Владимир Андрейченко

Блюдо для друга

Стволы ружья в бешенном танце плясали в руках сталкера. Лешак был в отчаянии. Он не знал, что делать. Свора слепых собак клубком тел облепила его единственного друга, из последних сил отбивающегося от мутантов. Акбарса совсем не было видно в страшном хороводе смертельной схватки. Лишь слышалось доходящее до хрипоты его злостное рычание. Выстрелить в клубок звериных тел и не зацепить Акбарса, было практически невозможно. Лешак замер на мгновение в нерешительности. В голове с быстротой молнии начали прокручиваться сцены трагической развязки схватки. Страшно. Не за себя, а за друга, который мгновением назад в который раз спас его от неминуемой гибели…

* * *

Сталкер как никогда радовался тому неимоверному факту везения, выпавшему на его долю. Поле, длительное время заботливо оберегаемое Зоной от постороннего взгляда, в результате воздействия последнего выброса, внезапно явило всем желающим свой лик. Множество аномальных образований и россыпь артефактов, искрящейся и манящей своим великолепием картиной, радовали глаз и будоражили сознание. Три года бесцельных скитаний и горечь сплошной невезухи мыльным пузырем лопнули, разлетевшись радужными красками на множество мелких частей. Вот она — удача! Наконец госпожа Фортуна, всякий раз стоящая к ним задом, развернулась вокруг своей оси на сто восемьдесят градусов! Наконец! Есть в жизни счастье!

Лешак, засмеявшись, потрепал пса по загривку и торопливо принялся собирать чуть не с небес свалившиеся на него дары раздобрившейся Зоны. Акбарс весело сновал рядом с хозяином, алый язык его, свесившись чуть не до земли, болтался из стороны в сторону. Частое и шумное дыхание пса говорило о том, что он полностью разделяет радость сталкера. Что хорошо хозяину, зачастую хорошо и верному другу. А полнота сидора, набитого почти под завязку отборным хабаром, словно предлагала уже двигаться в обратном направлении. Но Лешак решил, что те два артефакта, которые находятся на дальнем конце видимого пространства и имеют немалую стоимость, совсем не помешают собранной коллекции. Сталкер осторожно проскочил мимо аномалий и уже протянул было руку к одному из них. Акбарс, не уменьшая дистанции, проследовал вслед за ним, но внезапно рванулся в сторону, сделав огромный прыжок. Лешак замер, не успев понять такого поведения друга, но через мгновение уже держал в руках свой штуцер, направив его стволы в сторону опасности. А пес, стремительно преодолев расстояние до цели, уже вцепился клыками в горло нападающего на человека кровососа. Тот, отказавшись от задуманного, оторопело замер на месте, не успевая предпринять решение. Либо ему продолжить атаку, либо начать отбиваться от назойливой собаки. Такого с ним еще ни разу не происходило. Все мутанты собачьих производных, проживающих в Зоне, либо боязливо обходили монстра стороной, либо просто удирали от него на всех парах. Акбарс, привыкший к подобным сценам и давно живущий с хозяином в унисон, резко отскочил в сторону, оттолкнувшись от кровососа всеми четырьмя лапами. Приземлился и всем телом прижался к земле. Освободившийся от хватки челюстей пса кровосос, решивший, что противник испугался его и отступил, вновь продолжил атаку на сталкера. Но не успел сделать даже пары шагов, как оказался без венчавшей его тело головы. Хлынувшая из развороченной шеи кровь, имеющая красновато-коричневый оттенок, фонтаном окатила все вокруг. Тело дернулось, а затем, медленно заваливаясь вперед, рухнуло на землю. А по полю прокатился раскатистый звук выстрела из ствола, приспособленного под охотничий патрон 12 калибра. С летящей навстречу картечью, выпущенной почти в упор, шутки плохи.

