефолт.

Но даже если на минуту предположить, что экономика Украины в этом году не рухнет, все равно у МВФ голова будет болеть очень сильно. На ограниченный «финансовый пирог» Украины в виде бюджета и валютных резервов претендует множество разношерстных держателей долга. На МВФ приходится менее 10 % совокупного внешнего государственного долга. Другие держатели внешнего государственного долга также хотели бы выйти «сухими из воды». Пролонгировать свои кредиты Украине они вряд ли будут. Государству, банкам, нефинансовым компаниям Украины потребуется в этом году, как никогда, много валютной наличности. А в резервах Украины лишь 15 миллиардов долларов. На всех не хватит.

Эксперты и чиновники МВФ все это понимают. Поэтому трудно поверить в то, что Фонд положительно решит вопрос о выдаче нового кредита Украине. МВФ будет выколачивать из Украины долги по старым кредитам.

Впрочем, я не исключаю, что между Фондом и Киевом может начаться новое действие спектакля под названием «переговоры о предоставлении кредита». Каждая сторона имеет в этой игре свой интерес. МВФ будет опять пытаться «дожать» Киев, требуя от него реформ в духе «вашингтонского консенсуса», а Киев полюбил вести переговоры потому, что они повышают кредитный рейтинг Украины, показывая другим потенциальным кредиторам, что она не столь безнадежна.

2014 год

Защита от доллара

Об Иране, Саудовской Аравии и ФРС

В последнее время в СМИ много обсуждается наметившееся дипломатическое сближение США и Ирана при одновременном обострении отношений между США и Саудовской Аравией. И все чаще вспоминается такое событие, как создание в 1913 году Федеральной резервной системы США. С моей точки зрения, совпадение во времени последних событий на Ближнем и Среднем Востоке и приближающегося юбилея ФРС очень символично.

Не рассматривая весь круг причин начавшегося потепления в отношениях между Вашингтоном и Тегераном, попытаюсь объяснить финансово-денежную сторону этих событий. Американо-иранские отношения после Второй мировой войны были крайне тесными и дружескими. Однако после свержения в Тегеране в 1979 году шаха, проводившего проамериканский курс, все изменилось. На протяжении последних десятилетий американо-иранские отношения в лучшем случае были напряженными, а часто и откровенно враждебными. Вашингтон пытался до последнего времени поставить Тегеран под свой контроль, используя, в том числе, экономические и финансовые санкции. В течение последнего десятилетия санкции вводились под флагом борьбы с иранской ядерной программой, которая якобы нацелена на создание ядерного оружия. Иран уже многие годы существует в условиях американских экономических санкций. Они, конечно, затрудняют жизнь Исламской республики, но она в какой-то мере сумела адаптироваться к этим условиям. Ключевым моментом односторонних санкций, вводимых Вашингтоном, является блокирование расчетов Ирана с другими странами в долларах США: поскольку все сколько-нибудь крупные расчеты являются безналичными, они проходят через американскую банковскую систему. Реакцией Тегерана на эту санкцию был переход в расчетах за поставки своей нефти и других товаров преимущественно в евро. В ответ последовало дальнейшее «закручивание гаек» со стороны Вашингтона, который стал давить на своих союзников в Европе. Во-первых, он стал требовать отказаться от закупок иранской нефти. Во-вторых, требовал запретить банкам европейских стран обслуживать расчеты с Ираном в евро. Европейские союзники Вашингтона в значительной степени поддались на требования США. Реакцией Ирана стала переориентация экспорта нефти на другие страны – прежде всего Индию и Китай. Причем расчеты стали вестись не в долларах или евро, а в рупиях и юанях. Одновременно в торговле Ирана с Турцией и некоторыми другими странами стало использоваться золото. Вспомнили также старый, проверенный способ торговли, позволяющий обходиться без валюты, – бартер.

* * *

Введя санкции против Ирана, Вашингтон вдруг понял, что рубит сук, на котором сидит. Санкции против ИРИ спровоцировали отказ Ирана и его контрагентов от расчетов во внешней торговле в долларах США. Своими санкциями Вашингтон в первую очередь подыграл геополитическому противнику – Китаю, вернее его валюте – юаню.

Вашингтон попытался разрешить возникшую проблему с помощью силы, проведя быструю и победоносную войну против Сирии, а затем военными методами навести порядок в Иране. Однако военный план Вашингтона в сентябре текущего года оказался перечеркнутым (прежде всего, благодаря твердой и последовательной позиции России).

Надо отдать должное Вашингтону, который в этой ситуации проявил большую гибкость и оперативность – от конфронтации с Тегераном он пошел на сближение. Здесь надо подчеркнуть, что все разговоры об иранской ядерной программе в значительной мере являются лишь прикрытием истинных целей Вашингтона. А истинные цели сводятся к попытке установить эффективный контроль над регионом Ближнего и Среднего Востока. Иран – ключевое государство в этом регионе.

Еще несколько лет назад в стремлении к контролю над ближневосточным геополитическим пространством на первом месте находились соображения, связанные с нефтью и природным газом.

Сегодня, в условиях «сланцевой революции», энергетические соображения для Вашингтона отходят на второй план. На первый план выходят соображения финансового порядка. Вашингтон стремится сохранить нефтедолларовый стандарт, который существует в мире уже почти сорок лет. Основы нефтедолларового стандарта были заложены именно здесь, на Ближнем Востоке, когда Саудовская Аравия и другие страны региона, заключив специальные соглашения с Вашингтоном, перешли в 70-е годы ХХ века на поставки углеводородов исключительно за доллары США. Сегодня далеко не все страны придерживаются этих соглашений, но особенно вызывающе себя стал вести Тегеран, который стал продавать нефть за юани, рупии, другие национальные денежные единицы, отличные от доллара США и евро, поставлять нефть в обмен на золото, а также использовать схемы бартерных поставок.

Начав активный диалог с Тегераном, Вашингтон столкнулся с острой негативной реакцией Эр-Рияда. Хотелось бы отметить некоторые возможные последствия этого конфликта. Саудовская Аравия может оказаться очень быстро в том положении, в каком в свое время оказался Иран: против Эр-Рияда могут быть введены санкции. Можно просчитать в этом случае реакцию Эр-Рияда – он попытается уйти от расчетов в долларах США, переключиться на другие валюты. А может использовать такие апробированные инструменты, как золото и бартер. Следующий ход будет за Вашингтоном. Ход силовой. Вашингтон попытается военными методами поставить Эр-Рияд под свой контроль, чтобы заставить выполнять договоренности сорокалетней давности (расчеты исключительно в долларах США).

* * *

США оказались заложником своей вовлеченности в ближневосточные дела: попытавшись вытянуть из болота одну лапу (восстановление отношений с Ираном), обнаружили, что начала увязать другая лапа (осложнились отношения с Саудовской Аравией). И еще не известно, добьются ли американцы главной цели, ради которой они пошли на сближение с Ираном, то есть согласится ли Тегеран вернуться теперь уже от юаня и рупии к использованию в своих международных расчетах американского доллара. Маловероятно. Тегеран будет тянуть время, но в долларовую систему его уже не затащишь и на аркане.

Твердая некогда ближневосточная основа нефтедолларового стандарта на наших глазах превращается в зыбкое болото… События на Ближнем Востоке – указатель на то, что доллар США переживает агонию. Примечательно, что все это происходит накануне 100-летия с момента создания Федеральной резервной системы. Если произойдет крах доллара, то печатный станок ФРС превратится в ненужный хлам. От ФРС останется одна вывеска. Не исключено, что «юбиляр» ненамного переживет свою круглую дату. А смерть его может прийти именно с Ближнего Востока.

