Вдохновение

Сборник стихотворений и малой прозы. Выпуск 1

Виктор Бри

Родился 8 октября 1991 года, представляет родной город Обнинск.

Автор о себе: «По роду деятельности являюсь авторским исполнителем и фотомоделью, а стихи сами рвутся наружу. Стихи пишу с начала 2015 года, до этого писал песни. C 14 лет начал пытаться «бренчать» на гитаре из-за того, что девчонка променяла меня на парня с гитарой, который был старше всего на пару лет, для меня это послужило большим толчком, и теперь я вижу своё будущее в музыке, ну и не только.

Петь и писать стихи – вот что я люблю».

https://www.instagram.com/viktor_bree/

https://vk.com/viktor_bree

Награда

А я по-своему схожу с ума,

Оно для творчества весьма полезно.

Когда душа моя в кого-то влюблена,

Здесь остановку делать бесполезно.

Отдам всё сам, покой и аппетит,

И главное, ей это всё не надо.

Внутри мне голос вопросительно твердит —

Все эти чувства к ней, нам от кого награда?

Когда-нибудь

Когда-нибудь я буду рядом.

Пока ты пьёшь любимый кофе,

С терпкими нотками весеннего яда,

Жизнь любуется тобою в профиль.

Когда-нибудь окинем взглядом

То, что было у нас под ногами.

Сейчас мы слепы, неведенью рады.

Тебе расскажу между нами,

Твой кофе остыл, как и чувства во мне.

Теперь я люблю другую.

Не хочется врать, ни тебе, ни себе,

Чтоб жизнь не прожить нам впустую.

Из рая

Хочу остаться просто человеком,

И не испортиться, до крайности дойдя.

Без пафоса, надмености всей этой,

Закрыть спокойно двери, уходя.

Мне страшно нынче стать бездушным,

Хотя я часто надеваю эту маску.

Да, все мы носим маски дружно,

И думаю, в том есть свои опаски.

Так можно ведь не вспомнить, кто ты есть?

И жить так долго, про себя не вспоминая,

Однажды где-нибудь на лавочку присесть,

И размышлять, за что нас выгнали из рая…

Тёплые ветра

С твоим поцелуем воздушным,

Пришли и тёплые ветра.

Какая разница, кому быть нужным,

Если нужен ты им не всегда.

У нас ведь как, всё познаётся в горе.

Пока ты нужен, счастливы друзья,

А как пройти нам вместе море,

То тут уж рядом никого.

Александр Дрозд

Представляет г. Череповец Вологодская обл.

Родился в Братске Иркутской области. Образование высшее. В последние время работает над собственным проектом: «Серия сказок о значении и истории имён» в сотрудничестве с художником-портретистом М. А. Смирновой Художник создаёт к сказкам автора портреты-иллюстрации детей. На данный проект вдохновила дочка Маргарита. Благодаря этой идее получил диплом первой степени в городском конкурсе «Папина книжка 2016» В планах издать полноценную серию сказок с иллюстрациями и создать выставку работ с изданием книги. Был номинирован на премию «Писатель года – 2016» и «Писатель года – 2017» по версии сайта «Проза. ру».

Артём

В далекие времена, когда Грецией и всем миром правили боги во главе с Зевсом, богом грома, что восседал на самой высокой горе Олимп, жил молодой охотник. Он любил своё дело, чтя законы природы и животного мира. Охотник знал все способы ловли диких животных и добился таких успехов, что не стало в тех краях равного ему в этом занятии.

Однажды в ловушках охотника стала пропадать живность. Решив отследить того, кто таскает его добычу, он затаился за деревом близ одной заранее установленной петли для ловли и стал ждать. Ждать пришлось недолго, около полуночи в петлю попал молодой олень, но охотник терпеливо сидел в засаде, поджидая совсем другого гостя. Через некоторое время под лучами ночного светила из ниоткуда появилась девушка. Вокруг её ног летали ночные светлячки, освещающие дорогу, и казалось, что девушка летит над землёй. Ничего прекраснее ловец никогда не видел в своей жизни и был навсегда покорен прелестницей. Дева освободила несчастного невольника, и только олень убежал, как из-за дерева, оторопев и потеряв дар речи, вышел молодой охотник. В мгновение их глаза встретились, она оглядела растерявшегося от неожиданности ловца, слегка улыбнулась и, обернувшись дикой ланью, ускакала прочь в чащу темного леса. Это была Артемида. Как любой охотник тех мест он слышал легенду, про дочь великого Зевса, покровительницу охоты и защитницу всего живого. Легенд ходило про неё много, одна из которых гласила, что она бесчувственная и не пожалеет никого, кто встанет у неё на пути, а ещё поймать или увидеть богиню невозможно, если только она сама этого не захочет. Многое поговаривали про дочь великого Зевса, но правду наверняка никто уже никогда не узнает.

Охотник больше не мог думать ни о чём, кроме той, что навсегда завладела его сердцем. Многие ночи не мог сомкнуть глаз влюблённый юноша, с надеждой блуждая и выслеживая по лесам ту, чей путь освещают ночные жители при бледном свете луны. Как он ни пытался, какие только ловушки ни ставил, она больше не появлялась.

Шло время. Артемида, которая всё это время наблюдала за влюблённым в неё человеком в обличии разных животных, тешилась над его глупыми стараниями. Но как-то богиня заметила, что охотник перестал появляться в лесу. Девушка так заскучала по своему ловцу, что даже стала жалеть о том, что не появилась и не дала возможности любимому охотнику.

Артемида ждала того, кто стал ей мил, но ловец так и не объявлялся. И вот в полную луну проснувшиеся от дневного сна ночные бабочки кружили хоровод вокруг скучающей девы. Она прогуливалась по ночному лесу в поиске попавшихся в ловушки животных. И вот, когда девушка освобождала дикого кабана от охотничьего капкана, то не успела она даже глазом моргнуть, как зверь скинул шкуру и перед ней появился молодой охотник, наконец поймавший ту, которую невозможно поймать. Ведь чтобы поймать дикую богиню, лучше и не придумаешь как стать для неё жертвой, так ловец и поступил, скитаясь по лесу диким зверем, облечённым в шкуру. Артемида была так счастлива, что, не раздумывая, подарила своё сердце упорному и столь любимому охотнику. Они были так счастливы вместе, что богиня любви Афродита, увидев столь сильное чувство, подарила им ребёнка, которого они с нетерпение ждали.

Узнав, что дочь влюблена в человека, всемогущий Зевс пришёл в ярость. Он решил лишить девушку божественных сил и погубить ещё не родившегося ребенка, которого носила она под своим сердцем. Артемида знала, что Зевс будет против этого союза и, чтобы уберечь своего возлюбленного и плод их любви, обратилась в медведицу, скрывшись от отца в диком лесу, где и родила сына. Дабы никто из богов не смог навредить ребенку, заботливая мать отдала ему свою божественную силу и нарекла Артемием, что означало «невредимый». Ни одна болезнь не могла навредить мальчику, ведь в его жилах текла кровь богов. Люди говорили, что прожил Артём свою жизнь очень счастливо и интересно. Только вот магическое превращение в медведицу не прошло даром и отразилось на ребенке медвежьей силой и рисунком на верхней губе, похожим на поцелуй медведя. Так у людей и повелось называть своих сынов именем Артёма, в честь богини, что отреклась от божественной силы ради любви и здоровья своего ребенка. Спустя века эта история была забыта, а может и не было её, хотя иногда появляется ребенок, в чьих жилах течёт кровь богов, а на теле, как отметина волшебной силы, – медвежий поцелуй, защита от всех болезней, ведь богов болезни не берут.

Ева Ермакова

Администратор поэтического сообщества ВКонтакте «Стихи – музыка наших сердец» (https://vk.com/poetryofoursoul). Главный редактор творческого интернет-журнала «Полка». Публиковалась в сборниках издательства «Десятая Муза»: «Время», серия «У камина», вторая «Книга сказок». Свои произведения размещаю на страницах ВКонтакте https://vk.com/id236713800 (без цензуры) и Стихи. Ру http://www.stihi.ru/avtor/deadkozetta.

Говори со мной, таким пропитым, о любви…

посвящается К. М.

Да!

Говори со мной, таким пропитым, о любви,

Твои тёмные волны волос и мои сигареты,

Мы ещё не стары, мы уже не стары, мы – поэты

На земле, где шёлк стихов у других не в крови.

Сжечь

Я готов квартиру, старый диван, стопки книг –

Этот холст должен чист быть, одной лишь тобой увлечённый.

Поднимись у стены, красоты идеал обнажённый,

И луна лиловым светом тебя осветит.

Знай,

Налегке мне пелось, так же пускай и сгорю, –

И не нужно меня воскрешать, словно феникса пепел.

Много зла я наделал, и многое доброе встретил, –

Но прошу серьёзно: встреть со мной эту зарю.

Так

Мы истошно вскрикнем гимн отработанных сил,

Распластаемся дрожью на белых измятых навечно;

И, обняв напоследок дурманяще влажные плечи,

Говорю: спаси мя, Господи, и пронеси…

Екатерина Захарова

Представляет г. Саратов. Начала сочинять лет в 5. Автора интересует устройство мира, вселенная, человек и его связь с космосом. Пишет стихи, сказки, сценарии для детских спектаклей, песни. Публиковалась в коллективном поэтическом сборнике «Сокровенные души» – спецвыпуск «Капсула времени».

Фрегат «Любовь»

Куда вы плывёте, вечные странники, облака?

Спускается голос их безмятежный издалека…

– В страну блестящих льдов и снегов.

– В край молчаливых горных хребтов.

* * *

Иди, иди, воздушный мой фрегат,

По млечному пути открытой бури.

Пал в чёрную дыру, как в пасть акуле,

Затягивал тебя девятый вал.

Кипел котёл ночного наважденья,

Чудовищ море бушевало здесь,

Ты окольцован пламенной вселенной,

Сливаются в сраженьи жизнь и смерть.

Летишь, вслепую огибая мины…

Другие корабли пошли ко дну,

Тебе же помогала Божья сила

Держаться в обороне на плаву.

Не волновала слава, роскошь, деньги…

Лишь слышалась молитва за больных,

Ты избирал пути длинною в вечность,

Но вовремя спасал полуживых.

А те, полуживые, были люди,

Чьи души, не растленные волной

Обмана, поражений, революций,

Воскресли со святою чистотой.

Другие же повисли в эго-путах,

Скрываясь в лицемерии толпы.

Их души искривились, словно прутья

Сухого дерева, а корень сгнил.

Опасно утопающее стадо

Бездушно-гордых, жалостно-слепых,

Утянут в леденящей лихорадке

В пучину мертвенно-жестокой тьмы.

Безликие пропали в бездне страха

Богатством опалённые сердца.

Монеты, не щадившие раскладом,

Затмили ложным блеском их глаза.

Свершилось правосудие морское,

Фрегат на гребне ласковой волны,

Стрелою мчится к солнцу золотому,

За горизонтом видит край земли.

В надежде люди ожидают чуда:

Спасение – живящий эликсир,

Что принесло волшебное им судно,

Преодолев опасные пути.

Вот поднялись на палубу по трапу

И вынесли из трюма корабля

Семь уцелевших ящиков с лекарством,

Так брежно, как тепло в руках держа.

Вернулась к людям жизнь, душа воспряла,

Доверчивым стал безразличный взгляд.

Затеплилась любовь, и заиграла

Стихийная мелодия наяд.

С тех пор прошло уж несколько веков,

Почти что позабыта песня эта,

В стихах моих останется бессмертным

Фрегата имя стойкое – «Любовь»!

17.01.17

Духи

Сумрачно, зябко и тихо в аллее,

Кружатся Духи белых снегов,

Ярко сияют неоновым светом,

Слышится хруст прозрачных шагов.

Над головами людей пролетают

Призраки сказки, призраки сна…

Люди не видят и не замечают

Звуки зимы ушедшего дня.

Я никого на аллее не встречу,

Время проходит мимо меня.

Чьи-то следы заметает не Вечер,

Их удаляет Память моя…

14.01.17

Рита Зимовски

Студентка. С детства увлекается поэзией и музыкой. Участвовала в литературных конкурсах, выступала на поэтических мероприятиях. Ценит в поэзии искренность.

Страница автора в Сети:

http://www.stihi.ru/avtor/hasretim

Белая звезда

Ветер, снег – кругом холода,

И мне в окна смотреть не хочется.

Вдруг надежды моей звезда

Умирает там от одиночества.

Верит, ждёт, скорбит, как и я.

В глубине у звезды болит.

И так страшно узнать, что она

На небе моём не горит.

