Институт рас. Некромантки предпочитают брюнетов

© Косухина Н. В., 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Пролог

Ирина Вознесенская

Сегодня день моего триумфа, когда все встанет на свои места и обретет смысл. Сегодня я раздам все долги!

Я медленно шла по дороге и тащила за собой мужчину в мешке.

О! Он был очень тяжелый, но ради благого дела стоило потрудиться. Скоро мечта исполнится, и я все-таки зарою его, как давно хотела. Одна эта мысль приводила меня в восторг, заставляя двигаться дальше. Еще несколько метров, знакомый склеп – и я на месте.

Бросив мешок на землю, я улыбнулась. Наконец-то!

Взяв лопату, я принялась копать. Могилка нужна поглубже, а то вдруг выберется. Что тогда делать? Вряд ли подвернется возможность снова его зарыть!

Луна светила ярко как никогда, благословляя на столь полезное для мира дело, как упрятать в недра земли этого проклятого мага! Время шло, работа спорилась – и вскоре яма была готова. Сил стащить тело не осталось, а мне еще его закапывать.

Определив мужчину туда, где ему самое место, я, несмотря на ужасную усталость, вновь заработала лопатой. Надеюсь, декан простит мне этого предателя: после всего случившегося я не могла поступить иначе. Просто не могла.

Когда над могилой вырос холмик, я в изнеможении опустилась на траву. Мысленно, против воли, вернулась назад, в то время, когда все только начиналось, когда я еще не была втянута хитрым обманом в самую большую авантюру моей жизни.

Светлые и легкие деньки, как же я скучаю по вас, хотя в моей жизни случалось и много такого, от чего отказаться я не смогу, уже не смогу.

Бросив взгляд на могилу, я вспомнила, как начиналась эта история.

Глава 1. Первый контакт

Ирина Вознесенская

В один из теплых летних дней окружающий мир сошел с ума, а жизнь стала напоминать День сурка в сумасшедшем доме. Так, стоп! Все по порядку…

Нельзя сказать, что с обычной девушкой произошла необычная история, это было бы неправдой. С самого детства, буквально как научилась ходить, я выделялась среди сверстников. В песочнице, в детском саду, в школе я сторонилась детей и взрослых и была крайне замкнутым и самодостаточным ребенком.

Родители старались мне помочь в общении с окружающими, таская по всевозможным кружкам, факультативам и творческим группам, но, когда мне исполнилось шестнадцать, подростковый врач заявил маме, что у меня асоциальное развитие. И конечно, все списали на переходный возраст.

К этому времени я уже не пыталась что-то исправить в своем мировоззрении. В конце концов, почему я должна меняться, если меня все устраивает и я не мешаю жить другим? Неужели обязательно постоянно общаться с людьми и быть активисткой?

В день, когда началась эта история, у меня случился выпускной.

Я не хотела идти – большое скопление народа раздражало, мешало и, можно сказать, сводило с ума. Тем более с одноклассниками у меня, несмотря на годы учебы, не было никаких взаимоотношений, кроме «привет-пока», а тут еще и привлекли к общественной деятельности…

Несмотря на все старания избежать посещения крайне неприятного мероприятия, мама одела меня в пышное платье, затащила в парикмахерскую, где мне сделали прическу с завитушками, и я отправилась на истязание.

Я очень, очень надеялась, что все, как обычно, не будут обращать на меня внимания и я спокойно отсижусь в уголочке, вдали от всех. Однако не повезло – ко мне подсела Юля Смирнова, наша староста и душа класса. Очень ответственный человек. Ну просто очень!

Она считала своим долгом помогать мне налаживать контакты с окружающими, ведь это так ужасно, что я некоммуникабельна, флегматична и оторвана от общества. Ах я бедненькая! И именно Юлю я боялась больше всех в школе, потому как от нее еще никому не удалось скрыться.

Вот и сейчас она нашла меня в моем укромном месте и, присев рядом, сочувственно спросила:

– Ирина, почему ты не танцуешь со всеми? Может, мне попросить мальчиков, чтобы тебя пригласили?

Покосившись на танцпол, я заметила, как наши ребята и девушки прыгают под веселую музыку, и даже мимолетного взгляда было достаточно, чтобы сказать, что им очень хорошо. А из моей памяти еще не изгладился случай на последнем звонке, когда полкласса замывалось в туалете, потому что Колю Виватова вырвало фонтаном на своих одноклассников.

– Нет, спасибо, обойдусь, – поспешно отказалась я.

– Тебе неприятно находиться среди людей? – сочувствуя, продолжила лезть мне в душу староста.

О моей особенности знали все, и это сильно отравляло мне жизнь.

– Да, – призналась я. – Но совсем не потому, что я испытываю физически неприятные ощущения. Просто, находясь в обществе, постоянно требуется напрягаться, идти на компромиссы и уступки, люди добавляют в жизнь сложностей и постоянно создают ближним проблемы.

Вот как ты, например. Тебя не звали, а ты пришла, да еще начала расспросы.

– Хм… Мне сложно понять, как можно без подруг?

Легко!

– Мы вот с Людой не разлей вода, и я не представляю, что бы делала порой без ее совета.

Люда – это еще одна активистка класса. И, будь моя воля, я предложила бы массу вариантов, что Юля могла бы делать без своей подружки. Например, ходить без рогов, так как Люда уже третий месяц крутит роман с парнем Юли. Живой пример, почему можно не любить людей.

– Ну… конечно, ты права, я постараюсь исправиться, – я сочла за благо согласиться.

– Сейчас будет выступление цыган, – заговорщически прошептала староста и ушла, оставив меня наедине с собой.

Я поначалу думала, что она пошутила, однако, когда на сцену небольшого кафе вышли настоящие цыгане и запели, я в полном шоке так и осталась сидеть в своем углу.

Креативность Юли, кажется, перешла все границы.

Но, оказалось, это еще полбеды. После выступления нам было предложено погадать, и весь класс по очереди отправился в подсобное помещение, чтобы узнать свою судьбу.

Чушь полная, по-моему, но грозный взгляд классного руководителя не позволил мне оторваться от коллектива, да и повода сбежать не было. Через полчаса из всех непросвещенными остались только я и Люда. И пока Юля искала свою подругу, я отправилась к гадалке.

Едвая вошла, как все мое внимание сконцентрировалось на пожилой женщине со смуглой кожей и темными пронзительными глазами, одетой в несуразную пеструю одежду и яркой банданой на голове.

– Ну, что встала? Проходи, садись. Я уж начала волноваться, что ты не придешь.

Удивившись такому нестандартному началу, я опустилась на стул напротив нее и ляпнула:

– Не думала, что цыгане заставляют работать пожилых.

Я закрыла рот, но было поздно. Как говорится, слово не воробей: вылетит – не поймаешь.

– Правильно думала. Я сама пошла, очень уж ты меня заинтересовала.

Тут я немного расслабилась. Вот оно, логичное продолжение. Ты особенная и все такое.

– Что застыла? Давай руку.

Я протянула правую руку и тут же услышала:

– Не эту. От тебя левая нужна.

Я удивилась, но подала левую.

– Так и думала. Вот что… Ждет тебя решение важное, весть официальная, дорога дальняя, испытание непростое. Чтобы выдержать все, слушайся своего сердца и внемли советам других. Знающие люди направят тебя, и судьба сложится.

Угу. А теперь про любовь…

– И сложится с черноволосым мужчиной, который бросит тебя умирать, заставит себя спасать и будет единственной твоей опорой и любовью. Он – счастье твое!

– А не хочет ли такое счастье отправиться в пеший тур с эротическим уклоном? – выпалила я, совершенно позабыв, что все это неправда.

– Впрочем, выпадет тебе и другой вариант, но будешь дурой, если выберешь не черноволосого.

Ага, это у меня – асоциальной личности, которая только с одним парнем встречалась и то всего две недели, – сразу два кавалера? Ну-ну…

– Все, с тобой я закончила. Когда наведаешься в этот город вновь, помни, что я не отказалась бы от какого-нибудь презента. Например, от оздоровительной настойки.

У женщины явно ехала крыша.

– Чего сидишь? Иди уже. Мне домой пора.

– Но ведь у вас еще Люда не была, – пролепетала я, направляясь к двери.

– Больше я сегодня никому гадать не буду. Ты последняя, поверь мне.

Покачав головой, я вышла из подсобки и сразу услышала крики на улице. Весь класс отправился смотреть, что же случилось.

А прямо перед кафе сцепились две подружки – Юля и Люда. Рядом стоял Витя, молодой человек Юли, и растерянно смотрел на них. По выкрикам Смирновой я поняла, что наша староста застала парочку целующимися и все открылось.

Девушек разняли, отчитали. Люду мне не было жалко, в отличие от Юли. Староста хоть и навязчивая немного, но хороший человек и не заслужила подобного отношения. Впрочем, ей повезло – она вовремя избавилась от такого сокровища, как Витя. Некоторые за подобных парней еще и замуж выходят. Вот где ужас!

Юлька была совершенно подавлена, и классный руководитель не знала, что делать с обеими. В кои-то веки я проявила инициативу:

– Тамара Анатольевна, давайте я отведу Юлю домой, мы живем совсем рядом.

– Да, – пробормотала классная. – Спасибо, Ирина. Она такая несчастная, лучше ей отправиться домой. Думаю, все сейчас разойдутся, вечер совершенно испорчен.

Может, она и права, но я не собиралась упускать шанс ретироваться с праздника. Подхватив Юльку под руку, поволокла ее прочь.

– Куда мы идем? – вытирала Юлька слезы.

– Домой.

Кажется, староста уже жалела о своем поведении. Ну да ничего, когда она еще с классом-то увидится? Школу мы закончили.

– Знаешь, Ира, я сейчас очень рада тому, что ты не любишь общаться.

Первый раз за десять лет у нас было полное взаимопонимание.

Так же молча мы с Юлькой расстались около дома, и я поднялась к себе на пятый этаж, где меня уже поджидали родители.

– Привет, хорошая моя! – расцеловала меня около порога мама. – Как прошел вечер?

– Просто прекрасно – пробормотала я, входя на кухню, чтобы попить воды. – Было вино, еда, цыгане и танцы. А в конце драка на почве ревности. Можно сказать, вечер получился запоминающимся.

– Что случилось?! – ахнула родительница, и мне пришлось в двух словах объяснить случившееся.

Мама принялась мыть посуду и рассуждать о произошедшем, а я улизнула в свою комнату. Завтра предстоят походы по институтам, и надо хорошо выспаться, чтобы пораньше встать.

– Ирина, мы же еще не поговорили по поводу учебы! – крикнула мама.

– Потом!

Закрывшись, я облегченно выдохнула.

Родители хотели, чтобы я поступила в университет недалеко от дома, на химико-биологический факультет. Обе науки давались мне легко, но мне было все равно куда поступать: ни к одной специальности я не испытывала особого пиетета. Поэтому решила подать документы куда только можно.

Пусть судьба определит, кем мне дальше быть по жизни. Успокоенная таким решением, я спокойно заснула.

* * *

Восседая на скамье недалеко от кабинета, где принимали заявления на поступление в вуз, я смотрела, как туда-сюда снуют абитуриенты. Это был уже пятый университет за первую половину дня, и везде я слышала одно и то же: «Займите очередь для подачи документов».

Будущие экономисты суетливо проходили мимо меня: одни не замечали никого вокруг, погруженные в свои заботы, другие, наоборот, смеялись и шутили с друзьями. А были и такие, кто недоуменно смотрел по сторонам, словно не понимая, зачем он здесь.

Видимо, в будущем мне предстоит присоединиться к последним.

Вздохнув, я достала из сумки смартфон и погрузилась в глобальную сеть Интернет. Первым делом зашла на сайт «ВКонтакте». Сообщения, сообщения, любимые группы… А вот и группа «Книгоман». Книги, акции, ага… голосование.

Сегодня тема – фэнтези, и несколько опросов, как раз по наболевшей теме. «Поступили бы вы в Институт магии?» И мой ответ – да. Почему бы и нет? Я сегодня везде поступаю. Что там у них дальше? «На какой факультет хотели бы попасть?» Алхимики, боевые маги, некроманты, ментальные маги, артефакторы, прорицатели, дознаватели. Хм… Нажимаю на поле «комментарий» и пишу ответ: «На какой возьмут». И последний вопрос: «При поступлении вас ждет испытание, согласны ли вы на него?» Отвечаю «да». А дальше снова книги, картинки, скидки…

– Ирина Вознесенская?

Поднявшись со скамьи, я отправилась подавать документы в очередной университет, нечего терять время.

Уже вечером, еле живая от усталости, я вошла в квартиру, а дома никого. Пятница, вечер, родители уехали на дачу – красота!

Поев и приняв душ, я упала на кровать, широко раскинув ноги, и постаралась вспомнить, какие еще вузы есть в нашем городе. От перегрузки информацией голова отказывалась думать, и я потянулась за списком. Но на столе вместо него лежал странный конверт с интересным штампом: «Ин-т рас».

Что это? Впервые за день во мне проснулось любопытство. Распечатав конверт, я развернула письмо, написанное на дорогой бумаге, и прочитала. Замерла. Тряхнула головой и снова прочла, на сей раз вслух:

Добрый день, Вознесенская Ирина Георгиевна. Мы рады получить ваше согласие на обучение в Институте рас. Сообщаем, что распределение на факультеты будет проводиться пятнадцатого июня, с собой брать ничего не нужно, все необходимое вам выдадут на месте. Желательно к моменту испытания хотя бы приблизительно определиться, на каком магическом факультете вы хотели бы обучаться. Представительство института на Земле находится по следующему адресу… Всего наилучшего.

Секретарь ректора Унила Добракович

Перечитав написанное еще раз, я не могла поверить, что это лежит у меня на столе. И тут озарение…

Это же бывшие одноклассники шутят! Никак нашли мои сегодняшние ответы в Интернете? Вот же… Нигде от них покоя нет. А родители берут подсунутое в ящик и не смотрят.

Скомкав письмо, я выкинула его в мусорное ведро. Неужели они думают, что я поеду на испытание, купившись на этот розыгрыш? Угу, уже бегу.

Немного посмотрев телевизор, я незаметно задремала.

А на следующий день, убираясь, снова обнаружила на столе письмо, то же самое, в надорванном конверте. Но ведь я же его выбросила!

Ничего не понимая, я бросила взгляд в зеркало: слегка растрепанные золотистые волосы стянуты в хвост, лицо немного полновато, серые глаза смотрят прямо и чуточку устало. Кожа белая, фигура полная. Сейчас на мне майка в обтяжку и шаровары, на ногах – тапки с мордами пушистых котов.

Внешний вид кричал мне, что мой разум в порядке и я сегодня никуда не выходила. Тогда вопрос: кто же был в квартире и вернул письмо на стол?

В задумчивой растерянности, я вошла в ванную и, включив воду, собралась почистить сантехнику, когда по трубам прокатился гул. Федор Иванович снова засорил канализацию?

Гул нарастал и нарастал, а потом все резко стихло, и на моих глазах вода потекла в обратном направлении, исчезая в кране.

– Елки-палки!

В совершенном шоке я наблюдала за природной аномалией, а затем меня, словно магнитом, потянуло к ванне и, как по волшебству, засосало в кран.

Будто в воздушном пузыре, я полетела сквозь воду, а может, и пространство. Меня вертело, крутило и неожиданно выкинуло на пол.

Стоя на четвереньках, я всматривалась в камень, который был похож на лед, но более прозрачный, гладкий и не холодный.

– Вознесенская Ирина? Почему не приехали на испытание, как договаривались? Пришлось вытаскивать вас через временный телепорт, – прозвучал сверху недовольный голос.

Подняв глаза, я увидела с виду обыкновенную темноволосую женщину, говорящую странные вещи. Ее полноватая фигура была облачена в белоснежный костюм с юбкой-макси и длинной безрукавкой, чем-то напоминающей плащ.

– Не понимаю, что тут происходит? Где я и как сюда попала? – ответила я, шокированно рассматривая огромный, отделанный мрамором зал, стены которого поблескивали в свете свечей. Помещение имело круглую форму, и в стенах были сделаны арки, в которых клубилось разноцветное марево.

– Если бы вы прибыли вместе со всеми, то вам бы все объяснили, а раз вы такая недоверчивая, то теперь нам придется поспешить. Кстати, я Унила Добракович, секретарь ректора, по всем организационным вопросам обращаться ко мне.

Женщина направилась к одному из двух огромных проемов, расположенных напротив друг друга и, видимо, являющихся выходами, и я на автомате двинулась за ней.

– Где я все-таки?

– В Институте рас – одном из самых престижных учебных заведений всех миров. Каждый год мы выбираем лучших из лучших, которым предоставляем право поступить к нам. Это большая честь, между прочим.

– Но я не поступала! – воскликнула я, ничего не понимая.

Я бы посчитала эту женщину сумасшедшей, если бы не окружающая действительность. Впрочем, может это мой диагноз?

– Как это не поступали? А кто на вопрос: «Поступили бы вы в Институт магии?» ответил – «да», а при выборе факультета написал: «На какой возьмут» – и подтвердил свои ответы?

– Но это же просто опрос в Интернете!

– С чего вы решили, что просто опрос? – лукаво посмотрела на меня секретарь.

Совершенно шокированная и немного деморализованная, я шла за Добракович и не знала, что и думать. Это сон или явь? Впрочем, новые впечатления отвлекли меня от размышлений.

Мы шли по совершенно пустынным коридорам замка, который словно сошел со страниц сказок. Да что там сказок! Теперь я, кажется, догадывалась, какое место послужило прототипом учебного заведения Гарри Поттера.

В замке чувствовался неуловимый флер старины и роскоши. На его стенах, выложенных из крупного обработанного камня, висели портреты неизвестных мне людей, освещенные факелами с живым огнем. Таинственности этому месту придавала и драпировка из странного незнакомого материала, отдаленно напоминающего бархат. А в воздухе витал запах волшебства и… ванили. Или где-то недалеко находится столовая?

В общем, если обобщить впечатления, то Институт рас был именно тем заведением, куда мечтают попасть девушки, читающие книги фэнтези, и где мечтала побывать я. Не знаю, что будет дальше, но эти воспоминания останутся со мной до конца моих дней.

Миновав несколько коридоров, мы подошли к небольшой двери, и секретарь осторожно постучала. В ответ дверь исчезла. Добракович смело шагнула внутрь, а я несколько задержалась, ощупывая дверной косяк, чтобы распознать, в чем фокус.

– Ирина, ну давайте же быстрее! – нетерпеливо произнесла секретарь. – Время поджимает.

И я поспешила.

Преодолев очередной узкий коридорчик, мы подошли к массивной двухстворчатой двери из полированного дерева в железной окантовке, которая словно переливалась. Поверхность створок украшали необычные письмена и рисунки.

Я хотела дотронуться до них рукой, но была остановлена окриком Добракович:

– Осторожно! Вы еще не зачислены в институт, стихийная магия может причинить вам вред.

После чего секретарь, ухватившись за металлические ручки, распахнула створки.

– Унила, еще один студент? – донесся до меня удивленный голос.

Я сделала несколько шагов вперед и оказалась в небольшом зале. За широким полукруглым столом сидели, судя по всему, преподаватели. Перед ними стояли стол и стул, куда Добракович и предложила мне присесть.

– Да, прибыла буквально в последний момент, – произнесла она, обращаясь к преподавателям.

А я, стесняясь своих тапок с кошачьими мордами и домашней одежды, сконфуженно опустилась на стул.

– Ну, хорошо, что испытания не закончились, – заметил мужчина в центре, которого я приняла за ректора.

Ну… возможно, что это ректор. В идеале по сюжету между нами должно вспыхнуть чувство, однако, присмотревшись к нему, я поняла, что это совершенно не мой типаж. Помимо неземной красоты и острых ушей, что я в мужчинах, в общем-то, не любила, ректор являлся обладателем необычного глаза. Вместо радужки в нем мерцал синий рисунок, на котором, то приближаясь, то удаляясь, крутились иероглифы.

Скорее всего, эльф…

Ни преподаватели, ни ректор института не носили никакой униформы. Кто-то был облачен в шикарную рубашку, как у пиратов, кто-то – в дворянский сюртук. Но все без исключения поверх одежды носили длинные безрукавки в стиле фэнтези.

– Добрый день, Ирина Вознесенская, – улыбнулся мне ректор. – Откуда вы к нам прибыли?

Он разговаривал со мной как с душевнобольной. Еще один минус.

– С Земли, – хрипло выдохнула я и обвела взглядом остальных.

Справа от главы института сидел седой мужчина аристократического вида, с таким суровым выражением лица, словно только прожевал и проглотил ведро гвоздей. Ужас…

Место слева от ректора занимала немного полноватая светловолосая женщина миловидной внешности, но едва она мне улыбнулась, как я поняла, что все сказки про вампиров правда. Острые клыки и, если присмотреться, темно-вишневые глаза… Мама, куда я попала?

Рядом с вампиршей сидел самый колоритный персонаж в зале. На голове длинные светлые волосы и черные маленькие рожки, вокруг глаз черные круги, словно тушь потекла, и татуировки на лице. Он был одет в белую рубашку, распахнутую на груди, кожаные брюки и тяжелые ботинки, напоминающие гриндеры. Конечно, выглядел мужчина эпатажно, но должен же статус хоть немного его ограничивать… или нет?

Пока я изучала комиссию, преподаватели изучали меня.

– Светловолосая девушка с Земли… Давно у нас не было блондинок оттуда, – переглянулся с коллегами ректор.

– У нас вообще светловолосых очень и очень мало, – заметила единственная женщина в комнате. – А она золотистая блондинка.

Все снова посмотрели на меня.

– Думаю, стихийник, – пробормотал эпатажный мужчина. – У них такие редкость, но на моем факультете светловолосых вообще нет.

– Это не значит, что не может быть, – грудным, немного грубоватым голосом заметил аристократ, который, по моему убеждению, питался гвоздями.

Не хочу к нему! Хотя «стихийник» звучит неплохо.

– Ладно, не будем гадать, тем более решать не нам. Мы дали абитуриентке достаточно времени к нам привыкнуть, пора ввести ее в курс дела, – начал ректор и, уже глядя на меня, продолжил: – Ирина, то место, куда вы попали, называется Междумирье – пространство, через которое можно попасть в любой мир. Подробнее о нем вы узнаете на лекциях. Я же скажу главное: вы поступили в Институт рас, где обучаются самые способные представители всех миров, и таких учреждений всего четыре.

– А для чего?.. – это единственное, что я смогла выдавить из себя от удивления.

– Мы готовим высококлассных магов-контрактников, которые будут посещать миры согласно заданиям, решать проблемы, а по возвращении получать награды. Междумирье – это лучшее место во времени и пространстве.

– А мне вполне нравилось и там, где я жила, – выпалила я.

– Но ты заключила с Междумирьем магический договор, и никто не в силах его разорвать, – порадовала меня вампирша.

– Когда? – выдохнула я, не помня такого.

– Когда в опросе в соцсети ответила «да» и подтвердила свой ответ, – напомнила Добракович.

– Но это же просто опрос! – возмутилась я.

– Это вопрос и ответ, – приподнял бровь ректор.

Рисунок в его глазу пришел в движение, при этом эльф смотрел прямо на меня – и я вздрогнула.

– Изор, ты пугаешь девочку, – укоризненно заметила вампирша. – Основное мы сказали, ситуацию объяснили. Думаю, пора начинать испытание.

Это называется «объяснили»?!

Но Добракович уже поманила меня за собой, и я, словно зомби, направилась следом, не чувствуя ног от волнения. А что, если меня не примут, потому что дара нет и я не подхожу?

А если примут? До сих пор я не могла понять: хочу быть магом или нет. Но ведь жизнь идет вперед, нужно учиться, получать профессию, становиться взрослым человеком – так говорили мне родители. А тут шанс стать магом!

А вдруг я буду боевым магом? И смогу швыряться огнем или молниями…

– Скажите, какие факультеты есть в институте? – не удержавшись, полюбопытствовала я.

Добракович хитро на меня посмотрела, вышла из зала и вскоре вернулась с плащом, который протянула мне со словами:

– Надевайте. Сейчас я провожу вас в другой зал, где находятся остальные абитуриенты. Там вы накинете капюшон и вместе со всеми направитесь к большим магическим вратам. Когда наступит ваша очередь, пройдете через них, а дальше все будет зависеть от вашего дара.

– Ага, – ошарашенно откликнулась я, облачаясь в плащ, который очень походил на те, что были у назгулов.

– Касательно вашего вопроса, – ответила Добракович, когда мы вышли из зала. – В институте существует несколько факультетов: стихийной магии, некромантии, общей магии и лекарский. У каждой своя специализация, свои плюсы и минусы. Профессор Изор, ректор, возглавляет факультет общей магии. Профессор Нилькор, мужчина с седыми волосами и строгим лицом, главенствует над стихийными магами. Профессор Изоль – глава лекарей, а профессор Дазар, тот светловолосый мужчина с рожками, – некромант.

– Но он же сказал, что у некромантов не бывает светлых волос…

– Да, на моей памяти такого не было, но у профессора Дазара они побелели во время одного из неудачных ритуалов. Впрочем, не уверена, что вправе делиться подробностями.

Ага, значит, темная история.

– Только они преподают в институте?

– Нет конечно. У всех профессоров есть несколько заместителей. Просто на каждом потоке главы факультетов выбирают группу, которую ведут именно они.

Когда мы прошли очередной коридор и спустились по лестнице, моему взору предстал длинный зал, где толпились абитуриенты. В дальней узорчатой стене зала имелся проход, в котором клубился разноцветный туман.

Накинув капюшон, я оглянулась на Добракович, которая осталась стоять на входе, и, вздохнув, влилась в поток черных плащей. Чем дальше я продвигалась, тем больше нервничала.

Около врат стоял высокий человек, который выбирал из толпы абитуриентов по одному и направлял их к магическому барьеру. Вот неизбежно и на мое плечо легла сильная рука и подтолкнула вперед.

Шаркая по полу вмиг одеревеневшими ногами, я дошла до магических врат, ненадолго притормозила, а потом, резко вдохнув и зажмурившись, шагнула вперед.

Глава 2. Попала…

Ирина Вознесенская

Я шла уже несколько минут, а вокруг – лишь много света и разноцветный туман. Может, я что-то делаю неправильно? Другие абитуриенты выходили довольно быстро.

Осмотревшись по сторонам, я повернула было назад, как увидела перед собой ярко-зеленый меховой помпон, у которого виднелись два глаза.

– А-а-а… – завопила я и бросилась бежать обратно, но передо мной оказался еще один зеленый помпон. Потом еще и еще один.

Я металась из стороны в сторону, не зная, куда деваться, а помпоны все множились и множились, пока нам не стало тесно и я не начала в них тонуть. Но, попробовав выбраться, я поняла, что плаваю уже не в помпонах, а в зеленом тумане, швырявшем меня из стороны в сторону. А потом запястье пронзила боль.

Вскрикнув, я обнаружила себя лежащей на полу. Все исчезло, остался только свет. Различив сбоку от себя магические врата, я вскочила и бросилась к ним. Уже через секунду выдохнула от облегчения, очутившись в знакомом длинном зале института.

Странно, мне казалось, я довольно долго пробыла в тумане, а высокий стражник только направился за следующим абитуриентом, будто прошла всего пара секунд.

Увидев Добракович, которая по-прежнему стояла на входе и направляла абитуриентов, я двинулась к ней.

– Уже познакомились со своей магией? – улыбнулась она мне.

– А это была моя магия? – вылупилась я на секретаря.

– Да. А что такое?

Я замотала головой. Ну уж нет, никому не расскажу про помпоны.

– Что-то личное, – понятливо кивнула Добракович, – так у многих бывает. – Покажите мне татуировку: она определяет вашу принадлежность к факультету.

– Татуировку?.. – не поняла я, а потом непроизвольно схватилась за руку.

Отодвинув рукав плаща, я показала внутреннюю часть запястья Добракович и увидела, как у нее расширяются глаза.

– Что такое? – заволновалась я, глядя на кинжал, объятый пламенем, на своей руке.

– Неожиданно, но раз такова твоя магия…

– А? – подняла я вопросительный взгляд на секретаря.

– Ирина, вам прямо по коридору, до лестницы и вниз. В общем зале вас будет ждать Аластер Тиг – невысокий старичок, наш завхоз, он же комендант общежития. Поторопитесь, вы будете первая. Только некромантов заселяют в первую очередь, и лишь потом они завершают регистрацию.

Кивнув, я направилась куда велено, и только на лестнице до меня в полной мере дошло сказанное.

Я? Некромант?!

Мамочки…

Вниз я спускалась словно в тумане. Мне не верилось, что теперь я буду учиться общаться с покойниками и бог знает с кем еще! Впрочем, мне же не нравилось контактировать с живыми людьми, а со своими желаниями нужно быть осторожнее.

Войдя в общий зал, я заметила пожилого мужчину и несмело зашагала к нему.

– Добрый день! Я по поводу поселения…

– Что, уже обошла остальных? – строго взглянул на меня комендант, и я заметила в его волосах прутики и листики. Кожа оказалась очень бледной, с немного зеленоватым оттенком. У меня была такая же, когда я отравилась колбасой. Какой же он расы?

– Я некромант, и сказали…

– Не может быть, – перебил меня старичок. – Покажи татуировку.

Я послушно отодвинула рукав.

– Хм-м… Ну ладно, пойдем. Я уж подумал, обмануть меня решила: много вас таких, которые хотят заселиться вперед всех, – заворчал завхоз и еле-еле зашаркал к выходу.

А я стояла и недоуменно смотрела Тигу вслед, понимая, что мое заселение будет очень и очень долгим. Я сама не очень быстро двигаюсь, но если нас сравнивать, то это как таракан и улитка. К тому же я не совсем понимала, почему завхоз направился не к лестнице, а к неизвестной двери в конце зала.

Легко нагнав своего провожатого, я прислушалась к его бормотанию.

– Так… Куда же ее определить? Там занято, и здесь вроде бы тоже… Туда нельзя, там мужчины. А если?.. Ну да, как раз освободилась…

Достигнув наконец двери, Тиг взмахом руки начертал в воздухе какой-то знак, и дверь исчезла, а вместо нее появилось желтое сияние.

– Ну, что встала? Поторапливайся. Студенты такие медлительные… – проворчал он и шагнул прямо в сияние.

Ошарашенно осмотрев дверной проем, я, зажмурившись, отправилась следом.

Едва открыв глаза, почувствовала, как у меня отвисает челюсть. Передо мной раскинулась незнакомая комната. Под потолком прямо в воздухе висели свечи, освещая наполовину каменные, наполовину деревянные стены. Возле одной из стен находился большой камин, по обе стороны которого стояли два кресла. В центре комнаты расположился низкий резной стол в окружении дивана и еще пары кресел.

Это моя комната? А где я буду спать?

– Так, слушай сюда, повторять не буду. Видишь пять дверей?

Я повернула голову в указанном направлении. Действительно, на противоположной от камина полукруглой стене находились пять резных дверей с разными рисунками.

Кивнув, я услышала пояснения.

– Вот эта, – ткнул завхоз в крайнюю слева, – кухня и кладовка. Там хранятся вещи из твоего мира и там же можно подогреть воду, сделать отвар и все такое. Есть будешь в столовой три раза в день. Понятно?

Присмотревшись к двери, я увидела изображенный на ней котелок, из которого поднимался пар.

– Да-а…

– Вот тут, – показал Тиг на крайнюю правую дверь, – находится туалет.

Я даже боялась представить, почему на двери были изображены листики!

– Ванные комнаты на третьем этаже жилых корпусов и, имей в виду, строго разделяются на мужские и женские!

Уловив несправедливый намек, я с возмущением глянула на завхоза.

– А прямо посредине твоя комната. Справа и слева живут соседи, они поступили в прошлом году.

– А почему в эту комнату вы тогда никого не заселили?

– Заселил, но его уже отчислили.

Я сглотнула.

– Планировка в институте простая, поэтому объясняю, как для тупых. Большие металлические двери, выкованные в голубом пламени и напитанные магией, – это главный вход. На них изображен узор четырех факультетов. Проходя через эти двери, попадаешь в первый каменный зал, из которого в другие помещения ведут две большие лестницы по бокам и коридор в центре.

Лучше бы показал! Впрочем, с его скоростью экскурсия займет не менее года.

В центральном корпусе находились администрация, библиотека, канцелярия, залы перемещений, после начиналась главная башня. По бокам от центрального корпуса располагались учебные корпуса с лекторскими аудиториями и кабинетами для практических занятий, соединенные с жилыми башнями переливчатыми коридорами и полукругом огибающие институт сзади.

– А как мы попали сюда, если не поднимались?

– Двери могут быть порталами. Начертишь определенный магический символ в зависимости от места, в которое хочешь попасть, и, открыв, заходишь. Подробнее вам будут рассказывать на занятиях.

– Я заблужусь в этом огромном замке, – понуро заметила я.

– Что за глупости! На всех дверях изображены специальные значки, указывающие назначение места. Все, я пошел, и так задержался. После того как поселишься, тебе надо на второй этаж центрального корпуса – в канцелярию и библиотеку.

Проводив завхоза мрачным взглядом, я подошла к двери своей комнаты и уставилась на рисунок. Вот интересно, какое отношение ко мне имеет кинжал, обвитый цветком с шипами? Присмотревшись повнимательнее, я удивилась еще сильнее: кинжалом оказалась кость.

Дернув за ручку двери, я вошла в свою комнату и, осмотревшись, сразу поняла, что с радостью буду учиться здесь все последующие годы.

Комната была простой, скромно обставленной, но чем-то сразу пришлась мне по душе.

Главным ее достоинством были два больших окна напротив входа, из которых в помещение проникало очень много света. Слева от двери стояли книжные стеллажи, а вдоль стены располагалась кровать с зеленым балдахином – я впервые видела такую воочию. На противоположной стороне стояли широкий практичный коричневый диван и шкаф, возле окна – стол.

Бледно-зеленые с завитушками обои радовали глаз, не вызывая неприязни, а зеленый ковер дополнял уютную обстановку. Лишь маленькие белые черепушки на нем портили впечатление. Может, их удастся закрасить?

Я походила по комнате, прикоснулась к мебели и выглянула из окна. Увиденное меня испугало. Это на какой же высоте находится мое жилище? Если вы летали на самолете, то можете представить вид, который открылся мне: облака, солнце и снова облака.

Присев на широкий подоконник и взглянув на клонившееся к закату светило, я решила не придираться к мелочам и заняться делом – неразумно терять время. Скоро вечер, а у меня дел по горло.

Преисполненная решимости все завершить как можно быстрее, я вышла из комнаты и отправилась выполнять указания завхоза. Навстречу мне тут и там попадались студенты самого разного вида: одни с чешуей, другие с зеленью растений, торчащей из волос, или с клыками, третьи с длинными ушами, а некоторые точь в точь орки из книги Толкина – массивные чудища с длинными волосами и немного красноватой кожей, словно они обгорели на солнце.

Но более всего меня поразила девушка со змеями на голове. Я, помня античные легенды, даже зажмурилась и нечаянно врезалась в нее.

– Осторожнее! – воскликнула она, уронив свою сумку.

– Простите, – пробормотала я, непроизвольно открыв глаза и оставшись живой.

– Ты чего бредешь и не смотришь под ноги? – нахмурилась «горгона».

Змеи на ее голове недовольно зашипели на меня, и я непроизвольно отшатнулась.

– Спокойно, девочки, – погладила их хозяйка.

– Я смотрю по сторонам, – вздохнула я. – Кажется, заблудилась.

– Новенькая? – вскинув брови, посмотрела на меня девушка.

– Да.

– Все понятно. Преподаватели никогда не объясняют нормально, думают, мы ясновидящие. Сама в прошлом году так же мыкалась. Но тебе повезло, я уже закончила свои дела, пойдем, покажу все, что нужно.

– Буду очень признательна… – Я впервые обрадовалась, что кто-то полез ко мне со своими советами.

– Меня зовут Милана Ортего, – представилась девушка, пока мы шли в известном только ей направлении.

– А меня – Ирина Вознесенская.

– Интересное имя, похоже на земное. Ты с Земли?

– Именно.

– На факультет общей магии?

– Почему именно туда? – удивилась я предположению.

– У вас, конечно, интересный мир, но вы довольно прагматичные, и из-за этого земляне чаще всего попадают на факультет бытовиков.

– Нет, ты не угадала, я некромант.

– Блондинка?

– Угу. А много наших здесь?

– Сейчас не знаю, а в прошлом году на потоке было человека три.

– Негусто…

– А что ты хочешь? Сюда попадают избранные. Это зависит не только от дара, но и от психологических качеств. Тебе потом на лекциях расскажут.

От обилия информации в голове был сумбур, но так как мы уже подошли к библиотеке, я получила легкую передышку. Присмотревшись к стопке книг, изображенной на двери, я дернула ручку на себя… и пропала.

– Ты чего? – раздался сзади недоуменный голос.

Я застыла на месте и с восторгом рассматривала множество полок с книгами, которые были такими… такими… Да книги про Гарри Поттера и рядом не стояли!

Милана подтолкнула меня вперед и поволокла к стойке, за которой сидела женщина средних лет, с глазами, как у кошки, и благосклонно на меня взирала.

– Адара Нирковна, это новенькая, зовут Ирина.

– Добрый день, вы по поводу литературы? – грудным голосом поинтересовалась женщина, чуть заметно улыбаясь.

– Наверное, – пробормотала я.

– Вы не уверены? – вскинула дама брови.

– Она некромантка и уже поселилась, – намекнула Милана.

– Эх, вот подам я на Тига докладную, как есть подам! – проворчала Адара Нирковна и с интересом взглянула на меня, но от комментариев отказалась.

Ну да, блондины-некроманты – редкость, но на моего декана никто же так не смотрит. Или смотрит?

Как мало я еще знаю об этом мире… Или Междумирье – это не мир?

– Книги я отправлю в вашу комнату магической посылкой, – произнесла библиотекарь, закончив заполнять формуляр. – Сегодня вы уже не успеете туда вернуться. Абонемент заведен, теперь можете приходить и читать когда угодно. Я же вижу, библиотека вам понравилась.

Еще раз осмотрев высокие полки с потрясающими на вид книгами, я, причмокнув, заметила:

– Очень!

– Пойдем, – потянула меня на выход Милана. – Тебе еще нужно успеть в канцелярию – взять список всего необходимого.

Выйдя из библиотеки, мы направились дальше. В одном из коридоров прошли мимо витрины с вымпелами, красивыми кубками и дипломами.

– Что это? – удивилась я.

– Это награды, которые наши группы завоевали на соревнованиях факультетов. А чуть правее кубки нашей команды стихийного футбола.

– Стихийного чего? – поразилась я.

– Футбола. Это такая игра, где команда бежит на команду и с помощью силы стихий и ловкости сметает противника, чтобы завладеть мячом и добраться до нужного места.

По этому объяснению я поняла, что стихийный футбол что-то типа нашего регби, но посмотреть его все равно захотелось невероятно.

– А что за соревнования факультетов?

– На потоках собираются несколько команд и бьются за звание лучшей. Соревнования проходят как в виде дуэлей, так и в виде командных сражений. Но не каждый может попасть на них.

– А для чего это вообще нужно?

– Ты получаешь право первого выбора рабочего места по окончании института – такая своего рода льгота. Только игроки футбольных команд и участники соревнований обладают таким правом. Это очень престижно и считается большой удачей.

Я мало что поняла из объяснений Миланы, но времени разбираться не было. Добравшись до канцелярии, я попрощалась с новой знакомой и, войдя в кабинет, увидела Добракович.

– Наконец-то. Ирина, вы очень задержались. Вот список всего необходимого, и пойдемте к залу перемещений. Скоро настройки собьются и будет затруднительно вернуть вас домой, – порадовала меня секретарь.

Непроизвольно схватив пергамент, сунутый мне в руки, я поспешила за секретарем по коридорам института.

– А как мне вернуться обратно?

– Вы получите отдельное письмо, в котором будет все подробно описано. С собой можно взять только одну сумку с вещами, но такую, которую вы сможете сами донести.

– А какие вещи лучше взять?

– Это уж вам виднее, но должна предупредить: техника в Междумирье не работает.

– Ох… – Я представила весь ужас сказанного.

Теперь мне придется жить без телефона, компьютера и Интернета. Что же делать-то?

– Мы пришли, – сообщила Добракович, поворачиваясь ко мне. – Ну что, вы готовы отправиться домой?

Удивившись тому, что мы так быстро добрались до нужного места, я сняла черный плащ и, отдав его секретарю, кивнула.

– Тогда до встречи через два дня. – И она указала на одну из портальных арок.

– До свидания, – махнула я рукой и шагнула внутрь желтого сияния.

Обернувшись, я хотела еще раз посмотреть на институт, но увидела лишь ванную комнату. Опустив взгляд на зажатый в руке свиток, я поняла, что мои проблемы только начались.

«Е-мое! Как я скажу родителям про свое поступление? Они же не поверят. – И следом новая мысль: – А как сказать про татуировку?!»

Интересно, в Институте рас могут учиться зомби? Ибо меня непременно убьют!

* * *

В воскресенье я получила письмо с инструкциями насчет того, как буду добираться до института, и весь день бегала по магазинам со списком необходимых вещей. Поиск некоторых поставил меня в тупик.

Если, например, свечи, кубок, пестик, венчик и емкости различного объема не вызвали проблем, то приобретение набора ножей различной длины и конфигурации было сопряжено со сложностями. Кто мне в нашем мире продаст такой набор, который больше походит на охотничий? Про чугунный котелок объемом шесть литров я вообще молчу. Однако более всего меня испугал набор медицинских хирургических инструментов. Нет, купить их не было проблемой, но вот для чего они нужны?

Но старание и труд все перетрут. Ножи я приобрела на рынке, где даже не поинтересовались моим паспортом. Котелок утащила у Варвары Петровны, нашей соседки, прямо с балкона.

Не знаю, где она в свое время достала эту большую чугунную прелесть явно советского производства, но мне она была точно нужнее.

Далее мой путь лежал на Птичий рынок. Как же верещал бедный петух, когда после покупки я вырвала у него полхвоста. Народ смотрел на меня странно и осуждающе. А что делать?

Но самое важное решение было принято в магазине медицинской техники, где я рассматривала различные инструменты – сверлышки, щипчики, ножнички… пилу! Я решила остановить свой выбор на самом дорогом и самом лучшем, на мой взгляд, наборе. В нем было видимо-невидимо приспособлений, а самое главное – имелась инструкция!

Конечно, к магии она не имеет никакого отношения, но хоть буду знать, за какой конец что держать.

После последних покупок деньги у меня практически закончились, осталось разве что на такси. А ведь я собирала их четыре года – на поездку в Европу, как раз на каникулах после поступления…

Что ж, съездим, но не в Европу, а в Междумирье.

Вернувшись домой, я принялась собирать сумку, и это дело оказалось едва ли легче. Вот что бы вы взяли с собой в Институт магии?

Техника отпадала сразу, и в первую очередь я сложила предметы личной гигиены и самые удобные одежду и обувь. Плюс в сумку полетело вечернее платье, как раз с выпускного, и несколько украшений. Вдруг там бал, а я не при параде?

Обведя глазами комнату, я поняла, что больше и взять нечего. Остальное там мне точно не пригодится. Разве что… Поддавшись порыву, я бросила в сумку косметичку.

Вообще я редко пользовалась косметикой, уж очень сильной была аллергическая реакция на коже.

Но, говорят, женщина с макияжем способна преодолеть все трудности.

Последнее, что было упаковано, – это несколько шоколадок и удобная сумка, чтобы ходить на занятия. Все!

Если что-то и забыла, то заберу в следующий раз. Будут же нас отпускать домой?

Вечером, готовя поесть, я думала о том, как обо всем рассказать родителям. То, что мне не поверят, даже не обсуждалось, но и отступать я не собиралась. Ни маме, ни папе не понравится, что я уеду непонятно куда.

Размышления прервали родители, вернувшиеся с дачи. Послышались голоса, звук брошенных на пол сумок.

– Ирина, помоги разгрузить сумки! – крикнула мама, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.

Нервничая и хмурясь, я перебирала на кухне овощи, когда ко мне присоединились родители.

– Ну, как прошли выходные, дочь? – присел папа на стул.

Настроение у обоих было прекрасное, и тем неприятнее было его портить.

– Подала документы? – поинтересовалась мама, заглядывая под крышку сковородки.

– Да, я рада сообщить, что поступила в институт.

Родители удивленно взглянули на меня.

– Что-то быстро, – приподняла брови мама, присаживаясь рядом с отцом. – И в какой институт, на кого?

– В Институт рас, на некроманта.

Несколько минут родители молчали.

– Что это за учебное заведение? – нахмурился отец.

– Ну, что-то вроде академии магии. Через четыре с половиной года, если я его закончу, буду магом-контрактником. – И, повернувшись к ним спиной, я начала накладывать еду себе в тарелку.

Через несколько минут тишины я услышала ожидаемое:

– А я тебе говорила, не нужно разрешать ей читать все эти книжки про магию, но ты меня не слушал. Сказки, сказки, а теперь ее наверняка прибрала к рукам какая-то секта.

– Это не секта, – возразила я. – Мне нечем вас убедить, но завтра я отправляюсь в институт.

– Никуда ты не поедешь! – воскликнула мама. – Я не отдам свою дочь сектантам!

Спор уже готов был перейти в скандал, когда посреди кухни появилось зеленое свечение и немного механический голос ректора сообщил родителям все то, что до него сообщила я. А также что магический договор расторгнуть невозможно.

Свечению они поверили больше. Прошла пара часов, прежде чем мама и папа смогли со мной связно общаться.

Весь оставшийся вечер родители ходили из угла в угол, но расспрашивать меня не пытались – магия запретила. В их понимании это выглядело так, я же знала, как на самом деле выглядел тот, кто с ними общался.

Утром пришла пора прощаться. Мама крепко меня обняла, в ее глазах стояли слезы.

Я утешающе заметила:

– В конце каждого года у меня будут каникулы и я буду приезжать в гости.

Она лишь кивнула. Даже я, не имея детей, понимала ее: отпускать дитё в неизвестность очень непросто.

– Ты обязательно сообщи нелюдям, которые будут тебя учить: если что-то случится с моим ребенком, я их Междумирье на клочки порву, как и того, кто тебя не уберег.

– О! – все, что смогла вымолвить я. – Постараюсь передать.

И мы с папой отправились, как мне было велено в инструкции, на городской автовокзал.

– Тебя кто-то будет встречать?

Я пожала плечами.

– Наверное, нет. Написали, что в девять подойдет транспорт.

Кивнув, папа замолчал, но я видела, как он нервничает.

– Что такое?

– Переживаю, что ты не вернешься к нам.

– Папа!

– Когда-то нам с мамой нагадала гадалка, что мы будем очень счастливы, но дочери с нами не будет.

Тут и мне вспомнилось предсказание, которое я получила на выпускном. Оно врезалось в память и предвещало много странного.

– Что бы ни случилось, я обещаю, что буду навещать вас.

– О большем не прошу.

В этот момент недалеко от нас остановился автомобиль «москвич» очень старой модели, но выглядел при этом как новенький. И это их конспирация?

Мы с папой переглянулись.

– Что-то мне подсказывает, что это за тобой, – ошарашенно заметил он.

Сверившись с номером в письме, я поняла, что действительно за мной. К машине начали стекаться парни и девушки моего возраста, и я, еще раз обняв папу и взяв сумку с вещами, поспешила к автомобилю.

Водитель очень напоминал Кису Воробьянинова из «Двенадцати стульев» – пушистые усы, пиджак девятнадцатого века и круглые очки. Неудивительно, что его рассматривала вся улица.

– Студенты, побыстрее рассаживаемся и отправляемся. Мы и так выбились из графика.

Он еще и шепелявит!

– Мы что, поедем в этом? – указал на «москвич» парень, стоявший рядом со мной.

– Да.

– Все? – уточнила еще одна девушка.

– Естественно. А что вас не устраивает? Хотите своим ходом? – приподнял одну бровь водитель.

После нескольких секунд тишины парень, стоявший рядом со мной, открыл дверь, и мы один за другим начали влезать в салон. Я была третья, и меня как раз впечатало лицом в стекло, а плечом в бугая, который сидел рядом со мной.

В такой ситуации сложно было даже вздохнуть, не говоря о том, чтобы почесаться. Когда я в школе сторонилась людей, то еще не понимала, что такое, когда тебе лезут в душу. Сейчас на нее еще и давили.

– Долго ехать? – прохрипела я, когда мотор заурчал.

– Часа два!

Два часа зажатой людьми в замкнутом пространстве. Кое-кто начал обсуждать нашу ситуацию и глупо подхихикивать.

Раньше я не знала, что такое ужас, зато теперь у меня было время проникнуться.

Глава 3. Новая жизнь

Ирина Вознесенская

Институт радушно встретил меня и других студентов, которые спешили в альма-матер, ведь завтра первый день занятий. Представители различных рас проходили мимо, не обращая на меня внимания. И только новичков сразу было видно: мы брели, рассматривая всех.

Все же то, что со мной случилось, – это невероятно.

Поднявшись по ступеням, я вошла в главный зал института и заметила Добракович, которая собирала около себя первокурсников. Эх, а так хотелось побыстрее попасть к себе в комнату. Спортивная сумка, которая непонятно как поместилась в багажник «москвича», оттягивала руку, и я давила в себе порыв забросить ее куда подальше. А ведь еще предстояло по карте добираться до своей комнаты.

Я уныло побрела вперед, стараясь пристроиться в самом конце.

– Первокурсники, сейчас вы должны пойти за мной. Вас ждет посвящение в магию и зачисление в институт.

Мне непроизвольно сразу вспомнились помпоны.

Добракович подошла к самой дальней двери зала, как ранее Тиг, начертала в воздухе знак, который засветился желтым цветом, и дверь отворилась в желтое марево.

– За мной.

Двигаясь в очереди к порталу, я отмечала и своих соотечественников с Земли. Шутники больше не выглядели такими оптимистами, скорее были взволнованы и не уверены в себе.

Пройдя через дверь, мы оказались в большом светлом зале со множеством скамеек со спинками, а впереди, на возвышении, стояли два длинных стола, перед которыми находилось настоящее произведение искусства – стеклянный цветок, самый прекрасный из всех, какие я только видела. Несмотря на то, что его внешний вид был мне незнаком, при взгляде на него я чувствовала тепло и спокойствие, словно цветок был частью меня.

– Сейчас все по очереди подходим и прикасаемся к артефакту силы, – произнесла Добракович. – Необходимо положить на него руки и не отнимать до тех пор, пока артефакт не погаснет. Ну, кто первый?

Все молчали и не двигались. Неожиданно для самой себя я вышла вперед и, несмело ступая, направилась к артефакту. Расположив руки как было сказано, я практически сразу почувствовала тепло, а потом цветок загорелся зеленым светом. Мне было сложно понять, то ли это магия артефакта, то ли моя.

Прошло несколько секунд, и все погасло.

Дальше дело пошло веселее. Остальные студенты последовали моему примеру, а я, пользуясь случаем, подошла поближе к Добракович, раздумывая, можно ли обратиться к ней с просьбой.

– Вы что-то хотели, Ирина? – поинтересовалась секретарь, делая пометки на пергаменте.

– Скажите, а можно и мне научиться открывать порталы?

– Конечно. В свое время вам все расскажут на лекциях.

– А сейчас вы не могли бы показать рисунок моей комнаты? Она так высоко, что я не уверена, дотащу ли свои вещи, – жалостливо попросила я.

Добракович улыбнулась.

– Мне не жалко, но я не знаю, хватит ли у вас сил и концентрации открыть портал. Смотрите, тут главное запомнить рисунок. – И, нарисовав в воздухе закорюку, секретарь начала объяснять: – У мест, которые находятся рядом, основа похожа, но попасть в личные комнаты или частные владения нельзя, если хозяин не добавил вас в магическую защиту. Теперь рисунок вашей комнаты.

Добракович перевернула мою карту и взмахнула рукой – перед ней появилось перо.

– Ух… И я так смогу? – восторженно выдохнула я.

– Конечно, если будете хорошо учиться, – заметила секретарь. Нарисовав нужный мне рисунок на обороте карты, протянула ее мне со словами: – Не забудьте сконцентрироваться и использовать силы, которые таятся внутри вас.

– Спасибо, – поблагодарила я и мыслями унеслась в новое для меня занятие.

Интересно, а так можно открыть любую дверь?

– Кстати, вы можете идти, – порадовала меня Добракович. – Занятия начинаются завтра в девять утра, не опаздывайте. Вот ваше расписание и все, что нужно знать студенту. Советую ознакомиться с правилами института.

Она снова взмахнула рукой, и в воздухе появился пергамент. Секретарь передала его мне и повернулась к другому студенту. Я же, подойдя к двери, через которую мы входили в зал, открыла ее и осторожно выглянула. Никакого сияния, только коридор и снующие студенты.

Выйдя, я осмотрелась и отправилась искать себе дверь, желательно не запертую. Пройдя несколько метров, я обратила внимание на одну из них.

На ней был изображен какой-то горшок, который заставил меня задуматься:

«Если это химический сосуд, то, возможно, за дверью находится лаборатория, и, открыв дверь, я могу кому-то помешать. А вдруг сюда входить вообще нельзя?.. Но если это ночной горшок… Тогда эта дверь то, что мне нужно».

– Что ты так задумчиво уставилась на туалет?

Повернувшись, я увидела Милану, которая с улыбкой за мной наблюдала.

– Да вот думаю, можно ли воспользоваться дверью как порталом?

– Можно использовать любую, которая открыта. Но сумеешь ли ты его создать?

Перехватив тяжелую сумку другой рукой, я ответила:

– Вот сейчас и посмотрим.

Закрыв глаза, я попробовала сконцентрироваться и нарисовать рисунок своей комнаты. Ничего… Потом еще раз – и снова ничего.

– Сконцентрировалась? – послышался голос Миланы.

– Вроде да.

– Пожелала попасть в свою комнату?

– Не то слово!

– Эх, я же сказала, что это не так просто. Важна правильная мотивация.

Мотивация – это один из важнейших факторов и в том мире, в котором я родилась. Вновь прикрыв глаза, я представила расстояние до комнаты, вспомнила про свою сумку, и во мне родилось желание облегчить свою участь. Пока я мысленно чертила узор, дверь открылась…

– Ух ты! Получилось! – воскликнула моя знакомая.

А потом кто-то вышел из туалета и врезал мне дверью по лбу, рисунок пропал.

– Первокурсница открывает порталы? – раздался удивленный голос моего декана.

Потирая ушибленный лоб и глядя на распахнутую безрукавку и бугрящиеся под белой рубашкой мышцы, я почувствовала, что краснею.

– И самое интересное, что первокурсница – блондинка и на моем факультете. Занятно… Хорошо, что хоть в этом году будет, с чем работать.

– Добрый день, профессор, – пропищала Милана, стоявшая рядом со мной.

Однако декан, ничего не ответив, пошел прочь.

– Почему ты мне не сказала, что это мужской туалет? – зашипела я на Милану.

– Ты же хотела открыть портал. Так какая разница? – инфантильно ответила она.

Заскрипев зубами, я вспомнила свои ощущения, мотивацию и попробовала вновь. Теперь рисунок загорелся с первого раза. Я потянула ручку двери – и перед нами раскинулось желтое марево.

– Пошли? – спросила я у Миланы.

– Ты меня приглашаешь?

– Конечно. Чувствую, ты о многом можешь мне рассказать.

Мы очутились в гостиной, куда меня приводил Тиг.

– Ты уверена, что нам сюда? – спросила моя гостья.

– Ну да.

– Это же гостиная мальчиков.

Я недоуменно посмотрела на Милану:

– С чего ты взяла?

– На двери туалета изображен эльфийский лист.

Все-таки листики.

– И что?

– У девушек всегда изображены лианы друидов.

М-да… Теперь-то мне точно все понятно.

Решив с листьями разобраться позже, я вошла в свою комнату и, бросив наконец сумку на пол, устало опустилась на диван.

– Присаживайся, – пригласила я гостью.

– А где твои документы? – удивилась она, опускаясь рядом.

– Рефлекторно убрала в сумку. А что, там что-то интересное?

– Правила института и расписание, – сообщила Милана, когда одна из змеек на ее голове зашипела на меня.

Хозяйка, щелкнув по ней, заставила спрятаться.

– А ты… То есть они… – я старалась быть тактичной и не знала, как спросить.

– Я нага, – поняла мои метания гостья.

– Наги – это?.. – поинтересовалась я, напрягшись.

– Раса змей, но не стоит пугаться. Мы не ядовиты, а такие змейки на голове бывают только у женщин. И превращаем мы в камень только за смертельное оскорбление.

– Действительно, – пробормотала я, – совсем не стоит пугаться.

– Поверь, есть и более опасные расы, например ведьмаки и ведьмы. Сила их слова ужасающая и может сравниться лишь с непростым характером и мстительностью. К тому же они довольно высокомерны.

– Их можно как-то отличить от человека?

– Да, по глазам. Во время колдовства их заволакивает черная дымка.

– А те, у кого растения торчат из волос, это кто?

– Друиды – дети леса. У них бледно-зеленая кожа и вредный характер, хотя и не у всех. В них много магии жизни, и они часто бывают лекарями и врачевателями. В своем мире живут в лесах, которые занимают более половины их планеты.

– А с клыками – это вампиры?

– Да. Они приходят из самого жаркого мира, где всегда светит солнце. Их отличают красные глаза и клыки. Кровь могут пить у любого живого существа. Быстры, могут оборачиваться в летучую мышь, но их тяга к крови является и их слабостью.

– Мне как-то не по себе, – передернула я плечами.

– Тебе-то переживать не стоит: они плохо переносят кровь землян. Говорят, у вас в ней много холестерина и этих… концергенов.

– Канцерогенов?

– Точно. Им долгое время потом бывает плохо.

– Я видела еще людей с чешуей.

– О! Это высшие русалы и русалки. Самая компанейская раса. Открыты, дружелюбны, но обид не прощают, очень злопамятны. Впрочем, и конфликты у них бывают редко, в отличие от ведьмаков и орков.

– Орков?

– Это большие детины с красной кожей. В их мире много скал и камней, а еще тупого народа. Сюда поступают лучшие, и все равно они удивят тебя тугодумием.

– Ты очень строга, – недоверчиво заметила я.

– Вот увидишь.

– А наш ректор, он эльф?

– Да. Эльфы – дети воздуха, полей и свободы. Они умны, хитры, но правдивы, и справедливость у них на первом месте. А еще они хорошие психологи.

– Кто же у нас остался?

– Оборотни и демоны. Первые – это основательные, верные и правильные во всех смыслах существа. Они ценят честь и чистоту помыслов. Демоны же, наоборот, прямолинейные, жесткие искусители. Чтобы с ними общаться, нужен подход. Правда, если сумеешь заслужить их доверие, то отношение к тебе вряд ли когда-либо изменится. У тебя появится самый верный друг и помощник.

– У каждого есть… – начала я, и Милана закончила:

– …Свои достоинства и недостатки.

А я заерзала.

– Тебе нравится учиться? Легко привыкла?

– Нет, было сложно: наги – клановые существа. Институт же – это другой мир, другие правила. Здесь все отлажено, чтобы мы быстрее адаптировались. Я, например, начала изучать язык, только в институте. А чтобы было легче, мне давали специальную настойку.

– Я ничего такого не пила. Меня сюда принесло через арку телепорта.

– Ну, этот способ еще более распространенный. Когда ты проходишь через арку, тебе прививается язык мира, в который ты попадаешь. Иначе никак.

– Удобно.

– Зато много других трудностей, – вздохнула Милана. – Нагрузка здесь большая, магию осваивать трудно.

– А расскажи мне про моего декана? Как он понял, что я с его факультета?

– Все деканы знают, кто откуда. Наверное, с помощью магии как-то определяют, на каком факультете обучается студент. А вообще, профессор Дазар – один из четырех старших преподавателей и демон.

Ага, значит демоны с рожками.

– Возглавляет один из двух боевых факультетов.

– Некромантия – боевой? – удивилась я.

– Конечно. А ты думаешь, кто должен зачищать кладбища и города от зомби и бороться с некронечистью?

Мамочки, заберите меня обратно.

– А твой декан – красавец мужчина, на него многие девушки в институте заглядываются, но он холодный, как ледышка. Хотя пару раз оттаивал – для одной эльфийки и одной вампирши.

– То есть здесь роман между преподавателем и студентом?.. – начала с намеком я.

– Ну, конечно, близкие отношения не поощряются, но если по обоюдному согласию, то это твое личное дело. А правду здесь узнают без проблем.

– Хм…

– Вот твой декан и крутил роман со студентками, но отношения долго не продлились. Была еще пара романов в городе… Однако сейчас он свободен, – хитро посмотрела на меня Милана.

– Не-не, я не претендую. – Я очень хорошо помнила предсказание гадалки, которое уже начало сбываться. – Мне нужен черноволосый мужчина. А как учебный процесс?

– Нормально. Учимся мы шесть дней в неделю. Один выходной. Все необходимые вещи у тебя на кровати.

На кровати действительно лежали вещи. В первую очередь меня заинтересовала форма. Подойдя, я развернула ее. Коричневые брюки и такого же цвета кофта с треугольным вырезом и рукавами-фонариками, которые к локтю сужались и плотно облегали руку. Фонарики и вырез кофты были отделаны мягкой кожей, из такого же материала имелся поясок, охватывающий тело прямо под грудью.

На Милане, кстати, была такая же форма, только красного цвета. Однако нага обладала более пышными формами, чем я, и на ней все смотрелось очень уместно. Я же в этом наряде буду выглядеть провокационно. Впрочем, откуда мне знать, что здесь провокационно?

– А эту форму все носят?

– Да, это обязательное правило. Исключение, и то небольшое, могут сделать только для членов футбольных команд.

– Они любимчики?

– В какой-то степени да, – усмехнулась Милана.

Было видно, она от них в восторге.

– А что это за тетрадка?

Рядом с одеждой лежала видавшая виды кожаная зеленая тетрадь с монограммой «Институт рас». Страницы в ней были пустые.

– Это для лекций.

– Одна тетрадь?! – поразилась я.

– Ты должна капнуть на нее каплю крови и закрепить тем самым за собой. А потом, открыв, достаточно лишь назвать предмет и на страницах появятся буквы твоих записанных лекций. Так же и с книгой.

Посмотрев левее, я увидела книгу, внешне похожую на тетрадь, только потолще. Вот бы нам такое в школу! А то носила сумку, по тяжести сравнимую с мешком картошки.

– А гулять можно выходить?

– Это привилегия, которая недоступна для первокурсников. Отпускают только со второго курса, до этого, говорят, опасно. Из развлечений только стихийный футбол, на который ходим болеть, и свидания.

– Последнее не для меня, – вздохнула я. – Не получаются у меня с парнями отношения.

– Может, ты просто выбирала их не в том мире? – усмехнулась Милана.

Я выбирала? Вопрос в другом: кто выберет меня?

Через час Милана ушла, а я занялась тетрадкой и изучением правил, которые мне дала Добракович. Пора приобщаться к студенческой жизни.

Глава 4. Слухи и сплетни

Ирина Вознесенская

Перед тем как лечь спать, я постаралась придать уют комнате, которая на ближайшие четыре с половиной года заменит мне дом, разложила все вещи по местам и подготовила сумку на завтра, чтобы отправиться на лекции во всеоружии.

От института я получила волшебные чернила, различные канцелярские приснадлежности и много других вещей для учебы. Ко всему прилагались листочки с пояснениями. А на тетрадке и учебнике, после того как я капнула на них кровью, красовался тот же рисунок, что и на двери, только с моими фамилией и именем.

И, конечно, я осмотрела немного пугающее меня место с листиками на двери. Внутри все было непередаваемо: овальная сидушка вроде стульчака унитаза, внутри – черное отверстие, и все это висело в воздухе.

Мне несколько раз пришлось повторить про себя, что я в магическом Междумирье и туалет, который я вижу, работает как надо. Добили меня сложенные стопочкой мягкие зеленые листики, напоминающие туалетную бумагу.

Спала я плохо: слишком много впечатлений, слишком много мыслей и желаний. Но, несмотря на сон урывками, встала отдохнувшей и полной сил.

Уже зная, что комнаты студенты убирают сами, я застелила постель, надела форму, которая оказалась довольно удобной, и, схватив сумку, поторопилась на завтрак.

То, что я вышла заранее, было, безусловно, верным решением, ибо, пока спустилась по лестнице, пока по карте нашла столовую, прошло немало времени.

Торопясь по коридорам, я уже без недоумения рассматривала студентов, знала, какие расы передо мной, кто из проходящих мимо – преподаватели, кто – рабочий персонал. Догадалась и о том, кто к какому факультету принадлежит.

В красной форме – студенты факультета общей магии. Мы, некроманты, носили коричневые цвета, лекари – зеленые, а вот стихийники были облачены в синюю форму. Готова поспорить, факультет стихийной магии являлся самым престижным в институте. Правда, декан у них…

На пороге столовой я немного помедлила. Меня поразило огромное помещение, с окном практически во всю стену и большим количеством столов со скамьями, стоящих в три ряда. У противоположной от входа стены находилась раздача.

Столовая была заполнена наполовину, и такое скопление людей сильно меня смущало: я первый раз видела их всех, поэтому снова взыграла моя натура.