2013 год

Иранский ответ на санкции США

Экономические санкции или угроза экономических санкций – один из главных инструментов международной политики Запада, в первую очередь США. Этот инструмент используется для давления на другие страны даже чаще, чем оружие или угроза применения оружия.

Классический объект санкций – Иран. Начиная с 1979 года, когда в Тегеране был свергнут шах, США неизменно держат Иран под прицелом своих экономических санкций.

Были установлены запреты на импорт иранской нефти, экспорт широкого ассортимента товаров от высокотехнологичного оборудования до лекарств, платежно-расчетные и иные операции с банками Ирана, а также были заморожены валютные резервы Ирана. К концу прошлого года замороженные валютные резервы Ирана в иностранных банках оценивались в 100 миллиардов долларов.

Для Ирана это было тяжелое испытание. Особенно после того, как Вашингтон заставил Европейский союз отказаться от импорта иранской нефти. С середины 2012 до начала 2014 года суточный вывоз черного золота из Ирана сократился с 2 миллионов баррелей до 1 миллиона. Совсем недавно введенные новые санкции ослабили и другие сектора экономики, в том числе, когда-то очень успешную, автомобильную промышленность Ирана. Она традиционно находилась на втором месте после нефтедобывающей промышленности, еще в 2011 году создавала почти 10 % ВВП, в автомобилестроении трудился почти 1 миллион человек. В 2011 году в Иране производилось 1,5 миллиона новых автомобилей, на сегодняшний день производство упало до 800 тысяч.

Сегодня эта отрасль на грани краха, потому что в 2011 году был запрещен импорт оборудования для автомобилестроения и некоторых комплектующих.

В упадке оказалась гражданская авиация. С 1979 года Иран отрезан от рынка новых западных самолетов и запчастей. Национальная авиакомпания Ирана поддерживает свой парк авиасудов с помощью самодельных запасных частей и закупок устаревших советских самолетов из некоторых стран СНГ. Уже не приходится говорить о том, что в стране существует острый дефицит некоторых промышленных потребительских товаров, медицинского оборудования, медикаментов и некоторых продуктов питания.

После смены президента в Иране, в Женеве начались переговоры по ядерной программе Тегерана, которую на Западе называют главной причиной экономических санкций. 24 ноября 2013 года было подписано соглашение между Ираном и шестеркой международных посредников (пять постоянных членов Совета Безопасности ООН плюс Германия). Суть соглашения: Иран прекращает обогащение урана выше уровня 5 %, а Запад частично снимает санкции и, прежде всего, размораживает 4,4 миллиарда долларов, размещенные в иностранных банках. Кроме того, разрешает импорт Ирану некоторых товаров. «Шестерка» также пообещала не вводить новые санкции со стороны ООН, ЕС или США. Женевские решения уже привели к первым результатам. В начале февраля 2014 года Иран получил транш в размере 500 миллионов долларов из своих активов, замороженных западными банками.

Решение «шестерки» от 24 ноября прошлого года вызвало большой интерес со стороны деловых кругов целого ряда стран. В Иран потянулись делегации Великобритании, Франции, Италии, Австрии, Грузии, Казахстана, Турции и многих других стран. Иран до сих пор имел очень ограниченное количество партнеров по бизнесу: Китай, Россию, Индию. Сейчас предприниматели других стран посчитали, что надо действовать быстро и захватывать иранский «Клондайк». Иран имеет около 80 миллионов потребителей и экономику с валовым внутренним продуктом около 500 миллиардов долларов, третью по величине в регионе после Турции и Саудовской Аравии.

* * *

Однако, не все так просто. Во-первых, речь идет лишь о частичном демонтаже санкций. Разблокированию подлежит менее 4 % валютных резервов Ирана. Сохраняются пока запреты на экспорт нефти. Номенклатура товаров, разрешенных к ввозу в Иран, весьма ограничена. Во-вторых, президент США Обама много раз повторял, что принятые по Ирану решения обладают свойством «обратимости». Проще говоря, в любой момент Запад может вернуться на исходные позиции по кругу санкций, если сочтет, что Иран не выполняет женевские договоренности.

И в конгрессе, и в правительстве США очень сильны позиции сторонников сохранения силового давления на Тегеран. Примечательно выступление на слушаниях в комитете по иностранным делам сената США, посвященным урегулированию ядерной проблемы Ирана, заместителя министра финансов Дэвида Коэна. Он курирует вопросы борьбы с финансированием терроризма и финансовую разведку. Дэвид Коэн заявил, что, несмотря на достижение постоянной пятеркой Совета Безопасности ООН и Германией предварительной договоренности с Тегераном, «архитектура центральных санкций твердо остается на месте». «Мы продолжаем обеспечивать соблюдение: наших нефтяных санкций, которые привели к сокращению иранского нефтяного экспорта на 60 % в течение последних двух лет; наших финансовых санкций, позволивших блокировать множество активов Ирана в других странах; наших банковских санкций, фактически „отрезавших“ банковский сектор Ирана от мировой финансовой системы; наших санкций, касающихся существенных инвестиций в энергетический сектор Ирана, что осложнило добычу им нефти и газа», – заявил Дэвид Коэн. Далее замминистра финансов США продолжил: «Чтобы добиться сохранения санкционного давления, мы активно взаимодействуем с иностранными банками, компаниями и коллегами в правительствах… В рамках таких усилий я за последние шесть недель ездил в Великобританию, Германию, Австрию, Турцию и ОАЭ, направляя им следующий сигнал: Иран не открыт для бизнеса». По словам Дэвида Коэна, Вашингтон «готов применить свои инструменты против любого нарушителя американских санкций, где бы то ни было». В верхней палате конгресса такое заявление вызвало большое одобрение. Там уже готовится законодательная инициатива, предусматривающая восстановление в полном объеме экономических санкций против Тегерана. Заместитель государственного секретаря США Венди Шерман уточнила, что происходящее сейчас ослабление режима санкций против Ирана является «временным, ограниченным и точечным». Госсекретарь США Джон Керри в январе 2014 года, на встрече с министром иностранных дел Франции Лораном Фабиусом, затронув тему поездки в Иран французской торговой делегации, которая выясняла возможности заключения контрактов и осуществления инвестиций в экономику Ирана, предупредил, что подобного рода активность европейского бизнеса является преждевременной.

* * *

Неустойчивость ситуации вокруг Ирана хорошо чувствуют и в самой этой стране, и в тех странах, которые являются его традиционными торгово-экономическими партнерами. Тем не менее, полным ходом заключаются бартерные сделки, ведется торговля с использованием в качестве средства расчета золота и национальных валют стран-партнеров. С Турцией Иран до недавнего времени торговал, используя золото (неизвестно, использует ли он его сегодня, после того как Вашингтон ввел запрет на расчеты в золоте). Китай рассчитывается за иранскую нефть юанями, Индия – рупиями.

В самом начале 2014 года в СМИ появились сообщения о том, что между Тегераном и Москвой достигнута договоренность о крупной бартерной схеме. Россия будет получать ежесуточно 500 миллионов баррелей нефти из Ирана, а в обмен поставлять различные товары производственного и потребительского назначения. Источники не раскрывают детали этого соглашения. В частности, нет полной ясности, будет ли эта схема использована после того, как будут сняты все ограничения на экспорт иранской нефти, или же она будет использоваться даже в условиях сохранения таких ограничений. Россия сама является одним из крупнейших экспортеров черного золота, поэтому смысл схемы в том, что российская сторона готова выступать в роли торгового посредника, осуществляя реэкспорт иранской нефти и закупая на полученную валюту необходимые Тегерану товары.