Вечер, стужа, злые метели,

Надежды моей звезда…

Холода, поди, рассвирепели –

Потухает надежда моя…

Ветер, снег – кругом холода,

И мне в окна смотреть не хочется.

Вдруг надежды моей звезда

Умерла там от одиночества.

«Быть может, дороги из слёз на моих щеках…»

Памяти Хацевой Галины Михайловны

Быть может, дороги из слёз на моих щеках

Когда-то засохнут, и больше не вспомню,

Как много-много тому лет назад

Слеза за слезой наполнялись болью.

Быть может, прощу когда-то себя

И вновь наконец вздохну я спокойно.

Выгоню скорбь из души навсегда –

Мне больше ни капли не будет больно.

Быть может, услышит райская почта

И донесёт до тебя голоса.

Я буду знать, что слышишь ты точно

И смело скажу: «адресат – небеса».

Возможно, хоть как-то ты сможешь узнать,

Как сильно сейчас по тебе я скучаю.

Я лишь одно хочу так сказать:

«Бабуль, слушай, а что хочешь к чаю?»

Тепло

На улице жуткий ветер,

И я надеюсь лишь на одно –

Что тебе в этот вечер

Будет очень тепло.

Зажжённые свечи

Не подарят раздумий,

Не окутают плечи

Воспоминания-пыль.

И в тиши тебя не караулят

Остатки прошлого или быль.

На улице ходят люди,

И если приметить одно,

Они тоже кого-нибудь любят,

А им на них всё равно…

Потухшие взгляды

Тебя не коснутся,

Одиночество всё

Я возьму на себя.

Смотри иногда лишь на небо –

Там Плеяда горит для тебя.

На улице жуткий ветер,

И я жизнь молю об одном,

Пусть тебе каждый вечер

Воплотится теплом.

Виктор Коровкин

По образованию геофизик. Объездил почти всю страну с полевыми изысканиями. Стихи начал писать в экспедициях, но многое не сохранилось. Писать стал для того, чтобы поделиться воспоминаниями. Так появился цикл «Байки геофизика». Печатался в коллективных сборниках «Мирного неба над головой», «Загляните в мамины глаза», «Поэты об искусстве», «Мелодия стиха», «Признание», «Стихи о любви», «Время», «В ожидании чудес», «У камина».

На смерть Бориса

Случилось у меня горе!

Убили Немцова Борю.

Случилось горе у страны,

Но комментарии – странны…

То бизнес здесь, а то модель.

Чему же верить нам теперь?

И что тут делать, плачь не плачь,

А ходит по земле палач.

Палач не только жал курок!

Найдутся все. Лишь дайте срок.

Жизнь – манеж!

День и ночь нас гоняют

По кругу.

Жизнь – манеж! Я цирковая

Лошадка.

Жду, когда ослабнет

Подпруга.

И скачу всё. Ни валко,

Ни шатко.

Проскакал, видно, мимо

Удачи.

Проскакал остановку

Любовь.

И, наверное, было б

Иначе,

Коль на круг тот вернулся бы

Вновь!

Переживаю?

Переживаю? Что вы, братцы,

Полноте!

Чужая женщина лежит в соседней

Комнате.

И запах равнодушия,

Поверь,

Сочится тонкой струйкою

Под дверь.

Лишь жалко только

Лет,

Когда то слышишь:

«Да!»

Потом вдруг слышишь:

«Нет…»

И самому становится вдруг

Ясно,

Что те года потрачены

Напрасно.

И всё равно, хоть напишу,

Хоть устно

Скажу – неимоверно

Грустно…

Из цикла «Байки геофизика»

Перекаты

Стояли мы лагерем в Архангельской области недалеко от реки Онега. Так-то она тихая, спокойная река, но есть место, где она бьётся в пене на перекатах, продираясь между здоровенными валунами, и не дай бог кому-нибудь попасть в самую стремнину – потащит по камням, лишая малейшей возможности сопротивляться её буйному нраву.

Даже байдарочники обходили это место по берегу, но не наш начальник отряда. Отчаянный был парень, надо сказать. А может, дурной просто… Иногда мы устраивали себе отдых, особенно если выдавался очень жаркий день. Тогда мы садились на вездеход и по лесной дороге ехали к этой Онеге. Выбирали место, где река потише, а это обычно изгибы реки, где у берега образуются довольно глубокие тихие заводи. Вот там мы и устраивали свои «пикники».

Так было и в тот раз. Приехали, расположились в месте поживописней, разложили свой натюрморт на полотенцах, разделись – и купаться. А так как места там были совсем дикие, а компания сугубо мужская, то и купались мы в чём мать родила. Плещемся в этой тихой заводи, ныряем, плаваем, но понесло нашего Виктора, начальника отряда, поближе к середине. Сначала вроде ничего, а потом смотрим – подхватило его… И понесло! Он один раз рукой взмахнёт, а глядь, метров двадцать как не бывало. Так и исчез из вида. Мы по берегу – за ним. Но куда там… Не по дороге. Много не находишь. Через кусты продерёшься, а там ручей в реку впадает, ручей одолеешь, дальше бурелом. И всё это вдоль извилистой буйной реки.

Искали мы его, искали, смеркаться стало – всё напрасно. Сгинул, пропал, утонул – решили мы, и побрели к своей стоянке. Там оделись, допили – доели, что оставалось, собрали вещи (его одежду тоже), на вездеход и в лагерь. На следующее утро рванули в посёлок, и в трест телеграмму.

Утонул начальник. Присылайте нового, а то получка будет скоро. Кто выдавать будет? А получку получали переводом на этой же почте.

Но начальник наш, оказывается, выплыл. Барахтался, барахтался, выбился из сил, перевернулся на спину и будь что будет. Доверился реке, и она пронесла его через эти перекаты, правда, всю спину ободрал в кровь. Это уже мелочи по сравнению с тем, что могло случится! Выплыть-то он выплыл, но прибило его к противоположному берегу, и, главное, – в чём мать родила, да ещё ободранного, всего в шрамах-царапинах и в синяках…

Ладно, решил он. Надо скорее добираться до ребят, до одежды. Главное, жив. Но добираться – тоже проблема. Надо же на другой берег переправляться, а назад в эти перекаты не тянет… Да и темнеть уже начинает. Но делать нечего, пошёл он вниз по течению, нашёл место поспокойнее, переплыл. А дальше? Ведь пронесло его не хило по порогам. Идти и идти до места «пикника» по бездорожью вдоль реки. Но что делать? Пошёл.

Уж не буду рассказывать, чего это ему стоило…, но вот, наконец и то место. И никого! Ни ребят, ни одежды! Вот тут он загрустил… Ночь, река, и он в костюме Адама. Адаму-то хорошо, наверное, было. Не Архангельская, условия комфортнее. Да и Ева под боком. Но делать нечего. Успокоился и вспомнил, что поблизости Пустынька, где психоневрологическая лечебница. Ездили туда иногда за продуктами. Хоть и смеркалось, но всё же немного не по себе «без фрака» в гости. И короткими перебежками, где кустами, где ползком добрался до сараев, и туда. Смотрит – там овцы, да такие добрые, тёплые, ну прямо как родные. Он к ним. Отогрелся и начал думать – что дальше? Ведь скоро утро, наверняка к овцам кто-нибудь придёт. Кормить или на выгул погонят. А придут наверняка санитары, они здесь здоровенные и вечно пьяные или с похмелья. Попробуй им объясни ситуацию, да ещё в таком прикиде… Решат – наш клиент! Скрутят, и в палату. А там – когда у них обход, да и врач не внушает доверия. Видел его издалека в прошлые приезды. Накрутил он себя этими думами, собрал какие-то тряпки по углам, соорудил себе юбочку, попрощался с овечками и в путь. В лагерь. Добрался.

А утром Кузьминична, повариха наша, разогревала на костре завтрак для работников. Заспанная ещё. Вставала первая, чтобы всех накормить перед маршрутами. Возится она с костром, чтобы каша не подгорела, чай не выкипел, а тут на неё из кустов утопленник и выходит… Видок ещё тот! Грязный, в овечьей шерсти, в кровоподтёках, всклокоченный и… в юбке!!! Тут Кузьминишна и рухнула. Хорошо, что не в костёр, а рядом. Ребята выскочили из палаток – еле откачали. Один даже чуть из чайника не плеснул. Забыл спросонья, что там кипяток. Потом уже «Робинзона» увидели, забыли, что он утопленник, и ржать… Катались вокруг костра, корчась от смеха. Потом и Кузьминишна оклемалась и подключилась. Бабка-то боевая была. Другая бы с нами не выдержала. Говорит: «Хорошо, что я в обморок грохнулась. А то рука у меня тяжёлая, да и половник в ней был».

Но дальше смешнее. Поехали в посёлок за получкой, а перевод не дают. У вас, говорят, начальник утонул. Сами телеграмму посылали! Пришлось разговор заказывать, официальное подтверждение на полномочия, морока ещё та… Но, главное, все живы, получка получена, Кузьминишна позаикалась и прошло. А юность геологическая, перекаты на Онеге и дурь наша молодая до сих пор в памяти. Не забывается!

Эх, дороги…

Сейчас, когда молодость геологическая далеко-далеко позади, вспоминаются те пути-дороги, по которым довелось прошагать, проехать, проплыть в ту пору. На чём только не перемещались по «необъятным просторам»… Поезда, самолёты-вертолёты, лодки-катера, лошади-машины. Даже танк был у нас в одной экспедиции! Ну, танк не танк, а законсервированный, а потом списанный из армии БМП (боевая машина пехоты).

А если по порядку, начну воспоминания с самолёта. Поначалу было страшновато, но после того, как мы добирались из Ленинграда на озеро Зайсан (предгорья Тянь-Шаня), полёты нам были – как сейчас на трамвае в Питере проехать… Из Ленинграда в Москву, из Москвы в Семипалатинск, из Семипалатинска в Павлодар, из Павлодара в Усть-Каменогорск, а уже из Усть-Каменогорска в город Зайсан. Уже очерёдность городов забыл, но в каждом из была пересадка на другой самолёт, и если из Питера и Москвы вылетали на красавцах-лайнерах Ту, то потом, чередуя ИЛ, Ли, АН, в Зайсане уже вылезали из кукурузника с железными сидениями вдоль фюзеляжа. Уж не знаю, как он и называется, но лететь на нём страшно интересно! Летит тихо, высота маленькая. Как все прилипли к иллюминаторам, так до конца полёта и не отрывались от завораживающих картин, тихонько проплывающих внизу. А посмотреть было на что! Реки, озёра, а главное – горы. И мы, городские парни, скоро будем там!

Чтобы закончить воздушную тему, скажу, что летали и на вертолётах. Но не понравилось. Тесно, и грохот такой над головой, как будто тебе кувалдами лупят по каске.

Ну, поезда-машины само собой. Куда же без них? Лошади, верблюды – это экзотика, не часто… А вот катера, как экспедиционное средство передвижения запомнились на всю жизнь. Всё лето на катерах по Пёзе, правому притоку Мезени. Почти от истока до устья, где Пёза впадает в Мезень.

Искали нефть на севере Архангельской области. И с сейсморазведкой по этой Пёзе! Места нехоженые, звери непуганые. Лагерь разбивали в таких местах, что дух захватывало от красоты. Редко-редко встречались деревушки, так там от силы два-три дня, и дальше. Вниз по Пёзе. Незабываемо!

Но больше всего мне понравился наш танк. О нём поподробнее. Прав водительских у меня долго не было, да и за рулём я не сиживал. Почему-то мне не доверяли это дело.

У папы всегда были колёса. Помню первые – трофейный мотоцикл Цундап с коляской. Сколько мы на нём всей семьёй исколесили по Ленинградской области, не передать… И была у меня тайная мечта, что я когда-нибудь пересяду с заднего сидения вперёд (а было мне лет десять), крепко возьму в свои руки руль, крутану ручку газа и мы всей семьёй помчимся к новым открытиям. А открывали мы для себя красивейшие места области: озёра, парки, памятники старины. Да вообще романтика дороги после трудовых буден многого стоила…

Но мечты не сбылись. Однажды мчались мы километров под восемьдесят. Я, как обычно, сзади, и вижу – папа стал тормозить. Сейчас остановится, решил… И спрыгнул! Папа-то остановился, а я ещё долго-долго катился колобком вперёд по этой дороге, так как спрыгнул я на сорока-пятидесяти… Защитных шлемов тогда и в помине не было, и помню только белое лицо отца, когда он догнал этот катящийся шар! С тех пор место моё было только в коляске, а доверяли мне мыть в подвале в керосине части от мотора, который время от времени папа перебирал. Для профилактики, или просто любил это дело. Да я и не заикался про руль. Знал, что безнадёжно…

Права я получил уже совсем взрослым, когда после экспедиций работал замдиректора завода. Тут, как говорится, и карты в руки! Был у нас на заводе «каблучок». И вот на нём-то я и решил приобрести навыки вождения. Позвал механика. Учи, говорю. Я в экспедиции танк водил, а тут какой-то «каблучок».