Пока я шла к раздаче, краем глаза заметила Милану, которая мне махнула. Кивнув, я взяла круглый поднос и тарелку, по виду и объему больше похожую на миску сенбернара. В нее большим черпаком налили жидкость, цветом и запахом напоминающую кисель, в которой плавали кусочки чего-то. Потом из окна раздачи вытянулась костлявая рука и поставила на поднос стакан с зеленой жижей.

– Следующий.

«Пожалуйста, пусть на кухне будут работать не зомби, только не они».

Эта мысль не покидала меня до тех пор, пока я не опустилась на скамью рядом с Миланой.

– Ты не знаешь, из чего это готовят? – был мой первый вопрос.

– Я могла бы рассказать, но вряд ли ты знаешь названия этих ягод и растений.

«Значит, примерно кисель, – успокоилась я. – Только в стакане или в тарелке?»

Не став дальше гадать, я взяла ложку и пригубила то, что было в тарелке. Ну, вполне съедобно, а плавающие кусочки чем-то напоминали ягоды.

Милана тактично не мешала мне приобщаться к местной кулинарии, хотя расправилась со своей порцией быстрее меня.

Когда я взяла стакан, в столовую вошла группа ребят. Не знаю почему, но я тут же распознала в них футбольных игроков. Во-первых, ребята были одеты лишь в штаны от формы, а верхняя часть была другой, как и рассказывала Милана, а во-вторых, чувствовалось, что они команда. Слаженная и дружная.

– Дай угадаю, это и есть звезды института?

Милана проследила за моим взглядом.

– Точно. Так заметно?

– Нечто подобное я наблюдала и в своем мире, а именно людей, которые сверкают в лучах славы, а точнее, совсем наоборот. Тут то же самое, ничего не меняется.

– Ирина, почему я слышу в твоем голосе горечь?

Я сделала небольшой глоток – в стакане было что-то похожее на травяной отвар.

– Тебе показалось. Хочешь, я угадаю их капитана?

– Ну? – хихикнула Милана, включаясь в игру.

Я окинула беглым взглядом усаживающихся за стол парней. Впрочем, скорее, молодых мужчин: слишком взросло они выглядели. И сразу выделила того, кто был в центре внимания.

– Парень в сиреневой рубашке.

– Точно. Барей Диаркан, второкурсник, капитан команды и один из сильнейших стихийных магов на своем потоке. Несмотря на то, что в команде есть ребята, учащиеся и курсами старше, он хорошо себя показал в прошлом году. Любимец декана и мечта всех девушек.

– Не надо обобщать, – поправила я нагу.

Конечно, нехорошо судить людей за глаза, но этот парень заранее вызывал во мне неприязнь. К тому же был ведьмаком, и если верить вчерашнему рассказу Миланы, то и внутреннее содержание подкачало.

– Им для игры надо быть невероятно хорошенькими или это случайность? – снова мазнула я взглядом по команде.

– Понравился капитан? Можешь попытать счастья.

В этот момент к столу футболистов подошли девушки и разбрелись по парням, обнимая их и целуя.

– Что-то мне подсказывает, что эти ребята уже заняты, – хмыкнула я.

– Некоторые – да. А вот капитан и его друзья меняют девушек как перчатки.

Чего и следовало ожидать! Моя неприязнь усилилась в разы.

– Благодарю, б/у не интересует.

– Б/у?

– Не важно. А почему ты сказала «его друзья»? Разве они не все дружат?

– Все, но вон тот светленький, с короткими волосами и зелеными глазами, и русоволосый рядом с ним – лучшие друзья капитана.

Тут я проявила неосторожность и встретилась взглядом с Диарканом.

Ярко-фиолетовые глаза смотрели без особого выражения и интереса, словно я была частью толпы. Из зачесанных назад черных волос на высокий лоб выпала прядь. Правильные черты лица и выделяющиеся скулы делали лицо капитана красивым, практически идеальным.

Я отвела глаза и спросила первое, что пришло в голову:

– А у кого-нибудь из них есть серьезные отношения?

Нага кивнула.

– У двоих уже заключены помолвки.

Я в полном шоке посмотрела на Милану:

– Так рано?

– Да, Ирина. Больше половины студентов выберет себе пару до окончания обучения. Есть исключения, но их очень мало. Наша магия стремится к любви.

Не зная, что сказать, я залпом допила отвар и отправилась на лекцию.

В голове крутилась только одна мысль: «Спасите…»

Первая лекция. Общая. Нравоучительная

Прозвенел звонок, и в аудитории появился ректор. Привлекательный и невозмутимый, со своим жутким взглядом, он встал за кафедрой.

– Добрый день, студенты. Сегодня у вас первая лекция по общей магии, которую буду вести я. Начитываю я ее сразу нескольким группам на потоке, ибо массами студенты усваивают информацию намного лучше.

А мне всегда казалось, что наоборот. Странные эти маги. Но я в любом случае все запишу.

– Итак, сначала отступление, посвященное безопасности института. Не сомневаюсь, что вы все прочитали правила, – мягко и одновременно зловеще начал Изор. – Но это я так упомянул, на всякий случай. Мистер Тиг?

Вперед вышел завхоз и комендант в одном лице и, прокашлявшись, сказал:

– Значит так, объясняю как для тупых! Магичить вне стен, специально отведенных под это залов, запрещено. Категорически! Существует система предварительной записи на их посещение. Вас много, и на всех помещений не наберешься. Увижу следы магии вне специальных помещений, вас будет ждать дисциплинарное взыскание, а именно работа на благо нашего любимого института.

– Прошу запомнить, – продолжил ректор, и внезапно его голос стал во много раз громче. Он буквально оглушал: – ПОСЛЕ ПЯТОГО ВЗЫСКАНИЯ ПОСТАВЛЮ ВОПРОС ОБ УЖЕСТОЧЕНИИ НАКАЗАНИЙ!

– Ик! – испуганно вырвалось у меня.

– Также первокурсникам нельзя покидать пределы института. Единственное исключение будет сегодня и под присмотром преподавателей. Попробуете улизнуть или что-то устроить, сгною на кухне! – продолжил вещать Тиг.

– Поверьте, это для вашей же безопасности. Вы еще слишком неопытны, – добавил Изор.

– Нельзя распивать дурманящие и спиртные напитки, приворотные или проклинающие зелья. Запрещается применять магию к студентам.

– ЗА НАМЕРЕННОЕ ПРИМЕНЕНИЕ МАГИИ К СТУДЕНТУ ВЫЛЕТИТЕ ИЗ ИНСТИТУТА СРАЗУ! – внес свою лепту ректор.

– Ик! – не сдержалась я.

– Также нельзя хранить у себя артефакты без разрешения на то преподавателей. Из основного все, остальное дочитаете в правилах. И помните: я вас предупредил. – И Тиг пошаркал из аудитории прочь.

– Теперь перейдем к основной теме нашей лекции: «Магия и ее важность для всех миров», – продолжил Изор, и рисунок в его глазу завращался. – СОВЕТУЮ ЗАПОМНИТЬ ДАННУЮ ЛЕКЦИЮ. ОНА БУДЕТ НА ЭКЗАМЕНЕ И ПРИГОДИТСЯ В РАБОТЕ!

Теперь я поняла, почему лекции ректора студенты так хорошо усваивают. Вопрос в другом: буду я к концу года заикаться? Или минует?

* * *

Лекции в институте оказались длинные, по три часа, между ними делался перерыв в двадцать минут, поэтому после первой пары мы сразу отправились на обед. График учебы казался неплотным, но со всеми перерывами и обедами занимал более восьми часов. Хорошо, что задавали немного.

Столовая встретила шумом и суетой, утреннего расслабления как не бывало. Все куда-то торопились, вокруг слышались крики спорящих или что-то рассказывающих студентов. Нормальная и привычная атмосфера.

Подойдя к раздаче, я получила четыре тарелки, на каждой из которых лежало по кучке чего-то. Одна кучка красная, две зеленых, посветлее и потемнее, и желтая. Затем из окна вытянулась все та же костлявая рука и поставила на поднос стакан с черной жижей.

К столу, за которым сидела Милана, я шла в тревожной задумчивости относительно своего обеда, одно утешало – пахло вкусно.

В этот раз подруга села недалеко от футбольной команды.

– Решила приобщиться к прекрасному? – поинтересовалась я у нее, чуть скосив глаза в сторону знаменитостей.

Присев напротив, я попробовала первое блюдо красного цвета. Что-то вроде мясного паштета. Подойдет.

– Вот подумала, что тебе нравится смотреть на наших знаменитостей, и решила пойти навстречу.

Я чуть не подавилась.

– Что мне действительно нравится, так это есть вилкой, которой тут нет.

– Ложка – универсальный столовый прибор, который есть во всех мирах. На каникулах привезешь сюда то, что тебе нужно, – просветила нага.

Кивнув, я попробовала желтое блюдо: по вкусу – пюре из какого-то незнакомого фрукта.

– Как тебе первый день? – улыбнулась Милана.

– Была общая магия. Ректор – это, конечно, что-то с чем-то: как я заикой не осталась, не пойму.

– Его фирменный голос, – понятливо кивнула нага. – Такая особенность не только у него, многие преподаватели усиливают свой голос.

Я чуть не захлебнулась черной жижей из стакана, которая оказалась компотом.

– Обрадовала.

В это время от стола, за которым сидела футбольная команда, послышались слова, которые заставили меня напрячься.

– Посмотрите, у некромантов блондинка, – сказала одна из девушек, кажется, подруга Барея.

Но самым удивительным было то, что сегодня с ним сидела другая.

– Некромантка? – спросил светловолосый парень.

– Странно, у них же не бывает блондинок, – заметил Барей.

– И ничего в ней такого особенного, – добавила его подружка.

Они не говорили на повышенных тонах, и тем не менее было слышно.

– Здесь нормально так вот обсуждать людей во всеуслышание? – решила и я не понижать голоса.

Милана чуть улыбнулась.

– Да. Ты находишь это странным?

– Скорее невежливым, – хмыкнула я и, не глядя на команду, кивнула наге и отправилась на лекцию.

У выхода я уже пожалела о сказанном. Вот кто тянул меня за язык? Еще не хватало поссориться с любимчиками института. Жизнь тогда здесь будет «сахарной».

* * *

Я думала, некроманты занимаются в подвалах, а оказалось, на самом верху башни учебного корпуса. Аудитория была большая, но больше похожая на лаборантскую, на окнах решетки.

Декан зашел со звонком, который сообщал о начале занятия, и внимательно, даже несколько изучающе, посмотрел на нас.

– Добрый день! Меня зовут Тиркур Дазар, и я ваш декан. Если возникают какие-то проблемы, обращаетесь ко мне. Наказывать вас тоже буду я, как и поощрять за достижения и хорошую учебу. С этим понятно?

Мы согласно загудели.

– Вопросы? – приподнял брови декан.

– А почему некроманты занимаются так высоко? – спросил стоящий рядом со мной вампир.

Ага, не только у меня такие стереотипы.

– Не совсем понимаю, как этот вопрос относится к сказанному мной, но все же отвечу. Любой некромантический материал тянется к земле, чем выше находится аудитория, тем больше шансов перехватить его до того, как он ее достигнет.

– А если не успеешь? – не сдавался вампир.

– Об этом вам расскажут на лекции. Еще вопросы?

Мы молчали.

– Прекрасно. Теперь подходим к моему столу, берем из емкости щепотку песка, бросаем в котел и подходим ко мне. Потом, согласно полученной цифре, разбиваемся на группы.

Все так же молча мы направились выполнять указание. Я получила цифру три и, не понимая, что это означает, встала к своим.

Когда поток студентов иссяк, декан отдал распоряжение:

– Первая группа отправляется на два этажа ниже, вторая – на три, рисунок на дверях аудиторий такой же, как и на этой двери, не перепутаете. Там знакомитесь со своими кураторами. Третья группа остается, я лично буду ее курировать, а также вести занятия и практикумы.

Ошарашенно переглянувшись, мы проводили студентов взглядами. Что, интересно, он разглядел в этом котелке? Милана говорила, что у каждого преподавателя свой метод отбора…

Когда за последним студентом закрылась дверь, декан повернулся к нам.

– А теперь давайте разберемся с обучением. – Лекции я вам раздам, писать их не надо, но к каждому занятию будете готовить тему, которую я вам сообщу, и здесь ее отрабатывать. Некромантия – это практический предмет.

Я боязливо повела плечами. Не хочу его знать.

– А сегодня мы с вами будем воочию изучать практический материал. Так сказать, привыкать. – Декан подошел к одному из столов и сдернул с него покрывало. А та-а-ам…

Меня вынесло за дверь, я даже не спросила разрешения. Впрочем, не только меня. На ближайшее время туалет стал самым популярным местом у некромантов.

* * *

Единственный за ближайший год поход в город не радовал. После проведенного над унитазом времени совсем не хотелось сталкиваться со своей будущей профессией еще раз, но декан раздал всем очень реалистичные иллюзии и наказал тренироваться.

Дескать, если не будем прилежно выполнять задания, он все равно узнает, и я даже знаю как. Но Дазар – потрясающий преподаватель и очень интересный мужчина, с харизмой и нетривиальным характером.

Институт находился на острове, и мы под присмотром преподавателей направились по мосту в город. Я, озираясь по сторонам, старалась рассмотреть все, что только можно, не обращая внимания на неважное самочувствие. Меня все еще подташнивало после последнего занятия.

Но когда я еще смогу увидеть, что находится за стенами института?

Ступив на берег, мы пошли по мощеной дороге к главным городским воротам. Недалеко находился лес с неизвестными мне деревьями, повсюду росла трава странной формы, невысокая, примерно по щиколотку, а воздух был наполнен причудливыми ароматами, которым я не находила сравнения. Словно запахи духов: каждый вдох – новое открытие.

Впереди виднелся город, словно сошедший с картинок фэнтези: высокая городская стена, а за ней башенки, башенки. И мне не терпелось ступить на мостовую, осмотреть дома, увидеть людей и местную жизнь.

Меня нагнала Милана:

– Смотрю на тебя и думаю: «Неужели я была такая же?»

Взглянув на улыбающуюся нагу, я спросила:

– Тебя тоже отпустили?

– Конечно, все курсы. Я теперь буду часто бывать здесь.

– Как часто? – поинтересовалась я.

– Раз в неделю.

– Да уж… – И тут я вспомнила об одной немаловажный вещи. – А здесь можно обменять деньги из своего мира на местную валюту?

– Да, конечно. Деньги иных миров передадут в столицу: они пригодятся, если кто-то отправится в ваш мир. Через пару дней повесят расписание обмена.

– А заработать их тут никак больше нельзя?

– Нет. Магам, не закончившим обучение, оказывать услуги нельзя – выгонят, да первокурсники и не могут. Нам доступна только стипендия за хорошую учебу, но ее непросто получить. Ну и, конечно, хорошо платят футбольным командам и участникам соревнований. Правда, в этом году команды еще не набирали.

Заслушавшись, я споткнулась о камень. И расквасить бы мне нос на дороге, но кто-то удержал меня от падения. Выпрямившись, я встретилась с безразличными ярко-фиолетовыми глазами. Барей…

– Спасибо, – пробормотала я, а он, ничего не ответив, просто отправился дальше.

Лишь его новая девушка посмотрела на меня, как на таракана.

– Ух ты! – воскликнула Милана. – Он все-таки классный, красивый.

– И практически мертвый, – добавила я, вспомнив взгляд Барея.

– Почему? – удивилась Милана, слыша от меня столь странное суждение.

– У него глаза безэмоциональные, как и он сам.

Непроизвольно я наблюдала за Бареем, который шел чуть впереди нас, присоединившись к друзьям. Что-то мне в нем казалось странным, но я не могла понять что.

– А мне кажется, это такая мера защиты, – довольно проницательно заметила нага. – Его же достают многие. Девушки хотят с ним гулять, ребята дружить. Я слышала, что в прошлом году случилась неприятная история с одним парнем. Они вроде с Бареем дружили, а потом хоп… и все. Он вышел из команды и перевелся в другой институт. Бедняга…

Я могла бы предположить, что произошло, но смысл гадать? И такой ли уж капитан команды бедняга? Я наблюдала за тем, как девушка держала его под локоть и прижималась к нему, а ведьмак даже не обращал на нее внимания, о чем-то разговаривая с другом.

Но тут мы подошли к городским воротам, и звезда института окончательно вылетел у меня из головы. Я вновь засмотрелась по сторонам. Мощеные улочки, невысокие, максимум двухэтажные, здания с черепицей и причудливыми вывесками. Вот так я себе все и представляла, когда читала книги.

Двигались мы неспешно, нестройным ручейком в центр города, где находился высокий замок. Интересно, в нем можно побывать? Но до замка мы не дошли, остановившись в паре кварталов у здания с вывеской: «Трактир для магов».

А что? Просто и понятно.

Мы вошли внутрь. Трактир оказался самым настоящим, с большим очагом в зале и множеством столов, которые студенты начали быстро занимать.

– Пойдем быстрее, лучшие места займут, – дернула меня за рукав нага, и мы стали протискиваться сквозь непонятно откуда образовавшуюся толпу.

Я думала не успеем, но, на удивление нам досталось самое лучшее место – в центре зала. Я принялась осматривать помещение в надежде увидеть что-нибудь интересное.

Официант принес напитки, хотя я ничего не заказывала.

– Что это? – посмотрела я на стакан и повернулась к Милане, но она куда-то отлучилась.

На середину зала вышел мой декан и, немного усилив голос магией, объявил:

– Этот праздник для первокурсников уже традиция, и после него они станут полноправными членами нашего тесного сообщества. Так выпьем же за это!

Все потянули руки к стаканам, в том числе и я. Напиток оказался приятным, с терпким вкусом и запахом, напоминающим ваниль. Внутри разлилось тепло, и я в благодушном настроении стала всех рассматривать.

Первый укол тревоги я почувствовала, когда заметила наших звезд, сидящих в самом углу трактира. По всем законам любого общества они никак не могли там находиться, если только сами не захотели. А раз так…

Ко мне подлетела Милана и посмотрела на мой стакан.

– Ну все, я опоздала…

– Что? – не своим голосом поинтересовалась я.

– Это испытание для студентов…

А дальше я не слышала слов: перед глазами начало все расплываться, а внутри взбунтовалась магия.

Я раньше думала, что не некромант? О нет! Я некромант, и еще какой! А теперь не пора ли нам пошалить?!

* * *

Подперев лицо ладонями, я сидела в своей гостиной и думала об отчислении. Стыдно было, как никогда в жизни.

– Ирина, извини, меня отвлек одногруппник. Скажи, что ты помнишь? – спросила встревоженная Милана.

– Как у меня все расплылось перед глазами, а потом как декан нес меня на руках по улице, а я при этом грызла его плечо!

– До крови? – округлила глаза подруга.

– Вроде нет, – заскулила я.

– Хорошо бы, демоническая кровь очень вредная.

Я вскинула голову:

– А то, что я укусила своего декана, тебя не волнует?

– Ой, они и не такое здесь видели. Что он потом сделал?

– Посадил меня на крыльцо трактира к остальным первокурсникам и обмотал светящейся веревкой, после чего погрозил пальцем и сказал, что, если я попробую сбежать, отшлепает.

Выражение лица наги стало мечтательным.

– Лучше бы он меня отшлепал.

– Милана!

– Что? Твой декан потрясающий мужчина, хорош собой, обаятелен, да еще и проклят. Просто герой романов.

– О да-а… – протянула я и попросила: – Расскажи мне лучше про то, что я творила.

– Ну, после того как сознание покинуло тебя, ты сначала бегала по таверне и что-то искала, а потом засветилась зеленым светом, и из подвала полезли крысы и люди.

Я в полном шоке посмотрела на подругу.

– Хозяин заведения держал в подвале людей?!

– Да мертвые!

Как меня не вырвало, не знаю.

– Я создала зомби?

– Скорее, если учесть, как ругался твой декан, нечисть, но с особенностями.

– Надеюсь, меня быстро все скрутили? – с надеждой поинтересовалась я.

– «Быстро» и «все» – это не совсем те слова, чтобы описать ситуацию. Пойми, ты там не одна куролесила, а весь поток. Последние два года были не очень сильные наборы, и преподаватели не ожидали такого. Первые минуты магия летала по трактиру, пока деканы не вызвали подкрепление и вас не скрутили.

Я чуяла, не все мне рассказала нага.

– Что я делала? – впилась я в подругу взглядом.

– Ну… Сначала были крысы и люди, потом, пока твой декан с ними разбирался, ты решила запустить пиротехнику. Взяла со стойки бара бутылку с выпивкой, вызвала огонь и направила его на бутылку. Ты даже не открыла бутылку, а погрела ее какое-то время и пнула в сторону футбольной команды. Был взрыв.

– Меня посадят, – забормотала я.

– Конечно, стихийникам все нипочем, но с огнем они справились не сразу, да и вышли из трактира по пояс голые. Одежда частично сгорела. Ты подарила женской половине института несколько счастливых минут.

– Угу, а эта самая половина защитит меня, когда стихийники решат мне отомстить? – мрачно поинтересовалась я.

– Они не знают, что это ты, в этом дурдоме только я старалась не выпускать тебя из виду.

– Но как я могла использовать огонь?

– Частицы магии живут во всех нас.

– А дальше?

– Ты выбежала на улицу, и за тобой следом бросился Дазар. Что было потом, ты знаешь.

– Со стороны института нас ждут репрессии? – со страхом поинтересовалась я.

– Думаешь, они накажут весь поток? Нет. Тем более все это организовывается как посвящение, ведь именно на нем большинство пробует первый раз применить свою магию. Заодно профессора смотрят, кто на что способен и чего стоит.

– Садисты, – проскрежетала я.

Дальше мне развить свою мысль не позволили: дверь в гостиную открылась, и вошли мои соседи. Я большим усилием подавила желание перекреститься. На нас смотрела ведьма в черном одеянии, с угольно-черными глазами, с черными губами и бледной кожей. Ах да, надо не забыть про подвеску-пентаграмму на шее.

Рядом с девушкой стоял не менее странный мрачный парень в зеленой одежде. Веточки и листики в волосах ясно указывали на то, что это друид. А когда он заговорил, я поняла, что Тиг не один такой брюзга.

– И кто наша новая соседка? – скептически поинтересовался он.

– Я – Ирина Вознесенская.

– Гербанар Оцерот, – сообщили мне в ответ.

Вот чем плох переезд в это Междумирье – здесь не каждое имя запомнишь. Надо записывать.

Я повернулась к ведьме.

– Имара Думран. Думаю, для того, чтобы мы ужились, надо пояснить правила. В гостиной не шуметь, ко мне заходить только в случае крайней необходимости и ни о чем не просить. Вообще желательно не общаться.

Друид же просто прошел в свою комнату и закрылся.

– У него проблемы? – поинтересовалась я.

– Не знаю, – пожала плечами ведьма. – Я недавно сюда переселилась. На прежнем месте произошел… конфликт.

Дальше ведьма общаться со мной не пожелала и ушла в комнату.

– Милана, ты знаешь про них что-нибудь?

– Имара на втором курсе, но за прошлый год поменяла комнат десять и нигде не прижилась. Гербанар – друид, и он помолвлен, иначе бы к нему не подселили.

– А помолвлен, это значит…

– Он ни с кем не может иметь интимных отношений, только с невестой.

– О-о-о…

– Но, вообще, у тебя очень… странные соседи. Все стараются жить дружно, помогать друг другу, а тут…

Посмотрев на нагу, я вздохнула.

Может, все остальные и рады, когда в их жизнь лезут, а вот я довольна, когда меня не трогают, и пока соседи меня полностью устраивают. Еще бы не помнить своего посвящения – и жизнь бы наладилась.

Глава 5. Хочу владеть магией!

Ирина Вознесенская

Утро добрым не бывает! Золотые слова. После вчерашнего голова была словно набита ватой и совершенно ничего не соображала. К тому же я не могла поверить, что нам устроили глупое посвящение, которое чуть не сделало всех первокурсников заиками. А появление моих «милых» соседей стало прекрасным завершением вечера.

С утра по расписанию стояла физическая подготовка. Идти не хотелось, зато очень хотелось стипендию.

Занятие по физической подготовке

– Доброе утро! Я – Утар Илузир, ваш преподаватель по физподготовке. Моя задача поддерживать вашу физическую форму на хорошем уровне. Но это в идеале. Многим из вас, если не всем, чтобы достичь этого, придется много работать, а некоторых и это не спасет. Но если вас и выгонят из института, то не из-за моей дисциплины, по крайней мере, я буду очень стараться, чтобы этого не произошло.

Все это нам излагал здоровенный орк. Кажется, Милана называла представителей этой расы тупыми. Крупные – да, тупые – вряд ли.

– Занятие мы начнем с двухчасовой пробежки. А я в это время расскажу, что с вами может случиться, если вы не научитесь хорошо бегать. Вперед!

И пока я бежала трусцой в самом конце строя, Илузир вещал:

– Вы некроманты, а значит, у вас будет одна из самых опасных профессий, если вы сможете ее получить! Вы представляете, кто за вами будет бегать? Ну-ка, скажите мне!.. Какие мужчины? Симпатичные? Трупы не бывают симпатичными! Трупы бывают голодными, и они вас съедят, если догонят. А они догонят, ибо бегаете вы безобразно. Не просто медленно, безобразно!

Его одухотворенная речь совсем не придавала сил!

– Некроманты – это защитники людей от нечисти, вы должны упокаивать кладбища. А как вы будете их упокаивать, если передвигаетесь еле-еле. Лич бегает куда быстрее, и он принесет вас в жертву и заберет ваши души!

Верните меня обратно домой!

– Вы трепещете? Видно, недостаточно, чтобы бежать быстрее! Но сейчас я спущу собачек, и у вас сразу все наладится! Повторяю, некромант – это одна из самых опасных профессий…

* * *

На первую лекцию по стихийной магии я пришла ни жива ни мертва. Еле переставляя ноги, группа нестройным вялым ручейком понуро втекала в аудиторию, а там нас уже встречал преподаватель – Денру Нилькор, декан стихийного факультета.

Какое «счастье», что и по этому предмету я обучаюсь у декана. На самом деле одни и те же студенты неизменно присутствовали только на занятиях по некромантии, по остальным предметам состав группы постоянно тасовался в зависимости от желания того или иного преподавателя.

И сейчас Нилькор, как змея на охоте, присматривался к своим будущим жертвам. Все-таки этот мужчина заставлял меня беспокоиться за свое обучение в институте. На его предмете точно будет непросто.

Прозвенел звонок, и мы все притихли…

Лекция по стихийной магии. Разведывательная

– Добрый день, студенты. Меня зовут Денру Нилькор, и я декан стихийного факультета. У вас буду читать небольшой курс лекций по своему предмету. Многие могут спросить: если мы некроманты, для чего нам стихийная магия? Кто-нибудь знает ответ на этот вопрос? – Профессор пробежался взглядом по затихшей группе. – Что ж… Тогда поясню я. В каждом из вас есть зачаток любой магии, будь то общая с ее заклинаниями или стихийная со стихиями. Лекари лечат силой души или крови, кому что дано. Единственные, чьей магией мы все обладаем в меньшей мере, это некроманты.

– То есть мы сильнее стихийников? – удивленно раздалось с задних рядов.

– Нет… Если нужна атака или схватка в лобовую, тут некроманты слабее стихийных магов, но если ловушка, засада или нелинейная схватка, то некромант, вполне возможно, одержит верх. Сколько ни говорю это своим остолопам, не верят, пока им в бою не прищемят хвост.

– А почему так? – не сдержалась я.

– Некроманты владеют магией не только этого мира, как все мы, но и потустороннего, куда нам до определенного времени хода нет, поэтому их методы более изощренные. Но, помимо этого, вы будете владеть самым примитивным уровнем защиты и магии других направлений. Это как раз то, что нужно для жизни.

По аудитории пронесся взволнованный шепот, а я нетерпеливо заерзала на своем месте. Еще немного – и мы станем великими магами!

– Сегодня мы будем учиться обращаться к огню. Поверьте, это самая легко идущая на контакт магия. Если ее отклик будет хороший, можно пробовать и другие стихии, если нет, то и дальше двигаться не стоит.

Я захотела попробовать прямо сейчас и в волнении заломила руки. Видимо, Нилькор понял наше общее настроение.

– Имейте в виду: практиковать магию разрешается только в строго отведенных залах! Иначе получите страшное наказание.

Мы все закивали.

– Тогда записывайте: «Призыв огня. Подчинение».

* * *

На обед я шла одухотворенная. Мне очень понравилась лекция, и не терпелось применить знания на практике. Жалко, что творить магию можно только в специальных помещениях или на полигонах. Эх…

Уже привычно набрав поднос и даже не обратив внимания на то, что плавало в тарелках, я уселась напротив Миланы.

– Ну как? – первым делом спросила она.

– Репрессий вроде не было, – порадовала ее я. – Знаешь, Нилькор – хороший преподаватель, совсем не суровый, несмотря на то, что выглядит грозно.

– Это ты еще не слышала, как он ругает своих студентов за просчеты. Ух-х-х… Стены сотрясаются.

Все равно я была уверена, что Нилькор не злой. Строгий, может быть, но без гнильцы внутри.

Громкий смех привлек мое внимание, и я повернула голову. Незнакомая мне девушка повисла на шее Барея и что-то ему втолковывала. Тот отворачивался и морщился. Странно…

Чем она ему так не угодила? И еще я отметила, что Диаркан очень редко обнимает своих пассий и не откликается на их ласку. Если девушка не нравится, зачем с ней встречаться?

– Ты снова смотришь на капитана команды.

– Знаю, – пробормотала я и вгрызлась в выпечку.

– Ирина, не подумай, что я тебя не ценю или не считаю привлекательной… но тебе вряд ли что-то с ним светит.

Я удивленно посмотрела на нагу.

– Конечно нет! Барею нужны девушки другого… нрава. Нет, нет. Зачем завязывать отношения с тем, кто тебя через неделю бросит?

– Думаешь, через неделю? – хихикнула подружка.

– Ну, примерно…

– Однако, если бы не это, ты была бы не прочь?

На подобное заявление я лишь осуждающе покачала головой.

* * *

На практикум по некромантии я не шла, а тащилась, еле передвигая ноги. Воспоминания о прошлом занятии еще были живы, а тренировки над иллюзией с гниющими останками не очень способствовали моему привыканию к предмету.

На этот раз декан поманил нас в просторную и светлую комнату с множеством столов, укрытых странным белым материалом.

От нехороших подозрений у меня засосало под ложечкой.

– Выбирайте себе рабочее место, на протяжении всего обучения оно будет закреплено за вами, – порадовал нас Дазар.

Посмотрев на лукаво разглядывающего нас красавца, я сразу направилась к столу около окна. Если будет совсем невмоготу, можно и выпрыгнуть. Вдруг к тому моменту я научусь левитации? Да и лучше разбиться, чем быть съеденной нежитью.

– А теперь о сути сегодняшнего практикума. Пока переходить к поднятию или упокоению покойных рано, не говоря про другие задачи. Сперва вы должны досконально изучить материал, с которым вам предстоит работать. А он имеет три стадии: только усопший, разлагающийся и скелет. Есть еще призраки, но их изучают отдельно.

Чем больше я слушала, тем больше мне плохело. Есть ли возможность избежать получения такой профессии?

Декан же уселся прямо на стол и, протерев платком красное яблоко, откусил от него. Все присутствующие сморщились. А Дазар, казалось, забавлялся.

– Но для начала мы проверим, как вы выполнили домашнее задание.

И, повинуясь желанию декана, белый материал слетел со столов, и перед нами предстало разлагающееся месиво.

Половину группы сразу вынесло за дверь, я же, зажав рот руками, изо всех сил старалась не расстаться со своим обедом. Я практически не дышала, но тошнота подкатывала, и меня вывернуло бы наизнанку, если бы, повинуясь жесту профессора, разложившиеся трупы со столов не пропали.

Я бросилась к окну, открыла створку и вдохнула полной грудью. Все-таки выбор рабочего места однозначно был верным. И ребята, последовавшие моему примеру, лучшее тому подтверждение.

– На сегодня достаточно, но тренировки продолжайте. В следующий раз добавлю времени.

Мы уныло посмотрели на нашего персонального садиста.

– Ну, что прохлаждаемся? Закрываем окна и работать!

На столах под белой тканью уже снова что-то лежало. Приподняв ткань, я вновь увидела труп. Видно, это судьба – провести всю оставшуюся жизнь среди мертвяков. Голых…

– Это первая стадия – только недавно упокоился. Ваша задача – определить, как умер, установить причину смерти, ну и так далее по списку, который вы найдете в учебнике на странице двадцать три.

– А потом? – грустно вопросил мой сосед.

– Перейдете ко второй стадии, – подмигнул Дазар и снова откусил яблоко.

* * *

Вечером в моей жизни случилась трагедия: все залы для практикумов по магии были заняты. Причем для разных курсов имелись свои помещения, но меня не пустили даже в те, которые были свободны.

Как стать крутым магом, когда вокруг одни ограничения? Сейчас все натренируются, а я буду среди отстающих!

Печаль снедала мое сердце, мучила и морально убивала, пока я лежала в своей комнате и думала, что делать. Взгляд то и дело останавливался на стеллаже. Запретный плод манил.

Теорию полагалось изучать по конспектам лекций и универсальной книге. Дополнительно в библиотеке я получила магические справочники, без которых на практикуме делать нечего, но неизученные заклинания оттуда нам строго-настрого запретили использовать.

Ну а если попробовать безвредное заклинание? Немного практики, ничего особенного, никто и не узнает.

Ноги сами собой направились к стеллажу, руки против воли взяли нужную книгу и раскрыли на первых страницах.

В справочнике имелись подробные указания, как правильно использовать магию и не причинить никому вреда. Вот и чудесно, просто прекрасно… Жизнь-то налаживается.

Сбегав на кухню и приготовив все необходимые ингредиенты, я начертила на полу пентаграмму, поставила в ее центр котелок с кипятком и, усевшись на пол, зажгла свечи. Едва огоньки затрепетали, я приступила к заклинанию.

Прикрыв глаза, я, как и учил Нилькор, заглянула внутрь себя и увидела зеленую магию. Потянувшись к ней, постаралась обратить ее в огонь, но с первого раза у меня ничего не получилось. И со второго, и с третьего.

Часа через два я психанула и отбросила книгу. Два раза пришлось подогревать воду, не говоря уже о затратах душевных сил. Но, видимо, великим магом мне не быть, когда я даже огонек зажечь не в состоянии.

Пробежавшись беглым взглядом по книге, я зацепилась за слова: «Усиление магии и призыв путем заклинания».

Может, у меня нет способностей к стихийной магии и мне нужно немного помочь, чтобы получить хоть какой-то результат?

Внимательно прочитав текст и не найдя ничего подозрительного, я решила рискнуть.

В очередной раз подогрев воду, я обхватила справочник рукой, воспроизвела нарисованный жест и произнесла заклинание. В то же мгновение струя воды из котелка и столб пламени ударили в потолок, пробив его и устремившись на верхние этажи.

Где-то сильно громыхнуло.

– Мамочки… – пропищала я, глупо таращась на пустой котелок. А потом, подхватившись, начала метаться по комнате и думать, чем можно замаскировать дыру в потолке. Может, покрывалом?

– Ирина! – раздался из-за стены голос соседки. – Чтоб тебя нарклоки покусали! У меня трещина в потолке.

– Извини! Неувязочка вышла!

Тут дверь в мою комнату распахнулась, ударившись о стену, и ко мне в гости зашли… Нилькор и Дазар. И если у второго лишь немного обгорела одежда и было красное, обваренное лицо… то у первого эта самая одежда практически отсутствовала. Нужные места, конечно, были прикрыты, но рубашка и брюки висели обугленными лохмотьями.

Увиденное повергло меня в глубокий ступор.

– Ой! Здрасьте, – просипела я.

Маги внимательно осмотрели дыру в потолке.

– И что у нас здесь? – мрачно спросил Дазар.

– Я случайно, – попробовала я улыбнуться.

Момент испортил свалившийся на пол камень.

– Мы так и подумали, когда в наш стол ударил столб двух стихий, – растянул в улыбке губы Нилькор.

Меня передернуло.

– А что, там кто-то живет? – чтобы перевести тему, поинтересовалась я.

– Там кто-то пьет, – процедил Дазар. – Я по доброте душевной думал, что сознательных студентов, хоть и первокурсников, можно предоставить самим себе: чудить вы начинаете курса со второго. Но вы меня разубедили, а значит, достойны поощрения. Я бы отправил вас на исправительные работы на кухню, но в свете того, что вы не просто колдовали в комнате, а использовали при этом справочник, достойны уборки стадиона.

Я только шмыгнула носом от расстройства, но промолчала, взирая на гостей исподлобья.

– Сегодня поспите с дырой в потолке, а завтра все исправят, – добавил Нилькор.

Воспользовавшись порталом, декан стихийников покинул мою комнату. Дазар, погрозив мне пальцем, сделал то же самое.

А я села на пол там, где и стояла, надеясь, что за этот неудачный эксперимент меня не отчислят.

* * *

Следующим вечером я отправилась на стадион, который находился за институтом, чтобы отработать свое наказание. Ведром и тряпками меня снабдили, дело осталось за малым – отмыть три служебных помещения.

Под потолком нестройно летали огоньки, пока еще еле тлея, но готовые разгореться с приходом темноты. Летом долго светло, на улице теплота и благодать, а я вынуждена проводить время за уборкой. Просто выть хотелось от таких перспектив. Но после такой провинности, думаю, я еще легко отделалась.

Вот с такими мыслями я отмывала самое большое помещение, когда услышала на стадионе шум и, выглянув в окно, увидела выбегающих на поле футболистов.

В этот момент я поняла, почему все так любят стихийный футбол. Помните тех красавцев в столовой? Так вот, теперь они появились на поле раздетые по пояс.

При виде таких мужчин можно легко получить сердечный приступ или захлебнуться слюной. Они или вагоны круглосуточно разгружают, или в тренажерном зале днюют и ночуют. Даже на расстоянии от них веяло силой и опасностью.

Опустившись на колени, чтобы меня не было видно, я приникла к окну, наблюдая за тренировкой.

Когда на поле вышел тренер и матч начался, тела мужчин объяло потрясающим сиянием.

Разноцветная энергия клубилась вокруг тел, создавая специфическую броню, все виды магии слились и защищали стихийников. Действие на поле напомнило мне американский футбол, только здесь защитой служила магия.

В полном восхищении я следила за тренировкой: как команды сходились одна против другой, отрабатывая приемы, обсуждая тактику и ведение игры. Понаблюдав за игроками, я согласилась с остальными – они невероятно круты.

Переведя взгляд на ведро, я грустно вздохнула и отправилась за шваброй. Кому-то суждено купаться в лучах славы, а кому-то – драить пол.

В жилой корпус я возвращалась уже затемно, вдоволь насмотревшись на игроков, переливающихся стихиями, – они как раз закончили тренировку перед моим уходом. Впечатления переполняли меня, и настроение было преотличное, пока моя нога не ступила в гостиную.

В ней сидел злой друид, который, увидев меня, начал возмущаться.

– Что-то случилось? – поинтересовалась я, слушая непонятные мне, явно нецензурные выражения.

– После твоей вчерашней выходки у моего обручального дерева засохла корневая система. Как я теперь продолжу его выращивать для брачного ритуала?!

– Ну, подкорми чем-нибудь, – предложила я.

– Чем? – поджал губы парень.

– На Земле для этого используют навоз. Говорят, хорошее средство…

– Что?! – взвизгнул друид.

Тут открылась дверь из кухни, и оттуда высунулась соседка.

– Вы заткнетесь или нет?

– Нет! – хором выкрикнули мы с Гербанаром.

– Прокляну! – рыкнула она.

В это время под потолком раздался голос, который возвестил о том, что меня вызывают к ректору. Я направилась на выход.

– Куда это ты? – обозлился друид.

– Как будто сам не слышал, – огрызнулась я. Настроение было никакое, и все из-за него. – Не нравится идея с навозом, тогда решай проблему сам!

Хлопнув дверью, я направилась к ректору скрепя сердце. По пути два раза заблудилась, но к ночи добралась до уважаемого профессора Изора. Уж не знаю, что сыграло роль – мой проступок или время суток, но вещал ректор вдохновенно: о правильном поведении, об этике и других очень одухотворенных вещах.

Вернулась я уже за полночь, и в гостиной царила зловещая тишина, словно предзнаменование.

* * *

Барей Диаркан

Прислонившись к стенке и прикрыв глаза, я сидел в раздевалке, стараясь выкинуть все мысли из головы. Мокрые после душа волосы приятно холодили кожу, а тело все еще покалывало от прямого соприкосновения со стихиями.

Зачем я записался в команду стихийного футбола? С самого начала же было ясно, чем это закончится, и теперь в своих мучениях виноват только я, ну еще и бабушка. Она хотела как лучше… только непонятно кому.

На скамейку напротив присели двое парней. Я знал, кто это, и приоткрыл глаза.

– Ну что такое с тобой? – спросил Горан.

– Не хочу идти в жилой корпус, – поделился я с другом.

– Боишься? – насмешливо прищурился Сонар, второй лучший друг.

– Уже и не знаю. Сейчас приду в институт, а там она у входа караулит.

– Все так плохо? – приподнял брови Горан.

– Скажем так: хуже, чем обычно.

– Можно ребят попросить открыть портал, – выдвинул предложение Сонар.

– Выход, но это уже пятый раз за неделю. Видимо, придется бросить ее раньше времени.

– И начнешь присматривать новую? – Горан, как всегда, просчитывал варианты.

Футбол плохо на него влияет, скоро начнет мыслить аналитически.

– Как все надоело! – не выдержал я.

– Но это часть твоей жизни. Ты не можешь быть один. Престиж и традиции… – напомнил Сонар.

– Знаю, – рыкнул я. – Если в ближайшее время не получу передышку, футбол брошу.

– Но звездой останешься, – напомнил Горан. – Только хуже сделаешь.

Он был прав, и от этого на душе стало еще пакостнее. Прикрыв глаза, я снова прислонился к прохладной стене.

Глава 6. Первые проблемы

Ирина Вознесенская

С утра институт гудел как растревоженный улей, все толпились около магической доски объявлений. Обычно там размещают расписание и другую информацию из жизни института. Сейчас на доске транслировался магический ролик о предстоящей футбольной схватке с указанием времени начала матча.

Обязательно схожу: хоть воочию увижу, что такое на самом деле стихийный футбол!

Потерев в очередной раз спину, я похромала на первую лекцию. С утра у нас была физическая подготовка, и наш садист-преподаватель заставлял преодолевать невероятные расстояния. Для меня, по крайней мере. Я упала четыре раза!

Может, хоть на лекции по ле́карству подскажут, как снять последствия «утренней разминки». Как к войне готовимся, честное слово!

Лекция по ле́карству. Проникновенная

– Добрый день, студенты. Я Алиса Изоль и на протяжении двух лет буду вести у вас лекарский курс. Профессия магов опасна и трудна, и многие получают ранения, бывает, и смертельные. Особенно это касается стихийников и некромантов.

Какая радость!

– Очень советую не испытывать заклинания, которые вы здесь узнаете, на себе, это может привести к печальным последствиям, например к госпитализации и уж как минимум к наказанию уборкой какого-нибудь помещения в институте.

Порядки здесь, как в армии.

– Итак, перейдем к нашей теме: «Лечение колото-резаных ран, простых». Для начала отмечу, что неважно, чем такая рана нанесена – магией или холодным оружием, лечение будет одинаковое. Но учтите, что при получении ранения в рану может попасть яд, который потом вывести из организма будет ой как сложно. В этом случае вы должны как можно скорее добраться до ближайшего лекаря или лекарского учреждения… Что делать, если не сможете? Написать завещание, в него же можно вложить распоряжение о собственных похоронах. Однако если яд будет сильным и магическим, то, возможно, и этого вы не успеете.

Куда я попала? Зачем вообще решила пройти этот ужасный опрос в соцсети?

– А теперь перейдем к вопросу лечения повреждения. Записываем: «Если рана сильно кровоточит, или, по-простому, из нее хлещет кровь…

Перо встрепенулось над тетрадью и начало записывать, легко скользя по бумаге, а я с ужасом смотрела на появляющиеся одна за другой буквы.

Вспомнилась фраза: «Кто остался в живых, тот, блин, герой».

* * *

На обеде я присела за стол Миланы и мрачно на нее посмотрела.

– У тебя плохое настроение. Есть повод? – поинтересовалась подруга.

– Ну, помимо того, что вчера я сцепилась с соседом, а сегодня слушала лекцию о том, как из меня может хлестать кровь…

– Ого, заинтересовала.

– Своей кровью? – спросила я с набитым ртом.

– Нет, про стычку с соседом. Рассказывай…

И я в двух словах, от ложки к ложке, обрисовала случившееся.

– Осторожно, Ирина, друиды – очень мстительные существа, – предостерегла Милана.

– Я тоже. Закопаю его в чистом поле, и все.

– О-о-о… – рассмеялась нага. – Тогда он пустит корни и его придется отправить в родной мир, выращивать потомство.

Я удивленно посмотрела на подругу:

– Ты серьезно? А учеба?

– Потом вернется и закончит, – пожала плечами нага. – Как у них это точно происходит, никто не знает. Тема размножения для друидов очень личная, они редко рассказывают об этом.

– Я бы тоже о таком не рассказывала, – не смогла я сдержать улыбки.

Отправившись после обеда на практику по некромантии, на выходе из столовой я столкнулась с Бареем и компанией и, засмотревшись на них после вчерашнего, чуть не упала. Диаркан поддержал меня, даже не взглянув. А я скривилась. Спасибо ему, конечно, но не обращать внимания на людей – это просто свинство.

Сегодня в башню некромантов я не поднималась по бесконечным лестницам, а открыла портал, разузнав и запомнив рисунок, или по-другому – адрес места. И в аудиторию вошла первой, вынырнув из желтого сияния.

– А-а-а… Вознесенская. Как вчера провели время? – чуть усмехнувшись, спросил декан.

– Благодарю вас, довольно сносно, – сдержанно ответила я.

– Значит, в следующий раз назначу более тяжелое наказание.

Кто меня только за язык тянул!

– Почему вы решили, что я провинюсь еще раз?

– Проблемных студентов я определяю сразу и пока еще ни разу не ошибся.

М-да… Видимо, то, что у меня не складываются отношения с преподавателями, – это судьба.

Студенты заполнили аудиторию, и, когда прозвенел звонок, мы настороженно взглянули на демона. Тот сидел на диво довольный и смотрел на нас. В аудитории воцарилась зловещая тишина.

– А чего стоим и не работаем? – приподнял брови Дазар.

Я с опаской посмотрела на стол, который был укрыт белой простыней.

– Сегодня вы создадите свою первую нежить. Если готовились к сегодняшнему практикуму, то должны знать, что вам нужно не только создать ее, но еще и воспитать. Только зомби выполняют команды беспрекословно.

Обреченно вздохнув и откинув простыню, я увидела скелет. Срок смерти, судя по костям, совсем небольшой, не более двухсот лет, костяк свеженький, хоть уже и гладенький. Судя по расположению и форме костей, мужчина. М-м-м… Да, скорее всего.

– Ваша задача – поднять и закрепить нежить в нашем мире. Домашнее задание – воспитать. Скелеты хорошо поддаются дрессировке, их память о прошлой жизни практически стерта. Вот если поднимете свежего мертвяка, там с характером намучаетесь.

С опаской посмотрев на подопытный материал, я начала раздумывать: что же будет, если я не выполню задание? При мысли о том, что в моей комнате будет жить скелет, становилось не по себе.

– Кстати, если у вас не получится… то, скорее всего, вы плохо подготовились к занятию и будете тренироваться по ночам до тех пор, пока не сделаете.

Значит, выхода нет. Сглотнув, я раскрыла книгу и, найдя нужную тему, начала приготовление. Итак: пентаграмма, сушеные лапки анбана, свечи, заклинание…

Работа в аудитории кипела, и декан, несмотря на то что садист, периодически проявлял жалость и исправлял ошибки студентов.

– Вознесенская, пентаграмма вокруг тела прекрасная, но вы не считаете, что свечам тоже нужно уделить внимание?

– А что, я должна зажечь свечи вокруг пентаграммы? – настороженно спросила я.

В учебнике про огонь ничего не сказано.

– А вы так не считаете? Свечи горят, это их предназначение. Совсем мыслить не можем, да?

– Конечно, – пробормотала я.

И тут же новое одергивание, но уже не меня.

– Варжак, что это вы делаете?

– А что, я где-то ошибся?!

– Нет, вы просто не так разложили ритуальные предметы и не сможете сдержать свою нежить. Конечно, путь до земли неблизкий, но ловить практический материал будете сами.

Завершив приготовления, я еще раз все перепроверила и решила приступить к главной части ритуала. Заклинание читалось легко – я понимала незнакомый язык, – пентаграмма засветилась, концентрируя энергию, и скелет сел на столе.

Я засмотрелась на это чудо, а потом он повернулся ко мне и, вдруг схватив руками за шею, начал душить.

– По-о-омо-оги-ите-е-е-е-е! – просипела я во всю мощь своих легких.

Дазар, быстро подскочив, ударил скелет тяжелым томом, тот брякнулся, растеряв все кости. А я в это время сипела и старалась отдышаться, но метод воспитания запомнила.

– Вознесенская! Хватит мечтать и скулить! На кладбище у вас такой роскоши, как время, не будет. Заземляйте!

Через силу закончив читать заклинание, я схватила первое, что попалось под руку, и дунула на предмет. Пентаграмма погасла.

– Поздравляю вас, – ехидно начал Дазар, – теперь у вас своя собственная нежить. Сумеете воспитать – получите бонус.

Не успела я испугаться, как парень за соседним столом, заорав, отбежал, спасаясь от своего скелета. Это он зря…

Устало прикрыв глаза, декан сообщил мне:

– Свободны. И не забудьте следить за ним, – ткнул он пальцами в мою нежить. – Если что, отвечать будете вы.

После чего демон поспешил на помощь отбивающемуся студенту, и уже не одному, а мне захотелось убежать подальше из аудитории и этого дурдома.

* * *

Медленно бредя по коридору, я раздумывала, что же теперь делать. Я никогда никого не воспитывала, тем более нежить, и вообще ничего не понимала в этом процессе.

Задумавшись о проблеме, я совсем забыла, что нужно следить за скелетом, и едва успела отодрать его от ведра с тряпкой, стоявшего на лестнице, которое так беспечно оставил без присмотра персонал института.

– Что ты делаешь? – зашипела на нежить.

Он подался ко мне ближе, я – от него и, случайно задев ведро с грязной мыльной водой, опрокинула его с лестницы. Застыв, мы со скелетом переглянулись, а снизу раздались вопль и ругательства. В ужасе я узнала голос – Барей!

– Сейчас я найду того шутника! – раздалось рычание.

«Ага, проняло сосульку», – мелькнула мысль, и, схватив подопечного за предплечье, я понеслась в поисках какой-нибудь открытой двери.

Совсем недалеко обнаружился мужской туалет. Понадеявшись, что оттуда в этот раз никто не выйдет – все-таки занятия еще идут, я нарисовала в воздухе нужный адрес.

На лестнице уже раздавались шаги.

Отворив дверь, я затолкала скелет в желтое сияние и, шагнув следом за ним, захлопнула дверь уже в своей комнате.

Пока я приходила в себя, скелет принялся шарить по моим вещам и ящикам. Из учебника я знала, как усмирить такую нежить, и сжала в руках амулет заземления. Схватившись за череп, мой новый жилец рассыпался костями на полу.

А пока они сползались, собираясь вновь в единый организм, присев, я начала вещать:

– Значит, так, ты находишься в моей комнате, вещи можешь брать, но потом кладешь на место. – И, осмотревшись, добавила: – А за уже доставленные проблемы уберешься в комнате. Очень рассчитываю, что ты выполнишь мою просьбу, или ползать тебе по полу все время до развоплощения.

Скелет, сложив руки на груди, гордо отвернулся.

– В общем, ты меня услышал. И кстати, никуда не выходи из комнаты, это приказ.

Жаль, что указание можно давать только одно, в остальном придется торговаться. И значит, нужно отправляться в библиотеку. Хорошо хоть, до следующей лекции есть время.

* * *

Матч начинался сразу после занятий, и стадион был полон. Как я поняла из объяснений Миланы, место проведения матчей менялось раз в три года, и в этом году наш институт распахнул свои двери для болельщиков других команд.

Народу было очень много, трибуны оказались переполнены, и сели мы на нормальные места лишь потому, что знакомые наги нам заранее их заняли.

Магические огни кружили над стадионом, создавая неповторимую, даже праздничную атмосферу. Вокруг шумели болельщики: вскинув руки, они скандировали названия команд, сотрясая воздух и вызывая игроков на поле.

И они вскоре появились. Раздался громогласный голос, объявляющий составы команд, и футболисты трусцой выбежали на поле.

Как же невероятно прекрасно было смотреть на здоровенных парней, объятых стихиями, которые переливались, перетекали на их телах и сливались друг с другом, защищая лучше любого щита. А вверху, словно живые, кружили иллюзии футболистов, выполняя разные игровые трюки.

Выстроившись на поле и выслушав последние наставления тренеров, игроки поприветствовали друг друга, раздался сигнал, мяч сгустком энергии взмыл в воздух – и трибуны взревели.

Чем больше я смотрела на поле, тем больше понимала, как стихийный футбол похож на американский. Игроки сходились друг с другом очень жестко, невероятная сила в их ударах чувствовалась даже на расстоянии. Если бы я была там, внизу, меня бы просто снесло энергетической волной.

Стихии игроков при соприкосновении вспыхивали и словно вступали в схватку, решая, кто сильнее. То огонь взмывал вверх, то потоки воздуха кружили и сбивали соперников с ног, то вода мешала атаковать и достичь цели, а земля держала удар.

В воздухе одновременно пахло свежестью и полыхало жаром.

Я совсем не знала правил и, что хорошо, а что плохо, понимала только по реву трибун. Но меня завораживала не сама игра, а то, какими передо мной предстали выскочки и зазнайки нашего института: теперь они смотрелись совсем по-другому.

Игроки, словно львы, были бесстрашны, своими умелыми атаками выигрывали очки, и горели парни не только снаружи, но и внутри, оттого что занимались любимым делом.

Наконец матч закончился, трибуны зашумели, а табло показало счет игры. Впечатленная увиденным и совершенно счастливая, я направилась в сторону института, посматривая на ночное небо. И меня даже не печалило, что наши сыграли вничью.

Все равно, это было что-то!

* * *

После игры я знала одно: наша команда просто потрясающая в том, что она делает, и хотя бы из-за этого футболисты достойны уважения. Но позже мне открылась и другая, не такая блестящая сторона стихийного футбола.

Утро началось привычно – с физической подготовки. Наш прекрасный тренер действовал лучше любого кофе. После его занятий мы хоть и еле-еле передвигали ноги, однако сна не было ни в одном глазу.

Наматывая круги по полю стадиона, я никак не могла пропустить момент, когда на него пришла команда стихийников. А еще через пару минут я осознала зачем – на тренировку!

Снедаемая любопытством и восхищением, я периодически посматривала в их сторону и спустя какой-то час убедилась: тренер нас щадит, даже относится скорее как к детям. То, как тренировалась команда стихийников, было просто несравнимо с нашими занятиями.

Поднятие тяжестей, бег с грузами на руках и ногах – и это только малая часть их занятий. А потом начались занятия со стихиями. И когда я уходила на лекцию по проклятиям, футболисты все еще оставались на стадионе.

Лекция по проклятиям. Животрепещущая

– Доброе утро! Меня всегда радовало то, как физическая подготовка поднимает настрой для занятий. – Ректор расхаживал взад-вперед по аудитории. – Проклятия – часть общей магии, но есть общее и с некромантией. Проще всего они даются ведьмам и ведьмакам.

Я сразу непроизвольно вспомнила Барея. Интересно, а он может проклясть?

– Что самое неудобное: у каждого к этому предмету своя предрасположенность. Кто-то может наслать насморк, а кто-то и смерть.

От этих слов мне стало не по себе. Как же легко магам убивать.

– Особую предрасположенность к проклятиям имеют ведьмаки, но это скорее из-за их любви. Да-да… Если ведьма или ведьмак полюбит, то сила их чувства будет поистине ужасающей. Это многих привлекает, а многих и отталкивает. Но точно благом я считаю один факт – любовь представителей этой расы редко бывает безответной. Иначе бы все тюрьмы были переполнены.

Ох… Потрясающе, наверное, когда тебя так любят. Впрочем, если это чувство не безответное!

– В случае, если же ведьмак не получил взаимности и не в состоянии справиться со своими эмоциями, то на объект его любви может лечь проклятие разбитого сердца. О нем подробнее позже.

И все равно: эта особенность – противовес такому подарку, как безграничная любовь.

Из груди вырвался мечтательный вздох.

– Пока вы тут все не побежали отлавливать себе ведьм и ведьмаков, должен сказать, что любят они раз в жизни. Осознайте ответственность… Впрочем, сознательности у вас никакой. Но что-то мы отвлеклись. В связи с тем, что проклясть может не только безответно влюбленный ведьмак, но и любой другой маг, как это чаще всего и бывает, то надо учиться… Чему учиться? Защищаться и, конечно, проклинать самим! Записываем тему лекции: «Как извести своего врага. Часть первая».

Перо шустро окунулось в чернила, встрепыхнулось и забегало по странице тетради для конспектов. Ужас, куда я попала!

* * *

Незаметно для меня студенческая жизнь постепенно вошла в привычную колею. Лекции, практика по некромантии, домашние задания и тренировки. Пока еще было не понятно, какие предметы даются мне хуже, какие лучше. Имелись и бытовые заботы.

Нешуточная борьба разразилась у нас со скелетом. Сначала мы делили комнату, потом торговались за нормы его поведения, а потом Дазар поставил меня перед фактом, что с подопечным пора прощаться.

И нежити, и мне было грустно: столько крови мы попортили друг другу.

Не желая мириться с таким положением вещей, я решила упросить декана о поблажке. И в результате получила зачет, сторговалась об уборке комнаты и добилась, чтобы мой подопечный наконец-то начал вести себя прилично, а не ухлестывать за студентками.

Наш разговор проходил в кабинете Дазара. Выслушав мою просьбу, декан хмыкнул и, строго посмотрев на скелет, сказал:

– Хорошо. Думаю, можно разрешить оставить нечисть некромантке с первого курса, уж очень удачный получился экземпляр. Но учти, – обратился он к скелету, – еще одна жалоба от студенток о приставании с твоей стороны… и сразу отправлю в потустороннее.

Скелет закивал, готовый пообещать все, что угодно.

– Если решила оставить, то должна дать ему имя, – сообщил мне демон.

А я, посмотрев на нежить, выдала то, что давно крутилось в голове:

– Будешь Семеном!

Нечисть в ужасе схватилась за череп, но Дазар провел в воздухе рукой, заискрилась сила – и все было решено.

– Поздравляю, отщепенец магического сообщества. Завтра зайдешь в библиотеку и получишь свод правил для постоянной нежити. Хозяйка, как и раньше, отвечает за тебя головой.

Я с сомнением покосилась на скелет. А может, все-таки…

Но Дазар, перехватив мой взгляд, лишь с улыбкой покачал головой. Шикарный мужчина, прекрасный садист.

По профильной дисциплине декан гонял нас нещадно, да и сам предмет был не из приятных. Даже спустя много дней тренировок, я не могла достаточно долго работать с подопытным материалом, от которого несло так, что даже мухи дохли прямо в полете.

Одно из занятий запомнилось мне особенно.

Как всегда, практикум был ближе к вечеру. На улице стояли последние теплые деньки, хотелось отправиться погулять, а тут…

Когда Дазар вошел в аудиторию, дверь и окна захлопнулись, и на них появилось зеленоватое свечение.

– Рад всех вас видеть в добром здравии. Очень надеюсь, что, когда занятие закончится, вы будете чувствовать себя столь же хорошо.

Плохое начало, которое, кроме неприятностей, ничего нам не сулило.

– Сегодня вы будете создавать нежить, материалом для которой служит разложившееся тело. Как это делается, вы, как обычно, должны были изучить самостоятельно. Но… практикум достаточно сложный и опасный, не хотелось бы здесь получить нестабильный образец или, что еще хуже, потустороннюю воронку. А значит, я буду проверять каждую стадию ритуала.

Ну, выполняя домашнее задание, я предполагала что-то подобное и сейчас, листая справочник, раздумывала над учебой в институте.

Если в школе не сделать домашнее задание было нормой, то здесь не приготовить заданное – это смертельная опасность. Ибо тебя проклянут, или сожрут, или заколдуют, а могут сжечь или утопить. У Дазара богатейшая фантазия. Как только его студенты выживают на уроках с расширенной программой?

Первая стадия начиналась, как в большинстве ритуалов, с пентаграммы. В этот раз я не забыла зажечь свечи. Разложив сушеные лапки лапостуса, маленького ядовитого пушного зверька, под правильным вектором, я сбрызнула веничком ритуальное место слюной ингиботуса, хищного ящера песков, и хотела приступить к следующей стадии.

Но не успела открыть рот и позвать декана, как раздался его голос:

– Вознесенская, можете двигаться дальше.

Произошедший рядом небольшой взрыв немного приглушил слова Дазара, но я расслышала правильно, а вот девушка, стоящая впереди меня, видимо, нет. Крупную, но хорошо сложенную орчанку, с выразительными черными глазами и густыми каштановыми волосами, звали Алеей Ванеско, и, скорее всего, она приняла разрешение декана на свой счет.

Не заметив, что одна из свечей погасла, Алея начала читать заклинание призыва, Дазар занимался последствиями взрыва, а меня не покидало нехорошее предчувствие.

Я стояла в нерешительности, не зная, могу ли вмешаться, правильно ли будет, если вмешаюсь. Но над столом орчанки начал сгущаться синий туман, по помещению закружился промозглый ветер…

– Быстро все за щиты! – крикнул декан.

Я будто этого и ждала: голос Дазара помог мне решиться и броситься вперед. Схватив Ванеско в охапку, я оттащила парализованную страхом девушку от стола, над которым уже начала образовываться воронка, высасывающая из нее жизненные силы.

Закрывшись простейшим щитом, которому нас научил Нилькор, я постаралась найти пятый угол, но забилась лишь в четвертый. Опустившись на колени и посадив орчанку на пол, я постаралась магией отрезать Алею от воронки, в то время как Дазар с трудом, но нейтрализовывал ее.

Остальные студенты забились во все щели и не отсвечивали.

Ванеско сидела бледная, с отсутствующим взглядом, и, если честно, я начала за нее бояться. Но декан – опытный маг: не прошло и пяти минут, как он опустился рядом с нами и проверил самочувствие Ванеско.

После его магии она окончательно пришла в себя, но демон распорядился:

– Отправляешься в лазарет, и меня не волнует, как ты туда поползешь. Если хватило ума заварить такую кашу, то что-нибудь придумаешь.

После этих слов я поняла, что все будет хорошо. Дазар не ругал бы орчанку, если для ее жизни все еще существовала бы опасность.

– Это ж надо, сорвать практикум, вбухать в ритуал столько сил! Вот что значит – сила есть, ума не надо. Все начинаем заново, а Ванеско будет отрабатывать ночью. Может, хоть страху понаберется и инстинкт самосохранения реанимирует.

Мы с орчанкой переглянулись.

Алея улыбнулась и сказала:

– Спасибо.

– Да-да, если б не Вознесенская, ты бы так легко не отделалась, – высказался декан.

А мы с Ванеско, снова переглянувшись, расползлись: я – заново начинать ритуал, она – лечиться. Но с этой минуты у меня появилась новая подруга.

Глава 7. Привет!

Поступив в Институт рас, я стала по-другому относиться к людям. Живые – это прекрасно! И старалась научиться общаться с друзьями, ведь здесь они у меня появились, в отличие от Земли. Раньше их было ноль, теперь двое.

Милана была очень ненавязчива и легка в общении, ни на чем не зацикливалась и не пыталась лезть в душу и учить жить. Большая редкость.

А после практикума по некромантии у меня сложились хорошие отношения с Ванеско. Достоинством Алеи было то, что она мало говорила и в основном только тогда, когда ее о чем-то спрашивали.

Вот такой странной компанией мы сидели в столовой, гуляли и иногда учили предметы, когда требовалась помощь второго мага.

Учеба давалась не так легко, как хотелось бы, заклинания зубрились тяжело и получались не сразу, порой приходилось прикладывать массу сил, чтобы получить результат. Но если что-то выходило и я чувствовала, как нужно делать, то дальше все срабатывало на отлично.

Теперь я свободно ориентировалась в замке, практически весь его облазив. А выучив адреса для порталов в самые необходимые мне помещения, легко оказывалась там, где нужно.

В институте текла вполне обычная жизнь, многие ходили на свидания, устраивали посиделки по вечерам, я же все свободное время проводила или в тренировочном зале, или в библиотеке.

Мне было невероятно интересно узнавать о других мирах, зная, что они существуют на самом деле и я, возможно, смогу в них побывать. Да, наверняка смогу!

Когда получались заклинания или любая другая магия, на душе становилось тепло: я прикасалась к невозможному, творила невероятное. То, что для других было обыденностью, для меня, землянки, стало чудом.

Лето за окном медленно сменила осень, теплых дней становилось все меньше и меньше, преподаватели все увеличивали и увеличивали нагрузку. Я старалась найти подход к своей магии и учиться быстрее.

И еще наблюдала за капитаном команды стихийников. Можно сказать, он стал моим невольным интересом, ну еще и подпольным, так как я старалась не афишировать свое подглядывание.