Эта информация весьма взволновала официальный Вашингтон. Заместитель госсекретаря по политическим вопросам Венди Шерман, во время слушаний в верхней палате конгресса США, заявила по поводу готовящегося российско-иранского соглашения: «Мы совершенно ясно говорим, что любые действия вроде такого соглашения между Россией и Ираном могут повлечь за собой санкции и создадут огромный риск… который существенно затруднит, если вообще не сорвет, достижение комплексного соглашения», – добавила она, имея в виду переговоры по ядерной программе Ирана. В американской прессе немало высказываний, призывающих правительство США в случае запуска подобной схемы торгово-экономического сотрудничества России и Ирана вернуться к исходным экономическим санкциям против Ирана, а также ввести санкции против России.

Надо сказать, Вашингтон уже не раз угрожал России введением экономических санкций. Например, во время военного противостояния России с Грузией в августе 2008 года. Были угрозы и в прошлом году в связи с российской поддержкой Сирии. Ни разу, однако, угрозы не воплощались в жизнь. Для Вашингтона экономические и политические издержки введения санкций против России слишком велики.

А вот Ирану, скорее всего, придется по-прежнему использовать «серые» схемы в торговле. Ибо ослабление санкций – «временное, ограниченное и точечное». В глазах Вашингтона ядерная программа Ирана в каком-то смысле лишь повод для того, чтобы за столом переговоров вернуть Тегеран в орбиту своего экономического и политического влияния. В том числе снова загнать Иран в систему нефтедоллара. Парадоксально, но всеми своими санкциями против Ирана Вашингтон добился лишь того, что эта крупнейшая нефтедобывающая страна освободилась от пут нефтедолларового стандарта, появившегося сорок лет назад. И сегодня Иран скорее согласится свернуть свою ядерную программу, чем вновь подчиниться нефтедолларовому диктату Вашингтона…

2014 год

БРИКС против Бреттон-Вудса

В июле нынешнего года исполняется 70 лет со времени международной валютно-финансовой конференции, проходившей в курортном местечке Бреттон-Вудс (США) с участием 44 государств, включая СССР. Решения конференции заложили основы послевоенной мировой финансовой системы. Она базировалась на золоте и долларе, а также обязательстве Вашингтона обеспечивать свободный размен желтого металла на зеленую бумагу. В 1970-е годы Бреттон-Вудская система приказала долго жить, на ее смену пришла так называемая Ямайская система, которая стала полностью опираться на бумажный доллар. Он был подкреплен черным золотом, поэтому Ямайскую систему называют еще нефтедолларовой, она существует до сегодняшнего дня.

Тем не менее, полностью Бреттон-Вудс из современной жизни не исчез. На конференции 1944 года были созданы Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Международный валютный фонд (МВФ). Они уже давно испытывают в своей деятельности серьезные проблемы, а для МВФ это даже кризис. И вот, в момент 70-летия Бреттон-Вудской конференции, по указанным международным финансовым институтам был нанесен еще один чувствительный удар, последствия которого пока трудно просчитать. Удар исходил из не менее красивого и живописного, чем Бреттон-Вудс, места – курортного города Форталеза в Бразилии.

Главным вопросом повестки дня VI саммита стран БРИКС стало принятие решений о создании двух новых международных финансовых организаций – Банка развития и Фонда валютных резервов. Вопрос о создании этих организаций готовился давно, к саммиту в Бразилии все разногласия были преодолены, и в Форталезе происходило лишь протокольное мероприятие по подписанию документов. Официальное название создаваемых институтов – Новый банк развития и Пул условных валют. В СМИ им нередко дают более простое название – Банк БРИКС и Фонд БРИКС…

Банк БРИКС станет одним из крупнейших многосторонних банков развития в мире.

Страны БРИКС условились об объеме разрешенного капитала банка в 100 миллиардов долларов, распределенный капитал – 50 миллиардов долларов, оплаченный – 10 миллиардов долларов. Банк отрыт для принятия новых участников из числа членов ООН, но доля БРИКС не должна опускаться ниже 55 %. То есть контрольный пакет всегда будет находиться в руках пяти стран-учредительниц. Формирование оплаченной части капитала должно завершиться в течение нескольких лет. Распределенный и оплаченный капиталы распределяются в равных долях между странами-членами БРИКС, каждая из них имеет равные права в управлении.

Россия, Китай, Индия, Бразилия и ЮАР выделят по 10 человек, которые составят профессиональный костяк Банка развития. Предполагается, что штаб-квартира банка будет располагаться в Шанхае (КНР). Все решения будут приниматься специальным большинством при поддержке четырех из пяти представителей государств БРИКС или двух третей голосов (в случае расширения состава членов). Заработать банк может уже в 2015 году. Предполагается, что банк будет финансировать инфраструктурные проекты стран-участниц. Одним из первых проектов может стать строительство сети наземных станций для системы ГЛОНАСС. Размещение наземных станций на территории стран БРИКС сделает систему ГЛОНАСС более надежной и конкурентоспособной. БРИКС располагает уникальным геостационарным преимуществом: страны-участницы расположены на четырех континентах.

* * *

Теперь о Пуле условных валют. Идея создания Пула валютных резервов БРИКС впервые была высказана на встрече лидеров стран БРИКС в Лос-Кабосе в июне 2012 года. На пленарном заседании саммита в Бразилии выступил президент России Владимир Путин, который сообщил, что кроме Банка развития стран БРИКС подписан документ о создании Пула условных валют, и что размер этого пула – еще 100 миллиардов долларов. Пул создается для возможной защиты от рисков на мировых финансовых рынках. Иначе говоря, для выравнивания платежных балансов в результате их резких изменений, путем выдачи на возвратной основе тех или иных валют. Владимир Путин заявил, что его беспокоит «политика западных государств, которая в последнее время не отличается продуманностью и долгосрочным видением перспектив».

Если между Новым банком развития и Всемирным банком много схожего, то Фонд БРИКС нельзя буквально сравнивать с Международным валютным фондом. МВФ – международная финансовая организация со своим капиталом, штаб-квартирой, уставом. Фонд БРИКС – лишь механизм, который не предполагает на данном этапе создания штаб-квартиры. Пул является условным – это значит, что резервные активы стран-участниц пула не используются до того момента, как решение об удовлетворении заявки страны-участницы будет принято постоянным комитетом пула, в который будут входить представители всех пяти стран-членов БРИКС.

Координирующую роль по управлению ресурсами пула будут играть центральные банки стран-участниц. Если в Новом банке развития доли стран-членов БРИКС одинаковы, то в Фонде БРИКС главным донором будет Китай. Достигнута договоренность о том, что Китай внесет в фонд 41 миллиард долларов, Бразилия, Индия и Россия – по 18 миллиардов долларов, ЮАР – 5 миллиардов долларов. Предоставлять деньги из фонда нуждающейся стране будут с учетом национального коэффициента, или так называемого мультипликатора. Для Китая мультипликатор составит 0,5. То есть Китай, в случае необходимости, может получить из фонда не 41 миллиард долларов, а половину. Для ЮАР мультипликатор равен двум, для остальных стран – единице. Средства фонда будут складываться из золотовалютных резервов стран-членов. Пока в Бразилии подписано лишь рамочное соглашение. Рабочее соглашение прямого действия будет заключено позднее между центральными банками стран-членов.