Завод был в Купчино, в конце Софийской улицы, место пустынное. Показал он мне сцепление, газ, тормоз, сел рядом и… поехали! Вокруг завода. Едем. Вроде ничего, впереди лужа, а за ней женщины с другого предприятия. И вдруг эти женщины заметались, уж не знаю почему, перед этой лужей. Может, предчувствие у них нехорошее было, а может езда моя им «понравилась». Но – мечутся! Я тормозить, но как это бывает – вместо тормоза на газ. И в лужу! Женщины впереди заметались ещё сильнее, я продолжаю давить на «тормоз», Юрка хватается за руль – выворачивать… Но если я руль держу – его уже не вывернуть! А вдоль дороги слева деревья рядком, а после деревьев забор бетонный. Так я, чтобы не сбить женщин, на приличной скорости даю влево, впереди забор – вправо, газ, влетаю в полоску между деревьями и забором. И машину там «клинит»! То есть полоска до того узкая, что морда до кузова влезла, а дальше кузов в дерево упёрся. Слева бетон – дверь не открыть, справа – дерево дверь прогибает. Приплыли! Женщины подбежали – все живы? Все, только вылезти помогите! Но, куда там! Намертво! Мужики мимо идут – ржут. Лихо вы паркуетесь! Надо Невзорова вызывать, пусть снимет. Как раз тогда «600 секунд» гремели. Только трактором нас и выдернули. Назад.

Это я к тому, что на «танке» проще… Выделили тресту БМП на гусеничном ходу, отдали её нашему отделу, геофизикам, а достался он мне (повезло машине) – начальнику комплексного геофизического отряда, который проводил изыскания в Архангельской области. Достался-то достался, а кого за рычаги?.. Своего надо.

И тут пришла мне мысль уговорить братишку, он у меня дока в этом деле, профессионал, с детства за рулём. Помню, служил он в Архангельске, возил командира части на козлике. А так как мы в это время работали в Архангельской области, то я изредка приезжал к нему. Проведать, поддержать по мере сил и возможностей. И вот в один приезд сил, а главное, возможностей хватило на столько, что решил брат меня покатать на командирском транспорте. Пришли к машине, он залез, заводит движок, командует – садись! Сейчас, мол, по Архангельску покатаю! А темно уже было, и я в последний момент замечаю, что машина – то без колёс. На чурбанах стоит. В ремонте! Стал доказывать бесперспективность нашей поездки, но он ни в какую. Садись! Помчимся! Хорошо хоть сил уже не было, но возможности булькали… Кое-как отвлёк его от «сафари», а там друг его подтянулся. Я ему – будешь?

– Да я не пью!

– Ну, пригуби хоть!

Он и пригубил… Выдул пол-литровую кружку и умчался на пост! Самое смешное, что действительно непьющий был.

Братишка к тому времени службу закончил, приехал домой, в Питер, и решил я его на свой танк посадить. Он, вроде согласился, но что-то не срослось. Или начотдела решил, что два брата вместе – это уже перебор, или братишка женихался в ту пору, или ещё что-то, но БМП прибыл, а водителя – нет. И решил я, что сам буду водить. Личный транспорт будет. Местный тракторист показал мне за что дёргать, куда давить.

– Давай, пробуй!

И я попробовал! Начал вдалеке от него, благо места хватало. Потом потихоньку освоился с рычагами и решил показать ему класс. Он стоял на обочине, наблюдая за моими манёврами, потом махнул рукой – давай, мол, ко мне!

И я промчался, лязгая гусеницами в такой близости от него, впритирку, что у него очки слетели с носа, и мы долго потом ползали по дороге, отыскивая их.

– Годишься! Прирождённый танкист! – вынес он вердикт.

И с тех пор никого я за рычаги не пускал. В какие только переделки бедная машина не попадала… И геологиня наша, женщина в теле, птичкой слетала с брони, когда БМП на скорости невзначай налетел на пенёк. Через некоторое время отряд заметил «потерю бойца», развернулись, вернулись, но она почему-то наотрез отказалась мчаться с нами дальше, и пошла пешком до лагеря. А это километров шесть по лесной дороге…

И в лесном пожаре наш «танк» побывал, когда ёлки вспыхивают, как свечки, вокруг лагеря бушует стена огня, и нечем дышать. Хорошо, мы разместились около небольшого озера и бегали с вёдрами – поливали его, чтобы не сгорел. А в озере плавали наши палатки, спальники, шмутки, и некоторые уже сами сидели по плечи в этом озере. Но самое незабываемое происшествие случилось на этой лесной дороге. По ней никто никогда не ездил, кроме нас. Да и накатали-то её наши буровики на своих УГБ-66 (установка глубинного бурения). Так что я носился на своей БМП по этой лесной дороге на приличной скорости, не боясь ничего. Дорога песчаная, ровная. Летишь, покачиваясь, шурша гусеницами. Только была одна проблема – узковата дорога. И в некоторых местах двум УГБ-шкам не разъехаться. Тогда одна пятилась назад, вторая проезжала, потом первая продолжала путь.

И вот, лечу я по этой дороге, поворот, а из-за этого поворота навстречу машина! И с полным кузовом грибников! Я мчусь, между нами метров двадцать, и тут увидел полные ужаса глаза водителя! За рулём молоденький парнишка, лица нет, одни глаза во всё лобовое стекло! Не знаю, откуда умение, откуда навыки, но – правый рычаг на себя, газ! БМП перелетает через обочину, и ломая деревья, делает петлю по лесу, потом вылетает на дорогу, но уже сзади машины с грибниками… После нас просека, как у волка в мультике «Ну, погоди!» Минут десять стояла оглушительная тишина, и никто не вылезал из машин. Полный ступор. И только потом началось робкое шевеление, и раздался радостный гам. Вылезли, покурили и поехали дальше. Каждый в свою сторону.

Много чего случалось с нами на борту этой машины. И в громадном озере зимой чуть не утонули, когда по льду переправлялись на другой берег. И гусеница слетала на полном ходу уже на оживлённой дороге в посёлке. Но в конце концов сломался наш вездеход. Да так сломался, что не починишь. Движок заклинило! Знающие люди говорили, что воинские машины после консервации долго не бегают.

Усталость металла и всё такое… А мне сейчас кажется, что просто Бог решил дальше не испытывать судьбу. Пусть, мол, поживут ещё ребята!

Уехали мы. Машину списали, а мне потом рассказывали, что местные пытались её починить, потом плюнули, затащили на какой-то бугор, и назвали «монумент» моим именем.

Да, много было дорог. Много воспоминаний.

И все они по-разному – до́роги… Наши геологические доро́ги!

Екатеринка Кролик

Настоящее имя – Катя Бобрышева. Учится на журналиста, работает по профессии. Пишет (а точнее, учится писать) стихотворения, рассказы. Есть публикации во многих коллективных сборниках. Победитель многих поэтических, журналистских и фотоконкурсов.

Стихи. ру: http://www.stihi.ru/avtor/rabbit24

Проза. ру: http://www.proza.ru/avtor/rabbit24

В Контакте: http://vk.com/mister_krolik

Холодные руки

Твои руки всегда холодные, словно на самом деле ты только что вылезла из холодильника.

Как бы то ни было смешно, но ты же и в самом деле можешь так учудить. Да что там говорить, было же один раз, когда ухитрилась ты залезть в большую кухонную плиту. Это надо сказать ещё спасибо, что плитка эта не работает. А на вопрос «зачем?» ты отвечаешь всегда лишь одно:

– А что?

Да ничего.

Только я знаю на самом деле, зачем ты прячешься куда ни попадя. Изолируешься от всех на самом деле, прячась от своих же воспоминаний.

В твоей жизни есть постоянное напоминание тебе о прошлом, о том, которое на самом деле хорошо бы забыть. Ты прячешься от него: хоть в шкаф, хоть под одеяло, хоть в плиту или даже в холодильник. Каждый день ты вспоминаешь то, что тебя убило. Вспоминаешь и снова плачешь. Хотя нет. Ты не плачешь. Ты истерично кричишь, и слезы катятся из глаз уже на автомате, а ты просто кричишь и пытаешься своим ором заглушить боль. Хоть раз это получилось? Нет. И ничто тебе не помогает. Изолированный страх, связанный с определённой конкретной ситуацией или объектом, посттравматическое стрессовое расстройство – вот что ты получила после всего случившегося, и лечиться категорически не желаешь, аргументируя это тем, что «иначе будет хуже». А это ещё одно расстройство, которое ты тоже не хочешь убирать.

В последнее время у тебя появилась и бессонница. Целыми ночами ты ворочаешься в кровати, открываешь настежь окно, из которого веет жутким холодом, считаешь что-то, но ничего тебе не помогает. Не помогало. До недавнего времени. Вскоре ты тяжело, но стала засыпать. А потом я узнал, что твой друг подсыпает в твою кружку с молоком снотворное. Но я его совершенно не осуждаю. Он прав. Как ни странно, но прав.

Руки твои мёрзнут, даже в самую лютую жару. Я до сих пор помню, как ты напугала моего друга своими руками. Просто для шутки схватила его за руку, а он закричал с перепугу:

– Ты что, из гроба восстала?

А ты хитро улыбалась, хотя под улыбкой этой не было ничего радостного. На самом деле ты прекрасно знала, что в чем-то он прав. По-своему ты действительно восстала из гроба, только лишь на время. Потом снова спрячешься. Но это будет потом.

И видимо, моей задачей будет оттянуть это «потом», хотя ты яростно кричишь, отталкиваешь от себя, и ничего не желаешь слышать.

И, несмотря ни на что, руки твои всё по-прежнему холодные. И неизвестна причина, и узнавать ты её не хочешь. А я каждый раз боюсь только одного.

Что эти руки останутся холодными навсегда.

Светлана Кунакулова

Представляет г. Уфу, Группа автора ВКонтакте: https://m.vk.com/club134341325 «Периметр души».

В 2015 г. стала лауреатом второй степени открытого конкурса «Я – поэт» от соц. движения «Дари добро!» (г. Уфа); номинантом открытого литературного конкурса «Жемчужина Урала» (г. Уфа).

В 2016 г. – номинант на соискание национальной литературной премии «Поэт года – 2016»; публикация в коллективном поэтическом сборнике «Сокровенные души – 3»; публикация на открытках от соц. движения «Дари добро» (г. Уфа).

В 2017 г. публиковалась в коллективных поэтических сборниках «Сокровенные души – 4», «У камина», выпуск 3.

Достойно принимая вызовы судьбы, О чистых помыслах души пишу стихи я. И воплощаю в жизнь свои мечты Лишь в творчестве. Поэзия – моя стихия!

«В синеве ладони небосвод…»

В синеве ладони небосвода

Лишь одна звезда мне ярко светит,

Самая прекрасная на свете

Из созвездия ночного хоровода…

Редкий дар она несёт в себе

Под началом звёздного всевластья.

Не сыскать мне боле того счастья,

Чем служить на благо той звезде!

След её укажет направление,

Как найти себя и в чём призвание.

Ведь не даром той звезды название –

Муза или просто Вдохновение!

Её свет – это любви дыхание…

Нет такого сна, чтоб не приснился,

Нет рассвета, чтоб не повторился.

Есть непреодолимое желание!

В завершение скажу: всегда

Нужно верить – да, свершится чудо!

Я дышу, живу, люблю, творю – покуда

Светит для меня моя звезда!!!

Елена Малинина 3

Образование высшее филологическое. В настоящее время работает дизайнером интерьеров в строительной фирме. До 2000 года печаталась в молдавских изданиях: журнале «Кодры», альманахе «Ларец», альманахе «Тираспольская баллада». До 2014 года ничего не писала. Теперь второе дыхание открылось.

http://vk.com/club111309273,

http://www.stihi.ru/avtor/elena7745.

Если стёкол не протирать

жизнь барабанит в моё стекло,

а оно давно не розовое –

на него с три короба намело

снега… и вот ещё… слёзы

на нём не яхонтовые поди…

я в платочек их – бережно, бережно…

это лишь кажется: боль в груди

никакими шагами не меряна…

это лишь кажется: слёзы – блажь…

что ж я стёклышко тру так истово,

коль сама поверила: жизнь – мираж?

что ж ищу невозможных истин,

коль заснул их извечный страж?..

…и если мне стёкол не протирать,

то – вот вам крест! – не смогу летать!