Диаркан оказался интересной и загадочной личностью. Первое, что бросалось в глаза, – он не злой. Некоторые кичатся популярностью, упиваются ею и хвастаются. Ведьмак воспринимал все как должное, заслуженное, как награду и гордился достижениями. Судя по его манерам и отношению к окружающим, он считал, что заслужил все блага, которые получает. Отчасти я была с ним согласна.

Ведьмак не использовал свою известность, чтобы поиздеваться или унизить. Он был предан друзьям. Это было видно по общению, и не только мне. Также я узнала, что он хорошо учится, сильный маг со своими принципами, взглядами и кодексом чести – личность! Невольно это вызывало во мне уважение.

Но было и то, что возмущало до глубины души, – его личная жизнь. Конечно, она никоим образом меня не касалась, но игнорировать подобные отношения не получалось.

Диаркан менял девушек как перчатки, и это было мне понятно – такое часто происходит и в моем мире, – но вот его отношение к ним просто возмутительно! Что показалось мне странным в самом начале, оказывается, для ведьмака норма.

Зачем заводить отношения с девушкой, если ты их не ценишь? Ни разу я не видела его нежным, ни разу добрым или заботливым по отношению к ним. Он мог улыбаться друзьям или своему декану, но никогда – своим пассиям. У Диаркана были скандалы, выяснения отношений, вернее, это с ним пытались их выяснять, а он просто бросал девушек без сожаления и уходил.

Еще более неприятно было видеть, как капитан морщится, когда его пассии к нему подходили. Часто я ловила парня на том, что он избегает встреч, будто бы девушка его аксессуар, который должен знать свое место и появляться, лишь когда это нужно. Для меня подобное было невообразимо странным, пока я не поняла, в чем дело.

Открытие оказалось столь сокрушительным, что я поразилась, как это раньше не пришло мне в голову!

На одном из практикумов по некромантии я решила проверить свою догадку, поговорив с Алеей. Мы как раз раньше времени закончили выполнять задание, и у меня появилась такая возможность.

– Слушай, скажи, есть ли в Междумирье мужчины или женщины, которые влюбляются в представителей своего пола?

Орчанка посмотрела на меня круглыми глазами:

– Не слышала о таких ни в одном из миров, мы, чай, не извращенцы какие. А что, на Земле такое случается?

– Да, бывает, – попробовала я улыбнуться.

– Те, в ком живет магия, не могут быть… такими, – пробормотала Алея.

– А если все-таки появится?

– Мы вряд ли узнаем: о таком не расскажут. Стыд-то какой. Но ты зря спрашиваешь, магия этого не допустит. Вечно тебя интересуют всякие странности.

А я лишь задумчиво покачала головой. Вот и причина скрывать.

– Вознесенская, Ванеско, вам, я гляжу, нечем заняться? Или уже считаете себя крутыми магами? – незаметно подкрался декан, и я вздрогнула от его вкрадчивого шепота. – Не хотите лишиться стипендии, нужно приложить усилия.

Дазар говорит: «Магия – это рабский труд», и каждый день я чувствовала себя словно на каменоломнях, приползая, бывает, после занятий еле живой. Демон часто меня хвалил, хотя и орал, если я что-то делала не так, но в целом относился лучше, чем к другим. Я же была в восторге от него, как от преподавателя. Опыт плюс мастерство – и ты некромант, наводящий вокруг ужас.

А еще Дазар был прав: я продолжала тайком заниматься в своей комнате магией. Даже несмотря на то, что тренировочные залы были не так загружены, как в первые дни – новизна прошла, ажиотаж схлынул, – времени все равно не хватало.

Однако часто мои опыты подвергались разоблачению, и я получала наказание. Ведьма рычала на меня, ругалась, пару раз я получила сглаз, но не думаю, что именно она сдавала меня преподавателям, а вот если вспомнить слова Миланы насчет друида…

Однажды, когда осень подходила к концу, я решила, что с меня хватит, и подстроила ловушку. Если это друид, я об этом узнаю – и тогда ему конец!

Аккуратно начертив на полу пентаграмму и начав простенький ритуал для усиления магии на ближайшие два дня, я стала ждать, и мои ожидания меня не обманули. На столе появилась записка явиться к декану завтра с утра. Если учесть, что ведьма сегодня сама отрабатывала наказание, то выследить и сдать меня мог только друид.

Спокойно завершив ритуал, ночью я отправилась в парк. Одна девушка-друид рассказывала мне, как вредны для них кроносносные жучки, и даже показала, как те выглядят. Очень кстати вспомнился тот разговор.

До глубокой ночи я собирала этих «милашек», исчерпав все дополнительные силы на освещение и поиск, зато утром кому-то будет сюрприз. Так и не поспав, стараясь не заснуть на ходу, утром я отправилась к декану.

Тот оторвался от письма, которое читал, усмехнулся и, убрав послание в карман, махнул рукой:

– Проходите.

Пока я шла по кабинету, демон, прищурившись, рассматривал меня.

– Знаете, Вознесенская, вчера ректор узнал о ваших вечных нарушениях по использованию магии вне классов и разозлился. Теперь наказанием для вас будет участие в самодеятельном концерте, посвященном завершению года.

– Ох…

За что мне все это? И тут самодеятельность!

– Да.

– А можно поменять наказание, например, на уборку в спортзале?

Декан покачал головой, но, подумав, добавил:

– Впрочем, вы очень привлекательная девушка.

Собираясь уже подняться со стула и ретироваться, услышав его слова, я осталась сидеть на месте, замерев от шока.

– Впервые я вас увидел в причудливой одежде перед вступительным испытанием, и вы мне сразу запомнились. А потом выяснилось, что блондинка поступила на мой факультет.

Все еще пребывая в растерянности, я попробовала что-нибудь сказать:

– Профессор… Я…

Но сформулировать мысль мне не удалось, к тому же однозначно было видно, Дазара забавляла моя реакция.

– Если вы, к примеру, станете моей любовницей, я мог бы договориться с организаторами, чтобы они вас не задействовали.

– О-о-о…

Не знаю, чего было больше – удивления или ужаса. Невероятно, что такой видный, неординарный мужчина предложил мне отношения, пусть и столь неприличные. Тем более столь неприличные.

Одновременно я испытывала страх: что он сделает, когда я откажусь? Почему-то во мне зрела уверенность, что я не буду иметь личных отношений с деканом. И вновь вспомнились слова гадалки: «Не выбирай блондина».

Несмотря на то, что никакие брюнеты на меня не претендовали, согласиться на непристойное предложение я не могла.

– Ну же, Вознесенская, смелее. Даю слово демона: за ответ, каким бы он ни был, вам ничего не будет.

Ого! Этому можно верить: слово демонов нерушимо.

– Тогда… – Собственный хриплый голос показался мне чужим. – Я вынуждена отказать вам.

Усмехнувшись, декан поднялся и направился ко мне, а я словно завороженная следила за его приближением и, кажется, забыла, как дышать.

Присев рядом, Дазар склонился ко мне близко-близко и тихо шепнул:

– Вы уверены? Я занимаю высокое положение не только в институте, наша связь могла бы быть очень полезна для вас. И никто ее не осудит. Я бы жалел вас и помогал на протяжении всего обучения.

Зря он это сказал. Если все доводы до этого меня не трогали, то последний как раз убедил в правильности ответа.

Стараясь немного отстраниться и не обращать внимания на пылающие щеки, я его заверила:

– Да, абсолютно уверена. Рядом со мной должен быть черноволосый мужчина.

Пристально на меня взглянув, удивленный моим ответом декан встретил честный взгляд.

– Вы очень необычная девушка, Ирина Вознесенская, – склоняясь для поцелуя к моей руке, улыбнулся демон. – Вашему спутнику повезет.

Знает об обычаях моего мира!

– Спасибо, – еще сильнее покраснела я.

– Что ж, придется присмотреть себе кого-нибудь другого.

Облегченно выдохнув, я закивала и, встав под взглядом декана, повернулась к двери.

– Вознесенская…

Замерев, я с опаской оглянулась.

– Сегодня вы должны быть в зале собраний в восемь вечера.

Дазар явно потешался и пытался не рассмеяться, а я, горько вздохнув, направилась прочь.

* * *

Выйдя от декана и добравшись до своей гостиной, я попала из огня да в полымя: разгневанный сосед, весь в красных пятнах, едва не бросился на меня с кулаками.

– Как ты посмела? Я знаю, это ты подкинула мне жуков!

Спокойно посмотрев на неврастеника, я мягко улыбнулась:

– Знаешь, что в моем мире делают с доносчиками? Нет ничего более позорного, чем закладывать. Если бы мы не учились вместе, сожгла бы тебя на костре.

Друиды боятся огня – единственную стихию, которая им не подчиняется.

Сосед отшатнулся:

– Думаешь, пришла новенькая и будешь здесь правила устанавливать? Да до конца года в институте тебя не будет!

– Не тебе судить, ибо ты отсюда съедешь еще быстрее.

– Ну, посмотрим, – выплюнул сосед и удалился, а я пошла обдумывать план действий.

В этой ситуации или он меня, или я его. Друиды очень злопамятны и вредны. Конкретно этот сделает все, чтобы меня отсюда выжить, да и возможностей у него побольше, чем у меня. Значит, необходимо убрать его из института на некоторое время. И мне пришла только одна идея: нужно идти ва-банк.

На завтрак времени уже не оставалось, поэтому я отправилась на первую лекцию голодной. Но может, оно и к лучшему: на пустой желудок думается легче.

Лекция по этике магии. Своевременная

– Добрый день. Сегодня у нас очередная лекция по этике магии. Еще на первом занятии я объяснял, как этот предмет важен для всех магов, в особенности для сильных, – вещал Изор. – Но сегодня мы рассмотрим один из самых серьезных вопросов.

Ох, этот предмет был одним из самых нелюбимых. Ректор – очень колоритный мужчина, который способен выесть мозг любому существу. И обязанности свои он выполняет дотошно.

– Рано или поздно маг задается вопросом, к каким последствиям приводят или могут привести его действия. Всегда ли цель оправдывает средства? Готов ли маг нести ответственность за содеянное?

На ум сразу пришел мой план в отношении друида. Милана говорила, что они скрытные и о личном не рассказывают. Но что, если подобное все-таки произойдет?

– Чем маг платит за все то, что он делает? Чего стоят те или иные поступки, причем не только в аспекте применения магии, но и в отношении этики и правил? На последнем курсе вы будете изучать законы для магов и меры наказания. Пока же вы в какой-то мере неподсудны.

То есть в тюрьму точно не посадят.

– Каждый маг должен принимать решения относительно своего будущего сам. И, безусловно, наш институт учит борьбе за свои цели, идти вперед и не сдаваться, как и тому, что каждый должен получить по заслугам.

И я словно самой себе кивнула. Точно! Каждый должен получить по заслугам, и друид получит. Моя месть будет страшна!

– А теперь записываем тему: «Магия и ответственность».

Пока перо бегало, конспектируя лекцию, я обдумывала свой план. Однозначно мне потребуется помощь.

* * *

На обед я прилетела на крыльях голода и вдохновения. Получив положенное и потребовав добавку, расположилась напротив подруг и сразу перешла к делу:

– Мне требуется ваша помощь!

Девушки удивленно на меня посмотрели.

– Что случилось? – спросила Милана.

В двух словах я пересказала произошедшее накануне.

– И теперь ты участвуешь в самодеятельности? – хмыкнула Алея. – Про нее рассказывают разные ужасы. Не повезло тебе.

– А я слышала, что еще и Диаркана наказали за проникновение в запретную секцию библиотеки, – хитро посмотрела на меня Милана.

– Это сильно меня утешает, – мрачно ответила я.

Уж лучше бы отправили чистить туалеты. Еще с Земли у меня имелся опыт участия в самодеятельности. Пытка!

– Вы должны мне помочь отомстить друиду! – сжала я кулаки в приступе отчаяния.

– Но что ты собираешься делать? – спросила орчанка.

И я поведала подругам свой план. Те сидели в полном шоке.

– Ира, ты совершенно сумасшедшая. Если нас за это и не исключат, то точно придумают самое страшное наказание! – воскликнула Алея.

– Мне очень, очень нужна помощь. Я знаю, что друид регулярно ходит тренироваться и завтра вечером как раз будет на стадионе. Одна я не справлюсь. Пока не знаю, как его оглушить, и уж точно не смогу сама запихнуть в мешок.

– А ты помнишь, что по вечерам нам нельзя выходить за пределы замка? – напомнила Милана.

– Помню. Но за пределы и не нужно, на Некромантском пустыре все сделаем.

Девушки переглянулись и вздохнули, а я поняла: сомневаются, нужна мотивация.

– Если согласитесь помочь, расскажу вам секрет, – таинственно начала я.

Женщины, они везде остаются женщинами. Обе подруги тут же подобрались, готовые на все, лишь бы узнать.

– Ну не томи, согласные мы, – подтолкнула меня Милана, а Алея кивнула.

– Смотрите, дали слово, – напомнила я и пересказала наш утренний разговор с деканом.

К концу моего повествования Милана чуть ли не попискивала от восторга.

– Ты ему понравилась! Везет же тебе! И отказалась… Как ты могла? Такой мужчина!

– Не лежит у меня к нему сердце, – пробормотала я, глядя на понурившуюся Алею, которая была влюблена в нашего декана, но никак не могла обратить на себя внимание упрямца.

– Что, никаких сдвигов? – спросила я у нее.

Орчанка мотнула головой.

– Увы. Я как к нему только ни подступалась, ответ один – неэтично заводить отношения со студенткой.

– Я почему-то уверена, что к моменту, как мы окончим институт, он, влюбленный, падет к твоим ногам, – подмигнула я ей.

Алея признательно мне улыбнулась, и в этот момент прозвенел звонок. Вскочив, мы как угорелые понеслись на следующую лекцию.

* * *

Вечером, сразу после ужина, я отправилась в зал собраний, который с момента моего последнего посещения претерпел значительные изменения. Преподавательский стол сдвинули и сейчас на возвышении сооружали импровизированную сцену с помощью материала и магии.

– Ага, явилась! – проскрипел сзади Тиг. – Так и знал, что ты попадешь ко мне в самодеятельность. Такая гордая и наглая… Должна была попасть.

Это я наглая?!

– Тут всем руковожу я, – порадовал меня друид и зашаркал прочь.

Тут-то я и осознала весь ужас случившегося. Самодеятельность под руководством Тига! Это ж за гранью добра и зла!

Смотря, как он медленно шаркает в сторону сцены, я прокляла все и, кажется, поняла, почему наши так ненавидят проклятую самодеятельность!

Через десять минут Тиг выдал мне задание – украсить стену позади сцены. Плохая идея, но спорить я не стала: все лучше, чем быть в гуще событий.

Покосилась на Барея, который потоками воздуха вместе с еще одним стихийником украшал сцену, а Тиг периодически отгонял от капитана девушек и заставлял их работать.

С тоской посмотрев на установленные леса, я полезла вверх. Эх, Семена бы сюда, но скелет брать категорически запретили. Пришлось заклинанием телекинеза крепить все аппликации, плакаты и флажки, после чего активировать магию и заставлять все это оживать.

Получилось вроде недурно: сцена вся такая в красно-розовых тонах. Жаль, рюшечек нет, а то получились бы декорации к сказке о наказанных поросятах.

Перейдя ко второй части задания, я подтащила к себе ведро с краской и, снова используя телекинез, кисточкой начала облагораживать конструкцию. Ох, зря Тиг мне это доверил, плохо у меня пока получается перемещать предметы. Впрочем, все лучше, чем петь.

К несчастью, сегодня был не мой день: кто-то дернул леса, я вскрикнула, взмахнула руками – и ведро с краской полетело вниз. Раздались «бум» и приглушенные ведром ругательства.

Быстро спустившись, я, расстроенная и напуганная тем, что кого-то покалечила, бросилась помогать снимать хозинвентарь с головы. И, стащив ведро, встретилась со злыми, очень злыми глазами Барея Диаркана.

– Ой! – пискнула я, начиная пятиться и прижимая к себе железную посудину. – Простите, я не специально.

Капитан футбольной команды шагал ко мне, а с его одежды и волос капала краска.

– Вам бы застираться, – пролепетала я, не зная, что сказать. – Если хотите, я могу помочь…

Когда спина уперлась в стенку, мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на возвышающегося надо мной Диаркана. Сбоку от посторонних глаз нас скрывал занавес сцены, и если стихийник меня сейчас убьет, то никто этого и не заметит.

– Специально? – лишь спросил ведьмак.

Я замотала головой. Вот только с ним мне проблем и не хватало!

Неожиданно все тело парня засветилось, и краска, оторвавшись от его одежды и кожи, поднялась вверх и прилипла к сооруженным вокруг конструкциям.

– Ух ты! – воскликнула я, смотря с восхищением. – А я тоже так смогу?

Неожиданно для меня Барей рассмеялся.

– Если овладеешь всеми четырьмя стихиями. – И, видя, как скисло мое лицо, добавил: – Похоже, и правда, не специально.

– Я не вру, – нахмурилась я. – У меня пока плохо получается телекинез.

– Подсознательно всегда удерживай образ, и все будет нормально, – посоветовал ведьмак.

– Что это вы здесь делаете? – раздался скрипучий голос Тига. – Уединились?

– Нет! – воскликнули мы с Бареем одновременно и переглянулись.

– Ага, отлыниваете! Знаю я вас. Ну, раз так спелись, будете вместе выступать с последним номером: навыки стихийников и некромантов, и все это с танцами и песней.

– Что? Я не умею петь! – воскликнула я. – И танцевать!

– Плохо! – проскрипел Тиг. – Как же ты заполучишь жениха, если не сможешь ему петь о своей любви? Надо тренироваться.

Мы с Диарканом вновь недоуменно переглянулись.

– Мистер Тиг, стихийные маги совсем не приспособлены…

– Раз на поле крутишься во время игры, то и здесь напряжешься. Надо распушить хвост перед девчонками, – добавил этот сумасшедший старик и свернул за угол.

Мы обреченно вздохнули. День определенно не задался!

Словно вспомнив о чем-то важном, ведьмак внимательно меня осмотрел.

– Не нравлюсь? – поверг он меня в смущение своим вопросом.

– Ну, ты симпатичный… Немного замороженный, но в целом…

– Значит, приставать не будешь, – выдал свои выводы Диаркан, даже не дослушав меня.

– Еще чего! – возмутилась я такой наглости.

Парень хмыкнул и протянул руку.

– Барей Диаркан, стихийник.

Я ответила на рукопожатие.

– Ирина Вознесенская, некромант.

– Ну, будем знакомы, Ирина. – И, снова заледенев, направился в зал.

Вот и познакомились.

* * *

Задание для самодеятельности мы с Диарканом получили совершенно определенное, и весь следующий день думы о нем отравляли мне жизнь. Как придумать номер, который потребовал Тиг, я не знала. Поучительная песенка о некромантах и танец с применением профессиональной магии – и все это за неделю!

Все утро я пребывала в глубоком трауре и в лекцию по ле́карству практически не вслушивалась. Зато в обед подруги мне напомнили о главном!

На вечер было намечено дело, мысли о котором сразу вытеснили все остальные, и на практикуме по некромантии я наделала ошибок.

– Вознесенская! – заставил меня вздрогнуть окрик Дазара.

Декан направлялся ко мне с круглыми глазами. Я тут же осмотрела рабочее место, проверяя, что не так, но ошибку так и не нашла.

– Да, профессор?

– Когда я говорил приукрасить созданного зомби, то не имел в виду столь буквальное значение своих слов. Вы прекрасно подняли покойника и, несмотря на то, что он умер совсем недавно, стреножили характер. Зачем в таком случае вы его еще и физически обездвижили магией?

– Но вы же не сказали, что мне этого делать нельзя! – возмутилась я. – А он сопротивлялся!

– Тому, как вы его приукрашивали? Зачем вы выкрасили его волосы в зеленый?

– Рыжие не гармонировали с венком, – пробубнила я, расстроившись.

– Который вы надели ему на голову? Как и украшенный цветами костюм, в котором он умер? Кажется, вы его даже почистили.

– Приукрасить же, – совсем уныло пробормотала я.

Декан помолчал, подбирая слова, и наконец спросил:

– А морковка, причем немалого размера, во рту зачем?

– Он пробовал кричать, – честно призналась я, уже с опаской косясь на Дазара.

Похоже, у декана сейчас возникло то же желание.

Практикум мне засчитали, но с самой низкой оценкой, пообещав далее составлять самые подробные инструкции лично для меня. Декан прочитал настоящую лекцию всей группе, что издеваться над покойниками негуманно, ибо все мы там будем.

И именно после этих слов я поняла, почему некромантов боятся. Ведь все мы рано или поздно умрем. В свете этого студенты-некроманты воспринимались еще ужаснее.

А потом я вспомнила, что времени мало и, не поужинав, отправилась на Некромантский пустырь. Надо выбрать место и наложить заклятья для отвода глаз.

* * *

Алея Ванеско

– Ты поняла? Как только он выйдет из раздевалки и пойдет по темному коридору, сразу оглушаем и связываем, – сообщила мне Милана, когда я пыталась поудачнее спрятаться на месте засады.

– Да поняла я, поняла, – пробухтела я в ответ. – Ира все-таки очень странная.

– Зато добрая. В Междумирье вообще много гадости водится, а друзья – это большая ценность.

Да… Нага – необычайно светлый человек, несмотря на то, что на голове у нее очень скандальные змейки. В прошлый раз одна мне палец укусила.

– А я, значит, отвлеку его внимание, чтобы ты смогла оглушить заклинанием. Смотри, поестественнее.

– Как смогу. Я в первый раз оглушаю людей заклинанием, еще не факт, что сработает. Где ты его раздобыла?

– Знакомые старшекурсники дали.

Знакомых у Миланы было столько, что не сосчитать. Как она только помнит их всех?

– Я больше всего переживаю, что оглушу не того. И что тогда делать?

– Исключено, – замотала головой Милана. – По этому коридору ходит только друид. После вечерней тренировки он идет подпитываться водой на озеро и перед отбоем возвращается обратно. Это уже традиция.

– Что ж… Тогда…

– Тсс! – перебило меня шипение наги. – Он идет. Приготовились.

Я тут же спряталась за угол, удерживая в руках палку с подвешенным на нее заклинанием. Вот шаги все ближе и ближе. Мне кажется, в темном коридоре я даже вижу силуэт. Когда идущий поравнялся со мной, ловушка захлопнулась.

– Простите, – послышался тихий голосок Миланы.

Мужчина развернулся, и я врезала ему по голове. Он рухнул как подкошенный, и мы перешли к следующему этапу плана – затащить друида в мешок. Сосед Ирины оказался очень тяжелым: на то, чтобы его запихнуть и запаковать, ушли последние силы.

– Все! – пропыхтела Милана, завязав мешок. – Теперь доставим его до Ирины, и пусть сама разбирается.

– Его еще дотащить надо, – порадовала я подругу. – С виду такой хлюпик, а тяжелый невероятно!

– Вставай. Раньше начнем, раньше закончим, – поторопила меня Милана, и мы взялись за края мешка.

Глава 8. Вот это номер!

Ирина Вознесенская

Я была очень благодарна девочкам за помощь и, сидя у зарытой могилы, переводила дух. Дотащить и закопать друида было непросто, но, утрамбовав землю, я даже полила ее водичкой. Теперь осталось дождаться, когда сосед пустит корни и его отправят в отпуск выращивать детей со своей невестой.

Как на такого гада кто-то еще позарился?!

Встав с большого валуна, я направилась в сторону института. Хоть и темно, но некроманту, поднимающему зомби, здесь уже ничего не страшно.

Светила луна, освещая горы перекопанной земли. Недавно у старшего курса был практикум. И это прекрасно: значит, новый холмик ни у кого не вызовет подозрения.

Внезапно раздавшийся шум заставил меня обернуться. Земля немного дрожала, из недр могилы слышался гул. Это друиды так прорастают? Так вроде только к утру должен был!

Когда раздался взрыв и в меня полетели комья земли, я благоразумно упала и прикрыла голову руками. А когда из могилы вылезло чудище все в грязи, закричав, бросилась прочь. Оно побежало за мной.

Если друид догонит, сумею ли я справиться с ним? Припомнив фигуру Гербанара, я заподозрила неладное: рычащий монстр, который сейчас меня преследовал, был намного крупнее. Боже…

Неужели я применила силу некроманта и превратила друида в демона? Что же теперь с ним будет? Что будет со мной?

Задумавшись, я потеряла бдительность, и чудище, догнав, напало сзади, повалив меня на землю.

– А-а-а… Пом… ите! Спа… те! – булькала я, пытаясь отодрать от себя руку, зажимающую рот.

– Ты! – выдохнул монстр голосом Диаркана.

И я, снова взвизгнув, выскользнула из-под потерявшего бдительность капитана футбольной команды.

– Ай-ай, – пискнула я, отступая. – Как ты здесь оказался?

– Я тоже хочу спросить тебя: как я здесь оказался?!

– Не ори! – зашипела я на ведьмака. – Я-то откуда знаю?

– Хочешь сказать, не ты меня закопала на Некромантском пустыре?

– Я! Но не тебя, а другого человека!

Диаркан призвал стихию: магия, объяв его тело, заклубилась вокруг него. Я решила, что все, настал мне конец, и собралась бежать.

– Стой! Даже не думай!

Когда магия схлынула, на Барее не осталось и следа от грязи. Подозрительно на меня покосившись, он подошел к поваленному неподалеку бревну и, присев, похлопал рукой рядом с собой, явно намекая, чтобы я присоединилась.

Вздохнув, я понуро уселась рядом.

– Когда я вышел с тренировки, меня подкараулили, ударили по голове и, подозреваю, притащили на кладбище. Где ты меня и закопала. Ничего не упустил?

– Но не ты должен был быть в мешке!

– А кто?

В ответ я мрачно покосилась на Диаркана, и тот хмыкнул.

– Любопытно. Давай так: ты рассказываешь мне, почему и кого хотела закопать, а я тебя не сдаю.

Посомневавшись, я не смогла устоять и не согласиться на столь заманчивое предложение.

– Слово даешь?

– Да, – серьезно кивнул Барей.

И я рассказала ему обо всем с самого начала. Ведьмак слушал снисходительно, но когда я дошла до того, что друид меня закладывал, сразу посерьезнел.

– Плохо, маг с такой подлой натурой – это большие проблемы в будущем. Но сила у него невелика… Может, и обойдется. Ты верно рассчитала: друид ничего бы не рассказал, однако отомстил бы.

– Мог бы попробовать, – пробормотала я.

Покосившись на меня, Барей спросил:

– А ты случаем не ведьма? Очень уж на женщин моего мира походишь, особенно на тех, кто с темной половины.

Вспомнив свою соседку, я заверила:

– Не-е…

– Знаешь, а я могу помочь тебе решить проблему.

– С чего бы это? – подозрительно спросила я.

– Точно ведьма. Но мы не об этом. Мне, возможно, скоро потребуется помощь некроманта в одном деле. Я помогу тебе, а ты пообещаешь, что окажешь ответную услугу.

– Что-то незаконное? – поинтересовалась я, сразу напрягшись.

– Нет, просто других знакомых некромантов не имеется. Вернее есть, но ты будешь молчать, а им веры нет.

– Я располагаю к доверию? – приподняла я брови.

– С тобой у нас взаимовыгодное соглашение. Будет…

Сладким речам Барея я не доверяла, но и выбора не было. От друида надо избавиться.

– По рукам.

– Вот и отлично. А теперь пошли в институт. И так уже не выспимся.

Дельное предложение.

Следуя за капитаном команды к замку, я улыбнулась, догадавшись, почему тот возвращался темным коридором. Видимо, снова сбегал от своих девиц. И зачем только заводит? Не живется ему спокойно!

* * *

Барей Диаркан

Шагая в свою комнату, я ловил себя на том, что улыбаюсь. Забавная эта некромантка, к тому же блондинка. Есть в ней что-то необычное. К примеру, не пытается меня соблазнить или завлечь. Или же у нее очень нестандартные методы.

Войдя в гостиную, я обнаружил друзей, которые с беспокойством смотрели на меня.

– Где ты пропадал? – спросил Горан. – Мы беспокоились.

– Что, снова бегал от своей девушки? Знаешь, это становится уже проблемой. С каждым разом все хуже и хуже, – нахмурился Сонар.

– Вы не дадите и слова вставить. Да, сегодня воспользовался черным ходом, чтобы меня не заметили. Иша в последнее время пытается выяснить, что не так. А я не могу ей ответить правду.

– Да уж… – пробормотал Горан. – Разболтает все или скандал устроит.

– Но когда я сбегал от подружки, меня оглушили, пленили и…

– Это уже за гранью! Что, снова поклонницы? – возмутился Сонар.

– …Закопали.

В комнате повисла тишина.

– Наши соперники пробрались в институт? – нерешительно предположил Горан.

– Нет. Меня случайно закопала одна некромантка. Вернее, хотела не меня, но это я не ту дорогу выбрал. Зато мы мило пообщались, и, кажется, я нашел человека, который нам поможет и никому не разболтает.

– А навыков хватит? – засомневался Сонар.

– Дазар отзывается о ней очень хорошо, я несколько раз слышал их с ректором разговоры.

– Слушай, а это не та ли некромантка, которая тебе ведро с краской на голову надела? – приподнял брови Горан.

– Именно она, – хмыкнул я, припомнив тот случай.

– А может, она… – начал друг, но я мотнул головой.

– Нет, она точно не заинтересована во мне, как в парне. Знаешь же, мне легко это определить. И я больше скажу – я ей даже не нравлюсь, – заметил я и задумался, вспоминая последнюю встречу.

– Теряешь хватку? – поддел меня Сонар.

– Все может быть. Но сейчас не это главное. Мы должны для нее кое-что сделать. У нас в институте завелся стукач…

* * *

Ирина Вознесенская

Теперь мы с Бареем стали здороваться, и было видно, что я для него не просто серая масса, а личность. Это же заметили и мои подруги, подумав, что между нами что-то есть. Однако, когда я развеяла их романтические предположения, рассказав о произошедшем, девушки были в полном ужасе.

Но не только Диаркан начал меня выделять: его друзья тоже посматривали с улыбкой. Видимо, тот не стал держать все в тайне и поведал им захватывающую историю своего захоронения. Вот ведь… нехороший человек, а мне теперь красней.

Но постепенно мысли о неловкой ситуации вытеснила проблема с самодеятельностью. Нужно было готовить номер, а в голову ничего не приходило, пока подруги не предложили выбрать что-нибудь интересное с Земли и сделать похожее.

И тут мне вспомнилось…

На репетицию оставалось всего несколько дней, но номер будет небольшим, и времени должно хватить.

Первым делом нужно было уговорить Семена, и я решилась на это, когда за окном неожиданно выпал снег. Вечером, сидя на подоконнике, я смотрела на сиреневые облака.

– Семен, почему у них такой цвет?

– Это магия, которая живет в Междумирье, во время холодов она поднимается вверх. А цвет такой из-за того, что намешано много разновидностей колдовства от всяких магов.

Скелет в это время развалился на моей кровати и читал книгу. Не знаю, как у него это получалось, ведь глаз у нежити не наблюдалось, но факт оставался фактом.

– Просто снег выпал так неожиданно… – продолжила я, думая, с какой стороны подобраться к интересующей меня теме.

– Здесь всегда времена года сменяют друг друга неожиданно. Вчера была промозглая погода, сегодня мороз и выпал снег. Да и Новый год скоро.

– Кстати о Новом годе! – обрадовалась я такому повороту беседы. – Ты подумал над моей просьбой?

– Нет! – воскликнул скелет, вскочив с кровати. – То, что ты предлагаешь, оскорбительно! Никогда еще я не получал от женщины столь неприличного предложения!

– Но Семен! – расстроилась я.

– Я благородный рыцарь, убил много чудовищ. Дамы теряли сердца при одном взгляде на меня, мужчины уважали и боялись.

– Да-да, ты уже говорил. Но ведь я не справлюсь без тебя! Ты не можешь бросить меня в беде. Ведь ты такой благородный, – перешла я на лесть.

– Но ты хочешь уронить мое достоинство!

– Я загримирую тебя, никто не узнает.

Семен с сомнением взглянул на меня:

– Правда?

– Конечно! – с жаром подтвердила я. – Мало ли тут скелетов бегает… На себя ты похож не будешь. При этом, ты же знаешь, на тебе будет одежда.

Еще через пятнадцать минут мне удалось уломать Семена, а значит, моему номеру быть.

В Междумирье преподаватели были нормальными и не нагружали студентов перед праздником. Я даже не получила заданий на выходные, которых было аж пять дней – два до Нового года и три после.

А еще институт сделал нам подарок: разрешил на пару часов отправиться в свой мир – взять что-нибудь необходимое. С родными общаться было запрещено, поэтому каждый должен был отправиться домой, когда там никого не будет. Также запрещалось применять магию, за это нам сразу грозило отчисление.

Несмотря на такой подарок, мне все равно было грустно. Я очень скучала по родителям, и редкая переписка не могла заменить личного общения. Но ничего не поделать, придется ждать каникул.

В ожидании отправки домой, я рассматривала снежный пейзаж за окном. Благодаря магии, он постоянно менялся со снега и небольшого морозца до сильного похолодания, которое окрашивало узорами все – от окон до зданий и растений.

– Это так на Земле одеваются?

Обернувшись, я встретилась глазами с Бареем и обомлела, рассматривая его.

Для перехода в свой мир мы должны были одеться в привычную одежду, поэтому Диаркан сейчас был похож на красавца испанца – темные волосы, невероятные ярко-фиолетовые глаза, черные рубашка и брюки, заправленные в высокие сапоги. Сверху была накинута черная куртка, больше напоминающая удлиненный пиджак. Если бы не подоконник, пала бы к его ногам.

Капитан команды рассматривал мои джинсы и кофту с вырезом. Волосы были перехвачены резинкой. С его сногсшибательным образом я и рядом не стояла.

– Ну, не все одеваются именно так, но в основном да, – кивнула я.

– Однако, – покачал головой ведьмак.

И этот намек на откровенный костюм я слышу в голосе того, кто сам состоит из одних соблазнов?

– Да, согласна с тобой. Все очень целомудренно и достойно, – прикинулась я дурочкой. – Я приличная девушка.

Брови ведьмака поползли вверх, а меня окликнула Добракович.

– Ну что, ты готова? – спросила секретарь, переведя взгляд с меня на Барея.

– Конечно!

От нетерпения я едва не подпрыгивала.

– Тогда пойдем, твое время.

Оглянувшись на смотревшего нам вслед Диаркана, я поспешила к порталу.

Когда я оказалась дома, то на глаза даже навернулись слезы. Здесь все было как раньше и даже в моей комнате ничего не изменилось с моего отъезда. Присмотревшись к любимым вещам и покидав в сумку все необходимое, я отправилась на кухню и стянула из холодильника весь майонез.

Мы с папой его очень любили, поэтому дома имелся приличный запас. А также прихватила колбасу и другие вкусности, не забыла и про подарки подругам: любовные романы, про которые много им рассказывала, и пазлы для Алеи. Еще кое-что переписала из Интернета для номера самодеятельности.

Оставив маме и папе записку в несколько строк, что побывала дома, я поспешила к двери, активируя готовое заклинание портала, которое перед перемещением получила от Добракович. Потом золотое сияние – и я вновь оказалась в институте.

Кто-то еще ждал своей очереди, кто-то прибыл вместе со мной. А на душе печаль: Новый год я встречу не с родными.

В гостиной меня ждали подруги – они побывали дома намного раньше меня. Увидев большую, туго набитую сумку, девушки удивились.

– Что это ты принесла? – спросила Милана, норовя заглянуть внутрь.

Но я неумолимо застегнула молнию.

– Потом покажу, пока секрет.

– Ну, Ирина! – взвыла нага.

Алея только улыбалась, она знала: если я упрусь, то уже не уступлю.

– Вы там замолкнете или нет?! – раздался возмущенный голос соседки.

И мы, рассмеявшись, отправились ко мне в комнату. К вечеру самодеятельности все было готово!

* * *

Зал собраний был полон. Перед зрительскими рядами был поставлен преподавательский стол, за которым сидели все профессора и смотрели номера один за другим. Студенты расположились за их спинами – наверное, их пригнали сюда всех – и периодически подхихикивали над своими неудачливыми собратьями.

Я же весь вечер дергалась и переживала за кулисами. К тому же мы выступали последними, отчего мне становилось еще хуже.

– Прекрати переживать. Ты выйдешь на сцену вместе со мной, и никто смеяться не будет, – пытался успокоить Диаркан.

– Меня это не утешает. К тому же у меня номер… необычный.

Барей с любопытством посмотрел на меня:

– Надеюсь, пройдет без разрушений?

– Вот и я на это надеюсь.

Продолжить дискуссию нам не дали: настала наша очередь.

На сцену мы вышли вдвоем, но я остановилась чуть сзади. Барей объявил, что сейчас будет сценка из истории стихий. Что это значит, я не понимала, пока призванная магия разных стихий не трансформировалась в животных и историческую местность и не стала нам показывать историю любви и сражений.

Все-таки ректор прав: ведьмы и ведьмаки – удивительно романтичная раса. Эх, жаль, что Барей предпочитает представителей своего пола. Какая потеря для всех женщин!

Картины, разворачивающиеся перед нами, переливались разными цветами стихий и перевоплощались на глазах, заставляя зал следить за сменой сюжета и развитием отношений двух влюбленных.

Я лишь потрясенно вздохнула: такой уровень владения стихийной магией у второкурсника! Неудивительно, что он любимчик декана.

Когда же представление закончилось и зал взорвался аплодисментами, я практически ненавидела ведьмака. Как мне теперь со своей самодеятельностью выступать?

Но вот Диаркан уступил мне место, и я, шагнув вперед, вспомнила все, чему меня в свое время научила классная руководительница. Главное – правильно себя подать.

– Добрый вечер, – пробормотала я, усилив магией свой голос. – У меня будет поучительный номер о том, как важны знания и что их нужно ценить.

Судя по кислым лицам студентов, они уже были не в восторге, а вот преподаватели поощрительно закивали. Только Дазар смотрел с ехидцей: он хорошо меня знал.

Развернувшись и не увидев того, кто в номере должен был танцевать, я, высоко подняв голову, а внутри сгорая со стыда, зашла за кулисы и вытащила скелет на сцену.

Семен был одет в цветастую юбку и соломенную шляпу с широкими полями, на груди висели бусы. Да простит меня мама, что я немного проредила ее гардероб. Также на скелет был нанесен грим, чтобы его никто не узнал.

Если бы он родился псом, то сейчас перед нами стояла бы собака Баскервилей. Разве что не светилась.

Вспомнив заклинание простого мотивчика, единственного, который я смогла освоить, я зашептала – и в зале заиграла музыка наподобие гитарной, но попроще.

Слыша, как, бряцая бусами, скелет затанцевал канкан, я, стараясь не фальшивить, запела:

Черна ночь сменила день.

Светит полная луна.

Средь могил крадется тень

Молодого колдуна.

Этот юный супостат

В магазине приобрел

Черной магии трактат

И полкниги уж прочел.

Тут я применила магию некромантов, и перед нами закружилась зеленая фигурка колдуна, которая скалилась и потрясала книжонкой.

Все теперь ему по силе,

Жаждет мертвых воскрешать.

Раскопав одну могилу,

Начинает колдовать.

Пентаграмму начертил.

Свечи черные горят.

Заклинанье завопил

Малолетний некромант.

Где-то скрипнул дуб большой,

Взвыли волки на луну.

Задул ветер ледяной.

Стало страшно колдуну.

Бросив мантию и книжки,

Колдунишка наш малой,

Обмочив свои штанишки,

Побежал скорей домой.

И тут зеленый колдун понесся мимо приплясывающего скелета и, сделав приличный круг, скрылся. А я перешла к заключительной части номера.

Смысл песни узреть пытайся.

Важный он дает совет.

С жизнью, смертью не играйся,

Коли знаний нужных нет[1].

Когда я закончила, в зале стояла тишина, но через несколько секунд кто-то захлопал, и следом зааплодировали все. Поклонившись, я посмотрела на преподавателей. Те выглядели немного шокированными, а Дазар пытался сдержать рвущийся смех. Получалось плохо.

Обиженно на него надувшись, я подхватила свой скелет и потащила со сцены. Диаркан, шедший следом за мной, едва мы оказались вне зоны видимости остальных, в голос рассмеялся.

– Сам дурак, – совсем расстроилась я и стала заклинаниями отчищать скелет.

– Это было потрясающе, – выдавил веселящийся ведьмак.

И я подумала, что впервые в жизни вижу его радостным. И такой он еще красивее.

А впереди нас ждал ужин и упаковывание новогодних подарков. Замаячили праздники.

* * *

Новый год в Междумирье праздновали первого декабря, но в остальном он практически не отличался от того, как это происходит на Земле. Конечно, у каждого народа есть свои изюминка и традиции, но сам процесс… такой же.

И кажется, я начала понимать, откуда в миры пришел этот праздник.

Помимо вечера самодеятельности, который прошел накануне, все студенты украшали институт: всплески магии рождались то там, то тут, создавая причудливые узоры на окнах и стенах.

Елку здесь не наряжали, но магические игрушки висели в воздухе под потолком, а иногда спускались и летали. Повсюду царила атмосфера праздника и невыразимой прелести.

Все предвкушали главное торжество. Передо мной же стояла дилемма. После застолья устраивался новогодний бал, и всем студентам разрешалось танцевать всю ночь напролет. А я не знала, стоит идти или нет. По идее, надо появиться на вечере с кавалером, только где его найти?

Натура интроверта победила, я решила после застолья отправиться к себе в комнату и почитать. У меня еще пятый том «Восстания мертвых» не дочитан, а после праздников нас ожидает практикум.

Однако судьба распорядилась иначе. Вечером накануне праздника в моей комнате раздался стук, и, открыв дверь, я обнаружила на пороге Диаркана.

– Э? – только и смогла выдавить я.

– Добрый вечер. Впустишь?

Очень удивленная, я на автомате пропустила гостя в комнату, гадая, что привело капитана команды к скромному некроманту.

– Милые черепушечки.

Поняв, что он рассматривает ненавистный ковер, я стиснула зубы. Вывести ужасный рисунок так и не удалось.

– Ты одна? – осмотрелся Диаркан.

– Семен отправился по делам, – развела я руками, не зная, как себя вести.

Несмотря на то, что комната была моей, Барей чувствовал себя как дома, а мне, наоборот, было неловко и некомфортно.

– Вообще-то я не совсем то имел в виду, ну да ладно. Это хорошо, что ты одна, у меня к тебе разговор.

И я поняла, зачем он пришел: настала пора стребовать с меня долг. Пару дней назад друид, облив меня презрением, просветил, что недолго ему меня осталось терпеть – переводят в другой институт по обмену.

Поняв цель визита Диаркана, я сразу почувствовала себя увереннее.

– Слушаю.

– Я хочу, чтобы ты пошла со мной на бал.

– А? – вылупилась я на ведьмака, решив, что ослышалась, и ляпнула первое, что пришло на ум: – С чего бы это?

Диаркан заулыбался.

– Первый раз такая реакция на мое предложение. Тебя кто-то уже пригласил или ты встречаешься с кем-то?

Всмотревшись в лицо Барея, я не заметила ни насмешки, ни ехидства, но меня не покидали подозрения, что он издевается.

– Нет, – ответила я, не зная, что добавить.

Теперь ведьмак сидел явно шокированный.

– Почему? – опомнился он.

А я при мысли, что пойду с ним на бал… была в ужасе. Нет, меня мало волновало всеобщее внимание, но ведь потом его пассии тихо удавят меня в кровати.

Кстати о них…

– У тебя девушка! И не стыдно тебе?

– Мы расстались.

– Я не намерена быть твоей очередной брошенкой, – замотала головой.

Хотя внутри все трепетало при мысли, что я проведу с ним вечер. Вот только конец у истории будет не такой, как у принца и Золушки.

Ведьмак поморщился.

– Все не так, как тебе представляется. Мне нужна спутница на вечер. После праздника никто ничего не подумает.

– Сильно в этом сомневаюсь.

Диаркан какое-то время молчал.

– Сейчас мне впервые отказали. Я уважаю твое мнение… – спокойно начал он и неожиданно взорвался: – Ну неужели тебе сложно сжалиться надо мной? Имею я право хотя бы праздник провести нормально и не мучиться?

При других обстоятельствах я бы не поверила Барею или проигнорировала его слова, но на его лице было написано такое страдание.

– Не совсем понимаю… – начала я.

– И не надо. Это мои проблемы. Просто окажи мне услугу, и, когда тебе понадобится, я верну долг.

– Я думала провести время с друзьями…

– Мы сядем рядом с ними.

– Я не умею танцевать.

– Достаточно того, что я умею.

Немного помолчав, я поддалась великому искушению – сказать парню своей мечты «да». Хоть и не в том смысле, в котором мне хотелось.

– Договорились.

– Прекрасно, – просветлел лицом Диаркан. – Зайду за тобой в восемь.

И, не попрощавшись, вышел за дверь.

Неужели то, что сейчас произошло, было правдой?

Глава 9. С новым годом!

Ирина Вознесенская

Точно было правдой. Это я прочувствовала в полной мере, когда сообщила подругам о том, с кем иду на бал. Сначала мне не поверили, что очень показательно, а потом началась пытка вопросами: как я смогла заполучить себе такого кавалера?

Пришлось приложить немало сил, чтобы уверить подруг – между нами ничего нет. А еще немало времени ушло на выяснение того, как здесь выглядит праздничная одежда. Когда я поняла, что совершенно спокойно могу надеть свой выпускной наряд, вздохнула с большим облегчением.

В воздухе витал запах мандаринов, напоминающий о доме. Как выяснилось, продукты в Междумирье импортировались из разных миров, и тем интереснее было взглянуть на новогодний стол.

Барей пришел вовремя, не опоздав ни на минуту, и, узрев меня полностью готовой – в пышном платье и с высокой прической, очень удивился.

– Мы можем идти?

– А тебя, видимо, постоянно заставляют ждать? – с улыбкой задала я встречный вопрос.

Диаркан на это только хмыкнул.

– Отправимся порталом? – предложила я.

– Вполне. Но выйти можно только рядом с главным залом, сегодня он для переходов закрыт.

– Знаю подходящую дверь, – улыбнулась я и, выйдя из комнаты, быстро соорудила портал куда надо.

Открыв дверь, мы с Бареем шагнули в желтое сияние.

– Женский туалет? – переспросил ведьмак, рассматривая неказистую дверь с цветочками, и лишь покачал головой, уже ничему не удивляясь.

– Это ближайший адрес, который я знаю. Не думаю, что кто-то заметит, откуда мы вышли, – ответила я и запнулась, глядя на то, как на нас все пялятся.

Проходящим мимо студентам, которые направлялись в главный зал, было не важно, откуда мы вышли. Зато их интересовало, кто именно вышел и с кем. Теперь меня рассматривали с пристальным вниманием, и я готова была поспорить, что знаю, о чем они подумали.

Зря, зря я согласилась на эту авантюру. Почему, в конце концов, ведьмак не мог отправиться на этот бал один?

– Я не могу прийти без спутницы. Как у капитана команды у меня есть определенные общественные обязательства.

Я удивленно посмотрела на Диаркана. Читает мысли?

– Как ты узнал, о чем я думаю?

– У тебя очень выразительная мимика.

– Ты, кстати, мог выбрать любую девушку в институте, и многие с удовольствием составили бы тебе компанию.

– В этом-то и проблема, – вздохнул Барей.

Вновь удивленно взглянув на него, комментариев я так и не дождалась и решила зайти с другой стороны.

– На самом деле меня мало волнует, что думают окружающие, однако быть экспонатом на выставке «Очередная девушка капитана команды» мне невыносимо. А еще неприятнее шепотки за спиной с подсчетами, сколько я продержалась.

– Студенты что, так делают? – в шоке посмотрел на меня ведьмак.

– Да, – мрачно заверила его я.

– Какая глупость, – рыкнул Диаркан, и я крепче ухватила его под локоть.

– Не могу не согласиться.

– Тебе не стоит переживать. Со всеми своими бывшими я не общаюсь, а с тобой буду, и все быстро успокоятся.

Я сильно сомневалась в этом, однако теперь-то уже ничего не поделаешь. Но стоило мне хоть немного отвлечься, как, ко всему прочему, в дверях мы столкнулись с Дазаром. Демон внимательно осмотрел нашу пару.

Поздоровавшись с профессором, я поймала его взгляд.

– Значит, брюнет? – хитро спросил он. – А вы девушка слова.

– Все совсем не так, – пробормотала я, заливаясь краской.

Снова посмотрев на нас, декан хмыкнул: «Может быть» – и вошел в зал, а мы последовали за ним.

Большое помещение для собраний поражало своей красотой. Стены под потолком были украшены еловыми ветками и мандаринами, которые летали в воздухе вместе с золотистой пыльцой и магическими фигурками.

Последние скакали, словно живые, и прыгали от студента к студенту. Потрясающе! Настоящее новогоднее торжество, только Деда Мороза не хватает.

Направляясь к столу, за которым сидели наши друзья, я приложила ладони к своим пылающим щекам.

– Почему ты не сказала, что фаворитка Дазара? Я бы не стал настаивать на приглашении. Да и как он позволил тебе пойти со мной?

– Я не его фаворитка, – зашипела я разъяренной кошкой, чувствуя, как краснею еще сильнее.

– Но почему же… – Неожиданно Барей остановился и развернулся ко мне. – Ты ему отказала.

Ведьмак был очень догадлив.

– Это не твое дело, – мрачно взглянула я на Диаркана.

– Немыслимо… – пробормотал он, оставшись при своем мнении.

Но хорошо хоть, мы наконец двинулись дальше.

За столом мы представили друг друга своим друзьям, и, усевшись, я стала осматриваться по сторонам. Огромный зал был полностью забит студентами, все разговаривали, шутили, и веселое праздничное настроение буквально витало вокруг.

В то время как я смотрела на окружающих, друзья Диаркана изучали меня. Устав отводить глаза, я поочередно встретилась с ними взглядом.

– Ты очень необычная, – начал блондин, которого зовут, кажется, Горан.

– Спасибо, – посчитала я его слова комплиментом.

– И тебе не нравится Барей, – продолжил Сонар.

Я же очень удивилась сказанному. Тем более что все было совсем наоборот.

– С чего такая уверенность?

– Диаркан всегда знает такие вещи, – заверил меня Горан.

В этот раз он ошибся. Я нахожу капитана команды очень привлекательным.

– Я же вас предупреждал! – подал голос ведьмак.

А я, на свое горе, перевела взгляд на подруг. Их глаза горели нешуточным интересом и обещали мне долгие расспросы. Бедную меня спас ректор, который встал из-за стоявшего на возвышении стола, где сидели преподаватели, чтобы произнести речь.

– Добрый вечер, студенты! Сегодня, буквально через час, мы встретим Новый год. Для кого-то прошедший год был временем открытий, для кого-то – достижений, а для кого-то – исполнения мечты. Я хочу пожелать вам, чтобы в наступающем году с вами произошло немало прекрасного и радостного. После боя часов откроются порталы в зал, подготовленный для бала, где вы сможете потанцевать со своими партнерами. А теперь трапеза.

На столе по мановению магии появились различные яства. В каких-то я узнавала земные, а какие-то пробовала в столовой. Некоторые же были совсем незнакомые.

Все бросились пробовать экзотику, и я не сразу отметила, с каким удовольствием, я бы даже сказала, жадностью Барей вкушает пищу. Обычно я не замечала за ним подобного рвения, скорее он ел с некой ленцой. Вот что значит соскучиться по родной еде.

Застолья везде проходят одинаково. Трапезничая, мы болтали, смеялись. Я пообщалась и с друзьями Диаркана, которые меня удивили. Со стороны – балагуры и насмешники, а при близком общении – спокойные и приятные. И могут часами рассказывать про свой стихийный футбол.

Бой часов – это нечто особенное. Огромные, со светящимся циферблатом, они висели в воздухе и упорядочивали время во всех мирах. Момент, когда раздался последний удар и магия обновила исчисление времени, был невероятным и совершенно потрясающим.

Был уже второй час ночи, и я подумывала отправиться к себе в комнату, когда Диаркан встал со своего места и подал мне руку.

– Что? – не поняла я.

– Пойдем танцевать.

Я не поверила тому, что услышала. Учитывая, сколько стихийник съел, я думала, он сможет только ходить вразвалочку, а тут – танцевать.

Нерешительно протянув руку и встав, я тихонько сказала:

– У тебя совсем нет никакой жалости?

– Почему? – уверенно направился к одному из порталов ведьмак.

– Я пошла тебе навстречу и пришла с тобой на бал, а ты тянешь меня танцевать. Я же не умею!

– Тебе не стоит об этом переживать, если ты, конечно, готова довериться мне.

Все равно внутренне волнуясь, я прошла через портал и оказалась в светлом, украшенном цветами зале, где кружились пары.

– Сейчас я опозорюсь, – пробормотала я, поскольку звучал вальс.

Развернув к себе и взяв меня за руки, Диаркан, чуть улыбаясь, сказал:

– На втором курсе вам будут рассказывать о доверии к чужой магии и о том, какие возможности оно может открыть. Веришь мне?

– Да, – не сомневаясь, ответила я.

А зря!

По моему телу пробежала воздушная стихия, и не успела я удивиться, как, уже вложив свою руку в руку Барея, закружилась по залу в танце. Вроде бы танцевала я, но все мои ошибки или неточности чутко исправляла стихия Диаркана.

– Ты очень сильный маг, – поразилась я его мастерству.

– Спешу тебя разочаровать: дело не в покорении стихий, просто мне легко дается управление ими.

– Везет же… – вздохнула я.

У меня было все не так радужно.

– У тебя другой профиль.

И снова пируэт. Таким образом мы станцевали все танцы, которые знал Барей, и один, который был знаком мне. Сложно поверить, но на балу сыграли канкан, и уже ведьмак почувствовал мою магию на себе.

После танцев мы, как и многие студенты, гуляли по коридорам замка, а затем остановились у окна. И тут я услышала неожиданный вопрос:

– Ты не хочешь побыть моей официальной девушкой?

А я стояла и не верила тому, что слышу. На ощупь найдя подоконник, присела. В душе расцвела ромашка с множеством лепестков.

Талантливый маг, звезда института и просто невероятно классный парень предлагает девушке-интроверту, особо ничем не выдающейся, отношения? Что-то здесь не так.

– Почему?..

Несмотря на не до конца высказанный вопрос, меня поняли.

– Одна из причин: мне очень комфортно с тобой.

У ромашки отвалился один лепесток. Нет, три лепестка!

– Это не причина быть вместе.

– Для меня это жизненно необходимо. Мне по статусу нужна девушка, но я не могу найти ту, которая подошла бы мне, а ты подходишь идеально. Я бы решил все проблемы, если бы ты ходила рядом.

На ромашке осыпались все лепестки. Непонятно, чем для Диаркана хороша именно я, да мне и не важно, зато теперь ясно, почему он предложил мне отношения.

– Извини, но в связи с неудобствами для меня, не могу согласиться на твое предложение.

– Почему? – нахмурился Барей.

– Видишь ли, даже если отбросить твоих фанаток, которые будут отравлять мне жизнь, и постоянное внимание к моей персоне, есть большая опасность, что при близких отношениях я могу в тебя влюбиться. А рисковать своим сердцем я не намерена.

Некоторое время ведьмак переваривал мое откровение.

– Понимаю тебя. Что ж, жаль. Но наш договор в силе?

– Естественно.

– И если мне нужен будет совет, я могу обратиться к тебе?

– Конечно.

– Пойдем, провожу.

Вечер, несмотря на все мои опасения, получился замечательным. И хотя разговор в конце немного его подпортил, я с улыбкой ложилась спать.

Сделала ли я верный выбор? Практически с точностью могу сказать, что да. Вот если бы я была в ведьмака уже влюблена, то не стоило бы упускать даже такого шанса. Но я ведь не влюблена…

Определенно нет!

* * *

Барей Диаркан

– Ты чего здесь сидишь?

По обе стороны от меня, на подоконник, где недавно сидела Ирина, присели друзья.

– А что? Хорошее место, – пожал я плечами.

– Ты теперь у нас снова занятый парень?

– Нет, она мне отказала.

Ребята на мгновенье опешили.

– Диаркан, ты что, теряешь квалификацию? Как такое могло случиться?

– Не представляю. Но она самая странная девушка из всех, кого я знаю. Но неволить ее не буду. Придется ускорить поиск решения проблемы. А потом я спрошу с Вознесенской долг.

* * *

Ирина Вознесенская

Новогодние праздники я провела с подругами, угостив их салатом с майонезом, раздав подарки и просто хорошо отдохнув.

Однажды я даже помогла скучающему Диаркану. Встретив его в парке с кислой миной, выяснила, что без учебы и тренировок заняться нечем. Пришлось поделиться сканвордами, захваченными с Земли. В итоге за ними сидела вся команда.

Но, как всегда, выходные быстро пролетели.

Новое полугодие не принесло сюрпризов, но «порадовало» увеличением домашних заданий. Поэтому первое время я старалась освоить новую нагрузку и потихоньку начала готовиться к экзаменам.

Второй семестр был коротким, и в конце апреля нас ждали экзамены и потом два месяца каникул. Тоска по дому, как ничто другое, толкало осваивать материал и тренировать магию.

С Бареем отношения остались прежними, разве что мы стали ближе. После новогоднего бала прошла пара недель, прежде чем все поняли, что мы не встречаемся, но общаемся. Такого раньше не было, поэтому периодически студенты присматривались к нам, стоило мне и Барею оказаться рядом.

А новая девушка Диаркана ненавидела меня лютой ненавистью. И следующая ненавидела, и еще одна. А я смотрела на его отношения и не могла понять, что с ним не так.

Это же ненормально – сидеть со своей девушкой и выяснять у меня пару вопросов по некромантии, обмениваться новостями и на присутствие очередной подружки не обращать внимания.

Поразмыслив над причинами такого поведения, я решила оставить свои догадки и Диаркана в покое. В конце концов, ему виднее, как общаться со своими пассиями.

Немало сил у меня ушло на то, чтобы Алея и Милана перестали строить фантазии относительно нашей с Бареем свадьбы, детей и совместного будущего. И в этом мне помогло неожиданное происшествие.

Однажды, спускаясь к завтраку, я думала о том, как много изменилось в моей жизни и что эти изменения я теперь воспринимаю как должное. Будто бы все так и должно быть.

Я познакомилась со многими студентами – по учебе или из-за обстоятельств, изучила правила института – как официальные, так и негласные. Знала, как и чем живет институт изо дня в день. И как-то поймала себя на мысли, что все это совершенно естественно.

Подойдя к раздаче, я, как обычно, увидела вытянувшуюся костлявую руку с поварешкой, которая плюхнула мне в чашку серую жижу.

– Доброе утро, Нину Орбиртратовна.

– Компот какой будешь? – проскрипела повариха.

Ого! Это прогресс! Обычно меня спрашивали только о столовых приборах, и то, если я здоровалась.

– Персиковый.

Вновь из окна высунулась рука и поставила компот на поднос.

– Следующий!

Бредя к столу, я задумалась над интересующим меня вопросом. Он мучил меня с того момента, как Дазар прочитал нам лекцию про создание слуг.

Неожиданно кто-то, ухватив меня за талию, усадил рядом, и, повернувшись, я узрела Барея. Он с друзьями и остальными игроками команды, как всегда, сидел за самым большим столом. Напротив уже расположились Алея и Милана.

Мы с подругами часто подсаживались к ребятам, и всегда это означало одно: Диаркану снова нужен совет.

– Барей, просила ведь не делать так: прольешь компот.

– Снова выпросила себе персиковый?

Кто бы говорил! Команда давно питается по особому меню.

– Что поделать, раз я его очень люблю. Но меня продолжает снедать любопытство: зомби Нину Орбиртратовна или нет? Меня одолевают смутные подозрения, что она – создание Дазара. – И я отхлебнула компот.

– Ирина, ты же знаешь, что это невозможно. Антисанитария – это лишь первый пункт в перечне запретов на использование зомби в хозяйстве, – подавившись, выдавила Милана.

– Однако есть нежить первого порядка, и из некоторых разновидностей получаются прекрасные слуги. Знаешь, как Семен полезен в хозяйстве?!

– По мне, так лишь бы в похлебку ничего не отвалилось, в остальном мне все равно, – выдала вторая подруга.

– Алея! – дружно взвыли все присутствующие за столом.

Завтрак определенно удался.

– Ирина, хочу спросить совета, – склонился ко мне Диаркан.

Посмотрев на пустующее место рядом с ведьмаком, я задала встречный вопрос:

– А где «модель пассии» этой недели?

– Тиры еще нет, но разговор не о ней.

Действительно, разговор всегда не о них.

– Расскажи мне, может ли мертвый стать посредником для проклятия?

– Барей, ты ведь в курсе, что спрашиваешь об этом у первокурсницы?

– Но ты ведь посмотришь для меня в книгах?..

– Еще бы знать в каких!

Тут, словно из ниоткуда, появилась очередная девушка ведьмака, но села не рядом с ним, а рядом со мной, и повернулась в его сторону. А я сидела между ними и не знала, что делать.

– Может, ты спросишь своего декана? – продолжил уговаривать меня Диаркан, не обратив на появившуюся подружку никакого внимания.

– В последний раз Дазар поинтересовался, кого я хочу сжить со свету. Поэтому сейчас источником информации будут только книги, – отрезала я и покосилась на девушку, сидящую рядом.

Она продолжала смотреть в сторону Барея, а тот – в мою, хмурясь над ответом. Я же чувствовала себя очень неуютно. Но, слава богу, команда закончила завтрак раньше нас и разошлась. Следом за ведьмаком ушла и его пассия.

– Это очень забавно смотрится, – хихикнула Милана.

– Да всем понятно, что она так села, чтобы Диаркан смотрел в ее сторону, – хмыкнула Алея.

– Вы про его новую девушку? – уточнила я. – Хотя эта вроде не ненавидит меня лютой ненавистью.

– Конечно, ей это невыгодно. Ходит слух, что ты имеешь на Диаркана влияние. А его новая – приспособленка и будет максимально под него подстраиваться. А значит, примет тебя как данность, – просветила меня орчанка.

– Ее методы мне не нравятся, а то, что она смотрит через меня на Барея, раздражает. Я между ними, как между двух огней, и чувствую себя глупо. А как это смотрится со стороны, даже знать не хочу.

Завершив завтрак, мы отправились на первые лекции.

Занятие по стихийной магии.

Опасно-практическое

– Добрый день, студенты! С сегодняшнего дня у вас начинаются практические занятия по освоению стихий. На них вы и покажете, что усвоили из теоретического материала. Ведь чтобы применять заклинания стихийной магии, надо освоить простейшие применения стихий, тем самым наладив контакт с этой разновидностью магии внутри вас, – вещал Нилькор.

С огнем мы быстро нашли общий язык, а вот другие стихии пока не хотели со мной дружить.

– Сейчас вы по одному будете выходить вперед. Я направлю на вас различные стихии, и вы попробуете их обуздать. Не стоит переживать: аудитория специально оборудована для подобных занятий, и система безопасности предотвратит ваши травмы… как и вашу смерть. Есть желающие?

В группе стояла тишина. После таких слов никому не хотелось быть первым.

– Тогда выберу я. Вознесенская, окажите честь, продемонстрируйте одногруппникам, как надо применять стихийную магию. Помню за вами недюжинную тягу к знаниям.

Так и знала, что припомнит мне тот случай.

На негнущихся от волнения ногах я вышла в центр аудитории, остальные ребята подались назад и приготовились с интересом следить за развитием событий.

– Итак, Вознесенская, я направляю на вас стихию, вы пробуете ее обуздать, или нейтрализовать, или перенаправить на меня. Что будет совсем замечательно. Начали на счет «три». Раз, два, три…

И в меня ударил сильный воздушный поток, мигом впечатав в стену. Я не то что нейтрализовать, пальцем пошевелить не могла. Как ни пыталась подчинить воздух и заставить поток повернуться в обратную сторону, ничего у меня не выходило.

Когда Нилькор убрал магию, я, не удержавшись на ногах, плюхнулась на колени.

– Вознесенская, с огнем у вас дела обстоят лучше. С воздухом – совсем плохой результат. Давайте попробуем с водой.

И в меня снова ударил поток, только теперь водный, окончательно сбив с ног и покатив по полу. Я старалась руками остановить бьющую в меня напором стихию, отплевывалась и пробовала даже применить магию некромантов, но все без толку.

Через пару минут моих мытарств поток иссяк.

– Может, вам добавить стимула?

И не успела я запротестовать, как по мановению волшебства ко мне из каменного пола метнулись зеленые лианы. Немощь как ветром сдуло!

Вскочив на ноги, я бросилась прочь от зеленой напасти.

– Вознесенская, ну вы вообще, что ли? Как нужно справляться со стихией? Мы же не на физподготовке!

А мне было все равно. Я хотела одного: чтобы магия до меня не добралась. Но силы человека – ничто по сравнению со стихиями, и лиана подло подкралась с другой стороны, мгновенно обвив все тело и начав душить.

На лекциях нас учили, что надо раскрыть свое сердце и потянуться стихии навстречу. Это вот к этой убийце я должна потянуться?!

Додумать мысль я не успела: перед глазами все стало меркнуть, и я лишь услышала голос Нилькора:

– Поздравляю, Вознесенская, вы труп! Позвать Дазара, чтобы он вас поднял?