Оценивая решения, принятые на саммите в Бразилии, некоторые мировые СМИ сравнивают их с решениями Бреттон-Вудской конференции 1944 года. Наверное, это некоторое преувеличение. Трудно сейчас предсказать, насколько последовательно страны БРИКС будут выполнять принятые в Бразилии решения. Неизвестна пока реакция Запада на эти решения. Реакция может быть как положительной, так и отрицательной, агрессивной. По нашему мнению, решение о создании Пула условных валют было очередным сигналом Западу, прежде всего, Вашингтону. Сигнал, цель которого – сдвинуть процесс реформирования Международного валютного фонда с мертвой точки. Как известно, в 2010 году страны-члены МВФ приняли решение о корректировке квот фонда, уже четырнадцатой с момента образования этой организации. Решение предусматривало корректировку долей стран в капитале и голосах с учетом изменения их экономических позиций в мире. Кроме того, предусматривалось удвоение капитала фонда. Наконец, была достигнута договоренность, что следующая, пятнадцатая, корректировка будет проводиться на основе новой формулы, которая более объективно учитывает позиции стран-членов в мировой экономике. Нынешняя формула переоценивает удельный вес стран Запада и недооценивает соответствующие показатели развивающихся стран, в том числе стран БРИКС. Все страны уже ратифицировали положения четырнадцатой корректировки. За исключением одной страны – США. Вашингтон заблокировал процесс реформирования МВФ, опасаясь, что реализация решений, принятых в 2010 году, приведет к утрате контроля над фондом со стороны Соединенных Штатов (у них пока сохраняется блокирующий пакет, который составляет 15 %; доля США в капитале на данный момент около 17 %). Многие американские конгрессмены задают вопрос: зачем нам ратифицировать 14-ю корректировку, если не сегодня-завтра мы может утратить контроль над фондом? Ведь Вашингтону при этом придется перечислить в фонд более 60 миллиардов долларов. Президент Барак Обама пытается продавить ратификацию, потому что без этого фонд не сможет выделить средства Украине. Вместе с тем ратификация усилит позиции стран БРИКС и их союзников в МВФ. При этом все прекрасно понимают связь между проблемой реформирования МВФ и событиями на Украине, хотя последствия ратификации разные группы американских политиков просчитывают по-разному.

* * *

Решение в Форталезе о создании Фонда БРИКС, повторяем, – это сигнал Вашингтону: скорее ратифицируйте 14-ю корректировку квот МВФ; в противном случае мы перейдем к созданию действительно альтернативного валютного фонда, причем в его состав войдут не только страны БРИКС, есть немало других желающих. Например, Аргентина.

2014 год

Наступление юаня

Регулярно за валютной структурой международных расчетов следит такая известная организация, как СВИФТ (SWIFT) – международная межбанковская система передачи информации и совершения платежей. Ежегодно через SWIFT проходит 2,5 миллиарда платежных поручений. Первое место в валютных оборотах приходится на евро, обеспечивающим торгово-экономические и финансовые отношения внутри Европейского союза между 28 странами-членами. Если учитывать операции в евро с «внешним миром» (внешним по отношению к ЕС), то доля указанной валюты будет весьма скромной. По состоянию на начало 2013 года доля юаня в международных платежах и расчетах составляла лишь 0,63 %, китайская валюта в списке ведущих валют занимала 13-е место. Все ведущие валюты, входящие в первую семерку (кроме британского фунта стерлингов), за период с января 2013 года по февраль 2014 года ухудшили свои позиции. А доля юаня увеличилась к февралю текущего года более чем в 2 раза и достигла 1,48 %. Юань оказался уже на 7-м месте, опередив швейцарский франк. Согласно оценкам специалистов SWIFT, к началу 2015 года китайская валюта может обойти доллар Канады и доллар Австралии и выйти на 5-е место после иены Японии.

Юань, сохраняя статус валюты с ограниченной конвертируемостью, пока еще занимает очень скромные позиции в операциях, обслуживающих инвестиции и различные сделки на финансовых рынках. Намного более внушительно позиции китайской валюты выглядят в операциях по обслуживанию международной торговли. Это неудивительно, учитывая масштабы внешнеторгового оборота Китая. В 2012 году он составил 3,87 триллиона долларов, а в 2013 году – 4,16 триллиона долларов. В прошлом году Поднебесная обошла по объему внешнеторгового оборота Соединенные Штаты и стала лидером международной торговли. По величине ВВП Китай давно уже занимает второе место в мире после США. МВФ сообщает, что в 2013 году ВВП Китая по паритету покупательной способности составил около 13,4 триллионов долларов., а американский – 16,7 триллионов долларов. К 2018 году китайский ВВП достигнет 20,7 триллионов долларов, американский – 21,6 триллион долларов. Разрыв продолжает сокращаться.

* * *

В международной торговле доллар США все еще занимает доминирующие позиции, хотя за период с января 2012 года по октябрь 2013 года его доля упала на 3,9 % пункта. А вот позиции юаня за указанный период времени резко укрепились, китайская валюта в конце прошлого года вышла на второе место по обслуживанию международной торговли. Евро отодвинут на 3 место.

Отметим, что в 2013 году доля США в мировом ВВП, по оценкам МВФ, составляла 19,3 %. Значение этого показателя намного меньше, чем доля доллара США в международных расчетах. В то же время доля Китая в мировом ВВП была в 2013 году равна 15,4 %. А доля юаня даже в расчетах по внешнеторговым операциям была почти в два раза меньше.

В декабре 2008 года руководство Китая объявило о начале курса на «интернационализацию» национальной валюты. Для этого был выбран удобный момент – разгар мирового финансового кризиса, который привел к ослаблению позиций многих ведущих валют. В марте 2012 года все китайские предприятия с экспортно-импортной лицензией получили право вести расчеты по внешнеторговым сделкам в юанях. Всего за пять лет осуществления проекта «интернационализации» юаня (2009–2013 годы) общий объем международных торговых расчетов в юанях составил примерно 10,6 триллионов юаней (1,7 триллионов долларов США), из которых на 2013 год пришлось 5,16 триллионов юаней (почти половина). Deutsche Bank прогнозирует увеличение объема внешней торговли Китая в 2014 году в национальной валюте на 50 %; операции в юанях могут превысить отметку в триллион долларов.

Если в 2011 году доля расчетов в юанях во внешней торговле Китая составляла 5,5 %, то в 2013 году – 11,7 %. В текущем году тенденция перехода к расчетам в юанях во внешней торговле Китая продолжилась. По данным на конец апреля текущего года, доля юаня в торговле Китая с отдельными регионами была следующей (%): страны еврозоны – 29; другие страны Европы – 38; страны Среднего Востока – 58; страны Центральной и Южной Америки – 66. Однако с некоторыми странами использование юаня еще очень ограничено. Так, крупнейшим торговым партнером Китая являются США, но доля юаня в китайско-американской торговле по состоянию на апрель 2014 года составляла всего 2,4 %.

Надо иметь в виду, что одним из препятствий для быстрой экспансии юаня в мире был недостаток китайской национальной валюты у торговых партнеров Китая. Конечно, можно было бы получать юани за счет экспорта товаров в Китай, но экспортеры все-таки предпочитали всем остальным валютам доллар. Сдвиг в сознании многих участников международной торговли возник во время финансового кризиса 2007–2009 годов, когда всем стало ясно, что доллар США – уже не такая надежная валюта, как раньше. Его ненадежность стала выражаться в возросшей вероятности резкого одноразового обесценения, в сильных колебаниях валютного курса, в угрозе введения властями США различных валютных ограничений. К этому добавляется угроза экономических санкций путем блокирования долларовых транзакций и замораживания долларовых авуаров.

Для снижения этих рисков Китай и ряд других стран, еще в конце прошлого десятилетия, приняли решения о переходе во внешней торговле на максимально возможное использование национальных валют торговых партнеров. Дополнительными средствами стимулирования такого перехода стали рассматриваться сделки купли-продажи национальных валют на валютном рынке (операции «спот»), валютные сделки «форвард» (покупка валюты с поставкой в будущем), валютные кредиты, валютные свопы. Наибольшее распространение получил последний вид операций. Валютный своп – это валютная сделка, которая предполагает одновременную покупку и продажу определенного количества одной валюты в обмен на другую, с двумя разными датами валютирования. Доля валютных свопов в обороте существенно выше доли как сделок «спот» (условия расчетов, при которых оплата по сделке производится немедленно, как правило, в течение двух дней), так и форвардов (соглашение между двумя сторонами о будущей поставке определенного актива в будущем).