17.01.17.

По касательной

А жизнь идёт по касательной,

и вовсе не обязательно

сверяться с календарем.

И мы не то чтоб умрём,

а растворимся, старательно

стирая себя – день за днём…

А жизнь летит по касательной –

невыносимо: а нате вам,

коль вы совсем невнимательны

к моим живым чудесам!

Вот только запоминать бы нам,

впитывать с молоком матери

и до седин не утратить бы

тягу к живым чудесам.

Я ни горы, ни впадины,

ни птицы, ни зверя, ни гадины,

ни поцелуя, ни ссадины,

ни себя, ни тебя, с кем сладила, –

небытию не отдам.

28.08.15.

В глубине сердца

Лучше не говорить, если сказать нечего.

Лучше бумагу вовремя отложить на потом.

Но в глубине сердца – как в глубине вечера –

Мир отражается – то частично, то целиком.

Если б в его мозаику, в его сегменты дробные

Были бы мы вложены – как возможность – хотя б на миг –

Но ты и я – мы штучные, единственные, пробные,

Как герои сюжетов малоизвестных книг.

Нас разбросали безжалостно – по пространствам и временам.

И к тебе не приближалась я, и ты мне Богом не был дан.

Только странно: мы ведь – целое, спаянное, слитое… живьём,

Словно туши, нас разделали, разделили – и в водоём

Жизни бросили, а мы – о правде пишем, о мечте поём.

Мы дышим и движемся в разных пространствах и временах,

Разными именами пишемся, – спасибо, хоть не на разных языках.

Спасибо, что с тобою легче дышится,

Что в глубине сердца исчезает страх.

30.07.15.

Океан

Ну что, погружаемся? – как же здесь глубоко!

Как непредсказуемо! я-то думала, можно

По жизни плыть влюблённой и тихой рекой…

А вышло… – Боже, Боже мой, Боже!!! –

Невыносимо-то как, но тянет всё вглубь и вглубь –

Черпать внутри такие огромные силы!!!

Такой океан или меня погу́бит,

Или преобразит, чтобы вновь светила.

Такой океан сожрёт мою жизнь за здрасьте,

Но я не боюсь – тону и снова всплываю.

Зато я узна́ю, что же такое счастье,

Которого глубже попросту не бывает.

06.03.16.

Жизнь затаилась

Жизнь затаилась, как будто на миг стала пленницей:

Ни узнаю ни себя, ни вокруг копошащийся мир.

Так и живу, вопрошая: а что же изменится,

Если вода утекла и нещадно потрёпан клавир?

Если сломалась стрела и повержен кумир?

Если любовь умерла, отлетая в эфир?..

Жизнь затаилась… И кто я теперь среди осени,

Среди руин, протянувшихся на километры окрест?

Жизнь затаилась… Она меня попросту бросила

В сумрак нездешний, густой, молчаливый…

Авось надоест!

……………………………….

Так только кажется, милая, жизнь не бывает поверженной,

Жизнь не бывает расколотой надвое – нет.

Ты не смотри на неё так уныло и сдержанно

Сквозь невесёлую призму несущихся лет.

Ты улыбнись ей.

Она улыбнётся в ответ.

26.10.15.

Остановись…

Остановись…

А если мир – лишь тень,

Лишь отраженье глаз твоих застывших…

И ты не начинаешь новый день

Без сводок о пропавших и погибших

Внутри тебя.

Ведь ты един со всем,

Что движется,

Со всеми, кто, открывши

Глаза, как ты,

Выходит набекрень

Гипотезе о мирозданьи – слышишь,

Как вопиют ушедших голоса́

К тебе, чтоб ты заметил, чтобы сросся,

Чтоб не застыли заживо глаза

На оголённых жизненных подмостках,

Чтоб суть не потерял среди бумаг,

Чтоб не снесло бесповоротно крышу?..

А мир… – он так безжалостен и наг,

Как сорванная впопыхах афиша.

Остановись…

Пусть Бог тебя услышит…

06.11.15.

По следам

А разве завтра будет легче?..

(Кому-то – по боку…)

Печаль ложится мне на плечи

Не гирей – облаком.

Печаль меня от страха лечит.

(От страха – прячусь ли?..)

Когда осталось человечье

(А разве значилось?..)

Внутри ещё.

Кричит… Трепещет…

(Что ищем? – капище?..)

Я по следам его… Предтечи

Иду, покачиваясь…

И не ищу иного Храма,

Не грежу битвою…

(А жизнь – комедия? иль драма?..)

Да нет. –

Молитва.

19.11.15.

Волна

Беги, мой ангел, по воде, лишая разума дельфинов…

Ник Туманов

А дельфины проплывают в нежнейшую даль… –

Что ж, сегодня – это только обычный Ваш день:

Поглощающие волны, и свет, и мистраль,

И скользящая по водам тончайшая тень –

Этот хрупкий силуэт из пучины морской,

И во взгляде глубина всех вселенских страстей…

Я подумать не могла, что вдруг стану такой –

Очарованной сияньем блесны и снастей –

Тех, которые даются лишь избранным, тех,

Приручающих дельфинов вот так – навсегда.

Им заведомо известно, как жаден успех

Для того, кто сам по сути – живая вода,

И кому открылся мир парадоксов и истин –

И он рад делиться с теми, кто жаждет, сполна!

Я дельфином устремляюсь в океанские выси –

Я тебя благословляю, волна!

09.07.16.

Мелодрама

Отчекань и обнули память. Мне лететь на запасной аэродром.

Не случится ничего с нами – не скукожимся, не сникнем, не

умрём. Отгораживаясь от сути, отдаляясь от любви, всё ж ты

запомни: ни в одной минуте, ни в секунде не жила ложь. Было

время, что текло с нами, и дыхание одно, но…

В нашей маленькой мело-драме мы забыли распахнуть окно.

И теперь нам здесь двоим тесно. И метёт, метёт листва в сны.

Возвращайся на своё место…

Ухожу я, чтобы воскреснуть

в тёплом сердце юной

весны…

07.11.16.

Поздно…

живёшь у меня под ребром. поселился прочно.

не помню, который день, но всегда под сердцем…

я вижу, как ты струишься по многоточьям

души моей нежной – самым протяжным скерцо.

и что из того, что я уже не посмею…

что жить без тебя не умею совсем… не помню,

как быть без тебя… и свет без тебя немеет…

вода, заливая, становится тем искомым,

чего я ждала всю жизнь… опасаясь… робко…

заведомо зная: не суждено согреться.

ты слышишь?.. – в моей голове выбивает пробки –

и слишком огромным становится моё сердце…

куда мне бежать?.. шагов твоих слышу поступь…

сдаюсь под звучанье музык твоих надзвёздных…

а что разорвётся сердце… – так это после…

теперь – лишь вода…

и бежать невозможно…

поздно…

28.03.16.

Артисту

Александру Бону

Мгновенье уловить – и выплеснуть сторицей

На всех, опустошённый донельзя,

Ты – в следующем мгновении – успеешь возродиться,

Сквозь души обнажённые скользя.

И кажется, что нет тебе ни края, ни предела,

Что ты – вулкан, и – вот – взорвёшься весь.

А то, что я сегодня разгадать в тебе сумела,

Что ты живой и настоящий – есть.

Такой парадоксальный – словно солнце, словно ветер,

Так кто же ты – иллюзия иль явь?..

Но в этой человечьей, в этой зрячей эстафете

Не растворись совсем, себе оставь

Хоть чуточку себя – хоть на мгновенье, хоть на кроху,

На маленькую исповедь любви.

И это расстоянье – от падения до вздоха –

Сегодня – как тогда – переживи.

Переживи, прожив за этот миг всю жизнь, наверно,

Иль много жизней – только лишь представь!

И расскажи, как можешь, что пространство многомерно,

И время, как умеешь, переставь.

Спустись – потоком вешним – в наши трепетные души,

Ведь жизнь – поток. И это знаешь ты.

А мы твоё теченье не заглушим, не нарушим.

Спустись – как воплощение мечты.

5.05.15.

Ожила

Стёрты все правила.

Все истресканы зеркала.

Время оставлено

На потом.

Призрачным маревом

Кружит жизнь.

И дорога белым-бела.

И миражи.

Звенящие миражи

Кругом.

Я не задумаюсь

Ни на мгновение о судьбе. –

К чему?

Если, пока я шла,

Все мои тропы вели меня

Лишь к тебе –

Странному –

Одному…

Что ж вы так, зеркала???

Или бежать безудержно, сломя

Голову, иль тонуть,

Заново осознавая всю глубину,

Чувствуя –

Ожила.

13.07.16.

Убей меня

Если я решу, что неплохо пишу стихи,

просто встань и убей меня.

Мкб-10

если я скажу тебе, что чего-то сто́ю, ответь мне,

что я тихо сбрендила и что мне приснилось,

что быть единственной и легчайшей на свете

почти невозможно, немыслимо, невыполнимо,

что ты не способен принять вот такую на́прочь,

что не для тебя эти глупости роковые,

и ты не герой, не принц и давно не мачо…

…но мы, как видишь, ещё настолько живые,

насколько жизнь сочится по нашим венам,

насколько я расскажу об этом в стихах, но слушай:

во мне троянская бродит и жжёт Елена,

перелопачивая и взрывая душу,

во мне стихи вином молодым струятся

и рвут меха сердечные ежечасно…

и я научилась жить и совсем не бояться

того, что жизнь свежа, безумна, прекрасна…

…и если я скажу тебе, что живу наотмашь, –

убей меня, милый…

…или останься в прошлом…

21.03.16.

Что есть жизнь?

Что есть жизнь? – неизбежный комок летящего времени. Он как будто бы здесь, но хранится в ином измерении, где душа, изнывая в тоске, преломляется надвое – и мучительно трудно понять, кто я есмь и что надо мне. Но по жизни реальной бежать так легко и стремительно может тот, кто осмыслил её как мечту, как наитие, как мгновенье мгновений, как суть неизбежную… Мается здесь душа – как рентген – весь твой внутренний мусор пытается отследить и убрать – и судьба твоя вновь высветляется, чтобы снова дышать той единственно верной надеждою, что в тебе она зиждется как алгоритм неизбежного

Света.

Что есть жизнь? – лишь начало

сюжета,

Что написан Всевышним.

15.08.15.

Уходим

Мы уходим понемногу –

День за днём и шаг за шагом

В Новый Путь.

Остановки нам не будет. –

Мы идём на встречу к Богу

По чуть-чуть.

Нам не страшно.

Мы привычны.

Мы – как буквы на бумагу –

Шаг, ещё.

Это важно,

Это лично:

Знать, что шаг за шагом – благо,

Что – прощён.

Жизни код – до граней шага –

Упрощён.

12.10.15.

Ничего не говори

и если мир раскроется случайно

цветком ярчайшим с ранами внутри,

не говори, что он необычаен,

и что привычен он – не говори.

ты не поймёшь его незримой сути

и сердце мира не узришь своим

подслеповатым сердцем…

просто будь и…

смотри…

и ничего не говори…

02.02.16.

Южное Полушарие

Так хочется в Аргентину или в Австралию –

До печёнок.

Потому что звёзды в Южном Полушарии

Низкие, нависшие,

Близкие, притихшие –

И ты их трогаешь глазами,

Как ребёнок

Голодный,

Уносящий ноги от продавца пиццы

Что есть мочи.

Впрочем,

Все твои амбиции

Мы оставим в Полушарии Северном –

Берёзовом, ржаном и клеверном.

Мы возьмём свою малую

Амуницию

И бутылочку воды напиться –

И двинем к Южным Широтам,

Чтоб насладиться низкими

Звёздами.

А если серьёзно,

То пусть это станет традицией –

Бродить по миру не эстетом иль мотом,

А простым человеком,

Как тот ребёнок

Голодный –

И оттого живой и свободный,

И оттого так, ни за что

Любящий звёзды

Со всем их сияньем.

И здесь, в Полушарии Северном —

Берёзовом, ржаном и клеверном, —

Через все немыслимые расстоянья

Я вижу глаза

Ребёнка,

В которых отражаются звёзды,

В которых сливаются звёзды,

Словно кусочки

Самой огромной в мире пиццы,

Которую испекли

Лишь для него.

И это – самое светлое в мире

Волшебство.

Я говорю серьёзно.

Я ведь это вижу сквозь расстояния

Между полушариями.

Небо воистину звёздно.

И звёзды – кусочками пиццы –

Сливаются воедино

И дрожат в глазах

Ребёнка.

Вот эта живая картина –

Лучшее, что я видела.

Лучшее, что со мной могло приключиться.

Так хочется в Аргентину или в Австралию –

До печёнок.