Дальше сознание окончательно потухло.

Глава 10. Упс!

Ирина Вознесенская

Привели меня в чувство быстро, я бы сказала – очень быстро. Уже к вечеру я бодро шагала из медпункта на ужин. А после него у нас стоял практикум по некромантии. Тема была щекотливая, практиковать которую надо именно в темное время суток. Причем чем глубже мы изучали некромантию, тем больше получали опасных знаний и тем чаще занимались по вечерам.

Впрочем, так было не только по профильному предмету, нагрузка увеличивалась по всем дисциплинам. Ведь через год устраивался турнир института. И туда попадут лучшие из лучших, те, кому сам институт пришлет билет участника.

Минусом было то, что преподаватели не знали, кто это будет, и закручивали гайки всем. Но я просто мечтала посмотреть на эти соревнования. Если верить рассказам, то должно быть что-то эпическое. Наверняка Барей примет в них участие и победит.

Пока же мне оставалось только ждать и учиться. Что-то давалось легко, что-то невероятно сложно. Особенно большой проблемой были стихии. Диаркан несколько раз предлагал помощь, но все время то меня, то его отвлекали дела или отработка наказаний.

А потом все время ведьмака ушло на тренировки, ведь впереди замаячила финальная игра по стихийному футболу. Весь институт с огромным нетерпением ожидал великого сражения двух команд и очень болел за свою.

Вот и я, бредя в сторону стадиона перед началом матча, раздумывала, какая же это ответственность – быть в команде стихийников или, что еще хуже, их капитаном. Если победа, то ты герой. А если проиграешь?

Стадион сверкал огнями и впечатлял убранством: финальная игра требовала шика. Но я сначала отправилась не место себе искать, а в раздевалку к игрокам. И почему Барею понадобилась информация по мертвым приворотам именно сейчас? Не сделала же одна из его пассий такую глупость?

Распахнув дверь, я вошла в раздевалку. А там куча полуголых накачанных мужиков. Кто-то даже в одних трусах. Хорошо, что хоть не без них.

– Ого! – раздался слаженный хор.

Прикрыв глаза и сгорая со стыда, я только и смогла промолвить:

– Диаркан, я тебя убью!

– Это ко мне! – раздался голос капитана, и меня, подхватив под локоток, повели в сторону.

– Давай выйдем, а? – попросила я, когда мы остановились в углу за шкафчиками.

– Да мы вам не помешаем! – успокоил нас кто-то из футболистов.

– Предлагаю всем заткнуться и повторять стратегию, – рыкнул Барей.

А в ответ только гогот.

Я прикрыла глаза. Несмотря на уважительную причину, которая привела меня сюда, ситуация и впрямь пикантная.

– Не обращай на них внимания, им бы только позубоскалить. Ты принесла то, что я просил?

– Да, вот держи, – передала я сложенные листы. – Если бы не твои тренировки, искал бы сам. Вообще не понимаю, почему я все это для тебя делаю.

На самом деле я лукавила, так как прекрасно знала, почему помогаю Диаркану и трачу на его просьбы время.

– В долгу не останусь. Я выведал, что Нилькор собирается подсунуть вам на экзамене, и после игры пройдемся по билетам.

Услышав это, я была готова наброситься на ведьмака и зацеловать его до смерти. А потом поднять и снова зацеловать!

– Ты знаешь, как пленить сердце женщины, – мурлыкнула я.

– Нет, не знаю, – очень серьезно ответил Барей, и я несколько опешила от его тона. – Но давай вернемся к насущному. Каковы симптомы мертвого приворота?

– Когда ты видишь объект своей мнимой любви, то превращаешься в любвеобильного маньяка.

– Маньяка?

Точно! Он ведь не знает.

– Ну, ты одержим объектом, который тебя приворожил. Постоянно думаешь о нем, желаешь его… во всех смыслах, бредишь им и во сне и наяву.

– А когда не вижу?

– Тогда ты хочешь его убить. Понимаешь, мертвый приворот – это магия некромантов, причем очень сильная и трудно снимаемая, и маг платит за нее очень высокую цену. Я не завидую девушке, которая тебя приворожила. Кстати, кто она?

– Помнишь ту тихоню, которая использовала тебя, чтобы подобраться ко мне как можно ближе?

– Да уж, в тихом омуте… Но почему вы расстались? Мне казалось, что она может сделать ради тебя все, что хочешь.

– Просто она начала меня нервировать своим странным поведением и обожанием. Взгляд у нее – бр-р-р… безумный. Как мне снять ее колдовство?

– Только убив ее.

– Барей, нам пора… – крикнул один из футболистов, но его слова заглушил звук открываемой входной двери, которая хлопнула так, что стекла задрожали.

– Диаркан, ты же не собираешься бросить меня ради этого своего «друга»?! – возопила появившаяся в поле нашего зрения разъяренная демоница и по совместительству последняя девушка капитана стихийников.

– Нет. Пойдем, нам пора выполнить ритуал, – сообщил ей ведьмак и, схватив за руку, потащил упирающуюся и что-то пытающуюся выяснить пассию к выходу.

Кошмар! И чего она с ним церемонится? Залепила бы ему оплеуху и гордо ушла. Если бы девушки не доставались так легко этому обормоту, он бы больше их ценил!

На стадионе было не протолкнуться, и я еле добралась до подруг, которые по знакомству выхлопотали места в закрытой зоне. Сидячих нам не досталось, но я не прочь была с комфортом и постоять.

Только сейчас, уделив внимание тому, что происходило в магических сферах, я поняла, куда Барей тащил свою девушку. Футболисты выстроились за ограждением и ждали объявления команд, когда Диаркан склонился к демонице и чмокнул ее.

Я аж глазам не поверила! Первый раз видела, как Барей чмокнул свою пассию, но с таким выражением на лице, словно поцеловал взасос таракана.

Переведя взгляд на другую сферу, которая транслировала команду соперников, я увидела служителя храма, благословлявшего их капитана. И тут до меня дошло: это же спортивный ритуал для привлечения удачи.

А если учесть, с каким нежеланием Диаркан целовал девушку, то можно сделать вывод…

«Все-таки голубой», – расстроилась я.

А я ведь до последнего надеялась в ошибочности своего мнения.

Но тут весь стадион засверкал магией, ректор произнес торжественную речь, и началась игра. В тот же миг я позабыла обо всем. Для меня было важно лишь происходящее на поле: как бушевала магия вокруг тел наших игроков, как они с помощью стихий проводили атаки и зарабатывали очки.

До последнего исход матча был неясен, до последнего мы подпрыгивали и вопили, испытывая страх и лелея надежду. Трибуны ревели от восторга и азарта.

И еще сильнее мы закричали, когда наш защитник пожертвовал собой. Он открылся и подставился, отражая сразу две атаки – на себя и на Барея, за что и был сметен воздушным кулаком и огненным смерчем. Зато капитан сделал выигрышный тачдаун в последние секунды игры.

Что тут началось! Крики и вопли были, наверное, слышны во всех мирах! Я никогда не считала себя азартным человеком, но сейчас была счастлива как никогда.

* * *

Всю следующую неделю защитник команды провалялся в медпункте, а мы скопом таскали ему различные вкусняшки, пока не пришел тренер и всех не разогнал. Травма, по его мнению, еще не повод растолстеть. После этого мы начали передавать сладкое тайком.

Мне в это время скучать не приходилось. Уже практически сошел снег и приближались экзамены, поэтому Барей взялся за меня всерьез. Каждый день мы приходили в тренировочный зал, где он учил меня ладить со стихиями.

На тренировки со мной Диаркан тратил много времени, но толку было мало. Я вроде бы и ощущала силу внутри, но воспользоваться ею не могла.

В один из дней ведьмак психанул и решил учить меня своими методами.

– Становись сюда, – указал Барей прямо перед собой.

Я с опаской покосилась на капитана.

– Зачем?

– Буду доходчиво объяснять. И смотри, если не поймешь, полезу целоваться.

Я шарахнулась от Диаркана как от огня, а тот, прищурившись, сложил руки на груди. Барей почему-то был абсолютно уверен, что мне не нравится, и я не спешила его разубеждать, так как очень боялась любых близких отношений с ним. Это могло дать мне надежду, зародить любовь… А так мне было просто приятно, что он относится ко мне, как к особенной.

– Не угрожай. Ты поддерживаешь со мной отношения, пока я не пристаю к тебе, – вскинув кверху нос, подошла я к ведьмаку.

– Я с тобой общаюсь совсем не поэтому, – очень серьезно ответил Диаркан, и я почему-то ему поверила.

Тряхнув головой, отгоняя непрошеные мысли, я повернулась к Барею спиной.

– Учи!

Обхватив меня спереди и прижав к себе, ведьмак не позволил мне даже дернуться.

– Хватит уже шарахаться от меня! Я не заразный. Сконцентрируйся. Прошлой ночью я много думал, почему у тебя не выходит со стихиями…

– Погоди, – замерла я. – Ты же вчера отправился в свою комнату с девушкой. – Ты что, во время… ну этого… того самого… думал об освоении стихий?

Склонившись ко мне, Барей шепнул:

– Если захочешь узнать, о чем я думаю во время секса, можешь прийти ко мне в комнату, мы сольем сознания и проверим. Рискнешь?

– Мне надо заниматься, – быстро сказала я.

– Так и думал. Тогда не отлынивай. Закрой глаза и потянись к своим стихиям. Но не резко, не агрессивно, а мягко, словно вы впервые встретились и знакомитесь друг с другом.

Выполняя указание, я осторожно, даже робко, потянулась к стихийной магии внутри себя.

– Ты постоянно стараешься ее подчинить, подавить, поработить, а стоит просто попробовать подружиться. Стихийная магия не свойственна тебе по природе, а значит, единственный выход – ее приручить. Чем мы с тобой и займемся.

Последовав совету, я почувствовала первый отклик.

* * *

После этого занятия дела со стихиями у меня пошли веселее. И весело было не только мне, но и Нилькору с Диарканом. Первый пожинал плоды моего освоения стихий, а второй тренировал буквально с угрозой для жизни.

Семен пригрозил, что если я попробую проводить свои эксперименты в комнате, то он съедет.

Теперь стихии откликались каждый раз, когда я к ним тянулась, но сила отклика, спонтанный выброс магии и практически неконтролируемое ее проявление пугали. И не только меня. Если ранее Нилькор ехидничал и гонял меня, теперь шел на лекцию, перекрестившись.

Так же и я шла на экзамен, когда подошло время. Стихийная магия стояла у нас первой по расписанию и не была профильным предметом, но я волновалась по поводу ее сдачи больше, чем за некромантию.

Ответы на билеты, которые достал для меня Барей, я буквально вызубрила и знала теоретические основы лучше, чем Диаркан, а еще надеялась, что мне не достанется практическое задание. И, судя по всему, не я одна.

В аудиторию я вошла как на эшафот. Нилькор с опаской на меня косился, еще четверо готовящихся отошли к стене, а в коридоре сидела вся футбольная команда вместе с капитаном и держала за меня кулаки.

Парней пришлось привлечь к нашим тренировкам, так как Барей не мог страховать спонтанные выбросы один, и сейчас они очень за меня переживали. А ведь когда-то я считала их плохими и заносчивыми.

Едва я вытянула билет и прочитала вопросы, мы с преподавателем обреченно переглянулись. Нам не повезло: последним вопросом стояла практика.

– Готовиться будете? – мрачно спросил Нилькор.

Я замотала головой.

– Тогда начинайте.

Присев рядом, я на автомате выдавала теорию, которая засела у меня в подкорке, а сама переживала за то, как мне выполнить практическое задание. Видимо, о том же думал и профессор, потому как слушал меня вполуха.

Но все рано или поздно заканчивается, и последние слова теории прозвучали в гробовой тишине, установившейся в аудитории. Я с опаской покосилась на преподавателя. Тот указал рукой на готовую стандартную пентаграмму:

– Обойдемся только призывом огня.

Сглотнув, я вошла в ритуальный круг и, опустившись на колени, начала читать заклинание. Руки дрожали, мысли сбивались, и концентрироваться получалось с огромным трудом.

Спокойно, Ирина, спокойно. Огонь нам дается лучше всего.

Но видимо, в этот раз волнение сыграло со мной злую шутку, и едва я смолкла, как в потолок ударил столб пламени, отбрасывая меня на край пентаграммы и заставляя до боли в голове напрячься, чтобы перекрыть поток огня.

Пламя свернулось, и в тишине с потолка упал кусок камня, вызывая у меня чувство дежавю.

– Простите, – со страхом посмотрела я на Нилькора.

Тот, весь в саже, поправил мантию и сообщил:

– Сдали. Покиньте аудиторию.

Уговаривать дважды меня было не нужно: схватив вещи, я выбежала вон.

– Ну что? – выдохнули моя группа и команда стихийников.

– Четверка, – счастливо рассмеялась я, глядя в зачетную книжку. И тут же, замерев, спросила: – А сколько лет у нас будет идти стихийная магия?

– Еще три года, – порадовал Диаркан.

– Я не доживу до выпуска! – простонала я.

* * *

Следующие экзамены были по этике магии и проклятиям. Насчет обоих предметов я не переживала. Взгляд, как и рука, у меня были тяжелые, и проклинать удавалось хорошо – профессор даже переспрашивал меня о ведьмовских корнях.

Я, конечно, рассказала о бабе Нюре, бабушкиной сестре, но, кажется, наше родство не признали достаточным.

Поэтому на экзамене я легко рассказала теорию и отработала в паре практику, а затем отправилась на обед, а мой подопытный – в медпункт, снимать бородавочный наговор.

С этикой магии оказалось еще проще. Предмет был занудный, и в нем имелось всего несколько интересных тем. С зубрежкой у меня никогда не было проблем, поэтому, подготовившись, я написала теорию и получила заслуженную пятерку.

Сложнее было с физической подготовкой. Орк определил нормативы, а полоса препятствий у него была как в армии. Не провалить такой экзамен я не могла, что и сделала, – застряла в трубе, при спуске зацепившись одеждой.

Илузир, вытаскивая меня на свет божий, долго ругал на понятном мне языке, называя тщедушным хорьком, ни на что не годной рохлей и настоящим лохом в мире спорта.

Я даже не знала, что он так осведомлен о жизни и сленге Земли.

На пересдачу я отправилась не одна, а с Алеей в качестве моральной поддержки. Едва наш тренер завидел ее, я поняла, что сдам. Орк сам был готов заталкивать меня на все препятствия и в конце концов поставил четыре – то ли из жалости, то ли из страха, что мы опять придем пересдавать.

Но вот орчанку было жалко. Алея – девушка красивая, видная, домовитая. И чего этому вредному мужику не хватает? Как мы поняли из слов Дазара, отношения преподавателя со студенткой здесь были ни при чем.

– Ты не переживай. Вот хочешь, мы со следующего года возьмем его в оборот?

– Давай лучше, как сдадим экзамены, дружно напьемся? – грустно предложила Алея.

– И это можно, – улыбнулась я, поглаживая ее по плечу.

А между тем сессия продолжилась. По общей магии мне достался билет с бытовыми вопросами: чистка одежды и приготовление супа из мха с последующей магической модернизацией в наваристый мясной бульон.

Экзамен проходил трудно: ректор придирался к каждой мелочи. На мое счастье, вопросы были простыми. Ни я, ни профессор еще не забыли его двухчасовой лекции по поводу порчи имущества на экзамене по стихийной магии. Потолок отремонтировали не сразу.

И только профессор по ле́карству встретила нас радостно, улыбаясь во все тридцать два клыка. Так же она улыбалась, когда мы наносили себе колотые и резаные раны, а потом их залечивали, и когда один одногруппник наслал на другого лишай, а тот сидел и думал: выведут его безболезненно или придется мстить?

Неделя пролетела незаметно, приближался последний экзамен – по профильному предмету. Мне казалось, что я его боюсь меньше, чем стихийную магию. Но я себя обманывала! Сильно, очень сильно!

И не зря моя интуиция мне тревожно нашептывала. Ох не зря!

Перечитав все, что только смогла найти по предмету, я пришла в столовую, когда солнце уже клонилось к закату. Ужин закончился, но я выпросила пару бутербродов и, быстро перекусив, сразу отправилась на экзамен. Смысл тянуть? Перед смертью не надышишься.

Стараясь не думать о странном месте проведения экзамена, я нервничала все сильнее. Чем дольше я училась в институте, тем больше приходила к мнению – меньше знаешь, крепче спишь. Но если не владеешь информацией – долго не протянешь.

Вот хочешь не хочешь, а делай выбор.

Экзамен проходил в подвале. Когда я пришла, там уже собралась вся наша группа, с опаской косясь по сторонам. И было от чего.

На подземные этажи нам хода не было. Земля чутко чувствовала некроманта, побуждая его силу к действию, а мертвяки становились намного опаснее – сильнее и агрессивнее.

Да и само подземелье поражало воображение и настраивало на мрачный лад – каменные коридоры с железными дверьми и разноцветными факелами на стенах, покрытых паутиной.

Если бы я была героиней фэнтезийного романа, обязательно бы отправилась на поиски приключений, нашла прекрасного принца, лежащего в гробу и ждущего, чтобы я разбудила его поце…

Так, стоп! Это из другой сказки.

От мыслей меня отвлек скрип открывшейся двери, в воздухе появилась зеленая стрелочка, указывающая, что нам нужно войти в помещение. Ох, не к добру это, не к добру!

Мы по одному просачивались внутрь. Едва я очутилась в комнате, осмотрелась. Помещение показалось даже уютным. Чистые каменные стены, разные клетки и рабочие столы с некромантским инструментом. Очень напоминало лабораторию, да и на одном из столов лежало тело, над которым склонился наш декан.

Обернувшись к нам, Дазар сверился со временем и сообщил:

– Выходим в коридор и разбираем двери по порядку. За ними будет задание – ритуал и подробные инструкции. Как только выполните его, я сразу узнаю, и вы получите оценку. Вопросы?

Группа молчала – то ли от удивления необычным заданием, то ли от тела, которое лежало перед деканом на столе с вмонтированными в него железными штуковинами. Он что, киборга создает?

– Раз нет вопросов, тогда чего стоим? Вперед по коридору и разбирайте двери.

Нас вынесло в мгновение ока. Все кинулись осматривать двери, некоторые входили в первые попавшиеся. И что интересно, второй студент уже не мог войти следом за первым.

Я же неспешно двинулась по коридору, не понимая, зачем так суетиться. Наверняка комнат хватит на всех, да и до того, как войдешь в помещение, все равно невозможно определить, что же именно тебе досталось.

Остановившись перед одной из дверей, я дернула ручку и вошла в темное, плохо освещенное помещение – абсолютно круглое, с гладким полом и полкой на стене. Ничего лишнего.

На полке было и все необходимое для выполнения задания – ритуала мертвой длани! Простой ритуал, но сильный. Если что-нибудь напутаю, вместо каникул лежать мне в больнице. Надо все сделать на совесть.

С полчаса я ползала по полу, скрупулезно вычерчивая и размечая все символы, и лишь потом разложила дополнительные ингредиенты.

Пора. Заклинание было коротким, читалось легко, и меня даже не испугала черная длань, появившаяся сверху. Эта длань смертельна для всех, у кого нет некромантского дара, но для нас она нежная, как мать, всегда понимающая и поддерживающая, направляющая.

Прикоснувшись к ней, я поняла, что люди зря боятся смерти: она не злая, просто приходит в конце. Проводник…

Но тут черная длань вскинулась, кажется, даже зашипела и, покружившись вокруг меня, проскользнула в дверь. Пока я в ужасе думала о том, куда она могла деться – ведь есть ограничительный круг! – в коридорах подвала взвыла сирена и зычный голос ректора, гремевший, кажется, в каждом камне кладки замка, проревел:

– ВОЗНЕСЕНСКАЯ! НЕМЕДЛЕННО В МОЙ КАБИНЕТ!

* * *

Я сидела в трактире, в котором год назад мы отмечали свое посвящение в маги, и пила какой-то хмельной напиток. Названия я не запомнила. Внезапно в поле моего зрения появился Барей с моими подругами. Интересно, где же его футбольная банда?

Об этом я и спросила Диаркана, когда он с девчонками присел за стол.

– Ребята отправились за главным атрибутом вечера.

Угу, за вином, значит, пошли. Подруги, сидящие напротив, сочувственно на меня смотрели: они знали, что случилось. Да весь институт знал!

– Что произошло на самом деле? – спросила Милана.

Я отхлебнула из кружки.

– Ужас! Ректор мгновенно среагировал на смерть студентки, прибыл к ней и увидел след моей магии призыва. А дальше стало весело.

– Не могла длань смерти вырваться за пределы места ритуала, – нахмурившись, сказал Барей.

– Есть исключения. Когда я сдавала экзамен, то не знала о том, что сумасшедшая бывшая девушка Диаркана не только навела на него мертвый приворот, но еще и сделала мощный отворот от меня, тем самым непроизвольно создав между нами магическую связь.

Сидящий рядом Барей потрясенно присвистнул.

– Да… И когда я призвала мертвую длань, то та распростерлась не только надо мной, но и над ней. Однако в девушке не было силы некромантов, и она, можно сказать, умерла. Ректор кричал на весь институт, Дазар молча старался реанимировать студентку.

– Надо быть сумасшедшим, чтобы колдовать на некроманта, – покачала головой Алея. – Это же очень опасно.

– Да, но это еще не весь ужас. Едва настала ночь, как девушка поднялась и отправилась бродить по институту, послушная моей воле.

– Ты зомбировала человека без ритуала? – потрясенно и с опаской выдохнула Милана.

– Я не специально!

То же самое я сказала ректору, поначалу тот даже не поверил.

– Но она выполняла все, что мне снилось. А во сне я видела фильм «Кавказская пленница», причем глазами не пленницы, а одного из похитителей.

Пересказав ребятам кратко сюжет, я добавила:

– В реальности зомби нашла себе жертву, и по странному стечению обстоятельств ею стал Дазар. По слухам, декан даже не сопротивлялся, просто матерился и пробовал снять эффект, когда его скрутила первозданная магия зомби, упокоенного дланью.

– Уверен, это был единственный раз, когда демона утащила девушка против его воли, – рассмеялся Барей.

– Да уж. Пока снимали эффект зомбирования и выясняли, что твоя бывшая не умерла, а скорее заснула мертвым сном, я сидела в кабинете ректора и слушала его нотации. О моей непредсказуемости и безответственности вещал он самозабвенно.

– Но как она могла не умереть и как вы не поняли это? – спросила практичная Алея.

– Поверь мне, не все люди, у которых нет ритма сердца, мертвы, и не все, у кого оно бьется, живы, – криво усмехнувшись, добавила я.

– Но все же хорошо? – спросила Милана.

– Да, когда выяснилась первопричина, почему это случилось, тут мы с пострадавшей поменялись местами. Ее привели в себя, поняв, в чем причина поведения, и, несмотря на ее бледность и плохое самочувствие, Изор рвал и метал. В общем, мужик работал сверхурочно сутки напролет.

– Я рад, что так получилось, – заметил Диаркан. – Ты уж извини, но теперь я перестал думать о том, как бы ее убить. Клиническая смерть у этой… неумной девушки все-таки была.

– Все просто прекрасно! – взорвалась я. – Теперь пол-института думают, что я их зомбирую, если что. И шугаются меня. Кошмар! А вторые пол-института решили, что я извожу своих соперниц!

– Сейчас начнутся каникулы, а когда ты вернешься, история позабудется, – утешил стихийник.

Его бы устами да мед пить.

– Тогда это надо отметить! – громыхнули подоспевшие ребята.

И в кои-то веки я с ними согласилась. В итоге, как я добралась до комнаты, помнила смутно.

Глава 11. Обещание

Ирина Вознесенская

Утром было похмелье, голова просто раскалывалась, положение ухудшало еще и то, что я старалась вспомнить, что же произошло накануне. По отдельным вспышкам памяти я поняла, что не кусалась, не магичила и не пыталась никого «склеить». Уже хорошо.

– Ирина, ты что, не встала еще? У нас же отправка через час! – раздался из-за двери голос Миланы.

Тут меня подкинуло на кровати, и, невзирая на дикую мигрень, я хаотично заметалась по комнате, приводя в себя в порядок и собирая сумку, а еще препираясь с Семеном.

– Почему ты не можешь взять меня с собой? – ныл скелет.

– Запрещено правилами. На Земле ходящие по улицам скелеты – это… странно. К тому же мои родители очень чувствительные люди, им и так сегодня предстоит пережить встречу с девушкой со змеями на голове и орчанкой.

– Но что я тут буду делать без тебя?!

– Ну… Пообщайся с моей соседкой. Уж не знаю почему, но она на каникулы остается здесь. Подружишься, может, она перестанет отравлять мне жизнь, когда у нее плохое настроение.

– Знаешь, она некоммуникабельная, – заметил Семен.

Да, да! Скелет тоже читает мои земные книжки.

– Вот и наставь ее на путь истинный, исправь положение. Бросать даму в беде – неблагородно. – И я, попрощавшись, выбежала из комнаты.

У портала Алея и Милана уже взволнованно переминались с ноги на ногу. Да и я нервничала: как к ним отнесутся мои родители?

– Ирина, ты переговорила с домашними о гостях? – полюбопытствовала Добракович, прежде чем открыть портал.

– Конечно, как вы и сказали, написала в очередном письме. Они ждут.

– Тогда соблюдайте правила – и удачи, – махнула секретарь в сторону портала.

И мы отправились на Землю.

В квартире нас уже поджидали мама и папа, несмотря на то, что за окном был день. Видимо, они отпросились с работы.

– Привет, мам, пап, – произнесла я, когда мы выпали в гостиной. – Это мои подруги: Милана и Алея.

Тишина, которая стояла в комнате, пока родители во все глаза смотрели на крупную орчанку с немного выпирающими нижними клыками и на недовольно шипящих змей наги, меня сильно смущала.

– Мам! Пап!

Родители словно очнулись и попробовали улыбнуться.

– Добро пожаловать к нам в гости. Надеемся, вам у нас понравится, – выпалила мама. – Пойдемте за стол, я столько всего наготовила.

– Вы едите ту же пищу? – неуверенно поинтересовался папа.

Я закивала, и родители с облегчением направились накрывать на стол.

– Ну как все прошло? – шепнула Милана.

– Нормально, – кивнула я и потащила девочек в свою комнату.

Места у меня было достаточно, и родители втиснули сюда еще две кровати, а шкаф и так был довольно вместительный.

– У вас такие маленькие жилища, – пробормотала Алея.

– Зато вместе веселее! – воскликнула Милана и прилипла к окну.

Ее примеру последовала и орчанка. Пока я разбирала вещи, подруги с неуемным интересом рассматривали дома, людей, машины. То, что для меня было обыденностью, для них оказалось неведомым миром. То же самое повторилось и во время обеда. Каждое блюдо – диковинка.

Пока девочки наслаждались трапезой, мои родители старались расспросить их поподробнее об институте, и мы осторожно, на грани дозволенного, приоткрывали завесу над магией.

Наконец-то я дома, по которому так долго скучала! Я смотрела и слушала родителей, которых давно не видела. Каждое слово, каждый жест находил отклик в душе. Когда мы жили вместе, я все это не ценила.

После обеда мы с подругами уединились в моей комнате, и первые их слова были: «Ты должна показать нам свой мир!»

– Тут столько всего интересного! – потирала руки Милана.

– И это… как его… кино! – загорелась Алея.

– Все, все покажу вам, не переживайте. Сегодня побудем дома, здесь тоже много занятного, а завтра загримируем вас и будем гулять.

Подруги разочарованно повздыхали, но, когда я включила кино по телевизору, их было не оторвать. Конечно, в Междумирье магические постановки более реалистичные, но они скорее больше походят на спектакли. А тут блокбастер!

Подруг было не оторвать трое суток! Мама лишь периодически их кормила, а я отправляла спать. Если все фильмы про магию девушки обфыркали, то про любовь… Она всегда найдет путь к сердцу женщины, в любом мире.

Я же все это время посвятила общению с родителями и обмену новостями. В мое отсутствие столько всего случилось!

Каникулы длились всего два месяца и заканчивались в конце июня, поэтому у нас с девочками был плотный график. Второй месяц они планировали провести со своими родными, поэтому кинотеатры, театры, музеи и даже парк аттракционов распахнули перед нами свои двери.

Я познакомила подруг с разнообразной земной кухней и никогда не забуду их пренебрежение по отношению к суши. Зря, к ним просто нужно привыкнуть. Одно можно сказать точно: время мы проводили необычайно весело.

Когда подруги уехали, а я вдоволь насладилась теплом родного дома, меня потянуло обратно в институт. Да, я люблю родных и скучаю по ним и по родному миру, но это скорее как приехать погостить.

Сидя на лавочке около подъезда и предаваясь грустным размышлениям, я взглянула на голубое небо. Права была Добракович, не захочу я жить только здесь, особенно после того, как столько узнала о мирах и магии, о других расах и многообразии Вселенной. Мне здесь тесно.

– Ого! Неужели это наш фрик на каникулы приехала из-за границы?

Да, так родители объяснили всем мое исчезновение, и я уже не раз подвергалась допросу бабушек: «Как там, на чужбине?»

Передо мной стояли мой сосед сверху, который был старше меня на два года, и два его друга. Они считались самыми красивыми парнями в нашем районе, и одним из них я долгое время была тайно увлечена. Но сейчас, взглянув на него, я поняла, что во мне ничего не екает. А были ли чувства?

Да и куда ему до Барея!

– Да, приехала. От учебы надо отдыхать.

Теперь я смотрела, не смущаясь, не краснея под ответным взглядом, и разговаривала не заикаясь.

– И как там, за границей? Парня нашла себе? – насмешливо прищурился сосед.

Его друзья лишь ехидно улыбались.

– Там отлично, но парня пока еще выбираю. Это, знаешь ли, ответственное дело, а идиота в любом месте можно найти.

– Кто бы еще посмотрел на тебя.

Я ничего не ответила и, подмигнув нахмурившемуся соседу, пошла домой. Да, пора возвращаться в институт.

* * *

Как оказалось, по институту я соскучилась довольно сильно, и, когда вновь очутилась в альма-матер, на губах расцвела улыбка. Быстрее бы увидеться с Семеном, подругами и… Бареем. Как ни странно, но по нему я тоже соскучилась.

Все, как и в первый год моего пребывания здесь: моя комната, новые справочники из библиотеки. И только мой скелет, находящийся в депрессии из-за общения с соседкой, выбивался из общей картины.

Но главной радостью было то, что ненавистный друид, с которым мы избегали друг друга все второе полугодие, перевелся! Аллилуйя! И значит, у нас будет новый сосед. Я очень надеялась, что не такой же кретин, как старый. Хотя, скорее всего, место друида займет девушка. Я даже подходила к двери и прислушивалась, но ничего.

А еще мне не терпелось приступить к занятиям. Дазар в этом году пообещал нам что-то интересное. К тому же теперь я могла по выходным посещать город и все там облазить.

Посмотрев на часы, я отметила, что пора отправляться в общий зал на собрание, а потом в трактир. Нельзя же забывать про испытание. Если свое совсем не помню, так хоть на чужое посмотрю.

Построив портал, я шагнула в уже переполненное помещение и стала высматривать друзей. Кругом знакомые лица, о которых слышала или с которыми пересекалась, а с кем-то вместе отбывали наказания. Вот и новички, рассеянно смотрящие по сторонам… Неужели я была такой же?

Около стены в окружении поклонниц стоял Барей и взглядом, полным скуки, скользил по залу. Заметив меня, он сделал знак, что нам нужно поговорить, а его фанатки, увидев это, посмотрели в мою сторону и сделали перед собой жест, отводящий магию и беду.

Не забылась прошлогодняя история.

Тоскливо вздохнув, я выцепила из толпы подруг и зашагала к ним.

– Ректор уже говорил речь? – спросила я у них.

– Да, ты опоздала. Сейчас тебе и Алее нужно получить пропуск для выхода из института, – просветила нас Милана.

– У кого? – осмотрелась я.

– У Тига, – тоскливо вздохнула Алея.

– Есть подозрение, что мы останемся здесь до старости, – чуть не взвыла я.

Однако я несколько преувеличила, и через два часа мы уже шагали по направлению к трактиру, выслушав перед этим занудную лекцию о том, что должны строго следовать правилам и ходить только по отведенным для прогулки улицам. Иначе нас настигнет кара, великая и ужасная!

– Имейте в виду, Вознесенская, я за вами слежу, – проскрипел Тиг. – Постоянно!

И это называется, что мы можем выходить в выходные в город?

Пока мы с подругами шли к трактиру, я возмущенно пыхтела, а они старались меня успокоить.

– У некромантов будет еще и рабочий пропуск, – поведала мне Милана.

– И тогда я смогу не только пройтись по главной улице, но и свернуть куда-нибудь к удобствам с листиками, – мрачно порадовалась я.

Обсуждение было готово пойти по новому кругу, когда меня нагнала демоница, довольно эффектная и соблазнительная даже в институтской форме. На плече у нее значилась цифра «1» стихийного факультета.

– И что в тебе такого?

Сразу опознав в ней одну из неврастеничек Барея, которые последние полгода отравляли мне жизнь, я просто проигнорировала ее и молча пошагала дальше.

– И если ты думаешь, что магией можешь мне помешать, то ничего у тебя не выйдет, – снова нагнала меня наглая девица.

– Вообще-то от магии некромантов ни одна раса не имеет иммунитета. Наша магия очень специфична, губительна и справедлива. А поэтому ее карающая длань ни одно существо не обходит стороной, – процитировала я абзац из учебника.

– Ты мне угрожаешь?! Да я, между прочим, из древнего рода… – начала демоница, и я поморщилась.

– Значит так, – неожиданно резко и угрожающе сказала Алея. – Пока не докажешь обратного, ты никто. И если будешь лезть к людям, которые и говорить с тобой не хотят, то не понадобится никакая магия, я сама все сделаю.

– Ну, мы еще посмотрим, – прошипела девушка и замедлила шаг, отставая.

Да уж. На открытую драку демоница идти не решилась, тем более что против Алеи у нее шансов не было. Взглянув на подругу, я хотела ее поблагодарить, но меня снова отвлекли.

– Нам нужно с тобой поговорить, – поравнялся со мной Барей.

– И тебе добрый вечер. О твоей новой поклоннице?

– Что? – не понял ведьмак. – Что за поклонница?

Я, обернувшись, кивком указала на демоницу и обрисовала ее претензии ко мне. Та, чуть прищурившись, наблюдала за нашим разговором.

– Впервые ее вижу. Но если она серьезно будет надоедать, дай мне знать.

Я поскрипела зубами, но промолчала. Последнее время из-за знакомства с Бареем в моей жизни постоянно происходило что-то неприятное. А он, естественно, совершенно не переживал об этом.

Продолжить разговор не получилось: мы вошли в уже знакомый трактир. Я неосознанно направилась искать пятый угол, пока не началось посвящение. Подруги последовали моему примеру, и мы сели практически рядом с барной стойкой. Это было одно из самых плохих и неказистых мест, но удобное для наблюдения.

Диаркан, сев с друзьями чуть дальше, позвал меня к ним, но я покачала головой и осмотрела зал трактира, который наполнялся народом. Вот уже и Дазар прибыл – сейчас будет произнесена речь.

Посмотрев на Алею, я увидела, как та напряжена и хмурится.

– Что случилось? Ты думаешь, произойдет что-то серьезное? Милана вроде говорила, такое нечасто бывает. А мы в прошлый раз сильно начудили. Значит, сегодня…

– Будет жарко, – перебила меня орчанка. – В этом наборе пятеро орков. Они молоды и бесшабашны, а значит, с ними мы получим большие проблемы. Очень большие.

Алея никогда зря не говорила, и, посмотрев с опаской на уже опорожнивших свои кружки орков, я перевела взгляд на выход. Интересно, успеем или не успеем скрыться?

Один из орков вскочил и загремел:

– Я пришел сюда, чтобы доказать, что я лучший из лучших!

За ним вскочили и рыкнули остальные его собратья.

Находившийся чуть дальше от нас парень завопил:

– Я великий маг!

– Какой кошмар, – выдохнула я. – Неужели в прошлом году мы так же…

– Не переживай, ты творила ужасы молча, – успокоила меня Милана.

В этот момент в зале началась банальная драка, и в нас полетел стул. Я едва-едва успела отскочить. Однако опасность не миновала: на меня, возмущенно сопя, направлялся орк.

– Говорил ведь, садись с нами. – Толкнув меня в спину, Барей врезал по орку воздушным кулаком.

Огромная туша отлетела метра на три.

– Я и сама бы справилась, – ответила я и, на этот раз вовремя сориентировавшись, установила перед собой щит смерти. – О чем ты хотел со мной поговорить?

– Хочу, чтобы ты выполнила данное когда-то обещание и вернула долг.

Услышав такое, я почувствовала себя преданной. Да, это неправильно, да, я обещала, но…

– Погоди, правильно ли я тебя поняла? – переспросила я, отталкивая стеной немощи неадекватных студентов. – После того обещания я больше полугода искала тебе информацию, терпела выходки твоих девиц, избавила тебя от приворота, и ты припомнил мне это обещание?

– Я для тебя сделал не меньше, – прищурился ведьмак, вновь отбрасывая от себя вернувшегося орка. – Хочешь отказаться?

– Нет, – коротко ответила я и, схватив стул, со всего маху припечатала кравшуюся ко мне демоницу, которая недавно высказывала претензии.

– О том, что от меня требуется, сообщишь заранее. И позаботься, чтобы твои свихнувшиеся фанатки меня больше не трогали.

Сконцентрировавшись, я вызвала непроницаемый коридор. Рассекая толпу дерущихся, вытащила своих подруг и поволокла за собой.

– Ирина, что-то случилось? – спросила Милана, всматриваясь в мое лицо.

– Нет, все прекрасно. Это деловой подход, – пробормотала я, глядя на ночной город.

* * *

Этим же вечером я познакомилась с новым соседом. Когда уже собралась ложиться спать, в дверь раздался стук. На пороге стоял беловолосый демон с татуировками на лице и странным лукавым взглядом.

– Вечер добрый, юная дева. Я твой сосед. У тебя пустой банки с крышкой нет?

Сначала я обдумала вопрос и решила уточнить:

– Просто пустой банки?

– Ага, с крышкой.

– Что это тут делает душник?

Повернувшись к Семену, я заметила:

– Это наш новый сосед.

– Ты с ним поосторожнее.

Окинув взглядом парня, который заинтересованно разглядывал скелет, я поинтересовалась:

– Думаешь, он претендует на мое тело?

– Скорее на душу. Душники – демоны, которые покупают у хозяина душу в обмен на услугу.

– Э-э-э… нет. Я с обещаниями и услугами покончила.

– Да и я с некромантами не связываюсь. Со смертью потом проблемы, фиг договоришься. Так банка есть?

Пожав плечами, я притащила все, что осталось после майонеза и что не успела выкинуть. Думала, пригодится, и как в воду глядела.

– Ого! Премного благодарен, – обрадовался демон и, схватив все, утащил к себе.

Прислонившись к уже закрытой двери, я спросила у скелета:

– Зачем ему пустая тара?

– Души он в них складывает.

У меня в голове не укладывалось, как можно спрятать душу в банке.

– Но ведь он же студент…

– Да, бытовик, но от старого ремесла отказаться непросто. Будь осторожна с ним, Ирина.

– Тут, оказывается, не только с ним надо быть осторожной, – заметила я и отправилась баиньки.

Завтра первый учебный день и новые открытия.

* * *

Утром, на завтраке, Барей подсел ко мне за стол и намекающее взглянул на девочек. Те понятливо запихнули пирожки в рот и отправились на лекции, я же, смакуя свой компот, ждала.

– Ирина, давай прямо, ты не хочешь сдержать свое обещание?

– Я? С чего ты взял? Я же сказала, как только понадоблюсь, дай знать.

Смотреть на Диаркана я не хотела и просто тупо уставилась в тарелку, а руки автоматически отщипывали кусочки от булочки и складывали горкой.

– Ты на меня явно обиделась, и я хочу знать почему.

– Ты заблуждаешься, Барей, мне понятен твой деловой подход. Ты – мне, я – тебе. – И продолжила, взглянув ведьмаку прямо в глаза: – К тому же мы с тобой не друзья, не родня, и такая модель поведения логична. Просто ты по какой-то причине думаешь, что твои услуги платны, а для тебя люди должны все делать просто так.

– Ну что ты, я решу проблему со всеми своими… фанатками. И про твою помощь с приворотом я помню. Ты довольна?

– О-о-о… Вполне. Я же говорю: мне понятен твой подход – оказать услугу в обмен на обещание. Я это перейму, поэтому, если что, обращайся.

И, поднявшись под тяжелым взглядом Диаркана, я отправилась на лекцию. На душе скребли кошки. Неприятно было признавать, что за год я привязалась к Барею и его ответный бесчувственный деловой подход ранил меня.

Физподготовка. Боевое искусство

– Приветствую вас, некроманты, в новом учебном году. Теперь вы на втором курсе и физическая подготовка у вас закончилась. Некоторые сдали ее удовлетворительно, некоторые – чудом. – Взгляд Илузира задержался на мне, я потупила глаза. – Однако теперь я буду обучать вас боевому искусству. Техника безопасности рас самая совершенная, она включает в себя секреты защиты разных миров.

Пока преподаватель говорил, я испытывала ужас. Меня накрыла настоящая паника. Я буду изучать боевые искусства? Драться? Кошмар!

– Как будут проходить занятия, я сейчас продемонстрирую на спарринге с одним из вас. Допустим, с Вознесенской.

Я попятилась.

– Прошу вас, выходите вперед. Давайте, давайте.

Настороженно приблизившись, я взглянула на преподавателя.

– Некромант работает в основном в ночное время суток, в опасных местах и мирах, где все неспокойно и даже опасно. А значит, должен уметь постоять за себя. Отбиваться, бывает, приходится как от нежити, так и от простых людей.

Может, еще не поздно написать заявление об отчислении?

– Сейчас я покажу вам основные приемы, которые мы в самое ближайшее время будем оттачивать. Итак, первый – это резкое нападение, чтобы деморализовать противника, а может, даже и окончательно вывести из строя. Итак… Вознесенская, вы куда? Немедленно вернитесь. А я говорю, вернитесь сейчас же! Вознесенская!

* * *

По физической подготовке я получила отработку. Печально, но факт. Не знаю, какого мнения о моих навыках был Илузир, но догнать меня он не смог. Вот что значит верная мотивация!

Однако преподаватель, когда кричал вдогонку об отработке, не замедлил мне сообщить, что научить меня постоять за себя – это дело принципа. Печалька. Теперь мне, кажется, даже Алея помочь не сможет.

Нет, когда мужчины бегают за тобой – это прекрасно. Плохо, если догонят. Поэтому на некромантию я шла в самом скверном расположении духа. А там нас ждал Дазар, светящийся от счастья. Плохой признак.

– Ну что вы встали там, у входа? Проходите, мои дорогие, я прямо скучал. Рассаживайтесь.

И только группа расположилась на своих местах, как наш любимый декан продолжил:

– Сегодня я готов порадовать вас доброй вестью. Всем вам уже сообщили, что некроманты, в отличие от остальных студентов, имеют более широкие возможности по окончании института, и это так. Но возможность чаще покидать альма-матер у вас появится в связи с практикой.

Мы все зашумели в предвкушении.

– Да-да. И это прекрасно, ведь правда? На первом году обучения я преподал вам основы предмета, правила и законы. Теперь пора расширять горизонты и оттачивать мастерство. А сделать это в родных застенках вы не сможете. Поэтому каждый вечер вы будете уходить в город на стажировку, а под утро возвращаться обратно.

– Каждый вечер? – обеспокоенно пробурчала Алея.

– Под утро? – ахнула я.

– Да, именно так. Практический материал активен именно в ночное время, а нам сюда на исследование доставляют много всего интересного. Скучать не придется. И раз в неделю у нас с вами будут занятия, на которых я протестирую ваши знания, а для устранения пробелов в них буду проводить лабораторные.

– Но как же возвращение по утрам? Это опасно, – не удержалась я.

– Не стоит так переживать. У вас будут амулеты защиты и экстренный телепорт. Амулеты призваны защищать от нападения, телепорт при сильных повреждениях перенесет вас в институт, прямо к ректору. К тому же связываться со студентами института никто не хочет, это чревато множеством проблем, а для вас какая-никакая тренировка. Когда будете работать, защитить мы вас не сможем.

– А мы сможем ходить где угодно? – восторженно спросил один одногруппник.

– Нет, только по строго отведенной зоне. Пересечете ее границу… и сработает защита. Ректор будет очень рад видеть вас часа в четыре утра у себя в спальне.

Нас обуял священный ужас, и мародеры в ночи уже не так пугали.

– А теперь давайте я вам расскажу, как проходит практика, и основные правила…

Посмотрев на свое расписание, я наконец поняла, почему у меня пары стоят во второй половине дня. Печалька.

Глава 12. Простые сложности

Ирина Вознесенская

Теперь моя жизнь была полна опасностей. Тренировки с Илузиром чередовались с лекциями и отработкой практики в городе. Свой первый день я буду помнить долго.

В сумерках я вышла из института и направилась по мосту в сторону города. Ночь опускалась на Междумирье, в домах зажигались огоньки тепла и жизни. Боязливо осматриваясь по сторонам, я спешила к ним.

Войдя в город, я вроде бы должна была почувствовать себя в безопасности, и тем не менее мысли о ворах и разбойниках продолжали снедать мой покой.

Сама не знаю, как добралась до нужного здания и, радостно открыв дверь, вошла. Внутри меня встретил каменный холл, по которому сновали люди, и широкая лестница, устремившаяся вверх, отсчитывая этажи. Здание Некромантского ведомства насчитывало их целых три. Небывалая высота для Междумирья.

Повернув влево, я подошла к деревянной стойке, за которой молодой маг читал старинную книгу. Рядом по пергаменту скользило перо.

– Добрый вечер. Я пришла к геру Линнуру. Как мне его найти?

Не прерывая чтения, маг ответил:

– Вниз по лестнице на шесть этажей, потом прямо по коридору и до конца.

Шесть этажей вниз?! То есть они работают с нежитью под землей? Надо бежать к Дазару и умолять о чистке туалетов. Пусть буду уборщицей, зато живой.

Обогнув широкую лестницу, за ней я увидела еще одну и с большой неохотой стала спускаться. Один этаж, второй, третий… шестой, и по коридору до конца.

Подойдя к единственной двери, я постучалась и, дождавшись разрешения, вошла внутрь.

– Добрый вечер. Меня на практику направил профессор Дазар.

В квадратной комнате, заставленной по периметру стеллажами, за столом, заваленном бумагами, восседал пожилой маг. Длинные волосы и борода придавали ему сильное сходство с Гендальфом, и лишь брюки с длинной рубашкой выбивались из образа.

– Ты кто?

– Студентка второго курса некромантского отделения Ирина Вознесенская.

– Блондинка?

– Да.

– Все можешь?

– Нет.

– Поболтать любишь?

– Нет.

– Слабо верится, но пока принята. Заходи. В шкаф справа будешь складывать вещи. Первая дверь слева гардеробная, там переоденешься в рабочую форму.

– Форму?

– Зайдешь туда и увидишь. После этого отправляешься в первую дверь направо и убираешься. Остатки практического материала утилизировать. Второе тело не трогать.

Прищурившись, он посмотрел на меня. Думает, буду возражать? Ага! Не дождется!

Приободренная, я побежала переодеваться в ужасный серый комбинезон, который, как ни странно, пришелся впору, и отправилась в указанное место под заинтересованным взглядом Линнура.

За правой дверью оказалась просторная лаборатория с различными приспособлениями, магическими настойками и артефактами. Посредине комнаты стоял стол и ряды лавок для тех, кто наблюдал за работой.

По полу была разбросана какая-то слизь оранжевого цвета, а на одном из недемонстрационных столов лежал практический материал. Видимо, именно его мне и приказали не трогать.

Накинув на жмурика купол непроницаемости, я, вспомнив бытовые заклинания, начала работать, методично отчищая пол, вещи, стены. Принюхавшись, я поняла, что напоминал мне запах, витавший в здании, – ментол… Такой свежий, такой приятный…

Скрип сзади заставил меня обернуться и застыть от ужаса. Нет, это совсем не то, что вы подумали: тело осталось лежать. А вот дух, поднявшийся над ним, сейчас шипел, потрескивал, посвистывал и направлялся ко мне.

Плохо, очень плохо. Привидения – это нечисть среднего порядка, а значит, нужно бежать.

В подтверждение моих выводов голубая прозрачная субстанция с очертаниями человека непонятного пола зарычала.

– А-а-а! – закричала я и бросилась к двери.

Очутившись по другую сторону, я пронеслась мимо ошарашенного Линнура и побежала в комнату напротив.

– Стой! Куда? – завопил отошедший от шока маг. – Как ты смогла разбудить привидение?

Судя по всему, гер мчался за нами, а я, сшибая все на своем пути и не переставая вопить, неслась прочь от сумасшедшего призрака. Хорошо хоть, комнаты сообщались между собой.

Мои передвижения можно было отследить по звуку падающих вещей и визгу. Внезапно резко полыхнуло холодом, и сознание меня покинуло.

* * *

Первый день практики был явно неудачным. Сразу, как пришла в себя, я отправилась в кабинет ректора. Тот сидел за своим столом, несмотря на то, что был четвертый час утра, и красными от недосыпания глазами обреченно смотрел на меня.

– Я не специально. Мне сказали убрать. Я все сделала, как учили. А там оно, и я побежала…

Мои объяснения завяли на корню. А Изор посмотрел в потолок и непонятно у кого спросил:

– Ты специально, да? За то, что я пошел против твоей воли?

«Ректор сошел с ума, – занервничала я. – Разговаривает со зданием».

Но потом Изор вновь повернулся ко мне и начал вещать об ответственности. На душе сразу стало спокойнее. И ректор, и я заняты привычным делом: он – чтением морали, я – раскаянием.

Декан с Линнуром долго ругались, спорили, и в конце концов мне стали доверять не только уборку, но и чему-то учить, объяснять, давать пробовать. В общем, практика пошла полным ходом, и, как оказалось, работать по ночам со жмуриками, привидениями и прочей нежитью было вполне нормально.

Только Семен беспокоился, что я поздно возвращаюсь домой одна. Неприлично порядочной девушке ночами незнамо где шляться. А еще серьезный разговор о моей силе произошел у меня с Дазаром.

– Профессор, я, честно, не понимаю, почему произошло то… что произошло.

– Вознесенская, маги зависят от эмоций. Даже не так, они очень зависят от своих эмоций. Именно поэтому так рано находят себе пару и женятся. С землянами все еще сложнее: вы живете в мире, где магии практически нет, а значит, у вас отсутствуют механизмы предохранения, которые могли бы подсознательно ее сдерживать. У всех поступающих сюда землян есть сложности с силой, но такие, какие у вас…

– Меня выгонят? – спросила я о том, чего больше всего боялась.

– Нет. Не мы принимаем студентов, а Институт. – И декан указал на здание. – И практически всегда он решает, отчислять поступившего или нет. Я лишь могу посоветовать вам завести себе… друга. От моего предложения вы отказались, значит, из-за особенности характера интроверта вам придется выплескивать эмоции… несколько другим способом.

Я сидела красная как рак, не в силах поднять на преподавателя глаза. Я не была столь наивна, чтобы не понять его намеков, но не представляла, как могла бы решить проблему. Может, для кого-то затащить в постель мужчину – это просто, но не для меня.

– Я подумаю.

– Эх, Вознесенская… Как с вами сложно, – покачал головой Дазар.

После разговора с демоном, сидя на ступеньках недалеко от кабинета декана, я понуро раздумывала над проблемой, когда рядом присели подруги.

– Ну чего ты совсем загрустила? – спросила Милана. – Это всего лишь небольшое происшествие.

Мрачно взглянув на нее, я поделилась мнением Дазара.

– Ты же сильная некромантка, это благотворно скажется на карьере, – заметила практичная Алея.

Мне сразу вспомнились книги моего мира про разных Мэри Сью. Можно ли было меня назвать таковой, вопрос сложный. В одном я точно не сомневалась: они отрабатывали наказания и не чистили туалеты за выкрутасы своей силы. Какой-то у меня совсем не мэрисьюшный сценарий. От этого на душе стало тоскливо.

– К тому же ты можешь решить свою проблему с Бареем. Уверена, он предлагал тебе, – хитро предложила нага.

– Нет! – сразу отмела я.

С Диарканом отношения были непростыми. Для начала он сдержал свое слово, и его пассии меня больше не беспокоили. Конечно, косились и шептались, но это меня не особо волновало.

С самим ведьмаком мы виделись мало, больше переглядывались в коридорах, в столовой, на занятиях по боевым искусствам. Барей много тренировался перед игрой, которая скоро должна была состояться, и, что самое удивительное, зависал в библиотеке.

Странно, его успеваемость всегда была хорошей, что же случилось теперь?

И каждый день я подсознательно готовилась к тому, что Диаркан попросит меня сдержать обещание. Что и случилось однажды. Проснувшись днем перед парой, я нашла подсунутую под дверь записку с просьбой встретиться ранним утром на Некромантском пустыре.

Отсидев лекции и отработав практику, я просто мечтала попасть к себе в комнату. Нет, не поспать – помыться! Сегодня мы с гером Линнуром занимались мумиями. Причем их было пять, из самых разных миров, и когда они развоплощаются, это тот еще ужас, скажу я вам. Песок у меня был даже на зубах.

Но пришлось тащиться на Некромантский пустырь, чтобы обнаружить там Барея, его друзей и все необходимое для ритуала призыва.

– Доброе утро! – хмыкнул Диаркан, глядя на мой потрепанный вид.

У него тоже была практика, но он проходил ее набегами из одного мира в другой, в каждом секторе Междумирья.

– Не совсем доброе, – сонно заметила я. – Что мы будем делать?

– Призывать духа, – порадовал меня ведьмак.

– Это и есть твоя просьба? – спросила я на всякий случай.

Диаркан выразительно глянул на приятелей, и те отошли подальше, начав создавать простейший круг.

– Ирина, если ты не хочешь мне помогать, то я могу освободить тебя от данного слова… Несмотря на то, что нуждаюсь в твоей помощи.

– Вот специально вторую фразу добавил, да? – спросила я, присаживаясь рядом с ним.

– Я совершенно серьезно, мне очень нужен некромант.

Я вздохнула.

– Рассказывай, зачем я тебе так срочно понадобилась?

– Я проклят и уже долгое время страдаю под проклятием. Мне жизненно необходимо его снять, пока я не спятил.

– А в чем оно закл…

– Не скажу.

– Просто я могла бы помочь информацией.

– Я и так все про него знаю. Поначалу я думал воспользоваться лазейками, которые имеются в каждом проклятии, но чем больше проходит времени, тем меньше надежды, что я хоть когда-нибудь смогу жить счастливо.

– А кто на тебя его наложил?

– Моя бабушка.

– О-о-о… Но зачем? – удивилась я.

– Хотела сделать мою жизнь счастливее, – мрачно поделился ведьмак.

– Хотела как лучше, а получилось как всегда, – понимающе кивнула я.

– На этих каникулах я допытался у нее, какого ранга проклятие. Чтобы его снять, есть четыре возможности.

– А если они не сработают?

– Значит, всё, – делано безразлично пожал плечами Диаркан. – Ты выполнишь свое обещание, я попробую жить дальше.

Не знаю, было ли целью Барея надавить на жалость, но вышло просто превосходно.

– Ты поможешь? – спросил он.

– Куда же я денусь, – вздохнула я в ответ.

– Я очень по тебе скучал, – улыбнулся этот красавчик и толкнул меня плечом.

– Мне тоже тебя не хватало, – подмигнула я ведьмаку. – Пошли, пока твои друзья сами не вызвали духа.

– Помирились? – был первый вопрос его приятелей.

– Не ваше дело, – отмахнулась от них я. – Вы тут что, решили создать туннель в другое измерение? Кто же так чертит круг?

Отобрав ритуальный жезл, я продолжила чертить круг на земле, а ребята принялись раскладывать ингредиенты. За пятнадцать минут все было готово.

– Теперь со мной в круг войдет тот, кто будет задавать вопросы, остальные должны удалиться метров на пятьдесят.

– Почему так далеко? – нахмурился Диаркан.

– Ты сейчас будешь вызывать привидение, а они… не очень дружелюбные создания.

Мне сразу припомнился недавний случай.

Кивнув своим друзьям, ведьмак вошел в круг, и я начала ритуал, очень рассчитывая, что приятели Барея успеют отойти к тому моменту, как появится дух.

Все шло по плану: в земле начала раскручиваться спираль между мирами, из воронки потянулся зеленоватый дымок, который за пять минут сложился в светловолосую девушку с развевающимися волосами и в ночной белой сорочке. Прекрасную и несравненную.

– Приветствую гостя из потустороннего мира, – склонила я голову в поклоне. – Мы оставили в круге дары для увеличения твоей силы в загробном мире, а взамен просим ответа на три вопроса.

– Кто будет задавать? – голос привидения звучал гулко и словно издалека.

– Барей Диаркан.

Тут привидение должно было увидеть второе действующее лицо нашей комедии, которое доселе было скрыто.

– Привет, ба, – промолвил ведьмак.

Склонившись, я шепотом спросила:

– Это что, та самая бабушка?

– Нет, та, что прокляла, по линии отца, а это матушка моей мамы, – так же очень тихо ответил Диаркан.

– Так эта старая карга все-таки осуществила задуманное?! – завыл призрак.

– Барей, надо прерывать связь. Если пришедшая выйдет из-под контроля, ректор нас удавит. Он и так последнее время плохо спит из-за меня.

– Нет, не разрушайте связь. Внук, спрашивай, что хотел.

– Как снять проклятие?

– Не могу сказать, твоя вторая бабка, чтоб демон ее кинул, поставила запрет. Но у тебя есть способ ослабить его, и ты сейчас на верном пути.

– Как это сделать?

– Ты должен перестать опасаться привязанности. Если будешь бороться, то потеряешь свой шанс.

– Ну почему нельзя говорить прямо и понятно? – взвыл Барей, хватаясь за волосы.

– Таковы законы мироздания. И, к сожалению, ты исчерпал лимит вопросов, внук.

– Что? Последний не считается! Я не то хотел спросить!

– Доверься нашему фамильному чутью и своему сердцу. Совсем скоро ты узнаешь всю правду о своем проклятии, и тогда не упусти своего шанса.

На этом привидение засосало в воронку.

– Гадство! – рыкнул Диаркан.

А я начала оседать, так как враз ослабевшие ноги отказались меня держать.

– Ирина?! Ты как? – успел подхватить мою тушку ведьмак.

Перед глазами все кружилось.

– Мне нужно полежать немного. Я впервые вызывала призрака!

– Ты делала это впервые?! – поразился Барей. – Что ж ты не сказала? Мы бы нашли другого мага. Это опасно…

– Балда, это же третий курс, – стукнула я его по голове, глядя на склонившееся надо мной лицо.

Сказать, что опыт общения с призраками у меня есть, я не успела и отключилась. Незабываемый ритуал, лишь бы ректор не прознал!

* * *

Когда я вошла в гостиную после ритуала, уставшая и измотанная, меня поразили ругань и шум, доносившиеся из комнаты ведьмы. Там словно кто-то бегал, сшибая все на своем пути.

– Как ты только посмел сюда залезть! Подлец! Да ты такой эксперимент сорвал, да ты все испортил.

– Тебе что, банки жалко? – с удивлением расслышала я голос второго моего соседа.

– Прокляну до пятого колена!

Войдя уже к себе, я вопросительно посмотрела на Семена.

– Душник оказался трудоголиком. А души надо где-то хранить. И вот парень залез к ведьме. Твою комнату охраняю я, а у нее нет сторожа. Кажется, он на время позаимствовал… у нее посуду. А в ней была экспериментальная бытовая настойка. Ну и вот…

– Ах ты образина недоделанная! Сейчас я тебе покажу ненужные помои! Да как только твой лживый язык повернулся такое сказать о моих экспериментах!

– Боюсь, ты в таком шуме не уснешь, – обеспокоился скелет.

– Я сегодня с Бареем на пустыре так намучилась, что засну, едва голова подушки коснется.

– Так вы помирились? – оживился Семен.

– Можно и так сказать. Ему нужна моя помощь в проведении ритуалов, без некроманта не обойтись. А еще важно сохранить все в секрете.

– Эх, Ирина, осторожнее бы ты с этим сердцеедом. Влюбишься ведь.

Я замерла и в ужасе посмотрела на скелет.

– Сплюнь!

А у самой, пока принимала душ, это предостережение не выходило из головы, и меня одолевало какое-то странное чувство.

* * *

С этого самого дня все вернулось на круги своя. Отношения с Бареем вошли в прежнее русло, но в них появилась и некая теплота. Словно до этого между нами стояли преграды отчужденности и недоверия, а теперь они исчезли. Странно так думать, но ссора пошла нам на пользу, научила ценить то, что неожиданно пришло в наши жизни, и дорожить отношениями, которых ранее у нас не было.

Учеба потихонечку втягивала меня в магию все больше и больше.

В новом учебном году Нилькор нашел способ решить мои проблемы со стихиями: он подарил мне ограничительный амулет, который позволял только небольшому количеству силы стихий просачиваться через меня.

Да, я могла позволить себе в отношении стихийной магии гораздо меньше, чем любой другой некромант, зато не несла повсюду разрушений. Те, кто не стоял в огненном столбе, могут меня не понять, но Диаркан объяснил, что это даже не моя магия наносит разрушения, а стихии используют меня как переходную точку, которая не может их ограничить. Это несет опасность как окружающим, так и мне.

Может, когда-то что-то изменится, но пока меня все устраивало.

Также появились новые предметы, которые отравляли мне жизнь помимо физической подготовки. И одним из них была монстрология. Нужно было смириться с тем, что мы будем изучать флору и фауну других миров, в которых придется побывать по работе, но все равно я страдала на каждом занятии.

Монстрологию у нас вела вампирша, и каждое занятие проходило животрепещуще.

Практикум по монстрологии

– Дорогие детки, как я вам уже говорила, занятия у нас будут строиться на проверке усвоения теории, которую вы подготовили заранее. А еще это прекрасная возможность уже сейчас побывать в других мирах, хоть и под присмотром преподавателя и с защитой.

Под присмотром не знаю, а вот защита у нас была феноменальная, я бы сказала, за гранью добра и зла! Такие мысли крутились у меня каждый раз, когда я стояла внутри голубого шара. Его стенка была хоть и эластичной, но прочной и надежной. Периодически приподнимая шар, как юбку, я могла перемещаться на местности.

Поначалу было ужасно стыдно, неловко и я чувствовала себя глупо, а потом меня чуть не съел змееподобный ящер, и все плюсы сразу перевесил один большой минус. Особенно когда преподаватель вскрыл зверюгу, чтобы достать меня изнутри. Получаса в качестве съеденной мне хватило для осознания всех опасностей других миров.

– Сегодня мы будем поджидать на этом поле трахоков. Но прошу вас не уходить далеко. Без контакта с животным практикум не засчитаю.

Передернув плечами, я вспомнила картинку из учебника. Эти твари сильно напоминали помесь саблезубого тигра с доберманом. Вот у кого точно проблемы с коммуникабельностью.

Долго зверюги ждать себя не заставили. О приближении стаи мы узнали за пару минут до того, как она показалась в поле нашего зрения. Звери бежали прямо на нас, периодически набрасываясь друг на друга и сходясь в схватке.

Увидев их, я непроизвольно попятилась, но тем не менее старалась не делать резких движений. Если верить учебнику, трахоки не нападают на незнакомые им вещи, пока те не привлекают к себе внимание.

Видно, в этот раз что-то пошло не так, потому что зверюги завыли и направились в нашу сторону. Студенты, забыв о наказе преподавателя не двигаться, бросились врассыпную. Да и как тут останешься на месте, когда на тебя летят клыкастые твари?

Надо ли говорить, что нас догнали? Но не загрызли, хотя, на мой взгляд, это было бы гуманнее. «Песики» решили поиграть и гоняли голубые мячики по поляне добрые два часа, пока не подоспела подмога из стихийников.

Мне оставалось лишь надеяться, что это сочтут «контактом с животным» и практикум я сдам. Второго такого случая могу и не пережить.

* * *

Ужинать я не стала. Совсем. После практикума по монстрологии тошнота еще не до конца прошла. Поэтому, выпросив себе пару сухариков, я сразу отправилась в город на практику. Сегодня Линнур обещал что-то особенное, и я не знала, то ли радоваться, то ли мастерить себе каску, чтобы не убило.

В ведомстве было странное оживление: все мрачные, сновали туда-сюда. Линнур стоял у стены и ругался с почтенными магами. Тем не менее я решилась подойти.

– Гер Линнур, простите, а какое задание?..

– А-а-а… Вознесенская. Ну, наконец-то. Вон видите свою одногруппницу и темноволосого балбеса? Вам к ним. Симур за главного. Получаете снаряжение и отправляетесь на кладбище. Только я вас умоляю – без самодеятельности, лишних движений и инициативы. А то я еще не весь поседел. Вперед!

Я отошла от магов, которые продолжили спор, и нахмурилась. Зря он так, еще ни разу произошедшее не было мной спланировано. А случайности бывают со всеми. Правда ведь?