В 2009 году Китай заключил первую сделку валютного свопа на уровне центральных банков с Белоруссией. Очень плодотворным оказался 2011 год, когда было заключено целых 8 соглашений о валютных свопах между Народным банком Китая и центральными банками других стран. Наиболее крупные сделки (по величине лимитов) были заключены с Гонконгом, Южной Кореей, Европейским союзом, Сингапуром, Великобританией, Австралией, Бразилией. Как ни странно, с Россией, крупным торговым партнером Китая, соглашения о валютном свопе по состоянию на октябрь 2013 года еще не было. По состоянию на конец 2013 года сумма лимитов валютных свопов по всем заключенным с 2009 года соглашениям достигла величины 3,64 триллиона юаней. Это эквивалентно 580 миллиардам долларов. США. Правда, срок действия некоторых соглашений уже истек. Сумма только действовавших на начало 2014 года валютных свопов оценивается в 2,4 триллиона юаней, что примерно эквивалентно 400 миллиардам долларов США.

* * *

В июле сего года Народный банк Китая заключил соглашение о валютном свопе с Центральным банком Швейцарии на сумму 150 миллиардов юаней, или 21 миллиард швейцарских франков (эквивалентно 24,4 миллиардам долларов США). Договор подписан на стандартный срок в 3 года и может быть продлен по согласию сторон.

В том же месяце закончились переговоры между Китаем и Аргентиной о свопе, эквивалентном 11 миллиардам долларов США. Первый транш китайских юаней поступит в Буэнос-Айрес до конца года. Его сумма будет эквивалентна 1 миллиарду долларов США.

Действие целого ряда заключенных ранее соглашений по валютным свопам уже истекает. Происходит заключение новых или пролонгация исходных соглашений. Так, в 2011 году было подписано соглашение о валютном свопе с Монголией. В августе текущего года Пекин и Улан-Батор подписали новое соглашение, увеличив лимит валютного свопа с 10 до 15 миллиардов юаней.

Экономические санкции Запада ускорили процесс заключения соглашения о валютном свопе между Россией и Китаем. Еще в 2008 году две страны договорились активизировать торговлю в рублях и юанях, а в 2011 году Центральный банк России заключил с Народным банком Китая соглашение о внешнеторговых расчетах в юанях и рублях. Однако взаимные расчеты продолжали осуществляться преимущественно в долларах США (по последним оценкам, доля американкой валюты составила 75 %). В августе 2014 года Центральный банк РФ и Народный банк Китая завершили подготовку соглашения о валютном свопе, предусматривающем обмен рублями и юанями, и в ближайшее время соглашение будет подписано. Оно позволит перевести до половины всей российско-китайской торговли на рубли и юани. Напомним, что в мае сего года было заключено крупнейшее соглашение о поставках природного газа из РФ в Китай сроком на 30 лет и общей суммой поставок 400 миллиардов долларов США. Первоначально предполагалось, что оплата поставок российского газа будет осуществляться за доллары США, но, в связи с введением экономических санкций Запада против России, произошел пересмотр валюты платежа по газовой сделке – теперь такой валютой будет юань.

Ускоренными темпами переходят на операции в рублях и юанях банки обеих стран, обслуживающих торговые и инвестиционные операции. Так, в начале лета 2014 года российский ВТБ и Банк Китая подписали соглашение о расчетах в рублях и юанях без их предварительного пересчета в доллары. Конечно, при переходе в торговле на национальные валюты не избежать и проблем. Одной из них является некоторая «асимметрия» двух валют. Российский рубль занимает, по сравнению с юанем, более скромное место в мировых платежах и расчетах, но относится к разряду конвертируемый валют. Юань, несмотря на его впечатляющие успехи, все еще остается валютой с ограниченной конвертируемостью. Видимо, именно поэтому российская сторона планирует с помощью рубля и юаня покрывать не весь взаимный торговый оборот, а лишь половину.

2014 год

Превратится ли юань в международную валюту

Проблема превращения юаня в международную валюту вызывает много споров. Одни считают, что стоит Пекину принять решение о полной конвертации юаня, как тот превратится в полноценную международную валюту. Другие полагают, что юань уже стал международной валютой, приводя впечатляющие цифры растущих масштабов использования китайской денежной единицы в международной торговле. Третьи придерживаются точки зрения, согласно которой Пекину не выгодно превращение юаня в международную валюту и власти КНР даже специально препятствует этому. Сложность проблемы в том, что движение юаня в направлении его интернационализации предполагает три различных этапа: превращение китайской денежной единицы в: а) торговую валюту, б) инвестиционную валюту, в) резервную валюту.

Процесс превращения юаня в международную торговую валюту начался после финансового кризиса 2007–2009 годов, обнажившего шаткость ключевых мировых валют – доллара и евро. Главным торговым партнером Китая были и остаются США, единственной валютой во внешней торговле Китая с Америкой является доллар США. Однако доллар доминирует в торговле КНР не только с Соединенными Штатами, но и другими странами. В 2008–2009 годах обозначились первые шаги по интернационализации юаня. Тогда ряду предприятий и компаний было разрешено использовать юань в торговле с Гонконгом (Сянган), Макао (Аомынь), странами АСЕАН. В середине 2009 года право использовать юани во внешнеторговых сделках имели лишь 365 компаний, а в конце 2010 года их число выросло до 76359. В 2012 году использовать юани могли уже все китайские компании, которые имели лицензии на экспортные и импортные операции. Активный переход на внешнеторговые расчеты в юанях происходит одновременно с расширением использования национальных денежных единиц торговых партнеров Китая. Этому способствует заключение двухсторонних валютных свопов Народного банка Китая (НБК) с центральными банками стран, являющихся торговыми партнерами КНР. Число действующих на сегодняшний день соглашений НБК о валютных свопах превышает 20. Если в 2010 году лишь 3 % внешней торговли Китая осуществлялось в юанях, то в конце 2013 года эта цифра достигла 18 %. А, согласно прогнозам HSBC, к 2018 году эта доля должна вырасти до 30 %.

В конце 2013 – начале 2014 годов юань обошел евро по масштабам платежей, обслуживающих международную торговлю, и занял второе место после доллара США. Знаменательно, что юань стал использоваться даже в торговле Китая с Соединенными Штатами, хотя его доля в двусторонней китайско-американской торговле пока не превышает 2 %.

Позиции юаня в общих международных оборотах валют в мире гораздо более скромные. Кроме обслуживания торговли товарами и услугами китайская валюта используются для обмена на другие валюты (валютный рынок) и для разного рода кредитных и инвестиционных сделок (фондовый и иные финансовые рынки). Десять лет назад (2004 год) юань находился лишь на 35-й строчке среди валют по общим объемам международных оборотов. В начале 2012 года он поднялся на 13-е место. В начале 2014 года китайская валюта вышла уже на 7-е место, опередив, например, швейцарский франк.