Ведь там – среди звёзд – затерялся Ребёнок.

23.06.15.

Moka

1994 г.р., представляет г. Ставрополь. Была опубликована в сборниках:

1. «Сокровенные души», № 2, 2016 г. издательство Спутник, г. Москва

2. «Сокровенные души». Спецвыпуск «Капсула времени» 2016 г., издательство Спутник, г. Москва.

Участник поэтического сборника Альманах III международного конкурса «Строки души. Новое слово». Том 8. г. Смоленск 2017 г. Издательство Строфа.

Была награждена Дипломом председателем жюри, главным редактором альманаха «Новое слово» М. В. Дроздовой в номинации «Дебют» III международного поэтического конкурса «Строки души», г. Смоленск, 2017 г. Ссылка Инстаграм: __narina__moka__

«Не пиши мне больше, не пиши…»

Не пиши мне больше, не пиши,

Не пиши мне: больше не скучаю,

Если надо – просто пропади.

Я себя сдержу, я обещаю.

Не кричи, что больше не нужна,

Не кричи, что я поднадоела,

Я и так пойму всё по глазам,

Я сама уйду, я обещаю.

Провалиться б в вечный сон навеки,

Провалиться б, только б не дышать.

Вижу спину, как уходишь смело.

Очерствела у тебя душа

Скоротаю дни я одиночкой,

Только бы не видеть твоих глаз.

Там давно померкли в тебе звёзды

Там давно померкла в тебе я.

Я молюсь: ослепнуть дай мне, Боже!

Я молюсь о том, чтоб слух пропал.

Только б не услышать: «Не нужна мне»,

Только б не прочесть, чтоб я ушла…

«Ожидает где-то путь…»

Ожидает где-то путь

И нелегка дорога будет.

Без нас обоих время вдаль

Скорее хочет ускользнуть.

Я, за воздушный шар держась,

К тебе на встречу прилечу.

И стрелки все вперёд бегут

Ни на секунду ни жалея.

Ты, глянув, думая: ну где,

Ну где же вновь его там носит.

На расстоянии сложно очень,

А после каждой встречи вновь

Мы ждём ее по новой снова,

Пытаясь обрести покой.

И от друг друга мы вдали,

И голос в трубке слышать больно,

А так хотелось бы покоя

По новой снова обрести!

Ирина Муллер

Представляет г. Санкт Петербург. Изучала германистику на филологическом факультете СПбГУ. Владеет немецким, испанским, английским. Также имеет высшее экономическое образование. Занимается переводами книг, сотрудничает с несколькими российскими издательствами.

Озеро зимой

Иссиня-белое бесконечное мироздание расстилается, насколько хватает глаз. Снег. Повсюду, под ногами, вокруг, вдали на холмах.

Среди этого – огромное ровное пространство, по виду напоминающее неправильный круг, а может, овал. А под ним – скрытая подо льдом от мира водная стихия, где течёт своя жизнь с Нептуном, русалками и водяным, с причудливыми рыбками и затонувшими кораблями, с сокровищами пиратов. Там мы сейчас чужие. А сверху белая, ровная, нетронутая поверхность, величественная в своей царственности.

То тут то там виднеются фигурки, очертания – неподвижные, как будто являющиеся частью пейзажа, слившиеся с ним воедино навечно – рыбаки. Гигантских размеров неуклюже-бесформенное, согревающее в студёную пору одеяние – тулуп, валенки – не подведёт в самые лютые холода, рядом – ящик для еды и улова. Дыхание-пар извергается на морозном воздухе, словно огнедышащее пыхтение Змея Горыныча, покрытые причудливым инеем ресницы, свисающие с усов сосульки, в глазах – счастье, азарт. Стужа!

Немного поодаль весёлый шум, заразительный смех, радостные крики – горка. Куча-мала! Санки, салазки, ватрушки, люди – всё смешалось.

Эх, была не была, а пронесёмся-ка и мы с ветерком вниз!

Здесь и там вырисовываются контуры деревьев – берёзы, тополя, осины. Сбросившие листву причудливо изогнутые ветки, непроницаемые силуэты стволов. Символы вечности, незыблемости, развития, роста и обновления. Очередной весной они станут ещё краше – вновь зашелестит зелень листвы. Новая жизнь. Мощная основа – многовековые корни прочно и надёжно поддерживают развитие нового. Без них оно невозможно. Движение вперёд.

И над всем этим – небо. Высокое, незыблемое, всеобъемлющее, абсолютно синее, без единой белой тучки.

Величаво и покровительствующе взирающее на происходящее внизу.

Ох, зима!

Михаил Сазонов

Автор о себе:

Никто, пришедший ниоткуда,

Никто, идущий в никуда…

Где был, я там уже не буду

Никогда!

Разговор Любви с Влюблённостью

– Любовь, мечтаю быть такой как ты! –

Влюблённость восхищённо повторяла.

– Ты очень сильная, такою мне не быть!

В ответ Любовь лишь головой качала…

– Ты хочешь знать, в чём моя сила?

– Да! Ты почему важнее для людей? –

Влюблённость у Любви спросила…

– Я прощать умею, это делает меня сильней!

Обняв Влюблённость нежно, ласково погладив,

На новые вопросы продолжала отвечать…

И лишь любовь читалась в её взгляде.

Влюблённость не переставала вопрошать:

– Предательство простить ты тоже можешь?

– Могу, от злого умысла оно исходит не всегда,

И от незнания такое происходит,

Бывает ведь такое иногда?!

– Любовь, а можешь ты простить измену?

– Да, измену тоже я могу простить!

Ведь изменив, сравнил, чьё лучше ложе,

И вернулся, чтоб с тобою быть.

– А ложь тебе простить по силам?

– Конечно, глупая, ложь – меньшее из зол!

Её бы тоже я простила,

Ведь часто ложь в себе нашёл,

От безысходности уйти пытаясь,

А может, не желая сделать больно,

От собственной вины душою маясь…

Не так уж плохо это, если видеть углублённо…

– Я не считаю так, – Влюблённость отвечала, –

Ведь люди просто лживыми бывают!

– Бывают! Но меня они не знают,

Нет в них Любви начала!

– Любовь, а что ещё простить ты можешь?

– Могу простить я Злость – она проходит,

И Резкость я прощаю тоже.

Ведь часто с Огорчением приходит,

А Огорчение совсем не подконтрольно –

Его предугадать никто не может!

И от того так сложно,

Что к каждому по-своему приходит!

Ещё могу простить Обиду –

Она сестра у Огорчения,

И может этого не видно –

Они приходят часто вместе причинять мучения.

Разочарование прощу, за ним идёт Страдание,

Страдания ведь очищают!

– Ах Любовь, ты удивительное, чудное создание!

А я при испытаниях угасаю…

Простить ты можешь всё на свете!

– Ты не права, не всё так просто!

Не всё прощаю я, никто не может это,

И даже мне порой совсем непросто!

– Но ты же только что другое говорила?!

– Нет, то, о чём я говорила, я прощаю бесконечно,

Но есть на свете то, чего б я не простила,

Ведь это убивает человечность.

Потому что это убивает чувства и съедает душу,

Всем отравляет жизнь, в себя подальше зарываться

заставляет…

Ведёт к Тоске, способно Чудеса разрушить,

И боль большую причиняет…

Это ранит сильнее Предательства и Измены,

Хуже Лжи и Обиды задевает,

Это худший враг чувств, вы встретитесь непременно!

Равнодушие – от него нет лекарства, оно убивает!

Галина Столярова

Родилась в г. Бологое, Калининской обл. Живёт в Санкт-Петербурге. Работала на киностудии «Ленфильм». 33 года – в Детской библиотеке. Проводила утренники, литературные вечера, конкурсы для школьников всех возрастов. Детские и юношеские стихи – потеряны.

Член Российского Союза Писателей (РСП).

Вышли три авторских сборника «Утешение». Между надеждами» и «Вариации». Публикуется в альманахах и сборниках.

Номинант национальной литературной премии «Поэт года» (2013, 2014, 2015,2016). Номинант литературное премии «Наследие» 2014, 2016, 2016 гг.

Контакты:

https://www.stihi.ru/login/page.html?list

https://www.facebook.com/

http://vk.com/id7025331

Две любви

Солнце! Зимнею порой

Я забыла о тебе.

Снег владел моей душой,

Снам и Вечности обет.

Дивный праздник красоты:

Чистый снег – в твоих лучах,

Белый лист Большой Мечты,

В мифы превративший крах.

Март – любовь к тебе вернул.

Как родник поёт росток,

Зелень и цветы весну

В лето вознесут в свой срок.

Солнечной любви восторг,

Словно свадебный венец.

Вот – ноябрь. Сдержи укор,

Но – взаимности конец.

Мрачный месяц оголит

Землю, лих разгул дождя…

Чувство к Снегу возродит,

Снам уже – не до тебя.

Две любви, как неба даль,

До себя бы добежать!

Мне цветов и листьев жаль…

… … …

Солнце! Буду я опять

В сумерках души блуждать,

Рождества и Снега ждать.

24 марта 2013

Позвали

Боясь родных обидеть и друзей,

Себя пытаюсь погрузить в молчанье.

Сквозь сито осторожности просей

Слова, слова. Печально причитанье.

Но запретить стихам я не могу.

Я – в рабстве, подневольна чьей-то силе,

И строчки вылетают набегу

По кругу жизни, в суете и мыле.

Замылились глаза, душа и ум,

Не знаю – где – моё, а где – чужое.

Преследует звукоподобный шум,

Переполняет и несёт в иное,

В иное измеренье. Высший миг.

Но здесь приблудных толпы. Все – поэты.

Кому-то каждый – светоч и кумир.

Пыль поднялась от топота. Свет, где ты?

Здесь – старцы и юнцы. Друзья, враги,

Соперники? Ни голубой ли крови?

А кто-то просто встал не с той ноги

И почему-то заблудился в слове.

Их вознесли в те дальние края

Тоска, отчаянье, боль и печали.

Они – чужие здесь. Так же – как я.

Но ведь зачем-то нас сюда позвали?

Ночь, 18.01.17

Мой Лизок и два дня рожденья

Прошёл мой день рожденья без тебя.

Ученье за границей – не от скуки:

Неведомое лепишь из себя.

Спасибо, что поздравила в Фейсбуке.

Взгрустнули мы за праздничным столом:

По скайпу повидаться я просила.

Наверно, снегом память замело,

Дела другие. Но – люблю. Простила.

Двадцать седьмое – скоро! Светлый День!

День гения, кто превозмог кончину,

Рожденье Моцарта. А Он – везде:

Могилы нет. Бессмертие – причина.

Мне орхидеи душу веселят.

Дар сына и жены его, дар мужа,

Дар матери твоей. Пополнен сад!

Вот – твой цветок. Купила – я. Так нужно.

Голландия заманит, мой Лизок?

Судьба решает, да и ты – большая.

Твой городок от Зальцбурга далёк?

Мы совершим паломничество. Знаю.

17.01.2017

Наш 23-ий концерт

27 января – День Рождения Моцарта

В 23-ий концерт погружусь опять…

В одиночества сумрачный час

Я плыву, миражи готовясь отдать

За вторую, бездонную часть.

В первой части – единство, предчувствия нет,

Что когда-то устанет душа.

Утомлённость друг другом – тяжкий венец,

В отчужденье ошибочный шаг.

Миражи первой части – семья, друзья.

Превращает меня время в тень.

Только с Вашею Музыкой я – ещё я.

Там где Вы – там и я. Только – где?

Наконец – откровенье. Вторая часть.

Все утраты мои – со мной.

Я отчаянье Ваше люблю, как Вас.

Смерть – рожденье. Январский покой.

Вы простите, Моцарт, я здесь утону.

Дальше путь – без меня. Я – в конце.

Я до третьей части не дотяну

И без Света оставлю концерт.

27.01.15 – завершено 27.01.17

Родина – кусочек века

Родина моя – кусочек века,

Города особые, семья,

(Доброта – единственная вера,

Языков, увы, не знаю я),

Страны, где кому-то из любимых

И спокойно стало, и светло

В созиданиях реальных, мнимых.

Там низвергнут несвободы лом?

Выбор Ваш Надежда осветила.

Выше правды или выше лжи?

Заселили мир! Он Вам – по силам,

Обуздали частность, миф и жизнь.

Родина моя – все Ваши дали,

Отчужденье – грех. Давно он – ветх,

А терпенье – просветленье дарит.

Наша Родина – наш общий век.

09.12.16

Лайки, узда и Дух

Государи – для ума узда.

Если надо – то и костоправы.

Тот, кто правит – прав, а мы – не правы,

Но сказать опять придётся – да.