Подобные сцены были до мелочей отработаны напарниками уже давно. Акбарс, бросающийся на врага, привлекает внимание хозяина и уходит с линии огня. А Лешак, успевший прицелиться, добивает противника из штуцера. Восемь совместно прожитых лет дали о себе знать…

* * *

Глухая тайга Красноярского Края, многие сотни километров совершенно не тронутой наступающей цивилизацией природы. Лишь шум многовековых дебрей кедровника и обилие зверья. Богатый уголок заповедной зоны и изредка пробирающиеся тайными тропами в поисках добычи браконьеры. Лешак, и сам занимающийся ранее подобным промыслом, попался, как говорится, на том, с чем не поспоришь. Зверя бил? Бил. Шкуры в наличии? В наличии. Значит, попался с поличным? С поличным. Выбирай: пойдешь по статье или начнешь борьбу с подобным варварством? Небольшое раздумье. Начну борьбу… Так и оказался новоиспеченный егерь на отдаленном кордоне, за сотни километров от ближайшего человеческого поселения. Обжился, осмотрелся: а ничего, глушь, но своя, родная. Со знакомыми запахами и шумом ветра в кронах могучих хвойных деревьев. Спокойствие и тишина, нарушаемая лишь матушкой-природой да многочисленным звериным народом. А рядом верная собака Жулька, потомок таежных волкодавов, ни на минуту не оставляющая хозяина во время обходов границы кордона. Да в сенях избушки блеяла коза, требующая для себя очередную порцию душистого сена.

Иногда казалось, что воздух настолько чист и прозрачен, что еще немного, и он исчезнет окончательно, тогда дышать будет совершенно нечем. Природа же вокруг буянила многоголосьем и жила лишь только по известным ей одной правилам. Зимними вечерами, сидя возле печи в своей сторожке и не зная, куда приложить ничем не занятые руки, понял вдруг Лешак, что имеет дар на всевозможные поделки, выструганные из древесины. Причудливые фигурки, похожие на птиц и зверей, свистульки и уж совсем непонятного вида экзотические образы невиданных тварей из сказок и былин. Строгал по старинке, ножом, грубо, но с любовью и старанием. Строгал и видел в маленькое оконце избушки то, как выходил из леса одинокий волк и подолгу с тоской смотрел на жилище собаки и человека. Смотрел, словно ждал чего-то, и иногда протяжно выл, задрав узкую морду к висящему на небосклоне диску луны. Нет, не выл, а пел одному ему знакомые песни о жизни. А к весне и Жулька, заинтересовавшись серенадами настойчивого жениха, начала убегать ненадолго на встречу с зовом природы. И стал замечать Лешак последствия свиданок по тому, как заметно начало округляться брюхо собаки. Смотрел и тихо ухмылялся сквозь пышную бороду. Скоро забот прибавится обоим!

Все гладко не бывает никогда, вот на беду и завелся в окрестностях медведь-шатун, вероятно не нагулявший к зиме достаточного количества жира для длительной спячки. Бродил по окрестностям и с каждым разом все ближе подбирался к жилью, пока не оказался перед самой дверью. Жулька, тщательно охранявшая дом, рванулась навстречу противнику, да неудачно. Одним ударом могучей лапы сломал медведь собаке позвоночник и заревел. Вот прямо в открытую пасть и выстрелил Лешак из ружья картечью. Рев грозного хозяина тайги смолк и он всем телом рухнул, как подкошенный, у порога сторожки. Лешак же, не обращая больше внимания на смертельно раненного зверя, бросился к собаке, все еще надеясь на счастливый исход произошедшего. Но горькая правда больно ударила по расшатанным нервам. Не будет больше верная псина сопровождать его в походах, и уже никогда не раздастся в округе ее веселого лая. Голосом такого же дикого зверя заревел Лешак, не зная, что ему теперь делать в этих глухих местах в одиночку. Лишь на мгновение потеряв контроль над собой, рванулся в жилище и стремглав вернулся к телу собаки с ножом в руке. Словно на автомате резанул по животу псины острием и запустил вовнутрь руку. Вытащил на свет не успевшее родиться потомство. Да только видно зря тешил себя надеждой. Сформированные полностью щенки не подавали признаков жизни. Взгляд Лешака потух и он замер от горя, сидя с окровавленными руками перед остывающим телом верного друга. Как быть дальше? В одиночку в такой глухомани жить, только тронуться умом окончательно…