При моем приближении навстречу поднялся молодой мужчина, примерно одного возраста с Бареем, и представился:

– Я Симур и сегодня ночью курирую вас. У нас патруль по кладбищам. Снаряжение я уже взял.

Мне протянули рюкзак.

Сидевшая на скамейке Алея возвела очи горе. Я внимательнее присмотрелась к куратору. Высокий, худощавый, на лицо вполне приятный. Острый подбородок мне не нравился, но если закрыть глаза…

А что, если попробовать соблазнить этого прекрасного парня? Вряд ли он откажется от «простых» отношений без обязательств.

Зато он не учится вместе со мной, да и на практике я его не вижу, если у нас не сложится. Это отличный вариант.

Пока мы молча шагали к месту сегодняшней практики, я взвешивала все плюсы и минусы пришедшей идеи.

– А почему мы патрулируем кладбища? – между тем спросила Алея.

– Вам этого знать не положено. Скажу только одно: в городе были всплески силы, и в некоторых могилах недосчитались мертвецов, а значит, кто-то увел их с собой.

– Создает армию, – понятливо кивнула я.

– Может и так, а может и нет, – ответил наш надсмотрщик.

Я поморщилась. Рисуется и хочет выглядеть важным. Это очень неприятно в мужчинах.

– А зачем мы идем осматривать кладбища? – спросила я.

– Будем искать магические рисунки и любые следы ритуала. Хотя что это я говорю? Искать будут все, но не мы. Меня поставили присматривать за вами и отправили на самое безопасное старое кладбище. Чтобы на таком поднять покойников, нужно немерено сил и времени, – разочарованно протянул парень.

Всё, наши отношения безвозвратно загублены даже не начавшись.

Глава 13. Тревожные признаки

Ирина Вознесенская

Я сидела на одном из камней рядом со склепом. Старое заросшее кладбище оказалось гигантским и очень, очень древним. В чем-то я была согласна с Симуром: чтобы поднять покойников в таком месте, нужно действительно много сил.

В итоге мы разделились и бродили по кладбищу поодиночке. Еще с год назад я бы в страхе бежала отсюда и не оборачивалась, а сейчас ничего, хожу, любуюсь окрестностями, ищу что-нибудь подозрительное и…

Подозрительное не нашла, а вот знакомое…

Нажав на артефакт связи на воротнике формы, я связалась с Симуром.

– Я обнаружила следы проведенного ритуала.

– И что? Я же говорил, кладбище старое и тут многие годы…

– Следы свежие, ритуал проводили сегодня около старого склепа, которому под тысячу лет.

– Родственники могли провести ритуал покоя. Свяжись со мной, если найдешь что-то действительно важное.

– Козел! – не сдержалась я, отключившись. – Сам из себя ничего не представляет, а гонора-то.

Оглядевшись, я решила не нагнетать ситуацию и отправилась дальше, однако не замечать незатушенные свечи и другие следы ритуала было нельзя. Что-то здесь происходило, и вряд ли паломничество родственников.

Чем дальше я заходила вглубь кладбища, тем больше понимала, что все очень, очень плохо. Если то, что я видела, не иллюзия или фикция, значит, кто-то собирает армию. А нежить с древнего кладбища ох как сложно убить.

Прикоснувшись к воротнику и настроив артефакт связи на руководителя практики, я услышала в ответ:

– Вознесенская, ты очень не вовремя, я занят.

Я связалась с Линнуром.

– Гер Линнур, я нашла нечто странное. – И постаралась побыстрее и покороче изложить увиденное.

Когда я закончила, некоторое время Линнур молчал, а потом спросил:

– Сообщила Симуру?

– Да, он не воспринял меня всерьез.

Дальше слов я не разобрала, но могла поспорить, что это была ругань.

– Не верю, что я это говорю, но вы должны не выпустить армию с кладбища. Слышите? Ни в коем случае! Иначе институту и городу грозит опасность. Дайте нам двадцать минут.

– Что?! – воскликнула я, но мне никто не ответил.

Армию?! Мамочки, да что же это за практика такая? Я же не стихийник, я некромант.

Первым делом я решила найти своих невезучих соратников, обреченных находиться на этом кладбище, но те нашли меня раньше. Симур пыхтел от возмущения.

– Почему ты мне все не разъяснила? Обязательно было звонить Линнуру?

– Я звонила тебе, но ты включил дятла и не обращал на мои слова внимания.

– Что я сделал? – подвис от моего сленга парень.

– Ребята, ругаться будете потом. Чуете запах?

Пахло ментолом – плохой признак.

– И воздух сгустился, пора нам придумать, как отсюда сбежать.

– Бежать нельзя, – обрадовала я спутников. – Гер Линнур сказал, надо до их прихода сдержать армию.

– Ты шутишь?! – в голос воскликнули Симур и Алея.

– Иначе будет маленький армагеддон и пострадают институт и город.

Теперь Алея забормотала ругательства.

– Мы не великие маги и не бывалые некроманты. Как мы уничтожим армию нежити? Ты больна!

Мы с подругой переглянулись.

– Уничтожить у нас шансов нет, но можно перехватить руководство, если мы найдем некроманта, командующего армией.

Симур застыл.

– Ты говоришь о ловушке Бернара?

– Да, – подтвердила за меня Алея. – И для этого нам нужен крутой маг, который перетянет на себя внимание некроманта. Я нейтрализую противника, Ирина перехватит руководство.

И мы посмотрели на Симура.

– Я – великий маг? – сделал он шаг от нас.

Но мы споро преградили дезертиру пути отступления.

– О да! – воскликнула я и начала вещать: – Ты такой представительный мужчина, грозный, сильный! Только ты можешь с этим справиться!

– Да? – неуверенно замялся некромант.

– Да! – воскликнули мы с Алеей.

И Симур сдался. После чего мы отправились в сердце кладбища, к единственному месту, где мог засесть некромант, чтобы контролировать армию, – к большому склепу.

– Значит, все по плану, – командовала я. – Я забираюсь на крышу, черчу ритуальные знаки, Симур отвлекает, а Алея нейтрализовывает. Вперед!

Ребята быстро скрылись в кустах, а я попробовала забраться на крышу склепа. Честно сказать, получалось у меня это не очень. Всему виной – отвесная стена и мои кривые руки. В итоге я решила сделать ход конем: забралась на стоящее рядом дерево, оценила крепость крыши и, перекрестившись, прыгнула.

Очень больно, скажу я вам, падать с двухметровой высоты на камень. Коленки и локти расцарапала в кровь, на правом боку точно будет синяк.

От моих незаслуженных страданий меня отвлек нечеловеческий рык, перешедший в вой, и я, быстренько поднявшись, начала лихорадочно чертить знаки.

В этот момент из склепа вылетел Симур, он блестел, и на нем для пущей убедительности висела иллюзия ангела, только вот апломб он подрастерял. За ним гналась разгневанная некромантка и пыталась приложить заклинанием. Вот умеет Симур привлечь внимание женщины.

А в кустах неподалеку стояла Алея и чуть ли не рвала на себе волосы. Я ее понимала. Чтобы план сработал, некромантка должна быть около склепа.

Я уже дочерчивала пентаграмму, Симур, заложив вираж, развернулся и бросился обратно, но тут подоспели зомби. Некромантка, поняв, что не стоит тратить силы на поимку, отдала приказ своей армии.

– Уничтожить! Это моя территория.

Я была с ней категорически не согласна, да и медлить дольше было нельзя. Краем глаза я заметила Алею, которая подкралась к злодейке сзади и врезала той по голове. Дрын – безотказное средство в решении спорных вопросов.

От радостия едва не зааплодировала, однако полчища наступающей нежити поумерили мой пыл. Спрыгнув вниз, я подошла к некромантке и сцепила наши руки, произнеся заклинание. Контроль зеленоватым свечением перетек ко мне.

Нежить сразу остановилась и повернулась в мою сторону. Симур от облегчения даже осел на землю, а вот я не была столь оптимистично настроена.

– Хозяйка! – хором провыл строй скелетов.

– Помогите, – пропищала я и бросилась от них прочь. Зомби – за мной.

В этот момент я благодарила Илузира за физическую подготовку как никогда!

* * *

После случая на практике я еще несколько дней немного заикалась, вспоминая тот ужас, которого натерпелась, а потом ничего, отошла.

Как-то после скандала с соседом, которого я застала за выскребанием майонеза из банки, чтобы захапать себе последнюю, я сидела в парке и пыталась успокоиться.

Диаркан подошел сзади и присел рядом.

– Привет! Тренировка закончилась?

– Как ты узнала, что это я?

– Ты ходишь очень тихо, а вот девушки при твоем приближении начинают вести себя, напротив, очень громко. Хочется верить, что я не такая.

– Не такая, – хмыкнул ведьмак.

– Приятно слышать.

– Почему сидишь в такой странной позе и с закрытыми глазами?

Чем ему моя поза лотоса не понравилась?

– Медитирую. В последнее время много нервничаю. И сегодня сосед-ворюга угробил последнюю банку майонеза, который я вынесла из своего мира с таким трудом! Я чуть ли не умоляла Дазара дать пропуск в мой мир на пару часов.

– Это та белая субстанция, которой ты меня угощала на Новый год? Вкусная.

– Я без нее жить не могу. А душник все выбросил. Как не убила его, не знаю. Но Семену теперь строгий приказ, чтобы выкидывал вора в окно при первом появлении.

– Жестокая женщина, – рассмеялся Диаркан.

Открыв глаза, я заметила, что ведьмак как-то странно на меня смотрит.

– Что?

– Ирина, хочу спросить о личном…

– Ну…

– Почему ты отказала Дазару?

– Он очень симпатичный и незаурядный мужчина, но я не испытываю к нему таких чувств, чтобы создать себе проблемы отношениями с преподавателем, деканом своего факультета, у которого мне еще учиться и учиться. К тому же не думаю, что когда-то в него влюблюсь. Ну и главная причина – он не брюнет.

– Что? – вытянулось лицо у Диаркана. – А это тут при чем? Ты подшучиваешь надо мной?

– Нет. Гадалка мне нагадала, что если я хочу быть счастлива, то должна выбрать брюнета. То, что она предсказала, до сих пор все сбылось. Значит, ее совету стоит внять.

– Но ты и мне отказала, – заметил проницательный ведьмак. – А ведь я брюнет. И раз ты со мной дружишь, значит, я хотя бы тебе нравлюсь.

Я вспомнила его деловое предложение и, прищурившись, гадала: издевается или нет?

– Знаешь, на практике я присмотрела себе брюнета, – сказала я, умолчав о том, что после происшествия на кладбище поставила на нем крест. Присматривала же. – Но если ты захочешь позвать меня замуж, то ради тебя я брошу всех.

– А если серьезно? – возмутился Барей.

– Так я совершенно серьезна! Вот как замуж позовешь, ритуал обручения пройдем, так сразу я вся твоя. Слово даю.

Диаркан задумчиво на меня смотрел.

– Что? – занервничала я.

– Почему ты обиделась, когда я попросил тебя сдержать обещание?

Теперь я задумчиво на него посмотрела.

– Тут дело не в том, чтобы сдержать свое слово. Я весь прошлый год старалась, искала для тебя информацию, делала все, что в моих силах, чтобы помочь. И делала безвозмездно. Ты принял это как должное и потребовал еще обещанное. Деловой подход! Но тогда он должен работать в обе стороны. Значит, и ты мне должен. Только вот беда, я относилась к тебе по-свойски, как к хорошему приятелю, и не требовала выполнения обещаний.

Задумчиво посмотрев на здание института, Диаркан сказал:

– Когда я поступил сюда, то меня практически сразу взяли в команду стихийного футбола. Впрочем, я стал популярнее еще раньше из-за красивой внешности. Но потом популярность набирала обороты, а я цеплялся за друзей, которых приобрел в самом начале, чтобы не утонуть в море интриг, лести и фальши. Хотя были и достойные представители общества.

Услышав такое откровение, я аж затаила дыхание.

– А потом один из друзей предал меня: за деньги рассказал очень личную информацию обо мне. Ребята в команде узнали и не простили подлости: они вынудили предателя перевестись. Но я тот урок запомнил надолго и отгородился от посторонних стеной циничности. Я не хотел тебя обидеть.

– Я так и поняла, иначе мы не помирились бы.

Хмыкнув, ведьмак развалился на траве и положил мне голову на колени, а я откинулась назад, ощущая в душе тепло. Мы еще долго проболтали ни о чем.

* * *

А между тем у нас заболел Нилькор: ездил в командировку подавлять восстание ящеров, там в него плюнул какой-то динозавр, будь он неладен. Восстание подавили, но мы лишились практических занятий по стихийной магии.

Вместо них в расписании стояли лекции по истории, которые вел ректор. Как же я, оказывается, люблю стихийную магию!

Лекция по истории миров

– Добрый день, студенты! Может, лекции по истории для вас не так интересны, как эксперименты с магией или уничтожение нежити, но когда вы начнете работать, то именно этот предмет вам пригодится как никакой другой.

Я еле-еле удерживала глаза открытыми. Предмет вроде бы и интересный, но после изматывающей ночи на кладбище и короткого сна днем сложно не заснуть, даже слушая ректора с его удивительными примерами и фактами. А еще сложнее готовить домашние задания. Миров много и, чтобы изучить только основную информацию, требовались время и усидчивость.

– Сегодня мы поговорим о мире Реликт, где много веков правят рыцари и прогресс идет очень медленно. Во всех мирах течение жизни зависит от народа, который населяет реальность, а на Реликте по соседству живут разные расы.

Видимо, обычный мир Средневековья. Скукота.

– Но мы уже долгое время изучаем миры, и, я думаю, пора переходить ко второй части учебного плана, а именно моделированию.

Вот тут я насторожилась. Все, что бы ни затеял Изор, выходило студентам боком.

Ректор вышел из-за кафедры, сдвинул магией мебель вдоль стен и активировал какой-то голубоватый шар.

– Что это? – восхищенно спросил парень, сидящий рядом со мной.

– Модель мира Реликт, – усмехнулся профессор.

– Потрясающе, – выдохнул студент.

И действительно, внутри шара любой, даже небольшой участок был виден как на ладони.

– Раз так понравилось, то предлагаю вам первому испытать ее.

– Мне? Испытать? Но разве можно попасть внутрь шара?

– Конечно, иначе зачем бы он был здесь? А якорь прикрепим к вашей соседке, – ректор перевел взгляд на меня.

Я взглянула на сидящего рядом орка как на врага. Тот поднялся и бодро, как все орки, направился навстречу приключениям. Ректор прямо в сфере распахнул дверцу, и студент, мгновенно уменьшившись в разы, шагнул в нее не глядя.

Изор закрыл дверцу и спросил у нас:

– Что он сделал неправильно?

Мы все переглянулись.

– Не подготовился? – предположила я.

– Именно!

В этот момент в сфере полыхнуло огнем, наш доблестный орк забегал, спасаясь от струй пламени.

– Нельзя идти в мир, предварительно не узнав новые сводки по его миропорядку и возможным опасностям, поджидающим вас на местности. Иначе это будет очень и очень неудачная миссия.

Речь профессора прервалась сильным потоком пламени, ударившим через сферу прямо в меня. Взвизгнув, я закрылась руками, но дотла не сгорела. Было горячо – да, но не опасно.

Когда огонь утих, я увидела лежащего на полу орка. Он был весь грязный, поцарапанный, но живой.

– А вот если бы это было настоящее задание, то вы были бы уже мертвы.

Отведя взгляд от дурака-соседа, я посмотрела на себя. Пламя меня не обожгло, но я вся была в копоти.

– К сожалению, в таких ситуациях достается еще и якорю, – заметил ректор, усмехаясь.

Как же я ненавижу историю!

* * *

Главным событием середины осени стала игра стихийников. Стадион снова был забит под завязку, всех охватил азарт, а в воздухе витало напряжение. До матча оставалось полчаса, а ребята не могли найти своего капитана.

Не успела я прийти на стадион, как ко мне подлетел Горан:

– Где Барей?

– Что значит – где? – удивилась я. – Это же у вас сейчас игра.

– Он куда-то пропал, и мы не можем его найти.

– Где его видели в последний раз?

– На смотровой площадке, но там его нет. Мы уже все облазили.

– Идеи?

– Сонар предположил, что его убили поклонницы в состоянии аффекта.

Я лишь отмахнулась и побежала проверять верхние этажи, зная, что ведьмак любит высоту, и не ошиблась. Я нашла Диаркана на самой высокой точке стадиона – на смотровой вышке. Капитан команды сидел, свесив ноги, и болтал ими.

Присев рядом, я как бы между прочим поинтересовалась:

– Ты же в курсе, что тебя все ищут? Скоро игра.

– У меня плохое предчувствие.

– Понимаю, тебе придется целовать свою девушку. Я заметила этот ритуал. А в свете того, что она на пустыре делала на тебя приворот, и я бы забеспокоилась.

– Некромантский приворот?

– Не-е… Урок той дуры все усвоили накрепко.

– Вот и прекрасно, к остальным у меня, благодаря бабушке, иммунитет.

– Интересная она женщина.

– Да уж… – сквозь зубы процедил стихийник.

– Тебе так тяжело живется с проклятием?

– Более или менее, но бывают моменты, когда жизнь совершенно невыносима.

– Мы приложим все силы, чтобы его снять, – попробовала я успокоить Барея. – А сейчас тебя ждут игра и слава.

– Ты права, пора идти. Только вот предчувствие все равно какое-то нехорошее.

Интуиция Диаркана не обманула: в этой игре он получил травму и угодил в лечебницу на целых три недели. Мы все носили ему вкусняшки и развлекали как могли.

А между тем осень полностью вступила в свои права, и начались магические дожди, которые проходили только в високосный год, – с неба падали не только капли, но иногда и конфеты с кактусами.

* * *

Несмотря на проливные дожди, практику, которую некроманты проходили в городе, никто не отменял, и мы уныло брели по вечерам на тяжкую службу.

Хорошо хоть, после последнего происшествия задания нам давали самые нудные. И это было прекрасно!

В один из таких дней я шла в направлении заброшенного кладбища около Мертвого города. Эти древние развалины некогда многолюдной столицы Междумирья сейчас были популярной достопримечательностью. У нашей группы уже были здесь две экскурсии.

Сейчас я шла менять охранные заклинания древнего некрополя. Обычно они обновляются автоматически по магической карте, но именно на этом кладбище надо все ставить вручную.

Я хлюпала в непромокаемых сапогах по мощеной дорожке и не промокла до нитки только благодаря заклинаниям. Я уже практически завершила обход, когда меня насторожила одна странность.

Впереди, перед одним из центральных склепов, стоял мужчина. Что, скажете вы, странного в том, что в общественном месте находится любопытствующий маг.

Во-первых, по ночам кладбище все же закрыто, и делать ему тут было нечего. Во-вторых, рядом с ним стояла огромная черная кошка, причем при попадании на нее воды та светилась, как это обычно делают фантомы. А фантомы – очень опасные магические создания, которые запрещены.

Теперь обобщим: глубокой ночью на старом кладбище, нарушая правила, стоит странный тип в плаще и с тварюгой, которая вне закона во всех мирах. Подозрительно?

Вот и я так подумала, сразу спрятавшись за кустарником. Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет случайность! Если я снова вляпаюсь в передрягу, то даже не хочу представлять себе лица Линнура или ректора. Они же меня убьют!

Увидев, что тип с кошкой вошли в склеп, я, ругая себя на чем свет стоит, направилась следом. Надо, наверное, вызвать наставника. Но что, если все это случайность, а я зря переполошу все ведомство?

Крадучись я направилась прямо к склепу и, выдохнув, набралась смелости и вошла внутрь. Первым желанием было выбежать обратно, потому что в склепе стояла непроглядная тьма, и я решила разжечь маленький огонек, который еле тлел у меня в руке.

Впереди же зажглись огни, освещая площадку внизу и ведущую к ней лестницу. Что же они там делают? Неужели все сказки про сокровища короны – это правда?

Сама не зная зачем, я стала красться вперед и с каждым шагом все отчетливее видела то, что творилось внизу. Маг, склонившись у подножья статуи, ковырял полы.

Видимо, из-за любопытства я выдала себя, потому как кошка неожиданно вскинула голову и зарычала, а я, подпрыгнув от испуга, неосторожно ступила на первую ступеньку.

Раздался щелчок, и послышалось движение каких-то невидимых механизмов.

– Что такое? Я же обошел ловушки!

Но тут взгляд вора упал на меня.

– Ты! Ты же активировала…

Что маг хотел сказать дальше, я не расслышала: в него полетели магические сгустки, камни пришли в движение, а я первый раз за ночь сделала что-то умное – бросилась прочь на улицу.

Внутри склепа громыхнуло, взорвалось, а потом послышался сердитый кошачий рык. В следующую секунду крыша склепа разлетелась в стороны, а в небо ударила синяя струя магии из нейтрализованного фантома.

И только тогда я заметила, что дождь прекратился, а с неба сыпался искрящийся голубой пепел. Нерешительно потянувшись рукой к переговорнику на воротнике, я нажала вызов.

– Вознесенская, скажите, что вас не убили, не украли и вообще ничего не случилось.

Обманывать наставника нельзя, поэтому я, откашлявшись, сказала:

– Гер Линнур, уверяю вас, это случайность!

Глава 14. Любовь – дело шумное

Ирина Вознесенская

Оказалось, что это был охотник за артефактами, которого я случайно прикончила, а должна была, увидев подозрительную личность, сообщить об этом наставнику, а не лезть самой.

И конечно, о случившемся тут же доложили ректору. Изор встретил меня мрачно и неприветливо, и после своего вопроса: «Что можете сказать в свое оправдание?» – и моего ответа: «Я же случайно!» – разразился эпохальной речью. Он припомнил мне все и даже упомянул про Некромантский пустырь, от которого постоянно несет моей магией и всякой чертовщиной.

Я сидела, потупив взгляд, и надеялась, что пронесет. Не пронесло… Неделя уборочных работ на стадионе. Я едва не взвыла. Если к этому прибавить практику в городе, домашние задания и лекции, так я вообще скоро спать не буду.

Лучше бы я есть перестала – быстрее нашелся бы парень для снятия магического напряжения, а Илузир так и вовсе был бы счастлив.

За отдраиванием полов в раздевалке меня и застал Барей с друзьями.

– Привет! Невесело у тебя тут.

– Не натопчите мне здесь, – мрачно отозвалась я, даже не поздоровавшись.

Только этого мне не хватало – чтобы Диаркан застал меня вспотевшую, растрепанную и моющую полы. Просто супер!

– Ирина, ты занята? – с намеком произнес Барей.

– А то не видно. Отрабатываю наказание и не знаю за что.

– Мне требуется твоя помощь, у нас все готово.

– Барей, пойми меня правильно, если я не отработаю наказание, мне будет худо.

– Ребята помогут, – сообщил мне ведьмак.

Его друзья поморщились, но промолчали, видимо, о моем наказании знали и успели обсудить между собой. Для меня же было немыслимо, чтобы звезды стихийного футбола отдраивали стадион, на котором играют.

Впрочем, на прошлой неделе они чем-то сильно разозлили Нилькора и три дня обновляли в туалетах чистящие заклинания.

Передав швабру Горану, я строго-настрого наказала:

– Не забудьте об углах и труднодоступных местах. Тиг все проверяет.

– Все будет в лучшем виде. Это вам надо пожелать удачи.

Еще раз нерешительно посмотрев на ребят, я направилась за Бареем к озеру.

– Диаркан, только не говори мне, что вы добыли утопленника, – тихо сказала я.

– Ну, для стихийника это самый простой способ раздобыть труп, – прошептал Барей. – А что такое?

– Просто ритуал очень унизительный, чтобы перенести колдовство. Но помни, может и не получиться, если твое проклятие высшего уровня.

– Я знаю. Тогда останется последний способ узнать, как избавиться от невыносимой ноши. И эта мысль сводит с ума.

– У меня на родине говорят, что проблемы нужно решать по мере их поступления. Думай о том, что происходит здесь и сейчас. К тому же мы уже пришли.

Вечерело. Заходящее солнце золотило гладь прекрасного большого озера, стрекотание насекомых в парке, который раскинулся рядом, наполняло умиротворением… А передо мной на земле лежал несвежий труп. Однако плоть сохранилась, а мне и этого хватит.

– Барей, я давно хочу спросить, почему ты не попросил помочь декана или других преподавателей?

– Во-первых, я не могу их попросить: меня связывает слово, данное семье. Во-вторых, Нилькор прознал и пробовал разгадать загадку, он знает, что мне приходится… непросто. Но, как выяснилось, от магов тоже наложена защита.

Мы на проклятиях уже проходили тему о защите колдовства, поэтому я воскликнула:

– У тебя бабушка просто… очень классный маг!

– Ведьма, – поправил Барей. – Но ты права: у нее большие сила и мастерство.

Я хотела спросить, почему она так поступила, но не стала. Чувствовала, насколько это болезненный вопрос.

– А сюда никто не забредет? – задала я другой волновавший меня вопрос.

– Ребята дали слово, что позаботились об этом.

Уж не о той ли вечеринке речь, которая сегодня тайно устраивалась в институте? Столько слухов, столько таинственности… Даже я думала пойти. Команда выбрала весьма действенный способ отвлечь студентов.

– Что ж, тогда давай начнем. Для начала сними с подопытного материала купол защиты.

– Но он же будет вонять! – в полном ужасе воскликнул ведьмак.

– Придется потерпеть! – передразнила его я. – Заодно и поймешь, каково бедным некромантам.

– Надеюсь, ты хорошо изучила ритуал, – проскрежетал Диаркан, укладываясь на землю недалеко от трупа.

– Вот сейчас и узнаем. Кстати, ты чего лег так далеко? Давай-ка ближе, расстояние должно быть не более десяти сантиметров.

– А на него я лечь не должен? Ну, чтобы контакт был абсолютным.

– Тогда зачем использовать мертвых? На этот ритуал согласится половина девушек института, лишь бы полежать под тобой.

– Ты же сказала, нужен именно мужчина, – съязвил ведьмак.

– Это да, – огорченно подтвердила я. – Но все равно, труп смущать не будем.

Расположившись практически вплотную, Диаркан снял купол и тут же зажал нос рукой, подавляя рвотные спазмы.

Это он зря, утопленники среди трупов еще не самые противные.

Я же, сняв обувь и закатав рукава, открыла книгу и подожгла благовония, после чего стала припрыгивать вокруг лежащих тел, читая заклинания и потрясая кадилом. Если кто-то увидит этот стыд со стороны, про нас с Бареем до конца жизни в институте будут слагать легенды и песни.

Прыгала я так долго, что ноги оледенели. Диаркан даже не ныл и, кажется, уже смирился с вонью, когда его выгнуло дугой и сиреневая тень потянулась в покойника. Получилось!

Понимая, что силы не хватает, я запрыгала интенсивнее, но вместе с сиреневой гадостью ведьмака стала покидать и золотистая дымка.

– Нет! – выкрикнула я, нарушая ритуал, и, бросившись на Барея, закрыла нас щитом.

По берегу озера прошла магическая волна и, достигнув эпицентра, разлетелась во все стороны вместе с трупом.

Осмотревшись мельком, я опустила глаза и встретила взгляд ведьмака. Последовала неловкая минута молчания, я бы даже сказала интимная.

– Прости, но я прервала ритуал, – тихо сказала я, почему-то смущаясь. – Вместе с проклятием начала переходить и твоя душа.

– Это значит, его нельзя снять?

– Не знаю, – с сожалением ответила я.

Так мы и лежали – в романтической обстановке вечера, озера и ошметков трупа повсюду. Убирать это точно Диаркану!

* * *

Утро добрым не бывает, в моем случае это был день. Только я закончила отработку и могла отоспаться, как какой-то… нехороший человек проник в нашу гостиную и принялся там орать. Ну, если это снова душник начудил, мало ему не покажется!

Поднявшись и приведя себя в более-менее божеский вид, я вышла в гостиную, чтобы задать жару нарушителю спокойствия, и обомлела, увидев Семена со странным инструментом, смутно напоминающим гитару, в шляпе и поющим серенаду под дверью ведьмы.

– Сема, а что это ты тут делаешь?

– Сообщаю даме сердца о своих чувствах.

– Э-э-э… – Я покосилась на дверь ведьмы. – Она отвечает тебе взаимностью?

– Она не отвечает! – донесся из-за закрытой двери голос соседки. – Убери его отсюда, я тебя умоляю. Он же мертвый, и на него практически ничего из моей магии не действует, а некромантией я не владею.

– Зато сердце мое живо и трепещет при мысли о тебе.

– Уйми этого истерика, пока я не опустилась до того, чтобы нажаловаться на него Добракович. Это ужас какой-то! Сначала он писал записки, потом читал стихи, теперь поет песни. Я так больше не могу!

– Согласен, заткни своего скелета. У меня от его воя души развоплощаются! – донеслось из комнаты второго соседа.

– А ты вообще молчи, я еще помню про банки с майонезом!

– Жадная ты девушка, Ирина. Бессердечная!

Я аж задохнулась от такой наглости.

– Семен, пойдем поговорим, а?

С тоской посмотрев на закрытую дверь возлюбленной, скелет направился в мою комнату. Закрыв дверь изнутри и прислонившись к ней спиной, я раздумывала, с чего бы начать.

– Семен, ты что, действительно влюбился?

– Да! Ты сама мне говорила, что я должен помочь ей с общением и в остальном… Я старался, а потом понял, что Имара значит для меня больше.

– Когда именно понял?

– Однажды утром она злилась и ударила меня метлой по голове, – мечтательно заметил скелет.

– О-о-о… Это многое объясняет, – пробормотала я, присаживаясь на постель.

– Не издевайся над моими чувствами! – взорвался скелет и заходил взад-вперед передо мной. – Они искренние.

– Но подумай, какое у вас будущее? Ты мм… умер и сейчас скелет. Она ведьма. Вы из разных миров.

– Это отговорка для слабаков!

– Хорошо-хорошо. Но почему ты сказал мне только сейчас?

– А потому, что ты совсем не уделяешь мне времени. Я же не вижу тебя сутками. То ты с Бареем, то моешь полы, то ловишь безумных охотников.

– Это была случайность! – вскочила я. – Вы сговорились, что ли?!

– Дело не в этом…

– В общем так, я понимаю твою непростую ситуацию, но прошу тебя, умоляю, не перегибай палку. Если ведьма нажалуется, тебя могут нейтрализовать. Ищи более ненавязчивые способы сказать о своих чувствах. Все, я побежала, у меня сегодня очередная проверка у Дазара. А еще он обещал какую-то страшную экскурсию.

– Вот про это я и говорю! – крикнул мне вдогонку скелет.

Тоже мне эксперт!

* * *

Сегодня у нас была последняя проверка у Дазара. Наш декан неустанно бдил за тем, чему же мы научились на практике. Первое учебное полугодие второго курса заканчивалось, а значит, скоро Новый год и два месяца отдыха.

На экзамене нас снова, как и в прошлый раз, отвели в подвал и рассортировали по комнатам, где ждало задание.

Проверку я прошла довольно легко, после ужасов практики меня сложно было чем-то удивить. А вот по поводу экскурсии Дазар не обманул, она действительно оказалась жуткой. На следующий день нас повели в тюрьму для магов. Располагалась она даже не в Междумирье, а вообще в другом измерении – висела где-то между временем и пространством.

Сдается мне, отсюда еще никто не сбегал.

Узнав, куда мы идем, я сразу представила мрачное, темное здание. Но нет, оно оказалось противненького желтого цвета, примерно как стены психушки.

– Как люди тут с ума не сходят?

На экскурсии мы с Бареем как-то случайно отстали от друзей и в толпе студентов, ведомые тремя преподавателями, благодарно внимали экскурсоводам, которые в красках поведали об истории тюрьмы, не забывая приправлять рассказ душещипательными отступлениями о том или ином маге, сбившемся с пути.

– Тут весь персонал – привидения или лицензионные фантомы, которые управляются магами на расстоянии. Выдержать в этом месте очень тяжело, – просветил меня Диаркан.

– Зато очень отрезвляющее и запоминающееся место, для этого нас сюда и привели. Хотя странно, что в этом году объединили второй и третий курсы.

– Ты забыла, на следующий год соревнования.

– Точно! Очень хочу посмотреть. А вот ты увидишь? У тебя ведь будет последний курс.

– Увижу. Это некроманты последний год учатся только первый семестр, стихийники трудятся весь год.

– Это хорошо, – улыбнулась я.

– Ты бы скучала без меня? – подначил Диаркан.

– Пожалуй. Стихийный футбол без тебя будет уже не тот, да и в институте тоже.

– Ирина, я хотел спросить…

Развернувшись к Барею, я подозрительно на него посмотрела:

– Что такое?

– Ты будешь меня сопровождать на новогодний бал?

Мои брови непроизвольно взметнулись вверх.

– Ты что, серьезно? У тебя же есть девушка.

– Мы сегодня расстались, – пожал плечами ведьмак.

– Ты специально это сделал, – догадалась я. – Зачем?

– Ирина, просто поверь, по-другому никак. Я тебя прошу как друга, как девушку, как человека, в конце концов.

– Почему я? – все еще выпытывала я.

– Ты мне нравишься, – очаровательно улыбнулся ведьмак.

– Да-да… Ты мне тоже, – задумчиво ответила я.

– Значит, договорились.

Я промолчала, потому что это действительно было так, и к тому же меня занимала загадка ведьмака. Пора ее разгадать.

* * *

Конечно, в нашем мире Новый год – это особый праздник, сопровождаемый неповторимой атмосферой и волшебством. В Междумирье магия на этом празднике повсюду и абсолютно настоящая. Приближение Нового года чувствуется за неделю, когда совершенно неожиданно, за считаные часы, появляются сугробы, а за окном начинают трещать морозы.

Я не сразу привыкла к такой смене погоды, но нахожу ее интригующей.

К прекрасному, светлому и веселому празднику готовились все – и студенты, и преподаватели. Бытовики все организовывали и подготавливали, лекари занимались украшением помещений, помогая стихийникам, которые магией превращали институт в красочный новогодний мир.

Некроманты же получили задание – привлечь из других миров привидений прошлых эпох и заземлить их в Междумирье хотя бы на пару дней. Также мы создавали простейших фантомов и одевали их в старинные одежды. Подобные «гости» привносили непередаваемую атмосферу сказки и должны были присутствовать на балу-маскараде в новогоднюю ночь.

Кстати, предстоящий бал сильно осложнил мне жизнь.

Со своей практикой и ужасами, которые повсеместно происходили в моей жизни, все нормальные платья я проморгала: в магазине остались какие-то смешные пародии на праздничный наряд. А если судить по наряду Миланы, то ничего приличного и в самом начале сезона не завозилось.

В полной печали меня и застал в последний день практики мой наставник Линнур. Уже под утро я собиралась домой, завтра Новый год, а настроение было на нуле.

– Вознесенская, что вы сегодня весь день ходите с кислой миной и сбиваете праздничный настрой? Снова проблемы со скелетом?

Вздохнув, я призналась:

– Нет, у Семена все хорошо. Уж не знаю как, но он уговорил ведьму пойти с ним на бал-маскарад. Надеюсь, обошлось без угроз. Мои проблемы совершенно женские – нечего надеть.

– А вы идете с этим дерзким, но талантливым парнем Диарканом, да? – хмыкнув, спросил пожилой маг.

Ведьмак уже успел пересечься с Линнуром и произвести на него «впечатление».

Чувствуя, как краска заливает лицо, я кивнула.

– А он не слишком взрослый для тебя? По земным меркам ему уже больше двадцати пяти.

– Мы друзья!

– Ага, понятно, понятно. Вот, значит, оно как. А знаешь, я могу решить твою проблему. Пойдем.

Настороженно следуя за Линнуром по коридорам ведомства, я не знала, что задумал этот хитрый лис. А тот, дойдя до одной из дверей, открыл ее и вошел внутрь, оставив меня в коридоре. Я слышала стук – что-то упало, затем раздался звон, а потом наставник вышел со свертком в руках.

– Что это такое?

– Платье из твоего мира. Когда-то ребята были на задании и прихватили трофеи, этот один из них.

Снедаемая любопытством, я еле дождалась, когда мы вернемся в лабораторию и Линнур развернет бумагу.

Увидев наряд, я восхищенно выдохнула. Платье было длинным, не очень пышным, с нарядным корсетом – такие носили много веков назад.

– Подойдешь к своей соседке и попросишь обновить цвета и навести блеск. Будет как новое.

Внимательнее осмотрев презент, я нерешительно заметила:

– Но оно очень откровенное. Очень!

У меня появились некоторые соображения, что за задания были у магов в то время на Земле.

– Ну, ты можешь, конечно, купить что-нибудь в городе, – протянул маг.

– Нет-нет, это платье отличное, – быстро согласилась я, запихивая платье в сумку. – Я потом постираю и верну.

И, уже направившись к двери, я услышала:

– Желаю хорошо провести время.

* * *

Как я собиралась – словами не передать, но я попробую. Сначала была война с соседкой, но потом, лишь бы я от нее отвязалась, она поколдовала над платьем, и его стало не стыдно надеть самой шикарной куртизанке.

А вот я стеснялась…

Однако Линнур прав: выбора у меня нет. Если бы я пошла одна, можно было и мешок из-под картошки нацепить, никто бы не заметил. Но раз я со звездой института, на меня будут смотреть все. И как интроверту, мне было мучительно даже думать об этом.

И почему я иду на такие жертвы ради Диаркана? Но стоило об этом задуматься, как сердце екнуло!

Скелет затянул на мне корсет, сделал прическу, и я, нанеся заклинанием стандартный макияж, взглянула на себя в зеркало.

Красивое синее платье из плотной атласной ткани с золотой вышивкой хорошо сочеталось с моей кожей и волосами. Корсет красиво подчеркивал талию и приподнимал грудь. Сверху над ним ткани было совсем чуть-чуть, плечи полностью оголены, а рукава начинались на уровне лифа. Красивый наряд, но очень откровенный.

– Семен, а шали у нас никакой нет?

– Есть шарфик, но сюда он не подойдет.

Поправив на груди элегантную бижутерию в виде колье, я была полностью готова и еще несколько минут ходила взад-вперед по комнате, наклоняясь и проверяя, не выпаду ли я из наряда.

Диаркан пришел вовремя. Его взгляд скользнул по мне и застрял в районе груди. Ожидаемо, но я все равно залилась краской и сразу надела золотистую маску. В костюме пирата Барей, сверкая фиолетовыми очами, был великолепен как никогда.

– Ты сегодня совершенно невероятная, – склонился над моей рукой Диаркан.

– Не смущай меня, – попробовала улыбнуться я.

Кавалер предложил мне взять его под руку, и мы отправились в банкетный зал.

Как и в прошлый раз, добирались телепортом, но я все равно неуверенно посматривала по сторонам, оценивая реакцию окружающих на мое платье.

– Прекрати переживать, – сказал заметивший мои метания Барей. – Мне сегодня досталась самая прекрасная спутница, и я весь вечер обречен отгонять от тебя кавалеров.

– Зачем же отгонять? – подколола я.

Настроение взлетело на седьмое небо.

– Обойдутся. Мне стоило немалых трудов тебя уломать.

Войдя в зал, я в первую очередь нашла глазами Дазара. Тот, увидев меня, лишь вскинул брови и улыбнулся.

– Ирина, у тебя точно нет ничего с деканом? А то его отгонять будет проблематично.

– Точно. У него, кажется, есть любовница, если верить сплетням.

– Про меня сплетни не слушай, – хмыкнул ведьмак.

Мы подошли к друзьям, и у меня возникло чувство дежавю. Разве что в этот раз команда стихийников наговорила мне комплиментов на долгое время вперед.

Новогодний вечер был совершенно чудесным. Украшенный институт, фантомы и привидения вокруг, люди в красивых нарядах… Я точно попала в сказку, попала еще полтора года назад, но только сейчас поняла, какой мир мне посчастливилось открыть.

Рядом сидели друзья, знакомые и обалденный парень… который вновь ел словно первый раз в жизни. Обжора!

Посмотрев на стол, я утащила к себе рыбу, салатики и решила отпраздновать Новый год как следует. Правда, после нескольких ложек вспомнила, что в корсете. Может, столбиком постоять?

Вечер протекал по уже знакомому сценарию: бой часов, танцы. И вновь я плыла в магии Диаркана, поначалу стесняясь наряда, а потом разрешив себе просто наслаждаться вечером, танцами и прекрасным ведьмаком.

Глубокой ночью, когда преподаватели давно исчезли на свою частную вечеринку, а по коридорам замка бродили лишь пьяные студенты, мы, тоже немного хмельные, не спеша брели в направлении моей комнаты.

– О чем думаешь? – спросил ведьмак.

– О том, что это сказка и я, наверное, сплю. А просыпаться не хочется.

Диаркан рассмеялся:

– Это все вино.

– Может быть, но разве тебе не интересно узнать все тайны этого замка?

– Я читал о его истории. Сначала он строился как тюрьма, потом, через пару десятков лет, после некоторой перестройки его сделали правительственным зданием. А спустя еще десять лет он был передан в ведение министерства образования. С этого момента уже много тысяч лет замок является институтом.

– Прекрасно, я учусь в тюрьме. Были у меня подозрения…

Послышалось легкое покашливание, и я с улыбкой посмотрела на Барея.

– Ирина, ну ты же не хочешь отправиться в Кривую башню искать приключений?

– Можешь меня не провожать, – хмыкнула я и свернула за угол.

– Ирина!

А мне что? Хмель играл в голове и толкал на бесшабашные поступки. Кривая башня считалась в замке Бермудским треугольником. Каких только небылиц не ходило про нее! А я не удосужилась заглянуть туда.

Задумавшись и забыв, что я на каблуках, я споткнулась на ступеньке и чуть не растянулась.

– Осторожнее, – удержал меня неожиданно возникший рядом Диаркан. – Здесь очень неровные ступеньки, а есть и с выбоинами. Не в таком пышном платье по ним ходить.

Я же задумчиво посмотрела вверх. Мелькнула мысль, что мне нельзя много пить, но я все же решилась отправиться дальше. Однако Барей не дал.

Подхватив под колени, он перекинул меня через плечо и невозмутимо отправился вверх по лестнице.

– Ты ведь понимаешь, что я могу выпасть из этого платья? – спросила я, придерживая лиф.

– Ну, я буду очень расстроен, если этого не случится, – со смешком заметил ведьмак.

Мы преодолели лестницу и оказались на круглой площадке, а Диаркан даже не запыхался. Эх, не был бы он таким ветреным, прямо мужчина моей мечты.

Оказавшись на ногах и поправив платье, я увидела, как Барей распахнул передо мной дверь в башню, делая приглашающий жест.

– Вперед, искательница приключений.

Подавив робость, я шагнула в темную башню. По винтовой лестнице нам предстояло подняться на смотровую площадку. Заметив такую прелесть, я наплевала на все загадки и приключения и полезла наверх.

Наградой стал вид окрестностей, захватывающий дух. Вся территория института – парк, озеро и здания – была как на ладони.

– Потрясающе!

– Некоторые пары здесь встречались и проводили время. Институт позволял им это, но подавляющее большинство сюда доступ не имеет. Башня словно гонит их отсюда.

– А правда, что замок живой? – решилась спросить я.

Мне казалось, Барей поймет вопрос.

– По легенде, маг, который его построил, оживил замок и выбрал ему предназначение – служить людям. Поэтому здесь и образовался институт.

– Правда?

– Ирин, ну кто знает? Легенда – она и есть легенда.

Не знаю, сколько бы мы созерцали красоты ночной природы, если бы не звук захлопнувшейся двери.

– Что это? – выдохнула я, и мы оба, не сговариваясь, бросились вниз.

Подергав безрезультатно дверь, Диаркан посмотрел на меня.

– Только не говори, что нас здесь закрыли.

– Ну, не сама же дверь захлопнулась, – неуверенно заметил Барей.

Я могла бы, конечно, предположить, кто нас закрыл, но, когда мы уходили, девочки были на балу. Алея набралась смелости и пригласила Илузира. Нет, они бы не стали…

– Все это очень странно, – нахмурился Диаркан и присел на лавочку около стены.

Ее же здесь не было. Или была?

– Может, это я спланировала операцию, чтобы остаться с тобой наедине? – пошутила я, на самом деле боясь, что Диаркан так и подумает.

– Если бы ты захотела остаться со мной наедине, то могла просто попросить, и нет проблем. К тому же у тебя нет мотива.

– Значит, версия отхватить завидного жениха провалилась?

– Если учесть, что ты мне уже отказала? Боюсь, что да.

– Я не отказывала! – Барей специально переиначил мои слова.

– Да ты что? То есть ты на все согласна?

– Я не в том смысле…

– Ирина, просто не думай об этом. Лучше предложи вариант, как мы будем спать.

И тут я поняла весь ужас ситуации.

– Нас ведь до утра не найдут?

– Если сюда никто не придет целоваться, то нет. А это место в последние годы крайне непопулярное.

– Тогда расскажи мне что-нибудь о себе, – попросила я, тоже присаживаясь на лавочку.

– Что именно? – удивился Диаркан.

– Мне все равно.

– Ну, слушай. Родился я в пригороде столицы, где стоит родовой дом моей семьи…

Уже полчаса спустя я знала нехитрую биографию капитана стихийников, которая, в общем, только деталями отличалась от любой другой.

Когда мы коснулись личной жизни, Диаркан упомянул о споре с другом на предмет соблазнения одной девушки. Я потрясенно взглянула на Барея.

– Почему ты так удивилась? – впился в меня взглядом тот.

Я встала с лавочки.

– Это был очень некрасивый поступок – спорить.

– Красные ведьмы все довольно ветрены, а мы были молоды и не связаны узами. Но ты не поэтому так отреагировала. Почему?

Я залилась краской, и ведьмак, встав, направился ко мне.

– Итак? Ты же не будешь мне врать?

Вскинув подбородок, я решила сказать правду. Бежать некуда, но и юлить низко.

– Когда я появилась в институте, то заметила твое странное отношение к девушкам.

– И что же? – не стал отрицать сей факт Барей.

– Они были тебе неприятны, в то время как с мужчинами ты такого дискомфорта не испытывал.

Судя по тому, как сузились глаза и побледнело лицо ведьмака, он очень разозлился.

– Я удивлю тебя, Ирина, но я отличник по истории. И нам рассказывали об одной земной тонкости. Ты что, подумала, что я предпочитаю представителей своего пола?!

– Не-е-ет, – протянула я, но тут же поправилась: – Да.

Резко выдохнув, Диаркан пристально на меня посмотрел, пробормотав:

– Конечно, будет расплата, и, возможно, я пожалею, но удержаться невозможно…

– Барей, давай успокоимся…

Вместо этого ведьмак дернул меня за руку на себя и, обняв, поцеловал. А я… Я – безропотная, безвольная квашня. Полуприкрыв глаза, я разомкнула губы, впитывая поцелуй, который рождал в сердце тепло, и от сердца оно огнем расходилось по венам, сжигая страстью и неутоленным желанием.

Руки дрожали, жадно обнимая и сминая одежду, а мы целовались как безумные, не в силах оторваться друг от друга. Его руки забрались под платье, одна из них скользнула по ноге, сжав чуть сильнее…

– Представляешь, Алиса, как молодежь сейчас дружит?

Услышав голос Дазара, мы с Бареем отскочили друг от друга как ошпаренные и круглыми глазами уставились на моего декана и декана лекарей, которую демон обнимал за талию. Профессор Изоль смотрела на нас с улыбкой.

Окинув себя взглядом, я покраснела, хотя вроде бы дальше уже некуда. Платье смято и в беспорядке, кожа горит от прикосновений.

– Извините, – пробормотала я и, проскользнув мимо преподавателей, унеслась прочь.

Тайну ведьмака я не разгадала, зато поняла кое-что о себе.

Глава 15. Любит, не любит…

Ирина Вознесенская

Осознание того, что я влюбилась в Барея, наполнило меня такой неконтролируемой паникой, что даже заснуть не могла. Мысли путались, я разговаривала сама с собой, пытаясь найти выход из ситуации, которого не было. Если любовь пришла, тут ничего не поделаешь.

Утром, не выспавшаяся и морально измученная, я отправилась осуществлять последнюю попытку снять с ведьмака проклятие. Мы перепробовали уже все, если и эта провалится, то ничего больше не поможет.

Но как смотреть после всего ему в глаза?

«Так, Ирина, возьми себя в руки. Ты уже совершеннолетняя девушка и должна вести себя адекватно. Ну, влюбилась, и что? Бывает… Чахнешь от тоски? Ничего, переживешь. Не хочешь выбрасывать его из головы? Тогда мучайся!»

Если кто-то узнает про мои мысленные споры, меня точно заберут в дурку. С тюрьмой для магов я уже познакомилась, ну и в психушку заглянем. В конце концов, может, я себе все придумала, а на самом деле холодна к Барею. Вот сегодня во время ритуала все и выясню.

Я ждала ребят в назначенном месте, и они пришли вовремя. Друзья Диаркана весело о чем-то перешучивались, а вот капитан команды был молчалив и задумчив. Его словно что-то мучило. Уж не жалеет ли о нашем поцелуе?

«Ирина, спустись с небес на землю. У него таких поцелуев каждый день куча, а сейчас он ни с кем не встречается, так что можно и не с одной девушкой по нескольку раз. А ты тут навыдумывала себе».

– Ну что, готовимся? – посмотрел на меня Диаркан.

– Я уже все начертила, пока вас ждала. Осталось подготовиться тебе и встать ко мне в круг, и начнем. А ребята, если что, нас подстрахуют.

– Отлично, – кивнул Барей и начал снимать обувь.

«Сейчас для ритуала ему нужно раздеться, совсем, а я не влюбленная, вполне добропорядочная землянка и сейчас стою в круге и ничего не думаю и не чувствую».

Когда Диркан встал рядом, я украдкой бросила на него взгляд и чуть не захлебнулась слюной. Да у меня сердце едва не остановилось от того, какой он классный! Хорошая накачаннаяфигура – тренировки для стихийного футбола сделали тело ведьмака совершенным.

«Я плохая, очень плохая землянка, и у меня совсем нет моральных границ, а он тут, передо мной, и стоит протянуть руку, как можно будет обнять, погладить…»

Стоп! С неимоверным трудом я взяла себя в руки – кажется, мне даже стало больно – и дотронулась до плеч парня, стараясь смотреть в другую сторону.

Диаркан обернулся ко мне и сказал через плечо:

– Я ценю твою тактичность, но давай начинать.

Мне почудилось в его словах снисхождение. Стыдно-то как!

Прикрыв глаза и желая побыстрее провести ритуал, я быстро забормотала слова заклинания – и зеленоватая дымка объяла наши тела, притиснула их друг к другу.

Ох, сладкая мука…

Уже образовалась воронка как вокруг нас, так и внутри моего сердца. Любовь затягивала меня в свой омут, сметая все на своем пути.

А в реальном мире перед нами появились лица, они то появлялись, кружась, то исчезали:

– Мы стражи границ между мирами мертвых и живых. Тебе еще рано проходить врата, зачем вызвала? – обратились ко мне лица.

– Барей Диаркан задаст вам вопрос. Мы просим дать ответ.

– Принес ли ты нам дар, ведьмак? За ответ надо платить.

– Я готов отдать всю силу, которая сейчас у меня есть, – сказал ведьмак.

– До полного магического истощения? – поинтересовались стражи.

– Да.

– Много. Ты сильный маг, а мы не берем больше положенного. Но все равно восстанавливаться будешь долго. Хорошо, спрашивай.

– Как снять мое проклятие?

– Для этого требуется ритуал с добровольным согласием двух магов, которые наложили его на тебя, и жертвой. Но в твоем случае снять проклятие невозможно, один из магов уже прошел сквозь врата. Твоя ноша останется с тобой до конца. Однако ты знаешь, ведьмак, как сделать ее легкой и даже обратить на пользу себе.

– Благодарю вас за ответ, – поклонился Диаркан, и лица стали уходить, вытягивая из Барея силу как плату.

К тому моменту, как я завершила ритуал, на меня свалился голый ведьмак, придавив к земле своим немалым весом. А я, хоть и случайно прижатая к его груди, чуть не умерла от счастья.

* * *

– Ф-л-л-л…

На третий день праздников я сидела на полу и сморкалась в платочек, другим же утирая слезы. Семен, отменив свидание, бегал вокруг меня и пытался выяснить, что случилось.

В этот раз я притащила из своего мира шоколад, точнее много шоколада, и съела уже три коробки. Не помогало.

Мне было стыдно, обидно, плохо и противно от того, какое же я ничтожество. Знала, что Барей за парень, что он не для меня, и влюбилась.

Вот дура!

От таких мыслей я завыла еще сильнее. И скелет, не добившись от меня ответа, позвал подмогу.

Алея и Милана, придя, сразу бросились меня пытать. Я поначалу отбивалась от них, а потом подумала, что, может, станет легче, если я кому-то доверюсь…

– Ты скажешь нам, что случилось, или нет?! – выйдя из себя рыкнула Алея.

– Я влюбилась в Диаркана!

Дожали-таки…

– Ну, так ты давно в него влюбилась, – недоуменно заметила Милана. – Или нет?

– Нет! Да… Не знаю! – выпалила я. – Сейчас я поняла это в полной мере, особенно когда увидела его голым.

Я прикусила свой болтливый язык, но было поздно.

– Вы что, переспали?! – ахнула нага.

– Нет! – воскликнула я, и, видимо, убедительно.

– Дай угадаю, – продолжила Милана. – Это была случайность?

– Нет, – вынуждена была признать я. – Все так и задумывалось.

– Но ты не расскажешь?..

– Нет. – Сегодня я была крайне постоянна в своих ответах.

– Погоди, – сказала Алея, – ты с ним не спала, но видела его голым, ты сопровождаешь его на вечеринки, но вы не встречаетесь. Вы не дружите, но видитесь постоянно. Знаешь, у вас очень странные отношения.

– Знаю, – уныло заметила я.

– А ты уверена, что не нравишься ему? – подозрительно спросила Милана.

– Сложно подумать, что нравишься парню, когда он предлагает тебе быть его девушкой так, словно служанку нанимает, а потом, спокойно приняв отказ, встречается с кучей других. Видимо, это от большой любви. Или нет, вот еще… перед тем как тебя поцеловать, он говорит: «Наверное, я об этом пожалею».

– То есть он предлагал тебе отношения и вы целовались? – подпрыгнула Милана.

– Между этими событиями прошло больше полугода.

– Я согласна с Ириной: поведение ведьмака странное. Но также можно сказать, что прав на нее как на девушку он не заявляет. Значит, ее любовь точно безответная.

– А если попробовать завоевать? – вскинулась нага.

– Попробовать можно, – хрипло заметила я. – Но если он повстречается со мной неделю, а потом бросит, как и всех своих подружек, я этого просто не переживу. И я серьезно. Пойду и удавлюсь.

Не сдержав слез, я вытирала щеки ладонями и старалась успокоиться.

– Я за то, чтобы пойти и сказать ему все как есть. Вдруг парень отвечает тебе взаимностью? – влез Семен.

– Ты совсем череп перетрудил? – не сдержалась я. – Мне и так плохо, а ты предлагаешь, чтобы еще и снизу постучали?

– Что? – не понял скелет.

– Неважно, – отмахнулась я. – Унижаться не буду. Пусть уж между нами все будет как сейчас, то есть никак, чем все потерять, признавшись.

– Почему ты не веришь, что тебя можно полюбить? – возмутился Семен.

– О! Меня очень даже можно. Но ты Диаркана видел? Где он и где я? Дурак совсем, да?

– Ирина, ну чем нам помочь? – склонилась ко мне Алея, сжав мою руку.

– Не знаю… Вряд ли мне что-то поможет. Если только отворотное зелье, – пошутила я.

А девочки переглянулись.

– Обычно они действуют только на привороженных, но можно попробовать, – кивнула Милана. – Я все устрою.

– Вы серьезно? – посмотрела я на подруг.

– А то! Мы не бросим тебя в беде, – твердо ответила Алея.

Семен покачал головой неодобрительно и что-то пробормотал под нос. По-моему, это были слова: «Все бабы – дуры!»

* * *

Приворотные зелья не помогли. Никак. Вообще. Совсем. Но жизнь мне попортили знатно. Одним я отравилась, после другого заснула беспробудно на сутки, прогуляла лекции и отрабатывала за это мытьем спортзала. Кажется, за два года я перемыла все закутки в институте.

Остальные зелья вызывали либо диарею, либо аллергию. После последнего, когда у меня появилась сыпь, я решила бросить извращенные способы покончить с собой.

Уже начался второй семестр учебного года, который был значительно короче первого, и я облегченно выдохнула. Сейчас как-нибудь помучаюсь немного, а потом настанут каникулы, и я махну на Землю.

А там есть стриптиз-клубы. Я отправлюсь в самый лучший и сниму себе самого красивого парня. У нас тоже есть красавцы. Говорят, клин клином вышибают, вот и проверим.

Я держалась за эту спасительную мысль как утопающий за соломинку.

Практика и лекции помогали отвлечься, да и Барей вел себя по-другому. Мы стали меньше общаться, он периодически пристально на меня смотрел и был задумчив. Мысли на тему «Почему произошли такие перемены?» спокойствия не добавляли.

Так прошла пара месяцев. Зима подходила к концу, когда все изменилось.

В этот день практику отменили – Линнур уехал в командировку, – и с утра у меня стояла лишь пара по бытовой магии.

Занятие по бытовой магии, полезное!

– Добрый день, студенты. Должен вам сказать, что бытовая магия самая важная в нашей жизни. И наиболее широко дается магам разных специальностей. Сегодня мы будем изучать кулинарную магию, которую необходимо знать как мужчинам, так и женщинам.

А я-то все думала, зачем мы пришли в аудиторию с котелками и прочей кухонной утварью?

– Да-да, пусть мужская часть группы не смотрит на меня так пренебрежительно. Вы не селяне, чтобы рассчитывать, что вам кто-то будет готовить. Маг всегда должен суметь позаботиться о себе – на опасном ли задании или после изнуряющего эксперимента. Вот сегодня вы этим и займетесь.

Котелки быстро начали заполняться жидкостью.

– Сейчас вам предстоит приготовить суп, восстанавливающий магические и физические силы, из простейших ингредиентов. Они, кстати, сзади вас, в холодных сферах. После занятия каждый из вас попробует то, что приготовил, а я в течение дня понаблюдаю за эффектом. Те, кто не будут бодры и полны сил, придут на отработку. Начинайте.

С оптимизмом посмотрев на огонь, загоревшийся под котелком, я отправилась к своей сфере с продуктами. С кулинарией у меня всегда было хорошо, а значит, если есть рецепт, то приготовить точно можно.

* * *

Когда я вышла из аудитории, меня уже не подташнивало, но самочувствие было не ахти. Еще бы! Меня полчаса полоскало после дегустации своего «оздоравливающего» супчика, организм до сих пор находился в депрессии. А в коридоре меня ждал Барей. Неожиданно!

Заметив его, я застыла, как и половина студентов нашей группы, что с ожиданием взирали на нас.

– Прогуливаешь? – спросила я, чувствуя себя неловко, так как мы давно не общались.

– Нет, у меня окно и очень нужно с тобой поговорить. Пошли в парк? – И, отобрав у меня сумку, он повлек меня за собой.

Народ, кажется, аж затаил дыхание, провожая нас глазами.

– Вот вечно ты даешь повод для слухов, – заметила я, когда мы расположились на траве. – А ведь об этом может узнать твоя очередная девушка, некрасиво получится.

– У меня нет девушки.

Посмотрев на Диаркана, я заметила, что он за мной внимательно наблюдает.

– Что-то случилось?

– Да, я влюбился.

Вызовите «скорую», моя душа болит!

Не знаю, смогла ли я не показать своих эмоций или нет, но некоторое время мне было сложно что-то сказать. Я старалась справиться с эмоциями, бушевавшими внутри. Интересно, обезболивающие уколы смогут помочь?

Откашлявшись, я сказала:

– Ты меня шокировал. Кто эта девушка? Я ее знаю?

– Да, но я не скажу тебе, кто она. Пока рано.

Я чуть не кинулась на Диаркана и не расцарапала ему лицо.

– Тогда на фи… зачем ты решил поделиться со мной этой… радостной новостью?

– Мне нужна твоя помощь.

– Для чего? – не сразу сообразила я.

– Да неважно. Просто посиди спокойно, ладно?

– Хорошо…

Подсев поближе, ведьмак дотронулся до моих волос, пропустил прядку через пальцы, словно поглаживая. Дотронулся до плеч, провел ладонями по рукам, прикоснулся к ногам.

– Если завтра по институту разнесется слух, что ты тут со мной предавался разврату прямо у всех на глазах, я тебя придушу, – тихо заметила я, стараясь держать себя в руках и не облапать Барея.

– Не переживай, тогда я сразу на тебе женюсь.

– Не смешно!

– Как скажешь.

– Зачем ты все это делаешь, если есть девушка, которую ты любишь, которая любит тебя?

– Про ее чувства я ничего не говорил.

Перехватив руки Диаркана, я посмотрела ему в глаза.

– Хочешь сказать, она не отвечает тебе взаимностью?

– Издеваешься?!

Вскочив, я взяла сумку и зашагала прочь, чувствуя взгляд ведьмака. Вот и случилось то, что рано или поздно должно было случиться, – Диаркан нашел себе постоянную пассию.

* * *

Последующие дни я часто замечала Барея рядом, мы регулярно сталкивались. Я понимала, что ведьмак что-то задумал, но не могла разгадать что.

А еще я ловила себя на том, что постоянно наблюдаю за ним, как раньше, отмечая, к какой девушке он подошел, как говорит и тому подобное. Только причины такого поведения на этот раз были иные.

Последняя игра в сезоне состоялась за месяц до экзаменов. Из-за травмы капитана команды ребята довольно прилично отставали по очкам, и весь институт очень ждал победы. Но чтобы отыграться, нашим должно сильно повезти.

Вместо того, чтобы занять лучшие места и волноваться о результатах игры, я стояла поблизости от подтрибунного помещения, откуда игроки должны были выйти на поле. Сейчас я точно увижу его даму сердца. Да и опыт закапывания на пустыре у меня имеется.

– Вознесенская!

Повернувшись на шипение, я увидела Илузира, который сейчас был очень зол.

– Я не знаю, что у вас произошло, но если Диаркан без ритуала отправится на игру, я вас на стадионе сгною! Ибо мы прос… проиграем сезон.

Посмотрев круглыми глазами на Илузира, я, протискиваясь сквозь толпу, помчалась в раздевалку. Бочком подобравшись к капитану и не отсвечивая, я позвала ведьмака.

– Что случилось? Почему Илузир на меня рычит?

Барей повернулся, и на мгновение я онемела от восхищения. Мало того, что он был топлес, так стихии оплетали его тело различными цветами, создавая прочнейшую броню и делая Диаркана красивейшим из мужчин.

– Он все неверно понял. Но прав в одном: сегодня играем без ритуала.

Команда косилась на нас, отойдя чуть в сторону, но не вмешивалась.

– Ты что?.. – задохнулась я. – А магия удачи?! Да вам и так предстоит совершить подвиг. Что ты творишь?

– Ирина, у меня нет девушки. Ты что, предлагаешь мне поцеловать первую попавшуюся?

– Если это нужно для победы, то да!

– Да как скажешь, – хмыкнул Диаркан и, в два шага преодолев расстояние между нами, впился в мои губы поцелуем.

Шум трибун стих, Междумирье исчезло, остались я, он и то непередаваемое чувство, которое рождалось внутри. Вкус страсти на губах и всепоглощающее чувство любви.

Словно вероломный враг, сигнал начала игры раздался над стадионом, оборвав мои счастливые секунды. Барей отпустил меня и побежал на поле, а я осталась стоять, приходя в себя.

Внезапно Илузир схватил мою руку и куда-то поволок.

– Обо всем надо заботиться самому. Ну, ей-богу, как маленькие дети!

Приведя меня на трибуну и усадив в кресло, он ушел.

– О! Это замечательно, что вы с Бареем наконец наладили свои отношения, – заметила сидящая рядом невеста демона, играющего в защите.

Оглянувшись, я поняла, что сижу на месте, предназначенном для девушек или жен игроков.

– Это не то, что ты подумала!

Но она лишь подмигнула мне и похлопала по коленке. Впрочем, на этом неожиданности не закончились. Наша команда выиграла с разгромным счетом, и ребят вынесли со стадиона на руках. Они были великолепны!

Не думайте, что я забыла про поцелуй! Нет, я нашла ведьмака на импровизированной вечеринке и, наклонив его голову к себе, сообщила:

– Не делай так больше.

Он понял, о чем я.

– Ох, Ирина, Илузир в таком восторге, что я даже не знаю.

Смотря на улыбающегося парня, в которого девушки стреляли глазками, только и ожидая, что он обратит на них внимание, на парня, который, мне кажется, рожден, чтобы побеждать, я понимала, как мало значит то, что я чувствую.

Барей – хороший парень и не виноват, что я, безответно влюбленная, придаю пустячному поцелую столько значения, поцелую, который все выжигает внутри меня.

Просто так сложилась жизнь, и Диаркан не должен платить за мои ошибки.

– Все хорошо, – улыбнулась я. – Не бери в голову. Я тоже поздравляю вас с победой.

Тут тренер отвлек посерьезневшего и пристально смотрящего на меня ведьмака, а я воспользовалась случаем и сбежала.

* * *

В тот вечер Семен был на свидании, а я долго пролежала без сна, смотря сухими глазами в потолок. Во мне боролось много чувств, страхов, но я решила обратиться к фактам, так меня учила мама.