Я в искусство спрячусь, но – в своё.

Дверь в себя закрою. Ей, прохожий,

Ты – поэт, художник? Тоже – можешь?

В щель смотри-ка на моё житьё.

Загляну к тебе, раз ты зовёшь.

Надо лайкнуть: мыслим мы похоже.

Ощущенья нам всего дороже.

Лайкни мне. Ну, как же ты хорош!

Узкий круг для сердца и ума

Мне достаточен. А корм – работа.

Может быть ты вылез из болота,

Скромно сыт? Нас не осилит тьма!

Но искусству тоже нужен корм.

Выходить придется из берлоги.

В мире – боли много. Сделать ноги?

Влиться в общий плачь, в душ горький хор?

Рушит век сердца и города.

Не утешит, видно, погруженье

В отрешенность личную, как в тленье.

Спит Высокий Дух? Твой ум – узда.

01.02.17

Внушения

Любимому до одури внушу:

Свободен! Я – веселый раб и шут.

Внушу больному: долго проживёшь,

Сегодня ты на крепыша похож!

Тому, кого шпыняют, докажу:

Бог их накажет. Лично прослежу.

Шпыняющий, смотри, не прогадай,

Ты из «людишек» дров не запасай

Я слабому внушу: как он силен,

Не каждый в снах свой отвергает трон.

А в жизни трон, конечно, ни к чему.

Бесхитростно служи, трудяга мул.

Досадное опять припрёт к стене.

Всё сорняками заросло во мне.

Ведь прошлое затоптано давно.

Смотрю я на себя, и мне – смешно.

Отчаянье, по имени– страна,

Ни я тебе, ни ты мне – не нужна.

Иллюзии чужие, как свои.

Кукушкам петь велели соловьи.

А сами – где-то на земле чужой.

Поучат жить – и вновь, там, где покой.

Что на мечтах? Пыль или седина?

Внушите мне, что я себе – нужна!

День 26.01.17

По чуть-чуть

Нас любят по чуть-чуть,

Не так, как мы хотим,

И в том обиды суть.

Мы подаянья чтим,

Вниманья крохи чтим.

Смиренье, тонкий труд,

Потуги лет и зим

В песчинки перетрут.

Уверены – простим

Без покаяных слов.

Молчим – благодарим,

Что день длиннее снов.

А в снах есть ворожба:

Чего нам ждать – не ждать.

Жизнь – слёзы на губах.

Но кто ж мешает спать?

Но сны на глубину

Манят, где тьма и жуть.

Нырну – вернусь – нырну…

Привыкну по чуть-чуть.

30.01.17

Вне времени

Живём мы в юности,

Чтобы любить.

Итоги зрелости:

Мы любим, чтобы жить.

Спешим, стараемся

Всех восхищать.

Но грань стирается,

Всё легче нас прощать.

Потуги возраста –

Весомым быть,

А с нами возятся,

Чтоб нашу жизнь продлить.

Семья – вне времени,

Основ оплот.

Судьба, повремени,

Мгновеньям дай полёт…

2016–2017

Обживая миф

Каждый день – реальность и спектакль.

Я играю в этой пьесе. Жанр?

(Роль блестит, как новенький пятак).

Неопределённость. Жаль – не жаль?

С автором веду в душе я спор.

Что-то он с сюжетом намудрил.

Режиссёр мой – на расправу скор.

У меня не так уж много сил.

Автор пьесы с режиссёром крут:

Изменяет смысл корявый стиль.

Постоянно надо мною – кнут.

Взмах, удар. А в воздухе: «Прости!»

Я импровизатор – высший класс.

Где – реально я, где – только роль?

Своих зрителей люблю. Жду ласк.

Что придумала? Что – вправду боль?

Помню текст. Твержу, чтоб смысл дошёл:

(Оптимизма – явный перебор).

«У меня всё очень хорошо».

«Очень» – фальшь лишь с некоторых пор…

Наш театр – уютен и красив.

Покидать его придёт пора.

Создавая, обживая миф,

Лучше чтить Сегодня, чем Вчера!

Ночь. 23.01.17

Карнавал в интернете

Вот – мой портрет, но в 20 лет.

Когда его снимали,

Никто не знал про интернет.

Резвись на карнавале!

Обиды, миг – велик и мал,

Рядятся под заботы.

За борт их выбросишь? Скандал

Смотри не заработай.

Играй, обид не замечай,

Придут, дождавшись ночи.

Познай запрет рубить с плеча

Большие и не очень.

А мелкие навяжет тьма,

Растают в суматохе.

Очисти память! Закрома

Ослов – в чертополохе.

Родные вправе подыграть:

Побиты – безобидно.

Вернуться в жизнь пора. С утра –

Дела, как мы, – солидны.

Пиши, забыв про рифмы, ритм,

Про жанры и про стили.

Смирись, к прощенью воспари!

…Тебя о том просили?

День. 21.01.17

Там…

Там мы встретимся. Так говорят.

Говорят – Там узнаем друг друга.

Первородство любви и заря

Исцелят от унынья недуга.

Там трухлявые наши тела

Не мешают, раз не существуют.

Бывших бед и обид чучела

На земле мы оставили, в суе,

Чучела всех надуманных прав.

Там поймем, что навеки нам мило.

Дух – душа, отряхнувшая прах.

Стоны, слезы земля поглотила.

Там улыбка – слияние душ,

Утоление поисков света,

Единение чувства и дум,

Память – как дуновение ветра.

Прошлых жизней низины и Верх

Там допамять раскрыла. Посмела!

Светлый Бог подберёт тебе век,

Новый век, труд и новое тело.

По заслугам прошедших веков

Отыскать нам любимых позволят

В новой жизни. А ты к ней готов?

Не спеши. Постигай Божью Волю…

04.02.17

Во имя чего

Во имя чего писать?

Грош славы – не заработать:

Поэтов – моря, леса.

Раскрутчиков жаль прохлопать!

А их не видно нигде.

Немеряно надо денег.

Насущного хлеба день

Потребовал. Служим. А деле.

Помеха здоровью – ночь.

Деревья ветер колышет.

Луна и Душа! Темно

Уснувшим, покой. Мы свыше

Готовы дары принять.

Мы затаились, как дети.

Нам Небо – отец и мать,

И ждут друзья в интернете.

Хотят мой стих. Я – сейчас!

В неведомом каюсь дали.

Мгновенья, час… Но я – часть

Чего-то, куда призвали.

Зачем впустили, когда

Ночь утро, росу рождает?

Но мне – своя эта даль.

Я – лучшая там… Иная…

День, 05.02 17.

Вера Ступина

Родилась в г. Кургане. Пишет стихи и рассказы. Является автором ряда газетных и журнальных публикаций на различные темы.

Автором выпущены следующие поэтические сборники: «Октавы» (1993), «Мимолетности» (1994), «Раны сердца» (1995), «Незабываемые страницы» (1996), «Вдохновение» (1999), «Многоголосье шумных улиц» (2005), «Ты, февраль, моя крестная мать» (2008), «В нынешней жизни ищу благодать» (2014), «Поэмы» (2015), «Пусть сердцу вечно снится май…» (2016). В 2004 году автором выпущена книга рассказов «Так и живем». В. Н. Ступина – член Российского Союза профессиональных литераторов с 1999 года, кандидат педагогических наук.

Автор активно печатается в общероссийских и международных литературных сборниках.

Страница автора ВК: https://m.vk.com/id343766122

Из цикла «Незабываемые страницы классики»

«День угасал… А с ним душа…»

День угасал… А с ним душа

Гасила чувства огоньки…

Как погасить? Их даже мгла

Не в силах быстро погубить!

Младой отшельник, что в тюрьме

Влачил судьбу последних дней,

Был в преступленьи обвинён…

Читатель, спросишь: где, зачем?

Всё тайна… Сердце заперто́!

Познало радость и печаль…

А нынче? Нынче для него

Тюрьма есть дом! И сердце жаль!

Монах пощады не искал:

Знаком ему людей закон…

И всё же с Богом встречи ждал!

И понимал, что не святой!

Вдруг звуки… Чу! Старик идёт…

То старец дряхлый и седой!

Пришёл услышать, чтоб он смог

Оковы снять с сердечных снов…

«Старик, старик! Зачем тебе

Знать тайну сердца моего?

Душа моя – любви цветник!

Я молод, страстен! Ну и что?

Да, знаю! Знаю: виноват,

Земная страсть ко мне пришла…

Но молод, молод всё же я!

И ряса душу не спасла!

Я полюбил… Она была

Легка, как серна! Брови, стан…

Глаза сверкали, как алмаз,

Я от любви был, право, пьян…

Тебе, о старец, не понять,

Младого сердца огоньки!

Твоё ведь время – угасать!

Моё же – верить и любить!

Я много лет провёл в тиши,

Законов исполняя ход…

Но я, о старец, полюбил!

Судите! Я к суду готов!

Я о спасеньи не молюсь!

Что рай у Бога без неё?

Я к ней, я к ней одной стремлюсь!

Она сегодня божество!

Казните! Не могу я ждать…

Но имени не назову!

Хотели б вы его узнать?

Нет! Ни за что вам не скажу…»

Монах погиб! Уж погребли…

И только колокола звон

Округе говорит о том,

Что спит монах уж вечным сном…

И только девы тихий крик,

Что услыхала этот звон,

Был эхом страсти, что двоих

Соединила! Не закон…

«Собранье зол, изгнанник Рая,…»

Собранье зол, изгнанник Рая,

Властитель зла, хранитель бед…

Ты, пролетая над Гудалом,

Сумел влюбиться! И теперь

Тебя любви волненья гонят…

Ты понял! Понял, что влюблён!

Тамары красоту пригубил…

Пригубил в мыслях! И – сражён…

Исчадье ада, жуткий странник!

Ты мысли жениха смутил…

Жених Тамары не прискачет!

Он по дороге к ней погиб!

Шумит Гудал… Он скорбно плачет…

Не будет свадьбы! Ведь жених,

Жених к Тамаре не прискачет…

Лишь конь, что с мертвецом, дрожит!

В слезах Тамара… Судьбе новой

Не вдруг она покорена́!

Решает: в монастырь суровый,

Туда дорога ей одна.

И вот влачит и дни, и ночи

Тамара… И печальный стон

Нет-нет и вырвется! И очи

Слезой подёрнутся… Но вот

Во тьме, когда одни лишь звёзды

Затеют звёздный хоровод,

Тамара слышит: кто-то молвит…

И будто за́ плечи берёт!

То Демон, чувством заражённый,

Решил Тамару искушать…

Решил, что будет ровно в полночь

Младую деву навещать!

И всё свершилося… В лобзаньи

Слились уста, волнуя кровь!

И больше девы нет Тамары!

Прощай, Гудал! Прощай, любовь!

В гробу красавица… Не дышит…

Красив и строг её наряд!

А гроб несут всё выше, выше…

Туда, где церковка в горах!

А в это время добрый Ангел

С душой Тамары в Рай летит…

Но Демон вновь чинит преграду.

«Она моя! Моя!» – кричит.

Он зол и страшен, он надменен,

Он горд, безжалостен и дик…

«Она моя! Моя отныне!» –

Он устрашающе вопит.

Но нет! Душа Тамары к Раю

Влекома… Ангел так сказал:

«Она любила и страдала!

И Рай её давно уж ждал…»

И Демон, ныне побеждённый,

Не получив Тамары, впредь

Решил, что снова, снова будет

Он сеять зло и зло стеречь!

Время прошло… И стены замка

Развалены! И пуст очаг…

Никто Гудал не вспоминает:

Стирает время день и час,

Когда росла, цвела Тамара…

Всё тленом жизни поросло!

Лишь церковь нам напоминает

Тамары дивное чело!

«То было много лет назад…»

То было много лет назад…

Там, где сливаяся, шумят

Кура с Арагвою-сестрой,

Был монастырь. И вырос в нём

Послушник с пламенной душой,

Который так хотел домой!

Туда, где горы и леса,

Где мать и сёстры… Но судьба

Распорядилась так, что он

Был в детстве чуждыми пленён!

А по дороге занемог…

И старец взял его. И Бог

Устроил так, что наш юнец

Послушником стал. И с тех пор

Не ждал уж возвращенья он,

Туда, где вырос, где пленён…

Но годы шли! Душа звала…

И вот однажды без следа

Пропал послушник молодой…

Три дня не видели! Потом

Нашли израненного. Он

Уж умирал… И краткий стон

Услышал согбенный монах:

«Ты жил, старик! А я – угас…

Три дня! Три дня в моей судьбе

Живыми были! Но оне

Прошли, как быстротечный сон…

И вот я здесь! Я побеждён!