* * *

Позиции юаня в общих международных валютных оборотах в значительной степени зависят от его конвертируемости. В настоящее время это частичная конвертируемость, что означает возможность свободного использования юаня для осуществления текущих операций, прежде всего торговых сделок. Частичная конвертация была проведена в 1996 году, причем тогда китайские власти заявили, что потребуется еще десять лет для того, чтобы перейти к полностью конвертируемому юаню, то есть отменить ограничения по капитальным операциям. Однако с тех пор прошло 18 лет, а такие ограничения все еще сохраняются. Конечно, превращение юаня в свободно конвертируемую валюту резко повысило бы масштабы использования юаня в мировом валютном обороте, но это был бы лишь краткосрочный эффект, к тому же для экономики Китая резко возросли бы риски. Еще сравнительно недавно юань являлся валютой с фиксированным курсом, причем заниженным, что делало его инструментом активной внешнеторговой экспансии Китая. С 2000-х годов Пекин отказался от администрирования валютного курса, формально курс стал свободным, но регулируемым. Регулированием занимается Народный банк Китая (НБК), который, систематически скупая доллары, евро и другие валюты, искусственно сдерживает рост валютного курса юаня, сохраняя его на уровне более низком, чем паритет покупательной способности юаня и доллара. Если ввести полную конвертируемость юаня, то есть риск, что НБК утратит контроль над валютным курсом своей денежной единицы. А это – прямая угроза нынешней модели экономики КНР, основанной на торговой экспансии. Экономика Китая и при нынешнем заниженном курсе юаня уже сталкивается с определенными проблемами, т. к. мировой рынок насыщен китайскими товарами и дальнейшая экспортная экспансия затруднена. Вопрос о валютном режиме юаня будет решаться в зависимости от того, какой окажется будущая модель экономики КНР, но в руководстве страны нет полного согласия по данному вопросу. А без четкой долгосрочной стратегии экономического развития переход к свободно конвертируемому юаню обернется уступкой давлению Запада и серьезными рисками.

Впервые неофициальные заявления китайских руководителей о том, что юань желательно сделать свободно конвертируемой валютой, появились в 2011 году, когда в стране отмечалось 35-летие кончины Мао Цзедуна. В ноябре 2013 года прошел III пленум ЦК КПК, на котором обозначились два лагеря: а) лагерь сторонников развития внутреннего рынка и превращения Китая в страну с развитой и независимой экономикой; б) лагерь сторонников быстрой интеграции Китая в мировые рынки капитала. В официальных коммюнике говорилось, что страна будет двигаться в направлении полной конвертируемости юаня. Это означает, что второй лагерь получил перевес, а сторонникам первого лагеря удалось лишь добиться того, что переход к свободно конвертируемому юаню будет постепенным, а не резким.

Используемые во внешней торговле юани накапливаются на счетах зарубежных компаний, поставляющих товары в Китай. Далеко не вся экспортная выручка торговых партнеров Китая используется ими для последующих закупок товаров в Китае на те же юани. По данным НБК, в конце 2013 года масса юаней за границей превысила 1,5 триллиона, что эквивалентно примерно 250 миллиардам долларов США. Фактически эта денежная масса образует офшорный рынок юаней. Возникло как бы два вида юаней: а) юани оншорные (те, которые хранятся и обращаются внутри Китая); б) юани офшорные (те, которые хранятся и обращаются за пределами Китая). Цены их не совпадают, они имеют отдельные курсовые котировки.

Дальнейшее динамичное развитие торговли в юанях возможно лишь при условии, что накапливаемые за границей юани найдут быстрое применение. Конечно, за юани можно купить товары в Китае, но зарубежные держатели юаней хотели бы расширить диапазон своих возможностей. А именно: а) при необходимости менять юани на другие валюты; б) покупать в Китае не только товары, но и активы (т. е. осуществлять инвестиции в китайскую экономику).

Одним из шагов в направлении превращения юаня в свободно конвертируемую валюту является заключение Китаем соглашений с другими странами о проведении конвертаций юаня в другие валюты. Сегодня возможна прямая конвертация юаня в доллар США, японскую иену, австралийский доллар, российский рубль, малайзийский ринггит, новозеландский доллар. Последнее соглашение подобного рода было заключено между Китаем и Новой Зеландией в марте 2014 года.

* * *

Большое количество юаней, полученных торговыми партнерами Китая, скапливается на счетах банков в Гонконге, который получил название рынка офшорных юаней. Вклады в юанях составляли в начале текущего года около 12 % от всех вкладов в банковской системе Гонконга (в 2008 году эта цифра составляла лишь 1 %). Между этим офшорным рынком и внутренним рынком Китая разрешен упрощенный порядок взаимодействия, что делает гонконгские юани более конвертируемыми. Гонконг выступает в качестве своеобразного шлюза между внутренним рынком Китая и мировым рынком.

Вторым после Гонконга офшорным рынком, где торгуется юань, является Лондон. Всего на начало нынешнего года действовало четыре офшорных рынка, где торговался юань с использованием широкого диапазона других валют: Гонконг, Лондон, Сингапур, Тайвань. В этом году ожидается появление еще одной площадки – во Франкфурте. Там же Народный банк Китая и Бундесбанк договорились создать центр платежей и клиринговых расчетов в юанях.

С декабря 2010 года юань торгуется также за рубли на Московской бирже. Биржевая торговля парой рубль-юань была одновременно запущена на Шанхайской бирже. Объем торговли юань-рубль по результатам 2013 года вырос в 3,5 раза по сравнению с 2012 годом, составив более 100 миллиардов долларов США.

Торговля юанем на разных торговых площадках способствует повышению спроса на китайскую валюту, но при этом главным остается вопрос: во что вкладывать накапливаемые юани? И опять поднимается вопрос о полной конвертируемости юаня. Для этого надо, с одной стороны, проводить либерализацию доступа иностранных инвесторов на внутренний рынок КНР; с другой стороны, снимать ограничения для экспорта капитала из Китая. Малые шаги по этим двум направлениям делаются каждый год, а в настоящее время – практически каждый месяц.

Согласно рекомендациям МВФ (фактически – требованиям), для того, чтобы страна могла заявить о полной конвертируемости своей валюты, она должна иметь развитые внутренние финансовые рынки. То есть, конвертируемость в широком смысле предполагает не только возможность купли-продажи валют по рыночному (свободному) курсу, но также свободную куплю-продажу облигаций и акций (конвертируемость ценных бумаг). Вообще-то, в Китае уже есть рынок капитала, причем по показателю совокупной капитализации он является третьим в мире. Однако, как говорят специалисты, внутренний финансовый рынок является еще не очень гибким, находится под сильным административным прессом государства. В 2014 году Пекин заявил о либерализации процентных ставок по кредитам, что, по мнению западных экспертов, является значимым шагом на пути к созданию полноценного внутреннего рынка капитала.

С сентября 2013 года начала функционировать Шанхайская зона свободной торговли, на которую допущены иностранные инвесторы. Это своеобразная экспериментальная площадка, где разрешена полная конвертация юаня. В начале 2014 года был проведен выпуск облигаций Народным банком Китая на сумму 2,5 миллиарда юаней, причем бумаги разместили в Лондоне. Примерно в это же время британская управляющая компания сумела получить от Китайской комиссии по регулированию рынка ценных бумаг лицензии на прямое инвестирование в Китай. Такая лицензия была получена впервые за пределами Гонконга или материковой части Китая. В январе 2014 года китайский биржевой инвестиционный фонд (ETF) начал торговаться на Лондонской фондовой бирже. Особо тесные отношения между Пекином и Лондоном видны невооруженным глазом. Англо-китайские отношения получили еще один импульс 31 марта 2014 года, когда Банк Англии и Народный банк Китая подписали соглашение о создании в Лондоне расчетно-клирингового центра по работе с юанем.

* * *

По критериям МВФ, чтобы валюта страны-эмитента стала резервной, страна должна обладать: 1) значительным размером национальной экономики; 2) стабильностью валюты; 3) емкими и ликвидными финансовыми рынками.

С третьим пунктом у Китая проблемы. Финансовые аналитики считают, что по-настоящему емкими и ликвидными финансовые рынки могут быть лишь у той страны, которая, помимо прочего, обеспечивает полную конвертируемость своей национальной денежной единицы. Китай же не может одновременно продолжать торговую экспансию в мире и превращать юань в резервную валюту. Первое требует заниженного курса юаня, а второе при такой курсовой политике труднодостижимо, так как предполагает более высокий курс юаня. Если посмотреть на ведущие резервные валюты, то видно, что все они имеют курсы, более высокие по сравнению с паритетом покупательной способности. И все страны, которые эмитируют резервные валюты, – это богатые страны, причем свое благоденствие они строят не за счет производства и экспорта товаров, а за счет международного движения капитала. Пользуясь привилегиями, вытекающими из права эмитировать резервную валюту, страны «золотого миллиарда» стягивают товары и услуги всего мира, оплачивая их своими денежными знаками. Эти денежные знаки – своеобразные векселя, которые богатые страны не собираются погашать, предлагая накапливать их другим странам до бесконечности.