Внезапно один из щенков дернул лапками, а из беззубого ротика раздался сдавленный писк. В глазах Лешака вновь вспыхнула искорка надежды, протянул он руки к маленькому тельцу и поднял его к лицу. Малец вздрогнул, засучил лапками, но не умел он еще дышать. Тогда поднес человек сморщенную мордочку к своему лицу и вдохнул в щенка жизненный поток, расправил не до конца сформировавшиеся легкие, наполнив их воздухом. Щенок закашлялся, задышал, из горлышка его вырвался уже настоящий крик живого существа. Рванулся Лешак в дом, к печи, к теплу со своей драгоценной ношей в руках. Схватил единственное махровое полотенце, завернул мальца и аккуратно уложил его на лежанке. Потом взял со стола кружку с козьим молоком, опустил в молоко палец, сунул его в рот щенка и улыбнулся с надеждой. Природный инстинкт заставил живое существо с чмоканьем присосаться к "материнской груди". Так и провел Лешак на коленях возле своей драгоценности почти двое бессонных суток.

Шло время. Постепенно ритм жизни наладился окончательно. Весна в округе вступила уже в свои полные права, а по избушке с радостным лаем носился подросший щенок, время от времени оставляя за собой на полу мокрые лужицы. Лешак радовался, как никогда, но одними домашними заботами не мог сковывать себя вечно. Работа требовала от него решительных действий и необходимости, в срочном порядке приступить к исполнению обязанностей. Вот и бродил Лешак по границам кордона, бдительно осматривая свои "владения" и оберегая их от непрошеных гостей. Акбарс подрос и уже постоянно сопровождал хозяина в его походах. Так и встречали они неразлучной парочкой любителей поживиться на халяву. Свое дело егерь знал хорошо и со старанием выполнял порученное. Иных отпускал с богом, журил, с укором качая головой, но понимал, что у людей иногда просто не бывает выбора. Работы нет, а семью кормить надо. Сам ведь раньше был таким. А особо наглых гнал прочь без жалости и страха. Несколько раз даже пришлось серьезно повоевать. И однажды, в подобной ситуации был ранен, но от врагов не отстал, положив их в тайге всех до одного. Понаехало начальников, следственных органов и еще различных комитетов по борьбе, неизвестно за какие интересы. И снова над Лешаком нависла угроза попасть в места "не столь отдаленные", не помогла даже репутация беспринципного блюстителя закона и порядка в таежных далях. Подумал, погоревал, но решил дальнейшую судьбу не испытывать, собрал нехитрый скарб, отдал козу в надежные руки, надел на Акбарса намордник и подался в места более далекие и непредвиденные своей сущностью. Так правдами и неправдами оказались человек и его верный пес в Зоне. А что? Глухомани хватает, а зверья даже с лихвой. Не дом родной, но при желании и здесь жить можно…

* * *

Раскатистым эхом прокатился звук выстрела по окрестности. И вырвались из-за ближайшего пригорка два десятка слепых псов. Завыли, затявкали, волной накатываясь на двух друзей. Первым их и встретил верный Акбарс, прикрывая собой хозяина. Лешак, наученный ударами судьбы на изменение обстановки реагировать мгновенно, не долго стоял в нерешительности. Стрелять было нельзя, а друга срочно требовалось выручать из беды. Перехватив левой рукой штуцер за стволы, а в правую взяв нож, рванулся сталкер в самую гущу собачьего племени. Нож в его руке сверкал, как меч правосудия, приклад ружья вышибал дух из слепых собак, перешибая им позвонки и ломая ребра на рваных боках. Ноги тоже не остались без работы, бронированные ботинки с хрустом врезались в собачьи морды. Да и Акбарс тоже не оставался перед слепыми псами в долгу. Имея в своих жилах горячую кровь предков, не забывал никогда, каким зверем является на самом деле. Несколько истерзанных собачьих тел уже валялось рядом с местом побоища. Но, при всей подготовке и сноровке обороняющихся, силы были явно неравны. Поэтому Лешак, получивший несколько серьезных ран, позвал Акбарса за собой и начал отступление.