Не Узреть мне родной кишлак,

Грузинку милую, что так

Пленила сердца милый взор…

Всё далеко! И хоть позор,

Позор в бою не заслужил:

Недавно с барсом бился. И

Ты видишь раны на груди?

От барса, старец, ведь они!

Три дня я жил… Но жизнь прошла!

Я умираю… И нельзя

Мне сон последний воскресить,

Где рыбка мне так говорит:

«Люблю! Давай ко мне на дно!

Здесь так уютно и тепло…

Я песнь любовную свою

В воде не раз ещё спою!»

Прощай, старик! И схорони

Средь двух акаций, чтоб видны

Мне были горы, мой Кавказ!

Быть может, мой родимый брат

Или сестра когда-нибудь

К могиле всё же подойдут…

Любил я Родину свою!

О ней мечтал… И с ней умру!»

«Как печально твоё лицо…»

Как печально твоё лицо!

Как печальны твои творенья!

Здравствуй, здравствуй, милый Пьеро!

У тебя нынче день рожденья!

Что грустишь даже в этот день?

Не грусти, дорогой, не надо!

Спой романс лучше про сирень!

Иль пойдем погулять по саду!

Может, старую песню споём?

Про банановый остров, ты знаешь…

Тогда грусть твою сразу убьём,

Хоть её я порой обожаю!

Не криви свой накрашенный рот,

И поправь свой колпак, он же сбился…

Не грусти же всё время, Пьеро!

Арлекин прибежит – только свистни!

Приведёт Коломбину с собой,

И веселье закрутит всех в вихре…

Не грусти же, мой милый Пьеро,

Твой банановый остров есть в жизни!

«Пристал ко мне нищий, и он…»

Пристал ко мне нищий, и он

Идёт по пятам, как знакомый…

И жалобно-жалобно так

Он мне говорит: «Ну так что же?

Ты будешь со мной говорить,

Счастливая? Или негоже

Со мною общаться, ведь я,

Я грязен, обижен и болен…

Летят лишь в меня медяки,

А хочется просто участья!

Родимая, поговори!

Спроси: как жилось мне раньше.

По телу пошли волдыри,

И сердце уже плохо бьётся…

Всё было: и радость, и боль…

Кто знал, что так обернётся!

Счастливая, глаз не мозоль,

Попотчуй лучше обедом!

Пристал ко мне нищий… А он,

Возможно, был твоим дедом!

«С тех пор как вечный судия…»

«С тех пор как вечный судия

Мне дал всеведенье пророка…»

Изгоем сразу стала я!

И стало часто одиноко…

Я странною всегда была

Для обывателя чужого!

Бывало сыпались слова:

«Блаженная она! Ведь дура! Что вы!

Живёт, как будто вещь в себе…

Закрыта от чужого глаза!»

Не понимали ведь они:

В стихах всё рассказала сразу…

Не требуя взамен ничто,

Я душу настежь отворила!

Каменья полетели… Но

Мне кажется: я их отбила!

Спасибо Господу! Ему!

Он верой в Бога вдруг утешил…

И стало легче! И с тех пор

Другие полились уж песни…

Спасибо, Господи, за всё!

И за болезнь, за раны сердца…

Без них была бы я НИКТО!

А так живу с тобой и песней!

Дай Бог всем странности такой,

Чтоб в творчестве сияла правда!

Любой поэт слегка пророк,

Хоть для кого-то это странно!

«Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…»

«Я, Матерь Божия, ныне с молитвою

Пред твоим образом, ярким сиянием…»

Хлеба прошу всем бездомным и нищим!

А ещё я прошу упования!

За души тех, кто с болезнью сражается!

За души тех, кто в печали и радости…

Я, Матерь Божия, – вечная странница

В мыслях своих! Дай и мне покаяние!

Сергей Фёдоров

Родился 21 мая 1992 года, пробую себя во всем, что бы найти свое призвание, ищу вдохновение в каждой детали окружающего меня мира. Размышляю о жизни, так и о том, что нас ожидает после. Участник международного поэтического конкурса «Строки Души» 2017 года, Номинант национальной литературной премии Писатель Года 2016, https://vk.com/stihiproza92 – творческая группа, https://vk.com/mono_om – страница ВК

* * *

Жизнь словно поездка, никогда не знаешь, когда наступит твоя конечная станция (с)

Раннее утро. Ночь ещё не успела уйти в забвение и делит с утром свою постель. На небе гаснут звёзды.

Целой жизни не хватит, что бы описать всю эту поэзию.

Я стою на платформе. Скоро подъедет поезд, который увезёт меня в мир неизведанного. На платформе только я один. Чувствую легкую пустоту в голове. Стою, выдыхаю утренний воздух, и как обычно делю свою жизнь в голове на «до» и «после». Липкий туман окутывает всё вокруг.

Иногда мне кажется, что вокруг меня происходит достаточно много явлений, в которых я бы мог найти что-то необычное в своей жизни, но мой разум, словно боясь сойти с ума, ставит блокировку. И в этот момент между мной и чем-то необычным появляется липкий туман, словно стена, которая разделяет меня и что-то неизведанное. В наушниках играет что-то странное. Множество голосов говорят, как один, на языке, который я никогда не узнаю. На заднем плане – «Эффект Доплера». Я чувствую под ногами вибрацию, которая предвещает приближение поезда.

Из тумана начинает постепенно вырисовываться передняя часть поезда. Я роюсь в карманах, пытаюсь найти свой билет, но понимаю, что у меня его нет. Поезд подъезжает к платформе, медленно останавливается. Из окон вагонов на меня смотрят люди с улыбкой. И вот поезд остановился.

– Молодой человек, вы заходите? – спрашивает у меня проводник.

Я пожимаю плечами, и в этот момент он понимает, что билета у меня нет. Но на мое величайшее удивление, он коротко отвечает мне:

– Билет вам не понадобится.

Я не стал спрашивать, в чем причина, и молча зашёл в поезд. Проводник дружелюбно проводил меня до моего вагона. Вагон к моему удивлению был пуст, любая из полок была моя.

– Если, что понадобится, обращайтесь – сказал проводник и закрыл за собой дверь.

Я достал тетрадь из сумки, начал записывать об этом странном поезде, но мысли путались, и я отложил тетрадь в сторону.

Поезд тронулся, пейзаж начал меняться. За окном мелькали поля, деревья. Я попытался мысленно слиться с природой за окном, как вдруг в дверь постучали.

– Войдите.

Это был проводник.

– Не хотите чаю?

Я кивнул в ответ. Проводник скрылся за дверью, и через несколько минут вернулся с большим стаканом чая. Тот самый гранёный стакан, с железной подставкой, который я видел в старых фильмах в детстве.

– Позволите присесть? – спросил проводник.

Я поблагодарил его за чай, и сказал, что это очень странно, спрашивать у меня разрешение, если он впустил меня в поезд без билета и денег.

Он сел, улыбнулся и произнес:

– В этом поезде нет никого, у кого был бы билет. Странно, что вы не заметили, что многие люди улыбались, когда вы стояли, и пытались с надеждой достать из кармана тот самый билет.

Я ответил, что четко помню, как покупал билет в кассе железнодорожного вокзала.

Помню, что положил его в левый карман, а затем не обнаружил его.

Первая мысль была о том, что это просто какой-то розыгрыш. Не бывает бесплатных поездов в нашей стране, да и вообще я сомневаюсь, что где-то в мире есть поезда, где люди едут куда-то бесплатно.

Проводник прервал паузу в разговоре:

– Вы знаете, куда едете?

И в этот момент я понял, что мои мысли обретают какую-то реальную форму. Я попытался вспомнить, до какой станции я покупал билет, но не смог.

Дрожь прошла по телу, чувство неизвестности пыталось превратиться в страх, но до этого не дошло.

– Я умер?

– Разве это похоже на смерть? – в ответ спросил у меня проводник.

Я пожал плечами. Разницы между тем моментом, когда я «жил» и когда «умер», не чувствовалось. Всё происходило практически одинаково. По моему мнению, я был материален, мог чувствовать эмоции, мыслить, записывать в свою старую тетрадь заметки. Всё происходило так же, как и при жизни, за исключением того, что я больше не чувствовал болей в голове и теле. До этого момента меня постоянно посещали головные боли. Я чувствовал себя человеком с карикатуры Джорджа Крукшенка. С той самой, где черти бьют человека по голове всеми подручными средствами, кричат ему в уши и вкручивают штопор в голову. Но к моему счастью, я больше этого не чувствовал.

– Знаете, молодой человек, то, что сейчас происходит с вами, сложно назвать смертью, но и жизнью это тоже назвать нельзя. Как бы вам так привести пример? Вы слышали о том, как Харон перевозил мёртвые души через реку?

В ответ я кивнул головой.

– Не пугайтесь! Мы не едем в подземный мир, да и «обол» я у вас в качестве оплаты не взял. Вы сейчас находитесь в состоянии между своей прежней жизнью и новой, к которой мы приближаемся…

Я перебил его, возмутился и сказал, что моё тело всё ещё при мне, и я могу думать, а значит, моя голова всё ещё находится у меня на плечах.

В ответ он рассмеялся.

– Почему все каждый раз говорят практически одно и то же?! Вы ведь должны были понять, что мысли посещают далеко не вашу голову, ваши мысли исходят отсюда, – он указал пальцем на солнечное сплетение, – а ваше тело при вас, потому что вы привыкли видеть себя и окружающих такими. Попробуйте вспомнить, что вы делали последние часы перед тем, как оказались тут.

Я попытался составить хронологию событий, но раньше того, как я оказался на платформе поезда, я ничего вспомнить не мог.

– Вот и я о том же. Ваши воспоминания остались в том мире, где вы находились раньше, а сюда вам разрешили взять только то, что вам искренне хотелось.

– Кто разрешил? – удивился я

– Начальник поезда, – улыбнулся проводник.

Я спросил, могу ли я с ним встретиться, проводник в ответ сказал, что все с ним встречаются на конечной станции. А сейчас он занят.

Я начал понимать, что если бы я правда думал мозгом, то он бы треснул вместе с черепной коробкой, не выдержав всего происходящего, но этого не происходило. Во мне будто сняли занавес и показали, что происходит на самом деле. Я начал думать о том, что, возможно, и поезда никакого нет. Просто всю жизнь я так любил ездить на поездах, что и после смерти мне кажется, что я еду на поезде, а когда осознаю, что происходит на самом деле, увижу нечто другое. Но с другой стороны, эта обстановка очень приятная для меня. Всё же лучше, чем быть меланхоликом. Моя меланхолия утратилась в прошествии времени и реальности. Я утратил лишний мусор своего сознания и оставил только то, что мне нужно.

– Если будет что-то ещё интересно, обращайтесь, – сказал проводник и оставил меня.

Мне действительно сейчас нужно побыть одному, хотя на секунду показалось, что я и так один, а все, что появляется вокруг – это реальность, которую я придумываю сам себе. Возможно, все, что происходит со мной, я уже понимал, просто нужно было, чтобы все мое осознание произошло в естественной среде.

Я достал тетрадь, попытался прочитать свои старые заметки, но вдруг понял, что содержание изменилось.

В тех местах, где я упоминал о событиях своей жизни, были пробелы, но что-то я все-таки нашел. Это была история о том, как прошлой осенью я прогуливался по парку, и увидел надпись, вырезанную на дереве. Эта надпись была отрывком из стиха Иосифа Бродского: «… но забыть одну жизнь – человеку нужна, как минимум, ещё одна жизнь. И я эту долю прожил».

Этот отрывок запал мне в душу, но я не мог вспомнить, почему. Поезд всё ехал и ехал, панорама за окном менялась, я чувствовал приближение конечной станции.

Медленно пил чай, записывая эту историю в тетрадь, и повторял, словно причудливую мантру: «Но забыть одну жизнь – человеку нужна, как минимум, ещё одна жизнь. И я эту долю прожил».

Александр Цуриков

Родился в городе Ростов-на-Дону 05.11.1987 г. Работает преподавателем информатики в Ростовском государственном университете путей сообщения, кандидат технических наук. Является членом Литературного объединения им. Н. М. Скрёбова «Созвучие». Произведения публиковались в журналах «Техника – молодежи», «Юный техник», «Творчество юных», «Порог-АК», «Ковчег». Лауреат II степени Фестиваля творческой молодежи «Ростовское время».

Деревья не умирают

Снимаю скафандр. Делаю глоток чистого воздуха. Резкий порыв холодного пронизывающего ветра прижимает к земле. Хочется укутаться во что-нибудь тёплое, но одежда, даже самая толстая, не спасает.