Ценой перехода Китая к юаню как резервной валюте стала бы утрата им своих торговых позиций. Резервные валюты – это валюты стран с дефицитным платежным балансом, и любая резервная валюта – ловушка. Еще в начале 1960-х годов американский экономист бельгийского происхождения Роберт Триффин вывел формулу (парадокс Триффина): доллар США как резервная валюта и промышленное величие Америки – несовместимые вещи…

Другая формулировка парадокса Триффина звучит так: страна, эмитирующая резервную валюту, должна иметь дефицитный платежный баланс, а дефицитный платежный баланс подрывает доверие к этой резервной валюте. Развивая мысль Триффина, некоторые экономисты пришли к выводу, что национальная денежная единица не может выполнять функции резервной валюты. Другие утверждают, что все-таки может, но для этого валюте нужна военная поддержка. А самое существенное то, что в какой-то момент противоречия, связанные с использованием национальной денежной единицы в качестве международной валюты, могут вылиться в большую войну с целью обнулить обязательства эмитента.

Доллар стал по-настоящему резервной валютой лишь тогда, когда у США образовался устойчивый дефицит во внешней торговле. Америка в 60-е годы стала лишаться статуса промышленной державы, а вместо товаров стала предлагать всему миру свои долговые расписки в виде зеленой бумаги и казначейских облигаций. А спрос на бумажную продукцию ФРС и Казначейства США дядя Сэм поддерживал и продолжает поддерживать с помощью авианосцев и бомбардировщиков. Резервный юань – ловушка для Китая: либо потом придется «откручивать» назад, чтобы вырваться из ловушки (но внешние рынки назад не вернешь), либо продвигать резервный юань в мире с помощью военной силы. Второй вариант в планы Пекина не входит.

* * *

Соблазн сделать свои валюты мировыми, приведя их на смену доллару США, некоторые страны уже испытывали, и это обходилось им дорого. Речь идет о Германии и Японии. В начале 70-х годов ХХ века, после прекращения размена доллара на золото, Америка провела девальвацию своей валюты, что вызвало большое неудовольствие со стороны ее европейских партнеров. Особенно их уязвило адресованное европейцам заявление тогдашнего министра финансов США Дж. Конналли: «Доллар США – это наша валюта и ваша проблема». Европейцы решили ответить Америке укреплением своих валют и постепенным вытеснением «зеленой бумаги» из европейского оборота. Что произошло? Если в начале 70-х годов торговля в Европе обслуживалась преимущественно с помощью доллара, то в начале 90-х годов – уже более чем на 50 % немецкой маркой. Ее доля в мировых золотовалютных резервах в 1989 году достигла пикового значения в 20 %. Возникло ощущение, что Европа начинает освобождаться от американского засилья, в том числе от американской банковской системы. Апогеем европейского расцвета было объединение валют отдельных государств в евро. Кто-то уже прочил евро на место доллара США как ведущей резервной валюты. А дальше, казалось бы, неожиданно пиковое значение евро в мировых резервах стало снижаться, доллар стал восстанавливать несколько ослабленные позиции. Еще позднее в ЕС начался долговой кризис, особенно в странах группы PIIGS. Сначала марка, а затем евро быстро взошли на мировом валютном небосклоне как яркие звезды, но еще быстрее произошел их закат.

Нечто похожее было и с японской иеной. Сначала в 60–70-е годы ХХ века было «японское чудо», которое привело к резкому увеличению роли иены в мировой валютной системе. В конце 70-х – начале 80-х годов уже поговаривали о том, что иена может составить реальную конкуренцию доллару США как резервной валюте. В то же время возникло впечатление, что правительство Японии сознательно тормозило превращение иены в резервную валюту, всячески сдерживая курс своей денежной единицы. Под сильным давлением Вашингтона, в том числе с использованием угрозы экономических санкций, Токио согласился в 1984 году на подписание соглашения с Соединенными Штатами о снятии ограничений на движение капитала и обеспечение американским банкам доступа к своему финансовому рынку. А еще через год было подписано знаменитое соглашение в Нью-Йоркском отеле Плаза (Plaza Accord), в результате чего курс иены к доллару вырос более чем на 50 %. Такой взлет иены послужил причиной возникновения гигантского финансового пузыря в Японии, а потом и болезненной его ликвидации. После этого Япония так и не смогла прийти в себя, пребывая с тех пор в перманентной экономической стагнации. На пике доля иены в мировых золотовалютных резервах была равна почти 10 %, сегодня она меньше 4 %.

За истекшее столетие был лишь один случай, когда произошла смена валюты, которая в полном объеме выполняла функции мировых денег (в том числе резервной валюты). Мы говорим о британском фунте стерлингов и долларе ФРС США. Эта смена была подкреплена двумя кровопролитными мировыми войнами. Началась она в августе 1914 года и завершилась в июле 1944 года, переходный период длился ровно 30 лет. Для вытеснения фунта долларом потребовались миллионы человеческих жизней.

Перспектива замены юанем доллара в качестве мировых денег маловероятна. В международных финансах возможны иные сценарии развития событий. Например, юань может стать региональной валютой. Скажем, в рамках АСЕАН. Может юань стать резервной валютой и для экономически слаборазвитых стран, которым накапливать доллары, евро и другие резервные валюты достаточно сложно. Разворот этих стран в сторону Китая как главного торгового партнера уже очевиден. Так, три с лишним года назад Нигерия стала первой африканской страной, заявившей о том, что часть ее резервов в иностранной валюте будет переведена в юани. Сегодня на Африканском континенте таких стран уже несколько. Особые отношения сложились у Китая и со многими странами Латинской Америки. А если говорить об официальных заявлениях денежных властей других стран об использовании юаня в качестве резервной валюты, то приоритет тут принадлежит Национальному банку Беларуси (НББ). Еще в сентябре 2007 года НББ сообщил о включении юаня в состав своих золотовалютных резервов. Согласно различным источникам, некоторые объемы юаней в своих резервах имеют Центробанки Малайзии, Южной Кореи, Камбоджи, Филиппин и России.

* * *

Итак, де-факто юань в определенной мере уже стал для некоторых стран резервной валютой. Однако де-юре он еще далек от этого. Последней инстанцией, определяющей статус валют, остается на сегодняшний день Международный валютный фонд. В группу резервных МВФ помещает всего четыре валюты – доллар США, евро, британский фунт стерлингов, японскую иену. Именно они составляют корзину валют, с помощью которой определяется курс специальных прав заимствования (СДР) – наднациональной безналичной денежной единицы, эмитируемой Фондом. МВФ пересматривает состав корзины по СДР каждые пять лет. Китай еще в 2009 году предлагал включить юань и другие валюты развивающихся стран в структуру СДР МВФ, уменьшив влияние доллара. Нынешняя структура СДР такова: доллар – 41,9 %, евро – 37,4 %, фунт – 11,3 %, иена – 9,4 %. Следующая возможность пересмотреть состав корзины, а, следовательно, переквалифицировать валюты, представляется в 2015 году. Можно не сомневаться, что Китай опять поднимет вопрос о включении юаня в корзину СДР, а США опять выступят против этого. Вопрос о статусе юаня – еще одна трещина, усугубляющая кризис Международного валютного фонда. В свою очередь, противоречия, нарастающие в МВФ, толкают Китай и другие страны периферии мирового капиталистического хозяйства к созданию альтернативных финансовых структур. В Бразилии летом 2014 года на саммите БРИКС было принято решение о создании Фонда (Пула условных валют) БРИКС. Общая сумма валютных резервов этого альтернативного фонда – 100 миллиардов долларов (доля Китая – 41 %). На данном этапе Фонд БРИКС предполагает предоставлять помощь странам-членам в валютах, которые являются де-юре резервными (прежде всего, доллар США). Однако не исключено, что в дальнейшем Фонд БРИКС будет работать также с юанем и другими национальными валютами стран-членов этой группы.