Так продолжалось еще десяток минут. Пятящиеся напарники, отбиваясь от наседающих собак, добрались, наконец, до небольшой рощицы. Вдруг вокруг них раздалось зловещее шипение и мир, исказившись на время до неузнаваемости, с громким хлопком вернулся в привычное положение. Акбарс в этот момент еще терзал тело одного из слепых псов. И все звуки окружающей природы, минуту назад пугающие своей действительностью, мгновенно растворились без остатка. Лешак встал, как вкопанный и опешил, удивляясь резкой перемене обстановки. Оглядевшись кругом, он понял вдруг, в какую переделку попали оба напарника. В баре мужики не раз рассказывали про подобное чудо, перешучивались за соседними столиками, но воочию видеть подобного еще не приходилось никому. Аномалия "Пространственный пузырь". Попавший в нее может навеки остаться внутри, так и не выйдя больше наружу. Страшная вещь, грозящая живому существу длительными мучениями и голодной смертью. Лешак, которого охватила мгновенная паника, начал рваться в разные стороны, но, обойдя поляну по кругу и каждый раз натыкаясь на невидимый барьер, понял, что произошло именно то страшное, чего сталкеры опасались больше всего. Пространство десять метров в диаметре, четыре ствола дерева, небольшой куст можжевельника, мертвое тело слепого пса, они с Акбарсом и все… Сел посреди поляны в раздумьях и так просидел некоторое время. В данный момент даже болящие раны на теле его совершенно не волновали. По мозгу носился рой мыслей, выискивая возможный путь к спасению, но ничего полезного в голову не приходило совершенно. Из ступора его вывел влажный язык Акбарса, прошедшийся по руке. Лешак поднял взгляд на друга и трагично произнес:

— Попали мы с тобой, брат, как кур в ощип. Дела-а-а-а…

Пес, разгоряченный до сих пор произошедшей схваткой, сидел рядом с хозяином и, широко раскрыв пасть с высунутым языком, часто дышал. Глаза его преданно смотрели на человека, а окровавленный хвост весело мотался из стороны в сторону. Акбарс привык к положению вещей, если Лешак находился рядом с ним, значит, все хорошо. Поэтому сидел спокойно и не понимал тяжелого положения, в котором оказались оба напарника. Но делать нечего, на первое время требовалось попытаться залечить обоим нанесенные слепыми собаками раны. Чем и решил заняться сталкер, сняв со спины рюкзак и достав оттуда медицинскую аптечку…

Прошел месяц, время мучений и невыносимых мыслей о безысходности положения. Находящиеся в сидоре скудные продукты уже давно были съедены без остатка. Акбарс успел обглодать до белизны кости убитого им слепого пса. Благо еще, что воды хватало с избытком. Часто идущие в Зоне дожди омывали деревья и по стволам их стекали вниз струйки живительной влаги. На то, являются ли они вредными для организмов напарников, никто из них уже давно не обращал внимания. Без необходимой воды живой организм долго не протянет при любом раскладе. Хорошо еще, что без пищи прожить, какое-то время, было можно. Но только какое-то, пока организм не сожжет все жиры, отложенные им на черный день. Судя по состоянию человека и собаки, до злополучного дня оставалось совсем немного. Поляна, на которой оба оказались заперты смертельной ловушкой, представляла из себя жалкое зрелище. Трава, листья кустарника были вырваны до основания, даже кора на стволах деревьев содрана на высоту, до которой смог дотянуться сталкер. Акбарс сильно похудел и все чаще просто лежал рядом с хозяином без движения, время от времени в тысячный раз пытаясь дотянуться до внутреннего содержимого черепа слепой собаки. Единственное, что напоминало Лешаку о верном псе — его осмысленный и преданный взгляд. Сон уже не казался человеку подобием спасения от действительности, когда он мог забыться и на время отвлечься от тягостных мыслей. А что дальше? Неужели — это конец? И все так просто? Теперь каждый сон был лишь очередным мучением, в котором он в преогромных количествах съедал различные блюда. Ел, ел, ел и не мог остановиться ни в какую…