Смотрю на небо, затянутое плотной пеленой. Солнечные лучи с трудом пробиваются сквозь облака, низко плывущие над окрестными холмами. Всё вокруг кажется серым и мрачным.

Даже не на чем остановить свой взгляд, кругом ни одной зелёной травинки или листочка. Лишь кое-где из рыхлого чернозёма одиноко торчат высохшие за долгую зиму стебельки кустарников и многолетних трав.

Оставляю свой небольшой корабль на месте посадки и иду к цели уверенными шагами. Тропинка, петляющая между невысокими холмами, вскоре приводит меня к саду, который я возделываю уже пятый год. Только здесь я могу заняться любимым делом, ведь на нашей планете не растут деревья.

Молодые деревца, посаженные ровными рядами, тоже ждут весны и тепла. Вскоре холода отступят, солнце станет чаще появляться из-за туч, у деревьев набухнут почки, затем появятся первые слабенькие листочки, некоторые ветки покроются очаровательными белыми цветами…

Но это будет потом, а пока, до начала активного сокодвижения, нужно провести обрезку, внимательно осмотреть тоненькие стволики, замазать глиной образовавшиеся за зиму раны и трещины. Именно для этого я сегодня прилетел сюда.

В моем саду много деревьев, разных и красивых, но более остальных меня заботит судьба одного из них. Каждый раз, добравшись до сада, я подхожу к нему, смотрю как его дела. Даже немного стыдно перед другими растениями за то, что я уделяю им меньше внимания. Виной тому история, произошедшая год назад.

Прошлой весной, вскоре после обрезки, я решил растянуть ветви у недавно посаженных деревьев, чтобы они были ближе к горизонтали. Такой способ позволяет ускорить плодоношение и получить больше плодов.

Всё шло по плану, я растянул ветви у двух деревьев, вскоре дошла очередь и до того деревца, о котором я веду свой рассказ. Я бережно привязал крепкую бечёвку к тонкой гибкой ветке. Другой конец верёвки прикрепил к деревянному колышку, который глубоко вбил в грунт.

Затем я принялся проделывать то же самое с другим побегом, расположенным с противоположной стороны. Но при натяжении второго шнура послышался резкий неприятный треск. Я посмотрел на деревце и тут же отвёл взгляд.

Это было жалкое и очень грустное зрелище. Тонкий ствол, не выдержав нагрузки, которую я взвалил на него при растягивании веточек, разломился надвое. Огромная трещина изуродовала основную часть деревца от вершины до корней. Кое-где из образовавшейся раны торчали тонкие почти белые волокна, с которых капал прозрачный древесный сок.

Не зная, как помочь бедному растению, я бросил всё и улетел. Но на следующее утро вновь был здесь, захватив с собой тонкий металлический болт с шестигранной головкой и гайкой. Этим я нарушил запрет, предписывающий нам использовать на чужих планетах лишь биоразлагаемые материалы.

Не теряя времени даром, я просверлил в стволе изувеченного деревца сквозное отверстие, вставил в него болт и прикрутил гайку, плотно стянув образовавшуюся трещину. Оставшиеся раны замазал глиной.

Весь прошлый год я внимательно следил за этим деревом. Было видно, что оно болело. Но весной всё растение, не желая сдаваться судьбе, покрылось прекрасно пахнущими цветочками, которые вскоре превратились в плоды. С этого раненого деревца я той же осенью снял пять зрелых сочных плодов, с одного бока красных, с другого – жёлто-зелёных.

Рана на теле дерева постепенно срослась – теперь на месте трещины не осталось и следа. Головка болта почти полностью вросла, лишь небольшой бугорок на стволе всё ещё напоминает о том, что внутри дерева навсегда остался металлический стержень.

Вскоре наш базовый корабль навсегда унесёт меня с орбиты этой планеты в другую точку пространственно-временной Вселенной. И больше некому будет обрабатывать мой сад, деревья постепенно одичают и зачахнут. Зато я увезу с собой образцы ценного генетического материала, среди которых будет пять плодов этого раненого, но несломленного деревца.

Но пока я всё ещё здесь. Гляжу на это продуваемое со всех сторон холодными ветрами деревце и не перестаю удивляться его силе, желанию жить и тянуться к солнцу несмотря ни на что.

Ничего, потерпи немного, уже скоро холода отступят, солнце станет чаще появляться из-за туч, у тебя набухнут почки, затем появятся первые слабенькие листочки, ветки покроются очаровательными белыми цветами…

* * *

11 июля 1891 года провинциальная американская газета «Моррисонвиль таймс» опубликовала заметку следующего содержания:

«Утром во вторник миссис Л. М. Дэви сделала достоянием гласности свою удивительную находку. Ей попался кусок каменного угля, который был слишком большим, чтобы его использовать. Когда она разбила уголь, то обнаружила в нём болт длиной около трёх с половиной дюймов с навинченной на него гайкой причудливой формы.

Кусок раскололся почти посредине, поэтому на нём остался довольно отчетливый отпечаток заржавленного болта, изготовленного из неизвестного сплава железа.

Находка тем более удивительна, что данный уголь был поднят из близлежащей шахты с глубины около двухсот футов. Деревья, из которых образовался каменный уголь, залегающий на такой глубине, произрастали на земле более четырёхсот миллионов лет назад. По научным данным тогда на нашей планете не было не только человека, но и обезьяноподобных существ.

Очевидно, что болт врос в ствол ещё при жизни древнего дерева. Какое же разумное животное изготовило его? И зачем он мог ему понадобиться?

Ответа на эти вопросы пока нет и, думается, не будет никогда, поскольку все артефакты, противоречащие современным научным воззрениям, объявляются недостоверными, даже не подвергнувшись серьёзному рассмотрению. А очень жаль…»

Эльвира Шарпинская

Живёт в Прибайкалье. По образованию педагог-психолог. Пишет прозу и стихи. Есть публикации в сборниках «В ожидании чудес», «У камина: выпуск 3» и журнале «Современная литература России» № 5, 6.

Кукла

В Центральном Детском Мире, огромном магазине

Своих детишек мамы из зала в зал водили.

Кого-то привлекали мягкие игрушки:

Медведи, тигры, зайцы, собаки и лягушки.

Но маленькая девочка по имени Галина

Глаз не сводила с куклы, стоящей на витрине.

Кудрявая головка и розовые банты, такое же

Из шёлка в оборках пышных платье.

Обратно по дороге Галинка представляла,

Как дома с этой куклой она уже играла.

Маленькими ручками гладила ей щёчки,

Косички заплетала, баюкала как дочку.

Ну а потом Галинка об этом позабыла,

И мама в день рождения ей куклу подарила.

В красивом светлом платье с карими глазами,

И с блеском волосы, и милая такая!

С подарком мама дочке, конечно, угодила,

И эту куклу очень девочка любила.

Февраль, 2017 г

Случай на реке

Эта история произошла с моим братом летом, в 1995 году. Петропавловская Средняя школа отмечала свой традиционный праздник, встречу выпускников.

После торжественной части и концерта выпускники разных лет решили встретиться со своими одноклассниками в неформальной обстановке. Был жаркий июньский день. Выпускники отправились на природу, поближе к реке. Расположились среди деревьев, в их тени, спасаясь от палящего солнца. Олег с женой посидели, пообщались с его одноклассниками, а потом отправились к одноклассникам жены, она окончила школу двумя годами позже. Посидели с одноклассниками жены, здесь были и общие знакомые, встретили родственницу. Солнце пекло, Олег решил пойти искупаться, к реке, до которой расстояние было примерно 300 метров. Вместе с Олегом к реке пошла и родственница, её звали Ольга. Приблизившись к берегу, заметили какое-то оживление. Примерно на середине реки, а течение было быстрое, барахтался какой-то черноголовый парнишка, он то исчезал в воде, то его голова появлялась над водой, и кричал о помощи. На берегу метались мальчишки его возраста, 8–9 лет. На камнях беспорядочно лежали удочки. Олег, не раздумывая, бросился в воду, хотя и сам в плавании не преуспел, но на воде держался. Течение относило мальчика, но Олег с большими усилиями доплыл до него. Но к его ужасу, у тонущего не оказалось волос, а ведь утопающих советовали спасать, держа за волосы. Мальчик был пострижен, выбрит наголо. Олег как мог удерживал его за туловище, но перепуганный, обезумевший от страха мальчик выскользнул и забрался на спину мужчине, крепко и судорожно обхватил спасителя руками. В результате такого поворота событий Олег оказался под водой. Но ребёнка надо было доставить к берегу, и ему пришлось плыть под водой. Кислорода в лёгких катастрофически не хватало, его запасы были на исходе. Лихорадочно работал мозг. Олег вспомнил, что на берегу лежали удочки, и он мысленно взмолился: «Кто там, на берегу, догадайтесь протянуть удочки!». Продолжал плыть под водой, борясь с течением, с мальчишкой на спине, и вдруг руки его наткнулись на спасительную удочку. Ольга, словно прочитав мысли Олега, уже недалеко от берега, вытащила с помощью удочек обоих из воды. Когда Олег пришёл в себя, мальчика на берегу уже не было, убежал домой.

Прошли годы. Брат с благодарностью вспоминает о поступке замечательной женщины.

Владимир Якушев

Родился в городе Новомичуринск в октябре 1985 года. В данный момент проживает и работает в Рязани. Женат, есть двое детей. Пишет стихи и песни уже давно. Публикует свои произведения на сайте Стихи. ру, там выложены практически все работы. Публиковался в альманах этого сайта. Имеет дипломы номинанта национальной литературной премии «Поэт года». Также публиковался в других поэтических сборниках: 8 том Альманаха участников 3 Международного поэтического конкурса «Строки души» «Новое слово – 2017» (диплом участника в номинации «Дебют»), коллективный сборник поэзии «Строки души», т. 3, Альманах стихов и прозы «Форма Слова» № 3.

Помимо этого пишет музыку, которую публикует на сайте http://promodj.com/velemir.

Страницы автора в Сети: https://vk.com/id86462942

http://www.stihi.ru/avtor/velemir85

Поговори со мной о пустоте…

Поговори со мной о пустоте,

Что значит говорить, смеяться,

Когда сидишь ты в тишине,

И с ней не можешь ты расстаться.

Когда кричит внутри душа.

Снаружи также неизменно

Всего лишь разговоры и тоска,

Бывает смех острее боли, несомненно.

А в пустоте нет ничего,

Там нет ни страха, ни сомнений,

Там нет меня и никого,

Там не осталось поколений.

Там не воюют свет и тьма,

И не бурлят страстей кровавые потоки.

Там не идёт абсурдная война,

И вдохновенье не рождает строки.

Что значит эта пустота?

Не описать и не прибавить больше,

Определит, наверно, каждый для себя…

И, может, в ней останется подольше.

Content

Вдохновение
Сборник стихотворений и малой прозы. Выпуск 1

Виктор Бри

Награда

Когда-нибудь

Из рая

Тёплые ветра

Александр Дрозд

Артём

Ева Ермакова

Говори со мной, таким пропитым, о любви…

Екатерина Захарова

Фрегат «Любовь»

Духи

Рита Зимовски

Белая звезда

«Быть может, дороги из слёз на моих щеках…»

Тепло

Виктор Коровкин

На смерть Бориса

Жизнь – манеж!

Переживаю?

Из цикла «Байки геофизика»

Перекаты

Эх, дороги…

Екатеринка Кролик

Холодные руки

Светлана Кунакулова

«В синеве ладони небосвод…»

Елена Малинина 3

Если стёкол не протирать

По касательной

В глубине сердца

Океан

Жизнь затаилась

Остановись…

По следам

Волна

Мелодрама

Поздно…

Артисту

Ожила

Убей меня

Что есть жизнь?

Уходим

Ничего не говори

Южное Полушарие

Moka

«Не пиши мне больше, не пиши…»

«Ожидает где-то путь…»

Ирина Муллер

Озеро зимой

Михаил Сазонов

Разговор Любви с Влюблённостью

Галина Столярова

Две любви

Позвали

Мой Лизок и два дня рожденья

Наш 23-ий концерт

Родина – кусочек века

Лайки, узда и Дух

Внушения

По чуть-чуть

Вне времени

Обживая миф

Карнавал в интернете

Там…

Во имя чего

Вера Ступина

Из цикла «Незабываемые страницы классики»

«День угасал… А с ним душа…»

«Собранье зол, изгнанник Рая,…»

«То было много лет назад…»

«Как печально твоё лицо…»

«Пристал ко мне нищий, и он…»

«С тех пор как вечный судия…»

«Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…»

Сергей Фёдоров

Александр Цуриков

Деревья не умирают

Эльвира Шарпинская

Кукла

Случай на реке

Владимир Якушев

Поговори со мной о пустоте…