Осознав, что люблю, я начала делать различные глупости, думать, что мне кто-то что-то должен. На самом деле ведьмак не позволил себе ничего лишнего. Он помогает, когда я прошу, хорошо ко мне относится и временами даже заботится. Я же решила, что он должен беспокоиться о моих чувствах, следя за тем, что делает.

Такими темпами все мои тайны скоро станут явью. Надо смириться со своими чувствами, прекратить мучить ими других и просто жить дальше. Рано или поздно стерпится-разлюбится.

Хорошее решение, но придерживаться его оказалось сложнее.

Я приложила все усилия, чтобы наши отношения были как раньше, но сама стала другой. Внутри меня словно что-то выключили. Если верить друзьям, я больше не улыбалась, не смеялась и очень мало разговаривала.

А еще много времени проводила в парке и за занятиями магией, это помогало мне забыться. Из середнячка в конце года я выбилась в отличницы. Правда, боевые навыки у меня все так же оставляли желать лучшего.

– Ирина, – вырвал меня из задумчивости голос.

Вскинув глаза от стола, который я вычистила до блеска, посмотрела на Линнура.

– Вознесенская, у вас все хорошо?

– Да, – на автомате ответила я, продолжив натирать стол.

Отобрав у меня тряпку, наставник нахмурился.

– Вы в последнее время совсем не говорите, много работаете. А когда я даю вам свободные часы, начинаете убираться. Здесь уже все сверкает чистотой. Мне последнее время неудобно привозить сюда покойников, все переживаю, что что-то запачкаю. У вас кто-то умер? Что-то сгорело? Вы проигрались и должны денег? Несчастная любовь?

– Все хорошо, – закивала я.

– Ладно, отлично… Убедили. У меня для вас поручение. Доставите моему коллеге одно письмо. А заодно отработаете у него последние дни практики, поэкспериментируете.

Удивившись такому повороту событий, тем более что отчет о практике был уже сдан, я взяла послание и отправилась по указанному адресу.

Передо мной предстал довольно старый каменный дом с заросшим садом.

Войдя в калитку, я настороженно осмотрелась и, поднявшись на крыльцо, постучала в дверь. Тишина. Я постучала сильнее – снова тишина. Обшарив взглядом дверь, нашла колокольчик и позвонила.

Звук, который раздался внутри дома, по силе походил на набат или гудок парохода. Дверь открылась.

– Мама… – простонала я, понимая, что наставник снова впутал меня в авантюру.

В доме оказалось все не так страшно: потрепанная старая мебель, обои в цветочек… Вот только светящиеся стрелочки, указывающие на подвал, сильно смущали.

– А еще говорят, некроманты работают в башнях, – пробормотала я и, перекрестившись, стала спускаться.

В подвале, как я и подозревала, оказалась вполне обычная лаборатория, в центре которой стоял низенький, похожий на хоббита старичок, с чешуйками на лице. Это был мой временный руководитель – русал. Некромант стоял рядом с огро-о-омным котлом, в котором находилась красивая стройная девушка.

– Что вы делаете?! – закричала я и, подбежав к котлу, остановилась, не зная, что предпринять. – Вы же ее сварите!

– Не переживай, милая. Это эксперимент, уже третий, и проходит он удачно.

– Что? Какой эксперимент? – не поняла я, глядя на улыбающуюся девушку.

– По реставрации неживой материи и закреплению эффекта на длительное время! Конечно, еще предстоит провести тесты на продолжительность времени, но главное – есть успех. Вы ко мне по делу?

– Ага, – выдавила я, протягивая ему конверт.

А сама была не в силах отвести глаза от Франкенштейна женского рода!

– О-о-о… Он прислал мне помощницу, просит занять ее до конца года. Это прекрасно, мне как раз нужны лишние руки. Буду, значит, учить вас создавать универсальных слуг и помощников. Они, конечно, нежить, но цивилизованная.

Это он сейчас про девушку, которая утащила со стола пестик для размельчения трав и пытается его сгрызть?

– Мне кажется, над мозгами стоит поработать.

– Да у вас талант! – обрадовался русал. – Это действительно слабое звено эксперимента, но, представьте, какой будет прорыв, если мы все-таки доработаем.

Проследив, как девушка в чане кружится, стараясь рассмотреть свою спину, я поняла – дорабатывать придется немало.

– Все, вы моя помощница, решено. Приступите с завтрашнего дня.

На это я лишь нервно хихикнула.

Глава 16. Догадки и разгадки

Барей, как ни странно, тоже заметил, что я изменилась, и попытался докопаться до причины. Ага, так я ему и сказала! Но и сам стихийник вел себя очень странно. Он мог спокойно разговаривать со мной и в следующую секунду положить руку на плечо. Особенно часто это происходило в столовой. Причем Диаркана не волновала куча народа.

А студенты – это совершенно отдельная тема. Я долго не догадывалась, почему все обходят меня стороной, но один раз Милана проболталась, и я вытянула из нее все сплетни.

Оказывается, по поводу наших отношений строилась куча догадок. Кто-то думал, что мы встречаемся давно, едва я поступила, но скрываем наши отношения. Кто-то думал, что я охмуряю Диаркана с переменным успехом. А кто-то решил, что мы несчастные влюбленные и не можем быть вместе, потому что у него есть невеста.

Последняя версия задела меня больше всего. Я и так постоянно думала о том, с кем ведьмак проводит вечера и ночи, а тут еще они…

До конца учебного года оставалось совсем немного времени, и впереди маячили экзамены. Нагрузка резко увеличилась по всем предметам, а нашей группе Нилькор в кои-то веки задал загадку, которую необходимо было разгадать, описать и отработать.

А мне еще нужно было дописать реферат для Изора. Провозившись с ним, я приступила к заданию в самый последний момент и, понимая, что сама не успею, пошла на поклон к Диаркану.

Комната Барея находилась намного ниже моей, причем я знала адрес, поэтому сразу попала в гостиную. Там на диване сидели двое незнакомых мне парней и с любопытством смотрели на меня.

Натянуто улыбнувшись им и махнув рукой в знак приветствия, я молча прошла к комнате Диаркана, узнав ее по знаку на двери, и постучала.

Ведьмак, увидев меня на пороге, удивился и, бросив взгляд за плечо, сразу втянул в комнату. Кстати, планировкой она очень походила на мою, только была в синих тонах.

Увидев там друзей Диаркана, а не девушку, я облегченно выдохнула.

– Вот это сюрприз, – приподнял брови Барей. – Ты в гости или по делу?

– И так, и так. Мне нужна твоя помощь с заданием по стихийной магии.

Присев на диван, ведьмак похлопал рядом с собой и сказал:

– Рассказывай.

– Мы не мешаем? – поинтересовался Сонар, улыбнувшись.

– Сейчас помогать будете, – посмотрел на них Диаркан и сделал странный жест рукой.

Ребята закивали.

Не став даже задумываться над странностями, я рассказала Барею загадку, заданную нам Нилькором, и стихийник удивленно покачал головой:

– Почему ты дотянула до последнего?

– У меня новая практика, я же рассказывала тебе. Договорилась с профессором, что первый готовый экземпляр он отдаст мне для Семена и я их сведу. Если до каникул проблему не решу, соседка меня убьет.

– Личное счастье – дело благое, – рассмеялся Горан.

Отношения ведьмы и моего скелета были на втором месте по обсуждаемости после наших с Бареем.

– Задание тут несложное. Нас два года назад декан гонял по похожим, – начал ведьмак, объясняя суть загадки, разгадав которую студенты получали темы для доклада.

Моя звучала так: «Что необходимо сделать с вражеским магом-стихийником, который попал в плен?»

– А где искать ответ на этот вопрос? – нахмурилась я.

– Ну, это уж тебе как некроманту виднее, – заметил Сонар.

И у меня появилась безумная идея.

– Кажется, я знаю. – Губы растянулись в улыбке.

Заметив, что Диаркан тянется ко мне, я отстранилась и покосилась на него. А тот принюхивался. Я что, плохо пахну?

– Барей… Я, пожалуй, пойду…

– Погоди, от тебя исходит необычный запах. Ты не против, если я вдохну.

Сжавшись от неловкости, я замотала головой, и ведьмак, обхватив меня за затылок, придвинул к себе, зарылся носом в волосы, потом уткнулся за ушко.

Мое лицо просто пылало.

– Ну, я все-таки пойду.

– Конечно. Я провожу, – сказал Барей, вставая и помогая подняться мне.

– Что ты, не нужно…

Мои протесты прервались тем, что неуклюжий ведьмак, споткнувшись, полетел на меня, и мы рухнули на пол. Придавленная сильным мужским телом и пытающаяся вздохнуть, я неожиданно почувствовала теплые губы на своей шее. Или мне показалось?

В следующую секунду Диаркан поднялся, помог мне, и я наконец-то смогла сбежать.

Уже у себя в комнате, стоя перед зеркалом, я коснулась того участка шеи, к которому прикоснулись губы Диаркана. Или все же нет? А может, случайно?

И после этого ведьмак говорит, что я странная!

Доклад по стихийной магии. Развернутый, с примерами…

– Добрый день! Я как некромант разгадала загадку и готова представить свои изыскания по теме «Что необходимо сделать с вражеским магом-стихийником, который попал в плен?».

Нилькор с большим вниманием внимал мне, а я, стараясь унять волнение, начала зачитывать доклад:

– Как только субъект попался вам в руки живым, его первым делом нужно убить. После чего оставить на несколько часов для усадки тела и далее провести ритуал…

Пока я вдохновенно вещала про то, как добыть все секретные сведения из тела стихийника, обойдя стороной возможную защиту, в аудитории стояла абсолютная тишина. Раздавались небольшие покашливания, когда я в красках расписывала все стадии физиологической и магической препарации субъекта, но в остальном внимание было на уровне.

Когда же я закончила, профессор некоторое время молчал, а потом, выставив мне оценку, попросил:

– Напомните мне, если что, не поворачиваться к вам спиной.

Я на эти слова ничуть не обиделась, пробормотав что-то нечленораздельное, и вообще не поняла его иронии.

* * *

Очередной учебный год подошел к концу, и первым экзаменом у нас стояла физическая подготовка. Весь год мы с Илузиром страдали: я – от того, что вынуждена изучать боевые искусства и тренироваться, Илузир – от того, что природа создала такое криворукое и кривоногое существо, как я.

На последнем занятии преподаватель мне честно сообщил, что не знает, чего я стою как некромант, но как воин совершенно бесполезна. Поэтому на экзамен я шла абсолютно убежденная, что не сдам, к тому же мне предстоял спарринг с Илузиром. Да против него и омоновец не выстоит, не говоря уж обо мне.

Я сдавала самая последняя. Практически вся группа разошлась, кроме Алеи, а еще к нам присоединилась Милана. Девочки с сочувствием на меня посмотрели, и я шагнула на татами.

– Вознесенская, – тихо начал Илузир, – очень вас прошу, ну попробуйте меня хотя бы сбить с ног.

Я встала в боевую стойку.

– Вот, прекрасно. Если на вас кто-то нападет, то сразу принимайте оборонительное положение: вдруг они поверят, что вы владеете боевыми искусствами, и передумают.

Вот же зараза!

– Постараюсь.

В этот момент, даже не предупредив, преподаватель бросился на меня и, обхватив руками, обездвижил, начав сдавливать. Что делать, я не знала и изо всех сил вцепилась зубами ему в нос.

Илузир взвыл, не ожидая от меня такого коварства, и ослабил хватку, благодаря чему я изловчилась и ударила его по коленной чашечке. Он в тот же миг разжал руки и опустился передо мной на одно колено. Я отскочила назад, проверяя свои ребра и пытаясь отдышаться.

– Вознесенская, скажите, к какому виду боевых искусств относятся укусы в нос?

– К дворовому, – сипло выдохнула я.

– Скройтесь с глаз моих, – промолвил Илузир, ощупывая свой шнобель. – Считайте, что экзамен вы сдали. И когда же вы выпуститесь из института?!

– Через два года, – бросила я, заковыляв к выходу так быстро, как только могла.

– Я не доживу…

Мне бы еще дожить. Он вон какой здоровый амбал, и на следующий год у нас начнутся занятия с применением холодного оружия. Даже думать об этом было страшно.

* * *

На экзамене по стихийной магии я не волновалась вообще. С ограничителем, который дал мне Нилькор, я весь год спокойно пользовалась магией. И ни разу не пробовала его снять. Вот и сейчас, пока я, снова самая последняя, отвечала профессору на теоретические вопросы, в кабинет вошел Дазар.

– Ты освободился?

– Да, последний студент, – с усмешкой взглянул на меня стихийник.

– Вознесенская, вам еще долго отвечать? Может, побыстрее управитесь?

Взглянув на любимого наставника, я пожала плечами:

– Ну, я практически все рассказала, осталось лишь практическое задание.

– Что у вас там? – спросил Нилькор.

– Стихийный столб. Это очень сильное заклинание: чтобы его выполнить, мне придется снять ограничитель, – с опаской заметила я.

Оба преподавателя, не сговариваясь, взглянули на потолок аудитории.

– Вознесенская, вы ведь прекрасно знаете практику, да? – со странной интонацией в голосе поинтересовался Дазар.

– А я думаю, что вы прекрасно знаете мой предмет, – заметил стихийник и поправился: – Для некроманта.

Оба преподавателя закивали.

– Так я пойду? – нерешительно спросила я, поднимаясь.

– Идите, – отмахнулся Нилькор, – оценка уже в ведомости.

Значит, поставил, пока я отвечала. Однако!

Долго меня упрашивать было не нужно: в мгновение ока меня вынесло за дверь.

* * *

Бывает, в жизни срабатывает закон подлости, а бывает, тебе невероятно, несказанно везет. День, когда я сдавала историю, оказался для меня именно таким.

В аудиторию мы заходили по пять человек, и я попала в первую пятерку, ибо знала, как мы будем сдавать. Ректор расхаживал из угла в угол и возмущался, с кем-то разговаривая.

Посредине аудитории висело десять больших голубых шаров.

– Как он только посмел предположить такое? Возмутительно! Я не позволю ставить под сомнение репутацию института! Завтра прибуду, и разберемся.

Отключившись, ректор недоуменно посмотрел на нас:

– Что это вы тут делаете?

– Так это… – нерешительно начала я.

– Ах да, экзамен. Выбирайте себе сферы и заходите внутрь. Как окажетесь в другом мире, сразу получите задание.

– В другом мире? – охнул орк рядом со мной. Тот же, что и в прошлый раз возникал на лекции. А чем все это закончилось? Если и сейчас навлечет беду, задушу прямо здесь.

– Именно, в настоящем другом мире, – усмехнулся Изор. – Вы будете хорошо защищены, и при малейшей угрозе жизни вас выкинет обратно. Но в этом случае экзамен я не засчитаю.

Нерешительно помявшись, мы стали разбредаться по аудитории, высматривая себе сферы, и я присмотрела один симпатичный шарик. Точно выберу его.

Однако в тот момент, когда я собиралась шагнуть внутрь, меня оттолкнул тот же настырный орк и запрыгнул в сферу – она сразу загорелась красным. Я же, в испуге отступив, напоролась спиной на другую, и меня затянуло внутрь.

Поднявшись с травы и оглядевшись, я готова была зацеловать того орка. Передо мной раскинулась Земля, а в воздухе висело задание:

«Купить и принести в институт еды». На самом деле мой мир был одним из самых трудных в плане добычи местных денег, но у меня точно не возникнет проблем.

Усмехнувшись, я зашагала по дорожке в сторону домов с клумбами. Я попала в южную местность, и сюда уже пришла весна, расцвели цветочки. Значит, соберем букет. Да простят меня бабушки!

* * *

Гораздо сложнее оказался экзамен по монстрологии. Сработал закон подлости, и мне досталась самая нелюбимая тема – драконы. Общаться с ними в чистом поле под присмотром преподавателей ой как не хотелось, однако пришлось.

Конечно, были миры, где жили огромные ящеры, но, видимо, жалость не чужда и профессорам, поэтому мне перепали вполне небольшие особи, с зубами, как у акулы, и размером с лошадь.

Задание было раздобыть чешуйку дракона, не причинив ящеру вреда. И сдать эту дисциплину помогла информация, полученная от Барея, – драконы ужасные сладкоежки.

Поэтому, когда нам после распределения билетов разрешили взять три вещи, я сбегала за чашкой, щипцами и сгущенкой, которую под Новый год притащила с Земли. И как только долежала-то?

В итоге чешуйка была моей. Правда, сгущенки хватило лишь на отвлечение ящера, пока я добывала трофей, в вот потом мне пришлось делать ноги.

Однако экзамен был сдан, и ладно.

На проклятиях в этот раз мы сдавали снятие, а не наведение порчи, и мой бедный одногруппник долго мучился, прежде чем я наконец справилась с заданием. Впрочем, это ничто по сравнению с его сдачей: он-то провалил экзамен, и пришлось мне идти к профессору.

А на экзамене по бытовой магии мне сильно подфартило: достался вопрос о восстанавливающем супе. После того как я недели две ходила на отработку, эту гадость могла варить чуть ли не с закрытыми глазами.

Больше всего я боялась последнего экзамена – по некромантии, но у меня был план. Пообщавшись с профессором, у которого я проходила практику последние дни, решилась на эксперимент.

У нас был выбор: представить научную работу или ответить на вопросы в билете. Двое суток я провела в заботах: готовила подходящий опытный экземпляр – уговаривала Семена. Даже привлекла для удачного воплощения задуманного в жизнь свою соседку.

И вот настал день и час, когда в начале экзамена презентовались работы перед всей группой, и я первая вызвалась отвечать. Ректор, присутствовавший на экзамене, вздрогнул. Впрочем, может, мне показалось.

– Добрый день. Сегодня я хотела бы представить научное открытие профессора Мурта – Эсису, в доработке которой я принимала участие. Первый экземпляр уже прошел научную проверку, и сегодня вы одни из первых увидите новую нежить, которая вполне цивилизованна и легальна. Они создаются как помощники магов.

Магией я открыла дверь, и в аудиторию вошел Семен, ведя под руку девушку, которую я увидела в чане, когда принесла профессору-русалу письмо.

Сейчас она была красиво одета, причесана и двигалась уже не как робот, а вполне по-человечески, хоть и скованно. Все-таки встречают по внешнему виду, а нам было важно произвести благоприятное впечатление.

– Для помощников в ближайшем будущем будут открыты курсы для обучения всему необходимому, после чего каждому преподадут отдельные навыки, важные для его хозяина. Вот пример обучения.

Кивнув Семену, я смотрела, как скелет подал девушке руку и они закружились в танце посреди аудитории. Природная нежить и искусственная.

Я очень привязалась к скелету и понимала, что в какой-то мере ответственна за него. Уделяя ему мало внимания, отчасти я была виновата в том, что толкнула его на неразделенную любовь. И теперь хотела, чтобы у него сложились отношения с этой Эсисой.

Для этого были все предпосылки: я заметила реакцию Семена, когда бесхитростная девушка с идеальной фигурой сбросила с себя одежду, чтобы надеть новое платье. Пришлось его потормошить, чтобы он пришел в себя. А теперь, когда я уеду на каникулы, скелет обещал присматривать за помощницей Мурта.

– Все женщины практичны, – заметил Дазар, с научным интересом взирая на девушку. – Идея обучения ведь ваша?

– Да, и я помогала в ее доработке. Профессор был так добр, что включил меня как младшего помощника в патент.

– Зная, что вы приложили к этому руку, Вознесенская, я хотел бы понаблюдать за нежитью, – заметил Изор, но тоже не без интереса.

В это время нежити закончили выступление и чинно покинули аудиторию, мы им поаплодировали.

– Думаю, высший бал она заработала? – с улыбкой спросил декан.

Ректор лишь молча поставил свою подпись. Сейчас я была не только рада, но и горда, что пока хоть чуть-чуть, но уже состоялась как некромант.

* * *

Успешную сдачу сессии мы, конечно, решили отпраздновать в «Трактире для магов». Туда пришла чуть ли не четверть института – все, у кого совпало время окончания экзаменов.

Вечер начался пышно, с тостов и празднования. Однако часа через два я заметила, что Диаркана нет, и, спросив у ребят, узнала, что он на задней веранде. Посидев пару минут в нерешительности, я отправилась за ним.

– Чего здесь сидишь, когда все веселятся? – спросила я, облокотившись о стол.

Ведьмак сидел на стуле и задумчиво смотрел в темноту. Под потолком летали шарики света, создавая непередаваемую атмосферу интимности и романтики.

– Думаю о девушке, которую люблю.

О нет, только не это!

– Я, пожалуй, пойду, – выпрямилась я, но Диаркан меня удержал.

– Почему ты все время бегаешь от меня?

– Я не бегаю. Просто хочу повеселиться.

Немного помолчав, Барей сказал:

– Знаешь, когда я ее увидел, она сразу привлекла мое внимание. Я периодически ловил себя на том, что смотрю на нее.

Вот черт! Если после этого рассказа я не помру от разрыва сердца, это будет чудом.

– Она отличалась от других – и поведением, и поступками. Мы даже начали общаться после одного смешного случая. Ни с кем из девушек мне не было так комфортно, как с ней. Она очень отзывчивая, а еще обидчивая. Когда она на меня обиделась, мне потребовалось много времени, чтобы заслужить прощение. А без нее мне чего-то не хватало, я скучал.

Я стояла ни жива ни мертва, крепко вцепившись в стол, ибо он был моей единственной опорой. Голова шла кругом от догадки…

Встав, Диаркан подошел ко мне и, склонившись, провел пальцами по щеке.

– На первом балу, когда подозрение о романе с деканом вызвало во мне ревность, я понял, что ты мне нравишься. Когда ты обиделась, я осознал, что увлечен. Но после нашего первого поцелуя стало ясно, что я сильно, как ненормальный, безвозвратно в тебя влюблен.

Я вскинула глаза и посмотрела на Барея. Его лицо было совсем близко.

– Уверен ли ты? – прошептала я, и голос от волнения оборвался, губы не желали слушаться.

– Уверен. Я так был занят поиском способа снять проклятие, что не понял ненужности этого. Не разобрался в себе.

Я завороженно наблюдала, как его губы приблизились и коснулись моих. И это было словно разряд тока. Страсть захлестнула меня, и я, прижавшись, пила дыхание ведьмака, жарко отвечая на его поцелуй.

Руки Диаркана скользили по моим бедрам, талии, груди, крепко сжимая и лаская. Когда воздуха перестало хватать, я отстранилась.

– И я точно знаю, что ты меня любишь, – шепнул Барей, так и не выпустив меня из объятий.

– Так заметно? – хрипло выдохнула я.

– Нет, но у меня есть свой способ понять.

Сквозь любовный дурман я осознала, что мне чего-то не договаривают.

– А как твои чувства связаны с проклятием и почему такая уверенность в моих?

– Не могу пока сказать: на проклятии защита. Как только я решу один вопрос, тогда и расскажу.

– У меня такое ощущение, что ты меня разыгрываешь, – стукнула я ведьмака по груди.

– Значит, не будешь со мной гулять? – прищурился Диаркан.

– Нет.

– Почему?

– Я боюсь. Да, я влюблена в тебя, но именно поэтому и переживаю. Если я потеряю осторожность и погружусь в отношения с головой, а ты меня бросишь, как остальных, и будешь пренебрегать мной, я сойду с ума или руки на себя наложу.

– Глупышка. Ты плохо слушала преподавателей, а ведь они должны были рассказать вам, как любят ведьмаки. – И, склонившись, приник губами к моей шее. – Я своего добьюсь и не пойду на попятную.

Поцеловав его словно в последний раз, жарко, сильно, я ответила:

– Может, оно и так. Время покажет. – И, вывернувшись из рук Барея, я побежала в трактир.

Я же совершенно безвольная в его руках, готовая на все… А он знает, что я его люблю, и будет этим пользоваться. Надо любым способом сбросить это наваждение, заглушить чувства, и предстоящие каникулы – лучшее для этого время.

Нужно взять паузу и скушать «Твикс». Много, много «Твиксов»!

* * *

Дом, родной дом встретил меня, как всегда, радостно и желанно. Место, где меня всегда ждут. Первая неделя каникул ушла на разговоры с родителями. Они чувствовали, что со мной что-то не так, и расспрашивали о любой мелочи. Спросили и про личную жизнь, на что я честно и с легкой душой заявила об ее отсутствии.

Переждав около месяца, я решила осуществить давно задуманное. И подтолкнуло меня к этому письмо от Диаркана. Оно в прямом смысле слова свалилось мне на голову.

Дорогая Ирина, у меня случилось непредвиденное, и очень нужна твоя помощь. Не согласишься ли ты приехать ко мне на оставшийся месяц каникул погостить? Я был бы очень рад. Барей Диаркан.

Первым порывом было броситься собирать вещи, и если бы от усердия я не споткнулась и не упала, то не факт, что ко мне вернулся бы разум. А еще был страх интроверта перед знакомством с его родственниками. Не в фамильном же склепе он планировал меня спрятать?

Поэтому я убрала письмо в ящик стола и отправилась на прогулку.

Не доехав до нужного мне места остановку, я вышла и, крадучись, дворами направилась к самому шикарному клубу нашего города. Не дай бог кто из знакомых увидит!

Войдя в клуб, я сразу направилась к администратору и, выбрав стриптизера, заняла самый дальний столик. Конечно, спать я с парнем не собиралась, а вот что попроще – можно.

К тому же мне это практически ничего не стоило. Конвертация валюты Междумирья в рубли осуществляется по крайне выгодному для меня курсу.

Стриптизер был полной противоположностью Барея – светловолосый, кареглазый и светлокожий. Единственное сходство – красивое тело. Хотя стриптизер, на мой взгляд, проигрывал.

Такие мысли вертелись у меня в голове, когда парень присел рядом.

– Привет!

– Привет, – улыбнулась я в ответ.

– У нас стандартная программа или можно перейти к приятному? – полушутливо поинтересовался он.

Раз уж вопрос поставили так…

– Можно перейти, – решилась я, и парень, обняв, склонился ко мне.

В этот момент на меня снова упало письмо.

Мой визави посмотрел на него круглыми глазами.

– Откуда оно?

И пока блондин осматривал потолок, я прочитала послание. Оно было примерно такого же содержания, что и первое, только в конце приписка: «Хочешь обещание?»

Я заскрипела зубами, но сердце… Сердце имело свое мнение.

– Мы с моим другом так специфически общаемся. Не бери в голову.

– А я думал, почему ты здесь… Совсем не походишь на клиенток клуба.

Я удивленно посмотрела на парня.

– Клин клином не вышибает.

– Так заметно, да?

– Ну, я просто долго работаю, и такое… бывает.

Хмыкнув, я попрощалась с улыбающимся парнем и выбежала на улицу. Ну не могу я ведьмаку отказать!

Соврав родителям, что Алея пригласила меня к себе до конца каникул, я, собрав вещи и прихватив письма, активировала телепорт, прикрепленный к первому посланию. Распахнув входную дверь, я выдохнула и смело шагнула в зеленое марево.

Глава 17. Спасите!

Выйдя из портала, я оказалась на красивой открытой площадке, которая одной стороной примыкала к дому, другой возвышалась над водой. А впереди, прямо перед моими глазами, раскинулось море, окрашенное лучами заходящего солнца в разные цвета.

– Ирина…

Обернувшись на голос, я увидела Барея, одетого в черные брюки, которые были заправлены в высокие кожаные сапоги такого же цвета, сиреневую рубашку и удлиненный то ли плащ, то ли пиджак из ткани, очень напоминающей бархат.

– Прекрасно выглядишь, – сказал Диаркан, подходя ко мне и целуя руку.

– Тебе тоже невероятно идет одежда твоего мира.

– Я рад, что ты приняла мое приглашение, – еле заметно улыбнулся ведьмак.

– Что у тебя случилось? – спросила я, пытливо заглядывая в его глаза и стараясь не обращать внимания на то, как Барей сжимает мою руку.

– Чтобы пригласить тебя сюда, у меня были две причины: одна приятная, одна нет. С какой начать?

– С приятной.

– Я хотел представить тебя своей семье, так положено, когда ведьмак определяется с парой.

– Я тебя убью, – покраснела я.

– Не переживай, пока ты не дала согласия стать моей девушкой, я не смогу об этом объявить, поэтому ты всего лишь учишься со мной.

– Какая радость, – облегченно выдохнула я.

– О второй причине позже.

– Барей?

Мы одновременно обернулись на голос, и я увидела высокого мужчину лет сорока и внешне очень похожего на Барея. Передо мной по всем признакам стоял отец моего ведьмака.

– Я вижу, твоя гостья прибыла. Не познакомишь нас?

Проследив за взглядом Диаркана-старшего, я тут же разомкнула наши руки и, подойдя к мужчине, склонила голову, пока ведьмак меня представлял.

– Папа, это моя подруга, мы вместе обучаемся в Институте рас. Она некромантка.

– И человек, – констатировал очевидный факт Диаркан-старший, внимательно рассматривая меня.

– Ирина, это мой папа – Азорус Диаркан.

Если бы мы были одни, я бы набросилась на ведьмака и искусала его. На истории нам рассказывали о мирах, но миру Барея я уделила намного больше внимания, чем остальным, изучив его практически досконально. И сейчас Диаркан напрямую заявил своему отцу, назвав меня по имени, что мы очень и очень близки!

– Мне приятно с вами познакомиться.

Правда, несмотря на слова, чувствовала я себя в этот момент очень неуютно.

– Мы рады принять вас в нашем доме. У нас через два часа ужин, и мы будем рады, если вы спуститесь. Соберется вся семья…

Теперь я почувствовала себя еще хуже. Отец Диаркана наблюдал за мной, как кот за мышью, но я патологически погруженный в себя интроверт, поэтому фиг ему, а не реакция.

– Непременно. Благодарю за приглашение.

– Сейчас я провожу Ирину в ее комнату. Она отдохнет с дороги, и мы пообщаемся, все-таки долго не виделись. Ты извинишь нас?

– Конечно, – слегка улыбнулся отец ведьмака.

Мы направились к дому. Судя по тому, что мне удалось увидеть, пристанищем семьи Диаркан был не замок, но вполне приличный, я бы даже сказала огромный особняк. Нет сомнений, что живущие здесь люди не бедствуют.

Центральная часть особняка сильно выдавалась вперед, сверху ее венчала башня, от которой в разные стороны отходило несколько строений с покатыми крышами.

У подножия одной из стен располагалась портальная площадка, на которую я и прибыла. Отсюда же начинался мост, который пересекал морскую гладь и уходил на другую сторону берега. Потрясающе красивая конструкция!

Войдя в большие двухстворчатые двери, находящиеся позади дома, мы, судя по всему, черным ходом отправились на жилой этаж.

– Я точно тебя убью. Твоя семья – такие «милые».

– Они все ведьмаки и милыми никогда не будут, но по натуре хорошие, просто нужно их поближе узнать.

– Да уж…

Внутри особняк был отделан своеобразно. Полы деревянные, куда красивее паркета на Земле. Стены снизу до середины украшены узорчатой каменной кладкой, а вот выше были однотонные и то ли покрашены, то ли оклеены однотонным материалом.

– Большой у вас домик, – заметила я, пока меня вели извилистыми коридорами.

– Здесь живет не только моя семья, но и весь род Диаркан. Так положено в нашем мире.

– И говоря, что все соберутся, твой отец имел в виду совсем «всех»?

– Да.

– Покусаю тебя!

– Готов, я соскучился.

Он снова меня смущал своими словами, а я плавилась от них, несмотря ни на что.

Когда мы оказались в комнате, Барей, едва закрыв дверь, обхватил меня руками, крепко прижавшись, и накрыл мои губы своими. Удержаться от поцелуя было выше моих сил, и я с наслаждением пила дыхание любимого человека, ужасно по нему соскучившись.

– Я думала, мы договорились, что я не твоя девушка, – выдохнула я, едва оторвавшись от ведьмака.

Тот, хитро блеснув глазами, ответил:

– Совсем не так. Я дал тебе время, чтобы ты привыкла к мысли о наших чувствах и заодно уверилась, что мои так быстро не пройдут. Однако я намерен ухаживать за тобой. Если бы ты была ведьмой, то сразу бы мне поверила, ибо знала: ведьмаки любят как безумцы.

– А если я скажу «нет»?

– Если успеешь или сможешь, то, безусловно, я усмирю свои намерения и желания. Но имей в виду, что тебе нужно будет останавливать меня каждый раз. – И он снова начал склоняться ко мне.

– Нет, – сказала я, не в силах сдержать улыбку.

В ответ послышался тихий смех, Барей отошел в сторону и присел на диван.

– Рассказывай, что тут случилось.

– Здесь ничего не случилось, но через несколько дней я должен буду вступить в права наследования силой рода как самый сильный маг и стану судьей клана.

– Решения которого не оспариваются… – выдохнула я. – То есть все остальные слабее тебя?

– Конечно. Я же поступил в Институт рас, а туда отбираются сильнейшие и талантливейшие маги из всех миров. Только такие могут выполнять задания и наводить порядок.

– Сейчас почувствовала себя Мэри Сью.

– Прости, что? – переспросил Барей.

– Не обращай внимания, – отмахнулась я. – Итак, ты сильный маг, все идет по плану, что же не так?

– Не всех устраивает моя кандидатура.

– А-а-а… Семейные распри и деление власти. Ну, сообщи мне расклад.

– Ведьмаки живут дольше, чем люди, однако у нас случаются клановые войны, и многие умирают не своей смертью. Так вот, братья моей бабушки погибли в одной войне лет триста назад.

– Сколько?! – не поверила я.

– Я же говорил, мы живем долго.

– Но триста!.. И часто тут случаются такие распри?

– Ну, примерно раз в тысячу лет.

– М-да…

– Моя бабушка старейшая представительница рода Диаркан. У нее трое детей. Мой отец – старший. Тетя Селия – второй ребенок. Тетя Ариса – младшая. У них тоже есть дети…

– Как без них! – представила я размеры семьи.

– Я старший сын своего отца, у меня есть еще две сестры – Мика и Есса. У Селии три сына – Сарзар, Маркот и Дантар. У Арисы пока только один ребенок, тоже сын – Нирихт.

– Я не запомню, – уронила я лицо в ладони.

– Если что, подскажу, – хмыкнул Барей. – Все мы живем вместе, так предписывает закон, и, если потребуется, выступим против врага нерушимой стеной.

– Мм… А что, никто жить отдельно не пытался?

– Не считая меня? Нет. Жить отдельно – значит, завести свой клан и отказаться от магии и поддержки родного. На такое мало кто идет.

– А как же ты?

– Я не живу в этом мире и принадлежу клану.

– Ладно, тонкостей мне не понять, давай вернемся к нашим баранам.

– Зачем к баранам?

– Неважно. Если клан столь дружен, то почему у тебя проблемы?

– Потому что внутри сейчас идет борьба за власть. Каждый хочет выбрать место получше во внутренней иерархии.

– Чего ждать?

– Провокаций. Тебя будут испытывать, потому что решат – ты мечтаешь меня захомутать и войти в семью. Плюс меня будут пробовать извести, показать мою слабость. Но по истечении шести дней, если меня не удастся скомпрометировать, я стану судьей клана.

– Бросишь учебу? – Во мне шевельнулся червячок тревоги.

Не так, гусеница тревоги!

– Нет, это же мои возможности. Просто по мере надобности, а такая возникает очень редко, я буду возвращаться домой, чтобы выполнить свои обязанности.

– Что еще? – спросила я, чувствуя, что ведьмак недоговаривает.

– Хорошо меня знаешь, да? – хмыкнул Барей. – Еще есть мои сестры, которые желают меня женить с выгодой для них.

– Смысл? – нахмурилась я.

– Супруга имеет очень большое влияние на ведьмака, Ирина. Очень большое. И к кому супруга благоволит или к кому благоволит тот, кто может на нее надавить, тот и в выигрыше. Не всегда, но часто.

– Это справедливо?

– О справедливости и речи нет. Судья судит с выгодой для клана, но кто из членов останется в плюсе, решает тоже он. При чем тут справедливость?

– Ты втянул меня в темную историю, Барей, нет тебе прощения.

Ведьмак встал и подошел ко мне.

– Нет, – выдохнула я, замирая от его близости.

Так мы и застыли – с улыбкой и вызовом глядя друг на друга.

– Тебе надо готовиться к ужину. Я зайду за тобой, – тихо сказал Барей.

Когда Диаркан покинул мою комнату, я вздохнула.

Ну что, ни пуха ни пера мне?!

* * *

По регламенту ведьмаков сначала должен быть ужин, потом отдых в большой гостиной, но интуиция мне подсказывала – сегодня все пойдет не по плану. И еще: в чем состоит проклятие Барея, в курсе только родители и бабушка, которая собственно его и организовала. Это мне сообщил ведьмак, пока мы спускались вниз, где нас ждала вся семья.

Я окинула собравшихся Диарканов взглядом: высокие, симпатичные, каждый со своей харизмой, жестами, поведением, но все очень похожие на испанцев. Пока меня знакомили с многочисленной семьей, я кланялась и ощущала на себе чей-то пристальный взгляд, с которым в конце концов встретилась глазами.

Бабушка Барея – худенькая, морщинистая, но крепкая женщина, с прямой гордой осанкой и изрядной долей чертовщинки во взгляде. Несмотря на ее манеру поведения немощной старушки, я, как некромант, могла сказать – она еще долго будет портить им кровь.

– Ба, позволь тебе представить Ирину Вознесенскую, мою подругу. Ирина, это моя бабушка и глава рода – Ярина Диаркан.

– Рада встрече с вами.

– Да? Это мы посмотрим чуть позже.

– Ба… – простонал Барей.

Я же просто пожала плечами. Меня не покидало ощущение, что я участвую в какой-то театральной постановке и все это не всерьез.

– Надо же, эта не смотрит на тебя как на божество, – добавила Ярина.

Я мрачно посмотрела на ведьмака. Интересно, сколько он сюда девиц перетаскал?

– Всего одна была, – тихо заметил Барей мне на ухо, угадав мои мысли. – Причем прибыла без приглашения и вроде как по делу. После нее меня бабушка и прокляла.

И он пригласил меня? Смелый парень!

Вся семья перешептывалась, мой ведьмак волновался и лишь я чувствовала себя полной дурой, когда мы шли в обеденный зал. Плохо представляя, где мне разместиться, я нерешительно посмотрела на Барея, но его опередила бабушка.

– Сядешь рядом со мной, а следом за тобой – мой внук. Остальные – где хотите.

Повиновались все молча, и почему-то лишь Барей улыбался. Вот останемся одни, я обязательно спрошу, что ему в этой ситуации показалось смешным?!

А между тем вечер продолжался. Подали еду и напитки, и в моем вине оказался яд. Сделав глоток, я определила отраву и больше к напитку не прикасалась.

– Почему не пьешь? – спросила Ярина.

– Несмотря на то, что некроманта отравить нельзя, вкус яда портит вино, – невозмутимо ответила я и съела кусок мяса.

За столом после моего ответа воцарилась звенящая тишина.

– Сильный яд? – нахмурилась старая женщина.

– Нет, но, если бы у меня не было иммунитета, мне пришлось бы уехать на лечение, – так же спокойно ответила я. Словно об испорченном молоке разговариваем. От нереальности происходящего голова шла кругом.

Старушка провела рукой над моим бокалом, шепнула пару слов и потом добавила громче:

– Мика, завтра ты покинешь резиденцию сроком на полтора года. И чтоб из северного имения и носа не казала.

Средняя сестра Барея, жгучая брюнетка, как и все Диарканы, поджав губы и явно борясь с собой, кивнула. Все остальные продолжали молчать.

– Удовлетворен? – поинтересовалась Ярина у внука.

Мой ведьмак кивнул. Все остальные так и продолжали молчать. Да что такое происходит?

– Мне казалось, Барей рассказывал, что некромантов-блондинов не бывает, – заметила его младшая сестра.

– Да, обычно не бывает, – подтвердила я. – Но я исключение.

– И если мы коснулись этой темы, должен сказать, что именно Ирина, будучи сильным некромантом, помогала мне найти способы снять проклятие, – не переставая жевать, пробубнил Диаркан.

– И как, помогла? – хмыкнула его бабуля.

– Нет, и ты не хуже меня знаешь об этом, – невозмутимо ответил внук. – А сейчас мне стало все равно.

Родители и Ярина переглянулись, потом посмотрели на меня, и, окинув взглядом стол, бабушка сообщила, что можно подавать десерт.

В этой семье я сойду с ума. Всего час в их компании, а у меня в голове уже словно строят метро. Что будет дальше, не представляю.

Мирно поев десерт, все переместились в гостиную, куда вошел и низший демон с напитками, ловко лавируя среди членов семьи и разливая напитки различного вида по бокалам, словно фокусник.

Рожки на голове небольшие, значит, молодой. Низший демон в услужении говорил о силе рода. В институте нам про них рассказывали – они не служат слабакам.

Переведя взгляд, я встретилась глазами с бабушкой Барея, хозяйкой нечисти, и та, поняв, что я догадалась, встала, поманив меня за собой.

– Пойдем, поговорить с тобой хочу. – И, когда младший Диаркан поднялся следом, добавила: – А ты, внучек, посиди здесь.

Мне за вредность «погостить здесь» надо молоко выдавать, не иначе.

Пожилая женщина провела меня по широкому, отделанному в красных тонах коридору, через три двери, после чего мы вошли в комнату, очень похожую на кабинет.

Ярина, походив взад-вперед, неожиданно остановилась и сказала мне:

– Я в молодости знала одного некроманта, захаживал он в наш мир по делам. Вы странный народ и непримиримый. Вот Барей, он стихийник, но сойдись вы в схватке, победишь ты.

– Многие в институте не согласились бы с вами, – осторожно заметила я.

Но пожилая женщина лишь отмахнулась.

– Как от ударной силы от вас толку мало, вы не воины, это да. Но вас хранит сама смерть, вы с ней можете сторговаться за свою жизнь, напасть обходит вас стороной. Никто не может того, на что способен некромант. Ваша магия, она особая.

Я продолжала молчать и нервничать. Заберите меня отсюда!

– Беспокоюсь я о внуке. Наложи на него заклинание дележа.

Мне предложили разделить с Бареем как физические несчастья, так и магические. Это большое одолжение. Если я соглашусь, то фактически признаюсь, что втрескалась в ее внука по уши, ибо пойти на такое можно только ради очень дорогого человека. Но если нет, то, возможно, Барей пострадает, и сильно. Эта женщина не просит по пустякам.

– Хорошо.

– Он родился под счастливой звездой. Как чувствовала, когда отпускала его в институт, – словно сама себе сказала Ярина.

– Простите, но о чем вы?

– Иди в гостиную, а то он там бесится.

Я не совсем была согласна с Яриной, но спорить не стала. Зачем?

– И не откладывай.

Направившись обратно к семье Барея, я уже нанесла пальцем заклинание на губы – добровольно Диаркан не согласится. Просьба бабушки понятна, она хочет за счет меня спасти внука, а я просто его люблю и, разделив с ним горести, смогу помочь.

Когда я вошла в гостиную, все внимательно на меня посмотрели, и у каждого во взгляде читались различные эмоции – от любопытства до пренебрежения. А я, взяв Диаркана за руку, повлекла прочь из комнаты, извинившись перед всеми и сославшись на усталость.

– Что у вас там случилось? – спросил ведьмак, едва мы очутились в коридоре. – О чем вы говорили?

– Все просто прекрасно, – лучезарно улыбнулась я и, притянув к себе Барея, впилась в его губы.

В мгновение ока стиснутая в крепких объятиях, я с наслаждением пила его поцелуй, позабыв обо всем. И лишь деликатное покашливание привело меня в себя.

Позади нас стояли родители Диаркана, которые с невозмутимыми лицами взирали на нас и молчали. Сколько они уже здесь? Стыд-то какой!

– Сын, тебя ждет Ярина, – сообщил старший Диаркан.

Но ведьмак даже не взглянул на родителей. Он гневно смотрел на меня, и глаза его светились фиолетовым светом.

– Ирина, зачем ты это сделала? Вот о чем тебя просила бабушка!

– Не понимаю, про что ты говоришь, – пожала я плечами, глядя в пол.

– Не думай, что я не смогу распознать твои некромантские штучки, мы с тобой в одном институте учимся.

– Пошла я спать, устала что-то, – пискнула я, норовя сбежать.

– Но завтра мы поговорим, – не стал задерживать меня Барей.

– Да-да, – согласилась я, уже спеша наверх.

Главное – заклинание закрепилось, а все остальное – ерунда!

Глава 18. Случайности не случайны

Ирина Вознесенская

То, что бабушка со своей просьбой успела буквально в последний момент, я поняла, когда открыла глаза. Моя комната куда-то исчезла, я находилась в большом красивом зале с позолотой и лепниной. Будто бы это императорский дворец.

Барей стоял неподалеку.

– Где мы? – задал он вопрос.

А я ощупывала стены, не в силах поверить тому, что с нами произошло.

Развернувшись к Диаркану, я зашипела:

– Знаешь, Барей, мы с твоими родственниками вряд ли поладим! Решиться на такое!

– На что?

– Это ловушка Фарнера. Она проверяет силу и достоинство магов, которые в нее попадают. Во всех мирах она вне закона, если не дается специальное разрешение на ее использование.

Первый раз Диаркан при мне выругался.

– И отвечаю на твой второй вопрос: пока наши тела чинно лежат в своих кроватях, мы сейчас находимся в астрале. Если бы не твоя бабушка, ты попал бы сюда один и без знаний. Впрочем, и мои чисто теоретические. Некромант, который попал в астрал и смог выбраться из него, получает особую категорию.

– Все настолько плохо? – тихо спросил Барей.

– Входить в астрал учат только некромантов. Только мы можем попасть сюда без испытаний, когда приходим навестить души. Но… это особые навыки, и не все из нас решаются приобрести подобный опыт. Это смертельная ловушка.

– И что теперь делать? Я обуза для тебя.

– Нет, стимул. Он необходим каждому некроманту, который первый раз в астрале. Но если мы отсюда выберемся, я прокляну того, кто нас сюда засунул.

– Что будем делать? – перешел к делу стихийник.

Вот прямой парень, как орки. Тут разобраться бы.

– Ну… Хорошая новость: испытания мы разделим на двоих. Плохая: я не знаю, какими они будут и сколько их будет. Кому-то из твоих родственников очень приспичило тебя подвинуть.

– В этом нет смысла, если они знали, что ты в доме…

– Такие вещи готовятся заранее, а остановиться уже невозможно. Теперь есть ты, я и наши испытания.

Взяв ведьмака за руку, я потянула его вперед.

– Пойдем, здесь не стоит долго находиться…

И только мы сделали пару шагов, как все заволокло туманом.

* * *

В доме клана Диаркан

Рассвет озолотил своими лучами большую комнату. В кресле около камина сидела пожилая женщина, устало подперев лоб рукой. Недалеко от нее расположились все члены семьи, понуро глядя кто в пол, кто на окружающие предметы, но только не на хозяйку резиденции. И только одна женщина лет сорока плакала.

– Мама, пощади Нирихта. Да, он дурак, идиот, но он мой единственный сын.

– А моим сыном, раз он у меня не один, можно пожертвовать? – вскинулась женщина с фиолетовыми глазами.

– Но он же… – начала первая.

– Молчать! – оборвала ее на полуслове совсем не старческим голосом пожилая, но сильная духом бабушка Барея. – Когда передавала бразды правления старшему сыну, я позабыла, что забота о моральном климате в клане – долг старшей женщины. Я полагала, что в моей семье имеют понятие о чести, но, видимо, я ошибалась. – Встав, Ярина продолжила: – Дети дерутся за власть, одна внучка – отравительница, младший внук – преступник. Есса скрывает роман, полагая, что мы не одобрим новую кровь. Какая глупость! – Помолчав, хранительница рода Диаркан, повернулась к той женщине, которая плакала, и добавила: – Не в моей власти пощадить твоего сына, Ариса. Если Барей не вернется, Нирихт отправится на смерть. А если вернется, то некромант Ирина Вознесенская может сдать твоего сына с потрохами в Совет Междумирья. Тогда «весело» будет всему клану.

– Неужели нельзя никак на нее надавить, чтобы молчала? – спросил немного полноватый парень с зелеными глазами.

– Сарзар, запомни: никогда не связывайся с некромантами, а особенно если они маги Междумирья. Это живучие, мстительные и ничего не забывающие люди. Ты же останешься в минусе, если до этого не получишь вызов от Барея.

– Еще неизвестно, насколько они… – начала Селия.

– Скоро узнаем, – перебила Ярина, не дав договорить. – Я очень надеюсь, что они выберутся из ловушки. И тогда у клана Диаркан перед подругой Барея будет долг. Решения по дальнейшей жизни клана сообщу, когда вернется внук, а пока все вон.

Когда хранительница клана Диаркан была в гневе, ей лучше не перечить. Поэтому вся семья споро просочилась за дверь. Лишь старший сын помедлил на пороге.

– Мама, как ты думаешь?..

– Я не знаю, но надеюсь. Без нее он ловушку не пройдет. Отчасти я виновата, Азорус. Из благих побуждений я наложила на Барея проклятие, и теперь оно неожиданно обернулось против меня: мой внук с некромантом, и в какой ситуации!.. Все случайности не случайны.

Азорус тихо закрыл за собой дверь, оставив пожилую женщину наедине с самыми страшными муками на свете – сомнением и неопределенностью.

Испытание для Ирины. Выбор некромантки

Проморгавшись, я начала различать окружающую действительность. Вокруг раскинулась деревня с низкими, очень напоминавшими норвежские, домиками с палисадниками. Все в зелени и цветах, под ногами мощеные дорожки. Где я?

Я будто бы находилась в другом мире. Или это мой мир? Я же Ириса Геф, офицер на службе его величества. И нахожусь здесь не просто так, у меня задание. Точно!

Сорвавшись с места, я побежала в здание собраний, где с минуты на минуту начиналось судебное разбирательство. Преступник наконец-то пойман, и сегодня должны вынести приговор.

Здание собраний поражало своей пышностью. Главный инквизитор в окружении стражи уже восседал на своем месте. Народу в помещение набилось много, было душно и шумно.

Присев рядом с коллегами, я взглянула в глаза напарника, которые лучисто улыбались мне. Голубоглазый блондин, за которым бегали многие девушки, выбрал меня, несмотря на то, что в нашей работе романы между сотрудниками не поощряются.

Началось заседание. Обвинитель зачитал список жертв, начиная от испорченной коровы и заканчивая погибшими людьми. Авалон сжал под столом мою руку, я улыбнулась ему, довольная нашей общей победой… А потом в зал завели его.

Преступника, которого мы совсем недавно поймали. Черноволосый ведьмак с фиолетовыми глазами высокомерно посмотрел на меня, а в моей груди разгорелся пожар. Как могло случиться, что я полюбила его? Жарко, трепетно, всепоглощающе.

Это чувство не давало мне погрузиться во что-то до конца, но во что именно, я не помнила. Одно знала точно: я не могла позволить ему умереть. Просто не могла, и все.

Незаметно я высвободила руку из руки напарника и сделала вид, что не заметила брошенный им взгляд. Спокойно дождалась окончания заседания, вполуха выслушала приговор, а сама в уме составляла план.

Осуществить нехитрую комбинацию я решила через пару часов после того, как заключенного отвели в камеру. Если к вечеру его переведут в карцер, осуществить задуманное не получится. Будучи офицером, я отпустила сторожа и под предлогом поручения от начальства вошла в камеру.

Ведьмак сидел, прислонившись спиной к каменной стене, вокруг валялась солома, и было довольно грязно.

– Зачем пришла?

– Не знаю, – честно ответила я, начиная расстегивать его наручники.

Он удивленно посмотрел на меня, а потом жарко поцеловал, и меня сразу охватили желание, страсть и нежность.

– Что это я делаю? – удивленно спросил мужчина.

– Целуешь меня. А теперь вставай и пошевеливайся. У нас минут двадцать, прежде чем тебя хватятся.

– Зачем ты меня спасаешь?

– Сама не знаю, но я почему-то тебя люблю, – в полном шоке поведала я.

– А как же твой блондин? – прищурился ведьмак.

– Некромантки предпочитают брюнетов, – невпопад ляпнула я.

Словно осознав собственные слова, ведьмак взвыл:

– У тебя есть блондин?!

– Да… То есть нет. Вообще, не знаю, что происходит. Говорю же, идем, а то нас скоро закопают, так же, как когда-то закопала тебя я.

Подхватившись, мы тайком покинули город и направились в сторону леса. Когда ведьмак помогал мне преодолеть очередное препятствие, на колокольне послышался звон.

– Рано! Не успеем добраться до леса, – заволновалась я.

– Нам туда и не нужно, а до каменного завала рукой подать.

– Зачем нам какие-то камни?

– Сделаю портал, – просветил меня брюнет и втолкнул внутрь круга из разбросанных по земле булыжников.

– Это плохое место, здесь люди пропадают.

– А нечего соваться, куда не следует.

И пока он бегал от одного камня к другому и что-то шептал, я отметила, что из городских ворот за нами выслали погоню.

– Должна тебе сказать, что минут через пять нас схватят и через час казнят.

– Мы управимся быстрее, – хмыкнул ведьмак, и, обернувшись к нему, я увидела, как его объяло белое сияние.

Неужели бросит? Но в следующее мгновение ведьмак протянул мне ладонь и, когда я вложила в нее свою руку, дернул на себя.

Обняв, он сказал:

– Не знаю почему, но я счастлив, что ты со мной.

Портал унес нас в неизвестность. Вокруг клубился туман…

Испытание для Барея. Оставить или остаться

На троне сидела королева. Красивая. Золотистые волосы водопадом спадали ей на плечи, дорогая одежда подчеркивала совершенство фигуры. Но холодный взгляд замораживал все вокруг. Бездушна наша королева.

Когда-то именно она нашла меня, крепко спящего рыцаря, в заброшенном замке. В ту же минуту я очнулся, но уснула душа королевы. Я стал ее телохранителем, ее второй тенью, везде сопровождающей свою королеву. И теперь, дожидаясь своего часа, я вынужден быть поблизости, наблюдать и ждать. Ту, которая, поцеловав, освободила меня.

Но был еще и шут, он развлекал королеву, смешил, а еще хотел убить. Я видел ненависть в его взгляде, направленном на ее величество, – паяц тоже ждал своего часа.

Час икс наступил в один из вечеров, когда устраивался ежегодный королевский бал. Собралось много лицемерных гостей, которые смотрели на королеву, ехидно ей улыбались, кланялись, а у самих на сердце яд.

Королева была восхитительно прекрасна, в провокационном наряде, спереди открывающем ноги выше колен. Впрочем, она и в плаще заставляла биться мое сердце чаще. Но ответного чувства мне не получить никогда. Единственный проблеск любви был, когда она меня пробудила. А может, мне показалось.

После бесконечных танцев и увеселений к королеве склонился шут, что-то ей нашептывая, и она послушно двинулась за ним по темным коридорам черных ходов, под землю, где располагался семейный храм. Я крался за ними.

Кто-то здесь был: везде горели свечи, наполняя каменный зал светом и теплом, только ни света, ни тепла не было в глазах шута.

– Приполз сюда вслед за своей королевой? – ехидно спросил он и подбросил в воздух колоду карт, с которой никогда не расставался.

Карты закружились вокруг хозяина, обращая его в лицедея. Роскошный костюм, воротник-жабо, а головы нет, только две маски в воздухе.

– Влюбленные мужчины так легко управляемы. Мне было нужно, чтобы ты пришел за ней и все испортил. Какой молодец!

А я смотрел на ту, которую любил… сильно любил, но… Неужели небезответно? В ее глазах плескалось чувство, которое я уже видел когда-то и которое почти забыл.

– Вы же ничего не понимаете, не знаете, что это за мир, в котором вы попали в ловушку. А я убью вас и через ваши души отправлюсь в Междумирье. Какой соблазн! Какие возможности!

– Нет, не отправишься, – раздался голос королевы, но звучал он с другими интонациями, смутно мне знакомыми.

Она стояла на коленях и испепеляла маски взглядом, в руках у нее был нож.

– Я не просто маг, я некромант.

– Блондинка? – неверяще хмыкнул лицедей.

А королева встретилась со мной взглядом и, вскинув нож, вонзила себе в грудь.

– Нет! Паршивка! – выкрикнул шут и бросился прочь, а я поспешил к той, которую любил.

Поднял ее на руки, по платью текла кровь.

– Что же ты наделала! Зачем?

– Барей…

Вздрогнув, я посмотрел на девушку и увидел ту, которую знал и которая была совсем не королева.

– Послушай меня. Ты должен оставить меня здесь умирать.

– Нет!

– Барей, послушай меня. Ты должен мне довериться. Это твое испытание. Оставь меня здесь, а сам уничтожь лицедея. Он хозяин астрала и сейчас слаб из-за моей жертвы. Найди его и убей.

Борясь с собой, я с огромным трудом разомкнул руки и, рыкнув, побежал за шутом.

– Только бей в маску! – крикнула она мне вдогонку.

Сердце обливалось кровью.

А девушка, оставшаяся лежать позади меня, что-то чертила на полу и бормотала:

– Некромант всегда договорится со смертью…

Я интуитивно знал, где искать лицедея. Мир, которым он правил, был его и слабым местом. Сейчас хозяин астрала оказался скован в главном зале дворца. Увидев меня, он скривил губы.

– Ты же бросил ее.

– Таково желание Ирины, а я ей верю.

Видимо, что-то разглядев в моих глазах, шут выдохнул:

– Ведьмак! Ваша любовь всегда больная. Что за невезение?!

Вместо ответа я вынул из-за пояса нож и воткнул его сначала в одну маску, потом в другую. Хотел для верности ударить и третий раз, но Ирина, оказавшаяся рядом, перехватила руку и, покачав головой, повлекла за собой к зеркалу, в котором я увидел не отражение, а другой мир.

Преодолев грань миров, словно водную гладь, мы отправились домой.

* * *

Шагнув через зеркало, я почувствовала тянущий призыв, и спустя мгновение меня утянуло в свое собственное тело.

Как же прекрасно знать, кто ты, и быть самой собой. А еще я поняла, почему некромант, выбравшийся из ловушки Фарнера, получал особый статус. Он первый раз в жизни умирал, но и в то же время был жив. Такое пограничное состояние открывает новые возможности.

Но страху я натерпелась много, и сомнения… Они мучили и снедали меня в астрале. Трудно принять верное решение.

Оказалось, что мы пробыли в астрале целых шесть дней, и теперь, чтобы прийти в себя, нам требовались время и некоторая помощь лекарей. Но молодой организм брал свое, и вскоре мы смогли подняться на ноги.

Как-то поздно вечером мы, сговорившись, решили отправиться на кухню и заодно обсудить, что делать с двоюродным братом Барея и вообще со всей историей.

Меня навещала и мать парня, который нас отправил в астрал, и сама Ярина, но я лишь вежливо улыбалась и что-то бормотала о том, что еще совсем слаба.

– Что бы ты хотела сделать в этой ситуации? Приглашая в гости, я и не знал, какой опасности тебя подвергну, – тихо сказал Диаркан, его все еще мучил данный факт.

– А вот я, как ни странно, довольна, что приехала. Познакомилась с твоей семьей, узнала тайны, страшилки.

Завернув за угол, я резко отпрянула назад и врезалась в Барея.

– Что?.. – начал он, но я зажала ему рот рукой.

– Там, в коридоре, огромный многорукий монстр ползет в нашу сторону.

Отстранив меня, Барей осторожно выглянул в боковой коридор.

– Все нормально. Это Артуз, семейный монстр и старый приятель Ярины. Давно бабуля его не вызывала, видимо, семью ждут репрессии. Поэтому ничего странного.

Тут монстр поравнялся с нами и повернулся, моя душа ушла в пятки.

– Привет, – кивнул ему ведьмак.

Рык, раздавшийся в ответ, овеял меня смрадом и окатил брызгами слюны. Наверное, это было пожелание доброй ночи, потому как Артуз пополз дальше.

– Действительно, ничего странного, – на автомате пробормотала я и отерла лицо, пока Диаркан давился от смеха, тоже приводя себя в порядок.

– Знаешь, я тут подумала, что не буду милосердной, умолчу о ловушке, но передам право наказания твоей бабушке.

– Умница, – подмигнул ведьмак.

После такой встречи пить какао мы передумали.

Глава 19. Институт рас

Институт встретил нас гомоном и шумом. Родные стены, как же я по вас скучала!

Пока я предавалась ностальгии, упустила то, что мы с Бареем вышли из портала, держась за руки. Зато это не укрылось от многих других, и как бы я ни старалась выдернуть ладонь, Диаркан не позволил.

Новый учебный год впереди, и еще не ясно, как продолжат развиваться наши отношения. Совместные каникулы очень сблизили нас, но не прояснили будущего. В глубине души я знала, что уже не смогу без моего ведьмака, однако страх – очень мощное чувство и проходит не сразу.

Однако, едва я пришла в комнату и разложила вещи, меня ожидало новое испытание, которое было и радостным, и грустным одновременно. Семен съезжал от меня.

Выслушав новость, я спросила:

– И куда ты теперь отправишься?

– Буду жить у профессора.

– С чего бы это? – удивилась я.

– Там живет Эсиса, ну, и я хотел бы с ней.

– У вас роман, – прищурилась я.

– Насколько это вообще возможно у нежити.

– Семен, прекрати, – нахмурилась я. – Ты самый замечательный скелет, которого я знаю, и достоин самого лучшего.

– И конечно, знакомых скелетов у тебя пруд пруди, – съехидничала эта нежить.

– Я некромант и, несмотря на то, что учусь, повидала уже прилично.

– Наконец-то с гордостью о своей профессии, – одобрительно заметил Семен и потом грустно произнес: – Я очень переживаю, как ты тут без меня будешь. Ведь совершенно беспомощная!

– Ну, ты уж не преувеличивай, – заметила я, а самой очень не хотелось его отпускать, но… у него должна быть своя жизнь.

Хоть Семен и нежить, но заслуживает счастья.

– Как там твой ведьмак?

– Говорит, что любит.

– А ты?

– Безумно его люблю.

– И что?

– Пока мы не вместе.

– Ты умная девушка, Ирина, поэтому не будь дурой и прекрати мыслить стереотипами своего мира. Причем даже на Земле есть множество примеров, опровергающих твои страхи. Не совершай моих ошибок при жизни, она и так коротка, используй свой шанс. А ведьмаки любят…

– Словно безумцы. Но еще я знаю, чем труднее мужчине достается женщина, тем больше он ее ценит. Хотя моя решимость поколебалась после совместных каникул.

– Погоди, он познакомил тебя со своей семьей?

– Ну да…

– Понятно, тогда я пошел собираться.

– Ты ничего не хочешь мне сказать, Семен?

А в ответ хитрое молчание. Что за вредный скелетина!

* * *

Как всегда, в начале года у нас состоялось общеинститутское собрание. В этот раз к нему готовились долго и с перешептываниями, так как намечалось грандиозное объявление. Преподавательский состав был взволнован, особенно ректор.

Подойдя к трибуне, Изор начал со стандартной информации для первокурсников, а вот продолжил неожиданно:

– Также наш институт гордится тем, что именно нам в этом году выпала честь проводить у себя магический турнир и принимать гостей и участников из других учебных заведений. И просто прекрасно, что у нас есть время подготовиться к этому торжественному событию, так как сам турнир начнется со второго семестра и продлится около двух месяцев. Потом будут экзамены и каникулы. Вопросы?

– Всем можно участвовать? – донеслось из зала.

– Только студентам второго и третьего курсов, – с легкой усмешкой добавил ректор.

– А как будут определять, кто будет участвовать?

– Участникам придут приглашения от института. Выбранный имеет право отказаться, но в этом случае будет отчислен.

В зале раздался гомон. Кто-то мечтал стать участником турнира, кто-то из первокурсников возмущался, что не может принять участие, а я посмотрела на скучающих друзей. Мы практически выпускники, и нас сложно чем-то удивить.

– Также в этом году не будет соревнований по стихийному футболу, так как мы не сможем уделить им должного внимания. На этом все, можете отправляться в город.

Барей будет в восторге. Он очень переживал, что из-за выпуска их команда проиграет, к тому же многих опытных игроков они потеряли, так как те покинули институт. А так они чемпионы еще один год.

– Ты пойдешь с нами в город? – спросила Милана, бросив взгляд за спину.

У наги в этом году появился парень, тот самый орк, который постоянно сидел со мной на занятиях. Уж не знаю, на какой почве они сошлись, но надеюсь, подруга от него не страдает так, как я.

– Нет, идите, я побуду в институте, у меня еще дела, – соврала я, и девочки, кивнув, ушли. А я отправилась в особое место.

Нужно было подумать. Посвящение в студенты я уже видела: впечатления с прошлого раза были еще слишком свежи. Город для меня уже не столь привлекателен: за практику я насмотрелась всяко и излазила его вдоль и поперек. А вот момент, когда институт практически опустеет, не скоро удастся улучить.

За последнее время столько всего случилось… Жизнь движется в бешеном ритме, все меняется, от меня мало что зависит… Я к такому не привыкла.

Кривая башня радушно распахнула передо мной свои двери, приютив и предоставив убежище. Сев прямо на пол смотровой площадки и прислонившись к перилам, я смотрела с большой высоты на территорию института, на ручеек людей и нелюдей, который тянулся по мосту в город.

– Ну и о чем грустишь?

Подняв глаза, я встретилась взглядом с Бареем.