2014 год

Панорама мировых валютных резервов

Обобщенная статистика валютных резервов по всему миру не является секретом, но публикуется крайне редко. Основные источники такой статистической информации – Международный валютный фонд (МВФ) и Банк международных расчетов (БМР). Последние опубликованные данные – на конец первого квартала 2014 года. Общий объем валютных резервов всех стран-членов МВФ на этот момент составлял 11,86 триллионов долларов. Это примерно равно 70 % валового внутреннего продукта США за 2013 год. По оценкам МВФ, мировой валовой внутренний продукт (рассчитанный на основе паритетов покупательных способностей валют) в 2013 году составил 74 триллиона долларов. Получается, что валютные резервы всех стран мира составили 16 % мирового ВВП.

Более 2/3 всех валютных резервов мира приходится на страны периферии мирового капитализма (ПМК), а на экономически развитые страны (страны «золотого миллиарда») – менее 1/3. Здесь мы видим ярко выраженную асимметрию. На экономически развитые страны приходится примерно 50 % мирового ВВП (расчет по паритету покупательной способности валют), остальные 50 % – на страны ПМК (куда включаются Китай, Россия, другие страны БРИКС). То есть доля валютных резервов, сосредоточенных в экономически развитых странах, оказывается существенно ниже их доли в мировом ВВП, а для стран ПМК имеет место обратная картина.

Международные валютные резервы (МВР) представляют собой долговые требования той страны, которая их накапливает по отношению к остальному миру. Это означает, что страны ПМК посредством накапливания МВР осуществляют мощное кредитование экономически развитых стран. Учитывая, что большая часть МВР формируется за счет казначейских долговых бумаг стран «золотого миллиарда», которые имеют крайне низкие процентные ставки (по казначейским бумагам США она сегодня не превышает 0,25 %), получается, что страны периферии мирового капитализма, включая и Россию, и Китай, осуществляют почти беспроцентное кредитование стран «золотого миллиарда». МВР превратились в эффективный инструмент неоколониального ограбления Западом стран, находящихся за пределами зоны обитания «золотого миллиарда». Для целого ряда стран Запада создание больших резервов валюты вообще лишено смысла, так как центральные банки этих стран эмитируют резервные валюты. Иначе говоря, они закупают на мировом рынке товары и осуществляют иные необходимые международные платежи с помощью «печатного станка». Получение национальной денежной единицей статуса резервной валюты происходит на основе специальных критериев МВФ. Эти критерии сконструированы таким образом, что в разряд резервных валют «первого сорта» попадают лишь немногие денежные единицы – доллар США, евро, фунт стерлингов Великобритании и иена Японии. К резервным валютам «второго сорта» относятся швейцарский франк, доллар Канады, доллар Австралии и, с некоторыми натяжками, валюты скандинавских стран, не входящих в Евросоюз. Валютам стран периферии Международный валютный фонд статуса резервных валют не предоставляет.

Вместе с тем нет никаких ограничений на то, чтобы страны-члены МВФ накапливали в своих международных резервах любые валюты, какие пожелают. Более того, МВФ не требует от стран-членов обязательного раскрытия состава своих международных резервов по видам валют. Они могут ограничиваться представлением суммарных цифр МВР. Экономически развитые страны представляют в МВФ достаточную «прозрачную» картину своих международных резервов. А вот страны ПМК предпочитают не раскрывать валютную структуру своих резервов. По всему миру почти половина МВР являются «непрозрачными».

Валютная структура резервов стран «золотого миллиарда» и стран ПМК разнятся не очень сильно. Однако еще раз напомним, что приведенная статистика охватывает только часть общей мировой картины. Есть подозрение, что те страны ПМК, которые раскрывают валютную структуру своих резервов, идут в фарватере некоей общей линии Запада, «подравнивают» валютную структуру своих резервов под ту структуру, которую формируют страны Запада. Большинство же стран МПК имеют собственные представления об оптимальной структуре своих валютных резервов, но эти представления не афишируют. А потому и не раскрывают валютный состав резервов.

* * *

Можно предположить, что целый ряд стран ПМК уже давно накапливает в составе своих валютных резервов те валюты, которые МВФ не признает резервными, то есть валюты «третьего сорта». Причины могут быть разные. Прежде всего, такие валюты используются в двухсторонней торговле. Их легче заработать, и они практически более востребованы для обслуживания двухсторонних экономических отношений. Отход от накопления валют «первого сорта» и «второго сорта» снижает риски санкций в отношении, действующей таким образом, страны со стороны Запада. Пионером здесь является Иран, против которого Вашингтон осуществляет экономическую блокаду с 1979 года. Тегеран уже давно отказался от накопления доллара США в своих резервах, а сравнительно недавно – и от евро (после того, как США подключили к санкциям ЕС и заставили его прекратить закупки иранской нефти). В международных резервах Тегерана имеются юани, рупии, российские рубли, золото…

Среди валют «третьего сорта» наиболее значимой является китайский юань. Целый ряд стран Африки, Азии и Латинской Америки, не дожидаясь легализации юаня как резервной валюты со стороны МВФ (Фонд требует от Китая введения полной конвертации юаня и его свободного плавания), накапливают его в своих резервах. Уже на начало 2012 года, по оценкам экспертов, юань находился в международных резервах 12 стран. На сегодняшний день Народный банк Китая имеет действующие соглашения о валютных свопах с центральными банками более 20 стран. Эти соглашения предполагают обмены национальными денежными единицами для обслуживания торговых и иных экономических отношений между Китаем и другими странами.

Так же и российский рубль, который тоже относится к разряду валют «третьего сорта», уже давно включается в состав международных резервов некоторых постсоветских стран. Например, в международных резервах Белоруссии на российский рубль уже в 2011 году приходилось около 25 %. Учитывая, что Китай и Россия предполагают в ближайшие годы до половины своего взаимного товарооборота перевести в рубли и юани, указанные валюты, естественно, станут составной частью международных резервов обеих стран.

2014 год

Content

Валентин Катасонов
Главный финансовый противник. ФРС против России

Предисловие

Глобальный картель

Война золота с долларом

Манипуляции с золотом: последние новости

Рождение глобального валютного картеля

Бегство от Америки

Агония Федерального резерва

«Пересмотр потолка государственного долга США»

Предвестник грядущего кризиса

Кому должны США?

Бегство от Америки

Сенсационное событие в мире финансов

Финансовое ОМП

Потрясения мировых банков

«Черный список» американских банков

Финансовое оружие массового поражения

Образование «пузырей» на финансовых рынках

Дефолт с конфискацией

США: конфискация депозитов

Европа: управляемый дефолт

Затонет ли корабль МВФ?

Война против России

Об экономических санкциях против России

Банковская война против России

Приемы войны против России

Новая порция санкций против России

Торговая война с Россией

Асимметричные ответы России

«Запас прочности» Украины

О платежном балансе Украины во времяи после майдана

Поможет ли Украине МВФ?

Защита от доллара

Об Иране, Саудовской Аравии и ФРС

Иранский ответ на санкции США

БРИКС против Бреттон-Вудса

Наступление юаня

Превратится ли юань в международную валюту

Панорама мировых валютных резервов