Встряхнув головой и выйдя из забытья, Лешак с трудом приподнялся и сел. Что же делать? Так дальше быть просто не может! Взгляд его наполнился полным безрассудства гневом. Кто его так наказал? За что? Почему именно он?!!! Оглядев окружающее пространство и не найдя ничего нового, перевел внимание на лежащего рядом пса. Бросившись вперед, сталкер вырвал зажатую между лапами собаки черепушку и вонзился в нее зубами. Раздался скрежет, зубы скользили по кости и не смогли захватить ничего съестного. Пробуждающийся в дальних уголках сознания зверь все настойчивее рвался наружу, к свободе, к кровавому пиршеству. Возникшие в голове мысли поначалу напугали его своей дерзостью, но желудок требовал еды. Еды, еды, ЕДЫ!!! В этот момент осмысленный взгляд человека совершенно потерял всякую связь с разумом. ЕДА!!! Откинув бесполезный череп, выхватив нож и крепко зажав его в руке, Лешак бросился на Акбарса. А тот лишь слегка повернул голову и приветливо махнул ему хвостом, словно понимал, что все так и должно было произойти…

Зверь в облике человека замер, нож остановился в каких-нибудь миллиметрах от морды пса, рука крупно дрожала в нерешительности. Вдруг перед глазами выплыли кадры из старой кинохроники, неоднократно освещаемые вездесущими корреспондентами. Аэропорт, движение по летному полю самолетов и обслуживающих машин, идущие на посадку люди и… собака. Пес, несколько лет верно ожидающий неизвестно куда улетевшего хозяина… И вспомнился вдруг нашумевший фильм "Белый Бим, Черное ухо", в котором рассказывалось о подобной же трагической судьбе преданного человеку пса.

Лешак круто развернулся, Акбарс все так же добродушно махнул ему хвостом еще раз. Закричав из последних сил, сталкер в припадке гнева на все происходящее начал вонзать в землю нож. Сволочь! Сволочь! Как ты мог решиться на такое! За подобное прощения не может быть никогда! Такое смывается только кровью! Внезапно озаренный догадкой, чем он может помочь Акбарсу, развернул сталкер нож острием к себе и начал резать собственную плоть. Не обращая внимания на обильное количество крови, вытекающее из раны, положил Лешак отделенный от тела кусок перед псом. Тот, обрадованный видом окровавленного мяса, потянулся к еде, но внезапно отпрянул. Еда пахла хозяином. Удивленно посмотрел Акбарс на человека, вновь приветливо махнул хвостом и смущенно опустил нос к земле.

Все произошедшее в дальнейшем Лешак помнил уже с трудом. Выходя из беспамятства на короткое время, он вновь отрезал от себя кусок, оставлял его перед псом и опять оказывался в забытье…

Проходящая мимо группа сталкеров с удивлением увидела необычное зрелище. Громкий хлопок разверзшейся аномалии и осыпавшаяся с деревьев листва открыли перед троицей страшную картину. Посреди поляны лежал рюкзак, полный хабара, а рядом — изможденный пес и лежащий возле него окровавленный человек с ножом в руке…

* * *

— Смотри. — Сталкер указал напарнику рукой в сторону взгорка. — Видишь на холме силуэт сидящей собаки? Вот уже второй год хожу по этим местам, а пес все сидит. Там могила его хозяина. Странная история произошла, скажу я тебе. Хозяин погиб, а пес выжил. Вот так два года и сидит здесь. Вот она — собачья верность.

Content

Владимир Андрейченко
Блюдо для друга