– Ты в этом году не пошел в трактир? – вскинула я брови, глядя, как ведьмак усаживается рядом со мной.

Взяв мою руку, он переплел наши пальцы.

– Драться не будешь? – Диаркан крепче сжал мою руку.

– Поберегу силы для большего: мало ли какие у тебя планы.

– Грандиозные. Встречаться со мной будешь?

– Про проклятие расскажешь? – задала я встречный вопрос.

– Какая же ты зануда! Если в общем, то я тебе уже фактически всю историю разболтал.

– Кроме главного, – сощурилась я, чуть улыбаясь.

– Ладно, тогда расскажи, из-за чего сюда пришла.

– Да нет какой-то особой причины. Просто моя жизнь стремительно меняется, независимо от моих желаний. Меня это смущает и тревожит.

– И чего уж такого…

– Семен съехал к профессору Мурту. Он теперь будет жить со своей девушкой.

– Это же хорошо…

– Отлично, но я скучаю.

– А я ему завидую, – с намеком сказал Барей, за что и получил тычок в бок.

– И еще мне нужно подумать о своем будущем. В конце года надо подавать заявки на распределение, а я не решила, в какую отрасль податься.

– Чего сама хочешь?

– В корпус исследователей, – без раздумий ответила я. – Но чтобы туда приняли сразу после института, нужны награды и достижения, а у меня их нет.

– Ну так получи. Надо подумать, с профессорами посоветоваться.

– А ты куда отправишься через год?

– Лучше пока тебе не знать о моих планах, ругаться будешь.

– Вот специально разжигаешь любопытство? – надулась я.

– Ухожу от ответа. Я пока не решил, куда пойти. Мне предлагают место контрактника, но стихийники – воины, и такая работа… грязная. Или есть вариант уйти в профессиональный спорт.

– М-да… Выбор, – улыбнулась я.

А Диаркан подловил меня и, склонившись, поцеловал, в который раз заставляя забыть обо всем.

– Сделаешь так на людях, прибью, – шепнула я в губы Барею.

– А ты успей сказать «нет», – так же тихо напомнил Диаркан.

– Вот ведь коварный ведьмак!

* * *

Начало учебного года было хлопотным. Я перешла на третий курс, еще год – и перейду на последний, самый короткий, а там начнется дипломная практика и защита диплома. Я наконец-то получу специальность.

Зато сейчас меня ждало самое простое, но и самое ответственное время. Из старых предметов остались некромантия и стихийная магия, но появились и новые. Например, искусство войны, на котором Илузир будет нас учить убивать.

После первого же занятия преподаватель заявил, что я на этом предмете буду отличницей, которая доконает всю группу, и его в том числе. Мне стало обидно, но в совершенстве осваивать сто один способ извести человека я не буду.

Также появилась защита, которую вела у нас вампирша. Особый, универсальный предмет, против любой магии. И он-то мне казался куда как интереснее, чем хладнокровные убийства.

Ректор же в этом году будет вести у нас магологию. И вы не поверите, на ней мы будем изучать разновидности магов, их слабости, а также как их изловить, допросить и пытать. Прелесть, правда? Особенно в подаче Изора.

Но куда больше меня пугал этикет. Маме даже в детстве не удалось научить меня правильно пользоваться всеми столовыми приборами. Терпеть не могу все эти тонкости и реверансы, присущие званым обедам.

При такой интересной программе я ждала, что будут сюрпризы, и первым преподнес их мне родной предмет.

Еще на самом первом занятии Дазар нас обрадовал:

– На третьем курсе мы будем изучать боевую некромантию. Наш дар не только решает проблемы, с помощью его можно драться, защищать себя и тем более убивать. Вот этим мы и будем заниматься: изучать новые заклинания и оттачивать мастерство. А потом вы будете выполнять задания.

– А если не выполним? – спросила я.

Алея ткнула меня в бок. Мол, куда лезешь?

– Вы должны помнить, Вознесенская, чем может грозить несдача профильного предмета.

Замечательно ответил, теперь мы все будем трястись от страха потерпеть неудачу.

– Еще вопросы есть?

Все молчали.

– А теперь поднимайтесь. Мы отправляемся в тренировочный зал изучать заклинание порабощения.

Мы и так можем?

Вскочив, я, как и все студенты, ринулась на выход, а Дазар рассмеялся. Нет никаких сомнений: просто нам не будет.

* * *

Несмотря на то, что учебный год начался нестандартно и весело, я быстро втянулась и начала приноравливаться к новым предметам. Дни полетели за днями.

Раньше все было в новинку – каждый день какие-то открытия, неожиданности, сейчас же что будни, что выходные превратились в бытовуху и, кроме стычек с душником из-за постоянно пропадающей тары, разнообразием событий не радовали.

Разве что скандал с Тигом, когда сосед обокра… позаимствовал посуду из его кладовки, конечно, на время. Тогда друид кричал как никогда, а мы с ведьмой его подзуживали, являясь пострадавшими сторонами.

Институтская жизнь больше напоминала реалити-шоу «Остаться в живых». Кто последний, тот, елки-палки, герой. Илузир гонял нас, заставляя убивать друг друга, Нилькор и Дазар – отрабатывать боевые заклинания. Хорошо, что мне пока ограничитель выставили на максимум, а то я отработаю… целое крыло придется восстанавливать.

На защите нас учили защищаться, причем преподавательницу совершенно не смущало, что она палит по нам боевыми заклинаниями. И это еще ладно. Не приведи господь оказаться на практике по магологии беглым магом, вот тогда становилось действительно «весело».

Каждый день начинался с того, что приходилось выживать, а после занятий – скучать. В личной же жизни у меня был сплошной пробел. Все лето я старалась избегать Барея, и, пока у него шла интенсивная подготовка перед стихийными испытаниями, мне это удавалось.

Но настала осень, он все сдал, и как-то раз в парке я попалась.

Я сидела на травке и читала некромантский справочник, когда он подкрался сзади и склонился надо мной…

– Нет.

– Мм… Ты меня избегаешь?

– С чего ты взял? – приподняла я брови, отрываясь от книги.

– Наверное, с того, что мне сложно тебя отловить.

– Скажи мне тоже кое-что, – по-доброму улыбнулась я. – Почему весь институт считает, что я тебя бросила?

– Возможно, из-за того, что ты меня избегаешь?

– Не хотела тебе мешать заниматься… – хитро посмотрела я на ведьмака.

– Да-да, я верю.

Положив мне голову на колени, Барей спросил:

– Что читаешь?

– Как заставить умершего перевернуться в гробу.

– С кем я связался? – притворно печально вздохнул стихийник. – Встречаться со мной будешь?

– Подумаю.

– Прогресс, – так же хитро посматривая на меня, заметил ведьмак, поглаживая мою руку. – Значит, скоро согласишься.

Я решила за благо поменять тему разговора.

– Родители пишут?

– Тебе интересно, что бабуля сделала с семьей?

– Ну-у-у… – невинно протянула я.

– Она лишила каждого того, что ему было очень нужно. А у моей сестры скоро свадьба, и ты приглашена.

Я в панике посмотрела на Барея.

– Нет, нет… Я со своими родственниками столько не общаюсь, сколько с твоими.

– Бабушка обидится.

– Когда? – обреченно спросила я.

– На новогодние праздники. С Изором я поговорю.

– Хорошо бы, – заметила я, вспомнив, как последний раз ректор был мною недоволен.

– И кстати, передай тому орку со второго курса, который поглядывает на тебя и подходит поболтать, что, если я его рядом с тобой еще хоть раз увижу, спущу с крыши.

– Он на меня не претендует, – встала я на защиту парня.

– Тем обиднее ему будет, когда я его спущу. И будет о чем подумать, пока ему кости сращивать станут.

Мне на это сказать было нечего. Ведьмак давно не заводил подружек и держал всех девушек на расстоянии. И я была этому безмерно рада. За такой подарок я кому угодно что угодно передам.

* * *

В тот день, когда получила первое задание, я не знала, сразу начинать переживать или можно сначала пропищать от радости.

Все Междумирье делилось на пять зон по типу климата: местность с умеренным климатом, каменная местность, тропики, пустыня и полярная местность. В каждой из зон текла своя жизнь: в пустыне располагалась столица, в тропиках и в каменной местности – учебные учреждения, а в полярной местности – финансовые.

Сначала я удивилась такому разграничению климата, но потом в одном учебнике нашла, что это зависит от миров, в которые из этих зон можно попасть. И маги выбирают место жительства в зависимости от того, с каким миром связана их работа. Из ледяной пустыни в мир с жарким климатом не попасть.

И если раньше я об этом читала или слышала, то теперь у меня появилась возможность лично побывать в интересных местах.

Тиг с диким ворчанием выдал нам необходимое снаряжение, насчет которого распорядился декан, а Добракович меня, Алею и парня Миланы, которого звали Зар, повела к порталам.

– Все знаете технику безопасности? Принцип тот же, что был на практике по монстрологии. Как только возникнет опасность для жизни, защита института перенесет вас обратно, но задание не засчитают.

– Всем? – нахмурилась Алея.

– Да. У вас будут как одиночные миссии, так и командные. Вы маги широкого профиля.

Остановившись в уже таком знакомом зале, перед аркой с серым сиянием – у каждого мира оно свое, – секретарь повернулась к нам.

– Готовы?

Неуверенно переглянувшись, мы кивнули.

– Тогда вперед и удачи, – улыбнулась она нам.

И мы шагнули в портал.

Когда я открыла глаза и взглянула прямо перед собой, у меня от восхищения перехватило дыхание.

Мы стояли на довольно большом каменном плато круглой формы. От него прямиком к городу, вырубленному в скале, вел широкий каменный мост.

Это был самый крупный мегаполис каменной местности. Даже в фантастических фильмах я никогда не видела такой красоты.

– Потрясающе, – выдохнула я.

– Данбар, город больших возможностей, – прокомментировал Зар.

И тут раздался голос Алеи:

– Ну, может, пойдем уже. У нас не так много времени для выполнения задания.

Переглянувшись, мы с одногруппником лишь покачали головами и направились вслед за орчанкой.

В отличие от банальных миров Средневековья, Междумирье было устроено примерно как Земля. Передвигаешься везде в основном свободно, документы всегда нужно иметь при себе. В Междумирье земной паспорт заменяла печать на руке, с которой и считывалась вся информация.

Мы отправились в так называемый нижний город, к красивому дому в готическом стиле и с милым палисадником. Поступила жалоба, что в этом доме творится что-то странное, злое и жестокое. Жильцы не могут спать спокойно. Мы должны были во всем разобраться и решили начать с разговора с хозяйкой дома, ее сыном и матерью.

Пока хозяйка болтала без умолку, пожилая женщина недовольно смотрела на нас.

– Ой, как хорошо, что в Управлении магии откликнулись на нашу просьбу. А вы кто? Какие-то секретные специалисты? Вас прислали, чтобы уничтожить нечисть, что мучает нас уже не первый месяц? Это ужасно, просто ужасно! Ися, мой сын… Вы заметили наше сходство? Так вот, его чуть не столкнули с лестницы. Представляете? А меня практически каждую ночь душат в постели. А матушку…

– Не смей упоминать меня! Я к этой истории не имею никакого отношения!

Рыкнув, пожилая женщина поднялась и отправилась прочь, мы с ребятами переглянулись.

– О… Мама очень переживает, не обращайте на нее внимания…

– Герра Неско, – перебила я хозяйку, – Зар – самый опытный из нас, он сейчас выслушает обо всех происшествиях в подробностях. Это очень, очень важно для нашего расследования. Правда, он голодный и может плохо воспринимать информацию, но вы просто подоходчивее ему объясните. А мы пока осмотрим дом и соберем статическую информацию.

Зар посмотрел на нас испуганными глазами, когда женщина взяла его в оборот и потащила кормить, правильно поняв наш намек. Здоровенный орк, а боится. Нам же нужно было избавиться от этой балаболки, чтобы спокойно осмотреть дом.

Когда мы покидали дом, старушка, стоявшая на лестнице, окинула меня взглядом и, процедив: «Некроманты. Наконец-то», ушла.

Мы с Алеей переглянулись. Что-то здесь было нечисто.

– Пойдем, осмотрим дом по периметру. Если это простая нечисть, сразу определим.

Орчанка кивнула, и мы, не сговариваясь, отправились в разные от дома стороны, внимательно исследуя стены и прилегающие территории. И чем больше я видела признаков нечисти, тем больше мне все это не нравилось.

– Ну, что у тебя? – спросила я подругу, когда мы пересеклись.

– Привидения, – поморщилась Алея.

И я была с ней согласна, самый сварливый и труднохарактерный вид нечисти среднего порядка. Договориться практически нереально, а в нашем случае тем более.

– Причем не заблудшие, а мстящие. Я видела сожженные розы. Какой-то личный мотив.

– Плохо. Значит, до вечера точно не управимся, – поморщилась орчанка.

Ей тоже не понравились хозяева дома, а нам здесь еще и ночевать придется.

– Да уж, Зара на сутки не хватит. В любом случае предупреди в институте, что мы немного задержимся. А я пока попробую в сарае поболтать с местными привидениями.

– А если помешают? – нахмурилась орчанка.

Такой ритуал действительно лучше не прерывать.

– Могут. За мной следил сын хозяйки… Как бишь его? Ися?

– Возьму на себя, – отрезала Алея.

– Ты осторожнее, он с виду хоть и тихоня, но в тихом омуте черти водятся.

– Знаешь, Ирина, когда в руках у орка дрын, мы со всеми быстро находим общий язык.

Аргумент! Весомый…

Договорившись о плане действий, я отправилась в сарай. На всякий случай подперла входную дверь бочкой, самой большой, какую смогла сдвинуть, и начала чертить на земле пентаграмму.

Призраки непредсказуемы и опасны. Не всегда мне удавалось находить с ними общий язык. В этот раз, едва я начала ритуал, нечисть откликнулась быстро. Передо мной предстала молодая, красивая девушка, в пышном старомодном платье и с высокой прической.

Ай-ай. Красавицы обладают дурным нравом.

– Некромант, зачем тревожишь мой покой?

– Узнать, почему мучишь хозяев дома.

«Ох, зря я это сказала», – подумалось мне, когда глаза уже не такого милого привидения налились красным.

– Это я их мучу? Это они меня мучают! Сначала разлучили с любимым, затем убили меня, а позже и его. А теперь и в загробной жизни не дают воссоединиться, причем присылают магов, чтобы те нас уничтожили! Что, тоже решишь меня развоплотить?!

– Так, спокойно. Не нервничаем и по порядку рассказываем историю. Мы здесь, чтобы восстановить справедливость.

– И как ты собирашься это сделать? – наклонилась ко мне девушка, немного успокоившись.

– Если ты говоришь правду, то есть идея. Но мне нужны подробности.

После недолгого молчания привидение согласилось:

– Можно попробовать. Когда-то я работала в этом доме учительницей и давала начальные уроки магии младшему сыну хозяйки…

В общем, случилась банальная романтическая и тем не менее грустная история. Младший сын хозяйки дома влюбился в свою преподавательницу, а та – в его старшего брата. В семье случился раскол. Мать, не желавшая видеть детей в ссоре и не считавшая девушку подходящей парой обоим сыновьям, переговорила с ней. Преподавательница словам не вняла, безумно влюбленная, решила остаться с любимым, которого мать планировала выгодно женить. Тогда герра Неско решила устранить проблему. Однако ее ждал сюрприз: пока она лишала жизни нежеланную невесту, между братьями случилась ссора и младший убил старшего из злобы и ненависти.

Уж не знаю, жалели ли живые о своих преступлениях, но хозяйка дома привела магов и развела влюбленных и после смерти. Те не отдали долги и не смогли уйти, и хотя находились рядом, все равно были не вместе.

Меня дико разозлила эта бессмысленная и жестокая история. Однако любые слова надо проверять, и, потратив остаток сил, я нырнула глубже в ритуал и увидела смерть девушки.

Немного посомневавшись, я поделилась созревшим планом с привидением и, заручившись ее согласием, завершила ритуал.

Алею я нашла в палисаднике, та смотрела на небо, наслаждаясь вечером. Присев рядом, я рассказала ей то, что узнала.

– Я согласна таким образом уладить вопрос, – поддержала меня орчанка. – Этот сын хозяйки и правда больной. Принес мне лимонад якобы освежиться, а сам яду туда подсыпал, и не самого простого. Теперь вот думаю, приключится диарея или нет?

М-да…

– А ты что?

– Ирина, я же говорила, дрын в руках орка решает многие спорные вопросы. Я связала эту тушу и спрятала в подвале. Кстати, познакомилась с привидением, его братом. Я понимаю преподавательницу: не будь мое сердце занято, сама бы в такого влюбилась.

В этот момент из дома вылетел Зар и, подбежав к нам, выдохнул:

– Вот что хотите делайте, а я к ней больше не вернусь! Она решила особо извращенно меня убить, закормив насмерть.

– Мы тут выяснили, – просветила я парня, – герра и ее сын убийцы. Надо их заставить признаться.

– А я так и думал. Она зверь, а не женщина! – вспыхнул орк.

– Тогда смотри, план такой…

С момента убийства прошло несколько лет и доказать причастность владельцев дома к смерти учительницы довольно проблематично. Значит, они должны признаться сами.

Пока мы с Алеей снимали магическую защиту дома, Зар снова отвлекал хозяйку. Теперь у герры Неско не получится сдерживать привидения. Чинно поужинав, мы разошлись по своим комнатам. Ися рано уснул и составить нам компанию за ужином не смог. А мы так рассчитывали!

Когда настала ночь, я активировала сеть, чтобы привидения сдержали свое слово и устроили веселье. Старший сын герры действительно оказался красавчиком, и если бы – как там сказала подруга? – мое сердце не было занято…

Благодаря нам привидения начали вселяться в находившихся в доме людей и всю ночь развлекались как могли, мы же в это время переместились в комнату пожилой женщины, матери герры Неско, которая единственная была ни при чем и сейчас горевала о своей семье.

– Что будет, когда взойдет солнце? – спросила она.

– Придут стражи и, если ваши внук и дочь признаются в содеянном, их заберут и будут судить. Привидения же уйдут в другой мир, их больше ничего не будет здесь держать, – сказала я.

– А если не уйдут? – хрипло спросила старушка.

– Тогда они останутся здесь и будут мучить хозяев дома до конца их дней, – порадовала женщину ответом Алея. – И никто им не поможет, ибо тогда правда выйдет наружу.

– Что же мне теперь делать?

– Пригласите к себе пожить племянника пятиюродной тети Розы, сын которой женился на дальней родственнице по вашей линии. Родная кровь как-никак, – предложил Зар.

Бесследно общение с хозяйкой дома для него не прошло.

Утро порадовало нас хорошими новостями. Хозяева дома сами вызвали стражу, обвинив нас в том, что на них напали привидения. Однако привидения так просто не нападают и не мстят, для этого у них должны быть личные мотивы. Мы же со своей стороны поделились со стражами своими догадками, и мать хозяйки дома нас поддержала.

В итоге герра Неско вместе с сыном попала в ловушку, которую сама же и расставила. А мы с Алеей с нежностью наблюдали, как привидения, сцепив руки, уносятся в иной мир.

А потом пришел Зар и все испортил.

– Новости вас не обрадуют. В институте форс-мажор, один студент-первокурсник решил тайком побывать дома и сбил все настройки порталов. Теперь нужно время, чтобы их восстановить, и нам придется на пару дней здесь задержаться, – просветил нас орк.

– Сам студент не пострадал? – обеспокоенно спросила я.

– Вроде нет.

– И не пострадает, его отчислят теперь, – заметила Алея. – А нам сидеть здесь и пропускать занятия, а значит, потом нагонять.

– Ну, можно и не сидеть, – заговорщически заметила я. – У нас допуск на свободное перемещение по Междумирью.

– И ты предлагаешь… – догадалась Алея.

– Взять билет на воздушный экспресс, – подтвердила я.

– Нас отчислят, точно отчислят, – простонал Зар, но направился в сторону вокзала.

Что бы нам ни было по возвращении в институт, но оно того стоило. Ибо сверху мы смогли увидеть и часть пустыни, и полярные земли, и прекрасные, чарующие своей красотой и зеленью тропики.

На пороге института нас встретил Изор.

* * *

Несмотря на наше самоуправство, нас не отчислили и даже наказание не назначили, но предупредили, что еще одна такая выходка – и мы будем весь год практиковаться в орочьих горных шахтах. Там о-о-очень требуются уборщики.

Мы прониклись и пообещали вести себя тихо.

В пятницу, после занятий, я валялась на кровати и предвкушала, что же буду делать в выходные, когда сверху на стол упал конверт.

Первая мысль: «От Барея», – но, рассмотрев штамп на послании, я поняла, что это письмо из института: такой же штамп стоял на бумаге, в которой меня уведомили о зачислении.

Может, тогда от ректора? Впрочем, он бы не стал утруждаться, а на весь замок проорал бы все, что хотел.

Раскрыв конверт, я достала письмо и прочитала его, а потом, будучи не в состоянии поверить в написанное, прочитала еще раз.

Добрый день, Вознесенская Ирина Георгиевна. Мы рады сообщить, что Вы выбраны участницей престижного магического турнира, который начнется со второго семестра. В этот раз будет три испытания, о которых Вам сообщат отдельно. С пожеланием всего наилучшего и победы, Институт рас.

Не в силах осознать весь ужас случившегося, я решила отправиться за разъяснениями: тут какая-то ошибка. Схватив послание, я сломя голову бросилась к Изору. Добракович, увидев меня, по собственному желанию просящуюся на прием к главе института, даже вскинула брови, а потом ее взгляд упал на конверт.

Меня приняли сразу же, и ректор отменил все предварительные договоренности. Также в кабинет вызвали декана некромантов.

Некоторое время два профессора скрупулезно изучали послание, а потом повернулись ко мне.

– Все так, – заметил Изор убитым голосом. – Она одна из участниц турнира. Я мог бы догадаться, что так выйдет. Он с самого начала благоволил ей.

– Нет! – воскликнула я, присев рядом с ректором и вцепившись в его руку.

За тот час, пока преподаватели все проверяли, Добракович порассказала кучу ужасов про соревнования.

– Вы не можете позволить мне участвовать. Знаете же, что у меня ограничитель на стихиях, что я не отличница и силами или талантами не блещу. Пожалуйста, сделайте что-нибудь!

Ректор отползал от меня, пытаясь вырваться из моих цепких рук, я напирала на него, от ужаса совсем потеряв контроль. К нам подключился Дазар и попробовал отодрать меня от эльфа.

– Это не в моей власти, не я выбираю участников.

– Как же не вы? Вы же самый главный, – выла я.

Дазар перехватил меня за талию и удвоил усилия по отрыванию меня от Изора.

– Да говорю же, не я определяю участников. Институт! – выдохнул ректор, и я от неожиданности отпустила его руку.

Мы с деканом рухнули на пол.

– Вознесенская! Держите себя в руках! Что это за детская истерика! – возмутился демон.

– Детская? Да на турнире гибнут студенты! – И, повернувшись к Изору, спросила: – Как институт может выбирать участников? Он что, живой?

Мне сразу вспомнилось, как нас с Бареем заперли в Кривой башне. Замок что, поощряет мои с ним отношения?

– Мы не знаем, живой он или нет. Но то, что здание имеет душу, это несомненно. Я руковожу институтом, но все важные решения касательно студентов, в том числе принятие на учебу и отчисление, решает он. – Изор ткнул указательным пальцем в потолок.

Все еще не контролируя себя, я метнулась к шторе и, вцепившись уже в нее, крикнула, глядя вверх:

– Ну забери ты свое решение! Что я тебе плохого сделала?

– Ирина, ты можешь отказаться, но тогда тебя отчислят, – заметил Дазар. – Безусловно, ты талантливый некромант, причем у тебя есть призвание, и за годы работы ты набралась бы опыта, но я не уверен, что ты вытянешь турнир, – виновато произнес мой декан. – Может, оно и лучше – отчисление?

– Я не могу, – выдохнула я и под пристальными взглядами профессоров рассказала, что случилось на каникулах.

– Возмутительно! – взорвался Изор. – Нарушать законы! Как они только посмели?! Бесспорно, это ваше с Диарканом решение, но я бы написал на них заявление в отделение магопорядка. Ведьмака еще можно понять, но вы…

– Ее тоже можно, – влез Дазар. – У них роман, и, судя по всему, очень серьезный. Будущих родственников не сдают. Но меня интересует другое, Ирина. Что ты пообещала ей?

Впервые за все время демон прилюдно перешел на ты, и сейчас на то были очень веские причины. Не до реверансов.

– Кому? – нахмурился ректор.

– Смерти, Изор, смерти. Она просто так не отпускает. Мы, некроманты, всегда можем сговориться, сторговаться, упросить… Однако есть и цена.

– Сделать все от меня зависящее, чтобы окончить институт.

– Тогда у тебя нет выбора, – подтвердил декан.

– Я так и знал, что что-то пойдет не так, что не будет мне покоя. В конце концов, это его решение, и если она сровняет замок с землей, то я точно буду ни при чем.

– Мне бы живой остаться, – высказалась я, мрачно глядя на ректора, – и институт окончить.

– А уж как я мечтаю, чтобы вы его окончили!

– Это обсудим позже, – вынырнул из задумчивости Дазар. – По правилам, третьекурсникам, которые будут участвовать в турнире, институт по всем предметам добавляет нагрузку.

Я сразу сникла.

– Значит, по всем предметам увеличатся часы и для тебя будет особая программа, кроме теоретических предметов и защиты.

– Мне нужно подучить стихийную магию, – обреченно заметила я.

– Да, Нилькор тебя поднатаскает и составит программу. Ты не стихийник и не сможешь научиться тому, что умеют они. Но можешь что-то противопоставить. Этим мы и займемся. К тому же ты можешь попросить своего ведьмака о помощи. У Нилькора будешь не только ты, но и другие участники турнира. Личные занятия совсем не помешают.

– Хорошо, – понуро кивнула я, уже представляя, как попала.

– А также я поговорю с Илузиром о ситуации…

А-а-а… Спасите меня кто-нибудь!

Глава 20. Решить и решиться

После общения с Дазаром и ректором я отправилась к себе в комнату, мысленно прокручивая все, что произошло. Как такое могло со мной случиться? И главное – за что?

Мне требовались утешение, уверенность и тот, кто скажет, что все будет хорошо. Но рассказывать никому не хотелось. Только не сейчас.

Сколько я просидела на диване в позе лотоса, не знаю, в себя меня привел стук в дверь. Посомневавшись, стоит ли открывать, я все же распахнула дверь перед гостем, чтобы в следующее мгновение быть схваченной в объятия и прижатой к сильному телу. А моих губ коснулись мужские губы, такие знакомые и родные.

Я наслаждалась поцелуем, пила его и нуждалась в нем. И сейчас он был не такой страстный, как обычно, а нежный и ласковый, успокаивающий и утешающий.

Потом я некоторое время молча сидела у Диаркана на коленях, положив голову ему на плечо.

– Дазар мне рассказал о турнире.

– Я поняла, но все еще в шоке от новостей.

– Тебе не стоит так расстраиваться, все будет хорошо.

Я вспыхнула:

– Ничего хорошего не будет. Меня покалечат, убьют, и никому за это ничего не будет.

– Прекрати. Во-первых, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, во-вторых, тебя бы не выбрали, если бы не знали, что ты справишься. Ты сама не знаешь своих возможностей.

– Барей, ты не ведьмак, ты сказочник, – улыбнулась я, приободренная его словами. – Спасибо тебе.

– Пока не за что. К тому же за тренировки ты мне спасибо точно не скажешь, я буду безжалостен! Ты, конечно, не хочешь признавать мои чувства, но ведьмаки однолюбы, и терять тебя я не намерен.

После таких слов я взяла Барея за уши и крепко поцеловала. Тот жарко откликнулся, сжав меня в объятиях. И несмотря ни на что, это был самый лучший вечер за все время: мы сидели, обнявшись, строили планы и целовались.

В этот момент мне было плевать на все доводы разума и аргументы.

* * *

То, что Диаркан слов на ветер не бросает, я узнала в самом ближайшем будущем, когда начались наши тренировки. Моя жизнь вообще круто изменилась. По всем предметам для меня были особые нагрузки, свободного времени практически не оставалось. Я спала, ела, училась и тренировалась.

Весть о том, что определен первый участник турнира, разлетелась по институту в мгновение ока, и впервые я почувствовала себя популярнее Диаркана, а тот только похихикивал.

Именно в эти дни для меня было так важно ощущать поддержку друзей и Барея, одно это стоило немало. А ведьмак еще и принимал не последнее участие в моих мучениях.

Дазар «порадовал» меня новостью, что после астрала ограничитель можно снять и теперь я должна тренироваться на грани своих возможностей, хотя и этого может быть недостаточно. Вот умеет мужик настроить на лучшее!

А спустя примерно три недели институт выбрал второго участника турнира – демона-стихийника со второго курса.

– Ты слышал новости? – спросила я, заходя в тренировочный зал.

Барей уже сидел на лавочке и поджидал меня.

– Конечно, все только об этом и гудят. Теперь тебе придется разделить бремя славы с демоном.

– Ах, вот ты как. – И я запустила в Барея светящимся шариком. Диаркан перехватил его и впитал.

А потом схватил меня в охапку, крепко прижал к себе и поцеловал. Мир снова перестал существовать, я оказалась в водовороте чувств и желаний. У меня не было сил сопротивляться Барею, бороться со своими чувствами. Я любила его безумно, бездумно, и противиться тому, чего не миновать, уже не было сил.

– Вознесенская, Диаркан, я вас для чего сюда прислал?! – воскликнул Нилькор от двери.

В этот раз застигнутые врасплох, мы не отпрыгнули, а лишь неохотно разъединили объятия.

– Барей, я рассчитывал на бо́льшую сознательность. Ее жизнь стоит на кону.

– Простите, профессор, – опустил голову ведьмак, бросив на меня из-под ресниц жаркий взгляд.

– Сегодня мы будем тренироваться с боевыми заклинаниями. Управлять чистой стихией Ирина не может, но вот если создать и подвесить к ауре те приемы, которые хотя бы могут пригодиться…

– Но они добавят мне неуклюжести при атаке, – нахмурилась я.

– А это зависит от задания, но их заранее никто не знает. Я тренирую участников уже не первый турнир, и при мне еще никто не умер. Поэтому марш выполнять приказы.

– Есть! – отдала я честь, наглея.

– И не думай, что я не знаю, что это значит! Кривляка, – прорычал стихийник.

Но меня не пугали его повадки, как вначале. Он добрый человек.

– Барей, а ну-ка продемонстрируй файерболы.

В меня тут же полетело несколько шаров.

А может, я и погорячилась с характеристикой!

После тренировки, уставшая, подпаленная и немного побитая, я, взяв свои вещи, собралась уходить, когда ко мне подошел Диаркан.

– Ирина, я тебя задел, – начал он виновато и нерешительно.

Не обращая внимания на Нилькора, я наклонила ведьмака к себе и жарко поцеловала.

– Ты все делаешь правильно. Спасибо.

Оставив парня с глупой улыбкой на лице, я едва не вприпрыжку побежала на ужин.

* * *

Общались мы с Бареем не только на тренировках, но и все свободное время проводили или у меня в комнате, или у него. Болтали, дурачились или изучали что-то интересное. Несколько раз я читала книги из своего мира, а он просто лежал на диване, положив голову мне на колени.

Но большего ведьмак себе не позволял, только хитро поглядывал на меня. И я поняла его игру – позволить тоске по нему взять надо мной верх. И он был на верном пути.

Единственное, что вызывало у меня чувство вины, это то, что я мало общалась с Алеей. Милана была погружена в свои отношения с Заром, я – в свои с Бареем, и орчанка осталась одна. Да еще с неразделенной любовью.

Хотя с этим было много непонятного. И я решила все выяснить на свой страх и риск.

На последнем занятии по искусству убийства преподаватель пообещал сломать мне ногу, если я в очередной раз буду мухлевать. Находясь в своей реальности, я бы точно решила, что это шутка, но в Междумирье, где мне срастят кость за пару часов, не знала, что и думать.

Илузиру, как и мне, приходилось мучиться вдвое больше: теперь он был обязан тренировать меня лично. Поскольку мы проходили обучение на мечах, то сегодня я все занятие, как могла, спасалась от здоровенного орка, который носился за мной с острой железякой.

А ведь я только-только привыкла к деревянным мечам.

Не прибавляло всей группе радости и плохое настроение преподавателя, который в последнее время постоянно был хмурым. Озадачившись этим, я решила понять причину такого поведения, и мне думается, что смогла. Но однозначно догадку нужно было проверить.

Как-то на одном из занятий я подошла к Алее и спросила:

– Я тут недавно заметила, что ты нравишься оркам со второго курса. Правда?

– Не совсем поняла, про кого ты, – буркнула подруга.

Все ты поняла…

– Ну, помнишь, которые подняли во время посвящения драку в трактире. Ты тогда еще неодобрительно отозвалась об их сдержанности.

– Маленькие они еще.

– Ты мне скажи: они проявляют к тебе интерес?

– Да.

– Давно?

– Еще с прошлого года, но так явно – с начала этого.

Ага!

– А что говорят?

– Их заводила подходил недавно ко мне и предлагал стать его девушкой. Ты это хотела узнать?

– Да. А еще хочу тебя попросить…

Орчанка подозрительно на меня покосилась.

– Я знаю этикет орков. У вас вольностей, если вы не пара, не допускается, но поглядывай на них.

– Ирина, я ценю твое желание устроить мою личную жизнь, но я уже сделала выбор.

– Вот я и хочу свести тебя с твоим… выбором.

– У тебя странные методы, – хмыкнула подруга.

Схватив Алею за руку и понизив голос, я с нажимом сказала:

– У тебя уже три года никаких сдвигов. Терять, мягко говоря, нечего, поэтому делай, что я говорю.

– Значит, посматривать в сторону второкурсников? – все еще настороженно спросила Алея.

– Да, как только я чихну или кашляну.

– Ладно, договорились.

Мой расчет был в том, чтобы заставить Илузира ревновать. Ибо если ревность не сподвигнет его на отношения, больше ничего сделать будет нельзя.

Каждый раз, когда преподаватель будет смотреть на Алею, она должна смотреть на молодых орков.

Правда, я не предполагала, что Илузир так часто смотрит на свою студентку. У меня сразу начались бронхит и чахотка. Однако я заметила и реакцию, которую вызывает у орка тот факт, что Алея интересуется кем-то еще.

Теперь осталось скрестить пальцы и пожелать одной замечательной девушке удачи.

* * *

Не менее весело было и на других занятиях, только рядом со мной не было ведьмака, который подсластил бы пилюлю своим присутствием. Впрочем, однажды занятие по защите меня удивило.

– Добрый день, – улыбнулась нам Изоль. – Прошу пройти в тренировочный зал и занять места в красных кругах. После чего я расскажу задание.

Вампирша была интересным преподавателем. Она могла пошутить, хорошо объясняла и здорово гоняла нас за отставание по предмету. Вот и сегодня у нас было очередное практическое занятие. Вот только интересно, что старший курс стихийников здесь делает?

Выбрав себе место самой последней, я оказалась в конце и с интересом наблюдала, как Изоль кивнула стихийникам и те направились к синим кругам, располагавшимся напротив красных. И конечно, Барей выбрал именно тот, что был передо мной.

Встав напротив, он подмигнул, слегка улыбаясь.

– Это конец семестра, и те из вас, кто сможет достойно обороняться против стихийного мага, будут освобождены от экзамена. Ну и конечно, для Вознесенской особое, модифицированное задание. Начали.

Не успела я опомниться, как Диаркан сформировал в руке огненную стрелу и запустил ею в меня. Я не защитилась магией, а просто уклонилась.

– Играешь против правил, – с улыбкой прищурился Диаркан.

А вот это он зря. По защите я была отличницей, очень уж этот предмет пришелся мне по вкусу. Гораздо приятнее, когда защищаешься и не берешь на себя тяжесть убийства.

– А ты попробуй достать меня, – подмигнула я.

– Если смогу, что тогда? – вскинул брови Барей.

– С меня желание. Но если я выиграю в нашей схватке, тогда желание выполняешь ты.

– Идет.

И понеслось. Одни приемы сменяли другие, мы уже забыли, что на занятии, азарт схватки увлек нас, в то же время оставаясь игрой. Очень часто люди недооценивают защиту, а я считала, что с помощью ее можно не только оберегать себя, но и поставить ловушку на других.

Барея я подловила на простейшем приеме нашего мира – ловле на живца. Приняв удар стихией, я отклонила его, сделав подсечку, и пока противник уходил от ответной атаки, я набросила сеть. Простейшее заклинание, если его не зафиксировать.

Спеленав ведьмака, я с довольным видом уселась на него верхом.

Раздались аплодисменты, и, повернув голову, я увидела улыбающуюся группу стихийников, а также хлопающую в ладоши Изоль. Занятие, видимо, уже закончилось.

– Вознесенская, если бы я знала, какой Диаркан для вас стимул, приглашала бы его на занятия чаще.

Я, покраснев, поднялась и сняла сеть с Барея, а он, подмигнув мне, сообщил:

– Проси чего хочешь, о прекраснейшая.

Не буду больше читать ему любовные романы.

– Поцелуй.

Крепко прижав меня к себе, ведьмак выполнил мое желание.

* * *

В этом сумасшедшем ритме жизни осень подкралась незаметно. Дожди в этом году шли уж очень обильные, и один раз с неба даже падали лягушки. Несмотря на то, что из-за тренировок я и так никуда не ходила, но видеть такое – это настоящий ужас.

Причем земноводные не разбивались при падении, а спокойно прыгали в сторону леса и озера. Бр-р-р… Я туда до зимы больше ни ногой.

Из этой мрачной повседневности меня выдернул Барей, в одно из воскресений вместо тренировки пригласив на свидание.

– Ты серьезно? – недоверчиво спросила я. – А как же загнать меня до некондиции?

– Глупости, – заметил Барей, сидя в моей комнате и поедая сгущенку.

Очень уж она ему нравилась.

– То есть мы с тобой куда-то пойдем? Свидание будет не на территории института?

– Не скажу. Соглашайся – и узнаешь.

– На прошлом занятии по защите ты мне поддался, а значит, выиграл спор, а желания надо исполнять. Поэтому скажи мне, куда мы отправляемся?

– В пески, – хитро поблескивая глазами, заметил Барей.

– Договорились, а теперь брысь из комнаты, мне переодеться нужно.

В секторе песков все время было жарко, лежали барханы, по воздуху плыли магические караваны. Также там находилась столица Междумирья и Совет магов.

Возведите в Египте помимо старинных строений город из стекла или хрусталя – совершенно потрясающее зрелище.

Барей же, после того как мы вышли из портала, повел меня в старый город, полный узорчатых каменных домов, удивительных храмов и, конечно, мест захоронения магов. Все мы смертны.

– Только не говори мне, что мы идем на кладбище! – ужаснулась я.

– Вообще-то, это любимый город некромантов, да и вообще весь песчаный сектор. Половина представителей вашей профессии живет здесь, – хмыкнул ведьмак.

А сам повлек меня дальше, к огромной пирамиде. Мы поднялись на ее вершину, и Диаркан мне сообщил, что это ресторан.

Окинув взглядом вставленную в пирамиду округлую каменную пластину, без каких-либо вещей на ней, я лишь спросила:

– Шутишь?

– Почему же? Совершенно серьезен, – заметил Диаркан.

И, прикоснувшись к иероглифу на камнях, видимо, активировал заклятие, так как в следующее мгновение по краю пластины появилось множество подушек, а в центре возник небольшой столик с едой.

– Откуда ты все это знаешь? – выдохнула я.

– Я же тебе говорил, что люблю изучать особенности миров. – И, протянув мне руку, стихийник усадил меня рядом с собой. – Междумирье – самый интересный. Именно отсюда все проникает в наши миры. Потрясающее место.

Я ела, смотрела на ведьмака и улыбалась. А он рассказывал и рассказывал об интересных явлениях и местах, где непременно хотел бы побывать. Заметив, что я слушаю его с улыбкой и нежностью, он прикоснулся щекой к моей щеке и вздохнул.

– Ты будешь моей девушкой?

– Да.

Отстранившись, Барей внимательно на меня посмотрел, словно проверяя, не шучу ли я. Потом горячо и сладко поцеловал, плавя меня лучше любого солнца.

– Почему ты вдруг решилась? – спросил он, когда я сидела в кольце его рук, крепко прижавшись к сильному телу.

– Потому что не могу без тебя, и глупо дальше бояться и обманывать себя. Просто я так сильно тебя люблю, что мне все это время было страшно от своих чувств.

– Я раньше сомневался, что женщина другой расы сможет полюбить так же, как ведьмак, но ты убеждаешь меня в обратном.

– Надеюсь, – чмокнула я Барея и задала свой вопрос: – Про проклятие расскажешь?

– Да.

Теперь я удивленно посмотрела на парня.

– Почему такие перемены?

– Потому что об этом я мог рассказать или своей девушке, или жене.

Я задохнулась.

– И ты молчал?!

– А что, ты бы сразу согласилась быть со мной? Если бы я знал об этом раньше, сразу бы тебе все разболтал, – веселился ведьмак.

Я стукнула Барея в бок.

– Рассказывай.

– Многое ты уже знаешь. Все началось с того, что мне прислали приглашение поступить в Институт рас. Бабушка про него слышала, откуда – не сказала, но я понял, что это за место и какие перспективы оно дает.

– А вот я не знала про него и не поверила сначала, пока меня в водопроводный кран не засосало.

– Серьезно? – удивился ведьмак.

– Ты не отвлекайся.

– Ну, отправился на обучение, а меня через месяц вызвали по семейным обстоятельствам обратно в мой мир. И туда же приехала девушка, с которой я решился завести отношения. Вроде тихая и спокойная, но смогла под смешным предлогом наведаться ко мне домой.

– И ее пригласили на ужин? – предположила я, уже зная, в общем-то, ответ.

– Конечно! Пообщавшись с ней, посмотрев на наши отношения, бабушка меня прокляла в ту же ночь, когда я спал.

– Зачем ей это было нужно? – нахмурилась я.

– Чтобы я был счастлив.

– Ты же сказал, проклятие отравляло тебе жизнь…

– И еще как! Вернувшись в институт, я сначала не понял, почему некоторые люди вызывают у меня отторжение. Не только девушки, Ирина. Просто у мужчин нет ко мне определенных желаний и надежд, поэтому ты не замечала.

– Ну не томи!

– Так вот, сначала это было просто омерзение, а потом пришли неприятные ощущения или смердящие запахи. В зависимости от степени заинтересованности во мне.

– Погоди, я не понимаю, проклятие заключалось…

– И заключается! Если человек даже просто подходит ко мне с корыстными, нечестными или плохими намерениями, то он воняет, доставляет мне неприятные ощущения, начиная от чесотки и заканчивая болью. Или просто вызывает неприятие.

– Ты хочешь сказать, что ни одна девушка не была в тебя влюблена? Смеешься?

– Да, ни одна. Это могла быть влюбленность или пиетет к звезде. Все!

– Но зачем же ты заводил с ними отношения?

– Ирина, я очень люблю стихийный футбол, этот азарт и силу стихий, которые буйствуют на площадке. Даже в схватках нет такой свободы. И отказаться от места в команде, а потом и от должности капитана был не в состоянии.

– Но не все же так плохо, – осторожно заметила я.

– Не все?.. – задохнулся Барей. – Ирина, капитану команды, как и популярному парню в институте, положена девушка. Но если обычный парень мог хоть видимость отношений создать, то в моем случае был важен ритуал удачи. Из-за моего отвращения и так страдал результат, ты видела это по игре, после которой я попал в больницу. Если бы девушки не было совсем, то все обстояло бы куда хуже. Ребята были в курсе моих проблем, но молчали. Почему они должны из-за меня страдать?

– М-да…

– А теперь представь, каково это – изо дня в день встречаться с девушками, которые тебе не нравятся из-за своих нечестных помыслов, которые воняют и доставляют неприятные ощущения. Поэтому с кем-то я встречался недолго, с кем-то подольше – это зависело от того, насколько было неприятно и как быстро они начинали требовать большего.

– И поэтому ты относился к ним как к аксессуару, потому что фактически они такими и были. Это… нехорошо, – с трудом подобрала я слово.

– Нехорошо – это когда друзья набирают еды в столовой, чтобы я мог спокойно поесть тайком от своей девушки, которая имеет корыстные намерения.

– Да уж…

– Когда ты поступила, то сразу привлекла внимание: светловолосая некромантка, да еще и дерзкая. Интересная… А потом мы столкнулись, когда готовили номер к вечеру, и я удивился не оттого, что ты неуклюжа и простодушна, а оттого, что меня не выворачивает рядом с тобой.

– Значит, я не воняла?

– Нет. Я поначалу не сразу понял, мне было с тобой просто и уютно. Но чем больше мы общались, тем больше я отмечал это. Ты даже себе не представляешь, как я был счастлив, что отправляюсь на новогодний бал с красивой девушкой, в приятной компании, да еще и поем по-человечески хоть раз за год!

– Я тогда как шутку восприняла твои слова, что тебе это жизненно необходимо.

– А зря. Помнишь, я предложил тебе встречаться? Я так надеялся, что согласишься, но ты отказала.

– И правильно сделала!

– Неправда. То, что я тебя полюблю, было неизбежно. После твоего первого курса, точно не могу сказать, когда я влюбился, вернее, осознал это, но твоих чувств не знал. Точнее, я полагал, что не интересую тебя. Ты меня избегала, критиковала и обижалась, сама отдаляясь. Первая надежда родилась, когда я тебя поцеловал.

– В башне?

– Да. Думал, все испорчу, появится запах, и это будет мне наказанием, ведь я тебя уже любил, и этого было не изменить. Но тот поцелуй потряс меня до основания и подарил надежду, что ты неравнодушна ко мне. И любишь именно меня.

– А я пила отворотные зелья тогда, – не подумав, ляпнула я.

Ведьмак вспыхнул:

– Никогда так больше не делай! Наша любовь истинная и ты испортишь здоровье!

– Не вопрос, – быстро согласилась я и вспомнила кое-что. – Так вот почему ты так странно себя вел, принюхивался ко мне…

– Как только я понял, что ты хотя бы в малой мере отвечаешь мне взаимностью… чуть с ума не сошел от счастья, и мне уже было наплевать на проклятье. Главное – добиться тебя. И теперь ты со мной.

Усевшись к Барею на колени, я прошептала:

– Я очень сильно люблю именно тебя, а не капитана команды.

И прикоснулась губами к его губам, чувствуя мгновенный отклик и страсть. Свидание удалось на славу!

Глава 21. Любовь-морковь

С этого момента наши отношения с Бареем круто изменились. Казалось бы, чего еще желать, когда мы с Диарканом и так довольно тесно общаемся, как обычные парень с девушкой. Однако теперь ведьмак демонстрировал свое отношение не только мне, но и окружающим.

Мы ходили за ручку, целовались в коридорах и в столовой, рука ведьмака часто обнимала меня или лежала на талии. Если раньше все судачили о наших отношениях и строили догадки, то теперь все варианты, кроме одного, отпали. И догадки теперь строились уже по поводу того, сколько продлится наш роман. Одни считали, что мы уже три года вместе, другие говорили – не продержимся и трех недель. А я была на седьмом небе от счастья.

Но порадоваться стоило не только за меня.

В один из дней я тренировала навыки убийства. Главы, которые можно было обобщить как «воткнуть что-нибудь куда-нибудь» или «выстрелить в мишень», мы уже прошли, но у меня же были сверхурочные, поэтому я занималась в пустом зале, совершенно одна.

Занималась до полного отвращения и истощения, но, когда солнце начало садиться, решила, что с меня хватит. А то в последнее время жизнь стала невыносима.

Однако, чтобы покинуть зал, нужно было зайти к преподавателю и предупредить. Деликатностью я в последнее время не отличалась, так как часто забегала к Илузиру что-то уточнить, вот и сейчас зашла, толкнув дверь.

Моим глазам предстала картина, от которой аж челюсть отпала. На преподавательском столе сидела полураздетая Алея и страстно «тренировалась» с Илузиром. Моего прихода они даже не заметили, слишком занятые собой.

Довольная собой, я на цыпочках подалась назад и тихонько закрыла за собой дверь, решив не мешать влюбленным. Все-таки моя терапия дала результат. Подсунув под дверь записку, что занятия завершила, я отправилась к Барею.

Несмотря на то, что поводов для ревности ведьмак мне не давал, встречаться с популярным парнем – это совсем непросто, а недавно у меня появилась идея, которая позволит мне спать спокойнее.

Диаркан обнаружился в библиотеке за написанием диплома, который в последнее время занимал массу его времени и сил. Барей готовил что-то особенное на защиту и никому об этом пока не говорил.

Едва я присела рядом, ведьмак сграбастал меня и прижал к себе покрепче.

– Я соскучился, – сообщил он, уткнувшись мне в шею после поцелуя приветствия.

– А я предлагала выкрасть меня с занятия, – хмыкнула я, зарываясь пальцами в его волосы.

– Так бы и сделал, если бы от этих занятий не зависела твоя жизнь на турнире.

– У меня для тебя подарок, – отстранилась я.

Барей выглядел удивленным и с любопытством наблюдал, как я надела ему на шею кулон.

– Я должна тебя предупредить, что подарок магический и связан с твоим проклятием.

– И как?

– Он действует по тому же принципу, по которому ты испытываешь неприятные эмоции от корыстных людей. Только я сделала простенький артефакт-усилитель, и теперь длань проклятия будет вырываться наружу и душить недоброжелателей, а также всех, кто захочет на тебя покуситься и в любовном плане.

– Все никак не можешь поверить, что ведьмаки однолюбы? – вскинул брови Барей.

– Нет, я тебе доверяю, но мне неприятно, когда кто-то тянет к тебе свои загребущие лапы.

– Я согласен принять дар, – ответил Барей, и кулон впечатался в кожу, витиеватым рисунком оплетая шею.

Склонившись к Диаркану, я с благодарностью поцеловала его, а он, прикоснувшись к щеке пальцами, спросил:

– Почему ты в последнее время грустная?

– Приближается Новый год… – обронила я.

– И ты снова не хочешь идти вместе со мной на бал? – пошутил Барей, за что и схлопотал по плечу.

– После Нового года будет турнир…

– Ирина, прекрати переживать и поверь, наконец, в себя! Ты чудесная, умная девушка, и главное, чтобы ты сама это поняла. Я ставлю на то, что ты выиграешь турнир!

– Совсем с ума сошел? – удивилась я.

– А вот и посмотрим, кто будет прав. И чтобы отвлечься, предлагаю завтра посидеть с друзьями и что-нибудь отпраздновать.

Склонившись, я с благодарностью поцеловала своего ведьмака.

* * *

На следующий день мы и отвлеклись. Правда, совсем не так, как рассчитывали. Долгое время спецы отделения охраны правопорядка Управления магии ловили банду преступников, а те выждали до конца осени, когда все завершают дела и многие маги на заданиях, а люди заняты приготовлением к празднику, и наняли некроманта.

Все бы ничего, но ему еще доверили какой-то артефакт, которым он неумело воспользовался, и из земли полезли мертвяки, в полярных землях разбушевался циклон, и все свободные маги работали чуть ли не по двадцать четыре часа в сутки.

Решили также привлечь и старшекурсников.

Так нам объяснил ректор, пока мы в экстренном порядке собирались на задание. Уже около портала глава института отозвал меня в сторонку.

– Вознесенская, вы участница турнира и просто магнит для неприятностей. Я вас как человека прошу, будьте осторожны!

На эту просьбу я лишь поджала губы и кивнула.

Мы вышли из портала в маленьком поселке практически на самой окраине сектора. Видимо, на местном кладбище и находился ближайший эпицентр. Сюда же перебросили и отряды стихийных магов, которые должны были удерживать погоду в пределах нормы.

Конечно, здесь было холодно, но нас хорошо утеплили, в особенности меня. Теплый костюм поверх еще одного сводил с ума. Я даже нагнуться нормально не могла.

Нас разбили на группы по три человека и направили нейтрализовывать негативные последствия ритуалов, снимая висевшую в воздухе магию.

– Что за жизненная несправедливость? – пыхтела я, направляясь вслед за своей группой. – Почему мне вечно приходится хуже всех?

– Ты участник турнира, и будет нехорошо, если заболеешь, – просветила меня Алея.

А я в который раз прокляла тот день, когда мне пришло письмо об участии.

Развеивали остаточную магию мы долго, пока впереди не показался храм, находящийся на окраине поселка.

– Слушайте, оттуда просто несет магией, и именно мертвой, – поделился наблюдениями Зар, который вернулся из разведки. – Может, сходим проверим? А то как бы худо не было.

– Нет-нет, худо будет, если мы туда отправимся. Я дала честное слово ректору, что не буду искать приключений, – заупрямилась я.

– А вдруг там что-то серьезное? – спросила Алея. – Надо сообщить в отделение правопорядка и отправиться проверить.

– Но… – начала я.

– А ты жди здесь подкрепление, – перебил меня Зар, и они с орчанкой, отправив сообщение, пошли к храму.

Я переминалась с ноги на ногу от холода и бормотала:

– Ох, не кончится это добром, не кончится, а ректор потом меня сам придушит. Точно, стою здесь и никуда не лезу. Ну что может случиться на проселочной дороге?

Как оказалось, что угодно. Недалеко от меня располагался колодец, из которого лился зеленый свет. Я глазам своим не поверила, когда из него полезли большие крысюки размером с собаку и одетые в рубашки. Причем они что-то тащили с собой.

А по дороге ко мне направлялись скелеты. Мой взгляд в ужасе заметался по сторонам, пока на одной из крыш я не увидела Диаркана.

Сначала я решила, что это глюки, но потом к нему присоединились и другие стихийники. Отряд зачистки. Ведьмак приложил палец к губам.

Надо отвлечь крысюков, к тому же они меня заметили. Сформировав в руке сгусток тлена, я запустила им в крыс. Те, в кого попала, начали мгновенно разлагаться на месте, но на их место прибежали скелеты.

– Некромантка! – крикнул один из них своим товарищам.

А я сформировала в руке новый шар.

– Ну, кто следующий?

– Нас больше, – начал скелет.

В это время я отступила к колодцу.

– По колодцу ударю. Вы там прячете что-то?

– Спокойно, – выставил вперед ладонь один из скелетов. – Вы еще плохо знаете, на что мы способны! Скелеты – это лучшая нежить.

– Вы мне еще расскажите про нежить! Тоже мне специалисты, – ощетинилась я. – Я с одним скелетом два года жила.

У моих сторожей с гулким звуком отпали челюсти.

– То есть не в том смысле, о котором вы подумали…

– Мы сказали нашим хозяевам, что поймали тебя, – высказался еще один.

– Да за ними сейчас куча магов охотится, поэтому не шибко рассчитывайте, – заявила я, глядя, как сзади к ходячим костям подкрадываются стихийники. – Они, поди, бросили вас, и все.

Видимо, нежить хотела сказать что-то еще, но в этот момент на них обрушился огненный удар, который отбросил близстоящий скелет на меня. Шар тлена вылетел у меня из рук и ударил прямо в колодец. Тот засветился желтым.

– Ты в порядке? – подбежал Барей и поднял меня из кучи костей.

Не ответив на вопрос, я не сводила глаз со свечения и, услышав потрескивающие звуки, закричала:

– Бежим!

Бежать в костюме, в который меня закутали, было очень, очень сложно, а потом Барей шепнул на ухо: «Держись», – и мы взмыли в воздух как раз тогда, когда раздался взрыв.

Сама того не желая, я оказалась в эпицентре событий. Когда мы вернулись в институт, первым, кого я увидела, был ректор.

– Дайте угадаю, Вознесенская, – это была случайность?

– Абсолютная. Я все время стояла на дороге и никого не трогала.

– И взорвали артефакт?

– Нечаянно, – посмотрела я на сапоги.

– Я начинаю многое понимать, в том числе и выбор института, – пробормотал ректор уходя.

Что, даже наказания не будет?

– Обошлось, – выдохнул Диаркан, подтверждая мои догадки.

Развернувшись к нему, я хитро посмотрела:

– И давно ты умеешь летать? Покатаешь?

Рассмеявшись, Барей поцеловал меня в нос. Мы – крутые маги Междумирья!

* * *

Изор переживал из-за моего участия в турнире едва ли не сильнее меня. И не упустил случая даже на своем теоретическом предмете вложиться в подготовку.

Меня поразило одно из занятий по магологии, состоявшееся незадолго до Нового года.

Лекция по магологии. Душещипательная

– Сегодня у нас особое занятие. Я весь семестр учил вас оценивать своего противника, определять его слабости и силу. Сегодня и проверим, как вы усвоили знания. Тринадцать уважаемых магов согласились прибыть к нам и побыть практическим материалом.

Я в этот момент как раз смотрела на этих самых уважаемых магов, и у меня появилось желание выпрыгнуть в окно. Может, у них и были разные профессии, но это точно матерые хищники, которые всего повидали в жизни.

Мне вспомнился один фильм, который я смотрела на Земле. В нем показывали очень интересный прием…

Прошептав под нос коротенькое заклинание, я создала двенадцать иллюзий, и все они смотрели на неизвестного мне мага, который стоял напротив и являлся на ближайшее время моим противником. Сейчас он, прищурившись, наблюдал за моими копиями, а мы кружили и хлопали в ладоши.

Нельзя разгадать эту ловушку без применения магии с моей или с его стороны. И маг решился выбивать по одной иллюзии, пока я себя не выдам. Но в это время я, разжившись за спиной мага тяжелым справочником, саданула ему по голове.

Мужчина рухнул как подкошенный. Нет магии – и мага не раскрыть.

– Вознесенская! Я же просил определить слабости противника, а не калечить ценных специалистов!

Повернувшись, я виновато посмотрела на Изора, который схватился за голову.

Чувствую, ждет меня отработка.

* * *

В этот раз новогодний бал был костюмированным. Я решила одеться как землянка и использовать что-нибудь из моего земного гардероба.

Вернее, причина была не только в этом. Меня смущало, что Барей не проявляет в отношении меня никаких эротических поползновений. Во время общения между нами проскакивала искра, присутствовала страсть, а поцелуи были жадными и даже голодными, но зайти дальше Диаркан не пытался.

Я уже все передумала и поняла, что самый верный способ проверить, хочет меня ведьмак или нет, – это провокация. И я решила нарядиться пираткой.

Надела узкие черные брюки, высокие сапоги, белую удлиненную шелковую рубашку, сверху на бедра – широкий ремень, да еще у соседки выпросила широкополую шляпу. Не было только пера для полноты образа, но обойдемся и так. Длинный нож в ножнах пришлось под честное слово изъять у преподавателя – и образ был закончен.

Брюки прекрасно подчеркивали ноги, а рубашка представляла округлости в выгодном свете… Если Барей устоит, то у меня опустятся руки.

В этот раз я немного задержалась со сборами, и Диаркан уже ждал меня за праздничным столом.

Подкравшись сзади и закрыв ему глаза, я спросила:

– Угадай кто?

– Ну, если это ужасные черные руки, которых теперь так боятся в институте, то, скорее всего, это моя девушка.

Улыбнувшись, я села рядом и поймала взгляд Барея, скользнувший по моему наряду. Он был настолько жадный, что мне захотелось расстегнуть воротник, которого не было.

Все остальные за столом были одеты в непонятные для меня костюмы, и девочки, сидевшие напротив, показали мне большой палец.

Я скосила глаза на Илузира, как бы спрашивая у Алеи: «Почему не с ним?»

– После боя курантов мы уйдем, – негромко сообщила она и покраснела.

М-да, вот у кого отношения развиваются полным ходом. И на мою улыбку орчанка еще тише добавила:

– Спасибо.

Я поняла ее сразу.

– Рада, что сработало.

Наш разговор прервал ведьмак, который, склонившись ко мне, сильно и горячо поцеловал, а потом шепнул:

– Я понял, почему ты настояла, чтобы прийти сюда одной. Я бы тебя в этом наряде не выпустил из комнаты.

– Почему? В прошлый Новый год на мне было довольно провокационное платье.

– И у меня едва сердце не остановилось, когда я тебя увидел. Но сейчас у тебя откровенный наряд не только сверху, а весь.

– На Земле это вполне нормально.

– Ты все же считаешь, что я каменный.

– Зато ты можешь нормально поесть, – улыбнулась я.

В ответ Барей сверкнул глазами и легонько куснул меня за шею. По телу пробежал ток, и, встретившись с ведьмаком глазами, я едва не задохнулась от желания, которое сверкало в его взгляде.

Вот так, поглядывая друг на друга, мы провели вечер и прослушали бой курантов. А потом, игнорируя танцы, Диаркан повел меня в Кривую башню.

– Это особое для меня место, – сказал Барей, когда мы с верхней площадки смотрели на ночной парк и озеро.

– Не говоря уже, как дорог нам обоим Некромантский пустырь, – подтвердила я.

Рассмеявшись, Диаркан тем не менее заметил:

– Зря иронизируешь. Вот помнишь, как закрылась дверь. Может, это магия?

Видимо, отметив, как я резко мотнула головой, Барей спросил:

– Ирина?

Покосившись на него, я тихо, словно по секрету, сказала:

– Институт живой.

Некоторое время ведьмак неверяще на меня смотрел, затем так же тихо заметил:

– Ты его любимица, и поэтому он свел тебя с таким замечательным парнем, как я.

Стукнув Барея по груди, я блаженно замерла в его объятиях, чувствуя теплое дыхание Диаркана на шее и его напряженное тело.

– Что такое? – шепнула я.

Помолчав, ведьмак ответил:

– Если скажу, ты мне по физиономии не надаешь?

– Говори уже!

– Я безумно тебя хочу, и уже давно.

– В чем же дело? – выдохнула я, наполненная радостью, что не только я желаю, но еще и сама желанна.

– Я тебя люблю, и ты моя девушка. Вам еще не рассказывали о традициях ведьмаков… Если мы с тобой будем вместе, то наутро ты проснешься моей невестой.

Я чувствовала нерешительность в голосе Диаркана и понимала его страх, неуверенность… Особенно если вспомнить, как продвигались наши отношения.

– Что же тебя останавливает? – жарко шепнула я в ответ.

В следующее мгновение меня сильно прижали к себе, жадно и страстно целуя, и я забыла обо всем. О том, что мы не в моей комнате и Барей меня куда-то несет. И о том, что это мой первый раз.

Я просто вдруг очутилась на постели, и его руки были везде – гладили, сминали, ласкали. А я, словно кошка, выгибалась и была не в силах оторваться от него и что-либо сказать.

С моих губ лишь сорвался крик первого соития, и древний ритм движений захватил нас и унес в совсем иной мир, куда даже нам, магам, не попасть без любви и единения друг с другом.

Без преувеличения я могу сказать, что это была лучшая ночь и лучший Новый год. А все остальное не важно!

Глава 22. Турнир

Все новогодние праздники я не тренировалась и вообще забыла обо всем и обо всех. Мы с Бареем провели друг с другом несколько суток напролет. Все это время и не могли, и не хотели разлучаться.

Даже спустя сто лет я буду помнить это сладкое время, когда романтика наполняла душу, чувства были ярки и заставляли ощущать себя всемогущей, самой лучшей. Самой счастливой на свете.

Теперь у нас обоих на руках и запястьях были татуировки – рисунок вязью, словно живой, сообщал всем о наших чувствах и отношениях. Но пока праздники не закончились, об этом знали только друзья, сердечно нас поздравившие.

А когда начались занятия, институт буквально взорвался от этой новости. О нас говорили буквально все, обсуждая то, что мы вместе, и гадая о нашей жизни.

А потом… Потом начался турнир.

Случилось это для меня неожиданно. Однажды утром мы спустились к завтраку и увидели объявление, что сегодня занятия отменены и нужно собраться в общем зале. А еще в столовой сидели незнакомцы – группами по трое и за разными столами.

– Из разных учебных учреждений, похоже, – тихо заметила я, присев рядом с Бареем и ковыряясь в тарелке.

Есть совсем не хотелось.

– Ирина, ну что ты так боишься? – склонился ко мне ведьмак, целуя в шею.

– Просто, если что-то случится, мне есть что терять.

Хмуро на меня взглянув, Диаркан строго велел:

– Даже думать об этом не смей. Участники гибнут очень редко. Ты победишь. Поняла?

– Как скажешь.

Барей запечатлел на моих губах поцелуй, словно печать, закрепляющую слова Диаркана и мою веру в себя.

После завтрака меня и Кеба, второго участника от нашего института, поманил к себе Дазар и повел за собой.

– Куда мы идем? – спросил Кеб.

– Сейчас всех участников собирают вместе, познакомят, расскажут правила и так далее. После этого будет официальная церемония открытия. А дальше вы пройдете индивидуальные тесты.

– Это сложно? – тут же спросила я.

– Фактически – это формальность. Однако знайте: в турнире участвует русалка Рана. Она стихийник, но слабый, ее сила только в водной стихии. Еще один участник – вампирша-близнец Сенрана. Она сильна тем, что, благодаря близнецу, быстро восстанавливается.

– А близнецам разрешено участвовать в турнире? – удивилась я.

– Только кому-то одному, но пресечь их взаимодействие невозможно. Это не последний сюрприз. Еще один участник турнира – эльфийка Мари. Она тоже близнец, владеет общей магией, но принцип восстановления тот же. Ее сила в проклятии и заклинаниях. И последний участник – это демон Янтир. Он стихийник, очень сильный. В его семье было пятеро участников турнира, и все выиграли.

– Мне будет проще из-за того, что я стихийник? – спросил демон.

– Проще будет Вознесенской. Она на год старше и некромант. Помните занятия? Мертвая магия дается только некромантам, в то время как он может, хоть и не сильно, использовать магию других видов. Но на самом деле это не важно, ибо все будет зависеть от заданий.

Кошмар! Какой кошмар!

Мы вошли в большую овальную комнату с креслами и столиками в центре, где уже собрались участники со своими преподавателями. И конечно, здесь присутствовал ректор.

Пока он нас представлял, мы рассматривали друг друга.

Эльфийки были похожи друг на друга как две капли воды, очень яркие, солнечные. Вампирши же, светловолосые и почему-то бледные, имели лишь общее сходство. Но у обеих пар близнецов была одна общая черта: они держались друг за друга, образуя единое целое.

Русалка была красавицей с большими голубыми глазами и темными волосами. Чешуя переливалась на ней всеми цветами. А вот демон был ужасен. Блондин с симпатичным лицом и тренированным телом отталкивал от себя, словно ядовитый экзотический цветок.

Пока наши преподаватели что-то тихо обсуждали, а ректор зачитывал правила, мы, участники турнира, оценивали друг друга как противников.

– Теперь прошу вас пройти в комнату, которая находится позади меня, – произнес ректор, обращаясь к нам. – Там будет произведена оценка ваших способностей, а после этого вы выйдете к студентам института. Своих героев они должны знать в лицо. Кто первый?

Все молчали, и я сделала шаг вперед.

– Можно мне?

– Конечно, прошу, – указал Изор рукой на дверь.

Стараясь не показать, что у меня душа ушла в пятки, я смело сделала несколько шагов и вошла.

Передо мной в воздухе плыл балахон с коромыслом на плечах, а на этом коромысле висели клетки со стихиями и видами магии.

– А-а-а… – закричала и, развернувшись, начала дергать ручку, но открыть дверь не получалось.

Поняв, что выйти не получится, я повернулась к балахону лицом.

– Успокоилась? А теперь иди сюда.

– Не-а.

– А я говорю, иди! Что очередь задерживаешь?

Делать нечего, без результата тестирования я отсюда не выйду. Подойдя поближе, я зажмурилась.

Балахон долго копался, пока не послышался скрип. Приоткрыв один глаз, я увидела, как, выбравшись из клеток, магии подлетают ко мне и принюхиваются. Из всех рядом остались лишь красная и зеленая.

– Все. Можешь идти, только выходи через дверь за моей спиной.

Покосившись на непонятное существо, я бочком, бочком пробралась к дальней двери и вылетела вон. Пробежав по коридору, завернула за угол и оказалась… на сцене, перед толпой студентов, которые приветственно кричали.

Только тут я поняла, что на мне сине-серая форма, с высоким воротником и со звездочками на плечах. Прямо королевские регалии.

Так начался турнир.

* * *

Первое испытание было индивидуальным: требовалось достойно показать себя в своей профессии.

Что бы это могло значить и чего ждать от испытания, понять невозможно. У всех было море предположений, но тем не менее догадки оставались догадками.

Вот в таком неведении я стояла на стадионе и нервничала. Сегодня здесь собрался весь институт, только не для того, чтобы созерцать стихийный футбол, а чтобы посмотреть, как мы будем проходить испытание. К тому же турнир транслировался на все Междумирье.

Я сама не понимала, что меня страшило больше – опасность турнира или то, что мои потуги будут видеть толпы народа.

На арене полукругом были расположены порталы в наши испытания, и участники дожидались только сигнала.

Сзади меня обняли знакомые руки, и, развернувшись в их кольце, я увидела спокойный и уверенный взгляд фиолетовых глаз Барея.

– Знаю, что ты сейчас чувствуешь, и не буду утешать, – сказал он.

Я улыбнулась.

– Лишь пожелаю удачи. – И, склонившись, ведьмак прильнул к моим губам.

Несмотря ни на что, к порталу я отправилась с улыбкой, веря, что все получится.

Шаг вперед, зеленое свечение – и я из яркого дня попала в темноту летней ночи. Сбоку – небольшой лес, а передо мной – кладбище. Привычная рабочая обстановка. Что же мне нужно сделать?

Может, как в игре: пересечь какую-либо зону, чтобы запустить механизм испытания в действие?

От размышлений меня отвлекла странная девушка, которая вдалеке пыталась загнать мертвеца обратно в могилу. Она читала книгу, долбила его заклинаниями, а толку не было – скелет все лез и лез наружу.

Первый мой порыв был – ударить сильным успокаивающим заклинанием, но я вспомнила, какие инструкции накануне дал мне Дазар.

Одна из них – все не так, как кажется на первый взгляд.

Присмотревшись внимательно, я заметила на лбу девушки татуировку. Вот значит как, да? Рыжая полураздетая нимфа борется с нежитью ночью на кладбище.

Девушка была так увлечена, что не заметила, как я подошла и вытащила крест из соседней могилы. Она почувствовала удар, только когда я воткнула в нее острый конец креста.

В тот же момент нечисть рассыпалась в прах.

Побитый скелет вылез из могилы и, присев на край, сказал:

– Благодарю. Не досмотрел, как она переродилась. Кладбище большое, за всеми уследить сложно. Думал, загонит меня на тот свет.

– Не стоит благодарности. Не подскажете, куда мне дальше?

– Понятия не имею. Но мне думается, по дороге вдоль кладбища. Она здесь одна.

Махнув нежити рукой, я отправилась дальше в указанном направлении. И через некоторое время на бугорке увидела парня. Тот, склонившись и вцепившись рукой в траву, читал заклинание.

Подойдя поближе, я решила подождать, пока он закончит. Посижу на травке, полюбуюсь ночью. Тепло, хорошо.

Закончив магичить, молодой некромант некоторое время ждал, но ничего не происходило. Встав с земли, парень спустился с пригорка и сел рядом со мной на травку.

– Не получается? – спросила я.

– Не-а.

– Хочешь поговорить об этом? – сочувственно спросила я.

– Да чего я только ни делал, – сорвался парень. – Толку нет. Учитель говорит, я – дурак.

– А круг усиления чертил?

– А то!

– А сушеные лапки зипуса раскладывал?

– Нет, не зипуса, а ракторуса.

– Твой учитель прав, – помолчав, заметила я.

– Почему?!

– Сейчас узнаешь. Прислушайся.

Не прошло и трех минут после моих слов, как земля задрожала и по всему кладбищу начали подниматься мертвяки. Бормотали они что-то жутко напоминающее слово «хозяин».

– Что это? – в ужасе озирался парень.

– Ритуал поднятия, но не тот, на который рассчитывал ты.

– Что же мне делать?! – взвыл парень.

– Значит так, слушай сюда. Была у меня похожая ситуация…

Протяжное «хо-о-зя-а-а-ин…» заставило меня вздрогнуть, навевая воспоминания. Бр-р-р…

Через час я закончила выдавать инструкции, что теперь некроманту делать со своей маленькой армией.

За парня можно не переживать. У него тут мертвецов тридцать – сорок. Захоронение-то крошечное. Вот у меня под восемь тысяч было!

Мне же предстояло держать путь дальше.

Удивительно, но, бредя в темноте по совершенно чужому миру, я совсем не боялась. Вообще. Реальность ощущалась сказкой, которую мне просто нужно прочесть до конца. Может, помогли слова декана о том, чтобы я доверилась чутью некроманта, засевшие в подсознании.

Продвигаясь вперед по дороге, я вышла к большому старинному дому, скорее даже особняку. Темные окна, ореол таинственности – словно декорация для фильма ужасов.

– Неужели мне нужно входить внутрь? – застонала я.

И, обойдя дом по кругу, поняла – все-таки придется. Дорога на этом месте заканчивалась.

Дверь открылась со скрипом, я вошла внутрь и, оглядываясь по сторонам, осторожно двинулась вглубь дома. Все ожидаемо: темнота, паутина. На втором этаже обнаружились гробы, а выглянув в окно, я увидела вампиршу, вкушающую эльфийку на дворе. Кровососка довольно мне улыбнулась.

Что тут происходит? Вампиры выглядят не так!

Попятившись, я вышла в коридор и увидела девушку в красном плаще, прошмыгнувшую в одну из комнат. Я бросилась за ней. Может, она что-нибудь объяснит! Но, открыв дверь, увидела себя, а передо мной стоял Барей в плаще и с горящим синим заклинанием наготове.

Снова попятившись в коридор, я закрыла дверь и бросила взгляд в окно, выходящее на улицу. Сбоку от дома стояла тележка, и около нее снова стояла я, в странной одежде, утягивая Диаркана следом за собой.

В еще одной комнате незнакомый охотник стоял у гроба, собираясь вбить кол в сердце вампира.

Вдруг все двери стали открываться, а вылезшие из гробов вампиры направились ко мне, облизываясь.

– А-а-а…

Бросившись бежать, я пулей вылетела из дома и, не обращая внимания на собиравшийся около дома народ с вилами, старалась думать логически.

Необходимость пройти испытание – это факт, но страх, вызванный инстинктом самосохранения, – это ловушка. Ловушка… Ловушка… Вот оно! Иногда нужны правильные ассоциации, чтобы найти выход. Это ловушка сознания. Она наводится на дом, и маг, попадая в него, становится заложником своих ужасов. А с подсознанием надо бороться его же методами.

– Друзья! – подбежала я к толпе. – Помогите!

Люд затих, глядя на меня.

– Ты кто такая? – спросил их предводитель.

Вспомнив сцены, которые я видела из окна дома, ответила:

– Я странствующий маг, а вампиры, живущие в доме, хотят меня убить.

– Что ж ты с ними не справилась?

– Я одна, а их много. Давайте сразимся с ними вместе и прогоним опасность долой.

Что я мелю?

Народ пошушукался, но было видно, что они согласны.

– Говори, что делать.

– Нарубим осиновых кольев.

Это была смоделированная ситуация, которая зависела как от капкана, расставленного на меня, так и от моего подсознания.

Подготовка много времени не заняла. Я вошла в дом вместе со всеми, чтобы найти черное сердце ловушки. И пока народ боролся с вампирами, нашла то, что мне было нужно. Клыкастая дамочка, мерещившаяся мне в нескольких ракурсах, плавно направлялась ко мне.

– Как ты будешь бороться с одной из самых сильных ловушек, маг?

– Конечно, с помощью подсознания. Бояться не нужно, надо довериться.

Вскинув пистолет, заряженный серебряными пулями и появившийся у меня по желанию, я выстрелила, а следом бросила в зияющую рану комок инферно. Видения вокруг меня начали рассыпаться, оставляя только пустой дом и портал в проеме двери.

Только сейчас, когда все осталось позади, я поняла, насколько мне было страшно, и, не помня себя от радости, смело шагнула вперед. Домой…

* * *

Такое бывает, что очень волнуешься или страшишься важного мероприятия, но стоит ему начаться, как страх неизвестности отступает и ты уже думаешь обо всем спокойно.

Вот и я, первой успешно пройдя испытание, спокойно сидела в Кривой башне, обнявшись с Бареем, и смотрела на ночную природу, наслаждаясь тишиной и покоем.

Это стало нашим любимым местом для свиданий. И когда мы приходили, дверь в башню запиралась. Нашему уединению уже никто не мог помешать. Между испытаниями турнира у нас были занятия, но все отступило на второй план по сравнению с главной проблемой. И только в Барее я находила настоящую отдушину.

– Ирина, посмотри, кто это идет по направлению к Некромантскому пустырю?

– Кажется, преподаватель одного из участников. Что ему там понадобилось ночью?

Переглянувшись, мы, не сговариваясь, вскочили.

– А как же спуститься? Упустим ведь! – шепотом воскликнула я.

– Не упустим. Обхвати меня руками и ногами.

Я посмотрела вниз.

– Мы… Ты серьезно? Полетим вниз? Вместе?

– Так как летать могу только я, то одну оставлять тебя не стоит. – И, крепко обхватив меня руками, взмыл вверх.

От неожиданности я едва не закричала, но, вцепившись в ведьмака, как клещ, приоткрыла один глаз и задохнулась, сраженная красотой открывшегося мне вида, особенно когда мы стали спускаться.

Я не сразу смогла встать на ноги, когда мы коснулись земли.

– Ох… – только и вымолвила я, согнувшись от необычного тянущего ощущения внутри.

– Вот поэтому летать могут только стихийники, и то не все.

– Это тема твоего диплома, да?

– Да. Ты как?

– Пока не быстро, но мы уже можем ковылять за ней.

Постепенно ускоряясь, мы, словно два детектива, отправились на поиски страшных тайн и, как ни странно, нашли их. Что, если не загадку, могло означать то, что женщина, совершив пассы руками, сделала видимым небольшое квадратное строение, очень напоминающее молельню на границе сектора песков?

– Что это? – спросила я, едва мы подкрались ближе и, заглянув в небольшое окно, увидели, что женщина стоит перед алтарем, склонившись над книгой.

– Это, Ирина, – жульничество, – шепотом заметил Диаркан, не сводя глаз со статуи. – Пойдем.

Встав, мы потихонечку покинули свой наблюдательный пост, стараясь не выдать своего присутствия.

– Что же теперь делать? – расстроенно спросила я, когда мы направлялись к институту.

– Пойти к ректору и все рассказать. Нельзя вмешиваться самим, мы можем многого не знать.

Я остановилась и посмотрела на Барея. Растрепанные волосы, вопросительно смотрящие на меня ярко-фиолетовые глаза… – и даже дыхание перехватило от того, как я его люблю.

– Ирина? – прикоснулся он к моей руке.

– Сколько тебе лет?

– Восемьдесят три.

– Оу…

– Что такое?

– Просто никогда не думала, что выйду за мужчину, которому за восемьдесят, – поделилась я.

– Тебя смущает разница в возрасте? – обеспокоился ведьмак.

– Нет, мне с тобой очень повезло. Ты такой умница, без тебя я давно бы наломала дров, и ректор прибил бы меня прежде, чем начался турнир.

Барей лишь с улыбкой покачал головой.

Ну что сказать? Время для визита было довольно позднее, ночь на дворе, и ректор нам очень «обрадовался».

– Вознесенская, скажите, что вы мне мерещитесь в… два часа ночи, – простонал Изор, едва открыв дверь.

– Профессор, за пустырем стоит небольшой храм, в котором преподаватель одного из участников турнира поклоняется Чударче, – вместо меня сообщил Барей.

– Кому? – удивилась я.

– Идите в мой кабинет, пароль – «Созвездие». Ждите там, – мгновенно посерьезнел маг и захлопнул дверь.

Несмотря на слова ректора, я думала, что в кабинет нас охранная магия не пропустит, но ошиблась. И спустя несколько минут я уже рассматривала книжные полки Изора. Ой, а сколько тут различных статуэток, интересных книг, пыли… Бывая здесь раньше, я не обращала внимания на обстановку – нотации хозяина этого места не давали.

– Вознесенская, у меня все учтено, имейте в виду, – послышался голос Изора.

Вспомнишь г… Впрочем, неважно.

Обернувшись, я заметила вместе с ректором еще и Дазара с Нилькором.

– Я бы никогда не взяла без спроса, – возмутилась я, задетая словами Изора.

– Вот и прекрасно. Садитесь и рассказывайте все по порядку.

Переглянувшись с Бареем, мы подробно поведали об увиденном. Между преподавателями разгорелся нешуточный спор. Деканы рвали и метали, требовали расследования и дисквалификации. А ректор – недаром он глава института – напомнил им о правилах и предложил план действий.

Выслушав Изора, некоторое время все молчали, а потом согласились.

– Таким образом, нам не нужно будет что-то доказывать, расследовать. Подобную тонкую магию легко оправдать. Мы поймаем их на горячем, то есть во время испытания. Там уже без вариантов дисквалификация.

– А если ничего не будет? Ну, если она привезла с собой маленькую часовню из-за веры? – предположила я.

Все посмотрели на меня с изрядной долей иронии.

– И спрятала ее под пологом невидимости там, где никто не ходит? – уточнил Дазар и добавил ехидно: – Ну, тогда мы все будем и дальше хранить эту тайну.

– Все, – подвел итог Изор. – Молодежь – спать, а нам еще готовить ловушку.

И когда мы оказались у двери, ректор меня окликнул:

– Вознесенская, если вы случайно поотшибаете этому демону рога и выиграете соревнования, я впервые буду рад вашей невезучести.

– Мы с ней сделаем все, что возможно, – вздохнув, пообещала я.

И мы оставили преподавателей приводить в исполнение коварный план. Завтрашнее испытание обещало быть интересным.

* * *

Второе испытание началось с того, что, выйдя из портала, я увидела огромный многоуровневый дворец, с башенками и колоннами, построенный в стиле, очень напоминающем греческий.

Настороженно осмотревшись, я решила идти вперед. Не стоять же на месте?

Поразмыслив, я начала замечать в испытаниях систему. Первое было проверкой знаний и умений самого мага. Второе – скорее всего, что-то связанное с магией. А третье пока было сложно предсказать.

Когда территория дома закончилась, я увидела длинный-длинный мост, покато уходящий вниз. А дальнейший путь мне преграждала голубая прозрачная стена, вроде пленки мыльного пузыря.

Идти дальше? Интуитивно это напоминало мне уровни игры, но цель была не ясна.

– Р-р-р…

Услышав за спиной этот ужасный звук, я осторожно развернулась, чтобы узреть трех огромных собак, горящих красным, синим и желтым пламенем.

Вообще, я ничего не имею против животных, но сейчас печенкой чувствовала: с этими собачками у меня будет конфликт!

– Хорошие песики, хорошие… – попятилась я.

Бобики целенаправленно подбирались ко мне, и в их глазах горела жажда крови.

– Меня на вас на всех не хватит, – засюсюкала я.

Подвох заметила, только когда по бокам от меня показались голубые стенки преграды, а потом земля ушла из-под ног, раздался «чпок!», и я полетела вниз по мосту, с огромной скоростью болтаясь в шаре.

– Тво… ма!.. Так и знала – в чем-то подвох!

От удара об колонну пузырь разорвался, и некоторое время, еле поднявшись, я стояла на четвереньках. Перед глазами все плыло, меня сильно мутило. Бросила злой взгляд на беснующих перед преградой бобиков.

Кое-как присев и прислонившись к колонне, я пришла в себя и с тоской посмотрела на дальнейший путь. Что ждет меня там, страшно подумать, но сидеть тоже не выход.

Вновь осторожно ступая вперед, я продвинулась до большой площадки, которая плавно переходила в гору. Посередине нее стоял бассейн, а по бокам – жаровни. Вроде ничего опасного. Вот как знала, что все изменится, стоит мне на нее ступить. Пути отхода оказались перекрытыми.

А из воды и ближайшей жаровни начали подниматься водяные и огненные чудища соответственно. Огонь принял форму девушки, и конечно с оружием. А вот из воды вылез огромный мужчина, ну просто Посейдон с пудовыми кулаками. Такому железки ни к чему, он и без них надает будь здоров.

Глядя на них круглыми глазами, я на автомате сказала:

– Големы? Големы!

Бросившись в сторону, я укрылась за колонной, чудом уйдя от удара. А големы продолжали атаковать и рушить все вокруг. Но этого оказалось мало: на площадку влезло чудище из камней непонятного пола.

– Ну, только тебя здесь еще не хватало!

Каменное нечто ударило кулаком совсем рядом. Спасибо тебе, Илузир. Когда буду на Земле, куплю преподавателю коньяк.

Увернувшись от нового удара, теснимая с двух сторон, я понимала: без стихийной магии тут не обойтись. И на автомате ударила по каменному голему водяной струей, отчего он разлетелся на куски. Вода камень точит!

Вот как против них бороться! Постаравшись разделить атакующих, я призвала воздух, и ледяная корка покрыла водяного голема. Осталось только комком инферно врезать и разбить его на мелкие осколки.

Остались две девушки, кружащие друг против друга. Огонь, слабое место у тебя вода, но, чтобы потушить, нужно очень много, и значит, у меня есть только один-единственный шанс. Увернувшись от очередной атаки, я ответила водяной струей. Огненная воительница отскочила в сторону, но при этом не успела уклониться от инферно, которое закинуло ее в бассейн.

Облако пара взмыло в воздух, а я почувствовала, как меня закручивает в воздушном смерче, из которого выпала уже на стадионе.

Вампиршу дисквалифицировали – они с сестрой потянулись за манной бога в пик сражений. Русалка получила серьезные ожоги и тоже выбыла из турнира. Нас осталось четверо.

* * *

После последних событий я поняла: турнир – это не только определение лучшего из лучших, но еще и интриги, жульничество и жестокая борьба.

Как только после первого испытания преподаватели поняли приблизительную расстановку сил, начался мухлеж. И чем дальше мы продвигались к последнему испытанию, тем больше накалялась обстановка, тем больше я замечала, что даже Кеб обособился и хочет победы. Видимо, только мне было все равно.

Пока шла подготовка к третьему испытанию, все затаили дыхание и с нетерпением ждали развязки, я же ждала еще одного сюрприза от соперников.

Меня очень беспокоило то, что я начала замечать: в мою сторону стал посматривать один из участников – Янтир. Иногда его взгляд был задумчивым, иногда чуть заинтересованным. Но углядела это не только я, но и Барей. И конечно, вспыхнул.

– Если он не перестанет таращить на тебя свои глаза, я ему их повыкалываю, – рычал ведьмак.

Он стал более собственнически относиться ко мне на публике. А светловолосый демон будто все понимал и лишь насмешливо кривил губы.

– Барей, нельзя. Я думаю, он специально тебя провоцирует. Знает, что мы обручены, и старается использовать это в своих интересах, – старалась успокоить я Диаркана.

– А мне все равно. Если он к тебе подойдет, ты не забудь сообщить, что я ему его дар кое-куда запихаю и его же рогами заткну.

Я смотрела на своего ведьмака и слегка улыбалась, тая от его слов. А я еще думала, что это я ревнивая.

Однако спустя несколько дней мне стало не до смеха.

Я сидела в парке и изучала одно из заклинаний, необходимое для выполнения третьего испытания, когда ко мне подсел Янтир и, сграбастав мою руку, прижался к ней поцелуем.

Выдернув конечность, я вытерла ее о брюки и, нахмурившись, спросила:

– Что это ты делаешь?

– Здороваюсь. Разве не так принято в твоем мире?

– Нет. Зачем ты дразнишь Барея?

– Дразню? Ведьмаки всегда были большими собственниками. Может, ты мне нравишься?

– Но ты мне нет!

– Почему так категорично? – Парень вскинул брови.

– Некромантки предпочитают брюнетов, – ляпнула я, вспомнив шутку Дазара.

– Что? Из-за цвета волос? – неподдельно удивился демон и, резко склонившись ко мне, так, что я немного отпрянула, сказал: – А вдруг у меня есть и другие достоинства?

В этот момент кто-то сзади резко поднял демона на ноги, развернул и врезал в челюсть так, что тот отлетел на пару метров и рухнул на землю. Рыкнув, Янтир поднялся и сформировал в руке сгусток огня. Я, поднявшись, бросилась прочь, как и все поблизости. Когда дерутся два стихийника, лучше быть подальше.

Наблюдая за молниями, файерболами и другими атаками стихий, я со страхом в сердце вздрагивала каждый раз, когда Барею угрожала опасность. И не смогла сдержать радости, едва мой ведьмак начал теснить демона. А потом пришли преподаватели и развели драчунов в стороны.

Таким образом, перед самыми испытаниями случился ужасный скандал. Влетело и Диаркану за нападение, и Янтиру за то, что навязывал внимание чужой невесте.

Вечером, накануне последнего испытания, мы с ведьмаком снова сидели в Кривой башне.

– Барей, прекрати злиться. Скоро все наладится.

– Кто-то покушается на мою невесту, а я должен сидеть спокойно?

– Я ему не нужна.

– А то я не заметил, – саркастически сказал ведьмак.

– Он наблюдал за мной, желая увидеть то, к чему я готовлюсь. И подсел ко мне, когда я с книгой учила заклинание. А чтобы этого никто не понял, спровоцировал тебя на скандал.

Некоторое время Барей молчал.

– Как ты поняла?

– Я специально перевернула страницы на первые попавшиеся, едва он подошел. А потом заметила, что он прорабатывает атаку водной стихией. Это как раз та тема, которая случайно открылась. К тому же он и за Кебом наблюдал. Или ты думаешь, что Янтир и на него положил глаз?

– Ирина, ты не мужчина и не видишь того, что вижу я. Не знаю, как Кеб, но ты блондину нравишься.

– А мне нравится один ревнивый ведьмак, – шепнула я, уткнувшись Диаркану в шею. – Скажу больше: я влюблена.

В ответ он меня жарко поцеловал. А не пора ли нам покинуть Кривую башню?

* * *

Я уже догадалась, что именно будет последним испытанием, и, когда увидела на стадионе защитные конструкции, чтобы зрители не пострадали при магических поединках, только вздохнула.

Барей, всегда находившийся рядом, сжал мою руку, поцеловал, и я отправилась на жеребьевку. Мне было все равно, в каком порядке выступать, лишь бы не пришлось сражаться с Янтиром, и в кои-то веки мне повезло – противником выпала эльфийка, причем выступали мы последние.

Сказать, что дождаться своей очереди было сложно, просто ничего не сказать. Но школа Изора сделала свое дело: мы с Бареем все это время разбирали слабые места противников. Преподаватели к нам не допускались, и ведьмак очень мне помог своими знаниями.

Но бесконечно это продолжаться не могло, и наконец объявили мое имя.

Вот теперь я волновалась, волновалась как никогда, как в последний раз. Но понимая, что таким образом проиграю однозначно, попробовала избавиться от всех чувств и следовать стратегии.

В первую очередь необходимо обрубить связь Мари с сестрой. У эльфиек очень сильная магия земли, значит, попробуем побороть воздушной стихией. Практически одновременно призвав магию, мы проводили атаку за атакой, но, теряя силы, ничего не добивались. А ведь у эльфийки был дармовой источник энергии, не то что у меня.

Получив передышку между атаками, я решила обратиться к магии некромантов, к тому, что мне давалось действительно хорошо, в отличие от стихий. Как говорила Ярина? В лобовой атаке я бесполезна, а значит, мне нужна маскировка. Эльфы полны жизни, вот я и воспользуюсь магией смерти.

Использовав воду и огонь, я создала завесу пара, которая помогла мне скрыться на несколько минут и расставить сеть-ловушку, для которой нужна приманка. Эльфийка довольно быстро справилась с моей завесой и начала атаковать. Теперь я больше защищалась, отступая и отступая, позволив панике проявиться на моем лице.

Мари явно видела, что мои силы на исходе, а у нее еще есть запас сестры. И теснила меня все дальше и дальше, пока не оказалась в том месте, где мне было нужно. И я захлопнула сеть. То, что явно, не всегда правда.

Эльфийка билась, черпая силу сестры, чтобы вырваться, местами разрушая сеть, но моя ловушка питалась не моей магией, ее. И когда Мари потеряла сознание, практически на нуле своих возможностей, прозвучал сигнал, возвещающий о моей победе.

Еле переставляя ноги от усталости, я побрела к Дазару и Барею, которые меня уже поджидали. Ведьмак, сжав меня в объятиях, нежно поцеловал в лоб.

– Я бы подпитал тебя, но нельзя.

– Ни в коем случае! – вмешался декан. – Ее сразу дисквалифицируют. Пока соревнования не закончены, Ирина не может подпитываться. Ей предстоит схватка с Янтиром.

– Не смешите меня, – застонала я. – Мне не победить. Сил мало, и их практически ни на что не хватит.

– Не смей так говорить! – вскинулся Барей, строго на меня посмотрев. – Всегда нужно драться за свою победу!

– Верно твой жених говорит. Слушала бы своего брюнета. У Янтира сил тоже с гулькин нос осталось. Я вообще плохо представляю, чем вы оба сражаться будете.

– Он стихийный маг, – начал Диаркан, – а значит, тратит сил больше, чем некромант. У вас магия тоньше, и ты имеешь преимущество. Я думаю… твой соперник в крайнем случае воспользуется ударом Эльдарана.

– Что это? – удивилась я.

– Силовая волна, которая сомнет практически любого мага, но после нее Янтир будет без сил. И не факт, что в сознании. Но он демон, причем якшается с низшими, может устоять. Что ты можешь противопоставить?

– Палантин тьмы, – задумчиво сказал Дазар. – Сейчас сплетешь основу, как выйдешь на испытание – закрепишь на площадке, и в случае чего тебе останется только дорисовать узор и накрыть палантином противника.

– Но демона надо спровоцировать на применение удара, – напомнил мой ведьмак.

– Темные пульсары! – сказали мы с деканом одновременно.

Они будут по чуть-чуть отбирать у него энергию, пока не высосут всю. Но мне все это время придется защищаться от его атак.

На том и порешили. До конца перерыва меня осматривали лекари, считывая мое состояние, а я в это время плела энергетическую пентаграмму, которая при легкой модернизации должна была стать палантином.

Гул сигнала пронесся над стадионом как приговор, и я отправилась драться за победу, которая, в общем-то, не очень мне и нужна. Но что-то внутри мешало все бросить, заставляло вступить в схватку и победить. Может, это называлось амбиции, а может – сила воли.

Снова раздался сигнал, и я закружила по полю, внимательно следя за противником. На изощренные приемы сил у нас не было, поэтому начали мы ожидаемо. Янтир атаковал, я отражала и запускала точечные пульсары.

Не знаю, купился ли демон на нашу уловку или нет. По сути, это неважно. Схватка в любом случае исчерпает досуха или меня, или его, и выбора нет. Поэтому, вскинув руки, он создал волну, а я, активируя палантин и посматривая на надвигающуюся на меня силу, в панике старалась ускориться и ошиблась.

Палантин уже летел навстречу волне, мы с Янтиром в ужасе посмотрели друг на друга, прекрасно видя магию друг друга.

– Дура! – завопил он.

– Это случайность!

А дальше взрывная волна смыла нас и размазала о защиту стадиона.

Больно было как никогда в жизни: каждая клеточка моего тела билась в конвульсиях. Сигнала об окончании поединка я не слышала и, заворочавшись, вопреки всему хотела сесть. Размечталась! Удалось только перевернуться на пузо, чтобы вздрогнуть от боли во всем теле.

И только потом, медленно встав на четвереньки, я хоть немного приспособилась к боли, притерпелась, стараясь не смотреть на капающую из носа кровь. Чтобы встать на колени и выпрямиться, мне потребовалось все упорство, а для того, чтобы подняться, держась за ограждение стадиона, – вся сила воли.

И, лишь оторвав руку от опоры, я покачивалась и старалась сохранить равновесие. Не знала, чего ждали судьи… Проверяли, не случайность ли то, что я стою? Но мне показалось, прошла вечность, прежде чем прозвучал победный сигнал и я, наконец выдохнув и размякнув, полетела лицом вниз.

Интересно, сведут ли победителю турнира синяк на лице или мне с таким придется идти на награждение?

Глава 23. Последняя и самая сладкая

Когда очнулась, осознать, что я выиграла турнир, смогла не сразу. Но этим же вечером, когда мы отмылись и нас подлечили, состоялась церемония награждения, где присутствовали все участники и где я старалась не смотреть на Янтира, ибо меня передергивало от отвращения от этого демона. Впрочем, и у него после моего поступка, наверное, был паралич рогов.

Но мне это было уже не важно. Когда мне вручили кубок, я с гордостью подняла его вверх, и зал взорвался аплодисментами.

Ректор поблагодарил, что учла его пожелания, и я, вспомнив разговор в кабинете, улыбнулась.

Декан подмигнул мне, поздравив:

– Надеюсь, твой брюнет будет хранить и оберегать свое сокровище.

Он будет помнить мне те слова до пенсии?

А Добракович, которая оформляла кубок – я отдала его в институт, пусть тут стоит, – с довольным видом мне сообщила:

– Всегда знала, что ты особенная.

Я же особой радости или гордости не испытывала, победа мне досталась случайно, хотя Барей и считает, что все случайности не случайны. Друзья же жутко мной гордились, даже Семен после завершения поединка прыгал на стадионе, вопя: «Ирина – самая лучшая!»

После окончания турнира и состоявшегося по этому поводу праздника гости института постепенно покинули нас порталами. Студентов впереди ждали каникулы – для меня самые волнующие за все время.

Диаркан завершил свое обучение, и теперь нам предстоит не только отправиться к родственникам, но и решить, как жить дальше. И если последнее тревог не вызывало, то вот первое… Я абсолютно не знала, как родители воспримут зятя-ведьмака, которому больше восьмидесяти лет и который может за пару минут спалить их дом дотла.

Но и не рассказать о нем не могла. В конце концов, он отец их будущих внуков.

Было решено сначала отправиться к моим: я подозревала, что этот визит займет гораздо меньше времени, чем посещение резиденции Диарканов. И через пару дней после завершения турнира мы перенеслись порталом в квартиру моих родителей, которых я заранее предупредила о приезде и о том, что буду не одна.

Захлопнув входную дверь, я, нервничая, прислушалась к шагам родителей, которые вышли из зала и настороженно посмотрели на нас. Меня-то и не заметили: они во все глаза рассматривали высокого и крупного молодого человека с фиолетовыми глазами, стоявшего в прихожей.

– Мам, пап, привет! Это мой жених Барей Диаркан. Барей, это мои родители, Георгий Валерьевич и Юлия Николаевна.

– Очень приятно познакомиться, – кашлянул ведьмак, явно чувствуя себя неуютно.

Я сделала родителям «страшные глаза».

– И нам приятно, – улыбнулась мама.

– Хорошо хоть змей на голове нет и клыки не растут, – порадовался отец. – Не уверен, что хотел бы видеть такое у своих внуков.

Диаркан вопросительно на меня посмотрел.

– Они знакомы с Миланой и Алеей.

– Да, – подхватила мама. – Такие милые девочки! Ой, а давайте к столу, мы уже накрыли все.

Кивнув, мы отправились мыть руки и заносить вещи. Барей внимательно осматривал все вокруг.

– Такой маленький дом? – шепотом спросил он.

– Понимаешь, здесь не живет весь клан, только мама с папой.

– Без сада?

– Сад с отдельным домом, в пятидесяти километрах от города.

– Зачем так далеко? – удивился ведьмак.

– Такой у нас тут уклад жизни.

Я видела, что Барей всеми силами старается понять и принять, за это была ему благодарна. Нам тут минимум неделю жить. А потом мы сидели за столом, и я старалась не показать, что нервничаю. Родители пытались незаметно разузнать о моем ведьмаке все, что только можно. Тот рассказывал и делал вид, что не замечет допроса.

Но через пару часов я начала по-настоящему бояться за Барея. Папа надумал его испытать, отослав нас с мамой готовить комнату для гостя. Родители решили разместиться в зале, но нас положить по разным комнатам. А ведьмак и папа остались в зале за столом – пить.

Выходя, я с беспокойством обернулась на Диаркана, и тот мне только подмигнул. Не переживает… Зря!

В комнате, пока мама готовила Барею постель, я разбирала его вещи и косо посматривала на дверь.

– Ну, чего косишься? Ничего с твоим женихом не будет. Напьются – растащим их по кроватям, и все.

– Не понимаю, для чего это вообще, – пробормотала я.

– Твой отец считает, что человека можно узнать, лишь напоив его, и в чем-то я с ним согласна. Ты у нас единственная дочка, и мы хотим, чтобы ты была счастлива.

– Тебе не нравится мой выбор? – спросила я, боясь услышать ответ.

Нет, я не брошу Диаркана, если он не приглянется моим родным, но они близкие люди, и мне важно их одобрение.

– Да нет, он вроде неплохой парень. Видно, что старше тебя…

Ты даже не представляешь насколько!

– Но он любит тебя, а ты – его. Это нельзя не заметить. Когда вы встречаетесь глазами, то остальной мир для вас исчезает, притягиваетесь друг к другу, словно магниты, общаетесь без слов. Если он то, что ты хочешь, то мы рады за тебя. Но какие у вас планы на будущее?

– В этом году, через несколько месяцев, я оканчиваю институт, но фактически уже сейчас учиться не буду. Остались практика и дипломный проект. Еще нам нужно зарегистрировать брак в своих мирах, и лишь потом – в Междумирье. На Земле мы хотели бы сделать это завтра.

– Без праздника?

– Если только посидим с вами. В этом мире нет никого, с кем бы мне хотелось поделиться своей радостью.

– И сразу уедете?

– Нет, мы пробудем здесь недели две, затем отправимся к родным Барея. А потом в Междумирье, у нас там куплен дом…

– Родители твоего парня? – понимающе кивнула мама.

– Частично. Но нам нужно его обжить до того, как начнутся занятия.

– Мы так редко тебя видим… – нахмурившись, сказала мама.

– Теперь мы будем приходить в гости чаще.

– А с его родителями мы не познакомимся и в гости к вам не придем?

– Прости, мама, но вам с папой закрыт путь в другие миры. Только маги Междумирья могут путешествовать.

– Что ж, Татьяне вон тоже визу не дают к дочке за границу.

Я улыбнулась такому сравнению, и мы еще долго сидели, болтая.

Барей с папой остались спать на диване в зале: это единственное место, куда мы смогли их дотащить и свалить. Несмотря на самоуверенность обоих, никто никого не перепил. И утром, едва приведя помирающего от похмелья жениха в нормальный вид, мы с ним отправились подавать заявление в загс.

Благодаря магам Междумирья и нашей помолвке, у Диаркана имелись все необходимые документы. А за хорошее вознаграждение нас расписали в тот же день.

Этим же вечером мы посидели с родителями и отпраздновали. Правда, Барей с папой свой подвиг повторять не стали, ушли спать на своих ногах. Все последующие дни я только и занималась тем, что общалась с родителями и показывала любознательному мужу все интересное в мире Земля.

Мы ходили в музеи, кинотеатры, рестораны, парки развлечений и магазины. В этом плане наша инфраструктура оказалась более развита, чем в Междумирье. Диаркан объяснил это тем, что у нас замкнутое пространство на Земле, а в Междумирье можно побывать в различных мирах. Может, он и прав.

Мы смотрели кино, лазали в Интернете, и казалось, времени в сутках не хватит, чтобы все попробовать.

И неизменно наступил момент расставания. И папа, и мама совсем не хотели меня отпускать, но их ребенок вырос, и пора ему вить свое гнездо.

Мир ведьмака встретил нас нерадостно: на улице шел дождь. Мы, от неожиданности вскрикнув, бросились в дом. Здесь было проще: меня уже все знали, я знала всех, и о нашем обручении им сообщили заранее. Однако, когда мы открыли дверь, нас встретили родители Барея в каких-то сиреневых балахонах.

И тут я вспомнила уроки традиций. Спасибо Изору.

– Мы принимаем в свой дом и свой род, – сказал Азорус и раскрыл объятия.

Чувствуя себя не в своей тарелке, я подошла, и меня обняли. Как кости не хрустнули, непонятно. То же самое проделала и матушка мужа.

– Добро пожаловать домой, дочь наша, – послышался голос Ярины с верхней ступеньки лестницы в конце коридора.

– Спасибо, – ответила я, не зная, что еще сказать.

Ситуацию сгладил Барей: взял меня за руку и повел наверх.

– Мы ночуем в моей комнате? – крикнул он родителям, оборачиваясь.

– Да, она теперь закреплена за вами, – заметила его матушка, с улыбкой глядя нам вслед.

Как и Ярина, когда мы пронеслись мимо нее.

– Почему они так рады мне? – недоуменно спросила я.

– Ты теперь в семье, а это совсем другое дело.

Это, конечно, аргумент, но мне сложно поверить, что это резко изменит отношение к постороннему человеку.

Додумать мысль мне не дали: едва мы зашли в комнату, меня подхватили на руки и страстно поцеловали.

– Дорвался? – спросила я, едва наши губы разъединились.

– Да. Несмотря на наш брак, твои родители все еще косо смотрели в нашу сторону. Да и дом у вас такой маленький… – пробормотал ведьмак, целуя меня в шею.

И мой мир закружился…

* * *

Вечером этого же дня у нас был семейный ужин, на котором мы, перебрасываясь легкими замечаниями, поели и нам сообщили, что, как и просил Барей, на завтра намечена церемония бракосочетания. Я, весь вечер сидевшая в уютных объятиях мужа, вздрогнула.

По традиции здесь женились просто: шли к грозному богу в храм, и там их или женили, или нет. Теперь понимаете мои волнения?

– Ирина, – шепнул ведьмак. – Я ведь говорил тебе, что тем, кто любит, беспокоиться не о чем.

– Угу. Почему нельзя сделать все по-нормальному, как у нас на Земле? – ворчала я.

– Потому что соединение двух судеб навсегда – это само по себе сложно.

Да, как же я могла забыть – в мире Барея нет разводов. Совсем. И, несмотря на то, что своего ведьмака я люблю очень сильно, меня гложет сомнение, что все здесь счастливы, связанные навек.

Бывают такие события в жизни, которые нужно просто пережить, и поход на следующий день в храм был одним из них. Одетая в белую тогу, я, ведомая за руку мужем, поднималась по белым ступеням к алтарю, чтобы пожениться еще раз. Сюр какой-то. Скажешь кому – не поверят.

Просвещенная в деталях, как проходит церемония, я опустилась перед алтарем на колени и, склонив голову, прикрыла глаза. Что делать дальше, не знала. Мне сказали, сама пойму, если нас соединят узами брака. Но время шло, а ничего не происходило. Если сейчас нам откажут, я от горя разгромлю здесь все.

– Ишь какая. Разгромит.

Вскинув голову и открыв глаза, я увидела, что одна в храме, а напротив меня, на ступенях алтаря, сидит мужчина, но, сколько лет ему, сказать не могла: лицо постоянно меняло возраст. Морщины то вроде появлялись, то исчезали.

– Почему я должен вас поженить?

– Мы этого хотим!

– Что это за «мы»? За себя говори, с твоим женихом я сам разберусь.

– Я этого хочу, но ведь и он тоже. Это общее желание.

– Чужестранка… Совсем непочтительная, не знает, как положено и должно.

– Вы что, из-за отсутствия почтения с моей стороны откажетесь нас поженить? – потрясенно выдохнула я. – Тогда заберу его к себе на Землю, и все.

– Хм-м… Прям так – заберешь?

– Да, – упрямо повторила я почти на грани истерики.

Как это он отказывает нам в счастье? Что это за бог такой вообще?

– Я ведь еще и мысли читаю, – сообщили мне, а я в ответ лишь вскинула подбородок.

– Строптивица, намучается он еще с тобой. Но дети от тебя хорошие будут.

Я аж задохнулась в возмущении от рассуждений бога.

А тот повернулся ко мне и вдруг резко сказал:

– Скоро перед твоим ведьмаком выбор встанет. Но решать придется тебе. Сделай правильный выбор, Ирина, сердце слушай. Иначе через пятнадцать лет беда постучится в ваш дом.

И все неожиданно исчезло, татуировку на руке обожгло огнем, и я открыла глаза, лежа на полу храма. Надо мной склонился Барей.

– Ирина, что случилось? Ты кричала.

– Нас поженили?

– Да. Что произошло?

– Я разговаривала с вашим богом.

– Ого! Ты первая чужестранка, с которой он говорил.

– Пойдем отсюда.

Как Диаркан ни выпытывал у меня, что случилось, я молчала, не хотела говорить. А когда Ярина на свадебном ужине сообщила, что я могу после нее стать хранительницей рода и договариваться с высшими силами о благе всех Диарканов, я выпалила:

– Ни за что!

Единственная радость – вся семья после моего общения с богом меня зауважала. Как объяснил мне Барей, я была признана достойной партией для судьи рода.

И только Ярина перед нашим отъездом, отозвав меня, попросила:

– Береги моего внука, Ирина. Он разумный мальчик, но часто поступает как должно, а не как правильно. Я защищать его больше не смогу.

Кивнув пожилой женщине, я шагнула в портал, крепко сцепив руки с Бареем. Несмотря на страшилки бога, я знала – любовь спасет мир.

* * *

В институт я вернулась со странным чувством: я теперь замужняя дама, хотя предстояло сыграть еще одну свадьбу и обжить новый дом, став его хозяйкой. А впереди: работа над дипломом и практические задания в других мирах, уже самостоятельные.

На все про все лишь четыре месяца, до момента, когда мне выдадут диплом.

Но наше возвращение началось не только с забот, но и с приятных сюрпризов. Наши друзья сделали нам лучший свадебный подарок – магический ремонт в нашем доме. Он находился в зеленом районе города, небольшой, с палисадником и очень похожий на пряничный домик.

У нас с Бареем общих сбережений хватило только на самую необходимую мебель – кухню и кровать. Ванная и туалет были готовы без нашего участия. Все остальное придется приобретать по мере накопления финансов. Но все это лишь хлопоты, самое прекрасное то, что я буду жить с Бареем в городе и сегодня должна собрать и забрать свои вещи, освободив комнату новому студенту. Было одновременно и грустно, и радостно.

Помимо этого, мне нужно было поговорить и с Дазаром. Он не только мой научный руководитель, но еще и куратор практики.

– А-а-а… Кого я вижу. Герра Диаркан? Я могу вас поздравить?

Улыбнувшись, я покачала головой:

– В Междумирье мы еще свой брак не зарегистрировали.

– Раз в своих поженили, здесь это простая формальность. Я очень рад, что одна из лучших моих учениц уже пристроена. Для мага очень важно вовремя найти свою вторую половинку.

Вот у Дазара ее не было. Может, из-за этого декан и мучится. В чем его сложность? Впрочем, разгадывать эту загадку уже не мне.

– Спасибо. Я очень надеюсь, что не ошиблась с выбором, – смущенно улыбнулась я.

– Ни в коем случае! – заверил меня демон. – Даже я понял, что брюнеты – это ваше.

Язва!

– Но перейдем к обсуждению практики. Проходить она будет на протяжении двух месяцев, и дальше время на написание диплома. После чего маг должен сделать выбор работы. Я вижу, что вы подали заявку в научный корпус, и, благодаря победе в турнире, вам вряд ли откажут. Однако я разочарован выбором. Практические задания просто созданы для вас.

– Я буду отправляться на них каждые полгода для подтверждения квалификации.

– Но при отсутствии постоянной практики не разовьете все ваши таланты, – покачал головой Дазар.

– Просто исследовательская работа – это мое.

– Ладно, я подпишу и перенаправлю запрос. Тему для диплома выбрали?

– Да, ту, по которой я когда-то писала курсовую.

– Прекрасно. Тогда мне больше нечего вам сказать, Вознесенская. Разве что можете передать привет своему мужу, – ехидно улыбнулся декан.

Я лишь покачала головой и, попрощавшись, вышла. Еще и дразнится.

Выбор места работы предстояло сделать не только мне, но и Барею. Вот только он все медлил. В один из вечеров, когда мы сидели на полу перед камином и я прижалась к его теплому бочку, он поделился со мной своими метаниями.

– У меня есть предложение от профессиональной лиги стихийного футбола и от Управления магии. Разумнее выбрать второе и продолжить работать по специальности. Иначе в чем тогда смысл? – И повернулся ко мне, ища поддержки.

А я вспомнила о словах бога, ярко, четко, словно мы говорили час назад, и поняла, что вот он, выбор, который предстояло сделать мне. Барей сильный стихийник, очень, и значит, будет ходить на самые опасные задания. Но что еще хуже – работа, которую ему придется на них выполнять. Популярность звезды стихийного футбола – тяжкое бремя, но участь палача может быть страшнее.

– Если ты доверяешь моей интуиции, то тогда выбирай первое предложение и иди в профессиональную лигу.

– Я думал, тебе не понравится как раз этот вариант. Он же общественный и грозит популярностью, – намекнул муж на мою замкнутость, а порой и ревность.

– Я же удача Барея Диаркана. К тому же твой кулон на шее позаботится, чтобы все знали, что ты женатый мужчина.

– Со страшно коварной женой, – добавил ведьмак, за что и был укушен в шею.

А дальше крепкие руки страстно прижали к сильному мужскому телу, губы заскользили по коже, и связь с реальностью оборвалась. В груди осталось лишь тепло, благодаря правильно принятому решению.

* * *

Письмо с информацией о моем первом задании пришло неожиданно. Я уже успела написать начало диплома и несколько раз ходила на консультации с Дазаром, когда увидела на своем столе конверт с вензелем.

С опаской, но и с изрядной долей любопытства я вскрыла и прочитала вводную и инструкции. Диаркан очень не хотел меня отпускать, волнуясь, но и понимал, что держать около себя все время не получится. В итоге мне вручили амулет, крепко поцеловали, и я отправилась к Тигу за необходимым инвентарем.

У завхоза я и поняла, почему студенты считают дипломную практику самой трудной и непростой. Этот друид ворчал, ныл и возился, а я прокляла все на свете и отсидела себе пятую точку, пока мне под расписку не выдали все необходимое.

А дальше, отметив у Добракович разрешение на перемещение, я отправилась к порталам. Мир Исар, я к тебе иду!

Вышла из портала в одном из трактиров, в свободной комнате на втором этаже, и, спокойно прикрыв дверь, спустилась вниз.

– Ты кто?

Повернувшись к хмуро смотрящему на меня трактирщику, я мило улыбнулась и ответила:

– Разыскиваю студентов магической академии, они здесь на практике. Говорят, у вас поселились.

– Кто это говорит? От магов беда одна! Живут они в старом доме на окраине.

– Благодарю за подсказку.

Выходя, слышала, как трактирщик бухтел: «Ходят тут непонятно кто».

Мода этого мира была очень разнообразна. Исар вообще населяли интересные существа, люди и эльфы. Пестрый мир, экстравагантный. Поэтому я легко влилась в общий поток жителей на улице и направилась в указанном направлении.

Дом, в котором живут маги, я нашла легко: от него колдовством фонило за версту.

Поднявшись на крыльцо и постучавшись, я дождалась, когда мне откроет дверь настоящий персонаж из женского фэнтези – воин со светлыми волосами, крутыми мечами и острыми ушами.

– Вам кого? За приворотами?

– Вы искали некроманта?

– Да, заходите, – посторонился ушастик. – Как можете доказать свою профпригодность?

– На практике.

Меня провели на задний двор, за которым раскинулось поле.

Миловидная девушка, тоже эльфийка, строила что-то из бревен с помощью големов, а вот среднего возраста мужчина сидел около огромного котла, под которым горел костер, и что-то варил.

Я подошла и опасливо посмотрела на оранжевую жидкость.

– Яд?

– Оздоравливающая настойка, – фыркнул зельевар. – А ты кто?

– Говорит, некромант, – ответил за меня эльф, который открыл мне дверь.

– Я бы прикупила флакончик. Продадите?

– Три золотых.

– Договорились.

– А некромантам, я смотрю, хорошо платят, – заметила девушка, подозрительно глядя на меня.

Я же обследовала поле чуть дальше от дома и нашла захоронение. Как раз на нем сидел парень, человек, хитро и нагло на меня посматривая. А еще грыз травинку.

– Как докажете, что некромант?

– Подниму нежить.

– А разве такое возможно? – вскинул брови парень.

Все к нам прислушивались.

– Если я смогу ее обратно и загнать, то конечно. Ты вот как раз сидишь на могиле. Травки много нагрыз, а покойничков-то совсем недавно закопали.

Через секунду студента вывернуло на траву, а его сокурсники только похмыкали и покачали головами, поражаясь безалаберности товарища.

– Говорили мы тебе, не пихай в рот что попало, – сказал зельевар.

Пока они зубоскалили, я провела ритуал поднятия. Не прошло и десяти минут, как из кустов вылезли свеженькие зомби, по виду напоминавшие бандитов, а по поведению – недоразвитых бандитов.

– Хозя-а-айка, – провыли они.

Меня передернуло.

– Доказательств хватает?

– Оплата – пять золотых, – сообщил мне воин.

– Смешно, – хмыкнула я. – Пятьдесят.

– Мы студенты! – воскликнула девушка.

– Значит, отдавайте зельем, – кивнула я на чан.

Ребята переглянулись, но на мои условия согласились. Еще бы, я ведь точно знаю, что они набедокурили, а сейчас стараются решить проблему, чтобы преподаватели не узнали. Эх, знакомые порывы. Только нам помогать было некому. А им вот мага Междумирья прислали, чтобы успокоил тварь, которая угрожает миру.

Правда, я слегка недоученная, но ведь до получения диплома всего ничего!

Надо, кстати, черкнуть весточку мужу.

Пока мои зомби помогали магам с делами, причем они так и не представились, видимо, скрывают имена, чтобы, если что, я их не выдала. Наивные, а мне и без разницы. Для ритуала не нужно, значит, обойдусь.

Вот пока студенты варили мне зелье и копошились по своим делам, я валялась на травке и смотрела на небо. Но как только стало заходить солнце, я начала готовить ритуал. Сложного в нем ничего особо не было, проблема – загнать нечисть в круг. Однако это не мои проблемы.

Все подготовив и заняв выжидательную позицию, я стала ждать, пока студенты работали приманкой. И видимо, исполняли свою роль хорошо, так как довольно скоро послышался топот ног. К нам направлялся полулев-получеловек размером с дом и рычал направо и налево.

Маги, конечно, пригнали его к кругу, но удерживать его внутри рисунка у них не получалось.

Пока ночную темноту не разрезал огненный шар, врезавшись в нечисть. Тот рухнул как подкошенный.

Студенты вылупились на Диаркана, как на что-то нереальное.

– Ты кто такой? – выдохнул воин.

– Муж мой. Не мешайте работать.

– Ты для этого просила прибыть? – хмыкнул ведьмак.

– Вот еще, – откликнулась я, напитывая силой ритуал. – Сдерживание – это были не мои проблемы. Эти чудесные маги должны отдать тебе две сумки с зельями. И пересчитай, а то с них станется и обмануть.

– Зачем? – удивился супруг, имея в виду поклажу.

– Полезная штука. Родным раздарю и долг отдам. Да и Ярина жаловалась, что подвалы простаивают без дела, вот и поставим на сохранность.

А дальше мне стало не до разговоров. Нечисть посмела очнуться, и пришлось приложить все силы, чтобы ускорить ритуал.

Через час мы с Бареем уже уходили в ночь, с двумя огромными сумками, а четыре пары глаз удивленно смотрели нам вслед.

* * *

Вот так, совмещая практические задания и написание диплома в библиотеке, я шла к завершению своего магического обучения. Барей все-таки выбрал стихийный футбол и сейчас усиленно тренировался в спортивном корпусе. Я часто забегала к нему и смотрела на его тренировки, завороженная битвой стихий. На мой взгляд, намного красивее, чем наше последнее задание на турнире.

Он, кстати, принес мне некую известность, что безумно мучило меня, особенно в институте. Но Диаркан смеялся и говорил, что часто хвастается, что муж той самой Вознесенской. Тоже мне шутник!

А еще мы вместе обустраивали наш дом и готовились к третьей и, слава богу, последней свадьбе. Важен не сам обряд, который был простым, а встреча с друзьями. После завершения обучения мы редко виделись друг с другом, и каждая возможность встретиться была на вес золота.

В этот раз мы сняли террасу в небольшом ресторанчике и устроились на ней все. Поздравить нас пришли Алея и Илузир. Подруга пожелала счастья и сказала, что мы отлично подходим друг другу. Преподаватель же присоединился, выразив от себя горячую благодарность, что я наконец окончила институт.

Милана и Зар тоже пожелали нам счастья.

– Помни, я никогда не сомневалась, что вы будете вместе, – добавила нага, и змейки на ее голове важно закивали.

Милана – милая, романтичная и самая лучшая подруга.

Также к нам присоединилась и еще одна пара – Семен со своей девушкой. Поздравления они принесли, но тосты за наше счастье по понятным причинам не поднимали. И когда все уже хорошо поели, мы с девочками отошли к перилам террасы, краем уха слушая спор мужчин, и просто смотрели на ночной город.

– Девочки, я ведь тоже выхожу замуж за Илузира, – вдруг призналась захмелевшая Алея.

Удивившись, мы порадовались за нее, а я спросила:

– Чего сразу не сказала?

– На твоей свадьбе? – удивилась орчанка. – Нет уж, сегодня только твой день.

– А ты замуж не собираешься? – спросила я Милану.

– Мы подумываем, но пока не обручились. Скорее всего, после окончания Заром института.

Сама Милана работала в Управлении магии и занималась урегулированием бытовых аномалий. Ну там оживший туалет или летающие столовые приборы. В особенности ножи… Очень веселая у нее работа.

– А знаете, девочки, – задумчиво сказала нага. – Сейчас ведь окончим институт и не сможем видеться так часто.

– Часто и не нужно. Главное, чтобы встречи были теплее с каждым годом.

Улыбнувшись, мы обнялись, и на душе было очень радостно.

– Ну и что это вы там стоите? Идите к нам! – позвал Зар.

Повернувшись, мы направились к мужчинам.

– А знаете, в мире Ирины есть свадебная традиция, – неожиданно сказала Милана и, взяв бокал, пояснила: – Когда гостям нужно выпить, они кричат: «Горько!» – и молодожены целуются.

Такой трактовке традиции я рассмеялась и, когда друзья в голос крикнули: «Горько!» – оказалась в объятиях мужа. И, скажу я вам, это был самый сладкий поцелуй, который только может быть. Гости давно осушили свои бокалы, а мы так и не могли оторваться друг от друга.

На следующий день я защитила диплом и стала дипломированным магом. Но согласитесь, это такие пустяки по сравнению с тем, что у меня появилась семья. Муж, который будет рядом, что бы ни случилось, и благодаря которому я узнала, что такое любовь, за которую можно не только биться, но и убивать.

Может, не все у нас будет гладко и предстоит пережить много проблем, но будут и счастливые минуты, чудесные часы и лучшие дни, которые мне есть с кем разделить.

И возвращаться теперь я буду в свой дом, который полон и где меня всегда любят и ждут.

Эпилог

Несколько недель спустя

Мы с Бареем неторопливо шли по тропинке на окраине города, где располагались частные дома, а еще дальше остановился табор цыган.

Пока наш дом с ведьмаком не наполнился топотом маленьких ножек, мы решили в свободное время попутешествовать по мирам, людей посмотреть, а может, и себя показать. И первое, что я решила сделать, – это отправиться на поиски одного человека. Теперь, когда я стала магом Междумирья, найти ту, которой мне нужно отдать долг, не составило труда.

Чем ближе мы подходили, тем больше цыган обращало на меня внимание. Со стороны мы с Бареем ничем не выделялись, одетые в джинсы и куртки. Ведьмак даже носил линзы, чтобы скрыть цвет глаз. Но тем не менее к нам отнеслись настороженно и даже с опаской.

Когда мы подошли совсем близко, к нам направился глава табора.

– Чем могу помочь? – спросил он, оценивающе окидывая нас взглядом.

– Мне нужна пожилая цыганка, которая четыре года назад гадала на выпускном в школе, – ответила я.

И тут сбоку раздался голос:

– Ты смотри, не забыла.

Повернувшись, я увидела выходящую из фургончика пожилую женщину. Она мало изменилась с нашей встречи: все та же смуглая кожа, темные пронзительные глаза и несуразная пестрая одежда.

Я достала флакон и подала ей.

– Как и заказывали.

– А ты, смотрю, послушалась моего совета, темненького выбрала.

Почувствовала, как Барей рядом напрягся и после секундного колебания сказал:

– У нее не было выбора. Вы не знали, что некромантки предпочитают брюнетов?

– Да ты что? – хитро прищурилась пожилая женщина, глядя, как я пихнула мужа в бок.

А вот остальные свидетели нашего разговора, услышав, кто я, испуганно подались назад. Эх, вот неправильные стереотипы о моей профессии в этом мире.

– Ну мы того… это… пойдем, – кивнула я старушке и повлекла Барея прочь.

Все-таки нехорошо, что детей загнали по домам из-за меня. Не прошло и пары минут, как табор словно вымер.

– Нужен будет совет, заходи! – крикнули мне вслед.

– Договорились! – ответила я.

– Значит, правду тогда сказала насчет гадания? – склонившись, шепнул Диаркан.

– Конечно. В тот момент я уже была в тебя влюблена, но сама этого не понимала. Однако и про женитьбу я тогда не соврала. Сделал бы предложение, я не смогла бы устоять.

– Я хотел и даже практически сделал это, но потом вспомнил твои доводы, то, что ты мне отказала…

– И решил не связываться со мной?

– Нет. Вспомнил земную пословицу: «Терпение и труд все перетрут». А значит, нужно было выждать. На тот момент мысленно я уже считал тебя своей, поэтому выбора у тебя не было. Ты же знаешь, как любят ведьмаки.

– Пойдем, нас ждет путешествие в мир рыцарей и прекрасных дам. – Сцепив в замок пальцы с пальцами мужа, я улыбнулась.

– Не понимаю, зачем тебе сдался этот занудный мир? Давай лучше к твоим, вышла новая версия «World of Tanks». Твой папа очень советовал.

– Мы потом заглянем в мир драконов, и ты с ними поиграешь. Это намного увлекательнее. Зачем какая-то компьютерная игра, когда у нас чуть ли не виртуальная реальность?! Даже лучше! Обещаю потом доставить тебя к лекарям.

– Ты меня не любишь, – насмешливо заканючил Барей, пока мы все дальше отходили от табора.

Тут недалеко была прекрасная арка.

– Очень люблю и поэтому готова пойти на компромисс. Ты идешь играть, а я в мир Средневековья. Там на одном кладбище хранится интересный артефакт. Я не для себя, чисто в научных целях! Но охраняет его прекрасный рыцарь.

– Ладно, уговорила, идем. Я натяну рыцарю его забрало куда не надо, ты хватаешь артефакт, и мы успеваем на обед к родителям.

– Решено!

За городом, далеко от табора, в каменной арке мелькнул зеленый луч, и молодая влюбленная пара пропала. Чтобы где-то появиться вновь. А старая цыганка сидела на ступеньке вагончика и довольно щурилась, сжимая в руке бутылочку с зельем.

* * *

Пару десятков лет спустя

Я лежала на кровати и кемарила. Ночь выдалась тихая, теплая, с балкона приятно овевал теплый ветер. Сегодня отправила детей на Землю к родителям. Барей скоро должен вернуться с задания – и ему, и мне нужно раз в год выполнять штуки по три, чтобы поддерживать квалификацию. И я в кои-то веки могу наслаждаться тишиной и покоем.

Теперь у нас с Бареем два сына и дочь, которая пошла даром в отца и унаследовала силу стихий, а вот волосы у нее мои, светлые. Старший сын – некромант, притом с невероятной тягой к своей профессии, вот он-то будет настоящим практиком. И внешностью, и повадками очень похож на отца, только глаза зеленые.

А вот средний сын светловолосый, но тоже внешностью пошел в Барея. Он владеет смежной магией – и вроде бы в природе этого быть не должно, но есть. Наши дети – очень сильные маги и на протяжении всего детства обеспечили нам очень много «переживательных» минут.

Я уж не говорю о том, как трудно пришлось, когда приходилось совмещать декретный отпуск и исследования в научном центре. Но я с того времени многого достигла и даже недавно начала преподавать в Институте рас новый предмет – экспериментальную некромантию.

Изор, зная моих детей, заранее готовится к их поступлению, запасаясь успокоительным, а мы с Бареем устраиваем себе периодические отпуска и отправляем своих деток к родным.

Родня Диаркана еще не отстроила северную башню, поэтому в этот раз их взяли мои родители. Может, видеоигры и Интернет хоть немного успокоят наших бандитов.

К моему горлу приставили нож, а напротив присел мужчина, укутанный в плащ. Тело замерло, пока рука скользила вниз по ноге и, пробравшись под сорочку, двинулась вверх, задирая ее.

Продолжая угрожать холодным оружием, с меня стянули одежду и белье, после чего тяжелое мужское тело накрыло меня, пригвоздив к кровати. Я задохнулась от внезапного проникновения, но закричать мне не дали, запечатав рот поцелуем, беспрепятственно овладевая моим телом.

Обнаженная, я лежала на постели, прижатая спиной к горячему мужскому телу.

– Решил сделать мне сюрприз? – хриплым после страсти голосом спросила я.

– Соскучился по своей любимой. К тому же я знаю, что ты же любишь, когда я в рабочем плаще. И даже подозреваю, с каких времен у тебя появилась любовь к этому облику.

Мы оба понимали, что ведьмак намекает на турнир, и я лишь улыбнулась.

– Не только в плаще, ты вообще моя слабость. Знаешь ведь…

– Некромантки предпочитают брюнетов, – закончил за меня Барей и, рассмеявшись, нежно меня поцеловал.

Мой стихийник, моя любовь.

Сноски

1

Неизвестный автор (примеч. автора).

Content

Институт рас. Некромантки предпочитают брюнетов

Пролог

Глава 1. Первый контакт

Глава 2. Попала…

Глава 3. Новая жизнь

Глава 4. Слухи и сплетни

Глава 5. Хочу владеть магией!

Глава 6. Первые проблемы

Глава 7. Привет!

Глава 8. Вот это номер!

Глава 9. С новым годом!

Глава 10. Упс!

Глава 11. Обещание

Глава 12. Простые сложности

Глава 13. Тревожные признаки

Глава 14. Любовь – дело шумное

Глава 15. Любит, не любит…

Глава 16. Догадки и разгадки

Глава 17. Спасите!

Глава 18. Случайности не случайны

Глава 19. Институт рас

Глава 20. Решить и решиться

Глава 21. Любовь-морковь

Глава 22. Турнир

Глава 23. Последняя и самая сладкая

Эпилог

Сноски